Евгений Шелехов

Слезы бога

Слезы Бога

Евгений Шелехов

Пролог

«Мир». Именно таким было первое послание, которое люди осознанно направили в космос. Научный сотрудник РАН Олег Ржига вложил это емкое и многозначительное слово в радиосигнал, который 19 ноября 1962 года он отправил из Евпаторийского центра космической связи СССР в направлении Венеры. Ржига не стремился вступить в контакт с жителями Венеры и уж тем более призвать их к миру. Цель эксперимента была намного прозаичнее – получить отражённый от Венеры радиосигнал и тем самым продемонстрировать партийным деятелям и коллегам-ученым возможности нового планетарного радара. Можно было отправить любой бессодержательный радиосигнал, главное, чтобы он был на нужной частоте. Но осознание факта, что отправка такого сигнала происходит впервые в истории, требовала вложить в него что-то важное, что-то вечное. Вероятно, движимый теми же мотивами товарищ Ржига через пять дней повторил удавшийся эксперимент и отправил на Венеру новые послания: «Ленин» и «СССР».

Через двенадцать лет Фрэнк Дрейк и Карл Саган отправили новое послание, которое вошло в историю как послание Аресибо. В этот раз сигнал был намеренно адресован потенциальным братьям по разуму и содержал зашифрованные в числовом коде сведения о Солнечной системе, человеке и человечестве. Сигнал покинул Землю 16 ноября 1974 года и, устремляясь к созвездию Геркулеса, уже через семнадцать часов пересек гелиопаузу и вышел за границы Солнечной системы.

В отличие от экспериментов советских ученых, послание Аресибо не обошлось без критики. Некоторые считали, что отправка послания несет в себе угрозу для безопасности человечества. Ведь если принявшая его цивилизация обладает достаточными технологиями, чтобы добраться до источника сигнала, то уровень ее развития на порядки превосходит земную. А значит без труда сможет уничтожить либо поработить беспечных землян. Однако критики Сагана и Дрейка не учли три существенных фактора.

Во-первых, послание Аресибо достигнет своей цели в созвездии Геркулеса лишь через двадцать пять тысяч лет. К тому времени человечество, если доживет, и само может выйти на такой уровень технического развития, что будет способно не только отражать межзвездную агрессию, но и, что так свойственно людям, инициировать ее в отношении других.

Вторым фактором, о котором забыли критики, было радиовещание. Люди ввели радио в обширную эксплуатацию еще в двадцатых годах двадцатого века. С тех пор радио – и телевещание росло в геометрической прогрессии, а радио пузырь вокруг Земли непрерывно расширялся. Послание Аресибо было лишь каплей в море, далекой от его поверхности.

Наконец, ни Саган с Дрейком, ни их порицатели не могли в 1974 году знать, что подобная критика просто запоздала. Еще пол века назад ничтожный по космическим меркам – лишь несколько десятков километров в диметре – объект, который дрейфовал сквозь облако Оорта, стал регистрировать регулярно поступающие из центра Солнечной системы радиосигналы. Выйдя из спящего режима и изменив вектор своего движения, объект направился к их источнику и к моменту отправки сигнала Аресибо находился в районе Нептуна.

Глава 1

Руслан выехал через полтора часа после завершения ядерных ударов. Внедорожник, выделенный Смотровым, был оснащен двумя электрическими батареями с системой автономной подзарядки. Запаса хода должно хватить на две тысячи километров. Этого более чем достаточно, чтобы добраться домой. Приходилось бороться с желанием выжать из машины максимум, но холодный расчет вновь взял верх над эмоциями. Ралли среди ночи по незнакомым дорогам российской глубинки скорее приведет к потере автомобиля, поэтому он не позволял себе излишне давить на педаль. К тому же погода снова ухудшилась. Сильнейший встречный ветер, казалось, умышленно пытался затормозить его и почти горизонтально нес поваливший снег. Радовало лишь то, что ветер дул с запада, а значит, гнал московское радиоактивное облако на восток, а не на север к Дубне.

Руслан вел машину по маршруту, составленному Смотровым. Его путь был выведен красной ручкой на распечатанном куске карты и содержал детальные инструкции, как выехать из леса в нужном направлении и двигаться дальше в объезд Москвы и других крупных городов. На всякий случай Смотров даже выдал ему пистолет и показал, как им пользоваться.

Каких-то восемь месяцев назад Руслан и представить не мог, как все повернется. Тогда он действительно верил, что появился шанс сделать мир лучше и, хотя бы на время, усмирить разрывающие его политические дрязги....

***

Руслан не размещал резюме, не шерстил сайты поиска работы и в целом был доволен своей карьерой. Примерно раз в полгода звонил какой-нибудь хэд-хантер, чтобы пригласить на собеседование, но Руслан всегда отказывался. Слишком назойливые охотники за головами раздражали. Особенно те, кто звонил в выходные дни.

Субботним утром знакомый рекрутер внезапно начал поиск кандидата на должность главного юриста для какой-то крупной компании и вежливо поинтересовался, не пересмотрел ли Руслан свои планы. Не пересмотрел. Руслан ответил таким же вежливым отказом и уже через пять минут забыл о неожиданном звонке, захваченный водоворотом семейных хлопот. Дети, магазины – суббота как суббота, такая же, как и десятки других. Ближе к одиннадцати вечера, когда с делами было покончено, а жена укладывала детей спать, Руслан умостился в своем любимом кресле и, взяв в руки планшет, открыл один из популярных новостных ресурсов. Его внимание сразу же привлекла статья на главной странице:

«Десятая годовщина кризиса: виден ли свет в конце тоннеля?

События последних лет войдут в учебники новейшей истории, как темнейшие времена со времен второй мировой войны. Десять лет назад, в апреле 2022 года, ныне уже не существующая израильская компания NG Chemicals вывела на рынок свое печально известное удобрение. Именно это событие дало начало кризису, последствия которого мы не можем полностью оценить даже сегодня.

Тогда, в беспечном 2022, казалось, что мы стоим на пороге новой эры. Эры, в которой само понятие «голод» канет в пучину истории наряду с такими вещами как оспа, телефонные справочники или печатные машинки. И ведь действительно волшебное средство NG Chemicals позволяло получать колоссальные урожаи…»

Руслан раздраженно поморщился и хотел было отложить планшет: «очередное вранье! Переливают из пустого в порожнее!» – его взгляд зацепился за следующую строчку:

«С резким сокращением урожаев спрос, а, соответственно, и цены на сельскохозяйственную продукцию взлетели до небес, за пределы возможностей многих простых смертных. Образовавшийся дефицит и завышенные цены ударили по мало защищенным слоям населения и спровоцировали голод во многих регионах мира, включая Ближний Восток и Северную Африку.

Мы все помним реакцию стран-членов Лиги Арабских Государств. Обвинив не только NG Chemicals, но и весь Израиль в очередной умышленной диверсии против всего человечества и исламского мира, в частности, они нанесли мощный и стремительный удар. Израиль же, осознав, что оказался на грани неожиданного уничтожения, не стал колебаться и нанес тактические ядерные удары по объектам в Иране, Саудовской Аравии и Египте. Так ядерное оружие было применено впервые с 1945 года. Ящик Пандоры снова открыт, как и вопрос: сможем ли мы закрыть его навсегда или обратного пути уже нет? Созданный же Израилем прецедент показал всем, что в сложные времена статус ядерной державы дает очевидные преимущества, а угроза использование ядерного оружия не является лишь сдерживающим фактором, как считалось ранее.

Как это произошло и кто сыграл решающую роль, предстоит разобраться историкам, но главное – войну удалось остановить. Однако последствия ядерных ударов не только усилили продовольственный кризис, но и спровоцировали коллапс мировой экономики. Волны беженцев с непригодных для жизни территорий заполонили Европу. Мировая торговля пережила свои худшие времена, по сравнению с которыми «Великая депрессия» столетней давности может вызвать лишь печальную усмешку. Сегодня мы можем констатировать, что повальное сворачивание инфраструктурных проектов и лопающиеся один за другим банки повлекли цепную реакцию банкротств во всех отраслях экономики. Мировой ВВП обвалился более чем на 30%…»

«Ну, не всем было так плохо, – Руслан ухмыльнулся. – У наших-то денег на чудо-удобрение не было. Зато земли плодородные сохранились. Теперь те, кто за три года эйфории не обанкротился, собирают сливки».

«…А что же на самом деле происходило за ширмой миротворческих лозунгов? США традиционно обвиняли арабские государства в начале безосновательной агрессии, ища повод для очередного вторжения и установления контроля над оставшимися ресурсами. Россия, пытаясь помешать США и оправдать действия арабских государств, обвиняла Израиль в безрассудстве и нарушении международного права. Китай же сохранял нейтралитет, оккупируя между делом Монголию под предлогом восстановления исторической справедливости. Ни для кого не секрет, что проблема перенаселения Китая вышла на новый уровень, и коммунистическая партия пытается решить ее за счет прилегающих территорий, делая все более дерзкие заявления и в отношении регионов, расположенных севернее Китая и Монголии.

Не может не вызывать беспокойство та небывалая популярность, которую сегодня получила секта «Церковь нового мира» во главе с так называемым пророком Михаилом. Бывший военный, участник урегулирования конфликта на Ближнем Востоке, которому в Иерусалиме якобы явился Иисус и сообщил о скором конце света, а также о его, Михаила, священной миссии. Но в чем Михаилу не откажешь – это в харизме и умении манипулировал тревогами и надеждами людей. Даже самые скептически настроенные люди найдут, в чем с ним согласиться. Миллионы подписчиков в соцсетях, единогласные прогнозы политологов о его перспективах на выборах. И хоть сам Михаил позиционирует себя выше «политических дрязг и номенклатурных ничтожеств», ближе к выборам все может измениться…»

В уютной тишине своего кабинета Руслан настолько погрузился в чтение, что аж подскочил, когда лежащий на журнальном столике телефон пронзительно затрезвонил.

«Какого хрена?!», – подумал Руслан, глядя на часы. Ту же мысль он повторил вслух, когда увидел, что экран телефона вместо имени и номера звонящего отображал два слова: «Номер скрыт». Руслан провел пальцем по экрану и, не сильно стараясь скрыть раздражение, произнес:

– Алло.

– Привет!

– Кто это? – резко спросил Руслан. Фамильярность звонящего только добавила раздражения.

– Дожили, друзей детства уже не узнаешь…

– Рыжий, ты что ли?

– Похоже, все не так плохо, как мне показалось. Значит, ты еще в своем уме! – воскликнул Олег Рыжов, среди друзей именуемый просто Рыжим. Имя это он заслужил не только и не столько фамилией, сколько огненным цветом волос и «рыжей», как о нем шутили, натурой. Жить без приключений он не умел и регулярно встревал во всевозможные авантюры. К его чести, как правило ему удавалось выкрутиться из них самым неожиданным образом.

– А ты в своем уме? Ты видел сколько времени вообще?

– Да, прости… Я в Лондоне сейчас, у меня еще не так поздно. Забыл о разнице, – Рыжий немного замялся. – Как дела вообще?

– Нормально. Мы с тобой сколько не виделись? Год?

– Где-то так, наверное. А что?

– Рыжий. Ты куда-то исчез на целый год, ни слуху ни духу. И тут ты сидишь такой в каком-нибудь пабе в Лондоне, пропустив уже пару кружек пива. Хотя я тебя знаю, парой ты вряд ли ограничился. В общем сидишь ты такой в этом пабе в субботу вечером и чувствуешь глубокую внутреннюю тревогу. Что ж такое? Вроде все нормально, и пиво ничего, но что-то тебя терзает. И тут раз! Да вот же оно! Тебе мучает вопрос, как дела у твоего друга, с которым ты хрен знает сколько не общался! И чтобы обрести душевный покой, ты звонишь мне со своего скрытого номера и спрашиваешь, как у меня дела, – Руслан сделал паузу, – Рассказывай, куда ты опять влип.

– Но мне и правда интересно, как у тебя дела! – возмутился Рыжий. – Ну, и надо же с чего-то начинать разговор… Хотя признаю, есть у меня к тебе и другой вопрос.

– Я весь внимание.

Он кашлянул негромко, как будто подготовил себя:

– Помнишь я тебе рассказывал, что пытаюсь устроиться в одну компанию? У них еще процедура найма адская просто, я столько тестов и собеседований в жизни не проходил.

– Помню. Я так понимаю, устроился. Что за компания?

– Устроился. Компания новая, называется «Инстант Трансенд Системс», хотя вряд ли тебе это что-то скажет. Занимается новыми технологиями в сфере энергетики. Сейчас начинается один проект по созданию совместного предприятия с другими крупными партнерами. Для этого проекта нам нужен хороший корпоративный юрист. Вот я и подумал о тебе. Это ж твой профиль.

Руслан действительно закрыл не одну крупную сделку и понимал, что раз Олег сразу большего не сказал, то и не скажет. По крайней мере пока он не согласится на участие в этом проекте. Новые технологии в сфере энергетики? Интересно.

– Допустим, – осторожно начал он. – Но ты же сам только что сказал, что в вашей компании чересчур жесткие процедуры отбора персонала. У меня и так все хорошо с работой. Честно говоря, тратить время на интервью и тесты особого желания нет.

– Меня назначили руководителем проекта, – торопливо сказал Рыжий, – поэтому у меня есть определенная свобода в подборе персонала. Конечно, твою кандидатуру все равно должны будут утвердить на высшем уровне, но я смогу избавить тебя от формальностей с тестами. Да и убедить их, что ты нам подходишь, тоже смогу. Резюме у тебя впечатляющее, языком ты не треплешь, в соцсетях не тусуешься. Сплошные преимущества. А в таких проектах, как ты знаешь, надежность и конфиденциальность очень важны.

– Это ваша политика конфиденциальности заставила тебя пользоваться скрытым номером?

– Можно и так сказать.

– Как у вас все зашифровано, – Руслан вздохнул. – О сути проекта не говоришь, деталей не даешь, одни общие фразы. Какой ответ ты ожидаешь?

– Положительный, конечно! – с бравадой выпалил Олег. – Сколько ты в своем агрохолдинге сидеть будешь?

– А я не сижу, – Руслан почувствовал легкий укол гордости. – Я шагаю вверх по карьерной лестнице. Если бы ты почаще звонил, то знал бы, что я уже директор департамента. Работа интересная, платят хорошо. На фоне всей этой нестабильности и дефицита ресурсов агробизнес выглядит очень даже привлекательно.

Руслан считал, что ему повезло попасть в одну из таких компаний, хотя его дальнейшее продвижение по карьерной лестнице было скорее результатом упорного труда, чем слепой удачи. Тем не менее, после затянувшейся паузы Руслан все же выдавил из себя:

– Ладно, Рыжий, не скрою, доля загадочной притягательности в твоем проекте есть. Но, как ты знаешь, у меня жена и двое маленьких детей. Да и обстановка сейчас такая, что лучше не рыпаться, а держаться за то, что имеешь.

– От кого я это слышу?! – искренне возмутился Олег. – Друг мой, да ты постарел! Где твое любопытство, где стремление к новым горизонтам? Ты же всегда хотел чего—то большего.

– Все мы не молодеем… Авантюризм умер во мне три года назад, когда Маша с Мишкой родились. Я тебе об этом уже говорил. Это ты у нас все никак не остепенишься. В тридцать пять пора детей заводить, а не метаться от одной юбки к другой.

– Так, личную жизнь предлагаю обсудить позже. А касательно того, что ты имеешь, – Олег на секунду замолчал, а затем проникновенно спросил, – если не секрет, сколько зарабатываешь сейчас?

– От тебя у меня таких секретов нет. Если сложить бонусы и прочие бенефиты, то где—то тысяч двадцать долларов в месяц имею.

– Ага… Вот тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться: пятьдесят. Думаю, столько я тебе со старта выбить смогу. Плюс жирный бонус за реализацию проекта. К тому же, если мы с тобой его реализуем, – Рыжий кашлянул, – я хотел сказать, когда мы его реализуем, откроются новые перспективы. Уверен, нам с тобой вполне по силам войти в состав правления. В деньгах точно не потеряем.

– Офис где? – после недолгого молчания спросил Руслан.

– Это еще будет решаться на переговорах. Думаю, что обе стороны захотят нейтральную юрисдикцию. Например, Лихтенштейн или Женева. Переедешь с семьей в Европу, тут все же спокойнее будет.

– А если мы не реализуем этот проект?

– Что за психология лузера?! – воскликнул Олег, но продолжил более взвешенным тоном. – Понятно, что риски есть всегда. Но я тебе на полном серьезе говорю, компания, пардон за тавтологию, – серьезная. Проект – масштабный. Я бы даже сказал революционный. Большего пока сказать не могу. Подпишешь бумаги, тогда все обсудим в деталях.

– Слушай, ты в Киев не планируешь в ближайшее время? – сменил тему Руслан.

– Да вот как раз на следующей неделе окно будет. Думал заехать, батю проведать.

– Вот и отлично. Приходи в пятницу в гости. Посидим, поговорим по—человечески. Да и, неприятно это признавать, но я соскучился уже по твоей рыжей морде. А пока я подумаю.

– Русик, извини, не хочу давить на тебя, но времени реально в обрез. Ты можешь дать хотя бы предварительное согласие, чтобы я шел к руководству и начинал обсуждать твое трудоустройство?

– Ты, блин, в своем репертуаре! Трах—бах! Давайте с наскока все быстро решать! – не выдержал Руслан. – Мне нужно обсудить этот вопрос с женой.

– Ой, да ладно. Когда это ты в подобных вопросах руководствовался чужим мнением? Ты же сам всегда все решаешь, а остальных ставишь перед фактом.

– Вот я тебе и говорю, что нужно обсудить с женой, почему… почему это для нашей семьи хорошо. А пока у тебя есть мое предварительное согласие.

***

Олег и Руслан дружили с детства. Они жили на соседних улицах, ходили в одну школу и вообще проводили много времени вместе. Руслан был брюнетом и с юных лет выделялся высоким ростом, а в переходном возрасте рванул так, что стал самым высоким в школе, не добрав лишь пару сантиметров до двух метров. Олег ростом был не выше среднего, но привлекал к себе внимание ярко-рыжей шевелюрой и массой канапушек, которые делали его лицо несерьезным, даже когда он злился. Зато в отличие от более замкнутого Руслана, он мог найти общий язык с любым человеком и был душой любой компании.

Когда друзья учились в старших классах, родители Олега развелись и мать забрала его с собой в Москву. Общаться стали меньше, но дружбу это не разрушило. Отец Олега остался жить под Киевом, и каждое лето Олег проводил у него. Хотя вернее было бы сказать, что Олег ночевал у него, а дни напролет вместе с Русланом искал приключений и новых впечатлений.

После школы Руслан поступил на юридический, успешно его закончил и целенаправленно занимался повышением квалификации. Олег был менее последователен. Его тянуло то в военку – к чему у него лежала душа, то на финансы, где, по его мнению, можно было заработать больше денег. В конце концов холодный расчет взял верх, и он поступил на финансовый факультет, но регулярно посещал различные военные сборы и мероприятия схожего характера. Еще на третьем курсе университета его взяли на работу в большую четверку, а после окончания магистратуры он умудрился выиграть грант на программу МВА в Гарварде, что открыло ему двери во многие компании мира.

И несмотря на все перипетии судьбы, расстояния и часовые пояса, друзья продолжали общаться и по возможности старались встречаться лично. Как в эту пятницу.

– Прывэ-эт! – услышал Руслан радостный крик, когда Оля открыла входную дверь. Олег прижимал к себе кучу коробок, пакетов и здоровенный розовый букет. – Так. Это тебе, – он с деловитым видом протянул Оле коробку с дорогущим виски, – это подарки детям, а цветы – моему ненаглядному.

– Ну-ну, – улыбнулась Оля, – не знала, что вы стали так близки. Или это затянувшаяся холостяцкая жизнь довела тебя до того, что ты мужчинам цветы дарить начал?

– Да ладно, шучу я! Этот прекрасный букет, конечно же, для тебя. Хотя на фоне тебя он смотрится просто пучком одуванчиков. Уже сдутых. Ты красива, как всегда, – Олег протянул букет и поцеловал Олю в щеку.

Руслан наблюдал за шумным появлением друга, стоя в дверном проеме соседней комнаты с детьми на руках. Олег видел малышей и раньше, а вот они его не помнили и поглядывали с опаской. Но стоило ему вручить им подарки, и недоверие тут же испарились. С радостными возгласами малыши побежали распаковывать коробки, а Руслан так и остался стоять в проеме. Когда Олег подошел и протянул руку, Руслан еще пару секунд оценивал его суровым взглядом, затем расплылся в улыбке и вместо рукопожатия крепко обнял.

– Задушишь… – прохрипел Рыжий куда-то подмышку Руслану.

– Ну рассказывай, чем жил весь этот год! – Руслан отпустил друга и повел его за собой на кухню.

Рассказывать было что. Рыжий, как всегда, насобирал кучу забавных историй и без перерыва травил их весь вечер. Но главной темой были вовсе не его похождения. Когда Оля пошла укладывать детей, Олег сообщил, что уже обсудил с руководством его трудоустройство. Более того, будущего сотрудника уже проверили по всем базам и дали добро. Такой подход насторожил Руслана, но он все же подтвердил свое согласие на переход. Когда же Олег изложил ему суть проекта, его настороженность только усилилась. тяжело вздохнул и встал со стула.

– Маловато ты виски принес. – Открыв дверцу бара, за которой скрывалось многообразие бутылок различных форм и цветов, Руслан вопросительно посмотрел на товарища.

– На твой выбор, – отмахнулся Олег.

– Да уж. Мой выбор… – пробубнил Руслан. Он вернулся за стол с новой бутылкой виски и щедро налил в оба бокала. – Позволь мне кратко резюмировать мой выбор. Значит, та самая станция, которую американцы построили на орбите для сбора солнечной энергии, оказалась нерабочей. Точнее сама станция работает прекрасно и даже аккумулирует энергию, только это все бесполезно, – Руслан хмыкнул. – На Землю-то передать они ее не могут. Их технология беспроводной передачи оказалась нерабочей.

– Как-то так. А помнишь, как они кичились, когда объявили о своем проекте?

– Да уж, вот это они сели в лужу! – Руслан закатил глаза. – Как они вообще начали вкладывать такие средства в непроверенный проект? Это же деньги на ветер!

– Скорее деньги в вакуум, – Олег прыснул. – Кто-то лишился высоких постов и доступа к крупным фондам.

– И тут выходят на арену силачи! Оказалось, что такую же технологию разработали российские ученые. Только в отличие от американской она работает. И даже есть результаты испытаний, которые это подтверждают, – Руслан посерьезнел и испытующе посмотрел на Олега. Ему с трудом верилось в то, что он сам только что рассказал.

– Я же тебе уже сказал, что так и есть. И исключительные права на использование этой технологии принадлежат нашей компании.

– В общем у американцев есть энергия, но они не знают, как ее доставить в США. А вот у русских есть средство доставки. Но на фоне падающей добычи ископаемых их ждут большие проблемы с самой энергией. Это судьба! – Руслан всплеснул руками. – А как они вообще узнали о проблемах и разработках друг друга? Все же держится в строжайшем секрете.

– Не знаю. Когда я устроился в Трасенд, об этом только шептались по углам. Слухи, не более. Мы работали над обкаткой своей технологии. Построили целый комплекс, у которого нет генерирующих мощностей, только приемное устройство и накопители. И комплекс этот, скажу тебе, обеспечен энергией по уши, – как бы в подтверждение своих слов Олег поднес ладонь на уровень веска. – Сначала собирались обкатать технологию и выводить ее на рынок. Мы знаем, что похожие разработки ведут не только США, но и Германия, и азиаты. Мы же хотели всех опередить и быть на рынке первыми. Но полгода назад слухи о проблемах американцев подтвердились. А месяц назад нам объявили, что концепция поменялась, и теперь мы должны работать вместе с ними для достижения, так сказать, максимальных синергий.

– А ничего, что Россия и США на грани войны? Я уверен, что половина боеголовок РФ нацелена на Вашингтон! И лишь половина только потому, что вторую половину пришлось срочно нацелить на Пекин, после того как верхушка компартии заговорила о претензиях на территории. И наверняка американцы с китайцами свои ракеты примерно так же распределили. Хотя китайцы могли бы просто численностью завалить. Заодно бы решили свою проблему перенаселения, из-за которой эта возня и началась.

– С каких пор ты стал таким циником? У китайских солдат наверняка есть дети.

– В этом и проблема, если ты не понял. Они рожают слишком много детей, – Руслан отпил из бокала. – Но теперь у двоих из троицы есть общий враг, против которого они будут дружить, – ставший слишком сильным Китай.

– Вполне возможно.

– Я еще в сговоре против Китая не участвовал… – проворчал Руслан и снова отпил из бокала.

– Ну это ведь не сговор как таковой! Цель вообще не в этом. Это всего лишь еще одна точка соприкосновения. Напротив, если все сработает, это может снизить международное напряжение. Будет источник практически бесконечной энергии. Экологически чистой. Мы сможем передавать энергию в труднодоступные регионы и заселять их. Решим три проблемы сразу, – Олег поднял руку и начал загибать пальцы, – исчерпание ископаемых, экология и перенаселение. Хотя бы временно, но мы сделаем мир лучше.

– А еще будет очередной мировой кризис и глобальный передел рынков.

– А как ты хотел? Перемены, тем более такие масштабные, никогда просто не даются. Зато это шаг в будущее для всех нас.

– Олег, это все прекрасно. Я даже склонен с этим согласиться, я ведь тоже в душе оптимист. Но меня смущает два вопроса. Во—первых, как я понимаю, проект хоть и оформлен на частные компании, но финансируется в основном государственными банками и агентствами России и США. Это хорошо, это значит, что недостатка денег не будет. Но еще это значит, что на самом деле проектом будут руководить политики. А политики никогда не думают о чем-то, кроме собственного благополучия. С таким менеджментом проект обречен.

– Управлять проектом будут наемные менеджеры, как я и ты. Это одно из принципиальных требований американцев. Компания должна быть самостоятельной бизнес единицей с командой профессиональных управленцев. Да и россияне с таким подходом согласны. Но, кончено, проект будет под контролем правительств обеих сторон.

– И спецслужб, – мрачно добавил Руслан.

– Куда ж без них? – пожал плечами Олег.

– А здесь, собственно, и кроется мой второй вопрос, – Руслан посмотрел на друга в упор. – Как ты оказался в этом проекте? Если отбросить всю блестящую шелуху, он реализуется правительствами двух сверхдержав!

– А что тебя так удивляет? – лицо Олега выражало искренне недоумение. – Как будто это первый случай, когда государственные корпорации нанимают менеджеров из частного сектора. У меня тоже резюме неплохое. И тесты я все сдал на самые высокие баллы!

– Да знаю я, что ты умный, – сказал Руслан, будто извиняясь. – Олег, ты мне честно скажи – ты сам имеешь какое—то отношение к спецслужбам?

– Руслан… – Рыжий будто говорил с ребенком, – я – украинец с российским гражданством и американским образованием. Каким бы образом я очутился в российской спецслужбе? Или тем более в американской. Кто бы меня туда взял?

– Просто скажи: «да» или «нет».

– Нет! – Олег даже не моргнул, только глядел Руслану прямо в глаза, немного выпятив подбородок.

– Хорошо, – Руслан еще несколько секунд смотрел на товарища, затем отвел взгляд и спросил, – так с чего будем начинать? Какая моя первая задача?

– А вот это мне уже нравится! – улыбнулся Олег. – Никакие документы я с собой, естественно, не принес. Но я тебе в понедельник завезу ноутбук, на котором будет настроена твоя учетная запись. Вся информация, само собой, в облаке, к которому тебе уже предоставлен доступ. После того, как посмотришь документы, нужно будет подумать над оптимальной структурой сделки. Только не затягивай, ближе к концу апреля должно состояться установочное заседание совместной рабочей группы, и нам нужно на него с чем—то выходить. Тебе много времени нужно, чтобы уволиться с работы?

– Постараюсь за неделю управиться.

– Окей! – Олег поднял бокал. – За начало нашей совместной работы и за успех, не побоюсь этого слова, эпохального проекта!

Глава 2

Неделя пролетела, как один день. Пришлось быстро передавать дела на работе, а вечерами сидеть перед ноутбуком, изучая документы по новому проекту. В пятницу позвонил Олег. Он уточнил, готов ли Руслан приступить к новой работе и сообщил, что уже на следующей неделе их ждет первая командировка на комплекс, для знакомства с ключевыми членами проектной команды Трансенд.

Утром понедельника у подъезда их ждала машина. Черный, тонированный, начищенный до блеска седан бизнес-класса. Перед машиной в черном деловом костюме стоял Олег. Он курил и нервно поглядывал на часы. Возле открытого багажника, также весь в черном, стоял незнакомый мужчина. Руслан перевел взгляд с него на «мерседес», на Олега, затем на свой синий костюм в клетку и опять на Олега.

– Я, кажется, вообще не вписываюсь в ваш похоронный ансамбль.

Незнакомец шагнул к Руслану и протянул руку, предлагая погрузить его сумку в багажник.

– Поехали уже, ансамбль… – Олег пожал Руслану руку, щелчком отправил недокуренную сигарету в урну, нахмурился, когда увидел, что не попал, и молча направился к машине.

– Ты же бросал, – с укором сказал Руслан и, не дождавшись ответа, последовал за товарищем на заднее сидение. Внутри «мерседес» производил не меньшее впечатление, чем снаружи. Просторный салон, широкие удобные сиденья, обитые светлой кожей, мягкая подсветка дисплея и кнопок управления. Коснувшись сенсорной панели, Руслан снизил уровень тонировки стекла до ноля. Впервые за несколько дней погода была солнечной. Руслан за последнюю неделю вдоволь насиделся за компьютером и совсем не прочь был полюбоваться яркими апрельскими красками. Со стороны Олега стекло было затемнено на максимум. Автомобиль бесшумно тронулся с места.

– Машина служебная?

– Нет, заказал ВИП такси. Можем себе позволить, – Олег даже не повернулся к Руслану.

– Что с настроением? Что-то не так?

– Все нормально. Нервничаю немного. Сегодня важный день.

– Это мне положено нервничать, я же новенький.

– Там половина таких. Сегодня первая встреча нашей команды в полном составе. Я и сам со многими знаком лишь заочно. И лучше бы никогда не знакомился … – Олег вздохнул, еще немного посидел, изучая спинку переднего сиденья, затем повернулся к Руслану и выпалил так, будто виноват в чем-то был именно он. – Мы же не в игры играть собираемся, правильно? Какого хрена к нам детей подсаживать?!

– Каких детей?

– Вчера позвонил мой, то есть теперь уже наш шеф. Сказал, что вместо нашего главного налоговика сделку в этой части будет вести Александр Антонов, – видя, что Руслан не понимает о ком речь, он добавил, – сын Александра Антонова. Министра финансов Российской Федерации.

– А, этого Антонова. Извини, я не особо слежу за российской политикой.

– Пора начинать. Так вот, еще шеф сказал, чтобы вели себя с ним уважительно, никакого буллинга, троллинга и всего такого. Толковый, но чувствительный парень. Любезно согласился нам помочь. – Олег глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться, но у него ничего не вышло. – Согласился! – чуть ли не закричал он, – ты прикинь! Как-будто его еще уговаривали. Там папаша, наверное, чемодан не в один кабинет занес, чтобы этого чувствительного к нам подсадили. – Олег еще раз вздохнул и продолжил более тихим, но не менее злым тоном. – Они даже имя нормальное придумать не могут. Александр Антонов, сын Александра Антонова.

– Да уж… – протянул Руслан, – но хорошо хоть не Антон.

Олег несколько секунд сохранял мрачное выражение лица, но потом его брови поползли вверх, он прыснул и рассмеялся.

Машина вдруг остановилась. Заглянув через плечо водителя, Руслан увидел, что дорогу заблокировала процессия, которую, судя по характерным крестам в руках ее участников, проводили представители Церкви нового мира. Их нисколько не смущали оглушительные сигналы автомобилей и возмущенные выкрики водителей. Толпа демонстрантов двигалась среди машин словно поток воды, то разделяясь и обтекая автомобили, то сходясь вновь. Вел процессию облысевший тощий мужчина в черном балахоне. Периодически останавливаясь, он что-то выкрикивал, а остальные ему вторили.

– Предаст же брат брата на смерть, и отец – сына! И восстанут дети на родителей, и умертвят их! – донесся через приоткрытое окно автомобиля хрипловатый голос лысого.

– Покайтесь! – хором прогремела толпа.

– У нас нет времени на эту херню! – не выдержал Олег, после нескольких минут ожидания.

Он выскочил из машины и, хлопнув дверью, быстрым шагом направился в сторону процессии. Руслан поспешил за ним, опасаясь, как бы несдержанность товарища не привела к мордобою. Ехать на первую встречу с новыми коллегами с подбитым лицом совсем не хотелось.

Олег вплотную подошел к проповеднику. Над левым глазом лысого Руслан заметил старый шрам. Привычка отмечать особые приметы въелась в него еще на курсе криминалистики в университете.

– Убрал нахрен свое стадо с дороги! – заорал Олег в лицо проповеднику.

Видя назревающий конфликт, мужчины, которых среди сектантов оказалось всего пятеро, начали подтягиваться ближе к своему лидеру, а женщины истошно завизжали о покаянии. Из машин с требованием освободить дорогу начали выходить люди. Через несколько секунд за спинами Руслана и Олега стояло уже человек десять.

– Еще раз, – сквозь зубы процедил Олег, – уйдите с дороги. Последний раз по-хорошему прошу.

– Покайся… – начал было сектант, но кулак Олега не дал ему закончить. Лысый врезался спиной в стоящего сзади соратника и обвис у него на руках, удивленно выпучив остекленевшие глаза. Бабий визг оборвался. Мужики напряглись и с ненавистью смотрели на Олега, но нападать не решались.

– Давайте расходитесь уже. Ехать надо! – крикнул кто-то позади Руслана, и его тут же поддержал хор голосов.

– Вы об этом еще пожалеете, – прошипел лысый пастырь, переводя злобный взгляд с Олега на Руслана, но все же отдал распоряжение переходить на тротуар.

– Молись своему богу, чтобы я на самолет не опоздал, – не менее злобно ответил Олег, – иначе я вернусь, и жалеть будешь ты.

– Ну-ну, очередной хозяин жизни нарисовался? – косо ухмыльнулся лысый. Из его разбитой губы сочилась кровь. – Видал я таких. Посмотрим, что вы петь будете. Недолго вам осталось.

– Пошли уже, – Руслан взял Олега под локоть и мягко потянул к их машине. – Ты за этот год окончательно с катушек съехал? – полушепотом спросил, когда вернулись в машину. – Нам сейчас еще проблем с полицией не хватало, тогда бы мы точно никуда сегодня не улетели.

– Ты же видел этих зомби, там логика отсутствует как понятие! «Покайтесь!» кричит нам какой-то лысый уголовник в черном халате, возомнивший себя попом. Ты рожу его видел? Такие только язык силы понимают. Как и вся их сраная секта во главе с очередным самозваным пророком, – Олег помассировал припухшую кисть. – Я вообще не понимаю, как можно в наше время верить во всю эту херню?! На дворе две тысячи тридцать второй год. Люди в космос летают, Китайцы базу на Луне построили, человеческие органы выращивают для пересадки… А некоторые до сих пор молятся какой-то мифической сущности, выдуманной две тысячи лет назад ополоумевшими от голода евреями.

Руслан видел, что Олег все еще на взводе, и вступать в бессмысленные споры не хотел, но все же не удержался и сделал ему замечание:

– Ты в своих высказываниях не менее радикален, чем Отец Михаил, которого ты так критикуешь – заметил он. – Этих «некоторых», заметь, очень много. Православные, католики, мусульмане, кришнаиты и масса других.

– Вот именно! – подхватил Олег. – И у каждого свои боги, и только они истинны, а все остальные заблуждаются.

– Ты прав, но пока у тебя нет неопровержимых доказательств того, что их богов не существует, они имеют такое же право в них верить, как ты – не верить. Людям надежда нужна. Тем более в такое тяжелое время: войны, голод, радиация. Религия им эту надежду дает.

– Ты с каких это пор стал таким поборником веры? – с раздражением спросил Олег. – Может еще в ряды ЦНМ запишешься?

– Не запишусь, и ты это прекрасно знаешь. Радикальные секты я осуждаю не меньше, чем ты. Просто мне кажется неправильным навешивать на всех подряд ярлыки, если их мнение не совпадает с твоим. Ты же руководитель, значит тебе нужно руководить, – на последнем слове Руслан сделал акцент. – Руководить людьми, ведь проекты сами по себе не делаются. Как ты будешь это делать? Ярлыки лепить или все же пытаться понять, что движет коллегами и что их мотивирует?

– Вот только не надо мне тут лекции по управлению персоналом читать, – фыркнул Олег. – Я это не хуже тебя понимаю. И никакие ярлыки лепить не собираюсь, – секунду помолчав, уже более спокойно добавил он.

– Ну, один ты уже навесил, – с легким укором заметил Руслан.

– Что? – на лице Олега промелькнуло удивление, но он быстро понял, что имел ввиду Руслан. – А, ты про Антонова. Ну здесь, по-моему, все очевидно. Это не я на него ярлык навесил, а его папа своими действиями.

– На первый взгляд, да. Но не спеши с выводами, может он не так уж и плох, – Руслан увидел, что Олег, наконец, начал остывать, и поспешил сменить тему. – Раз уж мы заговорили о работе, ты упоминал о базе на Луне. Китай в проекте вообще никак не участвует?

– Вообще. По крайней мере мне об этом не известно.

– Ну и хорошо. А то все эти разговоры о том, что они там биологическое оружие разрабатывают… Не хочу участвовать в чем-то подобном.

– Ты же понимаешь, что эти заявления делают политиканы, чтобы еще больше запугать народ и сместить фокус внимания с реальных проблем, – Олег скептически хмыкнул. – Даже если китайцы и разрабатывают там, – он указал пальцем вверх, – какое-то оружие, то им хватило ума не делать этого на Земле.

– Ага, только результаты разработок они именно на Земле применять и будут. Если что. Представляю, какая истерика будет, когда они узнают о совместном космическом проекте России и США.

– Приехали, – донесся зычный голос водителя с переднего сиденья.

Глава 3

От монотонности дороги и мельтешащего перед фарами снега возникало ощущение, что время остановилось. Отгоняя мысли о том, что он ездит по кругу, Руслан пытался осознать, что произошло за последние несколько часов и чего стоит ждать дальше. Судя по тем ограниченным данным, которые они смогли получить со станции, за считанные минуты были уничтожены Москва, Питер, другие города и, на первый взгляд, случайно выбранные локации. Вероятно, там располагались военные базы или ракетные шахты. Досталось и Крыму. Сильно пострадали Западная Европа и Британия, Китай же буквально был стерт с лица Земли. Сильные задымления виднелись по всему континенту. Лесные пожары?

Практически вся территория США оказалась затянута гигантским черным облаком, которое медленно дрейфовало в сторону Атлантического океана. Козинский предположил, что в своем предсмертном выпаде китайцы намеренно ударили по Йеллоустону. Извержение крупнейшей на Земле кальдеры оказалось не таким мощным, как предполагали некоторые ученые, и для полного раскола материка его не хватило. Но прошло слишком мало времени, чтобы делать выводы. Взрыв супервулкана, ядерная бомбежка, пожары, все это могло привести к критическому загрязнению атмосферы и наступлению ядерной зимы, которую так любили авторы постапокалиптических романов и сериалов. Может быть, этот снег был ее началом?

В Евразии меньше всех пострадала Центральная Европа. Наверное, в ближайшие годы ей предстоит стать оплотом цивилизации на континенте. Если только радиационный фон не сделает ее непригодной для жизни. И если уцелевшие государства не начнут войну за оставшиеся территории и ресурсы, а они начнут – в этом Руслан практически не сомневался. И если забыть о Немезиде, из-за которой все и началось.

Как много если… Что же делать дальше? Для начала, нужно будет забрать семью и перевезти на комплекс «Агарта». О том, что с ними могло что-то случиться, Руслан отказывался думать. Он пообещал Олегу, что заберет его отца из Киева и привезет с собой. Запасов на Агарте, которые пополнялись благодаря теплицам, должно было хватить на пару лет. Если обстановка во внешнем мире стабилизируется, можно будет думать о будущем. Возможно, они смогут добраться до уцелевших стран, например, в Польшу или даже в Южную Америку или Австралию. А может быть, они организуют спасательные операции? Хотя волны беженцев скоро переполнят европейские страны, и они закроют границы. Может случится новая бойня, в которой погибнет еще больше людей. Перспектива так себе. Чтоб не рисковать, стоит оставаться на Агарте, как можно дольше. Благодаря космической станции, Агарта будет стабильно обеспечена электроэнергией. Очень может быть, что тихая жизнь на комплексе – это лучшая из возможных альтернатив на сегодняшний день.

Агарта… Руслан вспомнил свой первый визит на комплекс. Тогда он его совсем не впечатлил.

***

На выходе из Внуково их ожидал служебный автомобиль. Такой же черный и тонированный, но на этот раз джип. Объехав Москву по МКАДу, водитель взял курс на север. Где-то через час доехали до Дубны, пересекли Волгу и ушли дальше на север. Еще минут через двадцать машина свернула с трассы на проселочную дорогу и ушла в лес. Весна еще только начиналась этой части России. Деревья стояли голые, кое-где лежал снег. Несмотря на раскисшую дорогу, джип справлялся со своей задачей без проблем. Петляя между деревьев, дорога вывела к большой расчищенной просеке. Просеку огораживал высокий – метра три – бетонный забор с массивными металлическими воротами в центре. По обе стороны от ворот и на углах забора виднелись камеры наблюдения.

– Вы что, свои технологии в тюрьме тестируете? – спросил Руслан. Он несколько иначе представлял себе экспериментальный комплекс для разработки передовых технологий.

– Я же тебе говорил, что это секретный объект, – огрызнулся Олег. – Не спеши с выводами. Все не так мрачно, как может показаться на первый взгляд.

Ворота начали открываться. Руслан увидел обширную территорию. Слева разместились три мрачных одноэтажных здания. Вдоль них пролегала асфальтированная пешеходная дорожка. Справа от ворот расположился навес, под которым приютились несколько автомобилей. От навеса вдоль забора тянулась бетонная дорога, она уходила под монолитное перекрытие и упиралась в массивную железную дверь. Людей видно не было. В холодном свете пасмурного дня огороженная территория выглядела особенно убого и вызывала уныние. Руслан невольно скривился.

Водитель припарковал джип под навесом и помог выгрузить багаж. Закинув сумку на плечо, Рыжий жестом позвал Руслана за собой и энергично направился вниз по бетонке. Руслан поспешил за ним, оглядываясь по сторонам, не упустил ли он в этом сером пейзаже чего-то важного, и про себя морщась от разочарования.

– Это что бункер какой-то? – спросил Руслан с легким пренебрежением в голосе.

– И бункер тоже. Точнее раньше был правительственный бункер. Тут недалеко – в Дубне, мы ее проезжали, – находится Объединенный институт ядерных исследований. Там и случился прорыв, который лег в основу новой технологии. После этого наши подсуетились и засекретили не только сами успехи, но и дальнейшую работу над ними. Расположение бункера оказалось очень кстати, поэтому его решили переоборудовать и расширить до целого экспериментального комплекса. Комплекс полностью автономный и пригодный для постоянного проживания. Сюда и перевели основную группу ученых, работавших над технологией. И весь обслуживающий персонал в придачу. Он ведь к общим сетям вообще не подключен. Комплекс назвали Агарта, в честь какого-то мифического подземного города. Из индийских легенд, кажется. Я в этом не силен, ты знаешь.

Олег подошел к двери и замер перед ней. Руслан, ёжась от холода, остановился на шаг позади. Пока увиденная серость никак не сочеталось с заявленными амбициями проекта, из-за чего его начало щипать легкое чувство досады. Может, нужно было оставаться в агрохолдинге? Через пару секунд внутри щелкнул механизм, дверь частично отъехала в сторону, открывая проход примерно метровой ширины. За ней дорога резче уходила вниз, заворачивая вправо. С левой стороны находился лифт, рядом с ним дверь аварийной лестницы. Олег нажал кнопку вызова и дверцы с тихим шуршанием распахнулись. Зеркальные стены обширной кабины рассеивали мягкий свет, исходящий из щелей по периметру потолка. Панель содержала семь кнопок. Олег нажал на четверку, которая тут же загорелась желтым. Лифт едва ощутимо тронулся.

– На первом уровне парковки и разные хозяйственные помещения, там же есть грузовой лифт. На втором – теплицы. Выращивают овощи, сою. В общем минимально необходимый набор для автономной жизни. На третьем – общественная зона. Столовая, спортивный комплекс, детский сад и так называемый бизнес центр. Нам сегодня туда.

Раздался приятный звуковой сигнал и четверка на панели погасла. Двери лифта открылись в аккуратный тамбур примерно два на три метра с высоченным потолком, по которому проходила вентиляционная труба. Противоположную стену разрезал контур очередной двери. Рядом с ней на уровне чуть ниже плеча Руслана была матовая стеклянная панель. Когда Олег приложил к ней ладонь, панель на секунду вспыхнула белым светом, и дверь открылась. За дверью следовал хорошо освещенный широкий коридор. Через несколько метров он образовывал перекресток с другим коридором, а вдалеке выходил на своеобразную площадь. Людей по-прежнему видно не было.

– Тут что нет никакой охраны? – удивился Руслан, застыв на входе.

– Есть, конечно, – Рыжий обошел его и двинулся дальше. – Они нас идентифицировали еще до того, как мы заехали в ворота. В лифте просканировали, нет ли чего запрещенного. Если бы что-то обнаружили, нас бы уже ждала тут теплая компания. Но тебе все равно надо будет к ним наведаться, чтобы оформить допуски. Я тебя проведу потом, а пока давай покажу тебе твою, так сказать, квартиру.

Шагая вслед за другом, Руслан разглядывал интерьер комплекса. Стены были обшиты панелями из серого пластика и уходили в высоту метров на шесть. Местами их заменяли подсвечиваемые вставки с городскими пейзажами либо двери с номерами и уже знакомыми стеклянными панелями. То там, то здесь стояли клумбы с декоративными деревьями и кустами. Плитка на полу имитировала брусчатку. Потолок был абсолютно черным с большим количеством беспорядочно встроенных точечных светильников разной яркости. «Площадь» оказалась подобием небольшого сквера с многочисленными растительными клумбами и лавками между ними. Прямо из пола, образуя фонтан метра три диаметром, били несколько струй воды. Арками сходясь в центре, вода с тихим шелестом падала на плитку. Обстановка умиротворяла.

– А вода откуда?

– Рядом течет река. Воду отбирают и фильтруют сразу в нескольких местах. Как и воздух.

Дышалось действительно легко.

– В общем, как ты, наверное, уже понял, – продолжил Олег, – четвертый уровень отведен под жилые помещения. Пятый тоже, но он пока пустует. При максимальной загрузке комплекс должен вмещать до двух тысяч человек. Сейчас в нем живут ученые, инженеры, ботаники, которые работают в теплицах, и обслуживающий персонал. Ну и охрана, конечно. Многие живут с семьями.

– Странно, объект секретный, а персонал с семьями. Как-то это не очень вяжется с секретностью, – пробормотал Руслан. Олег оказался прав насчет поспешности выводов. Внутри комплекс производил совсем не такое впечатление, как снаружи. Досада начала рассеиваться, но диссонанс от увиденного все равно оставлял едва уловимое неприятное послевкусие.

– Как я понимаю, реальное местоположение и дорогу сюда все равно знают только те, кому нужно. Интернет здесь работает в ограниченном режиме, геолокация не определяется. С учетом того, что необходимо максимально ускорять работу над проектом, руководство пытается создавать ключевым сотрудникам максимально комфортные условия. Чтобы у них все было без отрыва от производства, как говорится. Лучшие практики, все такое. А вот и твоя квартира, – Олег остановился у двери с номером 4033. Панель вспыхнула, дверь открылась. – Располагайся, а я зайду через полчаса. Сходим, оформим тебе допуски и обсудим предстоящую встречу.

– Окей. А как здесь к интернету подключиться? – Руслан только сейчас взял в руки телефон и заметил, что связь полностью отсутствовала. – Хочу Оле позвонить, сказать, что все в порядке.

– Можешь связаться с ней через служебный ноутбук. Он, по идее, автоматически подключится к локальной сети. А телефон тебе безопасники подключат, – Олег еще секунду постоял в дверном проеме, но убедившись, что новых вопросов нет, развернулся и вышел. Дверь автоматически закрылась.

Квартира представляла из себя двухэтажный номер. На первом была совмещенная с кухней гостиная, крохотная гардеробная и санузел с душевой кабиной. В гостиной был светлый диван, стеклянный журнальный столик перед ним и широкий монитор на противоположной стенке. Кухонная зона отделялась стойкой и содержала все необходимое, включая электроплиту и вытяжку. Весь второй этаж занимала одна комната. У задней стены расположилась двуспальная кровать с тумбами по краям и бра над ними. Слева от кровати встроенный шкаф с зеркальными дверьми. Справа объемное черное кресло в форме наискось срезанной полусферы, рядом столик и высокий торшер.

Руслан поставил дорожную сумку на кровать, спустился на первый этаж, плюхнулся на диван и включил ноутбук.

– Ну слава богу! Я уже переживать начала, – Оля улыбнулась ему из монитора. – Как добрались?

– Хорошо. Рыжий все организовал по первому классу, – Руслан решил, что об инциденте с сектантами Оле знать не обязательно.

– Так ты уже на секретной базе? – заговорщицким полушепотом спросила жена, поглядывая по сторонам, как будто ее мог услышать кто-то посторонний.

– На базе, – усмехнулся Руслан, – но ты же знаешь, что это не стоит обсуждать.

– Зануда, – Оля выпятила губу, а затем начала разглядывать обстановку за Русланом. – Ничего так, современненько. Это твой номер? Не проведешь мне видео-тур?

Руслан повернул ноутбук камерой от себя и, подхватив его, пошел по квартире, слушая комментарии жены.

– Так-так, – протянула Оля, когда в объектив камеры попала кровать. – Баб на базе много?

– Пока ни одной не видел.

– Но это не значит, что они не видели тебя! – с деланой серьезностью произнесла Оля. – Ты не знаешь, что женщины очень коварны?

– Ага, и всем нужен именно твой муж, – Руслан повернул ноутбук камерой к себе и сел в кресло. Оно, несмотря на необычный дизайн, оказалось очень удобным. – Ты же знаешь, что даже если и так, это не имеет никакого значения. Сердце у меня маловато, и места для других в нем не осталось.

– Знаю, – искренне согласилась Оля, – и очень ценю.

Снизу раздался стук.

– Похоже, Олег уже пришел. Мне нужно бежать.

– Привет ему передавай. Ты сегодня позвонишь еще?

– Да, вечером обязательно наберу.

Оля послала воздушный поцелуй и отключилась.

***

Визит в службу безопасности занял не более пятнадцати минут. Руслану пришлось предъявить для проверки документы, поставить с десяток подписей на различных инструкциях и уведомлениях и отсканировать обе ладони.

– Руслан Анатольевич, вам открыт доступ к номеру 4033, а также всем общественным зонам на четвертом и третьем уровнях. Вход в другие зоны возможен только в сопровождении сотрудника с соответствующим уровнем доступа. Не забывайте о правилах безопасности и внимательно слушайте все объявления по общим каналам связи. Хорошего дня, —ровным тоном произнес сотрудник службы безопасности и повернулся к своему компьютеру.

После службы безопасности Олег предложил пойти в столовку. Столовкой оказалось большое помещение на третьем уровне с таким интерьером, что позавидовали бы многие модные рестораны. Оценив разнообразие меню, Руслан присвистнул:

– А цены где? Я что-то не могу их найти.

– Можешь и не искать, – Олег важно улыбнулся. – За все платит компания.

– Прикольно. А готовят все эти блюда из того, – Руслан рассеяно обвел пальцем по кругу, – что выращивают здесь же?

– Некоторые да, но не все, конечно. Свежие продукты завозятся регулярно. Форель, например, здесь точно не разводят. Есть и склад с полуфабрикатами и консервами. Но это скорее отголоски прошлого Агарты, когда она была еще бункером.

Сели за столиком у стены возле основного входа. Молодой парень, похожий скорее на спортсмена, чем на официанта, принял заказ. Помимо Руслана с Олегом в столовой обедали еще с десяток человек. Олег не знал никого. Как он признался, сам здесь был всего один раз и успел пообщаться лишь с руководителем службы безопасности.

– Руководит комплексом Виктор Иванович Пархомчук. Нормальный мужик. Но он скорее главный завхоз. Отвечает за то, чтобы у всех все работало и всего хватало. За безопасность здесь отвечает господин Смотров. Неприятный тип, скользкий как змея, которая намазалась вазелином и хочет залезть тебе в жопу, – скривился Олег. – К тому же ведет себя так, будто главный здесь именно он. Научной частью руководит доктор Гинингер. Его я не знаю, но он сегодня должен быть на общей встрече. Как я понимаю, это он автор изобретения, из-за которого весь этот движ. Поговаривают, что это новый Эйнштейн. Мне судить сложно, я в физике не сильнее тебя. Надеюсь только, что с ним легко будет работать. А то знаешь, у гениев бывают свои причуды, – он покрутил рукой у головы.

– Эйнштейн, вроде как, был очень общительным. Особенно с женщинами, – хохотнул Руслан.

– Это я понять могу, – расплылся Рыжий в улыбке. – Но вот как-то читал, что Тесла был социопатом. А Ньютон вообще у себя в глазах палками ковырялся. Это он так оптику изучал. В общем, хрен их знает этих гениев. Будем надеяться, что с нашим можно будет найти общий язык.

Руслан рассеянно поддерживал разговор, а сам в это время старался не слишком открыто глазеть по сторонам. Чем больше он знакомился с Агартой, тем большее впечатление она на него производила. Никогда бы не подумал, что под теми угрюмыми зданиями и тюремным забором кроется современный и такой уютный комплекс.

– У всех свои тараканы в голове… – произнес он, возвращаясь от своих мыслей к беседе. – Но если технология уже рабочая, зачем участие ученых в проекте? Можно же просто права на использование готовой технологии передать. Или акции компании, которая владеет такими правами. Варианты разные могут быть.

Олег сразу подхватил с нажимом:

– Технология рабочая, но еще совсем сырая! Там есть над чем работать. Например, оборудование для передачи энергии очень массивное. Здания во дворе видел? Одно из них – один большой ресивер. Говорят, что его можно усовершенствовать: как огромный ламповый компьютер из прошлого превратили в более мощный карманный. И вроде как уже есть подвижки в этом вопросе. Поэтому участие ученых необходимо. Да и наши американские партнеры настаивают, чтобы все дальнейшие научные разработки велись только совместными силами, а результаты принадлежали обеим сторонам.

Входные двери распахнулись. В столовую медленно вплыла среднего роста брюнетка лет тридцати на вид. Ее роскошную фигуру не мог испортить даже надетый поверх одежды лабораторный халат. Что-то оживленно обсуждая с двумя сопровождавшими ее спутниками, красавица прошла в противоположный конец зала. Усилием воли, смешанным с чувством вины перед женой, Руслан заставил себя отвести взгляд. Олег так не утруждался.

– Рыжий, хорош пялиться, – прошептал Руслан, но его слова не возымели никакого эффекта. – Ты же руководитель проекта! Веди себя соответственно.

– Да, точно, – Рыжий наконец, закрыл рот и перевел взгляд на Руслана, – и как руководитель проекта я признаю свою ошибку! Я недостаточно времени уделяю его научной части. – Прищурившись, он опять посмотрел на незнакомку. – Надо выяснить, у кого работает этот брильянт. Может, чья-то ассистентка?

Двери вновь открылись, пропуская невысокого, очень упитанного мужчину в сером деловом костюме. С выражением лица, достойным Людовика четырнадцатого, взирающего на новую фреску в Версале, мужчина обвел взглядом помещение столовой и, заметив Олега, направился в их сторону. Рыжий быстро встал навстречу и протянул руку в приветственном жесте. Руслан машинально привстал вслед за другом.

– Добрый день, Игорь Яковлевич!

– Привет, Рыжов, – мужчина пожал Олегу руку и пристально посмотрел на Руслана, запрокинув при этом голову так, будто это он смотрит сверху вниз, а не наоборот. Игорь Яковлевич, должно быть, очень гордился своим вторым подбородком, раз так стремился его продемонстрировать. – А это, должно быть, наш новый юрист?

– Здравствуйте, – учтиво произнес Руслан. Он дождался, когда Игорь Яковлевич протянет руку, и ответил на рукопожатие.

– Да, это Руслан Костенко. Как я уже говорил, очень опытный и креативный корпоративный юрист, – бодро отрапортовал Олег. – Руслан, это президент нашей компании, Игорь Яковлевич Корин.

– Очень приятно, – дружелюбно, но без подобострастия, улыбнулся Руслан, не отводя взгляд.

– Взаимно, – Корин еще секунду смотрел в глаза Руслану, затем отвернулся и махнул рукой в направлении буфета. – Ладно, пойду кофе возьму и поздороваюсь с остальными. Через час встреча, не опаздывайте.

– Вот ты и познакомился с нашим боссом, – сказал Олег, когда Корин отошел на достаточное расстояние. Он заметил официанта, который смущенно мялся с подносом в нескольких шагах, пока они общались с Кориным, и коротким жестом подозвал его к столу. – Он, конечно, немного Наполеон, но в целом не зловредный. И далеко не глупый.

– Если все так, как ты говоришь, то я спокоен. Бывают начальники и похуже.

Официант с легким пафосом снял крышку с супницы, и Руслан вдохнул пряный аромат свежеприготовленного блюда: «А готовят то здесь очень даже неплохо…»

Глава 4

– Ну как? – довольно причмокнув, Олег откинулся на стуле.

– Должен признать, кухня здесь на уровне, – ответил Руслан. В ожидании приближающейся встречи он и так чувствовал себя не очень уверенно, резкий контраст впечатлений от комплекса лишь усиливал это чувство.

– Ну вот! – улыбнулся Рыжий. – А то «тюрьма», «бункер». – Он взглянул на часы и вмиг стал серьезнее. – Ладно. До встречи еще почти полчаса, но я бы предложил уже пойти в зал заседаний. Не то чтоб я сильно нервничаю, но лучше как следует подготовиться.

– Веди, – Руслан пожал плечами и поднялся из-за стола. Ему хотелось увидеть место встречи, и раз уж они придут туда заранее, выбрать место поудобнее.

Зал заседаний оказался просторным помещением с большим столом в центре и огромным монитором на стене. К удивлению Руслана, за столом их уже ожидал худощавый парень с внушительной шевелюрой соломенных волос.

– Здравствуйте, меня зовут Александр, – выпалил парень, вскакивая из-за стола и возвышаясь над Русланом. В руках он нервно теребил какие-то бумаги.

– Руслан, – видя нервозность парня, Руслан невольно проникся к нему симпатией, ведь и сам чувствовал себя не в своей тарелке.

– Олег Рыжов, руководитель проекта «Тектоник», – холодно представился Олег. В его взгляде не читалось и намека на дружелюбие. – Если я правильно понимаю, вы здесь по поводу встречи рабочей группы?

– Да, – неуверенно выдавил Александр, еще больше стушевавшись от реакции Олега. – Я, к-хм… за налоги буду отвечать.

«Так это тот самый мажор? – догадался Руслан, – министерское дитя…»

– Угу. Значит, я все правильно понял, – уже скорее сам себе сказал Олег, отворачиваясь. Он синхронизировал свой ноутбук с монитором, на котором после незначительных манипуляций с клавиатурой появилась надпись с названием проекта. Подойдя к монитору, он легкими касаниями перелистнул несколько слайдов и, убедившись, что все работает, как надо, вернулся на свое место, достал из кармана телефон и молча уставился в него.

Руслан сел рядом с другом. Он понимал реакцию Олега, но решил, что выводы делать рано. Пока еще сын министра негативного отношения не заслужил.

– Нам, наверное, предстоит много работать вместе, – Руслан постарался, чтобы его голос звучал дружелюбно. – Я буду вести юридическую часть.

– Очень рад познакомиться! – ободрился Александр. Он до сих пор стоял, но, осознав неловкость ситуации, смущенно сел. – Я думаю, нам нужно будет начать с выбора юрисдикции для совместного холдинга. Также нужно будет продумать каналы финансирования, ведь налогообложение процентов по кредитам может сильно отличаться.

Олег косо взглянул на Руслана и вернулся к телефону. Александр же, пытаясь продемонстрировать профпригодность, начал торопливо рассказывать истории из опыта. Все они сводились к важности нюансов налогообложения. Руслан внимательно слушал и кивал, делая вид, что ему интересно. Парень запнулся и замолк, лишь когда в зал заседаний вошел Корин, двое мужчин и женщина. После того, как все расселись, Корин первый взял слово:

– Рад всех приветствовать. Если кто еще не знает, меня зовут Игорь Яковлевич Корин. Я – президент компании Трансенд. Сейчас вы находитесь на экспериментальном подземном комплексе, который принадлежит компании Трансенд. Комплекс называется Агарта. Надеюсь, я не должен никому напоминать, что данный объект является секретным и говорить о нем с посторонними, мягко говоря, не стоит. – Корин выдержал многозначительную паузу и обвел взглядом присутствующих. – Собрались мы здесь, чтобы обсудить начало работы над реализацией проекта под называнием «Тектоник». Английское слово выбрано не случайно. Уверен, все знают, что проект мы будем воплощать в жизнь совместно с американскими партнерами. Подробнее о самом проекте вам расскажет его руководитель, – Корин кивнул в сторону Олега. – Я же пока обозначу роли участников.

Последовала очередная пауза, пока президент компании наливал воду в один из стоящих на столе стаканов. Все молча ждали.

– Итак. Здесь присутствуют все члены рабочей группы, за исключением доктора Гинингер. Доктор скоро к нам присоединится. Свою роль я уже обозначил, повторяться не буду. Этот яркий, во всех отношениях, молодой человек, – ухмыльнулся собственному каламбуру Корин, показывая рукой на Олега, – Олег Рыжов. Олега назначили руководить проектом неспроста. Он уже год работает в нашей компании и зарекомендовал себя как настоящий профессионал. Про свой Гарвард он вам сам расскажет… Рядом с ним Руслан Костенко. Он наш новый коллега и будет сопровождать все юридические вопросы предстоящей сделки.

Все взгляды устремились на Руслана. Хоть подобные встречи и были ему не в новинку, он почувствовал, как у него начали гореть щеки и участилось дыхание.

– Добрый день! – Руслан старался не выдавать волнения, но голос все равно вышел хрипловатым.

Стул рядом пустовал, на следующем сидел мужчина лет пятидесяти. Из-за воротника его рубашки выглядывала яркая татуировка, которую Руслан разглядеть не смог, да и не очень пытался, чтобы не выглядеть невежливым. То ли змея, то ли дракон какой-то. Должно быть набил еще в молодости, а потом пожалел: сейчас на фоне седеющих усов и редеющих волос татуировка смотрелась нелепо.

Корин представил его:

– Владимир Павлович Козинский, наш главный инженер. Он помогает доктору Гинингер c аппаратной частью.

За Александром, который по мнению Корина являлся «молодым дарованием и свежей кровью в компании», следовала Яна Сергеевна Панова. Немолодая уже женщина с короткой стрижкой – она должна была отвечать за привлечение финансирования и отношения с инвесторами. Панкова коротко кивнула, не вымолвив ни слова.

Последним директор представил Сергея Васильевича Смотрова – начальника службы безопасности, о нем Олег упоминал в столовой. Немолод, но явно держит себя в форме. Седые короткие волосы и такие же бесцветные глаза, оставшиеся неподвижными, даже когда его тонкие губы искривились в подобии улыбки. С таким лучше пересекаться пореже.

– Что-то доктор слишком уж задерживается, – Корин с явным раздражением вскинул запястье и посмотрел на свои золотые часы. – Что ж, семеро одного не ждут. Господин Рыжов, передаю слово вам.

Олег только начал вставать со стула, как дверь в зал заседаний открылась. Он так и замер на полусогнутых ногах, выпученными от удивления глазами провожая обходящую стол брюнетку в лабораторном халате. Ту самую, которую час назад они видели в столовой.

– Простите за опоздание, пришлось задержаться в лаборатории, – произнесла она невозмутимо, присаживаясь на свободное место возле Руслана. Руслан снова почувствовал, что краснеет, но быстро взял себя в руки и взглядом показал Рыжему, чтобы тот сел.

– Коллеги, позвольте вам представить Маргариту Гинингер, не побоюсь этого слова, гения современной физики малых частиц и непосредственного автора технологии беспроводной передачи электрической энергии! – Корин говорил с такой гордостью, будто описывал собственные достижения. Маргарита, кажется, слегка смутилась, но улыбнулась и кивнула окружающим.

– Раз все в сборе, предлагаю перейти к, собственно, проекту. – Прервал тишину взявший себя в руки Олег. Он встал и подошел к монитору. – Итак. Цель проекта – достижение доминирующего положения на рынке поставок энергоносителей посредством объединения наших разработок и потенциала с американскими партнерами. Я говорю сейчас не о каком-то географическом секторе, я говорю о мировом рынке…

Руслан слушал высокопарную и напичканную терминами речь Олега и удивлялся, как ему удается подавать ее настолько естественно. Каких-то несколько секунд назад он ошарашенный стоял в неловкой позе с раскрытым ртом, а теперь заливал так, что ему хотелось верить.

– … Что имеем мы? – продолжал Олег. – Как уже было сказано, благодаря прорыву, который совершила прекрасная доктор Гинингер …

А вот публичное заигрывание Олега с Маргаритой на первой же рабочей встрече показалось Руслану не лучшей идеей, но таков уж был Рыжий. Вижу цель, не вижу препятствий. Маргарита промолчала, но ее на мгновение сузившиеся глаза подтвердили мнение Руслана.

– … Мы также имеем новейший экспериментальный комплекс Агарта, на котором новая технология была успешно протестирована. Энергоснабжение комплекса в полном объеме обеспечивается за счет электрической энергии, производимой на Калининской атомной электростанции. – Слайды на мониторе менялись, изображая то интерьер Агарты и ее характеристики, то энергоблок Калининской АЭС. Олег уверенно продолжал: – Кроме того, будучи отрезанным от внешних сетей жизнеобеспечения, но имея практически неисчерпаемый источник энергии, комплекс способен обеспечить комфортные условия жизни для двух тысяч человек. Например, вода, которую мы сейчас с вами пьем, – Олег указал на несколько стеклянных кувшинов на столе, – отбирается из протекающей поблизости реки и фильтруется на комплексе. За качество можете не переживать.

Олег демонстративно отпил из своего стакана, отсалютовав им присутствующим. Затем, вновь переключив слайды, продолжил:

– Что имеют наши будущие партнеры? В первую очередь передовую технологию сбора солнечной энергии. Она в среднем на двадцать процентов эффективнее распространенных на рынке аналогов. – Диаграмма на очередном слайде демонстрировала показатели текущих лидеров рынка. – Также партнеры имеют передовые космические технологии, с помощью которых построили на низкой околоземной орбите всем известную станцию. Напомню, размеры станции составляют порядка километра в диаметре; она вращается на высоте около тысячи километров и имеет уникальную систему защиты от космического мусора. – Козинский уважительно кивал, как бы подтверждая слова Олега об успехах американских инженеров. На мониторе красовалось впечатляющее изображении новой станции. – К сожалению для одних, к счастью для других, – Олег лукаво улыбнулся, – разработки по транспортировке энергии у наших партнеров провалились. А без этой технологии их космическая станция приобретает статус, опасно близкий к статусу неликвидного актива, – Олег обвел аудиторию торжествующим взглядом и добавил:

– Но не для нас. Представьте, какой потенциал несет в себе объединение наших возможностей! Мы сможем собирать энергию не только в космосе. Очевидной опцией видится строительство солнечных станций в пустынях. Но в средне – и долгосрочной перспективе именно космическим станциям будет отдан приоритет. Заметьте, вся заманчивость проекта заключается не только в том, где мы сможем собирать энергию, но и в том, куда мы сможем ее передавать! Мы сможем обеспечить электричеством любые труднодоступные районы. Тепловые электростанции, электросети общего пользования, забудьте о них! Достаточно будет иметь приемный модуль и договор с одной из наших компаний. Углеводороды уйдут либо в химическую промышленность, либо в историю. Как энергоносители они не будут нужны никому!

– Кроме того, – авторитетно вставил Корин, – проект поможет нам снизить напряжение в отношениях с Америкой. Будем надеяться, что это вразумит Китай и поумерит их аппетиты. Войну не выиграть никому, она может привести лишь к взаимному уничтожению.

После ремарки Корина в зале повисла напряженная тишина. Все, должно быть, понимали масштабность последствий, если проект все же увенчается успехом. Один лишь Смотров неопределенно и как-то презрительно хмыкнул.

– Если уж говорить о снижении международного напряжения, – нарушил тишину Руслан, – может, имеет смысл пригласить в проект и китайцев? Их наработкам тоже можно было бы найти применение. Взять ту же базу на Луне.

Корин слегка поморщился и бросил на Руслана недовольный взгляд:

– Мне нравится широта вашего мышления, Руслан. Но боюсь, вовлечение новых сторон в сделку – это вопрос не нашего уровня, – сухо заметил Корин. – Китайцам сейчас нечего предложить со своей стороны, а их лунная база, очевидно, служит другим целям. Им несколько раз предлагали сотрудничество в этом направлении, но от всех предложений они отказались. Поэтому они имеют полное право обижаться, – Корин развел руками, – и мы не будем им в этом мешать.

– Как бы там ни было, – вмешался в дискуссию Олег, – это вопрос не нашего уровня. Поэтому предлагаю вернуться к обсуждению проекта. Кратко о предполагаемой структуре сотрудничества. Без создания общего холдинга нам не обойтись. Взносом в холдинг с нашей стороны будут сто процентов акций Трансенд. Все имущественные права на объекты интеллектуальной собственности, созданные под руководством доктора Гинингер, уже принадлежат компании, так что в этой части проблем быть не должно. Партнеры со своей стороны внесут в холдинг акции Солар Некст. Эта компания – собственник орбитальной станции и всех связанных разработок, а также космодрома в Техасе. На этом первый этап проекта будет завершен.

– Для урегулирования всех вопросов, связанных с управлением совместным бизнесом, порядком финансирования и прочих важных вопросов мы подпишем соглашение акционеров. Над проектом я уже работаю, – добавил Руслан, за что Корин в этот раз удостоил его одобрительным кивком.

– Как я уже говорил, – продолжил Олег, – для ведения дальнейших работ и развития совместного бизнеса, нам нужно будет объединить усилия наших ученых. Подозреваю, что американцы не захотят передавать права на станцию до тех пор, пока не будут убеждены в том, что наши технологии пригодны для передачи энергии со станции на землю.

– Я в этом даже не сомневаюсь, – подала голос Маргарита.

– А как мы можем быть уверены, что, установив нашу технологию на свою станцию, они нас не кинут и не оставят себе и то, и другое? – голос у Смотрова соответствовал его внешности. Говорил он без каких-либо интонаций, так, будто ему лень было выдавливать из себя слова.

Все повернулись к Маргарите.

– Это маловероятно, – после недолгого раздумья ответила она. – Если все очень упростить, для передачи энергии нужны две равнозначных части: одна передает, другая принимает. Мы им отдадим ту, что передает. Ту, что принимает, а также ключи для управления обеими, оставим себе, – предложила Маргарита. – Они, конечно, могут изучить образец трансмиттера, который мы им отдадим, и на его основе попытаться смоделировать ресивер. Но даже если им это удастся, это займет месяцы. Мы же будем иметь результаты испытаний в тот же день, когда будет закончен монтаж трансмиттера на станции.

– В таком случае, – снова включился в разговор Руслан, – мы можем до испытаний подписать все документы с отлагательным условием. Как только мы получим успешные результаты испытаний, все документы автоматически вступят в силу, и мы приобретем права на станцию и прочие активы. Точнее, нашу половину в них.

– Отлично! – Корин хлопнул ладонью по столу. – Мне уже нравится, как работает наша команда. Американская делегация прибудет для знакомства и осмотра Агарты послезавтра. До этого Олег, по мере необходимости, проведет с каждым из вас индивидуальные встречи. Если ни у кого нет вопросов для общего обсуждения, предлагаю сегодняшнюю встречу считать закрытой и приглашаю всех вечером в столовую выпить за знакомство. За счет компании, конечно же! – Вопросов не было. Корин попрощался и покинул переговорную.

Глава 5

На вечеринку пришли все, кроме Пановой. Корин открыл вечер продолжительным вдохновляющим тостом в кавказском стиле, после чего инициативу перехватил Рыжий. Создание и поддержание командного духа, безусловно, входило в его обязанности. Он кружил вокруг стола, как шмель, жужжа непрерывным потоком шуток и подливая всем напитки. Особое внимание уделял Маргарите, но большинство его знаков внимания она игнорировала либо встречала с холодной вежливостью. Над удачными шутками она смеялась вместе с остальными, не кичилась, вела себя естественно, и в общем производила приятное впечатление. Очевидно, что опасения Олега насчет причуд ее характера оказались напрасными. Не менее очевидно было и то, что ему придется попотеть, чтобы найти с ней общий язык в том понимании, которое он теперь в это вкладывал.

Так получилось, что Руслану пришлось сидеть между Смотровым и Кориным. Смотров практически не пил и отмалчивался, наблюдая за окружающими и лишь изредка бросая нейтральные реплики. Корин, как и Руслан, пил виски. За прошедшие полдня его высокомерие никуда не делось, однако с каждой новой порцией, которую подливал Олег, маска Цезаря постепенно сползала. Поскольку общаться со Смотровым не хотелось совсем, Руслан много разговаривал с Кориным и, несмотря на его маньеризм, нашел в нем интересного собеседника.

По прошествии пары часов и десятка тостов, Игорь Яковлевич достал телефон и стал показывать Руслану семейные фотографии. Показ сопровождался краткой историей его жизни. Жена его погибла два года назад от нового вируса, вспышка которого случилась во время их отпуска в Индии. Сам Корин также подхватил инфекцию, но выкарабкался без существенных осложнений. Он тяжело переживал ее утрату, но через два месяца после трагедии старшая из трех дочерей родила первого внука, что, по словам самого Корина, вдохнуло новый смысл в его жизнь. Видно было, что внука он очень любит и безмерно им гордится.

– Ну а ты сам женат? – прервал свой монолог Игорь Яковлевич. – Дети есть?

– Женат, – Руслан выпил достаточно для поддержания разговоров на личные темы и показал Корину фото жены.

– Красавица! – искренне восхитился Корин, после чего добавил с ноткой печали в голосе, – моя Любка тоже красивая была. Даже после того, как троих родила. А в молодости так вообще от ухажеров отбоя не было. Не раз мне приходилось отстаивать свое счастье, – он хвастливо потряс кулаками.

Руслан улыбнулся браваде начальника, прикидывая, сколько Корин при своем росте мог весить в молодости. Борьба за счастье ему, должно быть, дорогого стоила. У Руслана же все было наоборот. Из-за его габаритов люди, как правило, избегали с ним прямой конфронтации, но слова Корина заставили вспомнить те пару случаев, когда занятия боксом пригодились. Одним осенним вечером, когда они еще учились на первом курсе универа и только начинали встречаться, он провожал Олю домой. На подходе к Олиной многоэтажке их встретила компания из шестерых молодых людей. Один из них давно подкатывал к Оле и намеренно задевал Руслана. Так произошло и в этот вечер. Отвергнутый парень стал бесцеремонно цепляться к Оле и, чувствуя за собой поддержку пятерых друзей, снисходительно насмехаться над Русланом. С таким очевидным дисбалансом сил Руслану было страшно ввязываться в драку. Но потерять лицо в Олиных глазах оказалось страшнее, чем получить по этому самому лицу, поэтому Руслан начал бить первым. Через несколько секунд трое валялись на мокром асфальте, а оставшиеся, отскочив на приличное расстояние, начали блеять о том, что в темноте перепутали его с кем-то другим. На следующий день Оля рассказала о случившемся Рыжему, а тот разнес сплетни по всему району, изрядно их приукрасив. После этого случая Руслану еще приходилось выяснять отношения с помощью кулаков, но никогда в том районе, где он жил.

Эти воспоминания пролетели в голове за считанные мгновения. Руслан не стал делиться ими с Кориным, чтобы не выглядеть хвастуном, вместо этого показал ему фотографии своих детей.

– Какие крепыши, – улыбнулся Корин. – Сын и дочь, полный комплект. Я смотрю, они одного возраста?

– Да, им по три года. Двойняшки.

– Двойняшки? Искусственное оплодотворение?

– Да. У нас с Олей были определенные проблемы, пришлось решать таким способом.

– Понимаю… Ну тем они, наверное, дороже. Всегда больше ценишь то, что дается с трудом.

– Других детей у меня нет, – пожал плечами Руслан, – поэтому сравнивать не могу. Но не думаю, что могут найтись причины, по которым я любил бы их меньше.

– Тоже верно. Ладно, что-то я уже многовато выпил. Пора и честь знать. Но вы можете не спешить, завтра – выходной, – Корин похлопал Руслана по плечу и, пожелав остальным всего хорошего, отправился спать.

– Налаживаешь отношения с начальством? Молодец, – неожиданно прозвучал рядом неприятный голос Смотрова. Руслану вздрогнул и повернулся к нему, но по выражению лица так и не смог понять, Смотров его просто подкалывал или действительно так думал.

– Просто сидели общались. Так получилось, – как бы оправдываясь ответил Руслан. Домыслы Смотрова были ему неприятны.

– Ну да… – Смотров вальяжно встал. – Мне, пожалуй, тоже пора. Спокойной ночи, —сказал он, обращаясь ко всем сразу, и удалился.

Через четверть часа откланялся Козинский, а за ним и Маргарита. Она явно устала от назойливого внимания Олега. За столом остались Руслан, Олег и Александр. Парень как цапля сгорбился над своим бокалом вина и настороженно поглядывал на остальных. Он, как и Смотров, весь вечер был немногословен, смущенно хихикая и заливаясь краской, когда шутки переходили одному ему известную черту приличия. Олег плюхнулся на стул, на котором раньше сидел Корин, и вызывающе уставился на Александра:

– Антон! Что ты нахохлился над этим бокалом, как будто его сейчас отберут? Он же пустой! Давай с нами, по-мужски, – Олег налил себе и Руслану виски и протянул бутылку к бокалу Александра.

– Спасибо, я не очень люблю крепкий алкоголь… И меня зовут Саша, а не Антон.

– Точно. Оговорился, – Олег продолжал сверлить Сашу взглядом. – А что ты любишь? Хочешь, могу тебе лонгер принести. Или молока?

– Спасибо, не нужно, – Саша вновь покраснел, но в его глазах появился озлобленный блеск.

– Какой-то ты, Антон, недружелюбный. Я к тебе со всей душой, а ты косишь на меня недобрым взглядом. Я тебе чем-то не нравлюсь?

– Олег… – попытался перебить его Руслан.

– Похоже, что это я вам чем-то не нравлюсь, – сдержанно произнес Саша и встал, намереваясь уйти, но развернулся и выпалил, – и я догадываюсь почему. Думаете, я баловень судьбы? Мажор? Папенькин сынок, которому отец министр выбил незаслуженное место? Может быть, доля правды в этом и есть, но только я об этом не просил! И уж поверьте мне, судьба меня не баловала. – Он секунду помолчал, переводя взгляд то на Олега, то на Руслана, затем смущенно развернулся и быстрым шагом вышел из столовой.

– Ты смотри, – удивился Олег, – а у Антона, оказывается, есть характер.

– Слушай, ну ты реально перегнул. Зачем было так быковать?

– Ой, да ладно, не так уж я быковал, – отмахнулся Рыжий.

– Быковал, – с напором констатировал Руслан, на что Рыжий отвел глаза. – Он – член твоей команды, нравится тебе это или нет. И хреновый из тебя будет лидер, если ты будешь гнобить своих людей по надуманным причинам. Парень этого не заслужил. По крайней мере пока. – Руслан помолчал и, отведя взгляд, невзначай добавил, – представляю, что подумала бы докторша, глядя на твое поведение.

– О-о-о, докторша, – оживился Олег. – Ты вообще понял, что это тот уникальный случай, когда и к умным, и к красивым?

– Конечно, понял. И при всем ее интеллекте я бы не взялся судить, чего в ней все же больше – ума или красоты.

– Это точно, – Рыжий мечтательно вздохнул.

– Я тебе тут, конечно, не советчик, у тебя-то опыта побольше будет; но может, тебе не стоит так резко стартовать? Во-первых, вы – коллеги, и такое поведение с твоей стороны может поставить под вопрос твой профессионализм. Во-вторых, она знает себе цену не хуже тебя, так что, твои прямые как двери подкаты и неуклюжие комплименты вряд ли произведут на нее впечатление. Разве что отрицательное.

– Может, ты и прав. Но ты же меня знаешь, в таких случаях мне тяжело себя контролировать.

– Знаю. Я вот о чем подумал: ведь получается, что главный актив с нашей стороны – это именно она. Зачем американцам идти на такую большую сделку и платить такую цену, если можно было бы просто перекупить ее?

– Я тоже об этом думал. Думаю, они пытались, не дураки же. Видимо, не получилось. Да и технология уже запатентована, так что, в моем понимании, дальнейшая работа может быть направлена лишь на ее усовершенствование. А Маргарита хоть и автор, но не собственник прав на использование технологии. Без разрешения собственника она не сможет работать над ней дальше. По крайней мере законно. А это ведь труд ее жизни.

– Ну что ж, – Руслан зевнул, – время позднее, думаю, что и нам пора расходиться. Я еще Оле обещал позвонить.

***

Олег заявился к Руслану в номер в начале одиннадцатого утра и предложил пойти в спортзал. Приглашение показалась Руслану, мягко говоря, странным. Даже если бы он взял спортивные вещи в командировку, выпитый вчера алкоголь на занятие спортом точно не вдохновлял. Но Рыжий настаивал. В конце концов Руслан не выдержал и, надев джинсы и футболку, согласился составить ему компанию.

Войдя в зал, Руслан оценил его размеры и разнообразие тренажеров. Денег не пожалели. В огромном помещении было все, о чем может мечтать спортсмен, начиная от беговой дорожки и заканчивая рингом и зоной для сквоша. Не было разве что бассейна.

В зале занимались несколько человек, а одна из дорожек была занята Сашей. Прилипшая к его худощавому телу футболка и мокрые волосы говорили о том, что он не ленился. Еще одна причина относиться к нему с уважением, отметил про себя Руслан. Повернув голову к вошедшим, Саша скользнул по ним взглядом и быстро отвернулся, делая вид, что никого не заметил. Олег ответил взаимностью. Руслан же почувствовал себя неловко. Он ничем не хотел обидеть Сашу, но ситуация вчера сложилась так, будто он был с Олегом заодно.

– Тебе бы стоило извиниться перед ним, – посоветовал он Рыжему вполголоса.

– Ага. И что ты предлагаешь, подойти к нему и поклониться? Ты же видишь его лицо, нас для него здесь нет. Пусть так и остается. Да и не сделал я вчера ничего такого, – упорствовал Олег. – Уважение надо заслужить, а он пока ничего для этого не сделал.

– Ну почему же. Он вчера вполне открыто сказал тебе, что думает по поводу твоего поведения. Мне кажется, это уже кое-чего стоит.

– Мало ли, что он там сказал… Не хочешь размяться? – Олег кивнул в сторону ринга, меняя тему разговора.

– Боюсь, мы с тобой в разных весовых категориях. Хотя… – Руслан выразительно посмотрел на уплотнившийся торс друга, – мы уже не так далеко друг от друга, как раньше. В любом случае, я не настроен сегодня тебя избивать. Завтра приедут американцы. Не хватало еще, чтобы наш руководитель встречал их с подбитым глазом.

– Ой, да просто признайся, что боишься.

– А есть, чего бояться? – Смотров опять умудрился застать Руслана врасплох. Друзья резко обернулись. Смотров стоял в двух шагах от них и кривился в презрительной ухмылке. – Давай легкий контакт? Три раунда по три минуты. Или теперь боишься ты?

– Сергей Васильевич, три раунда – это не слишком ли много в вашем возрасте? – не растерялся Олег. – Но если вы настаиваете… По каким правилам?

– На твой выбор.

– Ну давайте тогда классический бокс. Руслан, последишь за временем?

Вся необходимая экипировка была на стеллаже возле ринга. Через несколько минут оба были в шлемах и перчатках с силиконовыми капами во рту. Противники были примерно одного роста, с некоторым преимуществом Олега в весе. Руслану очередная затея Рыжего совсем не нравилась. Тем не менее, он включил секундомер и дал команду «Бокс».

С самого начала Олег отдал инициативу Смотрову, который аккуратно работал джебом, нащупывая дистанцию. Затем в один момент Олег резко выбросил правый навстречу и добавил левый в корпус. Смотров такой прыти не ожидал и пропустил оба удара.

– Неплохо, – прошипел он сквозь капу и сразу же взвинтил темп, набрасывая комбинации, от которых Олег с трудом успевал защищаться.

Руслан с Олегом вместе ходили в секцию бокса еще пацанами. Руслан бросил бокс через три года, но старался поддерживать себя в форме настолько, насколько позволяла работа. Олег тоже бросил бокс, но регулярно прыгал из одной секции единоборств в другую, сопровождая это красочными рассказами о своих успехах. Его послушать, так у него были все даны, пояса и все, что там бывает еще. Руслан к этим рассказам относился снисходительно и значения им никогда не придавал. Теперь же, с удивлением наблюдая за тем, как двигаются оба соперника, он вынужден был признать, что байки Рыжего не были пустым бахвальством. Да и Смотров, учитывая возраст, выглядел очень достойно. Быстр, точен, минимум лишних движений. За этими мыслями Руслан чуть не пропустил конец раунда.

– Время, – гаркнул Руслан.

Бойцы разошлись. Олег подошел к углу, возле которого стоял Руслан, и оперся локтями на канаты. От внезапной интенсивной нагрузки его конопатое лицо покраснело и блестело от пота. Дышал он глубоко, но не тяжело. Смотров стоял в противоположном углу, переминаясь с ноги на ногу, как будто ему не терпелось продолжить.

– А дедуля-то совсем неплох, – нехотя констатировал Олег.

– Этот дедуля, – Руслан покосился в сторону не такого уж и старого Смотрова, – гоняет тебя по рингу, как хозяин провинившегося щенка. Надеюсь, он тебя пожалеет и синяки набивать не станет.

– Посмотрим, кто еще кого пожалеет. Пока что я был точнее, – парировал Олег и развернулся к Смотрову.

– Приготовились, – повысил голос Руслан, – бокс!

Рисунок боя во втором раунде остался прежним: Смотров много атаковал, Олег защищался, время от времени отвечая контратакующими выпадами. В целом оба контролировали ситуацию достаточно хорошо и чистых ударов не пропускали. Когда Руслан объявил о завершении раунда, боксеры вновь разошлись. Смотров уже не танцевал на месте, а оперся спиной об угловую стойку ринга, раскинув руки на канаты. Олег покраснел еще сильнее, по носу стекал пот. Тяжело дыша, он буквально повис на канатах.

– Я тебе говорил, что после вчерашних посиделок не стоило тащится в спортзал. Третий раунд, а ты уже как карась на берегу. И у тебя еще хватило ума зацепиться со Смотровым. Он же явно шпион какой-то с соответствующей подготовкой. Терпи теперь. Или может мне выбросить белое полотенце? – Руслан насмешливо посмотрел на товарища.

Олег злобно зыркнул в ответ, но решил поберечь дыхание и ничего говорить не стал. После команды Руслана о начале раунда он неспешно двинулся навстречу Смотрову. Последний, почуяв усталость противника, бросился в атаку с удвоенной яростью. Олег ушел в глухую оборону и больше ударов принимал на блок, сократив перемещения до минимума. По прошествии примерно двух минут, когда Смотров и сам уже вымахался, Олег оттолкнулся спиной от канатов и буквально взорвался контратакой. Ему вновь удалось застать Смотрова врасплох и донести сразу несколько ударов. Растерявшийся Смотров нырнул навстречу Олегу и совсем не боксерским приемом повалил его на пол. Олег тяжело грохнулся на спину, но не растерялся и, сделав кувырок, тут же вскочил на ноги.

– Стоп! Стоп! – закричал Руслан, протискиваясь между канатов, чтобы стать между соперниками.

Олег замер на месте, выжидающе глядя на Смотрова. Сергей Васильевич стянул шлем и, ухмыляясь, протянул руку в перчатке:

– А ты действительно что-то стоишь, – сказал он Олегу.

– Как ни странно, вы тоже, – Олег нехотя стукнул своей перчаткой по перчатке Смотрова в знак примирения.

– Ха! Да я с тобой просто игрался, – небрежно бросил Смотров, но в его голосе уже слышались нотки уважения к Олегу. – Твой друг прав, тебе ведь действительно завтра представлять нашу компанию, и я об этом не забывал.

– Сергей Васильевич…

– Можно просто Васильевич, – перебил Смотров, развернувшись и направляясь к канатам. – Я в душ.

– Вот же козел, – сказал Олег вполголоса. – Но я его отделал!

– Скажем, ты имел локальные успехи. Но в общем дедуля, как ты его называешь, надрал тебе зад. И не обольщайся насчет его уважения. Такой человек, если это будет в его интересах, нож тебе в спину вставит без колебаний… при всем уважении.

Саша продолжал делать вид, что не замечает их. Лишь раз взглянул, когда они проходили мимо. В его взгляде Руслану почудилось злорадство.

***

На следующий день прибыла американская делегация. Гостям провели экскурсию по Агарте, которая произвела должное впечатление. За экскурсией последовало трехчасовое обсуждение будущего проекта. Были определены реперные точки, установлены сроки и назначены ответственные с каждой стороны. Олег вел переговоры очень профессионально, чем приятно удивил Руслана. В конце дня стороны торжественно подписали меморандум и отправились на банкет в честь начала сотрудничества.

В этот вечер никто много не пил. Олег максимум внимания уделял гостям, практически не замечая даже Маргариту. Руслан в основном проводил время в компании своего американского коллеги Шейна. До того, как принять предложение Солар Некст, Шейн работал партнером в крупной юридической фирме. Его внешность, казалось, вобрала в себя все стереотипы о том, как должен выглядеть юрист со стажем. Строгий костюм, несколько небрежно сидящий на упитанной фигуре, слегка запотевшие очки и зачесанные в попытке скрыть зарождающуюся лысину темные волосы. В дополнение ко внешности Шейн проявлял именно те качества, которые часто приписывают американцам – открытость и словоохотливость. Одним словом, человек-стереотип. За время работы в юридической фирме Шейн накопил массу забавных историй, которые теперь лились на Руслана нескончаемым потоком. Через некоторое время Руслан начал уставать от панибратства коллеги. Увидев одиноко сидящего за стойкой бара Антонова, он воспользовался окончанием очередной истории и, извинившись, направился к бару.

– Как тебе наши партнеры? – спросил он, присаживаясь на соседний стул. На вопрошающий взгляд бармена он жестом дал понять, что ему не наливать.

– Как все американцы. Знают, чего хотят, – ответил Александр, глядя перед собой.

– Слушай… ты извини за этот случай позавчера.

– Вам не за что извиняться, – Александр взглянул Руслану в глаза и тут же вновь отвел взгляд.

– Обращайся ко мне на «ты», я ведь не настолько старше тебя, – улыбнулся Руслан. – И я хотел извиниться за нас обоих. Олег тогда некрасиво себя повел, а я его вовремя не остановил. Но он… ты знаешь… он человек такой. Эмоциональный. Но еще и честный. Что у него в голове, то и на языке. Вот он выпил лишнего и наговорил тебе фигни всякой. Уверен, он сам уже об этом жалеет.

– Я не обижаюсь, – Саша продолжал смотреть на стойку перед собой, явно смущенный обсуждением его чувств. – Да и сам могу за себя постоять. Хотя я видел, как они со Смотровым боксировали вчера. Круто, конечно. Я болел за Смотрова, – он наконец повернулся к Руслану и смущенно улыбнулся.

– Если честно, я тоже, – засмеялся Руслан.

– Никогда не понимал этот вид спорта, – немного помолчав, сказал Саша. – Люди добровольно выходят в ринг, чтобы получать по голове. Или чтобы бить по голове другого человека, который тебе ничего плохого не сделал.

– Ну, каждому свое. Я бокс люблю, например. Здесь все зависит только от тебя, твоей ловкости, реакции и мастерства. И умения предугадывать действия соперника. Да и разные ситуации в жизни бывают. Может очень даже пригодиться.

– Мне кажется, в наше время другие навыки полезны. Пистолет или газовый баллончик остановят любого боксера.

– А ты умеешь с ними обращаться? – Руслан удивленно поднял брови. Образ Саши никак не вязался у него с каким бы то ни было оружием.

– Немного, – Саша снова смутился. – Я вообще музыку люблю.

Как оказалось, под любовью к музыке Саша подразумевал умение играть на нескольких инструментах, особенно ему нравилась скрипка. Руслан еще с полчаса общался с Сашей, затем из вежливости вернулся к Шейну попрощаться и отправился к себе. Завтра его ждал ранний вылет в Киев, а со следующей недели – начало полноценной работы над проектом.

Глава 6

Мысли Руслана то и дело возвращались к загадочному космическому объекту. Чего от него ожидать? Уничтожение Китая окончательно убедило Руслана в том, что лунная база не имеет с Немезидой ничего общего. «Получается, эта неопознанная штуковина прибыла из глубин космоса? А мы, вместо того, чтоб объединиться и дать ей отпор, устроили ядерную бойню!? – его разум отказывался верить в случившееся безумие, – Может, я сплю?!» – он отчаянно мотал головой и не просыпался.

«Если сбылись наши худшие кошмары, как жить в этом дивном новом мире? Нужно ли противостоять Немезиде? Что если выпущенные ею объекты были лишь мирными посланцами? Парламентерами для установления первого контакта. А теперь они сгинули в ядерных взрывах и вулканической лаве вместе с Северной Америкой». – Руслан попробовал вообразить реакцию людей, представив, как человечество отправило своих представителей к инопланетной цивилизации, а та уничтожила их вместе с половиной собственной планеты. Вот уж было бы замешательство. Наверное, поэтому Немезида и кружит на орбите в неведении, что же делать дальше. Руслан бы не расстроился, если, покружив еще немного, она решила не доводить землян до окончательного самоуничтожения и улетела в открытый космос. Навсегда.

Немезида. Ее появление и стало началом конца…

***

Следующие несколько месяцев Руслана полностью поглотила работа. Он уже давно усвоил, что быстрые и легкие договоренности на высшем уровне совсем не означают быстрого и легкого подписания документов. Дьявол, как известно, в деталях. А детали большие начальники, когда торжественно бьют по рукам, не обсуждают.

Хоть Руслану в помощь дали несколько человек и разрешили нанять внешних советников, много работы приходилось делать самому. Переезды и перелеты сжирали огромное количество времени. Изнурительные переговоры выжимали все соки. Из-за разницы в часовых поясах и строгих дедлайнов приходилось работать по ночам. Даже когда Руслан был дома, он практически не видел семью. Дни и ночи проводил за компьютером и телефоном, запершись в своем кабинете. Он даже ел чаще всего в кабинете, довольствуясь тем, что Оля приносила.

Оле тоже было нелегко, ведь пришлось одной справляться со всеми семейными делами. Она держалась молодцом, за что Руслан был очень благодарен. Редкие выходные он старался полностью посвящать семье: играл или занимался с детьми, давая жене возможность отдохнуть и развеяться.

Зато общения с Олегом теперь было в избытке. Несмотря на свою эмоциональность, Олег уверенно вел переговоры, умело поднимая градус дебатов, когда это было уместно для торга; и сохраняя видимое хладнокровие, когда эмоции могли навредить результату.

Руслану удалось наладить хорошие отношения как с представителями партнеров, первым из которых был Шейн, так и с членами команды Трансенд. Он очень сдружился с Сашей. За время работы над проектом министерский сын не раз подтвердил, что претензии Олега не имели под собой никаких оснований. Он вкалывал не меньше Руслана и умудрялся выдавать креативные идеи в самых неожиданных ситуациях. Олег так и не нашел в себе силы открыто признать свою неправоту, но его отношение к Саше заметно изменилось.

На Агарте Руслан побывал еще два раза, и оба – на совещаниях рабочей группы. Доктор Гинингер практически не покидала комплекс. Олег, как казалось Руслану, наведывался туда чаще, чем это было действительно необходимо. Однако угасающий энтузиазм, с которым Рыжий упоминал Маргариту, давал понять, что его потуги не имели желаемого эффекта.

Информация о проекте все же просочилась в прессу, вызвав бурную реакцию мировой общественности и, в особенности, Китая. Озлобленная Поднебесная делала все более резкие выпады в сторону России и США, требуя раскрыть карты и обнародовать информацию о проекте, но в ответ получала лишь встречные обвинения в двуличии с намеками на полную секретность Лунной базы. Никто не хотел уступать или идти навстречу.

Пока политики выясняли отношения, проект продолжал работать. Как говорится: собака лает, караван идет… К августу удалось урегулировать все разногласия и подписать соглашение о создании совместной компании. Как и предлагал Руслан, соглашение должно было вступить в силу сразу же после успешного завершения испытаний технологии Трансенд. Для этого группы экспертов во главе с Гинингер и Козинским вели ускоренную разработку облегченного трансмиттера, который должен быть направлен в космос и установлен на орбитальную станцию вместо неработающего американского оборудования. Запуск назначили на десятое ноября. Американская сторона предоставила не только площадку и носитель для запуска, но и специализированных роботов для выполнения всех монтажных работ. Использование роботов давало возможность не выводить на орбиту людей, что существенно упрощало монтаж и сокращало сроки.

После установки оборудования Солар Некст должен будет произвести пробную передачу собранной на станции энергии на ресивер, установленный на Агарте. Полномочные комиссии обеих сторон прибыли на Агарту девятого ноября.

По случайному стечению обстоятельств, именно девятого ноября на орбите Луны был зафиксирован неопознанный объект.

***

Рейс задержали на три часа из-за непогоды.

Когда самолет сел во Внуково, над Москвой властвовала ненастная ноябрьская ночь. Его встретили. Порывы ветра гроздьями бросали крупные капли дождя на стекла автомобиля. Устав от затянувшегося перелета, Руслан удобно умостился на заднем сиденье и почти сразу задремал. Ему снился обещанный начальством отпуск.

Прибыв на Агарту, Руслан прямиком направился в уже ставший привычным номер 4033 и позвонил жене. Оля ответила сразу же. Брови нахмурены, в голосе нет и намека на привычную шутливость:

– Ты долетел? Все хорошо?

– Да. А что случилось?

– Ты что, новости не смотрел?

– Какие новости? Я только добрался до номера. – Руслан тяжело вздохнул и плюхнулся на ковать, держа телефон перед лицом. – Так что там стряслось? Не тяни, говори уже!

– Там какая-то хрень вокруг Луны летает! – воскликнула Оля, но тут же зажала рот рукой. Она на секунду прислушалась, не разбудила ли детей, и продолжила полушепотом. – Руслан, мне реально страшно. И не только мне. Тут все в шоке. По всем новостным каналам только об этом и речь. И кто что говорит. Кто китайцев обвиняет. Это они, мол, что-то нахимичили на своей базе. Кто истерит, что инопланетяне напали. Третьи вообще про божью кару и судный день. Кому верить?

– Никому не верь, – отрезал Руслан. Луна? Инопланетяне? Бред какой-то. Он встал с кровати и резво направился на первый этаж, чтобы включить телевизор. Усталость как рукой сняло. – У вас там все нормально? Дети где?

– Дети спят. – Оля опустила взгляд, а потом посмотрела на него такими глазами, что у него защемило в груди. – Руслан, я очень боюсь. Ты можешь вернуться?

– Давай я выясню, что происходит и перезвоню тебе. Сам я отсюда уехать не смогу, ты же знаешь. Но я поговорю с Рыжим, может быть, мы отложим испытания. Давай, скоро перезвоню тебе.

Руслан отключил связь с Олей и тут же набрал Олега.

– Ты уже здесь? – вместо приветствия спросил Рыжий. – Да? Тогда дуй ко мне. Номер сто шестьдесят пятый, – бросил Олег и отключился.

Руслан без промедлений отправился к Рыжему. Подгоняемый чувством нависшей тревоги, он почти бежал по коридору. Оля была права, ему лучше поскорее вернуться к семье. Олег ждал у открытой двери и, увидев приближающегося Руслана, жестом пригласил его войти. Номер такой же, только цвет стен и мебели отличался.

– Судя по твоему лицу, ты уже в курсе последних новостей, – сказал Олег, усаживаясь на диван. У него и самого лицо не сияло привычной жизнерадостностью, вызывая ассоциацию с конопатой тучей.

– Знаю только то, что рассказала Оля. Все очень коротко и невнятно, я ничего не понял. Так что там с Луной не так?

– С Луной все хорошо. По крайней мере пока. Но где-то час назад на ее орбите засекли какой-то объект, которого раньше там не было. Вернее, час назад об этом стало известно широкой публике. Когда его реально зафиксировали не известно, да это, наверное, и не важно. И этот объект вызывает всеобщее, если говорить дипломатично, беспокойство. А если говорить, как есть, – обосрались все!

– А есть информация, что это может быть? Это китайцы? Их рук дело?

– Ну, они первые и привлекли внимание к этой херне. Но утверждают, что они тут ни при чем, – Олег никак не мог найти удобного положения. Он постоянно ерзал на месте и менял позы. В итоге он вообще встал и направился на кухню. – Ты же только с дороги? Будешь чай?

– Да я вообще мечтал об ужине, когда сюда ехал. Но что-то аппетит пропал. Хотя теплый чай, наверное, не помешает. – Руслан также прошел на кухню и сел за стол. – Так что за объект? Есть хотя бы предположения?

– Никаких официальных версий. Но он реально огромный. Вот смотри, эта фотография сделана с лунной базы, – Олег дал команду и монитор на стене засветился, изображая поверхность Луны, над которой маячила неясная тень. Через несколько секунд появилось новое изображение, демонстрируя весь диск спутника целиком. На его фоне отчетливо виднелось круглое черное пятно. – А эта фотография сделана с какого-то телескопа. Ты понимаешь, что это маленькое черное пятнышко на самом деле имеет много километров в диаметре?!

– Ни хрена себе! Как китайцы умудрились соорудить такое? – Руслан изумленно таращился на экран. – Да еще и вывести в космос. Оно же больше их станции! Может, это фейк? – с надеждой спросил Руслан.

– Если бы, – Олег потянулся за кружками. – Тебе черный или зеленый?

– Черный.

– Я тут еще булок из столовой прихватил. Собрался заедать стресс, – Олег впервые за вечер улыбнулся. – Присоединяйся. Все свежие.

– Спасибо… Слушай, Олег… Мне нужно домой. Если что-то случится, я хочу быть рядом со своей семьей.

– Я тебя понимаю. Я сам в кои-то веки решил побаловать маму и свозить ее в Таиланд, – Олег на секунду замялся. – Я, конечно, сначала предложил поездку в тропический рай Маргарите, но она почему-то отказалась. В общем, лечу я с мамой. Билеты взял на пятнадцатое число. Но, учитывая это, – он кивком указал на монитор, – придется, наверное, их сдать.

– Да уж, тут не до поездок получается. А жаль! Мы тоже хотели поехать отдохнуть. Так что, будем переносить испытания?

– Думаю, это было бы логично. Но такое решение ни ты, ни я не примем. И даже не Корин. А давай-ка мы его наберем?

Олег взял телефон и набрал номер руководителя.

– Игорь Яковлевич, добрый вечер! – нарочито бодро начал Олег.

– Добрый.

– Игорь Яковлевич, мы тут с Русланом… Мы подумали, что, учитывая последние новости… Ну вы понимаете, что я имею в виду.

– Понимаю, – Корин тяжело вздохнул.

– Ну так вот, мы подумали, что было бы логично перенести испытания до прояснения ситуации.

– Логично. Этот вопрос уже обсуждается. Завтра в девять утра встречаемся в зале заседаний. Надеюсь, решение уже будет. Сообщи остальным.

Корин прервал связь.

– Яковлевич явно не в духе, – заметил Олег.

– А кто сейчас в духе? Но похоже, что он с нами на одной стороне. Это радует. Будем надеяться, что большие боссы примут адекватное решение и утром мы все отправимся по домам. – При мысли о том, что руководитель их поддерживает, на душе отлегло. Руслан придвинул свою кружку поближе и, обведя взглядом кухню, спросил: – Ну так где твои булки?

Рыжий расплылся в довольной улыбке и полез в один из ящиков. Через минуту посреди небольшого кухонного стола красовалась тарелка с разнообразными сдобными и слоеными булочками. Олег сел напротив Руслана и смотрел на булки с таким озадаченным видом, будто выбирал корову, а не вечерний перекус. Руслан взял слойку с изюмом. Рыжий не соврал, она была мягкой и свежей.

– Ты что и правда предложил Маргарите вместе поехать в отпуск? – теплый чай и вкусная сдоба отодвинули мрачные мысли на второй план. Хотелось поговорить о чем-нибудь хорошем.

– Ну да, а почему нет? – казалось, что Рыжий был удивлен вопросу не меньше, чем Руслан его нескромной инициативе.

– Почему нет?! – Руслан засмеялся. – А у вас уже что-то было, что ты делаешь такие, достаточно интимные предложения?

– Конечно было, – с важным видом ответил Олег. – Она уже два раза согласилась со мной пообедать. Раньше она даже разговаривать со мной не очень-то хотела. Так что лед тронулся!

– Рыжий, ты неисправим! Согласилась пообедать, значит пора уже в номер в отеле?

– Вот только не перекручивай! Вечно вы, юристы, все извращаете. – Олег постучал пальцами по столу, отрешенно глядя куда-то в сторону. – И это же не просто отель. Это Four Seasons!

Глава 7

Проснувшись, Руслан первым делом просмотрел новости. Изменений не было, неопознанный объект успел сделать множество оборотов вокруг Луны, всякий раз меняя угол вращения. Руслану не терпелось узнать решение руководства, поэтому он пораньше отправился к месту совещания. Похоже, не терпелось и остальным. Когда он вошел в зал заседаний, там присутствовали все, кроме Корина и Пановой, которая и не должна была участвовать в испытаниях. Даже Маргарита, опаздывавшая на все предыдущие встречи, была на месте.

Корин к девяти не явился. С каждой минутой его отсутствия и без того напряженное ожидание грозило перерасти в коллективный психоз. Даже Смотров, который своей пассивностью на совещаниях обычно напоминал труп, в этот раз участвовал во всеобщих обсуждениях и нервно шутил невпопад.

– Вы, наверное, уже знаете, что американцы сделали официальное заявление? – Смотров говорил негромко, но сразу же приковал к себе внимание. – Любое движение объекта в сторону Земли будет расценено угрозой национальной безопасности. И агрессией со стороны Китая, – добавил после секундной паузы. – Угрожают пропорциональным ответом.

– Слышали, – подал голос Козинский, – только не понимаем, что такое «пропорциональный ответ». Они войну собрались развязать?

– Не исключено, – Смотров коротко кивнул. – Есть информация, что наши собираются сделать аналогичное заявление.

– Класс, – Олег откинулся на своем стуле. – Это получается, Россия и США готовы вместе объявить войну Китаю?

– Получается так. И мы знаем, какие средства могут применяться в современной войне, – сказал Смотров, намекая на недавние события на Ближнем Востоке.

– Остается надеяться, что этот объект и дальше будет вертеться вокруг Луны и к нам не полетит. – Сложившаяся ситуация очень волновала Руслана, а от этих разговоров становилось только хуже. – А есть какое-то подтверждение, что это создали китайцы? Может быть какие-то разведданные?

– Откуда мне знать разведданные? – небрежно бросил Смотров. – Но это ведь у них база на Луне. И хрень эту впервые возле Луны заметили. Совпадение? Да и какие альтернативы? Инопланетяне?

– Альтернативы? А к чему мы приходим при отсутствии альтернатив? К ядерной войне? Само по себе появление этого объекта уже выглядит невероятно. Поэтому говорить о невероятности альтернатив не совсем, на мой взгляд, уместно. – Руслан почувствовал, что его нервозность начала переходить в злость, которую он с трудом сдерживал. Он сделал секундную паузу, чтобы остыть, и обратился к Маргарите и Козинскому. – Коллеги, вы тут лучше всех разбираетесь в технологиях. Что скажете? Могли мы не заметить приближение такого объекта из космоса?

– Могли, конечно, – ответил Козинский. – Наши технологии для наблюдения за космосом далеки от совершенства. Мы до сих пор продолжаем открывать новые небесные тела в нашей родной солнечной системе. Люди, – в его голосе послышалось сожаление, – в последнее время слишком заняты слежкой друг за другом, чтобы смотреть вверх и обращать внимание на что-то еще. Я вполне допускаю, что приближение даже такого большого объекта могли проспать.

– Никто до сих пор не опубликовал хоть какие-то аналитические данные. Тот же инфракрасный анализ, например. Какая у него температура, какой примерный состав и плотность? Кроме ориентировочных размеров ничего нет, – Маргарита развела руками. – А если говорить о размерах, то, простите, что вновь оперирую категориями вероятности, но мне кажется создание этого объекта на Луне крайне маловероятным. Я не верю, что его можно было создать настолько быстро и незаметно, что его впервые засекли уже полностью сформированным и выведенным на орбиту. А как китайским ученым удалось преодолеть гравитацию, чтобы оторвать такую махину от Луны?

– Тогда получается, – вновь заговорил Руслан, – что, если этот объект действительно извне, то нам объединятся нужно, а не воевать друг с другом!

Дверь в переговорную распахнулась, и вошел Корин. Выглядел он не лучшим образом: лицо опухшее, под покрасневшими глазами набрякли мешки.

– Здравствуйте, коллеги, – сказал Корин, тяжело садясь на свободный стул. – Не говорю «доброе утро», потому что это не так.

Сердце у Руслана упало куда-то на дно желудка, в висках застучал пульс. Лица остальных застыли и побледнели.

– Короче, у меня для вас две новости. Начну с плохой, —Корин говорил устало и практически без эмоций. – Обсуждения, что делать дальше, велись на высшем уровне почти всю ночь. Решение такое: в свете развивающихся событий и потенциальной угрозы нашим странам просто архи важно, как можно скорее завершить испытания и передать технологию в промышленную эксплуатацию. Нам, как и нашим партнерам, необходимо иметь доступ ко всем потенциальным источникам энергии. Как и возможность передавать энергию, куда потребуется. В связи с этим нам также необходимо ускорить разработку портативных ресиверов, – он угрюмо посмотрел на Маргариту.

– То есть мне надо начать думать в два раза быстрее? – огрызнулась она.

– Маргарита, – Корин вздохнул, – в данный момент я всего лишь передаю поставленные задачи. И я в вас верю. Уверен, вы сможете найти резервы. Если для этого нужны какие-либо ресурсы, то это уже моя задача. Просто дайте мне список.

Маргарита сложила руки на груди и отвернулась, ничего не ответив. Остальные в не спускали с Корина глаз.

– Теперь хорошая новость, – сказал он тоном, больше подходящим для зачитывания некрологов. – Американская делегация уже здесь. С их стороны все готово к началу работ. Начинаем через час. Поэтому предлагаю всем, у кого есть аппетит, позавтракать и приступать к выполнению. Пожелаем нам всем удачи и скорейшего завершения испытаний.

Когда сотрудники начали покидать комнату, Руслан подошел к Корину.

– Игорь Яковлевич, можно вас на минуту?

– Что у тебя, Руслан?

– Я хотел спросить… Я очень нужен на испытаниях? Я же юрист, а не техник. От меня здесь толку немного.

– Руслан, – Корин протер руками лицо, будто умывался, – я – тоже человек. И как у тебя, у меня есть дети. И даже внуки. Все они собрались сейчас у меня дома, в Подмосковье. Я планировал провести отпуск в тесном семейном кругу. Для меня это очень важно. – Игорь Яковлевич посмотрел в сторону, плотно сжав губы. – И, конечно, я очень переживаю и хочу сейчас быть рядом с ними. Вроде бы ничего страшного еще не произошло, но эта неизвестность давит мне на нервы не меньше, чем тебе. А ведь это была именно твоя идея – привязать вступление всех документов в силу к результатам испытаний. Хорошая идея, правильная. И поэтому проконтролировать и правильно оформить все документы должен именно ты. От меня здесь еще меньше толку, чем от тебя. Но мы оба остаемся здесь, пока все не закончится. И это не обсуждается.

В отчаянии Руслан вышел из переговорной и отправился к себе. Аппетита у него не было совсем, вместо завтрака ему предстоял разговор с женой. Оля очень ждала новостей, и он не хотел мучить ее неопределенностью. Все, что он мог сейчас сделать – подобрать правильные слова, чтобы смягчить ситуацию и поддержать супругу.

***

От американцев прибыла комиссия из пяти человек. Трое ученых, с которыми Руслан раньше не сталкивался, главный менеджер проекта со стороны «Солар Некст» Роберт и привлекательная молодая переводчица азиатской наружности. На рынке существовало достаточно программных продуктов, которые обеспечивали отличный уровень голосового и письменного перевода, поэтому Руслан не понимал, зачем Роберту потребовался переводчик. Тем более, что практически все представители «Трансенд» свободно говорили на английском. Вероятно, у девушки были и иные функции.

Контроль всех работ велся из центрального лабораторного модуля на пятом уровне, куда Руслану предварительно дали доступ. Когда он появился в модуле, там, помимо Маргариты и ее сотрудников, были Олег и все представители американской стороны. Носитель с трансмиттером и дронами для выполнения монтажных работ как раз стартовал с космодрома в Техасе. Несколько мониторов на стене отображали актуальный статус и график движения носителя. Управлять дронами должны специалисты «Солар Некст», находящиеся в Техасе, а контроль и, при необходимости, координация работ была возложена на совместную комиссию на Агарте. Между центром управления в Техасе и Агартой была установлена прямая связь по защищенному многоуровневым шифрованием каналу.

Руслан сел в одно из кресел у дальней стены и наблюдал за происходящим. Он заранее подготовил проекты документов для фиксации результатов испытаний и направил их Шейну для согласования. Теперь оставалось только ждать. Что может быть хуже?

Пока Руслан был занят своими мыслями, последняя ступень отделилась, носитель вышел в термосферу и устремился по заданной траектории к солнечной станции. Рабочая группа поздравила аплодисментами коллег по другую сторону океана. Рыжий, пользуясь всеобщим воодушевлением, обнялся с Маргаритой. Радость окружающих на минуту заглушила давящую тревогу, но она очень скоро вернулась. Ощущение нависшей угрозы не покидало Руслана. Он старался убедить себя, что это лишь игра воображения, но с каждой минутой в нем росло предчувствие чего-то ужасного. Он постоянно обновлял ленту новостей в телефоне, иногда ловя себя на мысли, что делал это лишь считанные секунды назад. Пока без изменений – объект все так же проплывал над Луной. В конце концов сидеть одному стало невмоготу, и он подошел к Олегу.

– Я так понимаю, все идет по плану?

– Да, пока все хорошо. Наши американские партнеры сработали отлично, – он показал большой палец вверх Роберту, стоящему в нескольких шагах от них. Роберт улыбнулся и повторил жест. Переводчица выглянула из-за его спины и обаятельно улыбнулась, на секунду задержав взгляд на Руслане. Или ему показалось?

«Мне бы ее оптимизм».

– Какие прогнозы? Помнится, говорили что-то о двух днях? – спросил он, отмахиваясь от мыслей о девушке.

– Не будем загадывать, но возможно справимся и быстрее. Думаю, можно забронировать билеты на завтра на вечер. У тебя документы готовы?

– Да, я уже все надрафтил и отправил Шейну. Не думаю, что у него будут существенные комментарии. Общие формы мы согласовали с ним уже давно.

– Ну тогда нам остается лишь ждать и надеяться на лучшее. А может и зря мы так распереживались. Вдруг этот объект исчезнет так же внезапно, как появился? А мы зато уже к новой фазе проекта перейдем и получим заслуженные бонусы и отпуск! – натянутые нотки и нервный смешок в конце выдавали, что Олег и сам не верит в то, что говорит.

– Меня удивляет Маргарита, она как будто и не волнуется вообще.

– Волнуется. Просто она сейчас полностью поглощена работой. Похоже, что работа у нее вообще на первом, втором и третьем местах в жизни. Ничего важнее нет и быть не может. Я ж тебе говорил, что все ученые странные, – Олег оглянулся на Маргариту. – Да и ей переживать не за кого. Родители умерли уже давно. Братьев, сестер нет. Детей тоже. Живет одна здесь, на Агарте. Мужа тоже нет. Пока.

– Ладно, я же здесь сейчас не нужен. Схожу, пожалуй, в спортзал. Нет сил сидеть без дела.

– Давай. Я здесь побуду. Если что, наберу тебя.

Войдя в спортзал, Руслан заметил Сашу, который, как обычно, истязал себя на беговой дорожке. Руслан махнул ему рукой и не стал подходить, не желая вести очередные бесполезные разговоры на волнующую всех тему. После непродолжительных попыток переключить внимание на тренажеры, Руслан убедился в бесполезности и этого занятия. Он все так же маялся и как только заканчивал очередное упражнение, сразу же хватался за телефон и проверял ленту новостей. Отсутствие конкретной информации и нагнетание истерии со стороны СМИ раздражало настолько, что он вообще выключил телефон.

Простояв под горячим душем намного дольше обычного, он решил, что все же стоит поесть и отправился в столовую. Потуги запихнуть в себя еду оказались не более успешными, чем попытки заняться спортом. Его мысли, как белка в колесе, крутились вокруг непонятного и от этого еще более страшного космического объекта. А еще вокруг назревающей войны и своей семьи, которая находилась сейчас очень далеко – случись что страшное, он не сможет помочь. С назойливостью роя комаров в его голове одна за одной возникали апокалиптические картины с разрушенными городами, обгоревшими трупами и… его близкими. Чувство беспомощности давило на плечи невыносимым грузом. Казалось, что на борьбу с ним он тратит всю свою энергию. От полного отсутствия контроля за сложившейся ситуацией хотелось выть и биться головой об стену. Руслан не любил употреблять лекарства, даже когда болел, но сейчас всерьез задумался о приеме успокоительного. Впрочем, он быстро отбросил эту мысль. Сохранение чистого сознания было важнее. Мало ли что может произойти.

Когда он вернулся в центральный модуль, там уже был Корин. Он занял кресло, на котором пару часов назад сидел Руслан, и с отсутствующим видом наблюдал за ходом выполнения монтажных работ. Его осунувшееся лицо выглядело будто слепленная из воска маска и не выражало никаких эмоций. Взгляд был устремлен скорее сквозь, чем на мониторы, транслирующие изображения со станции. Руслан сел рядом.

– Объект покинул орбиту Луны, – мертвым голосом сказал Корин.

У Руслана перехватило дыхание, по телу пробежал озноб.

– Куда он движется? – прохрипел он.

– К Земле, конечно, – буднично ответил Корин, все так же глядя сквозь противоположную стену.

– Мне надо домой! – Руслан вскочил на ноги. – Срочно! Сейчас!

– Мне тоже, – Корин наконец поднял на него полные безнадежности глаза, – только мы не можем уехать. Я тебе уже говорил.

– Да мне плевать на этот эксперимент! Я должен быть с семьей! – Руслан уже кричал, не в состоянии больше сдерживаться. На его крик стали оборачиваться. Не улыбался никто, даже помощница Роберта.

– Ты что, до сих пор не понял, что у нас нет выбора?! – также повысил голос Корин, вставая со своего места. – Ты думаешь я не хочу сейчас быть с детьми? У этого ФСБшника Смотрова приказ: никого отсюда не выпускать, пока не будут оформлены все результаты испытаний. Ты слышал? Не пока закончатся, а пока не будут оформлены! Поэтому лучше поторопись со своими бумажками, чтобы никто не терял на это время!

Корин тяжело сел в кресло и отвернулся. Дрожа от ярости и бессилия, Руслан резко развернулся, когда кто-то потянул его за локоть. Рядом стоял Олег.

– Давай отойдем, – мягко предложил он.

Руслан молча последовал за другом за пределы центра управления. Когда дверь закрылась, Олег заговорил все также тихо и мягко:

– Русик, я понимаю…

– Да ни хрена ты не понимаешь! – снова не сдержался Руслан. – У тебя есть семья?! У тебя есть дети?! Дети, которых ты каждый вечер на руках относишь в постель. Чьи улыбки осветляют даже самый черный твой день. А стоит им заболеть, все твои проблемы просто меркнут на заднем плане… – Руслан вдруг осознал, что с трудом сдерживает слезы, и запнулся.

– Ты прав, – Олег не повышал голоса, – я не могу этого понимать так же глубоко, но я стараюсь. Могу лишь представить себе, как тебе сейчас тяжело. Мне тоже страшно. За родителей, ведь другой семьи у меня нет. Да и чего уж таить, за себя тоже страшно. Всем страшно, Руслан. Американцы вон вообще за тысячи километров от своих родных. Представляешь, каково им? Случись что, мы с тобой хотя бы на машинах сможем домой добраться. А им что делать?

При мысли об американских коллегах Руслан испытал приступ сильнейшего стыда. Им действительно должно быть сейчас тяжко. Уж точно не легче, чем ему. Но они терпеливо делали свою работу, а он устроил истерику. Вот это позор! Руслан почувствовал, как у него горят уши, и постарался взять себя в руки.

– Давно стало известно, что эта космическая херня направилась к Земле?

– Где-то час назад. Я боялся, что это сорвет испытания, и мы здесь застрянем надолго. Но все приняли новости достойно, хотя бодрости это никому не прибавило.

– Извини, – Руслана окатила новая волна стыда. – Постараюсь впредь держать себя в руках. – Руслан с усилием потер лицо ладонями, пытаясь собраться. – А насчет машины ты серьезно? Ну, если вдруг случится что-то такое, из-за чего рейсы отменят, ты мне сможешь организовать машину?

– Водителя не обещаю, но с машиной постараюсь что-то придумать. Их тут в паркинге хватает. Разберемся.

Наличие хоть какого-то запасного плана вселяло надежду. Руслан сухо кивнул Олегу и постарался успокоиться. Возвращаться в центр управления было неудобно, поэтому он решил отправиться к себе.

– Я пойду, Оле позвоню. Она наверняка волнуется сейчас не меньше меня, —сказал Руслан, вспомнив, что отключил телефон, и наградив за это себя парой нелицеприятных эпитетов. – Сообщи мне, пожалуйста, как только будет какая-то информация по монтажу.

– Добро, – Олег похлопал Руслана по плечу и вернулся в лабораторию.

Разговор с Олей прошел тяжело. Чтобы поддержать находящуюся на грани срыва жену, ему пришлось всем видом излучать спокойствие и уверенность. С окончанием разговора резко навалилась усталость. Руслан лег на диван и включил новостной канал. Кадры на экране демонстрировали фото загадочного объекта, а в углу крутился таймер обратного отсчета. Как выяснилось, таймер отражал время, через которое объект достигнет геостационарной орбиты Земли, если сохранит текущую скорость. Секунды неумолимо падали в бездну и тянули за собой минуты, а те, казалось, надежду на прекращение этого кошмара. Оставалось менее шести часов. Диктор эмоционально вел прямой эфир, голосом и жестами добавляя ненужной драмы к и без того драматической ситуации. Наверное, из-за профессиональной деформации диктор по-другому уже просто не умел. Интересно, дома он так же разговаривает?

***

Руслан резко дернулся и с удивлением обнаружил, что заснул на диване. Монитор продолжал работать, диктор продолжал разглагольствовать. Таймер в углу показывал три с половиной часа. Руслан сверил время с часами в телефоне. Он действительно проспал почти два с половиной часа. Наверное, мозг так отреагировал на перегрузку нервной системы, что просто отключился.

– Что ж, не самый худший вариант, – сам себе буркнул Руслан и вяло побрел в санузел.

Умывшись, он связался с Шейном и заручился его согласием со скорейшим подписанием подготовленных документов. Шейн уже все подтвердил Роберту. Оставалось дождаться окончания испытаний.

– Просто дождаться результатов испытаний, – медленно произнес Руслан и нервно хмыкнул. Просто дождаться. Вместе с сонливостью его стало покидать и чувство умиротворения, на смену которому возвращалась давящая, пронизывающая тревога.

Тем временем новостной марафон продолжался. Ведущий озвучивал мнения о происходящем как различных экспертов, так и обычных прохожих. Единства мнений, конечно же, не было. Большинство опрошенных обвиняло китайцев либо в умышленном, либо в непреднамеренном создании монстра, который теперь должен был уничтожить всех некитайцев на планете. А может и самих китайцев тоже, если монстр вышел из-под контроля. Некоторые обвиняли недальновидных астрономов, которые своими бессмысленными посланиями в космос привлекли внимание недружественной цивилизации. Теперь ее космический корабль движется к Земле, чтобы ее уничтожить либо поработить. Единицы выражали оптимизм, подкрепляя его доводами о том, что если какая-то цивилизация имеет настолько продвинутые технологии, чтобы добраться до Солнечной системы через тысячи световых лет, то она уже уничтожила бы Землю, если действительно этого хотела.

На волне всеобщего обсуждения кто-то вспомнил гипотезу о существовании некой карликовой звезды, которая обращается вокруг Солнца по нестабильной орбите и является причиной периодических массовых вымираний не Земле. Авторы гипотезы нарекли таинственную звезду Немезидой, в честь богини возмездия из древнегреческой мифологии. Это имя и закрепилось за неопознанным объектом. Пресса и обыватели все чаще называли этот объект Немезидой.

В игре «Кто придумает самый жуткий прогноз?» с энтузиазмом участвовало религиозное сообщество, особенно, его радикальные представители. В то время, как общепризнанное церковное духовенство призывало быть сильными, молиться и надеяться на Бога, Отец Михаил, не жалея горла, верещал о наступлении конца света. Он категорически отвергал попытки какого-либо научного объяснения происходящего, как и уместность имен языческих божеств. Приближающийся объект он окрестил не иначе как Оком Божьим, которое прольет на мир слезы Его. И погрузится мир в пучину, и выживут лишь праведные и истово верующие, и будут править они в очищенном от греха Эдеме. Вот, оказывается, как случился первый всемирный потоп. Теперь людям предстояло стать свидетелями второго, а Отцу Михаилу, вероятно, новым Ноем. Рейтинг одобрения зрителями высказываний спикеров регулярно появлялся на экране. В другое время он поразил бы воображение Руслана не хуже, чем появление так называемой Немезиды.

Периодически происходили включения из Совета безопасности ООН. Там творился полнейший хаос: представители стран – членов Совета кричали, перебивали друг друга, угрожали, обвиняли. Дело чуть не дошло до потасовки, когда представитель США вскочил с места и направился к столу китайского оппонента. Охране пришлось разводить дипломатов силой. Совет так и не принял никакой резолюции, а заседание закончилось демаршем представителей КНР, которых все остальные участники Совета в той или иной форме обвиняли в создании текущего кризиса.

Руслан снова начал маяться. Он ходил по квартире, приседал, отжимался от пола, сделал чай, затем вылил его в раковину и сделал кофе, который, пару раз пригубив, оставил стынуть на столе. Когда он в очередной раз кинул взгляд на таймер в углу экрана, то вдруг осознал, что до окончания отсчета осталось всего пятьдесят восемь минут. Если всего мгновение назад ему хотелось, чтобы время бежало быстрее, сейчас он всем сердцем желал, чтобы оно остановилось. Времени, конечно же, не было до его чувств никакого дела. Обратный отсчет продолжался, однако начал постепенно замедляться, а затем корректироваться в сторону увеличения. По ту сторону экрана это вызвало очередной всплеск активности и, зачастую, пустых комментариев ведущего.

Зазвонил телефон. Руслан подскочил от неожиданности и бросился к дивану, где его оставил. Звонил Олег.

– Ты следишь за новостями?

– Слежу.

– Мы тоже следим. Один из рабочих мониторов выделили под эти цели. – Олег помолчал и неуверенно предложил, – приходи к нам.

– Может и приду, – ответил Руслан после недолгого молчания. При мыслях о его выходке в центральном модуле хотелось провалиться, но сидеть в одиночестве сил уже не было.

– Приходи, приходи, – подбодрил его Олег. – Но я не только поэтому звоню. Есть и хорошие новости. Демонтаж нерабочего оборудования уже завершен. Все прошло даже более гладко, чем мы надеялись. Начинаем установку нового трансмиттера. Если не будет сбоев, надеемся закончить за три – четыре часа. Так что тебе все равно придется сюда идти.

– Уговорил. Скоро буду, – Руслан выключил монитор и, борясь с собой, отправился в центральный модуль.

Глава 8

Обстановка в центральном модуле практически не изменилась. Единственным существенным отличием было наличие посуды с остатками еды на одном из столов. «Хоть у кого-то есть аппетит», – подумал Руслан. Мониторы на стене продолжали демонстрировать данные о ходе работ, однако один монитор в правом нижнем углу в беззвучном режиме транслировал новостной канал, который только что смотрел Руслан.

Маргарита и Козинский все так же активно вели коммуникации со своими американскими коллегами и, казалось, совсем не устали. Они были захвачены работой; это был их проект, отвлечь от него не могло даже происходящее безумие. Корин сидел на прежнем месте. Заметив Руслана, он сурово сдвинул брови, но затем опустил глаза. Руслан сел в соседнее кресло. Корин не отреагировал.

– Игорь Яковлевич, – сказал Руслан, прокашлявшись, – все документы готовы. Я связался с Шейном, он сказал, что возражений по тексту у него нет. Он уже сообщил об этом Роберту.

– Хорошо.

– Правда, я составил лишь основные документы на случай положительных или отрицательных результатов испытаний. Технические протоколы о выявленных ошибках, если они будут, можно будет составить потом. Формы я тоже подготовил. Но думаю, что Маргарита с коллегами могут заполнить их позже. Мы их потом приложим к подписанным актам.

– Согласен.

– И еще, – Руслан замялся, – извините, что я тут сцену устроил. Это было… не очень достойно с моей стороны.

Корин какое-то время строго смотрел на него, но затем его взгляд потеплел.

– Из всех людей на базе, ты был последним, от кого я мог ожидать такой фонтан эмоций, – усмехнулся Корин. – Но не могу сказать, что не понимаю тебя. Я тоже очень переживаю за свою семью. Честно говоря, – Корин понизил голос, – я и сам запаниковал тогда, просто у меня это проявилось по-другому. Вот Рыжов – молодец, он показал качества настоящего лидера.

– Да, Олег в нужный момент умеет взять ситуацию в свои руки. Это у него врожденное.

Руслан заметил, что на новостном канале госсекретарь США выступал с официальным заявлением и открыл трансляцию на своем телефоне. Установив громкость практически на минимуме, Руслан наклонился к Корину.

«… не пришли к согласию. Однако одно для нас, и мы глубоко убеждены, что для наших партнеров также, является очевидным и неопровержимым. Сегодняшний кризис порожден безрассудными и безответственными действиями китайских властей. В своем стремлении добиться мирового господства они вышли за рамки здравого смысла и пересекли все возможные красные линии. Я официально заявляю, что любая активность приближающегося к Земле объекта, направленная против США или стратегических объектов за пределами территории США, включая любую военную базу и объекты наших союзников, будет расценена как агрессия Китая. Мы оставляем за собой право на применение всех доступных нам средств для защиты своего народа, национальных интересов и союзников. Я повторяю – любых средств! Мы призываем Генерального секретаря центрального комитета коммунистической партии Китая и сам центральный комитет внять голосу разума. Мы требуем, чтобы вся информация о деятельности лунной базы и о неопознанном объекте была раскрыта, а контроль над объектом был передан межправительственной комиссии, сформированной из представителей стран большой восьмерки. Мы также призываем народ Китая не сидеть, сложа руки и наблюдая за тем, как лидеры их страны ведут нашу цивилизацию к гибели. Повлияйте на своих лидеров! Мир сегодня в ваших руках!»

Госсекретарь США закончил свою речь, и на экране вновь появился диктор, с трагическим видом заговоривший о неизбежности надвигающейся войны. Руслан выключил телефон и отстранился от Корина. Тот одарил его тяжелым взглядом.

– Что-то я сомневаюсь, что китайцы сейчас соберутся и организуют у себя революцию, чтобы остановить войну. А очень хотелось бы. Похоже, что это единственный выход из сложившейся ситуации.

– Если Китай действительно виноват, – Руслан старался говорить рассудительно и не выдавать, как сильно он снова начал волноваться. – Я, например, в этом совсем не уверен. Войну у всего мира они не выиграют. Если эта Немезида не какая-то волшебная технология, которая собьет все летящие в них ракеты, то Китай будет уничтожен за считанные минуты. Зачем это им?

– У меня те же вопросы, и логических ответов я не вижу. Только альтернатива пугает меня еще больше, – Корин вздохнул. – Да и не нам это решать. Раз остальные делают такие уверенные заявления, у них должны быть для этого какие-то основания. Разведка же должна работать?

– Ну, не буду оригинальным, если скажу, что заявлениям политиков я не верю. Искать виноватых они умеют лучше, чем решать реальные проблемы. И как правило делают это, чтобы свалить свои же ошибки на других.

В течение следующих двадцати минут похожие заявления сделали представители России, Великобритании и Франции. Китай ответил, заверив всех в своей непричастности к происходящему. Генеральный секретарь компартии воззвал к благоразумию представителей государств, которые уже сделали агрессивные заявления, и призвал прочие страны воздержаться от воинственной риторики и действий, которые могут привести к геноциду китайского народа. Вместе с тем он сообщил, что для своей защиты КНР также будет использовать все имеющиеся средства.

– У всех, кто сегодня высказался, имеются на вооружении атомные подводные лодки, – рядом откуда ни возьмись появился Смотров. Его приближения не заметил ни Руслан, ни Корин. Оба вздрогнули от неожиданности, услышав его голос. – Похоже, все уже договорились против Китая. Есть шанс, что его быстро уничтожат, и он не успеет полноценно ответить. – Цинизм Смотрова потряс Руслана. Неужели общечеловеческие ценности ему безразличны? Могут погибнуть миллионы ни в чем не повинных людей, среди которых будут и дети. Еще миллионы останутся без крова, еды и пострадают от лучевой болезни. А Смотров говорил обо всем этом так, словно делал прогноз на предстоящий футбольный матч. Руслан слушал его, выкатив глаза и открыв рот.

– Проблема в том, что у Китая их, во-первых, больше всех, а, во-вторых, они самые модернизированные. Я сомневаюсь, что у кого-то имеются точные разведданные об их местонахождении, чтобы нанести превентивные удары. Зато есть неподтвержденная информация о том, что они разработали новую систему стэлс для своих боеголовок. Если это правда, то эффективность наших систем противоракетной обороны резко стремится к нулю. В общем, даже если все пройдет, как я сказал, и Китай получится быстро уничтожить, не факт, что своей уже мертвой рукой он не достанет, кого надо. Будем надеяться, что это будут американцы. Или жабоеды. Лишь бы не мы.

– Даже если все будет, как вы описали, Сергей Васильевич, – выдавил из себя опешивший Корин, – и даже если планета при этом не будет разрушена, не стоит забывать о радиоактивных облаках. И о том, что Китай – наш непосредственный сосед. В зависимости от того, куда подует ветер, жертвами могут стать и тысячи, если не миллионы, наших сограждан! Ущерб для океана и биосферы в целом оценивать не берусь, но боюсь, что последствия будут такими, что почувствуют все.

– Ну, это все же лучше, чем получить прямой ядерный удар, – ухмыльнулся Смотров.

После того, как у Руслана появились собственные дети, он стал очень сентиментальным. Раньше он, возможно, поддержал бы разговор, но сейчас бездушность Смотрова вызвала у него сильнейшее отвращение. Где-то в глубине души он был согласен с холодным расчетом Смотрова, но не хотел в этом признаваться даже самому себе. Поэтому он встал и пошел к стоящему в одиночестве Олегу.

– Как все идет?

– Боюсь сглазить, – ответил Олег. – Ты, кстати, Антона не видел? Он после утреннего совещания куда-то исчез.

– Видел в спортзале, – Руслан понял, что Олег имеет в виду Сашу, – но давно.

– Опять небось беговую дорожку топтал? Как ему не надоедает?

– Каждому свое. – Руслан кивнул в сторону монитора. – Смотри, на таймере осталась одна минута. Думаешь, что-то будет?

– Думаю, оно пройдет геостационарную орбиту и полетит дальше. Слишком большое расстояние – если оно собирается что-то делать, придется подойти поближе. Надеюсь только, что оно не врежется в Землю.

Так и произошло. Таймер окончил свой отсчет, а Немезида, не предавая этому ни малейшего значения, продолжила свое движение, постепенно снижая скорость. Когда расстояние сократилось до приблизительно двух тысяч километров, объект прекратил сближение и поплыл по ретроградной орбите, против вращения Земли.

– И что дальше? – озвучил риторический вопрос Руслан.

– Хрен его знает. Такой гигант на таком близком расстоянии, наверное, должен влиять на приливы. Если это так, на море сейчас, должно быть, полная неразбериха.

– Угу. Тут у людей полная неразбериха, ядерная война может начаться в любой момент, а ты за рыб распереживался.

– Да я не о рыбах, а о людях в открытом море и в прибрежных зонах. Хотя, – Олег оторвал взгляд от монитора и резко повернулся к Руслану, – я с утра практически ничего не ел. Так что от рыбы я бы не отказался. Пошли в столовую?

***

В столовой встретили Сашу. Он чах над овощным салатом, который, судя по увядшим листьям, заказал уже давно.

– Надеюсь, мы не испортим тебе аппетит? – поинтересовался Олег.

– Не думаю, что это в принципе возможно. – Саша приглашающим жестом указал на стулья. – Присаживайтесь, пожалуйста.

К ним подошел мрачный официант. Олег заказал рыбный суп, форель с гарниром и салат с морепродуктами. Несмотря на все перипетии, чувство голода прорезалось и у Руслана, но он решил ограничиться форелью и легким салатом. Выслушав заказ, официант молча удалился. Саша провел его взглядом и шумно вздохнул.

– Вы же за новостями следите?

– Следим, – ответил Олег. – Мы ничего не пропустили, пока сюда шли?

– Я же не знаю, как долго вы шли. Немезида уже здесь и сейчас вращается вокруг Земли, причем по странной траектории – Земля в одну сторону, а она в другую. Это чтобы побыстрее ее рассмотреть?

– Думаешь, у нее есть глаза? – ухмыльнулся Олег, широко раскрыв свои.

– Откуда мне знать. Я образно. Ведет она себя странно. Сначала вокруг Луны покружила. Затем полетела к Земле и кружит теперь здесь. Как будто ищет что-то.

– Странный космический объект странно себя ведет. Что странного? – снова хмыкнул Олег. Его нервозность явно проявлялась через гипертрофированное чувство юмора и не совсем уместный сарказм.

– Олег, у меня родители и сестра младшая в Москве. Можно я их сюда приглашу? Нам много места не нужно. Если что, все поместимся в моей квартире, – в голосе Саши послышалась мольба.

– Саша, – Олег заговорил серьезно, – ситуация развивается настолько быстро, что даже если мы сообщим твоим родным, где находится Агарта, они могут не успеть сюда доехать. Руслан почувствовал, как внутри все сжалось, и сердце пропустило удар. Олег глянул на него искоса и поспешил исправиться: – Я имею ввиду, что если случится внезапный апокалипсис, от которого ты их пытаешься уберечь… и в который, я вообще, кстати, не верю, – его выдала нервная натянутая улыбка, – то это не самый лучший вариант. Твой отец ведь министр! Наверняка у него есть доступ к правительственным убежищам, куда ему… всем им будет намного проще добраться. Да и нет у меня таких полномочий, чтобы кого-то сюда приглашать. Допуск может дать служба безопасности, а для них это целая процедура.

Саша опустил глаза и замолчал.

– Я должен буду ехать при первой же возможности, – решительно заявил Руслан и в упор посмотрел на Олега. – Ты помнишь, что мы обсуждали? Может, займешься, пока мы просто ждем окончания испытаний?

– Помню, – так же твердо ответил Олег. – Сделаю, что смогу. Лишь бы Смотров выпендриваться не начал.

Когда официант принес заказанные блюда, Олег принялся за еду с таким аппетитом, которому многие сейчас позавидовали бы. Он ел быстро, но умудрялся при этом комментировать еду и нахваливать повара.

– Надеюсь, эта Немезида к нам не за рыбой прилетела. Очень вкусно, – бубнил он с набитым ртом. Закончив трапезу, он откинулся на спинку кресла и с довольным видом протянул. – Война войной, а обед, как говорится, по расписанию!

– Рыжий, – Руслан со звоном бросил приборы на свою тарелке, – ты запарил уже своим искрометным юмором. Ты реально думаешь, что это смешно?!

– Да ладно тебе, Русик, – Олег поднял руки в примирительном жесте, – подумаешь, пошутил немного. Это же для разрядки.

– В таком случае, ты не мог бы для разрядки ненадолго заткнуться?

– Окей-окей, умолкаю, – Олег и правда замолчал на несколько секунд. Но тут в новостях запустили сюжет о стремительном росте количества приверженцев Церкви Нового Мира, и он не сдержался: – Хоть убей, не понимаю этих людей.

– Людям страшно, что тут непонятного? Вот они и ищут защиты и утешения, – Руслан и сам был готов поверить во что угодно, лишь бы его семья была в целости и невредимости.

– Да. Но как присоединение к радикальной секте повысит твои шансы на выживание в случае атаки неизвестного космического объекта? Глаз Бога? Вы серьезно? Это же бред!

– Логика и вера – вещи, как правило, несовместимые. Кто это говорил, Мартин Лютер Кинг, кажется: «Разум есть злейший враг веры»? Люди просто верят. Им так спокойнее. Так у них есть надежда на лучшую жизнь.

– Неужели кто-то до сих пор действительно верит в души и загробный мир? – не унимался Рыжий.

– Я верю, – подал голос Саша. – Я понимаю, что это не совсем логично, но, как сказал Руслан, мне так просто легче жить. Мне кажется, что есть какой-то высший разум, который вложил в нашу жизнь какой-то смысл и цель. Иначе зачем это все? – он неопределенно развел руками.

– Затем, – Олег тыкнул в него пальцем, – чтобы копировать твои гены и передавать их следующим поколениям. Да если бы и был в этой жизни великий смысл и предназначение, это же лицемерие крайней степени, когда люди всю жизнь живут только для себя, плюют на других, включая церковь и традиции, а стоит возникнуть опасности, так сразу становятся верующими и бегут под юбки попов. Зачем? Что они сделают? Защитят их никчемные жизни? Или подарят новую, загробную? Будь я Бог, я бы таких в первую очередь в ад отправлял.

– Мне кажется, – снова заговорил Руслан, – что страх и есть основной мотиватор для принятия религии. Люди боятся наказания, боятся попасть в ад, джаханнам или наракку. Боятся умереть и ничего после себя не оставить. Сама мысль о том, что ты просто умрешь, и для тебя все закончится, неприятна. Согласись. Уверен, что как только все закончится, численность последователей ЦНМ сократится так же стремительно, как и возросла. Будут еще одни забытые Белые братья.

У Олега зазвонил телефон. Экран показал, что звонит «Рита». Когда Олег поднял трубку, слова звонившей отчетливо были слышны всем за столом:

– Господин руководитель проекта, – с игривым официозом начала Маргарита, и лицо Олега удивленно вытянулось, – позвольте пригласить вас в центральный модуль, чтобы засвидетельствовать завершение испытаний.

Руслан глянул на экран своего телефона: пришло смс от Корина: «Быстро в центральный модуль. Мы закончили».

– У вас получилось?! – не сдержав восторга, выкрикнул Олег.

– Подключение и трансмиссия прошли успешно. Агарта сейчас полностью питается за счет энергии, поступающей с орбитальной станции, – голос Маргариты звенел от сдерживаемой гордости.

– Доктор Гинингер, вы супер! Идем к вам. – Рыжий повернул довольное лицо к Руслану. – Слышал, как она со мной говорила? Лед тронулся, господа! Побежали к ним!

Руслан невольно улыбнулся. Наконец-то хорошие новости за весь этот черный день. Все трое немедля встали из-за стола и отправились на пятый уровень.

***

В центральном модуле вместо ликования висело напряженное молчание. Все присутствующие следили за монитором новостного канала. Один из сотрудников выводил на мониторы трансляции других каналов и популярные частные стриминги.

– А что происходит? – спросил Олег, обращаясь ко всем сразу. – Что-то не так с оборудованием? Связь со станцией пропала?

– Связь со станцией в полном порядке, – Маргарита повернулась к нему. Гордость в ее глазах соперничала с испугом. – От Немезиды отделилось скопление мелких объектов, которые сейчас находятся где-то над США.

– Ничего не понимаю, – сказал Козинский, глядя на изображения, получаемые от одного из спутников, – они уже прошли линию Кармана и должны разваливаться на куски, а они даже не загорелись!

«Похоже, что неопознанные объекты взрываются в воздухе», – послышался комментарий одного из стримеров, показывающего, как в небе расползаются черные облака.

– Началось, – обреченно сказал Корин. Его ноги подкосились, и он тяжело осел прямо на пол.

– Действительно началось, – прозвучал голос Смотрова. Он застыл, указывая пальцем на один из мониторов, на котором отчетливо была видна Восточная Азия. Над той ее частью, где располагался Китай, одна за другой разгорались и гасли вспышки. Через секунды яркие пятна начали возникать и над видимой частью территории России. С мониторов пропало изображение. Единственный рабочий монитор показывал картинку, которую передавали камеры, установленные на станции «Солар Некст». Станция в это время проходила над Западной Европой. Беззвучные вспышки были видны и там, но в значительно меньшем количестве, чем над Китаем.

– Кажется, мы только что прошли точку невозврата. Как я и говорил, – мертвым голосом сказал Смотров, – гребанные подводные лодки…

– Нет ни мобильной связи, ни интернета, – сообщил Саша. Несмотря на то, что он говорил вполголоса, в воцарившейся тишине его услышали все. Некоторые начали тупо смотреть на свои телефоны, постепенно осознавая, что могло значить отсутствие сигнала.

Руслан, окаменев, стоял на месте. Он забыл дышать. Раздался громкий крик, переходящий в рыдания. Это ассистентка Роберта отказывалась верить в происходящее и кричала, что этого не может быть. Она уткнулась лицом в грудь Роберту, тот приобнял ее за плечи и вытаращенными глазами обводил окружающих в поисках поддержки. Мысль о детях выбила Руслана из транса. Он резко повернулся к Олегу:

– Мне нужна машина!

– А ядерные удары тебя не смущают? Мертвым ты никому не поможешь!

– У меня нет времени на эти рассуждения! Ты обещал достать мне машину!

– Ну-ка, вышли отсюда. Оба! – прошипел им Смотров.

Схватив под локти, он потащил их прочь из комнаты. Руслан вырвал руку, но, весь трясясь от волнения и злости, все же вышел из лаборатории вслед за безопасником.

– Я что-то не понял, кто тут и кому собрался раздавать машины? – не повышая голоса процедил Смотров.

– Василич, ты вообще нормальный человек? – Так же тихо прошипел весь красный Рыжий. – Ты вообще человек? У него дети там, жена! – он показал пальцем наверх. – У меня мать в Москве. И отец в Киеве. Нам их спасать нужно, а не учет транспорта вести!

– Да ты что?! А что будет, если каждый сейчас начнет хватать автомобили? Каждый найдет повод куда-то ехать и кого-то спасать. А потом тащить всех подряд сюда! У нас еще есть шанс выжить, пока это место остается в секрете. Как только оно перестанет быть секретным, сюда заявятся все, кому не лень, начиная с сектантов, которые сколотили вполне себе военизированную организацию. О том, что машин на всех не хватит и их дележ закончится бойней, я даже не говорю!

– Ты так за свою старую шкуру печешься? – презрительно процедил Руслан. Он резко схватил Смотрова за горло обеими руками и прижал к стене. – Мне без семьи смысла жить нет. Если ты, сука, станешь на дороге, я тебя на тот свет утащу вместе с собой!

– Отпусти, Руслан, – задыхаясь, выдавил из себя Смотров. – Лучше отпусти.

В голосе Смотрова звучала угроза, но Руслан плевать хотел, он лишь сильнее сдавливал пальцы, глядя прямо в глаза Смотрову.

– Сергей Васильевич, проблемы? – рядом раздался незнакомый голос.

Не отводя глаз от Смотрова, Руслан боковым зрением распознал силуэт охранника в форме. Понимая бессмысленность открытого конфликта, он разжал пальцы и опустил руки. Покрасневший Смотров потер шею, злобно глядя на Руслана, но затем с достоинством повернулся к охранникам, которых оказалось двое, и холодно произнес:

– Все нормально. Принесите мне ключи от нового Порше.

– Какого из них? – растерянно уточнил охранник.

– Да любого! – рявкнул Смотров. – Быстро!

Охранник дернулся, как от пощечины, развернулся и куда-то побежал. Его товарищ, мгновение помедлив, бросился за ним. Смотров, все еще потирая шею, повернулся к Руслану.

– Еще раз так сделаешь, поломаю обе руки и выверну все пальцы. – Он перевел взгляд на Рыжова. – Москва на связь не выходит. Я пытался связаться с начальством, как только увидел первую вспышку. Все безуспешно. Точно сможем узнать, когда станция окажется над нашими широтами, но боюсь, что твоей матери мы уже не поможем. – Он вновь повернулся к Руслану. – В порядке исключения, я выдам тебе ключи от машины. Сейчас пойдем ко мне, я распечатаю карту и нарисую тебе оптимальный маршрут до Киева. Но я не выпущу тебя до тех пор, пока не закончится обмен ударами.

Глава 9

Руслан гнал выданный Смотровым внедорожник сквозь ночь и, погружённый в мысли и воспоминания, чуть не влетел в очередную яму. Время от времени на дороге попадались другие автомобили и даже целые караваны. Вероятно, люди решили вместе пережидать войну в каком-то заветном месте или бежать подальше от радиации. Из-за непогоды он не мог разглядеть лица людей, только смутные силуэты за лобовыми стеклами машин. Он опасался паники и потоков беженцев. Еще он опасался мародеров, желающих наживаться на чужом горе. Но его никто не останавливал. То ли Смотров правильно проложил маршрут в обход загруженных магистралей, то ли люди в большинстве своем решили отсиживаться дома, а не мчаться неизвестно куда в поисках спасения.

Наступил тусклый рассвет, а с ним ослаб и снег. Сквозь плотные грязные облака на Солнце можно было смотреть невооруженным глазом. По подсчетам Руслана, до границы ему оставалось еще километров четыреста. Когда осталось проехать примерно половину, качество дорожного покрытия значительно улучшилось, а сама дорога была практически прямой. Он позволил себе сильнее надавить на педаль и к полудню достиг контрольно-пропускного пункта. С российской стороны он опустел, а на украинской стороне царил полнейший беспорядок. Из полуразваленной стены главного административного здания торчала фура. Окна здания были выбиты и почернели от пожара. Поблизости он заметил несколько автомобилей, изрешечённых пулями, и трупы. Вероятно, российские пограничники бросили свои посты и отправились заниматься делами более насущными, чем охрана границы наполовину уничтоженного в ядерной войне государства. Их украинские коллеги, по всей видимости получили приказ закрыть границу и попытались так и поступить, вот только желающие проехать с таким решением согласны не были. Как бы там ни было, сейчас ему дорогу никто не преграждал. Руслан аккуратно объехал бардак на КПП и помчался на Киев.

Проехав Бровары, он заметил, что паника уже набирает обороты: разбитые витрины магазинов, полупустые улицы, группки молодых и не очень людей, волокущих явно чужое имущество. Когда легкую добычу растащат, начнутся грабежи домов и квартир. Полиции нигде видно не было. Имея знакомство с некоторыми представителями силовых структур, Руслан не исключал, что отдельные, наскоро сколоченные банды, могли состоять именно из бывших служителей закона.

Мобильной связи не было, светофоры не работали. Неужели все настолько поддались панике, что побросали свои рабочие места? В мыслях возникали пустующие ТЭС и кол-центры операторов связи. Руслан попробовал представить, как сам бы действовал в такой ситуации. Наверняка, он решил бы вывезти семью подальше от беспорядков. А еще лучше – куда-нибудь в сельскую местность, например, к Олиным родителям под Львов. В крайнем случае там можно было бы и зиму переждать на своих харчах. А как же быть с атомными электростанциями? Ладно тепловые можно бросить, но если так поступить с АЭС, то можно получить новый Чернобыль и не один. Оставалось надеяться на благоразумие работников АЭС. А что происходит в тюрьмах? Руслан поежился, представив, что начнется, когда все заключенные вдруг осознают, что их больше никто не сдерживает.

К дому он подъехал, когда начало темнеть. Заткнув пистолет за пояс, Руслан выскочил из машины. Он торопливо поднялся на шестнадцатый этаж – электричества не было, лифт не работал. Тяжело дыша, он с замиранием подошел ко входной двери. В голове пульсировала лишь одна мысль: «Хоть бы они были дома». Трясущимися руками вытащил ключи из кармана джинсов и, лишь со второго раза попав в скважину, ввалился в квартиру.

– Оля! Солнышко! Дети! Вы где? – голос срывался от волнения. В горле пересохло. Ответом ему был мертвая тишина. – Оля? Олечка?

Не разуваясь, он заглянул во все комнаты. Никого. Только непривычный беспорядок и разбросанные вещи повсюду. Ключей от ее машины на месте тоже не обнаружилось. Он хорошо знал Олин педантизм, поэтому вывод напрашивался сам собой: она в спешке собрала детей и уехала. Оставалось только понять куда. Она могла поехать либо к своим родителям во Львов, либо к его матери в Боярку. Закончив обход квартиры на кухне, Руслан плюхнулся на стул и обхватил голову руками.

– Думай, думай! – он остановился, когда понял, что не массирует, а бьет себя по вискам. – Что тут думать? Бегом к матери, если там их нет, значит беру ее с собой и мчу во Львов.

Он подскочил со стула и готов был уже бежать к выходу, но, увидев чайник, вдруг понял, насколько сильно его мучит жажда. Достав из шкафчика стакан, он налил него воды из чайника. Стакан запотел. Когда Руслан взял стакан в руки, тот приято согрел не только ладони. Казалось, что он греет саму душу, вселяя в нее новую надежду. Вода была горячей, а значит, Оля была дома совсем недавно.

***

Дорога до Боярки заняла минут сорок. На улице окончательно стемнело, электричество так и не появилось, небо было плотно затянуто облаками. Единственным источником света в кромешной тьме служили фары его машины. Другие машины встречались очень редко, что для перегруженного Киева казалось не меньшим чудом, чем визит инопланетян. В наступившем мраке мелькающие мимо черные провалы выбитых витрин казались особенно зловещими. Будто застывшие в крике о помощи рты с обломанными зубами-стеклами. Им вторили окна жилых этажей – большинство черные, безжизненные. Лишь некоторые испускали тусклый оранжевый свет зажженных свечей, словно угасающие глаза на лицах умирающих.

Сердце Руслана защемило, когда, повернув на свою родную улицу, он поймал взглядом отблеск от стоящего автомобиля. Перед двором его матери была припаркована Олина машина. Слезы текли по его щекам, перемешиваясь с дождем, когда он, бросив машину на дороге, словно на крыльях влетел во двор. Сам того не осознавая, он дернул входную дверь с такой силой, что вырвал из нее ручку. Дверь оказалась заперта. Секунду изумленно глядя на ручку в своей ладони, он швырнул ее в сторону и забарабанил в дверь кулаком.

– Мам! Оль! Это я, Руслан!

Не дождавшись ответа, он начал бегать по двору и заглядывать в окна дома, пытаясь подсвечивать себе телефоном. «Что ж я делаю? Я же их так перепугаю только!» – он выругал себя и повернул телефон так, чтобы свет падал на его лицо.

– Это я! Руслан! Может пустите домой? – закончил жалобно.

Занавеска на одном из окон подернулась. За дверью послышался шум и глухой стук отрывшегося засова. Дверь распахнулась и из нее выскочила Оля. Словно метеор, она врезалась в Руслана на всем ходу и прижалась головой к его груди. Он крепко обнял ее в ответ и поцеловал ее волосы.

– Руслан! Любимый! Наконец-то ты вернулся! Я чуть с ума не сошла. Не знала, что делать. Вот приехала к твоей маме, – залепетала Оля.

В двери появился силуэт его матери, а рядом с ним еще два маленьких силуэта.

– Папа! Папа приехал! – перебивали друг друга дети.

– Все будет хорошо. Пойдем внутрь, а то промокнем оба, – тихо сказал он.

В доме было тепло, благодаря аккумуляторам, заряженным от солнечных панелей. Свет в доме решили не включать, чтобы не привлекать лишнее внимание. Все собрались на кухне, окна которой выходили на задний двор, и зажгли свечи. Быстро проглотив тарелку горячего супа, Руслан рассказал маме и Оле все, что знал о случившемся. Насытившись и разомлев в тепле, он впервые почувствовал, насколько сильно устал. Глаза начали слипаться, но он изо всех сил боролся со сном.

– Нам надо возвращаться на комплекс. Там будет безопасно, —сказал он, зевая. – И условия там сейчас лучше, чем где-бы то ни было.

– Да ты на ногах еле стоишь, – с укором сказала мама, – ляг, отдохни.

– Нельзя терять время. В городе полный хаос, повсюду беспорядки и грабежи. Пока вся эта вылезшая мразь занята магазинами, на дорогах более-менее безопасно. Но скоро это изменится.

– Руслан, – Оля погладила его руку, – мама права. Думаю, что за несколько часов ничего страшного не произойдет. А вот если ты за рулем уснешь… Я-то не знаю куда ехать, заблужусь еще, пока ты спать будешь на соседнем сиденье.

– Ну хорошо, тогда не будем терять время. Я прямо сейчас пойду спать. Заведу будильник на пять утра. Пойдем, помогу тебе вещи перегрузить в мою машину. Поедем на ней.

– Иди отдыхай, я сама все сделаю. Что там пару сумок перекинуть. – Оля замолчала, а потом тихим голосом неуверенно спросила, – Руслан, а как быть с моими родителями?

– Оль… я понимаю, мне легко говорить… ведь моя мама с нами, но… я попросил бы тебя поехать сейчас без них. Нам нужно как можно быстрее отвезти детей в безопасное место. Ехать сейчас во Львов будет не очень разумно. Но я обещаю тебе, что при первой же возможности я съезжу за ними, – Руслан замолчал и выжидающе смотрел на жену, чувствуя вину за сложившуюся ситуацию и навязываемое решение.

– Я могу и здесь остаться, я старая уже… – начала было его мать.

– Этим вы никому не поможете, – перебила ее Оля. Она отвела взгляд в сторону и несколько секунд молчала, но затем сдержанно кивнула. – Ты прав, Руслан. Сейчас главное детей уберечь. Я думала ехать к родителям, туда война вроде бы не дошла. Хотя связи нет и точно мы это знать не можем. Надеюсь, что с родителями все хорошо. Но если ты говоришь, что нужно на комплекс, значит поедем на комплекс. – Она посмотрела ему в глаза. – Иди отдыхай, а я все подготовлю.

– И еще… – Руслан замялся, – Я пообещал Олегу, что заберу его отца.

Оля молча кивнула и вышла в другую комнату.

Тепла в доме должно было хватить на ночь, поэтому Руслан отключил отопление и поставил внедорожник на подзарядку. Сколько бы энергии ни оставалось в домашних аккумуляторах, в дороге она им точно будет нужнее. Закончив с неотложными делами, он умостился на своей детской кровати и практически мгновенно отключился.

Ночью его разбудил оглушительный грохот. Оля спала в другой комнате с детьми, но тоже проснулась и столкнулась с ним в коридоре. Они вместе вышли во двор. На улице ощущение было такое, что звук исходил прямо с неба. Будто бушевала сильнейшая майская гроза. Только ни проливного дождя, ни проблесков молний не было. Он повернулся к Оле и встретил такой же обеспокоенный взгляд, которым наверняка смотрел сейчас на нее.

– Это война? – спросила она.

– Не думаю, – Руслан обнял жену за плечи. – Если бы это был ядерный удар, мы бы тут уже не стояли. Ударная волна снесла бы нас быстрее, чем мы ее услышали. А если используется другое вооружение, то было бы видно хоть какие-то вспышки. Но, как видишь, – он повел рукой вокруг, – ничего нет. Да и кому понадобилось бы сейчас обстреливать Киев из артиллерии? И зачем?

Раздалось еще несколько раскатов, и грохот стих. К Руслану вновь вернулось чувство тревоги. Оно требовало двигаться, действовать и ни в коем случае не сидеть на месте. Но накопившаяся усталость давила сильнее, поэтому Руслан решил все же поспать еще несколько часов.

Глава 10

Жена разбудила Руслана в начале девятого. Наверно, он спал настолько крепко, что не услышал будильник. Чертыхаясь, быстро оделся и съел приготовленный для него завтрак. Семья была готова ехать: Оля и мама времени не теряли, успели собраться и собрать детей.

Погрузились быстро. Усаживаясь в машину, Руслан обратил внимание на небольшие черные лужи, которые скопились в углублениях на асфальте. Жидкость напоминала машинное масло. Она будто аккуратно стеклась в лужицы, не оставляя за собой видимых следов. Руслан заглянул под машины – ничего. В палисаднике рядом лишь черная мокрая земля да колючие кусты опавшей малины. Подойдя к одной из луж, он аккуратно мокнул в нее кончик указательного пальца. Когда он поднял палец, на нем осталась маленькая черная горошина. Жидкость была вязкой и не стекала. Руслан поднес палец к носу: никакого запаха, но кожу на пальце начало неприятно жечь. Тщательно вытерев палец о забор и затем о джинсы, Руслан снова поднес его к лицу. На месте, где была жидкость, виднелось небольшое покраснение. Он нахмурился и встряхнул головой: не до того сейчас, надо ехать!

Первым делом, загнал Олин гибридный паркетник во двор. Это вряд ли это поможет уберечь автомобиль, если в ближайшее время начнутся грабежи, но хоть какая-то мера предосторожности не помешает. Ключи от машины он спрятал в кармане джинсов, отметив, что бак был практически заполнен, а батарея заряжена. Мало ли, вдруг еще пригодится. Не теряя больше времени, он запрыгнул в «служебную» машину и поехал на соседнюю улицу, где жил отец Олега.

Припарковавшись у ворот, Руслан быстрым шагом зашел во двор. Дядя Коля сидел на корточках и рассматривал лужу с черной жидкостью. Услышал приближение Руслана, он повернулся и удивленно выпучил глаза. Они с Олегом были удивительно похожи: та же комплекция и рост, та же форма лица, только у дяди Коли рыжины в волосах почти не осталось, да лицо было более загорелым и морщинистым.

– Руся?! – воскликнул Рыжов-старший, выпрямляясь. – Здарова! Ты тут какими судьбами?

– Привет, дядь Коль, – Руслан подошел ближе и протянул руку. – Долго рассказывать. Времени нет. Если кратко: Олег просил отвезти тебя в безопасное место.

– Какое еще безопасное место? – дядя Коля тут же насупился.

– Есть одно. Далеко отсюда, но место надежное. Я уже своих собрал. Ждут в машине, – Руслан указал большим пальцем себе за спину. – Давай я тебе по дороге все расскажу?

– А хату я, что, брошу, что ли? Ее же растащат! – Дядя Коля растерянно посмотрел по сторонам, потом собрался и выдал: – Никуда я не поеду!

– Дядь Коль, – Руслан вздохнул, стараясь сдержать раздражение. Он хорошо знал отца друга и понимал, что препираться с ним можно часами, но на демагогию времени не было. – Значит так, я пообещал Олегу, что заеду за тобой. Я за тобой заехал, слово сдержал. Все. Моя совесть чиста. Если сила убеждения на тебя не влияет, то силу принуждения я применять не подвязывался. Все тут взрослые люди и в состоянии сами за себя решать. Так что решай. Но сначала подумай вот о чем, – Руслан выдержал паузу, – Началась ядерная война. Масштабы реального ущерба не знает никто. Это означает не только смертельные дозы радиации, которые с любой стороны может принести ветер. А может и уже принес. Это еще значит, что теперь каждый сам за себя. Государства разваливаются. Людям плевать на свои обязанности и гражданский долг, они заняты исключительно спасением своих шкур. Может, через время ситуация стабилизируется, а может, станет только хуже. Реальность такова – зама на носу. Этой зимой не получится мирно дождаться пенсии и сходить в магазин за продуктами. Не будет больше пенсии! – при этой фразе на ошарашенном лице дяди Коли открылся рот. Руслан развел руки и театрально посмотрел по сторонам. – И продуктов в магазине тоже не будет, а своего хозяйства я у тебя что-то не вижу. Кот не в счет. Но даже если бы оно и было, у тебя его отберут более молодые. Те, которые сейчас грабят магазины в Киеве. Я был там и видел, что творится. Или те, которым больше не нужно сидеть в тюрьме. Поэтому, даже если забыть обо всей прочей непонятной херне, – Руслан тыкнул пальцем в сторону черной лужи, возле которой застал дядю Колю, – шансов пережить эту зиму у тебя чуть меньше, чем ноль. Да и хату растащат в любом случае. Возможно, даже раньше, чем тебя убьют. Но скорее всего, эти трагические события произойдут одновременно. – Руслан замолчал, а дядя Коля так и стоял, вытаращив глаза и открыв рот. – Так что, едешь? Нет?

Рыжов старший переступил с ноги на ногу, сглотнул, прокашлялся и только после этого хрипло сказал:

– Об этом я как-то не подумал. Ладно, можно я хоть трусы запасные возьму?

– Можно, – ответил Руслан, – только поторопись, пожалуйста. Ехать далеко. Мало ли что еще с неба прилететь может.

Дядя Коля шмыгнул в дом и снова возник в дверном проеме минут через пятнадцать. В руках он держал дорожную сумку. В это время с улицы раздался шум подъезжающего автомобиля. Руслан вспомнил о пистолете, который оставил в бардачке машины, и выругал себя за такую безалаберность. Выйдя со двора, он увидел небольшой старый седан темно-синего цвета, который остановился так, что загородил выезд внедорожнику. Из седана вывалились четверо мужиков. Сердце встало у Руслана поперек горла, когда он увидел в руках у двоих здоровенных амбалов автоматы. Под два метра ростом, массивные плечи, солидные животы и не менее солидные бороды. На руках татуировки.

– Надо же какой славный автомобиль, – раздался голос из-за спин автоматчиков. Они расступились, пропуская вперед невысокого лысого мужичка. Одет он был в черную накидку, похожую на рясу. Над левым глазом белел старый шарм. – Боюсь, Церковь Нового Мира вынуждена изъять у вас это чудо техники для общественных нужд. На бедных и обездоленных вы не похожи, а им сейчас это нужнее. Но вы всегда можете обратиться в нашу обитель… – лысый осекся, глядя на Руслана. – Где-то я тебя уже видел, – задумчиво протянул он. И через пару секунд расплылся в плотоядной ухмылке. – А! Знакомое лицо! Ну что, успел на самолет?

Руслан вспомнил, где видел этого мерзкого типа. Это тот самый сектант, которому полгода назад Олег съездил по лицу. И который обещал отомстить.

– Если вам нужна машина, вот ключи, – Руслан трезво оценивал свои шансы. Вернее, их полное отсутствие. Он достал ключ от машины и протянул бандиту.

– Что происходит? – из машины выбралась Оля. Она испугано смотрела то на лысого, то на его подельников. – Мы ничего плохого не сделали. У нас дети!

– Ниче такая, – промычал один из амбалов.

– Угу, – буркнул в бороду второй, откровенно пялясь на Олины формы.

– Ключи, говоришь? – лысый сделал шаг к Руслану и выхватил ключ у него из рук. За этим последовал удар в лицо. Удар был слабый, но Руслан, давая возможность сектанту отыграться за старое, сделал вид, что ему очень больно. – Ты – грешник. А грешники должны быть наказаны, ибо прокляты Богом! – Лысый посмотрел на автомобиль, из которого выглядывали испуганные дети. – Прокляты до седьмого колена! Судный день уже наступил! Во имя спасения невинных мы должны очистить Землю от греха!

«До седьмого колена», – эхом прозвучало в голове у Руслана, обдавая его холодным потом.

– Но у вас есть шанс на спасение. Если Бог так решит. – Лысый прищурился, в его глазах появился нездоровый блеск и какая-то злобная радость. – Петр…

При этих словах последний из четверки, такой же щуплый и невысокий, как их вожак, юркнул в седан. Через минуту он вернулся и протянул лысому стеклянную бутылку.

– Знаешь, что это? – обратился тот к Руслану, приподняв бутылку, чтобы Руслан мог лучше ее видеть. Бутылка была на три четверти заполнена водой и на четверть черной как нефть жидкостью. Жидкость не смешивалась с водой, а плавала на ее поверхности. Временами она самопроизвольно вытягивалась тонкими струйками ко дну бутылки и быстро сворачивалась назад.

– Не трогайте детей, – сдавленным голосом выдавил Руслан. – Делайте со мной, что хотите, но не трогайте детей. Пожалуйста. Они ни в чем не виноваты.

– Ты не ответил на мой вопрос, – сектант вновь стал серьезным. – Хотя откуда тебе грешному знать ответ? Это, – он вновь поднял руку, – слезы Бога. И только Бог может решить, кто виноват, а кто – нет. Всем выйти из машины! – лысый повысил голос, но мать Руслана не двинулась с места, а лишь покрепче прижала к себе перепуганных внуков. – Из машины, я сказал! – завизжал лысый, махнув амбалам.

Оба двинулись к машине. Когда один из них протянул лапы к Мишке, Руслан не выдержал. Пихнув в сторону лысого, он за пару шагов оказался возле машины и что было силы влепил по повернувшейся к нему бородатой роже. Громила упал, как мешок с песком, выронив автомат. Второй же мгновенно сориентировался и врезал Руслану прикладом по голове. Руслан попытался увернуться, не вышло. Он каким-то образом оказался на земле и сразу же попытался встать. Ботинок врезался ему в живот с такой силой, что его перевернуло на спину. Из него буквально выбило дух. Он пытался вдохнуть, но не мог; казалось, что судорога свела нутро. Краем глаза он увидел, как дядя Коля кинулся на бородатого. Тот схватил старика рукой за шею, поднял автомат, упер ствол ему в грудь и выпустил очередь. Он еще секунду держал обмякшее тело, скалясь и жадно глядя ему в глаза, а затем с презрением разжал пальцы. Плюнув вслед упавшему телу, он повернулся к Руслану и направил автомат ему в лицо.

– Жаль, ты не увидишь, как я буду трахать твою женушку, – прогудел он, – но я тебе обещаю, я не буду нежен. Зря ты тронул моего брата.

– Хватит! – рявкнул лысый.

К удивлению Руслана, громила тут же повиновался, хотя и покосился на лысого недобрым взглядом. Второй громила тем временем поднялся на ноги, придерживаясь одной рукой за машину, а второй массируя место удара. Он зыркнул исподлобья на Руслана и, подобрав автомат, двинулся к нему.

– Я тебя, гнида…

– Ты не слышал, что я сказал?! – заорал лысый.

– Павел, дай я его…

– Я сказал прекратить! – Лысый сделал шаг к громиле с таким видом, будто мог что-то ему сделать. Громила замер на месте. Удовлетворившись, лысый повернулся к Руслану. – Раз ты так настаиваешь, будешь первым. Держите его!

Оба амбала схватили его за руки, чуть не вывернув их из суставов, и поставили на колени. Руслан сопротивлялся изо всех сил, но этого было мало.

– Сильный сука, – проревел тот, что держал его справа. – Петр, держи волосы.

Мелкий сектант рывками обошел Руслана по кругу, будто боясь, что он его покусает, и хихикая, как гиена, подскочил сзади. Он схватил его за волосы и дернул на себя. Оля кинулась на одного из громил, но получила от него удар наотмашь и упала. Лысый, переступив через нее, подошел к Руслану.

– Теперь Бог решит, достоин ли ты жить, – сказал он, поднося бутылку к лицу Руслана.

– Ты же даже не знаешь, что это такое, – прохрипел Руслан.

– Я же тебе сказал, – глаза лысого лучились злобной, садистской радостью. Он наслаждался происходящим, упивался им. – Это – слезы Бога. Так сказал Пророк, значит так и есть. Все, – он махнул рукой вокруг, – происходит, как он и говорил! Кто я такой, чтобы сомневаться в его словах? Я правда добавил немного священной воды. Думаю, вам, грешникам, так легче будет их принимать, – он взболтал бутылку. – Хватит болтовни!

Пальцами одной руки от зажал Руслану нос, в то время как державший его сзади сектант сильнее потянул за волосы. Руслан дернулся, но держали его мертвой хваткой. В рот полилась какая-то мерзость. Он хотел выплюнуть ее, но воздух в легких закончился, и ему пришлось сделать глоток, чтобы вздохнуть. Внутри тут же разгорелся огонь. Его начало сильно мутить, озноб пробил крупной дрожью, и в глазах потемнело.

***

Руслана вырвало кровью вперемешку с черной массой. Он смог приподняться на коленях и локтях, его вырвало снова. Он едва не упал лицом в эту лужу и, перекатившись через бок, распластался на спине. Сил не было даже на то, чтобы лишний раз пошевелить пальцем. Он мог лишь глубоко дышать и безучастно смотреть в низкое серое небо. Откуда-то из-за грани сознания донесся далекий собачий лай. Через время лай прекратился, и вновь наступила тишина. Руслан парил в этой тишине, словно в облаках, которые медленно проплывали над ним. Но что-то в этой тишине было не так, какая-то мысль неспокойно металась под поверхностью его сознания, не давая насладиться нирваной. Когда же эта мысль наконец сформировалась, она оказалась первой каплей из внезапно накрывшего его водопада. В одно мгновение к Руслану вернулась память.

– Оля! – даже говорить оказалось очень тяжело. – Маша! Мишка!

Руслан перевернулся на бок. Он все еще лежал возле двора дяди Коли. Его машины, как и машины сектантов, видно не было. Усилием воли он заставил себя сесть и осмотреться. Картина, которая предстала его взору, была воплощением его персонального ада. На расстоянии всего пары метров слева от него в неестественно вывернутой позе скрючилась Оля. Чуть дальше, глядя в небо остекленевшими глазами, лежал Мишка, а возле него – лицом вниз – Маша. В нескольких метрах в стороне покоилось тело его матери. Ее лицо было повернуто к нему. Темно-красная, почти черная, дорожка, начинавшая у дыры во лбу, оканчивалась в такой же темной луже, растекшейся вокруг ее головы. Тело дяди Коли, также все в крови, лежало справа.

Руслан, сбивая колени и локти об асфальт и хрипя что-то нечленораздельное, бросился к Оле. Он повернул к себе ее красивое лицо и положил руку на шею. Вместо пульса он ощутил лишь холод ее кожи. Весь дрожа, боясь того, что он сейчас обнаружит, он подполз к сыну и склонился над ним. Глаза малыша смотрели сквозь Руслана. Не в силах заставить себя коснуться лежащей рядом дочери, Руслан свернулся в клубок и зарыдал.

– За что? – крикнул он в пустоту улицы. Ответом ему был лишь далекий лай собак. – За что?!

Снова взглянув на мать, он увидел то, чего ожидал меньше всего – возле нее лежал пистолет. Его пистолет. Руслан и представить не мог, каким образом пистолет, который он оставил в бардачке, оказался у нее. Да это было и не важно. С обреченностью утратившего смысл жизни человека, Руслан встал и на подгибающихся ногах побрел к телу матери. Не сев, а упав рядом, он взял в одну руку пистолет, а в другую – ладонь мамы. Он никогда не верил в загробную жизнь, но в этот момент ему очень хотелось, чтобы она существовала. Тогда от соединения с близкими его отделяло бы одно короткое движение пальца. Вот такая магия. Не отпуская руки матери, он поднес пистолет к виску.

– Простите меня, – сказал он сквозь слезы. – Простите, что не смог вас защитить.

Руслан закрыл глаза. Под веками возникла Оля в свадебном платье. Через мгновение ее образ растаял, и он оказался в роддоме с двумя попискивающих комочками у себя на груди. Он видел их первый раз, но уже тогда понял, что теперь они были тем центром, вокруг которого вращалась его жизнь.

Он услышал стон, который совсем не вписывался в эти счастливые воспоминания. Жалобный и очень тихий, но слишком реальный, чтобы быть частью миража. Руслан открыл глаза. Вокруг ничего не изменилось, все та же пустая улица и тишина. Даже собака не лает. Показалось? Но вот опять: тихий, едва слышимый стон. Опустив пистолет, Руслан подался вперед и наклонил голову, напрягая слух.

Голова Маши вяло повернулась, и ее вырвало черно-красной жижей. Руслан за секунду оказался рядом с ребенком. Он подхватил маленькое тельце и поднял его над землей, придерживая за живот и подбородок, чтобы Маша могла вновь вырвать, если потребуется. Так и произошло. Ее конечности и голова по-прежнему безвольно свисали, но она дышала!

Нужно спешить. Малышке, да и ему самому, срочно нужна медицинская помощь. Но только где ее искать? Осталась ли хоть одна действующая больница в Киеве? А риск? Какой бы виртуальной ни была вероятность снова встретить лысого и его подельников, Руслан ни за что на свете не рискнул бы тем одновременно малым, и безмерно большим, что у него осталось – жизнью единственного ребенка. Оставался один вариант: без промедлений возвращаться на Агарту. Дрожащей рукой он влез в карман джинсов и судорожно сжал ключ от Олиной машины. Сейчас это был не просто ключ, это был шанс на спасение дочери.

Время не ждет, но как быть с телами родных? Не может же он просто бросить их посреди улицы? Руслан бережно занес Машу во двор и посадил ее, прислонив спиной к воротам. Мысли о ней удерживали его на грани сознания и отгоняли суицидальные порывы, когда он по очереди перетаскивал в дом тела. Про себя попрощавшись с каждым, он подхватил дочь на руки и трусцой направился на соседнюю улицу, к дому матери.

На дороге у двора, где раньше стояла машина сектантов, он заметил еще одну лужицу крови. Неужели досталось и кому-то из них? Может, это его мать, найдя пистолет, всадила в кого-то пулю? С ее характером она могла бы…

На строительство бесполезных теорий времени не было, поэтому, мысленно пожелав четверым ублюдкам мучительной смерти, Руслан сконцентрировался на более актуальных вещах. Олина машина была на месте. Уложив Машу на заднем сиденье так, чтобы видеть ее лицо в зеркало заднего вида, он сел за руль. Положив пистолет на соседнее сиденье и накрыв его своей курткой, он быстро проверил функциональность систем автомобиля и двинулся в обратный путь.

Глава 11

Карты у него не было, но он неплохо помнил дорогу. По крайней мере основные развилки. Кроме того, хоть система навигации и не работала, автомобиль содержал офф-лайн карту, по которой вполне можно было ориентироваться.

Руслан очень не хотел ехать через Киев, боясь снова встретить бандитов или застрять в пробке, но ближайший мост через Днепр находился в городе, а на окружные пути не было ни времени, ни топлива. Опасения оказались напрасными, он быстро пересек город и, вдавив педаль в пол, понесся на север. В этот раз было не до рассудительности. Пару раз он чуть не попал в аварию, когда по встречной обгонял попадающиеся на пути машины, но даже это не заставило его сбавить обороты. Границу пересек беспрепятственно через тот же брошенный (опустевший) контрольно-пропускной пункт.

Руслан гнал машину с отчаянием одержимого. Черные тучи, закрывшие небо, грозили в любой момент обрушить на землю невиданный снегопад.

До нужного съезда в лес он добрался к следующему утру. Тут его ожидала главная проблема обратной дороги: точный путь к комплексу он не помнил, а снег выбелил лесные дороги, стерев все возможные подсказки. Бензобак давно опустел, а заряда батареи осталось максимум километра на три. Молитвы и отчаянные попытки разглядеть в однообразном пейзаже хоть какие-то ориентиры не помогли: Руслан заблудился. Когда приборная панель потухла, машина намертво встала на месте, вокруг были лишь деревья да снег. Будто этого мало, с неба начали срываться снежинки, оседая на лобовом стекле и превращаясь в одинокие капли. Количество капелек быстро росло и через какие-то пару минут вокруг разбушевалась метель. Руслан в отчаянии ударил ладонями по рулю.

– Так не может все кончится! – крикнул он. – Не может!

Мороз скоро проберется внутрь машины, и они с Машей замерзнут насмерть. Если же они в своей осенней одежде выйдут наружу, то замерзнут еще быстрее. Сил пробираться сквозь метель у Руслана уже не осталось. Да и куда идти-то? Направление к комплексу он потерял, а о других поселениях в округе, если они и были, ничего не знал. Он скрестил руки на руле и, уткнувшись в них лбом, стал прокручивать в голове один безнадежный вариант за другим.

Из транса его вывел стук по стеклу. Руслан поднял голову и от неожиданности чуть не подпрыгнул на месте. Из-под надвинутого на лоб капюшона на него смотрели рыбьи глаза Смотрова.

– Заблудился, Русь? – голос Смотрова был едва слышен через закрытое окно. Он взглянул на заднее сиденье, снова на Руслана, и, неспешно обойдя машину, влез на пассажирское сиденье. Почувствовав что-то не то, он приподнялся и вытащил из-под себя пистолет. – Ты бы хоть на предохранитель поставил! Я же так себе и яйца мог отстрелить!

– Извини, Василич, я забыл про него, – устало ответил ему Руслан.

– Заводи.

– Не могу. Батарея села. Бензин кончился. Давно.

Смотров цокнул языком, укоризненно качнув головой, затем достал рацию.

– Хитров, Нуждин, возьмите внедорожник и выезжайте на восток. На втором повороте повернете на север. Видимость плохая, но красный паркетник вы увидеть должны. Давайте быстро, не май на дворе.

– Есть, товарищ полковник, – проскрипела рация.

– Я так понимаю… – Смотров оглянулся на заднее сиденье, – тебе сейчас не до допросов. Но первым делом, когда вернемся на комплекс, тебе придется рассказать все, что произошло. В деталях. Если только ты не считаешь, что какие-то важные сведения ты должен сообщить мне прямо сейчас.

– Прямо сейчас, – процедил Руслан, закипая от злости, – нужна медицинская помощь мне и моему ребенку. Единственному, – комок подступил к горлу, но Руслан подавил эмоции и продолжил. – Вот что нужно прямо сейчас!

– В связи с чем нужна помощь? – не отступился Смотров, но увидев выражение лица Руслана, он все же постарался объясниться. – Руслан. Я знаю твое досье. Вижу, что ты привез только дочь, и понимаю, что случилось что-то ужасное. Еще я понимаю, что ты сейчас находишься в крайне нестабильном состоянии, чтобы правильно оценивать возможные угрозы. Поэтому за тебя это делаю я. Опасных травм я не вижу ни у тебя, ни у твоей дочери. Если не считать твоего подбитого лица, конечно, но это вряд ли несет угрозу для твоей жизни. Так что я хочу понимать, что произошло, и в связи с чем вам нужна помощь.

Руслан слишком устал, чтобы дальше препираться, поэтому сжато изложил Смотрову события последних двух суток.

– В лесу я вас не брошу, – задумчиво сказал Смотров, когда Руслан закончил свой рассказ, – но, по-хорошему, вас нужно изолировать. Неизвестно, чем вас напоили, и не подхватили ли вы какую-то инфекцию, которая может распространиться по всему комплексу. Не исключено, что и я уже ее подцепил, пока тут с тобой сижу. Ладно, что-нибудь придумаем. У нас и медиков на комплексе подходящих нет… А вот и мои бойцы приехали.

Сквозь мельтешащий снег проступил силуэт внедорожника. Машина медленно приблизилась и остановилась в паре метров от них. Из нее выскочил человек в такой же зимней спецовке, которая была на Смотрове, и двинулся в обход машины к пассажирской двери. Смотров вышел ему на встречу и закрыл за собой дверь. Он что-то коротко бросил подопечному, активно жестикулируя. Тот кивнул и направился к своему внедорожнику, а Смотров вернулся к Руслану.

– Сейчас они нас возьмут на прицеп. Тут на самом деле рукой подать, ты почти доехал.

***

За те пару суток, что Руслана не было, на Агарте ничего не изменилось. Живя на комплексе, можно было и не знать о ядерной войне, вторжении Немезиды и прочих бедах внешнего мира. Их с Машей сразу же отправили в медицинский центр на третьем уровне, где для них быстро соорудили комфортную палату. Весь медицинский персонал комплекса сводился к одному терапевту и паре медсестер. Все трое незамедлительно явились осмотреть пациентов. Из защитных средств у них были лишь респираторные маски, очки да перчатки.

По просьбе врача – приятной невысокой женщины лет пятидесяти – Руслан в деталях описал, как выглядели так называемые «слезы бога», и свои симптомы: помимо запредельной усталости, он чувствовал лишь жжение в пищеводе и гортани. Да и то, похоже, со временем проходило. Маша оставалась без сознания, но ее дыхание и пульс были стабильными.

Врач представилась Лидией. Руслан не стал уточнять отчество, чтоб не обидеть.

– Я искренне соболезную вашей утрате, – у нее был мягкий голос и очень добрые глаза.

– Спасибо, Лидия. Но давайте сейчас сосредоточимся на Маше. Меня очень беспокоит, что она до сих пор не пришла в себя.

– К сожалению, оборудования для полноценной диагностики у нас нет. Придется ограничиться базовыми анализами. Мы ведь даже не знаем, с чем конкретно имеем дело. Как бы я ни хотела, но я не могу вам сейчас ни поставить диагноз, ни назначить лечение. – Лидия помолчала несколько секунд и подбадривающе улыбнулась. – Но мне кажется, что раз оно вас не убило сразу, то главная опасность позади. Может быть, сработала ваша иммунная система, и организм просто отверг эту дрянь. Может быть, малышке это далось тяжелее, чем вам, и сейчас она восстанавливает силы. Мы сделаем вам инъекции иммуностимуляторов и питательных коктейлей, это поддержит ваши истощенные организмы. А дальше вам нужен отдых.

Медсестры быстро провели необходимые манипуляции и покинули палату. Последней вышла Лидия, выключив свет, но оставив подсветку, чтобы палата не погрузилась в полный мрак. Когда дверь за ней закрылась, Руслан повернулся на правый бок – лицом к Машиной койке – и, глядя на дочь, практически сразу отключился.

Подсветка в палате стала более тусклой и помигивала, как при перепадах напряжения. С неприятным удивлением Руслан обнаружил, что накрепко пристегнут к кровати. Руки и ноги оказались стянуты ремнями, из-за чего он мог двигать только головой. Он посмотрел направо, но Машиной койки на месте не оказалось. Кто-то поменял их местами и она теперь была слева от него. Маша пристегнута не была, но неподвижно лежала на спине, выпрямив руки по швам. Она вдруг резко повернула лицо к нему и распахнула глаза. Они были полностью черными, без видимых границ между белками и роговицей. На фоне неестественно бедной кожи ее глаза смотрелись как две дыры на фарфоровой маске. Родинка на ее левой щеке тоже почернела и увеличилась в несколько раз, став выпуклой, будто налитый чернилами пузырь.

– Папа… – жалобно протянула Маша. Она медленно села на своей кровати и повернулась к нему всем телом. – Папа, мне плохо. Папа… – Она соскользнула с кровати и в тот же миг оказалась возле него. – Папа… – Из уголков глаз по лицу побежали черные капельки.

Руслан ощутил толчки и открыл глаза.

– Папа. Папочка. – Маша стояла возле него. Ее кровать была на прежнем месте, а часы на стене показывали двадцать два часа сорок минут. – Папочка, проснись!

Руслан приподнялся на локте. Его руки и ноги были свободны, ремни остались в кошмарном сне. Он улыбнулся малышке и подтянул ее к себе на кровать.

– Ты проснулась, – он подвинулся, освобождая место, чтобы она могла лечь рядом. Маша улеглась у него под боком, посильнее прижавшись к нему, и улыбалась, глядя ему в глаза. Он погладил ее по лицу. – Как ты себя чувствуешь?

– Вот здесь болит, – Маша показала на горло и на грудь.

– Ничего, это скоро пройдет, – ласково сказал Руслан, поглаживая дочь по груди и животику.

Малышка вдруг нахмурилась, в глазах появился испуг:

– Папа, те дяди, – она начала плакать.

– Их больше нет, – Руслан нежно обнял дочку. Его самого в это время буквально разрывало на части. «Держись, – говорил он сам себе. – Ты должен держаться. Нельзя показывать ей, как тебе плохо. Нужно ее успокоить!»

– Я думала, они тебя убили. А потом маму! – Маша начала плакать навзрыд. – А потом они схватили меня. Так больно! – она подняла руки, показывая Руслану, где ей сделали больно. – Бабушка кричала на них, но они ее не слушали. Я не хотела пить, а они меня заставили! – Малышка постоянно сбивалась на плач.

– Их больше нет, Солнышко, – Руслан прижимал дочку к себе и плакал вместе с ней, но старался не показывать ей свое лицо. – Все хорошо. Плохих дядь больше нет.

– А где мама? – прощебетала Маша и приподнялась, чтобы осмотреть палату. – И Миша?

– Они… – Руслан запнулся, не зная, что ответить. – Они в волшебном замке. Мы с тобой в одном, а они в другом.

– Мы в замке?! – воскликнула Маша, а потом недоверчиво посмотрела на Руслана. – В настоящем?

– Да. В настоящем подземном замке. В нем живут настоящие ученые. И мы теперь… Я тебе покажу его, когда мы будем чувствовать себя лучше.

– И принцесса тут есть? – все еще недоверчиво, но уже спокойнее спросила малышка.

– Ну, во-первых, тут есть ты, – Руслан улыбнулся и пощекотал пальцем Машину шею. Она захихикала, прижав маленькое плечико к пухленькой щеке, чтобы он не мог достать до шеи. Руслан же в очередной раз удивился детской способности мгновенно менять настроение. – А еще тут есть главная ученая. Думаю, она тоже принцесса.

– Ух ты! Я хочу ее увидеть.

– Я вас познакомлю, как только доктор разрешит нам гулять по замку.

– А мы что заболели?

– Немножко. Но скоро нас выпишут.

– А почему мама и Миша в другом замке? – Маша вновь погрустнела. – Я хочу к маме…

– Так получилось, – Руслан старался говорить, как можно мягче. – Но мы когда-нибудь отправимся к ним в замок.

– Папа, ты плачешь?

– Нет. Это просто доктор мне глаза закапала, – он моргнул и быстро смахнул пальцем слезы. – Доктор сказала, что мы должны отдыхать, чтобы выздороветь. Давай спать?

Маша кивнула и повернулась к нему лицом. Скрутившись калачиком и уперев колени ему в ребра, она заняла больше половины его спального места. Малышка быстро засопела, а он еще долго не мог уснуть. Почему так произошло? Кто виноват в этом? Он сам? Нужно было раньше возвращаться к семье любой ценой! Рыжий? Будь он сдержаннее, сектанту не за что было бы мстить Руслану. Хотя не факт, что его месть не была лишь надуманным поводом для воплощения его садистских наклонностей. Руслан хорошо помнил блеск в глазах лысого. Но если бы Олег не попросил забрать отца, то и Руслан бы не встретился с лысым и его бандой. Но мог ли он винить Рыжего в том, что тот хотел спасти отца? Наверно, нет… Что делать дальше? Что будет с ним и с Машей? Проявятся ли последствия того, что сделал с ними лысый, или уже все закончилось? Лысый… мысли постоянно возвращались к нему. Как бы Руслан хотел встретиться с ним снова. Как бы хотел расквитаться с ним за все содеянное. Но как это сделать, если с бесноватым преступником его разделяли сотни километров? Один из громил назвал его Павлом, а мелкого – Петром. Нужно запомнить. И еще: громилы, кажется, были братьями. Руслан не забудет ничего. И никогда.

Глава 12

Через несколько дней Руслана и Машу выпустили из карантина. Жжение прошло, и оба чувствовали себя вполне здоровыми. Остались лишь кошмары, периодические мучившие Руслана. Для жизни им выделили все тот же номер 4033, которого вполне хватало для одного взрослого с ребенком.

В первые дни после ядерных ударов на комплексе одно за другим случались самоубийства. Руслан был шокирован, когда Олег рассказал ему о Корине. Как показали камеры наблюдения, установленные на орбитальной станции, один из нацеленных на Москву ударов пришелся прямиком на поселок в Подмосковье, где располагался дом Корина, и где в это время находились все три его дочери с семьями. Игорь Яковлевич не выдержал новостей. В тот же день его нашли повесившимся на турнике в спортзале. Руслан к мыслям о суициде больше не возвращался. Рана от потери близких терзала его каждый день, но ответственность за Машино будущее не позволяла ему даже помыслить о чем-то подобном.

Помимо Маши, новых поселенцев на комплексе не было. Незаселенными оставались более половины номеров, из-за чего, несмотря на комфорт, который дарил комплекс, где-то на уровне подсознания он вызывал чувство запустения. Говорили, что имеющихся запасов должно хватить не менее чем на год. Меню столовой уже не отличалось былым разнообразием, но и голодать не приходилось. Кроме того, благодаря ботанам – как величал работников теплиц Рыжий, свежие овощи всегда были в достатке.

Материалы для испытаний хранились на резервных складах, что позволяло ученым продолжать работу над конструированием портативного ресивера. Повара продолжали готовить, охранники – охранять. И никто не знал, что происходит во внешнем мире. Связь отсутствовала.

Неформальным руководителем комплекса стал Смотров. Руслан сходился во мнении с Олегом, что лидером Смотров был таким себе, но других желающих возглавить их небольшую коммуну не нашлось. Да и вряд ли кто-то хотел конфликтовать с особистом: все знали, что охранники в его подчинении были вооружены и выполняли его указания без пререканий. Смотров – Руслан отдавал ему должное – оставался таким же отстраненным и презрительным к окружающим, но и диктаторских замашек не проявлял. Он даже инициировал создание некоего совета, в который, помимо него, вошли Маргарита, Козинский, Лидия, как единственный врач, Олег, отвечающий теперь за организацию учета, хранения и распределения продуктов питания, и Дмитрий Мичурин, который руководил работой теплиц. Совет собирался еженедельно и обсуждал насущные проблемы.

Раньше техперсонал на комплексе работал сменами и регулярно обновлялся. Теперь же ни о какой помощи извне думать не приходилось, а работы меньше не стало. Нехватка людей ощущалась с каждым днем все острее, поэтому на совете приняли решении привлекать к труду всех поселенцев Агарты. Да и людям лучше быть при деле и чувствовать, что они делают что-то полезное, чем безучастно сидеть наедине со своими мыслями.

Руслана определили в подчинение Олегу. Его обязанности были связаны с учетом поступающих из теплиц продуктов. Работа была непыльная, и Олег явно старался поменьше напрягать Руслана, чтобы тот мог больше времени проводить с дочерью. У Олега под рукой всегда был Саша. Имея опыт работы аудитором, тот был просто идеальным кандидатом для учета и контроля всего, что поступало на склады. К тому же Саша проявлял завидный трудоголизм и делал работу не только за Руслана, но и за самого Рыжего. Трагедия, случившаяся с семьей Руслана, произвела на Сашу столь сильное впечатление, что теперь он относился к товарищу со смесью глубочайшего сочувствия и восхищения.

– А у меня не хватило духу рвануть к своим, – признался он Руслану однажды. – Я так растерялся в тот день – вообще не понимал, что делать дальше. Но теперь я знаю, чего хочу. У нас есть… или была… дача недалеко от Дубны. Там бабушка жила раньше. Я знаю, что отец хотел отправить маму с сестрой на дачу за день до того, как все произошло. Если они уехали, могли и выжить. Когда снег сойдет, я отправлюсь за ними, – говорил Саша полным решимости голосом. – И никакой Смотров меня не остановит!

Руслан ценил заботу Олегу, но часто брал на себя дополнительную работу – это позволяло ему концентрироваться на сиюминутных задачах и меньше думать о своих утратах. Зима выдалась очень холодной и снежной. Снег регулярно заметал спрятанные в лесу выходы вентиляционных шахт Агарты, и Руслан всегда вызывался на расчистку. Пробирающий до костей мороз и жутковатые завывания ветра меж голых ветвей заставляли работать быстро, забыв обо всем другом и ценить ту жизнь и комфорт, что давала им Агарта.

Время от времени Руслан присоединялся к тренировкам подчиненных Смотрова – иногда приходил выместить кипящую в нем злость на груше или побоксировать с кем-нибудь в паре. Со временем он начал втягиваться в режим. Охранники, подражая своему командиру, относились к нему снисходительно, нередко обмениваясь кривыми ухмылками, когда он входил в зал. На отпускаемые в его адрес остроты Руслан обычно реагировал спокойно, но бывало, с таким надменным презрением, которому позавидовал бы сам Смотров. На ринге он тоже не давал себя в обиду. Несколько раз отправлял особо ретивых на настил. Мужики его зауважали и через месяц приняли за своего.

Новый год прошел незаметно. Для детей организовали небольшой утренник под елкой, которую притащили из леса, но больше никаких общих празднеств не устраивали. Олег звал Руслана отметить в небольшой компании с Маргаритой и Юнь – переводчицей Роберта. Роберт покинул комплекс в тот же день, что и Руслан, и его дальнейшая судьба была неизвестна. По крайней мере на Агарту он так и не вернулся. А вот Юнь решила остаться. Да и куда ей было деваться? Девушку определили на работу к Мичурину. Они с Русланом часто пересекались то в теплицах, то на складах, и Юнь всегда была очень мила и приветлива. Возможно, при других обстоятельствах, Руслан не оставил бы незамеченными необычную восточную красоту девушки и те знаки внимания, которые она ему уделяла, но сейчас ему было не до этого.

Руслан на вечеринку не пошел, не мог он радоваться. Сводив Машку на импровизированный утренник, он весь день провел в номере и лег пораньше в надежде побыстрее уснуть и не вспоминать предыдущие праздники в кругу семьи. Ни первое, ни второе ему не удалось.

Морозы и снегопады продолжались до конца апреля. Но данные, которые они получали с камер, установленных на орбитальной станции, подтверждали, что с юга все-таки движется весна, хоть и с опозданием. Маргарита и ее коллеги поговаривали с осторожностью о глобальном похолодании, но не о ядерной зиме. Поселенцам оставалось надеяться и ждать весну, да вовремя расчищать внешние коммуникации от снежных заносов.

Снимки, полученные со станции, давали странную картину. На всем северном полушарии вплоть до Турции и Среднего Востока свирепствовали холода. Это было понятно по белым полям снега, столь непривычного для этих регионов, и можно было логически объяснить: похолодание было вызвано тоннами поднятых в атмосферу пыли, дыма и пепла. Они заслоняли солнечный свет, не давая земле нагреться. Но все же снега постепенно сходили, что и подтверждало приход весны. А вот в регионах, расположенных южнее, творилось что-то совсем непонятное: появились какие-то темные зоны – гигантские пятна. К сожалению, изображение с камер было не настолько четким, чтобы можно было рассмотреть их. Никто раньше ничего подобного не видел, поэтому участники совета сошлись во мнении, что скорее всего эти зоны были как-то связаны с Немезидой. Немезида же висела на орбите, периодически меняя высоту и угол вращения, но более никаких других заметных действий не предпринимала.

***

Наконец, весна добралась и до Агарты. Как только дороги стали проходимыми, Смотров приказал организовать разведывательные рейды по окрестностям. Охранники выходили группами по три человека, полностью экипированными и хорошо вооруженными. Как оказалось, седьмой этаж вовсе не был пустым. Он буквально ломился от современного снаряжения и оружия. Когда один из охранников рассказал об этом Руслану, у него возник только один вопрос: Олег сознательно врал, когда проводил ему экскурсию в день его первого визита на комплекс, или и сам не знал всех секретов Агарты?

Несколько вылазок прошли без приключений. Радиационный фон был нормальным, но несмотря на это в ближайшей округе практически не осталось людей. Вероятно, большинство бежали в более теплые края. Несколько осмотренных сел полностью опустели. Лишь в одном удалось найти несколько стариков, вместе переживших зиму на последних остатках еды и дров. Смотров не хотел пускать лишние рты на Агарту, но другие члены совета единогласно проголосовали за то, чтобы приютить пожилых людей. Сергей Васильевич уступил, но заявил, что этот случай будет исключением, и что он не позволит стащить на комплекс всех немощных и престарелых. Когда трех мужчин и двух женщин привезли на Агарту, Смотров первым делом устроил им допрос.

– Откуда ж нам знать-то, что творится?! – причитала одна из бабушек. – Мы уж думали, что и людей не осталось вовсе, последние мы…

– Бросили нас все, – говорил дедулька, вытирая рукавом клетчатой рубашки уголки поблекших от возраста глаз, – не нужны мы детям. А у Кузьмича их и не было никогда…

– Это что же получается, правда все это? – удивлялся другой. – Война, инопланетяне? Я до последнего не верил. Всю зиму спорил с нашими, а оно вон оно как…

– В общем, толку от них никакого, – проворчал Смотров, когда закончил допрос. – Просидели всю зиму в одной хате, как медведи в берлоге.

– Василич, что ты хочешь от стариков? Если бы они в одной хате не просидели, то уже и кони двинули бы, – сказал Руслан. Он тоже захотел присутствовать на допросе. Смотров, к его удивлению, позволил. За время, проведенное на Агарте, люди извне стали казаться ему какими-то мифическими существами, и ему не терпелось встретиться с первыми выжившими.

– Так-то оно так, да только мне от этого не легче. Полезной информации ноль. Понимания, что происходит снаружи, ноль. Нужно увеличивать дистанцию рейдов… – последнее предложение Смотров пробубнил скорее сам себе.

– Согласен. У меня есть предложение, – Руслан тут же вспомнил о Саше и его намерении ехать на бабушкину дачу. – У Антонова где-то под Дубной дача была. Точнее не у него, а у родителей. Неважно. В общем, он считает, что там могут быть его мать с сестрой. Если будем увеличивать дистанцию рейдов, то чем не вариант? И разведку проведем, и хорошее дело сделаем. Это максимум километров сорок отсюда. Думаю, даже меньше.

– Ты вот не можешь без героических спасательных миссий, да? – съязвил Смотров, но тут же замолчал, видя лицо Руслана.

– Не могу, – сухо ответил Руслан, глядя в ему глаза.

– Вообще-то, – Смотров прокашлялся, – Дубна, если она уцелела, – это большой город по нынешним меркам. А соваться в города я пока не планировал. Мало ли кто там сейчас может всем заправлять. Если наших схватят, то у нас всех могут быть серьезные проблемы. Не хватало еще, чтобы кто-то узнал о местонахождении комплекса.

– Саша говорил, что дача где-то под Дубной, а не в самом городе. Кажется, даже к северу от него, с нашей стороны. И в город заходить необязательно. Но зато у нас будет такая возможность, если что.

– Ладно, я подумаю. Только давай в этот раз не хватать друг друга за горло, я этого больше не потерплю.

– Договорились, – Руслан выдавил улыбку.

На раздумья у Смотрова ушло почти четыре недели. Обнадеженный Саша чуть ли не каждый день как ребенок канючил о том, чтобы Смотров перестал тянуть с решением. Смотров был неумолим, но за это время все же организовал пару удаленных рейдов. Оба рейда существенных результатов не принесли. Картина везде была примерно одинаковой: небольшие села вымерли. Когда солдаты решались прочесать то или иное поселение, в домах натыкались на разлагающиеся трупы – иногда целые семьи. Один раз на них бросился обезумевший мужик с топором. Он затаился за входной дверью и, как только один из солдат Смотрова вошел в дом, нанес ему удар топором по спине. Спасло современное обмундирование с броне-пластинами и смешанная с истощением неумелость атаковавшего. Солдат отделался синяком между лопаток, а мужика пристрелили на месте. Говорили, что в том же доме нашли человеческие кости.

Но был у этих рейдов и положительный эффект. Они подтвердили актуальность проведения разведки в городе. Пока Сергей Васильевич взвешивал риски да планировал операцию, наступил июнь. По информации охранников, погода зачастую была пасмурная и дождливая, но солнце временами выглядывало из-за облаков и припекало по-летнему. Леса зазеленели в полную силу, а луга буйствовали красками. Воодушевленные рассказы охранников, ходивших в рейды, вызывали неподдельную зависть у поселенцев Агарты, безвылазно просидевших на подземном комплексе уже более полугода. Однако вместе с потеплением и зеленью с юга начали подступать те самые темные пятна. До широты Агарты они пока не добрались, но одно пятно уже можно было отчетливо различить к северо-западу от Москвы.

– Значит, так. – Смотров собрал у себя в кабинете Сашу, Руслана и троих своих людей. Он сидел за своим большим столом, взирая сверху на остальных участников встречи, полукругом сидевших у стола на приставных стульях. – Завтра утром выдвигаемся к Чайке. Это ведь там у тебя дача? – обратился он к Саше. На висящем на стене мониторе была видна карта местности, загруженная в память серверов Агарты еще до войны.

– Там! – Саша вытаращил глаза и энергично закивал. Он подскочил, вытянул свою длинную и худую, как оглобля, руку и ткнул пальцем в монитор. – Вот здесь. Это не совсем в поселке, это в коттеджном городке с краю, на берегу реки.

– Хорошо. Выдвигаемся с рассветом. Ты участвуешь по понятным причинам. Руслан, поедешь с нами, как единственный, кто уже имел контакт с черной заразой. Если наши предположения верны, и появление пятен на снимках связано с ней, то можно сделать вывод, что эта зараза стремительно расползается. Твой опыт богатым не назовешь, но мало ли, вдруг пригодится. Если ты не возражаешь, конечно.

– Не возражаю, – без промедления ответил Руслан.

– Отлично. Едем двумя машинами. Вас повезу лично я. На второй машине поедут Хитров, Нуждин и Бойко, – Сергей Васильевич кивнул в сторону охранников. – Если нам повезет кого-то найти, то Хитров отвезет Антонова вместе с его членами семьи на комплекс. Остальные остаются для проведения разведки в городе. Если не найдем никого, то решения будем принимать на месте в зависимости от обстановки.

Саша молча кивнул. Трое охранников сидели как статуи. У Руслана было такое впечатление, что при Смотрове они и дышать боялись. Он и раньше замечал такое поведение среди его подчиненных. Его боялись, уважали и подчинялись беспрекословно.

– А нам выдадут экипировку? – спросил Руслан. – Ты сам говоришь, Василич, мало ли что там нас ждет. Тем более, если мы в город пойдем.

– Естественно. – Смотров оценивающе посмотрел на Сашу и Руслана. – Стрелять умеете?

– Я умею, – тут же ответил Саша с ноткой гордости в голосе, и все удивленно повернулись к нему. Он тут же смутился и, покраснев, добавил: – всегда увлекался оружием. Вот и на стрельбища ходил регулярно. Папа тоже любил…

– Понятно, – перебил его Смотров. – А ты?

– Не могу похвастаться тем же. Стрелял пару раз из воздушек да из пистолетов. И то резиновыми пулями. Я как-то без оружия всегда обходился, – ответил Руслан.

– Ну да, ты у нас тот еще драчун, – Смотров инстинктивно повел шеей. – Тогда предлагаю вам не терять время. Хитров! – парень подскочил на месте, – отведи этих двоих в арсенал и покажи им основы. Можете немного попрактиковаться в тире. Только сильно не увлекайтесь, запасы у нас хоть и хорошие, но не безграничные.

Хитров – невысокий крепкий парень, который на фоне длинного и тощего Саши смотрелся, как перекачанный гном, жестом позвал за собой. Как только они вышли из поля зрения Смотрова, его закрепощенность сменилась словоохотливостью экстраверта в крайнем ее проявлении.

– Меня вообще Женя зовут. Служу тут на комплексе уже год почти. В последнее время заскучал уже, как и все наши. Торчим под землей, как мыши в норе. Слава богу хоть зима закончилась да наружу теперь можно выбираться хоть иногда. Правда шеф после случившегося еще строже стал. У него и раньше дисциплина железная была, а сейчас так вообще зеками себя чувствуем. Но оно, наверное, оправдано. Шеф – умный мужик и знает больше других. Я вот думаю, – парень приостановился и понизил голос, – что у него остались контакты во внешнем мире, и он с ними регулярно связывается. Какими-то своими секретными способами. Если не командование, которое скорее всего в Москве сгорело, то какие-то коллеги, наверное, – он глянул выразительно на Руслана и зашагал дальше.

Они подошли к лифту.

– Арсенал находится на минус седьмом. Доступ туда имеют только сотрудники спецслужб, – гордо проговорил Женя, входя в кабину лифта и нажимая на семерку.

– Так ты, получается, сотрудник спецслужбы? – хмыкнул Руслан.

– А ты что думал, секретный объект будут охранять какие-то сторожа на пенсии? Тут все серьезно. Ты, кстати, лицом и комплекцией тоже больше на одного из наших похож, чем на юриста. Я поначалу так и думал, что это у тебя просто прикрытие такое. Хотя может так оно и есть, ты ведь все равно не признаешься, да?

– Мне не в чем признаваться, – ответил Руслан.

Двери лифта разъехались в стороны, и они вышли в такой же тамбур, как и на других этажах.

– Ну да, ну да, – пробубнил Хитров.

– Я смотрю ты – тот еще конспиролог, – улыбнулся Руслан.

– Я просто не верю в официальные версии. Критическое мышление! – солдат приложил руку к панели и вход на этаж открылся. Планировка этажа была похожа на остальные: те же высокие потолки и длинные широкие коридоры, только дверей было значительно меньше и отсутствовали какие-либо украшения интерьера. Все сухо и строго. – Здесь, на секретном объекте, ведется работа над секретным проектом. Случайные люди сюда не попадают. Вот по нему, – он ткнул пальцем в сторону молчавшего всю дорогу Саши, – все понятно. Он – сын министра. Благодаря батиным связям сюда и попал. – Сашу перекосило, но он опять промолчал. – Теперь вот поедем его родственников спасать. Видишь, тут все не случайно. Ни за чьими другими родственниками мы пока не ездили. Я-то не против, я вообще детдомовский. Но только не говори мне, что Смотров случайно выбрал именно семью Антоновых.

– Я начинаю подозревать, о чем бы мы ни заговорили, у тебя на любой мой ответ найдется собственная теория.

– Вот-вот. Отговорки. Пришли.

Они остановились перед дверью с надписью «Арсенал». За дверью скрывалась комната с закрытыми решетками стеллажами и большим плоским столом посередине. В комнате их уже ждали двое охранников. Одного из них – Диму, Руслан неплохо знал по совместным тренировкам. Хитров сразу же направился к ним:

– Здаров, мужики. Меня шеф прислал. Велел обучить этих двух азам обращения с оружием.

– Мы в курсе, он нас уже предупредил. Привет, Руслан. Ты еще и стрелять умеешь? – Дима подошел и пожал руку Руслану, а за ним и Саше.

– Честно говоря, не особо. Я как-то больше единоборствами интересовался, чем огнестрелом.

– Понятно. Шеф сказал выдать вам по Гюрзе и АК-17, чтобы вы попрактиковались. – Дима указал на стол, на котором уже лежало по два автомата и пистолета, а также по две обоймы для каждого. – Инструктаж поручили проводить Женьке. Эту привилегию я у него отбирать не буду. За дверью справа тир, можете пострелять немного.

Женя показал им как разбирать и собирать оружие, как переключать режимы стрельбы и ставить на предохранитель, как менять магазины и выполнять прочие базовые действия. Саша не соврал, он действительно умел обращаться с оружием и ловко выполнял все инструкции Хитрова. У Руслана такого опыта раньше не было, но ничего сложного он не увидел.

После того, как они повторили базовые манипуляции по несколько раз, Хитров предложил перейти в тир. Им оказалось обширное помещение, отделенное звукоизолирующим тамбуром. Общая стойка была разделена перегородками, чтобы каждый мог практиковаться самостоятельно и не мешал другому. Мишени были в дальнем конце зала. Женя выдал всем очки и наушники и показал, как нужно стрелять из пистолета, положив практически все пули точно в центр мишени. Со стрельбой у Руслана получалось не очень, зачастую он мазал. А вот все выстрелы Саши попали в цель, на что Хитров скорчил важную рожу и уважительно кивнул. После этого Хитров выдал им автоматы. Стреляли одиночными, чтобы не истратить понапрасну весь магазин. Саша опять отбил центр своей мишени, а последние две пули запустил в центр мишени Руслана, после чего с самодовольной улыбкой повернулся к товарищам.

– Да ты прямо снайпер, – сказал Женя, стаскивая наушники. – Вечно эти дрищи корчат из себя Чак Норрисов. У тебя, – повернулся он к Руслану, – успехи так себе, но для первого раза покатит. Думаю, раз уж нашему снайперу тренироваться не нужно, он мог бы отдать свои обоймы тебе. Что скажешь? – обратился он уже к Саше.

– Да не вопрос. Держи, Руслан, – он протянул обоймы Руслану. – Евгений прав, нет смысла тратить патроны на меня. Я размялся немного, руки все помнят, – он снова не сдержал горделивой улыбки. – А тебе действительно не помешает лишняя тренировка.

Вечером к Руслану заглянул Рыжий. Как нельзя кстати, ведь Руслан хотел попросить его присмотреть за Машей утром. Олег не возражал, но тут же придумал, как извлечь из этого личною выгоду.

– Руслан, кончено я присмотрю за Машкой. Вообще без проблем! О чем речь? Я вот только подумал… – в глазах Рыжего зажглись хитрые огоньки, – можно я Риту позову? Скажу, что тебе отказать не мог, а с ребенком оставаться одному стремно. Надеюсь, она согласится. А там глядишь, материнский инстинкт у нее проснется.

– Ну ты, Рыжий, и… рыжий, – Руслан засмеялся и покачал головой. – Хорошо, зови. Только если Маргарита и правда придет, предупреди ее, чтобы она вообще не говорила о маме. Маша только сейчас стала реже вспоминать об Оле. Мне бы так, – немного помолчав, добавил Руслан и помрачнел.

– Да, конечно. Я понимаю, – Олег немного растерялся, но сразу же взял себя в руки. – И это, есть еще вопрос. Очень важный. Я из-за него и пришел к тебе.

– Что за вопрос?

– Вы же наружу идете. Везет вам. Я тоже хочу, но Смотров пока никого просто так не выпускает.

– Ну? – у Руслана тут же закралось подозрение, что очень важное дело Рыжего – это очередная афера.

– Можешь и ты мне услугу оказать? Это не обязательно. Как получится. Но если вдруг…

– Рыжий, – перебил его Руслан, – что надо?

– Короче, сейчас же июнь, расцвело все. У Риты от рассказов охранников аж глаза закатываются. В общем, можешь цветов нарвать, если что?

Руслан не удержался и снова рассмеялся:

– Ну ты настырный!

– Женщины любят таких, – хохотнул Олег.

– Безусловно. Только мы вообще-то не цветочки собирать идем.

– Я знаю, знаю, – Олег поднял руки, показывая, что не собирается спорить. – Я же говорю, если получится. Пацаны вон говорили, что, за редким исключением, их рейды – это прогулки на свежем воздухе. Если ваша вылазка пройдет без приключений, почему бы и нет. Скажешь, что Машке несешь.

– Ага, Смотров же у нас такой чувственный, что, когда я ему это скажу, он пойдет собирать цветы вместе со мной. Ладно, – Руслан почесал подбородок, – буду смотреть по обстановке. Если что-то попадется, то попробую принести тебе букетик. А вообще, ты прав насчет Машки, ее цветы тоже порадуют.

– Вот-вот!

– А ты не пробовал договориться со Смотровым? Вы же нормально общаетесь. И спаррингуете периодически. Поспорь с ним, если выиграешь – пусть выпустит тебя пробздеться. Только не говори, что за цветами, а то половина пацанов со смеху помрет.

– Ха! – Рыжий хлопнул себя ладонью по лбу. – Как я сам не догадался? Это отличная идея, дружище, – он показал на Руслана пальцем. – Если сработает, с меня бутылка из стратегических запасов. Моих личных. Но ты завтра все равно постарайся захватить хоть пару… мимоз или что там растет.

– Рыжий, мимоза – это салат. Я точно знаю, потому что люблю его.

– Вот сразу видно, что ты быстро женился. Поухаживал бы за дамами с мое, знал бы, что цветы такие тоже бывают. – Олег взглянул на окаменевшее лицо Руслана и осекся: – В общем неважно, бери все, что под руку попадется.

Глава 13

Как только их внедорожник выехал на открытое пространство, Руслан почувствовал головокружение. Он глубоко вдохнул и зажмурился – свежий весенний воздух опьянил его. Вроде бы и помещения на комплексе комфортные и просторные, и вентиляция работает хорошо, но разве сравнишь. Он обернулся к Саше и по растерянному выражению лица понял, что тот чувствует то же самое. Смотров отстраненно вел машину.

За зиму Руслан привык воспринимать окрестности комплекса, как снежное море глубиной в человеческий рост. Сейчас же лес вокруг благоухал жизнью. На деревьях среди густой и яркой даже в тусклых рассветных лучах листвы все еще попадались запоздалые белые цветочки. Слышался щебет ранних птиц.

– Василич, мне кажется, раз уж радиационный фон тут нормальный, людей нужно выпускать наружу. А то они с ума сойдут под землей. Я вот только сейчас понял, как мне этого не хватало. И как мало нужно человеку для счастья.

– Руся, давай, ты не будешь меня учить, что делать, – бросил Смотров, не отрывая взгляда от дороги. – Мы не можем рисковать безопасностью комплекса и людей, пока все угрозы не оценим.

– И когда же ты планируешь завершить анализ рисков?

– Как только так сразу. Вот в город сегодня заглянем, тогда может картина и прояснится. Не могли же все семьдесят тысяч жителей дуба дать.

Дорога вела сквозь лес, который плотно подступал к обочинам, лишь изредка уступая место небольшим прогалинам. Неспешная поездка через утренний лес навеяла Руслану мысли о прошлой жизни. Нормальной жизни – с множеством мелких и не очень проблем, но не этой пугающей неопределенностью, которую внушал новый мир. Мир рухнувших государств и лопнувших хозяйственных связей. Мир искалеченной цивилизации, без электричества, супермаркетов и автозаправок. Какой теперь прок от стиральных машин, микроволновок, телевизоров? Все эти достижения цивилизации теперь просто куски железа и пластика. Такие вот вещи в себе. Что если все эти блага сохранились где-то в южном полушарии. А может, и в отдельных регионах Европы. Но сколько они продержатся в условиях отсутствия сырья и запчастей?

Сколько же времени потребуется, чтоб восстановить все построенное человеком? Все, что так важно для современной цивилизации: электростанции, линии передач, железные дороги – придется строить заново. Но чтоб строить, нужно восстановить управление, вернуть власть. Наверняка, сейчас повсюду орудуют бесчисленные вооруженные банды. Кому-то еще предстоит их объединить. Либо уничтожить. Только после того, как появится сильный центр, возможно строительство чего-то нового вокруг него. «А сейчас что – скатимся в рабовладельческий строй?» – Руслану стало не по себе, когда он подумал о людях, которым придется не только выживать самим, но и воспитывать детей в новой реальности. Если задуматься, то Смотров вновь оказывался прав, ставя безопасность Агарты превыше всего. Возможно, такие лидеры и нужны новому миру: жесткие, беспринципные и решительные.

Была у этого злосчастного мира еще одна особенность. Немезида оставалась на орбите, но отпечатки ее присутствия проявлялись на поверхности планеты. Загадочные пятна продолжали множиться продвигаться на север. В ближайшее время они должны были появиться и в окрестностях Агарты. В том, что они не несут в себе ничего хорошего, не сомневался никто.

От мыслей о будущем Руслана отвлекли пейзажи настоящего. Лес резко расступился, и внедорожник въехал на деревенскую улицу. Несколько десятков домов, разбитые окна и поросшие травой дворы.

– Мои бойцы уже прочесали это село. Людей нет, так что опасаться нечего, – сообщил Смотров. Главной угрозой он по-прежнему считал людей. Руслану было сложно с этим не согласиться.

– Честно говоря, было бы спокойнее, если бы они были, – раздался с заднего сиденья голос Саши.

– Надо же, я думал, ты там уснул, – Смотров взглянул на Сашу через зеркало заднего вида. – Скоро приедем. Машины запаркуем в лесу где-то за километр до въезда в Чайку. Дальше пойдем пешком.

Минут через пять он выбрал подходящий съезд и, немного пропетляв по лесу, спрятал внедорожник в густом кустарнике. Все выбрались из машины, потягиваясь и разминаясь. Второй автомобиль свернул в противоположную сторону и также скрылся среди зелени. Смотров достал свой телефон, который теперь выполнял функции калькулятора и офлайн карты и показал Саше.

– Шлемы надели, быстро! – буркнул Смотров. Когда его приказ был выполнен, он указал пальцем на экран. – Мы сейчас примерно здесь. Насколько я понимаю, нам нужно сюда.

– Да, все верно, – подтвердил Саша.

– Хорошо, значит выступаем, – Смотров первым двинулся в путь. – Держитесь за мной и старайтесь не шуметь.

– А парней ждать не будем?

– Они пойдут вокруг. В наши шлемы встроены рации, – он постучал пальцем по шлему в том месте, где у него располагалось ухо. – Так что, если потребуется, они с нами свяжутся.

До края леса добрались минут через десять. Смотров остановился у развесистого дуба и жестом приказал остановиться. Саша замер рядом с Русланом, бледный, как стена. Руслан хорошо понимал волнение товарища и, положив руку ему на плечо, крепко сжал. Саша повернулся к нему и благодарно кивнул.

Присев на одно колено, Смирнов достал бинокль и стал всматриваться в виднеющиеся неподалеку дома, от которых их отделял неширокий пустырь.

– Вон тот дом наш, – Саша указал пальцем на солидный двухэтажный дом, окруженный забором из широких кирпичных столбов с кованными секциями между ними.

Смотров оглянулся и, проследив за Сашиной рукой, молча направил бинокль в нужном направлении.

– Василич, я, кончено, не специалист в разведке, но что ты хочешь там сейчас увидеть? – не сдержал любопытства Руслан. – Даже если в доме кто-то и живет, то они наверняка сейчас спят. Как и соседи.

– Раз не специалист, значит не лезь, куда не просят, – отрезал Смотров. Помолчав минуту, он все же пояснил: – нам и нужно, чтобы все спали. А дома могут и другими способами говорить о том, что в них кто-то живет. Или наоборот – не живет.

– Какими? – теперь уже любопытствовал Саша.

– Разными. Например, возле дома может быть обработан огород, клумбы с цветами, что угодно. Те же собаки или другие домашние животные. Или, как вам наглядно продемонстрировало Ларцево – то село, что мы проезжали, – дома могут стоять без окон и крыши. Надеюсь, тебе не надо объяснять, какие признаки, что означают? – он бросил на Сашу мимолетный взгляд и, не дожидаясь ответа, вернулся к биноклю. – Признаков жизни я пока на твоей даче не наблюдаю. Как, впрочем, и явных признаков запустения. По соседям та же картина. Думаю, можем аккуратно подобраться к дому. Идти придется через пустырь, поэтому «аккуратно» – значит, быстро и тихо. Пошли.

Смотров сунул бинокль в отведенный для этого карман куртки и рысцой направился к дому. Руслан среагировал мгновенно и отстал от Смотрова всего на пару шагов. Оглянувшись, он заметил, что Саша застыл истуканом. Руслан энергично махнул, призывая следовать за ним. Саша выпучил глаза и, подпрыгнув на месте, рванул так, что обогнал Руслана и Смотрова за считаные секунды.

– Вот же, олень. Стой, придурок! – услышал Руслан сдавленную ругань Смотрова.

Саша прибавил скорости. Смотров на ходу наклонился и схватил ком земли, который тут же запустил Саше прямо между лопаток. С глухим стуком комок разлетелся на части, как обычно разлетаются снежки в хороший мороз. Саша от неожиданности дернулся, зацепился одной ногой за другую и, махая во все стороны руками, загремел на землю, не добежав до забора. Смотров поравнялся с ним, когда Саша приподнимался на колени. Сергей Васильевич подхватил его за шкирку и не отпускал, пока они вместе не добрались до дома. Он присел на колено возле одного из кирпичных столбов и усадил рядом Сашу. Руслан последовал их примеру.

– Тебе жить надоело? – прошипел Смотров Саше, а затем повернулся к Руслану. – Как там у вас говорят? «Куда ты попэрэд батька в пэкло?»

– Как-то так, – кивнул Руслан.

– Ты знаешь, что такое пэкло? – Смотров пронзил Сашу взглядом. – Это то, что я тебе устрою, если ты еще раз подобный фокус выкинешь. Я же четко сказал держаться за мной! Что тут сложного?

– Извините, Сергей Васильевич, – промямлил Саша, – перенервничал, растерялся.

– Твоя растерянность в иной ситуации может стоить жизни. И не только твоей. Повторяю еще раз: беспрекословно выполняем все, что я говорю. Никакой отсебятины! – Смотров дождался, пока они кивнут. – Значит так, вы сейчас сидите здесь и не высовываетесь, пока я не дам вам соответствующую команду. Понятно? – Руслан с Сашей опять кивнули. – Ждите.

Смотров перемахнул через кованную секцию и бесшумно скрылся за углом дома. Руслан с Сашей молча сидели на месте, вглядываясь в окна.

– Не похоже, чтобы в доме кто-то был, – прервал молчание Саша. – Напрасно мы сюда приперлись. А я так надеялся… – он вздохнул и поник.

– Не вешай нос. Даже если их нет в доме, это не значит, что их нет где-то поблизости. Старики, которых мы приютили на Агарте, поступили вполне логично. Они объединились, чтобы пережить зиму. Думаю, то же самое не менее логично и для двух женщин. Проще найти кого-то, с кем делить все тяготы, чем выживать самим.

– Посмотрим, – пробубнил Саша, не поднимая головы.

Минут через десять вернулся Смотров. Он вальяжно вышел из-за угла дома, махнул им рукой и опять скрылся за углом. Руслан толкнул в плечо Сашу, погрузившегося в свои мысли, и, перепрыгнув забор, последовал за Смотровым. Саша в этот раз не тормозил и держался чуть позади Руслана. Смотров ожидал их возле следующего угла дома, за которым открывался вид на большой как парк двор, выходящий на берег реки.

– Красиво, – протянул Руслан.

– Да, раньше летом тут хорошо было, – грустно сказал Саша. – Что-то нашли, Сергей Васильевич?

– Сейчас в доме никто не живет. Я так же осмотрел соседние дома – та же история. Но у всех домов в округе есть еще одна общая черта. – Смотров повернулся к Саше. – Допускаю, что дома в этом районе принадлежали состоятельным людям. Так?

– Я всех не знал, но соседи были не из бедных. А какое это сейчас имеет значение? —спросил Саша.

– А такое, что мы подошли к домам с северной стороны. А сейчас стоим с южной. Ничего не замечаете?

Руслан с Сашей начали усиленно вертеть головами, пытаясь высмотреть, на что намекает Смотров. Первым сориентировался Саша:

– На крыше были солнечные панели. И на гараже тоже. А сейчас их нет. И у соседей тоже.

– Правильно, – сказал Смотров. – А еще дома целые стоят. Ни выбитых окон, ни выломанных дверей.

– Это значит… – у Саши отвисла челюсть.

– Это значит, что нам нужно все-таки проникнуть в дом и проверить, что там осталось. Вы же наверняка держали там какие-то запасы? Консервы, алкоголь на случай спонтанного приезда?

– Да, у папы тут всегда был, как он говорил, стратегический запас.

– Вот его наличие нам и нужно проверить. – Смотров критически осмотрел фасад здания. – Так. Ключей у тебя нет, а двери ломать или стекла быть не хотелось бы. Ты не знаешь, как еще можно проникнуть в дом?

– Да никаких тайных способов нет, – Саша пожал плечами. – Это всего лишь дача, а не Хогвартс какой-то. Но двери тут обычные. Мама часто говорила папе, что нужна бронированная дверь и решетки на окнах, но он считал это лишним в охраняемом поселке.

– Понятно. Тогда других вариантов нет.

Смотров подошел к ближайшему окну и ударом приклада своего автомата разбил стеклопакет. Затем он просунул руку в образовавшуюся брешь и повернул ручку, открывая окно. Он же первым влез в дом. Несмотря на дорогой дизайн и красивую мебель, в доме было неуютно и сыро. Пол и мебель покрывал слой пыли, в некоторых местах завелась плесень.

– Ну давай, проводи экскурсию, – обратился Смотров к Саше. – Мы же как-никак у тебя в гостях. – Саша юмора не оценил и с непониманием взглянул на Смотрова. – Я говорю, показывай, где отец твой запасы хранил. Погреб какой-то или что у вас тут было?

– Погреба нет. Река слишком близко, грунтовые воды высоко. Но за кухней была кладовая. Нам сюда.

Саша открыл дверь комнаты, в которую они влезли, и вышел в коридор, ведущий к входной двери, но направился в противоположную сторону. Проходя по коридору, Смотров жестом указал Руслану на пустую подставку для вазы. Сама ваза, точнее ее осколки, лежала рядом на полу. Саша свернул направо и открыл большие двойные двери со стеклянными вставками, за которыми их ждала кухня. Просторная комната, оборудованная со вкусом и по последнему слову техники. Руслан мог только представить, какие воспоминания сейчас окружали Сашу. Саша тем временем прошел почти до противоположного конца комнаты, которая оканчивалась широким и высоким окном, и свернул в скрытую дверь слева. Комната за дверью тоже оказалась впечатляющих размеров, как для кладовой. И, если не считать пыльных стеллажей вдоль стен, была абсолютно пустой.

Смотров помолчал, давая ребятам время осмыслить увиденное, затем озвучил выводы сам.

– Итак. Мы имеем пустой дом, в котором явно никого давно не было. Все окна и двери целы. Ну, по крайней мере были целы. Похоже, что бытовая техника и мебель тоже на месте. Не достает только солнечных панелей. Уверен, что аккумуляторы для них тоже отсутствуют. При этом кто-то аккуратно снял панели и вынес все припасы, зацепив при этом вазу в коридоре. А потом этот кто-то закрыл за собой дверь. На замок. – Он выжидающе посмотрел на вновь побледневшего Сашу. – Поздравляю тебя, Антонов. Похоже, кто-из твоих был здесь. И поскольку трупов мы тоже не нашли, думаю, что твои сейчас там, куда уехали все припасы с панелями.

Саша выпучил глаза, а потом развернулся и направился на выход из кухни.

– Опять он за свое, – проворчал Смотров. – Ты куда собрался?!

– В котельную, проверю аккумуляторы, – не оборачиваясь ответил Саша.

Аккумуляторов действительно не было на месте, что подтвердило теорию Смотрова. Дом покинули тем же способом, как и проникли. Посещение дачи дало Саше не только возможность прикоснуться к счастливому прошлому, но и новую надежду на то, что его родные все еще живы. Руслану это тоже подняло настроение. Возможно, все было не настолько плохо, как он себе вообразил. Смотров тем временем связался с Хитровым по рации.

– Так, вы все слышали. Они уже подошли к Чайке с другой стороны. Обстановка там такая же, как здесь. Они обходят поселок по периметру с востока. Мы с вами сейчас возвращаемся к дороге и через нее сразу в лес. Подойдем к поселку с запада и будем двигаться на юг. Там встретимся с группой Хитрова и решим, что делать дальше.

Глава 14

Лес узкой полосой тянулся вдоль поселка на юг в сторону города. Минут двадцать они продвигались вдоль границы леса, не выходя из него – слева тянулись заборы усадебных участков. Они закончились, упершись в посадку – сквозь деревья просматривались крыши соседнего поселка.

– Здесь ждем Хитрова, – Смотров присел на повалившееся дерево и в очередной раз проверил показания счетчика Гейгера. – Удивительно, но радиация в пределах нормы. Как так получается? Москва в каких-то ста километрах к югу, разбитая ядерными ударами, а здесь хоть бы что, – он удивленно хмыкнул.

– Вопрос к Маргарите, – сказал Руслан, присаживаясь на то же бревно в полуметре от Смотрова. – А мое некомпетентное мнение такое: сто километров – все же значительное расстояние. Мне кажется, этого должно быть вполне достаточно. Еще помню, что, в ноябре, когда я ехал в Киев, начинался снегопад, и ветер сносил тучи на восток. Так что нам, должно быть, повезло: радиоактивные облака унесло в другую сторону. И еще, Волга же с севера течет. Наверно, поэтому ее радиация тоже не коснулась. Иначе с фоном тут было бы не так хорошо.

– Возможно, – буркнул Смотров. – А вот и Хитров, – он поднялся с бревна навстречу приближающейся троице. Хитров приветственно махнул. – Докладывайте.

– А нечего докладывать, товарищ полковник, – Евгений остановился перед Смотровым. – Признаков жизни не обнаружено. Но разрухи как в других селах тоже нет. Как вы и сказали, мы обращали внимание на крыши. С некоторых действительно сняли солнечные панели, лишь крепления кое-где остались. Думаю, местные оборудовали себе центр для жизни где-то в городе.

– Да, я тоже об этом подумал, – согласился с ним Смотров.

– Тут ведь еще и гидроэлектростанция есть. Дубенская ГЭС.

– Насколько я помню, ГЭС находится километра на три южнее отсюда, – Смотров достал телефон из кармана и сверился с картой. – Да, все верно. Эта дорога, – он махнул рукой на запад, – по которой мы ехали сюда. Она ведет прямиком к ГЭС.

– Если у местных есть река и электричество, то они могли вполне пережить зиму, – сказал один из охранников, Руслан не помнил его имени.

– Нуждин, мне кажется, я должен повысить тебя в звании, – Смотров прилип своими бесцветными глазами к приосанившемуся подчиненному. – За озвучивание того, что остальные поняли уже давно, я награждаю тебя званием Капитан Очевидность.

Хитров прыснул, а третий участник их группы повернулся к Нуждину и по-армейски отдал честь.

– Капитан! – рявкнул он, и они с Хитровым хором заржали.

– Идите в жопу, – ответил им Капитан Очевидность, но тут же выпрямился по стойке смирно и повернулся к Смотрову: – Это я им, товарищ полковник. Ни в коем случае не вам.

– Вольно, – отмахнулся Смотров. – А вы, еще раз так заржете, пристрелю на месте. Вам кто-то разрешал расслабляться на задании? Или вы настолько уверены, что ваше ржание никто не услышит?

– Виноваты, товарищ полковник, – оба тут же замолчали и опустили глаза.

– Значит так, сейчас идем на юг, пока не кончится лес. Из леса не выходим. Если карта не врет, мы должны выйти к каким-то цехам или складам. Если все тихо, с крыши одного из них сможем осмотреть станцию, а заодно и город.

Очередной марш-бросок по лесу занял минут десять и завершился у двухметрового металлического забора, который закрывал доступ к промзоне. За ним виднелось длинное здание высотой в два этажа. Узкие горизонтальные окна разрезали стену лишь под самой крышей. Справа к стене примыкала металлическая лестница, которая вела прямо на двускатную крышу. Один скат выходил на север, второй – на юг.

– Отлично, – Смотров причмокнул. – Нуждин, ты с Антоновым остаешься здесь. И смотри, чтобы он никуда не делся. А то его может спонтанно куда-то понести.

– Есть, – выпалил Нуждин и сурово зыркнул на Сашу.

– Никуда меня не понесет, не переживайте, – обиженно пробубнил Саша.

Полковник продолжал раздавал указания:

– Хитров, Бойко, вы будете дежурить по углам здания. А мы с Костенко на крышу. Руслан, подсади!

Руслан помог товарищам перелезть через забор и перебрался следом.

Смотров подергал лестницу и, убедившись в ее надежности, первым влез на крышу, оттуда махнул Руслану. Руслан поднялся на покрытую битумной черепицей, сырую с ночи поверхность.

– Осторожно, не поскользнись, – бросил ему Смотров и на полусогнутых ногах подошел к верхнему краю ската. Он лег, стараясь не высовываться, Руслан последовал его примеру. С крыши открывался хороший вид на город. – Ну вот, совсем другое дело. Это тебе не из леса собак высматривать.

Смотров достал бинокль и стал осматривать дамбу, берег реки за ней, на котором виднелись многоэтажные жилые дома. Руслан за неимением бинокля разглядывал ближайшие окрестности. Справа вдоль берега ровной линией протянулась дорога, ведущая к дамбе и за ней в город. Метрах в пятистах нешироким песчаным клином в реку врезался пляж, оборудованный несколькими навесами и столбами для крепления волейбольной сетки. На пляже у самой линии воды сидел человек. Руслан похлопал Смотрова по плечу и пальцем указал на человека.

– О-па! Здравствуйте, – тихо проговорил Смотров, наводя бинокль на пляж. – Какое умиротворяющее зрелище. – Он с полминуты изучал пляж, затем протянул бинокль Руслану. – Хочешь посмотреть?

– Конечно! – Руслан выхватил бинокль.

Человек на берегу оказался немолодым мужчиной в спортивном костюме. Рядом с ним из подставки торчали два спиннинга. Рыбак спокойно сидел на берегу, сцепив руки в замок вокруг колен, и смотрел в даль.

– Да, действительно умиротворяющее зрелище, – согласился Руслан.

– А теперь посмотри сюда, – Смотров направил бинокль в руках Руслана на дамбу.

Мост, проходящий через дамбу, был пуст. Справа от него виднелся ряд каких-то крупных металлических конструкций. На вид они были как новые, будто их покрасили и установили только вчера. Слева от моста находилось небольшое двухэтажное здание. Похоже, центр управления ГЭС. Дорога тянулась дальше за дамбу и сворачивала налево перед небольшим сквером. В конце центральной аллеи сквера виднелся массивный гранитный памятник, кому – со спины не разобрать.

– Это Ленин, что ли? – спросил Руслан, не отрываясь от бинокля.

– Да какая на хер разница?! – возмутился Смотров. – Ты дальше смотри.

За сквером был еще один рукав реки, за которым начинался город. На фоне старых панельных многоэтажек выделялось новое высокое, этажей в двадцать, здание со стеклянным фасадом. Оно обособлено стояло в парке у реки. Среди густых деревьев невозможно было рассмотреть нижние этажи. Но на верхних Руслан сразу заметил какие-то выступы:

– Это, случайно, не пропавшие солнечные панели? – предположил он.

– Хоть кто-то здесь в состоянии нормально соображать, – проворчал Смотров. – Думаю, это они. Местные закрепили их с южной стороны, поэтому нам их отсюда плохо видно. Само здание новое и расположено недалеко от ГЭС. Вероятно, это и есть их оплот выживания.

– Да, скорее всего, так и есть. Пойдем к ним?

– Я, похоже, поторопился с выводами, – вздохнул Смотров. – Посмотри внимательнее. Ты больше ничего не замечаешь?

Руслан начал обшаривать здание взглядом. Лишь дойдя до самого верха он заметил узкую полосу серой ткани, свисавшую с крыши. Ткань закрывала собой окна верхних двух этажей и, переливаясь волнами, размеренно колыхалась на ветру. Когда ткань выпрямилась достаточно, чтобы рассмотреть, что на ней изображено, у Руслана на мгновение замерло сердце. На сером фоне отчетливо выделялся черный деформированный крест. Символ Церкви нового мира. Руслан опустил бинокль и повернулся к Смотрову.

– Похоже твои друзья теперь здесь главные, – съязвил Смотров и забрал бинокль у Руслана. – Не передумал еще идти к местным знакомиться?

– Боюсь, что «мои друзья», – Руслан сделал акцент на последних двух словах, – остались в Киеве. А это лишь их единоверцы.

– Какая разница? Ты же видишь, они не постеснялись вывесить свой штандарт на здании. Мол, наше, не трогать. Уверен, что он там висит не только в пропагандистских целях. Он там еще и для того, чтобы подавать четкий сигнал всем жаждущим добычи. Сектанты еще до войны были мощной, хорошо выстроенной организацией, а сейчас, похоже, пользуясь всеобщим хаосом, берут власть в свои руки. Михаил действительно проделал большую работу в этом направлении.

– Тот самый пророк?

– Ага, пророк, – хмыкнул Смотров.

– Ты говоришь так, будто знаешь его.

– Лично не знаю. Но он действительно служил в спец войсках. И, насколько мне известно, был на хорошем счету. А потом вдруг ушел из армии и исчез, чтобы через время предстать в новом амплуа. И должен отметить, это у него вышло убедительно, – в голосе Смотрова прослеживалось уважение, а то и зависть к Михаилу.

– Звучит так, будто это какая-то запланированная операция была, – Руслана аж передернуло от мысли о том, что убившие его семью фанатики были участниками не просто секты, а созданной по плану правительства организации.

– Хрен его знает. Видный, перспективный офицер вдруг уходит со службы и через время всплывает в интернете и самоотверженно начинает нести какую-то ересь. Лучшего слова и не подберешь. Можно было бы подумать, что у него просто крыша поехала. Вот только организация росла как на дрожжах и получалась слишком уж стройной и сильной. И никто ей не мешал…

– Но зачем это нужно правительству? Чтобы контролировать протестные настроения вступающих в нее граждан? – Руслан с сомнением покачал головой.

– Может быть для этого. А может, чтобы иметь еще один противовес другим силовым структурам. Этих параноиков в высоких кабинетах разве поймешь? – Смотров помолчал. – Я всегда только одну вещь понимал. Ради своей власти они готовы на все. Хотя тут их сложно не понимать. На их уровне это вопрос жизни и смерти. В прямом смысле.

– Василич, – Руслан решил задать вопрос, который вертелся у него на языке уже давно, – в день начала войны многие из нас собрались в центральном модуле на пятом этаже, чтобы наблюдать за проведением работ на орбитальной станции. Я тогда с Кориным в перепалку вступил, чтобы он отпустил меня. Ну… ты помнишь, какое у меня настроение тогда было. Так вот, Корин тогда сказал мне, что он и сам не прочь уехать, только вот ты никого не выпустишь из комплекса. Даже его. А ведь формально он – твой руководитель. Он сказал, что у тебя такой приказ и назвал тебя ФСБешником. Это правда?

Смотров приподнялся на одном локте и повернулся лицом к Руслану, пронзая его холодным взглядом серых глаз.

– Руся, ты что-то слишком разговорился. Как и я сам, впрочем. Собираемся. На сегодня мы узнали достаточно. – Он начал сползать с крыши, но остановился и снова повернулся к Руслану. – И еще. Прекрати обращаться ко мне «на ты» при моих подчиненных. Я не против этого в личных беседах, но сейчас времена поменялись и дисциплина среди подчиненного состава – это критический фактор для нашего общего благополучия. А подрыв авторитета командира этому никак не содействует. Надеюсь, ты это понимаешь.

– Конечно, – несколько смущенно ответил Руслан. Хоть в армии он и не служил, но резон в словах Смотрова определенно видел. – Конечно, Сергей Васильевич.

– Вот и отлично, – Смотров отвернулся и полез по лестнице вниз.

Все были на своих местах, включая Сашу. Смотров быстро рассказал об увиденном и приказал возвращаться. Теперь им предстояло тщательное планирование операции по разведке того, что происходило в городе.

Обратно двигались тем же путем, но не разделились у Чайки, а вместе шли к тому месту, где Хитров с товарищами оставили свой автомобиль. Шли, как и раньше, не выходя из леса и стараясь не шуметь. Солнце к тому времени поднялось высоко. Несмотря на тень от деревьев, воздух хорошо прогрелся и идти в полном обмундировании стало жарко. Саша снял шлем, вытирая пот со лба, за что сразу получил подзатыльник от Смотрова. Шлем пришлось вернуть на место. Остальные шли молча. Лишь Хитров время от времени сетовал на жару, но, услышав от Смотрова, что тот неженок в следующий поход брать не будет, тут же замолчал.

Проходя мимо огородов Чайки, Руслан несколько раз замечал пышные клумбы с цветами и вспоминал о просьбе Олега. Но выход из леса для того, чтобы нарвать цветов, Смотров точно не одобрил бы, поэтому он молча проходил мимо, каждый раз испытывая легкое чувство досады. Но когда, уже миновав Чайку, они подошли к небольшой поросшей цветами поляне, он все же решился:

– Сергей Васильевич, можно я цветов дочери нарву?

– Цветов? Дочери? – Смотров с сомнением посмотрел на него.

– Это займет две минуты, не больше. Хочу ребенка порадовать.

– Никогда бы не подумал, что ты – романтик. Ладно. Только бегом, – ответил ему Смотров, после чего обратился к остальным. – Привал две минуты.

– Саша, поможешь мне? – Руслан уже выходил на поляну, извлекая нож из пристегнутых к правому бедру ножен.

– Конечно, – сказал Саша и пошел вслед за Русланом, доставая свой нож. Когда он вышел на поляну и подошел к Руслану вплотную, он иронично прошептал: – Маше цветы, говоришь?

– Маше, – Руслан повернулся к Саше и по выражению лица понял, что тот все знает. – Значит он и к тебе приходил? – Саша кивнул, сдерживая улыбку. – Вот же хитрожопый рыжий гад. Все продумал и даже перестраховался, – прошипел Руслан, не в силах сдержать улыбку.

– Меня он тоже просил. Но после сегодняшних косяков, я перед Смотровым про цветы и заикаться боялся.

– Вы там долго еще? – донесся голос Смотрова.

– Заканчиваем уже, – Руслан нарезал столько цветов, сколько мог унести в одной руке, и решил, что этого должно быть вполне достаточно. А то, что нарежет Саша, он и в самом деле подарит Машке. Он вернулся к краю поляны, где его ожидали остальные, и оглянулся на Сашу. Саша стоял на месте и, не шевелясь, вглядывался куда-то в лес.

– Антонов, – рявкнул Смотров с явным раздражением, – что у тебя опять случилось?

– Вы ничего не слышите? – донесся приглушенный голос Саши.

Кто-то из солдат хихикнул, но Смотров посмотрел в их сторону так, что тишина тут же восстановилась.

– Ничего не слышу, – проговорил Смотров. – Странно, даже птицы молчат.

Руслан тоже осознал, что в какой-то момент перестал слышать птиц, но он был увлечен разговором с Сашей и не обратил на это внимания.

– Там, – сказал Саша и вытянул руку, указывая куда-то в лесную чащу с противоположной стороны.

– Иди сюда, – тихо сказал Смотров. – Уйди с открытого пространства.

Саша крадущимся шагом быстро покинул поляну и примкнул к остальным. Все выжидающе уставились в ту сторону, куда он показывал. Поначалу ничего не происходило. Потом до Руслана донесся едва слышимый то ли рев, то ли мычание. Кусты на кромке поляны зашуршали, послышался треск.

– Да это же медведь! – полным удивления голосом объявил Нуждин.

– Спасибо, кэп, – напряженно ответил ему Хитров, – мы заметили.

Медведь тем временем уже полностью выбрался из кустов и двигался прямо к ним, периодически издавая тот самый рев-мычание. Руслан не мог назвать себя знатоком медведей: видел он их всего несколько раз в жизни и то в зоопарках, а не в естественных условиях. Но что-то в вялой, сбивчивой походке медведя показалось ему странным, а рев звучал скорее жалобно, чем угрожающе.

– Дособирались цветочков, – прошипел Смотров. – Нам еще с голодным медведем разбираться не хватало. Всем приготовиться, – Смотров вскинул автомат и направил его на медведя.

– Что-то не так, – вместо оправданий сказал ему Руслан.

Медведь дошел примерно до центра поляны и рухнул на бок. Его мычание стало совсем жалобным и непрерывным. Его лапы продолжали перебирать воздух, будто он все еще куда-то шел, а тело начало дергаться в конвульсивных припадках.

– Что за херня? – Смотров встал в полный рост, опустив автомат, и, щурясь, подался вперед.

– Бедный мишка, – пробубнил Хитров. На ногах стояли уже все. – Что это с ним?

– Хитров, со мной. Остальным оставаться на местах. Нуждин, Бойко, вы прикрываете. Будьте готовы стрелять в любой момент. – Смотров повернулся к Руслану и Саше. – А вы не вздумайте стрелять, а то еще нас нашпигуете вместо медведя.

Сергей Васильевич вновь вскинул автомат и, не спуская медведя с прицела, медленным шагом двинулся к нему. Хитров, держа вместо автомата телефон и снимая происходящее, следовал за ним. Когда они приблизились на расстояние двух метров, медведь повернул к ним с свою огромную косматую голову, издал последний жалобный стон и замер. Наступила полная тишина. Птиц по-прежнему не было слышно, лишь тихо шуршала листва на ветру. Тело медведя вновь зашевелилось, только двигался не он сам, что-то ворочалось у него под шкурой. Пока голова с приоткрытой пастью лежала неподвижно, мех на туловище медведя то взымался бугром в одном месте, то проваливался ямой в другом. Смотров, ругаясь, сделал шаг назад, но дальше не отходил. Наконец, шкура медведя на животе разошлась и из нее начало выползать нечто черное. Расстояние и окружающая тело медведя трава мешали Руслану рассмотреть происходящее, но ему показалось, что это была то ли змея, то ли какой-то гигантский червь.

– Не стрелять, – услышал он приглушенный голос Смотрова. – Отходим.

Смотров с Хитровым попятились назад, не спуская глаз с вылезающей из медведя мерзости. Гадина продолжала неспешно выползать, сворачиваясь в кольца. Ее тело не имело ни головы, ни глаз, ни рта, поэтому Руслан решил, что она все же была червем. Когда червь полностью выполз, от медведя остались лишь голова да обвисшая на костях шкура. Большое жирное тело червя перекатывалось черными лоснящимися изгибами, но никуда с места не двигалось.

– Убить гадину, – прошептал Хитров.

– А ты уверен, что она умрет? – вопросом ответил ему Смотров. – Она только что медведя сожрала за пару минут. Не мог же он пустой сюда идти и рычать?

Увиденное зрелище пробрало даже непробиваемого Смотрова. Столько эмоций в его голосе Руслан еще ни разу не слышал. А если эта мерзость связана с черной жидкостью, которой их с Машей напоили фанатики в прошлом в ноябре? Получается, нечто подобное может жить и в его или, что еще страшнее, в Машином теле? Руслан содрогнулся. Нет! Не могут же «черви» никак себя не проявлять в течение полугода? Или могут? А что же произошло с телами его жены, матери и сына? От этих мыслей его замутило. Чтобы не упасть, он оперся рукой о ближайшее дерево.

– Я тоже видел, что медведь нормальный был, – сказал Саша. Увидев Руслана, он нахмурился. – Руслан, с тобой все в порядке?

– Да. Нормально. Я просто подумал, что это…

– Что это оттуда? – закончил за него Смотров, показывая пальцем вверх. Руслан кивнул. Смотров покачал головой. – Я тоже так подумал. Не было у нас здесь такой фауны. По крайней мере, раньше не было.

– А может это какие-то черви-мутанты? – встрял в разговор Нуждин. – Ну там, радиация же, ядерная война. Может, эти черви мутировали где-то под Москвой и расползаются теперь во все стороны. Вот, к нам доползли. А что?

Хитров провел рукой по лицу. Бойко, плотно сжав губы и давясь смехом, отвернулся. Смотров несколько секунд молча смотрел на Нуждина.

– Какими бы дебильными, – он многозначительно замолчал и продолжил, чеканя слова: – Не казались нам различные версии, рассматривать будем все. Когда вернемся.

– Может, нам поймать эту штуку и отнести на комплекс? Для изучения, – предложил Саша. Нуждин взглянул на него с ужасом, Смотров – как на идиота.

– Как поймать? Руками? И как отнести? У меня только один вариант есть – в тебе. Ты видел, что оно с медведем сотворило? Ты действительно хочешь тащить это, – Смотров, морщась от отвращения, тыкнул пальцем в сторону клубящейся черной кучи: – На комплекс? Чтобы оно там всех сожрало?

– Оно что зарывается? – Хитров снова достал телефон и начал снимать неизвестное существо на камеру. Движения червя стали резче и интенсивнее, а один из концов его тела ушел под землю. В это время из глазниц и пасти медведя показались еще несколько тонких черных тел. Они были значительно меньше своего старшего брата, но в остальном выглядели точно так же. Черви вылезли из головы и поползли в разные стороны.

– Так, пора сваливать отсюда, – Смотров набросил на плечо автомат. – Пошли. Быстро.

– Это что, еще один медведь? – Руслан обернулся на изумленный голос Хитрова, который застыл в пол оборота и показывал на поляну. На нее действительно выбирался другой медведь.

– Может они только медведей жрут? – озвучил новую теорию Нуждин.

– Пошли, я сказал! – рявкнул Смотров. – Бегом!

Глава 15

На комплекс вернулись к полудню. Смотров сразу же отвел Руслана в сторону:

– Я сразу не подумал, но эти цветы, по-хорошему, нести внутрь не стоит. Мало ли, что на них могло осесть.

– Я понимаю, – ответил Руслан. Ему очень не хотелось выбрасывать цветы, поэтому он продолжил: – Но мы их собрали до того, как на поляну вышел медведь. Вряд ли на них могла попасть какая-то зараза. Тогда уж она и на нас бы попала, и нас тоже нельзя внутрь пускать.

– Не знаю, как насчет нас, – Смотров подчеркнул последнее слово, – но относительно тебя у меня снова возникли вопросы.

Руслан сглотнул, собрался с мыслями и, посмотрев Смотрову в глаза, спокойно произнес:

– Сергей Васильевич, если вы имеете ввиду, что я и Маша можем быть заражены, как тот медведь, то могу сказать только одно: я очень хотел бы знать: неведение хуже самой жестокой правды. Но на комплексе нет оборудования, чтобы провести глубокую диагностику. Наши медики сделали все, что смогли – никаких изменений, патологий и паразитов не обнаружили. Полгода мы с Машей как-то прожили бок о бок с вами и никого не съели. Хотите выставить нас?

Смотров выдержал его взгляд, не моргнув:

–

У тебя никаких странных ощущений не появилось? Что-то, чего не было раньше?

– Нет, – быстро ответил Руслан, но видя сомнение в глазах собеседника, поспешил добавить: – правда, нет. Ничего.

– Следи за собой. И за дочкой. Если заметишь что-то необычное – сразу ко мне, – отчеканил Смотров и, не дожидаясь ответа, развернулся и начал раздавать указания подчиненным.

Чтобы обсудить увиденное, на следующее утро назначили заседание Совета.

Руслан все же занес цветы к Мичурину, чтобы тот проверил, нет ли на них чего необычного. Мичурин забрал цветы и скрылся в своей лаборатории. Через несколько минут он вернул их Руслану, назвав их какими-то латинскими словами и подтвердив, что никаких отклонений не выявил. Цветы решили пока оставить у Саши.

Руслан заглянул в свой номер и никого не застал. Пообедав в столовой, отправился на поиски Олега. Он рассчитывал найти друга в его кабинете – комнатке на втором этаже, по соседству с теплицами и хранилищами. Там он его и застал. Олег оторвал задумчивый взгляд от монитора и, увидев друга, искренне улыбнулся.

– Что ты там рассматриваешь? Баб голых, небось? – пошутил Руслан и заглянул в монитор, на котором вместо красивых женщин рябили цифрами какие-то таблицы.

– Ах, если бы… – мечтательно отозвался Рыжий, откинувшись на стуле и сцепив пальцы за головой. – Никогда не задумывался раньше, каким благом для нас стал интернет. Без порно-сайтов жизнь утратила прежний блеск.

– И не говори, – Руслан иронично покачал головой. – Это, конечно, настоящая беда на фоне тех мелочей, что происходят вокруг. Как Маргарита? Она приходила? Справились с Машей?

– Все отлично! – Рыжий снова расцвел в улыбке. – Маргарита пришла, время вместе провели, Машу повеселили. Потом правда на работу нужно было, поэтому я отвел ее в садик. Как у вас прошло? Нашли родственников скрипача?

– Родственников не нашли, но выяснили много интересного. Они, возможно, живут в городе. В доме кто-то был и вынес оттуда все запасы, не ломая дверей.

– И правда интересно, – протянул Олег. Затем он замолчал, поерзал на месте и задал наконец вопрос, который волновал его больше всего. – Ну а цветы нашел? Удалось захватить что-нибудь?

– Тут у меня для тебя две новости. Одна хорошая, другая плохая.

– Давай хорошую, – нетерпеливо сказал Олег.

– Цветы мы с Сашей собрали. Да-да, я знаю, что ты и его попросил.

– Я просто перестраховался, – пожал плечами Рыжий, делая невинный вид. – А Антон, он ответственный.

– А я, значит, безответственный, – хмыкнул Руслан. – Ну ладно. Цветы заберешь у Сани. Мы их у него оставили, чтобы сюрприз не портить, если бы вы с Маргаритой у меня засиделись. А вот плохая новость: сам ты теперь вряд ли за цветами сходишь. Даже если набьешь Смотрову вот такое лицо, – Руслан развел руки в демонстративном жесте. – Что, впрочем, тоже вряд ли.

– А что случилось? – Олег пропустил мимо подкол Руслана и посерьезнел.

Руслан рассказал Олегу все, что они видели за день. Про пустой поселок и снятые с крыш солнечные панели, про Сашину дачу, про человека на берегу Волги, и про здание с флагом сектантов, про поляну и про медведей. И про червей.

– Охренеть, – выдохнул Олег. Он слушал, практически не перебивая. – Черви-мутанты, которые жрут медведей изнутри?

– Слушай, ты с Нуждиным случайно не знаком?

– Да так, поверхностно. А что?

– Да ничего. У вас с ним мысли сходятся. Даже термины одни и те же употребляете.

– Ну, умный человек значит! – воскликнул Олег. – Но я серьезно. Услышь такое не от тебя, в жизни не поверил бы. Это же, как в фильме ужасов.

– Если ты не заметил, мы уже давно живем, как в фильме ужасов, – Руслан помрачнел.

– Да ладно тебе, – махнул рукой Олег. – Жизнь на комплексе не так уж и плоха. Тепло, уют, кормят хорошо. Порно-сайтов только не хватает, это да, – Рыжий заметил взгляд Руслана. – Да шучу я! Не всем же ходить с такими суровым лицом, как у тебя. Кто-то должен разряжать обстановку. А если серьезно, мне и самому уже надоело под землей сидеть. Да и запасы наши постепенно худеют. Уж я-то знаю. Овощи – это хорошо, но одними овощами мы шестьсот человек не прокормим. Рано или поздно нам придется выбираться наверх. А там сектанты, которые обживаются в городе и укрепляют свое влияние. И что с ними делать? А теперь еще и глисты эти непонятные. Думаешь, они связаны с появлением тех темных зон, что мы видели на снимках?

***

Аналогичные вопросы Смотров вынес на обсуждение совета следующим утром. Руслан с удивлением узнал, что бинокль Смотрова оснащен камерой, благодаря которой он демонстрировал участникам собрания не только снятое Хитровым видео, но и фото здания с флагом, и рыбака на берегу. Но наиболее оживленное обсуждение вызвало именно видео Хитрова.

– Откуда же мне знать, что это такое? – ответила Лидия на вопрос о вылезающих из тела мертвого медведя червях, чье изображение сейчас застыло на огромном экране зала заседаний. – Я – врач, не ветеринар и не биолог. Ничего подобного я ни на практике, ни в литературе не встречала. Уверена, что, если бы среди нас был ветеринар, он сказал бы то же самое. Если бы такие паразиты водились в наших краях, то об этом бы знали даже школьники. Слишком уж, извините, бросается в глаза их жизнедеятельность.

– Я тоже в химии, а тем более в биохимии, не сильна, – заговорила Маргарита. – Но я склонна согласиться с Лидией. Не думаю, что что-то подобное существовало ранее не только в наших широтах, но и на планете.

– Вы хотите сказать, что это существо не с нашей планеты? – Смотров был предельно серьезен.

– А какие еще могут быть варианты? Радиация? Но мы далеко от источников повышенного излучения.

– Я – биолог. И хоть работаю с растениями, а не с животными, полностью соглашусь с коллегами, – вмешался в разговор Мичурин. – Обычные паразиты не убивают своих хозяев. Им это не выгодно, ведь они живут за счет них. Есть некоторые редкие виды, которые управляют поведением хозяев и даже толкают их на смерь. Но делают они это для целей своего размножения. Например, есть такие черви, которые откладывают яйца в кишечниках рыбоядных птиц. Яйца потом с пометом попадают в воду, и из них вылупляются личинки. Личинок поедают мелкие ракообразные, которыми, в свою очередь, питаются рыбы. Личинка затем развивается в рыбе до стадии полноценного червя и, когда приходит время размножения, толкает рыбу на совершенно несвойственное поведение. Рыба плывет к поверхности и начинает в буквальном смысле выпрыгивать из воды с одной лишь удивительной целью – чтобы быть замеченной и съеденной птицей. Ну а дальше история повторяется. – Мичурин замолчал. Остальные тоже молчали, обдумывая услышанное. Биолог, почувствовав, что нашел благодарных слушателей, встал со стула и с увлечением продолжил:

– Есть и другие уникальные виды. Я знаю об одном, который буквально съедает своего хозяина. Это особый вид грибка, называется кордицепс однобокий. Он заражает своими спорами специфический вид муравьев, которые строят муравейники на деревьях. Так вот, кордицепс заставляет своего носителя спускаться на нижние ветки, цепляться челюстями за листик или веточку и висеть. Грибок тем временем растет в его теле и питается его тканями. Всеми, кроме мышц, которые держат челюсти в правильном состоянии. Затем новые споры падают на землю, их подхватывают муравьи и все по новой. Как видите, эволюция способна наделять жизнь на нашей планете удивительнейшими свойствами. Она уже наделила редкие виды живых организмов способностью управлять сознанием других. Но такие виды очень редки и всегда притягивают к себе внимание ученых. И я ответственно заявляю, что такой вид, который мы сегодня обсуждаем, науке неизвестен!

– Осмелюсь предположить, что на нашей планете есть еще много неизвестного науке, – Смотров говорил, подражая манере Мичурина, едва заметно коверкая слова. Руслан давно заметил, что академичность Мичурина и его манера говорить, даже внешность – раздражали Смотрова. Полковник уважал силу. Мичурин, несмотря на немалый рост, выглядел, как типичный ботаник: тонкая шея, тонкие запястья с беленькими пухлыми ручками и выпирающий живот, который на фоне нешироких плеч делал его похожим на грушу. Казалось, стоит слегка надавить на этот живот, и Мичурин запищит, как резиновая игрушка. Образ классического ботаника дополняла копна вечно не расчесанных волос и очки с толстыми линзами. Олег всех работников теплиц называл ботанами. Руслан не сомневался, что в основе этого прозвища лежит не столько профессия, сколько внешность их начальника.

– Вы абсолютно правы, Сергей Васильевич! – Мичурина нисколько не смутило замечание Смотрова. – Но, как отметила Лидия, не заметить таких удивительных существ раньше – было бы краем невежества. И я не зря упомянул эволюцию. Именно она является коренной причиной всего многообразия жизненных форм на нашей планете. Но эволюция – это процесс мутации генов, который затем проходит проверку естественным отбором и продолжается поколениями. Это очень длительный процесс, который занимает тысячи, миллионы лет! Поэтому я отметаю возможность того, что показанное вами существо может быть новой разновидностью ранее существовавшего паразита. Эволюция в столь короткие сроки невозможна даже под влиянием радиации. И это оставляет нам только одно разумное объяснение, – он сделал круговой жест открытой ладонью, остановив ее напротив Маргариты, будто представляя ее остальным, – это внеземная форма жизни.

С Мичуриным никто не спорил. В комнате царило подавленное молчание.

– Как-то я не так представлял себе инопланетное вторжение, – нарушил тишину Саша.

– Я такого себе и представить не мог! – воскликнул ботаник. – Но давайте вернемся к тому, что мы имеем. Это важно. Итак, – он прочистил горло, – сначала наши коллеги увидели медведя. И этот медведь показался вам нормальным?

– Нет, – возразил Руслан, – он был какой-то вялый и раскоординированный. И рев у него был жалобный.

– Спасибо, Руслан, но я не об этом. – Мичурин раскраснелся от неожиданного внимания к себе. – Я хочу сказать, что если паразит был уже внутри медведя, когда вы его увидели впервые, то он был значительно меньше, чем на этом изображении, – Дмитрий указал на монитор. – Настолько меньше, что все жизненно-важные органы медведя, а также его скелет и мускулатура были целы. Иначе он не смог бы дойти до поляны. И уж тем более реветь. Для этого, как минимум, нужны легкие и голосовые связки. И здесь возникают все новые и новые вопросы. Не только о том, как этот паразит смог так быстро съесть целого медведя. Нет! Но и как он так быстро переварил съеденное, чтобы увеличиться до таких размеров? – он тыкнул пальцем в сторону монитора. – Это что же за метаболизм у него должен быть? С какой скоростью его ферменты должны расщеплять поступающие субстраты, а РНК, или что там у этого организма вместо нее, кодировать новые белки, чтобы его клетки множились в геометрической прогрессии? Ну ладно. Прошу прощения, я, наверное, слишком углубляюсь в специализированную терминологию. – Мичурин перевел дух. – Может быть он не переварил все сразу, а лишь раздулся, как мешок, держа в себе еще свежего медведя. Что-то похожее делают змеи. Но почему он это сделал именно в этот момент? – Мичурин замолчал, но ему никто не ответил. Готовых ответов не было ни у кого. – Он специально ждал, пока медведь дойдет до поляны, чтобы потом, после плотного перекуса, понежиться на травке под солнышком? Не думаю, ведь паразит начал зарываться под землю практически сразу.

– Что же получается? – вновь подала голос Лидия. – Он специально вел медведя на поляну? Откуда он вообще знал, что они уже в нужном месте? Он что, контролировал органы чувств медведя?

– Вот именно! – воскликнул Мичурин, активно жестикулируя. – Я хотел задать тот же вопрос! Почему именно здесь и сейчас? И как он определил, что «здесь и сейчас» уже настало? И заметьте, – Мичурин поднял указательный палец, на секунду затих, затем продолжил более тихим, проникновенным тоном, – наши коллеги видели второго медведя, когда покидали поляну. Можно предположить, что второй медведь просто пришел на зов первого? Можно, конечно. Но мне почему-то так не кажется. Мне кажется, что если господин Смотров сейчас решит вернуться на ту самую поляну, то обнаружит там не одну шкуру медведя, а две. Или целое множество. И неизвестно что еще. – Мичурин перевел дух. – Ни в контроле поведения своего хозяина, ни в его поедании, нет ничего нового. Как наглядно показали мои примеры с тем же кордицепсом, то же самое способны делать и земные формы жизни. Разве что не так быстро и не в таких масштабах. Но, если позволите мне продолжить аналогию, паразит наверняка выбрал время и место не просто так. Я думаю, что наши коллеги стали свидетелями перехода к новому этапу его жизненного цикла. Возможно, настала фаза размножения. Или какая-то еще. Появление второго медведя и, как следствие, второго паразита на той же поляне вызывает у меня аналогию со слизнями. Половое размножение не присуще паразитам. Но есть вид слизней, которые сползаются вместе и, срастаясь, становятся в новой фазе больше похожи на растение. Не исключаю, что в нашем случае мы имеем дело с чем-то похожим. Я бы рекомендовал вести наблюдение за поляной.

– Нам в любом случае придется это делать, – с легким раздражением ответил ему Смотров. – Как я понимаю, все присутствующие согласны с тем, что эти существа имеют внеземное происхождение? – не возразил никто, некоторые согласно закивали. – Признаться, я и сам изначально придерживался такого мнения. В таком случае, мы имеем дело с новым врагом. А врага надо изучать.

– Помните темные пятна на спутниковых снимках? Вы все видели, как они растут и движутся с юга на север. Готов биться о заклад, что поляна в ближайшее время станет эпицентром очередного, – Мичурин хлопнул ладонью по столу и наконец сел на свое место.

– Я тоже думал об этом, – заговорил Руслан. – Полгода назад, здесь, на совете, я делал детальный доклад о событиях, произошедших со мной в Киеве. – Руслан говорил ровным голосом, стараясь не выдавать, что воспоминания сдавливали ему горло, словно неумелый, но очень упертый душитель. – Я, пожалуй, повторю некоторые моменты, которые сейчас мне кажутся важными. Ночью над городом стоял такой грохот, будто его накрыло артиллерийским обстрелом. Само собой, никакого обстрела не было. Грохот продолжался относительно недолго и затих так же внезапно, как и начался. Когда утром я вышел из дома, увидел лужи с какой-то черной жидкостью, которые скопились на асфальте. Я макнул в эту жидкость кончик указательного пальца и тут же почувствовал легкое жжение, пришлось ее смыть. Позже меня напоили этой же жидкостью, смешанной с водой. Я этого уже не видел, но уверен, что напоили всех членов моей семьи. Возможно, кроме матери… – Руслан запнулся лишь на секунду. – Если продолжать раскручивать логическую цепочку Дмитрия, только в обратном направлении, к ее началу, то получается, что это и был момент инфицирования. Инфицирования нашей планеты этими паразитами. Эта жидкость – это семена, личинки, споры, не знаю, Дмитрию виднее. Но она выпала на землю вместе с дождем именно той ночью, а грохот в небе – это звук от разрыва содержавших ее капсул, которые запустила в нашу атмосферу Немезида.

– Я не раз перекручивал записи, – тихо сказал Смотров, но его услышали все. – Первые такие объекты, капсулы, разорвались еще над США, что и спровоцировало известные дальнейшие события. Но мы же не первого на стометровке тут определяем. Думаю, что Руслан прав.

– Хотелось бы оказаться правым еще в одном вопросе, – осторожно сказал Руслан. – Когда я очнулся позже тем днем, меня первым делом вырвало. То же самое произошло с Машей, моей дочерью. Хотелось бы надеяться, что это значит, что не все одинаково восприимчивы к этим паразитам. По крайней мере в их первичном виде. Возможно, организмы некоторых людей, а может и животных, их отторгают. Как наши с Машей.

Руслан замолчал. Все присутствующие смотрели на него с сочувствием. Все, кроме Смотрова. Этот давил Руслана взглядом своих бесцветных глаз. Руслан не сомневался, что тот в очередной раз взвешивает, не представляют ли Руслан и его дочь опасность для окружающих. Не являются ли они инфекционной бомбой замедленного действия. Руслан взгляд выдержал, не моргнув.

– Похоже, мы наконец нащупали последовательность действий врага. – Наконец заговорил Смотров, отведя взгляд от Руслана. – После выхода на нужную орбиту Немезида выпустила ряд объектов, которые затем взорвались в атмосфере и опали на землю черным дождем. Такая бомбардировка, по нашим данным, продолжалась несколько дней над всеми континентами. Сегодняшние снимки со станции также показываются наличие темных областей на всех континентах. И их очень много. В Антарктиде только нет. Затем выпавшие личинки каким-то образом переросли в паразитов, которые заражают животных и, наверняка, людей. После чего выводят их в места с густой растительности, где переходят в новую форму. Растительность затем, скорее всего, умирает. Как это все происходит, нам еще предстоит выяснить. Если бы это был просто процесс размножения Немезиды, то она бы уже улетела. Но она все еще здесь, на орбите, периодически меняет высоту и мигрирует по разным широтам. Не может же она… мальков сторожить? – хмыкнул Смотров, но его шутку не восприняли. – В общем, ее определенно держат здесь какие-то цели, и нам нужно их понять. С завтрашнего дня мы установим наблюдение за поляной и будем направлять туда регулярные патрули. Есть возражения? Возражений нет.

– Я бы хотел участвовать в патрулях, – твердо сказал Руслан.

– Хорошо. Обсудим это с тобой после собрания, – ответил Смотров, смерив Руслана взглядом. – Теперь пора переходить ко второму вопросу. Возможно, он звучит не так увлекательно, как космические паразиты, но он имеет не меньшее значение для нашего общего будущего. Я об этом, – Смотров едва заметно кивнул на монитор, который в этот раз показывал высотное здание в Дубне. – А именно, об этом, – изображение на мониторе поехало, постепенно увеличивая здание, и замерло на крупном плане свисающего с крыши куска ткани. – Все знают, что это? Нет? Это сломанный крест, символ Церкви нового мира. ЦНМ до войны была религиозной сектой, распространенной по всей территории России и близлежащих государств. От прочих религиозных сект ее отличали две вещи: сильнейшая, можно сказать, армейская организация и такая же сильнейшая поддержка среди населения. Особенно среди малообразованного. О чем нам говорит символ на крыше этого здания? – Смотров обвел присутствующих выжидающим взглядом.

– О том, что люди до сих пор верят в ее учение? – неуверенно произнесла Лидия.

– Еще версии будут?

– Василич, мы что на экзамене? – взорвался Олег. – Ты так самоутверждаешься, что ли? После выступления товарища Мичурина почувствовал себя не самым умным? – Все, включая Смотрова, уставились на Олега оторопевшими взглядами. – Флаг ЦНМ на здании означает не только то, что там живут верующие. Здание, судя по всему, сейчас является центром города во всех смыслах. Его обвешали солнечными панелями, как новогоднюю елку, стянув их со всей округи. Наверняка ГЭС тоже к нему подключили, потому что такой зимой, как была в этом году, от панелей, даже при их количестве, толку мало. Соответственно, в здание наверняка сбились все, кто выжил и не уехал из Дубны. Может, сейчас жители города и разошлись по своим старым домам, но с приходом зимы наверняка сойдутся назад. Флаг сектантов на центральном здании города означает, что здание, как и сам город, находится под их защитой. Иными словами, под их властью. Это территория секты, и они здесь хозяева. Еще это значит, что секта сохранила свое влияние и после войны. А скорее всего, его укрепила. На фоне распада государства и сопутствующего хаоса она вполне может выступать единственной организованной силой. Если принять во внимание эту организованность и сеть, которую они выстроили до войны, их влияние может распространяться далеко за пределы Дубны. Вернее, Дубна – это всего лишь один из отростков этой сети. Где-то на периферии. Центр у них был в Москве, но теперь наверняка перенесен в другое место. Москвы то нет больше, – Олег выдохнул. – Я сдал зачет, Василич?

– Почти, – губы Смотрова искривила тень ехидной ухмылки. Похоже, его совсем не задела гневная триада Олега, но в долгу он оставаться тоже не собирался. – И что ты предлагаешь делать дальше, умник?

– Что делать дальше? Нам действительно нужно решать, что делать дальше! Всем нам. Может еще одну зиму мы тут высидим на старых запасах, если товарищ Мичурин станет меньше есть, – Мичурин на упрек Олега отреагировал удивленным вскидыванием бровей и несознательным поглаживанием себя по животу, – но следующую зиму на одних помидорах и сое из его теплиц мы вряд ли вытянем. Я, по крайней мере, вегетарианцем становиться не планировал.

– Ну и? Что конкретно ты предлагаешь?

– Ну и я предлагаю внедряться в городскую общину и собирать информацию о том, что происходит у них, да и в мире в целом. И о том, насколько сильна секта сейчас и появились ли вокруг другие группы влияния. Может бывшие армейцы организовались, а может кто-то банду сколотил такую, что и секта отдыхает. А может быть не все так плохо. Выбираться наверх нам придется в любом случае, но не хотелось бы жить при религиозной диктатуре. Или военной. Или криминальной. Тем более, судя по тому, что те же праведники сотворили с семьей Руслана, жизнь эта может оказаться короткой и мучительной.

– И кого же ты предлагаешь внедрять и как? – Смотров продолжал ухмыляться. – Не хочешь ли ты взять эту почетную миссию на себя?

– Хочу! – выпалил Олег.

Все, кроме Смотрва, от удивления выпучили глаза. Такое заявление Рыжего оказалось неожиданным даже для Руслана, который был глубоко убежден, что знает друга, как свои пять пальцев. Олег, конечно, эмоциональный парень, но подобное было слишком даже для него. Маргарита даже вздернула руку ко рту, чуть не вскрикнула. «Ого, как она реагирует!», – отметил Руслан.

– Хочу! – повторил Олег. – Я готов. Возьму с собой пару человек. Оденемся в лохмотья, возьмем рюкзаки и прикинемся жителями окрестных деревень. Скажем, что еда закончилась, соседи вымерли, пошли искать новое убежище, вот и добрели до города. Уверен, мы будем не первыми такими ходоками.

– Ну что ж, – улыбка стерлась с лица Смотрова, – похвальное рвение. И план ничего. Но я все же склоняюсь доверить его реализацию более подготовленным людям.

– Согласен, – вклинился в разговор Руслан. – Если у Сергея Васильевича есть более подготовленные для этого люди, лучше доверить эту миссию им. Ну и должен же кто-то вести учет консервов, – не удержался Руслан от колкости в адрес Рыжего, но тут же об этом пожалел. Масла в огне и без этого достаточно, незачем его подливать.

– Консервами управлять и ты сможешь, ума хватит. А мне они вот уже где, – Олег приставил ладонь к горлу, параллельно прожигая Руслана взглядом. – Ах да! Ты же теперь патрульный, – он театрально хлопнул себя по лбу, а потом ткнул пальцем в сторону Саши, – но вот Антон, он и так мой заместитель, и отлично справляется с работой. Пора его на повышение! А по поводу подготовки, я еще готов поспорить, у кого она лучше.

– Так, давайте завязывать с этими представлениями, – слегка повысил голос Смотров. – Ты же понимаешь, Рыжов, что ценой твоей ошибки может быть не только твоя жизнь? Если тебя в чем-то заподозрят и начнут вытягивать из тебя информацию вместе с кишками, то в опасности окажется весь комплекс.

– Понимаю, – ответил Олег, вздернув подбородок. – Если кишки начнут тянуть, расколется любой, это понятно. Но я не думаю, что у них там контрразведка на уровне ФСБ организована. Вот реально не думаю! Готов поспорить, что у них ее вообще нет. Это бедные, растерянные люди. Они сейчас выживанием озабочены, а не отловом шпионов. У них что, секреты какие-то есть, которые охранять нужно? Даже в худшем сценарии, если ими действительно управляют сектанты, то секта, при всей ее организованности, тоже не на том уровне. А новые прихожане и рабочие руки, особенно сейчас, им точно не помешают. Это твоя профессиональная деформация сейчас говорит, – намекнул Олег на прошлое Смотрова и самодовольно улыбнулся, мол: «видишь, сколько я о тебе знаю». Остальные, кроме Руслана, недоуменно переводили взгляды с одного на другого.

– Коллеги, предлагаю кратко резюмировать итоги встречи, – сухо сказал Смотров, прерывая демагогию. – Во-первых, устанавливаем наблюдение за поляной. Задача: выяснить, что из себя представляет следующая жизненная фаза этих червей и, по возможности, как это может быть связано с интересами Немезиды. Во-вторых, направляем человека в город для внедрения в местную общину. Задача: получение информации о всех сферах жизни общины, а также о жизни в соседних регионах. Обе задачи входят в мою сферу ответственности, поэтому я и займусь организацией их выполнения. Голосуем. Кто против? – не возражал никто. – Единогласно. Ах да, и еще: предлагаю поддержать выдвинутую Рыжовым кандидатуру и назначить Александра Антонова заведующим складами продовольствия.

– Я не против, – сказал Мичурин, – Саша – способный и ответственный парень.

– Я тоже не возражаю, – бросила Маргарита, встав со стула, и быстрым шагом покинула комнату в сопровождении недоуменных взглядов.

– Раз никто не возражает, поздравляю тебя с назначением, Антонов, – сказал Саше Смотров и тут же потерял к нему всяческий интерес, отвернувшись к Олегу и Руслану: – А вы через полчаса ко мне в кабинет.

Глава 16

Руслан с Олегом покинули переговорную последними.

– Что это было? – полушепотом спросил Руслан.

– Ты о моей инициативе? – Олег говорил легко, будто они обсуждают какую-то обыденную вещь.

– Ты отдаешь себе отчёт? – для убедительности Руслан постучал Рыжего по лбу костяшками пальцев. – Какой из тебя разведчик?

– Что тебя так удивляет? Меня реально уже тошнит от постоянного сидения под землей, от овощей, муки, консервов и Мичурина. Крыша едет. Мне надо на воздух, к людям. Ты же знаешь, что я – экстраверт.

– А еще я знаю, что ты – ярый атеист, который собрался, прикидываясь верующим, чтобы проникнуть в ряды сектантов и жить среди них. Ты же, как экстраверт, не удержишь это в себе и нарвешься на неприятности. Забыл, как бил морду их проповеднику?

Лицо лысого бандита мгновенно возникло в памяти, Руслан зажмурился и встряхнул головой.

– Ошибаешься, брат мой, – лицо Рыжего выражало блаженное смирение. – Бог ведет меня этим путем и я не в силах ему противиться.

– Тебя же там убьют!

– На все воля его…

– Очень смешно, – Руслана распирала злость, но он понимал, что Рыжего уже не остановить. – А как же Маргарита?! Ты видел ее реакцию на твой перфоманс? Готов признать, какого-то расположения ты все же от нее добился.

– Ха! Ты тоже заметил?

– Заметил. И только она начала проявлять к тебе встречный интерес, как ты на все плюешь и сваливаешь. Нельзя исключать, что безвозвратно.

– Все правильно, – рыжая морда сияла самодовольством. – Надо закрепить успех. Пусть понервничает, попереживает. Стратегия и тактика, друг мой! Маргарита начнет сомневаться в моем к ней отношении. То я за ней бегал, а тут раз – смелый и неожиданный шаг в сторону. У нее будет чувство, что я ускользаю. Начнет ревновать и все такое. В общем, если во время моего отсутствия будешь видеть ее излишне нервозной, не обращай внимания. Так и должно быть. А затем я триумфально вернусь с выполненного задания и вновь одарю ее роскошью своего внимания. И все, она моя! – Олег громко хлопнул тыльной стороной одной ладони по другой.

– Тебе не кажется, что ты смотришь на происходящее слишком оптимистично?

– А тебе не кажется, что ты смотришь на мир слишком пессимистично? Русик, не ведись на паранойю Смотрова. У тебя же с критическим мышлением получше, чем у других. Вот и прикинь: люди зиму с трудом пережили. Им к следующей зиме уже сейчас готовиться надо. Рассчитывать не на кого, только на себя. Придет здоровый и сильный мужик, они только рады будут! Так что, зря вы риски тут надумываете. Все будет нормально.

– Смотров говорил, что их главный, Михаил, был на хорошем счету до ухода из армии, – Руслан вспомнил вчерашний разговор. – Потом куда-то исчез, но через время всплыл во главе самой крупной религиозной секты в России. Смотров о нем даже с какой-то завистью говорил. Я такого от него не слышал ни разу. Если Смотров и правда ФСБшник, то Михаил может быть его бывшим коллегой, которого поставили руководить новым проектом.

– Ну и что? Михаил где? В Москве? Может он сгорел там вместе с миллионами других людей. Вместе с моей матерью… – Олег осекся, – какое это имеет значение здесь и сейчас?

– Если он действительно был спецагентом на задании, то наверняка не одним таким. Чтобы держать под контролем крупную организацию, нужна целая группа подготовленных людей. Поэтому, не исключено, что в Дубне может быть один из коллег Михаила. Тренированный убийца и манипулятор. Такой враз вычислит, что ты им липу впариваешь. Так что, вытягивание кишок может оказаться вполне реальной перспективой. Меня и мою семью напоили черной жижей с Немезиды, а мать застрелили. Так что в моем случае – это не пессимизм, а реализм. И он вполне оправдан опытом.

– По-моему, ты начитался шпионских романов.

– А по-моему, ты либо не понимаешь, на что идешь, либо относишься к этому слишком легкомысленно. И заметь, это первый раз, когда в вашем споре я на стороне Смотрова: он разумно оценивает риски. В отличие от тебя.

– Стоило тебе раз с ним в разведку сходить, так ты уже уши развесил и веришь всему, что он говорит. – Олег ткнул в него пальцем и с наигранной обидой выдал: – ты предал нашу дружбу!

– Хорош паясничать, – Руслану было не до шуток, – включи логику!

– Ладно, я тебя услышал. Я по-прежнему не считаю, что меня там ждет резидентура сектантской контрразведки, но я буду осторожным. Доволен? – Олег посмотрел Руслану в глаза и, дождавшись кивка, сменил тему. – У нас есть еще двадцать минут. Предлагаю зайти в столовку и выпить кофе. Сегодня баба Люба на смене, у нее выпечка просто божественная.

***

Смотров, как всегда, высокомерно взирал на них из-за своего большого стола. Кроме них троих в кабинете никого не было.

– Садитесь, – бросил он, кивком головы указывая на стоящие у стола кресла. – Чай, кофе?

– Спасибо, мы уже, – ответил Олег, садясь в кресло. – Но заботу я оценил.

– Значит, так, – Смотров был строг, – как я сказал на совете, оба дела, в которых вы изъявили желание участвовать, относятся к моей компетенции. Поэтому, если желание у вас еще не отпало, – он сделал секундную паузу и лукаво посмотрел на Олега, – то воплощать вы его будете по моим правилам. Или не будете вообще. Как правильно заметил Руслан, консервами управлять тоже кто-то должен.

– А есть свод этих правил, чтобы ознакомиться? – Олег не собирался уступать напору Смотрова.

– Тебе достаточно запомнить одно: действуешь строго по плану. Никакой самодеятельности. Ты же в состоянии запомнить одно простое правило?

– Сэр, есть сэр!

– Хватит кривляться, – поморщился Смотров. – С этого момента вы переходите в мое подчинение. Это означает, что вы выполняете мои указания так же, как любые другие сотрудники моей службы. А они их выполняют беспрекословно! Это понятно?

«Понятно!» – хором ответили Олег и Руслан.

– Ты же был любителем военных кружков, да, Рыжов? Значит, знаком с такими понятиями как дисциплина и приказ командира.

– Все-то ты… вы, Сергей Васильевич, знаете.

– Может и не все, но достаточно. Знаю я, что одними кружками ты не ограничился, – Смотров вцепился взглядом в Олега. После этих слов Олег вмиг посерьезнел. Он бросил мимолетный взгляд на Руслана и тут же вернулся к Смотрову. В кабинете повисла напряженная тишина, а у Руслана снова возникло ощущение, что Олег что-то недоговаривает. Наконец, Смотров моргнул, откинулся в кресле и продолжил:

– Короче, у вас есть последняя возможность передумать. Если не хотите ей воспользоваться, значит, вы добровольно соглашаетесь на мои условия, так что обижаться потом будете только на себя. Все по-честному. Итак, кто-то передумал? Руслан? Олег?

Смотров выжидал. Руслан взглянул на Олега, тот сидел с каменным лицом и сверлил полковника взглядом.

– Хорошо. Значит, начнем с тебя, – Смотров обратился к Руслану. – Пойдешь в группу к Хитрову. Теперь он – твой непосредственный командир. Вы, вроде бы, неплохо поладили, так что проблем я не ожидаю. Будете чередоваться с другими группами и проводить разведку не только на поляне, но и в другой местности, где я скажу. Все распоряжения я буду передавать через Хитрова. Так что, его приказы для тебя должны быть равносильны моим. Ясно?

– Ясно.

– Физически ты готов неплохо. Я видел, как ты моих пацанов по рингу гоняешь. Но теперь ты – один из них. Поэтому ты должен не только уметь кулаками махать. Будешь тренироваться с ними по полной программе. И даже больше. С оружием обращаться ты тоже должен уметь. Если не с сектантами, то с этой космической мразью оно нам еще точно пригодится.

– Хорошо, Сергей Васильевич. Сегодня же переговорю с Хитровым.

– Я ему уже сообщил, так что он ждет тебя внизу, в арсенале. Пойдешь к нему, как только закончим здесь. – Смотров перевел взгляд на Олега. – Теперь с тобой. Общий план действий ты обозначил адекватный. Но нужны детали. Кто ты? Как зовут? Из какого села? А вдруг там будут люди из того же села, которые скажут, что тебя не знают? В общем у тебя есть два дня на разработку детального и продуманного до мелочей плана. Кроме легенды, он должен включать и твои предложения по обмену информацией. Я планирую посылать группы наблюдения к поляне два раза в неделю. Поляна недалеко от города, так что контакт будем держать через эти группы. Думаю, раза в неделю должно быть достаточно. Где и как обмениваться информацией должен предложить ты. Очевидно, что сначала это будут очные встречи. Тебе нужно придумать где и когда ты их будешь проводить. И под каким предлогом будешь уходить из города на место встречи. Думаю, ты понимаешь, что связные к тебе в гости ходить не смогут.

– Понимаю. Я один пойду?

– Один. Второго и, может быть, третьего мы к тебе еще подошлем. Но позже. Решение будем принимать на основании твоих данных.

– Хорошо. Я могу ознакомиться с местностью до того, как отправлюсь на задание?

– Конечно. Для этого вы завтра отправитесь в первый совместный рейд. Выезжаете на заре, следуете по тому же маршруту. Хитрову я уже вводные дал. Детали обсудите с ним. Вопросы есть?

– Есть. Для легенды пригодились бы документы. Я, конечно, могу и свою московскую ID карту использовать, но тогда историю усложнять придется. Может, есть возможность какой-нибудь старый паспорт использовать?

– У меня тут что, подпольный паспортный стол, по-твоему? Где я тебе поддельный паспорт возьму? Хотя, в твоих словах есть резон… – задумчиво протянул Смотров. – Посмотрим, что можно придумать. Может, чей-то более подходящий паспорт возьмем, да твою фотографию вставим. Я поручу своим проверить личные дела всех жителей комплекса, может кто-то и найдется. Еще вопросы?

– У меня больше нет, – сказал Олег.

– У меня тоже, – отозвался Руслан.

– Хорошо. Тогда у меня есть одно предложение. Давно мы не спаринговали, – губ Смотрова впервые за время совещания коснулась едва заметная улыбка. – Ты, конечно же, будешь занят подготовкой плана. Но предлагаю в семнадцать часов сделать перерыв и немного размяться.

– Сергей Васильевич, я всегда найду время, – серьезно начал Олег, но практически сразу ощерился, – чтобы надрать вам зад. Тем более теперь. Раз уж вы – мой начальник, я буду делать это с двойным удовольствием!

– Ага. Ты только в своей легенде пункт пропиши, откуда у тебя синяки под глазами. Когда пойдешь на операцию с набитым лицом, нужно будет иметь объяснение, – теперь и лицо Смотрова растянулось в полупрезрительной улыбке.

– Всенепременно, шеф! Я кстати могу тебя… вас бить на глазах у подчиненных или должен теперь поддаваться?

– Как дети, ей богу, – Руслан встал со своего кресла и направился к двери. – Я к Хитрову. Ты, когда с начальником намеряешься, тоже приходи. Есть вопросы и поважнее, – бросил он Олегу и покинул кабинет.

Прислушавшись к собственным чувствам, Руслан обнаружил, что эти изменения придали ему некий внутренний комфорт. Пусть Смотров был далеко не идеальным человеком, но свое дело он знал. Мыслил он широко и на перспективу. К тому же у них теперь был какой-никакой план дальнейших действий, в котором он принимал непосредственное участие. Это уже что-то. Все лучше, чем сидеть в неопределенности и ждать с моря погоды. С такими мыслями и в предвкушении новой вылазки наружу Руслан засыпал этой ночью, поглаживая сопящую рядом Машку. Малышка хоть и стала реже вспоминать маму, но ночью часто плакала во сне и звала ее. Поэтому Руслан укладывал Машу рядом – ему было спокойнее ощущать дочь под боком, под своей защитой.

***

Рассветные лучи с трудом пробивались сквозь тяжелые тучи. Сильный ветер трепал деревья, срывая с них свежие зеленые листья, и раскачивал машину, ударяя по ней сильными боковыми порывами. Руслан поразился контрасту с летней жарой, которая радовала их совсем недавно. Возникало ощущение, что сразу за июнем наступил октябрь.

Машину спрятали недалеко от того же места, что и в прошлый раз, но съезд с дороги выбрали новый, чтобы не привлекать внимание к следам. Первым делом решили исследовать поляну, а затем продвинуться к зданию цеха, с крыши которого вели наблюдение.

– Да-а-а, – протянул Хитров, – прогнозов погоды, конечно, не хватает. Никогда не думал, что буду скучать по синоптикам. – Когда он говорил, изо рта вырывались едва заметные облачка пара. – В Дубне завтра плюс восемь. Атмосферный фронт европейского ядерного антициклона принесет похолодание на двадцать градусов и порывы ветра до сорока метров в секунду. Как вам, а?

– Мне других вещей из прошлой жизни не хватает, – ответил ему Рыжий. – Но ты прям ходячий гидрометцентр. Похоже, все параметры измерил довольно точно.

– А не подскажете, какое сегодня атмосферное давление? – бабушкиным голосом спросил Бойко.

– Семьсот миллиметров ртутного столба, – ляпнул Хитров, не задумываясь.

– Пониженное. Наверное, к дождю. То-то у меня суставы ломит, – продолжал кривляться Бойко.

– Гы-гы-гы, – заржал Нуждин, привлекая к себе недоуменный взгляд Олега.

– Ты же говорил, что он умный, – прошептал он Руслану.

– Ничего подобного я не говорил. Я всего лишь сказал, что у вас много общего, – шепотом ответил Руслан, за что получил удивленно-возмущенный взгляд товарища.

– Так, хватит ржать, – посерьезнел Хитров. – Всем надеть защиту.

В этот раз помимо общих защитных костюмов разведчики надели специальное армейское белье, которое отыскали на складах Агарты. Оно плотно облегало тело, кроме ладоней, ступней и головы, и вполне могло защитить от режущих ранений. Современная кольчуга, как окрестил его Хитров. Кроме того, учитывая, что теперь они имели дело с паразитами, было решено использовать дополнительную защиту для лица и органов чувств. Как паразиты размножаются, они пока не знали, поэтому перестраховались по максимуму. Каждый имел при себе противогаз. Таким образом, Руслан, как и остальные, был упакован в защиту с ног до головы и ощущал себя кем-то средним между рыцарем и космонавтом.

– Эти противогазы неудобные, – приглушенно пробубнил из-под защиты Нуждин.

– Ты хочешь, чтобы тебе в ухо червяк залез? – спросил Хитров.

– Не хочу.

– Тогда не жалуйся.

Скрытых противогазами лиц Руслан видеть не мог, но он заметил, что Олег опять повернулся к нему и развел руками. Ему даже стало немного жалко Нуждина. Что поделаешь, не все же Эйнштейнами рождаются. Как только он умудрился попасть на службу к Смотрову?

Сквозь деревья начала проглядываться поляна. Шаг замедлили, стали внимательно озираться по сторонам и смотреть под ноги. Первое, что бросилось в глаза, – некоторые деревья на подходе к поляне имели сферические наросты черного цвета. Они располагались на высоте около двух метров, там, где от стволов отходили крупные ветви. Стволы и ветви над наростами потемнели и выглядели абсолютно безжизненными, будто эти опухоли выпили из них все соки. Посреди поляны возвышался небольшой земляной холм. Кое-где можно было разглядеть выступающие из-под ошметков земли шкуры животных: бурые, рыжие, серые.

– А мишка-то был не один. На поляну не выходить. К деревьям не приближаться, – Хитров жестом указал на новообразования. Он достал телефон и начал снимать холм и растительность. – Руслан, Витя, обойдите поляну по периметру. Если увидите что-то необычное, снимайте на камеры, но не приближайтесь. И не шуметь.

– Принято. Выполняем, – ответил ему Бойко и жестом позвал Руслана следовать за ним.

Обход поляны новой информации не дал. Все те же деревья с наростами, разве что часть их уходила глубже в лес – зараза расползалась.

Когда они вернулись, то застали остальных за оживленным обсуждением.

– По периметру ничего необычного не обнаружили. Я имею ввиду, ничего такого, чего нет на этой стороне, – отрапортовал Бойко.

– По какому поводу споры? – поинтересовался Руслан.

– Товарищ капитан предлагает проверить наросты на прочность. А именно потыкать в них палкой, – ответил Хитров.

– Капитан? – недоуменно переспросил Олег и повернулся к Нуждину.

– Капитан. Капитан Очевидность! Ему это звание шеф присвоил. Руслан тоже присутствовал на этом торжественном событии. А слово шефа – закон! – ответил ему Хитров, и они с Бойко захихикали.

– Да идите вы, – обижено отозвался Нуждин. Он был выше остальных, почти как Руслан ростом, но более худощав. Это не мешало ему чувствовать себя рядом с ними вполне уверенно. – Будете меня доставать, закину кого-то из вас на поляну и посмотрю, что произойдет. Мы же сюда на разведку пришли, а не на прогулку. С чем мы вернемся? Скажем видели черные шарики на деревьях? И все? Надо хотя бы посмотреть, что внутри!

– А ты не боишься, скажем так, разворошить осиное гнездо? – спросил Руслан. Хитров согласно закивал.

– А я согласен с инициативой капитана, – неожиданно заявил Олег. – Мы должны собрать разведданные. Так давайте собирать. Возьмем палку подлиннее да прощупаем эту хрень. Нам все равно рано или поздно с этим всем разбираться придется. Лучше тогда уж раньше. Будем знать, к чему готовиться.

– А если оттуда такой же удав выползет, как из медведя? Что мы с ним делать будем?! – Хитров готов был перейти на крик. Видимо, спорили они уже давно.

– Я бы сформулировал вопрос по-другому: что он будет делать с нами? – поддержал его Руслан.

– Во-во! Послушайте умного человека. Руслан – юрист, а не какой-то босяк, вроде тебя, – бросил Хитров Нуждину.

– Сам ты – босяк!

– Мы все тут не дураки, – спокойно сказал Олег. – Но я все же за максимальный сбор данных сейчас.

– Так может пойдешь и проверишь, что там под кучей, умник? – Хитров тыкнул пальцем в центр поляны.

– Давай на камни-ножницы-бумага? Кто проиграет, тот и идет, – предложил Олег и поднял сжатую в кулак руку, готовый сделать свой выбор.

– Псих! – выпалил Хитров и отвернулся от него.

– Он не псих, – сказал Руслан. – Он – аферист. С детства такой. – Руслан был уверен, что под противогазом Рыжова сейчас скрывалась довольная ухмылка и полные азарта глаза. – Раз уж у нас голоса разделились поровну, то предлагаю спросить мнение Вити.

– Голосуем! – подхватил Нуждин.

– На хер голосование! – уже чуть ли не орал Хитров. – Я здесь старший. И я сказал, что ничем мы сейчас тыкать туда не будем. Можешь членом своим потыкать, но только когда меня рядом не будет, – закончил он, обращаясь к Нуждину.

– Ну, я вообще-то подчиняюсь напрямую Смотрову, а не тебе. Так что мы с тобой наравне. Как минимум, – будничным тоном заявил Олег. – Поэтому предлагаю не прятаться за погонами, а честно проголосовать. Тогда поймем, кто здесь настоящий мужик, а кто…

– Давай только без этих жалких манипуляций, – перебил его Руслан.

– Ну? Что скажешь? – мрачно спросил Хитров у Бойко, после непродолжительной паузы.

– Я бы… потыкал, – хихикнул Витя и начал сразу же оправдываться, размахивая руками. – Ну а что? Капитан с Олегом дело говорят. Нам сказали собирать разведданные, давайте собирать.

– Вы понимаете, что за ваш дебилизм отвечать мне? Я же не скажу Смотрову, что мы здесь голосование устроили! – психанул Хитров. – Он с меня голову снимет!

– Вали все на меня, – опять съехидничал Рыжий.

– Да пошли вы! Делайте, что хотите, – он в сердцах пнул валяющуюся у ноги корягу и отошел подальше от ближайшего дерева с наростом.

– Мужик! – торжественно сказал Рыжий и протянул руку к Хитрову, но тот резко отмахнулся.

Нуждин, не теряя времени, пошел по лесу в поисках подходящего орудия и вскоре вернулся с длинной сухой палкой в руках. Достав нож, он принялся затачивать один конец палки. Уже через минуту он вычурно стал с широко расставленными ногами, сжимая свое импровизированное копье и потрясая им в воздухе.

– Ты очень органично смотришься с палкой-копалкой в руках, – сказал Хитров ледяным тоном. – Тыкай давай уже.

Нуждин с копьем наперевес пошел к ближайшему дереву с наростом. Остальные застыли метрах в пяти с автоматами в руках. Хитров вновь достал телефон и снимал происходящее. Нуждин остановился на максимальном расстоянии, которое позволяла длина палки, поднес ее заточенный конец к наросту и осторожно надавил. Палка скользнула по гладкой черной поверхности, ничего не произошло.

– Твердая, – полушепотом сказал Нуждин.

Он снова поднял палку, остановил ее на небольшом расстоянии от нароста и нанес по нему короткий резкий тычок. Видимых повреждений наросту он не причинил, но нарост незначительно изменил форму, словно что-то шевельнулось внутри. Нуждин инстинктивно сделал шаг назад. Бойко, видимо, намереваясь устроить товарищу очередной розыгрыш, сделал пару осторожных шагов, заходя Нуждину за спину.

– Сделаешь еще шаг, я тебя пристрелю, – прошипел Хитров. – Исчезни. Я снимаю, вообще-то.

– Что, – спросил Нуждин, оборачиваясь. Бойко уже стоял на месте, как ни в чем не бывало.

– Ничего. У тебя есть еще одна попытка и движемся дальше. Хватит на сегодня.

Нуждин еще раз ткнул палкой в нарост на дереве, как и прежде, не добившись никакого результата. Он аккуратно прислонил палку к соседнему дереву, чтобы в следующий раз не было нужды мастерить новое копье, и вернулся к остальным.

– Ну что, собрали данные? – злорадствовал Хитров.

– Ну, мы по крайне мере теперь знаем, что оно твердое, – пробурчал Нуждин. – Может по нему из пистолета шмальнуть?!

– Я сейчас по тебе шмальну. Я сказал, хватит на сегодня! Все, идем дальше.

– Оно опять шевельнулось, – не сдавался Нуждин. Он снова пошел к наросту, на ходу подхватив вою палку.

– Боря, я не шучу. Я Смотрову рапорт на тебя подам, если сейчас же не положишь палку и не станешь делать, что я говорю! – Хитров сделал шаг вслед за Нуждиным.

– Эй, капитан! Командир прав, прекращай уже там ковыряться, – включился Олег.

– Я уже иду, секундочку, – Нуждин подошел вплотную к дереву и стал практически под наростом.

– Что ты делаешь, идиот?! Отойди оттуда!

– Да иду я, – Нуждин поднес палку к наросту и несколько раз легко стукнул по нему снизу. – Бесполезно…

Нарост с шипящим звуком резко раскрылся, словно скорлупа ореха, и на Нуждина обрушилось облако черного пара. Он, визжа от страха, замахал руками и упал на задницу. Облако накрыло всего Нуждина и быстро оседало на землю. Боря судорожно засучил ногами и руками, пытаясь спиной вперед отползти подальше от дерева и оставляя на траве черные мазки. Он, наконец, собрался, перевернулся на колени и, быстро вскочив на ноги, ринулся от дерева к своим товарищам. Все тут же шарахнулись от него, как от прокаженного. Хитров и Бойко даже вскинули автоматы.

– Не подходи ко мне! – рявкнул Хитров.

– Да вы чего? – Нуждин стал на месте и поднял руки. Его голова, грудь, плечи и руки были полностью черными, будто он нырнул в бочку с нефтью.

– Ты на хрена туда полез, дебил?! – сорвался на крик Хитров. – Ты оглох? Команды разучился понимать?!

– Да я просто… хотел убедиться, что оно не проколется, а оно…

– Я видел, что оно сделало! Ты теперь весь в каком-то дерьме! Да мы все теперь в дерьме из-за тебя!

– Ничего страшного, я же в защите… – неуверенно промямлил Нуждин.

– Ничего страшного? Да мы даже не знаем, что это такое! Сто пудов оно заразное! А вдруг оно сейчас пропитается сквозь твою одежду?

– Она из водонепроницаемой ткани, – Нуждин опустил руки, но с места не двигался.

– Да хрен его знает, что это такое и помешают ли ему наши ткани. Ты видел, что оно с медведем сделало? – Хитров перевел дух и заговорил уже спокойнее. – Вот как тебя теперь в машину сажать? Как на комплекс везти? Тебя проще здесь пристрелить!

– Тут река недалеко, я могу пойти обмыться.

– Стой на месте и не двигайся. Мыться он собрался. И не вздумай снимать защиту, у тебя ума хватит.

– Я не тупой, – обиженно отозвался Нуждин и замолчал.

– Да уж, нехорошо получилось, – заговорил Олег. – А мое задание так и осталось невыполненным. Мне же еще местность нужно осмотреть.

– Сам виноват. Не хрен было остальных подбивать, – зло бросил ему Хитров. – Что вот теперь дальше делать?

– У меня есть предложение. Вы пока будьте здесь и думайте, что делать дальше, а мы с Русланом пойдем по установленному маршруту. Он же здесь уже был. Быстро сориентирует меня и назад. За час управимся, слово даю, – Олег, предвидя реакцию Хитрова, поспешно добавил: – Да и тебе, как командиру группы, возвращаться, не выполнив задание, нельзя. Смотрову доложим, что пошли на смотровую, а по пути назад уже зашли на поляну, где и случился казус. Сразу же после инцидента ты действовал быстро и компетентно. И принял правильное решение, над которым вы как раз и подумаете, пока мы с Русланом проведем разведку.

– Хрен с тобой, хуже уже не будет, – выдавил из себя Хитров после минутного молчания. – Идите. У вас час.

Вид с крыши цеха не изменился. Все те же ГЭС, Ленин и башня с трепыхающимся в порывах ветра знаменем сектантов. Олег молча осмотрел окрестности, сделал несколько снимков на телефон. Он больше не шутил и не провоцировал Руслана.

Они вернулись вовремя. Хитров и Бойко решили вести Нуждина пешком.

– До комплекса километров тридцать, до вечера дойдем. – А вы садитесь в машину и предупредите Смотрова, – приказал Хитров Руслану и Олегу.

Смотров выслушал доклад Руслана, не перебивая и не высказывая претензий. Лишь по его сопению да заигравшим желвакам на скулах можно было понять, что он нервничает. Затем он распорядился подготовить помещение для изоляции Нуждина в одном из внешних зданий. Такое помещение нашли и быстро снабдили всем необходимым. Само собой, помещение открывалось только снаружи.

Пешеходы вернулись на комплекс к трем часам дня. Нуждин пока никаких признаков заражения не проявлял. Еще до входа на территорию комплекса его прямо в одежде обмыли из шланга сильным напором воды и выдали все виды дезинфицирующих средств, какие только нашли на Агарте, чтобы он сам обработал одежду. Когда он закончил, Смотров, несмотря на холод, велел ему полностью раздеться. Боря аккуратно сложил мокрую одежду в пластиковый контейнер, а затем получил новые порции моющих, душа Шарко и насмешек от охранников по поводу влияния холодной воды на мужской организм. Только после этого Нуждину выдали сухую одежду и отправили в изолятор.

Глава 17

Олег заглянул к Руслану поздно вечером, чтобы попрощаться. Детали своего плана он не раскрыл, сказав лишь, что согласовал его со Смотровым. На следующий день он исчез с Агарты.

Руслан, как и было приказано, тренировался с подшефными Смотрова. Программа включала общую физическую подготовку, рукопашный бой и работу с оружием: как огнестрельным, так и холодным. Руслан давно заметил, что для простых охранников ребята Смотрова слишком хорошо подготовлены и дисциплинированы. Кто они – солдаты, может спецназ? Ему приходилось учить приемы борьбы, самбо, джиу-джитсу, кикбоксинга. Тут уж на нем отыгрывались те, кого он раньше пинал по рингу, словно мешки с опилками. Поэтому он старался освоить новые приемы, как можно быстрее. Такое рвение, совмещенное с его природной силой и выносливостью, вызывало уважение среди новых коллег. Через четыре недели он перестал быть мальчиком для битья и оказывал вполне успешное сопротивление.

Пару часов в неделю Хитров занимался с ним теорией военного дела. Смотров сказал, что знание основ военной тактики в новых реалиях необходимо. Поэтому все поселенцы Агарты будут заниматься военной подготовкой.

Раз в неделю группа Хитрова отправлялась на осмотр поляны и встречу с Олегом. Но тот так и не появился в условленном месте. Каждый раз разведчики докладывали о расширении зоны заражения. Деревья и трава на поляне осыпались трухой, словно их и не было никогда. Теперь она представляла собой темно-серое растущее пятно. Правы были Мичурин со Смотровым, снова правы. Вот, что представляют из себя эти темные пятна, которые они заметили на снимках со станции – мертвые зоны, язвы на теле нашей планеты.

Весь июнь погода продолжала капризничать, летний зной сменялся осенними холодами и наоборот. Один раз даже навалило снега, он растаял в тот же день. Но было понятно: ядерная война и извержение Йеллоустона не прошли для планеты бесследно. На восстановление биосферы уйдут десятилетия, если только человек или Немезида не добьют ее раньше. Людям нужно было искать способы борьбы с распространением заразы, но очевидно, что в этом пока не преуспел никто.

Через время на погибшей поляне появилось еще одно новшество: в нескольких метрах от центра из земли, словно гигантский гриб, вздулась черная полусфера. Она выступала примерно на метр в высоту и в видимой части была метра полтора в диаметре. После инцидента с Нуждиным Смотров под страхом смертной казни запретил приближаться к наростам на деревьях, как и к любым другим подозрительным объектам. Никто не знал, была ли эта угроза условной или реальной, но желающих проверить не нашлось. Разведчикам оставалось лишь наблюдать за новым образованием.

За прошедшие четыре недели признаки заражения у Нуждина так и не проявились, поэтому ему разрешили выйти из изоляции и жить с остальными. В рейды его больше не отправляли.

Маргарита время от времени, как бы невзначай, спрашивала у Руслана, не было ли весточки от Олега, и каждый раз пыталась скрыть разочарование отрицательным ответом. Саша, который теперь входил в совет вместо Олега, рассказывал Руслану, что она и его расспрашивала. Что ж, ее можно было понять. Волноваться начал даже Смотров. Второго человека к сектантам он так и не направил.

Наступил июль. Вновь была очередь группы Хитрова выходить в рейд. Погода была хорошая, в лесу держалась приятная прохлада. Мертвую зону прошли как обычно: отсняли на камеру, зафиксировали распространение заразы по деревьям, обошли по периметру в поисках прочих изменений.

После зоны отправились к месту встречи с Олегом. На темном металле забора, которым была огорожена промзона, белым мелом была небрежно выведена короткая надпись:

«19:00»

– Раньше здесь этого не было, – протянул Хитров. – Либо это Рыжов, либо кто-то из другой группы над нами прикалывается.

– Не думаю, – ответил ему Бойко. – Смотров за такие шутки кастрировать может. Шеф в последнее время совсем чувство юмора потерял.

– Думаю, это Олег. Почерк его, —сказал Руслан.

– Что же нам теперь делать? – Хитров озадачено сжал губы. – Шеф с меня за прошлый прокол с Борькой чуть шкуру не снял. Сказал, больше самодеятельности от меня не потерпит.

– Можем вернуться на комплекс, доложить ему. Если что, сюда к семи вечера тоже успеем.

– Так и поступим, – подумав минуту, сказал Женя. – Не будем терять время. Пошли.

– Мама! Мама, стой! Мама, ну пожалуйста! – неожиданно прозвучал детский голос.

Разведчики переглянулись и, не сговариваясь, отступили глубже в лес. Детские причитания не смолкали и становились громче. Наконец сквозь деревья начал маячить приближающийся женский силуэт. Позади женщины время от времени мелькал силуэт ребенка. Женщина вошла в лес и двинулась прямиком к троим разведчикам.

– Этого еще не хватало, – прошептал Хитров. – Рассредоточиться.

Он очень тихо ушел в сторону и встал за большим деревом. Бойко сместился в другую сторону и замер за густыми зарослями кустарника. Руслану с его габаритами было сложнее остальных, но он все же умудрился практически бесшумно отойти назад и вбок и спрятаться в небольшом овражке, прикрытом стволом упавшего дерева. Из-под этого ствола Руслан и продолжил наблюдение. Через пару минут женщина прошла мимо кустарника, где затаился Бойко, не обратив на него никакого внимания. На вид ей было лет сорок – худая, светловолосая, изможденное лицо и не самая свежая одежда. За ней хвостом плелся такой же худой и неухоженный мальчишка. Он попытался схватить мать за руку и потащить назад.

– Мама, Сонька дома совсем одна. Нам нужно возвращаться! Мама, ну куда ты идешь? – мальчик периодически срывался на плачь.

Женщина, не поворачивая головы, отмахнулась от ребенка. Когда загадочная пара скрылась из вида, рядом с Русланом материализовался Хитров.

– Не нравится мне это, – проворчал он.

– А как это не нравится мне! – сердце Руслана сжималось от жалобного плача ребенка. – Куда она идет? Уж не к зоне ли?

Лицо Хитрова вытянулось. В это время рядом зашелестели едва слышимые шаги, к ним присоединился Витя Бойко.

– Точно! – выпалил Женя. – Она же идет прямиком к зоне!

– Значит, в ближайшее время и она, и ребенок получат порцию черной жижи, – тихо сказал Бойко. – Если ее не остановить. – Он пересекся взглядом с Русланом. В его глазах Руслан прочитал ту же тревогу, которую испытывал сам.

– Мы должны их остановить.

– И что дальше? – Хитров не спорил, скорее, сомневался.

– Что дальше? – эхом отозвался Руслан и тут же ответил на собственный вопрос: – Забирать их с собой. В конце концов, женщина и ребенок большим бременем для комплекса не станут. Прокормим, от нас не убудет. С другой стороны, она может сообщить нам полезные сведения о жизни в городе. Судя по их внешнему виду, живется им не очень.

– Ага, языка приведем, – хмыкнул Женя. – А если они заражены? Ребенок может быть и в норме, но баба явно стремно себя ведет. Нам еще медведя на базу не хватало привести.

– Посадим их в изолятор, а там видно будет, – не сдавался Руслан.

– Я предлагаю незаметно следовать за ними. Если наш догадки подтвердятся, и они действительно идут к зоне, то ближе к ней мы их примем и заберем с собой, – вполголоса предложил Витя. – Если нет, пусть идут своей дорогой. Мало ли у кого какие странности.

– Ладно. Пошли, – вздохнул Женя.

Догадки подтвердились. Женщина двигалась прямиком к центру зоны. Когда до ближайших зараженных деревьев осталось метров пятьдесят, Женя дал команду ее перехватить. Они перешли на бег и нагнали странную парочку за считанные секунды.

– Стоять на месте! – рявкнул Хитров.

Мальчик подпрыгнул. Он резко обернулся и уставился на них широко раскрытыми глазами, полными страха и восхищения. Вид трех крупных мужиков в современной экипировке и с настоящим оружием не мог не произвести впечатления. А вот со стороны женщины реакция отсутствовала вовсе. Она продолжила движение, как ни в чем не бывало. Хитров сделал еще одну попытку урезонить ее, предупреждая, что впереди опасность, но безрезультатно. Затем он, быстро нацепив противогаз, в два прыжка оказался за спиной у женщины и схватил ее за руку. В этот раз отмахнуться, как от ребенка, женщине не удалось. Она недоуменно обернулась и несколько секунд смотрела на Хитрова.

– Я должна идти, – слабо проговорила она. А затем все сильнее и увереннее: – я должна! Мне нужно! Она зовет меня! – Она стала рывками вырываться из рук Хитрова, каждый рывок все резче и сильнее.

– Держи ее! – заревел Женька, когда рука женщины выскользнула из его перчатки.

Витя обхватил женщину за талию и мягко уложил на землю, придавив своим весом. Женщина издала нечленораздельный полувизг-полурёв и попыталась освободиться, изгибаясь и судорожно дергаясь. У каждого из разведчиков имелось при себе по паре заранее подготовленных петель из мягкой, но очень прочной ленты. Они носили их с собой на случай, если возникнет необходимость кого-то обездвижить. Это мог быть другой разведчик, подхвативший заражение, либо кто-то посторонний. Беснующаяся женщина вполне подходила под инструкции Смотрова, поэтому Женя быстрыми ловкими движениями стянул одной петлей ее лодыжки, а другой – кисти. Витя встал с женщины, но та перевернулась на живот и попыталась ползти.

– Вот упертая, – прогудел он сквозь противогаз и снова придавил ее к земле.

Мальчик наблюдал за происходящим с разинутым ртом.

– Тебя как зовут? – Руслан постарался, чтобы его голос звучал максимально доброжелательно. Он сел возле ребенка и повернул его к себе.

– Ру… Руслан, – заикаясь от страха, ответил мальчик.

– Надо же, меня тоже! – улыбнулся Руслан и протянул мальчику руку. – Будем знакомы.

Мальчик недоуменно посмотрел на протянутую руку и спросил:

– А вы кто?

– Мы – добрые солдаты, – ляпнул Руслан, убирая руку. – А вы кто?

– Мы в городе живем…

– А как вы здесь очутились? Что произошло с твоей мамой?

– Мы дома были. Мы опять домой переехали, когда тепло стало. Мама сказала, что нас отпустили пожить летом дома, а осенью опять нужно будет в храме жить. Мне там не нравится.

– Ага. А сюда вы зачем пришли? Расскажи, что произошло? Мама давно себя стала странно вести?

– Дядя Коля, сосед, заболел. Он в лес по грибы и ягоды ходил и с нами делился всегда. А вчера он вернулся из леса какой-то странный. Мама к нему пошла вечером, а потом вернулась и сказала, что он умер. Мама плакала.

– А что случилось с дядей Колей?

– Не знаю. Мама сказала, заболел. Я хотел пойти, но она меня не пустила. А утром она встала и куда-то пошла. Я ее только в окно увидел и побежал за ней.

– А где твой папа?

– Умер… – мальчик смотрел в землю перед собой.

– Ты говорил о какой-то Соне. Это кто?

– Сонька. Сестра моя. Она дома, одна совсем! – мальчик посмотрел на Руслана молящим о помощи взглядом.

Руслан повернулся к Хитрову, пытаясь сквозь противогаз рассмотреть его реакцию.

– Сколько тебе лет, Руслан? – тихо спросил он.

– Восемь с половиной.

– А Соне?

– Два. Скоро три будет.

– Мы должны забрать ребенка, – Руслан снова повернулся к Хитрову. От мыслей о том, что девчушка младше его Машки осталась совсем одна, у него защемило в груди.

– За что мне это? – протянул Хитров, снимая противогаз и непрерывно ругаясь. – Где вы живете?

– Дома. Ну, наш дом тут, недалеко. Возле шиномонтажа. Там раньше мой папа работал, – мальчик вновь поник.

– Много людей еще живет рядом? – мягко спросил Руслан.

– Нет. Раньше много жили. А сейчас на нашей улице только мы и дядя Коля. Жил. Еще Пресняковы, но они на соседней улице. Соня там одна совсем. Как бы не случилось чего.

– Можешь показать на карте, где вы живете? – Руслан достал телефон и вывел на экран офф-лайн карту. Смотров не только позаботился, чтобы такие карты были в телефоне каждого его подчиненного, но и заставлял учить названия и расположение всех населенных пунктов и других географических объектов в окрестности.

– Да, вот наш дом.

– Это недалеко совсем, – Руслан показал телефон Хитрову. – Тут сразу за промзоной, возле ДОТа.

– Я не могу пойти сам и оставить здесь Витю с буйной, – Женя почесал затылок. – Но и тебя одного отпустить не могу. Вдруг вы встретите кого-то, или тебя заметят?

– Мы будем очень осторожными. Правда, Руслан? – спросил Руслан у своего маленького тезки.

– А что вы собираетесь делать? – мальчик переводил взгляд с одного взрослого на другого. – И что с мамой?

– Я предлагаю, чтобы мы с тобой сейчас сходили к вам домой и забрали Соню. А потом мы все вместе поедем в безопасное место. Там другие дети тоже есть, – мягко ответил Руслан. – Даже целый детский комплекс. Вам с Соней там намного лучше будет, чем здесь.

– И еда там есть?

– И еда. Вдоволь.

– А вы точно не из банды Тарасова? – недоверчиво спросил мальчик.

– Не знаю, кто такой Тарасов, но мы точно не из его банды. Расскажешь мне потом о Тарасове?

– Ладно. Тарасов – это…

– Малыш, – грубовато перебил мальчика Женя, – дядя же сказал тебе: потом про него расскажешь. А сейчас, если не хочешь, чтобы с твоей сестрой что-то случилось, тебе нужно отвести дядю к вам домой. Быстро и тихо, чтобы вас никто не заметил. Вокруг сегодня много плохих людей, и вам нельзя попадаться им на глаза, а то придется стрелять, – Женя похлопал рукой по автомату. – А мы бы не хотели стрелять. Поэтому отведи дядю Руслана домой, заберите Соню и возвращайтесь сюда, как можно быстрее. Понял?

– Понял. Уже идем? – мальчик немного насупился.

– Русик, одна нога здесь, другая – там. Договорились? – Женя напряженно сжал зубы и сопел через нос.

– Договорились. Я буду смотреть в оба.

– Удачи.

– Идем, – сказал Руслан ребенку и первым шагнул в нужном направлении.

Дорога до дома тезки заняла около часа. Руслан прошел бы это расстояние быстрее, но приходилось делать скидку. Пробирались по возможности через лес. Лишь когда обходили промзону, пришлось выйти и двигаться по узкой открытой полосе между забором и дорогой. Дом находился на второй улице, к нему пришлось красться, пригибаясь, чтобы могучая фигура Руслана не маячила над заборами.

– А где все собаки? – спросил Руслан. Он напряженно ожидал, что вот-вот из одного из дворов залает собака и привлечет к ним нежелательное внимание.

– Съели. Еще зимой. Здесь, – сказал мальчик, когда они подошли к невысокому деревянному забору с покосившейся калиткой. Дом был совсем небольшим, и по его внешнему виду можно было уверенно сказать, что семья мальчика не шиковала и до войны. – Соня, Сонечка! – полушепотом позвал тезка, когда они вошли в дом.

Из соседней комнаты раздался сдавленный плач. Мальчик сразу же кинулся туда. Руслан последовал за ним, озираясь по углам. Такой антисанитарии ему раньше видеть не приходилось. Углы пестрели паутиной, по стенам и подоконникам расползался грибок.

– Уся! Батик! – совсем маленькая девчушка сидела на старом диване и что есть сил прижимала к себе засаленную куклу. На неумытом личике хорошо виднелись две полоски от слез. – Де мама?

– Мама нас в лесу ждет. Этот дядя нас к ней отведет, – сказал мальчик, крепко обнимая сестру.

– Привет, – улыбнулся Руслан. – Меня Руслан зовут, как твоего братика.

Девочка спрятала от Руслана лицо за плечом своего брата.

– Идем? – спросил мальчик.

– Да. Но я хотел бы сначала посмотреть на дом дяди Коли. Это который?

– Это тот дом, – мальчик показал пальцем на соседний дом, который виднелся через грязное окно в западной стене дома. – Я с вами.

– Нет. Ты будешь с сестрой. Не бросай ее больше.

– Я боюсь оставаться один, – прошептал мальчик.

– А представь, как страшно ей. Я быстро, моргнуть не успеете. Лучше собери пока вещи, которые хочешь взять с собой. Одежда не помешает, например. Для вас обоих.

Руслан выбрался из дома и перемахнул через забор на соседний участок. Надев противогаз и держа наготове пистолет, он медленно вошел в дом. Ступал аккуратно, дыша через раз и стараясь издавать как можно меньше шума. Тело он обнаружил во второй от входа комнате. Оно лежало на диване, повернутое на бок. Живот разворочен, на пол свисают потемневшие внутренности. Весь пол в радиусе метров трех покрыт черной жижей, на противоположной стене видны потеки. Он будто взорвался изнутри.

«Хорошо, что я в противогазе. Вонь, должно быть, нестерпимая», – подумал Руслан. Он положил пистолет в кобуру и достал телефон, делая серию фотографий трупа и обстановки вокруг. Хоть червей видно не было, Руслану было не по себе в маленьком замкнутом пространстве с мертвым изуродованным телом, и он поспешил убраться из этого места. Вернувшись в дом с детьми, он помог мальчику утрамбовать несколько вещей в его, судя по виду, школьный рюкзак, подхватил девчушку на руки и направился к выходу. Девочка не сопротивлялась, но все время плакала и требовала маму.

– Я несу тебя к маме, не переживай, – уговаривал ее Руслан, ему вторил брат малышки.

«Только мама твоя заражена. В этом уже сомнений нет. Нелегко вам придется, малыши», – про себя добавил Руслан.

Открыв входную дверь и сделав шаг наружу, Руслан дернулся от неожиданности так, будто его ударило током. Он чуть ли не нос в нос уперся в стоящего на пороге мужика. Впалые щеки, небритый, худой, голубые изумленные глаза. Это все, что успел рассмотреть Руслан, перед тем как его тело среагировало и, продолжая держать девочку в одной руке, другой будто само нанесло удар. Лишь в последнюю долю секунды Руслан немного придержал плечо, чтобы ненароком не убить незнакомца. Мужик, оторопевший не меньше Руслана, такого не ожидал и для защиты успел лишь слегка вскинуть руки. Кулак врезался ему прямо в подбородок, и он, не издав ни единого звука, отлетел назад и упал на спину, распластав руки крестом. Руслану даже стало жалко бедолагу, хоть бы челюсть ему не сломал. Он судорожно осмотрелся по сторонам, не сопровождали ли незнакомца другие люди. Никого. Руслан обошел его и поспешил к выходу со двора.

– Это кто такой? – спросил он, глубоко дыша и пытаясь успокоиться.

– Это дядя Юра. Пресняков. Они живут на соседней улице. Зачем вы его так?

– Я не специально. Ты же помнишь, наш командир говорил, что нас не должны видеть посторонние. Вот и получилось так, – оправдывался Руслан.

– А он живой? – спросил мальчик, оборачиваясь.

– Конечно, просто сознание потерял. С ним все будет в порядке, – Руслан на это искренне надеялся.

По дороге к месту встречи Руслан больше никого не видел и очень надеялся, что его не видели тоже. Инцидент с незнакомцем был крайне неприятным, но Руслан рассчитывал, что городские его спишут на того самого Тарасова, о котором ранее говорил мальчик. Он попытался расспросить малыша по дороге, но внятных ответов не добился. Какой-то местный бандит, который жил в городе, пока его не выбили отсюда сектанты. Из города он выехал, но продолжал доставлять неприятности, время от времени устраивая налеты. Мальчик говорил об этом со свойственным детям преувеличением и наивностью. Из его слов можно было сделать вывод, что из Тарасова сделали местного дьявола во плоти, от которого жителей города могут защитить только сектанты. Само добро с кулаками, так сказать. Что ж, концепция внешнего врага неплохо работала.

Ребята ждали их на том же месте. Женщина к тому времени уже не рвалась к центру зоны, а просто безучастно лежала на зелено-буром ковре из свежей травы и прошлогодних листьев. Наверно, выбилась из сил.

Увидев маму, дети рванули к ней. Маленький Руслан остановился в двух шагах и насторожено, но с надеждой смотрел на мать. Сонечка прижалась к маме и начала требовать ответного внимания. Бойко протянул руки, чтобы забрать ребенка, но Руслан его остановил:

– Не надо, ты только хуже сделаешь.

– А вдруг она заразная? А ребенок к ней всем телом липнет, целует.

– Нам пора уже убираться отсюда, дети слишком шумят. Да и если мы хотим вернуться к семи, то времени сидеть на месте больше нет, – сказал Хитров. – Эту тащить придется, сама она не пойдет. Да и как ее в машину брать? Еще и с детьми. У нас-то хоть защита есть.

– Да, это может быть опасно. – Руслан подошел к ребятам поближе и, периодически озираясь на детей, шепотом рассказал об увиденном в соседнем доме. – Езжайте сейчас на базу, везите детей. Я побуду здесь с женщиной…

– Нет, – перебил Хитров. – Каким-бы ни был риск, едем все вместе. Оставлять здесь тебя или кого-то другого будет еще опаснее. Я удивлен, как городские еще не узнали об этом месте. А может уже и узнали. Если так, то они могут ходить сюда для наблюдений, как и мы, только им ближе. Если застанут здесь кого-то из нас, то под угрозой окажется весь комплекс. Ты уж извини, Руслан, – Женя перешел на шепот, – но в этой ситуации я вынужден отдать предпочтение безопасности комплекса.

– Тогда я отдам свой противогаз.

– Нет, не отдашь. И это приказ, – зашипел Женя. – Они могут быть уже заражены, а ты нам еще нужен. Подумай о своей дочери, в конце концов.

Руслан не нашел, что ответить. Но теперь чувствовал себя законченным трусом: рядом дети маленькие без защиты, зато он в полном обмундировании…

Глава 18

Женщину в салон не взяли, положили в багажник. Она не сопротивлялась. Дети не понимали, почему их мама так странно себя ведет, и почему солдаты так поступили с ней. Пришлось выдумывать какие-то отговорки и менять тему разговора, лишь бы отвлечь детей от этих вопросов.

На Агарту добрались без происшествий. Смотров, выслушав рапорт, приказал поместить «гостей» на карантин. Женщину в одно помещение, детей – в другое. Полковник предвидел, что после инцидента с Нуждиным изоляция может потребоваться и другим, поэтому заранее организовал подготовку нескольких изоляторов в наружных зданиях комплекса. К удивлению разведчиков, он вообще не критиковал их действия и дал добро возвращаться на место встречи с Олегом.

К условленному месту они прибыли на двадцать минут раньше и теперь ожидали Олега, устроившись так, чтобы хорошо видеть дорогу, но самим оставаться незаметными.

– Я сейчас от голода сдохну, – пробурчал Бойко.

– Надо было хоть бутерброды какие-то захватить. Было же время, – отозвался Руслан.

– Ага. Ты бы еще шефа попросил за бутербродами сбегать. Нас он теперь без процедур дезинфекции на комплекс не пустит. Руслана – точно. Он был в самом, как его… Очаге заражения, во! – Женя сочувственно похлопал Руслана по плечу.

Совсем рядом хрустнула ветка. Ребята подскочили, подхватывая автоматы и оборачиваясь на ходу.

– Привет! – Олег появился совсем не с той стороны, откуда ждали. Он стоял перед ними и ехидно щерился. В руках пластиковое ведро, наполовину заполненное грибами. Одежда не очень чистая, зарос весь, но в целом выглядел нормально.

Первым из ступора вышел Руслан. Он подошел к товарищу и крепко пожал руку, даже приобняв немного.

– Ты куда пропал? Месяц вестей от тебя не было. У тебя все нормально? —спросил Руслан, делая шаг назад и осматривая Олега.

– Переживали, да? – Рыжий, как всегда, был очень доволен собой. – Маргарита, что там, извелась уже вся, небось?

– Рыжов, мы вообще-то на боевом задании. И докладывать ты нам должен, а не мы тебе. Еще и про баб! – Женя был настолько же возмущен, насколько и удивлен такому началу их встречи.

– Не про баб, – Олег наставительно поднял палец, – а про женщину. Мою.

– Нормально все с Маргаритой. Спрашивала о тебе пару раз, – Руслан знал, что лучше быстро дать Олегу, что он хочет, чем тратить время на бессмысленные препирания. – Рассказывай, как сам. Почему так долго не выходил на связь?

– Пару раз говоришь? – Олег недоверчиво посмотрел на Руслана и сменил тему. – У меня нормально все. Обстановка в городе чуть сложнее, чем я предполагал. Вот и задержался с докладом. Теперь, думаю, смогу чаще выбираться.

– А что не так с обстановкой? Давай детали, а не общие фразы! – после случая с Нуждиным Женя стал недолюбливать Олега, считая виновным в произошедшем. Привычка Олега юморить и подкалывать окружающих в не самых подходящих ситуациях этому способствовала.

– Не дави на меня, – небрежно бросил Олег, удостоив Хитрова лишь мимолетного взгляда. – В городе действительно правит секта. Часть жителей свалили на юг сразу после войны. И правильно сделали, потому что еще часть жителей зиму не пережила. Сначала в городе главным стал Тарасов – бывший начальник местного отделения полиции. Типичный мусор. Быстро сколотил банду из бывших коллег и объявил себя главным в городе. Порядки установил жесткие. Те, кто был с ними не согласен или просто неправильно на него смотрели, отправлялись в следственный изолятор. Возвращались далеко не все. Но это было недолго, потому что пришли сектанты и объявили Тарасова безбожным представителем старого режима. Того самого режима, из-за которого мир отправился на преждевременный «божий суд». В общем крестовый поход был недолгим и успешным. Тарасова выбили из города, перебив при этом половину его банды. После этого триумфального освобождения правоверные объявили город территорией «Царства Божьего», на которой теперь правит только один закон – закон секты. Весьма радикальный, надо заметить. Например, наука вновь объявлена ересью. Сектанты обвинили ученых в том, что они своими бесовскими разработками помогли старому режиму уничтожить этот мир. Поэтому всех, кто не отрекся от ереси, ждал билет в чистилище. А если кто не в курсе, Дубна – это был город ученых. Был, потому что ученых в нем почти не осталось. До седьмого колена, как говорится.

– Охренеть, – протянул Витя. – А медики тоже? До колена?

– С медиками чуть иначе. Тут богомольные увертку придумали. Медики могут и должны использовать богом данные им знания на благо жителей «нового Царства», но к каждому приставлено по попу. Если больного вылечили, значит бог помог. Если лечение проходит тяжело, или больной скончался, а таких случаев зимой было много, виноват медик. Ну и значит больной слишком много грешил при жизни. В общем, все как в средневековье.

– Что, и Земля опять плоская? – спросил Руслан.

– Про Землю не знаю. Уточню, если тебя это так волнует.

– А как люди к этому относятся?

– В большинстве своем негативно. Но открыто недовольство никто не выражает. Боятся. Есть, конечно, и те, кто верит во всю эту херню и смотрит на проповедников с открытым ртом, но таких мало.

– Весело. Ну а тебя-то что так задержало?

– Мне не очень-то верили сначала. Боялись, что я – засланный Тарасовым казачок. Он хоть из города и выехал, но обосновался где-то неподалеку и время от времени устраивает налеты. В основном воруют еду, иногда – женщин. Это братьев особенно раздражает. Женщина – хоть и сосуд греха, но братья их все равно любят. В общем, пришлось доказывать, что к тарасовцам я отношения не имею. И истово верую, конечно же. Теперь вот даже стали отпускать одного. Я вообще за грибами вышел, как видите, – Олег потряс ведром.

– Что еще в городе происходит? Кто главный среди сектантов? Есть ли связь с другими городами? – Женя торопил Олега, поглядывая на часы. – Нам и так по темноте возвращаться придется. Давай быстрее рассказывай. Конкретнее и ближе к делу.

– Главный в городе митрополит Лаврентий. Суровый чувак. И фанатичный. По моим прикидкам, его людей в городе человек сто, не больше. Говорят, когда Тарасова выбивали, в священной армии было намного больше воинов. Но их затем оттянули на другие оплоты православия. Ближайший и самый крупный находится в Твери.

– А ты можешь говорить нормальным языком? Без этих экивоков? —с раздражением спросил Женя.

– Не могу, – огрызнулся Олег. – Не хочу выходить из образа. Я в него долго и мучительно входил. И не перебивай, сам же просил ускориться. Так вот, пророк-то, тот который Михаил, приказал долго жить. Сгорел в адском пламени вместе со всей Москвой и ближайшими соратниками, как я и предполагал. У него, как полагается порядочному и уважающему себя мессии, было двенадцать ближайших апостолов. Говорят, что в живых осталось только трое. Информации пока у меня мало, но между слов читается, что апостолы не очень-то дружны. Не исключаю, что имеет место обычная борьба за власть, но это еще нужно проверять. Знаю лишь, что над нами главенствует Епископ Тверской, его высокопреосвященство Апостол Николай. А в адрес двух других братья дозволяют себе разные вольные высказывания: предатели, мол, иуды.

– Каким образом и как часто ведется сообщение с Тверью?

– Не знаю. За все время, что я был в городе, лишь один раз видел конвой из трех машин. И то издалека, поэтому не уверен, что это были заезжие. Может и наши что-то мутили. Я пока только втираюсь к ним в доверие. Дайте время.

– Транспорта в городе много?

– Транспорта много, но он в основном бензиновый да дизельный – особо не наездишься. Есть электромобили. Ими пользуются только сектанты для патрулирования территории и перевозки грузов. В целом город постепенно скатывается в натуральное хозяйство. Сейчас все максимально заняты на сельскохозяйственных работах. Стараются возделывать как можно больше земли. Поближе к главному храму – вы его башней называете. Чтобы меньшую территорию охранять приходилось. Также возле храма возводят теплицы. Электричества от ГЭС и панелей должно хватить, чтобы поддерживать их зимой. Скота нет, весь сожрали за зиму. Поговаривают, что епископ должен прислать небольшое поголовье. Только как он пригонит сюда стадо из Твери, я себе представляю с трудом.

– Ладно, потом с твоим скотом разберемся. Что еще важного сообщить можешь?

– Пока все. Мне тоже пора, а то опоздаю на вечернюю службу. Встречаемся через неделю в этом же месте. Время сообщу дополнительно, – Олег развернулся к лесу.

– Постой, – Руслан взял его за локоть. – В городе знают о зоне?

– Нет. По крайней мере я еще не слышал, чтобы этот вопрос обсуждался. Зато пошли разговоры, что люди пропадать стали. Немного, но за последнюю неделю я пару таких жалоб слышал. Пока все списывают на Тарасова. Или на дезертирство.

– Как кстати для нас этот Тарасов, – сказал Женя. – Руслан, расскажи Олегу о своих приключениях.

Руслан рассказал об их встрече со странной женщиной и о своем походе за ее дочерью. О развороченном трупе в соседском доме, внутренности которого были разбросаны чуть ли не по всей комнате, и неожиданной встрече с незнакомцем во дворе.

– Да, – кивнул Олег, – эпизод с пропажей женщины и твою встречу с мужиком точно на Тарасова спишут. Его люди, правда, выглядят, как оборванцы. А у вас обмундирование новейшее. Но кто сейчас к деталям придираться будет? А вот случай с соседом, – задумчиво протянул Олег, – это интересно. Я слышал краем уха о каких-то блаженных на юге, но думал, что речь просто о каких-то сумасшедших, и особого значения не придал. Психов и в городе полно, как их сейчас от нормальных людей отличишь? Но, возможно, речь была именно о таких, как ваша женщина, раз им даже отдельный термин придумали. Я постараюсь разузнать побольше.

– Олег, – Руслан поморщился от воспоминания, – мертвец выглядел так, будто его разорвало изнутри. Либо из него что-то вылезло и поселилось в несчастной женщине, либо он просто лопнул, забрызгав все вокруг своими внутренностями и какой-то субстанцией. Там вся комната в какой-то жиже была. Может быть после этого женщина и стала рваться в центр зоны. Она шла через лес, как будто по компасу. Словно, чувствовала, где расположена зона. В общем, мы с ребятами решили, что она заражена. И заразил ее, скорее всего, сосед. Если это так, то получается, что мужик пошел в лес, подцепил заразу, а затем вернулся домой и заразил женщину. Если бы в этот момент рядом был кто-то еще, он бы тоже заразился. Я это к тому, что к вам такой пузырь со спорами тоже может прийти. И, насколько я понимаю, средствами защиты у вас никто не пользуется.

– Какие там средства защиты, – Олег махнул рукой. – Но я на ус намотал. Подумаю, как себя обезопасить. И, по возможности, других. Ну все, мне пора. – Олег собрался было уходить, но резко развернулся. – Чуть не забыл! – он хлопнул себя ладонью по лбу. – Скажи Антону, что если его сестра выглядит точь-в-точь как он – высокая, худая, носатая, только с сиськами, – то я такую видел в городе, – Рыжий ухмыльнулся. – Короче там его сестра, жива и здорова. По крайней мере физически. Психически под этим прессом свихнуться любой может. Про мать пока ничего не знаю. Все, чао!

***

Вернулись на комплекс затемно. Как и предполагал Хитров, их ожидали водные процедуры под открытым небом и порция насмешек от товарищей. Следующим утром Руслану вновь предстояло докладывать на совете, который экстренно созвал Смотров.

Саша очень обрадовался новостям о своей сестре и стал сразу же требовать ее эвакуации из города. Смотров осадил его, но пообещал, что подумает над этим позже. Маргарита тоже не могла сдержать улыбки. Только Руслан был уверен, что радуют ее не столько новости о Сашиной семье, сколько о том, кто их принес.

– А у Олега-то получилось! – удивленно воскликнул Козинский.

– Да, похоже, он успешно справился с задачей по внедрению, – завершил доклад Руслан. У него снова возникло ощущение, что его друг был не тем, за кого себя выдавал. – Теперь мы должны планировать дальнейшие действия.

– Ну что, господа, – подал голос Смотров, – можно нас поздравить: наши предположения оказались верны. Радоваться, правда, здесь нечему. На сегодня мы имеем две актуальные проблемы: зону заражения и распределение, вернее узурпацию власти в Дубне и близлежащих регионах. Конечно, благодаря размеренной и сытой жизни на комплексе вам может показаться, что эти проблемы не так уж и актуальны для жителей Агарты. Но это ненадолго. Как только перед нами возникнет третья проблема – голод, а она возникнет, ведь запасы на складах постепенно истощаются, острую актуальность приобретут и первые две. Поэтому мы не можем позволить себе откладывать их решение в долгий ящик. Нам, как минимум, нужно задуматься об этом уже сейчас. Предлагаю начать с зоны заражения. У кого какие мысли на этот счет?

– Мысли, конечно, есть, – после недолгого молчания заговорил Мичурин. – Но боюсь, они вам не очень понравятся.

– Дмитрий Валерьевич, – в голос Смотрова вернулась типичная неприязнь, – нам не очень нравится, когда вы ходите вокруг да около. Излагайте уже. Время не такой бесполезный ресурс, как вам могло показаться.

– Что вы, Сергей Васильевич, я ценю и свое, и ваше время, и вовсе не считаю его бесполезным ресурсом. Так вот. Во-первых, из наблюдений за зоной следует, что в рамках ее границ вымирает все живое. Зона буквально питается той органикой, которая находится внутри нее. Я не буду останавливаться на всех удивительных деталях, мы ведь не на лекции по биологии. Скажу лишь, что мембраны клеток деревьев состоят из целлюлозы. Кору, ветви и молодые побеги едят обычные животные: олени, лоси, зайцы. А вот клетки взрослых деревьев, если мне не изменяет память, научились переваривать лишь отдельные виды насекомых. Зона же, такое впечатление, переваривает все. От медведей, до деревьев. И тут возникает вопрос: куда это все девается?

Лидия подняла руку:

– Мы видели, что вылезшее из медведя нечто в конце концов закопалось под землю. Теперь центре зоны появился новый объект в форме полусферы, которая вылезла из-под земли. Напрашивается вывод, что под землей что-то находится. Возможно, туда и направляются все питательные вещества для этого чего-то.

– Полностью с вами согласен, Лидия, – улыбнулся Мичурин. – Отсюда следует второй вопрос: зачем к центру зоны шла женщина? Принимая во внимание ваш ответ на предыдущий вопрос, вывод вновь напрашивается сам собой. Она шла туда, шла самозабвенно, утратив все инстинкты, как материнские, так и инстинкт самосохранения, чтобы стать очередной порцией питательных веществ для зоны. Вернее, того, что находится в ее центре под землей.

Руслан присмотрелся: на лицах членов совета ужас и отвращение. Только Смотров погрузился в спокойную задумчивость.

– Может, нам стоит отпустить несчастную и посмотреть, что она будет делать? – неожиданно предложил он.

– Сергей Васильевич, – вмешалась Маргарита, – давайте не кривить душой. Вы хотели сказать не «что она будет делать», а «что оно будет делать», когда бедная женщина дойдет до центра зоны?

Смотров с невинным видом пожал плечами.

– Как, кстати, ведет себя эта женщина сейчас? – уточнила Маргарита.

– Никак. В основном лежит, ест, гадит где попало. Я, кажется, придумал наказание для провинившихся сотрудников, – хмыкнул Смотров.

– Ничего смешного, – возмутилась Лидия, – она больна! Я категорически против того, чтобы выпускать ее на убой. Я возьму у нее образцы и постараюсь выяснить, можно ли ее вылечить. Бедные детки…

– Дети ведут себя адекватно. Похоже, им удалось избежать заражения, – говоря о детях, Смотров не проявлял ни капли сочувствия.

– К слову о заражении, – подхватил Мичурин. – Я склонен согласиться с мнением Руслана. Выглядит так, что наросты на деревьях служат для распространения спор, которые попадают на животных, инфицируя их. Но процесс распространения на этом не заканчивается. Инфицированный становится своеобразным сосудом для спор. Его задача: обеспечить им среду размножения и заразить других себе подобных. Для этого ему нужно лишь дать спорам время развиться в собственном организме и подойти к соплеменникам достаточно близко. После этого запустится механизм дальнейшего распространения, споры вырываются наружу и инфицируют сородичей носителя. И те уже становятся питательной биомассой, простите за прямоту речи.

– Это поразительно. – Медленно проговорила Маргарита. – Если у этого… существа, такой сложный процесс распространения и, возможно, размножения, и этот процесс сформировался вне Солнечной системы, получается, что во вселенной есть и другие обитаемые планеты. И жизнь на них основана на тех же принципах и базовых элементах, что и на Земле! Интересно, что бы сказали на это сектанты?

– Меня мало волнует мнение фанатиков. Что действительно было бы интересно знать, это сколько планет сохранили присутствие жизни, после того, как их навестил этот поразительный организм, – прервал мечтательные рассуждения ученой Смотров. – Из того, что я вижу и слышу, я вообще не понимаю, как такое могло вырасти в космосе само по себе. Это больше похоже на биологическое оружие, созданное для уничтожения жизни на целых планетах.

– Глядя на этого монстра, я даже представить себе не могу, как могут выглядеть его создатели! – воскликнул Мичурин.

– Не удивился бы, окажись они очень похожи на людей. Такие же уроды, – не сдержался Руслан, вызвав недоумение у остальных и усмешку у Смотрова. – Только они, в отличие от нас, чужие планеты уничтожают.

– Ваше разочарование можно понять, но нельзя же так, – сказал помрачневший и растерявшийся Мичурин. – Мы же с вами тоже люди, в конце концов. Не все же такие, как вы говорите… Но вернемся к Немезиде. Сейчас нашу биосферу уничтожает именно она. Вы же видели по снимкам, сколько таких зон распространилось по всей планете. Их нет лишь в регионах с холодным климатом, да в воде. С такими темпами, не за горами тот час, когда жить можно будет лишь в районах вечной мерзлоты! Кроме того, нам нужно благодарить матушку природу за то, что большая часть кислорода высвобождается в атмосферу благодаря фотосинтезу океанических водорослей. Но я уверен, что уничтожение лесов еще скажется на нашей бедной планете. Нам нужно это как-то остановить!

– Прекрасная идея, Дмитрий Валерьевич! – Смотров поднял большой палец. – Как вы предлагаете это сделать?

– Ну-у-у, – Мичурин долго не мог найти ответ и лишь мычал. – Мы знаем, что время от времени Немезида меняет высоту орбиты. То она висит за орбитой нашей станции, то спускается значительно ниже…

– Да, иногда она доходит практически до линии Кармана, – вмешался Козинский и, видя непонимание в глазах коллег, поспешил пояснить: – это официально признанная граница между атмосферой и космическим пространством. Находится на высоте ста километров над уровнем моря. Правда минимальная высота, на которой, например, искусственные спутники могут продолжительно функционировать, составляет порядка ста двадцати километров. На более низких высотах они начинают разрушаться под влиянием атмосферы. Думаю, где-то до этого уровня и опускается иногда Немезида.

– Угу, – буркнул Смотров, – и что нам это дает? Предлагаете дождаться очередного снижения и расстрелять ее? Из чего, из автомата?

– Ну-у, – опять замычал Мичурин, – не из автомата, конечно. Но подумать надо.

– Будь в нашем распоряжении новейшие летательные аппараты и другие средства вооружения. Но их нет! И я так понимаю, что нет ни у кого, раз до сих пор ее никто не уничтожил. Как еще это можно использовать, я не знаю. С земли мы ничего не сделаем, – голос полковника прозвучал резко.

– Сергей Васильевич, критиковать мы все умеем, – встала на защиту коллеги Маргарита. – Дмитрий отметил важный момент. Учитывая, сколько энергии необходимо тратить на смену орбиты, это должно преследовать какую-то важную цель. Пусть мы не можем сбить эту гадину отсюда, но если мы поймем, что она делает, как и для чего – это знание поможет нам увидеть важные детали. Возможно, даже уязвимые места Немезиды.

– Вы все правильно говорите, Маргарита, – Смотров сложил руки на груди и откинулся в кресле. – Но вопрос остается прежним – как? Как это сделать? Как нам узнать, зачем она меняет высоту?

– Продолжать наблюдать. Раньше мы не придавали особого значения движениям Немезиды. Теперь же мы будем уделять максимальное внимание именно этому вопросу, —Маргарита говорила спокойно, но твердо, не желая ни в чем уступать Смотрову.

– Хорошо, – Смотров развел руками, – наблюдайте. И поделитесь, пожалуйста, своими наблюдениями с членами Совета.

– Договорились. А вы продолжайте наблюдать за зоной. Изменения в зоне как-то связаны с изменением орбиты, я уверена.

– Мы продолжим наблюдать. Тут, правда, возникают очередные вопросы. Например, с чего вы вообще взяли, что уничтожив каким-то непостижимым образом Немезиду, мы окажем хоть какое-то влияние на зоны? Ладно, у нас слишком мало данных, необходимо собрать информацию. На этом обсуждение первого вопроса предлагаю считать закрытым. Есть возражения? Нет. Вот и хорошо, переходим ко второму. – Смотров сделал паузу, чтобы выпить воды. – Итак, благодаря агенту Рыжову, мы знаем, что на близлежащих к нам территориях установился полнейший хаос. Восстановления институтов государственной власти, на что я, честно говоря, надеялся, не произошло. Вместо этого плодятся местечковые вожаки, типа Тарасова, которых давят религиозные фанатики. Влияние ЦМН после катастрофы только возросло. Теперь они строят на нашей территории какое-то священное государство.

– «Царство Божие», – поправил Смотрова Руслан.

– Да, точно. Царство, только без царя. Царь, я сейчас об организаторе ЦНМ Михаиле, войны не пережил. Поэтому ЦНМ представляет из себя не такую сплоченную, как ранее, организацию. Не исключаю, что могут иметь место внутренние конфликты и борьба за власть. Нам это на руку. Но уповать на то, что они сами друг друга перебьют, я бы не стал. Нам же нужна территория для выхода за пределы комплекса, и Дубна нам бы очень подошла. Вот только это вряд ли сочетается с планами сектантов. Уверен, что среди присутствующих, да и жителей всего комплекса, вряд ли найдутся желающие жить в том религиозном мракобесии, которое описал Рыжов. Мы же, напротив, несем с собой свет цивилизации в прямом и переносном смысле. Технологии доктора Гинингер здорово помогут нам в восстановлении хотя бы небольшого клочка цивилизации. Для начала. По мнению Рыжова, жителям Дубны не нравится жизнь при секте, но они боятся высказывать свое недовольство. И их можно понять. Поэтому здесь мы имеем потенциал поддержки. Я имею ввиду, что если мы зайдем в город вместо сектантов, то получим поддержку народа. По информации Рыжова, на сегодняшний день вооруженных сектантов в городе всего человек сто. Они кое-как охраняют территорию, но уровень подготовки у них разный и в целом не очень высокий. У меня в распоряжении немногим меньше людей, но их уровень на порядок выше. В этом я уверен. Если грамотно подготовимся, сможем занять город малой кровью. Возможно, вообще без потерь. Сложность в другом: как его удержать потом?

– Ближайшие крупные силы сектантов расквартированы в Твери. Там же находится один из их верховных лидеров и бывших соратников Михаила – некий Апостол Николай. Кроме того, в районе Дубны орудует банда Тарасова. О нем я уже говорил, – отрапортовал Руслан.

– О! – улыбнулся Смотров. – Руслан уже совсем как солдат говорит. Коротко и по сути. Молодец!

– Лучше бы он и дальше как юрист говорил. У него слишком светлая голова, чтобы гробить ее на вашу солдафонщину, – бросила Маргарита, немало удивив таким замечанием Руслана.

– К сожалению, – Руслан грустно улыбнулся, глядя Маргарите в глаза, – время такое, что юристы не очень востребованы. От солдата сейчас больше пользы будет.

– Вот видите, – подхватил Смотров, – его светлая голова прекрасно оценивает ситуацию. Без нашей солдафонщины вы не протянете следующие полтора года. Придется идти на поклон к местному митрополиту. А что он с учеными делает, вам уже сообщили. Так что, давайте справедливо оценивать вклад каждого в наше общее будущее и не навешивать ярлыки. – Смотров перевел дух. – Так на чем мы остановились? Ах да. Защита города. Не буду занимать много времени, скажу лишь, что я сейчас изучаю генеральный план Дубны на предмет строительства укреплений, ограждения территории и прочего. Но очевидно становится одно: нам нужно больше вооружения. И больше подготовленных людей.

– И где же вы планируете взять вооружение?

– Там, где и положено храниться оружию – в арсенале относительно недалеко от нас, – Смотров вывел на монитор карту местности и ткнул указкой в неприметный кружок. – По моей информации, на этой базе могли храниться новейшие образцы вооружения. Не исключен риск, что нас опередили и с базы уже все интересное вынесли. Например, те же военнослужащие, которые были расквартированы на базе или, в худшем случае, сектанты. Но рискнуть стоит хотя бы потому, что если оружие еще на месте, то лучше уж им завладеем мы, чем кто-то из наших потенциальных противников.

– Мне кажется, вы что-то не договариваете, – Маргарита подозрительно прищурилась. – Какое такое ценное оружие там хранится? Чего вы боитесь?

– Повторюсь: я не знаю наверняка, я лишь подозреваю, что арсенал на этой базе использовался для хранения самых последних разработок оборонпрома. Я могу даже предположить, – нехотя выдавил из себя Смотров, видя, что его обтекаемые отговорки Маргариту не успокоят, – что такие образцы могли включать в себя портативные ядерные заряды и лазерное оружие.

– Людям мало того ядерного оружия, которым уже чуть не уничтожили планету? – возмутилась Маргарита.

– Вопрос риторический, – отрезал Смотров. – Ядерное оружие для наших целей определенно не подходит. Перед нами не стоит задача уничтожить противника любой ценой. С такой задачей оно бы справилось «на ура». Но у нас другая цель – занять ту территорию, те населенные пункты, которые сейчас заняты нашим противником. И обеспечить защиту этой территории. Поэтому нам и нужно забрать оружие себе, чтобы оно не досталось кому-то другому. Иначе в радиоактивный пепел могут превратить нас.

– А если им уже завладел кто-то другой? Не знаю, что такое портативное ядерное оружие, но звучит устрашающе, – возмущение на лице Маргариты плавно перетекло в обеспокоенность. Ее чувства разделяли все, включая Руслана.

– Тогда нам не повезло, – небрежно ответил Смотров. – Но даже в этом случае, нам лучше об этом знать. Поэтому ехать нужно безотлагательно.

– Ну что ж, спасибо, Сергей Васильевич, что поставили нас в известность. Теперь мы все будем спать спокойнее. Коллеги, ни у кого нет возражений против продолженных господином Смотровым мероприятий? – спросила Маргарита. Возражений не было. – Тогда я хочу кое-что добавить от себя. Мы с Владимиром Павловичем несколько продвинулись в нашей работе над оптимизацией устройств для передачи энергии. Думаю, все помнят, что основной проблемой является сложность и громоздкость оборудования. Особенно это касается ресиверов, то есть оборудования для приема и распределения энергии. Сейчас мы работаем в условиях жесткого дефицита не только комплектующих, но и в информационном вакууме. Мы не имеем возможности обмениваться информацией с коллегами, которые остались вне комплекса. – По лицу Маргариты пробежала тень сожаления, но она тут же вернула контроль над собой. – Тем не менее мы получили неожиданное подкрепление со стороны наших американских коллег, которые остались на комплексе и сейчас работают вместе с нами. И во многом благодаря их, как говорят на английском, инсайтам, мы близко подошли к решению этой задачи. Не буду вдаваться в технические подробности, но изменив лишь один из базовых элементов нашей системы, нам удалось существенно продвинуться вперед.

– Это отличные новости! – воскликнул Мичурин. – Мои поздравления, коллеги!

– Поздравлять нас еще рано, – ответил ему Козинский, – но нам действительно удалось сдвинуться с мертвой точки. Вчера мы впервые приняли порцию энергии со станции на совсем компактный прибор, – Козинский развел руки примерно на полметра, изображая размеры прибора. – Правда прибор перегорел, не выдержав нагрузки. Но то, что нам в принципе удалось принять энергию на такое мизерное устройство – уже прорыв. Уверен, мы найдем решение и этой проблемы. Только бы комплектующих хватило.

– На этой прекрасной ноте я предлагаю завершить сегодняшнее собрание, – сказал Смотров, когда тишина затянулась. – Я сообщу всем членам Совета, когда будут новости.

Глава 19

Смотров, явно куда-то спеша, первым покинул переговорную. Руслан быстрым шагом догнал его и, продолжая шагать в ногу, дождался, пока полковник заговорит.

– Чего тебе, Русик? – буркнул Смотров, косясь на Руслана недоверчивым взглядом.

– Я хочу участвовать в операции.

– В какой? – спросил Смотров, будто не понял, о чем речь. А может, он и в самом деле планировал несколько операций, а Руслан знал лишь об одной?

– В поездке на базу.

– Тебе что приключений мало? Это может быть опасно.

– Сейчас везде опасно. Я уже привык.

– А как же твоя дочь? – они вошли в лифт и Смотров соизволил повернуться к нему лицом. – Ты не боишься ее без отца оставить?

– Для нее я это все и делаю. Я не хочу, чтобы ей пришлось жить в фанатичном обществе или на северном полюсе. Да, черт возьми, я хочу, чтобы у нее была такая возможность – жить. И не могу сидеть без дела, пока снаружи мир окончательно скатывается в бездну.

Смотров хмыкнул:

– Похвально. Из тебя будет толк, Руслан. Ты одарен природой, учишься быстрее, чем кто-либо из моих ребят, и крайне мотивирован.

– Спасибо, – выдавил Руслан, впервые услышав от Смотрова похвалу. – Это значит, вы меня берете?

– Ну, если ты готов выезжать через час, то беру.

– Честно говоря, я еще на совете подумал, что вам и сообщать о своем решении было не обязательно. Вы все распланировали, зачем вам разрешение совета…

– Я ж не диктатор какой-то. Это было бы неправильно. Тем более риск действительно велик, и о нем должны знать остальные. Доверие сейчас очень важно для выживания нашей маленькой коммуны. Ты же понимаешь, что мы сейчас суем голову в пасть льву? Если нас кто-то опередил – сектанты или местные бандюки – они вполне могли обосноваться на этой же базе. Возможно, нам даже придется пойти на боевое столкновение, в котором уцелеть могут не все. Ты к этому готов?

– Готов, – мрачно и не совсем уверенно ответил Руслан.

– Ты людей раньше убивал?

Руслан вздрогнул:

– А вы?

– Не отвечай старшему по званию вопросом на вопрос! – отчеканил полковник. – За меня можешь не беспокоиться, я прекрасно осознаю, на что иду. Да-да, операцию возглавлю я лично. А вот ты, похоже, не понимаешь, что нас может ждать. Поэтому я спрошу еще раз: ты уверен, что хочешь поехать? – Смотров остановился и испытующе уставился Руслану в глаза.

– Уверен, – произнес Руслан после нескольких секунд молчания. – Надо же с чего-то начинать.

– Хорошо. Тогда через сорок минут жду у себя в кабинете. Пятнадцатиминутный бриффинг – и выезжаем.

***

Перед выездом Руслан заглянул в садик. Заходить не стал, привалился плечом к стене и через стекло наблюдал за тем, как его дочь играет с другими детьми. Слова Смотрова напугали его. А вдруг им и правда придется вступить в бой, и он, как самый зеленый, допустит ошибку и погибнет? И никогда больше не увидит Машу, оставит круглой сиротой. Руслан подавил в себе мрачные мысли, оттолкнулся от стены и уверенным шагом направился к Смотрову.

База находилась в семидесяти километрах к северо-западу от Агарты. Смотров спланировал дорогу так, чтобы им не нужно было проезжать через крупные населенные пункты – лишь мелкие села да хутора. Люди Смотрова предусмотрительно провели разведку по маршруту почти до самой базы, поэтому сложностей на пути не ожидалось.

Выехали пятью машинами – по три человека в каждой, экономя место для возможной добычи. Одна машина с небольшим отрывом шла впереди остальных, держа связь по рации и предупреждая обо всех подозрительных и потенциально опасных местах. К полудню прибыли на место. По уже сложившейся схеме машины спрятали в лесу, не доехав до предполагаемого местоположения базы. Подкрались близко и залегли на холме.

– Внешне очень похоже на наш комплекс, только наружных зданий больше, – констатировал Руслан, глядя в полученный от Смотрова бинокль на цель. Сам объект спрятался в небольшой низине, со всех сторон окруженной неправильным кольцом поросших лесом невысоких холмов. Тот же бетонный забор с колючей проволокой, те же серые, угрюмые здания неопределенного года постройки. От ворот базы уходила усыпанная утрамбованным щебнем дорога, плавно переходящая в обычную проселочную. С этого расстояния база казалась пустой, никакого движения за забором не наблюдалось. – Она и должна быть такая маленькая? Я ожидал чего-то более масштабного.

– Да, ты прав. Очень уж похоже на наш комплекс. Странно, – пробубнил себе под нос Смотров. – Хитрый, Серб, что у вас? – спросил он по рации. Их небольшой отряд Смотров разбил на три группы по пять человек. Одну группу он возглавил сам, а старшими в двух других назначил Женю Хитрова и Леху Ковача – здоровенного парня с черными волосами и большим носом по кличке Серб. Руслан знал Серба по совместным тренировкам, они иногда занимались в паре. Парнем он был неплохим, но темпераментным, из-за чего имел склонность излишне заводиться во время спаррингов, переводя их на грань между тренировкой и настоящей дракой. Бывало, он из таких драк выходил изрядно помятым, но чаще доставалось Руслану, Серб все же был поопытнее.

– У нас ничего интересного, – прогудел Ковач, чья группа обходила объект по часовой стрелке.

– У нас тоже, – отозвался Хитров, ведущий свою группу в обход базы с другой стороны. – Как-то этот объект мелковат для военной базы.

– Какие все наблюдательные, – проворчал Смотров. – Кто-то видит места возможного проникновения, кроме центральных ворот?

– Нет, товарищ полковник, с моей стороны забор глухой, – отчитался Хитров.

– С моей тоже глухо, – эхом ответил Серб.

– Тогда остаются только ворота. Серб, бери своих и иди к воротам. Мы прикрываем с фронта. Хитрый, вы прикрываете с тыла. Смотрите в оба за любыми признаками движениями на базе. И рассредоточьтесь.

– Есть, – хором ответили оба.

Когда все заняли позиции, группа Серба вышла из леса и трусцой направилась к воротам базы.

– Здесь есть следы от колес, – раздался в наушниках голос Ковача. – Щебень утрамбован плотно, но поверх него видна грязь от шин. Если с зимы здесь никого не было, то ее уже должно было смыть.

– Хреново. Осмотрите ворота. Если это были незваные гости, то ворота должны быть взломаны. Если нет, значит на базе кто-то есть.

– Ворота целы, – доложил Ковач через минуту. – Стоят крепко, не сдвинешь. Здесь скрытая камера встроена в примыкание к забору. Возможно есть другие.

– С моей стороны пока активности никакой, – вклинился в разговор Хитров.

– Срезайте проволоку на воротах, – скомандовал Смотров.

Ворота были значительно ниже забора, но все еще составляли больше двух метров в высоту. Руслан видел, как один из бойцов влез на плечи другого и, ловко орудуя инструментом, срезала всю колючую проволоку на одной створке ворот.

– Хорошо. Теперь за ворота. Мы вас прикрываем, но из-за высоты забора видимость ограничена. Смотреть в оба и рацию не отключать, чтобы мы, как минимум, слышали, что у вас происходит.

Эфир заполнился негромким сопением ребят Серба. Одна за другой фигуры скрылись за воротами базы, Серб шел последним.

– Пока все чисто, – доложил он, исчезнув из поля зрения.

– Хитрый, ты их видишь?

– Да, в этой части двор хорошо просматривается. Никакого другого движения.

– Какая-то тень только что мелькнула в окне двухэтажное строение, второе от вас, – предупредил кто-то из группы Хитрова.

– Снайперы, все внимание на окна! – скомандовал Смотров.

– Ничего… да, я тоже вижу! Угловое на стыке южной и западной стен. Второй этаж, – раздался еще один голос.

– Не стрелять! Серб, уйдите из зоны поражения, но виду, что вам известно о чужом присутствии, не подавайте.

– Мы сейчас за углом ангара. Окна грязные, внутри темень. Не видно ни хрена, – через несколько секунд ответил Серб.

Серб прятался за углом постройки – одноэтажной, широкой и вытянутой, с несколькими боксами. Ворота одного из боксов были приоткрыты. За ангаром виднелось то самое двухэтажное административное здание – Руслан про себя назвал его штабом – в окне которого заметили движение. За штабом едва просматривался одноэтажный, вытянутый барак с двускатной крышей и чередой окон. Вдоль противоположного забора протянулось длинное темное строение в форме перевернутой буквы Г. Со своего ракурса Руслан мог видеть лишь его плоскую крышу да кусок задней стены, выступающей поверх забора. Возможно, это был тот самый арсенал, ради которого они сюда явились. Строения были разделены широким асфальтированным плацом.

– Вы сейчас за торцом гаража, огибайте его по лицевой стороне и входите в один из боксов. Если будете двигаться вплотную к стене, то из двухэтажного здания вас не будет видно. – Секунду помолчав, Смотров добавил: – есть еще вариант обойти большое здание справа по периметру и зайти к двухэтажному с тыла. Но до него нужно еще добежать по открытому пространству.

– Это большое здание скорее всего и есть арсенал. Он выглядит закрытым. Окон у него я тоже не вижу. По идее из него нас видеть не должны. Пойдем в бокс, – ответил Смотрову Серб.

Через несколько секунд в поле зрения мелькнули крадущиеся вдоль боксов тени, которые по очереди скользнули в незакрытые ворота.

– Боксы соединены между собой в один большой ангар, – приглушенным голосом рапортовал Серб. – Тут тьма кромешная… А вот и внедорожник с грязью на шинах. Следы свежие. Здесь точно кто-то обосновался.

– Надо же… внимательный… – донесся едва уловимый голос. – Руки! Оружие на пол, сука… я … на пол…

От осознания происходящего у Руслана волосы на затылке встали дыбом: группа Серба попала в засаду!

– С кем я говорю? – пробасил нисколько не смущенный Серб.

– Я не ясно… на пол! – голос незнакомца стал чуть громче, но все еще был едва слышим.

– У меня в руке термическая граната, – ледяным тоном ответил Серб. – Выстрелишь в меня или кого-то из моих людей, я тут всем братский крематорий устрою.

Руслан, у которого гранат при себе не было, вопросительно посмотрел на Смотрова. Тот кивнул. Несколько очень напряженных секунд рация передавала лишь учащенное сопение бойцов из группы Серба.

– Из черного хода двухэтажки вышли двое. Вооружены. Заходят за спину Сербу, – доложил Хитров. Через мгновение из-за угла гаража выглянула голова в громоздком шлеме.

– У них приборы ночного видения, в темноте у них тактическое преимущество. Вопрос – раскрывать ли им наши преимущества? – Смотров сжал губы и недовольно сплюнул. – Серб, можешь сказать им о прикрытии. Но без деталей.

– Ты думаешь, что, если мне выстрелят в спину, а не в лицо, граната не взорвется? – обратился Серб к невидимому собеседнику. – Хотел бы я сейчас видеть твою рожу. Думаешь, вы тут самые умные? Петушкам своим скажи, чтобы так и стояли за углом, лицом к стене. Если они, конечно, не хотят, чтобы их сняли мои снайперы.

– Вы кто на хер такие?! – голос незнакомца стал значительно громче. Напускная агрессия из него ушла, а на замену ей пришло вполне откровенное раздражение.

– О-о-о, – протянул Серб, – да ты осмелел и подошел поближе. Может даже личико свое покажешь? А, Гюльчатай?

– Серб, не заигрывайся, – рыкнул Смотров.

– Я смотрю, тебе нос уже ломали, – не остался в долгу незнакомец. – Но некоторых жизнь не учит… Я повторю свой вопрос: вы кто такие?

– Алексей Ковач, седьмой полк специальных операций. Теперь я повторю свой вопрос: с кем я говорю?

– Надо же, так мы коллеги. Кто у вас старший?

– Ты из этнического подразделения евреев, что ли? У вас все вопросами на вопрос отвечают? Коллега, – хмыкнул Ковач.

– А у вас полк антисемитов-остряков? Кто старший? Я хочу говорить с ним.

– Ковач, переведи рацию в режим трансляции, чтобы меня слышал твой собеседник, – сказал Смотров.

– Сделал.

– Что ты там сделал, в штаны себе? А, это ты своим крысятам по рации, – говоривший явно привык командовать и говорить с остальными снисходительным тоном.

– Говорит полковник вооруженных сил Российской Федерации Сергей Смотров. С кем имею честь?

– И в каком году Бледный закончил академию ФСБ? – недоверчиво спросил незнакомец после непродолжительного молчания.

Руслан удивленно посмотрел на командира, про себя отмечая, что Смотров-таки оказался ФСБшником. И что кличка вполне ему подходила. Смотров и сам несколько опешил от такого вопроса, но мгновенно взял себя в руки.

– Я знаю только одного выпускника академии, который всегда отвечает вопросом на вопрос, – узкие губы Смотрова растянулись в улыбке, а глаза подернулись дымкой воспоминаний. – Когда я видел его в последний раз, он носил три звездочки на погонах и не позволял себе таких дерзких высказываний в адрес старших по званию. Тебя повысили, Изя?

– Ха! А ты думал, я всю жизнь капитаном буду? Давай к нам, милости просим. Ворота сейчас отопрут. Да убери ты уже свою гранату! – с раздражением проговорил некий Изя, обращаясь уже к Ковачу.

Из основного входа в гараж вышел человек и сразу же исчез за воротами. Через несколько секунд одна из створок, дернувшись, отъехала в сторону.

– Ковач, вырубай шарманку, – сказал Смотров. Дождавшись подтверждения, он встал и направился к воротам. – Русик, ты со мной. Хитрый, отправь одного из своих, чтобы выглядело так, что это он засек тех двоих и сообщил Ковачу. Остальным оставаться на местах и не выдавать присутствия.

– Вы ему доверяете? – спросил Руслан, когда они со Смотровым приближались к воротам.

– Я никому не доверяю, – Смотров покосился на Руслана. – Ты что, не понял еще?

– Понял. Поэтому и удивился, когда вы так просто приняли приглашение своего знакомого.

– Во-первых, там Серб. А я своих не бросаю. Во-вторых, мы сюда пришли за вполне конкретными вещами. И я их намерен получить. А там глядишь, может, и джек-пот сорвем. Надо разобраться, что у них здесь к чему. Пока могу сказать одно: если Изя здесь за главного, то есть шанс, что мы договоримся. Ну а в-третьих, у меня тоже есть термические гранаты, – добавил Смотров после недолгого молчания. – Но не думаю, что до этого дойдет.

Дождавшись третьего у ворот, они вместе прошли на территорию базы. На входе их взглядами исподлобья встретили двое солдат. Руслан представил себе свое лицо сейчас, наверняка дружелюбия в нем было не больше, чем у встречающих.

Группа Серба стояла у входа в бокс, Серб продолжал сжимать в руке гранату. Вместе с ними гостей ожидали четверо бойцов в полной экипировке с массивными шлемами, приборы ночного видения за ненадобностью приподняты. Двоих Руслан опознал, как тех, что пытались зайти Сербу с тыла. Значит оставшиеся двое – это те, кто устроил им засаду в боксе. Один – молодой, спортивный, почти как Серб ростом. Второй – старше и значительно ниже, более грузный, миндалевидные темные глаза с лукавым прищуром и гуляющая полуулыбка на лице. Изя.

– Ну здорова, – сказал Смотров, остановившись в шаге от своего знакомого.

– Здоровее видали, – хихикнул Изя и, словно продолжая свою шутку, смерил Руслана взглядом. – Как этот шкаф, например. Без телохранителей уже не ходишь? Стареешь, Бледный.

– И я рад тебя видеть, Изя.

– Не то, чтобы я не отвечал тебе взаимностью, но однозначно сказать не могу, пока не пойму, что ты тут забыл, и в чем моя выгода, – Изя, не спуская глаз со Смотрова, широко улыбнулся. – Ты ведь понимаешь, что я понимаю, что ты не взял с собой всех своих бойцов? Кто-то из них сейчас наверняка смотрит на меня через снайперский прицел и слушает через ваши рации.

Смотров молча пожал плечами.

– Ты ведь понимаешь, что точно также смотрят сейчас на тебя мои бойцы? Подстрелят меня или кого-то из моих, у вас всех по сквозному отверстию прибавится. Как говорится, в одно ухо влетело, из другого вылетело, – Изя говорил с совершенно неуместным в такой ситуации задором, но получалось у него вполне естественно.

– Изя, – Смотров всем видом показывал, что представление его старого сослуживца не производит на него никакого впечатления, – ты закончил уже с прелюдиями? В нашем возрасте можно обойтись и без них. Давай к делу.

– Узнаю своего старого угрюмого товарища, – улыбка Изи стала шире, но потом за секунду испарилась, а веселье в глазах сменилось угрозой. – Так какого хера тебе нужно на моей базе, гость из прошлого?

– Будем здесь говорить, или угостишь старого товарища чаем в своем кабинете?

– Чаем, говоришь? – Изя еще секунду взвешивал ситуацию, затем на его лице произошло очередное преображение, превратив его в радушного хозяина. – Конечно! Отчего же не выпить? Что мне, чаю жалко для старого друга?

– Тебе всегда всего жалко, Изя, – будничным тоном сказал Смотров, следуя за ним. – Лучше сразу скажи, сколько он стоит. – Затем Смотров обернулся к Сербу. – Оставайтесь здесь до дальнейших распоряжений. И никаких конфликтов!

– Что ты, какие конфликты? У нас никто не конфликтует! – воскликнул Изя, а затем уставился на одного из тех, кто встречал Руслана у ворот, и строго спросил: – правда, Быков?

– Э… Конечно. Правда, товарищ подполковник, – лишь не секунду замялся Быков, перед тем как отчеканить ответ.

– Хорошо, – Изя вновь стал самим добродушием. – Пошли, Сереж, потолкуем.

Когда два командира скрылись за дверью двухэтажного здания во дворе повисла тишина. Серб наконец убрал гранату и сложил руки на груди, став словно статуя капитана на носу корабля. Гордости и философской задумчивости в его устремленном вдаль взгляде позавидовал бы любой моряк. Местные вели себя примерно так же, стараясь не замечать своих оппонентов и тихо переговариваясь между собой. Только Быков недобро рыскал глазами по лицам приезжих, пытаясь зацепиться за чей-нибудь взгляд. Наконец его глаза нашли лицо Руслана и впились в него. Руслан попытался игнорировать, но наглая рожа Быкова и его самоуверенные повадки напомнили ему сектанта. Того, что, веселясь, убил его семью. У Руслана вспыхнуло в груди, и он повернулся к Быкову всем корпусом. Невысокий, лысый, шрам на лице. Очень похож. Правда сектант был тощим, а у этого шея, как у быка.

– Ты что-то хочешь мне сказать? – процедил Руслан.

– О, борзый что-ль нашелся? – в голосе Быкова звучала смесь удивления и радости. – Я бы вам, уродам, сказал, да ты ж видел, начальник запретил мне говорить, что я о вас, мразях, думаю.

– Тогда отвернись и закрой хлебало, – ледяным тоном ответил ему Руслан.

От удивления у Быкова брови полезли на затылок. Окружающие насторожились, но никто не вмешивался. Быков тряхнул головой, словно приходя в себя после пропущенного удара, и размашистым шагом направился к Руслану. При этом он скорчил такую гримасу злости и ненависти, которая, вероятно, должна была напугать Руслана. Когда между ними осталось менее двух метров, Руслан небрежно бросил:

– Подойдешь ближе, я тебя ударю. Не гарантирую, что не убью. – Быков в нерешительности остановился, продолжая угрожающе смотреть на Руслана и ожесточенно сопеть. Руслана тоже завелся. Он хотел драки, хотел размазать это самоуверенное быдло, раздавить его, порвать. Удивляясь неразумности собственного поведения, он уже представлял, как Быков делает еще шаг, давая повод атаковать. Но Быков замер и, к разочарованию Руслана, не двигался с места. – Надеюсь, у вас тут есть хороший ветеринар, – Руслан говорил громко, чтобы его слышали все. – Он понадобится этому животному, если оно рыпнется с места. Ну? – обратился Руслан к Быкову. – Куда же делся весь твой гонор? Я так и думал, – он разочарованно махнул рукой. – Ты просто типичный бык, даже не бык, а теленок. «Обосрался и стой» – вот и все, что могут такие телята.

Быков открывал рот, не в состоянии подобрать подходящего ответа, но и двигаться с места не решался. Руслан, всем видом демонстрируя разочарование и презрение, отвернулся от Быкова, встав к нему боком, но продолжая следить краем глаза. Серб улыбался, гордый за товарища, и подмигнул ему, когда их глаза встретились. К своему удивлению Руслан отметил, что коллеги Быкова тоже не могут сдержать улыбок. Видимо, его здесь не особенно жаловали.

Немая сцена длилась недолго. В воротах появилась новая фигура. Молодой парень в небрежно расстегнутой военной форме неуверенным шагом прошел в открытый проем.

– Что это с ним? – пробормотал один из людей Изи.

– Саня, ты что самогон где-то нашел? – Быков наконец оправился от произошедшего и попытался сместить внимание на новичка, неспешно двинувшись в его сторону. – Ты пьяный? Сам все вылакал, небось?

Паренек посмотрел на них отсутствующим взглядом, постоял несколько секунд и двинулся к ним словно на чужих ногах. Еще двое его товарищей шагнули ему навстречу вслед за Быковым. Предвкушение схватки сменилось предчувствием чего-то плохого. Не так ходят пьяные. Их движения вязкие, обрюзгшие, словно из последних сил. Этот двигался как-то резко, то валясь вперед, то дергая руками и корпусом назад. Голова парня существовала как будто отдельно, практически висела в воздухе сама по себе, в то время как тело будто танцевало вокруг нее. У Руслана щелкнуло в памяти:

– Прочь! – закричал он. – В сторону от него!

Двое местных удивленно развернулись к Руслану. Быков же проигнорировал предупреждения Руслана и, что-то бормоча, двигался к товарищу. В сопровождении изумленных взглядов, Руслан рванул с места. Быков протянул руку к вновь прибывшему, чтобы придержать его. Прибывший захрипел и начал трястись, будто наступил на оголенный электрокабель. Руслан на лету врезался в Быкова, схватил его за шиворот и потащил за собой, стараясь максимально разорвать дистанцию с зараженным и уйти от него в сторону. Через секунду раздался мерзкий чавкающий хлопок и напротив того места, где только что стоял новичок, в воздухе повисло черно-красное облако. Руслан оказался за пределами облака, но оттащить Быкова на безопасное расстояние не успел.

– Это что за херня?! – провизжал Быков, судорожно размазывая останки товарища по лицу. – Вы что сделали с Саней?!

– Это не мы, – угрюмо ответил Руслан. Если их теории окажутся верны, то Быков обречен. – Вы что не знаете, что в зоны заходить нельзя?

– Какие зоны? – спросил другой солдат, бледный как смерть. Его товарища, который стоял рядом, вырвало.

– Такие, с высохшими деревьями и черными сферическими наростами! – раздраженно ответил Руслан.

– Мы ничего не знаем ни про какие зоны! Саня просто за грибами пошел. Жратва заканчивается уже. Из сел стащили все, что было. Вот мы и решили по очереди ходить в лес…

– Ты бы пасть свою заткнул, – проревел на него невесть откуда появившийся Изя. На его лице не было и следа прежнего радушия. Из-за его спины выглядывал Смотров, с интересом рассматривающий оседающее облако. – Это что такое?! – выкрикнул Изя, тыкая пальцем на развороченный труп своего бывшего подчиненного.

– Это то, что я пытался тебе сказать, Изя. Только ты не слушал, – поучающим тоном ответил ему Смотров. – Теперь можешь сам все лицезреть.

– Это ты подстроил?! – срываясь на крик, Изя развернулся к Смотрову. – Чтобы убедить меня, что твои истории не выдумка?

– У вас здесь зона совсем недалеко… – начал было Смотров, но Изя не дал ему закончить.

– А ты откуда знаешь? Вы давно здесь отираетесь?! – агрессия командира передалась его подчиненным. Местные вояки подобрались и поудобнее перехватили оружие.

– Ты только горячку не пори, – Смотров поднял руки, пытаясь успокоить Изю. – Я пытался тебе рассказать, но ты же слушать не хотел и все время перебивал.

– Так рассказывай сейчас!

– Допускаю, что перед катастрофой все смотрели новости, и что такое Немезида объяснять не нужно?

– Не нужно, – буркнул насупившийся Изя. – Мы хоть и в глуши сидим, но не совсем отсталые.

– Вот и хорошо. Вернее, хорошего мало. Все говорит о том, что эта космическая тварь заразила нашу планету какими-то паразитами, которые высасывают из нее жизнь. По всей планете распространились зоны, в которых вымирает вся растительность. Любое зашедшее в зону живое существо заражается и несет инфекцию дальше. Как вот этот молодой человек, – Смотров кивком указал на лежащее в нескольких шагах изувеченное тело.

При этих словах все замерли и уставились на Быкова.

– Ребят? Вы чего? – пролепетал Быков и попятился к воротам. – Да он вам какую-то дичь гонит.

– Быков, сделаешь еще шаг – в любом направлении, – я тебя лично пристрелю. Стой, где стоишь. – Уверенность в голосе Изи не оставляла места для сомнений в реальности его угрозы. – Не спускать с него глаз, – бросил он своим бойцам и вновь повернулся к Смотрову. – Продолжай.

– Так вот, зоны. На юге они появились сразу после катастрофы. К нам добрались, лишь когда сошли снега. Мы видели, как зарождалась одна из них…

– Постой, – перебил его Изя, – а откуда вам известно, где расположены эти зоны, и как они распространяются? Вы установили контакт с другими базами?

– Нет. В контакт мы пока ни с кем не вступали. Если не считать вас. Распространение зон мы можем оценивать по снимкам, которые регулярно получаем со станции.

– С какой еще на хрен станции?! – Изя опять сорвался на крик. – Что ты мне тут впариваешь?

– С орбитальной станции. – Смотров говорил спокойно и терпеливо, полностью игнорируя эмоциональные всплески своего знакомого. – Той самой, которую построили американцы. Мы ее контролируем.

Лицо Изи стремительно меняло цвет, наливаясь багрянцем, как осенняя листва.

– Ну вот, ты опять меня не слушаешь, – Смотров разочарованно развел руками.

– А ты сам себя слушаешь?! Ты понимаешь, какую ахинею ты несешь?

– Изя, мы с тобой сейчас находимся на секретной военной базе. Ты, кончено, можешь все отрицать, но я-то знаю, что за этими непримечательными сараями кроется секретный военный объект. Я также знаю, что здесь хранились образцы последних разработок нашего военпрома. – Смотров сделал паузу, но в этот раз Изя не спешил перебивать. – Неужели ты думаешь, что это единственный уцелевший секретный объект?

– Я видел, куда били китайцы, пока связь не прервалась, – после недолгой паузы ответил Изя. Его взгляд потупился, в голосе слышалась горечь. – Они будто знали расположение всех наших баз и ракетных шахт. Я тогда уже с жизнью попрощался. Все ждал, когда нас накроет. Да вот не дождался.

– И нас не накрыли. Но нам повезло не только в этом. Нам еще за считанные минуты до первых ударов посчастливилось установить контроль над орбитальной станцией. С помощью американцев, конечно. У нас с ними был совместный проект, но это уже другая история.

– И зачем же вам сдалась эта станция? Чтобы подглядывать за другими? Какой с нее толк? И как вам вообще удается этим заниматься без электричества. Или ты мне сейчас заявишь, что на вашей секретной базе еще море топлива для генераторов? – Изя продолжал изображать недоверие, но в его глазах скользнул интерес, а тон стал менее агрессивным.

– Топлива мало совсем, но оно нам не сильно нужно, – загадочно улыбнулся Смотров. –У нас, скажем так, более прогрессивные методы.

– И зачем же вы из своего оазиса к нам приперлись тогда?

– Я слышал, что у вас может быть то, что нужно нам. Да и боеспособные ребята нам тоже не помешают.

– Это еще для чего? – вновь насторожился Изя.

– Как тебе сказать. Для экспансии, что ли.

***

На территории базы действительно оказался небольшой подземный бункер, но он представлял собой вместительное и хорошо организованное хранилище, а не полноценный комплекс типа Агарты. На момент катастрофы на базе находился контингент из семидесяти трех военных. Хоть база и не планировалась как убежище на случай войны, подполковник Эдуард Фридман, он же Изя, умудрился провести вверенный ему персонал сквозь чудовищную зиму без потерь. Смерть зараженного во дворе базы была первой за долгие месяцы, однако этим печальные события для жителей базы не ограничились бы, не явись к ним группа Смотрова. Ко времени их приезда ситуация на базе сложилась плачевная. Солдаты доедали остатки провианта, а топлива осталось только на пару вылазок. Энергоснабжение базы прекратилось сразу после первых ударов, поэтому пара имеющихся на базе электромобилей представляли из себя кучу бесполезного лома. Как и лазерное оружие.

Портативных ядерных зарядов на базе не оказалось. Изя утверждал, что их никогда здесь и не было. А вот десять единиц лазерного оружия ожидали своего часа в самом дальнем сейфе поземного хранилища. Красивое, блестящее и такое же бесполезное, как электромобили. Проблема этого оружия была в том, что для произведения одного выстрела требовалось огромное количество энергии. В новых реалиях такое оружие вряд ли могло принести пользу своим владельцам, если только они не имели в своем распоряжении мощный источник энергии. Так уж сложилось, что Агарта доступ к необходимым ресурсам имела. Так уж сложилось, что Смотров снова все просчитал. Это одновременно раздражало и восхищало Руслана. За его бесцветными, неприязненными глазами скрывался тонкий, расчетливый ум. Руслан вдруг осознал, что, несмотря на всю былую неприязнь, он начал видеть в Смотрове лидера и доверять его решениям.

Переезд занял несколько дней. Вместе с лазерным оружием на Агарту переехал весь личный состав во главе с подполковником Фридманом, которого Смотров назначил своим заместителем. Быкова тоже перевезли. Через несколько часов после инцидента он изменился и стал вести себя, как зараженная, которую Руслан с товарищами встретили возле Дубны. Быков стал вялым и все время твердил, что ему нужно идти на зов. Ничего не оставалось, кроме как связать его и в багажнике перевезти на Агарту. Поселили Быкова в одной камере с зараженной.

Адаптация новых жителей на Агарте проходила на удивление гладко. Их недоверие начало испаряться, как только их хорошо покормили. Бойцам Смотрова тоже не потребовалось много времени, чтобы разглядеть в новоприбывших своих боевых товарищей. Не последнюю роль в их адаптации сыграл Смотров, он недвусмысленно дал понять подчиненным, какого поведения он от них ожидает, а какого не потерпит. Полковник старался быстро вводить новичков в курс происходящего, для чего приказал участить рейды и обязательно включать в них новоприбывших. Тем временем сам Смотров и его старый товарищ приступили к планированию операции по захвату Дубны.

Глава 20

– Я смотрю, у вас сплошь передовые технологии, – хохотнул Артем, глядя на начертанную кривым почерком Рыжего надпись на заборе. Артем был человеком Фридмана. В состав разведгруппы его включили недавно.

– А я смотрю, вы там юмористы все, как на подбор. Прям комик-полк специального назначения, – не остался в долгу Женя.

– А как без юмора в такое время выжить можно? – Артем вмиг стал серьезнее. – Это вы тут в изобилии живете. А мы на своей базе последний хрен без соли доедали. Даже не знаю, чем бы это могло закончиться, если бы вы не объявились.

– Ладно, проехали, – Женя махнул рукой, отгоняя неприятную тему. – Рыжов назначил встречу на четырнадцать, а значит, – он сверился с часами, – у нас еще больше трех часов.

– Покажите мне зону, – вновь оживился Артем. – Это ведь недалеко?

– Недалеко. И нам все равно нужно ее осмотреть. Пошли. Всем надеть противогазы, – скомандовал Хитров.

За прошедшую неделю зона расширилась. Внутри нее деревьев практически не осталось, лишь кое-где торчащие из серого грунта, потемневшие обломки с шарообразными наростами. Полусфера в центре зоны тоже увеличилась и составляла уже несколько метров в диаметре.

– Да-а, – протянул Артем. – Дела. А это те самые штуки, под которые лучше не заходить? – он указал пальцем на ближайшее дерево со сферическим наростом.

– Если жизнь тебе дорога, то лучше не заходи, – ответил Хитров, поворачиваясь спиной к зоне и лицом к Артему.

– А я слышал, что один из ваших зашел под такую и выжил.

– Просто паразит у него мозга не обнаружил, чтобы им управлять, – вставил Витя Бойко, и они с Хитровым весело захрюкали сквозь противогазы.

– Он был в полной защите, – пояснил Руслан и постучал пальцем по своему противогазу. – Если бы не экипировка, с ним было бы то же, что с твоим сослуживцем на базе. Ты ведь был тогда во дворе, верно?

– Верно. Я прямо там и блеванул, когда это увидел. Только… – Артем на секунду замолчал и неуверенно вытянул руку, указывая куда-то в направлении зоны, – почему этот мужик спокойно идет мимо наростов и с ним ничего не происходит?

Остальные как по команде развернулись к зоне, вскидывая оружие. Сквозь зону шел мужчина. Размеренным шагом, не обращая никакого внимания на происходящее вокруг, он двигался прямо к центральной полусфере.

– Он уже заражен, – первым сообразил Руслан.

– Ребята говорили, что они таких уже видели. И не только людей, – понизив голос, сказал Витя. – Потап рассказывал, как целая стая волков прямо мимо них пробежала и того… исчезла в этой сфере. Дикие звери людей пугаться должны. Или нападать. А эти волки будто и не заметили их вообще.

– Может его пристрелить? – предложил Хитров, наблюдая за мужчиной сквозь прицел своего автомата. – Из сострадания. Ему ведь уже все равно каюк. Так хоть мучиться не будет.

– Ты же знаешь, что Смотров запретил, – ответил ему Руслан. Хотя будь его воля, он бы поддержал предложение Хитрова. – Мы должны понять, как зона будет вести себя дальше.

Пока они переговаривались, мужчина дошел до полусферы. На поверхности сферы напротив человека образовался проем. Мужчина на секунду замер в шаге от сферы. На его лице проскользнула гримаса ужаса, словно он на мгновение пришел в себя и осознал, что его ожидает. Тут же его нога ступила за край и он провалился целиком. Поверхность сферы вновь стала сплошной и гладкой.

Когда сфера замкнулась за своей жертвой, Руслан испытал жгучее желание нажать на курок и всадить в нее всю обойму. Но нельзя, Смотров запретил.

– Охренеть, – выдохнул Артем, прерывая тишину. – Это если Быкова отпустить, он точно также сюда прибредет? Как мотылек на огонь?

– Вероятно, так и будет, – сказал Руслан.

– Я не пойму, что ждет Смотров, – возмутился Бойко. – Пока оно наестся?

– Ага, пока оно вырастет и вылезет из-под земли, – Хитров выдавил нервный смешок.

– Можно ведь ударить по ней даже отсюда. Из гранатомета, например, – продолжил ход мысли Бойко.

– Я сам с трудом верю в то, что говорю, но я пока не видел ни одного ошибочного решения Смотрова. Этот сукин сын каким-то образом вечно оказывается прав! —с раздражением сказал Руслан. – Так и сейчас. Сначала нам нужно понять, с чем мы имеем дело, а потом уже решать, как с этим бороться. Лишь бы поздно не было, – добавил он уже тише.

– Что-то я насмотрелся уже на вашу зону. Давайте лучше на место встречи вернемся. Может, ваш товарищ пораньше придет? – Артем, не дожидаясь согласия остальных, развернулся и побрел прочь.

Олег появился почти на час раньше. Одет он был в ту же одежду, что и в прошлый раз, явно с тех пор не стиранную. Его лицо осунулось, мешки под глазами подчеркивали усталость. Он поздоровался со всеми, кроме новичка, на которого косился подозрительным взглядом, пока Хитров его не представил. Жене не оставалось ничего, как кратко рассказать Олегу о вылазке на базу Фридмана.

– Чего это вас туда понесло? – устало спросил Олег, усевшись на пожелтевшую августовскую траву и привалившись спиной к забору.

– Смотров приказал, – с каменным лицом ответил Женя и сел рядом. О приказе Смотрова не говорить Олегу о новом оружии Женя умолчал. – Искал там что-то.

– И что? Нашел?

– Ну, как видишь, ребят нашли. А что он там еще нашел или нет, он хрен скажет. Ты ж его знаешь, – продолжал отнекиваться Жена.

– Наши новости мы тебе рассказали, – торопливо перебил Бойко, меняя тему, – но мы здесь не за этим. Что происходит в городе?

– В городе? – Олег посмотрел на него покрасневшими глазами. – Дурдом в городе. Все, как вы говорили: время от времени появляются зараженные и лопаются, как воздушные шарики, забрасывая окружающих своими кишками. Таких проклятыми называют. И не только люди. У одного мужичка кот был. Он умудрился его сохранить даже зимой, когда совсем тяжело было. Не знаю, как ему это удалось, но лучше бы он его тогда сожрал. А на днях котик заболел. Заботливый хозяин взял его на руки, а тот в этот момент и лопнул. Будто поджидал, когда его поближе поднесут. Я это своими глазами видел. – Олег помолчал, глядя себе под ноги и думая о чем-то своем, потом вновь поднял глаза. – Ночью мужик ушел. Его никто не держал.

– А сектанты? Они просто так людей отпускают?

– Таких отпускают. Они, видите ли, на суд божий идут и мешать им нельзя. А в общем дисциплина как в концлагере: утро начинается со службы, затем завтрак, если так можно назвать эти помои, затем работа, опять служба, обеденные помои, работа до ночи, служба и помои перед сном. И так каждый день, кроме воскресенья. По воскресеньям только службы, зато растянутые. У меня уже крыша ехать начинает. Теперь еще дежурства прибавились. Чтобы проклятые не зашли ночью в барак, куда сгоняют всех работяг по половому признаку, и не заразили всех сразу, мы эти бараки охраняем. Из оружия выдают только длинные палки. Электричество в дефиците, поэтому нормального освещения нет. Проклятых мы высматриваем в темноте с фонариками, заряда которых хватает на пару часов. В общем, жизнь в городе чрезвычайно увлекательна.

– Да уж, – вздохнул Руслан. Он, как и все остальные, поудобнее расположился на земле. Только Артем продолжал стоять, обеспокоенно поглядывая по сторонам. – Мы одного зараженного только что в зоне видели.

– И что он там делал? – Олег с интересом посмотрел на Руслана.

– Подошел прямо к центральной сфере. Та перед ним открылась и проглотила его.

– Угу, – Олег задумчиво почесал подбородок. – Зона сильно разрослась?

– Да. С западной стороны уже почти до дороги дошла. Это я про саму мертвую зону. А споры на деревьях встречаются намного дальше ее границ. Мы без противогазов в лес вообще не заходим.

Олег присвистнул.

– Сколько у вас случаев с зараженными за неделю было? – спросил Хитров.

– Точно не скажу. И братья ограничивают общение, чтобы люди поменьше об этом говорили. Но с нашей последней встречи еще не было ни одного дня, чтобы слушок об очередном случае не пробежал.

– Они что, не знают о зоне?

– Знают, наверное. Но все равно людей регулярно в лес посылают. Кого на охоту, но это только самых доверенных, им же оружие давать нужно, а в основном по грибы да ягоды. Сами не ходят. На неделе опять тарасовцы налетели, так что братья больше охраной заняты. Тарасов с бандой обосновался к югу от города, вот братья и людей посылают в основном в северном направлении. Чтобы уберечь их от бандитов. Идиоты. – Олег тяжело вздохнул и закатил глаза к небу, да так и замер с открытым ртом.

– А что люди… – начал было Руслан, но заметил выражение лица Олега, проследил за его взглядом и осекся. Прямо над ними по безоблачному небу с востока на запад неспешно скользил темный круглый силуэт. Он напоминал Луну, только черную и зловещую. Зрелище было завораживающим, сюрреалистичным.

– Это…? – задыхаясь от удивления выдавил Хитров.

– Да, – Руслан нервно сглотнул. Он вдруг почувствовал, что у него начались трястись руки. Чтобы унять дрожь, он начал глубоко дышать. – Да, это Немезида.

– Почему она подошла так близко? – в голосе Хитрова послышались панические нотки. Он посмотрел на товарищей округлившимися глазами и подскочил на ноги. – Надо сваливать!

– Куда ты от нее свалишь? – даже не устало, а скорее обреченно спросил Олег. Теперь сидеть продолжал только он.

– Куда-куда? Домой! На Агарту! – Хитров трясущимися руками пытался натянуть противогаз, попутно уронив свой шлем на землю.

Руслан тоже схватился за противогаз, но посмотрел на Олега, у которого не было никакой защиты, и опустил руки. Олег встретил его взгляд грустной понимающей улыбкой.

– Не глупи, Русик. Надевай защиту. Вдруг она сейчас бомбардировку спорами устроит? Добровольная смерть из солидарности со мной – это самое глупое, что ты можешь сейчас предпринять, – говоря это с напускным спокойствием, Олег все же поднялся на ноги и осматривался по сторонам в поисках укрытия.

Будто в подтверждение его слов со стороны леса громыхнуло, а через секунду ребята увидели большой темный объект. Только летел он не с неба на землю, а наоборот. Устремляясь ввысь на огромной скорости, нечто овальное за считанные секунды исчезло из виду.

– Чего стоите, как вкопанные?! – взвизгнул Женя. Его продолжало трясти, от чего автомат в его руках постукивал крепежами наплечного ремня. – Я сказал сваливаем! Что непонятного?!

– Женя, – сказал Руслан настолько спокойно, насколько смог, – мы все нервничаем. Но опасность миновала, – Руслан вытянул руку, указывая на едва виднеющуюся в дали Немезиду. – А у нас есть задание…

– Ты тут самый умный?! – криком перебил его Хитров. Пляшущий ствол его автомата повернулся к Руслану. – Старший в группе я! И я приказал уходить!

– Жека, автомат убери, – сказал Олег, делая шаг к нему.

– А ты вообще молчи! – вновь завизжал Хитров. – Твоих советов с меня точно хватит! Нуждин из-за тебя чуть заразу не подхватил. Хочешь и нас угробить?

Женя резко повернулся к Олегу, переведя автомат на него. Противогаз на голове ограничивал его боковое зрение, чем Руслан и воспользовался. Он резко схватил автомат Хитрова левой рукой и дернул к себе и вниз, направляя дуло к земле, прочь от Олега. Хитров по инерции качнулся вслед за автоматом, теряя равновесие, но не выпуская его из рук. Правой рукой Руслан ударил полностью раскрытого и потерявшего координацию Хитрова в висок. Защитные пластины перчатки глухо стукнули о противогаз Хитрова и тот осел на колени, выпустив автомат. Руслан бросил трофейное оружие Олегу, который ловко подхватил его в воздухе, а сам ударом ноги перевернул Хитрова на спину и сел сверху так, чтобы зафиксировать ногами его плечи. Он бросил взгляд на Витю и Артема, но те стояли в стороне, предпочитая не вмешиваться. Руслан рывком стащил с Хитрова противогаз. Его встретил дикий, загнанный взгляд. На левом виске вспухала шишка.

– Ты что творишь? – мягко, но с напором произнес Руслан, стараясь удерживать взглядом бегающие глаза Хитрова. – Ты какого хрена оружие на товарищей направляешь?

– Отпусти меня, – прошипел Хитров и попытался освободиться, но Руслан крепко его прижал.

– Женя! – Руслан повысил голос и щелкнул пальцами у него перед лицом. – Женя! Посмотри на меня. – Хитров послушался и уставился ему в глаза, продолжая дергаться и шумно сопеть. – Женя, все нормально. Немезида уже улетела. Тебе ничего не угрожает. Слышишь? Здесь только мы, никого постороннего. – Хитров глянул на небо, потом на стоящих в стороне товарищей, затем вернул взгляд Руслану. Его глаза прояснились и перестали бешено метаться по сторонам. – У тебя была паническая атака. Ты это понимаешь?

– Понимаю, – хрипло ответил Женя после нескольких секунд молчания. – Кажется. – Его дыхание выровнялось. После нескольких секунд молчания он спросил: – может, ты меня теперь отпустишь?

– И ты пообещаешь больше не делать глупостей и отдашь мне свой пистолет?

– В этом нет необходимости, – возразил было Женя, но увидел лицо Руслана, посмотрел на остальных и нехотя согласился. Руслан встал сам и протянул ему руку, чтобы помочь подняться. Тот помощь принял и встал рядом с Русланом, опустив глаза. – Держи, – пробормотал он, рукоятью вперед протягивая пистолет и по-прежнему не глядя Руслану в глаза.

– Разобрались и хорошо, – сказал Олег. Автомат он отдал Вите. – А мне пора уже уходить. Вы там скажите Смотрову, чтобы он поторопился со своими планами. А то если заражение меня не убьет, то крыша у меня точно съедет.

– Ну, – крякнул Руслан, – ты сам напросился. Тебя никто не заставлял в город идти.

– Спасибо, что напомнил, – Олег посмотрел на Руслана так, будто взглядом хотел прожечь в нем дыру.

– Смотров просил передать тебе, чтобы ты собрал максимум информации о патрулях сектантов. Любая другая информация, которая может быть важна при штурме города, тоже приветствуется. Сказал, что ты разберешься.

– Разберусь.

– Еще он сказал, что в ближайшее время к тебе придет подкрепление. Что это значит, не объяснил. Только опять сказал, что ты сам поймешь, – Руслан рассеяно развел руками.

– Хорошо. Если больше ничего, то я побежал.

Олег крепко пожал Руслану руку, попрощался с остальными и скрылся за забором промзоны.

– Что делаем дальше? – неуверенно спросил Женя, переминаясь с ноги на ногу.

– Что делаем? – Руслан удивленно посмотрел на товарища. – Ты же у нас старший, вроде как.

– Вроде как, – печальным эхом отозвался Женя. – Сейчас скорее ты, – он опять опустил глаза, а затем вопросительно посмотрел на Витю с Артемом.

– Не знаю, как у вас тут принято, – с раздражением ответил Артем, – но мне уже надоело на месте стоять. Давайте что-то делать. Руслан, веди.

Витя только пожал плечами.

– К-хм, – Руслану потребовалось несколько секунд, чтобы осознать свой новый статус. – Основную задачу мы уже выполнили, с Рыжовым встретились. Надо возвращаться. Но, учитывая непредвиденные обстоятельства, предлагаю еще раз проверить зону. Зуб даю, та хрень из зоны вылетела.

Пока они шли, Руслан рисовал себе картину обрушенного кратера и развороченного по его краям леса. Но их встретила та же серая вымершая зона, даже полусфера в центре была целой. Разве что повалило часть мертвых деревьев да сорвало листву и мелкие ветки с пока живых на краю зоны.

Надолго у зоны не задержались. Сделали несколько фотографий и отправились на базу. Машину вел Витя. На подъезде к Агарте Руслан попросил его притормозить. После того, как машина остановилась, он обратился к товарищам:

– Я думаю, никому не стоит знать о том, что сегодня произошло. Все ведь понимают, о чем я? – Витя с Артемом сдержанно кивнули. Женя молчал. – Вот и отлично, – улыбнулся Руслан и протянул Жене отнятое у него оружие.

Женя оружие принял и невнятно поблагодарил.

Когда прибыли на Агарту, он отозвал Руслана в сторону:

– Русик, ты это… – он замялся, но собрался, поднял голову и твердо посмотрел Руслану в глаза. – Я вел себя, как мудак. Спасибо тебе, что привел меня в чувство. И за то, что прикрываешь, спасибо. Если Смотров о случившемся узнает, он меня сгнобит. Буду как Борька – на Агарте сидеть, да лужи за зараженными вытирать. – Он замолчал и потрогал шишку на виске. Заметив обеспокоенный взгляд Руслана, быстро заговорил: – Это ничего. Я же сказал, что благодарен тебе. Про месть с моей стороны можешь даже не думать. Только в таком виде мне Смотрову лучше на глаза не показываться. Его же хрен проведешь, он сразу поймет, что что-то пошло не так. Поэтому можешь оказать мне еще одну услугу? Сходи на доклад вместо меня. Скажи на меня срачка напала… что угодно придумай, лишь бы он меня сейчас не видел. А я вечером пойду в зал и зарублюсь с кем-нибудь. Скажу потом, что в спарринге набили.

Глава 21

Утром Руслан докладывал на экстренно созванном совете.

– … это все, что я могу сказать. Когда мы вернулись к зоне, видимых изменений не было. Вы можете оценить это по снимкам, сделанным до и после случившегося.

– Называется «Найди десять отличий», – прокомментировал Смотров, листая выведенные на общий монитор снимки.

– Очень жаль, что вы не засняли само событие, – пожаловалась Маргарита. – Можете еще раз описать, что вы видели, пожалуйста?

– Все произошло слишком неожиданно и слишком быстро. Сначала наше внимание приковала к себе низколетящая Немезида. Поверьте, это то еще зрелище – когда видишь ее не на снимках, а вживую. Потом раздался сильный шум со стороны зоны поражения. Оттуда же вертикально вверх выстрелил какой-то темный объект – мы едва успели заметить его.

– Каким был этот объект? – на этот раз вопрос задал Козинский. – Какой он был формы? Какого цвета?

– Он был овальной формы. Кажется. Темный. Можно сказать даже черный. Поблескивал, как отполированный. С нашей точки наблюдения он казался совсем небольшим, но мы находились на приличном расстоянии от зоны. Думаю, что в диаметре эта штука была метра три, а то и все четыре. В длину раза в два больше. Но это лишь мои прикидки, – Руслан пытался вспомнить какие-то полезные детали, но больше в голову ничего не приходило.

– А какого диаметра сейчас полусфера в центре зоны? По вашим ощущениям.

– Да метра четыре где-то. Может немного больше.

– Вы думаете, что этот объект вылетел из полусферы? – Маргарита нахмурилась.

– Я просто не вижу других вариантов, – Руслан пожал плечами.

– Не вы один. – Козинский озадаченно пощипал себя за усы. – А вы не заметили, не оставался ли за объектом какой-нибудь след в воздухе? Например, как хвост у ракеты. Вы же видели, как ракета взлетает?

– Видел, конечно. На видео. Но такого явного следа я не помню. Может что-то и было, но не такое очевидное, как при запуске ракеты. Да и объект двигался слишком быстро и из-за этого казался каким-то размытым. Но никаких огненных или дымных следов точно не было.

– Ясно. Спасибо. – Козинский наконец оставил Руслана в покое и обратился к остальным. – Ясно, что ничего не ясно. – Он разочаровано вздохнул и почесал затылок. – Вывод напрашивается только один: этот снаряд был выпущенной самой зоной, вернее тем, что под ней, через то же отверстие, через которое в него попадают зараженные. Снаряд был запущен с невероятной скоростью. И в это же время мимо проплывала Немезида. Проплывала по очень низкой орбите. Совпадение? Или энергии объекта было достаточно, чтобы доставить его прямиком к Немезиде? Мне, почему-то, в совпадение верится меньше. – Он замолчал и вопросительно посмотрел на коллег.

– Согласен, – Мичурин побарабанил пальцами по столу. – Что ж, эта версия подтверждает наше понимание ситуации и вносит в него новые детали. С учетом той информации, что мы собрали за последние недели, ситуация выглядит следующим образом. Каждая зона – это биологический завод по сбору, переработке и передаче ресурсов на Немезиду. Мы видели уже не одно свидетельство того, что зона питается органикой, начиная с расположенных в непосредственной близости деревьев и закачивания зараженными людьми. Далее все это перерабатывается, формируется в капсулу и отправляется на орбиту, чтобы ее могла подобрать Немезида. Наверняка, содержимое капсулы служит для нее питанием. Другого объяснения я не вижу.

– Но как таким снарядам удается преодолеть земное притяжение? Для этого ведь нужны колоссальные затраты энергии! – Маргарита развела руками, с недоумением глядя на Мичурина.

– Мы не знаем, как работает биохимия зон и самой Немезиды, – Мичурин пожал плечами. – Вероятно, биомасса перерабатывается в какие-то высокоэнергетические соединения. Например, основным источником энергии для наших клеток, служит аденозинтрифосфат. Но мы имеем дело с внеземной сущностью и пока не знаем, как эта сущность использует биомассу и накапливает энергию, достаточную для запуска объектов на орбиту.

– Я сейчас вспомнил, – подал голос Козинский, – когда мы впервые наблюдали за Немезидой, я заметил, что выпущенные из нее объекты почему-то не загорались при входе в атмосферу. Это очень странно. Может, они покрыты каким-то материалом, который минимизирует трение? А еще вопрос: как она узнает о готовности той или иной зоны сделать запуск, чтобы оказаться в нужном месте в нужное время? Каким образом происходит эта связь и взаимодействие? Мы действительно еще очень многого не понимаем.

– Спасибо за констатацию очевидных вещей, – съязвил Смотров. – И когда же оно нажрется, интересно?

– Это нам тоже не известно, – ответил Мичурин, будто не поняв, что вопрос Смотрва был риторическим. – Но если зона не была разрушена запуском объекта, то будет логичным допустить, что она пригодна для повторного использования. Осмелюсь предположить, что Немезида может оставаться на орбите до тех пор, пока зоны будут поставлять достаточно ресурсов. Пока поставки с Земли не прекратятся, ей просто нет смысла куда-то улетать.

– Иными словами, – резюмировал Смотров, – она будет здесь, пока не высушит всю планету.

– Не совсем, – возразил ему Мичурин. – Очевидно, что в северных районах зоны не распространяются. Как и в море.

– Да-да, – отмахнулся от него Смотров, – я помню про морских обитателей. Но если на время о них забыть, то Земле грозит тотальное вымирание растений и животных на большей части суши. Для примера можем посмотреть на Амазонию, она уже в катастрофическом состоянии! – Смотров на некоторое время погрузился в свой планшет, ища подходящие снимки, затем вывел их на экран. – Вот, полюбуйтесь. – На снимке угадывались очертания Южной Америки. Там, где, как помнилось Руслану, раньше зеленели густые дикие джунгли, сейчас господствовала серо-черная пустыня.

– Какой кошмар, – вздохнула Лидия. На ее глаза навернулись слезы.

– Ну что вы, Лидия, не бывает худа без добра. Зато мы теперь знаем, для чего нужны зоны, – Смотров неловко улыбнулся, но юмора никто не оценил. – И нам это может пригодиться. Владимир, Маргарита, я могу попросить вас задержаться ненадолго? Хотел бы обсудить с вами пару вопросов.

– А мы не можем обсудить их при всех? – Маргарита недоверчиво изогнула бровь. –Мы ведь договорились.

– Да я, – замялся Смотров, – просто не хотел отнимать время у остальных. Но можем и сейчас обсудить, – он рассеяно развел руками. С места никто не двинулся. – Ну ладно. Я хотел обсудить ваш прогресс. Что там с ресиверами?

– Хороших новостей пока нет. Ресиверы сгорают, – отрезала Маргарита. Ее раздражала необходимость в очередной раз признавать свои неудачи. – Я же говорила, как только появятся положительные сдвиги, мы сообщим.

– Маргарита, – Смотров примирительно поднял ладони, – я ни в коем случае не хотел вас задеть. Наоборот! Возможно, что в этой вашей временной неудаче кроется наш будущий успех.

– Это какой же? – глаза ученой с подозрением прищурились.

– Скажите, я ведь правильно понимаю, что перегорают они именно из-за того, что получают слишком большое количество энергии? Я имею ввиду, что в принципе энергия к ним поступает.

– Правильно, – уже мягче ответила Маргарита и растеряно посмотрела по сторонам.

– А куда эта энергия уходит?

– У нас для этого есть специальные испытательные стенды, – сказал Козинский, – они заземлены. Так что если вас интересуют технические детали, то энергия уходит в землю. Это можно сравнить с молниезащитой.

– Угу. Хорошо. – В голосе Смотрова послышалось удовлетворение.

– Что же хорошего?! Это секундный импульс. Ресивер сгорает, и вся полученная энергия просто тратится впустую. Мы все еще не можем использовать компактные ресиверы для стабильной передачи, – Козинский выдохнул, успокаиваясь, и с грустью в голосе констатировал: – пока мы топчемся на месте.

– Вы говорили, что сейчас работаете с ресиверами размерами примерно с кубометр? – уточнил Смотров. Козинский согласно кивнул. – Скажите: чисто теоретически, насколько компактным может быть ресивер? Вы можете, например, сделать его размером с кулак? Или даже меньше?

– Вы издеваетесь?! – не выдержала Маргарита. – Зачем вы задаете вопросы, на которые и так знаете ответы? Такой ресивер работать не будет! Он сразу сгорит!

– Сгорит, но импульс примет? – Смотров подался вперед, не спуская глаз с Маргариты.

Маргарита с Козинским переглянулись. Они как обычно сидели рядом, поэтому могли негромко обсудить какие-то технические тонкости, которые кроме них не понимал никто. После недолгого перешептывания Козинский вновь повернулся к Смотрову.

– Как кулак может и сможем. Меньше точно нет. Но это будет однозначно нежизнеспособный экземпляр. Он сгорит, даже если подать на него совсем слабый импульс.

– Я хочу обратить внимание всех присутствующих, – тут же вмешалась Маргарита, – что подходящих комплектующих у нас осталось не так уж много. Тратить их на подобную ерунду по меньшей мере глупо!

– Не спешите с выводами, – Смотров говорил спокойно, не реагируя на переживания ученых. – Последний вопрос: какое количество энергии сможет пропустить через себя такой ресивер?

– Это не имеет практического значения, – ответила ему Маргарита, перебив Козинского, который открыл было рот. – Станция за один импульс может выпустить миллионы вольт. Только все они уйдут в землю или, что еще хуже, могут причинят вред тем, кто будет находится вблизи такого дефектного устройства.

– Я так понимаю, именно этого Сергей Васильевич и добивается, – негромко сказал Руслан, сразу же приковав к себе ошеломленные взгляды всех присутствующих. Смотров одобрительно улыбнулся.

– Может, потрудитесь объяснить? – Маргарита переводила взгляд с Руслана на Смотрова и назад.

– Руслан, – Смотров сделал приглашающий жест, – озвучь коллегам свою версию, пожалуйста.

– Господин Смотров сказал, что нам могут пригодиться новые знания о деятельности зон. А именно о том, что зоны запускают на орбиту посылки с биомассой, получателем которых является Немезида. – Руслан посмотрел на Смотрова, тот кивнул ему в ответ. – Мы можем воспользоваться этим способом доставки и попытаться уничтожить врага, других средств у нас нет. Если нам удастся добавить к такой посылке один, а лучше несколько ресиверов, то у нас появится шанс убить эту тварь. Мы направим со станции максимальный импульс, какой она только сможет выдать, и поджарим Немезиду изнутри.

Руслан замолчал. Смотров, картинно задрав подбородок, зааплодировал.

– Браво, Руслан! Отличный план!

– Сергей Васильевич, перестаньте аплодировать самому себе, – Маргарита даже не пыталась скрыть свою неприязнь к Смотрову. – Лучше расскажите нам, как именно вы собираетесь сделать так, чтобы в «посылку» попал наш ресивер?

– Что-нибудь придумаем, – ушел от прямого ответа Смотров.

– А что, – оживился Мичурин, – план элегантен и действительно может сработать. Заставим эту тварь подавиться нашим подарочком! – он подался вперед и хлопнул рукой по столу. – Я же говорил, что она неспроста меняет высоту орбиты, и мы сможем это использовать!

– Спасибо, Дмитрий Валерьевич, ценю вашу проницательность, – Смотров изобразил натянутую улыбку. – Что-то по существу добавить можете?

– По существу? Могу, пожалуй, добавить, – протянул Мичурин, – если «посылки» действительно содержат высокоэнергетические соединения, и если нам удастся положить в одну из посылку «сюрприз», то разряд со станции нанесет Немезиде серьёзный урон. Действительно отличный план!

– А вы случайно не поторопились делить шкуру неубитого медведя? – прервала его эйфорические рассуждения Маргарита. – И даже если эта затея удастся, это еще не значит, что зоны перестанут пожирать планету.

– Вы правы, Маргарита, – вмешался Руслан, который уже почувствовал личную причастность к озвученному им плану. «Смотров мной просто манипулирует», – пронеслось у него в голове. Он отогнал эти мысли и сконцентрировался на Маргарите:

– Мы действительно понятия не имеем, как поведут себя зоны. Может быть они станут даже агрессивнее. Но какие у нас есть альтернативы? Наблюдать из бункера, как вымирает наша планета? – Маргарита молча смотрела Руслану в глаза, но не возражала. Через несколько секунд она отвела глаза. – И я вам скажу, что не захотел говорить Сергей Васильевич. Чтобы ресивер попал на Немезиду, нужно чтобы он сначала попал в центр зоны, а для этого нам придется кого-нибудь туда отправить.

– Давайте не будем торопиться, – перебил его Смотров. – Я готовлю несколько групп к отправке к близлежащим зонам. Поскольку мы уже знаем их первичное предназначение, думаю, мы можем себе позволить немного с ними поэкспериментировать.

– Сергей Васильевич, пожалуйста, скажите, что в ваши эксперименты не будут вовлечены обычные люди, – Лидия буквально умоляла Смотрова.

– Я вам обещаю, Лидия, что никто, кроме моих подопечных, в этих операциях участвовать не будет. И я искренне надеюсь, что ни с одного из моих людей и волос не упадет. Хотя опасность, конечно же, исключать нельзя. Мы попытаемся причинить ущерб зоне, а какой будет ответная реакция предугадать сложно. Но мы примем все разумные меры предосторожности. Обещаю, – повторился Смотров.

Лидия вздохнула, но ничего не ответила.

– Если вопросов для обсуждения больше не осталось, то я попрошу Маргариту и Владимира Александровича как можно скорее предоставить образец ресивера для полевых испытаний. На этом предлагаю встречу считать закрытой. Я созову вас, чтобы доложить результаты операций в зонах, – Смотров начал подниматься со своего места.

– У меня есть вопрос. Когда вы собираетесь освобождать город?! – в ломанном от волнения голосе Саши соперничали неуверенность и злость. До этого момента он не сказал ни слова, из-за чего его вопрос оказался полнейшей неожиданностью для всех. Смотров удивленно открыл рот и медленно опустился в свое кресло. – Там мои родные! Они в опасности! Сколько мы будем еще тянуть?!

– Господин Антонов, – прорычал Смотров, – я не знаю сколько вы будете тянуть и что именно, но если вы имеете ввиду планирование военной операции по освобождению Дубны, то оставьте это дело профессионалам. Ваше вмешательство никакой пользы не принесет. А спешка хороша, только сами знаете где. Занимайтесь лучше учетом провизии.

Саша покраснел, но держал спину прямо и взгляд не отвел.

– Спасибо за рекомендацию, господин Смотров, но вы не ответили на вопрос. Все слышали доклад Руслана, – Саша осмотрелся по сторонам в поисках поддержки. – Люди содержатся в скотских условиях. Случаи заражения каждый день. А защиты никакой! – его голос опять начал срываться. – Каждый час вашего промедления несет опасность для жизни моих родных! Хотя вам этого не понять, – Саша понизил тон и выдержал тяжелый взгляд полковника.

Смотров же продолжал смотреть на него в упор, играя желваками.

– Мы с подполковником Фридманом на завершающем этапе планирования. Как только операция будет надлежащим образом подготовлена, я всем сообщу. Если вас интересуют приблизительные сроки, то я ожидаю, что мы будем готовы на следующей неделе.

– Я хочу участвовать в операции! – выпалил Саша и покраснел еще больше.

Лидия и Маргарита одновременно повернулись к нему и посмотрели с неодобрением. Мичурин смущенно закашлялся. Смотров закатил глаза.

– Зачем? – спросил он. – Чтобы после освобождения родные могли поплакать над вашим трупом? Геройской смерти захотелось? Боюсь, никто не оценит.

Лидия, которая сидела по левую руку от Саши, мягко накрыла его ладонь своей и кивнула, соглашаясь с доводами Смотрова. Под давлением осуждающих взглядов Саша отдернул руку, вскочил и пулей вылетел из переговорной.

– Детский сад какой-то, – пробормотал Смотров.

– Похоже, наши мужчины по одному сходят с ума. Все вдруг почувствовали себя военными, вместо того, чтобы заниматься чем-то полезным, – сказала Маргарита, одарив Руслана неодобрительным взглядом, и вслед за Сашей покинула переговорную.

Мичурин и Лидия последовали за ними. Козинский задержался:

– Я понимаю ситуацию и сделаю все от меня зависящее, чтобы передать компактный ресивер, как можно скорее, – он кивнул Руслану и Смотрову и вышел.

– Руслан, задержись, – попросил Смотров, когда Руслан собрался было встать со своего места. – Нам сейчас только истерик не хватает.

– Я его понять могу, – ответил Руслан.

– А я, значит, не могу? – в голосе полковника возникли резкие нотки, – Ну да ладно. К тебе у меня тоже есть небольшой разговор, – Смотров повернулся к Руслану всем корпусом:

– Нам нужны командиры, которые быстро соображают и умеют проявлять инициативу в сложных ситуациях. Это большая редкость. А ты хорошо себя проявил. Поэтому я предлагаю тебе возглавить одну из групп, которые пойдут завтра в зоны.

Руслан опешил от такого предложения, но быстро взял себя в руки и выдавил ответ:

– Если вы действительно считаете, что я готов, то я готов.

– А ты сам как считаешь? – Смотров изучающе смотрел на Руслана, – справишься?

– Справлюсь, – Руслан удивился уверенности в собственном голосе, но виду не подал. На подобные вопросы нужно отвечать четко и быстро. Если бы он начал расплываться мыслью по древу и делиться своими сомнениями, это лишь означало бы, что на самом деле он не готов.

Смотров удовлетворенно кивнул:

– Хорошо. Но я тебе хотел сказать еще кое-что. Ты слишком много думаешь о прошлом. Ты живешь им и все пытаешься определить, кто же виноват, что все так вышло. И уверен, что виноватым, в первую очередь, считаешь себя.

Руслан хотел было возразить, но Смотров остановил его:

– Искать виноватых – дело неудачников. Все мы не без греха, не идеален никто. Но сейчас нам нужно думать, как жить в новой реальности. Так что прекращай уже скорбеть о прошлом и начинай смотреть в будущее. Что случилось, то случилось. Мы не в силах этого изменить. Я понимаю, что это тяжело. Но оставь прошлое, переверни страницу и иди вперед.

– Василич, ты сейчас говоришь какими-то лозунгами: «перевернуть страницу», «начать с чистого листа», «идти вперед». Не бывает так. У меня жена погибла ни за что! Сын трехлетний! Мой сын, понимаешь? Он засыпать без меня не хотел, когда я дома был, а не где-то в командировке. Иные мальчики к маме льнут, а он с младенчества ко мне тянулся! – Руслан сморгнул слезы и неловко вытер щеки дрожащей рукой. – Не бывает так, Василич.

– У меня тоже была семья, – тихо сказал Смотров. У Руслана от неожиданности округлились глаза. – Да, – с грустью подтвердил полковник. – Жена и дочь. Погибли в автокатастрофе много лет назад. И я до сих пор не знаю, связано ли это с моей профессиональной деятельностью. Я тогда конфликтовал с одной серьезной организацией, но никаких доказательств, что это их рук дело, не нашлось. Может быть, это действительно была лишь трагическая случайность. А может быть и нет. Я тогда понял, что вариантов у меня немного: либо жить дальше и ставить себе новые цели, либо прощаться с этой жизнью. Промежуточных решений быть не могло. Я выбрал первый вариант и жил. Новой семьи я так и не завел.

– Мои соболезнования. Я и подумать не мог, что ты такое пережил, – Руслан был обескуражен.

– Я поэтому и отпустил тебя тогда, в нарушение всех инструкций и протоколов. Ты меня душил, – хмуро ухмыльнулся Смотров, – а я вспоминал. И думал, что на твоем месте действовал бы точно так же.

– Спасибо.

– Ладно, ты только не говори никому. Ни к чему людям об этом знать. Договорились?

– Договорились. Конечно! – Руслану вдруг захотелось пожать Смотрову руку, и он протянул ладонь.

Смотров улыбнулся и протянул свою в ответ.

– Тебе тоже нужно сделать выбор, – сказал он, крепко сжимая руку Руслана. – По сути, ты его уже сделал, но тебя держат сожаления о том, что ты имел, и кем ты был. Я не призываю тебя забыть об этом. Напротив, ты должен помнить. Но ты должен уйти от сожалений о том, чего уже не в силах изменить, иначе медленно сойдешь с ума.

– Я постараюсь, – Руслан говорил абсолютно искренне.

– Вот и отлично, – Смотров наконец отпустил его руку. – Жду у себя в кабинете сегодня в шестнадцать.

– Сергей Васильевич, у меня есть вопрос. Скорее даже просьба, – решился Руслан, когда Смотров уже выходил из переговорной. – Я бы дал Антонову шанс и завтра взял его с собой. – Видя, как меняется лицо Смотрова, Руслан стал спешно излагать аргументы: – Он стреляет очень хорошо. Готов поспорить, что лучше всех на нашем комплексе. Да он из пистолета белке в глаз попадет метров с десяти! – Смотров замер. Не убедил. – Я понимаю, что в рукопашной он не ахти. Но драться там не с кем. А его навыки в стрельбе могут очень даже пригодиться. – Смотров молчал. – Да, я помню, были некоторые нюансы, когда мы к его даче вылазку делали, но я уверен, что он сделал выводы. Тут важнее, что характер у него есть и, если запахнет жаренным, он не будет в страхе забиваться в кусты. И в конце концов, он тоже имеет право участвовать в спасении своей семьи. Иначе всю жизнь будет потом убиваться, что ничего для этого не сделал. Уж мы-то с вами знаем.

– В четыре у меня, – отрезал Смотров и шагнул за дверь. Его лицо осталось непроницаемым, но выражение глаз едва уловимо изменилось. Руслан надеялся, что ему удалось его зацепить.

Глава 22

Смотров ушел, а Руслан так и остался сидеть на месте.

«Вот тебе и принципы. Вот тебе и ценности, – думал он, разглядывая снимок зоны на мониторе. – Был ярым пацифистом, с пеной у рта осуждал войну. Стал солдатом».

Самое удивительное, что новая роль ему нравилась. «Неужели я – адреналиновый наркоман?» – он вспомнил свои ощущения во время вылазок – ни с чем не сравнимое чувство опасности, таинственности и одновременно драйва и тяги к исследованиям. Когда он впервые побывал на Агарте, то представлял себя умиротворенно читающим у фонтана на четвертом уровне. Сейчас ему такая жизнь показалась бы тюрьмой. Как сказал Смотров? Нужно ставить новые цели? Цель у него осталась неизменной – обеспечить своей семье – хоть от нее и сталась только Маша – достойный уровень жизни. Изменились лишь критерии оценки и средства ее достижения. Если раньше он для этого сутками работал за компьютером, штудируя кодексы и судебные решения, то сейчас ему нужно было брать в руки оружие и рисковать жизнью. И он готов это делать.

«Маша!» – захотелось забрать дочь из садика и провести с ней побольше времени. Он старался никогда не обделять ее вниманием, но перед вылазками желание видеть дочь обострялось. «Наверное, это мой способ борьбы со страхом. Моя мотивация», – думал он уже по пути к детскому саду.

Дети носились по игровой площадке врассыпную, спасаясь от воспитательницы, которая, надев на голову большую мягкую маску акулы с косыми выпученными глазами, ловила их намеренно медленно и неуклюже.

– Папа! – завизжала Маша, стоило Руслану переступить порог площадки. Малышка бросилась к нему со всех ног. Через пару секунд она врезалась в его ногу и прилипла к ней, обхватив руками.

– Привет, солнышко, – Руслан подхватил ее и поцеловал. Маша обняла его за шею и уткнулась в плечо. Он чуть не задохнулся от щемящей нежности.

– Добрый день, Руслан, – подошла воспитатель и сняла маску – милая Юнь. – Уже забираете Машу?

Руслан удивился и невольно обрадовался:

– Здравствуйте, Юнь. А вы теперь работаете в саду? Вы же в теплицах работали.

– Да, работала. Но, честно говоря, надоело в земле ковыряться. С детьми бывает сложно, но зато весело. Не соскучишься. Интереснее, чем с овощами, – она говорила с едва уловимым акцентом, иногда запинаясь на долю секунды или смещая ударения. От ее открытой улыбки ему стало немного не по себе.

– Заберу Машу на несколько часов, если вы не возражаете? – никто не мог запретить ему забрать своего ребенка, но Руслан все же спросил разрешения из вежливости.

– Конечно, – Юнь слегка склонила голову набок, снова улыбнулась и опустила глаза, накрыв их черными густыми ресницами.

– Ладно, – Руслан почувствовал, как у него загорелись щеки и уши.

Когда он обернулся на выходе, Юнь все еще смотрела ему вслед.

***

Дверь в кабинет полковника открыл Фридман. Кроме него и Смотрова в кабинете были еще Серб и один из новеньких.

– А вот и командир третьей группы, – Смотров строго взглянул на часы на запястье, оценивая, не опоздал ли Руслан. Не опоздал, до назначенного времени оставалось еще две минуты. – Все в сборе. Начинаем, – он встал из-за стола с планшетом в руках и подошел к монитору на стене. Фридман и новенький никак не отреагировали на появление Руслана, а Ковач едва заметно улыбнулся и кивнул, приветствуя его среди младшего командного состава. Смотров тем временем вывел на монитор интерактивную карту. Он масштабировал ее так, чтобы она показывала местность вокруг комплекса в радиусе тридцати километров, а поверх наложил последнее снимки со станции, на которых виднелись хорошо знакомые темные пятна. Он отметил местонахождение зон красными точками и убрал снимки с экрана. – Что мы имеем. Это – наша зона, – он тыкнул пальцем в монитор, указывая на большое темное пятно в непосредственной близости от Дубны. – А это – вторая по величине после нашей. Как видите, рядом Кимры. Мы знаем, там живут люди. Кто именно, как и по чьим законам, неизвестно. Все свои скудные ресурсы мы сконцентрировали на Дубне. Скорее всего, Кимры также находятся под контролем ЦНМ. Я это все говорю, чтобы ты, Серб, был крайне осторожен в завтрашнем рейде и не привлекал к себе внимания. Нам еще придется с ними разбираться, но сейчас не до них.

– Я так понимаю, эта зона – моя, – Ковач утверждал, а не спрашивал.

– Твоя. Как видишь, она к западу от города, что нам на руку. Но все равно нужно соблюдать предельную осторожность. Поедешь проселочными дорогами, машину спрячешь в лесу на приличном расстоянии. В общем, все как обычно.

– Ясно, – Ковач откинулся в кресле и сложил руки на груди.

– Что тебе ясно? Я еще не обозначил боевую задачу, а ему все ясно уже, – полковник сурово взглянул на Ковача, заставив того вновь приосаниться.

– Так, а что непонятного? – начал оправдываться Ковач. – Едем в зону и пытаемся причинить ей ущерб. Смотрим на реакцию и действуем по обстоятельствам. Ну и стараемся шуметь поменьше. Моя группа без изменений?

– Без изменений, – буркнул Смотров, недовольный то ли тем, что Серб слишком рано расслабился, то ли тем, что после его ответа придраться было не к чему. – Карпенко, – обратился он к новенькому. Тот вытянулся. – Твоя зона здесь, – Смотров указал на красную точку практически строго на север от Агарты. – Крупных населенных пунктов рядом нет, лишь небольшие села. Практика показывает, что они практически вымерли за зиму, а кто выжил, наверняка пошел искать спасения в городах. Но это не значит, что можно расслабляться. Сюрпризы могут поджидать там, где их меньше всего ждешь. В одном из сел вполне может обосноваться какая-нибудь банда мародеров.

– Так точно! – выдал Карпенко. В отличие от Руслана с Ковачем, он не мог похвастаться ни высоким ростом, ни мощным телосложением, ни зычным голосом. Но раз его выбрали в командиры одной из групп, значит он этого заслужил. Что-то не нравилось в нем Руслану. Его подобострастие, что ли? Он чуть ли в рот Смотрову не заглядывал, пока тот говорил.

– Костенко, оставшаяся зона – твоя, – Смотров указал на красную точку на юго-востоке от Агарты. – Не знаю, в чем причина, но она почти такая же большая, как и зона Ковача. Наверное, много живности водилось. Инструкции те же. Опыт разведывательных рейдов ты уже имеешь. Вопросы есть?

– Кто в моей группе? – Руслан бы с удовольствием задал больше вопросов, но не хотел выглядеть некомпетентным. Особенно в глазах Карпенко, который на него оценивающе косился.

– Красновский, Колчанов. И Антонов, – помолчав добавил Смотров. – Под твою ответственность.

Руслан сдержал улыбку и кивнул.

– Теперь, что касается боевого задания, – Смотров метнул на Ковача недовольный взгляд. – Помимо разведки и ущерба зоне есть еще одна задача. Нужно испытать лазерные винтовки. Они тяжелые, придется тащить на себе, но их большой плюс в том, что они бесшумны. Пока мы из них стреляли лишь по деревьям – горят как спички. Теперь посмотрим, что они могут сделать с живым организмом. – Руслан не стал при посторонних поправлять шефа, что дерево – это тоже живой организм. Смотров продолжал: – Это приоритет. Мы с Фридманом хотим их использовать при взятии города, поэтому нужно убедиться, что винтовки работают именно так, как мы предполагаем. Используйте любую возможность стрелять по чему-то живому и движущемуся. Будет это зараженный человек или медведь, неважно, я хочу понимать, как на него действует выстрел из лазерного оружия. Отправление завтра с рассветом. Все снимать на камеры. – Он обвел собравшихся взглядом. – Что я забыл?

– Мы должны действовать осторожно и защищать себя в случае ответной агрессии со стороны зоны, – чуть ли не выкрикнул Карпенко.

– Правильно. Толку от ваших съемок, если вы их сюда не довезете? Но если вы умудритесь потерять оружие, я с вас сам с шкуру спущу. Вопросы есть?

– Я могу до выезда ознакомиться с работой нового оружия? – спросил Руслан.

– Зайди в арсенал, Хитров проведет с тобой базовый инструктаж. Еще вопросы? Нет? Все свободны.

***

Красновский и Колчанов разговорчивостью не отличались. Саша тоже предпочел отмалчиваться и беспрерывно ерзал на месте, выдавая свою нервозность. Руслан вел машину по запланированному маршруту и тоже нервничал. Все нервничали. Слишком много вопросов вызывала предстоящая операция. Вдобавок, Руслану теперь приходилось думать не только о себе, но и вверенных ему людях. Как заслужить их уважение? Как поднять их дух? Как обезопасить? Размышления и заняли практически всю дорогу до места назначения.

Было пасмурно. Ветер медленно волок по небу тучи, от горизонта до горизонта накрывшие землю темно-серым куполом. Дождь мог полить в любую секунду. Несмотря на то, что на календаре было еще лето, погода снова переменилась на осеннюю.

Руслан завел машину за густой кустарник. С него уже начала опадать листва, но лучшего укрытия поблизости он не видел, а на поиски идеального времени не было. Разгрузились и двинулись к зоне. Руслан шел первым и тащил на себе рюкзак со сменными аккумуляторами для лазерной винтовки. Саша шагал рядом, накинув на плечи такой же рюкзак. Немного позади Красновский и Колчанов несли саму винтовку. Внешне она больше всего напоминало витиеватую трубу длинной метра полтора и толщиной сантиметров двадцать.

Заморосил мелкий дождь.

– Ну хоть не жарко, – Руслан улыбнулся ребятам, перед тем как надеть противогаз. Ему никто не ответил, все молча натянули свои противогазы.

Минут через пять вышли к зоне. Диаметр поражения был заметно меньше, чем у зоны при Дубне, но в остальном это была такая же серо-черная мертвая проплешина посреди леса с полусферой в центре и больными деревьями по краям. Руслан выбрал место подальше от деревьев с наростами и приказал подготовить оружие. Колчанов расстелил мат и установил винтовку на опору. Руслан с Сашей положили рюкзаки с аккумуляторами рядом с матом. Колчанов вытащил аккумуляторы из рюкзака, один подключил к винтовке, а остальные выложил вряд, чтобы иметь возможность быстро перезарядить.

– Готово, командир. Куда шмаляем? В центр? – он улегся рядом с винтовкой, стеклышки его противогаза вопросительно уставились на Руслана.

Обращение Колчанова, подчеркнувшее новый статус Руслана, слегка выбило его из колеи, но он быстро взял себя в руки и ответил спокойным уверенным тоном:

– Пока никуда. Сначала пройдемся к сфере.

– Кто пойдет? – тон Красновского ясно давал понять, что желанием идти в центр зоны он не горел.

– Я могу, – неожиданно сказал Саша.

– Пойду я, – твердо сказал Руслан. – Вы прикрываете.

Руслан быстро нашел палку подлиннее и, тщательно обходя останки деревьев со спорами, двинулся к центру зоны. Ступал аккуратно, постоянно ожидая, что земля вот-вот просядет под ногами. Но земля была тверда и безжизненна. «Так, наверное, выглядит марсианский грунт. Долетим ли мы до Марса когда-нибудь? Или Немезида нас всех еще здесь погубит?».

Руслан отогнал ненужные мысли и сосредоточился на происходящем. До полусферы осталось несколько шагов. Ее черная гладкая поверхность слегка поблескивала в тусклом свете пасмурного дня. На расстоянии пары метров Руслан остановился и огляделся по сторонам. Ничего. Ребята по рации сообщили, что тоже не видят ничего странного. Руслан повернулся к полусфере и слегка ткнул в нее палкой. Твердая. Реакции никакой. Он повторил с большим усилием, но никаких изменений это не вызвало. Затем он отбросил палку, достал нож и сделал еще шаг к полусфере. Безрезультатно. Нож скользнул по поверхности, не оставив на ней никаких следов. Руслан поддался секундному импульсу и зарядил по сфере ногой.

– Будто по дереву стукнул, – сказал он по рации, – или по металлу. Но металл отозвался бы звоном, а тут мертвая тишина.

– Командир, справа, – раздался в наушниках настороженный голос Колчанова.

Руслан быстро повернулся. К нему трусцой приближалась то ли собака, то ли волк. Руслан быстро загнал нож в ножны и, выхватив пистолет, направил его на собаку. Боковым зрением он уловил движение на сфере. Часть ее поверхности будто бы испарилась, давая возможность собаке попасть внутрь. В наушниках раздались препирания о том, стрелять или нет. За это время собака протрусила мимо Руслана и скользнула в открывшийся проем. Сфера вновь стала цельной.

– Похоже, оно реагирует только на зараженных, – Руслан, озираясь на сферу, направился к ребятам.

– Ну теперь шмаляем? – спросил Колчанов.

– Да. Только сначала покажи нам с Сашей, как ей пользоваться. Давай пока на деревьях потренируемся.

– Дык, а что тут показывать? Главное, чтобы был подключен аккумулятор. У меня подключен. Есть два режима стрельбы, меняется вот здесь, – Колчанов указал на аккуратный переключатель на боку винтовки. – На низком батареи хватает на три выстрела, на высоком – на один. В остальном все как обычно: наводишь на цель и нажимаешь курок. Есть возможность установить оптический прицел, но сейчас он только мешать будет. Мы слишком близко к цели.

Колчанов навел винтовку на обломок одного из деревьев внутри зоны и нажал на спуск. Никаких звуков либо отдачи не последовало, как и летающих красных лучиков. Но в момент, когда палец Колчанова коснулся курка, ствол – единственное что осталось от дерева – вспыхнул, а в его центре появилась небольшая дыра. Ветки другого дерева, которое находилось на противоположном краю зоны прямо за ним, также загорелись.

– Ух! – Руслан был впечатлен эффектом. – Это в каком режиме?

– В низком, конечно, – в небрежном тоне Колчанова слышались нотки гордости.

После Колчанова пробный выстрел произвел Саша, а за ним Руслан. Аккумулятор разрядился, и Колчанов показал им, как менять батарею.

– Мы так лесной пожар не устроим? – забеспокоился Руслан.

– Какая разница? Нам задание нужно выполнить, – проворчал Красновский. – Давайте не затягивать. Как-то мне тут не по себе.

– Хорошо. Саша, переводи на полную мощность и стреляй в сферу. Но не в самый центр, а чуть вбок, чтобы луч, если что, прямиком в нас не отразился. Мало ли, вдруг ее и лазером не пробьешь. – Руслан повернулся к Колчанову и протянул ему термическую гранату. – Держи. Если дыру в сфере мы все же прожжем, то быстро идем с тобой к центру, закидываем в дыру гранаты и бегом назад. Красновский, ты прикрываешь. И снимай все на камеру.

Когда все были готовы, Саша перевел винтовку в режим полной мощности, навел на сферу и замер. Движения его пальца Руслан не заметил, но в сфере вдруг образовалось сквозное отверстие диаметром сантиметров в двадцать. В отличие от деревьев прямо за сферой, она не загорелась, а лишь негромко шипела. Отверстие начало медленно сужаться.

– Оно восстанавливается! – с изумлением сказал Красновский.

– Пошли! Быстрее! – скомандовал Руслан.

Колчанов поспешил за ним. Пройдя примерно половину пути до сферы, Руслан услышал негромкий треск. Из полусгнившего ствола с наростами слева и позади от него вылезло тонкое черное тело. Оно будто стекло по стволу и заструилось к ним.

– Сзади, – заорал Руслан Колчанову, выхватывая пистолет.

Он сделал несколько выстрелов, но либо не попал, либо пули не произвели никакого эффекта. Черная лента за секунды достигла левой ноги Колчанова и, обвивая ее спиралью, взобралась до бедра. Колчанов завизжал. Земля начала дрожать. Позади Руслана что-то вспыхнуло. Это Саша выстрелил из винтовки в одно из деревьев. Руслан оглянулся, но другого червя не заметил. Он дернулся на помощь Колчанову, но замер на месте, когда увидел, как плоть на его левой ноге стремительно исчезает, а обвивающий ее червь утолщается. Руслан несколько раз выстрелил из пистолета. Теперь он был уверен, что попал. Пули прошили червя насквозь, частично сбили его с Колчанова и замедлили, но ненадолго. Дыры в черном теле сразу же затянулись. Оно юркнуло вверх по остаткам ноги и начало втягиваться в тело Колчанова в том месте, где только что были мышцы берда, а теперь белела кость. Колчанов перестал кричать и замер. Его тело таяло, как снег под палящим солнцем. Земля задрожала сильнее. Боковым зрением Руслан уловил еще одну вспышку. Он повернул детонатор и бросил гранату к останкам Колчанова, после чего сорвался с места.

Саша быстрыми выверенными движениями менял аккумуляторы и продолжал палить из винтовки. Красновский оцепенел на месте, снимая все на камеру телефона. Руслан почти добежал до них, когда сзади громыхнуло. Он упал на живот, но сразу же перевернулся на спину. Сперва он подумал, что причиной грохота и сбившей его ударной волны был взрыв гранаты, но подняв голову, он увидел, что вверх из центра зоны улетает темный снаряд. «Посылка, – мелькнула мысль. И следом, – нужно спасаться!».

– Уходим! – заорал он, подскакивая на ноги.

Красновского тоже сбило волной и теперь он судорожно пытался подняться. Саша лежал в той же позе и один за одним сделал еще три выстрела. Руслан, не сбавляя шага, мельком оглянулся. Полыхала уже большая часть древесных стволов внутри зоны. Саша тем временем вскочил и закидывал на спину нетронутый рюкзак с аккумуляторами. Красновский дергался из стороны в сторону, не силах решить, что делать: бежать прочь или сначала забрать оружие. Солидный вес лазерной винтовки и зарядов к ней мог их замедлить, но Смотров строго-настрого приказал вернуть оружие. Руслан заорал на Красновского, чтобы тот не стоял, как вкопанный, а хватал винтовку. Красновский вышел из ступора и сделал, как было велено. Руслан в несколько прыжков пересек остатки зоны и схватил второй конец винтовки: «не такая уж и тяжелая», – и без остановки побежал вслед за Сашей, подгоняя Красновского. Саша на секунду остановился, метнул две гранаты и снова рванул, вырываясь вперед. Сзади снова грохнуло, но уже не так сильно.

Неизвестно, сыграли ли свою роль гранаты, или черви не могли уползать далеко от центра зоны, но, когда разведчики на последнем издыхании добежали до машины и запрыгнули внутрь, червей поблизости видно не было.

– Охренеть! – выдохнул Красновский, стаскивая противогаз с красного потного лица. – Мне так страшно еще в жизни не было.

– Не паниковать нужно, а действовать! Ты чего замер!? – Руслан завел машину и без промедления вдавил педаль в пол.

– Извини, командир, – Красновский опустил голову и понизил голос, – я такого себе даже представить не мог. Нервы сдали. Но зато я все снял! – он похлопал себя по нагрудному карману. – И телефон при мне.

– Саня, ты как?

– Нормально. Эти черви лезли один за одним. Я старался их жечь и больше ни о чем не думать.

– Ты – молодец! – не сбавляя скорости и не отвлекаясь от дороги, Руслан протянул руку, чтобы похлопать Сашу по плечу. – Если бы не ты, мы бы все там остались!

***

На совете докладывал не только Руслан, но и Ковач. Бойцы Серба оказались менее расторопны: двое погибли, а лазерную винтовку пришлось бросить на месте. Теперь Сербу предстояло усиленным составом вернуться на место действия и забрать оружие. Третья группа не вернулась вообще. Разведывательный отряд, который Смотров отправил по их следу, обнаружил на месте зоны огромный кратер. Лес вокруг кратера был выжжен и повален в стороны от него на несколько десятков метров. Сошлись на том, что Карпенко смог-таки вскрыть сферу и бросить внутрь гранаты, из-за чего взорвалось все образование, сформировавшееся за это время под поверхностью зоны. Этим же взрывом была уничтожена и сама группа Карпенко. Поиски выданного им автомобиля все еще продолжались.

Участники совещания, потрясённые результатами рейдов и потерями, начали спорить, перебивая друг друга. Налетели с вопросами на Сашу, тот еле успевал отвечать. Но после того, как Смотров вынес ему благодарность за проявленную отвагу и решительные действия, которые спасли жизни его товарищам, Саша раскраснелся и замкнулся в себе.

Полковник с трудом успокоил собравшихся:

– Коллеги, позвольте мне подвести черту под всем сказанным! И давайте уже закончим на сегодня. Итак, теперь мы знаем, что несмотря на прежнюю пассивность, зоны все же обладают некой системой защиты. Она активируется, если зоне грозит опасность. Все разведывательные рейды впредь будут учитывать эту информацию. Вместе с тем, нам удалось выявить и уязвимость зон. Как показал трагический случай с группой Карпенко, господин Мичурин не ошибся: даже если Карпенко успел закинуть в сферу десять гранат, этого все равно не хватило бы для взрыва таких масштабов. Выходит, что вещество внутри зоны является взрывчатым. А учитывая, что группа Карпенко не успела покинуть зону поражения, оно еще и обладает высокой скоростью детонации. Это хорошие новости, будем это использовать. Владимир, Маргарита, как обсудили, ждем от вас образец компактного ресивера до конца следующей недели.

Глава 23

Пока ученые работали над компактным ресивером, разведгруппы продолжали следить за зонами, но больше не рисковали. На первом месте стояла Дубна. Смотров понимал, что время играет против них. Рано наступившая осень грозила смениться преждевременной зимой. А если эта зима будет такой же суровой и затяжной, как предыдущая – они попросту не успеют подготовиться и не выживут.

В последнее воскресенье августа Руслан повел группу на очередную встречу с Олегом. За прошедшую неделю зона снова выросла и краем доходила уже до ведущей к ГЭС дороги. Когда Руслан с товарищами прибыли на место встречи, Олег уже был там. Выглядел он даже хуже, чем в прошлый раз. Его беззаботные манеры и шутливость исчезли, сменившись подавленной серьезностью и нервозностью. Он постоянно дергался и осматривался по сторонам.

Ситуация в городе ухудшалась. Люди пропадали целыми семьями, а проклятых – как сектанты называли зараженных инопланетными спорами людей – отстреливали ежедневно. Иногда удачно, иногда не очень. Сектанты наконец узнали о зоне к северу от города, либо перестали скрывать, что знают о ней. После того, как отправленная на разведку группа из четырех вооруженных братьев не вернулась, сектанты запретили людям выходить из города. Олег пробираться к месту встречи окружным путем.

Он добился, чтоб его включили в состав патрулей ЦНМ и собрал информацию о постах охраны. Все данные он отметил на карте города, которую Руслан открыл в телефоне. Основные силы сектанты сосредоточили на южном берегу в районе башни. Горожанам разрешали проживать в своих домах, только если те располагались недалеко. Северный берег оказался практически заброшен.

Обещанное Смотровым подкрепление так и не появилось. По крайней мере Олег не знал о нем. Сектантам свежих сил тоже ждать неоткуда. Помимо зараженных, Дубну тревожил и Тарасов, устроивший на этой неделе очередной налет, в ходе которого убили нескольких братьев. Налеты Тарасова становились все более жестокими и отчаянными. Видимо, бандиты тоже осознавали угрозу наступающей зимы и хотели захватить как можно больше припасов. Братья направили гонца с прошением о помощи в Тверь, но там своих проблем хватало. Его преосвященство Апостол Николай Тверской повелел им с божией помощью разбираться самим. Подкрепление, мол, обязательно придет, но не сейчас. А пока он будет молиться за свою паству в Дубне.

«Когда Смотров собирается войти в города?» – это все, что интересовало Олега. Полковник планировал наступление в середине следующей недели. Перед атакой он попытается провести отвлекающий маневр: с юга в город придут люди, якобы сбежавшие из плена Тарасова. Они сообщат сектантам о том, что в одном из поселков Тарасов собрал ударную группу, которая вот-вот двинется на Дубну. Кроме того, Тарасов где-то раздобыл мощное оружие, которое даст ему преимущество при штурме. Для пущей убедительности накануне некоторые патрули сектантов будут обстреляны из лазерного оружия. Задачей Олега будет поддержать этих людей и склонить сектантов к организации немедленной превентивной атаки. Как только силы сектантов покинут город, Смотров нанесет удар. Если нужной реакции от сектантов не последует, Смотров нанесет удар вечером этого же дня. Олег должен быть готов к любому развитию событий и действовать по обстоятельствам. Чтобы снизить риск поражения дружественным огнем, Олегу впредь нужно будет носить красную кепку либо бандану.

***

Во вторник вечером Смотров собрал всех бойцов в спортзале. Сам влез на одну из скамеек, чтобы лучше видеть остальных, и чтобы солдаты могли видеть его.

– Я не мастер мотивирующих речей и витиеватых оборотов. Честно говоря, слова – это вообще не мое. – Я привык все доказывать делом, а не словом. Поэтому завтра я пойду с вами. Я буду не только руководить операцией, но и участвовать в ней. Возможно, вы хотите спросить: зачем нам это вообще нужно? На кой нам сдался этот захудалый городишко? Зачем рисковать своими задницами, если наш комплекс позволяет держать их в тепле и уюте? Вы были бы дураками, если бы не задавались такими вопросами. А я в свои ряды дураков не беру. – Руслан заметил, как некоторые бойцы молча кивают в знак согласия. – Это резонные вопросы. И вот что я на них отвечу. – Смотров сделал паузу, скользя взглядом по немногочисленной аудитории. – Нам это нужно, чтобы выжить! Да, наш комплекс комфортен, и мы не будем отказываться от него, когда займем Дубну. Но его ресурсы не безграничны. Запасов продовольствия в лучшем случае хватит еще на год. А ведь все вы – ребята здоровые, и аппетиты у вас под стать. А кроме вас на комплексе живет еще пять сотен гражданских, включая детей. Если мы начнем урезать рационы, то закончится это тем, что мы перегрызем друг друга как крысы. Как настоящие поземные крысы! – Ребята непроизвольно начали поглядывать друг на друга. Оказаться в такой ситуации не хотелось никому. – Продовольствие не единственная наша проблема. Для обслуживания комплекса нужны комплектующие. То там лампочка перегорела, то там нужно провод заменить, фильтр поменять, чтобы воду пить без кишечных палочек. На первый взгляд – это мелочи. Так и есть. Но эти мелочи накапливаются и съедают запасы на складах. – Смотров снова сделал паузу, давая слушателям возможность усвоить сказанное. – Возможно, вы хотите спросить: зачем идти на риск сейчас, если можно подождать еще год? Почему бы не пересидеть грядущую зиму в тепле, а потом уже идти воевать? Но я вам задам встречный вопрос: что было бы с людьми подполковника Фридмана, если бы мы им не помогли? Что бы с вами сейчас было?

– Сдохли бы мы, – раздался из толпы безрадостный голос Фридмана, которому вторил негромкий согласный гомон.

– А ведь в пределах нашей досягаемости есть и другие базы. Может, мы уже опоздали, а может, еще не поздно попытаться им помочь. Но в чем я уверен, так это в том, что по прошествии зимы мы найдем лишь их окоченевшие трупы. Либо они пойдут на поклон сектантам и пополнят их ряды. Так как мы поступим? Бросим своих товарищей и будем отсиживаться здесь, или попытаемся спасти столько, сколько сможем? – В ответ раздалось несколько возгласов о том, что своих не бросают. – Я слышу ваши ответы, – Смотров поднял руки, призывая к тишине, – вижу их в ваших глазах. И мня нравятся эти ответы! Они означают, что, несмотря на ядерную войну, несмотря на космическую угрозу, на конец света, к которому мы приблизились как никогда, мы все же остались людьми! Но как нам правильно поступить? Мы, конечно, можем броситься на помощь своим товарищам прямо сейчас. И куда мы их приведем? Сюда, на Агарту? Тогда наши ресурсы закончатся еще быстрее, а сам комплекс из надежного подземного убежища превратится в братскую могилу!

– На комплекс нельзя! – раздавалось в ответ. – Нужно брать город!

– Правильно! Нам нужен город! Нужен, чтобы мы выжили сами, чтобы помогли выжить тем, кого найдем на других базах. И, раз мы говорим о помощи, я не могу не сказать о людях, которые сейчас живут в городе. Небольшая кучка сектантов терроризирует местных жителей. Многих мужчин, женщин убили просто за то, что они были учеными! Или не были, но сектанты так решили. Вдумайтесь! Благодаря ученым, мы с вами можем сейчас есть вдоволь и жить в комфорте. Только благодаря ученым мы сможем обеспечить город энергией, чтобы согреть его зимой. Чтобы теплицы оправдывали свое название, и в них круглый год росли овощи. Наши ученые – это самое ценное, что у нас есть. Это наш шанс восстановить цивилизацию, а не скатиться в каменный век. А они убивают ученых! Убивают детей! Держат людей в нечеловеческих условиях. – Смотров перевел дух и понизил тон. – Я ничего не имею против веры. Уверен, что среди нас многие искренне верят в Бога. Но задайте себе вопрос: хотите ли вы жить в таком мире, который пытаются построить сектанты? А ведь они уже объявили здешние земли территорией так называемого Царства Божьего! И если никто не будет сопротивляться им сейчас, то их сила и влияние будут только расти. Если мы не нанесем удар сейчас, потом может быть слишком поздно!

Толпа отозвалась одобрительным шумом, и Смотрову снова пришлось призывать к тишине.

– Завтра на заре мы все выдвигаемся на Дубну. У нас недостаточно транспорта для того, чтобы одновременно перевезти всех, но мы продумали логистику. План освобождения уже подготовлен. Уверяю вас, мы сполна воспользуемся элементом внезапности. Сектанты и так не ожидают нападения с севера, ведь, как им кажется, их главный враг находится на юге. Но сейчас, в эту самую минуту, пока мы с вами здесь говорим, две диверсионные группы вносят дополнительную смуту в ряды сектантов.

Руслан знал, что Смотров говорит об обстреле постов сектантов из лазерного оружия.

– В том, что мы победим, у меня нет ни малейших сомнений! И я искренне надеюсь, что каждый из вас останется цел и невредим. А для этого я прошу всех и каждого четко и безоговорочно выполнять приказы. Поверьте моему опыту, это не менее важный фактор, чем бронежилеты или шлемы. И последнее, но не менее важное. Это тоже касается выполнения приказов, – Смотров прочистил горло. – Я понимаю, что многие из вас – большинство, наверное, – никогда не стреляли в живых людей. Помните одно: перед вами враг! Враг вас не пожалеет, как не пожалел ученых, как не пожалел их детей. Если будете сомневаться, если будете медлить, когда прозвучит приказ открыть огонь, погубите и себя, и своих товарищей! – Смотров замолчал и спортзал погрузился в тишину. – Я желаю нам всем удачи! Все свободны.

Руслан плохо спал этой ночью. Маша, свернувшись калачиком и обняв плюшевого пингвина, мирно сопела рядом. Маргарита обещала присмотреть за ней, пока Руслан не вернётся… Если вернётся… Он боялся идти в город. Все предыдущие вылазки тоже пугали неизвестностью, но, отправляясь на каждую из них, он надеялся, что опасности удастся избежать. Но завтра будет бой, и его могут убить. Завтра Маша может остаться полной сиротой.

Он должен будет стрелять по команде. Стрелять в живых людей, у которых, возможно, тоже есть дети. Такие же малыши, как его Машка. Такие же будущие сироты? Сироты благодаря его исполнительности? А может, не все сектанты одинаково плохие? Может, среди них есть и достойные люди. Наверняка ведь есть! Только времени разбираться в этом завтра не будет. Скажут стрелять, будешь жать на курок и не думать, кто хороший, а кто плохой. И сколько детей в этот момент лишаются родителей. Надо просто заставить себя не думать! Или ты, или тебя – третьего не дано.

***

Не думать не получалось. Все эти мысли колесом крутились у него в голове остаток ночи и утром, и когда их машина въезжала в город. В этот раз Смотров включил Руслана в группу, которой руководил сам и которой предстояло идти в авангарде.

Наблюдатели сообщили, что план отвлечения сработал. Около десяти утра кортеж из шести автомобилей покинул Дубну и двинулся на юг. Через десять минут после этого группа из двадцати пяти человек под руководством Смотрова медленно въезжала в город на пяти автомобилях. На капоты и двери автомобилей предварительно нанесли символы ЦНМ, а нашивками с аналогичной маркировкой украсили форму бойцов. Руслан вел головную машину, Смотров сидел рядом. По легенде, он возглавлял группу поддержки, которую апостол Николай все же выслал из Твери, «чтобы раз и навсегда положить конец бандитскому террору добрых жителей Дубны». Подразделение Смотрова прикрывали несколько снайперских расчетов, размещенных на северном берегу. Еще несколько групп проникали в город с восточной стороны и должны были быстро и бесшумно нейтрализовать охранные посты ЦНМ.

Мост через реку закрывала баррикада из сваренных металлических прутьев и листов, к которой был приделан самодельный шлагбаум. У баррикады дежурили трое сектантов. Когда Руслан остановился вплотную к баррикаде, сектанты уже ждали их с автоматами наперевес. Один из них поднес к лицу рацию и, хмуро косясь на подъехавший кортеж, что-то негромко говорил. Смотров открыл дверь и, всем видом демонстрируя уверенность, шагнул из машины.

– Мир вам, – произнес он типичное приветствие, принятое в ЦНМ.

– И духу твоему, – без энтузиазма ответил один из сектантов. – Вы откуда и куда, братья?

– Из Твери, – Смотров и глазом не моргнул. – Нас прислал Владыка. Он пересмотрел прошение митрополита и направил нас наказать безбожников, которые учиняют в Дубне непотребства. Если братья не возражают, я хотел бы поговорить с митрополитом без посторонних, – тон Смотрова давал понять, что даже если братья и возражали, ему на это было плевать.

Руслан завидовал способности Смотрова выключать эмоции. Раньше он считал себя хладнокровным человеком, но сейчас у него тряслись поджилки. Приходилось прилагать усилия, чтобы сидеть ровно и делать серьезное выражение лица. Видимо, это ему все же удалось, потому что, когда он неспешно повернул голову и посмотрел на сектанта с рацией, тот сразу же отвел взгляд.

– Митрополит сейчас покинул город, – сообщил один из сектантов.

– Кто вместо него?

– Он скоро вернется.

– Брат, – в голосе Смотрова зазвучало раздражение, – ты предлагаешь нам стоять здесь, пока не вернется Лаврентий? Или может, нам развернуться и доложить Владыке, что на самом деле никакая помощь вам не нужна?

Часовой не двинулся с места, но его товарищ с рацией отошел на несколько шагов, развернувшись к остальным спиной и ссутулившись над рацией. По его резким жестам можно было понять, что он с кем-то спорит. Через минуту он обернулся и махнул рукой.

– Проезжайте, – неохотно процедил сектант, поднимая шлагбаум и не спуская при этом со Смотрова глаз. – Все время по главной. Вас ждут у храма. Это вон то здание, – сектант указал на возвышающуюся над кронами деревьев верхушку башни с солнечными панелями.

– Спасибо, брат. Храни тебя господь, – дежурным тоном бросил Смотров, садясь в машину.

– Погода хорошая сегодня, снайперам легче работать будет, – заметил он и включил рацию: – Роман, ты распределяешь цели и координируешь стрельбу. И не забывайте про этажи. Наверняка прикрывать будут из здания. Как-то совсем не рады часовые прибывшей подмоге. Чувствую, развязка скоро, так что всем быть наготове.

Подъезд к башне был заблокирован, метров двадцать до входа нужно было пройти по алее, обрамленной с двух сторон молодыми деревьями.

У башни их действительно ждали. По краям ступеней, ведущих к центральному входу, стояли человек десять. Все вооружены. Между ними, скрестив руки на груди, стоял высокий немолодой мужчина.

– Со мной идут экипажи первых двух автомобилей. Остальным приготовиться к атаке и, при необходимости, занять укрытие, – Смотров вышел из машины и уверенным шагом двинулся к башне. – Мир вам, братья! – он остановился у самого подножия ступеней, задрав голову вверх, чтобы не смотреть на сектантов исподлобья. Остальные сопровождающие, включая Руслана, стали полукругом на шаг позади.

– Мир, говоришь? – стоящий по центру сектант скривился, глядя сверху вниз на Смотрова. – Мир, значит? Что ж вы, братья, разодеты тогда так, будто на войну собрались? Даже шлемы не поснимали, – сектант улыбался только губами, глаза оставались суровыми. Его свита даже не пыталась улыбаться, все смотрели на новоприбывших с неприкрытой враждой.

– Разодеты мы так, брат, ибо истинно на войну собрались, – не растерялся Смотров. – Владыка прислал нас вам в помощь, для которой такой наряд в самую пору.

– А что ж остальных позади оставили? Машины охранять? – вновь скривился сектант. – Аль боитесь, что у вас здесь украдет их кто?

– Что-то не очень-то радушно вы помощь принимаете, брат.

Пока Смотров говорил, Роман начал распределять цели. Руслану достался сектант, который стоял в паре шагов от него. Худой, невысокий, руки в татуировках. Руслан слышал переговоры снайперов. На первых трех этажах действительно были замечены силы поддержки сектантов. Если их быстро не уберут, то вся группа Смотрова будет как на ладони.

– Да вот что-то не очень вы на братьев похожи. Сдается мне, что вы – волки в овечьей шкуре, – сектант осмотрел непрошенных гостей и вновь впился взглядом в Смотрова. – Вы больше похожи на гончих Николая, которых он спускает на неугодных, – тон сектанта из ироничного стал уже открыто враждебным. – Я знаю, что у митрополита с владыкой были определенные разногласия. Знаю, что митрополит сказал при всех. Если вы здесь из-за этого, то лучше вам развернуться и передать владыке, что такими методами вопросы не решить.

– Я сожалею, брат, но наш разговор зашел совсем не туда…

Эти слова Смотрова были сигналом. Руслан не слышал выстрелов снайперов, но услышал звон стекол, которые вдруг посыпались сверху. Тут же по бокам раздался стрекот автоматов. Сектанты хоть и были настороже, но внезапная атака все равно застала их врасплох. Кто-то рефлекторно оглядывался на падающие стекла, кто-то сразу все понял и начал вскидывать оружие, но тут же падал в лужу собственной крови. Все будто замедлилось. Сектант, который только что угрожал Смотрову, получил от него пулю прямо в лоб и, взмахнув руками, упал навзничь. Тот, который был целью Руслана, пригнулся, будто это могло спасти его от пуль.

«Стрелять. Не думать», – пронеслось в голове у Руслана. Ноги сами сделали два шага к сектанту, а руки бросили автомат прикладом вперед, угодив сектанту прямо в висок. Удар развернул его и кинул на ступени, где он так и остался лежать на боку, выронив ружье. Смотров бросил на Руслана испепеляющий взгляд, открывая рот и собираясь что-то сказать, но его прервали хлопки выстрелов, раздавшиеся откуда-то сверху. Пуля угодила в шлем Смотрову, от удара его повело, он сделал несколько неуверенных шагов в сторону Руслана и начал падать. Раздался ответный огонь, снова посыпались стекла. Руслан подхватил Смотрова и рывком отправил его за ближайшее дерево – какое-никакое, а все же укрытие. Сам шагнул следом, но два удара в спину толкнули его вперед с такой силой, что он завалился сверху на Смотрова. Он уже не думал – перекатился на спину и, вскидывая автомат, направил в сторону башни.

За одной из колонн слева от входа Руслан заметил силуэты и нажал на спуск. Очередь пришлась в колонну, выбивая из нее осколки и пыль. Руслан не попал, но сектантам пришлось уйти от огня. Через секунду на крыльцо упали сразу две термические гранаты. Взрывом выбило стекла первого этажа и оплавило оконные рамы. От колонны отвалился большой кусок, но она устояла, изогнувшись черным обугленным силуэтом.

Все стихло. Выстрелы сверху тоже прекратились.

– Ну хоть со второго раза до тебя дошло, – проворчал Смотров, вставая с земли.

– Ты цел? – спросил Руслан. В горячке боя было не до субординации.

– Шлем спас, – Смотров постучал пальцем по своему спасителю, – как и тебя бронежилет. – Руслан только сейчас вспомнил о полученных в спину ударах, сунул руку под бронежилет – больно, но крови не было. – А вот ты меня чуть не задавил, – ухмыльнулся Смотров, но тут же посерьезнел и переключился на проверку статуса своих бойцов.

Один из их группы погиб. Пуля угодила ему в шею аккурат между шлемом и бронежилетом. Еще трое получили ранения в руку или в ногу, один серьезно – пуля повредила бедренную артерию близко к паху. Кровь быстро пропитала штанину, темным пятном расползаясь по тротуарной плитке, на которой, привалившись спиной к парапету, сидел боец. Товарищи суетились вокруг, пытаясь перетянуть артерию, чтобы остановить кровотечение и наложить жгут, но из-за местоположения раны им это не удавалось. Шансы раненного на выживание стремительно таяли.

Остальные группы обошлись без потерь. Посты сектантов были заняты, сопротивление подавлено. Выжили единицы, те, кто не сопротивлялся и побросал оружие.

Смотров отдавал распоряжения по рации, шагая к автомобилю:

– Роман, ты руководишь зачисткой здания. Всех, кого найдете внутри, брать под арест. Потом разберемся, кто сектант, а кто гражданский. Если кто-то будет сопротивляться, нейтрализуйте на месте. Раненые остаются здесь, остальные едут со мной к южному блокпосту. Митрополит со свитой выехали через него и вот-вот вернутся. Серб! перекройте для подстраховки Большеволжскую, вдруг они вернутся другим путем. Группы Калугина и Зверева ко мне на южный блокпост. Группы Сенченко и Михальчука в помощь Сербу, выполнять его приказы. Руслан, за руль, – Смотров кивком подкрепил свой приказ и забрался на пассажирское сиденье.

Через несколько минут они были на южном блокпосту, который сектанты установили возле паромной переправы. Он представлял из себя сложенный из бетонных блоков блиндаж с установленной на него вышкой из дерева и листов металла. Дорога, перекрытая такой же баррикадой, как на мосту, вела на юг. По правую сторону от нее сквозь редкие деревья можно было рассмотреть широкой канал. Слева к дороге примыкал густой лес.

На месте их ожидала штурмовая группа, захватившая блокпост. Трупы оттащили в сторону, но то там, то здесь виднелись кровавые следы. Еще через пару минут подъехали машины со снайперами и лазерными винтовками. В одной из них Руслан с удивлением узнал Сашу. Тот улыбнулся ему неуверенной улыбкой и побежал выполнять указания командира.

Позиции развернули быстро. Одну лазерную винтовку втащили на вышку, другую установили у баррикады с левой стороны дороги. Дорога просматривалась всего на пару сотен метров, после чего плавно изгибалась и уходила влево, за лесную стену.

– Передовые машины сектантов придется допустить на близкое расстояние, чтобы не упустить из поля зрения замыкающий автомобиль и никому не дать уйти, – распоряжался полковник. – Стрелкам из лазерного оружия в первую очередь уничтожить первый и последний автомобили. Остальные теряют мобильность и становятся легкими мишенями для снайперов. Если какому-либо автомобилю все же удастся прорваться на ближнюю дистанцию, в работу должны будут включиться штурмовые группы.

Через несколько минут с юга донёсся шум. Он постепенно нарастал, пока из-за поворота на полном ходу не выскочил пикап грязного цвета с символом ЦНМ на капоте. Машина неслась к баррикаде, не сбавляя скорости, но других видно не было.

– Этого еще нам не хватало, – проворчал Смотров. – Антонов, приготовиться.

– Уже готов, – Саша вновь удивил Руслана бесстрастным голосом. Похоже, оружие в руках преображало его в холодного и расчетливого стрелка.

Пикап преодолел уже больше половины пути от поворота до блокпоста, когда Руслан разглядел за лобовым стеклом красную кепку.

– Стойте! – завопил он, перебивая уже дававшего команду стрелять Смотрова. – Это Рыжов!

– Отставить, – тут же скомандовал Смотров.

Пикап, визжа шинами по асфальту, затормозил у самой баррикады. С пассажирского сидения, припадая на одну ногу, вывалился Олег и заковылял к баррикаде, подняв руки.

– Свои! Нужна помощь, у нас раненая!

С водительского сиденья выскочил незнакомый мужик. Он кинулся к задней двери и помог выбраться женщине, которая прижимала рукой рану на животе. Мужчина подхватил ее и побежал к блиндажу так быстро, как только мог.

– Не стрелять. Это наши диверсанты, – кричал Смотров.

Руслан снова услышал шум: из-за поворота одна за другой выскочили четыре машины.

– Их же должно быть пять. Где еще одна? —спросил Смотров, поворачиваясь к Олегу.

– Одну мы повредили, когда сваливали от них.

– Ясно. Антонов, Сенченко! – Смотров замер на секунду, – огонь!

В капоте первой машины образовалась большая дыра, салон загорелся. Машина дернулась, резко сбавляя скорость и уходя в сторону канала. Буквально за секунду на лобовом стекле появилось несколько отверстий – работа снайперов. Со своей позиция Руслан не мог видеть замыкающий автомобиль, но мог представить примерно такую же картину. Сейчас его обрабатывали ребята с вышки и, как можно было судить по их докладам, работали они также эффективно. Шедший вторым автомобиль резко вывернул в попытке избежать столкновения с первым и вполоборота выскочил из-за него. Тут же ему снесло часть левого переднего колеса. Уцелевший кусок покрышки, полыхая, полетел в сторону, словно выпущенный из катапульты снаряд. В этот раз Саша переключил винтовку в режим пониженной мощность и за мгновение, пока машина еще продолжала заваливаться в сторону исчезнувшей опоры, сделал еще два точных выстрела, практически не оставив снайперам работы. Смотров с выпученными глазами повернулся к Руслану и уважительно кивнул:

– Вот это жжет наш налоговик! – выдал он.

Остался один автомобиль, который шел предпоследним. Его водитель понял, что попал в засаду, и попытался развернуть машину. Не удалось. Через считанные секунды машина замерла на месте, а ее салон превратился в печь, огонь из которой вырывался наружу сквозь выбитые окна.

Бойня заняла не больше минуты. Четыре разбитых, полыхающих машины застыли на дороге. Никто не пытался их покинуть, никто не звал на помощь.

– Так что ты там сказал насчет шестой машины? – Смотров снова повернулся к Рыжову, наблюдавшему за происходящим с открытым ртом.

– Не приедет она, я в нее гранату кинул.

– А где гранату взял?

– У сектанта. И этот пистолет заодно, – Олег демонстративно достал из-за пояса пистолет. – Двоих я застрелил. Еще один или два были в той самой машине. Потом мы просто сваливали.

– Сколько осталось в живых?

– Откуда мне знать, Василич?! – возмутился Олег. – Я что среди них перекличку должен был провести, и только потом валить? И я ж не знаю, скольких вы только что перебили.

– Хреново. Я тебя не критикую, но хреново, – Смотров почесал подбородок. – Если кто-то из них выжил, информация о том, что Дубна ушла из-под контроля быстрее дойдет до Твери. А нам бы не помешало дополнительное время на организацию обороны.

При осмотре в машинах обнаружили двадцать трупов, среди которых Олег опознал и самого митрополита. Скривив гримасу отвращения, он залез в карман накидки усопшего и вытащил ключи. На последовавший вопрос Смотрова, он увертливо ответил, что ему нужно проверить свои догадки, о чем он доложит отдельно. Количество найденных в машинах трупов означало, что несколько сектантов из тех, кто отправился на мнимую операцию против Тарасова, все же уцелело.

Для охраны блокпоста Смотров оставил усиленную группу, но сектанты с юга так и не появились. Зато вечером пришел доклад о зараженном, который выбрался из-за деревьев в непосредственной близости от баррикады. Выстрел в голову уложил его на месте, но не помешал его вздувшемуся животу лопнуть и изгадить баррикаду красно-черной жижей.

Олег при побеге от сектантов получил легкое ранение. Пуля прошла по касательной и лишь содрала кожу с правого бедра. Ему быстро оказали помощь и включили в состав одной из групп для прочесывания города. К вечеру город был взят. В плен сдались несколько адептов ЦНМ, включая тех, кто встречал их утром на мосту. Всех разоружили и заперли в одном из подсобных помещений башни. Им предстояли долгие и детальные допросы, о которых Руслану не хотелось даже думать.

Жители города были напуганы стремительными изменениями, но многие из них встречали освободителей с искренней радостью. Среди них нашлась и Сашина сестра. Анна действительно была очень на него похожа. Их мать тоже была жива, но замкнулась в себе и вела себя странно, постоянно крестясь и причитая о грехах, которые Саша взял на душу. Смотров разрешил забрать их на Агарту вместе с частью контингента, вернувшегося на комплекс, чтобы не бросать его без охраны.

Руслан и Олег вернулись вместе с ними. Несмотря на истощение и общую неухоженность, лицо Олега сияло таким самодовольством, что с него можно было писать портрет Цезаря. Сегодня он был победителем, героем. Он внедрился в ряды врага и, днем и ночью рискую собственной жизнью, сыграл важнейшую роль во взятии города. При этом Олег не отличался присущей классическим героям скромностью, зато обладал выдающимся артистизмом и умением приукрасить любую историю. Скоро о его героизме узнает весь комплекс, а главное – Маргарита. Руслан улыбался, слушая вновь ставшую беспечной болтовню друга. Он радовался за него почти так же сильно, как был рад вернуться к своей дочери. Живым.

Глава 24

В ближайшее время новым хозяевам города предстояло решить две первоочередные задачи. Первой была организация обороны: как от возможного нападения сектантов, так и от угрозы инопланетного заражения. Второй, но не менее важной задачей была экстренная подготовка города к грядущей зиме. Начать решили с проверки всех сильных и слабых мест уже существующей инфраструктуры. Как организовано выращивание овощей? В каком состоянии теплицы? Какие запасы продовольствия удалось накопить? Какие здания пригодны для размещения людей? Как устроены распределительные электрические сети? И масса других вопросов, ответы на которые требовались уже сейчас.

Из местного населения выбрали инициативную группу для помощи в разрешении всех хозяйственных проблем. Люди воспрянули духом и с энтузиазмом взялись за работу.

Олег, Саша и Руслан в сопровождении местных отправились осматривать склады и теплицы. Запасы на складах имелись, но богатством и разнообразием не отличались. Складские помещения были организованы плохо – воруй – не хочу. С теплицами дело обстояло чуть лучше. Они располагались недалеко от башни и были обеспечены водой и электричеством. В подвалах близлежащих зданий сектанты наладили выращивание грибов, которые могли стать хорошим подспорьем зимой.

– Так, ну с осмотром основных объектов мы закончили, – сказал Олег сопровождающим, когда солнце уже начало клониться к горизонту. – Теперь я покажу вам святую святых сектантов – молебную рощу! – Один из местных в ответ на упоминание рощи неодобрительно хмыкнул. – Не понял, – отреагировал Олег, – тебя тоже туда пускали?

– Нет, не пускали. Кому как не тебе знать, что они туда вообще посторонних не допускали. Только избранных из самой секты. Ну или тех, кто очень старался им угодить, – мужик взглянул на Олега и тут же отвел глаза, понимая, что мог и нарваться.

– Завидуешь? Хотел бы побывать на моем месте? – Олег напрягся и рыкнул на мужика с нескрываемой агрессией. Но затем расслабился и махнул рукой: – А забей, я на тебя не злюсь. Ты же понимаешь, что я должен был играть свою роль, чтобы наша операция не провалилась?

– Теперь понимаю, – пробубнил мужик.

– Вот и хорошо. Тогда предлагаю зарыть топор войны и раскурить трубку мира. Мы пришли!

Олег остановился у одноэтажного длинного здания с кирпичными стенами и стеклянной крышей. На черной входной двери отчетливо выделялся большой белый символ ЦНМ, поверх которого была прибита проржавевшая табличка с надписью: «Посторонним вход строго воспрещен». Олег запустил руку в карман и с деловым видом вытащил связку ключей, изъятую у погибшего «митрополита». Нужный ключ попался с третьей попытки. Тяжелая дверь со скрипом приоткрылась, и Рыжий проскользнул внутрь. Остальные по одному последовали за ним.

– Молебная роща, значит? – хмыкнул Руслан, оценивая увиденное.

Один из местных присвистнул. Плотные ряды конопли тянулись вдоль стен. В противоположном конце помещения несколько кустов конопли висели корневищами вверх, под ними белел застеленный бумагой пол.

– Ага, по-другому у них, наверное, контакт с богом не настраивался, – прыснул Олег.

– Братья же против наркотиков всегда были, – оторопело пробормотал все тот же местный.

– Ты просто неправильно их понимал. Когда это пчелы были против меда? Они не хотели, чтобы наркотики употреблял кто-то, кроме них, – Олег говорил с наигранно серьезным видом. Видя скепсис в глазах остальных, он пожал плечами. – Ну а вы реально думаете, что можно быть такими упоротыми на трезвую голову?

– И зачем ты нас сюда привел? – настороженно спросил Руслан. Он уже начал догадываться, что Рыжий опять задумал какую-то аферу.

– Как зачем? Нам дали задание проверить все склады и теплицы. А это одновременно и склад, и теплица! Хранилище там, в конце помещения, – Рыжий махнул рукой.

– И ты, конечно же, незамедлительно доложишь Смотрову об этой теплице? – озвучив свой вопрос, Руслан с удивлением отметил неодобрительные взгляды большинства окружающих.

– Конечно! Незамедлительно! Вот завтра утром первым делом доложу, – улыбнулся Олег. Он включил рацию, его взгляд стал отсутствующим. – Серб, ты слышишь меня? Серб, прием.

– Слышу, – через несколько секунд отозвался Ковач. – Что у тебя?

– У меня сюрприз. Помнишь, наш давний спор?

– Э-э… Ты о чем? – Серб прервался, не желая озвучивать предмет спора в эфир. – Ты про тот спор, когда мы с тобой в столовке забились?

– Да, я именно о нем. Приходи через час к башне.

Руслан взял Олега под локоть и отвел в сторону от остальных:

– Ты совсем уже?! – прошептал он со злостью. – С нас всех Смотров шкуры снимет, если узнает, что ты тут наркотой барыжить собрался!

– Расслабься. Ничем я барыжить не собрался. Завтра доложу ему о находке и вручу ключи. Но он же не знает, сколько здесь было заготовлено и чего. И где по городу могут быть закладки. – Он подмигнул Руслану. – Ребятам нужно иметь возможность расслабиться. Это лучше, чем они бухать начнут, а потом еще и к бабам полезут. Что первого, что второго в городе тоже хватает.

– Да, самое время расслабляться. С одной стороны секта может нагрянуть, с другой – Тарасов. А зараженные, так вообще с любой стороны припереться могут!

– Я тебя не узнаю, – Олег подался немного назад и окинул Руслана критичным взглядом. – Вспомни наши молодые годы! Кто вечно на тусовках кричал «давай еще»?

– Всему свое время. Взрослеть пора, Рыжий! – Руслан оглянулся по сторонам. – Кроме того, ты уверен, что тебя не сдадут, не дожидаясь завтрашнего утра.

– Местным сейчас точно не до этого. Даже если они и пойдут стучать к Смотрову, то уже завтра. Я к тому времени отдам ему ключи и сам расскажу об удивительной находке. В общем, за местных можешь не переживать. А в остальных я уверен. – Олег озадаченно сжал губы. – Да не переживай ты так. Сколько тут той травы? Заберем немного себе самого лучшего. Будет лишняя возможность отвлечься от серых будней. Не знаю, что ты себе уже надумал, но торговать я точно ничем не собираюсь.

– А Серб?

– Серб свой. Отсыплю ему немного. У нас с ним свои качели. Теперь он мой должник будет.

К ним подошел Саша.

– Что вы тут шушукаетесь? Со стороны это выглядит не очень, я вам честно скажу.

– Все нормально, – ответил Олег. – Скоро возвращаемся на Агарту. Ты как смотришь на то, чтобы прихватить с собой немного здешних запасов?

– Х-м. Можно и прихватить. Главное, чтоб столовая еще работала, – улыбнулся Саша.

Рыжий повернулся к Руслану с торжествующей улыбкой.

– И ты, Брут? – спросил Руслан у Саши, сокрушенно качая головой.

– Ну а что? – Саша пожал плечами и смущенно опустил глаза. – Алкоголь я не очень люблю. Надо же и мне иногда расслабляться.

***

Вечером Руслан, Олег, Саша и его сестра Аня сидели в столовой Агарты и наминали все, что было доступно на шведском столе. Рядом с Русланом копошилась Маша со своими игрушками.

– Я раньше думал, что баба Люба вкуснее всех готовит, – пробубнил Олег с набитым ртом. – Но готов пересмотреть свое мнение. Улугбек сегодня просто в ударе!

– Что тогда мне говорить? – Аня оторвалась от своей тарелки. – Я почти год какими-то помоями питалась. Братья нас разнообразием не баловали. От рыбы тошнит уже. И главное, у них чуть что – пост! Нашли универсальную отмазку, чтобы экономить еду. Кто не согласен, тот грешник и подлежит наказанию. Только я сильно сомневаюсь, что они рьяно постились. А нам, бывало, такие посты устраивали, что после них я радовалась даже рыбной баланде. – Несмотря на поразительное внешнее сходство, характер у Ани был совсем не такой, как у брата. За словом она в карман не лезла и, не смущаясь, хохотала над самыми сальными шутками Рыжего. – Короче, на знаю на счет вашей бабы Любы, но этот Улугбек – просто кулинарный бог! – Аня хихикнула и обвела остальных слегка затуманенным взглядом.

– Баба Люба еще круче. Кстати, о ней, – Рыжий подался вперед. – У меня есть к вам просьба, друзья мои.

– За такой вечер, все что угодно, – Аня кокетливо подмигнула ему.

Саша закатил глаза.

Олег воодушевленно продолжал:

– Завтра вечером я пригласил Маргариту в ресторан. То есть сюда. А поскольку у нас сейчас сплошное самообслуживание и официантов нет, для создания подходящей атмосферы мне потребуется ваша помощь.

– Кто такая Маргарита? – с неприязнью спросила Аня.

Саша опять закатил глаза.

Руслан не выдержал:

– Маргарита. Она же доктор Гинингер. Гениальный ученый, автор технологии беспроводной передачи энергии, благодаря который мы сейчас наслаждаемся горячей едой, приготовленной на электропечи, – Аня нахмурилась. Но Руслан решил быть безжалостным: – и еще она молода и очень красива. Рыжий за ней с первого дня таскается, я только и успеваю ему слюни вытирать.

– Ясно-понятно, – теперь была очередь Ани закатывать глаза. – И что тебе от нас нужно? – спросила она у Олега, но уже не так радостно.

– Да ничего особенного, – Рыжий сделал невинное лицо и пожал плечами. – Просто подыграйте мне немного.

Саша повернулся к Руслану:

– Ты его ведь давно знаешь, да?

– С детства.

– Он всегда такой был? Ну, в смысле он и раньше задумывал какие-то интрижки и впутывал в них других людей?

– Это он себя еще сдерживает…

***

На следующий день Рыжий сопровождал в город Маргариту. Для нее это был первый выход за пределы Агарты.

У Саши накопились дела на складах, и он привлек сестру к работе.

Руслан остался на базе. Все, что от него требовалось, – быть готовым по сигналу собраться и организовать перевод персонала на нижний – самый защищенный уровень. Но кто мог атаковать Агарту?

По уже сложившемуся обычаю Руслан днем зашел в садик, чтобы забрать Машу на обед. Юнь поприветствовала Руслана гораздо теплее, чем он мог ожидать. Ему было одновременно и приятно, и неудобно слышать, как она переживала за него. Смущенный таким вниманием, Руслан постарался поскорее покинуть садик. После обеда он привел Машу и старательно отводя взгляд, передал воспитательнице. Юнь нравилась ему, но рана от потери жены все еще слишком болела.

Столовая начинала работу в семь утра и закрывалась в девять вечера. Утром, в полдень и с шести до семи вечера здесь всегда было многолюдно, но после семи люди начинали расходиться по своим квартирам. Задерживались только те, у которых был повод посидеть подольше.

Олег пригласил Маргариту на восемь тридцать вечера, предварительно уладив все вопросы с кем нужно, чтобы столовая закрылась позже обычного. Наверняка, как и подобает порядочной девушке, Маргарита опоздает еще минут на тридцать. А значит вряд ли кто-то побеспокоит их своим непрошенным вниманием.

Машу из сада должна была забрать Анна.

Циферблат электронных часов, подсвеченный глубоким синим, показывал семь часов сорок семь минут. Цифры отчетливо виднелись в полумраке комнаты. Торопиться Руслану было некуда, но он все же решил прийти в столовую заранее. Он окинул критичным взглядом свое отражение: выбрит гладко, прическа в порядке смокинг, который он надевал почти год назад, сидел как влитой. Кушак плотно облегал плоский живот – ежедневные тренировки сделали свое дело.

– Вот и смокинг пригодился, – он усмехнулся с горечью.

Анну с Машей Руслан застал на кухне у бабы Любы. Маша сидела в уголке за столом и увлеченно рисовала. Аня не менее увлеченно щебетала с бабой Любой.

Заметив Руслана, Аня поднесла руку ко рту и хихикнула.

– Смотри, Маша, какой твой папа сегодня красивый!

Малышка оторвалась от рисования и подбежала к Руслану, чтобы обнять его.

– Батюшки, – протянула баба Люба, наконец оторвавшись от стряпни и повернувшись вполоборота к Руслану. – Никак свидание сегодня у тебя, а не у друга твоего?

– Сегодня я – официант самого престижного заведения в округе и должен выглядеть подобающе.

– Это какого еще заведения? – баба Люба уперла одну руку в бок, поворачиваясь к Руслану всем своим дородным телом.

– Ну как какого? Ресторация «У бабы Любы», конечно!

– Смотри невесту у Олега не уведи, официант, – баба Люба скептически хмыкнула и вернулась было к стряпне, как в комнату вошел Саша.

– Добрый вечер!

– О! Гляди-ка, еще один, как павлин вырядился!

– А что не так? – смутился Саша, оглядывая свой смокинг.

– Да все нормально, – Аня, смеясь, махнула рукой. – Вы просто такие красавчики. Любовь Васильевна переживает, что вы у Олега девушку уведете.

– Олежку не обижать! – пробурчала баба Люба, не оборачиваясь. – Он мне как сын. Только он меня и поддерживал все это время, остальным только жрать подавай. И вообще, не отвлекайте меня, если не хотите ему свидание испортить. Идите занимайтесь своим делом. Скоро уже молодые придут, а у меня еще ничего не готово.

– Молодые! – Аня в голос засмеялась.

Молодые действительно не заставили себя долго ждать. Когда Руслан вышел из кухни, Олег уже сидел за выбранным заранее столиком в углу за небольшой ширмой. Для свидания Олег выбрал стильный темно-синий костюм, рубашку и галстук в тон. Он не стал сбривать бороду, которую его заставили отращивать сектанты, но аккуратно постриг ее.

– Здарова, – он приподнялся и протянул руку Руслану. – Зазнобы моей не видать еще?

Первой задачей Руслана и Саши было встретить Маргариту у входа и проводить к столику. Для придания этому действу солидности возле входа даже установили небольшую стойку, на которую посетители столовой в недоумении оборачивались. Сейчас за стойкой дежурил Саша.

– Пока нет. Но пойду на пост, чтобы не пропустить.

– Давай не подведи!

– Это ты не подведи! А мы с Шурой все сделаем четко, – Руслан подмигнул товарищу и отправился к стойке.

Маргарита пришла минут через десять. Ее черное платье подчеркивало тонкую талию и округлые бедра, а декольте приковало к себе взгляд даже застенчивого Саши. Зато Саша первый и собрался с мыслями, пока Руслан так и стоял с открытым ртом.

– Добрый вечер! Ваша фамилия?

Маргарита от неожиданности застыла на месте, но быстро поняла, что происходит, и, сделав серьезное лицо, подыграла:

– Маргарита Гинингер, – с достоинством произнесла она.

Руслан, держа в руках планшетку, сделал вид, что сверяется со списком, затем удовлетворенно кивнул.

– Позвольте, я вас провожу к вашему столику.

Когда Руслан привел Маргариту, Олег встал и протянул руку:

– Маргарита, если боги действительно есть на небе, то сегодня они завидуют вашей красоте!

– Спасибо, – она очаровательно улыбнулась и протянула руку, которую Олег легонько поцеловал. – Но вряд ли с неба на нас могут смотреть какие-либо боги. Скорее звезды.

– Сегодня вы сияете ярче любой из них!

– А еще черные дыры, темная материя, – Маргарита грациозно присела на предложенный Русланом стул.

– Желаете что-то сразу заказать или сначала ознакомитесь с меню? – вмешался Руслан, видя, что Рыжий не может подобрать подходящий ответ на последнюю реплику Маргариты.

– Пожалуй, сначала ознакомимся с меню, – сказал Олег. – Но, чтобы нам не скучно было выбирать, принесите нам шампанского!

– Конечно. Предпочтете Moёt или Louis Roederer? —говоря, Руслан учтиво наклонился к Олегу. Рыжий где-то достал по одной бутылке названных брендов и теперь делал вид, как будто у него большой выбор.

– Маргарита? – Олег ожидающе посмотрел на спутницу.

– Да я… – Маргарита растерялась и хлопала глазами. – Кх-м… Давайте Moёt. Не знала, что на комплексе еще осталось шампанское. Где ты его взял? – услышал Руслан, отходя от столика.

– Рита, – голос Рыжего был тихим, но уверенным, – для тебя я могу…

Дальше Руслан уже не слышал. Он отправился на кухню, вытащил из холодильника нужную бутылку и положил ее в заранее заготовленную ледницу.

– Эх, везет же некоторым, – завистливо протянула Аня.

– Поверь, Рыжий далеко не подарок, – ответил ей Руслан, беря в одну руку ледницу, а во вторую поднос с двумя высокими бокалами.

– Та дался мне твой Олег! А вот шампусика я бы сейчас пригубила.

– Сбей с него за участие в этой спецоперации. Будь другом, подержи дверь.

Хоть большим опытом Руслан похвастаться не мог, ему все же удалось открыть шампанское с хлопком и почти не разлить его. Наполнив бокалы, он извлек блокнот и с серьезным видом стал записывать заказы. Меню разнообразием не отличалось. Овощных салатов было вдоволь, а вот основных блюд было всего два – паста с морепродуктами в сливочном соусе и говяжий стейк. И первое, и второе было уже большим дефицитом на Агарте, поэтому могло быть подано сегодня лишь в одном экземпляре. Дождавшись выбора Маргариты, которая заказала пасту, Олег сделал вид, что тоже склоняется к выбору пасты, но в последний момент передумал и выбрал стейк. К этому времени баба Люба уже завершала приготовление, поэтому долго ждать не пришлось.

Руслан периодически подходил к столу, чтобы проверить состояние бокалов и при необходимости долить в них шампанского. Про себя он отметил, что Рыжий, который в былое время мог поглощать игристое литрами, сейчас держал себя в руках и пил не больше Маргариты. Маргарита же наслаждалась напитком очень умеренно, выпивая лишь когда Олег выдавал очередной тост. Со стороны было заметно, что ей и без шампанского было хорошо. С ее лица не сходила искренняя улыбка, а глаза светились радостью и… влюбленностью? Когда же к их столику подошел Саша и заиграл на скрипке, она от души рассмеялась, еле сдерживая слезы и аккуратно вытирая глаза салфеткой, чтобы не испортить макияж.

– Цветы для прекрасной дамы? – Руслан держал в руках охапку свежих роз. Он не уставал поражаться, где Рыжему удалось это все достать.

– Безусловно! – Олег достал из кармана бумажник, из которого торчали уголки хорошо знакомых зеленоватых купюр. Эти купюры, за которые раньше убивали людей, сейчас не имели ни малейшей стоимости. Но это ведь была игра, и Рыжий в свою роль вжился по-настоящему. – Я беру все!

– Зачем все? – вмешалась в разговор Маргарита. – Достаточно одной. Вот эта мне очень нравится, – она выбрала один цветок и, поднеся его к лицу, стрельнула в Олега глазами. – Спасибо.

Руслан принял бумажки и отправился на кухню. Примерно через полчаса он проводил Олега и Маргариту к выходу. Олег, не оборачиваясь и не отвлекаясь от беседы с Маргаритой, завел руку за спину и показал ему большой палец. Руслан еще какое-то время постоял на входе в столовую, глядя им вслед и улыбаясь. Он был рад за друга и по-доброму ему завидовал.

Глава 25

В обед Руслан случайно пересекся с Олегом в столовой. Несколько идиотская улыбка не сходила с лица товарища. Рыжий сиял от счастья и не смог удержался, чтобы не похвалиться перед другом, что, несмотря на весь его богатый опыт, прошлая ночь была лучшей в его жизни.

В субботу утром Руслана вызвал Смотров.

– Отдохнул немного? – полковник по-отечески улыбнулся.

– Да, спасибо. Есть новое задание?

– Маргарита и Козинский свое слово сдержали, – Смотров отошел к своему столу и вернулся с небольшой металлической коробочкой в руках. – Это – опытный образец ресивера. Таких нам передали три. Как видишь, наши ученые постарались и упаковали его в короб из тугоплавкого сплава. Говорят, что он устойчив к сильнейшим кислотам. Это защитит начинку от агрессивной среды внутри зоны.

– Окей, – протянул Руслан. У него возникло неприятное предчувствие, что эта задача ему совсем не понравится. – Я так понимаю, я должен доставить его к центру одной из зон?

– Правильно понимаешь, – голос Смотрова стал совсем сухим. Он смотрел на Руслана, не моргая.

– Хорошо… – Руслан растерялся. Смотров явно что-то недоговаривал. – Постараемся сделать. Хотя если зоны теперь будут защищаться, то мы сильно рискуем.

– А я не хочу, чтобы вы рисковали, – Смотров опять замолчал.

– Как это? Как же мы его до середины зоны донесем, не рискуя?

– А вам и не нужно будет нести. Только проконтролировать.

– Кто тогда?

– Почтальон Печкин! – раздраженно рявкнул Смотров. – Ты сам не догадываешься? Беспилотников у нас нет. Вами я рисковать не хочу. Остается только один вариант.

– Зараженный?

– Зараженный.

– Кто? – в горле у Руслана вмиг пересохло.

– За эти дни мы задержали троих в Дубне. Один умер. Причину пока не знаю, но разберусь. Оставшихся двоих забирают Серб и Хитров. Они свои задачи уже получили.

– Значит мне остаются Быков или женщина?

– Женщина, – отрезал Смотров.

– Почему не Быков? – хриплым голосом спросил Руслан. От осознания предстоящей миссии его начало мутить.

– Потому что я так сказал, – Смотров говорил ровным холодным тоном. Тихим, но не допускающим возражений. Обычно с таким никто не спорил.

– Ну да, это же у Быкова тут двое детей, которые каждый день спрашивают, как там мама и когда она к ним вернется…

– Руслан, их маму уже не вернуть. Детям мы в этом признаться не можем, но сами себе ведь должны? – Смотров сделал паузу в ожидании новых возражений, но Руслан молчал. – Если ты откажешься, я поручу эту задачу кому-нибудь другому. – Снова пауза, снова молчание в ответ. – Можешь считать это очередным уроком жизни от сухого, бесчеловечного Смотрова. Этот циник хочет, чтобы ты кое-что понял, чтоб научился принимать сложные решения и сам делать грязную работу. Все мы большие мастера перекладывать ответственность на других. Проблема в том, что далеко не всем в сложной ситуации хватает духу сделать то, что должно. А теперь подумай вот над чем: имеет ли командир моральное право отдавать своим бойцам приказ, который он не готов выполнить сам? А? Что скажешь?

– Ты ведь не закончил еще свою речь, Василич, – Руслан смотрел на командира исподлобья. Тот опять смог загнать его в ловушку. – Не тяни.

– Как скажешь. Не думаю, что тебе нужно объяснять, что времена сейчас не те, когда можно позволить себе такую роскошь, как увиливание от, скажем так, непопулярных мер. Ты это не хуже меня понимаешь. Нам предстоит борьба, Руслан. Борьба за жизнь. Как бы ни драматично звучало, но это именно так. Либо мы выживем, либо нет. И раз уж ты стал в ряды тех, кто готов вести остальных к выживанию, то будь готов идти до конца! И не только принимать сложные решения, но и воплощать их в жизнь. – Смотров вздохнул. – Ну так что? Мне поручить эту задачу другому?

– Не нужно. Я все сделаю.

– Хорошо. Поедешь к этой зоне, – Смотров ткнул пальцем в карту на мониторе, – выпустишь носителя, проконтролируешь, чтобы она дошла до центра, и быстро назад. Мы передадим импульс. Затем нужно будет вернуться к зоне и зафиксировать полученный эффект. Или его отсутствие. Но будем все же надеяться на эффект. Это наш единственный шанс.

***

Когда Руслан доставил женщину к зоне, он минут пять сидел в машине, не решаясь ее отпускать. Разве он может так с ней поступить? Как он теперь в глаза будет смотреть своему маленькому тезке и его сестренке? Как жить с этим грузом?

В конце концов он набрал в грудь воздуха и вышел из машины. Красновский и Антонов сопровождали его напряженными взглядами. Он рывком открыл багажник, аккуратно вытащил из него женщину, поставил ее и разрезал веревку на ногах.

– Прости меня, – сказал он едва слышно. – Я присмотрю за твоими детьми. Обещаю.

Не обращая на его слова никакого внимания, женщина на несколько секунд замерла на месте, словно прислушивалась к чему-то, а затем развернулась и пошла прямиком к едва виднеющейся за деревьями черной сфере. Скрытый под платьем, к талии женщины был скотчем примотан ресивер. Никаких попыток избавиться от него она не делала. Когда она вошла в зону и проходила мимо одного из стволов с наростами, Руслан заметил, как по стволу скользнуло черное тело. Раньше он такого не замечал. Видимо, их атаки заставили зоны активизироваться. Получается зоны каким-то образом обменивались информацией? Червь не стал нападать на женщину. Она тем же размеренным шагом дошла до сферы и исчезла в ней.

– Надеюсь, она тебе поперек горла станет, – прохрипел Руслан, обращаясь к зоне.

Он запрыгнул в машину и, как приказал Смотров, без промедлений рванул к базе. Километрах в пяти от Агарты пискнула рация, обозначив, что они въехали в зону дистанционной связи. Руслан остановил машину и доложил Смотрову о выполнении первой части задания.

– Хорошо, – из-за предельного расстояния связь была плохой, динамики рации выдавали голос Смотрова вперемешку со скрипом. – Сейчас же передам информацию Маргарите. – Смотров не стал отключать микрофон и Руслан слышал, как тот набрал Маргариту по внутренней связи. – Алло, Маргарита, приветствую. Первая посылка доставлена. Да, извините, не смог удержаться от избитого клише. Да, я знаю, что вы думаете о моем чувстве юмора и обо мне в целом. Честно говоря, я и не надеялся конкурировать с Рыжовым. Что? Импульс направлен? Спасибо. До связи. Все, импульс пошел. – По смене интонации Руслан понял, что Смотров обращается к нему. – Если наш план сработал, то мы только что поджарили эту тварь. Если не сработал, то… Короче, езжайте к зоне и возвращайтесь с фотографиями кратера. Давайте, одна нога здесь, другая там. Конец связи.

Ехали снова в молчании. Все понимали, что, если вместо образованного взрывом кратера они обнаружат целехонькую зону, значит их план провалился. А вместе с планом и их надежды достать Немезиду. Можно будет, конечно, пробовать бороться с зонами гранатами, но это будет борьба со следствием, а не с причиной. Даже если они научатся эффективно уничтожать зоны, то ничто не помешает Немезиде забросать Землю новыми спорами. Вместо уничтоженных зон будут появляться новые и рано или поздно они проиграют эту войну.

На месте зоны зияла дымящаяся воронка. Деревья на границе воронки вывернуло с корнями. В радиусе десятка метров от кромки многие деревья обломало и опалило, а сверху засыпало землей. Вонь стояла такая, что резало глаза. При виде этой картины хаоса и разрушений у Руслана будто гора с плеч свалилась. А ведь эта зона была совсем небольшой по сравнению с той же зоной под Дубной. Это ж какой мощности взрыв будет, если взорвать зону у города?

– Да! Получилось! Ай… – Саша на радостях забыл, что находится внутри автомобиля и, вскидывая руки в победном жесте, врезал ими по потолку.

– Ну и вонища, – пробурчал Красновский. – Выходить будем?

– Получи, сука, – процедил Руслан. – Что? А, да. Надеваем противогазы и пойдем к краю, сделаем фото для отчета.

– А вдруг там еще черви остались?

Серб привозил фото кратера от уничтоженной Карпенко зоны и ни о каких червях не докладывал. Но Красновский был прав, рисковать всеми было бессмысленно. После недолгих размышлений Руслан решил идти один.

– Саша, доставай винтовку и прикрывай меня. Миша, помогай ему. Я сделаю несколько фото и сразу назад.

Червей не было. Аккуратно ступая по почерневшим и местами тлеющим стволам, Руслан подошел к краю воронки. Внизу земля перемешалась с черной жижей и парила. Быстро сделав несколько снимков, Руслан поспешил к машине. Хоть черви и не показались, находиться здесь было отнюдь не приятно.

Через полчаса ребята въехали в ворота Агарты. Через два часа после них вернулся Хитров. Серб вернулся последним еще почти через два часа. Задумка Смотрова заключалась не только в том, чтобы протестировать ресиверы и воздействие импульсов на зоны, но и в том, чтобы проверить, как долго ресиверы остаются работоспособными после попадания внутрь зоны. Хитров привез хорошие новости. Импульс на его ресивер направили через два часа после того, как он доложил о выполнении первой части задания. А вот задержка в отправке импульса на ресивер Серба составляла уже порядка четырех часов. Его зона осталась нетронутой.

***

Смотров стоял у монитора, сложив руки на груди и облокотившись плечом на стену. Руслан, Ковач, Хитров и Фридман сидели на стульях за приставным столом. Больше в кабинете Смотрова никого не было.

– Либо твой ресивер изначально был неисправен, либо четыре часа внутри зоны не выдержал даже защитный сплав, – предположил он.

– Н-да, очень мало, – озвучил Серб понятную всем проблему. – Если мы собираемся отправлять ресиверы на орбиту, то как мы это сделаем за два часа? Немезида в это время вообще может быть на другой стороне Земли.

– А кто говорил, что будет легко? – огрызнулся Смотров. Он оттолкнулся от стены и начал ходить взад-вперед по комнате. – Давайте лучше думать, что делать дальше.

– Может, все-таки ресивер нерабочий попался?

– Может так, а может и нет. Мы не в том положении, чтобы полагаться на случайности. Есть идеи? – Смотров на мгновение замер, бросив угрюмый взгляд на остальных, и продолжил движение.

– Есть! – выкрикнул Руслан, и все повернулись к нему.

Смотров опять замер на месте и, не моргая, уставился на Руслана:

– Излагай уже.

– Когда мы с Сербом атаковали зоны в прошлый раз, результат был один и тот же – из деревьев вылезли черви и напали на нас. Но был еще один эпизод, который мы почему-то упустили из виду. Когда полезли черви, зона сделала запуск. Я ведь прав, у тебя тоже так было? – Руслан повернулся к Ковачу.

– Да, было такое. Хотя мы больше червями были заняты, они лезли со всех сторон.

– Вот и я о том же. А ведь этот эпизод очень важен. Получается, что кроме активизации червей, которые атакуют любого внутри зоны, срабатывает еще один защитный механизм – экстренный запуск накопившегося вещества на орбиту. Если мы отправим в зону ресивер и сразу же после этого ее атакуем, то ресивер будет быстро отправлен на орбиту. Два часа тут точно хватит. Остается заставить Немезиду подобрать его в течение этих двух часов.

– Логично. И как ты предлагаешь это сделать?

– Серб правильно сказал, что Немезида может быть где угодно. Поэтому нам нужно находиться в постоянной готовности. Как только камеры станции ее засекут где-то над нашими широтами, нам нужно без промедления стартовать к зонам. Сразу к нескольким. Если произойдет одновременный внеплановый выброс биомассы в одном регионе, она может отреагировать и поспешить сюда, чтобы все подобрать.

– План, конечно, дерьмовый, – резюмировал Смотров после недолгого молчания, – но лучшего у нас все равно нет. – Он медленно прошел к своему столу и плюхнулся в кресло. – Я думаю, это может сработать. В радиусе разумной досягаемости вокруг нас есть пять зон. Нужно атаковать все.

– Основной контингент мы перевели в Дубну, – подал голос Фридман. – Риск того, что сектанты могут попытаться вернуть город до зимы, очень высок. Еще и Тарасов крутится вокруг. Городской контингент мы сейчас ослаблять точно не можем. Это раз. Чтобы атаковать сразу пять зон, нам нужно будет человек пятнадцать. То есть весь контингент, который мы держим на Агарте, включая тебя и меня. Это два. Значит, чтобы реализовать этот план, мы должны будем оставить Агарту вообще без охраны.

– Тоже правда, – Смотров побарабанил пальцами по столу.

– Да кто на ее нападет?! – воскликнул Хитров. – О ней никто не знает!

– Сделаем, как предлагает Руслан, – Смотров хлопнул ладонью по столу и встал с кресла. – Риск нападения на Агарту действительно теоретический, а на другой чаше весов мы имеем шанс ударить по Немезиде. Думаю, ничего не произойдет, если мы оставим комплекс на пару часов без охраны. Итак, нам потребуется пять ресиверов, – Смотров поднял ладонь с растопыренными пальцами, – и, соответственно, пять зараженных для их доставки. Ресиверы беру на себя. Изя, передай приказ в Дубну, чтобы перевели пятерых зараженных к нам на комплекс.

– Так мы ж людей из города не выпускаем, чтоб заразу никто не подхватил. Кого ты им переводить прикажешь?

– А это мой второй приказ, – Смотров сделал многозначительную паузу.

– А-а-а… – протянул Изя. – Сектанты?

Остальные переглянулись. Зрачки Хитрова расширились, когда он понял суть приказа Смотрова.

– Сектанты, – Смотров медленно кивнул. – Думаю, их жалеть никто не будет, – не поворачивая головы, он бросил косой взгляд на Руслана. – Они так уж точно никого не жалели. Добровольцы есть?

– Я все сделаю, – нехотя сказал Серб, чтобы прервать неловкую тишину, – если только кто-то не хочет эти привилегии себе.

Никто не хотел. Руслана аж передернуло от мысли, что для этого людей – пусть даже сектантов – нужно будет умышленно заразить.

– Хорошо. Тогда возьмешь шестерых и отвезешь их к ближайшей зоне. Одного под споры, остальных обездвижьте. В общем, ты разберешься. Когда все будет готово, привози их сюда, чтобы были под рукой. Я пока переговорю с Маргаритой. Все нюансы плана ей знать не обязательно… просто попрошу ее максимально ускорить подготовку ресиверов. Изя, задержись. Остальные свободны.

Уже на следующий день во время брифинга Серб доложил о доставке зараженных. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Подготовка ресиверов заняла еще три дня. Людей заранее распределили по группам и провели инструктаж. Группы вели Руслан, Серб, Хитров, Фридман и сам Смотров. Каждая группа должна была в любое время суток по сигналу собраться, взять закрепленного за ней зараженного, примотать к нему ресивер и стрелой лететь к своей зоне. Ресиверы Смотров раздал руководителям групп. Оставалось дождаться появления Немезиды в нужном секторе неба. Потянулись дни томительного ожидания.

Глава 26

Руслан зашел за дочкой в сад, чтоб забрать ее на обед, но не успел.

– Всем мобильным группам собраться на брифинг. Пятиминутная готовность. Повторяю. Всем мобильным группам собраться на брифинг. Пятиминутная готовность. – прозвучал голос Смотрова из динамиков.

– Похоже, мне нужно идти, – Руслан растерянно посмотрел на дочку и на стоящую рядом Юнь.

– Папа, а обед? – возмутилась малышка.

– Маша, а давай здесь покушаем? – предложила Юнь, видя замешательство Руслана. – Есть очень вкусные булочки. Бабушка Люба напекла.

– Булочки! – обрадовалась Маша, но тут же нахмурилась. – Пап, а ты куда?

– Я скоро вернусь. Обещаю. – Руслан перевел взгляд на Юнь и благодарно ей кивнул.

Последним в кабинет Смотрова протолкнулся Фридман. Для Смотрова это послужило сигналом, что все в сборе. Новости оказались ожидаемыми и одновременно пугающими. Камеры станции засекли Немезиду. На низкой орбите она двигалась в их сторону и, если скорость и траектория не изменятся, примерно через час должна быть недалеко от Дубны. Настало время для ответного удара. От осознания масштабов их предстоящей миссии Руслан почувствовал слабость в ногах. Лица собравшихся выражали те же чувства. Кто-то тяжело вздохнул, кто-то перекрестился. Даже бесстрастная маска Смотрова дала трещину. Он не стал тратить время на вдохновляющие речи, просто пожелал всем удачи и приказал отправляться немедленно.

Быстро надев защитную экипировку и взяв оружие в арсенале, Руслан поднялся на минус первый уровень за автомобилем. Батарея заряжена, шины в порядке, все системы работают. Когда он вывел автомобиль из-под укрытия подземки, по лобовому стеклу застучали капли дождя. Руслан припарковался под навесом у ворот. Саша с Красновским, также в полной экипировке, ожидали под козырьком здания, в котором держали зараженных. Заметив Руслана, они взяли под руки пленного сектанта и буквально потащили к машине. Сектант с растерянным видом озирался по сторонам и едва успевал переставлять ноги. У машины ему хомутами стянули ноги и руки и без церемоний втолкнули в багажник. Он не сопротивлялся, лишь водил остекленевшими глазами из стороны в сторону.

Ближняя зона под Дубной досталась Хитрову и его группе. Либо повезло, либо Смотров считал его слабее остальных и дал самую легкую работу. Руслану досталась зона, которую они атаковали в прошлый раз. Та, где погиб Колчанов и чуть не погиб сам Руслан. С одной стороны, это облегчало задачу, ведь местность была им знакома. С другой – неприятные воспоминания добавляли нервозности.

Руслан остановил машину настолько близко к зоне, насколько это было возможно. Выйдя из машины, ребята надели противогазы и вытащили зараженного из багажника. Красновкий с Сашей взяли лазерную винтовку и пару зарядов к ней, Руслан повел зараженного. В этот раз его тащить не нужно было. Как только Руслан освободил его от пут, несчастный повернулся и побрел к полусфере. Несколько раз разведчики вынуждены были обходить деревья со спорами, тогда как зараженный пер прямиком. Наросты на деревьях отвечали взаимностью, никак на него не реагируя.

– Думаю, можем здесь остановиться, – приказал Руслан. Они приблизились к границе зоны, полусфера просматривалась сквозь редкие деревья: видимость вполне достаточная, чтобы проконтролировать доставку ресивера и выстрелить по сфере из лазерной винтовки. Подходить ближе не хотелось.

– Саша, будь готов стрелять по команде. Миша, смотри в оба и держи гранаты наготове.

Ребята остановились, а зараженный устремился вперед. Через пару минут сфера раскрылась и проглотила его. Руслан подождал немного и приказал открыть огонь. Саша сделал три выстрела, быстро подключил новый аккумулятор, перевел винтовку на максимальную мощность и сделал еще выстрел.

– Все, валим отсюда. Если сработало, то запуск мы и из машины услышим.

Они успели добежать до автомобиля, когда за спиной громыхнуло. Застыв у водительской двери, Руслан поднял голову, пытаясь сквозь пелену дождя и кроны деревьев рассмотреть набирающий высоту болид. Он показался ему лишь немногим меньше предыдущего. Неужели зоны так быстро набирали биомассу? Не время размышлять об этом. У них было всего два часа, чтобы нанести удар. Руслан запрыгнул в салон и рванул с места.

– Неужели все так просто? – проговорил Красновский, когда они уже подъезжали к Агарте.

– Не говори «гоп», – вспомнил Руслан старую пословицу. – Неизвестно еще, подберет ли Немезида наши посылки, пока не будет слишком поздно. И вообще не факт, что даже если подберет, то наш удар окажется для нее смертельным. Может быть, несколько миллионов вольт для нее не больнее, чем для тебя прививка.

– В плечо или в зад?

– Да какая разница?

– Ну, лично мне в зад больнее, – Красновский улыбнулся, но улыбка тут же исчезла с его лица. – Что такое? Почему ворота не закрыты? И почему их перегородила машина?

Ворота на въезде в комплекс действительно были приоткрыты. Не доехав метра три до противоположной створки, они уперлись в автомобиль, который не давал им двинуться дальше. Автомобиль из техпарка Агарты. Между ним и створкой ворот оставался совсем узкий проход, куда одновременно могли пройти не больше двух человек.

– Что-то не так, – Руслан остановил машину и не спешил выходить. Он попытался связаться с дежурным по рации, но ему никто не ответил.

– Может ворота сломались в самый неподходящий момент, и Смотров решил их так заблокировать? – неуверенно предположил Саша. – Чтоб хоть какой-то проход оставить.

– Сомневаюсь. Зона Смотрова находится дальше нашей. Он не мог так быстро вернуться. – Переключив рычаг в положение заднего хода и держа ногу на педали, Руслан изучал ворота. Никакого движения, никакого шума, ничего. В голову полезли мысли о Маше. Разумно было бы дождаться остальных, но тревога за дочь погнала Руслана вперед. Он заглушил машину. – Ладно, выходим. Смотрите в оба. Оружие наготове.

Руслан первым вошел в проем. Блокирующая ворота машина пуста. На парковке под навесом еще один автомобиль. Уже две группы успели вернуться? Постоянно озираясь по сторонам, Руслан двинулся под навес. Приблизившись к машине, Руслан заметил кровавый след, который вел за капот.

– Внимание, – Руслан вскинул автомат и медленно стал обходить машину. Он увидел тело, сделав, еще пару шагов, Руслан встретился взглядом с мертвецом. Единственным целым глазом на него смотрел Женя Хитров. Второго глаза не было, как и части головы рядом с ним.

– Руслан, – голос Саши был хриплым от волнения.

– Я вижу.

– Не видишь. У тебя красная точка на затылке.

– У тебя тоже, – тут же сказал Красновский.

Руслан окаменел. Он попытался проглотить заполнившую рот слюну, но ком встал у него в горле. Что делать? Кинуться под прикрытие автомобиля?

– Стоять, не двигаться, – раздался незнакомый голос. Из-за одного из зданий вышел незнакомец. Одет в военную форму, в руках автомат. – Если кто-то хоть пальцем пошевелит, сдохнет на месте.

– Вы откуда? – Руслан очень постарался, чтобы голос не дрожал, но он все равно вышел тонким и надломанным.

– Ртом шевелить я тоже не разрешал, – мужчина шел к ним уверенной походкой.

Хлопок. Что-то теплое на лице. Руслан краем глаза заметил, как рухнул Красновский.

– Я же сказал, не шевелиться! – рявкнул незнакомец.

Он подошел к Саше и забрал из его рук автомат, затем автомат Руслана. Они так и стояли, будто продолжали держать воображаемое оружие. Подошли еще двое, забрали пистолеты и ножи. Шлемы тоже сняли.

– Руки за голову!

Руслан послушался. Его толкнули в спину.

– Давай, двигай ко входу в ваше подземелье.

– Может их здесь пристрелить? – предложил один из сопровождающих. – Такой кабан и без оружия опасен.

– Павел решит, что с ними делать, – ответил тот, кто вышел к ним первым. – Он дал четкий приказ. Я с ним разбираться потом не хочу.

Входная дверь в комплекс также оказалась открыта. Лифтом пользоваться не стали, повели по ступеням сразу на минус третий этаж. У входа на этаж их ждал еще один военный. В руке кисть. Настоящая кисть другого человека с частью предплечья, чтобы ее удобнее было держать. Он приложил ее к панели на стене и дверь открылась. Проследив взгляд Руслана, он мерзко ощерился и помахал ему кистью, словно приветствуя.

– А ты как думал? – процедил он. – Спрячетесь здесь и будете дела свои грязные проворачивать? Бог все видит! От него не уйдешь! Мы вас всех так, – мужик еще раз тряхнул отрезанной кистью, – всех!

– Пшел, – негромко скомандовали сзади, сопроводив приказ тычком приклада в спину.

Руслан пошел дальше. Их вели прямиком в детский сад. У входа стояли еще двое вооруженных незнакомцев. В просторной игровой детского сада было много людей, не только детей. Много, но далеко не все жители комплекса. Интересно, где остальные? Может им удалось закрыться на пятом или шестом уровнях? На это очень хотелось надеяться. Почти все присутствующие в игровой люди были на полу. Взрослые сидели на коленях вдоль двух дальних от входа стен и держали детей. Посреди комнаты спиной ко входу стояли трое. Их силуэты показались Руслану знакомыми. Двое огромные, выше и шире Руслана. Оба с автоматами. Один мелкий, но стоял между ними чуть впереди. Вероятно, он и был главным.

– Павел, мы еще двоих привели. Третий оказывал сопротивление, – доложил сопровождающий, после того, как втолкнул Руслана в дверной проем.

– Папа! – пискнула Маша.

Жива! Руслан почувствовал секундное облегчение. Он посмотрел туда, откуда раздался голос, и увидел дочку. Рядом с ней Юнь. Девушка взяла Машу за плечо и силой вернула ее на место.

– О! Какие люди! – самый мелкий из троицы обернулся.

Руслану показалось, что один из разрядов, которым должны были бить Немезиду, только что по ошибке попал в него. Сколько раз ему снилось это лицо? Лысый череп, тонкая кожа, шрам над левым глазом? Сколько раз он убивал его во сне? А теперь вот как все повернулось. Лысый улыбался Руслану, словно встретил старого друга. Его глаза искрились радостью. Злобной радостью.

– Проходи, проходи. Это твоя дочь? Я и забыл, как она выглядит, – лысый говорил таким тоном, будто они действительно были приятелями. – Славная малышка.

– Че стал?

Руслан посмотрел на говорящего. Здоровенный, бородатый. Рядом его брат близнец. Когда тот рассмотрел Руслана, его лицо исказилось злостью. Он, неуклюже припадая на правую ногу, шагнул к Руслану, на секунду замер чуть ли не нос к носу, злобно сопя и обдавая Руслана неприятным дыханием, а затем коротким ударом в живот отправил Руслана на пол. Боль была такая, что у Руслана потемнело в глазах. Он начал задыхаться, но через несколько мучительных секунд все же смог с шумом набрать в легкие воздуха. Саша рухнул рядом. Непонятно, в чем была его вина. Наверное, просто в том, что пришел он вместе с Русланом.

– Сученыш, – процедил здоровяк, нависая над Русланом. Затем он врезал ему в грудь ногой. – А это тебе за старую каргу и за мое колено!

Страх и отчаяние настолько переполнили Руслана, что он, казалось, перестал их чувствовать. Ему захотелось засмеяться, но сил на это не было. Значит мама таки дала им сдачи. Она у него была такая, с характером.

– Ты можешь пройти к своей дочери, – ласковым голосом сказал Лысый. – Встань и иди!

Двое мордоворотов заржали над уморительной шуткой своего предводителя. Руслан подошел к Маше и, сев рядом, обнял ее. Саша сел у другой стены, рядом с сестрой и матерью. Его мать плакала и громко причитала. Она каялась за всех, но ее никто не слушал.

– Так это твоя мамаша? – обратился Лысый к Саше. – Или ее заткнешь ты, или это сделаю я. Слезы не помогут! – Лысый резко повысил голос. – Даже судный день не обратил вас лицом к церкви! Вместо того, чтобы повернуться Богу и просить прощения, вы что сделали? Засели под землей, как черти. Потянуло поближе к геенне? Мы вам устроим геенну, можете не сомневаться. За то, что вы учинили в Дубне, не будет прощения никому. Никому! Все, кто поддержал эту подлость – предатели, иуды! Ну ничего, у бога все живы. Так что перестань причитать, старуха. Захотела покаяния? Братьям помогать нужно было, а не этим кацерам. – Лысый обвел взглядом людей и остановил его на Руслане. Его лицо разрезала мерзкая ухмылка. – Но я хочу, чтобы вы знали об орудии в руках Господа, которое указало нам путь к вашему логову.

Лысый подошел к Руслану в упор. Один из здоровяков поспешил за ним и встал рядом. Лысый запустил руку за пазуху и извлек из рясы потертый лист бумаги. Несколько секунд он любовался им, а затем резким движением бросил Руслану в лицо.

– Можешь развернуть.

Руслан оторвал взгляд от Лысого, посмотрел на лежащую перед ним бумажку и нехотя протянул к ней руку. Это была карта. Та самая, которую Смотров выдал ему почти год назад, когда отпустил Руслан за семьей.

– Узнаешь? – Лысый был очень доволен собой. Получив в ответ лишь полный ненависти взгляд, он продолжил: – Ее случайно в бардачке нашли. Петр хотел выкинуть, но Бог сделал так, что она попала ко мне.

– Петр – это тот мелкий дрищ? – перебил его Руслан. – Что-то я его с вами не вижу. Надеюсь, он сдох.

– Твоя желчь бессильна, а ты жалок. С ним все хорошо. Он сегодня здесь. Если ты так соскучился, могу устроить вам свидание. Нет? Тогда не перебивай меня больше. Так вот, карта меня очень заинтересовала. Она была достаточно детальной, но вела в никуда. И вот резня в Дубне. Когда до меня дошли эти трагические новости, я все понял и тут же связался с Николаем. Это его владения и, хоть мы и делаем общее дело, любые действия без его ведома были бы неуважением. А он неуважения не прощает. Вам повезло, что сегодня здесь я, а не он. Дубна еще познает его гнев, правда вы об этом вряд ли узнаете, – Лысый противно хихикнул. – Что ты смотришь так на меня? Все никак не поймешь, как нам удалось застать вас врасплох? Вы же такие умные, такие ловкие… А на самом деле вы глупы и слепы! Трюкачи несчастные. Мы следили за вами. Уже через три дня после Дубны мы вас обнаружили и установили наблюдение. Мы знаем сколько вас, мы знаем, что у вас есть. Единственное, что я пока не понимаю, это откуда у вас электричество. Но с Божьей помощью я получу ответы на все вопросы. На все!

Мать Саши снова громко запричитала. Лысый сжал губы, закрыл глаза и медленно повернулся к Саше.

– Я ведь сказал тебе, чтобы ты ее заткнул! – заорал лысый. – Сказал? – Слегка наклонив голову вперед и набок, он медленно двинулся к ним. – Василий…

Сказано это было небрежно, но бугай понял его без дальнейших слов. Своей огромной лапой он схватил Сашину мать за волосы и дернул на себя. Женщина закричала и подалась вперед. Саша встал было за ней, но бугай, не отпуская женщину, наотмашь ударил его прикладом автомата, который держал в другой руке. Голова Саши дернулась, и он завалился назад, прямо на свою сестру. Сектант вытащил визжащую женщину в центр комнаты и заставил стать на колени. Лысый неспешно обошел ее сзади.

– В пятнадцатом веке приспешники папы римского, жирующие за счет бедного народа, предательски казнили Яна Гуса. Их действия был почти такими же подлыми, как ваши в Дубне. Знаете, что потом гусситы делали с предателями? – Руслан знал. Нужно было что-то предпринять, но все трое были слишком далеко. Если он дернется, его просто застрелят. Лысый тем временем продолжил: – Цепа у меня, к сожалению, нет, придется обходиться подручными средствами. – Он с интересом осмотрелся по сторонам. Его взор пал на стол, за которым обычно играли дети. – Думаю, это сойдет.

Закинув автомат за спину, второй здоровяк похромал к столу, перевернул его и рывком вырвал из столешницы одну металлическую ножку. Взвешивая в руке, он пару раз взмахнул ей, удовлетворенно кивнул и поковылял к лысому. Люди начали роптать, но лысый обвел комнату таким взглядом, что в ней снова воцарилось молчание. Лишь Сашина мать продолжала причитать.

– Вам всем был дан второй шанс. Вы сами сделали этот выбор.

Руслан прижал к себе Машу и закрыл ее глаза ладонью. Лысый коротко кивнул. Бугай взял ножку стола в обе руки, замахнулся и обрушил ее на затылок несчастной. Последовал громкий хруст, звук падающего тела и полная тишина.

– Да что же вы творите?! – не выдержал один из мужчин.

– Ты следующий, – повернулся к нему лысый. – После чернявого.

Руслан понял, кого имел ввиду лысый. Мысли метались в голове, словно стая загоняемой хищниками рыбы. Ему срочно нужен какой-то план. Он повернулся к Юнь, она тоже все поняла.

– Ну? Ты так и будешь там сидеть? Выходи сюда, не стесняйся. Или ты решил девочкой прикрыться?

Последнюю фразу лысый сказал таким тоном, что Руслан поспешил отдать Машу в руки Юнь и встал. Маша что-то крикнула ему, но он слов не разобрал. Уши заложило, в висках бился пульс, ноги невольно тащили его к ухмыляющейся троице. Происходящее доставляло им огромное удовольствие. Они чувствовали страх загнанных людей, питались им. Когда Руслан приблизился к ним, один из здоровяков сделал два шага назад и вскинул автомат.

– На колени, – сказал лысый. – Смотри на свою дочь.

Саша сорвался с места и налетел на держащего автомат громилу, который, дабы не выпускать из виду Руслана, встал к нему спиной. Саша врезал бугаю под колени и попытался схватиться за его автомат. Для находящегося на грани Руслана это было словно выстрел из пистолета для готового к забегу спринтера. Он рывком сблизился со вторым громилой, тот взмахнул импровизированной битой, но Руслан нырнул под нее и ушел влево. Краем глаза он видел, что лысый попятился и выхватил из-под рясы пистолет. Кто-то из жителей Агарты вскочил и бросился к нему.

– Ко мне! – заорал лысый, стреляя в бегущего на него человека.

Бита со свистом пролетела над головой. Промахнувшись, сектант потерял равновесие и припал на больную ногу. Руслан что есть силы пнул бугая в колено. Тот взревел и, падая на подогнувшуюся ногу, попытался наотмашь задеть Руслана ножкой стола. Руслан сделал шаг нему и перехватил руку. Где-то на заднем фоне он услышал новые выстрелы, но все его внимание сейчас было сконцентрировано на бородатом ублюдке. Держа правой рукой руку врага, левой он сверху вниз ударил его в скулу. Руслан вложил в этот удар всю свою силу, всю злость, которая накопилась у него за эти месяцы. Раздался смачный шлепок, рука бугая обмякла, он выронил ножку стола и уперся обеими руками в пол. Это была идеальная позиция. Руслан подхватил ножку стола, она описала широкую дугу и с хрустом врезалась в бычий затылок сектанта. С одним было покончено.

На оценку обстановки было не больше мгновения. Саша лежал на полу, пытаясь удержать в руках автомат второго здоровяка. Тот тоже держал автомат обеими руками и давил им сверху. У Саши вообще не было бы шансов выиграть это противостояние, если бы не вмешалась Юнь. Девушка запрыгнула на спину сектанта, обвив его ногами. Одной рукой она вцепилась в бороду и тянула ее на себя. Вторая рука со скоростью швейной машинки долбила открывшуюся шею сектанта одной из шпилек, которыми Юнь обычно закалывала волосы. Кровь фонтаном била во все стороны. Искаженное яростью и покрытое яркими алыми пятнами лицо девушки вызывало в памяти образы демонов όни из японского фольклора.

Прогремел выстрел и девушку, будто осенний лист порывом ветра, снесло со здоровяка. Не раздумывая, Руслан метнул в лысого биту. Она попала ему в грудь и на мгновение вывела из равновесия. В это время Саше удалось столкнуть с себя слабеющего сектанта и вырвать автомат из его рук. Лысый, не целясь, выстрелил в сторону Саши, и бросился к двери, которая как раз распахнулась, пропуская внутрь дежуривших у входа сектантов. Саша очередью срезал обоих, выпустив в них весь рожок. Лысый успел пригнуться. С таким лицом, будто сам не верит, что остался невредим, Лысый перепрыгнул через тела бывших соратников и скрылся за дверью. Дверь бесшумно закрылась.

Саша, если не считать разбитого лица, был цел. Он встал и медленно пошел к телу матери. Руслан кинулся к Юнь. «Она жизнью рискнула, чтобы помочь!», – пронеслось у него в голове. Девушка сидела на полу и держалась за плечо, из-под пальцев текла кровь.

– Жить буду, – Юнь вымученно улыбнулась бледными губами.

– Юнь, я не знаю, как тебя благодарить… – Руслан задохнулся и не договорил.

За дверью застрекотали выстрелы. Времени стаскивать автомат с убитого сектанта не было, поэтому Руслан рванул к двери, по пути подхватив с пола ножку стола. Занеся ее для удара и прильнув к стене, он замер у входа. Саша сорвал с пояса бородача новый рожок и, ловко перезарядив автомат, взял дверь на мушку. После нескольких секунд, показавшихся Руслану вечностью, дверь отъехала в сторону. Никто не входил. Руслан мельком выглянул в проем и снова спрятался за стеной. Перед глазами, словно фотография, застыло изображение Смотрова, который целится в него из пистолета.

– Ты так и без башки можешь остаться, – донесся из-за двери его недовольный голос. – Учить вас еще и учить.

– Саша, не стреляй! Свои! – крикнул Руслан.

Смотров вошел в комнату, за ним юркнул Олег. Нуждин остался в проеме, держа под контролем коридор.

– Ты не попал в засаду? – удивился Руслан.

– Нет. Неужели эти мрази всерьез думали взять нас тепленькими у нас же дома?! – Смотров в сердцах пнул ногой труп одного из застреленных Сашей сектантов. – Когда я увидел открытые ворота, я сразу понял, что на нас напали. Мы зашли через секретный вход, откуда они нас не ждали. – Он запнулся, будто впервые заметив всех людей в помещении.

– Некогда болтать! Идем на зачистку!

Первым делом обезопасили лестницу и перевели людей на минус пятый этаж, который был оснащен дополнительной степенью защиты. По пути попадались трупы убитых сектантов: работа Смотрова и его группы. Шестеро лежало у входа на пятый этаж, еще несколько на лестнице и в коридорах третьего этажа. Саша и Олег на всякий случай остались с гражданскими, остальные двинулись в кабинет к Смотрову. Там их уже ждал Фридман со своими бойцами.

– Судя по камерам, на нижних этажах никого из гостей не осталось, – отчитался Фридман. – Эти поросята шерстили первый и второй этажи. Присматривались к нашим запасам и технике, расстреляли несколько работников теплиц. Сейчас вроде свалили наверх. Похоже, ты их здорово припугнул.

– Серб еще не вернулся? – Смотров вглядывался в монитор и быстро листал изображения с различных камер наблюдения.

– Нет.

– У них паника. Похоже, все выбежали на поверхность. Я вижу, – Смотров быстро водил пальцем по экрану и шевелил губами, – семь человек. Нужно предупредить Серба.

– Они у нас шлемы отобрали, – сказал Руслан. – Могут услышать, если мы с Сербом по рации попытаемся связаться.

– Значит будем блефовать. Какое ключевое тактическое преимущество позволяет разбить превосходящие силы противника? – Смотров посмотрел на Руслана.

– Внезапность… – неуверенно произнес Руслан: – «Нашел время лекции читать».

– Молодец! Вот так мы и будем действовать. – Смотров включил рацию и заговорил спокойным и уверенным голосом: – Ковач, на базу напали сектанты. Мы выкурили их наружу. Сейчас они окопались во дворе. Бери два взвода и зажимай их снаружи. Мы ударим изнутри. Никто не должен уйти живым.

– Вас понял, – раздался в ответ приглушенный голос Ковача. Судя по качеству связи, он находился уже в зоне действия рации, но все еще далеко от комплекса. Сам же Ковач сказал: – Я уже практически у ворот.

Сектанты во дворе засуетились.

– Таки слушают, – резюмировал Фридман.

– Изя, остаешься здесь. Забивай эфир и предупреждай нас если что. Остальные за мной. Руслан, возьми шлем и автомат товарища подполковника, они ему здесь не нужны.

Смотров снова повел их на пятый этаж. За одной из дверей, доступ к которой имели только Смотров и Фридман, располагался лифт, ведущий в одно из наружных зданий комплекса. Поднявшись, они вышли в глухой слабо освещённый тамбур, отделенный от остального здания усиленной дверью с ограниченным допуском. Смотров достал смартфон, на экране появилось изображение отдельных наружных камер. Сектанты распределились так, чтобы держать под прицелом въезд во двор и основной выход из комплекса. Полковник же вывел свою группу им прямо за спины. Распределив цели между бойцами, Смотров включил рацию:

– Серб, мы готовы к удару. Выходим из комплекса. Сейчас побегут к тебе.

– Жду, – ответил Серб после секундной заминки.

Сектанты перегруппировали свои скудные силы, направив большинство на выход из комплекса и оставив лишь два человека у ворот. Это им не помогло. Дело было сделано за несколько секунд. В этот раз Руслан не колебался, нажимая на курок. Жалел лишь, что ему досталась только одна цель.

– Чисто, – отрапортовал Смотров по рации. – Изя, что на камерах?

– Никого.

– У меня тоже никого, – голос Серба звучал четко. – Возвращаюсь на базу.

Его группа вошла в ворота через минуту. Смотров приказал им быть на страже у ворот, а остальным осмотреть тела убитых. Только сейчас Руслан заметил перемену погоды. Дождь прекратился, в облаках появились голубые прогалины, сквозь них прорывались яркие лучи солнца. В воздухе висела влага, за высоким бетонным забором Агарты вздымался полукруг радуги. Руслан снял шлем, вдохнул сырой воздух полной грудью и медленно выдохнул, прикрыв глаза и подставляя лицо солнечному свету.

– Прям как в сказке, – Смотров незаметно подошел и стал рядом.

– Ага. Злодеи повержены, над лесом сияет радуга, – отозвался Руслан.

– Чего мрачный такой?

– С ними был еще один. Невысокий, лысый. В рясе. Среди трупов его нет.

– Тот самый?

Руслан повернулся и посмотрел Смотрову в глаза:

– Тот самый. Неужели ушел?

– Вряд ли. Скорее всего мы его еще внизу уложили, а здесь оставшихся добили. – Смотров посмотрел на часы. – У нас есть еще одно неоконченное дело. Ты во сколько свою посылку отправил?

– Где-то в четырнадцать, – Руслан вздрогнул. События последнего часа напрочь выбили из головы все остальное. Он проверил часы. – У нас еще минут двадцать есть. А вот посылка Хитрова… – Руслан осекся. Перед глазами встало изуродованное лицо товарища. – Женя, наверное, свою посылку уже часа два как отправил.

Смотров нахмурился. Не смогли избежать потерь.

– Значит, я пошел к Маргарите. Остаешься тут за главного. Загоните все машины и закройте ворота.

Смотров скрылся за массивной металлической дверью. Все трупы вынесли за территорию. Сектантов свалили в кучу, когда от остальных очистят комплекс, их нужно будет вывезти подальше да сжечь. Своих аккуратно сложили в стороне. Для них сделают могилы рядом с комплексом.

Ворота заклинило, работать они начали только после перезагрузки. Смотров и Фридман оставили свои машины недалеко от комплекса. Руслан направил за ними по два человека. Он забрался в свою машину и проследил, чтобы четыре другие без приключений заехали на территорию комплекса и сразу направились в подземный паркинг.

Когда ворота начали закрываться, он уловил в зеркале заднего вида какое-то движение. Двигались не только ворота. Из окна ближайшего здания выскочил человек. Придерживая рясу, как женщина платье, лысый бежал к сужающемуся проему.

– Открыть ворота! – заорал Руслан, выскакивая из машины.

Он понимал, что лысый еще может проскочить в щель, а вот он точно не успеет до их закрытия. Через секунду ворота замерли и поехали в обратную сторону. Лысый был уже близко к выходу, но из-за неудобной одежды споткнулся и распластался на асфальте. Это позволило Руслану сократить дистанцию до нескольких метров перед тем, как лысый снова вскочил на ноги и, чертыхаясь, ринулся в лес. Будь у Руслана оружие, он пристрелил бы сектанта, не колеблясь. Но он оставил оружие в машине. В глубине души он был этому даже рад. Руслан нагнал лысого через несколько секунд. Он ударил его сзади по ноге, тот полетел кубарем. Подняться ему Руслан не дал. Он запрыгнул на лысого сверху, играючи поборол его попытки защититься, перевернул на спину и прижал к земле коленями.

– Вот теперь мы пообщаемся, – процедил Руслан и нанес удар.

Нос хрустнул, лысый завизжал. Руслан нанес еще удар. И еще, еще.

– За Мишку! За Оленьку мою! – слезы катились по щекам Руслана. – Сволочь ты фанатичная. Садист больной.

Лысый перестал визжать. Сквозь его разбитые губы и обломанные зубы вырывалась нечленораздельные хрипы вперемешку с бульканьем. Казалось, что он был уже на грани смерти, но Руслан не мог остановиться и продолжал наносить удары.

Неожиданный треск оглушил Руслана, в глазах вспыхнул салют, а земля вдруг встала дыбом. Руслан не понимал, что происходит. Он почему-то упал рядом с лысым и не мог пошевелиться. Сквозь пелену боли он услышал голос.

– Павел! Павел! Вставай! Уходим!

Руслан открыл глаза. Над лысым нависал какой-то мужчина. Он суетился и оглядывался по сторонам. Руслан подумал, что он похож на суслика. «Петр», – всплыло у него в памяти.

– Давай же! До машины совсем недалеко! – мелкий поднял лысого, подхватил под руку и повел в лес.

– Нет… – прохрипел Руслан. – Нет!

Он смог перевернуться, но при попытке встать на колени его стошнило.

«У меня сотрясение мозга, – подумал он. – Нельзя дать им уйти!»

Он заставил себя встать, но ноги подкосило, и его понесло совсем не в ту сторону. Он упал на спину, да так и остался лежать, глотая воздух и глядя в небо.

– Руслан! – над ним замаячил двоящийся силуэт Нуждина. Он здесь откуда? Ах да, это его ведь Руслан оставил управлять воротами. – Ты живой? У тебя голова разбита.

– Смотри, – едва слышно сказал Руслан. Он с трудом поднял руку и указал дрожащим пальцем вверх.

Боря обернулся и плюхнулся рядом с Русланом, раскрыв рот. В небе над ними проплывала Немезида. Массивный темный круг был даже больше чем в прошлый раз. Агарта была севернее Дубны, а значит Немезида должна была уже подобрать посылку Хитрова, а может, и не только его.

– Пора бы доктору Гинингер нажать на красную кнопку, – серьезно сказал Боря. От этого клише Руслану захотелось смеяться. Он заохал. – Что с тобой? – Боря нахмурился.

– Ничего. Переживаю сильно, когда она уже нажмет.

Немезида в полнейшей тишине плыла дальше. Она практически скрылась за деревьями, когда вдруг резко сжалась, а затем вернулась к прежнему размеру. Будто икнула. Пришелец продолжил двигаться дальше, но один за одним от него стали отделяться неравномерные куски.

– Это… Нажала? – выдохнул Боря.

– Нажала, – улыбнулся Руслан.

Эпилог

Быков резко сел на кушетке. Он будто вынырнул из-под воды. Зов в его голове ослаб, вернув ему способность мыслить самостоятельно. Некоторое время он сидел, приходя в себя, затем встал и подошел к окну. Он не помнил, где находится и как сюда попал.

Прижавшись к стене, он слегка выглянул в окно и начал наблюдать. Какой-то двор, здания, все огорожено высоким забором, но есть выход, и он открыт. Людей не видно. Быков подождал еще несколько минут, но обстановка за окном не менялась. Нужно выбираться отсюда. Дверь его комнаты оказалась закрыта, а панель рядом с ней ни на какие действия не реагировала. Оставалось окно, но оно также оказалось заблокировано. Еще раз убедившись, что во дворе никого нет, Быков обмотал руку одеялом и выбил стекло.

Выбираясь наружу, он порезался в нескольких местах. Это его не волновало, угрозы жизни не было. Двигаясь, как тень, он подобрался к ближайшему к выходу зданию.

– Тебе помощь нужна, – донеслось из-за забора.

– Сначала закрыть ворота.

В проход зашли два человека в военной экипировке. Один двигался неуверенно и постоянно опирался на другого. Быков знал его. Быков ненавидел его и боялся, но сейчас это не имело значения. Единственное, что сейчас было важно – как можно скорее покинуть эту территорию, чтобы не оказаться вновь запертым. Он выбрал момент, когда люди скрылись в том здании, за которым он прятался, и сразу же юркнул за ворота. Ворота начала закрываться. Отбежав в сторону и углубившись в лес, Быков замер. Прислушавшись к своим ощущениям, он смог распознать отдаленный зов лишь одного гнезда. Он знал, что оно тоже чувствовало потерю и начало перестраиваться. Значит ему нужно спешить.

Content

Евгений Шелехов
Слезы бога

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Эпилог