Святогорец Никодим

Пидалион. Правила Православной Церкви с толкованиями. Том 2. Правила Вселенских Соборов

О святом Вселенском Первом соборе {1}

Предисловие

Святой Вселенский [[1]] первый собор был созван в Никее Вифинской при Константине Великом в 325 г. по Рождестве Христовом. На нем присутствовали выдающиеся мужи: Александр Константинопольский; пресвитеры Витон и Викентий вместе с преподобным епископом Кордовы, или Кордубы, что в Испании, втроем представлявшие римского папу Сильвестра и Юлия; [2] Александр Александрийский со своим сподвижником Афанасием Великим, в то время диаконом; Евстафий Антиохийский; Макарий Иерусалимский; Пафнутий и Спиридон, Иаков и Максим – мужи, украшенные апостольскими дарованиями и мученическими ранами; и многие другие, по общепризнанному церковному преданию числом 318. Кроме них на Соборе присутствовало еще множество клириков, пресвитеров и диаконов.

Собран же был этот Собор против Ария, который богохульствовал, говоря, что Сын и Слово Божие не единосущен Отцу и, следовательно, Он не истинный Бог, но тварь и создание [[3]]. Собор, продлившись три с половиной года [4] (хотя Геласий, в 256-м чтении у Фотия, говорит о шести с половиной годах), [5] преподал общий и всем известный божественный и священный Символ нашей православной веры, в котором провозгласил Сына и Слово Божие истинным Богом, единосущным Отцу, т. е. имеющим ту же сущность и природу, что и Отец, а следовательно, ту же славу, власть, господство, вечность и все прочие подобающие Богу свойства Божественной природы. Символ гласит буквально следующее:

«Веруем во Единого Бога Отца, Вседержителя, Творца всего видимого и невидимого. И во Единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия, рожденного от Отца, т. е. из сущности Отца, Единородного, Бога от Бога, Света от Света, Бога истинного от Бога истинного, рожденного, несотворенного, единосущного [[6]] Отцу, через Которого все произошло как на небе, так и на земле. Нас ради, человеков, и нашего ради спасения сшедшего и воплотившегося, вочеловечившегося, страдавшего и воскресшего в третий день, восшедшего на небеса и седящего одесную Отца, вновь грядущего судить живых и мертвых. И в Духа Святого. Говорящих же, что было время, когда не было Сына, и что Он не был прежде рождения и произошел из не-сущих, или утверждающих, что Сын Божий из иной ипостаси или сущности или что он преложим или изменяем, – таковых анафематствует Кафолическая и Апостольская Церковь» [[7]].

Этот Символ Феодор Иерусалимский назвал правым исповеданием веры, а Дамас Римский – стеной против орудий диавола. И вообще, вся Церковь признаёт его отличительным знаком, боевым знаменем православных, благодаря которому они как истинные воины Христовы отличаются от врагов Христа и от тех, кто, будучи лжебратиями и злославными, прикрывается именем Христовым. Ведь и воины отличают своих соратников от неприятелей по особым символам. Потому Символ веры и получил свое название метафорически – от воинских символов.

Собор также вынес определение о Пасхе, которое ныне Восточная Кафолическая Церковь хранит неизменным (см. об этом Апост. 7 и Антиох. 1).

Были изложены также и настоящие двадцать священных правил, косвенно подтвержденные IV Всел. 1, а прямо – VI Всел. 2 и VII Всел. 1.

Отметь, что деяния этого I Собора не сохранились ни на греческом, ни на латинском языках; осталось лишь то, что записали Евсевий Памфил, Руфин, Сократ, Созомен, Феодорит, Иероним и др., а главным образом и в особенности Геласий Кизический при императоре Зеноне, в 476 г., позднее ставший епископом Кесарии Палестинской (см.: Синодикон. Т. 1. С. 151). Итак, сохранилось только то, что записали вышеупомянутые историки и названный Геласий. Описание Геласия Никита Хониат называет деяниями, а Фотий – скорее историей, чем деяниями; [8] упоминает об этом описании и Иоанн Кипариссиот (см.: Досифей. Двенадцатикнижие. С. 108).

Правило 1

Если у кого-либо в болезни врачами отняты члены или кто-нибудь оскоплен варварами, такой да пребывает в клире. Если же кто-либо, будучи здоров, оскопил себя сам, такого, хотя бы и к клиру причислен был, надлежит исключить, и отныне никого из таковых производить в клир не следует. И так как ясно, что это сказано о поступающих таким образом преднамеренно и дерзающих оскоплять самих себя, то если кто-нибудь оскоплен варварами или господами и тем не менее окажется достойным, таковых правило допускает в клир.

(Апост. 21–23; Двукрат. 8.)

Толкование

Различные апостольские правила выносят постановления об оскоплении. Поскольку же, судя по всему, ими пренебрегали, постольку появилась необходимость, чтобы и настоящее правило вынесло определение по этому вопросу. Оно говорит, что оскопленный врачами из-за болезни и недуга или варварами во время нападения, если он клирик, пусть совершает служение клирика. Но тот, кто оскопил себя, будучи здоровым, должен прекратить служение клирика, если он клирик, а если мирянин, то с этого дня и впредь не может стать клириком. Однако мы говорим это о тех, кто преднамеренно и добровольно дерзает оскоплять себя; в свою очередь, оскопленные варварами или своими господами, т. е. против воли и насильственно, но достойные могут быть приняты в клир, согласно правилу (или настоящему, или Апост. 21). Прочти также толкование Апост. 21.

Правило 2

Поскольку по необходимости или по иным человеческим побуждениям многое было совершено вопреки церковному правилу, так что людей, недавно приступивших к вере после языческой жизни и в краткое время оглашенных, тотчас приводят к духовной купели и, лишь только они крестятся, возводят в епископство или пресвитерство, постольку за благо признано, дабы впредь ничего такого не было, потому что и оглашаемому требуется время, и по крещении – еще большее испытание. Ибо апостольское Писание ясно говорит: He должен быть из новообращенных, чтобы не возгордился и не подпал осуждению с диаволом (1 Тим. 3:6) и не впал в его сеть. Если же с течением времени в таком человеке будет обнаружен некоторый душевный грех и он будет обличен двумя или тремя свидетелями, то таковой да будет запрещен в служении. А поступающий вопреки этому, как дерзающий сопротивляться великому Собору, подвергается опасности быть исключенным из клира.

(Апост. 80; Двукрат. 17; Сардик. 10; Лаодик. 3; Кирилла Александр. 4.)

Толкование

To, что определяет 80-е правило святых апостолов, предписывает и настоящее правило. В предшествующие времена произошло много случаев, когда вопреки церковному правилу (т. е. Апост. 80) некоторые по необходимости или по иной причине склонились к тому, чтобы сразу крестить недавно обратившихся от язычества и неверия к православной вере. После того как эти обращенные прошли недолгое оглашение тайне благочестия [9] одновременно с крещением их возводили на епископство или пресвитерство (иначе говоря, рукополагали в пресвитеры и епископы). И поскольку, говорю, такие противозаконные случаи прежде имели место, постольку показалось справедливым, чтобы отныне и впредь этого не происходило. Ибо оглашаемому и прежде, чем он примет крещение, требуется достаточное время [[10]] для того, чтобы он был оглашен и хорошо обучен всем догматам веры, и после крещения вновь необходимо длительное испытание. В самом деле, апостол говорит Тимофею: He новообращенного (рукополагай), т. е. не того, кто только что оглашен и лишь недавно насажден в виноградник Христов, да не падет, вознесшись, в тот же грех и ту же сеть, в которую пал диавол, т. е. в гордость. Если же по прошествии времени в том, кто после испытательного срока был оглашен, крещен и рукоположен, обнаружится некий душевный грех [[11]] и человек будет обличен в нем двумя или тремя свидетелями, то пусть таковой прекратит совершать действия, присущие священству. Тот же, кто вознамерится поступить вопреки этому предписанию, как дерзающий противиться этому великому Собору, подвергнет опасности и свое священство, т. е. будет извержен.

Смотри также толкование Апост. 80.

Правило 3

Великий Собор решительно воспретил епископу, пресвитеру, диакону или кому бы то ни было из клириков иметь в доме сожительствующую женщину, за исключением разве только матери, или сестры, или тетки, или тех лишь лиц, которые вне всякого подозрения.

(VI Всел. 5; VII Всел. 22; Анкир. 19; Карфаг. 45; Василия Велик. 88.)

Толкование [[12]]

Священнослужители и клирики не должны давать народу никаких поводов для подозрения или соблазна. Потому и настоящее правило говорит, что этот великий Собор, т. е. І-й, совершенно воспретил епископу, или пресвитеру, или диакону, или кому-то другому из клириков иметь возможность и право держать в своем доме чужую женщину и жить вместе с ней, за исключением матери, или сестры, или тетки, или тех только лиц, которые не вызывают подозрения.

Согласование

Говорит и постановление 1-го тит. «Новелл», которое есть 123-я новелла Юстиниана: «В соответствии с силой божественных правил и мы запрещаем пресвитерам, диаконам, иподиаконам и всем остальным клирикам, у которых нет законных жен, иметь чужую женщину в своем доме, если только это не мать, дочь, сестра и прочие лица, не вызывающие подозрения. Если же кто не соблюдет этого, но, получив напоминание от архиерея и своих собратьев-клириков, не склонится на убеждения прогнать женщину, которую имеет, или если будет доказано обвинение против него в том, что он непристойно живет с ней, такой должен быть извержен и передан советникам того города, в котором он является клириком». Если же епископ живет в одном доме вместе с какой бы то ни было женщиной, он извергается [[13]].

Обрати здесь внимание на две вещи. Во-первых, те, кто имеет в своем доме лиц, свободных от подозрения, как мы сказали (т. е. мать, сестру, тетку и др.), не должны иметь в то же время и лиц, вызывающих подозрение, для услужения не им самим, а тем женщинам, которые вне подозрений; потому что в этом случае клирики все равно оказываются преступниками и подпадают под епитимии, определяемые правилами. Но подобает, чтобы эти женщины или сами себе прислуживали, или же имели таких служанок, которые не вызывают подозрений.

Во-вторых, монахи, имеющие родственниц, не должны жить с ними, хотя это лица, свободные от подозрений. Ведь если вышеупомянутое правило VI Всел. 22 запрещает даже есть наедине с родственницей, хотя она вне подозрений, то тем более – жить наедине с ней. Василий Великий говорит (в книге о девстве), что «плотское наслаждение побеждало даже самих единоутробных братьев и изобрело всякий вид греха с матерями и дочерями. Оно обесчестило сына Давида, Амнона, через растление сестры его Фамари (2 Цар. 13). И всё потому, – говорит святой, – что притягательная и магнетическая сила любовного влечения к женщинам, которая естественным образом вложена в тела мужчин, изгоняет всякий правый помысел (например, о том, что это мать, или сестра, или тетка) и самопроизвольно стремится сочетать тела мужчин с телами женщин – будь они чужие или родственники, – несмотря на то что помыслы, противоборствующие внутри, этого не хотят». [14]

Правило 4

Поставлять епископа всего более приличествует всем епископам митрополичьей области. Если же это затруднительно или по стесняющим их обстоятельствам, или по дальности пути, то должно, чтобы, по крайней мере, трое собрались в одно место, при условии, что отсутствующие дадут свое согласие, изъявив его посредством грамот, и тогда пусть совершается рукоположение. Утверждение же этих действий должно быть предоставлено в каждой области ее митрополиту.

(Апост. 1; VII Всел. 3; Антиох. 19; Сардик. 6; Лаодик. 12; Карфаг. 12, 58, 59.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что епископа приличней всего рукополагать всем епископам области. Если же трудно собраться всем или ввиду стесняющих обстоятельств, или по дальности пути, то должны собраться по крайней мере три епископа, а отсутствующие – выразить согласие на хиротонию посредством грамот, и тогда следует рукоположить избранного. А право утверждать и санкционировать все совершаемое, т. е. утверждать выбор, уже сделанный всеми епископами, и назначать одного из трех избранных (потому что по церковному предписанию избираются трое, я же имею в виду назначение одного, с тем чтобы он получил извещение о хиротонии) должно принадлежать и предоставляться митрополиту каждой области как имеющему верховную власть [[15]]. Поскольку же толкователи Зонара и Вальсамон слово «поставлять» понимают как «избирать», а другие – как «рукополагать», то нам следует знать следующее: прежде всего и в собственном смысле «быть поставляемым» означает «становиться». И «поставляю» употребляется вместо «делаю», «назначаю». В таком случае и здесь слова «приличествует поставлять» следует понимать предварительно и в общем смысле как «должен быть поставлен, назначен, выдвинут» всеми. А «в общем смысле» и «предварительно» сказал я потому, что у этого назначения есть свой священный чин: сначала должно избрать, а после – рукоположить. Именно такой, более полный смысл мы подразумеваем в том, что избранный «был поставлен», т. е. стал епископом. Так что «быть поставленным», как и «становиться», имеет два значения: оно означает и «быть избранным», и «быть рукоположенным». Избрание совершается всеми, а рукоположение – тремя епископами, согласно как настоящему правилу, так и Апост. 1. Примерно такое же объяснение VII Вселенский собор дал в своем 3-м правиле: тогда как рукополагают епископа только трое, избирается он вначале всеми, с согласия отсутствующих, которое они выражают письменно.

Правило 5

Относительно тех, кто был лишен епископами в каждой области церковного общения, принадлежат ли они к клиру или к разряду мирян, должно держаться суждения, согласного с правилом, которое определяет, чтобы тех, кого одни отлучили, другие не принимали. Впрочем, пусть будет исследовано, не из-за ссоры, или распри, или какой-либо подобной слабости епископа оказались они отлученными. Итак, чтобы производить надлежащее расследование, было признано за благо ежегодно в каждой митрополичьей области дважды в год созывать Соборы, чтобы все епископы области, собравшись вместе, сообща проводили подобные расследования. И таким образом тех, которые по общему признанию погрешили перед епископом, все обоснованно призна́ют лишенными общения до тех пор, пока епископы сообща не решат вынести о них более снисходительное решение. Соборы же пусть проходят: один – перед Четыредесятницей, чтобы по упразднении всякого разногласия Богу был принесен чистый дар, а второй – около осеннего времени.

(Апост. 12, 13, 32, 37; IV Всел. 19; VI Всел. 8; Антиох. 6, 20; Карфаг. 26, 37, 104, 116, 141.)

Толкование

Данное правило определяет следующее: относительно клириков и мирян, которые были отлучены епископами любой области, пусть имеет силу и остается неизменным суждение, ставшее законом, как определяет древнее оное правило (т. е. Апост. 32 или Апост. 12), а именно: отлученные одними епископами не должны приниматься в общение другими. Однако пусть будет исследовано, не подпали ли они под отлучение из-за ссоры, или распри, или другой какой страсти епископа. Поэтому, для того чтобы этот и другие подобные вопросы исследовались подобающим образом, показалось разумным в каждой митрополичьей области два раза в год проводить Поместные соборы и собираться всем епископам вместе для рассмотрения этих вопросов. После такого исследования явно согрешающие против своего епископа и справедливо им отлученные пусть будут в свою очередь справедливо отлучены и всеми другими епископами до тех пор, пока собранию епископов не покажется необходимым вынести более снисходительное решение об этих отлученных. Если, например, отлучивший их ожесточится и по прошествии времени не захочет разрешить их от отлучения или если он умрет, то Собор имеет право освободить их от отлучения тогда, когда сочтет достаточной продолжительность епитимии. Соборы эти пусть созываются: один – перед Четыредесятницей, чтобы после удаления всякого разногласия и прегрешения, которое или архиерей допустил в отношении клира и народа, или, наоборот, клир и народ в отношении архиерея, Богу был принесен чистый и непорочный дар поста; а второй пусть собирается в осеннее время.

Прочти и Апост. 32, 37.

Правило 6

Пусть имеют силу древние обычаи, принятые в Египте, Ливии и Пентаполе, чтобы Александрийский епископ имел власть над всеми ими, поскольку это в обычае и у Римского епископа. Подобным образом и в Антиохии, и в других областях да сохраняются привилегии Церквей. Вообще же, да будет известно следующее: если кто без соизволения митрополита станет епископом, о таком великий Собор определил, что он не должен быть епископом. Если же общему выбору всех, основательному и согласному с правилом церковным, противоречат двое или трое по собственному любопрению, пусть возобладает мнение большинства.

(Апост. 34; II Всел. 2, 3; III Всел. 8; IV Всел. 28; VI Всел. 36; Антиох. 19; Карфаг. 13.)

Толкование [[16]]

Настоящее правило определяет: должны сохраняться древние обычаи трех патриархов – во-первых и прежде всего, Александрийского; во-вторых, Антиохийского; затем – Римского, о котором говорится косвенно и в общем (об Иерусалимском же данный Собор особо и отдельно говорит в своем 7-м правиле, a о Константинопольском ведет речь II Вселенский собор в 3-м правиле). А именно, патриарх Александрии (которого правило называет здесь епископом, поскольку имя патриарха еще не вошло в обычай) [[17]], должен иметь власть над епископами и митрополитами Египта, Ливии и Пентаполя, как и Римский патриарх удержал тот же обычай [[18]] иметь власть и председательство над всеми западными епископами и митрополитами. Подобным же образом и патриарх Антиохии должен иметь власть над епископами и митрополитами Сирии, Келесирии, обеих Киликий, Месопотамии и всех других подчиненных ему диоцезов [[19]]. Впрочем, настоящее правило предписывает сохранять не только привилегии этих патриархов, но и привилегии иных областей и церквей, подчиненных митрополитам: как тем, которые ныне являются патриархами, так и автокефальным митрополитам, которые не подчинялись патриархам тогда и не подчиняются им теперь. Автокефальными являются митрополиты Асии, Понта, Фракии, Кипра, Африки и др. (Хотя и говорят иные, будто «другими областями» правило косвенно называет здесь диоцезы, подчиненные двум другим патриархам, Константинопольскому и Иерусалимскому, и лишь именует патриархов митрополитами, однако первое толкование вернее; см. также: Досифей. Двенадцатикнижие. С. 117, 123.) Таким образом, никакое дело церковного управления не должно совершаться без их согласия.

Поскольку же величайшее и главнейшее из всех церковных дел есть хиротония, то правило, соответственно, добавляет: кто станет епископом без ведома своего митрополита, тот, по определению этого великого Собора, не должен быть епископом. (Ведь даже если все множество епископов избрало епископа, тем не менее утверждение выбора остается за митрополитом. Кого он одобрит, тот и становится епископом. См. также примеч. к I Всел. 4.) В случае если все сообща изберут кого-либо в епископы согласно церковным правилам, а двое или трое начнут противоречить – не по уважительной и справедливой причине, но по любопрению и упрямству, то пусть победит мнение большинства [[20]], как определяет и правило Антиох. 19. А правило Карфаг. 13 говорит: если из числа сделавших выбор и подписавшихся кто-либо впоследствии будет действовать вопреки своему согласию и подписи – он сам себя лишит епископской чести.

Прочти также толкование Апост. 34.

Правило 7

Поскольку утвердился обычай и древнее предание почитать епископа Элии, то да имеет он последование чести с сохранением за митрополией собственного достоинства.

(Апост. 34; II Всел. 2, 3; III Всел. 8; IV Всел. 28; VI Всел. 36; Антиох. 19.)

Толкование

Настоящее правило допускает два толкования.

С одной стороны, Вальсамон и анонимный толкователь правил, с которыми согласны и некоторые паписты и кальвинисты, толкуют так: поскольку утвердилось древнее предание и обычай почитать епископа Элии, т. е. Иерусалима [[21]], ради того что в этом городе воплотился и пострадал Господь и спасительная проповедь распространилась священными апостолами из него по всему миру, то да имеет епископ Элии честь, соответствующую прежней, и в последующие времена, однако только честь, без какой-либо власти и достоинства. Ибо власть и достоинство должны сохраняться у митрополии Палестины, т. е. у Кесарии, называемой Стратоновой [[22]], которой, как говорят, подчинялся Иерусалим. Так и 12-е правило Халкидонского собора определяет, чтобы в тех городах, которые по императорским грамотам получили честь митрополии, епископы довольствовались одной честью, а собственные права сохранялись у истинных митрополий; таковым образом Маркиан удостоил чести Халкидон, а Валентиниан – Никею, как сказано в 13-м деянии IV Вселенского собора.

C другой стороны, Зонара и пр. полагают, что как предыдущее правило дало привилегии епископам Александрии и Антиохии или, лучше сказать, придало этим привилегиям новый вид (ἀνενέωσεν), [23] потому что вводит их как некое новшество (привилегии же Рима не были возобновлены, поскольку оставались целыми и незыблемыми), так и настоящее правило почтило епископа Иерусалима. Иначе говоря, прежнее правило не только утвердило за названными епископами привилегии и патриаршую честь, но и установило порядок, по которому эта честь воздается: Римский патриарх – первый, Александрийский – второй, Антиохийский – третий. Так и настоящее правило не только утвердило за епископом Иерусалима патриаршую честь, но и определило порядок, согласно которому будут воздавать эту честь. Поэтому не сказано: «да имеет он честь», но «да имеет он последование чести», иными словами, пусть его почитают четвертым после трех.

А слова о том, что за митрополией должно сохраняться собственное достоинство, ясно показывают, что эта самая патриаршая честь не есть личная и частная (о которой см. во 2-м примеч. к I Всел. 6), {2} но предоставленная митрополии Иерусалима, почему и переходит ко всем, кто в свое время становился преемником престола, а не только к тому или иному.

О том, что Иерусалим был митрополией, свидетельствует Иосиф, который в 7-й кн. об иудейской войне называет его «великим городом и главным городом (μητρόπολις) всего иудейского народа». [24] Свидетельствуют и слова Филона: «...Главный город (μητρόπολις) не только Иудеи, но и многих других земель». [25] Ведь апостольский престол в Иерусалиме не только главенствует почти над всей вселенной, но с самого начала также имел и имеет патриаршую привилегию. Во-первых, потому, что он имел у себя в подчинении митрополичьи области и диоцез, относящийся к патриарху. Именно поэтому соседние предстоятели Церквей, а не предстоятель Кесарии, избрали Дия Иерусалимского после того, как Наркисс удалился. Но когда Наркисс вновь появился, то его вновь призывают братья, согласно Евсевию, [26] а не один брат или предстоятель Кесарии. Наркисс же собрал Собор из четырнадцати епископов по вопросу о Пасхе прежде I Вселенского собора. Во-вторых, потому, что Иерусалимский епископ на I Вселенском соборе поставил свою подпись первым, а Евсевий Кесарийский пятым. И вообще говоря, митрополиты на Соборах и их подписи в деяниях и обращениях к самодержцам занимают различные места: иногда следуют первыми, иногда ставятся после других. Иерусалимский же епископ среди отцов Собора всегда бывает первым; всегда он в числе патриархов и никогда в числе митрополитов. Прочти у Досифея в «Двенадцатикнижии» гл. 4 кн. 2. А если даже мы и допустим, что Иерусалим подчинялся Кесарии, то что с того? Византий вначале подчинялся Ираклии, a после того как Византий сделался патриархией, Ираклия стала подчиняться ему. Таким же образом, даже если бы мы допустили (чего нет), будто Иерусалим подчинялся Кесарии – после того как Иерусалим получил честь быть патриархией, Кесария сохранила свое достоинство. Она была и впредь митрополией Палестины, но занимала более низкое место, чем Иерусалим: ведь она лишь митрополия, а Иерусалим – патриархия.

Прочти и Апост. 34.

Правило 8

Относительно некогда именовавших себя чистыми, но присоединяющихся к Кафолической и Апостольской Церкви святой и великий Собор решил, чтобы по возложении на них рук они пребывали в клире. Но прежде всего они должны письменно исповедать, что согласны с догматами Кафолической и Апостольской Церкви и будут следовать им, т. е. будут в общении и с второбрачными, и с падшими во время гонения, для которых и время установлено, и срок назначен, – так чтобы им во всем следовать догматам Кафолической Церкви. Итак, там, где – в селах или в городах – все находящиеся в клире окажутся рукоположенными только из них, пусть пребывают в том же чине. Если же некоторые присоединяются там, где есть епископ Кафолической Церкви, то ясно, что епископ Церкви будет иметь епископское достоинство, а именующийся епископом у так называемых чистых будет иметь пресвитерскую честь, если только епископу не будет угодно, чтобы тот участвовал в чести имени епископа. Если же ему это неугодно, пусть изыщет для него место или хорепископа, или пресвитера, чтобы по всему было видно, что он состоит в клире, но чтобы не было в городе двух епископов.

(Апост. 46, 47, 68; II Всел. 7; VI Всел. 95; Лаодик. 7, 8; Карфаг. 66; Василия Велик. 1, 47; Феофила Александр. 12; VII Всел. 14; Анкир. 13; Неокесар. 14; Антиох. 8, 10; Сардик. 6; Лаодик. 57; Василия Велик. 89.)

Толкование

Чистыми называются новациане [[27]]. Новат был пресвитером Римской Церкви. [28] Он не принимал отрекшихся во время гонения, но покаявшихся, а также не вступал в общение с второбрачными и говорил, что согрешивший после крещения более не может быть помилован, – согласно Епифанию (гл. о ереси 59) [29] и Августину (разд. о ереси 38). Таким образом, хотя он и не погрешал в догматах веры и был не еретиком, а только раскольником, согласно 1-му правилу Василия Велик., однако за свое братоненавидение, а также за немилостивый и высокомерный нрав он, согласно Евсевию, был анафематствован Собором, состоявшимся в Риме при папе Корнилии, а также Соборами, бывшими против него в Карфагене при Киприане, в Антиохии и Италии. [30] От Новата получили свое наименование и последователи его злославия – новациане.

Принимая все это во внимание, настоящее правило говорит, что если таковые новациане присоединятся к Кафолической Церкви, представляется необходимым возлагать на них руки [[31]] и так принимать; и пусть они остаются в клире – разумеется, те, которые и в расколе суть клирики (так и правило Карфаг. 66 повелевает принимать донатистов через возложение рук). Но сверх того им подобает письменно исповедать, что они обязуются хранить все догматы Кафолической Церкви, будут принимать второбрачных и по принуждению отрекшихся от Христа и оказывать им снисхождение ввиду назначенного им срока покаянного правила для отрекшихся. И уже тогда, где бы они ни находились, в городах или селах, пусть остаются в клире и в том сане, в который каждый рукоположен, т. е. епископ пусть остается епископом, пресвитер – пресвитером и диакон – диаконом.

Епископ, однако, пусть остается таковым там, где нет православного епископа Кафолической Церкви. Но если в той же Церкви есть и православный епископ, пусть он и обладает достоинством, полнотой действия и именем епископа, а прежний новацианский епископ да обладает только пресвитерской честью. Исключение составляет лишь случай, если православный епископ пожелает, чтобы тот обладал честью и одним только именем епископа [[32]]. Но тогда последний не должен совершать какое-либо священнодействие как епископ, чтобы это не повлекло за собой неуместное последствие, а именно чтобы не было двух епископов в одном и том же городе (о чем см. в Апост. 35 и Двукрат. 16) [[33]]. А если православный епископ не желает и этого, то должен позволить бывшему новацианскому епископу занимать место хорепископа [[34]] или пресвитера, чтобы и тот был сопричислен к священнослужителям и клирикам и чтобы не оказался совсем исключенным из клира.

Правило 9

Если некоторые были произведены в пресвитеры без испытания или при испытании исповедали свои грехи [[35]], но, несмотря на их исповедание, человек пошел против правила и возложил на них руки, таковых правило не допускает до священнодействий. Ибо Кафолическая Церковь требует непорочности.

(Апост. 25, 61; Неокесар. 9, 10; Феофила Александр. 3, 5, 6.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что те, которые намереваются принять посвящение, должны быть чистыми от грехов, служащих препятствием для священства, и что должно подвергать испытанию их жизнь и поведение. Если же некоторые стали пресвитерами без испытания или при испытании исповедали свои грехи, являющиеся препятствием для священства, но архиереи, которые испытывали их, пошли против правил и рукоположили их во иереи, – то эти недостойно посвященные не допускаются до священнодействий. После того как их обличат другие или они сами исповедуют грехи, которые служат препятствием для священства и которые были совершены ими до рукоположения, они извергаются, согласно Вальсамону и Зонаре, или прекращают священнодействовать, согласно анонимному толкователю правил. Правило называет и причину того, почему впавшие в грехи не допускаются до священства: ибо, говорит, Кафолическая Церковь настоятельно требует, чтобы иереи были непорочными, т. е. такими, которых нельзя укорить в грехах. Таким Павел повелевает быть и епископу, говоря: Епископ должен быть непорочен (1 Тим. 3:2), т. е. не только свободным от обвинений, но и совершенно безупречным и безукоризненным [[36]].

Согласование

Согласно с настоящим правилом и правило Неокесар. 9 определяет, говоря: «Если пресвитер до рукоположения согрешит грехом плотского соития и после рукоположения исповедуется в нем, пусть более не священнодействует». Точно так же и диакон, если, совершив такой грех, после поставления исповедуется в нем, должен занимать только место служителя, по 10-му правилу того же Собора. А 3-е правило Феофила говорит, что пресвитер, по неведению недостойно рукоположенный и изобличенный после рукоположения, извергается из священства. Равно и диакон, поставленный недостойно, извергается, по 5-му правилу того же Феофила. To же говорит и 6-е его правило. И все грехи, за которые извергают из священства, если они совершены после принятия сана, равным образом влекут за собой извержение и в том случае, если они были совершены до принятия священства и либо изобличены, либо исповеданы после. Впрочем, они не только влекут за собой извержение, но и препятствуют стать иереем.

Правило 10

Если были произведены в клир некоторые из числа павших, по неведению или с ведома произведших их, то это не ослабляет силы церковного правила. Когда об этом станет известно, такие подлежат извержению.

(Апост. 62; Анкир. 1, 3, 12; Петра Александр. 10.)

Толкование

Те, которые пали, т. е. отреклись от Господа нашего Иисуса Христа [[37]], а потом покаялись, иереями не становятся. Неужели возможно стать иереем тому, кому по правилам запрещается причащаться Божественных Таин до самой смерти. Потому настоящее правило и говорит: если некоторые из вероотступников были рукоположены или потому, что рукоположивший архиерей не знал об их отречении, или потому, что хотя и знал, но пренебрег этим или счел, что хиротония может, как крещение, очистить их (по толкованию Вальсамона), – такое рукоположение, будь оно по неведению или с ведома, никак не ослабляет церковное правило и не препятствует ему запрещать их в священнодействии, отнюдь! Но как только обнаружится, что они рукоположены таким образом, они извергаются. Впрочем, те, которые до крещения приносили жертвы идолам, после крещения могут становиться священниками как омывшиеся, по правилу Анкир. 12. А те, которые претерпели мучения, были ввержены в темницы, с насилием и принуждением взяли в руки ладан или вкусили жертвенную пищу, если в остальном жизнь их добрая, производятся в клириков, по 3-му правилу того же Собора. Обрати внимание на то, что не только отрекшиеся до рукоположения, а потом рукоположенные извергаются, но и те, кто отрекся после рукоположения; прочти и Апост. 62.

Правило 11

Отступившим от веры не по принуждению, и не по причине лишения имущества, и не из-за опасности или чего-либо подобного, как случилось во время тиранического правления Лициния, Собор изволил все же оказать милость, хотя они и недостойны были человеколюбия. Итак, те, которые чистосердечно раскаются, пусть проведут три года среди слушающих, как верные, и семь лет припадают. Два же года пусть участвуют с народом в молитвах без причащения Святых Таин.

(Анкир. 6; Петра Александр. 3; Василия Велик. 73, 81; Григория Нис. 2.)

Толкование

Другие правила рассуждают о тех, которые отреклись от веры из-за жестокого насилия и великого принуждения, а настоящее правило говорит о тех, кто отрекся не вынужденно: таким, которые отступили от веры во Христа без какого-либо принуждения, или опасности, или лишения своего имущества, как было во времена тирана Лициния [[38]], – таким, говорю, хотя и недостойны они были человеколюбия и снисхождения, Собору все же показалось нужным оказать милость. Итак, те, которые истинно и от сердца, а не фальшиво и лживо, каются в совершенном грехе, – три года будут оставаться между слушающими, т. е. стоять в притворе у красных и царских врат храма и церкви, чтобы слушать Священное Писание, пока диакон не скажет: «Елицы оглашеннии, изыдите». После этого они должны выйти. Затем семь лет [39] они будут припадать, т. е. входить внутрь храма и стоять позади амвона. И в этом случае они должны выходить вместе с оглашенными, когда диакон говорит: «Елицы оглашеннии, изыдите». Наконец, еще два года они будут участвовать в молитве вместе с народом, т. е. стоять на молитве вместе с верными, и не будут выходить вместе с оглашенными. Однако они не причащаются Божественных Таин до тех пор, пока не истекут два года [[40]].

Согласование

Отрекшимся только потому, что тираны пригрозили подвергнуть их мучениям, другими словами – без принуждения, на шесть лет возбраняется причащаться Божественных Таин, согласно Анкир. 6. Отрекшиеся добровольно, не из-за того, что претерпели что-либо тяжкое, но только из-за одной робости и страха, если в течение четырех лет покажут достойный плод покаяния, получат от этого пользу, по 3-му правилу Петра Александр. Согласно же 2-му правилу Григория Нис., тому, кто добровольно отрекся от Христа, временем покаяния служит вся его жизнь. Он не должен молиться в церкви вместе с верными и совсем не может причащаться Божественных Таин. Точно так же и брат Григория, Василий, предписывает то же в своем 73-м правиле: отрекшийся от Христа должен всю свою жизнь пребывать с плачущими, т. е. стоять даже вне притвора, на паперти храма, и просить народ, входящий в церковь, молить Господа о нем. В своем 81-м правиле Василий Великий говорит: те, которые отреклись без особого принуждения, вкусили от трапезы бесовской и принесли языческие клятвы, отлучаются на три года, а еще после восьми лет причащаются [[41]].

Для того чтобы ты, читатель, лучше представил себе, где были места плачущих, слушающих, припадающих и стоящих вместе, мы начертили в конце этой книги план, т. е. изображение церкви, – рассмотри его прилежно. A о плачущих и вообще обо всех кающихся повествует Созомен в 16-й гл. 7-й кн.: «С самого начала иереи решили, что кающимся неудобно объявлять грехи в церкви в присутствии народа, как в театре при свидетеле. Поэтому они назначили пресвитера из живущих наилучшим образом, молчаливого и благоразумного, приходя к которому грешники исповедовали содеянное». [42] И еще говорит: «В Римской Церкви известно место для кающихся... Итак, кающиеся стоят там печальные и скорбные, и, после того как кончится Божественная литургия, эти несчастные, не причастившись, падают ниц на землю с плачем и рыданиями. Устремляясь прямо к ним, епископ и сам подобным образом падает на землю со слезами и сетованиями, а вместе с ними обливается слезами и все множество народа. Потом первым встает епископ, поднимает кающихся и, помолившись Богу о грехах их, отпускает их, и они уходят». [43] [[44]]

Правило 12

Те, которые были призваны благодатью, показали первый порыв ревности и отложили воинские пояса, а после этого возвратились словно псы на свою блевотину [45] (так что некоторые даже пустили в ход серебро и бенефициями добились того, чтобы их вновь причислили к воинству), после трех лет слушания пусть десять лет припадают. Однако в отношении всех их следует принимать в рассуждение их расположение и образ покаяния. А именно: те, которые страхом, слезами, терпением и благодеяниями – делом, а не внешним видом – доказывают свое обращение, пусть, исполнив определенное время слушания, примут участие в молитвах, как и положено. Вместе с тем епископу позволено обойтись с ними и более человеколюбиво. Но те, которые остались равнодушными и сочли, что им для обращения достаточно внешнего вхождения в Церковь, пусть исполнят все время епитимии.

(Петра Александр. 9, 11; VI Всел. 102; Анкир. 2, 5, 7; Лаодик. 1, 2; Василия Велик. 2, 3, 74, 84; Григория Нис. 4, 5, 7, 8.)

Толкование

Очевидно, что и это правило говорит о воинах-христианах, живших во времена Лициния. Оно выносит следующее определение. Некоторые воины-христиане, призванные и укрепленные Божественной благодатью, сначала показали благородство и стремление к мученичеству и отбросили свои пояса, которые были отличительным знаком их воинского звания, а после этого возвратились словно псы на собственную блевотину. Иначе говоря, они изменили свой образ мыслей и отреклись от веры, так что некоторые из них даже дали деньги и бенефициями, т. е. различными подарками и услугами (поскольку именно это и означает употребленное латинское слово) вновь добились прежнего воинского звания. Такие, говорю, после того как проведут три года на месте, отведенном для слушающих, пусть будут десять лет на месте для припадающих. Иначе говоря, пусть входят в церковь, но выходят из нее вместе с оглашенными.

Кроме всего этого архиерею и духовному отцу следует испытывать произволение этих отрекшихся, а также образ их покаяния и расположение к нему [[46]]. Ибо те, которые каются со страхом Божиим, умилостивляют Бога слезами и сокрушением, терпят скорби, совершают благодеяния, например милостыню, и другие добродетели и, говоря вообще, каются истинно и неподдельно, а не лицемерно и только по одной видимости, – такие, после того как полностью проведут указанные три года вместе со слушающими, с достаточным основанием допускаются к молитве вместе с верными и не выходят из церкви. Архиерей, помимо этого снисхождения, волен оказать им и еще большее человеколюбие и милость. А те, которые каются с безразличием и нерадиво и считают, будто для покаяния достаточно того, чтобы по видимости входить в церковь вместе с припадающими и вновь выходить вместе с оглашенными, пусть полностью исполняют и трехлетнюю епитимию слушания, и десятилетнюю припадания [[47]].

Согласование

О том, что в зависимости от покаяния и ревности кающихся следует оказывать им и соразмерное снисхождение в епитимиях, согласно говорят также следующие правила: Анкир. 2, 5, 7; Лаодик. 1, 2; VI Всел. 102; Василия Велик. 2, 3, 74, 84; Григория Нис. 4, 5, 7, 8. Кроме того, 29-е правило Никифора Исповедника говорит, что если мирянин по собственному произволению исповедует свои поползновения, духовник может применить к нему икономию.

Прочти также 9-е и 11-е правила Петра Александр.

Правило 13

Пусть соблюдается и ныне древний канонический закон о тех, кто находится при исходе из жизни: если кто-то отходит, не лишать его последнего и необходимейшего [[48]] напутствия. Если же, будучи в безнадежном положении и получив причастие, он вновь вернется к жизни, да будет лишь вместе с участвующими в молитве. Вообще же всякому отходящему, кто бы он ни был, и просящему причаститься Евхаристии, пусть епископ с испытанием преподает приношение.

Толкование

После того как эти божественные отцы вынесли определение об епитимии и о том, каким образом и какое время христоотступникам следует пребывать отлученными от общения, теперь, в настоящем правиле, они определяют: по отношению к тем из отступников, которые подвергаются опасности умереть, следует соблюдать древний канонический закон (которым, очевидно, было 6-е правило Анкирского собора, предшествовавшего I Вселенскому собору) о том, чтобы не лишать того, кто находится при смерти, совершенного и последнего напутствия, необходимейшего для этого пути и отшествия. А этим напутствием является причащение Божественных Таин [[49]]. Однако если находившийся при смерти после причастия останется в живых и выздоровеет, пусть только встает вместе с верными и участвует в молитве, но не причащается. А Вальсамон замечает, что тот, о ком говорит здесь правило, был из числа вместе стоящих, поэтому ему и предписывается вновь оставаться на своем месте. Если бы он был на месте для слушающих, ему надлежало бы возвратиться туда. Проще говоря, какую епитимию нес перед приобщением каждый подвергающийся этой опасности, к той же после приобщения ему следует возвратиться [[50]]. И, скажем вместе с правилом кафолическим и общим, каждому человеку, который подвергается опасности умереть и просит причаститься Божественной евхаристии, епископ или даже духовный отец, после испытания, должен преподать Божественные Тайны.

Согласование

Григорий Нисский говорит точно так же в своем 5-м правиле, а правило Анкир. 6, как мы уже сказали, рассматривая вопрос об отрекшихся только из-за одних угроз, добавляет: в том случае, если эти люди окажутся близ смерти, пусть будут приняты в общение Божественных Таин. Впрочем, и это с оговоркой: если они выздоровеют, то должны будут вновь вернуться на то место для кающихся, на котором каждый из них находился прежде преподанного по нужде причастия.

Правило 14

Относительно оглашенных и павших [[51]] святой великий Собор решил, чтобы они только три года пребывали слушающими, а после этого молились с оглашенными.

(Неокесар. 5; Лаодик. 19; Василия Велик. 20; Тимофея Александр. 6; Кирилла Александр. 5.)

Толкование

Оглашенные называются так от слова «оглашать», которое имеет значение «посредством слова научать новоначальных вере», поскольку они были оглашаемы и научаемы догматам православной веры. Оглашенные разделялись на два чина. Первый был более совершенным и назывался чином преклоняющих колени. Такие оглашенные уже приняли веру, но только отложили крещение. Поэтому они входили в церковь до молитвы об оглашенных (согласно Лаодик. 19), которая произносилась тайно и во время которой иерей возлагал руку на оглашенных, преклонявших колени. Когда же возглашалось: «Елицы оглашеннии, изыдите», они выходили из церкви.

Второй чин был менее совершенным и назывался «слушающие». Эти оглашенные стояли в притворе пред царскими вратами, слушали Божественные Писания и после слушания Божественного Евангелия выходили, как говорит Властарь, а также истолкователь Арменопула в «Кратком изложении правил» (разд. 5, тит. 3). Место, где должны стоять указанные два чина, ясно обозначено и на плане церкви, который мы начертили. А кардинал Бона (в 1-й кн. о литургии) и некоторые другие к этим двум чинам причисляют еще два, взяв сведения о них у западных отцов. Эти два чина носили названия соискателей (потому что искали крещения) и избранных, которые получали это название после того, как их вносили в список тех, кто должен принять крещение. Последних 7-я гл. 8-й кн. «Апостольских постановлений» [52] и Кирилл Иерусалимский в своих оглашениях называют просвещаемыми. А как о крещаемых о них упоминает 8-я гл. той же книги «Постановлений» [53] и 6-е правило Тимофея Александр [[54]].

Итак, после этих разъяснений вернемся к настоящему правилу. Оно говорит, что святому и великому Собору показалось разумным, чтобы те оглашенные первого и совершенного чина, которые отреклись от веры, три года стояли во втором и несовершенном чине оглашенных, слушающих Писания в притворе, а после этих трех лет молились вместе с первым и более совершенным чином оглашенных в церкви.

Но можно справедливо прийти в недоумение: почему Соборы так наказывают оглашенных, если они согрешили, а Великий Василий в своем 20-м правиле говорит: «Совершенно все, что было в жизни оглашенного, не истязуется»? Для разрешения этого кажущегося противоречия следует сказать вместе с Зонарой, что Василий Великий говорит не о том, что не должно наказывать оглашенных, если они согрешили прежде крещения (ибо он противоречил бы соборным правилам), но о том, что согрешения оглашенных не ведут к ответственности, т. е. к наказанию после крещения, поскольку они через крещение уже получают прощение не только того, что соделали, будучи оглашенными, но и того, что соделали пред тем, как стали оглашенными, иными словами – когда они пребывали в неверии. Подвергаются же наказанию оглашенные потому, что, хотя на самом деле они еще и не находятся в Церкви и не суть ее действительные члены, однако стремлением, расположением и силой души они в Церкви. Ведь, по выражению Богослова (в слове на Светы), оглашенные находятся в преддверии благочестия и зачаты в вере, хотя еще и не рождены через крещение. [55] Потому они и не совсем лишены надежды спасения в том случае, если в силу непреодолимых обстоятельств не смогут принять крещения перед смертью, как это видно из надгробного слова, произнесенного божественным Амвросием на смерть царя Валентиниана, который умер, будучи еще оглашенным.

Итак, поэтому Соборы наказывают оглашенных как уже своих, принявших веру и именующихся христианами, и что закон говорит им, как находящимся под законом говорит, по выражению апостола (Рим. 3:19).

Правило 15

По причине многих смятений и случающихся разногласий решено совершенно отменить обычай, возникший в некоторых местах вопреки апостольскому правилу, – так чтобы уже ни епископ, ни пресвитер, ни диакон не переходил из города в город. Если же кто-то после этого определения святого и великого Собора предпримет нечто подобное или допустит сделать с собой такое, содеянное им да будет совершенно недействительным, а перешедший да будет возвращен церкви, в которой он был рукоположен во епископа или пресвитера [[56]].

(Апост. 14, 15; IV Всел. 6; Антиох. 3, 21; Сардик. 1, 16; Карфаг. 57)

Толкование

Настоящее правило определяет следующее. Показалось необходимым совершенно упразднить тот обычай, который был изобретен в некоторых местах вопреки установлению и законоположению апостольского правила (т. е. Апост. 14, а также Апост. 15), ввиду многих смятений и междоусобиц, последовавших за этим нарушением. А именно, устроить так, чтобы ни епископ, ни пресвитер, ни диакон не переходил из одного города в другой. Если же после настоящего правила этого святого Собора кто-либо попытается совершить такой поступок и перейдет из одного города в другой, то предпринятый им переход пусть будет совершенно недействительным, а епископ, пресвитер или диакон – возвращен той церкви, для которой был рукоположен. Потому что не только епископы, но и пресвитеры и диаконы должны рукополагаться для определенной церкви, а не без конкретного назначения, по IV Всел. 6.

Прочти Апост. 14, 15.

Правило 16

Те, которые опрометчиво, ни страха Божия пред очами не имея, ни церковного правила не зная, удалятся от своей Церкви, – пресвитеры, диаконы или вообще причисленные к клиру (τῷ κανὸνι) – ни в коем случае не должны быть приняты в другой Церкви, но следует всячески принуждать их вернуться на свои приходы; или, если они останутся упорными, подобает лишить их церковного общения. Если же кто-то дерзнет похитить принадлежащего другому и рукоположить его в своей Церкви без согласия его епископа, от которого ушел принадлежащий к клиру, да будет это рукоположение недействительным.

Толкование

Предыдущее правило определяет, что пресвитеры и диаконы должны быть возвращены той Церкви, в которой приняли рукоположение, а настоящее правило налагает на таких запрещение в служении в том случае, если никоим образом не удастся убедить их вернуться. Правило говорит: пресвитеры, или диаконы, или причисленные к клиру [[57]], которые, не боясь Бога и не зная церковного правила (т. е. Апост. 15), опрометчиво удалятся от Церкви, в которой приняли рукоположение, ни в коем случае не должны быть приняты в другой Церкви (разумеется, при отсутствии представительных и отпустительных грамот), но должно принуждать их вернуться в свою. Если они продолжают упорствовать, то следует их отлучить не от Таин и не от верных мирян в Церкви (ибо иначе это правило противоречило бы Апост. 15, которое таковых не отлучает от общения с мирянами в Церкви), но от сопресвитеров и содиаконов, имеющих одинаковый с ними сан. Иными словами, они не могут служить с посвященными, но должны оставаться под запрещением. Если же какой-либо епископ дерзнет коварно похитить чужого клирика, подчиненного другому епископу, и рукоположить его (очевидно, в более высокий сан) в своей Церкви без согласия того епископа, от которого ушел клирик, да будет недействительным такое рукоположение.

Прочти и Апост. 15.

Правило 17

Поскольку многие причисленные к клиру, движимые любостяжанием и лихоимством, забыли Божественное Писание, говорящее: Серебра своего не давал в рост (Пс. 14:5), и, давая в долг, требуют сотых, то святой и великий Собор судил: если окажется, что кто-либо после этого определения взимает лихву с данного взаймы, или иным образом устраивает это дело, или требует половинного роста, или вообще измышляет что-либо иное ради постыдной наживы, то да будет извержен из клира и исключен из чина клириков.

(Апост. 44; VI Всел. 10; Лаодик. 4; Карфаг. 5, 20; Василия Велик. 14.)

Толкование

Различные правила, как и настоящее, запрещают брать проценты с денег. Оно говорит: поскольку многие каноники, т. е. клирики, возлюбив любостяжание и лихоимство, забыли псаломское изречение Давида, гласящее: «Денег своих не давал под проценты» (речь идет о праведнике, который вселится в святую гору Господню, [58] а под ней понимается Царствие Небесное), но, давая взаймы, домогаются получить со своих должников сотые [[59]], т. е. двенадцать монет со ста (такой рост был самым тяжелым по сравнению с остальными), – то этот святой и великий Собор почел правым следующее. Если окажется, что после этого правила какой-либо клирик берет проценты или замышляет некое предприятие для взимания роста или иной оборот (а именно, желая скрыть то, что он берет проценты, дает деньги имеющим нужду и договаривается делить с ними доход и прибыль от этих денег, называя себя не заимодавцем, но соучастником и компаньоном), – итак, если окажется, что кто-либо поступает так, или требует половинного роста (т. е. половину сотенного роста: шесть монет вместо двенадцати, которые составляют полный процент со ста), или измышляет что-то подобное ради постыдной наживы, да будет извержен из клира и отчужден от чина клириков.

Прочти и Апост. 44.

Правило 18

Дошло до святого и великого Собора, что в некоторых местах и городах диаконы преподают пресвитерам Евхаристию, тогда как ни правило, ни обычай не заповедали о том, чтобы не имеющие власти совершать приношение преподавали Тело Христово приносящим. Сделалось известным также и то, что некоторые из диаконов касаются Евхаристии даже прежде епископов. Итак, пусть все это будет пресечено, и диаконы да пребывают в своих пределах, зная, что они – служители епископа и ниже пресвитеров. Пусть они принимают Евхаристию по порядку, после пресвитеров, от преподающего ее им епископа или пресвитера. Более того, да не будет позволено диаконам сидеть среди пресвитеров, ибо это противоречит правилу и порядку. Если же кто-либо не захочет повиноваться и после этих определений, да будет лишен диаконства.

(VI Всел. 7; Лаодик. 20.)

Толкование

Повсюду должно сохраняться благочиние, в особенности же среди священнослужителей. Поэтому настоящее правило исправляет то, что совершается не по чину. Оно говорит: дошло до слуха этого святого и великого Собора, что в некоторых местах и городах диаконы преподают Божественное причастие пресвитерам, чего ни какое-либо писаное правило, ни неписаный обычай не передали, – т. е. чтобы Тело Христово священнодействующим иереям преподавали диаконы, не имеющие власти совершать это священнодействие [[60]]. Кроме того, указано было еще и на то, что некоторые из диаконов причащаются перед пресвитерами. Итак, все эти бесчинства пусть будут устранены, и диаконы пусть пребывают в своих пределах, т. е. не преподают Евхаристию иереям и не причащаются прежде них, зная, что они сами – служители епископа, как показывает и само их имя, ибо «диакон» значит «служитель». Они ниже и меньше пресвитеров, меньший же благословляется бо́льшим, как говорит апостол (Евр. 7:7), а не наоборот. Пусть же они принимают Божественную евхаристию по порядку, после того как причастятся пресвитеры, от преподающего им ее епископа или (если нет епископа) пресвитера. Диаконам не позволяется также сидеть среди пресвитеров, поскольку и это бесчинно и противоречит правилу, ибо указывает на то, что диаконы равночестны пресвитерам, а это не так. Если же после этого правила какой-либо диакон не окажет повиновения, да будет лишен своего диаконства.

Согласование

Соответственно настоящему правилу выносит определение и правило VI Всел. 7. Оно предписывает низводить со своей степени и делать последним в своем чине того диакона, который по дерзости сядет выше пресвитеров, даже если он занимает какую-либо церковную должность [[61]]. Исключением является только тот случай, когда он отправится в другой город как представитель своего патриарха или митрополита: тогда его должно почитать более, чем пресвитеров. Правило Лаодик. 20 говорит, что диакон не должен садиться прежде пресвитера. А 56-е правило того же Собора запрещает иереям входить в алтарь и садиться прежде, чем войдет архиерей.

Обрати внимание на то, что, согласно Зонаре и Вальсамону, 18-е правило настоящего Собора говорит о тех диаконах, которые сидят выше пресвитеров в алтаре во время божественного священнодействия, и поэтому налагает на них более суровое наказание, т. е. лишает священнодиаконства. А правило VI Всел. 7 говорит о тех, которые сидят выше пресвитеров не в церкви, но в собраниях вне алтаря, и поэтому наказывает их мягче, одним только низведением с их места.

Правило 19

О бывших павлианах, потом обратившихся к Кафолической Церкви, вынесено постановление: непременно их перекрещивать. Если же некоторые в прошлом были причислены к клиру, то, если они окажутся безупречны и непорочны, пусть после перекрещивания будут рукоположены епископом Кафолической Церкви. Если же при испытании обнаружится их неспособность к этому, им подобает быть изверженными. Равным образом и в отношении диаконисс, и вообще причисленных к клиру пусть соблюдается это постановление. Упомянули же мы о диакониссах, причисляемых к таковым по одеянию, поскольку они не имеют никакого рукоположения и, следовательно, по всему могут быть отнесены к мирянам.

(Апост. 47; I Всел. 2; VI Всел. 95; Лаодик. 7, 8; Карфаг. 66.)

(IV Всел. 15; VI Всел. 14, 40; Василия Велик. 44; Карфаг. 6, 51, 135.)

Толкование

Настоящее правило выносит определение о тех, которые родились в ереси Павла Самосатского [[62]], но потом прибегли к Кафолической Церкви. Оно говорит: было принято правило и постановление безоговорочно перекрещивать таковых еретиков (обрати внимание, что Собор называет крещение павлиан крещением не в собственном смысле и не ради него самого, но сравнивая его с нашим крещением, и употребляет глагол «перекрещивать», т. е. «крестить второй раз»; см. также предисловие к правилу Карфагенского собора при Киприане), поскольку эти еретики не были крещены так, как православные. Если же некоторые из них и были хиротонисаны и стали клириками прежде православного крещения (потому что хиротонисавшие их архиереи не знали, что они еретики), или же они приняли хиротонию в клире павлиан, то, после того как они будут перекрещены православным крещением, если их жизнь окажется безупречной и безукоризненной [[63]], пусть примут хиротонию от епископа Кафолической и Православной Церкви, поскольку прежняя их хиротония, которую они приняли, будучи еретиками, вообще не считается хиротонией. Неужели возможно, чтобы тот, кто не был крещен в соответствии с православной верой, принял сошествие Святого Духа и благодать в хиротонии? Если же при исследовании окажется, что они недостойны священства, подобает их извергнуть, т. е. исключить из клира. Слово «извержение» употреблено здесь не в собственном смысле, но вместо слова «исключение», поскольку в собственном смысле извергается тот, кто прежде был возведен на высоту священства и клира. А из какого чина извергать тех, кто вообще не принимал хиротонии? Конечно же, ни из какого. Или, возможно, правило говорит, что они должны быть извержены из священства и клира павлиан, потому что как крещением оно назвало совершаемое у них, так и существующее у них назвало клиром, а отсюда и «извержение». Подобным образом и правило Лаодик. 8 то, что учреждено у монтанистов, называет клиром.

Все, что мы сказали о мужчинах, подобает точно таким же образом соблюдать и по отношению к женщинам: если каких-то женщин-павлианок православный епископ хиротонисал в диакониссы, не зная об их ереси, или они были рукоположены в чин диаконисс у павлиан, пусть будут перекрещены и, если после крещения окажутся достойными этого служения, пусть тоже принимают хиротонию как диакониссы (см. также Апост. 46, 47 и II Всел. 7). Прибавление в правиле: «Упомянули же мы о диакониссах, причисляемых к таковым по одеянию, поскольку они не имеют никакого рукоположения и, следовательно, по всему могут быть отнесены к мирянам», – хотя и неясно, но общий смысл его таков: мы особо упомянули о диакониссах, получивших у павлиан это одеяние, т. е. звание диаконисс, поскольку и они, как и прочие клирики павлиан, должны быть признаны мирянами. Как те клирики не имели хиротонии, будучи лишены Божественной благодати, так и их диакониссы имели только одеяние диаконисс, но хиротесии, истинной и дарующей благодать, не имели. А значит, и их после крещения следует признавать мирянами, каковыми они были и прежде.

Согласование

Правило VI Всел. 95 точно таким же образом, как и настоящее правило, говорит: «Было определено перекрещивать павлианистов, т. е. тех, кто от рождения придерживался ереси Павла». Правило IV Всел. 15 повелевает, чтобы диаконисса рукополагалась в сорокалетнем возрасте (то же самое говорят и VI Всел. 14, 40), и анафематствует ту, которая, проведя некоторое время в служении[[64]], потом вышла замуж. 44-е правило Василия Велик. диакониссу, соблудившую с язычником, отлучает на семь лет от таинств, однако не лишает ее молитвы и общения с верными. 2-е постановление 1-го тит. «Новелл» (у Фотия тит. 8, гл. 14) говорит, что диакониссе не подобает жить вместе с тем, кого можно заподозрить в непристойном поведении. Если же и после того, как епископ прикажет ей удалить этого человека и не жить вместе с ним, она отложит это на время, то ее лишают служения и заключают в монастырь на всю жизнь.

Прочти также примеч. к Апост. 47.

Правило 20

Поскольку некоторые преклоняют колена в воскресенье и в дни Пятидесятницы, то, ради того чтобы в каждой епископской области все соблюдалось одинаково, угодно было святому Собору, чтобы молитвы Богу возносили стоя.

(VI Всел. 90; Петра Александр. 15.)

Толкование

Обычаи, переданные апостолами и святыми отцами, должны соблюдаться все и всеми Церквами, а не только некоторые и некоторыми Церквами. Поэтому настоящее правило и определяет: поскольку некоторые христиане преклоняют колена и в день воскресный, и во дни от Пасхи до Пятидесятницы, что против правил и неуместно – впредь, ради того чтобы во всех православных Церквах вселенной соблюдались все апостольские и отеческие предания (одно из которых – не преклонять колен в воскресенье и в течение всей Пятидесятницы), этот святой Собор счел уместным, чтобы все христиане в эти дни возносили свои молитвы Богу не коленопреклоненно, но стоя прямо.

Согласование

Правило VI Всел. 90, говоря о том же, определяет еще и время, когда следует прекращать коленопреклонения, а именно: после входа иереев в алтарь на вечерне в субботу; а также время, когда их следует возобновлять, – после входа иереев, который бывает во время светильничной молитвы на воскресной вечерне, [65] или, иначе говоря, от одного вечера до другого. 15-е правило Петра Александр. также говорит: «В день воскресный мы по преданию не преклоняем колена». А Василий Великий в 27-й гл. «О Святом Духе», которая есть 91-е его правило, не только говорит, что мы не должны преклонять колен в день Господень и Пятидесятницу, но и указывает основание и причины, по которым мы этого не делаем: «В воскресенье мы молимся стоя [[66]] не только потому, что в этот день мы совоскресли со Христом и должны искать горних и небесных, но и потому, что день Господень – это образ и знак грядущего века, того самого, в который все обрящутся воскресшими. Поэтому он, будучи началом дней, назван Моисеем не первым, но единым; он же есть и восьмой. Этот день изображает тот воистину восьмой день, который наступит после завершения сего седмеричного века. А во время всей Пятидесятницы – потому что и она есть воспоминание чаемого в грядущем веке воскресения, – мы также молимся стоя, чтобы через прямое положение тела переносить ум наш от настоящего века к грядущему».

Согласно с Василием Великим говорит и божественный Иустин в ответе на 115-й вопрос: «То, что мы в день Господень не преклоняем колена, есть символ воскресения, через которое мы Христовою благодатью были освобождены от греха и смерти. А в Пятидесятницу мы не преклоняем колен, поскольку она равносильна дню Господню – и это тоже воспоминание воскресения. Такой обычай, – говорит Иустин, – берет начало от времен апостольских, как утверждает блж. Ириней, мученик и епископ Лугдуна, в слове о Пасхе». [67]

И божественный Епифаний подтверждает то, что коленопреклонения не совершаются в течение всей Пятидесятницы. [68] To же говорят и священный Августин в послании к Ианнуарию, и Иероним в слове против луцифериан, и божественный Амвросий, и Тертуллиан. Кроме того, 1-е правило Феофила Александр. определяет чтить и праздновать каждое воскресенье: оно есть и первый день, как начало жизни, и восьмой, поскольку превзошло иудейскую субботу, которая является седьмым днем.

Обрати внимание, что правило Карфаг. 56 говорит, что среди всего рассмотренного и одобренного в Никее было утверждено и установлено письменное правило: иереям литургисать натощак, однако в этих правилах Никейского собора такого нигде нет. [[69]]

О святом Вселенском Втором соборе

Предисловие

Святой Вселенский второй собор состоялся при Феодосии Великом в 381 г., – он называется также первым Константинопольским из числа прочих Вселенских. Из присутствовавших на нем отцов наиболее заслуживают упоминания Нектарий Константинопольский, Тимофей Александрийский, Мелетий Антиохийский, Кирилл Иерусалимский, Григорий Богослов и Григорий Нисский; было и много других епископов Востока, числом 150. А с Запада на нем не присутствовал никто – ни сам папа Дамас лично, ни его представитель, и даже соборного послания от него не оказалось [[70]]. Однако позднее как Дамас, так и вся Западная Церковь с определениями Собора согласились и утвердили их, и доныне она признает этот Собор истинным Вселенским. Созван он был, во-первых, против Македония, который богохульствовал, говоря, что Дух Святой есть творение Сына; а во-вторых, – против Аполлинария, евномиан (или евдоксиан), савеллиан, маркеллиан и фотиниан [[71]]. И вообще, Собор анафематствовал всякую ересь, возникшую в царствование Констанция, Юлиана и Валента – императоров, правивших до Собора.

Исправив искаженное арианами славословие Святой Троицы [[72]] и образ поклонения Ей, Собор возобновил догматическое учение Никейского собора как православное во всех отношениях. Поэтому, дабы показать, что он с Никейским собором утверждает одно и то же, Собор не составил другого, собственного Символа веры, но изменил немного Символ первого Собора: добавил слова «Его же Царствию не будет конца», из-за ереси хилиаста Аполлинария [[73]], более пространно изложил восьмой член «и в Духа Святаго», дополнил конец Символа четырьмя другими членами [[74]] – и таким образом привел его в тот неизменный вид, в каком он и сейчас читается всеми православными. В таком виде мы находим его среди документов II Вселенского собора (Синодикон. Т. 1. С. 286) и в 5-м деянии IV Вселенского собора (т. 2, с. 155). Но, несмотря на то что II Вселенский собор лишь сделал добавления к Никейскому Символу и внес в него указанные изменения, последующие Соборы приняли его как единый Символ I и II Вселенских соборов. A по какой причине Собор сделал указанные добавления, смотри в примеч. к III Всел. 7.

Помимо всего этого Собор издал и следующие семь правил, касающиеся церковного устройства и благочиния, подтверждаемые косвенно правилом IV Всел. 1 и прямо – правилами VI Всел. 2 и VII Всел. 1 (см.: Досифей. Двенадцатикнижие. С. 222) [[75]].

Правило 1

Святые отцы, собравшиеся в Константинополе, определили: да не отвергается вера 318 отцов, собравшихся в Никее Вифинской, но да пребывает непреложной, а всякая ересь пусть предается анафеме, а именно: ересь евномиан, или евдоксиан, полуариан, или духоборцев, савеллиан, маркеллиан, фотиниан и аполлинариан.

(II Всел. 5; VI Всел. 1; Карфаг. 2.)

Толкование

Это первое правило настоящего Собора утверждает, что 150 святых отцов, сошедшихся в Константинополе, определили: православная вера, иначе говоря, Символ веры, 318 отцов, собравшихся в Никее Вифинской, да не отвергается, но остается незыблемой и неискаженной, а всякая ересь да предается анафеме. В частности, должна быть предана анафеме ересь евномиан [[76]], или так называемых евдоксиан, ересь полуариан [[77]], или духоборцев, ересь последователей Савеллия [[78]], ересь приверженцев Маркелла [[79]], ересь учеников Фотина [[80]] и ересь аполлинариан [[81]].

Согласование

Согласно с настоящим правилом и правило VI Всел. 1 постановляет, чтобы нововведения не касались веры, переданной отцами в Никее и 150 отцами данного собора. А 5-е правило настоящего Собора приняло западных, исповедающих Единое Божество Троицы. Подобным образом и правило Карфаг. 2 определяет, что вера Церкви в Святую Троицу, соответствующая образцу Никейского собора, должна пребывать твердой, как говорит 1-е правило того же (Карфагенского) собора. О догматах веры упоминается также в Карфаг. 120–127.

Правило 2

Епископы, управляющие диоцезами, да не простирают своей власти на Церкви за границами своего округа и да не смешивают Церкви, но, по правилам, Александрийский епископ да управляет только в Египте, епископы диоцеза Восток да начальствуют только в Восточном диоцезе, с сохранением преимуществ Антиохийской Церкви, признанных никейскими правилами; также епископы Асийского диоцеза да начальствуют только в Асийском диоцезе; Понтийские – только в Понтийском, Фракийские – только во Фракийском. Без приглашения епископы да не вторгаются в диоцез для рукоположения или какого-либо другого дела церковного управления. Ясно, что при соблюдении изложенного правила о диоцезах дела каждой митрополичьей области будет устраивать Собор этой области, как определено в Никее. Церкви же Божии у иноплеменных народов должны быть управляемы по соблюдавшемуся доныне обыкновению отцов.

(Апост. 34, 35; I Всел. 6, 7; III Всел. 8; IV Всел. 28; VI Всел. 20, 30, 39; Антиох. 9; Сардик. 3, 11, 12.)

Толкование

Раньше из-за гонений, как свидетельствует Сократ (кн. 5, гл. 8), епископ вполне мог действовать за границами своего округа, [82] и даже блж. Евсевий Самосатский, как повествует Феодорит, по своей горячей ревности поступал так. [83] Поэтому, когда в Кафолической Церкви наступили мирные времена, было издано настоящее правило. Оно касается не одних только автокефальных митрополитов (как истолковал Вальсамон) и не одних только патриархов [[84]], но и тех и других, по Досифею (История Иерусалимских патриархов. С. 233). Правило возвещает, что каждый из них должен править в своей митрополичьей области и диоцезе и не вторгаться в чужие, нарушая права Церквей, но, напротив, по правилам (I Всел. 6 и 7, а особенно Апост. 34 и 35), предстоятель Александрии должен управлять епископскими областями только в Египте (Собор прямо называет предстоятеля Александрии по той причине, что Александрийский епископ вместе со своими приближенными способствовал тому, что на Константинопольскую кафедру был рукоположен Максим Киник, а великий Григорий был изгнан из своего диоцеза и епископской области). Далее, митрополиты Востока должны начальствовать только над Церквами Востока, при сохранении преимуществ Антиохийского предстоятеля, по правилу Никейского собора (имеется в виду 6-е правило), а митрополиты Церквей в Асии, Понте и Фракии должны управлять только относящимися к ним митрополичьими областями (позже правилом IV Всел. 28 было определено, чтобы митрополитов этих Церквей рукополагал Константинопольский предстоятель).

Кроме того, как патриархам, так и митрополитам правило запрещает переходить без приглашения за пределы своих диоцезов и митрополичьих областей для рукоположений или исполнения иных дел церковного управления в чужих епископских областях. Говорится также, что церковные дела каждой митрополичьей области (будь то избрания, хиротонии, епитимии и разрешения от них и прочее подобное), будет устраивать Собор митрополичьей области, а дела каждого диоцеза, возглавляемого патриархом, – Собор диоцеза, как определил Собор в Никее (правило 6). И в самом деле, одно и то же – слова Собора в Никее о том, чтобы никто не становился епископом без соизволения митрополита, и слова настоящего Собора: «...дела каждой митрополичьей области будет устраивать Собор этой области» (т. е. области митрополита). Находящиеся же в среде иноплеменных народов Церкви Божии, которые или не имеют достаточного числа епископов для того, чтобы состоялся Собор, или нуждаются в том, чтобы для утверждения христиан в вере туда отправился образованный епископ, должны быть управляемы по сохранявшемуся доныне обыкновению отцов. Это означает, что находящиеся по соседству, и притом достойнейшие, епископы должны посещать эти Церкви с целью восполнить недостающее число епископов для созыва местного Собора, что хотя и не соответствовало правилам, однако по необходимости позволено этим Собором.

Прочти Апост. 34 и 35 и I Всел. 6.

Правило 3

Константинопольский епископ да имеет первенство чести после Римского епископа, потому что город этот есть новый Рим.

Толкование

Предыдущее правило вынесло определение о патриархах (прежде всего Александрийском и Антиохийском) и митрополитах вообще, а настоящее правило выносит определение особо о епископе Константинопольском и говорит, что Константинопольский патриарх должен иметь первенство чести после Римского папы и патриарха, поскольку этот город, а именно Константинополь, именуется новым Римом и является таковым. Причем предлог «после» здесь означает не последовательность во времени, как говорят некоторые вместе с Аристином, и не понижение и умаление, как неправильно толкует Зонара (ибо если после Константинопольского патриарха – патриарх Александрийский, после Александрийского – Антиохийский, а после Антиохийского – Иерусалимский, согласно VI Всел. 36, то будет четыре степени понижения чести и, следовательно, пять различных достоинств, одно выше другого, что противно всей Кафолической Церкви и приемлемо только для латинян и латиномудрствующих), но означает равенство чести и порядок, в соответствии с которым один первый, а другой второй.

С одной стороны, равенство чести, так как и отцы Халкидонского собора в 28-м правиле говорят, что те 150 епископов предоставили престолу нового Рима равные преимущества с престолом ветхого Рима, и отцы собора Трулльского в 36-м правиле предписывают престолу Константинополя пользоваться равными преимуществами с престолом Рима. С другой стороны, порядок, так как и те и другие отцы в тех же правилах называют Константинопольский престол вторым после Римского – не вторым по чести, но вторым по порядку чести. Ибо по природе вещей невозможно, чтобы два предмета, будучи равными и называясь по отношению друг к другу «первый» и «второй», не располагались по порядку. Поэтому и Юстиниан в 131-й новелле, находящейся в 5-й кн., 3-м тит. «Василик», епископа Римского буквально называет первым, а Константинопольского – вторым по порядку после Римского.

Отметь: поскольку Зонара, толкуя настоящее правило, приводит это Юстинианово постановление, становится ясно, что то, что он сказал об упомянутом выше понижении и умалении епископа Константинопольского по отношению к Римскому – он сказал лишь касательно порядка их чествования, а не касательно их достоинства. В соответствии с чем и в перечнях подписей, и при перечислении кафедр, и при поминовении их имен один занимает первое место, а другой – второе.

Некоторые говорят, что настоящее правило предоставило епископу Константинопольскому только честь, но впоследствии настоятельная необходимость предоставила ему и власть рукополагать митрополитов в Асии, Понте и Фракии. С другой стороны, Халкидонский собор в послании к папе Льву [85] говорит, что такая власть совершать рукоположения была у епископа Константинопольского по древнему обычаю, а 28-е правило того же IV Вселенского собора только утвердило ее [[86]].

Прочти также это правило IV Всел. 28.

Правило 4

О Максиме Кинике и случившемся из-за него бесчинии в Константинополе: ни Максим не был епископом и не есть епископ, ни рукоположенные им в какую бы то ни было степень клира не были клириками и не суть клирики; все и в связи с ним, и им соделанное объявлено недействительным.

Толкование

Настоящее правило определяет: не должно считать, что названный Максим [[87]] вообще был или есть епископ и что рукоположенные им в какую бы то ни было степень вообще приняли рукоположение, ибо все объявлено недействительным, а именно как его хиротония, совершенная египетскими епископами за пределами их области и вопреки правилам, так и совершенные им самим хиротонии других.

Правило 5

Что касается томоса западных, то мы приняли и находящихся в Антиохии, исповедующих единое Божество Отца и Сына и Святого Духа.

(II Всел. 1; VI Всел. 1; Карфаг. 1, 2.)

Толкование

Это правило особое и частное. Ибо говорит, что, как мы приняли томос западных, т. е. определение, которое утверждает святой Символ никейских отцов и анафематствует всех мыслящих противное и которое изложили западные отцы, собравшиеся в Сардике [[88]], так подобным же образом мы приняли и определение веры сошедшихся в Антиохии [[89]]. Они исповедуют единое Божество Отца и Сына и Святого Духа, – очевидно, в согласии с отцами, собравшимися в Никее.

Правило 6

Поскольку многие, желая расстроить и ниспровергнуть церковное благочиние, враждебно и клеветнически вымышляют некие обвинения против правящих Церквами православных епископов, добиваясь не иного чего, как только того, чтобы запятнать репутацию иереев [90] и произвести смятения в мирном народе, по этой причине святому Собору епископов, сошедшихся в Константинополе, было угодно не без исследования допускать обвинителей, не всем позволять выдвигать обвинения против правящих Церквами, однако и не всем запрещать. Но если кто-либо подаст на епископа некую личную, т. е. частную, жалобу, например, из-за того, что стал жертвой его корыстолюбия или потерпел от него другую несправедливость, то при таких обвинениях не исследовать ни лицо обвинителя, ни его веру. Ибо в любом случае необходимо, чтобы и совесть епископа была свободна, и объявляющий себя обиженным, какой бы веры он ни был, обретал правосудие. Если же обвинение, возводимое на епископа, будет касаться церковных вопросов, тогда должно испытывать лица обвинителей, чтобы прежде всего еретикам не было позволено выдвигать обвинения против православных епископов по делам церковным. Еретиками же мы называем тех, которые издревле объявлены чуждыми Церкви, и тех, которые после того были анафематствованы нами. А кроме них – и тех, которые, притворяясь, будто исповедуют здравую веру, отделились и составляют собрания против наших канонических епископов. Потом и тем из членов Церкви, которые за какие-нибудь вины были прежде осуждены и извержены или отлучены от клира или от чина мирян, также не позволять обвинять епископа, прежде чем они не снимут с себя павшее на них самих обвинение. Подобным же образом и тех, кто находится под обвинением, поданным на них ранее, не допускать к обвинению епископа или других клириков, прежде чем они не докажут свою невиновность в возведенных на них обвинениях. Если же некоторые, не будучи ни еретиками, ни отлученными, ни осужденными или обвиненными ранее в каких-нибудь преступлениях, говорят, что имеют какое-либо обвинение на епископа по церковному делу, то святой Собор повелевает им прежде всего представлять обвинения перед всеми епископами митрополичьей области и перед ними доказывать свои жалобы на епископа, обвиняемого в чем-либо. Если же случится, что епископы области будут бессильны уладить приносимые на епископа жалобы, тогда обвинители пусть обращаются к бόльшему Собору епископов того диоцеза, которые должны быть созваны по этой причине. И выдвигать обвинение они могут не прежде, чем дадут письменное обязательство понести одинаковое наказание с обвиняемым, если при производстве дела окажется, что они клевещут на обвиняемого епископа. Если же кто-то, презрев вышеизложенные решения, дерзнет или беспокоить императорский слух, или тревожить суды мирских начальников или Вселенский собор, проявив непочтение ко всем епископам диоцеза, таковой да не будет и вовсе допущен к обвинению, как оскорбивший правила и поправший церковное благочиние.

(Апост. 74; IV Всел. 9, 17, 21; Карфаг. 8, 12, 14–16, 27, 36, 96, 105, 134, 137–139; Антиох. 12, 14, 15.)

Толкование

Настоящее правило говорит следующее. Поскольку многие, желая расстроить благочиние Церкви, враждебно клевещут на православных епископов, добиваясь этим не иного чего, как только того, чтобы запятнать репутацию лиц посвященных и возмутить народ, то святому Собору было угодно, чтобы не все обвинители епископов принимались, но в то же время и не все отвергались. И если обвинения частные, касающиеся только материального ущерба, т. е. если кто-либо обвиняет епископа в том, что тот поступил с ним несправедливо или корыстолюбиво (допустим, лишив его движимого или недвижимого имущества), тогда не нужно подвергать исследованию лицо обвинителя и его веру, но, какой бы веры он ни был, подобает, чтобы он был принят и обрел правосудие. Если же выдвигаются обвинения о преступлениях, могущие таким образом повлечь за собой низведение со степени, например, обвинения в святотатстве, в совершении богослужения за пределами своей епископской области и др., в таких случаях обвинители должны быть испытаны: во-первых, чтобы они не заблуждались в догматах и не были еретиками, как издревле анафематствованными Церковью, так и анафематствованными в последнее время нами; во-вторых, чтобы они не были раскольниками [[91]], т. е. такими людьми, которые отделились от Церкви из-за каких-либо допускающих врачевание обычаев (по 1-му правилу Василия Велик.) и собираются отдельно вопреки правилам, т. е. в противовес кафолическим епископам, поставленным православно и по правилам; в-третьих, чтобы они не были отсечены от Церкви совершенно за какие-либо свои прегрешения или отлучены на время от прочих клириков или мирян. Также и те, которые ранее уже были обвинены другими, не допускаются к обвинению епископа или иных клириков, прежде чем не освободят самих себя от предъявленных им обвинений. Однако если обвиняющие епископа в преступлениях церковного и общего характера свободны от всего вышеперечисленного, то святой Собор постановляет, чтобы они сначала представляли донесения на обвиняемого ими епископа перед Собором всех епископов той митрополичьей области. Если же Собор митрополичьей области не может устранить причину обвинений, тогда обвинители должны перенести суд на бόльший Собор, а именно Собор епископов диоцеза [[92]], и там дело пусть будет завершено.

В 60-й кн., 26-м тит., 6-й гл. «Василик» написано, что тот, кто выдвинет обвинение в преступлении, подлежащем наказанию, но окажется предателем и лжецом, должен понести то наказание, которое предстояло получить ответчику. Поэтому настоящее правило, следуя данному гражданскому закону, добавляет: истец не должен приступать к обвинениям, прежде чем не даст письменного обязательства в том, что если будет доказано, что он несправедливо и клеветнически обвинил епископа, он получит наказание равное тому, какое мог бы получить епископ, осужденный справедливо и правильно. Тот же, кто пренебрежет изложенными условиями и, проявив непочтение ко всем епископам диоцеза, дерзнет обратиться со своей тяжбой к императору [[93]] или в суды мирских властей или станет требовать Вселенского собора [[94]], такой пусть совершенно не допускается к обвинению, поскольку он оскорбил священные правила и нарушил церковное благочиние.

Согласование

Подобным образом и правило IV Всел. 9 определяет, что всякий раз, когда клирики, имея разногласия между собой, оставляют своего епископа и обращаются в мирские суды, они должны подлежать каноническим епитимиям. А правило Карфаг. 14 говорит, что лишается своего места тот епископ, или пресвитер, или диакон, или клирик, который минуя церковный суд обращается в гражданский. Кроме того, и правило Антиох. 12 определяет, что если пресвитер или диакон, изверженный своим епископом, или епископ, изверженный Собором, не обращается к бόльшему Собору епископов, но беспокоит императора, то он впредь лишается возможности оправдаться и надежды на восстановление. Карфагенский собор 36-м правилом отлучает клириков и епископов, которые переносят свой суд на ту сторону моря, т. е. за пределы своего округа, а не обращаются к первенствующим епископам своих областей. To же самое определяет и 134-е правило того же Собора [[95]].

Отметь, что высшие церковные судьи, которым подана апелляция, не порицают низших, однако лишь в случае, если они не будут уличены в том, что вынесли несправедливый приговор за какую-нибудь услугу или из-за вражды, согласно 15-му правилу того же Карфагенского собора. Смотри также Апост. 74 и IV Всел. 9.

Правило 7

Тех из еретиков, которые присоединяются к православию и к части спасающихся, мы принимаем по следующему чинопоследованию и обычаю. Ариан, македониан, савватиан, новациан, называющих себя чистыми и левыми [[96]], четыренадесятников, или тетрадитов, и аполлинариан, если они дают расписки и анафематствуют всякую ересь, не мыслящую так, как мыслит святая Божия Кафолическая и Апостольская Церковь, мы принимаем, запечатлевая святым мνром сначала чело, потом очи, ноздри, уста и уши, и, запечатлевая их, говорим: «Печать дара Духа Святаго». Евномиан же, которые крестятся однократным погружением, монтанистов, называемых здесь фригами, савеллиан, которые учат о сыноотечестве и иное нетерпимое творят, и все прочие ереси (поскольку здесь много еретиков, особенно выходцев из Галатийской страны [[97]]) – всех тех из них, которые желают присоединиться к православию, мы принимаем, как язычников. В первый день мы делаем их христианами, во второй оглашенными, затем на третий день заклинаем их с троекратным дуновением в лицо и в уши; и так мы оглашаем их, заставляем пребывать в церкви и слушать Писания и тогда уже крестим.

(Апост. 46, 47, 68; I Всел. 8, 19; VI Всел. 95; Лаодик. 7, 8; Карфаг. 66; Василия Велик. 1, 5, 47.)

Толкование

Настоящее правило определяет, каким образом мы должны принимать приходящих из ересей к православной вере и к части спасающихся, и говорит, что ариан, македониан и новациан, о которых мы сказали в 1-м правиле этого Собора, савватиан [[98]], четыренадесятников, т. е. тетрадитов [[99]], и аполлинариан мы принимаем после того, как они дадут свидетельство (λιβέλλους), т. е. письменное изложение (латинское слово libellus переводится Зонарой как «изложение»[[100]]), анафематствующее их собственную и всякую другую ересь, которая не мыслит так, как мыслит святая Божия Кафолическая и Апостольская Церковь. Подобным образом I Вселенский собор в 8-м правиле потребовал такого письменного изложения от новациан. Затем мы запечатлеваем святым мνром сначала их чело, потом очи, ноздри, уста и уши, при каждом запечатлении говоря: «Печать дара Духа Святаго». Всех таковых мы принимаем описанным способом, не перекрещивая, поскольку, согласно Зонаре, их чин святого крещения ничем не отличается от нашего и крестятся они одинаково с православными.

Ариан же и македониан, хотя они и явные еретики, правило приняло без перекрещивания по икономии, во-первых, потому, что подобных еретиков в то время было великое множество, а во-вторых, еще и потому, что они крестились одинаково с нами. Однако евномиан, крестящихся в одно погружение, монтанистов, которых здесь в Константинополе называют фригами [[101]], савеллиан, утверждающих, что Отец и Сын – одно Лицо, и творящих иное зло, и всех других еретиков (которых здесь много, в особенности выходцев из страны Галатийской) – всех мы принимаем, как язычников, т. е. как совершенно некрещеных (поскольку они или совсем не были крещены, или были крещены, но неправильно, не так, как крестятся православные, отчего и считаются вообще некрещеными). И в первый день мы делаем их христианами, т. е. готовим их к принятию всех христианских догматов, вне притвора церкви с возложением на них руки иерея, согласно 39-му правилу Эльвирского поместного собора (в Испании) [[102]]. Во второй день мы делаем их оглашенными, т. е. причисляем их к чину оглашаемых; в третий же день читаем над ними обычные заклинания с троекратным дуновением в лицо и уши. Таким образом мы частично оглашаем их в догматах веры, заставляем пребывать в церкви долгое время [[103]] и слушать Божественные Писания и тогда крестим их [[104]].

Согласование

Точно так же, как это правило, и правило Лаодик. 7 требует, чтобы новациан и четыренадесятников, когда они обращаются к православию, принимали по икономии, т. е. через анафематствование ереси и запечатление миром, а фригов, если они обращаются, 8-е правило того же Собора повелевает крестить. Правило VI Всел. 95 есть не что иное, как повторение настоящего правила, с тем добавлением, что манихеи, валентиниане и маркиониты при обращении в православие должны быть крещены, а евтихиане, последователи Диоскора и севириане – приняты через анафематствование своих ересей, т. е. как новациане и пр.

Правило I Всел. 19 требует, чтобы павлиане обязательно крестились, как свидетельствует об этом и правило VI Всел. 95. Василий Великий в 47-м правиле говорит, что при обращении должны креститься энкратиты, саккофоры и апотактики (о которых см. VI Всел. 95). А в 5-м его правиле говорится, что еретиков, кающихся при конце жизни, мы должны принимать, однако не без рассуждения, но с испытанием.

Прочти также Апост. 46 и 47.

О святом Вселенском Третьем соборе

Предисловие

Святой Вселенский третий собор был собран в Эфесе Асийском, в великой церкви города, называемой Мария Богородица [[105]], в царствование Феодосия Младшего, в 431 г. по P. X. На Соборе было более 200 отцов. Председателями на нем были прославленный среди отцов Кирилл Александрийский (который сначала председательствовал вместо Целестина Римского, замещая его, но позже с Запада были присланы местоблюстители Римского папы – еп. Аркадий и Проэкт и пресвитер Филипп), а также Ювеналий Иерусалимский и Мемнон Эфесский. А собран был Собор против Нестория, который происходил из Германикии Антиохийской, согласно Феодориту, [106] и который Божиим попущением взошел на Константинопольскую кафедру. Несчастный, испив из мутных еретических источников Диодора и Феодора Мопсуестийского, начал превратно мыслить о тайне домостроительства воплощения [[107]]. Так, он делил единого Христа на два лица и две ипостаси, представляя отдельно простого человека в собственной ипостаси, без воспринявшего Слова, и отдельно Бога, лишенного воспринятого человечества. Иными словами, единого Сына он делил на двух сынов и говорил, что один – Сын Бога, а другой – сын Девы, отчего он и не хотел Святую Деву и Его Матерь по плоти называть Богородицей.

Итак, этот святой Собор, анафематствовав Нестория за все вышеперечисленное [[108]], составил свое вероопределение [[109]], в котором преподал догмат о том, что Христос един по ипостаси, Тот же совершенный Бог и Тот же совершенный Человек, не иной и иной, но единый Сын, Тот же прежде веков от Отца без матери, а в последние дни от Матери без отца. А Его Приснодевственную Матерь Собор заповедал называть в собственном смысле и истинно Богородицей как в собственном смысле и истинно родившую по плоти Бога Слова [[110]].

Председатель этого Собора, Кирилл Александрийский, провозгласил на нем следующее: «Мы не проповедуем обоготворенного человека, но исповедуем воплотившегося Бога. Собственную рабу признал Матерью Тот, Который по сущности не имеет матери, a по домостроительству на земле не имеет отца». [111] В послании к Несторию, которое начинается со слов «Суесловят, как я слышу...» и которое этот III Вселенский собор сделал своим определением – как говорит Досифей и как явствует из деяний IV Вселенского собора (Синодикон. Т. 2. С. 61), – тот же Кирилл говорит следующее: «Выражение „Слово Божие воплотилось и вочеловечилось“ показывает не то, что естество Слова, изменившись, стало плотью, и не то, что оно преложилось в целого человека из души и тела, но именно то, что Слово, соединив с Собой по ипостаси плоть, одушевленную разумной душой, неизреченно и непостижимо стало человеком и назвалось Сыном Человеческим, не только волею или благоволением и не только восприятием лица. Это выражение показывает то, что соединенные в истинное единство естества хотя и различны, но един из двух Христос и Сын: не так, что различие естеств было уничтожено соединением, но так, что Божество и человечество образовали нам Единого Господа, Христа и Сына через неизъяснимое и неизреченное соединение в единство...» [112] И еще: «Если мы отвергаем соединение по ипостаси как невозможное или неподобающее, то вынуждены говорить о двух сынах...» [113] И еще: «Учение точной веры исповедует все это повсюду. Мы найдем, что так мыслили святые отцы. Так, они дерзнули назвать Святую Деву Богородицей не потому, что естество Слова, или Божество Его, приняло начало бытия от Святой Девы, но потому, что от Нее родилось святое тело, имеющее разумную душу. Слово, соединившись с ним ипостасно, родилось по плоти» [114] (см. также: Синодикон. Т. 1. С. 436).

И Прокл, в то время еп. Кизический, в Великой церкви в присутствии ересиарха Нестория торжественно заявил: «Нас созвала сюда Святая Богородица, Дева Мария, неоскверненное сокровище девства, словесный рай второго Адама, мастерская соединения двух естеств, торжество спасительного примирения» [115] – и пр.

Настоящий Собор определил, чтобы никто не дерзал составлять другой Символ помимо того, который изложен I и II Вселенскими соборами, или вообще что-либо добавлять в него или опускать в нем, и анафематствовал преступающих это предписание. Кроме того, этот Собор подтвердил осуждение Пелагия и Целестия, которому они подверглись ранее на многих Поместных соборах, прежде всего Карфагенском. Помимо всего этого, в 7-м и последнем своем деянии Собор изложил еще 8 настоящих правил и послание в Памфилию, необходимые для церковного благочиния и устроения [[116]]. Их косвенно подтвердило правило IV Всел. 1, а прямо, при перечислении по названиям всех Соборов, – правила VI Всел. 2 и VII Всел. 1.

Правило 1

Поскольку необходимо было, чтобы и отсутствовавшие на святом Соборе, и оставшиеся в селении или городе по какой-либо причине, связанной или с церковными делами, или с телесными нуждами, не остались в неведении относительно вынесенных о них постановлений, мы извещаем вашу святыню и любовь, что если какой-либо епархиальный митрополит, отступив от святого Вселенского собора, присоединился к отступническому сборищу, или присоединится после этого, или перенял образ мыслей Целестия, или переймет, то он никоим образом не может предпринимать что-либо против епископов митрополичьей области, поскольку с этого момента он уже лишен Собором всякого церковного общения и права священнодействовать. Напротив, он во всем подлежит суду самих этих епископов митрополичьей области и окрестных митрополитов, мыслящих православно, вплоть до его совершенного извержения из епископского сана.

Толкование

Это правило сообщает отсутствовавшим на Соборе о низложении Иоанна Антиохийского, Феодорита, еп. Кирского, Ивы, еп. Эдесского, и бывших с ними 30 епископов [[117]] в следующих словах. Поскольку епископам, по какому-либо случаю, связанному с церковными делами или с телесными нуждами, не участвовавшим в этом святом Соборе, следует знать о том, что сделано с вышеназванными, мы сообщаем вашей любви: если митрополит отделился от этого святого Вселенского собора и присоединился к отступническому сборищу, т. е. сборищу Нестория, Иоанна и бывших с ним, или присоединится после этого, или перенял еретические взгляды Целестия [[118]], – то он совершенно не имеет силы причинить какое-либо зло епископам или даже мирянам (разумеется, православным), поскольку лишен этим Собором всякого церковного общения и права священнодействовать и поскольку впоследствии он должен быть совсем извержен из епископского сана и самими этими православными епископами, и окрестными митрополитами.

Правило 2

Если же какие-либо епископы митрополичьей области отсутствовали на святом Соборе и присоединились к отступлению, или покусятся присоединиться, или, даже подписав низложение Нестория, возвратились к отступническому сборищу, таковым, по решению святого Собора, надлежит быть совершенно чуждыми священства и лишенными своей степени.

Толкование

Это правило, подобно 1-му, также гласит, что если какие-либо епископы из области Антиохийского митрополита не присутствовали на Соборе, но либо присоединились к отступничеству этого самого Антиохийского митрополита, либо присоединятся к нему, либо, уже после того как подписали и подтвердили низложение Нестория, вновь вернулись к отступническому сборищу, – то они, как это счел справедливым святой Собор, должны быть лишены священства и извергнуты из епископского сана.

Правило 3

Если кто-либо из клириков в любом городе или селении был запрещен в священстве Несторием и его сторонниками за правый образ мыслей, то мы признали справедливым, чтобы и такие получили обратно свою степень. Вообще, повелеваем, чтобы клирики, мыслящие одинаково с православным и Вселенским собором, ни в коем случае и никоим образом не подчинялись отступившим или отступающим епископам.

Толкование

Поскольку Несторий, будучи Константинопольским патриархом, отлучил и изверг из сана тех клириков, которые не были с ним единомысленны, и придерживающиеся одного с ним учения епископы в других областях поступили так же, постольку настоящее правило сочло справедливым, чтобы эти изверженные получили обратно свою степень. И вообще говоря, правило предписало тем клирикам, которые единомысленны с этим православным и Вселенским собором, никоим образом не подчиняться отступившим епископам.

Правило 4

Если же кто-нибудь из клириков отступит и дерзнет или частным образом, или принародно мудрствовать как Несторий или Целестий, то святой Собор счел правым, чтобы и они были извержены.

Толкование

Настоящее правило, подобно предыдущему, также выносит решение о тех клириках, которые отступят и либо частным образом, либо принародно дерзнут мудрствовать или учить сообразно с учением Нестория и единомысленного с ним Целестия. Правило говорит: святой Собор счел справедливым, чтобы таковые были низложены со своей степени.

Правило 5

Что касается тех, которые прежде были осуждены святым Собором или своими епископами за неподобающие поступки, но которым Несторий, пo своему безразличию во всем, и его единомышленники вопреки правилам покусились или покусятся вернуть общение или степень, мы сочли правым, чтобы это оказалось для них бесполезным и они тем не менее оставались изверженными.

Толкование

Настоящее правило определяет: что касается тех клириков, которые за какие-либо грехи, ведущие к отлучению или извержению, были отлучены или извержены этим святым Собором либо своими епископами, а Несторий и его единомышленники, не делая никакого различия между запрещенным и незапрещенным, или дерзнули разрешить их от отлучения и дали право священнодействовать, или еще дерзнут после этого, мы сочли справедливым, чтобы это противоречащее правилам разрешение было для этих клириков недействительным и они оставались, как и прежде, изверженными.

Правило 6

Подобным образом, в случае если кто-либо захочет каким бы то ни было образом нарушить то, что постановлено о каждом на святом Эфесском соборе, святой Собор определил: если это епископы или клирики – быть им совершенно низверженными со степени, если же миряне – быть чуждыми общения.

Толкование

Предыдущие правила более относятся к частным случаям, а это определяет в общем, что те, которые дерзнут каким бы то ни было образом нарушить постановленное по каждому вопросу на Эфесском соборе, если это епископы или клирики, пусть будут извержены, если же миряне – отлучены.

Правило 7

После прочтения этого святой Собор определил: никому не позволять произносить, или писать, или составлять иную веру помимо той, которая определена святыми отцами, собравшимися в граде Никейском, при содействии Святого Духа. А кто дерзает либо измышлять чужую веру, либо приобщать к ней или предлагать ее тем, кто хочет обратиться к познанию истины из язычества, иудаизма или какой бы то ни было ереси, – те да будут чужды, если они епископы или клирики, епископы епископства, а клирики клира; если же они миряне, да будут преданы анафеме. Равным образом, если какие-нибудь епископы, или клирики, или миряне будут изобличены в том, что они либо мудрствуют, либо учат тому, что содержится в представленном пресвитером Харисием изложении о вочеловечении Единородного Сына Божия, или учат нечестивым и извращенным догматам Нестория, которые и помещены ниже – да подлежат они приговору сего святого Вселенского собора. А именно: епископу быть чуждым епископства и низложенным, клирику так же быть изверженным из клира. Если же то будет мирянин, да будет предан анафеме, как уже было сказано.

Толкование

Поскольку на этом святом и Вселенском соборе были зачитаны и Символ святого Вселенского I собора, бывшего в Никее, и символ иудействующего Нестория, в котором содержались нечестивые его догматы (тот самый Символ, который Харисий, Филадельфийский пресвитер, представил Собору), то после прочтения всего этого святой Собор изложил данное правило, определив, что никому не позволяется составлять и писать или предлагать обращающимся в православие какую-либо другую веру, т. е. другой Символ веры [[119]], помимо Символа веры, установленного по просвещению Святого Духа святыми отцами, собравшимися в граде Никейском. А те, которые дерзнут либо составить другой Символ веры, либо представлять его открыто и предлагать обращающимся к познанию истины из язычества, иудейства и ересей, – такие, если они епископы и клирики, должны быть извержены из епископского сана и клира, если же миряне – анафематствованы.

Равным образом и те, кто уличен, что мудрствует сам или учит других сообразно с нечестивыми и еретическими догматами Нестория о вочеловечении Единородного Сына Божия (каковые содержатся в изложении веры, которое составил сам Несторий, а представил этому Собору пресвитер Харисий): если это епископы и клирики, они должны быть низложены и извержены из епископского сана и клира, если же миряне – анафематствованы, как мы сказали выше.

Правило 8

Боголюбезнейший соепископ Регин и с ним боголюбезнейшие епископы Кипрской митрополичьей области Зинон и Евагрий сообщили о таком деле, которое является нововведением, противоречащим церковным постановлениям и правилам святых апостолов и посягающим на свободу всех. Поскольку общественные болезни нуждаются в более сильном лечении как приносящие больший вред, и особенно, если древний обычай не допускает, чтобы епископ Антиохийского града совершал хиротонии на Кипре, как показали письменными свидетельствами и собственными словами благочестивейшие мужи, которые пришли на святой Собор, – то предстоятели святых церквей на Кипре будут иметь право, не подвергаясь притеснениям и принуждению, по правилам преподобных отцов и древнему обычаю самостоятельно совершать хиротонии благоговейнейших епископов. To же самое будет соблюдаться в остальных диоцезах и повсюду в Церквах, так чтобы никто из боголюбезнейших епископов не захватывал в свои руки другую область, которая издавна и изначально не находилась в подчинении у него или, вернее, у его предшественников. Но если кто-нибудь захватил и насильно подчинил себе область, пусть ее отдаст, чтобы не нарушались правила отцов и под предлогом священнодействия не проникала надменность мирской власти и чтобы нам незаметно, мало-помалу не утратить свободы, которую даровал нам Своей Кровью Господь наш Иисус Христос, Освободитель всех человеков.

(Апост. 35; II Всел. 2; VI Всел. 20; Антиох. 13, 22; Сардик. 3, 11, 12.)

«Итак, святой Вселенский собор решил, чтобы каждая митрополичья область сохраняла без ущемления и в неприкосновенности права, принадлежащие ей с самого начала, по издревле утвердившемуся обычаю. Каждый митрополит имеет право для своего удостоверения взять списки этих постановлений. Если же кто-нибудь представит постановление, противоречащее тому, что определено ныне, то, как решил весь святой Вселенский собор, оно будет недействительным».

(Апост. 34; I Всел. 6, 7; II Всел. 2; VI Всел. 36, 39; Антиох. 9.)

Толкование

Поскольку Кипр в гражданском управлении был подчинен дуке Антиохии, который и посылал туда военачальника, то епископ Антиохийский, подражая этому внешнему государственному принципу и закону, захотел подчинить себе тот же Кипр во внутреннем церковном управлении, рукополагая кипрских епископов за пределами своей юрисдикции и вопреки соответствующему древнему обычаю, что выходит за рамки правил Апост. 34 и 35. Итак, Собор, приняв Регина, архиеп. Констанции, которая в древности называлась Саламином, а теперь – Амохостом, [120] и с ним еп. Зинона Курийского и Евагрия Солийского, возвестивших все это и письменно и устно, постановил настоящим правилом, чтобы, согласно канонам и древнему обычаю [[121]], митрополиты Кипра самостоятельно рукополагали кипрских епископов и не подвергались со стороны кого-либо другого притеснениям и принуждению. Делая это правило всеобщим и кафолическим, отцы этого Собора добавляют, что то же самое должно соблюдаться повсюду и в остальных диоцезах и областях, так чтобы никакой епископ не захватывал и не присваивал себе другую область, которая изначально не была подчинена ни его власти, ни власти его предшественников. Если же кто-нибудь насильно присвоил себе область, пусть вернет ее, чтобы не нарушались правила отцов и чтобы архиереи, прикрываясь видимостью священнодействия, незаметно не принимали скрывающееся под этим тщеславие мирской власти и из-за этого, поработившись неправде, мало-помалу не утратили свободы, которую Освободитель всех людей Иисус Христос даровал нам Своей Кровью. Итак, этот святой Вселенский собор счел необходимым, чтобы пребывали неприкосновенными и неущемленными законные привилегии, которые издавна и изначально в силу древнего обычая получила каждая область, и чтобы каждый митрополит имел право взять список настоящего правила для удостоверения и утверждения привилегий его митрополии. Если же кто-нибудь представит постановление, а именно государственный и царский закон, противоречащий настоящему правилу, то, как счел основательным весь этот святой Собор, такой государственный закон будет лишенным силы и недействительным [[122]].

Прочти также толкования на Апост. 34 и 35.

Послание того же святого Вселенского Третьего собора к благочестивому Памфилийскому собору о Евстафии, бывшем их митрополите

Поскольку богодухновенное Писание говорит: С советом все делай [123] (Притч. 25:29; Сир. 32:20), получившим жребий священнослужения в особенности подобало со всей тщательностью рассматривать все, что должно делать. Ведь у тех, кто проводит жизнь таким образом дела оказываются благонадежно устроенными, и они как бы попутным ветром несутся в желаемом направлении, и слово это весьма справедливо. Однако известно, что подчас горькая и невыносимая скорбь, поразив ум, до крайности помрачает его, уводит от стремления к необходимому и склоняет взирать, как на нечто полезное, на то, что в сущности есть преступление.

Мы заметили, что благоговейнейший и благочестивейший Евстафий испытал нечто подобное. Ведь рукоположен он, как засвидетельствовано, по правилам, но будучи смущен, как он утверждает, некоторыми людьми и подвергшись неожиданным превратностям, потом от полного бездействия отказался противостать заботам, отяготившим его, и поскольку не мог отражать поношения со стороны тех, кто неотступно его преследовал, то – не знаем, каким образом, – представил письменное отречение. А ведь он должен был как уже взявший на себя священное попечение с духовной крепостью удерживать его за собой, как бы вооружиться на труды и добровольно нести подвиг, обещающий воздаяние. Но поскольку он уже показал свое малодушие (хотя это произошло с ним скорее от неумения действовать, нежели от лености и нерадения), ваше благочестие по необходимости рукоположило благоговейнейшего и благочестивейшего брата нашего и соепископа Феодора, чтобы он заботился о Церкви. Ей и в самом деле не пристало вдовствовать, а стаду Спасителя – оставаться без предстоятеля.

Коль скоро же Евстафий пришел со слезами, не оспаривая ни город, ни Церковь у названного благочестивейшего еп. Феодора, а испрашивая только честь и звание епископа, мы все прониклись состраданием к старцу и, сочтя его слезы общими, поспешили узнать, законному ли извержению подвергся упомянутый Евстафий или же он обвинен в чем-то неуместном теми, кто опорочил его доброе имя. И так мы узнали, что он ничего такого не совершил; скорее, само отречение было поставлено ему в вину. Ввиду чего мы не упрекнули Ваше благочестие, рукоположившее, как и подобало, на его место упомянутого благочестивейшего еп. Феодора. Но поскольку о бездействии мужа спорить не пристало, а скорее, нужно было помиловать старца, который столь долго пребывал и за пределами города, в котором родился, и вне отеческого жилища, – мы сочли справедливым и определили, чтобы без всякого возражения он имел и имя, и честь епископа, и общение. Впрочем, это при том, чтобы он не рукополагал и самовластно не священнодействовал, заняв Церковь; разве только случится, что ему это позволит брат-соепископ по расположению и любви во Христе или сделает его своим сослужителем. Если же вы или сейчас, или после вынесете более благосклонное решение о нем, то и это будет угодно святому Собору.

(Двукрат. 16; Петра Александр. 10; Кирилла Александр. 2, 3.)

Толкование

Евстафий, о котором идет речь в настоящем послании, был епископом Памфилии, она же Атталийская митрополичья область. Предавшись епископским попечениям и занятиям, он, по малодушию и неопытности в епископских делах и искушениях, изнемог и составил письменное отречение, из-за чего Поместный собор рукоположил на его место другого. Затем Евстафий пришел на этот святой Вселенский собор, со слезами испрашивая не епископскую кафедру, от которой отрекся, а позволение иметь честь и имя епископа. Собор проникся соболезнованием и состраданием к нему из-за его старости и того, что он плакал и жил вдали от родины и отеческих жилищ, а главным образом и в особенности из-за того, что он отрекся, будучи извержен не за какое-то злодеяние, не за свою небрежность и нерадение (ведь если бы дело обстояло так, то, несомненно, Собор никогда бы его не помиловал и не дал ему даже просто имя епископа), но по своему малодушию и неспособности к делам. Собор определил, чтобы он имел и имя епископа, т. е. чтобы назывался епископом, и честь, т. е. чтобы восседал вместе с епископами, и общение, т. е. чтобы он причащался, литургисал и рукополагал вместе с епископами, однако же не самостоятельно, а с позволения и разрешения местного епископа. Сверх того, Собор сказал памфилийским епископам, что если они или сейчас, или после задумают даровать Евстафию что-либо другое, лучшее и большее, это будет угодно и Собору. А это не что иное, по объяснению анонимного толкователя, как поставить его епископом в какую-нибудь незанятую область [[124]].

О святом Вселенском Четвертом соборе

Предисловие

Святой Вселенский четвертый собор был созван в 451 г. по P. X. в Халкидоне, знаменитом городе Вифинии, при императоре Маркиане и Пульхерии [[125]]. На нем присутствовали 630 отцов, среди которых ведущую и наиболее выдающуюся роль играли Анатолий Константинопольский, еп. Пасхазин и Луценций с пресвитерами Бонифацием и Василием, а с ними и еп. Юлиан, замещавшие святейшего Льва Римского, Максим Антиохийский, Ювеналий Иерусалимский. Они осудили и предали анафеме злосчастного архим. Евтихия и его покровителя Диоскора, ставшего после Кирилла епископом Александрийским. Евтихий и Диоскор, впав в заблуждение, противоположное заблуждению Нестория, вместе с ним впали в ту же погибель: Несторий разделял Единого Христа на два лица и две ипостаси, а Евтихий с Диоскором две природы Христа, Божество и человечество, из которых Он состоит и в которых мы Его познаём и поклоняемся Ему, дерзко слили в одну природу, не понимая, безумные, что из этого нечестивого мнения следует, что Христос и не одной природы с Отцом, и не одной с людьми, но какой-то иной природы [[126]]. Потому этот святой Собор, следуя Символу первого, Никейского, и второго, Константинопольского, Соборов, посланию Кирилла Александрийского, иначе говоря, определению третьего, Эфесского, Собора, а кроме того, посланию святейшего Льва Римского [[127]], оставил неприкосновенным общий Символ первого, Никейского, и второго, Константинопольского, Соборов, предав анафеме тех, кто дерзнет добавить к нему или устранить из него что-либо, и составив свой орос Православной веры, который дословно звучит так (деяние 5): «Итак, последуя божественным отцам, все согласно учим исповедовать одного и того же Сына, Господа нашего Иисуса Христа, совершенного в Божестве и совершенного в человечестве. Истинно Бога и истинно человека, того же из души и тела, единосущного Отцу по Божеству и того же единосущного нам по человечеству, во всем подобного нам, кроме греха. Прежде веков рожденного от Отца по Божеству, а в последние дни ради нас и ради нашего спасения – от Марии Девы Богородицы по человечеству. Одного и того же Христа, Сына, Господа, Единородного, из двух природ неслитно, непреложно, нераздельно, неразлучно познаваемого [[128]], так что через соединение нисколько не разрушается различие природ, но тем более сохраняется свойство каждой природы и соединяется в одном лице и одной ипостаси. He на два лица разделяемого или рассекаемого, но одного и того же Сына и Единородного Бога Слова, Господа Иисуса Христа, как в древности учили о Нем пророки и как научил нас Сам Господь Иисус Христос и как нам преподал Символ отцов». [129]

Еще этот Собор объявил недействительным состоявшееся прежде в Эфесе, в 448 г., разбойническое сборище, на котором председательствовал Диоскор, защитник Евтихия, римские легаты не были выслушаны, а св. Флавиан Константинопольский, после того как его избили и нанесли множество ран, скончался. [130]

На этом Соборе (деяние 8) блж. Феодорит, произнеся: «Анафема Несторию, и тому, кто не называет Святую Марию Богородицей, и тому, кто разделяет одного Сына Единородного», [131] а также анафематствовав Евтихия и всякую ересь и подписавшись под решениями Собора, был оправдан, воссел на своем месте на Соборе и получил обратно свою епископскую область.

Наряду со всем этим Собор изложил и настоящие 30 правил, которые находятся в его 15-м деянии, узаконены и утверждены прямо, с поименованием этого Собора, правилом VI Всел. 2 и косвенно – правилом VII Всел. 1 и которые необходимы для благоустроения и порядка в Церкви. Деяния же настоящего Собора разделены на три тома: в первом томе содержатся различные послания и деяния Константинопольского собора при Флавиане и Разбойничьего в Эфесе, во втором – 16 деяний самого Халкидонского собора, а в третьем – различные послания Собора и императоров, а также другие частные деяния, имевшие место после Собора и относящиеся к нему [[132]] (см.: Досифей. С. 331–397; Синодикон. Т. 2).

Правило 1

Мы сочли правым соблюдать правила, изложенные святыми отцами на каждом Соборе вплоть до нынешнего времени.

(VI Всел. 2; VII Всел. 1.)

Толкование

Настоящее правило считает справедливым, чтобы соблюдались, т. е. имели вес и силу, все правила, которые святые отцы сначала и до сего дня излагали на каждом Соборе, как Вселенском, так и Поместном, имеют ли эти правила целью точнейшее определение догматов или служат церковному благочинию.

Согласование

To же самое, что и настоящее правило, определяют VI Всел. 2 и VII Всел. 1, а именно: чтобы оставались неизменными и апостольские правила, и правила созывавшихся прежде Соборов, и правила отцов. Смотри также предисловие в начале этой книги, в котором говорится о правилах вообще.

Правило 2

Если какой-либо епископ за деньги совершит рукоположение, непродаваемую благодать низведет до предмета продажи и за деньги рукоположит епископа, или хорепископа, или пресвитера, или диакона, или кого-либо другого из числящихся в клире или из-за своего корыстолюбия за деньги произведет в экономы, или экдики, или парамонари, или вообще в любой церковный чин, то всякий покусившийся на это да будет после обличения подвергнут лишению своей степени, а рукоположенный им да не пользуется вовсе купленным рукоположением или производством, но да будет чужд достоинства или должности, которые получил за деньги. А если кто явится просто посредником в столь гнусной и беззаконной наживе, то и такой, если он клирик, да будет низвержен со своей степени, a если мирянин или монашествующий – предан анафеме.

(Апост. 29, 30; VI Всел. 22, 23; VII Всел. 3–5, 19; Василия Велик. 90; Лаодик. 12; послания Геннадия Константинопол. и Тарасия Константинопол.)

Толкование

Согласно Зонаре, епископы, пресвитеры и диаконы рукополагаются, чтецы, певцы и игумены получают хиротесию и запечатлеваются [[133]], а другие производятся без запечатления, как экономы [[134]], экдики и парамонари, т. е. просмонари. Итак, если какой-либо епископ, определяет настоящее правило, всех этих или остальных клириков возведет за деньги и из корыстолюбия продаст непродаваемую благодать Духа, то он, будучи обличен, пусть будет извержен из архиерейского сана. Но и рукоположенный таким способом пусть не пользуется хиротонией или производством, но пусть будет лишен и священного сана, и той должности, которые получил в результате этой торговли. Если же кто-либо станет посредником в этой гнусной наживе, то, если он клирик, пусть будет извержен, а если монах или мирянин – предан анафеме.

Прочти также Апост. 29, 30.

Правило 3

Дошло до святого Собора, что некоторые из принадлежащих к клиру ради гнусной наживы берут на откуп чужие имения и устраивают мирские дела, пренебрегая в то же время Божиим служением; они скитаются по домам мирских людей и из сребролюбия принимают на себя управление имуществом. Итак, святой и великий Собор определил, чтобы впредь никто – ни епископ, ни клирик, ни монашествующий – не брал на откуп имений и не принимал на себя распоряжение мирскими делами, разве только по законам призван будет к неизбежному попечительству над несовершеннолетними или епископ города поручит ему ради страха Божия иметь попечение о церковных делах, или о сиротах, или о лишенных опеки вдовах и лицах, которые особенно нуждаются в церковной помощи. Если же кто-либо впредь дерзнет преступить это определение, такой да подлежит церковным епитимиям.

(Апост. 6, 81, 83; IV Всел. 7; Двукрат. 11; Карфаг. 18; VII Всел. 10.)

Толкование

Настоящее правило определяет: до слуха Собора дошло, что некоторые клирики из корыстолюбия арендуют чужие поместья и становятся подрядчиками [[135]], т. е. ради прибыли вмешиваются в мирские дела, пренебрегая служением священства, входят в дома мирских людей и по сребролюбию берут на себя управление их имуществом. Потому этот святой Собор определил, чтобы впредь никакой епископ, или клирик, или монах не арендовал поместья и не вмешивался в управление мирскими делами, разве только по законам он будет призван стать опекуном малолетних детей [[136]] (малолетними называются дети от рождения до 14 лет) или куратором, т. е. человеком, который заботится о несовершеннолетних и наблюдает за ними (несовершеннолетними называются люди с 14 до 25 лет), или разве епископ города принудит его иметь попечение о делах Церкви, или сиротах, или лишенных опеки вдовах, или других лицах, которые особенно нуждаются в церковной помощи и попечении, но не ради получения какой-то прибыли, а единственно ради страха Божия. Если же кто-либо дерзнет впредь преступить это определение, пусть будет подвергнут церковным епитимиям. Что же это за епитимии, которые определяются апостольскими правилами? Это их извержение из клира.

Прочти и Апост. 6.

Правило 4

Истинно и искренне проходящие монашеское житие да удостаиваются подобающей чести. Но поскольку некоторые, только для вида нося монашескую одежду, расстраивают Церкви и гражданские дела, произвольно расхаживая по городам и даже покушаясь учреждать собственные монастыри, постольку решено, чтобы никто нигде не строил и не учреждал монастыря или молитвенного дома без соизволения епископа города. Монашествующие же в каждом городе и стране да будут в подчинении у епископа, да возлюбят безмолвие, да прилежат только посту и молитве, терпеливо пребывая в тех местах, в которых отреклись от мира. Они не должны вмешиваться ни в церковные, ни в житейские дела и участвовать в них, оставляя свои монастыри, разве только епископ города поручит им это по настоятельной необходимости.

(VI Всел. 24; VII Всел. 21; Двукрат. 1.)

Да не принимается также в монастырях в монашество никакой раб без соизволения своего господина. Преступающему же это наше определение мы постановили быть чуждым общения, дабы не хулилось имя Божие. А епископу города надлежит иметь должное попечение о монастырях.

(Апост. 82; Василия Велик. 40, 42; Карфаг. 73, 90; VI Всел. 85; Гангр. 3.)

Толкование

Настоящее правило определяет следующее. Истинно и без всякого лицемерия проходящие монашескую жизнь пусть удостаиваются подобающей чести. Но некоторые, для того чтобы их почитали, пользуются монашеским одеянием напоказ, вызывая этим соблазн, и, желая управлять церковными и гражданскими делами, приводят их в беспорядок, а также произвольно расхаживают по городам и стремятся строить собственные монастыри. Поэтому показалось здравым, чтобы никакой монах ни в селе, ни в городе, ни в пустыне или каком угодно другом месте не строил и не учреждал монастырь или молитвенный дом без соизволения местного епископа [[137]]. Монахи же, живущие в любом городе и стране, пусть подчиняются местному епископу и пребывают в безмолвии, прилежа лишь молитве и посту, пребывая в тех монастырях, в которых приняли постриг, не оставляя их (см. VII Всел. 21) и не вмешиваясь в церковные и гражданские дела [[138]], разве только по настоятельной необходимости епископ поручит им это, рассудив, что они к тому способны. Кроме того, показалось разумным, чтобы никакого раба без согласия его господина не принимали в монастырь с целью постричь в монахи и чтобы ни люди, видя, как монахи вмешиваются в мирские дела, ни владельцы, огорчаясь из-за своих рабов, не хулили монашеский чин, а тем самым не хулилось через них имя Божие. Нарушитель же правила да будет отлучен. Однако как монахам подобает проводить жизнь в приличествующих им занятиях, точно так же и епископу подобает иметь соответствующее попечение о монастырях, защищая обители и подавая милостыню на необходимые нужды или из собственных средств, или из средств Церкви, предназначенных для нищих, по Апост. 41 и Антиох. 25. Это нужно делать по двум причинам: во-первых, чтобы иноки жили в безмолвии и не развлекаясь, а во-вторых, чтобы и сам епископ получил от этого подаяния душевную пользу [[139]].

Согласование

Подобным образом и правило VII Всел. 17 повелевает, чтобы епископ препятствовал тем монахам, которые оставляют свои монастыри и берутся строить молитвенные дома, не имея средств окончить и завершить постройку. Двукратный собор 1-м правилом также не дает никому разрешения строить монастырь без соизволения епископа или после постройки становиться его господином.

Прочти толкование Апост. 82 и 24-е правило настоящего Собора.

Правило 5

О епископах или клириках, переходящих из города в город, решено, чтобы принятые святыми отцами правила имели силу.

(Апост. 14, 15; I Всел. 15, 16; VI Всел. 17; Антиох. 3, 16, 21; Сардик. l, 2, 15, 16, 18; Карфаг. 57, 63, 90.)

Толкование

Настоящее правило определяет, чтобы имели силу те принятые святыми отцами правила, которые запрещают переходы как епископов, так и клириков из одного города или области в другой город или область.

Прочти об этом в Апост. 14, 15.

Правило 6

Решительно никого не рукополагать без назначения – ни пресвитера, ни диакона, ни вообще любого из принадлежащих к церковному чину, – если каждый рукополагаемый не будет определен к церкви города, или храму, посвященному мученику, или монастырю. О рукополагаемых же без точного назначения святой Собор определил: поставление их признавать недействительным и нигде не допускать их до служения, к посрамлению рукоположившего их.

(Неокесар. 13.)

Толкование

Этот святой Собор, желая с легкостью воспрепятствовать происходящим против правил переходам и перемещениям священнослужителей с места на место (начало и корень чего есть рукоположение без определенного назначения), постановляет в настоящем правиле, чтобы впредь так не рукополагался ни иерей, ни диакон, ни кто-либо другой из церковного чина, но рукополагался только с назначением в церковь города, или села, или в монастырь, или церковь мученика. При этом архиерей возглашает в молитве хиротонии: «Божественная благодать проручествует такого-то пресвитера или диакона такой-то (название) церкви или монастыря», т. е. точно так же, как провозглашается и название епископской области при хиротонии любого епископа. А относительно тех, которые будут рукоположены без назначения, святой Собор определил, что такое рукоположение недействительно и что они нигде не могут им воспользоваться, чтобы их отстранение от священнодействия послужило бесчестием для архиерея, совершившего хиротонию против правил, и он, вразумленный бесчестием, в другой раз этого не делал [[140]].

Ты же, о читатель, восплачь со мною над этим правилом... Ведь ни при одном рукоположении диакона или пресвитера нынче не возглашается название определенной церкви или монастыря, как предписывает настоящее правило. Между тем очевидно, что это провозглашение, наряду с прочим, является неотъемлемым требованием рукоположения – пусть даже нарушители нисколько об этом не задумываются.

Правило 7

Причисленным однажды к клиру и монахам мы определили не вступать ни в воинскую службу, ни в мирскую должность. А тех, кто дерзает на это и не раскаивается, с тем чтобы вернуться к прежде избранному ради Бога, предавать анафеме.

(Апост. 6, 81, 83; IV Всел. 3, 16; Двукрат. 11; Карфаг. 18; VII Всел. 10.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что клирики и монахи не должны ни становиться воинами, ни занимать мирские должности, а все дерзающие на это и не возвращающиеся с раскаянием к образу жизни по прежнему обету, который они дали ради Бога, должны быть преданы анафеме.

Но почему правило Апост. 83 таких только извергает, а это еще и анафематствует? По мнению Зонары и других толкователей, апостольское правило говорит о тех, которые носят одежду клирика и занимаются такими служениями, а настоящее правило говорит о тех, которые, отложив одеяние клирика и монаха, затем принимаются за эти служения. Но возможно, данное правило говорит о тех, которые, дерзнув на это однажды, уже не хотят покаяться и обратиться к прежней жизни (о чем не говорит апостольское правило), а потому их как нераскаянных правило наказало строже [[141]].

Смотри также Апост. 6 и IV Всел. 16.

Правило 8

Клирики богаделен, монастырей и мученических храмов да пребывают, по преданию святых отцов, под властью епископов каждого города и да не восстают против своего епископа по своенравию. А дерзающие нарушать это постановление каким бы то ни было образом и не подчиняющиеся своему епископу, если они клирики, да подлежат епитимиям, налагаемым правилами, а если монашествующие или миряне, да будут чужды общения.

Толкование

Определение настоящего правила состоит в том, что клирики и священнослужители, состоящие при храмах богаделен, т. е. приютов для сирот, домов престарелых и больниц, а также монастырей и храмов в честь мучеников, должны, по преданию святых отцов, всегда находиться в подчинении у епископов каждого города и не выходить по своенравию из-под власти своего епископа. Дерзнувшие же преступить каким-либо образом настоящее правило и выйти из подчинения своему епископу, если они священнослужители и клирики – должны понести те налагаемые правилами епитимии, которые сочтет подходящими сам местный епископ, а если они монахи или миряне – должны быть отлучены.

Но для чего правило, сначала сказав только о клириках и монахах, потом упоминает и о мирянах? Для того чтобы указать на тех мирян, на дерзость и покровительство которых полагаются клирики и монахи, из-за чего непочтительно ведут себя с архиереем и не подчиняются ему [[142]].

Правило 9

Если какой-либо клирик имеет тяжбу с клириком, да не оставляет своего епископа и не прибегает к светским судам, но сначала да рассматривает это дело у своего епископа или, по изволению самого епископа, пусть суд будет составлен из тех, кого изберут обе стороны; а если кто-либо поступит вопреки этому, да подлежит епитимиям по правилам. Если же клирик имеет тяжбу со своим или иным епископом, то пусть судится на Соборе митрополичьей области. A если епископ или клирик имеет разногласия с митрополитом этой области, то пусть обращается или к экзарху диоцеза, или к престолу царствующего Константинополя и судится перед ним.

(Апост. 74; I Всел. 6; IV Всел. 17, 21; Антиох. 14, 15; Карфаг. 8, 12, 14–16, 27, 28, 36, 87, 96, 105, 115, 118, 134, 137–139.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что в том случае, когда один клирик имеет тяжбу с другим клириком, он не должен оставлять своего епископа и рассматривать дело в мирских судах, но вначале представлять его на рассмотрение своему епископу; или же, по воле епископа и с его разрешения, тяжба должна быть рассмотрена выборными судьями, которыми были бы удовлетворены обе стороны, т. е. истец и ответчик. Клирика же, который поступит иначе, епископ должен подвергать наказаниям по правилам. В том случае, если клирик имеет тяжбу со своим епископом, пусть рассматривает дело на Соборе митрополичьей области. Если же епископ или клирик судятся с митрополитом, пусть обращаются к экзарху диоцеза [[143]] или престолу царствующего Константинополя, и дело пусть рассматривается там.

Согласование

Правило Карфаг. 28 определяет, что, если будут обвинять пресвитеров и диаконов, пресвитеры должны избрать из близлежащей местности шесть епископов, а диаконы – трех, и вместе с ними дело их пусть рассматривает собственный епископ обвиняемых. Им самим следует дать двухмесячный срок, а их обвинителей испытать, как и при обвинении епископа. Остальных клириков местный епископ судит один. Но один епископ не судит ни епископов, ни пресвитеров, ни диаконов, согласно Карфаг. 118. А правило Карфаг. 87 говорит: если клирики, которым будет предъявлено какое-либо обвинение, не докажут свою невиновность в течение года, то впоследствии их оправдание не принимается. Правило Карфаг. 115 гласит: если клирик, имея спор с кем-либо, будет просить императора о суде гражданском, а не епископском, то он извергается. В 123-й новелле, которая находится в 3-й кн. «Василик» (тит. 1, гл. 35), Юстиниан предписывает тому, кто имеет тяжбу с клириком, или монахом, или диакониссой, или монахиней, или отшельницей, вначале представлять дело епископу, которому подчиняются ответчики, и если та и другая сторона удовлетворится решением епископа, то чиновник (если в том есть необходимость) должен приводить его приговор в исполнение. В той же новелле, в гл. 36, Юстиниан говорит, что чиновники не могут принимать никакого участия в церковном деле, но, по правилам, его решают одни епископы. Гл. 8 этой же новеллы постановляет, что когда обвиняется епископ, исследовать дело о нем должен его митрополит; когда обвиняется митрополит, его дело должен исследовать архиепископ, которому он подчиняется; а когда обвиняется пресвитер, или диакон, или клирик, или игумен, или монах, обвинения против них рассматривает их епископ и в соответствии с прегрешением каждого налагает епитимии, соответствующие правилам епитимии.

Прочти также Апост. 74 и I Всел. 6.

Правило 10

Клирику не дозволяется в одно и то же время числиться в церквах двух городов: в той, к которой он изначально рукоположен, и в той, в которую перешел из желания суетной славы, потому что эта церковь якобы больше. А поступающих так должно возвращать именно в ту церковь, к которой они изначально рукоположены, и только там им должно служить. Но если кто-либо уже переведен из одной церкви в другую, то он не должен получать никакой части имущества прежней церкви, т. е. из зависящих от нее мученических храмов, или богаделен, или странноприимных домов. А дерзающих после определения сего великого Вселенского собора делать что-либо из воспрещенного ныне, святой Собор определил низлагать с их степени.

(Апост. 15; I Всел. 15, 16; IV Всел. 5, 20; VI Всел. 17, 18; VII Всел. 15; Антиох. 3; Карфаг. 63, 98; Сардик. 15, 16, 19.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что клирику не позволяется числиться в одно и то же время в церквах двух городов (или даже одного города, пo VII Всел. 15), а именно в той, куда он был изначально рукоположен, и в другой, в которую перешел впоследствии, как в бόльшую, по тщеславию и из корыстолюбия. Совершающих же этот неуместный поступок после настоящего правила должно возвращать в их прежнюю церковь, к которой они были рукоположены, и пусть они только там исполняют служение своего сана. Но если кто-либо уже был переведен из одной церкви в другую и остается в ней, то он не должен более получать никакого содержания от имущества прежней церкви, т. е. от странноприимных домов, богаделен и мученических храмов. Дерзающие после этого правила великого Собора делать что-либо подобное должны быть извержены.

Новелла 16, помещенная в 3-м тит. 3-й кн. «Василик», предписывает в случае кончины клирика какой-либо церкви не тотчас рукополагать туда другого, но, если в других церквах больше обозначенного числа клириков, брать кого-то из них и восполнять число недостающих клириков, пока в каждой церкви количество клириков не достигнет изначально определенного числа.

Смотри также Апост. 15.

Правило 11

Всем неимущим и нуждающимся в помощи мы определили, по удостоверении в их бедности, путешествовать только с мирными церковными грамотами, а не с представительными. Ибо представительные грамоты надлежит давать только лицам, находящимся под подозрением.

(Апост. 12, 33; IV Всел. 13; VI Всел. 17; Антиох. 7, 8, 11; Лаодик. 41, 42; Сардик. 7, 8; Карфаг. 31, 97, 116.)

Толкование

Всех неимущих и нуждающихся в помощи, определяет настоящее правило, должно прежде испытывать, действительно ли они нуждаются в помощи, и после этого они должны получать от епископов небольшие письма. Эти письма назывались «мирными» по той причине, что они доставляли мир тем, кто страдал от гнева и несправедливого решения чиновников и правителей (эти грамоты назывались также отпустительными). Но получать еще и представительные грамоты они не должны, потому что последние следует давать главным образом тем лицам, репутация которых ранее была опорочена. В этих представительных письмах им даются рекомендации и объявляется об их невиновности [[144]].

Прочти также толкование и примеч. 2 к Апост. 12.

Правило 12

До нас дошло, что некоторые, вопреки церковным постановлениям прибегнув к властям, с помощью прагматических санкций рассекли единую митрополичью область на две, из-за чего в одной области стало два митрополита. Поэтому святой Собор определил, чтобы впредь епископ не дерзал делать ничего подобного, ибо покушающийся на это низвергается со своей степени. А те города, которые по царским грамотам уже почтены именованиями митрополий, да довольствуются только честью, равно как и епископ, управляющий Церковью этого города, с сохранением собственных прав истинной митрополии.

(I Всел. 8; Апост. 34; I Всел. 6, 7; II Всел. 2, 3; IV Всел. 28; VI Всел. 36, 39; III Всел. 8.)

Толкование

Некоторые властолюбивые епископы, обращаясь к императорам, просили почтить их епископии именованием митрополий через царские постановления (ибо это и есть те прагматические санкции, о которых говорит здесь правило) и разделяли единую митрополичью область на две. Таким образом, в одной и той же митрополичьей области оказывались два митрополита (что противоречит соборным правилам, и особенно I Всел. 8), и отсюда возникали разногласия между епископами этой митрополичьей области. [145] По этой причине святой Собор постановил, чтобы впредь ни один епископ не дерзал так поступать. А тот, кто только предпримет что-то подобное, даже если не приведет задуманного в исполнение, должен быть извержен. Города и епископии, которые царскими грамотами до сего времени уже были почтены именованиями митрополий, пусть имеют только честь, приличествующую этому имени, равно как и их епископ. А права и власть над делами митрополичьей области должны сохраняться за настоящей митрополией, которая носит это название истинно и изначально; [146] новый митрополит, называемый так только из почтения, не может присваивать себе что-либо из этих прав. Право же истинной митрополии в собственном смысле состоит в том, что ее митрополит рукополагает епископа митрополии, которой предоставлена честь так называться, согласно правилу I Всел. 6, которое говорит, что не епископ тот, кто стал им без соизволения митрополита.

Прочти также Апост. 34.

Правило 13

Чужим клирикам и чтецам в другом городе без представительных грамот от своего епископа никоим образом нигде не служить.

(Апост. 12, 15.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что чужие клирики и чтецы не вправе совершать в другом городе служение своей степени без представительных грамот, свидетельствующих об их рукоположении, православии и прошлой жизни, но принимаются там в общение как миряне.

Прочти также толкования Апост. 12, 15 вместе с рядом параллельных правил, поскольку около настоящего правила не хватило места их все перечислить. [147]

Правило 14

Поскольку в некоторых митрополичьих областях чтецам и певцам разрешается вступать в брак, святой Собор постановил не позволять никому из них брать себе в жены инославную. Те, кто имеет детей от такого брака, если они уже крестили их у еретиков, должны приводить их в общение с Кафолической Церковью, а не крестившие детей не могут уже ни крестить их у еретиков, ни сочетать браком с еретиком, иудеем или язычником, разве только в том случае, когда лицо, сочетающееся с православным, обещает перейти в православную веру. Если же кто-либо преступит это определение святого Собора, да подлежит епитимии по правилам.

(Апост. 26; VI Всел. 6, 72; Лаодик. 10, 31; Карфаг. 19, 29, 33.)

Толкование

Несмотря на то, что правило Апост. 26 разрешает чтецам и певцам после хиротесии при желании вступать в брак, из настоящего правила становится ясно, что это было дозволено не везде (вероятнее всего, это было дозволено в Африке, согласно 19-му правилу Африканского собора). [148] Итак, настоящий святой Собор определяет, что в тех местностях, где это разрешается, никакому чтецу или певцу не должно быть дозволено брать инославную жену. А те, которые уже имеют детей от этого противозаконного брака, должны привести их в Кафолическую Церковь. Если они крестили их еретическим крещением, то в том случае, когда это еретическое крещение не отличается от православного по веществу и образу, но принимается Кафолической Церковью, должно их только миропомазывать, по словам Зонары (однако правильнее и вернее их крестить, потому что крещение у всех еретиков есть осквернение, а не крещение. Прочти также толкование Апост. 46, 47, 68). Но если крещение не принимается, их следует крестить заново. В случае, если дети еще не были крещены, их нельзя уже ни крестить еретическим крещением, ни сочетать браком с еретиком, т. е. с иудеем или язычником, иными словами – с неверным и идолослужителем. Если же еретик обещает стать православным христианином, то пусть сначала исполнит обещание, и тогда пусть заключается брак.

Преступивший эти определения подлежит каноническим епитимиям (имеются в виду епитимии вышеуказанных апостольских правил).

Согласование

Подобным образом и Лаодик. 31 предписывает, чтобы христиане не отдавали своих детей еретикам, но лучше брали их детей, если они обещают стать христианами. Правило Лаодик. 10 воспрещает церковным людям сочетать своих детей браком с еретиками. To же самое предписывает и Карфаг. 29, а правило VI Всел. 72 даже лишает законной силы тот брак, который заключает не только клирик, но и вообще любой православный христианин или христианка с еретиком.

Если супруги вначале оба были еретиками, но позже кто-то из них крестился, и при этом они не хотят разлучаться, пусть не разлучаются, согласно этому правилу и словам ап. Павла. [149] Впрочем, тот же Павел воспрещает супружество с неверными, говоря: He преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными (2 Кор. 6:14).

Прочти также Апост. 26 [[150]].

Правило 15

В диакониссы поставлять женщину не моложе сорока лет, но и такую – после тщательного испытания. Если же, приняв хиротесию и проведя некоторое время в служении, она вступит в брак, оскорбив благодать Божию, да будет предана анафеме вместе с тем, кто сочетался с ней браком.

(I Всел. 19; VI Всел. 14, 40; Василия Велик. 44.)

Толкование

Из-за того, что женщины легко поддаются соблазнам и падают, настоящее правило предписывает не рукополагать их в диакониссы раньше сорока лет. Однако и сорокалетнюю следует рукополагать не просто и как случится, но после тщательного испытания ее предшествующей жизни и поведения. Но если рукоположенная описанным образом и послужившая некоторое время как диаконисса потом пренебрежет благодатью Божией и выйдет замуж, то ее предают анафеме вместе с человеком, взявшим ее в жены. Арменопул же говорит (кн. 6, тит. 3), что совратившим в блуд диаконисс и монахинь должно отсекать носы, равно как и самим совращенным.

Смотри также толкование I Всел. 19 и примеч. 3 к нему.

Правило 16

Деве, посвятившей себя Владыке Богу, а равным образом и монашествующим не позволено вступать в брак. Если все же найдутся творящие подобное, да будут лишены общения. Впрочем, мы определили, чтобы местный епископ имел полную власть оказывать им человеколюбие.

(IV Всел. 7; VI Всел. 44; Карфаг. 19; Василия Велик. 6, 18–20, 60.)

Толкование

В древности некоторые женщины в мирском одеянии посвящали себя Богу, как это явствует из правила VI Всел. 45, и давали обет пребывать в девстве, господствуя над помыслами. После того как их подвергали испытанию, пребудут ли они в своем обете, – их причисляли к остальным девам (ибо таковая называется девой, по Василия Велик. 18). Кроме того, согласно VI Всел. 45, их облекали в черную одежду.

Следовательно, и настоящее правило определяет, что этим девам, так же как и монахам, которые либо молчанием показывают, что принимают безбрачие, либо, когда их спрашивают, дают обет пребывать в девстве, по Василия Велик. 19, не позволяется вступать в брак и нарушать обещания и обеты, которые они дали Богу. Ведь если те соглашения, которые люди заключают друг с другом, утверждаются посредством имени Божия, как говорит Григорий Богослов, то сколь опасно оказаться преступниками тех соглашений, которые они заключили с Богом непосредственно? И если, по словам великого Василия (Уставы подвижнические, 21), монах, принеся, словно некий плод, и посвятив Богу свое тело, более не распоряжается им, как приношением, посвященным Богу, и несправедливо, чтобы он использовал его для служения своим родственникам, [151] – то тем более он не может пользоваться им ради плотского смешения [[152]].

Если же окажется, что некоторые так поступают, они должны быть отлучены. Но пусть у местного епископа будет власть оказать им человеколюбие, т. е. либо смягчить епитимию, либо сократить ее время; впрочем, не в то время, когда сожительство еще не расторгнуто, но после того, как соединившиеся разлучатся. Ведь, согласно Василию Великому (правила 6, 18), случившееся есть блуд или, лучше сказать, прелюбодеяние, а не брак.

Смотри также IV Всел. 7.

Правило 17

Деревенские или сельские приходы в каждой области должны неизменно оставаться у владеющих ими епископов, и в особенности если они, удерживая их в течение 30 лет без применения насилия, управляли ими. Если же за время этих 30 лет произошел или произойдет из-за этих приходов какой-то спор, то тем, которые говорят, что с ними относительно приходов поступили несправедливо, позволяется возбудить дело перед Собором митрополичьей области. Если же с кем-то несправедливо поступит собственный митрополит, пусть судится у экзарха диоцеза или перед Константинопольским престолом, как сказано об этом ранее. Но если царской властью был основан город или будет основан после, то и распределение церковных приходов пусть последует гражданским и государственным постановлениям.

(Апост. 74; I Всел. 6; IV Всел. 9, 21; Антиох. 14, 15; Карфаг. 8, 12, 14–16, 27, 28, 36, 87, 96, 105, 115, 118, 128–130, 137–139; VI Всел. 25, 38.)

Толкование

Деревенские приходы – это маленькие приходы, которые располагались в отдаленных местах на окраинах и имели небольшое количество жителей. Они назывались однодворными. Сельские же приходы находились вблизи поместьев и сел и имели больше жителей. Итак, настоящее правило повелевает, чтобы эти приходы каждой области неизменно оставались неотчуждаемыми и неотъемлемыми от владеющих ими епископов, и в особенности если они в течение 30 лет имели их в своей власти законно и без применения насилия, т. е. если они никого не принуждали и не похищали этих приходов на незаконном основании [[153]]. Но если за 30 лет по поводу этих приходов произошло или после издания настоящего правила произойдет какое-либо разногласие, то тем, которые говорят, что с ними относительно приходов поступили несправедливо, позволяется рассмотреть свою тяжбу перед Собором митрополичьей области. Если же с кем-то по этому поводу несправедливо поступит его митрополит, пусть такой рассматривает свое дело у экзарха, т. е. главы диоцеза (впрочем, эта степень была упразднена после сего IV Собора, о чем мы сказали в примеч. 1 к 9-му правилу настоящего Собора), {3} или перед Константинопольским престолом, как сказано об этом ранее. Если же до нынешнего времени царской властью был основан какой-либо город или будет основан впоследствии, тогда соседний епископ не должен стремиться подчинить его себе как свой приход, поскольку порядок приходов той Церкви должен следовать гражданским законам и постановлениям, которые вынесет император в отношении новопостроенного города, а не наоборот [[154]].

Согласование

Обрати внимание на то, что VI Вселенский собор, разделив настоящее правило надвое, первую часть – от начала до слов «перед Собором митрополичьей области» делает 25-м своим правилом, a со слов «если царской властью» и до конца – 38-м правилом. Правило Карфаг. 129 определяет, что если какой-либо епископ обратит к православию то место, где живут еретики, и будет удерживать его в течение трех лет, а тот, который должен его отстоять, не сделает этого, впредь уже не должно требовать это место с удержавшего. Правило 128 говорит, что еретики, обратившиеся к единству Кафолической Церкви, должны подчиняться тому престолу, которому подчинялось и находящееся там издревле кафолическое общество православных. Также и правило 130 говорит, что если кто-либо, считая своим народ, принадлежащий другому, завладеет им, не имея при этом грамот епископа, которому это место принадлежит, и не вопросив Собор, но напав, как властитель, то таковой должен лишиться этого народа, даже если народ принадлежал ему и даже если захватчик говорит, что у него были грамоты от первенствующего епископа.

Прочти также толкования Апост. 74, I Всел. 6 и IV Всел. 9.

Правило 18

Заговор или составление тайных обществ, как преступление, и внешними законами совершенно воспрещается, тем более следует запрещать этому быть в Церкви Божией. Итак, если окажется, что какие-либо клирики или монашествующие устраивают заговор, или составляют тайные общества, или строят козни епископам или соклирикам [[155]], да будут совсем лишены своего сана.

(Апост. 31; VI Всел. 34; Карфаг. 10, 62; Гангр. 6; Антиох. 5; Двукрат. 13–15.)

Толкование

Заговор заключается в том, что некоторые объединяются между собой, принося клятвы; а составление тайных обществ – в том, что объединяются по обоюдному согласию, решив не оставлять задуманного против кого-либо до тех пор, пока не исполнят этого. Как повествует священный Лука в Деяниях, заговор устроили те иудеи, которые, сговорившись против Павла, заклялись не есть и не пить, доколе не убьют Павла (Деян. 23:21). Итак, настоящее правило говорит, что заговор и составление тайных обществ, как преступление, даже гражданскими законами как язычников-эллинов [[156]], так и православных императоров, перенявших большинство законов от эллинов [[157]], совершенно запрещены. Гораздо же более нужно запрещать подобное в Церкви Божией.

Следовательно, если будет обнаружено, что клирики или монахи составляют заговор или тайное общество или замышляют что-то другое жестокое и лукавое (ибо это означает выражение «строить козни» (τυρεύοντες κατασκευήν), по написанному: Отвердело (ἐτυρώθη), как молоко, сердце их (Пс. 118:70), т. е. «ожесточилось, сделалось твердым, как сыр») против своих епископов и соклириков, да будут извержены.

Прочти также толкование Апост. 31.

Правило 19

Дошло до нашего слуха, что в митрополичьих областях не бывает установленных правилами Соборов епископов, и от этого многие из церковных дел, требующих исправления, остаются в небрежении. Поэтому святой Собор определил, согласно с правилами святых отцов, чтобы дважды в год епископы в каждой митрополичьей области собирались в одном месте, в каком сочтет нужным епископ митрополии, и разрешали все возникающие вопросы. А епископам, которые не приходят, хотя живут в своих городах и к тому же пребывают в здравии и свободны от всякого неотложного и необходимого дела, – выносить братское порицание.

(Апост. 37; I Всел. 5; VI Всел. 8; VII Всел. 6; Антиох. 20; Карфаг. 26, 81, 84, 85, 104.)

Толкование

Поскольку установленные правилами Соборы, которые должны проходить дважды в год, не собирались и от этого многие церковные дела, требующие исправления, находились в небрежении, то настоящее правило определяет, чтобы епископы в каждой митрополичьей области сходились дважды в год там, где сочтет удобным митрополит, и приводили в порядок дела, которые время от времени возникают. А те епископы, которые, будучи здоровыми и свободными от всякого необходимого попечения, не придут, пусть получат братское вразумление.

Прочти также толкование Апост. 37.

Правило 20

Клирикам, причисленным к церкви, не дозволено, как мы уже постановили, определяться к церкви другого города, но следует довольствоваться той, в которой они были удостоены служить изначально, за исключением тех, кто, лишившись отечества, по необходимости перешел в другую церковь. Если же какой-либо епископ после этого определения примет клирика, подчиняющегося другому епископу, то нами решено, чтобы был чужд общения и принятый, и принявший, до тех пор пока перешедший клирик не возвратится в свою церковь.

(Апост. 15; I Всел. 15, 16; IV Всел. 5, 10, 23; VI Всел. 17, 18; VII Всел. 15; Антиох. 3; Карфаг. 63, 98; Сардик. 15, 16, 18.)

Толкование

Клирикам (как сказано выше в 8-м правиле), относящимся к одной церкви, не позволяется перемещаться в церковь другого города, – они должны оставаться в той, к которой изначально были определены для служения, за исключением только перешедших в другую церковь потому, что они бежали из своего отечества по некоторой необходимости или, например, из-за нашествия варваров (но и им также следует вернуться в свою церковь, после того как нашествие варваров минует, согласно VI Всел. 18). Если же какой-либо епископ после издания настоящего правила примет клирика другого епископа, да будут отлучены от общения с соепископами и соклириками и принявший, и принятый, до тех пор пока чужой клирик не возвратится в свою церковь.

Прочти также толкование Апост. 15.

Правило 21

Клириков или мирян, обвиняющих епископов или клириков, не допускать к обвинению просто и без испытания, если прежде не будет исследована их репутация.

(Апост. 74; II Всел. 6; Карфаг. 8, 27, 137–139.)

Толкование

Настоящее правило определяет, чтобы те клирики или миряне, которые обвиняют епископов и клириков не по имущественному и частному делу, но по делу о церковном преступлении, не допускались к обвинению просто и без проверки, если прежде не будет рассмотрена их репутация, безупречна и безукоризненна ли она.

Смотри также Апост. 74 и II Всел. 6.

Правило 22

Клирикам после смерти их епископа не позволяется расхищать принадлежавшие ему вещи, как запрещено это и древними правилами [[158]]. Поступающим же так грозит лишение их степени.

(Апост. 40; Антиох. 24; VI Всел. 35; Карфаг. 30, 89.)

Толкование

Клирики, говорит настоящее правило, не должны после смерти своего епископа расхищать его вещи, как запрещают это и древние правила (например, Апост. 40 и Антиох. 24). Те же, которые так поступают, подвергают себя опасности лишиться своей степени и достоинства.

Прочти также толкование Апост. 40.

Правило 23

Дошло до слуха святого Собора, что некоторые клирики и монашествующие, не имея никакого поручения от своего епископа, а иногда и будучи лишены им общения, приходят в царствующий Константинополь, подолгу живут в нем, устраивая волнения и приводя в беспорядок церковное устройство, и, кроме того, расстраивают дома некоторых. Поэтому святой Собор определил сначала напоминать таким через экдика святейшей Константинопольской Церкви о том, что они должны удалиться из царствующего города. Если же они будут бесстыдно продолжать эти дела, то и против их воли через того же экдика должно их изгонять и возвращать на свои места.

(Апост. 15; I Всел. 15, 16; IV Всел. 5, 10, 20; VI Всел. 17, 18; VII Всел. 15; Антиох. 3; Карфаг. 63, 98; Сардик. 15, 16, 18.)

Толкование

Этот Собор также узнал, что некоторые клирики и монахи, хотя не имеют никаких церковных полномочий, – ибо их собственный епископ не признал их достойными того – а часто и будучи отлучены им, приходят в Константинополь и, проживая в нем длительное время, производят смятения в церковном устройстве и расстраивают дома принявших их христиан или подражающих им собратьев по клиру. Потому в настоящем правиле Собор определяет, чтобы им сначала объявляли через церковного экдика, что они должны мирно удалиться из Константинополя. А если они будут с бесстыдством продолжать те же самые дела, должно и вопреки их желанию изгонять их с помощью того же экдика и возвращать на свои места. Кто такой экдик – смотри в примеч. 2 к IV Всел. 2. {4}

Смотри также Апост. 15.

Правило 24

Монастырям, однажды освященным по изволению епископа, всегда пребывать монастырями и принадлежащие им вещи сохранять и впредь не быть им мирскими жилищами. Те же, которые допускают это, должны подлежать епитимиям по правилам.

(IV Всел. 4; VI Всел. 49; VII Всел. 12, 19; Двукрат. 1; Кирилла Александр. 2.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что все монастыри, которые прежде были однажды освящены с ведения и позволения местного епископа (как мы прежде сказали в 4-м правиле данного Собора, которое и найди), должны всегда оставаться монастырями и впредь уже не становиться обычными мирскими жилищами. Подобным образом и все имущество монастырей, движимое и недвижимое, должно храниться неотчуждаемым и неприкосновенным. Те же, которые хотя сами и не превращают их в мирские жилища и не отнимают у них имущество, но дают на это разрешение другим, подлежат епитимиям по правилам.

Какие же это епитимии? Те, которые VII Вселенский собор указывает в своем 13-м правиле: извержение для клириков и отлучение для монахов и мирян, которые расхитили монастыри и епископии, превратили их в обычные жилища и не желают возвращать, чтобы те вновь, как прежде, стали священными.

Согласование

В 49-м правиле VI Вселенский собор не только предписывает, чтобы монастыри не превращали в обычные мирские жилища, но и запрещает отдавать их мирским людям, для того чтобы те главенствовали над монастырями и управляли ими. И VII Всел. 12 запрещает игумену отчуждать угодья и имущество монастыря. А 19-е правило того же Собора не позволяет монаху забирать вещи, которые он отдал в свой монастырь, если он добровольно оставит его. И правило Кирилла Александр. 2 требует, чтобы утварь и имения оставались неотчуждаемыми от церквей, которым они принадлежат [[159]].

Правило 25

Поскольку некоторые из митрополитов, как нам стало известно, небрегут о вверенных им паствах и откладывают хиротонии епископов, святой Собор решил, чтобы хиротонии епископов совершались в течение трех месяцев, разве только неизбежная необходимость заставит продлить время отсрочки. Если же он [[160]] этого не сделает, то подлежит церковным епитимиям. При этом доходы вдовствующей Церкви да сохраняются в целости экономом этой Церкви.

(Апост. 58; VI Всел. 19; Двукрат. 16; Сардик. 11, 12; Карфаг. 79, 82, 86, 131–133; Петра Александр. 10.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что митрополиты не должны пренебрегать своими паствами и откладывать хиротонии подчиненных им епископов, но после смерти епископа они в течение трех месяцев должны рукоположить другого епископа во вдовствующую епископскую область. Исключение составляет лишь тот случай, когда какая-либо неотложная необходимость вынуждает продлить время отсрочки (например, если епископская область была захвачена варварами или в ней произошло какое-либо иное бедствие, и потому отправиться туда невозможно). Тот митрополит, который этим пренебрежет, подлежит епитимиям по правилам. Доходы от имущества епископии эконом должен хранить в целости и неприкосновенности до тех пор, пока не передаст их тому, кто будет рукоположен.

Смотри Апост. 40, 58.

Правило 26

Поскольку в некоторых церквах, как нам стало известно, епископы управляют церковным имуществом без экономов, решено, чтобы всякая церковь, имеющая епископа, имела и эконома из своего клира, заведующего церковным имуществом по воле своего епископа: чтобы управление церкви было не без свидетелей и из-за этого не расточалось имущество этой церкви, а священство не подвергалось поношению. Если же кто-либо этого не исполнит, то он подлежит суду божественных правил.

(Апост. 38, 41; VII Всел. 11, 12; Антиох. 24, 25; Двукрат. 7; Карфаг. 34, 41; Гангр. 7; Анкир. 15; Феофила Александр. 10; Кирилла Александр. 2.)

Толкование

Поскольку, говорит настоящее правило, мы узнали, что в некоторых епископских областях епископы заведуют имуществом церкви без экономов, сами по себе и как хотят, постольку показалось необходимым, чтобы епископ каждой церкви имел эконома (не из числа своих домашних слуг или родственников, а из числа своих клириков), управляющего имуществом церкви по воле своего епископа – так, чтобы не осталось незасвидетельствованным, куда, как и когда расходуются церковные доходы, и чтобы таким образом архиерей не давал повода народу подозревать его в том, что он напрасно расточает их. Архиерей, который поступит вопреки этому правилу, пусть подлежит наказаниям согласно божественным правилам. Как архиерей должен иметь эконома над церковным имуществом, так и игумен – эконома над монастырским имуществом [[161]].

Прочти также Апост. 38, 41.

Правило 27

Тех, кто похищает женщин [[162]] под предлогом супружества, или помогает похитителям, или пособствует им, святой Собор определил, если они клирики, лишать их степени, а если миряне, предавать анафеме.

(VI Всел. 92; Анкир. 11; Василия Велик. 22, 30, 38, 42, 53.)

Толкование

На тех, кто похищает женщин, для того чтобы взять их в супружество, настоящее правило налагает более строгую епитимию, чем другие правила, говорящие о похищении жен. Ибо оно не только похитителей, но и тех, кто принял участие в таком похищении и содействовал советом, извергает, если они клирики, а если миряне – предает анафеме [[163]], и справедливо. Ведь похититель может сослаться на то, что его побуждает к этому непристойная страсть к женщинам, а пособников и советчиков к этому бесчинному деянию не побуждает ничего, кроме их злой воли [[164]].

Правило 28

Во всем последуя определениям святых отцов и признавая прочитанное только что правило 150 боголюбезнейших епископов, собравшихся в царствование благочестивой памяти императора Феодосия Великого в царствующем Константинополе, новом Риме, то же самое и мы определяем и постановляем о преимуществах святейшей Церкви того же Константинополя, нового Рима. Ибо и престолу ветхого Рима отцы по справедливости дали преимущества, поскольку тот город был царствующим. Следуя тому же побуждению, и 150 боголюбезнейших епископов наделили равными преимуществами святейший престол нового Рима, благоразумно рассудив, дабы город, удостоенный чести быть городом императора и синклита и пользующийся равными с ветхим царственным Римом преимуществами, и в церковных делах был возвеличен подобно ему, будучи вторым после него. И поэтому только митрополиты Понтийского, Асийского и Фракийского диоцезов, а также епископы упомянутых диоцезов у варваров рукополагаются вышеупомянутым святейшим престолом святейшей Константинопольской Церкви. Это значит, что каждый митрополит вышеупомянутых диоцезов с епископами своей митрополичьей области рукополагает епархиальных епископов, как предписано божественными правилами. А митрополиты вышеупомянутых диоцезов рукополагаются, как сказано, Константинопольским архиепископом после того, как по обычаю состоится единодушное избрание и его результат будет ему представлен.

(Апост. 34; II Всел. 3; VI Всел. 36.)

Толкование

На этом IV Вселенском соборе было зачитано правило II Всел. 3, определяющее, чтобы Константинопольский предстоятель имел первенство чести после Римского, так как Константинополь есть новый Рим. Поэтому и отцы Собора настоящим своим правилом возобновляют и подтверждают указанное правило и выносят то же самое определение и постановление относительно преимуществ Константинополя, нового Рима. Ибо, говорят они, как престолу ветхого Рима отцы по справедливости предоставили привилегии называться первым в ряду прочих патриархов, поскольку то был город императора, так и святейшему престолу нового Рима, т. е. Константинополя [[165]], 150 боголюбезнейших епископов II Вселенского собора, имея перед собой ту же цель, предоставили равные и ничем не отличающиеся привилегии чести. Они сочли, что справедливо этому городу, поскольку он, подобно Риму, удостоился чести быть городом императора и синклита, получить, подобно ему, и равные привилегии и иметь столь же великое значение в церковных делах, с тем лишь отличием, что ветхий Рим должен быть первым по порядку, a новый Рим – вторым. B добавление к этому мы определяем и постановляем, чтобы вышеупомянутый святейший престол Константинополя поставлял только митрополитов, а не епископов, подчиненных митрополитам, ибо каждый из таких епископов поставляется своим митрополитом с епископами митрополичьей области, как определяют божественные правила, и в особенности I Всел. 6. Определяем также, чтобы поставлялись не только митрополиты упомянутых диоцезов, но и епископы для варварских стран, которые расположены по соседству с этими диоцезами. Например, так называемые аланы жили на границе с диоцезом Понта, а россы – с диоцезом Фракии. Однако пусть упомянутые митрополиты не поставляются архиепископом Константинополя по его собственному изволению и выбору. Пусть составленный ими Собор производит избрание и его исход представляет по обычаю архиепископу Константинополя, который должен рукоположить одного из числа тех, кого единодушно избрали все или большинство избиравших [[166]].

Правило 29

Низведение епископа на степень пресвитера есть святотатство. Если же некая справедливая причина отстраняет его от епископского действия, то он не должен занимать и пресвитерского места. Но если он был отстранен от своего достоинства без какой-либо вины, то да будет восстановлен в епископском достоинстве.

Толкование

В 4-м деянии настоящего IV Собора написано (Синодикон. Т. 2. С. 150), что Тирский еп. Фотий (или, по другим источникам, Евсевий Тирский, однако более правильно первое) доносил императору Маркиану, что Евстафий, еп. Беритский, отторгнул от Тира различные епископские области: Библ, Востру, Триполи, Орфосиаду, Акру и Антарад, – и поставленных Фотием епископов, низложив, низвел на пресвитерскую степень. Итак, Собору доносил об этом деле синклит сановников, и, отвечая на это донесение, как папские легаты, так и архиепископ Константинополя со всем Собором издали настоящее правило, говоря, что низведение епископа на степень и место пресвитера есть святотатство. В самом деле, если кого-то извергают и лишают действий архиерейства за какие-либо преступления, то он не может быть и иереем или исполнять действия иерея. Но если он был лишен архиерейства без какой-либо вины, препятствующей ему служить, то как несправедливо лишившийся своего достоинства он по всей справедливости должен получить обратно свое место и снова стать епископом.

Зонара же говорит, что несправедливое низведение епископа на пресвитерскую степень больше святотатства, поскольку похищается не какая-нибудь священная вещь, но то, что больше священной вещи. Ибо через архиерейское призывание посвящаются и освящаются наитием Святого Духа храмы и священные вещи. А освящающее, конечно, больше освящаемого.

Разрешение недоумения, почему настоящее правило запрещает такие действия, a VI Всел. 20 низводит на пресвитерское место епископа, который учит за границами своего округа без ведома местного епископа, – смотри в Апост. 35.

Правило 30

Поскольку благоговейнейшие епископы Египта отложили в настоящее время подписание послания преподобнейшего архиеп. Льва не потому, чтобы они противились кафолической вере, но потому, что, по их утверждению, в Египетском диоцезе есть обычай не делать ничего подобного без воли и постановления архиепископа, и поскольку они просят дать им отсрочку до поставления будущего епископа великого города Александрии, то справедливым и человеколюбивым показалось нам предоставить им, пребывающим в своем сане в царствующем городе, эту отсрочку до поставления архиепископа великого города Александрии. Итак, пусть они дадут поручительство в том, что не покинут этого города до тех пор, пока град Александрийский не получит епископа.

(Апост. 20, 34.)

Толкование

В 4-м деянии настоящего Собора написано, что 10 (или, по другим источникам, 13) епископов Диоскора Александрийского после его извержения хотя и анафематствовали Евтихия и самого Диоскора с их учениями, но не соглашались поставить подписи на послании св. Льва Римского, которое тот отправил св. Флавиану Константинопольскому (это послание было даже названо оплотом православия, как мы сказали, ибо содержало все учение Православной веры). Правда, они не соглашались не потому, что восставали против содержащихся в нем православных догматов, но потому, что, как они говорили, в диоцезе архиепископа Александрии был обычай: его епископы не совершали ни одного действия без его ведома [[167]]. Однако архиереи Собора не верили их словам, но, подозревая их в ереси, требовали их извержения. Сановники же и синклит, настроенные к ним человеколюбиво, предложили Собору не извергать их, но разрешить оставаться так, т. е. неизверженными, в царствующем городе, назначив срок этого пребывания до поставления другого архиепископа Александрии (ибо Диоскор Александрийский, как мы сказали, был перед этим извержен). И Собор, последовав воле сановников, определил им оставаться так и представить поручителей в том, что они не удалятся из Константинополя до поставления епископа Александрии, которым стал Аполлинарий (его сменил Протерий), рукоположенный после Диоскора (Синодикон. Т. 2. С. 241) [[168]].

Смотри также Апост. 20, 34.

О святом Вселенском Пятом соборе

Святой Вселенский пятый собор (он же второй из бывших в Константинополе) состоялся в 553 г. при самодержце Юстиниане I, материалы Собора включают в себя на латыни восемь деяний, согласно Досифею (Двенадцатикнижие. Кн. 5, гл. 16), а на греческом языке – пять, согласно «Синодикону» (т. 2, с. 261). Собрались на него отцы числом 165, среди которых блистали сначала Мина, а затем его преемник Евтихий, Константинопольские патриархи; Вигилий Римский, который, хотя находился в Константинополе, на Соборе не присутствовал ни сам лично, ни в лице легатов (точно так же случилось и на II Вселенском соборе), однако впоследствии подтвердил Собор изданием документа; Аполлинарий Александрийский, Домн Антиохийский; Дидим и Евагрий, замещавшие Евстохия Иерусалимского.

Собор анафематствовал писания Диодора Тарсийского и Феодора Мопсуестийского, а также и самих Феодора и Диодора, согласно Фотию (кодекс 18) [169] и деянию VII Вселенского собора. Смотри еще в 1-м т. «Цепи толковников», на с. 14, о комментаторах, которые, изначально мысля сообразно с несторианскими догматами, оставили эти догматы в письменном виде и после смерти (в особенности епископ Мопсуестийский, который, став учителем Нестория, говорил, что иной – Бог Слово и иной – Христос, поскольку Христос страдал от душевных страстей и плотских пожеланий). Собор анафематствовал также сочинения блж. Феодорита против двенадцати глав св. Кирилла [[170]] и так называемое послание Ивы, еп. Эдесского, к Маре Персу [[171]], анафематствовал и самого Оригена с Дидимом и Евагрием и их мерзкие учения. Они пустословили, что души существуют прежде тел [[172]] и после смерти одного тела переходят в другое, что муки имеют конец, что демоны должны получить первое достоинство ангельской благодати, которое они имели, что души должны воскреснуть обнаженными, без тел, что небесные тела имеют души, и прочее лживое. Собор анафематствовал еще Анфима Трапезундского, мыслившего так же нечестиво, как Евтихий, Севира, Петра Апамейского и Зоора [[173]].

Правил, относящихся к церковной дисциплине, этот Собор не изложил, но изложил лишь четырнадцать анафематизмов против упомянутых и других еретиков и пятнадцать – против одних только оригенистов (Синодикон. Т. 2. С. 341).

О святом Вселенском Шестом соборе

Святой Вселенский шестой собор (третий из проходивших в Константинополе) состоялся в 680 г. пo P. X. в правление Константина Погоната, потомка Ираклия, в зале императорского дворца, называемой Труллой; Собору принадлежат 18 деяний (Синодикон. Т. 2. С. 527). На нем собралось 170 отцов, согласно Фотию, Никифору, Нилу и Анониму, или 389, согласно другим. Предводительствовали ими: Георгий Константинопольский; пресвитеры Феодор и Сергий вместе с диаконом Иоанном – представители Римского папы Агафона; монах Петр, представлявший епископа Александрии; пресвитер Георгий, представитель епископа Иерусалима. Присутствовали также три епископа, представлявшие западных отцов, которые в то время собрались в Риме. Этот Собор осудил Сергия, Пирра, Павла и Петра, патриархов Константинопольских, Гонория Римского [[174]], Кира Александрийского, Феодора, который или был епископом Фаран, по Зонаре и Вальсамону, или происходил из Фаран, по Льву II, папе Римскому (о чем последний пишет императору); Макария Антиохийского вместе с его учеником Стефаном и Полихрония, старца с младенческим разумом. Все они дерзнули предложить догмат о том, что во Христе одна воля и одно действие. Настоящий Собор, напротив, установил догмат о том, что Господь наш Иисус Христос после воплощения имеет в одном Лице как две природы, так и две природные воли и два природных действия [[175]], т. е. Божественную волю и действие и человеческую волю и действие, нераздельные и в то же время неслитные. Ведь ни Божество, ни человечество – две природы Христа – не лишились воли и действия после соединения. А если бы свойства природ, чем и являются воля и действие, были упразднены, то вместе с ними неизбежно упразднились бы и сами природы, так как любая природа возникает и существует вместе со своими природными свойствами и не может возникнуть без них.

Итак, кратко сказать, настоящий Собор установил догмат о том, что «в Ипостаси Богочеловека Слова каждая из форм (μορφή) совершала с участием другой то, что ей свойственно, именно: Слово совершает то, что свойственно Слову, а тело исполняет то, что свойственно телу». Точно такой же догмат, изложенный в послании Льва, прежде установил IV Вселенский собор. [176] В самом деле, не одному и тому же действию, как говорит мудрейший Фотий, было свойственно восставлять хромого и утомляться от путешествия, воскрешать Лазаря и плакать о нем, но также не одной и той же воле было свойственно просить, чтобы миновала чаша смерти, и вместе с тем называть ее своей славой и желать нежеланного. Первое было действием Божества, а второе – человечества, и, соответственно, первая воля была волей человечества, а вторая – Божества.

Этот Собор тоже не издал правил.

О святом Вселенском Пято-Шестом или, лучше сказать, Шестом соборе

Предисловие

Святой Вселенский [[177]] Пято-Шестой, или, вернее сказать [[178]], Шестой собор, был собран в Константинополе, в знаменитой императорской палате, называемой Трулла, при Юстиниане II (который был сыном Погоната и имел прозвище Ринотмит), в 691 г. пo P. X. [[179]]. На нем присутствовали 227 отцов, по словам Вальсамона и Зонары, а согласно автору «Συνοδικοῦ βιβλιαρίου» – 240. Предводительствовали ими Павел Константинопольский [[180]], Василий, епископ Гортины Критской, и некий епископ Равенны, – два последних представляли Римского папу [[181]] – Петр Александрийский, Анастасий Иерусалимский и Георгий Антиохийский. Этот Собор состоялся по императорскому указу не ради рассмотрения какой-то особой ереси и не ради определения веры, иначе было бы основание называть его отдельным Собором, но ради издания необходимых правил, касающихся упорядочения и устройства Церкви. Эти правила и приведены ниже. Они подтверждаются:

– 2, 4 и 8-м деяниями VII Вселенского собора и его 1-м правилом;

– тремя папами: Адрианом I, Григорием II и Иннокентием III;

– Грацианом;

– легатами папы, присутствовавшими на VII Вселенском соборе;

– так называемым Двукратным собором, который приводит правило VI Всел. 31 в своем 12-м правиле;

– Кедрином;

– Иоанном Дамаскиным, который говорит: «Исследуй определения VI Вселенского собора и найдешь там доказательство»; [182]

– толкователями правил;

– Фотием;

– собственноручными подписями императора, легатов Римского папы, патриархов и отцов Собора и, кратко сказать, всей Кафолической Церковью, хотя современные латиняне клевещут на эти правила, потому что они обличают их нововведения.

Адриан I в послании к Тарасию оставил нам достойное восхищения свидетельство об этих правилах: «Деяния сего святого VI Собора я принимаю вместе со всеми законно и божественно провозглашенными им правилами, среди которых принято и такое: „На некоторых чтимых иконах начертывается...“» – и далее следует текст всего 82-го правила этого Собора (Синодикон. С. 748). А папа Григорий в послании к св. Герману (которое находится в 4-м деянии VII Всел.) об этом же правиле настоящего VI Вселенского собора пишет: «Потому сонм святых отцов по Божественной воле преподал Церкви это важнейшее правило как основу величайшего спасения». Отметь также, что он называет этот Собор святым сонмом, а его правила – изданными по Божественной воле.

Для того чтобы заградить уста противников и заставить их замолчать, достаточно одного свидетельства патриарха Тарасия об этих правилах, а тем более – всего VII Вселенского собора, который говорит дословно следующее: «Некоторые люди, страждущие недугом неведения, соблазняются этими правилами и спрашивают: „Разве это правила VI Собора?“ Но пусть они знают, что святой великий VI Вселенский собор был собран при Константине против говоривших, что во Христе одно действие и воля; отцы Собора предали анафеме еретиков и, ясно изложив православную веру, удалились в свои пределы в 14-й год правления Константина. Затем... эти же отцы, собравшись при Юстиниане, сыне Константина, приняли упомянутые правила, и пусть никто не сомневается в них, потому что те же отцы, которые подписались при Константине, подписали и настоящую хартию при Юстиниане, что выясняется из идентичности их подписей. Должно было им, поскольку они объявили Собор Вселенским, принять и церковные правила» (4-е деяние VII Всел.; см.: Синодикон. Т. 2. С. 780).

В том же 4-м деянии VII Всел. написано, что на VII Вселенском соборе был зачитан оригинал хартии, которую подписали отцы настоящего VI Вселенского собора. А Петр Никомидийский сказал, что у него была и другая книга, содержащая настоящие правила VI Вселенского собора (см. также: Досифей. Двенадцатикнижие. С. 603–618).

Правило 1

Наилучший порядок для начинающего всякое слово и дело – от Бога начинать и с Богом оканчивать, по изречению Богослова. [183] Поэтому и ныне, когда и благочестие уже ясно проповедуется нами, и Церковь, в основании которой (ἐν ᾗ) [[184]] – Христос, непрестанно умножается и преуспевает, так что возвышается над кедрами ливанскими, [185] мы, полагая начало священным словесам, Божией благодатью определяем, чтобы нововведения и изменения не касались веры, переданной нам очевидцами и служителями Слова, [186] богоизбранными апостолами, а также 318 святыми и блаженными отцами, собравшимися в Никее при Константине, нашем императоре, против нечестивого Ария и возведенного им в догмат языческого инобожия или, собственно говоря, многобожия. Они единомыслием веры открыли и прояснили нам единосущие в трех Ипостасях Богоначального естества, не попустили остаться ему сокрытым под спудом неведения, но открыто научили верных поклоняться Отцу и Сыну и Святому Духу единым поклонением, а лжеучение о неравных степенях Божества ниспровергли и разрушили, сложенные же еретиками из песка детские построения против Православия сокрушили и ниспровергли. Таким же образом и веру, проповеданную 150 святыми отцами, собравшимися в этом царствующем граде при великом Феодосии, нашем императоре, утверждаем, охотно принимаем богословские изречения, а нечестивого Македония вместе с прежними врагами истины отвергаем, поскольку он дерзко посмел счесть Владыку рабом и разбойнически вознамерился рассечь несекомую Еди́ницу, отчего несовершенным было бы таинство нашего упования. Вместе с ним, гнусным и против истины неистовствовавшим, мы осудили и Аполлинария, познавшего тайны зла, который нечестиво изрыгнул, будто бы Господь принял тело без души и ума, – тем самым и он наводил на мысль, будто спасение наше несовершенно. Подтверждаем также, как несокрушимую силу благочестия, учение, изложенное богоносными отцами, ранее собравшимися во граде Эфесе при Феодосии, сыне Аркадия, нашем императоре, проповедуем Единого Христа, Сына Божия воплотившегося, и признаем бессеменно родившую Его непорочную Приснодеву в собственном смысле и поистине Богородицей, а вздорное Несториево разделение, как далеко отстоящее от Божия жребия, отвергаем, ибо он учит, будто Единый Христос – отдельно человек и отдельно Бог, и возобновляет иудейское нечестие. Сверх того православно утверждаем веру, начертанную 630 богоизбранными отцами в Халкидонской митрополии при Маркиане, в бытность его нашим императором. Сия вера громогласно возвестила концам земли Единого Христа, Сына Божия, состоящего из двух естеств и в двух тех же самых естествах прославляемого, а суемудрого Евтихия, заявлявшего, будто великое таинство домостроительства совершилось призрачно, извергла из священной ограды Церкви, как нечто отвратительное и мерзкое, а вместе с ним также Диоскора с Несторием, один из которых был защитником и поборником разделения, а другой – смешения, и которые с противоположных сторон нечестия низринулись в одну пропасть погибели и безбожия.

Еще признаем, что и благочестивые изречения 165 богоносных отцов, собравшихся в этом царствующем граде при Юстиниане, благочестивой памяти нашем императоре, произнесены Духом, и тому же научаем наших потомков. Названные отцы соборно предали анафеме и отринули Феодора Мопсуестийского, Несториева учителя, Оригена с Дидимом и Евагрием, возобновивших языческие басни, в умопомешательстве своем и сновидениях измысливших для нас переходы и превращения неких тел и душ и нечестиво буйствовавших против воскресения мертвых, а кроме того, отцы отвергли писания Феодорита против правой веры и 12 глав блж. Кирилла и так называемое послание Ивы.

Вновь обязуемся хранить в неприкосновенности и веру святого VI Собора, недавно собранного в сем царствующем граде при божественной памяти нашем императоре Константине. Эта вера приобрела еще бόльшую силу благодаря тому, что благочестивый император утвердил своими печатями соборные постановления ради их незыблемости во все века. Вера эта боголюбиво изъяснила, что мы должны славить два естественных хотения, или две воли, и два естественных действия в воплощенном домостроительстве Единого Господа нашего Иисуса, истинного Бога, а тех, которые извратили правый догмат истины и проповедовали людям одну волю и одно действие в Едином Господе Боге нашем Иисусе Христе, осудила благочестивым судом, а именно: Феодора Фаранского, Кира Александрийского, Гонория Римского, Сергия, Пирра, Павла, Петра, бывших предстоятелями в сем богохранимом граде, Макария, Антиохийского епископа, Стефана, его ученика, и безумного Полихрония. Таким образом эта вера хранит неприкосновенным общее тело Христа, Бога нашего. Кратко сказать, постановляем, чтобы вера всех в Церкви Божией прославившихся мужей, которые были светилами в мире и обладали словом жизни (см. Флп. 2:15–16), оставалась твердой и до скончания века пребывала непоколебимой, равно как Богом преподанные их писания и догматы. Отвергаем и анафематствуем всех, кого они отвергли и анафематствовали, как врагов истины, тщетно взбунтовавшихся против Бога и постоянно неправду о (Сущем на) высоте говоривших. [187] Если же кто-либо из всех не придерживается и не приемлет названных выше догматов благочестия, не так мыслит и проповедует, но покушается идти против них, тому да будет анафема, по определению, уже прежде вынесенному упомянутыми выше святыми и блаженными отцами, и да будет исключен и извергнут из списка христиан как чуждый. Ибо мы окончательно решили не прибавлять что-либо и не убавлять по сравнению с определенным прежде, хотя бы и могли каким бы то ни было образом.

Толкование

Это 1-е правило не истолковано ни Зонарой, ни Вальсамоном, поскольку представляет собой не что иное, как краткое перечисление догматов и вероопределений святых Вселенских шести соборов, бывших прежде настоящего Собора, и тех еретиков, против которых эти Соборы созывались, а также времен и мест, когда и где эти Соборы проходили. И это не просто повторение, но и утверждение соборных догматов. Поэтому мы, следуя тем же самым толкователям, отсылаем читателей для получения более пространных сведений об определениях и догматах упомянутых святых Соборов, временах и местах, а также еретиках, против которых каждый из них был собран, к предисловиям правил каждого Собора, чтобы сказанное там не повторять здесь напрасно. Мы поясним лишь отдельные выражения, не вполне понятные простым людям.

Итак, начав с изречения Григория Богослова [[188]], которое гласит, что наилучший порядок для намеревающегося приступить ко всякому слову и делу – начинать от Бога и заканчивать с Богом, правило определяет, чтобы пребывала неизменной и непоколебимой вера, переданная как святыми апостолами [[189]], так и следующими отцами:

1. Отцами I Собора, которые ариево инобожие [[190]] или, лучше сказать, многобожие уничтожили и проповедали единосущие, т. е. тождество сущности (или природы) во Святой Троице.

2. Отцами II Собора, богословские изречения которых отцы настоящего Собора, по их словам, охотно принимают. Это те самые изречения, которые прибавлены II Собором в Символе веры к богословию о Святом Духе: к словам I Собора «и в Духа Святаго» II Собор прибавил «Господа, животворящаго, Иже от Отца исходящаго, Иже со Отцем и Сыном спокланяема и сславима, глаголавшаго пророки».

3. Отцами III [[191]], IV, V и VI Соборов [[192]].

Кратко сказать, отцы настоящего Собора постановляют, чтобы пребывали твердыми и до скончания века непоколебимыми вера и Богом преподанные догматы всех святых, которые просияли в Божией Церкви и стали для мира как бы живоносными светилами. Кроме того, отцы предают анафеме всех тех врагов истины (т. е. еретиков), которых отцы прежних Соборов анафематствовали, а также определяют, что они не имеют намерения и никоим образом не могут прибавить что-либо или убавить в упомянутых догматах. А тому, кто не придерживается этих святоотеческих догматов благочестия, не мыслит сообразно с ними и не возвещает о них, но пытается им противоречить, тому, говорят отцы, да будет анафема и да будет он исключен из списка христиан и отсечен, как чуждый и сгнивший член.

Правило 2

Прекраснейшим и важнейшим признал сей святой Собор и то, чтобы отныне для исцеления душ и врачевания страстей пребывали твердыми и ненарушимыми 85 правил, принятые и утвержденные бывшими прежде нас святыми и блаженными отцами и переданные нам под именем правил святых славных апостолов. Поскольку же в этих правилах нам заповедано принимать переданные через Климента «Постановления» тех же святых апостолов, в которые некогда инославные, к вреду Церкви, привнесли нечто подложное, чуждое благочестия и помрачившее для нас благолепную красоту божественных догматов, то мы надлежащим образом ради назидания и безопасности христианской паствы отвергли эти «Постановления», совершенно не допуская зародышей еретической лжи и не примешивая их к подлинному и неповрежденному учению апостолов.

Одобряем и все прочие священные правила, которые изложили святые и блаженные наши отцы, именно: 318 богоносных отцов, собравшихся в Никее, отцы в Анкире, а также в Неокесарии, в Гангре, в Антиохии Сирийской и Лаодикии Фригийской; кроме того, 150 отцов, которые собрались в этом богохранимом царствующем граде; 200 отцов, ранее учредивших Собор в Эфесской митрополии; 630 святых и блаженных отцов, собравшихся в Халкидоне; равным образом Собор отцов в Сардике, а также в Карфагене; кроме того, еще раз в этом богоспасаемом и царствующем граде собравшиеся отцы при Нектарии, предстоятеле этого царствующего града, и Феофиле, архиепископе Александрии. Утверждаем также правила Дионисия, архиепископа великого града Александрии; Петра, архиепископа Александрии и мученика; Григория Чудотворца, епископа Неокесарии; Афанасия, архиепископа Александрии; Василия, архиепископа Кесарии Каппадокийской; Григория Нисского; Григория Богослова; Амфилохия Иконийского; Тимофея I, архиепископа великого града Александрии; Феофила, архиепископа великого града Александрии; Кирилла, архиепископа Александрии, и Геннадия, патриарха этого богохранимого и царствующего града. Еще и правило Киприана, архиепископа африканской страны и мученика, которое изложено состоявшимся при нем Собором и получило силу по переданному обычаю в местах прежде упомянутых предстоятелей, и только у них. И никому да не будет позволено вышеуказанные правила искажать, или отменять, или принимать другие, помимо установленных, правила с ложным надписанием, которые составлены дерзнувшими торговать истиной. Если же кто будет уличен в том, что изменяет какое-либо правило из вышеуказанных или пытается его отвергать, то будет повинен против этого правила: он понесет епитимию, какую оно назначает, и через то, в чем преткнулся, получит исцеление.

(Апост. 85, IV Всел. 1; VII Всел. 1.)

Толкование

Поскольку каждый Собор, а особенно Вселенский, и составлял определение, в котором излагались догматы веры, и записывал правила, способствующие установлению порядка и благочиния в Церкви, постольку и настоящий Собор, после того как в 1-м правиле одобрил и утвердил определения веры святых Вселенских соборов, здесь, во 2-м правиле, одобряет и утверждает также правила, во-первых, святых апостолов, числом 85. Об этих правилах Собор говорит, что их приняли и утвердили и прежде бывшие отцы. (А переданные через Климента «Апостольские постановления», поскольку они в некоторых частях искажены инославными к вреду Церкви, Собор отвергает ради безопасности христиан. Однако мне кажется, что в том виде, в каком они напечатаны теперь, они не содержат ничего неуместного или подложного. Смотри о них также в Апост. 85.) Во-вторых, Собор одобряет и подтверждает правила четырех Вселенских соборов; в-третьих, правила названных Поместных соборов [[193]]; в-четвертых, правила отдельных перечисленных по именам святых отцов.

Собор прибавляет, что никому не позволяется никакие из указанных правил искажать или не принимать или вместо них признавать другие правила с ложными надписями. А если окажется, что кто-то пытается искажать или отвергать какое-либо из этих правил, то такой должен понести епитимию, определяемую тем правилом, которое он искажает или отвергает. Именно: если правило предписывает и назначает отлучение, или извержение, или анафему, то такую епитимию и должен получить искажающий и отвергающий правило, чтобы он уврачевал свою погрешность тем самым правилом, против которого погрешил [[194]].

Прочти также Апост. 85, IV Всел. 1 и предисловие к апостольским правилам.

Правило 3

Наш благочестивый и христолюбивый император призвал этот святой Вселенский собор сделать тех, кто числится в клире и преподает другим божественное, чистыми и непорочными служителями, достойными мысленной жертвы великого Бога, Который есть и Жертва, и Архиерей, и очистить их от скверны, приставшей к ним из-за беззаконных браков. На это принадлежащие к святейшей Римской Церкви предлагали соблюдать правило акривии, а подвластные престолу этого богохранимого и царствующего града – правило человеколюбия и сострадания. Потому мы, отечески и вместе боголюбиво соединив воедино то и другое, чтобы не допустить ни расслабленной кротости, ни жестокой строгости, и особенно приняв во внимание то, что падение, произошедшее по неведению, простирается на немалое число мужей, определяем подвергать каноническому извержению тех, которые связались вторым браком и до 15-го дня прошлого января месяца минувшего 4-го индикта 6199 г. остались в порабощении греху, не пожелав образумиться.

Что же касается тех пресвитеров или диаконов, которые хотя пали в такую страсть второбрачия, однако прежде, чем мы узнали об этом, познали полезное и отсекли от себя зло, далеко отбросив эту чуждую и незаконную связь, а также тех, у которых жены второго брака уже умерли, а сами они обратились, обучившись целомудрию и скоро забыв свои прежние беззакония, – о таких решено, чтобы они прекратили какое бы то ни было священное служение или действие, пребывая с этих пор определенное время под епитимией. Честью же седалища и занимаемого ими положения пусть пользуются, довольствуясь почетным местом и плача пред Господом, чтобы Он простил им беззаконный их поступок, совершенный по неведению. Несообразно благословлять другого тому, кто должен заботиться о собственных ранах.

А те, которые хотя сочетались с одной женой, но взятая ими была вдовица, равно как и те, которые после рукоположения вступили в противозаконный [[195]] брак, т. е. пресвитеры, диаконы и иподиаконы, после отстранения от священнослужения на некое краткое время и пребывания под епитимией могут быть опять возвращены на свои степени, при условии если они никогда не продвинутся на другую, высшую, степень и, конечно, если они уже расторгли беззаконное сожительство.

Однако мы постановили это относительно тех, которые, как сказано, до пятнадцатого числа месяца января четвертого индикта замечены в вышеозначенных согрешениях, и только относительно священных лиц, отныне же определяем и возобновляем правило, которое гласит: «Сочетавшийся двумя браками после крещения или взявший наложницу не может быть епископом, или пресвитером, или диаконом или вообще принадлежать к списку священного чина». [196] Равным образом и «взявший в жены вдову, или брошенную, или блудницу, или рабыню, или актрису не может быть епископом, или пресвитером, или диаконом или вообще принадлежать к списку священного чина». [197]

(Апост. 17–19; VI Всел. 26; Василий Велик. 12, 27.)

Толкование

Отцы настоящего Собора, исправляя возникшее в то время зло и оберегая себя на будущее, приняли это соответствующее церковной икономии правило, поскольку император попросил их очистить священнослужителей того времени от нечистоты недозволенных и противозаконных браков, в которые те впали. Притом, с одной стороны, представители Римского папы предлагали соблюсти по отношению к ним акривию правил, а с другой – епископы, подчиненные Константинопольскому патриарху, говорили, что следует проявить к ним снисхождение и человеколюбие. Отцы Собора, соединив вместе то и другое, т. е. акривию и снисхождение (особенно потому, что многие священнослужители в то время вступили в такие браки по неведению), по просьбе императора определили, чтобы те из вступивших во второй брак священнослужителей, которые не покаялись в этом до времени настоящего Собора и не расторгли свои противозаконные браки, подвергались совершенному извержению и становились мирянами.

А что касается тех второбрачных священнослужителей, т. е. пресвитеров или диаконов, которые, напротив, покаялись прежде, чем состоялся этот Собор, и сами расторгли противозаконный брак или по смерти своих вторых жен обратились к целомудрию и покаянию, то признано справедливым, чтобы они прекратили священнослужение на определенный промежуток времени. Однако они могут пользоваться почетным правом сидеть и стоять вне алтаря вместе со священнослужителями, плача пред Богом о прощении совершенного ими по неведению беззакония и никого не благословляя. He подобает тому, кто должен врачевать покаянием язвы собственной души, преподавать благословение другим, как говорит правило Василия Велик. 27.

В свою очередь те пресвитеры, диаконы и иподиаконы, которые взяли в жены вдову или женились после рукоположения, после отстранения на краткое время от любого священнодействия пусть снова исполняют то, что присуще священству, однако на бόльшую степень пусть не восходят, но пребывают на тех степенях, на которых каждый из них находится. Но это должно быть после того, как они расторгнут противозаконные сожительства.

Определив это по икономии и снисхождению к упомянутым священнослужителям, названные отцы возобновляют (т. е. принимают решение, чтобы в будущем имели силу) правила святых апостолов, а именно 17-е и 18-е, которые и приводятся дословно. Смотри их толкование, а также толкование Апост. 19.

Правило 4

Если какой-либо епископ, или пресвитер, или диакон, или иподиакон, или чтец, или певец, или придверник совокупится с посвященной Богу женой, тο да будет извержен, потому что растлил невесту Христову. Если же это мирянин, да будет отлучен.

(Апост. 25; I Всел. 9; IV Всел. 16; VI Всел. 21, 40, 44, 45; Анкир. 19; Неокесар. 9; Василий Велик. 3, 6, 17–20, 32, 51, 60, 70.)

Толкование

Настоящее правило извергает клириков, которые впадают в блуд с женами, посвященными Богу, т. е. с монахинями, и отлучает сделавших это мирян, ибо они растлили невесту Жениха душ Христа Бога, была ли она девицей, прежде чем стала монахиней, или же вдовой. При этом священнослужителей и клириков извергают не только в том случае, когда те впадут в блуд с монахиней, но и в том, когда впадут в блуд с мирянкой.

Прочти также Апост. 25 и IV Всел. 16.

Правило 5

Никто из священного чина да не держит при себе женщину или служанку, за исключением не вызывающих подозрения лиц, означенных в правиле, тем самым сохраняя себя от нареканий. Если же кто-либо преступит определенное нами, да будет извержен. To же самое пусть соблюдают и скопцы, заботясь о своей безупречности. Преступающие же это, если они клирики, да будут извержены, a если миряне – отлучены.

(I Всел. 3; VII Всел. 18, 22; Анкир. 19; Карфаг. 45; Василий Велик. 88.)

Толкование

Определение настоящего правила таково. Никто из священнослужителей, если желает жить благопристойно, да не приводит в свой дом сожительницу или служанку, за исключением не вызывающих подозрения лиц, которых перечисляет правило (имеется в виду I Всел. 3), т. е. матери, сестры или тетки, все равно – по отцу или по матери, ради того чтобы оставаться безукоризненным в глазах народа. А тот из священнослужителей, кто преступит это правило, да будет извержен. Подобно им и скопцы, охраняя себя от нареканий, да не живут с лицами, вызывающими подозрения. Если же они дерзнут на это, то, если они клирики (а значит, оскоплены не по своей воле или скопцы от природы), пусть будут извержены, а если миряне – отлучены.

Прочти также I Всел. 3.

Правило 6

Поскольку в апостольских правилах сказано, что из производимых в клир безбрачных только чтецы и певцы могут жениться, то и мы, соблюдая это, определяем, чтобы отныне ни в коем случае иподиакону, или диакону, или пресвитеру после рукоположения не было позволено вступать в брачное сожительство, а если он дерзнет это сделать, да будет извержен. Если же кто-либо из вступающих в клир хочет сочетаться с женой по закону брака, то пусть делает это прежде рукоположения во иподиакона, или диакона, или пресвитера.

(Апост. 26; IV Всел. 14, 15; Анкир. 13; Карфаг. 19, 33.)

Толкование

Поскольку правило Апост. 26 определяет, что только чтецы и певцы могут жениться после хиротесии, постольку и отцы данного Собора, подтверждая это настоящим правилом, определяют, чтобы отныне и впредь ни одному иподиакону, или диакону, или пресвитеру после рукоположения не было позволено жениться. А если он это сделает, то да будет извержен [[198]]. Если же кто-нибудь из таких хочет жениться, то пусть женится до рукоположения во иподиакона, диакона или пресвитера.

Правило 7

Поскольку мы узнали, что в некоторых церквах диаконы имеют церковные должности и из-за этого некоторые из них по дерзости и своеволию сидят выше пресвитеров, то определяем, чтобы диакон, хотя бы и звание имел, т. е. занимал какую-либо церковную должность, не сидел выше пресвитера, разве только, представляя лицо своего патриарха или митрополита, он прибудет в другой город по какому-либо делу. Тогда он как занимающий место того будет почтен. Если же кто-либо дерзнет этого добиваться, употребляя насилие, то после низведения со своей степени да будет последним из всех в том чине, к которому он причисляется в своей Церкви. Господь наш увещевает не радоваться первым местам, согласно учению, предложенному святым евангелистом Лукой от лица Самого Господа нашего и Бога. Он говорил званым такую притчу: Когда ты будешь позван кем на брак, не садись на первое место, чтобы не случился кто из званых почетнее тебя, и звавший тебя и его, подойдя, не сказал бы тебе: уступи ему место; и тогда со стыдом должен будешь занять последнее место. Но когда зван будешь, садись на последнее место, чтобы звавший тебя, подойдя, сказал: друг! пересядь выше; тогда будет тебе честь пред сидящими с тобою, ибо всякий возвышающий сам себя унижен будет, а унижающий себя возвысится (Лк. 14:7–11).

To же самое пусть соблюдается и относительно прочих священных чинов, потому что мы знаем, что звания духовные превосходнее мирских.

(I Всел. 18; Лаодик. 20.)

Толкование

Настоящее правило определяет: поскольку некоторые диаконы, имея церковные должности (такие начальственные служения называются также почестями и источниками дохода, по Вальсамону, т. е. это должности клириков-экзокатакилов: [199] великого эконома, великого сакеллария, скевофилакса, хартофилакса, малого сакеллария и протэкдика), ведут себя дерзко и садятся выше пресвитеров, то впредь ни один диакон, какую бы церковную должность он ни занимал, не должен садиться выше пресвитера, разве только, представляя лицо патриарха или митрополита, он будет послан в другое место по какому-либо церковному делу. Тогда ему будут воздавать бόльшую, нежели пресвитеру, почесть, но не потому, что он диакон, а потому, что, как мы сказали, он занимает место патриарха или митрополита. А тот диакон, который с дерзостью тирана сядет выше пресвитера и которому будет оказано предпочтение перед другими диаконами, равными ему по сану, должен стать последним и низшим среди всех диаконов, потому что Господь в Священном Евангелии от Луки учит нас не радоваться первым местам. Он рассказывает приглашенным на обед или ужин такую притчу: «Человек, когда ты будешь позван кем на брак, не садись на первое место, чтобы не случился кто из званых им лучше тебя и звавший тебя и его, подойдя, не сказал тебе: „Уступи ему место“; и тогда со стыдом должен будешь занять последнее место. Но когда зван будешь, садись на последнее место, чтобы звавший тебя, подойдя, сказал: „Друг мой! Пересядь выше“; тогда будет тебе честь пред сидящими с тобою за трапезой, ибо всякий возвышающий сам себя унижен будет, а унижающий себя возвысится».

He только диаконы не должны пользоваться большей честью, чем пресвитеры, и сидеть выше их, но и все прочие низшие чины священнослужителей и клириков не должны сидеть выше старших чинов, т. е. ни иподиаконы – выше диаконов, ни чтецы – выше иподиаконов. Ведь если среди лиц, носящих мирские и светские звания, низшие по званию не сидят впереди и им не отдают предпочтение перед высшими и имеющими более высокое звание, то сколь более должно это соблюдаться среди лиц, носящих духовные и по божественной благодати Духа дарованные звания, которые больше и выше мирских? [[200]]

Прочти также I Всел. 18.

Правило 8

Желая во всем держаться установлений святых отцов наших, возобновляем также правило, повелевающее, чтобы ежегодно проходил Собор епископов каждой митрополичьей области там, где митрополит сочтет за лучшее. Но поскольку из-за набегов варваров и по другим случайным причинам предстоятели Церквей не имеют возможности собирать Соборы дважды в год, то решено, чтобы Собор вышеуказанных епископов созывался непременно единожды в год ради естественно возникающих церковных вопросов в каждой митрополичьей области, в период от святого праздника Пасхи и до конца октября каждого года, в том месте, которое, как сказано выше, одобрит митрополит. А тем епископам, которые не явятся на Собор, хотя находятся в своих городах и притом пребывают в здравии и свободны от всякого неотложного и необходимого занятия, братолюбиво делать выговор.

(Апост. 37; I Всел. 5; IV Всел. 19; VII Всел. 6; Антиох. 20; Карфаг. 26, 81, 84, 85, 104.)

Толкование

Здесь отцы подтверждают и возобновляют правило предшествующих святых отцов, которое предписывает каждый год проводить два Собора в каждой митрополичьей области. Но поскольку архиереям трудно собираться дважды в год из-за опасения варварских вражеских набегов и из-за других временных обстоятельств, отцы предписывают непременно и в обязательном порядке один раз в год в каждой митрополичьей области проводить Собор епископов для рассмотрения и приведения в порядок текущих церковных дел. Такой Собор должен проводиться в промежуток времени от святой Пасхи до конца октября в том месте, которое найдет подходящим митрополит каждой митрополичьей области. А тем епископам, которые не явятся на Собор, хотя находятся в своих епископских областях, здоровы и не заняты каким-либо неотложным делом, должно братолюбиво делать выговор.

Прочти также Апост. 37.

Правило 9

Никакому клирику не позволяется содержать корчемницу. Ибо если таковому запрещается в корчемницу входить, то насколько более – прислуживать в ней другим и браться за то, что ему не дозволено? Итак, если он совершит таковое, пусть либо прекратит, либо будет извержен.

(Апост. 42, 43, 54; VII Всел. 22; Лаодик. 24; Карфаг. 18, 47, 69.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что никакому клирику не позволяется содержать корчемницу и прислуживать в ней. Ведь если ему не позволено даже входить в корчемницы, то насколько более ему не разрешается находиться там, обслуживать посетителей и делать то, что неприлично его званию? Тот же, кто займется чем-то подобным, пусть или прекратит, или будет извержен. Но если имеющий собственную корчемницу поручает другим прислуживать в ней, от этого, согласно Зонаре, ему нет ни вреда, ни препятствия к тому, чтобы оставаться в сане. Впрочем, лучше продать ее и приобрести другую собственность, более благопристойную и более приличествующую званию клириков [[201]].

Прочти также Апост. 42.

Правило 10

Епископ, или пресвитер, или диакон, взимающий проценты или так называемые сотые, пусть или прекратит, или будет извержен.

(Апост. 44; I Всел. 17; Лаодик. 4; Карфаг. 5, 20; Василий Велик. 14.)

Толкование

Тот епископ, говорит настоящее правило, или пресвитер, или диакон, который берет проценты с данных взаймы денег, например, 12 или 6 монет со 100, пусть или прекратит так делать, или, если не прекращает, пусть будет извержен.

Прочти также Апост. 44.

Правило 11

Никто из принадлежащих к священному чину и никакой мирянин да не ест иудейских опресноков, не вступает в содружество с иудеями, не призывает их в болезни, не принимает от них лечения и отнюдь не моется вместе с ними в банях. Если же кто-либо станет так делать, то, если он клирик, пусть будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Толкование

Настоящее правило повелевает, чтобы никакой клирик или мирянин не ел посылаемых ему от иудеев опресноков, а также ни в коем случае не дружил с ними, не призывал их в случае болезни и не лечился у них [[202]], ни в коем случае не мылся с ними в бане. А тот, кто поступит иначе, если он клирик, должен быть извергнут, если же мирянин – отлучен.

Смотри также Апост. 7, 70.

Правило 12

До нашего сведения дошло и то, что в Африке и Ливии и других местах некоторые из находящихся там боголюбезнейших предстоятелей даже по совершении над ними хиротонии не отказываются от сожительства со своими женами, создавая для других людей преткновение и вводя их в соблазн. Итак, поскольку мы весьма заботимся о том, чтобы делать все для пользы руководимой нами паствы, мы посчитали разумным, чтобы отныне такого не было вовсе. Утверждаем же это мы не для того, чтобы отклонить или опровергнуть апостольские законоположения, но для того, чтобы предусмотрительно позаботиться о спасении и преуспеянии людей к лучшему, а также не навлечь какого-либо порицания на священный сан. Ибо божественный апостол говорит: Все делайте в славу Божию. He подавайте соблазна ни Иудеям, ни Еллинам, ни церкви Божией, так, как и я угождаю всем во всем, ища не своей пользы, но пользы многих, чтобы они спаслись. Будьте подражателями мне, как я Христу (1 Кор. 10:33). [203]

Если же окажется, что кто-либо так поступает, да будет извержен.

(Апост. 5; VI Всел. 30, 48; Гангр. 4; Карфаг. 4, 33.)

Толкование

Мы узнали, что в Африке и Ливии (или оба слова обозначают одно и то же место, потому что расположенная на юге одна из четырех частей света, ранее называемая Ливией, позже была переименована в Африку, по мнению Хрисанфа; или Ливией правило называет вообще всю ту часть света, а Африкой какую-то отдельную, входящую в нее область, по мнению Мелетия) и других местах архиереи и после того, как примут рукоположение, живут вместе со своими женами и вводят в соблазн других людей. Поэтому, стараясь делать все, что направлено на общую пользу христианской паствы, мы определяем, чтобы отныне и впредь ни один архиерей не жил вместе со своей женой после того, как будет рукоположен [[204]]. Определяем же мы это не для опровержения общего апостольского правила (т. е. 5-го), подвергающего отлучению того епископа, который под предлогом благоговения расстается со своей женой против ее воли, и не для отклонения повеления, которое Павел особо дает Титу, говоря: И чтобы ты поставил пo всем городам пресвитеров... Если кто непорочен, муж одной жены... [205] (под пресвитерами подразумеваются епископы, согласно Златоусту, [206] поскольку, как мы уже сказали в начале правила Апост. 1, епископ именуется также пресвитером. [207] Очевидно это и из следующих слов апостола: Ибо епископ должен быть... [208] – и т. д.). He для упразднения этих правил, продолжаю, мы определяем это, но для того, чтобы позаботиться о спасении и более совершенном преуспеянии христиан и чтобы эти люди не навлекли какого-либо обвинения на архиерейский чин. Если даже архиереи, сожительствующие со своими женами, живут с ними в целомудрии и воздержании, все-таки простой народ соблазняется и порицает их, подозревая в таковой их совместной жизни нечто противоположное. Божественный же апостол завещает нам все, что бы мы ни делали, делать во славу Божию и не становиться соблазном ни для иудеев, ни для эллинов, ни для христиан. [209] Он говорит: Так, как и я угождаю всем во всем, ища не своей пользы, но пользы многих, чтобы они спаслись. Будьте подражателями мне, как я Христу. [210] Если же кто-то из архиереев будет жить вместе со своей женой, пусть будет извержен.

Смотри также Апост. 5.

Правило 13

Мы узнали, что в Римской Церкви в качестве правила передают требование, чтобы те, которым предстоит удостоиться рукоположения в сан диакона или пресвитера, обещали больше не иметь супружеских отношений со своими женами. Мы же, следуя древнему правилу апостольской строгости и порядка, желаем, чтобы законный брак посвященных мужей и впредь оставался нерасторжимым, никоим образом не разрушаем их союза с женами и не лишаем в приличное время супружеской близости. Поэтому, если кто-либо окажется достойным рукоположения в сан иподиакона, или диакона, или пресвитера, таковому да не препятствуют отнюдь вступить на эту степень из-за того, что он сожительствует со своей законной женой. И да не требуют от него при рукоположении обязательство в том, что он оставит законную супружескую близость с собственной женой, чтобы мы не были вынуждены тем самым оскорбить установленный Богом и благословленный Его присутствием брак. Ведь и евангельское изречение гласит: Что Бог сочетал, того человек да не разлучает (Мф. 19:6), и апостол учит: Честен брак и ложе непорочно (Евр. 13:4), а также: Соединен ли ты с женой? Не ищи развода (1 Кор. 7:27). Мы знаем еще, что и собравшиеся в Карфагене, заботясь о чистоте жизни служителей Церкви, сказали, чтобы иподиаконы, прикасающиеся к Священным Тайнам, и диаконы, и пресвитеры, по своим определениям, воздерживались от своих жен, чтобы апостольское предание, с самой древности соблюдаемое, и мы также сохранили, зная время всякой вещи, [211] а в особенности посту и молитве. Ведь предстоящим алтарю в то время, когда они приступают к Святым Дарам, подобает быть воздержными во всем, чтобы они смогли получить от Бога то, чего в простоте просят. [212]

Итак, если кто-то дерзнет, нарушая апостольские правила, лишать кого-либо из посвященных, т. е. пресвитеров, или диаконов, или иподиаконов, союза и супружеской близости с законной женой, да будет извержен. Таким же образом, если пресвитер или диакон под предлогом благоговения изгонит свою жену, да будет отлучен, если же останется непреклонным, да будет извержен.

Толкование

Это правило определяет следующее. Мы узнали, что в Риме как непреложное правило соблюдается то, чтобы намеревающиеся стать диаконами или пресвитерами обещали во время рукоположения, что после рукоположения более не будут совокупляться со своими женами. Поэтому мы, следуя древнему правилу святых апостолов, а именно 5-му, утверждаем и постановляем, чтобы брак священнослужителей оставался прочным и нерасторжимым, и при этом не лишаем их после рукоположения супружеских отношений с их женами в приличное время, т. е. когда нет поста и когда они не священнодействуют Божественные Тайны [[213]]. Следовательно, если какой-либо женатый человек достоин стать иподиаконом, диаконом или пресвитером, пусть станет им и пусть от него не требуется непременно дать обещание расстаться со своей женой, – чтобы тем самым мы не были вынуждены бесчестить брак, установленный Богом и благословленный Его присутствием, а именно на браке в Кане Галилейской. Ведь и в Евангелии изречение Господа гласит: Что Бог сочетал, того человек да не разлучает, и апостол учит: Честен брак и ложе непорочно, а также: Соединен ли ты с женой? Не ищи развода.

Отцы Карфагенского собора, предусмотрительно заботясь о чистоте священнослужителей, постановили в правиле 33, чтобы прикасающиеся к Священным Тайнам иподиаконы, диаконы и пресвитеры воздерживались от своих жен по своим определениям [[214]]. Отцы утвердили это для того, чтобы и мы также сохранили апостольское и с самой древности соблюдаемое предание, по правилу 3 того же Собора (т. е. как писаные предания, так и неписанные, по словам Зонары и Вальсамона). Так и мы, говоря то же, что и эти отцы, постановляем, чтобы служители Церкви трех перечисленных выше степеней воздерживались от своих жен во время поста и молитвы, по слову ап. Павла. Предстоящим алтарю подобает во время священнодействия быть воздержными во всем, чтобы они смогли через это воздержание получить от Бога то, чего ищут в простоте (т. е. или без рассуждений, по мнению Зонары, или для общей пользы народа, согласно Карфаг. 3). А значит, если кто-либо дерзнет, в обход апостольских правил, запрещать иподиаконам, диаконам и пресвитерам законное совокупление с женами, да будет извержен [[215]]. Правило излагает дословно правило Апост. 5, толкование которого прочти.

Правило 14

Правило святых и богоносных отцов наших да соблюдается и в том, чтобы в пресвитера не рукополагать прежде 30 лет, но выжидать, даже если бы человек был весьма достойный, ибо Господь Иисус Христос крестился и начал учить на 30-м году. Подобным образом и диакон прежде 25 лет, а диаконисса прежде 40 лет да не рукополагаются.

(I Всел. 19; IV Всел. 15; Неокесар. 11; Карфаг. 21.)

Толкование

Настоящее правило дословно повторяет правило Неокесар. 11, подтверждая его, и определяет, что никого не должно рукополагать в пресвитера прежде достижения 30-летнего возраста. Даже если бы тот, кого намереваются рукополагать, был в высшей степени достоин посвящения, тем не менее ему следовало бы дожидаться исполнения срока, потому что и Господь крестился и начал проповедовать Евангелие в 30 лет (И Он, начиная Свое служение, был лет тридцати, – говорит Лука (см. Лк. 3:23)), а Ему должны подражать и пресвитеры, поскольку они, получая пресвитерский сан, назначаются учителями верных [[216]].

Подобным образом диакона не должно рукополагать прежде достижения 25 лет (то же самое говорит и Карфаг. 21), а диакониссу – прежде 40 лет.

Да будет снисходителен Бог к сегодняшнему нарушению этих правил. И если нарушители не стыдятся самих священных, богоносных и святых отцов, то пусть устыдятся хотя бы светского человека – императора Юстиниана, который в своей 123-й новелле говорит: «Не позволяем становиться пресвитером тому, кто моложе 30 лет, диаконом – моложе 25 и иподиаконом – моложе 20 лет».

Прочти также I Всел. 19 и примеч. к Неокесар. 11.

Правило 15

В иподиакона нельзя рукополагать прежде 20 лет. Если же кто-либо будет рукоположен в какую бы то ни было священную степень прежде определенного возраста, да будет извержен.

Толкование

В иподиакона, говорит настоящее правило, нельзя рукополагать в возрасте моложе 20 лет. А тот из принадлежащих к четырем указанным степеням, который рукоположен ранее указанного для них возраста, да будет извержен.

Согласование

Чтеца же рукополагали, по Карфаг. 19, когда он достигал юношеского возраста, т. е. в 14 лет, a пo 123-й новелле Юстиниана, помещенной в 3-й кн. «Василик» (тит. 1, гл. 28), – в 18 лет (новелла, повелевающая рукополагать его в восемь лет, при очищении законов была опущена и не вошла в «Василики», а следовательно, утратила силу).

О том, сколько лет должно быть епископу при рукоположении, смотри в примеч. 2 к Апост. 1. И поскольку гражданский закон повелевает о подобном судить по подобному, постольку, естественно, и чтеца, и епископа, если они рукоположены прежде назначенного возраста, извергают так же, как и прочих, согласно настоящему правилу VI Собора. [[217]]

Правило 16

Поскольку книга Деяний передает, что апостолы поставили семь диаконов, и поскольку отцы Неокесарийского собора в изложенных ими правилах определенно сказали, что «по правилу должно быть семь диаконов, хотя бы город был очень большим, а убедишься ты в этом из книги Деяний», то мы, сопоставив с изречением апостолов мысль отцов, нашли, что у них речь шла не о мужах, служащих таинствам, но о служении нуждам столов. В книге Деяний написано так: В тe дни, когда умножились ученики, произошел у Еллинистов ропот на Евреев за то, что вдовицы их пренебрегаемы были в ежедневном раздаянии потребностей. Тогда двенадцать Апостолов, созвав множество учеников, сказали: нехорошо нам, оставив слово Божие, пещись о столах. Итак, братия, выберите из среды себя семь человек изведанных, исполненных Святаго Духа и мудрости; их поставим на эту службу, а мы постоянно пребудем в молитве и служении слова. И угодно было это предложение всему собранию; и избрали Стефана, мужа, исполненного веры и Духа Святаго, и Филиппа, и Прохора, и Никанора, и Тимона, и Пармена, и Николая Антиохийца, обращенного из язычников; их поставили перед Апостолами (см. Деян. 6:1–6).

Изъясняя это, учитель Церкви Иоанн Златоуст рассуждает так: «Удивительно, как не разделился народ при избрании тех мужей и как не были унижены перед ними апостолы! Но необходимо понять, какое именно достоинство они имели и какое получили рукоположение. Может быть, диаконское? Однако этого достоинства не было в церквах. Тогда служение пресвитеров? Но в то время еще не было ни одного епископа, а только апостолы. Потому, я думаю, ясно и очевидно, что это имя не означало ни диаконов, ни пресвитеров». [218]

На основании этого и мы возвещаем, что вышеуказанных семерых диаконов не должно принимать за служителей таинств, по изложенному учению, но они суть те, кому было поручено распоряжение общими нуждами собиравшихся в то время, и в этом они стали для нас образцом человеколюбия и попечения о нуждающихся.

(Неокесар. 15.)

Толкование

Это правило исправляет, а точнее, улучшает правило Неокесар. 15, которое определяет, чтобы даже в самом большом городе было только семь, и не больше, диаконов, как повествует книга Деяний. Итак, отцы настоящего Собора говорят: «Мы, сопоставляя толкование, которое предлагают отцы, с тем, что сказано об этих семи диаконах в Деяниях апостолов, находим, что эти диаконы были служителями не таинств, но столов». В Деяниях говорится: «В те дни, когда умножились христиане, возроптали уверовавшие из эллинов (или, по мнению других, те иудеи, которые принимали Ветхий Завет не в еврейском подлиннике, но в переводе на греческий язык) на уверовавших из евреев (или на тех, кто принимал Писание в еврейском подлиннике) за то, что вдовицы их пренебрегаемы были в ежедневном раздаянии потребностей при совершающихся тогда общих трапезах». Итак, народ, по совету апостолов, избрал семь этих диаконов (они перечислены по именам), мужей, исполненных Духа Святого и засвидетельствованных всеми, и поставил их служить потребностям столов, апостолы же пребывали в молитве и служении учения.

Толкуя это, божественный Златоуст сначала удивляется тому, что из-за этого избрания диаконов народ не разделился (ведь, вероятно, одни хотели избрать одного, другие – другого), а потом говорит, что эти диаконы не имели ни звания служителей (διακόνων) таинств, ни звания пресвитеров, ибо подобные звания еще не были установлены в Церкви, так как она находилась в своем начале, или, так сказать, младенчестве. Потому отцы Собора, соглашаясь с толкованием божественного Златоуста, возвещают, что эти диаконы, как мы сказали, не были служителями таинств, но заботились об общих нуждах христиан того времени и продовольствии для них [[219]] и стали для нас примером человеколюбия и заботливости, которые и мы должны проявлять по отношению к нищим.

He только эти отцы не руководствовались названным правилом Неокесарийского собора, но и жившие до них императоры Юстиниан и Ираклий, из которых первый поставил в Великой церкви сто диаконов, а второй и больше ста. Да и вообще все церкви имеют столько диаконов и клириков, сколько могут содержать [[220]].

Правило 17

Поскольку клирики различных церквей, оставив свои церкви, в которых они рукоположены, прибегли к иным епископам и без разрешения своего епископа зачислены в чужие церкви, из чего стало явно, что они оказались непокорными, то мы определяем, чтобы с января месяца прошедшего 4-го индикта (ἐπινέμησις) совершенно никто из клириков, на какой бы степени он ни был, не имел права без увольнительной грамоты от своего епископа быть причисленным к другой церкви. Тот, кто не будет отныне соблюдать этого, но станет своим поступком бесчестить совершившего над ним рукоположение, да будет извержен – как он сам, так и неразумно его принявший.

(Апост. 12, 15, 33; I Всел. 15, 16; IV Всел. 5, 10, 11, 13, 20, 23; VII Всел. 15; Антиох. 3, 7, 8, 11; Лаодик. 41, 42; Сардик. 7, 8, 15, 16, 19; Карфаг. 31, 63, 97, 98, 116.)

Толкование

Настоящее правило не разрешает клирикам оставлять свои церкви и переходить в другие без разрешения и увольнительной грамоты своего епископа, потому что иначе они проявляют непокорность. А тот, кто начиная с января прошлого 4-го индикта (ибо слово ἐπινέμησις означает индикт, как явствует из 3-го правила настоящего Собора), иначе говоря, с сегодняшнего дня и впредь дерзнет так поступать, своим переходом и покрывая позором рукоположившего его, и показывая свое к нему презрение, да будет извержен, равно как и тот, кто неразумно его принял.

Прочти также Апост. 12, 15.

Правило 18

Клирикам, которые под предлогом нашествия варваров или по какому-то другому обстоятельству стали переселенцами, повелеваем, как только эти обстоятельства изменятся или варварские нашествия, ставшие причиной их удаления, прекратятся, вновь возвращаться в свои церкви и не оставлять их надолго без причины. Если же кто-либо ведет себя несогласно с настоящим правилом, то да будет отлучен, пока не возвратится в свою церковь. Тому же самому наказанию пусть подвергается и епископ, его удерживающий.

(Апост. 15; I Всел. 15, 16; IV Всел. 5, 10, 20, 23; VI Всел. 17; VII Всел. 15; Антиох. 3; Сардик. 15, 16, 19; Карфаг. 63, 98.)

Толкование

Настоящее правило не позволяет оставлять свои церкви не только тем клирикам, у которых нет для этого причины, но и тем, которые уходят или из-за нашествия варваров, или, может быть, из-за тяжести долгов и налогов, или голода, или смертельной эпидемии, или по какому-то другому обстоятельству. Правило предписывает им возвращаться в свои церкви, как только та причина, по которой они удалились, будет устранена. Тот же, кто не станет поступать согласно этому правилу, должен быть отлучен до тех пор, пока не вернется в свою церковь; на такой же срок отлучается и епископ, который держит такого клирика в своей епископской области.

Смотри также толкование Апост. 15.

Правило 19

Предстоятели церквей должны во всякий день, а особенно в дни воскресные, научать весь клир и народ словесам благочестия, избирая из Божественного Писания мысли и суждения истины и притом не преступая уже установленных пределов или преданий богоносных отцов. Если же будет исследоваться слово Писания, пусть изъясняют его согласно с тем, что предложили светила и учителя Церкви в своих писаниях, и никак иначе, и пусть лучше прославляются их писаниями, чем сочинением собственных произведений, чтобы при недостатке умения в этом иногда не уклониться от должного. Через учение упомянутых отцов люди получают познание как о предметах превосходных и достойных избрания, так и о вредных и неприемлемых, и потому переменяют свою жизнь к лучшему и не становятся добычей страсти неведения, но, внимая учению, побуждают себя удаляться от зла и из страха грозящих им наказаний соделывают свое спасение.

(Апост. 58; Двукрат. 16; Лаодик. 19; Карфаг. 79, 131–133; Петра Александр. 10; Григория Нис. 6.)

Толкование

Это правило определяет, что предстоятели церквей – прежде всего епископы, а затем и пресвитеры – должны учить весь клир и народ каждый день, но особенно и обязательно по воскресеньям [[221]], а также в прочие праздники, потому что в эти дни христиане оставляют свои дела, собираются в церквах и внимают Божественным словесам, а следовательно, и учителя в эти дни могут доставить им наибольшую пользу. Однако они должны учить, основываясь не на собственных рассуждениях и мыслях, но на взятых из Божественного Писания, и не преступать соборно утвержденных определений и догматов веры или преданий богоносных отцов. Если же они будут рассуждать о слове Писания, то должны объяснять его не иным каким-то образом, но так, как изъяснили его в своих писаниях учители Церкви. И пусть более стараются преуспевать в преподавании учения божественных отцов, чем в сочинении собственных речей, чтобы, пользуясь своими мыслями, но подчас будучи не в силах понять Писание правильно, они не отступили от должного и от истины. Люди, узнавая из учения отцов о том, что полезно для их душ и что, напротив, вредно, переменяют греховную жизнь на добродетельную и освобождаются от тьмы неведения. И снова внимая этому учению и слыша о наказаниях и муках, которые ожидают грешных, они из страха перед этими муками избегают злых дел и совершают свое спасение.

Кроме того, правило Лаодик. 19 говорит, что сначала на литургии должно быть поучение епископа.

Прочти также Апост. 58.

Правило 20

Да не будет позволено епископу всенародно учить в другом, не принадлежащем ему городе. Если же кто-либо будет уличен в том, что так делает, да будет отстранен от епископства, а действия пресвитера пусть совершает.

(Апост. 35; II Всел. 2; III Всел. 8; Антиох. 13, 22; Сардик. 3, 11, 12.)

Толкование

He позволяется, говорит это правило, никакому епископу учить открыто и всенародно в чужой епископской области, т. е. без разрешения местного епископа, поскольку такое всенародное учительство бесчестит местного епископа: как будто бы он глупец и невежда, а тот – мудрец и учитель. Если же окажется, что кто-то так делает, пусть будет отстранен от епископского достоинства и исполняет только священнодействия пресвитера. Это правило определяет, чтобы чужой епископ не учил именно всенародно, потому что если он отвечает на вопросы частным образом, то не согрешает.

Это правило не противоречит правилу IV Всел. 29 по причинам, названным в правиле Апост. 35, которое и прочти.

Правило 21

Виновные в канонических преступлениях и за это окончательно и навсегда подвергнутые извержению, а также низведенные на место мирян, если, добровольно устремляясь к исправлению, отвергают грех, из-за которого отпали от благодати, и совершенно отстраняются от него, пусть стригутся по образу клира. Если же по собственному произволению этого не пожелают, то пусть растят волосы, подобно мирянам, ибо пребывание в миру предпочли жизни небесной.

(Апост. 25; I Всел. 9; VI Всел. 4; Неокесар. 9; Василий Велик. 3, 17, 32, 50, 70.)

Толкование

Тем священнослужителям, которые за канонические преступления, например, блуд, прелюбодеяние или другие подобные грехи, извержены совершенно и навсегда, приняли облик мирян и стоят вместе с ними, настоящее правило предписывает: если они добровольно покаются и совершенно воздержатся от греха, из-за которого потеряли благодать священства, то пусть стригут волосы на голове, т. е. имеют на темени так называемую папалитру, что было внешним признаком клириков [[222]]. Если же они добровольно не покаются, пусть растят волосы, подобно светским людям, чтобы, стыдясь того, что имеют вид мирян, когда-нибудь осознали совершенное ими зло и покаялись.

Прочти также Апост. 25.

Правило 22

Епископов и каких бы то ни было клириков, рукополагаемых за деньги, а не после испытания и избрания за образ жизни, повелеваем извергать, равно как и рукоположивших.

(Апост. 29; IV Всел. 2; VI Всел. 23; VII Всел. 4, 5, 19; Василия Велик. 90; послания Геннадия Константинопол. и Тарасия Константинопол.)

Толкование

Настоящее правило предписывает извергать епископов и любых других клириков, которые рукоположены за взятку, а не ради своего достоинства и добродетельной жизни. Но извергаются не только они, но и рукоположившие их.

Смотри также Апост. 29.

Прочти и восстенай, брат, о нарушении столь многих и важных правил! Симонии ныне предаются так, как будто бы она была добродетелью, а не богомерзкой ересью, как называет ее святейший Геннадий. Если кто-нибудь начнет исследовать сегодняшнее положение церковных дел с точки зрения священных канонов, то он, конечно, придет в недоумение и не найдет ни малейшего соответствия прежнему их положению, чтобы как-либо разрешить свое недоумение. Все клирики беззаконно получают свою степень, беззаконно живут и умирают. Оттого наши рабские оковы и сжимаются все сильнее, становятся все более тяжкими, а мы этого не чувствуем и нарушаем законы все бесстыднее...

Правило 23

О том, что никто из епископов, пресвитеров или диаконов, преподавая пречистое причастие, не должен взимать с приобщающегося за это причащение денег или чего-нибудь иного, ибо благодать не продается и мы не преподаем освящение от Духа за деньги, но должны без лукавства преподавать его достойным Дара. Если же обнаружится, что кто-нибудь из числящихся в клире требует какого-либо рода воздаяния от того, кому преподает пречистое причастие, да будет извержен как подражатель заблуждения и злодеяния Симона.

(Апост. 29; IV Всел. 2; VI Всел. 22; VII Всел. 4, 5, 19; Василия Велик. 90; послания Геннадия Константинопол. и Тарасия Константинопол.)

Толкование

Настоящее правило постановляет, что никакой епископ, пресвитер или диакон [[223]] от тех, кого он причащает Божественных Таин, не должен требовать как некоего долга денег или другого приношения, даже самого малого, за Божественное причащение. Благодать таинств не продается, и мы преподаем освящение Божественного Духа не за деньги, но бескорыстно – тем, которые того достойны. По словам Вальсамона, потому многие и называют Божественное причащение Дарами, что преподается оно даром.

Если же кто-либо поступит иначе, он должен быть извержен как подражатель заблуждения и ереси Симона-волхва, который считал, что благодать Пресвятого Духа продается за деньги [[224]].

Прочти также Апост. 29.

Правило 24

Никому из числящихся в священном чине или монахов да не будет позволено ходить на скачки или присутствовать на театральных игрищах. И даже если какого-либо клирика позовут на брак, то, как только начнутся вводящие в соблазн игрища, да восстанет и тотчас удалится, ибо так повелевает учение наших отцов. Если же кто-либо будет уличен в нарушении этого правила, пусть или перестанет, или будет извержен.

(Апост. 42, 43; VI Всел. 51, 62, 66; VII Всел. 22; Лаодик. 53, 54; Карфаг. 17, 70.)

Толкование

Никакому посвященному или монаху, как говорит настоящее правило, не позволяется ходить в те места, где устраиваются скачки, или смотреть и слушать игрища подобно женщинам. Если же какого-нибудь клирика позовут на свадьбу, то он может пойти, однако, когда задумают устроить такие вводящие в соблазн сатанинские игрища, пусть он тут же встанет и удалится, как предписывает учение отцов, т. е. правило Лаодик. 54 (правда, оно прибавляет, что священнослужителям не подобает смотреть и других зрелищ, бываемых на свадьбах и пиршествах, и следует удаляться еще до того, как начнется представление). А уличенный в запрещенном настоящим правилом поступке пусть или прекратит, или будет извержен [[225]].

Правило 25

Вместе со всеми прочими возобновляем и то правило, которое определяет: деревенские или сельские приходы в каждой Церкви должны неизменно оставаться у владеющих ими епископов, и в особенности если они, удерживая их в течение 30 лет без применения насилия, управляли ими. Если же за время этих 30 лет произошел или произойдет из-за этих приходов какой-то спор, то тем, которые говорят, что с ними относительно приходов поступили несправедливо, позволяется возбудить дело перед Собором митрополичьей области.

(IV Всел. 17; Карфаг. 128–130.)

Толкование

Настоящее правило возобновляет правило IV Всел. 17, которое излагается тут дословно, однако не полностью, а частично, поэтому и смотри его толкование в своем месте.

Правило 26

Пресвитер, по неведению вступивший в беззаконный брак, да пользуется пресвитерским седалищем, согласно с тем, что законоположено нам священным правилом, от прочих же действий да воздержится. Ибо такому довольно прощения, а благословлять другого тому, кто должен заботиться о собственных ранах, не следует, так как благословение есть преподаяние освящения; не имеющий же его из-за греха, совершенного по неведению, как преподаст другому? А потому пусть не благословляет ни публично ни частным образом, и не разделяет другим Тела Господня, и не совершает какого-либо другого служения, но, довольствуясь занимаемым местом, пусть просит со слезами других людей и Господа простить ему беззаконный поступок, совершенный по неведению. Притом очевидно, что такой беззаконный брак должен быть расторгнут и муж ни в коем случае не может сожительствовать с той, из-за которой лишился права священнодействовать.

(Апост. 19; VI Всел. 3; Неокесар. 9; Василия Велик. 23, 27, 78.)

Толкование [[226]]

Настоящее правило совершенно одинаково с правилом Василия Велик. 27, которое определяет, что иерей, который в неведении женится на какой-либо своей родственнице, может быть прощен, поскольку не знал об этом родстве, и может пользоваться честью иерейского седалища, но воздерживаться от всех прочих священнодействий. В самом деле, достаточно того, что он не подвергается канонической епитимии, но получает прощение, благословлять же других тому, кто должен врачевать собственные язвы, т. е. каяться в противозаконном браке, не подобает, потому что благословение – это преподаяние освящения, а если таковой иерей этого освящения не имеет, то как даст его другому? Итак, пусть он ни открыто ни тайно не благословляет, не причащает других и не совершает что-либо другое, но, довольствуясь честью седалища, как мы сказали, пусть плачет пред Богом, чтобы Он простил ему совершенное по неведению беззаконие, а пред другими – чтобы и они молили за него Господа. До этих слов – это правило Василия. А Собор еще прибавляет, что честью седалища он может пользоваться не прежде, чем расторгнет беззаконный брак, из-за которого извержен из священства, ведь если он его не расторгнет, то не только лишится чести седалища, но и будет подлежать епитимиям.

Прочти также Апост. 19.

Правило 27

Никто из числящихся в клире пусть ни в городе, ни в пути не одевается в несоответствующую одежду, но носит одежду, предназначенную для уже состоящих в клире. Если же кто-либо так сделает, да будет отлучен на одну неделю.

(VII Всел. 16; Гангр. 12, 21.)

Толкование

Клирики и священнослужители должны и выглядеть скромно, потому что хотя Бог смотрит на сердце, но люди смотрят на внешность, по написанному: Человек смотрит на лицо, Бог же смотрит на сердце (1 Цар. 16:7). Следовательно, из внешнего тоже делают вывод о внутреннем расположении сердца. По этой причине настоящее правило и определяет, чтобы никакой клирик не носил одежд, несвойственных его званию, т. е. дорогих и шелковых или даже военных, ни тогда, когда он пребывает в городе, ни тогда, когда находится в пути, но пользовался обычной одеждой клириков, а именно скромной и простой. Тот же, кто поступит иначе, должен быть отлучен на одну неделю.

Согласование

Правило VII Всел. 16 также подвергает епитимии священнослужителей, которые носят роскошные одежды и не исправляются, – равно как и тех, которые умащают себя благовониями. Если же правило Гангр. 12 и предает анафеме тех, которые осуждают носящих шелковые одежды с благоговением, то оно не противоречит настоящему правилу. Во-первых, потому, что настоящее правило говорит только о клириках, носящих такие одежды, а правило Гангрского собора говорит вообще как о клириках, так и о мирянах. Во-вторых, потому, что настоящее правило говорит о носящих одежды, несообразные с обычаем. В-третьих, наконец, потому, что тот же Гангрский собор сказанное в упомянутом 12-м правиле поправляет в 21-м правиле, говоря: «Скромные и простые одежды мы хвалим, a изысканных и мягких отвращаемся». А если Собор порицает мягкие одежды, когда их носят миряне, то гораздо более порицает их, когда в них одеваются клирики. Таким образом, Гангрский собор не только не противоречит настоящему, но и согласен с ним и, более того, еще строже подходит к этому вопросу.

Так и Господь говорит: Остерегайтесь тех, которые любят ходить в длинных одеждах (Лк. 20:46). И если ап. Петр запрещает женщинам носить многоценную одежду (см. 1 Петр. 3:3), хотя женщины по самой своей природе любят украшаться, и если Павел запрещает им то же самое (см. 1 Тим 2:9), то сколь более это запрещается клирикам? Василий Великий также требует, чтобы у нас были приличные одежды, и говорит в 11-й беседе на шестоднев: «Если ты увидишь одетого в цветистую одежду и покрытого шелковыми тканями, то пренебреги им». [227] И Златоуст в 11-й беседе на Первое послание к Тимофею говорит: «Ты видишь человека, одетого в шелковые одежды? Посмейся над ним». [228] А Исидор Пелусиот, объясняя в 74-м письме, что́ представлял собой тканый сверху и не сшитый [229] хитон Христа, говорит: «Кому неизвестна малоценность той одежды, которую носили бедняки из галилеян? У них был особенно распространен гиматий, сотканный тем своеобразным способом, каким ткались грудные повязки, – с диагональным переплетением». И в конце он добавляет: «Итак, если ты горячо желаешь этого [брачного чертога], то подражай малоценной одежде Иисуса, ибо любовь к роскоши приводит к здешней изнеженности, а не горней светоносности». [230]

Правило 28

Поскольку мы узнали, что в различных Церквах, когда в алтарь по некоему укоренившемуся обычаю приносят виноград, священнослужители, соединяя его с бескровной жертвой приношения, то и другое вместе разделяют затем народу, мы постановили, чтобы впредь никто из посвященных так не делал, но во отпущение грехов и оживотворение преподавал народу одно только приношение. Подношение же винограда иереи пусть рассматривают как приношение начатков и, благословляя его отдельно, преподают просящим в благодарение Подателю тех плодов, питаясь которыми наши тела, по Божественному повелению, укрепляются и возрастают. Если же какой-либо клирик поступит против предписанного, да будет извержен.

(Апост. 3, 4; VI Всел. 32, 57, 99; Карфаг. 44.)

Толкование

Поскольку в некоторых местах по обычаю некоторые люди приносили на святую трапезу виноград, а иереи смешивали его с пречистыми Тайнами и преподавали народу то и другое вместе, постольку настоящее правило предписывает отныне и впредь ни одному иерею так не делать [[231]], но святое причастие преподавать отдельно тем, кто достоин, для отпущения их грехов и оживотворения [[232]]. Виноград же как первый урожай благословлять особой молитвой и преподавать людям, с тем чтобы они воздавали благодарение Богу, дающему такие плоды, питаясь которыми возрастают и укрепляются наши тела. Тот же, кто поступит вопреки этому правилу, да будет извержен.

Прочти также Апост. 3.

Правило 29

Правило отцов Карфагенского собора повелевает, чтобы таинство алтаря совершалось не иначе как теми, кто ничего не вкушал, за исключением одного дня в году, в который совершается Господня вечеря. Вероятно, божественные отцы воспользовались такой икономией в то время по некоторым полезным для Церкви причинам местного характера. Поэтому, когда ничто не побуждает нас оставить акривию, мы, следуя апостольским и отеческим преданиям, определяем, что не должно в Четыредесятницу, в четверг последней недели, разрешать пост и бесчестить всю Четыредесятницу.

(Апост. 69; VI Всел. 89; Лаодик. 49–52; Карфаг. 48, 56; Дионисия Александр. 1; Тимофея Александр. 8, 10.)

Толкование

Поскольку Господь наш Иисус Христос вечером в Великий четверг вначале вкусил обычную трапезу, а после этого преподал Божественные Тайны апостолам, то и в местностях Африки установился обычай, по которому в Великий четверг, как говорит Зонара, вначале ели какие-нибудь более приятные кушанья, ослабляющие обычное сухоядение, соблюдаемое в прочие дни Четыредесятницы, а после этого совершали таинство и причащались Божественных Таин.

Итак, настоящий Собор, совершенствуя правило Карфаг. 48, упоминающее об этом обычае, определяет, что те отцы, вероятно, употребили такую икономию с целью принести какую-то пользу в тех местах. Однако мы, поскольку не имеем никакой причины, побуждающей нас оставлять строгость правил, следуем как преданию апостолов, т. е. правилу Апост. 69, которое определяет, чтобы все постились во время святой Четыредесятницы (Четыредесятница включает в себя и Великий четверг, и всю Великую седмицу), так и преданию отцов, т. е. 50-му правилу отцов Лаодикийского собора. Это правило определяет, что никто не должен разрешать пост четверга последней недели Четыредесятницы (т. е. Великого четверга) и этим разрешением бесчестить и делать бесполезным пост всей Четыредесятницы, но следует всю Четыредесятницу, а значит и в Великий четверг, поститься с сухоядением [[233]].

Согласование

Отметь, что не одно упомянутое правило Карфаг. 48 определяет, что иереям следует литургисать натощак: 56-е правило того же Собора говорит, что это было подтверждено и Никейским собором. Однако если кто-то находится в опасности умереть, то ему следует причаститься и после еды, согласно правилу Никифора Константинопол. 9. А Златоуст, обвиненный в том, что он причастил неких людей после того, как они поели, пишет в письме к еп. Кириаку: «Если я это сделал, то да будет изглажено мое имя из книги епископов. Впрочем, если они все же говорят это против меня и настаивают на этом, то пусть осудят и Павла, который после вечери крестил целый дом. Пусть осудят и Христа, Который после вечери преподал причастие апостолам». [234]

Поэтому намеревающимся причаститься позволительно пить воду до полуночи, а после этого времени им не следует ничего брать в рот, пока не причастятся.

Прочти также Апост. 69.

Правило 30

Желая все совершать для созидания Церкви, мы рассудили распорядиться и об иереях в варварских (βαρβαρικαῖς) Церквах. Поэтому, если они считают долгом превзойти апостольское правило о том, чтобы не изгонять свою жену под предлогом благоговения, и делать сверх определенного в нем и, исходя из этого, по согласию со своими супругами воздерживаются от плотского общения друг с другом, то мы определяем, чтобы они более ни под каким видом не сожительствовали с ними, дабы тем самым представить нам полное доказательство своего обещания. Попустили же мы это им не из-за чего-либо другого, как только из-за их малодушного помысла, а также чуждых и неустойчивых их нравов.

(Апост. 5; VI Всел. 12, 13, 48; Гангр. 4; Карфаг. 3, 4, 33.)

Толкование

Поскольку в варварской Африке священнослужители, желая превзойти законоположение правила Апост. 5, которое предписывает священнослужителю не разлучаться со своей женой под предлогом благоговения, договариваются со своими женами и воздерживаются от плотского совокупления, то настоящее правило определяет, что поступившие так никоим образом не должны более жить со своими женами.

С одной стороны, это установлено с той целью, чтобы этим расторжением сожительства священнослужители показали, что не ради лицемерного и ложного благоговения, но поистине ради жажды целомудрия и девства дали такое обещание и заключили соглашение. А с другой стороны, установление вызвано тем, что, постоянно взирая на своих жен и общаясь с ними, священнослужители вновь склоняются к плотской связи с ними.

Однако и это, говорит правило, мы разрешили им не по какой-либо другой причине, как только из-за их малодушного помысла и грубого нрава, согласно Зонаре, или отсутствия у них благоустроенных церковных обычаев, по Вальсамону, и нетвердости их веры (и смотри: то же самое, что Собор по этим причинам допускает в Берберии, он не дозволяет в Риме по причине кротости нравов, церковного благочиния и т. д., и это несмотря на то, что названный обычай перешел в Берберию от римлян, согласно Карфаг. 4).

Прочти еще Апост. 5, а также VI Всел. 12, 13.

Правило 31

Определяем, чтобы клирики, которые литургисают или крестят в молельнях, находящихся в домах, делали это с согласия местного епископа, так что если какой-либо клирик не соблюдет этого, да будет извержен.

(Апост. 31; IV Всел. 18; VI Всел. 34, 59; Двукрат. 12–15; Гангр. 6; Антиох. 5; Лаодик. 58; Карфаг. 10, 62.)

Толкование

Настоящее правило не позволяет священнослужителям литургисать или крестить без разрешения и согласия местного епископа в комнате и домовой церкви (т. е. в помещении, предназначенном для молитвы, но неосвященном), потому что это – незаконное собрание и отпадение от епископа. Они должны делать это с его согласия и позволения. Тот же, кто не соблюдет этого, да будет извержен [[235]].

Согласование

Двукратный собор в 12-м правиле приводит настоящее правило дословно, подтверждая его и прибавляя, что иереям, которые должны совершать литургию в домовых церквах, подобает получать разрешение от архиерея. Если же кто-либо, не будучи назначен им и не получив от него разрешения, дерзнет там литургисать, то да будет извержен, а миряне, бывшие с ним в общении, – отлучены.

Правило Лаодик. 58, говорящее, что архиерею или иерею не должно совершать литургию в домах, не противоречит настоящему правилу, поскольку говорит не о домовых церквах, о которых идет речь в настоящем правиле, а просто о домах, т. е. о домах обычных. В них совершать литургию без великой нужды запрещено [[236]].

Кроме того, 59-е правило настоящего VI Вселенского собора извергает тех клириков, которые совершат крещение в чьем-либо молитвенном доме, а не в соборной церкви, и извергает мирян, принявших в этом участие [[237]].

Прочти также толкование Апост. 31.

Правило 32

До нашего сведения дошло, что в армянской стране совершители бескровной жертвы приносят на святой трапезе только вино, не смешивая его с водой, и ссылаются на учителя Церкви Иоанна Златоуста, который в толковании на Евангелие от Матфея (Беседа 82) говорит: «Почему по воскресении Господь пил не воду, а вино? Для того, чтобы с корнем исторгнуть другую лукавую ересь. Поскольку некоторые употребляют в таинствах воду, то Господь, показывая, что Он употреблял вино и тогда, когда таинство преподал, и тогда, когда по воскресении без таинства предлагал обыкновенную трапезу, говорит: От плода лознаго (Мф. 26:29). Виноградная же лоза производит вино, а не воду». [238] Вследствие этого они [приносящие одно вино] думают, что этот учитель отвергает необходимость присоединения воды в священном жертвоприношении.

Чтобы отныне ими не владело неведение, мы раскрываем мысль этого отца православно. Поскольку тогда существовала древняя лукавая ересь гидропарастатов, которые в своем жертвоприношении вместо вина употребляли только воду, то этот богоносный муж, опровергая беззаконное учение этой ереси и показывая, что они идут против апостольского предания, составил вышеприведенную речь. И своей Церкви, пастырское руководство которой было ему вверено, Златоуст передал повеление всякий раз, когда надлежит совершать бескровную жертву, присоединять воду, указывая этим на соединение крови и воды, которые истекли из честнόго ребра нашего Искупителя и Спасителя Христа Бога ради оживотворения всего мира и искупления грехов. И во всех Церквах, где просияли духовные светила, соблюдается этот Богом данный чин. И Иаков, брат по плоти Христа Бога нашего, первый, кому был вверен престол Иерусалимской Церкви, и Василий, епископ Кесарийской Церкви, слава которого распространилась по всей вселенной, в преподанном нам письменно чине таинственного священнодействия повелели составлять священную чашу на Божественной литургии именно из воды и вина. И преподобные отцы, собравшиеся в Карфагене, определенно сказали об этом: «В святом таинстве да не приносится ничего кроме Тела и Крови Господней, как и Сам Господь заповедал, т. е. хлеба и вина, смешанного с водой».

Итак, если какой-либо епископ или пресвитер поступает не по переданному от апостолов чину и приносит пречистую жертву, не соединяя воду с вином, да будет извержен как несовершенно возвещающий таинство и вводящий новшество в Предание.

Толкование

Настоящее правило устраняет неправильный обычай, который распространился в армянской стране, т. е. обычай литургисать на одном вине, не соединяя его с водой по Преданию Церкви. Поскольку же делающие так приводили в оправдание такого обычая свидетельство из толкования Иоанна Златоуста на Евангелие от Матфея и считали, что этот божественный отец словами «Господь и прежде воскресения, и после воскресения использовал вино» отвергает необходимость соединения воды с Тайнами, то из-за этого их ошибочного понимания отцы Собора показывают истинный смысл слов святого. По той причине, говорят они, что существовала древняя ересь так называемых гидропарастатов [[239]], которые использовали в Божественном священнодействии только воду, а не вино, божественный Златоуст произнес такое слово, чтобы опровергнуть эту ересь и не принимать этот лукавый обычай гидропарастатов. Сам Златоуст через свою Божественную литургию заповедал Церкви Константинополя в бескровной таинственной жертве смешивать воду с вином для изображения крови и воды, которые излились из честнόго ребра Господа, повешенного на кресте, ради оставления грехов и оживотворения всего мира, по евангельскому изречению: Один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода. [240] [[241]]

He только Златоуст, но и Иаков, брат Божий и первый Иерусалимский иерарх [[242]], и Василий Великий в чине своих литургий заповедали наполнять святой потир вином и водой, а кроме них – и отцы Карфагенского собора в 44-м правиле, которое и приводится дословно. Итак, архиерей или иерей, не смешивающий по апостольскому преданию при Божественном священнодействии воду с вином, да будет извержен, поскольку тем самым он делает таинство Божественной евхаристии несовершенным и опровергает Предание.

Прочти также Апост. 3.

Правило 33

Поскольку мы узнали, что в армянской стране принимаются в клир только лица из священнического рода, в чем видно стремление следовать иудейским обычаям, и что некоторые из них и без пострижения поставляются в священные певцы и чтецы Божественного храма, то мы решили: отныне желающим возвести кого-либо в клир не позволяется обращать внимание на происхождение производимого, но им должно, испытав, достойны ли они быть причисленными к клиру, по принятым в священных правилах определениям производить таких в церковных служителей, происходят ли они от посвященных предков или нет. Но и читать с амвона Божественные словеса народу по чину причисленных к клиру не позволено вообще никому, кроме тех, кто получил священническое посвящение и благословение от своего пастыря в соответствии с правилами. Если же кто-либо будет уличен в том, что поступает вопреки предписанному, да будет отлучен.

(Апост. 77; VII Всел. 14; Лаодик. 23; Карфаг. 22.)

Толкование

И это правило исправляет жителей армянской страны, которые не только принимали в клир лишь происходивших из священнического рода (следуя обычаю иудеев, которые принимали в священство только происходивших из колена Левия), но и поставляли певцов и чтецов в Церкви без хиротесии архиерея. Впредь повелевается не смотреть на то, происходит ли тот, кого собираются рукополагать, из священнического рода или нет, но испытывать, поистине ли он достоин быть принятым в клир. Кроме того, никому не разрешается провозглашать с амвона Божественные слова народу [[243]], пока не получит от архиерея каноническое посвящение во чтеца. Тот же, кто поступит вопреки установленному, должен быть отлучен.

Согласование

Правило VII Всел. 14 также запрещает кому-либо без хиротесии епископа читать с амвона, хотя бы он был и монахом. А правило Карфаг. 22 запрещает чтецам после чтения кланяться народу. Правило Лаодик. 23 говорит, чтобы чтецы не носили орарь, когда читают.

Прочти также Апост. 77.

Правило 34

Священное правило ясно возвещает и то, что заговор или составление тайных сообществ, как преступление, и внешними законами совершенно воспрещается, гораздо же более следует запрещать быть этому в Церкви Божией. Поэтому мы усердно стремимся соблюдать следующее: если окажется, что какие-либо клирики или монахи устраивают заговор, или составляют тайные общества, или строят козни епископам или соклирикам, да будут совсем лишены своего сана.

(Апост. 31; IV Всел. 18; Двукрат. 13–15; Антиох. 5; Карфаг. 10, 62.)

Толкование

Это правило совершенно одинаково с правилом IV Всел. 18, поэтому прочти его толкование в своем месте.

Смотри также толкование Апост. 31.

Правило 35

Да не будет позволено вовсе никому из митрополитов после смерти епископа, подвластного его престолу, отнимать или присваивать имущество епископа или его церкви, но до поставления другого епископа пусть оно хранится у клира церкви, предстоятелем которой был почивший. Разве только в этой церкви не останется клириков, – тогда имущество будет сохранять в целости митрополит, с тем чтобы передать все епископу, который будет рукоположен.

(Апост. 40; IV Всел. 22; Антиох. 24; Карфаг. 30, 89.)

Толкование

He позволяется, говорит настоящее правило, никакому митрополиту, когда умрет какой-либо его епископ, расхищать или присваивать имущество или епископа, или его епископии, но пусть имущество сохраняют клирики епископии, пока не появится новый епископ. Если же случится, что в этой епископии не останется клириков, тогда сберегать имущество в целости и сохранности должен будет митрополит, пока не отдаст епископу, который впоследствии будет рукоположен.

Смотри также Апост. 40.

Правило 36

Возобновляя законоположение 150 святых отцов, собравшихся в этом богохранимом и царствующем граде, и 630, собравшихся в Халкидоне, определяем, чтобы Константинопольский престол пользовался равными преимуществами с престолом древнего Рима и в церковных делах был возвеличен подобно ему, будучи вторым после него; а следующим после него пусть числится престол великого града Александрии, после – Антиохийский, а после него – престол града Иерусалима.

(Апост. 34; II Всел. 3; IV Всел. 28.)

Толкование

Настоящее правило [[244]] восстанавливает правило II Всел. 3 и IV Всел. 28, в которых говорится о преимуществах Константинопольского престола, и определяет, что он должен пользоваться равными и одинаковыми преимуществами с Римским престолом и столь же великим положением в церковных делах, будучи вторым после него только по порядку. Третьим же является Александрийский предстоятель, четвертым – Антиохийский и пятым – Иерусалимский, причем в указанной последовательности они мыслятся и называются только ради того, что это необходимо при перечислении.

Прочти указанные выше правила и I Всел. 6, а также примеч. 17, в котором мы упоминаем о пяти патриархах.

Правило 37

В разные времена происходили варварские нашествия, и множество городов из-за этого оказалось в руках беззаконных, так что предстоятель такого города не мог по совершении над ним рукоположения занять свой престол, утвердиться на нем в священническом назначении и затем по установившемуся обычаю совершать рукоположения и делать и предпринимать все, что подобает епископу. Ввиду этого мы, охраняя честь священства и уважение к нему и желая, чтобы нападение язычников ни в коем случае не наносило ущерба церковным правам, постановили: если кто рукоположен таким образом и по указанной причине не вступил на свои престолы, то не считать это поводом для обвинения. А посему совершать им рукоположения различных клириков согласно канонам, пользоваться властью председательства в соответствии со своим положением, и всякому исходящему от них распоряжению быть твердым и законным. Ибо вынужденность обстоятельств и ограниченность исполнения акривии не могут ограничить право управления.

(Апост. 36; Анкир. 18; Антиох. 17, 18.)

Толкование

Настоящее правило определяет: поскольку некоторые архиереи после хиротонии не смогли отправиться на свои кафедры и в свои епископские области [[245]] из-за того, что те были захвачены в результате варварских нашествий, постольку мы, заботясь о сохранении почтения и уважения к архиерейскому сану и не допуская, чтобы варварское пленение создавало препятствие для соблюдения церковных прав, определяем, чтобы рукоположенные таким образом и не имевшие возможности из страха перед варварами утвердиться на своих кафедрах, беспрепятственно совершали хиротонии различных клириков своей епископской области, даже будучи вдали от нее (см. также примеч. 1 к Антиох. 16), в соответствии с постановлениями правил. Определяем также, чтобы эти архиереи имели честь и власть председательства сообразно со своим положением, т. е. местом, отведенным их епископской области, например первым, или вторым, или третьим и т. д., и чтобы все, что они будут совершать по праву архиерейства, т. е. как архиереи, было твердым и законным [[246]]. Хотя акривия (которая заключается в том, что архиереи должны отправляться на свои кафедры и там совершать перечисленные действия) пострадала из-за затруднительных обстоятельств и варваров, но пределы управления из-за этой временной необходимости не должны страдать, т. е. архиереи все же должны совершать такие действия на своих кафедрах, пусть и вдали от них.

Прочти также Апост. 36.

Правило 38

Правило, принятое нашими отцами, сохраняем и мы, а оно определяет так: если царской властью был основан город или будет основан после, то и распределение церковных дел должно следовать гражданским и государственным постановлениям.

(IV Всел. 17.)

Настоящее правило тождественно правилу IV Всел. 17, поэтому смотри его толкование в своем месте.

Правило 39

Наш брат и сослужитель Иоанн, предстоятель острова Кипра, из-за варварских нашествий, а также с целью освободиться от рабства язычников и свободно подчиниться скипетру христианнейшей власти, промышлением человеколюбивого Бога и старанием христолюбивого и благочестивого нашего императора переселился вместе со своим народом с названного острова в Геллеспонтскую митрополичью область. Мы в свою очередь постановляем, чтобы сохранялись неизменными привилегии, предоставленные престолу упомянутого мужа богоносными отцами, ранее собравшимися в Эфесе, и чтобы новый Юстинианополь имел права Константинополя и поставляемый для него боголюбезнейший епископ стоял во главе всех епископов Геллеспонтской митрополичьей области и принимал рукоположение от своих епископов в соответствии с древним обычаем, ибо и богоносные наши отцы постановили соблюдать обычаи каждой Церкви. А епископ города Кизика пусть подчиняется предстоятелю названного города Юстинианополя, по примеру всех прочих епископов, подвластных упомянутому боголюбезнейшему предстоятелю Иоанну, который, когда повелит нужда, пусть рукополагает и епископа того же самого города Кизика.

(Апост. 34; I Всел. 6, 7; II Всел. 2, 3; III Всел. 8; IV Всел. 28; VI Всел. 36; Антиох. 9.)

Толкование

Во времена императора Юстиниана II Кипрский архиепископ Иоанн, удалившись из своей митрополичьей области вместе с народом, пришел в митрополичью область Геллеспонта (согласно Вальсамону, Геллеспонт представляет собой восточные земли, простирающиеся от Абидоса, т. е. восточной крепости с внешней стороны, до Фракии, а согласно Хрисанфу, Геллеспонт – это пролив, простирающийся от Тенедоса до Каллиуполя). Архиеп. Иоанн сделал это как по причине варварских набегов, так и потому, что, Промыслом Божиим и заботой императора освободившись от варварского пленения, подчинился римской власти. Поэтому настоящее правило определяет, чтобы сохранялись все преимущества, дарованные Кипрскому предстоятелю правилом III Всел. 8, и этот новый Юстинианополь имел права Константинополя (т. е. чтобы он тоже был автокефальным, подобно Константинополю, или чтобы Геллеспонтская митрополичья область подчинялась Кипру точно так же, как Асийский, Понтийский и Фракийский диоцезы подчинены Константинопольскому предстоятелю, о чем мы сказали в IV Всел. 28). Настоящее правило также определяет, чтобы архиепископ Юстинианополя принимал рукоположение от своих епископов, согласно древнему обычаю, и чтобы митрополит города Кизика подчинялся ему, равно как и все епископы на Кипре, и, когда повелит нужда, принимал от него рукоположение [[247]].

Прочти также III Всел. 8.

Правило 40

Поскольку прилепляться к Богу, удаляясь от житейского волнения, весьма спасительно, то мы не должны без испытания, несвоевременно принимать избирающих монашеское житие, но должны и с ними поступать по преподанному нам отцами правилу: обет жизни по Богу необходимо принимать как уже твердый и происходящий от свободной воли и рассуждения тогда, когда разум достигнет совершенной зрелости. Итак, намеревающийся принять на себя иго монашества да не будет моложе 10 лет, причем во власти предстоятеля испытывать и такого, не полезнее ли для него продлить срок вступления в монашескую жизнь и утверждения в ней. Хотя Василий Великий в своих священных правилах законополагает добровольно посвящающую себя Богу и любящую девство причислять к чину дев по исполнении ей 17 лет, однако мы по аналогии с тем, что сказано о вдовах и диакониссах, указали иной возраст для избравших монашеское житие. Ибо у божественного апостола предписано избирать в Церкви вдову 60 лет (1 Тим. 5:9). И священные правила позволили рукополагать диакониссу в 40 лет, поскольку приняли во внимание, что Церковь Божественной благодатью стала сильнее и продвигается далее, и что верные в соблюдении Божественных заповедей тверды и непоколебимы. Это в полной мере заметили и мы и соответственно вынесли определение, скоро запечатлевая того, кто намерен приступить к подвигам по Богу, благословением благодати, словно некоей печатью. Тем самым мы побуждаем его не медлить долго и не уклоняться, но всего более увещеваем его к избранию добра и утверждению в нем.

(I Всел. 19; IV Всел. 15; VI Всел. 14; Карфаг. 6, 51, 135; Василия Велик. 18, 24.)

Толкование

Тех, которые хотят стать монахами или монахинями, не следует, согласно настоящему правилу, принимать без испытания и в неподходящее время, вопреки правилу, преподанному нам божественными отцами (а особенно Василием Великим). Обет, который таковые будут давать Богу, следует принимать, как надежный и исходящий от их собственной воли, тогда, когда способность их разума к рассуждению достигнет совершенства [[248]], как говорит Василий Великий в 18-м правиле, [249] а особенно в 15-м правиле из пространно изложенных. [250]

Итак, намеревающийся стать монахом должен быть не моложе 10 лет, однако во власти архиерея испытать его и увеличить срок испытания (в соответствии с природным благоразумием испытуемого), если архиерей сочтет это полезным. Хотя Василий Великий в упомянутом 18-м правиле определяет причислять к лику дев девицу старше 16 или 17 лет, мы, по примеру постановления о вдовах и диакониссах, сократили до 10 лет указанные Василием 16 и 17 лет. Апостол определяет, чтобы вдова избиралась, т. е. причислялась к Церкви, в возрасте не менее 60 лет, а отцы IV Вселенского собора говорят в 15-м правиле, что диаконисса принимает рукоположение в 40 лет [[251]], ибо они видят, что Церковь Божия благодатью Божией преуспевает, а христиане проявляют твердость в хранении Божественных заповедей. Так же и мы, хорошо понимая это, установили настоящее правило, запечатлевая на нежной душе того, кто собирается начать монашеские духовные подвиги, благословение Божественной благодати, как некую печать, и научая его в этом правиле не тому, чтобы он долгое время пренебрегал деланием добродетели, но, напротив, тому, чтобы быстрее избрал благую часть.

Правило Карфаг. 6 говорит, что дев должен посвящать Богу только епископ. 51-е правило того же Собора гласит, что епископ должен еще и заботиться о них, а в его отсутствие заботиться о них должен пресвитер.

Правило 41

Желающим в городах или селах удаляться в затвор и внимать себе в уединении должно прежде вступать в монастырь, обучаться отшельническому образу жизни, в течение трех лет в страхе Божием повиноваться начальнику обители и во всем, как подобает, оказывать послушание. И когда они таким образом показывают свое произволение вести отшельническую жизнь, местный предстоятель должен испытывать и то, от всего ли сердца и добровольно ли они ей преданы. После этого в продолжение еще одного года они должны терпеливо пребывать вне затвора, чтобы их намерение обнаружилось в большей степени, ибо тогда они представят совершенное доказательство того, что стремятся к такому безмолвию не в погоне за пустой славой, но ради самого подлинного добра. Если по истечении столь продолжительного срока они не изменят своего произволения, пусть вступают в затвор и пусть им более не дозволяется оставлять это уединение когда хотят, разве только их понудит к этому общая потребность и польза или какие-то затруднительные обстоятельства, грозящие им смертью, но и в этом случае – с благословения местного епископа. А дерзающих без указанных причин выходить из мест своего пребывания должно против их желания сначала заключать в оставленном ими затворе, а потом постами и другими строгими мерами врачевать их, чтобы они знали, что, по Писанию, никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Небесного (см. Лк. 9:62).

Толкование

Великая дерзость – едва-едва удалившись от мирской жизни, становиться отшельником и заключаться в затворе и из одной крайности устремляться к другой – из бурного моря жизни в труднопроходимое море безмолвия. Поэтому отцы в настоящем правиле определяют, что желающие удалиться в затвор должны поступать в монастырь и, после того как три года будут во всем показывать послушание игумену, должны пройти испытание у архиерея, исповедуя, что они по своей воле и от всего сердца жаждут такого отшельничества.

Вслед за этим они должны безмолвствовать вне затвора один год, чтобы представить еще большее удостоверение в том, что не ради суетной славы, но только ради блага безмолвия они желают такой жизни. И если после всего этого они остаются тверды в том же помысле и желании, то пусть удаляются в затвор и пусть им более не будет позволено выходить из него когда захотят, разве только ради общей пользы народа и ввиду смертельной опасности. Но и тогда пусть выходят с благословения и позволения местного епископа. А если они выйдут не по этим причинам, то должно и против их воли вновь заключать их в затвор и наказывать постами и прочими лишениями, для того чтобы они поняли, что, как сказал Господь, всякий, кто возлагает руку свою на плуг, т. е. начинает жительство по Богу, а потом возвращается к мирской жизни, не может свободно войти в Царствие Небесное.

Правило 42

Относительно так называемых пустынников, которые, облекаясь в черные одежды и отпуская волосы, обходят города, вращаются среди мирских людей и бесчестят свой обет, определяем: если они хотят после пострижения волос принять монашеский образ (σχῆμα) по примеру прочих монахов, то помещать их в монастырь и причислять к братии. Если же не пожелают этого, то совсем изгонять их из городов, и пусть живут в пустынях, по названию которых они и прозвище себе придумали.

Толкование

Поскольку в древности множество обманщиков, которые называли себя пустынниками, в черной одежде и с отпущенными волосами скитались по городам среди мужчин и женщин, позоря монашеское звание, то настоящее правило определяет: если бы такие захотели постричь волосы, как прочие монахи, живущие в монастырях [[252]], и жить в монастыре, то это было бы хорошо; а если не хотят, то должно и вовсе изгонять их из городов. И пусть они отправляются жить в пустыни, по названию которых ложно, а не истинно назвали себя пустынниками.

Правило 43

Позволительно христианину избрать подвижническую жизнь и, оставив многомятежную бурю житейских дел, вступить в монастырь и принять пострижение в монашеский образ, даже если он был уличен в каком бы то ни было грехопадении. Ибо Спаситель наш Бог сказал: Приходящего ко Мне не изгоню вон (Ин. 6:37). А поскольку монашеское жительство запечатлевает образ (στηλογραφούσης) жизни в покаянии, то мы одобряем искренно присоединяющегося к такому жительству; и каким бы ни был его нрав, он не воспрепятствует ему в исполнении его намерения.

(Двукрат. 2.)

Толкование

Как видно, некоторым желающим вести монашескую жизнь препятствовали в этом, вероятно, из-за совершенных ими грехов. Поэтому настоящее правило определяет, что всякому христианину (имеется в виду – свободному, а не подвластному; см. также Апост. 82) позволяется отрекаться от мира и идти в монастырь, чтобы принять постриг [[253]], хотя бы он совершил и величайший грех. Ведь Сам Господь сказал: «Не прогоню того, кто идет ко Мне». Жизнь монахов запечатлена покаянием, как в чертах памятника запечатлено то, что он изображает. Поэтому мы благосклонны к тем, кто избирает покаяние, и радуемся с ними, и никакая причина (имеется в виду грех, а не зависимое положение) не воспрепятствует таким людям в исполнении их намерения.

Правило Никифора 25 говорит еще, что если кто-либо в болезни просит монашеской схимы, то нужно дать ему ее без промедления и не препятствовать действию на него благодати. To же самое говорят и Вальсамон, и Симеон Фессалоникийский. Однако никто не должен становиться монахом без старца, который примет его в послушание, по Двукрат. 2.

Правило 44

Монах, обличенный в блудодеянии или приводящий женщину для брачного общения и сожительства, да будет подвергнут епитимиям, положенным по правилам для блудников.

(IV Всел. 16; Анкир. 19; Василий Велик. 6, 18–20, 60.)

Толкование

Если монах, определяет настоящее правило, будет обличен в том, что он совершил блуд или женился, то да будет под епитимией как блудник, а именно семь лет, в соответствии с правилами, причем беззаконное сожительство прежде должно быть расторгнуто. А под «правилами» имеется в виду правило Василия Велик. 19.

Прочти также IV Всел. 16 [[254]].

Правило 45

Поскольку нам стало известно, что в некоторых женских монастырях тех, кому предстоит сподобиться священного монашеского образа, приводящие их сначала наряжают в разнообразные шелковые одежды и даже надевают на них усыпанные золотом и камнями украшения, а затем, когда они подойдут к алтарю, снимают с них этот пышный наряд, и тотчас же им преподается благословение монашеского образа и их облекают в черное одеяние, то мы определяем, чтобы отныне и впредь этого не было. Ибо неблагопристойно, чтобы та, которая по собственному произволению уже отвергла житейские удовольствия, с усердием приступила к жительству по Богу, в мыслях своих непоколебимо утвердилась в нем и затем вступила в монастырь, из-за этого тленного и преходящего украшения вновь приводила себе на память то, что уже предала забвению. Это приводит ее в сомнение и смущает ей душу, захлестывая, словно волнами, и бросая то в одну, то в другую сторону. От этого случается также, что она подчас и слезы не проронит, никак не выразив внешне своего сердечного сокрушения; а если, как и следовало, прослезится на мгновение, то видящий это сочтет, что причиной тому – не стремление к поприщу подвига, а оставление мира и того, что в мире.

(Карфаг. 135.)

Толкование

Настоящее правило воспрещает женщинам, которым предстоит принять монашеский постриг, наряжаться в шелковые одежды и украшаться различными украшениями из золота и драгоценных камней и в таком наряде приближаться к святому алтарю храма в женском монастыре, там снимать с себя эти суетные одеяния, тут же надевать черные монашеские одежды и получать благословение монашеского образа. Если женщина по собственному произволению уже отвергла всякое житейское наслаждение, возлюбила жительство по Богу, непоколебимостью мысли подтвердила это свое произволение и затем, не колеблясь, вступила в монастырь, не пристало ей из-за этих украшений вновь вспоминать то, что она прежде отвергла и забыла [[255]]. И не в этом лишь дело, но и в том, что из-за этих украшений ее душа может прийти в смятение: словно волны, нахлынут на нее мирские представления, так что не позволят и слезу проронить во время пострига (и тем самым показать сокрушение сердца). А если она и проронит случайно малую слезу, то видящие подумают, что это случилось не столько из-за того, что она удостоена ангельского образа, сколько из-за того, что оставила мир и все, что в мире.

Правило 46

Женщины, избирающие подвижническую жизнь и зачисляемые в монастырь, пусть совсем не выходят из него, а если какая-то совершенно необходимая нужда заставит их, то пусть делают это по благословению и поручению настоятельницы. Но и тогда пусть выходят не одни, не сами по себе, а с какими-либо старицами и первенствующими в монастыре, по заповеди игумении. Ночевать же вне монастыря им совсем не позволяется. Также и мужчины, проходящие монашескую жизнь, могут выходить, когда заставляет необходимость, по благословению того, кому вверено начальство. А нарушающие вынесенное нами ныне определение, будь то мужчины или женщины, да подвергнутся соответствующим епитимиям.

(VI Всел. 47.)

Толкование

Отцы настоящего Собора требуют, чтобы монахини вообще не выходили из своих монастырей, а если их будет заставлять сделать это какая-либо неизбежная нужда, то пусть выходят по благословению и с разрешения настоятельницы, но и тогда не одни, а вместе с другими, старицами по возрасту и рассуждению. Ночевать же вне своих монастырей им совершенно не позволяется. И монахи подобным образом, когда заставляет необходимость, пусть выходят из своего монастыря по благословению игумена. Те же, кто поступает иначе, мужчины ли то или женщины, пусть подвергаются подобающей епитимии, которую назначит игумен или игумения.

Согласование

Василий Великий (120-е правило из кратко изложенных) также предписывает монаху никуда не ходить без разрешения предстоятеля. [256] А тот, кто выйдет из монастыря, не получив благословения, должен быть отлучен от причастия (епитимия 12). [257] Даже для посещения родственников монахи не должны удаляться от братии и вести жизнь, никем не засвидетельствованную (32-е правило из пространно изложенных). [258] А 2-е постановление 1-го тит. «Новелл» идет дальше и предписывает епископу проявить предусмотрительность и позаботиться о том, чтобы ни монахи, ни монахини совсем не выходили из своих монастырей и не скитались по городам, но исполняли необходимые дела через осведомителей и апокрисиариев, оставаясь в своих монастырях (Фотий. Тит. 11, гл. 4).

Правило 47

Пусть ни женщина не ночует в мужском монастыре, ни мужчина в женском. Ибо верные должны удаляться от всякого преткновения и соблазна и благоустроять свою жизнь так, чтобы благочинно и непрестанно служить Господу. [259] Если же кто-либо поступит вышеупомянутым образом, то, клирик ли он или мирянин, да будет отлучен.

Толкование

Настоящее правило определяет, чтобы вообще никакая женщина не ночевала в мужском монастыре и, наоборот, никакой мужчина не ночевал в монастыре женском. Все христиане не должны вводить людей в соблазн и вызывать у них подозрение, но обязаны проводить свою жизнь благообразно и угождая Господу, тем более это следует соблюдать монахам. А если женщины ночуют в мужском монастыре и, напротив, мужчины – в женском, то это служит соблазном для них самих, ибо разжигает природный огонь вожделения и в тех и в других, а кроме того, соблазняет посторонних, поскольку наводит их на неуместные подозрения против монашествующих.

Тот, кто так поступит, должен быть отлучен, клирик ли он или мирянин.

Правило 48

Жена возводимого на епископскую кафедру, по общему согласию прежде разлучившись со своим мужем, после хиротонии его в епископа пусть вступит в монастырь, построенный далеко от места пребывания этого епископа, и остается на попечении епископа. Если же окажется достойной, то пусть будет возведена и в достоинство диакониссы.

Толкование

Настоящее правило предписывает, чтобы жена того, кому предстоит стать архиереем, сначала разлучалась с ним по обоюдному согласию. И после того как он будет рукоположен, вступала в монастырь, далеко отстоящий от его епископской области, т. е. становилась там монахиней [[260]], однако о необходимом для ее жизни должен заботиться этот епископ (если, конечно, она лишена средств).

Все это предписано для того, чтобы они не видели друг друга, не вспоминали постоянно прежнего времяпрепровождения и совместной жизни и, следовательно, не разжигались плотской страстью. А если жена достойна, то пусть становится и диакониссой.

Прочти также Апост. 5, VI Всел. 12 и примеч. 2 к VI Всел. 40. {5}

Из этого правила Властарь делает верный вывод о том, что и жены умерших иереев не должны вступать во второй брак.

Правило 49

Возобновляя и это священное правило, определяем, чтобы однажды освященные по изволению епископа монастыри всегда оставались монастырями, и принадлежащие им вещи сохранялись за монастырем, и чтобы впредь эти монастыри уже не могли быть мирскими жилищами, и вообще никто не мог отдавать их мирским людям. Но если доныне это случалось, то мы определяем, чтобы это ни в коем случае не имело силы и чтобы с настоящего времени покушающиеся делать это подлежали епитимии по правилам.

(IV Всел. 24; VII Всел. 13.)

Толкование

Настоящее правило возобновляет правило IV Всел. 24, излагая его дословно, поэтому смотри его толкование в своем месте. Здесь к нему прибавлено лишь, что никто (т. е. ни клирик, ни мирянин, ни монах) не может передавать монастыри мирским людям (с той целью, разумеется, чтобы они управляли ими) [[261]]; и если это до сих пор происходило, то отныне и впредь происходить не должно.

Правило 50

Никто вообще, будь он из мирян или клириков, отныне да не играет в кости, если же кто-либо будет уличен в том, что так делает, то если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

(Апост. 42, 43.)

Толкование

Отцы настоящего Собора запрещают играть в кости, или карты, или шашки, или другие подобные игры, – всем мирянам и клирикам. Тот же, кто после этого правила станет играть в них, если он клирик, должен быть извержен, а если мирянин – отлучен.

Смотри также Апост. 42.

Правило 51

Святой Вселенский собор совершенно запрещает устраивать так называемые мимические представления, а кроме того, зрелища звериной травли и пляски на сцене. Если же кто-либо пренебрежет настоящим правилом и предастся чему-то из этого запрещенного, то если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

(VI Всел. 24, 62, 66; Карфаг. 17 (18), 70 (72).)

Толкование

Настоящее правило совершенно запрещает выступления так называемых мимов, которые, иногда подражая жестам арабов, иногда армян, а иной раз – рабов, иногда даже осыпая друг друга пощечинами, всем этим возбуждают в зрителях безудержный смех. А зрелища звериной травли [[262]] заключаются в том, что кто-то смотрит, как звери, например львы, или медведи, или какие-то другие дикие животные, дерутся или растерзывают осужденных на смерть людей. Великая жестокость и грубость – наблюдать за столь страшным кровопролитием и смеяться. Кроме того, правило запрещает танцы и непристойные песни (λυγίσματα) [263] мужчин или женщин на сценах. A сцена (σκηνή) – это шатер, в котором устраивали разные представления и разыгрывали роли или «кто-нибудь показывал сценическое искусство», как говорит Фотий в 21-й гл. 13-го тит. Следовательно, и актерами (σκηνικοί) называются те, которые исполняют роль то господ, то слуг, то кого-нибудь другого. Тот же, кто пренебрежет настоящим правилом и увлечется подобного рода зрелищами, если он клирик, пусть будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Прочти также 24-е правило того же VI Вселенского собора.

Правило 52

Во все дни поста святой Четыредесятницы, кроме субботы, воскресенья и святого дня Благовещения, да совершается священная Литургия Преждеосвященных Даров.

Толкование

Дни святой Четыредесятницы – это дни скорби и сокрушения, а приношение совершенной жертвы Богу, и особенно в дни памяти святых, большинство считают поводом для торжества, радости и праздника, почему имеют обыкновение вместе веселиться в эти дни. Скорбь же и радость противоположны друг другу. Из-за этого настоящее правило предписывает в седмичные дни Четыредесятницы совершать Литургию Преждеосвященных Даров [[264]], иначе говоря, второе приношение совершенной и принесенной жертвы. В субботы же и воскресенья, как дни более радостные и непостные, – равно как и в день Благовещения, поскольку он является началом и главизной нашего спасения, а следовательно, праздником и торжеством, – правило позволяет приносить совершенную жертву и служить полную литургию.

Согласование

Согласно с настоящим правилом говорит и правило Лаодик. 49, определяя, чтобы в дни Четыредесятницы не приносился хлеб, т. е. не служилась полная литургия, разве только в субботу и воскресенье. Кроме того, 51-е правило того же Собора запрещает совершать память и праздновать дни рождения мучеников в постные дни Четыредесятницы, а позволяет только в субботы и воскресенья. Вальсамон в толковании правила Лаодик. 51, а также Властарь в гл. 5 буквы «Т» говорят, что и поминовения усопших не должны совершаться в другие дни Четыредесятницы, кроме субботы [[265]], подобно тому как определяют это и уставы.

Смотри также Апост. 69.

Правило 53

Родство по духу больше союза по телу, а мы узнали о случаях, когда некоторые становятся восприемниками детей от святого и спасительного крещения и после этого вступают в брачное сожительство с их матерями, когда те овдовеют. Поэтому мы определяем: с настоящего времени ничего подобного не делать. Если же кто-либо после настоящего правила будет уличен в том, что так поступает, такой прежде всего да оставит это беззаконное супружество, а потом да будет подвергнут и епитимиям блудников.

Толкование

Настоящее правило запрещает восприемнику ребенка при святом крещении брать в жены его мать-вдову, поскольку родство по духу, в силу которого они, восприемник и его кума, становятся духовными братом и сестрой, – больше родства по плоти (больше не по количеству степеней, ибо плотское родство супругов запрещается только до третьей степени по прямой линии, но по качеству и отношению; см. гл. 8 «Учения о браках»). А те люди, которые дерзнут так поступить, прежде всего должны расторгнуть этот противозаконный брак, а затем понести за него каноническую епитимию как блудники.

To же самое, что говорит настоящее правило о восприемничестве, следует соблюдать при усыновлении, совершенном через обряд и с чтением священных молитв, согласно 24-й новелле Льва Мудрого.

Правило 54

Поскольку Божественное Писание ясно нас научает: He входи ни к какому своему родственнику по плоти с тем, чтобы открыть срам его (см. Лев. 18:6), то богоносный Василий, хоть и перечислил в своих правилах некоторые из запрещенных браков, но большую часть обошел молчанием, и тем и другим доставив нам пользу. А именно, отвергнув множество постыдных наименований, чтобы этими словами не осквернить речи, он обозначил нечистоты общими наименованиями, через которые указал нам на беззаконные браки в целом. Но поскольку из-за этого умолчания и недостаточно ясного различия между беззаконными браками естество смешивало само себя, мы решили сказать об этом предмете более открыто. Определяем отныне, что заключающий брак со своей двоюродной сестрой, или отец и сын с матерью и дочерью, или отец и сын с двумя девами-сестрами, или мать и дочь с двумя братьями, или два брата с двумя сестрами, подпадают под семилетнюю епитимию, разумеется, после их отстранения от противозаконного сожительства.

Толкование

Божественное Писание ясно учит нас: «Человек, не бери в общение брака никакого сродника по плоти», и Василий Великий, упомянув это изречение в 87-м правиле, перечислил в своих правилах отдельные виды запрещенных браков (например, в 76-м правиле он говорит о женитьбе на собственной невестке, в 78-м – о женитьбе на двух сестрах, в других правилах – о других браках) и умолчал о большинстве из них, как о постыдных, чтобы их наименованиями не осквернять речь. Он собирательно, неясно обозначил все беззаконные браки общим названием нечистоты (а те слова, которые Собор приписывает Василию, он взял, как сам он говорит, из Божественного Писания, именно у божественного Павла, который говорит: А блуд и нечистота не должны даже именоваться у вас [266] – и т. д.).

Но поскольку из-за этого умолчания природа людей подвергалась родственному кровосмешению, постольку мы даем более ясное определение об этом в настоящем правиле: отныне и впредь если кто-нибудь возьмет в жены свою двоюродную сестру, или если отец и сын возьмут мать и дочь или двух сестер, или два брата возьмут мать и дочь или двух сестер, то все они должны вначале расторгнуть это незаконное сожительство и затем в течение семи лет нести каноническую епитимию. А Василий Великий в 68-м правиле в общем определяет, что брак, заключенный при запрещенном родстве, подпадает под каноническую епитимию прелюбодеев, т. е. 15-летнюю (см. также «Учение о браках»).

Правило 55

Поскольку мы узнали, что жители города Рима в святой пост Четыредесятницы постятся по субботам вопреки Церковному Преданию, святой Собор решил, чтобы и в Римской Церкви ненарушимо соблюдалось правило, гласящее: «Если будет обнаружено, что какой-либо клирик постится в день Господень или в субботу (за исключением лишь одной субботы), – таковой да будет извержен. А если мирянин, то да будет отлучен».

Толкование

Настоящий Собор этим правилом запрещает древним римлянам поститься (т. е. или совершенно ничего не вкушать, или поститься до девятого часа с сухоядением) по субботам святой Четыредесятницы (потому что в эти дни разрешается вино, елей и ракообразные) и определяет, что и в Риме следует сохранять ненарушимым 64-е правило святых апостолов, которое Собор и приводит дословно. Прочти его толкование [[267]].

Правило 56

Подобным образом мы узнали, что в армянской стране и других местах по субботам и воскресеньям святой Четыредесятницы некоторые едят яйца и сыр. Потому решено и то, чтобы Церковь Божия по всей вселенной, следуя единому чину, совершала пост и воздерживалась как от всего закалаемого, так и от яиц и сыра, которые есть плод и произведение того, от чего мы воздерживаемся. Если же кто-либо не будет этого соблюдать, то, если они клирики, да подвергаются извержению, а миряне – отлучению.

Толкование

Очевидно, христиане, жившие в Армении, слыша, что апостольское правило запрещает поститься в субботу и воскресенье, и не разумея правильно этих слов, по субботам и воскресеньям Четыредесятницы ели сыр и яйца. Поэтому Собор настоящим правилом определяет, что вся Христова Церковь по всей вселенной должна сохранять один и тот же чин: в дни Четыредесятницы поститься (разрешая только на вино, елей и ракообразных) [[268]] и равно воздерживаться как от закалаемых животных [[269]], так и от сыра и яиц, которые являются плодом и продуктом этих животных. А те, которые не сохранят этого, если они клирики, да будут подвергнуты извержению, а если миряне – отлучению.

Прочти также Апост. 64 и 69.

Правило 57

О том, что не должно приносить в алтари мед и молоко.

(Апост. 3.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что не должно приносить в святой алтарь на святую трапезу молоко и мед, согласно с правилом Апост. 3, толкование которого и прочти. Настоящее правило также улучшает и исправляет правило Карфаг. 44, определяющее приносить подобное по некоторому местному обычаю.

Правило 58

Никто из числа мирян да не преподает себе Божественные Тайны, когда есть епископ, или пресвитер, или диакон. Тот же, кто на что-либо такое отваживается, как поступающий против предписанного на одну неделю да будет отлучен, научаясь тем самым не думать о себе более, нежели должно думать (Рим. 12:3).

Толкование

Тот мирянин, который сам себя причащает Божественных Таин без необходимости (имеется в виду – когда есть епископ, или пресвитер, или диакон, согласно Зонаре), поступает самонадеянно и присваивает себе вопреки законам достоинство священства. Ибо право причащать дано иереям, а не мирянам, почему настоящее правило дерзающего делать так несмотря на то, что есть иерей, и отлучает от Церкви на одну неделю, ради того чтобы этот человек, по слову апостола, научился не думать о себе больше, чем должно думать [[270]].

Правило 59

В молельне внутри жилища да не совершается крещение вовсе, но намеревающиеся удостоиться пречистого просвещения пусть приходят в кафолические церкви и там сподобляются этого дара. Если же кто-либо будет уличен в том, что не хранит наших определений, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Толкование

Настоящее правило предписывает совершать крещение не в молельне внутри жилища, но в кафолических и, следовательно, освященных церквях. Тот же, кто не будет соблюдать этого, если он клирик – да будет извержен, а если мирянин (имеется в виду участник такого крещения) – да будет отлучен.

Смотри также Апост. 31 [[271]].

Правило 60

Поскольку апостол возглашает, что соединяющийся с Господом есть один дух с Господом (1 Кор. 6:17), то очевидно, что и усваивающий себя врагу становится едино с ним по причине соединения. Итак, тех, которые притворяются беснующимися и лицемерно из-за порочности нравов изображают их, решено наказывать всяческими способами и подвергать их таким же лишениям и трудам, каким по справедливости подвергались бы подлинно бесноватые ради освобождения от действия демона.

Толкование

Некоторые люди из-за порочности нрава и ради денег притворяются одержимыми, подражают беснующимся в жестах и беспорядочных движениях, скитаются по городам, доставляют людям беспокойство и становятся посмешищем. Поэтому настоящее правило определяет, чтобы такие подвергались всяческим епитимиям и подпадали под столь суровые меры наказания и столь великие труды, под какие подпадают действительно беснующиеся, чтобы с их помощью освободиться от демона, которому и эти притворно беснующиеся усвоились и с которым стали едино, как и прилепляющийся и усваивающийся Господу становится одним духом с Ним, по словам Павла.

Вальсамон говорит, что притворяющихся бесноватыми многие патриархи и архиереи в разные времена связывали цепями и заключали в темницы.

Смотри также Апост. 79.

Правило 61

Обращающиеся к прорицателям, или так называемым стоначальникам и тому подобным, чтобы те открыли им все, о чем они хотят узнать, да подлежат шестилетней епитимии, по недавним определениям о них отцов. Той же епитимии должны подвергаться и те, которые водят медведиц или подобных животных на забаву и к вреду простецов и в своих обольстительных пустых речах возвещают о счастье, судьбе, родословии и множестве подобных вещей, а также так называемые облакогонители, колдуны, филактеры и прорицатели. Упорствующих же в этом, и не исправляющихся, и не избегающих этих пагубных языческих занятий определяем совсем извергать из Церкви, как повелевают и священные правила. Ибо что общего у света с тьмою? – как говорит апостол. Или какая совместность храма Божия с идолами? Или какое соучастие верного с неверным? Какое согласие между Христом и Велиаром? (2 Кор 6:14–16).

Толкование

Христианам не следует заниматься ничем из того, чем занимались язычники, т. е. предсказаниями, ворожбой и прочим тому подобным. Поэтому настоящее правило определяет, чтобы шесть лет воздерживались от Божественных Таин те христиане, которые обращаются к прорицателям [[272]] и так называемым стоначальникам [[273]] или другим подобным людям с целью узнать от них о чем-то сокрытом (т. е. о деньгах или о чем-либо потерянном). Таким образом наказали их и предшествующие отцы. Как и всех вышеперечисленных, правило наказывает шестилетней епитимией и тех, которые водят с собой медведиц [[274]] или других подобных животных для забавы и во вред простым людям или же предсказывают людям судьбу, говорят о том, что их ждет в жизни, о том, в хороший или плохой день они родились, и произносят другие вводящие в заблуждение слова. Точно так же оно наказывает и тех, кого называют облакогонителями [[275]], колдунами [[276]], филактерами [[277]] и прорицателями, – все они должны понести назначенное наказание, если покаются и оставят свои гибельные, диавольские и языческие занятия. Если же упорствуют в этом пороке и заблуждении и не отказываются от него, то должно совершенно изгонять их из Церкви Христовой и отлучать от собрания христиан, как определяют и божественные правила. Ибо, как говорит Павел, что общего у света с тьмою? Какое единство у храма Божия с алтарем идолов? Какое соучастие верного с неверным? Какое согласие у Христа с диаволом?

Следует отметить, что епитимия, которую налагает это правило, дается только мирянам, – и тем, которые сами занимаются перечисленными нами выше диавольскими и колдовскими делами, и тем, которые обращаются к таким людям. А клирики-священнослужители, которые сделают нечто подобное, несомненно, подвергаются извержению, по Вальсамону и Зонаре [[278]].

Согласование

Гадающих, следующих эллинским обычаям, приводящих волшебников [[279]] в свои дома для того, чтобы они обнаружили чары, которыми их кто-то якобы околдовал, отцы Анкирского собора в 24-м правиле наказывают пятилетней епитимией, а Василий Великий в 83-м правиле – шестилетней. Ему и последовал этот Собор, назвав «предшествовавшими отцами» Василия и отцов Собора в Анкире. А правило Лаодик. 36 явно изгоняет вон из Церкви носящих обереги и запрещает клирикам и иереям становиться волшебниками, или чародеями [[280]], или числогадателями [[281]], или астрологами, или делать обереги. В словах «как священные правила повелевают» Собор подразумевает главным образом упомянутое правило Лаодик. 36, но, может быть, и те, о которых скажем сейчас. Правило Григория Нис. 3 определяет, что тех, которые ходят к колдунам и прорицателям, нужно хорошо расспрашивать, и если они, вынуждаемые какими-то невыносимыми обстоятельствами, проявили малодушие и были введены в заблуждение этими людьми, то нужно наказывать их снисходительней, как и отрекшихся от Христа под пытками. Если же они поступили так потому, что презрели веру Христову и не поверили, что Христос есть Бог, сильный освободить их от всякого зла и несчастья, то должны быть наказаны как добровольно отрекшиеся от Христа, а именно: всю жизнь они не могут приобщаться (разве что при кончине), должны быть отлучены от Церкви и молиться только в стороне от всех, как указывает тот же Григорий Нисский во 2-м правиле. Кроме того, правило Василия Велик. 7 на отравителей [[282]] налагает ту же епитимию, что и на христиан, принесших жертву идолам и, следовательно, отлученных от христианской Церкви. Тот же Василий в 65-м правиле тех, кто исповедуется в совершённом колдовстве или отравлении, наказывает епитимией, предписанной совершившим умышленное убийство, а в 72-м правиле так же наказывает обратившихся к прорицателям.

Правило 62

Так называемые календы, воты и врумалии и совершаемое в 1-й день месяца марта празднество желаем навсегда искоренить из жительства верных; но еще более того – всенародные пляски женщин, которые могут стать причиной великого вреда и пагубы. Также пляски и обряды, совершаемые мужчинами или женщинами по некоему старинному и чуждому христианского жития обычаю во имя тех, которых язычники ложно именуют богами, отвергаем и определяем: из мужчин никому не одеваться в женскую одежду и никому из женщин – в одежду, приличествующую мужчинам; также не носить комических, или сатирических, или трагических масок; не возглашать имени мерзкого Диониса, когда давят виноград в точилах, и в то время, когда вино вливают в бочки; не разражаться по невежеству или легкомыслию смехом, что есть действие бесовской прелести. Тех, которые отныне, зная об этих запретах, покусятся совершать что-либо из упомянутого, если они клирики, повелеваем извергать, а если миряне – отлучать.

Толкование

Календами называются первые дни каждого месяца, которые обычно торжественно отмечали язычники, ради того чтобы проводить весь месяц в радости [[283]], а воты и врумалии были языческими праздниками. Воты, что значит «скот и овцы», отмечались в честь бога Пана, которого греки считали хранителем овец и прочих домашних животных, а врумалии – в честь Диониса, носившего у греков прозвище «Вромий», от слова βρόμος, что означает «шум и гром». [284] Римляне называли Диониса Врумалий, т. е. «шум», а праздник – врумалии, во множественном числе. Это то же самое, что и дионисии, как их называли греки.

Правило предписывает совсем удалить из жизни христиан подобные языческие праздники, равно как и празднество, совершаемое в 1-й день марта (вероятно, ради хорошей погоды). He должны допускаться ни прилюдные хороводы женщин, ни празднества и пляски мужчин и женщин в честь языческих ложных богов. Кроме того, правило постановляет, чтобы ни мужчина не носил женскую одежду, ни женщина – мужскую, а также чтобы они не надевали на себя личины и маски комические – возбуждающие смех, или трагические – вызывающие плач и слезы, или сатирические – маски собственно сатиров и вакхов. Сатиры и вакхи, как исступленные и бесноватые, совершали пляски в честь Диониса. [285] Правило также постановляет, чтобы никто не призывал имени мерзкого Диониса (который считался подателем и хранителем вина) в то время, когда давят виноград в точилах, и не смеялся и не хохотал, когда новое вино вливают в бочки. Таким образом, тот, кто отныне и впредь, зная об этом, сознательно примется за какое-либо из упомянутых демонских и языческих дел, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Согласование

Заметь, что и Бог во Второзаконии (Втор. 22:5) запрещает женщине носить мужскую одежду, а мужчине женскую: Пусть не будет платья мужского на женщине и не облачится мужчина в одеяние женское, потому что мерзостъ для Господа Бога твоего всякий делающий это. Гангрский собор не позволяет женщине носить мужские одежды даже ради мнимого подвижничества: делающую это он предает анафеме в 13-м правиле.

Прочти также 24-е правило настоящего Собора.

Правило 63

Подложные жития мучеников, составленные врагами истины для того, чтобы обесславить Христовых мучеников и привести слушателей к неверию, повелеваем не обнародовать в церквах, но предавать огню. Принимающих же их или внимающих им как истинным – анафематствуем.

Толкование

Неверные и враги истины, желая обвинить христиан, сочинили рассказы о том, как Христовы мученики говорили и делали, по-видимому, нечто смешное и нелепое. Тем самым они намеревались и мучеников оскорбить, и веру православных осмеять. Поэтому настоящее правило предписывает не оглашать прилюдно подобные лживые сочинения, но сжигать их. Принимающие же их за истинные да будут преданы анафеме [[286]].

Смотри также Апост. 60.

Правило 64

О том, что не должно мирянину всенародно произносить речь или учить, тем самым присваивая учительское достоинство, но он должен подчиняться оставленному Господом установлению и отверзать слух получившим благодать учительского слова и у них обучаться божественному. Ибо в единой Церкви Бог сотворил разные члены, по изречению апостола (1 Кор. 12:27), истолковывая которое, Григорий Богослов ясно показывает их чин [[287]]: «Да почтим и сохраним этот чин, братия! Один пусть будет ухом, а другой – языком, один – рукой, а другой – чем-либо иным, один пусть учит, а другой учится». И немного далее: «И учащийся да будет в повиновении, и раздающий да раздает с веселием, и служащий да служит с усердием. He всем быть языком, к чему мы более всего устремляемся, не всем – апостолами, не всем – пророками, не всем – истолкователями». [288] И несколько далее: «Для чего делаешь себя пастырем, будучи овцой? Для чего становишься головой, когда ты нога? Для чего берешься предводительствовать войском, когда ты поставлен в ряду воинов?» [289] И в другом месте: «Премудрость повелевает: „Не будь поспешен на словах, [290] не равняйся с богатым, будучи беден (Притч. 23:4), не стремись быть мудрее мудрого“». [291]

Если же кто-либо будет уличен в нарушении настоящего правила, пусть его отлучат на 40 дней.

Толкование

Настоящее правило запрещает мирянину как учителю давать наставления открыто в церквах и повелевает ему лучше самому учиться у тех, кто получил дарование учительства, потому что как в одном теле есть различные члены, по словам Павла, так и в одной Церкви есть люди разного чина, кому какой даровал Бог. Поэтому Григорий Богослов, толкуя это речение апостола (в слове «О соблюдении доброго порядка в собеседовании»), говорит, что один в Церкви – ухо, другой – язык, третий – рука, четвертый – какая-нибудь другая часть тела, и что не все язык, т. е. учителя, не все апостолы, не все пророки. Ты же, человек, будучи овцой, зачем делаешь себя пастырем? Будучи ногой, зачем делаешься главой? Будучи солдатом, для чего пытаешься стать полководцем, т. е. предводителем солдат? Еще и Соломон говорит: «Не будь легок на слова и, будучи нищим, не стремись превосходить богатых, не старайся стать мудрее мудрых». Тот же, кто поступит вопреки этому правилу, да будет отлучен на сорок дней.

Впрочем, если какой-либо мирянин будет искусен в слове и благочестив в поведении, ему не запрещается отвечать на вопросы и учить наедине, как говорит Зонара и как сказано в 32-й гл. 8-й кн. «Апостольских постановлений». [292] Ведь написано: Будут все научены Богом. [293] Так и Аполлос говорил и учил о Господе, несмотря на то что знал только крещение Иоанна (Деян. 18:25), и Акила с Прискиллой, точнее научившие пути Божию того же Аполлоса (там же).

Правило 65

Повелеваем впредь никому не разжигать в новолуния перед своими лавками или домами костров, через которые иные, по некоему древнему обычаю, безумно отваживаются еще и перепрыгивать. Поэтому тот, кто сделает что-либо такое, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен. Ибо в 4-й книге Царств написано: «И сотворил Манассия жертвенник всему воинству небесному на двух дворах дома Господня, и проводил детей своих через огнь, и ворожил, и волхвовал, и завел чревовещателей, и умножил число ведунов, и умножил дела лукавые пред Господом, чтобы прогневать Его» (см. 4 Цар. 21:5–6).

Толкование

Поскольку некоторые христиане в подражание язычникам зажигали перед своими лавками и домами костры и через них прыгали, то этот Собор извергает тех клириков и отлучает тех мирян, которые впредь будут так делать. Если такие языческие обычаи подвигали Бога на возмущение и гнев, когда их соблюдали несовершенные иудеи, то гораздо более они раздражают Его тогда, когда их соблюдаем мы, совершенные христиане и ученики Евангелия. Желая показать это, Собор говорит: «Царь Манассия сделал жертвенник, т. е. принес жертвы воинству и силе небесной, а именно звездам (особенно Луне, как написано у Иеремии: Кадить царице неба (т. е. Луне) и возливать ей возлияния [294]), посреди двух дворов храма, и проводил своих детей через огонь, и ворожил (ἐκληδωνίζετο) [[295]], и волхвовал [[296]], и завел многих чревовещателей и ведунов [[297]], и сотворил лукавое перед Господом, и прогневал Его». Отметь, что слова «проводил детей своих через огонь» Собор понял здесь в том смысле, что Манассия заставлял своих детей прыгать через костер, а Кирилл Александрийский в толковании на книгу Исаии объяснил, что он совершил всесожжение, принеся своих детей в жертву демонам. [298]

Правило 66

Всю седмицу от святого дня Воскресения Христа Бога нашего до Недели Новой верные непременно должны проводить время в святых церквах в псалмах и славословиях и песнопениях духовных, [299] радуясь и празднуя во Христе, внимая чтению Божественных Писаний и наслаждаясь Святыми Тайнами: тем самым мы будем воскресать и возвышаться со Христом. Поэтому в названные дни да не совершаются никогда конные ристания или другое народное зрелище.

Толкование

Поскольку вся Светлая седмица считается одним днем, который назван Господним, то настоящее правило определяет, что всем христианам подобает эту неделю пребывать в церквах, радуясь и празднуя Воскресение Господа в псалмах, гимнах и духовных песнях, внимая словесам Божественных Писаний и причащаясь Божественных Тайн, потому что таким образом мы будем воскресать и возвышаться со Христом [[300]]. Поэтому в эти дни пусть не будет конских бегов или какого-либо другого народного зрелища, т. е. непристойной игры, или плясок, или состязаний, или иного подобного увеселения.

Смотри также Апост. 9 и VI Всел. 24.

Правило 67

Божественное Писание заповедало нам воздерживаться от крови, удавленины и блуда (Быт. 9:3–4; Лев. 17 и 18:13; Деян. 15:28–29). Поэтому тех, кто ради сластолюбивого чрева с помощью некоего искусства готовит в пищу кровь какого бы то ни было животного и затем ест ее, мы наказываем подобающим образом. Итак, если кто-либо отныне начнет каким бы то ни было образом есть кровь животного, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Толкование

Настоящее правило повелевает, чтобы ни один христианин не ел крови никакого животного, с каким бы искусством и каким бы способом она ни была приготовлена, даже если она соединена с другой пищей, т. е. даже если это суджук или что-то другое. Ведь и Божественное Писание Ветхого и особенно Нового Завета определенно повелело христианам воздерживаться от крови, удавленины и блуда (и идоложертвенного). А того, кто будет есть кровь, если он клирик, пусть извергнут, а если мирянин – пусть отлучат.

Прочти и Апост. 63.

Правило 68

О том, что книги Ветхого и Нового Завета, святых и признанных наших проповедников и учителей вообще никому не позволяется портить, или разрезать, или отдавать книготорговцам, или так называемым мироварам, или кому бы то ни было другому для уничтожения, если только они не повреждены молью, или водой, или чем-либо другим и не стали совершенно непригодными. Уличенный же отныне в том, что делает нечто подобное, да будет отлучен на год; равным образом и покупающий названные священные книги, если он не держит их у себя для собственной пользы и не отдает другому, чтобы тот пользовался ими с благой целью и хранил их, но принимается их портить, да будет отлучен.

Толкование

He позволено, говорит настоящее правило, никому портить или разрезать [[301]] книги Писания Ветхого и Нового Завета и признанных учителей, т. е. одобренных и признанных после испытания (ибо многие написали книги, но были отвергнуты и осуждены), или отдавать их для уничтожения книготорговцам, а именно тем, кто стирает написанное в них или как-то иначе портит книги, или продавцам благовоний, или кому-либо другому. Исключение составляет случай, когда они совершенно изъедены червями или сгнили и буквы в них стерлись от давности, так что их невозможно читать [[302]]. Тот же, кто сделает что-либо подобное, пусть будет отлучен на один год. Равным образом должен быть отлучен и тот, кто купит названные священные книги не для того, чтобы самому получать пользу от их чтения, и не для того, чтобы отдать их другому для его пользы, но для того, чтобы их испортить.

Правило 69

Да не будет позволено никому из числа мирян входить в священный алтарь, хотя по некоторому древнейшему обычаю это отнюдь не возбраняется царской власти и могуществу, когда та захочет принести дары Сотворившему.

Толкование

Святой алтарь предназначен для посвященных, поэтому настоящее правило запрещает входить в него какому-либо мирянину, за исключением царя, но и ему позволяет не как мирянину, а как тому человеку, который наделен властью и могуществом и есть помазанник Божий. Ему разрешается по древнейшему обычаю входить в алтарь, когда он хочет принести дары сотворившему его Богу и причаститься [[303]].

Согласование

Поэтому правило Лаодик. 44 и запрещает женщинам входить в алтарь. А 1-е правило патриарха Николая ради уважения к монашескому образу разрешает тем монахам, которые не повинны ни в каком преступлении, входить в святой алтарь, чтобы зажигать лампады или свечи. Кроме того, св. Никифор в своем 15-м правиле говорит, что монахини могут входить в святой алтарь для того, чтобы возжигать лампады и свечи, украшать и подметать его. Однако если кто-то еще не монах, а только послушник, то он не должен входить в алтарь, как говорит Вальсамон в толковании 1-го правила Николая, которое и прочти.

Правило 70

Да не будет позволено женщинам говорить во время Божественной литургии, но, по слову ап. Павла, да молчат, ибо не позволено им говорить, а быть в подчинении, как и закон говорит. Если же они хотят чему научиться, пусть спрашивают о том дома у мужей своих (1 Кор. 14:34–35).

Толкование

Настоящее правило запрещает женщинам говорить во время Божественной литургии (несомненно, и во время всех собраний верных, бывающих в церкви). Они должны молчать, как пишет Павел, потому что им не позволено говорить, а заповедано подчиняться и слушать, как и в законе Моисеевом сказано о женщине: К мужу твоему (будет) обращение твое, и он будет обладать тобою (Быт. 3:16). Если же они хотят узнать что-либо, пусть спрашивают об этом дома у своих мужей. To же самое определяют и «Апостольские постановления» (кн. 3, гл. 6). [304] И один внешний мудрец говорит: «Женщину украшает молчание». [305] [[306]]

Правило 71

Изучающим гражданские законы не должно следовать языческим обычаям: ходить в театры, или устраивать так называемые килистры, или одеваться в необычные для всех одежды, – ни в то время, когда приступают к занятиям, ни в то время, когда заканчивают их, ни в продолжение всего этого обучения. Если же кто-нибудь отныне дерзнет сделать это, да будет отлучен.

Толкование

Как у безрассуднейших из афинских мудрецов было в обыкновении – о чем пишет Григорий Богослов в надгробном слове Василию Великому – сражаться со своими противниками, захватывать города и дороги и делать другие подобные вещи, принятые у молодых софистов, [307] так и христиане, изучавшие гражданские законы, следовали этим языческим обычаям и на зрелищах состязались за то, кому из них выпадет первенство, устраивали так называемые килистры [[308]] или носили необычную одежду. Настоящее правило запрещает им делать все это и тогда, когда они приступают к изучению законов, и тогда, когда находятся в середине обучения, и тогда, когда заканчивают его. А тот, кто впредь сделает это, да будет отлучен.

Правило 72

Да не позволяется ни православному мужчине жениться на женщине-еретичке, ни православной женщине сочетаться браком с мужчиной-еретиком, а если выяснится, что кто-либо совершил нечто подобное, то брак нужно считать недействительным и беззаконное сожительство расторгать, ибо не следует смешивать несмешиваемое и сочетать волка с овцой и жребий грешников с частью Христовой. Если кто-нибудь преступит определенное нами, да будет отлучен. Но если некоторые, пребывая еще в неверии и не будучи причислены к пастве православных, сочетались друг с другом законным браком, потом же один, избрав благо, прибегнул к свету истины, тогда как другой предпочел быть связанным узами заблуждения, а не устремить взор к божественным лучам (причем неверующая согласна жить с верующим или, наоборот, неверующий с верующей), да не разлучаются, по словам божественного апостола: Ибо неверующий муж освящается женою верующею, и жена неверующая освящается мужем верующим (1 Кор. 7:14).

(IV Всел. 14.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что не позволено православному мужчине брать в жены еретичку или православной женщине выходить замуж за еретика. Если кто-нибудь и совершит это, брак да будет недействителен и противозаконное сожительство да будет расторгнуто, потому что не подобает соединять волка с овцой и жребий грешников и еретиков с частью Христа и православных. Тот же, кто нарушит настоящее правило, да будет отлучен [[309]]. Однако если при вступлении в брак оба супруга пребывали в неверии и придерживались одного заблуждения, потом же один из них обратился ко Христу, а другой остался во тьме неверия, – тогда, если неверующая половина согласна жить с верующей, пусть не разлучаются, как говорит Павел и как сказано в правиле Василия Велик. 9. Во-первых, потому, что освящается и неверующий муж, когда живет с верующей женой, и неверующая жена, когда живет с верующим мужем, a во-вторых, потому, что благодаря такому сожительству, может быть, и другая половина придет к благочестию. Почему ты знаешь, жена, не спасешь ли мужа? Или ты, муж, почему знаешь, не спасешь ли жены? (1 Кор. 7:16).

Смотри также IV Всел. 14.

Правило 73

Поскольку животворящий Крест явил нам спасение, необходимо нам со всем усердием стараться воздавать должную честь тому, через что мы были спасены от древнего греха. Поэтому, и умом, и словом, и чувством совершая ему поклонение, мы повелеваем всеми способами изглаживать сделанные кем-либо изображения креста на земле, чтобы на знамение нашей победы не наступали и тем самым не бесчестили его. Итак, отныне напечатлевающих на земле изображения креста определяем отлучать.

Толкование

Животворящим Крестом мы были спасены [[310]] и освобождены от рабства греху, поэтому нам должно (как говорит настоящее правило) стараться воздавать ему подобающую честь и поклонение (также и умом), вспоминая о том, скольких благ мы благодаря ему сподобились, и словом, рассказывая об этом другим и вознося благодарение распятому на нем Христу, и чувством, прикладываясь к нему и почитая его, когда видим. Поскольку же некоторые простецы изображают честной Крест повсюду, даже на поверхности земли, якобы из благоговения и с тем, чтобы воздать ему бόльшую честь, то Собор предписывает изглаживать знак креста, если он будет найден начертанным на земле, чтобы победное знамение нашего спасения не топтали и тем самым не бесчестили [[311]]. Те же, которые с этих пор будут изображать крест на земле, да подвергаются отлучению.

Правило 74

He должно в домах Господних, или в церквах, устраивать так называемые агапы: есть в храме и устраивать застольные ложа. Дерзающие же делать это или пусть прекратят, или пусть будут отлучены.

Толкование

Настоящее правило дословно совпадает с правилом Лаодик. 28, которое запрещает христианам устраивать агапы (т. е. трапезы, совершаемые из любви и приводящие сотрапезников к любви и единству) в домах Господних, или в церквах, а также приготовлять в них мягкие и высокие ложа, которые называются латинским словом accubita (застольные ложа), от глагола accumbo или accubo, означающего в латинском «возлежать за столом», потому что христиане ели, возлежа на них [[312]]. Осмеливающиеся же на это или пусть прекратят, или пусть будут отлучены. Необходимо отметить, что, как считает Вальсамон, под домами Господними в этом правиле подразумевается всякое место, посвященное Господу, в том числе и притвор, а под церквами – собственно храм. Поэтому союз «или» он принимает не за пояснительный, как говорит Зонара, а за разделительный, так что, по его мнению, никому не должно есть не только внутри церквей, но и в церковных притворах.

Согласование

Подобным образом и правило Карфаг. 49 запрещает епископам, клирикам и мирянам устраивать трапезы в церквах, разве только кому-нибудь во время путешествия по необходимости придется поесть. Еще обрати внимание: хотя эти правила и запрещают устраивать агапы в церквах, однако они не запрещают устраивать их в обыкновенных домах. Поэтому правило Лаодик. 27 постановляет, чтобы священнослужители и миряне по чревоугодию не уносили с собой никакой пищи, когда их приглашают на такие агапы. Правило Гангр. 11 анафематствует тех, кто презирает устраивающих такие агапы (разумеется, вне церкви) и в честь Господа приглашающих братьев и, уничижая все это, не хочет ходить на них. 76-е правило настоящего VI Вселенского собора отлучает тех, кто продает вино и пищу или другие предметы внутри священных оград. Кроме того, правило VI Всел. 97 клириков, проживающих в священных местах, извергает, а мирян – отлучает. 88-е правило того же Собора клириков, вводящих в священный храм животное, извергает, а мирян – отлучает, за исключением случаев, если они сделали это по великой нужде.

Смотри также примеч. к VI Всел. 83.

Правило 75

Мы желаем, чтобы приходящие в церкви петь не испускали бесчинных воплей, не принуждали свое естество к крику и не добавляли ничего неприличного и несвойственного Церкви, но с великим вниманием и умилением возносили псалмопения Богу, взирающему на сокровенное. Ибо священное слово учило сынов Израилевых быть благоговейными (Лев. 15:31).

Толкование

Совершаемое в церквах псалмопение есть воззвание к Богу для умилостивления Его за наши грехи. Призывающий же и молящийся должен иметь расположение смиренное и сокрушенное, а если кто-то кричит, то это выражает дерзость и отсутствие благоговения. Поэтому настоящее правило повелевает, чтобы поющие в церквах не принуждали свое естество к громкому крику, а также не произносили ничего неприличного Церкви. Что же неприлично Церкви? Толкователь Зонара отвечает, что это по-женски вычурные напевы и переливы звуков (иначе говоря, множество теретизмат [313] и чрезмерная пестрота мелодий, которая сближает их с блудными песнями). Настоящее правило повелевает устранить все это из Церкви, а поющим – с великим вниманием приносить псалмопения Богу, Который более взирает на сокровенное сердца, т. е. на псалмопение и молитву, совершаемые умом в сердце, чем на внешние возгласы. Потому и священное слово книги Левит учит сынов израилевых быть благоговейными перед Богом [[314]].

Согласование

Говорит также и прор. Давид: Пойте разумно. [315] Толкуя это речение, Василий Великий (правило 279 из кратко изложенных) говорит: «Разумение слов Священного Писания подобно различению качества снедей, которые вкушают уста, поскольку, согласно книге Иова, гортань распознает вкус пищи, ум же разбирает слова (см. Иов. 12:11). Итак, если чья-то душа распознаёт смысл каждого слова, как вкус различает качество каждой снеди, то такой человек исполняет эту заповедь Давида». [316] Тот же Василий Великий добавляет (правило 281 из кратко изложенных): «Тот, кто идет петь в церковь без желания, пусть или исправится, или будет изгнан». [317] Он же говорит, что если будет много певцов (правило 307 из кратко изложенных), пусть приступают к псалмопению поочередно, [318] т. е. понедельно. Правило Лаодик. 15 постановляет, чтобы в церкви никто другой не пел, кроме певцов, состоящих в клире и поющих по книгам, т. е. кроме поющих по кожаной или бумажной певческой книге. А 23-е правило того же Собора говорит, чтобы певцы не носили орарь, когда поют. В промежутках между пением псалмов должно быть и чтение (или молитва), согласно 17-му правилу того же Собора [[319]].

Правило 76

Нельзя внутри священных оград устраивать корчму, или предлагать изделия из ароматических веществ (ἀρωμάτων) [[320]], или продавать что-нибудь другое, так как должно сохранять почтение к церквам. Спаситель наш и Бог, жительством во плоти поучая нас, велел не делать до́ма Отца Его домом торговли. Он и деньги меновщиков рассыпал и прогнал тех, кто делал храм обыкновенным местом (Ин. 2:16). Поэтому если кто-нибудь будет уличен в названном преступлении, да будет отлучен.

Толкование

Господь сказал иудеям: Написано: дом Мой назовется домом молитвы (см. Лк. 19:46; Ис. 56:7), а вы сделали его вертепом разбойников (см. Иер. 7:11). Чтобы это страшное слово не было обращено и к верным, отцы этим правилом запрещают устраивать харчевни, т. е., согласно Зонаре, продавать вино, ракию или какую-либо пищу или даже, согласно Вальсамону, ароматические вещества или другие предметы внутри священных оград, т. е. рядом с божественными храмами и церквами и в их дворах, чтобы сохранять почтение к ним.

Поэтому и Господь, наставляя нас, сказал, чтобы мы не делали до́ма Отца Его домом торговли. Он и разбросал пенязи (т. е. мелкие монеты) меновщиков и изгнал бичом тех, кто делал священное место обыкновенным.

Тот, кто совершит названное преступление, да будет отлучен [[321]].

Прочти также VI Всел. 74.

Правило 77

He должно посвященным, или клирикам, или монахам мыться в бане вместе с женщинами, и вообще никакому христианину-мирянину, ибо это прежде всего вызывает нарекания со стороны язычников. Если же кто-нибудь будет уличен в этом, то если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Толкование

Настоящее правило слово в слово повторяет правило Лаодик. 30, добавляя к нему только слова о епитимии. Правило говорит, что не должно священнослужителям, посвященным в алтаре, или клирикам, посвященным вне алтаря, или монахам и аскетам, или просто христианам-мирянам мыться в бане вместе с женщинами, поскольку это непристойное дело является в глазах язычников первым поводом для порицания христиан и величайшим соблазном. Апостол же повелевает, чтобы мы не подавали соблазна ни иудеям, ни эллинам, ни Церкви Божией (1 Кор. 10:32). И если, как говорит Зонара, помысел приходит в смятение даже в том случае, когда кто-нибудь встретит женщину на дороге или в доме, то как не помрачится и не возбудится к вожделению ум тех мужей, которые с женщинами моются? A по мнению Вальсамона, даже супругам не должно мыться вместе (в бане, море или реке), ведь они владеют телами друг друга для деторождения, а не для того, чтобы раздеваться и взирать на свою срамоту. Сверх сказанного в правиле Лаодикийского собора настоящее правило говорит, что тот, кого обличат в этом, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен [[322]].

Согласование

«Апостольские постановления» (кн. 1, гл. 9) тоже запрещают женщине мыться вместе с мужчиной. [323] О таком бесчинстве говорят также Епифаний (гл. о ереси 30) [324] и Климент Александрийский в «Педагоге» (кн. 3, гл. 5). [325]

Правило 78

Просвещаемым должно изучать вероучение и в пятый день седмицы [326] давать отчет епископу или пресвитерам.

Толкование

Подобным образом и это правило слово в слово повторяет правило Лаодик. 46, которое говорит, что оглашенные, готовящиеся к просвещению и крещению (см. толкование I Всел. 14), должны во все время своего оглашения (а сколь продолжительным оно было, см. в примеч. 10 (к I Всел. 20) основательно изучать догматы православной веры и каждый четверг, согласно Зонаре, на память рассказывать о них архиерею или пресвитерам, которые проводят оглашение. Необходимо это для того, чтобы оглашенные не крестились без понимания смысла нашего таинства и чтобы по своему невежеству и неутвержденности (2 Пет. 3:16) не поддавались легко на обман еретиков [[327]].

Согласование

Кроме того, 47-е правило того же Лаодикийского собора говорит, что крестившимся в болезни должно изучать догматы веры, когда выздоровеют.

Правило 79

Исповедуя, что Божественное рождение от Девы как бессеменное было и безболезненным (ἀλόχευτον), [328] и проповедуя это всей пастве, мы вразумляем тех, кто по невежеству делает нечто неподобающее. Оказалось, что некоторые после дня святого Рождества Христа Бога нашего приготовляют хлебцы из пшеничной муки и передают их друг другу под предлогом якобы чествования родов (λοχειῶν) Всенепорочной Девы Матери, поэтому мы постановляем, чтобы ничего подобного верующие не делали. Ибо описывать и представлять себе неизреченное Ее рождение по примеру того, что обычно и свойственно нам, не значит воздавать честь Деве, превыше ума и слова родившей по плоти невместимое Слово. Итак, если кто-нибудь отныне будет уличен в том, что он делает нечто подобное, то если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Толкование

Некоторые христиане по невежеству на второй день после Рождества Христова приготовляли хлебцы из пшеничной муки и другое угощение, передавали это друг другу и ели, делая так под предлогом чествования родов Богородицы (подобно тому, как существует обычай оказывать честь прочим женщинам, которые рожают естественным образом). Поэтому настоящее правило определяет, чтобы впредь христиане так не делали. Ведь то, что мы таким обычаем уподобляем неизъяснимое рождение от Приснодевы обыкновенному и убогому нашему человеческому рождению, считается не честью, а, скорее, бесчестием для Той, Которая превыше ума и слова родила во плоти невместимого для мира Бога Слова. По словам Зонары, как зачатие мы признаем бессеменным и от Святого Духа, так и рождение от Нее – превосходящим всякие роды, которые суть болезненное рождение младенца, сопровождающееся истечением крови [[329]].

Тот, кто будет делать воспрещаемое правилом, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Согласование

Смотри еще у св. Епифания главу о 79-й ереси (против коллиридиан), где он говорит, что некоторые женщины на квадратное ложе, покрытое полотном, кладут какой-то хлебец, а затем вкушают, делая это под предлогом поклонения Богородице Марии; сверх того они произносят еще что-то богохульное. [330]

Правило 80

Если епископ, или пресвитер, или диакон, или кто-либо из причисленных к клиру, или мирянин не имеет никакой настоятельной необходимости или затруднительного дела, побуждающих его долго отсутствовать в своей церкви, но, оставаясь в городе, три воскресных дня в течение трех недель не приходит в собрание, то, если он клирик, да будет извержен; если же мирянин – да будет отстранен от общения.

Толкование

Настоящее правило определяет, что тот епископ, или диакон, или вообще клирик, или мирянин, который, не имея настоятельной необходимости или затруднения, принуждающих его отсутствовать в своей церкви, но находясь в городе, три воскресенья не придет вместе с другими верными в церковь, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин, да будет отлучен. Ведь он – одно из двух – или неверный, или, если верный, пренебрегает общим славословием Бога и молитвой к Нему.

Согласование

Настоящее правило представляет собой дословную выдержку из правила Сардик. 11. Однако слова «не должно епископу, если он не имеет никакой настоятельной необходимости или затруднительного дела, надолго оставлять свою церковь» Сардикийский собор выносит отдельно, подразумевая, что епископам не следует долгое время отсутствовать в своей епископской области, а настоящий Собор, связывая эти слова с последующими, истолковал их так, что епископам не должно отсутствовать в церковном собрании верных. Слова же «оставаясь в городе, три воскресных дня» и пр. Сардикийский собор относит к мирянам, а настоящий Собор – и к епископам тоже, подобно тому как и 12-е правило того же Сардикийского собора требует, чтобы епископ, находящийся в своих поместьях, расположенных в чужой епископской области, три воскресных дня приходил с другими верными в церковь, находящуюся по соседству. Правило Гангр. 5 анафематствует того, кто пренебрегает церковью и бывающим в ней собранием верных. Подобным образом и 20-е правило того же Собора анафематствует тех, которые с надмением осуждают дни памяти мучеников и совершаемые в эти дни собрания и литургии. А 21-е правило того же Собора похваляет церковные собрания как общеполезные.

Правило 81

Мы узнали, что в некоторых местностях в Трисвятой песни после слов «Святый безсмертный» возглашается: «распныйся за ны, помилуй нас», а это древними святыми отцами как чуждое благочестию было удалено из этой песни, равно как был отринут ими беззаконный еретик, который впервые ввел этот возглас. Поэтому и мы, утверждая благочестиво законоположенное прежде нас святыми отцами, анафематствуем тех, кто позволяет уже после настоящего определения произносить этот возглас в церкви или присоединяет к Трисвятой песни что-нибудь иное. И если нарушитель этих определений – посвященный, мы постановляем лишить его звания посвященного, а если мирянин – отлучить.

Толкование

Первыми дерзнули в Трисвятой песни после слов «Святый безсмертный» сделать прибавку «распныйся за ны» Петр Гнафевс и его последователи, теопасхиты [[331]]. Именно эти еретики за сделанное ими прибавление были осуждены Собором, который прошел в Риме при Феликсе до V Вселенского собора, и прежде всего был анафематствован Гнафевс (см. предисловие к V Всел.). Поскольку же все еще находились некоторые последователи ереси Гнафевса, которые произносили Трисвятую песнь с этой богохульной прибавкой, то настоящий Собор анафематствует тех, кто принимает ее и присоединяет к Трисвятому либо в церкви и открыто, либо при уединенной молитве, и если это клирики, извергает их, а если миряне, отлучает.

Правило 82

На некоторых чтимых иконах начертывается агнец, на которого Предтеча указывает перстом и который был принят как образ благодати, потому что через закон предуказывал нам истинного Агнца – Христа Бога нашего. Поэтому мы, лобызая ветхие образы и тени как символы и предызображения истины, переданные Церкви, предпочитаем благодать и истину, принимая ее как исполнение закона. Итак, для того чтобы даже искусством живописания перед глазами всех изображалось совершенное, мы и определяем отныне на иконах вместо ветхозаветного агнца представлять изображение Агнца, берущего на Себя грех мира, Христа Бога нашего, в человеческом облике. Через это мы постигаем смирение Бога Слова и приводим себе на память Его жительство во плоти, Его страдания, спасительную смерть и совершившееся благодаря этому искупление мира.

Толкование

Поскольку некоторые изображают Христа как овцу и агнца, на Которого Предтеча указывает своим перстом и говорит: Вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира (Ин. 1:29), то настоящее правило повелевает, чтобы впредь этого не было. Христа как совершенного человека следует изображать в человеческом образе, чтобы Его человеческий облик напоминал нам Его жительство во плоти, страдание, смерть и совершившееся благодаря этому спасение мира. Ведь мы почитаем те ветхие образы закона постольку, поскольку они предызображали истину Евангелия и благодати, и одним из таких образов был и закалаемый на Пасху агнец, служивший образом Христа, истинного Агнца, берущего на Себя грех мира. Теперь же, когда пришла сама истина и свершились сами события, их мы предпочитаем образу, их и принимаем [[332]].

Правило 83

Никто да не преподает Евхаристию телам умерших (τελευτώντων), ибо написано: Приимите, ядите (Мф. 26:26), а тела мертвых не могут ни принять, ни съесть.

Толкование

Это правило почти одинаково с правилом Карфаг. 25. Поскольку существовал, согласно Зонаре, древний обычай преподавать Евхаристию, т. е. Божественные Тайны, телам умерших [[333]], то оба правила и запрещают это, говоря, что Господь, когда давал та́инственный Хлеб Своим ученикам, а через них, следовательно, и всем верным, сказал: Приимите, ядите, – а тела мертвых не могут ни принять его, ни съесть.

Никому также не подобает крестить мертвых, согласно второй части того же правила Карфаг. 25. А Златоуст (Беседа 4 на Послание к евреям) надолго отлучает от Церкви как идолослужителя того христианина, который за плату приглашает плакальщиц, чтобы они рыдали над его умершими родственниками, и не внимает вразумлениям. Отлучает также и самих плакальщиц, если они дерзнут пойти оплакивать. [334]

Правило 84

Следуя каноническим установлениям отцов, определяем: всякий раз, когда нет надежных свидетелей, утверждающих, что младенцы несомненно были крещены, а сами они из-за возраста не в состоянии дать надлежащим образом ответ о преподанном им таинстве, их должно беспрепятственно крестить, чтобы возникшее недоумение не лишило их такового очищения через освящение.

(Карфаг. 80.)

Толкование

Подобным образом и это правило дословно повторяет правило Карфаг. 88, вынося определение о случаях, когда не находится надежных свидетелей, чтобы засвидетельствовать, что дети крещены (например, потому, что варвары взяли детей в плен и увезли в отдаленные местности [[335]], а потом христиане их выкупили), и сами дети не в состоянии удостоверить в том, что они крещены, «из-за возраста», а именно из-за того, что их крестили в младенческом возрасте. Таковых детей, продолжаю, подобает без всякого препятствия крестить, чтобы сомнение в том, крещены они или нет, не лишило их очищения через омовение.

Еще смотри примеч. к Апост. 47.

Правило 85

Мы приняли сказанное в Писании: при двух и трех свидетелях утверждается всякое слово (см. Втор. 17:6). Поэтому определяем: рабы, освобождаемые своими господами, пусть принимают эту честь при трех свидетелях, которые своим присутствием придадут законность освобождению и от себя удостоверят это дело.

Толкование

Поскольку, по гражданским законам, освобождение рабов – дело, никак не оцененное, то, когда приходилось засвидетельствовать его, подобало присутствовать пятерым или более свидетелям, чтобы дело имело надежное доказательство. Но, отвергая это, настоящее правило определяет, что достаточно и всего трех свидетелей, чтобы подтвердить такое освобождение рабов, потому что само Божественное Писание говорит, что всякое слово станет, т. е. получит силу и утверждение, при двух или трех свидетелях. [336]

Смотри и Апост. 82.

Правило 86

Тех, которые, к совращению душ, набирают и содержат блудниц, если они клирики, определяем отлучать и извергать, а если миряне – отлучать.

Толкование

Быть хозяином публичного дома, т. е. ко вреду душ набирать и содержать блудниц, чтобы получать плату за их блуд, запрещают даже гражданские законы и за это наказывают [[337]], а тем более – церковные правила. Поэтому и настоящее правило тех клириков, которые занимаются этим, одновременно отлучает и извергает (что является тягчайшим и двойным наказанием, так как в большинстве случаев достаточным наказанием для клириков считается только извержение из сана), а мирян отлучает.

Правило 87

Оставившая мужа – прелюбодейка, если вышла за другого, согласно священному и божественному Василию, который весьма уместно привел из пророчества Иеремии следующие слова: «Если станет женой мужу иному, да не возвратится к мужу своему, но, оскверняясь, осквернена будет» (см. Иер. 3:1), и еще: содержащий прелюбодейку – безумен и нечестив (Притч. 18:23). Поэтому если окажется, что жена без оснований ушла от мужа, то он достоин снисхождения, а она – епитимии. Снисхождение же будет оказано ему в том, что он может находиться в общении с Церковью. Но тот, кто оставляет жену, законно с ним сочетавшуюся, и приводит другую, подлежит, по слову Господа (Мф. 5:32 и 19:9; Мк. 10:11; Лк. 16:18), осуждению за прелюбодеяние. Правилами наших отцов установлено, чтобы таковые год плакали, два года слушали, три года припадали и седьмой год стояли с верными и затем удостаивались причащения Святых Таин, если, конечно, со слезами покаются.

(Апост. 48; Анкир. 20; Карфаг. 113; Василия Велик. 9, 35, 37, 77.)

Толкование

Настоящее правило составлено из трех правил Василия Великого. Его начало, заимствованное из 9-го правила Василия, гласит: «Женщина, которая оставит своего мужа и выйдет за другого, – прелюбодейка. Божественный Василий сделал такое мудрое заключение из пророчества Иеремии, который говорит: „Если женщина возьмет другого мужа, то она более не может вернуться к своему первому мужу (если только он сам не желает принять ее, согласно Зонаре), поскольку она осквернилась“, а также из Притч Соломона, сказавшего, что нечестив и безумен тот, кто держит в своем доме жену, совершившую прелюбодеяние с другим мужчиной». Продолжение толкуемого правила, заимствованное из 35-го правила Василия, таково: «Поэтому если окажется, что жена без основательных причин ушла от своего мужа (т. е. ушла не потому, что он совершил блуд, причем отсюда вытекает обратное: жена может уйти от мужа и по уважительной причине, а никакой другой уважительной причины, кроме блуда и прелюбодеяния, нет), то муж достоин снисхождения как невиновный в ее беспричинном уходе и может взять другую, а жена, напротив, заслуживает епитимии за прелюбодеяние как виновная в своем уходе. Снисхождение же, которое получит ее муж, состоит в том, что он может стоять вместе с верными в церкви и не отлучается, однако не причащается Божественных Таин».

Остальная часть этого правила дословно повторяет правило Василия Велик. 77. В нем говорится: «Однако тот, кто оставляет свою законную жену (притом что она не виновна в блуде) и берет другую, подлежит епитимии за прелюбодеяние, согласно словам Господа: Кто разведется с женою своею и женится на другой, тот прелюбодействует от нее. [338] Ho по снисхождению, если он со слезами покается, такого и подобных ему отцы (т. е. отцы Анкирского собора 20-м правилом и Василий Великий 77-м правилом) наказывают отстранением от причастия на семь лет [[339]], из них один год такие грешники проводят с плачущими, два – со слушающими, три – с припадающими, а на седьмой год – со стоящими вместе с верными и потом причащаются».

Прочти также толкование и примеч. к Апост. 48 и Анкир. 20 [[340]].

Правило 88

Никто да не вводит внутрь священного храма никаких животных, разве только кто-либо остановится в храме во время путешествия, поскольку, не имея жилища и пристанища, будет стеснен величайшей нуждой. Ведь если не ввести животное внутрь, оно может погибнуть, а сам он, лишившись животного и потому не имея возможности отправиться в путь, подвергнется смертельной опасности. Ибо мы научены, что суббота ради человека (Мк. 2:27), а потому считаем, что всему должно предпочитать спасение и безопасность человека. Если же кто-то будет уличен в том, что без нужды, как сказано, вводит животных в храм, то, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Толкование

Настоящее правило запрещает кому-либо вводить в священный храм каких бы то ни было животных, ибо храмы достойны почитания и благоговения. Разве только кто-то в путешествии и при стеснительных обстоятельствах, вызванных, например, суровой зимой или проливным дождем, не имея, где укрыться, введет свое животное в храм, чтобы снаружи оно не погибло, а он сам не подвергся смертельной опасности, поскольку окажется не в состоянии отправиться в дальнейший путь пешком и претерпит скорби, не находя способа приобрести другое животное. Правило приводит и свидетельство из Писания, которое говорит: Суббота ради человека. А понимать это можно двояко: или в том смысле, что как суббота предназначена законом для того, чтобы отдохнули раб и подъяремное животное человека и благодаря этому отдыху могли служить своему хозяину, таким же образом и этот отдых животного в храме бывает не ради животного, но ради человека, которому оно принадлежит. Или в том смысле, что как требование оставлять все дела в субботу ослаблялось ради того, чтобы напоить животных (Лк. 13:15) или, например, достать их из ямы, куда они упали в субботу, и чтобы после этого они работали на человека, так и требование почитать храм ослабляется ради спасения человека, имеющего животное. Если же кто-то без такой нужды введет какое-либо животное в храм, то, если он клирик, пусть будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Прочти и VI Всел. 74.

Правило 89

Проводя дни спасительного Страдания в посте, молитве и сокрушении сердца, верные должны оканчивать пост (ἀπονηστίζεσθαι) около средних часов ночи после Великой субботы, потому что божественные евангелисты Матфей и Лука, первый изречением по прошествии субботы, [341] а второй – очень рано, [342] указывают нам на глубокую ночь.

(Дионисия Александр. 1.)

Толкование

Это правило определяет, что христианам подобает проводить всю Великую седмицу святых Страстей в посте [[343]], молитве и сокрушении сердца, конечно истинном, а не лицемерном (в особенности же и более всего Великий пяток и Великую субботу, в которые им следует понуждать себя совершенно воздерживаться от пищи), а около полуночи, иными словами, после полуночи между прошедшей Великой субботой и наступающим Великим воскресением, прекращать пост [[344]], потому что Господь уже воскрес, как показывают божественные евангелисты. В самом деле, Матфей, говоря, что женщины пришли посмотреть на гроб по прошествии субботы, показал, что прошла суббота и большая часть ночи после субботы, а Лука, в свою очередь, говоря, что они пришли очень рано, показал, что осталась бόльшая часть ночи до рассвета воскресного дня. Из свидетельств того и другого следует, что Господь воскрес около полуночи, по прошествии шестого часа и при наступлении седьмого [[345]].

Согласование

О времени воскресения Господа пространнее говорит 1-е правило св. Дионисия, из которого заимствовал все эти сведения и настоящий Собор. Правило св. Дионисия еще добавляет, что тех, которые разрешают пост до полуночи, мы порицаем как малодушных и невоздержных, а тех, которые терпят до рассвета, хвалим как мужественных и воздержных. Кроме того, «Апостольские постановления» (кн. 5, гл. 19) говорят, что христиане должны прекращать пост на рассвете первого дня недели (Мф. 28:1), [346] т. е. в воскресенье.

Смотри также толкование и примеч. 1 к VI Всел. 29 {6} и Апост. 69.

Правило 90

Мы приняли от наших богоносных отцов каноническое предписание: почитая Воскресение Христово, не преклонять колен по воскресеньям. Поэтому, чтобы нам иметь ясное представление о том, как это надо соблюдать, четко установим для верных: после бывающего в субботу вечернего входа священнослужителей в алтарь, по укоренившемуся обычаю, никто да не преклоняет колен до следующего вечера в воскресенье, в который, вновь преклоняя колена по входе на вечерне, мы таким образом приносим молитвы Богу. Ибо, считая ночь, следующую за субботой, предвестником Воскресения нашего Спасителя, мы с этого времени начинаем духовные песнопения, а завершаем праздник в наступивший день, когда стемнеет, и таким образом, мы всю ночь и день торжествуем Воскресение.

Толкование

Поскольку мы приняли (определяет настоящее правило) от богоносных отцов I Собора, а также божественного Петра и Василия Великого [347] повеление не преклонять колен по воскресеньям ради Воскресения Господа, то разъясняем верным, что мы должны прекращать коленопреклонения после входа в святой алтарь, совершаемого священниками на вечерне в субботу, и вновь начинать их после входа священников в святой алтарь, совершаемого на вечерне в воскресенье, иначе говоря, коленопреклонения прекращаются на время от одного вечера до другого. Ведь, считая следующую за субботой ночь предтечей и предвестником Воскресения Господа, мы с этого времени приступаем к воскресным песнопениям. Получается, что мы начинаем праздник с наступлением темноты в следующую за субботой ночь (которая считается воскресной), празднуем его до тех пор, пока длится свет воскресного дня, и тогда заканчиваем его, таким образом, мы торжествуем Воскресение целую ночь и целый день.

Смотри также I Всел. 20 [[348]].

Правило 91

Жен, которые дают средства, способствующие извержению плода из чрева (ἀμβλωθρίδια), и принимают яды, убивающие утробный плод, подвергаем епитимии убийц.

Толкование

Некоторые женщины, тайно совокупляясь с мужчинами, зачинают от них и, для того чтобы не быть уличенными, выпивают какие-нибудь ядовитые напитки или съедают ядовитые травы, чем убивают зародыш в своем чреве и таким образом производят выкидыш. Поэтому настоящее правило налагает епитимию убийц как на женщин (или мужчин), которые дают такие средства, так и на женщин, которые их берут и выпивают или съедают [[349]].

Согласование

Василий в 8-м правиле определяет в точности то же самое. Однако как отцы в Анкире (21-е правило), так и Василий Великий (2-е правило), поступая более снисходительно, наказывают таковых не до конца жизни, но на 10 лет. Слово же ἀμβλωθρίδια, что отмечают некоторые, и особенно Свида, означает и само зелье для убиения плода, как называет его правило Анкир. 21, и зародыш, которого оно погубило. Женщины, дающие эти ядовитые травы, и женщины, принимающие их, осуждаются как убийцы и в 60-й кн. «Василик», тит. 39. To же самое говорит и Афинагор в «Апологии в защиту христиан».

Смотри также Апост. 66.

Правило 92

Тех, кто похищает женщин под предлогом супружества, или помогает похитителям, или соглашается с ними, определил святой Собор, если они клирики – лишать их степени, а если миряне – предавать анафеме.

Толкование

Настоящее правило дословно повторяет правило IV Всел. 27, и потому прочти толкование там.

Правило 93

Та, которая, после того как ее муж ушел и пропал без вести, сожительствует с другим до получения известия о смерти мужа, прелюбодействует. Таким же образом и жены воинов, которые вышли замуж, потому что неизвестно, где их мужья, подлежат тому же определению, как и те, которые не дождались возвращения отсутствующего мужа. Впрочем, здесь этот поступок имеет некоторое извинение, потому что предположение о смерти мужа можно сделать скорее. А та, которая по неведению вышла замуж за покинутого на время своей женой, а потом была им оставлена, потому что к нему вернулась прежняя жена, совершила блуд, но по неведению, поэтому брак ей да не возбраняется, но лучше, если она останется так. Если же воин, жена которого из-за его долгого отсутствия сочеталась с другим мужчиной, спустя некоторое время вернется, таковой, если желает, пусть возьмет свою жену обратно, причем ей и мужчине, введшему ее в свой дом во втором браке, дается прощение ради неведения [[350]].

Толкование

Это правило составлено из трех правил Василия Великого. В начале его дословно повторяется 31-е правило Василия, гласящее: «Если муж какой-нибудь женщины ушел и по истечении долгого времени не вернулся, а она прежде, чем услышала и получила извещение о его смерти, вышла за другого, то эта женщина – прелюбодейка» [[351]]. Далее приводится дословно 36-е правило Василия: «Таким же образом и жены воинов, которые вышли замуж во второй раз, потому что не получили вестей о возвращении своих мужей, суть прелюбодейки. Однако эти жены, вышедшие замуж во второй раз, имеют некоторое извинение (т. е. большее, чем вторично вышедшие замуж жены не воинов), потому что можно предполагать, что их мужья, так как они воины и находятся на войне, скорее умерли, чем живы [[352]]. А та женщина, которая (эта часть правила дословно повторяет 46-е правило Василия. – Прп. Н.) вышла замуж за оставленного на время своей женой, не зная, что он был женат, а потом будет им отвергнута, потому что к нему вернулась его прежняя жена, совершила блуд, однако по неведению, – впрочем, она и не осуждается как прелюбодейка. Поэтому ей не будет возбранено взять законного мужа, если она захочет, однако лучше и надежнее, если она замуж не выйдет». Остальная часть правила – это собственное определение Собора. Если же воин, жена которого вновь вышла замуж из-за его многолетней службы на чужбине, спустя годы вернется с войны, таковой, говорю, если хочет, может взять свою жену обратно, простив как ее, так и ее второго мужа, потому что они вступили в брак, не зная, что он жив [[353]].

Правило 94

Приносящих языческие клятвы правило подвергает епитимиям, и мы назначаем для них отлучение.

Толкование

Языческие обычаи должны быть ненавистны христианам, поэтому настоящее правило отлучает тех христиан, которые по обычаю язычников клянутся или их лжеименными богами – «Клянусь Зевсом!», – или силами природы, например «Клянусь солнцем!», «Клянусь небом!», или чем-нибудь подобным. Так и правило Василия Велик. 81 подвергает их епитимиям. Однако Василий на 11 лет наказывает тех, которые, не будучи сильно принуждаемы мучениями, отреклись от веры, вкусили идоложертвенное и поклялись языческими клятвами, конечно, потому, что сами в них верят. А настоящее соборное правило отлучает, как говорит Вальсамон, не только их, но и христиан, не отрекшихся от веры, а клянущихся клятвами по обычаю язычников. Поэтому таковая клятва, как и всякая клятва, связанная с недозволенной религией, не соблюдается, по 19-й гл. 13-го тит. «Номоканона» Фотия.

Согласование

Христианам запрещены не только клятвы, приносимые по обычаю язычников, но и всякая клятва вообще, ибо Господь говорит, чтобы мы совершенно ничем не клялись: ни небом, ни землей, ни Иерусалимом, ни собственной головой, но вместо любой клятвы говорили только «да, да» и «нет, нет» (см. Мф 5:34–37). А все другое, что мы скажем сверх этого, – от диавола [[354]]. Это подтверждает брат Божий Иаков (Иак. 5:12). Ветхозаветный прор. Осия также запрещает клятвы: He клянитесь Живым Господом (Ос. 4:15). Поэтому и Василий Великий говорит в 29-м правиле, что клятва запрещена совсем, а тем более та, которая дается с целью причинить зло кому-то другому. Следовательно, тем начальникам, которые дают клятву, чтобы причинить зло подвластным и подчиненным им, он повелевает каяться в том, что они опрометчиво поклялись, и не сдерживать этих клятв, данных во зло. Кроме того, в 10-м правиле он порицает Севира, потому что тот поступил против правила и связал клятвой пресвитера Кириака, вопреки законоположению Евангелий. И это все о том, что не подобает клясться.

Тех, кто уже дал клятву и потом нарушил ее, тот же Василий Великий в 64-м правиле, не делая между такими разграничения, наказывает лишением причастия на 10 лет. А в 82-м правиле наказание на клятвопреступников налагается с разграничением: если кто-то преступил клятву под давлением и принудительно, то несет епитимию 6 лет, если же без принуждения – 7 лет. Тот же Василий в своем 28-м правиле, а также в правилах, кратко изложенных (137), говорит, что достойно смеха, если кто-то обещает Богу не есть свиного мяса или решает воздерживаться некоторое время от какого-либо иного рода пищи или питья, и что не подобает давать таких обещаний, происходящих от невежества, но употребление пищи следует считать делом безразличным. [355] Если же Василий в 17-м правиле позволил литургисать Вианору, который поклялся не литургисать, то он сделал это не просто, но, во-первых, потому, что Вианор дал клятву из-за насилия и неизбежной опасности, во-вторых, он позволил ему служить тайно и в другом месте, а не там, где он поклялся, и, в-третьих, Василий добавляет, что Вианор должен покаяться в том, что дал клятву.

Все посвященные и клирики, преступившие клятву, подлежат извержению, по Апост. 25, толкование которого прочти.

Правило 95

Тех из еретиков, которые присоединяются к православию и к части спасающихся, мы принимаем по следующему чинопоследованию и обычаю. Ариан, македониан, новациан, называющих себя чистыми (καθαρούς) [[356]] и левыми (ἀριστερούς) [[357]], четыренадесятников, или тетрадитов, и аполлинариан, если они дают расписки и анафематствуют всякую ересь, не мыслящую так, как мыслит святая Божия Кафолическая и Апостольская Церковь, мы принимаем, запечатлевая, т. е. помазывая, святым миром сначала чело, потом очи, ноздри, уста и уши, и, запечатлевая их, говорим: «Печать дара Духа Святаго». О павлианистах, потом обратившихся к Кафолической Церкви, вынесено постановление: непременно их перекрещивать. Евномиан же, которые крестятся однократным погружением, монтанистов, называемых здесь фригами, савеллиан, которые придерживаются мнения о сыноотечестве и иное нетерпимое творят, и все прочие ереси (поскольку здесь их много, особенно много приходящих (ἐρχόμενοι) [[358]] из Галатийской страны) – всех тех из них, которые желают присоединиться к православию, мы принимаем как язычников. В первый день мы делаем их христианами, во второй – оглашенными, затем на третий день заклинаем их с троекратным дуновением в лицо и в уши – и так оглашаем их, заставляем пребывать в церкви и слушать Писания и тогда уже крестим. Так же принимаем и манихеев, валентиниан, маркионитов и подобных еретиков. Несториане должны давать расписки и анафематствовать свою ересь, а также Нестория, Евтихия, Диоскора, Севира и прочих основателей подобных ересей, их единомышленников и все упомянутые выше ереси, а затем приобщаться святого причастия.

Толкование

Настоящее правило от начала и до слов «тогда уже крестим» буквально повторяет правило II Всел. 7, а слова в середине, начиная от «о павлианистах» и до «непременно их перекрещивать», – это буквальная выдержка из правила I Всел. 19, поэтому мы здесь не толкуем их снова, но смотри толкование их в своем месте. А остальная часть правила – это собственное определение настоящего Собора, гласящее, что манихеев [[359]], валентиниан [[360]] и маркионитов [[361]], переходящих в православие, подобает крестить, как и евномиан и монтанистов, по толкованию Вальсамона. А несториане [[362]], евтихиане, последователи Диоскора и севириане [[363]] должны письменно анафематствовать свою ересь, ересиархов и всех тех, кто мыслит в соответствии с их еретическим учением (к ним причисляются и монофелиты, равно как, конечно, и новациане, и македониане), а затем причащаться Божественных Таин.

Согласование

Василий Великий в 47-м правиле повелевает крестить и энкратитов [[364]], и саккофоров [[365]], и апотактиков [[366]], потому что и эти ереси суть отрасли маркионитов и придерживаются их лукавых догматов [[367]].

Правило 96

Облекшиеся во Христа через крещение дали обет подражать Его жительству во плоти. Поэтому тех, которые во вред взирающим убирают и украшают волосы на голове изощренным плетением и этим вводят в соблазн неутвержденные души, мы отечески врачуем подходящей епитимией, воспитывая их и научая жить целомудренно, чтобы, оставив обманчивость и суетность всего вещественного, они постоянно переносились умом к негибнущей и блаженной жизни, со страхом имели непорочное поведение, приближались, насколько возможно, к Богу через очищение жизни и украшали внутреннего человека более, чем внешнего, добродетелями и благими, безупречными нравами, так чтобы не носить в себе никакого остатка порочности, происходящей от сопротивника. Если же кто-то будет проводить жизнь, нарушая настоящее правило, да будет отлучен.

Толкование

Все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись (Гал. 3:27), – говорит великий Павел. К этому настоящее правило прибавляет, что облекшиеся во Христа должны жительствовать как Христос, пребывать во всяческой непорочности и чистоте и не украшать излишне и изощренно свое тело. Поэтому правило отлучает тех христиан, которые заплетают волосы на голове, расчесывая их, подравнивая и выставляя напоказ это плетение волос как некую приманку для неутвержденных душой и легко склоняющихся ко греху – как мужчин, так и женщин [[368]]. Воспитывая таковых этой епитимией отлучения, правило учит их вместе со всякой обманчивостью и суетностью также оставить и украшение вещества и этого тленного тела – и возводить свой ум к той блаженной и нетленной жизни; чистотой жизни приближаться, насколько возможно, к Богу и украшать более внутреннего человека, т. е. душу, добродетелями и благими нравами, чем внешнего человека, т. е. тело, этими ложными и суетными украшениями – чтобы более не оставлять в себе и следа диавольской скверны, коль скоро они отреклись от диавола через святое крещение.

Согласование

Поэтому Бог и повелевает в книге Левит (Лев. 19:27), чтобы никто не делал из волос на своей голове того, что называется по-гречески σισόη, т. е. кос, по неизвестному толкователю. Так и все апостолы вместе в «Апостольских постановлениях» (кн. 1, гл. 3) повелевают мужчинам свои волосы подстригать, а не причесывать их искусно, не намащать благовониями и не заплетать в одну или много кос, чтобы не возбудить этим в женщинах любовное влечение. [369] И в частности ап. Павел, замечая это изящное украшение волос и желая его запретить, сказал, что если мужчина отращивает волосы, то для него это бесчестие. [370] С этой целью и божественный Епифаний сказал, что длинные волосы – это вещь, чуждая для Кафолической Церкви. Однако заметь, что как предосудительно не стричь волосы ради красоты и благообразия и с дурной целью, так, наоборот, запрещено и стричь или брить их с какими-нибудь завитками, а проще говоря, ради красоты и миловидности. Поэтому слово σισόη, которое употреблено в книге Левит, Симмах передает так: не сбривайте в круг поверхность вашей головы. Акила же так: не делай круг на волосах твоей головы. Итак, из всего этого следует вывод о том, что миряне должны подстригать волосы просто, без украшений и излишеств.

Правило 97

Тех людей, которые или тем, что живут с женой, или иным образом превращают священные места в обыкновенные, не делая между ними различия, относятся к ним с пренебрежением и с таким расположением остаются в них, мы повелеваем изгонять и из тех мест при священных домах, которые предназначены для оглашенных. Если же кто-то не соблюдет этого, то, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин, да будет отлучен.

Толкование

Священными местами правило называет здесь не божественные храмы, но здания вокруг божественного храма, предназначенные для оглашенных. Некоторые жили в них со своими женами и вели себя так же, как в прочих обычных местах, не делая различия, т. е. не видя разницы между святым и несвященным местом. Поэтому правило повелевает изгонять оттуда таковых людей. А тот, кто не соблюдет этого, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен [[371]].

Согласование

Поэтому и 5-я кн. «Василик» (тит. 1, гл. 12), согласно с настоящим правилом, определяет, чтобы те, которые, бросив оружие, ищут прибежища в церкви по причине какого-то злоключения, пользовались безопасностью и защитой в пределах церкви. Однако они не могут есть, пить или спать в храме, но должны оставаться в садах, галереях, дворах или жилых помещениях, которые кругом примыкают к храму (Фотий. Номоканон. Тит. 5, гл. 2). По Арменопулу, тех, кто нашел убежище в пределах церкви, никто не мог оттуда выгнать, если только это не были убийцы, прелюбодеи и похитители дев (Василики. Кн. 5, гл. 21).

Правило 98

Тот, кто вступает в брачную связь с женщиной, обрученной с другим, еще при жизни обручившегося, да подлежит обвинению в прелюбодеянии.

Толкование

Обручение, которое совершается по законам, т. е. при условии, что мужчина и женщина находятся в законном возрасте и обмениваются залогами, при этом бывает священнодействие и обручающиеся по обыкновению целуются, – такое, продолжаю, обручение имеет ту же силу, что и совершенный брак (см. также примеч. 1 к Апост. 17). Поэтому настоящее правило определяет: тот, кто возьмет в жены женщину, таким образом обрученную с другим, при жизни ее жениха, должен подвергаться наказанию как прелюбодей, т. е. как тот, кто взял в жены замужнюю. Поэтому жених называется супругом своей невесты, как и прав. Иосиф Обручник называется в Евангелии мужем Святой Девы и Святая Дева, в свою очередь, – женой Иосифа, поскольку и по ветхому закону обручение имело силу брака [[372]].

Правило 99

Нам стало известно, что в армянской стране бывает и так, что некоторые, отваривая куски мяса, приносят в священные алтари отборные части и отдают их священникам по иудейскому обычаю. Поэтому, охраняя незапятнанность Церкви, запрещаем священникам принимать особые части мяса от приносящих, но пусть довольствуются тем, что приносящему будет угодно дать, притом что такое приношение будет совершаться вне церкви. Если же кто-то делает это не так, да будет отлучен.

Толкование

И Зонара, и Вальсамон, и Аристин, и анонимный толкователь – все они согласно толкуют, что армяне варили мясо в алтаре. Но мне кажется, что эти толкователи ошиблись, потому что не разделили запятой выражения «отваривая куски мяса» и «в священные алтари», но соединили их между собой. Это неверно, ибо слова «в священные алтари» не связаны со словами «отваривая куски мяса», но, будучи отделены от них запятой, связываются со словами «приносят отборные части». Ведь то, чтобы они варили мясо в святом алтаре и делали из него поварню, столь нелепо, что поверить в это невозможно. Итак, настоящее правило говорит, что существовавший в Армении обычай варить мясо в домах и потом приносить части его в святой алтарь для священников (как иудеи приносили священникам грудь, плечо и другие части жертвенных животных), – этот, продолжаю, обычай впредь не должен существовать, а также и священники не имеют права брать те части животного, которые хотят, но должны благодарить за те, которые даст им приносящий их христианин, причем это приношение должно происходить вне церкви, a не в священном алтаре. Эти слова доказывают нашу собственную мысль, изложенную выше, ибо если бы мясо варили в алтаре, правило непременно запретило бы и это, как запретило приношение, поскольку варить мясо в алтаре – дело еще более неуместное. Тот, кто нарушит правило, да будет отлучен. Вальсамон же говорит (в толковании Апост. 3), что он видел игумена, изверженного из иерейского сана и лишенного игуменства за то, что принес в святой алтарь мясо и сыр.

Смотри также толкование Апост. 3.

Согласование

Заметь, что, согласно Зонаре, правило разрешило священникам принимать части мяса не во всем мире вообще, но только в Армении, и то из-за распространившегося тогда у армян обычая [[373]].

Правило 100

Глаза твои пусть правое видят и со всею заботливостию храни сердце твое, – увещевает премудрость (Притч. 4:25 и 23), ибо телесные чувства легко передают свои впечатления душе. Поэтому изображения, которые пленяют взор, – представлены ли они на досках или каким-то иным образом – совращают ум и побуждают к вожделению постыдных удовольствий, мы повелеваем отныне ни в коем случае и никоим образом не начертывать. Если же кто-то попытается это делать, да будет отлучен.

Толкование

Поскольку некоторые изображали на стенах и досках непристойные сцены, например обнаженных женщин, которые моются или целуются с мужчинами, и другие постыдные вещи, которые обольщают взоры смотрящих на них и возбуждают в уме и сердце плотские похоти, то настоящее правило повелевает ни в коем случае не изображать такие картины. Если же кто-то изобразит подобное, да будет отлучен, поскольку все пять телесных чувств, в особенности первое и царственное, т. е. зрение, с легкостью вводят в душу образы того, что воспринимают. Поэтому и Соломон советует, чтобы очи каждого смотрели на правое и благое и чтобы каждый со всякой предосторожностью берег ум и сердце от постыдных чувственных впечатлений.

Правило 101

Созданного по образу Божию человека божественный апостол велегласно провозглашает телом Христовым и храмом (1 Кор. 12:27; 2 Кор. 6:16). Поэтому, став выше всего чувственного творения и сподобившись через спасительное страдание небесного достоинства, человек, когда ест и пьет Христа, непрестанно преобразуется для вечной жизни, освящаясь и душой и телом через причастие Божественной благодати. Следовательно, если кто-то желает во время собрания причаститься пречистого Тела и стать единым с ним через причастие, пусть он, сложив руки во образ креста, так приступает и принимает общение благодати. А тех, которые вместо руки делают из золота или другого материала какие-либо вместилища для принятия Божественного Дара и с их помощью сподобляются пречистого причастия, мы ни в коем случае не допускаем до таинства, как предпочитающих образу Божию бездушную и подвластную человеческим рукам материю. Если же кто-то будет уличен в том, что преподает пречистое причастие тем, которые приносят такие вместилища, да будет отлучен и он, и приносящий их.

Толкование

В то время был распространен такой обычай: миряне причащались как священники, принимая Святой Хлеб в руки точно так же, как ныне принимают антидор. Поскольку же некоторые, под предлогом благоговения и большего почтения к Божественным Дарам, делали сосуды, золотые или из другого дорогого материала, и, принимая в них пречистое Тело Господне, причащались его таким образом, то настоящее правило не приняло такой обычай, хотя бы он происходил от благоговения. Ведь человек превосходит все чувственные и бездушные творения и, следовательно, его руки почетнее любого сосуда, так как человек сотворен по образу Божию, ест и пьет Тело и Кровь Христовы и через них освящается, и кроме того, по апостолу, он представляет собой тело и храм Христа. Следовательно, желающий причаститься Тела Христова пусть слагает две руки во образ креста [[374]] и принимает его в них. А мирянин, который примет Тело Христово при помощи сосуда, и священник, который преподаст его такому мирянину, – оба да будут отлучены, потому что предпочитают бездушный сосуд созданному по образу Божию человеку.

Правило 102

Получившие от Бога власть решить и вязать должны исследовать свойство греха и готовность согрешившего к обращению и затем применять соответствующее недугу лечение, чтобы из-за неумеренности в том и в другом не ошибиться в спасении страждущего. Ибо болезнь греха не проста, но сложна и многообразна и пускает множество пагубных ростков, от которых зло обильно разливается и простирается вперед до того, что способно оказать сопротивление (ἀντνσταίη) [[375]] силе лечащего. Поэтому тот, кто обнаруживает врачебное духовное искусство, должен сначала рассматривать расположение согрешившего: стремится ли он к здравию или, наоборот, своими собственными нравами навлекает на себя недуг – и замечать, как он следит за своим поведением в это время. И если он не сопротивляется врачу и заживляет душевную рану благодаря тому, что употребляет предложенные лекарства, в таком случае отмерять ему милосердие по достоинству. Ибо у Бога и у того, кому вручено пастырское управление, вся забота о том, чтобы овцу заблудшую вернуть и уязвленную змием исцелить. Так что у испытывающего плоды покаяния и мудро руководящего человеком, призванным к вышней светоносности, забота не о том, чтобы столкнуть в стремнины отчаяния, не о том, чтобы ослабить (ὑπενδοῦναι) [[376]] узду, приводя этим к жизни расслабленной и небрежению, но о том, чтобы непременно хоть одним из способов, лекарствами либо более суровыми и терпкими, либо более мягкими и нежными, противостать страсти и подвизаться ради полного заживления раны.

Итак, нам должно знать и то и другое: и свойственное акривии, и свойственное обычаю, – а с теми, которые не принимают совершенства, поступать в соответствии с показанным в предании образцом, как учит нас священный Василий.

Толкование

После того как этот Собор вынес определения о многих и различных епитимиях, в настоящем правиле он наконец оставляет все на суд епископов и духовников и на их власть вязать и решить, говоря, что им подобает рассматривать и свойство греха, простителен он или смертен, и расположение грешника к покаянию и затем применять подходящее для его недуга лечение, чтобы в случае, если они будут давать сильным духом и ревностным к покаянию снисходительные епитимии, а более нерадивым и малодушным, наоборот, строгие, они, не исправив ни тех ни других, не погубили их. Ведь грех столь многообразен и разрастается столь сильно, что оказывает сопротивление (ἀντιστέκεται), т. е. превозмогает силу и искусство духовного врача (или так: грех многообразен и сильно разрастается, пока не будет остановлен и иссушен искусством духовника). Следовательно, духовный врач должен прежде всего рассматривать расположение и наклонность грешника: любит ли он здравие души, имея горячее покаяние, или, напротив, взращивает во вред себе грех; каким образом он относится ко греху, не отвергает ли спасительные лекарства, которые ему дают (как это делают вышедшие из ума, отвергая лекарства врачей, лечащих их тело), и не увеличивает ли этим рану греха еще более.

Все это, продолжаю, духовнику подобает рассматривать прежде всего и в соответствии с этим оказывать милость, облегчая епитимии нерадивому и малодушному, но делая их более тяжелыми для сильного духом, и то и другое творя по милости, чтобы сильного духом очистить от греха, а у малодушного не сделать рану еще хуже. Проще говоря, и у Бога, и у духовника единственная цель – обратить заблудшую овцу, грешника, исцелить его, уязвленного мысленным змием, диаволом, не ввергнуть в отчаяние тяжелыми епитимиями и вместе с тем не ослабить узду, как у коня, легкими епитимиями и не подтолкнуть его таким образом к небрежению и нерадению, – но каким угодно способом, сильными или легкими лекарствами, стараться исцелять грешника от греховных ран, испытывая плоды его покаяния и с мудростью направляя его к вышнему блистанию Святой Троицы (что есть Царствие Божие, по Григорию Богослову). Итак, духовнику подобает знать и то и другое (здесь дословно повторяется правило Василия Велик. 3): и акривию, и обычай [[377]]. И если грешники не хотят принять той акривии, ради которой оказывается снисхождение в продолжительности епитимий за грех, пусть духовник повелит им соблюдать по крайней мере обычай, т. е. полное число определенных правилами лет и назначенные правилами епитимии.

О святом Вселенском Седьмом соборе

Предисловие

Святой Вселенский седьмой собор был созван в Никее Вифинской, второй раз в этом городе, при Константине и его матери Ирине в 783 г. пo P. X. [[378]]. На нем присутствовали 350 православных отцов [[379]], но к ним присоединились еще 17, которые прежде были иконоборцами, а потом покаялись и были приняты Собором. Следовательно, всего на Соборе было 367 отцов. Влиятельными и выдающимися из них были Тарасий Константинопольский, Петр, римский архипресвитер, и другой Петр, также пресвитер и игумен монастыря св. Саввы в Риме (которые занимали место папы Адриана), Фома, синкелл и иеромонах, и Иоанн иеромонах [[380]], замещавшие предстоятелей апостольских кафедр, т. е. Аполлинария Александрийского [[381]], Феодорита Антиохийского и Илию Иерусалимского [[382]]. Большую силу на этом Соборе имели монахи, поскольку на нем присутствовали 136 архимандритов монастырей.

Этот Собор был созван против клеветавших на христиан нечестивых иконоборцев. Собор анафематствовал их, а в особенности Анастасия, Константина и Никиту, которые при иконоборцах были Константинопольскими лжепатриархами, так как они не только не лобызали святые иконы и не поклонялись им, но и называли их идолами [[383]], предавали огню, попирали ногами, выбрасывали на улицы и всячески оскорбляли. Кроме того, 6-м деянием Собор опроверг лжеименное вероопределение состоявшегося при Константине Копрониме лжесобора во Влахерне (это вероопределение зачитывали диаконы Епифаний и Иоанн), и провозгласил православными и святыми св. Германа, Иоанна Дамаскина и Георгия Кипрского, изложив в 7-м деянии вероопределение, которое дословно гласит следующее:

«Определяем со всякой строгостью и тщанием, чтобы, подобно образу Честного и Животворящего Креста, честные и святые иконы, написанные красками или мозаичные или другого подходящего материала, помещались во святых Божиих церквах, на священных сосудах и одеждах, стенах и вратах, в домах и при дорогах – иконы Господа и Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа, Пречистой Госпожи нашей Святой Богородицы, честных ангелов [[384]] и всех святых. Ибо чем чаще они через изображение на иконах становятся предметом созерцания, тем более те, кто взирает на них, возводятся к памяти о первообразах и любви к ним. Эти иконы подобает лобызать и воздавать им почитательное поклонение (τιμητικὴν προσκύνησιν), но, безусловно, не то сообразное с нашей верой истинное служение (λατρεία), которое приличествует одной Божественной природе (служение определяет Василий Великий как напряженное, непрестанное и неразвлекаемое попечение о том, чему мы служим, см. правило 230 из кратко изложенных), [385] но такое поклонение, которое воздается образу Честного и Животворящего Креста, святым Евангелиям и прочим священным предметам. Определяем также совершать в их честь приношение фимиама и свечей, что было в благочестивом обычае и у древних. Ведь честь образа восходит к первообразу [[386]], и поклоняющийся иконе поклоняется ипостаси того, кто на ней изображен. [387] На этом основывается учение святых отцов наших, т. е. предание Кафолической Церкви, принявшей Евангелие от края до края земли».

Наряду со всем этим Собор в своем 8-м деянии изложил 22 настоящих правила, необходимых для благочиния и устройства Церкви. Эти правила, как и весь святой VII Вселенский собор, были утверждены состоявшимся после него Собором в Святой Софии и всеми толкователями правил. Протоколы настоящего Собора, содержащиеся в восьми деяниях, находятся в «Синодиконе» (т. 2, с. 719). После протоколов помещены различные письма, относящиеся к настоящему Собору.

Правило 1

Для получивших в удел священническое достоинство свидетельством и руководством служат примеры канонических постановлений, принимая которые с радостью, мы с богоглаголивым Давидом поем Владыке Богу, говоря: На пути откровений Твоих я услаждался, как бы всеми богатствами (Пс. 118:14) и В откровениях Твоих Ты заповедал правду во век: вразуми меня, и жив буду (см. Пс. 118:138 и 144). И если пророческий глас заповедует нам во век сохранять свидетельства Божии и жить в них, то ясно, что они пребывают непоколебимыми (ἀκράδαντα) и незыблемыми. Об этом и боговидец Моисей говорит так: He подобает прибавлять к тому и убавлять от того (см. Втор. 12:32). И божественный ап. Петр, хвалясь ими, восклицает: Во что желают проникнуть Ангелы. [388] И Павел говорит: Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что вы приняли, да будет анафема (Гал. 1:8–9). Поскольку это истинно так и засвидетельствовано перед нами, то мы с радостью, подобной той, которой радовался бы кто, если бы нашел большую добычу (Пс. 118:162), с любовью принимаем божественные правила и храним в целости и без изменений их повеления, изложенные трубами Духа, всехвальными апостолами, а также шестью святыми Вселенскими соборами, и соборами, собиравшимися поместно для изложения таких постановлений, и святыми отцами нашими. Все они, будучи просвещены одним и тем же Духом, определили полезное. И тех, кого они предают анафеме, и мы анафематствуем; тех, кого извергают, – и мы извергаем; тех, кого отлучают, – и мы отлучаем. А кого они подвергают епитимии, – такую же епитимию налагаем и мы. Имейте нрав несребролюбивый, довольствуясь тем, что есть (Евр. 13:5), – ясно взывает божественный апостол Павел, восшедший до третьего неба и слышавший неизреченные глаголы.

(IV Всел. 1; VI Всел. 2.)

Толкование

Божественные правила для посвященных суть свидетельства [[389]], потому что они свидетельствуют и показывают им, как подобает жительствовать. А руководством они названы потому, что если их соблюдают, то они исправляют жизнь посвященных и руководят ею. Итак, этот Собор, с радостью принимая данные правила, в настоящем правиле воспевает Богу, так определившему, эти пророческие слова Давида, возвещающие следующее: «Я возрадовался, Господи, о свидетельствах Твоих, подобно тому как возрадовался бы, если бы обрел все богатства мира. И Ты повелел, чтобы я вечно хранил свидетельства Твои, которыми умудри меня, – и я буду жить в них». И если этот глас пророка повелевает нам хранить свидетельства Божии вечно и жить в них, то ясно, что и они пребывают вечными и незыблемыми (ибо, по толкованию Зонары, греческим словом κράδη называется хрупкая и легко ломающаяся ветка смоковницы, a то, что твердо и неподвижно, называется непоколебимым (ἀκράδαντα). Поэтому и Моисей повелевает, чтобы никто не прилагал ничего к Закону и не убавлял от него.

Этими свидетельствами хвалится и верховный Петр, говоря, что ангелы желают проникнуть в то, что явили нам апостолы, благовествовавшие Духом Божиим. А Павел анафематствует того, кто благовествует вопреки переданному им, хотя бы то был и ангел. Поэтому и мы, радуясь о божественных правилах, как радуются воины, когда находят много добычи у побежденных ими врагов (как говорит об этом и Давид), радостно их обнимаем, и закрепляем, и утверждаем – те правила, которые изложены как святыми апостолами, так и шестью Вселенскими соборами, а также Поместными соборами и отдельными отцами, – анафематствуя тех, кого они анафематствуют; извергая тех, кого они извергают; отлучая тех, кого они отлучают. И проще сказать, наказывая тех, кого они наказывают. Как те, чей нрав не сребролюбив, довольствуются теми благами, которыми обладают, о чем говорит Павел, так и мы ничего не прибавляем и не отнимаем, но довольствуемся тем, что определено правилами святых отцов [[390]]. Смотри IV Всел. 1, а также предисловие к правилам в начале книги.

Правило 2

Поскольку мы при псалмопении обещаем Богу: Уставам Твоим поучусь, не забуду слов Твоих (Пс. 118:16), то всем христианам спасительно соблюдать это, а в особенности – облеченным в священническое достоинство. Поэтому мы определяем: всякий, кто будет возведен в епископский сан, непременно должен знать Псалтирь, чтобы смог и весь свой клир поучать из нее. Митрополит же должен тщательно испытывать поставляемого, может ли он ревностно, а не поверхностно изучать священные правила, святое Евангелие, книгу божественного Апостола и все Божественное Писание, а также жить по божественным заповедям и учить вверенный ему народ. Сущность нашей иерархии – это богопреданные слова, т. е. истинное знание божественных Писаний, как показал великий Дионисий. Если же поставляемый противоречит и не выражает радостной готовности поступать так и учить, пусть не принимает рукоположение, потому что Бог через пророка сказал: Так как ты отверг знание, то и Я отвергну тебя от священнослужения Мне (Ос. 4:6).

(Карфаг. 24.)

Толкование

Всем христианам-мирянам следует поучаться в оправданиях Божиих и не забывать слов Его, как они каждый день воспевают в псалмах и обещают с пророком, а в особенности и более всего это приличествует священнослужителям. Поэтому настоящее правило определяет: тот, кто готовится стать епископом, должен непременно знать смысл Псалтири, чтобы поучать из нее свой народ и чтобы учились и они. Пусть также митрополит тщательно испытывает такого, имеет ли он ревность изучать не поверхностно и только по букве, но глубоко и с постижением смысла священные правила, которые мы перечислили выше, святое Евангелие, Апостол и все божественное Писание – и не только изучать, но и жить так, как они предписывают, и согласно им учить свою паству. Поскольку, как показывает Дионисий Ареопагит [[391]], сущностью и основой церковной иерархии являются богопреданные слова, т. е. истинное постижение и точное знание божественных Писаний, тот, кто колеблется и не стремится их изучать и учить других, пусть не становится епископом, потому что Бог говорит через прор. Осию: «Ты сам отверг ведение Моих законов, и Я отвергну тебя, чтобы ты не был Моим иереем» (см. Ос. 4:6).

Согласование

Согласно с настоящим правилом определяет и правило Карфаг. 24: «Те, которые собираются хиротонисать епископа или клирика, должны сначала научить их правилам священных Соборов, чтобы хиротонисуемые, поступая согласно определениям и правилам отцов, не каялись после в том, что нарушили их» [[392]]. Поэтому и Бог не только повелевает тому, кто становится правителем народа, всю жизнь читать Второзаконие, чтобы из этой книги научиться страху Божию и соблюдению всех Его заповедей, но и побуждает его еще и собственноручно переписать ее: И когда он сядет на престоле власти своей, да напишет себе Второзаконие сие с книги, находящейся у священников левитов (Втор. 17:18). А причина, по которой Он повелевает правителю самому переписывать книгу, следующая: тот, кто только читает, легко забывает смысл читаемого, а тот, кто еще и пишет, запечатлевает смысл книги в своей памяти, поскольку имеет удобное время и свободу обдумывать мысли по отдельности и, прежде чем хорошо поймет одну, не записывать другую, – так толкует Филон Иудей. И если внешних правителей Бог побуждает к этому, то насколько более – внутренних, а именно пастырей своей паствы, архиереев?

Правило 3

Любое избрание епископа, или пресвитера, или диакона, совершенное правителями, должно оставаться недействительным, согласно правилу, гласящему: «Если епископ, прибегнув к мирским правителям, с их помощью добьется власти над Церковью, да будет извержен и отлучен, равно как и все находящиеся с ним в общении». Тот, кто будет произведен в епископский сан, должен быть избран епископами, как определено в Никее святыми отцами в правиле, которое гласит: «Поставлять епископа всего более приличествует всем епископам митрополичьей области. Если же это затруднительно или по стесняющим их обстоятельствам, или по дальности пути, то должно, чтобы, по крайней мере, трое собрались в одно место при условии, что отсутствующие дадут свое согласие, изъявив его посредством грамот, и тогда пусть совершается рукоположение. Утверждение же этих действий должно быть предоставлено в каждой области ее митрополиту».

(Апост. 1, 2, 30, 61; I Всел. 4; Лаодик. 5, 13; Карфаг. 59; Тимофея Александр. 7.)

Толкование

Настоящее правило составлено из Апост. 30 и I Всел. 4, толкование которых смотри в своем месте, чтобы нам здесь не повторяться (поскольку мы их уже изъяснили). Данное правило содержит только следующую особенность: остается недействительным всякое избрание епископа, или пресвитера, или диакона, которое было произведено властью и силой правителей; епископы пусть избираются епископами прежде изъясненным образом. A то, что пресвитеры и диаконы также избираются, особенно видно из настоящего правила, – об этом смотри примеч. к Апост. 2. To, что и христиане должны вслед за архиереями избирать тех, кто будет посвящен, показывает толкование Апост. 61.

Смотри также Апост. 1 и 2 и примеч. к Лаодик. 5.

Правило 4

Проповедник истины, божественный апостол Павел, устанавливая как бы правило для эфесских пресвитеров, а скорее – для всего священнического сословия, с дерзновением сказал: Ни серебра, ни золота, ни одежды я ни от кого не пожелал... Во всем показал я вам, что, так трудясь, надобно поддерживать слабых, полагая, что блаженнее давать, нежели принимать (Деян. 20:33 и 35). Поэтому и мы, наученные им, определяем, чтобы епископ отнюдь не замышлял из позорной корысти, измышляя извинения во грехах, [393] требовать золота, или серебра, или чего-то другого от подчиненных ему епископов, или клириков, или монахов. Ведь апостол говорит: Неправедные Царства Божия не наследуют (1 Кор. 6:9) и: He дети должны собирать имение для родителей, но родители для детей (2 Кор. 12:14). Итак, если окажется, что кто-либо ради вымогательства золота или чего-то другого или по некой своей страсти (ἰδιοπάθειαν) [[394]] не допускает до служения и отлучает кого-либо из подчиненных ему клириков или закрывает священный храм, чтобы в нем не совершались божественные службы, то такой, поскольку обращает свое неистовство на бесчувственные предметы, поистине лишен чувств, и пусть потерпит то же самое, и обратится злоба его на голову его (Пс. 7:17), как нарушителя заповеди Бога и апостольских постановлений. Ведь предписывает и Петр, верховный из апостолов: Пасите Божие стадо, какое у вас, не принужденно, но охотно и богоугодно. He для гнусной корысти, но из усердия. He господствуя над наследием Божиим, но подавая пример стаду; и когда явится Пастыреначальник, вы получите неувядающий венец славы (1 Пет. 5:2–4).

Толкование

Поскольку великий Павел и словом и делом побуждает эфесских архиереев, а через них – всех последующих архиереев не желать серебра, или золота, или одежд, но трудом рук своих помогать немощным и нуждающимся и возвещает, что блаженнее давать, чем принимать, [395] то и настоящее правило постановляет, чтобы никакой архиерей из позорной корысти не требовал как долга золота, или серебра, или какой-то другой вещи от подчиненных ему епископов, или клириков, или монахов, потому что такое требование неправедно, а неправедные – согласно тому же апостолу – Царства Божия не наследуют, и потому что не дети должны собирать имущество, чтобы давать родителям, но родители, чтобы давать детям. Итак, архиерей, который будет уличен в том, что он отстраняет от служения или отлучает какого-либо иерея или клирика или закрывает церковь, для того чтобы получить деньги или по какому-то иному своему пристрастию, такой пусть претерпит то же, т. е. пусть будет отстранен от служения или отлучен своим митрополитом, если он епископ, и своим патриархом, если он митрополит. Верховный Петр предписывает архиереям так: «Пасите Божие стадо не с принуждением и тиранически, но охотно и богоугодно, не для гнусной корысти, но из усердия, не господствуя над клиром, но подавая пример и образ стаду; дабы, когда явится Пастыреначальник Христос в Свое второе пришествие, принять от Него неувядаемый венец славы».

Прочти также Апост. 29.

Правило 5

Грехом к смерти (1 Ин. 5:16) называется такой грех, когда согрешающие им остаются неисправимыми. Но хуже этого – то, когда с превозношением восстают на благочестие и истину, предпочитая маммону послушанию Богу и не держась Его канонических постановлений. В таковых нет Господа Бога, если они, смирившись, не истрезвятся от своего заблуждения. Ведь им скорее подобает приступать к Богу и с сокрушенным сердцем молить об оставлении этого греха и о прощении, а не тщеславиться незаконным даянием, потому что близок Господь к сокрушенным сердцем (Пс. 33:19). Итак, те, которые хвалятся тем, что они за золото получили чин в Церкви, и надеются на этот порочный обычай, отчуждающий от Бога и любой священной степени, и оттого с бесстыдным лицом открыто бесчестят бранными словами тех, которые избраны Святым Духом за добродетельную жизнь и причислены к клиру без даяния золота, – поступающие так пусть сначала займут последнюю степень своего чина, a если будут упорствовать, пусть их исправляют епитимьей. Если же окажется, что кто-либо сделал это [396] при хиротонии, то да будет наказан согласно словам апостольского правила: «Если епископ, или пресвитер, или диакон завладеет этим достоинством за деньги, да будет извержен и он, и тот, кто его рукоположил; и да будет совершенно отсечен от общения, как Симон мною, Петром»; а также согласно 2-му правилу преподобных отцов наших в Халкидоне, которое говорит: «Если какой-либо епископ за деньги совершит рукоположение, непродаваемую благодать низведет до предмета продажи и за деньги рукоположит епископа, или хорепископа, или пресвитера, или диакона, или кого-либо другого из числящихся в клире или из-за своего корыстолюбия за деньги произведет в экономы, или экдики, или парамонари, или вообще в любой церковный чин, то всякий покусившийся на это после обличения да будет подвергнут лишению своей степени, а рукоположенный им да не пользуется вовсе купленным рукоположением или производством, но да будет чужд достоинства или должности, которые получил за деньги. А если кто явится просто посредником в столь гнусной и беззаконной наживе, то и такой, если он клирик, да будет низвержен со своей степени, a если мирянин или монашествующий – отлучен».

(Апост. 29; IV Всел. 2.)

Толкование

Некоторые, до того как их причислили к клиру определенной церкви, добровольно приносили в нее деньги, по боголюбивому желанию – не для того, чтобы с их помощью получить место в клире, но посвящая их Богу, согласно Вальсамону. Позднее же, хвалясь даянием денег и почитая маммону и богатство более, чем священные правила, они стали искать первых мест и бессовестно бранить тех клириков, которые, будучи избраны Святым Духом, за свою добродетельную жизнь были причислены к клиру без денег. Итак, по этой причине настоящее правило постановляет: тех, которые хвалятся этими деньгами и поносят остальных за то, что те не дали денег, должно низводить на самое низкое место среди клириков, равных им по чину, а если таковые и далее останутся в таком состоянии, то архиерею должно исправлять их с помощью соответствующей, более тяжкой епитимии. Отцы Собора, приводя изречение Иоанна Богослова, говорят, что похвальба таких клириков деньгами (если они не исправились) – смертный грех [[397]]. Но еще худшим грехом, чем смертный, они называют их бесстыдство и дерзость по отношению к остальным клирикам и то, что в таковых нет Господа Бога, по Писанию. А их даяние денег они называют незаконным не из-за того, что оно таково само по себе – первоначально оно было прекрасно и боголюбиво, – но из-за последующего хвастовства и бессовестности дающих. Итак, будь внимателен, чтобы не принять такого даяния денег для хиротонии.

Как видно, это правило состоит из двух частей. Первая часть запрещает давать деньги – давать не для того, чтобы быть рукоположенным, ибо об этом сказано далее, но для того, чтобы быть причисленным к причту некоторой церкви, а после дерзко себя вести и презирать бедных, но благоговейных клириков; такое даяние денег, следовательно, запрещается как незаконное. Затем прибавляется и вторая часть: если бы они принесли эти деньги для хиротонии, то их следовало бы извергнуть, согласно предшествовавшим правилам. Правило также добавляет, что всякий, кто дает деньги, для того чтобы быть рукоположенным в клирика или иерея, должен получить епитимию согласно Апост. 29 и IV Всел. 2, которые это правило излагают дословно; их толкование смотри в своем месте.

Правило 6

Поскольку есть правило, которое говорит, что дважды в год в каждой митрополичьей области должны обсуждаться собранием епископов канонические вопросы, то преподобные отцы Шестого собора, по причине того, что это затруднительно и собирающиеся испытывают недостаток средств на дорогу, определили, что собрания должно проводить в любом случае и без отговорки однажды в год и исправлять погрешности. Итак, данное правило возобновляем и мы; и если обнаружится, что какой-либо начальник препятствует этому, да будет отлучен. Если же кто-то из митрополитов пренебрежет исполнением этого не по нужде и насилию и без какой-либо уважительной причины, да подлежит епитимиям. Поскольку Собор посвящается предметам каноническим и евангельским, то собравшимся епископам подобает иметь заботу и попечение о том, чтобы соблюдались Божественные и животворящие заповеди Божии. За соблюдение их воздаяние велико (Пс. 18:12), потому что заповедь есть светильник, закон – свет, и обличение и наказание – путь к жизни (см. Притч. 6:23) и заповедь Господня светла: просвещает очи (Пс. 18:9). Да не будет же позволено митрополиту требовать скота или чего-то другого из того, что принесет с собой епископ. Если же будет изобличен в том, что поступил так, пусть воздаст вчетверо.

(Апост. 37; I Всел. 5; IV Всел. 19; VI Всел. 8.)

Толкование

Настоящим правилом возобновляется правило VI Всел. 8, которое определяет, что поскольку из-за трудности путешествия не могут ежегодно проходить два Собора епископов по церковным каноническим вопросам (как постановляют правила, а именно Апост. 37, I Всел. 5 и IV Всел. 19), то непременно должен быть один Собор в год, чтобы исправлять случающиеся погрешности. Но настоящее правило прибавляет: если кто-то из светских начальников запретит такой собор, да будет отлучен; если же какой-либо митрополит пренебрежет созванием Собора (кроме того случая, когда ему воспрепятствовали затруднительные обстоятельства и какая-либо уважительная причина), пусть подвергнется епитимиям. А поскольку Собор должен состояться для исследования того, соблюдаются ли постановления как канонические (например, об отлучении, об управлении церковными делами и о прочем), так и евангельские, то собирающимся епископам подобает заботиться о том, чтобы их народ соблюдал евангельские животворящие заповеди, потому что за такое соблюдение дается мзда многая, по Давиду, и заповедь и закон Божий есть «светильник, и свет, и путь жизни», по Приточнику. Митрополиту же не позволяется требовать от своего епископа, как от должника, скот или что-либо другое из того, что тот имеет при себе, а если он поступит так, то должен заплатить вчетверо.

Смотри также Апост. 37.

Правило 7

Божественный ап. Павел сказал: Грехи некоторых людей явны, а некоторых открываются впоследствии (1 Тим. 5:24). Если ранее были совершены грехи, то за ними следуют и другие. Поэтому за нечестивой ересью клеветников на христиан последовали и иные нечестия. А именно, как только они отняли у Церкви возможность взирать на честные иконы – оставили в пренебрежении и некоторые другие обычаи, которые следует возобновить и соблюдать и по писанному, и по неписанному законоположению. Итак, в тех честных храмах, которые были освящены без святых мученических мощей, мы определяем совершить положение мощей с обычной молитвой, а освящающий храм без святых мощей да будет извержен как преступивший церковные предания.

(Карфаг. 91.)

Толкование

Василий Великий истолковал это апостольское изречение иначе. Настоящий же Собор понял его проще, говоря, что за грехами, совершенными раньше, следуют и другие грехи, как это произошло с клеветниками на христиан – иконоборцами, которые как лишили Церковь святых икон, так и презрели и отвергли нечто другое в Церкви, что подобает возобновить, чтобы соблюдалось и писанное законоположение, и неписанное [[398]] предание. Наконец, в тех божественных храмах, которые были освящены ими без мученических мощей, мощи должны быть положены с произнесением молитвы на обновление, [399] [[400]] содержащей слова о них. А тот архиерей, который впредь освятит храм без святых мученических мощей, пусть будет извержен как преступник церковных преданий.

Согласование

Правило Карфаг. 91 определяет, чтобы те алтари, внутри которых не сокрыты тела или мощи мучеников, были либо разрушены, либо не использовались для служения.

Правило 8

Поскольку некоторые, держащиеся еврейского заблуждения, задумали насмеяться над Христом Богом нашим: притворно становятся христианами, а втайне отвергают Христа, скрытно соблюдают субботы и другие иудейские обычаи, то определяем не принимать таковых ни в общение, ни для молитвы, ни в Церковь, но пусть будет явно, что они по своей вере евреи, и детей их не крестить, и раба пусть не покупают и не приобретают. Если же кто-то из них обратится с искренней верой и исповедует ее от всего сердца, разоблачая их обычаи и дела, чтобы и других евреев обличить и исправить, этого принимать и детей его крестить и укреплять их в отречении от еврейского образа жизни; если же они не так обращаются, ни в коем случае их не принимать.

Толкование

В отношении тех евреев, которые лишь лицемерно стали христианами и обратились в православную веру, а втайне отвергают ее и высмеивают Христа Бога нашего, соблюдая субботы и другие иудейские обычаи (т. е. обрезывают своих сыновей, считают нечистым того, кто прикоснется к мертвому или прокаженному, и т. п.), настоящее правило определяет, чтобы никто не принимал их в общение, не молился вместе с ними и не принимал их в Церковь, но чтобы таковые снова стали евреями, как и прежде, и чтобы никто не крестил их детей и не позволял этим евреям покупать раба или приобретать его путем обмена, или как дар, или другим способом. Если же некий еврей обратится с чистой и искренней верой и от всего сердца исповедует православное христианство, открыто осуждая еврейскую религию, то для того, чтобы и других евреев обличить и исправить, такого нам нужно принимать и детей его крестить, настоятельно требуя от них воздерживаться от еврейских суеверий, а тех, которые не обращаются таковым образом, нам не подобает принимать вообще [[401]].

Согласование

Согласно с этим правилом определяет и кн. 1 «Василик» (тит. 1, гл. 44): если еврей, осужденный по каким-то обвинениям или имеющий долг, притворится из-за этого, что стал христианином, то такого не должно принимать до тех пор, пока он не заплатит свой долг и не освободится от обвинений. Равно и гл. 47 той же книги и того же титула определяет, чтобы никакой еврей не имел раба-христианина и не обрезывал оглашенного, а также чтобы никакой другой еретик не имел раба-христианина. Сразу, как только он приобретет такого раба, раб становится свободным.

Прочти также примеч. к I Всел. 2.

Правило 9

Все ребяческие забавы и безумные вакханалии – лживые писания, сочиненные против честных икон, – должны быть отданы в Константинопольскую епископию, чтобы их отложили вместе с прочими еретическими книгами. Если же окажется, что кто-то прячет их, то, если он епископ, или пресвитер, или диакон, да будет извержен, если же мирянин или монах, да будет отлучен.

(Апост. 60; VI Всел. 2, 63; Лаодик. 59.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что все составленные иконоборцами против священных икон лживые писания, которые так же легко опровержимы, как детские выдумки, и так же безумны, как исступленные и сумасшедшие вакханки (αἱ βάκχαι), – женщины, которые, упившись, танцевали на празднике покровителя пьянства Диониса, – все эти писания, продолжаю, должны быть отданы в Константинопольскую патриархию, чтобы их положили вместе с остальными еретическими книгами туда, откуда их никто никогда не мог бы взять для прочтения. А если кто-либо скроет эти писания, чтобы читать самому или отдать для чтения другим, то, если это епископ, пресвитер или диакон, да будет извержен, если же мирянин или монах, да будет отлучен.

Смотри также Апост. 60.

Правило 10

Поскольку некоторые из клириков, пренебрегая каноническим постановлением, оставляя свой приход, убегают в другой, преимущественно в этом богохранимом и царственном граде, и водворяются у начальников, совершая службы в их молитвенных домах, то таковых без ведома их собственного епископа и епископа Константинопольского не позволяется принимать в каком бы то ни было доме или церкви. Если же кто-то поступит так и будет в этом упорствовать, да будет извержен. А тем, которые делают это с ведома вышеназванных священноначальников, нельзя брать на себя мирские и житейские попечения, поскольку божественными правилами им запрещено это делать. Если же кто-то будет уличен в том, что занимает должность так называемых набольших, [402] или пусть оставит это, или пусть будет извержен. Лучше ему заниматься обучением детей и слуг, читая им Божественные Писания. Ибо для этого он и получил жребий священства.

(Апост. 6, 15, 81, 83; IV Всел. 3, 5, 10, 23; Двукрат. 11; Карфаг. 18, 63, 98; I Всел. 15, 16; VI Всел. 17, 18; Антиох. 3; Сардик. 15, 16, 18.)

Толкование

Настоящее правило запрещает два беззакония одновременно: переход клириков из города в город, в особенности же в Константинополь, и их приход к начальникам и служение в их молитвенных домах без позволения как собственного епископа, от которого удалились, так и патриарха, в область которого прибыли, – поскольку оба эти дела противны постановлению божественных правил. Итак, правило предписывает извергать того клирика, который без позволения вышеназванных лиц или придет в Константинополь, или станет служить в молитвенных домах и будет упорствовать в этом. А клирикам, принятым с их позволения, не подобает брать на себя мирские попечения, но лучше учить детей и рабов христиан.

Тот же клирик, который возьмет на себя управление поместьями начальников, – а управляющие ими назывались набольшими, может быть, как ведавшие более прибыльными делами, связанными с управлением, – или пусть прекратит это или, если не прекратит, пусть будет извержен (как определяет и Двукрат. 11).

Смотри также Апост. 6, 15.

Правило 11

Поскольку все мы обязаны соблюдать божественные правила, то мы должны всячески блюсти ненарушимым и то правило, которое повелевает, чтобы в каждой церкви были экономы. И если каждый митрополит в своей церкви поставляет эконома, это хорошо; если же нет, то Константинопольский епископ вправе собственной властью назначать эконома в эту церковь. Точно так же вправе поступать и митрополиты, если подчиненные им епископы не собираются поставить в своих церквах экономов. To же самое должно соблюдать и в монастырях.

(Апост. 38, 41; IV Всел. 26; VII Всел. 12; Двукрат. 7; Анкир. 15; Гангр. 7; Антиох. 24, 25; Карфаг. 34, 41; Феофила Александр. 10; Кирилла Александр. 2.)

Толкование

Поскольку IV Всел. 26 постановляет, чтобы в каждой церкви был эконом, который с позволения и по воле архиерея распоряжался бы ее имуществом, постольку и настоящее правило, подтверждая именно это, добавляет, что если каждый митрополит сам поставляет эконома в свою митрополию, то хорошо; если же он этого не делает, то Константинопольский патриарх имеет право своей собственной властью поставлять эконома в эту самую митрополию и в другие, т. е. подчиненные ему. Равным образом если епископы не хотят поставить эконома в свои епископии, то их митрополит имеет право назначать таковых. To же самое пусть происходит и в монастырях, не имеющих экономов: пусть экономы в них назначаются или игуменом, или, если не хочет игумен, епископом, или, если не хочет епископ, митрополитом, или, если не хочет митрополит, патриархом.

Смотри также Апост. 38.

Правило 12

Если будет обнаружено, что какой-нибудь епископ или игумен отчуждает и передает в руки властей или другого лица нечто из угодий епископии или монастыря, эта передача да будет недействительной, согласно правилу святых апостолов, гласящему: «Епископ да имеет попечение обо всех церковных вещах и да распоряжается ими, как пред очами Божиими. Но непозволительно ему присваивать что-либо из них или Божие дарить своим родственникам. Если же они бедны, то пусть помогает им как бедным, но да не продает под этим предлогом того, что принадлежит Церкви [[403]]». Если же епископ или игумен оправдывается тем, что поле причиняет убыток и не приносит никакой пользы, то и при таких условиях землю должно отдавать не местным правителям, но клирикам или земледельцам. Если же он употребит лукавую хитрость и правитель купит поле у клирика или земледельца, то и в этом случае продажа да будет недействительной и проданное да будет возвращено в епископию или монастырь, а епископ или игумен, поступающий так, да будет изгнан – епископ из епископии, а игумен из монастыря, как преступно расточающие то, чего не собирали.

(Апост. 38, 41; IV Всел. 26; VII Всел. 11; Двукрат. 7; Анкир. 15; Гангр. 7; Антиох. 24, 25; Карфаг. 34, 41; Феофила Александр. 10; Кирилла Александр. 2.)

Толкование

Угодьями называется все имущество, которое приносит доход, а особенно недвижимое, например: поля, виноградники, оливковые рощи и пр. Итак, настоящее правило определяет об этом: если епископ отнимет это имущество у епископии, а игумен у монастыря и отдаст его правителям – продаст или обменяет, – то пусть передача будет недействительной и имущество возвратится в епископию или монастырь, по определению Апост. 38, которое и приводится дословно. Если же, предположим, архиерей или игумен будут оправдываться тем, что такое-то поле или виноградник приносит не доход и пользу, а скорее убыток, то пусть они продают его не правителям и властителям, а клирикам или земледельцам [[404]], т. е. людям смиренным и простым. Если же они лукаво отдадут его сначала последним, чтобы после того передать правителю, то эта продажа да будет недействительна, а продавший таким способом поле или виноградник епископ да будет изгнан из епископии, игумен же – из монастыря, потому что те приношения, которые другие принесли и собрали честно, они преступно расточили и распродали.

Смотри также толкование Апост. 38.

Правило 13

Поскольку вследствие случившегося по нашим грехам бедствия в Церквах некоторые священные дома, епископии и монастыри были расхищены некими людьми и сделаны обыкновенными жилищами, постольку, если удерживающие их намереваются их отдать, чтобы они были восстановлены в прежнем виде, это прекрасно и благородно; если же нет, то, если они из списка священного чина, мы постановляем их извергать, если же монахи или миряне – отлучать, ибо они осуждены Отцом и Сыном и Святым Духом, и да будут они помещены туда, где червь не умирает, и огонь не угасает (Ис. 66:24; Мк. 9:44, 46), потому что противятся Господнему гласу, говорящему: Дома Отца Моего не делайте домом торговли (Ин. 2:16).

(IV Всел. 4, 24; VI Всел. 49; VII Всел. 12, 19; Двукрат. 1; Кирилла Александр. 2.)

Толкование

Во времена иконоборцев, помимо прочих происшедших зол, многие архиереи из своих епископий и митрополий и многие монахи из своих монастырей были изгнаны ими за святые иконы. Поскольку же здания пустовали, некоторые мирские люди захватили их и сделали мирскими жилищами. Поэтому настоящее правило постановляет: если владеющие этими епископиями и монастырями захотят отдать их обратно, чтобы епископии и монастыри были восстановлены в прежнем положении, это прекрасно; если же не захотят, пусть клирики будут извержены, а монахи и миряне – отлучены, ибо они осуждены за это Святой Троицей, и да будут помещены в то место, где червь не умирает, и огонь не угасает, по словам Исаии и Евангелия, поскольку они противятся Господнему слову, говорящему: Дома Отца Моего не делайте... и пр.

Прочти также IV Всел. 4, 24.

Правило 14

Всем очевидно, что священству сопутствует порядок и строгое соблюдение правил поставления на степени священства благоугодно Богу. Итак, поскольку мы видим, что некоторые без хиротесии принимают в детстве пострижение в клир и, еще не приняв хиротесии от епископа, даже читают в собрании с амвона, делая это вопреки канонам, повелеваем отныне такому не бывать. To же самое пусть соблюдается и у монахов. А совершать хиротесию чтеца позволяется каждому игумену в своем, и только своем монастыре, если сам игумен принял от епископа хиротесию для игуменского начальства; конечно, если игумен – пресвитер. Так же, по древнему обычаю, и хорепископам следует производить чтецов с дозволения епископа.

(VI Всел. 33; Карфаг. 22.)

Толкование

Поскольку некоторые от младенчества были посвящены Богу и, надев подобающие клирикам одежды, принимали даже пострижение от собственных родителей по некоему обычаю, под тем предлогом, что они посвящены Богу, а приходя в возраст, дерзали даже читать народу божественные книги (полагаясь, возможно, на то пострижение в детстве) без полученной от архиерея хиротесии, запечатления и пострижения в чтеца, то настоящее правило постановляет, чтобы такого не было, ибо это бесчинно и неканонично. He только миряне не могут исполнять должность чтеца без запечатления от епископа, но и монахи. Игумену же монастыря предоставляется право, если он иерей и стал игуменом через хиротесию архиерея, производить (χειροτονῇ) чтеца только в свой монастырь, но не в другое место. Подобным образом и хорепископы по древнему обычаю имеют право производить чтецов [[405]]. (О хорепископах см. также в примеч. к I Всел. 8.)

Прочти и VI Всел. 33.

Правило 15

Клирик отныне да не назначается в две церкви, ибо это свойственно торгашеству и корыстолюбию и чуждо церковному обычаю. Ибо мы слышали сам глас Господень: Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, a о другом нерадеть (Мф. 6:24). Итак, каждый, по апостольскому гласу, в чем призван, в том должен оставаться (1 Кор. 7:20) и служить в одной церкви. To, что происходит в церковных делах по корыстолюбию, чуждо Богу. Для удовлетворения потребностей этой жизни есть различные занятия. Поэтому, если кто-нибудь хочет, пусть доставляет себе нужное для тела с их помощью, ибо апостол сказал: Нуждам моим и нуждам бывшим при мне послужили руки мои сии (Деян. 20:34). И так должно быть в этом богохранимом городе. В отдаленных же местностях из-за недостатка людей пусть делаются уступки.

(Апост. 15; I Всел. 15, 16; IV Всел. 10, 20, 23; VI Всел. 17, 18; VII Всел. 10, 15; Антиох. 3; Сардик. 15, 16, 18; Карфаг. 63, 98.)

Толкование

Настоящее правило запрещает зачислять какого-либо клирика в клир двух церквей, расположенных либо в одном городе, либо в двух, поскольку это дело совершается по корыстолюбию, а именно для того, чтобы назначенный клирик получал содержание от двух церквей. Бывающее же из корыстолюбия чуждо и Богу, и клирикам. Ибо Господь говорит, что никто не может служить двум господам: он или одного будет ненавидеть, а другого любить, или одного заключать в объятия, а другого презирать. И Павел предписывает каждому оставаться там, куда он был призван Богом. Если же эти клирики оправдываются, что не могут прожить на содержание от одной церкви, то пожалуйста, в мире существует множество благочестивых занятий – и пусть работают, чтобы удовлетворять потребности тела. Ведь и Павел собственноручным трудом приобретал необходимое как для себя, так и для бывших с ним, как он сам об этом говорит. Итак, зачисление какого-либо клирика в две церкви в этом царствующем городе да не совершается ввиду большого количества в нем клириков, а в отдаленных местах пусть дозволяется ввиду недостатка иереев и клириков.

Смотри также Апост. 15.

Правило 16

Всякая роскошь и украшение тела чуждо священническому чину. Потому епископов или клириков, украшающих себя пышными и яркими одеждами, нужно исправлять, если же они будут упорствовать, подвергать епитимии, равно как и умащающих себя благовонными мазями. Поскольку же горький корень – ересь хулителей христианства, возникнув, [406] стала нечистым пятном для Кафолической Церкви, а принявшие ее не только возгнушались иконографическими изображениями, но и отвергли всякое благоговение, негодуя на свято и благочестиво живущих, и исполнилось на них написанное: Грешнику благочестие ненавистно (Сир. 1:25), то если найдутся насмехающиеся над теми, кто одевается в дешевую и скромную одежду, пусть насмешников исправляют епитимией. С древних времен всякий посвященный муж носил одежду строгую и скромную, потому что все, что принимается не ради потребности, но для украшения, подлежит обвинению в суетности, как сказал Василий Великий. Никто также не надевал разноцветной одежды из шелковых тканей (ἐκ σηρικῶν), и на края одежды не нашивал лоскутов другого цвета, потому что слышали от богоглаголивого языка, что носящие мягкие одежды находятся в чертогах царских. [407]

(VI Всел. 27; Гангр. 12, 21.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что как те епископы и клирики, которые носят пышную одежду, так и те, которые умащаются благовонными мазями, должны избавляться от этой нелепости, поскольку всякое украшение тела и наряды чужды священнослужителям. Если же они упорствуют и не исправляются, пусть будут наказаны соответствующей епитимией. Кроме того, иконоборцев, которые помимо того, что отвергли святые иконы, отвергли и всякую благопристойность в одеждах и насмехаются над носящими дешевую одежду (поэтому они и называли монахов чернецами и темноризниками, высмеивая скромность монашеской схимы, по рассказу Симеона Метафраста в житии Стефана Нового), [408] нужно исправлять епитимией, поскольку клирики издавна, с самого начала носили скромную одежду. Поэтому и Василий Великий (правило 49 из кратко изложенных) называет суетностью [[409]] всякую одежду, которая не потребности тела удовлетворяет, а служит украшением. [410] И они не носили пестрой одежды из шелка (словом σῆρες называются гусеницы шелкопряда, от Σῆρας, как называют китайцев, у которых были обнаружены эти гусеницы, а от них перевезены в другие места), а также не нашивали на края одежды лоскутов иного цвета, чем цвет одежды [[411]], потому что они слышали глас Господень: носящие подобные мягкие одежды находятся в царских дворцах, а не в епископиях и церквях.

Смотри VI Всел. 27.

Правило 17

Некоторые из монахов, оставив свои монастыри, стремясь начальствовать и отвергая послушание, принимаются строить молитвенные дома, хотя не имеют средств на их завершение. Итак, если кто-нибудь возьмется это делать, да будет остановлен местным епископом. Если же он имеет средства на завершение, задуманное им да будет доведено до конца. To же самое соблюдать и относительно мирян и клириков.

(IV Всел. 4; VII Всел. 21; Двукрат. 1.)

Толкование

Поскольку некоторые властолюбивые монахи, не желая слушаться других, но желая, чтобы другие слушались их, оставляют свои монастыри и затем берутся строить молитвенные дома, однако не имеют средств на их завершение, то настоящее правило постановляет, чтобы епископ возбранял им такое предприятие. Если же они имеют достаточно средств на завершение постройки, пусть принимаются за дело. To же самое пусть соблюдается и в том случае, если миряне или клирики возьмутся за строительство молитвенных домов. [412]

Смотри также IV Всел. 4 и VII Всел. 21.

Правило 18

He подавайте соблазна и внешним, говорит божественный апостол. [413] А пребывание женщин в епископиях или монастырях – повод для всякого соблазна. Итак, если кто-нибудь будет уличен в том, что имеет в епископии или монастыре рабу или свободную для выполнения какого-либо служения, да подвергается епитимии, а если упорствует, да будет извержен. Если же случится, что в загородных имениях будут женщины и епископ или игумен захочет совершить по тем местам путешествие, то в присутствии епископа или игумена женщина в то время да не исполняет совершенно никакого служения, но пусть находится в другом месте, пока епископ не удалится, чтобы не было нареканий.

(I Всел. 3; VI Всел. 5; VII Всел. 22; Анкир. 19; Карфаг. 45; Василия Велик. 89.)

Толкование

Настоящее правило запрещает женщинам ради служения находиться в епископиях и монастырях, поскольку это становится великим соблазном и навлекает нарекания на архиереев и монахов со стороны как мирских христиан, так и язычников. И апостол призывает нас не подавать соблазна внешним – иудеям и эллинам. Итак, тот архиерей или игумен, который будет обнаружен делающим это, пусть будет наказан, если же он упорствует и не исправляется, пусть будет извержен. Если же случится, что женщины окажутся в поместьях епископии или монастыря, а архиерей или игумен туда отправится, пусть женщины не исполняют служения в то время, когда те будут там находиться, но удалятся до тех пор, пока те не уедут, во избежание порицания и соблазна.

Смотри также I Всел. 3.

Правило 19

Настолько распространилось ненавистное сребролюбие среди церковных руководителей, что даже некоторые из мужей и жен, считающихся благоговейными, предав забвению Господню заповедь, обольстились и принимают вступающих в священный чин и монашескую жизнь за золото, и бывает по слову Василия Великого: то, начало чего негодно, и все неприемлемо. [414] Ибо невозможно служить Богу и мамоне (см. Мф. 6:24). Итак, если кто-либо будет обнаружен поступающим так, то, если он епископ, или игумен, или кто-нибудь из священнического чина, пусть либо прекратит, либо будет извержен, на основании второго правила святого Халкидонского собора; если же это игуменья, пусть будет изгнана из монастыря и отдана в другой монастырь в подчинение, – также как и игумен, не имеющий пресвитерского рукоположения. А насчет приносимых вещей, передаваемых родителями детям в качестве наследства или составляющих личную собственность, если приносящие объявляют, что они пожертвованы Богу, мы определили, чтобы эти вещи, останется ли принесший или уйдет, оставались в монастыре, согласно его обещанию, если только в уходе не будет виновен настоятель.

(Апост. 29; IV Всел. 2; VI Всел. 22, 23; Василия Велик. 90; Послания Геннадия Константинопол. и Тарасия Константинопол.)

Толкование

Церковными руководителями называются архиереи, иереи и игумены монастырей, поскольку им было определено, как ради их правоверия, так и ради добродетелей, стоять во главе мирян. Итак, настоящее правило говорит, что поскольку ими так сильно овладело сребролюбие, что они вступающих в священный чин и монашескую жизнь принимают за деньги и исполняется на них изречение Василия Великого, гласящее: «Где начало неудачно и плохо, там и все, что после этого, неудачно и плохо», то впредь тот епископ, или посвященный игумен, или кто-либо другой из священного списка, кто совершит это, пусть либо прекращает так поступать, либо подвергается извержению, на основании правила IV Всел. 2, которое определяет извергать того, кто за деньги произведет хотя бы только просмонаря [[415]]. Если же совершивший это – непосвященный игумен [[416]] или игуменья, то пусть они будут изгнаны из своих монастырей и отправлены в другие монастыри, чтобы пребывать в послушании, ибо они недостойны игуменства и того, чтобы другие находились у них в подчинении, потому что, прежде чем принять поступающего в монашество, они требуют от него денег. А если кто-нибудь посвятит монастырю, в котором монашествует, имущество (движимое или недвижимое), которое получил по наследству от родителей или приобрел сам, то настоящее правило определяет, чтобы оно оставалось неотчуждаемым от монастыря [[417]] на основании обещания посвятившего, вне зависимости от того, останется ли он сам в монастыре, или уйдет из него по собственным побуждениям добровольно. Если же он покинет монастырь по какой-либо вине игумена (о причинах такого ухода мы скажем в толковании 21-го правила этого же VII Собора), то он может забрать свое имущество обратно [[418]].

Правило 20

Отныне определяем, чтобы монастырь не был двойным, потому что для многих это служит соблазном и преткновением. Если же кто-то вместе с родственниками намеревается отречься от мира и последовать жизни монашеской, то мужчинам должно уходить в мужской монастырь, а женщинам поступать в женский монастырь, ибо этим благоугождается Бог. Монастыри же, которые до сих пор пребывают двойными, пусть будут управляемы по правилу святого отца нашего Василия и по его заповеди устраиваются следующим образом. Да не живут в одном монастыре монахи и монахини, потому что совместная жизнь дает повод к прелюбодеянию. Да не дерзает монах с монахиней или монахиня с монахом беседовать наедине. Да не ложится спать монах в женском монастыре и да не ест монахиня с монахом наедине. И когда мужская сторона доставляет монахиням необходимое для жизни, пусть это принимает игуменья женского монастыря вместе с какой-нибудь старой монахиней за воротами. Если же случится, что монах захочет увидеться с какой-нибудь родственницей, да беседует с ней в присутствии игуменьи, и притом немногословно и коротко [[419]].

(VI Всел. 46, 47; VII Всел. 18, 22.)

Толкование

Зонара говорит, что двойной монастырь – это два соседствующие монастыря, расположенные настолько близко друг к другу, что голоса из одного слышны в другом. Иные же толкователи, с которыми согласен и Вальсамон, говорят, что это был один и тот же монастырь, где одновременно жили вместе мужчины и женщины, но не чужие по плоти, а родные друг другу. Я бы сказал, что более верным представляется второе мнение, поскольку оно подтверждается тоном в начале этого правила и его контекстом, однако постановление Василия Великого о двойных монастырях, которое правило приводит ниже, доказывает, что истинное и бесспорное – первое мнение. Так или иначе, настоящее правило постановляет впредь не бывать таким двойным монастырям, ибо они порождают соблазн. Если же мужчины и женщины, родные друг другу, захотят вступить в монашество, пусть мужчины идут отдельно в мужской монастырь, а женщины – в женский, потому что таким образом благоугождается Бог. Те монастыри, которые до сих пор пребывают двойными, пусть действуют согласно постановлению и законоположению Василия Великого, которое заключается в следующем: монахи и монахини да не живут вместе в одном монастыре, поскольку такому сожительству сопутствует прелюбодеяние. Да не дерзает монах беседовать наедине с монахиней или монахиня с монахом. Да не ложится монах спать в женском монастыре и да не ест вместе с монахиней, и когда монахи из мужского монастыря приносят монахиням потребное для жизни, пусть оставляют это за воротами монастыря, а игуменья вместе с какой-нибудь пожилой монахиней забирает это оттуда и вносит внутрь. Если же монах захочет увидеть свою родственницу-монахиню, пусть видится и общается с ней в кратких словах в присутствии игуменьи и скоро удаляется [[420]].

Согласование

To, чтобы монахи не жили вместе с монахинями, определяет и 2-е постановление 1-го тит. «Новелл» (Фотий. Номоканон. Тит. 11, гл. 1). Быть может, и прор. Захария поэтому говорит, чтобы в коленах Израиля отдельно предавались скорби мужчины и отдельно женщины, причем, говоря о скорби, он прикровенно указывает на скорбную монашескую жизнь, а говоря о разделении – то, чтобы мужчины и женщины не жили вместе в монастыре, как и определяет настоящее правило. И восплачет земля по коленам: колено дома Левиина особо и жены их особо (Зах. 12:12 и 13) [[421]].

Смотри также VI Всел. 46, 47.

Правило 21

He должно монаху или монахине оставлять свой монастырь и уходить в другой. Если же это случится, то оказать ему гостеприимство необходимо, но принимать без воли его игумена не следует.

(IV Всел. 4; VII Всел. 19; Двукрат. 3–5; Карфаг. 88.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что не должно монаху или монахине оставлять тот монастырь, в котором они были пострижены, и уходить в другой. Если же кто-нибудь это сделает, то отцы чужого монастыря должны радушно принять его как гостя на несколько дней (чтобы он не был вынужден, из-за того что ему не оказали гостеприимства, уйти в мир и общаться с безучастными людьми). Однако его не должно ни удерживать, ни причислять к братии без воли его игумена и отпустительной грамоты от него [[422]].

Согласование

Правило Двукрат. 4 отлучает как монаха, который покинет свой монастырь и пойдет в другой монастырь или мирской дом, так и того, кто его примет, разве только архиерей захочет переместить его либо ради благоустройства другой обители, либо ради спасения дома, потому что в таком случае монахи и принимающие их не несут ответственности. Кроме того, правило Карфаг. 88 постановляет, чтобы никто чужой, кроме своей паствы, не имел общения с тем епископом, который принял монаха из монастыря другой епископской области и сделал его клириком или игуменом своего монастыря. А этот монах, говорит правило, пусть не остается ни клириком, ни игуменом.

To, чтобы монахи не оставляли своих монастырей, разве только по настоятельной необходимости епископ позволит им это сделать, определяет и IV Всел. 4. А правило Двукрат. 3 отлучает того игумена, который не позаботится вернуть в свой монастырь бежавших монахов [[423]].

Правило 22

На Бога все возлагать и не быть рабом собственных пожеланий есть великое дело. Божественный апостол говорит: Едите ли, пьете ли, все делайте в славу Божию (1 Кор. 10:31). Поэтому Христос Бог наш в Своих Евангелиях повелел отсекать начала грехов. Ибо Он не только прелюбодеяние наказывает, но и движение помысла к совершению прелюбодеяния осуждает, так как говорит: Кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем (Мф. 5:28). Отсюда научившись, мы обязаны очищать помыслы. Ведь хотя все мне позволительно, но не все полезно (1 Кор. 10:23), – научаемся мы от апостольского слова.

Всякому человеку, для того чтобы жить, необходимо есть; и для тех, кто живет в браке, имеет детей и находится в положении мирян, непредосудительно есть вместе мужчинам и женщинам, только Дающему пищу да воздают благодарение. И пусть едят без всяких театральных представлений, или сатанинских песен, кифар и блудных напевов, против чего обращено пророческое проклятие, говорящее так: «Горе пьющим вино с цитрой и гуслями, на дела Господа они не взирают и о деяниях рук Его не помышляют» (Ис. 5:12). И если когда-либо будут такие среди христиан, да исправляются, а если не исправляются, против них да вступают в силу канонические предписания наших предшественников. Что же касается тех, у кого жизнь безмолвная и уединенная, – давший обет Господу Богу взять на себя монашеское иго, пусть сядет уединенно и умолкнет. [424] Однако и избравшим священническую жизнь совсем непозволительно есть с женщиной наедине, разве только в обществе богоносных [[425]] и благочестивых мужей и жен, чтобы и эта совместная трапеза приводила к духовной добродетели. И в отношении родственников то же самое да соблюдается. Если же иной раз во время путешествия случится, что у монаха или клирика нет с собой потребного и по необходимости он хочет остановиться или в гостинице, или даже в чьем-нибудь доме, он имеет право делать это, потому что нужда заставляет [[426]].

(Апост. 42, 43; I Всел. 3; VI Всел. 5, 46, 47; VII Всел. 18, 20; Карфаг. 45, 69; Анкир. 19; Лаодик. 24; Василия Велик. 89.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что не заслуживает порицания то, чтобы миряне, имеющие жен и детей, ели и пили вместе с другими мужчинами и женщинами, хотя и они не должны пить вино и вместе с тем предаваться развлечениям, распевать сатанинские песни, изощряться в развратных танцах и пении – чтобы не наследовать проклятия и горя, которые возвещает Исаия тем, кто поступает таким образом и не испытывает дела Господни; но они должны благодарить Бога, питающего их. Если же они не исправляются и не прекращают этого делать, пусть подвергаются епитимиям (т. е. отлучению), которые правила предшествующих Соборов назначили для таких христиан. И это все, что касается мирян.

А монахи, которые дали обеты Богу, пусть безмолвствуют в уединении, взяв на себя иго подвижничества, согласно известному изречению Иеремии. [427] Кроме того, никто из священнослужителей не имеет никакого права есть вместе с женщинами наедине, один на один, даже если те приходятся им родственницами, разве только вместе с благочестивыми и богобоязненными мужчинами и женщинами, а также в том случае, когда монаху или посвященному, оказавшемуся в пути и не имеющему необходимых средств на дорогу, случится на время остановиться в гостинице, или на постоялом дворе, или в чьем-нибудь доме. Но и тогда пусть располагаются для отдыха с благоговением и скромностью, и все это пусть совершается для того, чтобы исполнилось известное апостольское изречение, которое говорит: Едите ли, пьете ли, все делайте в славу Божию, и чтобы монахи и посвященные не прелюбодействовали с женщинами в своем сердце, взирая на них с вожделением и страстью, что осуждает Господь. [428] Даже если они сами, предположим, не соблазняются от взгляда на них (что бывает крайне редко), тем не менее, чтобы не соблазнить других, им все же не должно есть вместе с женщинами. Ведь и Павел говорил, что ему позволительно делать все, но не все полезно, поскольку соблазняет других.

Смотри также Апост. 42, I Всел. 3 и VI Всел. 47.

Примечания

1

Четыре отличительных признака Вселенских соборов я нахожу в разных местах многих сочинений, а особенно у Досифея (Двенадцатикнижие. С. 1018). Из них три – косвенные и совпадают с признаками некоторых Поместных соборов, а один – главнейший и, можно сказать, существенный, основополагающий и отличительный признак всех Вселенских соборов.

Первый признак всех Вселенских соборов – это то, что они должны собираться по распоряжениям не папы или какого-либо патриарха, но императоров. Этот признак составлял принадлежность и Поместного собора в Сардике, который был созван Констанцием и Константом, и Собора в Антиохии, тоже созванного по распоряжению Констанция, хотя и с другой целью – ради освящения храма в Антиохии (Досифей. Двенадцатикнижие. С. 133).

Второй признак заключается в том, что Собор должен созываться для рассмотрения вопросов о вере и, следовательно, на каждом из Вселенских соборов должно быть вынесено постановление и догматическое определение (Досифей. Двенадцатикнижие. С. 633). Но и этот признак присущ некоторым Поместным соборам, например, Собору в Карфагене, который, исследовав ересь Пелагия и Целестия, изложил догматические определения.

Третий признак состоит в том, что все изложенные Соборами догматы и правила должны быть православными, благочестивыми и согласными с Божественными Писаниями или предшествовавшими Вселенскими соборами. Потому и знаменито утверждение св. Максима по этому поводу: «Состоявшимся Соборам придает силу благочестивая вера» и еще: «Правота догматов утверждает Соборы». Однако и этот признак свойствен большинству Поместных соборов, за исключением некоторых.

Четвертый и последний признак заключается в том, что согласиться с постановлениями и правилами Вселенских соборов и принять их должны все православные патриархи и архиереи Кафолической Церкви, присутствуя на Соборе или лично, или через своих представителей, а при отсутствии последних выражая согласие своими письмами. Это согласие патриархов и архиереев вселенной, как мы сказали, составляет основополагающий и отличительный признак Вселенских соборов. Основополагающий потому, что он созидает Соборы и присваивает им наименование Вселенских, а отличительный потому, что не усматривается ни у одного Поместного собора и отличает только соборы Вселенские. Потому Собор, который состоялся при Копрониме во Влахернах и был назван иконоборцами Вселенским, осудили и св. Герман, и Дамаскин, и Стефан Новый, и многие другие, а также VII Вселенский собор в 6-м деянии. Они сказали, что без согласия всех прочих патриархов Вселенский собор не может ни быть, ни называться Вселенским. Так, Епифаний от лица VII Вселенского собора произнес: «Какой же он [Собор во Влахернах] великий и Вселенский, если его не приняли и с ним не согласились предстоятели прочих Церквей, но предали его анафеме?» (Досифей. Двенадцатикнижие. С. 634). Почти теми же словами и св. Максим обличил лжесобор монофелита Пирра, который считал этот собор Вселенским. {Maximus Conf. Disp. Pyr. // PG 91, 352CD.}

Я сказал, что Вселенские соборы созидаются согласием и одобрением всех патриархов, а не одним их личным присутствием или присутствием их представителей. Ибо ни на одном из семи Вселенских соборов папы не присутствовали лично, а на II и V Соборах не было ни самих пап Дамаса и Вигилия, ни их представителей, тем не менее эти Вселенские соборы остались Вселенскими, потому что отсутствовавшие папы выразили свое согласие с определениями Соборов, одобрили их в письмах и поставили под определениями подписи. A то, что Вселенские соборы созидаются не личным только присутствием или присутствием представителей, но гораздо более согласием, показал пример двух Соборов, я говорю о Сардикийском и Флорентийском. Хотя Сардикийский собор и был вначале назван Вселенским (см. об этом в предисловии к нему) и на нем присутствовали все патриархи, одни лично, другие через своих представителей, но поскольку восточные патриархи и архиереи отделились и не согласились с его постановлениями, постольку он, вначале Вселенский, по результату и окончанию стал Поместным. Подобно этому и Собор во Флоренции хотя и был назван Вселенским, но из-за того, что представитель патриарха Антиохийского, епископов Востока, а прежде всего – самого Александрийского патриарха, святейший Марк Эфесский (Представителем патриарха Александрийского был Антоний Ираклийский, Антиохийского – Марк Эфесский, Иерусалимского – Дионисий Сардикийский, а после его смерти Дорофей Монемвасийский) не согласился с ним, он из Вселенского превратился в Поместный. Да что там в Поместный? По справедливости он обратился в лжесобор, потому что не имел и третьего признака Вселенских соборов: его определение не согласовывалось с Божественным Писанием и прочими Соборами.

Видишь, как несогласие кого-либо из патриархов и Вселенские соборы делает Поместными? И напротив, согласие всех патриархов вселенной Поместные соборы превращает во Вселенские и кафолические. По этой причине Поместные соборы и их правила, принимаемые Вселенскими соборами (преимущественно VI-м), получают вселенскую, иначе кафолическую силу и достоинство.

Согласно сказанному нетрудно дать определение Вселенского собора: Вселенский собор – это Собор, который созван по распоряжению императора, издал догматическое определение о вере, его постановления благочестивы, православны и согласны со Святыми Писаниями и предшествовавшими Вселенскими соборами. Его должны единогласно принять все патриархи и архиереи Кафолической Церкви, присутствуя на Соборе или лично, или через своих представителей, или, если и они отсутствовали, выразив свое согласие грамотами с подписями.

Итак, каждый Вселенский собор, имеющий эти отличительные признаки, есть сама Святая и Соборная Церковь, в которую мы веруем, что и выражено в Символе веры. По этой причине, согласно богословам, Вселенский собор приобретает и четыре других свойства.

Во-первых, вечную силу и непреложность, ибо сказано: И другого Утешителя даст вам, да пребудет с вами во век (Ин. 14:16); и се, Я с вами во все дни до скончания века (Мф. 28:20).

Во-вторых, безошибочность и непогрешимость, ибо Церковь, чье лицо представляет Вселенский собор, есть столп и утверждение истины, по словам ап. Павла (1 Тим. 3:15), и потому решения Вселенских соборов равнозначны решениям Святого Духа истины, ибо сказано: Тот научит вас всему и напомнит вам все (Ин. 14:26), что верно особенно для Вселенских соборов. Ибо если 8-е правило Григория Чудотворца говорит о Поместном Анкирском соборе: «До тех пор, пока что-либо решат, сойдясь вместе, святые отцы и прежде них Дух Святой», то сколь более сказанное истинно для соборов Вселенских? Сам Дух Святой стоит во главе их, просвещает их и не попускает заблуждаться в своих решениях, потому что Бог внушает Свою правду бесчисленным священникам, собравшимся на Собор, о чем говорит послание Карфагенского собора к Целестину.

В-третьих, становится величайшей и высшей инстанцией не только в том, чтобы предлагать справедливое и истинное в качестве совета, но и в том, чтобы принуждать противящихся к подчинению, назначая им подобающие церковные епитимии, а также производя суд и расследуя дела и пап, и патриархов, и находящихся повсюду во вселенной архиереев, клириков и мирян.

И в-четвертых, Вселенский собор выносит определение и решение по всем возникающим вопросам и делам, как общим, так и частным, и разрешает все споры и любопрения еретиков и раскольников. Ибо, по словам Кирилла Иерусалимского (Огласительная беседа 18), «Церковь называется Кафолической (Καθολική) потому, что в полноте (καθόλου) и без упущений преподает совершенно все учение о видимом и невидимом, которое должен знать человек». {Cyr. Hieros. Catech. 18. 23 // PG 33, 1044AB.}

А потому последним судьей в церковных делах все провозглашают не Божественное Писание, но Вселенский собор, согласно II Всел. 6, и решение и мнение этого судьи не подлежит апелляции к другому, высшему суду. Если, согласно 1-му тит. 9-й кн. «Василик», апелляционный иск подается из любого суда в другой, больший суд, то решение епископов, правильность которого сомнительна, подлежит обжалованию на высшем Соборе митрополитов, решение митрополитов – на Соборе экзарха или патриарха диоцеза, решение патриарха – на Вселенском соборе. И здесь любая апелляция достигает предела, потому что не существует другого, более высокого суда, нежели суд Вселенского собора. Если же, согласно «Василикам» и постановлениям Юстиниана и Льва Мудрого, суд патриархов также не подлежит апелляции, то здесь имеется в виду то, что один патриарх не может судить решение другого патриарха; однако это не относится к Вселенскому собору, который заново производит суд над решениями всех патриархов и пап, как если бы они не вынесли совсем никакого решения. Так и решение эпарха хотя и не подлежит апелляции (потому что не пересматривается никем другим), но, несмотря на все это, те спорные вопросы, которые эпарх решить не может, рассматривает и решает сам император. Таким образом, какую власть имеет самодержец в государстве, такую же власть имеет и Вселенский собор в Церкви (Досифей. Двенадцатикнижие. С. 309, 384).

Я сказал, что последним судьей в Церкви является не Божественное Писание, как утверждают лютеране и кальвинисты, а Вселенский собор, потому что во многих местах Божественное Писание выражается неясно и каждый из еретиков искажает неясный смысл Писаний в пользу своей ереси, а значит, для того чтобы объяснить истинный смысл Писаний, необходимо толкование, и судья здесь не кто иной, как Вселенский собор. Кроме того, наряду с подлинными и каноническими книгами Писания существуют и подложные еретические книги, которые еретики дерзают надписывать как канонические. По этой причине Вселенский собор утверждает подлинные книги и отвергает подложные и апокрифические, как сделал этот I Собор (см. также примеч. к Апост. 60) и как поступил VI Вселенский собор с «Апостольскими постановлениями». Потому и священный Августин, зная это, точно заметил: «Я бы не поверил в Евангелие, если бы меня к этому не побудил авторитет Церкви» (письмо 154).

Из всего сказанного следует вывод о том, что никто не может противиться Вселенским соборам, оставаясь при этом благочестивым и православным, но вообще все без исключения обязаны им повиноваться. Ибо противящийся и сопротивляющийся им тем самым противится и сопротивляется Самому Духу Святому, говорящему через Вселенские соборы, становится еретиком и предается анафеме, поскольку и папа Григорий Двоеслов (кн. 1, письмо 24) предает анафеме не повинующихся Вселенским соборам. Да и сами Соборы анафематствуют не повинующихся им. Да что там еретиком – язычником и нечестивцем признается тот, кто не слушается Церкви, чье лицо представляет Вселенский собор! Ибо Господь сказал: Если и Церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь (Мф. 18:17), поскольку Вселенский собор – это последнее решение и суд Церкви, согласно Августину (письмо 162). To же самое Бог заповедал соблюдать и собору иереев Ветхого Закона: Если же, сказано, затруднительно будет для тебя рассудить дело между кровью и кровью, и между судом и судом... и придешь к священникам левитам и к судье, который будет в те дни, и, исследовав, они возвестят тебе решение... не уклоняйся от суждения, которое они возвестят тебе, ни направо, ни налево. А человек, который поступит так заносчиво, что не послушает священника, или судьи, пусть умрет человек тот, и истреби лукавого от Израиля (Втор. 17:8–9, 11–12).

Нужно добавить к сказанному, что Вселенскими названы в собственном смысле только семь Соборов, потому что все они были собраны по законам Вселенских и определили все, что было необходимо знать. Следовательно, все возникающие вопросы могут быть легко разрешены на основе постановлений этих семи Соборов (Досифей. Двенадцатикнижие. С. 633). Несмотря на то что после VII Вселенского собора и другие Соборы назывались Вселенскими (как Двукратный собор и Собор в храме Святой Софии), однако их называли так неправильно, потому что ни один из них не был созван по законам Вселенских соборов, а значит, они не могут быть причислены к семи Вселенским соборам и увеличить их число. Так, Собор, который латиняне назвали VIII Вселенским и который был созван для осуждения Фотия, позже был отвергнут Собором, состоявшимся в защиту Фотия, причем первый постановлено даже не называть Собором. Однако же, несмотря на это, все семь Вселенских соборов равночестны – в силу того, что они Вселенские.

С другой стороны, первый такой Собор из-за своей древности и святости стал и всегда остается первообразом и первоначальным основанием всех Вселенских соборов: ему подражали все следующие за ним Соборы и в воззваниях, и в заседаниях, и в определениях. Двоеслов назвал его главой всех Соборов, и на устах у всех было одно слово: «Да соблюдаются Никейские определения». Карфагенский собор много потрудился, что выразилось и в его деяниях, и правилах, и посланиях к Вонифатию и Целестину, для того чтобы не принимались другие правила, кроме этих истинных правил Собора в Никее. А Афанасий Великий и божественный Златоуст торжественно провозглашали: «Да не соблюдаются иные правила, кроме правил Никейского собора».

2

Во время проведения I Вселенского собора римским папой был Сильвестр. Понтификат папы Юлия приходился на 337–352 гг.

3

Желая избежать ненависти православных, которую возбудил в них Павел Самосатский (учивший, что рожденный от Девы Сын и Слово Божие есть простой человек), александрийский пресвитер Арий говорил, что Сын существовал и прежде рождения по плоти, однако не как Бог, а как одно из созданий и творений, поскольку был сотворен Отцом во времени.

А о том, на сколько партий разделилась арианская ересь, смотри в примеч. к II Всел. 1.

4

В настоящее время считается, что I Вселенский собор длился три с половиной месяца.

5

Phot. Bibl. 256 // PG 104, 113A. Вероятно, здесь допущена ошибка: в указанном месте читаем, что Собор длился три с половиной года.

6

Обрати внимание, что слово «единосущный» употреблялось благочестивыми и прежде I Вселенского собора, но поскольку, согласно божественному Иларию, савеллиане и сторонники Павла Самосатского воспользовались этим словом для того, чтобы упразднить Троицу богоначальных Ипостасей, то собравшиеся против Павла в 272 г. в Антиохии 180 отцов отвергли этот термин, впрочем лишь номинально (в то время как и смысл, и значение, заключенные в нем, они признавали). Они сделали это ради того, чтобы не дать еретикам точки опоры, потому что Павел мудрствовал, будто из термина «единосущный» следует вывод о существовании трех сущностей. Одна – первоначальная Отца, вторая – Сына и третья – Святого Духа, и из первой две последние должны появляться как отсеченные части, по словам Афанасия (Послание против арианской ереси). {См.: Athanas. Alex. De synodis 45 // PG 26, 772C.} А собор в Никее, будучи Вселенским по своему достоинству, определил, что, возвещая слово «единосущный», должно признавать не только заключенный в нем смысл, но и сам этот термин (см.: Досифей. Двенадцатикнижие. С. 1034).

Именно единосущным провозгласил этот Собор Сына и Слово Божие, а не подобосущным, как коварно говорили полуариане. Действительно, «единое» (т. е. «тождественное»), согласно «Логике» Аристотеля, говорится о сущности, а «подобное» – о качестве и вообще акциденциях сущности, а не о сущности и природе. И, в свою очередь, сказано, что Он единосущный, а не сосущный, поскольку, как отмечает божественный Епифаний в «Анкорате», «сосущность» (τὸ συνούσιον) означает единство без какого-либо различия (как утверждал Савеллий), а «единосущие» означает единство с различием и происхождение одной Ипостаси от другой. {Epiph. Ancor. 6 // PG 43, 25BC.}

7

Отметь, что этот Никейский Символ немного отличается в отдельных выражениях от известного всем нам Символа, который мы читаем ежедневно, а кроме того, в нем нет ни слов «Егоже Царствию не будет конца», ни богословия о Святом Духе, ни остальных членов до конца Символа, ибо их добавил II Вселенский собор, приведя Символ в тот неизменный вид, в каком мы читаем его ныне. Следовательно, в т. 2 на с. 155 «Синодикона», в 5-м деянии IV Собора, где помещен Никейский Символ со словами «Егоже Царствию не будет конца», безусловно, допущена типографская ошибка, поскольку во всех других местах он приводится без этих слов, как, например, в т. 1 на с. 283 «Синодикона», в 18-м деянии VI Вселенского собора (Синодикон. Т. 2. С. 650), в деяниях Карфагенского собора, у Сократа (кн. 1, гл. 8) {PG 67, 68АВ.} и вообще везде. А поскольку эти слова прибавил II Вселенский собор, смотри также предисловие к нему. Еще отметь, что этот Никейский Символ по одним кодексам содержит слова «и седяща одесную Отца», a по другим нет.

Как достойное упоминания отметим здесь и то, что Символ веры читался в древней Церкви только в Великую пятницу, когда епископ наставлял оглашенных, готовившихся креститься в ночь Великой субботы, на рассвете дня Пасхи, как повествует об этом Феодор Чтец во 2-й кн. «Церковной истории». {Theod. Lect. Eccl. hist. II, 32 // PG 86a, 201A.} Затем Тимофей Константинопольский при императоре Анастасии в 515 г. предписал читать его за каждой литургией, как говорит тот же Феодор. Позднее, в 545 г., император Юстиниан первым определил и то, в какое время на литургии он должен читаться во всех церквах Востока, а именно перед молитвой Господней «Отче наш».

8

Phot. Bibl. 15 // PG 103, 56В.

9

См. 1 Тим 3:16.

10

Время оглашения не все определяют одинаково. «Апостольские постановления» предписывают оглашаемому проходить оглашение в течение одного года. {Const. Ap. VIII, 32 // PG 1, 1132B. Вероятно, авторы «Пидалиона» допустили ошибку: время оглашения по «Апостольским постановлениям» продолжается три года, а не один.} 42-е правило Поместного собора, созванного в испанском городе Эльвире незадолго перед I Вселенским собором, – в течение двух лет. 144-я новелла Юстиниана назначает два года самарянам, приходящим к вере. 25-е правило Поместного собора в Агате, созванного в 506 г., назначило 8 месяцев для обращающихся иудеев. Правило VII Всел. 8 требует, чтобы мы принимали не тех евреев, которые веруют лицемерно, а лишь тех, кто верит истинно и порицает еврейские обычаи.

Некоторые же считают, что оглашение длилось лишь столько дней, сколько составляет Великая Четыредесятница. Такой вывод они делают из правила Лаодик. 45, послания Иеронима к Паммахию и 1-го огласительного поучения Кирилла Иерусалимского. Но из них, пожалуй, следует только то, что в Великую Четыредесятницу совершалась заключительная и самая существенная часть оглашения, потому что в те времена оглашаемые принимали крещение в ночь с Великой субботы на Пасху.

Впрочем, время оглашения иногда по вынужденным обстоятельствам сокращалось. Так, оглашаемые, если находятся при смерти, принимают крещение прежде срока, установленного для оглашения, по Неокесар. 12, Лаодик. 47, Карфаг. 52, Василия Велик. 5, Кирилла Александр. 5. Бургузы, или бургунды, народ в Галлии, ради проявленной ими горячей веры во Христа и необходимости выступить против своих врагов, гуннов, готовились к крещению всего семь дней, а на восьмой их крестил епископ одного галльского города (Сократ. Кн. 7, гл. 30). {PG 67, 805С.}

Так или иначе, согласно настоящему правилу, лучше назначать время оглашения вполне достаточное для испытания оглашаемого.

11

Зонара говорит, что «душевный грех» – это всякий грех, происходящий от извращения трех сил души: словесной, раздражительной и вожделевательной. {Zon. In can. Conc. I Nicaen. 2 // PG 137, 228D.} A Вальсамон говорит, что это любой грех, потому что он вредит душе, где бы он ни имел начало: в плотском влечении или душевном. Другие же назвали душевным грехом грех, возникающий из душевных страстей, т. е. самомнения, непослушания и пр. {Bals. In can. Conс. I Nicaen. 2 // PG 137, 225C–228A.}

Однако в собственном смысле душевный грех, о котором говорится в настоящем правиле, – это превозношение, высокомерие и гордость, ибо только эта страсть относится к духовной и невещественной природе души. Она есть то осуждение и та сеть, в которую пал диавол, по изречению апостола, упоминаемому в правиле, и по толкованию этого изречения божественным Амвросием. Так и священный Августин (О граде Божием. Кн. 3) говорит: «Диавол предан не пороку пьянства или чему-то подобному, а гордости и зависти».

Итак, если епископ падет в страсть гордости, показав это в своих речах и поступках, и будет обличен двумя или тремя свидетелями, то он должен быть запрещен в служении – вероятно, затем, чтобы смириться, умерить свое мудрование, а затем снова вернуться к служению священства. Если же он станет еще более превозноситься и не пожелает прекратить священнодействовать, то да будет и совершенно извергнут из своего сана.

A то, что откровенная гордость влечет за собой извержение из сана, ясно из примера новациан, которые потому были отлучены от Церкви, что из высокомерия и гордости называли себя чистыми и не принимали отрекшихся во время гонений и покаявшихся, а также не имели общения со второбрачными.

По мнению же некоторых, под «душевным грехом» настоящее правило понимает злославный и неблагочестивый образ мыслей. Но если бы это было так, то имеющего такой образ мыслей подобало бы не просто запретить в служении, но и совершенно извергнуть из сана и отлучить от Церкви.

Наконец, поскольку гордость есть грех смертный, а совершающие грех к смерти лишаются сана, по 32-му правилу Василия Велик. (которое и прочти), постольку и настоящее правило впавшего в такой грех наказывает запрещением в служении.

12

Не только Вселенские и Поместные соборы все вместе порицают и подвергают епитимии тех клириков или мирян, которые имеют чужих женщин в своих домах, услужения ли ради (как это было с пресвитером Григорием, к которому пишет Василий Великий), или под тем предлогом, что они якобы беззащитны и некому о них позаботиться, – но и каждый из божественных отцов по отдельности не преминул пригвоздить к позорному столбу таковое зло.

Григорий Богослов в своих стихах недоумевает, не зная, к кому причислить тех, кто имеет женщин-сожительниц: к женатым ли, к неженатым и девственникам или к среднему между женатыми и девственниками. Он говорит: «А сожительствующих, как их все называют, не знаю, к состоящим ли в браке или к холостым причислим или сохраним для них какую-то середину. Ибо я, пусть и говорят обо мне плохо, этого не похвалю». {Greg. Nazianz. Epigr. 15 // PG 38, 89A.}

А соименник его, Григорий Нисский, в слове о девстве, порицая таковых, говорит: «Они не только чреву угождают всем тем, что доставляет удовольствие, но и с женщинами открыто сожительствуют, и притом еще называют такое сожительство братским союзом». {Greg. Nyss. De virgin. 23 // PG 46, 409B.}

Божественный же Златоуст (Слово к живущим вместе с девственницами. Т. 6. С. 214) говорит так: «Некоторые без брака и соития берут невинных девушек, оставляют их в своих домах навсегда и живут с ними до глубокой старости не ради чадородия (поскольку они говорят, что не совокупляются с ними) и не ради блуда и распутства (потому что говорят, что сохраняют их девственными и чистыми). Если же спросишь у них, ради чего они поступают так, то в ответ они назовут много причин, однако среди них нет ни одной благословной и благочестивой. Ведь истинная причина этого их сожительства не что иное, как только пристрастие и наслаждение страстью более сильной и горячей, чем страсть тех, кто живет с законными женами. Законная жена, коль скоро соитие ее с мужем не возбраняется, и умеряет горячую страсть, и утоляет подчас похоть мужа, и унимает безмерное влечение. Кроме того, и родовые схватки, и рождение детей, и их вскармливание, и болезни, которые из-за всего этого сопутствуют законной жене постоянно, иссушают цвет ее красоты и, следовательно, делают для мужчины совершенно бессильным жало наслаждения. А с девственницей-сожительницей этого не происходит, потому что ни соитие с сожителем не может ослабить безудержную страсть его влечения, ни родовые схватки и вскармливание детей не иссушают ее тело. Такие женщины на многие годы сохраняют красоту, поскольку их не касаются те пагубные для красоты причины, о которых мы сказали. В сорок лет они выглядят прекрасными, как девочки и юные девы, которых вводят в брачные покои. Поэтому у живущих с ними похоть разжигается с двойной силой: во-первых, потому что они не умеряют своей страсти к ним через совокупление и соитие, во-вторых, потому что основание их страсти, которое заключается в миловидности лица и красоте женщин, на долгое время остается сильным и могущественным». {Ioan. Chrysost. Contr. eos qui subintroduct. habent virgin. 1 // PG 47, 495–496.}

Таким образом, эти люди, по Василию Великому (Уставы подвижнические. Гл. 3), «одержимые страстями, не чувствуют этого, но как бы находятся в помешательстве и опьянении». {Basil. Magn. Const. monast. 3. 2 // PG 31, 1345A.} A по словам того же Златоуста (Слово о том, что подвижнику не должно предаваться шутливости), «они с каждым мигом получают рану, каждый миг уловляются зверем, каждый миг прелюбодействуют, ослабляя узы целомудрия. Разве ты камень бесчувственный, что не соблазняешься? – спрашивает святой. – Ты – человек, подверженный страстям человеческой природы. В конце концов, разве можно положить огонь себе за пазуху или ходить по раскаленным углям – и не обжигаться, если ты сухая трава?» {Ioan. Chrysost. Ascetam facetiis uti non debere // PG 48, 1057.}

«Однако, – еще говорит Великий Василий (Подвижнические уставы. Гл. 3), – пусть даже мы согласимся, что он [имеющий сожительниц] не соблазняется и не уязвляется страстью вожделения, но если и не терпит вреда сам, тем не менее не может и остальных с легкостью убедить в том, что не подвержен страсти. Соблазнять же многих, не имея ни одной добродетели, небезопасно для того, кто это делает. Кроме того, нужно иметь в виду и другое: пусть даже мужчина не терпит вреда, глядя на женщину – однако он не может утверждать, что и женщина свободна от страстей плоти. Может статься, она немощна разумом, или более восприимчива к страсти – и приобрела любовное влечение к тому, кто неосторожно общался с ней. В таком случае он сам не был ранен – однако же ранил неоднократно, не зная о том. Словом, чтобы не случилось всего этого, каждый должен хранить себя и, если возможно, совсем не общаться с женщинами. Если же невозможно, то, по крайней мере, избегать частых и продолжительных встреч с женщинами, как вообще со всеми, так в особенности с монахинями». {Basil. Маgn. Const. monast. 3. 2 // PG 31, 1345A–1345C.} И это касается всех: и клириков, и мирских, и особенно монахов, – потому что ту же самую брань, какую имеют монахи к монахиням, имеют и монахини к монахам. Потому и авва Исаак, наставляя одного из своих монахов, говорит сверх того, что от посвященных дев, т. е. монахинь, должно бежать как от огня. {Isaac. Syr. Or. 9.} Если же святые запрещают общаться с женщинами и монахинями, не тем ли более жить вместе с ними?

Все, что мы сказали об имеющих женщин-сожительниц, подходит и к тем, кто держат в домах безбородых юношей и живут вместе с ними. Поэтому великий Григорий в своих стихах советует не только невинному юноше, но и всякому, а особенно клирику или монаху, избегать сожительства с такими молодыми людьми: «Мужа всякого избегай, сожителя же – более всех». {Greg. Nazianz. Carm. moral. 2 // PG 37, 586A.} А Василий Великий в подвижническом слове об отречении говорит: «Если ты молод телом или хотя стар телом, но молод умом, избегай как огня близких отношений с юными. Ибо многих враг, попалив огнем похоти к таким юношам, предал огню вечному, под предлогом духовной любви низринув их в пропасть содомлян». {Basil. Magn. De renuntiat. saec. 5 // PG 31, 637B.} Ведь те, кто имеют таких юношей (как говорит тот же Василий в слове о девстве), «приходя в возбуждение при воображении того предмета, к которому по природе восприняли любовное устремление, т. е. при воображении женщины, в дальнейшем из-за своей естественной наклонности принуждаются совершать противоестественное беззаконие, отыскивая женщину в мужчине». {Idem. De virgin. 45 // PG 30, 757C.} А поскольку у них нет возможности унять свою неуместную любовь через противоестественное соитие с мужчиной, они претерпевают то же, что и имеющие женщин-сожительниц. «Они, устремляя взоры, – говорит тот же Василий в вышеупомянутом слове об отречении, – на лица безбородых и получив семя похоти от врага и сеятеля зол диавола, пожинают снопы растления и погибели». {Basil. Маgn. De renuntiat. saec. 5 // PG 31, 637C.} Любителям истории хорошо известны достойные многих слез несчастья, которые в разные времена произошли в мире от безбородых юношей: много погибло великих лавр и монастырей, и много душ людских попало в адовы силки.

13

Обрати внимание на настоящую новеллу и вышеприведенные правила.

14

Basil. Маgn. De virgin. 45 // PG 30, 757В.

15

Потому и Феодорит в «Церковной истории» (кн. 1, гл. 9) говорит, что отцы этого I Собора в Никее, отправляя соборное послание александрийским епископам, пишут, что хиротонии епископов должен утверждать епископ Александрии: «...с согласия на то и утверждения епископа Кафолической Церкви Александрии». {Theod. Cyr. Hist. eccl. I, 8 // PG 82, 929С.} Поэтому Синесий о некоем Антонии, которому предстояло стать епископом, в послании к Феофилу пишет, что самое главное, необходимое для его хиротонии, – это рука Феофила: «Он мог бы по моему желанию быть принят как соучастник в равночестный священный сан. Однако недостает еще одного, главнейшего, – твоей священной руки» {Synes. Ptolem. Ep. 76 // PG 66, 1441C.} И Халкидонский собор, упоминая в 13-м деянии настоящее правило, говорит, что оно определяет: утверждать совершающееся в каждой области и рукополагать всех подчиненных ему епископов должен митрополит. Этот священный обычай Симеон Фессалоникийский объясняет так: Собор должен избрать трех, которые и приводятся к митрополиту или патриарху, а тот решает, кто из троих получит извещение о рукоположении, и либо сам лично рукополагает его с другими сослужащими архиереями, либо по его разрешению рукоположение совершают другие. {Sym. Thessal. De sacr. ordin. 192–193 // PG 155, 404.}

16

Причина, по которой Собором издано настоящее правило, следующая. У епископов Египта, Ливии и Пентаполя был обычай считать первым епископа Александрии и без его согласия не совершать никакого церковного дела, как говорит Епифаний в главе о 61-й ереси. {О первенстве Александрийского епископа свт. Епифаний упоминает в слове против 68-й ереси: Epiph. Adv. haer. 68.1 // PG 42, 185A.} Употребляя именно эту власть, сщмч. Петр, еп. Александрийский, изверг из сана Мелетия, еп. Ликополя в Фиваиде, как свидетельствует Афанасий Великий в своей второй апологии. {Athanas. Alex. Apol. contra arian. 59 // PG 25b, 356B.} Тот же святой обращает внимание еще и на то, что до Петра в Пентаполе (Верхней Ливии) некоторые епископы приняли учение Савеллия, и потому его ложные догматы возымели такую силу, что едва можно было услышать в церквях проповедь о Сыне Божием. Узнав об этом, Дионисий Александрийский отправил к ним своих представителей, чтобы они обратили тех к православному учению Церкви. {Athanas. Alex. De sent. Dionys. 5 // PG 25b, 485C.} Из этого вполне очевидно, что епископ Александрийский и прежде этого I Собора имел патриаршие привилегии и по древнему обычаю (который в особенности получил распространение благодаря правилу Апост. 34, гласящему, что епископам каждого народа подобает знать первого и т. д.) имел власть не только управлять церковными делами находившихся там митрополичьих областей и диоцезов, но и извергать епископов и митрополитов той страны. А поскольку упомянутый Мелетий, изверженный епископом Александрии, попытался силой присвоить себе то, что было в обычае, и дерзнул рукополагать других епископов в александрийском диоцезе, то настоящий Собор в Никее посредством этого правила возобновил древний обычай и вновь утвердил за Александрийским епископом власть над всеми епископами Египта и пр. Именно в таком смысле настоящее правило поняли епископы Египта и на Халкидонском соборе, как видно из 4-го его деяния (Досифей. Двенадцатикнижие); об этой власти ясно говорится и в IV Всел. 30.

17

Имя «патриарх» впервые начали употреблять во времена Феодосия Младшего: Феодосий впервые назвал патриархами Римского епископа и божественного Златоуста, как указывает на это Сократ (кн. 7, гл. 31), а раньше патриархами назывались исключительно епископы апостольских кафедр. Это наименование употреблялось и на Халкидонском соборе, и в особенности Юстиниан называл патриархов патриархами.

Это имя имеет два значения. Во-первых, оно означает епископов, которые общим Собором были назначены правителями и экзархами в каких-либо митрополичьих областях и диоцезах, как II Вселенский собор, по свидетельству Сократа (кн. 5, гл. 8), назначил патриархов, одним из которых был и Григорий Нисский, подчинявшийся епископу Кесарии. {PG 67, 580A.} Названы же они были патриархами не из-за превосходства своих кафедр, но по соборному решению, чтобы иметь им бо́льшую силу насаждать благочестие и искоренять злочестие, благодаря чему они и были равны остальным патриархам. Поэтому и Григорий Нисский в письме к Флавиану Антиохийскому говорил о пренебрегшем им епископе Кесарии: «Если о достоинстве судят по священному сану, то Собором нам обоим дана одна и та же привилегия, а лучше сказать, забота об общем исправлении, чтобы в этом иметь нам равенство». {Greg. Nyss. Ep. 1 // PG 46, 1008D.}

Во-вторых, это имя означает в собственном смысле епископов, имеющих первую честь в Церкви по превосходству своих престолов и первое достоинство – не личное, как в предыдущем случае, но принадлежащее их престолам по преемству. Епископов этих было пять: Римский, Константинопольский, Александрийский, Антиохийский и Иерусалимский, – они и были названы по первым буквам главами (κάραι) вселенной. Ибо «κ» означает патриарха Константинопольского, «α» – Александрийского, «ρ» – Римского, «α» – Антиохийского, «ι» – Иерусалимского. После же того, как первый. {Т. е. римский епископ.} отпал, первым стал патриарх Константинопольский, а позднее добавился и пятый – патриарх великой Московии. Однако и его сейчас нет. Пусть даже Петр Антиохийский в письме к архиепископу Аквилеи и сказал, что только его одного называли собственно патриархом. {Petr. Antioch. Ep. 2. 2 // PG 120, 757CD.} (на что обратил внимание и Вальсамон); однако мы смотрим не на то, что говорят о себе епископы, но на то, что говорит о них Кафолическая Церковь. Дионисий и Тимофей Элур также называли епископа Эфесского патриархом, но IV Собор признал это недействительным. И Феодор Историк назвал епископа Фессалоникийского патриархом, но он так именовал его или потому, что тот был экзархом (как употреблял это слово и II Вселенский собор), о чем мы упоминали, или, как говорят другие, потому, что у него было много епископских областей, число которых дошло до сорока (Досифей. Двенадцатикнижие).

18

Представители Римской Церкви толкуют данное правило неверно. Например, папа Феликс в диспуте с Акакием Константинопольским сказал, искажая правило, будто епископ Римский на каждом Соборе обладает правом первенства, что якобы и имеет в виду правило Никейского собора (т. е. настоящее). А прежде него Пасхазин, представитель папы Льва, также в искаженном виде приводил это правило на IV Соборе. Мы же, напротив, в самих словах правила находим то, что действительно имел в виду этот Собор. Итак, мы говорим, что поскольку Мелетий нарушил права епископа Александрийского – он, как мы уже сказали, дал повод Собору издать настоящее правило. Оно не определяет ничего нового, но лишь утверждает порядки, которые сохранялись по древнему обычаю. Эти порядки касались не только патриархов, но и митрополитов, и имели отношение не только к хиротониям, в совершении которых допустил уклонение Мелетий, но и ко всякому другому полномочию патриархов и митрополитов в подчиненных им Церквах. Положив это в основу, правило говорит: «Пусть имеют силу древние обычаи, принятые в Египте, Ливии и Пентаполе, чтобы Александрийский епископ имел власть над всеми ими, поскольку это в обычае и у Римского епископа». Здесь отметь, что местоимение «это» относится не к чему иному, как к «обычаю», – т. е., если сказать проще, «как и у Римского епископа удержан этот обычай». Какой же это обычай? Обладать властью над всеми подчиненными ему: подобно тому, как Римский епископ имеет одинаковый обычай с Александрийским, он имеет и одинаковую с ним власть. О том, что смысл правила таков, свидетельствует и арабский перевод этих же правил, а именно александрийское издание. Свидетельствует и Иосиф Египетский, древний толкователь правил данного Собора. Свидетельствует и латинский перевод Дионисия Малого. Свидетельствует книга Исидора Меркатора и, наконец, перевод Руфина, пресвитера Аквилейского. Итак, поскольку истина такова и диоцез Рима определен границами, как и диоцез Александрии, то напрасно римляне воображают, будто по этому правилу они имеют неограниченную власть во всем мире. Отметь и следующее: поскольку привилегии Рима не были нарушены, то данное правило и не возобновило их. В противном случае то же самое, что правило сказало о епископе Александрии, оно сказало бы и о епископе Рима (Досифей. Двенадцатикнижие).

19

Обрати внимание – преимущества и привилегии Рима, Александрии и Антиохии, о которых говорит здесь правило, не митрополичьи, как утверждали некоторые, но патриаршие. Поэтому и Вальсамон, и анонимный толкователь правил считают, что правила ведут речь о патриархах. Кроме того, и Иоанн Антиохийский в сборнике правил, и Иоанн Схоластик в «Номоканоне», помещая данное правило наряду с I Всел. 7, II Всел. 2 и III Всел. 8, делают надписание: «Об определенной правилами чести патриархов». Парафраз этого правила, выполненный Иосифом Египетским, говорит то же самое. Арабский перевод мельхитов. {Мельхиты – так, в отличие от монофизитов, назывались принявшие определение Халкидонского Собора о двух природах во Христе православные христиане Сирии и Египта после завоевания этих провинций арабами. Слово образовано от «melek», т. е. «царь», что указывает на верность этих христиан императору, из-за чего мельхиты подвергались более тяжким гонениям от арабов, чем монофизиты.} называет в этом месте епископов Александрии и Рима патриархами (Досифей. Там же). Согласно Вальсамону (Греко-римское право. С. 449), привилегию носить саккосы, фелони-полиставрии и стихари с буквами и треугольниками имели одни патриархи, и никто другой (хотя, по словам Зонары, фелони-полиставрии были даны также епископам Кесарии, Каппадокии, Эфеса, Фессалоник и Коринфа; см. также примеч. к IV Всел. 9). В саккосе они служили лишь три раза в год: в воскресенье Пасхи, на Пятидесятницу и на Рождество Христово, как говорит Димитрий Хоматиан (Греко-римское право. С. 318). Императоры Лев и Константин дают такое определение слову «патриарх»: патриарх есть живой и одушевленный образ Христа, своими делами и словами выражающий истину. Цель патриарха – спасение вверенных ему душ, жизнь для Христа и распятие себя миру. Отличительной чертой патриарха должны быть учительность и равное, ничем не стесненное отношение ко всем, высоким и низким (Эклога законов. Тит. 3. Греко-римское право. Кн. 2. С. 84).

20

Обрати внимание, что, как говорит патриарх Филофей, Собор здесь сказал «выбору, согласному с правилом» и «если они по любопрению противоречат». Собор, говорит Филофей, не сказал просто «если выберут многие», но «по правилу»; и не сказал просто «если противоречат», но «противоречат по любопрению и упрямству». Следовательно, если некоторые противоречат не из любопрения и справедливо, то, конечно же, ими не должно пренебрегать, даже если их только двое; в особенности когда избрание неканонично.

21

Обрати внимание на то, что, согласно повествованию Иосифа об Иудейской войне (кн. 7, гл. 18), Иерусалим получил такое наименование потому, что Мелхиседек, основатель города, когда создал храм (ἱερόν), от него назвал город Иерусалимом (Ἱεροσόλυμα), а прежде он назывался Салим (Σόλυμα). {Jos. Flav. De bell. VI, 10 // TLG 0526/004, 438. 3–4.} Другие же, как Прокопий (Цепь толковников на Восьмикнижие. Т. 1. С. 198), говорят, – и это, пожалуй, вернее – что из названий этого города «Иевус» и «Салим» составилось это сложное название «Иевусалим», а в искаженном произношении «Иерусалим». Но как бы то ни было, название «Иерусалим» – целиком еврейское, означающее «видение мира», согласно отцам. Впрочем, кое-кто говорит, что оно составлено из еврейского и греческого слов (как и слово «антиминс» состоит из греческого и латинского), но в таком случае оно уже не означает «видение мира».

Называемый прежде Иерусалимом, этот город, согласно Диону, позднее получил имя Элии Капитолины. Элия – от императора Адриана, носившего имя Элий. Иерусалим, ранее разрушенный, перепаханный быками и засеянный, по словам Евсевия, {Euseb. Demonstr. Evang. VIII // PG 22, 636В.} и едва узнаваемый по местности, согласно Григорию Богослову, {Greg. Nazianz. Or. 6. 18 // PG 35, 745B.} Адриан переименовал в Элию, как говорят Феодорит {Theod. Cyr. In Is. 6, 13 // PG 81, 272B.} и Евсевий. {Euseb. De Theophania 9 // PG 24, 649A.} А Капитолиной он назван потому, что тот же самый Адриан, как указывает уже упомянутый Дион, на месте храма Божия выстроил храм Юпитера, почитаемого на Капитолии в Риме.

22

Кесария получила такое название потому, что Ирод, согласно Евсевию, выстроил ее в честь Кесаря Августа (раньше она называлась Стратоновой Башней); {Idem. Hist. eccl. II, 10 // PG 20, 160A.} в ней находились и статуи Кесаря и Рима, как свидетельствует Иосиф в «Иудейских древностях» (кн. 15, гл. 13). {Jos. Flav. Antiq. XV, 9. 6 // TLG 0526/001, 15. 339. 4.} Три Кесарии было в Асии: одна – митрополия Палестины, о которой мы сказали; вторая – Каппадокийская, которая называлась Мазой Кесаревой, согласно Созомену (кн. 5, гл. 4), {PG 67, 1224A.} а также Мазакой; и третья – Филиппова.

23

Употребленный прп. Никодимом глагол (ἀνανεόω) подчеркивает, что привилегии упомянутых кафедр были новыми, но предполагались прежним статусом этих кафедр (что не умаляет их по сравнению с Римом). – Ред.

24

Jos. Flav. De bell. VII, 8. 7 // TLG 0526/004, 375. 1–2.

25

Philo. Legatio ad Gaium // TLG 0018/031, 281. 3.

26

Euseb. Hist. eccl. VI, 10 // PG 20, 541B.

27

Так они по надменности ума называли себя, о чем пишет Евсевий (кн. 6, гл. 43). {PG 20, 616В.}

28

Новат был пресвитером Карфагенской Церкви, а пресвитера Римской Церкви, основавшего раскол новациан, звали Новацианом.

29

Epiph. Adv. haer. 59. 1 // PG 41, 1017В.

30

Euseb. Hist. eccl. VI, 43 // PG 20, 616BC.

31

Руковозложение (χειροθεσία) здесь есть не рукоположение (χειροτονία), как можно подумать, но возложение руки священнослужителя на головы этих еретиков, после чего они должны быть приняты как кающиеся. Правило Карфаг. 50 также требует, чтобы так, через руковозложение (а не через рукоположение), принимались кающиеся. Об истинности моего слова свидетельствует и VII Вселенский собор. Когда при первом его заседании было прочитано это самое правило и возник вопрос, как следует понимать «по возложении рук», святейший Тарасий сказал, что под возложением рук здесь подразумевается благословение, а не рукоположение. Поэтому из настоящего правила духовники должны научиться возлагать руки на головы кающихся, когда читают над ними разрешительную молитву. О том, что таковое возложение рук необходимо в таинстве покаяния определенно говорит и правило Карфаг. 35. Послушай также, что говорят апостолы в своих «Постановлениях» (кн. 2, гл. 18): «Прими совершившего грех, когда он оплачет его... и по возложении рук позволь впредь пребывать среди паствы». {PG 1, 632А.} И еще (там же, гл. 41 и 43): «Как неверного ты принимаешь по совершении над ним крещения, так и грешника по возложении рук как очищенного возврати на духовную пажить. И руковозложение заменяет для него крещение, потому что через возложение рук верующим подавался Дух Святой». {PG 1, 696В, 701A.} Обычай такого руковозложения удержался в новой благодати от ветхозаветных времен, когда и первосвященник через руковозложение принимал жертвы всесожжения, спасения и жертвы за грехи (см. также 1, 3 и 4-ю гл. книги Левит). Еще обрати внимание, что настоящий Собор принял новациан по икономии, как замечает Василий Великий в своем 1-м правиле.

Смотри и толкование II Всел. 7, в котором приводится 39-е правило Эльвирского собора, предписывающее еретиков принимать через руковозложение.

32

Так и I Вселенский собор Мелетию, по исследовании его дела, присудил пребывать в Лике, обладая только именем епископа, и впредь не совершать рукоположения ни в городе, ни в селе (Созомен. Церковная история. Кн. 1, гл. 24; {PG 67, 927А.} Сократ. Кн. 1, гл. 9 {PG 67, 80А.}).

33

Созомен (кн. 4, гл. 15), повествуя о Феликсе и Ливерии, римских епископах, пишет следующее: «Бог так управил (т. е. так, что Феликс умер и остался один Ливерий. – Прп. H.), чтобы не подвергался бесчестию престол Петра из-за того, что им управляют два предстоятеля, поскольку это признак разлада и не соответствует церковному правилу». {Sozom. Hist. eccl. IV, 14 // PG 67, 1153.} А Епифаний в главе о ереси 68 говорит, что Александрия никогда не имела двух епископов. {Epiph. Adv. haer. 68. 7 // PG 42, 196A.} Кроме того, Корнилий Римский, письменно обращаясь к Фабию Антиохийскому, порицает Новата за то, что тот стремился стать и действительно стал епископом Рима, тогда как сам он, Корнилий, был в нем законным епископом. «Разве, – говорит Корнилий, – он не знал, что в одной Церкви должен быть один епископ, а не два?» {Выдержки из упомянутого послания Корнилия Римского к Фабию Антиохийскому содержатся в «Церковной истории» Евсевия Кесарийского. Высказывание Корнилия, по-видимому, приводится на основании этого источника, хотя и неточно (Euseb. Hist. eccl. VI, 43 // PG 20, 621A).}

34

Поскольку непозволительно в селе или небольшом городе, где достаточно и одного только пресвитера, быть епископу, чтобы не подверглось уничижению имя епископа, согласно Сардик. 6, постольку в подобных небольших городах и селах существовали так называемые хорепископы. Хорепископ, по Антиох. 10, был поставляем епископом того города, которому подчинялся и он сам, и его селение. To же правило говорит, что таковой должен поставлять чтецов, иподиаконов и заклинателей, или катехизаторов; но он должен быть извержен, если дерзнет без изволения епископа города рукоположить пресвитера или диакона, даже если сам имеет епископское рукоположение. 8-е правило того же Собора позволяет безупречным хорепископам выдавать мирные, или отпустительные, грамоты тем, кто их требует. Правило Анкир. 13 устанавливает, что без грамоты своего епископа хорепископ не должен рукополагать пресвитеров и диаконов ни в собственном селении, ни в другом городе. А правило Неокесар. 14 гласит, что хорепископы, будучи образом семидесяти апостолов, священнодействуют как сослужители и пользуются честью за то попечение, которое оказывают нищим, распределяя между ними собираемые в церкви средства. Правило VII Всел. 14 называет древним обычаем то, чтобы хорепископы поставляли чтецов с позволения епископа. To же самое устанавливает и 89-е правило Василия Велик., т. е. его послание к хорепископам. Очевидно, что одни из таковых хорепископов были лишь пресвитерами, другие же имели и епископское рукоположение, как это следует из Антиох. 8, 10. Но между епископом и хорепископом есть различие. Так, хорепископ надзирает лишь за одним селением, а епископ – за многими. Первый состоит в подчинении у епископа, а второй – у митрополита. Первый на каждое рукоположение, которое он должен совершить, берет письменное разрешение от епископа, а второй всякое рукоположение совершает самостоятельно. Таким образом, нынешние так называемые хорепископы, поскольку они не исполняют названных действий хорепископа, носят одно только имя, без полномочий.

35

В «Собрании правил» Иоанна Антиохийского вместо «свои грехи» стоит «совершенные ими грехи», что более правильно.

36

Здесь обратим внимание на одно всеобщее положение: все иереи, рукоположенные против правил и недостойно, прежде чем будут извержены Собором, действительно иереи. Ведь, как говорит Златоуст, «не всех Бог рукополагает, но через всех действует, даже если они недостойны, – для спасения народа» (Беседа 2 на Второе послание к Тимофею. Т. 4. C. 337). {Ioan. Chrysost. Hom. in Ep. II ad Tim. 2. 3 // PG 62, 610.} И еще: «Поскольку и через недостойных благодать действует не ради них самих, но ради имеющих получить пользу» (Беседа 11 на Первое послание к фессалоникийцам. Т. 4. C. 216). {Idem. Hom. in Ep. I ad Thessal. 11.2 // PG 62, 463.} И снова: «Ныне же и через недостойных Бог по обыкновению действует, и благодать крещения нисколько не терпит вреда от образа жизни иерея» (Беседа 8 на Первое послание к коринфянам. Т. 3. C. 290). {Idem. Hom. in Ep. I ad Cor. 8. 1 // PG 61, 69.} Кроме того, и в третьей беседе на Послание к колоссянам (т. 4, с. 107) он пространно доказывает это и среди прочего говорит: «Благодать Божия такова, что действует и в недостойном – не ради нас, но ради вас». {Idem. Hom. in Col. 3. 5 // PG 62, 323.} И еще: «Ты презираешь не меня, а священство. Если увидишь меня лишенным его, тогда презирай, тогда и я не решусь приказывать. Но до тех пор, пока мы восседаем на этом престоле, до тех пор, пока имеем председательство, – мы имеем и достоинство, и силу, хотя сами недостойны». {Ibid. // PG 62, 324.} А Симеон Фессалоникийский (ответ 13) говорит: «Ради хиротонии благодать действует в них, будь то архиереи или иереи, во спасение приходящих – и таинства, которые они совершают, суть поистине таинства. Но увы и горе, – прибавляет Симеон там же, – тем, кто либо до хиротонии согрешил, либо после хиротонии оказался недостоин священства. Если они желают покаяться и спастись, пусть совершенно удалятся от святейших действий священства, поскольку ничто другое не поможет им в покаянии, если сначала они не удалятся от священнодействий». {Sym. Thessal. Respons. 10–13 // PG 155, 860C–861A.}

Смотри и свидетельство Златоуста об отказе от сана в образце канонического заявления об отказе, которое приведено в конце этой книги.

37

Заметь, что оставшиеся твердыми в вере во Христа во время гонений вообще назывались устоявшими и разделялись на исповедников и мучеников. Исповедниками назывались подвергшиеся различным истязаниям за исповедание Христа, но оставшиеся в живых, а мучениками – те, кто и умер в темнице или на месте мучений. Те же, которые, напротив, не удержались в вере во Христа, именовались павшими, или потерпевшими поражение, или преступившими, в отличие от устоявших, и разделялись на четыре вида. Первые назывались принесшими жертвы, поскольку они вознесли жертвы идолам или вкусили идоложертвенного. Вторые – покадившими, потому что покадили идолам. Третьи – подписавшимися, так как они представили письменное признание в том, что они не христиане, или купили у эпарха документ, свидетельствующий, что они принесли жертву. И четвертые – предатели, которые из страха перед гонителями выдавали священные христианские книги на сожжение (Адольф Лампе. Церковная история. Кн. 2, гл. 3).

38

Нечестивый Лициний был зятем Константина Великого, мужем его сестры Констанции, занимал второе место после Константина, но впоследствии, будучи охвачен завистью к своему шурину, т. е. Константину, воздвиг и против Бога свирепую вражду. Так, сперва он изгнал из своего дома всех христиан, а потом приказал, чтобы в каждом городе воины-христиане были лишены почестей воинского звания, если не захотят принести жертву идолам (Евсевий Памфил. Церковная история. Кн. 10, гл. 8. {PG 20, 896А–897А.} О жизни Константина. Кн. 1, гл. 54 {PG 20, 968С.}). Но после того как он был убит, благочестивейший Константин издал противоположный закон о том, чтобы христианам, которые прежде были причислены к воинским отрядам, но из-за веры во Христа лишены Лицинием этой чести, было предоставлено (каждому в соответствии с его желанием) или вновь, как прежде, быть царским воином, или, если он не желает этой чести, пользоваться свободой (Евсевий Памфил. О жизни Константина. Кн. 2, гл. 33; {PG 20, 1009C.} Созомен. Церковная история. Кн. 1, гл. 8 {PG 67, 877А.}).

39

В греческом издании ошибочно указано «два года».

40

О слушающих, припадающих и стоящих вместе смотри правило Василия Велик. 75.

41

Сегодняшняя церковная практика в большинстве случаев применяет к отрекшимся икономию в соответствии с чиноположением Мефодия Константинопольского. А именно, если кто-то в детском возрасте был взят в плен и от страха или по неведению отрекся от веры, такой, когда обратится к Церкви, семь дней слушает обычные умилостивительные молитвы, а на восьмой омывается, помазуется святым миром и причащается, пребывая после этого восемь дней в церкви и слушая ежедневно Божественную литургию и прочие службы. Если же кто был совершен возрастом и, подвергшись мучениям, отрекся, такой постится дважды по сорок дней, воздерживаясь от мяса, сыра и яиц, а три дня седмицы (второй, четвертый и шестой) {Т. е. в понедельник, среду и пятницу.} – воздерживаясь и от елея и вина (обрати внимание, что установленный для всех пост в среду и пятницу такому, по человеколюбию и снисхождению, дан в качестве особого правила). Он слушает семь дней те же самые молитвы и также омывается, как и тот, о котором было сказано выше, помазуется и причащается. Если же кто добровольно пошел и отрекся, должен поститься два года точно так же, как постился вышеупомянутый, и совершать коленопреклонения по силе своей, сто или двести. После этого слушает и он умилостивительные молитвы, омывается и принимает все остальное, как и те, о которых говорилось выше (Властарь. Синопсис правил Иоанна Постника; Арменопул. Краткое изложение правил. Разд. 5. Тит. 4). Смотри также в Евхологии это последование и эти молитвы подробнее.

42

PG 67, 1460A.

43

PG 67, 1460B–1461A.

44

Таким образом и духовнику подобает плакать и скорбеть о грехах тех христиан, которые исповедуются ему, однако не во время самой исповеди, но после нее, когда он должен дать им совет. Эти его слезы показывают, что он любит грешников, как отец своих чад, и печалится о них, как Иаков скорбел об Иосифе, Моисей и Иеремия – об израильтянах и как Господь оплакивал Иерусалим. Кроме того, смотри в слове Григория Нисского о покаянии, как он там побуждает духовников скорбеть о грешниках. {В PG это слово помещено среди трудов свт. Астерия Амасийского: Aster. Amas. Hom. 13 // PG 40, 352D–369C.}

45

См. Притч. 26:11.

46

Поэтому божественный Златоуст во 2-м слове о священстве говорит: «Не подобает пастырю соответственно величине грехов накладывать и епитимии, но следует иметь в виду и произволение согрешающих, чтобы, желая зашить разорванное, не разорвать еще больше и, стремясь восставить падшего, не ввергнуть его в более тяжкое падение. Так, немощные по своему произволению, если будут подвергаться епитимиям мало-помалу, смогут освободиться от своих грехов и страстей, пусть и не вполне, но хотя бы отчасти. Если же пастырь сразу назначит таким полностью всю подобающую епитимию, то лишит их и того малого исправления, которое они могли бы обрести». И еще: «Итак, поэтому пастырь должен иметь великое благоразумие и множество очей, чтобы со всех сторон рассматривать расположение души. Ибо бывают как такие, которые не могут вытерпеть сурового наказания, становятся жестоковыйными и, отступая, впадают в отчаяние, так, напротив, и такие, которые, не получив наказания, равного их согрешениям, впадают в небрежение, становятся хуже и получают повод к тому, чтобы грешить еще больше». {Ioan. Chrysost. De sacerd. 2. 4 // PG 48, 635.}

Поэтому и во времена патр. Луки епископ, назначивший епитимию одному воину на весьма краткое время, хотя тот совершил произвольное убийство, и давший ему письменное оправдание, был осужден Собором за оказанное чрезмерное снисхождение. Епископ привел в свидетельство Собору настоящее правило. Однако от Собора он услышал, что хотя архиереям и дано право увеличивать и сокращать канонические епитимии, но не дано права употреблять снисхождение без меры и рассмотрения. Поэтому воина-убийцу Собор подверг епитимии по правилам, а епископа наказал запрещением в архиерейском сане на определенное продолжительное время.

47

Обрати внимание, что в настоящем правиле соблюдаются те два принципа, о которых упоминает Василий Великий в своем 3-м правиле, т. е. обычай и образец, а также акривия и совершенство. Обычай и образец – это три года, определенные для слушания, и десять для припадания, а акривия и совершенство – это слезы, терпение скорбей, благотворение и вообще подлинное и истинное покаяние. И тем, кто возлюбил акривию, оказано снисхождение в том, что они могут не соблюдать время, определенное для припадания; а тем, кто не возлюбил ее, не оказано никакого снисхождения, но предписано соблюсти все эти годы.

Поэтому и божественный Златоуст (Беседа 14 на Второе послание к коринфянам) говорит: «Я спрашиваю не о продолжительности времени, a об исправлении души. Итак, покажи это: если согрешающие пришли в сокрушение, если они переменили свою жизнь, то все совершилось. А когда этого нет, то нет никакой пользы от продолжительной епитимии. Ведь когда мы говорим и про телесные раны, то спрашиваем не о том, была ли рана перевязана много раз, но о том, помогла ли эта перевязка. Итак, если и за короткое время она принесла пользу, то не нужно больше накладывать повязку; а если не принесла, то пусть будет наложена еще, даже и более чем на десять лет – и снята тогда, когда раненый получит пользу от перевязки». {Ioan. Chrysost. Hom. in Ep. II ad Cor. 14. 3 // PG 61, 502.} И в той же самой беседе Златоуст опять говорит, что истинное покаяние отличается не продолжительностью времени, но скорее переменой умонастроения грешника. Поэтому (согласно словам того же самого святого в предисловии к толкованию Евангелия от Иоанна) возможно и за краткий миг времени, если кто-то покается и переменит свою жизнь, улучить человеколюбие и милость Божию. {Idem. Hom. in Ioan. 1. 3 // PG 59, 28.}

А Григорий Богослов в слове на Светы говорит, что тех, которые не каются и не смиряются, нам не следует принимать, а тех, которые каются не как подобает и не показывают покаяния, равного содеянному злу, нужно принимать и назначать им соответствующие их прегрешениям установления о покаянии. Наконец, тех, которые и в самом деле каются столь сильно, что иссыхают от слез, нам следует принимать в общение. {Greg. Nazianz. Or. 39. 19 // PG 36, 358B.}

Из всего сказанного легко вывести разрешение следующего недоумения: почему одни правила назначают епитимии прелюбодею, скотоложцу, мужеложцу, чародею и волхвователю и пр. на большее число лет, а другие – на меньшее? Именно потому, что о покаянии таковых судят не по числу его лет, но по расположению души, и так, в зависимости от большего или меньшего их покаяния, определяют и время епитимии – меньшее или большее. Так и Иоанн Постник, соответственно тому, какой пост, коленопреклонения и другие труды примет на себя совершающий покаяние, сокращает и время положенной ему епитимии.

48

В других кодексах написано так: «Совершенного, последнего и необходимейшего».

49

Дионисий Александрийский в послании к Фабию пишет: «Один верный старец по имени Серапион принес жертву идолам. Затем он тяжко заболел и три дня не мог говорить, а на четвертый день, получив малое облегчение, призвал своего внука и просил его о том, чтобы пришел иерей. Ребенок пошел к пресвитеру, а была ночь. Иерею тоже случилось заболеть так, что он был не в силах прийти. А поскольку я [Дионисий] повелел иереям соглашаться причащать находящихся в смертельной опасности – особенно если они убедительно просят об этом, – чтобы они умирали и отходили из настоящей жизни с благой надеждой, то иерей дал ребенку частицу Пресвятого Хлеба и велел размочить ее и вложить в уста старцу. И когда ребенок сделал так, старец, проглотив немного, тут же предал свой дух» (Евсевий Кесарийский. Церковная история. Кн. 6, гл. 44). {PG 20, 629В–633А.}

Илия, митр. Критский, в письме к некоему монаху Дионисию говорит: «Если в ком-то едва теплится дыхание и он еще не скончался, но пребывает без чувств и не может ничего ни принять, ни съесть, или же каким-либо образом извергает то, что ему вложили в уста, иерею следует с осторожностью запечатлеть его уста и язык прикосновением и помазанием Святых Таин» (Греко-римское право. С. 337).

50

Дионисий Александрийский (как говорит схолия на настоящее правило) в послании к Конону, упоминая о павших во время гонения и перед смертью просящих причаститься, говорит: «То, что иерей разрешит их от их грехов, позволит им причаститься Божественных Таин и они отойдут в ту жизнь разрешенными от грехов и свободными, – есть собственно изображение богоприличного человеколюбия и благости. Ведь они верят, что благодаря этому прощению и причащению получат ослабление и облегчение будущего наказания. A то обстоятельство, что они, если останутся после этого в живых, должны быть связаны вновь, и что те, которые были однажды прощены, стали общниками Божественной благодати и были отпущены ко Господу разрешенными и свободными, вновь должны становиться повинными в грехах, даже если не совершили ничего неуместного, после того как причастились, – это кажется мне непоследовательным и совершенно не оправданным». Если, повторяю, священный Дионисий так и высказался, все же мнение этого Вселенского собора должно предпочесть мнению одного отдельного отца. Потому и мудрейший Фотий совершенно верно заметил: то, что утверждено постановлениями вселенскими и общими, подобает хранить всем. A то, что изложил в частном порядке кто-либо из отцов или определил Поместный собор (т. е., если он при этом не был утвержден Вселенским), для соблюдающих представляет собой благочестивое мнение – но и для тех, кто с этим не согласится, не представляет опасности.

Допустим, согласно божественному Дионисию, что тех, кто по неотложной необходимости сподобился причастия, не следует связывать вновь ради полученного прощения. Но, во-первых, это прощение и причащение было не законным и каноническим, но вынужденным. А во-вторых, никто не может убедить остальных не соблазняться, если они видят, как причащаются Божественных Таин те, кто недостойны и не сотворили никакого плода покаяния.

Приняв во внимание вышеизложенное, Собор постановил, чтобы таковые вновь возвращались к прежнему образу покаяния. Да и сам божественный Дионисий, как бы исправляя себя самого, добавляет: «Впрочем, если окажется, что кто-либо из таковых христоотступников, обретя прежнее здравие, нуждается в большем обращении и покаянии, то мы советуем: пусть он сам смиряется и изнуряет себя – или ради собственной пользы, или ради того, чтобы не быть осужденным другими людьми и не соблазнить их. И если он послушается, получит пользу; если же не послушается, само непослушание послужит для него обвинением к тому, чтобы он вторично был отлучен от Таин и от верных».

Возможно, это мнение принадлежит не Дионисию Александрийскому, а Дионисию Коринфскому. Предполагаю так, поскольку слог этого послания подобен слогу Дионисия Коринфского в его толковании на книгу Иова.

51

У Иоанна Антиохийского в собрании правил: «Относительно павших оглашенных».

52

PG 1, 1081A.

53

PG 1, 1081B–1084B.

54

Об оглашенных говорит священнотаинник Дионисий в «Церковной иерархии», гл. 3: «Оглашенным отведено последнее место, поскольку они непричастны никакому иерархическому совершенству и не посвящены в него». {Dion. Areop. De eccl. hierarch. III, 3. 6 // PG 3, 432D.}

55

Greg. Nazianz. Or. 40. 16 // PG 36, 380В.

56

В «Собрании правил» Иоанна Антиохийского есть слова «или диакона», поскольку выше это правило говорит и о диаконе.

57

Канониками и причисленными к клиру (τῷ κανόνι) называются в особенности клирики, потому что их жизнь, ум и слово устраиваются и направляются по священным канонам, а именно: апостольским, соборным и отеческим (см. 1-е примеч. к Апост. 2). Кроме того, как это видно из многих правил, канониками называются и монахи, и монахини, в отличие от мирян, которые в большинстве своем ведут свою жизнь как придется, т. е. невзирая на правила (ἀκανονίστως) и нерадиво.

58

См. Пс. 14:1.

59

Об этом сотенном росте упоминает и божественный Златоуст (Беседа 56 на Евангелие от Матфея): «Один (человек, имеющий долг. – Прп. Н.) едва отдает сотенный рост, Другой же (Бог. – Прп. Н.) воздает во сто крат и жизнь вечную». {Ioan. Chrysost. Hom. in Matth. 56. 5 // PG 58, 556.}

60

Поэтому и Симеон Фессалоникийский говорит: «Диаконы не должны приносить частицы, но все диаконы делают это через пресвитеров». И еще: «Ибо дара совершать приношение Богу они [диаконы] не имеют, ведь они суть диаконы и обладают только служебным достоинством. В самом деле, если им нельзя облечься в священную одежду без благословения архиерея или иерея и нельзя начать никакого священнодействия без пресвитера, то как они сами станут совершать проскомидию?» {Sym. Thessal. De sacra liturg. 96 // PG 155, 289BC.} И божественный Епифаний в главе о 79-й ереси говорит то же самое: «Ведь диаконам в церковном чине вверено не совершение какого-либо таинства, но лишь служение при совершаемом». {Epiph. Adv. haer. 79. 4 // PG 42, 745A.} И в «Апостольских постановлениях» (кн. 8, гл. 46) сказано: «Диакону не позволено приносить жертву, или крестить, или совершать благословение, малое или великое». {PG 1, 1153A.}

61

Поэтому должно считать недействительным письменное постановление императора Алексея Комнина, которое определяет, что хартофилакс Великой церкви, будучи диаконом, в собраниях (за исключением Собора) садится выше не только иереев, но и самих архиереев. Это постановление обосновывает отмену данных соборных правил не чем иным, как удержавшимся долговременным обычаем. Однако это не является достаточным основанием: скорее напротив, должны побеждать правила, а не обычай, противный правилам. Хотя обычай имеет силу неписаного закона, а в гражданских делах давний обычай даже получает силу закона, однако не во всем подряд, но там, где нет писаного закона и где это не противоречит писаному закону или правилу. Так считает и сам Вальсамон, хотя он и одобряет (поскольку сам был хартофилаксом) неуместное решение императора. И в соответствии с 4-м постановлением 3-го тит. 1-й кн. «Дигест», которое есть 41-я гл. 1-го тит. 2-й кн. «Василик», 6-я новелла Льва Мудрого также определяет, что не должен иметь силы неписаный обычай, запрещаемый правилами.

Прочти еще примеч. к Апост. 39 и Сардик. 1.

Насколько же взволновало архиереев того времени своей неуместностью такое императорское повеление, узнает тот, кто прочтет его в толковании Вальсамона на данное правило.

62

Павел происходил из Самосаты Месопотамской, находящейся близ реки Евфрат, и поэтому именовался Самосатским (а не потому, что был епископом Самосаты, как утверждал Вальсамон и др.). Он был сыном манихейки по имени Каллиника, как говорят Кедрин, Властарь и Вальсамон. После смерти Димитриана Антиохийского в 260 г. по Рождестве Христовом он стал антиохийским епископом, как говорит Евсевий (Церковная история. Кн. 7, гл. 27). {PG 20, 705В.} Павел не только зломудрствовал о таинстве богословия, например, когда говорил, что Бог один, но один не потому, что Отец – источник Божества, а потому, что сам Павел уничтожал Ипостаси Сына и Святого Духа, подобно Савеллию, и славил Бога как одно Лицо с Его Логосом, как и человек един со своим словом. В этом Павел нисколько не отличался от иудеев (по божественному Епифанию гл. о ереси 65), {Epiph. Adv. haer. 65. 2 // PG 42, 13C.} но более того, он также кощунствовал о домостроительстве воплощения, как свидетельствует Феодорит (диалог 2). {Theod. Cyr. Eranist. 2 // PG 83, 113D–116A.} Артемон и Феодосий, Савеллий и Маркелл, Фотин и Павел Самосатский проповедовали, что Христос только человек, и отрицали Его предвечное Божество.

B 272 г. собравшийся в Антиохии Поместный собор низложил Павла и анафематствовал. Соборное послание этого Собора находится у Евсевия в той же книге. Оно говорит, что Павел утверждал, будто Сын Божий не сошел с небес, но начал Свое бытие на земле от Марии. {Euseb. Hist. eccl. VII, 30 // PG 20, 709A–717A.} Обрати также внимание на то, что Кедрин, Властарь и Вальсамон говорят, что манихеи через несколько лет после Павла были переименованы по его имени в павликиан.

Смотри и предисловие к правилам Дионисия Александрийского, a также и с. 155 «Догматического всеоружия», где написано, что павликиане происходят от манихеев, вместо павлоиоан называясь на более варварский лад – павликианами. {Euth. Zigab. Panopl. dogm. 24 // PG 130, 1189D.}

63

«Иное – обвинение (ἔγκλημα), и иное – упрек (μέμψις), – говорит божественный Златоуст во 2-м слове на Иова. Обвинение касается тяжелейших грехов, а упрек – легчайших прегрешений. Тот, кто не повинен ни в том ни в другом, называется свободным от обвинений (ἀνέγκλητος). Поэтому тот, которого никто не может обвинить в прелюбодеянии или убийстве, свободен от обвинений. А такой, которого порицают как дерзкого, или клеветника, или обидчика, или пьяницу, хотя и свободен от обвинений, однако заслуживает упрека. Из этого следует, что Иов безупречен (ἄμεπτος), поскольку удалялся и от самых малых согрешений. Вот почему и Аврааму Бог говорит: Благоугождай предо Мною и будь безупречен (Быт. 17:1). И апостол, желая поставить пастырей вселенной, говорит Титу (поскольку в то время редко встречалась красота добродетели): Поставь епископов, как я тебе приказывал: если кто свободен от обвинений {См. Тит. 1:5–6.} (ἀνέγκλητος). {Поскольку при толковании терминов, употребляющихся в этом правиле, прп. Никодим основывается непосредственно на значении греческих слов, здесь и ниже в этом примечании цитаты из Священного Писания приведены в дословном переводе.} Понятие „безупречный“ не имело тогда места... великое дело – безупречность, a свобода от обвинений находится посредине: и малое добро велико в злых... Апостол сказал так не потому, что установил это как закон, но потому, что снизошел к заблуждению. Ибо он знал, что когда процветет благочестие, природа сама по себе начнет предпочитать благо и будет избрано лучшее». {Ioan. Chrysost. In Job 2. 2 // PG 56, 569.}

Обрати внимание, что и это правило, согласно с рассуждениями Златоуста, требует от желающих принять священство, чтобы они были не только свободны от обвинений, но и безупречны, ибо со времен Павла благочестие процвело. Однако еще и во время Павла понятие «безупречный» все же имело место, поскольку сам Павел как в Послании к Титу, так и в Послании к Тимофею пишет: Епископ должен быть непорочен (ἀνεπίληπτον) (1 Тим. 3:2). А непорочность эта почти совершенно не отличается от безупречности, как и сам Златоуст говорит в толковании: «Сказав непорочен он назвал всякую добродетель... следовательно, когда кого-то уязвляет совесть за то, что сотворил какие-либо грехи, нехорошо, если он желает епископства и священства, недостойным которого он сам себя сделал своими поступками».{Ioan. Chrysost. Hom. in Ep. I ad Tim. 10. 1 // PG 62, 547.}

Именно непорочности требует от иереев как настоящее правило, так и 9-е правило этого же Собора. А если требует от простых иереев, то насколько более от архиереев?

64

Обрати внимание: ясно, что диакониссу рукополагали в более зрелом возрасте, чем пресвитера и диакона (по VI Всел. 14), и что она исполняет определенное служение (IV Всел. 15), однако из «Апостольских постановлений» явствует, что она не совершала, как диакон, служение Божественных Таин в алтаре, но несла служение вне алтаря. Ибо «Постановления» говорят (кн. 3, гл. 9): «Если мы не позволяем женщинам учить в церкви (потому что учить жене не позволяю, – ясно говорит ап. Павел (1 Тим. 2:12)), то как позволить им священнодействовать? Поставлять священниц при богинях есть заблуждение эллинского безбожия, а не Христово законоположение».{PG l, 781B–785A.}

Итак, диаконисса рукополагалась (Там же. Гл. 15 и 16), во-первых, для просвещаемых, т. е. крещаемых, женщин: после того, как епископ святым елеем помазывал крещаемым главу, а диакон только чело, подходила диаконисса и помазывала все тело, ибо неприлично мужчинам видеть нагое женское тело. Во-вторых, для прочих служений женщинам: {PG 1, 796A–797B.} поскольку в те дома, где жены жили вместе с неверующими мужьями, из-за дурных подозрений неприлично было посылать диакона-мужчину, то посылалась женщина-диаконисса, согласно кн. 3, гл. 15. Диаконисса охраняла двери церкви, чтобы не вошла какая-либо оглашенная или неверующая женщина (кн. 2, гл. 57). {PG 1, 732A.} Она испытывала тех женщин, которые с представительными грамотами приходили из одного города в другой: являются ли они православными христианками или осквернены какой-либо ересью, замужние они или вдовицы, – и после испытания, сообразно с обстоятельствами и положением каждой, назначала им место для стояния в церкви. Еще от диакониссы требовалось служить тем вдовицам, которые были занесены в церковный список. Она приносила им милостыню, поданную христианами, а также занималась и другими служениями (кн. 3, гл. 14 и 19). {PG 1, 792А, 801А.}

Но прежде всего хиротонию она получала затем, чтобы, согласно кн. 8, гл. 20 и 28, охранять святые врата и ради целомудрия и благоприличия служить пресвитерам при крещении женщин. Там написано: «Диаконисса не благословляет и не совершает ничего из того, что совершают пресвитеры и диаконы». {PG 1, 1117A, 1125A.}

Епифаний также говорит о диакониссах (гл. о ереси 79): «Только церковный чин диаконисс имел нужду в женщинах, и их называли вдовицами, а старейших из них – старицами, но ни в коей мере им не было предписано становиться пресвитершами или священницами. Ведь и диакону в церковном чине не доверено совершать какое-либо таинство: ему можно только служить при таинствах, которые совершают иереи». {Epiph. Adv. haer. 79. 4 // PG 42, 745A.} И еще: «Чин диаконисс в Церкви существует не ради того, чтобы они священнодействовали и брали на себя отпущение грехов, но ради охранения чести женского пола, например, во время крещения, или при посещении в страдании и болезни, или в тех случаях, когда по необходимости женское тело обнажается – чтобы только диаконисса видела его, а не священнодействующие мужи». {Ibid. 79. 3 // PG 42, 744D.}

Правда, и Вальсамон отвечает на 35-й вопрос Марка Александрийского, что диакониссы имели степень служения в алтаре, но месячные очищения сделали их степень и служение чуждыми алтарю. Однако же сам он, в свою очередь, в том же ответе говорит, что в Константинополе диакониссы назначались не для какого-либо участия в делах служения в алтаре, но для того, чтобы исполнять многочисленные церковные служения и согласно с церковными порядками наставлять женщин.

Климент Александрийский говорит в «Строматах» (кн. 3), что апостолы брали с собой на проповедь жен как сестер и сослужительниц ради тех женщин, которые не выходили из дома. И через этих помощниц учение Господне входило в женские покои, т. е. на женскую половину дома. {Clem. Alex. Strom. III, 6. 53 // PG 8, 1157A.}

В некоторых книгах находятся сведения о том, как происходила хиротесия диакониссы: она преклоняла голову, и архиерей, возлагая на нее руку, трижды осенял ее крестным знамением и прочитывал над ней молитвы.

O диакониссах пишет ап. Павел в Первом послании к Тимофею: Равно и жены их должны быть честны, не клеветницы, трезвы, верны во всем. {1Тим. 3:11.}

Заметь, что, хотя диакониссы отличались и от вдовиц, и от стариц, несмотря на все это диакониссы избирались и из чина вдовиц, причисленных к Церкви. Прочти также примеч. 2 к VI Всел. 40 и примеч. к Лаодик. 11. Если же любознательному угодно будет узнать, каким образом рукополагались таковые диакониссы, пусть отыщет более подробные сведения об этом у Властаря. Он говорит: в древних книгах написано, что их рукополагали в возрасте сорока лет и они имели полное монашеское одеяние (т. е. великую схиму). Их покрывали омофором так, что концы его свешивались вперед. Когда же архиерей произносил над ними: «Божественная благодать...», они преклоняли не колено, как диаконы, а только главу. Потом архиерей, сняв омофор, возлагал им на шею диаконский орарь так, чтобы оба его конца находились впереди. Впрочем, им не дозволялось служить при совершении таинств или держать рипиду, как диаконам, но можно было лишь причащаться после диаконов. После того как архиерей заканчивал причащать всех остальных, они брали чашу из его рук и ставили на святую трапезу, но никого не причащали. Властарь добавляет от себя, что позднее отцы возбранили им даже входить в алтарь и совершать подобные служения из-за месячных очищений, как сказал выше и Вальсамон.

65

Подразумевается пение гимна «Свете Тихий».

66

Василий Великий (это слова Властаря) превосходнее всех сложил умилостивительные молитвы, которые возглашаются в день Пятидесятницы в воспоминание сошествия Святого Духа, и увещевал народ выслушивать их в рабском положении тела, коленопреклоненно, чтобы этим положением тела они исповедовали естественную власть Святого Духа; а еще чтобы они и этим свидетельствовали, что единосущен Сыну Дух Святой, пред Которым преклоняется всякое колено, по апостолу. {Рим. 14:11.} Но составив эти молитвы, он рассудил, что не нужно их читать в третий час дня, в который сошел на апостолов Дух Святой. И это потому, что не подобало ему, истолкователю и таиннику сокровенных таинств Святого Духа, упразднить старшинство и преимущество дня Господня, связанные с великими Таинствами и предметами, – те самые старшинство и преимущество, которые прежде он сам утвердил (я говорю о его постановлении не преклонять колена в день Господень). Поэтому, чтобы не происходило этих неуместных вещей, Василий Великий определил, чтобы эти молитвы читались с коленопреклонениями в вечер Пятидесятницы, в который завершается день Господень и Пятидесятница и полагается начало понедельнику, поскольку каждый следующий день начинается после седьмого часа дня предшествующего – и по принятому у астрономов, и по государственным законам.

Поэтому те, кто читают упомянутые молитвы утром, поступают дурно, грешно и вопреки правилам. Но и те, которые в самый день Пятидесятницы, светоносный и носящий имя Господнего, остаются без пищи и постятся до вечернего слушания этих молитв, на самом деле суеверны и поступают нехорошо. Ведь, согласно божественному Златоусту, нет никакого препятствия человеку, после того как он насладился трапезой телесной, прийти и на духовную трапезу слова и молитв (Беседа 10 о статуях и слово 2 после календ). {Ioan. Chrysost. Ad popul. Antioch. 10. 1 // PG 49, 111; De Lazaro 1. 9 // PG 48, 974.} Тому же он учит и в толковании 10-го стиха 8-й гл. Второзакония, в котором говорится: И будешь есть, и насытишься, и благословишь Господа Бога твоего (Цепь толковников. Т. 1. С. 1463).

He вызовет ли недоумения то, что ап. Павел коленопреклоненно молился в дни Пятидесятницы? А именно, в 20-й гл. Деяний написано, что Павел миновал Эфес, иначе говоря, по пути пожелал увидеть эфесян, поскольку спешил оказаться в Иерусалиме в день Пятидесятницы (Деян. 20:16), а после этого прибавляется: Сказав это, он [Павел] преклонил колени свои и со всеми ими помолился. {Деян. 20:36.} И вновь в следующей 21-й гл. пишет тот же Лука: придя в Тир, на берегу, преклонив колени, помолились. {Деян. 21:5.} Однако разрешить этот вопрос легко: устройство Церкви тогда еще не было упорядочено и находилось как бы во младенчестве, потому что тогда только закладывались самые основания и в Церкви еще не утвердились ни совершенство, ни полная акривия.

Обрати внимание на то, что настоящее правило не говорит о тех коленопреклонениях, которые мы обычно называем великими поклонами и которые в собственном смысле называются припаданиями (такие поклоны, когда они совершаются, например, ради целования святых икон, а главным образом – ради Страшных Таин, не запрещаются в воскресенье и в течение всей Пятидесятницы ни 10-м правилом Никифора, ни священными песнопениями, в которых иногда говорится: «Тебе припадаем, воскресшему из гроба», иногда: «Приидите, поклонимся и припадем Христу воскресшему» и т. п.). Я сказал, что Никифор не запрещает коленопреклонения, совершаемые ради целования святынь, поскольку обычные коленопреклонения запрещает и он в том же самом правиле, говоря дословно так: «Ради целования должно преклонять колена и в воскресенье, однако обычных коленопреклонений совершать не должно», как написано во многих рукописных кодексах. Запрещает их и божественный Исаия: в послании к Феодоре он говорит, что если она совершает коленопреклонения в воскресенье и Пятидесятницу, то подлежит тягчайшему наказанию. И свв. Каллист и Игнатий Ксанфопулы также запрещают их, по некоторым, как они говорят, таинственным и неизреченным причинам. {Callist. et Ign. Xanthopul. Op. ascet. 39 // PG 147, 712.} Уставы возбраняют эти великие поклоны в воскресенье, в субботы и во время всей Пятидесятницы. А причина этому – то, что упомянутые припадания содержатся и в запрещенном правилами коленопреклонении.

Итак, правило говорит не об обычных великих коленопреклонениях, а о таких, во время которых мы молимся, преклонив колена и распростершись ниц, т. е. о коленопреклонениях такого рода, которые мы совершаем вечером святой Пятидесятницы. Отсюда вытекает следующее: молиться коленопреклонно – обычай не латинский или языческий, но евангельский и церковный. Евангельский, потому что и Господь таким образом молился, ибо преклонив колена, – говорит Писание, – молился (Лк. 22:41). Апостольский, потому что и Павел так совершил молитву, о чем мы сказали выше. И еще: Для сего преклоняю колени мои пред Отцем Господа нашего Иисуса Христа (Еф. 3:14). А в особенности так молился Иаков, брат Божий, у которого, как пишет Метафраст и др., колена из-за частых коленопреклонений распухли, как у верблюда. {Sym. Metaph. Vita s. Jacobi, fratris Domini 1. 2 // PG 115, 201A.} И вместе апостолы в своих постановлениях (кн. 8, гл. 9 и 15) говорят, что верные, преклоняя колена, молились Богу во время литургии. {PG 1, 1085В, 1112C–1113A.} Этот обычай также и церковный, потому что VI Вселенский собор в 90-м правиле говорит, что вечером в воскресенье мы приносим молитвы Богу, преклоняя колена.

Поэтому и Великий Василий (в слове, начало которого – «Человек по образу...») пишет, что время молитвы было разделено на семь промежутков для того, чтобы давалось и некоторое отдохновение в напряженном совершении коленопреклонений во время молитвы? {Basil. Magn. Sermo asceticus 2. 4 // PG 31, 877AC.} – как и многие из преподобных пустынников были найдены предавшими свой дух стоя на коленях. Евсевий также пишет, что во времена Марка Аврелия воины-христиане совершали молитвы, преклоняя колена на землю, по свойственному христианам молитвенному обычаю (Церковная история. Кн. 5, гл. 5). {PG 20, 441A.} Однако не всегда следует молиться коленопреклоненно, но должно творить молитву и стоя, согласно как настоящему правилу, так и Евангелию, которое говорит: Когда стоите на молитве (Мк. 11:25).

Нам стоит добавить к настоящему примечанию еще и следующее: поскольку суббота – день, в который Бог упокоился от дел творения, день смерти и положения во гроб, потому что в этот день и Господь был погребен и положен во гроб, то в субботу совершается и поминовение лежащих во гробе. Поскольку же это день упокоения, то начиная с субботы прекращаются коленопреклонения, потому что они суть некоторый труд, как показывают уставы, постановляющие в Четыредесятницу с вечера каждой пятницы оставлять коленопреклонения, о чем также свидетельствуют божественные Каллист и Игнатий Ксанфопулы в «Добротолюбии». Но поскольку это день, имеющий отношение к смерти и погребению, а не к воскресению, постольку и это правило I Всел. 20, и правило VI Всел. 90 не возбранили совершать коленопреклонения в субботу, ибо они изображают падение на землю и впадение в смерть, по упомянутому 91-му правилу Василия. 2-е правило Николая также говорит, что преклонять в субботу колена не возбраняется правилами. Следовательно, совершающие коленопреклонения в субботу не согрешают.

Итак, соборные правила не противоречат уставам, ибо они вынесли различные определения о субботних коленопреклонениях: правила так, уставы иначе – из-за того что имели в виду разные значения этого дня. А почему коленопреклонения уже прекращены в Восточной Церкви, смотри в примеч. к VI Всел. 90.

Прочти также следующее примечание. {7}

67

Just. Martyr. Respons. ad orthodox. 115 // PG 6, 1364B–1365A.

68

Epiph. De fide 22 // PG 42, 828A.

69

Примечание к концу согласования 20-го правила I Вселенского собора, опущенное во втором издании.

To, что в среду и пятницу Пятидесятницы полагается пост на рыбу и существует разрешение только на елей и вино, явствует из соборного Устава и Цветной Триоди, преподающих соборное общее учение православных относительно таковых обычаев. Поскольку эти источники дают указание о разрешении на рыбу в среду Преполовения Пятидесятницы и отдания праздника Воскресения, то совершенно очевидно, что об употреблении рыбы определенно сказано не для того, чтобы возбранить употребление мяса в эти дни (ибо никогда Церковь не дозволяла подобного мясоядения, поскольку и законные постановления, содержащиеся в Уставе, и Иоанн Китрский в своих вопросоответах не допускают мясоядения в эти дни), но для того, чтобы из этого предписания мы поняли, что в другие среды и пятницы не бывает разрешения на рыбу, но бывает только в эти, ради праздничного времени. Если же патриарх Николай и законные постановления говорят об этом иначе, то в подобных вопросах соборное законоположение Церкви составляют не их рассуждения, а уставы святых.

Смотри также указания в конце Типикона, где написано, что лавры и особножительствующие в Пятидесятницу и Святки должны разрешать только на вино и елей.

70

Внимания достойны обстоятельства, при которых проходил настоящий Собор, поскольку они отменяют вымышленную привилегию нынешних Римских пап: будто бы Вселенские соборы по праву собирают папы. И в самом деле, настоящий Вселенский собор не только не был собран папой Дамасом, но папа даже и не участвовал в нем – ни сам лично, ни в лице местоблюстителей, ни через обычное соборное послание. Однако, несмотря на все это, все западные и тогда признали, и сейчас признают этот Собор действительно Вселенским.

71

О каждой из этих ересей смотри в примеч. к 1-му правилу настоящего Собора.

72

Дело в том, что ариане, а также полуариане и духоборцы изменили древнее и обычное для Церкви славословие Святой Троицы. Нечестивцы вместо «Слава Отцу и Сыну и Святому Духу» стали говорить «Слава Отцу через Сына во Святом Духе», дабы различием предлогов ввести различие сущности, порядка и чести богоначальных Лиц единосущной и единочестной Троицы. Оскопивший себя Леонтий Антиохийский, видя, что православные прибавляют к «Сыну» союз «и», а ариане – предлог «через» и предлог «во» к «Святому Духу», обходил молчанием начало и середину славословия и возглашал лишь конец, т. е. «...и во веки веков» (Синодикон. Т. 1. C. 247). {См. также: Theod. Cyr. Hist. eccl. II, 19 // PG 82, 1057C–1060A.} При императоре же Анастасии Дикоре, когда Тразамунд, предводитель вандалов-ариан, закрыл в Африке православные церкви, а сто двадцать епископов сослал на остров Сардинию, один арианин по имени Варвар (a по другим источникам, Варваром звали того, кто собирался принять крещение), намереваясь окрестить кого-то, сказал: «Крещается такой-то во имя Отца через Сына во Святом Духе» – и (о чудо!) купель тотчас же совершенно высохла (Досифей. Двенадцатикнижие. С. 446).

73

Многие, превратно поняв слова Откровения (Откр. 20:3–7) о том, что сатана был заключен и связан тысячу лет и что праведные, имеющие участие в первом воскресении, воцарились со Христом на тысячу лет, вообразили, будто бы после второго пришествия и общего суда праведные будут царствовать здесь на земле тысячу (χίλια) лет со Христом, а затем взойдут на небеса. За это они и были названы хилиастами (χιλιασταί).

Было две разновидности хилиастов. Одни из них говорили, что в течение той тысячи лет они будут наслаждаться всяким наслаждением и телесным удовольствием (в I в. это были последователи Керинфа, ученика Симона, а во II в. – маркиониты). Иные же говорили, что они будут наслаждаться не чувственными удовольствиями, но скорее мысленными, подобающими людям разумным; родоначальником их был Папий Иерапольский (Евсевий. Церковная история. Кн. 3, гл. 39) {PG 20, 300А.} и др. Упомянутый Аполлинарий был хилиастом первой разновидности, как явствует из слов Василия Великого (письмо 232), {Basil. Magn. Ep. 263 (74). 4 // PG 32, 980C.} Григория Богослова (письмо 51) {Greg. Nazianz. Ep. 102 (51) // PG 37, 197C.} и Иеронима (кн. 18 на Исаию). {Hieronym. Stridon. In Is. 18 // PL 24, 627C.}

Для того чтобы опровергнуть эту ересь, настоящий Собор добавил к Никейскому Символу следующее выражение, заимствовав его из слов архангела Гавриила, обращенных к Деве: и Царствию Его не будет конца. {Лк. 1:33.}

Тысячи лет, о которой говорит Иоанн, не будет после второго Христова пришествия, и Царствие Господа не ограничено во времени, оно не пища и питие, как сказал Павел. {Рим. 14:17.} Богословы понимают под тысячей лет промежуток времени от первого пришествия Христова до второго. В это время сатана и был связан, по слову Господа: Ныне суд миру сему, ныне князь мира сего изгнан будет вон (Ин. 12:31), в это же время произошло первое воскресение в оправдание душ, благодаря умерщвлению неверия и порока. Об этом воскресении Христос сказал: Слушающий слова Мои и верующий в Пославшего Меня перешел от смерти в жизнь, {Ин. 5:24.} и апостол говорит: Итак, если вы воскресли со Христом, о горнем помышляйте (Кол. 3:1–2). И следовательно, в это время и наступило Царствие праведных со Христом, которое заключается в их единении с Ним через Дух, в созерцании Его Божественного просвещения и в наслаждении. Об этом Царствии сказал Господь: He вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие (Мк. 9:1).

74

Собор изложил и дополнил Символ рукою Григория Нисского (как говорит Никифор Каллист {Niceph. Callist. Hist. eccl. XII, 13 // PG 146, 784B.} и др.), а как говорит Досифей (Двенадцатикнижие. С. 1628), – это было сделано рукою Григория Богослова. Именно он по внушению Святого Духа прогремел, словно гром небесный, своим богословием на Соборе: «Если Бог, то не тварь, ибо тварность свойственна нам, а мы не боги. Если же тварь, то не Бог, потому что имеет начало во времени. А что началось, того прежде не было. Чему предшествовало небытие, то́ не собственно сущее. А что не собственно сущее – то разве Бог? Итак, ни Одно из Трех не есть тварь» – и пр. (прощальное слово). {Greg. Nazianz. Or. 42. 17 // PG 36, 477C.}

75

Я сказал, что этот Собор анафематствовал всякую ересь, возникшую при Констанции, Юлиане и Валенте, поскольку Констанций хотя и признавал вечность Сына и Святого Духа, но, соблазнившись однажды тем, что слово «единосущный» служит причиной раздора, ибо его нет в Писаниях, начал непримиримую войну против тех, кто так мыслил. Так, он отправлял их в ссылки, лишал имущества и уничижал, собирал различные Соборы на Западе и Востоке против «единосущия». Он окружал вниманием и возводил на великие кафедры епископов-еретиков, которые рукополагали своих клириков. Затем Юлиан сделал столько, сколько не делали прежде него бывшие императоры и гонители. Наконец, Валент не только совершил все то, что и Констанций, но и, будучи арианином, воздвиг против Церкви гонение более сильное, чем гонение язычников, так что его единомышленник Лукий Александрийский избивал, убивал, отправлял в ссылку и лишал имущества даже самих пустынников-аскетов. He только ариане, но и прочие еретики, и язычники, и иудеи пользовались в их время свободой, православные же подвергались преследованиям. Эти три императора продолжали преследовать Церковь в течение сорока лет, пока не осталось лишь несколько православных святых, которые обличали ереси. Они-то, воспользовавшись благоприятным временем, и собрались на этот Вселенский собор в царствование Феодосия Великого.

76

Отметь, что приверженцы Ария после I Никейского собора разделились на три толка, согласно Епифанию (гл. о 73-й и 74-й ереси), и одни из них назывались аномеями, так как говорили, что Сын ни в чем не подобен (κατὰ πάντα ἀνόμοιος) Отцу. {Epiph. Adv. haer. 73. 23; 74. 2 // PG 42, 445А, 473C.} Главою их стал некий галатиец Евномий, который был епископом Кизическим. Переходивших в его злославие он перекрещивал, погружая их лишь единожды – вверх ногами и вниз головой. {Ibid. 76. 6 // PG 42, 637C.} Кроме того, он пустословил (а вместе с ним и Аэций), что наказание и геенна в действительности не существуют, но ими грозят только ради устрашения. Евномиане назывались также евдоксианами – от единомышленника Евномия Евдоксия, который был патриархом Константинопольским и рукоположил Евномия во епископа Кизического.

77

Другие назывались полуарианами, поскольку переняли Ариеву ересь наполовину. Они говорили, что Сын подобен по всему (ὅμοιος κατὰ πάντα) и подобосущен (ὁμοιούσιος) Отцу, а слово «единосущный» (ὁμοούσιος) не хотели признать, несмотря на то что оно более древнее и его употребляли древние отцы еще прежде I Вселенского собора (см. предисловие к I Всел.). Главой полуариан был Василий Анкирский. Будучи одним из этой партии полуариан, Македоний (которого осудил настоящий II Вселенский собор) ополчился и против Божества Святого Духа, отчего приверженцы его были прозваны духоборцами.

Третьи не называли Сына ни подобным, ни неподобным, занимая среднее положение между арианами и полуарианами.

78

Савеллий, родом из Ливии, еп. Птолемаиды Пентапольской, восприняв ересь Ноэта Смирнского (по Феодориту {Theod. Cyr. Haer. fab. III, 3 // PG 83, 404B.} и Епифанию {В действительности Епифаний Кипрский пишет, что Ноэт был из города Эфеса. Cм.: Epiph. Adv. haer. 57. 1 // PG 41, 996A.}) или Эфесского (по Августину), настолько широко распространил ее, что те, которые несли этот вздор, стали называться не ноэтианами, а савеллианами, по его имени. Он говорил, что Отец, Сын и Святой Дух – это три наименования одного и того же Лица и смотря по различию действий Оно именуется то Отцом, то Сыном, то Духом.

79

Маркелл был из Анкиры. Он перенял ересь Савеллия и не только называл Христа простым человеком, но и пустословил, согласно Евсевию (О церковном богословии. Кн. 3), {Euseb. De eccl. theol. III, 10, 17 // PG 24, 1020BC, 1037BC.} будто после второго пришествия и Суда тело Господа будет сброшено и обратится в не-сущее и, следовательно, Царствие Его должно иметь конец.

80

Фотин, происходивший из Сирмия и бывший епископом Сирмийским, мудрствовал одинаково с Павлом Самосатским. Он не исповедовал Святую Троицу; Бога, Творца всего, именовал только Духом, а Слово лишь словом произносимым (προφορικός), как бы неким механическим орудием, и о Христе говорил, будто Он не Бог, но простой человек, который принял в себя то самое произносимое слово Божие и получил бытие от Марии (см. об этом: Созомен. Церковная история. Кн. 4, гл. 6; {PG 67, 1120AB.} а также Лаодик. 7).

81

Аполлинарий, бывший епископом в Лаодикии Сирийской, перенял ересь Ария, который говорил кроме всего прочего еще и то, будто Слово в теле Христа было вместо души (по словам Афанасия {Athanas. Alex. Contra Apoll. II, 3 // PG 26, 1136D–1137A.} и Епифания {Epiph. Adv. haer. 69. 19 // PG 42, 232B.}). В одно время Аполлинарий говорил, что Слово восприняло тело без души, а в другое время, стыдясь своего невежества, – что Оно восприняло душу, однако не имеющую ума и бессловесную, и тем самым отделял вслед за платониками душу от ума. Он же заявлял, что нам не должно воздавать поклонение человеку богоносцу, в опровержение чего Григорий Богослов говорил, что «должно поклоняться не плоти богоносной, но Богу человеконосцу» (Григорий Богослов. Второе послание к Кледонию). {Greg. Nazianz. Ep. 102 (51) // PG 37, 200B.} Неправильно поняв изречение второй человек с неба, {1 Kop. 15:47.} Аполлинарий пустословил еще, будто Христос имел плоть от века и, следовательно, не мог принять плоть от Девы, как свидетельствует в одном послании Василий Великий. {Basil. Magn. Ep. 261. 2 // PG 32, 969B.}

82

PG 67, 580А.

83

Theod. Cyr. Hist. eccl. IV, 12 // PG 82, 1147C.

84

Отметь, что хотя Сократ в 5-й кн., 8-й гл. утверждает, что II Вселенский собор настоящим правилом разделил Церкви между патриархами, {PG 67, 577С–580А.} однако Созомен, как бы толкуя слова Сократа о патриархах, говорит, что этот Собор посчитал разумным, чтобы вера Никейских отцов была передана всем Церквам через епископов, находящихся в общении и единомыслии с Нектарием Константинопольским и Тимофеем Александрийским. {Sozom. Hist. eccl. VII, 9 // PG 67, 1437A.} Итак, тех, кого Сократ назвал патриархами, Созомен именовал «находящимися в общении», следовательно, этим он сказал, что они названы патриархами в несобственном смысле, вместо экзархов. {Термин «экзарх» (ἔξαρχος) до VI в. означал первенствующего епископа в гражданском диоцезе и применялся как к митрополитам, так и к патриархам. Нынешний статус экзарха гораздо ниже: в современном понимании экзарх – предстоятель Поместной Церкви. Подробнее о том, как прп. Никодим понимает титул «экзарх» сказано в примеч. 1 к IV Всел. 9.}

85

АСО // TLG 5000/003. 2. 1. 3, 118. 5–7.

86

Отметь: оттого что нечестивый Диоскор нарушил настоящее правило и на Эфесском разбойничьем соборе поместил св. Флавиана Константинопольского на пятом месте, Евсевий Дорилейский отправился в Рим и в присутствии константинопольских клириков прочел это правило святейшему папе Римскому Льву, который тоже признал его.

87

Максим был египтянином, по роду деятельности философом-киником (киники (κυνικοί) получили такое название за то, что они были наглыми и бесстыдными, как собаки (κύνες)). В Константинополе он вступил в дружеские отношения с Григорием Богословом, который его огласил, крестил и, более того, причислил к клиру, поскольку он был защитником «единосущия». Но впоследствии Максим, покусившись на Константинопольский престол, послал деньги Петру Александрийскому, а тот отправил неких людей, которые и рукоположили его во епископа Константинопольского в доме одного флейтиста, по словам ученика Григория Богослова Григория, написавшего его житие. {Greg. Presb. Vita Greg. Theologi // PG 35, 280C–281B.} Как говорят Феодорит (кн. 5, гл. 8) {PG 82, 1209B–1212A.} и Созомен (кн. 7, гл. 9) {PG 67, 1436C–1437A.}, египетские епископы вместе с Тимофеем Александрийским, придя в Византию, втайне совершили хиротонию и поставили Максима епископом Константинопольским, но Собор, узнав об этой нелепости, изверг его из сана, a совершенные им хиротонии объявил недействительными. А поскольку выяснилось, что тот же Максим мыслит как Аполлинарий, он был сверх того и анафематствован Собором.

Паписты говорят, и даже с похвальбой, что этот пес пришел к папе с раскаянием и получил от него прощение. Против Максима Киника Григорий Богослов писал и стихами, и прозой: «Этот человек, говорю, растерзал Церковь, наполнил ее смятением и шумом, оказавшись волком вместо пастыря. Погрешающим он охотно дозволял все под тем только условием, чтобы они примкнули к нечестивым учениям». {Greg. Nazianz. Or. 26. 5 // PG 35, 1233C.} Сисиний, новацианский епископ, вместе с императором Юлианом брал у Максима уроки философии, по словам Сократа (кн. 5, гл. 21). {PG 67, 621AB.}

88

Причина, по которой возник этот томос, говоря кратко, состоит в следующем. Когда императоры Констанций и Констант узнали, что сторонники Евсевия возмущают Церкви и что они низвергли Афанасия Великого и Павла Константинопольского, тогда повелели созвать Собор в Сардике, Иллирийском городе, с участием как западных, так и восточных отцов. Восточные отцы, отправляясь на Собор, написали из Филиппополя западным, чтобы те не допускали на Собор Афанасия и Павла как изверженных, ибо восточные были врагами «единосущия». Западные же написали им в ответ, что не считают их изверженными или виновными. Узнав об этом, восточные отцы удалились с Собора и вернулись в Филиппополь. А западные, оставшись одни, довершили Собор, оправдали Афанасия и Павла и утвердили Никейскую веру, причем ничего к ней не прибавили и ничего из нее не устранили. Таким образом, настоящее правило называет это изложение и утверждение веры томосом одних только западных, а не восточных, потому что последние покинули Собор.

89

Сократ (кн. 2, гл. 10) рассказывает, что сторонники Евсевия Никомидийского на Антиохийском соборе, состоявшемся при Константине, {Здесь допущена ошибка. Антиохийский собор проходил при императоре Констанции.} отнюдь не порицали Никейскую веру, но изложили другое определение веры в ином стиле и в иных выражениях, из которого явствует, что они исповедуют единое Божество Отца, и Сына, и Святого Духа. Эта вера изложена там же у Сократа. {PG 67, 200В–204С.} Об этом определении веры настоящее правило говорит, что Собор принял его (хотя изначально это определение и было составлено евсевианами с тем коварным умыслом, чтобы постепенно привлечь большинство к образу мыслей ариан, о чем там же говорит упомянутый Сократ). Это определение и томос упоминает и Феодорит (кн. 5, гл. 9). {PG 82, 1216D–1217A.} В соборном послании, которое настоящий II Вселенский собор послал римлянам, содержится упоминание о нем буквально в следующих словах: «Итак, вот то основное, что касается веры, открыто нами проповедуемой. Этим вы еще более сможете утешиться, если сочтете нужным обратиться к томосу, написанному бывшим в Антиохии Собором, а также к томосу, изложенному Вселенским собором в Константинополе в прошлом году. В них мы исповедали веру более пространно». Значит, подобно тому как были приняты 25 правил Антиохийского собора, II Вселенским собором было удостоено такого одобрения и вышеупомянутое определение веры как православное (хотя и с коварным умыслом составленное).

90

В данном правиле слово ἱερεύς употреблено в своем древнем значении и означает «епископ».

91

Поэтому и Афанасий Великий в апологии к императору говорит так: «Обвинители – мелетиане, которым и вовсе не должно верить: раскольниками и врагами Церкви они стали не сейчас, но еще во время блж. Петра, ставшего мучеником». {Athanas. Alex. Apol. contra arian. 11 // PG 25b, 268A.} О том же, почему правило назвало еретиками раскольников и самочинно собирающихся, смотри в 3-м примеч. к 1-му правилу Василия Велик.

92

Слово «диоцез» имеет много значений, когда речь идет о церковных делах. Оно может означать:

1) епископию и приход каждого епископа, согласно Карфаг. 62;

2) область митрополита, по IV Всел. 28;

3) области многих митрополитов, находящиеся в одном диоцезе, согласно данному правилу II Всел. 6;

4) область каждого патриарха, как говорится во многих местах Соборных деяний, например, Эфесского собора: «Святой Собор восточного диоцеза»;

5) области двух или трех патриархов вместе, как было сказано на VII Вселенском соборе: «...Иоанна и Фомы, местоблюстителей восточного диоцеза, т. е. Антиохии и Иерусалима».

Основываясь на этом истолковании, можно сказать, что в словосочетании «Собор диоцеза» слово «диоцез» никогда не употребляется в 1-м и 2-м значении, но в 4-м и 5-м значении употребляется несомненно: и в древности, и до сих пор такой Собор действовал и действует. Собор диоцеза со словом «диоцез» в 3-м значении был в силе в древности, согласно данному соборному правилу, а также согласно IV Всел. 9 и 28; после же IV Вселенского собора такой Собор прекратил свою деятельность. Поэтому и Юстиниан в 29-м постановлении 4-го тит. 1-й кн. [Кодекса] (Фотий. Номоканон. Тит. 9, гл. 6) совсем не упоминает о нем, когда говорит о разногласиях между епископами и клириками: «Один ли митрополит будет судить епископа или клирика, или он будет судить со своим Собором (т. е. если станет судить Собор митрополичьей области), патриарх диоцеза имеет право пересмотра, и вынесенным им решениям подчиняются, как если бы он судил с самого начала. Ибо решения патриархов не подлежат апелляции». Правило говорит здесь о «Соборе диоцеза». В правилах IV Всел. 9 и 28 говорится об «экзархе диоцеза», который не есть патриарх, о чем мы скажем в толковании тех правил.

Отметь, что Макарий Анкирский неверно объясняет настоящее правило, говоря, что этот Собор патриархов называет экзархами диоцеза, поскольку он упоминает только Собор митрополичьей области, Собор диоцеза и Собор Вселенский.

Для большей ясности скажем, что Собором диоцеза было собрание митрополитов одного диоцеза с первенствующим среди них экзархом. Поскольку же сейчас такого Собора больше нет, то Собор каждого патриарха ведет суд по всем церковным делам митрополитов подведомственного ему диоцеза. И более того, этот Собор стал бόльшим, чем Собор диоцеза, после того как патриархи на IV Вселенском соборе получили полную власть рукополагать своих митрополитов – то, чем прежде они в полной и совершенной мере не обладали, согласно Досифею (с. 388).

II Вселенский собор, дополнительно замечая в настоящем правиле, что никто не должен требовать Вселенского собора после суда Собора диоцеза, тем самым дает нам понять, что Вселенский собор есть последний судья по всем церковным делам, и к нему направляется всякая апелляция, о чем смотри предисловие к I Всел., примеч. 1.

93

Хотя Вальсамон и говорит, что император может все и потому может назначить и мирского судью для суда над епископом и вообще над любым клириком, может на законном основании превратить церковный суд в гражданский, на это мы скажем: да, он может все законное и справедливое, а не беззаконное и несправедливое. Ведь, согласно Златоусту (Слово о том, что грех ввел три рода рабства), законы – это начальники и властители даже над самими начальниками, ибо, по словам апостола, только для праведника не положен закон (1 Тим. 1:9). {Ioan. Chrysost. In Gen. sermo 4. 2 // PG 54, 596.} Прочти также толкование правила IV Всел. 9, чтобы знать, что и сами императоры определяют не производить суд по церковным делам у мирских правителей.

Смотри и примеч. к 3-му правилу Собора в Святой Софии.

94

Хотя Павел Константинопольский и Афанасий вместе с папой Юлием и потребовали от Константа и Констанция созыва Вселенского собора (который получил название Сардикийского), чтобы были рассмотрены их дела, а Златоуст с Иннокентием потребовали от Аркадия и Гонория Вселенского собора для рассмотрения дела Златоуста – хотя, повторю, эти святые и потребовали Вселенского собора, они не подлежат наказанию, налагаемому настоящим правилом. Во-первых, они были папами и вселенскими патриархами и потому не имели над собой другого высшего суда, кроме Вселенского собора. А во-вторых, они потребовали его по необходимости: ведь и евсевиане, намеревавшиеся судить поместно Афанасия и Павла, и те, кто собирался судить Златоуста, были их явными врагами.

95

И в церковном постановлении (Кодекс. Кн. 1, тит. 4, параграф 29) написано: никто пусть не судит клирика сразу у патриарха, но сначала – у его епископа. Если же кто имеет подозрение на епископа, пусть доведет свое судебное дело до митрополита. Если и тот находится под подозрением, то вместе с ним суд должны производить от лица всего Собора трое первенствующих по порядку хиротонии. Если же и после этого вынесенный приговор не удовлетворит истца, пусть он направит дело к патриарху и подчиняется его приговору, как если бы сам патриарх вел суд с самого начала, поскольку патриаршие постановления не подлежат апелляции, т. е. передаче в другой, высший суд (на основании чего один патриарх не может быть судьей над решением другого патриарха, согласно Досифею (с. 390)).

Об этом смотри примеч. 1 в предисловии к I Всел.

96

Данное правило полностью и дословно приводится в послании Мартирию Антиохийскому, которое было отправлено из Константинополя с тем, чтобы показать, как должно принимать еретиков. В нем написано так: «...называющих себя чистыми и чистейшими...». Поэтому в других источниках вместо «левыми» (ἀριστερούς) написано «лучшими» (ἀρίστους).

97

В упомянутом послании к Мартирию сказано так: «...поскольку здесь их много, особенно много приходящих из Галатийской страны».

98

Согласно Сократу (кн. 5, гл. 21), Савватий, обратившийся из иудейства к христианству, Маркианом, епископом константинопольских новациан, был рукоположен во пресвитера. Однако и после обращения к христианству он следовал иудейским обычаям, справляя праздники с иудеями и Пасху празднуя одновременно с ними. {PG 67, 621B–625A.} Кроме того, по словам Вальсамона, он еще и по-иудейски соблюдал субботу (за что, возможно, и получил такое имя {«Савватий» (Σαββάτιος) от греч. σάββατον («суббота».}). Последователи его были названы савватианами, они же были и новацианами. Эти новациане именуются левыми (ἀριστεροί) или по ошибке, вместо «лучшие (ἄριστοι)» и «чистейшие из всех», какими они считали себя за то, что не принимали в общение второбрачных и падших во время гонения и избегали их нечистоты; или потому, что они гнушались левой руки и не желали брать ею никакую вещь, согласно Вальсамону.

Достойно удивления то, почему этих новациан I Вселенский собор 8-м правилом принял через одно только исповедание, а настоящий II Вселенский собор принимает через печать святого мира. Разрешая это недоумение, мы отвечаем, что I Вселенский собор постановил так главным образом и прежде всего по снисхождению и икономии, чтобы новациане не медлили обращаться в православие, стыдясь того, что православные помазывают их как немиропомазанных. Затем же настоящий II Вселенский собор принял их через печать мира, поскольку, согласно Феодориту, новациане не помазывались святым миром. Он говорит о них так: «...и крещаемым ими они не преподают всесвятого помазания». {Theod. Cyr. Нaer. fab. III, 5 // PG 83, 408В.} Именно поэтому всех присоединяющихся из этой ереси к телу Церкви всехвальные отцы (т. е. отцы II Вселенского собора и отцы Лаодикийского собора в 7-м правиле) и повелели помазывать.

99

Четыренадесятники, или тетрадиты, называются так потому, что они праздновали Пасху не в воскресенье, но когда луна становится четырнадцатидневной, на какой бы день недели это ни приходилось, и проводят этот день в посте и бдении.

100

Поэтому и папа Ливерий (согласно Сократу, кн. 4, гл. 12) потребовал от македониан письменного исповедания, и они дали ему свиток, на котором был написан Никейский Символ веры. {PG 67, 485В.} И Великий Василий в 72-м письме говорит об арианах: «Если же они утверждают, что покаялись, то пусть предъявят письменное свидетельство о том, что приносят покаяние, анафематствуют константинопольскую веру (т. е. их собственную) и разлучаются с еретиками, и пусть не обманывают людей неискушенных». {Basil. Маgn. Ер. 251 (72). 3 // PG 32, 937АВ.}

101

Монтан, живший во II в., появился, согласно Евсевию (История. Кн. 5, гл. 15), в Мисии, что близ Фригии (поэтому его последователи и стали называться фригами). Одержимый демоном, он лжепророчествовал, называл себя Утешителем и выступал против апостольских преданий. Двух своих последовательниц, Присциллу и Максимиллу, он называл пророчицами. {Euseb. Hist. eccl. V, 14, 16 // PG 20, 464A, 465BC.} Он учил расторгать браки и воздерживаться от пищи, гнушаясь ее. Монтан и его последователи извратили празднование Пасхи, Святую Троицу они сливали в одно Лицо; они закалывали младенца и, смешав с мукой его кровь, выпекали хлеб, служили на нем и от него причащались. {В этом последователей Монтана обвиняли некоторые западные полемисты, но достоверных свидетельств об этом не осталось.} Монтанисты назывались еще и пепузинами, поскольку они чрезмерно восхваляли некое селение во Фригии – Пепузу, которую даже именовали Иерусалимом.

102

Правило I Всел. 8 приняло новациан также через возложение рук. (Упомянутый Собор в Эльвире был созван незадолго до I Вселенского собора.) Впрочем, всех еретиков и схизматиков, обращающихся к Кафолической Церкви, подобает принимать через возложение рук.

103

Какое именно время требуется для оглашения, смотри в примеч. 1 к I Всел. 2.

104

Согласно этому правилу, непременно и с неизбежной необходимостью нужно крестить и латинян, поскольку они не были крещены даже и одним погружением. Ведь если правило предписывает крестить крестящихся в одно погружение, то не тем ли более – тех, кто при крещении не был погружен ни разу? Об этом достаточно и убедительно сказано в толковании правила Апост. 46, так что примени здесь сказанное там. Однако добавим здесь сверх всего и следующее полезное замечание: как этот Собор определяет, что новациан при обращении должно помазывать миром, поскольку они не были миропомазаны, так и Собор восточных отцов предписывает крестить обращающихся латинян, поскольку они не крещены погружением.

Смотри и последнее примечание к VI Всел. 95, чтобы узнать, что латиняне должны просить себе крещения по собственной воле, их не должны побуждать к этому другие.

105

Об этом говорится в послании Кирилла к александрийскому клиру и в 1-м деянии настоящего Собора.

106

Theod. Cyr. Haer. fab. IV, 12 // PG 83, 433А.

107

Я сказал, что Несторий стал превратно мыслить и богохульствовать именно о таинстве домостроительства воплощения, потому что богословия о Святом Духе он не хулил, исповедуя в своем Символе: «...Духа Святого, из сущности Бога происходящего, – но не Сына; Бога по существу, – как имеющего ту же сущность, какую имеет и Бог Отец, из Которого Он есть по существу; и мы не признаем Его ни Сыном, ни через Сына получившим бытие». {ACO // TLG 5000/001. 1. 1. 7, 98. 3–5, 8–9.} To, что Несторий хулил только вочеловечение Христово, видно, во-первых, из 7-го правила этого самого Собора, в котором написано: «Те епископы, или клирики, или миряне, которые мудрствуют о вочеловечении Единородного Сына Божия согласно со скверными догматами Нестория, да будут лишены своей степени». Видишь, что догматы Нестория определенно говорят о вочеловечении Единородного? Во-вторых, это явствует из послания о Нестории, которое тот же Собор направил к императорам. В нем написано так: «Исследовав письменно изложенные им нечестивые догматы о воплощении Владыки Христа, мы предали их анафеме». {Ibid. // TLG 5000/001. 1. 1. 3, 65. 30–31.} A то, что он не произнес хулы и на богословие Святого Духа, ясно из двух других обстоятельств.

Во-первых, если богословие Троицы более важно, чем богословие домостроительства воплощения (что признается всеми богословами), то как возможно, чтобы божественный Кирилл вступил в борьбу за догмат о вочеловечении, а о богословии Святого Духа умолчал, тогда как Хрисолор сказал против Димитрия Кидониса: «Произнесший хулу на Сына будет прощен, а похуливший Духа Святого прощен не будет»? И Макарий Анкирский сказал в 67-й гл.: «Была настоятельная необходимость сначала тщательно исследовать вопросы богословия, а затем – домостроительства, ибо первое предшествует, а второе следует за ним».

Во-вторых, это выясняется из разногласия и спора, который произошел между св. Кириллом и блж. Феодоритом, – спора, с одной стороны, недоброго и непохвального, а с другой – случившегося по Божию домостроительству для того, чтобы яснейшим образом было раскрыто истинное учение об исхождении Святого Духа. В 9-м анафематизме св. Кирилл пишет, что Святой Дух – собственный Дух Сына, а Феодорит, опровергая это, говорит: «Мы согласимся с тем, что Дух – собственный Дух Сына, и примем это выражение как благочестивое с тем условием, что Он единосущен и исходит от Отца. Если же Дух от Сына или через Сына имеет бытие, мы отвергнем это как богохульное и нечестивое. Ибо мы веруем Господу, сказавшему: Дух, Иже от Отца исходит» (Синодикон. Т. 1. C. 580). {Cyr. Alex. Pro 12 capit. contr. Theodoret. 9 // PG 76, 432CD.} Когда Феодорит это сказал, божественный Кирилл не воспротивился, но принял как истину, объяснив только, в каком смысле он сказал «собственный Дух Сына». В защитительном сочинении, составленном в опровержение Феодорита, он говорит: «Святой Дух хотя исходит от Бога и Отца, по выражению Спасителя, но не чужд и Сыну» (на той же странице). {Ibid. // PG 76, 433BC.} Что значит «не чужд»? Сам божественный Кирилл наиболее ясно истолковывает это в соборном послании к Несторию в словах: «Святой Дух по сущности не чужд Сыну (другими словами, единосущен)». {Cyr. Alex. Ep. 39 // PG 77, 181A.} А в толковании Символа он же говорит: «Дух истекает, или исходит, как от источника, от Бога и Отца, а подается твари через Сына». {Idem. Ep. 55 // PG 77, 316D.} Потому и Феодорит, после того как Кирилл послал в ответ это защитительное сочинение из Александрии в Антиохию с Павлом Эмесским, пишет к Иоанну Антиохийскому следующее: «Посланное ныне украшается евангельским благородством, ибо Господь наш Иисус Христос провозглашается здесь совершенным Богом и совершенным человеком, а Дух Святой, Который не от Сына или через Сына имеет бытие, но исходит от Отца, называется собственным Духом Сына, как единосущный». {Theod. Cyr. Ep. 171 // PG 83, 1484BC.}

Поскольку Несторий и Феодорит правильно рассуждали относительно богословия Духа, божественный Кирилл их не обличал по этому поводу ни до своего примирения с Феодоритом, ни потом, после примирения, – да и помимо Кирилла не обличал никто другой, в том числе и настоящий III Вселенский собор. Поэтому как Иосиф Вриенний, так и Нил Фессалоникийский согласно говорят: надежнейшим и вернейшим признаком нашего восточного православия служит то, что хотя Несторий и написал в своем символе, что Святой Дух исходит от Отца и не от Сына или через Сына имеет бытие, но III Вселенский собор это одобрил и совсем этому не противоречил. Итак, клевещет, клевещет на Восточную Церковь говорящий глупости Аквинат, называя ее несторианской из-за того, что она учит, что Дух Святой не исходит также и от Сына, как богохульствуют паписты. Ведь если на этом основании наша Церковь несторианская, тогда несторианином был и божественный Кирилл, несторианскими были и III Вселенский собор, и Церковь последующих времен, потому что они равным образом приняли этот догмат, и он был и является всеобщим учением Церкви. Но ведь Кирилл не был несторианином, как не были несторианскими и III Вселенский собор, и Церковь последующих времен. Таким образом, Восточная Церковь, поскольку она находится в согласии с Кириллом и всей Церковью, отнюдь не является несторианской. Если же паписты и говорят, что символ Нестория был осужден на III и IV Вселенских соборах, мы отвечаем: да, был осужден, но только за то, что касается домостроительства воплощения, а не за то, что относится к богословию Духа. Между тем божественный Кирилл пишет к Евлогию, что не всего, что говорят еретики, нам следует избегать и не все отвергать. {Cyr. Alex. Ер. 44 // PG 77, 225А.} И Афанасий Великий также пишет, что ариане, кроме еретических, имели и правые мысли (см.: Двенадцатикнижие. С. 494–497).

108

Поскольку нечестивый Несторий, после того как был анафематствован настоящим Собором, не успокоился, но продолжал проповедывать свою бесславную ересь, то сначала, согласно Феофану, он был изгнан на Тасос, {Theoph. Chron. // PG 108, 241A.} затем, при содействии Иоанна Антиохийского, в Оазис Аравийский. Находясь там, нечестивец испытал на себе Божий гнев: по словам Евагрия, у него сгнил язык, {Evagr. Schol. Hist. eccl. I, 7 // PG 86b, 2444A.} a по словам Кедрина {Cedrenus. Comp. hist. // PG 121, 648B.} и Никифора (14-я кн. его истории), {Niceph. Callist. Hist. eccl. ХIV, 36 // PG 146, 1181C. B действительности Никифор Каллист пишет только о том, что у Нестория сгнил язык.} – все тело. Наконец, в Верхней Фиваиде его постигла страшная и мучительная смерть, как об этом рассказывает св. Герман Константинопольский, когда пишет о святых Соборах. {История имеет позднейшее происхождение. В разное время ее относили к разным еретикам. Всего вероятнее, Несторий умер в ссылке от болезней либо был убит монофизитами. – Ред.} При императоре Маркиане благодаря содействию некоторых своих друзей Несторий удостоился получить грамоты, которые позволяли ему вернуться из ссылки. После получения их, войдя в отхожее место, он, прежде чем сесть, сказал (как слышали некоторые, стоявшие снаружи): «Я доказал, Мария, что Ты родила человека». И – о ужас! – сразу же после этого богохульства ангел Господень поразил его, так что все его внутренности выпали во вместилище нечистот, и он испустил дух. Поскольку он долго не выходил, а императорский сановник, присланный с грамотами, торопился, то его слуги стали стучать в дверь. Но Несторий не отвечал, поэтому они сломали дверь и, войдя вместе с сановником, нашли его мертвым в том самом вместилище, в которое выпали все его внутренности. Тогда слышавшие хулу Нестория пересказали ее сановнику, и все уразумели, что за нее только его и постигла такая смерть, подобная ариевой. Именно о таком человеке сказал Исаия: «Горе мужу сему, не оплачут его, о господине! Ниже рекут о нем: горе, брате! и увы мне, господине! Погребением ныне не погребется, но, влачим, извержен будет вне врат Иерусалима». {Ср. Иер. 22:18–19. Текст приведен по памяти и не вполне соответствует тексту Септуагинты.}

Обрати внимание, что преданную забвению ересь Нестория впоследствии при императоре Юстиниане возобновил Варсума, еп. Низибийский, распространив ее на Востоке. Потому на Востоке очень много несториан, особенно в земле персов и ассирийцев, при реке Евфрат и в Нисибине.

109

Некоторые говорят, что, поскольку на настоящем Соборе было определено называть Пресвятую Деву Богородицей (а Она и поистине есть Богородица), св. Кирилл захотел вписать это в святой Символ I и II Вселенских соборов, но из благоговения перед Символом отказался это сделать (см. также примечание к 7-му правилу настоящего Собора). Отцы лишь составили свое определение и преподали в нем этот догмат. A об ипостасном соединении Бога Слова, иначе говоря, о единой Ипостаси Христа, как уже показанной Символом, они не захотели дополнительно написать в своем определении. И в самом деле, коль скоро отцы исповедуют в Символе Сына Божия рожденным от Отца, сошедшим с небес и вочеловечившимся, то очевидно, что они исповедуют одного и Того же Христа по ипостаси, Который один и Тот же есть Бог и человек, а не иной и иной (οὐκ ἄλλον καὶ ἄλλον). Ипостасное же соединение, по словам св. патриарха Никифора Константинопольского, – иное и иное (ἄλλο μὲν πρὸς ἄλλο), свойства которых Спаситель в Себе соединяет (речь идет о двух природах), как-то: невидимое и видимое, подверженное страстям и чуждое их {Греч. ἀκήρατον – буквально «несмешанное, беспримесное».} Но не иной и иной (οὐκ ἄλλον δὲ καὶ ἄλλον), да не будет! Мы исповедуем одного и того же совершенным Богом и совершенным Человеком, как сказано в послании, которое Никифор отправил папе Льву (Синодикон. Т. 2. С. 912); иными словами, ипостасное соединение во Христе подразумевает и две неслиянные природы, и единую ипостась, в которой эти природы неслиянно соединились. {Niceph. Const. Ad Leon. // PG 100, 188B.}

Об ипостасном соединении смотри также в примечаниях к предисловию IV Всел. Обрати внимание на то, что человечество Господа обладало совершенно всеми ипостасными свойствами, которые имеют и ипостаси остальных людей, кроме одного общего свойства, по выражению св. Кирилла, а именно: человечество Христа существовало не само по себе, как те ипостаси, но получило бытие в ипостаси Бога Слова. А это свойство ипостасей есть как бы основание и фундамент всех остальных их свойств, отчего оно и называется общим свойством.

110

Обрати внимание, что как термин «единосущный» был привычным для отцов еще до I Вселенского собора, но он этот термин утвердил и преподал всей вселенной, так и Святую Деву Марию иные отцы прежде этого III Вселенского собора называли Богородицей, но Собор, утвердив это сладчайшее имя Девы, преподал его всей вселенной как догматическое определение. Так, первым назвал Деву Богородицей Ориген в своем толковании 33-го стиха 22-й гл. Второзакония (Цепь толковников. Т. 1. С. 15, 54). {Orig. In Deut. // PG 12, 813C.} Более того, Сократ (История. Кн. 7, гл. 32) говорит, что сам Ориген, подробно исследовав Послание ап. Павла к римлянам, объяснил, на каком основании Дева называется Богородицей. {PG 67, 812B.} А Кирилл Александрийский, письменно обращаясь к Несторию, говорит, что и Афанасий Великий называл, и исповедывал Ее Богородицей. {См.: Cyr. Alex. Ep. 1 // PG 77, 13BD.} И Аммон, еп. Адрианопольский, как и Александр Александрийский в письме к Александру Константинопольскому (участнику I Вселенского собора), {Alex. Alex. Ep. ad Alex. Const. 12 // PG 18, 568C.} назвал Пресвятую Деву Богородицей. Также Василий Великий в слове на Рождество Христово говорит: «Поскольку слух любящих Христа не может принять того, что Богородица некогда перестала быть Девой, этих свидетельств, полагаю, достаточно». {Basil. Magn. In Christi generat. 5 // PG 31, 1468B.} Григорий Богослов в первом послании к Кледонию пишет: «Если кто не признает Марию Богородицей, то он отлучен от Божества». {Greg. Nazianz. Ер. 101 // PG 37, 177C.} А в 1-м слове о Сыне, обращаясь к язычникам, он говорит: «Ибо где тебе по твоим меркам познать Богородицу Деву?» {Idem. Or. 29. 4 // PG 36, 80A.} А Евсевий в книге о жизни Константина (кн. 3, гл. 43) {Euseb. Vita Const. III, 43 // PG 20, 1101C–1104A.} и Сократ (кн. 7, гл. 32) {Socr. Schol. Hist. eccl. VII, 32 // PG 67, 812AB.} пишут: «Посему благочестивейшая царица (т. е. Елена) украшала бремя Богородицы (имеется в виду Вифлеем) дивными памятниками». Дионисий Александрийский говорит Павлу Самосатскому: «...Воплотившегося от Святой Девы и Богородицы Марии». {Dion. Alex. Ad Paulum Samosatenum // PG 28, 1562B.} А Григорий Неокесарийский, чудотворец, в своем слове на Благовещение говорит следующее: «После этого пророчества Святая Богородица вознесла песнь: Величит душа Моя Господа». {Greg. Thaum. In Annunt. 2 // PG 10, 1165D.}

Одна лишь Пресвятая Дева называется Богородицей, как говорит Зонара в толковании на один тропарь из канонов Октоиха, принадлежащих Дамаскину, – для отличия от языческих женщин, о которых баснословили, будто они родили своих несуществующих лжебогов. Но Дева называется Богородицей потому, что поистине родила Бога, а не потому, что духовно родилась от Бога – каковой смысл вкладывал в это Ее имя нечестивый человекопоклонник Несторий; ведь так, через Крещение, родились духовно и все люди. Святая Дева называется Богородицей в двух смыслах. Во-первых, ради природы и рожденной от Нее ипостаси Бога Слова, воспринявшей человечество. Во-вторых, ради воспринятого человечества, которое от самого соединения и восприятия было обожено и стало богоподобным (Дамаскин. Точное изложение православной веры. Кн. 3, гл. 12 и в ином месте). {PG 94, 1032B.} А святой Вселенский VI собор (в своем 11-м деянии, в изложении веры Софрония Иерусалимского) провозгласил Ее Девой до Рождества, в Рождестве и после Рождества, {Sophr. Hieros. Ep. synod. // PG 87, 3160D.} иначе говоря – Приснодевой, о Которой говорит св. Епифаний (в гл. о 78-й ереси): «Кто когда, сказав „Мария“ и будучи спрошен, не добавил „Дева“?» {Epiph. Adv. haer. 78. 6 // PG 42, 705D.} Иероним (во втором диалоге против Пелагия) также говорит, что один Христос отворил заключенные врата девственной утробы, которые и впоследствии остались заключенными (а слово «отворил» указывает на то, что Господь сделал утробу способной к деторождению, и наоборот, когда утроба не способна к деторождению из-за бесплодия, говорят «затворять утробу», согласно известному выражению книги Бытия затворяя затворил Господь извне всякую утробу (Быт. 20:18); или же слово «отворил» показывает, что Он хотя отворил утробу, но неистленно и не как прочие младенцы). Приснодевой Ее провозглашает и 1-е правило Трулльского VI Вселенского собора.

111

Эти слова принадлежат не Кириллу Александрийскому, а св. Проклу, еп. Кизическому, поставленному впоследствии на константинопольскую кафедру. См.: Рrосl. Const. Or. 1. 4 // PG 65, 685А.

112

Cyr. Alex. Ep. 4 // PG 77, 45BC.

113

Ibid. 4 // PG 77, 48B.

114

Ibid. // PG 77, 48D.

115

Procl. Const. Or. 1. 1 // PG 65, 681A.

116

Обрати внимание, что деяния настоящего Собора делятся на три части: в первой содержатся различные беседы и послания, во второй – деяния самого Собора, которых, согласно Досифею, было семь, а согласно «Синодикону» – пять; в их число входят и второстепенные деяния отступнического сборища, собравшегося вокруг Иоанна Антиохийского. В третьей части содержится изъяснение св. Кирилла на его 12 глав, иначе говоря, 12 анафематизмов против нечестивых догматов Нестория, возражения восточных на них и ответ св. Кирилла на эти возражения; опровержение тех же анафематизмов Феодоритом и вновь ответ того же Кирилла на эти опровержения; а также сведения о том, как Максимиан был возведен на Константинопольскую кафедру и как при содействии императора Кирилл с Иоанном примирились. Все это записано у Досифея в «Двенадцатикнижии» со с. 279 по с. 287, а в первом томе «Синодикона» – со с. 357 по с. 654, т. е. до конца.

117

Они были извержены по следующей причине. Спустя три дня после того, как этот Собор осудил и низложил нечестивого Нестория, прибыл и сам Иоанн Антиохийский вместе с Феодоритом Кирским, Ивой Эдесским и тридцатью епископами, которые (либо из-за огорчения тем, что Собор не дождался их прибытия, либо из-за дружбы с Несторием) осудили низложение Нестория как неоправданное, и главными виновниками этого якобы безосновательного низложения назвали божественного Кирилла и Мемнона Эфесского, потому что те выступали распорядителями на Соборе. Так между Иоанном и Кириллом и их сторонниками возник столь великий раздор, что, с одной стороны, приверженцы Иоанна низложили сторонников Кирилла, а с другой – сторонники Кирилла низложили приверженцев Иоанна. Кроме того, Феодорит написал 12 глав против 12 анафематизмов, составленных божественным Кириллом против Нестория. А Ива написал послание в защиту Нестория, которое вместе с 12 главами Феодорита как нечестивое было открыто осуждено IV и V Вселенскими соборами. Однако позднее при содействии императора Иоанн и Феодорит воссоединились со св. Кириллом. Согласно Зонаре и Евагрию (кн. 1, гл. 7), именно Иоанн, когда ересь Нестория была раскрыта, оказал содействие тому, чтобы Несторий из монастыря в Антиохии, где сначала находился, был изгнан в Оазис, по-турецки называемый Ибрим. {Еuаgr. Schol. Hist. eccl. I, 7 // PG 86b, 2436C–2437A.} А Феодорит на IV Вселенском соборе открыто анафематствовал Нестория и его ересь, которую он называет в числе ересей и в книге о еретических баснях; {Theod. Cyr. Haer. fab. IV, 12 // PG 83, 432C–436C.} он же подписал вместе с Иоанном Антиохийским низложение Нестория на III Вселенском соборе.

118

Целестий, следуя своему учителю Пелагию, стал единомышленником Нестория по ереси, согласно священному Фотию (чтение 54), ибо тот хулил Сына Божия, а Целестий – Святого Духа, как писал Кирилл Феодосию. А именно, Несторий говорил, что у Христа наша природа, a Бог хочет, чтобы все спаслись, и каждый в силах исправить свой грех по собственному произволению; следовательно, Рожденный есть не Слово Божие, но родившийся от Марии человек, который в меру достоинства собственного природного произволения имел непосредственно сопутствующее ему Слово Божие и стал общником Божества лишь благодаря своему достоинству и по созвучию имен. А Целестий говорил, что не Бог, т. е. не Дух Святой, распределяет каждому, как хочет, все служащее к благочестию и спасению, а человеческая природа, отпавшая вследствие греха от блаженства, в зависимости от достоинства произволения либо призывает, либо отвергает Духа Святого. И благодати предшествует самовластие, поэтому для исполнения Божиих заповедей достаточно воли человека. {Phot. Віbl. 54 // PG 103, 93С–96А.} Лукавые догматы этого Целестия вместе с ересью Пелагия анафематствовал и настоящий III Вселенский собор, а прежде него – Карфагенский собор. {Подразумевается Карфагенский собор 418 г.} Об этой ереси пишет также божественный Августин в книге «О ересях» (гл. 88).

В схолии на настоящее правило Николая Гидрунтского говорится, что имя «Целестий» (Κελέστιος) не должно читать с буквой «н», как по незнанию написано в некоторых списках, но должно – без «н». И в самом деле, Целестин (Κελεστῖνος) был православным папой, которого, как сказано, на этом III Вселенском соборе замещал Кирилл, а Целестий был еретиком, единомышленником Нестория, как мы сказали.

119

Собор анафематствовал тех, кто составит другой Символ веры, по следующей причине. Св. Марк Эфесский в 5-м деянии Флорентийского собора говорит, что еретики составили более тридцати Символов против слова «единосущие», и нечестивый Несторий, побужденный их примером, составил собственный символ и преподавал его переходившим в православную веру язычникам, иудеям и еретикам, как это ясно из настоящего правила. Итак, этот III Вселенский собор, предвидя, что последствием этой свободы составлять Символы может быть введение какого-нибудь новшества в православие, запретил впредь составлять какой-либо другой Символ веры, помимо Символов I и II Вселенских соборов (ибо они считаются за один Символ), и преподавать его для общего употребления. Однако Собор запретил составление не просто другой, т. е. еретической, веры. Ведь это и до III Вселенского собора всегда было запрещено не только Соборам и епископам, но и всякому православному христианину. А этот Собор запретил составлять другую веру помимо веры никейских отцов, даже если бы она и была православной. И не еретикам это запретили (ибо все, что говорят закон и Собор, обращено к тем, кто под законом), но православным христианам, и не тому или другому, но вообще всем вместе, как Соборам, так и каждому в отдельности. «Ибо никому, – утверждает правило, – не позволяется» и пр. А это «никому» заключает в себе кафолическое и всеобщее установление.

Смотри также разъяснение касательно Символа этого Собора, которое дает божественный Кирилл в послании к Акакию. Заботясь о краткости, Собор не сказал определенно, что никому не позволено составлять другое изложение веры, но то, что недосказал Собор в этом своем правиле, его председатель (а это все равно что сказать «сам Собор»), имею в виду божественного Кирилла, проясняет в послании к епископу Мелитинскому в следующих словах: «Святой Вселенский собор, собравшийся в граде Эфесском, предусмотрел необходимость запрета вводить в Церкви Божией другое изложение веры, помимо того, которое существует и которое определили треблаженные отцы, глаголавшие Духом Святым». {Cyr. Alex. Ер. 40 // PG 77, 189A.} Тем самым он хочет сказать, что не только никому не подобает составлять другой православный Символ, помимо Никейского, но и не разрешается преподносить этот же православный Символ в других выражениях, как превосходнейшим образом доказали божественный Марк Эфесский и Виссарион Никейский на Флорентийском соборе. Да что говорить о «других выражениях»?! В Символе веры никому не позволено менять не то что одно слово, но даже один единственный слог. И что это правда, свидетель тому – сам божественный Кирилл. А если говорю «Кирилл», то имею в виду весь упомянутый III Вселенский собор, потому что Кирилл был председателем Собора – или, скорее, Собор глаголет устами Кирилла.

Так, письменно обращаясь к Иоанну Антиохийскому, он говорит следующее: «Мы никоим образом не можем терпеть, чтобы кто-нибудь потрясал установленную веру, т. е. Символ веры, составленный в свое время нашими святыми отцами, которые собрались в Никее. И мы не позволяем ни себе, ни другим ни изменить какое-либо слово из находящихся там, ни пропустить хотя бы один слог». {Cyr. Alex. Ер. 39 // PG 77, 180D–181A.} Если же никому не разрешается изменить ни единого слога, то тем более нельзя ничего добавить в Символ или устранить из него. Поэтому папа Агафон на VI Вселенском соборе в послании к ромейским императорам говорил: «...Желая всегда иметь одно лучшее и веруя, что ничего не будет, в нарушение определенного правилами, опущено, или изменено, или прибавлено, но все это будет сохранено неизменным и по букве, и по смыслу». {Синодикон. Т. 2. С. 538.} A VII Вселенский собор говорит: «Мы храним установления отцов; прибавляющих или убавляющих отлучаем от Церкви».

Но, может быть, Соборы сказали одно, а на деле совершили другое? Отнюдь, но даже самым делом все Вселенские соборы, начиная с третьего, подтвердили собственные слова, ничего не прибавив и не убавив в общем Символе веры, несмотря на то, что стояли перед необходимостью сделать это. Так, III Вселенский собор, хотя имел нужду добавить в него упомянутые нужнейшие термины (имею в виду «соединение по ипостаси» и «Богородица») – как для совершенного уничтожения ереси Нестория, так и для утверждения православного образа мыслей – все же не дерзнул никак изменить священный Символ, но, составив отдельно свое определение, включил в него и эти термины, и все то, что их касается. И IV Вселенский собор, испытывая необходимость из-за монофизитской ереси добавить к общему Символу выражение о двух природах вочеловечившегося Слова, этого, однако, не сделал. Подобным образом из-за противоположно мысливших еретиков чувствовали нужду добавить выражения к Символу и V Вселенский собор – о вечности наказания, и шестой – о двух энергиях, и седьмой – о поклонении святым иконам. Однако они не дерзнули этого сделать, но сохранили общий Символ веры в неизменном виде. И это несмотря на то, что данные выражения не были прибавлением к Символу, касающимся веры, но раскрывали то, что изложено в Символе сокращенно, были только прибавлением слов. Почему же не дерзнули? Всецело из благоговения и перед святыней Символа никейских отцов, и перед определением III Вселенского собора, который предает анафеме любое прибавление к Символу, касается ли оно веры или слов.

Так и Западной Церкви подобало бы с благоговением отнестись к этой самой святыне Символа никейских отцов и к этому определению III Вселенского собора, в подражание священным Соборам, и не включать в Символ противозаконное добавление «и от Сына» (filioque). Его одного хватило, чтобы отделить западных от восточных, разжечь между ними жесточайшую распрю и принести столько ужасного и достойного многих слез. Все это описано в рассказах и книгах. Западные, впрочем, говорят, что как II Вселенский собор не согрешил, сделав добавление к Символу I Вселенского собора, так и Западная Церковь не согрешила, допустив такое добавление. Но нужно сказать, что в этом сходстве вовсе нет ничего сходного. II Вселенский собор, обладая тем же достоинством, что и I Вселенский, сделал добавление собственно и главным образом потому, что предыдущим Вселенским собором не было запрещено делать добавления к Символу. И хотя Сардикийский собор, состоявшийся до II Вселенского, запретил излагать другую веру помимо Никейской, он все-таки – и потому, что был частным и Поместным, и потому, что сказал это не для православного Вселенского собора, a для ариан, излагавших другую веру против единосущия, – не брал на себя обязанность быть учителем II Вселенского собора, представлявшего собой Кафолическую Церковь (ибо Поместный и частный собор всегда подчиняется Вселенскому, а не наоборот).

Кроме того, II Вселенский собор в Символ I Вселенского собора добавил только слова, и эти добавления никак не касались веры; скорее, они раскрывали изложенное сокращенно. Из чего же это ясно? Из примеров Соборов, которые приняли Символы I и II Вселенских соборов как одно целое, называя его Символом только Никейского собора, а не Символом Никейского и Константинопольского, потому что развернуто изложенное II Вселенским собором содержится в сокращенном виде в Символе І-го. В самом деле, III Вселенский собор в настоящем правиле определил, что никому нельзя составлять другую веру помимо определенной святыми отцами, собравшимися в граде Никейском. И божественный Кирилл в послании к епископу Антиохийскому говорит то же самое. {Cyr. Alex. Ер. 39 // PG 77, 180D–181A.} Иоанн Константинопольский и Вигилий Римский, письменно обращаясь к Евтихию Константинопольскому, называют Символ единым. И на 5-м заседании Флорентийского собора записано так: «Эти изложения веры I и II Вселенских соборов, т. е. Символы, а вернее, Символ».

А о том, что отцы II Вселенского собора скорее раскрыли Символ I Вселенского собора, чем сделали добавление к нему, в один голос свидетельствуют многие. В самом деле, в эдикте VI Вселенского собора написано: «150 отцов по внушению Пресвятого Духа разъяснили упомянутый великий и честной Символ, подтвердив о Святом Духе, что Он – Бог, и тем самым более отчетливо раскрыли его». {Имеется в виду эдикт императора Константина IV Погоната. См.: Синодикон. Т. 2. С. 671.} И Юстиниан в новелле к Епифанию Константинопольскому говорит: «Таким образом, названные 150 святых отцов, письменными свидетельствами изъяснив то же учение (имеется в виду Символ никейских отцов), прояснили его». Также Григорий Богослов в послании к Кледонию говорит: «Мы никогда ничего не предпочитали Никейской вере, но с помощью Божией держимся и будем держаться этой веры, проясняя только неполно сказанное отцами о Святом Духе». {Greg. Nazianz. Ep. 102 // PG 37, 193C.}

Несмотря на то что эти добавления к Символу II Вселенского собора в собственном смысле суть разъяснения, как было доказано, все-таки прибавить даже эти разъяснения было бы совершенно противозаконно, в том случае если бы какой-нибудь Вселенский собор предварительно запретил какое бы то ни было добавление к Символу под угрозой анафемы, как запретил III Вселенский собор. Следовательно, добавление западных в Символ совершенно противозаконно и подлежит анафеме не только потому, что оно противно вере (ибо делает Сына одновременно обусловленным причиной и являющимся причиной и тем самым вводит и два начала в Божество, и множество других нелепостей), но и по следующей причине. Даже будь это добавление лишь раскрытием слова Символа (на чем настаивают западные), все же никоим образом не должно было делать добавление к Символу ввиду определений как третьего, так и последующих Вселенских соборов, которые предписывают всячески хранить общий Символ в неизменном виде и всякое возможное добавление к нему предают анафеме. Потому и священный Феофилакт Болгарский в письме к диакону Николаю говорил: «Итак, нововведение в Символе веры есть та величайшая ошибка, которая и соответствует именно этому изречению Соломона – на дне ада обретаются {См. Притч. 9:18.}». И далее: «И у западных, стало быть, допущена ошибка в догмате, потрясающая отеческую веру, а именно добавление в Символе о Святом Духе. Здесь кроется величайшая опасность, и кто готов это извинить как не требующее исправления, тот не заслуживает прощения...» Петр Антиохийский также назвал это добавление худшим из зол. Поскольку в Римской Церкви его пели, на свою беду, вместе с Символом и не исправляли, Сергий Константинопольский исключил из диптиха папу Сергия IV, и с тех пор между нами и западными образовалась великая пропасть.

Однако зачем говорить о наших? И сам Иоанн Римский, {Речь идет об Иоанне VIII, папе Римском.} который присутствовал в лице своих представителей Петра, Павла и Евгения на Соборе в 879 г. при установлении Македонской династии, принял соборное определение, гласившее: «Кто дерзнет помимо этого священного Символа написать другой, или прибавить, или убавить, или назвать его оросом, или сделать прибавление либо опущение в том, что сообщено нам Преданием – тот осужден и чужд всякого христианского исповедания. Ведь опущение или прибавление выказывают несовершенным наше исповедание Святой Троицы, дошедшее с древности до сего дня». И сам, повторяю, папа, приняв это определение, осудил добавление к Символу такими словами: «Вновь даем объяснения твоему достопочтению, чтобы относительно этого члена, из-за которого произошли соблазны среди Божиих Церквей, ты имел полную уверенность в нас. Мы не только не говорим того, что Дух исходит от Сына, но и осуждаем дерзнувших по своему безумию сказать так впервые и ставим их в один ряд с Иудой. Они преступили Божественные словеса и переменили богословие Владыки Христа и тех отцов, которые, сошедшись и составив Собор, преподали святой Символ». Но ведь и до названного Иоанна третий Собор в Толедо, собравшийся при Рекареде, короле Испании, в 589 г., повелел читать святой Символ в Испании и Галлии без добавления.

Равным образом и император Юстиниан в 545 г. первым распорядился, чтобы во всех церквах Востока Символ читался без изменений перед молитвой Господней «Отче наш». И в начале IX в., когда состоялся Собор в Аквисгрануме, {Аквисгранум – латинское название Аахена.} на котором иерусалимский монах Иоанн мужественно боролся против добавления к Символу, Лев III Римский, после того как Карл Великий спросил его, что́ он об этом думает, не только открыто отверг добавление, но и выгравировал весь святой Символ без него на двух серебряных досках, на одной по-гречески, а на другой по-латыни. Как говорят кардинал Бароний и иезуит Петавий, он положил эти доски при гробнице свв. апп. Петра и Павла, предав анафеме тех, кто дерзнет добавить или убавить что-либо из Символа. И обрати внимание на то, что на Флорентийском соборе, во время заседаний с 3-го по 17-е, это пагубнейшее добавление наши греки отвергли в стойком негодовании, а латиняне остались безгласными.

Все это мы сказали об общем Символе веры. А изложить свою веру в собственном исповедании (позволь сказать даже – в собственном Символе) не запрещается, поскольку от начала и доныне отцы составляли свои исповедания того, во что верили, и тем более делали это обращавшиеся из ереси и находившиеся под подозрением. Потому и божественный Кирилл в послании к Акакию, еп. Мелитинскому, заступается за неких епископов Финикии, которые были осуждены за то, что изложили собственный Символ. И божественный Марк Эфесский во Флоренции явно соглашается с этим. Однако эти особые Символы должны, как говорят некоторые, отвечать следующим шести требованиям:

1) они не должны отклоняться от общего исповедания;

2) не должны нарушать общий Символ;

3) никто не должен использовать их при крещении;

4) они не могут быть предложены обращающимся из ереси;

5) частные учения не должны преподаваться как общая вера;

6) никто не должен делать общий Символ собственным, что-то прибавив к нему или устранив из него.

(По Двенадцатикнижию Досифея и другим источникам.)

120

Амохост – древнее название города Фамагусты.

121

Обрати внимание на то, что изначально, в силу древнего обычая, Кипр в церковном управлении был автокефальным. Эта привилегия была утверждена как императором Зиноном, так и Юстинианом Ринотмитом. Именно во времена Зинона, когда благоденствовали монофизиты евтихиане, а епископ Антиохийский Петр Гнафевс стремился подчинить киприотов под предлогом того, что они приняли христианскую веру от Антиохии, случилось, что епископом Амохоста Анфемием по откровению были обретены среди подземных корней одного рожкового дерева мощи св. ап. Варнавы с Евангелием от Матфея на груди, которое было написано по-гречески собственной рукой самого Варнавы. Это произошло по двум причинам: во-первых, чтобы этим Божественным Евангелием были посрамлены последователи Евтихия, поскольку оно утверждает истинное человечество Христа и две Его природы, а во-вторых, чтобы заградить уста притеснителю киприотов – Петру. Именно это божественный Варнава сказал Анфемию: «Если враги говорят, что престол Антиохии апостольский, то скажи им, что Кипр тоже апостольский, поскольку в своих краях имеет апостола». Анфемий, взяв Евангелие, отправился в Константинополь к Зинону, который, увидев Евангелие, пришел в великую радость. Он сохранил его и распорядился читать его каждый год в Великую пятницу, согласно хронике Иоиля. {PG 139, 264С.} Зинон не только повелел патриарху Акакию рассмотреть дело киприотов и антиохийцев (в ходе этого разбирательства Анфемий, сославшись на настоящее правило III Вселенского собора и слова апостола, посрамил антиохийцев), но и сделал Амохост архиепископией, свободной от притеснений антиохийцев, – об этом говорят монах Кирилл, Феодор Чтец {Theod. Lect. Eccl. hist. II, 2 // PG 86a, 184BC.} и Свида. {TLG 9010/001, 541. 1–3.}

Юстиниан Ринотмит, восстановив во всей красе тот же Амохост, или Саламин, по словам Вальсамона, назвал его Новой Юстинианой. Поэтому те, которые называют его Второй Юстинианой, ошибаются, ибо Первой Юстинианой был назван Охрид, а Второй – Ульпиана, город, расположенный в Дардании и восстановленный Юстинианом. {Имеется в виду Юстиниан I.} Поэтому правило VI Всел. 39 и называет Кипр Новым Юстинианополем и, подтверждая настоящее правило III Вселенского собора, говорит: «...чтобы епископ Кипра стоял во главе и всей Геллеспонтской области и чтобы его поставляли...». Хрисанф же говорит (Синтагматион. С. 84), что первая из автокефальных архиепископий – Карфаген, а вторая – Кипр, потому что автокефалия Кипра признана этим правилом III Всел. 8, т. е. еще до Юстиниана. Третья автокефальная архиепископия – Охрид, получивший эту честь при Юстиниане на V Вселенском соборе. Четвертой автокефалией стала Нижняя Иверия при Льве Исавре. Пятой – Верхняя Иверия при Мономахе. Шестой – Печ при никейских императорах.

122

Обратись к началу этой книги, откуда ясно, что гражданские законы, противоречащие правилам, недействительны.

123

Притч. 31:4.

124

Из этого послания многие делают вывод о том, что архиереям предоставляется право отрекаться от своих епископских областей, но при этом удерживать честь и действие архиерейства. Однако они ошибаются: из этого послания следует, скорее, прямо противоположное, согласно Зонаре, Вальсамону и Властарю. И прежде всего, из слов послания становится ясно, что отречения не должны иметь место. Ибо в послании говорится так: «Подобало Евстафию, поскольку он однажды взял на себя епископское попечение, нести его с духовным мужеством, противоборствовать трудностям и добровольно терпеть подвиг епископства, обещающий воздаяние». To же самое явствует и из того, что Собор удивился, увидев письменное отречение Евстафия. Поэтому если бы отречения были чем-то обычным и дозволенным, то неужели Собор стал бы недоумевать по этому поводу, как будто произошло нечто новое и небывалое? «Ибо не знаем, – говорит послание, – почему и каким образом он представил письменное отречение». Подтверждает это и председатель настоящего Собора – Кирилл (которым составлено, как видно из слога, и данное послание), говоря в своем 3-м правиле: «Не сообразно с церковными правилами это дело, т. е. то, чтобы архиереи представляли письменные отречения. Если они достойны священнодействовать, пусть пребывают в этом служении и не отрекаются, а если недостойны, пусть удаляются от епископства не через отречение, но через осуждение за такие дела, которые вызывают серьезные обвинения». To же самое следует и из правила Двукрат. 16. Если оно извергает того, кто оставил свою область больше чем на шесть месяцев, и повелевает на его место рукоположить другого епископа, то не тем ли большее прещение оно накладывает на того, кто совсем отрекся от своей области? Хотя это правило и говорит, что не должно рукополагать другого на место живого епископа, если последний сам добровольно не отречется от епископства, однако при этом подразумевается, что он отрекается по какой-то скрытой причине, препятствующей епископству. Но далее само правило как бы вносит поправку, ибо говорит, что должно рукополагать другого после того, как будет исследована причина отречения живого епископа и совершится его извержение. А Афанасий Великий пишет в письме к Драконтию: «Епископ до поставления живет для себя, а после поставления живет уже не для себя, но для тех христиан, ради которых поставлен». {Athanas. Alex. Ad Drac. 2 // PG 25b, 525A.}

Если даже ссылаются на то, что Григорий Богослов отрекся, как это утверждает и Вальсамон, пусть примут к сведению, что он отрекся не от своей епископии, которой был город Сасима, но от чужой, а именно от Назианза, как он сам сообщает нам. В письме к Григорию Нисскому он говорит: «Я был произведен в епископа не Назианза, но Сасимы, хотя ненадолго из уважения к отцу и к умолявшим меня принял на себя это предстоятельство как чужой». {Greg. Nazianz. Ep. 182 // PG 37, 297A.} В письме же к Филагрию говорит следующее: «Но если опасно, как ты пишешь, оставить кому-либо свою Церковь, то какую Церковь ты имеешь в виду? Если мою, а именно Сасиму, то и я говорю то же, и вы говорите правильно. Если же я оставил Церковь чужую и не мне предназначенную, а именно Назианз, то ответственности я не несу. Если же меня удерживают потому, что некоторое время я имел попечение о ней, то удерживали бы и многих других, которые временно имели попечение о чужих областях». {Idem. Ep. 87 // PG 37, 161AB.}

Итак, из сказанного ясно, что, во-первых, отречения непозволительны, а во-вторых, отрекшиеся (и в особенности по лености и нерадению) не должны удерживать честь, имя и действия епископа, и это явствует из настоящего послания. Так, оно говорит, что Евстафий пришел на Собор, испрашивая честь и звание епископа. Но если он испрашивает это, очевидно, что вместе с отречением от своей области он отрекся и от этого и, как отрекшийся, не владел уже им, и справедливо. «Епископ» – это не отвлеченное понятие: оно относительно и связано с определенным предметом, потому что епископ есть епископ епископии. Явно, что отрекшийся от епископии не должен и называться епископом (разве только с оговоркой «бывший»), согласно Властарю и Зонаре. Если же он не должен носить имя епископа, тем более не должен обладать ни честью, ни действием епископа. Как правило Апост. 36, так и правило Антиох. 18 даруют епископскую честь и действие в качестве почетной награды не тому, кто отрекается от своей епископской области, но тому, кто отправляется в свою область, однако народ отказывается его принять по своему бесчинию. Поэтому в случае, если епископы отреклись от своих епископских областей не из-за бедственных происшествий и перешли в другие области, где доход бывает больше, Синесий с Феофилом требуют, чтобы никто не допускал таких к жертвеннику и не приглашал их сесть на почетное место, но чтобы, когда они входят в церковь, их оставляли без внимания, как простолюдинов, на местах для народа. {Synes. Ptolem. Ep. 67 // PG 66, 1429A–1432A.} Потому и 1-е правило св. Кирилла говорит, что еп. Петр либо должен прилежать и делу епископа, либо, если он недостоин предстоять божественному жертвеннику, не должен быть почтен даже именем епископа.

Однако зачем я говорю, что отрекающимся не следует получать честь и звание епископа? Таких следует еще и отлучать, если они не берут на себя обязанностей предстоятеля во вверенном им стаде, согласно упомянутым выше правилам – Апост. 36 и Антиох. 17; отлучать до тех пор, пока они не примут это стадо. Поэтому удивительно, что этот III Вселенский собор не порицал памфилийских епископов за то, что они не принудили Евстафия принять вверенную ему Церковь, но на его место рукоположили другого. Впрочем, из слов послания видно, что памфилийские епископы достаточно спорили по поводу бездействия Евстафия, противились ему и оказывали давление, ибо в послании сказано: «Поскольку не следует чрезмерно пререкаться по поводу бездействия этого мужа». Наконец, когда они увидели, что он не повинуется и что стадо Христово в течение долгого времени лишено предстоятеля (указывает же на этот большой промежуток времени слово «оставаться», содержащееся в послании), они рукоположили на его место Феодора.

Можно спросить: «Почему вообще Собор дал Евстафию честь, звание и действие епископа?» Мы отвечаем: Собор так поступил главным образом и прежде всего потому, что, как мы сказали, Евстафий так безрассудно отрекся не из-за своей порочности, не по нерадению, но единственно из-за своего малодушия. Поэтому, если бы Феодор не был уже рукоположен, несомненно, Собор принудил бы Евстафия снова принять свою епископскую область, поскольку у него не было для этого никакого канонического препятствия. Ho по общему согласию Собор поступил таким образом, посочувствовав его слезам и глубокой старости.

Кроме того, 10-е правило сщмч. Петра не считает позволительным, чтобы и далее несли служение те, которые оставили стадо Господне, добровольно пошли на мученичество и сначала отреклись, а потом возобновили подвиг и исповедали веру.

Обрати внимание также и на то, что не должно внимать архиерею, если он, желая отречься от своей епископской области, будет оправдываться тем, что не является достойным, коль скоро еще не доказано, что он недостоин архиерейства. Ибо одно дело – «не быть достойным», с отрицанием, и другое дело – «быть недостойным», с отрицательной приставкой. Недостоин архиерейства тот, кто за совершенные канонические преступления был лишен этого достоинства. Ведь лишение, по словам философов, следует за принадлежностью. Поэтому таковой должен быть извержен. А не является достойным не только тот, кто имеет такие канонические преступления, но и тот, кто таких преступлений не имеет. Скажу больше: даже если человек добродетелен и свят, в сравнении с величием и высотой дарования архиерейства он не является достойным, как об этом говорят и Василий Великий, и божественный Златоуст в своих литургиях – в молитве Херувимской песни, содержащей такие слова: «Никтоже достоин от связавшихся плотскими похотьми и сластьми приходити и приближитися, или служити Тебе, Царю славы: еже бо служити Тебе, велико и страшно и самем Небесным Силам».

По этой причине, как говорит Вальсамон в толковании правила Двукрат. 16, хотя патриарх Лука без исследования принял отречение Феодула, еп. Макры, однако потом, когда оно было соборно рассмотрено, патриарх Михаил Анхиал не признал его, но отверг, поскольку это отречение предполагало, что он отрекается от епископии не как недостойный ее, но как не являющийся достойным. Каждый недостойный не является достойным, но тот, который не является достойным, не есть в то же время и недостойный. Ибо назвавший себя недостойным тем самым осудил самого себя, а сказавший, что он не является достойным, скорее должен быть похвален как смиренномудрый.

И в заключение кратко выражу суть этого примечания: нет никакой другой причины, которая может считаться уважительной, для того чтобы архиерей отрекся от своей области, за исключением, разумеется, того, если он впал в преступления, препятствующие архиерейству, либо скрытые и недоказанные, исповеданные одному лишь духовному отцу, либо явные, за которые, однако, он не был низложен Собором. В таком случае архиерей, обличаемый собственной совестью, вполне законно может отречься от архиерейства, и никто не может ему воспрепятствовать. Такому не возбраняется и стать монахом.

Смотри также 2-е правило Собора, бывшего в Святой Софии, а особенно 3-е правило Кирилла и приведенное в примечании к нему свидетельство Златоуста, толкование на VI Всел. 26 и примечание к нему, а также примечание к I Всел. 9.

Смотри и образец канонического отречения в конце этой книги.

125

Маркиан был зятем Феодосия Младшего, мужем его сестры Пульхерии. Он взял ее в жены, однако не вступил с ней в супружеские отношения: она осталось девой до смерти, согласно Евагрию (Церковная история. Кн. 2, гл. 1). {PG 86b, 2489В.} Как Маркиан, так и Пульхерия вместе позаботились о том, чтобы созвать данный Собор. Они также вдвоем присутствовали на шестом заседании Собора и сидели на престолах перед алтарной преградой.

126

Ведь если бы природа Христа была одна, то подобало бы ей быть или Божественной, или человеческой, или ни Божественной, ни человеческой, но отличной от обеих. Однако если бы она была Божественной, то где человеческая? А если человеческой, то неужели говорящие это не отрицают Божества? Если же отличной от обеих, то разве не становится Христос иной природы, нежели природа Отца, и иной, нежели природа людей? Но что может быть нечестивее и безумнее того, чтобы полагать, что Бог Слово стал человеком, дабы разрушить и Свое Божество, и воспринятое человечество? Так говорит Фотий, противясь нечестию монофизитов, которое они выказывали к IV Собору.

127

Это послание св. Лев (память которого Церковь празднует 18 февраля) написал св. Флавиану Константинопольскому против монофизитов. Рассказывают, что после того как Лев составил послание, он положил его на гробницу св. ап. Петра и с постом, бдением и молитвой умолял апостола исправить послание, если в нем есть какая-то ошибка. Апостол явился ему и сказал: «Я исправил его». Отрывок из этого послания, содержащий точное и возвышенное богословие о двух природах и одной ипостаси Христа, дословно звучит так: «Та и другая форма действует в общении с другой, как каждой свойственно: Слово совершает то, что свойственно Слову, а тело исполняет то, что свойственно телу. Одно из них блистает чудесами, другое подверглось поруганиям. Как Слово неотделимо от славы Отчей, так тело не утратило естества нашего рода. Ибо один и тот же истинно и Сын Божий, и истинно Сын Человеческий. Бог, потому что в начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог, {Ин. 1:1.} а человек, потому что Слово стало плотию, и обитало с нами {Ин. 1:14.}». {ACO // TLG 5000/003. 2. 1. 1, 14. 27–15. 6.} Вот почему после прочтения этого послания на настоящем Соборе отцы воскликнули: «Это вера отцов! Это вера апостолов! Петр возгласил сие через Льва». {Ibid. // TLG 5000/003. 2. 1. 2, 81. 24, 26.} По этой причине послание назвали даже оплотом православия.

Об этом послании еще пишет Софроний Иерусалимский: еп. Феодор (чья епископская область находилась в Ливии), будучи кувикуларием Александрийского патриарха Евлогия, увидел во сне высокого человека, вызывающего большое уважение и благоговение. Этот человек сказал ему: «Извести патриарха Евлогия, что пришел папа Римский Лев, дабы с ним встретиться». Феодор тотчас побежал к патриарху и передал ему сказанное. И вот, встретившись, они поприветствовали друг друга, и спустя немного Лев сказал Евлогию: «Знаешь, зачем я пришел? Я пришел поблагодарить тебя за то, что ты весьма хорошо уразумел мое послание и отстоял его. Теперь знай, что ты оказал великое благодеяние не только мне, но и верховному Петру». Сказав это, он стал невидим. Утром Феодор рассказал об этом Евлогию, а тот со слезами возблагодарил Бога, соделавшего его проповедником истины (Досифей. Двенадцатикнижие. С. 527). Названный же Евлогий жил при императоре Маврикии.

Но поскольку паписты на основании этого послания приходят к неверному выводу о том, что папа обладает высшей властью во вселенной и на Соборах, то мы отвечаем так. Во-первых, хотя это послание действительно и вне всяких сомнений православное, оно было принято данным Собором не просто так, но сначала подверглось испытанию: согласно ли оно с Символом I и II Соборов и с деяниями III Собора при Кирилле, – и уже после того, как его согласие подтвердилось, оно было подписано архиереями на 4-м заседании настоящего Собора. Во-вторых, подобно тому как это послание было названо оплотом православия на IV Соборе, так на VII Соборе грамоты, посланные восточными архиереями Тарасию, были названы столпом благочестия, а послание Тарасия к восточным – оросом православия (4-е деяние VII Собора); а оплот православия, столп благочестия и орос православия – это одно и то же. Вряд ли нужно и говорить о том, что послание Льва было названо не просто оплотом, но одним из оплотов православия, так как есть и другие оплоты православия, а послание Тарасия – просто оросом православия, и грамоты восточных – просто столпом благочестия. В-третьих, как после прочтения послания Льва Собор сказал: «Это вера отцов», так и после прочтения деяний I и II Соборов возгласил: «Это вера православных, так верим мы все». {АСО // TLG 5000/003. 2. 1. 2, 79. 27–28.} Когда же было зачитано послание Кирилла, Собор сказал: «Лев и Анатолий так верят, и мы так верим. Кирилл так верит, вечная память Кириллу». {Ibid. // TLG 5000/003. 2. 1. 2, 81. 9–11.} Еще добавлю, что по прочтении послания Льва Собор присовокупил и следующее: «Кирилл так верил. Папа так истолковал». И снова: «Лев научил. Кирилл так научил. Лев и Кирилл учили одинаково». {АСО // TLG 5000/003. 2. 1. 2, 81. 27–28.} И, в-четвертых, последнее: III Собор послание Кирилла к Несторию сделал своим оросом (см. также в предисловие к III Всел.), но IV Собор не принял послание Льва в качестве собственного ороса и, несмотря на то что легаты Римского папы приложили к тому все усилия, ответил: «Другого ороса не будет». {Ibid. // TLG 5000/003. 2. 1. 2, 124. 24.} Орос утвердил это послание, но внесено из него в орос было только то, что во Христе две природы соединены нераздельно и неслитно. Таким образом, на основании всего сказанного ниспровергается мнимое монархическое достоинство папы и доказывается, что и папа, даже если он мыслит православно, подвергается суду и испытанию со стороны Вселенского собора, который есть последний судья в Церкви.

Об этом смотри в примеч. 1 к предисловию I Всел.

128

Прискорбным показалось мне не привести здесь, ради более точного уяснения слов о непреложно и неслитно соединенных во Христе природах, толкование Феодора, пресвитера Раифского, помещенное в «Библиотеке отцов», – толкование поистине и в высшей степени богословское (Досифей. Двенадцатикнижие. С. 469). Оно гласит: «Православные исповедуют две природы, соединенные сущностно в ипостасном единении, неразлучно и неслитно (толкование ороса). Выражение „две природы“ указывает на инородность и иносущность двух соединившихся природ: воспринявшего Божества и воспринятого человечества; а „сущностно“ обозначает, что они сосуществуют и соединяются не по благоволению, т. е. не по благодати, или энергии, или достоинству, или равночестности, или отношению, или связи, или силе, или какому-либо иному относительному единению (как говорил Несторий), но существуют в одном и том же существе, подлежащем и вещи. А выражение „в ипостасном единении“ указывает на то, что не прежде образовалось человечество и уже к нему пришло Божество, но с самого начала своего существования человечество соединено с Божеством (ибо как только образовалась плоть и кровь, это была плоть Слова Божия, по словам другого богослова). „Неразлучно“ и одновременно „неслитно“ обозначает, что соединившиеся природы не изменились в новые через единение, но их соединение всегда сохраняется таким же образом, и ни одна из природ не умаляется, сохраняя пределы и значение своей сущности». {Theod. Rhait. Praeparatio // PG 91, 1492AC.}

Следовательно, из этого толкования мы узнаём, что когда отцы называют соединение двух природ во Христе соединением по естеству и естественным, то именем «естественное» они показывают не то, что во Христе соединение человечества совершилось в естестве и по естеству – отнюдь! (Ведь если бы это было так, то, следовательно, из двух природ должна была составиться одна сложная природа; но это было нечестивое мнение монофизитов, а не православное мнение Кафолической Церкви, которая учит, что две природы Христа соединены не по естеству или в естестве, но по ипостаси и в ипостаси Слова Божия. Поэтому ипостась Христа, составленная из двух природ, божества и человечества, одна.) Наименованиями «естественное» и «по естеству» отцы показывают, что это соединение произошло истинно и действительно, как истолковал упомянутый Феодор Раифский и, в особенности, наилучшим образом божественный Кирилл Александрийский, громогласный толкователь этого неизреченного и непостижимого соединения. Он сказал в 3-м анафематизме: «Кто во Едином Христе после соединения разделяет Ипостаси (т. е. существующие и наличествующие, или действительные природы. – Прп. H.), сопрягая их только связью по достоинству, т. е. по воле или силе, а не так, как это следовало – по естественному соединению: тому да будет анафема». {Cyr. Alex. Ехрlіс. 12 capit. 3 // PG 76, 300В.} Итак, сказав это, он истолковывает и в изъяснении этого анафематизма, {Ibid. // PG 76, 300С.} и в ответах на возражения «восточных», {Cyr. Alex. Pro 12 capit. contr. orient. 3 // PG 76, 332B.} и в ответах на опровержения Феодорита {Idem. Pro 12 capit. contr. Theodoret. 3 // PG 76, 405C, 408B.} – одновременно в трех местах, – что выражение «естественное единение», которое он употребил, указывает на истинное и действительное соединение. В качестве примера он приводит и известное апостольское изречение: И были по природе чадами гнева {Еф. 2:3.} – вместо «истинно чада гнева». Но некоторые другие богословы объясняют так, что выражение «естественное соединение» употребляется вместо «ипостасное соединение», поскольку и ипостась богословами и философами, а главным образом VII Собором в его 6-м деянии, определяется как сущность и природа с ее свойствами.

129

АСО // TLG 5000/003. 2. 1. 2, 129. 23–130. 3.

130

Смерть Флавиана от побоев – судя по всему, преувеличение позднейших византийских хронистов. Сам Флавиан в апелляции к папе Льву говорит только об угрозах и криках, не упоминая о побоях. – Ред.

131

АСО // TLG 5000/003. 2. 1. 3, 9. 27–29.

132

Заметь, что Евтихий иногда говорил, что плоть Господа не единосущна ни Матери, ни нам, а иногда, что до соединения во Христе было две природы, а после соединения – одна. На этом основании он говорил, что Христос – из двух природ (т. е. до соединения), но не и в двух природах (т. е. после соединения), почему и Халкидонский собор в своем оросе, приведенном выше, сказал, что Христос единосущен Отцу по Божеству и единосущен нам по человечеству. От монофизита Евтихия, как от какой-то многоголовой гидры, впоследствии произросли многие ереси.

Например, теопасхиты, которые произносили: «Святый Безсмертный, распныйся за ны», чему положил начало Петр Гнафевс (см. о нем VI Всел. 81), ведь, по мнению монофизитов, человечество преложилось в Божество. Следовательно, пострадала вся Святая Троица, – от чего пощади нас, Господи! – поскольку природа Божества одна. Таким образом, эти безумцы пустили стрелу своей хулы и в Святую Троицу, воспеваемую в Трисвятой песни. Из монофизитов произросли севириане, от монаха Севира, ставшего епископом Антиохии. От них – яковиты, от некоего сирийца Якова, человека низкого происхождения, называемого Занзал или Дзандзал, который и стал главой армянской ереси. От яковитов – гайаниты. Гайан последовал ереси Юлиана, еп. Галикарнасского, и был им рукоположен во епископа Александрии. Они утверждали, что Христос был совершенно бесстрастным (ἀπαθής), за что и прозваны апатитами, Дамаскин же называет их египтянами, {Ioan. Damasc. De haer. 83 // PG 94, 741A.} а от них произошли и копты. Из корня монофизитов позднее произросла и ересь монофелитов. Ведь если, по учению монофизитов, во Христе была одна природа, то, следовательно, эта одна природа должна иметь и одну волю. От них произошли агноиты, главой которых был Фемистий. Они говорили, что Христос не знал дня суда; по словам Дамаскина, эти еретики откололись от монофизитов-феодосиан. {Ibid. 85 // PG 94, 756B.} От них – тритеисты, которые говорили, что в Святой Троице есть как общая сущность и природа, так и частные, как у трех людей. Главой их был Иоанн Филопон Александрийский.

Все монофизиты назывались одним словом – акефалы, или потому, что отделились от Петра Монга, патриарха Александрийского, по той причине, что он не стал открыто анафематствовать IV Собор, по словам Леонтия; {Leont. Byz. De sectis 5. 3 // PG 86a, 1229AB.} или же потому, что они устраивали разные незаконные собрания, отдельно совершали крещение, а также вводили иные новшества и вносили раскол, по словам Никифора Каллиста; {Niceph. Callist. Hist. eccl. XVIII, 45 // PG 147, 420AB.} или потому, что разделились сами между собой, как Севир и Юлиан в споре о тленном и нетленном, и одни следовали за одним, а другие – за другим. Говоря вообще, их называли акефалами за то, что они подчинялись не одной главе, но одни – одному, другие – другому, различным образом отколовшись друг от друга и от Церкви (см.: Досифей. Двенадцатикнижие. С. 470; и у других авторов).

Все монофизиты и теопасхиты не принимали иконы Христа (о чем сказано в 6-м деянии VII Собора), поскольку утверждали, что описуемая и изображаемая природа человечества смешалась с природой Божества и преложилась в нее. Между прочим, их остроумно обличил в этом Аламундар, вождь сарацин. Когда он стал христианином, Севир послал к нему двух епископов, чтобы заманить его в свою ересь, a он, желая обличить их, сказал: «Да вы разве не знаете? Мне прислали письма, и их отправители сообщают, что архангел Михаил умер». Епископы Севира ответили ему, что это невозможно. Тогда Аламундар сказал: «Что же, если Христос не имеет двух природ, как вы утверждаете, то как же могло быть, что Он пострадал и умер на кресте? Ведь Божество Его бесстрастно и не умирает!» (Досифей. Двенадцатикнижие. С. 424).

133

Отметь еще, что совершаемое архиереем пострижение клириков Вальсамон называет печатью пострижения и епископским пострижением, а пострижение монахов – постригом и монашеским пострижением (в толковании VI Всел. 33 и 77).

134

Должность экономов была введена для управления церковными делами в соответствии с волей епископа, на что указывают правила Феофила Александр. 10, IV Всел. 26 и VII Всел. 11, а должность экдиков – для того, чтобы помогать тем, с кем обошлись несправедливо, освобождать притесняемых и защищать тех, которые, терпя бедствия и клевету, ищут прибежища в Церкви. Экдики были двух видов: церковные, о которых говорит настоящее правило, и светские и императорские, о которых говорят Карфаг. 83, 107. По Вальсамону, они назывались дефенсоры, {Дефенсор – от defensor, защитник (лат.).} a по Юстиниану – церковные экдики. В Константинопольской Церкви их было двенадцать, первый из которых назывался протэкдиком и вместе с двумя другими экдиками рассматривал незначительные дела, возникающие в Церкви.

А просмонари {Просмонарь – от глагола προσμένω, ожидать.} существовали для того, чтобы пребывать в назначенной им церкви, ожидая и встречая приходящих на поклонение.

135

По Арменопулу (кн. 3, тит. 8), подрядчики в собственном смысле слова – это ремесленники, которые предоставляют гарантию и берутся за какую-либо работу, обязуясь не оставлять ее, пока не доведут до конца.

136

По какой причине данное правило позволяет епископам и монахам становиться опекунами и кураторами, а 123-я новелла Юстиниана запрещает? Согласно Вальсамону, новелла запрещает им это с той целью, чтобы они не становились опекунами и попечителями по своей воле или тогда, когда их призывают к этому только законы. Но она не запрещает им это в том случае, когда их попросят епископы. А хартофилакс Петр говорит, что монахи не должны быть восприемниками при крещении детей (разве только по крайней необходимости; см. также примеч. к правилу Иоанна Постника 24) и вступать в побратимство, ибо это против правил (Греко-римское право. С. 395). И хартофилакс Никифор говорит, что Церковь заповедует игуменам и начальствующим над монастырями следить, чтобы монахи не становились восприемниками или побратимами, и что по закону побратимство совершенно не принимается (Там же. С. 342).

Смотри также главу о побратимстве в «Учении о браках».

137

Потому и 7-е постановление 1-го тит. «Новелл» (67-я новелла Юстиниана) и 3-е постановление 2-го тит. (131-я новелла Юстиниана), помещенное в 5 кн. «Василик», тит. 3, гл. 4 и 5 (по «Номоканону» Фотия тит. 3, гл. 14 и тит. 11, гл. 1), предписывают тому, кто желает построить молитвенный дом, или церковь, или монастырь, сначала обсудить это с епископом, пожертвовать в достаточном количестве средства для возжигания лампад и светильников в храме и для священнослужения, на пропитание просмонарей и тех, кто будет там жить. Затем епископ должен объявить об этом всем, торжественно пойти к месту будущей постройки, сотворить молитву и водрузить там крест, и тогда пусть начинается постройка. Кроме того, говорится, что епископ, экономы и властитель того места должны понуждать как того, кто начинает новую постройку или восстанавливает старую, так и его наследников заканчивать начатое строительство и не бросать его.

138

Следовательно, по этому правилу, и те, кого именуют иеромонахами, не должны ни рукополагаться на приходах в мирских церквях, ни нести там чреду священнослужения. Ибо и они по своему имени суть монахи и дают обет девства, а потому подобает, чтобы они и рукополагались в монастырях и жили, исполняя служение священства, там, а не в миру. Потому-то, подтверждая это, ипат философов Михаил Константинопольский определил, что все священнодействия, совершаемые в миру, должны исполнять мирские иереи, а не иеромонахи. Иеромонахи же должны находиться в своих монастырях, как говорит Вальсамон (толкование гл. 3, тит. 1 «Номоканона» Фотия). Кроме того, Петр, хартофилакс Великой церкви, говорит, что иеромонах не может благословлять брак даже в самом монастыре (Греко-римское право. С. 395). Следовательно, против правил поступают те архиереи, которые рукополагают иеромонахов в городах, и пусть они исправят эту несообразность. Ибо за все те злые дела и грехи, которые эти иеромонахи творят в миру, встречаясь с похотями мира, – за все это должны понести наказание рукоположившие их архиереи. Ведь так говорит божественный Златоуст: «Не говори мне, что согрешил пресвитер или диакон. Вина за все это лежит на главах рукоположивших их» (Беседа 3 на Деяния апостолов. Т. 4. C. 627). {Ioan. Chrysost. Hom. in Acta apost. 3. 4 // PG 60, 40}.

Согласно этому правилу, плохо поступают и те монахи, которые оставляют свои монастыри, кельи или скиты и отправляются в мир для сбора милостыни. Тем самым они впадают в множество ловушек диавола и получают душевный вред. Да, Василий Великий дозволяет монахам выходить из монастыря и путешествовать по нуждам киновии и некоторым образом обличает тех, которые по нерадению отказываются и не желают выходить в мир (Уставы подвижнические. Гл. 26), {PG 31, 1416AB.} но вместе с тем тот же Василий говорит, что настоятель должен посылать ради этих нужд киновии того, который может и сам не повредиться, и принести пользу беседующим с ним. Если же в монастыре не найдется способного к этому и сильного брата, то лучше братьям терпеть всякую скорбь и тесноту даже до смерти, нежели ради телесного утешения пренебречь явным вредом для души того, кого намереваются послать. По возвращении же брата настоятель должен расспрашивать его, как он провел время в отлучке, и то, что исполнено им хорошо, – хвалить, a то, что плохо, – исправлять, и т. д. (см. правило 44 из пространно изложенных). {PG 31, 1029B–1032A.}

139

Настоящее правило в том же виде находится и в 6-м деянии настоящего IV Собора, но там оно содержит два дополнения. Первое: нельзя строить монастырь в чьих-либо владениях без согласия хозяев; и второе: не только рабов, но и приписных, т. е. воинов, не должно принимать в монастырь и постригать. {ACO // TLG 5000/003. 2. 1. 2, 157. 4–5, 8–10.}

140

Следовательно, и сказанное в правиле Антиох. 13 нужно понимать так же, как сказанное здесь этим Собором о недействительном рукоположении. Смотри также примеч. к Апост. 28.

141

Согласно c этим правилом законополагает и 123-я новелла Юстиниана. Она говорит: никто да не оставляет своего сана и не становится мирянином, потому что он будет лишен назначенной ему должности или воинского звания и передан советникам своего города. А 7-я и 8-я новеллы Льва повелевают, чтобы клирики и монахи, которые переменили свои одежды и стали мирянами, были вновь облечены в одежды клириков и монахов даже против своей воли. (У Арменопула в «Кратком изложении правил» разд. 3, тит. 2.)

142

Поэтому и в 10-м деянии Собора, состоявшегося при Василии Македонянине, совершенно верно по поводу этого написано: «Ни одному мирянину, кем бы он ни был, не позволяется возбуждать дело по церковным вопросам или противостоять всей Церкви или Вселенскому собору, потому что исследование и испытание этих вопросов – дело патриархов, иереев и дидаскалов, которым от Бога дано вязать и решить. Мирянин, пусть и преисполненный всякой мудрости и благоговения, тем не менее мирянин и овца, а не пастырь; напротив, архиерей, до тех пор пока занимает архиерейское место, остается пастырем, даже если в чем бы то ни было проявляет неблагоговение; потому не подобает овцам противиться своим пастырям».

143

Как пчелы вокруг меда, так разнообразные мнения роятся вокруг этой части настоящего правила. К примеру, у нас, выступая против папской власти и желая почтить Константинопольского предстоятеля, дошли до чрезмерностей. Так, Макарий Анкирский под «экзархами диоцеза» понимает прочих патриархов, а окончательную апелляцию относит к Константинопольскому предстоятелю и утверждает, что тот – первый и верховный судья над всеми патриархами. Вторят Макарию и автор «Алексиады», и Николай Мефонский в сочинениях против папской власти. Паписты же, в свою очередь желая утвердить единовластие папы, следуют за нашими богословами и соглашаются признать Константинопольского предстоятеля главным судьей над всеми. Их цель – показать, что если Константинопольский предстоятель есть судья над всеми, то, поскольку, по правилам, первый – Римский папа, а не Константинопольский предстоятель, следовательно, папа – последний судья вообще над всеми патриархами, и над самим Константинопольским, и к нему восходит апелляция четырех вселенских патриархов. Паписты, которые так говорят, – это отступник Виссарион, Биний и Беллармин.

Со своей стороны и папа Николай в письме против Фотия, написанном императору Михаилу, утверждает, что под экзархом диоцеза правило понимает Римского папу и что под словом «диоцез», которое стоит в единственном числе, надо понимать «диоцезы» во множественном. Так и в Божественном Писании, говорит он, единственное число часто употребляется вместо множественного, например: источник же вытекал из земли {Быт. 2:6.} – вместо «источники же вытекали из земли». По его же утверждению, правило говорит, что всякий, кто имеет тяжбу с митрополитом, должен прежде всего судиться перед экзархом диоцеза, т. е. Римским папой, а потом уже ему по снисхождению позволяется судиться перед Константинопольским предстоятелем.

Однако все вышеупомянутые заблуждаются и далеки от истины. To, что Константинопольский предстоятель не имеет права действовать в диоцезах и областях других патриархов и что это правило не дало ему права принимать апелляции по любому делу во вселенской Церкви, становится ясно из следующего. (Апелляцией же называется перенос судебного разбирательства из какого-либо суда в другой, больший суд, согласно 9-й кн., 1-му тит. «Василик».) Во-первых, в 4-м деянии этого Халкидонского собора Анатолий Константинопольский получил порицание и от сановников, и от всего Собора, за то, что действовал за пределами своей области и, забрав Тир у его епископа, Фотия, передал Евстафию Беритскому, низложив и отлучив Фотия. Несмотря на то что Анатолий привел множество оправданий, все совершенное там Собор признал недействительным, а Фотий был оправдан и получил обратно Тирские епископские области. Потому и Исаак Эфесский говорил Михаилу, первому из Палеологов, что власть Константинопольского предстоятеля не распространяется на патриархии Востока (у Пахимера кн. 6, гл. 10). {PG 143, 909B–910A.}

Во-вторых, гражданские и императорские законы не определяют, что только суждение и решение одного Константинопольского патриарха не подлежит апелляции, но говорят неопределенно – «каждого патриарха» или во множественном числе – «патриархов». Юстиниан в 123-й новелле говорит: патриарх диоцеза пусть выносит такие постановления, которые соответствуют церковным правилам и законам, причем никакая сторона не может возражать против его решения. И Лев Мудрый в 1-м тит. своего краткого изложения законов говорит, что решение патриарха не подлежит апелляции и не пересматривается другим патриархом, будучи началом всего в Церкви, ибо от патриарха все суждения исходят и им отменяются. И снова Юстиниан в кн. 3, гл. 2 «Церковного сборника» говорит, что соответствующий патриарх будет рассматривать решение, не опасаясь апелляции. А в кн. 1, тит. 4 «Церковного постановления» сказано так: «Решения патриархов не подлежат апелляции», и еще в кн. 1, тит. 4, гл. 29: «Предшествующие нам императоры узаконили, дабы не было апелляций на решения патриархов».

Итак, если по законам императоров, которые согласуются со священными правилами, решения всех патриархов не подлежат апелляции, т. е. не выносятся на суд другого патриарха, – то как их может пересматривать Константинопольский предстоятель? И если настоящее правило IV Собора так же, как и 17-е его правило, имело целью дать Константинопольскому предстоятелю право принимать апелляции на решения других патриархов, то как императоры могли предписать диаметрально противоположное, когда им было известно, что гражданские законы, не согласующиеся с правилами, недействительны?

В-третьих, если мы согласимся с вышеупомянутыми папистами в том, что Константинопольский предстоятель судит патриархов и пересматривает их решения, то, поскольку правило не делает исключения для какого-либо патриарха, он же, следовательно, будет судить Римского папу и пересматривать его решения и, таким образом, Константинопольский патриарх будет и первым, и последним, и общим судьей всех патриархов и самого папы. Следовательно, той же самой хитростью, которой паписты стремятся обосновать единодержавное достоинство Римского папы, они разрушают и низвергают это достоинство.

В-четвертых, никто – ни митрополит, ни патриарх – не имеет права совершать какие-либо действия в Церквах за границами своей области, но только в подчиненных ему, согласно правилам: Апост. 34, 35; I Всел. 6, 7; III Всел. 3, 8; VI Всел. 20, 36, 39; Сардик. 3, 11, 12; Антиох. 9 и пр. И как же тогда настоящее правило и другие могли бы предписать то, что противоположно всем этим правилам?

В-пятых, если Константинопольский патриарх получил такое преимущество, то почему патриархи Константинополя, когда им нередко случалось разойтись во мнениях с папами, говорили не о том, что они имеют такое преимущество, но только о равных привилегиях? Или почему никакой другой христианин при подобных разногласиях между ними ни разу не сказал, что Константинопольский предстоятель больше Римского?

Но жив Господь, жив! Истинное толкование правила таково: экзарх диоцеза, по Вальсамону, – это не митрополит области (потому что диоцез включает в себя множество митрополичьих областей), но митрополит диоцеза. Он и не патриарх, потому что слова правила II Всел. 6 «если кто-либо проявит непочтение ко всем епископам диоцеза» тождественны словам настоящего правила насчет «экзарха диоцеза», а Собор диоцеза и экзарх диоцеза занимают иное положение по сравнению с тем, которое занимает каждый патриарх с подчиненными ему епископами.

Итак, экзарх диоцеза – это митрополит диоцеза, имеющий некое преимущество перед другими митрополитами того же диоцеза. Это преимущество экзархов ныне недействительно: хотя некоторые митрополиты и называются экзархами, однако же они не имеют у себя в подчинении и других митрополитов диоцеза. А потому, согласно Вальсамону, становится ясно, что в те времена экзархи диоцеза занимали иное положение. (Из них, по Зонаре, экзархи: Кесарийский, Каппадокийский, Эфесский, Фессалоникийский и Коринфский – носили в своих церквах полиставрии. Полиставриями назывались фелони, расшитые множеством крестов, как говорит Вальсамон на с. 447 «Греко-римского права».) Впрочем, это преимущество было упразднено или непосредственно во время настоящего IV Вселенского собора, или немного позже. Потому и Юстиниан, говоря о разногласиях клириков, вовсе не упоминает об экзархах, хотя перечисляет все прочие суды клириков.

Таким образом, правило говорит, что если епископ или клирик имеет разногласия с митрополитом области, то пусть он обращается к экзарху диоцеза. Иначе говоря, подчиняющиеся Константинопольскому престолу клирики и митрополиты пусть судятся или перед экзархом того диоцеза, в котором они находятся, или перед Константинопольским предстоятелем, как перед своим патриархом. He сказано: «Клирик, у которого есть разногласия с митрополитом чужого диоцеза, или митрополит, у которого есть разногласия с митрополитом любого диоцеза и области, пусть судится перед Константинопольским патриархом». Ho не сказано и так: «Пусть прежде всего обращается к экзарху диоцеза, а не к Константинопольскому предстоятелю», как искаженно и неверно толкует это правило папа Николай, на что мы указали выше; но куда обратиться – это оставляется на усмотрение сторон, собирающихся судиться. Все равно: или к экзарху диоцеза, или к Константинопольскому предстоятелю, и нет разницы, перед кем судиться – перед одним ли или перед другим. Потому и Зонара говорит, что Константинопольский патриарх поставляется судьей не над всеми без исключения митрополитами, а только над подчиненными ему (в толковании IV Всел. 17). И в толковании Сардик. 5 он говорит: «Константинопольский предстоятель рассматривает апелляции только подчиненных Константинопольскому предстоятелю, как и Римский папа рассматривает лишь апелляции подчиняющихся Римскому папе».

В настоящее время из-за того, что Собор и экзарх диоцеза упразднены, Константинопольский предстоятель есть первый, единственный и последний судья над подчиненными ему митрополитами – но не над теми, которые подчиняются остальным патриархам. Ибо, как мы сказали, последний и всеобщий судья всех патриархов – это Вселенский собор, и никто другой.

Смотри также примеч 2 к II Всел. 6, где мы сказали о диоцезе подробнее.

Ввиду того, что степень экзархов, упоминаемых в правиле, как мы сказали, уже давно упразднена, имя экзархов ныне носят те, кто занимает особую церковную должность и кого Церковь посылает за границу.

144

В одном месте я случайно обнаружил, что грамоты, которые давались неимущим, имели такую печать и подпись:

«Милостию Господа полна земля. {Пс. 32:5.} † Папа Григорий». A то, каким образом они составляются теперь, смотри в конце книги.

Эти грамоты Созомен (кн. 5, гл. 16) называет рекомендательными епископскими посланиями, {PG 67, 1261В.} a Григорий Богослов в слове против Юлиана рекомендательными письмами: «С рекомендательными письмами, с которыми мы отправляем нуждающихся от одного народа к другому». {Greg. Nazianz. Or. 4. 111 // PG 35, 648C.}

145

Григорий Богослов в надгробной речи Василию рассказывает, что подобный случай произошел в Каппадокийской митрополии, когда епископия г. Тианы была награждена именем новой митрополии. {Greg. Nazianz. Or. 43. 58 // PG 36, 572AB.}

146

Так, когда Маркиан почтил именованием митрополии Халкидон, а Валентиниан – Никею, было определено, что собственные права и достоинство должны сохраняться за их древними и истинными митрополиями, как явствует из 4-го деяния настоящего Собора. Поэтому, хотя Византий и Элия и почтены названием патриархий, все же относительно Элии правило I Всел. 7 говорит, что за ее митрополией, Кесарией, должно сохраняться ее собственное достоинство, как мы сказали. A o Византии Вальсамон и Никифор Григора рассказывают, что в их времена Константинопольского патриарха хиротонисал Ираклийский митрополит. {Niceph. Greg. Hist. VI, 1. 6 // PG 148, 309BC.} Ныне же он получает от него только посох, потому что прежде, чем стать патриархией, Византий был епископией Ираклийского митрополита.

147

В греческом издании «Пидалиона» ряд параллельных правил приводится на полях рядом с текстом правила. Настоящее правило занимает всего две строки, и этими словами прп. Никодим указывает на то, что перечислить все параллельные правила на полях затруднительно.

148

Имеется в виду Карфагенский собор.

149

См. 1 Кор. 7:12–13.

150

Так и Фотий в 12-м и 13-м тит. говорит, что поскольку в 23-й кн. 2-го тит. «Дигест» 1-е постановление определяет брак как «союз мужа и жены и общение жизни, соучастие в божественном и человеческом праве», то в соответствии с этим определением тем, кто сочетается браком, подобает принадлежать к одной религии. А 1-я кн. «Кодекса», тит. 5, постановление 12 говорит, что когда родители находятся в разногласии между собой (подразумевается случай, когда они принадлежали одной религии, но один из них обратился в православие, или иным образом получилось так, что они заключили брак, исповедуя разную веру), то перевес должен быть на той стороне, которая желает обратить своих детей в православие. Постановление 18 того же тит. так же говорит, что если один из супругов православный, а другой еретик, то дети их должны стать православными. В 1-й кн. «Василик», тит. 1, гл. 35, написано: «Никакой иудей пусть не берет в жены христианку, равно и христианин иудейку: кто сделает так, подлежит наказанию за прелюбодеяние». А православному лицу, которое сочеталось браком с инославным или еретиком, не разрешается приобщаться Божественных Таин до тех пор, пока не разлучится с ним и не понесет епитимии по правилам, согласно 33-му ответу Вальсамона. To же самое говорит и Симеон Фессалоникийский (ответ 47), добавляя, что только при своей кончине такой человек может по совершении над ним елеосвящения причаститься (разумеется, в том случае, если покается), причем иерей не должен вынимать за него частиц и принимать его приношения, за исключением свеч и фимиама, и иногда (а значит, не всегда) может давать ему святую воду и антидор ради того, чтобы человек не впал в отчаяние и чтобы побудить его творить милостыню. {PG 155, 893ВС.}

151

Basil. Маgn. Const. monast. 20. 4 // PG 31, 1393C.

152

И тот же Григорий Богослов говорит в своих стихах, что насколько девство выше брака, настолько и непорочный брак выше того, когда стремятся иметь и девство, и брак, а потому надо либо хранить девство по истине, либо вступать в брак и не желать смешивать все воедино: девство с браком, мед с желчью, вино с грязью, Иерусалим с Самарией. «Сколько девство предпочтительнее супружества, столько непорочный брак предпочтительнее сомнительного девства. Посему и ты, ревнитель совершенства, или вполне возлюби чистое девство, если имеешь к тому и силу и расположение, или избери супружество, как говорят, после первого второе, также доброе, плавание. Но бегай тех, которые хотят совместить и ту и другую жизнь: и безбрачную и по видимости брачную, т. е. примешивать к меду желчь, к вину грязь, к священному Солиму злочестивую Самарию». {Greg. Nazianz. Carm. moral. 2 // PG 37, 610A–611A.}

Божественный Епифаний также говорит (гл. о ереси 61): «Итак, лучше иметь один грех, чем бесчисленное множество. Лучше павшему на поприще открыто взять себе законную жену и, проведя в покаянии долгое время после потери девства, снова быть введенным в Церковь». {Epiph. Adv. haer. 61. 7 // PG 41, 1049В.} А Златоуст говорит в послании к Феодору, что монах, который вступит в брак, совершает грех настолько тяжелее прелюбодеяния, насколько Бог превосходит людей. {Ioan. Chrysost. Ad Theodor. 2. 3 // PG 47, 312.} Василий Великий же в правилах, пространно изложенных (в 14-м из них), говорит, что тому монаху, который нарушил обет, принесенный Богу, ни один брат не должен открывать дверь своего жилища, чтобы принять его, даже если на улице холодно и он пришел в поисках крова. И это не из-за ненависти, но, согласно словам ап. Павла, ради того, чтобы такой был посрамлен (см. 2 Фес. 3:14). {PG 31, 952A.} А в письме к падшему монаху Василий говорит, что такого мы не должны даже приветствовать словом «радуйся». {Basil. Magn. Ep. 44. 1 // PG 32, 360D–361A.}

To же говорит и божественный Никифор в 24-м правиле. Но в своем 34-м правиле он говорит, что монаха, вступившего в брак, если он не кается, надлежит предать анафеме, насильно облечь в схиму и заключить в монастырь. Когда же отложивший схиму возвратится и покается, следует облечь его в нее без чтения молитв, по 14-му правилу того же Никифора. А тот, кто облекся в схиму по какой-либо нужде или из-за коварства и лицемерия, как бы глумясь над ней, а потом, когда нужда миновала и отпала необходимость лицемерить, сбросил ее, должен подвергаться епитимии на три четыредесятницы дней и потом допускаться к причастию, по его же 21-му правилу. Названный божественный Никифор в своем 20-м правиле говорит: «Если монахиню растлили варвары или бесчинные люди, то если прежняя ее жизнь была безупречной, пусть несет епитимию только сорок дней, а если порочной – подвергается епитимии как прелюбодейка».

Заметь, что растлившие подвижницу или монахиню, т. е. посвященную деву, также как и бывшие их пособниками в этом растлении, подвергаются высшей степени наказания, а все их имущество конфискуется правителем и отдается в монастырь растленной, по 2-му постановлению 1-го тит. «Новелл» (Фотий. Тит. 9, гл. 30). Равным образом и тот, кто похитит или попытается взять в жены такую посвященную деву, подвергается высшей степени наказания (кн. 1, тит. 3, постановление 5), а сама она со своими вещами помещается в монастырь под надежную охрану.

Властарь же еще добавляет, что даже тот, кто стал монахом при последнем издыхании и совершенно не осознавал того, что совершалось над ним при пострижении в монахи, не может отложить монашеский образ и находиться долее в миру.

Смотри также примеч. 1 к IV Всел. 7 и само это правило, которое предает анафеме сбросившего монашеский образ и вступившего в мирскую должность. Смотри также примеч. к Никифора Константинопол. 34.

153

Обрати внимание, что это правило не противоречит правилу III Всел. 8, ибо последнее говорит о епископских областях, для которых и рукополагались епископы, и определяет, что ни один епископ не должен своекорыстно похищать их, если они не находились во власти его предшественников. Настоящее же правило говорит о самых малых приходах, которыми из-за их бесполезности и ничтожности случалось пренебречь епископам, удерживавшим их и владевшим ими издавна и с самого начала.

154

Этот Собор разрешил императору выносить постановления относительно приходов только тех городов, которые построены им самим, а не вообще всех, как заключает Вальсамон. Ибо, по 12-му правилу настоящего Собора, города, почтенные царскими грамотами именем митрополий, – и сами, и их епископы – получают только честь, a права и привилегии сохраняются неизменно за митрополией, которая на самом деле существовала ранее.

155

У Иоанна Антиохийского в «Собрании правил» (тит. 32) «сомонашествующим» вместо «соклирикам».

156

Как повествует об этом Ульпиан.

157

Фотий (тит. 9, гл. 37) говорит, что государственный закон карает тайные общества и заговоры. По 60-й кн. «Василик», тит. 36, составивший заговор против государства обвиняется в государственной измене. О том, что такое государственная измена, смотри в примеч. к Апост. 72. Заметь, что Вальсамон в толковании на настоящее правило говорит: «Не говори, что наказанию подлежит заговор, составленный ради совершения злого, а не доброго дела, – нет, всякий заговор, составлен ли он ради доброго дела или ради злого».

158

В других списках: «...как и принимающим запрещено». Под принимающими Зонара и Властарь (буква «Е») понимают тех, которые берут вещи епископа на сохранение; и если они присвоят что-либо из них, то извергаются наравне с расхищающими.

159

И в кн. 11 императорских постановлений, в тит. 8, постановлении 51 (Фотий. Тит. 2, гл. 1) определено: священные вещи – это вещи Божественного права и не составляют ничьей собственности. Священная же вещь есть та, которая была публично посвящена Богу. В свою очередь, согласно постановлению 10 тит. 1, священным является то, что правильно было посвящено Богу иереем, как, например, храмы и сосуды. A то, что человек сделает священным по собственному произволению, священным не является. Таково определение священной вещи, и значит, если храм разрушится, то место остается священным и никто не может, согласно Арменопулу, завладеть им. To, что однажды стало священным, никогда не перестает быть им. Если же 36-е постановление 11-й кн. 7-го тит. и говорит, что священные вещи, когда их захватывают неприятели, перестают быть священными, – как и свободный человек перестает быть свободным, когда его берут в плен, – по возвращении же вновь становятся священными, то здесь имеется в виду, что вещи перестают быть священными по действию, но не по силе. По силе они священны всегда, и в особенности священная движимая утварь, которая, даже если ее захватывают, часто являет и само действие находящейся в ней силы святости, как явил ее Божий кивот. После того, как он был захвачен иноплеменниками, их идолы были низвергнуты, страна наполнилась мышами, а сами они были поражены язвой на седалищах (1 Цар. 4). {См. 1 Цар. 5:6.} Так и священные сосуды, похищенные вавилонянами из храма Иерусалимского, умертвили Валтасара, поскольку он воспользовался ими как сосудами обычными и несвященными (Дан. 5).

И все же, несмотря на все это, насколько истинны, настолько и страшны слова Василия Великого (нравственное правило 30): он говорит, что посвященное во имя Божие до тех пор почитается как святыня, пока на нем исполняется воля Божия. {Basil. Magn. Moralia 30. 1 // PG 31, 748D.} Так и оный дом и храм Иерусалимский потому остался пустым и лишенным Божественной благодати, по слову Господню: Се, оставляется дом ваш пуст, {Мф. 23:38; Лк. 13:35.} что не исполнялась воля Божия на нем, иначе говоря, не исполняли ее служащие в нем иереи. Никто не может владеть священными предметами по той причине, что он от них питался и пользовался ими долгое время, согласно 10-му постановлению 6-го тит. Мы не можем заявлять свои права на священное, как на наше собственное, т. е. приобретать его, по 23-му постановлению 6-й кн. 1-го тит. Если между двумя простыми и несвященными местами находится место священное, то не должно устраивать дороги от святого места до несвятого. Согласно 14-му постановлению 1-го тит., запрещается строить на священном месте; согласно 4-й кн. 15-го тит. «Институций», т. е. «Введения» в законы, никто не может продать, или обменять, или подарить, или отдать в заклад монастырь, где был воздвигнут престол и совершалась священная литургия и монахи проходили свой подвиг. И если что-либо подобное будет произведено – это не имеет силы: продавший потеряет как деньги, которые он получил, так и монастырь и вещи монастыря, которые продал; подобным образом и купивший потеряет и заплаченные деньги, и купленный монастырь. Деньги же эти будут отданы местным монастырям и местной Церкви, в соответствии с 1-м постановлением 2-го тит. «Новелл» (Фотий. Тит. 11, гл. 1).

А 2-е постановление 2-го тит. «Новелл» (Фотий. Тит. 10, гл. 1), равно как и Арменопул в 3-й кн., тит. 4, повелевает, чтобы экономы, эпитропы и прочие управители церквей и богоугодных заведений, а также хартуларии, их родители и дети никому не давали церковной вещи в рост, или в аренду, или под залог и не брали за все это деньги. Те, которые возьмут церковное имущество в рост или в аренду и удержат его как залог, потеряют и деньги, отданные за него, и доходы, полученные от взятия в рост. И все вышеупомянутые, отдавшие вещь, не только потеряют полученную за нее цену, но и отдадут штраф, равный доходу, который получили; а эти деньги пусть будут отданы богоугодному заведению и храму, которому принадлежало это имущество. Кн. 3 «Введения» в тит. 19 и 23 определяет, что никто не может купить священное место, зная, что оно священное. Если же введенный в заблуждение человек купил его как частную собственность, то он может возбудить судебное дело против того, кто продал его обманным путем. Если храм разрушится, то место не теряет своей святости – а значит, и не продается, согласно постановлению 73 тит. 1 (Фотий. Тит. 2, гл. 1).

160

Вариант: «если же кто-либо».

161

Отметь, что эконом каждый год должен представлять отчет епископу (или игумену) об управлении имуществом церкви или монастыря. Если же случится, что он умрет прежде, чем отчитается, то пусть отчет предоставят его преемники, согласно 42-му постановлению 3-го тит. «Новелл» (Фотий. Тит. 10, гл. 1). А Малакс в «Истории патриархов» говорит, что великий эконом над имуществом должен быть иеродиаконом (или иереем). Когда литургию совершает архиерей, великий эконом, одетый в стихарь, становится рядом со святой трапезой, держа в руках святую рипиду; он же подводит к архиерею того, кому предстоит рукоположение. Он следит за доходами и расходами и ведет счет всему имуществу церкви; хранит хартию с записями расходов и четыре раза в год представляет ее архиерею. Он наблюдает за имуществом вдовствующей церкви и заботится о нем до тех пор, пока в ней не будет архиерея, a на суде он стоит по правую сторону от архиерея. Зонара в истории Исаака Комнина говорит, что великий эконом и скевофилакс в то время назначались императором, однако упомянутый Комнин определил, чтобы они оба назначались патриархом. {Zonara. Annales XVIII, 4 // PG 135, 244АВ.} Исидор же Пелусиот (письмо 1628 к комиту Ермину) говорит, что эконом (οἰκονόμος) назван так потому, что каждого наделяет (νέμειν) подобающим (οἰκεῖον) ему, или потому, что каждого из находящихся в доме (τῷ οἴκῳ) наделяет (νέμειν) пo достоинству.

162

«Девиц» – у Иоанна Антиохийского в «Собрании правил», тит. 42.

163

Собор, равно как и гражданские законы, похищение женщин наказывает сурово, поскольку это дело бесчестное и низвергающее целые дома. Оно – причина убийств, раздоров и вообще многих зол. И если, допустим, родители или господа похищаемых женщин после этого дают согласие на брак, они, однако, дают согласие вынужденно и против своей воли, из-за бесчестия и растления, которому в большинстве случаев подвергаются их похищаемые дочери и рабыни прежде брака, и из-за того, что никто другой не желает брать их после этого. Я сказал, что именно по этой причине настоящее правило и гражданские законы сурово наказывают похитителей женщин. Если бы причина была только в зависимом положении этих женщин, то ведь Василий Великий в своем 22-м правиле требует, чтобы браки дочерей, находящихся под властью родителей, были утверждены согласием их родителей, как мы сказали выше. Однако гражданские законы расторгают браки, заключенные после похищения, даже если отцы похищенных женщин после согласятся на них, как мы сказали. Согласно гл. 39 тит. 12 кн. 60, если кто-то похитит чужую рабыню-блудницу и спрячет ее, то его не следует наказывать как вора и как работорговца, – поскольку он совершил это ради наслаждения, а не ради воровства, – но если он человек богатый, пусть подвергается штрафу, а если бедный – избиению палками.

164

VI Вселенский собор в 92-м правиле излагает дословно это самое правило. А Анкир. 11 определяет, что нужно возвращать женихам их невест, которые были обручены с ними и похищены другими, даже если невесты подверглись насилию от похитителей. То же самое говорит и правило Василия Велик. 22. Если же они не были обручены, тогда, добавляет правило, похитители должны вернуть их родителям или родственникам и, если родители захотят, пусть будет заключен брак, a если не пожелают, да не принуждают их к тому. Если похитители растлили женщин тайно или насильно, то они должны нести епитимию как блудники в течение четырех лет. Правило 30 того же Василия отлучает похитивших или оказавших им помощь на три года. Похищенную же только для вида (т. е. желающую последовать за мужчиной) оно считает не подлежащей наказанию, как и вообще брак, заключенный не по принуждению, если прежде брака не произошло растления. В 53-м правиле Василий признает невиновной рабыню-вдову, похищенную для вида, а в действительности желающую второй раз выйти замуж.

165

Главнейших причин, послуживших к изданию настоящего правила, пять: три – косвенные, а две – необходимые и заслуживающие внимания.

1) Поскольку правило Апост. 34 предписывает епископам каждого народа иметь одного епископа первым и считать его главой и поскольку правила I Всел. 6, 7 подчинили иные диоцезы епископу Рима, иные – епископу Александрии, иные – епископу Антиохии, а иные – епископу Иерусалима, то, следовательно, было необходимо, чтобы и автокефальные диоцезы Асии, Понта и Фракии первым и главой имели архиепископа Константинопольского, подчинялись ему и их митрополиты рукополагались им, потому что он находился по соседству, а в особенности потому, что такой обычай существовал изначально. Патриархи Константинополя поставили многих митрополитов из этих диоцезов. Так, Златоуст поставил Ираклида Эфесского, a по пути в Эфес и на обратной дороге в Константинополь низложил 13 епископов; также епископ Анкирский и Мемнон Эфесский (председатель на III Вселенском соборе) были поставлены архиепископом Константинополя. Потому и представляется истинным то, что мы сказали выше, в примеч. к 9-му правилу, разрешая указанное недоумение. Таким образом, очевидно, что настоящее правило подчиняет митрополитов данных диоцезов суду патриарха Константинополя.

2) Поскольку II Вселенский собор в своем 3-м правиле также дал первенство чести архиепископу Константинополя, то следовало сверх этого преимущества предоставить ему и привилегии власти.

3) Архиепископу Константинополя подобало получить преимущества власти, так как различные патриархи и архиереи приходили обратиться к императору с мольбой о своих нуждах, и сначала им было необходимо встретиться с архиепископом Константинополя, потому что они находили в нем соратника и помощника, а уже через него они должны были обращаться к императору, как определил это Юстиниан, подтверждая древний обычай. Потому и в 16-м деянии IV Вселенского собора Нунехий Лаодикийский, когда легаты Римского епископа выказали неудовольствие относительно привилегий Константинополя, сказал: «Слава Константинополя – наша слава, поскольку он берет на себя и наши заботы». {АСО // TLG 5000/003. 2. 1. 3, 97. 9–11.}

4) Архиепископу Константинополя подобало получить привилегии власти над вышеупомянутыми тремя диоцезами, поскольку, как явствует из 13-го деяния IV Вселенского собора, в Эфесе из-за беззаконных хиротоний Стефана и Вассиана произошло много соблазнов. Подобное случилось также и в Асии, Понте и Фракии, где после смерти епископов во время выборов и поставлений из-за отсутствия правящих архиереев стали происходить большие беспорядки, о чем сказано в послании того же IV Вселенского собора папе Льву. И между Евномием Никомидийским и Анастасием Никейским возникли большие неудовольствия относительно Василинопольской епископии.

5) Пятая и последняя причина: нечестивый Диоскор на разбойничьем соборе в Эфесе поместил Флавиана Константинопольского не на первом, а на пятом месте, вопреки правилам, что не понравилось ни Льву Римскому, ни его легатам, за что они и порицали Диоскора на IV Вселенском соборе.

Итак, по всем этим причинам Собор настоящим правилом, возобновляя II Всел. 3, предоставил архиепископу Константинополя и привилегии чести, равные привилегиям чести Римского епископа, т. е. патриаршее достоинство; и привилегии власти, равные привилегиям власти Римского епископа, т. е. право поставлять митрополитов трех вышеупомянутых диоцезов (поскольку они находятся в юрисдикции Константинополя). Это право утверждено не только обычаем, но и правилом. Как Римский епископ имеет первенство чести и власти, иначе говоря – патриаршее достоинство и право возглавлять свою западную область, так и Константинопольский архиепископ имеет те же самые преимущества, т. е. патриаршее достоинство и власть над названными митрополитами, находящимися в его области. Это и есть упомянутые в настоящем правиле церковные дела, в которых возвеличиваются как епископ Рима, так и архиепископ Константинополя, с одним лишь различием: Римский епископ – первый по порядку, a Константинопольский – второй. Эти привилегии Константинополя утвердили и одобрили не только отцы Собора, но и весь синклит сановников, несмотря на возражения папских легатов, которые, хотя вначале и порицали Диоскора, однако, видя, что пределы юрисдикции Константинопольского епископа расширяются, воспротивились этому чуть ли не до потери сознания. Поэтому явно, что паписты лгут, говоря, что первенство епископа Рима и его старшинство, а также его великое значение в церковных делах свидетельствуют о его особом праве на власть во всей Церкви, т. е. о единодержавном и непогрешимом достоинстве. Ведь если бы эти привилегии имели такой смысл, то и архиепископ Константинополя должен был бы также обладать таким достоинством, поскольку он, согласно правилам, есть равная и неизменная мера чести, власти и величия Рима. Однако архиепископ Константинополя по правилам никогда не получал такого достоинства, следовательно, не получал его и Римский епископ.

He составляет привилегию Римского епископа и то, что было дано, как говорят латиняне, Сильвестру Римскому пресловутым «даром» Константина Великого, {Прп. Никодим высказывает только сомнение в подлинности акта, хотя в его время безусловное доказательство подложности «Константинова дара» уже существовало, но похоже, что он с ним не был знаком, либо не счел нужным упоминать здесь об этом. – Ред.} а именно: ходить с отличительными знаками императорского величия в подражание императору, носить на голове вместо венца блестящую ленту, одеваться в царский омофор, порфировую хламиду и красный хитон, покрывать своего коня попонами по-царски, со всеми царскими знаками отличий; при этом император, словно конюший, должен был держать его коня под уздцы, а клир его Церкви – выделяться, подобно синклиту, и своей одеждой, и обувью, и лошадьми. Итак, в этом внешнем величии и блеске не заключаются преимущества и достоинства, даруемые правилами Римскому епископу – отнюдь. Во-первых, потому, что если бы привилегии заключались в этом, то следовало бы подобным образом и в той же мере предоставить их и архиепископу Константинополя. Во-вторых, потому, что, согласно VII Всел. 16 и VI Всел. 27, светлые и пышные одежды, всякая роскошь и украшение тела чужды клирикам и священническому чину, а еще потому, что чадящая спесь мирской власти должна далеко отстоять от иереев Божиих, как говорит послание Карфагенского собора к папе Целестину. И Апост. 83 извергает тех, кто желает удержать и римское начальство, и священническую власть. И Господь в Евангелиях повелевает нам остерегаться тех, которые желают ходить в нарядных одеждах. {См. Мк. 12:38; Лк. 20:46.} А потому этот указ, напрасно вызывающий столько толков, считается подложным и вымышленным. Даже если мы и снизойдем до предположения, что он истинен, то, поскольку он явно противоречит священным правилам, этот указ не имеет силы и недействителен. Ведь императорские постановления, противоречащие правилам, недействительны, о чем мы сказали в начале книги.

Итак, привилегии и первенство Римского епископа, как мы сказали, состоят в том, что он имеет власть над всеми епископами и митрополитами в Римском диоцезе, а следовательно, поставляет их вместе с епископами диоцеза и является первым по порядку среди прочих патриархов. Но эти привилегии он получил не потому, что Рим – кафедра Петра, не потому, что епископ Рима – викарий Христа, как празднословят паписты, – нет! – но прежде всего потому, что Рим был городом императорской власти. Престолу ветхого Рима, говорит настоящее правило, отцы по справедливости воздали преимущество, поскольку этот город был царствующим, а следовательно, в силу сложившегося древнего обычая, как город Рим был первенствующим, так и его епископ должен был занимать первое место, потому что правила дали ему такое преимущество. Подобным образом это преимущество было дано и архиепископу Константинополя, потому что Константинополь стал царствующим городом и новым Римом. И поскольку он стал царствующим, то еще в древности возник обычай: архиепископ Константинополя поставляет епископов Асии, Понта и Фракии. А коль скоро возник обычай, были изданы правила, которые его утвердили.

Обрати внимание, что кроме привилегий, равных привилегиям Римского епископа, какие получил архиепископ Константинопольский, он получил еще и следующие два титула: в отличие от прочих патриархов он стал именоваться Всесвятейшим и Вселенским. Титул «Всесвятейший» первым употребил в обращении к архиепископам Константинополя Сергию и Петру Макарий Антиохийский на VI Вселенском соборе, в VII в., а титул «Вселенский» первыми употребили клирики Антиохии и православные Византии в обращении к Константинопольскому архиеп. Иоанну Каппадокийцу, в царствование Юстина Фракийца, в VI в.

Я сказал, что Константинопольский архиепископ именуется так в отличие от остальных по той причине, что хотя многие называли Всесвятейшим и Римского епископа, и Александрийского, и Антиохийского, и Иерусалимского и хотя вообще всех этих патриархов разные люди в разное время именовали Всесвятейшими, – несмотря на все это превозмог обычай предоставлять этот титул исключительно архиепископу Константинополя.

Подобным образом Вселенским некоторые называли и Римского епископа, однако редко, а Константинопольского, назвав Вселенским, не перестают так титуловать. Поэтому после Каппадокийца Константинопольских епископов Епифания, Анфима, Мину и Евтихия Юстиниан в новеллах и эдиктах именовал Вселенскими, так что и на VII Вселенском соборе папский легат Петр назвал Тарасия Вселенским. Поэтому и божественный Иоанн Постник в царствование Маврикия, исходя из того, что другие постоянно применяли этот титул к епископу Константинополя, первым поставил в своей подписи титул «Вселенский».

Титул «Всесвятейший» означает «во всем святейший», как, например, Тарасий и Фотий писали к папам Адриану и Николаю: «Во всем святейшему брату и сослужителю Адриану (или Николаю), папе Римскому». Титул же «Вселенский» имеет два значения: он понимается или просто как «во Вселенской Церкви», т. е. относится к такому епископу, который имеет личную и единодержавную власть во Вселенской Церкви; или означает бо́льшую часть вселенной. Поэтому и многие императоры, хотя и не были господами всей вселенной, тем не менее именуются ее владыками, как Евагрий называет Зинона, {Evagr. Schol. Hist. eccl. III, 17 // PG 86b, 2633A.} поскольку они имели власть над большόй частью вселенной.

Итак, Вселенским в первом значении никогда не называется ни архиепископ Константинопольский, ни Римский, ни любой другой, но только один Христос, истинный Патриарх всей вселенной, Которому дана всякая власть на небе и на земле, {Мф. 28:18.} А во втором значении Константинопольский патриарх называется Вселенским потому, что имеет бόльшую часть вселенной под своей властью, а еще потому, что проявляет ревность и заботу о сохранении веры и соборных и отеческих преданий не только в своем диоцезе, но и в остальных. Поэтому многозначность этого слова вызвала раздоры между Константинопольским Иоанном Постником и Римскими папами Пелагием и Григорием Двоесловом. Последние, понимая слово «Вселенский» в первом значении, называли этот титул богохульным, диавольским и многими другими эпитетами и говорили, что тот, кто желает именоваться Вселенским, есть предтеча антихриста (послание Григория к Маврикию), – и в этом смысле они были правы. Однако Постник, Маврикий и последующие патриархи и императоры понимали титул во втором значении и потому ни о чем не беспокоились, – и в этом смысле были правы и они. Поэтому и Собор, состоявшийся в Святой Софии, ясно говорит, что патриарх, если называется Вселенским из-за того, что управляет большей частью вселенной, не есть антихрист. Однако оба эти титула не были даны архиепископу Константинополя соборными или отеческими правилами, но были утверждены обычаем.

Это примечание было составлено по большей части на основе «Двенадцатикнижия» Досифея, с использованием других источников.

166

Обрати внимание, что данный IV Вселенский собор изложил эти 30 правил в своем 15-м деянии, но я не знаю, почему 28, 29 и 30-го правил нет ни в «Собрании правил» Иоанна Антиохийского, ни в «Номоканоне» Иоанна Схоластика Константинопольского, ни в арабском парафразе Иосифа Египетского. Во всех же прочих сборниках они содержатся.

167

Смотри также Апост. 34 и I Всел. 6.

168

Обрати внимание: оба этих правила, 29-е и 30-е, сохранились только в виде диалога, записанного в 4-м деянии Собора. А позднее либо толкователи правил, либо кто-то другой ранее толкователей, объединив эти рассуждения и собеседования, сделал из них правила и определения.

В настоящем 30-м правиле мы видим, что папский легат Пасхазин, иначе говоря, в его лице весь Собор, согласился с тем, чтобы десять египетских епископов представили только поручителей в том, что они не покинут Константинополь, пока не подпишут послание; а мирские императорские сановники, побуждаемые гражданским законом, добавили, что епископы, если не представят поручителей, должны поклясться в том, что не удалятся. Итак, видя это, мы включили в правило слова о поручителях, о которых вынес определение святой Собор через Пасхазина, а слова о клятве исключили, поскольку они являются определением не Собора, а императорских властей и определением вообще гражданского закона, а не божественных правил (ибо божественные правила нигде не определяют давать клятвы – перед Богом ли или перед императором, поскольку это противно святому Евангелию), даже если Собор в настоящем случае промолчал и не пожелал возразить сановникам, дабы не вызвать у них смущения.

169

Phot. Віbl. 18 // PG 103, 57A.

170

Заметь, что сочинения Феодорита против Кирилла преданы анафеме не вообще, как сочинения епископа Мопсуестийского и послание Ивы, а в той своей части, где они защищают заблуждения Нестория и путем неверных истолкований представляют Кирилла еретиком. A именно, как выясняется из защитительных писаний св. Кирилла, Феодорит называл относительным соединение Бога Слова с человеком, a говоривших о соединении по ипостаси предавал анафеме, поскольку, утверждал он, такое соединение чуждо Божественным Писаниям и божественным отцам. Утверждение, что соединение по ипостаси есть нечто небывалое, и многое другое св. Кирилл опровергает и считает хулой, ибо одобряющему все это – анафема. Однако Собор не анафематствовал догмат о том, что Дух Святой имеет бытие не от Сына и не через Сына (о чем говорил Феодорит в тех же сочинениях), поскольку этот догмат не был несторианским, но был и остается догматом Кафолической Церкви. Поэтому никогда ни божественный Кирилл, ни папа Целестин, писавшие против Нестория, ни Иоанн Антиохийский, ни Акакий Веррийский, хорошо отзывавшиеся о Нестории, ни императоры в своих сакрах против него не говорили, что Несторий хулил богословие Святого Духа, но только воплощенное домостроительство, как мы сказали.

171

Я сказал «так называемое» потому, что и Кедрин так о нем пишет, и Евагрий (Синодикон. Т. 2. С. 346, 347), а в особенности потому, что в 6-м деянии VII Вселенского собора (с. 85) говорилось, что хотя это послание подписано Ивой, однако неверно то, что он и написал его. Поэтому отцы IV Вселенского собора не предали анафеме самого Иву, но только это послание, поскольку в нем Эфесский собор обвинялся в том, что он без суда осудил Нестория, отверг 12 глав св. Кирилла, восхвалил Нестория, принял Феодора Мопсуестийского за святого и православного, a Христа исповедал как простого человека. Ведь и сам Ива на IV Соборе признался, что это не его послание, и исповедал все православные догматы, противоречащие этому посланию (Синодикон. Т. 2. С. 372, 390).

172

Предсуществование душ Ориген называл причиной предопределения и осуждения. Ибо если души в духовном мире сотворили добро, то они становились предопределенными для Царствия, а если зло, то осуждались на муку. Против этого мнения пишет Иероним в письме к Паммахию и Лев в послании 93, а Кирилл Александрийский опровергает его 24 доводами.

173

He знаю, на каком основании Николай Вулгарис в «Священном катехизисе» (с. 133) говорит, что V Вселенский собор анафематствовал Петра Гнафевса, говорившего «Святый безсмертный, распныйся за ны». На самом деле он был предан анафеме не V Вселенским собором, но задолго до этого, на Соборе, созванном против него в Риме при Феликсе Римском, Акакии Константинопольском и императоре Зиноне.

174

Латиняне, как говорится, пускают в ход все средства, стараясь оправдать своего великого понтифика, – говорю о Римском папе Гонории. Им невыносимо слышать, что тот, кто у них признается непогрешимым, – нечестивый еретик, притом анафематствованный Вселенским собором. Потому эти наглецы иногда дерзают утверждать, будто этот Вселенский собор погрешил, поскольку не исследовал хорошо дело Гонория, но осудил его без исследования; а иногда – будто Гонорий рассуждал об одной воле только в отношении человечества Христа, поскольку все силы души подчинялись владычествующему уму Христа и в Его человечестве не было одного мудрования плоти и другого мудрования духа (т. е. разделенного мудрования, как в прочих людях); а иногда говорят множество других нелепостей и пустых слов.

На все это нужно ответить, что один Вселенский собор, каким является настоящий Шестой, служит достаточным противовесом многим тысячам латинян и что его выбор и решение как непогрешимые предпочтительны перед всеми шаткими и ошибочными выдумками латинян. Но почему я говорю об одном Соборе? Следует назвать даже два и три Собора, и не одного, но двух и трех пап вместе. He только VI Вселенский собор, но и VII Вселенский собор в 6-м деянии также осудил Гонория, и состоявшийся после того Собор, называемый у латинян Восьмым, осудил его в 10-м деянии. Более того, и Лев II немногим позже VI Вселенского собора вместе с деяниями VI Вселенского собора признал и осуждение Гонория, написав об этом императору: «Предаем анафеме изобретателей нового заблуждения Феодора Фаранского и Гонория, который не только не просвещал апостольскую сию Церковь научением апостольскому Преданию, но и позволил опорочить непорочную Церковь богохульной проповедью». Подобно ему и Адриан II говорит, что Римский престол не подлежит суду, если только речь не идет о ереси, и Гонорий предан анафеме именно по этой причине. Так и папа Агафон в послании к Погонату свидетельствует, что Гонорий – еретик. Как же после этого можно сказать, что все отцы такого числа Соборов и, более того, папы Лев, Адриан и Агафон были столь слепы, что несправедливо осудили того, кого сами латиняне признают праведным?! Да и как представители Римского папы, присутствовавшие на Соборе, могли промолчать, если бы Собор осудил Гонория несправедливо, и почему они не стали возражать против решения Собора? А как мог потерпеть это благочестивейший император Константин, друг Римской Церкви? Ведь он, присутствуя на Соборе, скрепил печатью своего царского перстня орос Собора, дабы никто не мог что-либо прибавить или отнять! Итак, истинен, истинен Бог, говоривший через сей Вселенский собор, а всякий человек и всякое пустословие противников тщетны и ложны, по словам апостола. {См. Рим. 3:4.}

Один наш современник, великий и мудрейший учитель, предложил папистам остроумную дилемму о Гонории: Гонорий или был еретиком, или не был. Если был, значит, есть папа, погрешивший в вопросах веры. Если же он еретиком не был, то в вопросах веры погрешили папы Лев и Адриан, которые несправедливо осудили его и предали анафеме как еретика. Поэтому, так или иначе, мифическая непогрешимость папы в вопросах веры обращена в ничто. Я не говорю о том, что папа Марцеллин был идолослужителем, Ливерий – арианином, {Справедливости ради нужно отметить, что хотя папа Ливерий, не вынеся тяжких условий ссылки во Фракию, подписал 2-ю или 3-ю Сирмийскую формулу, арианскую по содержанию, а папа Марцеллин, возможно, принес жертву идолам во время гонения Диоклетиана (сведения об этом не вполне достоверны), но впоследствии оба принесли горячее покаяние и просияли святостью. Их имена включены в святцы Православной Церкви.} Анастасий II содействовал арианам и множество других пап погрешали в вере.

175

Две воли и два действия Христа следует называть природными, а не ипостасными. Если бы мы назвали их ипостасными, то были бы вынуждены признать три воли и действия и в Святой Троице, так как в Ней Три Ипостаси. Но подобно тому, как говорят, что у Святой Троицы одна воля и действие (и так оно и есть, поскольку Она имеет одну природу), так и о Христе мы говорим, что Он имеет две воли и два действия, поскольку у Hero две природы, из которых и в которых, а лучше сказать, которые и есть Он Сам.

Превосходно, возвышенно и богословски наиболее точно о двух нераздельных и одновременно неслитных волях и действиях Христа говорит божественный Иоанн Дамаскин: «Христос, будучи одной Ипостасью из двух природ, Божественной и человеческой, одно совершает божественно, а другое по-человечески, Один и Тот же желал и совершал божественное и богомужно–человеческое. Если даже Он желал божественного как Бог и человеческого как Человек, Он желал божественного не только как Бог, а человеческого не только как Человек: Бог, сделавшись мужем, т. е. вочеловечившись, природной божественной волей и действием как Бог и Человек одновременно желал и совершал человеческое, поскольку Ему было свойственно как Человеку желать и совершать человеческое. Он желает и совершает свойственное каждой природе в ее общении с другой, при этом Божество самовластно и полновластно действует через Его человечество, а человечество самовластно и во всем... (вероятно, повинуется. – Прп. Н.) Его божественной воле и желает именно того, чего желает желать божественная воля, благодаря единству Ипостаси» (из книги «Трактат о правомыслии», продиктованной Иоанном Дамаскиным и переданной епископом Элии Петру, митрополиту Дамаска). {Ioan. Damasc. De recta sent. 4 // PG 94, 1429AB.}

176

АСО // TLG 5000/003. 2.1.1. 14. 27–29.

177

Этот Собор называется и является Вселенским по многим причинам.

Во-первых, потому, что в приветственном слове Собора к Юстиниану, а также и в 3-м правиле этого Собора написано «Вселенский».

Во-вторых, потому, что VII Вселенский собор в 8-м деянии и 1-м правиле называет его Вселенским. Кроме того, и Адриан I, папа Римский, в послании к Тарасию, находящемся во 2-м деянии VII Всел. (Синодикон. С. 748), причисляет его к Вселенским.

В-третьих, потому, что этот Собор в своих правилах устанавливает законы и выносит определения для всей вселенной, а не одной ее части: и для Восточных Церквей, и для Западных, и для поименно названных Церквей Рима, Африки, Армении, а также митрополичьих областей в Берберии, что выясняется из правил 12, 13, 18, 29, 55, 56. Было бы, конечно, смешно, если бы этот Собор, не будучи Вселенским и не имея авторитета Вселенского собора, устанавливал законы для такого огромного количества митрополичьих областей, и тем более исправлял правила многих Поместных соборов, о чем смотри примеч. к VI Всел. 2.

В-четвертых, потому, что четыре вселенских патриарха присутствовали на этом Соборе лично, а Римский папа – в лице своих местоблюстителей, и Собор принят всеми Церквами, что есть существенный и основополагающий признак Вселенских соборов.

В-пятых и в-последних, потому, что правила этого Собора согласуются с Божественными Писаниями, апостольскими и соборными преданиями и постановлениями, что, как мы сказали в предисловии к I Вселенскому собору, само по себе есть признак и отличительная черта Вселенских соборов, хотя и не самая важная.

178

Я сказал, что в собственном смысле вернее называть этот Собор Шестым по следующей причине: хотя поздние толкователи правил и др. иногда называют его Пято-Шестым, как Собор, восполнивший упущение V и VI Вселенских соборов, т. е. принявший правила, которые совершенствуют церковное устройство и которых те Соборы не издали, однако этот Собор в прямом смысле слова и поистине есть Шестой и должен так называться. Во-первых, потому, что, по словам римского писателя в предисловии к деяниям настоящего Собора, архиереи, составившие VI Вселенский собор при Погонате, составили и этот Собор при его сыне Юстиниане. Согласно словам этого писателя, 43 архиерея из присутствовавших на VI Вселенском соборе были и на этом Соборе. Впрочем, из слов св. Тарасия, обращенных к VII Вселенскому собору, кажется, что их было больше.

Во-вторых, потому, что VII Вселенский собор и в 4-м, и в 8-м деянии, а также в 1-м правиле называет его VI Вселенским собором. И Адриан I в послании к Тарасию принимает правила этого Собора как принадлежащие собственно Шестому собору (Синодикон. С. 748) и в письме Карлу, королю Франции, называет его святым VI Собором. Легаты папы, когда присутствовали на VII Вселенском соборе, также подтвердили, что этот Собор был Шестым, и Иннокентий III о 32-м правиле этого Собора говорит: «Установлено на VI Вселенском соборе», и Грациан упоминает об этом Соборе под именем собственно Шестого.

Наконец, в-третьих, еще и потому, что этот Собор отождествляется более с Шестым, нежели с Пятым, поскольку более близок к нему по времени и проводился в той же Трулльской палате, где был собран и VI Вселенский собор.

179

К этому году относится время его проведения. Прошедший перед ним VI Вселенский собор состоялся в 680 г. в 9-м индикте, а закончился в 681 г., в 1-м месяце 10-го индикта, как свидетельствуют деяния VI Собора. А настоящий Собор, как свидетельствуют его 3-е и 17-е правила, был собран в 6199 г. от Адама, а от Рождества Христова в 691 г., т. е. в 5-м индикте после только что прошедшего периода 15 индиктов, в 10-м индикте которого закончился предыдущий VI Собор. Таким образом, от VI Собора до настоящего прошло 10 или 11 лет, а не 27, как говорят латиняне.

180

Собор состоялся при Павле Константинопольском, по свидетельству «Синодикона» (с. 698), а не при Каллинике, как пустословят Биний и Бароний.

181

He только Вальсамон, как он говорит, нашел в древних кодексах «Номоканонов» свидетельства о том, что эти епископы были представителями папы на данном Соборе и что были также другие легаты папы: предстоятели Сардинии, Фессалоник и Коринфа, – но и правило VI Всел. 3 ясно свидетельствует, что на Соборе присутствовали легаты и представители папы (о них см. там же в «Синодиконе»). А предстоятели Гортины, Фессалоник и Коринфа замещали папу на этом Соборе не из-за того, что подчинялись папе, как рукоположенные им, но, как говорит Властарь, из-за дальности пути (имеется в виду от Рима до Константинополя).

182

Ioan. Damasc. Adv. Const. Cabalin. 5 // PG 95, 320D.

183

Greg. Nazianz. Or. 2. 1 // PG 35, 408A.

184

В других источниках – «под которой (ὑφ΄ ᾗ)». {Тогда перевод был бы такой: «под которой как основание – Христос».}

185

См. Пс. 91:13.

186

См. Лк. 1:2.

187

См. Пс. 72:8.

188

Заметь, что Богослов позаимствовал это изречение из первого письма Демосфена, в котором тот говорит: «Приступающему ко всякому важному слову и делу, я полагаю, подобает начинать прежде всего с богов». {Demosth. Ер. 1. 1 // TLG 0014/063. 1. 1. 1–2.}

189

Некоторые утверждают, что апостолы, когда намеревались разлучиться и отправиться на проповедь, в 44 г. (как мы сказали прежде) устроили величайшее и достопамятное собрание, на котором и составили Символ веры. Придерживающиеся этого мнения приводят свидетельства многих западных отцов в пользу того, что Символ этот есть апостольский. (Так и некоторые из современных нам новых богословов приводят свидетельства из него по тем или иным поводам в своих богословских рассуждениях.) На него, вероятно, указывает и «переданная апостолами вера», о которой упоминает здесь правило. Но поскольку святейший и мудрейший Марк Эфесский об этом Символе дал вполне удовлетворительный ответ латинянам во Флоренции, сказав: «Мы даже и не знаем Символа апостольского», как пишет великий экклисиарх Сильвестр в разд. 6, гл. 6, постольку под этой «переданной апостолами верой» здесь подразумевается или неписанное, через живую речь апостолов переданное изложение догматов веры, или та вера, которая в совокупности представлена в святых Евангелиях и апостольских Посланиях, а может быть, и «Постановлениях», – т. е. догматы веры. Впрочем, как кажется, Символ этот включен в «Апостольские постановления» (кн. 7, гл. 42). {Const. Ар. VII, 41 // PG 1, 1041C–1044A.}

190

Ариево инобожие заключалось в том, что он говорил, будто иной есть Бог Отец и иной – Сын. О первом Арий говорил, что Он не создан, a о втором, Сыне, что Он создание и, следовательно, Отец больше, а Сын меньше. Таково лжеучение о неравных степенях, которое, как говорит здесь правило, уничтожил I Собор.

191

Заметь, что под отцами III Собора правило имеет в виду тех, которые собрались в Эфесе в первый раз. Когда злосчастный Евтихий, якобы противясь Несториеву разделению, сам впал в новую ересь: мыслил и учил об одной природе во Христе после вочеловечения, тогда ввиду смятения, произошедшего из-за этого в Церкви, тот же император Феодосий Младший собрал в том же Эфесе и второй Собор. Председателем этого Собора он поставил Диоскора Александрийского в надежде на то, что тот окажется вторым Кириллом, непосредственным преемником которого он и стал. Но Диоскор, скорее, оказался его противоположностью: он был монофизитом, единомышленником и защитником Евтихия, поэтому и утвердил его ложное учение и низложил божественного Флавиана Константинопольского. Тысячи зол случились на этом Соборе, довершением которых было убийство {См. сноску к предисловию правил IV Вселенского собора в настоящем издании: т. 2, с. 127.} блж. Флавиана, отчего Собор и получил название Разбойничьего.

192

К этой части правила в некоторых кодексах есть примечание: отцы настоящего Собора, признавая поклонение иконам, обличали нечестивых иконоборцев, а те обвиняли отцов в монофелитстве, и потому это правило пригвождает клевету иконоборцев к позорному столбу. В настоящем правиле отцы вместе с VI Собором открыто предают анафеме ересь монофелитов и исповедают две природные воли и два природных действия в Едином Господе нашем Иисусе Христе. Таким образом, иконоборцы уподобились евтихианам и последователям Диоскора, которые отцов IV Собора называли несторианами за то, что те ниспровергли ересь их, или даже иудеям, или, лучше сказать, демонам, подстрекавшим иудеев называть Господа бесноватым, поскольку Он изгонял демонов из людей Своей Божественной властью и силой.

193

Исключаются некоторые правила отдельных Поместных соборов, которые были не столько одобрены, сколько исправлены или, точнее сказать, улучшены настоящим Собором. Например, правила Карфаг. 4 и 33 были улучшены 13-м правилом настоящего Собора, правило Неокесар. 15 улучшено 16-м правилом, Карфаг. 48 – 29-м правилом этого Собора, и другие правила были подобным образом улучшены другими правилами.

Отметь, что правила Постника, хотя и не упоминаются в этом правиле (не знаю, по какой причине, – вероятно, из-за того что они снисходительны), тем не менее приняты всей Церковью. Смотри также предисловие к правилам Постника. Подобным образом принимаются Церковью и составленные позже правила св. Никифора, а также канонические вопросоответы Николая.

194

Что это за вновь собранный при Нектарии Собор в Константинополе, о котором говорит настоящее правило? О нем смотри после правил Собора в Сардике.

Кроме того, отметь, что это правило называет правила Тимофея I, отличая их от правил Тимофея Александрийского, называемого Элуром, который жил во времена IV Собора, т. е. позже Тимофея I.

И еще обрати внимание: поскольку латиняне обвиняют настоящий Собор за то, что он не упомянул состоявшиеся на Западе Поместные соборы и их правила (которые собрал Бартоломей де Карранца и многие другие до него), то на это мы отвечаем так. Собор перечислил те правила Соборов и отцов, которые употреблялись в Церкви, и вместе с тем принял те правила западных Поместных соборов, которые согласуются с правилами Вселенских соборов. И вообще, как V Вселенский собор принял мнения западных отцов Августина и Амвросия, но, разумеется, не все, а только соответствующие правой вере и служащие обличением еретиков, так и мы принимаем в западных Соборах правое, а не все, потому что Римский папа предписывает на этих Соборах много нелепого. Потому и большинство западных Поместных соборов допустили ошибки, и к тому же на них принято добавление к Символу веры – первое и последнее из зол и непосредственнейшая причина раскола.

195

В других источниках слово «противозаконный» пропущено.

196

Апост. 17.

197

Апост. 18.

198

По этой причине 2-е постановление 1-го тит. «Новелл» (Фотий. Тит. 9, гл. 29) предписывает рукополагающему неженатого спрашивать его, может ли тот жить в целомудрии и девстве, а также предписывает лишать сана того епископа, который позволил иподиакону или диакону жениться после хиротонии. К этому 6-я новелла Льва прибавляет, что если кандидат на вопрос архиерея ответит согласием, его рукополагают. А того, кто дал позволение диакону жениться после хиротонии, должно извергать. Постановление 44 тит. 3 определяет: «Дети, которые родятся от иереев, диаконов и иподиаконов, женившихся после рукоположения, не считаются ни их внебрачными детьми, ни незаконнорожденными, и они не могут получить что-либо от таких своих отцов ни в качестве наследства, ни в качестве дара, ни через вымышленную ссуду, ни по другому обязательству – ни они, ни их матери. Но все имущество этих священнослужителей получает церковь, к которой они относятся. Такие беззаконники, после того как будут лишены священства, не могут быть ни поставлены на мирскую должность, ни возведены в военный чин, но проводят всю свою жизнь как частные лица и простые люди» (Фотий. Там же).

Почему же нельзя жениться после хиротонии? Причину называет 3-я новелла Льва Мудрого, которая определяет следующее: «Недостойное и неподобающее дело – после возвышения от плотской униженности брака на духовную ступень священства вновь возвращаться к этой униженности, но скорее следует быть обратному. А именно: после плотской униженности брака (т. е. после вступления в брак) восходить на высокую ступень божественного священства. А поступающие иначе будут извергнуты» (36-й ответ Вальсамона; см.: Греко-римское право. С. 381).

Обрати внимание и на еще бо́льшую строгость: 7-я и 8-я новеллы Льва предписывают даже насильно заставлять тех клириков и монахов, которые сбросили свое одеяние и стали мирянами, носить одеяние клириков и монахов.

199

Экзокатакилы – высшие должностные лица при Константинопольском патриархе.

200

Поэтому и Вальсамон (Греко-римское право. Ответ 61. С. 392), приводя это правило как свидетельство, говорит, что чтец, который получил от игумена право управлять имуществом монастыря, не должен сидеть выше иереев или поминаться на службах после игумена, за исключением только того случая, если он куда-либо отправится как заместитель игумена.

201

Отметь, что Арменопул (Краткое изложение правил. Разд. 3, тит. 2), a также Вальсамон говорят, что патриарх Лука своим определением запретил клирикам служить в мироварных лавках {Т. е. в таких, где изготовляют и продают благовония.} и банях, поскольку это занятие становится поводом к обману и получению постыдной прибыли; он запрещает диаконам заниматься врачебным искусством и отлучает клириков, которые занимаются мирскими и общественными делами.

202

Поэтому и Златоуст согласно с этим правилом говорит, что никто не должен ходить лечиться к врачам-евреям (т. 6, с. 360). {См., например: Ioan. Chrysost. Adv. Jud. 8. 5 // PG 48, 935.}

203

1 Кор. 10:31–33; 11:1.

204

Заметь, что этот Собор вселенским правилом запретил архиереям иметь жен по трем весьма важным причинам:

1. Архиереи принадлежат к чину совершеннейшему и высочайшему из всех прочих чинов Церкви: им подобает быть также совершенными в добродетелях, а наиболее в девстве и чистоте, почему они и должны жить строго целомудренно.

2. Архиереи, имевшие жен и детей, после смерти оставляли своим детям епископский сан как наследство, и многие из церковных вещей нещадно расхищались, как говорит об этом Апост. 6.

3. Попечение о жене, детях и всем доме мешало им заботиться о своей пастве, ведь, по словам Павла, женатый заботится о мирском, как угодить жене. {1 Кор. 7:33.}

Итак, чтобы избежать всех этих несообразностей, Вселенский собор настоящим правилом запретил архиереям вступать в брак.

Я сказал «вселенским правилом» потому, что и до этого Собора брак архиереям был запрещен, однако не вселенским, а частным правилом. Откуда же это явствует?

Во-первых, из того, как божественный Златоуст толкует изречение ап. Павла о епископе Если кто непорочен, муж одной жены, {Тит. 1:5–6.} говоря: «Поэтому он сказал: Муж одной жены. Сказал не потому, что сейчас в Церкви это соблюдается, – ведь архиерей должен быть облечен в совершенную святость и чистоту – но потому, что тогда для пребывавших в блуде эллинов считалось делом великим иметь только одну жену» (Слово 2 об Иове). {Ioan. Chrysost. In Job 2. 2 // PG 56, 569.}

А во-вторых, из 4-го и 33-го правил Поместного собора в Карфагене, которые были распространены в определенных местах Африки и предписывали епископам, пресвитерам и диаконам налагать на себя ограничения, т. е. давать обещание воздерживаться от своих жен, разумеется при обоюдном согласии.

Данный же Собор настоящим правилом установил, чтобы обычай, согласно которому архиереи не только воздерживались бы от своих жен, но и вообще не жили с ними, господствовал повсеместно. 30-м правилом данного Собора также позволено воздерживаться от своих жен пресвитерам и диаконам, но не повсеместно, а только в некоторых варварских местах, из-за дикого нрава варваров и слабости их веры. To, что архиереи и после данного ими обещания жили, как говорит Собор, вместе со своими женами, ясно из Карфаг. 33.

Правило настоящего Собора не противоречит правилу Апост. 5 или повелению ап. Павла, не отменяет и не упраздняет их.

Во-первых, потому, что божественные апостолы, разрешая архиереям иметь жен, не сделали этого законом, но снизошли к немощи живших тогда людей и к обычаям иудеев и языческих народов, поскольку и иудейские, и языческие первосвященники имели жен. Поэтому божественный Златоуст (в том же слове) говорит: «...Ставь епископов, если кто непорочен, муж одной жены – не потому, что возводил это в закон, но потому, что снисходил к заблуждению». {Ibid.} Данный Собор, видя, что Церковь процветает и христианское жительство преуспевает в добродетелях, положил за правило, чтобы и жительство архиереев украшалось цветом безбрачия и целомудрия. Поэтому божественный Златоуст, толкуя приведенное выше изречение aп. Павла, говорит, что тогда ап. Павел только допустил брак, поскольку «знал, что со временем, когда благочестие достигнет расцвета, эта природа {Имеется в виду природа человеческая.} сама по себе, по своей воле предпочтет благо безбрачия и девства, и выбор падет на лучших, т. е. неженатых, архиереев, сохранивших девство». {Ioan. Chrysost. In Job 2. 2 // PG 56, 569.}

Во-вторых, апостольское правило запрещает епископу изгонять свою жену, т. е. удалять ее насильно, без ее согласия и желания, но не запрещает расставаться с женой с ее согласия. И этот Собор, признавая допустимым в 48-м правиле, чтобы жена с обоюдного согласия предварительно расставалась с мужем, который готовится стать архиереем, и после его хиротонии вступала в женский монастырь, не допускает одновременно и того, чтобы жена оставляла мужа по принуждению и против своего желания. Ведь если бы Собор утверждал это, то явно противоречил бы апостолам, равно как и словам Самого Господа, повелевающего, чтобы брак пребывал нерасторжимым. {Мф. 19:6; Мк. 10:9.} Поскольку же Собор не говорит этого, то он не противоречит апостольскому правилу, но скорее согласуется с ним. И кратко сказать, этот Собор, благодаря преуспеянию Церкви к лучшему, располагая, как неким богатством, множеством безбрачных, т. е. иеромонахов, не желает иметь в архиерейском чине тех, кто состоит в браке, не потому, что порицает и осуждает брак, но потому, что предпочитает более прекрасное – безбрачие. Поэтому данный Собор в архиерейский чин принимает и состоявших в браке при условии, что они разлучились с женой или по причине ее смерти, или по согласию, как говорит апостол. {См. 1 Kop. 7:5.}

К тому же этот Собор не расторгает брак, но рукополагает в архиерея того, кого находит свободным и разрешенным от брачных уз добровольно и при согласии жены, и извергает того архиерея, который живет со своей женой после хиротонии. Во-первых, потому, что из-за такого сожительства с ней он может разжечься и впасть с ней в плотское совокупление, которое более не является законным совокуплением, как прежде, но считается блудом и прелюбодеянием, поскольку он нарушил соглашение и данное им обещание воздерживаться от нее.

Во-вторых, потому, что такое сожительство становится соблазном для народа, как прямо говорит об этом данное правило.

205

Тит. 1:5–6.

206

Ioan. Chrysost. Hom. in Ep. ad Tit. 2. 1 // PG 62, 671.

207

Об этом прп. Никодим говорит в примеч. 2 к Апост. 2.

208

Тит. 1:7.

209

См. 1 Кор. 10:31–32.

210

1 Кор 10:33; 11:1.

211

См. Еккл. 3:1.

212

См. Карфаг. 3, 4, 33.

213

Отметь, что когда патриарха господина Луку спросили, сколько дней подобает воздерживаться намеревающемуся причаститься, он соборно объявил, чтобы не только священнослужители, но и женатые миряне не прикасались к женам три дня. Если Господь приказал евреям три дня не приближаться к женам ради того, чтобы принять ветхий закон: Будьте готовы, три дня не входите к женам (Исх. 19:15), то насколько же более подобает соблюдать эти слова тем, которым предстоит через Божественную евхаристию не закон принять, а принять в себя Самого Законодателя Бога. Если даже архиерей Авимелех (или Авиафар), намереваясь дать хлебы предложения Давиду и его людям, спросил их, чисты ли они от жен, и те ответили, что три дня воздерживались от совокупления с женами (И отвечал Давид священнику и сказал ему: и мы от жен воздержались вчера и в третий день (1 Цар. 21:5)), то как же не подобает три дня быть чистыми от жен тем, кто намеревается причаститься Господня Тела? А тем, которые собираются жениться, подобает вместе со своими невестами исповедаться, поститься, заранее готовиться и перед началом Божественной литургии венчаться. После же того как они обвенчаются, пусть начнется Божественная литургия, по завершении которой пусть приступят к причастию Божественных Таин. И в ночь после причащения они должны удерживаться от соития, как этот святейший обычай и порядок соблюдался и доныне соблюдается истинными и желающими спастись христианами. Потому, согласно Вальсамону, упомянутый выше господин Лука и подверг епитимии тех новобрачных, которые совокупились в тот же день, после святого причащения. На основании этого выводим из большего меньшее и говорим: если для подготовки к причащению достаточно трехдневное воздержание от плотского соития, то тем более достаточен трехдневный пост. И хотя ни одно из божественных правил не устанавливает пост перед причащением, однако способные поститься перед ним и целую неделю поступают хорошо.

Смотри также примеч. 3 к Апост. 69 и примеч. к Неокесар. 7.

214

В выражение «по своим определениям» Карфагенский собор вкладывает такой смысл: воздерживаться соответственно своим обещаниям, которые дали эти посвященные, т. е. вести целомудренную жизнь по согласию с женами. А этот Вселенский собор, усовершенствовав постановления Поместного, вкладывает в выражение «по своим определениям», как толкуют Зонара и Вальсамон, следующий смысл: воздерживаться во время священнодействия и своей чреды совершения богослужения. Таким образом, выражение Карфагенского собора «быть воздержанным во всем» {См. Карфаг. 3.} настоящий Собор понял в смысле воздержания от жен во время своей чреды, а не всегда, заключив мысль того Собора в более осторожное выражение, чтобы из-за обещания постоянно воздерживаться от своих жен многие из священнослужителей не стали предаваться блуду и разврату. А Церкви, которые находились в Ливии и Берберии, были варварскими, почему 12-е правило настоящего Собора и упоминает поименно Ливию и Африку, где господствовал такой обычай.

215

Богохульствуют латиняне, говоря, что этот Собор ошибся, установив в Римской Церкви брак для священников, и открыто противятся Святому Духу, вещавшему через этот Собор. Настоящий Собор, будучи Вселенским, со властью издает законы для всей вселенной без исключения, ибо и папы, подобно любому архиерею, повинуются Соборам, как говорит папа Пелагий II. Этот Собор не ошибся, установив брак для иереев, поскольку он следует как Писанию, которое требует, чтобы брак пребывал нерасторжимым, так и I Вселенскому собору, который отказался принудительно расторгать браки иереев. Поскольку в Римской Церкви этот непререкаемый обычай, а скорее, правило, заставлял многих насильно разлученных с женами в конце концов предаваться блуду, разврату и иметь сожительниц (как и сейчас латиняне открыто и даже по закону имеют их), постольку, продолжаю, настоящий Собор и запретил этот обычай. Я говорю «насильно» потому, что многие, желая священнического достоинства, но будучи не в состоянии получить его из-за того, что имели жен, были вынуждены ради славы этого звания разлучиться с женами против своей воли. Запретить брак архиереям было необходимо по причинам, о которых мы сказали в 12-м правиле, а более всего ради того, чтобы они не дарили своим детям церковное имущество. Но в случае с иереями такой нужды нет, поскольку назначение иерея состоит в том, чтобы постоянно заботиться о небольшом приходе, селении и местах, находящихся по соседству. А кроме того, если кто-то из иереев с согласия своей супруги разлучается с ней или воздерживается от нее в течение какого-то времени, то это допустимо. Принудительно же разводиться, что предлагает римское правило иерейского исповедания, – противозаконно и есть ниспровержение закона, восстающее против Святого Духа. Если латиняне осуждают этот Собор, то почему же они исполняют его предписание? Ведь они позволяют иметь жен священникам латиномудрствующего народа маронитов, населяющего окрестности горы Ливан и Финикию. Пусть же эти несчастные обвиняют самих себя: поскольку они позволяют священникам маронитов, вопреки повелению ап. Павла и правилам (настоящему, правилам Дионисия Александр. 3, Тимофея Александр. 5 и 13, которые это запрещают), совокупляться с женами в самый день священнодействия; а также – поскольку позволяют второбрачным православным в Ляхии иметь священный сан, если только они примут папизм, что противоречит правилам и всем [обычаям] древности. И в чине церковных должностей сказано, что второбрачный не может быть клириком.

216

Посмотри, что говорит Григорий Богослов в слове на святые Светы: «Христос очищается, будучи 30 лет, а ты, еще не имея бороды, учишь старцев? Или думаешь, что можно учить, не заслужив уважения ни возрастом, ни, быть может, нравом? Тут уж, конечно, на языке и Даниил, и такой-то один, и такой-то другой, и юные судьи и готовые примеры... Ведь у всякого, кто поступает не по правде, готово оправдание. Но для Церкви редкость – не закон, так как одна ласточка весны не делает». {Greg. Nazianz. Or. 39. 14 // PG 36, 352AB.}

217

Отметь: Зонара в толковании правила Карфаг. 33 говорит, что иподиакон не прикасается к Тайнам, и в подтверждение своих слов ссылается на Лаодикийский собор, который запрещает это служителю (ὑπηρέτην). А судя по этому свидетельству, служитель и иподиакон должны быть одним и тем же лицом. Однако по многим причинам это не одно и то же лицо.

Во-первых, потому, что иподиакон прикасается к Священным Тайнам, согласно упомянутому правилу Карфаг. 33 и согласно VI Всел. 13, а также к служебным сосудам, как сказано в 21-й гл. 8-й кн. «Апостольских постановлений», {PG 1, 1117В.} в то время как служитель не притрагивается к священным сосудам и не имеет места в диаконнике, по Лаодик. 21.

Во-вторых, потому, что служитель постоянно следит за дверями церкви, по Лаодик. 22 и 43, будучи придверником, а иподиакон – это не придверник: он отличается от него, по 4-му правилу настоящего VI Собора, которое говорит о них по отдельности, и по 3-й новелле Юстиниана, содержащейся в 3-й кн. «Василик», тит. 2, гл. 1 (Фотий. Тит. 1, гл. 30), и поставляющей в Великой церкви отдельно иподиаконов и отдельно придверников (последних было 100). Отсюда ясно, что блаженной памяти Евстратий Аргентис допустил ошибку на с. 273 книги «О таинствах», где он говорит, что гл. 57 кн. 2 «Постановлений» повелевает иподиаконам стоять при дверях для женщин. Мы же, внимательно посмотрев это место «Постановлений», обнаружили, что при дверях для женщин стояли, как и подобает, диакониссы, а не иподиаконы; {PG 1, 732А.} ничего подобного не содержит и упоминаемая им 11-я гл. 8-й кн. «Постановлений». {Можно предположить, что прп. Никодим допустил ошибку или пользовался иным источником. На самом деле в «Апостольских постановлениях» говорится как раз об иподиаконах. Cм.: PG 1, 1089D.}

И в-третьих, потому, что, по утверждению некоторых, служители (λειτουργοί) Божественного священнодействия, о которых упоминает Златоуст в слове на притчу о блудном сыне, – это диаконы и иподиаконы {Ioan. Chrysost. De filio prodigo 3 // PG 59, 520.} (ибо иподиаконы, по толкованию Зонары на Лаодик. 22, тоже возглашали: «Оглашеннии, изыдите», о чем именно сообщает там относительно этих служителей святой), легкий же плат ткани, который они носили на левом плече, – это нынешний так называемый орарь, а орарь правило Лаодик. 22 запрещает носить служителю (ὑπηρέτης). (Впрочем, что касается ораря, то это неверно, ведь его носили только диаконы, поскольку он им необходим (см. примеч. к Лаодик. 22, а также к VI Всел. 23), но не иподиаконы, поскольку им он не нужен.)

Итак, по различию действий служителей и иподиаконов кажется, что они отличаются друг от друга. С другой стороны, представляется, что и иподиаконы, и чтецы, и певцы, и заклинатели, и придверники, и остиарии, и вообще все клирики, поставляемые вне алтаря, носят общее название служителей лишь по имени, а не по закону, согласно правилам Василия Велик. 12, 89, Лаодик. 24, а также Лаодик. 20, как мы сказали и в примеч. 3 к Апост. 17, а особенно согласно Сардик. 14. Впрочем, последующие толкователи приписывают эти служения иподиаконам. Так, Гавриил Филадельфийский (в «Таинстве священства») говорит, что им поручено готовить и приводить в порядок святые сосуды и священные облачения, а также следить за ними. To же самое говорит Симеон Фессалоникийский (гл. 164), прибавляя, что они наблюдали за священными вратами, чтобы никто не входил в алтарь, и выводили из храма оглашенных, когда диакон возглашал: «Оглашеннии, изыдите». (Потому-то и ныне иподиаконы произносят: «Елицы вернии».) На великом входе они берут лишние святые сосуды и отдают их на хранение служителям, на литиях идут впереди с крестом. Еще они приготовляют светильники в алтаре, лампаду и трикирий, причащаются из рук архиерея или иерея перед вратами алтаря после диаконов. {Sym. Thessal. De sacr. ordin. 164 // PG 155, 369AB.}

Смотри также правило Василия Велик. 69, из которого ясно, что служитель есть иное лицо, чем иподиакон.

218

Ioan. Chrysost. Hom. in Acta apost. 14. 3 // PG 60, 116.

219

Это побуждает некоторых говорить, что этих семерых диаконов не следует изображать как служителей таинств, в стихаре с орарем и кадилом и с непокрытой головой. Но, с одной стороны, Игнатий Богоносец пишет в послании к траллийцам, что архидиакон Стефан служил для Иакова, брата Господня, службу чистую и непорочную, {Іgn. Ep. ad Тrаl. 7 // PG 5, 788А.} а с другой стороны, в гл. 4 и 46 кн. 8 «Апостольских постановлений» семь диаконов, одним из которых был и Стефан, перечисляются после епископов и пресвитеров и сопричисляются к ним. {PG 1, 1069C, 1153C.} Имея все это в виду, я полагаю, что они же были и служителями таинств, а потому нет ничего неуместного в том, чтобы и изображать их как служителей таинств.

220

Действительно, и Созомен говорит (кн. 7, гл. 19), что в остальных городах число диаконов было разным, а в Риме до его времени, говорит он, было семь диаконов, подобно тому, как семерых избрали апостолы. {PG 67, 1476AB.} Об этом свидетельствует и божественный Максим в толковании на 3-ю гл. «Церковной иерархии» божественного Дионисия. {PG 4, 136C.} Сам Дионисий называет этих диаконов избранными. {Dion. Areop. De eccl. hierarch. III, 2 // PG 3, 425C.}

221

К настоящему правилу есть примечание, в котором сказано: обрати внимание на это правило и подивись, как им сегодня пренебрегают. Преподобнейший патриарх, господин Иоанн Халкидонский, который был при Алексее Комнине, учил каждое воскресенье, почему и имеются его поучения в отдельной книге; существует еще «Кириакодромион» Иоанна или Георгия Ксифилина, патриарха Константинопольского, а также других патриархов и епископов.

Согласно с этим правилом говорит и св. Иустин во 2-й апологии христиан. Он сообщает, что в воскресенье христиане со всех мест собирались в церковь и после того, как на литургии прочитывались чтения из Нового и Ветхого Заветов, архиерей произносил поучение. «Затем, когда чтец закончит чтение, предстоятель говорит наставление, призывая подражать этим добрым примерам». {Just. Martyr. Apol. 1. 67 // PG 6, 429В.} A то, что и пресвитеры суть предстоятели церквей, видно из 15-го слова Григория Богослова (с. 226), в котором он называет пресвитеров пастырями, а епископов архипастырями. {Greg. Nazianz. Or. 16. 4 // PG 35, 937C.} Кроме того, Зонара называет их сидящими вместе с епископами в алтаре, а Златоуст – учителями и предстоятелями народа, {Ioan. Chrysost. Hom. in Ep. I ad Tim. 11. 1 // PG 62, 553.} если же это так, то ясно, что они и «сопредстоятели» церквей.

Смотри свидетельство Златоуста в примеч. к 58 Апост., а также Лаодик. 19.

222

Папалитра, которая еще называется гаррарой, как говорит Петр Антиохийский в письме к Керулларию, {Petr. Antioch. Dissertatio 4. 6 // PG 120, 800В.} – это выстриженные в кружок наподобие венка волосы на темени, причем обычай этот принадлежит не латинянам, но всей Церкви – Восточной и Западной, что подтверждается и настоящим правилом, и святыми отцами. Так, Иероним в письме к Августину говорит: «Прошу венец твой». Подобным образом и Августин писал к еп. Прокулиану: «Во имя нашего венца». Папалитру стали носить не в честь ап. Петра, как говорят западные. Изначально она служила собственно внешним признаком клириков, по которому они, согласно настоящему правилу, отличались от тех, кто к клирикам не относился. А кроме того, в ней заключен и аллегорический смысл: она есть образ тернового венца Господа, как толкует св. Герман в сочинении о «Мистическом созерцании». {German Const. Contemp. rerum eccl. // PG 98, 392D.}

Теперь клирики наших восточных Церквей выстригают эту папалитру безыскусно и без прикрас, просто постригая волосы сверху и чуть ниже, т. е. крестообразно, а середину оставляя неподстриженной и совершенно нетронутой, в то время как западные клирики носят папалитру для украшения. Они сбривают волосы снизу и сверху, а середину постоянно подстригают, делая папалитру непохожей на венец святых, почему Максим Маргуний в 35-м примеч. к правилам Антиохийского собора назвал папалитру латинян блудным венком (см.: Досифей. Двенадцатикнижие. С. 778).

Пусть же узнают из этого правила и наши клирики, что нужно выстригать на темени такой венец, ибо неправедно переносить пределы вечные, которые положили отцы наши. {См. Притч. 22:28.}

В настоящем правиле нужно обратить внимание на две вещи. Во-первых, священнослужители, которые извержены за канонические преступления, сначала лишались права иметь внешний вид клириков и таким образом изгонялись в чин мирян (неуместно было бы, имея внешность принадлежащего к клиру, стоять с мирянами), почему Вальсамон в толковании правила Василия Велик. 44 и говорит, что изверженные меняют внешний вид. С этим согласуются Апост. 25, Василия Велик. 3 и все прочие правила: в них говорится, что изверженных должно изгонять в чин мирян. Согласуются и другие правила, которые говорят, что если сами изверженные позже добровольно возненавидят грех, совершенно его отвергнут и покаются, такие пусть вновь принимают облик принадлежащего к клиру – тот облик, которого были лишены. А если так, то ясно, что они и возводились в чин священнослужителей, и пользовались честью сидения и стояния с клириками. И с этим, в свою очередь, согласуются правила Анкир. 1, 2, Неокесар. 9, 10, VI Всел. 3, 26 и Василия Велик. 27, в которых говорится, что извергаемые из священства могут пользоваться почетным правом сидеть и стоять с клириками, т. е. одной только внешней честью, приличествующей священнослужителям (об этой чести см. примеч. к VI Всел. 26).

223

Как из настоящего правила, так и из правила VI Всел. 58 следует вывод о том, что и диаконы преподавали мирянам Божественные Тайны. Поэтому и «Апостольские постановления» (кн. 8, гл. 28) согласно с этими правилами говорят, что во время служения литургии архиереем или иереем диакон получает от них Тайны и преподает народу – не как иерей, но как служащий иереям. {PG 1, 1125A.} Это служение диакона состояло главным образом в том, что он преподавал чашу, согласно тем же «Постановлениям» (кн. 8, гл. 13): «Диакон пусть держит чашу и, подавая, говорит: „Кровь Христова. Чаша жизни“». {PG 1, 1109A.} Об этом же свидетельствует и Киприан в слове 5 об отпавших, и Амвросий Медиоланский в т. 1 «Об обязанностях», и Иоанн Златоуст в беседе 83 на Евангелие от Матфея {Ioan. Chrysost. Hom. in Matth. 82 (83). 6 // PG 58, 744.} (см. также Евстратия Аргентиса, с. 306). Причащающиеся же из потира вытирали свои уста орарем диакона, ради чего он и носил его, о чем мы скажем в толковании Лаодик. 22.

Я сказал «главным образом» потому, что св. Иустин во 2-й апологии говорит, что диакон причащал прочих и Святым Хлебом. «Называемые у нас диаконами дают каждому из присутствующих причаститься благословенного Хлеба, Вина и воды, относят и тем, кто отсутствует». {Just. Martyr. Apol. 1. 65 // PG 6, 428B.} Вероятно, это же имеет в виду и правило Анкир. 2.

224

Из этого правила становится ясно, что непременно должны быть извержены те духовники, которые, считая, будто благочестие служит для прибытка, по словам Павла, {См. 1 Тим 6:5} и будучи христопродавцами, от исповедующих им грехи христиан требуют денег как некоего долга и за это дают разрешение причащаться Божественных Таин даже недостойным. Нечестие величайшее! Его обличает и осуждает в одном из своих слов ученейший и искуснейший среди богословов Иосиф Вриенний, говоря, что в этом и заключается та причина, по которой наш православный род пленен и предан в руки нечестивых и безбожных агарян.

«Что ты мне дашь, и я разрешу тебе причащаться?» – что это, как не слова Иуды, с которыми тот, предавая Господа, обратился к иудеям: Что вы дадите мне, и я вам предам Его? {Мф. 26:15.}

Преосвященнейшие святые архиереи! Позаботьтесь ради любви к Богу искоренить в ваших епископских областях это величайшее зло, из-за которого каждый день продается единожды проданный за род наш сладчайший Иисус Христос.

225

Если Вальсамон и говорит в толковании этого правила, что подобные зрелища и представления запрещаются только по воскресеньям и великим праздникам, но не в другие дни (а такой вывод он делает из правила Карфаг. 70, которое говорит, что эти зрелища следует переносить на другие дни), то мы возражаем: во-первых, 51-е правило настоящего Вселенского собора, как мы сказали, не в одни только дни запрещает их, а в другие разрешает, но запрещает вообще и безоговорочно. А во-вторых, тот же Карфагенский собор в 17-м правиле говорит, что всех христиан всегда призывают не приближаться к тем местам, где вокруг подобных представлений бывает сквернословие и прочие непристойности.

Приводим также слова Василия Великого (см. правило 20 из пространно изложенных) о том, что никакое само по себе предосудительное дело никогда не может стать добрым ради времени, в которое совершается. «Никакое из предосудительных дел ни в какое время не может быть для нас приемлемым». {Basil. Маgn. Ascet. (fus.) 20. 1 // PG 31, 972А.} А поскольку эти зрелища и представления предосудительны, значит, и в том случае, когда они устраиваются в непраздничные дни, они непохвальны и недобры, ибо все это дела сатанинские. Говорит также и Златоуст (Беседа 12 на Первое послание к коринфянам. Т. 3. С. 318): «И не говори мне про обычай. Если это порочно, то хоть бы его и ни разу не было, если же добро – пусть будет». {Ioan. Chrysost. Hom. in Ep. I ad Cor. 12. 5 // PG 61, 103.} Иными словами, если дело плохое, пусть не совершается ни одного раза, а если доброе, пусть совершается всегда. Тот же Златоуст называет театры и скачки триумфом сатаны (Слово 20 о статуях. Т. 6. C. 610), {Изложенное прп. Никодимом мнение свт. Иоанн высказывает в толковании на книгу Бытия. Cм.: Ioan. Chrysost. Hom. in Gen. 6. 1 // PG 53, 54.} и он же говорит, что пребывание в театрах породило прелюбодеяние, невоздержанность и всякое бесстыдство, а посещение конных состязаний приводит к спорам, поношениям, побоям, оскорблениям и постоянной вражде (Слово 15 о статуях. Т. 6. С. 564). {Ioan. Chrysost. Ad popul. Antioch. 15. 4 // PG 49, 159.} Смотри также слово, в котором он запрещает приближаться к театрам, потому что они превращают людей в законченных прелюбодеев (Т. 5. С. 89). {Idem. Contra theatra // PG 56, 541–554.}

226

Из настоящего правила выясняется, что все иереи, которые или извержены из священного сана за свои явные преступления, или запрещены в служении по совету духовного отца за тайные грехи, заслуживающие извержения из сана, или сами, обличаемые совестью, отказываются от священства, – все они, продолжаю, не могут ни благословлять, ни освящать, ни совершать любое другое священнодействие ни тайно, ни явно. А если так, значит, они не могут ни причащать кого-либо, ни совершать освящений, молебнов, крещения, елеосвящения или чего-то подобного, потому что во всех этих священнодействиях преподается благословение и освящение, а они этого освящения не имеют, по смыслу настоящего правила. Они также не могут принимать исповедь и становиться духовниками, потому что, по словам Симеона Фессалоникийского (ответ 11), принимающий исповедь помыслов должен и благословлять, и читать разрешительную молитву, и литургисать, и причащать исповедующихся, и предстательствовать за кающихся. {Sym. Thessal. Respons. 10–13 // PG 155, 864C.} Говоря кратко, духовник должен иметь право священнодействовать, по словам Иоанна Китрского (см. также примеч. к Апост. 39). A то, что упомянутые иереи не могут все это совершать, выясняется из многого.

Во-первых, если иерей, по неведению вступивший в противозаконный брак, иначе сказать, согрешивший невольно (по Немезию, «невольное» есть то, что произошло или в результате насилия, или по неведению), {Nemes. Emes. De natura homin. 30 // PG 40, 720B.} согласно этому правилу, не может ни благословлять, ни освящать, ни совершать какое-либо другое священнодействие, то сколь более не может этого делать изверженный или отрекшийся от сана из-за произвольного греха, наказываемого извержением?

Во-вторых, если 3-е правило настоящего Собора, упоминающее то же правило Василия Велик. 27, определяет, чтобы не благословляли и не освящали запрещенные в служении на время, то сколь более не могут благословлять или освящать изверженные или снявшие с себя сан, наказанные извержением раз и навсегда, по правилу Василия Велик. 3, и уже не имеющие возможности вернуть себе священство, от которого отпали?

В-третьих, правило Николая 8 воспрещает добровольно отрекшемуся от священного сана произносить начальный возглас «Благословен Бог...», отпуст «Христос, истинный...», причащаться в алтаре и кадить кадилом, а предписывает ему стоять вместе с мирянами. И если оно запрещает таким даже кадить, то сколь более – благословлять, и освящать, и совершать высшие священнодействия, о которых мы сказали?

Если же правило Неокесар. 9 и говорит, что иерей, который совершит плотской грех прежде рукоположения и скажет о нем на исповеди, не должен совершать приношение, т. е. священнодействовать, однако сохраняет прочие преимущества, если, повторяю, это правило и говорит так (и только на этом правиле основываются те, которые считают, будто сложившие с себя священство из-за своих грехов могут и благословлять, и освящать, и совершать высшие священнодействия), то мы со своей стороны толкуем это правило в истинном его смысле, согласно с прочими правилами. Итак, правило, говоря о том, чтобы такой иерей не священнодействовал, подразумевает, что вместе с высшим и более общим священнодействием ему запрещены и низшие и более частные действия священника. А прочие преимущества, которые, как говорит правило, должны у него оставаться, заключаются в том, что такой иерей, во-первых, имеет внешний вид клирика и не становится на место мирян (чего лишаются изверженные за канонические преступления, по VI Всел. 21). Во-вторых, сидит с иереями, по настоящему правилу этого Вселенского собора, а также Анкир. 1 и Василия Велик. 27. В-третьих, стоит с иереями, согласно VI Всел. 3. В-четвертых, пользуется внешней честью, по Антиох. 1, т. е. честью в собраниях вне церкви, или почетным правом совершать действия в церкви вне алтаря, по Вальсамону, или, вернее сказать, честью, воздаваемой ради внешнего вида, какой имеют пресвитеры. В-пятых, носит имя иерея, по Вальсамону (а Зонара и Вальсамон говорят еще, толкуя то же правило Неокесар. 9, что такому разрешается и причащаться в святом алтаре. Впрочем, и правило Василия позволяет причащаться с пресвитерами и диаконами тем, которые совершили неполный грех и запрещены в служении на время). {Имеется в виду правило Василия Велик. 70.}

Эти преимущества и эти почести и есть те прочие преимущества, которые, как говорит правило, могут оставаться у исповедующих свой грех пресвитеров – но не действие, или благословение, или какое-либо священнодействие. Ведь низведенным со степени священства нигде в вышеуказанных правилах не дается права совершать какое-либо из священнодействий, но предоставляется только право занимать седалище, стоять с пресвитерами, а проще говоря, пользоваться внешней честью, и ничего более. А потому каким образом это одно единственное правило Неокесарийского собора может противоречить шести другим правилам: двум Вселенским – VI Всел. 3, 26 – правилам Анкир. 1, 2, Антиох. 1 и Василия Велик. 27? В любом случае противоречия и несогласия в речениях Духа нет, поскольку это было бы нелепо. Итак, и это одно правило подобает понимать так же, как и шесть остальных. A то, что слова правила Неокесар. 9 «да не совершает приношения» предполагают и всякое священнодействие, и что «прочие преимущества» в том же 9-м правиле означают сидение и честь, – таково понимание Вальсамона, изложенное в толковании на данное правило VI Вселенского собора. Кроме того, под «священным правилом», которое упоминается в настоящем правиле, и имеется в виду, как он понял, правило Неокесар. 9, а настоящее правило VI Собора следует за правилом Неокесарийского.

После всего сказанного я удивляюсь, каким образом утвердился современный обычай низведенным со степени священства иереям благословлять и освящать, в то время как об этом не говорят ни правила, ни сами толкователи. Хотя 79-я новелла Льва и говорит, что женившиеся и изверженные за это пресвитеры, диаконы и иподиаконы не должны носить мирское одеяние и подвергаться осуждению до того, чтобы быть отстраненными от другого служения в Церкви, исполнение которого не является для них недозволенным (т. е. беззаконным и противоречащим правилам), однако же она говорит и то, что это – другое служение, а именно приличествующее церковнослужителям (см. также примеч. к VI Всел. 15), но не благословение, освящение и свойственные священству священнодействия, касаться чего таким людям правилами не дозволено.

Я знаю, что все сказанное кажется суровым и огорчительным для иереев, изверженных или снявших с себя сан за свой грех. Но мы, однажды взявшись за толкование правил, говорим то, что сообразуется с правилами и признается ими справедливым, так что имеющие страх Божий и благую совесть пусть узнают это и исправятся. To же самое, но не налагая епитимию, а только предлагая совет, должны говорить и духовные отцы не уличенным в грехе священнослужителям, оставляя на их совести все остальное: захотят ли они сами сложить с себя сан или нет.

227

Basil. Маgn. De hominis struct. 2. 12 // PG 30, 56BC.

228

Ioan. Chrysost. Hom. in Ep. I ad Tim. 11. 3 // PG 62, 557.

229

Ин. 19:23.

230

Isid. Pel. Ep. I, 74 // PG 78, 233BC.

231

Следовательно, и иереям, и архиереям во время чумы следует употреблять для причащения больных такой способ, какой не противоречит этому правилу. Они должны класть Святой Хлеб не в виноград, а в какой-нибудь священный сосуд, из которого могильщики и больные могут брать его лжицей. Сосуд и лжицу следует затем погружать в уксус, а уксус выливать в алтарный колодец. {Алтарный колодец – непопираемое место, куда обычно выливают воду после мытья полов в алтаре, стирки облачений, мытья священных сосудов.} Или же они могут причащать каким угодно другим, более надежным способом, не нарушающим правило.

232

Преподавать святое причастие следует не только отдельно от винограда, но и отдельно от частиц, вынимаемых на проскомидии. Поэтому и Симеон Фессалоникийский (гл. 94) говорит, что иереи должны внимательно следить, чтобы причащать христиан не частицами, а Самим Телом Господа. {Sym. Thessal. De sacra liturg. 94 // PG 155, 284D.} Если же намеревающихся причаститься много (что бывает особенно в Великий четверг, праздники Рождества Христова, святых апостолов и Богородицы), то пусть иереи не опускают частицы в святой потир, чтобы случайно не ошибиться и не причастить кого-либо частицей, но оставляют их на святом дискосе и, после того как причастят христиан, пусть влагают их в потир и заканчивают таинство, как это принято делать и в монастырях Святой Горы. Хотя частицы соединяются с Кровью Господа и Его Телом, однако же они не становятся Самим Телом Господа.

233

Отсюда мы делаем вывод о том, что такое разрешение поста в Великий четверг вошло в обычай в Африке, а может быть, и в других областях еще до II Вселенского собора, потому что Лаодикийский собор, проходивший раньше II Вселенского, обличает этот обычай в упомянутом 50-м правиле.

Может вызвать удивление, почему же правило VI Всел. 89 говорит, чтобы мы проводили Великую седмицу в посте. И правило Дионисия Александр. 1 говорит, что иные христиане проводят совершенно без пищи шесть из этих дней, иные – четыре, иные – три дня, а иные – два. Кроме того, «Апостольские постановления» говорят (кн. 5, гл. 18), {PG 1, 889A.} что шесть этих Страстных дней никто не должен есть ничего другого, кроме хлеба, воды, соли и овощей, не вкушая ни вина, ни мяса. Это подтверждает и Лаодик. 50, а также VI Всел. 29, как мы сказали. Почему же, повторяю, все они говорят так, а уставы дают разрешение в Великий четверг на масло и вино? (Впрочем, самые точные рукописные уставы царских и великих монастырей Святой Горы в Великий четверг дают разрешение только на вино, но не на масло, им-то мы и должны следовать. А написано в них так: «Вкушаем вино и варево без масла».) Мне кажется, что это произошло из-за того, что насчет Великого четверга утвердились два противоположных мнения. С одной стороны, отцы Карфагенского собора отменяют в этот день сухоядение, а с другой – все упомянутые правила, как мы сказали, в этот день его предписывают. Поэтому богоносные отцы, составившие уставы, как бы пройдя средним путем между двумя этими мнениями, определили, чтобы в этот день было разрешение только на вино; тем самым они оказали снисхождение в честь Господней вечери, которая состоялась в этот день. Однако лучше поступает тот, кто и в Великий четверг воздерживается как от вина, так и от масла. Напротив, те, которые после литургии Великой субботы разрешают пост на масло и вино, поступают явно противозаконно. Божественные апостолы в «Постановлениях» (кн. 5, гл. 18 и 19) предписывают христианам поститься всю Великую пятницу и Великую субботу, как и сами они постились в эти дни, поскольку пост этих двух дней узаконен Самим Господом, Который сказал: Придут дни, когда отнимется у них жених, и тогда будут поститься (Мф. 9:16). {Мф. 9:15.} {PG 1, 889АВ–892А.} Именно в Великую пятницу и Великую субботу Господь был схвачен иудеями, распят и погребен ради нашего спасения.

Если же кто ссылается на слова Типикона о том, что вечером в Великую субботу входит келарь и дает по одному укруху хлеба и по одной мерной чаше вина, {См.: Типикон, сиесть Устав. M.: Издательский Совет РПЦ, 2002. С. 952.} то мы отвечаем, что эта мерная чаша вина и ломоть хлеба – не обычное вино и не обычный хлеб, но хлеб и вино, благословленные иереем. Во-первых, выше Типикон говорит, что должно совершаться благословение хлебов, и далее упоминает об этом. Во-вторых, в большинстве уставов написано об одном куске не вообще хлеба, но хлеба определенного и уже упомянутого, т. е. хлеба, ранее благословленного. И в-третьих, эта мерная чаша была с благословленным вином, которое смешивали с водой и давали братии для освящения, а прежде всего, предлагали причастникам, для того чтобы они «запили», т. е. ополоснули рот, как принято делать после Божественного причащения.

Многие постятся {Т. е. совершенно воздерживаются от пищи.} по три дня в святую Четыредесятницу, так почему бы им не поститься и в эти два дня, в Великую пятницу и Великую субботу, что более необходимо? Если же они не могут выдержать оба этих поста, то пусть лучше постятся эти два дня, чем держат пост те три дня. Божественный Златоуст говорит в беседе на Великую седмицу, что как Великая седмица выше всех прочих седмиц года и есть их глава, так и Великая суббота – глава Великой седмицы. {Ioan. Chrysost. Hom. in Magn. Hebdom. 1 // PG 55, 519.} A то, что вышеупомянутое благословение хлеба, – это обычное уставное благословение пяти хлебов, более ясно и подробно показывает рукописный устав монастыря Пантократора. Кроме того, в нем говорится, что от благословленных хлебов должна даваться достаточная часть каждому брату, равно как и от благословленного вина. Отсюда следует, что и хлебы должны быть большими по размеру, и вина достаточно много по количеству, чтобы их хватило.

234

Ioan. Chrysost. Ep. 112 // PG 52, 683.

235

Фотий отмечает (тит. 3, гл. 14), что если кто совершит священную литургию в частном месте (т. е. обычном, а не предназначенном для молитвы, как толкуют некоторые), в предместье или селении или позволит совершить литургию другим клирикам, не входящим в число назначенных на это архиереем, тогда место, в котором была отслужена литургия с ведома владельца дома, посвящается церкви этого селения через епископа, эконома и правителя. Если же владелец не знал, то сам он не подлежит наказанию, а тех, которые об этом знали, отправляют в ссылку, причем их имущество отдают местной церкви.

Вальсамон говорит, что антиминсы освящаются архиереем с той целью, чтобы возлагать их на святые трапезы молитвенных домов и считать их, в соответствии с названием, заменяющими освященную святую трапезу (латинское mensa означает «трапеза», почему и пелены, полагаемые на святые трапезы, называются менсалиями). {Слово «антиминс» образовано от латинского слова mensa (стол) при помощи греческой приставки ἀντι- (вместо).} А иереи, получающие их от архиереев, тем самым безмолвно получают от них, как видно, и позволение литургисать на этих антиминсах в молитвенных домах. Иоанн Китрский также говорит в 13-м ответе, что не согрешил иерей, совершивший литургию или крещение с антиминсом в особом месте дома или корабля, где есть иконы, как не согрешают и иереи императоров, которые священнодействуют в бамбуковых палатках на пустынных равнинах. Точно так же говорит и Вальсамон (ответ 14): «А совершающего литургию в подобных местах без антиминса извергают».

В эти антиминсы должны быть вшиты частицы мощей мучеников, чтобы антиминсы действительно заменяли собой освященную трапезу, – как и предписывает чин их освящения, находящийся в Евхологионе. Поэтому в Московии антиминсы без святых мощей никогда и не используются. Смотри также примеч. к VII Всел. 7.

236

Я сказал «без великой нужды» потому, что, по словам Василия Великого (правило 310 из кратко изложенных), не следует ни обычную вечерю вкушать в церкви, ни Господню вечерю в обычном доме, разве только во время затруднительных обстоятельств кто-нибудь выберет наиболее чистое место и дом. {PG 31, 1304C.} Поэтому апостолы и предписывают епископу во время гонений совершать собрания в домах, чтобы ни один благочестивый не посещал церковь и сборище нечестивых. И в церковной истории мы видим множество произошедших под давлением обстоятельств случаев, достойных упоминания. Так, мы читаем, что сщмч. Лукиан, антиохийский пресвитер, находясь в темнице, совершил литургию на своей груди, поставив вокруг себя бывших там клириков и верных в том же порядке, как в храме. Феодориту, еп. Кирскому, когда он находился в пустыне под открытым небом, святую трапезу заменили руки иеродиакона, и он совершил на них Божественное тайноводство. Ведь грудь и руки иерея, по слову Златоуста, дороже и священнее каменной трапезы и бездушных сосудов, на ней стоящих. Однако такие случаи чрезвычайно редки. А для молитвенных домов или для любого другого места, где необходимость заставляет совершать литургию, так называемые антиминсы совершенно обязательны.

Если же кто-нибудь недоумевает, что происходит с тем домом, в котором было совершено таинство, в случае если его захватывают враги: остается ли он священным или становится обычным, то пусть посмотрит примеч. к IV Всел. 24. Кроме того, Синесий говорит, что если в доме или каком-то месте люди, собравшись во время нашествия язычников, вознесли по обыкновению молитвы, то дом не становится от этого священным, потому что и те дома, где во времена арианства совершались молитвы и таинства, остались обычными частными домами, какими были и прежде.

237

Хотя настоящий Собор в данном 31-м правиле и позволяет совершать крещение в молельне с разрешения архиерея, однако явно, что в 59-м правиле он совершенно запрещает это делать, о чем говорит и Зонара. Собор при этом не противоречит самому себе, но, вероятно, постановляет так с той целью, чтобы свидетелями крещения во всякое время оказывались многочисленные христиане, собирающиеся в православных церквях, и чтобы в метрических книгах Кафолической Церкви записывались имена крестившихся и дата крещения. А благодаря этому не допускалось бы такое беззаконие, чтобы крестившийся крестился второй раз, если нет свидетелей того, что он когда-то был крещен (согласно Карфаг. 80 и VI Всел. 84). Установил это Собор также для того, чтобы всем был известен восприемник крестившегося и вследствие этого не имело места духовное родство, когда крестившемуся придет время вступить в брак. Оба этих случая могли бы легко произойти, если бы крещение совершилось в молитвенном доме, ведь там не собирается столь много христиан. Но, возможно, Собор запрещает совершать крещение в молитвенных домах в тех случаях, когда это происходит без согласия архиерея, т. е. точно так же, как и литургию запрещается совершать в молитвенном доме без согласия архиерея.

Есть и третья причина, по которой крещение следует совершать в церквах, а не в молитвенных домах: иерей должен сначала совершить проскомидию, затем, будучи облачен в полное священническое облачение, выйти и крестить ребенка, а после крещения начинать Божественную литургию и в конце ее причастить крещенного младенца. Как природа сразу по телесном рождении младенца уготовила ему молоко в качестве телесной пищи, так и благодать сразу по духовном рождении младенца готовит ему Божественное причащение для питания духовного. Однако если жизнь ребенка находится в опасности, то его крестят в любое время и в любом месте.

238

Ioan. Chrysost. Hom. In Matth. 82 (83). 2 // PG 58, 740.

239

Главой ереси гидропарастатов, т. е. тех, кто приносил воду вместо вина, был Татиан, прежний ученик св. Иустина (Феодорит. Свод еретических басней. Кн. 1, гл. 20). {PG 83, 369CD.}

240

Ин. 19:34.

241

Чудо пречистого ребра Господня оказалось двояким, и не только оттого, что излились кровь и вода (кровь, так как Господь – человек, а вода, так как Он превыше человека, по объяснению Григория Богослова), {Greg. Nazianz. Or. 45. 29 // PG 36, 661D.} но и оттого, что они излились теплыми и живыми, потому что это ребро было живым и животворящим ради ипостасного соединения с животворящим Божеством, по словам Симеона Фессалоникийского. {Sym. Thessal. Exp. de Divino templo 94 // PG 155, 741D.} Поэтому, чтобы изобразить первое чудо, законоположено вливать в святой потир Кровь и воду, а чтобы изобразить второе чудо, с самого начала постановлено, как говорят Вальсамон и Герман Константинопольский, вливать эту воду во время причастного стиха горячей и кипящей, а не холодной или чуть теплой, чтобы и сам иерей, и прочие причащающиеся именно горячей Крови и воды чувствовали, что они причащаются того самого, что некогда изошло из животворящего ребра Спасителя.

Итак, погрешают, много погрешают те иереи, которые пренебрегают этим и не подогревают хорошо святую теплоту, но вливают ее в божественный потир чуть теплой. Вода должна кипеть и бурлить, когда ее вливают (так чтобы от нее нагревался и святой потир), на что указывает и само ее название: греческое слово ζέον (теплота) означает «кипящая вода». Поэтому и божественный Никифор в 13-м правиле говорит, что без горячей и кипящей воды пресвитер не должен совершать литургию. А латиняне, которые совершают литургию не с кипящей водой, тем самым представляют мертвым живое Божество и оживотворяемое Им Божественное ребро Спасителя. Иереям же следует быть внимательнее и при первом вливании воды в потир во время проскомидии вливать воды меньше, а после вливать горячей воды больше, с двоякой целью: чтобы согреть первое соединение в потире и чтобы смешение вина и воды было умеренным и мы тем самым не дали повода латинянам обвинять нас в том, что мы портим смешение в потире излишним количеством воды.

Уместным в примечании к настоящему правилу и весьма полезным для священников будет следующее наше дополнение. Что следует делать, если случится, что Божественные Тайны прольются или их съедят грызуны? Симеон Фессалоникийский (вопрос 81) говорит: «Если они прольются после совершения великого входа (иначе сказать, прежде освящения и пресуществления) или мыши съедят хлеб на жертвеннике и об этом узнают после великого входа, то иерей должен сделать второе соединение в потире и совершить проскомидию на другом хлебе с чтением пророческих слов и повторением молитвы предложения. Затем он должен начинать молитвы, положенные после великого входа, потому что они совершительные (а те молитвы, что произносятся до входа, нет нужды повторять, потому что они не совершительные). Пролитые же Дары иерей должен тщательно собрать в святой сосуд вместе с землей и прочим материалом и затем поместить в алтарный колодец или другое священное место, надежное и непопираемое, чтобы по ним не ходили и не сделали с ними ничего другого неподобающего. Если там, где пролиты Святые Дары, пол устлан небольшими и легко сдвигаемыми мраморными плитами, то иерею следует совсем их вынуть и убрать в отдельное место; если же большими и неподвижными, то пусть их не вынимает, но глубоко выдолбит долотом пол на всем пространстве, где были пролиты Святые Дары, и все эти выдолбленные куски положит в алтарный колодец, а само выдолбленное место вымоет как можно более тщательно. Если Святые Дары пролиты не полностью, но осталась какая-то часть, то следует добавить в потир столько, сколько необходимо для священнодействия.

Если Святые Дары пролились на священное облачение иерея, роскошное и дорогостоящее, прежде совершения таинства и освящения, то его следует хорошо выстирать в особом сосуде, так чтобы на облачении ничего не осталось, a то, что смыто с одежды, вместе с водой вылить в алтарный колодец. А если Дары пролились на облачение после совершения таинства и пресуществления, то необходимо непременно вырезать ту часть одеяния, на которую они пролились, и использовать ее как священный покров, выстирав там же, где моют и святые потиры.

Священник, проливший Дары, прежде всего должен исповедать свой грех архиерею, и если это случилось по небрежности и невнимательности, его подвергают соответствующему наказанию и на время запрещают в служении, если только в том месте нет острой необходимости в иерее: тогда его не запрещают в служении, но налагают на него епитимию, заключающуюся в посте, молитвах и поклонах». {Sym. Thessal. Respons. 81 // PG 155, 946D–949А.}

По Вальсамону (по рукописям ответ 20, в его изданных ответах этого нет), если Дары разлиты прежде освящения, то проступок следует уврачевать умеренной епитимией. Но когда Дары разлиты после пресуществления, то, если это произошло по небрежности иерея, на него налагают более строгую епитимию и запрещают в священнослужении, а если по действию демонов, то его грех, совершенный против воли, подвергается более легкой канонической епитимии, чтобы диавол такой уловкой и действием не добился того, что иерей не священнодействует беспрерывно, т. е. чтобы диавол не нашел повода препятствовать иерею в постоянном служении литургии. To же самое говорит и Иоанн Китрский в 11-м ответе, сохранившемся в рукописях. А Мануил Харитопул, патриарх Константинопольский, соборным решением определил, что если преждеосвященные Хлеба съедят кошки или мыши, то иереи подвергаются епитимии за то, что не хранили их в безопасности (Греко-римское право. С. 239).

Священники, которые совершают литургию в часовнях, должны быть чрезвычайно внимательны, чтобы мышь не унесла со святого дискоса хлеб, на котором уже была совершена проскомидия. Поэтому они должны тщательно укрывать дискос покровом и иметь служителя, который следил бы за святым предложением, или должны следить за ним сами, чтобы из-за их невнимательности Божественный Хлеб не пропал и из-за этого они не понесли епитимию. Если же случится, что Святые Дары покроются плесенью (т. е. в соответствии с одними лишь акциденциями хлеба и присущей этим акциденциям влаги, согласно Корессию), то священнику не следует их сжигать или опускать в алтарный колодец. Пусть он сначала осторожно высушит их на горячих угольях, как об этом говорит Нектарий Иерусалимский, а затем смешает со сладким вином и потребит, как мудро советуют опытные в подобных делах и рассудительные люди. Однако для того, чтобы Дары не заплесневели, священники должны оставлять их на воздухе на достаточное время, пока не испарится присущая акциденциям влага. Или лучше, как говорят другие, более рассудительные, чтобы священники более надежным и легким способом сушили Святой Хлеб на горячих угольях, весьма осторожно разжигаемых, и таким образом сохраняли его.

Симеон Фессалоникийский (ответ 83) говорит, что если иерей забудет совершить соединение и покроет пустой потир, а на великом входе это заметит, то он тут же на святой трапезе должен совершить соединение и прочесть молитву предложения и затем продолжать литургию. Если же он заметит это во время причащения, то должен совершить соединение, прочесть молитву предложения и повторить молитвы, начиная от великого входа, запечатлеть потир крестным знамением во время призывания Святого Духа и совершить все прочее по порядку, и тогда он может причаститься. {Sym. Thessal. Respons. 83 // PG 155, 952A.}

242

Обрати внимание на то, что настоящее правило признаёт литургию брата Божия, которая в древности совершалась в Палестине и которую сейчас не служат, разве только в некоторых местах и изредка. Вальсамон же хотя и видел, что даже Вселенский собор принимает ее, тем не менее в 1-м ответе Марку Александрийскому говорит, что ее принимать не следует, вероятно потому, что она кажется поврежденной в некоторых местах. Так, песнопение «О Тебе радуется», которое она предписывает воспевать после «Изрядно о Пресвятей Пречистей», было не древним, но появилось позже. Смотри также катехизис. Кроме того, Мануил Малакс в 220-й гл. «Номоканона» говорит, что литургия Иакова служилась в Церкви до времен Василия Великого.

243

Отметь, что, согласно «Апостольским постановлениям» (кн. 2, гл. 57) все прочие слова Божественных Писаний читал народу чтец, стоя в центре на возвышении, а Евангелия читал диакон или пресвитер. {PG 1, 728А–729А.} Согласно Григорию Богослову, как утверждают некоторые, чтец читал и Евангелия. Тот, кажется, и сам говорит в «Первом обличительном слове на царя Юлиана»: «Как же Юлиан не знал их (т. е. евангельских заповедей. – Прп. Н.) в точности, он, бывший некогда чтецом Божественных словес и удостоенный чести служения великому алтарю?» {Greg. Nazianz. Or. 4. 97 // PG 35, 632В.} Но, вероятно, Божественные словеса, которые он читал, представляли собой другие Писания, а совсем не Евангелия, которые, как говорит святой, Юлиан «знал», а не «читал», хотя общий смысл предложения и позволяет понимать иначе. Или же Богослов говорит так еще и по той причине, что чтения, которые читают чтецы в Церкви, испещрены евангельскими изречениями.

244

Привилегии Константинополя – повод для зависти, и в силу этого их многие то и дело упраздняли. Но они соответствуют правилам и в силу этого их многие то и дело восстанавливали. Так, например, Диоскор поставил Константинопольского предстоятеля пятым и нарушил правило II Всел. 3, но это правило восстановил IV Вселенский собор. А когда узурпатор Василиск отменил эти привилегии своим хрисовулом (хотя сам же и восстановил их посланиями, отменявшими его хрисовул), их возобновил Юстиниан. После этого, когда тиран Фока отдал первенство Римскому престолу (хотя Ираклий это отменил), настоящий Трулльский собор, имевший достоинство Вселенского, возобновил привилегии Константинопольского престола. Следовательно, в этом Собор не погрешил, как из зависти пустословят паписты, потому что сделал это не от себя, но последовав предшествовавшим Соборам.

Смотри о привилегиях Константинопольского престола в «Томосе примирения» (гл. 19, с. 29), где вместо Юстиниана назван Зинон.

245

Кафедрой (θρόνος) называется не просто поселение (παροικία), но такое поселение, в котором живут христиане и клирики. Следовательно, те, которых рукополагают к церквам в городах, где нет христиан и клириков (наподобие тех фиктивных восточных патриархов, что у папистов), рукоположены без назначения, поскольку не стоят во главе полноты верных и клириков; а это противоречит канону, согласно IV Всел. 6. Поэтому такие архиереи не должны пользоваться честью епископской кафедры: ведь их цель не предстательство за народ, но честолюбие и корыстолюбие (см. также примеч. 1 к посланию III Вселенского собора). И если Вальсамон говорит, что вышло постановление императора Алексея избирать архиереев в Церкви Востока даже в том случае, когда они не могут отправиться туда по причине нашествий язычников, то он, нужно сказать, имеет в виду, что следует рукополагать их не в те места, где нет христиан и клириков, как мы сказали, но в те, где есть и христиане и клирики, однако эти места захвачены варварами и язычниками, – как определяет и правило настоящего Собора. Ибо не следует пастырю быть без паствы, а епископу – без своей епископской области.

246

Отметь, что хотя такие архиереи плененных варварами кафедр и не могут отправиться на свои места, чтобы не подвергнуть себя очевидным опасностям – ведь это значило бы искушать Бога, по словам Златоуста (26-я беседа на Послание к евреям), {Ioan. Chrysost. Hom. in Hebr. 26. 11 // PG 63, 182.} – все же им следует, и находясь вдали, посланиями или другими способами поддерживать свою паству, пока варвары не удалятся.

247

Поскольку сам Юстиниан II Ринотмит и собрал настоящий VI Вселенский собор, и освободил Кипр от рабства, и назвал его по своему имени новым Юстинианополем, то отцы Собора, чтобы почтить императора и воздать ему благодарность, подчинили Геллеспонтскую митрополичью область Кипрскому предстоятелю. Впрочем, Зонара говорит, что он не знает, подчинялся ли когда-либо митрополит Кизика Кипрскому предстоятелю, а о том, что ныне не подчиняется, он знает хорошо. Анонимный же толкователь говорит, что, после того как Кипр был освобожден от язычников и Кипрский предстоятель вернулся на свою кафедру, епископские области Геллеспонта также вернулись к Константинопольскому предстоятелю.

248

Пусть никто не удивляется, видя, что, с одной стороны, Великий Василий говорит в 18-м правиле, что зрелость ума и рассудительность появляется у девиц старше 16 или 17 лет, а с другой стороны, настоящий Собор говорит в находящемся перед нами правиле, что это происходит в 10-летнем возрасте. Зрелость ума у одних появляется раньше, a у других – позже. Так, одни, будучи по природе более восприимчивыми и утонченными, скорее приобретают и способность различения добра и зла, по Вальсамону. Поэтому и священный Тимофей в 18-м правиле говорит, что грехи одних судятся Богом с 10 лет, а других – с более старшего возраста. А если Бог судит грехи человека, совершенные с 10-летнего возраста, то ясно, что они совершаются при зрелости ума. Действительно, божественный Василий говорит (15-е правило из пространно изложенных): «Праведный Судия по достоинству дел воздает почести преуспевающим и наказывает согрешающих после того, как они достигнут зрелости ума». {Basil. Magn. Ascet. (fus.) 15. 4 // PG 31, 956B.} Кроме того, и божественный Златоуст утверждает (в «Слове к верующему отцу»), что юные с 10 лет должны бороться со страстями и злом и получать наказание за грехи, которые совершают. {Ioan. Chrysost. Adv. oppugnat. vitae monast. III, 17 // PG 47, 378.} Потому и Иоанн Китрский в 4-м правиле говорит, что дети мужского пола должны исповедовать грехи духовникам с 14 лет, а женского – с 12 (не говоря о том, что, по мнению некоторых современных учителей, в настоящем лукавом роде девочки должны исповедоваться с 6 лет, а мальчики с 8, по причине умножения беззакония (Мф. 24:12) и потому, что помысл у человека, как написано, устремлен ко злу от юности (Быт. 8:21)).

Другие же, напротив, будучи по природе более дебелыми и вялыми, получают способность различения добра и зла позже и в более старшем возрасте. Поэтому Бог говорит, что израильтяне начинали различать добро и зло после 20-летнего возраста: И вознегодовал во гневе Господь в день тот и поклялся, говоря: эти люди, вышедшие из Египта, от двадцати лет и выше, знающие добро и зло, не увидят земли, о которой Я клялся Аврааму, Исааку и Иакову (Числ. 32:10–11). Правило Карфаг. 135 говорит, что девы принимают монашеский образ в возрасте 25 лет, за исключением случая, если какое-либо обстоятельство – вероятность похищения или опасность смерти – вынуждает преподать им его раньше. В общем, о зрелости ума и, следовательно, о различении добра и зла судят по мере естественного «познания и рассуждения каждого», как сказано в упомянутом правиле Тимофея Александр. 18. И откровенно говоря, чем дальше идет наш век, тем лукавее становятся дети, и следовательно, некоторые из них различают добро, а в особенности зло, уже и ранее 10-летнего возраста.

Итак, исходя из всего этого настоящий Собор не только из-за преуспеяния Церкви и христиан, о чем он говорит, но и из-за природной способности людей к более тонкому различению добра и зла (о чем он не говорит) желает, чтобы монахами становились с 10-летнего возраста. Он внимает словам Соломона о том, что рассудительность для людей становится сединой и старостью: Мудрость есть седина для людей (Прем. 4:9), и словам Елиуя из книги Иова: Не многолетние мудры, и не старцы (только) разумеют (правый) суд, но есть дух в людях: дыхание Вседержителя научает (их) (Иов. 32:9 и 8).

Кроме того, поскольку настоящий Собор не остановился на возрасте 10 лет, но дал власть архиерею увеличивать срок, а Двукратный собор 5-м правилом предписывает три года испытывать желающих стать монахами, то именно таким образом эти годы снова сводятся почти к 16 годам, указанным Василием, когда обет намеревающегося стать монахом признается надежным и имеющим силу как обет человека возмужалого и, следовательно, способного рассудить, может ли он сохранить девство или нет.

Следует отметить и то, что поистине было бы прекрасно, если бы, согласно с этим правилом, монахами становились «юные и безбородые» в возрасте 10 или хотя бы 13 лет (т. е. после трехлетнего искуса) и с такого нежного возраста боролись со страстями и миродержителем и если бы «ко всякому упражнению в добрых делах их побуждали с самого начала», по словам Василия Великого (15-е правило из пространно изложенных), {Basil. Magn. Ascet. (fus.) 15. 4 // PG 31, 956B.} ибо благо, – говорит Иеремия, – мужу, когда он в юности своей несет иго. {См. Плач Иер. 3:27.} Но поскольку современное нам поколение стало склонно к страстям, архиерей, как и предписывает настоящее правило, должен увеличивать срок для намеревающихся стать монахами, пока у них не отрастет борода, потому что для самих этих монашествующих полезнее, чтобы рассудительность их ума и, следовательно, опыт стали совершеннее, и потому что таким образом их безбородые и женоподобные лица не будут для живущих с ними монахов соблазном и причиной погибели.

Смотри также примеч. 1 к I Всел. 3 и Гангр. 16.

249

Имеется в виду правило, входящее в канонические сборники.

250

Basil. Маgn. Ascet. (fus.) 15. 4 // PG 31, 956В.

251

Пример вдов и диаконисс, который приводит это правило, не является неуместным, каким сочли его некоторые на том основании, что якобы одно дело вдовы, другое – диакониссы. Впрочем, правило приводит их в пример, вовсе не имея в виду воздержание от брака (в чем могут упражняться как диакониссы в 40 лет, так и вдовы в 60). Да и не то здесь, о чем говорит Зонара, – мол, если диаконисса, будучи девственницей и не вкусив наслаждения, воздерживалась до 40-летнего возраста, то можно быть уверенным, что, конечно, она будет хранить свое девство и впредь; а вдове, как вкусившей наслаждения с мужем, нужно достичь 60 лет для большего испытания, и т. д. Все это не соответствует смыслу настоящего правила. Но мы, по мере возможности разъясняя этот пример, утверждаем: вдова, о которой упоминает Павел, должна была причисляться к чину вдов без хиротесии, согласно 1-й и 2-й гл. 3-й кн. «Апостольских постановлений», {PG 1, 760А–764А.} чтобы получать помощь от Церкви, по Василия Велик. 24, и иметь достаточно средств на пропитание. Так и сам Павел добавляет: Если какой верный или верная имеет вдов, то должны их довольствовать и не обременять Церкви, чтобы она могла довольствовать истинных вдовиц. {1 Тим. 5:16.} Но хотя, продолжу я, такая вдова и причислялась к чину вдов, а не к чину диаконисс, все же из числа этих вдов, имевших одного мужа, рукополагались и диакониссы, откуда ясно, что и они рукополагались в 60 лет. И тому есть причина: если причисление к более низкому чину вдов совершалось только в таком возрасте, чтобы они не впали в роскошь в противность Христу, {См. 1 Тим. 5:11.} то не тем ли более вдовы, которые после хиротесии становились диакониссами, не должны были принимать рукоположение в ином возрасте? Притом их брак после хиротесии несравненно более противоречил законам, чем брак вдов и, следовательно, опасаться за них следовало больше.

Это можно доказать не только рассуждением, но и самым делом. Созомен (кн. 7, гл. 16) свидетельствует, что император Феодосий издал закон (до настоящего VI и даже до IV Вселенского собора), по которому ни одна женщина не должна была принимать служения диакониссы, если у нее нет детей и она не старше 60 лет. «По этой же причине, – предполагает Созомен, – и император Феодосий, заботясь о добром имени и святости Церквей, законоположил, чтобы женщинам, если они не имеют детей и не достигли 60 лет, не вверялось служение Богу, согласно с указанным повелением ап. Павла». {Sozom. Hist. eccl. VII, 14 // PG 67, 1461C.} Но эти 60 лет для диаконисс IV Вселенский собор уменьшил до 40, определив в общем и без пояснений, что диаконисса не должна принимать рукоположения прежде достижения 40 лет, причем неважно, будет ли она из девственниц или вдов, бывших замужем один раз.

Итак, по этим соображениям пример вдов и диаконисс, который приведен в этом правиле, подходит и прекрасно согласуется со смыслом правила. Диакониссы сравниваются с теми диакониссами, которых поставляли из вдов. A то, что диакониссы поставлялись из вдов, имевших одного мужа, свидетельствуют, во-первых, «Апостольские постановления» (кн. 6, гл. 17): «Диакониссой да будет непорочная дева, а если не так, то по крайней мере вдова, имевшая одного мужа, верующая и почтенная». {PG 1, 957А.} Во-вторых, 48-е правило настоящего VI Вселенского собора, которое говорит, что жена того, кто станет архиереем, если достойна, должна становиться диакониссой; и в-третьих, пример знаменитой Олимпиады: будучи вдовой, она была диакониссой. A то, что брак диаконисс беззаконнее брака вдов, ясно из IV Всел. 15 и Василия Велик. 24: 15-е правило вышедшую замуж диакониссу вместе с соединившимся с ней предает анафеме, а правило Василия вышедшую замуж вдову только отлучает от причастия, пока она не отстранится от нечистоты, ибо и вдовы обещали не вступать во второй брак, как, например, Анна, дочь Фануилова. Ясно это также из 1-й гл. 3-й кн. «Апостольских постановлений» {PG 1, 760B–761A.} и слов Павла: Они подлежат осуждению, потому что отвергли прежнюю веру. {1 Тим. 5:12.}

Смотри также примеч. 3 к I Всел. 19.

252

Заметь, что, согласно настоящему правилу, монахи, живущие в киновиях и монастырях, должны соответствующим образом постригать свои волосы, потому что монахи соответствующим образом стриглись, что ясно и из настоящего правила, и из слова «О девстве» Афанасия Великого, {Athanas. Alex. De virgin. 11 // PG 28, 264B.} и из 1-го слова «О мире» Григория Богослова, {Greg. Nazianz. Or. 6. 2 // PG 35, 724A.} и из многих историй Лавсаика. Для монахов настоящее время есть время печали, по словам божественного Златоуста (Беседа 56 на Матфея) {Ioan. Chrysost. Hom. in Matth. 55 (56). 5 // PG 58, 545.} и Иоанна Лествичника. Бог же говорит через прор. Исаию, что знаком печали, плача и рыдания служит острижение волос на голове (см. Ис. 22:12). И если, согласно Павлу, вообще любой муж, отращивающий волосы, бесчестит себя {См. 1 Кop 11:14.} (см. также примеч. 1 к VI Всел. 96), то сколь более бесчестят себя монахи, отращивающие волосы? Если же все вообще монахи должны соответствующим образом постригать свои волосы, то сколь более должны постригать их монахи и диаконы молодые, живущие в монастырях или кельях? Ибо такие соблазняют других как своим безбородым лицом, так и длинными причесанными волосами. Но монахам, живущим в городах, и особенно в царствующем граде, следует этого остерегаться.

253

Постригом здесь правило называет великий ангельский образ, поскольку, по Вальсамону (толкование на 2-е правило Собора в Святой Софии), в собственном смысле слова постригом является облачение в великую ангельскую схиму. Должно нам знать, что изначально монашеская схима была только одна, великая, как пишет об этом св. Феодор Студит в своем завещании: «Не преподавай кому-либо так называемую малую схиму, а после – великую, потому что монашеский образ один, как и крещение, и потому что так поступали святые отцы». {Т. е. преподавали один монашеский образ. Theod. Studit. Testament. 12 // PG 99, 1820C.} И божественный Григорий Палама в письме иеромонаху Павлу говорит: «Это есть великая монашеская схима. Малой же монашеской схимы отцы не знают, и хотя некоторые из позднейших отцов по видимости разделили схиму на две, однако тем, что они предлагают одни и те же вопросы и ответы, те же обеты как в малой, так и в великой схиме, они вновь устанавливают одну схиму». {Greg. Pal. Ep. ad Paul. Asen. 4 // Συγγράμματα. T. 5. Σ. 248.} И Симеон Фессалоникийский (гл. 20) говорит, что как крещение только одно, так и монашеский образ один, ибо малая схима – это обручение и начало великой схимы и придумана некоторыми позднейшими отцами по причине немощи (или же и нерадения) людей {Sym. Thessal. Dial. contr. haer. 20 // PG 155, 104C.} И в Евхологии, как и у Вальсамона (в толковании 2-го правила Собора в Святой Софии), малая схима названа обручением великой. А Иов Амартол в слове «О таинствах» (см.: Хрисанф Иерусалимский. Синтагматион) говорит еще и о третьей схиме: «Монашеская схима восходит от меньшего к совершеннейшему, от так называемой малой схимы, или рясофора, к святой схиме пострига, а от нее уже к так называемой великой ангельской схиме». Подобным образом и в Евхологии три отдельных последования схимы: последование рясофора, малой схимы и великой схимы. И малосхимником в нем называется не рясофорный, как у Иова, но тот, кого у нас обыкновенно именуют ставрофорным, – его Иов выше назвал имеющим схиму пострига.

Из всего сказанного следует, что рясофорные уже не могут сбросить рясу и вступить в брак – да не будет! Как они дерзнут на это, в то время как и власы на голове их пострижены, а это означает, что они отверглись всякого мирского мудрования и посвятили свою жизнь Богу? Как они дерзнут на это, когда с благословения носили монашескую рясу и камилавку, {Подразумевается так называемый камилавхий, который по традиции в Греческой Церкви носят рясофорные иноки. – Ред.} поменяли имя и над ними были прочитаны иереем две молитвы, в которых иерей благодарит Бога за то, что Он «избавил их от суетнаго мирскаго жития и призвал на честное обещание монашеское», и просит Его принять их «во иго Его спасительное»? И если тот, кто только дал обещание стать монахом, пусть и не приняв рясофора, не должен нарушать обещание, но должен исполнять его (см. также примеч. 1 к Василия Велик. 28), по изречению обеты мои Господу исполню {См. Пс. 115:9.} – то сколь более тот, кто носил рясу? Поэтому и Вальсамон говорит (в толковании на Двукрат. 5), что рясофорный более не имеет права стать мирянином, но следует его принудить исполнить свое первое намерение, т. е. принять совершенную схиму, a если не желает, то подвергнуть наказанию, как предписывает закон в 1-м тит. 4-й кн. «Василик». Смотри также примеч. 2 к Василия Велик. 18, там приведены слова Вальсамона о том же. А ставрофорным малосхимникам и вовсе нет пути назад, т. е. они должны быть столь же строги к себе, как великосхимники, по двум причинам: во-первых, потому, что дали Богу те же и столь же непреложные обещания и обеты, что и великосхимники; во-вторых, потому, что сподобились украситься от Бога теми же одеждами (за исключением трех), что и великосхимники. Притом пусть не измышляют извинения во грехах, {См. Пс. 140:4.} что они не великосхимники и потому не обязаны хранить строго монашеский образ жизни, и пусть не будут нерадивы в стремлении получить и совершенную великую схиму.

Как обручение в сравнении с браком несовершенно, так и малая схима несовершенна, поскольку представляет собой обручение великой схимы, как мы сказали, а следовательно, те, кто ее имеют, несовершенны. Пусть обратят внимание и на слова Симеона Фессалоникийского, который говорит (гл. 360): «Те, которые несовершенны в схиме, должны усовершенствоваться, чтобы не умереть несовершенными, без совершеннейшего таинства (τελετῆς) схимы... и как тот, кто не крещен, не христианин, так и тот, кто не принял совершенной схимы, не монах (имеется в виду – не совершенный монах. – Прп. Н.)». {Sym. Thessal. De ordine sepult. 360 // PG 155, 673AB.}

Отметь также и следующее. Хотя и Афанасий Афонский, и преподобноисповедник Дунале, упоминаемый в «Синаксаристе» (17 декабря), и некоторые другие приняли вначале малую схиму, а затем великую в разные времена, однако лучше и правильнее поступают те, которые сразу становятся великосхимниками, не принимая малой схимы, потому что этим единственным принятием схимы они показывают, что монашеская схима действительно только одна, как и требует предание святых. А молитва, напечатанная в книге оглашений Студита, который говорит, что ее составитель принял вначале малую схиму, а затем великую, хотя и умилительна, и душеполезна, однако принадлежит не Феодору Студиту, а некоему Феодосию, как видно из ее содержания, и составлена на основе разных источников.

Отметь еще, что хотя любое время подходит для того, чтобы стать монахом, однако более подходит для этого время Четыредесятницы, как время покаяния, по 25-му ответу Симеона Фессалоникийского. {Sym. Thessal. Respons. 25 // PG 155, 876D.} A Иов говорит, что за одной литургией не принимают постриг от руки одного старца много монахов или монахинь, но только один или одна.

Ангельской же монашеская схима называется по разным причинам, но главным образом по следующим двум: во-первых, потому, что монах, хотя и облечен плотью, должен подражать бесплотной жизни и девству ангелов, во-вторых, потому, что монах должен всегда славить Бога, как ангелы на небесах, по словам Симеона Фессалоникийского. {Idem. De poenit. 265 // PG 155, 489B.} А Дионисий Ареопагит говорит в главе «О монашеском совершении», что «отречение от делимого, не только существующего в жизни, но и воображаемого, являет совершеннейшее монашеское любомудрие, выражающееся в знании единотворящих заповедей». {Dion. Areop. De eccl. hierarch. VI, 3. 2 // PG 3, 533D.}

254

Вальсамон, видя, что настоящее правило вступившего в брак монаха наказывает только как мирянина, впавшего в блуд, говорит, что это снисхождение может быть оказано тем монахам, которые сами добровольно расторгнут свой беззаконный брак и прибегнут к исповеди и покаянию, а не тем, которые приносят покаяние недобровольно.

255

Как мы можем заключить из слов правила, она забыла об этом благодаря тому, что уже пробыла в монастыре какое-то время и прошла испытание. А следовательно, и тогда монахи и монахини, проходя испытание, носили мирские одежды и не были облечены в рясу. Правило говорит, что черные одежды они надевали после того, как поступали в монастырь, а яснее это видно из Карфаг. 135 (см. об этом также 1-й ответ Николая Константинопольского). И отметь, что, по парафразу Пахимера на св. Дионисия, черная одежда монахов означает, что они живут уединенно (μοναχικῶς), сосредотачиваясь на самих себе, подобно тому как черный цвет сосредотачивает на себе взор: «Монашеский чин... жительствует уединенно, ибо на это и указывает черное одеяние». {PG 3, 548А.} Потому и божественный Афанасий в слове «О девстве» говорит: «Одеяние твое да будет черным, но не выкрашенным краской, a естественного цвета». {Athanas. Alex. De virgin, 11 // PG 28, 264В.}

He только черные одежды приличны монахам, но и серые, не совсем черные и не совсем белые, соединяющие в себе черное и белое. Поэтому и Златоуст в сочинении «О девстве» говорит: «Не в серых одеждах и тонах девство». {Ioan. Chrysost. De virgin. 7 // PG 48, 537.} О таких одеждах монахов свидетельствует также историк Зосима. Черный цвет означает еще скорбь и печаль, которые подобает иметь монаху, ибо опечаленные и скорбящие об умерших сродниках носят обычно черные одежды.

Поскольку мы упомянули о монашеских одеждах, уместно здесь разъяснить и то, что каждая из них означает.

Итак, хитон (который представлял собой нечто вроде рубашки, что теперь называется нижней рясой, или подрясником) означает ризу веселия и Божественную правду, в которую облекается монах вместо кожаных риз и наготы Адама, согласно Евхологию и писаниям Симеона Фессалоникийского. {Sym. Thessal. De poenit. 273 // PG 155, 497B.} Затем – паллий, особое одеяние, подобное по виду современной так называемой верхней рясе, или рясе-мантии. Симеон Фессалоникийский тоже называет его одеянием. И авва Исаак, говоря «завернись в свой паллий», имеет в виду род одежд, {Ἰσαὰκ τοῦ Σύρου. Λόγοι ἀσκετικοὶ 57. 3 // ΕΠΕ. Τ. 8 (Β). Σ. 364.} но современные монахи, отказавшись от паллия, вместо него используют так называемый параман, в то время как название «параман» означает одежду наподобие второй мантии (кажется, поэтому и в Евхологии малая схима называется мантией), а не тот квадрат, величиной в пядь, который теперь носят на спине монахи-малосхимники. Паллий, продолжаю, означает одежду нетления и чистоты и Божественный покров и осенение, согласно Евхологию и словам Симеона Фессалоникийского. {Sym. Thessal. De poenit. 273 // PG 155, 497B.} Кожаный пояс, стягивающий поясницу, где находятся почки и вожделевательная сила души, означает умерщвление плотских вожделений и целомудрие, а также то, что монах должен быть готов на служение, согласно Евхологию и писаниям Симеона, Кирилла Иерусалимского, Дорофея и Созомена (кн. 3, гл. 13). {По PG гл. 14. PG 67, 1072.} Сандалии или иная обувь означают, что монах должен быть готов бежать дорогой благовествования мира, не претыкаясь, но попирая мысленных змиев. И как ноги находятся внизу всего тела, так и тело должно быть в низшем положении и подчинении душе, как сказано в Евхологии, у Симеона и Кирилла Иерусалимского.

Таковы одеяния монаха, имеющего малую схиму, или ставрофорного, а великосхимник сверх того имеет еще три одежды: кукуль, аналав и мантию. Кукуль, по Евхологию, означает шлем спасения. {Еф. 6:17.} и осенение Божественной благодатью, отгоняющее помышления о мире сем, a по словам Симеона и Кирилла Иерусалимского – беззлобие и смирение, потому что и незлобивые младенцы носят такие кукули, согласно Созомену и Дорофею. А аналав (Созомен называет его еще анаболевом и говорит, что делается он из кожи, – сейчас мы называем это полиставрием) означает, что монах восприемлет крест Господень и следует за Господом, как говорится в Евхологии и писаниях Симеона и Дорофея. A то, что на нем спереди и сзади изображены кресты, означает, согласно Кириллу Иерусалимскому, что и мир должен быть распят монаху через удаление от него, и монах – миру через беспристрастие к нему, как сказано, для меня мир распят, и я для мира. {Гал. 6:14.} По словам Созомена, то, что аналав обхватывает лопатки, означает, что монах должен быть готов на служение. Мантия же (которую Созомен называет хитоном без рукавов, а Дорофей коловием), поскольку покрывает все остальные одежды, означает, что монах, завернутый в свою мантию, пребывает как бы в гробу, по объяснению Симеона. А Созомен и Дорофей говорят, что она, поскольку не имеет манжет и рукавов, означает, что монах не должен ни на кого поднимать руки и совершать дел ветхого человека. Просторность же мантии означает крылья ангелов, по словам Кирилла Иерусалимского, потому что монашеская схима называется ангельской; а четыре угла мантии означают четыре основных добродетели: рассуждение, целомудрие, правду и мужество. На мантии был также и багряный знак, по которому, согласно авве Дорофею, узнаю́т монахов и который означает, что они воины Царя Небесного. A о том, что мантия – принадлежность только великосхимника, говорит Симеон Фессалоникийский. Вот его слова (гл. 273): «И в конце облекается в мантию, поскольку она покрывает все одежды. В это время иерей говорит громче: „Брат наш (имярек) прият великий и ангельский образ“». В Евхологии, впрочем, совсем не упоминается о мантии великосхимника. А для камилавки и наметки не полагается отдельного благословения, хотя некоторые произносят благословение кукуля и над камилавкой ставрофорного монаха.

Из всего сказанного следует, что иерею нужно благословлять верхнюю рясу вместо упомянутого парамана, величиной с пядь, и давать ее для ношения монаху, которого он постригает. Иначе в момент, когда он будет давать верхнюю рясу, он окажется в смешном положении, из-за того что для нее недостает молитвы и благословения. А если кто-то хочет носить и этот маленький параман поверх подрясника вместо креста, то в этом, как мне кажется, нет ничего неуместного.

256

PG 31, 1164В.

257

Basil. Magn. Poenae 12 // PG 31, 1308C.

258

Idem. Ascet. (fus.) 32. 1 // PG 31, 996A.

259

1 Kop. 7:35.

260

Потому и Иоанн Глика, хотя он был логофетом дрома и имел жену и детей, однако сразу, как только стал патриархом, его жена стала монахиней, по свидетельству Никифора Григоры (книга «Римская история»). {PG 148, 444.} Отметь, что подобно жене готовящегося стать архиереем следует поступать и жене намеревающегося стать монахом. Так, она должна, во-первых, разлучаться с ним по общему согласию, во-вторых, оставаться впредь незамужней и, в-третьих, после его пострига тоже становиться монахиней, как и ее муж. Разлучаться они должны по общему согласию, а не насильно, потому что апостол говорит супругам: Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию {1 Кор. 7:5.} и Соединен ли ты с женой? Не ищи развода. {1 Кор. 7:27.} И еще: Жена не властна над своим телом, но муж, и муж не властен над своим телом, но жена. {1 Кор. 7:4.} Если же они не имеют власти над самими собой, но подчинены один другому и несвободны, то, следовательно, без общего согласия не могут и разлучиться. И Господь говорит: Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает. {Мф. 19:6.}

Согласен с апостолом и Василий Великий, ибо на вопрос, как следует принимать в монашеское жительство состоящих в браке, он отвечает (см. 12-е правило из пространно изложенных), что сначала их нужно спрашивать, по общему ли согласию они это делают, как говорит Павел, и тогда принимать при многих свидетелях. {PG 31, 948С–949А.} Если же одна сторона супружеской пары, т. е. муж или жена, не соглашается на это, но восстает против такого разлучения, потому что менее другой стороны заботится о благоугождении Богу, которое достигается в монашеской жизни, тогда, помня слова ап. Павла: К миру призвал нас Бог, {См. 1 Кор. 7:15.} пусть их не принимают и самих себя не ввергают в смятение. И Господь сказал: Кто не возненавидит отца и матери, и жены и детей, не может быть Моим учеником. {См. Лк. 14:26.} Если такие супруги не исполняют и этого, они не могут стать учениками Христа в монашеском звании, потому что ничто нельзя предпочитать послушанию Богу, т. е. Его заповедям, среди которых есть и повеление принимать таковых при условии их взаимного согласия на монашество и не принимать, если они не возненавидели друг друга. Потому Василий Великий и повторил дважды, в разных местах, одно и то же слово: ничто нельзя предпочитать послушанию Богу. Толкуется же это еще и так: если одна сторона противится другой, то пусть намеревающийся принять их говорит им, что они должны оставаться в мирном супружестве, к которому призвал их Бог, и что они не могут стать учениками Христа, если не возненавидят друг друга. Святой еще добавляет, что та сторона, которой другая не позволяет монашествовать, может и находясь в супружестве достичь своей цели, монашеской чистоты, через горячую молитву и пост.

Кроме того, божественный Августин в письме 45 к Армедарию говорит, что одна сторона супружеской пары не может уйти в монахи против воли и желания другой. Если же она станет монашествовать против воли другой, то необходимо принуждать ее вновь соединиться со второй половиной. И божественный Иероним (письмо 14) сильно обличал Галатию за то, что она захотела стать монахиней против воли своего мужа.

Итак, мы сказали о том, что жена намеревающегося стать монахом должна разлучаться со своим мужем по общему согласию. Ясно и то, что ей следует впредь оставаться безбрачной. Ведь если она вступит во второй брак, то это будет прелюбодеянием – и по слову Господа, сказавшего: Всякий, кто разводится с женою своею, кроме вины любодеяния, тот подает ей повод прелюбодействовать, {Мф. 5:32.} и по слову Павла: Жена, если при живом муже (т. е. если он телом действительно жив, как жив и монах) выйдет за другого, называется прелюбодейцею. {Рим 7:3.} И Златоуст говорит (Беседа 19 на Первое послание к коринфянам, гл. 7): «Так как бывало, что супруги разлучались или ради воздержания, или под другими предлогами, или из-за неудовольствий, то лучше, чтобы этого с самого начала не было, но если это уже случилось, то пусть жена остается с мужем, – если и не для совокупления, то для того, чтобы не приводить другого мужа», {PG 61, 154.} иначе говоря, пусть остается безбрачной.

Итак, ясно и следующее: по двум названным причинам жена собирающегося стать монахом должна и сама стать монахиней. Ибо согласие, которое она дала своему мужу на то, чтобы он стал монахом, принуждает ее впредь не вступать в брак, но оставаться безбрачной. В свою очередь, для того чтобы сохранить это безбрачие прочным, безопасным и не вызывающим подозрений, она принуждена удалиться из мира, поступить в монастырь и принять монашеский постриг. Поэтому и Лев Мудрый достойно своей мудрости определил относительно супругов в 20-й новелле так: «Поскольку брак расторгался и по согласию, ради целомудрия, то и предписываем расторгать его не иначе как при условии, что обе стороны тут же после разлучения становятся монашествующими, забирая каждый свое имущество» (Арменопул. Кн. 4, тит. 12).

Из всего сказанного следует, что неверно говорит Вальсамон, будто женщина может стать монахиней и против воли своего мужа. Иные высказывают мнение, что одна сторона супружеской пары, после того как другая примет монашество, может второй раз вступить в брак, поскольку считается, что другая сторона умерла, так как избрала иную жизнь. Таким заграждает уста настоящий Собор: несмотря на то что собирающийся принять хиротонию во епископа также избрал иную жизнь, Собор не позволяет его жене второй раз выйти замуж, потому что это прелюбодеяние. И хотя в 4-й гл. 22-й новеллы Юстиниана (Василики. Тит. 7, кн. 28) говорится, что муж и жена могут, переходя к лучшей, монашеской, жизни, разлучаться и оставлять мир, однако это их разлучение предполагает, конечно, взаимопонимание и взаимное согласие. Смотри также с. 745 «Истории Иерусалимских патриархов» блаженной памяти патриарха Досифея, который говорит, что мнение, будто одна из сторон супружеской пары может вступить в брак после того, как другая примет монашество, есть заблуждение и что подлежат анафеме те, кто не повинуется святым отцам, но позволяет одному из супругов уходить в монашество против воли другого. Еще обрати внимание: то, что не должны иметь силы обеты и обещания жены, подвластной мужу (как и самого мужа, без согласия жены), подтверждается 30-й гл. книги Чисел. Там говорится, что если жена даст какое-то обещание Богу и услышит это муж ее и промолчит, то она должна исполнить свое обещание. А если муж не промолчит, но возразит, то не должно исполнять на деле обещание, и Господь за это не осудит ее. {См. Чис. 30:8–9.}

Смотри также примеч. 1 к Апост. 22.

Остается сказать о том, что не просто по взаимному согласию следует монашествовать супругам, но, более того, следует спрашивать жену, согласна ли она сама монашествовать и согласен ли на это ее муж, и если после трех месяцев она не изменит своего благого намерения, тогда можно ее постригать, если, конечно, жене исполнилось 40 лет и у нее твердые убеждения, согласно толкованию Вальсамона на 2-ю гл. 1-го тит. «Номоканона» Фотия.

Смотри также Иова Амартола, который требует, чтобы супруги становились монахами по общему согласию (Хрисанф. Синтагматион. С. 133).

261

Отметь, что патриарх Сисиний, а также Иоанн Антиохийский издали согласный с этим вселенским правилом томос, определяющий, чтобы монастыри не передавались мирянам. А патриарх Сергий, напротив, издал другой томос, который определял отдавать монастыри мирянам; впрочем, не для того, чтобы они превращали их в мирские жилища – настоящим правилом это запрещено, – а для восстановления и усовершенствования их. Ну а если хорошо поразмыслить, то становится ясно, что не по правому суду вынес Сергий такое определение. В самом деле, если бы целью отцов было не отдавать монастыри мирянам только с тем, чтобы они не делали из них мирских жилищ (в то время как правило IV Всел. 24 говорит об этом вполне определенно), то зачем настоящее правило стало бы прибавлять, чтобы никто вообще не отдавал монастыри мирским людям? Это прибавление было бы излишним и напрасным пустословием. Далее, правило IV Всел. 8 предписывает монастырским клирикам и предстоятелям подчиняться власти архиерея. И если согласно томосу Сергия монастыри отдаются мирянам, следовательно, монастырские предстоятели должны подчиняться и архиерею, и мирянам, а значит, служить двум господам. Но служить двум господам невозможно, как сказал Господь, {См. Мф. 6:24.} и оттого, что архиерей приказывает одно, а миряне – другое, возникают разногласия и соблазны. Поэтому монастыри не следует отдавать мирянам даже ради восстановления и усовершенствования, но следует отдавать их клирикам и монашествующим. Священное нужно отдавать священникам, а не мирянам. Поступать иначе – это бесчинство и полнейшая несообразность. Я уж не говорю о том, что это и причиняет вред душам, и губит дома мирян, принимающих монастыри.

262

Из этого правила следует вывод о том, что всем клирикам и священнослужителям, а также монахам не подобает охотиться на зайцев и других животных или птиц. Если это правило запрещает клирикам одно только наблюдение за боями животных и диких зверей, то тем более оно запрещает им самим охотиться. Следовательно, если священнослужители, которые до посвящения были охотниками, не перестанут охотиться, то они подлежат извержению, а монахи – отлучению, согласно этому правилу.

263

Λύγισμα (лигизма) – музыкальный термин, означающий один из жанров народной греческой музыки. Лигизма олицетворяла страстное пение, потому что сопровождалась особенными танцевальными движениями и отличалась извилистой, «закрученной» мелодической линией. Само слово λύγισμα происходит от глагола λυγίζω, что означает «изгибаю», «закручиваю».

264

Отметь, что последование Литургии Преждеосвященных Даров не принадлежит Григорию Двоеслову, поскольку он не знал греческого языка, согласно 29-му письму его 6-й кн., и поскольку среди его сочинений ее нет. Оно существует со времен апостольских преемников, по 56-му ответу Симеона Фессалоникийского, {PG 155, 904–909.} и с более раннего времени, чем времена Двоеслова, что видно из Лаодик. 49 и особенно из обычая христиан по средам и пятницам причащаться преждеосвященного хлеба. Этот обычай был распространен и на Востоке, как говорит Василий Великий в письме к Кесарии, жене патриция, {Basil. Маgn. Ер. 93 // PG 32, 484В.} и на Западе, как говорит Иероним в письме к Паммахию. Очевидно, что и прежде причастия, и после него причащающиеся произносили какие-то молитвы, которые, можно сказать, и составляли тогда Литургию Преждеосвященных Даров, – об этом говорит Аргентис. Смотри также примеч. 1 к Лаодик. 14.

А поминаем мы Григория Двоеслова на отпусте Литургии Преждеосвященных Даров или потому, что он, преподав такую литургию римлянам для постных дней Четыредесятницы (по словам Маврикия, иеродиакона великой Церкви, написавшего Синаксарь, и его переводчика, Максима Маргуния, и Михаила Константинопольского), дал совет и восточным совершать ее в Четыредесятницу ежедневно, как утверждают некоторые (см.: Досифей. История Иерусалимских патриархов. С. 526); или же потому, что хотя эта литургия и существовала прежде, но позже Двоеслов сделал ее более красивой и расположил ее молитвы и песнопения в той последовательности, в какой их можно видеть сейчас.

Установили же отцы Литургию Преждеосвященных Даров ради того, чтобы и в постные дни быть причастниками небесной жизни и благодати, которые подаются через Святые Тайны. Потому и Властарь (буква «Т», гл. 5) говорит: «Как воины на поле брани, после того как прекратят сражение, под вечер вкушают заранее приготовленную пищу, чтобы подкрепиться ею и на следующий день снова сразиться с врагами, так и мы, христиане, сражаясь против страстей и диавола в дни Четыредесятницы, причащаемся вечером (конечно, будучи достойными и подготовившимися) Тела и Крови Господних, освященных заранее в субботу и воскресенье, чтобы укрепиться ими и снова, более мужественно, сражаться с мысленными врагами». (Властарь говорит это не от себя, а переводит другую, древнюю схолию, которую мы нашли.) To же самое говорится и в молитвах этой самой Литургии Преждеосвященных Даров.

Отметь, что, согласно уставам и постановлениям западного Шалонского собора, Литургия Преждеосвященных Даров должна совершаться вечером, следовательно, совершающие ее сразу по наступлении утра погрешают и должны исправиться. Ибо как они могут говорить на этой литургии: «Исполним вечернюю молитву нашу Господеви», когда эта молитва даже не полуденная?

Согласно этому правилу не только в среду и пятницу, но также и в понедельник, и во вторник, и в четверг желающие могут невозбранно совершать Литургию Преждеосвященных Даров.

Те, которые не напаяют Святой Хлеб Пречистой Кровью, как предписано в Евхологиях, и ненапоенным сохраняют Его для совершения Литургии Преждеосвященных Даров, явно латиномудрствуют. Ибо нечестие латинян состоит и в том, что они преподают евхаристические Тайны мирянам под одним видом, т. е. только под видом Хлеба, как незаконно установил западный Собор, собиравшийся в Констанции германской в 1414 г. (a о том, по каким причинам сохранялся Преждеосвященный Хлеб, см. у Евстратия Аргентиса, с. 284, и примеч. 1 к Лаодик. 14). Сохранялось в церквах и Преждеосвященное Вино, как свидетельствуют об этом Златоуст (1-е письмо Иннокентию), {Ioan. Chrysost. Ep. ad Innoc. 1. 3 // PG 52, 533.} Иероним (4-е письмо Руфину), Григорий Богослов (надгробное слово Горгонии), {Greg. Nazianz. Or. 8. 18 // PG 35, 809C.} отцы Поместного собора в Толедо и др.

Смотри также примеч. 1 к Лаодик. 49.

265

Поскольку здесь речь зашла о поминовениях, отметим, что третины, которые совершаются в память усопших братьев, означают, согласно священному Симеону Фессалоникийскому, что усопший брат изначально получил бытие от Троицы. Девятины по усопшим означают, что разрешившийся в то, из чего был составлен, должен сопричислиться к девяти невещественным ангельским чинам, будучи и сам невещественным. {Sym. Thessal. De ordine sepult. 372 // PG 155, 692B.} А сорочины означают, что в грядущее воскресение, вновь получив телесный состав по высшему образу, и он должен быть вознесен, как Господь, и восхищенным на облаках предстать Судии. {См. 1 Фес. 4:17.}

Поминовения в третий, шестой и девятый месяцы означают те же три состояния человека, и, проще сказать, они совершаются ради очищения умершего, особенно сорочины, как это ясно из примера Господа нашего, Который и в трех Своих рождениях соблюл три полных четыредесятницы, {Христос по Своей человеческой природе имел три рождения: от Приснодевы Марии, в крещении и в воскресении. По прошествии 40 дней после каждого из этих рождений следовало важное событие: на 40-й день после рождения Христос был принесен в иерусалимский храм, через 40 дней после крещения в реке Иордан победил диавола в трех искушениях, a по прошествии 40 дней после воскресения вознесся на небеса.} в Самом Себе прообразовывая нашу жизнь. Ведь и смерть каждого именуется днем рождения, согласно Лаодик. 51. В «Апостольских постановлениях» (кн. 8, гл. 42) говорится, что третины совершаются ради тридневно воскресшего Христа, девятины – в воспоминание живых и усопших, а сорочины – по древнему обычаю, потому что так и Моисея оплакивал народ. {PG 1, 1145–1148.} Некоторые же говорят, что третины совершаются во очищение трех частей души, девятины – во очищение пяти чувств тела, естественной силы плодотворения (τοῦ γονίμου καὶ φυσικοῦ) и движущей силы души (μεταβατικοῦ), a сорочины – во очищение четырех телесных начал, каждое из которых послужило преступлению десяти заповедей; а четырежды десять будет сорок. {Автор толкования не указан, но смысл его восходит к схоластической византийской традиции (ср. Maximus. Conf. Quaest. ad Thallass. 55.171–177. Laga&Steel 1980). Естественная сила плодотворения отличает живое от неживого и как таковая присуща душе; а то, что приводит в действие тело, – это не физические действия, но силы души, движущие тело (μεταβατικαὶ ἐνέργειαι – (cp. Simplic. In Arist. phys. CAG vol. 9.421.13ss). Можно предполагать, что μεταβατικόν здесь – это общее название для действий разумной (λογιστικόν), желательной (ἐπιθυμητικόν) и яростной (θυμικόν) сил души (см. Maximus. Conf. Op. cit.). Наконец, четыре телесных начала (στοιχεῖα) – это четыре первоэлемента, составляющие тело. – Ред.}

266

См. Еф. 5:3.

267

Поскольку настоящее правило как обоюдоострый меч вонзается в сердца папистов, то они с превеликой дерзостью обвиняют этот Вселенский собор в том, будто бы он вынес неверное определение на этот счет. Однако их обвинение затрагивает самих апостолов, потому что Собор вынес свое определение, следуя апостольскому правилу.

268

Отметь, что Православная Церковь по субботам и воскресеньям Четыредесятницы разрешает на вино, масло и ракообразных, о чем свидетельствует и Мелетий Исповедник: «Как для всех вообще непорочных, так и для каждого в отдельности в субботу и воскресенье разрешаем пост» (степень 36). И этим умеренным разрешением Церковь мудро достигает двух целей: воздает честь посту Четыредесятницы через запрещение мяса, сыра, яиц и рыбы, и соблюдает правило Апост. 64, определяющее, что не следует в субботу и воскресенье совершенно воздерживаться от всякой пищи, но в то же время следует хранить в эти дни воздержание.

269

Кто-нибудь, пожалуй, скажет: «Божественный глас, изрекший Петру: Встань, Петр, заколи и ешь, {Деян. 10:13.} что приказал заколоть? Четвероногих, зверей, пресмыкающихся. {См. Деян. 10:12.} А пресмыкающимися называются и рыбы, по изречению Писания: Да изведут воды пресмыкающихся с душами живыми (Быт. 1:20)». Итак, если закалаемым называются и рыбы, следовательно, нам следует воздерживаться во время Четыредесятницы и от рыбьих яиц, т. е. от икры. Если же рыбы не называются закалаемым, а называются так только животные, обитающие на суше, и птицы, значит, мы не поступаем предосудительно, вкушая икру по субботам и воскресеньям Четыредесятницы. Однако те, кто не вкушают, поступают лучше.

270

Монахи в пустыне по необходимости (из-за того, что там нет иереев) имеют позволение архиерея, как говорит Симеон Фессалоникийский (вопрос 41), сохранять Преждеосвященные Дары в дароносице и причащаться ими с великим благоговением таким образом: расстелить на чистом месте какой-либо священный плат и поверх него положить святой покров, поверх покрова – лжицу с частицей Пречистого Тела и, сначала пропев псалмы, или молитвы, или Трисвятое, воскурив фимиам и совершив три поклона, причаститься из лжицы, но не рукой, а устами, и затем, взяв чашу с вином и водой, ополоснуть рот. {Sym. Thessal. Respons. 41 // PG 155, 889BC.}

To же самое, что говорит Симеон Фессалоникийский, написано и в житии Луки, подвизавшегося на горе Стирий. Вопросив занимавшего тогда Коринфскую кафедру митрополита, подобает ли находящемуся в пустыне причащаться самому за отсутствием иерея, он получил от него разрешение приобщаться почти тем же самым способом (см. также примеч. 1 к Лаодик. 14). Чтец и мирянин приобщают того, кто находится в опасности умереть конечно, если нет иерея или диакона, согласно тому же Симеону (вопрос 41) {Sym. Thessal. Respons. 41 // PG 155, 889C.} (см. также примеч. 2 к I Всел. 13).

271

Здесь по праву может вызвать удивление то, почему настоящий Собор в 31-м правиле позволил совершать крещение в молельне с разрешения архиерея, а в настоящем правиле запрещает это совершенно? Согласно Зонаре, совершать крещение в молитвенном доме не вполне дозволено и не вполне запрещено, но следует, говорит он, чтобы были известные, а не сторонние иереи и чтобы они священнодействовали с разрешения архиерея во избежание тайных собраний.

272

Прорицателями называются посвятившие себя демонам и, как считается, предвидящие будущие события по ладони, или чаше, или через жертвоприношения и другие лживые изобретения и знаки. Потому 13-е постановление закона предписывает наказывать как убийцу того, кто приносит запрещенные жертвы, т. е. прорицает с их помощью, а того, кто побуждает его это сделать или платит ему, повелевает ссылать с конфискацией имущества, согласно 23-й гл. 9-й кн. «Кодекса».

273

Стоначальниками назывались более мудрые и старые из прорицателей и более почитаемые по сравнению со всеми остальными.

274

Те, кто водил с собой медведиц, подвешивали на голове и по всему телу этих животных какие-то крашеные веревки и, состригая шерсть медведиц, давали ее вместе с этими веревками людям, чтобы они пользовались ими как оберегами, защищающими от болезней и сглаза. A другие носили за пазухой маленьких змей и с их помощью колдовали.

275

Облакогонителями называются наблюдающие за формой облаков, особенно при заходе солнца, и по их форме предсказывающие будущее. Например, если они увидят, что облака становятся похожи на людей с мечами в руках, то предсказывают, будто должна быть война, и пустословят о чем-нибудь подобном. Облакогонителями могут быть названы также и те, которые при содействии демонов разгоняют облака, чтобы дождь или град шел не в одном, а в другом месте.

276

Колдуны – это те, которые, призывая бесов, одновременно произносят псалмы Давида, имена святых и Самой Госпожи Богородицы и о которых божественный Златоуст говорит, что хотя они называют имя Святой Троицы и имена святых, изображают знамение креста, христианам следует избегать их и отвращаться от них. Он говорит в беседе «О статуях»: «Ты не стыдишься, христианин, приводить в свой дом пьяных и выживших из ума старух, но говоришь, что эти старухи ничего другого не произносят, как только имя Божие? Но потому-то особенно и следует тебе отвращаться от них, что эти старухи, хотя они и христианки, злоупотребляют именем Христа и поступают по-язычески. Ведь и демоны произносили имя Христа, но они оставались демонами и были злы, поэтому Христос и запретил им и прогнал их». {Ioan. Chrysost. Ad illumin. 2. 5 // PG 49, 240.}

277

Филактерами называются как те, которые делают обереги, обматывая их шелковой нитью и начертывая на них обращения к демонам, так и те, которые берут эти обереги и вешают на шею, чтобы они ограждали от всякого зла.

278

Поэтому следует извергать и тех иереев, которые читают над больными так называемую хартию Ялы, и тех, которые берут смоляные свечи и, отправляясь в горы и лощины, зажигают их там и читают Соломонову, а лучше сказать – диаволову, книгу или иначе призывают демонов, произносят их имена и таким образом отлучают от Церкви своих врагов и делают так, чтобы или те сами умерли, или околели их домашние животные, или они потерпели какой-то другой ущерб. Поэтому подобные книги – я имею в виду Соломонову книгу, хартию Ялы, а также сочинения по вронтологии, астрапологии, имерологии и вообще все магические и подозрительные книги – местный судья должен изымать, как постановляет 18-я кн. закона, 1-й тит., 35-е постановление (Фотий. Тит. 9, гл. 25), и сжигать, как и в Эфесе верующие сожгли колдовские книги, стоившие 50 000 драхм (см. Деян. 19:19).

Епитимиям, налагаемым этим правилом, должны подвергаться и те злые старухи, которые прорицают по ячменю или бобам, или, гадая, рассыпают уголь, или зевают, или душат младенцев, те, которых демоны восхищают на воздух, так что они переходят с одного места на другое, как маг Илиодор, Кинопс Патмосский и Симон. Подобным образом подвергаются епитимиям и те пастухи, которые кладут некую косточку под ноги овец или козлов, чтобы животные росли и их стадо умножалось, равно как и те, которые проводят своих детей через круги. И говоря в общем, все колдуны и колдуньи, а также мужчины и женщины, обращающиеся к колдунам и колдуньям, – все они, если покаются, получают епитимию, определенную настоящим правилом, а если остаются в этом диавольском заблуждении – совершенно извергаются из христианской Церкви как часть сатаны, а не Христа. Отметь, что божественный Златоуст (Беседа 3 на Первое послание к фессалоникийцам) говорит: «Те, которые заболели и не согласились на то, чтобы над ними колдовали или облегчали болезнь заговорами и амулетами, но остались мужественными и терпели, получают мученический венец как мученики». {Ioan. Chrysost. Hom. in Ep. I ad Thessal. 3. 5 // PG 62, 412.} И в 5-й беседе против иудеев он так говорит: «И ты, если отвергнешь заговоры, чары и ворожбу и умрешь от болезни, будешь настоящим мучеником, потому что когда другие обещали тебе выздоровление в обмен на нечестие, ты предпочел умереть в благочестии». {Idem. Adv. Jud. 8. 8 // PG 48, 940.} И 65-я новелла Льва Мудрого говорит, что «тот, о ком совершенно точно узнают, что он колдует или ради исцеления от телесной болезни, или ради того, чтобы защитить плоды от повреждения, должен подвергнуться высшему наказанию и понести ту кару, какую несут бунтовщики против царя».

279

Волшебники – это те, которые призывают бесов для каких-либо благодеяний, несмотря на то, что те губители и злоумышленники.

280

Чародеями называются те, которые привлекают бесов какими-либо заговорами и призываниями к участию в тех делах, которые они намечают, а также те, которые заговаривают диких зверей, например волков и др., чтобы они не пожрали их скот, когда он находится ночью вне загонов, или берут змей в руки и делают так, чтобы они их не кусали.

Чародеями называются и заговаривающие супружеские пары диавольским искусством и магией. О треклятые! О негодяи! О прогневляющие Бога! Увы и горе тем, кто занимается таким сатанинским делом! Ах, и не знают эти несчастные, какое страшное наказание постигнет их потому, что по их вине подвергается бесчестию честной брак, возникает ненависть между супругами и навсегда разлучаются те, кого Бог сочетал. {Мф. 19:6.} Некоторые люди советуют будущим супругам, для того чтобы не получить вреда от таких заговоров, прежде исповедаться, поститься и причаститься Божественных Таин, а потом венчаться, как мы сказали. Некоторые предлагают жениху держать над собой священное Четвероевангелие во время венчания, и опыт показал многим действие веры. Ибо, по божественному Златоусту, туда, где лежит Евангелие, не смеет приблизиться диавол. И есть древний обычай, чтобы женщины и маленькие дети носили на шее Евангелие для великого охранения себя (Беседа 32 на Евангелие от Иоанна. Т. 2. С. 686, строка 5; {Ioan. Chrysost. Hom. in Ioan. 32. 3 // PG 59, 187.} Беседа 19 о статуях. Т. 6. С. 594, строка 35 {Idem. Ad popul. Antioch. 19. 4 // PG 49, 196.}). Чародеев и чревовещателей Бог повелевает побивать камнями: Мужчина или женщина, если кто-либо из них будет чревовещателем или чародеем, смертью да умрут оба, камнями побейте их, они повинны (Лев. 20:27).

281

Видимо, числогадатели – это то же самое, что астрологи, о чем можно сделать вывод из слов как Зонары, так и Властаря. Это не те, кто хорошо владеет четырьмя главными математическими дисциплинами: арифметикой, геометрией, музыкой и астрономией – и исследует природные явления при помощи этих наук, но те, кто сочиняют, будто совершаемыми по свободной воле поступками людей управляет и руководит движение небесных тел; те, кто связывает со звездами все без исключения человеческие страсти и побуждения, a в различном расположении светил и звезд находит первопричину событий в жизни людей. Они прорицают по звездам при содействии демонов, внимая звездам, как богам, и проще сказать, прибегают к математическим наукам из суеверия.

282

Отравителями называются те, которые с помощью колдовского искусства приготавливают ядовитые напитки, для того чтобы или умертвить кого-либо, или помрачить его разум, или заставить полюбить их, чем особенно пользуются женщины, чтобы вызвать в мужчинах любовное влечение. За это они подвергаются наказанию по канонам как убийцы, т. е. несут епитимию в течение 20 лет, по Василия Велик. 8. А в 47-й кн., тит. 10, говорится, что те люди, которые с помощью яда свели кого-либо с ума, подлежат закону о насилии. В кн. 48, тит. 8, постановлением 2 предписано наказывать как убийцу того, кто делает яд для убийства, или продает его, или держит у себя. А тех мужчин или женщин, которые приготавливают настойки для того, чтобы вызвать в ком-либо любовное влечение, должно ссылать, а их имущество конфисковать (см. также: Фотий. Номоканон. Тит. 9, гл. 25).

283

Как Вальсамон, так и другие говорят, что Календ, Нон и Ид были богатыми братьями, которые во время войны и голода кормили Рим: Календ – 12 дней, Нон – 10, а Ид – 8, трое вместе – один полный месяц. И ради того, чтобы благодеяние этих людей никогда не было забыто и чтобы всегда воздавался им долг благодарности, римляне назвали первые 12 дней месяца календами, по имени Календа, вторые 10 дней – нонами, по имени Нона, а третьи 8 дней – идами, по имени Ида, и в эти дни устраивали праздник, совершая много непристойных дел. Им подражают и те христиане, которые устраивают 1 января так называемые календы: играют в игры, пляшут перед дверями домов, гуляют, распевают множество пустых песен, рассказывают смешные истории, читают какие-то стихи, будто бы посвященные Василию Великому. Архиереи и духовники должны запрещать это делать, а нарушителей наказывать, чтобы те не предавались подобным языческим занятиям, как говорит настоящее правило.

284

Этимология, которую предлагает прп. Никодим, – всецело народная и имеет позднейший характер. Votae – в переводе с лат. жертвоприношения, обеты. Так назывались новогодние празднества с 23 декабря по 1 января. Brumalia происходят от bruma (зимнее солнцестояние) и праздновались в честь Диониса с 24 ноября до 17 декабря. – Ред.

285

И сегодня христиане, причем часто посвященные и клирики, делают то же самое в седмицу Мясопустную и Сырную, как в самых разных местах, так и, в особенности, на островах, где живут латиняне. Я имею в виду, что они носят маски и парики, мужчины носят женскую одежду, a иногда и женщины носят мужскую и принародно пляшут. О них говорит Бог: Пусть не будет платья мужского на женщине и не облачится мужчина в одеяние женское, потому что мерзость для Господа Бога твоего всякий делающий это (Втор. 22:5). И действительно, все это мерзости для Бога и поистине языческие занятия, чуждые христианам. Святые архиереи должны приложить все усилия к тому, чтобы запретить такие занятия под угрозой отлучения, потому что это служит к порицанию христианства.

286

Вот почему мы, восточные христиане, должны быть глубоко благодарны (подобно тому, как благодарны, по моим сведениям, и западные) св. Симеону Метафрасту, который проделал огромный труд: написал жития святых мучеников и преподобных, очистив первоначальные жития от всякой лжи и вымысла. Он сам прошел по разным местам и в одних житиях описал то, что сам видел, а другие составил на основании достоверных свидетельств.

287

В слове «О соблюдении доброго порядка в собеседовании».

288

Greg. Nazianz. Or. 32. 12 // PG 36, 188BC.

289

Idem. Or. 32. 13 // PG 36, 188D.

290

См. Притч. 29:20.

291

Greg. Nazianz. Or. 32. 21 // PG 36, 197D–200A.

292

PG 1, 1132В.

293

Ин. 6:45.

294

Иер. 44:17.

295

Ворожба (κληδών), от κλῶ, καλῶ (звать), в собственном смысле – это угадывание будущих событий по словам и выкрикам, как говорит некий мудрец, а прежде всего Феодорит (Цепь толковников на Восьмикнижие. Т. 2. C. 193). {Theod. Cyr. Quaest. in IV Reg. 53 // PG 80, 793A.} До сегодняшнего дня этот языческий обычай ворожить соблюдается во многих местах, и особенно на островах, где мужчины и женщины наливают воду в сосуд и кладут в него всякого рода плоды, накрывают их, а затем собираются вместе и, вынимая их, каждый раз припевают некую диавольскую песню, таким образом якобы предрекая участь и судьбу каждого из собравшихся. Эта ворожба, как и разведение костров перед дверями каждого дома, устраивается на Рождество Предтечи, чему архиереи и духовники, наказывая отлучением, должны воспрепятствовать, равно как и обычаю устраивать майские праздники, а именно развешивать 1 мая на дверях цветы, потому что и этот обычай языческий, чуждый христианам. Так и блаженной памяти патриарх Михаил, ипат философов, с великим усердием позаботился о том, чтобы упразднить все таковые сатанинские и языческие занятия. Христиане, вместо того чтобы отмечать майские праздники, ворожить и разводить костры, в 1-е число месяца приглашают в свои дома священника, совершают освящение воды, окропляются ею и тем самым отгоняют от себя всякое зло и злую судьбу и обретают всякое благополучие, по словам Властаря (буква «Е», гл. 3). Так и в древности освящали воду Честным Древом Креста, а также совершали молебное пение 1 августа для отвращения болезней, которые по большей части распространялись в то время из-за жаркой погоды, – об этом упоминается y св. Григория Фессалоникийского (Беседа на первое августа) {Greg. Pal. Hom. 35 // PG 151, 397D–400A.} и в рукописном синаксаре. Здесь я имею в виду так называемое малое, а не великое освящение воды, потому что именно малое освящение может совершаться не только в 1-й день месяца, но и в любое время при тяжких болезнях. А великое освящение принято совершать только два раза в год. Один раз вечером в канун праздника Светов, когда освящение бывает во образ Иоаннова крещения (по Паисию Газскому, разрешающему некоторые вопросы), поэтому оно и совершается скромно. И второй раз собственно в день Светов, когда освящение бывает во образ Крещения Господня, согласно тому же Паисию, поэтому оно и совершается при стечении народа и с торжественным крестным ходом.

296

Волхвование, по Феодориту, заключается в том, что кто-либо предсказывает будущее по полету или звукам птиц, {Theod. Cyr. Quaest. in IV Reg. 53 // PG 80, 793A.} особенно ворόн, отчего оно называется также птицегаданием. К волхвованию причисляется и верование некоторых в то, что есть хорошие и дурные встречи, или хорошие и дурные вопросы, или хорошие и дурные предзнаменования и т. п.: всему этому не должно быть места среди христиан, потому что это раздражает против них Бога.

297

Чревовещателями называются те, кто издает звуки из чрева, рассказывает сатанинские басни и произносит прорицания. Ведунами же называются прорицающие при помощи рассечения внутренностей животных. От них получило свое название и гадание по печени. И всех чревовещателей вместе греки называют гадателями по внутренностям, согласно Фотию и Феодориту. {Idem. Quaest. in Lev. 29 // PG 80, 337C.}

298

Cyr. Alex. In Is. IV, 3 (cap. 48, vers. 1–5) // PG 70, 1013C.

299

Еф. 5:19.

300

Пусть нынешние христиане узна́ют из настоящего правила, какую святую жизнь проводили в святые дни Воскресения христиане тех времен и какую, напротив, беспорядочную жизнь ведут они сами сегодня, и пусть исправятся, прекратив увеселения, танцы, игры, песни и другие неуместные занятия, которым они предаются в эти дни. Говорят, что в Московии христиане каждый день Светлой седмицы ходят с крестными ходами из одной церкви в другую, так что у них не остается времени на какие-нибудь нелепости. Так подобало бы поступать и нашим христианам, чтобы не уклоняться в бесчинства и неуместные дела. Многим известен и другой святейший обычай, распространенный в Московии. Он состоит в том, что самые благочестивые мужья не разделяют ложа со своими женами во всю Светлую седмицу, а соответственно, и свадьбы тогда не совершаются. Действительно, поистине святейший обычай, которому и нашим христианам подобает подражать, поскольку, как мы сказали ранее, вся эта неделя рассматривается как оный Светлый день, названный Господним.

Смотри и правило св. Никифора 42 в приложении.

301

Отсюда становится ясно, сколь достойны порицания те, кто разрезает пергаментные священные книги, чтобы сделать из них рыболовные наживки или завернуть в них табак или что-то иное, и те, кто вырезает из книг изображения святых или другие рисунки, и те, кто бросает книги в горящую печь, или пишет на полях какие-нибудь грубости и непристойности. В священных книгах вообще не подобает писать, даже с целью их исправления или толкования (кроме того случая, когда книга принадлежит пишущему или он делает это с разрешения ее владельца). Ибо от всего этого книги портятся и становятся непригодными, за что настоящее правило и подвергает отлучению.

302

Однако и тогда не подобает такие священные и святые книги использовать на фонтанели {Речь идет о методе лечения, который ныне не применяется: на тело человека наносили раны, которым искусственно не давали закрыться при помощи вставленных тонких полос из ткани или бумаги. Эти полосы и назывались фонтанелями.} и в других бесчестных и позорных целях, а также отдавать их другим, которые будут использовать их в подобных целях, но подобает или сжигать их, или оставлять, а лучше закапывать в непопираемом месте, чтобы содержащиеся в них святые и священные словеса не были осквернены. Ибо и к этому предмету подходит изречение Исаии: И покой Его будет (т. е. Христа и Бога) слава (Ис. 11:10). Говорю же я это потому, что во времена этого Собора книги в большинстве своем были из пергамента и буквы в них могли совершенно стереться. А в современных книгах, поскольку они из бумаги, буквы всегда остаются, какими бы старыми ни были эти книги, почему и не подобает бесчестить их.

303

Заметь, что, по Феодориту (Церковная история. Кн. 5, гл. 17), хотя св. Амвросий разрешил верного царя Феодосия от уз, наложенных на него за кровопролитие, виновником которого он был, однако, когда Феодосий принес в святой алтарь дары Богу и ожидал там причастия, то Амвросий не допустил его, сказав: «Внутреннее, царь, доступно только иереям», и повелел ему оставаться вне алтаря. С тех пор царь и по возвращении в Константинополь хотя приносил дары Богу в святой алтарь, но тут же выходил – и внутрь, чтобы причаститься по обычаю, не заходил. «Принеся дары ко святой трапезе, – говорит Феодорит, – он тотчас вышел». {PG 82, 1236D–1237B.} Глубоко верующий император своим примером показал, что царям, совершившим несправедливые кровопролития, не подобает причащаться в алтаре (см. и Никифора Каллиста кн. 12, гл. 41). {Niceph. Callist. Hist. eccl. XII, 41 // PG 146, 889D–900A.}

Пусть это побудит иереев и духовников пресечь противозаконный обычай, который распространен во многих местах, а именно обычай заходить мирянам в святой алтарь. Этот обычай, не делающий различия между иереями и мирянами, приводит к тому, что миряне подпадают под одно наказание с царем Ахазом, который, будучи мирянином, дерзнул приняться за дела посвященных. Ведь и миряне, заходя в место, предназначенное для иереев, некоторым образом присваивают себе принадлежащее иереям. Если же противозаконно и одно то, что миряне заходят в алтарь, стало быть, сколь более противозаконно то, что делают некоторые невежественные иереи: поручают мирянам или чтецам в Великий четверг потреблять Святые Дары внутри алтаря на святом предложении. Пусть они прекратят это ради любви Божией, чтобы не подвергнуться извержению из священного сана. А Симеон Фессалоникийский говорит (гл. 143), что император причащается в алтаре после диаконов только во время помазания на царство, и не на святой трапезе, но в стороне на каком-нибудь столике, на котором полагается антиминс. {Sym. Thessal. De sacro templo 143 // PG 155, 352C.}

304

PG 1, 769А.

305

Soph. Ajax // TLG 0011. 003. 293.

306

Потому и божественный Златоуст рассуждает так: «Однажды жена научила (Адама в раю. – Прп. Н.) и все ниспровергла, поэтому апостол говорит: да не учит». И еще: «Ибо ей должно быть столь молчаливой, чтобы не разговаривать в церкви не только о житейских, но даже и o духовных предметах. Это красота, это стыдливость, это может украсить ее более, нежели наряды» (Слово 9 на Первое послание к Тимофею, т. 4, с. 283). {Ioan. Chrysost. Hom. in Ep. I ad Tim. 9. 1 // PG 62, 544–545.}

307

Greg. Nazianz. Or. 43. 15 // PG 36, 513D–516A.

308

Килистра, согласно Вальсамону, по всей вероятности, была неким приспособлением, которое использовали обучающие законам, когда спорили, кто какого ученика возьмет. Если то, что они вращали на этом приспособлении, случайно падало на определенную сторону, это было знаком того, что такой-то учитель берет такого-то ученика. Вообще говоря, килистра была чем-то вроде приспособления для метания жребия.

309

Да убоятся епитимии, наложенной настоящим Собором, архиереи, епископские области которых находятся на островах и во всех тех местах, где живут латиняне, и пусть никоим образом не позволяют латинянину брать в жены православную женщину или латинянке выходить замуж за православного мужчину. Ибо какое может быть общение между православной стороной и еретической? Даже если каким-нибудь образом без их ведома такие противозаконные браки будут заключены, пусть они их тотчас расторгают, согласно этому правилу, – за исключением, если латиномудрствующий крестится по православному обряду. Если же обе стороны сначала находились в ереси латинян, а потом одна сторона приняла православие, то все их дети должны быть православными, согласно гражданским законам.

Смотри также примеч. к IV Всел. 14.

310

Добавим к сказанному ранее слова божественного Златоуста о кресте: «Чтобы он [крест] был нам вместо меча, повесим его возле своего ложа. Чтобы он был вместо засова, начертаем его на дверях. Чтобы он был вместо стены, оградим им дом» (Т. 5. C. 881). {Ioan. Chrysost. De adorat. crucis 4 // PG 52, 840.} Поэтому и все нынешние христиане: дети и взрослые, мужчины и женщины, молодые и старые – вместо всякого другого средства защиты должны носить на шее крест или деревянный, или золотой, или серебряный, или медный, как было принято и у древних христиан. Св. Орест, один из пяти мучеников, носил на шее золотой крест, отчего язычники узнали, что он христианин, а Панкратий Тавроменийский каждому, кого крестил, давал по кресту из кедрового дерева, чтобы тот носил его на себе.

Св. Мелетий Исповедник в «Слове об италийских обычаях» говорит, что у латинян было обыкновение начертывать на земле крест и прикладываться к нему, а потом затаптывать его. Нам, однако, совсем не должно это делать, более того, крест, изображенный на книгах или даже на письмах и грамотах, должно почитать, равно как и божественные имена Христа и Пресвятой Богородицы или святых, написанные в письмах, и не использовать эти письма и грамоты в постыдных целях, но или сжигать их, или складывать в каком-нибудь недоступном месте, вырезав из них эти святые имена, чтобы не осквернять их и не согрешать тяжко.

Смотри также примеч. к Василия Велик. 91 и примеч. 1 и 2 к VI Всел. 68.

311

Пусть двурогий римский папа. {Папа сравнивается со зверем, который имеет два рога, подобные агнчим (Откр. 13:11–12). Такое истолкование апокалиптического образа было свойственно для антилатинской полемики. Другим любимым сравнением с католической Церковью была упомянутая в Апокалипсисе блудница. – Ред.} узнает из определения настоящего правила, как антихристиански он поступает, изображая животворящий Крест у себя на туфлях и давая приходящим целовать их: ведь таким образом он попирает победное знамение нашего спасения. А знамение это не одни лишь православные императоры носили над своей головой и гордились им больше, чем царскими диадемами, но даже кальвинисты, отвергающие всякое поклонение святым, тем не менее устанавливают его в своих храмах на возвышенном месте и с благоговением поклоняются ему. Да что я говорю – императоры и кальвинисты? Даже у турок, взятых в плен при Маврикии, на лбу был начертан крест, как рассказывают об этом Феофан {PG 108, 569С.} и Симокатта (кн. 5, гл. 10). {TLG 3130/003. 5. 10. 14. 2.} Когда их спросили, почему на них крест, они ответили, что однажды в их стране случился мор и христиане посоветовали им начертать на себе крест. Сделав это, они выздоровели, и с тех пор у них вошло в обычай напечатлевать на себе крест.

О кресте говорит Григорий Богослов в слове против Юлиана: «Он прибегает ко кресту, испытанному средству, и знаменуется им против ужасов, призывает на помощь Гонимого. Последовавшее за этим было еще страшнее. Знамение подействовало, демоны побеждены, страхи рассеялись». {Greg. Nazianz. Or. 4. 55–56 // PG 35, 580A.} Он говорит это о Юлиане Отступнике, который в то время, когда находился с чародеями и начали собираться демоны, перекрестился, – и демоны тотчас рассеялись и он освободился от страха. А Златоуст в 54-й беседе на Евангелие от Матфея говорит: «Мы носим крест Христов как венец, ибо через него совершаются все наши дела. Напитаться ли оной таинственной пищей, принять ли рукоположение, или другое что сделать – везде пред нами этот знак победы». {Ioan. Chrysost. Hom. in Matth. 54 (55). 4 // PG 58, 537.}

312

Обычай устраивать агапы в церкви возник у христиан в апостольские времена. Когда они намеревались причащаться, особенно по воскресеньям, более богатые из них приносили в церковь хлеб и вино и после причастия Святых Таин, как говорят Зонара и Златоуст (Беседа 27 на Первое послание к коринфянам), приглашали более бедных, и все возлежали и ели. {Ioan. Chrysost. Hom. in Ep. I ad Cor. 27. 1 // PG 61, 224.} Однако коринфяне нарушили этот порядок и каждый из богатых вкушал свою пищу сам и не давал бедным, так что из-за этого получалось, что иной, т. е. бедный, бывал голоден, а иной, т. е. богатый, упивался. Поэтому божественный Павел в 11-й гл. Первого послания к коринфянам укоряет их как в том, что они своим поведением выражают пренебрежение к Церкви Божией, так и в том, что они некоторым образом унижают и позорят бедных, которым нечего есть на таких общих трапезах. Василий Великий, приведя в правилах, кратко изложенных, эти слова апостола, делает из них вывод о том, что не следует никому вкушать общую трапезу в церкви, {Basil. Magn. Ascet. (brev.) 310 // PG 31, 1304BC.} и это согласно с Лаодик. 28 и настоящим 74-м правилом VI Собора. Обрати внимание, что под вечерей Господней, о которой говорит Павел, упоминая такие общие трапезы коринфян, Василий Великий (там же) понимает Божественную вечерю как таинство {Basil. Маgn. Ascet. (brev.) 310 // PG 31, 1304BC.} в том же смысле о ней сказано и в правиле Карфаг. 48. А Златоуст понимает под ней общую для всех трапезу, совершаемую в подражание Господу, Который преподал Тайны всем Своим ученикам без исключения. {Ioan. Chrysost. Hom. in Ep. I ad Cor. 27. 3 // PG 61, 227.} О вечери Господней смотри также у Евстратия Аргентиса (с. 308).

Дома Господни, которые упоминает настоящее правило, назывались так потому, что Божественная литургия чаще всего совершалась в них в дни Господни. {День Господень (Κυριακή) – греческое название воскресного дня.} Евсевий же в «Похвалах Константину» говорит, что дома Господни были названы от имени Господа, Которому они посвящались: «Священные места посвящены одному Богу, Царю всех и Владыке всяческих, отчего и удостоились имени Владыки, получив название не от людей, а от Самого Господа всех. Вот почему они и удостоились наименования Господних». {Euseb. De laud. Const. 17 // PG 20, 1432AB). Еще обрати внимание, что одни агапы или общие трапезы, которые устраивались в память мучеников, назывались γενεθλιακά (посвященные дню рождения), другие, которые совершались на свадьбах, – γαμικά (свадебные), а третьи, которые устраивались в день погребения умерших, – ἐπικήδεια (похоронные) (О веротерпимости. С. 8).

313

Теретизматы, а также ненанизматы – это разновидности так называемых кратим, характерных для калофонического стиля византийского церковного пения (καλοφωνικός – «прекраснозвучный»). Этот стиль сложился к XII в. и отличался развернутыми распевами с длительными мелодическими линиями. Кратимы – особые музыкальные построения, основанные на серии однотипных слогов, которые в зависимости от содержания произведения выражали жалобу, страх, радость, печаль. Если кратима распевалась на слоги «а-не-на», она называлась ненанизмата, а если на «те-ре-ре» – теретизмата.

314

Поэтому и божественный Златоуст (Беседа на слова Видел я Господа, сидящего на престоле. Т. 5. С. 120) строго запрещает театральные песни, пляски актеров, разыгрывающих пантомимы, пронзительные вопли и нестройные звуки. Толкуя известный псаломский стих служите Господу со страхом, {Пс. 2:11.} он беспощадно обличает тех, кто к духовным песнопениям примешивает внешние театральные жесты, позы и непонятные звуки (каковы сейчас теретизматы, ненанизматы и другие непонятные слова), и говорит, что это свойственно не прославляющим Бога, а пляшущим и смешивающим диавольские забавы с ангельским славословием. {Ioan. Chrysost. In Is. sermo 1. 2 // PG 56, 99–100.} Златоуст также преподает множество наставлений о том, что славословия Богу, чтобы они были Ему приятны, как благоуханный фимиам, мы должны возносить со страхом и сокрушенным сердцем.

Поистине похвально и достойно всякого упоминания также и высказывание ученейшего Мелетия Пигаса из 3-й гл. книги «О христианстве»: «Тогда как простая и стройная музыка легко воспринимается, благодаря тому что делает сердца более бодрыми, как бы возвышая душу над телом (ведь музыкальная гармония очень близка духу, потому что имеет природу среднюю между телесной дебелостью и духовной невещественностью), напротив, музыка вычурная и сверх меры усладительная не услаждает, а расслабляет... поэтому божественные отцы, допуская в Церкви только человеческие голоса как естественные и безыскусственные, отвергают звуки струнных и духовых инструментов как искусственные». Некоторые же из нынешних музыкантов своим пением на инструментальный манер изо всех сил стараются снова ввести эти звуки в Церковь.

Исполнение теретизмат и ненанизмат является, по всей видимости, не древней традицией, а более поздней, поскольку в произведениях, приписываемых Иоанну Дамаскину и другим древним музыкантам, нет этих непонятных слов и кратим. По всей вероятности, они возникли во времена Иоанна Кукузеля. Однако кратимы, которые поют нынешние певчие на бдениях, из-за того что бывают удвоенными, а часто и утроенными, становятся на самом деле неприятными для благоговейных слушателей и докучают им. Поэтому мы просим певчих петь их коротко, чтобы одновременно и исполнение их было более приятным, и для чтения оставалось время, а каноны петь медленнее, потому что для души весь плод от бдения приносят каноны и чтение. Некоторые же говорят, что эти непонятные теретизматы были приняты в Церкви для того, чтобы их приятностью привлекать простой народ.

315

Пс. 46:8.

316

PG 31, 1280A.

317

PG 31, 1280В.

318

PG 31, 1301В.

319

Так сейчас обычно и бывает на бдениях, особенно на Святой Горе, и так было прежде, по рассказу Василия Великого (послание клиру Неокесарийской Церкви): «Утвердившиеся ныне обычаи во всех Церквах Божиих единообразны и согласны. Народ у нас с ночи бодрствует... наконец, поднявшись после молитв, становится на псалмопение. Сначала, разделившись на две части, поют поочередно одни за другими. Потом, поручив одному начинать пение, остальные подпевают, и таким образом проводят ночь в разнообразном псалмопении, а в промежутках молятся...» {Basil. Magn. Ep. 207. 3 // PG 32, 764A.} Обрати внимание, что псалмопение отличается от молитвы, поскольку псалмопение совершается с пением, а молитва – без пения, и что у древних псалмопение совершалось по Псалтири Давида. Поэтому и существуют древние Псалтири, целиком положенные на музыкальные гласы. Сегодня же происходит обратное: нашу молитву составляет Псалтирь, которую мы читаем, а не поем (за исключением трех первых псалмов и полиелея), а наше псалмопение составляют тропари, посвященные новой благодати. Однако богоносные отцы, именуемые пребывающими в трезвении (νηπτικοί), псалмопением называют устную и словесную молитву, а собственно молитвой – молитву, совершаемую умом.

320

В других источниках стоит βρωμάτων – «снедей», что и соответствует толкованию Зонары.

321

Кроме того, и Василий Великий (правило 40 из пространно изложенных) порицает торговлю, устраиваемую в церквах мучеников и святых в дни празднования их памяти: «Христиане не для чего иного собираются в храмах и окрестностях храмов, как для того, чтобы помолиться и вспомнить, как святые боролись и подвизались за благочестие до смерти, и чтобы самих себя побудить к подобной ревности. He для того они собираются, чтобы устроить празднество и сделать храм рынком и торжищем». Он добавляет еще и следующее: «Бог так гневается на продающих и покупающих в храмах или во дворах храмов, что Иисус Христос, Который всегда и везде был кроток и смирен сердцем, только на продающих и покупающих возле святилища поднял бич, чтобы ударить их, поскольку такие торжища превращают дом молитвы в вертеп разбойников и воров». {PG 31, 1020BC.} Еще обрати внимание, что разбойниками и ворами Господь назвал продавцов и вообще торговцев за ту несправедливость и обман, которые они допускают в своих торговых делах.

322

Еп. Филон говорит (Цепь толковников на Восьмикнижие. Т. 1. С. 163): «Даже иудеи не моются со своими отцами, чтобы не увидеть наготы отца, как Хам увидел наготу Ноя. Потому, следовательно, и детям христиан не подобает мыться со своими отцами». А св. Диадох, еп. Фотикийский (гл. 52. См.: Добротолюбие. С. 216), учит: «Удаляться от бань есть дело мужественное и целомудреннейшее, особенно для тех, которые предпочитают стать едиными с красотой целомудрия, иными словами, для священнослужителей и монахов, давших обет девства, потому что приятная влажность бани расслабляет и изнеживает тело, а нагота в бане приводит на память ту бесславную наготу, которую ощутил Адам после преслушания». {PG 65, 1183BC.} И сказать вообще, бани не доставляют никакого блага, но только услаждают плоть и вызывают непристойные фантазии. Исключение делается лишь для того, кто моется вынужденно, по болезни.

323

PG 1, 585А–588А.

324

Epiph. Adv. haer. 30. 7 // PG 41, 416D.

325

PG 8, 600A–604A.

326

Т. е. в четверг.

327

Обрати внимание, что под четвергом, о котором говорит здесь правило, некоторые поняли один только Великий четверг: в этот день оглашенные, намеревавшиеся креститься вечером в Великую субботу, по обычаю рассказывали на память своим наставникам о догматах веры, которые они изучили. Толкователи пришли к такому пониманию исходя из предыдущего 45-го правила того же Лаодикийского собора, – в нем говорится о принимающих крещение в Великую субботу. Однако мне представляется более удачным изложенное выше понимание правила, потому что оглашенные после включения их в список просвещаемых должны были не только в Великий четверг, но и вообще в каждый четверг рассказывать то, что изучили в остальные дни недели, чтобы не забывать этого. A то, что между записью просвещаемых и крещением проходила не одна неделя, но много, явствует из ектении просвещаемых, которую начинают произносить со среды средопостной {Так называется в церковном Уставе средняя (четвертая) седмица Великого поста, следующая за Крестопоклонной Неделей.} седмицы Четыредесятницы.

328

Ἀλόχευτος точнее было бы перевести как «лишенный того, что свойственно родам». На таком понимании этого слова и основывается толкование Зонары, которое ниже приводит прп. Никодим Святогорец.

329

Поэтому не должно живописцам изображать Богородицу на иконе праздника Рождества Христова лежащей на ложе и как бы изнуренной от боли, а также отнюдь не должно в Минеях, в последовании на второй день после Рождества Христова, писать это выражение – «Роды Богородицы», но можно писать только «Собор Богородицы», ибо, по мнению Григория Нисского, согласного с определением настоящего Собора, единственным рождением без того, что свойственно родам, было рождение Христа и невозможно по отношению к Нерастленной и Неискусобрачной употребить слово «роды» в собственном смысле. {Greg. Nyss. In Cant. 13 // PG 44, 1053AB.} А изображать, что видно на многих иконах Рождества Христова, неких женщин, моющих Христа в купели, – это совершенно несообразная выдумка плотских людей, и потому всячески должно от нее избавляться. Однако поскольку божественные поэты и песнописцы часто называют рождение Христа от Богородицы родами, пусть в несобственном смысле это название применяется и к безболезненному рождению, с тем условием, что эти роды понимаются как роды без родовых мук и принимаются за простое рождение.

330

Epiph. Adv. haer. 79. 1 // PG 42, 741A.

331

Церковь приняла Трисвятую песнь свыше. Феофан рассказывает, что, когда в Константинополе не прекращались землетрясения, жители наконец в страхе вышли на поле и совершали молебствия (с ними совершали молебствия и император Феодосий Младший, и Прокл Константинопольский, причем босые, по словам Глики). {Michael Glyca. Annales 4 // PG 158, 488C.} Итак, однажды случилось, что некий отрок был восхищен на воздух и услышал Божественный голос, который повелевал ему сказать епископу и народу, чтобы моление совершалось с такими словами: «Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас». {PG 108, 244C–245A.} А Никифор говорит, что место, с которого был вознесен ребенок, получило название «божественное возвышение» (ὕψωμα θεῖον), а сейчас оно называется Ψωμαθειά. {Niceph. Callist. Hist. eccl. XIV, 46 // PG 146, 1217D.}

Итак, с тех пор император повелел, чтобы эта песнь пелась повсюду на греческом языке. Поэтому в древности Савва Великий хотя и разрешил армянским христианам петь свою службу на армянском, однако Трисвятое не позволил произносить на армянском, но велел петь на греческом. И латиняне до сих пор на своей погребальной службе поют Трисвятое на греческом, а не на латинском, ради почтения к языку, на котором песнь была произнесена по Божию велению. И обрати внимание, что это чудо произошло еще до Гнафевса, согласно Досифею (Двенадцатикнижие. С. 312). Гнафевс жил позже, при Зиноне, и теопасхизм выделился не прежде IV Вселенского собора.

Эта Трисвятая песнь состоит из трех частей. Слова «Святый, Святый, Святый» взяты из песни Серафимов, как ее услышал Исаия. {См. Ис. 6:3.} А слова «Боже, Крепкий, Безсмертный» взяты из Давидова стиха: Возжаждала душа моя к Богу крепкому, живому, {Пс. 41:3.} ибо живой и бессмертный – это одно и то же. Слова же «помилуй нас» заимствованы из 33-й гл. книги Исаии {См. Ис. 33:2.} и 122-го псалма {См. Пс. 122:3.} и являются просьбой и мольбой. Обращена эта песнь к Святой Троице. «Святый Боже» указывает на Отца, Который есть Божественный источник Божества Сына и Святого Духа. «Святый Крепкий» – на Сына, Который есть и крепость, и сила, и рука Отца и чрез Которого все начало быть. {См. Ин. 1:3.} А слова «Святый Безсмертный» – на Святого Духа, Который называется Подателем жизни. Слова «помилуй нас», c глаголом в единственном числе, обозначают одно господство и Божество трех Лиц. Безумный же Гнафевс, прибавив слова «распныйся за ны», не только распинает вместе с Сыном Отца и Святого Духа, как говорит Дамаскин (кн. 3, гл. 54), {Ioan. Damasc. De fide orth. III, 10 (54) // PG 94, 1020A.} но и, по мнению Вальсамона, незаметно привносит в Троицу четвертое лицо и отдельно рассматривает Сына Божия и отдельно распятого Христа.

Смотри также богословское толкование Трисвятой песни у Досифея (там же) и у Дамаскина в «Слове о Трисвятой песни» {Idem. De Trisag. // PG 95, 21A–61A.} и в «Точном изложении» (кн. 3, гл. 10). {Idem. De fide orth. III, 10 (54) // PG 94, 1017B–1021C.}

332

Это правило упоминает Георгий Кедрин, почему паписты, клевещущие на правила настоящего Собора и говорящие, что о них не упомянул ни один историк, вынуждены и тут замолчать. Признает его и папа Адриан в письме к Тарасию. {Синодикон. Т. 2. С. 747–749.}

Заметь, что, по этому правилу, художникам не подобает изображать как на Кресте Христовом, так и на других иконах отдельно четырех животных, прообразовавших в ветхом законе четырех евангелистов, но, отдавая предпочтение истине, писать евангелистов в человеческом облике. Я сказал «четырех животных отдельно», потому что если евангелисты изображены в человеческом облике, а вместе с ними изображены и прообразовавшие их животные, то, мне кажется, это не грешно.

Это правило VI Собора упоминает и VII Собор в 6-м и 4-м деянии, и Адриан в первом послании Тарасию. Прочитав это правило, Илия, пресвитер Влахернской церкви, который до того был иконоборцем, исправился (Синодикон. Т. 2. С. 780). Смотри также предисловие к правилам этого Собора. Поэтому и VII Собор в послании в Александрию (Синодикон. Т. 2. С. 905) говорит, что Владычицу Богородицу лучше изображать как деву, а не как кивот, жезл, светильник и любой другой Ее прообраз. Однако если прообразы Богородицы пишут вокруг Нее, то я считаю, что это не грешно.

333

Зонара говорит, что хотя слово τελευτώντων (досл. «умирающих») в строгом смысле означает не скончавшихся, но находящихся при смерти и еще не умерших, тем не менее последующие слова правила разъясняют, что это подобает понимать в смысле «скончавшиеся» и «мертвые». Поэтому в других кодексах вместо τελευτώντων написано τελευτησάντων («умерших»). Ведь если кто-то находится даже при последнем издыхании, подобает преподавать ему Божественные Тайны, согласно I Всел. 13 и рассказу св. Дионисия, приведенному в своем месте. {См. примеч. 2 к I Всел. 13.}

Отметь, что не подобает погребать мертвых внутри церкви, а делающие это тяжко согрешают. Св. Григорий Двоеслов рассказывает (Евергетин. С. 10 и 49), что некогда одна монахиня, которая была целомудренна и воздерживалась от постыдных наслаждений, однако не могла воздержаться от несвоевременных разговоров, была похоронена внутри церкви. И о ужас! В ту ночь человек, стороживший церковь, видит в откровении, как некие привели эту монахиню к святому алтарю и распилили ее посередине. Одну половину они бросили в огонь и сожгли, а другая осталась так. Утром он рассказал об этом необычайном видении присутствовавшим там христианам.

Кроме того, тот же святой рассказывает, что, когда в городе, называемом Бриксией, умер живший в его времена патриций Валериан, епископ того города взял деньги у его родственников и предоставил им место в церкви для погребения останков Валериана, который до самой старости жил дурно. И вот на следующую ночь св. мч. Фаустин, во имя которого была основана церковь, является просмонарю и сторожу этой церкви и говорит ему: «Иди и скажи епископу, чтобы он выбросил вон из моей церкви это нечистое тело, которое он погреб здесь, а если он не сделает этого, то через тридцать дней умрет». Просмонарь же убоялся возвестить о видении епископу, и святой явился вновь и сказал ему то же самое, но он, вновь убоявшись, не открыл этого епископу. Поэтому, когда наступил тридцатый день, епископ, будучи здоров, лег вечером спать и – о ужас! – более не поднялся, но скончался внезапной смертью.

Услышьте, архиереи, услышьте, иереи, услышьте, все вообще христиане, позволяющие погребать тела умерших в святых церквах, а особенно жители островов, где распространен этот богоненавистный и предосудительный обычай, и узнайте, какому осуждению и наказанию от Бога подвергаются (как прибавляет тот же Григорий) и души умерших, из-за того что их погребают в церкви, и те архиереи и иереи, которые позволяют это, и родственники умерших, которые этого желают. Вы полагаете, что доставляете мертвым пользу, когда погребаете их в церкви, и не знаете, что этим вы, несомненно, навлекаете на них мучение и наказание. Ведь если та монахиня, которая побеждалась лишь несвоевременными и праздными разговорами, была распилена и сожжена в огне, из-за того что ее похоронили в церкви, то что, стало быть, претерпят согрешившие многими словами и делами, после того как умрут и будут похоронены в церквах? Ради любви Божией, святые архиереи, запретите вашим христианам столь великое зло и повелите им могилы для умерших выкапывать вне церкви. О, что за великое зло! С одной стороны, христиане приносят фимиам и благовония, чтобы умилостивить ими Бога, чтобы церковь благоухала и на собирающихся в ней христиан изливался фимиам, а с другой стороны, те же самые хоронят зловонные тела умерших, от смрада которых и Бог отвращается, и церковь наполняется зловонием, и христиане затыкают носы и бегут от церкви как от огня и многократно проклинают похороненных. Можно ли отыскать большую нелепость и глупость, чем эта?

Если правило VI Всел. 97 повелевает, чтобы никто из живых людей не пребывал даже в тех местах церкви, которые предназначены для оглашенных, то сколь более не подобает пребывать в самой церкви мертвым телам, исполненным смрада и зловония? Поэтому и Иоанн Китрский решительно запрещает погребать тела мертвых внутри обновленной церкви. To же самое говорит и Вальсамон (Греко-римское право. Ответ 38. С. 382). И св. Ефрем в своем завещании заклинает не погребать его в церкви, говоря: «Заклинаю вас: не позвольте положить меня в доме Божием, под алтарем или в другом месте храма Божия, потому что не подобает гнилого и зловонного червя хоронить в храме и святилище Господа. А кто дерзнет это сделать, да не увидит небесного алтаря и да не удостоится храма в Царствии Небесном!» {TLG 4138/156. 401. 1–6.} Содрогнемся, братия, и устрашимся. Ведь если богоносный Ефрем не считал себя достойным погребения в церкви, то сколь более недостойны быть погребенными в церкви грешники?

Увы и горе делающим таковое! Равным образом подобает наказывать и тех, которые не ходят в ту церковь, где похоронен какой-то их родственник. Что ты делаешь, безрассудный человек? Разве ты не знаешь, что тем самым, что ты делаешь, а именно не ходишь в церковь, ты вступаешь во вражду с Богом и его святыми и борешься с ними из-за того, что твой родственник умер? И кто ты такой, что сражаешься с Богом, Который все: и жизнь, и смерть – устраивает на пользу? Кроме того, духовники должны наказывать тех женщин или мужчин, которые ходят на могилы своих родственников и плачут, словно не имея надежды на то, что они воскреснут, и запрещать им это делать. Они, несмысленные, не понимают, что смерть православных христиан – не смерть, но некий сон, от которого те должны пробудиться в день воскресения. Этот тысячекратно варварский, дурной обычай до сего дня распространен и в Молдо-Влахии, причем в ее митрополичьих областях часто встречаются ученые и рассудительные правители, начальники и архиереи, хорошо знающие об этом бесстыдном, вредном и дурном обычае.

334

Ioan. Chrysost. Ноm. in Hebr. 4. 5–6 // PG 63, 44–45.

335

Так говорится в деяниях Карфагенского собора. Или еще в тех случаях, когда детей нашли брошенными на дороге или у дверей церкви, как это случается с незаконнорожденными детьми, и неизвестно, крещены ли они.

336

См. Втор. 17:6; 19:15; Мф. 18:16.

337

Потому и 60-я кн. «Василик», тит. 38, гл. 1, повелевает освобождать дочь от подчинения отцу, а рабу от подчинения хозяину, если отец и хозяин стремятся сделать их блудницами. Если же они сами не хотят освободиться от такого подчинения, должно их ссылать, а их имущество конфисковать. Кроме того, 2-я гл. наказывает содержателей публичных домов и сводников подобным же образом, т. е. ссылкой, если они простые люди, а если военные – лишением имущества. Фотий же (тит. 13, гл. 21) говорит, что сводником называется и тот, кто знает, что его жена блудодействует, и молчит (Василики. Кн. 24, тит. 2, гл. 14).

338

Мк. 10:11.

339

Я сказал «по снисхождению», потому что, согласно Василия Велик. 59, семь лет – это епитимия блудников, а не прелюбодеев и, следовательно, в настоящем правиле прелюбодеи наказываются только как блудники. Однако, согласно Анкир. 20, семь лет – это епитимия прелюбодеев, и потому наказание в настоящем правиле налагается уже не по снисхождению: прелюбодеи несут епитимию прелюбодеев, а не блудников.

Смотри примеч. к Василия Велик. 22.

340

Я сказал, что муж той жены, которая отказалась от своего мужа, хотя он не был повинен в прелюбодеянии, и вышла за другого, может жениться во второй раз. Однако если жена только откажется от своего мужа, не виновного в прелюбодеянии, но за другого не выйдет, а останется так, то ее мужу не позволяется брать другую жену: обе стороны должны либо оставаться безбрачными, либо примириться и вновь соединиться, согласно Карфаг. 113.

341

Мф. 28:1.

342

Лк. 24:1.

343

Поэтому и божественный Епифаний говорит так же, как сказано в данном правиле: «Шесть дней до Пасхи все люди проводят в сухоядении, а именно употребляют в это время хлеб, соль и воду под вечер». {Epiph. De fide 22 // PG 42, 828BC.}

344

Прекращение поста, которое, как сказано в этом правиле, должно наступать после полуночи, в те времена у древних христиан, по словам Вальсамона, обыкновенно происходило иным образом, но этот способ в нынешние времена совершенно неупотребителен. Другие же говорят, что слово ἀπονηστίζεσθαι, т. е. «оканчивать пост», означает вкушение сыра, яиц и вообще пасхальной пищи, – такое заключение они делают из 19-й гл. 5-й кн. «Апостольских постановлений». {PG 1, 893C.} Однако, так или иначе, христианам после полуночи подобает сначала выслушать всю воскресную утреню, дождаться окончания Божественной литургии и после этого прекращать пост и вкушать пасхальную пищу в веселии и радости. В самом деле, «Апостольские постановления» (там же) говорят: «Поэтому и вы, поскольку Господь воскрес, принесите свою жертву, о которой Он заповедал вам через нас, говоря: Сие творите в Мое воспоминание {Лк. 22:19.} и затем оставляйте пост в веселии». {PG 1, 893С.} Видишь, что «Постановления» говорят, чтобы сначала совершалась литургия, а потом мы разговлялись? Поэтому достойны осуждения, в высшей степени порабощены чреву и ненасытны те, кто держат за пазухой яйца или сыр и, лишь только заслышат «Христос Воскресе!», начинают всем этим набивать себе рот. Пусть они прекратят это безобразие раз и навсегда. Впрочем, и родителям не подобает позволять своим детям подобное бесчинство.

345

Мы говорим, что Господь воскрес в воскресенье, именно потому, что, по Властарю (буква «Н», гл. 3) и Хрисанфу Иерусалимскому (в «Географии»), день у церковных людей начинается с седьмого часа ночи и заканчивается к шести часам следующей ночи, и то дело, которое совершено за двадцать четыре часа этих дня и ночи, является и признается совершённым за один день.

Отметим здесь, что в день Воскресения лобызание совершалось два раза. Первый – утром в царском дворце и особенно в церквах при пении в конце утрени «Воскресения день». Второй – вечером в Великой церкви Святой Софии, когда все архонты лобызались с императором, как повествует Куропалат, {Куропалат константинопольского дворца Георгий Кодин – греческий писатель XV в., автор книги «О церемониях Константинопольского дворца» (De officialibus palatii Constantinopolitani etc.). Издана в Лионе в 1588 г.} говоря: «Император сидит на престоле, в то время как великий доместик несет меч... и все архонты, даже до последнего, входя, сначала лобызают правую ногу императора (ради самодержавия царской власти. – Прп. H.), затем его правую руку (потому что император есть помазанник Христов и защитник Церкви, как толкует Симеон Фессалоникийский. – Прп. H.), а после этого его правую щеку» {Codin. Curopal. De offic. 14 // PG 157, 89D.} (потому что «царь и воин, богатый и бедный во Христе равны»). Это второе лобызание многие по невежеству называют вторым Воскресением.

A об обычае употреблять красные яйца в день Воскресения многие рассказывают множество недостоверного, но Паисий Газский, муж ученый, разрешая некоторые вопросы для русского царя, говорит, что когда евреи произнесли: Кровь Его на нас и на чадех наших, {Мф. 27:25.} тотчас же все предметы в их домах, а следовательно, и яйца, окрасились в красный цвет. Поэтому в воспоминание чуда и мы в день Воскресения красим яйца в красный цвет. А это чудо, по его словам, известно нам из древнего предания.

346

PG 1, 892А.

347

Имеются в виду правила: I Всел. 20, Петра Александр. 15, Василия Велик. 91.

348

Но когда и кем был отменен этот евангельский, апостольский и отеческий обычай коленопреклонения в нашей Восточной Церкви? Мы не знаем, что сказать в точности, но предполагаем, что его должны были отменить после раскола, когда, вероятно, некоторые чрезмерно ревностные из наших стали враждовать против обычаев Западной Церкви, а следовательно, и против этого канонического обычая. A чтобы убедиться в истинности этого нашего предположения, смотри в конце 3-й кн. о христианстве нашего Мелетия Пигаса то место, где он говорит о коленопреклонениях (с. 240 Бухарестского издания). Поэтому и так называемая у западных «папалитра», т. е. тонзура на голове у клириков, хотя она и каноническая, нашими была отменена, – смотри 21-е правило настоящего Собора. Частое причащение Таин, принятое у латинян, хотя и соответствует правилам, также отменено нами, – смотри предисловие к «Томосу любви» – и т. п. А под коленопреклонением я подразумеваю не так называемые земные поклоны, но молитву, которую мы совершаем стоя на коленях.

349

Императоры Лев и Константин в «Эклоге законов» (тит. 28) говорят, что женщину, зачавшую от блуда, если она покусится на свое чрево, с тем чтобы произвести выкидыш, должно подвергать телесному наказанию и отправлять в ссылку.

350

Поэтому и царь Давид взял обратно свою жену Мелхолу, вышедшую во второй раз замуж за Фалтия, простив их, потому что, по объяснению Феодорита, Саул насильно заставил их вступить в супружество и Мелхола вышла второй раз замуж принудительно (2 Цар. 3:14). {Theod. Cyr. Quaest. In. II Reg. 11 // PG 80, 604C–605A.} Отметь и то, что если жена вернувшегося мужа не желает его, то ей никоим образом непозволительно иметь второго мужа, потому что и она, и ее второй муж – прелюбодеи и прелюбодеями называются.

351

Потому и Никита Ираклийский говорит, что если муж у женщины уйдет в другую страну и там приобретет наложницу, а жена будет ждать его три года, но он не придет, то ее муж должен разлучиться с наложницей, a не c женой; жена же его не может выйти за другого мужчину, но должна оставаться так, потому что она свободна выйти замуж во второй раз только после смерти своего мужа, по слову апостола {1 Кор 7:39.} (Греко-римское право. С. 310), а не при его жизни. Кроме того, новелла Льва определяет, что если один из супругов попадет в плен, то оставшийся на свободе не может вступить в брак. Если же вступит, тот из супругов, который находится в плену, имеет право взять его (ее) обратно, когда окажется на свободе, и расторгнуть второй брак.

352

Согласно с настоящим правилом определяет и 117-я новелла Юстиниана, находящаяся в 7-м тит. 28-й кн. «Василик» (Фотий. Номоканон. Тит. 13, гл. 3): если солдат, или схоларий, {Схоларий – солдат императорской гвардии.} или федерат, {Федераты – варвары-поселенцы, размещавшиеся согласно договору (foedus) на пограничных территориях империи с обязательством нести военную службу за деньги или продовольствие.} или какой-то другой вооруженный воин сколько-то лет находится в военном походе и на войне, жена должна его ждать, даже если не получает от него писем. Если же она услышит, что он умер, пусть не выходит замуж, пока или сама, или ее родители не обратятся с запросом к приорам, хартулариям и трибуну {Приор, хартуларий, трибун – названия военных должностей.} того отряда, в котором находился ее муж, и они перед Евангелием письменно не подтвердят, что ее муж действительно умер. Однако она, даже получив от них письма, пусть не выходит замуж еще в течение одного года после этого. Если же она выйдет замуж без соблюдения перечисленных условий, то и она, и мужчина, взявший ее, должны понести наказание как прелюбодеи и дать 10 литр золота солдату, ее настоящему мужу, когда он вернется с войны. Он же имеет право, если хочет, взять свою жену обратно.

353

Властарь говорит, что отцы настоящего Собора определили, чтобы прощение за второй брак получали те женщины, которые готовы отказаться от второго мужа и не упорствуют в этом совершенном по неведению грехе второго супружества. Однако не должно прощать тех, которые сопротивляются и не хотят разлучиться со своими вторыми мужьями (буква «Г», гл. 5).

354

Поэтому и божественный Златоуст, возражая тем, которые защищают клятвы, говорит (Беседа 8 о статуях): «Но что же делать, – говоришь ты мне, – если поклясться нужно? Где преступление закона, там нет места никакой необходимости. И можно ли, скажешь, совсем не клясться? Что ты говоришь? Бог повелел, а ты спрашиваешь, возможно ли соблюсти Его повеление? Еще невозможней не соблюсти Его повеление, чем соблюсти его». {Ioan. Chrysost. Ad popul. Antioch. 8. 4 // PG 49, 102.} И в другом месте говорит (Первое огласительное слово к готовящимся к просвещению): «Хочу искоренить некое застарелое зло, которое вошло в обычай. Хочу, повторяю, уничтожить не только дурные и ложные клятвы, но и хорошие и истинные. Но, возражаешь мне, такой-то человек, добродетельный, имеющий священный сан, целомудренный и благоговейный, поклялся – он дал клятву. Однако отвечу тебе и на это: не говори мне, что поклялся человек добродетельный, имеющий священный сан, целомудренный и благоговейный. Если угодно, с тем же успехом ты мог бы сказать мне, что тот, кто дал клятву, – это Петр, или Павел, или ангел с неба: даже если предположить, что поклялись столь великие, я не отступлю перед их величием. Ведь и закон, который запрещает вообще всякую клятву и который я вам читаю, – это закон не Петра, или Павла, или ангелов, или вообще подобных нам рабов, но Самого Царя всех Бога. Когда же читаются царские грамоты, рабам подобает молчать, какими бы сановитыми людьми они ни были. Поэтому, если можешь утверждать, что Христос повелел нам клясться или что Христос не наказывает тех, кто клянется, покажи, где Он говорит это, и я покорюсь. Если же Христос с такой ревностью запрещает нам клясться и так заботится о том, чтобы вовсе не было клятв, что клянущегося ставит наравне с лукавым (т. е. с диаволом), ибо говорит: Что сверх этого, то от лукавого, {Мф. 5:37.} – зачем ты указываешь на того-то и того-то? Ведь Бог будет судить клянущегося не за то, что по легкомыслию другой его сораб поклялся раньше, но за то, что тот сам нарушил предписание Его закона. „Я повелел, – скажет Он ему в день суда, – тебе подобало повиноваться Моему повелению, а не ссылаться на того и другого и заниматься чужими преступлениями“». {Ioan. Chrysost. Ad illumin. 1. 5 // PG 49, 229–230.} И ниже говорит: «Если даже тот, кто нарушает закон о клятве, бесконечно удивителен и велик, Бог непременно воздаст ему наказанием, полагающимся за это преступление, потому что Бог нелицеприятен». {Ibid. 1. 5 // PG 49, 230.}

Поэтому и Василий Великий в своих «Епитимиях» мужчин, если они поклянутся какой-либо клятвой, помимо слов «да» и «нет», отлучает на одну неделю, {Basil. Magn. Poenae 6 // PG 31, 1308A.} а женщин, давших какую угодно клятву, отлучает на две недели. {Idem. Epitimia in canonicas 1 // PG 31, 1313C.}

Кроме того, сам Златоуст (Беседа 5 о статуях; Беседа 17 на Евангелие от Матфея) поклявшегося пустыми общепринятыми клятвами наказывает тем, что он должен лечь спать без ужина, голодным, при условии что он исправится. {Ioan. Chrysost. Ad popul. Antioch. 5. 7 // PG 49, 79.} Если же он не исправляется, то его отлучают от святого причастия и от Церкви, как отлучают блудников, прелюбодеев и убийц. {Idem. Hom. in Matth. 17. 7 // PG 57, 264.} Тот же Златоуст (Беседы 5, 14 и 15 о статуях; Выборки из разных слов: Слово 28 о клятвах) наказывает одинаковыми епитимиями и тех, которые нарушат клятву, и тех, которые заставят нарушить или дать клятву. {См. соответственно: Ioan. Chrysost. Ad popul. Antioch. 5. 7 // PG 49, 79; Ibid. 14. 3. // PG 49, 148; Ibid. 15. 5 // PG 49, 161; Eclogae ex diversis homiliis 28 // PG 63, 773.}

После всего сказанного пусть устыдятся и заградят свои уста как Вальсамон (когда толкует 29-е правило Василия), так и его последователи, утверждающие, что давать хорошие и истинные клятвы – дело законное, во-первых, потому, что и царские законы позволяют клятвы, во-вторых, потому, что вообще не клясться свойственно совершенным, а клясться – несовершенным и, следовательно, невозможно, чтобы заповеди соблюдались всеми. Итак, на первый довод мы отвечаем то, что уже сказали в разных местах, а именно: цари зачастую издают законы не на пользу, согласно Златоусту, {Ioan. Chrysost. Ad popul. Antioch. 16. 2 // PG 49, 164.} и, по мнению самих же царей, должны быть отменены все те законы, которые противоречат божественным канонам, и особенно Божественным Писаниям и Евангелиям. А на второй довод мы отвечаем, что все заповеди, следовательно, и заповедь о клятвах, подобает соблюдать всем христианам. Поэтому, с одной стороны, Господь повелел апостолам учить верных соблюдать все, что Он им заповедал, без всякого исключения, и не разрешил одно соблюдать, а другое нет, и сказал, что тот, кто нарушит одну из малейших заповедей, будет назван малейшим в Царствии Небесном. {Мф. 5:19.} С другой стороны, Василий Великий (предисловие к пространно изложенным правилам) говорит: то, что мы становимся судьями Законоположника Бога и одни Его законы избираем как хорошие, а другими пренебрегаем, в то время как Он повелел всем нам соблюдать все Его заповеди, служит признаком высокомерия. {PG 31, 900В.} Если бы не все заповеди были необходимы для нашего спасения, то они не были бы написаны и не было бы повелено соблюдать их все.

Мы знаем, что в ветхозаветном Писании разрешались истинные и законные клятвы (Втор. 6:13; Пс. 62:12; Иер. 4:2 и в других местах), – да, разрешались, но не предписывались законом. Одно дело – дозволение, а другое – законоположение. Клятвы дозволялись из-за несовершенства и духовного младенчества иудеев и с той целью, чтобы избежать идолослужения. Божественное Евангелие решительно запрещает кому-либо клясться не только именем Божиим, но и собственной головой, говоря, что, если наша праведность не превзойдет праведности книжников и фарисеев и вообще праведности закона, мы не сможем войти в Царствие Небесное. {См. Мф. 5:20.} He подобает клясться даже и творениями, потому что такая клятва все равно относится к Творцу, по Златоусту. А слова свидетельствуюсь похвалою вашею {1 Kop. 15:31.} или заклинаю вас Господом {1 Фес. 5:27.} и др., в которых Павел для подтверждения призывает имя Божие, – это видимость клятвы, но не клятва, как говорит Златоуст. Возможно, Павел говорит так, во-первых, по великой нужде, поневоле и, во-вторых, не ради какого-нибудь дела, человеческого или вообще относящегося к этому миру, но говорит так из-за угрозы для веры и просто ради Бога и божественных вещей, и к тому же по икономии, а не по акривии и законоположению. Если же кто-то поклянется Богом, предположим, ради целых десятков тысяч золота, такой противится и погрешает против третьей заповеди Десятословия, которая повелевает не произносить имени Бога всуе, {См. Исх. 20:7.} поскольку весь мир и то, что в мире, суетно, как ничего не стоящее и тленное. Зная об этом благодаря врожденному и общему для всех закону совести, Клиний, известный ученик Пифагора, хотя и был язычником, однако не поклялся, но заплатил штраф в три таланта, которого мог бы избежать, если бы дал истинную клятву, как свидетельствует об этом Василий Великий. {Basil. Маgn. Hom. 22. 5 // PG 31, 577В.}

Отметь, что гражданские законы наказывают клятвопреступников после того, как их клятва будет отменена, т. е. после того, как она будет исследована и окажется ложной; священные же правила тех клятвопреступников, клятва которых была отменена, определяют на места кающихся, а тех, чья клятва не была отменена, отлучают только от причастия, но не от Церкви и молитвы с верными. Смотри 18-ю гл. 13-го тит. «Номоканона» Фотия и схолию Вальсамона на нее, а в особенности Арменопула, кн. 1, тит. 7.

Должно знать, что клятва на святом Евангелии относится к Самому Богу, Который присутствует в Евангелии и говорит через него. Добавлю и слова Афанасия Великого о третьей заповеди Десятословия: «Если кто достоин вообще именовать Бога, то он, конечно, заслуживает доверия и без клятвы: способный к большему гораздо более способен к меньшему. Но если он не заслуживает доверия без клятвы, следовательно, он недостоин и назвать имя Божие». {Athanas. Alex. De pass. et cruc. 4 // PG 28, 189C.} Смотри, как этот великий отец двумя фразами доказывает, что давать клятву вообще излишне, почему и сами гражданские законы не требуют, чтобы достойные доверия свидетели клялись. VII Собор также говорит в 6-м деянии: «Да не приучим уста к клятве, но да услышим глас Господень, говорящий: А Я говорю вам: не клянись вовсе». {Мф. 5:34.} Смотри и примеч. 1 к Апост. 75.

К сказанному добавим и такое краткое, но достойное упоминания замечание Златоуста: «Если ты веришь, что человек искренен, не убеждай его в необходимости клятвы, а если знаешь, что он лжет, то не принуждай к клятвопреступлению» (Слово 15 о статуях. Т. 6. С. 566). {Ioan. Chrysost. Ad popul. Antioch. 15. 5 // PG 49, 161.} Смотри и в 14-м слове о статуях, как строго он запрещает клятвы. {Ibid. 14 // PG 49, 143–152.} Смотри также новеллу Василия Македонянина, Льва и Константина (Греко-римское право. Кн. 2. С. 135), в которой они ясно запрещают клясться и говорят, что клятва запрещена Божественным Евангелием и Писаниями и что поскольку изменения и начинания этого мира – суета, по Соломону, {См. Еккл. 1:2–9.} то, когда кто-то клянется ради них именем Божиим, он клянется им всуе, о чем мы уже сказали.

355

PG 31, 1173A.

356

В других источниках: «называющих себя чистыми и чистейшими» (καθαροὺς καὶ καθαρωτέρους).

357

В других источниках: «лучшими» (ἀρίστους).

358

В других источниках: καὶ ἐρχόμεναι. {Тогда это слово согласуется со словом «ереси», и перевод будет таким: «поскольку здесь их много, особенно происходящих из Галатийской страны».}

359

Манес Перс, будучи долгое время рабом, был прозван Скификом, по словам Феодорита (Еретические басни. Кн. 1, гл. 26). {Theod. Cyr. Наеr. fab. I, 26 // PG 83, 377А.} Его также называли Кубриком, по словам Епифания (гл. о ереси 66). {Epiph. Adv. haer. 66. 1 // PG 42, 29B.} В Манихея же его переименовали его приверженцы позднее. Он распространял зловерие Василида и Маркиона в III в., по Августину (О ересях. Гл. 46). Кроме всего прочего, согласно Феодориту (там же), он говорил, что души после смерти входят в птиц, животных и пресмыкающихся. {Theod. Cyr. Haer. fab. I, 26 // PG 83, 380C.}

360

Валентин, живший во II в., говорил, что Христос, восприняв эфирное тело, прошел через Деву, как через трубу, ничего не восприняв от Нее (Тертуллиан. Книга против валентиниан. Гл. 15). Валентиниане отрицали воскресение тел, отвергали Ветхий Завет. Читая и толкуя пророков, они, согласно анонимному толкователю правил, измышляли какие-то басни и пустословили о других нечестивых вещах.

361

Маркион был последователем некоего Кердона, учившегося у Василида и Саторнина, последователей Симона Волхва, по Тертуллиану (Книга о плоти Христа). Когда однажды этот Маркион спросил у св. Поликарпа, знает ли тот, кто он такой, святой ответил, что знает его очень хорошо: он есть первородный сын диавола (Ириней. Кн. 3, гл. 3). {Iren. Contra haer. III, 3 // PG 7, 853В.} Маркион говорил, что есть три начала. Первое – невидимый Бог, второе – видимый Бог и Творец мира и третье – диавол. Он крестил не один лишь раз, но три раза, позволяя крестить и женщинам. По правилу Василия Велик. 47, он гнушался браком и вином, говорил, что творение нечисто и что Бог – творец зла. Жил Маркион во II в.

362

О них мы сказали в предисловии к III Всел.

363

О них смотри в предисловии к IV Всел.

364

Энкратиты назывались так потому, что были воздержны (ἐγκρατεύονται): не ели животной пищи, отвергали брак, как Маркион, и не пили вина, по словам Вальсамона. Вождем их ереси был Татиан, ученик св. Иустина, по Феодориту. {Theod. Cyr. Haer. fab. I. 20 // PG 83, 369CD.} Они употребляли в Тайнах одну воду, как гидропарастаты, по Епифанию (гл. о ереси 47). {Epiph. Adv. haer. 47. 1 // PG 41, 852B.}

Смотри также Василия Велик. 86.

365

Саккофоры назывались так потому, что носили рубища (σάκκους), тем самым показывая, что они будто бы имеют крайнее воздержание и ведут суровую жизнь.

366

Апотактики назывались так потому, что отрекались от мира (ἀποτάσσονται) и не ели ту же пищу, какую не употребляли и энкратиты.

367

Отметь, что это самое правило Вальсамон приводит и в своем 29-м ответе в таком виде: «Так же и манихеев, валентиниан, маркионитов и подобных еретиков (принимаем как язычников, т. е. как нечестивых). Несториане же должны давать расписки и анафематствовать свою ересь, а также Нестория» – и т. д. Если же кто-то недоумевает, почему этот Собор привел здесь это правило II Вселенского собора, которое было издано против ариан и македониан, существовавших в то время, но почти исчезнувших во времена VI Собора, отвечаем: у VI Собора появилась необходимость возобновить правило II Собора, возможно, и ради еще остававшихся вышеупомянутых еретиков, но главным образом ради монофелитов, которых было множество во время VI Собора. На них указывают, хотя и не прямо, содержащиеся в правиле слова «их единомышленников», ибо ересь монофелитов была ответвлением и отраслью ереси монофизитов. Ведь ясно, что те, которые думали, будто во Христе одна воля, думали, следовательно, что в Нем и одна природа; а если, по мнению монофизитов, Христос имел одну природу, то непременно Он имел и одну волю. Поэтому, для того чтобы VI Собору вынести определение о том, как следует крестить этих современных ему еретиков, было необходимо из уважения ко II Вселенскому собору возобновить его правило, а не издавать другое, собственное.

Ты же, возлюбленный, если желаешь, узнай, что крещение вообще всех еретиков нечестиво и богохульно и не имеет ничего общего с крещением православных. Прочти 9-ю гл. 7-й кн. Евсевия, и оттуда узнаешь, что один человек, крещенный еретиками, увидев позднее, как крестятся православные, заплакал и не мог утешиться, но пал к ногам св. Дионисия Александрийского, упрашивая крестить его православным крещением и говоря, что крещение, которое он принял, было исполнено богохульства и не имеет вообще ничего общего с крещением православным. {PG 20, 653A–656A.} А еще уразумей из этого, что и еретики, и латиняне, когда приходят в Православную Восточную Церковь, должны сами просить, чтобы их крестили, а не православные должны склонять их к этому.

368

Под отлучение этого правила подпадают, по Зонаре, и те, которые совершенно не касаются бритвой своей головы и не подстригают волосы на голове, но специально позволяют им отрасти до пояса, как у женщин; и те, которые красят волосы, чтобы те стали светлыми или золотистыми, или наматывают их на катушки, чтобы те стали кудрявыми, или надевают на голову парики и используют накладные волосы. Этому отлучению подлежат и люди, бреющие бороды ради того, чтобы после бритья волосы росли у них гладко и красиво, а не курчавились, или чтобы всегда выглядеть как безбородые юноши; а также те, которые раскаленным черепком выжигают из бороды волосы, более длинные или неровные по сравнению с остальными, или выщипывают волосы на лице маленькими щипчиками, чтобы лицо стало нежным и они выглядели красивыми, или красят бороду, желая скрыть, что они состарились. Под это отлучение подпадают и те женщины, которые наносят на лицо белила и румяна, чтобы казаться красивыми и таким образом возбуждать в смотрящих на них мужчинах сатанинскую страсть. Да как же эти несчастные гнусными украшениями дерзают бесчестить образ, данный им Богом?! И как же Бог узнает в них Свое творение и образ, если они носят другое, диавольское, лицо и другой, сатанинский, образ?! Поэтому Григорий Богослов говорит в своих стихах: «Женщины, не стройте у себя на головах башен из накладных волос, ломая этими скалами тонкие шеи. He покрывайте отвратительными красками образ Божий, вместо лиц нося личины... Да не ответит тебе оскорбленный Бог так: „Кто? Откуда этот творец? Ответь, чуждая Мне! Я тебя не псом живописал, но сотворил собственный Мой образ. Откуда же у Меня идол вместо любезного образа?“» {Greg. Nazianz. Carm. moral. 29 // PG 37, 884A, 887A.}

He знают они, несчастные, что своими поступками уподобляются известной чародейке и блуднице Иезавели и сами становятся новыми, очередными Иезавелями, потому что и она пользовалась красками для лица, чтобы понравиться мужчинам, как написано: И пришел Ииуй во Изреель, и Иезавель услышала, и насурьмила глаза свои, и украсила голову свою, и высунулась из окна (4 Цар. 9:30).

Всех мужчин и женщин, поступающих так, настоящий Вселенский собор отлучает. А если это запрещено простым мирянам, то насколько более – клирикам и священнослужителям, которые должны и словом и делом (а именно тем, чтобы иметь скромную внешность, не украшать одежду, волосы и бороду) учить мирян не быть плотолюбцами и щеголями, но любить душу и добродетели? Заметь, что настоящее правило обличает священников-латинян, бреющих усы и бороды и выглядящих как юные женихи, миловидно и женоподобно. Ведь Бог вообще запрещает брить бороды, даже мирянам, говоря в книге Левит: He портите края бороды вашей (Лев. 19:27). А особо запрещает брить бороды священнослужителям, повелевая Моисею сказать сынам Аарона, т. е. священникам, чтобы не брили края бороды своей (Лев. 21:5). Бог не только запретил это на словах, но и явился Даниилу с бородой, в образе Ветхого денми. {Дан. 7:9.} И Сын Божий во время Своего пришествия во плоти носил бороду. Равным образом и праотцы, и патриархи, и пророки, и апостолы имели бороды, как это видно на самых древних иконах, на которых они изображаются с бородами. Между прочим, и святые Италии, такие как Амвросий, Венедикт – отец монахов, Григорий Двоеслов и др., носили бороды, что видно на их изображениях в церкви св. Марка в Венеции. Да и само рассуждение здравого разума признает, что стричь бороду нелепо. Ведь борода – это тот видимый признак, по которому мужчину отличают от женщины. Поэтому один философ, когда его спросили, зачем он отращивает бороду, ответил: «Каждый раз, когда я дотрагиваюсь до своей бороды, я чувствую, что я мужчина, а не женщина». У тех, кто бреет бороду, лицо не мужское, а женское. Поэтому Епифаний порицает мессалиан за то, что они стригут бороду, которая придает мужчинам свойственный им облик. {Epiph. Adv. haer. 80. 7 // PG 42, 765D.} Апостолы в «Постановлениях» (кн. 1, гл. 3) повелевают, чтобы никто не брил бороды и не изменял естественный облик мужчины на противоестественный. Они говорят: «То, что Творец Бог признал благопристойным для женщины, Он счел несообразным для мужчины». {PG 1, 568A.}

Это нововведение – стричь бороды – появилось в Римской Церкви незадолго до Льва IX, а Григорий VII принуждал к этому епископов и клириков даже силой. О, что за позорнейшее и отвратительнейшее зрелище – видеть преемника Петра остриженным, как говорят греки, накоротко (ἐν χρῷ), что твой жених, с той лишь разницей, что он носит епитрахиль и омофор, восседает во главе собора множества подобных ему и называется папой. Однако и после безумного Григория не исчезли бородатые папы, о чем свидетельствует то, что Геласий II, как написано в его житии, отращивал бороду (см.: Досифей. Двенадцатикнижие. С. 776–778). И Мелетий Исповедник (вопрос 7 об опресноках) рассказывает, что король задержал некоего папу Петра за его бесчестные дела и остриг ему полбороды, чтобы его обесчестить.

Дополнение: {Следующий далее фрагмент не принадлежит прп. Никодиму, но был добавлен при первом издании Феодоритом Эсфигменским, о чем свидетельствует помета в греческом тексте «Пидалиона» – Ἑτέρου. Две подобные пометы встречаются также в примеч. 4 предисловия к правилам Собора в Святой Софии и в конце толкования на правило Карфагенского собора при сщмч. Киприане. Подробнее об этом см.: Бондач А. Г. История и содержание Пидалиона // БВ 11–12. 2010. С. 127–128.} в некоторых храмах также были изображены правители с бородами, причем среди них были и священнослужители; в Лейпциге в храме во имя Павла и в храме Фомы таких можно увидеть изображенными рядом с Мартином Лютером. To же самое я видел и в Братиславе.

369

PG 1, 564С.

370

1 Кор. 11:14.

371

Св. Никифор говорит в своем 3-м правиле, что если кто-то останется в притворе церкви по необходимости и ненадолго, например, на одни сутки, то он не осуждается; но если останется на долгое время, пусть его изгонят оттуда, наложив епитимии, а преимущества храма да будут восстановлены, т. е. он не станет обыкновенным домом, не отличающимся от прочих. Царские же законы еще повелевают того, кто, воспользовавшись своим могуществом и властью, задержит искавшего убежища в церкви, подвергать телесному наказанию, постригать в монашество и потом ссылать. Однако епископы и экдики церквей должны записывать имена ищущих прибежища и причины, по которым они прибегли к церкви, и объявлять их архонтам, чтобы те не производили положенного суда.

372

Согласно с настоящим правилом определяет и 2-я гл. 58-го тит. 60-й кн. «Василик» и 3-е положение 12-й гл. 37-го тит. той же 60-й кн.: тот, кто возьмет в жены женщину, обрученную с другим, осуждается как прелюбодей (см.: Учение о браках. Гл. 11).

373

Поэтому архиереям подобает под угрозой строжайших епитимий запрещать христианам то, что по-турецки называется «курбаньи», {Κουρμπάνι – агнец, закалаемый в праздник Курбан-байрам.} которые они совершают в настоящее время и которые представляют собой некое возобновление языческих и иудейских жертв. Ведь как язычники и иудеи верили, что умилостивляют Бога кровью и закланием овец и других животных, так и эти заблуждающиеся и безумные христиане полагают, что умилостивляют Бога закланием и жертвоприношением агнцев. И поэтому можно видеть, что эти курбанисты не покупают каких-нибудь закланных другими и приготовленных овец, но хотят сами закалывать их, зажигать на их рогах свечи, окуривать их фимиамом, зажаривать целиком, полагать пред святыми иконами только что зажаренными и еще дымящимися и посвящать их кожу храму или монастырю. А возвращаясь с такого торжества, они приносят некоторые части жертв своим родственникам и друзьям, чтобы и те получили от них освящение. О языческое заблуждение и иудейское суеверие! He знают эти заблудшие, что Бог хочет милости, а не жертвы, и что жертва, принимаемая Им и благоприятная Ему, – это не мясо овец и тельцов, но сокрушенный дух и смиренное сердце, как поет божественный Давид. Прочти об этом книгу епископа Кампанийского (гл. 57). {Θεόφιλος, ἐπίσκοπος Κομπανίας. Ταμεῖον ὀρθοδοξίας περιέχον συνοπτικῶς καὶ διαλαμβάνον περὶ Θεοῦ, περὶ πίστεως, περὶ ἐξηγήσεως καὶ χρήσεως τῶν ἑπτὰ Μυστηρίων, δέκα Ἐντολῶν, καὶ τῶν ἀναγκαιοτέρων τῆς Ἱερᾶς Ἐκκλησίας ἐθίμων. Βενετία, 1780.} Хотя Никита, хартофилакс и епископ Фессалоникийский (Греко-римское право. С. 350), говорит, что нет ничего предосудительного в том, чтобы христиане вне церкви приносили священникам грудь и кожу животных или приносили голубей в память об умерших, тем не менее он добавляет, что это непредосудительно только в том случае, если такие приношения предназначены священникам в пищу, но не в том случае, если все это приносится в качестве жертвы и вызывает столь многочисленные грубые суеверия, о которых мы сказали выше. Из-за этих суеверий подобает совершенно прекратить такие жертвоприношения.

374

Способ, которым миряне того времени принимали в руки Святой Хлеб, яснее описан у Кирилла Иерусалимского (Поучение тайноводственное 5): «Когда приближаешься к Таинствам, не распрямляй ладони рук твоих и не раздвигай пальцы, но, положив сверху на левую руку правую, потому что ей предстоит принять Царя, и сделав в ладони углубление, так прими Тело Христа, произнося „аминь“. После же того как примешь его, освяти свои глаза, с осторожностью приблизив его к ним, и затем причащайся его, внимательно следя за тем, чтобы ни одна жемчужина от него не пропала», – и пр. {Cyr. Hieros. Mystag. 5. 21 // PG 33, 1124B–1125A.}

Отметь, что настоящее правило обличает тех, которые говорят, что лжицу для причастия изобрел божественный Златоуст. В самом деле, обычай христиан принимать Святой Хлеб в руки был распространен после Златоуста по меньшей мере 400 лет, как это становится ясно и из слов настоящего Собора, и из слов Иоанна Дамаскина, который рассказывает об этом обычае в «Точном изложении православной веры» (кн. 4, гл. 14). {Ioan. Damasc. De fide orth. IV, 13 (86) // PG 94, 1149A.} Да и сам Златоуст повествует об этом обычае во многих словах: в толковании на 49-й псалом, {Ioan. Chrysost. Hom. in Ps. 49. 8 // PG 55, 253.} слове 6 о серафимах, {Idem. In illud: vidi Dom. 6. 3 // PG 56, 139.} слове 21 о статуях; {Idem. Ad popul. Antioch. 20. 7 // PG 49, 208.} смотри и его житие, написанное Метафрастом. {Sym. Metaph. Vita s. Ioan. Chrysost. // PG 114, 1045–1209.} Но должно знать, что в Западной Церкви женщины принимали Святой Хлеб не голыми руками, но покрыв руки некими белыми платочками (ὀράρια), как определяет это в 36-м правиле Поместный собор в городе Антиссиодоре и как говорит Августин в 252-м слове. Этот платочек назывался Dominicale, что в переводе с латинского означает «Господень», потому что его приносили в церковь для принятия Тела Христова в день Господень.

Причиной же изобретения лжицы для причастия послужило то, что некоторые люди – притворявшиеся христианами, или еретики, или суеверы, – взяв в руки Святой Хлеб, или бросали его, или прятали, или использовали для колдовства и других лукавых дел. Поэтому, когда благодаря изобретению лжицы святое причастие стали преподавать в уста, то всякий повод для такого пренебрежительного отношения к таинству был устранен (см. также книгу Евстратия «О таинствах», с. 301–303).

Но некоторые предполагают, что была и другая, более основательная причина, а именно удобство преподания Таин. В древние времена почти в каждой церкви был свой диакон, и поэтому, согласно апостольскому преданию, священник преподавал Божественное Тело, a диакон, стоя рядом со святой чашей, причащал Божественной Кровью. Но поскольку позднее диаконов в большинстве церквей не стало (что мы знаем и по собственному опыту), особенно в деревнях и бедных церквах, и по этой причине священнику стало затруднительно одному преподавать Дары раздельно, то для удобства из соображений икономии была придумана лжица, чтобы после соединения Даров священнику было легко преподавать их, и особенно младенцам.

375

В других источниках: σταίη.

376

В других источниках: ἐπιδοῦναι.

377

Обычай – это различные епитимии на то или иное количество лет: такими епитимиями правила имеют обыкновение в большинстве случаев вразумлять согрешающих, будь то миряне или клирики. Акривия же состоит в том, что грешники прибавляют к этим многолетним епитимиям еще и ненависть ко греху, утруждение сердца, слезы, телесные утеснения и другие добрые дела, потому что от одной продолжительности наказания исправление бывает малым. О двух этих средствах, акривии и обычае, учат сами же отеческие правила, а особенно I Всел. 12, которое и прочти.

О том, что всякий духовник должен иметь право священнодействовать и не должен быть ни изверженным за явные преступления, ни снявшим с себя сан за тайные, свидетельствует Симеон Фессалоникийский (ответ 11): «Принимающий исповедь помыслов должен и благословлять, и читать разрешительную молитву, и литургисать, и причащать исповедующихся, и быть ходатаем за кающихся». {Sym. Thessal. Respons. 10–13 // PG 155, 864C.} И Иоанн Китрский ясно говорит в одном ответе (сохранившемся в рукописях): «Добровольно или против своей воли сложивший с себя священный сан не может принимать исповедь». А священники, которые принимают помыслы и исповедают без разрешения архиерея, согласно вышеупомянутому Симеону (тот же ответ), так же грешат, как и тот, кто совершает священнодействия, будучи непосвященным. {Ibid. // PG 155, 864A.}

По словам Вальсамона (толкование на Карфаг. 7), патриарх Михаил сказал, что таких подобает извергать как нарушителей правил, поскольку правила извергают тех, которые совершили что-либо за пределами своей области. Непосвященные монахи, а равно и монахини, не должны исповедовать, ибо это против правил. Поэтому и Вальсамон (ответ 34) говорит, что если непосвященный настоятель монастыря не может принимать исповедь помыслов, даже получив разрешение от епископа, то тем более не может этого делать игумения и монахиня, хотя бы ее добродетель блистала ярче солнца. {Очевидно, что здесь под «принятием помыслов» подразумевается исповедь перед священником, имеющая целью отпущение грехов (она может быть краткой и может не носить характер духовного наставления. Об этом свидетельствует и тема данного канона: речь идет о епитимиях и отпущении грехов, а не о духовном руководстве, которое называется сегодня монашеским исповеданием помыслов и которым всегда занимались наставники монашествующих. Такая практика нашла отражение в существовании двойной «исповеди» у монашествующих – тщательное, подробное духовное руководство у своего старца и краткая исповедь без подробностей у духовника.} И Никифор Хартофилакс говорит, что монахи, не являющиеся иереями и принимающие исповедь, должны знать, что делают это вопреки канонам (Греко-римское право. С. 342).

Смотри также примеч. к Апост. 39. Упомянутый уже Симеон добавляет (ответ 11), что если будет крайняя необходимость и не окажется ни архиерея, ни духовника, то и простой монах может принять помыслы, но после должен объявить их либо архиерею, либо тому, кто имеет право на служение духовного отца.

378

Спиридон Милиас во 2-м т. «Синодикона» говорит, что этот Собор был созван в 783 г. Другие утверждают, что в 788 г. Впрочем, наиболее точные хронологи считают, что он был созван в указанные выше годы.

379

О том, что на Соборе было именно столько отцов, говорит в восхитительном похвальном слове Собору (Синодикон. Т. 2. С. 890) Епифаний, диакон Катанской епархии на Сицилии (он был на этом Соборе местоблюстителем Фомы, архиепископа острова Сардинии), а также Пселл. Фотий в письме к Михаилу, царю Болгарскому, пишет, что отцов было 367, {Phot. Ep. I, 8. 18 // PG 102, 649С.} то же утверждает и месяцеслов царя Василия.

380

Упомянутые местоблюстители, согласно Феофану, стали: Иоанн – патриархом Александрийским, а Фома – митрополитом Фессалоникийским.

381

Аполлинарием называет его Фотий, а в изложении некоего анонима о семи Соборах он называется Политианом, с чем соглашается и Игнатий, один из новейших писателей.

382

Эти патриархи из-за нашествия агарян не могли в то время присутствовать на Соборе. Так, патриарх Иерусалимский (которого Досифей, не знаю почему, называет Феодором) был изгнан агарянами за тысячу миль от Иерусалима. Ужаснейшие бедствия претерпели также христиане в Александрии и Антиохии, а значит с ними пострадали и их патриархи (Досифей. Двенадцатикнижие. С. 631).

383

Иное есть идол, иное – изваяние и иное – икона. Идол отличается от иконы, поскольку икона, по словам Оригена {Orig. In Exod. // TLG 2042/023. 221. 26–27.} и Феодорита, {Theod. Cyr. Quaest. in Deut. 1 // PG 80, 405B.} – это подобие истинной вещи и первообраза, а идол – подобие ложной и несуществующей вещи и первообраза, как, например, идолы ложных и несуществующих эллинских богов. А изваяниями, скульптурами и вообще статуями мы называем те изображения, которые представляют тело изображаемого целиком. Кафолическая Церковь не только не воздает поклонение этому виду изображений, т. е. изваяниям, но и совсем не делает их по многим причинам.

Первая причина. В настоящем своем определении этот Собор повелевает, чтобы иконы писались красками, изготовлялись из смальты или другого подходящего материала (т. е. из золота, серебра и прочих металлов, как говорит Феодосий Аморийский в 4-м деянии этого Собора) на священных сосудах и одеждах, т. е. плащаницах и покрывалах, на стенах и воротах, домах и при дорогах, но совершенно не упоминает о воздвижении изваяния или статуи, и более того – это определение Собора изваяния отвергает.

Вторая причина. Ни в посланиях, которые писали патриархи друг другу и царям, ни в посланиях папы Григория к Герману и папы Адриана к настоящему Собору, ни в речах и собеседованиях, которые вели епископы и монахи на всех восьми заседаниях настоящего Собора, совершенно не упоминается об изваяниях и статуях. Кроме того, Соборы, созванные иконоборцами, – в особенности Собор во Влахернах при Копрониме, писавший против святых икон, – упоминают о живописи красками и росписях и никогда – об изваяниях или статуях, о которых, если бы таковые существовали, иконоборцы не умолчали бы, но написали бы против них ради сильнейшего порицания православных.

Третья причина. Вместе с тем кровоточивая женщина сделала медную статую Христа в благодарение и воспоминание чуда и благодеяния, которое Он ей оказал, и поставила ее в Панеасе. У ног этой статуи выросла трава, исцеляющая различные недуги. Разбил эту статую и взял медь, как говорят некоторые, царь Максимин, предшественник Константина Великого, или Юлиан Отступник, поставивший вместо нее статую Зевса, по словам анонимного писателя. Но даже если кровоточивая жена и сделала эту статую (которую христиане поставили в церкви, почитали ее и приходили смотреть на нее ради любви к первообразу, как рассказывает арианин Филосторгий), {Philostorg. Hist. eccl. VII, 3 // PG 65, 537C–540A.} все же это дело кровоточивой было снисхождением Бога, Который по Своей благости принял его, снисходя к несовершенному знанию женщины. Это было воздвижением и соблюдением не евангельской благодати, но ветхого закона, как говорит папа Григорий II в послании к св. Герману {PG 98, 149CD.} (ибо ветхий закон имел двух херувимов, которые были изваяниями и золотыми статуями, представлявшими все тело изображаемых ангельских сил, по 38-й гл. книги Исход. {Упомянутая глава отсутствует в синодальном переводе Библии. Смотри Септуагинту и Елисаветинскую Библию.} Эти херувимы, согласно неизвестному толкователю, имели лик тельца и преклонялись перед кивотом свидения, своим преклонением отводя израильтян от идолослужения египтян, которые поклонялись тельцу. Потому что из этого иудеи узнавали, что если телец поклоняется кивоту, то дурно делают египтяне, поклоняясь тельцу как Богу).

Статуи и изваяния воздвигались не только по ветхому закону, но и по эллинскому обычаю, как пишет св. Герман в послании к Фоме Клавдиопольскому, которое находится в 4-м деянии настоящего Собора. Послание гласит следующее: «Совершенно очевидно, что Спаситель совершает дела Собственной благодати по снисхождению к вере немощного женского естества и показывает – как мы изъяснили выше, – что следует не просто рассматривать совершаемое, но испытывать цель того, что делается...» {German Const. Ep. 4 // PG 98, 188A.} И еще: «Мы говорим это не для того, чтобы нам заботиться о статуях из меди, но только для того, чтобы показать, что поскольку Господь не отверг и сделанное по языческому обычаю, но благоволил достаточное время являть в этом чудотворение Своей благости, то не благочестиво уничижать обычай, закрепившийся у нас в еще более возвышенном виде». {German Const. Ep. 4 // PG 98, 188В.}

Видишь здесь три вещи? Во-первых, воздвижение статуи Христа было делом языческим и Господь принял его по снисхождению к времени. Во-вторых, изготавливать статуи не подобает. И в-третьих, изображать почитаемые образы не с помощью статуй, но в рисунках с помощью красок есть дело более возвышенное и благочестивое. Ибо тот же св. Герман чуть раньше сказал, что Евсевий, повествуя о статуе, рассказал и о том, что сохранились изображения апп. Петра и Павла и Самого Христа, писанные красками... {Ibid. // PG 98, 188A.} И правило VI Всел. 82 говорит, что законному образу нам подобает предпочитать благодать Евангелия и представлять на иконах и живописных изображениях вместо древнего агнца образ Христа по человечеству.

Поэтому из всего сказанного видно, что западные христиане, когда делают изваяния и статуи и воздвигают их в церквах, поступают вопреки определению этого святого Вселенского VII собора и вопреки Преданию Церкви. Выше мы сказали, что статуями, изваяниями и скульптурами называется вообще то, что представляет все тело изображаемого, a то, что не представляет всего тела, но просто выступает на гладкой и ровной поверхности, называется не статуями или изваяниями, но святыми иконами, как например, бывают изображения на священных сосудах, божественных Евангелиях и других святых книгах, на честных крестах, золотых и серебряных, по Досифею (Двенадцатикнижие. С. 656), к каковым причисляется и икона, писанная воском, которая также в достаточной мере выступает на гладкой и ровной поверхности и о которой говорит божественный Златоуст (в слове о том, что Законодатель Ветхого и Нового Заветов один, a также об одежде иерея; начало этого слова – «Евангелие Христова Царства»): «Мне понравилось и изображение, писанное воском, ради его благочестия. Так, я увидел на иконе, как ангел гонит полки варваров. Увидел, как терпят поражение варварские племена и Давид говорит истину: Господи, уничтожь образ их в городе Твоем» {Пс. 72:20.} (Синодикон. Т. 2. С. 852; 6-е деяние VII Всел.; Златоуст. Т. 6. С. 647). {Ioan. Chrysost. De Legislat. 6 // PG 56, 407.} Одобряет эту икону, написанную воском, и Икумений в толковании Послания к евреям. Поэтому и Анастасий Антиохийский в послании к Симеону, еп. Вострскому, говорит: «Хотя икона есть не что иное, как дерево и краски, соединенные и смешанные с воском» {Anast. Antioch. De Sabb. // PG 89, 1405A.} (Синодикон. Т. 2. С. 785). К этим иконам причисляются и иконы, вырезанные на деревянных крестах и ладанках. Ведь и они подобным образом выступают на гладкой поверхности и не представляют всего тела изображаемого. Основание же и причина, по которой не поклоняются изваяниям (за исключением законного соблюдения обрядов и обычая), как мне кажется, заключается в том, что, поскольку изваяния можно ощупать и они представляют все тело и члены изображаемого, они, очевидно, более не являются и не называются изображениями (εἰκόνες), но суть первообразные вещи. А некоторые говорят, что Христова Церковь отвергла изваяния для того, чтобы вовсе избежать подобия идолов, потому что идолы представляли собой цельноизваянные статуи, осязаемые со всех сторон.

384

Поэтому, когда на 5-м заседании настоящего Собора было прочитано слово Иоанна Фессалоникийского, в котором он доказывает, что следует изображать ангелов, потому что множество людей видело их чувственно в телесном образе, Тарасий ответил, что этот отец доказал, что следует изображать ангелов, поскольку они описуемы и являлись многим как люди. С мнением Тарасия согласился и Собор. Собственные же тела ангелов, по толкованию некоторых новейших богословов, – это воспринятые из воздухообразного вещества, временные тела, которые они принимают, чтобы стать с их помощью видимыми для глаз. Уже названный Иоанн говорит в этом 5-м деянии, что ангелов изображают потому, что они имеют тонкие тела, а также приводит и свидетелей этому – Василия Великого, Афанасия Великого и божественного Мефодия. Согласно этим отцам ангелы имеют легкое тело, но не совершенно бестелесны, как Бог.

Василий Великий в 16-й гл. книги «О Святом Духе» говорит об ангелах: «Почему они и находятся в каком-либо месте, и становятся видимыми, являясь достойным в образе собственных тел». {Basil. Magn. De Spirit. Sanct. 16. 38 // PG 32, 137A.} И божественный Иларий говорит, что все тварное по необходимости есть и телесное (гл. 2 толкования на Матфея). Кроме того, и Ориген считал, что ангелы имеют тонкие тела (О началах. Кн. 1, гл. 7 и кн. 2), и Тертуллиан говорит об этом во многих местах, а особенно в «Слове о плоти Христа» (гл. 6), и Иустин, и Климент, автор «Строматов» (Строматы. Кн. 3), и Афинагор в «Апологии», и Киприан (Об одежде девственниц), и Амвросий (Книга о Ное и ковчеге), и Евсевий (Евангельское приготовление. Кн. 5), и Сульпиций Север (О церковной истории), и Лактанций (О Божественных установлениях. Кн. 2), и Августин, и вместе со всеми ими и Макарий Великий (см. также 67-ю гл. Симеона Метафраста, «Добротолюбие», с. 720).

385

PG 31, 1236B.

386

Это изречение принадлежит Великому Василию, как это говорит и сам Собор в своем 6-м деянии, и сам Василий в 18-й гл. книги «О Святом Духе». {Basil. Маgn. De Spirit. Sanct. 18. 45 // PG 32, 149C.} Говорит также и Афанасий: «Поклоняющийся изображению императора поклоняется самому императору». {Athanas. Alex. De sacris imagin. // PG 28, 709C.} Подобно и Златоуст: «Или ты не знаешь, что если оскорбишь изображение императора, то наносишь оскорбление чести первообраза?». {См.: Ioan. Damasc. De imagin. 2 // PG 94, 1313C.} (Синодикон. Т. 2. С. 859). Однако это почитание по-иному воздается первообразу и по-иному иконе (согласно Властарю): одному – как служение, а другому – относительно (σχετικῶς).

387

Образ (εἰκών) называется так от глагола «быть похожим» (ἐοικέναι), т. е. от сходства, которое оно имеет с первообразом. Один образ называется естественным, как каждый родной сын есть изображение своего родного отца (поэтому и божественный Василий изречение «честь образа (εἰκόνος)», приведенное выше, понял в таком смысле, в каком Сын и Слово есть естественный образ (εἰκών) Бога и Отца). A другой образ – подражательный и искусственный, как, например, тот, что создается при помощи живописи красками или при работе с другим подходящим веществом, о котором здесь речь. Но естественный образ по ипостаси отличается от своего источника (например, отец и сын – две ипостаси) и не отличается по природе, поскольку они одно в отношении человеческой природы. А искусственный, напротив, отличается от первообраза по сущности, поскольку первообраз – одушевленный и живой человек, а его изображение – бездушное и мертвое вещество. Поэтому и VII Собор сказал в 6-м деянии (Синодикон. Т. 2. С. 836), что икона подобна первообразу не по сущности, но по ипостаси, т. е. по подобию с ипостасью она есть одно с первообразом. У образа и первообраза ипостась одна потому, что, с одной стороны, первообраз бывает виден в образе, а с другой – образ существует в первообразе, как тень в теле, и невозможно одно отделить от другого. У образа и первообраза одна ипостась еще и потому, что изображается ипостась, а не природа. Кроме того, на изображении надписывается не имя природы, т. е. не «Это изображение человека вообще», но имя ипостаси, т. е. «Это изображение Христа или Иоанна» и т. д., почему и настоящий Собор в 6-м деянии (Синодикон. С. 836), говорит, что икона подобна первообразу только по имени и по положению изображаемых членов.

Существует и третий образ, который называется умопостигаемым и символическим. Как например, таинства благодати Евангелия и истины были первообразами, а символические изречения ветхого закона и пророков были их образами, на основании чего и в славнике вечерни Недели Торжества православия говорится, что благодать Евангелия и Церковь предначертала образ скинии свидения. Поэтому Церковь как первообраз и вещь самобытная существовала прежде образа скинии, а образ ее появился позднее, чем благодать, – не по времени, но потому, что скиния – это изображение и предмет, обусловленный причиной; и еще, предметы будущего века – первообразы, а таинства Евангельской благодати – их образы. (Поэтому и Божественный Павел сказал: Закон, имея тень, а не самый образ вещей, {Евр. 10:1.} в этих словах под образом подразумевая благодать, а под вещами – дела будущего века, и Василий Великий в 91-м своем правиле назвал воскресение образом будущего века. На этом основании и некоторые отцы назвали Божественную евхаристию после освящения вместообразным Тела и Крови Господа, сравнивая ее с тем, что будет открыто просто и ясно в грядущем веке, а сейчас она прикрыта привходящими свойствами хлеба и вина, как толкует св. Максим.)

По отношению к святым иконам поклонение и лобызание – это одно и то же, потому что поклоняться (κυνῶ) на древнегреческом языке означает «обнимать» и «лобызать». А приставка προς (προσκυνῶ) показывает усиление стремления, влечения и любви. Поэтому и настоящий Собор в своем 7-м деянии повелел честны́е иконы принимать во всех отношениях и поклоняться им, т. е. лобызать их, ибо это одно и то же, как сказано и выше в определении Собора: «Иконы подобает лобызать и воздавать им почитательное поклонение». В более широком смысле «поклонение» означает всякое почитание и припадание, воздаваемое святым иконам, как сказал в слове об иконах божественный Дамаскин. {Ioan. Damasc. De imagin. 3 // PG 94, 1348D.}

Иное – служебное поклонение (λατρευτικὴ προσκύνησις), иное – безотносительное, и иное – соотносительное. Служебное поклонение воздается Единому Богу и Самому Христу и пресуществляемому во время Божественной евхаристии в Тело и Кровь Христовы хлебу и вину. Ведь, по Властарю, поклоняющийся Христу вместе поклоняется Отцу и Святому Духу, единому естеству в Троице. Поклоняющийся Христу как Богу и Владыке поклоняется Ему ради Него Самого, а не ради кого-то другого, согласно Собору об иконах, бывшему в 1084 г. при патриархе Николае и Алексее Комнине (Синодикон. Т. 2. С. 981). Служение показывает главным образом рабство, по Августину (Об истинной религии. Гл. 45), и заключает в себе веру и надежду нашего спасения.

А святой иконе Христа мы не поклоняемся служебным поклонением (которое не делает никаких отличий между иконой и изображаемым на ней первообразом), и не служим святым иконам как богам, в чем обвиняют нас иконоборцы – прочь такую мысль! – ибо это чуждо церковному преданию. Потому и этот Собор в своем определении сказал: «Иконы подобает лобызать и воздавать им почитательное поклонение (τιμητικὴν προσκύνησιν), но, безусловно, не то сообразное с нашей верой истинное служение (λατρεία), которое приличествует одной Божественной природе». И Сам Бог сказал: Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи (Втор. 6:13; Мф. 4:10; Лк. 4:8).

Видишь, что поклонение Он позволил воздавать и другому, а служение никому не уступил, но позволил воздавать его только Себе Самому. Анастасий Феопольский прекрасно истолковал это изречение: если говорится о служении кому бы то ни было, то имеется в виду служение применительно к обстоятельствам, а не в собственном смысле, и означает оно только почитание. Так, в одном тропаре говорится о Василии: «О Василие мудре и служителю (λάτρις) Богородицы». {Светилен из службы свт. Василию Великому.} (Поэтому и поклонение Божественным Тайнам после пресуществления, поскольку оно служебное (λατρευτική), подобает совершать отлично от поклонения им прежде пресуществления, т. е. с рабским, земным припаданием.)

Безотносительным поклонение иконе бывает тогда, когда кто-либо поклоняется только изображаемому на иконе, а не иконе и изображаемому вместе. Однако это поклонение не воздается святым иконам, поскольку таким образом и многое другое может стать иконами, которым не поклоняются потому, что они воспринимаются лишь как напоминание о чем-либо (например, все творения можно считать иконами Творца).

Святым иконам воздается главным образом соотносительное поклонение, которое находится между служебным и безотносительным. Оно называется соотносительным потому, что икона именуется так не сама по себе и не безусловно, а в отношении к чему-либо и относительно, ибо икона (εἰκών) есть икона изображаемого (εἰκονιζομένου). Поэтому ради того отношения, которое икона имеет к изображаемому, т. е. по подобию ипостаси и по надписанному имени, ее почитают вместе с изображаемым и поклоняются им единым поклонением, но поклонением, вызванным тем, что икона и изображаемое носят одно имя, и поклонением соотносительным, а не тождественным во всех отношениях, как говорит Феодор Студит в послании к Афанасию. {Theod. Studit. Ep. II, 85 // PG 99, 1329A.} Ибо изображаемому Христу мы поклоняемся, как мы сказали, служебным поклонением, а Его иконе – соотносительным, ради связи с Ним. Подобно и самим святым и их мощам мы поклоняемся рабским поклонением, как служителям и рабам Христовым ради их усвоения Христу. А их иконам мы поклоняемся соотносительным поклонением ради той связи, которую они имеют со святыми из-за подобия их ипостаси и надписанного имени, как определил вышеупомянутый Собор, бывший при Николае. Равным образом и Самой Богородице мы поклоняемся с почитанием, превосходящим рабское, как Пресвятой Матери Божией, а Ее иконе – с соотносительным почитанием (см. также: Досифей. Двенадцатикнижие. С. 655).

Однако заметь: хотя в 4-м деянии настоящего Собора (Синодикон. Т. 2. С. 780) и говорится, что честные иконы имеют одинаковое значение с Евангелием и честным Крестом, а именно потому, что всем им воздается соотносительное поклонение, – но несмотря на все это по чину поклонения сначала поклоняются святому Евангелию (может быть, потому, что, как говорит Златоуст, сказанное святыми есть образ их душ {Ioan. Chrysost. Hom. in Ps. 145. 2 // PG 55, 521.} (Синодикон. Т. 2. С. 852; 6-е деяние VII Всел.), и, соответственно, слова святого Евангелия – это образы души и сердца Господа, поэтому они занимают первое место), потом Кресту, потом иконе Христа, иконе Богородицы и затем иконам святых, как это видно в упомянутом деянии (с. 779) из слова св. Максима. И проще говоря, чину и достоинству первообразов соответствует и чин поклонения их иконам.

Святым иконам поклоняются не ради их вещества, но ради их подобия изображаемому. Поэтому отцы настоящего Собора в частных собеседованиях сказали, что, когда деревянный Крест разрушится, его сжигают, и когда краски и изображение на иконах совершенно испортятся, доску сжигают, как ненужное дерево. Однако некоторые из благоговения их погребают.

Святые иконы не нуждаются в помазании святым миром или освящении молитвами архиерея.

Первая причина. Мы поклоняемся святым иконам не потому, что они помазаны миром или освящены молитвами. Когда мы видим святую икону, то сразу, совершенно не расспрашивая о мире и молитвах, воздаем ей поклонение ради имени святого и ради подобия, которое икона имеет с первообразом. Поэтому в 6-м деянии настоящего Собора говорится, что Собор иконоборцев при Копрониме порицал святые иконы, утверждая, что когда их начинают называть иконами, то не произносят при этом священной молитвы, которая освящала бы их так, чтобы от этого икона из простой вещи стала святыней, но она так и остается вещью простой и не заслуживающей почитания, какой ее и написал живописец. Ответив на это через диакона Епифания, святой VII Собор не стал говорить, что над иконами совершается молитва, но сказал, что хотя над многими священными предметами не читается священная молитва, они исполнены благодати и освящения от одного своего названия, например почитаемый и поклоняемый образ животворящего Креста. Несмотря на то, что над ним не бывает никакой молитвы, мы верим, что получаем освящение от одного только его образа и надеемся, что через поклонение, которое ему воздаем, и его знамение на нашем челе, и его печать, совершаемую перстом на воздухе, мы отгоняем демонов. (Обрати внимание, что в древности знамение креста совершалось не тремя перстами, как сейчас, но одним, как говорит и Златоуст в одном своем слове; см. об этом также примеч. 3 к Василия Велик. 91). К подобным вещам относятся и многие священные сосуды, которые мы храним, лобызаем и надеемся получить от них освящение, даже несмотря на то, что над ними не читается священная молитва. Таким же образом, лобызая святую икону, над которой не была прочитана молитва, и почтительно поклоняясь ей, мы причащаемся освящения, будучи возводимы к чести первообраза через название иконы. Если же иконоборцы не могут сказать, будто священные сосуды не заслуживают почитания и суть простые предметы, поскольку нет освящающей их священной молитвы, и будто они суть таковы, какими их сделал ткач, живописец и золотых дел мастер, но принимают их как святые и почитаемые, то им следует принимать и честные иконы как святые, почитаемые и священные, даже если над ними и не произносят освящающей их молитвы (Синодикон. Т. 2. С. 844).

Вторая причина. Святые иконы не нуждаются в молитве и помазании миром потому, что, по Досифею (Двенадцатикнижие. С. 658), только папистам свойственно беззаконие освящать иконы через молитвы и обряды. Ибо они хвалятся, что папа изготавливает иконы из чистого воска, святого мира и воды освящения, что он читает над ними чудесные молитвы и оттого эти иконы чудотворят (как лгут и про то, что Лев III послал одну такую икону Карлу, королю Франции, и он принял ее с благоговением, а папа Урбан послал Иоанну Палеологу другую икону, и в ее честь в церкви совершались крестные ходы). Теперь видишь, что молитва, которая читается над святыми иконами, – папистская, а не православная, новейшая, а не древняя? Потому-то упомянутая молитва не находится нигде в древних рукописных Евхологиях, а мы заметили, что этой молитвы нет и в Евхологиях, напечатанных 100 лет назад. Становится ясным, что святые иконы не нуждаются в молитве и миропомазании, потому что иконы, написанные и на стенах церквей, в их притворах и дворах, и просто при дорогах и на дверях, и на священных сосудах, никогда не помазываются миром и не освящаются молитвой, но, несмотря на это, все поклоняются им соотносительным и почитательным поклонением ради их подобия первообразу. Поэтому и ученый, святой архиерей Кампании, господин Феофил, не скрыл эту истину, но написал в книге, которую составил совсем недавно, что святым иконам не нужно ни миропомазание, ни молитва архиерея. {Θεόφιλος, ἐπίσκοπος Κομπανίας. Ταμεῖον ὀρθοδοξίας περιέχον συνοπτικῶς καὶ διαλαμβάνον περὶ Θεοῦ, περὶ πίστεως, περὶ ἐξηγήσεως καὶ χρήσεως τῶν ἑπτὰ Μυστηρίων, δέκα Ἐντολῶν, καὶ τῶν ἀναγκαιοτέρων τῆς Ἱερᾶς Ἐκκλησίας ἐθίμων. Βενετία, 1780.}

Нужно заметить, что настоящий Собор в послании к Александрийской Церкви ублажает тех, которые знают и принимают, а следовательно, изображают и почитают видения пророков и явления им Бога так, как Сам Бог изобразил эти явления и запечатлел в их разуме. И напротив, Собор анафематствует тех, которые не принимают иконографических изображений таких видений Бога Слова прежде Его воплощения (Синодикон. Т. 2. С. 905). Можно сделать вывод о том, что и безначального Отца следует изображать так, как Он явился прор. Даниилу, т. е. как Ветхого денми). {См. Дан. 9:7.} Если же папа Григорий в послании к Льву Исавру (Синодикон. Т. 2. С. 712) и пишет, что мы не описываем Отца Господа нашего Иисуса Христа, то говорит это не в общем, но потому, что мы не изображаем Его живописно по Божественной природе, поскольку невозможно, говорит папа Григорий, описать и с помощью живописи изобразить природу Бога. Это именно и утверждает настоящий Собор и вся Кафолическая Церковь, и вовсе не то имеет в виду папа Григорий, что мы не изображаем Бога Отца так, как Он явился пророку. Ибо если бы мы совершенно не изображали Его с помощью живописи, то почему мы изображаем как Отца, так и Духа Святого в виде ангелов, молодых мужей, в образе которых они явились Аврааму? Кроме того, если даже, возможно, Григорий и говорит это, то мнение одного многочисленного Вселенского собора предпочитается мнению одного человека. Мы утверждаем, что и Святого Духа подобает живописать в виде голубя, как Он явился. Поскольку некий перс, по имени Ксенайас, говорил кроме прочего и то, что изображать Духа Святого так, как он явился – в виде голубя, – свойственно младенческой мысли, то святой Вселенский VII собор (Синодикон. Т. 2. С. 819. Деяние 5) анафематствовал его вместе с другими иконоборцами. Из этого следует, что, согласно VII Собору, подобает изображать Святого Духа в виде голубя так, как Он явился; это же самое утверждает и Досифей (Двенадцатикнижие. С. 655).

Мудрейший Платон, архиеп. Московии, в своем «Православном катехизисе» замечает в объяснении на вторую заповедь десятословия, что не следует считать одну икону более святой, чем другая, или надеяться на одну больше, чем на другую. А Досифей (Двенадцатикнижие. С. 658) считает, что святые иконы чудотворят или потому, что были написаны каким-либо святым (но большинство с этим не соглашается), или по другой причине (может быть, ради благочестия поклоняющихся) и по Божественному домостроительству; и еще: то, что православные выдалбливают отверстия в святых иконах или делают углубления в золоте или серебре на иконе и внутрь помещают частицу Честного Древа и святых мощей и чтут их вместе с иконами, – это не возбраняется.

Нам подобает поклоняться святым иконам с трепетом и верить, что на них сходит Божественная благодать, которая, по Властарю, передает нам освящение. Но нужно, чтобы мы, храня чистыми наши пять чувств, стали достойными поклоняться иконам и так поклонялись им, по 6-му деянию этого VII Собора. А те, кто держит иконы только для размышления, а не для того, чтобы и лобызать их, суть люди испорченные и притворно правдивые, согласно тому же 6-му деянию этого Собора.

По шести некоторым причинам делаются изображения на святых иконах и воздается им поклонение. Первая: потому что они благоустрояют и украшают храмы. Вторая: потому что научают не знающих грамоты пророчествам пророков, браням преподобных, подвигам мучеников, страстям и чудесам Христа, по словам св. Нила {Nil. Ep. IV, 61 // PG 79, 577D.} в 4-м деянии VII Всел. {Синодикон. Т. 2. С. 778–779.} Третья: потому что иконы напоминают грамотным то, что они, возможно, забыли. Поэтому иконы называются книгами для мудрых и невежд, как говорит Двоеслов в книге к Секунду. Четвертая: потому что усиливают любовь христиан, взирающих на них. Поэтому Собор сказал, что те, которые созерцают иконы, возводятся к памяти о первообразах и любви к ним. Пятая: потому что иконы побуждают тех, кто их созерцает, подражать святым делам, согласно св. Нилу, Великому Василию (в похвальном слове мч. Гордию) {Basil. Маgn. Hom. 18. 1 // PG 31, 492А.} и этому VII Собору. Шестая: потому что иконы побуждают созерцающих их с верой и надеждой призывать Бога как Спасителя, а святых как ходатаев пред Богом, чтобы «их молитвами Он дал тем, кто просит, „вся, яже ко спасению прошения“». Иконоборцами же были не только приверженцы царей-иконоборцев, но и ариане прежде, и все монофизиты позднее, а сейчас это все лютеране и кальвинисты.

Из сказанного становится ясно, что неправильно латиняне не надписывают имена святых на иконах, поскольку, по определению настоящего Собора, икона подобна первообразу, а кроме того, и освящается как характерными чертами изображаемого, так и его именем. A божественный Григорий Фессалоникийский говорит, что следует надписывать имя Иисуса Христа также и на тех крестах без росписи, которые устанавливаются на дорогах, или на дверях, или в других местах, для того чтобы из имени становилось ясно, что эти кресты – Христа, а не разбойников, распятых вместе с Ним.

К настоящему примечанию необходимо нам добавить следующее: тех, которые приносят святые иконы на празднества и торжества в честь каких-либо святых, носятся с ними здесь и там, производя беспорядок и прыгая, словно бесноватые, якобы предсказывают будущее и объявляют о вещах сокровенных и произносят другие лжепророчества и прорицания, вновь вводя еллинские и языческие суеверия, – таковых, говорю, духовники и святые архиереи должны подвергать тягчайшей епитимии в соответствии с правилами, и Святая Великая Церковь Христова должна исправлять их суровыми наказаниями.

A то, что Дух Святой изображается в виде голубя, доказывается еще и из следующего: отцы этого Собора приняли как образ Святого Духа голубей, которых вешают над купелями и престолами (деяние 5, с. 820). Насчет же того, что гласит Священная труба (в похвальном слове трем иерархам) – что не подобает изображать Отца, согласно 4, 5 и 6-му деянию VII Всел., – мы, пытливо прочитав эти деяния, не нашли ничего подобного, за исключением того, что природа Святой Троицы, как не имеющая внешнего очертания и невидимая, не изображается.

Нам следует знать, что нерасписанный крест меньше иконы Христа. Ибо св. Никифор говорит (в 10 главах, в которых он пишет о святых иконах и которые сохранились в рукописях), что через икону Христа мы поклоняемся Самому Христу, а через нерасписанный крест мы поклоняемся не Христу, но тому первообразному Кресту, на котором был распят Христос. Иначе говоря, через крест мы поклоняемся Кресту.

И вот что еще здесь отметим: поскольку этот святой Вселенский собор во многих местах говорит, что явленное в Писании и Евангелии с помощью слов живописец представляет с помощью икон, то по этой причине живописцам следует быть весьма внимательными и прежде всего знать, что говорит Писание и Евангелие, и тогда писать свои иконы в соответствии с Евангелием и Писанием. Или, если они сами не знают, пусть вопрошают сведущих и наученных, для того чтобы научиться и не изображать нелепиц, которые часто противны Евангелию и совершенно неуместны. Например, изображают Господа, когда Он учит в Преполовение Пятидесятницы, безбородым юным отроком, в то время как Господь тогда был зрелым мужем и это произошло после крещения. Изображают ап. Павла во время Вознесения и Пятидесятницы, в то время как Павел стал учеником Христа после Вознесения и Пятидесятницы и побиения Стефана камнями. Изображают воскресение Христово, но не так, что Христос исходит из гроба, воины находятся вокруг гроба и несут стражу, а ангел сидит на камне – как повествует Евангелие, – но так, что Христос сходит в ад, Адам и Ева держат Его за руки, врата и запоры ада сокрушаются, и там находится множество мрачных демонов и все праотцы и пророки. Это не икона Воскресения, но икона Сошествия Господа во ад. А между воскресением и сошествием во ад великое различие, ибо при сошествии во ад душа Спасителя была отделена от тела и только одна душа сошла в ад, а тело лежало мертвым во гробе. Во время же воскресения душа вновь соединилась с телом – это и есть воскресение.

Кроме того, не следует изображать на иконе Пятидесятницы под апостолами какого-то человека и подписывать, что это мир (κόσμος), но вместо этого нужно изображать прор. Иоиля, говорящего: Изолью от Духа Моего на всякую плоть (Иоил. 2:28), как видим на некоторых древних иконах.

Это и другое, столь же нелепое, изображают живописцы по невежеству и дурному обычаю, и пусть они это исправят, стараясь к тому же стать искусными и хорошими мастерами и живописцами, чтобы иконы, которые они пишут, имели подобие с первообразом, как возвещает этот святой Собор, и не были какими-то странными и не имеющими подобия.

388

1 Пет. 1:12.

389

Здесь обрати внимание на то, насколько священны и досточтимы божественные правила, потому что теми же самыми названиями и именами, которыми возвеличивается богодухновенное и Святое Писание, этот святой Собор возвеличивает и божественные правила, называя их свидетельствами, руководством и тому подобными наименованиями.

390

Поэтому и Фотий (тит. 1, гл. 2) говорит, что 3-е постановление 2-го тит. «Новелл» утверждает: правила семи Соборов и их догматы имеют такую же силу, как Божественное Писание.

391

Отметь, что настоящий Вселенский собор утверждает писания Дионисия Ареопагита как достоверные и заграждает уста тем, кто называет их подложными или сомнительными. Приведенное изречение взято из 1-й гл. книги «О церковной иерархии», {Dion. Areop. De eccl. hierarch. I, 1. 4 // PG 3, 376B.} – подобно тому как и то изречение о Петре, которое упоминает следующее, 4-е, правило этого же Собора: «Петр, верховный глава апостолов», – есть выражение того же Дионисия, взятое из 3-й гл. книги «О Божественных именах». {Idem. De divin. nomin. III, 1. 2 // PG 3, 681D.} И это именно те две книги, из которых в наибольшей степени получают пищу для пререканий неправо клевещущие на писания Дионисия. К тому же не только настоящий Собор, но и VI Вселенский утверждает (деяние 6) писания Дионисия, в которых он упоминает о богомужном действии, – поскольку Собор заимствовал это выражение из 4-го послания этого святого к Гаию. {Idem. Ep. 4 // PG 3, 1072C.}

Упоминал о Дионисии и Собор, состоявшийся при папе Мартине в Риме против монофелитов, и Софроний на Соборе в Иерусалиме; Андрей Критский перефразирует сказанное в 3-й гл. книги «О Божественных именах», где упоминается об Успении Богородицы, {Idem. De divin. nomin. III, 1. 2 // PG 3, 681CD.} и божественный Максим толкует Дионисия, и Дамаскин упоминает о нем в кн. 1, гл. 12 «Точного изложения православной веры», {Ioan. Damasc. De fide orth. I, 12 // PG 94, 844C.} и папа Агафон в 15-м послании к царю Константину. Если же древние святые не упоминали о писаниях Дионисия, то они, согласно Корессию, поступали так потому, что желали доказывать свои слова только с помощью свидетельств Священного Писания. Вместе с тем даже иезуиты Петр Лансселий и Кордерий доказывают, что сказанное Григорием Богословом в слове на Рождество Христово: «О чем другой некто прекрасно и весьма высоко любомудрствовал прежде нас», {Greg. Nazianz. Or. 38. 8 // PG 36, 320C.} сказано о Дионисии Ареопагите, поскольку он толковал гимн серафимов и жил раньше Григория, а не об Афанасии, как утверждает Никита, поскольку Афанасий жил в то же время, что и Григорий, а не прежде него.

Мы могли бы привести здесь отговорки противоречащих и показать, что они неправильны, однако сочли это излишним, потому что довольно двух Вселенских соборов (и двух Поместных) и столь многих святых против многих тысяч тех, кто противоречит.

392

И 123-я новелла Юстиниана повелевает, чтобы тот, кто должен стать архиереем, три месяца изучал Божественное Писание и священные правила; а тот, кто был рукоположен не таким образом, да будет извержен, и рукоположивший его да будет запрещен в служении, поскольку постыдно и нелепо, чтобы после хиротонии учился тот, кто сам должен учить других. Смотри также с. 440 «Греко-римского права», где сказано, что после Символа веры каждый епископ во время своей хиротонии возглашает еще и следующее: «Кроме того принимаю семь святых Вселенских соборов, которые были собраны ради охранения священных догматов, и обещаю любить и хранить правила, определенные ими, и святые постановления, которые были изложены священными нашими отцами по различным поводам и в разное время. Всех тех, кого они принимают, принимаю, и от тех, от кого они отвращаются, отвращаюсь».

393

См. Пс. 140:4.

394

В других источниках – «собственного пристрастия» (ἰδίαν ἐμπάθειαν).

395

Об этих словах Павел говорит в Деяниях, что их сказал Господь. А некий Евфалий, еп. Сулкийский, современник Афанасия Великого, говорит, что Павел взял эти слова из «Апостольских постановлений». {Euthal. Diac. Editio Act. Apost. // PG 85, 644D.} Они находятся в гл. 3 кн. 4 «Апостольских постановлений», но и там написано, что их сказал Господь. {PG 1, 808D–809A.} Смотри также предисловие к этим постановлениям.

396

Т. е. дал золото.

397

Митрофан Смирнский, толкуя Соборные послания (в которых ап. Иоанн говорит, что есть грех к смерти и есть грех не к смерти), {1 Ин. 5:16–17.} говорит, что грех к смерти – это всякий грех, за который ветхий закон наказывал смертью. Такими грехами были богохульство, преднамеренное убийство, скотоложство, прелюбодеяние и пр. Грехом же не к смерти является грех, наказанием за который не была смерть, например, невольное убийство и пр. Анастасий же Синаит (вопрос 54) говорит, что грех к смерти есть грех, совершенный сознательно, а грех не к смерти – совершенный в неведении. И богохульство есть грех к смерти, равно как и сознательный великий грех, такой как убийство, прелюбодеяние и т. д., поскольку все они убивают душу. {Anast. Sinait. Respons. 54 // PG 89, 616C–617A.} А настоящий Собор называет грехом к смерти грех неисправленный и нераскаянный. Согласно с настоящим Собором говорит и Икумений, что грех к смерти – это грех, который не уврачеван исправлением согрешившего, как грех Иуды и памятозлобных, о которых сказано: Пути же злопамятных к смерти (Притч. 12:28). {Oecum. Comment. in I Ep. Ioan. 7 // PG 119, 681D.}

Смотри также примеч. к 3-й гл. книги «Руководство для духовника», которая милостью Христовой недавно издана. {Речь идет o книге прп. Никодима «Эксомологитарий».}

398

О неписанных преданиях смотри правила Василия Велик. 91 и 92.

399

Термин ἐγκαίνια (обновление) первоначально использовался для обозначения особого чина, который ежегодно совершался в каждом храме в день его освящения. Позднее с этим чином было соединено торжественное перенесение мощей и положение их в уже освященном храме (в доиконоборческую эпоху храмы могли освящать и без положения в них под престолом мученических мощей). Постепенно в послеиконоборческую эпоху, с утверждением традиции освящать храмы только с положением в них святых мощей, термин «обновление» стал все больше ассоциироваться только с чином освящения храма. Так называемый чин обновления стал составной частью чина освящения.

400

Мученические мощи полагаются в основание храма, согласно установлению древнего Евхология, следующим образом. После священнодействия освящения храма архиерей берет три частицы мученических мощей, вкладывает их в ковчежец и, возлив на мощи святое миро, закрывает его. И если святая трапеза стоит на столпах, этот ковчежец архиерей сокрывает в полу под теми столпами, которые обращены к востоку. (Некоторые высказывают мнение о том, что ради большего благочестия подобает скрывать ковчежец с мученическими мощами не в полу, а в одном из восточных столпов, в том случае если частицы мощей малы; если же частицы большие, их скрывают в полу.) Если же святая трапеза водружена только на одном столпе, ковчежец помещают в середину этого столпа, а поверх его полагают святую трапезу. {Т. е. так называемую престольную доску.}

Четыре тонкости достойны внимания в настоящем примечании об обновлении:

Первое. Согласно чинопоследованию и установлению Евхология, освящение любого храма должно совершаться архиереем. Поэтому, если во многих местах архиереи позволяют другим совершать освящение храмов – как и в Московии архиереи позволяют освящать божественные храмы архимандритам, – то это, как я утверждаю, противоречит чинопоследованию Евхология. Во всех местах и в Евхологии, и в творениях Симеона Фессалоникийского, где упоминается об освящении, назван архиерей, а не иерей. {Sym. Thessal. De sacro templo // PG 155, 305–361A.} Малое же освящение (μικρὰ ἐγκαίνια) не упоминается в Евхологии, а также и в Московии не знают о нем. Очевидно, это чин более позднего происхождения. {Неизвестно, что подразумевает здесь прп. Никодим под малым освящением. В современной практике РПЦ чинами малого освящения храма принято называть чины, совершаемые при необходимости возобновить богослужения в храме некогда освященном, но по какой-либо причине подвергшемся осквернению.}

Второе. Мощи, которые будут положены в храме, должны принадлежать мученикам, а не преподобным или иерархам. Поэтому похвален обычай, который соблюдается в Московии: мощи мучеников там хранятся в архиепископии, и, когда необходимо освятить храм, их берет оттуда только архиерей, чтобы не произошло ошибки и вместо мученических мощей не были сокрыты или простые мощи, или мощи другого святого, а не мученика. Некоторые же требуют, чтобы для этого использовались мощи и преподобномучеников, и священномучеников, однако Евхологий об этом не говорит.

Третье. Эти мученические мощи должны быть скрыты под святой трапезой, а не в другой части храма, чтобы исполнилось изречение: «Мучеников божественный лик – основание Церкви», как указано в службе обновлению. А те, которые полагают мощи в другой части храма, совершают великий грех.

Четвертое и последнее. При любом освящении храма, большого или малого, необходимо и непременно следует помещать мощи мучеников под святой трапезой. Поэтому те архиереи, которые совершают великое освящение, или те архиереи и иереи, которые совершат так называемое малое и сокращенное чинопоследование освящения без положения мученических мощей, должны быть извергнуты, по определению настоящего правила. Ведь неотъемлемой составной и отличительной частью освящения храма является положение в нем святых мощей, и без этого освящение невозможно.

А антиминсы, поскольку обладают освящающей силой, которую им подает освящение храма и совершение молитв при освящении, а кроме того, семидневное совершение литургии на трапезе освященного храма, заменяют освященную святую трапезу. Поэтому их беспрепятственно и передают туда, где возникает в них необходимость, и на них не делают надпись только для того прихода, в котором они были освящены, как не надписывается святое миро и другие святыни. Антиминсы кладут на те престолы, которые не были освящены, согласно 1-му ответу Петра и патр. Мануила Харитопула (Греко-римское право. С. 239). Ведь, согласно Вальсамону, они способны заменить освящение и отверзение (т. е. отверзение дверей храма: когда совершается освящение храма, то двери отверзаются при пении Возьмите, врата, князи ваша {Пс. 23:7.} и т. д.).

Однако для того, чтобы освятить трапезу, недостаточно всех прочих священных обрядов, {Т. е. омовения, помазания и облачения престола в священные пелены.} если не будут под ней положены мученические мощи. Так и для заменяющих трапезу антиминсов (для того чтобы они истинно и точно заменяли освященную трапезу), недостаточно только священных обрядов над ними при освящении храма, если в антиминсы не будут вшиты также мученические мощи. Поэтому и установление Евхология об освящении антиминсов учит, что они освящаются через мощи мучеников. Так и в Московии антиминсы никогда не используются без святых мощей, как мы уже сказали ранее в примеч. к VI Всел. 31.

Обрати внимание и на следующее: по словам Иоанна Китрского, вне освящения нового храма каким-то иным образом антиминсы совершенно не освящаются (Греко-римское право. С. 331). Однако Симеон Фессалоникийский (гл. 127, с. 226) говорит: если есть нужда в антиминсах, то и без освящения храма антиминсы расстилаются на священной трапезе и совершается чин их освящения (подобно и в Евхологии чин освящения антиминсов приводится отдельно от чина освящения храма). Святой Симеон говорит еще и о том, что к антиминсам нужно пришивать два равных им по величине полотнища. Одно – подобно срачице, как бывает срачица и на святой трапезе, во образ плащаницы; другое – подобно трапезофору, {Т. е. индития.} в честь того что антиминс будет престолом Божиим. К середине антиминса пришивают также илитон. {Sym. Thessal. De sacro templo 127 // PG 155, 333BC.} Нужно также вшить в антиминс и частицы мощей в небольшом льняном мешочке и совершить над антиминсами без изменений все то, что совершается и над божественной освящаемой трапезой. Этот же святой добавляет (там же), что чин этого освящения совершается исключительно архиереем, но в случае необходимости может быть совершен и благочестивым и опытным иереем, с позволения архиерея.

А Вальсамон говорит, что архиерей должен служить не в неосвященном (ἀνενθρονίαστον) храме, а в освященном (ἐνθρονιασμένον), поскольку в таком храме есть кафедра (θρόνος), на которую архиерей должен воссесть при чтении апостола. Когда один архиерей во времена патриарха Луки совершил служение в таком храме, некоторые говорили, что он должен быть извержен. А господин Лука определил, чтобы он понес другое наказание, какое сочтет необходимым Собор. Иоанн Китрский в своем 9-м правиле говорит, что в той освященной церкви, где есть мученические мощи, не следует погребать мертвых. To же говорит и Вальсамон в 38-м ответе (Греко-римское право. С. 382).

401

Сократ в кн. 7 своей «Истории» повествует, что один еврей, принимая личину благочестия, много раз крестился из корыстных соображений, так что нажил таким способом огромнейшее состояние. Переходя из ереси в ересь, он пришел наконец к Павлу, епископу новацианскому, в Константинополь, притворяясь, будто желает поистине и совершенно стать христианином. Когда в купель была налита необходимая для таинства вода и еврей вошел в нее для крещения, – о чудо! – купель высохла. Присутствовавшие удивились случившемуся и, заткнув все отверстия, которые были сколько-нибудь подозрительны, вновь наполнили купель. А когда еврей опять вошел, вода тут же без следа исчезла, и все изумились. {Socr. Schol. Hist. eccl. VII, 17 // PG 67, 772C–773A.} Очевидно, что это чудо произошло или из-за лицемерной веры, с которой шаткий расположением еврей искал крещения, – и, следовательно, оно учит архиереев и иереев принимать еврея в православие не с легкостью, но по прошествии времени и со многим испытанием, – или из-за того, что крещение беззаконно повторялось.

402

Другой вариант интерпретации текста, встречающийся в старых переводах, – «в том, что состоит на службе у так называемых вельмож». – Ред.

403

«Принадлежащего Богу», как в иных источниках.

404

Причина, по которой настоящее правило требует, чтобы церковное или монастырское имущество продавалось не правителям, а клирикам или земледельцам, заключается, как мне кажется, в следующем: это имущество посвящено Богу, а посвященное и священное называют также принадлежащим беднякам. Итак, поскольку оно священное, его должно отдавать лицам священным и посвященным Богу, каковы суть клирики, а поскольку оно принадлежит бедным – беднякам, каковы суть земледельцы. Поэтому такая передача сообразна с лицом принимающих; и наоборот, если бы это имущество отдавали правителям, это было бы совершенно неуместно, ибо они не священные и не бедняки.

Возможно, правило для того повелевает продавать имущество земледельцам и беднякам, чтобы Церковь могла купить его у них обратно, если впоследствии найдет для этого средства, чего она не смогла бы сделать легко, если бы продала его богатым. Заметь также, что по законам и по мнению Властаря, в собственном смысле отчуждением называется передача другому владельцу и хозяину какого-либо недвижимого или движимого имущества, совершаемая посредством или дарения, или продажи, или многолетней аренды, или обмена или иным подобным способом, иначе говоря, когда имущество полностью отчуждается и отдается другому. А отдача в аренду – это когда какое-либо имущество отдается кому-либо не окончательно и не навсегда, а на время. Однако в несобственном смысле и отдача называется отчуждением, и, наоборот, отчуждение – отдачей, как и это правило употребило понятия отдачи и отчуждения во втором смысле, несобственном. Хотя настоящее правило и говорит, чтобы монастырское и церковное имущество не отчуждалось, но 120-я новелла Юстиниана определяет продавать даже и доходные имения, составляющие недвижимое имущество церквей и монастырей, когда возникнет необходимость дать деньги на освобождение православных пленных.

Смотри также примеч. к Апост. 72 и IV Всел. 24.

405

Правило св. Никифора 6 позволяет такому игумену-пресвитеру производить также иподиакона. А божественные законы православных императоров, восполняя в этом вопросе священные правила, прибавляют и то, как должно поставлять игумена: епископ должен производить игумена в монастыри не по сану, но согласно избранию либо всех монахов, либо самых добродетельных из них, которые должны объявить со всей ответственностью, что выбирают его не по дружбе или в благодарность, а из-за того, что находят его православным, благоразумным и способным хорошо руководить монахами и монастырем. Точно так же следует поступать и в отношении игуменьи в женских монастырях.

406

Евр. 12:15.

407

Мф. 11:8.

408

Steph. diac. Vita Steph. Junior. // PG 100, 1112A.

409

Суетность (περπέρεια) в собственном смысле – это всякое напрасное и несвоевременное дело. Это слово происходит от Перперов, братьев Кекропидов, которые напрасно и несвоевременно трудились из любви к недостойным лицам (Досифей. Двенадцатикнижие. С. 514). Поэтому и апостол сказал: Любовь не превозносится (οὐ περπερεύεται), {См. 1 Кор. 13:4.} т. е. не делает ничего напрасно. Однако если брать слово ἡ περπέρεια в более широком смысле, то оно означает тщеславие и хвастовство.

410

PG 31, 1116C.

411

В самом деле, Писание запрещает соединять в одну ткань разнородные и отличающиеся друг от друга нити, а следовательно, и разноцветные, говоря: He надевай одежды, сделанной из разных веществ, из шерсти и льна вместе (Втор. 22:11). Толкуя это, божественный Исидор Пелусиот говорит, что Моисей требует не вплетать в льняную одежду пурпурные и багряные нити, чтобы побудить слушателей к любомудрию и изгнать из них всякое роскошество. Повелением не соединять в одну ткань шерсть и лен он запрещает разноцветную и пеструю одежду, а повелением не вплетать пурпурные и багряные нити в льняную одежду запрещает всякое излишество и украшение в одеждах. {Isid. Pel. Ep. III, 84 // PG 78, 789BC.} И если Бог запрещает это мирским иудеям, то тем более Он запрещает это христианам, а особенно Своим архиереям и иереям! Если же это запрещено архиереям, иереям и клирикам, то тем более запрещено монахам, отрекшимся от мира и всего его блеска! Поэтому поистине отвратительна одежда, которую сегодня носят некоторые монахи и которая настолько украшена, что подобного не найдешь и у мирян.

412

Поэтому и Василий Великий (Подвижнические уставы. Гл. 9) говорит, что тот подвижник и монах, который желает и стремится стать клириком и священнослужителем или стать игуменом и наставником других, болен диавольским недугом и преступлением любоначалия. {PG 31, 1369C.}

413

См. 1 Кор. 10:32.

414

Basil. Magn. Hom. 2. 4 // PG 31, 192A.

415

Я нашел заметку по поводу настоящего правила (которая, кажется, принадлежит Зонаре), объясняющую, почему правило IV Всел. 2 выносит решение о том, чтобы рукоположивший или произведший за деньги подвергался извержению, а это правило говорит: «Пусть либо прекратит, либо будет извержен». Итак, она разрешает недоумение и указывает, что правило IV Собора говорит о рукополагающих за деньги, а настоящее правило не о рукополагающих, a о принимающих в клир, иными словами, о зачисляющих за деньги в клир какой-либо церкви тех, которые уже являются рукоположенными и клириками, поэтому оно и назначило более легкую епитимию. Правильность такого разъяснения подтверждается еще и текстом правила, где говорится, что сделавший это, если он из священного списка, да будет извержен. А простой иерей не рукополагает никакого клирика. Смотри также, что, согласно этому правилу, должно изгонять из своих монастырей и тех игуменов и настоятелей киновий, которые в наши дни требуют, чтобы у поступающих к ним были деньги, и принимают их за деньги, а без денег в монастырь не берут.

416

Из настоящего правила явствует, что игуменом монастыря может стать и непосвященный монах, однако рассудительный, благоразумный и достойный игуменства.

417

Поэтому и 2-е постановление 1-го тит. «Новелл» определяет: если монах покинет монастырь и поступит в другой, его имущество должно оставаться в первом монастыре. И 38-е постановление 3-го тит. 1-й кн. «Кодекса» говорит, чтобы покидающие свои монастыри не забирали движимого имущества, которое принесли в них, каким бы оно ни было по количеству, и даже если не было составлено никакого документа о его посвящении (Фотий. Номоканон. Тит. 11, гл. 4); также и недвижимое имущество, посвященное кем-либо, должно оставаться за монастырем, поскольку и земля, посвященная Ананией и Сапфирой Богу, тоже была недвижимым имуществом, однако из-за кражи, которую они совершили, утаив из ее цены, они были преданы ужасной смерти (Деян. 5).

418

Однако он не может пользоваться им сам, ибо оно уже посвящено Богу, но должен вновь посвятить его другому монастырю.

419

В других источниках добавлено еще и это: «И скоро удаляется».

420

Тот же Василий Великий (в правиле 33 из пространно изложенных) говорит, что когда монахам нужно поговорить с монахинями, должно выбирать и лиц, которые будут вести разговор, и время, и подходящее место, и потребность, так чтобы все было скромно и вне всякого подозрения. Итак, лица, которые должны вести разговор, со стороны монахов должны быть старшие, скромные, благоговейные и обладающие рассуждением для того, чтобы вопрошать и отвечать, а со стороны монахинь также должны быть самые старшие и рассудительные. Когда же они ведут разговор, должны находиться рядом двое или даже трое как со стороны монахов, так и со стороны монахинь. Ибо лучше двое, чем один, {Еккл. 4:9.} и достойны большего доверия; одно же лицо как с той, так и с другой стороны да не вступает в разговор – и по причине опасности вызвать подозрение, и по причине того, что не может достоверно подтвердить сказанное. Если же другим братьям нужно поговорить с какой-нибудь монахиней, пусть не вступают в разговор непосредственно сами, но передадут то, что хотят сказать, через посредничество старших и избранных монахов избранным старшим монахиням, а те, в свою очередь, пусть передают это тем сестрам, с которыми они искали разговора. Также и те монахи, которые приносят монахиням необходимое для жизни и оказывают услуги, должны быть испытанными, скромными и преклонного возраста, так чтобы ни у кого не вызвать дурного подозрения. {Basil. Magn. Ascet. (fus.) 33. 2 // PG 31, 997C–1000A.} To же самое определяет и 220-е правило из кратко изложенных. {PG 31, 1228BD.} А 181-е правило определяет, что если два монастыря располагаются близко по соседству и один бедный, а другой имеет средства, должно, чтобы имеющий средства к существованию помог бедному, потому что по заповеди нужно и душу за других полагать. {См. 1 Ин. 3:16.} Но если бедным и не помогают, нужно долготерпеть и, подражая Лазарю, радоваться, уповая на утешение и радость, ожидающие их ради этой бедности в будущем веке. {PG 31, 1204В.}

Согласно с тем, что Василий Великий сказал выше о старших монахах, которые должны помогать монахиням, определяет и св. Никифор. Так, в 22-м правиле он говорит, что если монах-пресвитер, т. е. иеромонах, молодой по летам, служит монахиням, никто не должен причащаться у него Святых Таин – вероятно, чтобы тем самым пристыдить его и исправить.

Смотри также три правила Иоанна Постника, находящиеся далее, и примеч. к тому же 22-му правилу Никифора Исповедника.

421

Так приводит это изречение по тому же вопросу и Василий Великий в слове «О девстве». {Basil. Маgn. De virgin. 43 // PG 30, 756С.}

422

Императорские законы определяют еще и то, что родители не только не могут забирать из монастырей своих детей, избравших монашескую жизнь, но и обязаны выдавать наследство, которое им причитается, даже если на них лежала какая-то вина (т. е. обвинение) до их вступления в монашество.

Прочти также свидетельство Златоуста в примеч. к Гангр. 16.

423

Настоящее правило изложено неопределенно, поскольку в нем не названы причины, по которым можно уйти из монастыря. Поэтому мы, по мере возможности исследовав этот вопрос, нашли следующие причины. Монах уходит из монастыря, если: 1) его игумен – еретик, согласно 17-му правилу Никифора Исповедника; 2) в монастырь входят женщины, согласно тому же правилу Никифора Исповедника; 3) в монастыре учатся мирские дети, поскольку через них распространяется по миру молва о том, что происходит в монастыре, согласно тому же правилу Никифора Исповедника, – прибавь еще и происходящий от детей соблазн.

А Василий Великий (правило 36 из пространно изложенных) только по одной причине позволяет уходить кому-либо из своего монастыря, а именно: если монах получает душевный вред, о котором, говорит святитель, он должен сначала объявить перед теми, кто способен это исправить, а если они не исправят, тогда пусть уходит, уже не как от братьев, но как от чужих. Если же монах из-за непостоянства и легкомысленности своего намерения, а не из-за какого-либо вреда собирается уйти из монастыря, такому следует врачевать эту свою немощь и непостоянство пребыванием в своем монастыре, а если он не хочет таким образом получить исцеление, другой монастырь не должен его принимать. Другой уважительной причины для разлучения и ухода, добавляет тот же святой (кроме душевного вреда, о котором мы сказали), разум и учение отцов не одобряют. Если же для заповеди Господней братья идут каждый в свою сторону, то такие не разлучаются друг от друга, но исполняют домостроительство. {Basil. Magn. Ascet. (fus.) 36 // PG 31, 1008C–1009A.} Согласно с божественным Василием говорит и правило Николая Константинопол. 6, определяя, что если кто-нибудь терпит душевный вред, то должен рассказывать о наносимом ему вреде настоятелю, и если настоятель не устранит вреда, а опасность будет очевидной, пусть уходит из монастыря. И даже если игумен наложит на него запрещение, чтобы он не уходил, пусть не обращает внимания на это запрещение, но уходит.

Некоторые же указывают и на другую уважительную причину ухода: если случится, что насельник киновии, послушник, окажется достойным безмолвия. В таком случае с позволения игумена он может уйти, чтобы общаться с Богом один на один, согласно Иоанну Лествичнику (Слово о послушании). Однако должно обращать внимание на то, что не всякому подходит отшельничество и безмолвие.

Это все о добровольном уходе. Принудительно же изгоняют из монастыря и помещают в другой даже игумена, если намеревающихся стать монахами он принимает за деньги, согласно VII Всел. 19. И постриженного без восприемника отдают в другой монастырь, согласно Двукрат. 2, и постриженного без трехлетнего испытания, согласно Двукрат. 5. Кроме того, ради благоустройства и приведения в порядок других монастырей архиерей переводит добродетельных монахов, согласно Двукрат. 4.

424

Плач. 3:28.

425

В других источниках «богобоязненными», что представляется более правильным.

426

В других источниках прибавляется: «...только да будет это с благоговением», как и Зонара толкует.

427

Плач. 3:27–28.

428

См. Мф. 5:28.

Комментарии

1

Примечания в книге расположены следующим образом.

Цифры в квадратных скобках: [[1]], [[2]] и т. д. – отсылают читателя к примечаниям прп. Никодима, которые расположены непосредственно после текста правила, толкования или согласования. Все подстрочные ссылки и примечания в «Пидалионе» без пометы об их принадлежности составлены переводчиками. Пометой Ред. обозначены примечания редактора перевода.

Примечания переводчиков, которые встречаются непосредственно в примечаниях прп. Никодима выделены фигурными скобками {}, дабы не загромождать текст примечаниями в примечаниях...

Цитаты из книг Ветхого Завета, существующих в переводе П. А. Юнгерова, приводятся по этому переводу, прочие цитаты из Ветхого Завета переведены на русский язык заново. Новый Завет цитируется по синодальному переводу. В тех случаях, когда автор «Пидалиона» цитирует текст Писания точно или с небольшими отступлениями, цитаты выделены курсивом. Если же библейский текст в «Пидалионе» дается в пересказе или плотно вплетен в авторскую речь, в тексте перевода он не выделяется курсивом, имеется лишь указание на соответствующее место Священного Писания.

Все имеющиеся в греческом «Пидалионе» ссылки размещаются внутри текста, и там же они оставлены в переводе, их состав сохранен. Ссылки, добавленные при переводе (в основном на Патрологию Ж.-П. Миня) приводятся сокращенно в подстрочных примечаниях. Расшифровка сокращений и список переводов на русский язык помещены в конце 4-го тома.

Подробнее о переводе см. в Первом томе Пидалиона в разделе «От переводчиков». Прим. fblib.com

2

В данной электронной книге это 17-е примечание. Прим. fblib.com

3

В данной электронной книге это 143-е примечание. Прим. fblib.com

4

В данной электронной книге это 134-е примечание. Прим. fblib.com

5

В данной электронной книге это 251-е примечание. Прим. fblib.com

6

В данной электронной книге это 233-е примечание. Прим. fblib.com

7

В данной электронной книге это 69-е примечание. Прим. fblib.com

Content

Святогорец Никодим Пидалион. Правила Православной Церкви с толкованиями. Том 2. Правила Вселенских Соборов

О святом Вселенском Первом соборе

Предисловие

Правило 1

Правило 2

Правило 3

Правило 4

Правило 5

Правило 6

Правило 7

Правило 8

Правило 9

Правило 10

Правило 11

Правило 12

Правило 13

Правило 14

Правило 15

Правило 16

Правило 17

Правило 18

Правило 19

Правило 20

О святом Вселенском Втором соборе

Предисловие

Правило 1

Правило 2

Правило 3

Правило 4

Правило 5

Правило 6

Правило 7

О святом Вселенском Третьем соборе

Предисловие

Правило 1

Правило 2

Правило 3

Правило 4

Правило 5

Правило 6

Правило 7

Правило 8

Послание того же святого Вселенского Третьего собора к благочестивому Памфилийскому собору о Евстафии, бывшем их митрополите

О святом Вселенском Четвертом соборе

Предисловие

Правило 1

Правило 2

Правило 3

Правило 4

Правило 5

Правило 6

Правило 7

Правило 8

Правило 9

Правило 10

Правило 11

Правило 12

Правило 13

Правило 14

Правило 15

Правило 16

Правило 17

Правило 18

Правило 19

Правило 20

Правило 21

Правило 22

Правило 23

Правило 24

Правило 25

Правило 26

Правило 27

Правило 28

Правило 29

Правило 30

О святом Вселенском Пятом соборе

О святом Вселенском Шестом соборе

О святом Вселенском Пято-Шестом или, лучше сказать, Шестом соборе

Предисловие

Правило 1

Правило 2

Правило 3

Правило 4

Правило 5

Правило 6

Правило 7

Правило 8

Правило 9

Правило 10

Правило 11

Правило 12

Правило 13

Правило 14

Правило 15

Правило 16

Правило 17

Правило 18

Правило 19

Правило 20

Правило 21

Правило 22

Правило 23

Правило 24

Правило 25

Правило 26

Правило 27

Правило 28

Правило 29

Правило 30

Правило 31

Правило 32

Правило 33

Правило 34

Правило 35

Правило 36

Правило 37

Правило 38

Правило 39

Правило 40

Правило 41

Правило 42

Правило 43

Правило 44

Правило 45

Правило 46

Правило 47

Правило 48

Правило 49

Правило 50

Правило 51

Правило 52

Правило 53

Правило 54

Правило 55

Правило 56

Правило 57

Правило 58

Правило 59

Правило 60

Правило 61

Правило 62

Правило 63

Правило 64

Правило 65

Правило 66

Правило 67

Правило 68

Правило 69

Правило 70

Правило 71

Правило 72

Правило 73

Правило 74

Правило 75

Правило 76

Правило 77

Правило 78

Правило 79

Правило 80

Правило 81

Правило 82

Правило 83

Правило 84

Правило 85

Правило 86

Правило 87

Правило 88

Правило 89

Правило 90

Правило 91

Правило 92

Правило 93

Правило 94

Правило 95

Правило 96

Правило 97

Правило 98

Правило 99

Правило 100

Правило 101

Правило 102

О святом Вселенском Седьмом соборе

Предисловие

Правило 1

Правило 2

Правило 3

Правило 4

Правило 5

Правило 6

Правило 7

Правило 8

Правило 9

Правило 10

Правило 11

Правило 12

Правило 13

Правило 14

Правило 15

Правило 16

Правило 17

Правило 18

Правило 19

Правило 20

Правило 21

Правило 22

Примечания

Комментарии