Кодекс Охотника. Книга X

Глава 1

Кажется, я немного переборщил. От моего удара огромный и, похоже, очень старый многотонный колокол сорвался с крепления и полетел вниз, со звоном упав на мостовую, разлетевшись на куски. При этом он изобразил из себя бомбу, потому-что летящие от него осколки повалили несколько человек, которые в панике выбежали из помещений во двор.

Я устроился поудобнее и стал наблюдать, как развивалась битва, краем глаза поглядывая через Шнырьку в сторону интересующего меня помещения. А интересовала меня сокровищница Распутина. Вот только возле нее сейчас находились люди, что мешало выполнению моего плана.

Доброхотов действительно прислал хороших бойцов, но что было самым интересным — он лично возглавил этот рейд. Видимо, он действительно жаждал мести, и я, честно говоря, даже залюбовался его действиями. Неужели я сейчас лично наблюдаю за работой Мага вне Категории? Сколько на старушке Земле их всего существует? Ведь в общем доступе сети было написано, что Доброхотов «всего лишь» Великий Магистр. Но кого он этим хотел обмануть?

Худощавая фигура в странной сверкающей белой броне, как вихрь, проходила через ряды обороняющихся. Я присмотрелся получше, но всё равно не смог понять, из чего броня эта сделана. Это явно был неземной металл. Да и вообще — металл ли это?

Доброхотов воевал в одиночку. Я прекрасно понимал, почему он так поступил. Та аура силы, что распространялась от него, преобразовывалась в стихию, уничтожающую все вокруг, и могла также навредить своим. Ему проще было убрать это недоразумение, не ограничивая себя ни в чём.

Получилось эпично, чего уж!

Простолюдины, и даже слабые Одарённые, просто сгорали во всепоглощающем огненном облаке. Те, которые были посильнее, благоразумно отступили в сторону, дабы не быть уничтоженным этим ураганом, по имени Максимилиан Венедиктович Доброхотов. Его вообще кто-то может остановить?

Тут я отвлекся на картину, показанную мне Шнырькой. Охрана покинула своё место возле сокровищницы, и я скомандовал Шнырьке: «Давай! Тащи всё самое ценное! Ты сам знаешь, что нужно».

Маленький пацифист, предварительно убедившись, что рядом людей действительно не осталось, заложил магический заряд, украденный у людей Доброхотова, и активировал его. Поставил ровно на ту секцию у стены, в которую был вмурован артефакт, не позволяющий маленькому диверсанту прорваться в сокровищницу.

Взрыв!!! Защитное поле спало, и Шнырька нырнул внутрь.

Я с любопытством уставился на открывшуюся мне картину, как вдруг снизу постучали. Натурально постучали!

Откинулся люк, и снизу попёрли гвардейцы Распутина — то ли проверить, кто здесь, то ли покарать вандала, который разбил их любимый колокольчик, то ли занять выгодную позицию. Но это не входило в мои планы, мне и самому здесь было довольно неплохо.

— Занято! — заорал я в лучших традициях посетителя туалета, и швырнул вниз файербол.

Бабахнуло так, что аж башня покачнулась. Но похоже, гвардейцы тоже были не из простых, и у некоторых сработали доспехи. Снизу полетели заклинания, выбив толстенный окованный люк.

Я улыбнулся, и призвал пару пещерных медведей. Огнеметателям резко стало не до меня, а я снова вернулся к своим наблюдениям. И с изумлением понял, что Доброхотову нашёлся достойный противник, точнее, достойные противники. Сперва я подумал, что с ним в битву вступили роботы. Но потом, внимательно присмотревшись, понял, что это люди в артефакторных доспехах, чья высота достигала трёх метров, а весили они под тонну. Кроме толстенной брони, они ещё имели энергетические магические щиты, а встроенные пулемёты заливали весь двор свинцовым потоком.

Хотя приглядевшись, я понял, что поток вряд ли был свинцовым. Заряжены они были антимагическими зарядами. Прямое попадание очереди даже качнуло Доброхотова назад. Это что за звери такие? Честно говоря, ни о чём подобном я не слышал. Такая смесь технологий и магии действительно внушала уважение!

По старой привычке, я сразу нашёл несколько слабых мест, чтобы понять, как с ними работать при встрече. Но надо признать, даже это было бы очень проблематично.

Доброхотов как будто споткнулся, и даже немного отошел назад, сдерживая металлических гигантов, которых было шесть штук. Я подумал, что он решил отступить, как Шнырька, между делом, показал мне новую картинку, и я понял замысел Алмазного Короля. Доброхотов специально оттянул на себя главные силы врага, в то время, как его ассасины пробрались в покои Распутина, ожидаемо там никого не обнаружив. И сейчас это, видимо, по связи донесли Доброхотову. Я увидел, как скривилось его лицо. Он недрогнувшими губами скомандовал отступление.

Да, а он умнее, чем я думал. Из его двенадцати дюжин полегло, дай бог, человек пять-шесть. Ещё несколько раненых бойцов прямо сейчас товарищи выносили с поля боя. А Доброхотов в одиночку так и продолжал держать оборону. К металлическим гигантам присоединились их менее снаряженные товарищи. И в данный момент, я думаю, что стреляли в него из сотен стволов. Да как вообще он еще держится?

Доброхотов, как будто что-то услышав, кивнул головой. Шнырька показал, что все его люди покинули территорию замка. Алмазный Король воздел руки, и его голос гулко разнесся по всему двору гигантского замка.

— Передайте вашему трусливому хозяину, жалкие шавки, что герцог Доброхотов теперь знает, где он живёт! Я обязательно вернусь и закончу это дело! Пусть он обязательно меня дождется!

Громкий смех единственного человека, против которого прямо сейчас противостояло несколько сотен, выдавал только радость и веселье. Похоже, Алмазного Короля эта ситуация только забавляла. Он поднял руки над головой и звонко хлопнул в ладоши. Прямо посреди двора из воздуха возник белый шар плазмы, который стремительно распухнув, брызнул во все стороны высокотемпературными сгустками пламени. Мгновенно погибло минимум сотня человек. Трое из шести железных болванов упали, и походу уже не могли встать. Ещё трое, видимо дублируя действия операторов, смешно качали головой, транслируя ошеломление сидящих внутри людей. Ну, а Доброхотов просто развернулся, и лёгкой трусцой направился прочь.

Тут Шнырька показал мне одинокого задержавшегося «гостя». Я перемахнул через парапет, спустился на четыре метра уровнем ниже, перекатом погасив инерцию, и попутно сдернул вжавшегося в стену человека. Перехватив его руку с кинжалом, которым тот пытался меня заколоть, миролюбиво сказал.

— Тихо-тихо, я не буду тебя убивать. Передай герцогу, что Галактионов очень впечатлен, и нижайше просит продолжения игры. Запомнил?

Ассасин закачал головой. Я, чтобы не рисковать и не поворачиваться к нему спиной, просто схватил его за шкирку и выкинул прочь из замка. Помрёт, так помрёт — значит плохо тренировался. Но нет, ассасин не помер. Он, как паук, прилипнув к стене, быстро спустился вниз, после чего побежал к своим.

Шнырька показал, что вдалеке стояли прогретые модернизированные «Катраны» — последняя модель имперской транспортной авиации. Судя по всему, очень сильно модифицированной, потому что невооруженным взглядом их невозможно было увидеть. Кроме маскировочного поля, вокруг него было ещё нехилое силовое. Вот бы мне иметь доступ к таким передовым имперским разработкам.

Доброхотовцы зашли на борт. «Катраны» поднялись в воздух и низко, на «бреющем», находясь вне зоны действия китайского ПВО, двинулись к границе.

Я же обернулся. Красивый и нарядный замок Распутина сейчас частично разрушен, повсюду были пожары. Однако нужно сказать, что местные не растерялись, и уже вовсю боролись с последствиями. Да, Распутину придется хорошенько вложиться, но всё еще можно отремонтировать. У меня возник вопрос: кто нанес больше вреда — Доброхотов или я?

Не удержался, и напоследок нарисовал на стене колокольни большой хер с крылышками, а затем спрыгнул вниз. Да, я тоже подвержен влиянию своих питомцев! И мне кажется, что идея Шнырьки была очень креативной.

Добравшись до леса, я посмотрел на часы. Времени в обрез. Ещё двадцать минут, и дракон уйдёт в небытие. Сил сдерживать его больше не было. Рядом, на полянке, меня терпеливо ждал Шнырька, весело спросив.

— Н-н-нада?

На траве, перед ним, лежали несколько жалких колечек и каких-то безделушек.

— Ну... ё-моё! — расстроился я. — Это реально всё, что было у одного из самых богатых Родов на планете?

Шнырька весело рассмеялся, и радостно закричал.

— Повёлш-ш-ш-ш-ша!!!

И тут же убежал в Тень.

Я закинул нехитрый скарб в мешок, и зашёл с ним в Тень. Теперь я понял причину смеха Шнырьки. Могущественный и ужасный теневой дракон сейчас напоминал нагруженного ишака, на которого какие-то бродяги навьючили свой убогий хлам. Какие-то ковры, сундуки... Вон целый комод. Кресло-качалка, ещё пара каких-то статуй. Кажется, Шнырька оторвался по полной. Но времени разбираться не было, нужно лететь обратно.

Снова это тошнотворное путешествие, хотя в этот раз я пережил его гораздо лучше. Дракон опустил меня на поляну в моём яблоневом саду, и я отпустил его с чистой совестью. Даже немного поторопился, ведь я чувствовал, что дракон чрезвычайно рассержен и раздражен. Как бы он, помимо моей воли, не проявился в материальном мире. Тогда благородному Охотнику наступит конец, и придётся начинать новую жизнь в новом мире. Вот совсем мне такого не хотелось.

В общем, дракон благополучно исчез, а всё навьюченное добро осыпалось на землю, и проявилось в реальном мире.

— Волк, — нажал я кнопку вызова.

— Всё в порядке? — тут же послышался встревоженный голос Волка. Он ведь знал, куда я полетел.

— Да, в полном. Давай, дуй сюда, и возьми ребят с тележками.

Через пять минут бегом прискакала сюда целая банда гвардейцев, с любопытством глядя на поляну.

Волк изобразил боевую стойку гончей, почуявшей добычу, и сейчас пожирал глазами сваленный в кучу лут.

— Что здесь?

— Хер его знает, — покачал головой я. — Рассортируйте. А мне бы поспать.

Всё-таки теневое путешествие меня основательно вымотало, наложенное на предыдущее истощение и подготовку. Чувствовал я себя некомфортно. Кажется, Сандр, тебе нужно отдохнуть. Пары суток сна точно будет достаточно.

Подошёл к усадьбе, думая о предстоящих делах.

— Дорогая, я дома! — громко крикнул.

На удивление, в проеме показалась женщина, моя подопечная. Выглядела она намного лучше.

— Кажется, вы пошли на поправку, — широко улыбнулся, а затем прищурился. — А мы с вами не знакомы случайно?

Я повернулся к Анне.

— А ты чего кривляешься?

Лицо Анны тут же приняло обычное выражение лица, но ведь только за секунду до этого она мне корчила рожи, жестами пытаясь что-то показать.

— Ничего, — сказала она быстро.

— Ну и ладно, — сказал я, и снова повернулся к женщине. — Позвольте представиться — барон Александр Галактионов. А вас как звать-величать?

— Императрица российская... Елизавета Петровна, — слегка улыбнулась женщина, лукаво глядя на меня, а в глазах у неё запрыгали бесенята. Такие себе очень огненные бесенята, как будто прямиком из ада.

— Очень приятно, — кивнул я, присматриваясь внимательнее.

Ну да, я ведь не очень интересовался политикой и всякими новостями. Однако, императрицу Российской Империи трудно было не заметить. Она всегда находилась рядом со своим мужем на торжественных мероприятиях.

Кажется, в детстве я даже вживую ее видел, когда она приезжала в Пруссию. Правда, издалека и мельком. Ведь с того момента, как мой «папашка» понял, что ему достался «бракованный» наследник, он резко ограничил мою связь с внешним миром. И его можно понять. В наследство меня никто не пускал, а то глядишь, примелькается, и кто-то из могущественных друзей и врагов начнёт задавать лишние вопросы. Поэтому я вроде как был, а вроде как и не был. Притом, что моего младшенького братца Годдард таскал с собой чуть ли не с пелёнок, и все вокруг воспринимали это нормально. На таком высоком уровне, и в таком жестоком мире, нельзя проявлять слабость. Если не уверен, что наследник сделает твой Род сильнее, или хотя бы не слабее, то переступи через него и найди нового, а затем иди дальше.

Потянув носом, я почуял одуряющий запах жареного мяса, и мой живот предательски заурчал. Я посмотрел на императрицу, затем посмотрел на Анну, и помимо воли усмехнулся. Империи приходят и уходят, а кушать человеку нужно всегда. Поэтому я с улыбкой заметил.

— Жрать хочу, не могу. Предлагаю продолжить разговор за обедом.

Сначала я подумал, что где-то рядом спустили воздушный шарик. Только потом понял, что этот звук издала Анна, которая тут же испуганно прикрыла рот ладошкой. Императрица же засмеялась и отодвинулась в сторону, жестом приглашая меня пройти внутрь.

— Всё верно. Мужчину нужно сперва накормить, а потом уже приставать с расспросами.

— Совершенно верно, Ваше Императорское Величество, — улыбнулся я, идя мимо нее на кухню, где уже суетилась Авдотья, расставляя тарелки.

Я посмотрел на Анну, и мне стало немножко ее жаль. Боюсь, сейчас её удар хватит. Целая императрица у нас в гостях! А Галактионов обращается с ней, как с простой гостьей.

Ну, а с другой стороны, я тоже не пальцем деланный. Да и как ни крути, должна мне эта императрица. А из того немногого, что я о ней знал, я понимал, что это чрезвычайно мудрая женщина, и уж она-то прекрасно понимает, ЧЕМ обязана лично мне. Да и как я говорил много раз — нарочно портить отношения с сильными мира сего не буду. Но и бездумно пресмыкаться перед ними также противно всему моему естеству.

Я уселся за стол, и тут же передо мной поставили тарелку с огромной порцией, на которой лежали дымящиеся куски мяса. Моя спецура совмещала приятное с полезным — тренировки на пересеченной местности с охотой. Вот вчера кабанчика завалили. Все мои домашние знали, что после Разломов я испытываю зверский аппетит, и поэтому, один за другим, метали блюда. Маринованные грибочки, паштет, свежая выпечка, пара салатов.

— Вы рассказывайте, Ваше Императорское Величество, — кивнул я. — Я буду вас очень внимательно слушать. Но с вашего разрешения... — я кивнул на все блюда, стоящие передо мной.

— Да-да, юноша. Ни в чём себе не отказывайте, — улыбнулась она, снова заставив Анну покраснеть.

Благословение императрицы я получил, поэтому отодрал хрустящую горбушку со свежего хлеба, щедро извалял её в густой мясной подливе, и принялся с удовольствием поглощать всё стоящее передо мной. Иногда мне кажется, что выражение «ел так, что аж за ушами трещало» придумано обо мне. Мои челюсти работали, как жернова, перемалывая пищу, и отправляя в пищевод, дабы быстро восстановить энергию.

— Какой хороший аппетит, — императрица удобно устроилась за столом, оперев локоть на стол, а щеку на ладонь, и умиленно взглянула на меня. — Вот что значит молодость.

Я хмыкнул. Императрице было около пятидесяти лет, но выглядела она так, что можно смело дать фору молодым моделям. Ну, это когда в обычное время, конечно, а не сейчас. А с другой стороны, я видел и чувствовал, что процессы восстановления запущены, и буквально через неделю-полторы она вернёт себе свой шикарный вид.

— У меня к вам есть несколько вопросов, Александр, — задумчиво сказала она. — Часть из них я пока не готова озвучить. Почему-то мне кажется, что я не получу правдивых ответов. Точнее нет, не так, — поправилась она. — Я думаю, что я не получу вообще никаких ответов. Вы же не будете врать вашей императрице?

— Конечно, не буду, — с энтузиазмом покачал головой, затем ткнул вилкой в большой кусок белого гриба, критически его рассмотрел, и засунул в рот, смачно зажевав.

Рядом охнула Анна. Подумаешь, масло с гриба капнуло на стол. Я бесцеремонно схватил белоснежную салфетку и вытер перед собой стол, вызвав очередную улыбку у императрицы.

— Но когда-нибудь я обязательно вернусь к этому вопросу. Меня интересует, каким образом вы смогли меня излечить.

Ну, я слушал и ел. Вопрос не был задан. Хотя императрица сделала паузу, рассчитывая, что я вдруг решу объяснить. Однако нет, не решу.

Поняв это, мудрая женщина продолжила.

— В свою очередь, я прошу вас не задавать таких вопросов мне, на которые не смогу, точнее, не захочу ответить.

Я понимающе кивнул головой, и тут же спросил.

— Кто это с вами сделал?

Улыбка тут же сошла с лица императрицы.

— Я не знаю, — она сбилась на пару секунд. — Точнее... не помню. Было... — она взяла паузу, задумавшись. — Мне нужно прокрутить все события в голове и тогда, возможно, я смогу вам рассказать, что помню. Вы же интересуетесь не просто так?

— Не-а... — сказал я, намазывая паштет на белый хлеб. — Я бы очень хотел познакомиться с тем, кто это с вами сделал. Даже не беря в расчёт то, что он отравил нашу императрицу, без обид, Ваше Императорское Величество, такое не пожелал бы любому человеку. Так что этот урод должен быть наказан.

— Тут с вами соглашусь, — серьёзно кивнула она.

— А позвольте поинтересоваться, где сейчас батюшка Император?

Я закончил с паштетом, и с наслаждением откусил от большого куска мяса, чем вызвал смех у императрицы.

— А вот это один из тех вопросов, на которые я предпочту не отвечать. Вы всё узнаете в своё время.

— Вот и хорошо, — пожал я плечами. — Не очень-то и хотелось. Сам всё узнаю, когда нужно будет.

— Меня сюда привез герцог Хрулёв? — спросила она как-то неуверенно.

И немудрено. Я поражаюсь, как она вообще это запомнила. В том состоянии, в котором она была, разум у неё отсутствовал напрочь. Но это ещё раз доказывало, что императрица чрезвычайно сильный человек и Одаренная.

— Верно, — сказал я.

— И он оставил контакт на случай экстренного вызова?

— Да, конечно, — кивнул я, потянул руку, чтобы вытереть её об себя, снова услышал шипение Анны, и воспользовался салфеткой. — Хотите позвонить?

— Нет, не хочу, — сказала она. — Не хочу прямо сейчас. Возможно, в будущем. Кстати, вы знаете, где моя дочь?

— Цесаревна Ольга? — уточнил я. — Насколько я знаю, в Африке. Лекарство там ищет для вас.

— Она мне нужна здесь, — безапелляционно заметила императрица.

— Здесь? — удивился я настолько, что даже перестал жевать. — А вы разве не отправитесь в столицу?

— Нет, — сказала она. — Пока не собираюсь, — тут она на секундочку сбилась, посмотрела на меня, и лукаво улыбнулась. — Вы же меня не выгоните?

— Мой дом — ваш дом! — резонно заметил я. — Едите вы немного. Думаю, не обеднеем.

Улыбка императрицы стала шире.

— Шутите? Это хорошо. Без чувства юмора человек пропащий. Мой супруг тоже любит шутить. Вот только его шутки не все понимают.

Я примерно понимал, о каких «шутках» сейчас идёт речь, но не стал уточнять. Захочет — сама расскажет. Император российский совсем не был похож на шутника. Но чем чёрт не шутит. Возможно, если узнать его поближе...

— Я хочу, чтобы вы отправились в Африку, доставили письмо моей дочери, а затем привезли её сюда.

Я нахмурился.

— А как насчёт почты или связи? Мы же вроде не в средние века живём. И даже тогда голубиная почта существовала. При всём уважении, Ваше Императорское Величество, но сейчас лететь мне в Африку совсем не в кассу.

— Это не просьба, Александр, — пристально посмотрела на меня императрица.

— Вот как? — невольно моё лицо растянулось в хищной улыбке. Ох, как я не люблю, когда меня напрягают.

— Это мольба о помощи от женщины, попавшей в очень сложную ситуацию, — неожиданно сказала императрица.

Я офигел, и снова перестал жевать.

— Я прекрасно понимаю, что вы для меня сделали, повторюсь еще раз. Но ситуация действительно сложная. И от моих действий сейчас зависит судьба всей Империи, и всех подданных. Я не буду обращаться к вашему гражданскому долгу или обещать вам несметную награду. Вы юноша умный, и так всё понимаете. Думаю, что у вас и с гражданской позицией всё в порядке, и вы понимаете, что без награды это деяние не останется. Вот только ваша помощь мне нужна прямо сейчас, а отблагодарить я вас смогу позже.

Я тяжело вздохнул, прикидывая, как половчее мне это организовать.

— Я так понимаю, что справиться мне нужно будет собственными силами, учитывая, что вы не хотите раскрывать свое инкогнито?

— Вы правильно понимаете, Александр, — развела руками императрица. — К сожалению, я не могу вам дать сейчас даже денег.

— Хорошо, — сказал я. — С этим я сам разберусь. Вот только мне нужно пару дней, чтобы обеспечить безопасность моего баронства. В последнее время тут тревожно, — я внимательно посмотрел на императрицу. — А учитывая, что здесь будете жить вы, все эти меры должны быть чрезвычайно надёжными. Пишите ваше письмо, и я думаю, что через сутки я буду выдвигаться. А теперь, с вашего позволения, у меня был очень трудный день, и мне нужно отдохнуть. Анна, составишь компанию императрице?

— Да-да, конечно, — закивала головой, молчавшая до этого Анна.

— Ну, вот и хорошо.

— Погодите, Александр, — остановила меня императрица. — Кажется, Анна вам хочет что-то сказать.

Она лукаво посмотрела на девушку.

— Да? А что именно?

— Саш, ты только не ругайся... — как-то странно начала Анна. — Только теперь официально мы... муж и жена.

— Каким это образом? — спросил я.

— Нас обвенчала сама императрица.

— Ого! — восхитился я. — Без меня меня женили? Это же...

Первое, что пришло мне в голову — это чувство облегчения, что не нужно приглашать всю эту банду гостей, потому-что положено выслушивать поздравления, и всё остальное. А ещё... Я прислушался к своим внутренним ощущениям, которые меня несколько удивили. Я всегда не любил, когда кто-то решал за меня, но сейчас это произошло настолько естественно, да и... Да и к чёрту! Я слишком долго ждал этого момента.

— Что, прям, настоящие муж и жена? — уточнил я, на всякий случай, у императрицы.

— Самые настоящие. Я имею на это право. А если вам интересно, то последний раз я им воспользовалась примерно два десятка лет назад.

— А почему так? — спросил я. — Не было желающих?

— Не было желающих... — залилась в приступе смеха императрица. — Да вы юморист, Саша! Очередь из желающих такова, что если я каждый день венчать буду, то до гробовой доски не расквитаюсь. Разве вы ничего не знаете об этом почетном праве?

Сбоку снова начала кривляться Анна. Но я же не телепат, так что просто пожал плечами, и сказал.

— Нет, не знаю.

— Ладно, Анна вам расскажет, — улыбнулась императрица. — Вот сейчас поднимется наверх, и расскажет. Правда, золотце?

— Д-да... А как же вы? — спросила Анна.

— А я, пожалуй, выпью чашку чая, и еще немного посижу здесь. А может в саду прогуляюсь.

— Хорошо, — кивнул я и, взяв Анну за руку, буквально силой вытащил ее наружу. — Дай мне две минуты. Я проинструктирую Волка, а затем поднимусь к тебе.

— Ты же сильно устал, и спать хочешь, — сказала Анна, лукаво глядя на меня. И при этом как бы случайно прижалась ко мне своей грудью, шепча эти слова на ухо.

— В жопу усталость! Я слишком долго этого ждал!

Развернул её к лестнице, и шлёпнул по попке.

Я хотел проинструктировать Волка, а потом вспомнил, что каждый лишний знающий человек — это потенциальная утечка информации. Самому Волку я могу доверять, ребятам своим тоже. Но блин, всякое может случиться.

И тут меня осенило. Я быстро скатился вниз по лестнице, дружелюбно похлопав открывшегося Голема, и влетел в студию.

— Бурбулис! — гаркнул я.

Конечно же, он меня не слышал. Он сидел возле музыкального пульта в больших наушниках. Я бесцеремонно снял с него эти наушники, и потряс ими.

— О, Саша, ты вернулся! Пришел послушать мой последний альбом? — уточнил он.

— Не-не-не, Бурбулис, сейчас не время. Слушай, от тебя зависит жизнь Империи!

— Даже так? — сразу перестроился на деловой лад мой иномирный друг.

— Даже так. У меня в усадьбе, — я ткнул пальцем в потолок, — находится императрица российская. Она здесь находится инкогнито. И мне нужно, чтобы ни один волосок не упал с её головы. А учитывая, что ты мужчина галантный и воспитанный, я думаю, она с удовольствием с тобой поболтает. В общем, музыку придется на время отложить. Будешь находиться с ней рядом днем и ночью. Ну, в пределах приличного, конечно, — хмыкнул я.

И Бурбулис понимающе накрутил свой изящный ус.

— Не спрашиваю — справишься ли. Уверен! Так что бросай свою музыку, и давай наверх.

— Я могу императрице показать своё творчество?

— Да, почему бы и нет? — пожал я плечами, прикинув, что здесь в подвале за големной дверью — одно из самых безопасных мест в Империи. — Если императрица будет не против.

Теперь я его буквально за шкирку затащил наверх, и быстро представил императрице. Затем рассказал Волку — начальник гвардии должен быть в курсе, кто у нас сейчас в гостях, чтобы он расставил и усилил охрану снаружи, и всех перевёл в боевой режим. И тут же побежал наверх.

Залетел в душ, сорвал с себя одежду, быстро помылся и выскочил наружу.

На моей большой кровати, изящно изогнувшись, лежала Анна. Конечно же, в красном нижнем белье. Какой цвет от неё ещё можно было ожидать? Видно было, что она старается мне понравиться, и что это впервой. Забавно было наблюдать такие потуги от невинной девушки. Но, чёрт возьми, как же это мило!

Я присел на кровать рядом с ней, осторожно наклонился и нежно поцеловал её в губы. Обняв её, я почувствовал, что тело девушки било мелкой дрожью. Я прекрасно понимал причину этого волнения. Я на секунду отстранился, и осторожно дотронулся пальцем до кончика её очаровательного носа.

— Не волнуйся, я буду нежным. Просто расслабься, и получай удовольствие.

— Хорошо, любимый... — Анна сделала небольшую паузу, как будто смакуя это слово в голове, прежде чем произнести вслух и,наконец-то с улыбкой сказала — муж!

Вот так-то, Сандр. Кодекс не позволил тебе жениться в прошлом мире, поэтому пришлось сделать это в новом. Вот только почему у меня стойкое ощущение, что Кодекс окончательно не отпустил меня? Но с другой стороны, я же на отдыхе. А раз так, то я волен жить в свое удовольствие. Но как показывает практика — это еще не точно...

Глава 2

Проснулся я примерно к обеду. Анна встала намного раньше и уже ушла. Первый раз — это всё-таки, в первый раз. Я её понимал, хотя и не одобрял. Ха-ха!

Я только сейчас понял, как мне недоставало секса. Сублимация от битвы и мордобоя — это хорошо, но у Душеловов заложено природой, что мы разгружаемся именно посредством сексуальных контактов, иначе просто кукуха может поехать. Так вот, я не смогу физически обойтись одной женой. Сходить налево мне не позволит совесть. Да, брак для меня внове. Да, я привык к свободной жизни Охотника. Но я добровольно решил играть по правилам игры этого мира, поэтому выбора у меня нет. Ведь самое крепкое слово должно быть то, которое ты дал самому себе. Иначе... а иначе какой из тебя мужчина?

Весь день я провёл с Волком, перепроверяя и структурируя защиту усадьбы, которая внезапно превратилась в важнейшее место в Империи. А еще Волк, с горящими глазами, показал лут, что Шнырька у Распутина спер. Это было… интересно.

Я плюхнулся в кресло-качалку сделанную из разломного дерева, и меня тут же потянуло в сон. Какая удобная штука! Очень удобная… Стоп! Я вскочил… Спать сразу перехотелось.

— Нифига себе! — прямо мечта пенсионера, который испытывает бессонницу, хотя для меня еще рановато. Буду Затупка в него сажать, когда он всех зае… утомит, ага!

Волк, молодчина, рассортировал все по видам и полезности. Украшения и драгоценности. Хмм… Я, думал, будет больше! Либо это была не главная сокровищница Распутина, либо его дела шли не так хорошо, как он всем пытался показать. Подозреваю, что второе…

— На горе стоит статуя, у статуи нету … гхм… глаз! Зато у моей есть! — задумчиво продекламировал я, глядя на очень “глазастую” статую женщины, сделанную из белого разломного мрамора. Красивая…

— А зачем он комод притащил? — удивился я, глядя на старый и ветхий предмет мебели. — Пустить его на дрова, что ли?

— Ага, щаз-з-з-з!!! — абсолютно непочтительно хмыкнул Волк. — Смотри!

Он открыл выдвижной ящик, и я заглянул внутрь.

— Однако! — почесал я голову. — Пространственный карман? Хмм… Пожалуй… не надо его жечь, а вот разобрать — точно.

— А что? Так можно? — тут же заинтересовался Волк.

— Думаю, что да, — кивнул я. — Ну… или можешь с комодом в Разломы ходить! Но боюсь у нас нет артефактора, кто сможет разобрать и собрать заново, к примеру, рюкзак. Пока нет…

Я прошел дальше. Картины сомнительного содержания. Никаких тебя сисек…

— А это что за убогий коврик? — кивнул я на сверток. — Надеюсь, это ковер-самолет?

— Ну ты Саня, даешь! — широко улыбнулся Волк. — Это персидский ковер, и лет ему больше двух сотен. Дорогая штука!

— А с каких это пор ты стал ценителем прекрасного? — подозрительно прищурился я.

— А это не я, — хмыкнул Волк. — Это Макс Самохвалов.

— Ах, ну да! Он же у нас аристократ, — улыбнулся я. — Кстати, я его видел недавно. Он что, не улетел на “слет Рода”?

— Всё отменилось, — покачал головой Волк. — Похоже, возвращение Самохваловых “в свет” откладывается.

— О, оружие! — направился я к следующей “кучке”, но меня придержал за плечо Андрей.

— Ты не видел еще самого интересного, — он присел на корточки, и с улыбкой фокусника развернул ковер.

— Оба-на! — я потянулся, и взял в каждую руку по мечу.

Я тут же почувствовал поток силы внутри меня, а в голове раздались далекие голоса, что кричали, смеялись и рычали, создавая изрядный сумбур в моем сознании.

Я поднес рукоятки к глазам. На обеих гардах была выгравирована знакомая морда медоеда и девиз моего Рода, а вот рукоятки были разными. На одном изящно переплетался скорпион, несколько раз обвив рукоятку из шершавого материала, а на навершии второго скалилась рысь, что прижала уши в приступе ярости. “Скорпиус” и “Линкс” — два “младших” меча, что были у молодых наследников Галактионовых, которые до последнего вздоха защищали свою усадьбу. Теперь понятно — Распутины возглавляли нападение на мой Род, раз оба меча оказались у них.

— Ну-ка! — я отошел в сторонку, и мысленно обратился к мечам.

Лезвие “Скорпиуса” буквально на глазах выделило зеленоватые капли, которые, капая с клинка, прожигали камень пола. Интересное оружие, но и руки для него нужны соответсвующие — ведь в неумелых рукам им запросто можно самоубиться.

“Линкс” еле слышно загудела у меня в руках и я, взмахнув клинком, практически, без усилий, разрубил здоровенный замшелый булыжник, торчащий из земли. Тут проще. Как и моя “Аквила”, просто давал дополнительные силы при ударе.

А еще, кажется, от них шла какая-то сила. Еле уловимая, но всё же. Я отложил в сторону “вызволенные” мечи, и вытащил из ножен “Аквилу”. Несколько раз взмахнул ею. Не показалось! Душа Орла внутри оружия стала чуточку сильнее, а главное — от неё исходило определенное ощущение радости.

— Кажется, старый мертвый хрен был прав, — хмыкнул я. — А ну, Волчара, доставай свой “Люпус”, давай немного пофехтуем.

— С радостью! — хмыкнул Потапов, который не упускал ни единого шанса научиться чему-то новому, чему-то смертельному.

— Ну как? — задал я вопрос через пять минут вспотевшему Потапову. Всё-таки ему было далеко до меня, но он очень старался.

— Кажется, меч стал мне помогать более ощутимо! — удивленно сказал Андрей. — Это как?

— Ну, я встречался с подобным… — я сбился и поправился. — Точнее, слышал о подобном.

Так и было. В прошлом мире, так называемые “связанные артефакты”, или простыми словами “комплекты”, изредка попадали в поле зрения Охотников. Но мы всегда рассчитывали на собственные силы, поэтому скептически относились ко всяким железкам, которыми неучи пытались подменить собственные силы и навыки.

Но нужно признать, что некоторые комплекты выходили впечатляющими. У них был один недостаток — разделенные, они теряли большую часть своей силы. Причем, понятие “разделения” были разными для каждого комплекта. Одни было достаточно отдалить друг от друга на метр, и силы терялись, некоторые “работали”, находясь в тысячах километров друг от друга.

— Призрак, выходи уже! — крикнул я в пустоту.

— Как ты это делаешь? — буркнул тот, проявляясь неподалёку. — Всю голову сломал. Ты не должен меня видеть.

— Хах! Ну, не должен, так не должен! — и метнул в него “Скорпиус”.

Призрак очень плавно ушел в сторону, и протянув руку, схватил его аккурат за рукоятку, поднеся к лицу и тщательно обнюхав.

— Годно! — вынес он свой вердикт.

— Держи еще! — я кинул ему кольцо, что забрал в деревне сектантов.

— Ты уверен? — Призрак поймал и его, и внимательно на него посмотрел.

— А ты уверен? — в свою очередь, уточнил я. — Просто одно без другого не работает!

— На колено становиться не буду, — нахмурился Призрак.

— Да и не надо! — хмыкнул я. — Можешь даже ничего вслух не произносить. Просто знай. Если ты наденешь это кольцо, то обратной дороги нет.

— Напугал ежа голой жопой, — хмыкнул бесплотник и надел перстень на палец, удовлетворенно кивнув головой. — Годно!

— Добро пожаловать в Род! — улыбнулся я и подал руку, которую Призрак без улыбки крепко пожал.

— Ты не пожалеешь! — просто сказал он, и я кивнул. Я и так это знаю.

“Линкс” пока уберу. Нужно подумать, кому его отдать. Из имеющихся кандидатур — разве что Бурбулис, но похоже его шпага получше будет. Может Гриша еще? Нужно подумать… А вот с Призраком — я даже не думал. Этот неразговорчивый странный человек доказал свою преданность, а его полезность для Рода просто зашкаливает.

Пошел дальше глянуть на другое трофейное оружие. Хмм… Кажется это своего рода выставка/не продажа трофеев. По гербам на оружии можно пересчитать всех врагов Распутиных, а их, похоже, немало.

* * *

В середине дня подкатила машина с гербом Голдсмитов. Я направился встретить Сару Абрамовну. Это было несколько неожиданно, когда Анна позвонила мне и сказала, что императрица хочет видеть ее бабушку.

Я лично поприветствовал необычайно серьёзную бабулю, которая торопилась на встречу с императрицей. Единственное, что она себе позволила — покачать головой.

— О, Александьер! — с ударением на последний иностранный манер. — Ты таки не перестаёшь меня удивлять! Боря, — кивнула она своему огромному телохранителю, — чего стоишь, как столб? Передай Саше его свадебный подарок.

Тот кивнул, быстро нырнул в машину, выйдя оттуда с коробкой.

— Таки поздравляю, — сказала она, улыбнувшись. — Хотела бы сказать, что ты поступил, как настоящий поц, продинамив старую Абрамовну со свадьбой. Но учитывая, как это произошло, то поц — последнее слово, которое применимо к тебе. Ты знаешь, какая тебе оказана высокая честь?

К стыду своему, я не озаботился и понятия не имел, какая честь мне оказана, поэтому только улыбнулся и отрицательно покачал головой.

— Ну, ты... — начала бабуля, сбилась и тоже улыбнулась. — Мы с тобой ещё поговорим, — кивнула она, и пошла к дому.

Звучало это, как угроза, хотя, глядя на сухонькую бабушку, бодро взбиравшуюся по ступенькам, нельзя было понять, что этот божий одуванчик такая влиятельная женщина. Интересно, как она с императрицей познакомилась?

Мы пошли с Волком к казарме, как тут вдруг завыла сирена. По общему каналу прозвучало –

— Внимание! Приближается боевая авиация! Идентификаторы герцога Доброхотова!

— Твою мать! Как не вовремя... — сказал я.

— Герцог просит связи.

— Ну, соединяй, чего уж, — сказал я дежурному.

— Галактионов? — раздался возбужденный голос герцога.

— Совершенно верно, Максимилиан Батькович, — хмыкнул я. — Чего пожаловали? Хотите немного повоевать?

— Хочу, Галактионов, очень хочу! — сказал мне Доброхотов. — Но не прямо сейчас. Прямо сейчас я хочу с тобой поговорить.

— Ну, условия вы знаете. Садитесь за пределами действия ваших пушек, и бредите ко мне.

— Галактионов, ты так со мной не поступишь! У меня мало времени.

— Ещё как поступлю, — сказал я, рассмеявшись. — Знаете такой девиз: «Доверяй, но проверяй»? Так вот, в вашем случае я вообще вам ни хрена не доверяю. Так что извольте действовать по моим правилам, или я вас собью, — я немного подумал, и зачем-то добавил: — К хренам!

— Ладно, Галактионов, будь по-твоему.

Я отправил Шнырьку и увидел, что «Катраны» под прикрытием боевых вертолетов уселись на полянке. Распахнулась дверь, и оттуда, буквально, вылетела молния.

Ни хрена себе! Сегодня Доброхотов себя не сдерживал. Он полетел со скоростью хорошего спортивного автомобиля напролом через лес, с треском ломая деревья, и прорубая натуральную просеку.

Кажется, Алмазный немного психанул.

— Полная боевая готовность! — на всякий случай сказал я.

Сомневаюсь, что герцог вот так просто пришёл «на вы», но чем чёрт не шутит.

Когда “метеор” подлетел к моему крыльцу, то на него было направлено пара десятков стволов, а несколько человек находились в боевой готовности неподалёку.

У меня за спиной хмыкнул Призрак, а возле ноги зарычала Кара, и хрюкнул старшина. Должно хватить в случае, если герцога переклинит. И нет, я не перестраховался. Я видел Алмазного в деле, и невольно проникся к нему уважением. Да, он садист и мудак, но очень сильный мудак!

— Какого хера, барон?! — с ходу предъявил мне Алмазный, сверкая своим модным доспехом на солнце.

— А вы точно аристократ? — широко улыбнулся я. — Такие словечки у вас… Фу!

— ГАЛАКТИОНОВ!!! — заорал герцог, выходя из себя.

— Максимильянка, ты чего орешь, как потерпевший? Тут таки приличные дамы собрались, а не румынские проститутки чай пьют! — внезапно из-за спины раздался голос графини Голдсмит.

Но Доброхотов не оценил шутку бабули.

— Ты что тут забыла, старая карга? — глаза герцога опасно прищурились. — Бери свою другую старую кошелку, и дуйте в другое место. Здесь сейчас будет важный разговор!

Раздался веселый смех, и на пороге показалась улыбающаяся Императрица.

— Старая кошёлка никуда не хочет уходить!

Доброхотова словно подменили. Вся ярость и злость мгновенно исчезла из его взгляда, и он сделал два шага вперед, находясь, как будто в прострации.

— Не так быстро! — преградил я ему путь.

— Александр, пропусти его пожалуйста! — раздался сзади властный голос Императрицы, которая тут же добавила. — Он безобиден!

Хмм… Алмазный может быть кем угодно, но только не безобидным! Тем не менее, я подчинился. Императрица уже полностью в своем разуме, и кто я такой, чтобы подвергать сомнению ее слова?

— Я слежу за тобой, — мило улыбнулся я, отходя в сторону.

Но герцог, кажется, не услышал меня. Он подошел к императрице, и сразу бухнулся на два колена.

— Я искал… Я пытался… Ходили разные слухи… Но я не мог… — невнятно бормотал он, а когда рука Императрицы нежно потрепала его седые волосы, из глаз его потекли натуральные слезы! Вот это да! А я думал, что видел всё!

— Ну-ну, что же ты, Максимилиан! — ласково сказала Императрица. — Я тебе верю, и всё понимаю. В конце-то концов, именно я запретила тебе в столице появляться.

— А я говорил, моя Императрица, что это слишком строго! — поднял голову Доброхотов.

— Кто ж виноват, что ты такой мудак, герцог? — на секунду нахмурилась императрица, и я невольно хмыкнул. Ну, надо же! Не один я так считаю. — Сам виноват!

— Да-да, моя Императрица, — снова склонил он голову. — Я рад, что с вами всё хорошо.

— Встань, старый дурной друг, — велела ему Императрица, и Доброхотов подчинился. — Мне нужно, чтобы ты обеспечил охрану поместья барона Галактионова, пока он будет некоторое время будет отсутствовать по моему прика… гхм… по моей просьбе.

— Да, конечно! — без колебаний сказал Доброхотов.

— Я против! — высказался я, и на меня с интересом и раздражением уставилась эта парочка. — Не верю я ему, и ноги его людей в моей усадьбе не будет!

— Ему можно верить, Александр! — мягко попыталась убедить меня Императрица. — Да, Максимилиан иногда совершает поступки, недостойные аристократа, но он настоящий патриот Отечества!

— “Иногда”? — не выдержал я, но решил не усугублять. — Пусть разобьет лагерь за пять километров, патрулирует периметр, а у меня, вообще-то, своя гвардия есть. И внутри периметра мы справимся.

Императрица внимательно на меня посмотрела, и перевела взгляд на Доброхотова.

— Подходит?

— Подходит, — кивнул он. — Но… Ваше Императорское Величество! Лучше вам переехать ко мне! Мой замок — самое безопасное место на востоке Империи!

— Да, я раньше тоже так думала, — внезапно рассмеялась императрица. — Но сейчас почему-то засомневалась. Да и у нас сегодня музыкальный вечер. Не так ли, благородный Бурбулис?

— Именно так, — подтвердил временный личный телохранитель императрицы, не отрывая пристального взгляда от потенциальной угрозы.

— Ну вот! Можешь быть свободен, Максимилиан, — протянула для поцелуя тыльную ладонь Императрица, но затем кое-что вспомнила. — Да, оставь Александру свой защищенный терминал связи, возможно ты мне понадобишься в ближайшее время.

Доброхотов учтиво попрощался, а затем повернулся ко мне.

— Можно тебя на два слова?

Я кивнул. От него сейчас совершенно не исходило ощущения опастности, наоборот, в первый раз за наше знакомство от него веяло уважением.

Мы отошли в сторону, и герцог покачал головой.

— Ну, ты даёшь, Галактионов! Полчаса назад я готов был тебя убить, а сейчас хочу расцеловать.

— А вот это лишнее, — хмыкнул я.

— Как? — кивнул он в сторону смеющейся Императрицы.

— Может когда-нибудь расскажу, — улыбнулся я. — Но пока мы еще недостаточно знакомы.

— Ясно, — кивнул он. — Тогда к делу…

Мы быстро обговорили, как я получу терминал секретной связи, как и где будут расположены его силы, и обменялись контактами Прохора и Волка, для их взаимодействия.

Напоследок Доброхотов протянул мне руку, и я ее пожал. Он, не выпуская её из своей, произнес.

— Когда в Империи всё наладится, мы вернемся к нашей Игре!

— Очень на это надеюсь, — улыбнулся я. — У тебя еще слишком много алмазов. Нужно делиться!

Тень проскользнула по лицу герцога, но он справился с собой, и улыбнулся.

— Наглый юный барон! Но думаю, что тебя многие недооценивают. Да, к чёрту, я сам тебя недооценил! Больше этого не случится!

— Да-да! — засмеялся я. — Многие так говорили! А сейчас они где? Кстати, пока ты нас не покинул…

Я кивнул Волку, и тот быстро принес мне сверток.

— Это тебе! — передал я герцогу.

Тот развернул сверток, и глаза его расширились.

— СКОЛЬКО?!

— Нисколько, — хмыкнул я. — Безвозмездно! То есть… даром!

— Но… Почему?! — кажется, я смог его ошеломить.

— Потому-что это память. И потому… что ты хороший воин. А еще, потому-что этот меч бесценен для тебя, и ты об этом хорошо знаешь. И я уверен, что ты запомнишь этот момент!

— Галактионов… — прищурился Доброхотов, крепко прижимая к груди меч своего любимого деда. — Кто ты такой?!!

Глава 3

Интересный этот человек — Доброхотов. Мне почему-то казалось, что он думает только о себе, однако он смог меня удивить во время встречи с Императрицей.

Такой радости, со смесью уважения на его лице, я еще не видел. Он натурально боготворил эту женщину, и даже не постеснялся упасть на колени, когда рядом во весь рост стоял простой барон. По всей видимости, вот такой он странный преданный пес трона, которого иногда отпускают самостоятельно погулять и повеселится.

Когда он улетел, я продолжил заниматься своими делами, прикидывая, чего бы нам еще такого продать.

Да-да... Сандр дожился, и распродает имущество, чтобы кое-как свести концы с концами. А как же иначе, ведь Императрица не подарила годовую казну империи, а деньги мне сейчас очень нужны.

Еще ее просьба, которую мне придется выполнить. В прошлом мире мы, Охотники, нередко брали заказы у власть имущих, но делали это только в том случае, когда сами того хотели. Заставить Охотника было проблематичным, таких случаев я помню очень мало. Иногда соглашались слабые Охотники, но жизнь их была коротка.

Теперь мне придется успеть завершить все организационные вопросы, а затем отправиться в Африку. Как же это не вовремя. Вот почему нельзя было воспользоваться обычной почтой, чтобы отправить дочке письмо? Я уверен, что моя командировка будет тайной, и чтобы ни у кого не возникло никаких подозрений, мне поручат еще одно задание.

А потому, первым делом, я лично отправился к гвардейцам, которые занимались осмотром добычи, и забрал оттуда увесистый мешочек с драгоценностями. Какой-то особой ценности лично для меня они не имели, а значит можно их продать, и побыстрее, чтобы запустить некоторые процессы.

— Волк, подгони Буревестник ко входу, мне нужно съездить в город, — набрал я командира своей гвардии.

— Сделаю, пять минут! — быстро и четко ответил он, и положил трубку.

Пока Волк действовал, я спустился в подвал и еще раз напомнил Бурбулису о важности его задания по охране Императрицы, а еще напомнил о том, что она жена ИМПЕРАТОРА. А потому своего Бурбульчика ему нужно держать в шт... в руках.

Судя по тому, что я слышал о ее муже, он мужчина резкий. И хотя после появления детей стал немного мягче, но того, что осталось, хватит нам с головой.

Конечно, плевать мне на силу, вот только не хочется жить в Империи, которая попытается тебя сожрать с самого высокого уровня. Тут даже убийство не поможет, ведь тогда в Империи начнется хаос и дележ власти, а в таком месте не очень хорошо находиться. Да и зачем?

Еще позвал Одина, и тот с радостью откликнулся. Таким образом, я и моя «лягушка» стоим на пороге и ждем, когда подкатит Волк.

Волчара себя долго не заставил ждать, и сегодня лично стал моим водителем.

— Куда направляемся? — спросил он после того, как мы уселись. — Снова на войну?

При этом он с улыбкой поглядывал на лягуха.

— Нет, едем в лавку Архипа.

— Та, которая без Архипа, но которой заправляют его дочери? — хитро подмигнул он мне.

— Именно в ту лавку...

Дочка, что одна, что другая, у него красотки, но у меня и своих как бы хватает. А портить отношения с моим главным скупщиком я не собираюсь.

Да, впрочем, и задерживаться долго там не в моих планах. Мы туда приехали, и я зашел в магазин. Отстоял очередь среди других собирателей, которые сгружали добычу, и только потом привлек внимание его старшей дочери.

— Александр? Рада вас видеть, — улыбнулась она мне. — С чем в этот раз пожаловали? Оружие?

Она знала, что я покупаю слишком редко, а в остальное время только сдаю.

— У меня есть интересные безделушки, — сразу перешел к делу, при этом одарив ее своей улыбкой, чисто на автомате.

Поставил перед ней на стойку сверток с драгоценными украшениями, среди которых не было, прям, чего-то дорогого или старого. Кроме того, они все были без гербов.

Девушка, на вид хрупкая, но хватка у нее, что надо. Ловко подхватила сверток и раскрыла его, а затем нацепила на глаза свой артефактный микроскоп-очки, и стала внимательно разглядывать драгоценности.

Я не планировал надолго здесь задерживаться, но как погляжу, у нее другие планы. Она закрыла лавку нажатием кнопки под прилавком, и теперь дотошно проверяла каждый камушек, рассматривая, словно он стоит миллионы.

Явно боится подвести отца, потому и трудится усердно.

— Мне нужно посоветоваться с отцом... — спустя пять минут выдала она, не поднимая головы.

— Я знаю, — с улыбкой кивнул ей, и встал с кресла для посетителей. — А потому, пожалуй, я откланяюсь. Когда все решите, то сообщите мне или моему секретарю. Полагаю, твой отец не страдает склерозом и помнит, как мы раньше делали это не один раз.

На этом я закончил здесь все свои дела, и ушел. Реально не было времени находиться там до талого. Я и так уверен, что они с Архипом решат, сколько мне можно за это предложить и, в случае моего согласия, автоматически отправят деньги на мой счет.

То, что я потеряю деньги на этой сделке, не боялся. И так понимал, куда иду. Тут сама суть не выжать из них все, а безопасно и без лишних вопросов продать побрякушки, и сделать это так, чтобы другие Рода потом не судачили, что Галактионов разжился деньгами, или что Галактионов продает семейные ценности, дабы ублажить свою Голдсмит. Такие слухи уже ходили, и Анна очень агрессивно реагировала на них. Многие судачили, что мне придется очень несладко, чтобы потянуть целую графиню из богатого Рода.

— Куда дальше? — спросил меня Волк, который сидел за рулем, слушая песню легкого мотива, которую и сам напевал.

Само собой, песня была военной тематики.

— Давай в Галактионовку! — решил сперва разобраться, как там обстоят дела.

Однако судьба — дама капризная. Когда думаешь, что некоторые вещи с тобой не могут просто так случиться, то они случаются.

Когда Волк ехал по достаточно оживленному перекрестку и, попрошу заметить, на зеленый свет, то я только успел крикнуть.

— Держись! Олени на дорогах...

А в следующий момент в бочину нашего Буревестника что-то влетело. Да что может случиться от удара простой машины? А что, если машина непростая, а бронированная, и она относится к классу «Колосс»? Я честно говоря не помню, как она конкретно называется, но знаю, что это боевая машина для войны. Она предназначена для того, чтобы перевозить весь штаб во время боевых задач. Она внутри имела оборудование связи и коммуникации, а также очень навороченный, частично артефактный тактический терминал. Эта дура влетела с такой силой и скоростью, что мой Буревестник снесло на метров двадцать. Благо, что больше никто не пострадал.

— Убью... — зарычал Волк, переживая за свою машину. — Криворукие инвалиды!!!

Матерные слова лились из него нескончаемым потоком. Но это и не странно, он ведь еще не знает, насколько сильно Буревестник сейчас поврежден. Все пытается понять по датчикам и экранам, что там да как. А еще думает, что я не вижу, как он разворачивает башню со спаренной автопушкой, в которой у нас находятся спецом закупленные артефактные боеприпасы, на случай, если возникнет нехилая заварушка.

Зато я знал... Мы почти не пострадали, так, может пару царапин. У Волка хорошая реакция, и он успел в последний момент, во время моего крика, активировать барьер, и тем самым спас нас от большинства поломок. Шнырька быстро показал мне всю обстановку, и даже виновного в этой аварии. Они вроде не собираются напасть, но почему там все довольно улыбаются?

Боевая машина, что в нас влетела, была раза в два массивнее нашей, и тоже навороченной. Почему-то мне кажется, что это неспроста, но пока не видно выбегающих солдат.

Злой, как черт, Волк выскочил из машины, а я за ним, при этом мы не забыли накинуть доспехи. У меня так он вообще был до момента аварии накинут.

Шнырька стал мониторить всю округу, но ничего подозрительного не заметил. Кроме транспорта рядом, который спешил свалить куда подальше от разборок аристократов.

Кстати, машина виновного пострадала куда сильнее, чем наша, у нее сильно морду помяло. Правда, у них тоже стояли щиты на транспорте, но желеек больше было у нас, поэтому их барьер сломался первым.

— Вы хоть понимаете, что наделали?! — как ни странно, но этот разговор первым начал не Волк. — Вы напали на графа Шастунова!!!

Завопил во весь голос водитель, который, судя по всему, был еще и личным помощником, да и сам по себе не в слабом ранге.

— Мы напали?! — от такого Волк даже на секунду забыл, как говорить. — Твой граф влетел в транспорт барона Галактионова!

— Прикуси язык, челядь! — повысил голос помощник. — Ты говоришь с представителем графа, и за каждое твое слово может быть ответ. Или твой барон говорить за себя не может? — перевел он взгляд на меня, криво улыбаясь.

Вот тут меня и понесло. В голове что-то щелкнуло, и на лице появилась недобрая улыбка.

Этому еще способствовало то, что я видел, как в их машине находится тот самый граф. Он сейчас через камеры следит за представлением на дороге, и довольно улыбается. Граф специально разрешил своему помощнику быть дерзким, представляя его агрессивно.

— Ну да... Слегка забыл слова после пережитого, — согласился я с ним, а затем добавил. — Когда в твой новенький транспорт влетает груда третьесортного мусора, нелегко снова вспомнить слова.

— Мусора?! — побагровел уже граф в машине.

— С твоей дерзостью может соперничать только глупость, — покачал головой водитель, и подошел ко мне поближе. — Ты хоть понимаешь, что сейчас находишься на грани объявления войны?

— Понимаю! — на полном серьезе кивнул ему. — Я очень сдерживаюсь, чтобы твоему инвалиду-хозяину не кинуть это самое объявление.

— Инвалиду? — поперхнулся он от моих слов.

— А как еще назвать человека, который сидит в машине, и по камерам наблюдает за происходящим, выставив наружу такого доходягу, как ты? — а вот теперь он сбит с толку, ведь он не упоминал, что граф находится в машине. — Наверное, ему ноги перебило, вот он и не смог выйти, и поговорить лицом к лицу, или это просто трусость?

— Ты переступаешь черту! — водитель взял он себя в руки, и гордо поднял голову вверх. — Мой господин хотел договориться по-хорошему, чтобы ты прилюдно принес извинения, и все решилось миром. Теперь он передумал, — и ехидно улыбнулся, поправляя свой костюм. — Вечером тебе придет счет за ремонт поврежденной, по твоей вине, техники. Прощай...

Развернулся и ушел в свой транспорт.

Вот надо же такое. Значит... это он летел на красный, а виноват теперь я? Счет мне вышлет?

— Можешь сразу объявление войны выслать, я не откажусь. Легко воевать с трусами, — бросил ему в спину, и тоже направился к себе.

Волк только зло пыхтел все это время, сдерживая себя, чтобы не пойти и не сломать всем шеи.

— Полицию вызывать будем? — уточнил он на всякий случай.

— Ну, никто не пострадал, так что нет, — покачал головой я. — Да и не хочу, чтобы дело обошлось просто штрафом. Давно мы не устраивали показательную порку. Я вот охреневаю с этих аристо. Когда до них дойдет, что не стоит со мной связываться?

— Никогда? — предположил Волк.

Я улыбнулся.

— Боюсь, что это именно так, хотя... Мне же всё равно нужны деньги.

Всю дорогу мы общались с Волком насчет произошедшего, и чего можно будет ожидать от этих дебилов.

Война? Пфф... Да, пожалуйста! У меня есть, чем их удивить. Правда есть один нюанс, в виде моей благородной гостьи, хотя... есть у меня один план!

Я был зол... Шнырька тоже в ярости, а вот Волк просто пылал гневом, как факел. За свой Буревестник он готов был на куски всех разорвать.

улицы Иркутска

Граф Шастунов возвращался с охоты, после которой у него было плохое настроение. Вот только подумать... Он взял с собой целую армию, а тварей с Эпицентра настреляли меньше всех.

Сегодняшний день не был моментом его славы, как он планировал, дабы удивить своих друзей.

Недавно он из Имперского Института Изучения и Разработки Артефактов выкупил несколько опытных образцов артефактных винтовок, и с помощью их хотел произвести фурор в закрытом охотничьем клубе, в котором занимал должность почетного председателя.

Однако удача отвернулась от него, и винтовки оказались не способными пробить даже кожу Носорогусов, не говоря уже о том, чтобы убить их. Пришлось задействовать свою гвардию. Они, конечно, справились, но такая дичь уже не считалось лично убитой графом.

— Вина, господин? — предложил ему слуга выпить, чтобы утопить в нем горе.

— Заткнись! — отмахнулся от него граф. — И без тебя паршиво...

Когда настала тишина, он снова погрузился в свои мысли, в которых и пребывал, пока они не стали подъезжать к перекрестку.

— Чего тормозим? Я сказал, что хочу быстрее добраться домой, — гаркнул он на своего водителя.

— Так красный свет, господин... — попытался оправдаться тот.

Граф только скривился.

— Я кто... по-твоему? Плевать мне на красный... Гони, давай!

У водителя не было причин спорить с графом, да и желания, и он надавил на педаль газа.

Однако вскоре водитель все равно начал притормаживать, отчего графа слегка повело в сторону.

— Что еще там такое?! — заорал раздраженный мужчина.

— Другой аристократ на боевом транспорте, и если не сбросить скорость, у нас будет столкновение.

Граф недовольно скривился, ведь в таком случае он ничего не мог поделать. Однако взглянул на камеры посмотреть, что там за аристократ такой. Первым делом, он заметил интересную на вид технику, явно не из дешевых, и только потом обратил внимание на герб.

Герб... Герб... ТОЧНО... ГАЛАКТИОНОВ! Он знал этот герб! Это был барон Галактионов, тот самый, который поднял шум на последнем приеме у Долгоруковых, когда напал на его хорошего друга Вербицкого. Так как он слышал о Галактионове уже немало, как ему казалось, то он знал, что нужно сделать. Возможно, этот день еще не потерян.

— Дави его!!! — как раз вспомнил, на чем рассекает Галактионов. — Врубай щиты!

Заряда после охоты должно было хватить еще на десяток таких машинок, как он подумал, и поэтому не боялся.

Вот только зря... ТТХ Буревестника мало кто знал, и от того их броня просела раньше, а граф во время столкновения больно ударился об главный монитор, в который смотрел, сидя на диванчике, даже не пристегнувшись.

— Гадство... — выругался граф, который вмиг поверил, что во всем этом виноват Галактионов. — А теперь слушай, что нужно сделать...

Водитель получил приказ, как ему действовать, так как был и его личным помощником, который всегда сопровождал графа.

Граф радовался... Он только-что поставил на место еще одну зазнайку. Правда, тот еще умудрился его оскорбить. Прав был Вербицкий — в бароне нет аристократичной крови. Простая дешевка, которую нужно обязательно проучить. Только у Вербицкого все никак не выходило это сделать, зато вышло у графа, как он предполагал.

Когда они разъехались, он, первым делом, набрал своих людей, и дал им приказ состряпать обвинительное письмо в семи экземплярах. И затем сразу отправить его нужным людям, в котором говорилось, что Галактионов устроил аварию, и как ему нагрубил вместо нижайших извинений. А еще выставить счет Галактионову, в котором должно быть не меньше десяти пунктов, и отправить его, как можно быстрее барону.

Граф был невероятно доволен собой... Надолго ли?

* * *

Что самое интересное, не успели мы доехать до Галактионовки, как мне позвонила Анна.

— Милый, привет! — услышал я ее голосок.

— Привет, дорогая, что-то срочное? А то я слегка занят, — ну да, я пылаю праведным гневом.

Анна спросила, как у меня дела, а потом сразила наповал, когда сообщила следующую новость.

— Хотела тебе сообщить, что мне пришло электронное письмо, в котором нам выставили счет на 421 тысячу, — вот теперь я еще больше удивился.

Это сколько им понадобилось? Всего полчаса?

— Зайка... — нежно говорю ей, стараясь не сорваться. — А пришли-ка мне копию этого счета.

Я охренел, когда прочитал.

Пятьдесят тысяч за то, что оскорбил графа, тридцать — за нарушения правил дорожного движения. И как вишенка на тортике — две сотни за то, что он потратил на меня свое время, а я не был записан в его списке дел.

Это что, вообще, такое?

Меня что, пытаются выставить лохом?! Это просто уже не в какие ворота не лезет. Главное, ведь он специально спровоцировал эту аварию. Ладно... Я так просто этого не оставлю. Ой, не оставлю!

— Знаешь что, Волчара...

— Слушаю! — радостно отозвался тот, уже зная эту интонацию в моем голосе.

— Давай-ка разворачивайся! Не поедем мы сегодня в Галактионовку, — стал на ходу придумывать план действий. — Найди мне сперва место получше, чтобы перекусить.

— А потом? — понимает же, что будет потом.

— А потом... Потом будет суп с Шастуном...

Но для начала мне нужно собрать побольше информации о нем. Кто он, и чем дышит. Где есть имения и бизнес, а еще, с кем дружит и против кого. С этим очень легко справится Анна, вот ей и пишу сейчас сообщение, пока мы едем. А еще Шнырька... Он тоже сейчас на взводе, и горит желанием немедленно отправиться на поиски нашего хамоватого обидчика. Еще я думаю, что могу позвонить Андросову и расспросить у него, что он знает о графе. После того, как я все узнаю, последует визит вежливости... Ночной визит...

Глава 4

Честно говоря, мне этот Шортунов или Шастунов, или хрен знает, кто он таков, нахрен мне не сдался. Нужно было вытащить его из машины и надавать тумаков, но тут я рисковал огрести всеобщее порицание и осуждение. Нельзя так просто взять и набить графу морду у всех на виду. Очень не по аристократичному, гребанные условности. С другой стороны — с Абсолютом это получилось.

Однако, здесь есть и свои плюсы! Граф оказался богатым бездельником рантье, что сдавал в аренду торговые площади в Иркутске. Как обычно, заработал на них еще его дед, а батя и он потихоньку просирали наследство, хотя сделать это было сложновато — дед постарался хорошо! Из всего перечня меня заинтересовала его главная усадьба, возле которой я прямо сейчас нахожусь, удобно устроившись в засаде. Рядом праведным возмущением пыхтел Волк, и ухмылялся Призрак.

— Всё равно я тебя, Саня, не понимаю! — бурчал мой начальник гвардии. — Взяли бы с собой парней — достаточно «Альфу» и «Браво» — они бы вынесли этих толстозадых гвардейцев на «раз-два»! Делов-то!

Волк не соврал. Гвардейцы Шастунова не отличались хорошей физической подготовкой. Прямо сейчас двое из них устроили перекур, отойдя от зоны контроля видеокамер.

— У меня нет на это лишнего времени, — покачал головой я. — Это ж нужно войну объявлять. Бюрократия еще та. Лучше вывести его из себя, и пусть сходит с ума потихоньку.

Я посмотрел на своих людей, а затем хитро улыбнулся.

— Готовы кое-с-кем познакомиться?

— Хмм... — сказал Волк.

— Хмм... — улыбнулся Призрак.

— Выходи, мелкий, — сказал я.

— Ш-ш-шдарова паш-ш-шаны! — проявился во всей своей красе Шнырька. В адмиральской шляпе, и с мечом, ага!

— Опаньки, — хмыкнул Волк, улыбнувшись.

— Ну, привет, коллега! — тут же оценил шнарка Призрак, протянув ему руку.

Шнырка осторожно потряс его за палец.

— Малащ-щ-щинка, Приш-ш-шрак, я ш-ш-шледил шшшшша тобой!

— Спасибо, — улыбнулся боец.

Шнырьку я еще вчера представил Анне, вызвав бурю восторга, особенно, когда «подключил» ее к системе наблюдения «Шнырка ++». А теперь пришла пора познакомить его с двумя важными для меня людьми.

Я сам для себе придумал новое правило. Нет кольца — нету Шнырьки. Взяв людей в свой Род, я постепенно открою им все тайны. Ну, как все? Те, что необходимы. Шнырька очень облегчит жизнь некоторым из них, так что пора.

Вкратце проведя инструктаж, я кивнул.

— Жгите!

Шнырка и Призрак «зажгли».

Рядом начала расти кучка наличности и драгоценностей. Призрак был нихрена не пацифист, поэтому пара бессознательных тел всё-таки образовалась у графа, хотя никого и не убил. Так они сами виноваты.

«ШАСТУНОВ — ШЛАБАК!!! ГАЛАХТИОНОВ — МАЛАДЕЦ!!!»

Я полюбовался, глядя на надпись на стене обчищенной сокровищницы. Затем дождался, когда шнарк, высунув язычок от усердия, дорисует свой крылатый знак качества. Жаль, что придумали банки — граф мало хранил в наличке — всего-то двести тысяч и немного бирюлек, но всё равно дело нужное и полезное!

— Призрак! — я нажал кнопку вызова. — Теперь можно и пошуметь.

— Принято! — хмыкнул он, и через пять минут организовался рядом, протянув мне пульт дистанционного подрыва.

— Сам жми, заслужил! — хмыкнул я.

Он нажал. Красивый белый шпиль с большим позолоченным гербом Шастунова с грохотом рухнул вниз, разбив мраморный фонтан. Разлетевшиеся во все стороны камни посекли нарядные витражи и, вообще, устроили громкий беспорядок. Всё, как я люблю и уважаю!

— Ну, теперь точно услышат! Хотя... Подождем еще немного.

Призрак рядом уселся в позе лотоса, Волк достал меч и принялся полировать его тряпочкой, а Шнырька откуда-то достал маленький шезлонг и улегся в него с мороженком в лапках.

— Ш-ш-ш-та? — посмотрел он на меня. — На кухни наш-ш-шел!

— Да фиг с ним, с мороженым, заслужил! Фигли ты разлегся? А кто картинку показывать будет?

— Ш-ш-шандр ш-ш-ш-шануда! — исчез шнарк, вместе с шезлонгом и мороженым.

— В РУЖЬЕ!!! — зрелище взбешенного графа, обозревающего великолепную картину художника Шнырькеанджело было просто великолепным.

— Погнали! — хмыкнул я, и «Буревестник» тронулся к усадьбе.

Мы тормознули на крохотном блокпосту, что доброхотовцы устроили на дороге в Галактионовку. Правда, крохотным он был только на первый взгляд. Я даже не вылез из машины, лишь высунулся наружу из люка, и крикнул гвардейцу.

— Передайте Веревкину, что скоро здесь будут гости! Приятного времяпровождения! Хе-хе!

И мы с пробуксовкой рванули дальше. Дома нас ждала натопленная банька, посетив которую, мы душевно расположились в комнате отдыха, открыв холодное пиво. На стол перед нами бухнули огромную миску варёных с укропчиком раков, добавив в маленьких мисочках вокруг всякие солёные ништячки, и мы приготовились смотреть интересный фильм под названием — «Граф Баранов хочет отомстить Галактионову, но у него что-то пошло не так».

Блокпост по дороге к главной усадьбе Галактионовых

— Командир, есть контакт! — дежурный офицер позвал Прохора Веревкина, высунувшись из командного автомобиля «Колосс-3М».

Прохор аккуратно затушил бычок, промочил горло водичкой, и залез внутрь развернутого штаба, где его офицер на голографическом тактическом экране показал приближающихся «гостей».

— Ну, Галактионов! Ну, сукин сын! — беззлобно, и даже с одобрением, покачал головой Прохор.

Двенадцать вертолетов, и почти три десятка наземных целей — из которых больше половины были боевыми машинами, сейчас во весь опор неслись в их сторону.

— Умеет же этот юный барон устроить грандиозную заварушку! — покачал он головой, и повернулся к офицеру. — Скинь наш идентификатор и скажи им, чтобы притормозили.

Офицер сделал требуемое, секунду подождал, и повернулся к Прохору.

— Не реагируют!

— Тупицы! — нахмурился Прохор, и ткнул пальцем в изображение. — Вот этих двух голубков сбивайте!

— Принял! — офицер, начал раздавать указания, и где-то рядом, с жужжанием, задралась вверх пусковая установка «Игла-777».

Две ракеты «Земля-Воздух» с хлопком выскользнули из пусковых и, врубив маршевые, унеслись вперед. Вспышка и запоздалые звуки взрывов, и на две точки стало меньше на радаре. Остальные после этого бросились врассыпную.

— Тупые бараны, право слово! — покачал головой Прохор.

— Нас вызывают! — тут же подал голос дежурный радист.

Веревкин даже не дернулся.

— Кто там?

— Граф Шастунов, рвет и мечет, и требует объяснений!

— Пусть подъезжает, — милостиво сказал Веревкин. — Только один! Будут еще машины — собъем!

Он многозначительно посмотрел на офицера, и тот утвердительно кивнул. Где-то по соседству, рыкнув двигателями, на боевые позиции выскочили четыре «Зверобоя».

Прохор покачал головой. Военными транспортниками, буквально за одну ночь было перекинуто такое количество лучших людей и техники Доброхотова, что Веревкин не помнил, когда такое случалось в последний раз. И для чего? Для защиты имения Галактионова!

А судя по серьезности поставленной задачи от Алмазного Короля, что звучала примерно как — «Стоять насмерть, даже если армия монголов пожалует!» — Прохор понял, что шутки кончились. Монголов они бы потрепали, но долго не сдержали, если бы сюда пришла вся армия Великой Степи. А вот граф-дебил? Кажется, Галактионов сделал это специально!

«Колосс» предыдущей модели через пять минут затормозил неподалёку. Оттуда выскочило четверо вооруженных до зубов громил, и за ними вышел сам граф Шастунов.

Как понял Веревкин, прочитав за эти минуты, поступившую на его боевой терминал инфу — граф владел боевой магией на уровне Магистра. Вот только... Когда он последний раз воевал? Прохор вышел из машины, и неторопливо направился к гостям, на ходу прикуривая новую сигарету.

— Ты кто такой?! И почему вы сбили мои вертолеты?! Вы за это ответите! — визгливо начал граф, прячась за своими гвардейцами, и конечно, напяливший артефакторный доспех.

Прохор же был в застиранном военном комбезе, без знаков различия. Из оружия на поясе висел верный меч, а именной «Гюрза-5м» находился на поясе в кобуре.

— Я-то?! — Прохор с удовольствием затянулся крепкой папиросой без фильтра. — Я Прохор Веревкин. Начальник Гвардии герцога Доброхотова. Слыхали о таком?

— Алмазный Герцог?! — оторопел граф. Конечно же он слышал о нем. — Я думал... Что идентификатор — это происки этого борзого барона!

— Как видишь, нет, — хмыкнул Прохор.

— Чем докажешь? — подозрительно нахмурился неугомонный граф.

Веревкин вздохнул, и продемонстрировал родовое кольцо Доброхотова.

— Могу еще пару твоих птичек сбить. Хочешь?

— Немедленно пропустите нас! Мы не имеем ничего против герцога Доброхотова, нам нужно в усадьбу Галактионова!

— Нет, — покачал голово Прохор.

— Что значит «нет»? — снова возбудился граф.

— Ты тупой что-ли, граф? — улыбнулся Прохор. — Нет, найн, ноу...

— Это личное! Пропустите немедленно! — графа, похоже, понесло.

— Командир, две «Пантеры» двинулись вперед, — тут же раздался голос офицера.

— Гасите, — ответил Прохор.

БА-БАХ!!

— Что за беспредел?! Они всего лишь разворачивались! — тут же завопил граф, которому в режиме реального времени доложили о происшедшем.

— Мой косяк, командир! — смущенно доложил офицер Прохору. — Они реально разворачивались.

— Ой, да и хер с ними, Вася! — улыбнулся Веревкин, поворачиваясь к графу. — У вас пятнадцать минут. Валите отсюда! И забудьте имя Галактионова! Навсегда!

— Это беспредел! Я этого так не оставлю! У меня есть высокопоставленные друзья!

Прохор было уже развернулся, но остановился и улыбнулся.

— А знаешь… что? Приводи их сюда! Всех!

Судя по лицу графа, это почему-то не показалось ему хорошей идеей. Он залез в машину, что-то злобно бурча себе под нос. Похоже, ему всё-таки дали текущий расклад. Если у него компетентные офицеры, то они доложили ему, что против доброхотовцев они могут повоевать, примерно, три с половиной минуты...

Когда маленькая, и не очень гордая армия графа, рванула обратно к Иркутску, Прохор разочарованно вздохнул, и почесал бороду. Может зря он так поступил. Может надо было гасить их всех сходу? Хоть какое-то развлечение...

* * *

Пивком я не увлекался, так, для просмотра «фильма», чтобы ребятам компанию составить. Поэтому «в боевой готовности» рванул к молодой жене после окончания «сеанса».

Наутро мне показалось, что Анна даже обрадовалась, что мне предстоит командировка. И я её понимал. С непривычки у неё тряслись ноги, когда она уходила в душ и, как она призналась потом — от множественных оргазмов кружилась голова. Да, мы, Душеловы — ребята непростые! Недовольных дам у нас не было, разве что зае... немного подуставшие. Подозреваю, что Анна скоро начнет рекламную кампанию под названием: «Больше жен — живая Аннушка (зачеркнуто) больше наследников!» Но, это неточно...

Выпив утренний кофе с Императрицей российской, я получил пару финальных наставлений, и быстренько смотался из дома. Елизавета Петровна была женщиной умной и властной. И помимо воли, периодически «переключалась» на приказной тон. Бедный будущий зять! Врагу не пожелаю! Захватив Волка и Одина, я отправился в Галактионовку. Перед отъездом нужно было кое-что сделать.

Возле строящегося производственного комплекса нас встретила целая делегация. Сан Саныч и Петрович, Вася Сорокин и Ко, а также несколько мужчин и женщин, которых подобрали мужики с помощью Анны для «затыкания дыр» в некоторых моих начинаниях. Негусто, ненадежно, но всё-таки что-то. Тем более было достоверно известно, что двое спецов — «засланные казачки» от конкурентов.

Молва о «Фабрике Галактионова» уже пошла гулять по области, и мне доложили, что некоторые особо проницательные производственники немного напряглись. Более бестолковые или беззаботные — махнули рукой, решив что ничего у меня не получится, но, рано или поздно, дойдет и до них.

Я же решил устроить небольшую демонстрацию, подведя эту делегацию ко входу в гору. Из полумрака высокого коридора показались два Муравья-Солдата, и народ чуть не пустился в бегство, благо гвардейцы этого не допустили.

— Спокойствие, только спокойствие! — широко улыбнулся я, довольный произведенным эффектом. — Всё под контролем! Это охрана! Все допущенные внутрь люди будут проходить подобную идентификацию!

Я дал мысленный приказ невидимой Красивой, и ко мне выскочил коричневый небольшой муравей.

— Протяни руку! — скомандовал я Санычу, который выглядел наиболее невозмутимым. Бывший староста подчинился, и муравей выделил феромон прямо на поставленное запястье ветерана.

Я махнул рукой.

— Проходи!

Саныч не подвел, и смело шагнул вперед. Солдаты расступились в сторону.

— Вот так примерно это работает, — объявил я. — «Пропуск» будет обновляться каждые сутки, и не дай бог вам забыть это сделать. Всех непрошенных гостей ждет примерно такое.

Я призвал далеко позади душу муравья, чтобы не трогать живых детей Красивой. И неотличимый от живого муравей тут же подбежал к Солдату, который одним движением перекусил его пополам.

— Такие вот дела! — улыбнулся я. — Дальше со мной идут Крендель, Петрович, ты, Саныч, ну и, конечно, Волк!

Волк протянул руку к «привратнику», но тот его проигнорировал, подбежав к немного побелевшему Сорокину.

— Тебе не нужно, — покачал головой я. — Перстень.

Я повернулся к людям.

— Для остальных экскурсия на сегодня закончена. Всем спасибо за внимание!

Уже ограниченным коллективом мы прошли дальше, где я познакомил людей с Красивой, а дальше мы пошли в почти готовые цеха, по пути заглянув к слаймам.

— Ну…нихрена себе! Как кайфово! — задрал голову Крендель, и я вынужден был с ним согласиться.

Дело в том, что вся поверхность пещеры была покрыта тонкими барельефами, еще и раскрашенными разными цветами. Это реально было прекрасно.

— Валерчик, ты чертов гений! — хмыкнул я, и виновник торжества свалился откуда-то сверху, где в этот момент он что-то подкрашивал, и с дружелюбным бульканьем покатился к нам.

— Один! — кивнул я своему полководцу. — Это слайм Валера, с ним нужно подружиться. Он многое сможет тебе рассказать и показать о своих собратьях. Думаю, ты сможешь улучшить свою стратегию, учитывая, сколько у меня слаймов в «заначке».

Крыс церемонно поклонился, дав понять, что он готов.

— Только чуть попозже, — поправился я. — Валерчик, веди!

Конечно же я дублировал приказ мысленным посылом. Высший Слайм, хоть и был толковым существом, но он всё еще учился. Что-то булькая на ходу, он повел нас в соседние помещения. Я еле успел отдернуть Кренделя в сторону, когда он полез поперед батьки, как над головой у меня пролетел небольшой огненный шар.

Два огненных слайма развлекались, играя шариками огня друг с другом.

— Сейчас, как дам! — гаркнул я, но Валерчик успел первым. Подготовившись к хулиганам, он отрастил руку, и дал подзатыльник безобразникам, пробулькав что-то ругательное.

Дальше мы подошли к каменным бассейнам, и я мысленно скомандовал Красивой. Через пару минут рабочие муравьи принесли несколько тушек Каменных Вепрей, что притащил Астахов с командой накануне из Разлома.

И я начал самое трудное. Я понимал, что нужно делать, но не знал, как именно. Дело в том, что Охотники не были производственниками — мы убивали тварей, а не перерабатывали их туши. Но придется вспомнить и поэкспериментировать.

Первую тушу кабана кислотный слайм растворил полностью. Со вторым получилось очистить шкуру от мяса, не повредив ее саму. Далее огненный слайм прожег в заготовке дыру, а вот второй — справился на пять с плюсом, размягчив кожу и убрав лишние запахи. М-да... тут работы и работы!

— Крендель! Основную идею ты понял? — подозвал я Сорокина.

— Конечно, без базара! — глаза у бывшего гопника азартно заблестели, всё-таки он нашел себя и, как показывал Шнырька и докладывали мужики — иногда забывал есть и спать, полностью погрузившись в обучение и работу.

— Вот и экспериментируй с Валерчиком, он тут за главного, только без защиты сюда не входи!

— Да в ней жарко! — запротестовал Крендель. — Ай!

На этот раз я дал ему подзатыльник.

— Я для чего такие бабки заплатил! Это рабочий костюм артефактора! Умные люди придумали, как продлить жизнь таким баранам, как ты! Вот завтра меня рядом не будет, и огненный слайм поджарит тебя, как котлету!

— Да, босс... Извини! — почесал затылок Вася.

— То-то же! К моему возвращению постарайтесь не помереть! Это всех касается! — я обратился к Петровичу и Санычу, которые сразу послушно закивали. — Повторяю! Внутри — это вотчина Красивой и ее детей. Они ответственны за безопасность и строительство новых помещений. Валера и его мягкие собратья будут работать на обработке туш тварей... Пока... Думаю, что со временем мы сможем их использовать рациональнее, но тут многое зависит от тебя, Васёк, как ты найдешь общий язык с Валерчиком. Внешний периметр — гвардия и Один.

Я внимательно посмотрел на мужиков.

— Скажу вам так. Это «режимный объект», и лишних людей здесь не будет. Когда он выйдет на расчетную мощность, мы подомнем под себя жирный кусок артефакторики Империи. И это не шутка. Осталось только сделать это побыстрее!

Я взял Волка под руку, и отошёл с ним в сторону.

— Я в Африку, постараюсь вернуться поскорее. С собой возьму только Отморозка. Ты знаешь, что нужно делать.

— Знаю, — кивнул он и замялся. — Может всё-таки...

— Нет, я полечу один.

— На четырёх бортах? — улыбнулся Волк.

— Ага! Кажется, Доброхотов, если что-то делает, что делает это по высшему разряду! Я в душе не гребу, зачем мне четыре борта, но раз Алмазный даёт, ну и ладно. С другой стороны — больше трофеев можно захватить!

— И всё без меня, — нахмурился Потапов.

— Жизнь — боль, Волчара! — хлопнул я соратника по плечу. — Жизнь — боль!!!

Глава 5

Утро для всех оказалось волнительным и шумным. Все жители моего поместья копошились, бегая туда-сюда, кроме, конечно, Императрицы. Для всех это был не просто день, а день, когда их барон отправляется фиг пойми куда, и фиг пойми зачем. Я оставлял свое поместье без присмотра и раньше, и всегда у меня на душе было неспокойно. Но сейчас это чувство отошло на второй план. Я был уверен, что Императрица — достойный человек, и ради нее Доброхотов может бросить вызов даже Дракону. Непонятно, откуда в нем столько глубокого уважения к ней. Возможно, это связано с тем, что она когда-то оказала ему поддержку в безвыходной ситуации.

Кстати, наши отношения с ним тоже, выходит, изменились, и даже как-то грустно стало у меня на душе. Я очень хотел бы продолжить нашу игру, которая приносила мне столько выгоды, но как будет дальше, мне пока непонятно.

Так вот, суетились все, кроме меня. Мне это не нужно, я просто сидел в позе дракона-лотоса, и гонял энергию по своим каналам и структурам. Медитация — наше все, особенно когда растешь, а это я умею делать быстро. Тут самое главное — не забросить процесс контроля, чтобы энергия не пошла туда, куда не нужно.

До вылета у меня еще оставалось четыре часа, и перед этим нужно было поговорить с Императрицей. К ней я и направился.

— Здравствуйте, Александр! — поприветствовала меня женщина, сидя в своем излюбленном кресле в саду. — Чудная сегодня погода, не правда ли?

О, ее потянуло на светскую беседу.

— Отличная погодка, — согласился с ней. — Но я бы предпочел сейчас находиться в Разломе, там тоже неплохие климатические условия.

Сразу вспомнилось мне, как часто я встречал ядовитые испарения в тех самых Разломах.

— У тебя душа воина, — как-то невесело улыбнулась она. — Вы, воины, в первую очередь думаете о битвах, а о своих любимых думаете потом. Не боишься, что в будущем Аннушке может не понравиться твой образ жизни? Например, у вас будут дети, а ходить в Разломы это всегда огромный риск.

— В будущем? — я на секундочку задумался. — В будущем, боюсь, это действительно будет проблемой, — я и вправду переживал о Разломах, но не в том смысле, который вкладывала она. — Боюсь, что в будущем не смогу найти себе Разлом по силам. Вот это будет проблемой, и я тогда умру от скуки!

— Еще и самоуверенный, — улыбнулась она. — Хорошая, но опасная черта характера для мужчины.

Конечно, можно понять, о чем она говорит, но я уверен, у меня с этим все будет все в порядке. Анна из тех девушек, которые чрезвычайно умны, и точно не враги сами себе.

Разломы со временем смогут поднять мой Род до небывалых высот. Один только мой новый друг Бурбулис чего стоит, а сколько еще таких интересных знакомств и вещей я смогу вынести оттуда? А если найду разломную алмазную жилу или чего еще получше? И стану я тогда Алмазным Бароном! Ха-ха! Хотя нет, дурацкое прозвище!

Кстати, о жиле… Просто руки не доходят до изумрудов. Там тоже нужно покопаться, и если они там есть, начать добычу.

— Ладно, не буду утомлять тебя пустыми беседами, — видя, что я думаю о своем, перешла на деловой лад женщина. — Я договорилась насчет твоей поездки через Доброхотова. Он надежный человек, который никогда не подведет. В самолете тебя будут ждать все нужные документы, с которыми ты сможешь там ознакомиться. Основная твоя задача — сообщить моей дочери, что со мной все хорошо, а затем привезти ее сюда. Остальные твои задания, указанные в документах это, с виду важные, но малозначительные поручения, но они послужат тебе прикрытием. Я не знаю, кому сейчас могу доверять, а потому нужно сделать все скрытно.

— Я понимаю, что это звучит легко, но с какого перепугу она поверит мне? Может хоть кольцо родовое или секретный шифр какой?

Императрица рассмеялась.

— Ты видишь на мне какие-то украшения? — демонстративно показала она свои руки.

Хотел сказать, что раз не вижу, то это не означает, что их нет. Ведь я понимал, что у сильных мира сего есть очень много своих секретов, впрочем, как и у меня.

— Тебе нужно просто набрать Анну и попросить передать ей трубку, а затем отправить мою дочь сюда, — звучит все так, словно я там и не нужен, но кто знает, в чем проблема. — Точнее, не отправить, а сопроводить ее ко мне.

— Понял, — решил не забивать себе голову, и пошел собираться.

Во время сборов я понял, что вещей у меня особо и нет. Один лишь рюкзак с экипировкой и желейками, а также меч, который почти всегда был со мной. Затем я запихнул Затупка в “Буревестник”, и мы двинулись на место, где базировались самолеты Алмазного.

Что удивительно, он не держал их ни в гражданском, ни в военном имперском аэропорту. У этого психа был свой личный аэропорт. Я тоже так хочу… А как он охранялся. Это было просто загляденье. Впрочем, Шнырька внимательно все облазил и показал, что где, да и как, может в будущем нам пригодится.

— Господин Галактионов, прошу за нами! Ваши борта уже вас ожидают, — стоило выйти из транспорта, как ко мне подбежал солидного вида мужчина.

Меня провели к самолетам, которые меня ожидали, и спросили, на котором из двух я хочу лететь. Потом мне минут десять описывали качества каждого из них. Например, в одном было три джакузи, а в другом только одно. Где-то был винный бар, а в другом не было. Вообщем, отличия были, но я выбрал тот, в котором был тренировочный зал. Что может быть лучше, чем провести время в дороге за медитацией?

Остальных два борта оказались транспортными. Это что, Доброхотов думает, что я половину Африки собираюсь вывезти? Впрочем, ему за это отдельное спасибо. А еще… У меня было под двести человек персонала и охраны. Вот такое задание, в котором я полностью доверился Императрице и ее слову.

Сейчас со мной нет ни одного человека из моей гвардии, а только люди Доброхотова. Волчара, который меня привез, хмуро смотрел, как я поднимаюсь по трапу. Уже в самолете мне предоставили рацию и номера на все случаи жизни, а также нужные коды доступа. Если мне что-то нужно будет, мне есть куда звонить. Герцог понимал, что у меня будут трофеи, поэтому даже грузчиков в транспортники загрузил.

Во всем этом можно было заподозрить ловушку, чтобы в мое отсутствие заполучить имение в свои руки. Однако этот вариант исключен. Я изучил душу Императрицы, она на такое не пойдет. А вот Доброхотов… Теперь точно нет.

В момент, когда он увидел свою правительницу, у него на несколько секунд спали все барьеры и щиты, которые он держал. Там полное и тотальное обожание, он ее буквально боготворит. Возможно, это было причиной его такого скверного настроения. И Доброхотов решил развлечься со мной милой войнушкой. А все из-за того, что Императрица пропала. Интересно… А какие отношения у него с Императором?

***

В то же самое время в имении Доброхотова

Максимилиан сидел в своем любимом кресле, пил выдержанный бренди, и думал о своем. Давно он не брал в рот алкоголь… Очень давно. Кажется, за очень долгое время у него впервые случилось так, что он потерял контроль над ситуацией. Не ожидал герцог, что может такое произойти на старости лет. Ведь он всегда следил за своим сознанием и телом, и поэтому все его мысли всегда были в порядке, а разум чист.

Возвращение Императрицы подняло его настроение на небывалый уровень, и даже прошлые неудачи отошли на задний план. Однако вся эта ситуация была для него мало понятна, и из-за этого он начал переживать по новой. Как связаны между собой Галактионов и Императрица? Ходили слухи, что она неизлечимо больна, но сейчас она сидела перед ним в полном здравии. Может ли иметь какое-то отношение к ее излечению барон? Если это так, то получается, теперь он ему должен… Ведь за свою Императрицу он готов на все!

Те странные просьбы, которые были с ним связаны, тоже не добавляли ясности в общую картину. Из-за этого ему хотелось что-то сломать, но сейчас не время. Даже в игры с людьми играть ему больше не хотелось. Он ужасно боялся, что снова упустит что-то важное, и вновь потеряет ее. А она для него была важна… Именно она спасла его, когда все остальные отвернулись. Именно она дала ему шанс и поверила в человека, который больше сам в себя не верил.

Внезапно он подорвался с места и взял свой телефон.

— Слушаю вас, мой господин! — раздался голос в телефоне.

— Прошка, у меня к тебе поручение, — начал властно вещать Максимилиан.

— Слушаю вас внимательно!

— Усиль охрану усадьбы Галактионова до максимума, и закупи оборудование для защитного периметра в режиме — “поиск и обнаружение”.

— Какого класса, ваше благородие? — решил уточнить мужчина.

— Высшего класса, Прошка… Если случится так, что вы пропустите хоть кого-нибудь, то система сразу их обнаружит. У Галактионова такого и близко нет, насколько я знаю, и это меня беспокоит.

Прошка замолчал, так как стал вести подсчеты.

— Господин, ого, это будет стоить… — но договорить он не успел.

— МНЕ ПЛЕВАТЬ, СКОЛЬКО ЭТО БУДЕТ СТОИТЬ! — оборвал его разъяренный голос Максимилиана, но он быстро взял себя в руки. — Просто сделай это, и оплати услуги по установке через Род Смородиных. Галактионов им доверяет, а наших людей не пропустит в имение.

— Сделаю…

Когда казалось, что разговор уже закончен, герцог снова открыл рот.

— Прошка… В Африке никоим образом не вредить Галактионову, и не нужно следить за ним. Всем информаторам и шпионам отбой. Если узнаю, что были слишком любопытные, то головы полетят у всех.

— Понял!

Вначале он хотел проследить за бароном, но потом пришел к здравой мысли, что это недоверие не к барону, а к его Императрице. Ведь молодой парень просто выполняет ее указания. А раз она не рассказала ему о поставленной цели, значит так и должно быть, сам он туда не хочет лезть.

Та система обнаружения, что он передает Галактионову, вряд ли пригодится, ведь его люди всегда делают свою работу хорошо, но рисковать он тоже не хочет.

После разговора он еще немного посидел, подумал, и пошел собираться. Сегодня у него запланирована поездка в столицу, где он расшевелит это гнездо, и своими глазами увидит, кто-чем живет. Чтобы потом помочь Императрице вернуться… домой.

И к чёрту на этот запрет на его появление в столице! Пусть хоть кто-нибудь заикнется об этом! Пожалуйста! Пусть хоть кто-то что-то вякнет!

***

В самолете я провел время за документами, в перерывах между медитациями. Что могу сказать… Императрица не любит размениваться по мелочам. Для прикрытия, ни много ни мало, меня назначили, за заслуги перед Империей, вторым командиром в экспедиции Истов.

Круто это? Очень… В моем подчинении будет пятьдесят человек, названные “боевым резервом”, и я буду командовать ими, наравне с Сергеем Долгоруковым, у которого сотня.

Как это, вообще, получилось? Где Вербицкий? За каким хреном “армейский” командир командует Истами?

Нет, Сергей, конечно, сильный Одарённый и опытный Истребитель, но это у него было чем-то вроде хобби. Ведь он строил карьеру в имперской армии! И да, я не буду у него в подчинении. Это что-то вроде дублирующей должности, в которой я должен буду испытать себя, подстраховать основную группу и, само собой, показать свои командирские качества. Вот такая жестокая тренировка, где я буду управлять жизнями других людей.

— Господин, мы подлетаем, — вошел в мою каюту бортпроводник с бокалом шампанского.

Вот я и на Африканском континенте… Чем он сможет меня удивить?

***

Побережье Красного Моря

Международный аэродром “Африканский Эпицентр”

— А ты уверен, что это вообще законно? — спросила Мария у своего брата, который сидел рядом.

Они носа не высовывали из машины, в которой на всю работал кондиционер, ведь снаружи было натуральное пекло.

— Ну, Доброхотов очень непростой человек, с большими связями в столице, и да, он имеет все полномочия. Точнее, присланный человек имеет все полномочия.

— Странно, как-то он последнее время не отсвечивал, тем более Саша пару раз ему задницу надрал, — скептически хмыкнула сидящая сзади Екатерина Андросова.

— Да, это было феерично! — поддержала подругу Мария.

Честно говоря, Мария воспользовалась тем, что её брат был назначен командиром экспедиции, и упросила его взять её с собой. Отец не возражал, тем более, с ними была её подруга Андросова. Они все вместе вылетели в Африку, причем сразу после незабываемого бала, где Галактионов успел закуситься с Вербицким. Вот неугомонный!

Два пассажирских “Метеора”, один за другим, коснулись взлетно-посадочной полосы, и сразу за ними сели два грузовых “Бурана”.

— Не многовато ли бортов? — хмыкнула Катя.

— Наверное много барахла большой босс с собой притащил, — поддержала подругу Мария. — Может нам Абсолюта прислали?

— Это вряд ли, — покачал головой Сергей. — От Пушкина нет вестей, а Алексеев, вместо Вербицкого, с радужными Разломами в Иркутском Эпицентре отправлен разбираться. Скорее всего, кто-то из “перворанговых”, а их у нас достаточно.

— Как могло такое случиться, что тебя, командира экспедиции, не уведомили о личности твоего зама? — всё еще переживала Мария за брата.

— Политика, Машунь, политика, — улыбнулся Долгоруков. — Пойдемте! И помните, я вас взял не просто так. Ты, Катя, будешь его замом, а ты Маша…

— А я за компанию! — засмеялась Мария. И это было действительно так. Этот Вербицкий создал много проблем.

Из самолета посыпались гвардейцы в цветах Доброхотова, и Сергей невольно задумался, не прислал ли герцог кого-то из своих “разломщиков”. Судя по слухам, у него были “перворанговые”, но ведь они состояли в гвардии Алмазного Короля? По факту, они даже не “вольные”.

И тут…

Поскользнувшись на абсолютно сухом трапе, по лестнице, отбивая жопкой все ступеньки, вниз покатился толстенький медоед, а в открытой двери показался молодой человек с небольшим рюкзачком, и на весь аэродром громко закричал.

— Ну, ты тупо-о-о-й!!!

Медоед, наконец-то вскочил на лапы, яростно затряс головой, быстро осмотрелся, а затем отбежал в сторону, задрав лапу возле стоящей неподалеку машины сопровождения.

— Ну, привет, дамы… и господин! — широко улыбнулся барон Галактионов. — Не ждали?

***

Встретили меня, конечно, интересно. Не ожидал, что Мария, Сергей и Катя приедут лично меня встречать. Я вообще не думал, что они будут знать о моем прилете. Оказалось, что Сергею пришли документы о моем назначении. Хоть и без упоминания фамилии.

Вербицкий тоже был в курсе дел, но похоже он думает, что особенный. Поэтому взял свою группу из двадцати человек и свалил в закат. Как сказал мне Сергей, ему никто не нужен, и он будет находиться подальше от всех. По факту, он не подчиняется Императору. Но это было, мягко говоря, странно. Ведь жил он в Империи, и обычно существовала какая-то субординация и уважение. Кажется, у Абсолюта что-то с головой, в последнее время. Что-то не так… Тем более, что раньше за ним такого не было замечено. Может он телепат, и узнал, что я прилечу? Не захотел со мной пересекаться или проснуться в мокрой постели?

Этой новости больше всех расстроился Шнырька, который прямо таки жаждал повторить. Весь путь он тренировался, рисуя фломастером на листках бумаги хрен с крылышками. Выходило уже совсем неплохо!

— Ш-ш-ш-ш-пешал… Ш-ш-ука-ш-ш-шабака… Трушш-ш-ш ш-ш-шраный… — ныл Шнырька.

Кстати, сейчас мы сидели с ним в люксовом номере в центре небольшого городка, от которого до Африканского Эпицентра было рукой подать. Здесь обычно останавливались Исты, которые прибывали из других стран. Мне, как командиру, достался просторный номер с личным баром и кухней, где были заготовлены закуски и прочая еда. Мороженого там уже, кстати, не было.

Колоритная страна, только очень жарко.

Наверное, я поц, как выразилась Сара Абрамовна, но реально не подумал, что может быть настолько жарко, и взял с собой обычные легкие вещи. А нужно было искать супер легкие, в которых будет комфортно передвигаться. А еще лучше — артефактные. Благо, предприимчивые местные подумали вместо меня, и других таких же бедолаг. В отеле были магазины, где принимали любую валюту, в том числе и желейки. Там я смог затариться нормальной одеждой, которая обошлась мне в кругленькую сумму. Местные решили себя не обижать, и задирали цены по полной. Ахмед мне клялся, что лучших цен мне больше нигде и никогда не найти, и вообще, я ему почти уже как брат, и он любит меня как родного, но даже сто рублей скинуть не захотел.

После похода по магазинам я сидел в своем номере и размышлял, что мне делать дальше. Сейчас четыре часа дня, и я поймал себя на мысли, что мне скучно. Экспедиция прибыла сюда недавно, Вербицкий только-только устроил пердимонокль, и все заняты тем, что страдают фигней, приходя в нормальное состояние. Общая встреча, на которой будут обрисованы наши задачи, состоится только завтра утром. А что делать до завтра? Просто сидеть под кондиционером, и смотреть на город в окно? Да ну… Не моя это история…

Достаю телефон и выбираю нужный номер моего личного помощника, которого на эту поездку мне выдал Доброхотов.

— Слушаю вас! — раздался спокойный голос мужчины средних лет. — Могу вам чем-нибудь помочь?

— Можешь, — с улыбкой отвечаю ему, и думаю, насколько большие возможности могут быть здесь у него. — Сможешь сейчас организовать транспорт к Разлому? — озвучил свою просьбу, и стал ждать, а затем подумал, что можно и понаглеть. — И затем организовать доставку туш убитых там существ к моему транспорту?

Я конечно понимал, что доставка туш — дело, ой, какое непростое, а мы здесь находимся всего пару часов. Вообще не ожидал, что он может справиться, но тот смог меня удивить.

— Конечно… Это не проблема… Через сколько подать машину? Сопровождение в Разлом подобрать? Экипировку? Расходники, желейки будете брать? Поедете налегке или возьмете боевой кортеж сопровождения? Вам нужны будут после Разлома охладительные напитки из алкогольной продукции или предпочитаете безалкогольные?

Я немного выпал из реальности после таких вопросов. А что, так можно было?

В итоге я выбрал ехать налегке, а от всех дополнительных бонусов отказался. В Разлом должны были отправиться только я и Затупок, который сейчас лежал лапками кверху и довольно хрюкал под кондиционером.

— Мы теряем Ш-ш-штарш-ш-шину! — объявил мне Шнырька, когда увидел, в каком состоянии Затупок, и из оранжевого водяного пистолета, который я недавно видел в местном магазине, стал поливать его сверху холодной водой.

Транспорт будет ждать меня ровно через двенадцать минут, и мне нужно к этому времени успешно покинуть данное заведение. Да и так, чтобы на хвост никто не упал, и не стал задавать лишних вопросов. По факту, это время нам дали, чтобы прийти в норму, привыкнув к местному климату, а я уже рвусь в Разлом, но блин…

Там сейчас меня ждет один древний Разлом, который местные пытались закрыть двадцать восемь раз. Населяли его скарабеи и сколопендры-переростки, которые были очень непростыми тварями — злыми и мерзкими. А еще они часто вырывались из этого самого Разлома.

Разлом был без ранга только по одной простой причине, что местные за все это время не смогли его оценить. Бывает и такая фигня, да. Но даже это не все, чем он известен. По слухам, о которых я прочитал на сайте, в этом Разломе происходят иногда странные аномалии. Вот именно они меня и заинтересовали. Из одной такой аномалии местная группа Истов, с большими потерями, вынесла что-то очень ценное. И за это их правитель подарил им несметные богатства. А хорошему Охотнику всегда нужны богатства. И Анна, как истинная Голдсмит, тоже любит деньги, а я люблю Анну…

Глава 6

Международная гостиница «Африка»

Собственность Африканского Центра Истребителей Монстров

— Что думаешь, подруга? — Катерина закинула ноги на стол, и потягивала холодный освежающий напиток, усевшись около мраморного парапета балкона.

На улице завывал ветер, и облака пыли летали по узким кварталам древнего городишки, перекрашивая в рыжий цвет зеленую травку, на поддержание которой тратились существенные усилия.

Однако, гостиница Истребителей Монстров была накрыта магическим щитом, не допускающим пыль на территорию учреждения, и прямо за окном находился аккуратный зеленый садик, внутри которого приятно булькал фонтан.

На просторной каменной террасе ВИП-номера было достаточно места, чтобы поместилось десяток людей, но девушки забронировали номер на двоих. Просто потому, что могли себе это позволить.

— Странно всё это, — Долгорукова подошла и плюхнулась рядом в шезлонг. Большие груди в открытом купальнике мило колыхнулись, и с другой стороны двора раздались восхищенный свист, и загомонили сразу несколько голосов на итальянском и французском языках.

Напротив были служебные бесплатные номера для Истов, те кто не имел возможности или просто не хотел доплачивать за комфорт. Прямо сейчас там с бутылочками пива толпились чернявые парни, что разделись до пояса, дабы продемонстрировать свои мускулистые торсы.

Катерина, в отличие от своей подруги, была в хлопковой тунике, вот только под ней ничего не было, и при наличии хорошего зрения можно было многое рассмотреть. А у всех Истов, как правило, было очень хорошее зрение.

— Задолбали, — хмыкнула Катя, и щелкнула пальцами. Странное серое марево прикрыло девушек от незадачливых ухажеров. Тут же с той стороны послышались разочарованные возгласы.

— Круто, — восхитилась Мария действиями более опытной подруги, и потянула из трубочки прохладительный напиток. — А что касается Галактионова — я понятия не имею, что он задумал. Он фиг свою крепкую задницу поднимет, если дело не пахнет деньгами. Причем большими деньгами.

— Ну, ты несправедлива, — покачала головой Андросова. — Он еще наши... гхм... — она с любопытством оглядела Марию, — ... не менее крепкие задницы спасает. Абсолютно бесплатно, заметь!

— Это точно, — кивнула Мария. — Да и я не в упрек. Странный он для молодого аристо. Очень странный! Как бы действовал любой другой на его месте? Обивал пороги сильных мира сего, дабы заручиться помощью и поддержкой кого угодно, что хоть немного помогло ему выжить. А он...

— А он прет, как носорог, — засмеялась Катя. — «Выжить»? Это не про Сашку! Тут проблема, чтобы другие «выжили», пока Галактионов действует!

Они немного помолчали, а затем тишину нарушила Мария.

— А что с твоей помолвкой с Александром?

— А что с ней? — пожала плечами Катя. — Она всё еще действительна.

— А он... знает? — осторожно спросила Мария, и Катерина, к ее удивлению, рассмеялась.

— Знает!

— И он... готов на это?

— Там всё сложно, подруга... — покачала головой Катя. — Если всё будет так, как я предполагаю, то ему от свадьбы со мной не отвертеться. Это я тебе гарантирую!

Мария с удивлением посмотрела на веселую подругу. Обычно разговоры о мужском поле и её трагическом будущем вызывали у Андросовой тихое раздражение, сейчас же он явно выглядела благодушной.

Марию посетила догадка.

— Или он... смог?

— Тс-с-с-с! — Катерина приложила палец в тонкой перчатке к своим губам. — Без комментариев. Пока...

Девушки снова помолчали. Рядом пиликнул планшет, и Мария потянулась к нему.

— Угадай, что? — нахмурилась она.

— Кто-то пошел в Разлом, не сформировав группу, и не поставив никого в известность?

— Как ты догадалась? — удивилась Мария.

— Ну-у-у... Мы же только что говорили, что Саша не будет сидеть на попе ровно, когда есть шанс заработать. Как он мне когда-то сказал — «на том свете отосплюсь, но это неточно!»

* * *

— Мсье хочет туда зайти один? — в третий раз переспрашивал меня темнокожий военный, один из сотни вояк, что устроили здесь нехилый блокпост. Кажется, этот Разлом действительно создавал много проблем для местных, раз они устроили такую мощную систему обороны.

Я в третий раз ткнул пальцем в мохнатого старшину.

— Я ж говорю, не один! Старшина Затупок со мной! Вы не смотрите, что он как будто умирает, он крепкая зверушка!

И тут же пнул Отморозка, что высунув язык, тяжело и хрипло дышал. Это реально выглядело так, что он вот-вот откинется от теплового удара.

— Ты же, блин, из этих краев, по идее! Тебе должно быть комфортно! Что ты меня позоришь? Соберись, тряпка!

Пупсик презрительно покосился на меня, и вдруг упал на спину, закатил глаза и перестал дышать.

— Зар-р-раза! — в сердцах я пнул бездыханное тело моего сволочного соратника.

У лейтенанта глаза на лоб полезли от этого зрелища.

— Короче! Я не шучу! — я достал планшет. — Разлом видишь? Бронь видишь? Га-лак-ти-о-нов! Это я! Собственной персоной! Будешь сиськи мять или уже пропустишь нас на работу?

Боец начал что-то лепетать на местном, который я не понимал, поэтому я махнул рукой, схватил за хвост Затупка, и бодро пошагал в сторону Разлома.

На башке у меня была модная арафатка, а традиционная длинная белая роба скрывала мои модные труселя в сердечки. Ну, и ботинки еще. А больше ничего на мне не было, кроме Аквилы и рюкзака. Потому что, сука, как тут жарко!

— Эй! — раздалось сзади, но тут же заткнулись.

Я обернулся и увидел, что мой «куратор» от Доброхотова, по имени Алексей, что-то втолковывает бравому темнокожему воину, при этом как-то странно держа того за руку. И кажется, это общение не сильно радует вояку. Похоже, Алексей прижал какую-то болевую точку. Вообще, доброхотовцы меня радовали. Не только чрезвычайным комфортом, но и исполнительностью и безотказностью.

Однако, я понимал, что это замешано в том числе и на страхе, я же предпочитал исключительно уважение. Ведь страх — это «палка о двух концах». В какой-то момент человек перестаёт бояться или устаёт... и всё может пойти не так. Сильно не так!

Разлом горел странным мутным цветом, в нём изредка мелькали другие цвета, но был он реально старым. И нет, радужный Разлом выглядит по другому. Этот «мутный» цвет появляется тогда, когда длительное время Разлом не закрывают, внутри открываются новые, и он заполняется «смесью» монстров разного ранга опасности, которые никак не могут взять верх одни над другими.

В описании «усредняют» опасность до оранжевого, но это было, вообще, неточно!

Я привычно зашвырнул Затупка за хвост внутрь, и сам шагнул в мутную пелену портала.

Кайф!!!!

Тут стояла вполне комфортная температура, падла Отморозок тут же ожил, и увлеченно набросился на двух сколопендр-переростков, что имели неосторожность появиться рядом.

Я хмыкнул.

— Ну, погнали!

И мы погнали. Точнее, погнали твари, что я начал призывать одну за другой. И это оказалось большим сюрпризом для местных жителей.

Шнырьку чуть не укусили за задницу, когда он проводил разведку, но общую диспозицию врага и его преимущества я понял.

Дело в том, что старые развалины были буквально пронизаны многочисленными трещинами и подземными ходами, что кишели местной гадостью.

Стратегия местных тварей была простой — дождаться, когда жертва пройдет чуть дальше от входа, и навалиться на неё «живым покрывалом», закусав её до смерти.

А учитывая, что ходы и трещины были со множеством изгибов и ответвлений — задуть в дырку напалм или магическое пламя — только зря потратить силы. Эти сволочи всё равно отсидятся, и вылезут в самый неподходящий момент, дабы уничтожить вторженцев. Мелкие, вредные и смертоносные!

— Чёртовы гуки, — откуда-то из глубин памяти мне пришло странное воспоминание.

Прямо сейчас Затупок наглядно продемонстрировал стратегию «слабоумие и отвага», бесстрашно ломанувшись вперед, и мгновенно погребенный под множеством шевелящихся мерзких тел, которые очень обрадовались, и сейчас пытались прокусить толстенную кожу моего питомца.

— Ахах, наивные тварюшки! — засмеялся я, увидев, как старшина деловито пережевал всех нападавших, и сейчас победоносно оглядывается в поисках новых.

Новые не заставили себя долго ждать. Пупсик передавил и их. В принципе, если бы у меня было побольше времени, я бы мог достать термос и посидеть тут, просто дождавшись, как мой храбрый медоед всех замочит. Случилось бы это примерно... через неделю. Столько времени у меня не было, и я решил помочь моему мохнатому тупице.

Сидящие в засаде сколопендры, наверное, сильно удивились, когда прямо в их логове начали появляться кроты, крысы и разнообразные ползучие гады, что тут же набрасывались на «домовладельцев», раздирая их на куски. А потом терпеливо вытаскивали остатки наружу, дабы я мог забрать их с собой.

Просто содержимое ядовитых желез этих тварей, после должной обработки, превращалось в один интересный ингредиент для закаливания стали, придавая ей необычные свойства. Нужная вещь, короче.

Шнырька шипел, но таскал желейки, которых было не очень много, но тем не менее.

Я же шел дальше, пока мы не дошли до скарабеев. Эти твари не имели для меня практического применения, но кое-что из их туш использовалось при алхимии и зельеварении, до которых я еще не добрался, так что продать их можно, если они не протухнут. А они не протухнут, так как в двух грузовых самолетах были морозильные камеры. Нет, Доброхотов всё-таки красавчик. И да, хорошо иметь много денег.

Еще четыре часа нудного фарма, и вот мы достигли цели моего путешествия. И тут же меня настиг облом. Разлом, на который я так рассчитывал, исчез. Да, и такое бывает. Некоторые Разломы закрываются сами. И где мои несметные богатства?!

— Ищи! — с грустью скомандовал я Шнырьке, и тот полез шариться по развалинам, кидая мне под ноги всякий древний хлам. Тоже всё заберу, возможно, вот эта странная брошь со скарабеем будет стоить много денег. Я не специалист по древностям, но Архип меня просветит. И да, местным скупщикам я точно ничего сдавать не буду.

А еще Шнарк показал мне кристалл, что находился в одной из пещер под землей. Я почесал затылок в задумчивости. Вряд ли я сюда когда-то вернусь. А тот Разлом может и не открыться. А за закрытие Разлома полагается какая-никакая награда.

В итоге, я спустился вниз, и от души долбанул Аквилой по кристаллу. Раздался треск, я расслабился, ожидая живительную энергию, что заполнит моё внутреннее хранилище, но... получил по лбу чем-то тяжелым.

— Бля!!! — откатился я в сторону, но тут же вскочил на ноги, и принял боевую стойку, глядя, как из образовавшегося нового Разлома, чье «окно» проявилось на пару метров выше поверхности, вываливают мои «старые знакомые» — фиолетовые огры с большими дубинками.

На одного из них сразу набросился старшина. Его товарищ взмахнул дубиной, но вместо медоеда расплющил голову своему другу.

— О! Затупок! Твои кармические братья пожаловали! — обрадовался я.

Но старшина был занят, он бросился в самую кучу, и вертелся там внутри, в то время, как огры мочили друг друга. Не специально, конечно. В итоге, я добил двух недобитков, а затем уставился на мигающее окно портала.

— Лучший подарок, конечно же, мед! — хмыкнул я, и ловко закинул Затупка в портал, прыгнув за ним.

На этот раз я подготовился. Сначала разобрался с деревней дикарей, забрал большой котел и крышку, и пошел в лес в поисках улья. И я нашел его! Спалив половину злобного роя, я ловко срезал улей в котел, и закрыл его крышкой.

— Вот выйду на пенсию — а у меня уже будет пасека! — громко объявил я вслух свои планы.

Отморозок пренебрежительно хмыкнул, а из воздуха возник Шнырька.

— Ш-ш-шандр на пенщ-щ-щ-щии? Ти теперрр ни Охотник, а юмориш-ш-шт?

И с хихиканьем исчез, пока не получил подзатыльник.

— Никто в меня не верит! А я верю! — снова сказал я в воздух. — Кодекс не может обманывать? Ведь не может?

Затупок хрюкнул и потрусил к выходу, ну я пошел вслед за ним. От моего внимания не ускользнуло, что мое голубое кольцо пару раз моргнуло, собираясь перейти на черное свечение. Не хватило совсем немного энергии.

Выкачать? Или нафиг? Я прислушался к своим ощущениям. Все печати работали, как надо. Последнее издевательство с Печатью Регенерации не прошло даром. Она всё еще «становилась», постоянно усиливаясь. Интересно, уже можно отрубить себе руку и отрастить новую?

В общем, пока нового ничего «ставить» не нужно, да и обстановка не располагает. Где-то рядом бегает цесаревна, которую нужно вернуть к мамаше, а еще сделать пару полезных дел на благо Империи. Дома буду издеваться... то есть, укреплять свой организм.

Алексей говорил, что через пару дней у них будут данные по местоположению Ольги. Возможно, Доброхотов подключил Организацию. А с другой стороны — главное не за мой счет!

В общей сложности я потратил шесть часов, и когда вышел из Разлома, над головой светила яркая луна.

Ну, хоть не так жарко. Я бы даже сказал... прохладно! Я перед выходом снова надел свой бедуинский прикид и задумчиво вертел в руках табличку о закрытии. Шнырька спер маркер, писать мне было нечем.

— Мы обо всём позаботимся, господин! — тут же рядом возник Алексей. — Что забираем из Разлома?

— Да... всё! — покачал головой я. — Все, что влезет в самолет. Держи!

Я бесцеремонно сунул доброхотовцу в руки котел, из-под крышки которого тут же выпорхнула огромная пчела. Вспышка! И она осыпалась кучкой пепла, а двое Одаренных неподалёку даже глазом не повели. Молодцы!

— Всё влезет, господин Галактионов, — слегка улыбнулся доброхотовец. — А если не влезет — то герцог еще пару бортов вышлет.

— Эх! — не сдержался я. Вот что значит неограниченный бюджет. Прям, как у меня в прошлой жизни. Ну ничего, и на нашей улице перевернется грузовик с мороженым.

— Это! — я указал на котел. — Не морозить! Сохраните рой живым.

— Сделаем! — кивнул еще раз боец.

Я взглянул на серьезного Алексея, предварительно посмотрев на часы.

— А отдохнуть вы успеете?

— Отдохнуть? — нахмурился мой помощник, но затем улыбнулся. — Не волнуйтесь за нас, мы будем в порядке.

— Ну-у-у... Тогда я готов вернуться в гостиницу. Через четыре часа инструктаж.

— Пётр! — крикнул Алексей, и нам подбежал гвардеец. — Отвези Его Благородие в гостиницу, — он повернулся ко мне. — А я тут прослежу... Всё сделаем в лучшем виде.

— Спасибо! — я протянул руку, чем снова вогнал доброхотовца в ступор.

Но он справился и протянул свою руку, крепко пожав.

— Не за что, господин!

— Еще как есть за что! — хмыкнул я, и медленно пошел к машине, периодически подпинывая Затупка, чтобы он не сбивался с курса. Ведь есть время обсыкать, а есть время отдыхать. Сейчас пора отдыхать.

Когда я после душа вышел на балкон поглазеть на луну с чашечкой чая, то внезапно поймал ЕГО... Ощущение счастья... Когда всё идет, как надо, а как не надо, не идет. И это очень хорошо!

Где-то на Африканском континенте

— Дядя, ты вообще, в своем уме?! Как ты можешь от меня требовать такое?

— Ты снова забыл, кто о тебе заботился после смерти отца?

— Да такое хрен забудешь, ты мне напоминаешь об этом каждый удобный момент. И неудобный тоже.

Над головой светила яркая луна, а два человека сидели в просторной палатке. Вокруг стояла непроницаемая тишина, что было неудивительным — ведь их накрыл абсолютный Полог Тишины.

— И буду повторять тебе это еще много раз! — князь Геннадий Павлович Вербицкий выглядел непривычно. Никакой дорогой одежды и кучи драгоценностей, которые он всегда с собой таскал, всячески выпячивая свой статус.

Сейчас он походил на простого офицера колониальных войск Британии, одетый также, но без знаков различия.

— Ты даже не представляешь, чего мне стоило вытащить тебя сюда, не говоря о том, чтобы самому выскользнуть из страны.

— Я тебя не просил об этом, мне и в Иркутске неплохо жилось.

— Неплохо?! — усмехнулся князь. — Да вся Империя уже знает, что у Абсолюта крыша протекла!

— ДЯДЯ! — глаза Вербицкого опасно вспыхнули.

— Не рычи! — абсолютно не испугался князь. — Я тебе, дураку, желаю только добра.

Граф слегка расслабился, и грустно улыбнулся.

— В качестве «добра» ты предлагаешь мне государственную измену?

— Ты — Абсолют! Ты над государством! — стукнул кулаком по столу князь. — А если ты так хочешь «гражданства» — тебя с руками оторвут! Выбирай! Коронат? Пруссия? Британия?

— Меня всё и здесь устраивает, — буркнул Игорь Вербицкий.

— А меня — нет! Этот козел Румянцев всё испортил!

— Ну, не он же тебя заставил прыгнуть на Андросовых? Это же твоя идея была вернуть в игру Самохваловых?

— Что ты понимаешь в политике? — разъярился опальный князь.

— Ничего не понимаю, — внезапно рассмеялся Абсолют. — Вот только понимаю, что связывать с Распутиными — это сунуть голову в петлю.

— Хватит! Надоело! — снова зарычал Геннадий Павлович. — Просто слушай, что нужно сделать...

Глава 7

Утро начинается с кофе и, в редких случаях, с хороших новостей. Сегодня у меня было такое вот утро... Всего несколько часов назад я лег спать, и был разбужен стуком в дверь, где стоял один из помощников, он принес доклад.

Доклад — это такая папка, в которой был полный отчет о том, что вынесли из Разлома. Мало того, что они утащили почти все за такой короткий срок, и полагаю, что для этого наняли местное население, которое радо любой работе, и при этом имеет перстни Истов, так еще все мои трофеи уже вылетели в Иркутск.

Удобно, блин... Мне точно нужны такие самолеты. Правда, я очень сомневаюсь, что затраты по доставке окупятся после продажи всех трофеев, но это ведь мелочи? Особенно, если платит Доброхотов, а не я. А я только продаю!

С другой стороны, я точно уверен, что в его самолет можно было загрузить еще два-три таких Разлома. А они взяли и отправили его, практически, пустым, но это опять такие мелочи, которые они называют сервисом.

Прочитал все бумаги, затем покормил Шнырьку. Тот, в свою очередь, угостил мороженкой Затупка, который был рад любой еде, лишь бы она была холодной. Кажется, мне подсунули бракованного медоеда!

В документах не было ничего необычного из того, что стоило моего внимания. Разве что я смог оценить, насколько много работы они проделали, ведь каждая тушка описана по всем правилам. А это степень ее поврежденности, тип и время, через которое она начнет портиться.

Конечно, Анна у меня делает доклады еще лучше, но блин... На то она и Голдсмит, а тут простой человек. Не думаю, что Доброхотов по доброте душевной отдал бы мне своих лучших людей. Или у него их настолько много? Таких вот... лучших.

Зараза! Мне тоже нужны специалисты, а их нелегко найти. Есть, правда, мыслишки по некоторым людям, но и это капля в море. А жизнь в этом «море» опасная... Нужно много людей для отлаживания всех процессов и разгрузки моей Анны, на плечах которой держатся все дела поместья.

Затем я провел время за медитацией, и проверил изменения в своем теле. Вся медитация заняла ровно час, за время которого я узнал много нового. Этот Эпицентр имеет лишь слегка другую энергию. Он, и вправду, старше и мощнее. Так что можно смело говорить, что Эпицентры отличаются друг от друга, и могут меняться со временем.

Конечно, здесь Разломы не сделают тебя супер Истом или суперчеловеком... Быстро, нет. А вот если сравнить сотню закрытых Разломов в Иркутске и здесь, то, по факту, здесь будет больше энергии, и она как бы... качественнее? Но в то же самое время местных твари будут посильнее. Хотя мне и было легко со сколопендрами, но они совсем не слабые противники, и их броня на порядок крепче их товарок с Иркутского Эпицентра, которые уже лежали в моих складах-морозильниках.

А потому приходим к выводу, что Африканский континент для меня имеет ценность. А еще — для всего мира повышенную опасность. Не зря сюда присылают постоянные экспедиции, которые помогают бороться с иномирным злом. И так запустили здесь всё до невозможности.

Интересно, если собрать всех Истов мира, получится закрыть Эпицентр? Здесь никто не знает, как уничтожить его, и возможно ли это вообще. Да вот и надо ли?

Я же уверен, что убить можно все... Даже планету. Были прецеденты.

Потом мне на тележке привезли завтрак и, на удивление, свежую газету, которая меня совершенно не интересовала. Даже лениво окинул ее взглядом, я понял, что ничего интересного там не пишут. Газета явно выпущена к нашему приезду. Там, на первой странице говорилось, как хорошо инвестировать в Африку, и сколько это приносит людям доходов, а еще разные сказки о волшебном климате. Ага! Расскажите это Пупсику!

Какая-то слишком простенькая замануха, сомневаюсь, что кто-то поведется. Но раз выпускают, значит это работает.

На собрание Истов я не спешил, хотя оно должно было начаться совсем скоро. Зачем спешить, если Шнырька следит за Сергеем, который должен провести это самое собрание. А он сейчас занят важными телефонными переговорами.

Явно мое назначение озадачило молодого Долгорукова. Теперь ему нужно решить, какие отряды предоставить в мое подчинение, и как это все лучше организовать. А еще он распорядился усилить охрану, так как должен вернуться Вербицкий, и он реально переживает, что я сцеплюсь с Абсолютом

Зря... Этого засранца я сегодня не трону. Просто для этого у меня нет настроения, и это будет слишком просто. Зачем тратить энергию и выкладывать на стол все свои секреты, когда можно задолбать его через Шнырьку. Как раз мелкий за ним проследит, и заодно узнает, где он обитает. В отеле его сейчас нет, это Шнырька разузнал в первую очередь, и сильно расстроился.

Когда Шнырька сообщил мне, что пора выходить, только тогда я поднял свой зад из мягкого кресла, и направился на собрание.

— Первым делом я хочу поздравить всех собравшихся здесь, — начал свою речи Долгоруков. — Раз вас выбрали, то посчитали достойными. Как уже все из вас знают, это действительно показатель вашей силы и успехов в ВАШЕМ нелегком, но благородном деле.

Хм... Он даже выделил слово «вашем», показывая, что не забыл о наших различиях. Он солдат, а мы Исты. По лицам многих вижу, что не рады такому вот начальнику, когда он не из своих. Но что поделать, не Вербицкого же ставить первым. И так уже слухи ходят, что у него в последнее время проблемы с головой. Многие, кстати, жалеют теперь его из-за этого.

Многое из того, что говорил Долгоруков, я пропустил мимо ушей, так как мне было не интересны пустые разговоры. Хочется уже узнать конкретику, чтобы понять, как мне эту миссию совместить с моим основным заданием. Императрица четко дала понять, что я должен максимально аккуратно сделать свое дело, не вызывая никаких подозрений. Какая она осторожная... Проще бы было найти ее дочь, без лишних слов запихнуть в самолет Доброхотова, а затем доставить матери.

Но нет... Должен сделать все аккуратно или, по-другому говоря, наша встреча должна выглядеть максимально случайной.

От Доброхотова еще нет вестей о ее месторасположении, но за это на него я не могу наехать. Ведь дочь Императрицы явно не та фигура, за которой легко проследить.

— А теперь я хочу представить вам второго Командира, под началом которого будет пятьдесят человек, — вдруг краем уха уловил я слова Сергея. — Попрошу выйти ко мне, Александр!

И посмотрел на меня. Вначале смотрел только он, а теперь уже и весь зал.

Ой, а что это с Вербицким? Почему у него глазик начал дергаться? Нервишки шалят?

Вот ты, Сандр, совсем не выделяешься... Вообще, ни разу!

Собрание проходило в зале для конференций, наверное, на несколько сотен человек. Здесь можно было, как обсудить бизнес-план компании, так и толкнуть речь перед битвой. Сейчас большая половина всех мест была занята. Истов, конечно, было очень много, но больше всего было военных, которые прибыли с Долгоруковым для обеспечения «тыла».

Ладно... Расправляем плечи, накидываем на лицо самодовольную ухмылку, и неторопливо идем к нему на сцену.

— А ты не спешил, — говорит он мне, отведя рукой в сторону микрофон.

— Задумался, — пожал я плечами.

Конечно, я совсем не слушал его, но меня выручил Шнырька. Пока я направлялся к сцене, он быстро показал мне свою память в виде кино, и теперь я был в курсе последних двух минут. Хорошо, что есть у меня друг Шнырька, который поможет в сложную минуту.

Я-то вначале подумал, что мне тоже нужно пару слов сказать, но нет. Вся «слава» здесь не для меня. Меня просто вызвали, чтобы показать, а затем объявили людей, которыми я буду командовать. Была ли на их лицах радость? Трудно сказать... Прямо откровенных новичков или слабаков здесь не было. А кроме того, хотя и слышали люди обо мне, но многие считали, что удачи у меня больше, чем опыта, и слава у меня с привкусом «везения». А это не многим нравилось. Да и вообще, как одиночка может командовать людьми?

Ну, ничего... скоро узнают. Так как Шнырька все утро шпионил за Долгоруковым, я уже знал о всех планах, и подготовился.

Когда через проектор на стену вывели области, которые можно выбрать для зачистки, я уже знал, куда пойдет моя маленькая армия, и был очень рад, что меня вызвали первым. Наверное, это такой камень в огород Вербицкого, что не он первый в этот раз, но я радовался совсем не из-за его унижения, а он, кстати, опять покраснел. Я сразу почувствовал колебания в воздухе, как бы он свою ауру не активировал здесь. Секрет моей радости был в том, что я могу выбрать нужный мне участок, который будет закреплен только за мной.

— Перед вами карта, на которой находятся те области, которые попадают в нашу зону ответственности. Не переживаем, что их так много, — поспешил он успокоить Истов, которые стали уже перешептываться, разглядывая десяток областей. — Все не нужно закрывать.

Я подождал, пока Долгоруков возьмет паузу, и вклинился в его речь.

— Шестая зона будет за мной! — ну, а чего тянуть со всем этим. Выбрал, и все!

— Шестая? — на всякий случай переспросил Сергей, а затем нахмурился. — Ты точно уверен?

Ага, я-то уверен, а вот Исты поделились на два лагеря. Одни начали возмущенно что-то кричать, а другие радуются, что не попали под мое командование.

То, что возникнет так много возмущений, я не ожидал, как и Долгоруков не думал, что я сделаю такой выбор. Все-таки шестая область была на его картах помечена как та, что достанется Вербицкому.

— Да парень явно не в себе! — сумел я разобрать один из выкриков.

А за ним сразу и второй.

— Можно мне перевестись в другой отряд? — светловолосый парень поднял руку.

Молчали и улыбались только девушки, которые уже прикидывали, как мы будет работать.

Впрочем, терпения надолго у Кати не хватило, а может она вспомнила, что является моим замом.

Она встала со своего места, обращаясь к Долгорукову.

— Я, конечно, не хочу ставить вашу компетентность под сомнение, княжич, но вы уверены, что не дали барону Галактионову одних только трусов? Все мы понимаем, что это его первое подобное назначение, но эти люди вызывают у меня сомнение.

Вот она, настоящая аристократка! Холодное выражение лица, которое заставило добрую половину людей заткнуться. Они прекрасно знают, из какого она Рода. Андросовы, конечно, не Морозовы или Долгоруковы, но с ними тоже обычные мелкие безземельные аристократы и простолюдины не могут тягаться.

Но были и особенно ярые, которые не успокоились.

— Вы можете считать наше мнение ошибочным, но умирать за амбиции пацана, нет уж, извольте! — поднялся седой мужчина, лет пятидесяти.

По такому сразу видно, что опытный человек, и мне даже странно видеть в нем столько сомнений. Конечно, они не знают, на что я способен, но блин... Вы же Исты, где ваш азарт? Неправильные в этом мире «заменители» Охотников.

То ли дело в старые добрые времена! Очкуешь идти один? Возьми с собой Сандра и Мака! Опохмели, в конце-концов, Дэна! И вперед, на подвиги! Да даже маленький Один, что освоил мировую сеть, и теперь делится каждое утро со мной очередной самурайской мудростью, прислал мне сегодня: «Если человек не совладал со своим телом и рассудком еще вначале, он никогда не одолеет врага.» И я вам скажу, что мелкий спамер стопроцентно прав!

Зато радовался Вербицкий, видя, как мой авторитет падает на самое дно. Сидит и улыбается, даже не скрываясь.

К слову сказать, я уже минуту окидываю море лиц взглядом, а знакомых лиц вообще не вижу. Ни одного «дежурника» Иркутского Центра, даже «вольных» знакомых не вижу. Ну, по крайней мере, те, что мне попались, точно не из наших. Вероятно, очень закрытые отряды пригласили, которые работали только «на заказы» по всему миру. Странный выбор. Кто его делал?

— Прошу, успокойся, Екатерина, — попытался Долгоруков успокоить гневную Катю. — Недовольство людей можно понять, но это же не значит, что они не выполнят свои обязанности? — на последних словах он повысил голос, но не на Андросову, а глядя в сторону бунтовщиков. Те сразу поняли, что выбора у них нет, от слова вообще! Долгоруков понял, что нужно давить эти настроения в зародыше.

— Да хрен я пойду подыхать под предводительством этого пацана! — не мог угомониться только седой.

И как назло, он снова распалил огонь в душах людей.

— Александр, может тебе все-таки стоит изменить свое решение и взять другое направление?

— Отказываюсь... — покачал головой я, и усмехнулся людям. — Но я знаю, как мы поступим. Я, как командир, должен заботиться о своих людях. Сейчас я вижу, как они нервничают, и поэтому я не могу подвергнуть их жизни риску, так как они могут напортачить, находясь в состоянии сильной душевной тревоги, — нарочно издевался я над людьми. — Сделаем так... Я увольняю всех вас, кроме Андросовой и Долгорукой. Вы свободны... Пиз... Гхм... Летите!!!

Для пущей эффективности я развел руки в сторону, и выпустил иллюзии белых голубей, которые стали разлетаться во все стороны. Вот теперь уже побледнел Долгоруков, который понял, в какое положение я загнал себя и его сестру.

Кстати, Вербицкий зря смеялся, как конь, прямо сейчас. Голуби были почти все иллюзорными, кроме одного. Вот тот один пегий, пепельного цвета, был непревзойденным снайпером. Прямо на макушку! Абсолют еще не успел понять, что случилось, и продолжает ржать, но... ведь скоро заметит.

Не зря пепельные голуби отличные разведчики, фиг их отследишь. Из минусов — тупые, как пробка, хотя и отважные. Не хотят ничего разведывать, умеют только гадить.

Люди же поняли, что для них все хорошо сложилось. Все вроде довольны, кроме одного... Седой падла...

— Это что получается, раз у нас теперь нет команды, то нам придется домой возвращаться? — стал снова возмущаться он. — А обещанные деньги по контракту? Как с ними быть?

Ах вы, барыги драные! Вам еще за это и платят! Не понял я, а где мой контракт?

С каким лицом на меня посмотрел Долгоруков, правда, ничего не сказал. Лишь тяжело вздохнул, и только хотел что-то добавить, как вмешалась еще одна сторона.

— Все, кто остался без отряда, могут вступить в мой! — встал со своего места Вербицкий.

— Обгаш-ш-ш-шеный команидир ш-ш-ш-ш-ш... — заржал мне на ухо Шнырька.

Люди теперь, вообще, были в экстазе. Ведь они попали в команду к самому Абсолюту!

Но и тут было не все так просто.

— А если я... — в который уже раз встал с возмущениями седой, но тут его потянули за руки вниз товарищи, и закрыли ему рот.

Вот оно как... Вербицкого мы, значит, боимся, а меня нет? Очень зря... Я Охотником был больше времени, чем у Вербицкого волос на голове! Обгаженной голове, ага!

Я не выдержал и рассмеялся, отчего на меня странно посмотрели все остальные, а Вербицкий принял этот смех на свой счет, впрочем, он был прав.

Дальше моего присутствия на сцене не требовалось, и я, под множеством взглядов, пошел обратно на свое место.

— Что будем делать? — спросила меня довольная и веселая Мария. — Взбудоражил ты, конечно, здесь всех, с тобой так интересно!

Она сама не заметила, как обняла меня на эмоциях. А вот ее брат это сразу заметил, и я прямо ощутил напряжение, витающее вокруг него. Ощутил не только я, но и Мария, видно, не в первый раз такое.

Девушка думала, что я не замечу, как она едва-едва повернула голову в его сторону, и ее взгляд стал очень лютым. Шнырька аж икнул от испуга, он как раз показывал мне его с лучшего ракурса, а вот брат ее закашлялся.

Не так проста... Маша.

Катя сидела с лицом победительницы, которая задрала свой красивый носик, и даже в сторону остальных не смотрела, показывая всем своим видом, что неудачники нам не нужны.

Долгорукова дальше я толком уже не слушал, а лишь дождался конца собрания, и затем побрел в свой номер.

По факту для всех, я сейчас неслабо так подмочил свою репутацию, когда отказался от людей, которых мне дали в подчинение. Не мог им показать, где их место, и типа взрастить в себе командирские качества. Ну, это они так думают!

Сомневаюсь, что здесь есть люди, которые могут понять мои мотивы. Начнем с того, что шестой район находится в глубине от линии Периметра Эпицентра, и туда еще надо прорываться. Даже лагерь разбивать там опасно, не говоря уже о закрытии Разломов, которые там находятся, а их там довольно много.

Сама область небольшая, но в ней много открытых Разломов, и непонятно, сколько из них активных, из которых прут твари, а сколько еще набирают силу. Также неизвестно, что за твари там живут. Ведь до нашего прибытия там поработала разведка, которая еще не обновила данные, и теперь мы будем по ним отрабатывать.

Сидя и попивая горячий кофе, я уже предвкушал, как зайду в те Разломы, которым непонятно сколько лет, и сколько всего смогу оттуда вынести. Из минусов, если я не закрою их все, то подмочу свою репутацию, и очень существенно. С другой стороны, мне реально насрать на такие статусы, когда тебе впаривают команду, а ты их веди. Но репутация дороже денег в этом мире, поэтому придется соответствовать!

Кстати, девушки даже не расспросили меня подробно о предстоящем походе, а просто доверились. Шнырька, правда, доложил, что Долгоруков высылает со мной дополнительную охрану из числа военных. Нас туда повезет целая колонна военной техники.

Еще узнал через Шнырьку, что я доставил просто гору проблем Долгорукову. Если вначале все шло по плану — было три командира, и люди делились на три отряда. Куда пошлют, туда и идешь, то теперь не все так просто.

Исты стали выбирать, к кому в отряд перейти. Они думают, раз у одних получилось, значит можно и остальным. Подходят к Сергею и просят перевести, а их заменить кем-то другим. Все хотят быть в отряде со своими друзьями и знакомыми. Это привело к тому, что Долгоруков получил шесть звонков, в котором родственники попросили за своих отпрысков, дабы тот перевел в их отряд нужных людей. Удобно, когда вся десятка телохранителей сыночка находится рядом с ним, а не как судьба решит.

Я подумал, что с Сергеем нужно будет потом поговорить, всё-таки у меня с ним были хорошие отношения. С другой стороны, если всё получится, как я задумал — ему вполне можно будет очередную дырку в погонах вертеть!

Наверное, в этой ситуации, я бы готов ко всему, и даже к тому, что меня исключат. Оказалось, не ко всему. Когда я допивал третью кружку кофе, в дверь раздался громкий стук, и Шнырька поспешил показать, кто пришел. Я подумал было на девушек, но оказалось, это не они. За дверью стояли Исты. Вероятно пришли сказать, что они думают обо мне.

Когда я гаркнул, что открыто, то готов был и сам им сказать в лицо, что такое поведение простолюдинов меня удивило, хотя они и Исты. Пререкания с командованием — это то, чего я простить не мог, и такие люди мне не нужны.

— Входите! — крикнул я на весь номер.

В номере по чистому красному ковру застучали ноги, и перед мною предстало двенадцать человек.

— Слушаю, — с легкой ухмылкой говорю им, закидывая ногу на ногу, чтобы выглядеть максимально расслабленным.

Двенадцать человек, и все как-то странно смотрят на меня. Что им нужно? Вначале подумал, что скандала или денег, а теперь, ощущая их души, вижу, что ошибался. Здесь нечто другое.

— Я так понимаю, что говорить вы умеете, тогда не понимаю, где звук? — пришли в гости, и молчат.

Люди переглянулись между собой, и вперед вышел самый молодой, которому было... Стал вспоминать, но тут мне помог Шнырька, который сбегал и подсмотрел в личном деле. Кстати, да... Мое личное дело пропало сегодня утром.

У самого смелого во взгляде горел огонь. Он хотел что-то сказать, но видно, что сомневается, словно смущаясь. Неужели денег пришли просить за сорванную экспедицию?

— Барон! — собрался с силами или наглостью парень. — Не буду говорить — господин, как многие любят это делать. Ты Ист, и мы Исты... Мы все равны в этом плане, так что не серчай. Мы пришли к тебе с просьбой.

Ого, а он дерзкий, но я таких уважаю. Сам замечал, как аристо нередко требуют от других Истов обращаться к ним по статусу. Ладно бы, это происходило в мирное время, так нет же... Даже в Разломе, и там нужно быть почтительным.

Бред... На поле боя твой отряд — это твои братья, которым ты доверяешь спину, и взамен прикрываешь их.

— Ко мне? — вскинул я брови от удивления. — Вы не ошиблись? Просто не очень понимаю, что у меня можно просить.

Тут я не лукавил, и говорил, как есть. Я барон, а не князь, и за моей спиной не стоит армия или большой отряд Истов.

— К тебе, — закивал парнишка, который, на самом деле, был на два года старше меня. — Вообщем, тут это... Бери нас назад! Мы не возникали против тебя, и нас все устраивало. Просто попали под раздачу. Хотим вернуться в отряд, и стать его частью для закрытия Разломов.

От шока я покачал головой. С каждым сказанным словом его улыбка становилась все шире.

— Назад?

— Ага! — повторил он.

Я думал, что у Волка не все хорошо с головой, но у этих парней еще хуже оказалось. Я не стал спешить с ответом, и вообще, что-либо говорить. Вместо этого встал из-за стола, и подошел к ним.

— Вернуться под мое командование, которое будет проходить в шестой зоне?

— Угу! — быстро-быстро закивал он.

— И вы хотите пойти со мной, чтобы закрыть двадцать пять Разломов за неделю?

Ну так, на всякий случай, решил уточнить. Может они собратья Затупка по уровню интеллекта, и не поняли все самостоятельно.

— Все верно! — в этот раз закивали все двенадцать человек.

— А, так бы сразу и сказали, — выдавил я из себя улыбку.

— Ну, мы так и сказали, — пожал плечами парень.

— Можно узнать, почему вы не пошли к Вербицкому или Долгорукову?

Ну, реально же, любопытно.

— Дык... — зачесалась у него резко голова, и он замялся. — Ясно ведь, чего...

Ему ясно, значит, а я вообще понятия не имею.

— Просвети...

— Так Долгоруков не Ист, в смысле, в Разломы он ходит, вопросов нет, но он не «наш». Сегодня он в Разломе, завтра в Штабе. А Вербицкий... — еще одна пауза, — тот ещё мудак!

— Конечно, вы приняты... — после таких слов я не мог их не принять. Очень умными людьми оказались. Вот бы Затупок таким был!

Смертнички... но это я уже вслух им не сказал.

Кажется, реально придется командовать. Сволочи... Такой план мне поломали. Думал закрыть Разломы по-быстрому, и свалить по заданию от Императрицы.

Зал совещаний при Африканском Центре Истребителей Монстров

— Игорь Григорьевич! Вы только не волнуйтесь!

— Что такое? — рявкнул Вербицкий, резко повернувшись.

— На вас... дерьмо! — его второй номер в звезде несмело тыкал пальцем в его голову.

— ЧТО?!!

Абсолют Вербицкий не знал, что пепельный голубь умудрялся обсирать даже крепости Охотников, несмотря на всю многоуровневую защиту! Этот бы талант, да в нужное русло! Но, к сожалению, талант у этого голубя был только один — обсирать всё на своем пути.

Охотники честно пытались разобраться в природе дерьма этой гадской птички, но так и не смогли ничего узнать.

Граф провел рукой по голове, и с удивлением посмотрел на клок волос, что сейчас держал в руке. Все вокруг охнули...

Абсолют Вербицкий не знал, что помет пепельного голубя очень хорошо взаимодействует с волосами. В монастыре Лао-Шинь монахи делали с его помощью полную депиляцию за считанные секунды, и продолжали свои изнурительные тренировки, сверкая лысинами на ярком солнце.

Модная прическа графа была безнадежно испорчена!!!

Вербицкий зарычал, и быстро проследовал в свой номер, где забежав в ванную, чтобы оценить нанесенный ему ущерб в большом зеркале, он увидел на нем корявую надпись.

«Жуб жа жуб, глаш жа глаш! Всьо равно ты ни уйдёш ат нас!»

И сверху... Крылатый член?! ЧТО?!! ОПЯТЬ?!!

Глава 8

Двенадцать человек отчаянных смельчаков или безумцев, плюс две девушки, легли тяжелым грузом на мои плечи, сломав все планы, но не взять я их не мог. А значит нужно хорошо продумать, что делать дальше. Только с завтрашнего дня у всех запланирована отправка в места работы, а потому еще немного времени есть. Которое я снова провожу за медитацией, только в этот раз на крыше отеля в вип-зоне, в небольшом бассейне. Конечно, можно было и в общем поплавать, но там все шумят. И для таких случаев есть вип-лужи. Во время медитации мне пришли в голову интересные мысли, которые сегодня нужно исполнить. Для их организации я и поплыл в сторону «берега». Там меня ждал Шнырька, который вручил чистое полотенце. После бассейна я поплелся в номер, в котором меня ожидал горячий обед, и даже одно тело.

Эх, Ахмед... Вот зачем ты так? Что за люди? Увидел, что я иду плавать, и решил по-быстрому убраться в моем номере. Уборка — это хорошо, но зачем в чемоданы лезть?

Так как моим начальником охраны сейчас выступает Шнырька, то он решил вопрос по своему, просто натравив на того медоеда. Сам-то он пацифист, а вот его друган — вообще нет! Медоед так шуганул незваного гостя, что Ахмед впечатался лбом в стену, и теперь лежит... отдыхает.

Пришлось звонить... И нет, не на стойку регистрации, где находится администрация отеля, а сразу Долгорукову.

— У меня тут завелся шпион, пришли парней, чтобы его забрали, — без лишних прелюдий сообщил ему.

Люди княжича не заставили себя долго ждать, и прибыли быстро. Шесть человек, в полной боевой экипировке, вбежали в мой номер, и едва тоже в лоб не получили, но уже от меня.

— Я сказал, что у меня шпион, а не прорыв демонических тварей из нижних планов, — рыкнул я на них. — Ведите себя прилично!

— Прошу простить нас, — вышел вперед командир отряда. — Нам сообщили о вторжении. Ваша жизнь может быть под угрозой.

— Ага... Поэтому я решил сам позвонить? Пока меня тут немножко убивают? Где логика, где смысл? Ладно, забирайте шпиона.

Парни быстро все осмотрели, в том числе и тело, которое вяло стонало без сознания. Затупок, наверное, и там его преследует. Хорошо, что хоть не обоссал! Постеснялся, наверное, но скорее — меня опасается. Нельзя ссать там, где живешь!

— Это уже третий попавшийся на воровстве... Что за нравы, три раза за пару дней пытались ограбить, — пробурчал светловолосый парень, который только-что скинул свой шлем.

Так то не третий, а кажется, двадцатый, но я им этого не сказал.

Шнырька внимательно следил за номером, и сразу докладывал мне. Ахмед в списке недобропорядочных у него стоял на первом месте. Впрочем, денег его воровство ему не принесло, как и другим. Шнырька каждый раз забирал у них намного больше, когда узнавал, где те живут. Такая себе «шнарка-ш-ш-шправедливость».

Один из уборщиков, Мухаммед даже на работу не вышел, а все из-за того же хрена с крылышками, нарисованном на стене в его комнате. Он сейчас раскаивается, ведь думает, что его наказал бог за воровство, подав ему знак, что тот живет неправильно. Очень набожный человек, но мне его жаль, кажется, он болен... Вся его квартира была усеяна разной мелочевкой по типу ложек, вилок и прочего. Тащит все, что плохо лежит. Бедный клептоман! Я даже подумывал отправить Шнырьку стереть своё художество, но с другой стороны — может это его вылечит? Тогда на пенсии (после пасеки) открою фирму «Кодировка ш-ш-ш гарантией!» Ош-ш-шолотимся! Тьфу ты!

Конечно, мою голову не занимали мысли об Ахмеде и прочих его собратьях, я сейчас думал о Разломах. Ну, как думал? Раздумывал, как их закрыть, ведь вариантов было много. Вплоть до того, что можно самому туда сходить, и за пару дней попытаться их закрыть с редкими душами, а потом сказать команде, что они уже были закрыты. Вот совсем никаких подозрений не вызовет такой мой способ!

А потом, когда все ушли из моего номера, а кто не ушел, того утащили, позвонил Волк. Карамельке пора готовиться, а вот Один... Он всегда готов. Но Одина пришлось оставить дома. Защита имения важнее всяких Разломов. Не уверен, правда, что мне сильно поможет Карамелька, но подстраховать сможет, это факт. Да и за старшиной присмотрит. Думал еще про каменного братана, но уж сильно он приметный — рановато его светить. Сложат два плюс два, и поймут, что тут Приручительством и не пахнет.

Таким образом, я набрал своего зама — Андросову, и дал ей указания ждать до завтрашнего утра, и выдвигаться со всеми вместе на место, которое, в скором времени, я скину им. Сам же планирую отправится туда уже сегодня. Поскольку сейчас обед, у меня как раз хватит времени.

Набрал Алексея, и попросил подогнать машину ко входу. В машину я загрузил все свои пожитки, а затем сообщил, что у них есть два часа, чтобы собрать группу прорыва, или я сам туда отправлюсь.

— Все будет сделано! — аж вскрикнул помощник. — Можете не переживать, у нас есть средства и возможности, чтобы собрать боевую группу.

То, что на место Разлома можно ехать не только с теми, кто входит в экспедицию, я узнал сегодня. Там, кстати, так и получается, что некоторые аристо уже ищут здесь себе дополнительных слуг или вызывают их из дома. В прошлый раз это было запрещено из-за политически терок. Как я узнал, поэтому и не подготовились вовремя люди. Теперь даже боевые звезды тащат, как я знаю. Похоже, очень сильно озаботились вероятными прорывами все сильные мира сего, что умудрились к общему знаменателю прийти.

Но я не собираюсь трусить Гришу и свою банду «разломщиков», у них есть своя работа, как и у моих гвардейцев. Их и так сейчас не хватает, но надеюсь, что когда вернусь, то все будет в порядке. Ведь Андросов работает над здоровьем моих парней. А Волк гоняет тех, кто уже готов взять оружие в руки. Там тоже не все так просто, ведь некоторые отошли от дел давно, и им нужно снова вспомнить навыки или нарабатывать их заново! Ведь если у тебя 10 лет не было руки, то волей-неволей приходится перестраивать свою жизнь. А теперь всё заново! В одном я был уверен. Эти люди пойдут за мной до конца за новый шанс. И это того стоит!

— Ваше благородие, вы решили, куда мы направляемся? — спросил у меня помощник, который сидел впереди, рядом с водителем.

— Определился, — отвечаю ему. — Давай в ремесленный район, но только местный. Не хочу в место, которое предназначено для гостей.

— Как будет вам угодно!

Чтобы не думали про эту страну, но ездят сюда очень многие люди со всего мира, и все ради товаров из Разломов и артефактов, а еще ингредиентов из тел тварей.Поскольку здесь находится так много Разломов, то и всякого добра хватает. Их всегда выгодно продают для своих на местных рынках, а вот для чужестранцев задорого. Но умные люди едут на местные базары, а богатые и глупые аристо, которые приехали для вида поохотиться на тварей, берут «трофеи» в тех местах, которые выглядят презентабельно. Там местные с радостью устраивают весь этот шик для поднятия их самооценки. Когда ты заходишь купить редких трав, а сразу у входа молоденькие девушки в откровенных нарядах предлагают выпить и расхваливают такого красивого господина, то любой болван потеряет голову, и не будет думать о ценах.

Всю эту информацию я искал сам, но мне и Анна помогала, постоянно присылая информацию по моим запросам. На мое удивление, она еще вчера знала о том, что произошло, а все почему? Потому что у меня в отряде две ее подруги!

В первую очередь мы посетили мастерскую оружейника, который создавал холодное оружие из разломных металлов. Ничем не примечательная постройка, наспех склепанная из блоков песчаника. Сперва даже показалось, что она заброшена, но нет... Там кипела работа в три десятка рук, люди наспех клепали оружие, и только трое из них занимались по-настоящему стоящими вещами, которым уделяли повышенное внимание, длительное время и настоящий труд.

В этой мастерской меня не встретили с радостью, а фразой — «Чего приперся? А, купить хочешь... Ну, заходи, гость дорогой». В мастерской я скупился, и реально хотелось заплакать. Я отдал двадцать тысяч за мечи и копья... такого качества, что просто, ну, нафиг. Настолько изуродовать металл — это преступление, и должно наказываться по всей строгости закона.

Но оружие мне нужно. Как минимум для того, что скоро у меня будет своя мастерская, и почему бы не копировать оружие, которое делается так легко?

А оно делалось быстро и легко. Мы простояли два часа под этой мастерской, пока Шнырька все разведывал. У каждого мастера есть свои секреты по металлу. Так я узнал тридцать восемь рецептов производства.

Мехавит слегка зеленоватый металл, и очень ценится у бедных Истов своей прочностью и дешевизной. Такой меч не жалко и потерять. Но оказалось, что ценится он не только у Истов, но и у мастеров. Всего-то надо расплавить металл, а затем закинуть нужные части монстров. Весь процесс есть у Шнырьки в записях, которые он сделал по моей просьбе. Именно в этом случае шел разломный мох обыкновенный и панцири скарабеев самого мелкого размера.

Идея спереть технологии, пришла мне в голову совершенно случайно, и я аж удивился, насколько она гениальна! Ведь в Империи такие мастерские, фиг пойми, где находятся. Каждый Род оберегает свои секреты, как может, но с радостью покупает тайны у других, или же просто ворует.

Ну, а я? А я просто «посмотреть»! Ну и что, что гавно? Надо же с чего-то начинать? Не боги горшки обжигали! И самое обидное, что я точно знаю несколько рецептов отличной стали, что добыл в прошлой жизни по заказу богатого оружейника, и на всякий случай запомнил рецептуру. Вот только пока я тут не встречал ни подобного металла, ни нужных тварей, которых можно разобрать на «присадки»!

Артефакты... Очень опасный бизнес, как и ремесленничество.

Когда я в шутку спросил у Долгоруковой, где находится их завод по производству брони, она только рассмеялась, словно услышала лучшую шутку в своей жизни. Ответа я так и не дождался. Конечно, можно рыскать Шнырькой по их имениям, чтобы узнать это место. Но там еще свои нюансы есть. Шнырька не панацея, и некоторые технологии существуют только в связке с заклинаниями, знаниями и умениями. Иногда даже в связке с необычными артефактами, а их может быть очень великое множество. К тому же, такие мастерские тоже защищают различными артефактами.

Род Любовецких, о котором я ничего толком не слышал, что лет десять назад выкупил на аукционе артефакт серого поля за четыре миллиона. Эту информацию я нашел в сети совершенно случайно. Там говорилось, что неизвестны все свойства артефакта, ведь его озвучили лишь покупателю, но кое-что рассказали всем перед самой продажей. Артефакт создавал некую аномальную зону на большой площади, где нарушается сама структура пространства, и в это зоне не было никакой связи, никто не мог перемещаться, и невозможно было воздействовать извне.

Как они узнали про перемещения, мне было любопытно. Но с аукционами иметь дело — себе дороже. Они, как мафия, которая распространяет свое влияние на весь мир. Аукционные дома — влиятельны, порой настолько, что даже императоры приглашают их представителей за свой стол, как старых друзей.

Здесь же местные производства, как я погляжу, не охранялись никакими артефактами, просто в такие места не пускали чужаков. Хорошо, однако, умеют договариваться люди Доброхотова. Пусть попасть сюда и можно, но рецептура здесь, как я понял, была не слишком ценной. Как я уже ранее прочитал, японские мастера на производство одного меча могут пустить около трех сотен частей разных существ. Здесь же записаны самые простые рецепты, но для начала и они подойдут.

То, что здесь добыть можно все легко, оказалось неправдой. В этом я убедился, когда мы подъехали к следующему интересующему меня зданию. В качестве прикрытия я пошел посмотреть на кожаную броню просто паршивого качества. Помошник все удивлялся, зачем мне такой явный мусор, а Шнырька в это же время пытался взломать защиту, которая стояла в соседнем цеху, где делали бронь получше.

У него это получалось, но с большим трудом. Как оказалось, из-за странных статуэток, которые находились в цеху, и было их аж двенадцать. Шнырька шипел на них и говорил, что они ему боль причиняют. «Ш-ш-шраное колдунш-ш-штво!» — как он выразился. Может мой Шнырька — злая сила?

Там он решил долго не задерживаться, и быстро спер все бумаги в стареньком сейфе, который не открывался очень давно. В нем лежали рецепты, которые держали на всякий случай. Вдруг люди, которые делают одно и то же уже лет сорок, забудут все, что знали, хотя это маловероятно. Скорее — сдохнут от старости, и придется новых обучать.

Ничего, прям, хорошего там нет из рецептов, но главное преимущество — это дешевизна материалов. В чем проблема найти кожу скальных гиен или пустынных кобр? Ладно... Кобр таких я еще не встречал, но ведь и не искал.

Также под раздачу попал книжный магазин, но в нем ничего красть не стали. Почему? Потому что там сидел порядочный продавец преклонного возраста, который сразу меня предупредил, что ничего не может мне продать, так как это запрещено местными правилами, ведь я не местный. Там продавались разные книги с рецептами на местном языке, и много других книг, которые нужны им для работы.

Смешно конечно, но была новенькая книга, в которой указывалось, что она копия какого-то там «рецептника», и в ней рассказывалось о свойствах всего лишь шерсти мангуста, и была его картинка. То есть, когда писалась эта книга, то у Марвога, а именно так называли теперь лесных мангустов, не было имени. Не зря говорят, что с качеством в этой стране теперь большие проблемы. Раньше делали вещи, а теперь стремятся заменить качество скоростью и дешевизной.

— Прости, чужак, но у нас такие правила! Боги мне в свидетели... — старик поднес руки к лицу.

Он, по всей видимости, подумал, что я расстроился. А я просто задумался, когда Шнырька показывал мне, что здесь еще есть.

— Я все понимаю, старик, — подошел к нему, и уважительно поклонился. — Есть секреты, за которые и жизнь можно положить, особенно, когда они не твои, а всего твоего народа.

— Истинно так, — согласился он со мной. — К нам часто приходят молодые люди, вроде тебя, которые хотят купить тайны наших предков.

— Наглые, верно?

— Очень! — улыбнулся он, и мы одновременно с ним рассмеялись.

Вот почему-то я не держал на него зла, мне понравилась его душа, в ней было много добра и боли. Не мог понять только, откуда взялась боль. Хотя нет, знал! Он потерял кого-то недавно. Очень близкого. И душевная боль сейчас сильно терзала его. Я молниеносно прикоснулся к его плечу, да так, что он даже не почувствовал, и просто «вытянул» часть боли на себя, мгновенно испепелив мерзкое чувство. Старик быстро-быстро заморгал, и его блеклые глаза внезапно засветились жизнью. Ну, на здоровье!

— Ладно, бывай тогда, — попрощался я, улыбнувшись, а потом повернулся к выходу.

В этот раз я действовал без задних мыслей.

— Постой, — догнал он меня, и поймал за руку, но сделал это уважительно. — Я не могу тебе продать что либо, это правда. Но как другу, я могу сделать тебе подарок.

Второй рукой он протянул мне увесистую книгу, которую я сразу узнал. «Прикладное учение начального уровня для ремесленника Солнца».

— Благодарю тебя за щедрый подарок, — пожал я ему руку, а также дал Шнырьке отбой по переписыванию старых рецептов.

— И напоследок... прими совет от старого человека, — он взглянул мне прямо в глаза. — Никакой риск не стоит тех вещей, какими бы они ценными ни были, которые ты не сможешь использовать.

— Хороший совет... — улыбка сама вылезла на лицо. — Я запомню его.

Выходил я из его лавки в отличном настроении.

— Странный он человек, — подал голос помощник, который нервничал весь наш разговор, а еще злился, ведь не мог понять причину своего «нервяка». А просто он был опытным бойцом с отлично развитой интуицией! Он почувствовал опасность, но не смог понять — откуда.

— Я бы сказал... очень! — ответил ему.

А сам уже думал о другом. Как глава гильдии убийц может иметь такую добрую душу. Действительно, интересно. Почему он не дал приказ убить меня людям, находящимся в стеновых нишах, если понял, для чего я сюда пришел?

Наверное, опыт... В этот день он мог отправиться к своим богам раньше срока, поступи так.

Блин... Забыл спросить, как его зовут.

Книжная лавка «Жемчужина Нила»

— Прости меня, отец... — стоял на коленях сын перед старым отцом. — Я не успел прийти на твой зов... Мне нет прощения, — склонил голову парень.

Старик лишь горько улыбнулся.

— Нет... — поставил он руку на плечо своего склонившегося сына. — Это ты меня прости... Я едва тебя не погубил... Может мне стоит уйти на покой, оставив все дела на преемника.

Он так говорил, потому что младший сын не был его преемником. Он для этого был еще слишком молод. Его место должна занять дочь, которая являлась одной из лучших убийц в их регионе.

— Меня? — не понял сын, о чем тот говорит.

— Тебя, и всех твоих кинжалов Сахары... — видя непонимание в глазах сына, он продолжал говорить. — Я был слеп... То, что человек пришел за секретами, я понял сразу. А вот кто он на самом деле... Но, к сожалению, я уже вызвал тебя для подкрепления. Слава Солнцу и его светлоликому сыну, что они дали мне шанс расплатиться знаниями за мою глупость.

Сын не мог понять, что здесь сейчас происходит. Ему эта вся ситуация казалась слишком нереалистичной. Его отец, Мухаммед Сар-Аль Саид, от имени которого дрожали многие люди, испугался? Кого??? Молодого парня и его слугу? Он ничего не понимал... Стыд? Или горе? Что он сейчас ощущает по отношению к отцу. Неужели второй магистр гильдии прав, что его отец стал старым и потерял хватку?

— Отец... Я не узнаю тебя... ты... ты... Слаб?

Горечь ударила ему прямо в сердце, и он высказал то, чего не стоило. В следующий момент его что-то подбросило, и он ощутил боль в районе печени...затем почки... дальше горло... Последний удар прошелся по сердцу, и там старческие три пальца застыли, держа молодого, но очень сильного парня, практически, за саму жизнь. Стоило старику надавить хоть слегка, и сына у него больше не будет.

— Ты силен... был... до этого момента, и пока не встречал сильных противников. Права была твоя сестра... — с горечью молвил он. — Я был слеп... Любовь к тебе меня ослепила, мой первый сын. С этого момента я лично тебя буду тренировать, и не только твое тело, но и твой разум.

— Кхргм... — захрипел парень, который только-что осознал, насколько близок был к смерти, а ведь даже не заметил атаки отца, когда тот в один миг стал серьезным.

В этот момент они находились в скрытом тренировочном лагере, который находился под их лавкой. В большом кругу стояло тридцать человек, что наблюдали за всем этим действием, даже не шевелясь.

— Еще есть желающие назвать меня слабым? — стальным и смертельным взглядом обвел он сыновей Сахары.

*Вшух*

Одномоментно люди, закутанные в темные одежды, опустились на одно колено.

— Они знают о уважении, а ты забыл... — посмотрел он на своего сына, а затем отпустил. — Я встретил того, кого не должно существовать. Не может в одном теле жить сразу тысячи душ.

— Тысячеликий воин! — выдохнул парень, а его глаза расширились от удивления.

Все в гильдие знали о Даре их лидера. Видеть и чувствовать души — идеальный навык для убийцы.

— А еще... — глаза старого воина помутнели, и не знающий его человек мог подумать, что он прослезился. Но это, конечно, не так! — А еще... Сегодня я наконец-то отпустил твою матушку, мою дорогую Зульфию. Хватит горевать! Похоже, у меня еще много работы! Песчаные шакалы подняли голову? Ну-ну...

* * *

Книжный был далеко не последним местом, которое мы посетили, и в какой-то момент записей стало так много, что лопнула сумка, и бумаги рассыпались по машине. Каким же надо быть Шнырькой, чтобы настолько плотно запихнуть их в рюкзак.

— Ш-ш-шука-ш-ш-шабака... — расстроенно выругался Шнырька, увидев такое.

Но мы на этом не остановились, и собирали их везде, где только можно было. Были места, куда вообще нереально забраться без подпитки, а подпитка нужна была серьезная для мелкого. Он очень психовал, когда такое случилось, и просил меня дать ему еще сил, а я не мог... Куда давать, если у меня еще сегодня будет битва.

Покупал я разное оружие не только для прикрытия, но и как опытный образец. Вот как понять, что мои артефакторы правильно все скопировали? Никак, если это только на бумаге. А так у нас есть образец от «мастеров».

В итоге, мы забили под завязку уже три пикапа, а я всё не останавливался.

Несколько раз даже повезло узнать интересные рецепты, но по-настоящему ценного ничего не нашел. Так как хорошее оружие могли делать не один день, подготавливая к нему редкие компоненты. У нас нет столько времени, чтобы ночевать здесь. Мало того, что уже внимание местных привлекли, так еще были лавки, куда совсем не пускали, потому-что мы не оптовые покупатели, которым здесь всегда рады. Такие, как я, им не нужны, только время зря отбираем.

Из интересного, что я запомнил, это лавка с эликсирами. Пожалуй, самая страшная и опасная штука. У нас ими в Империи почти никто не пользуется. Нормальных алхимиков нет, а привозную бурду принимать никто не хочет.

Зелье — такая вещь, что можно смешать все, что угодно. Выпьешь зелье для регенерации крови, и все будет хорошо, а вот после сотого флакона пойдет привыкание, что уже совсем нехорошо. Перекорежит твое тело и ладно, если только тело, так еще и кукуха поедет. Имперцы предпочитали не баловаться с собственным разумом, и я их прекрасно понимал.

В моей прошлой жизни Охотники пользовались зельями, но варили их... Я даже не буду произносить их имен. Скажу так. Эти... гхм... индивиды не лажали. Никогда! И если я выпивал эликсир стойкости перед тем, как шагнуть в жерло действующего вулкана за Королем Огненных Элементалей, то был уверен на сто процентов, что не только не сгорю в этом аду, но и после того, как выйду оттуда, останусь человеком. Хотя отходняк будет еще тот!

Зато здесь ими пользовали на ура, но если бы они только знали, что туда подмешивают. Особенно понравился эликсир, куда в чан засыпали из тачек хвосты какого-то животного, похожего на крысу-переростка. Мало того, что хвосты были грязными, так и тачка, сама по себе, видела еще первых фараонов.

Закончили мы в этом квартале только под вечер, когда я понял, что нам пора, а то уже ничего не успеем сделать.

Выбраться отсюда оказалось не проще, чем попасть. Вечером творилась вакханалия на улицах, и наши машины часто блокировали люди, которые разгружались и загружались. Коротких путей мы не знали, так как навигатор показывает одно, а по факту там уже улицы нет, а стоит мастерская, где сливается кровь с мертвых тушек.

— Витязь один, прием... — вдруг решил набрать кого-то мой помощник. — У нас за спиной хвост, запрашиваю силовой вариант.

А он молодец! Заметил, что за нами едут местные и обсуждают, как хорошенько нагнут богатых чужестранцев.

Все дело в том, что мы не выглядим достаточно грозными. Я еду на обычном гражданском Тигре, который даже пушек не имеет. Два пикапа также со снятыми пулеметами, просто в качестве грузовиков используются. Зачем мне нужно было привлекать к себе лишнее внимание? Да и нормальная машинка подразумевает, что со мной тогда будут ехать бойцы Доброхотова, поэтому я решил сегодня передвигаться налегке.

— Не надо Витязя... — похлопал я его по плечу. — Это не хвост, они домой просто едут.

— Вы точно уверены? — с явным недоверием он глянул на меня.

— На все сто процентов! Вот увидишь, как только выедем за город, они сразу свернут в сторону.

Он сделал вид, что доверяет мне, передал своим другой код, и к нам уже никто не спешил.

Отъехали мы километров пять, и только тогда машина свернула, пропав из виду.

— Вот видишь? А ты переживал, домой они ехали, — решил я его успокоить, а заодно и поиздеваться.

— Домой?! — явно не оценил он моих слов. — Куда? Под откос? Вниз с обрыва?

Ну, а кто знал, что именно на этом отрезке пути у них лопнет в правой стойке последний болт, и машину поведет в сторону.

Крепкие у них были болты... Не зря Шнырька спер остальные, заберу их домой в качестве сувениров. Да и лететь там недолго, и не смертельно. Шнырька опять врубил «пацифиста» и согласился «толька не наш-ш-шмерть!» Как с ним, блин, сложно!

— Давай теперь к месту стоянки возле последней метки, где мы должны встретиться с боевой группой, а потом уже на точку.

— Ночью прорываться будем? — явно удивился он моему решению.

Ну... подумаешь, придется ночью проехаться по землям Эпицентра, прорываясь с боем до нужной точки. В первый раз, что ли? Так даже веселее! Да и ехать не так уж далеко, всего несколько километров...

Осталось только понять, что делать с девушкой в балахоне убийцы, которая сейчас находится под нашей машиной, делая вид, что ее там нет. Интересно, если Шнырька в нашем Тигре открутит болтик, она отстанет… или мы тоже в кювет улетим?

Глава 9

— Прибыли! — доложил Алексей, когда мы доехали до нужного места.

Я внимательно посмотрел на него.

— Дай приказ никому не выходить из машины, пока я не скажу.

— Что-то не так, Ваше Благородие? — тут же нахмурился Алексей.

— Всё так. Просто сидите внутри, и не дергайтесь, — сказал я, открывая дверь, и едва успел поймать за хвост Затупка, который уже собрался вывалиться наружу. — К тебе это тоже относится.

Я подпихнул его ногой в сторону Алексея.

— Можешь почухать его за ухом. А если у тебя есть что-нибудь вкусненькое, то этот жиртрест станет твоим лучшим другом, — хмыкнул я, и вышел наружу, закрыв за собой дверь.

Солнце почти скрылось за горизонтом, повеяло прохладой холодной пустынной ночи, но красное зарево еще освещало землю, кидая косые тени.

Я открыл бутылочку газировки, что прихватил с собой из холодильника «Тигра», и с удовольствием выпил половину, а затем присел на корточки, обращаясь в никуда.

— Товарищи пассажиры, конечная! Транспорт дальше не идёт.

Наш «заяц», к чести своей, даже не дёрнулся, по-прежнему находясь в режиме невидимости. Ну, для обычных людей, конечно. Я иронично хмыкнул.

— Мадам, я к вам обращаюсь. Невежливо даже не представиться. Фиг с тем, что билетик не купили. Мне простого спасибо за проезд достаточно будет.

Я сделал паузу.

— И да, ножи оставь в покое. Они тебе не понадобятся.

Наконец-то девушка отреагировала на мои слова, и перед глазами, как будто из дыма, возникла невысокая фигура в балахоне, что закрывал её сверху донизу.

— Как ты меня заметил, чужеземец? Я же Тень!

Сверкнули из-под капюшона большие карие глаза. На плече у неё мгновенно возник Шнырька.

— Потш-ш-ш ты, а не тень! А вот я тень! — и захихикав, тут же исчез.

Девушка от неожиданности отпрыгнула, как от ядовитой кобры, а я хмыкнул и задумался. На моей памяти это первый человек, рядом с которым проявился мой Шнарк. Пусть для того, чтобы поиздеваться, но тем не менее. Интересно, почему?

Я попытался осторожно, чтобы не напугать девушку, прикоснуться к её душе.

Ага, теперь понятно! Да они со Шнарком, практически, родственники! Эта мадам тоже может ходить по теням, не так красиво, как мой мелкий озорник, но тем не менее.

Я поморщился, припоминая... Её Дар — один из редчайших Даров в этом мире. Как раз программа по производству «бесплотников» в ряды доблестной Инквизиции была организована именно с целью скопировать этот полезный навык, и человек, владеющий этими свойствами, мог одинаково успешно пройти сквозь стены, а еще увернуться от летящей в него пули или оружия.

Интересно...

— Гюльчатай, открой личико, — хмыкнул я.

— Я не Гюльчатай, — донеслось из-под капюшона, но она его всё-таки откинула.

Она явно не была чистокровной местной. Да, разрез глаз и цвет кожи указывал на это, но явно один из её родителей родился намного севернее. Красивая, даже скажу, скорее... «эффектная».

— А кто ты? — продолжил светскую беседу я.

— Зови меня Баньши, — ответила девочка.

Хотя... Я присмотрелся. А ведь она далеко не девушка. Ясно, что это сильный Одаренный, но я бы сказал, что возраст её находится далеко за сорок, а так-то с первого взгляда и не скажешь.

— Так кто вы, мадам? — ещё раз улыбнулся я.

— Зови меня Баньши. Этого достаточно.

Баньши-баньши... Где-то я уже слышал это имя.

— А вы случайно не жили некоторое время назад в Империи? — поинтересовался я.

Нет, всё-таки обычный человек по её лицу точно бы не понял, что ей это о чём-то говорит или ей это неприятно. А вот я понял, в основном, по эманации разума и души. Что-то её терзало, почти также, как её отца. Да, у меня не было сомнений — всё-таки черты лица напоминали старика Мухаммеда. Значит, не местной у неё была мать.

Собственно, женщина не ответила ни «да», ни «нет». Просто молчала, глядя на меня, проигнорировав вопрос.

— Похвально. Не люблю, когда мне врут. Так что ты делаешь здесь, Баньши?

— Решила посмотреть на «многоликого», о котором рассказывал мой отец.

— В твоих словах я слышу неуважение к местным обычаям, — тонко подметил я, окончательно утвердившись, что девушка, даже если здесь и выросла, то большую часть прожила вне этой культуры.

Я развёл руки в стороны.

— Ну, смотри, вот он я.

— Да, я уже посмотрела, — кивнула девушка.

— И что дальше? — улыбнулся я.

— А дальше я, пожалуй, пойду домой.

Я кивнул на два джипа с покупками.

— Могу попросить ребят подкинуть на обратном пути. Они с нами не поедут.

— Не поедут в Эпицентр? — поинтересовалась девушка.

Я хмыкнул.

— Ну да. А куда здесь ещё ехать?

— Нет, спасибо. Я доберусь сама, — она отвернулась.

Я кивнул и развернулся, чтобы заняться своими делами. Девушка не представляла опасности. Уже собираясь уйти, как вдруг меня осенило.

— СТОЙ!!! — крикнул я, разворачиваясь в ее сторону.

Почти погружённая в тень, Баньши, тем не менее, повернулась, смотря на меня с любопытством.

— Имя «Призрак» тебе что-то говорит?

И вот тут самообладание подвело женщину. Я видел, как у неё дернулся глаз, и перекосилось лицо. И снова без ответа. Но на этот раз она начала стремительно погружаться в тень, дабы исчезнуть.

Ну нет, просто так у тебя это не получится! Собственно, я всегда отличался хорошей памятью. Ну, туплю иногда, но кто не без греха? Вот и сейчас у меня не сразу сложился возраст, имя... Почему я сразу не подумал? Да потому-что думал, что инквизиторы — все искусственно созданные люди, а передо мной стояла девушка с природным Даром. А если разобраться, то с кого-то же они «слепок» лепили? Вот значит, с кого!

Я мгновенно бросился вперёд, и протянул руку через тень, попытавшись ухватить её за плечо. Но не тут-то было! Девушка была сильна, и просто ушла дальше.

Ничего не оставалось, как плюнуть, и нырнуть за ней. А вот тут-то она удивилась, очень сильно удивилась, увидев меня в теневом мире.

Здесь я до неё быстро добрался, догнал, и схватил за руку. Другой рукой перехватил её вторую руку, которой она потянулась к кинжалу, и тут же потащил нас обратно в наш мир. Не люблю я этот тошнотворный мир тени.

Мы вырвались в наш мир и, сцепившись, упали на песок.

Женщина была сильна и быстра. Ей почти удалось, как ужу, выскользнуть из моего захвата. Пришлось применить свою силу. Да, я этим не горжусь, но выдал шоковый разряд ей прямо в затылок. Правда, немного поторопился, и поэтому переборщил. Хотя доспех у неё был, что надо, но её не вырубило, а лишь ошеломило.

— Я не причиню тебе зла, — я встал, и отошёл от неё на два шага назад, подняв пустые руки вверх.

Баньши трясла головой, но вроде не собиралась никуда убегать. Хотя я бы и не дал ей этого сделать. Мне нужно просто довести этот диалог до конца.

Достав вторую бутылку прихваченного холодного напитка, я открыл и протянул ей.

— Я всего-навсего хочу передать тебе послание. И ты сразу можешь уйти. Обещаю!

Она неуверенно взяла воду и машинально выпила, как будто не слушая меня.

— Призрак, твой мужчина... или кем вы там были друг другу... Сейчас он работает на меня. Даже не так. Я принял его в Род, — я продемонстрировал ей свой перстень. — Видишь? Я — барон Александр Галактионов, глава Рода, и Призрак теперь часть моего Рода. Он рассказывал о тебе, и на сто процентов уверен, что ты погибла. И случилось это сколько... больше двадцати лет назад? Так вот, прямо он не подтвердил, но подозреваю, что с тех пор у него никого другого не было. И что-то мне подсказывает, что он будет рад тебя видеть. Как так получилось, что они считают тебя мертвой?

— Они? — в первый раз на лице у женщины проскользнула эмоция.

— Ну да, они — герцог Хрулёв... наверное, ты его знаешь под именем «Палач», еще с Сарацином я познакомился. А ещё четверых мне не представили.

— Они... живы?

— Вот те на... — я уселся на корточки перед ней. — Что там у вас, вообще, произошло?

— Долгая история, — покачала она головой, и с вызовом посмотрела на меня. — И что ты хочешь? Захватить меня силой и отвезти в Империю?

— Нахрена мне это надо? — удивился я.

— Ну, не знаю. Может просто потому, что можешь, — пожала плечами женщина и грустно усмехнулась. — Давно я не встречала достойного соперника.

Тут уже улыбнулся я.

— Мне кажется, что у тебя сложилось обо мне превратное представление. Я хотел лишь донести до тебя, что Призрак, которого я считаю не только великим воином, но и хорошим товарищем, ведь не зря я принял его в свой Род, жив и здоров, и живет в Иркутске. По возвращению обратно я не смогу промолчать о тебе, ты же понимаешь. И вот тут у меня могут возникнуть проблемы. Нет, он вряд ли будет своевольничать. Но зная его, он мне весь мозг вынесет, и так или иначе убедит отпустить его на твои поиски.

В первый раз за время нашего разговора женщина улыбнулась.

— Ну да, это он может.

— Так вот, будет гораздо проще, если вы с ним встретитесь и поговорите. Не сейчас, не завтра, не послезавтра. Может быть, через неделю. Но я не хочу, чтоб мой родич шлялся непонятно где, в поисках человека, который не хочет его видеть.

— А с чего ты взял, что я не хочу? — продолжала улыбаться девушка.

— Во-о-от! Ну, хоть к чему-то мы пришли. Давай так... Я здесь задержусь еще на несколько дней, а может, и на целую неделю. По возвращению в город где я смогу тебя найти, чтобы поговорить?

— По возвращению в город? — улыбнулась она. — Ты думаешь, что вернёшься из Эпицентра?

Тут я не выдержал, и рассмеялся.

— Ну да, думаю. А ты думаешь иначе?

Девушка уже окончательно расслабилась, и тоже рассмеялась.

— Согласна, херню спорола. Обязательно вернёшься.

— Так вот! В книжном магазине твоего отца?

Девушка уже не шифровалась, только покачала головой.

— А ты хорош!

— Спасибо, я знаю. Так как?

— Да, спросишь меня в магазине моего отца.

— Вот и ладненько, — хлопнул я в ладоши. — А теперь извини, мне нужно немного подготовиться. Точно не хочешь, чтобы ребята подвезли?

— Да нет, я лучше пройдусь, подышу свежим воздухом, — улыбнулась она. — Давно мне не задавали такой трёпки. Многоликий! Ха! — засмеялась она, натянула на голову капюшон и исчезла из поля зрения.

Тут же на плече появился мой мелкий друг.

— Хорош-ш-шая! — протянул он одобрительно.

— Согласен, — ответил я ему.

— Над-д-да брать! — компетентно продолжил Шнарк.

Я покосился на него.

— То есть, ты у меня теперь на полставки менеджера по кадрам?

Шнырька хихикнул, и хитро на меня посмотрел.

— Ш-ш-шнырька плохого не пош-ш-шоветует! — подмигнул он мне сразу двумя глазами, и исчез.

Так с ним и не поспоришь. Мелкий засранец умнее многих людей, которых я в своей жизни встречал.

Подошел к «Тигру», и постучал.

— Можете выходить.

Тут же из машин высыпали люди, и заняли боевые позиции.

По глазам Алексея было видно, что ему интересно, что тут произошло. Наверняка они следили по внешним камерам. Но к его чести, он даже словом не обмолвился об этом.

— Что там с подкреплением?

— Вы про какое? — уточнил Алексей.

— Основное, из Центра.

Алексей быстро сверился с планшетом.

— Будут через два часа.

— А мои? — уточнил я.

Алексей снова взглянул на гаджет.

— На час позже.

— Вот и отлично, — сказал я. — То есть, примерно в полночь мы выступим.

— Осмелюсь предположить — не стоит ли дождаться утра?

— Нет, не стоит, — хмыкнул я. — Два часа, говоришь? Разбудите меня, да и сами бы прилегли.

— Мы же находимся на границе Эпицентра! — осторожно напомнил мне помощник.

— Да знаю я, ну и что? — пожал плечами. — Нет тут никого, расслабься.

И залез в «Тигр». Конечно, мои слова про «разбудить» были сказаны несерьезно. Доверять свой сон кому-либо другому, кроме Шнырьки, я бы не рискнул. Поэтому в нужный момент мгновенно проснувшись, я достал из холодильника богопротивный энергетик, которым пришлось заменить мой обычный кофе в местных условиях.

Я вылез наружу, уже слыша звук двигателей подъезжающих машин. Прибыла моя «отчаянная дюжина», плюс две прекрасные дамы. Несколько машин Центра, плюс четыре бронетранспортера «доброхотовцев» остановились рядом с нами, и из машин начали вылезать люди.

Я с улыбкой кивнул девушкам, мельком одобрительно окинув их с ног до головы. Ну, тут все было ожидаемо. Истребители 2-го и 3-го класса из княжеских семей, и не последних Родов в Империи, просто не могли быть плохо снаряжены.

Катерина была в артефактном родовом доспехе, сделанном, минимум, сотню лет назад, и находившемся в схронах Андросовых до тех пор, как она их надела. Хорошая штука! Не мой доспех из чешуи Черного Дракона в прошлом мире, но тоже отличная вещь!

Долгорукова же щеголяла в новейшей броне, сделанной на заводе её отца. Смесь современных технологий и, конечно, артефактов. Изящно, свободно, но очень крепко и надёжно. Один такой комплект я уже «виртуально» получил в подарок от её отца.

Вот только создаваться он должен был по индивидуальным меркам под каждого человека, а я свои мерки не дал. Да и вряд ли дам — не нужен он мне. А вот Волку или Астахову вполне подойдёт, я ещё пока не решил, кому он нужнее. А ещё не решил, как отреагирует князь Долгоруков, когда я скажу, что «подарочный костюм», что стоит несколько сотен тысяч рублей, будет не для меня, а для моего человека. Ну, а с другой стороны — или сделает, или нет, его выбор.

Затем я взглянул на Истребителей, что выстроились кривой шеренгой сбоку. Ну да, это не кадровые военные — дисциплиной здесь особо не пахло, да она была и не важна в рядах Истов. Четкое беспрекословное подчинение требовалось только в Разломах. Вне их даже кадровому Истребителю жилось гораздо проще, чем армейцам. Элита, мать их!

Как я уже понял, Истребители ниже 5-го класса в экспедицию не попали, это было понятно. Так вот, среди тех, кто изъявил желание присоединиться ко мне, было шесть Истребителей 5-го класса, пять Истребителей 4-го, и один 3-го. Причём разговорчивый белобрысый парень был как раз 5-го, видимо, выбранный парламентером за свой хорошо подвешенный язык.

Ни у кого из них не было родового кольца, все они были простолюдинами. Снаряжение у них было разное, но лучше того хлама, что я накупил на местном рынке. Я тяжело вздохнул. Ладно, пойдёт.

— Екатерина, — официально позвал я Андросову.

— Да? — тут же нарисовалась она.

— Дай мне расклад.

Как мой заместитель, она передала мне планшет, и я несколько минут сосредоточенно изучал досье бойцов моей группы. При этом Катя давала очень толковые пояснения.

Скажем так, я думал, будет хуже. А так получилась вполне годная боевая группа. Многовато физиков, хотя это неудивительно — это был самый распространённый Дар, внезапно проявившийся у простолюдинов. Ну и три энергетика в этой дюжине присутствовали.

— Ну что, когда идём? — рядом нарисовалась нетерпеливая Мария.

Я посмотрел на часы.

— Сперва кое-кого дождёмся.

— Кого это? — тут же нахмурилась Андросова. — Не кажется тебе, что мне, как своему заместителю, ты должен был сказать об этом заранее?

— Кажется, — сказал я.— Вот сейчас и говорю.

— И кто это?

— Ну, их будет несколько... — загадочно улыбнулся я.

И снова мой тонкий слух услышал рокот винтов вертолётов.

Три вертолета, арендованных «доброхотовцами» у местных, быстро приблизились, и сели в сторонке, подняв клубы песка. Дверь сдвинулась в сторону, и первой на песок спрыгнула Карамелька. Потянувшись, размяла занемевшие лапы, и неспешно потрусила ко мне.

Затупок радостно побежал к ней, тыкая её своим носом в бок, и всячески обращая на себя внимание, но проигнорированный благородным животным.

Я уселся на корточки, и обнял её за шею.

— Как ты, милая?

Рядом раздался смешок Долгоруковой.

— Что? — повернулся я.

— Если б я не была точно уверена, что ты вот-вот женишься, я бы заподозрила тебя в неестественной любви.

— Как любовь к такой красотке может быть неестественна? — ласково провёл я ладонью по голове Карамельки и та, зажмурив глаза, замурчала.

— Привет, сестрёнка! — раздалось со стороны вертолёта, пока девушки смотрели на меня.

— Андрей? — нахмурилась Катя.

Ну да, от вертолёта шёл Андросов со своей невестой.

— Хельга? — удивилась Мария.

Ах да, за Андросовым и Морозовой шла принцесса Северного Королевства. Андросова и Долгорукова повернулись ко мне.

— Как? Зачем? — посыпались вопросы.

— Зачем? — хмыкнул я, и помахал Катиным планшетом, который так и держал в руках. — Ты здесь видишь Лекаря? Я — нет, — после этого махнул головой на Андрея. — Вуаля! А теперь есть. А Хельга... — я дождался, пока ребята подойдут ближе. — Мы же в пустыне, а кондиционера у нас нет. Вот, попросил Хельгу быть нашим климат-контролем.

Оторопели все, кроме, на удивление, ледяной принцессы, которая весело рассмеялась.

— Подморозить вам задницу, Ваше Благородие? — обратилась она ко мне.

— Да нет, пока не стоит. Побереги свои силы, — не остался я в долгу.

— А чего она такая веселая? — раздался тихий шепот Марии, обращенный к Кате.

— Без понятия, — покачала головой Андросова.

И обе уставились на меня.

— Что? — спросил я.

— Ты очень странный человек, Галактионов!

— Не только лишь в женщинах должна быть загадка, — назидательно поднял палец вверх. — Но и в хороших командирах!

— Смысла твоя фраза не несёт никакого, — встрял Андрей после того, как пожал мне руку.

— Как я соскучился по тебе, мой милый друг-зануда, — хлопнул я его по плечу. — Как всё прошло?

— Всё хорошо, — сказал Андрей. — Но ты в курсе, что двухсторонний Разлом из Иркутска в Персидский Залив автоматически подпадает под понятие стратегического объекта, и ты просто обязан о нём уведомить имперскую армию?

— Да, в курсе, — улыбнулся я. — Я обязательно уведомлю, но позже. Я, честно говоря, просто забыл это сделать.

— Ну да, ну да... — скептически хмыкнул Андрей.

— Но с другой стороны, вместо двенадцати часов полёта, часовая прогулка по Разлому, и через два часа ты здесь со мной. Ты разве не рад? — прищурился я.

— Рад, Саня, очень рад!

— Ну вот! — широко улыбнулся я. — Старая добрая компания. Как будто вчера выпустились из Центра. И две мудрые опытные Истребительницы, в качестве усиления, — повернулся я к Долгоруковой и Андросовой.

— Хорошо, что хоть не сказал «старые», — хмыкнула Долгорукова.

— Да, попробовал бы он такое сказать, — тоже хмыкнула Андросова.

Теперь уже рассмеялись все вокруг.

Двенадцать Истребителей, что стояли в сторонке, вытянули шеи, прислушиваясь к нашему разговору. Сейчас они перешептывались между собой. Собственно, увидеть четырех княжеских отпрысков в одном месте, а с ними ещё единственную любимую принцессу Северного Королевства — такое редко увидишь. А вот чтобы все эти высокородные отпрыски благородных семей добровольно и, похоже, с радостью, пошли под командование провинциального барона? Нет, такое зрелище было уникальным.

— Итак, — посмотрел я на часы. — Быстро продвигаемся на пять километров вглубь. Чистим два Разлома, что находятся в двухстах метрах друг от друга. Затем ещё немного путешествуем, закрываем ещё два. И... — я снова посмотрел на часы, — наверное, ближе к завтраку закроем пятый.

Все молчали. Даже мои друзья смотрели на меня настороженно.

— Чего вы на меня так смотрите? — спросил я. — Маловато? Ещё парочку?

— Д-д-достаточно, — почему-то заикаясь, ответил наш штатный Лекарь.

— Вот и отлично! По машинам! — громко крикнул я.

Взревели двигатели. Первыми границы периметра пересекли два доброхотовских БТРа, хищно поводя орудиями из стороны в сторону. За ними двинулся бронированный транспорт, в котором располагались Исты.

Я сидел впереди, одной рукой гладя Карамельку, второй почухивал мохнатое пузо Отморозка, и весь находился в предвкушении приключений. Что-то я в последнее время имею много претензий к Кодексу. А если так посмотреть — ну это же самый настоящий отдых! Я бы даже сказал — просто праздник какой-то!!!

Глава 10

Настоящий Охотник всегда имеет заначки на все случаи жизни. Именно такой «заначкой» и был двухсторонний Разлом, в котором жили неадекватные бедуины. Я знал, что рано или поздно он пригодится для чего-нибудь. Не знал только для чего, но точно знал, что пригодится. В конце концов, если бы в Иркутске что-то пошло не так, то в Персидском заливе можно организовать маленький халифат, и там завести себе гарем из прекрасных гурий... Что-то меня понесло не туда. С Аней вроде недавно простился, а в голову уже всякие мысли лезут.

Я покосился на оживленно болтающих девчонок. Однако...

Собственно, план — вызвать сюда «своих» — у меня возник после того, когда на горизонте замаячили «двенадцать отмороженных». Моё сольное прохождение накрылось медным тазом, так почему бы в этом не поучаствовать ребятам?

Сидят они в своём Иркутске, скучают, а тут солнышко такое... милое. Пусть воспринимают поездку, как курортное приключение. Все-таки Андросов был прекрасным Лекарем — это я уже смог оценить. В таком глобальном замесе, что я спланировал, всегда остаётся место случайности. А прославиться в первом же серьезном задании, как командир, потерявший подчинённых, мне не хотелось.

По правде говоря, я их вообще терять не хотел — ни в первом, ни во втором, ни в тридцать первом задании. Так что Андросов был в тему. Конечно, Морозова его одного не отпустила, но и она, в свою очередь, прекрасный физик, в чём я тоже убедился, так что пусть будет. Прокачаются, опять же...

А вот Хельга... С Хельгой был один нюанс. Буквально перед отлётом я имел интересный разговор с её матерью. Честно говоря, когда я увидел имя абонента, то немного напрягся. Чёрт её знает, может она освоила навык дистанционного уничтожения противника, и прямо сейчас из трубки телефона мне сосульку в мозг воткнет. От обиженной матери всего можно ожидать. Ну, кто же виноват, что у неё дочка такая... Такая... Короче, такая.

Но королева, как ни в чём не бывало, поинтересовалась, как идут мои дела, как показал себя подарочный «Глас Иерихона», спросила, что в мире творится, и вообще, какая сейчас погода в Иркутске. В конце концов я не выдержал и сам вежливо спросил, какого рожна Её Величеству надо. Королева сразу напомнила мне о нашем разговоре по поводу того, чтобы Хельгу потаскать по Разломам. Я, в свою очередь, напомнил ей, что не соглашался на это, а пообещал только подумать. Королева, опять же, сказала, что лично она считает, что времени «на подумать» у меня было предостаточно, и теперь она хочет получить ответ. Блин, вот достанется кому-нибудь такая тёща! Чёрт, кажется, я уже об этом раньше думал.

В общем... я сказал, что у меня на носу ответственное и очень опасное задание, на которое я никак не могу взять с собой её ледяную дочурку. А вот по приезду обратно — так и быть, мы с ней немного прогуляемся. Королева, в свою очередь, попросила меня проверить почту. Я зашёл туда и обомлел. Там был о-о-очень длинный перечень оборудования и оружия, что Северное Королевство могло предложить мне взамен. Дав мне время впечатлиться, королева сказала, что чем дольше я буду думать, тем меньше будет становиться этот список, и произойдёт это прямо... сейчас!

Бдзыньк!!!

Из списка исчез тяжёлый танк «Мамонт» — собственная разработка Северного Королевства.

Ну, не очень-то и хотелось... Нахрена мне танк?

Блин... Всё-таки хотелось! Но я был непреклонен. Ровно до того момента, как я понял, что мне так или иначе понадобится подмога. Чтобы не слышать этих позорных «Бдзыньков!», я позвонил Хельге, и предложил присоединиться к группе. Конечно, она сразу согласилась. Да, кстати, королева абсолютно мило попрощалась со мной, даже не заикнувшись о проделке дочери. Ну, и я промолчал. Что я, враг себе, что ли? Но положив трубку, в очередной раз, я восхитился умом и самообладанием этой женщины. Как ни крути, но она хорошая, как жена, как мать, и из того, что я слышал — как правительница. Почему же дочка у неё такая взбалмошная? И да, нужно у Хельги всё-таки поинтересоваться. Или не нужно? Сама расскажет?

К Разломам мы прорывались эпично. Диких тварей здесь было немного, и в отличии от Иркутска, где всегда мешал ландшафт и тайга, в пустыне видимость была прекрасная, и звук разносился очень далеко. Поэтому только стоило открыть нам огонь или какой-нибудь мерзкой твари громко зареветь, как все остальные мгновенно сбегались к нам, как пчёлы на мёд. Пару раз даже приходилось выбираться из машин, чтобы быстрее с ними расправиться.

Первый Разлом был всего-навсего красного цвета, специально выбранный мной для разминки. Шнырька сразу проверил обстановку, я раздал указания, и мы погнали.

Интерлюдия № 1

Кирилл Яростный — Истребитель пятого класса

Странный всё-таки этот барон Галактионов. Странный — не в смысле «странный», а странный... в смысле... странный.

Блин, вот никогда я не умел правильно выражать свои мысли. Да откуда мог это сделать, если родился в семье кузнеца. Никто из моих предков никаких Академий не заканчивал. Всегда трудились на земле, и с железом. Получалось у нас это очень хорошо.

Вот только повезло мне с тем, что Дар проявился у меня необычный. Проявился он ещё в юном возрасте, когда я, и так парень немаленький, в восемь лет кулаком убил взбесившуюся кобылу, что внезапно бросилась на мою матушку. После этого ко мне присмотрелись, и дали заключение, что я есть тот самый Одарённый.

Землевладелец наш, виконт Игнатий Александрович, хотел было меня к себе приспособить, но батюшка воспротивился. Денег у нас было достаточно, купить бы не удалось. Так что он сам решил меня поднять на ноги. Благо, Иркутск был в двухстах верстах от нас. Договорился он с Центром Истребителей, и в восемнадцать лет я попал туда на обучение за казённый счёт.

Когда выучился на Истребителя, то стал воевать на благо Отечества, уничтожая богопротивных монстров. Вот только зря я думал, что уйдя в Истребители, поменяется весь мир. Аристократы, как смотрели на простолюдинов сверху вниз, так и здесь продолжали. Эти «господа», «госпожи»... Как же они меня задолбали!

Ну, дал я пару тумаков парочке благородных господинов, и за это посидел на «губе». Но поверьте — оно того стоило! Поэтому я и был инициатором того, чтобы с парнями не идти к этому заносчивому Абсолюту, либо к служаке Долгорукову, а попроситься к барону Галактионову.

Тем более, что Костян многое о нем слышал. Он, в отличие от меня, в иркутской дежурке служил, до того, как его «вольные» не сманили. И уже тогда про Галактионова ему все уши прожужжали.

Ну, что я могу сказать? Прорваться в полночь внутрь Эпицентра — даже у меня, парня не робкого десятка, под ложечкой засосало. Но как же лихо у нас всё получилось! Только два раза останавливались, чтобы тварей отбить, а потом в Разломы зашли.

И вроде молодой паря, этот Галактионов. Как я понял, почти на три года младше меня, но есть в нём что-то. Когда во втором Разломе с минотаврами рубились, он вроде позади стоял, и я грешным делом подумал, что он прячется за нами.

Но только он сперва Костяна в сторону отдернул, и снес голову минотавру, а затем выдернул меня из зарубы, когда я за подранком ломанулся. Это уже потом присмотрелся, и то, что увидел — даже я своим скудным умишком прочувствовал и убедился. Этот молодой барон носился с нами, как орлица с орлятами, разрешая делать ровно столько, чтобы мы свои головушки не сложили. А в случае опасности — тут же рядом появлялся, и здоровенных тварей, как котят, разбрасывал в разные стороны.

А в четвёртом Разломе, когда на нас сверху ломанулись гарпии, я вообще ничего не понял. У него глаза голубым светом вспыхнули, и треклятые твари сверху оглушенными мешками посыпались.

Когда мы вышли из пятого Разлома, руки и ноги у меня тряслись. Но, заглянув случайно в зеркало, я такой улыбки у себя никогда не видел. Разве что, когда матушка мой любимый яблочный пирог пекла. Одно я понимаю — я сделаю всё, чтобы на постоянку к Галактионову попасть.

Интерлюдия № 2

Константин Кулеша — Истребитель четвёртого класса

Все беды от аристократов. Куда ни плюнь — попадёшь в благородного, который даже посрать самостоятельно не сходит. И, конечно же, лопух в поле ему не подойдет, ему мягкую бумагу, буржуйскую, подавай!

А разговоров-то было... Иди в Истребители — это почетно, прибыльно, и там совсем другие порядки! Почетно? Наверное. Прибыльно? Вполне. А вот другие порядки — тут уж я поспорю.

Да, конечно, на мои отчисления матушка двух младших сестренок приданым обеспечила, и за хороших ребят замуж пристроила. Да и пропали бы они без меня. Отец-то у меня на производстве сгинул, когда мне еще семи лет не было. Вот тут матушка и отчаялась. Но как раз Дар у меня пробудился. Мать господа поблагодарила за такой подарок судьбы.

Тогда и отправили меня к графу нашему в обучение. И тут моя нелюбовь к аристократам расцвела пышным цветом. Во-первых, мать обманули, и отступные не выплатили до конца. Ну а потом увидел, как из таких бедняков и сирот, как я, пушечное мясо готовят.

Гвардия графа Веденеева — красивые мундиры, крепкие парни и девушки. Со стороны все это выглядело красиво. Но даже внутри было по-другому. Да, нас бедняков учили. Надо признать, физически отлично готовили. Но в голову вдалбливали, что величайшая честь — это помереть за нашего графа.

А вот мне это совсем не понравилось. Ну, высказался я один раз, второй, третий. Был бит. Что со мной только не делали. Матери выплаты прекратили. В конце концов, я уже хотел смириться со своей судьбой, как в кабаке случайно встретил Истребителя, что залетел к нам на побывку. Рассказал он мне, что можно в Иркутск к ним махнуть. Ну, я и махнул, предварительно мать и сестёр к тётке отправив, чтобы графские люди до них не добрались.

В Иркутске меня всё-таки нашли, и обязали выплатить неустойку за мое обучение, но обратно графу не отдали. «Дед» постарался, точнее герцог Хрулев — первый хороший аристо, которого я увидел. Так и пошёл карьеру делать, к двадцати пяти годам до четвёртого класса добравшись, и на вольные хлеба к «вольным» перейдя.

А вот теперь, виданное ли дело, сам к благородному в команду пошёл. Да уж, альтернатива была чересчур удручающей. А вот барон... а барон удивил!

Восемнадцатилетний пацан, а с мечом управляется так, как я в жизни не видел. Один против трёх минотавров ломанулся, когда Серега упал, и в сторону только рога и копыта полетели. А мне какого он пинка дал, когда я хлебало свое в другую сторону раззявил!

А ведь я не пальцем деланный, и примерно представляю, как Истребители развиваются, как накапливают энергию годами. Я почти восемь лет к четвертому классу шёл. А барон в свои восемнадцать уже второй имеет! Я-то физик по природе своей, и только-только парочке заклинаний научился, а барон… то тварь молнией шарахнет, то шоковым касанием приголубит, то телекинезом отбросит. И вообще, кто он такой, черт его возьми?!

К третьему Разлому я уже чётко понимал, что этот юноша не даст сдохнуть ни одному из нас. При том, что видел он нас впервые. И даже его друг княжич из великих Андросовых — почти без дела сидел. Так… то ожоги уберёт, то вывих вправит.

Кстати, княжич Андросов тоже... ого-го оказался! Лекари — люди редкие, их не часто встретишь. Да и пользовались они своим Даром, в основном, напрямую. А этот и шибануть тварюку может так, что у неё сердце остановится.

Выйдя из пятого Разлома, у меня и солнце ярче горело, и настроение улучшилось. Оказывается, не все аристократы уроды. И впервые за всю жизнь я захотел служить кому-то. Служить не по принуждению, а по душевному велению.

Интерлюдия № 3

Олег Ершов — Истребитель третьего класса

Когда я утром проснулся, первая мысль была — какого хрена с молодняком связался, и в услужение к барону пошёл? Устроился бы к Вербицкому, так нормально бы сходили. Да, этот Абсолют известен тем, что заботится только о своём ядре приближённых.

Да и то, слухи ходили разные. И помереть там — шанс велик был. С другой стороны, про Долгорукова я вообще ничего не знал. Вроде с виду он годный боец, но в нашем деле лучше перестраховаться.

А Галактионов? О Галактионове многие слышали. Как неизвестный юный барон закрывал Разломы за короткое время, практически, в трусах, и в одиночку, — это уже стало притчей во языцех. Про его спортивный костюм ходили слухи, что морок наведён, а сам костюм, на самом деле, из кожи богини сделан. Ну, в такую чушь я не верил. Но из всех представившихся вариантов этот показался мне самым наилучшим. Да ещё Костян дифирамбы ему пел, вот я и повёлся.

И хотя, по своей натуре, я одиночка, и к двадцати девяти годам, поднявшись от сына крестьянина до Истребителя третьего класса, мог выбирать — с кем мне сражаться и куда идти. Вот когда мне в Африку предложили, я сразу согласился. Контракт хороший. А где тварей резать, мне всё равно. Не всё равно мне только было — какой командир меня в бой поведёт.

А Галактионов... Галактионов удивил! Во-первых, питомцы у него неплохие. Я уже знал до этого, что Галактионовы Приручителями были. Но Вулканическую Пантеру, да еще без строгого ошейника, я ни разу не видел. А медоеда... так вообще не думал, что такая зверушка на свете существует.

Но они реально машины смерти! Этого мохнатого толстожопа, похоже, ни одна тварь не перекусит. Сомневаюсь, что даже если своим «Смертоносным» в него ткну, то кожу пробить смогу. А к пантере, очень сомневаюсь, что даже я, не последний Истребитель в Империи, вообще дотронуться смогу. Уж очень ловко ударов она избегает.

А Галактионов... Галактионов, расслабившись, стоит и улыбается, пока мы рубимся, а зверьки его работают. Даже меч из ножен не вытаскивает. Зато когда вытаскивает, то превращается в какую-то полусмазанную тень!

Слышал, что в Иркутске задирают его многие. Дебилы конченные... Им бы с ним разок в рейд сходить, да со стороны на него посмотреть. Кто в здравом уме с таким мастером связываться будет?! На что я люблю дуэли, но если, не дай Бог, конфликт с ним какой возникнет, то я даже готов ему ручку поцеловать в качестве извинения, чем клинки скрестить. Мне кажется, если голым в центр Эпицентра прыгнуть — больше шансов выбраться будет, чем с этим юным бароном один на один схлестнуться.

Когда мы к утру вышли из пятого Разлома, юный барон выглядел так, как будто он только-что проснулся — свежий и бодрый, не то, что мы, которые еле ноги волочили. Однако нас слегка приободрила его благодарственная речь, и предстоящий вечерний банкет за его счёт. Ну, и завтрашний день отдыха тоже лишним не окажется.

А дальше снова в бой. Я пойду в него с удовольствием. И очень хорошо подумаю, когда буду отсюда выбираться, как бы мне к барону в гвардию напроситься.

* * *

Это был один из самых сложных боёв за последнее время. Как бы я не хорохорился, всё-таки следить за таким количеством народа сложно. Я с грустью вспомнил прошлые времена, когда в рейд шли Охотники, то все прекрасно понимали, на что они идут, и каждый рассчитывал исключительно сам на себя. Такое молчаливое соглашение.

Да, если ты мог помочь другу в процессе боя, то, конечно же, помогал. Но главная установка Охотника — ты должен быть сам готов к любым неожиданностям. Поэтому Охотники «со скрипом» брали себе учеников. Каждый раз нашим Магистрам приходилось буквально шантажом нас заставлять. А сейчас, по факту, у меня было полтора десятка учеников, к которым я добровольно устроился нянькой.

Все пять Разломов, выбранные мной для этого рейда, были в градации от красного до жёлтого. И единственный жёлтый был заполнен чистыми физиками — минотаврами — крепкими скотинами, с которыми мы вполне могли справиться.

Я держал в голове всё — кто как действует, кто как воюет. Да, к чёрту! Я держал в голове даже бегство из Разлома, чтобы сохранить их жизни. После этого я, конечно, вернулся бы, и зачистил его с помощью своих тварей. Но сам факт — да, я был готов ко всему. Не был готов только продемонстрировать призыв моих существ.

А ещё с улыбкой вспоминал разговоры между моими преданными гвардейцами, во главе с Волком, которые шутили — «зачем Саше гвардия, если он в одиночку армию заменяет?» Так-то оно так, да не так. В этом мире ужасные Разломы, которыми неизвестный бог наказал человечество, для меня были подарком судьбы. В ограниченном пространстве находилось определенное количество тварей, ровно столько, чтобы я мог с ними справиться своими силами. Но мои весельчаки-гвардейцы понятия не имели — что такое стоять против многотысячной армии, зажатый в узком морозном ущелье. И с грустью понимая, что у тебя заканчиваются сила и энергия, а вдали ты слышишь рёв костяного дракона, на котором предводитель этой адской толпы спешит к своим миньонам на помощь. Вот это настоящий адреналин! А здесь...

Что-то мне подсказывало, что недолго тварям внутри Разломов скрываться. Не зря Эпицентры в последние годы стремительно расширяются. Рано или поздно, не мы, Истребители, будем выбирать — в какое время, и на какого врага охотиться, а если эти адские отродья скопом вывалятся и ломанутся на человечество, не разбирая, Истребитель ты или кухарка, отставной спецназовец или музыкант.

Весь мой опыт из прошлой жизни просто кричал, что не зря Кодекс отправил меня на эту планету. Да и дело сделано — Главная Руна на крепость поставлена. Я с улыбкой задрал голову к небу. Надеюсь, что вы сейчас ржёте, братцы мои, потешаясь над моим ... «отдыхом»?

Но и местные друзья-приятели меня безусловно порадовали. Андросов уже не напоминал того маменькиного сыночка, которого я встретил в «Сибирском экспрессе». Он, в буквальном смысле слова, одной рукой лечил раненых, а второй заставлял корчиться от боли надвигающихся тварей.

Мария и Светлана гармонично встали в пару, и уже после второго Разлома я даже смотреть перестал в их сторону. Фланг, который держали эти две молодые Валькирии, был полностью безопасным.

Катерина и Хельга. Эти предпочитали действовать в одиночку, и правильно делали. Приятно было наблюдать за ними. Их стиль боя отличался, но результат был одинаковым. Вокруг них падали мертвые твари. Если за Хельгой оставались ледяные статуи и пышущие холодом своры пещеры, то за Катериной...

М-да... Не знай я её поближе, трижды присмотрелся бы на предмет того, что достойно ли это существо жизни среди человечества. То, как расправлялась с тварями Катя, было... жестко!

За ней я следил больше всего, пытаясь понять — не ошибся ли я со своим диагнозом. Уж слишком её Дар напоминал Дар Мёртвых. Но нет, все-таки это было не так. Она балансировала на грани, рискуя отправиться в ужасное путешествие в один конец. Но тут уже я не дам этому случиться.

Всё-таки это был Дар одной весёлой Тёмной Богини, с которой я пару раз пересекался в прошлой жизни. Уверен, что эту свою шутку она считает смешной. Одарить дочь мощнейшего Лекаря Империи противоположным по действию Даром? Обхохочешься! Вот только, если я прав, то рано или поздно я услышу где-то в стороне весёлый женский смех. И поверьте — я этому сильно не обрадуюсь!

В общем, можно считать, что разведка боем удалась. Я смогу с этими людьми воплотить свой план в жизнь, при этом никого не убив из них. Я пообещал ребятам банкет за мой счёт, а еще день отдыха завтра. Не то, чтобы этот день сильно нужен им, этот день мне нужен. Алексей доложил, что они выяснили место расположения цесаревны, и для нашей «случайной» встречи мне нужно еще, ой, как сильно подготовиться!

Глава 11

В дверь моего номера аккуратно постучали и я, не отрывая своего взгляда, крикнул.

— Заходите, не заперто!

Я был занят очень важным делом: выбирал какую арафатку мне надеть — «белого» или «очень белого» цвета. Чёртова жара! Как они тут, вообще, ходят? И как они, вообще, тут живут?

Я покосился на старшину, который умирал под кондиционером. Он как раз открыл один глаз, увидел, что я на него смотрю, и начал образцово-показательно пыхтеть, высунув язык ещё сильнее. В последнее время меня посещают странные мысли, что моё тотемное животное меня тупо троллит. Ну, не может ни зверь, ни человек быть таким тупым! Или может?

— Саша, привет! Не отвлекаю?

Я обернулся. В полуоткрытой двери, как будто всё ещё раздумывая, заходить или нет, стояла Хельга. Платиновые длинные волосы, слегка влажные после душа, мило рассыпались по плечам.

Девушка была в лёгком комбинезоне, а на плече у неё скалилась хищная пасть волка — герб животного Северного Королевства. Хельга раскрыла своё инкогнито в последнее время в Иркутске, но это лишь добавило ей уважения. Как хорошего Иста, её уже знали, а постоянно находящаяся рядом с ней элитная гвардия её отца — «Берсеркеры», отбивали любое желание у ухажёров приближаться к ней слишком близко, ну и распускать языки, естественно.

Хельга со своим фирменным ледяным выражением лица получила в местной среде прозвище «Сосулька». Начальнику её охраны это прозвище показалось недостаточно почтительным, и он сломал руку одному из особо рьяных шутников. С тех пор, если так и шутили, то в месте, где поблизости не наблюдались бородатые северные викинги.

— Заходи, конечно, и закрывай быстрее дверь. Эта жара невыносима.

Хельга вежливо улыбнулась.

— А, ну да, кому же я говорю. Тебе, наверное, нормально.

Хельга улыбнулась чуть шире, задумчиво подняла голову к потолку, посмотрев на работающий на пределе кондиционер, и щёлкнула пальцами. Мгновенно температура в комнате упала почти на десяток градусов, и даже Затупок от удивления поднял голову, перестав изображать из себя жертву теплового удара.

— Кру-у-уть! — покачал головой я. — А у нас же с тобой комнаты соседние? А то бы я дырку в стене проковырял. Двойная польза. Атмосфера у нас будет смешиваться, а ещё за тобой в душе подглядывать удобно.

Хельга внезапно нахмурилась.

— Шутишь?

— Нет, чистая правда, — без улыбки сказал я. — Очень интересно посмотреть на тебя без комбинезона.

— Галактионов, ты дурак? — ещё больше нахмурилась Хельга.

— Нет, — тут уж засмеялся я. — Ну вот, вернулась обычная Ледяная Принцесса. А то в последнее время ты сама не своя.

— В смысле? — всё ещё продолжала хмуриться девушка.

— Да какая-то излишне жизнерадостная. Я уже подумал, что тебя подменили.

— Галактионов, ты дурак! — утвердительно сказала Хельга, бросив на меня взгляд.

— Всё равно не согласен, — покачал головой я. — Ладно, чего хотела? Я тороплюсь.

— Сегодня же выходной. А вечером банкет.

— Ну, банкет я, пожалуй, пропущу. А выходной — он и на то выходной, чтобы отдыхать.

— И куда ты собрался?

Я улыбнулся.

— Не слишком ли много вопросов? Я же сказал — выходной. Немножко отдохну, прогуляюсь, подышу свежим воздухом.

За окном как раз с яростью завыла и забилась об барьер песчаная буря. Хельга многозначительно посмотрела туда, и покачала головой.

— Ну, сама посуди — когда я ещё погреюсь на солнышке? Опять же, модный загар...

— Галактионов, ты специально ведёшь себя, как клоун?

— Смех продлевает жизнь, — категорично заметил я. — Ладно, ещё раз говорю — чего хотела?

— Я хотела... извиниться.

Хельга потупила глаза.

— Оба-на! — восхитился я. — А что у нас случилось?

— Да за ту дурацкую шутку с беременностью.

— И как всё прошло?

По лицу Хельги пробежала тень.

— Плохо прошло. Отец в Иркутск собрался, но мать его остановила. Она изначально не поверила в мою... шутку.

— Да, Снежную Королеву сложно надурить, — согласился я. — А что было, если бы твой отец всё-таки прилетел в Иркутск?

Тут Хельга лукаво посмотрела на меня, и громко рассмеялась.

— Поверь, Саша, ничего хорошего.

— Ничего хорошего — для кого? — продолжал допытываться я.

— А для всех, — задорно кивнула Хельга, и тут же улыбка сошла с её лица. — Ну всё, извинилась. Извинения приняты?

— Приняты, — кивнул я.

— А ещё спасибо за то, что взял меня сюда. В Иркутске становилось несколько скучно.

— Скучно? — тут уже я рассмеялся. — Там ведь есть целый Эпицентр с Радужными Разломами!

— А кто меня одну туда отпустит? — буркнула под нос Хельга, но я её услышал.

— В смысле — одну?

— У моего отца есть определенные принципы, — сказала она. — И хотя он мне многое позволяет, но есть рамки, которые я не могу перейти. В первую очередь, я не могу подвергнуть Королевство опасности остаться без наследницы. А я здравый человек, и хорошо понимаю, что радужные Разломы мне в одиночку пока не по плечу.

— С ума бы не сойти... — протянул я. — Какой-то дух абсолютной логики захватил непокорную принцессу. Но это, я скажу, достойно уважения. Это значит, что ты взрослеешь.

— Ха-ха, — засмеялась Хельга. — Сказал парень, который на три месяца младше меня.

— Я тебе тоже хочу кое-что сказать, — после некоторого раздумья сказал я, видя, что девушка мнётся, думая — уходить ей или нет. — Хочу тебе сказать, что ты здорово прибавила за последнее время. То, что я наблюдал вчера в Разломах... немногие люди не только этого мира на такое достойны, тем более в таком юном возрасте.

— Не этого мира? — посмотрела на меня Хельга.

— Не этого мира, — с улыбкой посмотрел я на неё, прищурившись, ожидая реакции.

Девушка просто кивнула, и дальше продолжала слушать.

— В общем, что бы там ни было, но после нашей «командировки» ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь. Я всегда с большим удовольствием схожу с тобой в рейд.

— Спасибо, Саша, — как-то странно посмотрела на меня Хельга. — Ну ладно, удачно отдохнуть.

— И тебе, — кивнул я. Когда она уже развернулась уходить, я хмыкнул. — А ещё ты потрясающе красивая девушка, забыл добавить.

— Галактионов, опять шутишь! — повернулась ко мне Хельга, и в первый раз я увидел румянец на её обычно бледном лице.

— Вот даже не собирался, — хмыкнул я. — Так что если согласишься на дырку, то, возможно, в один из моментов выходя из ванны, ты увидишь мою любопытную харю в этом отверстии.

— Да ну тебя, в задницу! — рассмеялась девушка, и вышла вон.

Я улыбнулся, и надел «очень белую» арафатку на себя. Посмотрел в зеркало. Ну вот, обязательные бороду и усы отрастить, загар еще хорошо ляжет, и меня будет не отличить от местных.

В дверь опять постучали.

— Да-да, открыто, заходите.

Внутрь бесцеремонно зашла Катя.

— И что она хотела? — сходу спросила Андросова.

Я хмыкнул.

— И тебе доброе утро.

— Какие дела у Ледяной Принцессы с имперским бароном? — настаивала Катя.

Я тяжело и показательно вздохнул.

— Катюх, не грузи.

У девушки округлились глаза.

— Да-да, ещё скажи, что барону не положено так с княжной разговаривать.

— Вообще-то, не положено, — протянула она.

— Ну, не положено, так закрой дверь с той стороны, — широко улыбнулся я.

Не хватало, чтобы меня тут кто-то строил, даже те, кого я считаю своими приятелями.

Девушка нахмурилась.

— Извини.

— Чего хотела? — уточнил я.

— Слушай, а мы ведь так и не поговорили по поводу твоего... твоих... — она сбивалась, смущённо смотря на меня.

Я два шага сделал вперёд.

— Моих прикосновений?

Я осторожно провёл рукой по её щеке. Меня тут же шибануло волной боли. Моя улыбка чуть было не превратилась в оскал. В голове вертелась одна мысль — «Ну ты и мудак, Сандр!», и я отдернул руку.

Собственно, сделал я это не просто из-за природного мазохизма. Я хотел проверить, как работают все мои печати. Они работали прекрасно. В принципе, при желании я мог прикасаться к ней бесконечно долго. Вот только какой от этого прок?

— Да, об этом. Ты говорил, что можешь с этим справиться.

— Справиться? — я покачал головой. — Ты неправильно это запомнила. Справиться с этим не сможет никто, кроме тебя самой.

— В смысле? — спросила Катерина, широко распахнув глаза.

— В смысле, твой Дар дала тебе одна очень весёлая, но очень злопамятная сучка, — я осторожно покосился вверх и прислушался, но ничего не произошло, поэтому продолжил. — А я тебе скажу, что такого внимания удостаивался далеко не каждый. Да, у твоего Дара есть побочные эффекты. Но если его развитие обуздать, поверь мне, ты станешь одной из сильнейших Одарённых на планете.

Катя нахмурилась, и посмотрела на меня, переваривая информацию.

— Откуда ты всё это знаешь? Какая сучка? Что за Дар?

— Катя... — снова вздохнул я. — Ты вот мне в Разломе, как командиру, веришь?

— Верю, — кивнула Андросова.

— Вот и сейчас поверь. Я примерно представляю, что нужно сделать, и как тебе помочь. Но, к сожалению, прямо сейчас не могу этого сделать, в первую очередь. А во вторую очередь, ты сама этого не можешь пока сделать.

— И что для этого нужно?

Я осторожно взял её руки. Сквозь перчатку прикосновения болевых ощущений почти не было. Я приподнял её руку, поднёс к глазам.

— Вот это кольцо у тебя должно быть чёрного цвета, а еще лучше — радужного.

Катя серьёзно посмотрела на него.

— Ты точно в этом уверен?

— Я очень на это надеюсь, — сказал я. — И кроме этого, мне будет нужно кое-что еще.

— Саша... — отдёрнула руку Катя. — Ты понимаешь, что сейчас несёшь? Лучшие лекари в мире... Мой отец и его иностранные коллеги пытались обуздать этот Дар. Ни у кого не получилось! А ты, восемнадцатилетний пацан, говоришь, что сможешь это сделать?!

Я очень хотел сказать, что это дурная шутка, и чтобы она от меня отстала. Но не смог, глядя в большие янтарные глаза, полные боли и надежды.

— Да, смогу, — просто сказал я.

Катя открыла рот. Я аккуратно и бесцеремонно прикрыл его пальцем, получив очередной удар. Ну, уже совсем терпимо!

— Только не сейчас, Кать. У меня сегодня выходной, и я хочу немного прогуляться.

— В такую погоду?!

Ну вот, эта тоже посмотрела на песчаную бурю.

— Да, в такую погоду, — сказал я. — Можно?

— Конечно... А вечерний банкет?

— Меня там не будет. Всё, пока!

Я аккуратно развернул её, и выпроводил за дверь.

Затянул пояс с мечом, и пристально посмотрел на Затупка, который блаженствовал при низкой температуре, устроенной нам Хельгой. Брать его или не брать с собой?

В дверь снова постучали.

— Открыто! — вздохнул я.

Внутрь впорхнула Долгорукова.

— Саша, привет! А чего они хотели?

Я показательно закатил глаза.

— Здравствуй, Машуня. Чего надо?

— Не, ну правда. Что они хотели? — кивнула девушка на дверь.

— Потрахаться предлагали, — абсолютно серьёзно сказал я. — Но я отказался. Мне нельзя — я женат... Гхм... Почти...

— Почему это тебе нельзя? — удивилась Маша.

Видя её неподдельное удивление, я не выдержал и рассмеялся.

— Ты что, поверила?

Мария поняла, что спорола пургу, и тут же покачала головой, фальшиво рассмеявшись.

— Нет, конечно! Я тебя подкалываю.

— Да-да, подкалывай дальше. Тоже пришла предложить заняться утренним сексом?

— Галактионов! — нахмурилась Долгорукова, но её глаза при этом подозрительно блестели.

— Ах... извините, забыл добавить «Ваша Светлость», — я шутливо поклонился.

Мария так странно на меня смотрела, что я решил прервать затянувшуюся шутку. Не дай бог ляпнет что-то не то, потом неудобно будет.

— Шучу я, шучу! У меня сегодня выходной, я собираюсь погулять. Да, в такую погоду! В такую прекрасную солнечную погоду. Поэтому, если ты быстренько расскажешь, что хотела, то я, наконец-то, осуществлю свое желание.

— Какой ты негостеприимный сегодня, Галактионов, — недовольно скрестила руки на груди Мария.

— Какой есть. Могу газировки предложить... холодной, — кивнул я на холодильник. — Возьми сама в холодильнике.

— Спасибо, не хочу, — сказала она. — Я у брата была, он немного успокоился.

— А он был раздражён? — хмыкнул я.

— Саша, не строй из себя дурачка. Тебе это не идет! Ты же его конкретно так подставил.

— Нет, не подставил, — запротестовал я. — И мы с тобой это обсуждали. То, что он не был готов к командованию Истребителями — это его личная проблема. Без обид, Мария, он целый полковник, и в имперской армии каждое его слово для подчинённых — закон. Истребители монстров — это немножко другое. Да что я тебе рассказываю, ты сама знаешь. Тем более здесь две трети «вольников», которые срать хотели на субординацию. Хорошо ещё, что они контракты не разорвали, и не свинтили отсюда.

— Тогда бы они заплатили неустойку...

— Ха! Напугала ежа голой задницей. Что лучше — неустойка или нелепая смерть?

В глазах у Марии начало появляться понимание.

— А то же... Тем более двенадцать человек нормальных Истребителей пошли с нами. И как я сказал, по результатам нашего рейда, у Сергея непременно будет поощрение. Не знаю, как за другие группы, но лично мы свою задачу выполним. Так что передай Серёге, чтобы не очковал.

— Словечки у тебя, Саша, — покачала головой Долгорукова. — Может ты сам ему об этом скажешь?

— Я не могу, — устало повторил я. — У меня выходной. Можно мне уже начать отдыхать?

— Можно.

Взгляд у Марии как-то странно скользнул по мне сверху-вниз, и снизу-вверх. Она загадочно улыбнулась.

— Вот и хорошо.

И эту девушку я развернул к двери передом, к себе задом, и потихоньку вытолкал наружу.

— Фух, женщины... — сказал я.

Карамелька приоткрыла один глаз.

— Нет, я не обобщаю, — тут же сказал я. — Ты у меня звезда.

«Спасибо, я знаю» — раздалось у меня в голове.

— Так что, звезда, пойдём немножко повоюем?

В углу хрюкнул Затупок, перевернулся со спины на пузо, и бодро подбежал ко мне.

— Не-не-не, ты остаёшься, — сказал я. — Ты такая непредсказуемая скотина, что сдохнуть можешь в любой момент. А мы пойдём быстро. Алексей вернётся, и накормит тебя яблоками.

Да, он умудрился найти яблоки даже здесь, где вокруг одни апельсины и манго. Как ему это удалось — хрен знает.

— Всё, охраняй номер, мой жирный тотемный друг, — похлопал я его по заднице, и вышел из номера.

За мной красной тенью мелькнула Карамелька.

Французский вертолёт «Шершень» знавал лучшие времена, но это было лучшее из того, что можно было арендовать прямо здесь. Доброхотовцы привезли наземную боевую технику, а вот вертолёты из Иркутска перегонять сложновато.

Около борта меня встретил Алексей.

— Вы точно не хотите, чтобы я с вами полетел?

— Точно не хочу. Присмотри за моим медоедом, как мы договаривались, а я разберусь сам.

— Ваше благородие, — осторожно сказал Алексей.

— Чего тебе?

— Не вздумайте там помереть.

Я громко рассмеялся.

— А то Доброхотов открутит тебе голову? — не увидев в глазах у доброхотовца ответного веселья, я сбился. — Что, реально?

Алексей отвёл взгляд, но ничего не ответил.

— Вот же долбаный маньяк!

— Попрошу не отзываться так о моем господине, — тут же отреагировал Алексей.

— Уважаю! — хлопнул я его по плечу. — Больше не буду. И да, не переживай, не сдохну. И ещё два момента. Спасибо тебе за работу. Работа проделана потрясающая. И второе — если когда-нибудь решишь поменять господина, в Галактионовке тебе всегда будут рады.

Алексей открыл рот, чтобы что-то ответить, но я его прервал.

— Ничего не отвечай. Вообще ничего не отвечай, это приказ. Главное, что ты услышал.

Хлопнул я его по плечу, и запрыгнул внутрь.

Раскрутились лопасти, машина поднялась в воздух и полетела в сторону Эпицентра.

Команда цесаревны, носящая кодовое название «Грач», была обнаружена агентами Доброхотова в небольшом городке на побережье Красного моря, южнее нас на почти 1000 километров. Группа заходила отдохнуть, и заодно пополнить провизию.

Да, я специально заглянул в планшет и посмотрел, что группа «Грач» обозначалась, как обычная ничем неприметная группировка вольных Истов. У них даже имперской приписки не было. Лишь размытое объяснение — «от 10 человек постоянных членов». В городке Кишемеш, по сведениям «Доброхотовцев», группа была в составе пятидесяти одного человека. Я посмотрел логи этой группы. За последнюю неделю они закрыли четырнадцать Разломов чёрного и голубого цвета, соответственно, первого и второго ранга.

Я покачал головой. Это, конечно, конкретное палево, но, с другой стороны, это дань уважения институту Истребителей, дабы не вводить в заблуждение своих товарищей. Это достойно уважения! Похоже, там были сильные Истребители.

Что я знал о цесаревне? Анна дала мне подборку, и даже прислала фотографию. Двадцать четыре года, ярко-рыжие волосы матери. Вот только черты лица более крупные, и сама она больше матери — видимо, отцовские гены так «легли» — Император был поистине внушительных размеров. Яростный блеск в глазах и железная воля показывали в ней первую по праву наследования цесаревну.

Да, у Императора было ещё две жены, и ещё четверо детей, в том числе, два пацана — двух и семи лет. Вот только в мире Одарённых мужчины не всегда сильнее женщин. У женщин есть всего один недостаток, по сравнению с мужчинами. Как бы это ни звучало, но мужчина сможет произвести на свет гораздо больше наследников, имея несколько жён, чем одна женщина. Но с другой стороны, чтобы править Империей, достаточно одного человека. А судя по тому, что я знал, цесаревна Ольга вряд ли уступит свою очередь добровольно.

Мы и до этого примерно понимали, в каком районе она находится сейчас. Поэтому я взял именно шестой сектор, через неделю мы ушли бы южнее, и «случайно» встретились у очередного Разлома. Вот только я не учел одного — что группа «Грач» резко направится на юг, в совершенно другую сторону от моего сектора, и вся наша «случайная» встреча накрывается медным тазом.

Судя по забронированным этой группой Разломам, с каждым днём они будут удаляться всё дальше и дальше на юг. Мой великолепный план случайной встречи у Разлома полетел к чертям. Именно для этого я сделал выходной, и именно сейчас решил не откладывать.

Пока мы летели, пришло уведомление, что очередной Разлом второго ранга закрыт, и группа передвигается к следующему.

Я посмотрел на часы. Ещё четыре часа лёта. Сколько им нужно времени, чтобы закрыть Разлом первого ранга? Судя по всему, ребята работают быстро.

— Давай-ка немножко ускоримся, — сказал я лётчику.

Тот кивнул, и мы полетели быстрее.

Когда мы подлетали к нужному месту, я усмехнулся. Возле портала Разлома в открытой пустыне стояли восемь боевых машин, неуловимо напоминающих мои «Буревестники», только размером они были побольше, и в орудийных башнях у них были орудия калибром покрупнее.

Конечно же, я не знал таких машин. И база данных тоже не знала. Очередная имперская приблуда, не для широкого круга. Выкрашенные в цвет пустыни, без знаков отличий, они стояли сейчас возле Разлома, а вокруг были разбиты палатки, и там сновали вооруженные люди.

— Нам запрещают приближаться, — доложил пилот.

— Вот как? Тогда садись там, где можно, а я прогуляюсь.

Гвардеец Доброхотова повернулся.

— Мне кажется, они шутить не будут.

— Ну, это мы и выясним сейчас.

Подняв клубы песка, мой вертолёт сел на каменистую поверхность пустыни.

Я сразу выскочил наружу, и прогулочной походкой пошёл в сторону лагеря, до которого было километра два. Подойдя поближе, у меня перед ногами легла автоматная очередь, весело закружив песок в воздухе. Вот только не на того напали. Я как шёл, так и продолжал идти вперед, конечно же, накинув на себя доспех.

Вторая очередь была еще ближе к моим ногам. Надо сказать, что стрелок у них хороший. Я, на всякий случай, приподнял пустые руки, и так же шёл дальше.

Навстречу выдвинулась тройка здоровенных ребят в имперской штурмовой броне.

— Стоять!

— Что такое, парни? — я решил всё-таки остановиться.

— Ты наш, что ли? — удивился один из здоровяков.

— Смотря, что вы понимаете под словом «наш». Если вы имеете в виду Империю, то наш, то есть ваш.

— Ты нам зубы не заговаривай! Зона закрыта, работают Истребители! Развернулся и свалил отсюда.

— Не, парни, — покачал головой, — это так не работает.

Я повернул свою одну поднятую руку тыльной стороной к ним. Мой голубой перстень ярко засветился на солнце.

— Видите этот перстень? Перед вами Истребитель второго класса барон Галактионов. Я желаю закрыть этот Разлом.

Я кивнул вперёд на чёрное зево Разлома первого ранга.

— В одиночку? — не выдержал один из бойцов.

— А что здесь такого? — улыбнулся я. — Мне вполне это по силам.

— Разговорчики! — ляпнул старший своему удивленному товарищу. — В Разломе сейчас уже работает группа Истребителей.

— Ну работает, пусть работает, — пожал я плечами. — Если вы посмотрите в планшет, то увидите, что этот Разлом на следующий поход забронирован мной — бароном Галактионовым. Ах... да, — хмыкнул я. — Вы же не можете посмотреть в планшет, вы же не Истребители. Но поверьте мне на слово, так оно и есть. Я нахожусь в своём праве.

— А если наши господа закроют этот Разлом? — категорично сказал ведущий боец.

— Если закроют, то хорошо. Развернусь и улечу. А если не закроют, тогда уж извините, моя очередь.

— Подожди секунду, — боец отошёл в сторону, видимо, проконсультировавшись с кем-то по рации. — Подожди возле своего вертолёта.

— И снова вы не правы, — сказал я. — Нет такого правила, чтобы не подпускать Истребителя к Разлому. Внутрь — да! Имеете право, а просто посидеть рядом — нет!

— Есть другое право, — я не видел лицо бойца под шлемом, но прямо жопой чувствовал, что он сейчас злорадно ухмыляется. — Называется «право сильного». Слышал об этом?

— О-о-о, — восторженно протянул я. — «Право сильного», конечно знакомо! И оно мне очень нравится. Ребята, заметьте, я этого не хотел. Но если вы мне воспрепятствуете, то по праву сильного я отправлю вас на тот свет, и пойду посижу в тенечке около ваших автомобилей.

— Пацан, ты сумасшедший? — в голосе бойца было неподдельное удивление.

— Можете проверить, — сказал я и пошёл вперёд.

Рисковал ли я? Только самую малость. Я действительно находился в своём праве. Захотят ли бойцы завалить Истребителя, который пришел работать на благо человечества? Вряд ли. А если вдруг рыпнутся, то это будет весело.

Не знаю, каким образом в них возобладал здравый смысл, но они пропустили меня, и пошли следом за мной, не опуская своего оружия.

— Клёвые машинки, — сказал я. — У меня есть почти такие же.

— Не заливай, — снова подал голос разговорчивый боец. — У тебя не может быть таких машинок.

— Забьёмся? — развернулся я к нему, и протянул руку.

— Эм-м-м... Пожалуй, нет... — оторопел боец.

— Как хочешь. Они там уже два с половиной часа, верно?

— Я так думаю, что ты и сам об этом знаешь. Зачем спрашиваешь? — спросил меня главный.

— Да я так, просто, беседу поддержать, — пожал плечами я. — Ладно, подождём.

Я уселся в тенёк от машины, принял позу лотоса, и закрыл глаза. Шнырька мне показывал изумленное перешептывание народа. Они обсуждали меня, сходились во мнении, что я однозначно псих, но псих безобидный.

Хотя их мнение поменялось, когда один из них достал планшет. Я ошибся. Всё-таки планшет и доступ к базе у них был. И, конечно же, барон Галактионов засветился своей белозубой улыбкой с экрана планшета с фотографии из моего досье. После этого шуточки немного прекратились, и народ немного напрягся, но всё ещё пытался разобраться — какого рожна мне надо.

— Командир! — раздался возглас одного из бойцов. Я за всем этим наблюдал через Шнырьку. — Сюда летят ещё вертолёты!

— Сколько их?

— Двадцать четыре борта. А, нет! Ещё дюжина справа.

— Нихрена себе! Кто такие?

— Без опознавательных знаков.

— Свяжись с ними.

Шнырька навострил уши. Он находился в тени возле самого командира с гарнитурой, и всё передавал мне.

— Внимание, группе «Грач»! Идёт операция международного корпуса! Говорит Абсолют граф Вербицкий. У нас подозрение, что вы укрываете преступника. Требую сложить оружие. В противном случае, вы будете уничтожены!

— Граф, ты совсем охерел?! — ошарашено выдал боец.

Я удовлетворенно хмыкнул. А ничего он, нормальный.

Боец повернулся к своему помощнику.

— Приготовиться к бою! Семён, бегом в Разлом! Скажи её Императорскому Высочеству, что у нас возникли проблемы...

Глава 12

Маски мигом были сброшены, и все бойцы перестали делать вид, что они простые ребята на побегушках у Истов, которые пришли сюда закрыть Разлом. Теперь это была личная гвардия ее Императорского Высочества, цесаревны всея Империя. Шутить уже никто не собирался, и они приготовились уберечь свою госпожу от надвигающихся опасностей.

Казалось, какие есть шансы у Вербицкого против таких бравых ребят? Хоть их здесь тоже было не много, но мне почему-то казалось, что Абсолют знал, куда летит, а значит, стоит ждать подставы.

Вербицкий, хоть и сволочь, но не идиот, чтобы убиться вот так просто. Почему он решил так поступить, мне, конечно же, неизвестно, но это все очень дурно пахнет. Я понимал, что по просьбе Императрицы влез во что-то нехорошее, но зато веселое. Как говорится, дальше посмотрим...

— Не мешайте нам, барон, иначе можете пострадать! Лучше просто спрячьтесь... Ваше Благородие... И дайте нам делать нашу работу, — уже не скрывал своего истинного лица за маской боец, с которым я только-что говорил.

— А я что? Я ничего... — пожал плечами, и отошел в сторону.

Мне нужно было время, и я его получил. Мелкий сейчас проводит полную разведку, чтобы я понял хоть что-нибудь.

Первое — здесь не очень много людей, но все они чрезвычайно сильные — с другой стороны, кто еще может сопровождать цесаревну? Есть еще люди в артефакторных палатках, полностью скрывающие как ауру, так и силу. Артефакты высшей категории, я бы даже сказал. Там может сидеть Маг Вне Категории, а его магический фон даже никто не заметит.

— Куда его деть? В расход? — а вот это уже мне не нравится, и я усмехнулся от комичности ситуации.

На них нападает сильный враг, а они решили врага себе найти в моем лице?

— Нет! — заступился за меня главный, с которым я недавно говорил. — Судя по полученной информации, он не с ними. Если у него есть право стоять возле Разлома, то к нему его и проведите.

Хорошо, что планшет у них все-таки есть, как и доступ к базе.

Значит, в Разломе уже больше трех человек... Понятно.

Суть в том, что я немного подготовился и узнал, что этот Разлом очень старый. Информации о нем очень много, хотя, в то же самое время, очень мало проверенных фактов. Говорят, что там можно найти бесценные артефакты, которые способны творить чудеса.

Сам Разлом — это старый полуразрушенный замок, в котором живут разные монстры и, судя по описаниям других Истов, этот замок нехилых размеров со столицу, никак не меньше императорского.

Так что можно сказать, что это город, переделанный под замок. Оттого и высокий шанс найти интересные артефакты. Но сложить там голову — шанс еще выше. Его не смогли закрыть, и на это есть свои причины, а именно — уровень сложности. За все время в этом Разломе погибло много высокоуровневых Истов, даже один Абсолют. Больше желающих не было. И очень сомневаюсь что Вербицкий мчится сейчас сюда, чтобы его закрыть.

Стрельба началась аккурат тогда, когда меня оставили возле входа в Разлом под присмотром тройки гвардейцев.

— Не советую глупить, — сразу сказал мне один из них.

— Да не вопрос, я вообще в Разлом пришел, — не видел причины для конфликта.

— В Разлом? — хмыкнул один из гвардейцев. — Ну ясно, в него можно.

Такие юмористы, что я, прям, не могу. До последнего будут «дурачков» включать, чтобы защитить свою любимую госпожу, даже информацию о её местоположении. Сейчас внутри «гонец» — любопытно, он справится? Лучше бы я сам пошел, но боюсь, что мирно меня туда не пропустят, а причинять им вред я не хотел. Да и интересно, если честно, как тут дела будут дальше развиваться.

Шнырька закончил разведку, и показал мне, что поменялось в лагере за считанные минуты. Гвардейцы серьезно подошли к защите императорской дочки, вот только их маловато для противостояния с Вербицким — я это просто чувствовал.

Цесаревна решила не палиться, и взяла самый минимум, да и уникальной техники почти нет. Да, техника у них была серьезная, но что такое железо? По мне лучше пару верных товарищей. Никогда не понимал, почему дети влиятельных родителей так глупо любят собой рисковать.

Как, например, на одном балу в Индуивальгирском замке, на приеме у Шестирукого Мечника, а именно так называли местного короля. Тогда его сын решил, что в один момент превзошел своего отца, и бросил мне вызов на дуэль. Малый оказался жадным, он не захотел поделиться одной симпатичной девушкой, которая оказывала мне знаки внимания, и предполагалось, что проведет эту ночь со мной. Отец его тогда отошел на срочную дегустацию вина в свои погреба. Была там такая традиция, когда вино выбирал лично король для своих дорогих гостей. Тогда тот молодой болван и решил, что сможет одолеть Охотника. На самом деле, таких историй у меня десятки, и все они заканчивались показательной поркой с помощью меча и без, но с обязательным указанием места, вызвавшего меня после всего. Эх... были времена!

Ба-бах!!!

То, что первым же залпом сбили две птички Вербицкого, это ожидаемо. Сразу видно, что играть с ними в игры никто не собирается, и плевать им на то, кто перед тобой.

— Это не есть хорошо... — выдал гвардеец напарнику после того, как что-то услышал по гарнитуре в ухе.

— Граф сошел с ума? — ведь реально интересно.

А в штаб-палатку Шнырька, увы, проникнуть не мог. Всё приведено в боевую готовность. Она прикрыта сейчас, как императорский дворец. Явно не мелочилась императорская дочь, когда собиралась в поход.

Сейчас самый удачный момент, чтобы Вербицкий что-то предпринял, ведь и дураку понятно, что если он быстро не подавит сопротивление обороняющихся гвардейцев, то потери с его стороны будут большие. И судя по лицам гвардейцев, Абсолют прекрасно знал, кто сейчас находится в этом Разломе и, скорее всего, она была его целью.

Что же ты парень сдал назад.

В лагере заревело пламя, которое приняли на себя штатные барьеры. Я хотел было отвесить шутку, но не стал. Что-то мне не нравится, как быстро эти самые щиты просаживаются. Не прошло и пары минут, как щиты упали, и раздались первые взрывы. Впрочем, гвардия не стеснялась отвечать, и это было красиво. Падающие птички летели вниз огненными болидами, и красиво взрывались.

Надеюсь, хоть мой помощник не решит меня вытаскивать, а тем более взлетать, и уже свалил куда подальше. Я даже набрать его не могу, так как сразу по голове дадут. Я же для них тогда стану подозрительным, а такого проще завалить, чем потом разбираться.

— Ты точно тут случайно? — прищурился мой надзиратель.

— Барон Александр Галактионов, командующий второго отряда в Имперской экспедиции, которую ведет Князь Сергей Долгоруков. Кстати, Ист второго класса.

— Впечатляет, — кивнул мне гвардеец, который явно разбирался рангах. — В таком юном возрасте — это достижение. У меня тоже сын был Истом, да погиб. Нелегкое это дело.

Дальше продолжить наш разговор нам не дали. Все больше и больше взрывов взметало песок вокруг нас, один из «недобуревестников», что поднялся в воздух, закрутился и сразу рухнул на землю. Мне стало понятно, что сбить всю авиацию на подлете не получится. Нападавшие похоже, не только консервативным оружием работают.

Конечно Абсолют пустил вперед все старье, которое не жалко, и оно явно было посредственного качества, хоть и окрашено в цвета имперских боевых ястребов, дабы ввести в заблуждение. На них были потрачены магические снаряды из артустановок гвардейцев, залпы стали реже, ощущалась явная нехватка боезапаса. Ну, я понимаю. Никто не рассчитывал вести локальную войнушку против сил противника, превосходящих их в раз.

Маги работали по полной, но и на приближающихся бортах тоже были сильные Одаренные.

Штаб перестал существовать очень странным образом. В него прилетело десятка два ракет, которые он выдержал, а вот внезапный метеорит — нет.

— Ублюдки... — зарычал гвардеец, стоявший рядом. — Теперь не будет нам подмоги...

— Они что, не успели сообщить?

— Помехи...

Гвардейцы пребывали в таком сильном шоке от увиденного, а там, вероятно, были их друзья, что не заметили, как я уже вовсю вытягиваю из них нужную мне информацию.

Эпицентр производит помехи, вот почему вызвать подмогу нелегко, а еще на вертушке точно стоял блокиратор связи. Авиация сейчас, практически, замкнула нас в полукольцо, и уже высаживает десант. Оставшиеся три десятка против пяти сотен? Есть шансы? Всегда есть, но тут... Даже не знаю. Правда, это все я прикинул на глаз.

Если этот лагерь еще полчаса назад был один из самых безопасных мест во всем Эпицентре, то это быстро изменилось. Теперь повсюду грохотала техника и заклинания Одаренных.

Гвардейцам стоит отдать должное, они сражались просто выше всяких похвал, и могли бы победить, несмотря на явное неравенство сил — всё-таки ребята оказались мощными. Но все оказалось не так просто.

Те вертушки, что обнаружили первыми — было не все, что приволок Вербицкий. Когда гвардию связали боем, то неподалёку появились боевые машины, кажется там даже тяжелые танки есть! Как их сюда так быстро переправили? Неужели, портал поставили? Я вот не понимаю, насколько нужно быть идиотом, чтобы напасть на личную охрану дочери Императора?

С другой стороны... Она явно действовала скрытно, и самых сильных своих мастеров оставила дома, дабы не привлекать к себе лишнее внимание. За людьми, которые могут стереть целые поселения одним взмахом руки, следят все. И их передвижение многое говорит о целях человека, которому они служат.

Шнырька мне показал, как имперский гвардеец одним взмахом своей руки выпустил сотню мелких энергетических шариков, которые сами по себе стали искать цели, и впиваться в доспехи врагов. Они даже не заметили, как их доспех падал, и затем их убивали обычным огнестрелом. Человек этот был силен, и это не осталось незамеченным. Теперь сражается сразу против пятерых сильных противников в черных одеждах. Кто бы мог подумать, но и здесь есть след Распутина. Будет что потом рассказать Доброхотову.

Мои надсмотрщики куда-то испарились, а я даже не обратил внимание, как остался сам. Теперь выходит, у меня полная свобода действий? Достал телефон, и сам убедился, что связь глушат.

Весело, блин... А ведь есть кому позвонить… Если Вербицкий изменник, то я мог бы уже сейчас своих отправить на штурм его имения или имущество отжать.

Не судьба...

Зато можно повеселиться, мне тут Шнырька показывает гостей, которые сейчас направляются ко мне.

Что это за универсальные солдаты такие, я не понял. Они явно местные, судя по смуглым лицам, а еще явно были опытными бойцами. В одной руке они держат огнестрельное оружие неизвестной мне марки, а в другой кривые сабли, которыми планируют порубить гвардейцев. Заходят со стороны Разлома, откуда никто не ожидал нападения. За ними шла еще одна группа, и она страховала первую. Вот первую я решил сам встретить, а на вторую призвал шестерку песчаных иглобрюхих змей. Их фишка в том, что зубы есть не только в пасти, но и между чешуек на животике. Они любят обвить свою жертву, и разом всадить в нее все свои клыки, в которых находится сильный яд.

Первую группу перехватить не составляло проблем. Они двигались уверенно и, практически, не смотрели по сторонам, а если бы и смотрели, то я просто для них был обычным камнем.

Камень, который в нужный момент взял и напал на них. Тело под усилением было легким, как перышко, и моя Аквила за первые секунды боя смогла пробить три доспеха, убив их владельцев. Остальных два нападающих не успели даже понять, что напарников убили, как тоже были зарублены. Вот вам и слабый Дар иллюзий.

Будь у меня артефактный огнестрел, я бы их даже не подпустил так близко. Но огнестрельное оружие мне не нравится, к холодному я больше привык, и ощущаю с ним больше уверенности, хотя и не пренебрегаю тренировками с другими видами воружения. Путь Охотника — это познавать себя и свое тело, а также всевозможные виды оружия, чтобы, как минимум, знать, как им противостоять.

Разобравшись с этой группой, я посмотрел, как обстоят дела в лагере. Тот еще держится, хотя лагеря, как такового, уже не существует. Там столько техник бушевало, что его сразу уничтожили.

Гвардия цесаревны была хорошо обучена, их лица излучали — уверенность в себе, боль от многочисленных ран, и абсолютную твердость стоять до самого конца. А то, что конец скоро наступит, это реально. Слишком хорошо подготовился Вербицкий. Да и вообще думаю, что он там не главная скрипка, а так... Он хоть понимает, что натворил? Ему же теперь из Империи придется бежать. С другой стороны, для самой Империи это конкретный удар. Потерять своего Абсолюта… это сильно.

Ну, ничего... Глыбу вылечим, и он сможет вернуться в строй назло врагам.

Другая группа тоже умерла быстро, и там даже не о чем говорить. Змеи атаковали их в тот момент, когда те максимально не ожидали атаки. Такие песчанки обожают прятаться в песок и атаковать тогда, когда добыча проходит мимо. А длина их броска может достигать пяти метров, в зависимости от силы и возраста змеи. Кстати, дальше всех прыгают все же молодые. Несмотря на то, что силы у них мало, но прыжки могут стать серьезной проблемой.

Двух подранков добила Кара, которая кружила на безопасном расстоянии от происходящего здесь Армагеддона, и выбивала отставших или раненых врагов, одного за другим. Я присматривал за ней через Шнырькой, и не позволял рисковать.

Затем я вернулся к Разлому, и стал его охранять. Я все жду, когда выйдет из него цесаревна, и я смогу увести ее отсюда. Но так ли это будет, я не знаю. Шнырька не может пролезть в Разлом, ему не хватает энергии, чтобы продавить его защиту. А мне давать ему лишнюю сейчас не хочется, ведь кто знает, сколько мне самому понадобиться сил. Я и без того сижу и глотаю желейки, за себя и за того парня... а еще за мою вулканическую девочку.

С каждой минутой гвардейцев становилось все меньше, и хотя каждый из них мог забрать до двадцати врагов с собой, тех все равно было слишком много, и заканчиваться они не собираются. Если бы только появилась возможность подать Сергею знак, он бы пригнал сюда свою армию. Немного подумав, я дал Шнырьке свой телефон, и скомандовал отдалится от этого места подальше, чтобы отправить Долгорукому сообщение.

Через минут пять он вернулся, и огорченно развел лапками.

— Ш-ш-ш-ш-шабаки! Ш-ш-шлош-ш-шна! — выругался Шнырька.

Значит, у них довольно сильная глушилка. Сколько же они готовились к этой операции? Знать бы еще, какая у них цель — захватить или убить? В какой-то момент, кстати, и меня заметили. Ко мне стали двигаться с основного направления атаки сразу шесть человек в темных одеждах. Выглядели они помятыми, но сабли держали уверенно.

— Вы уверены, что хотите этого? — на всякий случай спросил я у них, когда они подошли совсем близко.

Ответом мне была техника быстрого перемещения, и удар в шею, который должен был ее разрубить. Ладно, решили не медлить... Уважаю!

Вот только я, играючись, увернулся от него, а затем нанес свой удар в район живот. Глаза нападавшего расширились, и он отскочил в сторону.

— Думаешь, ты самый быстрый парень на деревне? Зря...

Я не смог его убить, у него довольно сильный доспех, который под завязку был напитан силой. Явно непривычно ему получать удары. Всегда полагается на свою скорость, а тут такой конфуз, что он меня даже не заметил. Кажется, он был главным в этой шестерке, так как они пошли прикрывать вожака, и теперь я махался сразу против шестерых.

Ах... Как же это прекрасно! На лице засияла довольная улыбка, даже несмотря на то, что битва еще не закончилась. Мне было весело, я ведь не испытывал трудностей. Всего лишь одна ошибка может привести к фатальному концу, но я ведь никогда не допускаю ошибок, а значит, живем!

Во время боя я успевал комментировать свои действия, оценивая словами то, что они делали. Вот, к примеру, самый младший из них слишком много кидает понтов, как по мне. Зачем все эти лишние движения меча, которые ничего не дают? Зачем выпендриваться? Отвлечь внимание? Ну, может и сработает с новичком, но опытный боец знает, как следить за схваткой, чтобы не вестись на лишние выпады.

Очень скоро они поняли, что напоролись на кого-то сильного, а ведь не должны были. Их разведка, как я уже думаю, сообщила, что у Разлома никого нет из действительно сильных Одарённых, и нужно блокировать само месте перехода.

— Скучные вы... Пожалуй, пора с вами заканчивать, — горестно вздохнул, и стал сразу серьезным. Собственно, как раз я не выпендривался. Как и в случае с Катей, я проверял свое тело в схватке с сильным противником. Всё работало, как часы! Значит, пора закругляться.

Мои удары стали сильнее и четче. Первым не повезло молодому, я решил показать ему, что такое отвлечение внимания, и нанес семь быстрых выпадов с подкручиванием. Он отбил их все, даже не понимая, что повел себя ровно так, как я и хотел. Можно подумать, что отвлекающие удары не должны достигать противника, но это не так. Все они были специально нанесены в нужные места, и теперь он не боец. Затем я усилил свои удары ровно настолько, чтобы не сломать его клинок и блок. Твердые блоки у него вышли, и теперь он отошел, держась за поврежденную кисть.

Охотники по этой причине не любили щиты, ведь именно на него принимаются удары, которые, в любом случае, нанесут урон. Смысл прямого блокирования удара Мраморного Голема, что весит десятки тонн? От тебя же только мокрое пятно останется.

Блок только «мягкий»! Когда ты, по сути, отклоняешься, сбиваешь удар противника с его траектории. Энергия удара гасится из-за того, что он проходит мимо цели, а ты, отразив атаку, можешь переходить в наступление. Открытой рукой или предплечьем ты сбиваешь в сторону удар, который не можешь отразить встречным ударом, — это и есть правильное движение для мягкого блока. Мягкий блок для верности сочетаешь с уклонением или уходом. И вот ты уже стоишь за спиной у врага, и меч входит в его спину.

Именно так оставшиеся пятеро прожили меньше минуты, а вот самый молодой оказался «смелым»… и сбежал. Я отпустил его, так как не видел причин добивать. У него было столько ужаса и страха в глазах, что я понял, что он уже не боец. А бегать за ним по пустыне? Нет уж, извольте, пусть Кара им займется.

Из плохих новостей, это гвардейцы. Их почти не осталось.

Все, что здесь сейчас происходило, я внимательно запоминаю, и потом расскажу Хрулеву и другим заинтересованным и влиятельным лицам. Вся эта операция не могла бы быть осуществлена без предательства и осведомителя в самых верхах Империи.

Отряды врага заранее знали, против кого будут сражаться.

Да, к чёрту! Они знали особенности всех гвардейцев поименно! Я видел «странные» случаи, где явно организованная группа нападавших целенаправленно связывала боем конкретного гвардейца.

Если сильный Одаренный из окружения цесаревны владел огнем, то против него посылали сразу пятерку не менее сильных противников, которые оперировали водой или льдом, а также ветром. Самое паршивое, что я просто не могу всем помочь, ведь эта битва изначально была проигранной. Шнырька насчитал еще более шести сотен живых врагов. Я просто не смогу всех убить, учитывая их силу. А еще есть авиация, вот с ней я, в отличии от танков, пожалуй, могу разобраться... с помощью своих долбодятлов с бронированными клювиками.

Призвал сразу сотню таковых, и указал на цели, которые уже смело подлетали к нам, контролируя прилегающую местность. Дятлы были смелыми парнями, и сразу разобрали себе цели, после чего пошли на таран. Когда в твое лобовое стекло влетает маленькая птичка, это совсем не страшно. Но когда она его пробивает, и начинает метаться внутри кабины пытаясь пробить твой череп — то уже начинает нервировать. А если таких дятлов сразу пятерка? Вот они и стали своими маленькими группками ронять железных птичек.

Наверное, именно этот мой маневр и вынудил врага действовать быстрее. Ведь когда твою авиацию уничтожает неведомая сила, это уже первый звоночек к тому, что нужно поторопиться. На поле боя появились новые действующие лица. Нас решил посетить второй по силе Абсолют Империи, граф Игорь Вербицкий, собственной персоной...

Глава 13

Он сильно изменился за то время, что я его не видел. На нем не было больше одежды и брони Центра Истов. Вместо них он напялил на себя полностью артефактную броню фиолетового цвета, от которой разило дороговизной, и стоило она... даже не знаю, сколько. На груди красовалась морда дракона, которую нанесли магическими красками. Могу предположить, что такой доспех выйдет в районе пятидесяти или ста миллионов, и вот раньше он точно не мог позволить себе такую дорогую игрушку. Несмотря на то, что он зарабатывал неплохо. Кто же тебе её купил? Не верю, что у Распутина хватило денег.

Со вступлением в битву Вербицкого и его личного отряда дела у гвардейцев пошли совсем плохо, они стали гибнуть, один за одним. А Абсолют ходил и добивал раненых. Такое его поведение меня здорово взбесило, ведь они были, как бы, своими. Сколько удивления на их лицах он встречал, когда они узнавали, против кого теперь им нужно сражаться. Полагаю, до последнего не верили, что это говорил с ними Вербицкий. То, что всех убили, это плохо, потому как следующий я... Обо мне они еще не знают, ведь я пока скрыт мороком из иллюзий.

Вот только что мне делать? Я реально не могу ему позволить забрать цесаревну Ольгу... Гидра? Не потяну... Могу вообще спалить себя, да и гидра, скорее всего, освободится от моего контроля, и тогда будет представлять опасность уже для Ольги.

Ладно... Пока он там ходил, пожалуй, уравняю наши шансы, а то, чего это он решил, что прогулка у него будет легкой?

— Вы всех убили? Никто не ушел? — холодно спросил Вербицкий у своего напарника.

Кстати, да... Вся его основная группа была с ним. Продался он не один.

— Всех! — получил он ответ от девушки, хотя и спрашивал у мужчины. — Я проконтролировала этот процесс.

На последних словах ее глаза зажглись зеленым светом.

— Ш-ш-ш-ш-ш-шука!!! — завопил мне на ухо Шнырька, который все это показывал.

Вот именно... Она самая... Она та самая, по вине которой я не могу нормально помочь гвардейцам.

Взор Арихирии, так назывался этот Дар в моем прошлом мире. А в этом как, даже не знаю. Очень редкий Дар, который позволяет преобразовывать внутреннюю энергию непосредственно через глаза, в прямом смысле этого слова, взглядом творя невероятные вещи. Она может создавать энергетические шары на очень тонком уровне, которые не видно невооруженным взглядом, и через них наблюдать за обстановкой.

Вот только, почему я не заметил не одного такого шара? А должен был. Самое паршивое в этом ее Даре, что она может ими управлять, поднимая на разную высоту или цепляя их на людей. Слежка — это лишь цветочки, она еще может записывать все увиденное на специальный артефакт.

— Мелкий, дуй туда, и будь готов принести мне ее сумку.

— Ш-ш-ш-шделаю! — ответственно кивнул он мне, и пропал.

Она не зря носила заплечную сумку, в которой находились запоминающие кристаллы. Тоже дорогая штука, и на них должно быть записано все, что она видела. Если она не особо опытна, то они будут без защиты, и я смогу их просмотреть.

Выходит, ее убрать мне нужно первой. А значит, Вербицкому пока повезло... В который раз. Как уже говорил, я через такие вот Дары и опасаюсь действовать всерьез, если не уверен, что убью всех, и никто не выживет. Хотя и сдерживал себя, но она может меня сдать с потрохами, если шары записали, как я призываю песчанок, да и не только их...

Сейчас на позицию врагов с юга заходит целая стая желтых шакалов, у которых приказ разодрать Вербицкого. Поскольку мы находимся в Эпицентре, много вопросов такая стая не вызовет. Но и вреда она тоже не принесет, впрочем... Не они одни туда выдвинулись.

Быстро концентрируюсь, и отдаю мысленный приказ одному существу о смене цели. Слышу от него отклик, что он все понял, и теперь остается только наблюдать за тем, как все пройдет.

— Вика, ты точно уверена, что все мертвы? — не унимался с расспросами Вербицкий, который бродил по сгоревшему лагерю и проверял трупы. — Я уверен, что это был Галактионов. Я не вижу его трупа... Он мне нужен... Я сам хочу убить его!

На словах «он мне нужен» я чуть не всплакнул, это был трогательный момент.

— Игорь, я все проверила два раза. Его нигде нет, как впрочем, и трупа.

— Трупа?! Он же не мог сбежать в Разлом? Ты же его контролировала?

А откуда они это знают? Вопрос интересный.

— Нет! — покачала она головой. — В Разлом больше никто не входил.

— Тогда где он? Не мог же он испариться? Вся эта местность окружена.

Как же ты, дружочек, психуешь, и какой ты смелый, когда тебя окружает маленькая армия, вооруженная до зубов.

— Может он где-то здесь спрятался? — предположила она.

Сучка... Вот кто тебя за язык тянул.

В глазах Вербицкого зажглось понимание.

— НУ ЧТО, ТЫ ДОВОЛЕН?! — стал орать он, кружась на одном месте, не зная, где я могу быть. — Ты СНОВА ВЛЕЗ НЕ В СВОИ ДЕЛА! НО ТЕПЕРЬ ЭТО ПОСЛЕДНИЙ РАЗ, КОГДА ТЫ СОПЛЯК МНЕ МЕШАЕШЬ! ВЫХОДИ И СРАЗИСЬ СО МНОЙ, КАК МУЖЧИНА! ОБЕЩАЮ ТЕБЕ, МОИ ЛЮДИ ТЕБЯ НЕ ТРОНУТ!

Ты дятел? Хотелось выйти, чтобы задать ему этот вопрос. Он говорит мне это, а жестом рук показывает своим людям, что как только увидят меня, сразу убить. Я притворялся камешком дальше, и даже не думал выходить.

Хочу посмотреть, что будет, когда сюда прибудет остальная армия цесаревны. На такие случаи есть свои протоколы, когда отряд не выходит на связь больше получаса.

— Найди его... Найди, чего бы тебе это не стоило! Если нужно, используй всю свою силу!! — обернулся он с искореженным от злобной гримасы лицом к девушке.

— Сделаю...Даже, если мне придется провалиться под землю, я найду его! — кивнула она серьезно ему, и вдруг пропала.

Ну, фактически она провалилась. Червь-пожиратель как раз дополз до нее, и внезапно выпрыгнув из земли, проглотил девушку и еще шестерых ближайших к ней людей, которые были ее охраной.

— Ви-и-и-и-и-ика!!! — заорал Вербицкий, и бросился туда. Вот только... они уже под землей.

Он хотел было спрыгнуть вниз, в воронку, но, к сожалению, вовремя остановился. Глубина там была нехилой, а червь уже далеко отсюда.

Пожиратель — это зверюшка с моего прошлого мира. Она имеет ужасно слабую мягкую кожи, то есть, фактически, без брони, ее может убить любой мастер несколькими ударами. Их опасность заключается в том, что под землей они передвигаются, практически, бесшумно, и не выдают себя ничем. Мощная глотка вся усеяна до тысячи рядов крупных зубов, не оставляя своим жертвам даже шанса на спасение. Что примечательно, внутри они укреплены сильнее, чем снаружи. Наверное, чтобы добыча не сбежала.

— Сош—ш-ш-шрали ш-ш-ш-ш-шуку!!! — выдал вердикт довольный Шнырька.

Не понравилась она ему. Он видел в ней конкурентку по разведке. По правде говоря, у нее сейчас было больше возможностей, чем у мелкого. Он еще не развился, как надо.

Вербицкий еще долго что-то орал, и при этом раздавал команды. Троих человек он толкнул на эмоциях в воронку, заорав, чтобы они ее вернули. Явно она не простая его напарница ... А еще я прочитал, что там был записан совершенно другой Дар. Темной лошадкой она была, однако.

Из минусов этой операции — Шнырька не успел забрать сумку с кристаллами, и они попали прямо под зубы червяка. Ну, хоть так...

Все это время я не сидел без дела, соображая, пора ли мне в Разлом, или немного подождать, учитывая, сколько тут людей собралось. Пробраться внутрь легко, но вот как потом выбраться наружу? Еще и с цесаревной?

Пока я решался, Вербицкий выдвинулся сам, без своих людей, к Разлому. Тут уже я понял, что не могу просто так уйти. Его лицо выражало боль и злобу от потери близкой подруги, но он не забыл о своем главном задании.

— Точно он сделал... Убью... Убью... Галактионов... — шептал он себе под нос.

— Ага, я! — не сдержался, и вышел из укрытия. — Искал меня?

Вместо ответа я получил сферу из темной материи, которой он тут же запустил в меня.

Пришлось увернуться. Сколько же он силы туда запихнул.

— Ты забрал ее... Ты... забрал их...

— Их? — даже не стал нападать на него, а решил узнать, кого это их.

— ИХ!!! — заорал он на меня, и долбанул волной темной энергии в мою сторону.

Вот тут уже быстро увернуться не получилось. Пришлось напитать довольно жестко свою Аквилу, и разрубить его волну своей силой. По доспехам прошлись остатки, которые зацепили меня лишь краем, и я мог оценить, почему его Дар считается одним из сильнейших в Империи и этом мире.

Ах, вот оно что! Только хотел ему что-то сказать, как заметил, что он снял шлем, и теперь смотрит на меня, как собачка на ветеринара, который забрал ее бубенчики. На еще совсем недавно густой шевелюре теперь находился гладкий островок. Точно... Пепельный голубь.

Ну, что я мог ему сказать? Ничего не мог... Я ржал. Шнырька ржал вместе со мной из тени.

Вербицкий не оценил моего смеха, и мы впервые с ним сцепились в настоящей битве. Он использовал свою энергию по полной, а я свою. Силен он, ничего не скажешь, только опыта маловато... Как такого идиота еще не убили в Разломах?

От каждого нашего удара, казалось, дрожала земля.

— Как? Ты же простой слабак, возомнивший себя...

— Ага! — не дал ему договорить, и почти достал до его глаза кончиком своего клинка. — Криворукое ты создание, мамкин Абсолют!

Если бы не доспех, в котором тьма энергии, я бы его достал. А так мало влил силы, и клинок не достиг своей цели. С этого момента он стал еще серьезнее, и что примечательно, к нам вообще никто не спешил подходить. Хотя издалека и готовились люди, чтобы нанести свой удар по мне, когда у них появится такая возможность. Дважды Шнырька забирал из магазинов снайперов патроны, чтобы я не получил артефактную пулю между лопаток, три раза граната летела не в ту сторону, куда должна была, а один раз сильный Одарённый, выцеливающий меня хитроумным заклинанием, заорал, когда у него в трусах оказался раскаленный уголек из тлеющего пожарища. И они там только о какой-то чертовщине бормотали.

— Скажи-ка мне, Игорёк... За сколько и кому ты продался? — раз не могу его убить, то хоть узнаю интересующую меня информацию.

Даже специально сделал вид, что ослаб. Пусть подумает, что сейчас расскажет мне все, а потом добьет.

— Ты... Грязь... Ты даже не имеешь права свой рот открывать в моем присутствии!

Абсолют стал усиливать свой напор, а говорить не захотел. Скверный у него характер. Считает себя выше остальных, и даже пафосную речь не хочет толкнуть. Не люблю таких людей... Блин, с ними скучно.

Эти все мои мысли никоим образом не мешали мне сражаться с Абсолютом, отбивая его атаки. Аквила буквально ревела от напряжения, и просила у меня еще больше энергии. А у меня ее и так уже немного осталось.

Каре я строго настрого запретил приближаться, не хватало еще за ней присматривать!

А еще я не могу врубиться, что у него за доспех. Он его сделал в раза два сильнее. К такому жизнь меня точно не готовила. Впрочем, свою порцию унижений от царапин на доспехе он получал все чаще от меня.

— Ты не можешь... быть настолько сильным... — снова начал он старую песенку. — Кто ты?!

— Плохи твои дела, раз ты забыл того, кто тебе нарисовал на лбу хрен с крылышками.

Конечно, он не мог забыть того, кого не знал, но вдруг я его больше не увижу, а он даже не узнает, кто это делал, вот и решил сказать.

— Значит, я был прав! — я ожидал агрессию, а он лишь облегченно выдохнул. — Догадывался, что это ты, но доказать не мог.

А вот это было близко... Он стал еще быстрее и сильнее. Много энергии вливает, да и свою ауру уже выпустил по полной. Пришлось мне повторить маневр с аурой.

Прошло минут десять, а мы все машем мечами. Я просто напросто не могу его пробить. А он не может меня задеть. От сильных ударов ухожу, слабые принимаю на клинок. Битва до изнеможения, пока кто-то из нас не выдохнется первым. Если бы не все эти зрители. Как бы я мог с ним повеселиться.

— У меня запас больше... Но тебе повезло, — снова открыл он рот. — Интеграция с броней забрала большую часть моих сил. Так бы я тебя...

— Ага! — кивнул я ему, и влепил кулаком под дых. Да с такой силой, что аж кости на руке затрещали.

Вербицкого откинуло метров на пять, именно в то место, где уже сидели в засаде мои кроты-убийцы.

Увы, но они не смогли прокусить его доспех.

— Ты снова мешаешь... Как же ты мешаешь... Я должен был потратить это все на нее... А придется на тебя... Мной снова будут недовольны...

Ах, вот оно что! Его доспех стал еще плотнее. Он напитал его таким количеством силы, что его сейчас может увидеть даже не Одаренный в любой момент, а не только во время получения урона. А я все думал, почему так... Оказывается, он под броней имеет артефакты, которые использует постоянно.

Ладно... Я уже устал от него.

Он готовится к завершающему удару, и напитывает самого себя. Тогда и я это сделаю. Да простят меня братья Охотники, если узнают о том, что я покажу одну секретную технику Охотников какому-то Вербицкому.

Вербицкий рванул на меня, без лишних слов и приглашений. Я же стоял и делал вид, что еще не готов. А в момент, когда лезвие его клинка уже должно было коснуться моего доспеха, а затем и плоти, я плавно ушел в сторону, и нанес свой удар Аквилой, которую только что напитал в душой императорского богомола. Несмотря на все старания, у меня была невыгодная позиция для удара, и я выбрал тот, в котором уверен. Рубящий удар опустился на две его кисти, что сейчас сжимают его меч. Без рук он сильно не навоюет. Так думал я, но он в первый раз удивил меня. Заметил удар, и что я хочу сделать, тоже понял. Увернуться или убрать руки не успевал, но выход быстро нашел. Не ожидал я, что он сможет пойти на такую жертву. В последний момент он направил свою левую руку навстречу моему клинку, выставив вперед безымянный палец, на котором был перстень.

Его план был прост для меня. Сбить всю инерцию и силу удара своим артефактом, и сохранить конечности. Будь я более зеленым, у него все вышло бы. А так... Я сделал то, что мне показалось в такой ситуации самым уместным. Слегка наклонил лезвие, и оно пошло по касательной. Безымянный палец и мизинец графа упали на желтый песок. Я забрал не две руки, а всего два пальца, но даже так я удивлен, что он успел воспользоваться той секундой, когда меч столкнулся с печаткой, и убрал руки. У него был хороший момент, чтобы нанести мне ответный удар, который я планировал принять на доспех, уже заранее представляя сколько энергии мне на это придется потратить. Вместо этого он отпрыгнул, и глаза его налились кровью.

— Шавка... Повезло... Убью...

Все пространство за его спиной окрасилось в черный цвет. Он применил свой сильнейший навык, и я понял, что это, когда не смог двигаться. Гравитация, мать его...

А затем он дотронулся до второго кольца на пальце, и в его руке появилось копье.

Понятно... Пространственный артефакт, дорогая шутка.

— Умрешь ты... Умрет она там... — прошипел он, и запустил в меня свое копье.

Я понимал, что он хочет сделать, но я не понимал, откуда у него такая вещь. Копье было напитано очень древней и сильной энергией. А еще чуждой для этих Разломов. Оно должно было убить меня, пройти дальше, попасть в Разлом и закрыть его.

Когда только он замахнулся, я быстро обратился в свое сосредоточение душ, и здорово зачерпнул оттуда энергии, чем обеспечил себе в будущем нехреновый такой откат. А дальше копье отправляется в полет, и я жду до самого последнего момента, чтобы оно приблизится ко мне, и только тогда проваливаюсь в тень.

Следующим прыжком залетаю в портал сразу за Карой, которая тоже подгадала момент, прорвавшись сквозь ряды противников, выпуская почти всю свою энергию, что у меня есть, чтобы поставить барьер, который не даст артефакту полностью порвать связь между двумя мирами. «Надорвать» — да! И, по идее, успокоить урода!

Вздохнуть нормальным воздухом у меня получилось уже на той стороне, и только успел заметить, что над моей головой захлопывается Разлом. Не получилось?! Зараза...

Международная гостиница «Африка»

Собственность Африканского Центра Истребителей Монстров

Княжича Сергея Долгорукова подняли с кровати около полуночи.

— Беда, Ваше Сиятельство! — без вступления сказал его верный начальник охраны. — Катастрофа в Разломе, куда пошла группа графа Вербицкого.

— Вербицкого?!! Что там такое? — Сергей быстро, по военному, оделся, и автоматически взял в руки чашку горячего кофе, что принес ему гвардеец.

Честно говоря, он почти не спал последние трое суток. Сначала они закрывали Разломы, затем снова закрывали Разломы... и снова.

Сергея несколько коробило отношение Галактионова, которого он считал если не другом, то хорошим приятелем. Его отец симпатизировал этому барону, а Мария... С сестренкой нужно будет поговорить ОЧЕНЬ серьезно!

Именно Маша передала слова Александра о том, что у того всё под контролем, и он уверен в успехе. Это хорошо, что ОН уверен! А вот Сергей, за долгие годы службы понимал, что опыт часто был главным. А сколько опыта у юного барона? Везенья — валом, но будет ли этого достаточно?

— Да, Абсолют... Он... — гвардеец замялся, подбирая слова.

Сергей не выдержал, и рявкнул.

— Да говори уже прямо!

— Похоже, Абсолют Вербицкий подставил свою группу!

— Что?!!

— Выжившие рапортуют, что Вербицкий, под видом прокачки, предварительно заверив, что все монстры зачищены, завел в Разлом 124 Истребителя, но покинул их в момент нападения тварей, в том числе убив некоторых из них лично.

— Это... правда?! — Сергей не поверил своим ушам.

— Видео прислали те, кто смог выбраться из Разлома, можете посмотреть сами.

— Сколько?! — выдохнул княжич.

— Сто два человека не вышли из Разлома...

— Пошли! — Сергей выбежал из номера, а затем побежал в комнату, оборудованную под штаб.

На пути ему попался один из Истребителей. Он его помнил смутно, вроде он был один из вольных.

— Ваша Светлость! Мне нужно с вами поговорить!

— Это срочно? — скривился полковник.

— Да, у меня информация о Вербицком!

Сергей резко затормозил, и в мгновение ока оказался возле Истребителя.

— Говори!

— Князь Вербицкий передает вам привет, — с мерзкой ухмылкой сказал Ист, и острое лезвие ножа, лезвие которого истекало странным мутным туманом, метнулось в грудь молодого Долгорукова.

Глава 14

Давно я не был таким злым. Да, я пытался успокоить себя тем, что ситуация была непредсказуемой. Самое главное, что жив остался. Но, блин... Охотник всегда должен опережать своего врага на несколько шагов вперед, иначе он мёртвый Охотник. Недооценил я Вербицкого, ох, как недооценил! Чего-чего, а именно предательства я от него не ожидал. В своё оправдание могу сказать, что не общался с ним слишком долго, чтобы прочувствовать его душу. Но зачем сейчас об этом говорить.

Первое, что я сделал — это остановился, сожрал стратегический запас желеек, и влил силы в Карамельку, поглаживая её по голове, и шепча ей на ухо слова благодарности. Верная подруга прикрыла мою спину сегодня.

— Никогда, слышишь... никогда, — прошептал я ей на ухо, — не говори тех глупостей, что ты сказала мне сегодня. «Уходи, я прикрою?» Серьезно? Мы выберемся! Из любой ситуации выберемся. Ты ещё слишком мало знаешь меня.

— Ш-ш-ш-андр прав, слуш-ш-шай Ш-ш-шандра! — рядом образовался Шнырька, который тоже выглядел уставшим.

Мой энергетический канал со Шнарком действовал нон-стоп в любое время дня и суток, так что он подпитывался автоматически.

«Хорошо», — даже в мысленной фразе я услышал, как пантера устала.

По-хорошему, ей бы нужно остаться здесь и отлежаться, но местные твари могут быть против. Вон, похоже, тот самый Семён сейчас держится за свой распоротый живот. Тварь, напавшую на него, он завалил, но свое основное задание не выполнил. Плохо, Семён, плохо...

— Лежи здесь, — сказал я пантере. — И не возражай! А мы немного подчистим округу.

Собственно, я оставил энергетический канал, по которому пантера напитывала тело, и мы подошли к тому самому раненому гонцу. Он умудрился сам себя перевязать, но вот идти особо не мог. Когда я к нему прикоснулся, он дёрнулся.

— Ваше Импер... — встрепенулся он, а потом увидел, кто перед ним, и сокрушенно вздохнул. — Барон... — но потом глаза его снова зажглись. — Барон, ты должен найти Афродиту, и сказать ей, что снаружи идет бой.

— Афродиту? — помимо воли я усмехнулся. — А почему, интересно, Афродита? Кто-то увлекался древнегреческими мифами?

Боец снова непонимающе посмотрел на меня.

— А, забей! У тебя устаревшая информация. Нету снаружи уже никакого боя.

— Мы победили? — несмело улыбнулся гвардеец.

— Нет, боец. Мы просрали. Мы феерически просрали. А теперь не дёргайся. Я, конечно, не Андросов, но парочка интересных штучек у меня в запасе есть.

Через пять минут лицо его немного разгладилось. Он уже дышал не так прерывисто. Теперь он точно не сдохнет, без дополнительных повреждений, конечно. Всё же его нужно в госпиталь доставить.

— Вы ведь сказали, что ваша фамилия Галактионов? — осведомился гвардеец.

— Ну... да!

— Но у вас есть Дар лекаря, — полувопросительно-полуутвердительно сказал он.

— Нет, это я первую помощь в школе освоил, — хмыкнул я, и, кстати, ни разу не соврал.

В той самой «школе Охотников», в которой я был, первую помощь нам действительно преподавали. Вот только знания не смог бы никто применить, кроме Душелова. Со временем, так или иначе, многие из нас развивали разные Дары. Тот же Старый Мак прожил на свете столько, что от скуки лечил так, что думаю, Андросов-старший в обморок бы упал от зависти. Как-то он на спор отрубил собутыльнику голову, а потом прикрепил её обратно. Все смеялись. Конечно, кроме «жертвы»... Сколько же мы тогда выпили... М-да, весёлые были денёчки...

— Лежи здесь, боец, — я подал ему флягу. — Воду не глотай, просто прополощи рот. Так и сиди. В ближайшее время всё-таки пить не нужно.

— Да, хорошо, — сказал он.

— Где твоя Афродита?

— Она не моя... Не знаю, где-то здесь. Будь осторожен, — дал он мне напутствие в последний момент, кивая на эту тварь, что его вспорола.

Похоже, бойцы у цесаревны хорошие, и этот Семён не был исключением. С одной тварью он справился, но вот с тремя он справился хуже, чуть не погибнув при этом сам.

Ладно, пойдём, поищем эту Афродиту... Что за дурацкое название? Богиня красоты? Реально??

Собственно, у меня был Шнырька, который и отправился на разведку. Хотя, по той канонаде, что я услышал, мог бы обойтись и без Шнырьки. Там что, артподготовка идёт?

Ускорившись, я легкой трусцой побежал в нужную мне сторону. Когда я обогнул полуразрушенное здание, быстро поднявшись по камням наверх, я увидел занятную картину. Здоровенный мужчина, в полном технологическом доспехе, размахивал огромным молотом, встречая волну тварей, что накатывалась на него.

Чуть в стороне, на соседней башне, орудовал лучник. Кстати, странно, но это был первый лучник, которого я встретил в этом технологическом мире. Истребители в Разломах, в основном, полагались на свой Дар, либо на оружие ближнего боя. Да, я видел несколько арбалетов с магическим боеприпасом. А вот этот воин был хорош!

Издалека сложно было разглядеть, но и так понятно, что, во-первых, стрелы у него непростые, а во-вторых, похоже, и Дар у него был соответствующий, потому что в момент отрыва стрелы с тетивы она наливалась разными цветами, летела точно в цель, и там творила невероятное. Одной стрелы, как правило, хватало, чтобы завалить любую из здоровенных тварей. А некоторые из них, с безопасного расстояния от «рыцаря», взрывались не хуже артиллерийского снаряда, раскидывая врагов налево и направо.

Третьего участника мероприятия я не сразу разглядел. Ещё на одной башне чуть поодаль сидела девушка в белой броне, а рядом с ней лежал устрашающих размеров тесак, длиной почти в её рост. Шлем также лежал рядом. Красно-багряные волосы рассыпались по плечам, а сама она... Я не поверил своим глазам и отправил туда Шнырьку. Ну, надо же! Сама она, скинув перчатки, полировала пилочкой сломанный ноготь.

Я решил немного задержаться. Судя по всему, этой «работающей» двойке моя помощь не нужна. Подстрахую, но пока понаблюдаю.

С рычанием две твари выскочили неподалёку от цесаревны, а то, что это была она, у меня не осталось никаких сомнений. Во-первых, она единственная из трёх была девушкой. Ну и волосы «фирменные», прям, как у матери.

В этот момент я немного дёрнулся. А вот два её спутника даже не повели ухом, хотя я видел, что они держали визуально контроль над всей зоной. И через секунду я понял — почему. Девушка со вздохом, не отрывая взгляд от своего пальца, положила пилочку, и взмахнула рукой в сторону приближающихся врагов. Струя огня вылетела из ниоткуда, и обожжённые твари посыпались вниз, громко вопя от боли.

«Похоже, Дар ей достался от мамани» — подумал я про себя. И тут же у неё над головой полетели камни с верхушки полуразрушенной башни, оттуда выскочили три крылатые твари. И вот тут она меня удивила. Первая тварь была сбита огромной сосулькой. Вторая скомкана прямо в воздухе невидимой рукой. Ну, а третьей она дала подлететь поближе, и взмахнула своим устрашающим оружием, разрубив тварь пополам.

Затем снова вернулась к своим ногтям, удовлетворенно кивнула, после чего повернулась к воюющим.

— Хватит копаться!!! — крикнула она звонким голосом. — Заканчивайте уже. Я чувствую, ещё один кристалл где-то неподалёку.

Хрена себе, чувствует она! А кристалл действительно находился неподалёку, ровно под тем местом, где сейчас сражался здоровяк. А все её применённые способности... Я чуть было не долбанул себя по лбу ладонью. Ну да, Император-то наш батюшка — Универсал. Дар, которым обладают немногие в этом мире и, по случайному совпадению, почти все они относятся к правящей верхушке мировых государств. Вот и дочка в него пошла. А стихия огня от матушки, думаю, просто усилена. Елизавете Петровне, подозреваю, было чему её научить.

Интересно будет посмотреть на её душу. Нам, Душеловам, легко, мы использовали захваченные души поверженных тварей, используя их, как энергию или «топливо» для своих навыков, распределяя давление множества Даров на всех наших «пленников». А что творится в душе у этой девушки? У нее не приобретенные с постепенной прокачкой навыки Истребителей. Это ей досталось сразу по праву рождения. Она, вообще, в своём уме?

Я начал спускаться вниз, специально зацепив ногой один камень побольше, который с грохотом покатился вниз, потащив за собой более мелких собратьев, и устроив небольшую лавину. Девушка тут же повернулась ко мне, и недовольно нахмурилась. Лучник на секунду прекратил ковровую бомбардировку тварей, и направил лук в мою сторону. Один только здоровяк не отвлекался, и заканчивал начатое дело. Судя по всему, ему недолго осталось.

Если бы эта троица находилась снаружи, как бы Вербицкий планировал справиться с ними? Он вообще знал, что из себя представляет цесаревна и ее верные спутники.

— Ты ещё кто такой? — держа шлем под мышкой, и закинув свой здоровенный тесак на плечо, она легко и непринужденно поскакала вниз, ловко прыгая с глыбы на глыбу, как горная козочка.

С координацией у неё тоже всё в порядке. Просто по тому, как двигается человек, я был в состоянии определить его потенциальные навыки. Её движения... гхм... были похожи на движения Бурбулиса, который, хрен знает, сколько сотен лет оттачивал свое мастерство. И это в её-то годы!

— Барон Александр Галактионов, Ваше Императорское Высочество, — я галантно склонил голову в полупоклоне.

— Ты знаешь, кто я, и всё равно сюда припёрся?

Ещё несколько прыжков, и вот она встала передо мной, заглядывая мне в глаза снизу-вверх. Она была примерно на пол головы ниже меня и, наверное, вполовину легче. Я, наконец-то, смог рассмотреть её более тщательно. Багряные волосы, курносый, совсем не аристократичный носик, россыпь веснушек проглядывалась на загоревшей под африканским солнцем коже.

Её белая броня была странной. Я не видел ни стыков, ни швов, лишь еле заметные перекатывания по поверхности, похожие на волны, когда её высокая грудь вздымалась в момент вздоха. Живая броня? Я видел такое в прошлом мире. Вот это сюрприз!

Конечно, она была очень красивой. С такой матерью, и в такой семье, по-другому и быть не могло. Вот только её мать имела более утончённые черты лица, а отец, Император, крупный мужчина с чисто славянской внешностью немного «подпортил» аристократическое изящество. Но с другой стороны, что значит «подпортил»? Мне нравится. А ещё эти странные глаза, которые переливались всеми цветами радуги, смотрели на меня абсолютно бесстрашно, и с некоторым любопытством. У меня складывалось впечатление, что эта девушка вообще ничего не боится.

— Меня послала за вами Императрица.

— Что ты несёшь? — скривилась цесаревна Ольга. — Вас там, в провинциях, чему вообще учат? Императрица одна, и это моя мать. Все остальные жёны этого титула не носят. А моя мать тебя не могла послать.

Я не выдержал, и улыбнулся.

— Но всё-таки именно ваша мать меня и послала.

Странный холодок пробежал по моему телу, как будто меня опутывало какое-то бесплотное существо, лишая воли и разума. Ух ты, какой интересный Дар ещё в ней спрятан! Решила проверить — не вру ли я?

Тут у меня в голове произошла быстрая борьба двух мнений. Я мог спрятать от её «сканера» свою сущность, и сделать вид, что подчинился. Или сразу показать, кто в доме хозяин. Хотя, о чём это я, какая битва? Не было у меня настроения играть в эти игры. Поэтому я просто взял и вышвырнул чужое сознание из своего, как обоссавшегося котёнка.

Цесаревна отступила на шаг, глаза её налились огнём. И я увидел, как крепко сжалась маленькая ладошка на неестественно тонкой для такого огромного лезвия рукоятке, явно сделанной под женскую ручку.

— Извините, Ваше Императорское Высочество, но это МОЙ разум! А Императрица в порядке, — сказал я. — Нам нужно выйти из Разлома, и вы сами поговорите с ней по телефону.

— Императрица в порядке?

Ух, ты! Настроение у девушки мгновенно изменилось, и теперь она смотрела на меня с явной издевкой.

— Все Лекари империи, да и всего мира не смогли вылечить ее. Я здесь шоркаюсь по этой чертовой пустыне, вместо того, чтобы быть рядом с ней, потому что мой отец... — тут она на секунду сбилась, — не находится на своём месте. А тут вдруг случилось чудо! Императрица выздоровела. И да, что в твоём понятии «выздоровела»?

— Ну, в моём понятии это, примерно, вот это.

Я убрал руку за спину, и в ней тут же появилась свежая фотокарточка Императрицы, которую я сделал перед отъездом. Хранилась она у Шнырьки, ведь он был не только моим разведчиком и главным пожирателем мороженого, но и не совсем надежной банковской ячейкой.

Не хочешь, чтобы у тебя что-то украли или нашли? Отдай это Шнырьке. Вот только был один небольшой нюанс — маленький говнюк периодически не возвращал мне то, что я ему давал на хранение, прикидывался шлангом, и всячески игнорировал мои претензии. Я смирился, и со временем просто перестал ему давать те вещи, потеря которых была для меня критичной. Хрен его знает, куда они деваются. Возможно, они на какую-нибудь «теневую барахолку» относят, а потом гуляют всей своей «теневой деревней». Но факт остаётся фактом — фоточку он не зажал, и я её отдал цесаревне.

— Мама? — удивилась девушка.

— Ну да, — я улыбнулся. — А вон там, рядом — молодой и красивый — это я.

Конечно же, я запилил селфи, чтобы не было двоечтений.

— Если это так, то это... — она обернулась. — Арес, Гермес, ко мне! Мы идём на выход.

Хмм... Точно выросла на «Мифах Древней Греции». Хотя, глядя на ее спутников, я согласился, что прозвища подходящие.

— Стоп-стоп-стоп! — остановил я их. — Я вам не всё рассказал. Выхода больше нет.

— Что значит... нет? — вопросительно посмотрела на меня девушка.

— Окно Разлома закрыто.

— Что там, вообще, произошло? — спросила цесаревна.

— Абсолют Вербицкий там произошёл. Он со своей бандой уничтожил всю вашу группу.

— Что-о-о?!

Снова я почувствовал волну силы, идущую от цесаревны.

— Он предал Империю и, судя по всему, шёл сюда за вами.

— Игорь? Не может быть! Я, конечно, знала, что он мудак. Но чтобы предатель...

Я про себя с грустью хмыкнул. Походу эпитет «мудак» не я первым применил к Абсолюту.

— Мне кажется, ты что-то путаешь, барон, — задумчиво покачала головой цесаревна.

— Так мы можем пройти к Разлому, и вы убедитесь в этом сами. Ах да, я вспомнил, там есть ваш гвардеец, по имени Семён, примерно в двух километрах отсюда. Я думаю, он подтвердит мои слова.

Я не успел ничего сказать, как девушка неуловимым движением швырнула свой огромный меч в сторону подходящего Ареса, который ловко перехватил его и закинул за спину, и он с щелчком схватился магнитным захватом, и протопал мимо, устремившись за хозяйкой.

— Не тормози, барон, — рядом нарисовался Гермес.

Я чуть было не потряс головой. Неужели, остроухий? Да нет, форма ушей у него была абсолютно нормальной — он был человеком. Но его белые длинные волосы, собранные в хвост, и большие зелёные глаза напоминали мне одну интересную расу из прошлого мира. А если подумать, что именно они были лучшими стрелками из лука, что я встречал, так может...

С такими думами я пошёл за ними. Нет, я не бежал. Торопиться было некуда, Разлом действительно был закрыт, врагов рядом не наблюдалось.

Примерно через полпути рядом я увидел, что в мою сторону снова бежит Гермес.

— Барон, чего так долго? Давай поторопись, не заставляй ждать Её Императорское Высочество!

Я хмыкнул.

— У меня был сегодня тяжёлый день, лучник, поэтому я пойду в таком темпе, каком захочу. Цесаревна подождёт.

— Так может тебя пинками допинать? — весело улыбнулся лучник.

Опять же, его слова были без всякой угрозы, а зелёные глаза смотрели на меня весело и ненапряжно. Они что тут, все бессмертные? Почему ведут себя, как полубоги? Заигрались?

— Ну-ка, давай, рискни здоровьем, — я остановился.

— Давно не получал тумаков?

— Детский сад какой-то, право дело, — покачал головой я.

— Ладно, не буду я тебя сегодня пинать, барон, — хмыкнул блондин. — Ждём.

И снова побежал.

Я хмыкнул, и пошёл дальше. Ожидаемо, Семён сейчас выглядел вообще здорово — цесаревна владела и Даром целительства, что тут же продемонстрировала на полную катушку.

Арес сидел рядом, не двигаясь, реально, как каменная глыба. А Гермес отсутствовал.

Цесаревна сидела и хмурилась, глядя в никуда.

— Ну что, Ваше Императорское Высочество? — начал я.

— Помолчи! — оборвала она меня. — Не мешай думать.

Ух ты, вот что значит «голубая кровь». А с другой стороны, я не против.

Я уселся, облокотился на камни и закрыл глаза, давая событиям развиваться так, как нужно.

Кстати, Шнырька показал мне, где отсутствовал Гермес. Вот он уже бежит обратно.

— Разлом действительно закрыт.

— Как он это сделал? — спросила цесаревна.

Я показательно натянул арафатку себе на глаза, хотя здесь солнца не было. Но я всячески изображал отдыхающего человека.

— Барон, я к тебе обращаюсь! Как Вербицкий это сделал?

— Ну, есть методы. У него оказался артефакт, — медленно произнес я.

— Какой артефакт? — тут же поинтересовалась Ольга.

— Да откуда я знаю, — покачал головой, — какие артефакты раздает Империя своим Абсолютам.

— Может «Заслон»? — посмотрела девушка на лучника.

— Нет, там что-то посерьёзнее, — покачал головой тот. — Я почувствовал, что он со временем не спадёт. Такое ощущение, что связь обрублена.

— Какой ты невнимательный, — не открывая глаза, высказал я. — Ни хрена она не отрублена. Есть связь. Я тебе скажу больше — есть связь с тем местом, на котором был открыт портал.

— Слышишь, пацан, не умничай! — сказал лучник. — Ты ещё под стол пешком ходил, когда я по Разломам бегал. Если я сказал — разорвана, значит разорвана.

— Ну, разорвана, так разорвана, — хмыкнул я и перевернулся на бок.

Камни не были очень удобными, и я сейчас явно прочувствовал себя Затупком, который раздражал своего хозяина, то есть меня, всячески изображая беззаботность в неподходящее для этого время. Да не, фигня! Он меня вроде не кусал.

— Барон! — снова раздалось неподалёку. — Может, ты уже подойдёшь сюда, и поговоришь со мной, как взрослый человек?

Я с кряхтением уселся, но с места не двинулся.

— О чём бы вы хотели поговорить со мной, Ваше Императорское Высочество?

— Судя по тому, что у тебя кольцо голубого цвета, ты должен быть умнее, чем хочешь показаться, — недобро нахмурилась девушка. — А если ты из тех самых Галактионовых, про которых я думаю, а скорее всего — это так, судя по твоему кольцу с медоедом, то ты должен быть умнее, чем хочешь показаться. Ну, а если ты прав, и из всего богатства выбора моя мать выбрала тебя, чтобы принести известия, значит ты умнее, чем хочешь показаться. Отсюда я делаю вывод, — она внезапно повысила голос и громко гаркнула: — Кончай этот цирк, барон!!! Иди сюда, нормально пообщаемся.

Ух ты! А девушка с характером!

Я хмыкнул, поднялся, подошел к девушке и уселся рядом.

— Теперь, барон Галактионов, я внимательно тебя слушаю, — сказала она.

— Есть шанс отсюда выбраться. Но для этого перво-наперво нужно закрыть все Силовые Кристаллы, то есть, закрыть Разлом. Энергия начнёт пульсировать, и если нам повезёт, то мы поймаем нужную амплитуду в тот момент, когда портал откроется снова. Надеюсь, это случится очень быстро.

— Первый раз о таком слышу, — нахмурилась цесаревна. — А ты сам откуда об этом знаешь?

— Я очень начитанный молодой человек, — хмыкнул я. — В любом случае, советую поторопиться. Я думаю, что Распутин так просто не остановится.

— Распутин? — нахмурилась цесаревна. — Про него ты не говорил.

— А... забыл. Я на сто процентов уверен, что они заодно. Посещал я недавно его родовое гнездо в изгнании.

— Замок Распутина? Тот, что мой отец всю жизнь ищет? — непонимающе смотрела на меня девушка.

— Ну, да.

— Ты шутишь?

— Никак нет.

— Кто ты такой, барон Галактионов?

Я рассмеялся.

— Обычный подданный Вашего Императорского Высочества, который просто оказался в нужное время в нужном месте. А сейчас нам нужно отсюда выбираться.

Главное имение герцога Доброхотова

г. Якутск

Алмазный Король стоял около большого панорамного окна, раскрытого настежь, со стаканом любимого смузи, и полной грудью вдыхал морозный воздух.

Он только-что закончил тренировку, а затем — разговор с Лёшкой Веревкиным — непутевым сыном Прошки. Хотя, ладно, нормальный мужчина растет, достойный своего отца, а главное — преданный!

Но как он мог отпустить Галактионова одного?! Да, вроде не сложно всё выглядело — полететь и переговорить с цесаревной. Но почему один-то?!

Максимилиан Венедиктович вовремя положил трубку. Очень хотелось сделать Лешке больно. Очень больно! Но он обещал Императрице сдерживать свои порывы. Это и так доставило ему множество неприятностей, и чуть не стоило ему бизнеса и, возможно, жизни. Хорошо, что Елизавета Петровна отстояла его перед мужем — Императором. А ведь не обязана была!

Доброхотов набрал Прошку. В окрестностях Галактионовки было всё спокойно. Один залетный граф попытался быковать, но Прохор ему всё предельно ясно объяснил. И подкрепил физическим насилием. А сам Доброхотов добавил. Теперь несчастный граф уже не является председателем Охотничьего Общества Иркутска. Почему? Потому-что без правой руки трудно ружье держать! Ха-ха!

Перепуганный Шастунов свалил в столицу, а единственное, о чем жалел Доброхотов — что он не оторвал этому идиоту руку лично. Не любил герцог идиотов, и ничего не мог с этим поделать. Была бы его воля — он бы им и размножаться запретил.

Блымкнул телефон, на который пришло сообщение. Телефон, номер которого знали всего несколько людей.

Стакан смузи полетел на блестящий паркет из разломного дуба, и герцог через мгновение оказался возле стола.

«Галактионов» — гласило имя абонента.

Максимилиан быстро нажал кнопку «прочитать», и на экране высветился текст.

«Вербицкий предатель. Распутин в деле. Ушел в Разлом за Ольгой».

В голове у Алмазного Короля с громким щелчком «упала планка». Мозг переключился в боевое положение. Ни слова не говоря, герцог упал в кресло, и его пальцы забегали над клавишами компьютера.

Одно за другим в сеть полетели сообщения. Его люди знали, что делать. Прямо сейчас, по всей Империи, вооруженные отряды выдвигаются в сторону тех или иных предприятий, так или иначе связанных с Родом Вербицких. Выдвигаются с ОЧЕНЬ недобрыми намерениями.

Еще несколько кликов мышью, и на мониторе высветилась программа слежения, которой не должно было быть ни у одного частного лица в Империи. Тем не менее, на карте было показно предельно точное (погрешность +/— 10 метров) местоположение телефонного аппарата, с которого пришло сообщение.

Герцог нажал кнопку селектора.

— Подготовь авиакрыло «Рубин». Готовность — тридцать минут. Мою Личную Гвардию на аэродром, быстро! И договорись о «коридоре». Через пять минут заберите меня у входа... И да... — герцог скривился. — Предупредите Канцлера. Возможно, ему придется что-то объяснять всему мировому сообществу!

Глава 15

— Кара, познакомься, это Ольга! Ольга, познакомься, эта Карамелька! — представил одну девочку другой, когда я подозвал пантеру, что благоразумно отошла от Разлома, чтобы не встретиться с Гермесом.

— Карамелька? — наморщила носик Ольга. — Какое дурацкое имя для такой совершенной машины для убийства!

«А я тебе говорила!» — раздалось у меня в голове.

— Что ты... — начал возмущаться я, но вовремя остановился, подумав, что диалог с пантерой тут будет лишним. — Ну, можешь звать ее Карой. Так лучше?

— Да, так лучше, — серьезно кивнула цесаревна, и присела на корточки, протянув руку. — Привет, Кара!

К моему удивлению, пантера с достоинством подала лапу, что вызвало улыбку у цесаревны.

«Воспитанная» — одобрительно прокомментировала Карамелька. Я на это только хмыкнул, и отошел чуть в сторонку, чтобы немного подумать.

На светских приемах парни говорили, что для того, чтобы произвести хорошее впечатление на девушку, нужно быть галантным, хорошо одеваться и как, минимум, иметь хорошую родословную. Правда... Андросов еще что-то говорил про ум и деньги, но я уже не помню.

В моем случае все вышло проще. Почему-то после всех новостей, что я вывалил на цесаревну, она очень странно поглядывала в мою сторону, и временами перешептывалась со своими напарниками. Кстати, очень интересные напарники. Колец под перчатками не было видно, но что-то мне подсказывало, что это два «неучтенных» Абсолюта, вот только я о них ничего не знал. И никто не знает. В сводках Истов их попросту не было, а значит они принадлежат императорской семье. Не удивлюсь, если их там вырастили и выкормили.

В каждой стране есть такие люди, которых взращивает правящая семья. Да что там правящая... Любой сильный Род старается сделать для себя уников, которых потом нигде не светит, держа специально для своих отпрысков или тайных операций.

Конечно, тех детей, что были когда-то взяты для Истов, могло быть не одна сотня, и даже не пять, а выжило, ну, не знаю... Двое? Ладно, это слишком трагично, думаю, погибла только половина. Интересно, а сколько в этих двоих было вложено денег, и так ли они хороши? Сила есть, а ум? Пока не вижу...

— Я все обдумала! — подошла Ольга ко мне.

— Слушаю внимательно, цесаревна... — почему-то мне доставляло удовольствие постоянно называть ее по титулу и смотреть, как та морщится.

— Я разрешаю тебе называть меня Ольгой!

— За тридцать минут вы пришли только к этому? — я не смог удержаться.

— Ш-ш-ш-ш-ш... — зашипела она, и её рука попыталась сжать свой меч, похожий на тесак какого-то тролля, покрепче, но в руке ничего не было, и она это поняла. — Я тебе сейчас глаза выцарапаю!

Возмутилась она ещё одной моей улыбке. А чего не смеяться-то? Она так смешно начала искать оружие под рукой, что нашла только аккуратные ногти, на которые был нанесен розовый лак.

Вообще-то она вызывала у меня двойственное чувство. С одной стороны, опыт у нее был, и это странно. Видно же по ней, что она выбита из привычной колеи, слишком много неоднозначных новостей я принес. Ох, принцесса... Нельзя же так. Хотя, как показывает опыт, именно опыта бывает слишком мало, чтобы легко перенести тяжелые новости, когда в них фигурируют близкие и дорогие тебе люди. А она только-что узнала, что один из Абсолютов предал Империю. Можно подумать, что это мелочи, и таких аристократов еще много, и вообще это не первый и последний случай. К примеру, в Империи есть, как минимум, три клана из Китая, которые перебрались к ним. Кстати, да... У всех Рода, а у них именно кланы.

Вот только это все не так просто. Потерять Абсолюта — это потерять репутацию. Я читал, что было, когда потенциальный Абсолют Архип потерял свою силу, хотя новости здорово подтирали. Тогда многие страны писали, что Империя недальновидна, и потеряла на ровном месте сильного Одарённого.

А в силе Абсолюта я смог убедиться лично. И полагаю, что артефакты у него были не самые сильные. Вообще, когда вернусь, у меня будет интересный разговор с друзьями на тему артефактов. Какого хрена они не ходят с ними в Разломы? Хотя, есть и догадки... Кажется, не зря я читал о том, что Империю боятся из-за силы и отличной выучки наших Одарённых. А с другой стороны — называют криворукими мудаками, которые кроме техники, ничего не могут создать.

Так оказалось, что в Империи слишком мало толковых артефакторов. Поэтому такая высокая цена за предметы низкого качества, и поэтому берегут сильные артефакты, которые удается произвести или затрофеить. Непорядок, если так... и моя мастерская будет очень кстати. Нужно посмотреть, что местные скажут, когда увидят, например, клинок с эффектом тройного жала и адамантитовую кольчугу.

— Эй! Ну, что за дела... Почему ты сломался? — я настолько задумался, что выпал из реальности, а точнее — из разговора, и сейчас цесаревна, грустная, щелкает пальцами возле моего лица. — Я же реально план придумала, а тебе неинтересно.

Она натурально расстроилась, надув губки. Странная она. Настроение так и скачет. То передо мной опытный жёсткий воин, то маленькая девочка.

Мда-а-а... «Проклятие» Универсала, похоже...

— Я просто был очарован твоей красотой, — решил сменить тему, чтобы смутить ее.

— Да? Тогда нормально, такое часто бывает. У меня еще новая прическа, которая хорошо подчеркивает мои глаза, а они мне от мамы достались, — широко распахнула она глаза, подходя ко мне поближе, чтобы я рассмотрел их, как следует.

Я хотел ее смутить, а оказалось, что это не работает. Она прямо таки уверена в своей красоте, и думает что знает, как использовать ее по полной. Получается как-то по-детски, но тем не менее, интересная она, однако.

В общем, ее план заключался в том, что нам всем нужно пойти и убить все кристаллы. Так и сказала — сперва «убьем кристаллы», а потом выберемся отсюда. В этом плане меня ничего не смутило, кроме того, что она решила разделиться. Мне в напарники выделила Гермеса. Вроде неплохо все, но какого хрена она решила, что Карамелька должна пойти с ней и Аресом?

Ладно, я не стал спорить. Кара тоже, хоть и посмотрела грустно на меня. Поняла, что при любой возможности ее потискают. А она не любит, когда это делают при мне. Ведь она деловая кошечка — машина для убийств. Но я-то хорошо знаю, благодаря Шнырьке, как часто она подходит к Анне, тыкаясь в нее мордочкой, как маленький котенок. Хотя Ольга видит, в первую очередь, в ней «машину смерти», так что возможно тискать не будет. Не прямо сейчас.

На отдых у нас было немного времени, может минут двадцать, и после этого мы сразу выдвинулись. Я успел восстановиться и отожраться желейками, которых осталось не так уж и много. Бой с Абсолютом был труден. К сожалению, я не могу использовать все свои козыри.

Наверное, может показаться, что я полный идиот, раз рисковал своей жизнью, но это далеко не так. Мои навыки выходят за рамки слабого Рода. И узнай о них сильные мира сего, и не будет у меня Рода. Придется постоянно находиться в бегах.

Люди же во всех мирах одинаковы. В моем прежнем мире тоже Охотников, тех, что послабее, любили брать в плен. Однажды мы так лишились нашего Мастера Генриха. Совершенно бесталанный Охотник, который еще в юношестве должен быть погибнуть, но вовремя открыл в себе Дар к ювелирному артефакторству, чем и заслужил свою славу. Настолько искусно вставлять зачарования в мелкие украшения, наверное, никто не умел. Два месяца он провел в заточении после того, как на одной из прогулок его выследили и схватили. Вообще-то смешно было, что его не охраняли, но такие вот Охотники. Они не любят нянек. А он, хоть и был слабым, но все же Охотником. Мы его освободили, конечно, когда нашли, а еще тогда освободили мир от одного Ордена Тайного Манускрипта, который хотел стать сильнее, думая, что его древние подземелья не пропускают вообще никакую магию. Пропускают, если к тебе в гости пришли Охотники.

Снова не туда мои мысли ушли, ой, не туда. В общем, я поступил так, как должен был. О моих навыках миру еще рано знать. Вот когда станет мой Род по силе равным Роду Доброхотова, тогда и будет пора.

С Гермесом мы успешно продвигались дальше, и нам было настолько легко месить всех местных жителей, что я даже немного заскучал. Всё-таки он чертовски хорош! До меня доходили далеко не все твари. Видимо, он это тоже понял и остановился.

— Слушай, я знаю, что мы должны бродить вместе, но давай разойдемся, а? — серьезно повернулся он ко мне.

— Ты меня бросаешь? — удивленно глянул на него. — После всего, что между нами было?

Ну реально, смешно прозвучали его слова.

— Все... Ты доигрался! — улыбнулся Гермес. — С одной ногой дохромаешь назад, падла.

Сказал он это после того, как выстрелил в мое колено.

— Ага, дохромаю! — ответил я ему с улыбкой, и пнул булыжник, который валялся рядом.

Я напитал ногу от души, но камень не мог полететь на манер футбольного мяча. Вместо этого он разлетелся на мелкие части. И получилась такая себе картечь.

Его стрелу я ловко сумел перехватить одной рукой в полете, чем удивил стрелявшего. А вот множество моих мелких камней перехватить он не мог, как и увернуться от них. Конечно, он создал воздушную технику, которая откинула назад слишком мелкие камни, но те, что были покрупнее, получившие больше импульса, было не остановить.

— Ах, ты ж... — выматерился он, когда они попали в его доспех, и тот заметно просел. Конечно, убить его таким способом невозможно. У него качественный доспех, который похож на тот, что и у цесаревны. Сразу видно, что из одной сокровищницы, как и всё имущество Императорского Рода. Его фишка была в том, что он сразу латал именно те места, которые проседали.

— Ага! — кивнул ему. — Не стоит играть с теми, кто сильнее тебя, — на полном серьезе выдал ему.

— Шутку я оценил, дерзкий юноша! — оказался он рядом, и посмотрел мне в глаза. — Как и характер. Только не стоит больше на меня нападать, а то я могу и психануть, — покрутил он пальцем у виска. — Лучше достойно прими мою стрелу в колено, и делов-то.

Мы посмеялись, и я не стал ему говорить, что не шутил. Хотя вражды между нами не было, а скорее своеобразное испытание друг-друга, практически, «дружеские» проверки, но мы все равно разошлись. Он сказал, что знает, где находятся два кристалла, и карта у него есть. А я могу идти и развлечься в парк, который тоже здесь был, и там жили слабые гоблины. А примерно через два часа мы встретимся в лагере.

Он считает, что я его замедляю, ведь пока я добегу до кого-нибудь, он уже его убивал. Впрочем, так и было. Не хотел я показывать, на что способен, перед ним. Зато сейчас я иду в одно интересное место, которое специально нашел для меня Шнырька, и находилось оно под землей. Правда, входа нигде не было видно. Такое ощущение, что они строили канализацию, без возможности легко туда спуститься в любой момент. Возможно, это нужно было, дабы избежать разгула преступности, но все равно непрактично.

Вот помню, в одной стране, чтобы внизу не прятались темные личности, устанавливали огненные артефакты, и два раза в месяц, в случайное время, их активировали. Кто не успел уйти, тот оставался там навсегда, становясь кучкой пепла. Сумасшедшие огненные архонты, что с них взять. Не признавали никакой магии, кроме огненной. А всех детей, которые рождались с другим Даром, они продавали в рабство в другие страны.

То, что нет входа, для меня не было проблемой. Дал Шнырьке задание найти удачное место, и он отвел меня туда. Оно оказалось аккурат напротив полуразрушенной статуи кентавра. Правда, голова у него не уцелела, как и одно копыто, а вот между ног... ничего не отвалилось.

— Ш-ш-ш-шты-до-ба! — воскликнул Шнырька, прикрывая лапкой глаза.

— Ага! — хмыкнул я.

Как попасть в место, куда нет входа? Правильно! Сделать это вход самому. Я напитал клинок взрывной силой, и ударил им в землю. Силы вроде немного влил, но эффект вышел неплохой. Ударная волна разошлась во все стороны, и задела больше всего статую, находящуюся на площади. Статуя, правда, издевательски, отбросила еще одну ногу, но все остальное осталось. Крепкая, зараза...

Земля же пошла трещинами от такого всплеска, и теперь мне оставалось только ударить ногой, на которую наложил бронебойную магему. Та, в свою очередь, должна была направить импульс удара в одну точку. В бою бесполезная штука из-за своей нестабильности при столкновении с чужеродной аурой, а вот физические объекты долбать самое-то. Камень не выдержав, жалобно хрустнул, и мы полетели вни-и-и-и-и-з…

— Ты какого не сказал, что тут восемь метров высота? — уже внизу кинул предъяву Шнырьке, который сейчас лежал на полу и ржал.

— Ш-ш-ш-шабыл, гы-гы-гы... — вовсю скалился он.

Ну-ну... Я тоже однажды забуду поставить свою подпись под заказом очередной партии мороженого.

Это подземелье я выбрал не зря. Здесь мало того, что не было никаких монстров, ну, по крайней мере, в радиусе двух километров, так еще и были кристаллы. Да-да, они тут были, как оказалось. Правда, о них я узнал совсем недавно.

Тяжело здесь Шнырьке проводить разведку. Очень сильный здесь Разлом, и я с уверенностью могу сказать, что нам его не закрыть. По крайней мере, быстро. Здесь столько всего, что и за год не обойти. А сколько мест, в которые мой мелкий не может попасть? Вот в одно такое место Шнырька хочет меня привести. Так сказать, проверю, что там есть полезного, и заодно кристаллы сломаю.

Сажусь в позу лотоса, и прошу Шнырьку показать поконкретнее, где находятся кристаллы, пока я призываю своих тварей. Рассчитывал свои силы так, чтобы они точно справились. Можно сказать, на лету исследую кристалл, и его крепость, чтобы знать, сколько и куда, а еще кого отправлять. Один оказался достаточно тяжелым, в особенности тем, что находился в замурованной комнате, до которой, кажется, метров пять скальной породы. Непонятно мне, зачем такая нужна была, но там реально ничего не было. Могу предположить, что это тайник сильного Мага Пространства, который мог создавать порталы.

Тварей вышло ровно семьдесят, но зато я закрою сразу три кристалла, в то время, когда остальные сделают, максимум, по два. Будем надеяться, что этого хватит, если учитывать, что мои довольно сильные. Они настолько старые, что их уже никто не охраняет. Ни разу никто их еще не находил, а это заставляет задуматься о том, как работает сам Разлом.

В подземном коллекторе было прохладно, но сырости не было. А еще вокруг была темнота, и она вроде бы мне не мешала, но все равно, на всякий случай, призвал пятерку светлячков, которые летали надо мной и светили. В душе не гребу, откуда они у меня... Полагаю, что это все проделки Одина, который любил охотиться на всякую мелочь. Где он только их нашел, и как убил? Неужели зубочистками кидался?

Маленькие светящиеся шарики, размером с ноготь, а света давали, как полноценный магический шар. Они были настолько мелкими и незначительными, что я их обнаружил только в бою с Вербицким, когда перебирал варианты плана «А» и «Б». Дальше планировать не имело никакого смысла. Скорее всего, после плана «Б» никто не выжил бы в радиусе двадцати километров, и я, в том числе...

До нужного места я дошел за минут двадцать, и тут меня ждала та же самая история, что и с кристаллом. Помещение, которое нужно мне, полностью замуровано, и доступа туда нет. Кстати, таких вот мест встречалось очень много, и полной их функции я еще не понял. Прошлые меня совсем не интересовали, ведь были полностью пустыми, а вот этот... В этот Шнырька не смог проникнуть, и потому решил показать его мне. Мелкий знает, что нам нужны деньги, вот и предположил, что это тайный схрон или сокровищница.

Подошел к стене, и стал ощупывать ее. Магического отклика не встретил, это специально сделано, чтобы не спалиться. Скорее всего, это место сделано искусственно, и не скрывается ли за ним какая-либо аномалия? Те, в свою очередь, могут скрывать свой фон.

— Ш-ш-ш-шламай! — в предвкушении богатой добычи не выдержал Шнырька.

— Ага, «шламай»... Тут такая толщина, что как бы потолок не обвалился, — стал раздумывать, как лучше поступить. — А знаешь что... Ты пока не сиди у меня над головой, а лучше давай, дуй, к нашей цесаревне, и проверь, как у нее там дела.

— Ш-ш-ш-шю-ка! — расстроился Шнырька, который подумал, что я все сделаю без него, а ему ведь тоже было интересно.

— Ой, давай, не начинай! — отмахнулся я от него. — Я тут буду долго возиться, так что успеешь, если только не застрянешь там надолго.

Даже не попрощавшись, он пропал, и стал показывать мне то, что видит. Пока ничего интересного, много разных тварей, которые бродят по замко-городу, или сидят в своих гнездах, высиживая свое потомство.

Временами мне кажется, что Шнырька стал меняться. Он был пацифистом, но ведь это было в том мире? Теперь, как мне кажется, стал об этом забывать. Как еще объяснить то, что он, проходя мимо, спер у самки грифонши яйцо, и кинул им в грифона. Когда оно разбилось, та пришла в ярость, и накинулась на своего мужика. Как-то нифига не по-пацифистки, что ли. Да, это твари, а не люди, но такой инициативы за Шнарком я раньше не замечал. С другой стороны — с кем поведешься... Грифоны эти, кстати, необычные, черного цвета, и глаза у них мутные. Явно с психикой не все хорошо... Одичали они здесь, что ли.

Такс... Приступим, пожалуй! Размял я кулаки, и приготовился нанести первый удар.

Первый удар вышел хорошим, но ничего не сделал, так как энергии влил немного. Была боязнь обрушить здесь все, а под завалом оказаться не хотелось. Шум может привлечь множество тварей. И так уже через наш ход проникли твари, и теперь разведывают коллектор. Пришлось призвать еще своих подопечных, и отправить их разобраться с мелкими гоблинами. Для этого выбрал летучих мышей-переростков и трех волков. Они будут охранять вход, и по их смертям я смогу понять, когда сюда заберется кто-то достаточно сильный.

Нанес еще несколько ударов по стене, а ей плевать. Это печалит меня, да и времени особо нет. Потому решил не экономить, ведь любопытным был не только Шнырька.

Призвал сразу шесть муравьев, похожих на детей Красивой. Они отлично умеют прогрызть камень. Вот их и натравил на стену, а сам, пока ожидал, сел медитировать. После такого сложного боя мне просто необходима была медитация, чтобы восстановить поврежденные участки тела и каналов. Обратил внимание, что битва для меня не прошла бесследно. Я неплохо так набрал мощи. Были у меня закупоренные каналы, силу которых я все никак не мог раскрутить. Сейчас парочка полностью «пробилась», и была нормальной. Видимо от напряжения силой они встали на свои места. Теперь их нужно будет поберечь до полного восстановления и закрепления.

Муравьи уже минут семь долбят стену, а пробурили только метр. Крепкая здесь кладка, словно строили не то, чтобы на века, а вообще на всю оставшуюся жизнь этого города, и даже чуть больше. Поняв, что работа идет слишком медленно, призвал еще десяток таких рабочих. Больше было нельзя, они здесь просто не помещались, и не доставали до нужного лаза. А сносить всю стену глупо.

Шнырька, в свою очередь, проверил цесаревну, которая сейчас стояла почти у самого кристалла, и уничтожала там поголовье странных существ, похожих на големов. Правда, они были из мяса, хотя такие же тупые. Она с Аресом легко их рассекала пополам, и думаю, что через полчаса достигнет своей цели.

Шнырька после того, как дошел до нее, сразу же последовал обратно. Но направляясь назад, не стал мелочиться, и заглядывал в разные интересные места, и теперь тащит мне целый пакетик всякого добра. В основном попадались украшения. Вообще странно, что именно украшения валяются в таких местах. Где артефакты? Где секретные лаборатории? Возможно все уже украдено до нас? Кто знает, сколько миров имело доступ к этому Разлому, и что отсюда успели вынести. Да и вообще, сколько раз он был полностью зачищен, и заново заселен? Ответов на все эти вопросы я не знал.

Пока у меня было время на себя, я наконец-то решил заглянуть в кармашек, о котором так долго размышлял по дороге. Еще во время похода с Гермесом мне удалось взломать защиту очень интересной вещички. А именно колечка, которое спер Шнырька и поставил мне в карман, когда я уходил в тень после схватки с Вербицким.

Дорогое на вид кольцо, обрамленное сапфирами, было опечатано рунами, которых я даже не знал. Зато я знал, как пользоваться... пространственным артефактом. Такие кольца стоили очень много, наверное, больше десяти или двадцати миллионов, и это я могу смело сказать, без преувеличения. Они очень ценились, и часто доходило до того, что аристократы вшивали их в свои тела, чтобы никому не выдать информацию. За такое кольцо и графа убить могли.

Конечно, цена была разной, в зависимости от вместительности. В прошлом мире у меня такие были, хотя и не слишком много. У нас они тоже были в почете, и считались редкостью. На них уходили ингредиенты из самых сильных тварей. Вроде пространственная магия, а столько органики требовалось, что снова возникали вопросы.

Это кольцо было с печатью защиты. Любой другой, кроме хозяина, кто его оденет, не умрет, конечно, но и кольцо не станет работать. У всех, кроме Вербицкого, оно останется простым красивым кольцом, которое ничего не представляет из себя. Но я-то знал, что оно пространственное, и даже скажу больше, чувствовал это.

С защитой я справился не без труда, и поступил просто варварским методом. Других я не знаю... Пространство — это тонкая материя, и часто в нем что-то ломается. Чтобы не убить артефакт из-за ошибок носителя, есть функция его перезагрузки, если знать нужный шифр из магем и рун. В этом оно было... Только кода я не знал, а потому продавил все чистой и необузданной голой силой, просто выжигая, что мне не нравилось, все блоки памяти артефакта о Вербицком. Таким образом, я перепривязал его на себя, но потерял все, что в нем хранилось. Кстати, даже в моем мире не знали куда деваются вещи, которых касается перезагрузка.

Кольцо на палец село, как родное, и я смог заглянуть в пустое пространство. Теперь я, можно сказать, имею свой маленький склад. Его размер тяжело оценить, вот так, на глаз, надо экспериментировать, но судя по всему, не больше сотни килограмм.

Пока трудились мои муравьишки, я игрался с колечком и исследовал его, а когда был пробит последний слой, мне резко стало не до кольца. Оттуда внезапно вырвалась когтистая лапа, схватила одного муравьишку, и утащила в темноту. Я сразу направил туда светлячков и верного Шнырьку.

Глава 16

В комнате, находилось очень голодное существо, которое здесь жило, вероятно, очень долго, питаясь лишь энергией Разломов. Оно похоже на пса, но с головой медведя, и было у него шесть хвостов, которые могли рассечь даже очень крепкий камень. Правда, на внутренней стороне камня были нанесены символы, которые укрепляли стены, и не давали им излучать магический фон.

— Враааааав! — зарычала тварь, а затем жадно захрустела мурашкой.

Оно было настолько худое, что я видел каждое его ребро и проступающий хребет.

— Ш-ш-ш-шабака ш-ш-ш-шутулая!!! — завопил Шнырька, и достал из тени свою шляпку полководца. — Ш-ш-ш-ша-ва-лить!!!

Даже игрушечная сабля у него нашлась. Вероятно, репетировал как раз для такого случая.

Ну, убить — так убить! Пожал плечами, и отправил туда всех призванных муравьев. Их, само собой, было мало, но тварь была ослаблена временем и голодовкой. Хотя, с другой стороны, не менее опасна. А вот я не могу вступать с ней в бой, так как не хочу раньше времени нагружать свой, и без того, уставший организм. Да и силы могут мне очень скоро понадобиться, а потому действуем неэкономно. Призываем пещерного медведя, и посылаем его в бой, чтобы он задержал тварь. Тот сразу врывается и хватает тварь за горло, но та смогла вырваться, и теперь наносит по нему свои удары. Ядовитой, к тому же, оказалась... Места, где мишка получил удары, сразу начинают гнить и истекать красным, но не кровью.

Медведь и двадцати секунд не продержался, зато выполнил свою роль до конца, и смог отправиться на перерождение. Когда он стал заваливаться набок, я отпустил его душу, дабы она не мучилась, погибая от яда. В то самое время, пока он держал эту тварь, мой призванный кислотный слайм как раз дополз, и смог «поцеловать» тварюшку в ногу. Стряхнуть с ноги слайма тварь не смогла, и вскоре лишилась ноги. Тут подоспели и другие мои призванные существа, которые стали атаковать со всех сторон, а слайм в это время тихо подползал к другой ноге. Лишившись еще одной ноги, тварь стала легкой добычей. Слайм ее добил, когда проглотил голову, а затем принялся растворять. Вот такой босс комнаты, которого забыли покормить. А будь у него еда? Полагаю, сила выросла бы раз в десять. Мне кажется, что таких тварей закрывать глупо. Это же не Цербер, который может контролировать свой обмен веществ, впадая в некий анабиоз. Кстати, надо его проведать! Судя по всему, он скоро «придет в себя».

Комната оказалась интересной. Как я и думал, принадлежала очень сильному магу. Он все предусмотрел, нанеся на стену сотни разных знаков. Вот только... Стены — это не все... Нужно было еще сделать тоже самое с ящиками и столами, которые уже давно сгнили. Также на стене висела рама без картины, которая еще не сгнила, чтобы рассыпаться в прах.

Из ценного Шнырька, первым делом, сумел найти в углу комнаты в кучке истлевшей пыли и грязи монеты. Пять сотен золотых монет, которые даже не почернели и не окислились. Магическое золото — довольно ценный металл.

Дальше из находок были разные магические вещи, которые... были мне не нужны. На них стояла такая защита, что даже дотронуться до них не смогу. Да и не вызывали они у меня ощущения ценности. Котел? Ну, круто! Возможно, он воду греет всегда одинаковой температуры, или только яды может производить. Слишком индивидуальный предмет, который можно исследовать годами. Но не все предметы имели защиту. Кажется, маг собирался жить вечно, и не подготовил это место, на случай своей пропажи. В какой-то момент, когда я нагнулся, чтобы поднять безделушку с пола, моя правая нога непроизвольно подогнулась, и я рухнул на землю. Дела, конечно... Я перенапряг свое тело снова, и оно показало мне, кто здесь главный. В сухой рот отправляется жменька желеек, которые я запиваю водой из Разлома. Воду, кстати, в какой-то глиняной миске приволок мне Шнырька, видя, что мне поплохело.

Сволочь, конечно, Вербицкий... Вообще не шутил со мной... А еще паршиво, что я в тень ушел без подготовки. А сколько сил потребовалось, чтобы продавить Разлом и попасть сюда. Да и лицо нужно делать перед цесаревной, дабы она не зазнавалась.

Спустя пару минут желейки растворились во мне, и силы снова стали наполнять меня. Мне срочно нужно убить, как можно больше тварей, а то я потратился нехило. И что вы думаете я стал делать? Конечно, призывать новых тварей. Надеюсь, мои призванные убьют большее количество, чем помрет их сейчас. В общей сложности, призвал две сотни самых быстрых из мелких, и отправил их на охоту, а сам прислонился к стене, и стал ждать, поедая новые желейки. Как итог, не повезло селению гоблинов, и это был отличный шаг. Души их ко мне не шли, а вот энергия, да. Там даже были хобгоблины, которых уничтожали своими клювиками мои долбодятлы.

Геноцид гоблинов проходил успешно, пока не вмешались их шаманы. Вот те могли управлять стихиями, и принялись уничтожать моих призванных. Впрочем, это поселение моя армия уничтожила на восемьдесят процентов, и живительная энергия потекла в меня. Теперь я могу опять вполне успешно действовать, но как только доберусь до дома, то отлежусь дня три, не меньше.

Ладно, идем дальше к разбору завалов, чего тут есть, а чего нет. Не было здесь порядка, и это удручало, зато драгоценности были. Наверное, на черный день собирал. Если я их продам, то получу полмиллиона, но вот стоит ли продавать магическое золото? Не думаю... Лучше себе оставить, а здесь все золото было магическим, что говорило о хороших алхимиках.

Когда мы уже собирались отсюда уходить, Шнырьку привлекла одна стена, от которой он никак не мог отлипнуть. Он подозвать меня, и попросить сломать ее. Сам не мог туда проникнуть, и вроде там ничего нет, но моя чуйка тоже подсказывает, что это не так. Тогда я призвал еще муравьев, и направил им в помощь одного кислотного слайма, который выжил после схватки, и теперь скучал. С кислотным дела пошли быстрее, хотя камень ему было трудновато пожирать, но размягчил он его успешно.

Мы продолбали метра четыре, и там ничего не было, кроме камня. А когда уже пошла земля, я подумал, что Шнырька ошибся.

— Ш-ш-ш-шам ты ош-ш-ш-шибшя!!! — зашипел он на меня. Снова подошел к стене, и даже лизнул ее. — Ш-ш-ш-шдешь!

Указал он нам на участок, который не был разломан, и находился выше того места, где долбали муравьи. Я лишь пожал плечами, и отдал нужный приказ, так как верил мелкому. Оказалось, не зря. Стена в том месте оказалась неглубокой, всего полметра, и за ней находилась ниша, в которой стояла одинокая шкатулка.

Шкатулка, вообще, была без всякой защиты, а вот стена, да... Укреплена и обнесена всевозможными магическими знаками. Сперва хотел просто закинуть ее в карман, тот, что пространственный, и поспешить отсюда прочь. Но все-таки решил взглянуть, вдруг я в мой мир принесу что-то опасное. А то слишком Шнырька довольно улыбается, и не признается, что там.

Когда я ее открыл, то даже выматерился от удивления. Шкатулка была забита камнями душ... Это... Очень неожиданно и ценно. Кажется, мне нужно будет хорошенько подумать, как их использовать, если учитывать, что половина из всех камней уже заполнена душами. Были даже сильные души, которые хотели служить. Правда, они готовы были на все, что угодно, лишь бы не это заточение. Но некоторые еще не сломались.

Ясно... Этот маг сделал тайник для себя на будущее. Половина всех камней пустые, а значит души смогли вырваться и раствориться за это время или просто погибнуть. А вот остальные еще в порядке, и готовы подчиняться. Тюрьма для душ...

Хотел бы я поговорить с этим магом, и начистить ему лицо.

Запрятав свою шкатулку в карман, я отправился прочь отсюда. Эта находка добавила мне сил, и я решил не возвращаться, а пройтись еще по коллектору в поисках кристаллов.

На все про все у меня ушло больше двадцати часов. У остальных тоже это время было не для отдыха. А еще, они устали сильнее, чем я. Мне-то было проще. Просто находил легкие кристаллы, и посылал туда тварей, а потом Шнырька бежал к входу, и проверял, как там дела. Остальные же время от времени сами возвращались, чтобы посмотреть.

Когда я понял, что энергии он напитал достаточно, и ему не хватает самой малости, а если точнее, то толчка для активации, а я примерно понимаю, как это делается, то пошел обратно, и стал дожидаться остальных.

Первым прибыл Гермес, который про... потерял свой лук.

— Ни слова! — пригрозил он мне пальцем, когда я уже хотел было спросить его об этом.

— Как скажешь, — пожал я плечами, и сделал вид, что не буду поднимать эту тему.

Буду... Ой, как буду! Возможно, мы с ним еще встретимся, а он довольно тяжелый человек, который любит возвышать себя над другими. Чем-то похож на Вербицкого, только не такой мудак. А потому я послал Шнырьку найти обломки его лука, может и пригодится. Конечно, я не собираюсь его ремонтировать и отдавать.

Следующим пришел Арес, с которым цесаревна также разделилась, и отправила одна на поиски кристаллов. Само собой, последней явилась она лично.

— Чего стоим, не работаем? — окинула она нас суровым взглядом. — Можно с вами? — выдохнула она, и плюхнулась на землю. — Все... Устала...

Странная она, однако.

— Надо силы восстановить, а то наш Барончик выдохся, — не сумел сдержаться и съязвил Гермес.

— Ага, устал... А где твой лук?

— Хана тебе! — резко подорвался он, когда я задел за живое.

— Ты потерял «Зайчика»?! — удивилась цесаревна. — Это же был мой подарок...

Упс... Кажется, кого-то спалил, но, блин... «Зайчик»? Что за больная фантазия?

— Прости... — мигом изменился он, и опустил голову. — «Зайчик» погиб...

Ну, зашибись... После этой новости цесаревна расстроилась, и стала с еще большей силой начищать свой меч/тесак, который прямо таки скрипел, и мне даже показалось, что я слышу плач металла.

С «Зайчиком» тоже интересная история вышла. Он его потерял, когда пытался закрыть громадный кристалл, а тот охраняла хрень, похожая на смесь быка и осьминога. Из спины торчали щупальцы, которые ломали камни, стены, головы, и луки...

Видя, что атмосфера уже накаляется, я решил — пора сваливать отсюда.

Сидя спиной к Разлому, я стал проводить с ним манипуляции. Первым делом, зарядил это место своей силой. А затем стал ждать, пока оно начнет ее впитывать, и в момент, когда запитка пошла, я приказал своей энергии разорваться. Произошел взрыв, который не навредил нам, но зато Разлом снова был открыт.

— Нам хватило энергии? — удивилась и обрадовалась цесаревна. — А я думала, что мы еще неделю здесь торчать будем.

— Попрошу отойти! — сказал Гермес, и стал впереди нее.

Рядом с ним стал Арес.

— А ты, наоборот, иди вперед! — обратился ко мне Арес.

Жеванные кроты... Решили пустить меня на мясо? Как минимум, гонца можно было использовать, а то чего он там спит все это время. Шучу, конечно.

— Гряв! — рявкнула Карамелька, и стала рядом со мной.

Цесаревна неодобрительно посмотрела на своих помощников, думая, что им сказать. А те были в полной уверенности, что бароном можно и пожертвовать. В принципе, я могу не пойти, и все дела. Вот только... Я что, похож на труса? Нет! Да и любопытно, что меня там может ждать, а потому...

— Я, конечно, подозревал, что вы трусы, но теперь еще и убедился в этом лично, — с насмешкой говорю им, и направляюсь в сторону выхода, а затем поворачиваюсь назад. — Оль, гнала бы ты их в шею, а то такие бойцы еще и тебя продадут в бою. Говорят, что сильный Род может дать пустому человеку силу и статус, но смелость никогда. Пустышка всегда остается только пустышкой.

Конечно, я знал, что эти два сильнейших Одаренных кто-кто, но точно не трусы. Они просто делают свою работу — защищают цесаревну. И хорошо делают! Но не за мой же счет!!!

Сказал, и шагнул на выход из Разлома. Страха не было, как и сомнений, я не люблю прятаться за спинами других. Никогда так не поступал, и сейчас не поступлю. На всякий случай, только держу в душе поводок с гидрой. Если там засада, то чего уж, погибнет весь континент...

На выходе на меня тут же навелось, по меньшей мере, сотня стволов. Я уже было решил свалить обратно в Разлом, от греха подальше, без затей бухнувшись жопой вперед — всё-таки решил пожалеть континент, как раздался знакомый голос.

— Галактионов, твою мать!!! Где цесаревна?!!

Где-то в Китайской Империи

— Игорь, это точно?

— Да, дядя, я её закрыл! Она оттуда уже не выберется!

— Как же ты меня заколебал, племянничек!

Князь Вербицкий тяжело уронил голову на руки, опершись локтями на старинный стол из зеленого разломного мрамора.

— Дядя?! — Абсолют Вербицкий нервно поправил кепку, что носил последнее время, дабы его позорная проплешина была не видна. — Что не так?

— Да всё не так, Игорь! — посмотрел на него исподлобья Геннадий Павлович. — Мы сделали всё. Понимаешь, всё! Для того, чтобы ты взял цесаревну живой. Нужно было всего-навсего дождаться, чтобы она вышла из Разлома! Нет же, это не для гордого Абсолюта! Он всё сделает по-своему! Вот скажи, мой дорогой племянничек, тебе понравился твой доспех?

— Очень! — непонимающе кивнул Абсолют.

— А его придётся вернуть китайцам! И еще множество хороших вещей, что входили в сделку под названием — «живая Цесаревна»!

— Мой статус? Земли? — нахмурился Вербицкий.

— Тут всё в порядке, — отмахнулся князь. — Кто же откажется от Абсолюта в здравом уме? И земли оставят за нами. Распутин посодействовал... Но у меня один вопрос... Тут люди шепчутся... Игорь, почему ты пощадил Галактионова? Рука дрогнула? Или ты решил, что для него это слишком легкая смерть?

Вербицкий невольно вздрогнул, и размял пришитые обратно пальцы, что противно ныли, и будут ныть еще несколько дней. А еще он не нащупал такого привычного пространственного кольца, что было подарено самим Императором после достижения им класса Абсолют. Символично, что оно потерялось в момент нападения Вербицкого на дочку Императора.

— Да... Что-то вроде того, — пробормотал граф, задумавшись.

Пощадил? Да он там воевал в полную силу, и даже больше!!! У Вербицкого было время подумать, когда они, быстро собрав трупы и вещественные доказательства, что могли указать на них, эвакуировались к ближайшему аэродрому, где их ждали самолеты в Империю Дракона.

Галактионов силен! Очень силен! Слишком силен для такого пацана! А эта улыбка, с которой он в последний момент буквально провалился под землю?!

Игорь покачал головой. Хорошо, что этот несносный барон сгинул вместе с цесаревной. Кто его знает, чем бы закончилась их следующая встреча…

Глава 17

Секретное Бюро Французского Короната

г. Париж

— Эти сведения верны?

Маркиз Луи Франсуа де Лузиньян внимательно посмотрел на докладчиков.

— Да, всё верно, Ваше Превосходство. Собственно говоря, имперцы этого и не скрывают. За один рейд они потеряли сотню Истребителей. Ещё около трёх десятков перешли на сторону Китайской Империи, во главе с Абсолютом Вербицким.

— Ну, надо же, — покачал головой маркиз. — Продажная собака!

— Позвольте, Ваше Превосходство, — улыбнулся его правая рука — худой и нескладный Пьер. — Но вы же сами пытались переманить Вербицкого на службу Короната.

— Да, пытался, не отрицаю, — сказал Луи Франсуа. — А он мне на тот момент затирал о преданности родине и отечеству. А оказывается, я всего-навсего мало предложил.

— В вашу защиту, Ваше Превосходство, — снова взял слово помощник, — могу только сказать, что, к сожалению, у Империи Дракона возможностей побольше, чем у нас.

— Возможно... А может тебе голову отрезать за недостаток патриотизма? — прищурился маркиз, и все его добродушие мигом слетело.

Подчинённый побледнел.

— Простите, Ваше Превосходство, бес попутал! Я ничего не имел ввиду...

Маркиз слабо улыбнулся.

— Да ладно, шучу я, Пьер, шучу. Живи пока. Ничто сегодня не сможет испортить моё хорошее настроение. Представить только — минус сто пятьдесят Истребителей, минус Абсолют. Теперь у Империи остался всего лишь один Абсолют?

— Да, Ваше Высочество, — ответил начальник Истов Короната полковник Луи Гишар, который чувствовал себя здесь очень неуютно. Факт смерти сотни погибших его коллег не вызывали у старого служаки никакой радости. — Абсолют Алексеев сейчас работает в Иркутском Разломе. О судьбе Пушкина, как и о судьбе Императора, нет никаких вестей.

— Очень хорошо, — сказал маркиз. — А это значит, что экспедиционный корпус Империи обескровлен. Сегодня-завтра они с позором отправятся на родину, оставив африканский Эпицентр в нашем распоряжении. И вот тут наступит ваше время.

Он кивнул на главу Истребителей Короната, на секунду отвлекся, и нажал кнопку на компьютере. У того блямкнуло в планшете.

— Это перечень Разломов и материалов, которые нам оттуда нужны.

— Но Ваше Превосходство... — полковник мельком взглянул в планшет. — Наши силы...

— Да, я знаю, наши силы, — скривился маркиз. — Скажу больше, наши Истребители — это позор Короната. Подумать только! Ни одного Истребителя первого класса! До сих пор! Я не говорю об Абсолюте! Но ничего, я договорился с нашими китайскими партнёрами. Дракон-Император готов распахнуть свою сокровищницу, и поделиться артефактами с нами.

— Это радует, — несмело улыбнулся Гишар. — Драконы славятся своими мастерами-артефакторами.

— Это я и без тебя знаю, дубина, — сказал маркиз. — Получишь всё, что нужно. А я должен получить всё по списку. Самое время начать модернизацию армию Короната. Что-то мне подсказывает, что через некоторое время она нам понадобится. Взор Короны устремлён на восток. И я уверяю вас, господа, что Коронат скоро снова станет великим!

* * *

Честно говоря, я и не видел такого количества боевой техники и людей, как было собрано на этом безымянном кусочке пустыни, на африканском континенте. В небе кружили самолёты и вертолёты, вокруг был построен конкретный такой периметр, и всюду суетились люди, половина из которых была в цветах Доброхотова, вторая была имперцами, которых Доброхотов, хрен знает, откуда притащил.

Вообще-то он не успел высказать мне свое возмущение, так как почти сразу за мной из портала вышла тройка цесаревны.

— Ваше Императорское Высочество! — упал на колени герцог Доброхотов. — С вами всё в порядке?

— Дядя Максимилиан? — удивилась Ольга. — А вы здесь как оказались?

Герцог неприязненно бросил взгляд в мою сторону.

— А вот один несносный молодой барон написал, что не справился.

— Не было такого! — запротестовал я. — Ни слова в этом сообщении не было о том, что я не справился. Наоборот, я справился! Вот видите — цесаревна жива и здорова.

— Ты как общаешься с имперской особой?! — напыжился Доброхотов, и глаза его опасно сверкнули.

— Ну, примерно так, как общаюсь с её мамой, а что? — недоуменно пожал я плечами.

— Мне кажется, тебя плохо воспитывали в детстве, — угрожающе начал Доброхотов.

— Да какая муха тебя укусила, герцог? Мне кажется, что момент потерян, и воспитывать меня уже не получится, — откровенно развеселился я.

— Тихо! — властно сказала Ольга, и герцог тут же замолк, почтительно склонив голову. — Дядя Макс, скажите, это — правда, что Императрица идет на поправку?

— Правда, — сказал герцог, всё ещё держа голову склоненной.

Откуда у него столько уважения к императорской семье?

— Я вам скажу больше, еще неделю-две, и ваша венценосная матушка будет в полном порядке.

— Но как? Кто это сделал? — удивилась Ольга.

Герцог бросил на меня косой взгляд, и криво улыбнулся.

— Все вопросы к барону Галактионову. Императрица жила у него в усадьбе. И как ты там сказал, барон? «Внезапным образом чудесно исцелилась»?

— Воистину так, — кивнул я. — Самое настоящее чудо. Возможно у меня в усадьбе... стены целебные.

Ольга нахмурилась.

— Ты опять включаешь клоуна, Галактионов?

— Никак нет! — тут же покачал я головой.

— И у меня сразу второй вопрос: как и почему Императрица попала к тебе в усадьбу?

Я открыл рот ответить, а потом понял, что про Хрулёва и его возрождённую «инквизицию» на самом деле никто не знает. Ну, кроме Императрицы. И, возможно, это не моя тайна.

— Я думаю, ваша матушка вам сама всё расскажет. Ну, или не расскажет, — пожал плечами я.

— Но ты знаешь, откуда? — нахмурилась ещё больше Ольга.

— Не буду скрывать, знаю, — сказал я.

— Тогда я тебе приказываю рассказать всё от начала и до конца.

Я не выдержал и рассмеялся. Какая она серьезная сейчас!

— Извините, Ваше Императорское Высочество, но это так не работает. Не буду я вам ничего рассказывать.

— Почему это?

Цесаревна снова преобразилась. Из требовательной фурии, у которой только-что из глаз летели молнии, она превратилась в обиженную девочку. Вон как губки надула.

— По коча... — автоматически начал я, а потом сбился, поняв, с кем я разговариваю. — Боюсь, что распространение данной информации может грозить имперской безопасности.

— Но я и есть имперская безопасность! — с обидой посмотрела на меня девушка.

Я, честно говоря, не знал, как себя вести, и решил действовать по ситуации. Если она, в данный момент, ведёт себя, как обиженная девочка, ну что же... я под неё подстроюсь.

— Так-то оно... так. Но давайте мы долетим до моего поместья. Вы встретитесь и поговорите со своей матушкой. У меня Семёновна такие блины печёт, — неожиданно для самого себя сказал я.

— Какие, нахрен, блины? — прошептал рядом герцог.

— Причём здесь блины? — удивилась цесаревна.

— Ну, не знаю, — я задумчиво почесал голову. — Внезапно блинов захотелось, а у Семёновны они безумно вкусные.

Цесаревна смотрела на меня настороженно. Потом уголки её губ приподнялись вверх, и через секунду она весело смеялась.

— Ха-ха, блины! Скажи еще, что лучшие в Империи?

— Вполне возможно, что и так, — в ответ я тоже улыбнулся.

— Ох, уморил... Блины! — сказала она, а затем повернулась к герцогу. — А почему мать его отправила, а не вас, дядя?

— Я вот тоже очень хотел бы это узнать, — сказал Доброхотов.

Тут до меня внезапно дошло. Нет, я не туплю, я просто очень устал.

— Почему дядя? — нахмурился я.

— Как почему? — удивилась Ольга. — Максимилиан — двоюродный брат моей матери.

Ага, в моей голове пазл сложился. Из того, что я понял — Максимилиан накосячил, и очень сильно. А Императрица за него вступилась перед своим мужем.

Ну, и мне очень хотелось бы думать, что алмазный бизнес достался ему по блату. Но уже немного зная Алмазного Короля, я понимал, что блатом тут и близко не пахло. Делец он был от бога, да ещё и воин потрясающий, так что уверен — на вершину пищевой цепочки он забрался исключительно сам.

— В любом случае, — продолжил Доброхотов, — Сейчас вокруг этого события закрутились такие политические ветра, что боюсь, они перейдут в настоящее торнадо. Нам нужно поторопиться, Ваше Императорское Высочество. Некоторые страны предупредили, что закроют в ближайшее время воздушный коридор для бортов Империи.

— Они с ума сошли? — нахмурилась Ольга. — Они хотят войны?

— Как раз думаю, что они не хотят войны, — сказал Доброхотов. — Но из Европы и из Азии идут однозначные посылы, которые мне очень не нравятся. Местные, скорее всего, возьмут нейтралитет, чтобы затаиться и посмотреть, чем дело закончится. В любом случае, нам срочно нужно в Империю.

— Да-да, конечно, — сказала Ольга и повернулась ко мне. — Полетели?

— Не-не-не... — сказал я. — Я не готов. У меня старшина в отеле не кормлен, и друзей еще забрать надо.

— Какой такой старшина? — удивилась Ольга.

— Очень хороший мохнатый старшина. Ну, когда спит зубами к стенке, — не удержался я. — В любом случае, мне нужно сперва заскочить в лагерь международного экспедиционного корпуса.

— Экспедиционный корпус прямо сейчас пакует вещи. А ещё пакует княжича Долгорукова, — хмыкнул Доброхотов.

— А что с ним? — навострил я уши.

— Неудачное покушение.

— Покушение?

— Да, один из наших Истов оказался чужим агентом, и напал на княжича.

— Вы сказали — неудачное? — уточнил я.

— Ну да. Сергей свернул ему шею. Вот только кинжалом он до него дотянулся. Кинжал не очень простой, так что... Благо, там каким-то чудом там рядом оказался княжич Андросов, — с любопытством посмотрел на меня герцог, ожидая комментариев, но конечно же их не последовало. — Помереть он ему не дал, но вот будущее его крайне туманное.

— Тогда мне тем более нужно туда.

— Галактионов, я тебе приказываю лететь со мной, — топнула ногой цесаревна.

— При всём уважении, — сказал я, — но у меня там друзья. Да и не волнуйтесь, мы прибудем с вами в усадьбу примерно в одно и то же время, — усмехнулся я.

— Мне нейтрализовать его, и загрузить на борт? — абсолютно спокойно поинтересовался Доброхотов у цесаревны.

— Я тебе нейтрализую! — вспылил я. — Нейтрализовалка еще не выросла.

От герцога начала распространяться волна силы. Я вздохнул, и тоже врубил свою ауру, с грустью заметив, что я сейчас не в лучшем состоянии.

— Ну-ка, прекратите немедленно! — сказала цесаревна, и повернулась ко мне. — Я... вроде как, должна тебе, Галактионов. И в этот раз пусть будет по-твоему. Но имей ввиду, что неподчинение приказам императорской особы в какой-то момент может означать для тебя смену места жительства, а может и окончательную смерть, — абсолютно серьёзно сказала девушка.

У неё снова включилась личность ВЕЛИКОЙ НАГИБАТОРШИ.

— Напугала ежа голой жопой, — буркнул я тихо.

— Что? — нахмурилась цесаревна.

— Да нет, ничего. Спасибо, говорю, Ваше Императорское Высочество, за такие привилегии.

— Они не будут длиться вечно, Галактионов, точно не будут! — покачала головой цесаревна. И высоко вздернув голову так, что в воздух взлетела копна багряных волос, она отошла к Аресу и Гермесу, которые о чем-то договаривались с доброхотовцами.

— Да я уже понял, — сказал я ей вслед, и повернулся к герцогу. — Ваша Светлость, не будете ли вы так любезны дать мне в аренду вертолет, чтобы добраться до Центра?

Герцог некоторое время смотрел на меня молча. Судя по тому, как играли желваки на его лице, он мне хотел сказать очень много всего, скорее всего нелицеприятного. Но лишь кивнул головой.

— Ладно, забирай. Свою гвардию я у тебя отзываю. Но самолёт будет ждать вас на аэродроме.

— Самолёт мне ваш не понадобится. Спасибо, — хмыкнул я. — Но за предложение благодарю. Ну, и за людей, за помощь, и всё такое.

Всего секунду помолчав, я не удержался.

— А знаете что, герцог... Только подумаю, что вы нормальный мужик, как тут же выкинете какую-нибудь хрень. Нейтрализовать он меня собрался...

Герцог внезапно улыбнулся.

— Жаль, что наша игра откладывается, Галактионов.

— Почему это откладывается? — удивился я.

— А ты не понимаешь, что сейчас творится? — он развел руками.

— Примерно... понимаю.

— Мне будет немножко не до тебя, барон.

Он подошёл ко мне, и вполне дружески хлопнул по плечу. Ну, конечно, он напитал себе руку силой, и если бы перед ним стоял простой человек, то, скорее всего, он бы сломал ему плечо и уронил на землю. Но я ведь не из слабых, поэтому всего лишь криво улыбнулся.

— Бывай, барон! Удачного пути! Встретимся в твоей усадьбе.

— И вам не хворать, герцог... — сказал я.

Свистнул Карамельку, и мы пошли к вертолету, который уже раскручивал лопасти. Пришлось рукой прикрывать глаза от летящей пыли. Сбоку рассерженно фыркала Карамелька. А стоящая вдалеке цесаревна, прервав с кем-то разговор, задумчиво посмотрела нам вслед.

* * *

Когда я прибыл в гостиницу, там реально всё напоминало муравейник. Злые, как собаки, имперские Исты паковали вещи. Машины, одна за другой, отъезжали от гостиницы, и двигались в сторону аэропорта.

В холле гостиницы меня ждали пять очень злых товарищей. Ну, точнее, не все были злыми.

Морозова заулыбалась — она всегда рада видеть меня. Андросов выглядел очень уставшим. А вот две княжны и одна принцесса были рассержены.

Рад меня видеть был только Затупок, который терся здесь рядом. Быстро подбежал ко мне, чтобы я его почухал, и озабоченно пошёл осматривать свою подругу, которая легла в сторонке отдохнуть.

— Как ты мог бросить нас, и отправиться в одиночку? — начала Катерина.

— Ты, вообще, своей башкой думал, Галактионов? — присоединилась к ней Хельга. — Оставил нас тут в неведении.

— Серёжа чуть не умер! — присоединилась к ним Мария.

— Так, стоп! — я громко хлопнул в ладоши. — Ты! — ткнул пальцем я в Андросова. — Докладывай, что с Долгоруковым?

— Жить будет, — сказал Андросов. — Вот только его душевный план затронут. Лично я не владею такими знаниями. Надо отвести его к батюшке.

— Он ещё здесь? — спросил я.

— Да, — кивнул Андрей. — Отдыхает. Завтра его прямым спецбортом отправят прямо в наш госпиталь.

— Пойдём, посмотрим. Веди! — сказал я.

— Но он сейчас отдыхает, — сказал Андросов.

— Я с первого раза услышал, спасибо. Веди!

И мы всей дружной толпой пошли.

— Друг мой, чую, что и тебе нужно отлежаться! Хорошенько отлежаться! — Андросов примерился к моему шагу, и бесцеремонно тыкал в меня пальцем, проводя «быструю диагностику».

— Не время сейчас, Андрюха, Родина в опасности!

— Шутишь? — нахмурился Андрей, но «пальпацию» не остановил.

— Шучу, конечно, как она может быть в опасности, если у нее есть я?!

— Дурень ты, Сашка, я же не шучу! От тебя на километр фонит истощением! Тебе нужно отдохнуть и поспать!

— На том свете отоспимся, дружище, — я улыбнулся. — Но это неточно...

Перед палатой мне отсалютовали два спецназовца в полном боевом облачении. Андрей открыл дверь, но я придержал его за руку.

— Так, вы все здесь остаетесь!

— Но...

Честно говоря, мне хватило впечатлений от Доброхотова и цесаревны. Но у них хоть какое-никакое оправдание было. Доброхотов — самоуверенный мудак по жизни, а Ольга — какая-никакая, но дочь Императора. Эта же молодёжь... Если я могу заставить их подчиниться, значит, я так и сделаю. Поэтому я молча зашёл внутрь, и закрыл дверь прямо у них перед носом.

Подошёл к Сергею, и уселся рядом с ним на табуретку, бесцеремонно положив руку ему на лоб. Ну да, так я и думал. Собственно, догадаться было несложно. Распутин шоркался где-то рядом. И Андросов справиться не мог. Значит, «привет» от этих местных грёбаных Душеловов, которых я очень-преочень хочу найти.

Внутри Сергея находилась одна мерзкая душонка, точнее, часть от неё. Видимо, Долгоруков очень быстро отреагировал, и с артефакта тварь туда полностью не перешла. Да и жизненно важных органов не задела, что немаловажно. Если бы кинжал попал прямо в сердце, то, конечно, от этого удара Сергей не умер, но тварь его добила бы очень быстро. А так она находилась внутри, и пыталась быстро подожрать энергию владельца, дабы окончательно его прикончить.

— Галактионов, какого хера ты меня трогаешь? — открыл глаза Сергей.

И по глазам видно, что парню сейчас не очень хорошо. Я сразу отдернул руку.

— Вот, соскучился, пришел проведать.

Увидев беспокойство в его глазах, я тут же добавил.

— Нет, я не собираюсь на тебя покушаться. Я не по этим делам, ты же знаешь.

— Ну, да! — ухмыльнулся Сергей. — Если бы ты хотел, то сначала вылечил меня, а потом вызвал на дуэль.

— Очень надо. Издеваться над слабыми я не умею,

— Галактионов! — недовольно повысил голос Долгоруков. — Я хоть сейчас и слаб, но уверен, что и в таком состоянии смогу надрать тебе задницу.

— Но-но... боевик, успокойся. Подними руку, — сказал я.

Он поднял.

— Сожми пальцы.

Сергей напрягся, у него даже капля пота по виску скатилась, но сжать он их не смог.

Он уронил руку, и грустно усмехнулся.

— Ну вот, я теперь даже меч держать не смогу.

— Сможешь, Серёга, сможешь. Есть у меня одно лекарство.

— У тебя? — спросил он.

— Да, у меня.

Я свистнул, и открыв лбом дверь, в палату ворвался озабоченный старшина Затупок.

— Место, — сказал я, и хлопнул по кровати.

Через секунду толстая тушка ляпнулась рядом с раненым княжичем.

— Это что еще за хрень? — удивился тот.

— Это твоё лекарство, — сказал я. — Тебе нужно спать с ним неделю. За это время он вытащит из тебя всю хворь.

— Галактионов, что ты несёшь?! — изумился Сергей так, что у него аж глаз задёргался.

— Нормально всё я придумал, — сказал я. — Вот только лететь тебе придётся не в столицу, а ко мне в усадьбу. Свежий воздух, вкусная еда. Блины, опять же... — вспомнил что-то я о них опять не вовремя. — Короче, поставим мы тебя на ноги. Но со старшиной спать неделю, минимум!

— Ты сейчас шутишь? — попытался уточнить Сергей.

— Я что, сейчас похож на шутника? — прищурился я.

— Нет.

— Ну, тогда решать вам, Ваша Светлость. Честно говоря, мне нужно уходить, — я посмотрел на часы. — Я отсюда выхожу через час. Поговори пока с сестрой, и реши, кому ты больше веришь.

— Хорошо, — сказал он.

— Вот и ладненько, — я похлопал по толстой жопе медоеда. — Давай, охраняй княжича.

Хмыкнув напоследок, я вышел из палаты.

— Машунь, там твой братец с тобой хочет поговорить, — я оглянулся на всех. — Выход через час. Идём той же дорогой, что и шли сюда. Всё понятно?

Все ошарашенно кивнули. Кажется, они были под впечатлением от делового меня, который не был похож так на обычного раздолбая.

— Саша, — окликнула меня Екатерина.

— Чего?

— Посмотри вниз.

Я подошёл к окну. Гостиница была построена квадратом с внутренним двориком, вся прикрытая куполом от бури. И сейчас внизу, на своих баулах, полностью снаряженные, сидели двенадцать человек. Очень знакомые двенадцать человек.

— Блин, — протянул я. — Вы хотите сказать?..

— Да. Эти двенадцать Истребителей готовы поступить к тебе на службу. Если, конечно, ты не против.

Я почесал голову.

— Ну, какой дурак будет против двенадцати новых Истов? Главное, чтобы они с Волком и с Гришей характерами сошлись. А если не сойдутся, у меня всегда есть план «Б» — я натравлю на них старшину, он их покусает, и общий градус по палате у меня синхронизируется. Ха-ха!

Монгольское Ханство

Новый Сарай

— Ты уверен? — нахмурился Хан, одной рукой беря виноград с золотого блюда, что стояло на спине у голой наложницы, скрючевшейся у его трона в коленно-локтевой позиции. А другой рукой он в этот момент жмакал большую грудь второй наложницы. Это всегда успокаивало великого Хана. Хотя, в данный момент, он не нервничал. Он радовался, находясь в предвкушении.

— Да, Великий и Могущественный! — оторвал голову от пола один из докладчиков, в то время, как все остальные упирались лбами в пол. — Разведка доложила, что более ста пятидесяти Истребителей Империи уничтожено. Остальная часть перешла на сторону Империи Дракона.

— Китайские собаки! — выругался Великий Хан, и наложница пискнула из-за того, что Хан сжал ее грудь очень сильно. — Вечно им достается все самое лучшее! Ну ничего, придёт и наше время. Степь расширится на восток, и мы дойдём до Тихого Океана, повергнув этих подлых последователей ящерицы-переростка в прах. Так?! — повысил он голос.

— Конечно так, о Солнцеликий!!!

Раздался многоголосый гул, и докладчики истово застучали головами о каменный пол.

— Вот и хорошо, — сказал тот, и взял ещё одну виноградину. — Кислая, — скривился он, и пнул ногой так, что наложница, служившая столом, и блюдо на ней, покатились в сторону, звонко бренча. — Но эти ящеролюбы мне пока нужны, — скривился Хан. — Что говорит разведка?

Второй лысый пожилой мужчина поднял голову.

— Я вчера общался с китайским эмиссаром. Он говорит, что в ближайшее время будет благополучное время для того, чтобы оторвать кусок от Империи.

— Мне неинтересно, что говорит этот шакал, — скривился великий Хан. — Ты — моя разведка. Что говоришь ты?

— Со всем почтением, мой великий Хан, но я считаю, что нападать на Империю сейчас очень неразумно. Потери Империя понесла исключительно в Истребителях. Имперские гарнизоны, как стояли на границе, так и стоят.

— Трусливый шакал, — нахмурился Хан. — Отрубить ему голову!

— Но... — начал мужчина, но не успел, так как личный телохранитель Хана подскочил, и одним взмахом меча снес тому голову.

— Кто его заместитель? — скривился Хан.

Из толпы, находящейся подальше, не вставая с колен, на карачках подполз другой мужчина.

— Что скажешь о нападении на Империю, новый Паша? — осведомился у него Хан, и тут же истерично защелкал пальцами.

Без слов прибежали тоже обнаженные девушки. Одна из них устроилась в качестве живого стола, вторая поставила на неё новое блюдо с виноградом.

Хан замолчал, оторвал ягодку, внимательно разглядел её, положил в рот, прожевал, и довольно улыбнулся.

— Хорошо! Так что, новый Паша, если долго будешь не отвечать, то мы тебе тоже отрубим голову. Когда мы нападем на трусливых имперцев?

— Как только отдадите приказ, о Светлоликий! — начал с усердием стучать головой об пол «счастливчик».

— Вот это правильный ответ, — улыбнулся Хан. — Заберите эту падаль!

Он кивнул на обезглавленное тело, и повернулся к новому военачальнику.

— А ты можешь забрать его юрту и его жён, заслужил!

Глава 18

— Так, все! Знакомьтесь — это Баньши. Баньши, знакомься — это «все», — хмыкнул я, обводя рукой ждущую меня компанию.

— Здравствуй, Баньши, — нестройно сказали ребята, пристально её оглядывая.

— Здравствуйте «все», — не осталась в долгу женщина, хитро усмехнувшись.

Выглядела она... обычно и неприметно. Её балахон, под которым могло скрываться всё, что угодно, настолько бесформенным он был, простые полотняные штаны, и на ногах что-то вроде кроссовок, вот только явно не фабричного изготовления. Ну, и небольшой рюкзачок, в котором, как мне показал Шнырька, лежала целая коллекция разнообразных кинжалов, и несколько магических бомбочек. Такая себе ниндзя. Баньши оправдывала свою репутацию.

В магазине ее отца всё прошло очень быстро. Подозреваю, что они успели переговорить уже до меня, потому что у Мухаммеда было настолько каменное лицо, что, чувствую, не рад он был внезапному путешествию своей дочки, но её волю принял.

А с другой стороны, мне кажется, этой женщине вряд ли кто-то мог помешать. Уж точно не её брат, который также здесь присутствовал и зыркал на меня гневным взглядом. Все его эмоции были написаны, в отличие от отца, на лице. Вот он явно был недоволен. Хотя формально, с уходом Баньши, оставался первым наследником своего отца. Не знаю, как дальше будет, но подозреваю, что Призрак обрадуется ее появлению. Правда, всегда может случиться что-то не так, и он мне выскажет всё, что думает обо мне. Не, не может быть!

— Саша, на секунду, — Мария бесцеремонно взяла меня под руку, и отвела в сторону.

— Ну, как там Сергей? — спросил я у нее.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь? — вопросительно посмотрела она на меня.

— А я давал повод в этом усомниться? — усмехнулся я.

— Да в том и дело, что нет, — сказала Мария. — В общем, я сказала брату действовать так, как ты сказал.

— ТЫ сказала брату? — улыбнулся я.

— Да, а что? — посмотрела на меня Мария.

— Да нет, ничего, — хмыкнул я. — Всё с ним будет хорошо, не переживай.

— А откуда у медоеда такие способности?

Я опять улыбнулся.

— А что ты знаешь о тотемном животном Галактионовых?

— Да ничего, кроме того, что он полная копия тебя, только мохнатый, — она слегка усмехнулась, — и побольше в заднице.

Я рассмеялся.

— Жизнь у него тяжёлой была, голодной. Сейчас он немножко отъедается. С другой стороны, рано или поздно ему придётся переходить в старший командный состав. А перед вступлением в звание лейтенанта, Волк проведет тест на физическую подготовку. Так что вполне возможно, что потолок Затупка — это прапор!

— Ты о чём сейчас, вообще? — нахмурилась Мария.

— А... не обращай внимания. Это наш местный юмор. То есть, твой брат полетит в Иркутск? — я уточнил, на всякий случай.

— Да, самолет, который должен был отвезти к Андросовым, повезет его в Иркутск. Но знаешь... что? — она настороженно на меня посмотрела.

— Что?

— Князь Андросов не в восторге. Честно говоря, мой отец тоже не в восторге. И я чувствую, что тебе предстоит серьёзный разговор и с одним, и с другим.

— Как-нибудь справлюсь, — хмыкнул я.

— Даже не сомневаюсь, — сказала Мария.

Как только я развернулся, она меня придержала, и потянулась мне к уху.

— Саша, а она не старовата для тебя? — прошептала девушка, кидая выразительный взгляд на Баньши.

Я тоже перевёл на неё глаза, и посмотрел ещё. Ну, вообще-то, выглядела женщина, несмотря на свой возраст и тяжелые условия жизни, очень и очень.

— Да нет, в самом соку. Некоторые любят постарше.

— Саша! — возмутилась Мария.

— Да шучу я, шучу! — сказал я. — Вроде зима на дворе, а у вас у всех какое-то весеннее обострение.

— У «всех» — это у кого? — встала в стойку Мария.

— Ай, забей, — сказал я. — Давайте, пошли. До Иркутска путь не близкий, ещё и повоевать нужно.

Несколько часов на арендованных вертолётах, и вот нас высаживают в пустыне. Отпустив борты, я подождал, пока Шнырька не скажет, что они реально улетели. Правильно сказал Андросов — двухсторонний Разлом — это реально интересная штука. Учитывая, что в ближайшее время, походу, у Империи будет проблема с воздушным транспортом, с полётами над Ближним Востоком, то этот Разлом станет, вообще, на вес золота.

Подозреваю, что в Африканский Разлом я ещё вернусь. Творится здесь что-то странное, и я пока не могу понять, в чём дело. Есть ли в этом что-то от того, что африканский Эпицентр был первым, и он сейчас самый древний? Скорее всего. Но я чувствовал реальную угрозу. Учитывая, как действуют враги Империи, они, в первую очередь, заботятся о собственных интересах. Положить кучу Истов тогда, когда сам Эпицентр вопит, что скоро он всем покажет «Кузькину мать», очень нерационально.

В общем, ещё час по пустыне, и мы нырнули в Разлом, нос к носу столкнувшись с группой бедуинов, которые, увидев нас, тут же подняли арбалеты. Вот только что-то — или чувство самосохранения или здравый смысл, так неожиданно у них появившийся, уберегли их от нажатия на спусковой механизм.

Я на секунду представил, как мы выглядим со стороны, и усмехнулся, глядя на этих полубомжей, которые после их разгрома, видимо, с трудом, но наковыряли какую-то унылую снарягу. А со стороны они видели хорошо вооруженную и уверенную в себе группу Истребителей, часть из которых мгновенно стали переливаться всеми цветами радуги, воплощая энергию в разрушительную силу. Да я бы от вида от одной Хельги и Катерины обосрался!

Вокруг Хельги начала разрастаться маленькая снежная буря. А тёмный туман вокруг Екатерины буквально вопил, что он догонит тебя и выпьет твои разум и душу.

Я поднял руку, и сделал пару шагов вперёд.

— Кто за старшего? — спросил я.

— Сандер-эфенди, это я, — осторожно, из задних рядов, появился мой старый знакомый, и заговорил, немного заикаясь.

— Саид, ты... что ли? — нахмурился я.

— Я-я, Сандер-эфенди.

— Я тебя для чего отпустил? Чтобы ты всем рассказал, что не надо сюда ходить. А ты что сделал?!

— Нет-нет, многоуважаемый Сандер, ты неправильно меня понял! Я сказал своим — никаких убийств благородных Истребителей. Мы на охоту ходим, тварей убиваем, желейки продаём! Еды дети много-много кушать!

— Много-много кушать... — я посмотрел на них, они тащили три несчастные твари. — На два десятка «охотников» что-то маловато.

— Так пусто, великий Сандер, — развёл он руками. — Побил кто-то зверей.

— Кто-то... — я обернулся к своим.

Девчонки улыбнулись.

— Да они тут сумасшедшие какие-то. Мы хотели просто пройти, а они на пути встали.

— Да-да, рассказывай! — подколол Андрей свою сестричку. — Мне им пришлось напомнить, что мы торопимся. Иначе бы они здесь надолго застряли.

Я пожал плечами. Ну, монстры тут не сильные. А прокачка — она всегда прокачка.

Я почесал голову.

— Саид, иди сюда! — махнул я ему рукой.

— Бить будешь? — прищурился абориген.

— Да не ссы, не буду.

Он осторожно подошел, а я достал изрядно похудевший мешочек с желейками. Там оставалось несколько красных и оранжевых. Для меня — мелочи, а для этих оборванцев, похоже, целое состояние.

Я протянул ему мешочек.

— На, купи своему аулу кушать «много-много», — хмыкнул я. — И вот ещё...

Я полез в мешок и достал спутниковый телефон, что дал мне Доброхотов.

— У вас тут электричество есть, чтобы подзарядить его?

— Есть, конечно, у нас все есть! Сделаем всё в лучшем виде! — улыбнулся он, беря в руки телефон, и жадно на него посмотрел.

И взгляд этот нифига мне не понравился.

— Если ты его продашь, я вернусь, найду тебя, и ноги повыдергиваю. Ясно?

— Какой «продашь», Сандер-эфенди?! — удивился он. — Великую честь ты мне оказываешь — быть на связи с великим Воином.

— Во-во, честь, и вот это вот всё, что мне от тебя нужно. Поставь кого-то из своих рядом. И если этот Разлом обнаружит кто-нибудь из Истребителей, тут же дай мне знать об этом. Понятно?

— Сделаю, Сандер, сделаю! — он задумчиво посмотрел на мешочек. — Тут на «много» не хватит...

— Ах ты, жадная скотина! — рассмеялся я. — Да здесь хватит, чтобы весь твой аул скупить с потрохами. А будешь жадничать — я вернусь. Ну, а дальше ты понял.

— Всё-всё-всё! Всё будет хорошо!

— Я надеюсь на это. Давайте, бывайте. Вон из Разлома.

Оборванцы, испуганно косясь на ухмыляющихся здоровенных Истов, быстро потащили свои три туши к выходу.

— Старый знакомый? — уточнила Катя.

— Сандер-эфенди? — улыбнулась Мария.

— Великий Воин? — хмыкнула Хельга.

— Да, было тут пару моментов.

Собственно, Саид оказался прав. После того, как в эту сторону прошли ребята, тут никого не осталось. Так что мы просто отделались легкой прогулкой, прихлопнув парочку тварей по пути.

Пока мы шли, я повернулся к Истребителям. Все шли в боевом порядке и исполняли то, что я приказывал. Вопросов не было никаких.

— Ну, что хотел? Спрашивай! — спросил я у самого разговорчивого, которого звали Кирилл Яростный.

— Так рейд же, командир!

— Ничего, я тебе разрешаю.

Шнырька показал, что рядом никого не было, а я видел, что они прямо таки сгорают от любопытства.

— Я... что хотел спросить, Александр. То, что вы нас взяли — это означает, что вы возьмёте нас в свою гвардию?

Я рассмеялся.

— Вообще, ребята, вы меня удивили. Я вам сказал «пошли», и вы пошли. Куда, зачем, на каких условиях — это вам, вообще, было неинтересно?

Сбоку подошел крепкий мужчина — Истребитель 3-го класса, которого звали Олег Ершов.

— Я говорил молодёжи, но им было достаточно — «пошли».

— Ты же Ист заслуженный, чего не уточнил?

— А я из других соображений, — усмехнулся Ершов. — Контракт запорот, работа в ближайшее время есть, да и отдохнуть я хотел. В любом случае, в отличие от молодёжи, — он кивнул на меня, — есть запас средств на отпуск. Даже если у нас с тобой ничего не сложится, я просто приобрету полезный опыт.

— Олег — молодец! Будьте, как Олег! — хлопнул я его по плечу, и опять повернулся к Яростному. — Вот, учись. Всегда должен быть золотой запас. У тебя есть золотой запас?

— Эм-м-м... Нету, — сказал он.

— Понятно... Романтики хреновы! У кого ещё нет запаса на черный день?

Из десяти оставшихся восемь подняли руку. Удивительно, но «запас» имели два «четырёхклассника». Видимо, всё приходит с опытом.

Я повысил голос, чтобы слышали все.

— Место у себя не обещаю. Для этого вам нужно будет получить одобрение у моего начальника гвардии, и моего командира разломщиков. И тот, и другой — мужчины суровые, и людей не очень-то любят. Так что испытание будет жёстким, условия озвучат они. И да, как они скажут — так и будет. Всех всё устраивает?

Остановился я, и все остановились. Я хмыкнул.

— Конечно, вопрос не к месту, не ко времени. И если кто-то из вас откажется, так как вы знаете мой секрет, то мне придется здесь всех вас убить, — с грустным лицом сказал я.

Двое стоявших рядом со мной отпрянули, остальные напряглись.

— Да шутит он, — не выдержал Андросов, глядя на ошалевших ребят.

— Но это неточно, — с абсолютно бесстрастным лицом неожиданно сказала Хельга.

Я посмотрел на неё с уважением. Похоже, Ледяная Принцесса шутить изволила. Но глядя, как она оценивающе осматривает застывших Истребителей, меня начали терзать смутные сомнения — а шутит ли она?

В общем, реально шутка затянулась.

— Не ссыте, ребята. Да и согласен — не вовремя. Давайте выйдем из Разлома, и там решим.

Когда мы вышли из Разлома, там уже ждали все три моих «Буревестника», и хмурый Волк поприветствовал меня крепким рукопожатием.

— Вот, посмотрите на этого добрейшего лысого человека. Он — первый из тех двух зверей, о которых я вам рассказывал. Начальник гвардии — Андрей Потапов. Или можно просто — Волк. А это, — я кивнул на бойцов, — потенциальные рекруты.

Волк, дабы не терять время, сделал два шага вперёд, оглядел всех, спросил.

— Кто служил?

Двое из двенадцати подняли руки.

Волк махнул.

— Хорошо. Ладно, разберёмся. Грузитесь.

— А что хорошего? — осторожно поинтересовался, когда Исты начали грузиться.

— Да служивым как-то больше веры, — абсолютно серьезно пожал плечами Волк.

Я рассмеялся.

— Ты неисправим. Вообще-то это кандидаты в разломщики.

— Все разломщики — гвардейцы, — безапелляционно заметил Волк. — А начальник гвардии — кто? Начальник гвардии — я. Так что через мои руки они тоже обязательно пройдут.

— Я им примерно так и сказал, — рассмеялся я. — И да, логика железная.

Не жалея желеек, мы взлетели, и полетели в сторону усадьбы.

— Ребята пусть летят дальше, а мы возле доброхотовцев присядем, — сказал я, что и было исполнено.

Я вышел из «Буревестника» и подошел к КПП.

— Прохор! — поздоровался я.

Здоровяк, ранее увидев идущий на посадку «Буревестник», уже вышел вперёд.

— Скоро твой царь и бог прилетит лично.

— Да, герцог докладывал, — кивнул он.

— Я чего остановился? Сына ты хорошего воспитал, молодец парень!

— Спасибо, я знаю, — как само собой разумеющееся сказал Прохор.

— Я ему там предложение сделал. И тебе говорю. Если у вашего властелина крышу сорвёт, то, где Галактионовка — вы знаете.

Прохор покачал головой.

— Не будет такого, барон. Никогда не будет. Есть такое слово — верность.

Я не удержался, и многозначительно посмотрел на его отсутствующий глаз, а затем просто покачал головой.

— Ну-ну, твой сын примерно так и ответил.

— В этом я не сомневаюсь, — прокомментировал Прохор.

— Но всё-таки имей это в виду. Подозреваю, что скоро вы улетите к себе. И рано или поздно Алмазный решит возобновить со мной игру. Так вот, я тебе бы не рекомендовал в ней участвовать.

— Это ты мне тоже уже говорил, — грустно улыбнулся Прохор.

— Повторение — мать учения, — я протянул руку. — Ну, бывай! И спасибо, что присмотрели за усадьбой.

— Всегда пожалуйста, — кивнул он.

И мы полетели к дому.

Прошло всего несколько дней, а Императрица разительно поменялась.

Сейчас меня вышла встречать, вместе с Анной, горделивая женщина, державшая спину ровно, а голову высоко. А в её больших красивых глазах бушевал огонь теперь нон-стоп — большая сила, которая в любую минуту могла выплеснуться наружу.

— Ваше Императорское Величество, — кивнул я.

— Здравствуйте, Александр.

Я подошёл к Анне, нежно обнял её и поцеловал.

— Привет, дорогая. Я дома.

— Я вижу, — сказала она, улыбаясь через силу, и пялясь через моё плечо на Императрицу. — Саша, нельзя же при Императрице!

— Что значит «нельзя»? Я не могу поцеловать свою жену? Кстати, — я повернулся к Императрице.

— Как насчет тайны вашего пребывания тут?

Ребят я, правдами-неправдами, оставил рядом с казармой, сказав, что попозже заберу, а Кима отправил найти Призрака, который уже, как обычно, в последнее время где-то на берегу Байкала тренировал Сойку.

— Думаю, что это излишне, — сказала Императрица. — Сейчас прибудет Ольга, и нам нужно возвращаться в столицу. Только нужно понять, как? А почему ты спрашиваешь?

— Да потому что здесь дети известных людей — Андросовых, Долгоруковых и Морозовых. А ещё принцесса Северного Королевства и, подозреваю, они все хорошо знают ва в лицо.

— Андросовы? Катюша или Андрюша? — так мило спросила она, что я засмеялся.

— И Андрюша, и Катюша.

— Вот как? А Андрей здесь что делает?

Я покачал головой. Похоже, Императрица в последнее время не совсем в курсе событий.

— Андросов стал Истребителем, как и его сестра. Княжна Морозова тоже.

— Молодцы какие! Я думаю, что хочу с ними пообщаться. Но пока дождусь дочку и Максимилиана.

— Анюта, солнышко… — внезапно вспомнил я. — К прилёту цесаревны попроси Семёновну блины испечь.

— Блины? — удивилась Императрица.

— Да, я вашу дочку сюда блинами заманил.

Императрица звонко рассмеялась.

— Да она в жизни блины не ела.

— Ну, вот. Может поэтому и заманил. Таких блинов, как у Семёновны, где ещё поешь.

— Подтверждаю, — сказала Императрица. — Может уступишь мне Семёновну?

— Вот ещё, — хмыкнул я. — Да ни за что на свете.

— А если я... — начала она с улыбкой, но сбилась.

— Прикажете? — засмеялся я. — Всё равно не отдам.

— Саша, Семёновна не твоя рабыня, она свободный человек.

— Так и я за это… Авдотья! — окликнул я племяшку Семёновны. — Хочешь в Питер, Императрице прислуживать?

Авдотья ойкнула, и быстро сбежала на кухню к тёте.

Шнырька доложил, что Призрака нашли, и показал, что прямо сейчас он направляется вместе с Сойкой к усадьбе. Такое я пропустить не мог, сказал, что скоро буду, и выскочил наружу.

Я увидел, как две фигуры быстрым бегом приближаются со стороны берега. Призрак то ли договорился с Волком, то ли по собственной инициативе, но передвигались в момент тренировки они исключительно бегом, тренируя у девушки выносливость. Я скажу, что она совсем не отставала от суперчеловека.

Призрак ускорился, и в последние метры сделал рывок. Сойка замешкалась, но отстала от него всего лишь на несколько метров.

— Ускорение? Помнишь? — Призрак влепил ей звонкий подзатыльник.

Девушка ойкнула, а затем зыркнула на него своими глазищами.

— И не надо на меня так смотреть! Я ещё сделаю из тебя бойца! — рявкнул тот, и повернулся ко мне. — Привет, командир!

— Здорова! Тут с тобой кое-кто поздороваться хочет.

— Со мной? Кто?

— Да один старый знакомый, — сказал я, и махнул рукой, чтобы позвали из казармы Баньши.

Честно говоря, я вообще не думал, что мой бесплотник может испытывать эмоции. Но та гамма чувств, что сейчас пробежала у него по лицу — это было впечатляюще.

Медленно, чуть не спотыкаясь, он пошёл навстречу, и осторожно прикоснулся к лицу женщины, как будто боясь, что она сейчас исчезнет.

— Ты... Ты же погибла... Я отомстил! Как ты...

— Я тоже думала, что ты погиб. Что вы все погибли.

Они взялись за руки. Судя по побелевшим костяшкам пальцев, оба приложили достаточно усилий, чтобы смять металлическую кружку.

— Да обнимитесь же, что вы, как неродные, — хмыкнул я, и получил два недоумённых взгляда.

Оба вздрогнули от моего посыла, как будто отмерев. Поцеловались сначала осторожно, потом всё более сильно и страстно.

Оторвавшись друг от друга примерно на минуту, Баньши лукаво выглянула из-за плеча, кивнув.

— А это кто? — указала она на девушку. — Саша сказал мне, что ты страдал, и у тебя никого не было. Но кажется, он меня обманул, — хитро кивнула она на меня.

— Очень смешно, — сказал Призрак. — Это Сойка. Сойка, это Баньши — моя жена. Баньши, это Сойка — наша новая дочка.

— Дочка?! — по-моему я и Баньши сказали это одновременно.

— Ну да! — сказал Призрак. — Я так решил. Ты же всегда хотела дочку, и пеняла на то, что у нас не может быть детей. Вот, полюбуйся! Подрощенная, крепкая, с таким же характером, как у тебя.

— Последнее — это явно не преимущество, — покачала головой Баньши.

Призрак не выдержал и рассмеялся.

— Для кого как, а для меня только так и должно быть.

Честно говоря, столько улыбающегося и смеющегося Призрака я не видел вообще никогда. Судя по всему, я всё сделал правильно.

Как раз после моих мыслей Призрак оставил Баньши вместе с Сойкой, и подошёл ко мне.

— Саш, извини, не успел я сказать о своём решении. Но она осталась совсем одна, и ей нужна поддержка. Понятно, что ей не десять лет, и она уже вполне взрослая. Но у меня... — он осёкся, и посмотрел в сторону девушек, задержав взгляд на Баньши. — У нас кое-что накоплено, и я хотел, чтобы она пошла дальше. Девчонка толковая, да ещё и с твоим Даром.

— Да я только двумя руками «за», — сказал я. — Экзамен уже можно принимать?

Призрак посмурнел.

— Не-а, ещё недельку.

— Всё должно быть идеально? — рассмеялся я.

На что он серьёзно кивнул.

— Да, всё идеально. А по поводу Баньши — я даже не знаю, что тебе сказать. Где ты её нашёл, и как уговорил приехать, но знай — преданнее, чем я, тебе будет сложно найти человека.

— Это я знаю, — кивнул я ему на руку. — Поэтому у тебя уже кольцо Рода. А Сойка, — перевёл я глаза на него. — С её-то Даром, думаю, она мне поможет восстановить Род Галактионовых. Вот только я пока не представляю, готова ли она.

— Вот тут не торопись. Я устрою такой кастинг ей в женихи, что никому мало не покажется!

— В этом я как раз не сомневаюсь, и полностью поддерживаю, — сказал я. — Но пока мне нужно знать, что с ней уже можно работать, как с боевым Призывателем.

— Неделя, — ещё раз сказал Призрак. — Ещё неделя, и она твоя.

— Звучит как-то... — хмыкнул я. — Но посыл я понял.

— Командир, Доброхотов докладывает, — они на подлёте, послышалось у меня в гарнитуре.

— Ну что, друг мой, — повернулся я. — Ты видел когда-нибудь Императрицу?

— Конечно видел, — хмыкнул он. — Вообще-то… я её охранял!

— Ах да, я забыл, что вы такие... У меня один вопрос — за что Император захотел вас уничтожить?

Призрак посмурнел.

— В принципе… было за что. Когда-нибудь я тебе это расскажу. Но это неточно.

— Твою мать… — покачал головой я. — Эти словечки, где вы их нахватались?

— От тебя конечно, — рассмеялся Призрак.

— Да, там у меня ещё княжны и принцессы. Их ещё нужно как-нибудь подготовить к тому, чтобы с императорской семьей не накосячили, потому что...

— Сань, — подошел и прервал меня очень серьезный Волк. — Монголы границу перешли большими силами. Погранцов смяли, похоже, идут на Иркутск.

— Твою ж мать... — протянул я.

Глава 19

Вот что за жизнь такая? Мало мне новоиспеченного отца-Призрака, у которого после рек крови вдруг проснулись отцовские чувства к Сойке, так теперь еще и монголы. Но Призрак меня, конечно, сильнее удивил, чем эти безмозглые «вторженцы», если говорить по правде.

В некотором роде я его понимал, так как сам в прошлой жизни не мог позволить себе такой роскоши, как дети. Даже заделай я их тайно, то все равно бы нашли и убили, или чего похуже. А похуже в этом случае может быть только плен для последующего «производства» новых детей в надежде, что моя сила проснется хотя бы в одном из них. А затем будут воспитывать идеальные машины для убийств.

Поскольку я понимал Призрака, то не стал ломать ему картину мира, и не сказал, что Сойка для восстановления Рода мне не нужна. Да и Дар у нее не такой, как у меня. Да, она может воздействовать на животных и, возможно, даже когда-нибудь сумеет их призвать, но он далеко не мой. И даже не очень схожий с тем, что имели Галактионовы-предки. Их дар эволюционировал и прогрессировал многие поколения, отчего только становился лучше. А она... Наверное, первая в своем Роду, кто такое получил, и это сугубо заслуга Эпицентра, который воздействовал на малое дитя.

Однако это не означает, что я откажусь от нее. Девушка неплохо себя показала, и мне нравится ее рвение к силе. Кажется, она уже забыла своих прошлых соплеменников. Можно сказать, что и не была им предана никогда, просто там жизнь такая была, и такие правила. Вот она им и следовала им, чтобы подняться выше в пищевой цепочке. Здесь же я обрисовал ей иные пути, и она прозрела, насколько маленьким был ее мир. И мерзким...

Мне еще предстоит придумать, как с ней поступить. Я уже думал об этом, что она может хорошо вписаться в мой Род. Может потом смогу объявить всем, что она моя далекая родственница, и буду возлагать на ее плечи разные скучные дела, по типу помощи Анне в модных приемах, а сам бегать по Разломам.

Эх... О чем я вообще думаю? В моей гостиной сейчас суетятся влиятельнейшие люди в Империи. Во дворе рвет и мечет Волк, который переводит гвардию в боевой режим, а на границе беснуются монголы.

Конечно, я не стал срываться и мчаться на границу Империи. Не хочется мне потерять своих парней, приняв первый удар на себя, пока другие будут отсиживаться за моей спиной, и появятся в самый последний момент. Если, вообще, покажутся...

Лучше уж я дождусь армии или донесений разведки.

— Беда... — забежал ко мне бледный Андросов.

— Императрица запретила тебе жениться на Морозовой? — вопросительно приподнял я одну бровь.

Да, я представил ребят Императрице. Выглядело это... забавно. Оказывается, все мои товарищи, раньше встречались с Императрицей. Всё-таки их Роды были одними из сильнейших в Империи.

Вот только их реакция меня развеселила. Андрей и Светлана смутились, Катерина и Мария сдержанно поприветствовал свою правительницу, а вот Хельга меня удивила. Похоже она была не очень рада видеть Императрицу Российскую и та, в свою очередь, также всем своим видом показала неудовольствие. Чертова политика! Что у них не так?! Решил узнать позже, и убежал на чердак в свой штаб получать последние сведения. Там-то меня и застал Андросов.

— Там... — продолжил он говорить, но быстро остановился, когда до него дошел смысл моих слов. — Тьфу ты... Тебе лишь бы шутки шутить. Тут дело в другом и, на всякий случай, мне никто не может запретить, — последние слова он сказал, явно понизив голос, и перейдя на шепот, добавил. — Даже Императрица...

А мой друг сильно влюблен, раз готов пойти против всех. А еще он также сильно, как ее любит, доверяет мне, раз говорит такие слова.

— Я знаю, — подошел, и пожал ему руку. — Именно это качество, друг мой, мне нравится в тебе. Ты готов за свои убеждения стоять до последнего. Когда-то я тоже был таким...

Мои слова его выбили из колеи, и он забыл, зачем пришел. А пришел он, чтобы сообщить мне важную новость, которую я узнал еще час назад. Шнырька исправно служил в службе разведки, и доносил мне все новости.

— Блин... Я ж по делу... — оклемался он, когда замотал головой.

— Хочешь сообщить мне, что в сторону Игнатовки направляется отряд монголов? — опередил я его.

— Да... Но откуда..? — кажется он не может понять, как я узнал.

— Понимаешь, друг мой, разведка существует не только у твоего Рода. Я уже знаю об этом.

— Раз знаешь, чего тогда сидишь? Нам нужно выдвигаться на перехват, у тебя же там дети, и...

— Все под контролем, не переживай. Сейчас намного важнее собрать силы и поспешить отразить главный удар, — попробовал успокоить я его. — Тот отряд не главный, а сборище мародеров, так сказать «призовой». Они идут просто увести рабов и украсть ценности. А вот те, кто будет убивать всех и вся, в скором времени доберется до города. Так что не паникуй и готовься.

— Точно не нужна помощь? — еще раз переспросил он.

— Точно...

На этом мы закончили. Конечно, я блефовал, нет у меня никакой разведки, которая бы это доложила. Просто перед тем, как сообщить мне, Андрюха рассказал об этом Хельге и Кате, а Шнырька подслушал. Но пусть думает, что у меня тоже есть своя агентура. Вернее, не так... Думать об этом должен не он, а его Род. Статус многого стоит, и мне его нужно нарабатывать.

За Игнатовку я не переживал, от слова совсем. Как только я узнал об этой новости, то сразу туда вылетел один из моих «Буревестников», в котором сидела моя маленькая лягушка.

Одного Одина там хватит за глаза, чтобы монголы пожалели не только о том, что решили вторгнуться на мои земли, но и вообще, что родились.

Эта их тактика была широко известна всем, и таких «летучих» отрядов у них было много. Это было еще одной причиной, почему аристократы не особо спешили первыми встретить врага.

Были случаи, когда вот такие смельчаки забирали все гарнизоны из своих земель, а когда возвращались, то там находили только одни руины и выжженную землю.

Чаще всего это были мелкие Рода, которые рассчитывали по быстрому добыть себе славы. Отбить нападение на родную Империю, что еще может быть почетнее?

Давно прошли те времена, когда монголы совершали лихие кавалерийские набеги. Сейчас в качестве транспорта они использовали боевую авиацию. Качество её было не ахти, но зато этого хлама у них было реально много. А Одарённые вполне могли работать в режиме ПВО и добавлять «летучему» отряду скрытности.

В случае удачного набега они трофеили машины для перевозки рабов и ценностей на месте, и эти разномастные караваны уходили обратно на территорию Ханства. Не все доходили, но жизнь монголов ничему не учила.

Пока все готовились, я сидел в своем кресле и наворачивал блины, не пропадать же добру. Под это приятное дело я следил за гостями в доме с помощью Шнырьки.

Это нападение, кстати, сломало все планы, и не только мне. Как я узнал, Доброхотов уже развил бурную деятельность, и готовиться принять бой. Само собой, Ольга увязалась за ним. Не понять мне эту девушку. У нее есть шанс увидеть наконец-то здоровую мать, а она выбрала... Защиту людей она выбрала... как то сразу не подумал. Что-ж... Наверное, такой особе действительно место на троне.

Сборы закончились раньше, чем мои блины, и пришлось забрать их с собой.

Катю, Хельгу, Марию и Андросова с Морозовой я приютил в своем «Буревестнике», и мы молча летели на заданные точки.

Место сбора уже было известно, так как мои друзья были постоянно с кем-то на связи из своих, и получали достоверную информацию.

Монголы в это раз решили не шутить, и собрали огромную армию. Хоть это и не было нападением, способным захватить часть Империи, но дойти до Иркутска они явно планировали. Возможно, даже часть города уничтожить у них получится. Вот потому, чтобы этого не случилось, мы сейчас и мчимся на помощь.

Армия монголов сметала все на своем пути, как саранча, даже не замечая сопротивления, так как имперские гарнизоны были малочисленными, и не сумели продержаться против врага больше часа врага.

Изначально, эта атака выглядела самоубийственной. Какая бы армия не пыталась прорваться через не очень широкое ущелье, со стороны озера Хубсугул, через Тункинскую котловину, она автоматически попала бы под обстрел имперских крепостей, расположенных на склонах горных хребтов.

Горы на границе двух государств служили своеобразным щитом, и существовало не так уж много проходов. Конечно, они были хорошо защищены. Вот только, насколько я понял, батареи крепостей загадочно молчали, пропустив орущую массу захватчиков через узкий проход.

У самого Иркутска армия вторжения решила разделиться на три части, в расчете на то, что если у нас кто-то есть из очень сильных Одаренных с техниками массового поражения, то он один им не помешает. Две другие части все равно доберутся до него. К слову сказать, у монголов тоже были сильные Одаренные. Про них отдельно сообщалось моим друзьям, по мере того, как их обнаруживали.

Так вышло, что сейчас в Иркутске находятся не самые большие силы Имперской Армии. И это еще один повод для вопросов. По факту, основной массой защитников города были родовые гвардии, и наспех собранное и вооруженное ополчение.

Но это совсем не означает, что их орде повезло. Ведь в Иркутске сейчас находится Доброхотов со своей гвардией, которую, после согласования со мной, он перекинул из-под Галактионовки. Очень удачное стечение обстоятельств! Ведь иначе он бы находился почти на три тысячи километров выше в Якутске. Императрица лично его попросила разобраться с проблемой, и он без каких-либо слов сказал, что сделает это.

Конечно, и для него это будет нелегкой задачей, но он выбрал себе центральный корпус монгольской армии, которая была самой сильной и многочисленной. Как Шнырька докладывал мне из разговоров других военных, то там говорили, что только псих рискнет пойти против старшего сына Хана, а он лично возглавил направление главного удара.

Стоило мне об этом узнать, как я тут же набрал Доброхотова и спросил, не нужно ли его заменить. Ответ, само собой, был отрицательным, и еще я был культурно послан нафиг, так как мешал готовиться к обороне.

Конечно, я не сомневался в силе Доброхотова, но тоже хотел схлестнуться с Ханом и плевать, что устал.

После того, как меня послали нафиг, я принялся размышлять, что делать дальше, и тут вышло так, что по дороге я, одного за другим, стал терять своих друзей. Каждого из них перехватывали их Родовые конвои, по велению глав Родов, отвозя в свое расположение, чтобы организовать своих людей. Как бы они не хотели остаться со мной, но дело Рода превыше всего.

Даже Хельга, и та, по приказу матери, отбыла со своими «берсерками» на перехват очередной волны, которая нацелилась на одиноко стоящие деревни. Не самое опасное направление, силы Северного Королевства там будут излишни, но Снежную Королеву я понимал. И дочь с войсками гарантированно не подвергнет риску, и Империи поможет. Что ж, по крайней мере, нашим войскам отвлекаться не придется, и на том спасибо.

Конечно, я не расстроился, и к тому же понимал важность их действий. Каждый из них сможет, надеюсь, отбить несколько нападений, а это сотни спасенных жизней наших людей.

— Что будем делать? — спросил меня Волк, который сидел сейчас лично за рулем. — Мы? — Думаю, что нам нужен план! — поднял я указательный палец.

План у меня уже был заготовлен. Все дело в том, что мне, как аристократу с собственной гвардией, тоже дали доступ к карте боевых операций. На ней в реальном времени отслеживались волны Ханства, и должен сказать, что их много. Однако и аристократов здесь немало.

Оставались пустыми, в основном, лишь те участки, до которых просто никто не успевал. А были хутора, практически, мертвые, на пять-десять домов. В таком случае стоило только надеяться на удачу и разум людей, что они успеют оттуда свалить.

Были и другие участки, которые заведомо посчитали провальными. Это те места, куда могли сейчас добраться лишь немногочисленные отряды по двадцать-тридцать человек, а волна надвигалась не меньше тысячи.

Кстати, я обратил внимание, что мою Игнатовку не нашлось желающих защищать. Уроды... Что сказать... Никто не любит выскочку Галактионова, а раз так, то я преподам вам урок.

Мысленно касаюсь души Одина, и щедро вливаю в него энергию, а затем даю полный карт-бланш на тварей из моей души. Хочу, чтобы нападающие страдали, а выжившие надолго запомнили этот день, и потом рассказывали о нем детям.

— Может тебе лучше остаться в машине, а мы сами справимся? — как-то не особо ободряюще глянул на меня Волк.

— Я в норме! — сухо ответил ему, вытирая со лба испарину, которая образовалась после работы с энергиями.

Волк хмыкнул.

— Ты завис на две минуты...

— Бывает, — пожал я плечами. — Зато у меня есть план! — поворачиваю свой планшет к нему. — Давай, дуй сюда...

Выбрал я, само собой, самое тяжелое направление из тех, что остались. Будет там от тысячи до двух противников, и неудобная местность для техники. Мы сможем перехватить их в лесу, а возможно и в самой деревне. Правда, в деревне проживает почти пять сотен людей, и вести там боевые действия неприемлемо.

Но в тоже время и противник не будет иметь больших преимуществ в технике. Хотя у них как бы и конных много. Как раз именно в этой армии было достаточно конных воинов, что воевали по-старинке, на спине у четвероного друга. Жалко животин, но что поделать...

Волк возглавил нашу гвардию, пока мы двигались в нужную сторону. Он то и дело всех подгонял, ведь нужно успеть туда добраться первыми. Грузовики и БТРы безнадежно отстали от «Буревестников» и вертолетов, но, по крайней мере, у меня было около сотни самых боеспособных бойцов.

В какой-то момент нужная мне группа вторжения пропала на карте в планшете, и я уже было забеспокоился, что ее угробил кто-то другой. Но это был, по всей видимости, глюк, а может она просто пропала из виду разведчиков.

Зато когда появилась, нас ждала неожиданность. Монголы разделились на две части. Та часть, что налегке, движется через лес, а та, что с техникой, пошла в обход, и хотя она доберется позже, но все же доберется. К слову, на технике было меньше людей, но разрушительная сила... Она присутствовала.

— Что будем делать? — спросил меня Волчара, когда мы подлетели к нужному месту. — Наши прибудут минут через тридцать, а монголы через... час, максимум, полтора.

Что делать, я уже знал. Вот только... потяну ли?

Поскольку я взялся за это дело, то ощущаю некую ответственность за жизни людей, которые остались за моей спиной. А еще мне хотелось показать пример тем аристократам, которые выбирают только легкие цели. Я понимаю, что сохранение своей жизни и жизни своих людей — это важно, но когда небольшая армия берет себе в цели всего лишь небольшой отряд — это смешно. Аристократы — это не только почести и привилегии, а еще и ответственность. Жаль, что так много людей об этом забыло. Ну, ничего... Напомним, если нужно будет.

А пока я приказал опешившему Волку высадить меня на опушке леса, а самому взять бразды правления в свои руки. В помощь я ему оставил Кару. Эта девочка должна защитить его ото всяких напастей, например, от скрытых узкоглазых убийц, что двигались скрытно чуть в стороне от основных своих сил.

Сам же рванул в лес, пока Волк не успел ничего мне сказать. Я принял решение встретить противников в одиночку, а что тут такого? Ну, не в первый же раз! Вот только завтра чувствую, что мне будет херово... очень херово. Слишком много я сегодня сожрал желеек. Как минимум, недельный бюджет своего баронства.

До нужного места меня вывел в этот раз не Шнырька, а планшет. Я заметил, по какому маршруту вел их воздушный разведчик, пока не упустил, так как в лесу видимость была ограниченной.

Двадцать минут быстрого бега, и Шнырька, кроме всяких обитателей леса, показал мне монголов, которые задорно спешили, подгоняя своих лошадей, и бранными словами подталкивали бежать тех, кто был на своих двоих. Без лошадей здесь только низкосортные бойцы, или как в простонародье говорят, мясо.

— Ш-ш-ш-ааандр... карать? — спросил меня Шнырька, и достал, хрен пойми откуда, гранату. — Н-н-на-да? — выдернул он при этом чеку, и протянул ее мне.

— Нет! — осторожно покачал я головой, так как граната, ой, не простая, а артефактная.

— Как ш-ш-ш-шкашеш-ш-ш... — пожал он плечами, и граната пропала. А вот чека осталась лежать на земле.

Шнырька... такой Шнырька!

Сегодня я планирую справиться без гранат, и даже оголять свой меч не буду. Буду действовать красиво и эффективно. Лес — отличное место, чтобы начать битву, когда ты один, а врагов много.

Первым делом, я призвал разных маленьких змеек. Выбирал зеленого или коричневого цвета. Моя ставка в этот раз на маскировку. Затем были призваны всякие мелкие птички, которых здорово настрелял где-то Один. Он у меня, вообще, любитель всякой мелкой дичи. После птиц в дело пошли ящерицы-переростки, не очень большого размера. А авангард всего действия будут исполнять пятнистые хамелеоны, размером с теленка. Вот они отлично смогут сдерживать врага, благодаря своей крепкой коже.

На все призывы у меня ушло уйму энергии, и не так много времени. И это несмотря на то, что я призывал только слабых.

Сам же залез на высокое дерево, и укрылся в листве. Пока мудрец думает, война заканчивается.

Где-то в русской тайге...

— Нехороший лес... — прокомментировал один из командиров свои мысли.

— Алтым, когда ты успел стать знатоком леса? Всю жизнь в степях провел, — заржал его товарищ Таргыр.

Несмотря на то, что по неровному ряду прошли смешки возбужденных от предвкушения битвы мужчин, он не смеялся.

Хоть он был слабым, но великая степь одарила его острым зрением, и сейчас он мог поклясться этой самой степью, что лес живой. Не один раз он уже замечал странные движения, которые не мог объяснить, а еще все эти глаза, которые следят за ними. Он не видит их, но знает, что они есть, и из-за этого очень переживает.

— Да расслабься ты, брат! — подскочил к нему поближе друг. — Ты сейчас такой нервный, потому-что бабы давно у тебя не было. Сегодня будет славная охота, и славная добыча, которая послужит нам еще много лет, свидетельствуя о наших подвигах.

— Молчать! — вдруг поднял руку предводитель. — Пасти захлопнули, ишаки, и смотрите во все свои глаза! Не нравится мне здесь...

Слова предводителя, который был, на минуточку, Мастером, заставил многих насторожиться, ведь тот не был любителем перестраховки. Но сейчас было видно, что занервничал.

— Да брось, Багатур, что нам может грозить? Пока ты с нами, наши жизни находятся в светлых и сильных руках, — подъехал на своей гнедой кобыле к Багатуру его ближайших друг и напарник, который всю жизнь равнялся на него.

Вот только ответа он не получил от Багатура. В один момент их великий воин завалился на бок, и умер.

Паника... Страх... Ужас...

— Лес... Его убил лес!!! — заорал Алтым, который теперь видел все эти глаза, но не видел их владельцев.

Тяжело рассмотреть тех, кто владеет мимикрией и природной скрытностью. Впрочем, в скором времени уже и другие увидели. Нет, они не прозрели, просто лес действительно ожил. Деревья стали удлиняться, превращаясь в гнилых, трухлявых великанов, которые состояли не только из коры, но и плоти с костями. Часто они видели в деревьях обрывки одежды или оружие их народа. Из-под земли появились черви с маленькими человеческими головами.

— Демоны!!! Отродья!!! — раздавались отовсюду крики испуганных людей.

Все чаще люди падали с лошадей, несмотря на то, что они с самого детства выросли в седле, но испуганную лошадь не так просто удержать. Таким образом, пошли первые небоевые потери.

— Давите их!!! — раздались команды.

— Отродья не умирают!!! Это колдунство!!!

Люди пытались давить червей, но тем было все равно, они становились прозрачными, и не получали урона. Все их усилия были напрасны. А еще с деревьев начали падать змеи, которые уже не были иллюзорными. Помимо змей в игру вступили и другие существа, которые не меньше забирали жизней, чем ползучие гады. Мелкие птички пробивали головы буквально навылет. Для целой армии этот лес превратился в самый страшный кошмар, который они только видели. Их убитые поднимались из мертвых, и тянули к ним свои руки, в агонии открывали рты, пытаясь предупредить о чем-то.

— Бежать... Бежать... — такие слова стали все чаще раздаваться среди людей, которые понимали, что ничего не могут сделать.

Да и не хотели они ничего, только сбежать отсюда.

А когда в небе стали появляться гигантские орлы, которые закрывали собой солнце, и имели по шесть голов, это стало последней каплей, так все подумали. Но ошибались. Когда на ровном участке травы провалилась земля, и оттуда стали выбираться рогатые существа, вместо лиц у которых были черепа, то нервы, смелость и терпение бравого войска лопнули.

Бежали они, кто куда... и уже без лошадей и оружия. Меньше, чем за час, от полутора тысячной армии не осталось ничего, кроме множества следов... и трупов.

— Слабый Дар у тебя Алекс, говорили они... Что ты можешь своей иллюзией, говорили они... Ты настоящий позор Рода, говорили они... — вышел из-за иллюзии странный молодой человек с огромными темными кругами под глазами, но сами глаза горели каким-то неземным голубым свечением, бубня себе под нос, и осмотрел место побоища. — Где же всех вас хоронить... И как все забрать...

А забирать там было что. Хан, кажется неплохо так затарился у китайских соседей, и обеспечил свое воинство отличным оружием и множеством артефактов.

Молодой человек устало улыбнулся и добавил.

— Возможно, я наконец-то увижу довольного Волка.

* * *

Подумать только... Я даже не устроил им пляску живой смерти из прошлого мира. Не показал, как из-под земли вылазит Огненная Таната. А сколько впечатлений мог бы им оставить Гнилой Лич — собиратель лиц.

— Ш-ш-ш-ш-ш-шыкуны... — вылез из тени Шнырька, и подытожил всю битву.

Согласен... Вот не думал я, что справлюсь быстрее, чем Волк. Впрочем, я еще успеваю прийти к нему на помощь, вот только вопрос, стоит ли? Или лучше рвануть дальше, чтобы захватить их лагерь снабжения, в котором они хранят все походное добро. Пожалуй, есть у меня лишний час, ведь их лагерь стоит практически незащищенным, как они считают — у них в тылу. А у меня как раз припрятана полсотни кристаллических бешеных носорогов на чёрный день.

Глава 20

Дорога к п. Игнатовка

Земли Рода Галактионовых

Крысюк Один переживал. Он за прошедшее время так много узнал про Путь Самурая, благодаря доступу к загадочной и великолепной «мировой сети», о которой рассказал его новый человеческий друг и непревзойдённый мечник Бурбулис.

Один исследовал почти все тайны гордых представителей племени самураев, и теперь его самой большой мечтой было посетить страну Восходящего Солнца, чтобы окунуться в ту атмосферу, где зародился такой великий, и такой близкий по духу крысюку культ.

Маленький крысюк ни минуты не сомневался, что его господин знаком с кодексом «Бусидо», ведь он всегда и во всем соответствовал, например, этому высказыванию:

«Путь самурая можно постичь через безумие. Такого человека не смогут убить и десяток людей. Человек в здравом уме никогда не сумеет совершить того, что сможет сделать одержимый. На этом Пути не нужны ни верность, ни преданность, нужна одна лишь одержимость. Верность и преданность придут после».

Один ни разу не слышал от господина ни слова жалости или сожаления, но кое-кто шептался, что его господин безумен. Так в этом весь и смысл! Тем более, он был уверен, что его господин никого и ничего не боится! Крыс хотел быть таким, как и его кумир!

Единственное, что плохо давалось Одину — это человеческий язык. Почему-то гортань и строение крысиного речевого аппарата напрочь отказывалась воспроизводить правильно человеческую речь. Возможно, именно из-за этого его великий господин Александр не привлекает Одина к боевым действиям.

В последнее время он обходился без него, и для Одина это было очень странно и непонятно. Но при всём, учение самураев обучало смирению, и Один не мог просто так подойти к господину и спросить, в чём дело. Но вот он, наконец-то, дождался. Его господин отправил крысюка на битву. И, что немаловажно, отправил в одиночку. Полное и безусловное доверие — именно то, что ждал Один от своего хозяина.

Его только что высадили на дороге, что вела к поселению, которое принадлежало также его господину, под странным названием Игнатовка. Это поселение было в пяти километрах за спиной крысюка, а впереди уже слышен рёв моторов — это железные птицы врага несут его в сторону беззащитной деревни. Сейчас на маленькие плечи гордого крыса возложена великая обязанность — защитить жизни людей и доказать, что он достоин большего.

Один огляделся, а затем быстро вскарабкался на самую высокую сосну, с которой был виден дальний горизонт. Там уже были видны многочисленные точки, которые постепенно укрупнялись, приближаясь в его сторону.

Один испытывал одновременно возбуждение и некоторое опасение. Последнее чувство он гнал прочь. Страх — главный враг самурая, и он с ним успешно боролся. Он защитит людей, и не подведёт хозяина!

Осторожно Один окунулся в «бассейн душ», предоставленный хозяином. Он знал, что господин предоставил ему расширенный доступ, что включал тварей, которые явно сильнее Одина физически, но точно не сильнее его духом. Именно поэтому он получил к ним доступ, с разрешения хозяина. Господин верил в него и ждал, что духа у маленького крысюка хватит, чтобы призвать намного более сильных и здоровых тварей.

Один до сих пор поражался и восхищался тем ценнейшим Даром, что предоставил ему его господин. Он не знал, как он работает, и почему работает, но он работал. Прямо сейчас над головой крысюка в странной одежде лягушки с хлопком из воздуха призвались два птеродактиля.

Один рисковал. Эти души были на пределе его зоны контроля. К сожалению, то, что его господин мог произвести по щелчку пальцев, крысюку доставалось с напряжением и большой концентрацией. Но он не зря уже был знаком с Александром и его людьми. Он знал, что все люди — его гвардейцы во главе с достойным бойцом по имени Волк, и разломщики, с не менее годным воином Григорием, также тренируются «через силу», дабы усовершенствовать свое тело и дух.

Именно это сейчас делал Один. Две твари, воплотившись после смерти, яростно заорали, и первое, что сделали — набросились друг на друга. Скальные Птеродактили были одиночками, и нахождение в такой близости соперника было поводом для боя, который закончится смертью одного из них.

Но это не входило в планы маленького крысюка. Он напрягся, и отдал приказ разлететься в стороны. Получилось со второго раза. Одни птеродактиль только разок хватанул своего соплеменника за шею.

А вот дальше случилось интересное.

Прямо в воздухе, тряся головой, один из них внезапно заметил маленькую зелёную фигурку, которая зажмурившись и протянув растопыренную пятерню вверх, усилием воли подчинял себе животных. И вот птеродактиль за пару взмахов крыльев оказался около верхушки дерева, дабы сожрать несчастного карлика и освободиться.

— Сто-о-ой! — прохрипел Один, дублируя мысленный приказ человеческим говором. — Подчинись или умри-и-и!

Слова из маленькой глотки выходили с трудом. Но самое главное в этом действии была вера. Вера в то, что человеческая речь усилит мысленный посыл. Была ли в этом загадка или нет, но птеродактиль остановился и затряс головой.

У Одина как будто включилось второе дыхание, он явно почувствовал, что твари в его власти. А еще он почувствовал, что у него есть резерв для вызова дополнительных помощников. Быстрее, чем его мозг мог подумать, с тремя хлопками появилось ещё три птеродактиля. На этот раз они даже не дёрнулись в стороны друг друга, либо вызывателя, а висели в воздухе и ждали приказа, который, конечно же, сразу последовал.

Пятёрка, тяжело взмахивая крыльями, стелясь над верхушками деревьев, двинулась в сторону «летучего отряда», который уже предвкушал резню и веселье беззащитного имперского городка в местной глуши.

* * *

Подоспевшая гвардия застала меня сидевшим на поляне посреди множества растерзанных трупов. Я сидел с закрытыми глазами в позе лотоса, и поглощал желейки, одну за другой.

Волк с опаской осмотрелся и протянул руку, чтобы потревожить меня, но рядом возник рассерженный Шнырька, который прошипел моему лысому товарищу.

— Не трош-ш-шь! Собьёш-ш-шь концентрацию, дураш-ш-шка!

Волк кивнул, и отдал приказ. Ну какой мог отдать приказ Волк, понимая, что рядом нет врагов, но вокруг раскидано много халявного добра? Конечно же, всё собирать, сортировать и укладывать в удобные кучки.

Я же был занят. Поддерживать связь с Одином на таком большом расстоянии требовало сильной концентрации. А то, насколько щедро он занырнул в мой Бассейн Душ, меня сперва даже немного напрягло. Но потом я понял, что делает мелкий засранец, и решил ему помочь. Для этого мне нужна была энергия, много энергии. Я почувствовал, что в какой-то момент призванные души собираются восстать против маленького призывателя. Но я держал руки на пульсе, и приоткрыл «краник», точнее, расширил тот канал энергии, который соединял мою душу с душой маленького крысюка. И он стал шире, чем канал с Карамелькой. И вот тут у него пошло всё, как по маслу.

Да, я мог видеть мир глазами моих питомцев. Правда, не настолько ясно и отчетливо, как Шнырька, который работал нон-стоп в режиме режиссёра. Моё видение через других питомцев напоминало мутный дёрганый фильм, который транслировался непосредственно не с глаз моих животин, а уже переработанный сигнал считывался душой с мозга, а затем отправлялся ко мне по каналу душ. К сожалению, Шнырька один, и он уникальный. Но и этого мне было достаточно.

Я одним глазом поглядывал за творившимся, а вторым держал «руку на поводке» в бассейне душ, что так не кисло взбаламутил Один. К слову сказать, действовал он идеально. Он призвал ровно столько больших тварей, сколько нужно было. А затем принялся за своё обычное дело — призыв мелкой, вредной, и очень опасной мелкоты.

Монгольские Одарённые «летучего отряда» не дремали. Конечно же, они заметили, что к ним приближаются пять здоровенных тварей. Заработали орудия вертолётов, полетели техники Одарённых, всячески стараясь сбить тварей. При том, как я понимаю, они понятия не имели, как они здесь оказались, так далеко от Эпицентра.

Но дело было сделано — всё внимание захватчиков было занято большими тварями. И вот в этот-то момент в дело вступили ОНИ. Дятлы. Бронебойные дятлы, если быть точным.

Я видел, как накренился сначала один борт, и резко рухнул вниз. Ещё один ушёл в сторону, столкнувшись с собратом. И над тайгой началась безумная пляска железных птиц, внутри которых метались обезумевшие от страха, ещё недавно такие смелые, монгольские захватчики.

Одна за другой «ласточки» падали на землю. Кто-то самый умный (или самый трусливый) решил развернуться и улететь, но такой трюк с Одином не прошёл. Дятлов хватило на всех. Я уже мог немного считывать мысли моего одноглазого генерала. И вот он уже думал, что ему нужно пополнить запас дятлов. Оказывается, они водились в одном из Разломов под моим замком, и Один, как настоящий садовник, тщательно регулировал их популяцию, заходя за их душами ровно тогда, когда они восполняли свою популяцию, не трогая их до следующего раза. Этот маленький мохнатый крысюк — та ещё находка!

Пленных Один не брал, бежать никому не позволил. Из сорока вертолётов не ушёл никто. А из двух с половиной сотен врагов выжили всего четыре десятка самых сильных, у кого хватило сил уцелеть при крушении вертолетов. Не все они были целыми. Боевой настрой у них упал ниже плинтуса, и, похоже, они решили повторить то, что не удалось их товарищам. Вот только вертолётов у них не было, и сбежать они захотели на своих двоих, бросив тяжелораненых.

Однако зелёная жабка уже со всех ног летела через тайгу, маленьким мечом срубая особо густые заросли кустарника, что мешали его бегу.

И вот, начиная с отставших, один за одним стали погибать захватчики. Погибать странным образом и разнообразными способами, видя перед смертью то змейку, то крота, а кто-то даже зайца. Точнее это был Сиамский Кролик — очень зловредная тварь с адамантовыми зубами, что прогрызала, практически, любую броню. Кажется, Один умудрился зачерпнуть из моего «бассейна» чуть глубже, и забрать несколько душ из моей прошлой жизни. Силён чертяка! Но я не расстроился, ведь глядя на то, что сотворил всего один крысюк, на душе у меня становилось тепло и спокойно.

Вражеский командир был последним. Укушенный несколько раз ядовитыми змеями, с отгрызенной ногой, слегка погрызенный сиамским кроликом, потерявший глаз от прямого столкновения с дятлом, он полз по направлению к границе, пуская кровавые сопли, и истерично вереща, требуя пощады. Однако последнее, что он увидел в своей жизни — это маленькая зелёная лягушка, вставшая у него на пути. Маленький меч изобразил салют противнику и воткнулся в его последний уцелевший глаз, проткнув мозг и мгновенно лишив захватчика жизни.

— Это было феерично!

Я открыл глаза, и потянулся рукой до фляжки, открутив крышку. Но, конечно, там уже ничего не было.

— Угости водичкой! — окликнул я Волка, который хоть и занимался сбором трофеев, но постоянно мониторил ситуацию и видел, что я пришёл в себя.

Он тут же подскочил, и протянул мне флягу.

— Всё в порядке? — заботливо уточнил он.

— Да, спасибо, мамочка. Жаль, ты не видел того, что видел я.

— А что ты видел? — навострил уши здоровяк.

— Один только что размотал двести пятьдесят монголов.

— Где это случилось? — тут же изобразил охотничью стойку Волк.

Я не выдержал и засмеялся.

— Давай сюда планшет.

Мгновенно планшет оказался у меня в руках. Я очертил область, где закончил свою боевую операцию Один.

— Там точно никого не осталось в живых? — спросил у меня Волк.

— Гарантированно, — сказал я.

— Хорошо, тогда мне нужно сделать один звонок.

Я кивнул, наслаждаясь водичкой, а Волк дозвонился до Петровича, и обрисовал ситуацию. Я думаю, что уже минут через десять банда моих добытчиков поедет забирать трофеи, которые нам оставили враги.

— Какие планы дальше? — спросил меня Волк.

Кроме водички, я ещё рассматривал через Шнырьку ведущиеся неподалёку боевые действия, которые можно было вполне услышать — канонада стояла знатная. Я даже засмотрелся на действия Доброхотова. Его отряд был меньше вражеского раз в десять, но примерно в эти же десять раз был лучше укомплектован и обучен. Почти пять сотен защитников против пяти-семи тысяч наступающих — это так было, навскидку. И этого оказалось достаточно!

Всё-таки, мощные Одарённые — это сама по себе армия. И такие бойцы были сейчас на нашей стороне. Как минимум, четверо!

Доброхотов в своей белой броне творил чудеса. А немного в сторонке я, с удивлением, заметил уже знакомую тройку цесаревны. И я бы еще поспорил, кто больше повергает захватчиков в ужас.

Кстати, Шнырка перед приготовлениям к бою показал мне эту тройку поближе. На руках Ареса и Гермеса было по два кольца. Вассальное кольцо Императорской семьи и... зеленое кольцо Истребителя! Оно светилось зеленым светом! Нет такого цвета у колец Истов! Что за фигня! Такое же кольцо было у цесаревны. Интере-е-есно...

Нет, они были безусловно круты. Вот так просто! Плюс два незарегистрированных и нигде не упоминающихся охрененно сильных бойцов, неведомо откуда взявшихся. Правда их работа вполне понятна — оберегать цесаревну, как зеницу ока. У меня снова возник вопрос — знал ли Распутин о силе этой троицы? И если знал, то как планировал нейтрализовать?

Цесаревна сейчас не сдерживала себя. Количество техник, летевших от нее во все стороны, впечатляло. Странно было наблюдать, как невысокая худощавая девушка в переливающейся броне стала буквально эпицентром тайфуна, расходящегося во все стороны.

Я не выдержал, и попросил Шнырьку подняться выше, чтобы посмотреть на это всё сверху, и не пожалел. Задние ряды монголов, в которых находился сын Хана и самые сильные Одарённые, остановились, как вкопанные, просто наблюдая за гибелью своего войска. Похоже, они испугались. Точно испугались, потому что машины развернулись, и стали улепётывать в сторону границы.

Доброхотовцы не могли начать преследование. Всё-таки перед ними оставалось ещё достаточно много «мяса», которое хоть и начало бежать, но мешало совершить стремительный рывок.

Была третья часть армии вторжения, которая уже подходила к околице Иркутска. С другой стороны, вот их как раз должна была встретить сборная солянка из аристократов Иркутска и гвардии.

Шнырька показал мне напряженные лица обоих Андросовых и Морозову. Неподалёку раздавала команды своим гвардейцам Долгорукова. А вот Хельга всё ещё находилась в тылу.

Я вздохнул, достал телефон, набрал девушку.

— Саша? — удивилась Ледяная Принцесса.

— Привет, Хельга. Я смотрю, ты закончила?

Шнырька показал, что они только что вырезали еще один «летучий отряд».

— Хорошо сработали. Вот только пятью километрами южнее в Иркутске имперские аристо собираются встретить третью волну врагов. А ведь за спинами у них мирный город с живыми людьми, Хельга.

— Да, я понимаю тебя, Александр. Но мама...

— Хельга, — терпеливо сказал я. — Во-первых, рано или поздно ты станешь королевой Северного Королевства, и тебе придётся принимать непростые решения. Да, это не твои подданные, это подданные Империи. Но как ты думаешь, когда наши всё-таки отобьются, при том, что ты будешь стоять в сторонке, как они продолжат с тобой разговаривать? Они будут всегда это знать. И самое главное, Хельга, ты тоже будешь это знать. А я ведь тебя знаю, мы с тобой очень похожи, Ледяная Принцесса, как бы это не отрицала. И мы оба заботимся о человечестве, какой бы расе оно не принадлежало. Так вот, войны между человечеством в этом мире — это огромная ошибка, печальная и смертоносная. Но если кто-то решил убить своих соплеменников, он должен быть наказан, жестоко наказан. Тем более, когда противостоят не два обученных соперника, а целью выступают мирные, ни в чём невинные люди, — я сделал паузу. — Я всё сказал, Хельга. Надеюсь, ты примешь правильное решение, и мы с тобой останемся друзьями.

Не дожидаясь ответа, я положил трубку. Но Шнырька, находящийся рядом, показывал мне задумчивую девушку. К слову, задумчивость её длилась всего секунды две. Она засунула меч в ножны, и деловито, совсем по-девичьи, сняла резинку с хвоста. Зажав её в зубах, уплотнила хвост, и снова намотала резинку на место. Потом повернулась и громко крикнула.

— Берсеркеры! Выдвигаемся на помощь имперцам!

— Но Ваше Королевское Высочество... — начал начальник ее охраны.

— Это приказ, Бьёрн, — притворно мягко сказала Хельга, но глаза её на секунду полыхнули голубым сиянием.

Даже через глаза Шнырьки я ощутил, что не стоит здоровенному викингу сейчас перечить юной принцессе, совсем не стоит. К счастью, Бьёрн оказался понятлив. Он просто кивнул и сказал.

— Да, Ваше Королевское Высочество.

И теперь уже он, повысив голос, гаркнул.

— По машинам!!! Покажем имперским слабакам, как воюют настоящие воины!

Со всех сторон одобрительно раздался волчий вой, что выступал боевым кличем среди северного народа.

Я удовлетворенно кивнул и вернулся в реальность, чтобы продолжить разговор с Волком.

— Мне нужен «Буревестник», а вы отвоевались.

— Не понял, — нахмурился Волк. — Но мы даже еще не начинали!

— Вот и хорошо, — кивнул я. — Ещё успеете. «Буревестник» нужен мне, чтобы кое-кого догнать.

— Кого, например? — нимало не смущаясь, уточнил Волк.

— Ханского сыночка.

— Хера себе! — удивился Волк. — Я с тобой, и это не обсуждается, — поспешил сказать он, а потом смутился, и всё-таки добавил. — Если можно...

Я снова заржал.

— Хорошо, мой лысый друг. Конечно же, можно. С собой берём Призрака и Баньши, больше нам никто не нужен. А ребята пусть собирают всё, и летят домой.

— Парни будут недовольны, командир. Их опять оставили без весёлой драки.

Я хлопнул соратника и товарища по плечу.

— Хватит еще на ваш век драк. Сегодня никто не умер из моих людей. Сегодня хороший день, Волк. Так что, давайте, это так и оставим.

— Мне кажется... или твои глаза как-то странно блестят? — нахмурился Волчара.

— Нет, не кажется, — улыбнулся я. — Если я упаду в обморок, пинай меня ногой, и посильнее. После сегодняшнего дня я буду отсыпаться, минимум, неделю.

Волк прищурился, открыл рот, чтобы что-то сказать, но я отрицательно покачал головой, слегка улыбаясь. И он понял, что уговаривать меня не следует. Он поднял руку, засунул два пальца в рот, и звонко свистнул.

— Призрак, Баньши!

Бесплотники тут же оказались рядом.

— Нужно надрать задницу ханскому сыночку, — просто и без затей сказал я. — Если получится — взять живым.

— Хочешь обменять его на деньги или кого-то из высокопоставленных пленников? — понимающе покачал головой Волк.

— Нет, Волчара, сейчас ты не прав, — с моего лица вмиг слетела вся безмятежность и веселье, а аура моя сама по себе начала распространяться в стороны — аура известного Охотника и Великого Магистра Сандра, которого уважала половина моего прошлого мира, а вторая половина боялась до усрачки. — Нет, Волк, не поменять. Я посажу эту собаку на цепь, и Затупок будет обсыкать его каждое утро, пока за ним лично не припрется его сволочной отец, который всё это задумал и осуществил. Они думали — они просто придут и захватят Иркутск, в то время, как здесь находится Галактионов? Не в этой жизни, Хан! Не в этой жизни! Как там говорилось? Кто к нам с мечом придёт, тому мы этот меч в задницу и засунем!!!

Я широко усмехнулся, глядя на юг, в сторону широких монгольских степей. Не удивлюсь, если где-то там — за тысячу километров — подавился виноградинкой один очень недальновидный Хан...

Глава 21

Несколько километров от границы Российская Империя / Монгольское Ханство

Ашик чувствовал себя не в своей тарелке. Он начал нервничать уже в тот момент, когда его отец — Великий Хан призвал его в свою юрту и объявил, что он возглавит нападение на их извечных врагов — Российскую Империю.

Ашик уже тогда почувствовал подставу. Почему Великое Войско не поведёт Великий Хан? Ну, даже если это не так, то право вести армию должно было перейти к старшему сыну — сильному Одарённому, и чуть менее великому воину, чем его отец. Хотя злые языки утверждали, что вскоре молодой Каин превзойдет своего отца в силе, и когда-нибудь вызовет его на бой. Но пока они жили душа в душу.

Когда же отец сказал, что пойдет под флагом старшего брата, тут уж интуиция молодого ханского сына принялась вопить, как очумелая. Вишенкой на торте была та армия, что ему предоставили. Это сложно было назвать армией.

Это ОЧЕНЬ сложно было назвать армией. Все провинившиеся Семьи, каким-то чудом избежавшие казни от рук импульсивного Хана, входили в армию вторжения, как будто намекая на то, что если их не утилизировали раньше, то они самоутилизируются сейчас.

Обеспечение армии тоже было не ахти. Нет, Хан, конечно, оставил снаряжение личной охране младшего сына и небольшому его окружению на уровне... Да даже «летучие отряды» были снаряжены лучше, чем основной кулак, которым должны были протаранить оборону противника.

Единственное, что радовало — Хан намекнул, что имперские крепости на пути к Иркутску будут нейтрализованы, и он своё слово сдержал. Но когда они подошли к Иркутску, и у младшего сына уже проснулась надежда, что возможно он сможет захватить этот город, и вписать своё имя в список великих полководцев, как им навстречу выступили такие силы, которых здесь, в принципе, быть не должно.

Как показала разведка, до тех пор, пока она не была уничтожена, город защищал лично герцог Доброхотов. О да, младший сын знал эту фамилию. А ещё он знал его прозвище — «Алмазный Король».

Многие аристо не брезговали торговать с Ханством, продавая не только мелочь, как продукты питания, а даже стратегический товар, типа желеек и оружия. Совсем недавно, кстати, нарушился серьёзный канал поставок желеек со стороны Империи. По смешному стечению обстоятельств их поставщик тоже носил кличку «Король», вот только Алмазный, в отличие от того, сразу обозначил, что дел с ханством иметь не будет. Чёртов дурак! И вот сейчас он притащил свою элитную гвардию, которая, по сведениям разведки, должна была находиться на три тысячи километров севернее. Но это не самое страшное.

Когда с левого фланга пошли доклады о неистовой тройке супермощных Одарённых, младший сын сначала выругался, а потом решил проверить. Складывалось впечатление, что эта безумная тройка смогла справиться с восьмитысячным войском самостоятельно. Их техники были невероятны. Им противостоял самый настоящий, сожри его бешеный шакал, универсал!

Когда в минуты передышки худощавый воин, который держался чуть позади, снял свой шлем, чтобы вытереть пот, и багряные волосы рассыпались по плечам, вот тут-то младший сын и дал слабину. Это была цесаревна Ольга! Сомнений быть не должно. Это была ловушка! Их заманивали, чтобы перемолоть, как лошадиное говно. И тогда младший наследник Великого Хана скомандовал отступление.

До границы оставались считанные километры, когда впереди идущая машина доложила, что дорогу преградил одинокий человек, стоящий у них на пути.

Когда младшему сыну прислали картинку, он удивился. Молодой парень в легкой имперской броне стоял, сложив руки на груди и... улыбался. Он реально улыбался!

— Давите его! — закричал младший сын.

Но не тут-то было. Слева и справа на дорогу стали, один за другим, падать деревья.

— Ха! Он решил, что сможет этим нас остановить?!

В окружении младшего сына находились новейшие китайские бронеавтомобили с магическими щитами, врубив которые впереди идущие БТРы начали разбивать стволы деревьев в щепки, замедлившись совсем ненадолго.

Слева от молодого монгола на экране всё ещё показывалось лицо странного имперца, который продолжал улыбаться. Его губы зашевелились, он коротко что-то прошептал, и буквально через несколько секунд впереди идущие БТРы вспухли облаками взрыва. Их разорвало. Изнутри сдетонировал магический боезапас. В них врезались идущие на большой скорости два следующих бронированных автомобиля. Бронетранспортёр Хана еле успел затормозить.

— Что происходит?! — закричал Хан.

Ответом на его вопрос были взрывы замыкающих бронеавтомобилей. На узкой таёжной дороге Хан и его окружение оказались заперты между остовами горящих машин, еще несколько секунд назад бывшими одними из лучших боевых машин в мире.

— Выходи, ханский сын, поговорим, как мужчина с мужчиной! Или ты боишься? — прокричал имперец. И да, он всё так же продолжал улыбаться.

— Убить его!!! — закричал Хан.

Он совсем не хотел выходить из машины.

Застучали орудия. Вот только юнец с невероятной быстротой сиганул в кювет. И уже оттуда раздался его голос.

— Ладно, не хочешь по-хорошему, трусливое чмо, будет по-плохому!

— Убить его!!! — младшего сына, похоже, заклинило. Почему-то этот юнец начал внушать ему самый настоящий ужас.

Откинулись люки у БТРов, и оттуда посыпалась Ближняя Стража младшего ханского сына. Накинутые энергетические доспехи на приличную артефакторную броню, отличное оружие в руках, мощные техники в головах. Что им может противопоставить один безумный пацан-имперец?

Его стража ринулась в лес, а слева на тактическом экране появились камеры, ведущие прямую трансляцию со шлемов его верных воинов. Вот только буквально через несколько секунд они начали гаснуть одна за другой.

Повсюду слышались крики. И эти крики были криками боли и недоумения. Похоже, его опытнейшие «ближники» понимали, что они умирают, но не понимали, как именно.

Всего один раз мелькнула неуловимая молния улыбающегося имперского безумца с занесенным мечом, и сразу после этого камера весело попрыгала по земле, всё ещё работая на отрубленной голове.

— Что происходит? — спросил обескураженный парень.

И тут сзади него раздался насмешливый мужской голос, который на идеальном монгольском произнес.

— Ну что, сопляк, сам выйдешь или тебе помочь?

Он обернулся и увидел странного полупрозрачного человека, который приветливо улыбался, одной рукой сжимая горло его водителю, а второй проворачивая меч в его лежащем телохранителе.

Этот человек был вообще без брони и, видимо, где-то в процессе боя кто-то из его соратников смог дать отпор, потому что комбинезон был распорот. Нет, никаких особо повреждений бесплотному воину он не доставил. Но он оголил левую часть груди, где прямо под ключицей находилась татуировка: вписанный в крест оскаленный череп — знак, которым пугали маленького Ашика, рассказывая про те тёмные времена, когда в любой момент и в любом месте любой провинившийся мировой правитель мог встретить этих ужасных людей — смертоносную и таинственную «инквизицию» Российской Империи.

Его отец рассказывал, как с облегчением вздохнул весь мир, когда российский Император собственным указом ликвидировал свое «смертельное оружие». И вот сейчас перед ним стоял один из этих демонов прошлого!

Младший сын могущественного Великого Хана не смог сдержаться. Он завопил тонко, как девчонка, одновременно почувствовав, как по его штанине потекло что-то горячее.

* * *

Этот ханский сын оказался ещё тем ссыкуном, и в буквальном смысле этого слова — тоже. Он не захотел серьезно переговорить, и я с болью в сердце активировал план «Б». По этому плану Баньши и Призрак проникли внутрь несущихся на полной скорости боевых машин монголов и оставили внутри активированные магические бомбы, тут же вынырнув наружу. Для этого нужно было недюжинное мастерство, но бывшие инквизиторы оттачивали искусство убивать задолго до того, как мое тело родилось в этом мире. Поэтому всё произошло без эксцессов.

С двух сторон колонны образовалась пробка, и я попробовал еще раз. Но вместо Хана заговорили пушки. Что же, тогда пора задействовать план «С».

Я оттянул вырвавшихся гвардейцев ханского сына, которые у них в ханстве назывались стражей, в лес, где их порешил совместно с призванными существами. Вот тут, наконец, мне достались настоящие соперники. Сильные Одаренные, рангом не ниже Мастера, они дали мне достойный отпор. Но достойным противникам полагается быстрая смерть, что я им и сделал, работая уже на пределе своих сил.

Я с трудом продавил силовой доспех ярко украшенного, но, тем не менее, сильного «физика», а после того, как с проткнутым сердцем он не хотел умирать, пришлось ему контрольно отрубить голову. Это был последний...

Я уселся на землю, и некоторое время сидел, ожидая пока у меня перестанут трястись руки. Кажется, моё противостояние с этим миром выходит на новую стадию. И моих таких мощных для этого мира печатей уже недостаточно. А это значит, что настало время снова их прокачать. И снова замкнутый круг. Для их прокачки мне нужны желейки не меньше голубого цвета — а это второй ранг Разломов. Теперь мне придётся туда идти, как бы я не устал, и как бы я не хотел.

С этими мыслями я вышел на опушку, где невозмутимый Призрак держал за шкирку пацана, примерно моего возраста, который заливался слезами и соплями. А ещё под ним растеклась небольшая, но очень вонючая лужа.

— Он что, обделался? — уточнил я.

— Так и есть, — сказал Призрак.

Сзади раздался короткий вскрик, но Призрак даже не улыбнулся. Его боевая подруга заканчивала зачистку.

— Мне кажется, или он не очень похож на старшего сына Великого Хана? Ему же явно не сорок лет, — ещё раз осторожно уточнил я.

На что Призрак молча схватив юношу за руку, и сдёрнув у него с руки кольцо, перебросил мне.

Я внимательно на него посмотрел. Большое массивное кольцо. Не артефакторное, а что-то типа нашего родового с гербом.

— Ну, и что из этого я должен понять?

— Сколько воронов ты видишь вокруг свастики?

— Семь, — посчитал я.

— Так вот — это седьмой сын Хана. Насколько я знаю, на данный момент, у него их пятнадцать. Но по их обычаям сыновьями считаются только те, кто перешагнул порог совершеннолетия. И несмотря на то, что у него есть еще подростки и младенцы, этот официально считается младшим сыном Хана.

Я посмотрел на командирский БТР монгола, про себя отметив, что штука отличная. Конечно не «Буревестники», но вполне сопоставима с имперскими образцами.

«В общем, Волк будет доволен», — улыбнулся я своим мыслям, также подумав, что мне важно, чтобы мой Волк был доволен. Он компенсирует мою собственную «жабу» и «хомяка». Не ожидал, что в этом мире встречу человека, у которого два этих животных выражены сильнее, чем у меня. Но зато я чётко понимал, что если я доволен, а Волк нет — значит можно нахомячить немного побольше.

В общем, я кивнул на этот броневик, и спросил у Призрака.

— Вон там один ворон. Это же значит, что на машине изображен герб старшего сына?

Призрак, не оборачиваясь, кивнул.

— Так и есть.

— Мелкий приехал под флагом старшего. А это значит... — задумчиво начал я, чем вызвал усмешку у Призрака.

— Саша, я не стратег, но даже я понимаю, что это была всего-навсего разведка боем. Думаю, после того, как мы заберем трофеи, мы сильно удивимся их качеству.

— Ну, стража этого пацана вооружена на уровне.

— Так он какой-никакой, но сын, — улыбнулся Призрак.

— Это должно порадовать Волка. С такой снарягой нашим ребятам будет легко противостоять врагам. Конечно же, если их врагами не будут инквизиторы, — улыбнулся я.

— Ага... или барон Галактионов, — не остался в долгу Призрак.

Мы весело рассмеялись, а юный ханский сын потихоньку перестал хныкать, удивлённо глядя на меня.

— И что мне с тобой делать? — осведомился я.

— Отец меня выкупит! Он предложит большие деньги! — сказал пацан.

— Сомневаюсь, что большие. Хотя думаю, что кое-какие копейки за тебя получить смогу, — задумчиво почесал голову я. — Вот только план был другим. И что-то мне подсказывает, что вряд ли он придёт тебя из плена доставать?

— Обязательно придёт! И вырежет весь твой Род до основания! — внезапно вскинулся монгол.

Призрак не выдержал, и дал ему подзатыльник. Вся только что появившаяся спесь мгновенно куда-то пропала.

— Ой, не трынди, — скривился я. — А если серьёзно?

Запал монгола угас.

— Он не придёт.

— Я так и думал. Как ты считаешь, Призрак, вон та одинокая берёза подойдёт для того, чтобы вздернуть этого ханского трусишку?

— Не надо!!! — заорал монгол, и от него начали распространяться новые запахи.

— Ну, ё-моё, Саша! — сказал Призрак. — Теперь он ещё и обосрался.

— Я не воин! Я никогда не хотел быть воином! Я хотел быть актёром! — завопил пацан, снова заливаясь слезами.

Я покачал головой. Бесцеремонно прощупав его потенциал, я понял, что он даже не дорос до Магистра. Похоже, этот парень реально не хотел становиться воином. А его папашка так с ним поступил. Хотя зная кровожадность Хана, может быть из-за этого он и поступил, считая его позором своего Рода.

— Пошутил я, пошутил, — сказал я. — Ладно, пакуйте его. Волк? — спросил я в гарнитуру.

— Да, — тут же отозвался мой лысый командир гвардии.

— Слезай с сосны, уже всё закончилось.

— Ну вот... А я так хорошо здесь устроился!

В наушнике послышался треск — это Волк спускался с высокой сосны, на которую он забрался с огромной снайперкой, и неплохо мне помог, отстреливая врагов. Конечно же, он хотел влезть в рукопашную но я ему это не разрешил. А всё очень просто — в настоящий момент я не чувствовал в себе сил защитить всех вокруг себя. Это был риск — риск оправданный. Себя бы я убить точно не позволил, и Волка убрал от греха подальше.

— И вызови трофейную команду.

Волк тяжело задышал, не отключая микрофон. И вот он уже лёгкой трусцой, держа за рукоятку для переноса свою огромную снайперку, которую он позаимствовал у штатного снайпера гвардии, оказался рядом.

— Неплохие машинки! — его улыбка была мне бальзамом на сердце.

Значит, мой хомяк сегодня будет спать спокойно.

Но тут же улыбка исчезла с его лица, когда он посмотрел на горящие машины.

— А можно было не взрывать четыре машины, а обойтись двумя?

— Нет, Волчара, нельзя, — улыбнулся Призрак. — Как будто ты не знаком с инструкцией для спецподразделений по нейтрализации конвоев.

— Знаком, — покачал головой Волк. — Вот только давалось нам это гораздо большей кровью.

Лицо его на секунду потемнело, видимо от неприятных воспоминаний. Он перевёл взгляд на Призрака.

— Почему таких, как ты, мало было в Империи? А сейчас вообще, практически, не осталось?

Теперь уже посмурнел Призрак.

— Долгая история.

— Мне надо в усадьбу, — я повернулся к Волку. — Я думаю, что справлюсь сам. Москаленко преподал мне несколько уроков пилотирования. Думаю, точно долечу. А вы тут дождитесь наших. Сомневаюсь, что кто-то попытается отобрать нашу добычу, но чем чёрт не шутит.

— Пусть только попробуют!

— Вот и я об этом, мой лысый друг, — стукнул я его плечу. — Всё, бывайте!

Я повернулся и посмотрел на младшего наследника хана.

— Замотайте его во что-нибудь, чтобы он мне салон не изгадил, и закиньте в «Буревестник». Заберу его с собой, чтобы он у вас под ногами не путался.

— Ты что-то говорил про лагерь снабжения? — осторожно напомнил мне Волк.

Точно! Лагерь снабжения, каменные носороги.

Но нет, если я их выпущу сейчас, то они сожрут меня самого. Можно пролететь над лагерем, и скинуть их сверху, закосплеив ковровую бомбардировку. Но какой смысл? Да они разнесут весь лагерь, и перекорёжат всё оборудование. Нахрена мне весь этот металлолом?

Хотя, с другой стороны, я понял, что и «целое» оружие этой «армии вторжения» немногим отличается от металлолома. Так что ладно, возможно Доброхотовцы их разобьют. Ну, или пусть бегут. Сил у меня больше нет.

Усевшись прямо перед центральным входом усадьбы, я отдал Бурбулису ханского недомерка, приказав отмыть его, и посадить пока в антимагический карцер. Успел дать несколько распоряжений по охране усадьбы, отдал ответный воинский салют чрезвычайно серьезному и гордому собой герою Одину и зашел в дом.

Чмокнув в щёку Анну, я очень невежливо помахал рукой Императрице, а затем поднялся к себе. Как я не уснул в душе — это было большой загадкой. Давно со мной такого не было, потом, всё потом... Я чувствовал как физически стонали моё тело и душа, требуя покоя. Но я оттуда выбрался, упал на кровать, и отрубился.

* * *

Когда я открыл глаза, было раннее утро...

Я сладко потянулся, задев рукой что-то мягкое и тёплое. Это мягкое и тёплое недовольно забурчало.

Я повернул голову. Рядом со мной лежала моя красавица-жена. Абсолютно голая и чертовски сексуальная!

Жена... Какое интересное, и все еще новое слово для меня. Надо как-то донести это до общественности. И как, интересно, в этих случаях выдаются бумажки? Императрица выписывает?

Не то, чтобы меня это сильно волновало, но уверен, что это волнует Анну. А ещё больше это волнует её бабушку Сару.

Блин, баба Сара... Чувствую, устроит она мне гембель ещё с этой свадьбой, ведь подарок-то она вручила. Да и подарок надо посмотреть, что там было...

— Доброе утро, дорогой.

— Доброе утро, любимая, — улыбнулся я. — И сколько я спал?

Она улыбнулась.

— Почти трое суток.

— То-то у меня во рту такой сушняк...

— Да нет, ты просыпался, пил, — кивнула Анна на стоящую рядом на полочке бутылку с моей любимой холодной минералкой.

— Ах, ты ж моё солнышко! Ты за мной ухаживала, — нежно поцеловал я её.

Она прижалась ко мне своим тёплым телом. Я зарылся головой в ее пахучие волосы.

Да, я помнил, что у меня в усадьбе Императрица. И, судя по прошедшему времени, скорее всего, и цесаревна. И наверняка сильно взбешенный герцог Доброхотов. А ещё отпрыски величайших Родов в Империи, вместе с единственной принцессой Северного Королевства.

А как должен поступить на моем месте любой здравомыслящий человек и законопослушный гражданин Империи? Тем более, заштатный барон, который только только начал восстанавливать свой Род. Конечно же он должен пулей лететь вниз, и рассыпаться в извинениях, что заставил ждать таких высокопоставленных господ!

Вот только... Буду ли я спешить? Да ни за что!!!

Моя рука скользнула чуть ниже, вызвав у Анны отрывистый вздох.

Аристократы, принцессы, Императрица...

Да какое мне дело до них, когда у меня в руках это очаровательное создание? Пожалуй, я задержусь в этой уютной кровати ещё на неопределённое время. И пусть весь мир подождёт!!!

Обращение Авторов

Вот и сказочке конец, а кто слушал — молодец! Гордимся вами!

Спасибо, что всё еще с нами!

Следующая книга: https://author.today/work/271668

Content

Кодекс Охотника. Книга X

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21