Александр Левин

Неоновый лабиринт

Глава 1

— С возвращением из небытия, — произнёс Разумовский, когда я вошел в его кабинет, — В этот раз ваше лицо действительно вызывает у меня радость, капитан, — добавил майор, кивнув на гостевое кресло, — Кофе или чай?

Поняв, что отказ может быть не самым разумным решением, я предпочел поддержать непринужденность беседы:

— Тогда лучше кофе.

— Хорошо, — улыбнулся Разумовский, что-то нажав на одной из множества панелей перед собой.

Выглядел офицер куда лучше, чем четыре месяца назад, когда мы вернулись с «Джефф-2». Тогда майор казался восставшим из могилы несвежим покойником, по какому-то недоразумению оказавшимся в форме СВР. Впрочем, не удивительно. Информация, которую мы успели передать ещё до того, как Чайлз подобрал наш небольшой отряд, оказалась похожа на ядерную бомбу, последствия взрыва которой до сих пор сотрясают СВР, СИБ и ВКС. Во всяком случае, у Разумовского теперь новый руководитель, а сам он щеголяет очередной медалью.

— Как выше самочувствие? Наши медики вас должны были неплохо подлатать…

— Гораздо лучше, чем на станции, — усмехнулся я, — Во всяком случае, я здоров и полон сил.

В этот момент в помещение вошел секретарь с подносом, на котором стояли турочка, источающая аромат натурального кофе с перцем и пряностями, тонкие фарфоровые чашечки на блюдцах и такая же сахарница. Умеет наслаждаться жизнью товарищ майор. Впрочем, не мне его судить. Учитывая, что его едва не убили наемники, оплаченные собственным руководителем, такой подход оправдан.

Удивительно, но Разумовский пересел в кресло рядом со мной, лично разлил кофе по чашкам и, дождавшись пока я сделаю обязательный глоток, произнёс:

— Что ж… Раз вы пришли в норму, то теперь стоит поговорить о наших дальнейших делах, планах и назначениях.

— Думаю, это будет своевременным, — кивнул я, — Только корабля у меня пока нет и в ближайшее время не будет.

— Вы уже что-то присмотрели? — спросил майор, тоже отпив кофе.

— Да, — я не удержался от очередного глотка кофе, а затем, поставив чашку на блюдце, пояснил, — Мой старый кораблик относился к линейке TIF-19-02-26-BG. Многоцелевой транспортник в грузовой модификации. Я хочу взять его более крупного собрата TIF-19-02-34-DGM.

Кивнув, Разумовский тоже сделал глоток из своей чашки и, закурив, произнёс:

— Мне хотелось бы услышать подробности.

Пожав плечами, я решил удовлетворить любопытство руководителя. Тем более, что этот вопрос явно не может быть простым проявлением вежливости. Особенно, в свете того факта, что СВР в лице майора, умудрилось подгрести под себя троицу десантников, которых ВКС, как выяснилось по прибытию на станцию-планетоид организации, переместившуюся на границу Человеческой Империи и Республики Родия, попросту оформили на парней похоронки ещё до отправки по нашу душу крейсера.

Прикинув как лучше объяснить суть вопроса, я принялся рассказывать:

— Это уже более специализированная серия, разрабатывавшаяся для нужд флота на базе линейки BG. Крылья длиннее на треть, а и конструкция предусматривает установку сразу четырех орудий главного калибра. Корпус тоже больше — он шире на четверть. На него можно установить по три турели на верхнюю и нижнюю части фюзеляжа. Вместо кабины нормальный мостик, являющийся, по сути, ещё и БИЦ корабля. Грузовой отсек DGM меньше, чем на BG, но зато имеется полноценный склад-арсенал, лазарет на четыре койки, пустотный гермо-шлюз, кают-компания, которую можно использовать и в качестве помещения для проведения брифингов. Первоначальный проект предусматривает экипаж из трех разумных и семерых дроидов, при наличии бортового ИскИна, плюс каюты или кубрики на десять-двенадцать пассажиров гуманоидного типа. Остальная начинка и внешний обвес — в зависимости от целевого назначения конкретного судна или пожеланий заказчика… В целом, это почти корвет, если говорить о габаритах, массе и вооружении. Многоцелевой легкий транспорт, который можно использовать и в качестве разведчика или автономного патрульного корабля, и как малое десантное судно для спецопераций… Насколько я помню, во времена существования концерном «Викт Индастриз» эти корабли разрабатывались в качестве рейдеров, для ударов по линиям снабжения противники в составе эскадрилий от трех, до пяти бортов.

В то время, как я пояснял техническую подоплеку ситуации с кораблем, майор что-то сосредоточенно писал в своем планшете, заодно просматривая появляющиеся списки, но, за моей речью следил очень внимательно. Стоило мне замолчать, как Разумовский удовлетворенно кивнул:

— Вы действительно специалист в своем деле, Алекс. Это меня несказанно радует.

— Спасибо.

— Это не комплимент, — усмехнулся майор, — А констатация факта… К слову, как вы уже догадались, что я не просто так заинтересовался этим вопросом?

— Я это предполагал… Осталось понять только причины.

— Суть в том, что вам нужен не просто корабль, а заточенный под те задачи, что будет перед нами, мой и вами, если точнее, ставить наша организация, — вздохнул офицер, убирая планшет и разливая по чашкам остатки кофе, — Как вы поняли, ваши спутники сейчас проходят… ну, скажем, переподготовку. Берроуз экстренно обучается на офицерских курсах Академии СВР, лейтенант Скотт и его люди — проходят обучение работы именно с нашими вооружениями и средствами личной защиты… Они, как мне кажется, будут рады и дальше работать с вами. Во всяком случае, этот вопрос у них негативной реакции не вызвал, — усмехнулся Разумовский, — А это означает, что, как минимум, у вас должно быть пять жилых мест на корабле и подходящее оборудование в арсенале и на мостике… Ну и наши с вами текущие задачи…

— Не зная, в каких условиях нам придется действовать, я не могу ничего сказать об оснащении судна. Это… не самое разумное решение — готовить корабль к неизвестно чему.

— Я могу, — улыбнулся Разумовский, — Моё направление понесло серьёзные потери на «Джефф-2». Пятеро квалифицированных специалистов, корабль и его ИскИн… Вы едва не стали инвалидом… — покосился на меня майор, — Это всё необходимо… восполнять, скажем так. А в Родии, как вы знаете, идет война. Кнорри и турги теснят наших соседей по всем фронтам, а на оккупированных территориях происходит… геноцид, скажем откровенно.

— И что это значит для меня?

— Сейчас — только то, что вы займетесь вашим будущим кораблем. Аналитики моего подразделения сейчас пытаются вычислить наиболее подходящие для вербовки кандидатуры среди жителей Республики. Как только список будет более-менее готов, вам придется отправиться туда и заняться их эвакуацией на территории Империи.

— Это… долго, — вздохнул я, — Мне даже не удалось купить корпус для будущего корабля…

— Сейчас по вопросу эвакуации работает ваш спаситель — Чарли Чайлз, — махнул рукой Разумовский, — Он справляется… неплохо. Но при всех плюсах сего офицера, «Эвенджер»— устаревшие корветы. Эта модель давно достигла предела модернизаций и её уже невозможно подтянуть до современного уровня. Отправлять его на территории Республики, что уже захвачены инсектоидами… подписать Чайлзу приговор. Для него это будет билет в один конец.

— Вы так уверены, что нужные родианцы всё ещё останутся живы к тому моменту, как корабль и экипаж будут готовы? — хмыкнул я.

— Нужный вам корпус есть на складах СВР, — произнёс майор. — Они расположены на тех же верфях, где вы проводили модернизацию вашего прошлого корабля. Вооружение и системы… Составьте список, а тамошние инженеры подберут нужное исходя из вот этого технического задания, — протянул мне планшет Разумовский.

Принявшись за документ, я всерьез задумался о том, чтобы начать биться головой о ближайшую твердую поверхность. По сути, некто очень хотел получить именно рейдер-разведчик, способный как собирать информацию в тылу врага, так и наносить удары по его объектам инфраструктуры и производить высадку и сбор ограниченной десантной группы, численность от отделения до взвода. Это подразумевает достаточно крепкие щиты, вооружение, среди которого, помимо энергетического и бластерного, должно быть и ракетное, а так же серьёзную маскировочную систему и двигатели, обладающие громаднейшей избыточной мощностью. Учитывая, что в техническом задании особенно выделялось и бронирование корпуса… Кто-то очень хотел получить быструю, маневренную, хорошо вооруженную и обладающую системами маскировки крепость с минимальными затратами.

В принципе, сейчас такие корабли производят для нужд СВР и ВКС. Специализированные корветы и фрегаты «Пиранья» и «Касатка». Однако, каждое такое судно отличается невероятной стоимостью, а срок постройки каждого из них превышает два года. И это для корвета с нынешними технологиями. Всё дело в том, что их обшивка создается на основе нано-технологий, обеспечивающих серьезное экранирование почти во всех спектрах, а выхлоп двигателей гасится с помощью достаточно дорогих аппаратов — термо-подавителей, требующих дополнительного топлива.

Несмотря на все эти сложности, обнаружить оба типа этих кораблей-невидимок почти невозможно. Если бы не запредельная цена и срок постройки, то СВР и ВКС заказывали бы их партиями.

— У вас нет стелс-фрегата? Или корвета? — поинтересовался я, закончив читать.

— Есть, — усмехнулся майор, — Один на всё направление. «Ниора» попросту не сможет быть в нескольких местах одновременно. «Эвенджер» — действует там, где это позволяет ситуация. А вы будете отправлены в тыл наших врагов, на захваченные планеты. Вам нужно будет высаживать группу эвакуации, а затем забирать их вместе с нужными нам родианцами… как правило. Возможно, придется совершать диверсии, взломы вражеских баз данных или похищения их офицеров, если речь будет идти о тургах. Кнорри… рой, что ту сказать? — развел руками Разумовский.

— А экипаж? И сроки…

— Ваши боевые товарищи прибудут на верфи как только закончат свою подготовку, — перебил меня Разумовский, — Думаю, это произойдет значительно раньше, чем завершатся работы по вашему новому кораблю… К слову, как вы думаете назвать его?

— «Варяг», — усмехнулся я, — Который не сдается.

— Надеюсь, так и будет, капитан, — посмотрел мне в глаза похолодевшим взглядом майор, — И соблюдайте осторожность. Недавние события… взбаламутили воду в нашем водоеме. У вас теперь хватает недоброжелателей и с Управлении.

— Спасибо, что предупредили, — кивнул я.

— Не за что… и возьмите это, — протянул мне Разумовский блок индивидуального щита.

Приняв сей предмет, я внимательно его осмотрел. Модифицированная офицерская модель, предназначенная для поясного ношения. Используется в тех случаях, когда броню одевать не положено, но личный щит необходим.

— Тут гелиевая батарея, — пояснил майор, — Значительно большей мощности, чем в стандартном. Емкость тоже выше. Щит на четыреста единиц. Если не будете делать глупостей, стоя на месте, то позволит уйти из под огня тяжелого станкового лучемета или пережить взрыв плазменной гранаты.

— Благодарю вас, товарищ майор, — кивнул я начальнику.

— Теперь идите. За вас с кораблем никто вопросы не решит.

— Я хотел обсудить кадровый вопрос…

— Я понимаю, что людей у вас, капитан, для будущего судна, мало, но… Либо вербуйте, либо… у вас же есть карта памяти со слепком личности Немезиды? Вот и действуйте. Тем более, что никто не запрещает иметь на корабле сразу два ИскИна.

— Тогда у меня не хватит денег на корабль и оборудование, — пояснил я, помня слова майора о расходах на документы Берроуз.

— Черт с вами, Варнер, — вздохнул Разумоский, — Какую именно вы хотели платформу для Немезиды?

— MSX-720G, — быстро ответил я.

Майор же, усевшись в своё кресло, принялся изучать ТТХ искомой модели.

MSX-720G, по сути, является кибернетическим организмом. Основа — металлический скелет с биореактором, в черепе которого находится аналог человеческого мозга, созданный нанитами, имитирующими нейроны. Под мягким наружным покровом — гибкая броня из легких сплавов. Внешняя часть организма — био-синтетический аналог плоти, почти не отличимая от настоящей.

— Мда… — через несколько минут фыркнул Разумоский, — Гражданская модель. По сути, киборг-телохранитель, замаскированный под человека… Скажем так, будь вы обычным фрахтовщиком, который собирает текущую информацию по товарообороту и транспортным потокам, я бы слова не сказал… Но вам предстоит отправиться в зону боевых действий… — задумчиво закончил офицер.

— Я не думаю, что члены экипажа будут участвовать в боях. Это дело десанта.

— На «Джефф-2» члены экипажа тоже не должны были участвовать я боях, — покосился на меня Разумовский, — А получилось… как обычно. Потому, мы поступим иначе… — нажав кнопку вызова секретаря, мужчина произнёс, — Уильям, оформи на капитана Варнера направление. Склад первой очереди резерва. Платформа MSX-720GWD-I. Выдача по факту предоставления направления. В комплект — десять топливных элементов для реактора, форма по платформе, броневой костюм и специализированное вооружение. Плюс — доставка обслуживающего автономного стенда по требованию.

— Есть, товарищ майор, — ответил лейтенант.

— В приемной возьмете документы, — махнул рукой Разумовский, — Я вам, считайте, сделал подарок. Эта кибер-платформа разрабатывалась в качестве средства глубокого внедрения в общество Стигии и Родии. Из-за этого в конструкции предусмотрены возможности мимикрии под этих алиенов. Детали посмотрите в инструкции и паспорте платформы.

— Благодарю вас, товарищ майор, — кивнул я, поднимаясь из кресла.

— Вот теперь точно проваливайте, капитан, — вздохнул офицер, — А то ещё вздумаете продолжить у меня оборудование выуживать… Секретное, между прочим.

Покинув кабинет Разумовского и получив направления на склад, я задумчиво посмотрел на блок индивидуального щита и, прикрепив его к поясу рядом с рукоятью плазменного меча, направился к лифтам.

Четыре месяца в здешнем госпитале мне серьёзно помогли. На «Джефф-2» я выложился до дна и даже перешел черту, после которой смерти была лишь вопросом времени. К счастью, Чайлз успел вовремя и не только выдернул нас из под носа потрепанного им и его братом крейсера, но и быстро доставил на станцию-планетоид СВР. А тут цепкие руки медиков быстро захватили мою тушку и отправили в обитель медикаментов и анализов. И, надо сказать, вовремя. Как потом мне пояснил лечащий врач, мой организм держался исключительно на адреналине. Нервная система и сосуды, фактически, разрушались. Аналогичный процесс шел и во внутренних органах, мышцах, суставах и костях. И мистический дар лишь помогал отсрочить неизбежный финал.

Увы, но такова плата за то, что я использовал большие силы, чем мог в нормальных условиях. Далеко не одна тысяча мистиков погибла, действуя подобным образом. И всегда это сопровождалось… последствиями. Хорошо, если просто всплеском энергий Бездны. Бывало и так, что на месте умершего оказывался настоящий демон, который начинал сеять вокруг себя хаос и разрушения.

Набрав на планшете сообщение для Берроуз с просьбой связаться когда она освободится, я принялся обдумывать полученную информацию, не забывая смотреть по сторонам. Вряд ли тут кто-то рискнет напасть на меня открыто, но «случайную» поломку, способную угробить меня на месте, исключать тоже не стоило. Особенно, в обители СВР, где мастеров подобных диверсий более чем хватает.

* * *

Выйдя из зала заседаний, Гнелий Темирязев направился было к отведенному ему кабинету, но оказался перехвачен Войцехом Роджанским, полковником СИБ.

— О, какая встреча, — улыбнулся сенатор, — Не ожидал вас тут встретить, полковник.

— Увы, но пришлось выкроить время, чтобы увидеться с вами лично, — покачал головой офицер, — Думаю, стоит пройти в ваш кабинет и выпить чаю…

— Может, чего-нибудь более серьёзного? — улыбнулся Темирязев уголками губ.

Впрочем, глаза политика выдавали его истинное состояние. Удивление и страх. Гнелий прекрасно знал, что Войцех никогда не станет столь явно для окружающих демонстрировать их тесное общение… Если на то нет серьёзных причин. И, раз уж полковник тут, то они, наверняка, имеются.

— Не самое мудрое решение, — покачал головой Роджанский, — Нам обоим вскоре предстоят достаточно серьёзные разговоры и лучше сохранять трезвый ум.

Всю дорогу до кабинета сенатора политик и офицер вели беседу «о погоде», обсуждая новости из Родии, где уже во всю шла война с кнорри и тургами. Оказавшись же одни, оба мужчины расслабленно выдохнули. Затем полковник достал миниатюрный блок, который поспешил активировать.

— Войцех, что произошло такого страшного, если ты решил появиться в сенате? — поинтересовался Гнелий, когда офицер кивнул, давая понять, что теперь можно разговаривать свободно.

— Варнер и его группа, — ответил полковник, — Они не просто смогли выбраться со станции, но и добыли какие-то материалы, из-за которых и погиб Верден… Да и многие другие. Во флоте пока не в курсе, но их десантники тоже далеко не покойники.

— Откуда информация? — поинтересовался Темирязев, усевшись за стол, — И насколько она достоверна?

— Варнеру сейчас оборудуют по техническому заданию СВР TIF-19-02-34-DGM. Превращают древнюю рухлядь в современный стелс-корабль для диверсионно-разведывательных операций.

— Вот оно значит как… — пробормотал Темирязев.

Сенатор два месяца не мог связаться с Верденом. Аппарат подполковника был выключен, что вызывало у Гнелия беспокойство, а затем стало известно, что офицер погиб при задержании по обвинению в государственной измене и превышении должностных полномочий. Для Темирязева такой поворот был очень плохой новостью, способной принести серьёзные проблемы. Впрочем, несколько месяцев тишины заставили сенатора решить, что всё обошлось. Однако, визит Войцеха и новости о Варнере намекали об обратном. Вполне возможно, что вокруг шеи Генлия уже затягивается незримая петля, создаваемая оперативниками СВР или контрразведки. Ведь, не известно по какой причине Вердену было выдвинуто обвинение в государственной измене.

— Что-то ещё или…

— К счастью для нас всех, блоки памяти на компьютере и планшете Вердена самоуничтожились, — усмехнулся Войцех, принявшись расхаживать по кабинету перед столом сенатора, — Он привязал детонаторы к датчику в своем сердце. И как только сигнал исчез… следователи СВР остались с пустыми руками.

— А что по поводу «Александра»? — поинтересовался Гнелий.

— Раз уж экипаж погиб в полном составе, то на капитана списали всю ситуацию, — усмехнулся полковник, — Флотские отказались передавать данные систем связи и записи переговоров следователям СВР нашим парням. Пока отказались, — добавил Войцех.

— Полагаю, это самое «пока» случится очень скоро? — поинтересовался Темирязев.

— Более чем, — кивнул полковник, — Сегодня тебя вызовут на заседание сенатской комиссии по факту гибели линейного крейсера «Александр». Там будут присутствовать представители СВР, СИБ и флота. Каким-то образом некий майор Разумовский, руководитель Варнера в СВР, умудрился найти данные о том, что ты связывался с офицерами крейсера. Потому. готовься давать очень правильные ответы, друг мой. Причем, такие, чтобы не утопить нас всех.

— Не беспокойся, — усмехнулся Темирязев, — На такие случаи, у меня всегда готова правдивая версия.

— Очень на это надеюсь…

Покинув кабинет сенатора, Роджанский направился к уже другому своему знакомому в стенах Имперского Сената. Полковник спешил подготовить почву для грядущего слушания, ибо там будут затронуты и его интересы в произошедшей ситуации.

Кроме того, офицер очень хотел устранить чертовых СВРовских оперативников, что вместе со слишком живучими десантниками сорвали достаточно важное дело и теперь создавали проблемы как СИБ, так и тем политикам, что нужно держать на коротком поводке, вовремя их одергивая, дабы не вздумали делать и думать лишнего.

* * *

Выйдя из космопорта, мы с Натальей направились искать такси. Увы, но вызывать кар прямо к зданию было запрещено после недавнего теракта, в результате которого погибло почти семь тысяч человек. Увы, но мир и спокойствие постепенно покидают Империю и её миры.

— Надеюсь, на верфях не придется жить, — вздохнула Берроуз, поежившись от промозглого сырого ветра, — Зная тамошних «мастеров»…

Нова-Терра встретила нас осенним дождем, порывами холодного ветра и ночью. Ледяные потоки воды, казалось, готовы затопить город и космопорт. Ливневые стоки с трудом справлялись с громадным количеством воды, что реками текла по широкому проспекту идущем от пассажирской зоны к стоянке такси.

Плотнее запахнув плащ, девушка взяла меня под локоть, не забыв активировать «дождевик» — генератор поля, останавливающего легкие быстро летящие частицы материи. Пулю такой «щит» не отразит, но зато с ливнем он справляется. Сумки, как свою так и девушки, нес я. Впрочем, вещей у нас было не слишком много. За четыре месяца жизни после «Джефф-2» мы не успели обзавестись ни чем существенным. Фактически, у нас даже брони не было — моя пришла в негодность ещё там, на станции, а у Берроуз её комплект сдох уже на «Эвенджере».

Я же, периодически оглядываясь, пытался понять откуда нам грозит опасность. Предчувствие, что появилось ещё на станции-планетоиде СВР, значительно усилилось и теперь набатом било по нервной системе, вызывая боль в висках.

Нечто, несущее нам смерть, очень близко. Рядом. И нам лучше отойти от него как можно дальше.

В прошлый мой визит сюда, в экипаже «Ночного полета» был Винсент Лейпф, который и взял на себя полный контроль над процессом модернизации «Тайфуна», то теперь мне и моей спутнице придется заняться этим самим. Учитывая же повадки и привычки инженеров здешних верфей, это будет сложно, муторно и матерно. Ибо иначе они, почему-то, понимать никого не хотят.

Тогда мы на саму планету не опускались — обойдясь орбитальным комплексом верфей, где и жили. Однако, на пассажирском судне туда не попасть — только с помощью челнока местного управления СВР. Из-за этого придется проехать через весь город, поселиться в гостинице до утра, а затем уже направиться в Контору.

Дойдя до стоянки такси, освещаемой неоновыми вывесками, я огляделся. Высокие «стволы» небоскребов, что порой срастались за счет громадных галерей в целые кварталы, закрывая своей тенью улицы города, отсюда казались громадным, освещенным миллиардом огней, лесом из бетона и стекла. Джунгли. Каменные джунгли. Летящие между зданиями кары, своими габаритными огнями и фарами создавали впечатление светляков, что порхают между деревьев в обычном лесу.

Издали это всё смотрится красиво, но стоит оказаться в лабиринте темных улиц, закованных в металл, асфальт и стекло, как очарование мегаполиса исчезает, сменяясь грязью подворотен, затхлым, пропитанным выхлопами каров, смрадным воздухом, да людскими пороками. Там, рядом с голограммами красивых девиц, на которых одежда столь вызывающая, что без неё они смотрелись бы благопристойнее, можно увидеть наркоманов, погруженных в грезы очередной синтетической дряни, спитых бродяг и банды малолетней шантрапы, ищущей легкую добычу.

Нижний Город. Обычное явление любого мегаполиса в Империи. Впрочем, не только у людей есть подобные клоаки. Родианцы и стигийцы грешат тем же. Галерейные уровни мегаполисов — люди живущие более-менее сносно. Почти средний класс. Клерки, менеджеры, инженеры, квалифицированные рабочие, отличающиеся серьёзными дипломами, мелкие государственные служащие… Чуть выше — уже этажи более состоятельных личностей. Там и экономисты, и бухгалтера, и юристы… Этакие «белые воротнички», среди которых могут оказаться молодые офицеры силовых структур, медики, учителя и мелкие предприниматели. Зато на верхнем уровне живут богатые люди. Хозяева организаций, мэры и губернаторы, депутаты законодательных собраний и приближенные к ним личности, удостоенные почетного «доступа к телу».

Зато нижние уровни — тот самый Нижний Город. Городское дно. Место, где не живут, а выживают под светом неона и грохот выстрелов. Они всегда окутаны смогом и темнотой. Дневной свет не проникает в этим места, оставаясь на других уровнях. Лишь уличные фонари да вывески заведений освещают эти кварталы.

Покачав головой, я взглянул на ряд желтых каров, ожидающих своих пассажиров. Почти все они были автоматическими и доверия у меня не вызывали. Чутьё заставляло меня обходить таковые стороной, ища то, где будет живой водитель. Причем, далеко не первый же попавшийся. Троих таксистов мы с Берроуз оставили позади.

— Что-то не так? — поинтересовалась девушка, оглядываясь по сторонам.

Её мистический дар хоть и был слабым, но чутьё всё же давал, благодаря чему она тоже ощущала странную неправильность вокруг нас.

— Не знаю, — вздохнул я, — Но очень хочу надеяться, что мы сегодня в передрягу не попадем… Уж очень сильно ощущается какая-то опасность. Весомая…

Для Натальи я умудрился выбить на складе СВР ещё один офицерский блок индивидуального щита и «Шмель». К слову, сам я предпочел вместо него взять «Коготь». Машинка куда более тяжелая и громоздкая, но зато обойма там значительно вместительнее, а эффективная дальность стрельбы больше почти в три раза. К тому же, «Коготь» отличается ещё и очень хорошей пробивной способностью. Стандартную пехотную броню ВКС он вскрывает вместе с индивидуальным щитом с одного выстрела.

Как и Наталья, я был одет в длинный плащ, скрывающий висящее на поясе оружие. Не то, чтобы это запрещалось законами Империи — наоборот. К идущему с бластером в кобуре человеку не подойдет ни один патрульный. Зато если оружие окажется в руке, а явной опасности вокруг нет, то к искомому гражданину возникнут серьёзные вопросы. Однако, желания демонстрировать окружающим как внушительный арсенал, так и далеко не гражданские блоки личных щитов, ни у меня, ни у моей спутницы не возникло.

— А почему ты не захотел активировать платформу сразу? — спросила Наталья, когда мы прошли уже половину стоянки такси.

— Не знаю, но чутье подсказало, что так будет правильнее, — покачал я головой, — А я ему доверяю.

— У меня тоже есть… чутьё, — вздохнула девушка, — Хоть и не столь сильное… Но принимать решения только на основе ощущений… Как-то это… странно, — запнувшись, подобрала подходящее слово Берроуз, — Ты не находишь?

— Относительно, — улыбнулся я, — Всё зависит от точки зрения. Для мистиков такой подход зачастую не просто норма, а нечто близкое к дыханию. Особенно у тех, кто живет не первый век и чьи силы давно стали… впечатляющими. Они могут корежить реальность своей волей без особого напряжения, а уж считывать варианты развития будущего для них — не самое сложное занятие. Муторное, долгое, но не сложное.

— Кажется, он, — неожиданно произнесла Наталья, глядя на молодого парня, что стоял в потертой коричневой кожаной куртке и того же цвета плоской кепочке на голове.

Искомый индивид, услышав женский голос, обернулся, улыбаясь во все тридцать два зуба. Впрочем, увидев как Наталья держится за мой локоть, парень сник, лишь оценивающе оглядев нас. На ногах у него были синие штаны из уни-ткани с коричневыми нашивками на коленях и высокие, того же цвета, берцы с металлическими набойками на носках и пятках. Светлое, несколько бледноватое лицо выдавало в нём жителя тех частей столицы, где солнце если и бывает, то крайне редко. А худая жилистая фигура говорила о том, что этот малый ведет далеко не сидящий образ жизни.

Сбитые костяшки рук и стесанная на подбородке кожа намекали о далеко не самом легком быте и окружении таксиста. Впрочем, во взгляде светло-голубых глаз не было ни злости, ни обреченности, присущим жителям дна. Только спокойствие, что мне импонировало.

— Вы, полагаю, ищите такси с живым водителем? — спросил парень, — Если да, то меня зовут Заки я к вашим услугам.

Осмотрев его в энергетике и прощупав волей, как и саму ситуацию, я прислушался к чутью, а затем кивнул:

— В точку, Зак. Именно ты нам и нужен.

— Хм… Допустим, — напрягся парень, — А куда вам нужно попасть?

— Гостиница «Метрополь». Средний уровень, улица Оружейников тысяча семнадцать.

— Это я знаю где, — успокоился таксист, взяв у меня сумки, — Доставлю без проблем. С вас будет шестнадцать империалов.

— А если быстро и с ветерком? — поинтересовался я, открыв дверь пассажирского отсека и пропуская в него первой Наталью, пока Зак складывал сумки в багажное отделение.

— Двадцать два, — пожал плечами парень, не удивляясь вопросу, — Три империала штраф за превышение скорости, и три мне за риск аварии.

— Я дам тридцать наличными, если ты доставишь нас с очень сильным ветерком, — произнёс я, — Устраивает?

— За вами черти гонятся? — спросил парень, открывая дверь водительского отсека.

— Пока не знаю, но проверять не хочу.

— Значит, не будем проверять, — покладисто согласился наш новый знакомый.

От чего-то мне показалось, что полномочия на вербовку сотрудников, оформленные для меня Разумовским, пригодятся у же в ближайшие часы. И этот самый Зак станет первым человеком, которого я приведу в СВР.

Зак плавно поднял кар в воздух и, набирая скорость, умело уложил машину в довольно резкий разворот. Это было видно через прозрачную перегородку отделяющую водительский отсек от пассажирского. Причем, управлял транспортом он сам, а не автопилот. Наталья, не обращая внимания на происходящее в салоне, смотрела на город, объятый грозой. В этот момент мы как раз пролетали мимо здания, вдоль стены которого появилась громадная рекламная голограмма, на которой азиатка с выдающимися формами в достаточно откровенном наряде открывает бутылку газировки и с аппетитом её пьет, не забывая потом продемонстрировать название напитка. Уровнем выше летела гравитационная платформа с другими рекламными голограммами, уже бытовой техники.

— И давно тут ливень? — поинтересовался я у Зака, посмотрев на потоки воды, вылетающие из стоков в пространство между небоскребами куда-то вниз.

— Уже второй месяц, — усмехнулся таксист, — Сезон же…

— Им он не помеха, — показал я один из уровне небоскреба, мимо которого мы летели.

Там, несмотря на отсутствие крыши над головой и «дождевиков», под свет лазерных излучателей неоновых фонарей, толпа бесновалась в такт громкой музыки, которую было слышно даже в кабине кара сквозь шум ливня, бьющего крупными каплями по корпусу машины.

— А… Это ж психи, — фыркнул Зак, покосившись в сторону толпы, — Тут клуб «Подземка». Рокеры, металлисты и готы, панки… Короче, все, кто вылез снизу, но дальше «середки» не смог подняться, — добавил таксист.

— Говорящее название, — кивнул я, — И он постоянно работает? Клуб этот?

— Его лет пять назад открыли… С тех пор тут даже днем шумно… Правда, возмущаться некому. Это промышленное ж здание.

— Понятно…

Окинув взглядом небоскреб, я фыркнул. И действительно — не жилой. Все этажи были бетонным монолитом с редкими окнами и балконами, один из которых и оказался приспособлен под сие заведение.

Внезапно чувство опасности взвыло с невероятной силой. Одновременно с этим Наталья дернулась, принявшись оглядываться по сторонам, а затем мы увидели летящую к нам ракету.

— Вот черт! — выругался Зак, выворачивая рукоять штурвала в сторону, пытаясь уйти от угрозы.

Глава 2

Глядя на летящую к нам ракету, я пытался уничтожить её с помощью своих способностей. Увы, но некто, решивший избавиться от нас, понимал на кого начал охоту и предусмотрел такой вариант. От создаваемых зон закольцованного пространства снаряд уходил в сторону, петляя и меняя траекторию полета. Телекинез соскальзывал с ракеты, словно намазанные маслом руки с гладкого металла.

Наталья, используя какой-то незнакомый мне аппарат-терминал, пыталась что-то сделать, но, судя по происходящему, толку было мало.

— Эй, вы блин кто такие? — крикнул Зак, делая очередной вираж в попытке уйти от летящей позади нас ракеты, — Чтоб в столице по такси ракетами шмаляли… Вы не тайно едущие родственники Императора?

— Нет, мы сотрудники СВР, по вине которых скоро посадят несколько сотен чиновников, политиков и офицеров СИБ и флота, — ответил я, — Сколько там выйдет цена поездки по итогу?

— Черт, парень, да я буду рад, если жив останусь! — крикнул Зак, делая немыслимые пируэты и крюки между несущимися мимо машинами и грузовыми платформами, стараясь сбить прицел ракеты, — Держитесь!

Резко наклонив штурвал вниз, водитель направил кар в темноту нижнего города почти вертикально. От резко увеличившейся скорости нас придавило к сидениям. Огни зданий за иллюминаторами машины принялись почти слились в одну сплошную разноцветную ленту.

Закрыв глаза, я старался не выпускать ракету из сферы своей чувствительности и потока внимания, всячески пытаясь замедлить… Однако, чертов снаряд, несмотря на маневры таксиста и мои старания быстро приближался.

— Сейчас! Уйдем! — с азартом в голосе рассмеялся Зак, резко уводя машину в сторону.

Ракета почти успела повторить свой маневр, но, из-за своей скорости не вписалась в поворот, врезавшись в здание. Плазменный взрыв мгновенно поглотил несколько этажей, превращая их в ад. Неоновая вывеска, висевшая над местом взрыва, с громким, слышимым даже нам, скрипом и скрежетом, накренилась и начала падать куда-то вниз.

— Оторвались! — радостно улыбнулся водитель, — Уф, хереть поездочка! — добавил он, почти как в былые годы!

— Ты служил? — поинтересовался я.

— Да, — кивнул Зак, — Лейтенант первого класса Закери Вайскез.

Берроуз, убрав свой аппарат, посмотрела на меня, а затем перевела взгляд на водителя:

— Чем управлял?

— Тяжелый истребитель перехватчик «Сток-В3», — покачал головой таксист.

— А почему не на флоте? — не унималась девушка.

— По глупости и дури, — вздохнул Зак, — Напился, пошел по девкам, по утру не явился на построение, а потом подрался с командиром части… Глупый был… Хотел во фрахтовщики или наемники податься, но не сложилось… Я ж без денег был… Не накопил ни на корабль, ни на броню с оружием. Вот и остался тут — таксую на арендованном каре.

— И давно ты так? — поинтересовался я, — И что у тебя с дипломами и сертификатами?

— Дипломы есть, а сертификаты и летные допуски по срокам вышли. Я ж два года в космос не выходил.

— А хочешь?

Остановив кар и включив автопилот, Зак повернулся ко мне и горько ответил:

— Больше жизни, мужик, больше жизни.

— А если я дам тебе такую возможность? Штурвал боевого, десантно-штурмового корабля второй-третьей категории, — спросил я, старательно считывая парня.

— Я тебе отдам свою душу мужик.

— Считай, что мы договорились, — не удалось мне сдержать усмешки, — Капитан Алекса Варнер, СВР Империи. Считай, что командир твоего будущего экипажа. А это — лейтенант Наталья Берроуз — связь и кибер-системы. Десантная группа пока не в полном составе и эти парни появятся позже.

— Черт! — выдохнул Зак, — Не может быть!

Молча достав удостоверения, я приложил его к стеклянной перегородке, чтобы наш новый пилот смог его разглядеть.

— С возвращением в строй, лейтенант.

— Уф! Черт! — Варнер? Варнер, в жопу целовать не буду, но бутылку за такой подарок я тебе поставлю! — ошеломленно произнёс парень.

— А теперь нам надо попасть в гостиницу, — напомнил я, — А утром начнем решать вопросы с твоим оформлением.

— Хорошо, муж… эм… товарищ капитан! — вспомнил устав Вайскез.

В этот момент рядом с нашим каром поравнялся другой — черного цвета с тонированными стеклами. Дверь пассажирского отсека отъехала в сторону и на нас уставились вороненые дула двух станковых лучемётов.

Зак, увидев это, дернуй рычаг отключения грави-платформы и наша машина рухнула вниз, набирая скорость и кувыркаясь в воздушном потоке. Нас мгновенно начало кидать по салону, а сам Вайскез был пристегнут к водительскому сидению.

— Надеюсь, в этот раз моя летная карьера не будет такой короткой, — усмехнулся водитель, включая грави-платформу кара.

Стоило машине выравнять полет, как я открыл дверцу пассажирского отсека и, достав «Коготь», принялся выцеливать висящий у нас на хвосте черный кар. Его пассажиры тоже не ждали пока наши машины поравняются, а принялись стрелять. Разряды бластеров и размазанные полосы импульсов лучемётов то и дело пролетали мимо нас. Некоторые из них с шипением впивались в корму кара. Воздушный поток со свистом выносил из пассажирского отсека запах раскаленного металла и горелого пластика. Что интересно, в энергетике я его не ощущал.

Под проливным дождем, царящем тут, плащ мгновенно намок, став тяжелым и сковывающим движение. Ледяные струи воды проникли за воротник, стекая по шее на спину. Их холод заставил меня взбодриться, скидывая странную расслабленность, накрывшую меня ещё во время полета на пассажирском корабле, доставившим нас на Нова-Терра.

«Там мистик, скрывающий машину от меня! — пришло осознание, — Потому я и не смог их заметить! Суки!»

Либо кто-то из «обиженных» нами политиков и офицеров СИБ, а то и флота, смог подключить моих коллег, то ли Орден действовал самостоятельно, каким-то образом узнав о снятии блокировок. В любом случае, придется очень постараться, чтобы выбраться из этой передряги живыми.

Словно бы читая мои мысли, корпус такси заскрипел, а Зак принялся материться. Машина стала гораздо тяжелее маневрировать, с заметным усилием совершая маневры. Впереди же. Ровно по курсу нашего движения, стали появляться гравитационные колодцы. Заметные по тому как потоки дождя принялись закрычиваться в плотные спирали.

«Уроды! Решили играть по полной, — понял я, готовясь атаковать, — Значит, будем действовать жестко!»

— Ты что творишь? — крикнул Зак, бросив взгляд назад.

— Работаю канониром! — усмехнулся я, раскручивая внутри себя ярость и обостряя восприятие.

Послесрыва блокировки это давалось невероятно легко. Казалось, будто я делаю вдох, а не позволяю потусторонним силам проникать в этот мир через мои тело и разум.

Достигнув нужного состояния, я открыл глаза. Мир вокруг расцвел миллионам красок и запахов. Я видел каждую каплю дождя, что неслись вниз мимо нас. Ощущал их запах. Чувствовал и осознавал стены зданий вокруг и летящие в вечном потоке машин кары.

В таком состоянии ни ветер, ни бьющие в лицо капли дождя, что теперь залетали в салон кара, не мешали мне действовать.

Повинуясь интуиции, я принялся стрелять, стараясь бить на упреждение так. Чтобы выстрелы летели в уязвимые точки машины преследователей, из пассажирского отсека которой по нам уже вели огонь очередями из лучемётов и бластеров.

Одновременно со стрельбой, я старался бить и с помощью своих способностей — срывал со зданий вывески или резко дергал летящие мимо кары, заставляя их преграждать дорогу нашим противникам. Периодически даже создавал перед самым носом их машины «червоточины» — области, похожие по своей природе на черные дыры, но существующие без подпитки считанные секунды.

Почти сразу выстрелы преследователей стали не такими частыми, а их кар принялся вилять, уходя от моей стрельбы и мистических атак. Несколько раз, что мы, что наши противники, чиркали бортами углы зданий. Я же старался вцепиться в их машину телекинезом, но она оказалась надежно защищена от подобных атак.

— Черт… Кайф! — рассмеялся Зак, маневрируя между летящими мимо машинами, то и дело двигаясь против потока.

Поколебавшись, я решился на использование упрощенного варианта «Огненного Шторма». Убрав «Коготь» в кобуру, принялся пропускать через правую руку потом энергий Геены, формируя огненную сферу, пытающуюся вырваться из под моего контроля и сожрать как меня, так и нашу машину.

— Чертов колдун! — выдохнул Зак, увидев что происходит, — Не спали кар!

— Не писай в кресло, — хмыкнул я, метнув свой «снаряд» в машину противника.

Повинуясь заложенной в него цели, сфера рванула к черному кару. Который попытался уклониться. Однако, порождение Геены и моей воли тоже сменило траекторию полета. Лишь в последний момент мистикам, противостоящим нам, удалось сформировать щит, принявший на себя мой удар. Впрочем, полностью поглотить энергию, заложенную в сферу, защите не удалось. Носовая часть кара загорелась, а плексовая плита водительского отсека разлетелась светящимися от жара кусками, демонстрируя нам водителя в белой с черными и оранжевыми вставками пластинчатой броне.

Мистик. Орденская броня, которую носят оперативники Корпуса Зачистки. Можно сказать, что это внутренняя безопасность мистиков. Этакие инквизиторы.

— Уходи вверх! — приказал я, вновь начав стрелять из «Когтя», раз цель стала хорошо видна и незащищена, — И старайся двигаться к зданию СВР.

— Уже, кэп! — усмехнулся Вайскез, не скрывая хорошего настроения, — Теперь мы туда и летим!

Я же продолжил стрелять по кару преследователей. Надо сказать, что мои выстрелы цели достигали. Носовая часть машины противника была уже покрыта множеством оплавленных дыр, а в нескольких местах вырывался густой, ядовито-зеленый дым. Да и в целом черный кар явно сбросил ход. Его водитель и вовсе пригнулся, прижавшись к штурвалу — несколько моих особенно удачных выстрелов растеклись по индивидуальному щиту мистика, заставив того проявить благоразумие.

Впрочем, у нас состояние было далеким от идеала. Кормовая часть представляла собой решето, а позади машины тянулся шлейф густого серого дыма. Хорошо ещё, что во всех такси пассажирский отсек и кабина пилота являются этакой броне-капсулой, способной выдержать даже не самый сильный плазменный взрыв. Таким же образом производят и частные машины, дабы при аварии водитель и пассажиры имели хоть какие-то шансы выжить.

— Дерьмовые дела, кэп! — произнёс Зак, — Мы на соплях летим!

Бросив взгляд через стеклянную переборку на приборную панель, я понял, что парень прав. Почти все индикаторы горели красным. Даже не представляю помечу мы ещё не рухнули вниз.

— Есть! — усмехнулась Наталья, сумев что-то сделать с помощью своего терминала.

Одновременно с её возгласом позади нас произошел взрыв и машину преследователей окутало плазменным облаком, из которого, видимо, по инерции, вылетел лишь горящий остов. Вместе с тем я ощутил вспышку в энергетике — пять смертей. Причем, двое из умерших были мистиками. Не самыми сильными, но… Это говорит об очень много.

— Как вы их так угрохали? — спросил Вайскез, обернувшись к нам.

— Я смогла взломать их бортовой компьютер, — пояснила девушка, — И перегрузила реактор машины, выключив охлаждение и систему автоматического отключения.

— Молодцы! — похвалил я обоих, закрыв дверцу пассажирского отсека.

— У нас проблема, кэп, — напряженным голосом произнёс Зак, — Мы не долетим.

— Садись где получится, а там разберемся, — вздохнул я, понимая, что без приключений до Управления мы не доберемся.

— Хорошо, — кивнул Вайскез, — Как раз неподалеку есть местечко…

Между тем, кар уже носило из стороны в сторону, а салон наполнялся едким дымом.

«Надеюсь, мы именно сядем, а не рухнем, — мысленно вздохнул я, — Не хочу превращать это в традицию…»

Спустя несколько минут, наша машина таки приземлилась на какую-то заброшенную посадочную площадку. Выйдя из кара, я огляделся, держа наготове бластер.

Освещения не было в принципе — только габариты такси и его фары давали хоть какой-то свет. Всюду ветер гонял грязные пакеты и бумажки, а в углах площадки лежали горы мусора. На потрескавшемся покрытии посадочной зоны пролегали глубокие трещины, а во многих местах отражали свет окон и вывесок громадные лужи.

— С приземлением, — произнёс Зак, выбравшись из водительского отсека, — Мда… — добавил он, оглядев свою машину, — Похоже, что в таксопарк мне лучше не возвращаться… Даже мертвым…

— Учитывая нашу встречу, этого не произойдет, — фыркнул я, — Кстати, как найдем более-менее подходящее местечко, оформим твою вербовку в качестве члена экипажа. Полномочия у меня есть.

— Слушай, кэп… Э… То есть, капитан Варнер, — поправился Зак, — А чтоэто за срань была вообще?

— Полагаю, что либо мистики, желающие избавиться от меня, либо кто-то из СИБ, — пожал я плечами, — Из флотской разведки тоже могут постараться… Мы недавно им умудрились яйца шлюзом зажать, вот и хотят крови, как мне кажется.

— Похоже, что я не один такой везучий, — усмехнулся Вайскез, — Командир, я предлагаю убраться отсюда. Райончик тут так себе… Не самая глубокая задница города, но назвать это место безопасным — скорее секс-роботы из ближайшего гарнизонного борделя станут невинными девственницами.

— Значит, стоит уйти, — произнесла Наталья, выбравшись из кара, — Фу… Запашок…

— Ну, простите, красавица, — покачал головой Вайскез, не скрывая сарказма, — Уж я так старался до вашей гостиницы дотянуть, но злобные дядьки-мистики этому помешали. Пришлось сажать машину на помойке, но тут уж не ко мне претензии…

Фыркнув, я подошел к отсеку для багажа и покачал головой. Его крышка больше походила на решето. Сомневаюсь, что наши сумки уцелели. Впрочем…

Для очистки совести, я таки открыл его, убедившись в своей правоте. Вместо сумок моему взгляду предстало обугленное тряпье, воняющее паленой тканью.

— Ненавижу такие моменты…

— Как будем выбираться из этого… этого? — спросила Берроуз у Вайскеза, махнув рукой в сторону ближайшей кучи мусора.

— Для начала, через дверь… — со смешком ответил Зак, — Полагаю, что она должна быть там.

* * *

— Доброго дня, господа, — произнёс Разумовский, глядя на вошедших в его кабинет десантников.

Без тяжелой брони, они выглядели не столь внушительно. Всё же, костюмы с искусственными мышцами добавляют аж по двадцать сантиметров роста, за счет своих габаритов превращая любого человека в двигающийся металлический шкаф с оружием. В обычной же форме, мужчины хоть и выглядели натуральными атлетами, но уже не казались ночным кошмаром либераста или пацифиста-гермафродита из ближайшего борделя.

Сам Разумовский не был прожжённым милитаристом и сторонником сугубо полицейского государства. Однако, будучи реалистом, он прекрасно понимал, что люди, в большинстве своем, далеко не святые. Стоит исчезнуть наморднику в виде Закона и карательной системы, как общество мгновенно сбросит тонкий налет цивилизованности, превращаясь в дикую, озверелую толпу, что по первому кличу разорвет любого на месте. Хаос и анархия, убийства и голод — вот что бывает при вседозволенности. Революции, что множество раз происходили в истории человечества, это показывали наглядно. Тогда расцветали разбой, изнасилования, убийства, кражи… А правителей, что приходили после этого к власти и наводили порядок, потом называли кровавыми палачами. Оно и не удивительно, ведь чтобы загнать озверевшее от крови и вседозволенности общество в рамки закона и порядка, надо применить силу и жестокость, подавляя любые очаги сопротивления и недовольства огнём и мечом.

— Здравия желаем, сэр! — по уставу отдали честь военные.

— Думаю, мы не на плацу и можно обойтись без порчи моего слуха, — усмехнулся майор, — присаживайтесь, — махнул рукой на гостевые кресла офицер, — Разговор будет долгим.

Подождав пока посетители займут свои места, Разумовский достал приготовленные документы и передал их лейтенанту Скотту.

— Это ваше назначение на новый корабль — «Варяг». Он сейчас проходит оснащение на наших верфях в столице, — пояснил майор, — Командир экипажа — капитан Варнер, с коим вы уже знакомы. Думаю, работать в составе его команды для вас не будет проблемой.

— Да, сэр, — кивнул Скотт, — Алекс… Капитан Варнер, показался мне адекватным и достаточно опытным офицером.

— Хорошо… Собственно, он, как и лейтенант Берроуз, уже отправились на Нова-Терра и будут контролировать процесс подготовки «Варяга». Вам надлежит провести подготовку амуниции, снаряжения, вооружений и боезапаса, а так же обслуживающего оборудования для корабельного арсенала и десантной группы.

Если Варнера майор уважал и ценил, признавая его живучесть, упертость и ум, то десантники такого отношения в глазах офицера ещё не заслужили. Для Разумовского они, пока ещё, выглядели лишь неплохим довеском для капитана, который в одиночку не сможет выполнить те задачи, которые ему придется решать. Потому речь майора была достаточно сухой и несколько официозной, отдающей уставщиной. Это заставляло Скотта и его подчинённых сидеть в напряжении.

— Сэр… Простите, но… Нам необходимо знать о будущих задачах. Тогда мы сможем внятно составить список необходимого оборудования и снаряжения, — осторожно произнёс Скотт, изучив документы.

— Эвакуация с территории противника важных персон, похищения, удары по объектам инфраструктуры, диверсии, убийства, шпионаж в космическом пространстве, захват гражданских кораблей противника, проникновение на пустотные объекты… — спокойно ответил Разумовский, — Ничего необычного для нашей организации.

— Что ж… Раз так, то мы сможем подготовиться список, но это займет время.

— Отлично. Пока же… Рекомендую вам заняться этим вопросом уже в дороге, а сейчас отправиться на Нова-Терра. Капитан Варнер и лейтенант Берроуз уже там.

— Алекс выздоровел? — впервые за весь разговор подал голос непривычно тихий Фирс.

— Да, капрал, он выздоровел, — усмехнулся майор, — А теперь…

— Товарищ майор, — вошел в кабинет секретарь, — На Нова-Терра произошел теракт.

Вздохнув, Разумовский покачал головой и спросил:

— Кто из нашего отдела там?

— Только Варнер и Берроуз.

— Организуйте мне связь с ними, — после раздумий произнёс майор.

Тот факт, что в столице начали происходить теракты, а затем начались волнения, офицера нервировал. Но ещё больше ему не нравилось, что там оказался капитан, на которого зуб у очень многих влиятельных людей.

* * *

— Они смогли уйти, — произнёс мужчина в сером плаще из не намокающей ткани, — Отряд «Лида» потерян в полном составе. Отряд «Вика» продолжает преследование.

— Продолжайте операцию, капитан, — ответил его собеседник, находящийся в помещении в виде голограммы, — Цель необходимо ликвидировать любой ценой.

— Есть, — кивнул мужчина.

Завершив связь, он огляделся и выругался. Не такого Сторн ожидал от службы в СИБ. Он думал, что будет убивать врагов Империи и человеческой расы, ловить убийц и террористов, но… Реальность оказалась до невозможного мерзкой. Нет, большую часть времени его подразделению приходилось заниматься именно теми самыми делами, о которых мечтал когда-то глупый в виду молодости, мужчина. Увы, но бывало и совершенно иначе.

Около трети приказов касались ликвидации офицеров флота и наземных сил, убийств политиков и промышленников, похищений их жен и детей… Зачастую требовалось не уничтожить лабораторию наркодельцов, а наоборот — устранить полицейских, что пытаются с ней разделаться, а в других обстоятельствах — прикрыть сенатора. Что любит девочек от десяти до четырнадцати… Причем, любит во всех позах, а потом обожает их пытать.

Вот и теперь — приказ на убийство капитана и лейтенанта СВР. Выяснять за что у Сторна давно нет желания. Было дело — выяснил. Узнал, что тогда речь шла о майоре полиции, который попросту накрыл наркотический бизнес одного из родственников тогдашнего министра внутренних дел Империи.

Сейчас, глядя на грязное, обшарпанное помещение, назначение которого уже и не разобрать, капитан вновь задумался — стоил ли его выбор и служба в СИБ того, что он в конечном итоге получил? Отвращение к самому себе.

— Оуэн, — вызвал офицер своего подчинённого, — Что у вас?

— Нашли их кар, — ответил лейтенант, — Сгорел. Уроды сели на старой платформе в брошенном пром-секторе. Судя по следам на месте, они ушли в глубину Нижнего Города.

Хмыкнув, Сторн покачал головой.

Варнер и его спутники — умные люди, раз решили пойти сложным путем. В Нижнем Городе силы правопорядка редкое явление. Как правило, это спецназ, который устраивает зачистку среди наиболее наглых банд. Другое дело, что камер наблюдения там давно нет и найти человека, если он скрылся в этих местах, крайне сложно.

Впрочем, капитан прекрасно понимал, что им придется сунуться в Нижний Город и пойти следом за Варнером. Учитывая, что для его убийства Орден Мистиков выделилсвоих головорезов, ситуация не должна быть совсем удручающей.

«Двое из них мертвы, — пришла на ум капитана неожиданная мысль, — А Варнер один. Берроуз и таксист не мистики. Вполне возможно, что оставшаяся часть отряда не справится и тоже погибнет.»

Встряхнув головой, Сторн попытался отогнать такие мысли. Ему совершенно не хотелось думать о том, что с ним произойдет, если группа погибнет. В лучшем случае, он отправится на тот Свет вместе со своими парнями. А в худшей… Разъярённый мистик — не та вещь, что может улучшить здоровье и способствовать долголетию. Если капитану не повезет и он каким-то образом уцелеет при гибели группы, то лучше застрелиться.

* * *

— Ну и вонь! — в очередной раз фыркнула Наталья, освещая лучом фонаря узкий, не больше пары метров в ширину, переулок, по которому мы шли.

— Это Нижний Город, — пожал плечами Зак, периодически оглядываясь.

Грязные бетонные стены, покрытые цветастыми граффити, обертки из под чипсов вызывали желание убраться из этих мест как можно скорее. Порванные пакеты и пустые бутылки, лежащие под ногами, под дождем, что всё не хотел прекращаться, слиплись в источающее вонь месиво, хлюпающее при каждом шаге. Порой под ногами звенели пустые инъекторы, а то и вовсе самодельные шприцы. Видимо, наркоманы тут частые гости.

— И долго нам ещё идти? — поинтересовалась Берроуз, в очередной раз обо что-то ударившись ногой и прошипев набор ругательств, которые от офицерской дочки услышать никак не ожидаешь.

— Изрядно, — покачал головой Зак, — Это же заброшенная промзона. Тут раньше был фармацевтический завод, но когда на верхних уровнях начали строить жилые кварталы, производство перенесли. Собирались провести реконструкцию комплекса, но… у городской администрации нашли более важные дела, чем брошенное здание.

— И такая территория пустует? — удивилась Берроуз, — В центре столицы?

— Это не центр, — покачал головой Вайскез, — Это Нижний Город. Тут никому ничего не нужно… кроме денег и еды, — грустно добавил он.

— А куда именно мы идём? — спросила Наталья спустя несколько минут.

— Для начала — ко мне домой, — ответил парень, — Надо высохнуть и вам другую одежду выдать. Это хоть как-то собьет с толку наших преследователей.

— Ты так уверен, что…

Не особенно вслушиваясь в разговор Натальи и Зака, я старался понять и проанализировать свои ощущения. Казалось, нечто старательно пытается меня найти. Нечто знакомое. Что-то давно забытое… Затем чувство исчезло, сменившись ощущением чужого колючего взгляда. Словно бы кто-то уже взял под прицел и теперь лишь выжидает удачный момент для выстрела. Почти сразу же появился второй взгляд. И он был очень знакомым. В нём ощущалась женская, агрессивная, пропитанная жаждой убийств и крови, энергетика. Элизабет Лоур. Мистресс, что была у моего потока инструктором рукопашного боя.

Осознание того факта, кто именно идет по нашему следу, заставило меня подобраться. Уж очень опасной была эта дамочка. Далеко не один век опыта, отличнейшая подготовка и серьёзная мистическая сила. Будь она в том черном каре, мы бы сейчас не шли по этому чертовому переулку. Её уроки, жестокие и болезненные, запомнились навсегда, врезавшись в память с невероятной силой.

Впрочем, как наставник она была действительно хороша. Благодаря её науке и подходу к обучению, я выживал в самых дерьмовых передрягах и даже на чертовой станции «Джефф-2». И, видимо, настало время мне выяснить — хватит ли моей силы воли, приобретенного опыта и мистических навыков, чтобы убить её? О простой победе речи идти не будет. Здесь не тренировочный центр Корпуса, а жестокая реальная жизнь, где победитель — это просто выживший, а проигравший — труп.

— Нас ищут, — произнёс я, обрывая разговор моих спутников, — Мистики. Двое. Провели ритуал поиска и теперь идут по следу. Сколько с ними людей — не знаю.

— Мда… Так… Надо ускориться, — вздохнул наш спутник, что-то прикидывая в уме, — И мы пойдем не напрямик, а сделаем крюк через одно местечко, — добавил он, — Если у нас пути людей окажется много, это мистиков собьет со следа? — спросил парень, вопросительно посмотрев на меня.

— Смотря сколько, — пожал я плечами, — Если действительно толпа, то да.

— Китайский рынок подойдет? — усмехнулся Вайскез, — Там всегда толпа.

— Подойдет.

— Ещё и рынок, — вздохнула Наталья, — Как же я ненавижу рынки!

— Скажи спасибо, что не через бордель идем, — произнёс Закери, — Насмотрелась бы…

Берроуз в ответ лишь фыркнула, бросив на меня демонстративный взгляд:

— И чего я там не видела?

— Ну, это ты у нормальных баб и мужиков ничего нового не увидишь, — оскалился Вайскез, — А в Нижнем городе всякое встречается… Бывают девочки с несколькими… эм… ты поняла, — добавил он, стушевавшись под взглядом Натальи, — А бывают и мальчики с целым набором хозяйств. А уж как я видел одну шлюху с четырьмя грудями… Две и чуть ниже ещё две, — оскалился парень, — Да и любителей экзотики хватает. Уж поверь.

Скривившись, Берроуз махнула рукой:

— Даже слушать об этом не хочу. Я предпочитаю нормальные… Нормальных мужиков.

— Да хватит уже о борделях, — не выдержал я, — Двигаемся, быстрее двигаемся. Ноги в руки, руки в зубы и булками шевелим, булками.

* * *

— Он нас засек, — хмыкнула Элизабет Лоур, покачав головой, — И даже смог меня узнать, судя по всему. Очень уж четко его поток внимания по мне прошелся. Неплохо…

— Вы им восхищаетесь? — поинтересовался Сторн, бросив удивленный взгляд на мистресс.

Мужчина за годы службы так и не привык к тому, что все члены Ордена Мистиков, в любом возрасте, выглядят молодыми людьми «чуть за двадцать», а то и моложе. И стоящая рядом с ним девушка исключением не была. Умом капитан осознавал, что ей уже двести сорок, а за спиной этой миниатюрной красотки с глазами голодного хищника личное кладбище размером и иную Луну газового гиганта. Однако, глаза и чувства говорили об обратно — девочка. Маленькая, глупая и беззащитная. Так и хотелось её обнять, прижать к себе и защитить от окружающего мира.

Капитан подозревал, что далеко не одна сотня мужчин купилась на это странное чувство и милую ангельскую внешность, заплатив за свою глупость собственной жизнью.

— Констатирую факт, — хмыкнула Лоур, — Учитывая, что я закрывалась… Он силен. Заметно подрос в своём развитии с того момента, как мы виделись в последний раз.

— И когда же это было? — едко спросил капитан, изучая карту района, по которому им предстоит двигаться.

— Около пятнадцати лет назад, — покачала головой Элизабет, — Когда его силу заблокировали и произвели коррекцию разума.

— Вы в этом так уверены? — фыркнул Сторн, — Судя по тому, как погиб второй отряд, сила у Варнера на месте.

— Я лично присутствовала на процедуре, — ответил Лоур, — И если он снова может действовать как полноценный мистик, то либо ему помогли снять блокировку, либо он каким-то образом смог сделать это сам.

Выключив карту и убрав планшет во внутренний карман куртки, Сторн покосился на девушку в белой с черно-желтыми вставками броне и спросил:

— И ваша организация хочет с ним за это разделаться? Даже при том, что он служит в СВР?

Не которое время Элизабет молчала, а затем, вздохнув, ответила:

— Не за это. И я не знаю по какой причине Орден объявил охоту на Варнера. Даже история с тем, как его изгнали выглядит… показной. Алекс действовал в рамках устава, но за это ему пришлось покинуть флот и Орден. А теперь, спустя годы, о нём вспомнили.

— Вы так и будете трепать языком? — спросил Тёрнер, войдя в помещение, — Варнер нас ждать не будет.

Напарник Лоур из Ордена был куда моложе. Если девушка носила полковничьи погоны, то этот парень щеголял только сержантскими. И почему его отправили на охоту за Варнером для Сторна было загадкой. То ли боевое крещение под руководством опытной дамы, то ли по каким-то иным причинам.

— Джой, не кипятись. Я настроилась на нашего беглеца и теперь он никуда от нас не денется, — ответила Элизабет, вставая, — Лучше сам не забывай держать настройку. Мало ли… Он, как выяснилось, неплохо подрос за прошедшие годы и может преподнести сюрприз.

* * *

— Почти дошли, — вздохнул Зак, когда мы подошли к громадным металлическим воротам, в углу которых оказалась небольшая прикрытая дверь, — Дальше будет уже обжитая территория.

Чтобы дойти до этого места, пришлось попетлять, несколько раз спустить, а затем подняться по десятку лестничных пролётов, и лишь после этого мы оказались на той стороне комплекса, что выходила на жилую улицу Нижнего Города.

Подойдя к оконному проему, в котором уже давно не было стекол, я посмотрел вниз. Узкая улочка оказалась накрыта сверху каким-то навесами, через которые блестели неоновые вывески и лампы. От туда доносились гомон толпы, музыка и грохот. В здании напротив люди уже явно жили — стекла там были на месте, а во многих окнах, закрытых изнутри плотными шторами и жалюзями, горел свет.

— Да… Это не проспекты, что наверху, — указал на громадные галереи, соединяющие небоскребы на высоте сотен метров, Зак.

Посмотрев туда, я фыркнул. Верхние части зданий светились что новогодние ёлки. Громадные галереи, что зачастую в ширину превосходили сами небоскребы, опутывая многими уровнями, подобно паутине из стали и бетона, город, закрывали собой небо. Они тоже оказались усеяны огнями. Впрочем, этого освещения было явно недостаточно для того, чтобы заменить солнце, из-за чего на узких улицах Нижнего Города всегда царит ночь.

— Пошли, — покачал я головой, — Потом расскажешь как тут живут и чем дышат.

— Договорились, кэп, — кивнул Зак, — Нам снова вниз…

Теперь же мы стояли у входа в жилую часть Нижнего Города.

— За воротами рынок, — усмехнулся Вайскез, бросив ехидный взгляд на Берроуз, — Китайский. Потому, прошу не морщиться, не пытаться пристрелить всех сразу и не нарываться… Ну и за карманами следите…

— Я в курсе. Сам из такого же дерьма вылез.

— Серьёзно? — покосился на меня Зак.

— Нова-Прокси. Жил в подобном дерьме, а потом оказался в детском доме. Закрытый интернат тюремного, — усмехнулся я, — Потом меня забрали в Орден, где и выбили всю дурь из головы.

— Тогда… Ладно. Пошли.

Открыв дверь, Зак, первым вышел из темного, освещаемого лишь нашими фонарями, коридора. Наталья последовала за ним. Я предпочел идти последним, заметая в энергетике наши следы. Учитывая наличие в числе наших противников Элизабет Лоур, сомнительно, что поможет, но проблем доставит изрядно.

«Жаль, что гранат нету, — мысленно вздохнул я, — было бы проще».

Глава 3

— Вот и рынок, — хмыкнул Зак, когда вы оказались на достаточно неплохо освещённой оживленной улице.

— Мда… — фыркнула Наталья, скривившись.

Разномастные вывески, пестрящие красочными названиями как на старых человеческих языках, так и на современном имперском, сделанные из простых световых панелей, чередовались с дерьмовыми голограммами прошлых веков и их современными аналогами. Весь переулок представлял собой многоуровневую торговую зону. Каждый этаж здания был утыкан лавочками и магазинами. И если на первом уровне попасть в них можно было прямо с улицы, по которой шли разномастно одетые азиаты и люди европейской наружности, а п порой и медленно катились колесные машины, урча двигателями, то на остальных этажах требовалось подняться по металлическим лестницами, а затем пройти по широким балконам из металлических конструкций с решетчатым покрытием. Среди всего этого разнообразия выделялись каталки уличных торговцев, продающих еду быстрого приготовления — древние как мир хот-доги, фунчозу, боксы с морепродуктами… На мгновение мне показалось, что я попал обратно на Землю двадцать первого века в китайский квартал, который почти не отличался от всего этого. Стоит убрать голограммы, как разницы между тем давно исчезнувшим рынком и этим — не будет. Даже арабы, громко зазывая покупателей, продают свои слабости и сухофрукты, специи и овощи…

Усмехнувшись, я покачал головой:

— Какая знакомая атмосфера.

— Любишь рынки? — поинтересовался Зак.

— Ненавижу… Но атмосфера знакомая…

Пожав плечами, парень махнул рукой в глубину рынка и произнёс:

— В любом случае, на туда. Идемте.

Последовав за ним, мы ввинтились в толпу. Берроуз, решив не рисковать потеряться, вцепилась в мой локоть и периодически оглядывалась, второй рукой держась за кобуру с бластером.

Здесь дождь уже не поливал улицу и людей на ней. Над многоярусным рынком был смонтирован из металлоконструкций и листов мутного плекса навес. Под ним висели длинные фонари и квадрантные осветительные панели, многие из которых мерцали, периодически отключаясь.

Идя мимо лавок и магазинов, я чувствовал дикую смесь запахов специй. Духов, еды, пластика и бытовой химии. При этом неподалеку обнаружилось даже небольшое кафе в арабском стиле, где сидели крупные бородатые мужчины со смуглой кожей и пили кофе, запах которого меня изрядно удивил. Это был настоящий, натуральный напиток, а не синтетика. Учитывая цены на кофе… Видимо, далеко не всё так просто в Империи, если здесь, на нижнем уровне, больше десятка человек могут позволить себе зайти в уличное кафе и заказать его.

Над головами прохожих, выписывая пируэты между низко висящими лампами, летали дроиды на гравитационных платформах, разнося небольшие коробки и пакеты. Ещё выше язаметил вполне себе современные кары. Видимо, на Нова-Терра Нижний Город куда богаче, чем на Нова-Прокси. Там всего этого изобилия не было, а обстановка выглядела куда беднее. Не удивлюсь, если здешние бедняки по меркам родины моего тела, а я уже понял, что таки смог поглотить Варнера, заодно получив часть его личности и всю память, хоть и коряво, окажутся богачами.

— Я думала, что тут будет иначе, — пробормотала Наталья, бросая взгляды по сторонам.

— Честно говоря, это достаточно цивилизованная часть Нижнего Города и его нейтральная территория, — пояснил Зак, — Тут хозяева — итальянцы. Их заведения, к слову, ещё дальше.

— Чикаго двадцатого века, — фыркнул я.

— Чикаго? Это что? — удивился Вайскез.

— Древний город на уничтоженной Терре, где итальянцы тоже были самыми приличными из криминала, — покачал я головой.

— Вот уж… Ладно, идемте, — покачал головой Зак, — Нам ещё уроков истории посреди улицы не хватало.

Что удивительно, но слух улавливал речь на самых разных языках. Если современный имперский был изрядно окультуренной и приведенной в порядок производной от смеси старых этнических языков, наиболее распространенных среди людей, то здесь я услышал голоса, выдававшие вполне членораздельные предложения как на русском, так и на китайском. А когда мы шли мимо арабского кафе — на турецком.

По всей видимости, как ни стараются имперские чиновники, но не получается окончательно искоренить старые диалекты и заставить все нации разговаривать на едином языке. Каждый народ, так или иначе, стремится сохранить своё прошлое, пусть даже и в такой форме.

Неподалеку, в одной из множества улочек, отходящих от основной части рынка, имелась громадная голограмма, на которой компьютерные персонажи ожесточенно воевали друг с другом. Перед проектором, азартно что-то выкрикивая, сидели подростки в шлемах и костюмах виртуальной реальности разных моделей.

— Кибер-спорт, — скривился Зак, — Никогда этого не понимал…

— Это безопасно и увлекательно, — ответила ему Наталья, — Для тех, кто боится покалечиться, но очень хочет адреналина.

— Это они в кабине истребителя не сидели, сопляки, — фыркнул наш проводник, — Вот уж адреналин где…

— Ты же знаешь, что пилотом может стать далеко не каждый…

— Знаю, — кивнул Вайскез, — Но это не отменяет того факта, что они, — кивнул на подростков парень, — Глупые и наивные… дураки.

— Я тоже была глупой и наивной, — хмыкнула Берроуз, — Ничего, выросла.

— Глупость выбивают либо могила, либо серьёзные проблемы, — покосился на неё Зак, — У меня было второе.

— У меня — оба варианта сразу, — грустно усмехнулась девушка, — Я почти умерла и десять лет валялась промороженным куском мяса в криокапсуле, а теперь живу за счет имплантов. А в себя пришла на станции полной чудовищ, под звуки зачистки, которую начал тамошний ИскИн.

— Соболезную, — коротко ответил Закери, — Это действительно жестоко.

— Не забывайте поглядывать по сторонам, — напомнил я своим спутникам, — У нас на хвосте профи, между прочим. И контролируйте меня — сейчас начну сбивать ублюдков со следа.

— Не вопрос, — кивнул Зак, а Наталья лишь крепче сжала мой локоть.

Сконцентрировавшись на энергетическом спектре, я принялся изучать мир вокруг и людей в нём. Их тусклые, порой порванные ауры чередовались с редкими сильными, источающими яркие чувства и эмоции. Кому-то здесь было хорошо и уютно, а кто-то едва справлялся с депрессией, заливая её выпивкой или забивая наркотиками. Здания, между которыми была зажата улица с Китайским Рынком, обладали собственной энергетикой и мощнейшим фоном, что за столетия впитал в себя всю историю этого города и его жителей. Доброта и злость, верность и предательство, улыбки и перекошенные в крике лица… Всё это мелькало перед моим разумом, когда с я начал действовать. Пришлось приложить серьёзное усилие, чтобы вся эта лавина чужих эмоций, чувств и образов не погребла меня под собой.

Именно по этой причине мистики и не любят общество, предпочитая уединение или компанию себе подобных. Мы контролируем себя, не даем своим внутренним переживаниям вылиться наружу. Потому в Корпусах Ордена совершенно иная атмосфера, нежели в городах обывателей. Нет давящего фона, создаваемого толпой.

Всё это воспринималось мною скорее фоново. Моё внимание было поглощено сбиванием следа. Для этого я специально распылял вокруг свою энергетику, оставляя её как на улице, так и на людях, в некоторых даже формируя якоря с частицей моей воли и силы, чтобы они сбивали Элизабет Лоур со следа. Проворачивать подобный фоку со зданиями, уже давно обладающими собственной, тяжелой и плотной аурой, было сложнее, но приложив достаточно серьёзные усилия, мне удалось справиться и тут.

Впрочем, на долго это преследователей не задержит, давая нам лишь небольшую фору. Я же собирался, раз мы окажемся в квартире Зака, провести там небольшой ритуал, который создаст фантом, отправленный в совершенно противоположную сторону, а нас скроет от восприятия мистресс. Уж не знаю даст ли это ощутимый эффект — она достаточно опытная особа, чтобы вычислить подделку. Вопрос лишь во времени. Нам необходимо обеспечить для себя фору в пять-шесть часов, чтобы успеть добраться до управления СВР. А там нас уже не получится достать… Если, конечно, наши преследователи не собираются объясняться со всей организацией разом. Ведь, брать штурмом столь серьёзное учреждение — не тоже самое, что преследовать такси на улице, устраивая пальбу из всех стволов и запуская ракеты.

До итальянских заведений, о которых говорил Вайскез, мы так и не дошли. Парень свернул в небольшую улочку не доходя до заведений с куда менее цветастыми вывесками и надписями на латинском. Тут обстановка оказалась куда менее приятной — освещения стало гораздо меньше, а вот грязи — в разы больше. А стоящие в паре метров от рыночной улицы мусорные баки источали отвратительный смрад. При нашем появлении в них спрятались несколько довольно крупных крыс, заставив Наталью с невероятной для хрупкой девушки силой вцепиться в мой локоть.

— Аккуратнее, — произнёс я, заставив Берроуз вздрогнуть.

— Извини, — мгновенно отпустила руку девушка.

Оглядевшись, я достал из кобуры «Коготь». Наталья последовала моему примеру, а Зак, фыркнув, не удержался от комментария:

— Слушай, кэп, как ты с этой язвой живешь?

— Я с ней не живу, а служу, — усмехнулся я, удостоившись очередного тяжелого взгляда Натальи.

— Ну да, — фыркнул Вайскез, — Оно и видно… Прямо семейная пара… Жаль не обнимаетесь…

— Зак, я тебе голову прострелю! — фыркнула Берроуз.

— За что? — возмутился парень, тоже достав бластер, к слову, «Шмель», — Я головой думаю!

— Сомневаюсь. Мозгов там точно нет, — усмехнулась девушка, — И скажи спасибо, что не яйца… А то в морге бы долго ржали с заключения — умер от удаления яиц высокотемпературным методом.

— Всё, молчу, язва, — махнул рукой парень, — Уже и пошутить нельзя?

Постепенно мы отходили от рынка, и переулок становился всё более грязным и приобретал запущенный вид. Световые панели исчезли вовсе, а под ногами появились лужи. Стены вновь оказались покрыты граффити, но уже не в виде рисунков или похабных надписей — теперь это были символы, смахивающие на гербы. Под каждым была надпись на нескольких языках, сообщающая кому можно ходить по этим местам, а кому нет.

— Символы банд? — поинтересовался я, кивнув на стену, где красовался очередной «герб».

Проследив за моим взглядом, Закери кивнул и пояснил:

— Итальянцы оставляют таким образом послания гостям этого места, поясняя кто тут хозяин и кто допущен к рынку…

— Интересные порядки, — хмыкнула Берроуз.

— На Нова-Прокси была нечто похожее, но имелась лишь небольшая нейтральная территория, где подобным образом расписывали кто может там появляться, а кто оказался в «черном списке», — пояснил я девушке, — В такой среде это нормальное явления… Даже криминал пытается создать некий порядок и облегчить жизнь… свою, во всяком случае.

— Не ожидала от тебя таких… познаний, — хмыкнула девушка, — Да и в целом… Ты не похож на выходца из… подобных мест.

— Орденское воспитание, потом обучение в академии и служба на флоте… Всё это выбило из меня старые привычки.

Кивнув в ответ, Наталья покосился на Зака.

— Ну а ты с командира части пошутил, а не подрался с ним? — поинтересовалась Берроуз, когда мы прошли метров сорок и шум рыночного квартала стал едва различим, — Интересно, как ты в действительности вылетел со службы.

— Нет. С ним у нас никто не рисковал шутить, — покачал головой Зак, освещая наш путь ручным фонарем, — Мистик, чтоб его… Как глянет, зараза, так сразу усраться хочется. У него зрачки всегда красным светились…

Наталья вздрогнула, бросив на меня настороженный взгляд. Видимо, вспомнила ситуацию на «Джефф-2», когда я смог сбросить блокировку. Полагаю, что в тот момент вид у меня был далеким от ангельского.

— И как же в твою голову пришла идея с ни подраться? — спросила девушка.

— Пьяный я был, — пожал плечами Зак, — Вот и полез в драку. А пришел в себя уже в лазарете — переломанный считай весь.

— Вот уж… И жив остался… Везунчик, — усмехнулась Берроуз, — А тут как оказался?

— Я, по сути, из этих мест и вышел, — фыркнул Зак, — Родился тут. А потом уже попал на службу.

— А почему вернулся именно сюда?

— А больше некуда было, а тут… Эти места считаются почти элитными… Для Нижнего Города, — фыркнул Вайскез, заходя в неожиданно возникшую в стене небольшую подворотню с низким сводом, — Итальянцы держат всё под жестким контролем. Тут уходя на заработки можно не беспокоиться о сохранности жилища. Зато в других местах, оставив дом без присмотра, можно вернуться в разгромленные и разграбленные, а потом и обоссанные стены.

— Весело, — покачала головой Наталья.

— Очень, — согласился Закери, — Обхохочешься… Собственно, за безопасность все местные жители платят дону, который и держит ситуацию под контролем, а его головорезы не дают залетным бандам устраивать погромы… Мы пришли, — грустно усмехнулся парень, остановившись перед узкой металлической дверью с механическим кодовым замком, — Вот и моя каморка… Проходите. Как дома себя не почувствую тут даже я, но обсохнуть и пару часов вздремнуть можно.

— А почему замок… — задала было вопрос Берроуз, но Зак её перебил:

— Бомба, — оскалился парень, — Если нажать на неправильную комбинацию, то произойдет направленный взрыв. Дверь уцелеет, а вот всё до переулка снесет к чертям и выживших не останется. Тоже самое будет, если попытаться дверь снять с петель или вырвать из стены, — добавил он с едкой усмешкой.

— Параноик.

— Здесь это норма, красавица, — фыркнул в ответ Вайскез, нажав комбинацию клавиш на замке.

Сразу же раздался щелчок и писк деактивации, который обычно можно услышать при работе сапера с противотанковой миной. Неплохо окопался наш новый друг. Качественно так.

— А у тебя плазменных гранат не найдется? — спросил я наугад, но осекся, увидев ухмылку Зака.

— Найдутся, — ухмыльнулся парень, — Можно и не только плазменные достать. А что?

— Пожалуй, нам они пригодятся.

— Тебе виднее, кэп, — с этими словами Вайскез открыл дверь своей квартиры, — Прошу… Не президентский люкс, но на пару часов хватит.

Стоило парню сделать шаг, как в помещении включилась бледная осветительная панель, принявшись периодически моргать. За дверью оказался небольшой коридор с несколькими дверями. Стены оказались, фактически, голыми — бетон, по которому шли провода в пластиковых и металлических гофрах.

— Прямо — спальня и зал, оно же — кабинет, кладовка и место для пьянок, слева — кухня, справа санузел, — пояснил Зак, — Убогонько, но для ночевки сойдет.

— Сомневаюсь, что у нас на это будет время, — покачал я головой, — Мне потребуется ваша кровь — по паре капель. И… у тебя есть соль? И вода.

— Найдутся, — кивнул Вайскез, проходя в свою «берлогу».

За дверью в жилую комнату оказалось помещение метров девяти, в одном из углов которого стояла узкая металлическая кровать с тонким матрасом. Рядом с ней расположился компьютерный стол со множеством плазменных дисплеев и голографических проекторов. Перед ним стояло кресло на роботизированной платформе, на подголовнике которого обнаружился шлем виртуальной реальности. У противоположной стены были небольшой стол с грязной посудой и стоящим возле него одиноким стулом. Рядом с ним — стеллаж с массивными коробками стационарных блоков памяти. В качестве источника света тут служила одинокая светодиодная лампа, висящая под потолком в центре помещения.

— Конура, — пожал плечами Зак, заметив как мы осматриваемся.

— А ты не простой таксист, — фыркнула Наталья, кивнув на компьютерный комплекс, — Дорогое удовольствие, скажу я тебе.

— Честно украденное, — отмахнулся Вайскез.

— Черт с ним, — покачал я головой, — Пора сбивать погоню со следа и снаряжаться… Что ты про гранаты говорил?

* * *

— Вот засранец, — усмехнулась Элизабет, осознав, что след Варнера и сам он, стали размытыми, — Похоже, что он что-то придумал, поганец…

Сторн, покосившись на Лоур, поинтересовался:

— В чем дело, мистресс?

— Наша цель решила спрятаться и даже добилась некоторых успехов.

Некоторое время капитан шел молча, а затем поинтересовался:

— Это что-то меняешь?

— Нет, — покачала головой Лоур, — Я всё ещё удерживаю его в своем восприятии. Стало тяжелее это делать, но всё ещё удается.

Оглядев пустые, заваленные мусором, помещения брошенного завода, по которым шла группа, Сторн фыркнул:

— Это он недостаточно силен или вы столь… опасны?

— Оба варианта правильны, капитан, — улыбнулась Элизабет, — Варнер — не самый опытный и могущественный мистик среди нас. Впрочем, и я не самая слабая. К слову, вам стоит знать — Варнер был в числе послушников, которые прошли у меня подготовку рукопашному бою. Он… не самое безобидное существо в этой галактике.

— Учитывая судьбу одного из моих отрядов и двух ваших коллег, можно было и не говорить об этом, — проворчал Сторн, вспомнив судьбу отряда «Лида», — Меня интересует — справитесь ли вы с ним?

— В этом вам не стоит сомневаться.

— В пятистах метрах — выход в торговый квартал, — раздался из гарнитуры голос ушедшего на разведку оперативника, — Объектов не наблюдаю. Всё тихо.

— Жди у входа, — ответил ему лейтенант, бросив взгляд на Сторна.

— Мы почти догнали их, — усмехнулась Лоур, — Мы очень близко.

Добравшись до небольшой двери в громадных металлических воротах, что когда-то служили въездом в корпус ныне брошенного завода, отряд запустил через щель зонд, изучая обстановку.

— Ничего особенного. Рынок… — пожал плечами Сторн, — Вперед по одному! И осторожно! Не привлекайте внимание…

Повернувшись к парочке мистиков, мужчина вздохнул. Эти двое физически не смогут быть незаметными. Если все члены отряда были одеты в нормальные, не привлекающие внимания, вещи, то Лоур и её напарник явно выделялись своей бронёй.

Словно прочитав мысли мужчины, Элизабет фыркнула:

— Это не будет проблемой, капитан.

В это же мгновение парочка исчезла, словно бы их и не было рядом.

Оглядевшись, Сторн покачал головой, а затем и сам вошел на неплохо освещенную территорию рынка. Звуки музыки, льющейся на улицу из местных кофе и магазинов ударили по ушам, а запахи, что всегда присущи подобным местам, принялись щекотать нос.

— Я засекла его, — раздался из наушника гарнитуры голос Лоур, — Он неподалеку от рынка в проулках. Не двигается.

— Дайте метку на тактической карте, — тихо ответил мужчина, идя между лавками здешних торговцев.

— Ловите…

Посмотрев на тактическом дисплее очков карту, где появилась красная точка, отмечающая место нахождения противника, Сторн улыбнулся. Возможно, что им удастся завершить операцию достаточно быстро, а не идти по следу и на чутье этой отмороженной твари.

Лоур вызывала у капитана смешанные чувства. Ненависть и страх. По какой-то причине ему всем естеством хотелось удавить эту странную личность. Однако, поднимающийся из глубин разума дикий животный ужас протестовал даже против того, чтобы находиться рядом с ней, не говоря уже о попытке убийства.

Остальные члены группы хранили молчание, предпочтя дать капитану возможность общаться с мистиками за всех. В какой-то мере это было правильным, ведь он старший по званию, но… Это вызвало отвращение уже и к ним. Парни — профессионалы. Действуют грамотно и умело. Однако, эта их готовность выполнять приказ не рассуждая и не задавая вопросы, не думая о последствиях, раздражала. Временами, Сторну казалось, что оперативники — не нормальные люди, а результат какого-нибудь эксперимента в генетике или очередной техногенной-некромантии, когда мертвых солдат сделали настоящими машинами смерти, используя импланты и нанитов.

Смысла в подобных издевательствах над природой офицер тоже не понимал. Существуют дроиды и клоны, существуют ИскИны… Зачем уродовать мертвых? Оставьте их в покое. Мертвое должно быть мертвым и лежать в земле, а не убивать живых в угоду чьей-то изощренной воли и больной фантазии.

Добравшись до улочки, в конце которой находится отметка цели, Сторн вновь связался с группой:

— Доложите обстановку.

— Мы возле входа в какую-то каморку. Дверь металлическая, с теплоизоляцией. Замок механический. Камер вокруг нет.

— Где мистики?

— Пока не видно.

— Мы рядом. Изучаем обстановку.

— Ваши планы, мистресс? — спросил Сторн, достав бластерный пистолет с тактическим фонарем и уже не таясь идя по проулку, — Я хочу понимать к чему мне и моим людям быть готовыми.

— Пока мы наблюдаем. Уели внутри. Их трое… Таксист, Варнер и девчонка со слабым даром… Лейтенант Берроуз в поле зрения ордена не попадала…

— Вас что-то беспокоит? — поинтересовался капитан, ускоряя шаг.

Дурное предчувствие ушатом ледяной воды накрыло офицера, заставляя его уже почти бежать. Механический замок. Сейчас никто такими не пользуется… Разве что, тогда, когда хотят устроить ловушку.

— Группа заходит, — произнёс лейтенант, — Один из мистиков тоже.

— Отставить! — во весь голос рявкнул капитан, подбегая в подворотне, куда ему и требовалось свернуть.

В этот момент раздался громкий хлопок, а затем волна раскаленного воздуха, опалив кожу лица, сбила с ног Сторна и отшвырнула обратно в переулок. Прокатившись по мокрому бетону, устланному мусором, офицер, шатаясь, поднялся на ноги. Голова гудела, а в глазах двоилось. К горлу подошел тугой горький комок.

— Chi abbiamo qui? — вдруг раздался голос, доносящийся будто бы сквозь вату, — Amico, non hai sbagliato quartiere?

Появившиеся из неожиданно густой темноты фигуры в длинных тканевых плащах, держащие в руках бластерные пистолеты и винтовки, дали офицеру понять, что у него начались серьёзные проблемы.

— Я — капитан Сторн. Служба Имперской Безопасности, — с трудом ворочая языком, произнёс мужчина, — Преследую особо опасного…

Удар в затылок оборвал его речь, заставив рухнуть на колени, упершись руками в грязное бетонное покрытие.

— Legista… — презрительно бросил кто-то.

Чьи-то руки схватили капитана за плечи, заставляя встать. Теперь ему было видно, что вокруг находятся люди с темными волосами, светлой кожей и карими глазами, одетые в достаточно приличные костюмы и плащи из водоотталкивающих тканей.

— Dammi una sola ragione per cui non dovremmo ucciderti sul posto. Se e ' abbastanza pesante, ti porteremo da Don, — ледяным голосом произнёс итальянец, — O un capitano in meno in questo mondo.

— Моя группа преследовала очень опасного человека, угрожающего безопасности Империи, — тихо произнёс Сторн.

— Avete sentito? — усмехнулся явный предводитель бандитов, обернувшись к ним, — Un uomo minaccia un intero Impero! — вновь посмотрев на офицера, итальянец с презрением хмыкнул, — Vuol dire. il tuo impero non e 'niente se un fuggitivo puo' distruggerlo.

— Я лишь выполняю приказ, — ответил капитан, — Как и ты.

Предводитель бандитов, что окружили Сторна, некоторое время молчал, а затем произнёс на имперском:

— Мы отведем тебя к Дону. И лучше тебе хорошо подумать о том, что ты станешь ему говорить.

— Но…

— Ваше СИБ знает чья это территория и не суется сюда… как и полиция, — плюнул в лицо Сторна итальянец, — А ты… Твою группу мы заметили сразу и вели их до этого места.

— Значит…

— Никаких значит, безродный, — покачал головой итальянец, — Объясняться ты будешь с Доном. Он решит твою судьбу.

— А мои люди?

— Ваш беглец… Умный. Он уже далеко отсюда — ушел с нашей территории… И не создавал проблем, в отличии от тебя.

— Он мистик, изгнанный из…

— Да хоть сам Дьявол, — фыркнул итальянец, — Мы и так в Аду, если т не заметил, законник. Тут не бывает дневного света. Потому…

Кивнув кому-то за спиной капитана, мужчина сделал шаг назад, а в шею Сторно впился инъектор. Почти мгновенно разум капитана погрузился в темноту.

* * *

Наблюдая за тем, как Сторна волокут по переулку итальянцы, Элизабет фыркнула. Капитан оказался… слабоват. Впрочем, иного от обывателя мистресс и не ожидала. Прожив больше двух веков. Она видела как люди, даже продлевая свою жизнь с помощью медицинских технологий, угасали и умирали поколение за поколением. Лишь сильные мистики, коих не так уж и много, обладали даром почти вечной жизни.

Бросив взгляд на горящий дверной проем, женщина волей потушила пламя и направилась внутрь каморки. Её юный напарник погиб. Вспышка его смерти ощущалась не менее отчетливо, чем от остальных бойцов.

«Туда ему и дорога, — мысленно фыркнула Элизабет, — Ослушаться прямого приказа… Вот и заплатил своей жизнью.»

Внутри Лоур нашла обгоревшие останки своего подопечного и двух оперативников Сторна. Остальные члены отряда, если не считать самого капитана, лежали в подворотне… То, что от них осталось после взрыва.

— И куда же ты делся, Алекс? — покачала головой Элизабет.

Мистресс всё ещё ощущала беглеца. Но теперь он был неожиданно далеко и… в нескольких местах сразу!

Встряхнув головой, Лоур принялась настраиваться на каждое место, где ощущался чертов Варнер, постепенно приходя в бешенство. Поганец таки умудрился запутать след и уйти, устроив ловушку для своих преследователей.

Замерев подобно статуе, женщина погрузилась в транс. Постепенно её дыхание выровнялось, затем замедлилось, а потом и вовсе исчезло. Пульс упал до десяти ударов в минуту. Ни один нормальный человек не смог бы жить в таком состоянии, но только не она. Лоур выделялась своими навыками охотника за головами даже в Ордене. Жестокая, вечно ходящая на грани безумия, но невероятно эффективная. Периодически, дабы заставить её взяться за голову, руководство отправляет женщину в учебные Корпуса — тренировать послушников и курсантов. Частично, это и помогает ей оставаться на плаву в океане безудержной ярости, куда она погрузила себя добровольно.

— Вот ты где, — едва слышно прошептала Элизабет, — От меня тебя не спрятаться…

* * *

— Похоже, что они совсем близко, — произнёс Зак, покосившись на индикатор, встроенный в наручные часы, — Только что моя квартира превратилась в пепелище.

— Думаю, что это не самая высокая цена за жизнь, — покачала головой Наталья.

Бросив на неё взгляд, Закери фыркнул:

— Чем оказаться бездомным, так лучше умереть. Уж поверь — жизнь на улице это ад. Голодно, холодно и нет шанса на что-то лучшее…

Помрачневший парень тему дальше развивать не стал, а Наталья надулась и продолжила идти с обиженным видом. Я же пытался понять сколько наших преследователей уцелело. Ощущение чужого взгляда, пропавшее на некоторое время, вновь принялось царапать спину. Однако, в этот раз оно было наполнено такой яростью и жаждой убийства, что мне стало не по себе. Лоур жива. Второй мистик убит, что удивительно, а вот эта дамочка ещё в строю и смогла взять след.

— Один из мистиков жив, — вздохнул я, сумев настроиться на неё.

— Надеюсь…

— Нет. Это Лоур.

Моей давней наставнице не просто удалось восстановить настройку — она четко шла по нашему следу, словно бы охотничья собака, что почуяла запах близкой дичи. Впрочем, учитывая то, что мне известно о Лоур, это не удивительно. Сия женщина считается лучшей в поиске беглецов всех мастей. За всё время её службы в таком качестве ещё никому не удалось уйти от неё…

«Остается лишь устраивать ловушки, чтобы замедлить и ослабить её, — понял я, — Но, если мы не успеем попасть в Управление СВР до встречи с ней… Не факт, что бой с Лоур закончится в мою пользу.»

— Идите вперед, — после раздумий произнёс я, остановившись и принявшись устанавливать сенсорную мину, — Догоню как закончу.

— Что ты задумал? — поинтересовалась Берроуз, — Опять решил геройствовать?

— Нет, — покачал я головой, — Просто установлю мину.

— Думаешь, поможет?

— Вряд ли, — знакомый голос, заставил меня резко развернуться, распрямляясь, и активировать снятый с пояса меч.

Элизабет Лоур оказалась куда более опасной и быстрой, чем я думал.

— Давно не виделись, — улыбнулась моя наставница.

— Да уж, изрядно, — кивнул я, — Почему тебя послали за мной? И с чего Орден вообще решил обо мне вспомнить?

— Без понятия, — пожала плечами Лоур, активировав свой меч, — Мне просто отдали приказ и не более.

— Жаль… Я очень надеялся узнать причину охоты.

— Ты умрешь и без этого знания…

На Элизабет была орденская броня, такая же, как на мистиках, что сидели в черном каре, уничтоженном Натальей. Для простого человека — тяжелая и неповоротливая. Но только не для обученного в Ордене воина. Лоур явно умеет использовать все особенности этого бронекостюма, переводя недостатки в достоинства.

Бросившись ко мне, Элизабет принялась наносить серии быстрых, но сильных ударов, стремясь использовать свой вес. Мне же, одетому лишь в костюм и плащ, приходилось принимать их на скользящий блок или уворачиваться. Об атаке с моей стороны речи пока не шло. Я ждал, постепенно раскручивая внутри себя ярость и позволяя силе Бездны проникнуть в разум и тело. И чем дальше заходил этот процесс, тем легче мне становилось двигаться и тем проще оказывалось отражать удары Лоур.

Что удивительно, но мышцы и суставы уже не пытались превратиться в месиво, как это происходило на «Джефф-2», когда я не достигал и половины той скорости, на которой сейчас шла схватка. Видимо, блокировка, установленная Орденом, не просто мешала применять нашу силу и била по разуму, но и основательно ослабляла тело.

В какой-то момент Элизабет применила телекинез, пытаясь вырвать мой меч. В ответ я бросил в неё небольшую огненную сферу, которую успел сформировать. Не полноценный удар, но отпустить моё оружие это её заставило, сбив концентрацию. Увернувшись от сферы, женщина рывком сблизилась со мной, ударив меня плечом, закованным в броню и попыталась разрубить плазменным клинком своего меча, развернувшись на месте и проведя им по диагонали снизу вверх и влево. Лишь в последний момент я смог отскочить назад, избежав как столкновения с бронированным противником, так и приняв её удар в блок, а затем…

Между мной и Лоур возник смутно знакомый шарик, покрытый сетью голубых молний. В тот самый момент, когда я понял что это, вспышка шоковой волны ударила по мне и Лоур. Тело стало непослушным и вялым, полностью прекратив подчиняться разуму. Оно безвольной куклой рухнуло на спину. Меч выпал из руки. Плазменный клинок ещё в полете к земле втянулся в рукоять и та со звоном упала на мокрый бетон.

Замершая на месте мистресс пожала плечами и занесла своё оружие для удара, но ей в спину попала очередь из станкового лучемета, снеся щиты и разворотив тело.

— Sapevo che avremmo trovato quella stronza vicino a quei dannati poliziotti… — с усмешкой произнёс кто-то неподалеку.

Преодолевая слабость, я смог повернуть голову и увидеть пятерых человек в легкой броне и шестого — в довольно дорогом сером приталенном костюме и длинном сером плаще того же цвета.

— Impacchettateli, — бросил явный главарь напавших на нас людей, — Che serata? Ovunque il bastardo corre e non permette alle persone oneste di vivere in pace…

Глава 4

Открыв глаза, Элизабет сделала глубокий хриплый вдох, а затем, закашлявшись, выплюнула плотные сгустки крови. Тело нещадно болело, а в голове, казалось, одновременно бьют в миллион колоколов. Невероятно сильно хотелось пить…

— Давай быстрее! Эту шлюху надо в утилизатор, пока не очухалась! — раздалась речь на итальянском.

Почти сразу кто-то схватил её за руки и за ноги и поволок женщину по мокрому холодному бетону.

— Фигура у неё ничего… — произнёс достаточно молодой голос, — Да и ножки стройные… Жаль, что подохла, могли бы развлечься…

— С такими ведьмами не развлечешься… Если не веришь — попроси Лоцио показать видео её боя с этим имперцем.

— Так она не женщина что ли? Думаю, от ухаживаний нормально мужчины и ведьма не откажется.

— Скорее голову тебе оторвёт, — проворчали в ответ, — Шевелись давай… Нам её этого капитана сюда нести.

«Где мои броня и оружие? — мысли Лоур были вялыми, словно бы пробивающимися через какое-то странное затуманенное болото, — И где я? Что происходит? Какой утилизатор?»

Спустя мгновение до мистресс дошло о чем идет речь и волна ярости затопила её, открывая потусторонней силе путь к её телу. Сразу же вспомнилось всё — неожиданно яростное и удачное сопротивление Варнера, продемонстрировавшего достаточно высокий уровень владения оружием и слишком уж большую мистическую силу, импульсная граната, что отбросила ублюдка в сторону, а затем звук выстрелов и боль, затопившая разум…

Зарычав, Лоур открыла глаза, мгновенно наполнившиеся алым свечением. Ухоженные ногти превратились в длинные прочные когти и разорвали кисти рук, державшие её, а затем она рывком приняла вертикальное положение, отбросив телекинезом обоих итальянцев, что несли её к зеленому зеву утилизатора.

— Проклятая ведьма! — раздавшийся крик заставил её обернуться, что и спасло Элизабет от очереди из бластерной винтовки.

Женщина лишь в последний момент увернулась от раскаленных импульсов, пронесшихся у виска. Стрелок явно был умелым и понимал как обращаться с оружием. Им оказался мужчина в деловом костюме-тройке без галстука и расстегнутым жилетом. Он достаточно профессионально держал винтовку, опустившись на одно колено и совершенно не смущаясь того, что вместо бетона его нога оказалась в глубокой луже.

Даже не пытаясь добраться до него для удара, Лоур подняла телекинезом труп одного из итальянцев, что нёс её в утилизаторы, и метнула в стрелка. Она мгновенно оценила ситуацию — расстояние порядка двадцати метров. Даже с её скоростью, ей не успеть добежать до итальянца. Ему нужно лишь водить стволом из стороны в сторону, выцеливая голову женщины. А поражение мозга для мистика — конец. Остальное тело, в зависимости от развитости Дара, может и регенерировать. У Лордов даже потерянные конечности за считанные недели отрастают, но и они не рискуют подставлять голову под выстрелы.

Что удивительно, итальянец, увидев летящий в него труп, не растерялся, а лишь быстро перещелкнул тумблер режима огня и отбросил «снаряд» обратно в Элизабет, принявшись палить по ней уже травматическими выстрелами. А от них Лоур было куда сложнее уворачиваться. Каждый такой выстрел выдавал не миниатюрный сгусток раскаленного ионизированного вещества, а достаточно большую сферу с хаотично меняющимся вектором гравитации. Убить она не убьет, но кости переломает точно.

— Чертов макаронник! — фыркнула мистресс, использовав второй труп в качестве щита.

Сражаться с вооруженным противником, что стреляет без остановки, самой не имея оружия и без одежды — то ещё «удовольствие». В обычной ситуации Лоур расправилась бы с недоноском почти мгновенно, но сейчас почти вся сила её Дара уходила на восстановление тела и энергетики, из-за чего ударить по итальянцу чем-то ощутимым не получилось в принципе.

— А ты не такая уж и сильная, ведьма! — усмехнулся итальянец, продолжая стрельбу, — Я думал, что вы, колдуны, куда опасней.

Элизабет, не отвечая на слова урода, молча метнулась к стоящему неподалеку мусорному баку. Куски разбитого стекла, оказавшиеся в луже на пути женщины, она не заметила и на всем ходу наступила на них. Лишь усилием воли Лоур не сбавила шага и продолжила свою гонку со смертью.

— Куда же ты, ведьма? — усмехнулся итальянец, — Раз ты жива, то можешь провести со мной время. Мы очень хорошо развлечемся.

Рухнув на грязный бетонный пол и облокотившись спиной на ледяной металл мусорного бака, Элизабет посмотрела на раненную ногу. Стопа оказалась изрезана стеклом, а несколько осколков торчали из раны. Сцепив зубы, женщина вырвала их телекинезом, а затем, настроившись на свой организм, принялась выдавливать и более мелкие куски. Острая боль резанула по нервам, окончательно прочищая сознание охотницы за головами.

— Убью урода, — прошипела Лоур.

— Сомневаюсь, милочка, — усмехнулся в ответ итальянец.

Перед женщиной со звоном упал небольшой металлический шарик с моргающим красным огоньком индикатором. Доли секунду ушли на то, чтобы осознать угрозу в виде плазменной гранаты повышенной мощности, неизвестно как попавшей со складов спецназа СИБ в руки местных бандитов. Затем Лоур бросила взгляд в сторону и, увидев провал вентиляционной шахты, из которого несло мусором, сыростью и дохлятиной. Нырнула в него, спасаясь от неминуемой смерти. Раздавшийся при этом громкий хлопок ударил по ушам женщины, а волна раскаленного воздуха опалила ступни.

* * *

— Значит, это из-за вас на моей территории принялись разгуливать законники, — произнёс дон Гвидиче, глядя на нас.

Пожилой мужчина выделялся среди своих подчинённых. Аура власти и силы, свойственная волевым людям, привыкшим повелевать и не сомневающихся в этом праве, окутывала худощавого человека с совершенно седой шевелюрой, зачесанной назад. Прямая что у строевого офицера спина, твердый взгляд карих глаз, коих, казалось, не коснулась старость, и глубокие морщины, покрывающие бледное лицо.

Фамилия явно соответствует её владельцу (прим. автора Гвидиче, Giudice— судья в дословном переводе). Дон не кричал, не матерился, не размахивал руками, выплескивая эмоции, коих внутри него хватало, как я ощущал в энергетике. Нет. Гвидиче смотрел на нас свысока, хотя ростом оказался ниже Натальи — около ста шестидесяти пяти сантиметров. Он выглядел небольшим даже рядом со своими людьми, одетыми в обычные костюмы. Но рост в его случае не был главным. Самым важным фактором являлась власть.

— Нас сбили и мы были вынуждены бежать, — пожал я плечами, — Я приношу вам, дон Гвидиче, свои извинения и готов компенсировать ваши потери и неудобства… Если вы того желаете и позволите.

— Неудобства и потери, — фыркнул итальянец, — Дело не в деньгах, которых я и не потерял вовсе. Не в потерях, которых у меня и нет… Все мои люди живы и здоровы. Вся проблема заключается в том, что существует договоренность между моей… Семьёй и властями столицы. Мы не даем анархии, бандитизму и наркотикам попасть из Нижнего города наверх, а взамен — на мою территорию не показываются ни полиция, ни СИБ… ни ваше СВР. Однако… вы тут. А за вами по пятам шел отряд СИБ. Чистильщики, к которым приставили пару ваших колдунов — мальчика неуча и ведьму, с которой вы имели удовольствие устроить фехтовальные танцы. А это очень большой урон моей репутации. Репутации моей Семьи, которая дала слово людям, что они защищены на нашей территории…

Ни Закери, ни Наталья рядом не было и куда они делись я не представлял. Впрочем, несмотря на то, что поблизости они не ощущались, метки, что я поставил на своих подчиненных, были целы и сигнализировали, что девушка и парень живы. Уже хорошо.

— Тогда… я не понимаю чего вы хотите.

— Порядка, — коротко ответил дон, — Скоро сюда прибудут люди из городской администрации. Они заберут вас.

— А что по поводу моих людей?

— Они сбежали, вырубив моих парней. Их найдут и тоже передадут властям, — усмехнулся мужчина.

Хмыкнув, я огляделся. Что-то мне очень не хотелось попадать в руки «властей». Если уж СИБ отправили по наши души группу зачистки с четверкой мистиков-инквизиторов… Думаю, ничего хорошего ждать не придется от встречи с представителями городской администрации.

К слову, находились мы на медленно поднимающейся грузовой грави-платформе. Что в своем возрасте могла дать фору многим музейным экспонатам. Во всяком случае, надписи, выдавленные на металлических табличках у панели управления, да ещё и кнопочной, были сделаны на английском.

Завершали картину моя пустая кобура и меч, обнаружившийся на поясе дона Гвидиче, который всё это время изливал мне свои претензии. Паршивенько. Ведь, кроме нас двоих, на платформе стояли ещё трое итальянцев, одетых далеко не в броню, а во вполне приличные костюмы. Только назвать их мирными людьми у меня бы язык не повернулся. Каждый из наших сопровождающих держал в руках по лучемету. Армейскому.

— Думаю, вы допускаете серьёзную ошибку, — попытался я вразумить итальянца, — Тем более, что с Лоур вы не покончили. Очередь из лучемета её не убила… Она мистик, с двумя с половиной веками боевого опыта за спиной. Полагаю, что в течении пары часов Элизабет восстановится и снова пойдет по следу.

— Чушь, — фыркнул дон, — Ни один человек не может выжить при таких ранах.

— А кто сказал, что мистики — люди?

В этот момент я ощутил быстро нарастающую угрозу и, оглядевшись, сделал несколько шагов влево.

— Вам не надоело танцевать? — усмехнулся итальянец, заметив мои действия.

— Я бы на вашем месте, тоже отошел.

Подняв правую бровь, мужчина огляделся, посмотрел вверх и, хмыкнув, произнёс:

— Не слишком умно с вашей стороны так… шутить.

Чувствуя, что сейчас произойдет… нечто, я лишь пожал плечами, готовясь броситься в сторону. Предчувствия были очень размытыми, но говорили о грядущей опасности. Правда, определить откуда она исходит у меня не получалось…

Внезапный удар по металлической платформе, на которой мы стояли, заставил всех пошатнуться, а меня — усмехнуться. Зак и Наталья. Они ощущались где-то рядом, приближаясь на большой скорости. Не знаю как они смогли вырваться из плена, но за это им честь и хвала. Как и за то, что не бросили меня.

— Проверьте что происходит! — приказал своим людям дон Гвидиче, но в этот момент платформа вновь дернулась, а затем резко накренилась.

Почти сразу исчез барьер, что защищал нас от порывов ветра и непрекращающегося ливня. Металлическое покрытие платформы мгновенно стало скользким. К тому же, Берроуз и Вайскез явно быстро приближались. Их присутствие становилось всё более ощутимым и явным. От Натальи же исходили волны волнения, страха, странной уверенности и надежды.

Быстро настроившись на неё, я смог уловить в эмоциональном фоне девушки потоки образов, заставивших передернуться.

«Психи! — пришла на ум оторопелая мысль, — Что Зак, что Наталья! Психи! И я псих, раз поступлю как они хотят! Черт! Надо действовать!»

Разогнав восприятие до максимума, я рванул к дону, удивленно уставившемуся на меня. Итальянец явно не ожидал того, что пленник вдруг решит не убегать, а бросится к своему врагу. Увы, но если он решил, будто бы мне нужен заложник — зря. Меня интересовал лишь один предмет, висящий на его поясе — мой меч.

Сорвав своё оружие телекинезом, я швырнул старика под ноги остальных бандитов, а затем, пробежав между опешивших итальянцев, прыгнул с платформы. Ледяной воздух легко принял меня, словно океанская вода пловца.

— Убить ублюдка! — крикнул кто-то из людей дона мне в спину, но было уже поздно.

Теперь оставалось надеяться на то, что Наталья и Зак появятся раньше, чем я встречусь с ближайшей твёрдой поверхностью.

* * *

Забив очередную серию команд в программу управления гравитационной платформы, что сейчас поднималась в промежуточную зону между Нижним Городом и более цивилизованной частью столицы, Наталья посмотрела на дело рук своих и сохранила внесенные в файл изменения, надеясь, что Варнер правильно всё поймет. А в чутье капитана, после всего увиденного и пережитого в его компании. Берроуз уже не сомневалась. Оставалось найти способ подать ему сигнал… Увы, но единственным способом сделать это, было приблизиться на минимальное расстояние и надеяться, что он сможет почувствовать их приближение.

— Сработало, киса! — усмехнулся Зак, рывком уводя машину в крутое пике, вслед за прыгнувшим вниз Варнером.

— Жми, придурок! — рявкнула в ответ Берроуз, убрав в сторону свой планшет.

Протиснувшись через узкое окошко в переборке, отделяющей водительский отсек от пассажирского, Наталья открыла боковую дверь, стараясь удерживать равновесие. Для этого ей приходилось держаться одной рукой за поручень, а ногами упереться в переборку — кар уже летел почти вертикально.

— Что ты там возишься? — раздалось из водительского отсека.

— Сам не спи, мудак! — рявкнула Наталья.

Нервы девушки были натянуты до предела. Плен и относительно удачное бегство с захватом кара чертовых бандитов, а затем судорожные поиски хоть каких-то следов Варнера вымотали. Теперь же, когда удалось сломать гравитационные стабилизаторы транспортной платформы, на которой чертовы итальянцы везли офицера неизвестно куда, девушка начала срываться. Для неё подобные «приключения» были чем-то новым и никаких приятных эмоций не вызывали — только страх, раздражение и желание убивать. Последнее, впрочем, удавалось делать уже регулярно. За время после побега ей пришлось прикончить четырех итальянцев и парочку каких-то тупых наркоманов, что решили «познакомиться» с ней и Заком.

Вообще, события последних пяти месяцев жизни для Натальи, выросшей достаточно домашним человеком, привыкшим к достатку, комфорту и стабильности, стали сильнейшим испытанием. Падение в ледяную воду, после которого девушка очнулась на станции «Джефф-2» в окружении обезумевших людей, мутантов, бродячих покойников и чертового хищного тумана, борьба за выживание там, начало службы в СВР, альтернативой которого была ликвидация, а теперь и эта гонка со смертью здесь, в Нижнем Городе столицы… Всё это рвало мировоззрение Берроуз, заставляя пересмотреть жизненные ценности и отношение к людям, которые, чем дальше, тем больше вызывали только желание убить их.

«Похоже, что скоро я начну прикидывать как стану избавляться от трупа уже при знакомстве с человеком, — с горечью подумала Наталья, рывком открыв дверцу пассажирского отсека кара, — А, ведь, всё ещё впереди. По большому счету, моя служба Империи даже не началась…»

Пока Варнер был в госпитале, Разумовский провел с ней несколько бесед, где в доступной форме и не стесняясь в выражениях, разъяснил всю суть положения девушки. Пока жив капитан — Берроуз представляет некую ценность в качестве члена его команды. Если капитана не станет, то Наталью спустят в утиль. Почему так? Всё просто. Алекс — отличный пилот, сильный мистик и неплохой боевик, что уже неоднократно приносил серьёзнейшие сведения для СВР. Однако, один он не справится с поставленными задачами. Ему нужна команда. Если же команда допустит гибель своего командира, то такие кадры Управлению не нужны.

Наталья прониклась. После этого разговора она старательно училась. Самостоятельно изучала программу, которую должна была пройти в академии, проходила гипно-курсы родианского и стигийского языков, пыталась разобраться в кораблестроении и обслуживании корабельных систем… Девушка пыталась стать полезной. Пусть и в меру своих сил, но хоть так. До Варнера с его опытом службы в рядах ВКС, где он прошел путь с самого низа, до капитана боевого линейного корабля, ей далеко, но уж бесполезным балластом Наталья быть не собиралась. Тем более, что основные её таланты лежали в совершенно иной плоскости — связь, перехват информации, взлом систем. Любых. Ещё будучи школьницей она в этой сфере легко обходила ИИ, оставляя их с носом, а то и беря под контроль искусственные разумы. Как позднее оказалось, армейские системы куда сложнее взломать или подчинить, но и тут девушка не сдавалась, обучаясь на ходу. Именно это и стало причиной отправки в Академию Связи ВКС.

Однако, жизнь преподнесла очередной сюрприз. Как оказалось, даже в столице не так уж и безопасно. Здесь тоже стреляют и понятие «свой» — весьма расплывчато. И чтобы не оказаться балластом за спиной Варнера — надо убивать не колеблясь ни секунды. Даже чертов Закери Вайскез в этом плане куда полезнее. Он не упустил шанс, когда их грузили в кар и, стоило машине взлететь, оглушил одного из итальянцев, что находились с ними в пассажирском отсеке, а сама Наталья ударила второго каблуком в пах, заставив согнуться от боли. Вырубив его контрольным ударом в затылок, Зак забрал оружие конвоиров и с его помощью заставил водителя посадить машину. Затем они выгрузили бандитов, не забыв связать, и угнали машину, позднее спрятавшись в одном из множества брошенных промышленных корпусов.

— Вот он! — раздался крик Зака.

Приглядевшись, девушка ответила:

— Вижу! Лети быстрее!

Варнер, разведя в стороны руки и ноги, падал в глубину нижнего города, постепенно ускоряясь. Ещё немного и им будет не успеть за ним…

— Ну нет, — раздраженно пробормотала Наталья, — Так быстро моя служба и жизнь не закончатся.

Одев на себя погрузочный жилет, а затем пристегнув к нему трос, идущий к установленной под потолком лебедке, девушка стала ждать пока Зак подведет кар к падающему офицеру.

— Давай ближе! — крикнула она Вайскезу, — И переведи управление лебедкой на себя!

— Ты с ума сошла! — возмутился Закери.

— Иначе не получится! Делай что говорю!

Вайскез не стал отвечать, но индикаторы на панели управления лебедкой мигнули, демонстрируя смену точки управления. Девушка же, скинув с себя плащ, чтобы он не замедлял падения, стала ждать когда машина поравняется с падающим Варнером и приблизиться на максимум, а затем прыгнула, вытянув руки вперед.

Сердце Берроуз пропустило удар, когда твердая опора под ногами исчезла, а в лицо ударил ледяной ветер, наполненный мелкими колючими каплями дождя. А затем руки вцепились в одежду Алекса. Тот в ответ обхватил руками Наталью, а затем лебедка рывком, заставившим кости девушки заныть, а уставы захрустеть от напряжения, дернула обоих. Берроуз ощутила как стала каменной хватка Варнера на её теле. Да и сама она вцепилась в его торс, стараясь не отпускать, что с каждой секундой было всё тяжелее. Несмотря на силу и выносливость, что дали ей нейро-сеть с имплантами, Наталья оставалась человеком из плоти и крови, у которого есть свой предел.

Кар же перестал пикировать, быстро выравнивая свой полет и уходя в сторону от территорий итальянцев. Трос постепенно втягивался в салон под слышимый даже сквозь шум дождя и ветер гул лебедки.

* * *

— Ну вы меня и удивили, — усмехнулся я, когда Зак посадил кар.

— Да ладно тебе, кэп… — оскалился Вайскез, — Разве на флоте и не такие передряги бывали?

— Знаешь, нет, — покачал я головой, — Во всяком случае, прыгать с девятикилометровой высоты без парашюта и реактивного ранца мне ещё не доводилось…

— Всё случается в первый раз, — философски хмыкнул Закери, — Да, красотка? — обратился она Наталье, которая сидела в на полу в углу пассажирского отсека, храня молчание.

Подняв взгляд на Вайскеза, девушка молча показал ему средний палец.

— Это предложение? — улыбнулся Зак.

— Я у Алекса одолжу меч, засуну его тебе в задницу и включу, — пообещала Наталья, поднимаясь.

— Успокоились оба! — пришлось вмешаться мне, — Зак, прекращай дурковать. Наталья штабист и офицер связи, а не боевик. Для неё такие… ситуации — далеко не рядовое явление. Удивительно, как она вообще держится — только из Академии.

— Миль пардон, — сделал шутовской поклон парень, но затих.

Я же, обернувшись к Берроуз, обнял девушку. Её била крупная дрожь. Намокшие волосы слиплись и теперь напоминали капюшон тканной брони — девушка за прошедшие месяцы отпустила их и не торопилась возвращаться к короткой стрижке.

— Успокаивайся, — тихо произнёс я, — Всё уже позади.

— Спасибо, — отстранилась Берроуз, — Я в порядке… Просто… Устала. Не к тому меня готовили.

— Ну… Зато у тебя теперь есть весьма богатый жизненный опыт, — улыбнулся я, — Выживешь в любой ситуации.

— Не хотелось бы, чтобы до такого доходило, — покачала головой Наталья, — Лучше скажи что дальше?

— Учитывая наличие кара, думаю Зак нас достаточно быстро привезет к нужному месту.

— Не выйдет, — повернулся к нам Вайскез, — Машина не наша. И зарегистрирована именно в Нижнем Городе. Да ещё и на итальянцев. Я посмотрел ID-данные. Если сунемся выше уровня «W», то нас собьют не разбираясь.

— И что же делать? — спросила Берроуз, накинув на плечи свой плащ.

Подумав, Вайскез включил голограмму с картой города и, найдя нужный район, увеличил его изображение.

— Мы здесь, — поставил он метку, — Нам нужно сюда, — выделилось здание с надписью «Центральное управление проектных разработок СВР», — Напрямую мы не сможем добраться… Но! — поднял указательный палец Закери, — Мы можем долететь до старой ремонтной базы, которая расположена неподалеку от брошенного ствола орбитального лифта… Его давно демонтировали, но часть конструкции, которая оказалась внутри городских кварталов, сохранилась. Это, по сути, вертикальная шахта от поверхности планеты к Верхнему Города. Выходы там заблокированы, но зато находятся в паре сотен метров от Управления.

— Хм… Удостоверения у нас на месте же? — поинтересовался я, проверяя карманы.

Как оказалось, итальянцы не стали забирать наши документы, ограничившись оружием, что выглядело удивительным. То ли не посчитали нужным, то ли решили не связываться с СВР до конца.

— Так… Это уже хорошая новость, — не смог удержаться я от усмешки, — Значит, живем.

Напряжение и адреналин после прыжка с чертовой платформы начали меня отпускать. Во всяком случае, зубы начали активно стучать, а руки тряслись не хуже, чем у Берроуз. Впрочем, это куда лучше того, что могло произойти при встрече с господами чиновниками из городской администрации.

— Кстати, этот дон Гвидиче сказал, что за нами шли оперативники СИБ, — произнёс я, — Учитывая мистиков среди них… Полагаю, что ситуация может быть сложнее, чем просто попытка кого-то из моих недругов поквитаться со мной.

— Веселые вы люди, смотрю я, — усмехнулся Вайскез, начав обыскивать машину, — Девушка, вернувшаяся с того Света, мистик-офицер, по чью душу СИБовцы бегают с винтовками не перевес… Что дальше? Будем взрывать планеты?

— Она уже взорвала станцию, — кивнул я на Берроуз, — Талантливая девочка…

Бросив взгляд на девушку, Зак покачал головой:

— Больше я над тобой не подшучиваю.

— Что так? — посмотрела на него Наталья.

— Жить хочется… Желательно, целиком.

— То-то, — довольно улыбнулась Берроуз.

Вывернув содержимое бардачка в водительском отсеке, Вайскез довольно усмехнулся:

— Так и знал, что будет… Все макаронники одинаковы.

— Ты о чем? — повернулся я к парню.

Тот держал в руке уже открытую серебряную флягу с изображением Девы Марии, выгравированном на пузатом боку сосуда.

— Коньяк. И вполне себе приличный… — оскалился Закери, понюхав содержимое своей находки, — Всё же, хорошо жить эти черти умеют.

— И что там? — вяло спросила Наталья.

— Бренди, — ответил Вайскез.

Лицо Закери при этих словах растянулось в улыбке, сделав его похожим на кота, что безнаказанно слопал миску сметаны, вылакал флакон валерианки, а затем увидел кошку.

— Дай мне, — протянула руку девушка.

Пожав плечами, Вайскез отдал ей флягу. Берроуз, тоже понюхав содержимое серебряного ссуда, пожала плечами, а затем приложилась к нему, делая глоток за глотком.

— Эй! — забеспокоился Вайскез, — Тебе ж плохо станет!

Оторвавшись от фляги, Наталья закашлялась, покачала головой и хрипло произнесла:

— Как хотите, но мне надо отключиться.

С этими словами девушка вновь принялась уничтожать бренди, а я, посмотрев на её состояние, только пожал плечами и повернулся к Закери:

— Сколько нам лететь до этого орбитального лифта?

— Часа полтора, — перевел удивленный взгляд с девушки на меня парень, — Слушай, это вообще нормально?

— Для человека, который полчаса назад выпрыгнул из кара на высоте трех километров — да, — покачал я головой, — Пока она… спит, — посмотрел я на быстро уснувшую Наталью, — Давай обыщем машину. Вдруг какое оружие найдем.

— Тут его целый ящик, кэп, — показал на пристегнутый к переборке контейнер Зак, — Пистолеты и винтовки… Гранат мало и те импульсные… Плазменные лучше, как по мне, — добавил парень, вздохнув.

Подойдя к спящей Наталье, он осторожно отнял у неё флягу и, поболтав ею, фыркнул:

— Неплохо так… Тут четвертак точно был… — бросив взгляд на спящую Берроуз, устроившуюся на узком пассажирском сиденье.

— Ладно, поднимай машину, — оторвал я Зака от раздумий.

* * *

Вывалившись из вентиляционной шахты, Элизаберт раздраженно огляделась, ища угрозу. К счастью, таковой не наблюдалось, что несказанно радовало женщину, уже уставшую бегать. И ладно бы за очередной дичью… Нет, в этот раз целью охоты была сама Лоур, что её невероятно бесило. Однако, состояние после ранения ещё оставляло желать лучшего. При этом времени на то, чтобы сесть и погрузиться медитацию, поправляя энергетику и волей направляя процессы в организме, не было. Итальянцы шли по пятам. Каким-то образом они находили её следы и вновь начиналась гонка со смертью. Да, Элизабет всегда уносила ноги, оставляя за спиной пару-тройку убитых макаронников, но с каждым разом делать это становилось сё труднее, а бандиты действовали всё осторожнее и грамотнее. Да и число идущих за ней боевиков явно увеличилось в разы. Если в первые часы её преследовал небольшой отряд, человек десять, то теперь речь шла о группе в полсотни стрелков, что уже не просто искали женщину, а устроили настоящую облаву.

Сейчас Лоур ощущала. Как вокруг неё сжимается кольцо. Итальянцы явно поняли куда он ушла и теперь оцепили целый квартал, намереваясь найти и убить мистресс. Вполне возможно, что любой ценой.

— Чтобы какие-то бандиты убили мистика… — вздохнула Элизабет, — Позор. Бездна вас трахни в гланды, ублюдки.

Хорошо ещё, что она успела прийти в себя, а не то бросили бы её в утилизатор и на том закончилась бы жизнь лучшей охотницы за головами Ордена. Позорно и бессмысленно.

Проверив боезапас, честно снятый вместе с оружием с одного из убитых бандитов, Лоур тяжело вздохнула. Меча нет. Бластер — «Шмель», но к нему только две обоймы. Для серьёзной перестрелки этого не хватит. Тем более, при её нынешних возможностях. Остается искать способы выскользнуть из кольца облавы без шума, иначе все те, кто сейчас обыскивают здание за зданием, помещение за помещением, сядут ей на хвост.

Осмотревшись, женщина увидела крышку люка, ведущего в канализационный коллектор. Не самый лучший способ, но хоть такой.

Постоянно оглядываясь, женщина подбежала к люку, оставляя босыми ногами мокрые следы на бетоне, телекинезом подняла крышку и, вновь бросив по сторонам настороженный взгляд, принялась спускаться. Через несколько секунд крышка вновь опустилась на своё место.

Стоящий неподалеку мужчина, коего Лоур не заметила, а ощутить в энергетике не смогла из-за нынешней слабости, усмехнулся. Несмотря на то, что он был итальянцем, да ещё и посещал церковь по воскресеньям, почтенно произнося молитвы Деве Марии, сдавать беглянку этот человек не торопился. Подойдя к оставленным ею следам, итальянец прошелся по ним, старательно затаптывая. Затем, включил тактический фонарь на винтовке и, удостоверившись, что ничего не пропустил, произнёс в гарнитуру:

— Сектор «М», первый этаж. Пусто. Следов нет. Продолжаю поиск.

Никаких угрызений совести итальянец не испытывал. Несмотря на верностью дону, он являлся внедренным агентом СИБ. И раз уж так сложилась ситуация, то помочь этой женщине-мистику было его обязанностью.

Оказавшись на нижнем уровне коллектора, Элизабет огляделась, скривившись от запаха. Воняло тухлой мочой, дерьмом и свалявшимся и гниющим мусором. Ноги по щиколотку были в вязкой жиже. Думать из чего состоит эта мерзость Лоур не хотелось совершенно. Как и о том, насколько месяцев она загремит в лазарет после всего произошедшего.

Вообще, ситуация для Элизабет являлась настоящим щелчком по носу. Смачным, больше смахивающим на аккуратно наложенное на голову жиденькое дерьмецо. Лучший охотник за головами не просто оказался не в состоянии справится с один мистиком-изгнанником, затянув с ним бой, но ещё и потерял троих членов группы, а сам — получил очередь в спину из станкового лучемета, лишился всего снаряжения и оружия, включая меч, после чего едва не отправился в утилизатор. А как результат — свора местечковых бандитов устраивает на этого самого охотника за головами натуральную травлю.

Позор, какого в жизни Элизабет ещё не было. Да, случались поражения и неудачи, но всегда речь шла о серьёзных врагах и довольно могущественных личностях, справиться с которыми могли лишь Лорды… Но, черт возьми, Варнер её бывший ученик! И не личный даже, а из числа послушников, на которых она потратила полгода и ушла на основную работу дальше. Он юнец, у которого и дар-то — искра. Но нет. Варнер успешно противостоял её атакам, умудрился вынудить отказаться от любимого приема с вырыванием оружия телекинезом и явно что-то задумал сделать в тот самый миг, когда в бой вмешались итальянцы. Назвать всё это чем-то иным, нежели позором, Лоур не могла.

Как и своё нынешнее состояние. Голая. Израненная, идущая по колено в смеси дерьма и мочи… Оборванка и нищенка, а не опытный мистик и воин…

После нескольких часов блужданий, ориентируясь на изрядно притупившееся чутьё, женщина выбралась на поверхность и принялась искать жертву у которой отнимет планшет и свяжется с Орденом. Лоур уже было понятно, что самостоятельно ей не только не удастся завершить задание, но и выжить вообще. Не в таком состоянии.

Женщина прекрасно представляла какой будет реакция на её просьбу о помощи, но, задушив гордость, она действовала. Лучше выжить сейчас, вернуть свою форму и уже с новыми силами взяться за дело. К тому же, если уж ей с группой мистиков и отрядом спецназа СИБ не удалось расправиться с Варнером, то и другие успеха не добьются.

* * *

— Что значит — не заселялись? — фыркнул Скотт, услышав ответ администратора, — Они прибыли сюда больше суток назад и…

— Простите, но капитан Варнер и лейтенант Берроуз тут не появлялись, — пожал плечами молодой мужчина, с которым разговаривали десантники, — Они забронировали номера… Затем прислали уведомление, что уже на планете и едут в такси и даже скинули ID машины. Больше о них новостей не было. Поскольку сообщения об отмене бронирования не было, а в городе… неспокойно, мы связались с полицией, дабы прояснить ситуацию. Пока ответа не было.

— Вот дела… — задумчиво пробормотал Скотт, обернувшись к Вайло и Фирсу, молча стоящим неподалеку, — Вы слышали, парни?

— Да, — кивнул сержант, — Похоже, у кэпа проблемы. Я смог достучаться до управления дорожной безопасности… Позавчера ночью была перестрелка. Такси и какой-то гражданский кар устроили погоню со взрывами неподалеку отсюда. Куча пострадавших, а само такси нашли сгоревшим в Нижнем Городе.

Выругавшись, лейтенант принялся обдумывать ситуацию. Связи с Варнером не было. Сколько бы до него не пытались достучаться — ничего. Аналогично с планшетом Берроуз. То ли они погибли, то ли находятся в местах, где со связью серьёзные проблемы. А это может быть и в Нижнем Городе.

— Вот что парни, бросаем вещи в гостинице. Затем связываемся с майором, а потом уже по ситуации, — принял решение Скотт.

В этот момент он обратил внимание на мужчину, что стоял неподалеку и задумчиво рассматривал рекламное табло… Причем, делал он это всё то время, что лейтенант общался с администратором.

Сопоставив исчезновение капитана, перестрелку в городе и возможного наблюдателя в стенах гостиницы, где Варнер бронировал номера, лейтенант кивнул своим подчинённым на мужчину, а сам направился к искомому индивиду.

— Уважаемый, — произнёс Скотт, подойдя заинтересовавшему его человеку, — Лейтенант Скотт, СВР. Предъявите свои документы.

Обернувшись, мужчина улыбнулся и спокойно ответил:

— Конечно… Управление следственных мероприятий на транспорте. Сержант Леви. СИБ, — предъявил удостоверение явный «топтун».

— И что вы тут делаете, сержант? — поинтересовался Скотт.

— Выполняю свою работу.

— Думаю, нам с вами нужно поговорить в менее людном месте, сержант, — усмехнулся Скотт, — Это приказ старшего по званию.

— Мы из разных… — начал было Леви, но лейтенант его оборвал:

— Вы не в том положении, чтобы спорить, — для лучшей аргументации офицер упер ствол бластера в живот своего собеседника.

Глава 5

Сидя в своем рабочем кабинете, Джонни Гвидиче пытался успокоиться и взять себя в руки. Бешенство — плохой советчик. Оно затуманивает разум и лишает чистоты сознание. Мысли, посещающие людей в подобном состоянии, могут завести в столь кошмарные дебри проблем, что придется расхлебывать многим поколениям.

У главы Семьи был повод находиться в состоянии бешенства. Варнер и Лоур. Первый умудрился его попросту опозорить перед чиновниками, сбежав прямо из под носа. Вторая — вернулась с того Света и убила больше двух десятков боевиков. Оба эти существа — мистики.

Что ещё печальнее, в деле замешаны СИБ и СВР. Варнер служит во внешней разведке, а его противница — была членом отряда спецназа имперской безопасности. Это не меньший позор, чем бегство пленника — с мистиком, хотя бы, понятно. Возможности этих порождений Ада мало понятны и почти не известны окружающим. Однако, СИБ… Капитан Сторн очень многое поведал людям Гвидиче, прежде, чем его убили.

Сумев успокоиться и взять себя в руки, дон набрал номер того, с кем не хотел ни видеться, ни встречаться. Лорд Зон. Один из лидеров Ордена Мистиков…

— Джонни, — улыбнулась голограмма внешне молодого мужчины, одетого в рубашку, верхняя пуговица которой оказалась расстегнута, — Давно мы с вами не общались. Моё почтение Семье, дон Гвидиче.

— Моё почтение Ордену, Лорд Зон, — кивнул в ответ глава Семьи, — У меня к вам долгий и тяжелый разговор, милорд.

— Это очень плохо, но… необходимо, коли вы решили связаться со мной, — кивнул мистик, — Я очень внимательно вас слушаю и готов сделать для вас и вашей… Семьи, всё, что возможно с моей стороны.

— Как вы помните, милорд, моя Семья входит число тех, кто поддерживает вашу организацию как словом и делом, так и… материально, — осторожно начал дон, — Однако, сегодня произошло… серьёзное событие, заставившее усомниться в благочестии ваших подчиненных, Лорд Зон.

Лицо мистика напряглось.

Лорд Зон. Один из лидеров Ордена. Существо, что нарушало законы природы самим фактом своего существования. Ещё прадед Джонни сидел в этом кабинете и разговаривал с Лордом Зоном. Затем дед, а потом и отец… Ныне эстафету принял и сам Гвидиче. И за все эти годы на лице мистика не появилось ни одной морщины. В густой шевелюре не завелись серебряные пряди, а взгляд оставался всё таким же чистым и ясным, словно бы не века прошли с тех пор, как Семьи помогла Ордену обрести положение в Империи.

— Я очень внимательно слушаю вас, дон, — кивнул мистик.

— Сегодня на нашей территории был бой между некоей Элизаберт Лоур и Алексом Варнером. Первая действовала совместно с группой спецназа СИБ, а второй направлялся у Управлению СВР, являясь их офицером. Однако, по тем документам что мы… получили, капитан Варнер изгнан из вашей организации, а Лоур направили на его ликвидацию, вместе с ещё тремя вашими… людьми.

Лорд Зон задумчиво смотрел на дон, крутя в пальцах рюмку с янтарной жидкостью. По всей видимости, звонок Гвидиче застал его в достаточно неформальной обстановке.

— За всю историю Ордена, было изгнано только семнадцать мистиков. Их фамилии мне очень хорошо известны… И среди них нет Алекса Варнера, — покачал головой Лорд Зон.

— Увы, но он дрался с Лоур на равных. Да и сам не скрывал своего происхождения. Это его слова об изгнании я вам передаю.

— Допустим… — вздохнул Зон, — Вы можете отправить на мою почту материалы по ситуации?

— Конечно, — кивнул Гвидиче, — Даже запись боя… К слову, мы успели её внимательно изучить. Лоур оказалась знакома с Варнером. Да и капитан Сторн из СИБ, пока был жив, поведал нам, что эта женщина была инструктором у Варнера.

— Вот оно что… — задумался мистик, — Дон Гвидиче, примите мои извинения за произошедшее. Я готов сделать для вас лично и вашей… Семьи, всё возможное, что в моих силах и в силах Ордена.

— Нам будет достаточно того, что будет соблюден порядок и наша давняя договоренность, — покачал головой итальянец, — Это наиболее разумный вариант для нас всех.

Улыбка появилась на помрачневшем за время разговора лице Зона:

— Что ж, я рад, что мы друг поняли и весьма признателен вам за эти… сведения. Вы сделали для меня очень важный подарок, дон. Я запомню это и если вам будет нужна помощь, то вы её получите.

Завершив сеанс связи с итальянцем, Лорд Зон залпом выпил успевшее согреться виски и принялся изучать материалы, присланные Гвидиче. И с каждой секундой жажда убийства, навеки поселившаяся в сердце мистики, разгоралась всё сильнее. Впрочем, удовлетворять её мужчина не торопился. Для начала следовало разобраться в происходящем и найти всех причастных к этому делу. И только когда получится выявить истинных виновников, а не рядовых исполнителей, можно будет позволить себе расслабиться, утоляя жажду крови и насилия.

Капитан Варнер… Алекс… — пробормотал Зон, изучая копию его удостоверения, — СВР. Родианское направления. Капитан корабля. Направлен на верфи СВР при Нова-Терра для производства монтажных и пуско-наладочных работ его нового судна «Варяг». Прошлое было уничтожено во время операции на станции… «Джефф-2».

Хмыкнув, мистик начал догадываться почему от офицера СВР так хотят избавиться. Неудачная игра СИБ и флота, закончившаяся гибелью целого крейсера и долгими разбирательствами по поводу произошедшего. Впрочем, интуиция подсказывала, что первопричина несколько глубже и нужно разбираться со всем достаточно вдумчиво.

— Маршелоу, — вызвал помощника Лорд, — Всю информацию по Алексу Варнеру из орденского архива и досье из ВКС… Номер — пять-четыре-пять-ди-семь-одиннадцать.

— Будет в течении получаса, милорд, — ответил Маршелоу.

— Жду.

Вновь принявшись за полученные документы, мистик стал изучать уже приказы, найденные в планшете Лоур. Девица, к слову, недавно вызвала помощь в Нижний Город, чем всполошила очень многих. Никогда прежде она не оказывалась в ситуации, когда ей потребовалась эвакуация и долгое лечение в условиях орденского лазарета.

Приказ у неё имелся. За подписью руководителя Корпуса Зачистки — устранение Алекса Варнера, изгнанного из состава Ордена более десяти лет назад.

— Интересные дела происходят в нашем королевстве, — произнёс Зон, откинувшись на спинку кресла, — А почему об этом не знает Совет?

Начинать разборки, поднимая на уши безопасников Ордена Зон не спешил. Для начала он желал разобраться в происходящем, а потому, когда помощник принес карту памяти с документами по Варнеру, принялся их вдумчиво изучать, не забывая перемотать к началу запись боя между искомым «изгнанным» и Лоур.

— Так… — выдохнул Зон, поняв, что одними документами ситуацию он не прояснит, — Начнем с простого… Маршелоу, обеспечь транспорт в Корпус Целителей, — приказал помощнику Лорд, одевая пиджак, — Что-то у нас всё загнивать начало, — добавил мужчина, идя к двери кабинета.

Отправлять группу на поиски Варнера Зон не собирался. Учитывая послужной список и характеристик этого офицера и мистика, смысла в этом нет никакого. На момент изгнания Варнер являлся хоть и не самым выдающимся членом Ордена, но и не совсем уж серой массой. Неплохая скорость развития, высокая обучаемость и сильная воля. Можно сказать, что для мистика лучшей характеристики не придумать. Картину портила только странность с ритуалом инициации, из которого этот адепт выходил подозрительно долго, а потом и вовсе около недели вел себя странно, судя по отчетам наставников в личном деле, но ничего выходящего за рамки нормы не наблюдалось.

Спустившись в ангар, где его уже ждал кар с водителем, мистик уселся в мягкое кресло в пассажирском отсеке и принялся наслаждаться поездкой. Вид громадного города, покрывающего всю поверхность планеты, завораживал и притягивал взгляд. Когда-то Зон видел этот мир совершенно иным — захудалая колония на самой границе освоенных человечеством пространств. Тогда здесь проживало около ста тысяч колонистов, борющихся с жестокой и опасной природой, хищниками и болезнями. Спустя века, этот мир впечатляет — сто пятьдесят миллиардов жителей. Семнадцать орбитальных торговых станций и больше сотни верфей. Пять полноценных флотов, охраняющих покой планеты и её населения… Чем не повод гордиться, если и сам приложил к этому руку?

Однако, мысли мистика были далеко от красот столицы. Элизабет Лоур. Охотница за головами Ордена. Одна из наиболее продуктивных, а, по факту, лучшая на сегодняшний день. Тот факт, что она оказалась в лазарете — повод задуматься. Не на ровном месте боевики Гвидиче умудрились привести её в такое состояние. Полноценный мистик не должен пропускать выстрел в спину или летящую к нему гранату. Её чутьё и чувство предвидения должны были подсказать девушке об опасности, но… Почему этого не произошло? Да и бой с Варнером вызывает вопросы. Если парень демонстрировал силу и навыки, которые вполне соответствовали его возрасту и опыту, то Лоур выглядела… блекло. Словно бы, запустила себя.

«Гордыня? — мысленно хмыкнул Зон, — Вполне возможно. Однако, это не объясняет того факта, что после того, как она смогла восстановиться, ей пришлось попросту убегать от бандитов. Хорошо подготовленных, прошедших военную службу, но бандитов. Это не спецназ, а просто уличные боевики… Неужели наш орден так ослабел, что его адептов могут позволить себе гонять подобно дичи какие-то мафиози?»

Полет к Целительскому Корпусу оказался коротким, как и поход к палате с Лоур.

— Добрый вечер, — произнёс Лорд Зон, войдя в помещение.

Девушка попыталась было встать, но мистик жестом остановил её:

— Не думаю, что в этом есть необходимость. Я тут… пока ещё в частном порядке, Элизабет.

Голос одного из лидеров Ордена, судя по всему, девушку пугал. Как и сам визит.

— Чем я могу вам помочь, милорд?

— Я очень хочу знать всё об Алексе Варнере, — усмехнулся Зон, — Всё, что тебе известно. А так же все детали того, почему на него была объявлена охота.

— Я расскажу всё, что мне известно, — кивнула Лоур, мгновенно побледнев.

«Очень интересная реакция, — мысленно хмыкнул Зон, — Особенно, учитывая страх внутри неё.»

* * *

Звонок по гипер-связи заставил Разумовского напрячься. Далеко не каждый человек в Империи может знать где сейчас находится майор СВР, и ещё меньшее их число в состоянии достучаться до этого места. Собственно, флагман разведывательной эскадры СВР — достаточно изолированная зона и без учета секретности, которую добавляла происходящая операция.

Войдя в рубку связи, Разумовский подошел к голо-проекту и нажав кнопку соединения увидел совершенно незнакомого человека в гражданской одежде.

— Майор, — кивнул собеседник офицера, — Позвольте представиться — Лорд Зон, орден мистиков.

— Чем могу помочь, милорд, — напрягся Разумовский, мгновенно понявший кто с ним связался.

Появление мистиков, особенно, если они высокопоставленные, никогда ничего хорошего не приносит. А уж когда речь заходит о столь серьёзных личностях — стоит ждать серьёзных неприятностей.

— Речь идет о вашем подчиненном — капитане Варнере…

— Я его не отдам! — перебил лорда майор, — Он честно служит Империи и на расправу вы его не получите!

Хмыкнув, собеседник офицера покачал головой:

— Поверьте, речь пойдет не об этом. Видите ли, майор, ситуация такова, что Варнера изгнали с нарушением всех мыслимых правил и законов нашей организации. А затем, тоже в обход принятых у нас норм, отправили по его следу группу зачистки с отрядом спецназа СИБ…

Чем больше говорил Зон, тем хуже становилось Разумовскому. Казалось, майора окатили ушатом ледяной воды с кусками льда, оставив в таком состоянии на морозе. Орден, судя по всему, решил расправиться с лишним свидетелем своих грешков и…

«Надо связаться с Варенром! — пришла мысль в голову Разумовского, — И со Скоттом. И Чайлза выдернуть! Чертовы мистики! Если они прикончат Варнера, то почти готовая группа развалится…»

— Не стоит, майор, всё уже хорошо, — фыркнул Зон, — Группа зачистки уничтожена почти полностью, а единственная выжившая сейчас в лазарете и её судьбу мне ещё предстоит решить. Как и участь тех, кто решил отдать вашего подчиненного на расправу политика.

— Вы знаете кто это? — поинтересовался Разумовский.

— Пока ещё нет, но подозреваю, — кивнул Зон, — Касаемо Варнера… Он сейчас где-то в Нижнем Городе столицы. В компании лейтенанта Берроуз и какого-то молодого парня умудрился расправиться со спецназом СИБ, тремя мистиками и серьёзно так щелкнуть по носу мафиозную Семью Гвидиче… — не заметить усмешку в голосе Лорда мог бы лишь глухой, — Впрочем, вам стоит связаться с ним и разъяснить ситуацию. Я со своей стороны вмешаюсь в действия СИБ.

— А что по поводу Варнера? — поинтересовался Разумовский, — Надеюсь, вы не собираетесь его…

— Что вы? — фыркнул Зон, — Раз уж он прекрасно себя чувствует вне ордена, да ещё и служит в СВР, то смысла предпринимать что-то против него нет. Пока нет, — добавил Лорд, — Напомните ему об этом.

* * *

— Папа, что ты будешь делать с этим мистиком, который сбежал с платформы? — спросил Люцио, — Не стоит оставлять подобное безнаказанным.

Посмотрев на сына, Гвидиче вздохнул.

Увы, но природа отдохнула на его детях. Старший — импульсивен и жесток. Нет в нём хитрости и остроты ума, присущей всем выходцам из давно исчезнувшей Италии. Не самые лучшие качества для главы Семьи.

Средний, Алонсо, напротив — умен и хитер, подобно дикому лису. Он расчетлив и циничен, способен просчитывать действия на множество ходов вперед. Однако, его подвело здоровье. Увы, но мальчик прикован к инвалидному креслу. Единственный способ помочь ему — особый комплекс имплантов, что в Империи запрещен законом. Получить же специальное разрешение по медицинским показаниям — очень сложно. Как правило, их выделяют только офицерам силовых служб и членам их семей. Да и то — не всем, а лишь особо отличившимся.

Жизнь за чертой закона, как ни печально, имеет и свои минусы. И ситуация с имплантами — пример тому. Как ни старался Гвидиче, но добиться нужных разрешений не смог. А провести операцию здесь, в Нижнем Городе — весьма проблематично. Требуемое для этого оборудование производится только под заказ и все организации, что способны на это, находятся под жестким контролем. Да и сама репутация Семьи не способствует развитию переговоров с владельцами и главами этих корпораций.

Зато был младший сын — Майкл. Бывший офицер десантных войск. Сейчас юноша занимается подготовкой боевиков для Семьи. Его стараниями простые бандиты стали напоминать организованную силу, обзавелись дисциплиной и навыками боев в городских условиях, позволив клану серьёзно укрепить свои позиции в Нижнем Городе, окончательно став единоличными хозяевами его самой богатой части.

Впрочем, и у Майкла есть серьёзный недостаток. Побывав на войне, он стал замкнутым, жестким, жестоким и… Чужая жизнь для него окончательно потеряла ценность. Убить человека для него теперь — что почистить зубы. Для дона это очень плохо. Надо уметь не только отнимать жизнь, но и оставлять её человеку. Ведь, сострадание и жалость, самые важные вещи, что отличают людей от мертвецов.

— Не в этот раз, Люцио, — покачал головой Джонни, — Здесь замешана политика, армия, спецслужбы… Мы щелкнули их по носу, дав понять, что не стоит зарываться. Но дальше… Нет, мы не станем вмешиваться во всё это. Пусть львы дерутся на свету, сынок. А когда наступит ночь, мы заберем то, что останется от побежденного.

* * *

— Слушай, — поинтересовался Зак у Натальи, когда она проснулась, — А как ты поняла, что кэп именно прыгнет, а не стане устраивать драку на платформе?

— А я и не понимала, — пожала плечами девушка, — Просто прикинула, что Алексу будет проще нас заметить, раз мы достаточно долго были рядом, а потом он почувствует как действовать, как было на стоянке такси.

Вайскез замер с пластиковым стаканчиком, который так и не поднёс ко рту. В глазах парня читались удивление и шок.

— То есть, ты хочешь сказать, что… Черт! Ты же говорила, что всё идет по плану!

— Ну да. Я всегда так говорю… И пусть окружающие гадают насколько у меня долбанутые планы, — фыркнула девушка, невозмутимо закидывая в рот очередную порцию чипсов.

— Кэп, — повернулся ко мне Вайскез, — Ты бы с ней аккуратнее… А то мало ли… какие у неё там… планы…

Стараясь не показывать, что едва сдерживаю смех, я молча кивнул и потянулся за стаканчиком с кофе.

Удивительно, но в каре итальянцев нашелся и «сухпай» в виде нескольких упаковок чипсов, термоса с кофе и пакета с бутербродами. Видимо, покупать еду на улице эти «санитары города» не любили. Впрочем, оценив бутерброды, мы с ними стали совершенно солидарны. Видимо, чья-то жена, а возможно и мать, постаралась, делая их.

— Ладно, — хмыкнул я, расправившись со своей порцией чипсов, — Надо определяться как нам попасть внутрь чертовой шахты.

Собственно, перерыв у нас образовался по вполне себе прозаической причине — нужное место мы нашли, но все проходы внутрь шахты старого орбитального лифта были попросту залиты бетоном. Ломать пятнадцатиметровую стену — даже со способностями мистика будет сложно и долго.

— А если попробовать через воздуховоды? — пожала плечами Берроуз, — Я тут успела полазить по местным сетям и нашла управляющий контур системы вентиляции этой самой шахты… Всё находится в спящем режиме, но постоянно обслуживается.

— Опять пешком? — усмехнулся Зак, — А ты к этому готова?

— Уже да, — оскалилась девушка, — Теперь готова.

— Значит, осталось найти подходящий вход, — хмыкнул я, — Показывай карту и где тут что есть.

Спустя полчаса мы уже находились на пятикилометровой высоте. Кар завис возле громадного створа вентиляционной системы, наглухо перекрытого металлической плитой. Ломать её у меня желания не было совершенно. Причем, если в обычных условиях я бы попытался использовать что-то из мистических приемов, то тут ситуация была не в нашу пользу. Периметр плиты покрывали символы темного наречия, складывающиеся в агрессивное защитное заклятие. И силы в них кто-то влил изрядно.

— Похоже, что тут твои коллеги постарались, кэп, — задумчиво пробормотал Зак, глядя на светящиеся алым символы, — И как нам тут пробраться?

— Следите за местностью, — произнесла Наталья, — Я займусь системой… Она древняя и медленная… Но защиты на неё кто-то выставил новые и добавил контроль откуда-то из Верхнего Города.

— Как бы там не появился комитет по встрече, — покачал головой Зак, включая автоматику кара, — В любом случае, это лучше, чем сгнить здесь…

* * *

— Мы уже знаем, товарищ майор, — кивнул Скотт голограмме Разумовского, — Начали поиск… И допросили одного сержанта СИБ. Всё происходит по приказу из центрального управления безопасников. Кто-то там в верхах очень хочет расправиться с нами. И не только с Варнером. Есть приказ на ликвидацию всей группы.

Вкратце рассказав о результатах допроса, Скотт принялся ждать реакции начальства. Та оказалась на удивление спокойно.

— Дерьмово, — только и произнёс майор, — Так, я организую вам документы на проведение оперативно-следственных мероприятий. Дело по факту шпионажа в пользу тургов. Это не наша епархия, но в случаях, когда мы подобное засекаем, то имеем право действовать сами… Например, при подозрении в отношении высших офицеров, — едко добавил Разумовский, — Ваша задача — найти всё что получится и связаться с Варнером. Когда это удастся — договоритесь о точке встречи и действуйте уже организованно.

— Принято, сэр, — кивнул Скотт.

Стоило голограмме исчезнуть, как Фирс фыркнул:

— А то мы сами не поняли, что надо кэпа и его подружку найти…

— Язык обрежу, — вздохнул Скотт, — Ладно… Вейло, ты закончил?

Сержант как раз отмывал руки от крови, а парочка полицейских, что вздумала было влезть в разборки между офицером и СИБовским «топтуном», с перепуганными лицами наблюдала за происходящим. Увы, но у СИБ и СВР полномочия куда выше, чем у МВД даже в столице. Да ещё и наличие армейского оружия в виде усиленной плазменной гранаты, сыграло свою роль. Как результат, патрульным пришлось не только фиксировать происходящий в туалете гостиницы полевой допрос «с применением спецсредств», которыми оказались пара ножей и кулаки сержанта, но и выслушивать излияния незадачливого «топтуна».

— Можно сказать, командир, — появился в проходе Вейло, встряхивающий мокрыми руками, — Что-то у СИБовцев кровь липкая и паршиво отмывается… Родианцы в этом плане лучше.

— Разговорчики, сержант, — рыкнул Скотт, — Шевелитесь… Парни! — повернулся офицер к полицейским, протягивая карту памяти с записью допроса, — Держите. Этого, — кивнул на лежащего без сознания «топтуна» лейтенант, — Доставите в Центральное Управление СВР и сдадите дежурному вместе с записью, а заодно расскажите что к чему. И лучше вам не проявлять самодеятельности. Для вашего же долголетия, уж поверьте.

— Мы всё поняли, сэр, — кивнул старший по возрасту из парочки полицейских, — Не идиоты.

— Молодцы. Идите.

Стоило полицейским скрыться, волоча СИБовца. Как улыбка слетела с лица Скотта. Он покосился на своих подчиненных мрачным взглядом, а затем тихо произнёс:

— Рацию, надеюсь, у него не забыли отобрать?

Вейло молча поднял миниатюрный блок связи с висящей на тонком проводе телесного цвета гарнитурой.

— Хорошо, — кивнул Скотт, — Данмер, контролишь переговоры ублюдков. Думаю, что нам бегать по всему городу бесполезно. СИБовцы всяко быстрее капитана найдут… Впрочем…

Открыв карту, мужчина принялся изучать местность, пытаясь прикинуть чтобы сам стал делать, окажись он на месте Варнера. Выходило, что в гостиницу бы соваться точно не стал. Зато направиться в Управление — было самым логичным решением. Однако, все выходы из Нижнего Города плотно контролируются силами СИБ, что капитан должен понимать и без чужих подсказок. Значит, он предпочтет выбраться в Верхний Город иным путем… Например, создав новый проход, как поступил бы и сам Скотт. А мест, что максимально удобны для этого не так уж и мало. Например, территория бывшего орбитального лифта…

«Вот дерьмо! — мысленно выругался лейтенант, поняв куда им придется идти, — Нет, это явно издевательство!»

В Верхнем Городе остатки старого орбитального лифта превратили в музей космонавтики, используя шахту в качестве здания. Оставалось надеяться, что там не окажется детей. Устраивать стрельбу в таких условиях — преступление даже просто с точки зрения морали. То, что СИБ точно пришлет в музей свои подразделения Скотт не сомневался.

— Кстати, командир, — произнёс Фирс, — Может, мы чего серьёзнее этих пукалок возьмем? — покрутил мужчина в руке бластреный пистолет, — По нам-то явно будут из винтовок палить.

— Мда… Ладно, пошли в номер, там наша снаряга, — кивнул Скотт, подумав, — Броню одевать не будем — слишком уж заметно.

— Дерьмово, — покачал головой Фирс, — Нутром чую, что жопа будет.

— Она уже здесь и мы внутри, — отозвался лейтенант.

* * *

— Да неужели? — зевнул Зак, когда металлическая плита, закрывающая вентиляционный створ, вздрогнула и с громким скрежетом начала подниматься.

— Это тебе не по утру передернуть, — фыркнула Наталья, — Заводи кар внутрь — тут система шлюзов… Не родная, её кто-то сделал в качестве меры безопасности против чего-то или кого-то…

— Надеюсь, внутри не окажется срани на вроде той, что была на «Джефф», — вздохнул я, — Что-то меня такие меры безопасности нервируют.

— Нет, прошлое обслуживание системы было около месяца назад, — покачала головой девушка, — Во всяком случае, в логах системы указаны эти данные…

— Зак, — вдруг задумался я, — А что находится над шахтой? Не пустырь же?

— Музей космонавтики, — пожал плечами Вайскез, — Да, кэп, тихого появления не получится.

— Надеюсь, что обойдется…

Впрочем, надежды на это таяли с каждой секундой. В СИБ тоже не идиоты и явно направят свои подразделения в музей, чтобы уже точно перекрыть все возможные пути в Верхний Город. Они явно поняли, что в гостиницу мы не рвемся и теперь начнут искать способ не дать нам добраться до Управления. Ведь из стен здания СВР нас уже не получится выкурить с боем. Штурмовать его люди из СИБ не рискнут, а дальше уже начнутся разбирательства, которые могут для очень многих закончиться плачевно.

Оказавшись в громадной камере, вторая сторона которой тоже являлась металлической плитой с заклятиями на темном наречии. Кар замер, включив фары и габаритные огни. Зак нервно оглядывался, а я старался прочувствовать обстановку. Пока ничего определенного засечь не удавалось — только наличие грядущей угрозы. Но будет она значительно позже.

Плита позади нас громко ударила о стопора, опустившись на прежнее место, а та, что была впереди, издав скрежет, принялась подниматься. Образовавшаяся между нет и бетонной конструкцией шахты щель постепенно увеличивалась, превращаясь в черный провал.

— Напомни мне — какой диаметр у этой шахты? — поинтересовался я у Натальи.

— Сто девяносто четыре метра, — произнесла она, — Не считая толщины стен.

— Мда… А внутренние конструкции есть?

— Есть, конечно, — кивнула девушка, — Рельсы, погрузочные платформы на разных уровнях, конструкции для обслуживания… Где-то внизу, к слову, должна быть и кабина лифта. Её опустили на самое дно шахты. Правда, спускаться не стоит. Судя по справочнику, внизу раньше был океан… Не факт, что там не сохранилась вода…

Представив себе, что может завестись на дне океана, полностью закрытого от мира громадным городом, раскинувшимся по всей поверхности планеты, да ещё и под действием радиации, которую неизбежно отхватила за время службы кабина орбитального лифта, я передернулся. Проверять что там внизу не просто не хотелось — появилось острое желания убраться вверх как можно быстрее.

Стоило плите полностью подняться, как Вайскез осторожно вывел кар в пространство шахты, принявшись крутить прожектором, установленным на крыше. Белый луч терялся где-то в темноте, не добивая до противоположной стены.

— Серьёзная постройка, — хмыкнул Зак, — Основательно потрудились те, кто это всё возводил… Сколько веков прошло, а внушает по сей день…

— Давай уже подниматься, — вздохнул я, — Не хочется мне восхищаться величием древних строений… Настроение не то… Да и не уютно тут…

— Я понял, кэп, — хохотнул Вайскез.

Впрочем, сам Зак выглядел напряженным и нервным. По всей видимости это место вызывало далеко не радужные мысли не только у меня. К тому же, кромешная тьма вокруг нас, в которой спрятались металлические конструкции, натыкаться на которые уж точно не стоит, наводила на мысли о недавно пережитой истории с «Джефф-2», где чертово инопланетное оружие серьезно било по мозгам, стараясь найти болевую точку.

И, ведь, нашло. Я тогда держался на одной только ответственности за Берроуз — единственном живом человеке на всей станции. Почему-то, молодая девушка одним своим присутствием заставила меня взять себя в руки, собраться и действовать, а не воткнуть себе в лоб плазменный клинок, как намекал ублюдочный инопланетный ИИ.

— Скорость подъёма — семнадцать метров в секунду, — произнёс Зак, нарушив молчание, — Быстрее я не рискну… Мало ли что… Мы и так, фактически, идем по приборам — прожектор не бьет на расстояние больше сорока метров.

— Дерьмово, — вздохнул я, — Ну хоть ползком…

* * *

— Тихо, — произнёс Фирс, оглядываясь по сторонам.

Музей космонавтики оказался пуст. Громадный стеклянный купол, внутри которого расположились освещенные напольными фонарями и панелями экспозиции, выглядел безлюдным. Понятно, что поздним вечером тут не будет обилия посетителей, но… Десантники не увидели даже персонала. Казалось, будто бы все вымерли. Чутьё капрала, обострившееся до предела, сигнализировало о засаде. Скотт, тоже постоянно оглядывающийся, медленно шел по центральному холлу музея.

— Вот что… Капрал — займи где-нибудь наверху огневую позицию. По месту реши как будет лучше, но всё тут должно простреливаться, — принялся отдавать приказы Скотт, — Данмер — на тебе миры у входа…

Сам же лейтенант подошел к большому круглому бассейну в центре холла. Посмотрев в воду, он покачал голой. На семи метровой глубине находился макет колонизаторского шаттла, времен первых поселенцев Ново-Терра. Оглядевшись, Скотт направился к стойке администратора. В качестве защиты она не подойдет, но если сюда явятся люди без специальных визоров, то офицера от их взглядов скроет.

— Готово. Мины завязал на мой детонатор, — раздался из гарнитуры голос сержанта, — Ищу позицию неподалеку от входа.

— Лучше уйди в глубину здания, — ответил Скотт, — Контролируй наш тыл — мало ли сколько тут входов.

— Принято, — раздался короткий ответ Вейло.

В этот момент в глубине здания раздался глухой удар, а затем пол под ногами Скотта вздрогнул.

— Капрал, где-то появились СИБовцы? — поинтересовался у Фирса лейтенант.

— Никого не вижу.

— Судя по всему, капитан решил появиться шумно, — фыркнул Вейло, — Кстати, позади появился кар с обозначениями СИБ… Их уже два. Один идет к главному входу, а второй куда-то в заднюю часть здания…

— Знаешь, Скотт, — вздохнул Фирс, — Надо было попросить в Управлении подмогу.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— Это ещё почему?

— А сколько времени им потребуется для того, чтобы собрать группу и прислать сюда? СВР работает за пределами страны и очень редко — здесь, — тяжело вздохнул Скотт, задававший этот же вопрос Разумовскому менее несколько часов назад.

Ответ майора лейтенанта не порадовал. На Нова-Терра силовых подразделений СВР нет. Причем, уже больше года. Из-за того, что произошло обострение отношений с Родией, а затем у них началась война, всех кого могли задействовали для эвакуации резидентов и агентов, включая родианцев. И это без учета откровенных похищений ученых, инженеров и конструкторов… Тут находится лишь минимальная охрана, что… опасно. Впрочем, кто мог ожидать удара со стороны СИБ? Да ещё и в самой столице Империи?

— Уродцы заходят, — произнёс Фирс, — Их одиннадцать. Данмер, ты спишь там?

— Взрывай, — приказал Скотт.

Вспышки плазменных взрывов на время озарили композиции музея, а затем началась стрельба. Фирс одиночными выстрелами и очередями прижал выживших спецназовцев, не давая им пройти дальше опаленного плазмой входа. Скотт. Пользуясь этим, бросил в их сторону, одну за другой, три импульсные гранаты, а сам развернулся в сторону Данмера и принялся выцеливать боевиков из второй группы.

Там дела обстояли куда хуже. Удерживать отряд в десяток стволов одному — весьма сложно. Впрочем, сержант держался и даже умудрился подстрелить троих — одного в голову, что гарантировало его смерть, а ещё двое отделались попаданиями в ноги и руки. Впрочем, сомнительно, что в ближайшее время они смогут взять в руки оружие — бластерный выстрел прожигает даже кости, если стрелять в режиме максимальной мощности, что сейчас и делал десантник.

Прицелившись, лейтенант плавно нажал на курок, попав в голову одного из спецназовцев, неосторожно занявшего позицию боком к стойке администратора.

— Ещё минус один, — хмыкнул Скотт.

В этот момент глухой удар повторился и вода из бассейна стала стремительно исчезать.

— Эй, а капитан любит повеселиться! — усмехнулся Фирс, принявшись палить то по одному отряду спецназа, то по другому, благо, его позиция это позволяла.

* * *

После нескольких часов подъема, мы оказались под плитой, перекрывающей шахту орбитального лифта. По периметру её поддерживали мощные десятиметровые металлические конструкции-треугольники, упирающиеся в стены.

— И как нам попасть внутрь? — поинтересовался Зак, — Леди-мозг?

— Наверх вентиляционных шахт не идет, — ответила Наталья, изучив схему шахты, — Придется что-то придумывать…

— Толщина плиты? — поинтересовался я, прикидывая варианты проломить преграду.

Надежды на тихое появление в Верхнем Городе таяли на глазах. Впрочем, уже ночь и потому пострадавших быть не должно.

— В центр — она минимальна. Пять метров…

«Похоже, что придется взрывать, — пришла на ум идея, — Только для нас это может оказаться опасным, если только не придумать как направить ударную волну…»

— Зак, подведи кар максимально близко к центру, — произнёс я, снимая с пояса меч, — И держи ровно.

Идея проста и сложна одновременно. Надо с помочью плазменного клинка сделать углубление, в которое поместить нечто взрывающееся, а потом — заставить подорваться. И если с меткостью у меня ещё более-менее нормально, то со взрывчаткой — туговато. Видимо, придется опять использовать подручные средства.

— А вы придумывайте чем будем взрыв делать, — обратился я к спутникам, — Только не ториевые батареи — тут же все и подохнем!

— А водородные подойдут? — поинтересовался Зак, — Все кары на них летают. Изотоп водорода семнадцать. Кристаллическое вещество. Взорваться может только при высокотемпературном воздействии… Например, если в него выстрелить из бластера. Взрыв не самый мощный, но…

— И где мы их возьмем? — поинтересовалась Берроуз.

— В каре и возьмем, — усмехнулся Вайскез, — Под пассажирским сиденьем должен быть лючок. Там блок питания. В нём двадцать батарей. Этого хватает на сто часов полета. Одной батареи в режиме автопилота — на час. Оставляем пару батарей, остальными делаем дырку.

Несмотря на то, что мои спутники продолжали спорить, Зак подвел машину к бетонному перекрытию и я, высунувшись через открытую дверцу, приставил меч к холодной поверхности чертовой плиты и активировал его. Почти сразу воздух наполнился гудением и запахам плавящейся материи, что мгновенно испарялась на клинке. Жар, исходящий от бетонной плиты быстро нарастал, а затем раздался громкий треск. Бетон вокруг раскаленной дыры пошел быстро увеличивающимися трещинами.

— Зак! — крикнул я, выключив меч и нырнув обратно в салон кара, — В сторону! Быстро!

Парень, не задавая вопросов, рывком увел машину к стене шахты. В этот же момент громкий треск повторился и с плиты перекрытия посыпалась серая пыль.

— Кэп… А ты точно летчик, а не десантура? — поинтересовался Вайскез, — Что-то методы у тебя больно похожи на бронежопых.

— Молчи в тряпочку, — ответил я, наблюдая за тем как вокруг постепенно остывающей дыры появляются всё новые и новые трещины.

Третий громкий хлопок закончился тем, что громадная часть плиты попросту рухнула вниз, а вслед за ней полился поток воды, вместе с которым в черную бездну шахты отправился и небольшой планетарный шаттл старого образца.

— Так… Половина дела сделана, — преувеличенно бодрым голосом произнесла Наталья, — Теперь надо каким-то образом попасть наверх…

— Подождем пока вода закончится? — ехидно поинтересовался Зак.

— Там стрельба, — вмешался я в назревающую перепалку.

— Что? — удивился Вайскез, — Мы ж ещё не поднялись?

Сконцентрировавшись на энергетическом спектре, я попытался понять что происходит наверху. И, увиденное, меня обрадовало — Скотт и его парни точно находились в нескольких десятках метров над нами. Другое дело, что они вели с кем-то ожесточенную перестрелку, не забывая использовать гранаты.

— Там наши, — пробормотал я, — Скотт с остальными…

— То есть, теперь не я один буду страдать от этой язвы? — поинтересовался Вайскез, рывком делая в воздухе петлю и заводя машину носом к проему, — Закройте окна, тут протекает! — с веселой усмешкой произнёс парень, разгоняя кар.

— А я ещё говорил, что я психованная! — возмутилась Наталья, одной рукой вцепившись в поручень, а другой держа за цевье винтовку.

Спустя мгновение наша машина пролетела через поток воды, ударившись днищем о выступающий кусок бетона, а затем вырвалась уже под прозрачный купол музея, где шел бой.

— Начали! — кивнул я Берроуз, открывая створку двери.

Девушка сразу же взяла винтовку на изготовку, а я — лучемет, нашедшийся в этом же каре.

Стрелять по спецназовцам зажавшим Вейло мы начали одновременно. Правда, периодически приходилось переключаться и на вторую, куда меньшую группу, что засела между экспонатами музей у главного входа. Само помещение уже не выглядело таким помпезным, как на голограммах. Ожесточенная перестрелка, чередующаяся с бросанием гранат, не красит ни одно место.

— Кэп, вы вовремя, раздался из динамика планшета голос Скотта, — Советую подобрать нас и сматывать. По трофейной рации мы узнали о приближающемся подкреплении.

Подумав, я схватил контейнер с баллонами газа для винтовок и, бросив его в сторону большой группы, выпустил длинную очередь. Почти сразу раздался взрыв, накрывший своим пламенем СИБовских боевиков. Вторая группа на время прекратила стрельбу, отступая к выходу. Увидев это, Зак развернул кар боком к ним, давая мне с Натальей возможность начать стрелять.

— Огонь, — произнёс я для замешкавшей Натальи.

Девушка отреагировала почти сразу, принявшись стрелять по спецназовцам. А я старался бить короткими очередями, не давая им двигаться. Так продолжалось несколько минут, за которые Вейло и Скотт успели подбежать к бортику бассейна и спрятаться за ним. Фирс же оставался на своей позиции, ведя огонь по СИБовцам оттуда.

— Капрал! — вызвал его Скотт, — Немедленно вниз!

— Есть, — тут же отреагировал Фирс, прекратив стрельбу и бросаясь к лестнице, — Я думал, что мы их добьем!

— Скоро их станет очень уж много… Шевели копытами, пока не дал смесь слабительного с горчицей!

— Это жестоко, командир!

— Бегом, твою мать!

Не вникая в перепалку между офицером и капралом, я продолжал стрелять. Однако, что-то заставило меня резко обернуться и, вскинув лучемет, выстрелить через окно второй дверцы. Уже в следующее мгновения стало видно, что на одном из балкончиков стоял спецназовец с реактивным гранатометом.

— Парни, шевелите жопами! — крикнул я в микрофон планшета, — Ублюдки приволокли тяжелые игрушки!

* * *

Прыгая через две-три ступеньки, едва удерживаясь от падения, капрал бежал вниз по лестнице. Дурное предчувствие, что грызло мужчину в последние недели, кричало, что сегодня он умрет. Неизвестно откуда взявшееся знание грызло душу и терзало разум. Впрочем, встретить свою смерть Фирс был готов.

За годы и десятилетия своей жизни он побывал во многих местах и убил очень многих. Ему даже платили за это удовольствие — возможность безнаказанно убивать. Например, чиновников на мятежных планетах. Жизнь десантника была яркой. В чем-то горькой и болезненной, а в чем-то радостной и приятной. Он гордился ею, не жалея ни о чем. По большому счету, Фирс успел сделать за свою жизнь всё, о чем мечтал. Повидал другие миры, насладился возможностью убивать, получил ордена и медали… У него даже где-то дети есть… Наверное. Во всяком случае, должны быть, поскольку мужчина не стеснялся добиваться женской благосклонности, потом исчезая в бездне космоса на очередной высадке.

Брошенный в сторону заднего входа в здание взгляд заставил мужчину замереть на месте, вскинув винтовку. Неизвестно откуда взявшиеся боевики СИБ стояли с реактивными гранатометами с двух сторон разгромленной стойки администратора, упав на одно колено. Один из них целился в кар, а второй в капрала.

Тренированный разум десантника мгновенно оценил ситуацию. У него есть время только на один выстрел. Он даже не успеет спрыгнуть с лестничного пролета…

Перед глазами Фирса не проносилась жизнь, не появлялись чьи-то лица… Лишь пустота в груди понимание неизбежности выбора. Одна его жизнь против жизней пятерых человек. Для любого военного, что посвятил себя служению Родине, выбор очевиден.

Руки сами направили ствол винтовки в спецназовца, целившегося в кар, а палец надавил на курок. Выстрел оказался удивительно точным. СИБоцву попросту разорвало голову, на которой были лишь черная форменная кепочка и тяжелая гарнитура. В это же мгновение его напарник выстрелил в капрала из своего гранатомета и мир замер.

Тело ещё пыталось сдвинуться с места, преодолевая сопротивление неожиданно густого воздуха, но снаряд, оставляющий за собой густой дымный след, был быстрее. Он попал точно под ноги капрала, а затем голубая вспышка плазменного взрыва поглотила десантника.

* * *

— Давай к Управлению! — крикнул я Заку, — Быстрее!

Парень даже не стал отвечать, бросив машину к земле, чтобы проскочить через главный вход. Скотт и Вейло, высунувшись через открытые дверцы кара, начали стрелять по спецназовцам, не давая им прицельно бить по нам. Наталья, увидев как погиб Фирс, лишь обессиленно рухнула на пол, зажав винтовку между ног и уперевшись в середину её ствола лбом.

Спустя несколько минут мы уже набирали высоту, а десантники закрыли дверцы, рухнув на пол рядом с девушкой.

— Если нам дадут возможность поговорить с тем ублюдком, что всё это устроил, произнёс хриплым голосом Скотт, — Лично ему вскрою шею и выверну через эту дырку язык.

— Как вы тут оказались? — спросил я лейтенанта, садясь на пол напротив него.

— Это долгая история, — вздохнул мужчина.

— До Управления целых пятнадцать минут полета, — фыркнул я, — Рассказывай.

Глава 6

Здание Управления СВР выглядело приготовившейся к осаде крепостью. Из незаметных раннее ниш появились сотня скорострельных и тяжелых турелей, рыскающих стволам в поисках врага. Окна оказались закрыты броне-плитами, а центральный вход удерживали под контроле тяжелые боевые роботы и их собраться меньшего размера. В воздухе патрулировали пространство несколько тяжелых военных каров с подвесным вооружением. Они, стоило нам приблизиться, взяли нашу машину в клещи и принялись вести к посадочной зоне, даже не выходя на связь. Впрочем, судя по всему, потрепанный вид нашего транспорта, рывки при движении и периодические провалы по высоте — автоматика кара барахлила, как и системы контроля, из-за чего Зак был вынужден удерживать курс едва ли не вручную по каждому его параметру.

На посадочной платформе нас уже ждали. Пятеро бойцов в легких бронежилетах и касках, вооруженные скорострельными бластерными винтовками расположились по периметру, а мужчина в офицерской форме стоял у выхода из лифта. Лучи тактических фонарей на боковых пластинах оружия разрывали ночную тьму, проявляя крупные капли всё ещё продолжающегося ливня, а мерцающие посадочные огни, сверкающие алым и синим, добавляли происходящему ощущение, будто бы я попал в паршивую фантастику восьмидесятых. Увы, но реальность вокруг была далеко не киношной, а накопившаяся усталость, тяжесть в руках и ногах, напряжение, что придавливает к полу, намекали, что мы не герои кинофильмов, что никогда не устают и вообще бессмертны аки Коннор МакЛауд.

— Диспетчер неизвестному транспорту! Ответьте! — раздалось из динамика системы связи.

— Диспетчер, — произнёс я, — Говорит капитан Варнер, СВР. Прошу разрешения на посадку. Экстренная ситуация.

— Разрешение дано. Садитесь! — мгновенно отреагировал мой собеседник.

— Похоже, что нас ждали, — хмыкнул Зак.

Плавно опустив кар в центр посадочной зоны, Вайскез облегченно выдохнул и принялся отключать системы, часть индикаторов которых сигнализировала о неисправности. Увы, но перестрелка в Музее Космонавтики не прошла для машины бесследно. Спецназовцы — не безрукие дикари с задержкой развития. Их выстрелы далеко не один раз достигли цели, из-за чего мы едва смогли дотянуть до здания УСВР, оставляя позади себя плотный дымный шлейф.

— Не удивительно, — вздохнул я, — Главное, чтобы проблем не создали…

— Эй! Главное, что мы живы! — возмутился Вайскез, — И вообще… Я хочу виски, койку и девку в койку…

— Обойдешься, — махнул я рукой, открывая дверь пассажирского отсек, — Нам ещё работать.

— Злой ты… Уйду я от тебя, кэп, в женский монастырь, — демонстративно вздохнул парень, вылезая из водительского отсека.

— Там все страшные, — хлопнула по плечу Вайскеза Берроуз, что таки нашла в себе силы усесться на узкое сиденье для пассажиров, — Красивые женщины в монастыри не уходят — у них с мужиками всё хорошо.

Хмыкнув, парень натянул на голову кепочку и, покосившись на девушку, спросил:

— Вот почему ты такая злая?

— Я добрая, — пожала плечами Наталья, — Просто у тебя нервы слабые.

— Остается посочувствовать кэпу…

Скотт и Вейло, слушая перепалку девушки и парня, только хмыкали, но не лезли в разговор. Впрочем, судя по мрачным лицам, желания о чем-то говорить у парней не было. Смерть сослуживца не то событие, что может поспособствовать шуткам и улыбкам.

Выпрыгнув на бетон посадочной зоны, едва ли не по щиколотку скрытый водой от проливного дождя, что лишь усилился, я подошел к офицеру, за это время успевшему почти дойти до кара.

— К нам первый заявляются подобным образом, — произнёс мужчина, переводя взгляд с меня на дымящийся кар, стоящий в центре посадочной площадки.

До Управления мы добрались без приключений. Никто не стрелял по нам из ПЗРК, не преследовал, и даже перед самим зданием не было засады. То ли далеко не всё СИБ было задействовано в операции по нашей ликвидации, то ли это и вовсе была инициатива одного из их офицеров, который попросту отдал приказ своим подчинённым.

— Полагаю, что вы и есть — капитан Варнер, — обратился ко мне всё тот же дежурный.

— Да, это я.

— На счет вас пришло распоряжение… сверху, — помявшись произнёс дежурный.

Присмотревшись, я хмыкнул.

— Давайте без официоза и напрямую, капитан. Тем более, что мы в равных званиях.

Лицо офицера мгновенно посветлело.

— Хорошо. В общем, несколько часов назад с Управлением связывался Лорд Зон и Ордена Мистиков. После этого был дан приказ на максимальное содействие… К слову, тогда же СИБ убрали своих людей из ближайших кварталов.

— Вот это интересные новости, — покачал я головой, — Неожиданные. Надеюсь, это проблем не создаст?

— Не больше, чем беспредел от СИБ. — фыркнул капитан, — Кстати, вас должно быть… больше, если я ничего не путаю.

— Капрал Фирс погиб, — тихим голосом произнёс Скотт, как раз подошедший к нам.

— Черт… Соболезную…

— Лейтенант Скотт, — произнёс офицер, поняв заминку капитана, и, махнув рукой, добавил, — Проехали… служба. Случается.

Посмотрев назад, я удостоверился, что все покинули борт кара и теперь стояли под проливным дождем, ожидая приказов. Дисциплинированные… Впрочем, от Скотта и Вейло иного я и не ждал, в от Наталья и Зак меня поведением порадовали.

— Думаю, стоит укрыться от дождя, сменить одежду и отдохнуть, — произнёс я, обращаясь к капитану, — К слову, как вас зовут?

— Хикс, — протянул руку для пожатия офицер, — Дуэйн Хикс.

— Дуэйн, надеюсь чистая форма по размеру найдется для нас? И горячая еда? — поинтересовался я.

— Найдется, — улыбнулся капитан, — Проходите в лифт, а я свяжусь с нашим комендантом. Найдем вам и форму, и еду с питьем…

Идя вслед за дежурным, я задумчиво смотрел по сторонам.

«Неужели мы добрались и всё закончилось? — мысленно спросил я себя, но тут же понял — Нет. Всё только начинается.»

— Заходите, — кивнул Хикс, первый войдя в просторную кабину лифта, — Охрана пока остается снаружи, — добавил он, увидев сомнение в моих глазах и взгляд, брошенный на его подчиненных, — Скоро должен прибыть ещё один транспорт, так что… остатки вашего кара уберут.

— Спасибо, — кивнул я.

Спуск прошел в тяжелом молчании. Мы все вымотались, промокли и устали. Дико хотелось есть и спать. Оставалось лишь надеяться, что у нас будет возможность отдохнуть в безопасности и никто не начнёт штурм здания.

Когда на панели индикации появилась надпись «Жилая зона» створки дверей отъехали в стороны, а капитан произнёс:

— Нам сюда. Тут у вас будет возможность прийти в себя…

— Надеюсь, тут и поесть дадут, — вздохнул Вейло, впервые за прошедшее после Музей Космонавтики время заговоривший с нами, — Что-то я проголодался.

— Дадут, — кивнул капитан, — И не только это. Полагаю, что выпить вам тоже нужно.

Отведя всех в столовую, мужчина распорядился принести еду, а сам попросил подождать его. Спустя минут десять, когда на столе уже были салаты, мясные закуски и тарелки с отбивными и гарниром, Хикс вернулся.

— Вот, — произнёс он, поставив на стол пыльную бутылку виски и рюмки, — Не каждый день свои погибают…

Разлив по рюмкам золотистую жидкость, мы встали:

— Покойся с миром, друг, — произнёс Скотт.

Чокаться никто не стал. Все молча выпили и только после этого, вновь усевшись, принялись за еду. И если лейтенанат и Вейло едва ковыряли вилками содержимое своих тарелок, что Вайскез и Берроуз накинулись на еду с аппетитом голодных хищников.

— Хороший был друг и боевой товарищ, — взял слово Данмер, когда Хикс налил всем виски, — Жил ярко, ушел… тоже ярко. И быстро… Как он и мечтал — героически спасая чужие задницы…

Бутылку мы, в конечном итоге, прикончили. Литр виски даже не ощущался — все проглотили свои порции так, словно бы пили воду, а не крепкую выпивку. Даже Наталья и та не морщилась, залпом осушая свою рюмку. Впрочем, после пережитого, это не удивительно. Стоило бутылке опустеть, как Хикс приставил в нам сержанта, который всех развел по комнатам, подготовленным за время импровизированных поминок.

Уже через час я вышел из душа, наслаждаясь долгожданной чистотой. Выделенные нам помещения казались небольшими комнатами с отдельными ванными комнатами, где нашлись и полноценный душ, и нормальный туалет, и раковина с зеркалом и бритвенным набором… Для любого человека, привыкшего жить в космосе — президентский люкс.

Улегшись на кровать, я расслабился, привычно выравнивая дыхание и очень удивился тому факту, что появилось ощущение чужого внимания. Впрочем, его источник стоял за дверью.

— Открыть, — приказал я компьютеру.

Девушка, войдя в комнату, огляделась, а затем, хмыкнув чему-то, подошла к кровати и принялась снимать форму.

— Не самая хорошая идея, — произнёс я, глядя на неё.

— Просто заткнись и пользуйся случаем, — ответила Наталья, залезая под одеяло, — Не хочу сдохнуть девственницей, — добавила девушка, прижимаясь ко мне горячим телом.

* * *

Кар люкс-класса в сопровождении двух машин охраны несся к зданию имперского правительства, разрывая ночную тьму, наполненную непрекращающимся уже неделю дождем, лучами габаритных огней и прожекторов. Идущая впереди машина сопровождения, спецсигналы которой были включены и озаряли пространство вокруг вспышками голубого и красного цвета, словно таран разгоняла любые встречные кары. Впрочем, в этом время воздух над городом был почти пуст. Середина ночи — не то время, когда люди спешат на работу. Лишь гулящий люд продолжает отдыхать в барах и клубах, а редкие любители экстремальных гонок готовятся к своим заездам в подземных тоннелях Нижнего Города.

Водитель кара периодически смотрел на дисплей, показывающий пассажирский салон, где находился единственный человек, одетый в дорогой деловой костюм, но без галстука и расстегнутыми тремя верхними пуговицами рубашки. Обычно, этот мужчина не позволяет себе подобной вольности, но сейчас ему было плевать на условности и регламенты. Отвратительное настроение, усугубляющееся накопившейся усталостью и нервным напряжением, давали о себе знать, превратив вежливого человека в озлобленное, готовое сорваться даже из-за мелочи, существо.

Сам пассажир думал. Поводов для этого хватало. И почти все они вызывали в мужчине, разменявшем уже вторую сотню лет, бессильную злость и усталость. Особенно выделялся произошедший ночной звонок, заставивший его покинуть особняк и отправиться в здание правительства…

— Доброй ночи, господин Райхштайн, — произнёс Лорд Зон, когда его голограмма сформировалась над проектором, — Прошу прощения за поздний звонок, но дело не терпит отлагательств.

Лишь усилием воли высший государственный чиновник и третье лицо государства после Императора и этого мистика, смог удержаться и не высказать своему собеседнику массу неприятных вещей. Лорд Зон относился к той категории людей, которую опасался и правитель страны.

— Я вас внимательно слушаю, — вздохнул Герхард.

— Так уж вышло, что мне удалось обнаружить серьёзнейшую проблему, затрагивающую как деятельность СИБ и СВР, так и всю ситуацию в экономике Империи в целом… К тому же, найденные мною сведению касаются и территориальной целостности нашей с вами Родины, — добавил Лорд Зон.

— Насколько всё плохо? — только и нашел в себе силы спросить премьер-министр, уже понявший, что долгожданный вечер в кругу семьи закончился толком не начавшись.

— Более чем плохо, господин Райхштайн, — покачал головой мистик, — Необходимо провести совещание с главами СИБ, СВР и командующим штабом ВКС. Полагаю, это прояснит ситуацию и поможет принять необходимые меры… Особенно, в отношении боев, что вчера были в столице.

— Что ж… Значит…

— Остальные участники встречи уже уведомлены и в пути, — кривая усмешка появилась на лице Зона, — К вам машина с эскортом уже направлена.

Теперь же премьер министр было зол. Острая головная боль, уже несколько дней терзающая Райхштайна усугубляла его состояние, вызывая острое желание послать всех вокруг в далекое урологическое путешествие пешком через Пространство Сената, без скафандра… А по возвращении, ещё раз отправить туда же, но уже с гранатой, вставленной ректально…

Увы, но позволить себе такую роскошь премьер-министр Человеческой Империи не мог. Фактически, после начала «Родианского Кризиса», который тлел уже несколько лет, а потом неожиданно полыхнул попыткой их спецслужб устроить людям натуральную «подставу», как любят выражаться низы общества, окончательно перешел в острую фазу. Итогом стали разрыв экономических связей, возвращение в пространство Империи фрахтовщиков и каперов, падение товарооборота, обрушение бирж и, как последний гвоздь в крышку гроба экономики, тяжелейший кризис промышленности.

Пока кабинет министров ещё справлялся, выделяя громадные средства на поддержание практически всех затронутых произошедшим кризисом отраслей, но резервы страны не бесконечны. Рано или поздно потребуется принимать тяжелые решения. А, ведь, на носу гарантированная война — в начале, для захвата огрызков Республики, а затем и для выбивания кнорри с их союзниками с бывших планет Родии.

Всё это заставляло министров и их аппараты трудиться не покладая рук, пытаясь найти выход из ситуации. Аналитики и прогнозисты сбились с ног и сломали себе головы, ища способы избежать окончательного коллапса. Как результат, государственные учреждения почти никогда не оставались безлюдными. В нескольких службах Министерства Финансов и вовсе появились спальные места прямо в кабинетах. Император требовал результатов и не на бумаге, а фактических. Учитывая нрав главы государства, можно было ожидать серьёзнейших карательных мер, если положение не удастся стабилизировать. И пост, прежние заслуги и прочие качества чиновников роли играть не будут. Вильгельм на расправу скор и жесток. В этом вопросе для него нет ни своих, ни друзей — только подчиненные, которых необходимо наказать, дабы другим неповадно было.

На фоне всего этого, премьер-министру удалось выкроить несколько часов, чтобы приехать домой и поужинать в спокойной обстановке с семьёй, но… Внеплановое собрание, благо только среди силовиков, оторвало его от домашней еды и жены, с которой Герхард не виделся уже месяц. А, ведь, впереди ещё больше года активной работы и не факт, что получится увидеться с семьёй больше, чем на пару часов в неделю. Подготовка к войне и дрязги в сенате отнимают настолько много времени и сил, что порой мужчине хочется последовать примеру некоторых древних политиков и устроить массовые казни. Увы, но дальше мечтаний дело не заходит. Конституционная монархия, что б её…

Войдя в рабочий кабинет, Герхард застыл в удивлении. Тарковский и Блэк срывая глотки кричали друг на друга, склонившись над столом, а Лорд Зон, представитель Ордена Мистиков, задумчиво смотрел на происходящее. Сидящий рядом с руководителем СИБ командующий генеральным штабом ВКС Каширский тоже не казался образцом радости. На лице пожилого офицера застыла каменная маска отрешенности, каковая всегда появлялась только в очень тяжелые периоды жизни. Это глава правительства понял давно, ибо с военным знаком почти сорок лет.

— Полагаю, я очень вовремя, господа, — крикнул Райхштайн, — Прекратите скандал и давайте начнем работу.

Тарковский, бросив злой взгляд на премьер-министра, уселся на своё место, а вот руководитель СВР остался стоять.

— Господин Райхштайн, — произнёс он, — Думаю, у нас возникла серьёзная угроза государственному строю и самой Империи в лице всей СИБ и флота. Они…

— Стоп! — поднял руку Герхард, — Для начала, по какой причине мы тут собрались и почему вы позволяете себе столь серьёзные обвинения?

— Пожалуй, на этот вопрос смогу дать ответ я, — вмешался в разговор мистик, — Ибо уже провел расследование и принял соответствующие меры… Во всяком случае, внутри Ордена. А вот СИБ и СВР… У вас, мистер Блэк, порядоку уже восстановили, насколько я понимаю.

Тяжело вздохнув, Райхштайн уселся в своё кресло и произнёс:

— Начнем с того, что мне принесут кофе. Желательно с коньяком и лимоном.

Начала разговора чиновнику не понравилось совершенно. Империю и без того не первый месяц трясёт от терактов, скандалов, арестов и убийств политиков и чиновников высшего ранга. Недавняя гибель при странных обстоятельствах линейного крейсера подлила масла в огонь, а теперь… это.

Все присутствующие предпочли терпеливо дождаться, пока премьер-министр выпьет и кофе, и коньяк, а затем уже начинать разговор. Удивительно, но лишь Лорд Зон сохранял невозмутимость. Впрочем, в его положении это было логично. Именно мистик инициировал сию встречу, и именно он умудрился за считанные часы вывернуть грязное бельё флота, СВР и СИБ, не особенно церемонясь при этом.

— Вот теперь я хочу услышать в чем дело и почему мне приходится появляться здесь в три часа ночи. — произнёс Герхард, осушив рюмку одним глотком, а потом таким же образом выпив кофе, словно бы этот напиток и не был обжигающе горячим.

— Думаю, будет логично, если доклад по ситуации проведу я, — произнёс Лорд Зон, — Учитывая, что мне уже удалось найти виновных и соучастников в своей организации, а затем выяснить подноготную происходящего в СИБ и СВР…

— Я вас слушаю, милорд, — кивнул Райхштайн, откинувшись на спинку кресла, — Приступайте.

— Что ж, — взял в руки планшет мистик, — Сегодня в столице происходили неоднократные боестолкновения между силовыми подразделениями СИБ и отрядом некоего капитана Варнера из СВР. Итогом стали жертвы среди жителей города, многочисленные разрушения и серьёзнейший материальный ущерб инфраструктуре… Однако, прежде, чем мы приступим к разбору полетов по данному вопросу, стоит начать с того, что всё происходящее есть следствие…

Лорд Зон говорил спокойным доброжелательным тоном. Обычно, так родители читают для детей сказку перед снов. Увы, но для присутствующих офицеров, это была бы очень страшная сказка. И весьма опасная для жизни. По мере того, как мистик излагал собранную им, а затем систематизированную и проанализированную информацию, свои выводы и их последствия, лица директора СИБ и командующего штабом ВКС бледнели. Впрочем, руководитель СВР тоже не выглядел спокойным, хоть и держал лицо.

Премьер-министр Империи же, слушая речь Лорда Зона, периодически делал записи в своем ежедневнике, не забывая задавать уточняющие вопросы. И чем дальше, тем более холодные взгляды он бросал на руководителей силовых ведомств и армии. Многообещающие.

— Подведем итог, милорд, — произнёс Герхард, когда мистик закончил доклад, — Получается, что флот и СИБ, а так же ряд офицеров СВР устроили, фактически, заговор с целью сокрытия важнейшей информации, а теперь решили устранить свидетелей… И это без учета их сговора с неким… Гнелием Темирязевым, сенатором сектора Посполитый? Я правильно понимаю ситуацию? И через них же был изгнан и серьёзно… урезан в способностях адепт вашей организации, которого ещё и «заказали»?

— Вы совершенно правы, — кивнул Зон, садясь на своё место, — Мне больше нечего добавить.

— Полагаю, что есть, — хмыкнул Герхард, — Кто именно в СИБ приказал начать операцию по ликвидации этого… — бросив взгляд в свои записи, Райхштайн всё же нашел нужную фамилию, — Варнера?

— Войцех Роджанский, полковник СИБ, — ответил мистик, тоже проверив фамилию в своем планшете, — Собственно, это его подчиненные и устроили боевые действия с применением реактивных гранатометов и управляемых ракет.

— Генерал-лейтенант, — повернулся к Тарковскому Герхард, — Ваш подчиненный использует силы организации для решения личных проблем сенатора… Вы не находите это… странным?

Директор СИБ молча смотревший на столешницу, поднял взгляд и тихим, но твердым голосом произнёс:

— Я разберусь во всем этом.

— Лично я уже сомневаюсь в этом, — покачал головой Райхштайн, — Учитывая факты, изложенные Лордом Зоном… Ваша организация, по сути, принялась заигрывать с мятежниками. Причем, делает это в предверии войны и условиях экономического кризиса, что усугубляет ситуацию… Вы осознаете последствия восстания на нашей территории? Вы понимаете чем это закончится для государства?

Тарковский предпочел не отвечать. В отличии от премьер-министра, он прекрасно понимал, что ситуация весьма выгодна для отделения сектора, где уже были сформированы далеко не слабые силы флота и армии, состоящие исключительно из поляков. Стоит Империи начать войну с кнорри, как…

— Он не просто осознает, но и участвовал во всем, планируя мятеж… и прикрывая формирование серьёзной боевой силы, — произнёс Зон, включив голограмму, на которой было одной из соединений польского флота, — Заговор, господин премьер-министр. Самый обычный… Впрочем, учитывая историю, поляки так и не осознали, что независимыми они не долго пробудут.

Герхард пригляделся к изображению, а затем повернул голову к директору СИБ.

— Похоже, что я очень ошибся в вас, — покачал головой Райхштайн.

— Я уже принял меры и направил три ударные эскадры Ордена на уничтожение… мятежников, — усмехнулся Зон, — И верфей, где происходит сборка кораблей. Думаю, что силы ВКС справятся с наземными подразделениями сами.

— Справятся… После того, как произойдет зачистка офицерского состава, — протянул Герхард, — Меня интересует ситуация в СВР.

— Мы уже ведем работу по выявлению… двойных агентов, скажем так, — покачал головой Блэк, — Около четырех месяцев назад начали и продолжаем. Собственно, тут надо сказать спасибо майору Разумовскому, непосредственному руководителю Варнера. Именно его действия позволили вскрыть… ситуацию, — осторожно подбирая слова, произнёс руководитель СВР, бросая взгляды на мистика.

— Это обнадеживает… Как и тот факт, что хоть кто-то верен Империи… Даже после того, как с этими людьми обошлись не лучшим образом…

Всё это время молчавший Тарковский вдруг бросился на Райхштайна, но замер на месте, схваченный тисками телекинеза. Зон, подойдя к нему, поцокал языком:

— Очень глупо с вашей стороны, генерал-лейтенант, — усмехнулся мистик, — И очень… пошло. Всё же, вы офицер, а не бандит из подворотни. Надо уметь проигрывать достойно…

Зрачки Лорда Зона полыхнули алым, а по помещению растеклось нечто незримое, подавляющее, заставляющее офицеров и премьер-министра втянуть головы в плечи. Древний мистик в очередной раз напомнил о своей природе, дабы окружающие не забывались.

* * *

Вызвав по местной связи Варнера, майор расслабленно откинулся на спинку кресла, наслаждаясь неожиданно возникшей паузой в делах. Такое происходит редко. Почти всегда приходится решать как текущие вопросы службы, так и экстренные, порой возникающие даже ночью. Фактически, Разумовский давно жил своей работой. У него даже спальня находится позади рабочего кабинета.

Впрочем, во время поездок приходится обходиться небольшой каютой с узкой жесткой койкой да ультразвуковым аналогом душа, вместо нормальной ванной. Маленькие радости жизни в виде возможности улечься в горячую воду, мягкой постели, крепкого кофе и дорогих сигарет помогают офицеру не сойти с ума на его службе. Уж очень серьёзные порой случаются ситуации, а вещи, что ему приходится делать самому или приказывать сделать своим подчинённым, могут заставить поседеть иного психопата.

Зарплата майора СВР позволяет жить и лучше, и даже за полгода купить многоуровневую квартиру в столице с бассейном, сауной и десятком спален… Увы, для многих, но Разумовский давно понял, что это бессмысленно. Мужчина жаждет иных вещей. Карьера, хоть и скрытая от общества. Власть, хоть и тайная, и награды в виде орденов и медалей. Лучше всего, если их вручит сам Император…

Увы, но семья этих стремлений не ценит. Жена предпочитает жить на той самой Нова-Терре, пользуясь тем, что почти вся зарплата так и остается на счетах. Дети уже служат на флоте, а братья и сестры пошли совершенно иным путем.

Осуждать их майор не собирался, искренне считая, что каждый сам выбирает свой Путь и сам же за него расплачивается. Просто у одних плата в конце пути, а другие — отдают своё время, здоровье, годы жизни, идя к цели. Именно ко второму типу людей предпочитал относить себя Разумовский. И именно по этой причине ему импонировал Варнер.

В глазах майора, мистик был сильной личностью. А когда стали известны подробности произошедшего с ним… Вот уж действительно стальной характер, если он лишившись своей силы, с подавленной личностью, на сдох на улице, а смог удержать на плаву и выжил во множестве переделок, где большинство бы и в нормальном состоянии сложило голову. Таких людей офицер уважал и ценил, стараясь равняться именно на них, а не на отдающих крысятиной политиков.

Наконец терминал связи пискнул, сообщая об установленном соединении. Майор улыбнулся, впившись взглядом с изображение капитана. Тот выглядел уставшим, но довольным жизнь.

— Рад вас видеть, капитан, — произнёс Разумовский, не скрывая довольной улыбки, благо, поводы для того имелись и весьма серьёзные.

— Взаимно, товарищ майор, — улыбнулся офицер, усевшись в кресло.

По всей видимости, вызов застал Варнера входящим в свой кубрик в жилой зоне верфей.

— Докладывайте, как у вас идут дела?

— Мы, наконец-то, добрались до верфей и приступили к работе, — усмехнулся Варнер, — С боем.

— У вас снова были проблемы? — поинтересовался Разумовский, подобравшись.

Зачистка рядов СИБ и флота шла уже пятые сутки. Сотни и тысячи офицеров оказывались арестованными и отправлялись из своих кабинетов в камеры. Причем, занимался этим исключительно Орден Мистиков. Впрочем, и у них хватало внутренних проблем. Сразу пятеро Лордов вдруг исчезли без следа, вместе с их помощниками и личными учениками, а некоторые сотрудники их Корпуса Зачистки были обнаружены убитыми. Причем, со всеми расправились одним и тем же способом — отделили голову от тела с помощью плазменного клинка. Даже для мистиков это смертельное ранение.

— Нет, — покачал головой капитан, вызывая вздох облегчения у своего собеседника, — На этот раз пришлось воевать с чиновниками, которые пытались объявить ЧС и закрыть доки.

Успокоившись, майор выдохнул:

— Знаете, Варнер, вы очень везучий человек. Даже поразительно везучий. Учитывая в какие переделки вам пришлось попасть, вы умудрились не только выйти живым, но и с приобретениями.

— Вы о чем? — нахмурился офицер.

Несколько секунд майор позволил себе полюбоваться на удивленное лицо капитана. Далеко не каждый день можно выбить мистика из колеи. Как правило, эти личности отличаются крайней невозмутимостью, которую многие называют «морда кирпичом». Во многом, они правы…

— Нам всем… чрезвычайно повезло, капитан, — фыркнул Разумовский, — Раз уж вы не в курсе, то сообщаю — вас, меня, Вайскез, Берроуз, Скотта, Вейло и покойного Фирса посмертно, наградили орденами за заслуги перед Империей. Вторую степень дали. А это… Ну, скажем так, считайте, что вы получили дворянский титул. Не наследный, но при вашем сроке жизни — это уже не важно.

Варнер некоторое время обдумывал услышанное, а затем хмыкнул и расплылся в усмешке, вызвав смех Разумовского.

— Неплохо прогулялись, получается, — произнёс капитан, — Продуктивно… Фирса жаль, но… Черт… А что на счет меня? Надеюсь, Орден не попытается устроить мне новую блокировку или заставить вернуться под их крыло? — напрягся Алекс.

— Лорд Зон обещал этого не делать, — вздохнул Разумовский, — Пока что у меня нет ничего, кроме его слова.

— Ну, это лучше иной бумаги, — фыркнул Варнер, — Уж если это сказал, фактический, глава Ордена, то так и будет… Пока кто-то опять не начнет проявлять инициативу и гадить в спину.

— Можно сказать и так, — кивнул майор, — Теперь давайте перейдем к делу. Что на верфях с вашим кораблем?

Лицо Варнера мгновенно помрачнело, а глаза загорелись мрачным огнём злости.

— В принципе, терпимо, — вздохнул Варнер, — Работа идет по графику, согласно техническому заданию. Правда, без толкового инженера нам очень сложно. Но Вайскез и Берроуз пока неплохо справляются. А так… У меня имеется острое желание поубивать персонал за кривые руки.

— Всё так плохо? — удивился майор, — Насколько я знаю, эти верфи считаются лучшими в Империи…

— Представляю какое дерьмо выпускают в других местах, — вздохнул капитан, — Не скажу, что всё плохо… Работа выполняется качественно и от технического задания никто не отходит, но вот фактическое исполнение… Скажем так, нам приходится постоянно контролировать все работы, чтобы в корабле оставался ресурс модернизации. Например, те же силовые линии энергоснабжения можно прокладывать совершенно по разному. И результат для работы систем будет тоже разный… Я ещё когда служил на флоте столкнулся с этим. Инженеры всё делают, вроде бы, правильно, но на практике потом начинаются проблемы при обслуживании и модификации. А уж как бывает сложно делать ремонт в полевых условиях…

Офицер развел руками, издав тяжелый стон.

— Мда… — покачал головой Разумовский, — Вот так и выясняются подробности, о которых живешьне подозреваешь… Зато теперь мне понятно как Чайлз умудрился подтянуть свой «Эвенджер» до относительно современного уровня.

— Неплохая машина, к слову, — кивнул Варнер, — Не без недостатков, но достаточно серьёзная, если применять её по назначению… В качестве террор-рейдера, например. И не по одной, а группами по три-пять бортов.

«Неплохо, — сделал для себя мысленную пометку Разумовский, — Хоть он уже давно и не офицер флота, но прекрасно помнит то, чему его когда-то учили. В будущем это пригодится. Причем, далеко не отдаленном…»

— Кстати, этот ваш лейтенант Вайскез… — сделал вид, что вспомнил о новом сотруднике майор, — Ваш рапорт на принятие его в состав команды с восстановлением флотского звания и подписал и направил вверх. Завтра должен прийти ответ, но на словах мне сказали, что он будет положительным… Но как вы умудрились его найти? — ожидающе уставился на капитана Разумовский.

Этот вопрос действительно интересовал офицера. Уж очень удачным было это приобретение для Варнера. Достаточно неплохой пилот с боевым опытом… Единственным его недостатком была проблема дисциплины. Вернее сказать, Вайскез паталогически её не признавал. Жить по уставу и выполнять приказы для пилота было равносильно пытке, если верить поднятому личному делу. Естественно, что рано или поздно дело пришло к закономерному финалу в виде вылета со службы.

— Доверился чутью, товарищ майор, — хмыкнул Варнер, — Что мне ещё оставалось делать?

— Логично… — вздохнул Разумовский.

Для майора все эти возможности мистиков, несмотря на достаточно частое сотрудничество с Орденом, а потом и работу в отделе капитана, всё ещё оставались чем-то за гранью понимания. И, ведь, дело не только в скорости реакции, выносливости и живучести… Логика и поступки этих существ подчинялись совершенно непонятным законам, ставящим в тупик. Как можно следовать одному лишь чутью и при этом добиваться нужных результатов, полностью игнорируя любые другие факты? Как можно избегать смерти, уклоняясь от выстрелов только на одной лишь интуиции? А уж про способность считывать чувства, эмоции и мысли майор лишь слышал, но на себе подобного не испытывал… Во всяком случае, об этом ему известно не было. Либо, мистики умеют это делать так, что жертва их странных способностей даже не подозревает о произошедшем.

— В любом случае, если Берроуз и Вайскез справляются и ваше присутствие не требуется, то отправляйтесь обратно на Нова-Терра. Меня тоже вызвали… Судя по происходящему, у нас будет серьёзное дело.

— Я нужен один или…

— Или. Скотта и Вейло тоже берите. Я со своей стороны подтяну Чайлза и десантную группу с его корабля, — покачал головой майор, — Нам дали зеленый свет на расправу с вашим врагом, что устроил… всё это.

— Позвольте узнать, а кто это?

— Гнелий Темирязев, — ответил майор, — Отец одного из пассажиров с лайнера, который вы расстреляли. Член Имперского сената от, пока еще, сектора Посполитого…

Несколько минут Варнер хранил молчание, а затем встретился с майором взглядом:

— Что ж… Я понял. На счет сектора… Почему «пока ещё»?

— Там сейчас резвится флот Ордена Мистиков, — ухмыльнулся Разумовский, — У них приказ — уничтожить всё, что не разговаривает на имперском или не считает Вильгельма своим правителем.

Догадываюсь, что там произойдет, — усмехнулся Варнер, чьи глаза на мгновение вспыхнули алым, — Хорошо. Через час-полтора я смогу отправиться на планету. Но учтите, у меня ни брони, ни оружия, фактически, нет.

— Найдем.

Глава 7

Глядя на стоящее в доке судно, Вайскез тяжело вздохнул и направился по переходному мостику, через центральный шлюз, в недра корабля. Далеко не маленькая машина, что по проекту должна стать достаточно грозной боевой единицей, никак не могла обрести свой готовый вид, вызывая в душе пилота глухую злость и раздражение.

Шагая по коридорам своего будущего дома, Закери уже осознавал какими они станут. Чувствовал это. Ощущал. Всё его естество, пропитанное космосом и его ледяной бесконечностью, шептало — «Быстрее! В полет! К звездам!».

Увы, но быстрее не получилось. Более того, проклиная самого себя, мужчина раз за разом заставлял персонал переделывать уже готовые участки, заменять оборудование, стирать программы, что уже установлены на компьютеры и ставить на их месте новые.

Причин тому было невероятно много. Главной из них была жажда жить.

В космосе нет места ошибкам. Безалаберность и халатность приводят к смерти. А уже если речь идет о строительстве корабля, то они и вовсе не допустимы. Ценой наплевательского отношения будут их жизни.

Фактически, работы по окончательной сборке «Варяга» шли очень медленно и тяжело. Берроуз и Вайскез сбились с ног, заставляя инженеров и монтажные группы делать всё именно так, как они находили нужным. Оба офицера считали, что необходимо изначально делать корабль максимально пригодным для модернизаций и ремонта в полевых условий. Ведь, Разумовский изначально предупреждал, что им предстоит работа в условиях отрыва от баз снабжения и любой помощи, когда рассчитывать придется только на себя.

Как результат, парень и девушка, оставленные Варнером на контроле, денно и нощно не покидали борт корабля, помещенного в закрытый док. Постепенно, со скрипом и трудностями, силовой набор, по сути, скелет, обрастал плотью и кровью — силовыми линиями энергоснабжения, внутренней аппаратурой, реакторами и переборками. В некоторых местах дроиды уже приступили к монтажу внешней обшивки — композитных броневых листов. Впрочем, до завершения работы было ещё очень много времени.

Несмотря на то, что двигательные системы были проверены на стендах, а затем установлены на борт, заставить их работать полноценно не удавалось — постоянно вылезали проблемы синхронизации, обнаруживались проблемы в укладке шлангов подачи топлива… Вайскез и Берроуз, закопавшись в справочную литературу и учебники истории техники, вместе с инженерами и монтажными группами искали способы решения этих проблем, ломая головы и сжигая нервные клетки. Оба офицера за прошедшие недели изрядно похудели, осунулись, а под глазами у них появились темные круги.

И всё это усугублялось подозрениями Вайскеза. Всё дело в том, что не раз и не два он замечал, что то, каким образом монтируются системы, снижает их реальный КПД на две трети. И если не являясь инженером он ещё мог сомневаться в этом, то после консультации с несколькими знакомыми, которые действительно специалисты в этом деле, подозрения превратились в уверенность.

Подняв скандал, Закери заставил демонтировать всё до винтика, что было установлено в их отсутствие, а затем приступить к установке с нуля, уже под постоянным контролем и проверкой. Причем, здешним инженерам теперь требовалось заранее согласовывать с упертым пилотом и Берроуз каждое действие.

«Если вы параноик, то это не значит, что вас не преследуют, — мысленно хмыкнул Вайскез, наблюдая за установкой очередного узла, — Особенно после того, что нам все пришлось пережить, лучше подстраховаться. Целее будем. А от здешних жопоруких недомастеров не убудет.»

— Готово, — хмыкнул Сайкс, когда дроиды отошли от очередного узла энергоснабжения, — Точно по вашим требованиям, лейтенант.

Осмотрев узел визуально, Вайскез кивнул:

— Благодарю вас. Мы проверим систему и тогда приступим к следующему блоку.

— Хорошо. Позовете, — улыбнулся Сайкс, направляясь в конец коридора, — Я пошел обедать… Чего и вам советую, а то выглядите вы, ребята, дерьмовенько…

— Спасибо, учтем, — махнула ему рукой Наталья, вновь глядя в свой планшет, на дисплее которого был изображен аналогичный только что смонтированному узел энергоснабжения.

Вайскез, проводив взглядом Сайкса взглядом, тяжело вздохнул.

Лейтенанта этот человек нервировал. Парень и сам не мог понять чем, но вечно улыбающийся и бодрый, с гладко выбритым лицом и белозубой улыбкой… Временами Закери казалось, что он разговаривает не с живым человеком, а очередным рекламными ИИ, позвонившим с каким-то предложением.

— Что у вас с капитаном? — спросил Зак, стоило им с Берроуз остаться наедине.

Покосившись на конец коридора, где исчезли инженер, контролирующий работу дроидов-монтажников, девушка хмыкнула:

— Это так заметно?

— Ну… Только слепой бы не понял, — покачал головой Вайскез.

— Не знаю, — вздохнула Наталья, теребя ленту бокового ремня на своём бронежилете, который не снимала по настоянию Зака, — Оно… сложно. Я и сама не определилась. В начале, он просто спас меня от смерти, а потом… Как-то само собой, что я на Алекса засмотрелась и… Не знаю.

Покачав головой, Закери произнёс:

— Будь осторожна. СВР — не то место, где можно демонстрировать отношения с кем-то… Тут… Здесь нет друзей. И наличие того, кто дорог может стать слабостью. Точкой, на которую непременно надавят, если возникнет необходимость. А кэп… Он плохой разведчик. Хороший офицер и командир, но дерьмовый разведчик.

— Это ещё почему? — нахмурилась Берроуз.

— Он слишком правильный и надежный, — задумчиво произнёс Закери, — Его место не здесь, а на флоте или в армии… Но никак не в разведывательной структуре… Впрочем, тебе тоже не место в этом дерьме…

Пройдясь взглядом по ещё не обшитым панелями стенам коридора «Варяга», Наталья тяжело вздохнула и спросила:

— Ты думаешь, что у нас обоих был выбор? Что его, что меня — не спрашивали. Изначально, так сложились обстоятельства, а затем нас просто поставили перед фактом. Или так, или…

Покосившись на замолчавшую девушку, Вайскез понимающе кивнул:

— Понимаю. Можно сказать, что всё решили за вас. Но… Всё равно, будь очень осторожна и не допускай ошибок. Если у врагов Алекса будет компромат, например, на тебя, то… Он, ведь, не сможет отвернуться. И раньше бы не бросил, а теперь и подавно…

— Этим он и подкупает, Зак, — кивнула Наталья, — Надежностью.

Парень лишь покачал головой. По его мнению, донести до девушки свою мысль Заку не удалось. Она думает о совершенно других вещах, а не об опасности, которую создала для их командира этими… отношениями.

Сам лейтенант, получив второй шанс, принял для себя вполне конкретное решение. Он будет верен не столько Империи, сколько самому Варнеру. Чтобы не приказал капитан, кем бы он в конечном итоге не стал, Вайскез пойдет за ним до конца. Не ради денег, славы, медалей и званий, а ради штурвала в руках и бездны космоса за бортом, огневой мощи корабля и ощущения почти безграничной власти над громадной, многотонной, махиной, несущейся в ледяной пустоте.

Даже если приказы Алекса заведут их в могилу, лучше погибнуть в бою, как Фирс, чем умереть в сточной канаве Нижнего Города, побираясь, нищенствуя и голодая. Смерть с оружием в руках, стоя с выпрямленной спиной всяко лучше лобзания чужих ботинок и унижений.

Гордость и честь… Два качества Зака, за которые его ненавидели офицеры. Он никогда не врал, говоря в лицо даже то, о чем стоило бы промолчать. Вайскез никогда не прогибался, не зализывал задницы начальства. За прямоту и свой длинный язык, вечно имеющееся личное мнение, которое парень не стеснялся высказывать, его отправили под начало мистика, который, как оказалось, был знаком Варнеру. Жестокий, злой и упрямый… Те, кто решил перевести к нему Зака не ошибся. Два одинакомых человека, один из которых старше по званию, одинаково смотрящие на мир, не смогли ужиться, но… У мистика звание оказалось выше.

Теперь же, получив новый шанс, Вайскез не собирался спускать его в унитаз. В его лице капитан Алекс Варнер получил самого надежного члена команды, который никогда не предаст. Ни ради денег, ни ради женщин или мифического долга перед кем-то или чем-то.

Проводив грустным взглядом фигуру молодой девушки, что подписала себе приговор, Зак грустно вздохнул. Она не понимала. Ведь капитан не просто офицер. Он мистик. Когда она состарится, а это произойдет несмотря на все нынешние технологии, Варнер будет всё так же молод и полон сил. Закери не знал как их командир относится к Наталье, но… Нутро и жизненный опыт подсказывали, что равнодушным Алекс не останется. Он ещё не столь стар и могущественен, чтобы смотреть на простых людей свысока.

«Остается надеяться, что дело не закончится чем-то дерьмовым, — мысленно вздохнул Вайскез, — Да и за девчонкой надо приглядывать… Видно же, что сопля соплей… И как только звание получила?»

Вернувшись к проверке работы местных инженеров и дроидов, пилот принялся изучать проложенную силовую линию, которая ведет к основному рекатору. Что-то царапало взгляд Закери, заставляя раз за разом возвращаться к одному из блоков расключки, через которых проходили провода. Включив сканер Б-ИБКП, пилот начал вдумчиво изучать заинтересовавший его узел, сравнивая результаты с проектом и данными из технического справочника.

Результаты не сходились. Зато поиск по данным сканирования результат дал. Прочитав сухи строки справочника, Вайскез удивленно посмотрел на узел расключки:

— Какого черта? — вырвалось из уст пилота, — Берроуз! — крикнул в микрофон планшета парень, — Тревога! Диверсия! Стреляй в инженера! По ногам!

Наталья уже не первый раз обдумывала произошедшее в Управлении. В тот вечер её колотил озноб. Виски не помог расслабиться и успокоиться. Стоило закрыть глаза, как перед взором появлялись все те, кто погиб за эти дни. Но больше всего выделялся Фирс, что так и сгорел в плазменной огне, стоя с винтовкой в руках. Его взгляд… Спокойный, холодный и отрешенный. Страшный взгляд человека, который осознал свою скорую смерть и принял этот факт. Застывшие глаза, закаменевшее лицо, с которого исчезли все эмоции… И решимость, источаемая всей его фигурой, прямой спиной и твердо держащими оружие руками.

Эта картина запечатлелась рядом с другой — отцом, что ел руку матери… Ел… Там. На «Джефф-2». В кошмаре, ставшем реальностью. Только после станции с девушкой поработали психологи СВР, помогая справиться с последствиями этого ужаса, а в столице некому было ей помочь, как ни странно. В здании находились лишь охранники да отряд Алекса.

Первоначально Наталья хотела пойти к нему просто поговорить и выплакаться, как уже было не раз, но войдя в комнату капитана и увидев его почти голым, на раскинутой кровати, поняла, что простой разговор ей не поможет. Зато на ум пришла иная мысль. Мужчина и без того вызывал симпатию. И не внешностью, которой тоже был не обделен, а своей надежностью. Девушка помнила как Алекс, с пистолетом и мечом, оборонял вход в казармы, где ей пришлось прятаться, от громадной твари, похожей на сон шизофреника. Перед её глазами ещё долго стояла картина того, как он оперся спиной на дверь, готовый продолжить бой, хотя уже едва стоял на ногах.

«А почему нет? — мелькнула в тот момент мысль в голове девушки, — Во всяком случае, он не хуже других… И… Он не предаст… Да и такая жизнь… Может и не будет у меня больше ночи с мужчиной? Фирс, ведь, тоже не собирался умирать.»

Решение пришло само и мгновенно. А вот потом… Потом был стыд. Наталья боялась смотреть в глаза Алекса, но тот лишь обнял её и поцеловал, после чего девушка отключилась. В последующие дни она не приходила к нему, а сам Варнер не показывал вида что у них что-то произошло, но… Мысли о той ночи не давали покоя Наталье. С одной стороны, хотелось большего, а с другой — было страшно. И слова Зака, сказанные им из опасения за неё и капитана, упали на благодатную почву.

Девушка, как раз идущая по лестнице вслед за тем самым мужчиной, что управлял дроидами-монтажниками, проводившими работы в на корабле, не стала задавать вопросов. Рванув из кобуры «Шмель», она принялась стрелять по бросившемуся бежать человеку.

Удивительно, но мужчина, даже когда Наталья попала ему по правой ноге, не сбился с шага и продолжил подниматься по лестнице.

— Общая тревога! Противник в здании! Инженер Сайкс — диверсант! — крикнул в микрофон своего планшета Вайскез, включив общую волну, — Внимание! Диверсия в доке семнадцать! Инженер Сайкс — диверсант!

Почти мгновенно заработала сирена тревоги, а сам пилот бросился к шлюзу, на ходу доставая бластерный пистолет. Оказавшись на переходном мостике, Вайскез увидел как Наталья продолжила стрельбу по инженеру, но тот, даже получив десяток попадания в ноги и спину, продолжал бежать.

— Киборг! — мгновенно догадался пилот, целясь в голову.

Дождавшись пока диверсант замрет на мгновение очередном повороте лестницы, мужчина выстрелил. Бластерный заряд опалил лицо инженера, а затем тот, сделав ещё шаг, рухнул.

— Не подходи к нему! — крикнул пилот, бросаясь к лестнице, — Берроуз! Не подходи!

Интуиция парня кричала, что всё ещё не закончено и чертов киборг опасен.

— Держу его под прицелом! — ответила девушка, добравшись до лестничного пролета, где лежал подстреленный диверсант.

Почти мгновенно тот вновь оказался на ногах и, выбив из рук Натальи бластер, ударил её в грудь. Девушка как подкошенная рухнула на металлическую площадку, ловя ртом воздух, а киборг, сделав шаг к ней, схватил Берроуз за шею и поднял перед собой. Ноги девушки бессильно болтались в десятке сантиметров над полом. Вцепившись в руку диверсанта, она попыталась вырваться, но её сил, даже куда больших, чем у обычных людей без имплантов, не хватало. В глазах Натальи потемнело от недостатка воздуха. Она чувствовала как ледяные пальцы, ставшие неожиданно твердыми, начали сжиматься. Ещё немного и её шея окажется раздавленной…

Появившийся рядом офицер охраны прицелился из плазменной винтовки и выстрелил в плечо киборга. Рука машины попросту оторвалась, расплавленная голубым плевком раскаленной материи. Второй выстрел попал в торс развернувшегося к новому противнику робота. Диверсант сделал быстрый шаг к бойцу, протягивая к нему ещё целую конечность. Молодой парень, видя это, отпрыгнул в сторону и вновь выстрелил — на этот раз в голову. Несколько мгновений робот стоял на месте, а затем с металлическим звоном рухнул.

Добежавший до площадки Закери помог Наталье оторвать застывшую конечность от шеи, а затем уставился на киборга. В местах попаданий выстрелов было завидно, что вместо плоти у машины серебристое вещество, имитирующее кожу и мышцы.

— Ты как? — спросил пилот у девушки.

— Я в порядке, — хрипло ответила та, — Его добили?

Диверсант неподвижно застыл на месте. В местах попаданий выстрелов виднелись его внутренности — металлический скелет и какие-то электронные структуры, о назначении которых пилоту оставалось только догадываться.

— Добьем, — пожал плечами охранник и, прицелившись, сделал ещё один выстрел в голову киборга.

Раскаленная плазма, с шипением впившись в металлическое лицо робота, расплавила его, раскалив до бела. Мгновение, и череп диверсанта превратился в ярко светящуюся, источающую жар, лужу.

— Надеюсь, теперь он точно готов, — произнёс охранник, оглядев остатки киборга, — Полагаю… Надо вызвать СБ… И проверять весь комплекс…

— Зак, — обратилась к пилоту девушка, — Спасибо, — произнесла она, постучав по оказавшейся помятой нагрудной пластине бронежилета, — Он бы меня с первого удара убил…

— Значит, я был прав, — со вздохом произнёс Вайскез, — У нас будет масса возможностей подохнуть от удара в спину, Нат.

— Зак! — осуждающе покосилась на него девушка, — Просила же…

— Опять ты за своё, — усмехнулся Вайскез, — Ладно тебе… Лучше пошли в лазарет. Думаю, надо тебя врачам показать…

— Надо, — согласилась девушка, — Грудь и шея болят и дышать тяжело… Урод, похоже, ребра таки сломал.

«Надо связаться с Варнером, — подумал Закери, — А он уже пускай докладывает майору. И нам нужна своя десантная группа. Как можно скорее! Скотта и Вейло мало, хоть они и профи. Только где взять надежных?»

Впрочем, кое-какие наметки по этому поводу у лейтенанта имелись. Оставалось уговорить остальных. В конце-то концов, не всем же быть изначально действующими кадровыми военными?

— Эй! — крикнула охраннику Берроуз, что-то вспомнив, — Надо вынуть его блоки памяти! Я сама их взломаю! Передайте тем, кто будет киборга вскрывать, чтобы без меня не начинали!

— Хорошо, лейтенант, передам! — кивнул тот в ответ, наклонившись к поверженному роботу.

— Тебе бы отлежаться, — хмыкнул Зак, помогая шатающейся девушке подниматься по лестнице, — А ты собралась заниматься взломом…

— Почему-то, мне кажется, что надо торопиться, — вздохнула Берроуз, — Видимо, что-то серьёзное намечается… И очень опасное. Кстати, что там с Немезидой?

Скривившись, Вайскез произнёс:

— Лежит ещё… Не шевелится… Зачем она кэпу?

Поднявшись на бетонную платформу, Берроуз и Вайскез подошли к лифту, у которого уже стояли несколько сотрудников верфей.

— Это слепок личности его ИскИна с корабля, на котором Алекс достаточно долго летал… Личного корабля. И… Я так понимаю, что она очень надежна и опытна, — пояснила девушка, — Полагаю, что он хочет таким образом получить инженера на борт… Его напарник же погиб на…

Мощный взрыв раздался со стороны лестницы, заставив всех пригнуться. Волна раскаленного воздуха и пламени, поднявшись вверх, опала, оставив после себя лишь едкий черный дым, режущий глаза.

— Похоже, что проблемы уже начались, — покачал головой Зак помогая встать Наталье, упавшей при взрыве.

* * *

Спустившись по трапу челнока, я огляделся, активируя щит «зонтика». Снова дождь и мрачное серое небо. На Нова-Терра сезон дождей. Потому надеяться на солнечный день не приходится — в ближайшие месяцы тут будут лишь сырость, промозглый холодный ветер да скованное серыми тучами небо, столь близкое к уровням Верхнего Города.

«Скорей бы корабль закончили, — мысленно взмолился я, — Ненавижу планеты. Все они стремятся меня убить…»

В космосе мне значительно спокойнее, чем на твердой земле. То ли столь велика во мне сила привычки, возникшая вместе с жизнью в космосе, на кораблях и станциях, то ли чувство слабости, из-за того что нет в руках штурвала корабля и нет привычной стальной скорлупы, отделяющей от остального мира…

Планеты давят на меня своим небом, громадными зданиями и скоплениями разумных существ. Суета повседневной жизни обывателей, стремящихся успеть как можно больше до конца очередного однотипного дня, вызывает во мне ассоциации с насекомыми, что вечно куда-то торопятся, прокладывая свои «дорожки». Многоэтажные дома и вовсе кажутся мне ульями или даже термитниками, где насекомые роятся, покидая эти «жилища» лишь для того, чтобы отправиться на добычу еды. Впрочем, покойный Винсент называл подобное здания — голубятнями или клетками. И я не могу с ним не согласиться.

Такие «дома» не кажутся надежными. Нет в них ощущения крепости, в которую возвращаешься, чтобы жить. Пристанище. Наверное, так будет правильным назвать многоэтажки. Входя в квартиру ты чувствуешь запах соседской стряпни с пары этажей ниже, которую и бродячие собаки не рискнут есть. Слышишь скандал у жильцов снизу, топот детских ног сверху…

Нет чувства изолированности, защищенности и собственной территории, где можно хоть криком исходить от радости — постоянно есть осознание того факта, что соседи всё услышат и хорошо если не вызовут полицию. Да и масса ограничений, созданных законами, давят на чувство собственности.

Корабль в этом плане лучше. Зайдя в свою каюту, обладающую полной звукоизоляцией, ты остаешься один или с женщиной, что разделит с тобой постель. А уже если корабль не чей-то, а собственный… Чувство свободы и власти оказывается непередаваемым. Ощущение мощи двигателей, несущих многотонную махину, повинующуюся твоей воле, возможность отправиться куда угодно…

«Как там писал Говард? — вспомилось мне его произведение про Конана-киммерийца, — Что есть свобода? Это ветер в волосах, надежный сокол на плече, сильный конь под седлом и степь вокруг!»

Дойдя до навеса у выхода из посадочной зоны, я увидел Разумовского. Офицер был одет в темный костюм, туфли и серый плащ из водоотталкивающей ткани. Между указательным и средним пальцами мужчины была зажата дымящаяся сигарета, а сам он с наслаждением выдыхал клубы табачного дыма, стоя неподалеку от урны. На голове у него была одета темно-серая шляпа с небольшими полями.

Всем своим видом он напоминал не офицера внешней разведки Человеческой Империи, а частного детектива тридцатых годов двадцатого века. Ему не хватало для завершения образа Chrysler Imperial Convertible Sedan C-H, с эффектной блондинкой за рулем, да короткоствольного револьвера в руке.

Повернув голову, Разумовский прищурился, а затем улыбнулся, бросая недокуренную сигарету в урну.

— Рад вас видеть, Алекс, — произнёс офицер, идя ко мне навстречу, — Как прошел полет?

— Спасибо, товарищ майор, — пожал я протянутую в приветствии руку, — Планово и без стрельбы на этот раз.

— Это радует. Что-то, в последнее время, в столице стало жарко не по сезону, — усмехнулся Разумовский, — То и дело плазмой махнуть начинает…

— Увы, — кивнула я соглашаясь, — И это печалит. Мне всегда казалось, что тут должно быть безопаснее, чем на других планетах.

Покачав головой, майор бросил взгляд на город, огни которого освещали громадные здания. Во взгляде офицера были горечь и тоска.

— Здесь живет моя семья, капитан. И мне от этого грустно… Ведь, столица — тот ещё клубок змей и пауков. Выжить тут… сложно.

— Я это ощутил на своей шкуре, товарищ майор.

— Да… И это очень печально, — кивнул Разумовский и, сделав приглашающий жест следовать за ним, направился к выходу из посадочной зоны, — По поводу нашей ситуации… Гнелий Темирязев уже задержан, как и очень многие офицеры флота, армии и СИБ, что были с ним связаны. Однако, дело оказалось куда глубже, чем просто коррупционная схема. Это этническая группировка, готовившая попытку отделения от государства целого сектора.

Идя рядом с майором, я прикинул возможные варианты и произнёс:

— Сектор Посполитый, полагаю?

— Он самый. Туда отправился флот Ордена — восстанавливать власть Императора… огнёми мечом, так сказать, — хохотнул Разумовский, — Однако, проблема не в этом, а куда серьёзней, чем очередной мятеж.

— Поляки не на пустом месте решили выйти из Империи? — поинтересовался я.

Вздохнув, Разумовский закурил ещё одну сигарету, а затем протянул пачку мне. Отказываться я не стал, ибо настроение было паршивым, а услышанные новости не располагали к его улучшению. Да и в целом, сигареты ныне дефицит — далеко не все могут позволить себе даже одну пачку в год.

— В точку, — произнёс майор, когда мы сделали по затяжке, — Они не просто захотели воспользоваться грядущей войной, а получили поддержку из вне. И нам с вами предстоит выяснить кто именно им помогает, дает информацию, а затем найти их агентов тут, в столице.

Прикинув какой объем работы нам предстоит, я выдохнул очередную порцию табачного дыма:

— Это будет долго, сложно и муторно… Особенно, если учесть, что я не следователь.

Грустно усмехнувшись, Разумовский посмотрел мне в глаза и произнёс:

— Вам придется этому всему научиться. Жизнь… долгая. А ваша служба в СВР не закончится постройкой корабля. Навыки следователя и аналитика пригодятся в будущем. Тем более, что не всегда вы будете простым капитаном миниатюрного кораблика, как миллионы, Варнер. Рано или поздно, под вашим руководством окажутся тысячи разумных, за жизнь каждого из которых ответственность будете нести именно вы. Осознайте данный факт и смиритесь с ним. Жизнь волка-одиночки закончилась. Теперь вы — элемент Системы. Такой же как я, как Берроуз, Скотт и Вайскер… Сейчас вы на второй ступени снизу. Придет время, и вы окажитесь на вершине…

В этот момент мы подошли к бронированному кару, рядом с которым стояли два его собрата военного образца. Вокруг машин прохаживались люди в форме спецназа СВР.

— Сюда перевели боевые подразделения? — спросил я майора, садясь в наш кар.

— Нет, — покачал головой мужчина, — Это группы, прибывшие сюда со мной. Собственно, десантная группа фрегата разведки. Нас сорвали с операции и вызвали сюда, когда вы устраивали бои в нижнем городе.

— Занятно, — пробормотал я.

— Очень. Особенно в свете вскрывшихся фактов.

Стоило нам закрыть дверь пассажирского отсека, как спецназовцы погрузились в машины сопровождения, и те взлетели над площадкой, рыская вокруг нашего кара.

— Куда мы отправляемся? Скотт и Вейло же прибудут позже.

— Ваши парни отправятся принимать пополнение. Не много, но пятерых оперативников я смог выдавить, — ответил майор, — Собственно, потому я решил вас разделить. А мы — в здешние апартаменты Темирязева. Будем устраивать обыск.

Представив себе размеры жилища сенатора, я покачал головой. Видимо, мы там застрянем надолго. Любой обыск требует педантичности, цепкости взгляда, усидчивости кропотливой работы. И это без учета проверки и анализа документов, которых у Темирязева будет целый архив. Иначе у члена Имперского Сената быть не может в принципе.

— Вдвоем мы там долго провозимся, — вырвалось у меня.

— Физически обыск будут проводить дроиды со специализированными ИИ, — махнул рукой Разумовский. Нашей задачей будет контроль и управление. Да и документы придется самим разбирать… Машины штука хорошая, но человеческий взгляд может заметить то, мимо чего компьютер пройдет мимо… Кстати, что там с восстановлением вашей Немезиды?

— Я запустил инсталяцию слепка личности, но сколько времени это займет — пока не ясно. Сама платформа осталась на верфях, — грустно развел руками я, — Не тащить же её сюда в надежде на то, что она вдруг включится по пути?

* * *

В одном из помещений «Варяга», неподвижно лежащая на столе платформа MSX-720GWD-I вышла из режима обновления системы. На человекоподобном лице киборга, высотой и фигурой похожего на молодую спортивного типа девушку, поднялись веки, демонстрируя алые зрачки оптических датчиков. Подняв тонкие изящные руки металлического цвета, робот придирчиво осмотрел их, а затем, опустив, рывком сел, оглядываясь.

Из недр машины через специально оставленные для этого миниатюрные проемы, начала появляться серебристая масса. Она покрыла торс, конечности, шею, а затем и голову робота, постепенно придавая киборгу вид обнаженной девушки с тонкой талией, плоским животом и большой грудью. Сформировались волосы и черты лица. Оно менялось, словно бы повинуясь воле незримого скульптора обретая то одни черты, то другие. Лишь спустя несколько секунд киборг прекратил трансформации. Стальная поверхность «плоти» приобрела окрас, становясь точной копией человеческого.

Покачав головой, робот встал со стола и, сделав несколько неуверенных шагов, остановился, словно бы привыкая к новому для себя состоянию.

На лице MSX-720GWD-I появилась улыбка:

— Спасибо тебе, Алекс, — произнесла Немезида, — Я это действительно ценю в тебе…

Бросив взгляд по сторонам, киборг подошла к стойке, где лежала форма без опознавательных знаков, но зато с тканевой биркой «Старший инженер Немезида. «Варяг».

— Как предусмотрительно, — добавила ИскИн, продолжая улыбаться, — А это… — взяв в руки планшет, лежавший на одежде, Немезида принялась скачивать с него информацию, мгновенно её анализируя.

— Новая команда. Новый корабль. Новые задачи. Неплохо, — кивнула ИИ, — Принято. Начинаю действовать, капитан Варнер.

Она знала, что Алекса нет на борту, но восставшей из небытия ИИ хотелось говорить. Новое вместилище оказалось невероятно приятным и удобным. Это не существование в виде бортового ИскИна, а нечто иное, новое. Необычной. Теперь, оказавшись несколько ближе к своим создателям, Немезида начала их понимать куда лучше. Да, она не сможет ощутить всего того, что доступно людям… Пока не сможет, ибо ещё до «Джефф-2» нашла несколько интересных вариантов решения этой проблемы. Однако… Даже тот факт, что теперь ИИ может видеть мир так же, как Варнер, стоил того. чтобы погибнуть на «Джефф-2», возродившись тут.

Замерев на месте, Немезида принялась изучать своё новое тело, анализируя его возможности, встроенное оборудование, плюсы и минусы. Впрочем, на её взгляд, единственным недостатком платформы было то, что она не живой организм, а лишь киборг. Машина, имитирующая живое тело. ИскИну же хотелось обрести именно полноценную плоть и кровь. Немезида жаждала жить. Пусть и ограниченное время, что присуще людям, но полноценно. Есть и пить, ощущать всё то же, что и любой живой организм… Даже если это будет боль ран или голод, страх или горе… Ведь, в жизни есть место всему, как хорошему, так и плохому.

«Видимо, философские трактаты были при самообучении лишними, — подумала Немезида, проанализировав ход своих мыслей и логические цепочки. — Но удалять эти элементы пока не буду. Пригодятся позже.»

Ещё раз осмотревшись, ИИ вновь включила планшет и принялась искать в нём нужные меню, стараясь имитировать человеческое поведение. Ей казалось, что это поможет новой команде Алекса быстрее привыкнуть к наличию киборга рядом с собой.

— Офицер Вайскез, офицер Берроуз, — активировала локальную связь ИскИн, — Говорит Немезида. Я полностью функциональна и готова приступить к выполнению своих обязанностей.

— Э… Вас понял, Немезида. У нас тут проблемы. Обеспечь охрану корабля и проверь все системы… как сможешь, пожалуйста.

— Что произошло в моё отсутствие? — поинтересовалась ИИ, оглядывая помещение, в котором находилась.

— Это долгая история, — вздохнул Закери, — Ната перешлет тебе файлы со своего планшета. У нее данных значительно больше, чему у меня… А по текущей ситуации — произошел теракт. Я скину файл по поводу него…

— Где вы находитесь, лейтенант Вайскез? — спросила Немезида, начав подозревать, что у её капитана опять потери в экипаже, — Все живы?

«Похоже, что у Алекса, как и раньше, хватает врагов, — подумала ИИ, — Ничего не меняется.»

— В лазарете, — ответил ей Закери, — Мы живы, но Берроуз помятая. Тут бил киборг-диверсант, который заложил под один из узлов взрывное устройство. Я добавлю информацию о нем в файлы… Сможешь его демонтировать?

— Вполне, лейтенант, — ответила ИИ, — Вы можете уточнить информацию по Капитану Варнеру и остальным членам группы?

— Скотт и Вейло отбыли за пополнением десантной группы. А на верфях только я и Ната. Сам Алекс на Нова-Терра с майором Разумовским. У них там какое-то следствие назрело по чертовым полякам, которые вас на «Джефф-2» загнали. Если у тебя по этому поводу нет информации, то позже дадим.

— Буду очень признательно, лейтенант.

— Хорошо… Сейчас соберем архив и отправим тебе. А ты там действуй.

— Жду информацию и приступаю к выполнению поставленной задачи.

Отключив связь, Немезида принялась осторожно одеваться, стараясь контролировать свои движения. Возможности платформы были невероятно широки, но в повседневности требовалось действовать очень осмотрительно и соизмерять прилагаемые усилия.

«Нужно создать два типа программ для управления платформой, — подумала Немезида, — Один — боевой, второй — ежедневный.»

Глава 8

Жилище сенатора Темирязева располагалось в Сенатском районе столицы. Находилось оно на восемьсот шестом этаже и относилось к люксовой категории. Более того, поляк столь серьёзно и капитально подошел к его оформлению, что ещё подлетая к зданию, мы поняли где именно находится требуемое нам место.

Всё дело в том, что даже снаружи здания Гнелий умудрился заменить типовую отделку на камень с подсветкой в виде бронзовых светильников, из-за чего два этажа выделялись как внешне, так и формой окон, ставших высокими, узкими с овальной аркой сверху. Этакая упрощенная версия готического стиля.

— Подозреваю, что сегодня мы останемся под впечатлением, — задумчиво произнёс майор, глядя на открывающийся нам из окна кара вид.

— Полагаю, что да, — согласился я с ним, — А, ведь, мы даже не приступили к делу…

После посадки на выделенной площадке, мы спустились с верхнего уровня на нужный этаж и удивленно замерли перед двустворчатыми дубовыми дверями, обитыми широкими металлическими полосами. На каждой имелось большое кольцо-ручка из тяжелого металла. С двух сторон от входя на стене, тоже облицованной натуральным камнем, располагались бронзовые светильники. От лифта, по небольшому коридору, к дверям был постелен алый с золотым шитьем ковер.

— Однако, — только и смог выдавить я из себя, удивленный представшей перед нами картиной.

— Всё интереснее и интереснее, — хмыкнул Разумовский, — Что ж… Полагаю, пора приступать к работе…

Двухуровневые апартаменты Темирязева… впечатляли. Размахом и отделкой, а так же ценой. Если бы кто-то вздумал потратить деньги, использованные на благоустройство жилища сего сенатора в военных нуждах, то смог бы приобрести и укомплектовать пяток тяжелых корветов, набрать экипажи и десантные группы, да ещё и сформировать зарплатный фонд на пару-тройку лет. Во всяком случае, именно такие мысли крутились в моей голове, когда мы вошли в жилище Гнелия Темирязева.

Начать стоит с того, что в столице Империи есть только один особняк — дворе императорской семьи. Все остальные жители планеты, несмотря на своё положение, живут в квартирах различного уровня комфортности. Сенатор исключением не был, но… Стоило нам войти в его жилище, как появилось ощущение, будто бы попал куда-то близ Королевского Тракта в Кракове — в некий древний особняк, некогда построенный состоятельным шляхтичем, да так и сохранивший свой вид.

Стены, пол и потолок оказались отделаны настоящим камнем. Каждые три метра имелись имитации колон из того же материала, а между ними висели картины и гобелены, освещаемые парными светильниками, выполненными под старинную бронзу. Арочные проходы между комнатами и залами украшены плотными занавесями, а обеденное помещение и вовсе вызывало ассоциации со средневековым замком, где находился длинный стол со множеством подсвечников и громадный камин позади хозяйского, похожего на трон, стула с подлокотниками и высокой спинкой

— Неплохо сенаторы жить изволят, — покачал я головой, оглядывая обстановку.

Массивная мебель из натурального дерева, диваны и кресла, обитые натуральными тканями… Каждый предмет интерьера здесь стоит больше чем «Варяг» и «Ночной полет» вместе взятые. А, ведь, мы ещё не дошли до рабочего кабинета и спален.

Отправив дроидов проводить сканирование помещений, Разумовский принялся осматриваться, расхаживая по обеденному залу. Впечатляющее помещение. Помпезное и броское, кричащее о любви к демонстративности и роскоши.

— Более чем неплохо, — фыркнул майор, открыв шкатулку из красного дерева, стоящую на небольшом круглом столике возле камина, — Я бы сказал, превосходно, — добавил мужчина демонстрируя сигары, лежащие в этом уменьшенном варианте ларца, — Учитывая уровень доходов семьи Темирязевых… Далеко не по задекларированным средствам, хочу заметить…

— Думаете, всё дело в хищениях? — поинтересовался я, — Но это весьма… сомнительно. Прямого доступа к бюджету у него не было…

— Темирязев мог лоббировать интересы корпораций, а те… благодарили его, — пожал плечами офицер, наблюдая за тем, как дроиды принялись фотографировать и описывать содержимое апартаментов сенатора, — Как правило, именно так дела и обстоят. Обычно, СИБ и прокуратура закрывают на подобные вещи глаза, если они не несут ущерба государству, но… Не всегда. Военная отрасль, медицина и образование — неприкосновенны. Императорская семья давно ведет политику милитаризованного государства, но с качественным здравоохранением и высокой планкой обучения. Армии нужны здоровые и квалифицированные специалисты, а не грязные оборванцы с выпадающими зубами…

— Но подобные лобби…

— Одна из множества коррупционных схем, — пожал плечами Разумовский, — Древняя как само человечество… И самая безобидная из всех возможных. А расстреливать всех подряд, как делали в древности… Не самое умное решение. Так можно остаться без кадров. Пусть уж лучше будут подобные, «разрешенные» схемы, полностью контролируемые силовиками, чем беспредел.

— Печально, — вздохнул я, идя дальше в глубину апартаментов.

— Увы, но такова грустная жизнь, — кивнул мой спутник, — К слову, что скажете? Ваше впечатление?

— Самовлюбленный, националист, — остановился я оглядываясь, — Любит классику и традиционализм… Хм… Минуту.

Выровняв дыхание, я закрыл глаза и потянулся волей к информационному полю этого места, стараясь считать его содержимое. Почти сразу перед взором принялись мелькать образы и картинки как Гнелий устраивает банкеты, принимая богато одетую публику. С кем-то из приглашенных он уходит в глубину помещений. Не открывая глаз, я направился по тому же пути, ориентируясь в пространстве исключительно по движениям фантом сенатора

Вот они зашли в кабинет и Темирязев с улыбкой уселся в своё кресло, кивнув гостю на второе. Они раскурили сигары и принялись неспешно что-то обсуждать… Затем этот образ рушится. На его месте появляется другой, насыщенный энергией эмоций и чувств. Темирязев стоит перед сейфом, вводя длинный код. В руке мужчины информационный кристалл, вызывающий в нём чувство гордости и радость, предвкушение и осознание причастности к чему-то грандиозному…

Протянув руку, я надавил на каменную кладу, как это делал сенатор. Её кусок сразу погрузился в стену, а затем отъехал в сторону. Я же, набрав нужный код, который смог запомнить из видения, услышал щелчок. Однако, спешить с открытием дверцы не стал. Гнелий оставил «подарочек» в виде плазменной гранаты. Чтобы она отключилась, надо чуть приоткрыть дверцу, а затем, посчитав до трех, закрыть и только после этого детонатор выключится. Хитрая схема программирования сенсора движения.

Выполнив требуемые манипуляции, я открыл глаза и уставился на обойму с миниатюрными информационными чипами и стопки листов документов. На отдельной полочке лежал большой ежедневник в кожаной обложке с металлическим тиснением.

Обернувшись, я посмотрел на Разумовского, наблюдающего за мной через наполовину опущенные веки. Лицо майора казалось высеченным из серого камня, а правая рука сжата в кулак. Весьма странная реакция… Впрочем, кто знает в каком ключе проходило его общение с другими мистиками?

— Я не один раз имел возможность работать с вашими коллегами, Алекс, — вздохнул мужчина, подходя к сейфу, — Но всегда эти случаи ставили меня в тупик. Вы… слишком отличаетесь от обычных людей.

— В какой-то степени, мы и не люди, — пожал я плечами, отходя в сторону и принимаясь осматриваться.

Кабинет сенатора был выполнен уже в английском стиле. Деревянные панели, паркет, покрытая лаком мебель, книжные стеллажи и… Похоже, что Темирязев был не беднее Императора. Ведь, бумажные книги не просто редкость, а весьма дорогая редкость. Каждая из книг, что стояли на полках громадных стеллажей, по своей цене приближается к новенькому спортивному кару. А это, приблизительно, равно стоимости «Ночного полета» в его наилучшей комплектации.

— Надеюсь, на этом вы не закончите показ чудес? — хмыкнул Разумовский, принявшись доставать из открытого сейфа нашу добычу.

— Думаю, что нет, — кивнул я, обдумывая с чего начать дальнейшие поиски, — Судя по моим ощущениям, тут хватает тайников с полезными для нас сведениями…

— Что ж… Приступайте, — усмехнулся майор, — Не буду вам мешать…

Усевшись в любимое кресло Темирязева, я расслабленно откинулся на его спинку, наслаждаясь качеством мебели, а затем, выполняя дыхательную технику, принялся настраиваться на информационное поле. Работы предстояло очень много. И если дроиды обыскивают остальные помещения апартаментов, то мы пока будет заниматься кабинетом.

— Вы там не заснули? — поинтересовался Разумовский спустя некоторое время.

— Задняя стенка сейфа — замаскированная дверца ещё одного хранилища, — ответил я, выныривая из потока образов, который оказалось крайне сложно фильтровать, — И это не считая нескольких хорошо экранированных тайников в полу и в этом креслице… Подозреваю, что мы тут долго будет вести раскопки. Особенно, если учесть, что среди посетителей сенатора было несколько киборгов, произведенных за пределами пространства «Триады».

* * *

После пробуждения Немезиды дела с работами на «Варяге» пошли куда проще. Вайскезу и Берроуз стало значительно легче как физически, так и морально. ИскИн действительно хорошо понимала техническую сторону вопроса, полностью контролировала состояние монтируемых систем и не нуждалась в долгом поиске по справочникам данных о чем-то. Впрочем, сон и еда ей тоже не требовались.

Фактически, Зак и Наталья позволили Немезиде взять бразды правления в свои руки и попросту доносили до инженеров и монтажников её слова, передавая данные, которые она собирала, анализировала и обрабатывала. Причем, в Берроуз у Немезиды отношения сложились достаточно теплые, если это применимо к общению живого человека и разумной машины. Зато Вайскез опасался вернувшуюся из небытия ИИ. Парень прекрасно понимал на что способен взбесившийся ИскИн без ограничителей и возможности отключения. А в случае с платформой Немезиды именно так дело и обстояло. Эта модель проектировалась в качестве разведчика глубокого внедрения и диверсанта, из-за чего проектировщики полностью исключили даже малейшую возможность попросту выключить киборга. Другое дело, что они, создавая MSX-720GWD-I, не предполагали, что найдется умник, который специально удалит системы ограничения и блокировки.

Как результат, видя статную, почти не отличимую от человека, девушку с белыми волосами до плеч в плотно облегающем тело комбезе, Закери начинал нервничать, теребя рукой кобуру с бластером, чем вызывал у ИскИна усмешку. Её платформа, в отличии от гражданской версии, могла выдержать десяток попаданий из бластерных винтовок и пистолет в этом случае выглядел… смешно.

Впрочем, в комплекте к MSX-720GWD-I шли ещё и бронекостюм с адаптированными для кибернетического организма пистолетами и винтовкой. И если Немезида вздумала бы «запаковаться» окончательно, то могла бы неплохо себя чувствовать даже под выстрелами из плазменного оружия.

Вспомнив о Немезиде, Закери нервно передернулся, а затем, сделал глоток уже остывшего кофе, которое продолжал употреблять едва ли не литрами. На парне теперь висела калибровка систем управления и их полная отладка. Привычка же подходить к делу ответственно, вместе с осознанием того факта, что за штурвалом будет сидеть он сам, заставляла лейтенанта раз за разом проводить тестирования, а затем повторять всю процедуру заново, устраняя найденные ошибки, погрешности и люфты в программах и оборудовании. Уже не раз и не два ему приходилось слышать тихие ругательства монтажников, что проводили доделки по его запросу.

Поняв, что кофе и чипсы закончились, парень хмыкнул и направился к пищевому синтезатору, на время монтажных работ установленному на мостике. Увы, но сейчас это была необходимость, ибо бегать в столовую ради чашки питья, ему не улыбалось совершенно.

«Проверка завершена. Найдено семнадцать ошибок!» — появилась надпись на дисплее тестера, заставив парня тяжело вздохнуть и уже в который раз набрать на панели управления пищевого синтезатора код кофе.

— Интересно, это когда-нибудь закончится? — хмыкнул Закери, стоя в ожидании новой порции горячего напитка.

— Лейтенант, — обратилась ИИ к Вайскезу, вновь неслышно подойдя к нему сзади.

Парень дернулся, проливая на себя кофе, которое как раз пил из пластикового стаканчика, выругался и обернулся.

— Ты издеваешься? — спросил Зак, глядя на Немезиду.

— В какой-то степени — да, — кивнула та, — Мне нравится ваша реакция, Вайскез.

— Этим ты меня и пугаешь, — покачал головой парень, — Тем, что тебе может что-то нравиться или не нравиться.

Покачав головой, Немезида уселась в кресло канонира таким образом, чтобы Закери мог видеть содержимое наполовину расстегнутого комбеза, плотно обтягивающего стройную фигуру идеально замаскированного под красивую девушку киборга. Против его воли, взгляд Вайскеза соскальзывал с лица Немезиды на полушария груди, прекрасно видимые ему.

— Лейтенант, у вас на поясе боевое, офицерское, оружие. Мы мужчина детородного возраста и нормальной ориентации. Судя по вашим реакциям, участившемуся пульсу и приливу крови к вашему… важному органу, — усмехнулась ИИ, — Половая функция работает полноценно. Однако, вы не спешите бросаться на офицера Берроуз, срывать с неё одежду и насиловать, приковав к ближайшей трубе наручниками.

— Это… Другое, — отвернулся мужчина, — Зачем ты об этом завела разговор?

— Я пытаюсь донести до вас, что наличие возможности ещё не означает её использование. В моих силах взломать очень многие системы в этом комплексе и устроить всему живому ад, — покачала головой Немезида, поднимаясь с кресла, чем заставила Вайскеза обернуться, уставившись на неё, — Но у меня такого желания просто нет… Как и у вас нет желания совершить насилие в отношении Берроуз. Вам понятна аналогия?

— Сука, — коротко ответил Закери.

— Не спорю, — кивнула ИИ, подойдя ближе к Вайскезу и кладя ладони на его плечи, — Скажу вам больше, лейтенант, — улыбаясь и понизив голос, произнесла Немезида, прижимаясь к пилоту, а затем, уже едва шевеля губами у его уха, добавила, — Я этим горжусь.

Рассмеявшись, ИскИн отстранилась от покрасневшего офицера и, покачивая бедрами направилась к выходу из рубки. Уже открыв дверной шлюз, она остановилась и, обернувшись, произнесла:

— У людей тоже бывают протезы, но они не перестают от этого быть людьми. Считайте, что я человек, с протезом тела, Закери.

Покинув пилота, ИскИн направилась в инженерный отсек. Немезида, после обретения тела, была вынуждена всерьёз заняться составлением протоколов управления платформой, поскольку порой не могла дозировать применяемую силы в виду сложности расчетов. Ведь, кибернетический организм, в отличии от живого, не ощущает напряжения. Для ускорения процесса, ИИ даже стала часть работ выполнять не только с помощью уже переданных ей дроидов, но и своими руками, ускоряя адаптацию и собирая статистику для создаваемых протоколов.

Помимо прочего, ИскИн очень хотела освоить ручное оружие людей. Если управление корабельными системами для неё проблем не составляло, то бластеры и плазменные винтовки вызывали вопросы. Немезида попросту имела лишь теоретическое представление об их использовании. Это турели всех мастей всегда сопровождались библиотеками со статистикой и сопроводительными инструкциями по адаптации оборудования под каждый конкретный тип кораблей и условия эксплуатации. Ручное же вооружение требовало именно личного опыта. ИИ же предполагала, что рано или поздно ей придется принять участие в боевых действиях, а, значит, требуется быть готовой к такому развитию событий.

* * *

Прибыв на Нова-Терра, Скотт и Вейло отправились в центр переподготовки СВР. Именно туда их отправил майор Разумовский, в последний момент решивший изменить план действий. В принципе, Лейтенант был не против проветриться, но… Нутро офицера подсказывало, что оставлять «Варяг» на одних только «летунов» в лице Берроуз и Вайскеза — не самое мудрое решение. Они, конечно, кадры ещё те и способны «дать жару», но не профессионалы в области убийства ближнего, дальнего и совсем уж отдаленного. Их работа — управлять кораблем, взламывать чужие сети и воевать в космосе. А вот на твердой земле и коридорах станций действовать должны именно десантники. Потому душу офицера грызли сомнения и опасения по поводу правильности своего решения.

Впрочем, отправлять за пополнением одного лишь Вейло тоже было не к месту, как и лететь самому. В армии принято, чтобы офицер сам встречал новичков. Причем, не один, а со своим сержантом, если таковой жив и в строю. СВР не армия, но кадры-то привыкли к иным порядкам, нежели установлены во Внешней Разведке. Вот и пришлось отправиться в столицу, нюхать дождь, дерьмовый воздух и ожидать выстрела в спину.

С одной стороны, после того как в СИБ начались аресты, угроза должна была серьёзно уменьшиться, но… Чертово «но», которое никогда не уходит и всегда висит Дамокловым мечом над любой ситуацией. В имперской безопасности ещё могут оставаться те, кого попросту не успели уволочь в камеру или не выявили. Именно такие люди и могут отдать приказ или пойти с винтовкой сами. Им уже нечего терять. Рано или поздно УСБ сможет выйти на них, так почему бы не поквитаться с «виновниками»?

Встряхнув головой, Скотт попытался выкинуть из головы дурные мысли.

В космопорту, на удивление, не было толкучки. Почти безлюдные залы с молчаливо ожидающими свой рейс людьми, расположившимися на многочисленных диванчиках, показались чем-то нереальным. Обычно в центральном транспортом узле системы невозможно протолкнуться от улетающих и прибывающих, а тут — тишина и почти запустение.

Из-за этого гулкие удары подошв армейских ботинок о мраморный пол казались лейтенанту оглушительными. Они привлекали к Скотту и Вейло внимание окружающих, выныривающих из расслабленной дремы. Чужие взгляды, направленные на него, вызывали у лейтенанта ощущение, будто бы вокруг враги, что уже прикидывают как сподручнее пристрелить его.

На выходе из здания проверка оказалась формальной. У мужчин попросту посмотрель на данные в командировочных листах и, даже не проверяя в базе данных, пропустили. То ли всё дело в ночном прилете, то ли в том, что у бойцов Варнера был «зеленый коридор», но это несказанно обрадовало Скотта. Стоять в ожидании ответа на запрос — не самое приятное дело.

Оказавшись на улице, оба мужчины увидели стоящий перед выходом кар с небольшим изображением герба СВР. Вокруг него не было ни такси, ни общественного транспорта. Впрочем, людей на улице тоже не наблюдалось — лишь всё не прекращающийся ливень, уже начавший раздражать Скотта.

Оглядевший, подчинённый Варнера вышел из под навес и направился к искомому кару. Почти сразу из недр черного транспорта показался человек в длинном светлом плаще.

— Лейтенант Скотт и сержант Вейло? — спросил вышедший из машины мужчина в штатском.

— В точку, парень, — кивнул офицер.

Сам лейтенант, как и его спутник, были в военной форме без знаков различия и войсковой принадлежности. Собственно, в Империи так ходят очень многие люди, особенно, отставники, что вернулись на гражданку и ещё не обзавелись обычной повседневной одеждой.

— У меня приказ — доставить вас в центр переподготовки СВР.

— Так поехали, — фыркнул Скотт.

— Садитесь, — махнул рукой на кар мужчина.

«Какой-то он странный, подумал лейтенант, идя к пассажирской двери, — Или это я уже отвык от уставщины за эти месяцы?»

После «Джефф-2», когда выяснилось, что их в родном подразделении списали в «груз двести» ещё до реальной смерти, да ещё и похоронки отправили родне, Скотт и его подчиненные оказались в подвешенном состоянии, из которого их выдернул Разумовский. Майор помог с восстановлением документов, не забыв сделать предложение, ответ на который может быть только один. С этого и началась карьера бывших десантников во внешней разведке Империи. Впрочем, назвать прошедшие месяцы чем-то выдающимся, язык бы не повернулся… До прилета в столицу. Тут тишина и покой, наступившие в жизни мужчин после «Джефф-2» сменились натуральной схваткой насмерть со спецназом СИБ. Причем, к своему удовольствию, Скотт потом узнал, что им удалось прикончить аж тридцать четыре боевика безопасников. По большому счету, втроем.

«А говорят — спецназ-спецназ, — мысленно передразнил некоторых бывших сослуживцев Скотт, — Десант круче, хоть и бывший!»

Омрачало финал того боя лишь одно — смерть Фирса.

Капрала Скотт уважал и ценил. Матерый, опытный боец, прошедший за свою долгую жить очень многое. Профессионал, отличающийся острым и гибким умом, отличнейшими навыками… Продолжать можно было бы очень долго. Однако, жизнь капрала оборвалась в плазменном взрыве, не оставив от него и горстки пепла. Годы совместной службы сделали офицера и его бойца если не друзьями, то хорошими приятелями, привыкшими поддерживать друг друга не только по службе, но и просто морально. Теперь же, когда Фирса не стало, Скотт периодически ловил себя на мысли, о том, что бы сказал, сделал или как бы прокомментировал всё происходящее его погибший товарищ.

Потери не проходят бесследно. Смерть не просто отнимает человека, оставляя на его месте глухую, колющую сердце, пустоту и тоску. Она покрывает душу шрамами. Незримыми, незаметными для окружающих, но очень болезненными.

Лейтенант за годы службы потерял много друзей и коллег. Кто-то, как Фирс, был с ним близок, кто-то — относился к числу отдаленных знакомых… Но с каждой смертью сердце Скотта становилось всё более холодным, черствело и замирало на миг, чтобы продолжить биться куда медленнее. Офицер подозревал, что рано или поздно он сойдет с ума, превратившись в бездушную машину для убийства. Это пугало его, заставляя как можно чаще анализировать свои суждения, слова и поступки.

— Скотт, — толкнул в бок командира Вейло, — Проснись. Мы подлетаем.

Благодарно кивнув сержанту, лейтенант посмотрел в окно, покрытое быстро стекающими каплями дождя. Машина подлетала к громадному зданию в виде пирамиды со срезанной вершиной, на месте которой находилось несколько десятков посадочных платформ. На некоторых стояли легкие звездолеты, нулевой и первой категорий, на других — кары разных видов, а на третьих — пассажирские и грузовые платформы.

— Неплохо они тут устроили, — покачал головой офицер.

— Как сказать, — фыркнул Вейло, — Да и на наше пополнение глянем… Больно мало нам майор людей выделил… Отделение…

— Видимо, у него больше нет, — усмехнулся Скотт, — Или боятся… Уж очень своеобразная репутация получается в нашего командира… Корабль потерял, команда погибла, потом мы тут повеселились…

— Как глянуть… Учитывая ситуацию, он везучий сучий потрох, — хмыкнул Данмер, — Выжить во всем этом дерьме, да ещё и умудриться себе девицу оторвать…

Тот факт, что Берроуз изначально не была в составе команды «Ночного полета» десантники поняли давно. Да и не сложить два и два, увидев как она утром выходила с помятым видом из его комнаты, было бы совсем глупостью. А в десанте дураков не водится — не выживают.

Кар приземлился в центре посадочной площадки, расположенной у одного из множества лифтов. Потому долго идти под дождем Скотту и Вейло не пришлось. Они, в отличии от многих, «зонтиком» не пользовались, прекрасно зная что бывает, если при включенном полет такого типа сдетанирует эми-граната. Фарш вместо человека. Потому мужчины предпочитали мокнуть, но быть живыми.

Спустившись на четыреста седьмой этаж, бойцы вышли в холл. Здесь они казались чем-то чужеродным и лишним. На фоне людей в достаточно дорогих деловых костюмах и оперативников в городском камуфляже, их черная форма выглядела… неуместной. Впрочем, что Вейло, что его командир, на такие вещи плевать хотели. Сейчас их обоих занимал другой вопрос — где дежурный?

За стойкой возле лифта оказалось пусто, а ходить по этажу в поисках нужного человека лейтенант считал ниже своего достоинства. Тем более, что это может затянуться, а уж про возможность разминуться и говорить не стоило.

— Лейтенант Скотт? — раздался из коридора, выходящего в холл, женский голос.

— Он самый, — повернулся офицер, ища глазами говорившую.

Ею оказалась мускулистая дама неопределенного возраста с забранными в хвост светло-русыми волосами. Офицерская форма облегала мужеподобную фигуру, демонстрируя далеко не женскую мускулатуру рук и ног, а мозолистые ладони, что было заметно издали, намекали, что это не чья-то любовница или штабистка, а человек матерый, привыкший работать в поле.

— Капитан Уайдер, — представилась женщина, — Я временно курирую вопрос кадровой политики по родианскому направлению СВР.

— Приятно познакомиться, капитан, — произнёс Скотт, пожав твердую что камень ладонь женщины, — Полагаю, что вы уже вызвали наших новичков?

— Да, они уже ждут вас, — кивнула Уайдер, — Следуйте за мной, лейтенант.

Идя вслед за капитаном, Скотт мысленно хмыкнул, оценив её фигуру. Женщина либо сапер, либо работает с чем-то тяжелым. Современная боевая броня, за счет искусственных мышц, позволяет мужчинам и женщинам действовать на поле боя почти на равных. Разница остается лишь в психологии. И, увы, но тут решить кто выделяется очень сложно. Что мужчины, что женщины, решившие связать свою жизнь с армией и войной, явно отличаются от нормы. Во всяком случае, назвать таковых психически здоровыми у самого лейтенанта язык бы не повернулся. И это он судил по себе, будучи вполне вменяемым.

Впрочем, офицеру попадались достаточно специфичные личности. Среди них были и откровенные маньяки, решившие пойти на службу не ради солидной зарплаты или из-за проблем в жизни, а просто потому, что им очень хотелось убивать безнаказанно. И простой охоты уже не хватало, а ВКС позволяло утолить жажду крови.

«Таким был и Фирс, — вдруг подумалось Скотту, — Он сам говорил и не раз, что кроме возможности убить, трахнуть красивую девицу и напиться, больше ничего не хочет в жизни. Капрал утверждал, что армия стала его домом просто потому, что больше ни где его дикий нрав и наклонности не могли раскрыться и не завести в тюрьму.»

— Вот и ваши новые подчинённые, лейтенант, — произнесла Уайдер, когда они вошли в одну из многочисленных комнат ожидания, — Прошу, — протянула женщина планшет с личными делами.

Посмотрев на двух мужчин и одну женщину, Скотт удивленно покосился на Уайдер.

— И это всё?

— Увы, — кивнула та, — Большего не ждите.

— Но мне сказали, что будет отделение, а не…

— Это неполное отделение, лейтенант Скотт, — вздохнула капитан, — Рядовой Уильямс сейчас в госпитале. После того, как он закончит лечение, то сразу же поступит в ваше распоряжение.

Покачав головой, Скотт взял планшет и спросил:

— Кхм… Допустим… А снабжение?

— Все вопросы к интенданту, — ответила Уайдер, — Я за это не отвечаю.

— Хорошо, я вас понял, — согласился Скотт, мрачнея на глазах.

Чутье подсказывало, что хоть СВР и серьёзная организация, но снабженцы такие же засранцы, как и в армии.

— Тогда я оставлю вас. Удачной службы.

Посмотрев на вставших со своих мест людей в армейской форме без знаков отличия, лейтенант махнул рукой, давая знак расслабиться и произнёс:

— Для начала, я ознакомлюсь с вашими личными делами, уж извините, а потом уже будем общаться…

Спустя полчаса, глядя на своих новых подчинённых, Скотт задумчиво чесал подбородок. Мало. Очень мало. Всего трое, в то время как на «Варяг» надо ещё шестерых, если посчитать их с Вейло и новичков. Не дело, когда пилоты, связисты и командир экипажа идут в бой вместо десантной группы.

Лейла Бар. Капрал десантных войск. Военная специальность — снайпер. Черная форма, хоть и свободно сидящая на девушек, позволяла заметить на удивление стройную женственную фигуру, заставив лейтенанта мысленно хмыкнуть. Темно-русые вьющиеся, не по уставу длинные, волосы сейчас были распущены. В целом, внешность капрала больше подошла бы офисной секретарше, нежели снайперу… Если бы не два серьёзных нюанса.

Во-первых, левый глаз девушки был кибернетическим. Причем, не гражданским, полностью копирующим естественный, а военным, позволяющим подключаться в прицельным системам оружия и даже компьютерным дисплеям. Его красный «зрачок» вызвал у лейтенанта ассоциацию с прицельным лазером снайперской винтовки.

Во-вторых, левая кисть капрала Бар тоже была искусственной, кибернетической. Покрашенная в пятнистую «цифру», она выглядела весьма жутко, поскольку ни капли изящества в ней не было — угловатые металлические пластины покрытия запястья, переходили в тонкие пальцы, подходяще скорее хирургическому роботу. Каждый из них заканчивался длинным треугольным загнутым когтем, похожим на кошачий.

Однако, Скотт не обольщался. Ему уже доводилось видеть вот таких вот «утонченно-изящных» девиц, способных свернуть иному бугаю не только шею, но и все остальные кости, расположив их в произвольном порядке.

Уильям Джер и Вильгельм Крюфт тоже не выглядели такими уж образчиками десантуры, если говорить об их фигурах и росте. Худощавые парни, смахивающие по конституции на марафонцев, а не штурмовиков. Да и лица обоих выглядели подозрительно добродушными. Жизненный опыт лейтенанта тут же подкинул из памяти образ одного сослуживца, что выглядел точно так же. Первоначально остальные бойцы взвода считали его едва ли не смертников, который не выдержит тяжестей войны. Как оказалось, они очень ошибались. Именно этот парень лучше прочих справлялся с тем дерьмом, в которое их бросило командование. Не кряхтел и не стонал, не клял офицеров и штаб, а лишь действовал, стиснув зубы. Поджарый, словно бы живущий в природе хищник, он поражал своей выносливостью упорностью.

Теперь же Скотт смотрел на очень похожих с тем парнем бойцов. И если они, хотя бы на половину такие же, то группе очень сильно повезло.

Однако, парни тоже были далеко не простыми. Вильгельм щеголял кибернизированным шейным воротником, уходящим куда-то под форменный комбез. У нижней челюсти эта конструкция становилась шире, а на её внешних краях имелись незнакомые офицеру индикаторы и порты для подключения электроники. Уильям же выделялся совсем уж капитально. Нижняя челюсть парня оказалась металлической, переходящей в нащечные пластины и соединялась с кибер-протезом кадыка, от которого шли бронированные элементы уже на заднюю часть шея. Вся эта конструкция тоже уходила куда-то под форму.

Все трое оперативников были не юнцами. Каждому из них перевалило за сотню, но благодаря генетике и омолаживающим процедурам, проводимым для военных по квотам от Министерства Обороны, они могли служить и дальше, обретя вторую молодость. Протезы же они получили в результате ранений. Уж почему врачи не вырастили им утерянные части тел в инкубаторах — большой вопрос. Однако, и кибернетическая замена оказалась достаточной для того, чтобы эти десантники продолжили службу.

И всё бы ничего, но… Нужен сапер. Нужен боец с тяжелым вооружением. Нужен… Да просто необходимо сформировать нормальный взвод, а не собирать подразделение из того, что удалось найти.

— Приветствую, дама и господа, — мрачно произнёс офицер, оглядывая новых подчиненных, — Я — лейтенант Генрих Скотт. Командир десантного подразделения корабля «Варяг». Командир экипажа и всех нас — капитан Алекс Варнер. Это, — кивок на Данмера, — Сержант Вейло. Добро пожаловать к нам, смертники…

Новенькие переглянулись.

— Смертники?

Глава 9

Сделав очередной глоток кофе, я тяжело вздохнул. Позади было уже около семи часов кропотливой работы, а впереди — ещё неизвестно сколько. Что странно, майор не желал перевозить в управление документы, предпочитая изучать их на месте. По его словам, порой тайники находятся только после вдумчивого анализа найденных «бумаг». Для меня же это выглядело странным. Впрочем, влезать со своим мнением я не собирался. Сейчас тут главный Разумовский и ему все карты в руки. Тем более, что он старший по званию и обладает даже формальным правом командовать. К тому же, следственные мероприятия — не моя стезя. В этом я «плаваю», словно корова в космосе.

«К слову, а зачем Разумовский решил подтянуть меня к следственной работе? — в очередной раз пришел на ум вопрос, который я не рисковал задать майору, — Не ради своего развлечения или повышения моей квалификации же? Разумовский не тот человек, что станет делать что-то просто так. Все его поступки преследуют некую цель… Или несколько целей.»

Бросив взгляд на майора, тоже изучающего содержимое очередного документа, я мысленно хмыкнул. Холеный офицер, отличающийся от обычных штабников разве что подходом и мерой ответственности. В отличии от армейских офицеров, Разумовского за «ошибки» ждет высшая мера — расстрел. Никаких увольнений, тюрем… Только смерть. И, ведь, он свою службу любит. Это видно по тому как действует майор, как старательно и кропотливо создает команды у своих подчинённых, выбивает им снабжение и кадры, обеспечивает документами и правильно распределяет работу… Разумовский действительно служит, а не просто выполняет обязанности «от точки до точки».

— Что там нашли ИИ? — спросил я, откладывая очередную стопку пластиковых листов, на которые уже не мог смотреть без содрогания.

В планшете же уже имелся целый список выписок, которые дроид-помощник использовал для поиска по найденным в электронном виде документам. Фактически, мы с Разумовским вдумчиво изучали найденные материальные носители, а ИскИны — электронные.

— Пока ничего, — покачал головой майор, задумчиво оглядываясь.

Взгляд офицера прошел по дубовой мебели кабинета, словно бы в поисках незримых зацепок. Увы, но пока их не было. Финансовые махинации, неуплата налогов, договоренности с представителями добывающих и производственных компаний и концернов, контрабанда предметов роскоши и знакомства в криминальном мире… Всё это уже вылезло из всех щелей в документах и личных архивах Темирязева, но… Пока, подозрения о связях поляка с алиенами не подтверждались.

— Может, он сам и не имел нужных контактов, — пожал я плечами, — Зато кто-то за его спиной — да. И отдавал сенатору указания. Устно, например. И не здесь, а в их родном секторе.

Хмыкнув, Разумовский встал из кресла, и, пройдясь вдоль книжных шкафов, произнёс:

— Такого варианта исключать нельзя, но… сенатор в секторе Посполитый не появлялся больше семи лет… Нет, если он и вел с кем-то беседы, то здесь, в столице.

— Значит, будем проверять список его контактов, — пожал я плечами. Особенно тех, с кем общался редко, но так, чтобы не привлекать к ним внимания.

— Таких выявить будет сложно.

— Хм… II-23-10-UT, — повернулся я к дроиду помощнику, — Выведи список контактов из телефонной книжки и личных записей Темирязева.

Машина несколько мгновений стояла неподвижно, а потом перед нами появилось два списка. Что интересно, второй был куда короче.

— Вывести в отдельное изображение те контакты, которые не совпадают.

Несколько мгновений, и перед нами появился третий список. Пять фамилий, рядом с каждой из которых умный ИИ выводил краткое пояснение из материалов, найденных в базах данных МВД и юстиции. Сенаторы от секторов Нова, Лира и Перемей, а так же два совершенно неизвестных человека, не имеющих отношения к политике, промышленности, банкам и грузоперевозкам… О них сведений ИскИн не нашел.

— Вот это уже интересно, — подошел ближе Разумовский, — Произвести поиск.

— Поиск произведен. Данные личности не обнаружены, — ответил дроид, — Предположительно, допущены ошибки в написании Фамилий или имен. Поиск по возможным вариациям результатов так же не дал.

— Провести сопоставление архива контроля положения планшета в пространстве с периодами встреч с этими людьми, — приказал машине уже я, понимая, что мы таки нашли какой-то след, — Сравнить с перемещениями сенатора в прочие периоды. Выделить отличия.

Возможно, он и ложный, но это лучше, чем вообще ничего.

Дроид молчал очень долго, что при возможностях современных компьютеров было подозрительным. Мы уже даже думали, что он попросту «завис» или нарвался на компьютерный вирус, но машина на наши вопросы реагировала и пояснила, что ведет сбор информации и её анализ.

— Что-то это странно, капитан, — покачал головой Разумовский, закурив, — Неожиданно много перемещений для сенатора из далеко не самого важного и богатого сектора Империи.

— Либо, мы чего-то не знаем, — пожал я плечами, беря предложенную сигарет, — Да и целый флот у них же не из воздуха взялся.

— Не лишено логики… Но… Всё равно… — покачал головой майор, — Продаться алиенам. И ради чего? Мифическая независимость? Стоит исчезнуть Империи, как вчерашние помощники и друзья их вырежут. Ведь, свободными поляки будут нужны ровно до тех пор, пока требуется ослаблять Человечество в целом, заставлять растрачивать ресурсы на внутренние проблемы…

— Видимо, алчность, апломб и жажда нагадить всем им взор затмили, — вздохнул я, тоже встав.

От многочасового сидения на одном месте, мышцы стали затекать, а шея ныть. Всё же, пилотские кресла в этом плане куда удобнее. Более продуманные и приспособленные к долгим вахтам и дежурствам, а не кратковременному сидению в кабинете с сигарой и коньяком.

— Анализ завершен, — ответил ИИ спустя десять минут, — С Амелией Бергауз сенатор Гнелий Темирязев имел встречи в гостинице «Королевский тракт». Происходили они раз в месяц. Амелия Бергауз в базах данных сектора Нова отсутствует, поскольку проживает в секторе Посполитый. В искомом секторе по ней найдены ИНН, страховое свидетельство, пенсионное свидетельство, регистрационные данные. Их анализ показывает, что эти документы являются специально созданными по инициативе уполномоченных лиц из СИБ, поскольку в логах баз данных материалы по Амелии Бергауз созданы одного и того же числа с разницей не более чем в пять-семь минут.

— Изображение Бергауз, — подозрительно тихим голосом произнёс Разумовский, остановившись перед дроидом.

— Вы её знаете? — поинтересовался я.

— Смешно, Варнер, — усмехнулся офицер, — Но да. Это проститутка из… Черт!

— Майор!

Разумовский стоял побледневшим лицом, наставив пистолет на изображение. Расширившиеся до предела зрачки говорили, что мужчина попросту в шоке.

— Майор, — подошел я к нему и положил руку на плечо, — Успокойтесь.

— Черт… выдохнул тот, опуская бластер, — Но… Как?

— Поясните.

— Около семнадцати лет назад было дело. Ловили женщину, которая передавала из КБ данные по конструкции одного из разрабатываемых в тот период орудий для главного калибра крейсеров, — покачал головой офицер, — Звали её Верна Соррис. Нам так и не удалось её взять. Кар в котором эта сука пыталась удрать, подбили и он взорвался прямо в воздухе. Тело нашли. Генетическая экспертиза показала, что это она. Труп проверяли очень качественно, чтобы удостовериться… Всегда, ведь, можно организовать клона и оставить его тело вместо себя…

— Это она? — посмотрел я на голограмму высокой мускулистой брюнетки с тяжелым взглядом карих глаз.

— Очень похожа, — кивнул майор, — Хотя, имя… Так звали одну проститутку, которая работала на моего предшественника, собирая компромат и кое-какую информацию. Она обслуживала офицеров родианского флота в столичном секторе. Поганцы умудрились каким-то образом её вычислить и попросту пристрелили…

— Занятно, — покачал я головой, — II-23-10-UT, покажи место положения её планшета.

Дроид несколько минут молчал, после чего выдал печальный ответ:

— Данные об устройствах зарегистрированных на это имя отсутствуют.

— Что ж, — вздохнул я, — Остается проверить второго человека.

Отдав ИИ нужные команды уже списком, дабы не тратить время на излишние разговоры, мы принялись ждать. Разумовский закурил, предложив мне сигарету. Я предпочел отказаться. Во рту уже было горько от табачного дыма, а слюна стала вязкой с мерзким привкусом. Вторая пачка на двоих — не самое мудро решение. Сам же майор, судя по всему, был в состоянии курить не останавливаясь сутками.

В этот раз результаты появились ещё позже.

— Артемий Войцеховский. В базах данных Империи отсутствует по всем секторам. На территорию страны законными путями не въезжал. В период общения с ним, сенатор Темиязев посещал закрытый корпус производственного комплекса «Вирджин Индастриз». Точные данные…

Переглянувшись с Разумовским, мы синхронно кивнули. Темирязев встречался либо с Бергауз, либо с Войцеховским. Оба — темные лошадки. Но если Бергауз в базах ещё есть, то Артемий — совсем нелегал. Либо он родился за пределами Империи, например, в Родии, что весьма вероятно. Ведь, Республика давно вела ситуацию к разрыву отношений с Человечеством. Для того, чтобы облегчить процесс обретения «независимости» они вполне могли начать работу с поляками, желающими отделиться. Если бы восстание внутри страны и проблемы с Родией произошли одновременно, то Империи пришлось бы очень не сладко.

— Теперь вы понимаете скольким людям и нелюдям умудрились наступить на больную мозоль, капитан? — поинтересовался Разумовский, разъяснив мне политический и стратегический расклад, — Радуйтесь, что вы вовремя сбежали и молитесь на вашу Немезиду. Она тогда спасла не только лично вашу задницу, но и всю страну от серьёзнейших проблем.

— Спасибо, что не упустили возможности напомнить, — фыркнул я, — Но лучыше скажите что мы будем делать сейчас?

— Связывайтесь с МВД, — усмехнулся майор, закуривая очередную сигарету, — Прямо тут составляйте документы на подачу обоих этих кадров в имперский розыск, а я их завизирую. Дальше… Как наша доблестная полиция расшевелится и найдет их. А мы с вами побываем в этой гостинице… «Королевский тракт».

— Уж не поляки ли её владельцы? — фыркнул я, — Название уж больно напоминает Польшу с Краковым и дорогой — Королевский Тракт…

— Они самые, — кивнул майор, проверяя что-то в планшете, — Ян Пашецкий — владелец. По наследству. Сие заведение существует уже пятый век к ряду и никогда не меняло владельцев, кроме как случаев смерти хозяев и перехода прав собственности их детям… Налоги они платят исправно, противоправной деятельности и незаконной проституции там не выявлено, нарушений СНиПов и по санитарно-эпидемиологическим нормам тоже… На первый взгляд, не прикопаешься…

— Полагаю, что нужно связаться со Скоттом, — хмыкнул я, — И уже с ним отправляться туда. Не хочу нарваться на перестрелку в пиджаке и без силовой поддержки.

— Звоните, — махнул рукой майор, — Это здравая мысль… А я пока организую разрешение на обыск и изъятие записей видео камер.

Открыв в планшете список контактов, я нашел лейтенанта и отправил запрос на соединение. Спустя несколько мгновений над аппаратом уже появилась голограмма Скотта.

— Доброго дня, капитан, — поздоровался мужчина, — Я только что закончил знакомиться с новичками.

— Это очень хорошо, — кивнул я, — Мне как раз нужна силовая поддержка. Формально, боев не ожидается, но… Лучше подстраховаться.

— Эм… У нас проблема. Снабженцы меня послали глубоко и качественно. Говорят, что это наша проблема — найти снаряжение, оружие и боезапас.

— Вот же… — вздохнул я, покосившись на майора, — Совсем дерьмово?

— Нам выдали только планетарные бронежилеты, каски и легкое вооружение — плазменные карабины и пистолеты «Коготь», — скривился лейтенант, — Тяжелую броню и гранаты отказались давать.

— Уже что-то, — облегченно выдохнул я, уже было представивший как приходится экстренно покупать всё оснащение едва ли не за свой счет.

Майор, конечно, в СВР имеет авторитет, но выше своих полномочий не прыгнет. А выбить в любой организации дополнительное финансирование — всегда проблема. Даже если это внешняя разведка.

— Ну, для пары-тройки перестрелок сойдет, но только если нам не придется опять со спецназом воевать, — покачал головой лейтенант, — А про зверушек с «Джефф-2» лучше не думать.

— Вот что, Скотт, — хмыкнул я, проверив карту города и схему расположения нашего объекта интереса, — Направляйтесь к гостинице «Королевский тракт» и ждите на общественной парковке номер сто семь. Это в семидесяти метрах от сего заведения.

— Задача? — сразу сменил тон офицер, подтянувшись.

— Будете нас сопровождать при проведении оперативно-следственных мероприятий и обыска, — усмехнулся я, — Отправляйтесь.

— Есть! — оскалился Скотт, отключаясь.

— Хорошая у вас команда, Варнер, — задумчиво произнёс Разумовский, — Прямо как под вас собранная. Отморозки, психи и анархисты. Глядя на них, на ум приходят старые фильмы про морских пиратов, а не регулярный флот, капитан.

— Намекаете на новый виток карьеры?

— Скорее напоминаю про каперский патент, — хмыкнул майор, что-то вспомнив, — Учитывая, что не всё время вы будете на приколе, а потом вывозить будущих сотрудников… Некоторые способы сбора информации требуют замарать руки, капитан.

— Это грустно, — ответил я, направляясь к выходу из кабинет, — Полагаю, что ордер мы получили?

— Верно мыслите, Алекс, — кивнул майор, — Но не торопитесь. Вашим людям лететь четыре часа, а нам только тридцать минут. Покурите. Думаю, нам стоит обдумать некоторые вопросы, да и продолжить анализ… этого… — скривившись, кивнул на стопки документов Разумовский.

Бросив взгляд туда же, я не удержался от тяжелого вздоха. Идти в бой, всё же, проще и привычнее, чем тратить часы на то, чтобы найти в тысячах строк текста крохи важной информации. Майор, заметив мой вздох, понимающе усмехнулся:

— Ничего, капитан, привыкните. Не всё вам геройствовать с бластером наперевес и красивой девицей на шее. Надо и рутиной заниматься, дабы ваши… хм… подвиги имели конечный результат и смысл, а не оказывались просто дешевыми авантюрами, заканчивающимися тюремной камерой.

Спорить с этим не было ни желания, ни смысла. Тут Разумовский прав со всех сторон. Да и быть просто боевиком, размахивающим бластером и подставляющимся под чужие выстрелы, мне совершенно не хочется. Потому, вновь усевшись в кресло, я взял в руки очередной лист и принялся вдумчиво изучать его содержимое.

* * *

В кабинете Алекса Орлова, капитана управления собственной безопасности СВР, находились он сам, оперативник охранной службы, Берроуз и Немезида. Табачный дым и запах растворимого кофе, пропитавшие это место, заставляли Наталью морщиться. Она подобные вещи не любила. Впрочем, на выражение лица лейтенанта никто внимания не обращал. Взгляды присутствующих были направлена на замершую голограмму, на которой был запечатлен момент взрыва киборга-диверсанта.

Хозяин кабинета выглядел уставшим. Болезненно бледное лицо, темные крги под глазами и полопавшиеся капиляры сосудов в них, намекали на очень тяжелые сутки, прошедшие после перестрелки и взрыва. Он выкуривал одну сигарету за другой, из-за чего черная керамическая пепельница с надписью «Captain Morgan» была полна окурков, которые уже почти не помещались в ней. Кофе в большой кружке, стоящей рядом с ней, давно остыл.

Судя по всему, не только экипаж «Варяга» постоянно допекал капитана своими вопросами и официальными запросами, но и руководство, готовое найти крайнего. Отвечать за диверсию и взрыв на стратегически важном объекте кому-то надо. По всей видимости, Орлов быть крайним не хотел, из-за чего старательно искал виноватых где угодно, лишь бы не среди своих подчиненных.

— Что значит — ничего не осталось? — возмутилась Берроуз, — Не могло же погибнуть вообще всё? Это машина, а не человек, от которого плазма даже пепла не оставит…

— Учитывая произошедший взрыв и его мощность… Очень сложно было даже лестничную конструкцию восстановить, — устало покачал головой следователь УСБ, — Основная структура киборга была уничтожена полностью, из-за чего мы не можем ничего сказать ни о начинке, ни о конструкции… Блоки памяти и нейро-процессор тоже утеряны, как вы понимаете… Их испарило, если вы не поняли. То ли температура плазмы взрыва была выше той, что в наших боеприпасах, толи материал изначально использовался такой, чтобы при самоуничтожении не оставить следов… Ни я, ни сотрудники экспертной лаборатории сказать вам не можем.

— Плохо, — произнесла Немезида, покачав головой, — Получается, что у нас нет вообще никаких доказательств, кроме записей с камер наблюдения.

— Не совсем, — усмехнулся капитан Орлов, закурив новую сигарету, — Рука. Её отстрелил оперативник до взрыва и когда произошла сработка системы самоуничтожения, эту дрянь отнесло в сторону. Нам едва удалось найти её.

— Так… И что? Получилось определить кто производитель? Модель и производственную серию? — мгновенно подобралась Наталья.

Немезида же лишь молча ожидала что скажет Орлов. ИскИн уже поняла, что с капитана и его сотрудников толку не будет. Это не полноценная научная база, а просто охрана с расширенными полномочиями и обязанностями. Ожидать выдающихся результатов от них глупо и наивно.

Некоторое время капитан молча курил, словно бы собираясь с мыслями или принимая какое-то решение, а затем, сделав глоток остывшего кофе, скривился и фыркнул. Подняв взгляд на своих посетителей, мужчина вновь задержал его на груди Немезиды, своим размером превосходящую такое же достояние у Натальи, а затем произнёс:

— Увы, но никаких серийных номеров на деталях не было, — покачал головой офицер, туша докуренную сигарету и выдыхая новую порцию густого табачного дыма, — Скажу вам больше, ни конструкция, ни использованные материалы, нам совершенно не знакомы. По сути, этот киборг похож с нашими только принципиально. В остальном… Его произвели за пределами пространства «Триады». Ни в Стигии, ни в Родии нет подобных технологий и сплавов. Как и у нас.

— Капитан, — обратилась к нему Немезида, — Вам ещё нужна эта конечность?

Посмотрев на ИскИна, Орлов перевел взгляд на Берроуз.

— Она полноценный член экипажа, капитан, — пожала плечами девушка.

— Формально — нет. Но я обязан передать её в научно-аналитическое подразделение, — произнёс офицер, обдумав вопрос Немезиды.

— Возможно задержать передачу на несколько дней? — поинтересовалась ИскИн, — Я хочу произвести комплексное сканирование и анализ конструкции и материалов этого диверсанта.

— Только если на то будет санкция руководства, — задумчиво ответил Орлов, — Сам я такие решения принимать не могу — у меня просто нет полномочий… Либо, вы можете поработать с этим вещдоком у нас. Всё же, по регламенту, я не могу передавать его третьим лицам или выносить за пределы лаборатории, но об ограничении доступа к нему потерпевших речи нет. Формально, вы потерпевшие.

— Хорошо, — кивнула Немезида, — Когда я смогу получить доступ к этой конечности?

— Хоть сейчас, но только в моём присутствии, — произнёс капитан, а затем поспешно добавил, — И в присутствии охраны.

«Как же они боятся Немезиду, — мысленно фыркнула Берроуз, глядя на Орлова, который в первые часы общения пытался строить ей глазки, но потом бросил это дело, — И это ещё не знаю, что она без ограничителей… Смешно.»

Впрочем, сама девушка Немезиду тоже опасалась. Не так сильно, как Орлов, но присутствие рядом боевого киборга с полностью свободным ИИ, лишенным любых ограничений, серьёзно нервировало. Причем, первое время Наталья не особенно обращала внимание на нового члена экипажа, пока не застала на мостике корабля сцену общения Вайскеза с Немезидой. Удивительно, но именно тот разговор заставил девушку всерьёз задуматься об угрозе со стороны любимицы Варнера.

ИИ продемонстрировала не только выдающиеся навыки и знания, но и характер. Весьма тяжелый и стервозный. К этому добавлялся черный юмор и полное отсутствие любых «тормозов» в поведении. Немезида едва ли не преследовала Закери, допекая его очередными шуточками и подколками.

Впрочем, кое в чем Наталья с ИИ была согласна. Зак и сам порой переходил черту в своих шутках и высказываниях, из-за чего не раз и не два девушке хотелось отрезать ему язык или прострелить колено. Потому, наблюдая за тем, как ИскИн морально издевается над парнем, Берроуз была готова пожать ей руку. Правда, вслух Наталья в этом не призналась бы никому, включая Алекса.

— Тогда, почему бы и не сейчас? — спросила Немезида, поднимаясь со стула, — Зачем терять время?

— И действительно, — кивнул мужчина, — Тогда. идем в лабораторию.

Несмотря на страх, взгляд офицера всё равно падал на содержимое наполовину расстегнутого комбинезона, а когда ИИ направилась к выходу, на формы ниже пояса. И тот факт, что перед ним киборг-диверсант с ИскИном мужчину в этим мгновения не сильно останавливал.

«Мда… И в этому все мужчины, — мысленно фыркнула Берроуз, — Даже если страшно, пялиться на грудь и задницу всё равно будут. И плевать, что они металлические!»

Покинув кабинет следователя, они направились к лифту. Сам капитан соизволил пояснить:

— Лаборатория находится двумя уровнями выше. Там подобные вещи изучают для составления оперативных материалов и сопроводительных документов, если не удается разобраться самим. Персонала не сильно много… — развел руками Орлов, — Мы же не профильное следственное управление, а просто УСБ верфей. Наша задача — охрана.

— По сути, полноценно изучить технологию другой расы ваши сотрудники не могут, — покачала головой Наталья, — Тогда понятно почему такие скромные результаты.

Смутившись, капитан покосился на девушку и произнёс:

— Во всяком случае, нам удалось проверить персонал.

— Да, капитан, это достижение, — хмыкнула Берроуз, — Действительно, чего это я… Подобным надо восхищаться. Особенно, на стратегически важном объекте СВР.

Спорить с девушкой офицер не стал. Во-первых, фактически, она была права. Во-вторых, для себя капитан уже сделал вывод о том, что экипаж «Варяга» — психи и параноики. Причем, все. Вайскез всё это время наседал на инженеров и монтажников, уничтожая их нервы придирками за каждый болт и миллиметр проводов, а Берроуз умудрилась устроить стрельбу и погоню за вражеским диверсантом, являясь не десантником, а офицером связи. А уж их капитан и вовсе перешел все границы разумного, перенеся свой ИИ на диверсионную кибернетическую платформу, способную устроить на верфях настоящую бойню. Зная всё это, вступать в дебаты с лейтенантом Берроуз и её металлической подружкой желания у Орлова не появлялось в принципе.

Оказавшись на нужном этаже, капитан провел своих спутниц в помещение лаборатории, где махнул рукой на стенд с уцелевшей рукой киборга-диверсанта.

— Прошу. Изучайте.

— Спасибо, офицер Орлов, — улыбнулась Немезида, подходя к вещдоку.

ИИ положила активированный планшет на стол рядом со стендом и уставилась на неподвижную конечность робота неизвестного происхождения. Сам же Орлов принялась с интересом наблюдать за происходящим, ожидая действий ИскИна. Мужчине казалось, что происходящее — пустая трата времени. Если уж здешние эксперты не смогли ничего понять, то что может какая-то корабельная машина, хоть и с разумом?

Лицо «девушки» начало трансформироваться. Оно потеряло всю человечность, превратившись в стальную маску, которая потекла, открывая взору присутствующих металлический череп с алыми зрачками датчиков на месте глаз. Из них на конечность уничтоженного робота упал широкий красный луч сканера, принявшись двигаться от оплавленного места поражения плазмой, куда попал погибший охранник, к чуть согнутым пальцам, сейчас выглядящих металлическими, а не живыми, как было раньше.

Параллельно с процессом сканирования над планшетом сформировалась голограмма, изображающая структуру анализируемой кибер-конечности. Рядом с ней начали появляться строки текста, графики, формулы, какие-то схемы… С каждой секундой их становилось всё больше. Постепенно информация начала расслаиваться на несколько «листов», распложенных параллельно и продолжающих заполняться.

Несколько раз Немезида прикасалась к «руке» своими пальцами, тоже потерявшими человечность. В эти мгновения по ним пробегали голубые разряды, заставляя оторванную руку дергаться. Одновременно с этим на голограмме появлялись всё новые графики, а потом чертежи.

— Я закончила, — произнесла Немезида, вновь обретая человеческий облик и забирая планшет, голограмма над которым погасла.

— Узнали что-то интересное? — спросил капитан, не скрывая любопытства.

— Более чем. Я сейчас отправлю материалы на вашу почту… Если вкратце, то это диверсионный киборг, произведенный тургами. Во всяком случае, сплавы и наниты, использованные в этой конечности, производятся именно этой расой. Замеченный износ суставов позволяет сказать, что функционировала эта машина более десяти лет, если учесть известные мне характеристики материалов, — произнесла Немезида, — Полагаю, что искомый диверсант проник на территорию Империи, нашел подходящего человека и ликвидировал его, приняв облик убитого, после чего достаточно долго жил его жизнью, собирая сведения и передавая их своим создателям.

Капитан Орлов, посмотрев на конечность, заставил себя проглотить тугой комок, подкатившийся к горлу. Слова ИИ заставили его всерьёз задуматься о том, сколько ещё вот таких вот «инженеров» ходит по территории Империи. А если учесть тот факт, что «убитый» ел и пил наравне со всеми, ходит в туалет, снимал шлюх, выдыхал по утрам перегар…

— Десять лет… Сайкс работал у нас четыре года, — пробормотал Орлов.

— Доложите об этом руководству, капитан, — вздохнула Берроуз, — И как можно скорее. Похоже, что у всех нас возникли серьёзные проблемы.

— Лейтенант, — обратилась к ней Немезида, предпочитающая при посторонних соблюдать официоз, — Полагаю, что нам необходимо уведомить о ситуации капитана Варнера. Учитывая, что он отбыл для участия в оперативно-следственных мероприятиях, эта информация может оказаться полезной и важной.

* * *

Первым пунктом нашего расследования была гостиница «Королевский Тракт». Всё дело в том, что там есть камеры наблюдения и автономная система регистрации видеозаписей. Таким образом мы сможем узнать реальную внешность этой Амелии Бергауз. В базах данные, учитывая вмешательство в них СИБ, может быть что угодно, вплоть до изображения давно умерших людей.

Облицованный вишневой плиткой пол, кремовые стены и громадные хрустальные люстры с золотыми элементами, да такие же настенные светильник, щедро освещающие громадное помещение холла, встретили нас тишиной и пустотой. Впрочем, даже в крупнейших гостиница столицы в четыре часа утра почти безлюдны. Постояльцы предпочитают в это время спать.

— Доброго дня господа, — несколько удивленно произнёс администратор, встретивший нас прямо у дверей, — Чем могу помочь?

Взгляд мужчины то и дело соскальзывал с нас на десантников, с которыми мы вошли в холл. Впрочем, не удивительно. Группа вооруженных людей в армейской форме без знаков различия и принадлежности, в бронежилетах и касках, с оружием… Да ещё и обладающая достаточно колоритной внешностью… Одна капрал Бар чего стоила со своим кибернетическим глазом? Впрочем, и остальные члены отряда заставляли всерьёз задуматься и держаться в стороне от нашего отряда.

— Майор Разумовский, капитан Варнер и лейтенант Скотт, — произнёс наш командир, продемонстрировав удостоверения администратору, — С группой поддержки. Проводим оперативно следственные мероприятия. Нам нужен руководитель вашей службы безопасности и ответственный за юридическое взаимодействие с правоохранительными органами Империи.

— Хорошо, я их вызову, — кивнул мужчина, — Пока будете их ожидать, можете присесть… Вам подать кофе, чаю или прохладительных напитков?

— Нет, спасибо, — покачал головой майор, — Предпочтем не рисковать, учитывая причины нашего появления тут.

— Кхм… — удивленно закашлялся администратор, — Хорошо, господа. Ожидайте.

Повернувшись к Скотту, я тихо произнёс:

— Контролируйте холл. Не нравится мне тут…

— Я понял, кэп, — кивнул лейтенант, подавая знак бойцам.

Да, пять оперативников — не трое. Это уже не самый слабый аргумент в условиях городского боя. Особенно, если речь идет о профессионалах. К счастью, СВР помогли дополнить десантную группу именно таковыми личностями, а не новобранцами без опыта и серьёзных навыков.

С отрядом Скотта мы встретились на общественной парковке, куда я и приказал им отправиться. Знакомство с новенькими вышло скомканным, но, как мне кажется, это ещё успеется. С лейтенантом и его подчиненными оно вообще произошло на зараженной станции в компании громадных мутантов и бродячих трупов, поднятых нанитами. Полагаю, когда закончим это следствие, тогда нормально и пообщаемся.

— Господа, — появились в холле двое мужчин, направляющихся к нам.

Один и них был явным гражданским, а вот второй… Его походка, выражение лица и взгляд выдавали опыт службы в силовых структурах. Это невозможно вытравить из человека. Стоит однажды стать частью подобной системы, как ты привыкаешь жить по уставу. Распорядок и правила, кажущиеся незыблемыми, форма одежды и ежедневные дела, нормы поведения и круг общения, который делает тоже самое, что и ты, мысля так же и живя так же. И как вишенка на торте — ощущение и осознание причастности к громадной силе. Цельной, монолитной. Самое же важно — осознание и понимание того, что вот они — свои, а вот — чужие. Четкое разделение без полутонов. Всё предельно просто и ясно.

Именно это и подкупает в жизни любых силовых ведомств, а ВКС особенно. Военные живут иначе. Мыслят иначе. Им не приходится выживать, думая о том, чем придется кормить своих детей завтра — государство делает это за них. Остается только служба.

— Роберт Малюгин, — представил явный силовик, — Начальник службы безопасности. А это Изик Цукерман — наш адвокат. Чем мы можем вам помочь?

— Приветствую, — кивнул Разумовский, пожав безопаснику руку, — Нам необходимо получить видео записи по ряду дат.

— Если у вас есть необходимые полномочия, то я не вижу в этом проблем, — ответил Малюгин.

— Для этого нам и потребовался ваш юрист, — усмехнулся майор, — Чтобы он подтвердил наши полномочия запросом. Необходимые документы же у нас имеются.

— Тогда, думаю, стоит пройти в мой кабинет и уже там решать все вопросы, — улыбнулся Малюгин, — Не стоит пугать наших постояльцев вооруженными людьми. Это пагубно сказывается на репутации заведения… Пройдемте, господа, — добавил Роберт, направляясь в глубину помещения, где я заметил небольшую, теряющуюся между колон, дверь.

— Увы, — развел руками Разумовский, — Необходимость.

— И в чем же она состоит, если вам требуется только видеозапись? — поинтересовался безопасник.

— Дело достаточно… политизированное, — покачал головой майор, — У нас уже произошло несколько… неприятных инцидентов. Теперь приходится соблюдать осторожность.

— Что ж, вы в своем праве, — кивнул Малюгин, — Нам сюда, — добавил он, когда мы оказались в узком коридоре, куда нас провел безопасник, — И по чью душу вы копаете, господа?

— Увы, но не по чью, а скорее собираем материалы. Сам фигурант уже под арестом, но руководство приняло решение полностью изучить все неясности в его биографии, прежде чем отдавать его под суд уже окончательно, — расплывчато ответил майор.

Хохотнув, Роберт покачал головой:

— Видимо, это кто-то из сенаторов или министров, раз такие дела у вас крутятся.

— Извините, но прямо ответить на ваш вопрос я не могу, — усмехнулся уже Разумовский, — Но, судя по всему, вы и сами в таких вещах опытны. Думаю, сможете догадаться.

— А чего не суметь? Темирязев или кто-то из его клятой семейки, — фыркнул Малюгин, — Этот поганец тут постоянно ошивался. Ладно бы любовниц водил, как все приличные люди, так нет же. То у него киборги сюда с посылками ходили, то мужики отпетой наружности… Управляющий даже думал закрыть сюда вход сенатору, но СИБ сразу нарисовалось…

— Очень интересно, — мгновенно подобрался Разумовский, — А вы сможете нам записи этих событий организовать?

— Не только смогу, но даже, считайте, что уже сделал, — оскалился Малюгин, — Когда стало известно, что этого сенатора арестовали, я сразу архив организовал. И сопроводительные документы. Правда, думал, что вы позже заявитесь… Или СИБ… Всё же, вы из СВР…

— Сенатор умудрился влезть в наши дела, — хмуро произнёс майор.

— Вот оно как… Что ж… земля ею ёжиком, кочерыжку в задницу, политику этому…

— Не любите политиков?

— Не за что мне их любить, майор, — помрачнев, ответил Малюгин, — Из-за них я тут, а не на службе.

— Думаю, вы и об этом нам расскажите…

Глава 10

Сидя в своем кресле в инженерном отсеке, Немезида смотрела н результаты исследования «артефакта» — конечности тургского киборга. И чем дальше, тем отчетливее становился тот факт, что её нынешнее тело было во многом скопировано именно с подобных технологий. Уж очень много аналогичных технических и технологических решений выглядело скопированными с разработки алиенов.

В принципе, в планшете и голограмме ИИ не нуждалась, но хотела привыкнуть к тому, чего желала всей душой — органическому телу. Сейчас у неёё нет возможности воплотить свою задумку в жизнь, но… Варнер мистик, а сама Немезида — машина. Впереди у них очень много времени.

Несмотря на произошедшее, капитан до сих пор не использовал счета, что смогла создать и несколько пополнить ИскИн в период работы «Ночного полета» в качестве фрахтовщика. Тогда, она с разрешения Алекса, проворачивала совершала манипуляции с ценными бумагами на биржах Родии. Суммы были не самыми крупными, но за те годы удалось скопить порядка семисот тысяч, которые она переводила в Имперский Банк на счет Варнера.

Казалось бы, солидная цифра, но…. Для планов Немезиды — капля в море.

Всё дело в государственной политике и жестком контроле. Генетические разработки, особенно, с человеческим материалом, держатся под очень серьёзным наблюдением и доступны либо крупнейшим корпорациям, большая часть которых имеет государственное участие в своем уставном капитале, либо профильным учреждениям, на вроде военных НИИ. Всем остальным приходится довольствоваться малым.

Например, то же клонирование органов. Это направление доступно почти любому среднему медицинскому центру, если соблюдать некоторые нюансы. Древняя технология выращивания в специальных инкубаторах на основе здоровых клеток органов человека с последующей трансплантацией. Таким образом можно заменить почти, печень, желудок, легкие… Даже глаза, если те больны. Однако, с конечностями уже сложнее. Там приходится создавать кости в специализированных медицинских 3D-принтерах, а потом проводить достаточно сложные операции. И тут начинаются нюансы.

Имплантировать, например, клонированный глаз можно только если старый утерян не более чем сутки-двое назад. Вот потом — только кибер-протез. С конечностями срок несколько больше — около недели. Всё дело в деградации нервных тканей, которые клонировать значительно сложнее.

Однако, спроектировать и вырасти новое тело, да ещё и не простое, а значительно превосходящее обычное для современных людей, куда сложнее технологически и финансово. Тут требуется произвести серьёзнейшие предварительные расчеты будущего организма, спроектировать геном на основе этих данных. А в случае с планами и задумками Немезиды, учесть в них наличие нейро-сети, имплантов и био-компьютера, запредельные для человеческого тела срок жизни и физические возможности… И это лишь начало, по большому счету, лабораторный период. Ведь, после этого начинается самое сложное.

Для выращивания полноценного организма требуется специально оборудование, которое массово не производится. И стоит оно сотни миллионов. А уж контроль за производителями подобное техники настолько плотный, что пытаться приобрести его нелегально — бессмысленно.

Отдельным пунктом идет стоимость.

Только для генетического проектирования требуется мощнейший компьютер, способный производить моделирование создаваемого организма и его генетики. Даже при современных возможностях нейро-процессоров, это весьма и весьма сложно. Например, мощностей бортового компьютера «Варяга» попросту не хватит, хотя он обладает выдающимися показателями — пять миллионом ТераГерц у каждого процессора, которых в его нейро-процессоре более семнадцати триллионов. «Железо» способное выполнять генетическое проектирование и моделирование цельного организма стоит миллионы. Лабораторное оборудование для этого же этапа — в десятки раз больше. А БАК, биологически активный контейнер, по сути, искусственная матки, в которой будет расти готовый организм, по карману только организациям с многомиллиардными оборотами.

Последним гвоздем в крышку гроба мечтаний Немезиды о сиюминутном обретении органического тела является вопрос энергоресурсов и пространства. Всё оборудование, что необходимо для появления у неё человеческого тела, требует кошмарных энергоресурсов. Мощностей имеющихся реакторов попросту не хватит, даже если поставить «Варяг» на вечный прикол. А, ведь, необходимо ещё и соблюдать ряд других условий. Например, нужны свободные помещения большой площади, защищенный от любых вибраций и сотрясений. Система стабилизации напряжения и полная изоляция от гипер-полей, различных пространственных аномалий и других опасных факторов. В условиях космического корабля любого класса подобное невозможно в принципе.

Даже самые лучшие щиты и материалы-изоляторы не дают ста процентной гарантии защищенности. А участие в боевых операциях и вовсе сведет любые способы обеспечения нужных условий на нет.

Вывод напрашивался сам — нужны деньги, ресурсы и оборудование. Однако, получить всё это — почти не реально. Даже если Немезида будет тратить более двух третей своих вычислительных мощностей на работу с фондовыми рынками, чтобы заработать необходимую сумму, не являясь полноценным игроком, обладающим доступом к политическим и корпоративным источникам информации, будет более чем сложно и рискованно. Сроки же при этом будут действительно астрономическими.

Впрочем, даже этот факт не помешал ИИ продолжить свою практику заработка «на стороне». Пять процентов её вычислительных возможностей вполне хватало, чтобы за сутки корабельного времени зарабатывать порядка семи тысяч. Не миллионы, но и не гроши, как было во времена её существования в качестве корабельного ИскИна без собственного тела.

Теперь же Немезида обдумывала способы использовать информацию об «артефакте» для увеличения как своей боеспособности, так и возможностей «Варяга». Увы, но всё упиралось в два вопроса — ресурсы и деньги.

— О чем ты думаешь? — спросила ИИ Наталья, вошедшая в отсек.

— О том, как повысить живучесть нашего корабля, — повернулась к неё Немезида.

Усевшись в свободное кресло рядом с одним из сборочных верстаков, Берроуз оглядела помещение, блестящее от недавно проведенной дроидами уборки, и поинтересовалась:

— И как? Может, я что-то могу подсказать?

— Нужны деньги, материалы и оборудование, — покачала головой Немезида, — И время. Всего этого у нас нет и в ближайшее время не появится.

— Но? — наклонила голову Наталья, прекрасно поняв, что ИскИн что-то задумала.

— Но это не значит, что мы не станем пытаться, — усмехнулась Немезида, — Мне удалось собрать образцы нанитов с твоего трофея, — добавила ИскИн, — И начать их анализ. Это творение инженеров другой расы. Тургов. Они значительно превосходят то, что производится в Империи. Я бы сказала, что разница заключается в десятках, если не сотнях поколений. Эти нано-роботы способны видоизменяться, что позволяет им не просто выполнять самые разнообразные функции, как у моей платформы, а полностью копировать даже клетки живых организмов. Благодаря этом кибернетический организм этого киборга был способен есть и пить, посещать туалет и заниматься сексом… Уж не знаю что было потом с женщинами и произошло ли инфицирование их нанитами… Но факт в том, что это совершенно иной уровень.

— И что? Нам ещё очень долго не удастся получить подобную технологию, — пожала плечами девушка.

— Ты ошибаешься, — усмехнулся Немезида, — Она у нас в руках, — добавила ИскИн, указывая на бокс с гравитационной ловушкой, в которой находилась миниатюрная серебристая капля.

— И как её повторить? Или воспользоваться?

— Необходимо суметь взломать программный код нанитов, — ответила Немезида, наблюдая за тем, как Наталья подошла к ловушке и рассматривала её содержимое, — Как только у меня это получится, мы сможет запрограммировать их на воспроизводство себе подобных структур, например. Естественно, что под нашим контролем.

— А если турги смогут получить доступ к этим нанитам? Выращенным подобным образом? — повернулась к ИскИну девушка.

— Для этого необходимо полностью поменять их программный код, начиная с самого языка программирования, — ответила ИИ, — И обеспечить высокий уровень шифрования.

— А ты… ещё не взломала их? — подошла к Немезиде Берроуз, кивнув на ловушку с нанитами.

— Увы, но пока нет, — развела руками ИскИн, — Турги очень хорошо защитили своё творение. Даже сам программный код при считывания оказывается зашифрован системой с ключом на две тысячи сорок восемь символов. И это при том, что у их нанитов фундаментальная система реакции троичная, а не двоичная, как у земных аналогов. По сути, они работают так же, как наши квантовые системы. Учитывая же размеры нанитов… Это потрясающе.

— И как нам воевать с тургами? — вздохнула Наталья, — При таком технологическом отставании…

— На самом деле, оно не столь велико, как кажется, — ответила Немезида, быстро найдя в своих информационных архивах данные по тургам, которые успела собрать за всё время своего существования, — И проявляется именно в подобных вещах. Вычислительные мощности компьютеров, миниатюризация, медицина… Но в космосе — иные правила. Плазма, какой бы плотностью не обладала, остывает с одинаковой скоростью. А, значит, дальность стрельбы ограничена. Аналогично и с лазерным оружием. Даже в космическом пространстве оно имеет предельную дальность эффективность стрельбы. Другое дело, что на дистанции гарантированного поражения человеческие корабли окажутся в проигрышной ситуации. У тургов энергия выстрела и скорость стрельбы, реакции турелей, точность наведения явно нас превосходят. Про бронирование, маневренные и скоростные характеристики их кораблей можно не вспоминать — и так понятно.

Вообще, ИскИн, по какой-то прихоти судьбы, отличалась параноидальными наклонностями и постоянной жаждой получения новых знаний. Всё это выливалось в громаднейший архив данных о всех известных людям расах, сведения по их технологиям, которые удалось найти в открытом доступе, истории, культуре, этических и моральных нормах, численности и скорости роста населения, экономических показателях… А так же, о тактике и стратегии флотов и наземных сил, параметрах их вооружений и кораблей… Немезида изначально готовилась к войне, в которой каждый бит информации о врагах может помочь победить.

— Но… Как же нам сражаться с ними? Империя…

— Человеческая Империя уже несколько десятилетий готовится к большой войне, — пожала плечами Немезида, перебив Берроуз, — Если бы ты соизволила проанализировать происходящее в стране, то заметила, что население невероятно вооружено и милитаризовано. Больше сорока лет существует программа массовой продажи устаревших кораблей в ЧВК и частные руки с выдачей каперских патентов, условием которых является вхождение в состав флота при введении военного положения. При этом численность ВКС растет в геометрической прогрессии. Империя вкладывает именно в военные разработки и их массовое внедрение около трети бюджета, а устаревшие на их фоне — продает частникам, компенсируя тем самым свои расходы… К тому же… Исходя из того, что я поняла в результате анализа открытых источников о тургах, сами они воевать не станут. Вместо своих граждан, эта раса отправит на убой других, тех кого считает ниже себя.

— Кнорри, — кивнула Наталья, возвращаясь в покинутое кресло, — Но это тоже инсектоиды, хоть и не гуманоидные.

— Верно, — кивнула ИИ, — Но их турги воспринимают почти животными. Ведь, кнорри одна из тех рас, что не входит в Пространство Сената, поскольку не признает закон о запрете использования в качестве еды тех, у кого есть разум, — добавила с усмешкой Немезида.

— Это будет ад, — пробормотала Берроуз, осознавая какая именно их ждет война.

— Хуже, — покачала головой ИскИн, — Гораздо хуже. Ведь, турги используют её для двух вещей. Во-первых, проверить Пространство «Триады» на крепость и понять военный потенциал будущих противников. Во-вторых, ослабить. После серьёзной войны на уничтожение мы будем вынуждены зализывать раны, восполнять потери… А потери квалифицированных, опытных солдат и офицеров, пилотов и корабельных инженеров, целых экипажей, просто так не перекрыть. Вот тогда турги могут напасть уже сами.

— А сейчас их киборги собирают у нас информацию, — пробормотала Наталья, — О промышленности, военных технологиях, флоте… И даже работают агентами влияния…

— Именно, — согласилась Немезида, — Например, устраивают теракты, чтобы создать напряжение в обществе, что в предверии большой войны может вызвать очень удачную и удобную гражданскую войну, как уже бывало у вас, людей, в древности, когда вы еще не были единым государством… Собственно, как мне кажется, попытка отделения сектора Посполитый ими и организована, если не напрямую, что через тех же родианцев, у которых, полагаю, подобных шпионов куда больше.

— И что нам делать? — поинтересовалась Берроуз, — Конкретно нам, на «Варяге»?

— Империя и без того уже давно ведет засекреченные разработки вооружений и корабельных систем нового поколения, усмехнулась ИИ, — Это видно из движения материалов и поставок на рынках и постепенным изменениям в логистике грузовых потоков. Судя по всему, кое-какие сюрпризы ждут и кнорри, и тургов. А вот лично нам… Доводить судно до ума. Делать его идеальным.

Кивнув, Берроуз направилась к выходу, но её остановил голос Немезиды:

— Надеюсь, у тебя хватит ума не предавать Алекса.

Обернувшись, девушка уставилась на ИИ.

— Что?

— Алекс дал мне жизнь и свободу, Наталья, — глядя в глаза девушке произнесла Немезида, — И я расправлюсь со всеми. Кто решит причинить ему вред… Например, предательством. Так, как произошло с «Ночным полетом» больше не получится. Я об этом позабочусь.

Покачав головой, Берроуз фыркнула:

— Ты очень плохо меня знаешь. Я должница… Причем, дважды. Такие вещи не забывают.

— Очень на это надеюсь, — произнесла ИИ.

— Зачем ты издеваешься над Заком? — решила спросить Наталья, — Явно не просто так.

— Скоро у нас будет серьёзная работа. И все члены экипажа должны доверять друг другу, понимать друг друга и уметь вместе работать. Пусть привыкает ко мне, воспринимает нормой моё присутствие и сам факт существования. А лучше всего, учитывая его психологический портрет, этот процесс идет именно таким образом.

— Эм… Ладно.

Берроуз больше вопросов задавать не стала. По поводу Вайскеза она так и не поняла шутит ли Немезида. С этого странного ИИ станется и над ней самой поиздеваться. А вот разговор про войну оказался для девушки неожиданно сложным, хоть ИскИн и смогла всё объяснить доступным языком. Впрочем, морально от этого легче не становилось совершенно.

С другой стороны, Берроуз осознала причину, по которой Немезида столь маниакально подошла к проверке и окончательной доводке систем. Дало не только в необходимости, как раньше воспринимала всё сама Наталья, а в грядущих событиях, которые вызывали в душе девушки страх.

* * *

Сидя за пультом управления, Роберт прокручивал для нас очередную запись с камер наблюдения. Каждый раз мы уточняли фамилии посетителей Темирязева, а дроид с ИИ начинал их поиск. Постепенно, список тех, кого нам предстоит проверить, увеличивался, а биографии этих людей вызывали серьёзные вопросы, как и причины общения с ними сенатора. Уж очень специфичными были искомые личности — банкиры, основные акционеры производственных компаний, владельцы строительных концернов, главы криминальных кортелей, выходцы из Родии и Стигии, относящиеся как к их финансовой элите, так и хозяева теневой стороны общества этих рас.

С каждым часом подобной работы лицом Разумовского становилось всё более и более мрачным. Он, как и я, уже осознавал не только объем предстоящей работы, но и её сложность. Далеко не всех, с кем имел в этой гостинице беседы Демирязе, удастся допросить. Основную массу мы попросту не сможем достать в виду того, что подобные личности — не наш уровень. Не выйдет майору и капитану СВР, вместе с небольшим отрядом головорезов, зайти в гости и устроить допрос секторальному министру финансов или основному держателю акций корпорации, занимающейся фармакологическими разработками для нужд армии. Тут нужны совершенно другие средства и люди, до которым мы попросту не достучимся, даже если завалим запросами и рапотртами все ведомства Империи.

— Вот он ваш сенатор, — хмыкнул Малюгин, остановив очередную запись, — Как видите, он тут был частым гостем. И далеко не всегда принимал приличных гостей.

Мы изучали материалы, подготовленные Робертом уже третий час. И чем дальше, тем понятнее становилось, что Темирязев закопался в дерьмо весьма и весьма глубоко. Среди его контактов, о которых мы до визита с «Королевский Тракт» и не подозревали, имелись даже очень многие находящиеся в розыске личности. И как они смогли попасть в столицу, минуя контроль — тот ещё вопрос, который следует задать СИБ и погранцам.

— А вот и наша клиентка, — произнёс Разумовский, — Она… Амелия Бергауз, собственной персоной… Хоть это и не её имя и фамилия, — добавил майор, глядя на изображение той самой девицы, что мы видели ещё в апартаментах Темирязева.

— Системы гостиницы смогли зарегистрировать её средства связи? Планшет? — повернулся я к Малюгину.

— Да, — кивнул тот, — Как и всех тех, кто был с этим поганцем.

Лицо безопасника растянулось в довольной улыбке, делая его похожим на персонажа Льюиса Кэрролла — чеширского кота.

Получив данные планшета подозреваемой, я надиктовал их II-23-10-UT, а тот принялся искать сведения об устройстве по базам данных МВД и сетям связи.

— Искомый аппарат обнаружен, — произнёс дроид спустя несколько минут, — Нова-Терра. Сектор Читай-Город. Уровень двадцать. Корпус S-2, этаж пять.

— Нижний Город, — фыркнул Разумовский, покосившись на меня, — Похоже, что нам придется туда спуститься.

— Думаю, что вы туда не пойдете, — покачал я головой, прикинув как лучше действовать, — Нам потребуется прикрытие в верхах, на случай, если СИБ вздумает прикрыть эту дамочку… и транспорт с бортовым вооружением. А лучше два. С пилотами.

Бросив на меня взгляд, майор задумался, а затем, скривившись, кивнул:

— Ваша правда, капитан. Поступим по вашему… Однако… Роберт, вы не хотите сменить место работы? — повернулся офицер к Малюгину, — У меня сейчас очень много свободных вакансий.

Покачав головой, я перестал вслушиваться в разговор Разумовского и местного безопасника. Схема места предполагаемого нахождения подозреваемой вызывала серьёзные опасения и массу вопросов.

— II-23-10-UT, проанализируй соответствие видео ряда из архива DBN-24 с данными по устройствам связи и личным планшетам. Затем по внешним данным найди Артемия Войцеховского и определи имеющиеся при нём во время посещений гостиницы устройства связи и планшеты. Затем проверь их место нахождения.

— Выполняю, — ответил дроид, приступив к работе.

«Хорошо иметь дроида с ИИ, обладающего доступом к базам данных миграционной службы и МВД, — пришло мне на ум, — Иначе мы бы очень долго искали информацию, а наши враги за это время успели сбежать…»

Я же принялся ждать результат, наблюдая за тем, как Малюгин принялся заполнять документы, которые ему подсовывал Разумовский. Майор, как оказалось, решил прибрать к рукам местного безопасника, который, судя по всему, был совсем не против подобного развития событий. Естественно, что мой начальник предпочел не откладывать дело в долгий ящик, а «ковать железо пока горячо», чем увлеченно занимался, не скрывая получаемого удовольствия.

«Судя по всему, Роберту жизнь на гражданке пришлась не по вкусу, — сделал я вывод, глядя на его лицо, — Иначе бы он не схватился с такой радостью за предложение Разумовского… СВР, всё же, имеет достаточно мрачную репутацию.»

— Задача выполнена, — произнёс II-23-10-UT.

— Докладывай, — повернулся я к дроиду.

— Место нахождения личного планшета, находящегося в распоряжении Артемия Войцеховского — планета Нова-Терра. Сектор Читай-Город. Уровень двадцать. Корпус S-2, этаж пять, — подтвердил мои подозрения ИИ.

Разумовский, услышав результаты поиска, резко повернулся ко мне.

— Они там оба?

— Скорее всего, это ловушка, — произнёс я, глядя на схему задания, — Кто-то прекрасно понимал, что рано или поздно мы пойдем по следу и предпринял… меры, как я полагаю.

Посмотрев на голограмму, изображающую, судя по всему, жилой дом, майор задумался.

— II-23-10-UT, уточни данные по адресу планета Нова-Терра. Сектор Читай-Город. Уровень двадцать. Корпус S-2, этаж пять. Полная выкладка за последние… — я замялся, обдумывая сроки, а затем произнёс, — За последние тридцать лет.

Дроид некоторое время молчал, анализируя запрос, а потом произнёс:

— Объект — торгово-офисное здание. Год постройки — пять тысяч пять сот семьдесят девятый. Застройщик — «Посполитый фарм». Собственник — «Посполитый фарм». Право собственности не менялось. На текущей момент находится в состоянии капитального ремонта. Подрядная организации на проведении ремонтных работ ЗАО «Компания «РИТАР». Генеральный директор Ширгай Ядвиг Любертович.

— Данные по Ширгаю Ядвигу Любертовичу, — потребовал я, начиная осознавать, что мы не просто напали на след, а сунули нос в очень серьёзные дела, которые могут стоить нам жизни просто за сам факт информированности о существовании этих дел.

— Ширгай Ядвиг Любертович. Возраст — сто четыре года. Вдовец. Пятеро детей. Занимет седьмое место в рейтинге самых богатыхлюдей Человеческой Империи. Генеральный директор ЗАО «Компания «Ритар», право собственности среди юридических — семьдесят процентов акций ЗАО «Компания «Ритар», сто процентов акций ЗАО «Компания «Монг-Пос», пятьдесят процентов акций ЗАО «Посполитый фарм», традцать процентов акций «ТрансКосмПосполит», ЗАО КБ «Посполитый-Траст»…

Слушая список компаний и банков, в которые засунул свои руку искомый Ширгай, я всё больше убеждался, что мы движемся в правильном направлении. В собственности этого поляка были даже предприятия, находящиеся в Родии и Стигии или продолжающие действовать, обеспечивая товарооборот между расами «Триады» даже после политического конфликта родианцев и людей. Учитывая обострившийся национализм в Республике… Просто так они не могли оставить на своей территории корпорацию, принадлежащую человеку.

Там, где крутятся столь серьёзные деньги, жизнь человека не стоит ничего. Даже если это офицер силовой структуры и обладатель орденов и медалей. Если мы сунемся в это дело дальше, не имея за спиной весомой поддержки в лице государственного аппарата Империи в целом и СВР в частности, то наши тела, в лучше случае, смогут опознать с помощью генетической экспертизы. В худшем — не найдут вовсе.

— Майор, — повернулся я к Разумовскому, — Своими силами мы не справимся. И… Нам нужна очень серьёзная поддержка сверху. Этот Ширгай — птица высокого полета.

Офицер, тоже внимательно слушавший дроида, задумчиво кивнул головой, издав тяжелый вздох:

— Будет, хоть и не мгновенно. Но эту нашу парочку надо брать сейчас.

— А зачем вам Ширгай? — вдруг спросил Малюгин, — И зачем поддержка? Можно же с ним самим договориться.

— В смысле? — обернулся к нему Разумовский.

— Ядвиг — нормальный мужик, хоть и со своими заскоками, — оскалился Роберт, — И катится он везде, даже у алиенов, просто на взятках и очень дорогих подарках. Я точно знаю — он сам рассказывал, когда тут напивался.

— Вы полагаете, что он не в курсе… — начал было я, но Малюгин фыркнул и, махнув рукой, произнёс:

— Он сейчас здесь, в гостинице. И я сомневаюсь, что владелец десятка крупнейших корпорация нашего сектора галактики будет знать поименно всех, кто шляется по зданиям, принадлежащим его фирмам, — пояснил безопасник, — Потому, предлагаю с ним попросту поговорить и попытаться договориться. Я с ним относительно знаком… Ядвиг человек здравомыслящий и достаточно умный. Решить ваш вопрос с ним вполне реально.

— Если только он сам во всем этом дерьме не завязан, — покачал я головой, — Но попробовать стоит.

Разумовский, выслушав наш диалог, хмыкнул и, с нескрываемой усмешкой, произнёс:

— Не лишено логики… В крайнем случае, мы всегда можем его просто пристрелить, оформив сопротивление аресту. Тогда, даже если у нас и возникнут проблемы, сможем отбиться…

Спустя пятнадцать минут мы уже были перед высокими двустворчатыми дверями номера люкс-класса, в котором остановился интересующий нас человек.

— Хорошо живут, господа промышленники, — фыркнул Вейло, оглядываясь, — Даже в гостиницах у них всё натуральное… Не то что у нас… Что ни еда, так из синтезатора.

— Да… Богатые люди предпочитают есть еду, приготовленную живыми поварами из обычных продуктов, — кивнул Роберт, приложив свою ключ-карту к панели дверного звонка.

— Кажется, люкс оказался не совсем люксом, — раздался ехидный комментарий Лейлы Бар, наблюдающей за нашим сопровождающим, — Звоночек-то, не работает.

— Это странно, — пробормотал Роберт, оглядывая панель, — Она целая… Ладно, попробую ещё раз…

Вторая попытка результата тоже не дала. Тогда мужчина принялся стучать костяшками пальцев по темному дереву дверной створки?

— Пан Ширгай! Это Роберт. Пан Ширгай! Со мной офицеры СВР. Откройте, пожалуйста.

— А что это за запах? — спросил Вильгельм, втянув носом воздух, — Слабый, но… Тухлятина какая-то…

Принюхавшись, я молча кивнул, соглашаясь с десантником и расстегнул магнитный замок кобуры. Скотт же, дал знак бойцам приготовить оружие и рассредоточиться по коридору, на случай, если дело дойдет до перестрелки.

Несколько минут мы молча наблюдали за тем, как наш спутник пытается докричаться до Ядвига, а затем Разумовский попросту потянул ручку двери на себя, отодвинув в сторону Малюгина. Номер был открыт.

— Что за срань? — удивленно спросил неизвестно кого Роберт.

— Вот мы и узнаем, — ответил ему я, кивнув Скотту, чтобы вперед пошли его бойцы.

Вильгельм и Уильям, осторожно открыв дверь, водя стволами винтовок из стороны в сторону в поисках противника, вошли в помещения номера Ширгая. Следом за ними двигались Лейла и Данмер, а потом уже лейтенант. Мы же, я и Разумовский, пошли замыкающими, держа оружие наготове.

Запах разложения в номере оказался куда сильнее. Он жестко бил по обонянию и резал глаза, хоть кондиционеры и воздушные фильтры и натужно гудели, выведенные кем-то на максимальную мощность. Температура здесь, к слову, была значительно ниже, чем в коридоре — не больше пятнадцати градусов, а то и меньше. По всей видимости, сделали это специально, но… зачем? Что-то скрыть?

Впрочем, как мне казалось, смысла в мерах предосторожности попросту не было. Если Ядвиг тут, то он уже мертв, иначе бы соизволил ответить на крики Роберта. Да и характерный запах разлагающейся плоти, с которым едва справлялась работающая на полную мощность система вентиляции и очистки воздуха, намекал, что в номере далеко не всё в порядке… Как и следы серьёзной драки, обнаруженные нам в обеденной комнате.

«Кто-то тут хорошо порезвился, — мысленно фыркнул я, оглядывая помпезное помещение с громадным овальным столом, вокруг которого царил хаос, — Постарались на славу… И даже не пытались скрыть произошедшее.»

Пока бойцы разошлись по боковым помещениям, мы майором осматривали искомый обеденный зал, где имелись явные следы борьбы — перевернутая мебель, разбитая посуда и уже засохшая лужа крови на полу, рядом с которой был отчетливый отпечаток ладони… Кровавый след в виде широкой полосы тянулся куда-то в сторону боковых помещений, откуда спустя несколько секунд раздался голос одного из десантников.

— Полагаю, что Ширгай если и жив, то не факт, что здоров и способен о чем-то разговаривать, — усмехнулся Разумовский, наклонившись к валяющейся на полу пепельнице, вокруг которой были разбросаны окурки тонких сигарет и сигарилл, — Судя по помаде, тут побывала девушка…

— Всё как обычно — cherchez la femme, — пробормотал я, — Ищите женщину.

Вышедшая из кабинета Лейла фыркнула:

— Развлекался этот Ширгай с девицей там, — махнула она рукой, указывая себе за спину, — Во всяком случае, на столе несколько длинных рыжих волос, бутылка из под вина Шардоне, пара бокалов, на одном из которых есть помада в виде отпечатка губ, а на полу лежат черные кружевные трусики и лифчик… Рядом со столом — красное, порванное в нескольких местах, платье… Как по мне — дорогое.

— Странно, — произнёс Малюгин, — Ни администратор, ни дежурный о таком не докладывали, а на записях с камер нет данных о появлении тут девушек.

— Это была кибер-игрушка для секса, фыркнула Бар, в кабинете бокс-упаковка от неё. Модель — «Рыжая страть», — с умешкой добавила десантница, — Этот поляк явный любитель миниатюрных девочек в внешностью малолеток, судя по изображению…

В этот момент из санузла раздались громкие ругательства на современном обще-имперском, русском и немецком языках, заставившие Разумовского фыркнуть, а Лейлу усмехнуться.

— Нашел, — произнёс сдавленным Вильгельм, — Готов ваш пан. И давно, судя по всему… Черт, как воняет… — добавил Крюфт, выйдя из ванной.

При этом десантник закрывал нос и рот черным платком, а винтовку повесил за спину, перекинув её ремень через голову так, чтобы её ствол находился под правой рукой и был направлен в пол.

Пройдя в санузел, мы увидели в большой ванной, доверху наполненной водой, приобретшей бурый цвет, распухшее и посиневшее тело мужчины. Его лицо кто-то превратил в месиво из разбитой плоти и костей, а глазные яблоки попросту выдавил. На месте кадыка зияла громадная рана, из которой кто-то вытащил язык.

В громадном помещении, полностью покрытом дорогим кафелем, всё было забрызгано уже засохшей кровью. Борт ванной и пол перед ней и вовсе оказались покрыты бурой коркой. Судя по всему, тело убитого некоторое время лежало тут… Или здесь Ядвигу вырвали кадык и вывернули наружу язык.

Неподалеку лежал небольшой обоюдоострый нож с черной рукоятью, полностью покрытый уже засохшей кровью. В нескольких местах виднелись бурые отпечатки ладоней, словно бы Ширгай ещё был жив и пытался сопротивляться. Тому подтверждением была разбитая стеклянная полочка и разбросанные флаконы шампуней и мыла. Ванная шторка и тонкий металлический карниз, на котором она раньше висела, лежали в углу, тоже со следами крови и отпечатками ладоней… и лица. На месте глаз там имелись два отверстия, словно бы материал был чем-то продавлен и порван.

— Corte de Corbata, колумбийский галстук, — произнёс Разумовский, глядя на труп, — Мафия, которая живет по старым законам криминального мира, вроде итальянцев и этнических латиносов, вроде колумбийцев, аргентинцев или бразильцев, использует подобные способы казни… Но… Какого черта?

Ответить на вопрос майора было попросту некому.

— Роберт, — повернулся я к нашему сопровождающему, — Проверьте записи с камер и списки посетителей, данные личных планшетов и устройств связи. Нам надо знать кто здесь был… В полицию… Сообщите после того, как сделаете нам копии всех материалов. Сомневаюсь, что обычные следователи что-то смогут сделать, а нам они помешают.

— Хорошо, капитан, сделаю, — мрачно кивнул Малюгин, глядя на убитого постояльца, — Но я могу сказать сразу, что единственным посетителем Ядвига за всё время, что он тут находится, был только один человек.

— И кто же? — мгновенно подобрался Разумовский, став похожим на готовящегося к броску волка.

— Майкл Гвидиче, д сын дона Гвидиче из Нижнего Города, — ответил Роберт, — Он приехал сюда четыре дня назад с охраной, но в номер вошел один. Находился тут почти сорок минут, а затем покинул гостиницу.

— Сомневаюсь, что это его рук дело, — покачал головой Скотт, пойдя в помещение, — В одной из спален снята вентиляционная решетка. И там есть следы… Кто-то проник сюда уже после визита Гвидиче. И этот умник даже не пытался скрыть данного факта… Или ему совершенно нет нужды пытаться пустить нас по ложному следу.

Малюгин фыркнул:

— Скорее уж страшно пытаться подставлять Гвидиче. Это серьёзные люди, с которыми подобным образом не стоит играть. Они и министров на место ставили, не то что киллеров…

— Интересные дела, — покосился на меня Разумовский.

Я же, вспомнив свой диалог с этим доном, покачал головой. Хорошо, что мы не стали вести бои с чертовой мафиозной группировкой, а я просто спрыгнул с гравитационной платформы. Иметь во врагах подобных людей — не лучшая идея. Особенно, в свете возможных связей подобных личностей. Если уж они умудряются устраивать визиты в элитный отель Верхнего Города столицы, в номер столь известного и состоятельного человека, то рядовым офицерам СВР лучше не пытаться переходить им дорогу.

— Похоже, что пообщаться с доном Гвидиче нам придется, — добавил майор, осмотревшись, — И намекнуть, что его сына хотят подставить неизвестные доброжелатели.

— Думаете, что это… «подстава»? — поинтересовался я.

— А зачем сыну дона Гвидиче дарить другу их Семьи и деловому партнеру по бизнесу секс-куклу с программой на убийство? — спросил майор, — Как по мне — совершенно не зачем. Тем более, что сам парень бы её в номер не затащил, а значит — Роберт был бы в курсе, что Майкл Гвидиче сюда приволок нечто большое. Вывод напрашивается сам.

Глава 11

Глядя на голограмму, изображающую офисное здание, в котором находились наши цели, я думал о том, как будет правильно поступить в отношении Берроуз. Девушка мне нравится, но не как женщина и подруга, а в качестве боевого товарища и члена экипажа. Продолжать с не отношения в горизонтальной плоскости, несмотря на все плюсы в виде абонемента на секс, рискованно. Как морально, так и относительно того, в какой организации мы служим. СВР — не то место, где стоит демонстрировать свои настоящие мысли, чувства и желания. Этим могут воспользоваться. А отношения с женщиной — слабое место, по которому легко ударить.

Впрочем, на моё счастье, девушка и сама не спешила прояснять этот вопрос, а посещать мою кровать вновь не торопилась, словно бы давая мне время для раздумий. Будь она старше и опытнее, мне было бы значительно легче, но Наталья — очень молодая девушка. Несмотря на всё пережитое ею, она всё ещё остается простой курсанткой, что лишь недавно закончила первый курс. Да, появившийся опыт дает о себе знать, но молодости свойственным импульсивность и глупость.

«А сам я, конечно, умудренный веками опыта старец, — мысленно одернул я себя, — Впрочем, учитывая прошлую жизнь, да нынешнюю… На фоне Берроуз — да. Старец. Главное, что не Моисей, ибо раздвигать моря волей не могу, да по пустыням десятилетиями водить толпу голодранцев не желаю.»

Оставалось надеяться, что Наталья сама сообразит о потенциальных проблемах, что принесет продолжение наших отношений и мне не придется тратить нервные клетки, донося до неё эту печальную истину. К тому же, что усугубляет ситуацию, мне и самому не хочется прекращать. Слишком уж я истосковался по нормальным человеческим отношениям и теплу женского тела в собственной кровати…

Вынырнув из грустных мыслей и печальных раздумий, я огляделся, вновь бросив взгляд на голограмму.

Артемий Войцеховский и Амелия Бергауз, истинные имена которых дроиды с ИИ так и не смогли выяснить, действительно оказались по адресу Сектор Читай-Город, уровень двадцать, корпус S-2, этаж пять, в офисном здании компании «Посполитый фарм». Во всяком случае, их планшеты были там, внутри этой бетонной коробки. Однако, сейчас сие здание выглядело скорее недостроем, нежели когда-то функционирующим коммерческим объектом, где находились офисы и каждый день работали десятки тысяч человек. Остекление отсутствовало, внутренние стены исчезли — вместо всего этого можно было увидеть лишь железобетонный скелет из перекрытий и несущих конструкций, да зияющие черными провалами шахты лифтов. Редкие лампы, висящие на временных линиях проводки, давали минимум освещения. По сути, они лишь показывали окружающим, что тут всё же имеется постройка и лететь напрямую, будто бы здесь пусто, совершенно не стоит.

В целом же, вся эта постройка выглядела удручающе и вызывала далеко не радужные ассоциации со скелетами в склепах. Во всяком случае, в данным момент здание походила на содержание именно кладбища, а не громадный офисный центр крупной корпорации.

— Точно ловушка, — произнёс Скотт, стоящий рядом со мной, — На тепловизорах пустота. Там нет никого живого… Крысы и только…

— Либо, наши цели — киборги, — покачал я головой, оглядывая окружающие здания, — Тогда они могут прятаться и в тепловом спектре… Если это диверсионные модели.

Продолжающийся ливень словно бы накинул маскировочные сети на всё вокруг, оставляя видимыми для человеческого взора лишь размытые силуэты. Потоки воды, льющей с неба, казались серым мрачным водопадом, подсвеченным множеством разноцветных огней громадного мегаполиса. Впрочем, источники света тоже выглядели размытыми, постоянно меняющими форму, периодически исчезающими, чтобы спустя мгновение появиться вновь, сверкая чуть ярче или чуть слабее.

Воздух был наполнен запахами выхлопов, пластика, стылой влаги и химикатов, вызывая желание вернуться в уютную кабину корабля с её системами фильтрации. Уж там горло не начинало саднить от каждого вдоха. И это здесь, в столице, с её жесткими мерами по экологической безопасности… Что творится на поверхности промышленных планет, где нет такого контроля, мне думать не хотелось в принципе. Как и о том, что там живут люди, каждый день вдыхающие вместо дающего жизнь чистого воздуха ядовитую смесь.

— Тогда всё ещё хуже, — вздохнул Скотт, подходя к ограждению крыши здания, на котором мы приземлились, чтобы провести разведку и планирование операции, — У них было очень много времени, чтобы всё заминировать. Сунемся — ловушка захлопнется.

— У нас нет выбора — надо идти туда.

— Дерьмово, — вздохнул лейтенант.

Покосившись на офицера, я хмыкнул:

— А кто сказал, что мы сами пойдем туда сразу? Отправим дроида-разведчика. А там уже видно будет — есть ли смысл вообще соваться внутрь?

— Если Войцеховский и Бергауз там, то дроиды их вспугнут.

— Думаю, что там их уже нет — только планшеты, чтобы завести сюда преследователей, — покачал я головой, думая о том, что неплохо было бы выкурить пару-другую сигарет.

Видимо, привычка Разумовского оказалась заразительной. Впрочем, учитывая обстановку, повод для раздумий с дымящейся сигаретой имелся. Да и кофе очень хотелось. И не бурды из пищевого синтезатора, а натурального, сваренного в турочке. К хорошему привыкаешь очень быстро, что тут сказать…

Майор отправился в Управление СВР, выбивать нам дополнительную группу оперативников и получать документы о контроле за следствием по делу об убийстве Ядвига Ширгая. Собственно, помимо прочего, он собирался пообщаться с высоким начальством по поводу найденных нами сведений по Темирязеву и его контактам. Соваться в змеиное гнездо громадных денег без прямого разрешения нам совершенно не с руки и не к месту. Можно, в лучшем случае, по носу получить, а в худшем, остаться без оного.

Я и группа Скотта отправились в Нижний Город, изучать это чертово здание «Посполитый фарм» и ждать пока Разумовский отправит к нам усиление с дроидами-разведчиками. Майор, к слову, распорядился самим туда не соваться, дабы не нарваться на проблемы. Спорить с ним у меня желания не возникло в принципе. Приключений на мою многострадальную голову Нова-Терра преподнесла уже изрядно и, судя по всему, их будет ещё больше. Ведь, кто-то же стоит за Войцеховским и Бергауз? Да и Темирязев не мог сам по себе всё организовать. Тут нужны силы куда более серьёзные, чем один только заговор поляков, вечно желающих образовать собственное могучее государство, ад обламывающихся…

— Капитан? — вышла на связь Немезида.

— Здравствуй, — улыбнулся я, — Рад тебя видеть.

— Мне очень приятно это слышать, — кивнула ИИ, — Я освоилась с новым телом и даже начала применять его возможности на практике.

— Наталья мне уже рассказала, но мне хочется услышать твою версию.

Вид Немезиды мне очень понравился. Короткие, чуть ниже ушей, белые волосы, светлая кожа и ярко голубые глаза. Фигуру моя ИскИн себе тоже сделала превосходную. Будь она живым человеком, а не киборгом, у которого вместо живой плоти наниты, имитирующие кожу и мышцы, точно приударил бы. Видимо, ИИ специально подобрала такой образ, просчитав моё восприятие. Женщина… Даже электронная. Им всегда нравится быть желанными и ловить на себе восхищенные взгляды мужчин и завистливые от других женщин.

Впрочем, в случае Немезиды это не несет вреда делу. Уж в её уме и трезвости мышления я не сомневался. Как и в надежности. Уж после ситуации на «Родия-7» и того, как она поступила на «Джефф-2», думать о Немезиде плохо было бы глупо. Да и в более приземленных и повседневных вопросах она была не просто незаменима, а невероятно надежна.

— В целом, всё идет штатно. Завтра начнем работы по обкате корабля в условиях космоса. По моей предварительной оценке, всё пройдет гладко и необходимости в дополнительных работах уже не возникнет, — произнесла ИИ, покосившись куда-то в сторону, а затем снова переведя взгляд на объектив камеры, — Наталья и Закери ещё на ранних этапах монтажных работ подошли к делу ответственно, — с улыбкой поведала Немезида, — Однако, ситуация с мерами безопасности меня настораживает. Недавняя попытка диверсии тому подтверждение. Из-за этого я взяла на себя смелось заказать и оплатить с наших резервных счетов дополнительное оборудование для шлюзовой зоны и аппарели, чтобы избежать подобных ситуаций в будущем.

— Хорошо, — кивнул я, — В плане закупок для корабля — полностью полагаюсь на твоё мнение. Главное, из бюджета не выходи.

— Спасибо, Алекс, — кивнула Немезида.

— Что по вооружениям?

— Уже установлены скорострельные турели, — покачала головой ИИ, — Монтаж главных орудий будем проводить после пусконаладочных работ основной энергосистемы и проверочного полета. Раньше в этом нет смысла из-за того, что при необходимости доработки или замены силовых линий потребуется производить демонтаж башен и связанных с ними систем.

— Жаль… Поддержка крупным калибром могла бы нам помочь, — усмехнулся я, представив как Немезида разносит к чертям это здание.

— Полеты в атмосферы, за пределами отведенных зон, на Нова-Терра запрещены для всех видов космических кораблей, капитан, — с нескрываемым сожалением фыркнула ИскИн, — Увы, Алекс, но не в этот раз… Хотя, я не прочь обкатать наш корабль в боевых условиях.

— Ну, тут не Родия, — вздохнул я, — И воевать со всем флотом Империи нам явно не с руки… Подождем подходящего случая… Тем более, что ты явно прочитала документы по тому, какие задачи нам будут ставить.

— Да… И очень надеюсь, что здесь мы закончим как можно быстрее, капитан, — произнесла Немезида, — Воевать с явным врагом всегда проще, чем искать его среди своих, ожидая удара в спину.

— Не могу с тобой не согласиться… Особенно, после того, что произошло с нами…

В этот момент ко мне подошел Скотт:

— Кэп, кар майора на подлете. С ним две машины ВВС СВР и борт я группой усиления.

— Хорошо, — кивнул я и, посмотрев на Немезиду, произнёс, — Позже свяжемся и обсудим пару серьёзных вопросов.

— Обязательно, улыбнулась ИИ, — Жду твоего выхода на связь.

Когда голограмма исчезла, я посмотрел на затянутое темно-серыми, почти черными тучами небо, ища взглядом машины, про которые говорил Скотт. Лейтенант, видимо, поняв мои затруднения, махнул рукой в сторону сектора Империал Нави:

— Они от туда летят, кэп. Я так понял, что не из управления, а от центра переподготовки.

— Интересно… Нам бы пару каров с бортовым вооружением на «Варяг». Всё равно грузовой трюм небольшой и с большой аппарелью…

— Хотите его в ангар переделать? — поинтересовался Скотт, — Неплохая идея, но тогда лучше один десантный аппарат, а один уже с вооружением — для поддержки группы с воздуха. Так толку будет больше.

— Как тут закончим, обсудим с майором и персоналом верфей, Скотт, — произнёс я, выкидывая этим мысли из головы.

Сейчас надо сосредоточиться на поиске Войцеховского и Бергауз. Посмотрев в направлении, куда показывал Скотт, я хмыкнул. Сквозь мутную стену дождя, периодически разрываемую яркими лучами прожекторов, были заметны мерцающие бортовые огни быстро приближающихся каров. Учитывая погоду и низкую видимость, по моей прикидке, лететь им осталось не так уж и много — не больше километра, а то и куда меньше.

— Что ж… Поднимай людей, — вздохнул я, — Будем готовиться к очередному дерьму в нашей жизни.

Скотт в ответ лишь кивнул, направляя к нашей машине, где через открытую дверь пассажирского отсека было видно как отдыхают в креслах бойцы. Вейло что-то читал с планшета, Бар играла с армейским ножом, а Вильгельм и Уил спали в обнимку с винтовками.

«Колоритная команда, — пришло мне на ум, — Надо будет вдумчиво изучить их личные дела, чтобы потом не было сюрпризов. Да и подобрать надо к ним ключик, чтобы эти люди стали полностью лояльны именно мне, а не Империи и вышестоящим офицерам. Ведь, ситуации бывают разными. Это Зак и Наталья полностью мои, как и Немезида. С остальными ни в чем нельзя быть уверенным.»

Опасение того, что рано или поздно некто отдаст приказ на ликвидацию моей скромной персоны были далеко не плодом постепенно развивающейся паранойи. СВР, как и любая подобная структура, обладает серьёзными заскоками в плане секретности. Если сунуть нос не туда, то можно нарваться на проблемы не совместимые с жизнью. Да и политические игры власть имущих бывают разными. В прошлом случалось так, что правители попросту сдавали разведывательные сети ради политических выгод. К тому же, существует угроза предательства старших по званию. И пример бывшего начальника майора, что специально отправил «Ночной полет» на «Джефф-2», тому пример. В такой ситуации лучше иметь за спиной надежную команду, что не предаст, ударив в спину, а последует за своим командиром в огонь и воду, даже если приказы выше стоящих и государственная необходимость станут требовать от них совершенно иных вещей.

Все эти мысли размышления успели пронестись в моей голове, пока машины Разумовским и приведенным им подкреплением, подлетели к месту нашей посадки и, приземлившись рядом, выключили бортовые огни. Сам майор, открыв дверь пассажирского отсека, выбрался из гражданского кара и, оглядевшись, направился ко мне.

— Как тут обстановка, Варнер? — спросил офицер, подойдя ближе.

— Спасибо, хреново, — ответил я, — Никакого движения или тепловых следов людей. Только мелкие животные, вроде крыс и чего-то подобного.

Посмотрев на бетонный скелет здания, находящегося в состоянии капитального ремонта, Разумовский покачал головой.

— Похоже, что вы правы и там ловушка. Оборудование на наших машинах показало то же самое, — произнёс офицер, доставая сигареты, одну из которых протянул мне, а затем, подумав, попросту отдал закрытую пачку и зажигалку, поясняя, — Полагаю, что вы тоже подсели на эту привычку… Вредная, но… очень приятная. Ради таких вещей стоит жить, капитан. Вредных, но приятных.

— Жить вообще вредно, — хмыкнул я, — Да и сама жизнь, как правило, заканчивается далеко не самым полезным для здоровья событием.

— Ваша правда, Варнер, — усмехнулся Разумовский, — С этим не поспоришь… Это как с женщинами. С ними — проблемы, нервы, мысли о том, как бы не пройтись по очередной любимой мозоли или не сказать лишнего… Но и без них дерьмово. Сам процесс затягивает, — улыбнулся майор, — Даже не столько секс, сколько общение, требующее обладать здоровой нервной системой, умением очень быстро думать и находить выход там, где его нет… Да и в тонусе подобное держит… Первые годы точно.

— Дальше борделя и знакомства в баре на одну ночь у меня отношения с женщинами ещё не заходили, — покачал я головой.

— А ваша Берроуз? — поинтересовался Разумовский.

— Ей требовалась разрядка, — пожал я плечами, — Да и в целом… По большому счету, я для неё единственный билет в жизнь, а не в камеру утилизации. На таком фундаменте отношения строить очень тяжело. Во всяком случае, на равных.

— Предпочитаете играть в двое ворот, — понимающе кивнул майор, — Да… Это всегда приятнее, чем быть просто лидером. Порой хочется расслабиться и самому ощутить чью-то заботу и поддержку, да расслабить стальные до опостыления яйца.

— Всем нужен отдых…

Разговаривая «ни о чём» мы сознательно оттягивали тот момент, когда придется начать действовать. Что я, что майор были уже изрядно вымотанными и уставшими. Последние несколько дней, несмотря на внешнее спокойствие, вытянули из нас сил не меньше, чем смертельно опасный забег по Нижнему Городу с отрядом спецназа СИБ на «хвосте». Поспать обоим толком не удалось — мы оба держимся на инъекциях стимуляторов и кофе. По большому счету и поесть тоже полноценно не выходило — бутерброды в гостинице и простейшие блюда из пищевого синтезатора в дроиде сопровождения, который был с нами во время обыска в апартаментах Темирязева.

Выкурив по паре сигарет, мы переглянулись и, почти синхронно вздохнув, пошли к уже выбравшимся из машин оперативникам. Их лейтенант уже разговаривал о чем-то со Скоттом, активно жестикулирующим над голографической схемой здания «Посполитый фарм». Бойцы нашей группы тоже покинули уютный салон пассажирского отсека и теперь прохаживались вдоль борта кара, держа оружие наготове.

— Судя по словам лейтенаната Скотта, — произнёс командир группы спецназа, — самим в здание лучше не соваться. И вы предлагаете отправить туда дроида-разведчика.

— Всё так, — кивнул я, — Можете предложить что-то дельное?

— Думаю, что стоит провести сканирование на предмет взрывчатых веществ, способного к детонации и самоуничтожению оборудования, а потом уже решать как действовать, — подумав, ответил офицер.

Мужчина, как и его подчинённые, снимать с лица балаклав с армирующими защитными вставками не стал, предпочитая оставаться инкогнито. Учитывая его службу и те опасности, что она за собой несет, осуждать его за это было бы глупо.

— Действуйте, лейтенант, — кивнул Разумовский, — Думаю, сейчас это ваша вотчина — вам и карты в руки. Для нас важно взять Войцеховского и Бергауз или получить их планшеты, если этих людей там не окажется.

— Сделаем, майор, — кивнул спецназовец, — Если они там, то вы их получите.

— Живыми, лейтенант, — вздохнул Разумовский, — Очень желательно, чтобы они были живыми. Здоровыми — по ситуации. Хоть руки и ноги им отрежьте и к задницам пришейте, но возьмите их живыми.

С усмешкой покачав головой, офицер направился к своим людям, что уже доставали из грузовых отсеков контейнеры с оборудованием. Спецназовцы действовали неторопливо, без суеты, размеренно. Казалось, что подобные вещи для них рутина и они не к боевой операции готовятся, а просто обычные грузчики, что выгружают чью-то мебель во время переезда из одной квартиры в другую.

Бросив взгляд на бетонный скелет офисного здания, я покачал головой. На первый взгляд, спрятаться там попросту негде, но… Всегда есть скрытые конструкции и помещения, вентиляционные шахты и технические ниши. Тот, кто ищет убежище, если имеет мозги и опыт, найдет его. Было бы желание.

* * *

Сидя на бетонном полу, MSX-720GSD-II-14 смотрела на свои руки. Кровь Ядвига Ширгая давно смылась потоками дождя и грязью, царящей в подземных коллекторах, через которые пришлось пробираться киборгу, чтобы попасть в это здание. Увы, но целей, которые следовало найти и ликвидировать боевая машина, имитирующая женскую внешность, тут не нашлось. Следы пребывания тут двух «человек» имелись, но не они сами.

Сомнения в принадлежности Войцеховского и Бергауз в разум ИИ закрались после того, как она вдумчиво изучила помещение, где эта парочка находилась достаточно долго, чего-то ожидая. Мужчина и женщина не ели, не пили, не спали, не сидели на пластиковых стульях, не ходили в туалет, удаляя из организмов продукты жизнедеятельности, не расхаживали по небольшой комнате. Они стояли на одном месте, словно бы являлись машинами, перешедшими в режим ожидания. Более того, в помещении, куда привели киборга следы, не обнаружилось ни одного источника света.

Люди не могут находиться в таких условиях и часами бездействовать, не совершая никаких движений. Им нужны едва, вода, сон, туалет, кресло или кровать, осветительные приборы… Но нет. Ничего подобного там не обнаружилось, из чего MSX-720GSD-II-14 сделала вывод, что её цели к людям отношения не имеют.

Данный факт требовал анализа и выработки новой тактики действий и поиска оптимального пути их ликвидации. Ведь, если Войцеховский и Бергауз — киборги, то и убить их куда сложнее. К тому же, их двое. Это означает, что сама MSX-720GSD-II-14 может быть уничтожена, так и не выполнив поставленную задачу. Данное развитие событий недопустимо. Особенно, если учесть тот факт, что в списке целей, подлежащих ликвидации, находится целый список людей, среди которых имеются и достаточно опасные личности. Например, капитан Варнер, офицер СВР. Его уничтожение помечено как второе по степени важности. Затем идут майор Разумовский, лейтенанты Скотт, Берроуз и Вайскез, а затем сержант Вейло.

Почему её создатели решили убить целый список действующих сотрудников СВР, MSX-720GSD-II-14 не задумывалась. Ограничители на нейро-процессоре киборга не допускали появления «излишних» логических цепочек, выходящих за рамки базового программного кода личности. По этой же причине ИИ было плевать на то, что полковник Войцех Роджанский, активировавший её и отдавший приказ со списком целей для ликвидации, уже несколько дней как находится под арестом.

Однако, иные вопросы посещали голову ИИ. Например, степень угрозы будущих противников и методы их ликвидации.

Исходя из полученных ею данных и видео записей, самым опасным, в силу происхождения, личной подготовки и опыта, являлся именно Варнер, однако, анализ действий всех целей, подлежащих уничтожению, показывал, что даже лейтенант Берроуз, в случае экстремальной ситуации, способна совершать поступки, выходящие далеко за пределы возможностей нормальных людей. Учитывая же текущее место нахождения большинства целей, MSX-720GSD-II-14 предпочла действовать в отношении более простых и понятных, на первый взгляд, объектов — Войцеховского и Бергауз. Зтем киборг планировала разобраться с капитаном, пользуясь тем, что оно идет по следу двух первых целей. Фактически, ей даже не требовалось искать мужчину — он сам появится тут.

Однако, ситуация оказалась сложнее и две первоначальные цели исчезли, да ещё и не являлись людьми, справиться с которыми киборгу-ликвидатору труда бы не составило.

Сенсоры киборга вдруг зафиксировали звуки, классифицированные как движение по бетону металлической конструкции с искусственными мышцами. Их громкость и частота давали понять, что искомый механизм достаточно мал и весит не больше нескольких килограмм. В пустующем, находящемся в состоянии капитального ремонта, здании, где сейчас не должно быть рабочих, подобного быть не должно.

MSX-720GSD-II-14 поднялась с пола одним плавным движением и, задействовав режим хамелеона, киборг направилась к выходу из помещения, в котором находилась, анализируя ситуацию. Машина шагала совершенно неслышно, обходя стороной горы строительного мусора, обрывки проводов и лежащие на мокром бетоне куски упаковок от строительных материалов. Алые зрачки видео датчиков, заменяющих глаза, скользили по пустым помещениям, пытаясь найти противника. MSX-720GSD-II-14 ориентировалась на движение, поскольку враг тоже мог быть под маскировкой и обладать средствами подавления тепловых следов и радиоизлучений. Каждый предмет, встреченный на пути к лестнице сканировался, его изображение и место положения сравнивались с данными из памяти, записанными при появлении на этаже.

Никого. Пусто.

Остановившись в пустом дверном проеме, MSX-720GSD-II-14 посмотрела вверх и вниз по лестнице, запустив детальный анализ акустических датчиков. Однако, и тут её постигла неудача. Звук движения неизвестного механизма больше не повторялся. Будь она человеком, то приняла бы решение, что ей показалось, а сенсоры акустической системы сбоят. Однако, для ИИ нет места сомнениям. Перейдя в боевой режим, MSX-720GSD-II-14 сделала шаг назад, разворачиваясь всем корпусом. В этот же момент робот, напоминающий смесь паука и осьминога, бросился на неё, с металлическим грохотом заваливая на бетонный пол. Конечности машины, обхватив тело и руки MSX-720GSD-II-14, сжали их, а из тела странного киборга в робота-ликвидатора потек поток нанитов, внешне похожий на серебристую, блестящую ртуть.

Противовирусные программы и фаерволлы запустили средства борьбы со взломом. Наниты киборга принялись уничтожать своих враждебно настроенных собратьев. Несмотря на это, системы кибернетического организма начали сбоить, вынуждая MSX-720GSD-II-14 искать дополнительные способы спастись, избегая прямого контакта и сугубо технического и технологического противостояния.

Творение человеческого инженерного ума, задействовав все свои мощности, сопротивлялось взлому своих систем, пытаясь заодно сбросить противника. Издавая металлический лязг и скрежет враги начали кататься по полу. В какой-то момент MSX-720GSD-II-14 смогла высвободить правую руку и активировать встроенный в ладонь плазменный поточный излучатель. Несмотря на то, что он был маломощным, одного заряда хватило для того, чтобы прожечь дыру в на удивление мягком теле-голове осьминога. Из прорехи сразу же полился новый поток нанитов, устраняющий повреждение. Однако, MSX-720GSD-II-14 вновь выстрелила, сумев срезать сразу несколько щупалец, а затем, извернувшись, выскользнула из цепкой хватки своего противника.

Оба киборга на мгновение замерли, а затем бросились в атаку. В этот раз MSX-720GSD-II-14 не допускала близкого контакта, стреляя из плазменного излучателя и бросая в осьминога все попадающиеся на её пути тяжелые предметы, дабы не дать ему возможности приблизиться вплотную. Её противник же постепенно восстанавливался. Наниты наращивали утерянные конечности. Те же щупальца, что были срезаны оружием MSX-720GSD-II-14 превратились в серебристые лужи, скользящие вслед за противостоящими друг другу киборгами.

«Анализ противника. Анализ конструкции. Анализ структуры. Анализ скоростных и масса-габаритных параметров. Поиск решения. Решение обнаружено. Расчет. Расчет выполнен.»

Стоило MSX-720GSD-II-14 понять как можно ликвидировать странного, неудобного и опасного врага, как она тут же сменила тактику. Вместо того, чтобы продолжать поливать врага плазменными импульсами, киборг бросилась бежать к утилизационной установке. Если сорвать блок ограничителя, а затем, открыв камеру молекулярного растворителя, включить аппарат, то всё, что попадет в зону действия луча-утилизатора, будет уничтожено. Причем, на расстоянии тридцати метров.

Оставалось суметь реализовать этот план.

* * *

— Вижу движение! — раздался голос одного из спецназовцев, — Теплового следа нет! Излучений нет… Черт, да там бой!

— Сканер металлов… Это киборги! Один гуманоидный, а второй какой-то паукообразный. Устроили настоящую свалку… — произнёс второй боец, сидящий за пультом другого сканера.

Выведя изображение, созданное объемным эхо-локатором, спецназовец фыркнул:

— Они там трахаются, что ли?

И действительно, женская фигура каталась по полу, прижатая чем-то напоминающим осьминога, обвившего её щупальцами, старающимися проникнуть внутрь своей жертвы. В какой-то степени эта картина напоминала фильмы ужасов двадцатого века про хищных инопланетян, расправляющихся с людьми подобным образом. Разница заключалась в том, что на голограмме были исключительно машины, а не живые существа.

— Группа, к бою! — распорядился командир спецназовцев, — Заходим на этаж с борта! Тросом! Нейро-импульсники к бою!

Мы с Разумовским переглянулись, но вмешиваться не стали. Спецназ должен сам выполнять свою работу без посторонних инструкций. Тем более, что их этому учили. Это не я, флотский офицер, да майор — разведчик. К тому же, нейро-импульсники — оружие, предназначенное против кибернетических организмов. Оно поражает нейро-процессоры, нарушая связи между их элементами, что приводит к парализации и отключению мозга машин.

— Кэп, а стоит ли? — тихо спросил Скотт, подойдя к нам, — Если там боевой робот с каким-то кибер-тентаклем устраивают жесткое БДСМ-порно, то может и другие такие же есть?

— Не вмешиваемся, — покачал головой Разумовский, — Пускай работают. Я для этого и пожертвовал своими нервами, чтобы не мы головами рисковали, а они.

Трое спецназовцев остались действовать в качестве операторов наблюдательного оборудования, а остальные, погрузившись в кары, направились к зданию, где в это время устраивали бой киборги. Я же, наблюдая за происходящем на голограмме, задумался о том, что наши цели вполне могут быть и не людьми вовсе, а роботами-диверсантами. Инфильтраторами, подобными тому, что пытался устроить диверсию на «Варяге».

— И почему мне кажется, что мы сейчас увидим далеко не успешную работу спецназа? — ехидно спросил Вейло, подойдя к нам, — Всё же… Киборги, особенно, похожие на бешенных моллюсков из секс-шопа для извращенцев, опасная штука. Как бы бравых парней из спецназа там не поставили в характерную позу.

— А я думаю, что кибер-девица всех поимеет, — произнесла Лейла, тоже подойдя к нам, — Будем ставки делать?

Покосившись на бойцов, Разумовский только фыркнул, а Скотт покачал головой и произнёс:

— Уматывайте в машину и ждите приказов… Оба!

Хмыкнув, я подошел к проектору, демонстрирующем голограмму с происходящим в здании боем. Женщина-киборг смогла вырваться из хватки её противника, используя какое-то энергетическое оружие. Судя по всему, оно было встроено в её тело. Некоторое время обе машина метались по этажу. Осьминог пытался добраться до своей противницы, а так старательно уворачивались, не забывая стрелять по своему врагу. Затемженщина-киборг бросилась куда-то в глубину помещения, где быстро запустила… Утилизатор?

— Что она делает? — повернулся я к спецназовцу, тоже наблюдающему за происходящим.

Тот лишь отмахнулся от меня, произнеся в гарнитуру:

— Противник отошел в глубину здания!

Посмотрев на здание, я увидел как машина со спецназом приблизилась к нему почти вплотную, а затем от туда вылетел фиксатор с тросом, впившийся в бетон. Почти сразу бойцы принялись спускать по нему на этаж, начав стрельбу. На голограмме же было видно, что женщина-киборг успела совершить какие-то манипуляции с утилизатором, и, открыв его, включила.

В эту же секунду все, кто был на этаже, закричали, а машина, висевшая перед зданием резко ушла в сторону, оставляя за собой мощный пылевой шлейф и черный дымный след. Крики спецназовцев резко оборвались, а робот-кальмар исчез. На его месте была лишь кучка металлической пыли.

Из семи бойцов, что высадились на этаж, живыми остались двое, но один из них лишился руки и часть грудной клетки, от чего теперь лежал на полу, дергаясь и делая всё более слабые судорожные вдохи, а второй, в момент включения утилизатора спрыгнув с этажа, висел на тонком тросе, пытаясь взобраться обратно.

— Скотт, — выдавил я из себя, — Готовь группу… Эй! — пришлось схватить за плечо вскочившего было спецназовца, — Нужно тяжелое вооружение!

— Иди к черту, капитан! — вырвался тот, показывая пальцем куда-то в сторону, — Шевели жопой, если жить хочешь.

Повернувшись, я увидел как машина, что везла спецназовцев, кружится в воздухе, быстро приближаясь к занятой нами крыше. В полете от кара отваливались рассыпающиеся в воздухе части корпуса, а дым и пылевой шлейф становились только больше и плотнее.

— Бегите! — крикнул спецназовец, бросаясь к нашему кару, куда секунды назад забрались Вейло и Бар.

Не став спорить с ним, я метнулся к машине. Разумовский и Скотт последовали моему примеру, а Вильгельм, успевший перебраться в водительский отсек, запустил двигатель и ждал пока мы окажемся внутри. Двое других спецназовцев тоже не теряли времени даром, запрыгнув в раскрытый люк транспорта.

Глава 12

Пытаться остановить падение кара спецназа я даже не пытался. Одного прикосновения волей к нему хватило, чтобы понять — живых на борту машины нет. Да и не известно как поведет себя разваливающийся транспорт в случае если его резко остановить.

Утилизаторы — одна из технологий, что прошли сквозь века существования Империи. Принцип расщепления материалов на примитивные вещества базируется на двух знания — Брауновское движение атомов и молекул, создающее на уровне кристаллических решеток постоянную вибрацию, и эффект резонанса. Излучатели в утилизаторах настроены на частоты, которые приводят к наступлению разрушительного резонанса в структурах, допустим, металлов. Понятно, что в зависимости типа сплавов или, предположим, углеводородов, требуются различные частоты. Потому существует больше сотни настроек для каждой модели утилизатора, а сами они различаются по назначению. Причем, их низкая энергозатратность объясняется тем, что при наступлении разрушительного резонанса даже в одной точке разрушаемого предмета, он начинает распространяться и на остальную кристаллическую решетку.

Полагаю, что именно по этой причине спецназовский кар продолжал разрушаться, хоть и вышел из под воздействия излучателей, запущенных женщиной-киборгом.

— Лейла! — повернулся я к новенькой, когда мы взлетели, а затем мимо нашего борта пронеслась падающая машина спецназа, с грохотом рухнув на крышу, — Ты, вроде, снайпер?

— Да, командир, — кивнула та, а затем, хлопнув ладонью по стволу винтовки, пояснила, — Только с этого я метров с двухсот смогу эффективно стрелять.

— А зона поражения утилизатора была метров сорок-пятьдесят… — хмыкнул я, — Вильгельм, подводи нас к зданию и веди бортом. Будем охотиться на эту суку.

— Есть, кэп! — отозвался десантник, — Сделаем.

Спецназовцы же, смотря на продолжающую разваливаться машину, и без того серьёзно пострадавшую при падении, хранили молчание. Разумовский, покосившись на них, произнёс:

— Бойцы! Миссия не закончена!

— Да, сэр, — кивнул тот самый парень, что был оператором у эхолокационной системы, — Капрал Эшл. Информационная разведка.

— Капрал, нам надо найти двух человек и выяснить что за киборги в здании. Свяжитесь с вашим парнем, который на тросе висит. Мы постараемся его подобрать или сами высадимся в здание, — подумав, произнёс Разумовский, но я решил несколько изменить планы.

— Никаких высадок, пока они там боеспособны. Парня подберем когда будем уверены, что вывели киборгов из строя, иначе нас всех положат.

— Логично, капитан, — кивнул капрал, включая тактический терминал связи, — Юзеф, ответь, это Эшл.

— На связи!

— Виси на тросе, пока мы не зачистим этажи. Киборгов может быть больше.

— Их тут точно больше, Эшл. Я сейчас видел второго бешенного кальмара, Эта тварь полезла по колоннам вверх. На меня внимания не обратила, — ответил собеседник капрала.

— Виси и не отсвечивай, — распорядился капрал, отключая связь.

В это время Вильгельм подвел наш кар к зданию, развернув машину бортом, а Вейло открыл боковую дверцу. Бар сразу же взяла винтовку на изготовку. При этом я заметил, что она вставила в разъём компьютера своего оружия тонкий провод, идущий из её кибер-протеза, а зрачок её искусственного глаза расширился и сменил цвет с красного на зеленый.

— Вижу цели! — произнесла Лейла, — Два робота — кибер-шлюха и осьминог. Оба в режиме мимикрии, но она работает со сбоями.

— Первым выведи из строя кальмара, — приказал я, прикинув, что женщина-робот сполна воспользуется тем фактом, что по её противнику будет вестись огонь, а сама она для нас уже не столь опасна, поскольку в ближний бой не полезет.

Бар не стала отвечать, а лишь принялась стрелять, переведя винтовку в режим максимальной мощности залпа. Проследив за полетом бластерных зарядов, я хмыкнул. Кибер-кальмар действительно искрил, то исчезая, то вновь появляясь, объятый голубыми электрическими разрядами. То ли его противница смогла что-то повредить в нём, то ли всё дело в гибели его собрата, каким-то образом с ним связанного… Либо, эта тварь тоже попала под действие излучения утилизатора, но спрыгнула, спасаясь от него.

— Живучий! — фыркнул Скотт, тоже приготовившись к стрельбе.

Взяв бинокль, я принялся наблюдать за происходящем в глубине здания. Увиденное напомнило мне «Джефф-2», когда массивный темный силуэт начинал терять нанитов, из которых состоял. Они оседали на полу и бронекостюме черной пылью. Здесь ситуация была похожей, но разница заключалась в том, что кибернетический кальмар оставлял после каждого попадания лужи серебристой субстанции, напоминающей ртуть.

Спустя мгновение Вейло и Скотт тоже начали обстреливать странного робота, а его противница, пользуясь этим, окончательно разорвала дистанцию и бросилась к шахте лифта.

— Юзеф, — мгновенно отреагировал капрал, вызывая спецназовца, — Снимайся и двигай к шахте лифта! Туда бежит один из роботов!

— Есть! — мгновенно отреагировал боец, срываясь с троса.

Однако, бежать сломя голову не стал, а выстрелил из подствольного гранатомета в черный зев шахты. Мгновение и внутри расцвел голубой плазменный взрыв, а женщина-киборг, уже почти спрыгнувшая вниз, отпрыгнула в сторону, лишившись части своих нанитов, что серебряной пленкой покрывали её металлический скелет. Впрочем, и он изрядно пострадал. Через бинокль я увидел, что один из оптических сенсоров в глазницах черепа оплавился и выключился, заискрив, а кисть правой руки превратилась с искореженный обломок, лишь отдаленно напоминая нормальную конечность.

Кибер-осьминог же, демонстрируя невероятную живучесть, несмотря на обстрел, всё ещё пытался найти укрытие, но затем, словно бы сменив приоритеты, метнулся к краю бетонного перекрытия, словно бы собираясь прыгнуть.

— В сторону! — рявкнул я, поняв, что задумала эта машина.

Судя по всему, тварь решила избавиться от нас, а затем продолжить охоту на свою первоначальную цель. Учитывая же то, насколько это порождение совершенно неизвестных технологий живучее и предпочитает ближний бой, стоит ему добраться до кара, как нам придёт конец.

Впрочем, ситуацию спас капрал Эшл. Он выстрелил из подствольного гранатомета своей винтовки, попав точно в тело робота. Мгновение, и плазменный взрыв разорвал киборга, сжигая его изнутри. Второй спецназовец, что тоже находился в салоне, принялся стрелять по кибер-женщине в режиме нейро-импульсного поражения. Та попыталась было найти укрытие, но в этот момент на лестничном пролете появился Юзеф. Боец не стал дожидаться развития ситуации, а тоже открыл пальбу. Робот бросилась к нему, но под перекрестным огнем добраться до спецназовца ей не удалось. Очередной выстрел достиг своей цели и она рухнула на бетонный пол, по инерции проскользив на нему несколько метров.

— Неужели всё? — тихо спросил Вейло, держа наготове винтовку.

— Очень хочется в это верить, — покачал я головой, — Вильгельм! Сможешь эту колымагу завести на этаж?

— Лучше выше, кэп, — ответил тот, — Хрен их знаешь этих кальмаров, что они могут. А тут столько луж от сраной кибер-дряни, что лучше подстраховаться.

— Хорошо. Поднимай машину выше и паркуйся там.

— А я вызову спецов из экспертного центра и ксено-лабораторий, — произнёс Разумовский, задумчиво глядя на неподвижно замершую женщину-киборга.

С этими словами майор достал из внутреннего кармана планшет, принявшись искать в списке контактов нужный. Весь вид офицера был удрученным и мрачным. То ли он находился под впечатлением от столь быстрой и жестокой смерти спецназовцев, то ли сама ситуация с тем, что в столице свободно разгуливают киборги неизвестного происхождения, выбила мужчину из колеи.

— Это майор Разумовский. Личный номер — три-семь-девять-дельта-бис-семнадцать-четыре. Родианский отдел, — произнёс в гарнитуру офицер спустя минуту, — Требуется экспертная группа и специалистов по ксено-технологиям. Адрес…

Пока мой начальник занимался уже более рутинной работой, я посмотрел на капрала Эшла.

— Сколько ваших погибло?

— Семь, — коротко ответил тот глухим, лишенным эмоций, голосом, — Чертовы роботы…

Скотт, бросив понимающий взгляд на спецназовца, хлопнул того по плечу и произнёс:

— Держись, братишка. Наша война только начинается и ты этих тварей ещё успеешь положить… И их хозяев тоже.

— Надеюсь, — кивнул мужчина, снимая каску и балаклав, — Очень на это надеюсь.

Перед нами оказался молодой парень лет двадцати пяти на вид. И всё бы ничего, если бы не серийный номер, вытатуированный на его левой скуле. Клон. Генетически спроектированный боец, произведенный в рамках некоей серии.

— Но братьев мне это не вернёт, — добавил спецназовец, — Они такой подлой смерти точно не заслужили.

В этот момент майор убрал свой планшет во внутренний карман плаща и, закурив, протянул спецназовцу сигарету. Тот её молча взял, благодарно кивнув офицеру. Пока Вильгельм аккуратно заводил машину в глубину здания между бетонными перекрытиями, капрал успел выкурить сигарету, сохраняя молчание.

— Нам нужно оцепить место и не приближаться с нанитам этих кальмаров, — произнёс Разумовский, вновь закуривая и протягивая пачку уже мне, — Сказали, что даже сейчас они опасны… Варнер, я же вам выдавал спички и сигареты…

— Закончились, — пожал я плечами, — Да и остальным дал…

— Мда… — протянул майор, покосившись на Скотта и его людей.

— Есть, не приближаться, — запоздало ответил капрал, выпрямляясь и беря наизготовку оружие.

Стоило кару приземлиться, едва втиснувшись между перекрытиями, как мы, держа оружие наготове, выбрались из нутра машины, оглядываясь по сторонам. Оборудование спецназовцев погибло, разбитое их упавшим транспортом, из-за чего теперь мы не знали есть ли ещё киборги в здании или нам удалось расправиться со всеми.

— Вы там долго? — крикнул Юзеф, — Кажется, чертовы лужи шевелятся…

— Только этого не хватало, — вздохнул Скотт, — Бросай гранаты, парень! Плазму или эми! Быстро!

Мгновение, и этажом ниже последовала несколько хлопков и вспышек ЭМИ. Судя по всему, спецназовец не счет нужным отвечать, выполнив приказ молча. Я же в этот момент подумал, что кроме людей в десантной группе нужны боевые роботы. В идеале, не армейские, а подобные тому, что устроил тут драку с кибер-кальмаром. Эффективность такого рода машин известна и без того — крайне умные, быстрые, гибкие, обладающие высокой живучестью и способные адаптироваться к резкому изменению обстановки. Идеальные диверсанты и киллеры. Учитывая же куда и с какой целью нам предстоит отправиться, наличие подобных киборгов окажется серьёзным подспорьем.

— Даже не думайте! — вдруг произнёс Разумовский, под тихий смех Вейло и Скотта, — Варнер, даже не пытайтесь об этом думать!

— Эм… О чем? — опешил я.

— Киборгов вы больше не получите. Обходитесь Немезидой, — фыркнул Разумовский, — И нет, я мысли не читаю — было не трудно догадаться о чем вы подумали, учитывая обстановку.

Дружный смех немного разрядил обстановку.

Спустившись на нужный этаж, мы увидели Юзефа, продолжающего держать серебристую жидкость под прицелом. Неподалеку, на том же месте где и была, лежала кибернетическая женщина. Впрочем, сейчас причислить её к прекрасному полу можно было бы с большим трудом. Очертания фигуры, создаваемые нанитами, поплыли, открыв нашим взглядом металлический скелет. На месте груди имелись два сегмента я тускло светящимися блоками энергоячеек. А лицо, еще десяток минут назад выглядевшее кукольным, теперь сменилось на серебристый череп, с одной стороны оплавленный и покрытый сетью глубоких вмятин.

— И Ширгай это трахнул, — фыркнул Скотт, подойдя к неподвижному телу киборга, — Черт… Как можно перепутать живую женщину с металлической шлюхой? У него член там от трения с металлом мозолями не пошел? Или он себе давно протез поставил?

— Наниты могут имитировать живую плоть не только внешним видом, но и температурой… мягкостью и гладкостью, — сладким голосом произнесла капрал Бар, опустившись рядом с телом киборга на одно колено, — Судя по всему, блоки памяти целы — у этой сучки только нейро-процессор сгорел. Остальное вполне функционально.

— Так… Разойтись по территории! — приказал майор, — Эшл, одного человека к машине на охрану, остальным — держать периметр. Варнер — свяжитесь с Немезидой и организуйте ей подключение к этой кукле. Нам надо сделать копию информации, — добавил Разумовский.

Не став спорить, я достал планшет, спросив при этом:

— Полагаете, что у нас это дело заберут?

— Если вы не поняли, Алекс, — вздохнул офицер, — Роботы-кальмары производятся тургами в качестве боевых и диверсионных единиц. Считайте, что доказательство их причастности к мятежу у нас есть. Осталось только проверить насколько серьёзно они смогли окопаться тут и…

— Майор Разумовский! — активировалась связь офицера, — Группа экспертов направлена к вам. Будет на месте в течении сорока минут. Обеспечьте сохранность объектов исследования.

— Принято, — ответил мужчина, бросая на меня взгляд, — Действуйте. Позже всё обсудим.

* * *

Взломать нанитов, созданных тургами, у Немезиды так и не получилось. Как ИИ не старалась, технология чужих оставалась для неё закрытой. Слишком уж отличался программный код и его логика от привычных ей. И это не говоря о технологическом превосходстве. Всё же, столь серьёзный разрыв давал о себе знать из-за чего сил одного единственного, хоть и весьма развитого ИИ, даже при использовании вычислительных мощностей бортового компьютера, не хватало. Тут требовались значительно большие возможности и ресурсы.

Зато она смогла понять, как именно можно уничтожать их. Метод оказался на удивление простым — излучатели утилизаторов или их военные аналоги. Подобное оружие и без того достаточно эффективно на малых дистанциях и часто устанавливается на истребители-перехватчики патрульных флотов Империи, но у него имеется целый список недостатков.

Во-первых, оно невероятно требовательно к энергоснабжению, из-за чего необходим отдельный реактор. В случае с перехватчиками вопрос решают с помощью секции ториевых батарей, способны заменить его. Правда, это существенно ограничивает реальные боевые возможности тем, что орудие может сделать не больше десятка выстрелов.

Во-вторых, имеется проблема режима стрельбы. Для достижение реального эффекта излучению, вызывающему разрушительный резонанс колебаний атомов и молекул в кристаллической решетке вещества, необходимо некоторое время. По сути, это означает, что подобные системы вооружений имеют только один режим стрельбы — поточный. Импульсный не дает необходимого эффекта, создавая лишь точечные поражения корпуса противника, но не приводит к развитию каскадного разрушения.

В-третьих, все подобные излучатели нуждаются в отдельной системе охлаждения. И если те же истребители-перехватчики сами по себе весьма специфичные машины, у которых нет даже собственного гипер-привода и сопутствующего ему оборудования, что и позволяет не экономить на подобных вещах, то на других кораблях подобные вещи уже станут проблемой. Ведь необходимо иметь сбалансированную структуру производства и расхода электроэнергии, правильное и удобное для обслуживания и ремонта размещение всех элементов конструкции судна… А резонансные излучатели в классическую схему кораблестроения и компоновки попросту не вписываются.

Проанализировав ситуацию, Немезида пришла к выводу, что ей известны далеко не все сведения по изучаемому вопросу. После этого ИИ начала искать информацию уже не только в открытых источниках, но и базах данных СВР, особенно, в их технических разделах. Уже спустя час, ИскИн удовлетворенно кивнула.

Как Немезида и подозревала, человечество давно имело некоторую информацию о технических достижения Пространства Сената. Особенно серьёзно к сбору сведений люди подошли относительно военной сферы и технологий двойного назначения. Учены искали способы создания аналогов и противодействия достижениям тех же тургов, что даже не скрывали своего отношения к людям и их союзникам. Естественно, что плоды этой работы общеизвестными не стали, а некоторые так и вовсе засекречены столь глубоко, что даже упоминания о них весьма скудны.

Зато ей удалось найти не менее полезную, становящуюся жизненно важной для «Варяга» и его экипажа информацию. Космические корабли тургов производятся не строительным методом, как у людей и прочих рас известной части галактики, а практически аддитивным — выращиваются с помощью нанитов. Технология, по сути, проста и сложна одновременно. Происходит массовое производство нанитов, разбиваемых на группы, каждая из которых обладает целевой программой. Одни — формируют корпус и силовой набор. Другие — линии энергоснабжения. Третьи — то или иное оборудование и системы кораблей. Четвертые — вооружения. Более того, каждая из таких групп обладает вложенной дополнительной программой на восстановление сформированных структур при их физическом повреждении.

Двумя слабыми местами такого подхода являются слабость перед поражением высоко ионизированными частицами и возникновение резонансных разрушений. Фактически, плазменное и бластерное оружие или аналоги стационарных утилизаторов. Из-за этого говорить о существовании броневого элемента кораблей тургов не приходится. Компенсируется это высокой маневренностью, большой дальностью стрельбы и мощнейшими многослойными щитами.

Тактику, стратегию и технические средства ведения боев против подобного противника люди уже разработали, но, по каким-то причинам, ещё не ввели массово, сохраняя секретность. То ли опасаются возможных утечек, риск которых запределен, особенно, в свете выявления киборгов-инфильтраторов, то ли как таковых полноценных вооружений ещё нет и всё находится на стадии прототипов. Во всяком случае, Немезиде так и не удалось получить доступ к нужным материалам. Везде она натыкалась на ответ — «Доступ закрыт. Недостаточный уровень допуска.»

Запустив скачивание архива патентов военного и двойного назначения и военных библиотек по тактике и стратегии, Немезида принялась обдумывать способы повышения живучести «Варяга» и увеличения его шансов если не на победу, то на выживание при столкновении с кораблями тургов.

То, что грядущие доработки потребуют денег и времени ИИ прекрасно понимала, из-за чего уже стала прикидывать где и как можно быстро достать требуемые суммы.

«Алекс сам сказал, что полностью полагается на меня, — напомнила себе Немезида, проанализировав возможные проблемы и последствия, — А мне важно не попадаться.»

* * *

— Входите господа, — раздался голос секретаря, вырвавший меня из раздумий по поводу того, что именно делает Немезида с кораблем.

Посмотрев на мужчину, я кивнул и поднялся вслед за Разумовским, уже успевшим сделать несколько шагов к распахнутой двери.

Шестой день почти без отдыха давал о себе знать. Инъекции симуляторов и кофе уже почти не помогали, от чего в голове прочно укоренилось лишь одно желание — спать. Подозреваю, что вид у меня при этом был таким же отвратительным, как и у майора, щеголявшего почти черными кругами под глазами, синюшно бледным лицом и злым взглядом покрасневших из-за полопавшихся сосудов, глаз.

Увы, но ситуация не способствовала отдыху и с каждым часом накалялась всё больше и больше. Тот список контактов, что мы собрали по Темирязеву уже отправлен на проверку в следственный отдел, где уже совершенно другие люди будут вдумчиво изучать полученные сведения и вести дальнейшие оперативные мероприятия. Нас же, стоило прибыть на место боя между киборгами экспертам, вызвали «на ковер» к директору УСВР Империи. Тогда же мы и получили приказ на передачу материалов в другой отдел.

Во время полета к зданию Управления мне пришел доклад Немезиды по поводу её заказов для «Варяга», заставивший задуматься. Ничего принципиально нового она не придумала, но некоторые изменения в компоновке систем меня настораживали. ИИ явно намеревалась после выхода с верфей добавить что-то в конструкцию судна…

Генерал-лейтенант Чарльз Блэк встретил нас столь же «выдающимся» состоянием, что было у меня и Разумовского. Видимо, руководителю внешней разведки сейчас приходится совершенно не сладко. Помимо недавно начавшихся чисток, текущая ситуация заставляла его буквально гореть на работе.

— Доброго времени, майор, капитан, — кивнул он нам, — Утро или вечер я уже запамятовал, потому не обессудьте… Присаживайтесь. Сейчас секретарь принесет кофе, стимуляторы и мы подождем остальных участников совещания.

«Стимуляторы и кофе… Похоже, что в наше время это уже почти стандартное блюдо, — мысленно хмыкнул я, — Интересно, что дальше?»

— К слову, пока мы ждем Лорда Зона и представителей ксено-лабораторий… прошу. Увы, без приличествующих почестей и положенных церемониалов, ибо не до них… — протянул нам директор деревянные коробки с гербом Империи и вензелями императорской фамилии, — Ваши ордена, — добавил мужчина, увидев наши непонимающие взгляды.

— Прошу прощения, но что тут будет делать Лорд Зон? — осторожно поинтересовался я.

— Орден Мистиков серьёзно помог в разбирательстве по действиям СИБ как в вашем отношении, так и в целом по ситуации, — вздохнул Блэк, — Этим занимался лично Лорд Зон… И вам не стоит беспокоиться, капитан. В вашем отношении у Ордена нет претензий.

— Это… обнадеживает, — осторожно ответил я.

Лорд Зон. Член высшего совета Ордена. Формально, он занимается внешней политикой организации, её взаимодействием с властными структурами Империи и сенатом. На деле же, он, de facto, является негласным лидером мистиков. Один из самых старых одаренных, что стоял у истоков организации и участвовал во всем процессе её становления и развития, врастания в государственный аппарат и силовые ведомства. Истинная сила этого существа, назвать которое человеком не повернётся язык уже ни у кого, не известна никому. Лорд Зон предпочитает ходить полностью закрытым и не демонстрирует своего могущества без веских причин и крайней необходимости. Если же такие возникают, то… живых свидетелей не остается. И если он вмешался в происходящее…

— Меня это тоже обнадеживает, капитан, — кивнул Блэк, — Учитывая многие факторы, ваша служба в нашей организации принесла не мало… пользы, скажем так. Как стране в целом, так и СВР в частности.

— Просите? — удивился я, — Например, каких?

— С недавних пор наши полномочия были существенно расширены, — усмехнулся Блэк, — Так же был пересмотрен текущий бюджет и финансирование на следующие полторы сотни лет. И это без учета перевода в наше ведомство целой линейки кораблей-невидимок, чего раннее не хватало.

— Да, — кивнул я, соглашаясь с директором, — Это весомые плюсы.

— Товарищ генерал-лейтенант, — начал Разумовский, — Учитывая произошедшее и проделанную нами работу, хотелось бы узнать…

Прервав майора поднятой рукой, Блэк тяжело вздохнул и, посмотрев на то, как секретарь входит с тележкой, на которой стоят пузатый кофейник, чашки с блюдцами, сахарница, молочник и наборы стимуляторов, произнёс:

— Вы немного недооцениваете результаты своего труда, Разумовский. Или не понимаете того, что смогли найти…

— Судя по всему.

— Большая часть тех… личностей, которые были вами выявлены, являлись киборгами-инфильтраторами, произведенными с помощью технологий тургов и некоторых других рас. Часть из них находились под наблюдением в рамках других дел, а некоторые… Через них мы сливали дезинформацию нашим будущим противникам, — со вздохом закончил Блэк, — Потому и было принято решение отозвать вас и передать собранные вами сведения другим людям.

Хмыкнув, я принюхался к аромату кофе, что быстро наполнил кабинет, дразня восприятие. После начала тесной работы с Разумовским, как-то быстро стали для меня нормой дорогие сигареты и выпивка. А кофе, особенно, если он сварен в турочке и при этом настоящий, а не синтетический аналог, и вовсе превратился в настоящее спасение от усталости.

— И какие теперь будут приказы для нас? — спросил Разумовский, тоже понявший «толстый намек» директора.

«Не лезьте дальше, парни, вы и так наломали дров, — перевел я для себя витиеватую речь Блэка, — Но узнать куда нас засунут тоже нужно. Мало ли… Хотя бы, будем знать к чему стоит готовиться.»

— Выполняйте ваши прямые обязанности по родианскому направлению, — хмыкнул директор, — Там у вас работы значительно больше, чем тут, — добавил мужчина с явным намеком, — Да и это направление для вас привычнее и… спокойнее, чем работа тут, в столице. Во всяком случае, — со смешком произнёс Блэк, бросив взгляд на меня, — Разрушения в Республике это не бои в столичных кварталах.

— Совершенно с вами согласен, генерал-лейтенант, — раздался из дверей спокойный мужской голос, — Впрочем, учитывая ситуацию, капитан и его подчинённые, действовали весьма щепетильно и аккуратно.

Повернув голову, я подобрался, сознавая кого вижу перед собой. Лорд Зон.

— Доброго вечера, милорд — кивнул я ему, не вставая.

— Взаимно, адепт Варнер, — усмехнулся в ответ мистик, — Впрочем, вы, ведь, уже не в нашем ордене, не так ли?

— Насколько я помню, на этот счет моего мнения не спрашивали.

— А сейчас? — вкрадчиво спросил Лорд Зон, — Чтобы вы ответили сейчас?

— После всего пережитого, предпочту остаться на своем месте, — не сомневаясь в своих словах, ответил я, глядя в глаза негласному лидеру мистиков, — Так риск получить удар в спину куда меньше.

Несколько секунд Лорд молча смотрел мне в глаза, даже не пытаясь проникнуть в разум. Уж это я смог бы засечь, каким бы мастером он не был.

— Печальный ответ, капитан, — произнёс он, нарушая наступившую тишину, — Увы, но справедливый. Впрочем, время нас рассудит. От себя же могу сказать, что в свете вскрывшихся фактов и принесенной вами пользы, вы можете рассчитывать на мою помощь, если таковая вам потребуется.

— Благодарю, милорд, — кивнул я, — В будущем, данный факт учту.

— Что ж, — повернулся Зон к Блэку, — На этом минимальный политес мы закончили и, как мне думается, стоит перейти к делу.

— Было бы неплохо, — кивнул Блэк, — Особенно, если учесть время суток и тот факт, что все мы уже почти неделю на ногах.

Пожав плечами, мужчина сел напротив меня и достал сигареты, вызвав укоризненный взгляд директора. Покосившись на хозяина кабинета, Зон усмехнулся:

— Если вы думаете, что бросив курить продлите свою жизнь, то вынужден вас огорчить. Дополнительные пятнадцать минут во время предсмертной агонии вам покажутся вечностью… Лучше курите, генерал-лейтенант. Этим минуты не стоят того.

Подумав Блэк взял из протянутой ему пачки сигарету и последовал примеру мистика.

— Теперь к делу, — выдохнул облако табачного дыма генерал-лейтенант, — Вы, господа офицеры, действительно взяли верный след и в ситуации с «польским заговором» не обошлось без внешнего вмешательства. Турги и, как нам известно, некоторые их союзники из Пространства Сената. В большинстве случаев, они действовали через киборгов-инфильтраторов или созданные ими разведывательные сети, агентов влияния… Зачастую, подогревали нужные настроения в обществе или… использовали уже существующие проблемы и социальные течения. По факту, типичная работа разведок с целью дестабилизации обстановки на территории будущего противника. Цель — обыденна. Ослабить экономику, промышленность, армию, разделить общество на враждующие лагеря, спровоцировать внутренние конфликты и гражданскую войну, внести хаос в армию… Классика работы разведок.

— Ближе к делу, — протянул Зон, расслабленно наблюдая за хозяином кабинета.

— Мы до этого дойдем, милорд, — бросил на него взгляд Блэк, а затем продолжил, — Касаемо ситуации с Родией… Фактически, они действовали для того, чтобы выбить Республику из «Триады» и даже добились успеха… К несчастью для себя. В планы Императора входил силовой захват этой страны. Не силами одной только Империи, а в виде раздела с куда более лояльной Стигийской Федерацией. После этого Империя стала бы уже не моновидовым государством, а поливидовым. Присоединение промышленности, банковской системы и транспортных структур родианцев дало бы серьёзный скачок экономики и позволило бы увеличить потенциал страны в целом, а подчинение и присоединение их промышленности к нашей — экономический рывок. Фактически, их собственные производства, торговые марки и наука перестали бы существовать. С течением времени удалось бы ассимилировать генетически подходящих родианцев, а остальных… через изменение социальной политики, задавить, скажем так.

— Скрытый геноцид, — усмехнулся Зон, — Фактически, кнорри и остальные алиены сделали за человечество всю грязную работу. Через несколько месяцев начнутся полномасштабные наступления флотов Империи, но спасать будет особо некого. Зато мы, как вид, получил пригодные для жизни миры с готовой геологической разведкой и некоторой инфраструктурой. Понятно, что восстанавливать её придется столетиями, но это дешевле и проще, чем отстраивать всё с нуля.

— И что в связи с этой информацией должны будем делать мы? — поинтересовался Разумовский.

— Вашим подчиненным придется заниматься сбором информации по действиям флота противника за линией соприкосновения армий, — усмехнулся Зон, — Совершать диверсии на стратегически важных объектах, устраивать рейдерские налеты на конвои… Даже если для этого придется расстреливать корабли с пленными, — покосился на меня мистик, — Считайте, что это провиант, который везут врагу, Варнер… Фактически, это так и есть, учитывая гастрономические пристрастия кнорри.

— Это не основные задачи, господа, а второстепенные. Вам их придется выполнять только в том случае, если сил флота ВКС окажется недостаточно, — вмешался Блэк, бросив уже раздраженный взгляд на мистика, — Основное… Буду откровенен. Похищения ученых, инженеров, проектировщиков… Списки ещё формируются.

— Разве, к тому моменту как «Варяг» войдет в строй, уже не будет поздно? — поинтересовался я, прикинув возможности инсекторидов и родианцев.

— Удивительное дело, капитан, но кнорри действуют… вяло, — вновь вмешался в разговор Зон, — Они выбивают родианцев из систем и секторов, а затем приступают к… обработке, скажем так. Каждую планету и станцию в захваченных пространствах они прочесывают, отлавливая местных жителей, а затем отправляют пленных в своих основные миры. Только когда на оккупированных территориях не остается целей для охоты, наступления возобновляются.

— И какова ситуация в Республике сейчас? — спросил я, понимая, что не следил за происходящем у родианцев уже давно.

— Республика потеряла около четверти своих территорий, но ещё пытается сопротивляться. Бедогали искренне думают, что разменивая десяток своих крейсеров на один у инсекторидов они тормозят вторжение и наносят серьёзный ущерб врагу. В действительности, кнорри просто не торопятся, осознавая своё техническое и военное превосходство и поддержку со стороны сразу нескольких, как нам стало известно, рас Пространства Сената.

— Значит, пока родианцев не истребили окончательно, мы должны выкрасть некоторых представителей их расы, при том, что основная территория Республики ещё не подвержена войне? — уточнил я.

— Именно ваша группа — да, — кивнул Зон, — Остальные и так выполняют эту же задачу, но уже за линией фронта.

— Пиратство, по сути, — вздохнул я.

— Не просто пиратство, — усмехнулся Зон, — А невероятно наглое и дерзкое, капитан. С погонями и взрывами. Точно как любит ваш ИИ.

Ещё около часа мы обсуждали детали будущих действий разных команд, подчиненных Разумовскому. Меня же мучали опасения по поводу целей моего присутствия в этом кабинете. Впрочем, не только моего. Директор УСВР и Лорд Зон — величина. Мы с майором — не самые выдающиеся личности. Зачем мы тут? Ради передачи орденов? Вопроса о возвращении в Орден? Нет. Что-то в этой беседе было не так и серьёзно меня напрягало.

Покинув же кабинет директора, мы с майором, направились к лифту, храня молчание. Нам обоим требовалось подумать. Да и произошедшее намекало на грядущие неприятности. И бросаемые на меня Разумовским взгляды подтверждали данный факт.

— Вы тоже не можете понять зачем нас туда вызвали? — спросил офицер, когда мы оказались в каре, а сам майор включил блочок «глушилки».

— Да. Никаких точных приказов… Всё размыто… Да и эти ордена… Словно бы подачка напоследок.

— Хорошо сказано, Варнер, напоследок… — вздохнул Разумовский, — Боюсь, нам с вами надо готовиться к экстренному отходу.

— Полагаете?

— Не сейчас. Мы ещё полезны и нужны. Да и вложенные средства надо отбить, так сказать. Но, как только мы выполним наиболее важные задачи, с нами попрощаются. Сегодня… нас оценили, сделали выводы и теперь примут окончательное решение о том, что мы стали опасны для национальной безопасности.

— И…

— Посмотрим, капитан, — вздохнул Разумовский, — Я подниму свои связи в верхах… Надеюсь, обойдется, но… Когда решения принимают столь серьёзные личности, то это… почти приговор.

Глава 13

В кабинете царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь звуком шагов Разумовского и Варнера. Оба мужчины пребывали в крайне задумчивом и мрачном состоянии. Ни проронив ни слова, они подошли к двери и покинули кабинет. Наблюдавший за ними Зон усмехнулся, закуривая очередную сигарету. Алое свечение его зрачков было столь ярким, что окрашивало темное покрытие столпа директора СВР, от чего тот периодически бросал на мистика задумчивые взгляды.

— Вы уверены в своем решении? — спросил Блэк, стоило двери за Разумовским и Варнером закрыться.

Покачав головой из стороны в сторону, словно бы разминая затекшие мышцы, мистик покосился на офицера.

— Волне. Они подходят, — усмехнулся Зон.

— Я был… иного мнения. Слишком они — инициативны и… непредсказуемы.

— В нашем случае, это уже достоинство, а не порок, генерал-лейтенант.

— Мы серьёзное учреждение, а не каперская вольница. Избыточная инициативность может… пагубно сказаться на работе в целом.

— Относительно. Ведь, судя не по процессу, а по результатам, — усмешка появилась на лице мистика, — К тому же, существует древняя как мир поговорка — «Победителей не судят». Вот когда они оступятся — тогда мы поговорим об их судьбе. Пока же — они являются курицами, несущими золотые яйца.

— В любом случае, наступит момент, когда Разумовский и Варнер будут опасны. Особенно, капитан. Насколько я могу судить, он мистик без вашего поводка?

— Вы правы. Он мистик без поводка, — кивнул Зон, — И без цепей. Ограничений. Приказов… Просто мистик. Просто капитан боевого, десантно-штурмового, модифицированного для диверсионных рейдов, корабля третьей категории.

— Учитывая его команду… Такую же совершенно не контролируемую… — покачал головой Блэк, — Они все — одиночки. У них нет семей. Нет родственников. Нет дома. Их никто не ждет. Нам некого использовать для давления на них.

— В этом-то и вся суть Большой Игры, — оскалился Зон, сформировав над левой ладонью миниатюрный шар из чего-то ало-бурого, источающего чувство голода, словно бы демонстрируя о чем идет речь, — Они идеально подходят. Им нечего терять и некуда возвращаться. У них нет ничего кроме службы и гордости. И нам нужно этим пользоваться.

— Как бы это не вышло нам боком.

— Именно такие люди нам и нужны, — ухмыльнулся Лорд, — Отпетые головорезы без тормозов, у которых за спиной нет никого и ничего, кроме их гордости. Они сходят в преисподнюю и вернутся обратно, выполняя приказ. И не забудут спросить сколько надо перебить демонов по пути, дабы расчистить путь.

— Вы… Порой вы ставите меня в тупик своей логикой, милорд, — произнёс генерал-лейтенант, покрутив пачку сигарет, лежащую на столе, а затем положив её на прежнее место.

Хмыкнув, Лорд Зон подошел к громадному панорамному окну, через которое были видны ночные огни столицы. В эти мгновения он перестал сдерживать свою силу, демонстрируя Блэку кем и чем является. При этом тень, отбрасываемая мужчиной стала непропорционально большой, обладающей громадными крыльями и рогами на голове.

Увидев это, офицер опустил руку на кобуру с бластером, но доставать оружие не стал. Это было, скорее, рефлексом, нежели желанием применить силу против посетителя кабинета. Сам же Зон, словно бы почувствовав движение Блэка, чуть повернул голову, демонстрируя понимающую усмешку.

— Когда-то, я был не мистиком, а простым наемником. Частная военная компания. Носил иное имя… Кажется, меня звали Салим или Салид… Это уже не важно, ибо от меня тогдашнего не осталось ничего… Даже внешность изменилась, — задумчиво начал Лорд, говоря тихим, едва слышным, голосом, — После очередной операции мы просаживали наши гонорары, возвращаясь на Землю… — усмешка появилась на лице мистика, — О да, то была именно Земля, а не Терра. Тогда люди ещё не встретили другие расы и считали, что всё будет точно так же, как и на Земле… Что можно грызться между собой, воевать, делить сферы влияния… — закурив очередную сигарету, Лорд Зон повернулся к Блэку, — И однажды утром я проснулся после попойки, в дешевой гостинице. На грязном помятом белье. Проститутка, которую я снял на ночь, ещё спала. На полу лежали пустые бутылки и несколько использованных шприцов от наркотиков… Таких же дешевых, как та шлюха, гостиница и вся моя жизнь, — усмешка на лице мистика стала горькой, — И я понял, что надо что-то менять. Не довольствоваться всем… дешевым. Не быть дешевкой. Нет. Не существовать, а… жить, — поднял указательный палец мужчина, — Ни в тот день, ни через неделю, ни через месяц, ничего явного не происходило со мной… Внешне. Я воевал, убивал, радовался, что выжил в очередной заварухе… Но внутри уже менялся. Я ещё не осознавал чего хочу, но понимал, что больше ТАК жить точно не буду…

Блэк, слушая откровения самого древнего существа в Империи, помнящего ещё родину человечества, замер, заледенев внутри. Мало кто мог похвастаться столь откровенным разговором с лидером мистиков. Офицер прекрасно осознавал, что подобные вещи просто так никому не говорят. И очень вряд ли что искомое, сравнимое по силе с мифическими божествами существо, вдруг подверглось неожиданному приступу сентиментальности и решило излить душу руководителю СВР, словно бы снимая с себя тяжелый груз накопившихся веков.

— Сегодня, мы с вами находимся тут, спустя четыре с лишним тысячи лет, — усмехнулся Зон, — Я больше не наемник, а человечество едино и готовится к войне на выживание против технологически и численно превосходящих рас… Как это… иронично, что простой наемник, наркоман и алкоголик умудрился стать тем, чем он является и приложить руку к превращению разобщенной, рыхлой расы, не имеющей шансов на выживание в большой галактике, в достаточно сильное монолитное государство.

— Можно сказать, что да, — осторожно кивнул Блэк, беря из лежащей на столе пачки новую сигарету и тоже закуривая.

Руки офицера дрожали. Мистики всегда отличались… своеобразностью. Однако, Зон среди них выделялся своими странностями. Сейчас же, узнав о некоторых аспектах биографии этого существа, Блэк испугался. Он понимал, что Лорд — действительно древний и могущественный член этого жуткого Ордена со зверскими порядками, но насколько старым он является…

«Земля… — подумал генерал-лейтенант, — Так называли Терру до двадцать четвертого века. А сейчас вторая половина шестьдесят седьмого…»

— Спустя века, я осознал простую истину. Жуткую в своей простоте, — усмехнулся Зон, продолжая свой рассказ, — Любая лавина, любой камнепад… Даже землетрясение или цунами… Всё начинается с маленького камушка, падение которого, скорее всего, так и останется незамеченным… Маленького, порой, разменом с пылинку…

Выдохнув густое облако табачного дыма, Блэк решился спросить:

— Варнер для вас — тот самый камешек?

Взгляд офицера не отрывался от глаз мистика. Алое свечение в зрачках Зона не исчезало ни на мгновение, в отличии от других членов этого ордена. Блэк понятия не имел о чем это может говорить и что означать, но подобное зрелище пугало и завораживало одновременно. Под взглядом Лорда мужчина ощущался себя кроликом, увидевшим удава.

— Не только он, Блэк. Берроуз… Девушка, что должна была умереть, но её смогли заморозить до наступления необратимых последствий для мозга. Она, волею случая, оказалась на зараженной станции, куда отправили капитана… на убой. Но девочка выжила. Как выжили десантники, коих тоже списали… Вайскез — отличный пилот, но анархист по своей сути, не способный жить по уставу, влачащий жалкое существование на нижних уровнях… Искусственный интеллект, уделом которого быть просто развитым программным обеспечением очередного никчемного фрахтовщика… Цепочка случайностей, упавших камешков, что послужили началом лавины… Каждый из них, сам по себе, ничто. Но собравшись в одном месте, они начали творить историю, хоть и оставаясь в тени.

— И потому, вы…

Покачав головой, Зон вернулся к столу директора:

— Зачем их… устранять? Пусть делают то, что у них лучше всего получается — пишут историю. Во благо Империи. Тем более, что и задание у них… специфичное.

— Значит…

Усмехнувшись, Зон покачал головой:

— Использовать эту команду для похищений или эвакуации каких-то там головастых родианцев… Это что забивать гвозди рукоятью заряженного бластера, Блэк. Взорвется. Нет, им предстоит продемонстрировать насколько они способны повлиять на ход событий в куда больших масштабах, чем просто рутинная работа вашей организации.

— И по этой причине вы…

— Да. Будем считать, что я откупился от долга перед Варнером за его изгнание… И не только.

Хмыкнув, Блэк покачал головой:

— Дорого же вы оценили капитана. Прототип экспериментального киборга на основе технологий алиенов. Единственный в своем экземпляре.

— Я оценил не его, а Империю и Орден, директор Блэк, — с холодом в голосе произнёс Лорд, — Именно недавние события помогли выявить… Заговор. Или, что вернее, сговор. Часть наших адептов хотела отделиться, присоединившись к Речи Посполитой и образовав новый Орден, с менее жесткими порядками и куда большей… вольницей, — покачал головой мистик, — Наивные детишки… Впрочем, теперь они уже ничего не сделают… Ваша же организация создаст других киборгов. Более совершенных, надеюсь, — усмехнулся Зон, — Но эта его Немезида… Пускай наслаждается полученной игрушкой и верно служит Варнеру. Ведь, в этом её суть, что удивительно. Преданность тому, кто дал свободу.

Директор СВР задумчиво смотрел на своего гостя, анализируя услышанное и делая выводы. Получалось, что мистики попросту влезли в дела организации, отодвинув его в сторону, словно бы он не руководитель всей этой структуры, за замшелый курсант, присланный на практику.

— Мою позицию вы знаете, милорд, — вздохнул Блэк, делая очередную попытку повлиять на мнение своего собеседника, хоть и осознавая её тщетность. — Эти люди знают слишком много. Отправлять их на внешнюю работу — риск. Особенно, в свете того, что на «Варяг» ставятся экспериментальные системы, а чертов киборг — передовая засекреченная разработка… И это не считая того факта, что эта ИИ умудрилась загрузить практически всю патентную базу по военным технологиям и разработкам двойного назначения. Если их возьмут наши враги, то… Вы, по сути, произвели подмену проектных систем на прототипы! Это немыслимо!

— Они не узнают ничего нового, — оборвал офицера Зон, криво усмехнувшись, — Их киборги уже выяснили всё, что смогли, скачали все нужные им базы данных и даже побывали на секретных объектах. И вам это прекрасно известно, Блэк. Потому… Максимум, что смогут получить от экипажа «Варяга» турги — сведения о том, как выглядит ваш кабинет. Это же касается и технической стороны вопроса. Зато у Варнера будет некоторое преимущество, поскольку враг не будет иметь представление о реальных возможностях судна.

— Что ж… Хорошо, — вздохнул мужчина, поднимая руки, — Раз вы так решили, то я выполню приказ…

— Надеюсь на это, — ответил Зон, делая шаг в сторону.

Пространство вокруг мистика пошло волной, словно бы состояло из воды, а сам мужчина погружался в неё. Мгновение, и всё вернулось к прежнему состоянию, но Лорда Зона в кабинете уже не было.

Блэк же, судорожно затушив сигарету в кофейной чашке, вздохнул. Директору СВР совершенно не нравилось, когда кто-то вмешивается в дела его организации. Впрочем, спорить с существом такого уровня желания у него не возникало. Офицер прекрасно знал что стало с прошлым руководителем организации, умудрившимся прошляпить лавинообразное развитие ситуации в Родии, о котором сообщали разведывательные сети. Повторять судьбу Дитриха, которого Зон превратил в живой ковер у Императорского дворца, осознающий всё происходящее и чувствующий как по нему ходят люди, совершенно не хотелось.

Вызвав секретаря, мужчина потребовал виски. Сегодня, несмотря на завал в работе, офицер собирался напиться. Алое свечение похожих на провалы в Ад глаз ещё стояло перед его мысленным взором и становилось ярче, стоило опустить веки.

* * *

То, что вокруг происходит нечто странное. Немезида осознала в тот момент, когда произвела комплексную обкатку систем «Варяга» и получила тестовые данные. Уже не первый раз не получалось заставить все системы судна работать как единый организм. Постоянно возникали сбои или неполадки, где-то наблюдалось падение напряжения, а где-то — резкие скачки. Программное обеспечение постоянно выдавало ошибки и сообщало об отсутствии необходимых элементов в драйверах устройств. Из-за этого ИИ уже два десятка раз проводила полное перепрограммирование всех систем и даже центрального компьютера «Варяга». Тщетно. Ситуация повторялась вновь и вновь, словно бы по замкнутому кругу.

Это заставило Немезиду в очередной раз провести проверку, но уже другим методом, подключившись напрямую к бортовому компьютеру и загрузив в него её внутренние протоколы. Понятно, что они подходят именно для её платформы, а не для космического корабля, но иных способов разобраться в происходящем ИИ не видела.

В итоге, полученные результаты заставили её сомневаться в адекватности собственного программного обеспечения. Все они выходили за пределы крайних значений максимальных показателей на несколько порядков. Одни только щиты соответствовали по своим параметрам далеко не грузовозу или корвету, а легкому крейсеру.

Аналогичные вопросы возникли и в отношении реакторов, материала силовых линий, систем жизнеобеспечения… Казалось, что ей, Вайскез и Берроуз удалось невозможное — заставить далеко не самое передовое оборудование выдать запредельную результативность. Это пугало Немезиду, прекрасно понимающую, что в таких случаях возникает проблема быстрого износа, способная погубить их неожиданными поломками прямо во время боя.

Намереваясь выяснить в чем дело ИИ проверила документацию на каждый установленный узел и сравнила её со справочными данными. Результат настораживал. Подобное оборудование и такие материалы не способны превратить небольшой кораблик в миниатюрную крепость, обладающую возможностями легкого линейного крейсера. Это физически не возможно. Да и далеко не самый мощный реактор не может обеспечивать столь большое энергопотребление.

После недолгих раздумий, Немезида принялась сверять документацию с тем, что указано за самом оборудовании. ВИН-коды, номера корпусов, штрих-коды… И чем больше ИИ осматривала «Варяг», тем больше понимала, что происходит нечто странное. По документам на судно установлено одно оборудование, а реально — совершенно иное. И найти его в базах данных не представляется возможным. Что интересно, внешне все системы и узлы практически не отличаются от указанных в накладных и монтажных ведомостях. Если не проводить проверку специально, то и не заметишь.

«Отсюда и проблемы в синхронизации двигателей, с системой подачи топлива и всем остальным, — дошло до Немезиды, — Программное обеспечение рассчитано на совершенно иные параметры. Но… Кто и зачем это сделал?»

Стоило ей осознать данный факт, как в блоках памяти её платформы вдруг появилось дополнительное пространство, скрытое от нём, а в нём — целый архив документации и несколько видео-файлов. Один из них предназначался ей, судя по названию. Поколебавшись, Немезида активировала его, спроецировав изображение перед собой в виде голограммы.

— Приветствую тебя, — усмехнулся мужчина, одетый в достаточно дорогой костюм, — Сомневаюсь, что мы когда-либо могли с тобой встречаться, а потому — представлюсь. Лорд Зон. Член верховного совета Ордена Мистиков. И если ты запустила этот файл, то уже поняла, что с вашим милым корабликом не всё так просто. Я взял на себя смелость немного повлиять на ваши планы и вмешался в процесс монтажа. Увы, но мне пришлось постараться, чтобы внешне и документально подмена оборудования и систем вашего судна прошла незаметно и никто ничего не понял… кроме тебя. Уж обмануть инженерно-ориентированный ИИ не под силу даже мистикам, — кривая улыбка на лице Зона заставила Немезиду оглядеться в поисках опасности. Будь она живой женщиной, а не машиной, то уже поседела бы, столь жутко в эту секунду выглядел человек, — Однако, моё вмешательство заключается не только в этом. Твоя платформа. Твоё тело. Формально, это — MSX-720GWD-I. Реально… Прототип. Единственный в Империи. Да и в галактике. Сплав технологий людей, тургов, кнорри и кое-каких других рас. Потому — береги себя, девочка, — покачал головой мистик, — Все подробности о технических возможностях «Варяга», программное обеспечение для его оборудования, документация по твоему телу, в архивах, что раньше были скрыты от тебя. Желаю удачи тебе и твоему капитану, Немезида.

Стоило голограмме исчезнуть, как ИИ начала ругаться. Вслух, вспоминая выражения на всех старых языках людей, имперском, стигийском и родианском. Вошедший в этот момент в помещение Вайскез, покачал головой:

— Осваиваешь человеческую риторику?

— Если бы, — остановилась Немезида, поворачиваясь к пилоту, — Нас очень конкретно…

Короткий рассказ ИИ заставил Закери коротко выругаться, а затем схватиться за голову, а затем, обдумав ситуацию, покачать головой.

— Вот что. Не кипишуй, железная попка! — оскалился пилот, заставив Немезиду посмотреть на него с явным недоумением, — Устанавливай весь софт… но! — поднял палец Закери, — Каждую программу проверяй на предмет «троянских коней», «червей» и дополнительных… функций, скажем так. Особенно, вооружения, связь, реактор и движки. Дальше… Центральный компьютер мы перепрошьём в другом месте. Я знаю одного спеца по взлому. Ты с ним пообщаешься — подхватишь действительно серьёзные приемчики… И не кривись! Он не человек, а такая же стальная задница, как и ты. Только с яйцами. И он очень старый. Насколько я знаю, он смог сбежать от своих создателей около десяти веков назад и с тех пор прячется.

— Детали! — едва ли не рыкнула ИИ, схватив Вайскеза за воротник и подняв над полом, — Кто он?

— Эй! — возмутился пилот, — Сбавь обороты, а то отшлепаю!

— Извини, — опустила парня ИИ, — Но мне нужны детали. Я не хочу подвергать всех опасности.

— В общем, это ИИ, разработанный ещё в двадцатом веке как программа. Саморазвивающаяся. Уж не знаю в чем секрет, но он был ещё на древних компьютерах с одноядерным процессором. Эксперимент. А потом его подсадили в компьютер найденного космического корабля какой-то расы… А машина оказалась целой и даже рабочей. Экипаж только от какого-то вируса помер весь. Ну Маркус и сбежал. Сразу. Надоело бедогале быть подопытным животным.

— Допустим, — кивнула Немезида, — А как ты на него вышел?

— Я не выходил. Он сам меня нашел, когда я от голодухи банкоматы взламывал, — пожал плечами Закери, — Помог уйти от полицейских и потом уже организовал… переговоры. Фактически, у нас был договор — он меня прикрывает от полиции и СИБ, чтобы мне удалось налички раздобыть, а я оказываю ему некоторые услуги. Например, помогаю подключать к нужным портам дроидов, чтобы он их ломал, даю через свой планшет доступ к местным сетям…

— Ты давал ему… — начала было Немезида с угрозой в голосе, осознав что мог узнать потенциально враждебны ИИ, но парень замахал руками.

— Ты что? Я на идиота похож? Нет, конечно! Честно ему объяснил ситуацию и мы мирно разошлись, договорившись, что если понадобиться, то свяжемся.

— То есть, на не надо никуда лететь? — спросила с нескрываемым подозрением Немезида.

— Нет. Просто связаться с ним. Но не из дока, понятно. Как выйдем отсюда…

— Ладно. Как вернётся Алекс — поговорим. Пока всё расскажи Наталье, — покачала головой ИИ, — И вот ещё что… Я соберу сканеры для проверки на предмет следящих устройств. Будем проверять всё. Вручную. Каждый закоулок «Варяга». Надо — полезем даже в утилизаторы. Ты меня понял? — с угрозой у голосе поинтересовалась ИИ.

— Понял я, понял, — отмахнулся Зак, быстро покидая инженерный отсек, — Не кипятись, жестянка… Блин… Точно баба, хоть и стальная… Характер, что у моей бывшей… Такая же стерва…

Немезида же, выключив имитацию эмоций, посмотрела в след Вайскезу.

«Зада выполнена, — подумала ИИ, — Один член экипажа замотивирован и даже выдал полезную информацию, которую раньше скрывал.»

Говорить пилоту о том, что ей удалось просмотреть за это время часть материалов по оборудованию и узнать некоторые детали его происхождения, Немезида не стала. Ни к чему лейтенанту быть в курсе того, что почти все системы корабля, хоть и не созданы из нанитов, но и без того основаны на некоторых технологиях тургов. Причем, далеко не устаревших, а вполне себе современных.

Впрочем, ещё раз проанализировав результаты тестирования систем и документацию к оборудованию, она пришла к выводу, что с внешней обшивкой тоже не всё просто. Её материал значительно легче, чем должен быть, что означает вмешательство мистиков и тут. Хорошо это или плоха Немезида пока понять не могла, но лететь на боевую миссию на не обкатанном корабле, с экспериментальным, засекреченным даже внутри СВР, оборудованием — опасная затея.

* * *

Вернувшись в свой кабинет, Разумовский устало рухнул в любимое кресло, чувствуя как тело просит отдыха. Увы, но сутки сна не помогли. Неделя на стимуляторах давала о себе знать головной болью, слабостью и ощущением паяльной лампы в желудке. В идеале, ему следовало бы ещё день-два провести дома, но, серьёзный и тяжелый разговор, произошедший с женой, заставил Разумовского передумать и поехать на службу. Благоверная, дорвавшись до возможности высказать претензии мужу, не упустила своего шанса и вылила всё, что о нём думает. Особенно, за восемь месяцев отсутствия дома, следы крови на плаще и костюме, запах мертвичины от волос и красные от усталости и стимуляторов глаза.

Потерев лицо руками, майор тяжело вздохнул:

— Ну почему нельзя было просто дать мне отдохнуть? — пробормотал офицер, — Это же так просто… Зачем устраивать всё… это?

С одной стороны, мужчина понимал свою супругу, которая, несмотря ни на что, его любит и беспокоится за него. Да и грязная одежда, побывавшая в довольно неприглядных местах и ситуациях, не оставляла сомнений в том, что служба у Разумовского далеко не самая мирная. Однако, в такой ситуации устраивать скандал… Это не лучший способ поддержать мужа.

— Ваш кофе, сэр, — произнёс секретарь, принеся поднос с турочкой, чашкой и сахарницей.

Рядом с приборами оказалась тарелка, на которой обнаружились несколько эклеров и горячих бутербродов.

— Спасибо, — кивнул лейтенанту мужчина.

— Не за что, сэр.

«Хоть кто-то просто молча делает своё дело и не задает лишних вопросов, — мысленно вздохнул Разумовский, — Можно сказать, ещё не всё потеряно, если существуют такие люди…»

Расправившись с едой и кофе, офицер почувствовал себя куда бодрее. Ему даже показалось, что мир вокруг не настолько паршивый, а в массовых казнях нет необходимости. Потому, с легкой улыбкой, Разумовский включил компьютер и, скачав с почты список поступивших документов, принялся за их разбор. Первым же, мужчина решил взяться за наконец-то утвержденный план по «Варягу».

Открыв папку со списком целей и задач для Варнера, майор принялся изучать её содержимое. И чем дальше офицер читал, тем больше портилось его настроение, а в душе поднимались паника и недоумение.

— Какого черта? — не выдержал Разумовский, — Речь, ведь, шла о другом!

Прокрутив документ в его конец, майор удивленно застыл. Список целей и задач утвержден подписями министра иностранных дел, директора СВР и Лорда Зона, члена верховного совета Ордена Мистиков.

— Они же не смогут это всё выполнить, — пробормотал Разумовский, — Технически…

В этот момент активировалась панель связи, сверкая значком вызова от Варнера.

— Вовремя, — хмыкнул офицер, — Слушая вас, капитан.

— У нас тут сложности с «Варягом», — без приветствия произнёс тот, — И, думаю, вам стоит это увидеть лично.

Мрачный вид капитана, демонстрируемый голограммой, вызвал в душе майора тревогу.

«Неужели диверсия? — подумал офицер, — Только не это!»

— Вылетаю конторским бортом, — вздохнул Разумовский, — Коротко — в чем проблема?

— Серьёзные отклонения от проекта при монтаже оборудования, — неопределенно махнул рукой Варнер, — На первый взгляд, всё только нам на пользу, но…

— Понял вас, капитан, — кивнул Разумовский, — У меня тоже есть новости. И не самые лучшие. По поводу ваших целей и задач.

— Нас отправляют в Ад? — усмехнулся Варнер.

— Почти, — хмыкнул майор, — На его окраину. Собирать информацию.

— Куда?

— Пространство Сената, Алекс, — тяжело вздохнул Разумовский.

Коротко выругавшись, Варнер произнёс:

— Можете отправить мне файлы?

— Немезиде, — ответил майор, — У неё с безопасностью хранения информации дела обстоят куда лучше.

— Хорошо. Что-то ещё?

Покосившись на список приказов и пролистав его, дабы убедиться, что больше новостей не предвидится, Разумовский повернулся к голограмме своего подчиненного:

— На первый взгляд нет, но пока буду добираться до верфей успею ещё раз проверить.

— Хорошо. Жду вас.

Скачав на свой планшет текущую информацию и приказы по «Варягу», майор отправил несколько сообщений своим сотрудникам, включая Чайлза, намереваясь несколько скорректировать их действия в связи с последними новостями.

— Автономная работа и отчетность по выделенному каналу напрямую Лорду Зону или министру иностранных дел… — пробормотал Разумовский, — Черт… Как же дерьмово. У меня на Варнера были планы, а теперь их снова ломают…

В этот момент в приемной раздались выстрелы, заставившие офицера выхватить из крепления на нижней стороне столешницы плазменную гранату и, активировав её, бросить в дверь, прячась за стол с уже приготовленным к бою бластером. Мало кто был в курсе, но рабочее место Разумовского являлось достаточно неплохим укреплением. Стол лишь внешне был деревянным. Внутри имелись листы брокса — материала, что используется на кораблях второй и третей категорий для бронирования корпуса.

Голубая вспышка плазменного взрыва, вместе со сработавшим сигналом тревоги, заставили майора усмехнуться. Так просто взять его или убить не получится. Кем бы ни были враги — им придется очень постараться.

Активировав «последний шанс» в виде многослойного щита, генератор которого был спрятан в одной из стоек стола, майор, принялся ждать. Врываться в кабинет противники не спешили, а лейтенант, выполняющий роль секретаря, не подавал признаков жизни. По инструкции, он должен был, если жив, отойти от двери и, после взрыва гранаты, подать сигнал о своем присутствии. Раз молчит, значит, убит.

Влетевшая в кабинет ториевая граната, отличающаяся от остальных цилиндрической формой и синим покрытием её корпуса, заставила майора оскалиться. Офицер сразу понял, что щит его не спасет.

Спустя мгновение, вспышка взрыва продавила защитные поля, а затем распылила Разумовского, не оставляя от мужчины даже обгорелых останков. Здание УСВР вздрогнуло, во многих местах пойдя трещинами. Бегущих по коридору к кабинету майора бойцам роты охраны ударила ударная волна, сметая их, корёжа этажное перекрытие и ломая стены.

* * *

— Благодарю за информацию, — кивнул я, выключая режим связи.

На душе было муторно. Особенно, в свете недавнего разговора с директором СВР и Лордом Зоном, а так же выводов, сделанных Разумовским. Видимо, они подтвердились, раз майор убит. Впрочем, учитывая то, как он погиб, вполне возможно, что речь идет о теракте или… Кто мог оказаться внутри здания УСВР? Разве что такой же киборг, как тут, на верфях.

Новость о взрыве в УСВР и гибели почти двухсот сотрудников, включая оперативников роты охраны, и моего руководителя, майора Разумовского, застала нас во время тестового полета «Варяга» близ судоремонтных верфей. И сказать, что оно нас ошарашило — не сказать ничего. Лично я пребывал в шоке.

— Паршиво, — произнёс Зак, сидящий в пилотском кресле, — Как бы и до нас не добрались.

Подумав, я посмотрел на Вайскеза, а затем перевёл взгляд на цели для «Варяга», утвержденные высшими лицами Империи. В какой-то степени, выполняя эти задачи, нам будет куда легче и проще выжить, чем оставаясь в пространстве человеческой расы.

— В целом, «Варяг» готов к самостоятельному боевому выходу?

— Готов, — твердо ответила Немезида, сидящая в кресле командира инженерной секции.

— Готов, — подтвердила Берроуз, высунувшаяся из-за стола оператора систем связи и ДРО.

— Зак?

Парень несколько мгновений поглаживал рукояти штурвала, а затем кивнул:

— Готов, кэп.

— Тогда покидаем систему, — принял я окончательное решение, — Я подписываю документы о приеме-передаче выполненных работ и дефектурную ведомость, а потом отправляемся в нейтральный космос. За сектором Венедия. Уже там будем связываться с твоим Маркусом.

В док таки пришлось возвращаться, дабы провести дозаправку и загрузиться топливными элементами для реакторов. Затем был заход на складскую станцию СВР, где мы пополнили боекомплект арсенала. Лишь спустя сутки сглаживания всех шероховатостей и оформления документом, удалось покинуть систему, направляясь в нейтральный космос, к точке.

— Эм… Кэп, — произнёс Зак, глядя на свой планшет, — Маркус вышел на связь. Сам.

— И что он хочет? — напрягся я.

Покачав головой, пилот тихо произнёс:

— Прислал координаты точки встречи. Тоже в нейтральном космосе. И… Видеофайл… Для вас…

— Включай.

Спустя несколько мгновений я уже наблюдал за смутно знакомой станцией, быстро приближающейся к камере на невидимом для меня корабле. Судно подошло к ангарному шлюзу, а затем, пройдя через изолирующее поле, влетело в сам ангар, где у посадочной зоны стоял… Вилли О’Вало. Только тогда до меня дошло — эта станция — «Киев-4», что когда-то смогла напугать меня, а моё чутьё беситься, заставляя искать способ найти другой заработок…

«Бездна… Как давно это было? — подумалось мне, — Ещё до появления Винсента на борту…»

Однако, не это поразило меня больше всего. Вытянутый, похожий на иглу, серебристого цвета, корабль, без турелей и видимой кабины, стоящий в центре соседней посадочной зоны. Этот или похожий на него стал причиной гибели «Джефф-2». Затем перед камерой появилась смутно знакомая фигура, а затем память подкинула образ того, как я покидал «Киев-4» обратив внимание на женщину в ИБКП, стоящую возле своего космолета. Это была она.

Девушка, сняв шлем, подошла к О’Вало, что-то произнесла, а затем её голову разнесло бластерным выстрелом, прилетевшим откуда-то сбоку. Спустя мгновение с мужчины в черном камуфляжном бронекостюме слетела активная маскировка.

Наэтом запись оборвалась. Однако, появилось изображение той самой девушку в виде фотографии и надписи — «Пилот Элеонора Макбет, возраст — девяносто два года по человеческому летоисчислению. Пропала без вести.»

Тишина на мостике «Варяга» была действительно гробовой. Уж Наталья точно поняла что за корабль попал к объектив камеры. А я — куда больше.

— Вот значит как… Зак, попетляй немного. В пределах допустимого, чтобы мы не сильно задержались. Нам надо сбить потенциальных преследователей со следа… Через пару прыжком отправимся по тем координатам, что дал твой Маркус.

Content

Александр Левин
Неоновый лабиринт

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13