Елена Раух, Самылов Алексей

Точка Бифуркации

Темный Космос #4

Глава 1

2 июля 4048 года, 10:35 по З.В. Империя Шин. Владения клана Хиого. Система Киаичу. Планета Комаки. Орбитальный пассажирский терминал

Еще полгода назад Каролин все мечтала, как она прилетит сюда. И вот она здесь, на Комаки. Там, где она будет строить свою новую и, конечно, очень интересную жизнь. Для этого она грызла науку на Земле, чтобы получить хорошие рекомендации… И хоть немного снизить плату за обучение. Отец Каролин лез из кожи, чтобы отправить дочь сюда, туда, куда она так стремилась. И всего один раз Каролин захотела расслабиться. И едва не попала в лапы работорговцев. Так сказал отец, когда она очнулась после той злополучной тусовки. Этот момент до сих пор вызывал нестерпимый стыд. И все еще холодило спину от страха, когда она представляла, что с ней могли сделать.

Именно этот стыд заставил девушку купить самые дешевые билеты. И терпеть в пути общество не самых приятных соседей. Но это тоже в прошлом, как и ее ошибка, которая, к счастью, не привела к серьезным последствиям. Теперь она на Комаки! И впереди ждет трудная, но интересная учеба! И здесь будет все по-другому! Потому что тут должно быть много тех, кто такая же, как она!

Пройдя регистрационный терминал, Каролин вышла в большой зал. И уже здесь было понятно, что за планета Комаки, над которой висела эта станция-порт. В зале было очень много молодых парней и девушек. Сверкали улыбки, висел ровный гул от голосов. И каких только рас тут не было!

Запустив навигатор на голоочках, девушка двинула к причалам для челноков. Она жила в земном мегаполисе, поэтому навык прохождения через толпу у нее был отработан. И Каролин уже почти добралась до выхода, как увидела Их. Не заметить такую колоритную компанию было невозможно. Парень, с длинными белыми волосами, убранными в хвост. Глаза прикрыты темными и узкими голоочками. Длинный черный плащ. Какие-то навороченные сапоги. Очень крутые, в этом Каролин уже неплохо разбиралась. Похоже, сапожки с демпферами. Сегментные. В общем, очень дорогие. Опа, да и плащ совсем не банальный выпендреж. Похоже, он что-то вроде защитного снаряжения, вон на поле плаща изнутри поблескивают керамические пластинки.

Под руку с парнем буквально плыла над полом шикарная азиатка, в черном облегающем платье и с маленькой черной же сумочкой на согнутой левой руке. Выглядела эта женщина очень довольной. И богатой. Двигалась она как-то так, что возникало сравнение с кошачьими.

Еще одна дама, совсем молодая девушка, в длинном плаще, как и парень, только сером и «под ткань». С кожаными черными вставками на плечах. Интересно, где такая мода? У девушки тоже белые волосы и тоже убраны в хвост, только это хвост был высокий, чуть не на макушке. И эти двое, парень и девушка, похожи. Родственники? Черты лиц азиатские…

И третья женщина. Она, похоже, что-то типа телохранителя. Крепкая такая, смотрит сурово. И одежда полувоенная какая-то, черная.

Эти четверо шли в выделенной зоне для вип-персон, которая отделялась от остального зала силовыми щитами. И это логично, потому что они явно не испытывали недостатка в деньгах. Спокойные лица, идут уверенно. А еще парень показался Каролин смутно знакомым. Причем… Она где-то с ним разговаривала. То есть лично. Странно. Вряд ли бы она такого… примечательного парня забыла…

* * *

Об этом ее предупреждали. Что когда она наберет адрес академии, то у нее спросят основание для посещения. Каролин читала, что на Комаки просто-таки параноидальная система безопасности и особенно в части охраны студентов. Что планету охраняет целый флот, студенческие городки имеют к тому же, собственную систему противокосмической обороны.

Каролин вытащила над своим коммом голопанель и коснулась папки, в которой лежало разрешение. Как только на голопанели появился квадрат кода, на терминале челнока пропала предупреждающая надпись и появилось сообщение о том, чтобы уважаемая Каролин Стюард пристегнулась. И о том, что по прибытию на планету необходимо будет пройти еще один таможенный пост. А потом челнок дрогнул. То есть отправился сразу, не дожидаясь еще пассажиров. И Каролин, наконец-то, отправилась туда, где проведет ближайшие два года.

По пути Каролин смотрела обзорные ролики. Что такое Комаки в общем, обзор места, где она будет учится, где можно будет отдохнуть. И постоянно проскальзывало предупреждение, что Комаки — это владения клана Хиого. И только члены этого клана имеют здесь право на какие-то насильственные действия. Но есть специальные места, причем даже в студ. городках, где уважаемые гости клана могут друг друга бить, в том числе, если уж сильно хочется, то не только в коконах вирта, но и в реале, физически. Каролин насмотрелась на прекрасные виды, на великолепные пляжи. Горные пейзажи, лесные, степные. Тропические острова, заснеженные склоны. Комаки очень красивая планета! И Каролин собиралась ее посмотреть лично! С друзьями… Которые непременно будут! И в этот момент она опять вспомнила про того парня. Где она, все-таки, его видела?..

…Челнок доставил ее в наземный пассажирский терминал. Из челнока Каролин попала сразу в коридор. Кстати, интересное это решение, гонять ради одного человека орбитальный челнок. Причем, челнок был шестиместный, то есть здесь намеренно пошли по пути, что с орбиты могут прибывать небольшими группами. И с Каролин, при этом, не взяли оплаты. Нет, это она заранее знала, в сопроводительном сообщении об этом говорилось, что студенческая виза дает право на бесплатное использование челнока от станции к планете. Но насколько же тут инфраструктура развита, что можно гонять челнок ради одного человека!

Из довольно узкого коридора от челнока, девушка вышла в общий, большой коридор. И тут была такая толпа! И все были очень молодыми! Студенты!

Вся эта толпа двигалась очень быстро. Уже через какие-то пять минут Каролин стояла у одной из двух десятков стоек и сидящая за ней миловидная азиатка спрашивала девушку… Точнее, азиатка еще раз проинструктировала Каролин о правилах нахождения на Комаки. При этом Каролин прошла через три (!) плоскости сканера. Как уже достаточно разбирающаяся в технике, девушка понимала, что три сканера нужны для того, чтобы полностью перекрыть все возможные варианты проноса запрещенных здесь вещей. Каждый сканер настраивается по своему, поэтому их и нужно три.

— На Комаки, кроме нашей информ. системы, действует доступ к общей сети, — инструктировала азиатка. — Но есть некоторые ограничения. Вы обязаны использовать устройство, на котором установлено необходимое ПО. Без него ваше устройство будет работать некорректно и использование его будет являться правонарушением. Нельзя размещать в общем доступе видео и фото объектов инфраструктуры защиты и жизнеобеспечения. Запрещены любые сервисы обмена информацией, которые не контролируются нашей системой безопасности. Любое нарушение в части использования информационных сетей приведет к вашему задержанию. Если проступок будет серьезным, то вы будете выдворены из владений клана, с запретом посещать их в дальнейшем. Подробно правила нахождения во владениях клана Хиого, вы можете изучить на специальном портале.

В этот момент на комм Каролин пришло сообщение. Со ссылкой. Это было, по всей видимости, то самое ПО. Девушка тут же нажала ссылку.

— Приятного пребывания, госпожа Стюард! — азиатка сверкнула улыбкой. — Спасибо за соблюдение наших правил!

«Это она про ссылку?» — недоуменно подумала Каролин.

На выходе из таможенной зоны, она подхватила с ленты свой рюкзачок, который проехал таможню отдельно от нее. Он был не тяжелый, девушка намеренно не брала с собой много вещей. Она же хотела начать новую жизнь! Да и вообще, у нее был скудный гардероб. Лучше прослыть ленивой, чем бедной. Это в том смысле, что лучше выглядеть той, которая не любит много с собой таскать, чем той, которой нечего брать.

В зале после таможни было уже не так много народа. Все проходили зал насквозь и стремились наружу.

— Я могу вам чем-то помочь? — обратился к Каролин молодой парень.

На альтеро. И в интересной такой одежде! Напоминала она… халат. А еще, на поясе у парня был… Меч? Да-да, самый настоящий! Каролин вспомнила, что вот эта одежда, какая была на парне, это традиционное облачение в кланах Шин.

— Я буду учится в СКС! — с радостным воодушевлением ответила девушка. — Как мне до нее добраться?

— Позвольте, я скину вам маршрут, — вежливо ответил парень. — И я рекомендую ехать не до самого городка, а высадиться вот здесь.

Парень, открыв карту на голоэкране, показал место, про которое говорил.

— До кампуса здесь около трех тё… простите, трехсот метров, — продолжил он. — И там открываются очень красивые виды.

— Спасибо! — улыбнулась Каролин. — Я так и сделаю!

(СКС — Сайшо Кикай Сукурусу. Первая Техническая Академия)

* * *

Первая Техническая Академия. Тороку Депато (Отдел по работе со абитуриентами)

Для бывшего землянина Айзавы Цубасы это был второй год, когда он сидит в приемной комиссии. И так уж вышло, что именно ему выпало работать с этими двумя абитуриентами. И для начала его впечатлил внешний вид тех, у кого в деле не было пометки, что они аристократы. Была пометка, что они платные и поступают на свободное посещение. То есть, без экзаменов за деньги. А далее они будут сами выбирать, что им изучать. Но и ответственность нести будут тоже сами, если, например, им не хватает знаний на выбранном направлении.

Когда Цубаса начал работать с этими абитуриентами, к его столу подошел начальник приемной комиссии, Хиого Кан. Он ничего не говорил, но сам факт, что начальник стоит рядом, здорово нервировал.

Эти двое захотели проживать на кампусе, причем в общей зоне. Что было несколько необычно, платники (а аристо тем более) старались жить хотя бы в отдельных комнатах. А у этих явно с финансами было все в порядке, судя по тому, что, например, КПК на левой руке парня стоил примерно зарплаты декад за четыре Цубасы. А у девушки, которая села перед Айзавой следующей, серьги были явно не с прозрачными стекляшками. Ну, и присутствие начальника за спиной как бы намекало, персонажи не простые.

Когда эти двое зарегистрировались и, получив все необходимые допуски и документы, пошли на выход, Цубаса облегченно выдохнул. Почему-то эти абитуриенты его нервировали.

— Хиого-сама, — обратился к начальнику Айзава. — Я прошу проверить меня.

— Ты все хорошо сделал, Айзава-сан, — степенно ответил Хиого Кан. — Поверь, если бы ты что-то сделал не так, я бы тебя поправил.

— Какие… странные люди, — негромко произнес Цубаса.

— Впервые работаешь с аристократами? — спросил начальник.

— Но они же… — начал было Айзава, намекая на документы.

— Айзава-сан, нужно смотреть не в документы, а на человека, — наставительно произнес Хиого Кан. — То, что ты сейчас ощущал, есть обычное воздействие делового подхода. То есть, эти люди просто были серьезны. Всего лишь. Поверь, если бы им от тебя что-то было нужно… Скажем так, неофициально, то ты бы испытал к ним полную симпатию.

Цубаса посмотрел вслед этим двум. У выхода к ним подошла… Женщина. Да такая, что Айзава на секунду невольно прилип к ней взглядом. Женщина же подхватила парня под руку и что-то с улыбкой ему сказала.

— Вы хорошо справились, Айзава-сан, — подвел итог Хиого Кан и, хмыкнув (он тоже смотрел на ту женщину), добавил. — Продолжайте работать.

* * *

Тот же день, спустя три часа. Около кампуса СКС. Парк Тамэ Коен

За эти почти три недели, пока Элен и Ника находились здесь, восторг от знаменитого парка Тамэ Коен («Для умных юношей» — хонтого), конечно, несколько притупился. Но все равно, девушкам здесь очень нравилось. Они приходили сюда после каждого занятия на курсах. Гуляли по дорожкам. Широкие дорожки здесь были вымощены камнем, поменьше отсыпаны черной каменной крошкой. Именно черной, как уголь. Здесь был самый разгар весны, то есть самое лучшее время, когда буквально все цветет. И контраст между черной дорожкой и буйными красками вокруг получался просто потрясающий!

Ника и Элен старались разговаривать даже между собой на хонтого, чтобы побольше тренироваться. Альтеро в этом месте вообще звучал как-то грубо, словно материшься в картинной галерее. Пока они еще толком ни с кем не познакомились, так как прибыли одними из первых. Учебный год здесь начинался в середине августа. По земному времени. А здесь это было начало первого месяца лета. Или «яёи», так называется этот период в Империи Шин. У хинодзинов несколько странный календарь. Первый месяц года, муцуки длиться пятьдесят дней. Второй, кисараги, пятнадцать дней. И все, весна — саку, закончилась. Далее идет лето — шутцуга. Четыре месяца. Яёи — тридцать пять дней, удзуки — сорок, сацуки — тоже сорок и минацуки — пятьдесят. Потом три месяца осени — Сейчжуки, два месяца по двадцать и один тридцать дней. И зима — тесуто, два месяца. Первый — каминадзуки, шестьдесят дней, а второй, симоцуки, почему-то только десять. В общем, хинодзины те еще оригиналы. И как пользоваться их календарем, непонятно.

Для тех, кто вырос в земном мегаполисе, находится на природе уже немалое достижение. А уж вот в такой природе, как здесь, это практически успех. Даже вечно хмурая Ника и та шла с легкой улыбкой.

— Вот зря ты тех парней так отшила, — выговаривала ей Элен. — Ну, погуляли бы с ними. Что такого? Они тут уже учатся, многое знают.

— Сомнительное преимущество, — с иронией, но веселой, ответила Ника. — К тому же я их не отшила, а слегка потроллила. А они сразу обиделись. Вот и зачем нужны такие? Они же, как дети. А потом что? Не так сказала, не так посмотрела. Мне Федора хватило, нафига еще раз в это лезть?

— Хм, — Элен задумалась. — Слушай… А в этом что-то есть. Это что, на тебя так изучение хонтого повлияло?

Ника покачала головой. А потом устремила взгляд в чистое, ярко-синее небо.

— Конечно, это несколько… слишком хорошо для него, — ответила она. — Но этот Денис вел себя гораздо взрослее.

— Ух ты! Ты что, его за образец взяла? — удивилась Элен.

Просто за все-то время, после исчезновения этого странного парня, Ника о нем предпочитала не разговаривать.

— Он, конечно, сволочь та еще, — ответила Ника. — Но в этом определенно был логичен. Хотя со своим самомнением, похоже, доигрался. Мафиози недоделанный.

Дорожка вывела девушек на вершину холма. Здесь, со специально огороженной площадки открывался захватывающий вид на ту часть парка, где были расположены небольшие озерки. Это были явно искусственные водоемы, но очень удачно вписанные в атмосферу парка. Горбатые красные мостики шли к островкам посередине озер. В прозрачной воде не спеша плавают разнообразные пестрые рыбки. И сейчас озера были обрамлены буйным цветом деревьев и цветов.

— Утсукишии кешики! (Прекрасный вид!) — протянула Ника, с улыбкой смотря на пейзаж.

— Маттаку моте оначжи икендесу! (Полностью согласна!), — откликнулась Элен.

— Когда-нибудь, — в голосе Ники проскочили грустные нотки. — Я обязательно свожу сюда папу. Обязательно, клянусь.

— Да я бы вообще их вывезла с Земли, — добавила Элен. — Мне вот обратно вообще не хочется. Лучше в корабле, чем там.

Они помолчали, глядя на все это великолепие.

— Папа взял кредит, чтобы отправить меня сюда, — негромко произнесла Ника. — Я должна…

— Это понятно, — перебила ее Элен. — У меня, думаешь, по-другому? Да, мой не кредит взял, а на бандосов работает. Но разница-то невелика. Эх, вон, живут же люди!

Это девушка сказала про компанию, которая шла внизу, по дорожке мимо пруда. Высокий мужчина с длинными белыми волосами. Именно так выглядели аристократы Шин. В смысле длины волос. А белый цвет, как узнала Элен, у них тут модный тренд. Рядом с этим хвостатым красивая и хорошо одетая женщина. И девушка еще с ними была, тоже с белыми волосами. Ну, и было видно сразу, люди явно не бедствуют.

— Они-то, такое, наверняка, видят часто, — продолжила, со вздохом, Элен. — Это не мы… Днища с Земли.

— Завидовать нехорошо, — заметила Ника. — Но… Да, немного обидно.

— А вот мне не немного! — усмехнулась Элен. — Вот не было бы рядом с этим хвостатым его баб, я бы уже вниз неслась!

— Фу, ну уж до такой-то степени не надо, — поморщилась Ника.

— Между прочим, я бы постаралась красиво брякнуться! — ухмыльнулась Элен. — Желательно, прямо перед этим белым. Чтобы он меня спасал и все такое! И вот он, билетик в красивую жизнь!

Ника фыркнула.

— Ой, вот только не надо тут морщиться, — Элен невесело усмехнулась. — Как будто ты не из-за этого меня терпишь.

Ника покосилась на спутницу.

— Вообще-то нет, — спокойно произнесла Ника. — Не отрицаю, что вначале просто… ну, рядом и рядом. Но теперь по-другому.

— Во, и как теперь? — слегка удивилась Синицина.

— Спокойно и ровно, — ответила Ника и посмотрела в небо. — У меня есть цель, у тебя есть цель. Если ты, по пути, и мне сможешь помочь, будет хорошо. Не сможешь, ну, значит, такова судьба.

Элен хмыкнула. Она подошла поближе к ограждению, облокотилась на него.

— Ника, — произнесла Синицина. — Если что… Хотя бы подпихни. Я не забуду.

Ника встала рядом. Элен покосилась на нее.

— Договорились… Элен, — ответила Ника, улыбнувшись.

Элен усмехнулась в ответ.

— Что-то все так серьезно, будто на стрелке, — выдала Синицина. — Эх! Слушай, а пойдем в клуб?

— Ты опять? — скривилась Ника.

— Не, вот ты странная, а как варианты-то искать? — Элен деловито цикнула. — Сама же видишь, начали студенты съезжаться! Сейчас самое время, пока серьезно учиться не начали и еще не привыкли! И тут мы, типа, местные. Сечешь?

— Давай только не сегодня, — поморщилась Ника. — Вот вообще нет никакого настроения.

Синицина хитро улыбнулась.

— Я может тебе секрет открою, — иронично произнесла она, повернувшись спиной к ограждению (чтобы эти богатеи взгляд не мозолили). — Но в клубы для того и ходят, чтобы настроение поднять. Ты чего?

Просто на лице Ники появилось выражение недоумения. Она шагнула к ограждению, пристально смотря вниз.

— Слушай, я, похоже, перезанималась, — произнесла девушка. — Но…

Элен приподняла бровь, а потом, когда Ника кивнула в ту сторону, куда смотрела, обернулась. Та компания уже обошла озерцо, и теперь они стояли лицами к девушкам. Расстояние тут было небольшое, метров тридцать, и черты этих самых лиц можно было рассмотреть. Синицина сначала сощурилась… А потом и на ее лице появилось удивленное недоумение. И глаза округлились.

— Вот это да… — ошарашено прошептала Элен.

Она активировала голоочки, чтобы рассмотреть тщательнее.

— То есть, я не спятила, да? — произнесла Ника, когда Синицина убрала очки и присвистнула.

— Или мы обе того, — пробормотала Элен. — Или это все-таки, он. Но как?

* * *

Вечером того же дня. Кампус. Денис Кусаби

Возле каждого учебного заведения на Комаки имеется свой студ. городок. И возле — это значит возле. То есть до учебных корпусов можно дойти пешком. А еще на кампус нельзя зайти, если ты не сотрудник академии и не студент. Поэтому, с Шень пришлось прощаться у входа в охраняемую зону. И Денис по достоинству оценил тот факт, что весь кампус был накрыт силовым щитом. Технология купольного строительства, но она же совсем не дешевая. Но тут, как говориться, репутацию потерять легко. А поддерживать дорого. А тут явно заботились о своей репутации и не экономили на ее поддержании.

Шень, после странного прощания, наполненного туманными намеками, поехала в дом, который сняли для нее и Райви. А Денис с Элли зашли в городок. Естественно, тут не было никаких шлагбаумов и вахтеров. Автоматика. Они просто прошли через проход, который был выполнен в виде небольшого здания. А проход закрывали два щита, то есть это был тамбур. Сначала исчез первый щит и тут же появился, когда они зашли внутрь. Привычный по корабельным тамбурам шум насосов. И только после этого открылся внутренний щит. То есть, внутри купола поддерживается своя атмосфера? Сурово.

— Две за нами шли, — негромко произнесла Элли. — От самого сада.

— Я тоже заметил, — спокойно ответил Денис. — Все в порядке. Я их знаю.

Девушка с некоторым удивлением посмотрела на парня.

— У нас везде есть свои люди, — с загадочным видом добавил парень. — И не только люди.

А перед ними раскинулась… Ну, наверное, мечта военного коменданта. Широкая идеально чистая улица. Белые поребрики. Просто-таки образцово ровное покрытие, слегка пружинящее, кстати. Походит на искусственный газон. Или ковер с очень коротким ворсом. Бледно-зеленого цвета. И никаких многоэтажек, по бокам от дороги стоят одинаковые, двухэтажные дома. Первый этаж с панорамными зеркальными… Это даже не окна, а натуральные витрины. Возле каждого дома имеется садик, с беседкой, прудиком (тут, похоже, на этих прудах помешаны) и небольшими декоративными деревьями. Дворы друг от друга отделялись рядами больших деревьев, которые походили на лиственницы. Или елки. В общем, деревья были, как есть, хвойный и кроны у них были вытянутые вверх, словно наконечник копья.

Во дворах сидели парни и девушки. И чаще всего, однополыми компаниями. Кстати, судя по тому, что им с Элли достались разные дома для проживания, парни и девушки живут раздельно. Со всех сторон доносился смех, музыка (негромкая, это есть в правилах. Хочешь громкую, ставь купол, разумеется, за деньги). Ну, и на них пялились. Образ Денис выбрал несколько эпатажный, но этим преследовалась вполне конкретная цель. Он же тут не только учиться собирается. Надо свою команду набрать. А как это сделать, если ты незаметный?

— Мне сюда, — негромко сказала Элли, показывая на перекрестке направо.

— Элли, не надо сегодня прямо сразу за учебу падать, хорошо? — произнес Денис. — Познакомься с соседями, с территорией.

— Ясно, — коротко кивнула девушка.

Элли решительно свернула направо и целеустремленно зашагала по дороге. Денис хмыкнул. Ну, хорошо, что хоть по уставу не отбарабанила, уже достижение. Что-то она все это воспринимает, чуть не как заброску в тыл врага. Денис посмотрел время, а потом покосился назад, откуда они с Элли пришли и чуть улыбнулся, увидев двоих девушек.

«Вот так, дорогой мой Штирлиц, и палятся. Но, к счастью, мы на Комаки».

Глава 2

2 июля 4048 года. Около кампуса СКС

Ника и Элене, даже не договаривались, а сразу и одновременно двинули следом за этой компанией. А те пошли в сторону кампуса.

— Эх, надо было тогда быть решительнее! — вздыхала Элен.

— Ага, а потом вон с ним бы пришлось сбегать, — мрачно заметила Ника.

— И? — Синицина цикнула с досадой. — Сейчас бы рассекала… Вон на той бабе, платье стоит, как хороший флаер!

— Знаешь, это то еще достижение, найти себе спонсора, — фыркнула Ника.

— Ник, вот без обиды, — язвительно ответила Элен. — Но ты, прости, нихрена не разбираешься в людях!

— Ой, а ты прямо эксперт, да? — скривилась Дайне.

— Нет, конечно, — Элен остановилась, так как компания впереди дошла до входа на кампус. — Но конкретно вот этот… персонаж, вряд ли бы, ну, спонсора стал бы искать. Ну, согласись?

Ника поморщилась, вздохнула.

— Да, — выдавила она, наконец. — Это бандит вряд ли.

— Вот, — Элен подняла вверх палец. — А, значит, эта женщина спит с ним по другой причине.

— Откуда ты знаешь, что она с ним спит? — усомнилась Ника.

Элен с недоумением покосилась на подругу.

— Ника, — Синицина покачала головой и осуждением в тоне продолжила. — Это же просто видно. Вот с этой, в черном платье, он точно спит. А со второй также точно нет. О, вторая ушла! Отлично! Идем!

— Куда? — удивилась Дайне.

— Ника, твою мать! — даже несколько разозлилась Элен. — Это же… Короче, знаешь что. Вот это сто процентов, шанс. Двести процентов! И уж поверь, меня сейчас легче убить, чем остановить! Если ты пас, то давай, до свидания!

— Вот ты как заговорила, — с осуждением произнесла Ника. — Да идем, идем!

— Вот, то-то же, — сухо ответила Элен. — Ага, они зашли. Давай в темпе, нельзя их упустить!

Девушки быстрым шагом двинули к проходу на кампус.

— Да подожди ты, — пыхтела Ника. — Куда он денется?!

— Вот я также на Земле думала! — отрезала Элен. — Сейчас! Прямо сейчас!

В тамбуре Синицина нетерпеливо постукивала ногой. А когда второй щит убрался, она чуть ли не бегом рванула наружу. Нике пришлось, без всяких «почти», ее бегом догонять!

А Денис и девушка вместе с ним, никуда не торопились. Они неторопливо шли по центральной улице. А потом девушка отделилась от парня.

— Это просто праздник! — воскликнула Элен. — Похоже, я была хорошей девочкой и Санта мне подарок сделал!

Ника только офигевала от этой активности подруги. А парень повернулся к ним и совершенно явно их ждал. И в этот момент Элен вдруг затормозила.

— Слышь, да что ты делаешь? — ругнулась Ника.

— Все, можно не суетиться, — усмехнулась Синицина. — Он нас явно заметил.

— Ну, так ты этого и хотела, разве нет? — язвительно спросила Дайне.

— Теперь этого нельзя показывать, — ответила Элен. — Ну, типа мы просто шли в ту же сторону.

Ника смерила Синицину недоуменным взглядом.

— То есть мы бежали, бежали, — с легкой угрозой произнесла Дайне. — А теперь, типа, не за ним? Я все правильно поняла?

— В точности, — усмехнулась Элен. — Ника, оставь это мне, хорошо? Ты же просила помочь, вот и не жужжи.

— Да, пожалуйста! — фыркнула Ника. — То же мне… Актеры голопостановки!

— Это называется флиртом, Ника, — с усталостью и легкой жалостью ответила Элен. — То есть, когда все и всё знают, но делают вид, что нет. Но намекают, что да.

— Можно я просто рядом постою, хорошо? — нахмурилась Ника. — А вы играйте, там…

Они подошли к Денису. Парень некоторое время с улыбкой смотрел на них.

— Доброго вечера, дамы, — произнес он, с легкой хрипотцой в голосе. — Какая неожиданная, но приятная встреча!

* * *

Элли подошла к дому, до которого ее привел навигатор. Двухэтажный дом, совершенно обычный и точно такой же, как соседний. Девушка прошла двор и подошла к двери. При ее приближении, индикатор рядом с дверью, сменил цвет на зеленый. Поэтому Элли сразу вошла внутрь.

Небольшой коридор. У двери стоит обувь. Элли активировала снятие сапог. С легким клацанием сапоги раскрылись.

— Ух ты! — раздался чей-то возглас.

Причем на альтеро. Элли, подняв голову, увидела стоящую в конце коридора девушку. Она была в синей легкой куртке, белой блузке и черной юбке.

— Привет! — весело, но как-то слегка натужно произнесла та, все на том же альтеро. — Меня зовут Каролин! А тебя?

— Элли Кроу, семнадцать лет, — отчеканила Элли. — Буду жить в комнате четыре.

Каролин несколько мгновений смотрела вошедшую девушку с легким недоумением. А потом снова улыбнулась.

— Эм, понятно, — произнесла она. — Классные у тебя сапоги!

— Да, — коротко ответила Элли, вытащившая ноги из обуви и оставшаяся в белых гольфах. — Ты в какой комнате будешь жить?

— Хм, м-м, в третьей… кажется, — протянула Каролин, слегка растерявшаяся от такого вопроса. — То есть! В третьей, конечно, да! Слушай, а я тебя где-то… Точно! На станции! Вы шли по вип-коридору!

Элли смерила Каролин внимательным холодным взглядом.

— Мне нужно осмотреться, — сказала Элли. — Ты можешь мне показать дом?

— Да я… в смысле, сама сюда только час, как пришла, — Каролин снова растерялась. — Если хочешь, можем вдвоем… Ну, посмотреть.

Элли пару мгновений думала.

— Хорошо, я принимаю твое предложение, Каролин, — официальным тоном заявила Элли…

… Коридор выходил в гостиную, которая занимала весь первый этаж. Несколько диванов, на которых лежали пледы и подушки, окружали круглый стеклянный столик. Еще пара кресел стояли, у стены. Да, одна стена здесь была почти полностью… окном. То есть, стекло от потолка до пола. Под ногами покрытие с коротким ворсом.

Здесь же была кухня, очень скромная по набору посуды и инструментов. А по сравнению с кухней на Коусоку, не говоря уже об Эйрен, здесь, считай, не было кухни.

— Ты умеешь готовить? — недоуменно спросила Каролин, когда Элли инспектировала зону приготовления пищи.

— Умею, — спокойно ответила Элли. — Но здесь не на чем и нечем готовить.

— А я вообще… Только разогреть могу, — Каролин, похоже, слегка расстроилась.

— Этому не сложно научиться, — спокойно ответила Элли. — Так, идем дальше.

Также на первом этаже имелся небольшой спортзал. Рядом с ним душевая кабинка. Собственно, все. На втором этаже комнаты. Четыре.

— Кто-то зашел, — сказала в этот момент Элли. — Пойдем, посмотрим.

— Я ничего не слышала, — озадаченно произнесла Каролин, посмотрев в сторону выхода.

— Я тоже, но мне пришел сигнал, — ответила Элли, показав комм на левой руке. — Из домовой системы.

— Ты уже к ней подключилась? — опять удивилась Каролин.

— Конечно, это первое, что я сделала, — ответила Элли. — Идем.

Девушки вышли из спортзала в гостиную. И увидели девушку, примерно такого же возраста, как они сами. То есть семнадцать-девятнадцать лет. Типично шиновские черты лица (то есть, азиатские), но какие-то… Хищные, что ли. Определенно эта девушка была в себе очень уверена. Среднего роста. Прическа-карэ, а колер ярко-белый. Фигура спортивная. Синий брючный костюм, явно не дешевый.

— О, привет, вы мои новые соседки? — с улыбкой спросила азиатка. — Меня зовут Юмико! Я на третьем курсе. А вы, я так понимаю, только поступили?

Элли отметила тот факт, что новая знакомая сразу заговорила на альтеро.

— Да, — спокойно ответила Элли. — Меня зовут Элли.

— А меня Каролин, я с Земли, — негромко добавила Каролин.

— Приятно познакомиться, — улыбка Юмико была искренней. — А четвертой будет Кристин Кранц. Она на втором учится. Еще не приходила?

— Н-нет, — слегка запинаясь, ответила Каролин. — Когда я пришла, то в доме не было никого.

— Нас здесь трое, — уверенно добавила Элли.

— Хм, ясно, — с легкой улыбкой произнесла Юмико, пристально смотря на Элли. — Что же, я сейчас вещи закину, переоденусь и спущусь. И мы выпьем за встречу!

— Выпьем? — Каролин отчетливо побледнела. — Я бы…

— Чаю, Каролин, — озорно улыбнулась Юмико. — Извините, за плоскую шутку.

* * *

Девчонки уже разведали здесь обстановку, поэтому выбор места, где посидеть, Денис предоставил им. И наблюдал за тем, как они потом перемигивались. Сначала была кафешка попроще и, как бы это описать… Универсальнее. То есть совершенно обезличенное место приема пищи. На фасаде второго пункта общепита имелись иероглифы, какие-то звери, похожие на львов, стояли у входа, а когда оттуда вышли парень с девушкой, то Денис заметил официантку в чем-то типа земного костюма мико. Только юбка не красная, а синяя. То есть определенно это было пафосное местечко.

Остановились на третьем варианте. Небольшой ресторанчик в шиновском антураже, но одновременно не пафосный. Здесь не было стульев, сидеть предлагалось на подушках, лежащих на полу. И девушки уже явно уверенно устроились перед низким столиком. При этом гостевые кабинки располагались на возвышении, так что стол был на уровне приносимых подносов.

Когда они только вошли, стоящий за стойкой мужчина-азиат, при виде Дениса явно оживился. А когда девушки с парнем выбрали место, к ним тут же подскочила бойкая девушка, опять в этом костюме под мико. То есть сверху что-то типа гибрида белой рубашки и куртки, а снизу широкая синяя юбка до пола.

— Шинай нару гесуто, конбанва! (Уважаемые гости, добрый вечер!) — весело оттараторила девушка и поклонилась.

Денис в ответ слегка склонил голову, сохраняя на лице каменное выражение. И промолчал, так как с ним были дамы. И заказывать должны они. По крайней мере, так делала Шень на станции Эйрен, тоже в шиновском ресторане. Вряд ли здесь другие порядки. Ну, и язык он толком еще не знает. Кажется… Опа, а официантка смотрит на него. Ах да.

Денис сделал скупой жест в сторону девушек. И официантка повернулась к ним, сохраняя на лице лучезарную улыбку. На лице Ники в этот момент пробежало выражение неприятия. Но девушка промолчала.

— У тебя сейчас все хорошо стало? — заговорила Элен, когда заказ бы сделан и официантка ушла.

Это были первые слова, произнесенные с момента встречи.

— Если ты об обстоятельствах, которые заставили меня покинуть Землю, то да, — спокойно ответил Денис.

— А здесь ты что делаешь? — хмуро спросила Ника.

Элен кинула на подругу быстрый взгляд.

— Думаю, то же, что и вы, — ответил Денис с легкой улыбкой. — Собираюсь поучиться.

— Если не секрет, — Элен выдала открытую улыбку. — На каком факультете?

— Не секрет, — хмыкнул парень. — Эксплуатация и навигация. А вы?

(Полное название факультета «Эксплуатация транспортных средств и космическая навигация»)

— Не поверишь, там же, — усмехнулась Элен.

— Почему же, поверю, насколько я помню, вы сюда и хотели? — ответил Денис с обаятельной улыбкой.

(Между прочим, весь перелет до Комаки ее тренировал).

— Ника больше хотела, — улыбнулась в ответ Элен. — Я лишь следую за ней.

— О, то есть Ника для тебя, типа, путеводной звезды? — поинтересовался Денис.

Вернулась официантка и принесла на подносе три тарелочки с кусочками торта и три пиалы с чаем. Именно с чаем, шиновцы всем напиткам более всего предпочитали именно чай. И это был тот самый, земной чай (правда, на Земле его уже почти не выращивают). То есть возникают интересные мысли, откуда же в цивилизации, которая гораздо старше земной, появился чай.

— И долго вы тут будете изображать… все это? — хмуро поинтересовалась Ника, когда официантка ушла.

— Что именно, госпожа Дайне? — вежливо поинтересовался Денис.

— Ладно, понятно, — Ника пододвинула к себе торт и пиалу. — Ну, вы тогда тут извра… э-э, беседуйте. А я поем.

Элен с досадой вздохнула. Денис усмехнулся.

— А ты не изменилась, Лея, — произнес парень и взял пиалу.

Как положено, то есть поставил на четыре пальца правой руки. Мизинец при этом положено подгибать. В приличном обществе хинодзинов.

— А с чего бы мне меняться? — язвительно осведомилась Ника, исподлобья глянув на парня.

Элен еще раз вздохнула. И откинулась на стенку кабинки.

— Слушай, здоровяк, — устало произнесла девушка. — А ты теперь… Ну, кто? Может к тебе как-то обращаться надо по особенному?

— Хе, а как же игра, этикет? — иронично спросила Ника.

— Знаешь, а ты бы немного помолчала, а? — рыкнула Элен. — Ты вообще хоть иногда за языком следишь?

— Ну, некоторым прям вот надо вывезти то, что в голову приходит, — иронично прокомментировал Денис. — Даже если есть шанс, что потом будут бить.

Ника явно чуть смутилась. Видимо вспомнила, как она с Денисом познакомилась. Но потом девушка упрямо вскинула голову.

— Не нравится, я не навязываюсь! — с вызовом произнесла она.

— Что и требовалось доказать, — хмыкнул парень. — Но рано или поздно…

— Да-да, жизнь заставит, — с тоской в голосе произнесла Ника, отрезая ложкой кусочек от торта (девушки специально указали, какие нужны приборы). — Я знаю.

— Ну почему же только так, — Денис лукаво улыбнулся. — Есть и другой вариант.

— Это какой же? — с подозрением спросила Ника, глянув на парня.

— Стать тем, кого очень трудно заткнуть, — ответил парень. — Я лично знаю такого человека. Такую. Она еще и матом может приласкать.

Ника хмыкнула. Но в этот раз почему-то промолчала.

— Обращаться ВАМ ко мне можно по-прежнему, Элен, — сухо произнес Денис, отвечая на вопрос Синициной.

Элен несколько мгновений внимательно смотрела на парня. А потом чуть наклонилась вперед.

— А есть варианты обращаться по-другому? — негромко спросила девушка.

— Пока, простите, нет, — спокойно ответил Денис. — А дальше поглядим. И нет, Ника. Это не то, о чем ты подумала.

Просто Дайне в момент речи Дениса, скорчила такое лицо, словно ей предлагали немедленно пройти в апартаменты.

— Ну, и о чем тогда я должна подумать? — язвительно поинтересовалась девушка.

— Об учебе, — чуть улыбнулся парень. — Сначала нужно научиться ездить, да? А уже потом лезть на трек.

Денис поставил пиалу на стол.

— Простите, мне уже надо идти, — произнес он. — Я еще даже до своего дома не дошел.

— Я тебя правильно поняла? — негромко спросила Элен. — Что мы пока… пока… м-м, неинтересны, но если…

— Да, Элен, правильно, — Денис посмотрел девушке прямо в глаза. — Ты же понимаешь, серьезные решения быстро не принимаются. Ну, и хорошие деньги как делаются, я думаю, ты тоже в курсе.

Парень поднял левую руку.

— Если будут какие-то проблемы, вот мой мэйл, — сказал он.

Денис вопросительно приподнял бровь. Элен спохватилась и, вскинув руку, подняла экран над коммом. Денис в этот момент сделал свап. На экране перед Элен появилась иконка с вопросом. Девушка подтвердила прием.

— Доброго вечера, — Денис вежливо улыбнулся.

Он тут же развернулся и двинул к выходу. Элен посмотрела ему вслед. Потом сохранила его мэйл и вздохнула.

— Мафиози… — пробормотала Ника.

— Слышь, подруга, — с угрозой произнесла Элен. — Ты, конечно, вся такая резкая, смелая! Но все же иногда следи за сосалкой, ага?!

* * *

Моше Шпиглер, представитель вечно гонимого народа, крупный такой представитель, двух метров роста, сидел в садике перед домом и употреблял пиво. Моше был характерной внешности, то есть смуглый, большой нос и карие глаза. Если приделать пейсы и надеть шляпу, то хоть сейчас к стене Плача. Но парень был без шляпы, стрижен коротко и на нем была кремовая рубашка, расстегнутая до пупа и шорты. И он не стеснялся своего тела, потому что стесняться было нечего. Рядом с ним сидел типичный ариец. Белокурый и тоже весьма здоровый парень. Это был Александр Кранц, самый натуральный немец. В черных штанах от формы академии, в белой рубашке. Собственно, это именно он и привез пиво. Разумеется, оно было очень слабое, но тут важен сам факт.

— Эх, Кента выпустился, — с сожалением произнес Моше. — Жаль. На этого узкоглазого дамы сами сбегались.

Говорил парень на альтеро. Александр Кранц покивал, соглашаясь с мнением соседа.

— Еще и кто-то вместо него будет, — продолжил Моше. — И комната будет занята.

Упомянутый Кента постоянноночевал в чужих домах и комнатах. А эти двое представителей Земной Республики, разумеется, пользовались этим в своих сексуальных делишках.

— А где, интересно, наш воин? — поинтересовался Алекс. — Неужели все-таки не захотел продолжать?

— Не, Нобу упертый, — Моше отхлебнул пива. — Жаль только, для такой упертости силы ему немножко не хватает.

Оба парня проводили взглядами компанию девушек, которые шли по дороге мимо дома.

— Первокурсницы, — произнес Моше, оценивая то, что дамы вертели головами, не переставая.

— Да, пока бесполезно, — вздохнул Александр. — Они еще пока в шоке. А таки ваша прошлогодняя подруга уже вас бортанула?

— Выпустилась, — с сожалением ответил Моше. — Время забирает лучших!

— Воистину, воистину, — согласно вздохнул Алекс. — Но все же, будут и новые, так сказать, горизонты.

— Только это и пиво мирит меня с реальностью, — ухмыльнулся Моше. — Но в данный, конкретный момент, к сожалению, придется обойтись только пивом. Но есть же еще…

— Я буду сожалеть о потере такого товарища, — с легкой угрозой произнес Кранц. — Но если ты…

— Я таки все прекрасно понял, не надо угроз! — поднял свободную ладонь Моше. — Просто проверка! Может вы за время отдыха изменили свое мнение, насчет того, что ваша сестра неприкосновенна. Но согласитесь…

— Дам по роже, — спокойно, но холодно произнес Александр. — Демагог хренов.

— А вот Кенте ты не угрожал! — возмутился Моше. — Это что, антисемитизм? Я так и знал, что до этого дойдет!

— Слышишь, притесненный, — выразительно произнес Алекс. — Кента, во-первых, был Хиого. Во-вторых, он за день четверых не окучивал.

— Это да, это я! — гордо ответил Шпиглер.

— Вот, — Александр поднял вверх палец. — А я не хочу, чтобы моя сестра осталась вдовой. И да, жаль, что Кента ей не понравился.

— Ой, я вас умоляю, Кента, конечно, парень умный, но совершеннейший же тюфяк! — Моше нагнулся и достал еще одну банку. — Поэтому, это мое мнение, девки на него и липли. Знали, что ничего он им не сделает!

— Хм, — Кранц задумался. — Интересная теория. Может, проведем эксперимент?

— Вы себя в зеркало-то видели? — фыркнул Моше. — Да у тебя же на роже написано «вдую»! Поверьте, друг мой, все так и есть, как я сказал. И лично я такой подружкой с членом быть не хочу.

В этот момент с улицы во двор зашел невысокий парень-азиат с длинными черными волосами убранными в хвост, простой дешевой одежде и с рюкзаком на плече. Он был одновременно смазлив, так как черты лица были тонкие, и чем-то отталкивал. Может быть тем, что глядел на мир свысока? Увидев двух амбалов, он поморщился.

— О! Нобу! — воскликнул Моше. — Привет! Давай к нам, у нас пиво есть!

— Воздержусь, — спокойно ответил парень. — Я к себе.

Нобу ушел, а Моше покачал головой.

— Зря это он, — произнес Шпиглер. — Лучшие годы же пропускает! О, чего это Оливия прыгает?

Это Моше увидел соседку, которая подошла к заборчику. И с кем-то разговаривала. Вообще, дома на кампусе специально заселялись «через один». То есть дом для мальчиков, следующий для девочек и так далее.

— О, так вы будете жить рядом! — донеслось до парней. — Если вам что-то будет нужно, не стесняйтесь!

— Кому это она так в уши льет? — недоуменно спросил Моше.

— Ну, похоже, мы сейчас увидим, — произнес Александр. — Похоже, это наш четвертый будет.

Через пару мгновений во двор зашел высокий крепкий парень. Длинные белые волосы, черный плащ. И от этого азиата прямо-таки веяло властью и деньгами.

— Похоже, Кента прокачался, — негромко произнес Моше.

Алекс только хмыкнул.

— Добрый вечер, — на чистом альтеро заговорил этот парень. — Я так полагаю, вы мои соседи?

— Ну, если ты будешь жить здесь, то да, — с некоторым вызовом ответил Моше. — Как звать?

Парень с легким удивлением обвел Шпиглера взглядом. Потом оценивающе осмотрел Кранца.

— Звать не надо, сам приду, — спокойно ответил азиат, снова посмотрев на Моше. — Давайте, я типа снова вошел, ладно? Мое имя Денис Кусаби. Позвольте узнать ваши имена, господа?

— Опа, с Земли что ли? — хмыкнул Моше. — Откуда?

— Александр Кранц, — в этот момент представился немец. — А этого невоспитанного человека, зовут Моше Шпиглер.

— Приятно познакомиться, — чуть улыбнулся Денис.

— Эй, Шпиг! — за спиной парня оказались несколько соседских девушек. — Говорят, у вас есть пиво?

Денис обернулся, а Алекс с Моше переглянулись… И понимающе ухмыльнулись друг другу. Просто буквально полчаса назад, на предложение о совместном распитии, был получен дружный «фи, пиво?».

— Есть! — осклабился Шпиглер. — Но уже мало!

* * *

Дом Элли

Четвертая жительница дома пришла через полчаса, после прихода Юмико. Белокурая девушка, с несколько грубыми чертами лица, но это ее не делало некрасивой. Наоборот, в этом был какой шарм. Кристин Кранц весело поприветствовала Юмико, было видно, что девушки не просто живут в одном доме, но и, как минимум, у них хорошие отношения.

А потом эти двое подвергли новеньких натуральному допросу, замаскированному под болтовню. Элли и то сначала этого не поняла, но благодаря опыту, полученному в Рагуне, все же это просекла. А вот Каролин выдала о себе все. И то, что она с Земли, из мегаполиса Европа. И то, что буквально недавно попала в неприятную историю, чуть не закончившуюся тем, что ее бы в рабыни продали. Кристин на это заметила, что на Земле уже вообще все на деньгах помешались. И что у них, на Нью-Хоуме, за только лишь намек на такое, как минимум, закатали бы на исправительные работы.

Юмико слегка удивилась тому, что и Каролин, и Элли поступили на ЭИН(«Эксплуатация транспортных средств и космическая навигация» или просто Эксплуатация и навигация — ЭИН). Сама Юмико училась на факультете управления. А Кристин вообще хотела пойти в ученые. И училась на направлении пространственной навигации. То есть Кристин хотела изучать подпространство.

— А ты тоже сюда одна прилетела? — спросила Юмико у Элли.

Ранее такой вопрос был задан Каролин. И вот, как бы невзначай, причем не сразу, а спустя какое-то время, его задали и Элли. Но ответ на него был заранее согласован.

— Нет, с родственником, — ответила девушка. — Мы с ним вместе захотели учиться.

— Парень? — заинтересовалась Кристин. — Как зовут, сколько лет?

— Денис, — слегка улыбнулась Элли. — Семнадцать.

— Кстати, я забыла, спрашивала или нет, вы с Земли? — спросила Юмико.

«Вообще-то, не спрашивала» — усмехнулась про себя Элли.

— Нет, мы с Роанапра, — ответила Элли.

— Хм, а из какого клана? — чуть нахмурила лоб Юмико.

— Мы не из клана, — ответила Элли. — Простые… граждане.

На это Кристин слегка приподняла бровь, но промолчала. Юмико же улыбнулась. Но её улыбка была дежурной.

— Кэр, ты чего затихла? — с теплом произнесла Кристин. — Что-то неприятное вспомнила? Расслабься, ты же на Комаки! Все будет хорошо!

— Да нет, я просто… — Каролин слегка смутилась. — Ну, задумалась. Роанапра… Это же где-то…

— Да, место не самое спокойное, — усмехнулась Элли…

* * *

Чуть позже. Комната Юмико

В комнату Юмико зашла, продолжая слегка улыбаться. Но едва дверь за ней закрылась, девушка сделалась серьезной.

— Интересно, — пробормотала она.

Девушка прошла к кровати, села на нее. А потом достала из-под нее чемодан, с которым приехала. Открыв его, девушка извлекла из чемодана небольшой пенал, стального цвета. Юмико встала, положила пенал на стол и села в кресло, стоящее рядом.

Сдвинув в сторону незаметную почти заслонку, девушка приложила палец к отрывшейся контактной пластинке. А когда рядом с пластинкой зажегся небольшой огонек, Юмико нагнулась над пластиной. И ее глаз был отсканирован.

Над пеналом возник голоэкран. И на нем появился клановый камон. Красный круг, перечеркнутый крест-накрест черными линиями. Камон клана Хиого…

… Через минут десять Юмико рассматривала фотографии Элли Кроу и поступившего вместе с ней, Дениса Кусаби. Генетический код у них был на самом деле, как у родственников. Да они даже были похожи. И согласно досье, прибыли с Роанапра.

— Хм, — это Юмико увидела грифы на деле этих двух.

«Условно-союзные». Такую отметку можно увидеть не часто. Юмико вот вообще ее только один раз видела. И это был парень из клана Ноёрё. Который потом стал мужем одной из девушек клана Хиого. А тут сразу двое…

Собственно, Юмико и сама заметила, что эта Элли весьма непроста. Все попытки что-то о ней узнать, неизбежно проваливались. Она не поддавалась на симпатию. На агрессию тоже. Это она вообще просто мимо пропустила. Поэтому Юмико ею и заинтересовалась. А тут оказывается, что они каким-то образом в делах клана участвуют.

Юмико открыла свойства грифа на деле парня. И вот тут вылетело окно, с предупреждением. Предупреждением о том, что у пользователя не хватает допуска. То есть все вообще серьезно! Интересно!

Девушка убрала голоэкран и задумалась. Некоторое время она сидела, крутясь в кресле и смотря в потолок.

— Ладно, сама посмотрю! — усмехнулась Юмико. — Если уж совсем… строго, скажут!

* * *

Комаки. Бар «Моретсуна Усаги»

Даже в баре на Комаки царил порядок. По сравнению с Роанапра, это был не бар, а место для детских утренников. Шень, зайдя внутрь, скользнула взором по белой стойке, по залу. А потом увидела, что показывают на голоэкране.

Это бар был одним из тех, где можно набраться и кому-нибудь начистить лицо. По реалу. Так что неудивительно, что Райви именно сюда и поперлась. И в данный момент она лупила какого-то офисного клерка на татами. Правда… Лупила, это слишком сильно сказано. Шень пришла в тот момент, когда они только сходились. И вот уже мужик лежит в уголке. А Райви морщиться…

… Выйдя из зала, Райви дошла до стойки. И упала на табурет рядом с Шень.

— Ну, как? — иронично поинтересовалась китаянка.

— Да иди ты, — буркнула Райви. — Эй, слышь!

Девушка пощелкала пальцами, привлекая внимание бармена. Живого бармена. Совсем молодой паренек, лет двадцати максимум.

— Помнишь, то, крепкое? — мрачно спросила Райви.

— Конечно, госпожа! — с явным уважением ответил парень. — Я взял на себя смелость и сделал ваш коктейль заранее. Дозо!

— Молодец, ага, — пробурчала Райви и взяла стакан, который выставили перед ней.

— Это был который по счету? — осведомилась Шень.

— Третий, — Райви поднесла стакан к губам, от души отхлебнула. — И последний. А я даже не размялась. Вот дерьмо!

Китаянка хмыкнула.

— Слышь, это… — Райви покосилась на Шень и кивнула в сторону зала.

— Райви, я сегодня пас, — сверкнула улыбкой китаянка. — Как я в таком платье буду пить?

— Вот дьявол, — буркнула Райви и добила стакан. — Эй, парень! Повтори!..

… Разумеется, нужно было прибыть до места пребывания на флаере. По улицам ходить в таком состоянии было нельзя. То есть в теории, конечно, можно. Но потом придется штраф платить.

— Завтра, на, пойду на пляж! — с досадой говорила Райви, по которой даже было не видно, что она весьма хорошая. — И пойло свое возьму! Нифига не вставляет эта их водичка!

— Не, завтра не надо, — заметила Шень. — Завтра нельзя.

— Это почему это? — не поняла Райви.

— Тогда я проиграю штуку, — ответила Шень. — А если пойдешь послезавтра, после обеда, то выиграю две.

— Мне одну, — тут же деловито сказала Райви.

— Договорились, — улыбнулась Шень. — Ну, идем спать? Ого, время-то уже два.

— А хрен ли еще делать? — с досадой произнесла Райви. — Ты чего?

Просто Шень резко остановилась. Райви сфокусировала взор и увидела какого-то азиатского пацана, стоящего перед ними. И этот парнишка был одет… Странно. Хотя, для этих мест может и нормально. Школьная синяя форма. Белая рубашечка.

— Госпожа Шень, — парень отвесил поклон.

— Основание? — сухо бросила китаянка.

— Я не по работе… тетушка, — ответил парень ровным тоном. — Меня зовут Канг. И я прибыл на практику.

Шень несколько мгновений молчала. А потом, так ничего и не сказав, достала смарт. Набрала несколько сообщений. Хмыкнула.

— Ну, что же, Канг, — произнесла китаянка. — Кампус СКС, второй квартал, десятый дом, комната номер три. Задача — проникнуть. Подтверждение, твое имя, написанное на столе в комнате. Пока не сделаешь, на базу не возвращаться. Вопросы?

— Я все понял, тетушка, — парень снова поклонился.

— Еще раз назовешь меня тетушкой, будешь искать новый язык! — сощурилась Шень. — Не задерживаю!

Глава 3

2 июля 4048 года. Дом Райви и Шень

Совершенно обычный домик, двухэтажный. В этом районе такие были все. То есть буквально все. Вопрос строительства тут решили централизовано. Впрочем, чего еще ожидать от этих унылых и до скуки рациональных Хиого?

Внутри интерьер типично шиновский. То есть заходишь в дверь, сразу за ней этакая ниша или площадка для обуви. А потом ступенька и коридор. Налево сдвижные двери в хозяйственные помещения, в душевую, туалет. Направо (тоже за сдвижной дверью) гостиная совмещенная с кухней (ну, или просто гостиная). Прямо лестница на второй этаж.

Гостиная небольшая, разумеется. Примерно три на четыре. Как дань другим культурам, здесь имелась мебель, в виде дивана, прозрачного «под стекло» пластикового столика перед ним и двух кресел напротив дивана. Два окна, закрытые жалюзи. Стойка в углу отделяет зону готовки. Денис бы в этом месте поморщился, так как места там было только-только. В стойку интегрирован небольшой холодильник-бар. К нему Райви сразу и направилась.

— Ну, и что это было? — спросила она, сдвинув дверцу.

Шиновцы вообще весьма любили именно сдвигающиеся двери. И лепили их куда угодно.

— Твою мать, — пробормотала Райви, увидев кучу бутылочек, этикетки на которых, разумеется, были с иероглифами. — Ну, и которая тут пойло? Ладно!

Она выбрала одну, с этикеткой поярче. Шень в этот время прошла к дивану и легла на него. Обувь, разумеется, они сняли у входа.

— Так что это был за парень? — спросила Райви, доходя до кресла и плюхаясь в него.

Шень усмехнулась.

— Это, типа, извинения, — произнесла она. — От Семьи.

Райви, свернув пробку, глотнула из бутылки и на ее лице появилась досада.

— Фу, вот же… — девушка подняла бутылку перед лицом и посмотрела на этикетку. — И кто им сказал, что для воды нужно такую этикетку делать?

Райви с презрением на лице, поставила бутылку на столик.

— А я думала, что Денис, ну… — Райви пощелкала пальцами. — Из тех, кто сам… хм, все в постели делает.

Шень с удивлением посмотрела на собеседницу.

— Это ты с чего к таким выводам пришла? — с легким недоумением поинтересовалась она.

— А что, нет? — поинтересовалась Райви, разваливаясь в кресле. — Пацан этот он просто какой-то очень смазливый.

— М-да, — Шень хмыкнула. — Вот так думаешь, что знаешь человека. И тут такой сюрприз вылетает.

— Слышь, этот шкет словно прямиком из тибритского порно! — поморщилась Райви. — Что я еще могла подумать?

— Теперь уже я не знаю, что думать, — насмешливо ответила Шень и потянулась. — И давно ты порно с мальчиками смотришь? Или, типа, не только смотришь?

— Аха-ха, просто оборжаться, — скривилась Райви. — Так бы и сказала, что это секретный секрет.

Шень некоторое время молчала, смотря в потолок.

— Так-то секрет, — произнесла она, наконец. — Но тебе…

— Вот иди нахрен! — тут же мотнула отрицательно головой Райви. — Держи свои секреты при себе! Мне моих, на, хватает!

— Он Черный Веер, — спокойно произнесла Шень. — Ну, пока еще нет, но…

— Вот же ты сука, а! — выдохнула Райви.

— Ну, в этом доме я не одна такая, — тут же с ехидной ухмылкой парировала китаянка. — И ты все равно бы узнала.

— Ага, я же прям, мать его, гребаный агент! — язвительно заметила Райви. — Я же жопу на служение готова порвать, ради родной корпорации!

Шень повернулась набок, подставила под голову руку. С интересом уставилась на собеседницу.

— А вот мне интересно, Райви, — произнесла китаянка. — Девочка ты большая, чтобы тебя нужно было провожать побухать. Зачем ты сюда поперлась?

— А что, теперь в компании путешествовать запрещено? — сощурилась Райви. — Захотелось мне так, мля!

— Кстати, я тоже стала чё-то, типа, ржать с твоей манеры, — иронично произнесла Шень.

— Да чё вы вцепились, а!? — чуть оскалилась Райви. — Один ржет, теперь еще одна! Мне теперь что, только матом разговаривать?

— Да не, просто забавно, что я раньше этого не замечала, — усмехнулась китаянка. — Ну, и интересно, почему Денис все-таки заметил. Наверное, я просто привыкла, вот и пропустила.

— Я хрен его знает, что вы там заметили, — мрачно сообщила Райви. — Внимательные, на…

— Райви, ну, хватит уже отрицать, что ты сюда прилетела учиться, — ехидно заметила Шень. — Если бы так хотела отдохнуть, то рванула бы, я не знаю, на Фаболус. Или на Субараши. Ну? Здесь отдыхают дети, пенсионеры и семьи!

— Шень, у тебя коротнуло что ли? — фыркнула Райви. — Меня вообще-то… Короче, Бутч вдруг разволновался.

— А в прошлые разы? — хитро сощурилась Шень.

Райви удивленно приподняла брови. Шень характерно вздохнула, а потом села.

— У Хиого ты не светилась, не хмурься, — насмешливо сообщила китаянка. — Но пробить по билетам несложно, если знаешь, когда искать. Я знаю про один твой «отпуск». Если есть основа для анализа, то просчитать уже нетрудно. Раньше бы я даже не подумала копать в таком ключе. Полагаю, если порыться еще, то найдется еще несколько таких периодов, когда…

— Хватит, — холодно произнесла Райви. — Я поняла.

Она взяла бутылку с водой, отхлебнула. Вздохнула. И скривилась.

— И этот… умник, тоже знает? — негромко спросила она.

— Чтобы он тебя боготворить что ли начал? — фыркнула уже Шень. — Конечно, нет. Но, думаю, об уровне твоего образования он догадывается.

— Боготворить? — удивилась Райви. — Слышь, Змея… Отсыпь этой дури.

Китаянка покачала головой.

— Ладно, параллельно, — иронично сказала Шень. — А интересно, на каком факультете ты учишься?

У Райви лицо сделалось, словно маска. Злая маска. Несколько мгновений она пристально смотрела на китаянку.

— Языки, — выдавила, наконец, девушка. — Сначала. А потом…

Райви опустила голову.

— Я и сама не поняла, как так вышло, — глухо сказала она. — Одно, другое. С одним языком зацепилась, с другим. И…

Райви стиснула бутылку, которую держала в правой руке.

— Философский, — еле слышно пробормотала она.

— Ага, — Шень хмыкнула. — Вот откуда все эти заходы про рыцарей и прочее. Кстати, я думаю, Денис тебя на этом и выцепил. Знания, Райви, их очень трудно скрыть! Да, думаю, и Бутч тоже догадывается. Поэтому и послал тебя сюда. Умный негрила!

— Ну, вот вы и узнали, — в голосе Райви прорезалось раздражение. — Легче вам стало?

— Райви, легче стало тебе, — насмешливо ответила китаянка. — Теперь тебе не надо устраивать все эти операции прикрытия, типа пляжа. Или баров. Спокойно двинешь завтра, куда тебе там надо. И, кстати, то, что ты китайский знаешь, я поняла давно.

Райви вздохнула. Потом допила воду, поставила пустую тару на стол. И потянулась.

— Ну, и отлично, — спокойно сказала она. — Тогда я спать.

Девушка поднялась и пошла в сторону выхода.

— Райви, — произнесла Шень, откинувшись на спинку дивана, в тот момент, когда ее собеседница дошла до двери. — Но послезавтра-то на пляж пойдем?

— Само собой! — сощурилась Райви, бросив взгляд на китаянку. — Готовь мою тысячу!

И вышла из гостиной. Шень улыбнулась и прикрыла глаза.

— Теперь бы выяснить, — еле слышно пробормотала она. — Откуда у него такие знания.

Шень помолчала, чуть нахмурилась.

— И при этом не помереть, — уже вообще почти неслышно добавила она.

* * *

Система времени Империи Шин

День — 27, 6 часа относительно Земли.

День — Пятнадцать отрезков — чиканов.

Чикан (110, 4 минуты) — тридцать бунов.

Бун (3,667 мин, 220,02 сек) — 60 банов,

Бан — 3,6 сек

День отсчитывается по земным меркам примерно от часа ночи.

1 чикан — Ёру

2 чикан — Хокор

3 чикан — Расу

4 чикан — Аса

5 чикан — Чоушоёку

6 чикан — Чигото

7 чикан — Юшоуку

8 чикан — Хиру

9 чикан — Наттараку

10 чикан — Кентакан

11 чикан — Юхан

12 чикан — Югата

13 чикан — Оша

14 чикан — Сиюмин

15 чикан — Юмэ

* * *

Кампус СКС. Дом Дениса

Время для посиделок здесь ограничено. Ровно с началом Оша вне помещений остаются только те жители кампуса, которые имеют на это разрешение. Но внутри домов студенты вольны делать то, что захотят. Разумеется, если ты остался у кого-то в гостях, то проведешь там ночь. И тут не патрули ловят запоздавших гостей, зачем? Есть датчики на выходе из гостевого дома и на входе твоего, есть камеры. А потом придет штраф. В официальных правилах не было сказано о размере этого штрафа. Но новые соседи просветили Дениса, что это будут работы. Да-да, будешь убирать кампус. И неважно, кто ты там по титулу, званию и так далее. Выбор-то простой. Либо работаешь, то есть штраф оплачиваешь, либо освобождаешь помещение. Так-то вполне здравая методика. На кампусе вряд ли будут жить убеленные сединами и изукрашенные эполетами. А молодежь надо сразу жестко в рамки ставить.

Так что примерно после часа «прописки» в новое место жительство (а что это еще могло быть?), Денис, наконец-то, попал туда, где собирался жить ближайшие два или даже три года.

«На месте. Произвела осмотр. С соседями познакомилась»

Это пришло сообщение от Элли. А вот Шень, почему-то, не торопилась с оповещением. Ну, она дама взрослая. Хотя почему-то это слегка раздражает.

«Никак ревность?» — Денис даже удивился этому чувству.

Небольшой коридор. В конце лестница на второй этаж (узнаете планировку? Хи-хи. Прим. Автора). Слева три двери. Кстати, забавно, что входная дверь состоит из двух половин, которые раздвигаются в стороны. А двери в коридоре сдвижные, как в купе поезда. Справа дверь большая, со стеклом. И что тут у нас? Ага, гостиная. Или общая комната. Три на четыре. Диван у стены, рядом с ним кресло. Ну, с этим завтра.

Денис прошел дальше по коридору. Интересно тут бдят, кстати. Парень заметил еще один контур датчиков. То есть, чужого здесь дважды обнаружить могут. Вопрос, только обнаружить?

Парень шарил глазами, пытаясь обнаружить системы безопасности. И когда подошел к лестнице вплотную, то рядом с ней увидел явно не декоративные металлические полоски на стенах. Это, похоже, торцы дверей. То есть обнаруженный чужак окажется перед глухой перегородкой. Оригинальное решение. Но годное. Не панацея, но проблем доставить может изрядно. Входная-то дверь тоже не простая.

Денис поднялся наверх. Короткий коридор, по две двери с каждой стороны. Номера справа — четные. Соответственно слева нечетные. Причем, двери не сдвижные. А смыкающихся. То есть из стены половинки двери выезжают. И Денису все больше нравились местные параноики!

«Милый, мы с Райви дома! Скучаешь по мне?»

А вот и Шень соизволила проявиться. В этот момент двери комнаты справа под цифрой «4» раздвинулись. И в коридор вышел худой и мрачный парень с длинными волосами, типаж «Иисус» с поправкой на восточный колорит. Он смерил Дениса холодным взглядом. И, видимо, ему не понравилось то, что он увидел. Так как паренек выдвинул вперед челюсть, гордо вскинул голову.

— Угуро Нобу, — процедил он сквозь зубы. — Даре то ханашите иру но? (С кем я говорю?)

И опять Денис прекрасно понял сказанное. Забавно…

Он окинул собеседника недоуменным взглядом. Вздохнул. Просто сегодня как-то уж много серьезных разговоров было.

— Вы понимаете, что сейчас я должен ответить грубо? — поинтересовался он на альтеро.

Нобу еще раз оглядел Дениса. Еще больше помрачнел, хотя, казалось бы, куда уж больше. Черного Властелина что ли косплеит?

— Ну, я не против, — заявил он, тоже на альтеро, кстати, и прошел мимо Дениса.

Странный, конечно, парень. Денис хмыкнул и подошел к двери своей комнаты. С цифрой три. Напротив той, из которой вышел этот Угуро.

— Ну, сим-сим, давай, яви мне мою пещеру, — произнес Денис.

Мигнул на замке двери оранжевый огонек. И сменился на зеленый. Половинки двери почти бесшумно, с легким шорохом, разошлись в стороны.

— Ну, никто номера люкс и не ждал, — произнес Денис, войдя в комнату.

Комната-пенал. В длину четыре, в ширину где-то два с небольшим. Кровать, почему-то у дальнего торца, прямо у окна и поперек. Слева от входа стол с терминалом. Справа шкаф, разумеется со сдвижными дверками. Собственно, все. Ну, кресло еще, но это не слишком важный элемент обстановки.

Разумеется, включился свет. Денис провел пальцем по магнитной застежке плаща. И покосился в сторону стола, откуда раздался негромкий мелодичный сигнал.

— Добро пожаловать в Первую Техническую Академию! — это на терминале поднялся голоэкран.

А на нем во все зубы лыбилась азитка. Точнее, правильно говорить шинчи.

— Я ваш интерактивный помощник Акаси! — бодро декламировала девица с экрана.

А за ней на фоне трепетало «на ветру» синее полотнище, на котором алел красный круг перечеркнутый крест-накрест толстыми черными линиями. Камон Хиого.

— Вы можете задавать мне любые вопросы! — продолжала мотивировать девушка. — Любым удобным для вас способом!

Денис определил плащ в шкаф, оставшись в белой сорочке.

— Просто скажите «Акаси, помощь»! Или напишите в поисковой строке!

— Ну, теперь заживем, — хмыкнул Денис.

— Приятного пребывания на Комаки! — закруглилась Акаси и голоэкран свернулся.

Похоже… Ну, вот было у Дениса стойкое ощущение, что местные безы имеют способ и в комнатах ситуацию контролировать. Вряд ли это камеры, за наблюдение в личном помещении можно и проблем огрести кучу. Но что-то вроде тревожного сканера быть должно. Типа, микрофонов настроенных на громкие звуки. Тупо слушать и писать, судя по общей политике, вряд ли станут. Просто за такое можно не только проблемы себе подтянуть. Точнее, проблемы станут просто непреодолимого размера. Тут же как, если имеешь горячую инфу, соблазн ее использовать все равно рано или поздно преодолеет осторожность. А хватит одного раза, чтобы репутацию уронить. А вместе с репутацией придет и конец всему бизнесу Хиого.

Ага, на дверном косяке несколько кругляшков. Это сканеры. То есть третья линия безопасности. Вообще хорошо. Денис вытянул из рукавов сорочки запонки… И прикрепил одну над дверью. Да-да, в Хиого он бы явно пришелся ко двору, с такой же паранойей. Вторую запонку-камеру Денис закрепил над окном, встав на кровать. Потом поднял голоэкран над коммом, проверил. Отлично видно. Он настроил камеры на пакетную передачу, то есть, когда он будет подходить к дому, камеры отправят данные, если кто-то окажется в комнате без него. Да, это будет, конечно, палево перед местными системами, но если в его комнату кто-то проберется, то безопасники вряд будут шум подымать. Да и вообще, свое личное помещение, думается, можно контролировать так, как хочется. Другое дело, что в правилах сказано, что подобные девайсы нельзя проносить на Комаки. Но лучше поругаться с местными безами, чем законопослушно лежать с биркой на ноге.

«Эй, милый! Ты чего молчишь?» — пришло еще одно сообщение от Шень, с грозным смайликом.

Кстати, смайлики благополучно дожили до сорок первого века. И не просто дожили. Они «заразили» и другие расы. Теперь ими пользуются все, даже альвы и иллири.

«Все в порядке, Шень, — набрал Денис сообщение. — Заселился в комнату, сейчас готовлюсь ко сну».

«Хорошо! (улыбающийся смайлик). Один?»

«Спокойной ночи, Шень»

«Бука»

* * *

Следующий день. Кампус СКС. Около дома Элли

— Ой, давайте я вас провожу! — улыбаясь, сказала Юмико. — Мне все равно тоже надо в мед. центр!

— Конечно! — восторженно ответила Каролин, прежде, чем Элли успела отклонить это предложение.

Девушки уже стояли на улице.

— Ну, вы сейчас на языки же пойдете? — это вышла из дома Кристин. — Вы знаете, куда идти?

— Я провожу их! — весело ответила Юмико.

— Да? — Кристин смерила подругу чуть удивленным взглядом.

А Юмико, пока Элли и Каролин не видели, сделала Кристин большие глаза. Немка чуть приподняла брови. Юмико хитро улыбнулась. Кристин усмехнулась.

— Ладно, мне сегодня надо по магазинам пройтись, — произнесла она. — Все-таки, скоро Приемный бал.

— А что это за бал? — несколько растерянно спросила Каролин. — Я про него не читала.

— Это неофициальное, но официальное мероприятие, — ответила Юмико. — Пока идем до мед. центра, я расскажу! Кстати, потом мы можем тоже по магазинам пройтись. Платья купить и прочее. Для бала.

— М-м, — Каролин замялась.

— Я не пойду на этот бал, — спокойно оповестила Элли.

И двинула в сторону калитки. Каролин, нахмурившись, за ней. Юмико и Кристин переглянулись.

— Ты что задумала, а? — с подозрением спросила немка.

— Да так, чисто на всякий случай, — ответила Юмико. — Интересные просто персонажи.

— Ну, эта Элли да, что-то есть такое, — хмыкнула Кристин. — Но Каролин?

— Причем тут Каролин? — сощурилась Юмико. — Меня интересует брат Элли.

— А-а, опять поиски принца? — фыркнула Кристин.

— Между прочим, очень ответственное и важное мероприятие, — со значением произнесла Юмико.

— Ну, хех, удачи, — усмехнулась Кристин.

* * *

Кампус СКС. Дом Дениса

Спускаясь по лестнице, Денис опять встретил того недружелюбного соседа. Угуро что-то пробурчал, то ли поздоровался, то ли послал. Денис же вежливо поздоровался. Подчеркнуто вежливо, с легким поклоном. Ну и да, конечно, это троллинг. Но вежливый же, да и не записывался он в синтоисты.

Проходя мимо открытой двери в гостиную, Денис увидел, что Моше с Александером (именно так, Александер, а не Александр. Или лучше коротко, Алекс) находятся там. Моше развалился на диване, Алекс в кресле, рядом со столиком перед диваном, боком к товарищу.

— О, Денис-сан! — насмешливо произнес Моше, отсалютовав банкой. — Смотрю, бодр и готов грызть?

— И вам доброе утро, господа, — с легкой иронией ответил Денис. — Да, нужно пройти курс хонтого.

— А, ну это дело нужное, — кивнул Моше. — Кстати, в мед. центре девчонки просто отпад. Но аккуратнее, друг! Дамы очень строгие!

— Спасибо, я учту, — улыбнулся Денис и прошел к выходу.

Моше отхлебнул из банки. Дождался сначала клацания (это Денис сапоги надел), потом шипения (входная дверь открылась и закрылась).

— Видел, какие у этого сапоги? — произнес Шпиглер.

— Еще вчера, мой невнимательный друг, — ехидно ответил Алекс. — Наш новый… хм, сожитель, явно не бедствует. Ну, или его родственники.

— Ой, да по любому клановый! — фыркнул Моше. — Да, может не совсем легальный сын, но его определенно вытаскивают. Иначе с чего бы он такой, весь красивый и дерзкий?

— Вы знаете, господин Шпиглер, — задумчиво ответил Алекс. — Тут я с вами склонен согласиться. Явно с воспитанием у Дениса все в полном порядке. Как и со всем остальным, думаю. Да и фамилия у него… Ну, такая, нарочито простецкая и явно не шиновская.

— Ну, все логично, — хмыкнул Моше. — Чтобы было ее легко сменить.

Парни посидели, с задумчивыми лицами.

— Вы, таки, думаете о том же, о чем и я? — поинтересовался Шпиглер.

— Ну, не знаю о чем вы, — хмыкнул Алекс. — Но отношения с Денисом неплохо бы наладить более тесные.

— Только давайте не слишком тесные, — ехидно заметил Моше.

— Вы пошляк, господин Шпиглер, — с укоризной произнес Александер.

Моше в ответ согласно заржал.

* * *

«Твою мать, сюда что, вся Земля решила перебраться?» — думал Денис, увидев, с кем идет Элли.

Одну девушку, шинчи, он не знал. Зато европейку помнил отлично. Каролин Стюард, неудавшаяся жертва похищения. Вот, значит, куда ее отец хотел отправить. И надо же было так совпасть, что она именно с Элли живет. А она живет, иначе, с чего бы они вместе шли?

— Доброе утро, дамы, — Денис поздоровался с девушками. — Позвольте представиться. Денис Кусаби.

— К-каролин, — представилась, собственно, Каролин.

— Юмико, — улыбнулась третья девушка. — Приятно познакомиться, Денис.

«Что-то она меня будто сканирует» — отметил взгляд этой Юмико парень.

— Доброе, — спокойно произнесла Элли. — Как устроился?

— Нормально, — чуть улыбнулся Денис. — Некоторые соседи не слишком… приветливые. Но это терпимо. А тебе, я вижу, повезло больше?

— Да, — кивнула Элли.

День разгорался прекрасный. Конечно, небо из-за купола над кампусом, было не особо видно. Точнее, оно виделось искаженным. Но было определенно солнечно. Они стояли на идеально чистой и ровной дорожке, мимо шли хорошо одетые молодые и красивые люди. В общем, ничего не омрачало настроение в это замечательное утро.

— Вы тоже идете на курсы, господин Кусаби? — спросила Юмико, когда они двинулись дальше.

— Конечно, — слегка улыбнулся парень. — Это одна из целей моего пребывания здесь.

— Знать хонтого? — уточнила Юмико…

… А этот парень вживую ей понравился даже больше, чем на изображении. Статичное фото не показывало, как он двигается, к примеру. А двигался Денис Кусаби весьма примечательно. За это Юмико, прошедшая, как и все клановые дети, курс боевой подготовки, могла ручаться. Денис явно знает, с какой стороны нужно браться за оружие.

А Каролин этот парень натурально подавил. Девушка шла молча, иногда кидая на парня недоуменные взгляды…

… - Ну, я бы хотел изучить языки, — уклончиво ответил парень, на вопрос Юмико.

«Естественно. Хонтого он, наверняка, знает. Не может не знать, с таким-то… типажом. Интересно, а что они будут изучать? И почему именно сейчас, это же можно сделать в процессе. Специально идут на хонтого? А ну да, по легенде же они с Роанапра. А может и вправду оттуда. Похоже, дети из местных кланов».

И Денис явно обучен… Получше, скажем так. Точнее, глубже. Видимо, ему выдали роль главного в их паре с сестрой. Наверняка из-за особенностей характера. А если у них распределены роли… Кстати, они могут быть и вовсе не братом и сестрой. Генетические маркеры изменить очень дорого, но не невозможно. Хм, тогда ничего себе подготовка. Интересно!!! Ох не зря она пошла с ними!

— Господин Кусаби, позвольте вас спросить, — вновь заговорила Юмико. — А вы на какой факультет поступаете?

— «Эксплуатация и навигация», — ответил Денис. — А почему вы это спросили?

— Ну, мне любопытно, что популярно сейчас, скажем так… — Юмико соблазнительно улыбнулась. — У интересных людей.

«Так, а это что за реакция? Что не так? Почему он отгородился?»

Быть может это и несколько эгоистично, но до сих пор парни реагировали на Юмико совсем по другому. Девушка знала, что весьма привлекательна. И активно пользовалась внешностью, чтобы смягчить углы. А тут какая-то необычная реакция!

— Понятно, — чуть улыбнулся парень…

И отвернулся! И начал о чем-то негромко разговаривать с сестрой! Вот же!.. Ну, ничего! Это мы еще посмотрим! Надо же, какой уверенный!

— О, Юмико! — с боковой дорожки девушке стал активно махать парень. — Привет! Ты куда идешь? Может, вместе пойдем?

«Вот же… Как специально!»

Денис покосился на этого парня. Кстати, из клана Сарасё. Сарасё Керо. Не сильно впечатляющий внешне, но умный. О, кстати. А тут можно повернуть в нужную сторону!

— Господин Кусаби! — окликнула парня Юмико. — Позвольте вас представить! Сарасё Керо. Один из лучших студентов второго курса вашего факультета. Керо!

Паренек, которого Юмико обычно не сильно привечала (но и далеко не отпускала), слегка удивился. Но подошел.

— Вот, на твой факультет поступают, — произнесла Юмико. — Денис, Элли, Каролин.

— Керо, — слегка недоуменно представился парень.

— Вы учитесь на «эскплуатации и навигации», господин Сарасё? — произнес Денис.

— Э-э… Ну-у, да, — еще больше впадал в непонятки Керо.

— Если не секрет, то на какую специализацию? — продолжил Кусаби…

И тон какой вкрадчивый сделался… Ох ты ж! Да он же занимается тем же… Чем и она сама!

— Пилот малых летательных аппаратов, — пробормотал Сарасё.

— Юмико-сан сказала, что вы один из лучших студентов, — Кусаби ободряюще и открыто улыбнулся Керо. — Я тоже хочу выбрать такую же специализацию, как и у вас. Старшие товарищи мне постоянно говорили, что учиться надо у лучших. Девочки, простите, я вас догоню! Так вот, Керо-сан. Я собираюсь, как и вы, учиться на пилота…

Парни отошли в сторонку. А Юмико едва удерживалась, чтобы восхищенно не выматериться! Вот теперь она начала понимать, зачем эти двое прибыли сюда! Ничего себе нахрап!

— Я кое-что уже изучал самостоятельно, — донеслось до Юмико. — Но хотелось бы системного подхода. Вы наверняка знаете, кто лучше учит в своей дисциплине и прочие нюансы. Простите, если кажусь настойчивым. Просто мне это очень сильно нравится! И я, честно говоря, впервые встречаю человека своего возраста, который в этом разбирается.

— Идемте, он сам придет, — спокойно произнесла в этот момент Элли.

Юмико опять едва сдержала свою реакцию. Да они же команда! Вот это бриллиант она выкопала!

— Конечно! — улыбнулась Юмико. — Идемте! Кстати, вон там, у выхода на территорию академии, квартал кафешек есть. На любой достаток. Может, потом посидим там? Я знаю замечательную кафешку, где готовят вручную, представляете?

— Это интересно, — Элли действительно, похоже, заинтересовалась. — И какие блюда там подают?

— Ой, Элли-чан, я же не повар, я едок! — рассмеялась Юмико. — Я названий не вспомню. Но мы же можем сходить и посмотреть!

— Это было бы неплохо, Юмико-сан, — ровно ответила Элли.

«Симатта! И эта дистанцию держит! Но ничего! Так даже интереснее!»

— Каролин, а ты когда-нибудь пробовала профитроли? — тем временем спросила Элли.

При этом она увлекла Каролин дальше!

— Профи… что? — а та была в каком-то пришибленном состоянии, с тех пор, как Дениса увидела.

— Профитроли, — уточнила Элли. — Это сладкий десерт…

Юмико, идя за ними следом, только головой качала.

* * *

Первая Техническая Академия. Мед. центр. Отделение мнемообучения

Все было также, как на Эйрен. То есть загрузили базу языка, провели проверочные тесты и назначили занятия, для усвоения материала. Кстати, изучение хонтого для студентов СКС было со значительной скидкой. Но вот что делать дальше с тем, что Денис… В общем, после загрузки базы, во время проведения проверочных тестов, он совершенно без напряга не только понимал, но и спокойно перешел на то, чтобы думать на хонтого. Кажется, именно это называется полным знанием языка?

Он же реально переключился. Совершенно свободно потекли посторонние мысли о том, что нужно будет сдавать тесты, разведать, где тут магазины, кафе и прочее… В этом месте Денис себя и поймал на том, что думает на хонтого. С некоторой оторопью он отслеживал, что в мыслях не идет перевод. То есть слова не буквами шли, а образами. И переключиться обратно на альтеро получилось с некоторым трудом.

Ну, подозрения, разумеется, уже были. Но одно дело понимать язык, и совсем другое владеть им. А в сочетании с тем, что он знает о собственном теле, выводы следовали какие-то дикие. Получается, что он прям жил в Шин. Ну, или долгое время находился среди хинодзинов…

… Коридор в мед. центре был, такое ощущение, что целиком отлит из белого пластика. Никаких стыков, все было безупречно белоснежное и монолитное, при этом освещение достаточно яркое, но одновременно не слепящее. Денис, пройдя по коридору, вышел в такой же строго белый холл, девушка, стоящая за стойкой ресепшена, вежливо ему улыбнулась, чуть склонив голову. И даже она была во всем белом. Удивительно, что волосы у нее черные…

Звякнул сигнал лифта, двери открылись и в холл вышел крепкий парень, в несколько грубоватой, но явно удобной, однотонно-серой одежде. Он окинул взглядом помещение. Хм, профессионально огляделся. Следом за ним из лифта вышел еще один парень. Роста среднего, худощавый. В такой же одежде, как и первый. И прямо-таки уставился в пол. Странно они идут. Второй парень следует за первым буквально след в след.

Денис дошел до одного из белых диванчиков у стены. Кожа слегка скрипнула, когда он сел на диван.

— Григорий Шелехов, — негромко произнес первый парень на альтеро, когда дошел до стойки. — И Олег Шелехов.

Второй парень, Олег, при этом стоял рядом, получается, с родственником и чуть склонив голову набок, продолжал смотреть в пол.

— Комната двенадцать, господин Шелехов, — ответила девушка на ресепшене. — Вас ждут.

— Спасибо, — спокойно ответил Григорий.

И коснулся руки Олега. Парни, все таким же образом, то есть друг за другом, двинули в сторону коридора, откуда только что вышел Денис. Интересные персонажи. Григорий носит на руке обычный комм, а у его, скорее всего, брата, очень мощный КПК, в виде массивного наруча. Григорий ступает очень характерно, перекатом ступни, Олег просто идет. А это еще кто?

— Господин Кусаби? — к Денису подошел молодой парень, в строгом черном костюме.

В шиновской моде. То есть черные штаны, такого же цвета пиджак с длинными полами и со стоячим воротником под горло, который украшен серебряными узорами. Длинные волосы убраны в хвост и «зализаны». Одновременно с вопросом парень слегка поклонился. Склонил голову и Денис.

— Меня зовут Ноёрё Ёсихиро, — произнес шиновец. — У меня послание от господина Хиого Кана.

«Хиого? Хм, вроде еще не светились особо. С чего вдруг?»

— Я вас слушаю, господи Ноёрё, — степенно ответил Денис.

— Хиого-сама предлагает вам разделить с ним вечерний чай (буквально, Хиого-сан предлагает придти к нему в час Оша), — снова слегка склонился Ноёрё.

— Это честь для меня, господин Ноёрё, — ответил Денис. — Но я еще плохо ориентируюсь здесь. Не могли бы вы рассказать, куда мне нужно будет придти. А потом как вернуться назад.

(Если коротко, то Денис поинтересовался насчет ограничений по перемещению студентов).

Ёсихиро достал из внутреннего кармана небольшую карточку, золотого цвета. Размером примерно, как визитка. И держа ее двумя руками, опять с поклоном протянул Денису. Тот, склонив голову, также двумя руками принял карточку.

— Если мне будет позволено заметить, господин Кусаби, — с достоинством произнес Ноёрё, распрямившись. — Ваше стремление в изучении наших традиций вызывает уважение.

— Благодарю вас, Ноёрё-сан, — ответил Денис. — Но это скорее заслуга персонала этого центра, чем моя.

— Конечно, Кусаби-сан, — чуть улыбнулся Ёсихиро и эта улыбка была понимающей. — До встречи.

И они вежливо раскланялись друг другу. Ноёрё ушел, причем не к лифтам, а в тот же коридор, куда ушли до этого те парни. Денис же изучил карточку. Иероглифы…

«Хиого Кан. Профессор. Декан факультета Общей Философии».

М-да. Уже и их иероглифы стали понятны. Во дела.

— Господин Кусаби! — раздался голос девушки за стойкой.

Денис поднял голову и увидел, что на ресепшене теперь стоит полное радушие. Парень чуть приподнял брови.

— Могу я предложить вам чашечку чая? — улыбка девушки была просто обворожительной.

— Пожалуй, не нужно, — ответил Денис. — Спасибо… Аюми-чан.

Имя девушки было на бейдже.

— Конечно, Денис-сан, — девушка склонила голову. — Как вам будет угодно.

Кстати, сейчас Денис прошел первую стадию знакомства. Если захотеть, то далее нужно просто будет попросить того же чаю. Это будет вторая стадия. А на третий день можно будет пригласить девушку где-нибудь посидеть. Заметьте, все это не предполагает, что отношения могут перейти в близкий контакт. В Империи Шин можно вот так гулять с девушками без каких-либо обязательств. Даже если есть официальная девушка. Для хинодзинов, особенно мечников, то есть аристо, такие прогулки — это как почитать книгу. Да-да, именно вот так. Мужчина просто общается с девушкой. Кстати, отказ о чая означает, что мужчина не планирует переходить эту черту просто общения. То есть, занят. У хинодзинов вообще очень сильно распространена традиционность. Почти во всех сферах жизни есть такие вот непрямые иносказательные варианты, как спросить и как ответить, чтобы напрямую не спрашивать.

Но вот что понадобилось целому декану? Да еще и в максимально неформальной обстановке… Приглашение на чай — это именно полная неформальность. Кажется. По крайней мере, откуда в этом была полная уверенность… И это Дениса неслабо бесило. Он, конечно, привычно давил это чувство, но вот такие моменты прям раздражали.

Завибрировал на руке комм. Денис поднял руку, вытащил голоэкран.

«Как дела, красавчик? Твоя девочка уже соскучилась!»

«Нормально. Проходим сейчас обучение хонтого»

«Ага, значит, сегодня ты во второй половине дня не занят?»

«Хм, ну да. Какие-то проблемы?»

«Ну, так, небольшие. Но тебе было бы интересно».

«Хорошо, я буду. К вам ехать?»

«Конечно, милый! Одну из проблем нужно будет решать… в интимной обстановке»

«Райви там еще не сильно развлеклась?»

«О-о, она прям со всей душой отрывается! Но исключительно в рамках правил. Если увидишь ее в академии, не удивляйся»

Денис недоуменно перечил сообщение.

«Где-где я могу ее увидеть?»

«Именно там, где я сказала, дорогой. Пожалуйста, не смущай ее, если встретитесь».

Денис ощутил острое желание поругаться матом. Правда он еще не понял, от удивления или раздражения.

«Ты же мне расскажешь, в чем дело?»

«Не, пусть она сама рассказывает. Это ее дела. Ой, мне тут бежать надо! Целую! Пока!»

Денис некоторое время молча пялился на строки чата.

— Чего, мля? — негромко произнес он.

* * *

Шень дошла до столика, за которым сидел молодой азиат. Паренек был в простом сером костюме, его длинные волосы были заплетены в косицу. Женщина изящно присела на сидение, напротив паренька.

— Не слишком презентабельно, — с улыбкой произнесла Шень, окидывая взглядом типичную студенческую забегаловку.

То есть самообслуживание, печатная еда. Конечно, не так, как на каком-нибудь пассажирском быдловозе в третьем классе, но тоже не сильно престижно. Сидящий напротив паренек мрачно смотрел на женщину.

— Если экономишь деньги, — продолжала Шень. — То нужно покупать еду в автоматах. А не светиться под камерами в кафе.

Парень дернул щекой.

— Как вы меня нашли? — глухо спросил он.

— Ну, Канг! — даже вроде как слегка обиделась Шень. — Ты же не думал, что я вот так просто тебя отпущу?

— Я же сменил одежду, — мрачно произнес Канг.

— Молодец! — улыбнулась Шень. — Но мимо наблюдения за проходом на территорию кампуса ты пройти не мог. Дальше рассказывать?

Парень поморщился.

— Не надо, — Канг вздохнул. — Значит, я провалился?

— Ты не мог не провалиться, — уже серьезно ответила Шень. — От Семьи ты помощи не получил. Никаких дополнительных материалов или снаряжения тоже. Мое задание — это гарантированный провал.

Канг засунул палочками в рот «салат». Похрустел им с задумчивым видом.

— Тогда зачем вы мне его дали? — спросил он, посмотрев на Шень исподлобья.

— Затем, чтобы ты научился не только исполнять, — ответила женщина. — Слепое исполнение — это удел фанатиков. Наша профессия подразумевает использование головы. В первую очередь. Когда тебе дают задание, то ты должен его исполнить. И не просто исполнить, а строго определенным образом.

— Я знаю, — с некоторым раздражением ответил Канг.

— Знать и понимать — это разные вещи, — спокойно произнесла Шень. — И первое, о чем ты должен был подумать, это к кому тебя посылают и зачем. Как ты думаешь, зачем тебя прислали ко мне, Канг Инь?

— Учиться, — буркнул паренек.

Шень вздохнула. И характерно посмотрела на Канга.

— Первое, о чем ты должен был подумать, — наставительно произнесла женщина. — Это почему именно ко мне и почему именно тебя. Того, кто провалил свой первый же экзамен.

Паренек посуровел… и слегка порозовел.

— Я…

— Оправдания — это путь глупца, — тут же пресекла Шень эти объяснения. — Через три… Нет, через четыре часа я жду тебя. Со списком того, что тебе нужно для удачного завершения моего задания.

— Куда мне придти? — мрачно спросил Канг.

На это Шень лишь улыбнулась. И ни слова не говоря, поднялась.

— Когда придешь, не вздумай нас прерывать, — усмехнулась женщина. — Иначе будет очень больно. Тебе. Ты понял меня?

Канг молча кивнул. Шень лучезарно улыбнулась.

— До встречи, во де фенси, — промурлыкала она.

(Во де фенси — мой веерок, кит., прим. автора)

Глава 4

3 июля 4048 года. Первая Техническая Академия. Час Наттараку (после четырех дня по з.в.)

На Комаки не было городов, в понимании землян. Планета изначально осваивалась по плану, поэтому дикого скопления населения в каких-то точках Комаки не наблюдалось. Были этакие форты, это базы клана, а так планета напоминала большую деревню. Много малоэтажных зданий, много мест отдыха. И флаеры тут не поднимались выше трех метров. Потому что организовывать движение по эшелонам тут не было необходимости. Как и надобности, видимо, в личном транспорте. Денис, когда они вышли с Элли с территории Академии (которая тоже была под силовым куполом), заказал такси и только достал сигареты, как на комм пришло оповещение, что флаер прибудет в течении трех минут.

— Удобно, — оценила Элли, когда двухместный флаер опустился сверху.

А Денис успел заметить, что вылетел аппарат из того большого объекта, который висел над городом. Он-то думал, что это что-то типа физического щита и часть системы обороны. Хотя… Рациональные Хиого могли использовать именно военную инфраструктуру для базы флаеров. С другой стороны, флаеры и военные могут использовать.

— И практично, — откликнулся Денис. — Высылаешь так десяток флаеров и спец. транспорта не надо.

— Я видела тут и большие флаеры, — подхватила Элли.

— Кто-то тут крепко с головой дружит, — хмыкнул парень, подходя к открывшейся вверх двери флаера.

— И хорошо считает деньги, — добавила девушка.

Они залезли внутрь, дверь закрылась и машина, поднявшись на три метра (то есть, чтобы не мешать пешеходам), полетела по маршруту. Который, кстати, высвечивался на голопанели перед пассажирами. Деньги уже списались со счета Дениса.

А, кстати, для оплаты услуг и товаров на Комаки нужно было завести счет в Гинко Кураи Кадзан. А это оказалось не такой простой процедурой. Потому что счет иностранцам в Банке Кадзан просто так не открывают. А расплатиться на Комаки наличкой (ну, то есть платежными чипами), нельзя. Нигде. А если попытаешься, то ждут серьезные проблемы. Кстати, очень действенный способ контроля.

Так вот, если прибыл туристом, то нужно покупать специальный чип, со строго фиксированной суммой и сроком действия равным тому периоду времени, который прописан в туристической визе. А если собираешься жить больше четырех десятин (тут считают по десятинам, а месяцев нет вообще) на Комаки, то нужно открывать счет. Его можно открыть, если есть разрешение клана на жительство (и тут вопрос, как это сделала Шень? Ну, такой вопрос, больше риторический), студенческая виза или рабочая виза. Последнее, по словам Шень, вообще рядом с фантастикой, потому что, это же Хиого. А они синоним паранойи.

— Нормально хонтого встал? — спросил Денис у Элли.

— Да, все в порядке, — ответила девушка.

— А у Стюард? — спросил парень.

Элли посмотрела на него.

— Я не говорила ее второго… то есть фамилии, — с интересом произнесла девушка. — И она не говорила. Где узнал?

Элли сейчас не подозревала ни в чем, ей просто, похоже, был интересен способ.

— Не поверишь, — ответил парень. — Я знал ее раньше. На Земле.

— То есть ее подозрения, что она тебя где-то раньше видела, реальны, — хмыкнула Элли.

— Ну, немудрено, что она не помнит меня четко, — заметил Денис. — Когда мы, скажем так, виделись, она была натурально в хлам.

Элли несколько мгновений молчала, вспоминая историю Каролин.

— Получается, это ты ее спас от работорговцев? — негромко спросила девушка.

— Быстро ты ее раскрутила, — хмыкнул уже Денис. — Да, было такое.

— Не я, — спокойно произнесла Элли. — Точнее, она сама рассказывала.

В салоне флаера снова повисла тишина. Машина летела по улочке, где стояли трехэтажные дома. Можно сказать, это местные высотки, если не считать действительно больших зданий Академии.

— Такое ощущение, — заговорила Элли, когда дома стали двухэтажными. — Что мне постоянно демонстрируют, что такое правильный выбор.

Денис в ответ лишь усмехнулся…

… Элли не шутила, когда говорила эту фразу. Ее на самом деле впечатляло, что оказавшись рядом с этими людьми и особенно Денисом, она постоянно натыкалась на то, что идет. То есть двигается по Пути.

Эллира Дайнэ не могла похвастаться тем, что уделяла много времени изучению сущности Пути. В конце концов, она хотела стать пилотом, военным, а не аддаем. А вот теперь она понимала, про что говорили аддаи в академии, когда говорили о знаках. Точнее, начинала понимать.

Элли покосилась на сидящего рядом парня. А ведь… Можно сказать, роднее друг друга у них и нет никого. И удивительно, насколько… многогранен сидящий рядом человек. Сначала она видела циника, логичного, хитрого… Со своим взглядом на мир и окружающих. Даже можно сказать, со своей религией. Это был боец, опытный воин, сильный и, как это и должно быть, целеустремленный. То есть, идущий своим Путем Воина, без сомнений и колебаний.

Потом он показал совсем другую свою сторону. Денису реально нравилось возиться с техникой, интеллект-системами. И он еще оказался в этом очень сведущ! Очень. И это признавали те, кто имел свой Путь. Даже те, кто сами разбирались в технике.

А затем Элли узнала, что Денис участвовал в переговорах с малэс (самоназвание иллири). И разговаривал… С аддаем. Девушке очень бы хотелось это увидеть и послушать самой… Впрочем, потом она все-таки это увидела. Пусть не в разговоре с аддаем, но уровень оценить можно.

И этот последний образ мечника Шин. Даже ей ясно виделось, что он им поразил. Бутч даже слегка, но удивился.

«Есть те, у кого Путь настолько широк, что многие, кто оказываетсярядом, вольно или неосознанно, но идут следом. Это не плохо и не хорошо. Это Путь. Если ты не должен им идти, если Идущий не тот, за кем нужно следовать именно тебе, тебя отшвырнет в сторону, словно падающий лист ветром. Но если Путь Идущего тебя достоин, а ты достоин его, то ты поймешь это. Увидишь. И как только ты это осознаешь, значит, ты уже ИДЕШЬ».

— Мне нужно работать с Каролин? — спросила Элли.

Денис ответил не сразу, смотря в окно.

— Скажем так, — произнес он. — Нужно держать ее рядом, понимаешь? Чтобы была… хм, чтобы потом было достаточное количество для выборки. Нам нужны те, кто сам, осознанно, добровольно будут с нами. Четко понимая, на что подписываются.

Парень нахмурился.

— Не хочется потом кого-то в люк выкидывать, — продолжил он, чуть скривившись. — Так что, Элли. Каролин или кто-то еще, не торопись. Посмотри, оцени. Если есть сомнения, покажи мне, вживую или на записи. Есть Шень еще. Она вообще поиском людей профессионально занималась. Сама понимаешь, у нас очень… необычная цель. Вот, кстати. Та девушка, Юмико. Она кто такая?

— Мне она показалась… не то, чтобы опасной, — ответила Элли. — Скорее очень хитрой. Хорошо умеет спрятать свои мотивы.

— Ага, значит, я все правильно понял, — хмыкнул Денис.

Они помолчали. Странное дело, но такие паузы не ощущались неловкими. Просто нужно было помолчать.

— А Шень? — спросила Элли. — Она просто помогает или с нами?

Раньше бы она этого не спросила. Потому что… Ну, лезть в личные дела немного так хамство. Но сейчас этот вопрос прозвучал органично. Естественно.

— Пока, кто мы такие на самом деле, ей знать не надо, — негромко ответил Денис. — Это может повлиять… Хм-м… Скажем так, у меня будут сомнения в том, что она сделала добровольный выбор. Прости, если непонятно сказал.

— Вполне понятно, — спокойно ответила Элли. — Но… Мне кажется, что она уже все выбрала.

Денис ответил не сразу, смотря в окно на город.

— Скажем так, — с неохотой, наконец, заговорил он. — Дело не только в ней. Не знаю, как это объяснить…

— Значит, надо подождать, пока найдутся слова, — спокойно заметила Элли.

* * *

В жилых кварталах флаеры не передвигались, там была чисто пешеходная зона. Но идти от места остановки флаера было недалеко, кварталы были небольшими, примерно пятьсот на пятьсот метров (разумеется, тут была строгая квадратно-гнездовая планировка, Хиого же).

И опять, среди всех этих строгих параллельных и перпендикулярных линий, были нотки… романтизма, что ли. Да, деревья росли строго по линейке вдоль тротуаров, но они же были. Никакой надобности в них особой не было. Дворы домов разделялись подстриженными густыми живыми изгородями. И было некоторое отступление от общих правил, в части того, что должно быть во дворах. Но, все-таки, эти прудики, выложенные по берегу и дну камнем, были почти везде. В разных местах, но были. Рядом с прудиками, или скамеечки, или небольшой домик. Дома одинаковые, словно близнецы, но кое-где пристроена веранда или от двери до калитки шла мощеная тропинка. В одном дворе Элли увидела множество фонариков, на ножках, воткнутых в землю, вдоль дорожек и вокруг прудика. Ночью, наверное, очень красиво.

Элли смогла почти спокойно отреагировать на то, что Денис вдруг ее обнял за талию. Немного ноги стали деревянными, но вроде бы внешне это не проявилось. Девушка слегка поколебалась, но потом положила голову парню на плечо. Разговаривать-то как-то надо было.

— Где? — негромко спросила Элли, натянув на лицо спокойствие.

Тут уж простите, но не тренировалась она. Так что сыгрыть влюбленность не в силах. А лучше делать то, что можешь, тем кривляться, пытаясь изобразить что-то этакое.

— Сам не пойму, — с нежной улыбкой ответил Денис. — Мазнуло.

— Может просто… ну, опять кто-то знакомый? — Элли позволила себе очень легкую иронию.

— Нет, не похоже, — спокойно ответил Денис. — Сообщения проверь.

Элли подняла руку с коммом, вывела голопанель, открыла мессенджер. И включила по пути фронтальную камеру.

— Посмейся, — отрывисто сказал Денис.

— Эм… Я… да не смогу я! — ответила Элли и досадой добавила. — Глупо получиться.

— Ладно, понял, — Денис всматривался в маленький экранчик на панели (больше делать было нельзя). — Не видно. Убирай.

Они дошли до нужного дома, завернули во двор. Денис отпустил в этот момент Элли, пропуская ее первой. При этом он, не поворачивая головы, вовсю задействовал периферийное зрение.

— И почему я должен жить на кампусе! — громко, с досадой, произнес Денис, входя во двор. — Почему не тут?

Он обвел жестом двор и одновременно просканировал окрестности. Элли догадалась повернуться к нему (тоже для того, чтобы осмотреться).

— А мне понравилось, — с улыбкой ответила девушка. — Тихо, спокойно.

(Последней фразой она доложила, что ничего не заметила).

— Ой, не знаю, посмотрим, — поморщился Денис. — Ну, нас что, не ждут? Звякни.

Элли повернулась к двери, коснулась сенсорной панели. Чего, кстати, делать не требовалось. Денис заранее послал сообщение, что они на подходе. Так что звонком Элли оповестила, чтобы открывать, наоборот, не торопились. И осмотрелись.

— На самом деле, — Денис сам развернулся, якобы оценивая пейзаж. — И тут как-то… не шибко радостно. А говорили, что тут рай!

(Ну, он и вправду оценивал пейзаж, только с другой целью)

— Вряд ли при этом имели в виду кампус, — спокойно заметила Элли. — И понятие рая может быть радикально разным.

* * *

Дом Райви и Шень. Шень Инь

Шень, на всякий случай все-таки проверив окрестности, подошла к окну в гостиной, которое выходило во двор. Здесь жалюзи были специально приоткрыты так, чтобы изнутри было все видно, а снаружи наблюдателя было не заметить. Китаянка с улыбкой посмотрела пантомиму «богатый мечник и его подруга», мысленно выставила Денису где-то девять из десяти. Ну, потому что, нельзя совсем баловать, пусть и такого милашку! А вот с Элли надо поработать. Хотя она неплохо держится, неплохо. Потенциал есть.

А всполошился ее киеньшин, скорее всего, из-за Канга. То есть мальчика, в смысле Канга, еще учить и учить, раз он не смог скинуть внимание того, кто не ожидал наблюдения. Впрочем, если говорить о Денисе… Это параноик всегда начеку… И это так заводит, черт возьми! Ну, все, хватит игр, пора приступать к сладкому!

Шень глянула в голопанель зеркала у выхода из гостиной и подошла к двери. Проверив через камеру обстановку, она коснулась сенсора замка. В двери металлически щелкнуло.

— А я уж думал никого нет! — заявил Денис, увидев женщину. — Тетушка, что так долго?

Вот же… Опять проверяет!

— Прошу простить, молодой господин, — Шень глубоко поклонилась, как, собственно, слуга господину. — Видимо, возраст уже дает о себе знать и я не смогла подойти так быстро, как нужно было.

— Хм, ладно, — бросил парень, подходя к двери. — Хватит тут… этого. Пойдем внутрь, я уже проголодался.

Шень, которая была в длинном синем платье, свободного покроя, распрямилась. Ее рука буквально на миг отодвинула ткань с отливом, обнажая ногу. От самого начала, как говориться. Платьишко-то было с нюансом. Внешне строгое, оно имело разрезы по бокам. Денис на это чуть приподнял бровь и усмехнулся.

— Я уже приготовила, надеюсь, ваше любимое блюдо, молодой… господин, — последнее слово женщина произнесла с хрипотцой.

— Я буду в гостиной, — заявила Элли, закрыв дверь. — Шень, у вас кроме… человечины, есть что поесть?

Китаянка с некоторым удивлением посмотрела на девушку, которая снимала обувь. А потом вопросительно глянула на Дениса.

— С кем поведешься, — усмехнулся парень. — Ты никого не увидела?

— М-да, — хмыкнула китаянка. — Увидела. Я знаю, кто это.

Теперь Денис вопросительно посмотрел на Шень.

— Давай после поговорим, — нетерпеливо произнесла женщина. — А то… блюдо остынет. И будет не так вкусно.

— Ну, этого допустить никак нельзя, — прищурился Денис. — Это блюдо обязательно нужно кушать горячим.

— Ой! — непроизвольно вырвалось у Шень, когда она оказалась на руках.

— Блюдо не может само ходить… до стола, — вкрадчивым тоном произнес Денис, смотря в глаза Шень. — Да и вообще, любимых женщин положено носить в спальню на руках. Ну, я так считаю.

— А я… — сипло ответила Шень, не отрывая взгляда. — Еще чуть-чуть, молодой господин… И я тебя изнасилую. Клянусь!

Элли, уже дошедшая до двери в гостиную, обернулась, увидела сцену с принцессой и закатила глаза.

* * *

Большую коробку, в которой было семь упаковок с комакским чаем, так и не распаковали. Собственно, Шень демонстративно не подходит к кухонным делам, а Райви просто вопроса не поймет. Так что этот «пробник», купленный Денисом еще в первый день, так и остался нетронутым.

Элли, не спеша, смакуя ощущение предвкушения, открыла коробку. По одной достала пластиковые коробочки с чаем, сунула большую коробку в уничтожитель и расставила чаи с ряд перед собой, так, чтобы квадратики кодов смотрели на нее. Девушка вытащила из комма голопанель… И опять замерла, чтобы полностью и осознанно прожить это чувство легкого трепета.

— Итак, — с чувством удовлетворения собой и происходящим произнесла Элли. — Давай, расскажи мне о себе.

Девушка навела область считывания кодов на, собственно, код на упаковке.

«Кори-рюу (Ледяной ручей) Своё название чай получил от горного района Кори, водоемы и ручьи которого наполнены водой с сильной минерализацией. Для производства кори-рюу используют только верхушки побегов с двумя верхними листьями. В килограмме чая таких побегов может быть до 100 тысяч, а поскольку ручной сбор и обработка очень трудоёмки и требуют высокой квалификации, высокосортный кори-рюу весьма дорог и продаётся небольшими навесками. В процессе изготовления кори-рюу подвергается обжариванию для остановки процесса ферментации (окисления веществ чайного листа под действием собственных ферментов во время сушки) и особой механической обработке, придающей чайному листу нежность. Кори-рюу поджаривается в специальных котлах: лист ладонью придавливается к нагретой поверхности котла, расплющивается и одновременно окончательно высушивается. Приготовленный таким образом чай не требует сортировки, он является конечным продуктом и подлежит герметической упаковке. Кори-рюу даёт жёлто-зелёный настой с нежным тонким ароматом и богатым вкусом. Чай содержит витамин C, аминокислоты и катехины, по содержанию которых превосходит все прочие виды и сорта чая».

Странное дело, но Элли сейчас ощущала настойчивое желание взвизгнуть. Чуть-чуть. Просто так, от избытка чувств. Девушка, улыбаясь, сбросила окно с инфой и навела сканер на следующую коробочку.

«Фува но пику» (Ворсистые копья). Фува но пику — это сорт зеленого чая, который состоит из тонких молодых высушенных листьев. Лучшие сорта делаются из отборного материала. Чай получил такое название из-за того, что имеет серебряно-белый ворс и типсу, по форме напоминающую копейное жало. Чаинки имеют матовый желтовато-зеленый цвет.

Есть правила по сбору и обработке Фува но пику. При сборе чайные листья ощипываются на очень ранней стадии прорастания почки с одним нераскрытым листочком. До начала обработки сорванные чайные листья должны быть аккуратно рассортированы. Побитые морозом листья, листья, объеденные насекомыми, листья с черешками и распустившимися почками, и не подходящие ко времени сбора по стандартам обработки, отделяют при просеивании, обеспечивая хорошее качество для сырья.

Затем отобранные свежие листья разделяют согласно степени нежности и подвяливают, частично удаляя из них влагу. Чтобы обеспечить хорошее качество, обработка листьев, собранных утром, должна быть закончена не позднее вечера того же дня, а у тех листьев, что собираются днем, должна быть завершена не позднее следующего утра.

Обработка Фува но пику включает в себя три этапа: «убийство зелени», скручивание, сушка.

Для «убийства зелени» используется котел в форме бадьи. Температура котла сначала должна быть около 150 градусов, затем опускают до 130 градусов. Внутрь котла закладывают листья количеством от 200 до 250 грамм. Переворачивают и обжаривают листья нежно и быстро (50–60 раз за минуту), а подбрасывают листья высоко над плитой (около 20 см). Все листья должны быть прожарены и собраны со стенок котла. Эта стадия считается завершенной, когда листья становятся мягкими и у них пропал запах зелени.

Скручивание. Когда убийство зелени полностью завершено, листья следует быстро скрутить, то есть дать листьям скрутиться, остывая… Эту стадию следует делать медленно и мягко, встряхивая сырье, чтобы удостовериться, что во время скручивания почки и листья остались невредимы, выступил серебристо-белый ворс и проявился цвет — свежий и зеленый.

Подсушивание. После скручивания листья сушат дважды. Во время первой сушки каждый котел, помещают на четыре решетки-сушилки. Котел непрерывно поворачивается во время сушки, а также двигают сушильни по очереди. Когда первое просушивание закончено, листья содержат около 15 % влаги. В течение первого просушивания листья должны лежать равномерно, переворачиваться часто и мягко при стабильной температуре. После просушивания листья охлаждают 30 минут, пока влага в листьях равномерно не распределится. Повторяют эту процедуру от восьми до десяти раз. Затем начинают вторую сушку. Для этой процедуры требуется температура в 60 градусов. Листья сушат на огне до полного высыхания, удаляют мусор и обломки, и сушат еще раз. После чего листья упаковывают в металлические емкости и опечатывают для хранения.

Элли, прочитав информацию, уже хотела изучить следующий сорт, но тут опомнилась. А воду кто нагреет? Сам собой чай не заварится. И вообще, надо узнать, как заваривать. Так, ну-ка, вот эти, копья, как готовить?

«Способ заваривания. Положите нужное вам количество чая (обычно три-четыре грамма на одного человека) в чашку. Заполните горячей водой в 80 градусов на одну треть объема чашки. Подождите 2 минуты. После того как типсы развернутся, долейте чашку водой полностью и подождите еще три минуты»

Кухня здесь была такого же размера, как и в доме на кампусе. То есть, очень маленькая. Не кухня, а так, место по-быстрому что-то… ну, вот чай заварить. Водопровода нет, есть ультразвуковой очиститель, то есть те же овощи не помыть. Ага, кран для воды. Точнее ниша в водяной колонке, куда надо ставить кружку. Элли тут же открыла дверцу колонки и увидела здоровенную бутыль с водой. Так и кроме прямой подачи, вода идет еще в подогреватель. В общем, оборудование для занятых и ленивых. Вот холодной воды можно попить, здесь же и горячая идет. Элли закрыла дверцу, выставила на подогревателе нужную температуру и тут же в колонке глухо зашумел насос.

— Н-да, — оценила девушка то, что посуды почти не было.

В смысле, не одноразовой. Упаковки стаканчиков, тарелок, гнущихся пластиковых ножиков, убогого вида вилок и маленьких ложек, как раз были. Элли сейчас остро пожалела, что не захватила свою кружку с Коусоку. Из зеленого прозрачного пластиката.

За спиной звякнула колонка, сообщая, что нужная температура достигнута. Элли открыла коробку с чаем и увидела скрученные чайные листики, которые, действительно, были с серебристыми ворсинками.

Когда она заливала кипяток в стаканчик, то увидела оповещение на голопанели- зеркале у выхода из гостиной, что открылась входная дверь. И стоп-кадр с лицом входящего. Входившей. Райви. И вскоре та появилась в проходе. Элли в этот момент удивилась. Даже изумилась.

Райви была в белом брючном костюме. Который ей весьма шел! Брючки подчеркивали длину ног, приталенный пиджачок обозначал, что дама в него завернутая имеет прекрасную фигуру, между лацканами пиджака была такая, чуть волнующая ложбинка. В гостиную вошла натуральная леди, без всяких скидок! Элли только чудом не отвесила челюсть!

— Э-э? — только и выдавила из себя девушка.

— Давай без этого, — поморщилась Райви. — Слышь, а что этот… подарок китайский у двери ошивается?

Элли несколько мгновений пялилась на… это. Просто образ оторвы с пистолетами в провокационной одежде и вот этой стильной дамочки никак не хотели совмещаться. Райви же с досадой скривилась.

— Ну, понятно, — процедила она. — Так, ты здесь. Значит, этот… мечник тоже. И они, я так полагаю, наверху, да?

Элли медленно кивнула.

— А зачем вы тут? — продолжила «допрос» Райви.

В этот момент Эллира все-таки, пришла в себя.

— Райви, а почему ты так одета? — спросила она. — И у тебя это что, значок СКС?

Девушка кивнула в сторону Райви. У которой на лацкане, действительно, поблескивал значок.

— Вам такие же выдадут, — ответила та. — Когда зачислят в группу. Это пропуск.

— А ты что, учишься в академии?! — изумилась Элли.

— Я прошу прощения, — раздался робкий такой голосок из коридора. — Извините, что не будучи приглашенным…

— Ой, да заходи уже! — раздраженно махнула рукой Райви. — Но сколько ждать придется, я не знаю!

— Это ничего, — в гостиную зашел молодой паренек азиатской наружности. — Тетушка меня предупреждала.

Какой-то он нарочито скромный Элли показался. Да и взгляд… слишком острый. Хоть он и не пялился, а быстро окинул взором помещение, но Элли уже такое подмечала. Как говориться, примеры постоянно перед глазами.

— Ладно, я это, через пару часов вернусь, — произнесла Райви. — А может и не вернусь. Как пойдет. Шень скажешь, что я сама доберусь, если что. Ага?

Элли кивнула. А Райви развернулась и вышла из гостиной. Девушка перевела взгляд на паренька, который так и стоял, пройдя два шага от входа, потупив взгляд.

— Прошу, — произнесла Элли, сделав жест в сторону гостиной и вернулась к приготовлению себе чая.

А по пути она все вспоминала Райви. Преображение, прям, радикальное!

«И вот опять! Смотри и увидишь! Амашша! Еще чуть-чуть и мне начнут прямым текстом уже прямо из Амилая говорить, что все правильно делаю!».

(Амилай — дэукен. Что-то типа земной Вальгаллы)

* * *

Если говорить начистоту, то Денис Кусаби был очень хорош в постели. То ли из-за молодости, то ли из-за опыта (а он у него совершенно точно был). Но Шень каждый раз получала удовольствие по полной. Такое, что двигаться потом не хотелось совершенно. А вот получать дополнительное удовольствие от того, что она лежит на своем мужчине, было весьма неплохо. Словно оттеняешь хорошим терпким вином очень вкусный ужин. Поэтому последней позой Шень и выбрала наездницу, чтобы, значит, после пика просто растечься по крепкому мужском телу. И вот так просто полежать, минут пять-десять. Послушать его сердце. Ощутить то, что она желанна. И поблагодарить еще раз тех придурков, которые взяли и отодвинули ее от оперативной работы.

Можно сказать, они ей сделали подарок. Дали ей повод, чтобы вести свою, личную игру. Правду говорят, главное, поставить цель и не сомневаться, а идти к ней. А вот она завладела таким отличным мужиком!!! И пусть только попробуют теперь хоть намекнуть, что она что-то там должна сделать, что помешает ей быть с Денисом! Достаточно будет просто сказать об этом… своему мужчине! И потом наблюдать со стороны, как отлетают бошки у тех, кто решил у него отобрать его собственность. Да-да, Шень вообще была не против такого статуса. Потому что… И у нее есть собственность. И ох как она огорчит, если ее попытаются от этой собственности отодвинуть!

Шень, от избытка чувств, слегка вонзила ногти в грудь парня, словно кошка.

«Моё!!!» — мысль буквально мёдом растекалась в груди.

Через столько лет, через годы наполненные цинизмом, откровенной мерзостью, враньем, подлостью… И такая награда. Видимо, Шень Инь, все-таки, заслужила чем-то свое маленькое счастье…

«Эй-эй! Давай еще сейчас всплакнем!»

— Шень, — раздался голос Дениса. — Что-то случилось?

Да что же это такое, а!? Он что, специально долбит прям по нерву?! Черт возьми, словно герой из голопостановки!

— Почему ты так решил? — негромко спросила женщина.

— Потому что ты говорила, что есть какие-то проблемы, — чуть ехидно ответил Денис. — Одну, я так понял, мы решили. Но речь шла не об одной.

Не, все-таки не герой. Что… Очень хорошо! В жизни томные красавчики как-то не сильно зажигают! А вот такие, конкретные, со здоровым цинизмом, эгоистичные… в меру, прям то, что надо.

— Кстати, что там по Райви, я не понял? — продолжил парень. — Чему мне там удивляться не надо?

В этот момент зажжужал комм. Денис поднял руку, порезче встряхнул кистью, вызывая голопанель… И на несколько мгновений словно застыл, рассматривая присланное Элли сообщение. Точнее, присланное изображение.

А на нем была Райви. Хотя узнать в этой четкой красотке в белом костюмчике, ту разбитную, грубоватую и прямую Райви было довольно сложно.

— Не понял, — протянул Денис. — Это как? Точнее, зачем?

— Ну, дорогой! — промурлыкала Шень. — Не только же тебе нас удивлять! Тебе, кстати, нравится?

— Чего? — Денис оторвал взгляд от изображения и посмотрел на Шень.

Точнее, на макушку ее головы, которая лежала у него на груди.

— Такая… Райви, тебе нравится? — уточнила женщина, причем каким-то таким…

Чуть отстраненным тоном.

— Шень, что происходит? — с подозрением спросил Денис. — Что за странные вопросы?

А женщина в этот момент приподнялась. Она, повиснув на вытянутых руках, посмотрела парню прямо в глаза… Что-то там несколько мгновений изучала. Потом хмыкнула. И перелезла на край кровати.

— Ладно, я расскажу, — не смотря на Дениса, произнесла Шень, сев и спустив ноги на пол. — Тем более, что Райви, похоже, этого делать сильно не хочет. Она учится здесь, в СКС. На философском.

Денис несколько мгновений молчал, переваривая эту новость.

— Неожиданно, — наконец, негромко произнес он. — Даже, я бы сказал, охренеть.

Шень глянула на Дениса. А у того лицо было, словно маска каменная. Женщина поднялась, потянулась. Отметила, что, несмотря на удивление, мужской взгляд по ней обнаженной скользнул.

— Ну, ты же ведь чего-то такого ожидал? — произнесла Шень, беря шелковый халатик кремового цвета.

Денис хмыкнул.

— Я не думал, что она прямо сейчас учится, — произнес он.

— Здесь можно выбрать такую систему, которая подходит лично тебе, — заметила китаянка, вытаскивая гриву из-за воротника халатика. — Если, конечно, есть деньги.

— Но это было неожиданно, — покачал головой Денис, все еще смотря на изображение. — Интересно, а Бутч знает?

— А ты бы поинтересовался, куда это пропадает на пару месяцев твой сотрудник? — иронично спросила Шень.

— Хм, ну да, ну да, — Денис убрал изображение. — Это было еще одной проблемой?

— Дорогой, ну разве факт, что женщина рядом с тобой не только красивая, но и умная, это проблема? — ехидно спросила китаянка. — Для тебя?

Денис некоторое время пристально смотрел на Шень.

— Послушай, — заговорил он. — Как то…

Парень вздохнул.

— Слушай, как-то игра уже затянулась, не находишь? — произнес он. — Конечно, это, наверное, весело, подначивать меня насчет других…

Тут Шень шагнула к кровати и, поддернув полы халата, уселась прямо на парня. И нагнулась так, что их лица находились буквально рядом.

— Какая игра? — негромко произнесла женщина. — Я… Готовлю тебя. Не знаю, где ты такой дремучий вырос, но в моем мире сила мужчины оценивается и по тому, сколько у него женщин.

— Это же чушь! — фыркнул Денис. — Да и не уживутся…

Шень даже зарычала от этих слов.

— Твою мать, Денис! — прошипела китаянка. — Ты что, собрался на грунте жить? Выращивать чай и отмечать Цисицзё? Не бывает по-другому! Я, манга пиа, тут пытаюсь это смягчить, а он вообще не собирается ничего делать! Как ты по-другому, типа, оставишь Райви рядом с собой? Типа, денег дашь, типа?! Она их тебе в рожу швырнет и правильно сделает! Макаби!!!

Денис даже чутка отодвинулся о реально рассвирепевшей женщины.

— Шень, — сухо произнес парень. — Ты как себе это представляешь, а? Я такой подхожу к Райви и говорю «пошли потрахаемся»?

Женщина заскрипела зубами. А потом подалась вперед и уперлась лбом в лоб Дениса.

— Только попробуй так сказать, — нехорошим тоном произнесла она. — Я сама тебя… Ну, ты понял. И только попробуй ее оттолкнуть. Райви… Хороший человек. Не то… Не то, что я.

— Ты тоже за языком-то следи, — холодно ответил Денис. — Тоже мне, злодейка на выпасе.

Против воли Шень чуть улыбнулась.

— Вот так и делай, — сказала женщина. — Райви… Только кажется, такой грубой.

— Ну, спасибо, дорогая, за объяснения, как к другой женщине в кровать забраться! — язвительно ответил Денис.

— Слушай, я тебя сейчас побью, — нехорошо сощурилась Шень.

— Уже пробовала, уверяю, результат не изменится, — ехидно заметил парень.

Китаянка несколько мгновений молча смотрела на парня. А потом распрямилась. Денис приподнял брови, когда Шень опустила руку… Ну, и кое-что нащупала, выступающее.

— По-моему, дорогой, — произнесла женщина, пробуждая один орган. — Ты путаешь бл… хм, распущенность с… семьей.

— Ну, знаешь… Шень, — несколько напряженно ответил Денис. — У нас, видимо, разные понятия о семье.

Шень опять наклонилась. И на этот раз ее губы оказались около уха парня.

— Так было всегда, — произнесла женщина. — Ты же знаешь историю, так что сам примеры вспомнишь. Я просто… Хочу это контролировать.

— Охренеть, дорогая! — выдавил Денис. — Нихрена себе у тебя заскоки!

— Это не заскоки! — опять разозлилась китаянка.

И да, один орган она не отпускала. И в этот момент его слегка сильнее сжала.

— Знаешь что, хотел бы по-другому, надо было сразу Райви отшивать, — осуждающе заметила Шень.

— А я никого не пришивал! — язвительно ответил Денис.

— Мне-то не ври, — ехидно заметила Шень.

Женщина распрямилась и со вздохом опустилась на бедра парня. Да-да, при этом кое-что оказалось прямо в ней.

— Это… Не кровать! — выдохнула Шень, не спеша двигаясь. — Не тупое… Это… Делается… Так! Как еще-то? О, да-а-а!

* * *

Элли слегка вздрогнула, когда этот парень, еще мгновение назад смирно сидевший на диване, вдруг обнаружился рядом, стоящим по другую сторону стойки.

— Меня зовут Канг, — негромко произнес паренек, смотря в стол. — А вас?

Элли чуть нахмурилась. А парень поднял взгляд.

— У вас прекрасный вкус, госпожа, — продолжил Канг, обводя жестом коробочки с чаем. — Если позволите…

Девушка вздохнула.

— Канг, давай сразу, — иронично произнесла она. — Для охмурения ищи сверстниц, хорошо? Чаю что ли, хочешь?

Канг застыл. А потом на его лице промелькнуло выражение досады. Впрочем, он быстро взял себя в руки и выдал улыбку, а-ля мальчуган.

— Мне, вообще-то, семнадцать! — все-таки в его улыбке была некоторая натянутость. — Но почему-то все считают меня подростком.

— Так-то ты и есть подросток, — иронично заметила Элли, отпивая из стаканчика.

— Можно мне тоже? — пробурчал Канг, кивая на стаканчик. — Не знаете, долго мне еще… Ждать?

— Если не можешь ждать, — выдала девушка сентенцию из учения о Пути. — Значит, волосы не белые.

— Чего? — не понял Канг.

— Молодой еще, — объяснила Элли. — А говоришь, почему принимают за подростка.

Она достала еще один стаканчик. Взяла щепотку чая, бросила в тару.

— Ты родственник Шень? — спросила девушка, повернувшись к колонке.

— Ну, что-то типа того, — пробурчал парень.

Элли налила треть стакана кипятка.

— А почему Райви тебя подарком назвала? — покосилась на паренька девушка, пока чайные листы разворачивались.

— Я-то откуда знаю, — проворчал Канг. — Ты сама-то кто такая?

— А вот грубить, как мне кажется, будет лишним, — наставительно произнесла Элли и нажала кнопку налива. — Если я здесь, то, значит, так надо, да?

Она повернулась, поставила стаканчик перед хмурым парнем.

— Что надо сказать? — улыбнулась Элли.

— Благодарю, госпожа, — пробурчал Канг. — Я очень ценю ваше внимание к моей скромной персоне.

— Я уже говорила, что не надо хамить? — насмешливо спросила Элли.

— Угу, — парень сгреб стаканчик и ушел обратно на диван.

Девушка покачала головой, смотря пареньку вслед…

… - Ну, и где тут мой сынок? — раздался голос Дениса.

Элли, которая читала на комме про базовые команды программирования, подняла голову, посмотрела на Дениса и кивнула в сторону Канга. Кусаби прошел в гостиную.

— Ага, — произнес он, увидев паренька. — Значит, тебя зовут Канг?

— Канг Инь, — с некоторым вызовом произнес тот. — С кем я говорю?

— О, интересно, — хмыкнул Денис. — Теперь кое-что стало понятнее. Значит так, Канг. Когда я задаю вопросы, ты на них отвечаешь…

— Почему я должен это делать? — перебил Канг с ядом в голосе.

— А это я сейчас объясню, — спокойно и даже с некоторым удовольствием ответил Денис.

— Дорогой, только аккуратно, — раздался от входа голос Шень. — Здесь довольно дорогие медицинские услуги.

— Ничего, Шень, если для дела, то немного потратиться можно, — хмыкнул Денис. — Ну, что, Канг? Покажешь папе, что ты умеешь?

— Мне потом не хочется извиняться, — с гордостью в голосе ответил Канг. — Папочка.

— Просто отцом называй, ты же не девушка, так ластиться, — усмехнулся Денис. — Шень, вызови флаер. Поедем, посмотрим, кого ты тут… Хм, усыновила.

— Да, господин, — весело ответила Шень. — Как прикажете.

Канг с некоторым удивлением посмотрел на ту, которая считалась в семье практически легендой.

— Первый урок, сынок, — холодно произнес Денис. — Никогда не нарывайся на драку, если ты не знаешь, какой будет результат. Ну, так мы идем или просто попросишь прощения?

— Идем! — вскинул подбородок Канг.

— Даже не сомневался, — усмехнулся Денис.

Глава 5

Система 12856478(DT). 3 июля 4048 года

Транспортный борт «Кюйли 40451» находился в системе десять минут, когда штурман сообщил капитану, что они в системе не одни. Груз на транспорте был совершенно заурядный, так называемый «сборный». Никаких горячих товаров, все абсолютно легально. Но капитан был человеком весьма тертым, потому как провел немало времени на… пиратских кораблях. Если бы появившийся борт оказался здесь одновременно с его кораблем случайно, то правила навигации предписывают тут же себя обозначить. А приближающийся корабль этого не сделал. А случайно, то есть забыть или еще что-то, нельзя себя не обозначить, это делается транспондерами автоматически. А если этого не произошло, то экипаж второго корабля намеренно этого не хочет.

Поэтому капитан «Кюйли» приказал принудительно активировать прыжковый двигатель. Это было сильно не хорошо для состояния реактора, но признаки говорили, что может быть еще хуже. Одновременно капитан приказал пилоту врубать движки на полную. И это тоже для довольно старого транспорта было сильно не полезно.

— Босс, они стреляют! — натурально заверещал штурман, совсем молоденький паренек.

— Тамаде!!! — выругался капитан. — Так и знал! Уклоняйся!

Последнее он рыкнул пилоту.

— Мы не на ганшипе! — рявкнул в ответ пилот.

Это был немолодой китаец, руки которого покрывали цветные татуировки.

— Во као! — выругался капитан, кстати, тоже китаец, как и вообще все члены экипажа.

И тут корабль будто схватил великан и от души потряс, словно детскую игрушку. Пилот в своем кресле усидел, так как привык пристегиваться, а вот капитан и штурман оказались на полу. Тут же в рубке наперебой заверещали тревожные сигналы, где-то что-то трещало, потянуло паленой изоляцией.

— Ну, что там?! — рявкнул капитан, сидя у своего кресла и держась за голову.

Он смотрел на штурмана, который лежал без движения. Все лицо паренька было в крови, хорошо его приложило.

— А все, — удивительно спокойно отозвался пилот. — У нас нет двигателей. Сейчас они сделают еще пару залпов, и нас не станет.

Пилот вздохнул, отпустил бесполезные уже джойстики. Вжикнули отстегнутые ремни. Застонал очнувшийся штурман. Капитан же, кривясь, поднялся, держась за свое кресло.

— Вот тебе и полегче, да, Бохай? — хрипло произнес он.

— Да, — криво ухмыльнулся тот. — Я думаю, у нас минуты три.

Капитан кивнул и нажал кнопку на подлокотнике кресла.

— Это капитан! Все, кто может, бегом в капсулу! — проорал мужчина, перекрикивая тревожные трели систем. — Повторяю, все в капсулу!

Пилот, тем временем, поднял штурмана, закинув его правую руку к себе на шею.

— Давай, давай! — подбадривал Бохай паренька, который мотал головой, пытаясь придти в себя. — Нам надо убираться отсюда!

Капитан, сделав сообщение, подскочил к ним и подхватил паренька с другой стороны. Вскоре мужчины покинули рубку…

… От обреченного транспорта отстрелилась спасательная капсула.

— Свалили, Бутч, — произнес Ралли.

— Отлично, — кивнул босс Рагуна. — Ты сигнатуры записал?

— Разумеется, — ответил Ралли.

— Тогда давай заработаем еще пятьдесят чилдов, — произнес Бутч.

Коусоку несколько раз вздрогнул, посылая в цель плазменные шары. А потом еще одну серию.

— Уходим, — равнодушно произнес Бутч, когда на месте транспорта вспух огненный шар.

Полыхнув двигателями, Коусоку заложил вираж и стремительно покинул место уничтожения транспорта. Разумеется, никаких габаритных огней и прочего, что могло помочь опознать корабль, не включалось. И расстояние было максимальным, так что и просто глазами не увидеть. А приборы для команды транспорта уже недоступны…

… Происходило то, что называется последствиями. Часть китайских триад, которые поселились на Гонконге, недавно в очередной раз договорились с корпами. И произвели несколько акций. Еще буквально десяток лет назад все бы закончилось локальными пострелушками, потом договора, отступные, небольшой передел зон влияния. Если бы кто-то слишком зарвался, то могло дойти до небольшого рейда, например, на Гонконг. Это происходило, на самом деле, постоянно. То корпы решали, что выгоднее наказать кого-нибудь вот таким образом, а не самим маяться. То мафиози подключали свои связи и задействовали корпов. Хуэйданы Гонконга в этих делах отличались особой склонностью хороводиться с корпами, так как это гарантировало в определенной степени, защиту. То есть гонконгеры прикрывались авторитетом корпов, а не военным флотом. И это всего лишь финансовая рентабельность. Заслать «благодарность» чиновнику корпорации против того, чтобы содержать собственный флот — там такая разница в затратах выходит, что никаких вопросов не возникает.

Деятельность русских, китайцев и еще некоторых групп, например, индийцев с Павитры, в последнее время, без внимания, разумеется, не осталась. У корпов безопасники пусть и не самые крутые в обитаемом космосе, но не идиоты. И вот безы решили проверить свои догадки. К их сожалению, действовали безопасники разных корпораций по своему, что даже привело к столкновениям между ними.

Роанапра. Слишком много в последнее время через это место проходило высокотехнологичных, дорогих и неизвестных грузов. Это проверяла корпорация «Шеврон». На Роанапра были посланы люди, задействованы местные кадры и выявлена закономерность, что именно с прибытием некой Ольги Николаевны Велесовой, она же бывший майор территориальных (читай, туземных) войск сектора (армии Тибрита), причем самой боеспособной ее части, так называемых ОДАГ (Оперативная десантно-абордажная группа). Так же эту женщину называли «Лисица». Так вот, с прибытием именно ее развернулась такая бурная деятельность. Разумеется, вопрос захотели решить устранением точки возмущения. И это не только убить, например, можно просто убрать ее с планеты. Любое исключение Лисицы из цепочки показало бы значимость ее, как звена или даже узла цепи. Кстати, тут Шень ошибалась, ее хотели нанять не против Рагуна. Рагун, может даже к огорчению Бутча, вообще не принимали всерьез и попросту не знали о компании.

В это дело неожиданно и на полном скаку влетели тибритцы, которые шли по цепочке фигурантов утечки важной информации. И, как это водится, все испортили. Но им земные корпораты ничего предъявить были не вправе. В открытую, конечно.

Далее последовала акция на Гонконге, где у корпов серьезные связи. И есть достаточно отмороженные люди, чтобы влезть за деньги в конфликт с русскими. Кстати, потом эти конкретные исполнители получили от своих же за такие художества, но было уже поздно. Лисица ускользнула буквально из-под носа и хуэйданы получили последовательного, жестокого и очень злопамятного врага. Не соперника, а именно врага. И тут, запутывая видение ситуации, начали действовать корпораты из «Крогера», которые дернули за ниточки у «правильных» китайцев. Причем уже их дернули некоторые товарищи, которые носят плащи. Просто тибритовцам нужно же было узнать, уплывшая информация куда и кому попала и попала ли? Орбитальный удар по Роанапра решил проблему или нет?

И вот шевроновцы, которые справедливо начали копать под Лисицу, натолкнулись на людей, представляющих «Крогер». И у безов «Шеврона» сложилась картина, что действуют не сами русские и китайцы, а конкуренты с Марса (Крогер базируется на Марсе). Марсиане, в свою очередь, увидели руки Шеврона во всей этой катавасии. Ну, и все посчитали, что идет обычный дележ «премий», то есть все защищают собственную базу дополнительного дохода. И всё начали спускать на тормозах. Гонконгерам пояснили, что задницы подтирать им никто не будет, своя голова должна работать. Вот если русские начнут массированную атаку на их планету, тогда да, помощь окажем. А мелкие проблемы нужно решать самим. «Крогер» доложил покровителям, что никакой бурной подготовки к какому-либо походу русские и китайцы не ведут, более того, из КПК доложили, что с русскими отношения очень напряженные сделались, так как последние, гады, перетянули на себя слишком много контрабанды. Кстати, вот, глядите, китайские пираты, то есть, конечно, каперы, помешали нанятым от русских наемникам дереликт, кстати, тибритский, себе прибрать. «Крогер», к тому же, после этого объявил награду за этот корабль (именно этот факт подвигнул Бутча улететь на Эйрен).

А тут еще обозначились люди из корпорации «Комкаст», которые базируются в системе «Новая Земля». Через специально для этого выделенных людей, «Комкаст» предупредил, что не надо слишком сильно лезть к русским. Мало ли для кого они контрабанду гонят. Не все, что видишь, надо рассматривать. А тут надо сказать, что «Комкаст» очень плотно сотрудничает с Ателлией и Тиранией Нориэн. И это неудивительно, так как Новая Земля ближе к территориям этих государств, чем к Земле.

Пока корпы выясняли, где чьи интересы, начали происходить очень странные вещи с транспортами, идущим на Гонконг. Пока это еще не сильно заметно, но стали пропадать борты, так или иначе принадлежащие хуэйданам. Причем, их не пытались захватить, транспорты уничтожали. Демонстративно вместе с грузом. Впрочем, трудно было ожидать другого, когда вы пытались убить главаря другой банды…

… И только несколько человек знали, что это не просто война между бандами.

* * *

Система кланов Империи Шин

Тринадцать великих кланов — дорагон. По истории, именно эти кланы послужили основой империи Шин. Фактически, если проследить родословные вглубь веков, то остальные кланы, так или иначе вышли их этих тринадцати. Дорагон — это название животного, которое, по легендам, могло дышать огнем. То есть, по земному, это драконы.

Два последних клана (имеется в виду последние принятые в великие) самые молодые и, фактически, тоже потомки. Ниммё в прошлом ветка Дзюнтоку. Нанива в далекой истории — объединение тех членов самых древних кланов, которые хотели заниматься техникой.

Цвет канта камонов белый.

Омиками — первый среди равных.

Самый относительно небольшой клан дорагон. Кроме осуществления общей координации среди кланов, исполнения функции верховной власти, также представляют империю, то есть Омиками и министерство иностранных дел.

Камон — спиральный цветок. Это официальный камон.

Древний камон Омиками.

Сага — шисай, священники. Они же и судьи.

То есть министерство культуры и юстиции одновременно. В ведении клана Сага также функция разрешения ведения клановых войн, контроль за деятельностью религиозных организаций, контроль за СМИ. То есть еще и функции контроля за умонастроениями граждан.

Дзюнтоку — кайгун, военные, ядро имперского флота (самый сильный клан).

Используют камон без канта, в знак того, что они ничем не ограничены. Флот Дзюнтоку, это что-то вроде кадровых частей, на основе которых, если происходит война на уровне государств, разворачивается флот империи. То есть флоты кланов собираются в единый флот именно через Дзюнтоку.

Огимати — гунтай, военные

Как Дзюнтоку является основой имперского флота, так Огимати являются ядром остальных вооруженных сил. На основе подразделений Огимати собирается армия империи из клановых бойцов и граждан империи.

Монтоку- токкай.

Специальный имперский флот и вооруженные силы, предназначенные для охраны границ империи. То есть пограничники, но с более широким спектром полномочий. Например, Монтоку могут направить остановить войну между кланами, если она не одобрена кланом Сага, а также отправить в разведывательный рейд. Спецназ и пограничники одновременно.

Ёдзэй — бошай.

В империи Шин Ёдзэй объединяет функции ФСБ, ФСО, службы внешней разведки, в общем, всех специальных силовых служб. Если коротко, безопасники.

Рэйдзэй — Анзай

Министерство внутренних дел. Рэйдзэй это имперская полиция, внутренние войска, таможенники, надзиратели в тюрьмах (офицеры, конечно).

Сэйва — Кинкай.

Министерство финансов империи

Нанива — гьёкай

Министерство промышленности. Имперские верфи, промышленность имперского значения. Разработка новых технологий. Это под прямым управлением. Контроль в области технологий, патентов и т. д. Исторически этот клан не вышел из другого, а был создан представителями разных кланов.

Ниммё — бирудай

Клан Ниммё в свое время вышел из клана Дзюнтоку. Введен в число кланов дорагон последними. Клан занимается терраформингом, разведкой новых территорий, строительством орбитальных станций общего и военного назначения (имперского подчинения), прыжковых ворот. Принят в кланы дорагон по инициативе клана Сага, так как это клан, фактически, производит скрепление империи в одно целое, в части логистики.

Кадзан — гинкай Копья (вытянутая часть Империи, граничит с Землей и Тиранией Нориэн).

Гинкай — это правители территории, наместники. То есть Кадзан в древности были правящим родом области Копья.

Сандзё — гинкай Руки.

Рука — новые (относительно, всего около тысячи лет как) территории империи, которые осваивают средние и малые кланы. Название возникло из-за характерной формы, когда из империи вытягиваются, как пальцы из руки, новые территории.

Киёмори — гинкай Хидоя.

Хидой — область империи, которая граничит с империей Тибрит. Киёмори, их кланы вассалы и прочие кланы Хидоя, имеют некоторые привилегии, так как являются жителями этакого предполья. Кстати, именно Киёмори в свое время чуть не силой заставили остальные кланы сесть за стол переговоров перед общей угрозой со стороны Тибрита

Пятьдесят тора — главные промышленные, духовные, научные и прочие кланы, опора империи, родственные кланы-вассалы тринадцати кланов дорагон. Кланы Тора являются самыми главными и влиятельными кланами определенных территорий или, например, областей деятельности.

Цвет канта — красный

Некоторые кланы Тора

Хиого — камон — красный круг, перечеркнутый крест накрест. Цвет клана — синий (цвет мудрости). Цвет имеет в знак заслуг.

Клан Хиого, фактически, выполняет роль министерства просвещения и науки. Клан находится на грани принятия его в число кланов дорагон (то есть кланов имперского значения). Соответственно, влияние клана Хиого в империи Шин весьма велико.

Фухито

Сётоку

Ёмэй

Отомо

Накатоми

Ибумэ

Сто Китцу — обычно провинциальные кланы. Цвет канта синий

В кланы Китцу попадают те кланы, деятельность которых влияет на какой-то аспект в империи. Например, клан Сарасё является одним из главных инициатором разработки и введения интеллект-технологий и других сложных систем.

Некоторые кланы Китцу

Сарасё — камон стилизованный красный цветок, похожий на розу, на черном фоне, вписанный в синюю окружность. Кандидат в круг кланов Тора.

Хасидзи

Кагуяма

Мираудзи

Сайго

Остальные кланы — Хитоши (равные). Цвет канта желтый. родовые имена «предметные» или производные от имени первого главы

Некоторые кланы Хитоши

Ичимори

Дэйхатцу

Унарё —

Ноёрё — вассал клана Хиого

Аюрё — вассал клана Хиого

* * *

3 июля 4048 года. Кафе-клуб «Касо Хейши». Район около СКС. Начало часа Югата (примерно около десяти вечера)

Система образования в Первой Технической Академии Комаки устроена таким образом, что студент может остановить обучение, после прохождения экзаменов, то есть усвоения определенного блока знаний. И потом возобновить учебу ровно с того момента, когда остановился. Конечно, вам предложат при этом повторить пройденный материал, но это на усмотрение студента, ему же потом сдавать экзамены. И, поверьте, их будут принимать без скидок. То есть успешная сдача экзамена означает, что студент полностью овладел знаниями и академия своим авторитетом это гарантирует.

Интересно то, что члены клана Хиого и вассальных ему кланов, в обязательном порядке сначала учились на философском факультете. И только после этого парням и девушкам из Хиого предоставлялась возможность самостоятельного выбора других факультетов. Собственно, именно поэтому Райви последовала их примеру, вряд ли Хиого (а еще так делал клан Сага, то же вряд ли дураки), которые содержали эту учебную планету, просто так это делали. И при этом деканом факультета общей философии был Хиого Кан.

Чтобы понимать значимость этого момента, нужно вспомнить некоторую особенность шиновского менталитета. Священники, философы и прочие представители умственной деятельности, обычно занимаются не только душевным состоянием граждан, но также выполняют роль судей. Примером этому, клан Сага. Для внешнего наблюдателя это те, кто, например, в Тибрите, являются священниками. Но в Шин священник — это, прежде всего, независимый от материального мира человек, который может принять правильное решение при разрешении спора, потому что обладает нужным уровнем знаний и опыта.

То есть Хиого Кан в Первой Технической Академии входит в число тех, кто, собственно, этой академией управляет. Именно Хиого Кан, например, принимает решение о зачислении студента и отчислении, нарушивших правила поведения. Но иностранцам кажется, что глава практически самого маленького факультета — это не сильно важный персонаж.

На факультете философии не было разделения на отдельные направления. Было разделение на группы, по уровню, скажем так, общего развития. Фактически, два года или три года обучения на этом факультете можно считать этаким подготовительным этапом для поступления на другие факультеты. Студент — выпускник философского факультета, гарантированно имеет тот уровень знаний, который требуется для дальнейшего обучения. С философского факультета крайне редко кого-то отчисляли, но именно там был самый большой процент иностранных граждан, так как Хиого при собеседовании всегда рекомендовали сначала поучиться там…

… Занятия в учебных группах факультета общей философии начинаются по разному. Те, группы, которым остается до конца обучения год (здесь именно так группы сортируются, как уже говорилось, по уровню знаний), должны начать обучение уже через десять дней. К этому времени нужно сдать тесты, подтверждающие, что выбранная студентом группа соответствует его объему знаний.

Философский факультет академии — это место, где дают определенный кругозор. Подтягивают знания по естественным наукам, если нужно. Как говорилось выше, выпускник этого факультета гарантировано имеет твердую базу знаний, после чего в теории, может изучать что угодно, развивая то, что хочет. Хоть медицину, хоть теорию подпространства. Занятия по естественным наукам индивидуальны и, если так можно выразиться, автоматизированы. В учебных материалах есть записанные лекции буквально по всем, даже самым узким вопросам общей учебной базы естественных наук. Просмотрел запись, если нужно, не один раз или даже с разными лекторами, сдавай тесты.

А вот именно то, что касалось понимания мира, то есть философии, эти занятия были только групповыми. И экзамены были своеобразными. Преподаватели добивались от студентов понимания. Например, теория социумов разбирала взаимодействие в малых и больших группах на примерах не только слоев населения, но и разных культур, наций и государств. И на экзамене нужно было показать, что ты уловил общие тенденции. А для того, чтобы понять тех же иллири, нужно их язык выучить. Собственно, именно когда Райви изучала языки, ей и присоветовали философский факультет.

В первый год она реально офигевала от того, что преподают. Например, актерское мастерство. И не для того, чтобы студенты научились кривляться, а для того, чтобы посмотрели на себя со стороны, поняли, какие недостатки будут мешать по жизни, от каких привычек нужно избавляться (или как их контролировать).

Но это все лирика. Сегодня Райви пришла вместе со своей новой группой в этот клуб. В этот раз большинство студентов были шиновцами. И если в прошлой группе было несколько парней повзрослей, то сейчас практически все были только-только совершеннолетними. Это Райви активно морщило, но она это принимала, как еще один тренинг. Кстати, преподаватели в академии это тоже оценивали, какую роль ты занимаешь в группе. Да, это делалось неофициально… Как бы. На самом деле, оценивалось все, потому что именно этому и учились, по факту. Находиться в социуме, вставать на ту роль, которую выбрал.

Вот, например, совместное распитие спиртных напитков. Этот акт, как сближал студентов, так и обострял возможные противоречия. К Райви молодежь уже осторожно подходили, как учили, заводили беседы на отвлеченные темы. То есть эти парни и девушки уже активно пробовали то, чему их обучали. Райви же одновременно забавляло и чуть-чуть расстраивало, что ее воспринимают, как взрослую тетку. Как тут не вспомнишь этого хамоватого типа, которого зовут Денис. И которому совершенно поровну, сколько кому лет.

Райви, как она этого и хотела, встала на роль наблюдателя, но такого, перед которым не стыдно. И для этого она флиртовала с Аюрё Харо, который, очевидно, встал на роль неформального лидера группы. А такой человек тоже будет немного наособицу. То есть отношения лидера и взрослой тетки воспримут, как нормальную картину и перестанут обращать внимание, потому что такая ситуация входит в число стандартных. Вот если бы… Да, если бы она сюда приперлась с тем же Денисом, то вышло бы, что она рядом, но не в этой компании. Хотя… Кто знает, чтобы вытворил Кусаби. Он вполне мог захотеть вписаться в эту компанию. Он, так-то, вот, такого же возраста, хотя бы внешне.

— Ревекка, ты иногда словно выпадаешь, — с улыбкой произнес Харо. — Это из-за каких-то проблем?

— А что, ты хочешь их решить? — усмехнулась Райви, посмотрев на парня.

Крепкий, высокий. Как это принято у клановых, длинные волосы, убранные в хвост. В черной гриве сделана белая прядь, сейчас так модно здесь. Делать белые пряди от висков. Харо довольно симпатичный, волевой подбородок, высокие скулы. И все еще не рассказал, кем хочет стать. То есть вполне самодостаточен, чтобы не искать одобрения у взрослого человека.

— Если бы мы… — парень хитро сощурился. — Ну, ты понимаешь. То это бы стало моей обязанностью.

Этап знакомства, светской беседы на нейтральные темы и перехода на «ты», они уже успешно прошли.

— На втором часу ты решил поговорить откровенно? — с иронией произнесла Райви. — Отчаялся или просто следующий этап?

(Тут имеется в виду шинский час, то есть около трех земных)

— А что, нужно обязательно составлять план? — поднял брови Харо. — Ты мне нравишься, как человек. Ты красивая женщина. Моя симпатия очевидна.

— Вижу, учебный материал ты усвоил отлично, — хмыкнула Райви. — То есть у тебя есть мотивация. Хочешь забраться повыше?

— Я просто разговариваю, Ревекка, — искренне улыбнулся парень. — С приятной мне собеседницей. Но…

Они сидели рядом друг с другом, на длинном диване, за таким же длинным столом, который был уставлен всякими стаканами, банками и едой. И это все сейчас активно и весело поглощалось молодыми организмами. Харо наклонился, взял банку с каким-то коктейлем.

— Мой клан — вассал Хиого, — произнес парень. — А у Хиого есть одна очень интересная особенность. Всегда высматривать перспективных людей. Можно сказать, у Хиого есть неофициальный рейтинг по этому поводу.

— А, так ты просто выгоду желаешь получить, — якобы разочарованно протянула Райви. — Я-то, наивная, думала это мужской интерес!

— По-моему, Ревекка, — Харо произнес это, доверительно понизив громкость. — Тут нет никакого конфликта.

— Харо, Ревекка! — воскликнула одна из девушек.

Сиба здесь была на роли этакой зажигалки. И это место в коллективе ей явно было по душе. Светлая девушка, веселая.

— Пойдемте танцевать! — Сиба оббежала стол. — Здесь есть коконы! Много!

Да, здесь, на Комаки, Райви уже ходила в такие клубы и даже конкретно сюда. Где вместо обычного танцпола был виртуальный. Между прочим, интересный ход. В коконах, пардон, можно было даже тем самым заняться и без последствий. В правилах Касо Хейши на портале про это было сказано прямо, хоть и мелким текстом в самом конце. И, конечно, с обязательным условием, что посетителю уже двадцать (возраст, с которого можно посещать такие заведения. Совершеннолетие в империи с семнадцати).

— Конечно, Сиба! — обворожительно улыбнулся в ответ Харо. — Ревекка, я бы хотел пригласить вас.

— Только без драйва, — выставила условие Райви. — Я еще не столько выпила, чтобы зажигать.

— Как можно! — явно воодушевился парень. — Я подберу пейзаж… покрасивее.

* * *

Денис, Элли, Шень и Канг

Четырехместный флаер поднялся над землей и двинул по маршруту. Вопреки ожиданиям Канга, этот мужик Шень не стал его поучать. Он просто сидел и со скучающим видом смотрел в окно.

— Что за клуб, Шень? — поинтересовался Кусаби.

— Там есть то, что нужно нам, — ответила женщина. — Коконы и возможность всем вместе оказаться в одной изолированной комнате.

— А, ну, тогда отлично, — кивнул Денис. — Кстати, потом я вас покину. Меня вызвали к местному руководству.

— Вот как? — удивилась Шень. — Если не секрет, то к кому?

— К некоему Хиого Кану, — ответил парень. — И мне показалось, что это весьма важная шишка.

— Тебе правильно показалось, — негромко ответила женщина. — Считай, что тебя вызвал… Кто-то вроде особиста.

Последнее слово Шень произнесла на русском, только Канг этого слова не знал. А вот этот Денис явно понял, о чем речь, так как со значением хмыкнул.

— Это радует и огорчает одновременно, — заметил он. — Хотя… Нет, не огорчает. Так, напрягает чуть-чуть.

Говорили все на альтеро. Канг же все ждал, когда этот… начнет показывать. На Пэци (родная планета Шень в системе Миндзя), не раз бывали такие тренировки, когда ты вроде как отдыхаешь, например, пошел купаться. А на тебя неожиданно нападает учитель, старшие ученики или даже младшие хором забить пытаются. Поэтому Канг сидел внешне спокойно, но был начеку.

— Надеюсь, Шень, — усмехнулся Денис. — К нам не начнут присылать еще детей? А то я как-то не планировал так быстро становиться отцом. Ну, и хотел бы вырастить своих наследников.

К удивлению Канга, Шень слегка зарделась. Конечно, может она играет… Но парню отчего-то казалось, что ей сейчас вряд хочется играть. И эти чувства она намеренно не сдерживает.

— Меня радует ваш настрой… господин Кусаби, — негромко ответила женщина, потупившись. — И если вы не захотите, то никого больше не пришлют. Но хотелось бы заметить, что за стажировку Семья… скажем так, щедро выразит свою благодарность.

— А вот это уже интересно, — Денис задумчиво потер подбородок. — Потом мне напомни подумать об этом.

— Конечно, — Шень, улыбаясь, слегка склонила голову.

— Канг, — заговорил Денис… наконец-то с парнем. — А зачем тебе было бы нужно оружие? Твое задание не предполагало силового решения.

— Хм, — Канг прокашлялся, чтобы собраться с мыслями. — Ну, меня учили, что оружие нужно иметь. На всякий случай.

— Ага, а самому подумать? — сощурился Денис. — А если тебя, к примеру, на отходе бы приняли? Ты написал, что тебе нужно, чтобы Семья сделала допуск на территорию кампуса. То есть ты бы подставил Инь.

— Меня бы не поймали, — сухо ответил Канг, вскинув голову.

— Это не ответ, — спокойно пояснил Денис. — Нельзя верить в то, что тебя хорошо обучили. Твоя… скажем так, профессия, не предполагает участие в деле таких зыбких условий. Ты должен оперировать четким знанием. Логикой.

Канг несколько мгновений смотрел на собеседника исподлобья.

— А если, все-таки, невозможно учесть все? — вдруг заговорила та девушка, Элли. — А выполнить поручение надо?

— А вот это уже вопрос профессионализма, Элли, — ответил Денис. — Профессионал не берется за то, в чем есть критически важные моменты, которые невозможно четко знать или просчитать. Беспрекословное подчинение и выполнение любой ценой, это удел солдат. То есть боевой единицы, на которую потрачено мало ресурсов. Вот, например, я могу послать тебя, чтобы произвести проверку боем. А уже потом Канга. А если он не справиться, то пойдет Шень. Уже со знанием, что конкретно не получилось.

Элли хмыкнула.

— Цинично, — заметила она. — Эффективно, но цинично.

— А меня может послать Бутч, вместо себя, — спокойно добавил Денис. — И эта система всем понятна. А если ты в нее входишь, то принимаешь эти правила. Хочешь или нет.

— Мне не нравится, разумеется, — произнесла девушка. — Но да, я согласилась, поэтому принимаю.

— Заметь, Канг, — Денис снова пристально посмотрел на парня. — Про веру тут ни слова.

— Э-э, и что? — недоуменно хмурясь, произнес тот.

Сидящая с ним рядом Шень вздохнула. Характерно. Элли, которая занимала сидение напротив, рядом с Денисом, с легким удивлением посмотрела на Канга.

— Путь еще даже не начат, — произнесла девушка странную фразу.

— Да, — кивнул Денис. — И в этом корень проблемы.

Канг ничего не ответил. Потому что… ну, сидят они, умничают. Слова говорят красивые. И что? Если говорить откровенно, то он это все слушает лишь потому, что должен подчиняться Шень. А Ши Чжунго считает, по всему, что эти люди полезны. А учителю виднее, как учить.

— А о тебе очень высокого мнения, Шень, — с хитрецой улыбнулся Денис.

— Разумеется, дорогой! — промурлыкала женщина. — Я же профессионал.

* * *

Райви

Пейзаж, выбранный Харо, был действительно красивым. Райви его раньше не видела, но списано было, скорее всего, с какой-то шиновской планеты, потому что именно хинодзины угорают по химеям, деревьям, которые так походят на земные вишни.

Они оказались в цветущем саду из этих самых химей, в чем-то типа большой беседки. То есть крыша на столбах, над деревянным помостом. На возвышении возле одного из краев помоста сидел небольшой оркестр. Седой старик с длинной белой бородой расположился прямо на полу, скрестив ноги, а на его коленях лежал инструмент. С большим количеством струн. Ему помогали четыре молодые девушки, изящно сидящие за ним на белых стульях с высокими спинками. У них были какие-то вроде с чем-то духовые инструменты, еще были струнные, похожие на гитары.

Одежду выбирал тоже Харо, и Райви оказалась в чем-то типа длинного белого халата. Хорошо хоть подол этого халата был не в обтяг, свободного покроя. А пояс, однако, такой широкий! И сзади что-то типа здоровенного банта. Еще высокая прическа, странная обувь без твердой подошвы. Что-то типа кожаных белых носков.

— Смотрю, ты реализовал свои фетиши? — чуть насмешливо заметила Райви.

Харо тоже стоял в другой одежде. На нем было типа такого же халата, только черного цвета. Широкие рукава… А нет, это накидка сверху. Широкие штаны, как будто Харо в юбке был. Красный пояс.

— Ну, а почему бы и нет? — чуть улыбнулся парень. — Или тебе неудобно?

— Надеюсь, танцевать мы будем не ваши национальные танцы? — спокойно спросила Райви. — Не имею ничего против, но не хочу.

— Как насчет земного вальса, Ревекка? — бархатистым тоном спросил Харо.

— Это можно, — кивнула Райви, опустив пока, что он знает, откуда она прибыла.

Да и, честно говоря, не такая уж это закрытая информация. Например, прошлые сокурсники Райви это знали. Другое дело, что этот парень, похоже, только делает вид, что все случайно получилось так, как получилось. Интересно, что ему надо?

Харо кивнул музыкантам. И те заиграли мелодию. Красивую и незнакомую. Но под ритм именно вальса. Парень же подошел к Райви, протянул ей руку.

— Позвольте пригласить вас на тур, госпожа, — с вежливой улыбкой произнес Харо.

Ага, вальсирует он явно не впервые. И терминологию знает. Готовился или просто так совпало?

— Слушаю тебя, — произнесла Райви. — Ты же явно не просто так захотел оказаться со мной наедине.

— Я и не думал как-то это скрывать, — заметил Харо. — Но, согласись, так беседовать гораздо приятнее.

— И конфиденциальнее, — ехидно вставила Райви.

— И это тоже, — спокойно ответил парень. — Я, возможно, старомоден. Но мне нравится, когда я беседую с нравящейся мне женщиной наедине.

А вокруг беседки, когда заиграла музыка, стали кружиться белые лепестки. Мелодия была очень красивой, даже можно сказать нежной. Да, это есть у хинодзинов, они любят и умеют подмечать прекрасное, даже совершенно в тривиальных вещах. И кружиться в танце, когда вокруг такая красота очень и очень приятно. Этот Харо отлично подобрал место!

— Наша группа будет учиться еще год, — снова заговорил парень, после нескольких движений. — И я рад, что этот год я буду рядом с тобой.

Разговаривать во время тура… Да, он явно не новичок.

— Харо, ты немного… притормози, — чуть сощурилась Райви, похлопав парня по плечу (ее рука, разумеется, лежала на его плече). — Рядом — это, по крайней мере, пока, рановато. Вместе.

— Как угодно, Ревекка, — ничуть не смутился Харо, слегка улыбнувшись. — Но даже если и просто вместе, то вот, скажем так, предложение о будущем, я бы хотел озвучить.

— Харо, у меня есть будущее, — спокойно ответила Райви. — Причем именно такое, какое мне нравится. Связывать свою судьбу с кланом, любым, в мои планы не входит.

Парень ответил не сразу. Его лицо сделалось задумчивым. И знаете, задумчивый красивый парень на фоне белых вихрей — это не менее красиво, чем юная девушка в таких же декорациях.

— Не обязательно именно связывать, — произнес произнес Харо. — Есть и другие варианты… обоюдной пользы. Хотя, Ревекка, я очень бы хотел, чтобы ты…

— Харо, мы знаем друг друга пару дней, — с холодком произнесла Райви. — Давай не будем говорить то, что может повредить этому только что наладившемуся общению?

— Хм, согласен, — кивнул Харо. — Слушай, но все-таки, как… интересно с тобой беседовать! Это… так затягивает!

— Комплимент принят, — улыбнулась Райви. — Хочу отметить, что мне тоже приятно твое общество.

— Это лучшее, что я слышал за сегодня! — просиял парень. — А может и за всю жизнь!

А вот Райви в этот момент внезапно… Заскучала. Точнее, ощутила… Привкус банальности, так, наверное. Она его подавила, чтобы не портить настроение, ни себе, ни Харо. Но и забыть теперь это вряд ли получится.

— Давай пока помолчим и насладимся танцем, — мягко произнесла Райви.

Парень в ответ слегка склонил голову, в знак согласия. И они продолжили кружиться. Закончилась первая мелодия и тут же, не сбивая ритма, началась другая. Вокруг беседки проносились вихри белых лепестков. Романтика. В чистом виде.

Зачем, скажите, зачем в этот момент мозг подкидывает картины, когда очухиваешься в десантной капсуле, а вокруг одни трупы? Все те, с кем еще утром ты ЖИЛ в одном кубрике, теперь лежат, зажатые искореженным железом, разорванные на части или умирают на твоих глазах… И чтобы не спятить, остается лишь одно. Хрипеть от ненависти, рычать, чтобы хватило сил вырваться из стальной ловушки…

… А потом выпасть из кровавой пелены посреди сгоревшего сада. В нос бьет запах гари. А в памяти снова капсула и вспышки того, что ты только что делала. На твоих доспехах кровь, желудок выворачивает желчью. И ты не смеешь, боишься повернуться к поселку, который истекает дымом за твоей спиной.

… - Чтобы быстрее бегать, надо бегать! — скалилась София. — Чтобы уметь думать, надо, мать твою, мозги включать! Думаешь, мне делать нехрен, я тут книжки читаю? Шансов и так нет почти нихрена! А если еще и тупить, то вообще полное дерьмо! Ты на Шакала зачем кинулась? Че, мля, молчишь, идиотка? Теперь будь уверена, он тебя и нас с тобой в первой волне отправит! Зато ты себя героем ощутила, да?!.

Она помогла даже с того света. Из-за Софии Райви решила прилететь на Комаки, так как ей сказали, что это самое ближайшее место, где хорошо учат. Фактически, Райви шла прямо по той мечте, которую София ей описывала.

— Думаю, пока достаточно, — Райви остановилась и отступила от Харо.

Тот чуть поморщился.

— Скажи, а это было обязательно ставить меня на место? — спросил парень. — Или это на рефлексе?

— Давай, ты, типа, глупенький мальчик, — усмехнулась Райви. — И в восхищении от впечатлений ничего не понял.

Харо несколько мгновений смотрел на партнершу по танцу. А потом натурально прыснул. Именно, как мальчишка.

— Знаешь, я реально не знаю, что сказать, — произнес Харо, посмеиваясь. — Ревекка… Если нужен будет снова… манекен для отработки остроумия, прошу, не стесняйся, используй меня, как посчитаешь нужным.

Райви улыбнулась, прям чисто злодейка. Она подняла руку, провела пальцами по щеке парня.

— Дорогой Харо, — чуть ли не промурлыкала девушка. — Прошу, на будущее, не предлагай такого… женщинам, старше тебя. Иначе ты рискуешь попасть в весьма пикантную ситуацию, с такими предложениями.

— А кто сказал, госпожа, что я против? — сощурился парень.

* * *

В клуб они, практически и не заходили. Точнее, быстро обошли по краю зал, наполненный компаниями студентов. И оказались в помещении примерно три на семь. И кабинет был таким длинным из-за наличия шести коконов в дальнем конце. Шесть белых круглых невысоких помостов, окруженные четырьмя довольно массивными стойками. Встаешь на такой круг и излучатели формируют поле, с которым ты будешь, собственно, взаимодействовать.

На столе, вокруг которого стояли диванчики, стояли четыре чашки с чаем. Денис с Шень расположились по-хозяйски, вольготно. И рядом друг с другом. Элли и Канг сели напротив.

— Сколько было девушек в зале? — спросил Денис, смотря на Канга.

Тот на пару мгновений подвис, видимо пытаясь вспомнить.

— Двадцать шесть, — наставительно произнес Денис. — Хорошо, попроще. Сколько компаний было в зале?

— Я не… запоминал, — буркнул парень.

— Пять, — со вздохом произнес Денис. — Канг, я же тебе говорил, что буду показывать. То есть даже после предупреждения ты оказался не готов. И что мне теперь делать? Заново учить? Шень, кажется, о тебе вообще сильно высокого мнения.

— Я готов уехать, — пробурчал Канг.

— Да что же это такое, — разочарованно произнес Денис. — Парень. Если ты еще не понял, то это не очередная тренировка. И отказаться ты можешь единственным способом. Каким, нужно говорить?

Канг поднял глаза. Несколько мгновений он пристально смотрел на Кусаби.

— Тогда… Что вам мешает меня… Уволить? — негромко произнес паренек, с каменным лицом. — Вам пришлют другого, который…

— Канг, я не знаю, сколько девушек было в зале, — спокойно произнес Денис, беря пиалу с чаем.

— Э-э… Что? — недоуменно спросил Канг.

— С компаниями проще, у них отдельные столы, — продолжил Кусаби. — Канг… Ты опять все принял на веру.

— Денис, — заговорила Шень, улыбаясь смотря на Канга. — А это не слишком, прививать твою паранойю?

— Ни зенме ненг жуанг ман юбей? — ответил Кусаби, пробуя чай. — Наге ийчинг цингдао даоле бианюян?

(Разве можно наполнить стакан, который уже налит до краев?)

Элли бросила на Дениса нечитаемый, но пристальный взгляд.

— Господин Кусаби, — с легким весельем произнесла Шень тоже на китайском. — Давайте не будем нагружать молодежь мудростью предков. Сейчас. Вам же нужно еще вечером посетить Хиого Кана.

— Да, пожалуй, — ответил Денис уже на альтеро.

Он, опустил пиалу на стол и принялся пристально смотреть на макушку Канга. Но паренек сидел прямо, не реагируя. И это уже хорошо. Не реагировать на простейшие (но от этого не переставшие быть эффективными) способы отвлечения внимания он обучен. Но вот эта слепая вера в учителей мешает на самом деле. Хотя и не такая уж это проблема. Но через это его можно раскачать, что уже неприемлемо. И придется эту уязвимость закрывать. А чем бьется вера? Ничем. Она для того и придумывается, чтобы не нагружать голову и при этом противостоять всяким умникам, которые хотят тебя переубедить. Точнее, ее можно сломать, но тогда есть большой шанс выплеснуть ребенка. То есть сломать и самого верующего. Переубеждение — тонкая, нудная и долгая работа. И часто ненужная…

И, кстати, у них тут вообще-то есть вполне конкретная цель, кроме, собственно, самого обучения.

— Шень, а почему все-таки, именно этот клуб? — спросил Денис.

Женщина сделала загадочное и веселое выражение на лице. Своем.

— Ну, я просто хотела обойтись одной стрелой, — с кротким видом ответила Шень.

Денис ответил не сразу. Потом несколько растерянно улыбнулся и тут же приобрел прежний уверенный вид.

(Тут имеется в виду китайская поговорка, об убийстве одной стрелой двух ястребов).

— И что второй ястреб? — спросил он.

— Кто, — поправила Шень. — Если я хоть немного понимаю в людях, то Райви захочет отсюда уйти.

— А, вот как, — хмыкнул Денис и бросил взгляд на комм, проверяя время. — Так, но я вынужден уже уходить. Канг, проблемы, если что, на тебе. Уточнять какие?

— Нет, — мрачно буркнул паренек.

— И все-таки? — уточнил Денис.

— Все, кто доставляют неудобства, — неохотно, но сразу же ответил Канг.

И это хорошо. Подросток же еще, гормоны, только что, считай, унизили. Но он обучен это перебарывать. А вера в учителей… Это, вполне возможно, что последствие этого умения преодолевать всякие неприятные внутренние штуки. И отсутствие пока своей внутренней теории существования. Ну, а она нарабатывается опытом и знаниями. Опыт, к сожалению, дело только времени. А вот знания…

— Тогда я вас оставлю, — произнес Денис. — Элли, если захочешь вернуться на кампус, не забывай о времени.

Девушка в ответ молча кивнула. Шень повернулась к Денису для поцелуя на прощание. В ее глазах при этом прыгали бесенята. Да, вот она наверняка поняла, что делает ее избранник.

— До встречи… бааба, — еле слышно и очень ласково произнесла женщина.

Денис в ответ еле заметно улыбнулся.

(Отец — фучжин. А бааба — это по-китайски «папа» или даже «папочка». Шень, судя по интонации, применила это слово именно в последнем значении).

Глава 6

3 июля 4048 года. Конец часа Югата. Кафе-клуб «Касо Хейши». Денис Кусаби

Как она мила. Почему вот именно в этот момент Денис осознал, что Шень… Про выбор банально звучит, заезженно. И немного неточно. Ставка. Да, вот так будет более правильно. То есть осознанный взвешенный выбор варианта дальнейшего существования.

— Мне нравится, как это говоришь, — чуть зловеще улыбнулся Денис. — Запомни эту интонацию.

Шень удивленно приподняла брови. А вот Денис понял еще кое-что. Это к вопросу, почему нам одни люди нравятся, а другие нет. Почему, конкретно он нравится Шень. Именно нравится, она же это не скрывает. Не играет, не пытается усилить воздействие на него. А она это ох как умеет! Но ее, похоже, весьма радует то, что она может вот так не скрываться. То есть ей нравится он еще и потому, что ей не надо это скрывать.

Денис посмотрел на Элли. Девушка сделала вопросительное выражение. Канг нахмурился.

— Хм, — Денис как-то с другой стороны взглянул на их компанию.

Черный Веер, ученик Веер и еще двое… существ, что-то типа биороботов, которых очень сложно уничтожить. Интересная команда. Вопрос, что вот такие персонажи могут натворить?

— Посмотрим, — негромко произнес Денис. — Да, это будет весьма… интересно.

Шень недоуменно и вопросительно посмотрела на него.

— Мне все же нужно идти, — сказал парень, отодвигая пришедшие мысли. — Канг.

Денис одарил паренька пристальным тяжелым взглядом…

… - Госпожа Шень, — заговорил Канг, когда Денис ушел. — Мне нужно что-то знать об этом человеке?

— Элли, — женщина посмотрела на соседку Канга. — Расскажи то, что посчитаешь нужным. А мне нужно… скажем так, выполнить поручение.

Шень поднялась (ее быстрый жест под столом, после которого снизу столешницы остался небольшой диск, никто не заметил).

— Только не сбей мальчика… с Пути, — чуть улыбнулась женщина.

— Конечно, — серьезно ответила Элли.

Шень, двигаясь как обычно, то есть очень плавно и одновременно так, что даже Канг невольно прикипел взглядом, вышла из кабинета.

— Ну, — раздраженно (из-за собственной реакции на Шень) произнес парень. — И что ты мне можешь рассказать?

— Сиди, пей чай, — фыркнула Элли. — Сдался ты мне, рассказывать тебе что-то.

— Ой, да можно подумать, ты что-то знаешь! — ядовито отозвался Канг.

— Ага, да-да, — Элли вытащила над столом голоэкран и поморщилась, оценив местное меню. — Понятно, одни закуски.

— Может смахнемся? — Канг кивнул в сторону Коконов.

— Иди, смахивайся, — ехидно отозвалась девушка. — Только сильных ботов не выбирай.

— Знаешь что, — самодовольно произнес Канг. — Да я бы и этого вашего Дениса вальнул! И он это знает, вот и не стал пробовать.

Элли посмотрела на парня, вздохнула с сожалением.

— Эй, тебе же сказали, нужно меня в курс ввести! — возмутился Канг, когда девушка открыла на комме учебник по программированию.

— Извини, мне нужно взрослыми делами позаниматься, — ответила девушка. — Поиграй пока один, хорошо?

* * *

Академия. Здание для членов клана Хиого. Хиого Юмико

У Юмико было очень хорошее настроение. Честно говоря, в прошлом году она приуныла, ну решительно же никаких интересных персонажей не поступило. Зато это год — просто подарок. Прямо в одном с ней доме проживала интересная девочка. И она же родственница еще более интересного парня! Плюс Юмико наметила еще парочку студентов.

— Ёсихиро, привет! — улыбнулась девушка, войдя в приемную.

Сидящий за столом секретаря молодой парень посмотрел на девушку, обозначил улыбку.

— Судя по твоему настроению, — негромко произнес парень. — Ты опять на кого-то… охотишься. И кто этот несчастный?

— Ёси, между прочим, я перед тобой извинилась, — ответила Юмико чуть поморщившись.

Приемная Хиого Кана была небольшой, но специфической. Стол секретаря стоит у больших окон, рядом с дверью в кабинет. И напротив дивана для посетителей. Диван неудобный. Нет, он нормальный, но неудобный. И стоит посидеть на нем хотя бы десять минут, это начинает очень сильно мешать. То есть, это выводит из самообладания. Немного, но… Свет в приемной сделан так, чтобы сидящего напротив посетителя секретаря было видно нечетко. То есть поднимаешь голову и свет мешает его рассмотреть. Плюс к этому, Ноёрё Ёсихиро обладал редким качеством вежливого молчаливого давления. Сидит, что-то делает. А потом пару секунд пристально смотрит на посетителя. И дальше продолжает работать.

— Хиого-сама ожидает посетителя, — произнес Ёсихиро, причем не холодным тоном, а спокойно, то есть для него это почти ласково. — Поэтому, если ты хочешь поговорить, то лучше отложить на завтра.

— А я как раз по поводу этого самого гостя, — Юмико подошла к столу секретаря и пояснила. — Я видела, как ты этому Денису карточку вручал. Как он тебе?

Ёсихиро хмыкнул.

— Я не буду спрашивать, зачем ты следила за этим парнем, — размеренно произнес он. — Но мой тебе совет, лучше от него отойти.

— Вот как? — Юмико, похоже, еще больше воодушевилась.

Она уперлась ладонями в столешницу, показывая, что хочет подробностей.

— Семья Инь, — произнес Ёсихиро. — Он идет под их протекцией.

— Ха, все интереснее! — сверкнула глазами Юмико. — Он же не Инь, явно! Вообще не их типаж!

— Я не могу рассказать всего, — спокойно произнес Ёсихиро. — Но поверь, тебе этот парень будет не по зубам.

— Ёси, — Юмико наклонилась к парню. — Хотя бы намекни.

— Нет, — ровно и спокойно ответил Ёсихиро, улыбнувшись. — Я уже достаточно намекнул, госпожа Хиого.

— Злыдня! — фыркнула Юмико и распрямилась. — А мог бы рассчитывать на мое… особое отношение.

Девушка с намеком провела ладонью по бедру.

— Мне еще дорого мое душевное равновесие, — ехидно ответил Ёсихиро. — И мои невесты в этом случае будут очень недовольны.

— Между прочим, это я помогла их отобрать! — заметила Юмико, сощурившись.

— Поэтому я и сказал про Инь, — все также, спокойно, ответил парень. — Но рисковать своим положением, госпожа Хиого, я не хочу. Но вы же можете поинтересоваться у вашего деда.

— Ага, — скривилась девушка и вздохнула. — Но придется. Можно к нему?

— Как я и сказал, ненадолго, — кивнул в сторону двери Ёсихиро и продолжил со строгим тоном. — И если я потом зайду, то вы должны будете уйти.

— А вот когда мы целовались, ты по-другому говорил, — язвительно произнесла Юмико. — Ласково!

— Я прекрасно помню про эту ошибку, госпожа Хиого, — иронично ответил Ёсихиро. — Не волнуйтесь, я не забуду этот урок никогда.

— А вот злопамятность никого не красит! — припечатала Юмико, подходя к двери. — Зануда!

И язык показала вдогонку. Когда девушка скрылась за дверью, Ёсихиро покачал головой…

… - О, кого я вижу! — добродушно произнес декан философского факультета, когда увидел Юмико. — Неужели нашлись все-таки дела. которые привели тебя к твоему старому дедушке, Юмико?

Хиого Кан выглядел лет на пятьдесят (по земным меркам). Он имел совершенно стандартную внешность (стандартную для Шин или земной Азии и конкретно для Японии) и родовой признак, в виде массивного подбородка. (Юмико, кстати, старательно скрывала этот признак, хотя у нее подбородок был как раз не сильно выражен). В общем, солидный мужчина, с залысинами, фигура осанистая, но не грузная. Хиого Кан был в традиционном для империи Шин деловом костюме, то есть темно-коричневый пиджак с довольно длинными полами (где-то до бедер) и стоячим запашным воротником под подбородок. По краю воротника виднелся белый кант. Рукава пиджака были широкие, это тоже традиция, списанная с древних церемониальных костюмов.

— Ну, вот насчет возраста, вы сильно погорячились, софу, — мило улыбнулась девушка. — Насколько я знаю, вы один из самых желанных кавалеров среди студенток академии.

— Это нормально, Юмико! — Хиого Кан сделал приглашающий жест в сторону гостевой зоны и поднялся со своего рабочего кресла. — Вам, девушкам, свойственно стремиться к тем, кто у власти, это, можно сказать, заложено в вас природой. К сожалению, я эту власть в академии и представляю.

Кабинет декана философии был… уютным. Что немного не ожидаешь от человека, который занимается… Тем, чем занимается. Рабочая зона небольшая и как бы спрятана в дальнем конце кабинета. Большой, но не массивный письменный стол, два удобных кресла перед ним. А гостевая зона такая, словно Хиого Кан задался целью сделать так, чтобы его гости вообще не уходили. Два больших кожаных дивана, в которых, как знала Юмико, есть функция непрямого массажа. То есть сидя на этом диване не устаешь… А, правильно, расслабляешься. После очень неудобного дивана в приемной. То есть получается очень сильный и несколько сбивающий с толку контраст. И невольно проникаешься к хозяину кабинета.

Еще два кресла. Примерно с такими же… свойствами, как диваны, и стоящие друг напротив друга. Вся эта мебель, в свою очередь, стоит вокруг полноценного, но не огромного стола. Стол этот непростой. В его массивной тумбе, под столешницей из псевдодерева, спрятан бар. И напитки выезжают прямо из столешницы. Хочешь горячий чай, зеленый, черный, белый, любой. Хочешь холодный чай. Также, разумеется, есть несколько видов более крепких напитков.

— Почему к сожалению? — спросила Юмико, садясь на диван и помахала рукой на вопросительный взгляд деда, показывая, что ничего не хочет.

— Потому что это неизбежно накладывает свой отпечаток в любом общении, — усмехнулся декан, присаживаясь в ближайшее кресло. — Даже с любимыми внуками и внучками. Ты же вот, пришла не просто поболтать? За делом каким-то? Да не морщись, это нормально, хе-хе!

Юмико виновато улыбнулась. И приступила к речи, которую сегодня продумывала с того момента, как увидела Ёсихиро, который разговаривал с Кусаби.

— Мне осталось учиться год, деда, — заговорила девушка размеренным, как учили, тоном. — И мне уже восемнадцать. Когда я закончу обучение, мне бы хотелось… Скажем так, быть полезной…

— Уверен, что та, кто сдала экстерном экзамены по моему факультету, найдет себе место, где будет полезна, — с легкой иронией и гордостью заметил декан.

— Возможно, я покажусь самоуверенной, — продолжила Юмико. — Но мне бы хотелось… Скажем так, наиболее полно реализоваться. Точнее, применить по максимуму то, что дала мне наследственность.

— Это похвальное желание, Юмико, — заметил мужчина. — Я говорю искренне, поверь, моя любовь к тебе, не стала бы причиной снисходительности.

— Да, я помню экзамен, — усмехнулась девушка. — Я едва не… разревелась тогда. Мне-то казалось, что умнее нет никого. Меня. Но ты, деда, и Ёсихиро спустили меня с пьедестала.

— Ты не представляешь, Юмико, насколько это приятно, экзаменовать собственных потомков, — с ноткой легкой грусти произнес декан. — И да, возможно, я тогда увлекся. Но так всегда бывает с удовольствиями.

— Да уж, — хмыкнула девушка. — По-моему, деда, ты тогда увлекся не слегка. Литературу Земли двухтысячелетней давности на самой Земле, думаю, знают единицы. Но, кстати, я тот роман… м-м, постоянно название, почему-то, забываю. Про мужчину, который написал роман и потом оказался в мед. центре…

— Масута ту Маругарита? — предположил мужчина.

— Да! Точно! Спасибо! Так вот, я его прочитала же, — Юмико вздохнула. — Но, признаюсь, поняла мало. Слишком много специфики.

— Забываешь ты название потому, — наставительно произнес декан. — Что оно, название, чуть не стало причиной… неудачи.

— А мозг стремится избежать неприятных воспоминаний, — подхватила девушка.

— Именно так, внучка, именно так, — добродушно усмехнулся мужчина. — Но вернемся к твоей речи. Времени у меня не так уж и много. Вот, кстати, тоже почему-то всегда так бывает. Такой интересный разговор, а…

Хиого Кан вздохнул с явным сожалением.

— Собственно, деда, я веду к тому, — негромко сказала Юмико. — Что мне придется выбирать… мужа.

Декан удивленно посмотрел на внучку.

— Мне казалось, что у нас на это полная свобода, Юмико, — произнес мужчина. — Неужели твой отец решил тебя выдать за кого-то?

— Конечно, нет, — твердо ответила девушка. — Папа, наоборот, говорит, чтобы я не спешила и выбирала тщательно.

— Ну, тогда мне интересно, с чего вдруг ты задумалась о таком, — декан сел поудобнее. — Давай рассказывай и поподробнее. И не волнуйся о времени, уверен, мой гость подождет.

Мужчина при этом коснулся своего комма на запястье правой руки.

— Знаешь, деда, — заговорила девушка. — Недавно я познакомилась с одним парнем…

Она сделала паузу и дед ее не разочаровал:

— Ну, пока я не услышал ничего, чтобы меня удивило, — с иронией произнес он. — Так обычно и бывает… С красивыми, хоть и умными девушками. Полагаю, он не такой, как все?

— Да, странности у него есть, — кивнула Юмико. — Особенно меня заинтересовало то, что… Скажем так, он преследует цель не знания получить. Точнее, не только знания.

— У большинства студентов академии, Юмико, — произнес декан с легкой улыбкой. — Знания — это вторая или даже третья по важности цель.

— Да, это так, — склонила голову девушка, признавая правоту деда. — Так вот, сначала меня заинтересовала одна девушка. Из новеньких. Очень она… скажем так, ловко уходила от ответов. Потом я узнала, что она приехала сюда с… родственником. Я чисто ради интереса посмотрела про них…

— В базе клана, я полагаю? — иронично уточнил мужчина.

Юмико в ответ лучезарно улыбнулась.

— И увидела в их досье союзные грифы, — продолжила девушка.

— Ага, думаю, я уже догадываюсь, о ком речь, — уже ровным серьезным тоном произнес декан. — Что же, ты меня не разочаровала, Юмико. И зачем ты пришла ко мне… И так издалека подходила?

— Мне интересно, — также спокойно ответила девушка. — Даже не так… Меня просто съедает любопытство. Я лично говорила с… Денисом Кусаби.

— И какое у тебя сложилось впечатление? — поинтересовался мужчина.

— Очень неоднозначное, — задумчиво произнесла Юмико. — Определенно УЖЕ имеет образование и неплохое. Я бы даже сказала, отличное. Весьма хорошо поставлена речь. Имеет боевую подготовку. Насколько я могу судить, тоже не вводный курс. Если бы я не знала, что он не из империи, то начала бы подозревать, что он из клана, причем не меньше Тора. Ну, и… Это чисто субьективное ощущение. Он опасен. Прям физически.

— Это все? — поинтересовался Хиого Кан.

Причем, не как дедушка, то есть родственник. А именно как декан философского факультета, то есть, по меткому сравнению Шень, «особист».

— Хм, — Юмико задумалась, вспоминая. — Определенно имеет успех у женщин… Но это-то понятно… Что еще… Очень целеустремлен. По крайней мере, мне так показалось.

— Неплохо, Юмико, неплохо, — удовлетворенно произнес Хиого Кан. — Ты научилась связывать знания с практикой. А после того, как ты узнала, что его Инь сюда пристроили, какие выводы у тебя получились?

Юмико слегка поморщилась. Ну, да. Наивно было полагать, что Ёсихиро выдаст информацию «по дружбе».

— Ну, это, если честно, только еще больше зацепило, — ответила девушка. — Вот я и пришла узнать, не помешаю ли я каким-то планам.

Декан несколько мгновений с удовольствием на лице, смотрел на внучку.

— Знаешь, даже не хочется тебя… разочаровывать, — произнес он, наконец.

Юмико тяжело вздохнула.

— М-да, ну, это было наивно полагать, что это просто совпало, — произнесла она. — Жаль. Очень, очень жаль.

И девушка скривилась, словно у нее зуб заныл.

— Юмико, — с хитрым лицом сказал Хиого Кан. — Дело не в делах… клана.

Девушка вопросительно посмотрела на деда.

— Денис Кусаби приехал сюда, разумеется, не один, — продолжил декан. — И это я не про родственницу. Для начала, помнишь, я рассказывал про одну необычную студентку моего факультета? Ревекку Поссет?

Юмико задумалась.

— Ты хочешь сказать, — снедоверием произнесла она. — Что этот парень и… Поссет, они…

— Они вместе прилетели, — усмехнулся мужчина. — Что там между ними, сказать не могу. Но и это еще не все. Как ты понимаешь, Инь не могли пустить дело на самотек.

— И прислали куратора, я так полагаю? — тут же спросила Юмико, сощурившись.

Недавняя подавленность исчезла. Девушка почуяла, что дело хоть и непростое, но можно что-то делать!

— Да, — кивнул Хиого Кан. — И этот куратор небезызвестная Шень Инь.

Юмико задумалась, вспоминая упомянутую женщину.

— Ши Чжунго? — недоверчиво уточнила она, наконец. — То есть… Она его учитель?… Стоп… Так этот парень Веер что ли?!

На это декан развел руками.

— Такое, как ты понимаешь, не сообщают, — ответил он. — Но мозг нам дан для того, чтобы мы могли связывать факты. И делать выводы из этого. Шень Инь — легендарный Черный Веер «Ши Чжунго». Официально ушла из дела…

— Ага, когда такое бывало? — фыркнула Юмико.

— Именно, Юмико, именно, — усмехнулся мужчина. — Вместе с ней Ревекка Поссет… Тоже, надо сказать, довольно… примечательная и известная в определенных кругах личность, имеющая славу той, кого лучше не злить. Очень не рекомендуется. И вот они прилетают к нам, вместе с двумя… подростками.

Девушка впала в задумчивость.

— Деда, — с подозрением произнесла она, после длинной паузы. — А зачем ты мне это рассказываешь?

— Ты же только что сказала мне, — ответил мужчина, пристально смотря на внучку. — Что хочешь… приложить свою наследственность.

Юмико опять задумалась. А потом подняла взгляд на деда. Вид у нее был при этом очень серьезный.

— Я поняла, — она склонила голову. — Спасибо за доверие.

— Ну, ты еще ничего не сделала, Юмико, — спокойно ответил декан. — И я тебе ничего не поручаю. Официально. Но через год, как ты верно заметила, твое обучение завершиться. А эти… студенты только начали учиться.

Юмико опять задумалась. На этот раз еще сильнее. И дольше. Потом она явно до чего-то додумалась, раз просияла. Девушка поднялась, склонилась в глубоком поклоне «подчиненного».

— Хиого-сама, — произнесла Юмико. — Я прошу… я хочу, по окончании обучения, пройти практику на вашем факультете. Готова пройти все необходимые испытания.

— Что же, Юмико-чан, — хмыкнул декан. — Я рассмотрю вашу кандидатуру. Но сразу хочу предупредить… Юмико. Это выбор, понимаешь? Очень серьезный поступок, который повлияет на твою дальнейшую жизнь. Ты получишь допуски, после которых другие дороги будут… проблематичны. Может, ты еще подумаешь?

— До того момента, как я выпущусь, у меня будет достаточно времени на раздумья, — спокойно произнесла девушка, разгибаясь.

— Хм, да, — кивнул декан и с легким ехидством посмотрел на внучку. — Верно. Что же… Тогда, Юмико, если это все, то мне все же нужно поговорить с… этим твоим… избранником. Кстати, ты хочешь ему показать статус?

— Это было бы… легким путем, деда, — Юмико снова поклонилась. — В этом случае он неизбежно мной заинтересуется, но не в том ключе, который мне нужен.

— Разумно, — произнес Хиого Кан, кивнув. — Разумно, Что же, тогда ты выйдешь через другую дверь… Внучка.

* * *

Райви, выйдя из кабинки в туалете, увидела Шень, стоящую у зеркал, под которыми были раковины. Хмыкнув, Ревекка подошла к китаянке. Она подставила руки, из блестящего крана полилась вода.

— Слышь, Змея, — произнесла Райви. — И чё ты тут вообще делаешь?

— Симпатичный мальчик, — Шень чуть улыбнулась. — И с перспективой.

Райви покосилась на китаянку. Подставила руки под раструб осушителя, который торчал из стены под зеркалом. Посмотрела на себя в зеркало, поправила прическу. А потом достала сигареты и прошла в зону для курения, которая была обозначена красной полосой на полу туалета.

— Шень, какого хрена? — спросила Райви, закурив. — Ты что, за мою мораль беспокоишься?

— Я? — усмехнулась китаянка. — Райви, да хоть весь город перетрахай.

— Тогда зачем ты здесь? — озадаченно спросила Ревекка.

— Просто наблюдаю, — спокойно ответила Шень. — Поверь, как только ты с этим мальчиком уедешь в отель, ну или куда вы там отправитесь, я тут же отстану.

Райви затянулась, наморщила лоб. Еле заметный дым тут же уходил вверх, в вентиляцию.

— Подожди, что-то я не догоняю, — пробормотала она. — А причем тут Харо?

— Он тут совершенно не причем, — Шень зевнула, прикрыв рот ладошкой.

Райви несколько секунд хмуро пялилась на китаянку.

— Змея, на, скажи уже нормально, чё те надо, а? — раздраженно спросила Ревекка.

— Мне? — Шень улыбнулась тепло, даже ласково. — Как это Элли говорит… Мы всегда выбираем Путь. Кстати, хоть это и иллирийская фигня, но мне нравится. Интуитивно понимается. Ну, ты уже выключишь дуру или надо все разжевать?

Райви затянулась. Выпустила дым.

— Что, вьешь себе гнездышко, Змея? — сухо спросила Ревекка.

— А это плохое желание, Райви? — даже слегка удивилась китаянка. — Как мне кажется, ты тоже занимаешься сейчас именно этим.

— О, как ты ловко меня поддела, — фыркнула Ревекка. — Только ты ошиблась, Змея. Это ты себе змеенышей выводишь.

— Райви, ты сейчас серьезно? — удивленно произнесла Шень.

— А чё, не так что ли? — фыркнула Райви.

Шень некоторое время пристально смотрела на собеседницу.

— Как похоже поведение… — начала было китаянка и оборвала себя. — Бояться, Райви, это нормально. Даже можно сказать, правильно. Главное при этом, не наделать глупостей.

— Чего? — недоуменно спросила Ревекка. — Слышь, Змея…

— Да, я Змея, — сухо произнесла Шень. — И ОН…

Она подняла палец, в знак того, что нужно обратить внимание.

— Он это прекрасно понимает, — Шень улыбнулась. — Поверь, я бы точно раскусила, если бы он имел какие-то… заблуждения. Но он… почему-то, все прекрасно понимает.

Китаянка ухмыльнулась.

— Ну, разве что, он еще не понял полностью, почему я ему нравлюсь, — Шень хихикнула. — И это забавно. Я так никогда не развлекалась!

Райви выдохнула.

— Шень, — произнесла она тоном, каким говорят… с сумасшедшими. — Ты уже совсем еб… э-э, заблудилась в своих мозгах?

— И чё? — китаянка натурально оскалилась в какой… безумной улыбке. — Мне бояться нечего… И незачем! Я могу быть кем угодно. Девочкой, Веером, леди… Женой. Тут выяснилось, что меня еще и… мамой видят. Меня, представляешь? Мамой!!!

— Э-э, Шень, — Райви с реальной опаской это произнесла. — Знаешь, ты вот то, что принимаешь, не пей больше, ладно? Тебя и раньше было хрен понять, а сейчас у тебя и вовсе засвистело.

Китаянка улыбнулась. Прям светло так, словно девочка. И, ни слова не говоря, развернулась и вышла. Райви некоторое время смотрела на дверь, которая задвинулась за Шень. А потом раздраженно метнула наполовину выкуренную сигарету в зев утилизатора. Кстати, размер зева был небольшой, то есть бросок был точный.

— Вот же хренова китаеза! — рыкнула Райви, засунув руки в карманы брюк. — Все, млять, настроение сбила! Да пошли вы все! Твою же мать!!!

Вошедшие девушки, из группы младше, с ошеломлением увидели, как Ревекка Поссет, такая вся из себя стильная дамочка из старшей группы, с раздражением и даже злостью плюнула в раковину и выматерилась, как портовый рабочий.

* * *

Кабинет Хиого Кана. Час Оша (около одиннадцати вечера по З.В.)

Денис Кусаби появился в кабинете Хиого Кана строго в половине Оша. То есть, как это и положено по негласному (но от этого не ставшим неважным) этикету среди членов кланов. Ёсихиро, идя впереди парня, представил его. Как кандидата на поступление, то есть это звучало «абитуриент Кусаби Денис». И если бы даже у этого парня был какой-то титул, его бы сейчас не озвучили, потому что это тоже этикет.

Хиого-сама принимал Кусаби в деловой зоне, потому что так тоже было положено. Этот парень еще не студент, чтобы переходить в гостевую зону. То есть он еще не совсем уважаемый гость. Нет, он при этом уважаемый, но не в той мере.

— Доброго вечера, Кусаби-сан, — поприветствовал декан парня, разумеется, не вставая.

И сделал приглашающий жест в сторону кресел. Кусаби поклонился (хм, да, Ёсихиро был прав, этикет освоен на очень хорошем уровне) и прошел к столу.

— Я прошу прощения, что пригласил вас в столь позднее время, — заговорил Хиого-сама. — Но, к сожалению, мое время днем полностью съедают обязанности.

А Кусаби молчал. Только склонил голову, показывая, что слушает. Да, чувствуется, что Ши Чжунго тут приложила немало усилий… По воспитанию. Но, похоже, это еще лишь голые знания… И поэтому этот парень здесь, чтобы его знания проросли в личный опыт.

— Думаю, госпожа Инь вам объяснила, зачем я вас пригласил, — произнес декан. — Это формальность, но ее нужно пройти.

«Хм, да, неплохо натаскан» — оценил мужчина вид парня, который изобразил внимание.

И опять молча. Подростки, даже клановые, в этом месте хотя бы что-то говорят. А этот… Хе-хе, знает, что на допросе главное разговорить.

— В вашем случае, господин Кусаби, — продолжил Хиого-сама скучающим, то есть обыденным, неопасным тоном. — На соблюдение правил поведения будет обращаться повышенное внимание. В том смысле, что вы умеете себя вести и какие-то случаи, связанные с эмоциональными порывами, будут рассматриваться как осознанное поведение. А в случае агрессивных действий в вашу сторону, не будет смягчающих обстоятельств, например, факта возраста. Также вас ограничат в части общения с членами клана Хиого…

— Я прошу прощения, господин Хиого, — негромко произнес Кусаби. — Я не хочу показаться грубым, но в чем будет выражаться последнее ограничение?

«Хм, понял, что беседы не избежать и пытается перехватить инициативу и ввести свою линию. Что же, неплохо, неплохо».

Декан намеренно выдержал длинную паузу. Да-да, чтобы не отдать инициативы.

— Все просто, господин Кусаби, — заговорил мужчина. — Учитывая вашу подготовку, мы не допустим возможности какого-либо влияния на членов клана. В идеале вы не должны с ними контактировать вообще.

Денис вздохнул. Изобразил на лице легкую досаду.

— Тогда я буду вынужден покинуть эту планету, — произнес он. — Потому что, как я полагаю, члены клана Хиого преподают в академии. И я не могу избежать контакта с членами клана Хиого.

«Ирония. Чувство юмора присутствует» — это Хиого Кан оценил частое повторение словосочетания "член клана Хиого".

— Не нужно доводить до абсурда, господин Кусаби, — холодно произнес декан. — Те, кто преподают в академии, в том числе и те, кто не входит в Хиого, имеют достаточно опыта, чтобы избежать каких-либо… нежелательных контактов. Я имею в виду студентов и тех, кто примерно такого же возраста.

— Тогда, если возможно, я бы хотел получить список членов клана Хиого, — спокойно ответил парень. — С которыми мне нельзя контактировать.

— Господин Кусаби, — вздохнул Хиого Кан. — Поверьте, вас предупредят о нежелательных контактах. Не волнуйтесь. Вам будет нужно лишь следовать этим рекомендациям и все будет хорошо. Но еще, в порядке моего личного предупреждения… Господин Кусаби. Не нужно слишком уж активно… скажем так, заводить друзей. Вы можете перейти дорогу весьма влиятельным людям на этом пути.

«Так-так!» — декан мысленно усмехнулся, когда уже его собеседник взял длинную паузу.

Вот у парня дрогнули губы, в намеке на улыбку.

— Делай, что должно, — произнес Кусаби. — И будь, что будет…

(От автора. Это девиз… один из девизов рыцарей Круглого стола)

… Хиого Кан сидел за своим столом. И смотрел на кресло, где сидел этот парень. И декан размышлял о том, что в некоторых моментах индивидуальное наставничество дает результаты, которых очень трудно достичь при системном общем обучении. Последнее дает очень хорошую базу, но дальше нужно учитывать особенности, направлять туда, к чему есть предрасположенность. Усиливать уникальные качества. Пример Юмико тому подтверждение.

— Хиого-сама, — в кабинет вошел Ёсихиро и поклонился.

Или вот Ёсихиро. Затворник, социопат. При этом один их самых эрудированных студентов академии. Его пришлось натурально уговаривать занять место секретаря (который Хиого Кану был не особо и нужен).

Декан вздохнул. Для этого, чтобы правильно направить молодежь и существуют старшие родственники.

— Как тебе этот парень, Ёсихиро? — спросил Хиого Кан.

— Опасен, — лаконично ответил секретарь.

— И в чем это выразилось? — поинтересовался декан.

— Умеет ждать, — ответил Ёсихиро. — Если бы решал я, то Кусаби Денис ни в коем случае не стал бы студентом.

— Да, с точки зрения безопасности ты абсолютно прав, — покивал Хиого Кан. — Но…

— Нужны примеры, — закончил за декана Ёсихиро.

— Да и как можно более… выразительные, — чуть усмехнулся декан…

… Уже подходя к дому, Денис получил сообщение от Шень. Она отписалась о том, что Элли ушла к себе, на кампус, а они, проводив ее, отбыли домой. Все трое.

— Зря, Райви, — произнес Денис, прочитав сообщение. — А могла бы спокойно… Хотя, где мы и где спокойствие, да, Ямао?

Глава 7

Двенадцать дней спустя. 15 июля 4048 г. по З.В. Планета Комаки. Первая Техническая Академия. Кампус, дом Элли

Кристин, позевывая, вошла в гостиную. А тут уже деловито суетилась Юмико, уже собравшаяся, то есть в деловом костюмчике, а не как Кристин, в трусиках и майке.

— Слышь, чудовище, — с ехидством произнесла Кристин, подходя к дивану и плюхаясь на него. — Что происходит, а?

— А что происходит? — недоуменно откликнулась Юмико, наливая себе кипятка в чашку. — Ты чай будешь?

— Потом попью, — отозвалась немка. — Ну? Что новый принц оказался лучше, чем обычно?

— Гораздо, — зловеще усмехнулась Юмико, а потом, типа, опомнилась. — Какой принц, ты о чем, Кристин?

— Ну, понятно, — усмехнулась та. — А раз ты ловишь с утра наших соседок, значит принц, все-таки, тот самый родственник Элли. Ладно, кофе мне пока налей. А я пойду одеваться.

— Это зачем? — с подозрением спросила Юмико. — Ты куда-то поедешь?

— Юми, — Кристин поднялась с дивана и потянулась. — Должна же я узреть этого невероятного юношу. С вами пойду. Кстати, а как ты к ним подмазалась?

— Пф, записалась на язык, на то же время, да и все, — Юмико хмыкнула и потом с подозрением продолжила. — А ты зачем пойдешь?

— Ого, уже ревность что ли? — удивилась Кристин. — Юми, ты реактор-то затуши. Я мальчиками не интересуюсь, если ты забыла. Мне просто интересно.

— Но мужики-то тебе нравятся, — сухо произнесла Юмико.

— О-о, а что, этот родственник сильно старше что ли? — уже заинтересовано спросила Кристин.

— Нет, он примерно наших лет… на вид, — Юмико нахмурилась. — И та еще… сволочь.

— Ага, последнее тебе и нравится, — иронично заметила Кристин. — Юмико, я может тебе секрет открою…

— Он со мной не разговаривает, — прервала начинающуюся лекцию Юмико.

Кристин недоуменно посмотрела на подругу.

— «Да, нет, привет, пока», — зло произнесла та, причем более низким голосом, то есть передразнивала. — Я уже делала так, чтобы остальные задержались, и мы только вдвоем остались. Молчит.

— Ага… То есть ты говоришь, а он молчит? — с подозрением спросила Кристин.

Юмико выразительно и надменно посмотрела в ответ.

— Не, ну вдруг, — насмешливо произнесла Кристин. — Любовь, чувства… Потянуло впечатлить, рассказать о себе…

Наверху хлопнула дверь. Кто-то что сказал.

— Похоже, твои новые подруги уже проснулись, — хмыкнула Кристин. — Кстати, а может зря ты их удаляешь?

— Да пробовала уже и через них, — вздохнула Юмико. — И вместе и по отдельности.

— Хм, действительно крепкий орешек, — задумчиво произнесла Кристин. — Интересно. И какой план?

— Жду случая, что еще мне остается? — вздохнула Юмико.

— Так может создать случай? — предложила Кристин.

— Нет, нельзя, — опять вздохнула Юми. — Наблюдательный тип. Может получиться еще хуже.

— Ну, так может, ну его? — недоуменно поинтересовалась Кристин. — Столько сложностей, а какой будет результат неясно.

— Подкинь другой вариант, — Юмико нахмурилась.

— А, тебе просто заняться более некем, — хмыкнула немка. — Тогда понятно. Кофе налей.

* * *

Ника Дайне, Элен Синицина

После той беседы с этим бандитом, Элен словно подменили. А если быть точнее, как будто энергетика вкололи. Синицина натурально вцепилась в учебу. Она забила на все развлечения, только после курсов позволяла себе прогулку по парку, да и то потому, что нужно было проветрить голову перед вечерним забегом по учебникам.

Ника сначала подкалывала подругу. Например, тем, что она слишком сильно хочет оказаться в постели одного бандита. Но Элен только посмеивалась. Поэтому Нике это быстро надоело. Глупо стебать того, кто не считает происходящее чем-то неприличным. А потом, знаете ли, Ника и сама задумалась. Учиться определенно было необходимо, сама же буквально недавно поучала Элен, что та слишком легкомысленно относится к процессу, собственно, обучения. Так что Дайне тоже конкретно так присела на занятия.

Фокус случился сегодня. Они-то думали, что те тесты, которые они сдают на курсах, это так, тренировка. А оказалось, что их тоже засчитывают. И вот они сегодня пришли, сдали очередной такой «тренировочный» тест… И им на почту пришли уведомления о том, что такие-то зачислены в состав студентов группы А2 факультета «ЭиН». То есть, им больше пока не нужно было так упирать на обучение…

… Это было какое странное чувство. Нет, безусловно, было очень приятно, что они сумели пройти тесты одними из первых. Быть победителем вообще очень хорошее ощущение, воодушевляющее. Но, честно говоря, Ника как-то… Недоумевала что ли. Уже практически неделю (Ника считала время, естественно, по земным понятиям) они только и делали, что занимались, занимались, занимались. В этом был какой-то кураж, прям даже ярость… И вот, бабах, а дверь оказалась уже открытой.

Ника видела, что и Элен как-то слегка растерялась. Они молча шли по парку, смотрели на красивые виды…

— Вчера видела, четвертая у нас заселилась? — произнесла, наконец, Ника.

— Ага, — односложно ответила Элен.

— А почему это я говорю? — нахмурилась Ника.

— Вчера видела, четвертая у нас заселилась? — произнесла Элен.

Ника улыбнулась.

— И чё? — спросила она.

— Слышь… может, выпьем? — Синицина нахмурилась. — Типа, перезагрузимся.

Ника некоторое время размышляла.

— Да, давай, — устало ответила она. — Только это… давай никуда не пойдем.

— Да куда мы пойдем? — вздохнула Элен. — Это же настроение надо. А под мое настроение нам денег не хватит.

Девушки некоторое время шли молча. И тут у них обеих, одновременно, пришли сообщения.

— Да как… — недоуменно произнесла Ника, прочитав сообщение.

От Кусаби. С поздравлением. А она ему свой мэйл не давала! А стоп… Еще на Земле же он у него был. Но как он узнал о том, что они тесты сдали?!

— Ты ему что ли отписалась уже? — спросила Ника у Элен.

— Мысль была, — ответила та. — Но еще не успела.

— Тогда как он узнал? — скривилась Ника.

— Ну, мне это неважно, — ответила Синицина. — Главное, что узнал.

Элен криво усмехнулась.

— Тебя такой контроль не напрягает? — хмуро спросила Дайне.

— Меня бы напрягло, если бы ему было все равно, — спокойно ответила Элен. — А так… Все хорошо, я бы даже сказала, замечательно.

Ника недоуменно смотрела на Синицину. Вздохнула, покачала головой.

— А если он тебя лично похвалит? — ядовито произнесла она. — Ты сразу в кровать или все же для приличия немного руку полижешь?

— Да я не только руку могу, — ухмыльнулась Элен.

— Синицина, ты совсем уже, да? — возмутилась Ника. — Это уже как-то на бл… распутство похоже!

Синицина тяжело вздохнула, словно только что услышала полную глупость.

— Ник, — мягко, как будто ребенку, сказала Элен. — Да мне похрену, на что это кому похоже. Мне деньги нужны. Кусаби явно знает, как их и где можно заработать.

— И чё, ты реально готова любому…

— Ты где, мля, услышала про любого? — чуть оскалилась Синицина.

— Ну, знаешь, а если кто-то конкретный, это нормально, что ли? — фыркнула Дайне.

— Да, — спокойно ответила Элен, глядя вперед.

Ника некоторое время недоуменно смотрела на подругу, которая слегка улыбалась, смотря на цветущие химеи вдоль аллеи. Ветер подхватывал опадающие белые лепестки и по дорожкам крутились белые вихри. Вокруг было множество людей, молодых и в возрасте. У хинодзинов цветение химеи что-то вроде национального неофициального праздника.

— Это называется, вообще-то, замужеством, — ехидно произнесла Синицина. — Когда ты даешь только одному конкретному мужику.

Ника покосилась на подругу с выражением недоумения.

— Знаешь, если на все так смотреть, — негромко произнесла она. — То тогда тебе просто надо выбрать кого-нибудь побогаче.

— Ага, идет такой, богатей, — иронично произнесла Синицина. — И такой, ах! Элен! Иди ко мне, возьми мои деньги! Какая у тебя пися классная!

— Синицина, да хорош уже пошлить, а? — скривилась Дайне. — Тебя после тестов что ли так накрыло?

— Меня лет с двенадцати так накрыло, — Элен грустно усмехнулась. — Знаешь что… Сейчас мне четко сказали, будешь с башкой дружить, все получится…

— Ага, получится, — скривилась Ника. — А что получится? Я вот не вижу. Элен, этот… Кусаби, он же вообще ничего тебе не обещал! А ты тут из-за него задницу рвешь!

— А кому обещать, а, Ника? — Синицина посмотрела на подругу. — Ты вот, кто? Ты что умеешь?

— Так я и не рвусь… лизать! — фыркнула Дайне.

На губах Элен появилась злобная такая усмешка.

— А тебе и не предлагают, — ехидно заметила она и с досадой добавила. — Впрочем, как и мне. А можно было бы сильно упростить… процесс!

— Слышь, а ты когда выпьешь, не пойдешь мужиков искать? — с подозрением спросила Ника. — Что-то у тебя настрой какой-то…

— Ага, выпила такая и рванула, — иронично ответила Элен. — А то как-то спокойно все идет! Дай, думаю, проблем найду, бабки потрачу! У меня же их дофига!

— Синицина, я иногда от тебя просто хренею, — негромко произнесла Ника. — Ты же все в деньги переводишь.

— Не всё, — хмыкнула Элен. — А остальное просто удобнее считать именно так.

— Ну, а вот этот забег, тоже можно в бабло перевести? — поинтересовалась Дайне.

— Это венчурные инвестиции, — важно произнесла Синицина, подняв вверх указательный палец.

— Чего? — не поняла Ника.

— Рискованные вложения, — скривилась Синицина. — Вклад в то, что еще неясно, выстрелит и или нет…

* * *

Чуть ранее. Академия. Отделение мнемообучения. Денис Кусаби

Денис, выяснив, что хонтого у него с какого-то художника и так на нормальном уровне, переключился на тибритский. Точнее, лацийский, так назывался основной язык Империи Тибрит. Он был реально общий для всей империи, из курса обучения Денис узнал, что за чистотой языка специально следили. В Тибрите есть даже соответствующий государственный орган.

Империя Тибрит — в прошлом самое большое государство обитаемого космоса. Сейчас пятьсот пятьдесят шесть обитаемых систем и это только те, которые официально заявлены самими властями Тибрита. Столичная система — Сентарион. И столичная планета с аналогичным названием. В системе семь планет и все, которые не газовые гиганты, обитаемы. То есть четыре. В столичной системе Тибрита восемьдесят шесть больших станций, то есть таких, на которых вполне можно жить. И еще фигова туча поменьше.

Социум Тибрита — это классическая сословная система с некоторыми местными особенностями.

Есть сотня аутариев, Великие Фамилии, высшая знать империи. Они носят плащи с золотым подбоем (сверху плащ может быть любого цвета, важно, какого цвета он с обратной стороны. Странный выверт, конечно). Самая знатная Фамилия — Правящий Дом Дагариев. «Выше всех и над всеми», такой вот у них незатейливый и совсем не высокомерный девиз. Правят Дагарии, приготовьтесь земные монархи, больше сорока тысячелетий. Сорок тысяч лет! Вот это и называется, консервативность и традиционность.

Дофины, товарищи чуть менее знатные. Плащи у них с алым подбоем. Таких Фамилий около двух тысяч. Тех первых, аутариев, строго сотня. А этих количество не строгое, видимо, ими можно как-то стать. Высшая знать провинций, верхушка чиновничьего контингента, старший офицерский состав и так далее.

Теркраты. Тоже провинциальные в основном Фамилии. Как понятно, немного пожиже дофинов. Ах да, у них подбой синего цвета. Кроме провинциальных управленцев, это чиновники высшего и среднего звена, крупные бизнесмены систем и т. д.

Протарии — знатные и богатые (в Тибрите это практически синонимы) люди в системах. Планетарная администрация, чиновники средней руки, офицеры. Зеленые плащи.

Конфиды — самая нижняя ступенька знатности. Этих множество. Они носят плащи с белым подбоем. Руководят станциями, планетарными объектами или просто проматывают родительское состояние.

У всех плащников имя состоит из трех слов. Первое — личное имя. Второе — Фамилия. А третье — имя боковой ветки главной ветви, может быть прозвище или наградное имя. Простолюдин, обращаясь с плащникам, обязательно должен произнести слово «господин» и называть только по второму или по второму и третьему имени. По первому простолюдин может называть нобилиса (общее название плащников), только если он, аристо, еще ребенок, то есть несовершеннолетний (В Тибрите становятся полноценными членами общества с шестнадцати лет), еще в случае предотвращения каких-то преступлений и при получении такого права за личные заслуги. Впрочем, в последнем случае простолюдин, скорее всего, получает титул, так что и так может это делать. И да, за базаром в Тибрите нужно хорошо следить, при неправильном обращении к нобилису вполне свободно выхватывается штраф.

Пелеи — простые граждане Тибрита. Ах да, за ношение плаща, не соответствующего титулу, грозит серьезное наказание. Для нобилиса это штраф. Для пелея — срок со штрафом. Кстати, все иностранцы автоматом пелеи, иноземные титулы в Тибрите не катят, от слова совсем. Чтобы получить титул, нужно обязательно стать гражданином империи и быть только им, никаких двойных гражданств. А дальше титул надо, либо заслужить, либо тупо купить. Да-да, тибритцы ребята простые, можно денег занести и получить плащ. Но только до уровня теркратов. Выше уже надо быть местным, иначе никак.

Так вот, пелеи. Обладают избирательным правом (правда, система выборов там весьма своеобразная), могут служить в армии, флоте, стать чиновником… после соответствующего и очень дорогого обучения. И, опять же, только в учебных заведениях Тибрита, диплом из той же Империи Шин не более чем красивая бумажка. У пелеев может быть только два слова в имени.

Шивао — граждане, пораженные в правах. Или, если проще, преступники, должники. Именно так, есть преступники, а есть должники, отдельная категория шивао. Вообще, в Тибрите к финансовым вопросам подходят очень щепетильно. За неуплаченные налоги легко можно добраться до каторги и даже до смертной казни. Но шивао все-таки граждане, их нельзя продать, убить или что-то еще такое.

А есть еще колоны. Фактически, это живые инструменты. У них есть господин и нет никаких гражданских прав. Они не могут даже жениться, вообще никак не могут оформить отношения с другим человеком. И детей завести вряд ли получиться, если господин того не желает, химическая стерилизация. Колон — это собственность, такая же как дом, корабль или флаер. Он состоит на учете за конкретным гражданином. Но есть такая особенность, что колона нельзя продать или поставить на учет за другим гражданином. Только если гражданин, владелец колона, умер, тогда его наследники или государство становится следующим собственником. Также, если колон нарушит закон, он тоже становится собственностью государства. По решению суда, конечно. Имя у колона только личное, колонам запрещено иметь даже прозвища. Именем может быть номер. Такое вот человеколюбивое государство этот Тибрит.

При обучении изучающего лацийский последовательно прогоняют по ситуациям, в которых он оказывается колоном, потом как бы просыпаешься в семье шивао, далее пелея и на финише побудешь конфидом. При этом особый упор делается на соблюдении сословных правил поведения, потому что это реально важно для свободы. Если колон обратиться неподобающе к нобилису, то его господин заплатит штраф. А если раб совсем выбесит хозяина, то он передаст его легисам, то есть полиции. И колон будет работать уже на государство, пока штраф не покроется. А вот наоборот, даже если пелей как-то по-хамски будет говорить с колоном, то если только хозяину этого колона не понравится, будут какие-то последствия. И так все время. Конфид может грубить пелею. Протарий — конфиду. В суде слова того, кто выше по титулу будут иметь больший вес. Сословное деление пронизывает все общество Империи Тибрит. И переход из страты в страту возможен только до уровня теркратов. Это явно не рассказывается, но намеки более чем толстые. То есть выше синего подбоя очень вряд может получить гражданин, который был пелеем. Зато понизить свой статус легче легкого, вплоть до колона. В общем, если иноземец видит человека с плащом, а сам без плаща, то надо обращаться максимально уважительно.

Но диалект лацийского все же имеется. Демирионский. Его использует государство, которое раньше было частью Тибрита — ССК. Содружество Свободных Колоний. И вот как раз сегодня Денис начал изучать именно это образование. И для начала, демирионский отличается тем, что в нем очень много слов-паразитов. Некоторые звуки, а то и слова целиком, произносятся не так, как на лацийском. А еще там масса диалектов уже самого демирионского. То есть уже понятно, что порядка в ССК гораздо меньше. А может, меньше, как раз, этого тибритского непроходимого снобизма и чванливости. И там нет колонов, кстати. Официально.

«Опять эта Юмико»

Девушка сидела на диванчике в фойе. И смотрела какое-то видео на голопанели. Ножки вместе, скромное платьишко, вид невинный. Актриса, на. Хвала пустоте, теперь она просто ждет Элли с Каролин. А то эти осторожные подходы с ее стороны несколько напрягали. Вот была бы эта дама не из клановых, тогда можно было и ее в разработку взять. Девушка целеустремленная, весьма изобретательная. Ну, это как раз логично, она же из Хиого (про этот факт сообщила Райви).

Звякнул лифт. Из него в фойе вышли братья Шелеховы. Денис молча поднял руку, в знак приветствия. Григорий Шелехов также молча кивнул в ответ. Они тоже с Земли, кстати. Пока без подробностей, уровень доверия не тот. Но Денис намекнул Григорию, что есть кое-какие темы для вдумчивой беседы… землякам. Или землянам, хех.

Денис сел на диван и тоже вывел голопанель. И первым было сообщение от Канга. Парень докладывал на шести (!), мать его узкоглазую, страницах (это такой китайский черный юмор, писать максимально официально, и при этом очень многословно), что прошел предпоследний тест. Шень решила, что надо не терять время. И выдала пареньку задание отучиться на философском.

«О, как» — Денис приподнял бровь, когда увидел, что список его будущей группы обновился.

Ника с Элен внезапно рванули вперед и уже сдали все тесты. Раз их зачислили в основной состав. В котором, кстати, пока только шесть человек. Денис усмехнулся.

«Поздравляю, Элен»

«Ника, с поступлением!»

Денис отправил сообщения. Ну, что же. С Никой еще… не сильно понятно, там гонор и в голове слегка сквозит иногда. А вот Элен — дама конкретная. Ее надо бы поощрить, то есть показать, что усилия оценены. Но… Втихую. Из Ники может выйти очень неплохой пилот, не нужно чтобы она обиделась…

Кстати, а зачем втихую? Наоборот, можно обеих зацепить. Причем, демонстративно. Хм… И по одной, чтобы контраст был. Сделать пока перерыв в обучении, а то медики уже намекают, что столь активная нагрузка на мозг может дать ровно противоположный результат. Говоря прямо, нужно передохнуть. Вот и совместить приятное с полезным.

«А это что такое?» — Денис наткнулся на сообщение, адресат которого был неизвестен.

Интересно, что там? Честно говоря, не очень. Это, либо спам, либо попытка прощупать. В первом случае никакого смысла, во втором… вежливые люди представляются. Так что… О-о! Вирус! Предусмотрено даже противодействие при удалении носителя. Интересно! Хотя… Ну, что тут может быть такого, этакого? Если отправитель сего послания, даже не предусмотрел, что будет банальный виртбоксмэйл? А не, предусмотрел… Нет-нет, никаких сигналов наружу посылать не надо! Это было бы нехорошо, хе-хе. Ага, структура — матрешка. Шо, совсем без фантазии? Или просто навыка нет… Обращение к системе? Ну, это-то совсем уж. Любой антивирь бы заверещал. Ну, ладно. Потом препарируем. Однако, какие интересные файлы тут по сети гуляют! Вопрос, это просто случайность или местные так балуются?

— Эй, мудрец, — голос Элли оторвал Дениса от столь увлекательного занятия.

— Таки я вас внимательно слушаю, — откликнулся парень на альтеро.

— Ты тут будешь сидеть или с нами пойдешь? — спросила девушка.

— Вот, сразу видно, вежливый человек, — усмехнулся Денис.

Это камешек сразу в два огорода. Хозяин одного участка сидела на соседнем диванчике, а второй, с узкими глазами, сочинение в сообщениях пишет.

— Идем! — улыбнулся парень. — Только давайте сегодня без экзотики? Хочется простой, человеческой еды. Мяса, фруктов. Обычных. Не светящихся. И чтобы освещение было нормальным. Хм-м… Так, есть идея.

Денис вытащил голопанель…

* * *

Станция Эйрен. Отсек Рагуна

Этот транспорт, мидлкарго, внешне выглядел совершенно и полностью стандартным. И он был новым. Приписан «Ботик» был к грузовой станции «Конрад 7» системы Новая Земля. То есть у мидлкарго были чистые логи.

Сейчас прибывший транспорт вовсю разгружали. Кроме стандартных контейнеров, на борту транспорта был провезен груз, которым портовые власти немедленно бы заинтересовались, если бы он был заявлен в декларации. Это были абордажные капсулы повышенной прочности, четырехгранные вытянутые пирамиды в количестве пяти штук. А не заявлялся такой груз потому, что за пределы отсека его перемещать не собирались. Это было оборудование для стоящего в том же отсеке десантного иллирийского дэрриэра.

Но и это было не все. Во втором помещении отсека Рагуна обустраивались на новом месте пять десятков серьезных крепких мужчин в черной форме без знаков принадлежности. Специально для них в отсеке было собрано соответствующее помещение, где было все необходимое: жилые комнаты, оружейная, бытовые помещения. Кстати, мест было больше, чем приехало мужчин. Примерно еще два раза по столько могло вместиться.

В столовой, где обычно кушали сотрудники компании Рагун, сидели двое. Огромный негр, в «дутой» зеленой безрукавке и красивая женщина, в длинном черном плаще с высоким воротником. Ее красоту несколько портил пустотный ожог на лбу и левой щеке.

— Я думала, опять придется задницу в офисном кресле просиживать, — с удовлетворением говорила Лисица. — Бутч, признавайся, у тебя есть прибор для чтения мыслей?

— Просто я сам терпеть не могу весь этот официоз, — пробасил босс Рагуна. — Жаль, что один наш сотрудник находится на обучении. А то бы встретили со всем радушием.

— Да, я помню тот перелет, — усмехнулась женщина. — У Дениса и вправду, талант к готовке.

— К сожалению, не только к этому, — вздохнул Бутч. — Но, одновременно, и к счастью.

Лисица улыбнулась. На столе парили две кружки с чаем. Бутч и Лисица сидели на диванах, друг напротив друга.

— Я не буду спрашивать, Бутч, — несколько ехидно произнесла женщина. — Зачем вам понадобились эти капсулы. Мне лишь нужно знать, не повредит ли это нашим планам?

— Я думаю, это даже поможет, — ответил мужчина. — После этого у Шеврона будет много суеты.

Лисица чуть приподняла брови.

— А вы, я смотрю, решили совсем по-взрослому работать, — произнесла она, уже ровным и холодным тоном. — Бутч… Надеюсь ваша… цель находится не на Земле?

— Нет, — спокойно ответил босс Рагуна. — И даже не в Солнечной системе.

Лисица несколько мгновений пристально смотрела на Бутча.

— Я бы хотела, Бутч, — произнесла она. — Чтобы ваша… акция… Произошла не в ближайшие два месяца.

— За это можешь не беспокоиться, Лисица, — ответил мужчина. — Нам нужно еще много времени на подготовку. Это дело даже не ближайшего полугода. Просто капсулы удачно подвернулись.

Лисица в ответ иронично улыбнулась.

— Да, подвернулись, — заметила она. — То есть кто-то выставил на продажу пять иллирийских абордажных капсул, практически новых, а вы случайно их купили. Все верно, Бутч?

— Ну, Ралли постоянно отслеживает подобного рода лоты, — уклончиво ответил босс Рагуна. — Тем более, нам нужно было такое оборудование…

— Которое никогда и никому иллири просто так не продают, — подхватила Лисица. — Бутч, признавайся, у вас в команде кто-то оттуда?

— Я был бы не очень хорошим руководителем, Лисица, — промолвил босс Рагуна. — Если всем рассказывал про наши секреты. Но тебе, за чисто символическую надбавку в будущих, заметь, делах, я, так и быть, открою некоторые моменты.

— Хм, заманчиво, — сощурилась Лисица. — А давай обменяемся информацией? Я тебе расскажу кое-что интересное про одного твоего сотрудника, какого, надеюсь, не надо говорить? А ты мне откроешь способ приобретать оружие у Тирании.

Бутч некоторое время молчал. Потом наклонился, покрутил кружку, стоящую перед ним.

— Ты не поверишь, кицунэ-сан, — слегка усмехнулся мужчина.

— Да ладно! — сощурилась Лисица. — И тут тоже замешан твой протеже?

— Ты же знаешь, эти иллири просто повернуты на Знаках Пути, — произнес Бутч. — А Денис увлекся этой их… религией. Вот я и решил, что если он пообщается с иллири, то хуже не будет.

— Я смотрю, получилось, наоборот, сильно хорошо? — задумчиво произнесла Лисица.

— Если честно, я не знаю, что там и как получилось, — ответил Бутч. — Но результат вот такой.

Он вопросительно посмотрел на собеседницу. Та вздохнула.

— В тот момент, когда вы переправляли ту информацию, — произнесла Лисица. — Клан Сага из Шин делал запрос. Запрос был на местонахождение одного человека. И насколько я знаю, этот запрос проходил лишь по закрытым каналам.

— Только на местонахождение? — сухо уточнил Бутч.

— Да, — кивнула Лисица. — Нужно было просто сообщить координаты.

— И… они были сообщены? — спросил босс Рагуна.

— Нет, — спокойно ответила Лисица. — Мною нет. Но, как ты понимаешь, я не одна на Роанапра могла такое сделать.

— Да, конечно, — кивнул уже Бутч. — Что же, благодарю за информацию.

— В свете того, где находится сейчас Денис, она уже не сильно актуальна, — заметила женщина. — Ладно, вернемся к нашим делам. А точнее, к компаниям, которые держат кладбища…

* * *

15 июля. Кафе-клуб «Касо Хейши»

К удивлению Юмико, Денис как-то легко согласился провести вечер в клубе. Но вот то, что придут еще несколько человек, в числе них две первогодки и сама Черный Веер, это несколько удивило девушку. Еще была та самая ученица третьего курса философского, Ревекка Поссет и какой-то молодой паренек, Канг, как позже выяснилось, первогодка на том же философском. Затем Юмико вспомнила, что говорилось про двух учеников Ши Чжунго… То есть это был тот самый второй ученик.

А потом, к уже сильному удивлению Юмико (которое, она, конечно скрывала), Кусаби и эта Поссет стали практически в открытую флиртовать! Да, конечно, это было замаскировано под довольно жесткую пикировку, но это же было именно так! И Ши Джунго, которая, симатта, буквально висела на Кусаби, никак на это не реагировала! А она уж точно понимала, что происходит!

И тут Юмико задумалась. Такие персонажи не могли не знать, кто она такая. Просто по законам жанра, как говориться. Ее и Кристин пригласили на правах соседок, но ведь могли не приглашать, вполне свободно.

«Ти!» — выругалась девушка, когда до нее дошло.

Ей показывали, куда она пытается залезть!

«Ксо!»

Именно она пытается залезть! То есть, фактически, ее останавливали в том, чтобы она в эту компанию не влетела! То есть ее, симатта, предупреждали, чтобы она не настаивала!

— Эй, — негромко произнесла Кристин, когда Поссет, Кусаби и этот молодой паренек вышли что-то там выяснить, с помощью вирта. — Юми, ты хорош уже так пить-то…

— Что? — Юмико недоуменно посмотрела на подругу.

А потом на стакан в своей руке. Он был зеленый… А она брала Синий Лед. Тут девушка ощутила, что ей и вправду, как-то слишком хорошо!

— А ты сильна, — усмехнулась Кристин. — Четвертый стакан.

— Четвертый?! — опять удивилась Юмико. — Ах да…

Действительно, это был четвертый. Симатта, надо же было так загрузиться!

Вернулся Денис. Он подсел к Ши Чжунго, приобнял ее. Похоже… Он был тоже навеселе. Раз они начали эти ужимки влюбленных.

Для Юмико эта картина была чем-то типа… Ну, как если бы меч заигрывал с винтовкой. Зрелище очень странное в своей невозможности.

— Ник, — заговорил Денис. — Слушай… А тут мне один товарищ рассказал, что у них тут, на Комаки, есть что-то типа неофициального соревнования…

— И чё? — зыркнула на него та девчонка.

Ее пихнула в бок вторая первокурсница. Хм… Хм-хм! А эти трое, кажется, друг друга знают, скажем так, дольше, чем показывают.

— Ты снова меня не дослушала, — ехидно произнес Денис. — Неофициальные заезды. Никаких нафиг конкурсов и соревнований. На деньги. Смекаешь? Ставишь бабки, берешь флаер, который нравится и вперед. Приехал первый, собрал бабки. Все просто.

«Значит, снова? То есть точно, знакомы немало!»

Ника задумалась.

— И что, это прям легально? — спросила она.

— А что тут запрещенного? — хмыкнул Денис. — Сарасё мне говорил, что большие бабки просто не пускают. Это же не для заработка. Пилоты так развлекаются, ну и реакцию нарабатывают. А деньги просто дополнительный стимул.

«Так вот он откуда узнал. Керо раскрутил».

— Пилоты? — Ника уже явно заинтересовалась. — И сколько ставят?

— Ну, там три уровня, — ответил Денис. — На первом сто кохосэнов.

Кохосэн — основная денежная единица империи Шин и сейчас единственная. Имеет примерно такой же вес и значение, как земной Кредит. Соотношение к тибритскому аурею примерно один к одному. К земному Кредиту полтора к одному.

— Ну, а от меня тебе чего надо? — язвительно поинтересовалась Дайне. — Разрешение?

— Пару, Ника, пару, — загадочно произнес Денис. — Это же соревнования между пилотами.

— И? — не поняла Дайне.

— Слушай, ты еще накати, — ехидно посоветовал парень. — А то, похоже, у тебя мозг подклинивает, от тестов.

— Чего? — чуть ли не оскалилась Ника.

— Я говорю, закисла ты, дева, — ухмыльнулся Денис. — И сейчас пытаешься найти повод, чтобы прилично откосить.

Ника несколько мгновений хмуро смотрела на парня.

— Да иди ты со своим «слабо»! — заявила она. — Давай, двигай!

Она мотнула головой в сторону зала с коконами.

— Сейчас посмотрим, кто и где закис, — процедила девушка. — Умник, хренов! Просто сказать было нельзя, что хочешь выкатить?

— Ну, может, я боюсь отказов? — Денис поднялся.

«Пилот, значит, да? — думала Юмико. — Интересно, а Элли тогда кто? И Каролин? И вот эта… Элен. Интересная тоже. Сидит, усмехается»…

… Денис зашел в туалет и, справив необходимые дела, зашел в «курилку». Зону, где можно было курить.

Кстати, одна из особенностей Шин. Здесь не было разделения на мужские и женские туалеты, в смысле, на помещения. В самом туалете имелись два отделения. Традиционно, слева женщины, справа мужчины, при этом отделения ничем не разделены, кроме стенки с умывальниками и зеркалами. Просто так было принято, что налево идут женщины. Но если перепутаешь, то не будет ничего страшного. Но дамы (Денис как-то зашел) будут весьма выразительно пялиться.

«Да какого?» — опять пришло сообщение от неизвестного абонента.

Денис сразу же натравил на него антивирус и удалил. Но это уже явно не случайность. За день пять одинаковых сообщений. Или кто-то просто решил постебаться, что вряд ли. Или хотят добиться своего через раздражение. Ну, что он просто возьмет и откроет, чтобы посмотреть.

Из кабинки вышел какой-то парень, дошел до кранов. Вымыл руки, высушил их.

— Могу я попросить, — заговорил парень. — Одну сигарету?

Денис прищурено посмотрел на парня. Просто это не в традиции хинодзинов, сигареты стрелять. У них просто так не принято. Хочешь курить, сходи купи. Это не первая необходимость. Внешность у товарища совершенно обычная для хинодзинов. Совершенно… не запоминающаяся…

— Держи, — спокойно ответил Кусаби, достав коробку.

Парень подошел к Денису.

— Я прошу прощения, — сказал он, беря выскочившую из коробки сигарету.

— Ага, — кивнул Кусаби, не спуская взгляда с собеседника.

А тот взял сигарету… И принялся ее рассматривать.

— Неплохой сорт, господин Кусаби, — произнес парень. — Хотя «Такари», говорят, все же лучше.

— Ну, это дело вкуса, — спокойно ответил Денис.

Никак не показывая того, что его напрягло знание незнакомцем его имени.

— Забавно, не правда ли, — продолжил парень, продолжая рассматривать сигарету. — Что курят даже в Тибрите. Настолько разные цивилизации, но курят везде. И даже на Земле.

— Ну, на Земле стали курить далеко не сразу, — заметил Денис.

— Просто подходящее растение росло далеко от основных ареалов обитания, — усмехнулся паренек. — Но как быстро потом это распространилось. Разрешите?

Собеседник кивнул на коробку, желая прикурить. Денис отдал незнакомцу коробку.

— Тому, кто курит, было бы очень тяжело, если бы он оказался на Земле в том месте, — произнес парень. — Где не знали про табак. Листья коки, хоть и содержат никотин, но больше содержат других веществ, которые гораздо сильнее влияют на психику.

Незнакомец вернул Денису коробку… При этом так и не закурив.

— Эй, Кусаби! — раздался рев Райви. — Ты тут что, решил поспать?

— Благодарю, — склонил голову паренек. — Надеюсь, мы скоро увидимся, господин Кусаби.

— В этом даже не сомневайтесь, — сощурился Денис.

Парень усмехнулся и, еще раз склонив голову, ушел. В этот момент комм на руке Кусаби завибрировал.

«Дельце появилось, — сообщала Шень. — Ты о девчонках позаботься, ладно?»

Денис хмыкнул, убрал голопанель и опустил руку. Затянувшись, он некоторое время смотрел на стену.

— Эй! — в помещение зашла Райви. — Ты что, оглох?

— Дорогая, можно мне хоть покурить-то? — язвительно спросил Денис.

— Потом покуришь, там местные еще заезд хотят! — рыкнула Райви. — Давай, давай!

— Склоняюсь перед вашей волей, — усмехнулся парень, выкидывая окурок в зев утилизатора.

Глава 8

15 июля 4048 г. по З.В. Планета Комаки. Дом Шень и Райви

Шень прекрасно понимала, что за ней будут внимательно наблюдать. Понимала это и та, кто хотела с ней побеседовать. Поэтому и предложила встретиться там, где Шень сейчас проживала. Мало ли по какой причине человек захотел вернуться домой? Только Шень предупредила, чтобы ее визитерша не пыталась проникнуть внутрь. Над системой оповещения там поработал Денис, а он наверняка даже ей рассказал не про всё. Такой уж он человек. Но он оставил возможность, чтобы Шень, находясь внутри, могла провести кого-нибудь. Да, может быть, при этом он этого кого-нибудь срисует, любопытство у него примерно такого же уровня, как и паранойя. Ну, тут уж проблемы визитерши.

Придя домой, Шень достала ту самую коробку, с пробниками чаёв, которую уже немного распотрошила Элли. Мари всегда пила чай, у нее это пунктик, а также способ узнать собеседника и еще много чего. Например, это возможность ее отравить, а, значит, повод действовать решительно.

Когда комм завибрировал, Шень подняла руку, вытащила голопанель. И увидела стоящую у задней двери женщину, с сигномаской на лице. Это что-то типа клея, который слегка меняет черты лица, при этом делая его совершенно не узнаваемым, так можно поменять не слишком сильно, но много характерных черт лица. Причем состав совершенно не заметен. И его можно не менять очень долго. Шень, например, как-то проходила в сигномаске больше года.

Да, Денис, действительно, очень хорошо бы вписался в клан Хиого. Дом был дооборудован весьма серьезно и это при том, что он ввез с собой минимум оборудования. У него вообще талант применять какие-то совершенно утилитарные вещи в неожиданной порой роли. Например, банальные выключатели света он приспособил под датчики системы безопасности. При этом, выключатели свою первоначальную функцию не утратили, то есть когда заходишь в комнату, включается свет. И одновременно идет сигнал на КПК Дениса, который (КПК) фиг знает, где находится. И при этом исправно работает. Если можно было бы завести на Комаки взрывчатку, можно быть уверенным, здесь бы еще и заминировано все было. «Чисто на всякий случай».

Ах да, доверие. Оно у него очень своеобразное. Доверяет ли он ей? Безусловно. Он так и сказал, как-то. Что это лишние телодвижения, постоянно проверять близких. Но также можно быть полностью уверенным в том, что если он заметит малейшую нестыковку, но с такой же уверенностью более доверять не будет никогда. И это… Честно говоря, Шень так нравилось ходить по лезвию. Ничего с собой не могла поделать. Настолько странных отношений у нее не было никогда.

— Добрый вечер, — раздался в гостиной довольно низкий, но женский голос.

— Проходи, Мари, — приветливо ответила китаянка. — Вот чай, знаю, ты будешь сама его заваривать.

Лицо Тайсё Мари в этот раз было больше европейским. Хотя она была прямо-таки типичная шинчи. И на ответ Шень она хмыкнула.

— А ты сильно повзрослела, Змейка, — ровно произнесла Мари.

— Ну, с последней нашей встречи прошло пятнадцать лет, — чуть улыбнулась Шень. — Кое-что я усвоила.

Китаянка обошла стойку, предоставляя место гостье.

— Интересный набор, — хмыкнула Мари, когда зашла за стойку. — Рискну предположить, что это не ты выбирала?

— Вообще-то Мари, я из уважаемой семьи Инь, — с пафосом ответила Шень. — И традиция чаепития…

— На коробке ярлык с именем заказчика, — насмешливо произнесла гостья.

— Вообще-то можно было и сделать вид, что не заметила, — язвительно произнесла китаянка.

— Тогда зачем ты ярлык на виду оставила? — иронично спросила Мари. — Шень… Всего два слоя — это даже как-то пренебрежительно.

— Просто уважение, — совершенно спокойно хмыкнула китаянка. — Чисто ради проформы.

— А, ну если так, то ладно, — усмехнулась гостья и принялась рассматривать коробочки. — Слышала, ты вышла… Ну, на пенсию, как-то грубо… Скажем так, за штат?

— И ты решила меня поздравить? — хмыкнула снова Шень.

— А почему бы и нет? — Мари открыла одну из коробок с чаем. — М-м, весьма неплохо.

Это она понюхала содержимое.

— Из нашей… профессии редко уходят сами… и живыми, — продолжила гостья. — Так что твой случай — это событие. Даже можно сказать, невероятный исход.

— Спасибо, — насмешливо отозвалась Шень.

— И если бы ты осталась на Роанапра… — продолжала Мари. — А где тут у тебя кружки?

— Прости, еще не успели купить, — виновато улыбнулась китаянка.

— Шень, нельзя же все взваливать на мальчика, — строго произнесла гостья. — Вы здесь уже столько времени, можно было и озаботиться.

— Да как-то так выходит, то некогда, то забуду, то неохота, — вздохнула Шень.

Мари осуждающе покачала головой. Потом нагнулась и достала на полке в стойке из надорванной упаковки «колбасы» стаканчик.

— Так вот, если бы ты осталась на Роанапра, — продолжила гостья, беря горсть чая из коробки. — Или на Эйрен, то однажды просто бы пришла я или кто-то еще…

По дну стаканчик сухо застучали чаинки. Шень же даже бровью не повела, на такое заявление.

— Ну, или если бы ты улетела в какую-нибудь глушь, — Мари подошла к водонагревателю. — То это тоже бы всех устроило.

Женщина поставил стаканчик в нишу, нажала кнопку налива кипятка. И когда налилось едва на палец, отключила налив.

— Но вместо этого, Шень, — Мари повернулась к китаянке. — Ты прилетаешь сюда. И не одна.

— Проблема в том, что сюда или в том, что не одна? — спросила Шень.

— До этого мы дойдем, может быть, позже, — Мари пристально посмотрела на китаянку. — У меня же вот какой вопрос. Ты все это делаешь осознанно или просто плывешь по течению?

Шень ответила не сразу. Она опустила голову, смотря в стол.

— Осознанно плыву по течению, — глухо ответила она, наконец. — Мне просто стало интересно, насколько далеко пустят.

— Хм, понятно, — кивнула Мари и повернулась обратно к стаканчику.

Она вновь включила кнопку налива, подождала, пока наберется до краев.

— Знаешь, мне всегда было любопытно, — заговорила гостья. — Сколько ты сможешь протянуть. Я видела, что, несмотря на… хе, наивность…

Мари глянула на Шень. Но та стояла, опираясь на стойку локтями с совершенно спокойным лицом.

— И даже иногда откровенную… — гостья взяла стаканчик и развернулась к стойке. — Даже не глупость, а скорее нежелание действовать, как все, так будет правильно. Вот сейчас, ты взяла бракованного Веера…

— Я тоже была таким бракованным Веером, — холодно заметила Шень.

— Вот именно, Шень, вот именно, — согласилась Мари, ставя парящий стаканчик на стойку. — Обычно такие очень быстро погибают. Но ты смогла выкрутиться.

— Мари, ты сейчас будешь мне рассказывать мою биографию? — с иронией поинтересовалась китаянка.

— А не лишне иногда посмотреть со стороны, — наставительно ответила гостья. — Так вот, Шень. Я думаю, ты и сама еще не понимаешь, во что ты сейчас вляпалась.

— Ну, так у клана Сага есть же проверенные методы и испытанные инструменты, — Шень чуть вскинула голову.

Мари некоторое время оценивающе смотрела на китаянку. Потом вздохнула. Взяв стаканчик, она подула на чай, чуть отхлебнула.

— Не нужно хитростей, где их не надо, — произнесла гостья. — Помнишь? Ты сама уверенно и на полном ходу неслась к своему концу. Вот скажи мне, зачем нужно было возвращаться на Бэйдзин? Ты что, не знала ответа? Не знала, что идет борьба за власть?

— И ждать, пока ко мне придет Веер? — спокойно спросила Шень.

— Он и сейчас может придти, Змея, — слегка раздраженно заметила Мари. — Что, совсем от любви крышу снесло?

— Да, — тут же ответила Шень и усмехнулась. — Снесло.

Гостья некоторое время натурально пялилась на собеседницу. А потом снова тяжело вздохнула и принялась дуть на кипяток.

— Не придет, Шень, — негромко произнесла Мари. — Знаешь почему?

Китаянка молчала, ожидая продолжения.

— Очень давно, — заговорила гостья. — На самом деле давно. Существовал клан. Тагаё. Ты должна была о нем слышать.

Шень кивнула в ответ, подтверждая, что слышала.

— Тагаё были настолько сильны, насколько это было возможно, — продолжила Мари. — Фактически, именно развал Тагаё стал причиной того, что и империя едва не развалилась. Они были тем самым стержнем, на который нанизывалось все остальное. И, разумеется, члены этого клана брали все, что хотели. И однажды, вам этого не рассказывали, один из них, Тагаё Бэй, забрал женщину. Обычное дело.

Гостья отхлебнула еще чая.

— Разумеется, без ее воли, — в голосе Мари прорезался сарказм. — И так получилось, что женщина эта умерла. Все осложнялось тем, что эта женщина была… почти женой одного… скажем так, не простого человека. Звали его Омиками Кан.

Про одного из главных… легенд клана Омиками Шень, разумеется, слышала. Поэтому у нее проскочила на лице заинтересованность.

— Омиками на тот момент был лишь одним из дорагонов, — Мари, вытянула губы трубочкой, чтобы отхлебнуть чая. — По нынешним меркам так и вовсе максимум Тора. Конечно, случившееся, мягко говоря, было некрасиво. Но Тагаё… Сама понимаешь. Обставили все так, будто бы Акеми сама приняла приглашение Бэя. А потом, выпила лишнего… и неудачно упала. И все, разумеется, утерлись.

— Разумеется, — процедила Шень.

— Все, кроме одного, — Мари поставила стаканчик обратно на стойку. — Ну, мне дальше рассказывать или все-таки сопоставишь факты?

— А что сопоставлять? — недоуменно спросила Шень. — Это же было… тысячелетия назад.

— Омиками Кан, — наставительно произнесла Мари. — Один… Один вырезал почти тысячу мужчин. Заметь, один. Он в одиночку уничтожил клан дорагон!

Шень продолжала недоуменно смотреть на гостью. Та окинула китаянку оценивающим взглядом. А потом хмыкнула.

— Мой наставник, — произнесла Мари. — Всегда говорил одну вещь. Всегда смотри, с кем будешь работать. Всегда. Потому что… рёджин, может оказаться самым обычным человеком.

Гостья при этих словах не спускала взгляда с Шень.

— Рёджин, это же какая-то мифология, разве нет? — спросила китаянка.

Мари чуть усмехнулась.

— Скажем так, это такое общее название необычных людей, — произнесла она. — У вас тоже должны были чему-то такому учить.

— Честно говоря, я не особо в этих легендах, — чуть поморщилась Шень. — Я больше по практике.

— Ну, тоже неплохой подход, — кивнула Мари. — Так вот, что я хотела сказать-то. Твой этот… Денис.

— Что Денис? — тут же подобралась китаянка.

— Ого, — оценила вид Мари. — А ты, Змея, реально же…

— Что Денис? — зло процедила Шень. — Ну?

Гостья некоторое время с интересом смотрела на китаянку. А потом тоже облокотилась о стойку.

— А если я тебе скажу, — произнесла Мари. — Что твой… хм, возлюбленный взят в разработку? На привлечение?

Шень сначала буквально закаменела лицом. Но на последних словах снова просто стала строгой.

— Скажу, что нужно встать в очередь, — спокойно, и немного насмешливо, ответила китаянка.

— Сейчас-то он здесь, — напомнила Мари. — Есть много способов… Привлечь без желания.

— Разумеется, — спокойно ответила Шень. — Если он захочет, то почему бы и нет?

Мари взяла стаканчик. Пошвыркала кипятком.

— Шень, Я тебе гарантирую, что такого не будет, — произнесла гостья. — Но уговаривать будут.

— И ты? — тут же спросила Шень.

— В том числе, — усмехнулась Мари. — В том числе. Знаешь, когда у меня в крайний раз был ученик? Ты еще только училась. Так что с твоим Денисом я еще побеседую. Точнее, уже побеседовала. И ты знаешь… Шень, спокойно.

Китаянка, которая сощурилась так, что глаза стали щелками и ноздри стали раздуваться, опомнилась. И приняла прежний равнодушный вид.

— Я просто поздоровалась, — насмешливо произнесла гостья. — Однако, как тебя прихватило-то! Но… А как же эта… Поссет? А те девчонки?

— А это не твое дело, Мари, — спокойно ответила Шень. — Хиого натравила ты?

— Ты вообще или про Юмико? — уточнила Мари.

Шень сделала приглашающий жест, предлагая рассказать про всё.

— Не там и не там, — ответила гостья. — И в первом, и во втором случае личные инициативы. Но уверяю тебя, они настроены серьезно. Хиого хотят в дорагоны. И для этого идут испытанным проверенным путем.

— Людей собирают, — криво усмехнулась Шень.

Комм на руке китаянки завибрировал.

— Пора мне, — произнесла Мари. — Наверняка, уже твой возлюбленный домой собрался.

— Может сразу и поговоришь с ним? — предложила Шень.

— Нет, — усмехнулась гостья. — Здесь мне толком поговорить не удастся…

…Когда Мари ушла, Шень вытащила из комма голопанель.

«Девчонок отправил на кампус. Мы с Райви скоро будем».

Денис, наверняка, просто захотел подстраховаться. Узнать, где она.

«О, так вы, господин Кусаби, приедете сюда? Жду, жду!»

Шень сопроводила сообщения любовными смайликами. Прям горстью. И Денис сейчас точно сюда приедет.

«А стаканчик с собой забрала, чертова синоби» — сощурилась китаянка.

А еще она прямо-таки гнала, отпинывала осознание того, что сейчас состоится очень непростой разговор.

И очень опасный…

* * *

Тридцатью четырьмя днями ранее. Станция Эйрен. Денис и Элли

Это был совершенно обычный хостел для временно пребывающих на станции. То есть отсек (а может и несколько), разделенный вдоль, поперек и даже в высоту на маленькие жилые комнаты-клетушки. Зато здесь было относительно дешево. И вопросов не задавали, когда к ним пришли очень молодые люди и сняли одну комнату. При этом расплатившись чипом, а не со счета.

— Нам это точно нужно делать? — спросил Элли, когда они уже шли по коридору, выйдя из лифта.

— Конечно, — уверенно ответил Денис. — Я и так о себе ни черта не знаю. Поэтому нужно проверить. Ага, вот эта.

Выданная карточка с чипом открыла дверь. Парень открыл ее на себя и вошел внутрь. Комната была на удивление чистой… И в ней ничего не было. Поэтому тут номера и дешевые, мебель и прочие удобства нужно заказывать самому.

— А если… — Элли запнулась. — Ну, не сработает?

— Два раза сработало, а теперь не сработает? — иронично ответил Денис.

— Тогда зачем проверять? — снова засомневалась девушка.

— Потому что я не уверен, что именно помирал, — ответил парень. — Мне нужен чистый эксперимент, когда этот факт будет неоспорим. К тому же, мне надо узнать время… воскрешения.

Он снял с пояса ножны с коротким клинком (вакидзаси это был).

— Делать буду сам, — сухо произнес парень. — Чтобы… Ну, если все же не получиться, то все выглядело, как самоубийство.

— Мне не нравится это, — отчеканила Элли.

— А я прям кайфую, да? — скривился парень. — Так.

Он расстегнул куртку, бросил ее в угол. Далее последовала футболка. А затем в ту же кучу полетели ножны клинка. Денис же сел прямо на пол, скрестил ноги, положил клинок на пол, рядом с собой.

— Обязательно проверь, что я… черт, умер, короче, — мрачно произнес парень. — Потом выйдешь и минут тридцать погуляй.

При этом он настраивал дрон. Вот аппарат взлетел к потолку, оказавшись прямо перед Денисом. Следом парень стал настраивать другой дрон.

— Если не очнусь, вызывай Бутча, — продолжал повторять инструктаж Денис. — Ну, и далее по обстановке.

Второй дрон взлетел с его ладони и занял положение за сидящим парнем. А потом еще один оказался с правого бока. Денис же взял меч. Лезвие блеснуло в ярком свете потолочного светильника. И тут Элли шагнула к парню и требовательно протянула руку.

— Уверена? — негромко спросил Денис.

— В команде мне потом все равно не остаться, — спокойно ответила девушка. — Если не получиться, просто улечу.

Парень некоторое время смотрел на серьезную девушку. А потом слегка улыбнулся.

— Ты только голову мне не снеси, — тепло произнес он. — Это будет слишком уж чистый эксперимент.

— А, кстати, вот неплохо бы было выяснить… — деловито заговорила девушка.

Давя страх.

— Элли, давай, все же не столь радикально, — криво ухмыльнулся Денис. — Сегодня обойдемся без расчлененки, ладно?

Девушка слегка усмехнулась в ответ. Парень подал ей клинок, рукоятью вниз и лезвием к себе.

Шершавая и чуть упругая рукоять. Этот меч превосходен и стоит уплаченных за него денег. Идеальный баланс, клинок в этом мертвом белом освещении слегка отливает синевой.

Элли встала прямо перед Денисом. Тот сидел, положив кисти на колени.

— Клинок обязательно вытащи потом, — произнес парень. — Вдруг он помешает.

Элли молча кивнула. По ее телу гулял, почему-то, озноб. Денис прикрыла глаза и чуть прогнулся назад, чтобы было удобнее… его убить.

«Этот Путь не может закончиться так тупо!»

Элли встала в стойку, нацелилась клинком…

… Ее рука не дрогнула. Клинок пронзил грудь Дениса и попал ему прямо в сердце. Только девушка вытащила клинок, как парень с глухим стуком завалился на бок. Как мертвец. Из раны толчками выходила кровь, заливая пол под… телом.

Элли же, опустив клинок, словно замерзла. Неотвратимость совершенного будто остановило время. Кстати, время…

Девушка, чувствуя себя отстраненно, словно во сне, подняла руку и посмотрела, который час. Цифра «14:22» будто вырезалась в памяти.

«Чипы с собой. Одежда… Плевать. Все плевать» — Элли невольно стала раздумывать, что делать, если… Если Денис так и останется лежать на это полу.

«14:25»

Куда лететь? Сначала все равно. В Тиранию… Нет, ни в коем случае. В Тибрит? И попасть в колоны? Шин… На Комаки все равно будет не попасть. Тогда остается… Нет, Земля — это тоже не то место.

«14:27»

Колонии? Энтария? Элли скрипнула зубами. А потом посмотрела на клинок в своей руке. Кровь на блестящем лезвии… Она даже не сможет себя убить. А что если, вот именно таков Путь?

«14:32»

А стоит ли беспокоиться о будущем? Шень наверняка ее найдет, как не прячься. И будет убивать столько раз, сколько потребуется. Элли лично видела, как китаянка перевоплощается в совершенно невменяемую, осатаневшую о жажды убийства маньячку, когда дело доходит до Дениса. Даже… завидно, что ее чувство такой силы. А еще Райви… Та вообще знает, кто такая Эллира. И… Тоже… То есть убивать ее будут минимум двое. Две упертые безумные… влюбленные женщины. Тут даже мэллорн не рискнет заступиться.

«14:38»

Кашель раздался в тишине, словно звук заработавшего двигателя. Так показалось Элли. Шею у нее свело так, будто она уже в таком положении пару дней стоит.

— Твою мать… — прохрипел Денис. — Как же…

И тут у Элли, наоборот, словно отрезали веревки, на которых она висела. Девушка даже понять не успела, как буквально осыпалась на пол. А Денис снова закашлялся. Надсадно, тяжело. На полу, около его рта, появились кровавые брызги.

Стукнулся об пол меч, выпавший из разжавшейся руки Элли. Девушка, сидя на коленях, провела чуть подрагивающими пальцами по лбу.

— Вот же… натекло-то сколько, — пробормотал Денис. — Хорошо, что футболку снял.

Парень, кряхтя, сел. Поморщившись, потер грудь. В том месте, где была рана, уже не было того зияющего отверстия.

— А ты чего на полу? — прищурившись, спросил Денис, смотря на Элли.

— Дебил, — негромко, но очень четко произнесла та.

А потом молча поднялась и вышла из комнаты. Парень проводил ее недоуменным взглядом.

— И за что такая ласка? — пробормотал он и скривился. — А ведь болит, зараза…

* * *

Комаки.15 июля 4048 г. по З.В., поздний вечер. Кампус СКС

Настроение у Юмико было средней паршивости. Остро хотелось, например, кого-нибудь возбудить и, разумеется, не дать. Для этой цели прекрасно бы подошёл Сарасё Керо, но он, скотина, был в клубе, где обычно собирались такие же, как он. То есть в «Пайротто». Оттуда они сегодня и соревновались с Кусаби и этой Никой.

Это же надо, как у Керо ловко получилось… ик… отомстить, за эти два года. При этом еще и не специально, то есть в ответку не нагадишь. То есть, Юмико, конечно, ему это потом припомнит, но он же опять будет лупать своими печальными глазами с недоуменным видом. Так что удовольствия в этом мало.

Они с Кристин шли чуть впереди, а молодежь о чем-то увлеченно разговаривали. Кэролин… То есть, Каролин… Эта простушка опять попала под чужое влияние. Элен уверенно завладела ее вниманием. Они все с Земли… Кроме Элли, так что темы для бесед нашлись. О, Каролин уже рассказывает, как ее чуть в рабство не продали. Это же надо быть такой наивной! Конечно, они все сейчас под градусом, но все же нужно соображать хоть немного, что ты и кому рассказываешь!

Хотя… Что ей скрывать? У нее и история-то интересная ровно одна. Юмико скривилась.

— Эй, принцесса, — негромко произнесла идущая рядом Кристин. — Ты чего задумала?

Юми недоуменно посмотрела на подругу.

— А я что, всегда должна что-то задумывать? — фыркнула Юмико.

— Мне-то не чеши, — на той же громкости сказала Кристин. — У тебя сейчас тот самый вид, после которого парни, либо дерутся, либо пытаются харакири сделать.

— Ой, всего один раз было, — скривилась Юмико. — Кто же знал, что этот Угуро такой… мрачный.

— Знаешь и одного раза вполне достаточно, — заметила Кристин. — Давай спокойно дойдем до дома, хорошо?

— Эх! — вздохнула Юмико, смотря на темнеющее небо. — Домой… Куда же еще…

— Чисто ради интереса, — ехидно поинтересовалась Кристин. — А куда бы ты предпочла пойти?

Юми ненадолго задумалась.

— Никуда, — опять с тоскливым вздохом ответила, наконец, она. — Интересные варианты уже выпустились.

— Это ты про Ноёрё? — усмехнулась Кристин.

— Да, Кенту так прикольно было дразнить, — улыбнулась Юмико.

Она помолчала.

— А вот этого я что-то опасаюсь дразнить, — добавила девушка.

— Ой, я тебя умоляю, — фыркнула Кристин. — Не убьет же он тебя, в самом деле?

— Он, может, и нет, — ухмыльнулась Юмико. — Но злить Черного Веера… Я пока из ума не выжила.

Девушки помолчали.

— Нам сюда! — донеслось позади. — Пока, пока! До завтра!

— А эти, похоже, реально подружились, — заметила Юмико.

— Примерно одинаковый возраст, — скучающим тоном заговорила Кристин. — Один курс. Если бы еще и жили вместе, то вообще бы. Ты чего?

Просто Юмико как-то помрачнела.

— Похоже, я это… — сипло произнесла девушка. — Перебрала. Что-то мне нехорошо…

* * *

Денис и Райви

Доведя девчонок до кампуса, Денис с Райви вызвали флаер. Кстати, Канг куда-то свинтил еще в клубе, так что они остались вдвоем.

— Ну, как тебе Канг? — спросил Денис, набирая сообщение Шень.

— Молодой, — хмыкнула Райви. — Опыта, считай, и нет.

— Я не про подготовку, — уточнил Кусаби, отправив сообщение и посмотрев на собеседницу.

Райви ответила не сразу. Она расстегнула свой стильный белый пиджачок, зачем-то потерла себя по животу.

— Вообще-то хреново, — ответила она с серьезным лицом. — Он как… желе. Даже не пытался что-то придумать. Как научили, так и делал.

Пришел ответ от Шень. И Денис, смотря на красочную добавку к тексту в виде смайликов, сощурился. Просто Шень сейчас этими самыми смайликами сообщила, что нужно встретиться. Ну, и по смыслу сообщения, встретиться у них, с Райви, дома.

— Обучение здесь ему поможет, как думаешь? — спросил Денис.

Райви опять задумалась. Потом бросила на Кусаби слегка подозрительный взгляд.

— Слышь, а ты сейчас не пытаешься меня в его наставники пропихнуть? — поинтересовалась девушка.

— Не в наставники, — спокойно ответил Денис. — Так, иногда совет дать. Вот как сейчас.

— Ну, ладно тогда, — все еще с подозрением в голосе произнесла Райви.

Сверху опустился двухместный флаер. Когда открылась вверх дверь, Денис пропустил первой девушку и залез за ней следом.

— Я думаю, что это так, — снова заговорила Райви, когда флаер двинул по маршруту. — Ну, обучение. Неплохо, но лишь… закуска. Но я не знаю, что будет, когда начнется что-то серьезное. Какой-то этот ваш Канг… Неустойчивый, что ли.

— Шень мне рассказала, — произнес Денис. — Что Канга… как бы дисквалифицировали. Знаешь, за что?

— Ну, порази меня, — произнесла Райви.

— Отказался убивать животных, — ответил Денис, с задумчивым видом. — А когда его попытались… «переломить», то предложил встать на полигон инструкторам. Это замяли, но затем он отказался стрелять по детям. На виртуальном полигоне.

— Ну, ты меня не удивил, — поморщилась Райви. — Я всегда подозревала, что китаёзы те еще… уроды. И что теперь с этим Кангом?

— Формально обучение он прошел, — ответил Денис. — Но с такими записями в личном деле, куда его возьмут?

— Ага, то есть к Шень его отправили, типа, на перевоспитание? — спросила Райви.

— Я тоже так думал, поначалу, — Денис нахмурился. — Но теперь у меня есть ощущение… Что его просто пристроили в качестве слуги. И он это понимает.

— Вот и не старается, — зловеще произнесла Райви. — Вот же засранец! Ладно. Это мы еще поглядим!

— Райви, — Денис покосился на девушку. — Просьба есть…

— Да говори уже! — фыркнула та. — Хрен с тобой, погоняю пацана! А то что-то скучно.

— Канга надо ввести в стресс, — серьезно произнес Кусаби. — Ну, чтобы он психанул, понимаешь? Чтобы прям…

— Не учи тетю мужиков доводить! — насмешливо заметила Райви.

— Ага, — чуть улыбнулся Денис.

Некоторое время во флаере стояла тишина.

— Госпожа Поссет… — негромко произнес парень.

— Сука! Я так и знала! — рявкнула Райви.

— Ну, что вы, госпожа Поссет, — иронично продолжил Денис. — Я всего лишь хотел выразить вам мое уважение.

Кусаби сейчас слово в слово повторил то, что сказал Райви в клубе какой-то парень. Девушка в ответ сощурилась, посверливая Дениса взглядом.

— Господин Кусаби, — вдруг с придыханием заговорила Райви, буквально в миг преобразившись.

И кого она играет, парень четко понял.

— А вы разве нас не проводите? — продолжила Райви изображать Хиого Юмико, сделав жалостливое лицо.

— Черт, а у тебя ловко получается! — оценил Денис.

— А ты что думал, ты тут один, типа, типа? — фыркнула Райви.

Они переглянулись. И заухмылялись.

— А что ты так парня того бортанула? — поинтересовался Кусаби.

— Не тупи, Кусаби, — поморщилась Райви. — Харо… ему до этой лиги еще лет тридцать. Ну, может поменьше, если к Хиого пойдет. Вот, например, к твоей этой поклоннице!

Райви хохотнула.

— А ты чем так девочку потряс? — хитро спросила она.

Денис вздохнул с досадой.

— А я, похоже, что-то типа дипломной работы или вроде того, — произнес парень.

— Что, удар по самолюбию, да? — Райви хихикнула. — Думал, неотразим?

— Вот знаешь что! — якобы возмутился Денис. — Ты это, Поссет вырубай, да? Вон, с мальчиками юными включать ее будешь!

— Эй, Кусаби, — ехидно произнесла Райви. — Так ты ж тоже такой же. Юный, на!

— Не юный, а молодо выглядящий, — поправил Денис. — И вообще… Да завали ты хлебало! Тоже мне, психолог, мля!

— Вот допрыгаетесь вы, господин Кусаби! — оскалилась Райви. — Девки тебя свяжут, утащат куда-нибудь и будут насиловать!

— Ну, пока я не вижу поводов для беспокойства, — уже Денис включил ехидство.

— Вот только про это мысли, — покачала головой Райви. — Насилие — это физическое воздействие, которое не нравится объекту этого воздействия. Поверьте мне, девушки найдут, что тебе сильно не нравится. И…

— Райви, — сделал страшное лицо Денис. — Я же сказал, что не хочу об этом говорить!

— Как его… Альфа-самец, ы-ы-ы! — продолжала стебаться Райви.

— И это студентка третьего курса философского факультета! — закатил глаза Кусаби.

— И будет у тебя харем! — Райви была довольна и чуть не счастлива. — И будут тебе все разом выносить мозг!

— Дьявол, еще шесть минут…

* * *

Шень Инь

Ну, не смогла она, не смогла. Увидела их, Райви и Дениса, которые ввалились в прихожую, ржали и подкалывали друг друга… И не смогла испортить им этот вечер. И свела все к тому, что ей захотелось мужского внимания.

Но этот вопрос все равно придется прояснять. Почему Мари называет Дениса «рёджином». На самом деле, Шень знала начальное значение этого слова. И узнала его чисто случайно… И так глубоко закопала это знание, что ей даже играть не надо. Потому что ей реально нужно время, чтобы вытащить из памяти этот вопрос. И это та особенность, которая в свое время сильно помогла ей «выкарабкаться», как не скажет Мари. Шень умела осознанно забыть то, что ей нужно не помнить. Вычеркнуть из ассоциаций, из образной памяти, отовсюду. Это помогало отлично вживаться в роли. Шень умела сделать так, что она реально не выходила за рамки созданного образа. И до времени, когда надо действовать, она натурально являлась тем, кого играла.

Так вот, китаянка прекрасно знала, кто такие «рёджины». Это люди с особыми способностями и, по всей видимости, с какими-то серьезными модификациями, из-за которых их очень сложно убить.

Самый фокус, что Шень была этим удовлетворена. Удовлетворена тем, что ее… возлюбленный настолько необычен. Это еще раз подтверждает то, что она, Ши Чжунго, никак не может выбрать ординарную личность даже для любви. Если уж и любить, то кого-то очень необычного!

К сожалению, такой мужчина не может не привлекать внимание. Вот взять Райви. Она, сто процентов, купилась на то же, что и Шень. То есть когда ты сама сильно отличаешься от остальных, ты знаешь это, ощущаешь это, каждый день видишь этому подтверждение… И вдруг рядом оказывается мужик, который, как минимум, не уступает тебе. А иногда, прямо на твоих, м-мать, глазах, он тебя превосходит. В том, в чем ты считаешь себя уникальной! И ты невольно начинаешь с ним соревноваться… Для чего? Правильно, привлечь его внимание. Потом понимаешь это, прекращаешь… И становится скучно! Да-да, банально скучно. А этот…

Шень села на кровати и посмотрела на лежащего рядом парня. Подавила подкатившее желание лечь обратно… Закинуть на него ногу, прижаться к нему… И чтобы он ее рукой так, к себе подгреб… О, да!

Женщина поспешно поднялась, потому что желание стало совсем нестерпимым. А, простите, обделаться в кровати — это будет как-то уж совсем новое и слишком экстравагантное слово в их отношениях.

— Куда это тебя понесло? — раздался сонный голос Дениса, когда Шень надевала халат.

— Так это, — Шень чуть ухмыльнулась. — Мне надо доложить, что вербовка успешно завершена.

— А-а, ну, это конечно, — зевнул парень. — Слушай, как доложишь, попить принеси, а? А то сушняк что-то давит после этих коктейлей.

Шень усмехнулась…

* * *

Тайсё Мари

Сменить сигномаску, если есть навык, дело буквально нескольких минут. Поэтому ее, собственно, и используют. Всего-то нужно посветить на клеевые стяжки специальным фонариком и клей разрушается. К тому же, Мари точно знала, какие именно стяжки нужно убрать, чтобы получилось другое лицо.

Конечно, сигномаска не панацея. С ее помощью можно изменить лицо, а не сделать, например, то, которое нужно. И на самом деле, здесь, на Комаки, Мари и не надо было так уж скрываться. Но привычка — вторая натура.

Кафешка была типичной для Шин. Небольшое помещение (у кафе здесь это обязательная черта, небольшое должно быть, уютным, то есть), универсальный зал, то есть никаких низких столиков, обычные диванчики и столы. Шесть столов в ряд слева от входа, вдоль больших окон. Справа небольшая, очень небольшая, чисто символическая стойка. За ней же здесь не стоит никто, кафе без живого обслуживания. Будущий собеседник Мари сидел в углу, но не лицом ко входу. Он контролировал вход и вообще помещение через отражение в стекле. Мари чуть улыбнулась. Пусть и «бракованный», но все равно, Веер. Хотя она бы села посередине, чтобы все не так явно было.

— Добрый вечер! — улыбнулась женщина, присаживаясь напротив парня.

Канг смерил ее спокойным изучающим взглядом. Он заказал только себе, что показывало его отношение к разговору. Ломтики псевдокартошки, какой-то красный соус. Пачка сока (тоже, разумеется, не настоящего).

— Ночь уже, вообще-то, — равнодушно заметил парень.

То есть он предлагал сразу переходить к делу. А он немного грубоват! Все-таки он парень, молодой парень, а перед ним женщина. Или его теперешние «наставники» уже поднатаскали? Мира обворожительно улыбнулась Кангу. Да-да, как мужчине. Он сейчас должен ощущать себя взрослым. Мужчиной, которого пытается соблазнить женщина, пусть и с какими-то меркантильными мотивами.

— Сразу хочу обозначить, — Канг посмотрел на Миру исподлобья. — Об этом разговоре знает Шень.

— Я даже не сомневалась, Канг, — опять улыбнулась женщина, но уже лукаво. — Прятаться от нее было бы глупо.

Парень слегка хмыкнул.

— Давайте сразу обозначим рамки, — снова заговорил Канг. — Меня не интересуют никакие предложения, которые хоть как-то касаются Шень.

— Хм, даже если это будет выгодное для всех предложение? — чуть приподняла одну бровь Мари.

— Особенно такие, — холодно ответил паренек.

Женщина откинулась на спинку диванчика.

— Выключи запись, — произнесла она.

Канг посмотрел на нее.

— По причине? — поинтересовался он.

— Чтобы я могла сделать то самое, касающееся Шень, предложение, — ответила Мари. — Точнее, оно касается твоего будущего.

Канг вздохнул. Он положил пластиковую вилку в тарелку. Отпил сока через трубочку.

— Я прошу прощения, — произнес парень. — В следующий раз, если возможно, не тратьте мое время впустую.

— Ты еще не выслушал, — уже холодно и жестко произнесла Мари. — А уже делаешь выводы? Это, как минимум, недальновидно.

— Смысл что-то говорить, если мой ответ не изменится? — парень явно приготовился уходить.

— И все же, — Мира чуть улыбнулась. — Это же такое тебе пообещала Шень, что ты сразу так все на лезвие принимаешь?

Канг все-таки поднялся.

— Она не обещала мне ничего, — сухо произнес он. — Прощайте.

Парень вышел из-за стола и ушел.

— До свидания, малыш, до свидания, — негромко произнесла Мари, смотря на только что задвинувшуюся за Кангом дверь.

Она потянулась и взяла один ломтик оставшегося картофеля.

— Фу! — поморщилась Мари. — Немудрено, что ты такой грубый. Специально что ли такую гадость заказал, чтобы настроение было похуже?

Глава 9

24 августа 4048 года, по З.В. Планета Комаки. Первая Техническая Академия. Вечер

Когда к Шень, сидящей на лавочке в небольшом парке у выхода из академии, подсел смазливый паренек, она сразу поняла… Точнее, этот «парень» сразу дал понять, что он не студент, несмотря на то, что на нем была синяя форма академии. У хинодзинов же культ личного пространства, в том смысле, что вот так просто кто-то не может взять и подсесть к незнакомому человеку, не попросив разрешения. А студентам, пусть даже и иностранцам, это объясняют в первую очередь. И напоминают до тех пор, пока они не начнут этому следовать.

— Шень, — заговорил «парень». — Ты что, рассказала Кусаби о нашей беседе?

Китаянка покосилась на собеседника. Точнее, собеседницу.

— И зачем было так маскироваться? — насмешливо спросила Шень.

— Ну, это-то как раз элементарно, — усмехнулась Мари. — Я хочу позлить твоего парня.

— А-а, ну, удачи, — усмехнулась уже Шень.

Ты избрал свой Путь

Горе тем, кто с тобой

Сдавило грудь

Продекламировала китаянка. Мари-парень покосилась на нее.

— Это японские хокку? — спросила Тайсё

— Сразу же рассказала, — произнесла Шень, посмотрев в ответ на собеседницу. — И, кстати, Канг тоже.

— Это ты показываешь, что доверяешь или завоевываешь доверие? — поинтересовалась Мари.

— Ты зачем пришла? — спокойно спросила Шень.

— Я же сказала, хочу позлить Кусаби, — ответила синоби. — А тебя что, не бесит, когда вокруг него столько баб вьется?

— Спит-то он со мной, — насмешливо ответила китаянка.

— Уверена, что только с тобой? — тут же спросила Мари.

Шень вместо ответа лишь улыбнулась. Мари хмыкнула.

— Скажи, Мари, — заговорила китаянка, смотря на тамбур-выход с территории академии. — А у тебя что, других дел нет? Неужели целую Хаганэ Хану послали следить за одним студентом?

— Кто тебе сказал, что только за студентом? — усмехнулась Мари.

— Понятно, — кивнула Шень. — Ну, я подозревала что-то подобное.

— Это ты сейчас о чем? — голос Мари сделался сухим.

— Вот давай ты в следователя играть не будешь, ладно? — поморщилась Шень. — Нет, я могу подыграть, но ты же понимаешь, это будут поддавки.

Мари вздохнула с досадой.

— Уже и развлечься нельзя чуть-чуть, — произнесла она с тоской в голосе. — Ладно, к делу. Есть объект, Шень…

Синоби остановилась, когда Шень подняла руку.

— Нет, — спокойно произнесла китаянка. — Мне это неинтересно.

— Я ожидала такой ответ, — тоже совершенно спокойно сказала Мари. — Поэтому…

— Давай сразу условимся, — Шень посмотрела на собеседницу. — Ты разговариваешь… скажем так, с частным лицом. Посторонним. Не в системе. Со всеми вытекающими.

Мари откинулась на спинку лавки. Химея уже почти отцвела, её белые лепестки уже не летали хороводами. Впереди жаркое лето. В общем-то, оно уже началось, припекало уже изрядно. Шень вот была в легком белом платьице. А Мари было слегка жарковато в студенческой форме (да-да, студенты СКС обязаны носить форму на территории академии).

— Знаешь, я ведь тоже училась здесь, — произнесла Мари. — Только… Очень давно. Почти восемь десятков лет назад.

Шень молчала. Но смотрела несколько настороженно.

— Хотела быть пилотом. Тогда я еще думала… — синоби вздохнула, а потом грустно усмехнулась. — Если говорить начистоту, я была той еще эгоисткой. Впрочем, мне дали время осознать, как это говорят иллири, свой Путь. Синоби становятся только и исключительно добровольно. То есть, мы не можем ими не быть.

Шень продолжала молчать, ожидая продолжения.

— Синоби создал Сага Курайто, — Мари с выражением досады покрутила головой, как если бы ей сдавило горло, а потом расстегнула стоячий ворот формы. — После Инцидента Тагаё. И с тех пор решение синоби является законом. Поэтому первые лет двадцать мы следуем за старшим товарищем. Пока он не подтвердит, что ты можешь быть синоби. После чего уходит на покой. И ты меня сильно расстроила, Змейка, когда так глупо поступила, решив вернуться на Бейдзин. Впрочем, потом порадовала, ловко вывернувшись.

На лице Шень отразилось удивление.

— Но… я же не… — пробормотала китаянка.

— Не шинчи? — усмехнулась Мари. — Среди синоби есть даже уже земляне. С одним из них ты контактировала на Роанапра.

Шень задумалась, перебирая в памяти личности.

— Токугава? — предположила китаянка после длинной паузы.

Мари озорно улыбнулась. А Шень опять задумалась. А думала она сейчас о том, что… все те случаи, когда она узнавала какие-то тайны… Они, действительно, лишь случаи?

— А теперь, я так понимаю, все изменилось? — спросила, наконец, китаянка.

— Да, теперь изменилось, — кивнула Мари. — Синоби не может быть ни к кому привязан. И я сейчас не про Дениса.

— А про кого? — снова удивилась Шень.

— Разве рядом с тобой только Денис? — мягко ответила синоби. — Вы столько людей притянули, а ведь любые отношения — это… Предвзятость. Хотя бы взять Ревекку Поссет и Канга. О-о, кажется, нас, наконец-то, увидели!

Шень глянула по сторонам и увидела девушку… Кажется, она, то ли подруга, то ли соседка той настырной Хиого Юмико. И та поглядывала на них с некоторым удивлением… А на Мари, точнее на юного парня рядом с Шень, с таким, сочувствующим восхищением.

— А зачем ты мне все это рассказала, Мари? — спросила китаянка, посмотрев на «соблазнителя». — Если это…

— Помнишь такой клан, Унарё? — каким-то глухим тоном спросила синоби и, вздохнув, продолжила. — Его глава… перешел черту в стремлении поправить свои дела. После… того случая с вами. И я ПРОШУ, Шень. Посмотреть и выдать варианты, как можно… освободить заложников. Ко мне обратились напрямую, так как любое привлечение каких-то официальных каналов может привести к трагедии.

Шень некоторое время смотрела перед собой.

— И да, Шень, — Мари поднялась. — Я прошу ВАС. А не одну тебя. Прошу, сообщи мне любое ваше решение.

Юный паренек низко поклонился зрелой женщине.

— Простите, за мою бестактность, госпожа! — порывисто выдал он (и даже покраснела, вот же артистка). — Я лишь хотел выразить свое восхищение!

* * *

Денис Кусаби

Исшукан, то есть подобие земной недели, в Шин состоит из девяти дней. Потом идет Ясуми, выходной день. И начинается новый исшукан. Забавно, что ясуми как бы не учитывается, он даже не обозначается в календаре. Вот так да, его просто не существует в понятиях хинодзинов. Но он есть. Получается, что в этот день нельзя решить никакие дела, потому что дня-то нет.

По прошествии первого исшукана, уже можно было делать некоторые выводы о системе образования в этой академии. Если коротко, здесь вбивали знания. Не выдавали, а именно вбивали.

Занятия шли до самого вечера и так каждый день. При этом тут явно продумали момент с тем, чтобы получаемые знания по одному предмету, подвязывались в изучении другого. Например, теория системной навигации шла после классификации планет. И да, вопреки ожиданиям Дениса, никаких базовых дисциплин, типа математики или физики не было. И это логично, так как по ним же сдавались тесты при поступлении, значит, студент уже должен все это знать.

Вообще, факультет эксплуатации, как понял Денис, упирал в практическую сторону дела. Первый курс — общая база. То есть навигация, системная, межзвездная и подпростраственная. Общее устройство и классификация корабельного состава. Общий курс космографии и так далее. Ну, то есть база. А вот на втором курсе предстояло выбрать специализацию. Названия специальностей длинные и красивые, хинодзины вообще любят длинно и пафосно назвать. Но если выразить коротко, то это пилоты, капитаны, инженеры, то есть тех. спецы, причем трех видов — корабельные, станционные и, скажем так, наземные («специалист технической поддержки планетарных стационарных объектов». Разумеется речь идет о всяких космопортах, верфях и прочем, что связано с кораблями). Еще есть навигаторы, то есть специалисты по, хе-хе, ориентации.

Занятия шли блоками, по три урока — рессуна, по земному времени это примерно три часа. Между ними обязательный перерыв, минут по десять. Между блоками перерыв около сорока минут, собственно, поэтому и до вечера. В день три блока. То есть всего часов одиннадцать. Для хинодзинов, у которых день почти двадцать восемь земных часов — это нормально. К тому же, все сюда учиться прилетели, а не отдыхать.

Интересно, что после первых двух исшуканов в академии запланирован один исшукан выходных. Как объяснили в академии — это для того, чтобы студенты осознали, куда они попали. Раз. Второе, именно в этот «выходной исшукан» проводиться Приемный бал. Который проводиться два дня. Первый день — официальный. Прибудут родственники, гости, в общем, все крайне пафосно, красиво и правильно. Наверное, это для того, чтобы те, кто платит деньги за своих чад и подопечных увидели, за что они платят. Второй день бала проходит через день после первого. Чтобы успели нагуляться с родными по Комаки.

Первая часть второго дня — торжественная. Сначала легкий обед, потом все проходят в бальный зал (тут и такое есть). И начинается, собственно, сам бал.

Все это, про бал, Денису и остальным вот прямо сейчас рассказывала Хиого Юмико. Вещала девушка с гордостью и придыханием. Ее восторженно слушала Каролин, с легким скепсисом смотрела Элен. Ника шла с равнодушным видом. Детям земных мегаполисов не привыкать к толпе праздного народа. Элли тоже оставалась безучастной, но по другой причине. Она вообще не видела смысла в том, чтобы куда-то идти «праздновать». Практичная она девушка, что тут поделать.

— А вечером будет нормальная вечеринка, — говорила Юмико. — Можно будет потрястись!

В этот момент нахмурилась Каролин, видимо, вспомнив одну вечеринку на Земле.

— И что, на этом балу разрешат употреблять? — спросила в этот момент Элен.

— А что, кто-то запрещает? — в недоумении приподняла бровь Юмико.

А это еще один нюанс психологии хинодзинов. Самоконтроль. Он должен быть, причем в любом состоянии. Если не умеешь себя вести, находясь в состоянии опьянения, не пей. Скидок не будет. Спрашивать будут, как с трезвого. Да и вообще, тут нужно постоянно «держать лицо». На людях, дома.

— А у меня вот какой вопрос, — заговорила Ситара Дамани. — На этот бал в чем надо приходить?

Это соседка Элен и Ники. Забавно было то, что она, похоже, индианка. Хотя Ситара была не смуглой, но точка-бинди на лбу между бровей у нее была. Ярко-красная. И в центре бидни еще имелся маленький рубин.

А еще у этой Ситары здесь учились четверо (!) братьев. Вот они были как раз весьма смуглые. Эти братья, едва Ситара начала ходить вместе с Никой и Элен (то есть, и с Денисом тоже), как-то подошли к Кусаби и объяснили, что их сестра непорочная дева и должна таковой остаться. Это если кратко. И опуская угрозы. А еще один из этих «братьев» постоянно маячил где-то рядом. И делали они это весьма профессионально, то есть, похоже, Ситара — девочка из богатой семьи, раз ей такую охрану приставили.

— Ну, ясно, что не в повседневном, — ответила Юмико. — Сейчас в моде ципао. А парни часто приходят в форме.

— Ну, с ними-то все понятно, — усмехнулась Элен. — Давай про ципао подробнее…

И дамы чуть приотстали от Дениса… И Элли.

— Ты прям точно решила не ходить? — спросил на дэукене Кусаби.

Элли вздохнула.

— А ты? — спросила она, посмотрев на парня.

— А мне придется, — ответил Денис, поморщившись.

— Таков Путь, — слегка ехидно заметила девушка.

— Мне кажется или я слышу удовлетворение в твоем тоне? — сощурился Денис.

Кстати, вот по Элли было заметно, что она раньше форму носила. В отличие от Ники, Элен и Каролин. Ну, и Ситары тоже. Не то чтобы последние выглядели неряшливо, но все-таки, это прям видно, когда человек понимает, что такое форма. То есть стандартизированная одежда… Которую, даже из хорошего материала, все равно надо доработать под себя. Да если даже и не дорабатывать, это уже мышечный рефлекс, когда ты точно знаешь, как и где надо одернуть, подтянуть. И делаешь это, не задумываясь. И в результате, на военных форма сидит так, что ничего нигде не топорщиться. А вот на гражданских людях хоть где-то, но что-то вылезет криво.

Интересно, что и женская, и мужская форма в академии были брючным костюмом. Темно синий пиджак, у мужчин со стоячим воротником под горло (чтоб его!), у женщин забавный вариант, когда сзади воротник есть, а спереди отложной, то есть видно рубашку (простите, блузку) под ним. Ну и крой женского пиджака более… Изящный, чтобы фигуру не прятать. Выглядит неплохо. По краю воротника, на обшлагах довольно широких рукавов и по краю бортов, шла золотая вязь. Кстати, один борт пиджака на другой прям запахивался. На мужском варианте формы. И линия застегивания была смещена больше к правой руке, а не посередине шла. В общем, как и всегда у хинодзинов. Всё по-своему.

Штаны более темного оттенка, чуть не фиолетовые. И опять оригинального покроя. Они застегивались не посередине, а по бокам. Ну, и чтобы в туалете привести устройство слива конденсата в рабочее положение, посередине имеется широкий… как бы это описать… полоска ткани. Сверху отстегиваешь, этот самый лоскут свисает вниз и достаешь то, что необходимо. Кстати, у женщин вариант еще интереснее. Там вообще цельные штаны и лишь справа-сбоку застежка.

Денис кивнул Кристине, которая вышла им навстречу из тамбура. Девушка при этом как-то странно посмотрела на парня. Оценивающе. Похоже, Шень опять решила их после учебы встретить… И она же без прикола не может. Сто процентов, или опять в ципао пришла, или попросила передать, что она очень ждет. Нравится Шень немножко эпатировать публику. Каждый развлекается так, как хочет. И может.

«Как-то все слишком… ровно идет» — пришла Денису мысль.

Снова. Просто они тут уже столько времени, а ничего такого не произошло. А по опыту парень знал, что если все идет гладко, значит, ты просто не видишь пока проблем. Это как с сусликом. Он есть и все тут. Или, наоборот, с ложкой, которой нет…

Денис поймал себя на том, что слегка запутался в образных сравнениях. Причем последнее… Интересно, откуда оно? Что за ложка такая? А-а… Мистер Андерсон, да-да…

— Денис? — поинтересовалась Элли, которая уже вышла из тамбура (над академией установлен такой же купол, как над кампусом. И выходить надо через тамбур).

Парень опомнился. Огляделся.

— А где все? — недоуменно спросил он.

— Они в какой-то магазин двинули, — пояснила Элли и уточнила. — На кампусе.

— Вот как, — Денис вышел наружу.

Двое парней, которые ждали, пока он выйдет, выразительно на него глянули.

— Слушай, а у… иллири есть… — Денис задумался, подбирая слова. — Описание состояния, что что-то вот-вот произойдет?

Элли слегка улыбнулась.

— Когда кажется все слишком спокойно? — произнесла она. — Нас учили, что в эти моменты нужно оглянуться назад и оценить свои действия. Чтобы не сделать те ошибки, которые совершил, снова. Что это Путь дает тебе время понять, что ты можешь сделать лучше, чтобы идти быстрее.

— Не хочу показаться… самоуверенным, — Денис посмотрел в небо. — Но мне, по крайней мере, пока, нечего оценивать. Как это… Я люблю свой Путь, так, кажется.

— Так может сказать только аддай, — мягко укорила Элли. — Причем тот, Путь которого уже лежит через прозрение.

Прозрение — буквально и переводиться «аддай». Здесь оно употреблено в смысле обозначения возраста. У иллири и альвов нет традиции отсчитывать каждый год жизни. У них есть периоды жизни — дайвэн (детство, радость), онмэн (начало, молодость, обучение), килир (ученичество, познание), асэтэй (воин, зрелость), квирин (командир, мудрость), аддай (проводник, учитель, старик).

— В свете того, Элли, чем мы являемся, — негромко произнес Денис. — Я не уверен… Точнее, я, наоборот, практически уверен, что мне гораздо больше лет, чем я помню. Я иногда вспоминаю языки, которых, по идее, не должен знать. Но тогда я должен помнить и то, чему нас сейчас учат. Но…

Они не спеша шли к парку возле выхода.

— Хм, а если предположить, — задумчиво произнесла девушка. — Что ты жил… Ну, на планете, в цивилизации низкого уровня развития?

— Судя по остаткам воспоминаний, так и было, — ответил Денис. — Но собрать эту головоломку пока не удается. Слишком мало частей. Ага, вон и Шень.

Китаянка была сегодня в обычном белом платье. Для нее обычном. И сидела, откинувшись на спинку лавочки… И проходящие мимо студенты косились на нее. Ну да, Шень есть что выпятить. И она выпячивала, при этом на ее лице была довольная полуулыбка.

— Будет интересно собрать, — произнесла в этот момент Элли.

И выразительно посмотрела на парня, показывая, что она желает в этом участвовать.

— И то место, где ты была, — заметил в ответ Денис. — В этом может сильно помочь.

— Путь всегда ведет туда, куда нужно, — улыбнулась Элли.

Они подошли к лавочке.

— Дорогой! — промурлыкала Шень. — До меня дошли слухи, что ты слишком… чуткий.

— Я?! — удивился Денис. — Вот в чем-чем, но в чуткости меня еще не обвиняли!

* * *

Коусоку. Пять дней спустя

Тот транспорт, «Хевайвер», обнаруженный в Темноте, стал тем самым билетом, который дал возможность очень быстро доделать «Аншидай». Кроме самого корабля, там был груз. Его было немного, зато какой. Ради тонны такого имеет смысл гонять транспорт, ибо грузом был дерилий. Тот самый кристалл, которые используется для излучателей силовых полей. И у Бутча были связи, рыжие такие связи, а еще узкоглазые, через которые этот дерилий был продан. По результатам «Рагун» стал весьма и весьма богатой компанией. И можно было приступать к одному очень денежно-емкому процессу.

Бывший десантный дерриэр иллири, пока суть да дело, разобрали до силового каркаса. Не в смысле только сняли броню, а также демонтировали внутренний герметичный корпус и даже убрали силовые сети, потому что после пережитого кораблем было неизвестно, в каком они состоянии. Ну, и планировалась очень масштабная модернизация, при которой все равно пришлось бы снимать большую часть сети.

А далее, два фаната реконструции и модернизации, Ралли и Кими Хайрунен, заимев в одном месте сразу столько ресурсов, решили, похоже, воплотить в дэрриэре все свои мечты. И начали с двигателей.

На «Хевайвере» стояли очень мощные двигатели, производства «Албум Фулгур», тибритской фирмы, которая поставляет двигатели на военные верфи Империи Тибрит. Несмотря на возраст, двигатели находились в отличном состоянии, выработка у них была процентов на двадцать, не более. То есть, похоже, на транспорт их ставили новыми.

Более мощные двигатели, разумеется, привели к изменению в конструкции. Силовой набор, то есть те балки, которые составляют скелет корабля, необходимо было усилить. И тут есть два пути. Тупо использовать больше балок, то есть усиливать количественно. Но это влечет увеличение, и значительное, массы покоя и тогда решение об установке новых двигателей теряет в эффективности процентов на сорок. То есть значительного увеличения тяги не выйдет. Это извечная проблема строительства и модернизации кораблей, баланс между прочностью конструкции, мощностью двигателей и массой.

Есть второй путь. Использование новых материалов. А конкретно, полимеров. Этим самым полимером покрываются балки силового набора, а также он закачивается внутрь балок. И получается этакий сендвич, который, благодаря полимерам, приобретает очень высокую «вязкость». Этот материал, «селирэй», производят иллири и альвы. И, понятно, на сторону продают очень и очень неохотно. Нужны связи… И они у Бутча были. Разумеется, он стал должен услугу, но по-другому такие вещи и не делаются. Деньги в этих отношениях играют роль этакого условия по умолчанию, причем торговаться не принято. То есть, когда Бутч будет отдавать услугу, его работа тоже будет оплачена, причем достойно. Это такие правила вежливости. Причем, в условиях этой сделки была еще и договоренность, что документация по проекту модернизации будет тоже потом предоставлена иллирийцам. Бутчу «по секрету» сообщили, что кораблей этого типа наделали немало, но теперь они довольно сильно устарели. И проект, когда такой тип переделывают, весьма перспективен. Это же не голые расчеты, это практика.

После решения вопроса с двигателями и силовым набором встал вопрос с энерговооруженностью. И его решили по-военному, то есть не просто обеспечили генерирующими мощностями, а произвели резервирование. На дэрриэре теперь было два реакторных отсека, два аккумуляторных отсека, то есть как на военных кораблях. Каждый из силовых блоков мог в одиночку обеспечить энергией корабль (в смысле, его движение, систему жизнеобеспечения и вооружение, то есть основные системы). То есть и силовая сеть имела дублирование, что сильно помогало в обеспечении живучести корабля.

После решения основополагающих моментов, встал вопрос с вооружением. «Рагун» же не ЧВК (хотя у Бутча есть лицензия на такой вид деятельности) и светить тем, что на балансе есть, считай, полноценный боевой корабль, с характеристиками, близкими к корвету, не хотелось. То есть оружие нужно по максимуму прятать. А Ралли с Кими хотели установить аж пять орудий главного калибра. Причем, три из них в башнях (и два курсовых). С курсовыми, ввиду относительной простоты конструкции, справились быстро. А вот выезжающие башни проблем доставили изрядно. Собственно, именно с ними сейчас и боролись. Сначала хотели сделать башни собственной конструкции, но когда прикинули, сколько нужно будет всего, как-то: система питания, лайфси (жизнеобеспечение), интерфейс оператора… И это еще до самого орудия толком не добрались. А к нему надо механизм поворота, подъема ствола, система питания, причем сдублированная. Танки для порошка и металлической пыли. Фактически, орудийная башня, это маленький корабль. И вот его надо выдвинуть. Не просто же так на боевых серийных кораблях башни обычно никуда не задвигаются. Это просто дорого.

Когда «Коусоку» отправлялся на задание Лисицы, башни пока оставили и Кими занималась другим. Прокладывали силовые линии, делали грузовой отсек, разумеется, не простой. Фактически, грузовой отсек — это одновременно ремонтная зона, палуба для малой авиации (шесть акри если по максимуму) и сохранили возможность десантирования для абордажных капсул (их можно, как в космос швырнуть, так и на планету скинуть) и техники (которой еще предстояло обзавестись). И тут Бутч вернул демиургов в реальность, сказав, что если еще что-то накрутить, то это уже будет не ганшип, хоть и большой, а корвет. Поэтому, хватит увеличивать длину корабля, впихивайте в текущие размеры.

Когда рагуновцы вернулись из похода, то «Аншидай» был уже в полусобранном состоянии. Доделали движки, топливную систему, где было возможно, уже навешали броню на прочный корпус, установили восемь выдвижных башен зенитных автоматов (они были разнотипные, но тут всем нужно ехать, а не шашечки. Главное, что они были большого калибра, с военных кораблей, то есть), по две на каждую сторону (то есть на пузо, на верх и по бокам). И вызов с Комаки застал работу с Аншидаем в той стадии, когда надо устанавливать башни главного калибра. То есть на финальном этапе проекта (финальном, но самом сложном, после двигателей).

— Решили сделать так, как это делают на вервях Тибрита, — говорил Бутч. — Ножничный подъемник. То есть ходить будет не башня отдельно, а вместе с основанием, в котором и будут расположены основные системы.

— А это вообще сколько стоить-то будет? — Денис аж слегка прифигел от масштаба модернизации.

— Это вопрос не денег, Денис, — наставительно ответил Бутч. — Точнее, это вопрос их вложения. Мы небольшая организация и не можем себе позволить иметь много средств, так скажем, в наличии.

— Захотят поживиться, — мрачно усмехнулся Кусаби.

— А вот корабль — это основные средства, — заметил Бутч. — К тому же…

Босс Рагуна приобрел задумчивый вид.

— Есть слухи, что в Тибрите какая-то серьезная внутренняя заваруха идет, — произнес Бутч.

— А некоторые… силы, — подхватил Денис. — Только и ждут удобного момента, чтобы заявить о себе. Понятно. То есть может случиться так, что подобный корабль просто негде будет в будущем сделать.

— Частным лицам, — уточнил Бутч.

Они в рубке сидели втроем. Ралли что-то увлеченно колдовал за пультом, лишь иногда вставляя возгласы в рассказ Бутча.

— Этот паренек, Канг, — Бутч покосился на Дениса. — Про уверенность в нем спрашивать не буду. Но вы точно его с собой возьмете?

— Прямо в сам объект нет, — ответил парень. — Но для координации, этаким ретранслятором, пусть сходит. Надо же его учить. А как это сделать, если он будет только на корабле сидеть?

— А те двое парней? — поинтересовался Бутч.

— Григорий, скажем так, пока охрана своего брата, — ответил Денис. — И сопровождение. Без него Олег не может… жить. А нужен именно Олег. Ты сам видел, что он может.

— Да, у парня явно талант, — кивнул Бутч, а потом, усмехнувшись, спросил. — Вы там к концу обучения случайно на корабле обратно не прилетите?

— Ну, если бы я хотел зайти под Хиого, то вполне могло бы и быть, — Денис слегка скривился.

— Я понимаю твои резоны, — прогудел Бутч. — Но, возможно, это не такая уж и плохая идея?

— Не, эти персонажи слишком сильно прихватить могут, — покачал головой парень. — Товарищи прям конкретные. А вот провернуть так, чтобы пользоваться их поддержкой в будущем, можно попробовать. Но…

Денис нахмурился. Бутч с интересом на него смотрел.

— Честно говоря, я пока стремаюсь, — парень вздохнул. — Там столько камней под водой, боюсь налететь. К тому же, есть совсем не иллюзорная вероятность, что в этом случае придется… жениться.

Бутч хохотнул.

— Вот так! — воскликнул в этот момент Ралли и откинулся на спинку кресла. — Я все-таки рассчитал! Втиснул! Все-таки будет три! А эти черномазые убеждали, что не выйдет!

Денис поднял брови, услышав земной «термин».

— Невозможно, конструктивно нереально! — передразнил кого-то альв на дэукене. — Просто надо приложить хорошие вычислительные мощности!

— Это ты сейчас про себя или про свой сервер? — поинтересовался Денис.

Ралли, махнув рукой, широко улыбнулся.

— И то, и другое, Денис! — заявил он. — И то, и другое! Теперь только встает вопрос, где найти третью башню. Точнее, третье орудие.

— У нас же есть? — озадаченно уточнил Бутч.

— Не, нужно однотипное с двумя другими, иначе никак, — чуть нахмурился альв. — То есть нам срочно нужно найти еще один тибритский корвет.

— А родные орудия с дэрриэра? — спросил босс Рагуна. — Их же три было, как раз.

— А как ты их будешь в тибритскую башню запихивать? — язвительно спросил Ралли. — Не, засунуть-то можно, только это же будет чушь полная. Такие орудия хрен откалибруешь. И будет главный калибр, которые стреляет в сторону цели, плюс-минус метров пятьсот. К тому же… Это просто не получится, поверьте мне.

— Поверить-то легко, — вздохнул Бутч. — Орудие, где искать? Корвет тибритский на абордаж взять?

— Ты босс, — сделал хитрое лицо Ралли. — Мое дело маленькое. Кстати, про того парня… Олиех?

— Олег, — поправил Денис. — А что с ним?

— Ничего, кроме того, что только что я именно с ним и поработал так хорошо, — ответил альв. — Ты как его и где выкопал вообще?

Денис чуть улыбнулся.

— Мы когда с его братом разговаривали, — ответил Кусаби. — Этот парень взломал мой комм.

Ралли одобрительно хмыкнул.

— А потом вот это дело…, - продолжил Денис. — И я решил дать ему посмотреть. Без имен, чисто умозрительная задача. И его расчет, как можно спрятать бот за выбросами местной звезды меня впечатлил. А он потом приносит полетную программу для борткомпа бота.

— Я, конечно, не хочу сказать, что ты неправ или что-то ещё, — прогудел Бутч. — Но… Может не стоит этих парней к нам…

— Бутч, а какие у них варианты? — сухо спросил Денис. — Они с Земли. Причем из такой задницы, что ниже только Дно. Они на Комаки прилетели, потому что их ищут на Земле. Каких-то не тех людей обнесли. Григорий молодец, сообразил как деньги вложить. Но у них только на один курс хватило. Дальше что? А я скажу. Гриша пошел бы к Хиого. Олега бы забрали, это точно. А вот Григория бы потом отодвинули, ибо нахрена он нужен? И он все равно бы пришел примерно в тоже самое, только позже… И без брата. И Бутч, а почему не к нам? Мы что, девственниц на завтрак насилуем?

— Хм, приятно, конечно, что ты… предан компании, — добродушно ответил Бутч. — Правильный настрой дает замечательные результаты. То есть ты этих парней привлекаешь в свой отдел?

— Пока Григорию надо подучиться, — ответил Денис. — Олег там тоже изучает… То, что ему интересно. Но да, привлекаю.

— А синоби шиновские здесь каким боком? — негромко поинтересовался Ралли. — Я же правильно понял, та… шинчи — это синоби?

— Мари ее зовут, — Денис вздохнул. — Как оказалось, она была неким образом куратором Шень. И здесь она для того, чтобы все было законно. Потом. Ну, и бабки заплатит тоже она.

— Забавно иногда крутит судьба, — глубокомысленно изрек Бутч. — Никогда бы не подумал, что буду помогать Фемиде.

— Скорее Эриниям, Бутч, — заметил Денис.

Босс Рагуна бросил на парня чуть прищуренный взгляд.

* * *

Империя Шин. Система Аоиши. Планета Койсар. Владения клана Унарё

Бот оказался набит битком. Денис сидел на месте второго пилота, а управлял ботом, точнее, следил пока за приборами в готовности перехватить управление Стивен. На лавках в отсеке сидели Райви и Алекс, в иллирийских штурм. доспехах «Хэссэй». Дик Зиверс был в таком же, только модернизированном для работы специалиста по взлому интеллект-систем, то есть хакера (Дик и Денис над ним вместе работали). Генри Баэр был в своем доспехе, он же что-то типа инженерной поддержки, плюс его экипировка реально была очень хорошая, Генри ее под себя затачивал. Про Стивена уже упоминалось. Рубелла осталась на Эйрен, следит за работами по Аншидаю… Ну, и кому-то же нужно было остаться на хозяйстве. Братья Шелеховы тоже были тут. Олег, как обычно, пялился в голоэкран и ему был глубоко фиолетово, что вокруг происходит. А вот Григорий Шелехов заметно нервничал. Его, конечно, никуда никто не потащит, хоть на нем и были доспехи, чисто на всякий случай. Но все равно, парень постоянно облизывал губы и таращился на «роботов» — бойцов в тяжелых доспехах.

Шень, как и Денис, была в белом маскхалате, поверх легких доспехов «Танкен». Это специализированные доспехи для скрытной работы, с минимумом активной электроники. Пистолеты (разумеется, с ПБС), игольники, по короткому мечу. У Шень в качестве основного оружия штурм. винтовка «Траес»: система буллпап, короткий ствол, калибр 9 мм, интегрированный активный пламегаситель и подавитель звука. У Дениса винтовка «Нагаса» — снайперская 10 мм, тоже буллпап, магазин на десять патронов, ПБС (не очень хороший, но другого не было), прицел, который стоит дороже винтовки. В общем, стандартные наборы бойцов ДРГ для тихой работы. И никаких бластеров (Шиновских, кстати, они на это упирают) или импульсного оружия Тибрита. Причина тому та же, почему маскхалаты белые. В той части планеты, где находится объект, сейчас зима. Причем, судя по данным, там весьма прохладно. То есть у любого энергетического оружие очень сильно будет страдать длительность работы. А это значит, что нужно тащить с собой довольно много дополнительных батарей. И вот именно поэтому земной огнестрел уверенно занимает свою нишу на оружейном рынке.

Кан был экипирован похожим образом, только при нем в качестве основного оружия был «Фирсфлэйм», магазинный дробовик с коробом на сто патронов. Плюс, «Скайблэк» — магазинный же четырехзарядный гранатомет. Плюс некоторое количество ручных гранат. То есть, если что, Кан пошумит хорошо, качественно. Собственно, поэтому он и идет вместе с Денисом, Шень… И этой Мари. И да, это цинично, но если что, Кан «весит» меньше, чем кто-то из тройки, которые будут непосредственно проникать на объект.

Коусоку остался позади, за спутником планеты, чтобы его не обнаружили. Но рагуновцы были готовы, если бот обнаружат, сразу же выдвигаться на подавление ПВО. Элли тоже сидела в кабине акри, в готовности выдвинуться и защитить бот. Если сейчас Олег Шелехов ошибся и их засекут, то остается только лобовая атака, с гиканием и улюлюканием. Поэтому в боте лежали еще два «Хэссэя», для Дениса и Шень.

— А вы очень неплохо экипированы, — заметила Мари. — Очень. Насколько я знаю, «Хэссэи» весьма… непросто купить. Кстати, вы бы не хотели один продать?

Райви на это хмыкнула.

— Мари, — произнес Денис. — Во-первых, это к Бутчу. Во-вторых…

Он с иронией посмотрел на женщину.

— Это очень глупо продавать то, чем ты зарабатываешь деньги, — добавил парень. — Вот вы нам еще поручение выдадите, и как его мы будем выполнять?

— Это очень самоуверенно, говорить про следующее задание, — ехидно заметила Мари. — Еще не выполнив текущее.

— Следите за руками, Мари, — слегка усмехнулся Денис.

— В смысле? — не поняла синоби.

— Это земная поговорка, говорящая о том, что все продумано, — пояснил Кусаби.

Мари в ответ чуть улыбнулась. Бот в этот момент, выполняя заложенную в его борткомп программу, отключил все системы. И даже освещение погасло. По той же причине, что не должно быть активных сигнатур, были не активированы все доспехи.

Бот продолжил лететь по инерции, а Денис же все думал о том, что на самом деле имеет за душой Унарё Саидзин? Собственно, он про это думал с самого начала.

Слишком сильная охрана для какого заштатного, да еще и проблемного клана. Наемники. И все это ради того, чтобы клан Угуро согласился выкупить дочь главы? Она, собственно, и еще несколько человек сейчас были в заложниках. Их и нужно было освободить.

Наемники работают за деньги. И столько времени, за сколько заплачено. Охраняют Унарё ребята из ЧВК «Хайдой». Судя по наведенным справкам, бойцы серьезные, то есть дорогие. При этом срок принятия решения был выставлен в двадцать дней. Какой-то в этом есть подвох. Что-то не стыкуется. Унарё, после того случая на планете Авадзи, испытывают очень большие финансовые проблемы. Фактически, клан разваливается. И в этот момент его глава решает, что ему нужен хороший боевой корабль. И используя то, что дочь главы Угуро была… раньше была сосватана за Унарё Саидзина, встретился с девушкой… И похитил ее, то есть Саидзин использовал доверие к нему, чтобы активы приобрести.

Унарё Саидзин потребовал выдать ему, либо достаточную для приобретения корабля сумму, либо корабль. Обязательно боевой, ганшип. У клана Угуро таковой имелся, ровно один. Старый «Утэхай». При разработке плана хотели даже его использовать, чтобы подобраться скрытно на якобы передаваемом корабле, но оказалось, что корабль Угуро просто не долетит до этой системы. И глава Унарё об этом знает, потому что уточнил, что корабль должен быть нормальным. Прям так и сказал, что «Утэхай» не подойдет. То есть Угуро должны за двадцать дней купить хороший ганшип… И тем самым пойти по миру, потому что таких денег у них нет. У Угуро ровно одна планета, причем едва сама себя обеспечивающая. Не боевой клан, вот вообще.

Что-то здесь нечисто. Унарё Саидзину, похоже, очень нужен корабль. Причем такой, где он будет командовать. То есть, он хочет полететь куда-то. И в этом где-то что-то есть интересное. И настолько интересное, что он не желает светить это место перед посторонними, потому что было бы проще нанять корабль, а не шантажировать другой клан…

… Бот буквально упал в снежную бурю. Вокруг была сплошная белая пелена, что хорошо способствовало скрытности высадки.

— Еще раз, — когда бот замер, Денис поднялся с кресла второго пилота и повернулся к остальным. — Райви, если Канга обнаружат, вытаскивайте его и имитируете неудачное проникновение. То же самое, если он начнет шуметь по приказу.

Шень подала Денису шлем. У этого доспеха он был нескладным.

— Не учи маму сопли подтирать, — беззлобно огрызнулась Райви. — Надеюсь ваш… сынок, не начнет палить со страху?

Канг на это посуровел, на его скулах заиграли желваки. Райви продолжала его троллить даже сейчас.

— Райви, ну все же когда-то начинали, не лезь под кожу, — Денис посмотрел на комм. — На все у нас полтора часа. Плюс полчаса на нюансы. После этого, если от нас нет известий, начинаете прессовать. Григорий, ты остаешься на охране бота.

Парень молча кивнул. Лицо у него было белым, взгляд стеклянным. Но при этом он слышал, что ему говорят, так что стресс на приемлемом уровне.

— Ну, поехали, — на губах Дениса появилась злобная усмешка. — Пора посмотреть, кто в этой норке живет.

* * *

Двумя часами позже. База клана Унарё

Открылась дверь в морозный вечер. Сухие хлопки выстрелов, прозвучали, как покашливание. Двое бойцов, с камонами клана Унарё даже не успели понять, что этот день станет для них последним. Бойцы были не сильно бдительны, ведь они стояли на внутреннем периметре. Три фигуры в белом проскользнули внутрь. И вскоре еще трое бойцов клана навсегда замерли на ледяном полу бункера.

— Дети совсем, — негромко произнесла Мари, смотря на воинов, павших от их рук.

— Они прекрасно понимали, что делают, — возразил Денис. — Видели, кого охраняют.

— Они в клане, — несколько резко возразила синоби. — И должны выполнять приказы главы клана.

— И в чем тут проблема? — Денис посмотрел на Мари.

В шлеме было не видно, какое выражение у него на лице.

— Они воины, погибли, как воины, — продолжил парень. — То, что они не обучены, это уже их личная заслуга. Проверяем наличие объектов. Скоро поднимут тревогу.

Вскоре выяснилось, что здесь почти все заложники, кроме одного. Одной. Той самой Угуро Кимико. Денис вытащил проектор, активировал его.

— Здесь бункер Саидзина, — ткнул он на карте, которая появилась на голоэкране. — Мари, остаешься здесь, охраняешь заложников. Мы идем туда.

— Я бы… — начала было синоби.

Вместо ответа она увидела направленный на нее ствол.

— Ты согласилась, что здесь командую я, — сухо произнес Денис. — Охраняешь заложников. Или становишься потерями. Выбирай.

— Я этого не забуду, Кусаби Денис, — негромко и очень холодно произнесла синоби.

— Запиши, — посоветовал Кусаби. — Шень, вперед…

… Когда две фигуры в белом уже подобрались к бункеру главы, взвыла заунывная сирена. Денис ругнулся.

— Канг, прием, — произнес он в гарнитуру.

— Не обнаружен, готов, — доложил парень свой статус.

— Коусоку — штурм, — отрывисто бросил Денис. — Ты и бот пока ждите.

— Принято, Коусоку — штурм, — подтвердил Канг.

Денис и Шень в этом момент залегли в сугробе. Потому что из дверей бункера стали выбегать люди. Вскоре, где-то в снежной пелене раздались воющие звуки каких-то приводов, сопровождаемые железным лязгом. Это активировались средства ПВО.

Две фигуры поднялись и аккуратно подошли к дверям. И следующий выбежавший из них, только и успел, что открыть рот, когда сталь пробила его сердце. Денис, зажимая рот… паренька, положил его на снег, возле стены. Шень уже заглядывала в бункер, поверх ствола…

… Шень вошла в комнату. Унарё Саидзин стоял у стены, держа впереди себя заложницу, приставив к ее голове импульсник.

— Синоби! — прошипел Саидзин. — Какого вы вмешиваетесь в дела кланов?

— Ты что-то перепутал, малыш, — насмешливо произнесла Шень. — Ты не в том положении, чтобы ставить условия. Не усугубляй, отпусти девушку, и твоя смерть будет легкой.

В этот момент слегка тряхнуло. Это Коусоку прорвал хлипкую (для него) противокосмическую оборону.

— А если… — Саидзин оскалился. — Если у меня есть информация, которую я хочу обменять на свою свободу?

— На жизнь, ты хотел сказать? — уточнила Шень.

Кстати, китаянка оружие опустила. Но Саидзин благоразумно не пытался ее убить. Потому что Шень только и ждала, когда он ствол от головы Кимико уберет. Кстати, девушка была в каком-то полуобморочном состоянии, похоже, накачана наркотиками.

— Ну, мы так и будет стоять? — сухо спросила китаянка. — Ты еще жив потому, что мне интересно.

Саидзин нервно облизал губы. Разумеется, он полностью прикрывался девушкой, не оставляя шанса его убить.

— Чип на столе, в проекторе, — произнес он, показав свободной рукой.

Шень, так и находясь лицом к Унарё, приставным шагом дошла до стола. И включила проектор.

На появившемся над проектором голоэкране пошел видеоряд. Большой корабль, явно военный. Очень большой корабль. Снято было издалека и картинка была не очень хорошей.

— И что? — спросила Шень. — Ты хочешь купить свою жизнь, показав какой-то дереликт?

— Не держи меня за идиота, синоби! — прошипел Унарё Саидзин. — Ты прекрасно поняла, что это за корабль!

— Допустим, — сухо ответила Шень. — Но этого недостаточно.

— На чипе коды опознавания Тагаё! — буквально прорычал Саидзин…

* * *

Четыре часа спустя. Рубка Коусоку.

Бутч уже в который раз смотрел видео. Он понимал, что это дело, первое, Рагуну не потянуть. Второе, лезть в дела Шин, а «найти» линкор Тагаё «Хоши Омо», это прям залезть в самую середку, чревато большими и скорее всего, гарантировано смертельными неприятностями.

— Вы этого Унарё отпустили? — спросил, наконец, босс Рагуна.

— Оставлять источник такой информации не под контролем? — язвительно спросил Денис. — Я даже все компы в бункере, на всякий, уничтожил. Ну, а тот бот, к которому этот мудак спешил, думаю, нам пригодится.

— Эта синоби как на это отреагировала? — Бутч был очень задумчив.

— Я предполагал какой-то подвох, — уже спокойно ответил Денис. — И в этот момент ее с нами не было.

Бутч вздохнул, потер лоб. А потом выразительно посмотрел на столь ловкого сотрудника.

— А теперь скажи мне, Денис, — произнес мужчина. — Что нам с этим делать? Ты же понимаешь, что в одну харю нам это не вытянуть?

— Да, понимаю, — ответил Денис. — Шень мне тоже объясняла.

Он сделал жест в сторону стоявшей у стены китаянки. Та усмехнулась.

— Я думаю, что Мари в это посвятить все же придется, — произнесла она. — Но не сейчас.

— А когда? — заинтересовался Бутч.

Денис в этот момент поморщился.

— Нужно заиметь поддержку именно какаго-то клана Шин, — произнес он. — Клан должен быть достаточно сильный, но не настолько, чтобы потом нас… кинуть.

Бутч хмыкнул и с хитрецой посмотрел на парня.

— Шень, и ты вот так спокойно допустишь, — произнес босс Рагуна. — Чтобы твой… избранник…

— Бутч, — сухо произнесла китаянка. — Она придет к нам. И еще не факт, что сможет остаться. Но гарантией послужит достаточной. Одной из, конечно.

— Понятно, потом эта синоби, — произнес Бутч. — Но сейчас начинать активно это двигать, я думаю, будет… поспешно.

— Ты же сам говорил, Бутч, — усмехнулся Денис. — Нужно иметь перспективу развития.

Бутч посмотрел на остановленное видео. Исполинский корабль, гордость флота империи… И легенда.

— Главное, чтобы эта перспектива не истощила ресурсы, — произнес босс Рагуна. — Но это будет… Очень интересно.

* * *

Тэсурио Сага

Синоби Дэтачименто

Ейжен: Тайсё Мари

Рокари: ш. Аиоши; х. Койсар; кк. Унарё-Угуро.

Хиничи: 48705.1.3.6.13:02:05

Префикс: Инцидент УС-4

Статус: Завершен

Файл донесения: УС4-СВ.48705.1.3.6

Тэсурио Сага

Синоби Дэтачименто

Ейжен: Тайсё Мари

Рокари: ш. Аиоши; х. Койсар; кк. Унарё-Угуро.

Хиничи: 48705.1.3.6.13:02:30

Префикс: объект «Суимин»

Статус: Наблюдение

Файл донесения: ОС568.48705.1.3.6

Примечание: запрет на вмешательство. Основание: распоряжение «Рёджин».

Глава 10

Империя Шин. Система Аоиши. Планета Койсар. Владения клана Унарё. 30 августа по З.В.

Когда Унарё Саидзин добрался до нужного места, уже начало темнеть и пошел снег. Но это только радовало, главу Унарё. Хотя теперь уже очевидно, что главой он останется недолго. По инициативе синоби, Совет Глав сектора соберется очень быстро. Тем более, когда речь идет о том, чтобы поделить чьи-то активы.

Тяжело дыша (снег был довольно глубокий, а, разумеется, никакого транспорта не дали), Унарё Саидзин еще раз сверился с координатами. Карту он смотрел на смарте, толстеньком таком, с обрезиненным корпусом, то есть явно военная модель. А перед мужчиной вздымалась вверх небольшая горная гряда.

Убрав смарт, Саидзин закинув голову, некоторое время смотрел на серое небо. На его лице было выражение, которое больше свойственно смертникам. Все его планы оказались разрушены и даже решительные и, надо признать, аморальные действия, не спасли ситуацию. И мысль, которую глава ранее гнал от себя, что все это случилось исключительно потому, что он хотел личной славы, личного признания, теперь… А теперь она осталась одна. Больше думать было не о чем.

Вздохнув, Саидзин достал небольшой брелок. И при нажатии одной единственной кнопки на нем, скала перед Саидзином стала подниматься, открывая вид на железную дверь. Рядом с которой был прямоугольник сканера, размером с две ладони.

Открыв металлическую крышку сканера, мужчина зубами сдернул перчатку и приложил ладонь к сенсорной пластине. В ответ сканер лишь мигнул. Саидзин выругался.

— Ну же! — мрачно пробормотал он, снова прикладывая руку.

Во второй раз под его ладонью появилось свечение. Саидзин облегченно выдохнул, когда в двери лязгнуло.

— Забавный бункерок, — раздался голос за спиной бывшего главы Унарё, когда тот открыл дверь.

Мужчина немедленно обернулся, его правая рука легла на рукоять меча. Перед собой Саидзин увидел фигуру, в белом мешковатом маскхалате, который скрывал очертания тела. Но голос был явно мужской. Да и рост на это намекал.

— Кто ты? — прорычал Унарё.

А его визави расстегнул одежду на груди, сунул туда руку. И прежде чем Саидзин понял, мимо него, в опрометчиво оставленную открытой дверь, пролетели два дрона. Мужчина скрипнул зубами. И на его лице появилось отчаяние, когда он увидел направленный на него ствол (У Унарё все, кроме меча, разумеется, отобрали. А вот меч оставили… И это был очень прозрачный намек).

— Земной огнестрел, — спокойно и холодно произнес незнакомец. — Примитивное, на крайне надежное оружие. Может, пройдем все-таки внутрь?

— Зачем? — выдохнул вместе с паром слова Саидзин.

— Ну, я замерз что-то, — все также спокойно ответил незнакомец.

— Не вижу смысла, — с горечью произнес бывший глава Унарё. — Значит, синоби, все-таки, не такие уж и правильные?

— Не знаю, — ровно ответил незнакомец. — Я только с одной пока имел дело.

Саидзин некоторое время соображал, обрабатывая полученную информацию.

— Что тебе нужно? — глухо спросил, наконец, он.

— Деньги, информация, все банально, — пришел ответ. — Не буду врать, живым не оставлю. Но могу позаботиться о твоих.

— Почему я должен тебе верить? — бывший глава отпустил рукоять очевидно бесполезного клинка. — Я только что синоби поверил и вот результат.

— Поэтому ты меня в бункере и не видел, — ответил незнакомец. — У нас общение с чистого листа.

— А другие варианты, кроме… негативного могут быть? — мрачно спросил Саидзин.

— Ну, ты сам-то как думаешь? — холодно спросил незнакомец. — Ты похитил доверившуюся тебе женщину, то есть предал ее. Пытался ей прикрыться. Шантаж, подлость. Ты бы сам оставил такого урода жить?

Саидзин скрипнул зубами и вскинул подбородок.

— Если сейчас начнется про благо клана, — предупредил собеседник бывшего главы. — Умрешь без причиндалов и под наркотой.

То есть, это будут еще сопли, рвота и, возможно, даже в дерьме. Вряд ли этот незнакомец будет применять легкие препараты.

На лице Унарё Саидзина появилось гордое выражение.

— Могу я попросить, — твердо произнес он. — Чтобы я сам?

— Я побуду вашим кайсяку, киёньшин Унарё, — последовал чопорный, официальный ответ. — Но только если вы также пойдете мне навстречу.

Саидзин на несколько мгновений задумался. А потом на его лице появилось… спокойствие.

— Идемте, — Унарё, сгорбившись, развернулся и вошел в коридор.

(Кайсяку — тот, кто стоит за спиной делающего сеппуку. И когда тот, кто собрался умереть таким образом, распарывает себе живот, кайсяку сносит ему голову, дабы воин умер достойно, без агонии. С честью, то есть. Таким образом Унарё Саидзин может хотя бы показать, что раскаялся в своих деяниях и отмыть имя клана, указав виновником только себя.

* * *

1 сентября 4048 года, по З.В. Коусоку. Мед. отсек. Прыжок до Комаки

Григорий Шелехов напряженно наблюдал за Кисарой. За спинкой кресла, на котором сидела японка и смотрела какие-то графики на голопанелях комплекса, стоял Денис. А брат Григория — Олег, сейчас занимал регкапсулу.

— Аутизм — это же не последствие того отравления, — негромко говорила Кисара. — Внешнее воздействие стало лишь спусковым механизмом. То есть, у Олега уже была к этому предрасположенность.

— Ему как-то можно помочь? — спросил Денис.

Кисара ответила не сразу.

— Вот именно это, когда даже современная медицина бывает бессильна, меня в свое время и побудило на… рискованные исследования, — ответила, наконец, Кисара. — РДА не лечится. Но. При правильной коррекции можно очень серьезно компенсировать симптомы.

— Насколько серьезно? — глухо спросил Григорий.

Кисара развернулась вместе с креслом. Денис при этом отступил в сторону. Кисара же закинула ногу на ногу, сложив руки под грудью. С учетом довольно короткого халатика — это было довольно провокационное зрелище, но старший Шелехов даже внимания не обратил.

— Настолько, что не знающие о диагнозе ничего не заметят, — ответила японка. — Но сам понимаешь…

— Сколько? — посмотрел Кисаре в глаза Шелехов и на его скулах появились желваки.

— Тут речь даже не о том, какая сумма, — ответила женщина. — А сколько раз. Твоему брату будет нужна постоянная коррекция через определенные периоды. Всю жизнь. Только так можно будет компенсировать его… особенность. Не буду скромничать, вряд ли ему может помочь кто-то, кроме меня. В смысле, из доступных для вас специалистов. Такие коррекции — это уже не вопрос только денег. Но и сумма тоже немалая.

— И тут уже моя часть, — заговорил Денис.

Григорий перевел взгляд на Кусаби.

— Буду откровенен, — холодно продолжил Денис. — Олег мне нужен. Поэтому мы пришли сюда.

— Так, Олега оставляйте, — заговорила Кисара. — Я буду с ним работать. А вы идите в другое место.

— Один вопрос, Кисара, — произнес Кусаби. — После коррекции Олег сможет работать также эффективно?

Японка покосилась на парня, вздохнула.

— Иногда, Денис, — негромко произнесла она. — У меня возникает желание тебя побить. Нельзя же быть настолько циничным.

— А потом ты вспоминаешь про себя и желание пропадает, да? — язвительно откликнулся Денис и уже обращаясь к Григорию, кивнул в сторону выхода. — Идем. Поговорим у меня. Так что с моим вопросом, Кисара? Да или нет?

— То состояние, в котором Олег работает, можно назвать его базой, — ответила женщина. — Нужно будет, наоборот, прикладывать усилия, чтобы его из него вывести.

— То есть, да, — подвел итог Кусаби. — Спасибо, Кисара.

— Олег пробудет здесь около четырнадцати часов, — сухо сказала женщина. — Так что не торопитесь.

— Счет потом пришлешь мне, — уже идя к выходу, произнес Денис.

— Да пошел ты, — ровным безэмоциональным тоном ответила японка и снова развернулась к экранам.

* * *

Чуть позже. Каюта Дениса

Беседа с Григорием Шелеховым прошла в ожидаемом ключе. Парень был с Земли, что такое Дно и какие там царят нравы, он прекрасно знал. Также Григорий понимал, что Денис положил глаз на его брата. Олег уже имел крайне полезные способности, поэтому ничего удивительного в том, что теперь им будет заниматься Шень. То есть она будет водить Олега на занятия, в другие места, в общем, займет место Григория. В первое время. А потом этим будет заниматься другой человек, с нужной квалификацией, психолог, то есть. А Грише нужно теперь сосредоточиться на собственном образовании. В общем, все прошло конструктивно, Григорию отдали их с братом долю в добыче (именно Олег, считай, разработал, точнее, просчитал каркас операции, на основе полученных данных) и напутствовали в стиле Владимира Ильича.

Так что Олег теперь будет изучать то, что ему будет необходимо для того, чтобы стать полноценным тактиком. А такой специалист очень полезный человек в команде. Например, на Коусоку отдельного тактика не было, расчеты производил Ралли, а потом допиливалось остальными. Бутч, кстати, несколько раз настойчиво интересовался насчет возможности перевода столь ценного сотрудника в основной штат. Но Денис отбился тем, что знания Олега, конечно, уже неплохи, но если парня обучить системно, например, ознакомить с другими операциями и сражениями, то эффективность такого тактика повысится просто на порядок. Плюс к этому, Денис обдумывал момент, чтобы прикупить оборудование и программное обеспечение, специально заточенное для масштабных вычислений. Мозг Олега Шелехова, конечно, и так работает крайне эффективно, но почему бы это еще не улучшить, переложив основной массив вычислений на оборудование? Вон, на Коусоку, с его далеко не самой мощной интеллект-системой, все настолько хорошо получилось, что полетная программа для бота отработала идеально, а она, между прочим, учитывала поведение местной звезды и других параметров макрокосмоса, которые очень вариативны.

Проблема была в том, что это оборудование имело, естественно, крайне неприличную стоимость. Даже с учетом тех активов, которые Денис смог реквизировать у клана Унарё (часть из которых он уже отдал выжившим членам клана Унарё, а часть, конечно, придется отдать синоби, ну, или кто тут за это отвечает) все равно, нужны были еще деньги. Кроме того, такое оборудование, конечно, имело не только «денежную» цену. Это военное оборудование и как только кто-то захочет купить что-то подобное, его моментально возьмут на карандаш. Нафиг кому-то нужна сила, которая не контролируема и имеет такие возможности?

И в свете этого Денис опять задумался о Хиого. Снова решение проблемы можно было провести через них. И опять нюанс был в том, что если ты у них просишь, то становишься им должен. И тут забыть отдать или тем более кинуть не получиться, не тот уровень. Придет вон, Мари… И уже глядишь, сам стоишь на коленях и пузо себе вскрываешь.

То есть нужно было что-то предложить. Чтобы Хиого покупали и они были потом должны. И вот тут уже надо самим иметь гарантии, чтобы банально не прокинули. То есть не заплатили долг сталью. Потому что это за кланом из Империи Шин есть сила, это кроме того, что сами Хиого совсем не веганы. А вот даже за всем Рагуном силы сопостовимого размера нет.

И да-да, опять в размышлениях Денис приходил к Хиого Юмико. Гарантия в этом случае была бы неплохая. Фактически, ты становишься своим. Но, черт возьми, становишься и частью. То есть, нужно будет подчиняться правилам, которые установлены внутри клана и иметь в виду, что у клана есть руководители, которые становятся и твоими руководителями.

— Какие проблемы у Хиого? — Шень, сидящая на кровати, задумалась после вопроса Дениса. — Хм, даже не знаю… Точнее, я не знаю проблемы, которую мы могли бы помочь им решить.

Денис, который так и сидел на кресле возле рабочего стола, после разговора с Григорием, поморщился.

— Хренов ребус, — со вздохом произнес он. — Пойдем на камбуз. Мне за готовкой лучше думается.

— Уверен, что стоит там обсуждать? — приподняла брови китаянка.

— Элли с Райви затащим и закроемся, — ответил Денис. — Ну, а послушать извне там не получиться, это я гарантирую.

— И Ралли к этому нормально относится? — слегка удивилась Шень, вставая и потягиваясь.

— Я когда надолго ухожу, — ответил Денис. — Передаю ему текущий пароль. Так что мы симбиотировали.

— Хм, а я смотрю, преимущества образования уже, как говориться, проступают, — усмехнулась китаянка. — Дорогой… Пусть и Канг тоже послушает, ему будет полезно.

— Не рано? — засомневался Денис.

— Он поставил на нас, — ответила Шень. — Пусть увидит, на что конкретно он поставил. В таком возрасте хочется ощущать принадлежность… Ну, и наглядное подтверждение правильности выбора.

— Как скажешь, — кивнул парень.

Денис вскинул левую руку, вытащил над коммом голопанель и отправил сообщения выше озвученным лицам. А потом отправил еще одно, общее сообщение, всем членам и пассажирам корабля, в котором прописал планируемое меню на ужин.

— Курочка Тандури? — удивленно приподняла брови Шень.

— Помнишь, с Элен и Никой живет девушка, Ситара? — ответил Денис. — Вот, поделилась рецептом. Я еще на Комаки хотел сделать, но все это закрутилось.

— Как же я удачно все-таки вложилась! — довольно щурясь, заметила Шень…

* * *

Рубка Коусоку

… - Придется нам, Ралли, кого-то все-таки подыскивать вместо Райви, — со вздохом заметил Бутч.

— Думаешь, уже надо? — откликнулся альв.

— Если я что-то понимаю в людях и женщинах, — Бутч вздохнул. — То да, уже. Наш юный коллега прям проламывается к собственной команде. И вряд ли отдаст Райви.

— А если она сама не захочет? — покосился на босса Ралли.

— Ты хочешь встать между ними? — иронично спросил Бутч. — Лучше пусть Райви увидит, что ее заменили. То есть, как бы это не она решила, а само получилось.

— А если она возьмет и рванет куда-нибудь? — усомнился Ралли. — Ну, типа обидится?

— А это будут уже проблемы Дениса, а не наши, — усмехнулся Бутч. — Но знаешь, что-то мне подсказывает, что он найдет и слова, и действия, чтобы удержать нашу Ямао.

— Да, слова он найдет, — кивнул Ралли, криво усмехнувшись.

И поморщился, увидев на схеме корабля, что не только каюта Кусаби выпала из общей сети безопасности, но и кают-компания.

— Сволочь землянская, — пробормотал альв. — Я так и знал…

— О! Неплохо, неплохо! — довольно произнес в этот момент Бутч.

Ралли покосился на него. И увидел, что босс читает сообщения. Альв тоже вывел корабельный чат на один из экранов. И на его лице появилось вопросительное выражение.

— И что это за блюдо? — спросил альв.

— Очень вкусно! — ответил босс Рагуна. — Что же, Денис обещание держит! А ты говоришь, Райви рванет! От такого не сбегают, тем более она!..

* * *

Кают-компания Коусоку

Может показаться странным, что при столь широком развитии интеллект-систем, рецепты блюд все еще передаются изустно. Но тут как. Чтобы найти рецепт, нужно в принципе знать, что искать. С этим индийским блюдом к тому же, были определенные сложности. Те составляющие рецепта, которые были специями, нужно было заменить на аналоги, которые применяются в Империи Шин. И вот где найти информацию, чем можно заменить имбирь? Или чеснок? Не говоря уже о кориандре, перце, паприке, куркуме. И это Ситара подсказала, то есть живой человек, а не поисковая система, где на Комаки все-таки можно купить индийские специи. Оказывается, солидная доля дохода родной планеты Ситары — Маан, и приходиться на специи. Хинодзины тоже любят остренькое поесть.

В качестве заменителя курицы выступала какая-то шиновская птица. Кстати, это подсказали в том же магазине специй, когда узнали, что собрался приготовить Денис. Тот пожилой индиец, похоже, весьма обрадовался, что блюда его родины где-то еще знают и выдал полный расклад, где и что можно взять. Более того, они прямо с терминала магазина все и заказали.

Шиновская птица была немного пожестче, чем курица и раза так в два больше. Ну, последнее даже преимущество. Для приготовления «Курочки Тандури» (то есть курица в печи), требовалось приготовить два вида маринада. Потом сделать надрезы на окорочках и, обмазав первым маринадом, завернуть в пленку и подержать полчаса. А потом бросить птичку в миску со вторым маринадом и уже на два часа.

— Сколько масла? — спросила Элли, стоя с бутылкой масла в руках возле миски.

Масло тоже не подсолнечное, как требовалось, а шиновский аналог.

— На два пальца, — ответил Денис, показав, собственно, два пальца. — А потом вон ту плошку туда высыпь и все перемешай.

Элли опять участвовала в приготовлении. Ее вообще это прикалывать стало, похоже. Она же явно удовольствие получала от процесса. Денис же, тем временем, вывалив на стол окорочка, делал надрезы, чтобы маринад хорошенько пропитал мясо. А по пути рассказывал свои думы.

Райви сидела на диванчике, откинувшись на спинку, развалившись, раскинув руки. Ноги только на стол еще не закинула, да и то, похоже, чисто из-за лени. Шень и Канг сидели напротив Райви. Парень скромно, Шень более свободно, но не так, как Райви.

— Слышь, — произнесла Поссет, когда Денис закончил. — А с чего это вдруг ты таким интересующимся стал?

— В смысле? — не понял Денис.

— Без смысла, на, — Райви хмуро посмотрела на парня. — Раньше тебе было плевать, кто и что думает. А тут вдруг запереживал! Что, надо чтобы все подтвердили, что ту девку завалить надо?

Последние предложения девушки были полны язвительности и иронии.

— Во-первых, Райви, не девку, а Юмико, — спокойно поправил Денис. — Во-вторых, ты права. Только не подтвердить надо, а план предложить. И цель, выдернуть Юмико к нам, а не самим зайти под нее.

— Шень, и тебе что, пофиг? — наморщила лоб Райви. — Ему-то понятно, такое в радость. А тебе?

— А где ты услышала про постель, Райви? — иронично спросила китаянка. — Ну, и не поздновато ты монашку решила отыгрывать?

— Монашку, не монашку, а это уже реальное блядство, — заметила Райви. — Что, прям надо что ли?

— Вряд ли Юмико вдруг заполыхает чувствами, если в нее сунут член, — ехидно заметил Денис. — А вот у некоторых… студенток философского факультета, гляжу, прямо-таки приперло!

— Дофига юморист что ли? — фыркнула Поссет. — Я вижу, что позиция ничтожна. И вы реально можете только член и предложить. А корабль… Шень, им реально будет нужно это старье? Сколько ему, лет триста?

— Тридцать… тысяч, — ответила китаянка.

Райви аж глаза округлила.

— Хрена себе антиквариат! — сипло произнесла она. — И вы думаете, что этот металлолом можно впарить Хиого? Нахрена он им?

— Ну, значение «Хоши Омо», можно оценить по тому, что глава клана на это ставил свою жизнь, — заметил Денис. — И даже не зная ничего, можно сделать вывод, что корабль будет нужен.

— Хоши Омо, — заговорила Шень характерным, лекторским тоном. — Это был так называемый «тронный» корабль клана Тагаё. В те времена была такая традиция, размещать самые важные вещи, людей и активы на самом мощном корабле флота, а не на на столичной планете.

— Так, так, — заинтересовалась Райви. — То есть этот корабль — контейнер с ништяками?

— Вряд ли, — ответила Шень. — Все-таки, на момент, когда у Тагаё появились их проблемы и пропал этот корабль, эта традиция уже отходила. Но, все-таки, не полностью отпала.

— Что-то я тебя не пойму, — Райви села прямо, потом наклонилась и расстегнула сапог. — Как этот корабль связан тогда с… хм, нашей проблемой?

Девушка, расстегнув и скинув обувь, с наслаждением на лице села на диване с ногами… То есть оказалась в положении полулежа.

В это время Элли закончила с маринадом. И Денис, сделав на окорочках надрезы, пододвинул миску с маринадом к себе и принялся обмазывать мясо.

— Легенду мне рассказывать не хочется, — произнесла Шень. — Про нее можно почитать. Факт, что этот корабль очень долго и усиленно искали. То есть, он нужен хинодзинам.

— Может, уже не нужен, — фыркнула Райви. — Тридцать тысяч, это мля, очень много!

А Шень в этот момент явно задумалась.

— Есть один момент, — произнесла она, наконец, после длинной паузы. — Хиого — это клан, кандидат в дорагоны. И кандидаты они давно, лет так триста.

— Никак не могу привыкнуть к таким цифрам, — усмехнулся Денис. — Сотни, тысячи…

Он в этот момент завернул окорочок, обмазанный маринадом, в полиэтилен. И положил в миску. Взял следующий. Элли же начала замешивать второй маринад.

Шень же бросила на Дениса быстрый взгляд.

— Учитывая продолжительность жизни в Империи, — произнесла китаянка. — Триста лет, это три поколения. То есть еще недавно умерли те Хиого, которые вывели клан на такой уровень.

— У них поколение сто лет что ли? — удивился Денис.

— А вот это очень странно слышать от студента, который прошел обучение, — ехидно заметила Райви.

Денис сделал в ответ гордо-дебильное лицо.

— В общем, Хиого де-факто уже клан-дорагон, — произнесла Шень. — Но очень хотят стать ими официально. Четырнадцатым Великим Кланом. Но так просто такое не происходит. Чтобы Сага инициировали процедуру рассмотрения, нужен повод, достойное деяние масштаба всей расы.

— Чертовы хинодзины, — Райви снова скривилась. — На все есть какие-то извращения. И ты хочешь сказать, что этот корабль может стать таким деянием?

— Может, — кивнула Шень. — А может и не стать. В любом случае, так просто этот линкор забрать не дадут. Во-первых, большой военный корабль. Во-вторых, шиновская легенда. А самим нам его не осилить, нужно будет кого-то привлекать. То есть информация все равно просочится.

— Вкратце, о чем все-таки эта легенда? — спросила Райви.

— На нем пытались укрыться последние мужчины клана Тагаё, — ответила Шень…

И снова бросила быстрый взгляд на Дениса.

— Тагаё… — Райви задумалась. — А-а, там какой-то ужастик. Вроде как у них мужики все померли, да?

— Если быть точнее, они были убиты, — ответила Шень, не выпуская из поля зрения Дениса. — Большинство воинов Тагаё, были убиты… Одним человеком.

Райви с изумлением посмотрела на китаянку

— Одним? — с сомнением уточнила она. — Так… Целый клан. Клан Дорагон. Там же должна быть чертова уйма народу! Шень, что за сказки!?

А Шень отметила, что Денис не только на пару мгновений замер. Они еще с Элли переглянулись! Вот это уже совсем интересно!

— Это легенда, — спокойно произнесла китаянка, посмотрев на Райви. — Но, скажем так, полезная для нас. Вполне возможно, что этот корабль может стать поводом для того, чтобы рассмотреть заявку Хиого. Понимаете?

— Хм, любопытный ход, — произнес Денис. — То есть, мы можем предложить Хиого возможность получить статус… Опасно. Слишком серьезно. Могут слегка забыть на этапе получения профита.

— Как только Хиого «найдут» этот корабль, — произнес Кан. — Нас могут попытаться… отодвинуть?

— И чтобы информация не ушла, могут отодвинуть очень… радикально, — произнес Денис. — То есть и нам нужно будет дать гарантии, что мы не… Точнее, мы должны стать теми, кто как бы не совсем Хиого, но и как бы Хиого. То есть чтобы не возникало вопросов, почему корабль нашли мы.

— А мы его будем искать? — поинтересовалась Райви. — То есть, прямо МЫ?

— Не Рагун, Райви, если ты об этом, — ответил Денис. — А МЫ и Рагун будет нам помогать.

— А мы, это кто? — спокойно, слишком спокойно спросила Райви.

— А мы, Райви, это отдел обеспечения и поддержки, — иронично ответил Денис. — А ты в нем временно прикомандированный специалист по Таккутика Рупава Сайпото, с компетенцией Ауксилиум Терминолоджикум.

— Неплохо, дорогой! — усмехнулась Шень.

— Ну, так, я же учусь в шиновском учебном заведении, — усмехнулся Денис. — Красиво назвать, считай, сделать половину дела.

— Ну, я не знаю, — сомневающимся тоном заметила Райви. — Терминологическое обеспечение — это как-то чересчур пафосно. А вот Таккутика Рупава Сайпото (Тактическая Силовая Поддержка — хонтого) — неплохо, неплохо.

— Райви, а ты думала, я предложу бессмысленный и бескомпромиссный кидок Бутча? — язвительно поинтересовался Денис.

— Да хрен тебя знает, — честно ответила девушка.

— Райви, Райви, — Денис покачал головой и, завернув последние окорочок в полиэтилен, бросил его в кастрюлю к остальным. — Выгода-то в чём? И я, на, столько вложил сил, это теперь и моя компания тоже!

— Бутч-то тебя не слышит, — фыркнула Райви.

— Не слышит, да, — с удовольствием подтвердил Денис. — Но твои верноподданнические чувства я ему передам.

— Шень, а то, что твой парень слегка на зад слаб, тоже нормально? — ехидно поинтересовалась Райви.

Вот именно из-за таких пассажей, Канг и зыркает злобно на Райви.

* * *

2 сентября 4048 года, по З.В. Комаки

Когда они прошли таможенный контроль и вышли в зал прибытия космопорта, почему-то напала усталость. Та самая, которая возникает тогда, когда возвращаешься домой. Мари улепетнула сразу, еще на орбите за ней прибыл челнок. И, похоже, синоби предстоял еще какой-то перелет, раз она пожелала хорошо провести время на балу.

Григорий все посматривал на брата, который все это время после коррекции, пребывал в еще более отстраненном состоянии. Но при этом, в отличие от предыдущего состояния, его не надо было прям вести. Шел он сам. То есть ориентировался в пространстве самостоятельно. И за все это время еще ни разу не доставал свой КПК.

— Ладно, детишки, у меня дела, — заявила Райви.

И так выжидательно посмотрела на Дениса. Дамы о чем-то шушукались в каюте Кусаби, пока тот вчера заканчивал с готовкой той самой птицы. Дамы — это Шень, Райви и Элли. И почему-то у Дениса постоянно возникало какое-то нехорошее предчувствие. Потому что даже Элли иногда так с интересом посматривала, словно ожидала какого-то действия. По результатам Шень сообщила решение, что Денис должен плотнее общаться с Хиого Юмико. И Райви при этом скалилась, как акула.

— Что, тебе нужно мое разрешение? — хмуро поинтересовался парень. — Дозволяю!

— Слышь, ты берега-то ощущай, — фыркнула Райви. — Я в академию, если что…

… Просматривая новости, так сказать, общекосмические, Денис отметил, что больно уж подробно освещается ситуация в тибритской системе Геминос 87ДС. Обратить внимание на эту систему посоветовал Бутч. Так вот, уж больно много «независимых» блогеров освещали там ситуацию. В том числе, имелись съемки в космическом пространстве. То есть, в системе, где проводиться операция, вполне себе войсковая, пусть и частными силами, бывают корабли, которых, по идее, там быть не должно.

Суть конфликта была в том, что некая тибритская компания решила отжать данную систему у колонистов. В юридическую систему Тибрита вникать не хотелось, но если вкратце, то планета колонии принадлежит тем, кто ее осваивал. И все шло так, как обычно это идет. То есть никому не было дела до какой-то отдаленной нищей системы, пока туда не приехали… земляне. Население разом увеличилось на несколько тысяч человек. Фокус в том, что землянам не разрешали переселяться на Виридис. Но и не запрещали. Точнее, а как запретишь, если им разрешила администрация системы? А Земля, де-факто, часть Империи Тибрит?

И все бы плюнули на это, если бы не тот момент, что земляне эти принадлежали к одной интересной «секте». Ее глава, Владимир Рюриков топил за интересную идею, что Землю необходимо расселять. Так как планета уже переполнена. Причем за счет того, что население натурально превратили в этакий ресурс для дешевых солдат, рабочих для всяких вредных и опасных работ… И всяческих сексуальных рабов. Что землян намеренно держат в муравейниках, намеренно снижают уровень жизни, намеренно делают так, чтобы молодежь была тупой. Рюриков в последнее время и резче высказывался, там термин «скот» проскакивал.

Самое интересное было в том, как он это делал. Владимир использовал оружие тибритцев против них же. А конкретно этот товарищ, в бытность на Земле, работал через виртигры. То есть брал и устраивал этакие собрания за коммунизм прямо в игровых чатах.

И вот, после того, как с Земли на Виридис прилетели еще пара тысяч землян, это решили пресечь. Был организован суд, на котором было вынесено решение об отзыве права собственности у администрации колонии. И назначена другая администрация, которая передала концессии на Веридис одной тибритской фирме.

В общем, если кратко. Был создан очаг сепаратизма. Источник головной боли, проблем и рассадник ментальной заразы. И, судя по намекам, а также по тому, как это все освещается, тут играются не «вольные колонисты». Похоже, некая организация, где говорят по-русски и по-китайски, сделала ход. И это на фоне того, что в Тибрите сейчас имеется другая, гораздо большая проблема, тоже связанная с бунтом. В секторе Роута идет чуть ли не война. А может уже и не чуть…

Собственно, Коусоку, прямо сейчас прыгнул в систему Кассиопея. То есть к русским. Бутч собирался в этих делах хорошенько погреть руки… И Денис, иногда, даже жалел, что он учиться настроился. Но успокаивал себя тем, что это все надолго…

… Забавный, все-таки, космопорт у Академии. Конечно, это космопорт, так-то, сектора планеты, но СКС в нем самый значимый «потребитель» пассажиров. Так вот, прямо из космопорта ты попадаешь в… рощу. Намеренно «одичалая» местность сделана, похоже, как фрагмент исконной природы Комаки. Большие деревья, с пузатыми стволами, будто греческие амфоры расставлены вокруг площадки для флаеров. На самой макушке деревьев, словно хохолок, пучок листьев. Деревья довольно большие, поэтому кажется, что листья маленькие. На самом деле, один такой листочек размером чуть не с половину человека.

— Элли, тебе куда? — спросил Денис.

— На кампус, — ровно ответила девушка. — Давайте все-таки… Не так быстро?

— Чего? — не понял парень.

В ответ девушка лишь улыбнулась. Улыбка ее была, как обычно, еле заметная. Элли вообще не любитель выражать эмоции. Впрочем, как и все иллири. Культ воина не предполагает экзальтированности.

— А ты со мной, — Шень прихватила Дениса под руку и лучезарно улыбнулась. — Мне нужно с тобой кое-что обсудить!

— Так я вроде на кампус и не рвался, — заметил парень…

… А еще Денис, за эту вылазку, понял еще кое-что. В тот момент, когда Унарё Саидзин попытался передать ему должность главы (оказывается, кайсяку — это обычно тот, кто будет следующим главой побежденного клана. И в обучении про это, на, ни слова!), Денис четко понял, что его совсем и полностью не привлекает стать… Ну, вот кем-то вроде главы клана. Может быть, через… А вот интересно, а сколько «прописано» таким, как он и Элли?

Прилетел флаер и Элли с братьями Шелеховыми отбыли на кампус. Денис вопросительно поглядел на Шень, так как второй флаер не прилетел, а заказывала именно китаянка.

— Что-то мне не хочется в помещение, — произнесла женщина и кивнула в сторону «дикой» природы. — На ходу разговаривается лучше.

— А также слышится неплохо, — с сомнением заметил Денис.

— Ну, так у меня… муж…специалист, — промурлыкала Шень. — Что-нибудь придумает.

Денис хмыкнул. А потом поднял руку с коммом.

— Только от меня не отходи, — произнес он, подняв дрон и активировав режим излучения гармоник.

При прослушке микрофоном будет слышно лишь какие-то отдельные слова, буквы. Будет эффект, как при сильном ветре.

— Не собираюсь, мой киеньшин, — Шень снова улыбнулась. — Я совершенно точно хочу быть с тобой.

— И что за гадость ты мне хочешь сказать, ставя такое входное условие? — с подозрением спросил Денис.

Шень усмехнулась

— Ты знаком с таким термином, как «Рёджин»? — спросила женщина, уже серьезно…

Глава 11

Совет Двенадцати Матриархов, оценивая события, происходящие в Империи Тибрит, выражает глубокую озабоченность, в связи с фактами вытеснения любой точки зрения, которая отличается от той, которую транслирует Комиция Перегрин (это МИД Империи Тибрит — прим. автора). Воля Энтарии имеет свой опыт взаимодействия с корпорациями Империи, которые де-факто и осуществляют государственную политику правящей элиты на местах, в результате которой граждане Тибрита вынуждены защищать свои интересы с оружием в руках. Фактически, граждане Тибрита не согласны с тем, что лишь одна, самая малая часть населения Империи, забирает большую часть ресурсов. А остальные граждане вынуждены буквально выживать, причем в обстановке, когда законы защищают тех, против кого они борются. Уважая право на ведение любой внутренней политики, которую власти Империи Тибрит считают правильной, Совет Двенадцати Матриархов призывает Императора Дагария указать руководителям корпорация на необходимость применения менее варварских методов управления…

… Тирания Нориэн никому не навязывает свой образ жизни. Но вместе с тем, нам тяжело видеть, как разумных превращают в покорных рабов, ради мифического блага остальных. Тирания Нориэн никогда не поддерживала и не будет поддерживать социального, а иногда и вполне физического геноцида разумных, которых лишь за несогласие с политикой правящей верхушки, поражают в праве идти своим Путем. Империи Тибрит, по мнению Командования Тирании, следует обратить внимание на то, как корпорации Империи, знатные фамилии и чиновники занимаются, фактически, тем, что разрушают основу своего же государства…

… Великое Древо говорит, что нет тех, кто рождается сразу для привилегий. Уважая право Империи Тибрит самой устанавливать правила сосуществования ее граждан, Великое Древо с глубокой скорбью отмечает факт, что множество разумных теряет привычный образ жизни, дома, а часто и саму жизнь. Нужно находить решения, которые следуют принципам синергии или хотя бы симбиоза. Разумеется, для этого требуется идти на уступки…

* * *

«Ты — это не твой профиль, не видосы из твоего сортира или постели. Ты — это не сколько у тебя кредитов. Это не игра, а ты здесь не главный герой. Ты не центр этого мира! Все это вокруг, лишь чертовы кляксы на грязном полу. Разноцветные брызги блевотины наркомана! Тебе спускают на лицо, а ты утираешься и просишь еще! Мы настолько привыкли, что нас унижают, постоянно, ежедневно, что многим уже нравится, что их используют! Как дешевую шлюху с нижних этажей, которая даст куда угодно за десятку, а за двадцать может убить.

Все прекрасно знают, что они не будут богатыми. Не будут знаменитыми! Да многих даже на нормальную работу не возьмут, потому что мы чертовы обсосы, сидящие на дозе! И все думают, что именно ему повезет!!!

Да, может быть. Повезет! Повезет стать очередной шлюхой, которая будет некоторое, очень короткое время глотать сперму тряпочника! Мы все лузеры! Нужно это принять! Вытереть кончину с лица и посмотреть вокруг. И ты увидишь, что вокруг почти нет тех, кому за пятьдесят! Да за сорок даже! А знаете, где они? Они сдохли! Сдохли, мать вашу! Сторчались, загнулись на работе! Были убиты вами за пару кредитов, чертовы членососы!

Поэтому, сглатывай. Не держи во рту сперму тряпочника, ему плевать, нравится тебе ее вкус или нет. Он развернет тебя задом и даст пинка! Да-да, никто не будет тебя трахать, больной ублюдок! Ты никому не нужен! Тебя никто не любит! Потому что ты сам себя ненавидишь! Ты сам себя презираешь!

Ты такой же, как и я…»

4040 год. Мегаполис «Оппидиум». Марс

* * *

2 сентября 4048 года, по З.В. Комаки. Ревекка Поссет

Это было очень давно. Юная девушка из хорошей семьи, волею судеб занесенная… Даже, скорее, вбитая на Дно марсианского Оппидиума, одного из трех мегаполисов, выросших на месте добычи ресурсов. И в первую очередь, урана и делирия. Последнего были буквально крохи, но руда была чрезвычайно насыщенная, так что корпорация «Крогер» сделала из Марса натурально вторую Землю. С маленьким нюансом. Воздух там тоже продавался.

Райви попала на Дно в пятнадцать. И уже тогда четко понимала, родители погибли не случайно. Отец, инженер на одной из шахт, вдруг не проверил регенераторы, когда спускался на горизонт. Хотя именно он постоянно вдалбливал Райви, что регенераторов много не бывает. Можешь унести десять, бери десять. Не тебе, так кому-то другому пригодятся. А мама… А маму посадили. За то, что она, якобы, распространяла запрещенную информацию. Стандартная, как потом узнала Райви, причина, чтобы убрать человека.

Ну, и корпы не зря беспокоились. Когда забрали маму, а растерянную девушку хозяин отсека просто выставил, то за Райви пришли. Несколько молодых людей. И так Райви оказалась на Дне…

… Когда флаер подымался, Райви смотрела на оставшихся на площадке людей. А точнее, на одного из них. Денис… Он совсем не походил на Владимира. Рюриков был классической внешности революционера. То есть, худощавый, нездоровый цвет лица (нижние уровни, тем более на Марсе, здоровья не добавляют). Бородка, тонкие усы. Постоянно растрепанные волосы. И тот самый огонь в глазах, пламенная уверенность в исключительной правильности своих действий. Владимир брал своей харизмой, напором. Если первый раз видишь Рюрикова, то и не скажешь, что он какой-то этакий. Но только Владимир открывал рот, как превращался в… Вождя. Без всяких скидок.

А Денис совершенно другой. Циничный, жестокий. Во взгляде никакого огня, только мертвенный холод голубых глаз. Уклоняется от любого руковождения, потому что знает, что это лишь морока.

«Ну, Ясуо, что ты решила?» — вспомнила Райви вопрос Шень.

Змею можно понять. Она-то точно ощутила, прочувствовала эту сторону Кусаби. Когда спокойный взгляд голубых глаз (фу, блин, зациклило!), начинает натурально прибивать. Растаптывать и размазывать. И вот тут у Дениса с Владимиром есть общее. Абсолютная уверенность в том, что делают, хоть и по разным причинам. Та уверенность, которая смущает даже фанатиков (сбить с Пути иллири, это вам не монашку выпить уговорить!), которая заставляет принять его точку зрения.

И нет, Шень спрашивала совсем не про… постель, хотя внешне именно это и изображала. Что-то Змея знает… Эта прошаренная тварь даже ради чувств не стала бы так… погружаться. А раз Шень это делает, то считает это приемлемым. Полезным для себя.

С Элли все понятно. Чтобы она о себе не думала, Элли попросту покорена этой бездушной, подавляющей силой. А то Райви себя не помнила. Да, ты гордая, резкая. И никому покоряться даже не думаешь. Но… Тебя и не заставляют. Тобой гордятся, тебя хвалят. Не дают никаких скидок, взваливая самые сложные дела. Ну, а потом очень приятно находится в этом союзе. Очень. Чрезвычайно. Тем более, когда идея не гнилая. Когда ты, просто думая о своих делах, о своих достижениях, чуть не взлетаешь от ощущения своей крутости, правильности. И это без всяких допущений так и есть, на самом деле.

Тот побег Райви с десантного корабля корпоративных войск. Никто же на самом деле не думает, что годами спокойно управляющиеся с заключенными надсмотрщики, вдруг забили на свои обязанности?

…Райви стоит, с пистолетом в руке. Норман Спут смотрит на нее совершенно спокойно. Капитан корпоративных войск, только освободивший заключенную и лично отдавший ей свое оружие.

— Какого хера? — выплюнула Райви.

— Я не шлюха, — холодно, уверенно и твердо ответил Норман…

Именно тогда, на том десантном корабле, Райви потрясла та сила, которую имел Владимир Рюриков. Когда надсмотрщик с фанатичным блеском в глазах идет на смерть. Потом она не раз еще сталкивалась с людьми, которых Владимир натурально переформатировал. Он подкупал тем, что не врал и потом натурально переворачивал мир, отвечая на все, даже самые гнилые вопросы. И одновременно являя собой тот самый образец жизни, про которую и рассказывал.

Владимир и Райви не соврал ни на йоту. Он обещал, что выведет ее из этого дерьма и вывел. Хоть она и не хотела никуда уходить от него. При этом Рюриков предупреждал, что путь будет очень неприятным.

И вот Кусаби. Тоже со Дна. Но другой. И не надо тут ничего говорить, Райви отлично понимала, что быть одиночкой на Дне и при этом не спятить, невозможно. Другое дело, что Кусаби… просто чудовищно рационален. Если бы Райви точно не знала, что некоторые действия Дениса были им специально не запланированы, то она бы поверила, что у Кусаби все и всегда идет по плану. По какому-то дьявольскому, совершенно циничному, местами откровенно кровавому плану. Вот и это свое безумие он тоже направил себе на пользу. Его гипертрофированная жажда всегда и все контролировать, это же оно самое.

Рюриков — вождь. Мессия, без ложной скромности. Моральный образец. А Кусаби… Моральный урод. И Райви сейчас не оскорбить хотела, а просто констатировала факты. Кусаби тоже образец, но практики. Откровенно циничной практичности. Для Дениса нет ценности чьей-то жизни, а есть необходимость устранения и степень наказания за убийство. Нет самоценности отношений, в том смысле, что Кусаби это тоже будет использовать. Например, ценить Шень. Райви даже не сомневалась, что за нее Денис устроит геноцид. Причем, даже не поменявшись в лице, когда будет резать причастных. Нет, он не кинется с яростным ревом. Он просто будет убивать. Планомерно, неотвратимо, размеренно, продумывая каждый шаг. Потому что он считает, что так правильно.

И вот это… нехило так бесило Райви. То Рюриков посчитал, что ей нужно идти самостоятельно, а не быть просто боевиком. То этот… Все делают то, что хотят! При этом, что особенно задевало, ни Рюриков, ни Кусаби не пытались тупо приказывать, вести за руку…

«Я не надеюсь, что ты меня поймешь сейчас. Но ты… Ослеплена. Ты ничего не видела, Райви. Ты ничего не знаешь. Тебе, банально, нужно увидеть другого мужика, у которого яйца не пришиты. Не смей возвращаться, Райви. Одна…»

Это будет даже интересно, когда эти двое встретятся. Настолько разные, настолько упертые. Так что Райви согласилась. Ну, и если уж начистоту говорить, то не сильно она и упиралась. Какой-то китаезе можно кайфовать, а ей нет, что ли?!

Но вот Хиого Юмико… Вот она в этот клубок змей лезет совершенно напрасно. Но с другой стороны…

Хищники играют с хищниками. А травоядных едят. Юмико явно не травоядная. Так что, для нее это может быть и совершенно правильно.

«Черт возьми, за такое зрелище, — Райви снова стала представлять встречу Дениса и Владимира. — Можно и дать пару раз! А можно и не пару. С чего бы пару-то только?! Да хрен Змее во всю спину! Да и… этим сикухам тоже. Тетя Райви желает праздника!»

* * *

Главные системы клана Хиого

Система Киачу.

Планета Комаки. Шуйо (комендант) — Хиого Ацунори, средний сын главы клана Хиого, Хиого Юдая.

Система Шинаяру.

Планета Хокори. Столичная система клана Хиого. Шуйо — Хиого Рёске, младший сын Хиого Юдая, отец Хиого Дайго и, соответственно, дед Юмико.

Система Даёши.

Планета Ою (населенная). Шуйо — Хиого Дайго, отец Юмико

Планета Косеки (рудодобыча, условно обитаемая).

* * *

Денис и Шень

Судя по тому, что Шень как-то слишком натужно-непринужденно задала свой вопрос, тема была очень серьезной. Кстати, Денис бы ранее ничего и не заметил, но все-таки они уже немало времени провели вместе и было бы странно, если бы Кусаби не изучил свою женщину.

— Ну, отвечу на первый вопрос, — спокойно произнес парень. — Да, про жену — это хорошее решение, поддерживаю.

И Шень в этот момент вильнула взглядом.

— Прости, — негромко произнесла она. — Я… слишком разогналась.

— Не понял? — Денис остановился и повернулся к китаянке.

— Нет, я хочу! — поспешно ответила Шень. — Но… Я это и так знаю. А вот на второй вопрос хочу услышать ответ.

— Хех, знает она, — усмехнулся Денис, а потом стал серьезным. — Термин мне не знаком… Но почему вас это так интересует?

— Вас? — тут же вычленила слово Шень.

— Мари меня спросила то же самое, — ответил Денис. — И теперь я уже хочу знать смысл этого слова.

Шень вздохнула.

— Вот же… сука, — негромко процедила она.

— С этим я спорить не буду, — хмыкнул парень. — Ты ее определенно знаешь лучше.

Шень чуть усмехнулась.

— Тут быстро не расскажешь, — произнесла она. — Потому что я сама не до конца понимаю.

Денис жестом предложил идти дальше по «девственной» природе Комаки. Кстати, по корабельному времени Коусоку был уже вечер. А здесь, на планете, начинался день. Желтая звезда еще только карабкалась в зенит, от атмосферной платформы, висящей над городом, постоянно отлетали точки флаеров и спускались вниз.

— Помнишь, я рассказывала про клан Тагаё? — заговорила Шень, подхватив парня под руку. — Нам, при обучении, рассказывают историю, пример, как большой клан может буквально раствориться, из-за переоценки себя и недооценки противника. Но однажды я услышала это слово, «Рёджин», от одной из синоби. Как раз в рамках этой истории и в контексте, что с ними поэтому ни в коем случае нельзя связываться.

— И ты решила копать, — усмехнулся Денис.

— Не-не, — усмехнулась китаянка. — Я сразу поняла, что тут могут очень жестко пресечь. Я так, в память забросила, на всякий. Но недавно я снова его услышала.

Она покосилась на парня.

— Я… не рассказывала, потому что… — с некоторой тревогой произнесла Шень.

— Шень, — вздохнул Денис. — Я что, прям настолько молодо выгляжу?

Китаянка одновременно скривилась и улыбнулась.

— Дай пострадать, — с иронией произнесла она. — Нечасто можно просто помаяться совестью.

— А, ну если тебе нужно, то конечно, — хмыкнул Денис. — Мне как обидеться? Сурово молчать или с гордо поднятой головой уехать на кампус? Сразу говорю, могу выделить максимум один день на обиды.

— Завтра, вообще-то, бал, — ехидно напомнила Шень. — Так что максимум вечер. Причем вот именно сегодня.

— Так на балу же еще можно будет поизображать оскобленную невинность, — деловито заметил Денис. — А потом ка-ак помириться! Некоторым, говорят, даже нравится такое.

И они оба заулыбались. А потом также одновременно стали серьезными.

— Давай покороче, к дьяволу преамбулу, — сухо произнес Денис.

— Вот, теперь и я наблюдаю эту странную раздвоенность, — заметила Шень с легкой иронией и пояснила. — Как у Райви.

Денис на мгновений задумался, а потом кивнул, обозначив уголком рта улыбку.

— Значит, что я знаю, — уже тоже сухо, деловито, продолжила женщина. — Рёджины — это что-то типа модификантов, только без последствий для мозга. Их очень сложно убить. И да, один из них, Омиками Кан, на самом деле в одиночку уничтожил клан Дорагон. Причем, Тагаё несколько раз вроде бы уничтожали его, однажды вместе с кораблем. Но Омиками Кан как-то остался жив и не успокоился, пока не уничтожил всех причастных.

— Ага, — спокойно подвел итог Денис. — Ну, нас можно называть и модификантами.

После его фразы Шень замолчала. Кусаби не торопил ее. Кстати, в планах Дениса было сообщить о своей особенности, но позже. А сообщать нужно было, чтобы Шень однажды, думая, что спасает его, сама не подставилась.

— Только Элли? — наконец, спросила Шень.

Ну, никто и не сомневался, что она догадается. Шень же, даже без учета ее опыта и способностей, столько времени рядом провела.

— Эллира, — поправил Денис. — Мы нашли ее на «Аншидае».

Шень еще несколько мгновений соображала, складывая кусочки мозаики.

— Вашу ж мать, Рагун! — с чувством, наконец, произнесла она. — Как вы, мля, умудряетесь накопать столько… хрени! Так… подожди. Дэрриэр… А Элли что, из остроухих?

Денис в ответ хмыкнул.

— Однако, — протянула китаянка. — Хм… А вот про то, что она… А ну да, такая могла и с Райви посостязаться.

— Обозначу, — ровно произнес Денис. — О себе я узнал недавно.

— В смысле? — Шень натурально уставилась на парня. — То есть…

— Я тот самый Денис Кусаби с Земли, — ответил парень. — То, что я есть на самом деле, мне стало известно уже после того, как ты улетела с Роанапра.

Шень опять задумалась.

— Кто-то еще о вас знает? — спросила она.

— Ну, от Кисары, как ты понимаешь, такое было не скрыть, — ответил Денис. — Ну и, полагаю, раз знает Мари, то знает и хренова туча синоби. В общем, слишком многие знают. Что радости не добавляет.

— Хиого не знают точно, — заметила Шень. — Да и вообще мало кто, на самом деле. Для синоби это что-то вроде сакрального знания. Которым с кем попало не делятся.

Парк был не сильно большой и они уже дошли почти до конца. Шень, да и Денис тоже, даже не думали о том, надо ли спрашивать о доверии и прочем. Такие разговоры между чужими не ведутся. А если ведутся, то кто-то потом внезапно умирает.

— И какая цель? — спросила, наконец, китаянка.

Денис ответил не сразу. Они тем временем, дошли до выхода.

— Давай, все-таки, поговорим дома, — произнес парень, после паузы.

— Ну, понятно, — вздохнула Шень. — Ты просто хочешь затащить меня в постель!

— Я? — удивился Денис. — Ты ни с кем меня не перепутала?

— Я говорю, — со значением произнесла женщина. — Ты хочешь затащить меня в постель! Озабоченный… рёджин.

— А-а, ну, тогда да, — кивнул Денис и, подняв руку со коммом, отозвал дрон. — Давай, вызывай флаер, женщина! Хватит гулять!

— Да, господин, — Шень потупила взор и даже голову склонила, артистка. — Сию секунду.

* * *

Полдень. Академический квартал. Дом Хиого Кана

Хиого Кан — это уважаемый, заслуженный член клана, декан философского факультета, Первой Технической. То есть учебного заведения, которое работает с иностранцами. Собственно, СКС и была для этого создана, чтобы работать с гайдзинами.

А вот в молодости Хиого Кан был известным возмутителем спокойствия. И его женитьба на гайдзинке было одним из таких деяний. Именно Агессия открыла дверь Юмико. Высокая, беловолосая женщина, из тибритской провинции Аркадия. Провинция эта известна именно этим, то есть своими коренными жителями, которые были, в отличие от остальных тибритцев, беловолосыми.

(А Денис бы тут крепко задумался, узнав, что родная планета Хиого Агессии называется Атлантида).

— Здравствуй, Юмико! — радушно поприветствовала гостью Агессия.

Девушка склонила голову, выказывая уважение. Женщина мягко улыбнулась. Еще одной особенностью атланток был цвет кожи. Точнее, тот факт, что атланты вообще не загорали, сохраняя бледность. Ну, и они были красивые. Юмико даже несколько завидовала Агессии. Шинчи же поголовно не могли похвастаться размерами груди или округлостью ягодичных мышц. А те, которые могли, вот например, сама Юмико (хоть и во втором поколении), являлись метисами.

— Проходи сразу в кабинет, — напутствовала Агессия, пока Юмико снимала обувь. — Кан тебя ждет.

А вот это Юмико, наоборот, очень нравилось. То, что Агессия не закрутила традиционную возню с чаем, беседой. И, видимо, Хиого Кану тоже это нравилось. Настолько, что столь импозантный мужчина до сих пор был женат лишь единожды…

… Молодой мужчина, по пояс голый, сидит на полу в каком-то мрачном помещении. И там явно холодно, изо рта мужчины вырывается пар.

Мужчина был воином, что было совершенно очевидно по развитию тела. Широкие плечи… И несколько оплывшее тело, то есть этот человек в последнее время мало тренируется. Унарё Саидзин (а это был именно он), смотрел в пол прямо перед собой. А на полу, на подушке, лежал короткий, чуть изогнутый клинок.

Лезвие вакидзаси было обернуто белой тканью, которая скрывала половину лезвия от рукояти. Кстати, лежал клинок характерно, острием к Саидзину. То есть тот, кто в этот момент имел личные претензии к мужчине, мог взять этот клинок и убить Унарё. Конечно, это лишь традиция. Впрочем, сеппуку тоже «лишь» традиция, однако именно это собирался сделать Унарё Саидзин.

Киеньшин, если не мог доказать свою правоту, если его честь было уязвлена, а восстановить ее другим способом было нельзя… А также, если воин совершил серьезный проступок, то «открытие души» позволяло сохранить лицо. А воин, который выступал ассистентом, то есть кайсяку, не давал увидеть на этом самом лице муки агонии, отрубая голову делавшего сеппуку.

И в этом видеофайле кайсяку тоже появился. Именно в тот момент, когда Унарё Саидзин, с каменным лицом, наклонился и взял свой вакидзази (разумеется, за лезвие, всё также острием к себе) из полумрака за главой клана Унарё выступил мужчина. Высокий, широкоплечий. В белом маскировочном балахоне, расстегнутом на груди. И в маске, которая закрывала все лицо. В руках этого человека тоже был клинок. Вакидзаси. В ножнах.

Как и положено по традиции, кайсяку, пока Саидзин готовился, снял (именно снял) ножны с меча. В тусклом свете обнаженный клинок кайсяку блеснул синевой. А Унарё все сидел, смотря на меч.

Все произошло быстро, резко. Унарё Саидзин вдруг сделал зверское лицо (свирепость и презрение к смерти — это признаки правоты, а также показатель силы духа, очищенного от скверны проступка). А потом, яростно выкрикнув, быстрым уверенным движением вонзил вакидзаси себе в живот. Лицо бывшего главы клана окаменело. Смотря прямо в камеру, Унарё Саидзин, рванул клинок вверх «открывая душу». В этот момент блеснуло лезвие клинка кайсяку и голова Унарё Саидзина отделилась от тела. Показателем воинского умения кайсяку (а, значит, и его уважения к усопшему), было то, что голова Унарё Саидзина мгновение постояв, свалилась вперед. Кайсяку склонил голову и на этом видео закончилось.

— Хм, не скажу, что мне было приятно, — произнесла Юмико, после паузы. — А… зачем я это увидела?

Хиого Кан с хитрым прищуром смотрел на девушку.

— Я хочу услышать от тебя логические цепочки, — произнес мужчина.

Его кабинет дома разительно отличался от такового в академии. Там кабинет был еще одним инструментом. А здесь было заметно, что Кан-сама делал это место под себя. Никаких традиционных безделушек, типа мечей на подставке или фонариков. Исключительно функциональное помещение, заточенное для нужд человека, который аскетичен. Во-первых, кабинет небольшого размера, во-вторых, меблировка строгая, почти офисного стиля.

А Хиого Кан при этом сидел за своим массивным письменным столом в халате. Обычном халате, какие Юмико видела у тибритцев. Или землян. Серого цвета. Явно не новый… Хм, в рубашке?

— Я должна была проникнуться простотой? — спросила девушка.

Хиого Кан довольно улыбнулся. А потом встал, снял халат. Под которым он оказался в белой рубашке и брюках.

— Как ты, наверное, знаешь, — произнес мужчина, выйдя из-за стола и подойдя к диванчику, стоявшему у стены. — Кайсяку после забирает меч.

Бросив халат на диванчик, Хиого Кан сделал жест в сторону голопанели, висящей над столом, на которой застыло изображение обезглавленного тела.

— По правилам, на Комаки нельзя завозить оружие, — продолжил мужчина. — Кроме…

Он расстегнул рукава рубашки и стал их закатывать. При этом вопросительно смотрел на Юмико.

— Кроме фамильного меча, — произнесла девушка. — Но его нужно регистрировать.

— У Унарё Саидзина был примечательный клинок, — продолжил Хиого Кан. — Это реликвия, причем не Унарё, а клана Иру. Который был одним из осколков клана Тагаё. То есть у Саидзина был очень старый меч. С историей.

— То есть, приметный, — сделала вывод Юмико. — И если это…

Она сделала жест в сторону голопанели.

— Показывают мне и показывают здесь, — продолжила девушка. — Плюс то, что меч нужно регистрировать… То этот клинок и кайсяку уже на Комаки.

— Да, верно, — хмыкнул Кан-сама.

Он сел обратно на свое кресло, откинулся на спинку, положив руки на подлокотники.

— И я знаю этого человека, — продолжила Юмико. — Иначе нет смысла показывать именно мне.

Хиого Кан слегка кивнул, пристально и оценивающе смотря на девушку.

— Недавно ровно один человек из моих знакомых покидал Комаки, — продолжила Юмико. — Если этот клинок уже здесь, значит, он вернулся. Регистрация клинка, его возвращение. Плюс, Веер рядом с ним… А это видео, значит, мне было показано затем, чтобы я подумала?

— Ты верно поняла желание твоего отца, Юмико, — ровно произнес Хиого Кан.

И это было хоть и неофициальной, но политикой внутри клана. Нельзя заставить детей думать, если не давать им думать. Юмико выразила четкий интерес. Её после этого снабжают информацией. Это очень в стиле Хиого Дайго, отца Юмико. Хоть отец и дочь не были никогда особо близки, Юмико довольно поздний и младший ребенок, но свои обязанности отца Хиого Дайго исполнял всегда.

— И о чем мне нужно подумать? — поинтересовалась девушка. — Если синоби считают, что Кусаби Денис может выполнять роль… кайсяку, то, как мне кажется, мои стремления правильные.

Хиого Кан улыбнулся шире. Он одобрительно смотрел на юную особу, сидящую перед ним в гостевом кресле.

— Ты верно заметила насчет синоби, Юмико, — заговорил мужчина. — Вряд ли бы Тайсё Мари разрешила быть кайсяку у главы рода рядовому киеньшину. Но вот вопрос нужно было задать другой.

Мужчина наклонился вперед, положил руки на стол.

— Что ты будешь делать, Юмико, когда Кусаби, а точнее, Черный Веер, решит, что тебя нужно привлечь? — спросил Хиого Кан.

— Было принято решение, что мне нужно отойти? — холодно спросила девушка.

— Зачем? — спросил мужчина. — Ты выбрала свою вертикаль. Я теперь твой… скажем так, куратор. То есть такое решение мог принять только я. Но, заметь, я тебе ничего такого не говорил.

— Тогда я… не понимаю, — призналась Юмика и в ее голосе прозвучала досада.

Хиого Кан снова позволил улыбке проявиться на своих губах.

— Это та точка зрения, Юмико, — произнес мужчина. — С которой ты должна смотреть на свои отношения с этим парнем. Он инструмент. Возможно, очень хороший инструмент, с широким диапазоном выбора действий. Но. Это не самостоятельная фигура. Возможно, кстати, только пока. Но сейчас я вижу именно инструмент.

— Хм, — Юмико задумалась, перебирая в памяти свои наблюдения за Денисом. — А мне не показалось, что он инструмент.

— Юмико, — мягко произнес Хиого Кан. — Начнем с возраста. Независимо от степени… гм, развития интеллекта, кругозор, то есть личный опыт, у человека в двадцать и в сорок радикально отличаются. И именно для того, чтобы твой Кусаби не стал еще чьим-то инструментом, рядом с ним ДВА опытных человека. Но. Заметь, никакого противодействия твоим намерениям не было показано. Значит…

Мужчина испытующе поглядел на собеседницу.

— Я не мешаю? — предположила Юмико и тут же торопливо добавила. — То есть, мои намерения признаны безвредными?

— И развивая этот вывод… — одобрительно произнес Хиого Кан.

— Хм, я… полезная? — Юмико чуть поморщилась. — Значит, меня хотят использовать…

— Ну-ну, Юмико, не надо хмуриться, — спокойно сказал мужчина. — Инь Шень прекрасно понимает, что тебя можно использовать лишь до определенного предела. Но теперь вопрос в том…

Кан строго поглядел на родственницу.

— Насколько ТЫ захочешь далеко зайти, — продолжил мужчина.

Юмико, опустив глаза, задумалась. В кабинете повисла тишина. Хиого Кан, видя состояние девушки, не стал ей мешать разложить по полочкам свои мысли и ощущения. Он пока убрал голоэкран, потом сел поудобнее и стал терпеливо ждать.

— В какой-то момент мне нужно будет сделать выбор? — негромко произнесла Юмико, посмотрев на Хиого Кана.

— Выбор, Юмико, делается не тогда, когда задается вопрос о нем, — ответил мужчина. — Выбор делается каждый день. Раз за разом ты будешь уводить свой путь в ту сторону, которая тебе нравится. Заметь, не которую ты считаешь правильной, а которая тебе нравится. А вот если в итоге ты выберешь то, что правильно, но вопреки своему желанию…

По губам Хиого Кана снова скользнула улыбка. Слегка грустная.

— То ты проживешь правильную, но совершенно обычную жизнь, — закончил мужчина. — И будешь каждый день вспоминать этот выбор.

— То есть, мне нужно делать так, как хочу? — растерянно спросила Юмико.

— А вот это и есть тот самый, сложный путь, — наставительно произнес Хиого Кан. — Разбирая биографии великих людей, ты неизбежно натолкнешься на те самые точки, в которых принималось судьбоносное решение. И, как правило, ответ был совершенно неочевиден. Клан Омиками, когда поддержал Омиками Кана… В честь которого назвали меня, пошел против традиций, против правил. И теперь Омиками правящий клан. Но. Всегда есть нюансы. Например, если бы Омиками просто не стали бы помогать своему члену, то, скорее всего, Тагаё просто бы уничтожили их. Чтобы остановить Омиками Кана. А так Омиками пошли против одних традиций, защищая другие, не менее важные традиции, когда самый сильный клан решил, что правила их не касаются.

— Я… не понимаю, как это ко мне можно… применить, — пробормотала Юмико.

— И это нормально, — улыбнулся Хиого Кан. — Если бы мы всё сразу понимали, то жизнь была бы скучной, хоть и предсказуемой. Но тот, кто живет лишь по правилам, очень редко достигает выдающихся результатов.

Мужчина усмехнулся, смотря на совершенно сбитую с толку девушку. А потом стал серьезным.

— Именно так, Юмико, — сухо произнес он. — Будут действовать те, кто захочет тебя именно использовать. Будут размывать твои основы, делая такие выводы, которые выгодны ему. Будут брать примеры, которые с первого взгляда совершенно правильные и поворачивать все так, чтобы ты сама сделала нужный им выбор.

Девушка недоуменно смотрела на мужчину.

— Вот это, — Хиого Кан поднял руку и показал закатанный рукав. — Мелочь, делающая разговор непринужденным. Мелочь, работающая сразу на подсознание, минуя оценку. Улыбка. Доверительный тон. Радость от понимания, что ты сумела рассмотреть попытку воздействия. По отдельности ты это отсеешь. Все вместе это дает необходимую атмосферу. Разговор поздним вечером, за чаем. Притушенный свет. Мягкая удобная мебель. Вам это все объясняли, ты даже, я уверен, можешь это отслеживать. Но с тобой будут работать профессионалы, Юмико. И, поверь, та же Ши Чжунго тебя с легкостью переиграет. То есть, ты изначально не должна испытывать иллюзий, что сможешь выступить на ее уровне.

— А что мне тогда нужно делать? — Юмико нахмурилась.

— Нужно всегда себя здраво оценивать, — ровно ответил Хиого Кан. — Себя тоже, а не только оппонента. И, если ты видишь, что переиграть не получиться… То и не надо играть. Возьмем твою ситуацию. Чего хочешь ты? И чего хотят, как ты считаешь, они?

Юмико снова задумалась.

— Мне кажется, что они имеют целью собрать себе команду, — произнесла девушка. — Для этого они набирают тех, кто еще и сам не рассмотрел свой потенциал. А они видят.

— Юмико, — вздохнул Хиого Кан. — Скажи, ты взяла за основу, что Кусаби Денис инструмент?

— Но… — девушка недоуменно посмотрела на мужчину.

— Это совершенно классическая двухходовка, — наставительно произнес декан. — Когда лидер и его подчиненный меняются местами. И потом первый рассматривает тех, кто обращается к якобы лидеру. Я не буду тебе говорить, как я пришел к такому выводу. Ты сама должна это рассмотреть. Кстати, я ведь и ошибаться могу. Во ВСЕМ, Юмико. Я живой человек и тоже вполне могу что-то пропустить. Важный нюанс, который может перевернуть все представление.

Юмико прикоснулась пальцами ко лбу. Эта беседа ее натурально вымотала, словно она весь день активно физически напрягалась. Голова сделалась какой-то ватной, слова декана доходили с трудом.

— Но возьмем за основу твое представление, — тем временем продолжал мужчина. — И оценим уже тебя. Они набирают людей. Зачем им ты?

— Хм, — девушка прямо-таки пинком заставила работать мозги. — А я… Меня они и не привлекали. Наоборот, даже, несколько сторонятся.

— Как ты думаешь, — чуть насмешливо произнес Хиого Кан. — Каким образом и кто будет все-таки, работать с тобой?

— Эм, ну… — Юмико сейчас чуть ли не паниковала, так как мозги вообще не желали работать! — Мне кажется, что это будут сверстники. Так ведь проще.

— А нужно эффективно, а не проще, — строго заметил мужчина. — А эффективно, Юмико, это симпатия. Когда ты, сама, видя какие-то действия, испытываешь чувство правильности… или влечение, да-да, когда нравится человек. Эффективно — это когда ты сама выбираешь, осознанно. Тогда достигается наилучший результат.

Юмико, уже не пытаясь скрываться, сделала несколько дыхательных упражнений, чтобы взять себя под контроль. А ее собеседник, при этом, ничем не показал, что он как-то это осуждает.

— Но ведь не факт, — заговорила девушка после длинной паузы и посмотрела на декана. — Что при этом, это будет мне не выгодно?

— Да, именно так, — кивнул Хиого Кан. — Вполне возможно, что ты при этом принесешь, и себе, и клану, очень большую пользу. То есть, нужно наблюдать, Юмико. Оценивать. И делать так, чтобы твои действия не сильно отходили от твоих желаний. Потому что…

— Только когда желания совпадают с целью, достигается максимальный эффект, — подхватила девушка.

— Вижу, моя бывшая ученица не забыла то, чему ее учили, — усмехнулся декан. — И смогла это передать.

Это он сейчас говорил про мать Юмико, которая училась здесь, в СКС…

* * *

Вечер. Кампус СКС. Дом Элли

Путь до дома как-то выпал из памяти Юмико. Она, совершенно на автомате открыв калитку, с некоторым удивлением огляделась.

— Да, это тебе не перваков охмурять, — пробормотала девушка.

В памяти осталось лицо Хиого Агессии, в обрамлении белых локонов. Женщина смотрела с участием на впавшую в задумчивость Юмико. Да, наверное, она выходила с таким видом, словно сдала подряд несколько экзаменов.

Дом встретил очень вкусными запахами. Юмико удивленно принюхалась… И потом вспомнила, что Элли тоже должна была вернуться. А, значит, это она сейчас что-то готовила.

— Парень готовит? — услышала Юмико голос Каролин. — Что, прям как ты?

Негромкий ответ Элли Юмико не услышала. Она сняла обувь… И замерла.

— Ты чего тут? — в коридор из гостиной выглянула Кристин. — Ого. Что-то случилось?

Видимо, как Юмико не пыталась выглядеть как обычно, все равно усталость проступала. Еще бы. Побеседовать с деканом философского несколько часов. Причем Хиого Кан намеренно это сделал, мотивируя тем, что эта информация отложится в памяти.

— Обучение, — усмехнулась Юмико и вздохнула. — А быть взрослым не очень приятно, оказывается.

Кристин хмыкнула.

— Тут Элли что-то невообразимое делает, — произнесла она.

— Скоро будет готово, — послышался из гостиной голос упомянутой особы.

«Через симпатию, через мелкие бытовые плюсики, через обычный разговор по душам» — прозвучал голос декана в голове у Юмико.

— С удовольствием, — устало улыбнулась девушка. — Только я, скорее всего, долго не протяну. Вырубит.

— Главное, чтобы к завтрашнему дню все было хорошо, — произнесла Кристин. — Надеюсь, ты меня не кинешь, а?

— До завтра я оклемаюсь, — усмехнулась Юмико.

* * *

Дом Шень и Райви

С каменным лицом Шень досмотрела запись одного интересного эксперимента Дениса.

— Дай сигарету, — глухо произнесла китаянка, когда видео закончилось.

Парень покосился на нее. А потом повернулся, лег на бок (они сидели на кровати) и, нагнувшись, дотянулся до куртки, которая лежала на полу. Была же страсть и одежду пришлось бросать на пол.

Получив коробочку сигаретами, Шень слезла с кровати и прямо так, голышом, подошла к окну.

— Странно как-то, — негромко произнесла она, закурив. — Знаю же. Но видеть все равно тяжело. Как будто сама в этот момент… умираешь.

Шень выпустила дым изо рта.

— А Элли вы… также проверяли? — спросила она.

— Ну, Бутч в нее садил в упор четыре раза, — ответил Денис. — Десятым калибром. Полуэкспансиком. А потом она еще на нас с Райви пыталась напасть.

Шень покачала головой.

— А как же она оказалась… — спросила китаянка, намекая на текущее положение дел.

— Может показаться, что я не очень умный, — нахмурился Денис. — Но это лишь кажется. Уговорил.

Шень усмехнулась. Она снова затянулась, выпустила струйку дыма.

— А на самом деле? — спросила женщина, посмотрев на Дениса.

— Месть, — коротко ответил он. — Ну, и я показал, что она не одна такая красивая.

— А месть за кого? — уточнила Шень.

— На дэрриэре была ее семья, — ответил парень. — Так что, пока самой… скажем так, масштабной целью является планета, где пропали близкие Эллиры.

Шень снова кивнула.

— Нормально, — произнесла она. — Цель хорошая. А тебе она зачем?

— А я хочу узнать, — холодно ответил Денис. — Кто вообще я такой. И с какого хера я знаю китайский язык, хинди… японский с хонтого.

— Хинди? — приподняла бровь Шень. — А как ты… А, та девочка, как ее…

— Ситара, — вздохнул Денис. — А потом продавец в магазине.

Шень еще раз затянулась.

— А чжуньвэнь ты прямо-таки знаешь? — спросила женщина на китайском.

Денис чуть усмехнулся.

— Ханьюй хорошо, — ответил он на том же языке. — Гоюй хуже. Читаю нормально и на традиционном, и на упрощенном. Хотя последний… Ну, он мне не сильно нравится, так что ли.

— А историю откуда знаешь? — поинтересовалась Шень.

— А это очень хороший вопрос, — нахмурился Денис и продолжил уже на альтеро. — Дело в том, что последнее, что я помню до Дна… Это конец двадцатого и начало двадцать первого века.

Шень удивленно посмотрела на него.

— Отрывочно, — уточнил парень. — Но так, словно я прямо жил в то время. Поэтому мне и нужны ответы.

Шень закашлялась. Открыв на коробочке отсек для окурков, она сунула туда наполовину выкуренную сигарету.

— Ну, зато с тобой всегда интересно, — сипло произнесла женщина.

— Да, это я гарантирую, — усмехнулся Денис.

Глава 12

3 сентября 4048 года. Утро по З.В. Система Ханаан. Земная Республика. Планета Нью-Хоум, станция «Юниформ»

Формально, система Ханаан, где расположилась корпорация «Комкаст», была под юрисдикцией Земли. Реально же в системе было лишь представительство Земной Республики, через которое улаживались дела корпорации с Землёй, а чаще всего, с другими корпорациями.

В системе Ханаан были удивительно сходные с Солнечной системой условия. Звезда, тоже Ханаан, была примерно того же спектрального класса, что и Солнце. Вокруг звезды обращались девять планет и две из них были землеподобные.

Нью-Хоум был третьей планетой и по своим характеристикам он был идеален для жизни людей. Ровный, теплый климат, много воды. Суша расположенная только в таких вот, приятных климатических зонах и виде множества небольших материков, фактически, островов, то есть климат везде примерно одинаковый, мягкий, теплый. Поэтому на Нью-Хоуме уже около ста сорока миллионов населения. Что чрезвычайно много для планеты, которая является, все-таки, колонией и осваивается лишь лет пятьсот серьезно, а до того это были лишь поселки колонистов. Для сравнения, на Земле сейчас около восьми миллиардов. Это на планете, давно и долго осваиваемой, где имеются огромные мегаполисы.

Четвертая планета системы, Терра Галл, имела условия чуть похуже, в основном это были более низкие температуры на поверхности, а значит и более скудная флора и фауна. Плюс к этому не множество небольших материков, как на Нью-Хоуме, а один большой, единый материк, то есть в середине этого громадного куска суши жить попросту невозможно. Без колоссальных вложений. И население в основном сосредоточено на побережьях. Но и на этой планете уже были колонии, и жителей было уже около десяти миллионов.

Корпорация «Комкаст» во многом походила на другие земные корпорации. Руководство послушно следовало в кильватере политики Империи Тибрит, продавало добываемые и выращиваемые ресурсы, отдавала жителей для службы в силовых структурах Фамилий и в имперских ВС. Но основным отличием «Комкаста» было то, что в системе Ханаан был налажен полный цикл производства. От продуктов, до кораблей. Да-да, Комкаст имел собственные верфи. Разумеется, на них строили лишь небольшие гражданские суда, но сам факт. В свое время «Комкаст» занес немало взяток тибритским чиновникам, чтобы заиметь собственные верфи.

Наличие производств и особенно верфей, говорит о том, что имеются подготовленные люди. От рабочих, до инженеров. Причем, чтобы создать культуру производства, это должны быть династии. И это было еще одной особенностью корпорации «Комкаст».

В свое время на Нью-Хоум массово переселялись те земляне, которым не нашлось места в той системе, которая установилась (а, точнее, установили) на материнской планете. Очень много переселилось немецких общин, собственно, немцы были и есть одним из стержней, и населения, и корпорации. Вторым по распространенности народом стали… русские. Их тоже приехало очень много.

Характерной чертой атмосферы Нью-Хоума (и корпорации «Комкаст»), стало то, что именно на Нью-Хоум фактически переехали церкви. Католики были представлены слабо, так как Ватикан был под корпорацией Шеврон. Православная вера была выражена тоже не сильно, так как РПЦ в основном переместилась по месту прописки начальства, то есть в системы Русского Союза. Как, кстати, и буддисты с остальными китайскими верованиями. А вот протестантизм теперь обрел в Нью-Хоуме, можно сказать, новую Землю Обетованную. Кстати, на Нью-Хоум ехали и мусульманские муфтии, но ислам оказал пришельцам активное сопротивление и был практически уничтожен еще на Земле.

В общем, люди активно переселялись, стремясь уехать от нищеты, в которую их вгоняли на Земле. И это было не только самостоятельное переселение, агенты «Комкаста» в свое время активно сманивали людей на Земле, в первую очередь, специалистов.

Результатом этой политики стало то, что корпорация «Комкаст» сейчас, фактически, являлась отдельным государством. Свой флот (в основном системный, за этим тибритцы следили строго, чтобы у папуасов не было много кораблей, способных прыгать), своя гражданская политика, свои учебные программы. Все свое. Неудивительно поэтому, что тибритцы договаривались с «Комкастом» отдельно от других корпораций. Потому что, по факту, «Комкаст» по критериям Империи Тибрит, уже вполне тянул на Фамилию, хоть и колониальную, то есть не совсем полноценную…

Тут надо пояснить, что такое тибритская Фамилия. Фактически, Фамилия — это коммерческое предприятие, корпорация, управление которой осуществляют родственники. Есть подобие совета акционеров — Консилиум, на котором заседают главы ветвей и другие влиятельные люди Фамилии. Есть и глава Фамилии, который назначается, исходя из родственных связей и внутрифамильных интриг.

Непосредственно активами Фамилии управляют аффилированные с членами Консилиума компании. У каждого члена Консилиума их две-три. Направления деятельности большинства мелких Фамилий — это сбор налогов, какая-то фамильная специфическая деятельность, например, верфи или какие-то заводы. А по большей части Фамилии занимаются тем, чем занимаются большинство тех, кто имеет власть. Ограбление населения подвластных территорий для личного обогащения.

В тибритских Фамилиях процветают интриги, коррупция и прочие милые сердцу тибритского аурия (аристократа) вещи.

* * *

Прокесс Протеций Паллин, формально лишь секретарь Консилиума Фамилии Протециев (секретарь — это именно в смысле помощник или даже писарь), прибыл в систему Ханаан, чтобы прощупать обстановку.

Прокесс происходил из боковой ветви Фамилии, более того, он был сыном простолюдинки, поэтому не мог занимать посты в самом Консилиуме Фамилии. Тем не менее, именно Прокесс Паллин обычно ставил точку в самых важных делах и проблемах Фамилии. И именно в его пухлых руках были сосредоточены основные финансовые потоки. Поэтому не было ничего удивительного в том, что именно Прокесс Паллин разбирался с проблемами, с которыми столкнулась компания «Дайлинг», когда принялась осваивать столь удачно подвернувшийся ресурс, в виде колониальной планеты.

Когда суда компании прибыли в систему Геминос 87ДС, то, по уже отработанной методике, они сбили с орбиты все спутники. Мало ли, кто их тут повешал. И вот когда уже высаживался десант, чтобы объяснить этим грязным колонистам правила дальнейшего существования, с систему прибыла целая эскадра. Как потом выяснилось, тех пиратов колонисты наняли заранее и момент, когда надо все-таки поработать, был выбран именно тот, когда связь пропадает.

(И первый же вопрос. Это откуда у нищих колонистов столько денег, чтобы нанять семь полноценных боевых кораблей и организовать систему мониторинга?)

По итогу, компания потеряла связь со своими судами. Разумеется, все они были уничтожены. Колоссальные потери, в первую очередь, в специалистах. Суда можно купить другие, а вот собрать дееспособную команду — это уже гораздо труднее, а часто вообще невозможно, по крайней мере, в приемлемые сроки.

После такого Протеции сначала наехали на тех, кто им «слил» эту систему. Но Квинкиллины (дофины сектора Хаста, в который и входит Земля) попросту замотали все запросы. А самое главное, Прокессу Паллину неофициально объяснили, что Квинкиллины просто заработали бабки, в проблемы какой-то заштатной системы не вникали, потому что зачем? Деньги заработали, отвалили.

После этого Прокесс Паллин инициировал «прощупывание». Вопреки советам идиотов в Консилиуме, которых возглавлял глава, и которые хотели все решить «одним мощным ударом», на планету Виридис, столь неприятно удивившую, были посланы с два десятка человек. Тем более, что проникнуть туда было относительно просто, так как на Веридис активно переселялись с Земли.

(Это тоже был штрих. С колоний никогда не разрешали никуда переселяться. Иначе, зачем нужны колонии? Но тут глаза на нарушение почему-то закрывали)

После проведения разведки выяснилось, что, во-первых, за этими всеми делами стоят, как минимум, земные корпорации. Одна или несколько. Потому что кто-то же отпускал людей с Земли? Второе, оказалось, что среди колонистов Виридиса, так называлась планета, есть какой-то культ. Массовая вера в какую-то «пассионарность». А культ сам по себе возникнуть не может. Точнее, возникнуть может, развиваться не может. Для этого требуются деньги и специально обученные люди, который будут заниматься администрированием. Толкать пламенные речи и заниматься организацией — это две радикально отличающиеся области деятельности…

… А потом была совершена ошибка. Точнее, сложилось несколько негативных факторов, которые привели к ошибке.

Год назад умер Амадей Протеций Фуллий, прежний глава Фамилии Протециев. Сменил Амадея его внук, Секандус Протеций Пультра (Пультра — прекрасный (лацийский), такое себе прозвище для главы Фамилии), статный мужчина двадцати шести лет от роду. И, судя по всему, выдвижение этого… не слишком умного, но крайне амбициозного и любящего сорить деньгами отпрыска, целенаправленное воздействие на уменьшение влияния Прокесса Паллина. Интриги, с этим ничего не поделать.

Секандус Пультра все-таки устроил истерику на очередном заседании Консилиума. И пользуясь тем, что Прокесс Паллин разбирался с делами на месте, то есть лично не присутствовал, Секандус сделал красивый, радикальный, пафосный и совершенно идиотский жест. И в систему Геминос 87ДС был послан флот Фамилии. Да-да, именно флот Фамилии, напрямую, без веских оснований, без прикрытия. И на первых порах, вопреки ожиданиям Прокесса Паллина, этому предприятию сопутствовал успех. Флот спокойно взял систему под контроль, пиратская эскадра не появилась. Видимо, у колонистов, все-таки, закончились деньги. А потом началась десантная операция, войска Фамилии упали на планету разящим клинком…

И все это натурально захлебнулось в крови. Не помогли, ни орбитальные удары, ни превосходство в технике. Колонисты Веридиса, мало того, что оказались готовыми к сопротивлению сразу же, то есть не было никаких раскачек, никто не ждал повода для сопротивления, сразу же началось активное противодействие, так еще колонисты не были мясом. Они были обучены! И, самое главное, очень неплохо вооруженными. До такой степени, что смогли сбить десять (!) десантных ботов.

Именно в этот момент, по всяким неофициальным каналам стала поступать… не информация даже. А что-то вроде намека, предостережения Паллину, что геноцида некие силы не потерпят. Более того, потом по этому поводу высказались несколько лиц, которые представляли государства…

… От прибывшего в систему корабля, ганшипа типа «Расароха», то есть с характерным видом «головастик», когда корпус корабля к корме сужается, отлетел челнок. Прокесс Паллин предпочитал иметь хоть какие-то гарантии личной безопасности. Мало ли что может придти в голову резким людям на местах. Они, наместники, работают не с аристократами, а с гораздо более простыми людьми. То есть, и решения привыкли принимать жесткие и жестокие. Поэтому должны наглядно видеть, что не надо так делать.

Не впервые Прокессу приходилось решать вопросы лично. Более того, он точно знал, что именно такие вопросы и нужно решать лично. Чтобы потом не полагаться на чье-то предвзятое мнение. Ну, и местные главари могут просто послать, если с ними не главный разговаривает.

— Боги, у них технологии минус так… лет с тысячу, — с неудовольствием произнес помощник Прокесса — Капит Чивун, смотря на проплывший мимо корабль охранения системы.

Прокесс слегка улыбнулся.

— Полагаешь, что с этими семивирами не стоит разговаривать? — иронично спросил мужчина.

(семивир — получеловек или недочеловек, лацийский)

Капит Чивун был идеальным помощником. Но только в части обеспечения. Организовать встречу на высоком уровне за пару часов, обеспечить достойный имперского аристократа уровень проживания. Банально найти нормальную женщину на ночь, в этом Капит был настоящим профессионалом. И настолько же он был далек от политики. То есть, идеальный помощник. Политикой Прокесс Паллин предпочитал заниматься сам.

— Вам виднее, аурий, — уклончиво ответил Капит. — Если мы здесь, значит, резон в этом есть.

— Резон есть, Капит, — задумчиво ответил Прокесс, смотря в круглое окно. — И не один. Возможно, от этого даже будут зависеть наши жизни.

— Эм, тогда, господин, я очень сильно желаю вам благосклонности Никарии, — произнес Капит. — Очень сильно. Даже готов передать вам часть ее внимания ко мне.

(Никария — богиня удачи у тибритцев)

— Дело не в удаче, Капит, хотя она не помешает, — вздохнул Прокесс. — Мне нужно посмотреть, что они намерены делать. Для этого нужно увидеть их реакции. А уже для этого нужно задать вопросы. Правильные вопросы.

— То есть надо понять, врут они или нет? — спросил Капит.

— В частности, — кивнул Прокесс Паллин. — Реакций может быть много. И для того, чтобы их оценить, нужен именно я. Чтобы прочувствовать атмосферу, понимаешь? Это очень важно.

Капит числился в помощника Прокесса недавно, каких-то пару лет. Разумеется, парень был взят по рекомендации. Конечно, тщательно проверен и перепроверен. И несколько раз Прокесс сам устраивал различные щекотливые ситуации, чтобы разглядеть Капита получше. И теперь Прокесс точно знал, что парень чрезвычайно циничен, а также очень алчен. Но, при этом, совсем не дурак. Один раз он деньги взял, когда его «попросили» свести хозяина с одной дамой. Та решала личный вопрос. А вот членам Консилиума вежливо отказывал. Не потому, что так предан хозяину, а потому что те сангиусы (кровососы — лацийский) его тут же сдадут. А потом сам Прокесс почти напрямую сказал парню, что любое действие, которое помешает планам, будет поводом для того, чтобы Капита не стало. Физически.

Челнок приблизился к большой станции на орбите планеты. Именно на ней и будут проходить переговоры. Обогнув станцию, челнок приблизился к створу ворот и завис напротив них.

— Ну, уже кое-что, — заметил Прокесс, когда челнок через несколько минут двинулся. — Нас нормально приняли.

— Но так ведь и должно быть? — наморщил лоб Капит.

— Вот такими, совершенно, на первый взгляд, банальными действия, типа пристыковки, — наставительно произнес Прокесс. — И формируется атмосфера. Если бы нас продержали больше технического времени, то, значит, будут жесткие требования. И тем они были бы жестче, чем дольше бы держали.

— Целая наука, — покивал Капит, сделав вид недалекого слуги.

— Капит, не играй дурака больше, чем это необходимо, — насмешливо заметил Прокесс.

* * *

3 сентября. Планета Комаки. Академический квартал. Шень и Райви. Магазин одежды «Хонг Юингсу»

Райви с сомнением смотрела на себя. Экран перед ней показывал ее в полный рост. Девушка протянула руку, покрутила свое же изображение, рассматривая черное платье, которое было на ней надето.

— Шень, а это нормально, что трусы едва прикрыты? — хмуро спросила Райви.

В примерочную комнату магазина из раздевалки вышла Шень, в черно-красном ципао. В отличие от традиционного китайского платья, это ципао было очень коротким, плюс облегало тело, как перчатка. Райви с сомнением покосилась на китаянку.

— И что, Кусаби спокойно к этому относится? — спросила Поссет.

— К чему? — хмыкнула Шень. — К тому, что рядом с ним будет красивая женщина?

— К тому, что эта женщина едва одета, — мрачно сказала Райви. — Почему, на, нельзя просто штаны надеть? Что за шовинизм? И во!

Девушка приподняла руками… грудь. В очень глубоком декольте.

— Все же видно, мля! — раздраженно произнесла она. — Загляни, пол увидишь!

— Ну, во-первых, надо размер нормально подобрать, — иронично заметила Шень. — Платье, так-то, не должно свисать.

— М-м, опять эти размеры, — нахмурилась Райви. — Нафига нужна такая одежда? Чем напечатанная хуже?

— Всем хуже, — усмехнулась Шень. — И самое главное, когда напечатанное — это тупо видно.

— Да и плевать, — фыркнула Райви. — Кому не нравится, пусть не смотрит.

— Райви, надо уничтожать в себе быдло, — наставительно заметила китаянка. — Ты же не всю жизнь будешь на абордаж ходить. Я бы даже сказала, теперь ты очень редко будешь это делать. Если вообще будешь.

А Райви слушала Шень с недоумением на лице.

— Это с чего вдруг, на? — произнесла Поссет с недоумением. — Чё ты меня на грунт-то списала?

— Ну, мужчины обычно берегут женщин, которые им нравятся, — иронично заметила китаянка. — Если, конечно, это нормальные мужчины.

Райви на это промолчала. Но она явно задумалась.

— Во кёи банг ни ма? (Вам чем-нибудь помочь?) — раздался из-за двери веселый и деловитый голос молоденькой девушки, которая помогала Шень и Райви.

— Да, Линг, зайди, — громко ответила Шень на китайском и когда девушка заглянула, добавила. — Нужно платье на размер меньше! Или даже на два. А то некоторые взрослые и суровые женщины себя переоценили!

Китаянка жестом обрисовала Райви. Линг прыснула и кивнула.

— Вообще-то, я понимаю ваш язык, — ядовито заметила Райви, когда девушка вышла.

— Я знаю, — спокойно ответила Шень.

Райви помолчала, катая желваки и хмурясь.

— Слышь, Змея, — произнесла она, наконец. — А ты чё, мля, такая спокойная? Тебе похрен что ли?

В голосе Райви прозвучала злость.

— Давай, снимай, — спокойно произнесла Шень и, дойдя до кресла, уселась. — И нет, мне не все равно.

— Что-то не видно, — с сомнением заметила Райви. — Раньше было видно. А теперь нет.

— А раньше я не знала, насколько все серьезно, — ровно ответила китаянка.

— А что, теперь серьезно? — Райви, прямо здесь, в комнате, не отходя в раздевалку, стянула платье и бросила его на кресло рядом. — В смысле, ты в этом прям уверена?

— А ты сама не видела что ли? — ехидно спросила Шень.

— Видеть одно, — вздохнула Райви, и, поморщившись, поправила бюстгальтер. — А он… Ну, о тебе все знает? Мне ни о чем молчать не придется?

Шень с иронией посмотрела на собеседницу. Вопрос сейчас Райви задала не о Шень, а по большей части о себе.

— Вряд ли ему будет интересно, знать прямо-таки все, — произнесла Шень. — Достаточно того, что он понимает, что… жизнь проходила не в монастыре.

— Госпожа Инь, это Линг! — раздался голос из-за двери.

— Входи, Линг! — ответила Шень.

Девушка вошла, неся в руках несколько плоских коробок с платьями.

— Я осмелилась предложить еще несколько вариантов, — склонилась Линг. — И два таких же платья — поменьше.

— Отлично, Линг, — кивнула Шень. — Да, если возможно.

Китаянка сделала жест в сторону пустого столика, намекая на сопровождение примерки питьем и закусками. Линг кивнула.

— А неплохо быть богатым, — цикнула Райви, когда девушка вышла. — Раньше мне не приходило в голову пожрать в примерочной!

* * *

Кампус СКС. Дом Дениса

Клинок, который Денис привез на Комаки, находился в специальном пластиковом тубусе. И нет, не надо думать, что Хиого вот так запросто разрешили хранить меч студенту.

Тубус был хоть и пластиковым, но прочным. Это, во-первых. А во-вторых, его открытие активирует специальный маячок, на который моментально подвалит группа быстрого реагирования. Денису это почти час объясняли в космопорте, причем делала это представитель Хиого.

Есть и другой маячок, уже на самом клинке, который постоянно посылает сигнал о своем местоположении. Парный к нему маяк обязан носить владелец (причем, в себе. Устанавливается маячок под кожу). Если первый маяк удалится от второго, то есть хозяина, более чем на… что-то около трех километров, опять же ждите пожарную команду в точку нахождения маяка меча. Да, это если именно маяк меча станет при этом удаляться, то есть такая защита от противоправных действий посторонних лиц. То же самое будет, если маяк меча и маяк владельца окажутся вне официально заявленного места проживания и отдалятся друг от друга более, чем на… метров шестьсот, если переводить в земные меры длины.

В общем, владеть клинком на Комаки — это по большей части морока, а совсем не преимущество. Но, оказывается, раз этот меч достался Денису и достался публично, официально, то он, как киеньшин, обязан его носить с собой. На территории империи Шин, конечно.

И да, киеньшины в Империи, это что-то типа аристократов. И Денис этот статус носил не самозванно, а вполне себе официально. Еще до приезда Кусаби в империю, семья Инь подала документы на присвоение Кусаби Денису этого статуса, с рекомендации другого мечника из этой семьи (клана), Ши Чжунго.

Кроме очевидных (и неочевидных для иностранца) преимуществ статуса мечника (типа отдельного коридора при прохождении таможни) есть, разумеется, и обязанности. Например, если сейчас на Комаки кто-то нападет, Денис обязан явиться к местным властям для несения воинской повинности. Ты же киеньшин, вперед. Не явишься — трибунал. За уклонение десятка. Просто за уклонение. Если при этом были боевые действия (а это не обязательно планетарный десант, теракт, к примеру или массовая драка), а ты в них не участвовал на стороне властей (но мог), не противодействовал нарушению законов, не помогал гражданам империи, то добро пожаловать на рудники (да-да, именно рудники. Есть множество систем, где добывают всякие ресурсы с планет и других космических объектов). Точнее, работать будешь в любом случае, но рудники, понятно, немного похуже, чем работа на плантациях сельхозпланет. И это, на, ни черта не преувеличение, а конкретные пункты в тексте закона.

С другой стороны, киеньшин может защищать свое достоинство любыми методами. Например, потребовать Белого Суда (именно так и называется, смысл «суд чести»), что значит привлечение судей из клана Сага. А в империи есть своеобразная шкала… суровости суда. Местные суды, которые получили «лицензию» клана Сага, принимают более мягкие решения. А возрастание уровня суда, ведет и к возрастанию «резкости».

Киеньшин может и банально по морде настучать обидчику. И если тот, кто получил по своей морде, реально оскорбил мечника, то потерпевший еще может и дополнительные плюшки от суда получить. С другой стороны, мечник, совершивший проступок, подвергается более жесткому наказанию. Такой вот «фактор доверия». То есть слову мечника верят, оно, слово, имеет больший вес, чем слово простолюдина. Но если выявят ложь, до можно и смертной казни дойти. И это не фигура речи.

Опять же с другой стороны, мечник имеет право владеть не только мечом, но и вообще оружием, вплоть до боевого корабля. Мечник имеет право на общение с другими мечниками, вплоть до Хайме (Вечный Господин) — Омиками Тэо. Это руководитель Империи и глава клана Омиками. И всем при этом наплевать, на твое происхождение, цвет кожи или расу. И даже гражданство. Назвался мечником, должен соответствовать. Не можешь, не называйся.

Но в планах Дениса статус киеньшина был необходим. Потому что какому-то левому гайдзину не дадут вот так просто набирать себе людей среди студентов. Если такую вербовку других гайдзинов еще могут пропустить (но все равно, предупредят о том, чтобы не сильно активничал, да и детей каких-то серьезных людей тоже не дадут привлекать), то работа с гражданами Шин сразу же вызовет негативную реакцию. А такие действия в отношении клановых — сразу же выдворение.

А вот если ты мечник, то это гарантирует совсем другое отношение. Только и тут есть, как это и бывает у хинодзинов… постоянно у них так бывает, на, что есть маленький нюанс.

Империя Шин — клановое государство. То есть, кланы, признают общие, полезные законы и мероприятия. Типа, общеимперской базы уголовных элементов. Но нужно помнить, что в Шин один клан может запросто объявить войну другому клану.

На самом деле, конечно, не запросто, нужно очень четкие и веские основания, а представить их нужно клану Сага, который разрешает боевые действия. Местом действий может быть часть планеты, планета и пространство рядом, система…

В общем, даже если ты мечник, но из клана, который не дружественный, то те же Хиого на своей территории тебя будут ограничивать также, как и всех остальных, в части даже просто общения с членами клана Хиого. Почему Денису все-таки это делать не запретили? Так за него отвечает семья Инь, представитель которой приехал вместе с Кусаби. А семья Инь считается кланом Хиого не то, чтобы дружественным, но, скажем так, полезным кланом.

Теперь понятно, на каком основании синоби Тайсё Мари вот так запросто привлекла вроде бы гайдзина, но мечника Кусаби Дениса, а также мечника Инь Шень, к решению вопроса Унарё? Будь ты хоть трижды отличным парнем, четырежды героем и вообще настолько положительным, что плюсы уже негде колоть, для таких дел, как внутриимперская клановая политика наемников не привлекают. Нельзя. Не принято. Семья Инь для того и поселилась на имперской территории, чтобы можно было работать в Империи…

…Денис едва успел зайти в свою комнату, как в дверь постучали. Парень коснулся комма, вызывая голопанель. И увидел, что с той стороны стоит Угуро Нобу. Тот самый угрюмый сосед, который предпочитал не замечать Дениса.

Хмыкнув, Кусаби открыл замок на двери. Да-да, он закрывал дверь, более того, установил дистанционный замок, чтобы не подходить к двери лично. И сейчас Денис дверь-то открыл, но продолжал смотреть на голоэкран.

— Доброе утро, — произнес Нобу, войдя в комнату.

Денис, убрав голоэкран, кивнул и изобразил на лице вопрос.

— Я пришел… выразить благодарность, — произнес Угуро, пристально смотря на Дениса. За мою сестру.

— Сестру? — не понял Кусаби. — Ах да, Угуро… Как ты узнал про меня?

— Мой дядя… Угуро Хайсо, — пояснил Нобу.

(Угуро Хайсо — глава клана Угуро. А Угуро Миюрэ — его дочь, та самая девушка, которую, собственно, недавно и спасали).

— Мне казалось, что мы уже с твоим дядей все решили, — вопросительно и холодно заметил Денис.

— Разумеется, — с достоинством произнес Нобу. — Это моя личная благодарность. Если вам будет нужен спутник, для опасного дела, я в полном вашем распоряжении.

— Эм, спасибо, Нобу-сан, — ответила Денис. — Если что, я буду иметь в виду.

Парень склонил голову и, не спеша, вышел из комнаты, аккуратно задвинув за собой дверь. Денис же хмыкнул. Завибрировал комм, парень вскинул руку, вытащил голоэкран. И еще раз хмыкнул. Пришли картинки. Две красивые женщины, в красивых же платьях.

Отписав положенные восторженные комментарии, Денис покосился на дверь. По сути, Нобу сейчас просто соблюдал этикет. Так было положено говорить. Вопрос в том, что предложение «о спутнике» было необязательно.

Денис вытащил голоэкраннад коммом и для начала закрыл дверной замок. А потом зашел в мессенджер и отписал Кангу. Имя, курс, факультет. Фото. Надо проверить Угуро Нобу. Раз уж он сам так нарывается на… сотрудничество. В том числе, надо проверить и то, не засланный ли это казачок…

«А мы всех в академии будем забирать или кого-то оставим?» — пришел ответ от Канга.

«Преподавателей не проверяй, — отписал Денис. — Это будет слишком борзо».

«Да, учитель, ваше слово для меня закон!» — ответил юный юморист.

Ну, и еще не совсем понимает, когда надо остановится… Для своего же спокойствия.

«А пока иди ко мне, — написал Денис. — Нужно подобрать соответствующий образ. Для нас. И составить план».

* * *

Дисциплина — вот, что отличает мечника, от простого обывателя. Постоянная дисциплина, везде, каждый миг. Дисциплина в работе над собой, дисциплина в боевой подготовке, дисциплина в отношениях со своими близкими, в своей семье. Дисциплина — это главная сила воина, которая позволяет ему побеждать. Это прямая формула победы: у кого больше дисциплины, тот и побеждает. Иного критерия нет. Бесполезно искать другие методы, это лишь попытки найти легкий путь. И, разумеется, эти попытки есть пути к поражению, так как настоящий путь к победе ровно один. Настоящий путь к настоящей победе. Самоограничение, борьба со своими недостатками, слабостями. Ежедневное самосовершенствование. Вытравливание лени, низменных желаний. Это все и есть дисциплина.

Бесполезно искать в этой формуле какие-то иные смыслы. Смысл ровно один. Любые попытки смягчить — это ложные пути. И тому, кто дисциплинирован — это отлично видно. И он использует эти слабости противника для того, чтобы победить.

Дисциплина — это победа…

«Сенши Мичи»

Омиками Кан

Киеньшин клана Омиками

(Рёджин Шикай)

18002 год Шаикан Кайкетцу

* * *

То же время. Дом Элли. Хиого Юмико

Это было странное ощущение. Просыпаешься, а голова пустая. Ни одной мысли, только ощущения. И тишина такая, что слышно собственное дыхание.

Из окна в комнату льется серый (так показалось Юмико) сумеречный свет. Это она вчера забыла затемнить стекла на ночь…

Вчера да, она прям потерялась. Весь вечер пребывала в таком состоянии, словно ее декаду, не переставая, гоняли по полигону (да-да, у клановых детей есть и военная подготовка), а потом резко, не давая опомниться, переместили сюда, в этот дом. И казалось… Словно пара лет прошла с тех пор, как она ушла на вечер к декану философского.

«Ну, ты же хотела, чтобы все было серьезно» — пришла первая за утро мысль.

О да, вчера Хиого Кан ей очень наглядно показал, что такое работать всерьез. Чтобы, значит, у много чего о себе возомнившей родственницы голову не закинуло. Ну, и проверял, конечно, не без этого. Не прогнется ли, Юмико, не заистерит ли?

Девушка честно признавала, пару раз едва не опустила руки. Особенно в конце, когда декан перешел на совсем уж отвлеченные темы, типа воспитания детей, когда родители принадлежат к разным культурам. Сейчас Юмико понимала, что ей просто перегружали мозг, чтобы посмотреть, как она будет вести себя в стрессе. Но вчера, честно, в какой-то момент захотелось заплакать…

…Утренний душ. Вбитое буквально в рефлексы действие, такое же, как заправить кровать и следить за тем, чтобы одежда была чистой.

Юмико принимала душ не первой в это утро. На полу уже были капли, значит, кто-то встал раньше нее. И эта кто-то, скорее всего, была Элли. Она всегда встает в начале часа Аса (около семи утра, для хинодзинов, с их двадцативосьми часовым днем это очень рано) и… готовит завтрак.

Стоя в душе, Юмико обдумывала свое… отношение к Элли. И к Кусаби. Вот ведь интересно, выходило, что она, исключительно по привычке, воспринимала действия Элли (да и Кусаби тоже), как должное, по умолчанию. Даже точно зная, что они гайдзины. А они, между прочим, гайдзины. И для них правила поведения мечника должны быть, как минимум, неудобные. А вот Элли, каждое утро встает пораньше и делает завтрак. Мелочь, вроде бы. Но вот из таких, на первый взгляд (особенно взгляд гайдзина)мелочей и состоит образ мечника. Соблюдение по большей части неписанных, но довольно строгих правил поведения. Везде. Даже в своем доме. Даже наедине.

Получается, Юмико, зная о том, что эти двое не хинодзины, все равно записала их именно в соплеменники. И ведь она знает теорию, она сдавала все это, про типичные образы, про использование стереотипов. Знает… И даже использовала не раз. Но когда уже в ее сторону отработали весь этот набор, она не отразила, что идет по привычному, удобному пути наклеивания ярлыков. Именно на это, кстати, вчера и Хиого Кан указывал ей.

«И куда ты лезешь, Юми? — девушка, стоя под потоком воды, закрыла глаза и подставила лицо теплым струям. — Это же только начало. Самое простое»…

… Когда Юмико спустилась в гостиную, то увидела там, конечно, Элли. Девушка стояла за стойкой, которая отделяла кухню от остального пространства гостиной и когда Юмико вошла, Элли глянула в ее сторону.

— Больше всего меня здесь удивил чай, — негромко произнесла она, когда Юмико подошла к стойке. — Доброе утро.

— Доброе, — склонила голову Юмико. — Почему?

— Потому что так вкуснее, — как обычно, лаконично, то есть, ответила Элли.

Юмико хмыкнула.

— Поиск идеала — это одна из главных целей жизни мечника, — серьезно ответила девушка. — Идеала во всем. И в боевом искусстве, и в чае. В мире вокруг и в себе.

Элли в ответ вежливо улыбнулась. И перед Юмико оказалась чашка с дымящимся чаем.

— Дозо, Хиого-сан, — чуть склонила голову Элли.

И вот опять. Не высушила зубы при этом (кстати, кивок был точно «по этикету»), как это делают… другие иностранцы. А лишь обозначила, сделала легкий намек на улыбку. Как и положено… хм, спутнице киеньшина.

— Аригато гомэн, Элли-чан, — с теплом ответила Юмико.

И опять эта тишина. Та самая пронзительно-кристальная, как в чайном домике, в саду умэй. Да, чай налит не тонкостенную пиалу. И Элли церемонии никакой не проводила, конечно. Но… Юмико подняла кружку, вдохнула аромат. И прикоснулась губами к чаю. Легкие цветочные нотки. Терпкость, но не вяжущая, а с легкой горчинкой. Чай был хорош. А еще это был Сонген Угуро. Очень дорогой чай, производимый кланом Угуро в ограниченных количествах. И этакий клановый знак, не зря же на пачке камон Угуро…

Намек? Или Элли просто нравится этот чай?

«Похоже, Юмико, ты уже впадаешь в паранойю» — подумала девушка, снова лишь слегка отхлебнув.

Чай-то был горячий.

«Хм, вот так и эти двое, — подумалось тут Юмико и она усмехнулась про себя, этому сравнению. — Сразу не попробуешь».

Звякнула печь. Да-да, Элли купила специальную печь и теперь с утра жители этого дома часто ели свежую выпечку. Это при условии, что Каролин такого не ела вообще никогда, Кристин когда-то давно в детстве… Ну, и Юмико тоже нечасто налетала на столь вкусное меню, только на общеклановых праздниках.

Элли открыла дверцу печи и по гостиной прокатился такой одуряющее вкусный аромат, что Юмико даже глаза прикрыла.

— Элли, воистину, — негромко произнесла девушка. — Это какая-то магия!

Наверху раздался звук сдвигаемой двери. Сдвинутой так, что она грохнула об ограничитель. И буквально через несколько мгновений в дверном проеме появилась заспанная Кристин. Которая, вообще-то, на выходных раньше часа Читого (около десяти утра по З.В.) вставала крайне редко.

— А-а! — выдала Криста, у которой была сейчас прическа «Горгона на охоте».

И несколько провокационный внешний вид, ибо штаны от пижамы девушка не надела и щеголяла голыми ногами и белоснежным нижним бельем. А следом послышался еще один торопливый топот…

…- Это настоящее искушение! — Кристин, поглаживая живот, откинулась на спинку диванчика. — А мне казалось, что я смогу себя в руках удержать!

Корзинка для булочек была уже пустой. Каролин как раз доедала последнюю булочку. А сидели девушки уже за столом, а не возле стойки стояли.

— Подсаживают, Криста, не для того… ой, — Юмико сыто икнула. — Простите.

— Элли, я вот таке-енный живот из-за тебя наем! — Кристин показала руками объем, как у беременной. — И все будут считать, что я залетела! И придется подтверждать, потому что говорить, что я просто жирная, будет стыдно!

— В этих булочках минимум калорий, — спокойно заметила Элли. — Специальный рецепт, чтобы как раз не толстеть.

Ее соседки уставились на нее, как на мессию.

— Обалдеть! — выдала Кристин. — Ты мой кумир! Слушай, а нафига тебе эта академия? Вон, наша принцесса…

— Криста, — предупредила Юмико.

— Ой, да ладно! — фыркнула немка. — Короче, Элли. Если надумаешь поработать именно поваром, я тебе все, что надо организую!

— Ты говоришь под эмоцией, — спокойно заметила Элли, обозначив улыбку.

— Элли, а если серьезно, — произнесла Юмико. — У тебя же реально талант.

— Нет, — ровно и твердо ответила та. — Это просто желание и хороший учитель.

— Учитель отличный! — кивнула Каролин, жуя. — Я такой вкусноты в жизни не ела!

— И я еще только учусь, — добавила Элли.

Юмико чуть приподняла брови. Да и Кристин заинтересовалась.

— Слушай, Элли, — Кристин первая и заговорила. — А где такому учат? Кроме шуток, я бы туда направила пару… десятков.

— Это строго индивидуальное обучение, — чуть усмехнулась Элли. — И вряд ли… он захочет кого-то обучать.

— А если речь пойдет о… — Кристин поиграла бровями. — Солидном вознаграждении?

— Вряд ли вы сможете его заинтересовать, — ответила Элли и добавила. — Только лишь деньгами.

— Ну, есть деньги, — хмыкнула Кристин. — А есть большие деньги. А этот «он» далеко? В смысле, с ним можно связаться как-то? Хиого, ты молчи пока.

— Да я ничего и не говорила, — фыркнула Юмико.

— Вот и не говори, — с притворной угрозой припечатала Криста. — А то знаю я вас…

— Кристин, вряд ли этот… мужчина сидит такой и ждет, когда ему сделают шикарное предложение, — с иронией заметила Хиого. — Судя по ученикам…

Юмико сделала жест в сторону Элли.

— Он настоящий мастер, — продолжила девушка. — А такие люди никогда не остаются не у дел.

Кристин скривилась.

— Уж и помечтать нельзя, — вздохнула она. — Права ты, принцесса, права…

— Слушай, наследница, — насмешливо заметила Юмико. — Это еще надо так-то посмотреть, кто тут из нас принцесса.

— А что тут смотреть? — фыркнула Кристин. — Кто ведет себя, как принцесса, та и принцесса.

— А кто ведет себя, как… — начала было Хиого.

— Так-так! Давайте без оскорблений! — предостерегающе воскликнула Кристин. — И вообще, мы тут о другом говорили! Элли, как твоего учителя хоть зовут? Вдруг сведет судьба, так хоть знать!

Элли с легкой иронией оглядела соседок.

— Денис, — спокойно ответила она.

— О, прям как… — весело начала Кристи и осеклась. — Э-э… В смысле Денис?

А Юмико, сначала удивилась, а потом ее будто к креслу пришпилило. По телу пробежал мороз, словно она снова стояла у края аппарели десантного бота.

— Твой родственник и есть твой учитель? — удивленно спросила Каролин. — Хм, такой молодой? Удивительно.

— Не верю, — растерянно просипела Юмико.

То есть она, оказывается, думая, что прощупала Кусаби, на самом деле, выходит, еще лишь только выставленный образ… Вот она дура! Непроходимая, самоуверенная тупица!

— Кусо! — еле слышно выдавила Юмико, осознавая, насколько права Кристин, говоря про ее поведение.

Тупая принцесска и есть! Как же, она же аж Хиого! Она же такая прям умная, всех просчитала, крутит парнями! Теперь становилось еще яснее, с чего вдруг Хиого Кан ее так гонял!

— Слышь, при… Юми, — обеспокоенно произнесла Кристин. — Ты чего так побледнела?

— Впервые в жизни мозг включила, — пробормотала Юмико. — Оджёсама! Кусотарэ! (Принцесска! Дебилка!)

— Воу, воу, хорош так ругаться, что случилось-то? — реально напряглась Кристин.

— Добро пожаловать в реальный мир, Нео, — произнесла в этот момент странную фразу Элли.

Ее никто не понял, так как произнесено было на русском. И да, эту историю Денис Элли рассказывал. И опять же да, девушка плотно изучала русский…

* * *

3 сентября 4048 года. Академия. Зал для торжеств. Час Юхан (около восьми вечера по З.В.). Канг Инь

Подготовка к балу оказалась неожиданно для Канга серьезной. Он-то думал, просто «причешутся». А на деле Денис, которого никак не заподозрить в стремлении нагнать пафоса, как раз пафоса просто-таки лопатой накидал.

Когда Канг пришел к нему в дом, на кампусе, Кусаби потащил его… в салон красоты. Причем, это был китайский салон, то есть, там знали и Дениса, и Канга. Еще бы, держал-то салон один из Инь.

С поставленной задачей: «Сделать двух аристократов», девушки в салоне справились прекрасно. Причем, в процессе даже легкий макияж был нанесен. На придания большей «родовитости» лицам. Щеки чуть затемнили, чтобы скулы выделить побольше.

В процессе Канг все ждал, когда же кто-нибудь выкажет хоть намек на насмешку. Но девушки были деловиты и сосредоточены, Инь Лю, хозяин салона, был приветлив и благодушен. Особенно после того, как они с Кусаби побеседовали приватно.

На выходе получились два очень респектабельных молодых аристократа. Канга облачили в темно-синий сюртук, со стоячим воротником (шиновская мода). По обшлагам рукавов, по воротнику, по краю борта сюртука шли белые узоры. Под сюртуком белая рубашка. Не так, белоснежная рубашка, которая приятно похрустывала. Черные штаны, короткие сапоги, в которые можно смотреться, вместо зеркала. Белые волосы (Канг не хотел менять колер, но пришлось), убранные в хвост. И, как уже говорилось, породистое лицо.

Денис был экипирован схоже, только сюртук был черным. Потом они минут двадцать ходили по залу, смотря на себя и привыкая к одежде и своим образам. Они ходили, садились на кресла, диваны, вставали. «Беседовали» друг с другом, говоря какие-то общие фразы, типа «позвольте вас спросить» или «Будьте любезны, господин…». То есть, обминали одежду и вживались в роли. И Канг понял, что предстоит совсем не приятный вечер, а самая, что ни на есть, работа.

От салона до академии было где-то с пару километров. Для двух молодых парней вообще не расстояние. Тем более, что Денис захотел еще потренироваться. Так что шли они не просто, а соблюдая требуемые параметры. И, когда они садились во флаер (нельзя же вот так пешком привалить, моветон) Канг уже, кроме шуток, ощущал себя младшим братом, который прибыл со старшим братом (и, скорее всего, наследником клана), на этот не очень значительный бал.

— Твоя задача будет простая, — говорил Денис, сидя во флаере. — Нужно покрутиться рядом с Юмико. Надеюсь, ты ее не забыл?

— Такую девушку трудно забыть, — усмехнулся Канг.

Причем усмехнулся эдак чуть снисходительно. То есть, не выходя из роли.

— Это да, — усмехнулся Кусаби. — Так вот, нужно обозначить… Так сказать, наш интерес. Что-нибудь ей подать, чем-то помочь. При этом обязательно сказать ее имя. Тебя она еще не видела… Точнее, не видела рядом, но то, что ты с нами, знает. Так что намек будет более чем ясным. Идеально, если Юмико кто-то начнет грубить, из парней. Тогда нужно будет вмешаться жестко, а если будет совсем горячо, то привлечь меня.

— Вряд ли кто-то в здравом уме будет дерзить Хиого, — заметил Канг. — Это же нужно совсем голову выключить.

— Там будет алкоголь, Канг, — с достоинством (то есть, находясь в образе) ответил Денис. — Так что возможность не нулевая.

— А может…. Помочь? — предложил Канг. — Ну, увеличить вероятность?

— Эффект будет ровно противоположный, — сухо заметил Кусаби. — Хиого слишком серьезные персонажи, подставу раскусят на раз. И потом будет трудно… найти другие варианты. Нам нужна живая ситуация, чтобы, как раз показать, что мы бдительны.

— И не идиоты, — негромко вставил Канг.

— Это вообще база, — хмыкнул Денис. — Поэтому вот так и выглядим.

— Если даже одеться нормально не можете, то о чём вообще с вами разговаривать? — выдал Канг изречение одного из учителей Вееров семьи Инь…

…А Денис определенно не впервые работает под аристократа. Если бы Канг лично не видел, как он ведет себя на том же Коусоку, то посчитал бы, что Кусаби именно аристократ, иногда работающий под простолюдина. И да, определенно Денис проходил какую-то подготовку, но не у Инь. Хоть методы и походили (цель та же самая, вот и методы походят. «На самом деле, вариант действия часто ровно один») и Канг понимал, для чего что делается… Не понимал пока зачем. Но это старшие часто не объясняют, к этому Канг привык. Но определенно Денис не ради развлечения все это делал.

«Может это обучение?» — подумалось Кангу.

Он покосился на Дениса, который шел рядом. Нет, как это слишком… по прикладному, для обучения. Шло какое-то мероприятие.

— Мальчики! — их обогнала группка девчонок. — Компанию не составите?

Говорила веселая такая девушка, явно уже что-то принявшая, для настроения. У остальных дам тоже глаза подозрительно поблескивали.

— Я прошу прощения, госпожа, — вежливо ответил Денис, склонив голову. — Но мы уже приглашены.

— Эй, Кусаби! — раздался гневный возглас сзади. — Я не поняла, кто это?

— Упс! — ухмыльнулась девушка. — Ты прости, ладно?

Гайдзинка, кстати. Местный бы, шинчи то есть, такого фамильярного и даже наглого обращения к мечникам себе бы не позволили.

Группка девушек резво рванула вперед. А парней догнали Элен, Ника и Ситара.

— Благодарю, Элен, — произнес Денис.

— Должен будешь, — сверкнула улыбкой девушка.

На ней было сиреневое платье, стилизованное одновременно под ципао и под тибритское вечернее платье (это как на Земле европейская мода). Ситара предпочла что-то свое, с индийским мотивами, но тоже, что надо выделяющее. Ника же была в обычном (типа обычном) легком кремовом платьице, на бретельках.

— Должен заметить, вы очень хорошо выглядите, — продолжил Кусаби.

— А обычно что, не очень? — язвительно спросила Ника.

Ситара и Элен понимающе так переглянулись…

… Сам зал был довольно большим, отдельным строением. В обычное время он выполнял роль спортзала, актового зала и прочие функции большого помещения. По традиции в зал первыми заходили дамы. А парни пока ждали снаружи.

— Ну, вы даете, — произнес Моше Шпиглер, рассматривая Канга и Дениса. — Даже хочется вам лицо… того.

Он был в обычной учебной форме. И, понятно, на фоне столь аватажных личностей, как двое шиновских аристо, несколько терялся, даже несмотря на немаленькие размеры.

— Учтите господин Шпиглер, — хмыкнул Денис и продолжил на русском, да еще и с характерным акцентом. — Это лицо мне таки стоило немало денег! Так что подумайте, стоит ли минутное удовольствие этой весьма круглой суммы?

У Моше вытянулось лицо от этой фразы.

— Эй, Шпиглер, кто это? Ох, мать… — это к ним подошел Александер. — Обалдеть! А вы чё такие интересные?

— Честно? — Денис вздохнул. — На будущее. Никогда не заводите взрослых подруг.

— Вот теперь я удовлетворен, — заметил Моше с иронией, но все еще на его лице было легкое недоумение. — Так, ты ладно. А твой… родственник чего?

— А он не мой родственник, а как раз ее, — усмехнулся Денис.

— Вечер, — к компании подошел мрачный какой-то Григорий Шелехов. — Где тут пьют?

Он тоже был в студенческой форме, к тому же в не парадной (то есть, из хорошей ткани и не напечатанной, а пошитой), как на Моше и Александре, а вообще в повседневной.

— Слышь… — начал было Шпиглер, желая приструнить дерзкого первака, но был остановлен жестом Дениса.

— Он со мной, — сухо произнес Кусаби.

— Подруга, говоришь? — негромко пробормотал Александер, оценив манеру, с которой Кусаби все это проделал.

* * *

«Райви, — Владимир мягко улыбался. — Пойми, не все люди способны принять решение и тут же начать его воплощать в жизнь. Большинству требуется время даже не на подготовку, а на то, чтобы скопить волю для решения».

Владимир всегда укорял Райви, что она слишком порывистая. Часто он натурально за штаны придерживал девушку. За эти годы Райви все-таки научилась сдерживаться… Но это не говорит о том, что она стала более терпеливой к… мудакам.

Обучение на философском факультете научило ее анализировать. Осознанно, в смысле, сопоставлять факты, а не только на голой интуиции выезжать. Короче, Райви четко видела, что Кусаби очень похож на нее, в смысле решительности. Если он принял решение, то начинал переть натурально буром. Все пофиг, есть цель — не вижу преград. Будет изобретать всякие хитрые методы, будет раз за разом просчитывать действия, но от цели не отступится. Может показаться, что он отступил, но нет. Нет! Эта сволочь все равно вырвет то, что ему надо! Другое дело, что он еще и сильно не любит платить. И речь тут не только про деньги, а вообще ресурсы.

Вечеринка шла своим чередом. Ничего особо экстраординарного в зале Академии не происходило. Совершенно обычная молодежная вечеринка, бухает музыка, полумрак разрезают разноцветные лучи, с танцпола, где ритмично колыхалась человеческая масса, доносились взвизги, смех. Разве что местные власти официально разрешили студентам использовать всякие напитки и вещества, чтобы полностью повеселиться. Как говорится, не можешь предотвратить, возглавь. Так что в соседнем с залом помещении (точнее, часть зала отделили прозрачными силовыми щитами), был организован самый настоящийбар. Автоматический, то есть наставили автоматов соответствующих. И молодежь не преминула всем этим воспользоваться. На танцполе колыхалась пьяная и укуренная студентота.

А вот Кусаби работал. Да, этот маньяк продолжал давить свою линию. Он ходил от компании к компании. Один или с кем-то. Та девчонка, Элен, часто с ним рассекала. То есть, она явно уже включена в команду, по крайней мере, предварительно.

Но Кусаби тут не один хотел реализовать план. Райви тоже кое-чего хотела сегодня сделать. Именно поэтому Шень сегодня ночует в другом месте. А все потому, что Райви тупо надоела это хренова неопределенность! Хватит уже сиськи мять! Если уж решено, то какого черта стесняться?

Дождавшись, когда Денис отошел на исходные позиции (то есть подошел к условным своим), Райви стала действовать. В ней уже играло два крепких коктейля, настроение было правильное.

— Пойду, найду Нику с Ситарой! — правильно поняла приближение Райви Элен.

Умная девочка. Понятно, чего Кусаби ее подтягивает.

— А Шень где?! — громко спросил Денис, перекрикивая бухание.

— Наблюдает! — усмехнулась Райви, ответив на той же громкости. — Надо получше знать своих женщин!

Денис чуть приподнял бровь. А потом наклонился к Райви и так заговорщицки произнес… прямо в ухо (шумно было, а коммы они не использовали).

— Слушай, пойдем, покурим, а?! — произнес парень (все равно довольно громко). — Нормально! А не то дерьмо, которое тут курят!

Райви фыркнула и кивнула…

… Ей было вот что интересно. Этот… мечник реально думает, что она не заметила, как вслед за ними вышел и тот парень, Григорий? И они в этой части коридора находятся одни не потому, что так романтично сошлись звезды, а потому, что так сделано намеренно.

«Он псих, — с удовольствием, удовлетворением и говоря начистоту, даже с восторгом отметила этот факт Райви. — Полностью повернутый!»

Они сидели в коридоре, на лавке. Здесь было довольно темно (почему-то освещение в это закутке было тусклым. Везде нормальное, а тут почему-то техники не доглядели). До них доносилась музыка из зала. Райви, затянувшись сигаретой, которую Денис ей дал, довольно цокнула. Табак был ароматным, хоть и довольно крепким.

— Неплохо нынче живут мечники! — произнесла она, оценивая сигарету.

— Связи, — загадочно улыбнулся Денис, расположившийся рядом.

И временно вышедший из образа аристократа. То есть сидел, вытянув ноги, опираясь спиной о стену. Чуть не лежа. Рядом с ним, на сидении, стояла цветастая банка для коктейля (тут были специальные автоматы, можно было свое замешать).

— Ну, сколько уже наладил связей? — ехидно спросила Райви.

— Да какой наладил, — вздохнул Денис. — Все те же отрабатываю. Но прогресс хороший.

Он затянулся сигаретой, а потом поднял банку, отхлебнул.

— Знаешь, что меня вставляет? — произнес парень, улыбаясь уголком рта. — Это местные… правила личного пространства.

— А что не так-то? — сощурилась Райви. — Дай.

Она протянула руку к банке. Денис отдал свой напиток.

— Чтобы стать… м-м, более близким, — ответил парень. — Нужно просто зайти в это личное пространство. И хинодзины автоматом начинают разговаривать иначе. Более открыто.

— Ну, так, ясно, — фыркнула Райви. — Явился такой…

Она пощелкала пальцами, подыскивая термин… менее грубый.

— Красавчик, гений? — подсказал Денис.

Райви иронично покосилась на парня.

— Я бы сказала…. явился… не сотрешь, — произнесла девушка. — Ну, и здесь атмосфера такая…

Райви крутнула кистью, намекая на проходящее мероприятие.

— Попробуй, вон, там так сделай, — он махнула рукой в сторону выхода.

Она отхлебнула из банки, поморщилась.

— Это что такое? — удивленно спросила она.

— Отвертка, — ответил парень. — Апельсиновый… типа апельсиновый сок и спирт. Примерно пополам.

— Нифига себе коктейль, — оценила Райви состав.

И еще отпила. Покатала жидкость во рту. Проглотила и посидела, прислушиваясь к себе.

— И чё, долго ты еще будешь бегать по… личным пространствам? — спросила она, наконец.

— Так все, закончил, — ответил Денис, выпуская дым вверх. — Задача выполнена. Можно немного отдохнуть.

— Ух ты, — оценила Райви то, что легкий шум в голове слегка усилился. — Неплохо!

Пара глотков, а стало гораздо веселее!

— А я еще знаю парочку коктейлей, — Денис выдал коварную улыбочку. — Пойдем, замешаем?

Райви покосилась на парня. Тот поглядел в ответ. Райви же пристально посмотрела в эти глаза. В эти голубые наглые глаза, которые смотрели на нее прямо, без всякой… херни. Да, этот, если решил, то сделает… Всё сделает!

— Ну, пойдем, — зло улыбнулась Райви. — Только потом не плачь. Мечник.

— Это кто еще плакать будет, — вернул ухмылку Денис. — Ямао…

Глава 13

3 сентября 4048 года. Система Ханаан. Земная Республика, корпорация «Комкаст». Планета Нью-Хоум, станция «Юниформ»

Вполне привычного вида переговорная комната. Большой овальный стол, вокруг него пара удобных кресел (это для уважаемых людей) и обычные офисные, для всякого персонала. Стены светло-серые… Свет какой-то слишком яркий, но это уже детали. Но, почему-то, Прокесса Паллина что-то напрягало.

Они с Капитом пришли первые, но это в рамках. Местные показывали свою значимость. Провожала их в переговорную комнату дама откровенно не первой свежести, что тоже в порядке вещей, видимо «Комкаст» собирался ставить какие-то условия и снижал «высоту» переговоров.

У женщины, которая их провожала, не было на руке комма. Вот что напрягло Прокесса. А когда они вошли в переговорную, то коммы Паллина и его помощника подали сигнал о том, что пропала сеть. Все страннее…

На столе не было обычных для этого места напитков. Никаких. То есть кроме голопроектора на столе не было вообще ничего.

— Господин Ройсс просил передать, — произнесла женщина, которая их сопровождала. — Чтобы вы располагались, он скоро будет.

— Тиби грасиос, — ответил ей Капит. — Прошу вас, аурий.

Помощник повернул кресло так, чтобы патрону было удобно сесть. И, когда Прокесс Паллин садился, Капит подхватил плащ и положил его так, что он, плащ, свисал за спинкой кресла. А сам Капит остался стоять. Сесть он сможет тогда, когда сядет тот, кто будет собеседником Прокесса.

— Если я чем-то еще могу помочь… — выдала стандартную фразу женщина.

Капит сделал отрицательный жест. Прокесс Паллин, разумеется, промолчал. Не его уровень разговаривать с прислугой и решать какие-то бытовые вопросы.

А еще Паллин, садясь, активировал специальный маяк для корабля, который предписывал капитану начать подготовку к прыжку. Ставки можно повышать с обеих сторон. Корабль может уйти в прыжок, а может выкинуть связевой буй для подпространственной связи. Процедура-то одна и та же.

Тут надо пояснить, каким образом Прокесс Паллин, стартовавший со столь низкого уровня смог добиться такого результата, что, фактически, руководил Фамилией. Прозвище «Паллин» — твердый камень, кремень, есть производная от выражения «Паллинарум асиносум». Каменная задница. Это был один из главных талантов Прокесса Протеция Паллина — умение ждать. А вторым умением была способность чувствовать момент, когда надо действовать. Поэтому аурий Паллин сейчас здесь и поэтому он сейчас спокойно (не только внешне, он реально было спокоен) ждет тех, кто будет его партнерами по переговорам.

Тихо щелкнула дверь, закрываясь за той женщиной, которая их сюда привела. В комнате не установилось абсолютной тишины, ее никогда не бывает на станциях. Всегда есть какой-то гул, щелчки. Вот если этого фона нет, вот тогда надо начинать беспокоиться.

— Аурий, мне что-то нужно делать? — негромко спросил Капит.

— Мы все уже сделали, Капит, — ровно и даже с легкой ленцой ответил Прокесс Паллин. — Сядь пока вон, на стул.

Прокесс сделал жест на ряд из стульев у стены, предназначавшихся для простых людей.

— Но… — неуверенно произнес Капит.

Которого Прокесс Паллин буквально недавно стращал насчет правил поведения на переговорах.

— Я сказал, сядь, — холодно произнес Паллин.

— Ясно, аурий, — Капит понял из тона патрона, что это не просто так.

Парень сделал три шага назад, сел. На краешек стула.

— А теперь ждем, Капит, — чуть усмехнулся Прокесс Паллин.

* * *

3 сентября 4048 года. Академия. Зал для торжеств. Хиого Юмико

Удивительно, но пребывавшая в раздрае, а от этого очень раздраженная Юмико, по идее должна была, при виде объекта раздражения еще больше приобрести желчи. Но когда она увидела Кусаби, то вышло ровно наоборот. Нет-нет, никаких романтических бабочек. Она увидела человека… Который скучный. Вот прямо так. Планомерный, расчетливый, циничный. То есть, скучный. И это, почему-то, подняло Юмико настроение.

Да, Кусаби был очень неплохо одет, очень неплохо. Но это была униформа. Что, собственно, потом и подтвердилось на балу. Это остальные пили коктейли, употребляли всякие легкие наркотики и веселились. А Кусаби, с этой девицей, Элен (тоже, кстати, явно прошаренная и прожженная особа) принялся курсировать от компании к компании… Якобы случайно встречая, например, Сарасё Керо. Он постоял рядом с Сарасё, видимо, отпустил какую-то шутку, раз в той компашке ударенных в голову пилотов заржали. Потом он подтащил к разговору еще одну свою протеже, Нику. И, обеспечив устойчивое ведение беседы (и оставив там обеих спутниц) аккуратно перешел к следующей компании. Где стоял Моше Шпиглер. Находился там Кусаби довольно долго и явно не про постельные победы рассказывая. Уж больно лица «программаторов» (студенты факультета интеллект-систем) были серьезные.

А дальше, он, аякаси его укради, подхватил эту Элен и они натурально ворвались в компанию, где были одни девушки! Третий курс. И где была соседка Юмико — Кристин. И опять началось все явно с чего-то не слишком существенного и возможно даже, не очень приличного, судя по лицам… А затем лица дам стали серьезными. И это у кого, у «подподов»! (студенты факультета «Подпространственной теории»). У которых была устойчивая слава первостатейных язв!

«Мне так и будут по харе возить, а?» — со злостью думала Юмико.

Она наливалась желчью и коктейлями, стоя у «бара». А Кусаби в этот момент говорил с группкой студентов, которые носили характерные такие одеяния. Парни-то в форме академии, конечно, были. А вот девушки в этой компании предпочитали индийские сари.

«Т-ти, он что, с ними на их языке говорит?» — с оторопью отметила факт Юмико.

Удивленные лица собеседеников Кусаби, а потом улыбки. Артикуляция явно не такая, как у «хонтого». Ситара эта, вон довольная какая стоит. То есть, она сделала сюрприз для своих, выходит…

— О, Юмико! — рядом с девушкой оказался Кагуяма Ори. — Ты танцуешь?

Юмико как-то не сразу врубилась в смысл, продолжая напряженно раздумывать о том, это так все вышло случайно или Кусаби именно перед ней все это разыгрывает? Или что-то среднее? Или у нее опять приступ мании величия?

— А? — посмотрела она на рядом стоящего парня. — Что ты спросил?

— Я говорю, — Ори поиграл бровями. — Ты танцуешь?

Не самый противный, кстати, парень в Академии. Даже наоборот. Вполне себе неплохой. Но… настроение у Юмико было такое, что сто процентов на ком-нибудь захочется отыграться. А сейчас уже нет времени… Да и желания, заниматься всякой хренью.

— Я сегодня пью, — скривилась Юмико, показывая банку с коктейлем. — Настроения нет.

— Последний год, Юми, — тепло произнес Кагуяма. — Потом может уже не быть возможности.

— Ой, это же не последняя в этом году вечеринка! — фыркнула Юмико. — Говори прямо, хотел полапать!

— Ну, не без этого, — усмехнулся Кагуяма. — А ты сегодня и вправду, какая-то на взводе.

— Ага, — девушка сделала глоток из банки. — Есть тут… некоторые.

— Только скажи! — патетично воскликнул Кагуяма. — И этот безумец… Это же парень?

— Неважно, — усмехнулась Юмико, не проглотив наживку. — Главное, что тут дела клана.

— О-о! — Кагуяма сразу же поскучнел, ему про клан рассказывать не надо. — Понятно. Ну, тогда не буду отвлекать… от депрессии!

— Иди уже, умник, — фыркнула Юмико.

Кагуяма сделал подчеркнуто пафосно-серьезное лицо…

… Юмико едва удержалась от того, чтобы поморщиться, когда к ней, от барных автоматов, подошли трое. Фухито Юи, Сётоку Риса и Мираудзи Яно. Можно сказать, что эти трое были вторым полюсом в группе «управленцев» (факультет «Управления и Стратегического планирования»), где, собственно, Юмико и училась.

— Странные дела творятся в Академии, — ехидно произнесла Фухито, рослая и довольно мускулистая девица. — Хиого Юмико жмется по углам. Видать, родственники наказали, да?

Фухито демонстративно отхлебнула их банки.

— А еще говорят, — сощурилась она. — Что ты «остепенилась». Что тебе жениха нашли. Чё, правда?

— А я могу запретить сочинять про меня всякую ерунду? — усмехнулась Хиого.

И она определила пустую уже банку в мусороприемник.

— Слушайте, — удивленно произнесла Сётоку Риса. — Да она же трезвая. Вообще! Смотрите, реально!

— Что, некому принести нашей принцессе коктейль? — ядовито улыбнулась Мираудзи.

Юмико несколько удивленно смерила взглядом эту троицу. Что дешевая постановка?

— Простите, конечно, — насмешливо произнесла девушка. — Но это слегка странный критерий. Я про степень опьянения.

— А где твоя подруга, — демонстративно огляделась Фухито. — Неужели и она твоего яда наелась?

— А видели, за Кристой какой-то красавчик ухлестывал? — заинтересовано заговорила Сётоку.

— Госпожа Хиого, — раздался тут голос.

Мужской. Все четверо девушек повернули головы… И увидели юного киёньшина.

— Ваш коктейль, госпожа, — с поклоном протянул баночку парень. — Прошу простить меня за нерасторопность.

— Ничего, — с пафосом на роже выдала Юмико, при этом лихорадочно вспоминая имя этого парня. — Все в порядке.

Парень еще раз поклонился. И прежде чем девушки успели осознать его появление, этот киёньшин как-то так раз и растворился в толпе.

— Что это было? — озадаченно произнесла Фухито.

— Где-то я его уже видела, — задумчиво заметила Риса.

И тут они все трое посмотрели на Юмико. Та вопросительно приподняла бровь, выдав на лицо надменное выражение. И трое собеседниц Хиого, сделав практически синхронный хмык, гордо вскинув подбородки, удалились.

«Да что же это такое!» — Юмико вспомнила все-таки этого парня.

Это же тот, второй ученик Веера Инь! Или, ученик уже непосредственно Кусаби. Юмико злым взглядом оглядела зал… Надо бы уже и ей вдумчиво с этим живчиком побеседовать! Девушка, не найтдя искомый объект, оглядела еще раз и внимательнее. Но Дениса она так и не нашла.

— Вот же… — зло цикнула девушка…

* * *

Корпорация «Комкаст». Станция «Юниформ»

Прокесс Паллин никогда ранее не видел главу «Комкаста», Марка Ройсса. Да и, честно говоря, Паллину было все равно, кто с ним будет разговаривать от лица корпорации. «Прокладку» он бы сразу увидел. Вот только вопрос в том, что все те четверо мужчин, которые молча вошли в переговорную и сели напротив тибритца, являли собой те качества, которые должны быть у того, кто имеет реальную власть. Все мужчины, во-первых. Один повыше, один пониже, двое среднего роста. Один ярко выраженный ариец (Ария — одна из систем центрального Тибрита. Там преобладают люди с чертами, которые землянин назовет европейскими, а если быть точнее, северо-европейскими. То есть еще и блондины), двое среднего роста были неуловимо похожи друг на друга. И выглядели типичными боррейцами (Боррея — один из материков на материнской планете Империи Тибрит. Боррейцы — русоволосые, с тонкими чертами лиц, белокожие. Одна из титульных наций Империи Тибрит). А вот четвертый имел характерную внешность… хинодзина!

— Прокесс Протеций Паллин, — заговорил ариец, причем скучным, занудным голосом, словно зачитывал заголовок документа. И на очень чистом лацийском. — Секретарь Консилиума Фамилии Протециев. В должности уже шестьдесят два года…

Паллин в этот момент слегка напрягся. Ибо его визави сейчас назвал не официальную, а настоящую цифру нахождения Прокесса на должности. То есть сейчас Паллину показывают уровень предстоящих переговоров.

— … Был женат на Гордерии Протеции, дочери Лайруса Протеция Сокко, — продолжал мужчина. — От нее детей нет. В настоящее время вдовец, две наложенные жены и трое детей.

Прокесс с равнодушным лицом выслушивал… Абсолютно секретные данные о себе. Официально у него не было, ни жен, ни детей. Именно для того, чтобы их не использовали во внутрифамильных сварах.

— В данный момент статус… — тут ариец внимательно посмотрел на Прокесса. — Пропавший без вести. Очень серьезная потеря для Фамилии.

Пауза.

— Не потрудитесь объясниться? — спокойно спросил Паллин.

— Извольте, — ариец сделал жест, вытаскивая над проектором голоэкран.

Свой корабль, «Гордерия», Прокесс, конечно, сразу же узнал. Судя по временному штампу, съемка велась час назад. А здесь Паллин и Капит сидели уже два. Паллин чуть нахмурился, когда «Гордерия» активировала прыжковый двигатель. На что у капитана не было приказа. Корабль окутался еле заметным мерцающим голубоватым полем, перед ним открылось окно. И в тот момент, когда «Гордерию» уже затянуло в подпространство, все ясно увидели, что поле у корабля исчезло. То есть, если корабль вообще выйдет из подпространства, то в обычном пространстве появиться кусок мертвого железа.

— Корпорация «Комкаст» официально заявляет, — сухо и твердо произнес ариец. — К происшествию с «ICN Гордерия» корпорация не имеет никакого отношения. То, что будет такое развитие событий, мы были не уведомлены. Вся ответственность за данное происшествие лежит… на главе Фамилии Протециев — Секандусе Протеции Пультра.

Прокесс Протеций Паллин молчал. Сейчас он был полностью погружен в анализ возникшей ситуации.

— Для облегчения, — негромко произнес ариец. — Данная комната ПОЛНОСТЬЮ изолирована от внешнего мира.

Паллин поджал губы. Теперь стало яснее, почему капитан «Гордерии» ушел в прыжок. Он не получил никакого сигнала от Прокесса и, согласно договоренности, прыгнул. А вот почему у ганшипа пропало поле — вопрос открытый.

Хотя, уже понятно. Генератор поля был поврежден и сделали это на верфи Фамилии. И сделано это было по приказу молокососа Пультра. Продолжает играть в дукса (Дукс — что-то типа крестного отца мафии)… Интересно, те, кто стоят за юным главой знали, что у «Комкаста» переговоры проводят в изолированном помещении?

— Господин Паллин, — заговорил один из боррейцев. — Позвольте прояснить некоторые моменты.

Этот позволил себе легкую улыбку. И сел так, чтобы его поза была открытой. Добрый следователь? Хм… А почему их четверо?

«Стоп… Это что, иллирийская методика?» — Прокессу Паллину однажды выдалось говорить с остроухими.

«То есть, этот будет идти на компромисс?»

— Информация о том, что вы прибудете сюда, ушла от нас, — продолжил борреец. — Вы должны понимать, об этом есть договоренность между нами и… Квинкиллинами.

Еще и эти здесь замешаны. Молокосос Пультра вообще не понимает, что делает. Ну, ладно он! Но тот же Кветарий и Соммус должны понимать, что будет после того, как вы сливаете кого-то из своей Фамилии.

И до Прокесса дошла вся перспектива ситуации. Точнее, бесперспективность. Квинкллины, похоже, четко знали, что за колонию они сливают.

«И Амадей удивительно вовремя умер» — отметил Прокесс, вспомнив про странности с обстоятельствами смерти бывшего главы.

Старого пройдоху Фуллия было вот так вокруг стула не обвести….

— Далее нам было предложено отправить вас… как можно скорее, — продолжил улыбчивый, подкидывая еще дров в эту топку.

— Вы понимаете, что это очень… опасная игра? — спокойно спросил Паллин.

Борреец улыбнулся. И заговорил третий собеседник. Еще один борреец.

— Единственное, что не удалось вашим оппонентам, — сухо и холодно произнес мужчина. — Это подсунуть своего человека вам в помощники. А ваши жены и дети, господин Паллин, должны были стать гарантией, чтобы вы, даже если бы вам удастся остаться в живых, не «воскресли».

Прокесс повернул голову и посмотрел на Капита. Тот сидел с совершенно каменным лицом и остановившимся взглядом. Паллин повернул голову и упер взгляд в четвертого мужчину.

— Давайте сразу опустим религию, — намекнул Паллин на то, что понял способ переговоров. — Для чего вы оставили меня в живых?

— Нам нужна законная причина, — негромко произнес первый переговорщик.

Прокесс моментально понял его. «Комкаст» все-таки решил сыграть и ставка в этой игре… Протеции. Имя Фамилии. Не впервые в тибритских фамилиях происходят междоусобицы. Даже с применением флота и армии. И также совершенно очевидно, что пережить такие эксцессы могут лишь действительно богатые Фамилии. Остальные просто выжигают самое себя. А глава «Комкаста» предлагает ему, Прокессу Протецию Паллину… Если говорить совсем напрямую, стать главой Фамилии. Формальным. Потому что реально будут руководить вот они, земные корпораты. Которые и предоставят необходимые ресурсы.

— Вы понимаете, что вам, вполне возможно, будут противостоять дофины? — спросил Прокесс.

— Об этом позже, — спокойно ответил главный. — Пока же нам надо согласовать план дальнейших действий. Кстати… Ваши жены и дети официально погибли.

— А на самом деле? — сухо спросил Паллин.

— Здесь, — спокойно ответил мужчина и уточнил. — На планете. После, если мы достигнем соглашения, вы сможете их увидеть.

Ну, вот и окончательное предложение. И именно сейчас и Прокесс принял окончательное же решение. С ним беседуют прагматики. Которые хотят чтобы было принято то решение, которое нужно им. И они уже обыграли Консилиум Протециев, кого-то из Квинкиллинов… И самого Прокесса Паллина. А последней фразой было четко сказано, что Прокесс примет решение… Или больше никогда не увидит детей. Прагматики. Циники. И это просто прекрасно!

— Мы его достигли, господин…? — уверенно произнес Паллин.

Мужчина слегка улыбнулся. А потом они все четверо поднялись.

— Господин? — подавленно произнес Капит, когда представители «Комкаста» вышли. — И что теперь?

— А теперь, Капит, мы поговорим с самым главным, — чуть сощурился Прокесс. — И ты, надеюсь, не забыл выключить дома нагреватель? А то мы очень нескоро вернемся…

* * *

Академия. После вечеринки

Юмико ждала еще каких-то финтов от Кусаби… А он ее опять обломал. Они собрались небольшой компанией у барных автоматов… И напились. Вот так просто, взяли и напились! Без всяких широких жестов, тихонько набрались. Собственно…

Юми напряглась, чтобы свести глаза в кучу. Она пошла на разведку, что же они там такое пьют, умиротворяющее. А попала на коктейльную вечеринку. Это когда каждый новый коктейль хоть немного, но отличается от предыдущего. А еще, это уже правило от Кусаби, каждый следующий коктейль должен быть чуть крепче предыдущего.

И вот они бредут по своим домам. Они — это Юмико, Кристин, Каролин и Элен с Никой. Последняя в невменяемом состоянии, ее тащит какой-то парень. Кстати, сунувшийся было с ехидными комментариями Моше Шпиглер, реально сейчас едет домой лежа. Потому что пошутил насчет того, что коктейли слабенькие. Кусаби ему сделал какой-то напиток, название которого Юмико не поняла («Иди, я догоню» — вот что сказал Денис). После чего Шпиглер выпил его залпом, успел отпустить ехидный комментарий… И, отойдя пару шагов, завалился. Натурально, словно труп.

— Вот что бывает, когда пытаешься подшутить на работниками сферы питания! — пошутил на это Кусаби.

Юмико была более осторожной, но все-таки набралась тоже прилично. До изумления прилично, хотя вроде пила некрепкие коктейли. Кристин же практически ехала на плече этого парня, напарника Кусаби. Канг его зовут, точно. Вот он кивнул тому… другому парню, его имя Юмико не запомнила. И Элен с Никой отделились от основной процессии.

— Слушай, — язык был словно деревянный, когда девушка обратилась к Кангу. — Надеюсь, ты ни на что не рассчит… Тьфу! Ну, ты понял, да?

— Госпожа Хиого! — насмешливо ответил тот. — Я же не самоубийца.

Юмико подозрительно посмотрела на парня… И неожиданно для себя икнула. В нос ударил запах спирта, девушка скривилась.

Сам Кусаби, кстати, отбыл с той женщиной… Ну, с философского. И хоть Юмико знала, что она и так с ними приехала, все равно… Немного, но обидно стало.

«Это мания величия еще не выветрилась!» — пришла Юмико мысль.

— Конус Темноты… — вдруг пробормотала Кристин. — Это же…

Каролин была почти трезвой… Но с того самого момента, когда она спросила, отчего Денис ей кажется знакомым… А Кусаби, отведя ее в сторонку, что-то ответил, девушка вот такая. Задумчиво-удивленная.

— Пост сдал! — веселый голос вывел Юмико из раздумий.

Она удивленно вскинула голову… И увидела, что они уже стоят возле их дома, а Канг говорит с Элли. И тут Юмико куда-то повело. Она даже испугаться не успела… Как ее подхватили.

— Ого, да вы все неплохо набрались! — прокомментировала Элли, поймавшая Юмико на рывке.

— Да… — только и смогла выдать та.

* * *

Следующий день. Дом Райви и Шень. Около середины дня

Шень такую Райви видела впервые. А она видела ее всякую, в том числе и пьяную до невменоза. А сейчас Ямао сидит удивленно-растерянная. Под глазом у нее красуется шикарный синяк, костяшки на руках сбиты, на правой ноге здоровая гематома. Сидит Райви завернутая в простыню, как в тогу, на кресле. Посреди нехилого разгрома.

— Я, конечно, не хотела интересоваться, — произнесла китаянка, осматривая гостиную, где как будто спецназ приемы проникновения в помещение отрабатывал. — Но… Вы тут чем вчера занимались?

Райви пододвинула ногой к общей куче мусора обломки столика.

— Да-а-а… — протянула Райви, оглядываясь.

— Да-да, — Шень вздохнула и, подойдя к стене, выдернула из нее нож.

Пластиковый, между прочим. Который пришпилил к этой самой стене, пардон за подробности, женские трусики.

По всей гостиной валялись банки из-под напитков. То есть эти двое вчера конкретно добавили.

— Я опять извиняюсь, — Шень, повернулась к Райви, держа нож на котором висели трусы.

Красные красивые трусики.

— А вы до дела-то дошли? — иронично поинтересовалась китаянка.

Райви на это чуть поморщилась.

— Хотя, судя по твоей «элегантной» походке, дошли, — усмехнулась Шень и коснулась пальцем своей щеки. — А это у тебя откуда?

— Чё полегче спроси, — пробурчала Райви. — Я, мля, как в койке оказалась, не помню. А этот-то где?

— Он на кампусе, — ответила Шень.

— На кой он туда поперся? — удивилась Райви.

— Чтобы не смущать тебя утром, — насмешливо ответила китаянка и на удивленное лицо Райви добавила. — Да-да. Так он ночью и отписал. Точнее, уже утром. И, похоже, еще пьяным.

— А, ну если пьяным, то тогда понятно, — усмехнулась Райви и тут же скривилась. — Заботливый, на…

Она потерла скулу, зашипела, попав пальцами в синяк.

— Еще на спине, — ехидно заметила Шень и показала два кулака, обозначая размер. — Во такой.

— Черт, а я и думаю, что такое, — Райви отодвинулась от спинки кресла. — Слушай… А мы только здесь… развлекались?

— Ну, на улице я разрушений не видела, — иронично ответила Шень.

Райви только головой покачала.

— Ладно, я в душ схожу, — пробормотала она.

Кряхтя, как старый дед, Райви поднялась. И широко расставляя ноги, побрела в сторону лестницы.

— Осторожнее там, — насмешливо произнесла китаянка.

Райви вопросительно посмотрела на Шень.

— Ну, вы вчера там тоже были, похоже, — пояснила китаянка. — Дверь в кабинку стоит у стены.

Райви приподняла брови.

— Однако, — выдохнула она.

Сделав пару шагов в сторону выхода, Райви остановилась.

— Слышь, — негромко произнесла она. — А ты… Ну…

— Раньше надо было думать, Ямао, — усмехнулась Шень. — Теперь все. Поздно.

Райви посмотрела на китаянку с недоумением.

— Вот гляжу я на вас… узкоглазых, — со вздохом произнесла девушка. — Вроде такие же, как все. А потом хресь… И вот такое.

— Учти, еще и к Инь лететь придется, — иронично заметила Шень. — Сама понимаешь, в каком качестве.

Райви сощурилась.

— И это всего за один раз? — спросила она.

— Ну, ты давай, цену-то тут не сбивай, — хитро улыбнулась Шень. — Мальчик огонь. Как ты успела заметить. И явно же не один раз будет…

… Когда Райви ушла все-таки наверх, Шень улыбнулась. Она сейчас прекрасно понимала, что происходит с Ямао. Сама через такое буквально только что проходила. Когда годами тыкаешь в мужиков, а они, если не после первого, так второй или, в крайнем случае, третий тык проваливается. И оказывается, либо слабый, либо… гнилье. А тут тыкаешь, тыкаешь. Уже со счета сбиваешься, и тут у тебя вежливо интересуются, а что, собственно, происходит? И на поверку выходит, что ты даже еще и не сильно внимание привлекла! И это… Ну, если называть вещи своими именами, покоряет. Ну, в случае Райви, хочется все-таки узнать, а где предел-то? Вот, хех… Они вчера тут и узнавали.

Шень подняла руку с коммом, вытащила голоэкран.

— Доброе утро, дорогой! — ехидно произнесла китаянка, увидев заспанное лицо Дениса.

И она развернулась так, чтобы было видно весь этот разгром в гостиной. На лице парня пропечаталось удивление от увиденной обстановки.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — сощурилась Шень.

— Эм-м… — Денис нахмурился.

— Ну? — приподняла бровь женщина. — Значит, как со мной, у тебя воспитание. А тут вы горячие стали, да?

Пауза. Денис явно не таких вопросов ожидал! Шень еле удержалась, чтобы не рассмеяться от вида озадаченного парня.

— Я сейчас прибуду, — продолжила наезд женщина, с серьезным лицом. — И только попробуй мне сказать, что ты не можешь!

Денис аж оторопел от такой предъявы.

— Шень, а… это… — ага, глазки забегали! — Так.

Ну, вот и пришел в себя. Жаль! А хотелось еще немножко потроллить.

— Сам же запланировал сегодня междусобойчик, — насмешливо напомнила Шень. — Итоги подвести.

Денис некоторое время молчал, пристально глядя на китаянку. А потом улыбнулся.

— Забыл, — ласково ответил парень. — Но про тебя, поверь, не забуду.

— А вот это даже не обсуждается, — ехидно ответила Шень.

* * *

Неизвестная система. Коусоку

Как и ожидалось, по указанным координатам обнаружилась система, с весьма насыщенным наполнением. Двойная звезда, с очень большим радиусом обращения звезд относительно друг друга. На месте, где должны были находится планеты системы — пояса астероидов. Лишь одна, седьмая, самая дальняя от звезд планета была целой. И замерзшей.

Через семь часов корабль был обнаружен. Огромная туша дрейфовала около одного из астероидных поясов. «Хоши Омо» был реально огромен. Пятнадцатикилометровое чуть сплющенное снизу и сверху веретено. Около полукилометра в высоту в самом широком месте, то есть примерно посередине. Вокруг корабля было целое облако маленьких камней, видимо, это те астероиды, которые за эти тысячелетия приближались к кораблю. В одном месте, на левой «скуле» линкора, имелась гиганская пробоина, видимо, не все космические тела были удачно отражены. А может это результат каких-то других событий.

Несмотря на столь впечатляющий возраст, «Хоши Омо» был жив. Когда Коусоку приблизился к нему, немедленно последовал запрос «Свой-чужой». Ралли отослал сигнал, который передал Денис.

— Ого, — произнес Ралли, смотря на экраны перед ним. — Судя по телеметрии, он может самостоятельно передвигаться.

— Сколько ему? — спросил Фил, глядящий на объект поисков через открытые визоры рубки.

— Больше тридцати тысячелетий, — ответил Бутч.

— Вот это умели делать, — Фил покачал удивленно головой. — И я даже не могу представить, сколько человек, кораблей и прочего надо, чтобы его разобрать.

— К счастью, цель поисков «Хоши Омо» не его утилизация, — произнес Бутч. — Хотя представьте, сколько нужно всего, чтобы починить такую тушу.

— Да это нам никогда не сделать, — уверенно произнесла Рубелла Хантинг.

У нее уже имелся опыт работы с кораблем, поэтому она представляла масштаб. Дэрриэр длиной семьдесят метров, а столько мороки. А тут… Даже если брать за основу сто метров, то этот линкор длиной, как сто пятьдесят Аншидаев.

— Сейчас самые большие корабли, — заметил Ралли. — Это тибритские носители типа «Веристас». Они под семь километров. Их ровно три штуки и это, скорее, демонстрация флага. Столько акри враз не найти, чтобы все их палубы занять.

— Насколько я знаю, — негромко заговорила Кисара. — Корабли Великой Армады были еще больше.

— Ну, те-то были «ульями», — заметил Ралли. — А это, хоть и здоровый, но все же боевой корабль. Но да, это был, я думаю, отголосок Армады. Бутч, мы к нему будет подлетать?

— А если у него что-то не в порядке? — с сомнением произнес босс Рагуна. — Нет, зачем нам этот риск? Пусть Хиого… ну, или кто это будет, на него проникают. Не с нашими ресурсами такое на себя брать. Запускаем буи и двигаем отсюда…

… Корабль находился в одиночестве целую вечность. Трагедия, которая разыгралась на его палубах, уже давно стерлась под давлением времени, оставшись лишь костями в скафандрах.

Сделанный с просто гигантским запасом прочности, «Хоши Омо» даже через столько столетий еще не дошел до того предела, когда начнут массово отказывать системы. Созданный для ведения эскадренного боя, линкор имел, помимо широкого спектра вооружений, также и продвинутую систему обслуживания и ремонта. Для своего времени «Хоши Омо» был прорывом, новым словом.

Выходящие из строя элементы батарейных секций роботы-ремонтники только недавно перестали менять. Да и то, подчиняясь заложенным алгоритмам, интеллект-системы корабля стали выводить из обращения неважные для выживания системы, типа незаселенных кают, систем лайфси в ангарах и так далее. По расчетам, «Хоши Омо» мог дрейфовать еще около пятисот лет, прежде чем пойдут необратимые, при отсутствии обслуживания и комплектующих, отказы систем.

Но сегодня, спустя тридцать тысяч шестьсот девяносто шесть лет, был получен сигнал с адмиральским кодом. И в бортовом журнале бывшего флагмана флота Тагаё появилась новая запись. Вместе с этим были активированы протоколы по расконсервации рубки и кают экипажа.

Разумеется, едва были активированы соответствующие системы, пошли многочисленные сигналы об отказах. Многие каюты не были активированы с начала эксплуатации корабля. Построенный к самому концу эпохи гигантомании, «Хоши Омо» никогда не был полностью укомплектован экипажем. Он никогда не ходил в боевые походы, проведя большую часть своей службы на орбите столичной планеты клана Тагаё. Единственный длинный переход корабль сделал в своё текущее местоположение. Но и тогда на нем было лишь две сотни из положенных по штату двух тысяч. И это только непосредственно команда, не считая абордажного наряда, отсек для которого был рассчитан на полноценную Куутерирёдан (десантную бригаду), то есть на двенадцать тысяч человек. Законсервированная техника для этой бригады, кстати, находилась в ангарах.

Впервые за тридцать тысяч лет в коридорах корабля появился свет. В том числе и том, который вел в рубку. И который был завален телами тех, кто когда-то защищал этот проход.

Системы защиты коридора выдали сигналы о неисправности. В том числе и те, которые отвечали за герметизацию. Собственно, аварийные переборки находились в положении «закрыты». Вот только в реальности они были проломлены, все десять. На стенах коридора были темные пятна. Защитники этого коридора были в доспехах, которые и хранили сейчас кости своих бывших владельцев. За столько лет плоть истлела.

Герметичная дверь в рубку была также вскрыта. Судя по оплавленным краям пролома — это были очень мощные направленные заряды.

Рубка «Хоши Омо» несла на себе не только функции управления, но и была этаким малым тронным залом. Сразу за дверью была круглая большая комната, которая еще выполняла функции тамбура. Здесь, в этой комнате, висели знамена с камонами Тагаё и было установлено железное кресло с длинной «спинкой» до самого потолка.

По всему тронному залу, в различных позах лежали скелеты в традиционной шиновской мужской одежде. У всех скелетов в руках находились мечи. А один мертвец находился на троне. И в его грудь был вбит клинок. На цубе этого меча, который убил последнего главу клана Тагаё, был камон с четырехлепестковым цветком. Это был древний камон клана Омиками…

Content

Елена Раух, Самылов Алексей
Точка Бифуркации
Темный Космос #4

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13