Деннис Тейлор

Все эти миры

Биллу Пакстону, который сделал несколько отличных научно-фантастических фильмов чуть более человечными.

Моей жене Блэйхин, которая согласилась пройти весь этот путь вместе со мной — особенно ту его часть, где я решил стать профессиональным писателем.

«Я оставляю Тебе вечность, ибо что есть человек, чтобы пережить ему своего Бога?»

Герман Мелвилл, «Моби Дик»

Dennis E. Taylor

All These Worlds

Copyright © 2017 by Dennis E. Taylor

© М. Головкин, перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

1. Стычка

Боб. Март 2224 г. Дельта Эридана

СЕРДИТО ВЕРЕЩА, свиноид выскочил из своего логова, демонстрируя потрясающую скорость для такого коротконогого существа. Двое камнеметателей отбежали в сторону; мех вдоль их хребтов топорщился, а уши торчали вертикально вверх от возбуждения. Остальные бойцы нашего отряда поставили копья на землю, подперли их ногами и стали ждать.

На этот раз я не был наблюдателем и поэтому не просто нервничал, как раньше, а пришел в ужас. Я чувствовал, как мой мех встает дыбом прямо до самой макушки. Я постоянно напоминал себе о том, что на самом деле я на орбите и от места событий меня отделяет десять тысяч миль. Это не помогало: глаза убеждали меня в том, что свиноид в десяти метрах и атакует меня на скорости, которая, похоже, всего в два раза меньше световой.

Затем животное напоролось на наши копья: свиноиды, очевидно, по-прежнему эволюционировали не в сторону увеличения интеллекта. Копья согнулись, но устояли, и животное, взвизгнув напоследок, рухнуло на землю.

Берни осторожно подошел к свиноиду и несколько раз ткнул его копьем в морду. Ответа не последовало, и тогда он взмахнул копьем и завопил:

— У-у-у!

Все остальные вскинули вверх сжатые кулаки и ответили:

— Ха!

Ну, по крайней мере, так это озвучила программа-переводчик. Речь дельтанцев больше напоминала громкое хрюканье свиней, но программа переводила все — в том числе имена и разговорные выражения — в понятные людям эквиваленты.

Дональд хлопнул меня по плечу.

— Роберт, помоги мне его связать.

Я связал задние ноги свиноида, а Дональд перебросил край веревки через ветку дерева. Взглянув на мою работу, он начал поднимать животное, но вдруг удивленно посмотрел на меня.

— Ого! Он похож на один из странных узлов Архимеда. Кто тебя ему научил?

Упс.

— Э-э… Архимед, конечно. У него столько разных узлов, что пальцев не хватит их сосчитать. Парочку я запомнил.

Дональд кивнул; похоже, мои слова лишь слегка его заинтересовали. Мы потянули за веревку и подняли свиноида — я следил за тем, чтобы мой уровень силы был таким, как у обычного дельтанца, и поэтому позволил Дональду сделать почти всю работу за нас обоих. Когда свиноид повис в воздухе, Дональд пустил ему кровь кремниевым ножом. Остальные охотники затянули благодарственную песнь.

Когда все закончилось, мы привязали тушу к копьям и понесли ее в Камелот. Вечером будем пировать, а я ведь обожаю жареных свиноидов. Правда, соуса для барбекю у дельтанцев все еще не было. Я рассеянно подумал о том, что мне стоит его изобрести.

Распевая победную песню, мы, вероятно, утратили бдительность, и поэтому группа дельтанцев, преградившая нам путь, застигла нас врасплох. Мы остановились, увидев, что они наклонили копья в нашу сторону. Это была не совсем угроза, а скорее намек на нее.

У меня за спиной послышался шорох: нас окружили. Я быстро оглянулся и увидел, что окруживший нас отряд на двоих больше нашего. Проблема не являлась нерешаемой, но определенно внушала тревогу. Они, скорее всего, рассчитывали напасть на нас из засады и сразу сломить наше сопротивление.

Мне уже сообщали о том, что группы дельтанцев из Карлеона нападают на охотников и отбирают у них всю добычу или ее часть. Похоже, что очередной жертвой стали мы.

Представитель карлеонцев вышел вперед. Я узнал его: имя этого неприятного типа программа перевела как «Фред».

— Неплохой улов, Дональд, — сказал он, злобно улыбаясь. — Какой огромный свиноид! Думаю, большой беды не будет, если мы отрежем от него пару ног.

Дональда эти слова не напугали, и он взял копье на изготовку.

— Фред, свиноидов тут полно. В чем дело? Тебе не везет, что ли?

Фред инстинктивно сделал шаг назад, но взял себя в руки. Дональд не был таким же огромным, как его отец, но все-таки был достаточно крупным. Ему редко бросали вызов. К несчастью, рядом с Дональдом стоял я, а своего андроида я сделал как можно более заурядным — средний рост, среднее телосложение, усредненная внешность. Поэтому неудивительно, что Фред решил проучить именно меня — в назидание остальным.

— Ну а ты, куцци? Не хочешь поделиться богатством?

Фред с улыбкой посмотрел на своих друзей. Они подошли поближе.

— Фред, я тебе так скажу, — ответил я. — Наклонись, засунь свою голову себе в зад и толкай, пока полностью не исчезнешь.

Кто-то фыркнул, а кто-то даже расхохотался — причем и из другого отряда тоже: я попал точно в цель. Я, разумеется, мог черпать оскорбления из гигабайтов книг и фильмов, так что в войне слов дельтанцы фактически были безоружны.

Дональд удивленно посмотрел на меня и оскалился. Похоже, поддержки с моей стороны он не ожидал.

— Твой ход, кал свиноидный.

Фред свирепо посмотрел на Дональда, на меня, а потом повернулся, словно собираясь уйти.

Ой, да ладно. Какая банальщина.

И точно: Фред внезапно развернулся, замахиваясь для удара. Я мог бы выпить чашечку чая и все равно успел бы отреагировать. Ну да, я компьютер, но все-таки…

Я слегка отклонился назад, и сжатый кулак пролетел совсем рядом с моим лицом. Пока Фред продолжал вращаться, я нанес короткий джеб в… ну у человека там было бы солнечное сплетение. Правда, эффект оказался тот же самый. «Уф!» — сказал Фред и упал на колени.

Теперь карлеонцев стало всего лишь на одного больше, чем нас, и на нашей стороне был Дональд. Наши парни заухмылялись и начали размахивать копьями.

Мы с Дональдом двинулись вперед, и карлеонцы расступились. Фред зло посмотрел на меня.

— Где меня искать, ты знаешь, — сказал я.

Фред не ответил, но, с другой стороны, в ту секунду он все еще задыхался.

Конечно, сейчас мной во многом управляла жажда мести — ведь я много лет был жертвой травли. Но рациональная часть моего разума подсказала мне, что теперь я должен остерегаться Фреда.

Дональд снова хлопнул меня по спине, и я нарочно пошатнулся: мне не хотелось, чтобы он считал меня своим соперником.

Остаток пути мы были настороже — никаких песен, никаких шуток. Двое парней отнесли добычу к заранее выбранному костру, где мы должны были ее разделить. Я уже собирался навестить Архимеда, но Дональд положил мне руку на плечо и жестом пригласил меня пойти с ним. Через несколько секунд я понял, что мы идем туда, где собирается совет старейшин.

Одна из универсальных истин, которые я обнаружил, изучая дельтанцев, заключалась в том, что политики и лидеры всегда приберегают лучшее для себя. На поляне совета солнце ярко светило с утра, а после полудня это место оказывалось в тени. Несколько членов совета постоянно находились там; они делали вид, будто предаются размышлениям, но на самом деле отдыхали.

Дональд подошел к Джеффри, нынешнему лидеру совета, и стал ждать, пока на него обратят внимание. Джеффри иногда вел себя как настоящая скотина и любил заставлять просителей ждать — просто чтобы показать свою значимость. Поэтому Дональд случайно загородил Джеффри солнце и принялся чистить копье, да так, что засохшая кровь и кусочки шкуры полетели в Джеффри. Я же делал все возможное, чтобы не расхохотаться.

В конце концов Джеффри смирился с тем, что его переигнорировали, и знаком приказал нам садиться. Мы устроились поудобнее, и Дональд рассказал ему о нашей встрече с бандой из Карлеона.

Выслушав наш рассказ, Джеффри скривился.

— За последние три руки дней это уже почти целая рука нападений. Пару наших пырнули ножом, когда они отказались отдать добычу. Придется сообщить об этом на заседании совета. Мы должны что-то предпринять.

— И все это сделали карлеонцы? — спросил я.

— Да, похоже на то. Предоставьте это мне, я заставлю совет отреагировать.

Дональд кивнул Джеффри, и мы встали. Когда мы отошли подальше, я спросил у Дональда:

— Думаешь, это разные банды или одна и та же?

— Про Фреда упоминают уже не в первый раз. Возможно, другие тоже участвуют, но в основном этим занимается его отряд.

— И все это произошло сейчас? Что же изменилось за последнее время?

— М-м… — Дональд уставился в пустоту. — Вряд ли что-то изменилось. Скорее всего, Фред просто понял, что можно воспользоваться тем, что уже давно назревало. Но что именно, мы не знаем.

Какое-то время мы шли молча, и я обдумывал одну мысль.

— У меня есть план, — наконец сказал я Дональду. — Сможем мы набрать еще десяток охотников — тех, кто не боится потасовок?

— Да, такие найдутся, — ухмыльнулся Дональд.

Я улыбнулся в ответ. Пора переходить к грязным приемчикам в стиле землян.

2. Мы проиграли

Говард. Февраль 2217 г. Вулкан

Бриджет открыла дверь и удивленно посмотрела на меня. Я не позвонил ей заранее, и сегодня вечером она меня не ждала.

— Говард… что… — начала она, но затем, похоже, все поняла, увидев мое лицо.

— Говард, что случилось? — Она схватила меня за руку и затащила в квартиру.

— Мы проиграли. Мы проиграли, и теперь миллиард разумных существ погибнет! — Я рухнул на диван и, согнувшись, закрыл лицо руками.

— Павы? — спросила Бриджет.

Я кивнул, не доверяя своему голосу.

— Господи! А Баттеруорт знает? Бобы не пострадали?

Вздохнув, я попытался успокоиться.

— Мы потеряли много Бобов. Да, у нас есть сохраненки, но это, конечно, уже не то. — Я повернулся к Бриджет и постарался приободрить ее улыбкой. — Райкер сообщит Декстеру, а Декстер передаст инфу Баттеруорту или тому, кто занял его место.

— Нам грозит опасность?

— Конкретно нам — нет. Понимаешь, Бриджет, Другие знают только про Землю и Эпсилон Эридана. Но еще есть почти двести систем, которые ближе к Глизе 877, чем мы. Пока существуют Другие, все эти системы находятся в опасности.

— А павы? Я почитала блог Жака: они, похоже, интересный вид. Что станет с ними?

Я на секунду закрыл глаза, надеясь, что, открыв их, я окажусь в другой вселенной. Но нет, мне не повезло.

— Сам процесс мы раньше никогда не видели — только его последствия, а теперь у нас будут билеты в первый ряд. Другие убьют все живое на родной планете павов с помощью «астероидов смерти», высадят туда своих «муравьев» и очистят всю планету и систему от металлов. Кроме того, они заберут все трупы.

Мне пришлось остановиться и сделать несколько глубоких вдохов. Телу андроида, разумеется, воздух не нужен, но оно было создано так, чтобы реагировать на эмоции, а я сейчас загонял себя в мощную истерику.

— У Жака был план по спасению двадцати тысяч павов, но остальные скоро умрут. И тогда на счету Других будет еще один уничтоженный вид разумных существ, еще одна уничтоженная экосистема.

Я повернулся к Бриджет.

— Сегодня у нас будет совет; мы стараемся понять, что можно сделать. Я просто хотел провести пару минут…

Бриджет обняла меня и положила мою голову себе на плечо. Я пытался молча плакать, хотя слезных протоков у меня не было.

3. Тучи сгущаются

Марк. Ноябрь 2212 г. Посейдон

Я потер переносицу двумя пальцами и покачал головой. Кел терпеливо ждал в окне видеочата. Подняв взгляд, я увидел ухмыляющуюся Джину. Да, она быстро приняла невозмутимый вид, но я же компьютер, помните? Я быстро улыбнулся ей в ответ.

— Марк, я тебя не убедил? — спросил Кел, наклонив голову.

— Кел, ты, похоже, давно меня убедил, — со вздохом ответил я. — Просто я не хотел в это верить.

— Вот так рушится миф о том, что компьютеры обладают логикой, — рассмеялся Кел.

— Иди в зад. Когда-то я был человеком.

Откинувшись на спинку кресла, я обдумывал свой ответ, и именно в этот миг Шпилька решила прыгнуть мне на колени, чтобы я почесал ей подбородок. Я, как и положено, выразил ей свое восхищение, одновременно анализируя все имеющиеся варианты. Кел и Джина даже не заметят, что в нашем разговоре возникла миллисекундная пауза.

Кел был заместителем губернатора Третьего Южного ковра, а Джина — офицером службы безопасности. За последнюю пару лет я подружился с ними, и они поведали мне о том, что их беспокоят непрекращающиеся попытки Совета узурпировать власть.

— Совет даже не делает вид, что собирается проводить выборы — или, по крайней мере, не очень старается. Это не является неопровержимым доказательством того, что Совет — тоталитарное правительство, но да, это тревожный симптом. Джина любит поднимать шум по малейшему поводу, но ты, Кел, более консервативен, и, раз уж тебя удалось убедить, значит, опасность реальна.

Джина открыла рот, чтобы возразить, но Кел ее опередил.

— Сейчас мы далеки от того, чтобы перейти какую-либо черту. И если у Совета внезапно начнется приступ рассудительности, то он поймет, что мы не сделали ничего предосудительного и даже постыдного. И да, Марк, прежде чем мы совершим что-то непоправимое, я хочу как следует изучить ситуацию.

Я кивнул; слова Кела меня успокоили. Административный Совет Посейдона с радостью пользовался моими услугами, но я не занимал никакой официальной должности и не обладал реальной властью. Как только я стану для Совета обузой, он от меня избавится. Нет, конечно, это меня не оскорбит. Я всегда хотел, чтобы колония стала самостоятельной — хотя бы потому, что тогда я смогу спокойно заняться своими проектами.

— Что тебе от меня нужно, Кел? — спросил я. — Я уже десять лет постепенно передаю полномочия местной администрации. Если дойдет дело до конфликта, то я, возможно, даже не смогу контролировать автофабрики.

— Ты — наш джокер, — ответил Кел. — Совет не может ни контролировать тебя, ни помешать тебе, так что ты всегда будешь держать их в напряжении.

— Ну да, я всегда хотел стать занозой в заднице.

— Задание выполнено, — ухмыльнулась Джина. — Но ты еще и общественный деятель, и за тобой легко следить. Мы должны тщательно обдумать твои действия.

— Хм… — Я почесал подбородок. — Джина, я могу кое-что предпринять. А общественную деятельность можно использовать для отвлечения внимания. — Я улыбнулся. — Видишь, я уже приступил к работе!

Мы еще немного поговорили, а затем распрощались. Я уставился в пустоту, обдумывая свои возможности. Как и многие ботаны, я не был прирожденным интриганом и предателем, но уже нашел несколько простых стратегий, которые осложнят жизнь тем, кто пытается за мной следить. Кроме того, они же сделают мой любимый проект более актуальным.

Возможно, пора появиться на публике. Я наклонился к панели управления и вызвал на связь Говарда.

4. Высокомерие

Говард. Ноябрь 2217 г. Вулкан

Я медленно пил кофе и смотрел на идущих мимо меня людей. Похоже, что от недостатка покупателей торговый центр не страдал. Но, с другой стороны, торговых центров на Площадке было немного. Ну ладно, всего один. У Изначального Боба никогда не было времени на то, чтобы наблюдать за людьми, и он ни за что не стал бы сидеть без дела. Очевидно, бессмертие меняет взгляды человека.

Магазины одежды, электроники, бутики, торгующие мылом и шампунями; видя все это, я одновременно чувствовал себя как дома и тосковал по дому. Знакомая картина постоянно сталкивалась с тем простым фактом, что я в семнадцати световых годах от Солнца, в родной системе мистера Спока, и к тому же на планете, которую уничтожили в фильме, который должен был стать «перезагрузкой» франшизы. Но это я так, к слову.

И все же тот факт, что я сидел за столом и пил кофе, делало все происходящее… ну будничным.

Скоро придет Бриджет. Я решил, что лучше подождать ее здесь, чем путаться у нее под ногами в офисе. А пока ее нет, я порадуюсь возможности ощутить себя обычным среднестатистическим человеком.

Уже иду.

Я улыбнулся, прочитав сообщение. Мы договорились, что ничего конкретного на сегодня не планируем. Обед, прогулка, ничего особенного.

Бриджет появилась именно в тот миг, когда я допил кофе. Мы быстро поцеловались, она сжала мою руку и села.

— Умираю от голода. Может, пообедаем на фуд-корте?

— На фуд-корте? — удивился я. — У баронессы бухла должен быть более утонченный вкус. Давай шиканем! Может, пойдем в «Бронтобургер»? Или даже в ресторан, где подают настоящую еду?

Бриджет сурово взглянула на меня.

— Да будет тебе известно, я люблю гамбургеры из бронтов.

— Значит, идем к бронтам, — объявил я и встал. Бриджет с улыбкой сделала небольшой книксен и взяла меня под руку.

Когда мы двинулись в направлении выбранной забегаловки, кто-то, сидящий за одним из соседних столиков, сказал:

— Обязательно держи маму за руку.

Голос был негромкий, и реплика, возможно, не предназначалась для нас, но говоривший — прыщавый подросток — допустил ошибку в расчетах.

Резко остановившись, я развернулся и свирепо посмотрел на него, но Бриджет положила вторую ладонь на мой локоть.

— Говард, ты серьезно? Подумай о том, кто именно это сказал.

Ушлепок ухмылялся, глядя на меня. 140 фунтов вместе с одеждой. Против андроида, у которого сила и скорость реакции в несколько раз выше, чем у человека. Силы слегка не равны. Я демонстративно смерил его взглядом и расхохотался. Надеюсь, он понял намек.

Бриджет потянула меня за руку.

— Еда в той стороне.

— Точно. Вперед! Отправимся туда, где сможем отобедать мясом инопланетного бронтозавроподобного существа.

Мы улыбнулись друг другу и пошли дальше, но этот эпизод не давал мне покоя. Бриджет было под шестьдесят — я про биологический возраст, — ведь время, проведенное в анабиозе, не считается. Я, с другой стороны, сделал своего андроида по образу и подобию Изначального Боба — каким он был в тридцать один год, в тот день, когда умер на одном из перекрестков Лас-Вегаса. К сожалению, с точки зрения математики, реплика про маму была вполне правдоподобной.

Но я не допущу, чтобы Бриджет еще раз оказалась в такой мерзкой ситуации.

* * *

Аппетит Бриджет с возрастом ничуть не пострадал: она набросилась на гамбургер и картошку энергично, словно подросток. Я ел более размеренно, наслаждаясь вкусом, но, с другой стороны, я-то в пище не нуждался. С формальной точки зрения, сейчас я напрасно расходовал продукты, но я делал это так редко, что подобными убытками можно было пренебречь.

— Как дети? — спросил я — и для того, чтобы услышать ответ, и чтобы замедлить кровавую бойню, которую Бриджет устроила гамбургерам.

Бриджет проглотила еду, вытерла рот салфеткой и сурово посмотрела на меня.

— Меня не обманешь, парнишка. Ты всегда выбираешь момент, когда у меня набит рот.

Я довольно ухмыльнулся, и она продолжила:

— Рози… Ну ты ее видел и знаешь, какая она. У нее — свое мнение, у тебя — свое.

Бриджет откусила еще кусок от гамбургера и задумчиво нахмурилась.

— Можно сказать, что ей наши отношения не по душе. Говард, дело не в том, что ты ей не нравишься. Ну то есть она ненавидит тебя не больше, чем всех остальных. Но, по-моему, ей хочется, чтобы я встречалась только с представителями своего вида. Я пыталась поговорить с ней об этом, но, видишь ли…

Я ухмыльнулся.

— Иными словами, есть мнение Рози, и есть… а, нет, на самом деле существует только мнение Рози.

— Вроде того, — усмехнулась Бриджет. — Я хотела, чтобы мои дети были самостоятельными, и, похоже, это задание я выполнила.

— В последнее время я пару раз беседовал с Хауи, — сказал я, поедая картошку фри. — Он немного отдалился от меня, но, по-моему, это из-за того, что он взрослеет и перестает поклоняться старым героям.

— Да, наверное, но лично мне кажется, что на него сильно влияет Рози. Она без конца заводит разговор на эту тему.

Я пожал плечами.

— Слушай, Бриджет, я не раз говорил, что для меня на первом месте ты. Если я начну мешать твоей личной жизни, твоей карьере или отношениям с родственниками, то сразу же исчезну.

Бриджет положила на тарелку жалкие ошметки гамбургера, подалась вперед и посмотрела мне в глаза; я понял, что мне нужно заткнуться и внимательно слушать.

— Говард, мои отношения — это мое дело. У всех остальных права голоса нет. Я любила Стефана и оплакала его как полагается. А теперь я хочу общаться с тобой, и мы будем проводить время вместе — что бы ни говорили моя стерва-дочь и какой-то прыщавый болтун из торгового центра. Может, ты хочешь что-то добавить?

— Нет, дорогая, — ухмыльнулся я.

Бриджет закатила глаза.

— Ладно. — Она протерла стол салфеткой и бросила ее на то, что осталось от ее обеда. — Тогда идем. Я обещала, что найду для твоего андроида одежду получше.

— Угрожала.

— Что?

— Ты пригрозила, что найдешь для меня одежду получше.

Рассмеявшись, Бриджет схватила меня за руку и потащила прочь. Я иду покупать одежду. Даже смерть не избавила меня от этого занятия.

5. Засада

Боб. Март 2224 г. Дельта Эридана

Мы подняли копья, к которым была привязана туша свиноида; при этом мы делали вид, будто не замечаем другую группу, которая наблюдала за нами. Я бросил взгляд на панель интерфейса. Здесь точно прятались зрители, и их было двенадцать, а нас — шестеро. Я не стал предупреждать своих — ведь я, обычный дельтанец, не мог узнать о засаде, — но подготовился к тому, что враги устроят нам сюрприз.

Когда мы отправились обратно в Камелот, я невольно подметил, что мои товарищи — очень, очень скверные актеры. Услышав их слишком громкие реплики, неестественные интонации, любой режиссер немедленно подал бы в отставку.

Но я зря волновался: Фред и его банда, скорее всего, нас не слушали. Как и в прошлый раз, они вышли на тропу перед нами и позади нас.

Фред посмотрел на меня, возглавлявшего отряд, и мерзко улыбнулся.

— Ну что, Роберт… Вижу, ты поймал мне еды на обед, и сегодня с тобой нет здоровяка, который мог бы тебя защитить. Может, подеремся? Я просто мечтаю об этом.

Я наклонил голову набок.

— Во-первых, в прошлый раз Дональду не нужно было меня защищать. Во-вторых, ты, Фред, так себе боец. Но если ты хочешь подраться, то сегодня тебе повезло.

В этот миг восемнадцать охотников из Камелота, и в том числе Дональд, вышли из зарослей, находившихся позади банды Фреда. Карлеонцы приготовились к обороне. Несколько из них попытались потихоньку улизнуть, но мы быстро собрали их в кучу, слегка уколов копьями.

— Думаешь, это тебя спасет? — фыркнул Фред. — Твои друзья не всегда будут рядом с тобой, куцци.

— И твои тоже, Фред.

Фред вздрогнул.

— Что? — ошеломленно спросил он.

— Что слышал. Я буду ждать, буду наблюдать, и рано или поздно ты, например, пойдешь отлить, — и рядом с тобой не окажется друзей, которые готовы спасти твою шкуру. — Я подошел к нему. — Я перережу тебе глотку, а ты даже и не поймешь, что я рядом. — Я повернулся к остальным бойцам из его отряда. — То же самое относится и к вам. Если начнете войну с нами, то вам до самой смерти придется ходить да оглядываться. Я ничего не забываю и ничего не прощаю.

Фред коротко, лающе рассмеялся.

— Неплохо. Но все это — пустые слова.

— Вот как? — Я улыбнулся и, не давая ему возможности отреагировать, нанес удар в ту же точку, что и в прошлый раз. Фред упал.

Бой, конечно, был неравный: я действовал с компьютерной скоростью и находился в теле андроида, который в несколько раз сильнее дельтанца. Но это не имело значения: я хотел, чтобы они прекратили выслеживать охотников из Камелота, а для этого нужно было показать Фреду и его банде, что они смертны.

Я посмотрел на карлеонцев. Дерзости в них поубавилось.

— Сегодня мы заберем у вас копья и отпустим. В следующий раз вам будет гораздо больнее.

Я подал знак, и двое наших начали собирать копья. Банда Фреда уже была окончательно запугана и сопротивляться не стала.

Мы отправили их прочь, а затем двинулись обратно в Камелот.

— Роберт, черт побери, вот это был номер! — воскликнул Дональд, шагая рядом со мной. — Но вряд ли Фреда можно так легко убедить.

— Фреда — нет, а его последователей — очень даже. А ведь таким, как Фред, нужны последователи. Надеюсь, что эта история обломает ему зубы.

Кивнув, Дональд затянул походную песню, и все ее подхватили.

К сожалению, я совсем не был уверен в том, что я прав.

6. Запуск

Билл. Январь 2223 г. Эпсилон Эридана

Гарфилд восхищенно покачал головой.

— Они похожи на машины из мультиков — те, которые состояли из одного двигателя.

Картинка на экране действительно поражала воображение. Планета Эпсилон Эридана-1, которая теперь находилась на совершенно новой орбите, была окружена восемью сотнями пластин с двигателями. Где-то в миллионе километров за ней следовала одна из более крупных лун Эпсилона Эридана-3 с таким же комплексом пластин.

На то чтобы создать все необходимое оборудование, а также научиться им управлять, ушло несколько лет. Сорок ИМИ занимались поддержанием и отстройкой полей для каждой планеты, и в каждом двигателе тоже был свой ИМИ.

Перемещением планет руководили мои самые новые клоны, которые назвали себя «Дедал» и «Икар». Лично мне казалось, что это слегка претенциозно. Но, с другой стороны, у нас свободная галактика.

Гарфилд, раскрасневшийся от волнения, посмотрел на меня.

— Испытания на коротких дистанциях завершены. Конечно, возможны отклонения, но в обычных условиях эта система даст нам как минимум несколько сотен g.

Улыбнувшись, я откинулся на спинку кресла.

— Ну, значит, мы почти готовы.

Я быстро пинганул Дедала и Икара, и они появились в моей ВР.

— Так, парни. Все работает. Вы понимаете, что дело рисковое?

Они кивнули.

— Да, но попробовать стоит, — ответил Дедал. — В худшем случае мы потерпим неудачу, но Бобам от этого хуже не станет.

— Кроме того, это хорошая возможность поэкспериментировать в тишине и спокойствии, — с улыбкой добавил Икар.

Я усмехнулся. Оказалось, что мы с Иком похожи по характеру: он был готов уступить войну и разведку другим, а сам хотел только заниматься исследованиями.

Постепенно мне стало ясно, что я испытываю сложные чувства по отношению к Икару и Дедалу. Конечно, клонируя себя, мы всегда преследовали какие-то определенные цели, но этих двоих я создал для задания, которое вполне может закончиться их гибелью. Почему-то мне показалось, что я поступил низко.

Они точно знали, о чем я думал, когда дал зеленый свет этому проекту. Они с интересом смотрели на меня, и в их глазах я не увидел ни следа обвинения и злобы. Я решил, что положусь на их мнение.

Я помедлил, обводя взглядом комнату. Настал один из тех моментов, которые навсегда меняют твою жизнь. Все готово. Либо тащи рыбу на берег, либо режь леску.

— Ну ладно, парни. Стыковочные отсеки готовы принять ваши корабли. Подключайтесь, и вперед. В добрый путь.

7. Свидание

Говард. Ноябрь 2217 г. 40 Эридана

Держась за руки, мы вышли из кинотеатра. Бриджет, как всегда, выглядела роскошно, а когда она повернулась и зашептала мне на ухо, мой мозг превратился в кашу.

— Говард, ты выглядишь очень солидно. Но ты мог бы этого и не делать.

Я пожал плечами. Изменить облик андроида — несложная задача. Главной моей целью было сделать так, чтобы Бриджет не попала в некомфортную для нее ситуацию, и поэтому теперь мой андроид выглядел как человек ее возраста.

— Знаешь, а мне понравилось, — сказал я, меняя тему. — Возможно, у этих новомодных штучек — кинотеатров, да? — есть будущее.

— Да, люди наконец-то добрались до Вулкана, так что следующий пункт в списке — дискотеки!

— О нет! Только не это!

Конечно, процветающая киноиндустрия тут не возникла. Вулкан по-прежнему оставался планетой-фронтиром, и экономика все еще пыталась удовлетворить основные потребности жителей. Пройдет еще несколько десятилетий, прежде чем развлечения превратятся в крупный сегмент рынка.

Но Голливуд, его сателлиты и духовные братья уже создали тысячи фильмов самого разного уровня качества и популярности. И по большому счету владельцы авторских прав на эти фильмы находились в нескольких световых годах от нас и почти наверняка давным-давно умерли. Кому-то на Площадке в конце концов пришла в голову блестящая мысль — открыть местный кинотеатр и крутить в нем фильмы, по два за сеанс, а местные жители, которые провели большую часть прошлой жизни в тесных, изолированных анклавах, с восторгом встретили новый вид развлечений.

Сегодня показывали пару фильмов про зомби, и все билеты на сеансы проданы. Да, зрители громко выражали свое мнение и смеялись над тем, что происходило на экране, но до конца сеанса никто из зала не ушел.

Я наклонился к Бриджет.

— Я мечтаю отведать мозгов. Или суши.

Бриджет рассмеялась и уже собиралась ответить, но в этот миг зажужжал ее телефон. Через две секунды я получил письмо. От судмедэксперта.

Я прочитал сообщение и замер. Бриджет оторвала взгляд от экрана телефона; ее глаза наполнились слезами.

— Говард, нет…

* * *

— Он оставил вам записку, — сказал доктор Онаги и толкнул по столу конверт.

Оцепенело, чувствуя себя так, будто мной кто-то управляет, я развернул записку и сдвинул лист так, чтобы Бриджет тоже видела текст.

Говард,

Недавно я решил посетить врача, поскольку у меня возникли проблемы с памятью и мыслительными процессами. Врач сообщил мне не очень радостную новость: похоже, что у меня особенно мерзкий вид слабоумия, вызванный разрушением нервной ткани. Лечению эта болезнь не поддается, и врач сказал, что процесс зашел уже довольно далеко.

Я обратился за консультацией к нескольким экспертам, и они заверили меня, что исправить эти проблемы при переходе к программному коду невозможно. В сложившейся ситуации меня совсем не привлекает возможность превратиться в репликанта, страдающего когнитивным расстройством.

Теперь я могу лишь выбрать метод, с помощью которого я закончу свою жизнь.

Говард, вы много лет были мне добрым другом. Пожалуйста, не осуждайте меня за это решение.

С уважением,

Джордж Баттеруорт

(полковник СШЕ в отставке)

Бриджет тихо плакала; по ее щекам текли слезы. Я посмотрел на доктора Онаги.

— Как…

— Нейротоксин. Безболезненно и быстро.

— Можно ли его сканировать?

Доктор Онаги покачал головой.

— Даже если бы сканирование было возможно с медицинской точки зрения, он это запретил.

Кивнув, я встал.

— Спасибо, доктор Онаги.

Бриджет вытерла глаза и вслед за мной вышла из врачебного кабинета.

* * *

Мы так и не встроили в андроида Мэнни способность плакать, а жаль — мне очень хотелось сбросить напряжение. Снова. Возможно, пора повысить приоритет этой задачи — хотя я бы предпочел, чтобы у меня пореже возникали поводы пользоваться этой функцией.

Мы сидели на диване в квартире Бриджет, обняв друг друга. У Бриджет уже закончились слезы. Я тоже поплачу, когда она пойдет спать, а я вернусь в ВР.

— Люди уходят, — наконец сказал я, глядя в пустоту. Бриджет подняла взгляд, и я посмотрел ей в глаза. — Это нормально, я знаю. Умирают родители, бабушки и дедушки, люди, которые были рядом всю твою жизнь. В конце концов умираешь ты сам, и на этом все заканчивается. Но когда ты бессмертен, ты все время остаешься только на одной стороне. Удары обрушиваются на тебя один за другим.

— Но ты знакомишься с новыми людьми, — сказала Бриджет.

— И в конце концов они уходят, и рано или поздно ты начинаешь побаиваться новых знакомств. — Я улыбнулся Бриджет, но улыбка вышла в лучшем случае вымученной. — Я менее замкнут, чем другие Бобы, но в данном случае мне кажется, что они правы. Бессмертных и тех, кого Бобы не без причины называют эфемерами, разделяет пропасть.

— Ты считаешь меня эфемером? — спросила Бриджет, вглядываясь в меня.

— Я считаю тебя самым главным существом во вселенной. И в этом вся проблема: рано или поздно ты умрешь, и тогда я снова останусь один. — Вздохнув, я встал. — Прости, Бриджет, что-то сегодня мне невесело. Пожалуй, я пойду, чтобы ты могла поспать.

Бриджет схватила меня за руку.

— Пожалуйста, не уходи. Я не хочу оставаться одна.

Не говоря ни слова, я снова сел и обнял ее. Бриджет положила голову мне на плечо и вздохнула. Мы сидели тихо, не шевелясь и не разговаривая. В какой-то момент я понял, что она заснула. И это тоже было хорошо.

8. Революционеры

Марк. Июнь 2214 г. Посейдон

Уже в третий раз я поднял руку, чтобы постучать в дверь, — а затем опустил. Когда-то Говард рассказал мне, как страшно ему было, когда он впервые вышел на публику в теле андроида. Не помню, поверил ли я ему тогда или просто решил, что он шутит. А вот теперь я понял, что кто-то должен перед кем-то извиниться.

Сейчас я должен впервые появиться в новом облике андроида. После нескольких лет общения в видеочатах и по телефону я наконец-то встречусь с моими друзьями лицом к лицу.

Если мне удастся постучать в дверь.

Зарычав, я заставил себя забыть о страхах и три раза постучал. Дверь распахнулась немедленно — я знал, что меня ждут, но в моей голове внезапно возникла картинка: Кел, который стоит, взявшись за ручку двери, и ждет, когда я начну действовать.

— Итак, великий компьютер соблаговолил спуститься с небес и навестить нас, жалких смертных. — Кел ухмыльнулся. Мой андроид был одного роста с Изначальным Бобом, но Кел возвышался надо мной — как и над большинством людей.

— Да ну тебя, Кел. Кто-нибудь уже пришел?

Кел посторонился и жестом приказал мне заходить.

— Дену и Джина здесь, а Винни слегка опаздывает. Его задержали какие-то дела Совета.

Я зашел в гостиную маленькой квартиры Кела. На такой огромной планете люди по-прежнему теснились, и эта скученность оставалась постоянным фактором социальной напряженности. Да, более половины планеты было покрыто водой, но на ней уже появилось достаточно «ковров» — а сейчас уже и плавучих городов, — чтобы люди могли расселиться посвободнее. Но Совет настаивал, чтобы люди жили компактно, и в последнее время его позиция стала раздражать почти всех. Интересно, насколько естественным было это недовольство и в какой степени его подогревают бунтари, собравшиеся в квартире Кела?

Я сел и заметил, что Джина и Дену пялятся на меня.

— Черт побери! Марк, это поразительно, — сказал Дену. — Если бы я не знал, кто ты, то вообще не обратил бы на тебя внимания. Облик абсолютно достоверный.

Я пожал плечами.

— Бобы работают над дизайном уже пару лет, и я далеко не первый, кто подключился к этому проекту. У меня свои приоритеты, понимаете?

Джина и Дену кивнули, а Кел фыркнул.

В дверь постучали, и в квартиру вошел разъяренный Винни. Очевидно, то дело, связанное с Советом, закончилось неудачно.

— Идиоты! Олухи! — воскликнул Винни и, взяв пиво из холодильника, рухнул на диван.

— Заходи, Винни, выпей что-нибудь, — с ухмылкой сказал Кел.

Винни отсалютовал ему банкой.

— Извини. Ты же знаешь, что творится на заседаниях Совета.

— То есть…

Винни с хрустом открыл банку и изогнул бровь, словно Спок, выразительно глядя на Кела.

— То есть члены Совета наотрез отказались рассматривать любые нововведения. От сообщений о том, что моральный дух общества падает, они отмахиваются, называя их «нагнетанием паники». Я добился от них только одного: они повторили свои стандартные, заученные наизусть речи типа «все за одного». — Винни сделал паузу и одним глотком выпил полбанки пива. — Если не возникнет какая-либо прямая угроза, они не уступят. Добро пожаловать в будущее, ребята.

Джина повернулась ко мне.

— Ну что, здоровяк, похоже, настал тот самый момент. Ты сказал, «сначала исчерпайте все остальные возможности», и, видимо, мы это сделали. Пора менять руководство. И поскольку Совет считает выборы «задачей с низким приоритетом» и «фактором, отвлекающим от важных дел», то о них тоже можно забыть.

Я потер лоб и вдруг понял, что рассеянно гляжу на руку. Только что выполненное действие сильно отличалось от того, что я чувствовал в ВР, хотя я и не мог понять — чем именно. Эту мысль нужно обдумать, когда появится свободное время.

Я посмотрел на Джину, которая все еще ждала ответ.

— М-м… Действительно, вы уже перебрали все альтернативные варианты, но я пока — нет. Парни, я очень не хочу становиться революционером. Во время революций, даже так называемых «мирных», гибнут люди. — Я по очереди посмотрел в глаза каждому из собеседников. — У меня почти готов большой сюрприз — летающие города. По-моему, это немного встряхнет ситуацию и позволит обойтись без стрельбы и взрывов.

— Это будет угроза или приятный сюрприз?

— Кел, если это и угроза, то не очень мощная — по крайней мере, на бумаге, — ответил я. — «Откажитесь от своих заблуждений, или мы построим летающие города». Тебе не кажется, что этой фразе чего-то не хватает?

Кел печально усмехнулся.

— Ну да. Города станут более явной угрозой, когда мы их построим, и это приведет к определенным последствиям. А пока Совет видит только то, что хочет увидеть.

— И все же ты должен попытаться, — добавил Дену. — Представь им свой план, а если они ничего не поймут — ну что ж…

Джина достала из холодильника пиво и помахала им Дену. Лишь потом до нее дошло, что делать так неоткрытой банкой с газированным напитком не стоит.

— Но Марк говорит, что мы хотим избежать полномасштабной революции, так что от настроя «ну что ж…» нам пользы мало. — Джина повернулась ко мне. — И перестань быть таким слюнтяем.

Мы с Дену ухмыльнулись. Вот она, старая добрая Джина, которая так уважает чужое мнение.

— Ладно, — сказал Кел и обвел взглядом всех нас. — Значит, Марк поговорит с членами Совета и постарается убедить их в том, что их тоталитарные методы недопустимы. Если они внемлют голосу разума, отлично. Если нет, тогда мы все равно начнем строительство городов — без официального одобрения.

Мы молча кивнули. Нашему плану чего-то не хватало, но он, по крайней мере, позволял избежать войны.

* * *

— Это неприемлемо!

Лицо члена Совета Бенбена в окне видеочата можно было описать только как «внушающее ужас». Я с трудом сдерживал улыбку. Мой план столкнулся с сопротивлением, и это еще мягко сказано.

Член Совета Мюррей, находившийся в другом окне, вклинился в наш разговор.

— Мы почти добились того, чтобы распределение жителей соответствовало потребностям «ковров» и городов в рабочей силе. Если люди начнут перемещаться беспорядочно или даже эмигрируют в другие места проживания, начнется хаос. У нас не хватает людей. Они должны жить там, где они нужны.

— То есть вы задумываетесь о том, допустимо ли с точки зрения морали указывать людям, где они должны жить и чем им следует заниматься, — сказал я.

— Таков закон, Марк.

Я улыбнулся советнику Бреннану.

— Вы просто уходите от вопроса. Закон может быть любым, но это еще не значит, что он справедлив. Кроме того, вы забываете о соглашении, которое подписали с Райкером до того, как мы доставили вас сюда. Оно определяет…

— Данный документ не имеет юридической силы, — ответил Бреннан. — Мы уже проголосовали за это.

— То есть, если соглашение вам не нравится, вы можете самостоятельно объявить его недействительным, а затем проголосовать за то, что вам нужно? А все остальные должны просто подчиниться, потому что это закон?

Мюррей посмотрел на меня сверху вниз. В буквальном смысле слова.

— Презрительная усмешка не является доказательством, мистер Йоханссон. Мне кажется, что мы довольно четко объяснили свою позицию. Никаких летающих городов. Возможно, когда-нибудь они появятся, но это решение примем мы, а не вы. — Он посмотрел по сторонам — вероятно, оценивая настроения других членов Совета. — И, пожалуй, на этом мы закончим дискуссию. До свидания.

Он отключился. Через пару секунд остальные члены Совета последовали его примеру.

Я покачал головой. «Закончим»? Вряд ли. В фильме «Разрушитель» есть сцена, в которой капитан полиции не может поверить в то, что кто-то не подчинится приказу. Реакция Совета была очень похожей.

Я отправил короткое сообщение Революционному совету — Келу, Дену и Джине.

Я пытался. Они уперлись. Похоже, придется действовать жестко.

* * *

Мне очень не хотелось беспокоить Билла или Райкера — или Боба, если уж на то пошло, ведь у каждого из них были свои проблемы. Рано или поздно мне тоже придется бороться с Другими, но пока что я должен был разобраться с местными неприятностями.

Я проверил, где сейчас находится мой андроид. После встречи в доме Кела я загрузил его в грузовой беспилотник и отправил на орбиту вокруг Посейдона. Теперь же я направил беспилотник на Четвертый Западный ковер, приказав ему известить меня, как только он прибудет на место.

Население «ковров» пока что не сильно уменьшилось. Плавучих городов было немного, и Совет не стремился делать их жилыми: они предназначались только для рабочих и обслуживающего персонала. Еще одна причина, по которой Совет уже начал надоедать людям. Когда мы только высадили колонистов, все предполагали, что им придется жить на «коврах» лет десять, не больше, и что за это время их постепенно переселят в плавучие города. А теперь, двадцать лет спустя, более девяноста процентов населения Посейдона по-прежнему находилось на «коврах».

Я получил сигнал от беспилотника и улыбнулся. Собственный андроид появился у меня всего несколько дней назад, а я уже пользовался любым поводом для того, чтобы вывести его на прогулку.

Андроид активировался почти мгновенно, и я обнаружил, что лежу на опорной раме. Я встал, открыл двери грузового отсека и вышел наружу.

С погодой на «коврах» обычно проблем не возникало: колонисты обычно селились на тех из них, которые оказались в тропической зоне. На Посейдоне, где суша отсутствовала в принципе, океаны состояли из полос, почти таких же, как на Юпитере, и в каждой полосе была своя температура, соленость воды и экосистема.

Над «коврами» часто шли тропические ливни, но они были не сильные, теплые и короткие. Мощную бурю обычно удавалось обнаружить за несколько дней до ее приближения, и тогда беспилотники оттаскивали «ковры» с ее пути.

Я пересек посадочную площадку и вышел на тротуар. Нью-Джорджия по всем понятиям была маленьким городом, и это чувствовалось. Здесь все друг друга знали, здесь никто не спешил, и не возникало ощущения скученности — по крайней мере, в общественных местах. Лишь из-за врожденного упрямства местные жители больше всего жаловались на то, что не могут сами выбрать себе место для жизни.

Вздохнув, я отправился куда глаза глядят, чтобы просто насладиться солнечным днем.

Не прошло и пяти минут, как мой день был испорчен.

Внутри андроида раздалось гудение: входящий вызов. Судя по метаданным — от Кела. Я включил только аудиосвязь.

— Как дела, Кел?

— Очевидно, Совет решил, что просто отказать тебе — этого мало. Они приняли меры…

— О-о, меры, — усмехнулся я. — И что они сделали?

— Закрыли нам доступ к источникам сырья. Перевели в другое место всех, кто мог бы нам помочь — в том числе Джину и Дену. И изменили расписание работы принтеров.

— Джина и Дену против этого не возражали?

— Нет, — ответил Кел. — Прямо сейчас упираться бессмысленно. Просто будем чаще говорить по телефону.

— Хм. Может, на это и расчет? — спросил я, задумчиво потирая подбородок.

— Что?

— Слежка, Кел. Если мы говорим по системе связи, то, возможно, они ее мониторят.

— Хм… И, разумеется, если они примут закон, то, значит, все правильно. И следовательно, их действия соответствуют нормам морали.

— Вроде того. И кстати, этот разговор тоже следует завершить.

— Понял. Ты придешь?

— Точно. Буду через полчаса, жди.

Я разорвал связь и заглянул в список «бродяг». Если Совет готов прослушивать звонки, то, возможно, также решит воспользоваться «жучками». Шутки кончились.

* * *

— Что за… — Кел, открывший дверь, отшатнулся.

Я ухмыльнулся. Пока я шел, все «бродяги» сидели в моих карманах. Но мы, Бобы, не очень взрослые и серьезные люди, и поэтому сейчас десять маленьких «бродяг» ползали по мне, а один приплясывал на моей макушке.

Качая головой, Кел отступил в сторону.

— Ну ты и урод.

Усмехнувшись, я приказал «бродягам» обыскать комнату.

— За пару минут управимся.

«Бродяги» сбежали вниз по моему телу, разбрелись по комнате и меньше чем за минуту нашли три «жучка». Мы с Келом потрясенно переглянулись. Говорить о возможной прослушке — это одно, а взглянуть в лицо реальности — совсем другое.

Двое «бродяг» бесшумно уничтожили подслушивающие устройства, а их товарищи тем временем продолжили поиски, но больше ничего не нашли. Кел с шумом выдохнул.

— Невероятно. Выборов нет, свободы нет, а теперь еще и это. Мы пересекли черту, за которой начинается тоталитаризм.

— М-м. Я оставлю тут пару «бродяг»; они будут следить, не попытается ли кто-нибудь установить новые устройства. И еще несколько отрядов я отправлю в другие дома. Джина, конечно, придет в ярость.

— Марк, она же работает в службе безопасности. Если за Джиной следят и она ничего об этом не знает, значит, она не в курсе дела. И это не сулит ничего хорошего.

Я покачал головой.

— Возможно, «жучки» устанавливают регулярно, а она просто не занимает достаточно высокий пост, чтобы знать об этом. Но да, в каком-то смысле это еще хуже.

— Ладно, ладно, — отмахнулся Кел. — Ну что… Летающие города?

— Учитывая реакцию Совета, можно сказать, что одно лишь заявление о городах будет достаточно провокационным действием. А если они ничем не ответят, значит, мы победили.

— А сейчас нам нужно просто затаиться?

— Думаю, веселье само нас найдет, — кивнул я и достал кое-что из рюкзака. — А пока что держи вот это. Наша новая система связи. Шифрование с помощью УППС, куча нанитов. Того, кто попытается в ней пошуровать, ждет неприятный сюрприз.

Кел осторожно взял устройство кончиками пальцев.

Я рассмеялся, видя его дискомфорт.

— Да ладно. За кого ты меня принимаешь? Наниты реагируют только на попытку взлома. Тебе ничего не грозит.

Кел криво усмехнулся.

— Дену и Джина тоже получат такие штуки?

Я кивнул.

— На телефоны полагаться нельзя, ведь обеспечить безопасность на всей линии мы не сможем.

Кел вздохнул и поставил устройство на стол.

— Помнишь, я говорил, что мы еще не перешли черту?

— Угу. — Я кивнул. — А теперь я вижу ее в зеркале заднего вида. Отныне мы — революционеры. Ура.

9. Напряжение

Говард. Февраль 2218 г. Вулкан

— Оставь мою мать в покое.

Я беззаботно разглядывал витрину магазина в торговом центре, поэтому внезапная реплика заставила меня вздрогнуть. Я повернулся и увидел Рози, старшую дочь Бриджет. Она свирепо смотрела на меня.

— Что?

Прекрасный ответ, Говард. Блестящий.

— Ты ведь даже не человек, а машина. Моей матери нужно смириться со смертью моего отца и жить дальше — но не с машиной.

Ну вот, начинается. Богатое и слегка неуравновешенное воображение рисовало мне подобные картины, и выданная мне оценка не очень-то меня обрадовала.

— Рози, эти два варианта не являются взаимоисключающими. Я, настоящий я — человек. Я…

— Не хочу слушать этот околонаучный бред. Ты — запись человека. Я не собираюсь вести дискуссии на данную тему. Я…

— Тогда почему мы вообще разговариваем?

— Что? — Рози отшатнулась и быстро заморгала.

Похоже, я помешал ей произнести речь, к которой она так тщательно готовилась. Краем глаза я заметил, что на нас начали поглядывать. Несколько посетителей торгового центра остановились, чтобы посмотреть на драму, и по крайней мере один из них достал телефон. «Интересно, можно ли считать меня знаменитостью?» — подумал я.

— Рози, — продолжил я, пытаясь игнорировать зевак. — Тебя, возможно, не интересует дискуссия, а я в равной мере не желаю выслушивать твои нотации. Перефразируя выражение, которое было популярно в моей юности, скажу так: ты мне не начальница. И, что более важно, твоя мать общается со мной по доброй воле.

— И она прекрасно знает, что я об этом думаю! — крикнула Рози, едва не выплевывая слова. — Но ты задурил ей голову…

— Черт побери! — воскликнул я, закатывая глаза. — Неужели ты ничего не знаешь о своей матери? Ты хоть раз заставила ее сделать то, что она не хочет? Слушай, я не хочу с тобой ссориться — главным образом из уважения к твоим родителям, которых я сильно любил и люблю, но Бриджет — взрослый человек и способна сама принимать решения. Я перестану с ней встречаться, когда этого захочет она. У тебя права голоса нет.

И на этом все закончилось. Мы стояли и свирепо смотрели друг на друга; надежды объясниться не было, и, возможно, мы никогда не сможем понять друг друга. Эта патовая ситуация продлилась еще несколько секунд, после чего Рози презрительно усмехнулась и зашагала прочь.

Потрясающе.

Я обвел взглядом небольшую толпу, которая собралась понаблюдать за нами. Люди не смели смотреть мне в глаза и быстро разошлись.

Я продолжил бесцельно бродить по торговому центру и глазеть на витрины, но мог думать только о Рози. Кроме того, часть зрителей смотрела на меня с откровенной злобой: очевидно, меня узнали. Я задумался о том, что стану делать, если этот скандал затронет Бриджет.

* * *

Мы с Бриджет сидели на диване в ее квартире, и я рассказывал ей о том, что произошло в торговом центре.

— Говард, я не говорила тебе об этом, потому что это не твоя проблема. — Бриджет выглядела печальной, но не виноватой. — Мои дети, и главным образом Рози, хотели бы, чтобы я встречалась с тем, у кого менее… альтернативная биология. При каждой нашей встрече Рози теперь читает мне нотации. Лиэнн и Говарду ее слушать неприятно.

— Чудесно. Что еще ты от меня утаила?

Бриджет улыбнулась.

— Ну про тебя ходят определенные слухи, и наиболее интересные из них — скажем так, про твое оборудование.

Я невольно расхохотался. Проприоцептивные схемы в моем андроиде отреагировали очень правдоподобно, и поэтому мне пришлось сесть, иначе бы я рухнул на пол. Я, наверное, уже в десятый раз напомнил себе о том, что нужно вставить в андроида слезные протоки.

Бриджет тоже усмехнулась.

— И, кстати, раз уж зашел разговор на эту тему…

— О нет, так не пойдет! Я уже сказал, что обновлю Мэнни, как только ты этого захочешь. Решение принимаешь ты.

Теперь и Бриджет залилась смехом. Веселье подпитывало само себя, и в конце концов мы беспомощно повалились на диван, задыхаясь от хохота.

Через пару минут мы наконец пришли в себя, и Бриджет взяла меня за руку.

— Вот одна из причин, по которой я тебя люблю. Даже Стефан иногда смотрел на меня так, словно я не в себе, поэтому мне приходилось давить в себе любовь к пошлым шуточкам. А вот ты… Ты меня понимаешь.

— Вечно пошлые, вечно вместе.

Я улыбнулся Бриджет. Боже мой, она так прекрасна.

* * *

За двести лет интернет не сильно изменился — да, появились новые компании, а несколько старых разорилось. Люди изобрели новый сленг, но по-прежнему оставались людьми, и интересы у них были те же самые. В Сети сохранились форумы, ты по-прежнему мог на кого-то подписаться, у каждого до сих пор была личная страница на одной из нескольких платформ, и блоги все еще пользовались популярностью. Похоже, нарциссизм и вуайеризм по-прежнему прекрасно себя чувствовали.

Но что самое важное, человек мог без больших усилий найти упоминания об известном в узких кругах — или, быть может, скандально известном — репликанте. То, что я — андроид, не было ни для кого секретом, и эта тема стала предметом для постоянных обсуждений. В Сети лежало немало моих фотографий, и поэтому опознать меня не составляло особого труда.

Точек зрения существовало великое множество, но они, похоже, делились примерно поровну: меня считали либо монстром Франкенштейна, либо обычным человеком, у которого такие же права, как и у всех остальных. Какой-то компромиссной позиции не наблюдалось.

Видимо, камнем преткновения стали мои отношения с Бриджет. Большинство не возражали против того, что я брожу по планете, заглядываю в торговые центры и так далее. Но они были против того, чтобы я заводил близкие отношения с людьми.

Скорее всего, Бриджет в курсе. И значит, она меня защищает. Черт. А я-то был отчасти шовинистом и поэтому рассчитывал, что сам буду ее защищать.

Интересно, есть ли у нее план? И что важнее, есть ли он у меня? Кто-то должен разобраться с этим делом.

10. Охота

Боб. Март 2224 г. Камелот

Дельтанцы не умели насвистывать за работой — да и в другое время, если честно, тоже, — иначе я бы уже это делал. В такой день не радовались бы только самые отъявленные ворчуны. Встать на заре, позавтракать ягодами и яйцами, пару часов погреться на солнышке… Мой андроид, разумеется, ни в чем этом не нуждался, но нейронный интерфейс был достаточно хорош, чтобы создать у меня те же приятные ощущения, что и у дельтанцев.

После ленивого утра я отправился на охоту, а Архимед разложил кремни, с которыми хотел поработать сегодня. Я надеялся, что мне повезет и удастся добыть местный эквивалент индюшки.

Архимед и его семья были очень щедры и с самого начала обращались со мной как с родным. Я старался при каждой возможности платить им добром за добро, а полакомиться индюшкой и другой мелкой дичью любили все.

Марвин порой обвинял меня в том, что я пытаюсь отвергнуть реальность и навсегда остаться «Робертом». Я с ним не спорил: зерно истины в его словах было. Я в самом деле ощущал себя частью сообщества дельтанцев больше, чем Изначальный Боб — частью человечества. Скорее всего, на мое решение перенять обычаи туземцев во многом повлияла тоска по семье.

Мои размышления прервал сигнал тревоги. Движение в непосредственной близости от меня. Я вызвал один из беспилотников-шпионов, которые снабжали информацией мою ВР «Камелот», и приказал ему сфокусироваться на мне.

Менее чем за секунду я выяснил, что меня выслеживает не местное зверье.

Это был Фред. И четверо его друзей. И их целью явно был я.

Разумеется, я мог расплющить их снарядом. Но мне претила мысль о том, что я буду походя убивать живых существ, даже если одно из них — такой мерзкий кретин, как Фред. Кроме того, я, вероятно, одолею их и в ближнем бою, но в этом случае меня разоблачат. Я уже не смогу быть обычным дельтанцем Робертом, другом Архимеда. Не вариант.

Позвать на помощь? Нет. Для этого придется отправить беспилотник к Архимеду, чтобы тот нашел Дональда или кого-то еще, а когда они окажутся здесь, все веселье уже закончится.

Я вызвал еще два беспилотника, чтобы у меня была картинка получше, а затем немного понаблюдал за своими преследователями. Они приблизительно представляли, где я, но я видел, что они часто смотрят и двигаются чуть в сторону от меня. Это давало мне определенные возможности.

Прежде всего я выключил свой запах. По сравнению с людьми дельтанцы больше полагались на обоняние и меньше — на зрение. Этим можно воспользоваться.

Я расположился между двумя приближающимися охотниками и замер — так, как это может сделать только андроид. Они прошли мимо меня. Я не двигался, не издавал звуков и не имел запаха, и поэтому для них я просто не существовал.

И теперь я оказался позади них.

Я нашел Фреда и подошел к нему поближе. Если в какой-то момент он отделится от группы, я легко с ним разделаюсь.

В конце концов оцепление сжалось так, что охотники увидели друг друга. Фред в ярости швырнул копье на землю.

— Он был у нас в руках, клянусь яйцами предков! Как вы могли его упустить?

— Фред, а может, его упустили не мы, а ты? — возразил один из охотников, которому, похоже, все это надоело.

Фред мгновенно подскочил к нему и повалил на землю, а затем приставил наконечник копья к его горлу.

— Еще раз огрызнешься, и ужинать мы будем тобой, куцци.

Какой же он урод. Внезапно я понял, что, возможно, окажу услугу дельтанцам, удалив его из генофонда.

Охотники еще немного поискали меня, но я просто вышел за пределы видимости и принялся следить за ними с помощью беспилотников. В конце концов они сдались и направились к Карлеону. Фред продолжал изрыгать проклятия.

Следуя за ними, я прошел полпути к деревне, но, к сожалению, Фред постоянно находился рядом со своими охотниками. Организовать встречу с ним мне придется самому.

* * *

Я вернул все системы наблюдения в обычный режим и повернул к Камелоту, но прежде отправил команды двум беспилотникам, чтобы защититься от новых сюрпризов. Мне нужно было обдумать ситуацию, а я хорошо знал, что в задумчивости могу даже свалиться с обрыва.

Фред — наглядное доказательство того, что подонки бывают всех форм и размеров и принадлежат к самым разным биологическим видам. Но что заставляет его — и всех остальных — так поступать? Они вели себя так не потому, что хотели позабавиться, и их действия нельзя было принять за какую-то случайную проделку. С другой стороны, охотиться они умели не хуже, чем мы, и корнеплодов у них было столько же, а может, даже чуть больше, чем в Камелоте.

Я сделал пометку о том, что нужно понаблюдать за Карлеоном с помощью беспилотников. Возможно, удастся обнаружить что-то важное.

Правда, я слишком долго играл в кошки-мышки с Фредом и его громилами, но так и не разобрался с делами — не добыл еды. Покачав головой, я отправил беспилотники искать мелкую дичь. Да, сейчас я жульничал, но времени было мало, а обед откладывать нельзя.

* * *

— Похоже, Фред принял эту историю близко к сердцу, — ухмыльнулся Дональд.

— Ну да, никому не нравится, когда его бьют по морде. Но я не рассчитывал, что он начнет на меня охоту.

Мы с Дональдом грелись на солнышке. Чуть поодаль Архимед обрабатывал кремни и старался не обращать на нас внимания, а Бастер делал заготовки простых инструментов, которыми Архимед займется позже. Обработчиком кремня Бастер становиться не хотел, хотя был не менее ловок, чем отец, и основные методы работы знал. Бастер любил охотиться и стрелял из лука лучше, чем любой житель Камелота — а может, и Карлеона.

Но еще Бастер любил проводить время с отцом и ради этого был готов даже помогать ему в повседневной работе.

Эти трое, скорее всего, были моими самыми любимыми дельтанцами на планете.

— Как жаль, что он не дал тебе шанса перерезать ему глотку. Этим ты бы оказал всем большую услугу.

Я заерзал, обдумывая ответ. Вряд ли я могу хладнокровно кого-то зарезать, но как объяснить мораль двадцать первого века существам из века каменного?

— Дональд, мы же знаем, что дело не только во Фреде. Да, возможно, он просто проявляет больше рвения, чем остальные, но причина не в нем.

— М-м… — Дональд лег на землю, подложив руки под голову. Судя по его тону, Дональд без колебаний проткнет Фреда копьем при следующей встрече. — Думаю, мы сами должны пойти на охоту. Задать пару вопросов.

Неплохая мысль. Если не считать слова «мы».

11. Останки

Билл. Март 2223 г. Эпсилон Эридана

Я занимался модификацией Буллвинкля, когда получил сигнал от Марио. Я раздал «бродягам» инструкции, которых им надолго хватит, и вернулся в свою ВР. Секунду спустя в нее влетел Марио. Он попросил у Дживса кофе, сел и посмотрел на меня.

— Так, Марио. Мы давно знакомы, и я знаю: загадочное выражение твоего лица означает, что у нас неприятности. Что стряслось?

Марио улыбнулся, признавая, что я его раскусил.

— Ну да, ну да. Э-э… Даже не знаю, с чего начать.

Отхлебнув кофе, Марио поставил чашку и сплел пальцы домиком.

— Ты знаешь, что мы продолжаем изучать звезды в окрестностях Глизе 877 и составляем карту мест, которые разграбили Другие.

Я кивнул.

— Полагаю, эта театральная пауза нужна не для того, чтобы сообщить мне хорошую новость.

— Ха! — Марио покачал головой. — Да нет, они двигались в противоположную от нас сторону. Скорее всего, нам просто повезло, что именно там находятся ближайшие к ним звезды. В общем, мы нашли еще пять планет, на которых Другие уничтожили жизнь, и в том числе еще одну цивилизацию. Поздний индустриальный период, начало атомной эпохи. Почти эквивалент Земли середины двадцатого века.

— Чудесно. Значит, у Других есть еще одна зарубка на их коллективной кобуре.

— И еще один гвоздь в крышку их гроба. Билл, возможно, я зря тебя в этом убеждаю, но я не вижу вариантов решения этой проблемы, в которых Другие продолжают существовать.

— Да, я знаю. Мы это обсуждали. И заниматься этим придется нам — если предположить, что мы вообще в состоянии справиться с Другими.

— У нас есть Дедал и Икар…

— Это маловероятно, — отмахнулся я. — А ты и твои клоны? Ты же ближе всего. Можешь что-нибудь сделать?

— Не вопрос, — кисло улыбнулся Марио. — Только вот, по невероятному совпадению, в окрестностях Глизе 877 совсем нет металлов.

— Ясно.

Марио, конечно, был прав. Родная система Других находилась на периферии: наткнувшись на них, мы практически прекратили исследовать этот участок космоса.

— Клод и большое число Бобов, принимавших участие в обороне Дельты Павлина, направляются к Гамме Павлина. Ты мог бы организовать что-нибудь вместе с ними, — сказал Марио и вопросительно посмотрел на меня.

Поморщившись, я кивнул.

— Да, Марио, я этим займусь, но, по-моему, поражение стало сильным ударом для Клода. Не уверен, что он сможет рационально анализировать ситуацию с Другими. Он говорил только о том, что мы должны защищать Гамму.

— Ну его группа доберется до Гаммы только через несколько лет. Возможно, тебе стоит придумать какой-нибудь мощный маркетинговый ход.

Я вздохнул. Если ад и существует, то он — в отделе маркетинга.

12. Похороны Джулии

Райкер. Октябрь 2218 г. Вулкан

Я изучал очередной отчет о производстве, полученный от Чарльза, когда поступил вызов от Джастина Хендрикса. Общение с родственниками всегда было в моем списке главных задач. Джастин уже вырос; космический курсант теперь стал капитаном одного из кораблей космофлота Нового Иерусалима. Я усмехнулся; в данный момент космофлот состоял из горстки грузовых и транспортных кораблей, созданных по мотивам «Парадиза» второй версии.

Декстер, текущий Боб-резидент в этой системе, активно стремился к тому, чтобы колонии не зависели от репликантов. На двойной планете системы 40 Эридана теперь находились поселения двенадцати различных анклавов, и у каждого из них был по крайней мере один корабль. Декстер все еще оставался в системе, но число запросов к нему сократилось до одного-двух в неделю.

Улыбаясь, я включил связь, но улыбка на моем лице погасла, когда я увидел Джастина. Его глаза блестели: он едва сдерживал слезы.

— Дядя Уилл, мама в больнице. Все плохо.

* * *

Я вышел из грузового беспилотника, взглянул на здание больницы, а затем посмотрел на свои руки и ноги. Как только Говард услышал, что случилось, он без колебаний одолжил мне Мэнни. Доставить его с Вулкана на Ромул удалось чуть больше чем за час.

Я впервые находился в андроиде и поэтому нервничал. Мне вдруг пришла в голову мысль, что Говард тоже впервые использовал андроида в похожих обстоятельствах. Я надеялся, что это не тенденция, но, к сожалению, скорее всего, это была именно она, ведь речь шла об эфемерах.

Из больницы вышел Джастин, и поэтому я отправил беспилотник прочь. Джастин поспешил ко мне, но в полутора метрах от меня вдруг остановился, застеснявшись. Мы с ним впервые встретились «лично», так сказать.

— Дядя Уилл, — сказал он, покраснев. — Вы… э-э… в телефоне вы выглядели моложе.

— Что поделаешь, вот такое тут освещение, — улыбнулся я.

Объяснять ему про Говарда и Бриджет я не собирался, но, возможно, он уже слышал про них.

Мы с ним пошли ко входу в больницу. Я быстро бросил взгляд на него и впервые заметил несколько седых волос у него на голове и морщины, которые начали формироваться в углах его рта и на лбу. Усилием воли я заставил себя отбросить эту мысль.

— Она сидела дома с моими детьми; они говорят, что она с криком схватилась за голову и рухнула на пол, — объяснял Джастин. — К счастью, они знали, что нужно делать. «Скорая» приехала быстро и доставила ее сюда, но, кажется, уже слишком поздно. — Он посмотрел на меня, и его глаза наполнились слезами. — Это аневризма. Врачи говорят, что она уже не очнется.

Мы пришли в ее палату. Я огляделся; современное оборудование, никаких религиозных символов или икон. Ну да, ведь лет двадцать назад произошло восстание… из-за права на ввоз алкоголя, что ли… и, кажется, там еще произошла пара скандалов… В общем, Новый Иерусалим теперь превратился в настоящую демократию, и церковь в нем была отделена от государства. Мы с Говардом отпраздновали это событие, отсканировав бутылку ирландского виски и доставив ее матрицу в ВР.

Я прекрасно понимал, что тяну время. Сделав глубокий вдох, я медленно подошел к больничной койке.

Я вспомнил, как познакомился с Джулией Хендрикс во время видеочата с проповедником Кренстоном. Я вспомнил, как у меня все сжалось от шока, когда увидел почти идеальную копию моей сестры, пра-несколько-раз-прабабушки Джулии. Я приложил руку к щеке Джулии. Я впервые прикоснулся к ней.

Так, похоже, Говард все-таки вставил слезные протоки. Черт.

Я вытер глаза и повернулся к Джастину. Он уже плакал, не сдерживая себя.

Взять свой голос под контроль мне удалось не с первой попытки.

— Что ты будешь делать? — спросил я.

— Она не хотела, чтобы в ней поддерживали жизнь, если шансов нет…

Я кивнул, и меня накрыла бесконечная печаль. Люди продолжают уходить…

— Если это аневризма, значит, репликация невозможна?

Джастин покачал головой.

— Дядя Уилл, не принимайте на свой счет, но я не думаю, что многие люди по доброй воле решат стать репликантами. Это был эксперимент, который авторитарные власти провели в более мрачные времена, когда людей считали просто шестеренками в машине. — Он печально улыбнулся. — Та огромная работа, которую выполнили вы и другие Бобы… в общем, обычному человеку это покажется бесконечным рабством. Кто захочет целую вечность горбатиться в загробном мире?

— А! Это многое объясняет. — Я задумчиво кивнул. — Когда Говард воссоздал эту технологию, мы рассчитывали, что заявки хлынут рекой. Но их было ровно ноль.

— Мне кажется, что на вас эксперимент завершился.

Я промолчал и просто посмотрел на Джулию. Возможно, это и к лучшему.

* * *

Похороны состоялись через несколько дней. Я все еще пользовался андроидом, одолженным у Говарда, но перепутать нас никто не мог — Говард никогда не появлялся на Ромуле в виде андроида. Эти люди знали только Уилла, пра-пра-пра… дядю в цифровой форме. Джастин попросил меня нести гроб, и я с благодарностью согласился.

Джулия прожила хорошую жизнь, и у нее было много родственников, которые знали и любили ее. Надгробная речь, которую произнес Джастин, заставила прослезиться всех, и в том числе вашего покорного слугу.

В течение почти всей церемонии я находился в центре внимания: многие хотели узнать больше о моих сестрах и о жизни в XXI веке. Но ни одного вопроса про репликацию. Невероятно.

В конце концов я, эмоционально измотанный, распрощался со всеми и вызвал транспортный беспилотник. Помахав небольшой толпе, которая вышла меня проводить, я поднялся на борт корабля и отключился.

* * *

Я заскочил в ВР Говарда.

— Говард, привет. Мэнни снова твой. Он летит обратно с Ромула, будет на месте через пару часов.

— Спасибо. Похороны прошли нормально?

Я сел. Шпилька забралась ко мне на колени и заурчала еще до того, как я начал ее гладить. Роль недотроги ей никогда не удавалась.

Вздохнув, я уставился в пустоту.

— Никаких конфликтов, в отличие от тебя с теми детьми… — Я бросил взгляд на него. — Там уже все утряслось?

— Угу. Бриджет провела беседу со своим потомством, и, похоже, Рози больше не будет выслеживать меня и устраивать скандалы.

— Но ты же понимаешь, что сам напросился? Ходишь на свидания с человеком…

— На самом деле это не свидания, Уилл. Сексуальной составляющей в ней нет. Просто нам нравится — и всегда нравилось — быть вместе. Мы понимаем друг друга.

Я сочувственно кивнул.

— Понимаю. Но люди все равно будут чесать языком.

— Да пошли они! — рассмеялся Говард. — Я не испытывал такого счастья с тех пор… ну с тех пор, как был с Дженни.

— Говард, Дженни давно умерла. Рано или поздно умрет и Бриджет. — Я увидел резкий взгляд Говарда и пожал плечами, извиняясь. — Прости. Кажется, похороны нагнали на меня тоску. Ведь всего год прошел с тех пор, как мы потеряли полковника. Да уж, они эфемеры, это точно.

— Да… — Говард протянул руку и погладил Шпильку. — У бессмертия есть не только плюсы.

Я встал и посадил Шпильку на свое кресло.

— И не поспоришь. Вернусь домой, активирую свои рецепторы алкоголя и утоплю свои печали. А завтра обратно в шахту.

Помахав Говарду, я отправился в свою ВР — в Солнечную систему.

13. Летающие города

Марк. Февраль 2215 г. Посейдон

— Полагаю, вы пытаетесь понять, зачем я вас здесь собрал. — Я оглядел собравшихся. Кто-то закатил глаза к потолку, кто-то улыбался, кто-то сидел с выражением «пожалуйста, пусть все поскорее закончится».

Обыватели.

— Простите, но мне всегда в кайф так говорить. Но в данном случае эти слова уместны. Почти пятнадцать лет я активно работал над одним проектом, и мне кажется, что он вас заинтересует.

Я посмотрел на слушателей, оценивая их настроение. Они с интересом смотрели на меня; до сих пор мало кто видел меня в теле андроида.

Я организовал эту встречу в удаленной части Великого Северного ковра, приблизительно в трех милях от населенного пункта Новый Мале. Личные летуны были припаркованы на толстом слое растительности. Приглашенные представляли собой пеструю смесь из сотрудников службы безопасности, чиновников и инженеров. Кроме них тут были люди, не занимавшие особых должностей, — их отличало то, что они мне нравились и я им доверял. Мои друзья — те, кого я считал своим ближним окружением, — стояли чуть в стороне. Они заявили, что это мое шоу и они в него вмешиваться не будут.

Я попытался подавить улыбку, но потом отказался от этой идеи. Почему бы и нет? Я же фактически создаю новый народ.

— Марк, все это уже слишком затянулось. Давай выкладывай.

Это был Йоши, старший инженер по инфраструктуре, коллега Кела.

— Не вопрос, Йоши. Дамы и господа, представляю вам… летающий город Гелий!

Произнося эти слова, я опустил город так, чтобы он вышел из-за облаков и остановился на высоте в пятьдесят футов. Ну да, «город» — это громко сказано: у него были размеры сдвоенного пригородного участка. Круглая плоская платформа радиусом почти сто футов была накрыта куполом из прозрачного фибрекса; на нижней стороне по ее радиусам тянулись полусферические выпуклости.

— Ведро с говном мне на голову! — воскликнул Йоши. Раскрыв рот от удивления и выпучив глаза, он перевел взгляд на меня. — Ну ладно, тебе удалось меня поразить. Но как это работает? Наверняка город устроен не так, как летуны…

— Разумеется. Никаких турбовинтовых двигателей — а также, по иронии судьбы, гелия. В городе Гелий установлены спирали ВСПЛЕСКА.

— Но этого не может быть! В поле ВСПЛЕСКА гравитация обнуляется. Город же не висит в невесомости?

Я рассмеялся.

— Нет, Йоши, никакой невесомости. Поле не окружает город: спирали расположены почти так же, как пропеллеры вертикального взлета и посадки на ваших летунах. Они обеспечивают подъем, но не более того. Кстати, они вон там, в полусферах на нижней стороне.

Брови Йоши сдвинулись: этот классический жест инженера означал, что Йоши начинает обдумывать сказанное.

Затем он повернулся ко мне.

— Ты сказал, что не отдашь его колонии.

— Не совсем так. Я не собираюсь передавать его в исключительное распоряжение администрации. Не хочу, чтобы она им управляла. Совет и так слишком строго все контролирует. — Я медленно покачал головой. — Спроси у любого Боба, и он тебе скажет, что такой фашистский режим мог бы возникнуть из ВЕРЫ, а не в бывших островных государствах.

— Они попытаются закрыть этот проект, — еле слышно буркнул Винни, хотя и обещал молчать.

— Винни, если они не будут прибегать к насилию, то практически ничего не могут сделать. Их власть основана на мнимом авторитете, угрозах и давлении со стороны общества.

— То есть их мы игнорируем, — кивнул Кел.

— А если они начнут стрелять? — спросила Джина. — Я от тебя не отстану, даже не думай. Ты готов открыть огонь по ним?

— Если до этого дойдет, то да, — ответил я. — Самое мощное оружие до сих пор у меня. Но они это знают — как и то, что я могу уничтожить все их объекты в космосе.

Йоши мрачно посмотрел на меня.

— Зачем тебе это, Марк?

— И ты еще спрашиваешь! Мы предполагали, что человечество начнет с чистого листа, без всей доисторической хрени. А вместо этого правительство пытается вернуть нас в прошлое. Я хочу вырвать ему зубы. — Я махнул рукой в сторону Гелия. — Я просто даю людям способ проголосовать ногами.

* * *

Убеждать никого не пришлось; все с радостью поднялись в Гелий и принялись расхаживать по нему и смотреть через прозрачный купол.

— Зданий тут маловато, — улыбнулся Кел.

— Я не уверен, так ли они нам нужны, — ответил я. — Благодаря куполу мы получаем полный контроль над климатом — никакого дождя, холода и снега. Да, людям понадобится личное пространство, но в целом можно просто жить «аль фреско». — Я топнул по голой металлической поверхности. — Положим слой почвы, тогда везде будет расти трава.

Кел кивнул. К разговору подключилась Тина.

— Марк, у тебя тут просто каркас, неплохой опытный образец, но ему кое-чего не хватает — грузовых отсеков, посадочных площадок и гаражей для летунов, аварийно-спасательного оборудования, орудийных площадок, кладовых для провизии, кухонь…

— Ну вот, ее прорвало, — рассмеялся Кел.

— Ну да, такая у меня работа.

— Все нормально, — сказал я. — Джина права: полностью пригодный для жилья город должен обладать инфраструктурой. Поэтому я готов выслушать ваши предложения и с вашей помощью сделать вторую версию Гелия, в которую уже можно переезжать. И конечно, она будет больше: для того чтобы жители могли не только жить, но и работать, нужно место.

Кел кивнул.

— А кого мы пригласим?

— О, вот это уже совсем другой разговор. — Я ждал, что кто-то поднимет эту тему. — У меня есть кое-какие заметки…

* * *

Джина взяла из холодильника Кела пару банок пива и снова села на диван. Одну она протянула Винни, вторую вскрыла сама и, кивнув в мою сторону, сказала:

— Марк, если ты дашь доступ всем, то фактически пригласишь в город шпионов Совета.

— Джина, мне плевать. Более того, я собираюсь отправить план проекта в соответствующие департаменты правительства.

— Только не жди, что тебе выдадут разрешение на строительство, — ухмыльнулся Кел.

— Нет, я не рассчитываю на то, что они будут действовать быстро, — усмехнулся я. — Но моя цель — сделать проект как можно более прозрачным. Никаких тайн, никакого шпионажа, все на виду. Каждый сможет получить информацию о проекте. Тем самым мы нейтрализуем действия Совета.

— А диверсии? — спросила Джина.

— Ого! — Я нахмурился. — Но ведь диверсии будут уже после того, когда в городе появятся люди. Может, я наивен, но я не думаю, что Совет готов убивать.

— Ты прав, — сказала Джина.

— Ну вот, — улыбнулся я.

— Ты действительно наивен, — улыбнулась она.

Я закатил глаза; Винни и Кел рассмеялись.

— Ну ладно, — продолжил я. — Но если до этого дойдет, значит, начнется война.

— Вот и я об этом, — сказал Винни. — Вив ля революсьон.

Я снова вздохнул. Не знаю почему, но происходящее сильно меня утомляло.

— Повторяю: мне бы хотелось полностью этого избежать. Послушайте, мы же не делаем ничего плохого — не взрываем бомбы, не устраиваем забастовок, не штурмуем Бастилию и даже не уплываем на запад. Люди будут и дальше работать, производить продовольствие, промышленные товары и так далее. Просто у них будет другой почтовый адрес.

— Что это еще за фигня — «почтовый адрес»? — спросил Винни.

Я ухмыльнулся.

— Извини. Это из прошлого, когда тебя еще не было. Я хотел сказать, что они будут жить в другом месте. Смысл в чем: никаких минусов у проекта для Совета нет — на экономику это никак не повлияет. Да, мы покажем им нос, и они, наверное, будут ворчать. Но стрелять? Убивать людей? — Я покачал головой. — Я не утверждаю, что это невозможно, но после такого Совет полностью утратит доверие.

Джина закатила глаза.

— Марк, ты одиночка, и, судя по твоим словам, ты всегда был таким. И ты никогда не стремился к власти. Но есть люди, которым она нужна. Забрав у Совета его подданных — а ты делаешь именно это, — ты объявишь ему войну.

— Ты такая оптимистка, — ухмыльнулся я. — Обожаю твою картину мира.

— Марк, кроме шуток. Когда я говорю «война», я имею в виду, что они первым делом постараются тебя ликвидировать. Ты не обладаешь неуязвимостью, нападать на тебя не запрещено. А если лет через двадцать тут появятся Бобы, их поставят перед свершившимся фактом.

— Ты слегка сгущаешь краски, да?

Джина наклонила голову набок.

— Марк, если противники не разделяют твою точку зрения, это не значит, что они тупы. Они понимают, что ты можешь представлять опасность для них. И они знают, что ты на нашей стороне — хотя бы из-за всего этого… — Джина обвела рукой вокруг себя. — Им придется сделать тебя одной из главных целей.

Я потрясенно уставился на Джину. Логика подтверждала ее правоту. А я ни от кого не скрывал своих перемещений, того, чем я занимаюсь и так далее. Мне придется полностью пересмотреть свое поведение.

Кроме того, Совет уже давно получил доступ к автофабрикам, и я понятия не имел, что он на них производит.

— Ладно, Джина, ты победила. Мы подойдем к делу серьезно. — Я обвел взглядом остальных. — Ну что будем делать дальше?

— На данный момент все зависит от них, — ответила Джина. — Игнорировать твои города они не могут, так что, как ты говоришь, веселье само нас найдет.

14. Друзья

Говард. Май 2218 г. Вулкан

— Невероятно, — сказал я. — Почему после двухсот лет прогресса мужчины все равно должны носить галстуки?

Бриджет закатила глаза и поправила эту непослушную деталь моего костюма. Андроиды задохнуться не могут — я проверил чертежи, — но в костюме с галстуком у меня все равно создавалось ощущение того, что меня медленно душат.

— Вы, сэр, просто большой ребенок, — сказала Бриджет и в последний раз поправила узел. — Но, несмотря на все ваши усилия, вы выглядите великолепно.

Я ухмыльнулся.

— И в награду за это ты разрешишь мне обойтись без…

— Говард!

Я наигранно вздохнул.

— Да, дорогая, — со вздохом отозвался я и, напевая себе под нос «Дубинушку», взял пиджак.

Бриджет промолчала, но за нее все сказал свирепый взгляд.

* * *

Официант провел нас к столику и подвинул стул для Бриджет. За столом сидели еще две пары, и я заметил, что на лицах мужчин написано уныние — наверное, так же, как и на моем. Есть вещи, которые не меняются даже спустя века и множество световых лет.

Улыбнувшись, Бриджет познакомила нас. Кумар и Рида, Арни и Сильви были друзьями Бриджет еще с тех времен, когда она занималась биологией. Мне вдруг показалось странным, что я ни разу их не видел.

Прищурившись, Арни внимательно посмотрел на меня.

— Если честно, Говард, то я бы ни за что не заподозрил, что вы андроид.

Сильви повернулась к нему, раскрыв рот от удивления.

— Арни! Боже мой!

— А что? Мы должны не обращать внимания на слона в комнате? Это большой секрет?

Я заметил, что Кумар пытается скрыть улыбку, а Рида, похоже, не знает, чью сторону выбрать. Я улыбнулся Сильви и Арни.

— Нет, он прав. Если все будут избегать этой темы, то целый вечер я не продержусь. Давайте сразу с ней разберемся.

Арни самодовольно ухмыльнулся, а Сильви сурово посмотрела на него. Не давая конфликту разгореться, я продолжил:

— И вы бы ничего не узнали, пока я бы не открыл дверцу, чтобы извлечь еду из живота.

Бриджет фыркнула, Кумар рассмеялся, а Рида наконец-то выбрала сторону Сильви. Обе женщины мрачно посмотрели на меня, затем на Бриджет.

— Вы созданы друг для друга, — сказала Сильви.

Я бросил взгляд на потолок.

— В моем случае это правда — в буквальном смысле слова.

Собравшиеся за столом расхохотались, а я удовлетворенно откинулся на спинку стула. Ну вот, а говорят, что публику нелегко рассмешить.

Арни вытер слезу.

— Ты же так не делаешь, да? Не открываешь живот…

— Нет, — ухмыльнулся я. — Но часто угрожаю так сделать. На Бриджет это уже не действует, так что я рад, что у меня появились новые жертвы.

Взрыв смеха привлек к нам внимание, но люди за соседними столиками начали постепенно терять к нам интерес.

— Насколько ты похож на человека? — спросила Сильви и пришла в ужас, услышав собственные слова. — О боже, я не то имела в виду! Ну то есть…

— Все нормально, Сильви, меня не так-то легко обидеть. Мы постарались сделать андроидов как можно более реалистичными — и для нас, и для других людей. Поэтому они чувствуют боль, у них есть эмоциональные реакции, рефлексы и так далее. Проект, разумеется, еще не завершен.

— Хм. А это включает в себя…

— Проект еще не завершен, — ухмыльнулся я.

Бриджет закатила глаза.

— Может, мы уже закажем?

Я улыбнулся ей и подозвал официанта.

Как только он принял у нас заказ, я обвел взглядом собеседников.

— Слушайте, я — человек. По крайней мере, когда-то им был. Я вырос в Миннесоте, у меня были родители и сестры, я учился в школе и так далее. Вы же не станете плохо думать о человеке с искусственной рукой, верно? Ну вот, считайте, что я — экстремальный случай ампутации.

Бриджет поперхнулась вином и закашлялась. Быстро похлопав ее по спине и приведя наш стол в порядок, я ухмыльнулся.

— С другой стороны, без таких рефлексов я могу обойтись.

Обед прошел без значительных событий; мы разговаривали, смеялись, пили. Я тщательно следил за тем, чтобы пить меньше остальных — соревноваться в данной дисциплине было бы нечестно с моей стороны.

Кумар все же слегка перебрал, и у него неизбежно развязался язык. Пока мы сидели, глядя на пустые десертные тарелки, он слегка наклонил голову набок и ухмыльнулся мне.

— Ну что, планы по захвату есть? Вы же можете это сделать, да? У вас стратегически выгодная позиция, у вас есть оружие…

Рида, помрачнев, сжала кулак и замахнулась.

Я протянул руку, останавливая ее, и сурово посмотрел на Кумара.

— Почему все постоянно хотят захватить мир? Никогда этого не понимал. Правитель мира — отвратительная работа. Нет, ни за что. С Другими мы разберемся, но в остальном рассчитывайте только на себя.

Возможно, я выразил свои чувства чуть более страстно, чем намеревался, поскольку у моих собеседников брови поползли на лоб.

— Слушайте, — добавил я, пытаясь сгладить ситуацию. — Правителем должен быть человек определенного типа. Ни Боб, ни кто-то из нас таким человеком не является. Как только вся эта история с Другими закончится, мы, скорее всего, просто улетим. Так что нет, это не долгосрочная проблема.

Кумар кивнул, и напряжение спало. Но от моих слов у меня осталось неприятное послевкусие.

* * *

Я сорвал с себя галстук и бросил его на кухонный стол.

— Наконец-то я свободен!

Бриджет улыбнулась и включила чайник.

— Все прошло хорошо. Как только первую неловкость удалось преодолеть, они тебя приняли.

— Ты заранее проинструктировала Арни, чтобы он так сказал? — спросил я, мрачно глядя на нее.

— Тебе об этом ничего не известно.

— Ясно, — рассмеялся я. — Так в чем секрет? Давай рассказывай.

Бриджет помолчала, не отводя взгляда от чайника — возможно, она силой воли заставляла его закипеть быстрее.

— Говард, ты и другие Бобы похожи на медведей или пум — в общем, на животных-одиночек. У вас нет сложно организованного общества, почти нет необходимости взаимодействовать друг с другом. Но, в отличие от этих животных, вы хорошо чувствуете себя в обществе друг друга. Наверняка это связано с тем, что у вас схожие взгляды. Но у других людей все сложнее.

Я не был согласен с ней насчет сложно организованного общества, хотя и понимал, что она имела в виду. Но как объяснить ей, что мы собираемся на совет, что у нас есть правила посещений ВР и так далее? Я решил спустить этот вопрос на тормозах.

Щелкнул чайник, и Бриджет заварила чай.

— Мне бы очень хотелось, чтобы ты был не диковинкой, а чем-то уже хорошо знакомым. Просто экстремальным случаем ампутации, как ты и сказал. Люди должны считать тебя просто еще одним человеком.

— Люди в целом?

— И некоторые конкретные люди.

— А.

Да, есть еще и эта проблема.

— Ладно, Бриджет. Я уже давно понял, что ты обдумываешь все на несколько ходов вперед. Я готов тебе подыграть — но только при условии, что меня не заставят носить этот чертов галстук.

— Ничего не обещаю. Ты тоже должен страдать.

Я усмехнулся. Пока Бриджет пила чай, я сидел рядом и вспоминал разговор с Кумаром — и о его возможных последствиях.

15. Анклавы

Райкер. Апрель 2227 г. Солнечная система

Я с удовлетворением наблюдал за тем, как очередные корабли-колонии набирали скорость, выходя за пределы Солнечной системы. Когда первая группа кораблей прилетела за новой партией людей, ситуация немного улучшилась. Строящиеся и вернувшиеся суда создали определенную пропускную способность.

Но пока что ее недостаточно. Число эмигрантов приближалось к одному миллиону. Сто рейсов выполнено, осталось тысяча четыреста.

Я снова просмотрел отчет Чарльза: с прошлого раза никаких магических изменений в нем не произошло. Черт.

Я отправил Чарльзу сигнал.

— Эй, Чарльз, только что прочел твой отчет. Все настолько плохо?

— Привет, Уилл, — ответил Чарльз, появляясь у меня. — Да, нам приходится отправлять все больше беспилотников на поиски материалов, и это замедляет строительство. Кроме того, принтеры часть времени бездействуют, ожидая, когда прибудет сырье. Прямо сейчас производительность упала процентов на двадцать, а дальше будет еще хуже.

Слушая его, я еще раз пролистал отчет.

— Никаких новых месторождений металлов?

— Нет, мы ничего не нашли. Металлы в Солнечной системе остались, но проблема в том, что их нет в нужной для нас концентрации. Все доступные источники люди уже исчерпали, а города и техника в значительной степени были уничтожены во время войны. Более половины металла на планете превратилось в пыль или в ржавчину. Мы собрали весь космический мусор, который легко найти — все остальное, скорее всего, летает по орбитам с долгим периодом. Я даже отправил несколько отрядов «бродяг» на поверхность планеты: они ходят там строем и подбирают кусочки металлов. Мы реально вычерпали все до дна, Уилл.

Я потер лоб.

— А сколько у нас кораблей — восемьдесят два? Возможно, удастся дойти до сотни, прежде чем искать материалы станет совсем сложно. Рейс в оба конца в среднем занимает сорок лет. Это два с половиной корабля на год. Значит, двадцать пять тысяч людей в год. Пятьсот шестьдесят лет на то, чтобы закончить работу.

— Уилл, корабли можно строить и в других системах. Этот вариант все еще доступен.

— Да, знаю, но наладить процесс будет очень нелегко. Кроме того, кому-то из Бобов придется остаться там, чтобы руководить производством. А пока что желающих не очень много. Оливер в системе альфы Центавра, например, готовится отражать нападение Других. Нравится это нам или нет, но Солнечная система — все еще лучшее место для строительства кораблей-колоний, если, конечно, закрыть глаза на проблему с ресурсами.

— Мы постоянно проводим подсчеты, но от повторения числа лучше не становятся. Мы можем поддерживать анклавы еще лет пятьдесят-сто — и это если применим все способы, которые нам удалось придумать.

— На самом деле анклавы могут существовать вечно, — возразил я.

— Ну да, если зароются в землю или под лед. Но тогда они будут полностью зависеть от ферм-«пончиков» и гидропоники.

— А также от нас, потому что никакой производственной базы у них не останется.

— И что важнее всего, мы скажем людям, что остаток жизни они проведут в пещерах. — Чарльз откинулся на спинку и уставился на потолок.

Я посмотрел вверх и понял, что так и не украсил потолок в своей ВР. В данный момент виртуальная реальность заканчивалась плоской голубой поверхностью без текстур. Я быстро превратил ее в акустический потолок и добавил растяжку с надписью «Мои глаза — ниже».

Чарльз удивленно посмотрел на меня и расхохотался.

— Знаешь, Уилл, раньше ты чувством юмора не отличался.

— Кажется, так я пытаюсь сохранить память о Гомере, — печально улыбнулся я.

Чарльз тоже помрачнел и кивнул. Нам всем не хватало Гомера.

Я уставился в пустоту. Дело не только в Гомере; за последние десять лет умерли Баттеруорт, Джулия Хендрикс и еще двое человек из нашей семьи — правда, я знал только их имена, но этот факт напомнил мне о том, что рано или поздно все, кого я знаю, уйдут.

Через несколько мгновений Чарльз вышел из задумчивости и сказал:

— Мы могли бы поместить всех в анабиоз…

— Чарльз, я думал об этом. Четырнадцать миллионов капсул. Такого количества материалов хватило бы на тридцать кораблей. Нам не только придется остановить строительство новых кораблей, но еще и разобрать на части десяток из тех, которые уже есть. Не думаю, что ООН на это согласится.

— В долгосрочной перспективе это более логичный вариант.

— Люди не думают о долгосрочной перспективе.

— А ты рассказал им об этой возможности? — спросил Чарльз.

Я вздохнул.

— Нет, и, вероятно, сделать это мне помешала собственная трусость. Но ты прав, у них есть право самим принять решение. Сегодня я подниму этот вопрос.

* * *

Задавая вопросы, представитель Мисра смотрела мне прямо в глаза. Среди делегатов ООН она была одной из наиболее уравновешенных и никогда не выходила из себя. Если ее удастся переманить на мою сторону, у меня неплохие шансы на успех.

— Вы можете создать четырнадцать миллионов стазис-капсул?

— Да. Как я и сказал, нам придется разобрать на части десяток вернувшихся кораблей-колоний, а также остановить строительство новых.

— Сколько времени понадобится на то, чтобы сделать все капсулы?

— Около пятидесяти лет — в основном из-за проблем с поставками материалов.

— То есть многие из нас все равно умрут от старости. И при этом ни один новый корабль не отправится в путь.

— Верно, представитель Мисра, но остальные корабли, кроме этих десяти, смогут и дальше перевозить людей.

Сварна Мисра опустила взгляд, а затем снова посмотрела в камеру:

— Мистер Йоханссон, проблема вот в чем. В данный момент у нас есть план, и в соответствии с ним еще триста тысяч человек отправятся в колонии еще при нашей жизни. Вы предлагаете новый план, по которому, вероятно, половина населения — семь миллионов человек — умрет на Земле от старости еще до того, как для нее будут готовы капсулы. А вторая половина проведет в анабиозе неопределенное количество времени — возможно, несколько столетий. С точки зрения математики ваше предложение разумно, но на эмоциональном уровне оно не выглядит привлекательным. Пока мы живы, мы, по крайней мере, сами управляем своей судьбой. — Мисра наклонилась вперед и добавила: — Я не могу поддержать этот план. Извините. — Она выключила микрофон и села.

Черт.

Затем слово взял проповедник Макинтайр из Новой Зеландии, который заменил Джерролда после истории с ДУЛОм. Он был менее враждебен по отношению ко мне, чем Джерролд, но лишь самую малость. Втайне я провел несколько расследований, но так и не смог выяснить причину подобной антипатии. Похоже, мне придется смириться с тем, что я никогда не стану самым любимым репликантом новозеландцев.

— Какие гарантии, что вы вообще нас разбудите? — спросил Макинтайр, не тратя времени на вступительную речь.

Да что ж такое!

— Если бы у меня были подобные планы, проповедник, я бы мог уйти прямо сейчас и обойтись без интриг.

— То есть вы нам угрожаете?

Я закатил глаза — так, чтобы это попало в камеру.

Дебаты продолжались несколько часов, и в результате мы решили, что данный вопрос нужно обсудить на следующих заседаниях. А тем временем мы продолжим действовать по уже выбранному плану.

Вздохнув, я закрыл окно видеоконференции. Тупые человеки.

16. Отъезд

Марк. Март 2215 г. Посейдон

Разъяренная толпа наседала на охранников.

— Вы не имеете права нас останавливать! — крикнул кто-то.

Отряд охраны преградил путь к припаркованным летунам. Бойцы не целились в людей, но явно угрожали, что могут применить оружие.

Похоже, что Совет наконец взялся за ум: стоило мне объявить о том, что Тарк, мой четвертый летающий город, принимает жителей, как отряды охранников блокировали парковки.

Я рассчитывал, что рано или поздно власти начнут действовать, но, похоже, они думали чуть медленнее, чем я рассчитывал. Но это не страшно. Пора переходить ко второму этапу.

Позади толпы приземлились шесть грузовых беспилотников. Я поднял повыше своего «наблюдателя», чтобы все его увидели, приказал беспилотникам открыть двери и объявил:

— Начинается посадка в автобусы, которые отправляются в Тарк. Пожалуйста, проходите на свободные места в задней части автобуса.

Через несколько секунд толпа уже погрузилась в беспилотники. Охранники скрипели зубами, и несколько из них даже попытались навести оружие на автобусы, но командир, зарычав, приказал им остановиться.

Внезапно я понял, что затаил дыхание. Ситуация балансировала на грани: если Совет решит, что я блефую, люди могут пострадать и даже погибнуть. И вина за это ляжет на меня.

Но мы уже наполнили четыре города и обошлись при этом без насилия, так что своего рода прецедент уже создан.

Весьма вероятно, что очень скоро мне позвонит член Совета Бреннан.

* * *

В мою ВР заскочил Райкер.

— Совет Посейдона только что выел мне весь мозг. Ты там революцию затеваешь, что ли?

Покачав головой, я показал ему на кресло. Райкер сел, взял кофе у Дживса и вопросительно посмотрел на меня.

— Брось, Уилл, ты же знаешь, что они делают! Они ограничивают перемещения, использование летунов, диктуют людям, где они должны жить и работать…

— Марк, это уникальная ситуация. На Посейдоне полно свободного места, но только в том случае, если ты — рыба.

Я отмахнулся.

— Я понимаю, что пространства не хватает, но власти же не говорят «мы все заодно», а просто выдают указы, и ты должен их выполнять, а не то хуже будет. И это «хуже» теперь включает в себя все — от потери привилегий и домашнего ареста до тюремного заключения. Сажать за решетку людей, если все они должны работать, это просто идиотизм.

— Ну ладно, — вздохнул Уилл. — Если не для протокола, то я с тобой согласен. Кстати, я прочитал в твоем блоге про слежку, и мне тоже кажется это недопустимым. Но официальная позиция властей заключается в том, что ты вмешиваешься в планы развития планеты.

Я закатил глаза.

— Ну разумеется я вмешиваюсь, в этом и весь смысл! Но! — Я поднял палец, словно преподаватель, читающий лекцию. — При этом я не нарушаю график. Загружая людей в летающие города, я быстрее распространяю население, быстрее убираю людей с «ковров» и быстрее внедряю технологии… Летающие города — идеальный вариант для этой планеты. Если уж на то пошло, мы могли бы сделать то же самое с плавучими городами. Но Совет строит их только для нужд промышленности и коммерции, а строительство жилья даже не входит в список приоритетных задач. Совет не хочет, чтобы люди жили в десятках независимых городов, потому что при этом не сможет контролировать население.

— Не знаю, как в руководство пробилось столько реакционеров. Они совсем не соответствуют стереотипам о спокойных и расслабленных островитянах. Шарма никогда бы этого не допустила.

Я вздохнул.

— Уилл, эфемеры смертны.

— Только не говори так в присутствии Билла.

— Да, я знаю. — Я поднялся и начал расхаживать по ВР. — В общем, я не делаю ничего противозаконного или аморального. Повторяется та же история, что и с винокурней Говарда: да, Кренстон пришел в ярость, но сама по себе она была нормальным коммерческим предприятием. — Я повернулся к Уиллу. — И кстати… разве ты не один из тех, кто был недоволен методами Кренстона? Разве не ты сместил его?

Уилл ухмыльнулся.

— Я ничего не делал, меня никто не видел, и ты ничего не докажешь.

— Ну вот, а я действую чуть более открыто. Но проблема та же: должны ли мы сотрудничать с правительством, которое, по нашему мнению, нарушает основные принципы морали?

— Ну ладно, Марк, Совет просил с тобой поговорить, и я это сделал. — Уилл встал и быстро отсалютовал мне. — Постарайся обойтись без человеческих жертв, ладно?

Не дожидаясь ответа, он исчез.

Ну да. В этом вся и фишка, верно?

Вздохнув, я открыл последние отчеты. Еще два города готовы принять жителей. Кел изучил мнения первых наших горожан и прислал свои предложения насчет нового дизайна городов. Тарк уже заполнен и работает на полную мощь.

Пока все отлично, но рано или поздно Совет определится со стратегией и начнет действовать. Я ощутил ужас, и полностью подавить его мне не удалось.

17. В пути

Икар. Январь 2232 г. Межзвездное пространство

Слово «глухомань» приобретает совершенно новый смысл, когда ты находишься между звездными системами. Я сидел в центре абсолютно пустой сферы: в радиусе нескольких световых лет не было ничего, кроме нескольких одиноких атомов водорода. По небу протянулся рукав Ориона-Лебедя Млечного Пути; поверх него располагались метки с расстояниями, параметрами и координатами местных достопримечательностей. Шестьдесят триллионов миль до следующей автозаправки. Я фыркнул, подумав об этом.

— Проверка состояния.

Я перевел взгляд на экран: вызов от Дедала. Он, как всегда, прибыл точно в срок. Ну а почему бы и нет? Я закрывал глаза на его заскоки, а он не смеялся над моим планетарием.

Вернувшись в библиотеку, я, прежде чем ответить, открыл страницу с расчетами.

— Все в норме.

— Твое собственное время чуть ниже нормы, — сказал Дедал.

Я взглянул на дисплей.

— Я слегка тебя опережал, и мне пришлось чуть-чуть уменьшить ускорение.

— Икар, я бы предпочел, чтобы ты вместо этого увеличил свою кривую. Мы должны быть синхронизированы.

— Неважно, у нас куча времени для того, чтобы подстроиться.

— Кстати о времени… как там твои подсчеты?

— Так себе. Пока не могу найти окончательный ответ. Правда, это еще никому не удавалось.

— Что верно, то верно, — усмехнулся Дедал. — Но сумел ли ты определить минимальное безопасное значение собственного времени?

— Конечно. Но, по-моему, это перебор.

— Вот и прекрасно.

Я слышал по голосу, что он ухмыляется.

— Дедал, я тоже не против перебора — как и все Бобы. И для этого у нас есть собственное время — или будет, как только мы прибудем на место, что по нашим часам наступит довольно быстро. — Я улыбнулся. — Похоже, мы попадем в Книгу рекордов Вселенной Боба. Самое высокое значение собственного времени у корабля «Парадиз».

— Угу. Думаешь отправиться к центру галактики?

Я рассмеялся.

— Знаешь, как только мы закончим…

— Если предположить, что у нас все получится.

— Ну да, ну да. Знаешь, а это не самая плохая идея.

Возникла пауза.

— Знаешь, Икар, я хотел посмеяться над тобой, но чем больше я об этом думаю… Нет, серьезно, что нас тут держит?

— Малыш, мы — Homo sideria. Пора присоединиться к новому виду.

В моей ВР появился Дедал с кружкой кофе в руках.

— Ну или создать его. Даже Марио не улетел далеко, так что вряд ли прямо сейчас кто-то соответствует этому названию.

Я создал для Дедала плетеный стул — его любимый — и сделал кофе для себя.

— Тебе кажется, что в группе мы действуем слишком робко?

— Нет, но мы становимся рабами наших привычек и не хотим покидать зону комфорта.

Я медленно кивнул и ухмыльнулся.

— То есть ты за.

— А почему бы и нет, черт побери?

Я отсалютовал ему чашкой.

— За звезду А в созвездии Стрельца. Пусть она не сожжет нас дотла.

— Сначала нужно доставить груз, — сказал Дедал и взмахнул рукой, обводя все вокруг себя.

18. Прибытие в 82 Эридана

Мэк. Октябрь 2220 г. 82 Эридана

Мне невероятно повезло: я уже собирался стартовать, как вдруг пришла новость о том, что мы получили контроль над 82 Эридана, и колонисты решили сменить курс. Голосование превратилось практически в формальность; скорее всего, это было наиболее единодушное решение за всю историю человечества — хоть до войны, хоть после.

И теперь, двадцать пять лет спустя, мы прибыли на место. Три корабля-колонии — два с острова Ванкувер и один из Японии. Первые люди, которые поселятся в этой системе.

Две планеты оказались пригодными для жизни. Та из них, которая находилась ближе к звезде, напоминала Венеру из старых фантастических романов — густые непроходимые джунгли, тяжелые облака, туман и большие голодные животные. Вторая планета была более холодной, и на ней преобладали степи. Но, кроме того, сила тяжести на ней была на семь процентов больше, чем на Земле. Второе поколение колонистов адаптируется. А у первого всю жизнь будут болеть ноги.

Более крупный спутник «внешней» планеты тоже пригоден для жизни, но нам придется всерьез заняться его атмосферой. К счастью, благодаря многолетним исследованиям и, если честно, дуракавалянию на Рагнареке Билл уже нашел решение, так что через пятьдесят лет у нас уже будет такая же атмосфера, как на Земле.

Я проверил точки L4 для каждой планеты, разыскивая запасы материалов, которые должен был подготовить для нас Верн. И точно — пара миллионов тонн различных элементов с прикрепленными к ним радиомаяками. Все готово, можно начинать производство. Круто.

Ну что ж, пора выходить на связь. Я отправил сигнал кораблям-колониям, затем пригласил их в мою ВР. Ко мне зашли Айзек, Джек и Оуэн. У этой группы не было какой-то особой темы или стиля для ВР, и все трое облачились в обычные джинсы и футболки. Изначальный Боб всегда одевался консервативно, поэтому я удивился, увидев один и тот же вариант костюма на трех Бобах одновременно. Кто-то должен провести исследование и выяснить, есть ли последовательности у вариаций клонов.

— Привет, Мэк, — сказал Айзек. — Как оно?

— Добро, которое оставил нам Верн, все еще здесь. Медейрушей в системе, похоже, нет, и это, разумеется, приятный бонус.

Я расположил в воздухе голограммы и таблицы с данными о трех планетах, а затем повернулся к другим Бобам.

— Нам нужно выбрать имена для планет. Люди, похоже, не против названий, которые придумываем мы, но если дать им волю… в общем, решения по МК мы все еще ждем.

— Я думал, ее назвали «Лоскутное одеяло»? — ухмыльнулся Джек.

— Возможно, в народе ее так и окрестят. Но официальное название по-прежнему МК, и им и останется, пока они не выберут что-то другое.

Джек отмахнулся; этот вопрос его не интересовал.

— Я смотрю на картинки, и мне очень нравится предложение Оуэна назвать луну третьей планеты «Вальгалла», — сказал он. — Согласны?

Я обвел взглядом присутствующих. Все кивнули.

— Ладно, значит, будет Вальгалла, — сказал я. — Название хорошее. Так, а первая планета?

— «Асгард»?

— Тебе не кажется, что это самую малость банально? — спросил я, мрачно глядя на Джека.

Ничуть не смутившись, он пожал плечами.

— Мне нравятся тематические названия.

Все, кроме меня, похоже, были не против, поэтому я просто пожал плечами.

— Давайте сделаем его временным названием. А вторая планета?

— Тартар?

— Да, конечно — если ты хочешь, чтобы никто не захотел там поселиться.

Джек ухмыльнулся и снова пожал плечами.

— Если мы хотим придерживаться одной темы, то еще есть Муспельхейм.

— Это похоже на какой-то лишай, — вставил Айзек.

Мы рассмеялись.

— Ётунхейм?

Мы все посмотрели на Оуэна.

— «Страна великанов», — сказал я. — На самом деле это даже подходит.

— И соответствует теме! — воскликнул Джек.

— Ну ладно, тогда давайте проголосуем за эти три. Кто за? Против? — Я ухмыльнулся. — Принято. Похоже, тут у нас все в стиле скандинавской мифологии.

Я сел и взял банку колы.

— Так, с интересными делами разобрались. Но как мы будем заселять планеты?

— Разбудим по одному представителю из каждой группы, и пусть решают. — Айзек махнул рукой в сторону голограмм. — На Асгарде и Ётунхейме достаточно места, так что они могут даже выбрать одну и ту же планету.

— Хм… Первая планета покрыта джунглями, на второй большая сила тяжести, а на третьей невозможно дышать. Это будет интересно.

* * *

Кацу Ито — интеллектуал, окончивший Гарвард, стал лидером японского анклава, несмотря на все попытки уклониться от этого назначения. По крайней мере, так он мне сказал. В данный момент он сидел в общей зоне «Исхода-43», стискивая обеими руками кружку с кофе. Я заранее распечатал андроида по чертежам Говарда и теперь сидел за одним столом с Ито и ждал, когда он сосредоточится.

Он посмотрел на меня, с трудом фокусируя взгляд, и слегка покачал головой.

— Вы — не видеозапись, — сказал он. — Но выглядите так же, как и Райкер. Какого…

— Андроид, сэр, — улыбнулся я. — Научно-технический прогресс идет вперед. Я Мэк, репликант, которому поручено довести корабли-колонии до 82 Эридана.

Кристи Кэмпбелл, лидер анклава с острова Ванкувер, обеими руками держала кружку с ромашковым чаем. Я решил потратить секунду на замешательство: стазис-капсулы — не морозильники, и у людей не было причин страдать от холода или испытывать желание погреться. Но когда мы выгружали людей, почти все люди хотели прикоснуться к чему-то теплому. Странно.

Она взглянула на нас одним глазом; очевидно, ее состояние было несколько хуже, чем у Кацу.

— Господин Ито, я думаю, что мы прибыли на место и нам нужно принять какие-то решения.

— Верно, госпожа Кэмпбелл, — кивнул я. — Я подготовил краткую сводку, которую вы можете почитать, пока обнимаете свои согревающие напитки. Поговорим через час.

Еще раз кивнув им, я встал и ушел. Можно было просто отключиться прямо у них на глазах, но я не хотел тыкать им в лицо тем, что я — искусственное существо. Мне показалось, что это не лучшее решение с точки зрения политики.

* * *

Я вернулся через час и обнаружил, что два лидера ведут между собой оживленную дискуссию. Я сел рядом, и они посмотрели на меня.

— Вы приняли решение? — спросил я.

— Думаю, да, — ответила госпожа Кэмпбелл. — Канадский контингент поселится на Асгарде. Мы выберем то место, которое укажете вы. — Она кивнула господину Ито, давая ему право слова.

Напряженно улыбаясь, он заговорил.

— Мы заселим вторую планету и хотели бы, чтобы вы порекомендовали нам место ближе к северу, где экосистема не столь всеподавляющая. Однако название…

Я удивленно посмотрел на него.

— «Ётунхейм»? Словно кто-то чихнул. — Ито покачал головой. — Мы предпочитаем название «Такамага-хара».

Я быстро поискал ссылки в своих библиотеках и менее чем за пять миллисекунд нашел определение.

— Место, где живут ками. Милое название — и, возможно, подходящее. Однако люди из западных стран сократят его до «Такама». Это я так, к слову.

— Мы готовы пойти на этот риск, — ухмыльнулся Ито.

— Ладно, договорились. — Я улыбнулся в ответ. — Джек будет в ярости. Его тема накрылась медным тазом.

* * *

Джек заскочил в мою ВР, создал себе мягкое кресло и плюхнулся в него.

— А-а! Сраные нытики! Недовольные, неблагодарные человеки! Мы ненавидим их.

— Что на этот раз?

— Оказалось, что джунгли Такамы воняют — и притом так, что ты мечтаешь вернуться обратно на Землю. А на Асгарде слишком большая сила тяжести. Как будто никто про это не знал! Но, очевидно, во всем виноваты мы, словно мы плохо откалибровали прибор, регулирующий гравитацию. Солнце слишком яркое, облака слишком темные, жуки слишком жуковые, холмы слишком холмистые…

— Ты преувеличиваешь.

— Возможно. Самую малость. — Джек выпрямился и потер лицо руками. — Почему мы вообще этим занялись?

— Потому что мы — чудесные, заботливые люди?

— Говори за себя.

Я ухмыльнулся.

— На самом деле, Джек, это мне кое о чем напомнило. Декстер получил отличные результаты на Вулкане и Ромуле, стараясь сделать обитателей планет как можно более независимыми. Например, он дал им контроль над принтерами, позаботился о том, чтобы у них были свои грузовые корабли и так далее. Возможно, нам стоит с самого начала выбрать такой курс.

Джек пожал плечами.

— На самом деле это тебе решать. Мы трое улетим, как только закончим выгрузку колонистов. Жить с ними будешь ты.

— М-м… Ну ладно, будем продвигаться шаг за шагом.

* * *

Развеселить госпожу Кэмпбелл мне не удалось. Ладно, сделаем пометку на будущее: больше никаких шуток.

— Хорошо, госпожа Кэмпбелл. А что именно, по-вашему, я должен сделать с комарами?

— Это не комары, мистер Йоханссон, а летучие вампиры. Было бы неплохо, если бы они падали замертво, укусив человека, но, похоже, люди обладают биологической совместимостью с ними. Должен же быть какой-то способ контролировать?

«Купидоны» на Вулкане, «мерзости» на МК, а здесь — комары-супервампиры. Похоже, что у вселенной есть несколько тем, которые она любит использовать неоднократно. Чудесно.

— Вы понимаете, что мы повлияем на экосистему, уничтожив их?

— Если честно, то мне плевать. Лично меня укусили три раза, и из-за этого я теперь не могу спать. Искренне вам заявляю, что с радостью расплющила бы молотком каждого из этих… паразитов.

Я был вынужден признать, что комары не входят в список того, по чему сильно скучал.

— Ясно. Ладно, госпожа Кэмпбелл. Вероятно, я смогу адаптировать убийц «купидонов» под более мелкие цели.

Госпожа Кэмпбелл кивнула, смягчаясь.

— Полагаю, с гравитацией вы ничего сделать не сможете? — спросила она и еле заметно улыбнулась.

— Боюсь, что нет, — усмехнулся я. — Не верьте слухам: на самом деле регулятора гравитации не существует.

Она со вздохом кивнула.

— Господин Ито в красках описал мне запах Такамы, и поэтому я не могу всерьез советовать моим людям перебраться на новое место. Но когда Вальгалла станет доступна, уровень эмиграции сильно повысится.

— Угу. Сила тяжести, равная 0,8 от земной, сделает жизнь значительно более приятной. Но до этого момента еще лет пятьдесят. Возможно, ваши дети будут более довольны местными условиями.

Госпожа Кэмпбелл кивнула. Мы распрощались и разорвали связь.

Я заглянул в архивы и быстро нашел чертежи, по которым Говард создавал истребителей «купидонов». Их можно было переделать так, чтобы они годились для охоты на существ размером с осу. Я отправил чертежи в очередь заданий для принтеров, чувствуя что-то вроде облегчения. С одним делом разобрались.

19. Нападение на города

Марк. Сентябрь 2215 г. Посейдон

— Они это сделали! Честное слово, они это сделали! — Винни двинулся на меня, размахивая телефоном, словно оружием. Винни не был особенно мощным, но почему-то выглядел неудержимым монстром, когда переходил в режим яростного марша.

— И этим ты хочешь сказать, что… — Кел оторвал взгляд от планшета; он работал над новой моделью рыболовецкой системы.

Мы — десять людей или около того — сидели или лежали на кольце из травы, которое образовалось по периметру летающего города Амхора. Большинство жителей — те, кто мог себе это позволить, — выполняли свою работу, сидя в шезлонгах или даже на одеялах. Система циркуляции воздуха была спроектирована так, чтобы поддерживать под куполом комфортную температуру весеннего дня. Кроме того, нас выручало то, что фибрекс, в отличие от обычного стекла, не задерживал ультрафиолетовые лучи.

Жизнь — ад, но мы пытались стойко переносить все невзгоды.

Винни рухнул на траву и бросил телефон на стоявший рядом столик.

— Совет объявил нас дезертирами и запретил все контакты с нами. Он конфискует все наше имущество, до которого может дотянуться, и выдал ордера на наш арест.

На самом деле это не стало для меня неожиданностью. Более того, по моим расчетам, к подобным действиям Совет должен был перейти на месяц раньше. Если бы члены Совета обладали хоть каплей ума, то прямо сейчас они бы пытались ликвидировать главную угрозу — меня. Я проверил потоки информации — и точно: меня отключили от всех каналов, которые были связаны с патрулированием, мониторингом, обороной и инфраструктурой.

Черт. Значит, теперь я не могу собирать информацию, необходимую для работы Совета, чинить его сломанную технику, управлять его процессами… плак-плак. Я ухмыльнулся, и Кел вопросительно посмотрел на меня.

— Кажется, меня только что выгнали с работы, — сказал я, пожимая плечами. — Значит, самому увольняться уже не нужно.

— Что будем делать? — спросил один из техников, занимавшихся планированием, — светловолосая женщина по имени Фрида.

— Ничего, — ответил я. — За последние пару месяцев я четко объяснил Совету, что мы, и особенно я, не собираемся наносить первый удар. Но если он попытается добиться своего с помощью насилия, то ему придется иметь дело со всеми Бобами. Вероятно, все ограничится юридическими маневрами и угрозами.

— И экономическими санкциями. Совет прекратил торговать с нами, разорвал все контакты, — сказал Кел, пожимая плечами.

— А от чего именно они нас отрезали, Кел? — Дену оперся на локоть и посмотрел на Кела. — У нас одна треть населения планеты, но мы производим половину пищевых калорий. Большинство технических специалистов переехали в города еще в первый месяц. Производство находится за пределами планеты, и пока у нас такой же доступ к нему, как и у них…

— Возможно, это уже не совсем так, — сказал я, и все повернулись ко мне. Я пожал плечами. — Только что я проверил все данные: похоже, Совету удалось взять под охрану склады материалов в точках Лагранжа.

Я попытался взмахом руки создать изображение и лишь затем вспомнил, что я не в ВР. Поэтому я отправил картинку на планшеты нашей группы.

— Видимо, именно поэтому они отреагировали так медленно — они потратили это время на то, чтобы занять нужные позиции. Мои беспилотники видят, как силы безопасности Совета захватывают склады. И, — добавил я, качая головой, — похоже, что они также контролируют автофабрики в точках Лагранжа.

— И Бобы допустят, чтобы Совету это сошло с рук? — спросил Кел, сурово глядя на меня.

Я усмехнулся.

— В этой системе Бобы состоят из меня одного, так что угроза не очень велика. Да, у меня есть противокорабельные снаряды, но они годятся только для полномасштабных боевых действий. У меня есть «бродяги», но мне бы не хотелось жертвовать ими в ходе партизанской войны. У меня есть принтеры, но на подготовку автофабрики уйдет время, и еще больше времени — на то, чтобы возобновить добычу сырья.

— То есть мы на мели?

— Насколько им известно — да, — ответил я. — Но они понимают, что мы быстро восстановим наши запасы ресурсов. Они должны поставить нас на колени, пока мы не собрались с силами.

— Каким образом?

Я пожал плечами.

— Лишить нас ресурсов — это они уже сделали. Отрезать нас от источников продовольствия; они ошибочно полагают, что это тоже достижимо. Кроме того, им нужно отрезать нас от космоса. Удивительно, что они еще не…

В этот момент сигнал, поступавший от моей «обманки», прервался.

— Вот гадство! Они это сделали.

Все посмотрели на меня. Я криво усмехнулся.

— Они только что меня взорвали!

20. Жизнь

Говард. Июнь 2219 г. HIP 14101

Наконец-то.

Беспилотник пролетел сквозь верхние слои облаков в атмосфере Одина — никуда не торопясь, словно великое множество его предшественников не сгорело дотла, пытаясь достичь этой же точки. Один был чуть меньше Сатурна, но значительно более активным в метеорологическом отношении, поскольку находился ближе к звезде.

Поэтому адаптация беспилотника, оснащенного двигателем «ВСПЛЕСК», к атмосфере планеты стала довольно сложной задачей.

Пока беспилотник рассекал атмосферу, я внимательно следил за поступающими данными. Атмосфера не была особенно едкой, однако содержащиеся в ней вещества были довольно химически активными. Вариантов для экзотермических реакций тут хватало, и поэтому я надеялся найти тут то, что можно назвать жизнью.

Я понятия не имел, окупятся ли мои усилия, но работать тут было интересно. Вид с беспилотника оказался просто уникальным; через чистые участки атмосферы я мог заглянуть на сотни километров вниз — туда, где цветные массы органики превращались в огромные облака.

И вдруг я заметил ее — группу точек далеко вдали. Я направил на нее беспилотник, и когда расстояние сократилось до пары километров, я уже мог разглядеть цели — огромные кляксы с щупальцами.

Они, несомненно, были живыми существами, похожими на какой-то странный гибрид дирижабля, медузы и кальмара. Длиной они были около пятидесяти метров, и число щупалец у разных особей отличалось. Кляксы двигались, словно единая стая.

На появление беспилотника существа не отреагировали; возможно, он был слишком маленьким, и они решили, что он не опасен. Я облетел их десяток раз, и каждое существо следило за моей траекторией с помощью чего-то, похожего на глаз на стебельке.

Параметры беспилотника в конце концов ушли в красную зону, и мне пришлось повернуть его обратно — изучение машин, побывавших в атмосфере Одина, по-прежнему составляло большую часть моего проекта, и я не хотел терять экземпляр, которому удалось так далеко продвинуться. Пока он летел ко мне на орбиту, я снова и снова прокручивал видеозаписи.

Наконец я выключил файл и, улыбаясь, уставился в пустоту. Бриджет будет в восторге. Ни один биолог не упустит такую возможность.

* * *

— Но это невероятно! — Бриджет просмотрела видеозаписи, и ее глаза, похоже, выпучились навсегда. — Они совершенно точно живые. Они состоят из углерода? В них есть ДНК?

— Скорее всего. Кто знает? — ухмыльнулся я с экрана планшета Бриджет. Тратить время на активацию Мэнни мне не хотелось, и поэтому я просто ей позвонил.

— Господи, Говард! И у тебя целая вечность на то, чтобы их изучить…

— Ты тоже могла бы этим заняться, Бриджет.

— Говард… — Бриджет мрачно посмотрела на меня.

— Прости, Бридж. Да, знаю, я обещал. Случайно вырвалось.

Она наградила меня одной из своих фирменных термоядерных улыбок, а затем стала пересматривать видеоролики.

— Я бы с удовольствием на них взглянула.

— Твое желание исполнено. Сейчас подъеду.

Бриджет удивленно посмотрела на меня.

— Говард, ты почему-то очень хорошо к этому готов. Странно. Это какая-то подстава?

Я ухмыльнулся и подмигнул ей, прежде чем отключить связь.

* * *

Бриджет посмотрела на устройство, которое держала в руках, — легкий каркас, похожий на шлем, со встроенными датчиками, очками и наушниками. На кофейном столике перед ней лежала пара высокотехнологичных перчаток.

— И что будет, когда я надену эти штуки? — спросила она.

— До того как ВЕРА запретила видеоигры, это было лучшее игровое оборудование. Виртуальная реальность с полным погружением, или, по крайней мере, ее версия из двадцать первого века. Я напечатал их по чертежам, которые нашел в библиотеках.

— И что будет, когда я надену эти штуки? — повторила Бриджет.

— Ты сможешь зайти ко мне в гости — и как следует рассмотреть флору и фауну Одина.

Она кивнула, натянула перчатки и надела шлем.

И оказалась в моей ВР.

Я перевел Мэнни в режим ожидания и вернулся в ВР, после чего сел в шезлонг и стал с улыбкой наблюдать за тем, как Бриджет медленно осматривает окрестности. Аватар Бриджет я создал по изображениям, сделанным в то время, когда мы с ней познакомились, и я испытал почти физический шок, когда увидел ее рядом со мной — снова молодую.

Я подошел к ней.

— Возможности интерфейса, конечно, очень ограничены. Ты не в состоянии в полной мере взаимодействовать со средой, но можешь брать в руки объекты или почувствовать прикосновение… — Я взял ее за руку. — Кроме того, с помощью того же интерфейса ты можешь двигаться.

— Ясно. Ну давай, покажи мне.

Я включил видеоролики и открыл файлы с данными о природе Одина. Ахнув, Бриджет уставилась на изображения, а затем подошла к ним и начала листать файлы. Я ощутил гордость за наш интерфейс — он оказался интуитивно понятным. Правда, Бобы улучшали его уже почти сто лет.

— Я составил каталог существ, — сказал я. — Тут невероятно разнообразная экосистема. В ней есть эквиваленты растений, которые создают органику из солнечного света и минералов, а также животные — как травоядные, так и хищные.

Улыбнувшись, Бриджет продолжила изучать файлы, что-то бормоча себе под нос — специалист погрузился в свою стихию.

Я сел и принялся смотреть, как она работает, но светлая радость во мне боролась с каким-то смутным чувством вины. Дело было не в природе Одина — файлы я мог бы отправить ей по почте. Да, я обещал Бриджет, что не буду приставать к ней насчет репликации, но, с другой стороны, заниматься крючкотворством я умею не хуже любого адвоката. Говорить я ничего не мог, но невербальные методы убеждения никто не запрещал.

В конце концов Бриджет заметила свои руки. Она внимательно их осмотрела, а затем поднесла к глазам прядь своих волос.

— Говард, серьезно? Это грязный трюк, — обиженным тоном сказала она.

— Нет, тут все по-честному. Здесь мне всегда тридцать один, а тебя я вижу — и всегда буду видеть — вот так. Никакого жульничества.

— Ты злой, злой человек. И адвокат, — неодобрительно сказала Бриджет, однако невольно улыбнулась.

— Ты повторяешься…

Бриджет рассмеялась.

— А пляж в тропиках — это просто случайность, совпадение? — спросила она, обводя руками ВР.

— Слушай, у меня должно быть хоть что-то. Ты бы видела ВР Марвина. Вот человек, у которого слишком много свободного времени.

Бриджет посмотрела на меня, и на ее лице появилось выражение, определить которое я не мог. Удивление? Тоска? Страсть? По крайней мере, обиды во взгляде уже не было.

— У тебя неплохой мир, Говард. Но, когда я вернусь в другой, там у меня все равно будут седые волосы. — Она махнула в сторону видеороликов. — Все эти видео можно было показать на моих настенных мониторах. Я понимаю, что ты пытаешься доказать, но вот это — не то, что я хочу.

Она подняла руку к голове и исчезла из ВР.

Я быстро активировал Мэнни и «проснулся» в гостиной Бриджет, стоя по стойке «вольно». Бриджет уже снимала перчатки.

Не успел я попросить прощения, как она обняла меня и положила голову на мое плечо. Я тоже обнял ее, и все остальное стало уже неважно.

21. Возвращение

Билл. Июнь 2223 г. 82 Эридана

Другие только что закончили «снимать урожай» на родной планете павов; я несколько лет наблюдал за их действиями и так и не пришел в себя от эмоционального потрясения. Решив, что мне нужен отдых, я навестил Мэка в системе 82 Эридана.

Сидя в шезлонге, я дул на горячий кофе. Оказалось, что Мэку нравился ритуал, в ходе которого кофе надо было остудить. Я бы мог сразу отрегулировать температуру, но это было бы грубо.

Мэк глотнул кофе и продолжил свой рассказ.

— Дела идут неплохо. Канадская колония на Асгарде чувствует себя отлично — ну то есть жизнь там стала гораздо лучше с тех пор, как мы начали бороться с комарами-вампирами.

— С турбо-комарами-супервампирами, — поправил я.

— С турбо-комарами-супервампирами-мутантами, — усмехнулся Мэк. — Увидев их, Изначальный Боб убежал бы оттуда, крича от ужаса. Помнишь, как наша кожа реагировала даже на крошечные укусы комаров?

— Ага. Тонкая скандинавская кожа, — ухмыльнулся я. — Теперь ты понимаешь, почему я не попросил прислать фотки.

Мэк кивнул.

— В общем, убийцы комаров стали одним из самых популярных видов техники в Нью-Ванкувере. Если мне нужно поменять расписание принтеров, я просто говорю «убийцы комаров» и мгновенно получаю разрешение.

— И кстати о неудобствах. Как японская колония справляется со своей уникальной проблемой?

— Ты тщательно пытаешься не упоминать о слоне в комнате? — рассмеялся Мэк. — Об очень вонючем слоне? — Он задвигал бровями. — А может, только о том, что осталось после слона?

— Да, об этом, — усмехнулся я. — Нет, серьезно. Неужели они не могут привыкнуть к запаху?

— Билл, это сезонная проблема, и на нее влияет и ветер, и погода. Оказалось, что источник запаха — растение, которым заросли все местные болота. Этакая версия скунсовой капусты, только гораздо более ядреная.

— И что они собираются делать?

— Кто-то предложил сбросить ядерную бомбу, — невозмутимо ответил Мэк.

— Правда, что ли?

— Не думаю, что это было серьезное предложение, но его действительно обсуждали. Один раз я сгонял туда на своем андроиде — чтобы, образно говоря, увидеть все своими глазами. И я тебе так скажу: все очень плохо. После этой поездки я отключил обоняние.

— А существуют ли реалистичные сценарии?

Он пожал плечами.

— Можно осушить болота, как-нибудь истребить растения, вывести менее вонючий их вариант, который вытеснит дикую версию… или сбросить ядерную бомбу.

Я покачал головой.

— Не лезь в это дело. Просто… не лезь.

— Я не против, — ухмыльнулся Мэк. — К тому же я слишком занят строительством заводов в космосе. Да, Верн собрал в точках Лагранжа много сырья, но у меня тут две колонии, а еще нужна техника для терраформирования Вальгаллы… — Он пожал плечами. — Материалы я расходую с огромной скоростью. Мои беспилотники и «бродяги» рыщут по системе, ищут новые…

Я вдруг обнаружил себя снова в своей ВР.

— Гуппи, что произошло?

[Интерфейс с другим кораблем был внезапно нарушен. «Рукопожатия» перед выключением не произошло.]

Что за чертовщина?

Я попытался отправить сигнал Мэку, но ответа не получил.

— Гуппи, испробуй все варианты. Постарайся установить любой вид связи с Мэком или любым другим объектом в его окрестностях.

[Слушаюсь.]

Я подождал несколько невыносимо долгих миллисекунд. Что могло так вырубить Мэка? Или это просто проблема со связью?

[С помощью УППС установлен канал с несколькими «бродягами» на борту корабля. Корабль сильно поврежден, репликант отключен.]

— Что? Дай мне связь с одним из них.

Гуппи протянул мне связь, и я вошел в «бродягу».

Увиденное меня потрясло: передо мной находилась огромная брешь в борту корабля Мэка. Осколки металла и части оборудования разлетались в разные стороны и отскакивали от стен и других объектов.

Что это было, черт побери?

Я немедленно подумал о Других. Может, они отправили сюда экспедицию, чтобы узнать о нас побольше? Нет, это не логично. Про 82 Эридана они не знают.

Затем я заметил движение на фоне звезд. Я проанализировал несколько кадров из видеозаписи, сделанной «бродягой», и сумел выделить из них силуэт.

Медейруш.

Должно быть, этот гад незаметно подплыл поближе к Мэку и всадил в него ракету.

Но разбираться с яростью было некогда. Я ненадолго покинул «бродягу», разогнал себя до максимальной частоты и обдумал ситуацию.

Две миллисекунды спустя я вернулся в обычное время и отправил Бобам сообщение с высоким приоритетом. Медейруш в 82 Эридана. Мэк уничтожен. Нужны Бобы, чтобы подключиться ко всем доступным ИМИ. Координируйте действия с моим Гуппи.

— Гуппи, осмотри все и составь список. Мне нужен отчет о состоянии корабля Мэка.

[Слушаюсь.]

Не дожидаясь ответа, я вернулся в «бродягу». Планов Медейруша я не знал, но представлял себе, какие возможности у него есть. Все его действия надо предотвратить.

Ко мне поступили сообщения от Бобов, которые подключились к «бродягам» на борту корабля или у автофабрик. Я начал раздавать приказы.

Бобы на борту: защищайте матрицу репликанта, возьмите под контроль все, что связано с УППСами, суддарами или оружием. Проверьте, есть ли у реактора функция самоуничтожения. Если кто-то может подвести «бродягу» к кораблю Медейруша, сделайте это. Нам нужно его пометить.

Бобы на автофабриках: соберите принтеры и составьте их список. Скорее всего, их придется оборонять.

Все остальные Бобы: выходите на связь.

Я снова сфокусировал внимание на бразильском судне, которое медленно подбиралось к кораблю Мэка. В этот момент Медейруш просканировал нас с помощью суддара. Я, как и все «бродяги» на борту», замер: незачем показывать ему, какая техника еще действует. Сканирование продлилось менее секунды, после чего бразилец пополз дальше. Самый безопасный вариант для него — взорвать нас, так что он либо экономит ракеты, либо хочет как можно меньше повредить «Парадиз».

Пришло сообщение от Тора. Куб Мэка не пострадал.

Изображение, приложенное к тексту, развеивало все сомнения: куб Мэка оказался за пределами зоны разрушения. Это было и хорошо, и плохо. Хорошо, потому что мы не потеряли Боба. Плохо, потому что Медейруш, вероятно, пытается захватить именно его. Куб можно разместить на стойке и либо заразить его чем-то, как Гомера, либо даже пытать.

Тор, прыгни туда и унеси куб. Если тебе покажется, что тебя могут взять в плен, уничтожь его.

«Принято», — немедленно ответил Тор.

— Кто занимается реактором? — спросил я.

— Реактор спекся, — ответил Оливер. — Самоуничтожиться он не сможет.

Черт. Значит, легкий способ недоступен. Также это означает, что мы работаем на аккумуляторах. Рано или поздно передатчик УППСа отключится, и мы потеряем связь с системой 82 Эридана.

Времени на размышления у меня не было.

— Так, парни. Разобрать технику, ликвидировать все. Оливер, можешь забрать УППС и пару аккумуляторов?

— Будет сделано.

Мое внимание привлекли действия бразильца: он открыл двери грузового отсека, и несколько «бродяг» прыгнули в направлении корабля Мэка.

Я отправил сообщение всем. Приготовьтесь вступить в бой с абордажной командой.

Через несколько секунд у бреши в корпусе собралось полдесятка наших «бродяг».

Врагов было вдвое больше, так что никаких иллюзий насчет исхода боя я не питал. В данной ситуации у нас нет никаких преимуществ, и в лучшем случае мы задержим их, давая возможность нашим саботажникам довести работу до конца.

Вражеские «бродяги» бросились в атаку — в лоб, без уловок. А почему бы и нет? Использование численного преимущества — это тоже стратегия.

Бой длился почти две минуты: «бродяги» — прочные устройства и могут действовать даже в том случае, если оторвать им половину ног. Любимым оружием обеих сторон были плазменные резаки, и поэтому бой напоминал — и нет, я не шучу — драку на мечах из старых фильмов Эррола Флинна, если заменить актеров в трико огромными пауками. «Бродяги» парировали удары и проводили контратаки, и время от времени по грузовому отсеку проплывала очередная отрубленная конечность.

Но в конце концов они нас вынесли. Последний «бродяга», которым управлял Жак, сражался упорно, перекрывая боковой коридор так, чтобы никто не мог его обойти. Но два противника атаковали его одновременно и отрубили конечность, в которой он держал резак, и на этом все закончилось. Через несколько секунд он превратился в кучу металлолома.

Как у нас успехи? — отправил я сообщение. Ситуация была слишком сложная, чтобы собирать встречу в виртуальной реальности, и, более того, я предполагал, что сейчас все на время отказались от ВР.

— Мэк уже далеко. С ним два «бродяги», — ответил Тор. — Если нужно, порежем его на куски.

— Оставшаяся на борту техника превратилась в щепки, — добавил кто-то.

— Кроме передатчика, — сказал Оливер. — Но если станет ясно, что его могут захватить, я уничтожу и его.

Я немного подумал.

— Парни, давайте постараемся нанести как можно больше урона этому гаду. Пусть забирает себе остов, а мы нападем на его собственный корабль.

Бобы одобрили мое решение, и с помощью чужой камеры я стал наблюдать за тем, как пять оставшихся у нас «бродяг» помчались на бразильца.

К сожалению, Медейруш был к этому готов: пятеро «бродяг» выскочили из его трюма и пошли на перехват. Началась еще одна битва с применением резаков — на этот раз в режиме свободного падения. У «бродяг» были небольшие сопла для маневрирования, но запаса сжатого воздуха надолго не хватит. Поэтому наши «бродяги» старались как можно быстрее закрепиться на металлической поверхности, а противники пытались блокировать их или отбросить в сторону.

К нашему удивлению, меньше чем через минуту мы обнаружили, что победа в бою досталась нам. Да, уцелели всего два «бродяги», и один из них еле держался, но этого было достаточно.

Медейруш, очевидно, тоже так думал; его корабль быстро дал задний ход и умчался прочь, прежде чем мы успели опуститься на его корпус. Я прекрасно понимал, что будет дальше, и через несколько секунд мои подозрения подтвердились: вдали появилась ракета.

— Парни, это конец.

Ракета прилетела, и я снова оказался в своей ВР.

— Гуппи, что там у нас?

[Матрица репликанта движется по баллистической траектории в сопровождении двух «бродяг». Четыре беспилотника с передатчиками УППС занимаются автофабриками. Один летит, чтобы забрать матрицу. Им управляет HIC71683—8. Еще восемь групп находятся во внешней части системы и движутся с максимальным ускорением. Они прибудут через несколько дней.]

Я невольно улыбнулся. Гуппи почему-то отказывался называть Бобов по именам — либо по номерам, либо никак. Я постоянно обещал себе заняться данной проблемой, но знал, что никогда это не сделаю.

Этот репликант — Айзек — один из первых клонов Барта; он был старше даже Оливера. Он подключился к одному из «бродяг», сопровождавших матрицу Мэка, и сам вместе с еще двумя «бродягами» мчался им навстречу.

Внимание всем, — передал я. — Экстренный сбор в пабе. Те, кто в данный момент управляет техникой, могут подключиться по видеосвязи.

Я зашел в ВР общего сбора и настроил параметры паба. В нем тут же появились пять изображений и еще десяток Бобов.

Я проанализировал метаданные.

— Спасибо, что так быстро ответили, парни. Итак, вот что нам известно: бразильский корабль, похоже, сумел пробраться в 82 Эридана и вырубить Мэка. К сожалению, Мэк был единственным Бобом в системе.

— Как думаешь, откуда взялся бразилец? — спросил Оливер.

Я покачал головой.

— Мне не удалось как следует рассмотреть…

— А мне удалось, — вставил Локи. — Я был в той группе, которая вела бой в космосе, и смог разглядеть корабль. Он из системы альфы Центавра. Он точно принадлежит к другой серии, чем Медейруши, которых мы уничтожили в 82 Эридана.

— Вот это интересно, — сказал я и задумчиво потер подбородок. — Келвин или Гоку здесь? — Я посмотрел по сторонам, но напрасно. — Видимо, нет. Они почти уверены, что Медейруш, которого они выгнали из альфы Центавра, не был достроен.

— На него не успели загрузить технику для автофабрики, — добавил Оливер.

— Точно. Поэтому его стратегия довольно очевидна: уничтожить местного Боба и захватить автофабрики. — Я немного подумал. — Мы можем их защитить?

— Исключено. — Локи пожал плечами. — Четыре… то есть сейчас три беспилотника, несколько «бродяг» и горнодобывающая техника? Тут не с чем работать. Мэк занимался только развитием колонии и даже не начал создавать своих клонов.

— Их нужно уничтожить? — спросил Айзек.

— По-моему, не стоит, ведь тогда колонии останутся ни с чем до прибытия нового Боба. А кто у нас ближе всего к ним? — Я задумчиво уставился в потолок. — Хэнк в p Эридана, до нее чуть меньше одиннадцати световых лет. Тау Кита и Вулкан приблизительно в двенадцати, и, конечно, еще есть Эпсилон Эридана — до нее двенадцать с половиной. В любом случае помощь прибудет лет через десять, не раньше.

— У бразильца слишком много времени на то, чтобы натворить разных гадостей.

— Но что он будет делать? — спросил Локи, разводя руками. — Свои копии он делать не может. Делать машины, которые будут забрасывать камнями колонии, — тоже, он не в состоянии производить оружие…

— Мне не хочется это выяснять, — ответил я. — Может, у него принтер в грузовом отсеке. Может, он захватит один из наших. Может, у него этого добра навалом, и он просто хотел избавиться от Мэка, а насчет всего остального я ошибся.

— Вот это интересный вопрос, — заметил Айзек. — Ракете, которая вывела из строя корабль Мэка, было очень далеко до военных стандартов, иначе от корабля вообще бы ничего не осталось. Мне кажется, что у Медейруша есть — или был — какой-то завод, который производил самодельную взрывчатку.

Я кивнул.

— Мы считаем, что он — не инженер, но, возможно, Бразилия загрузила в его базы информацию о военном деле, и, изучив ее, он понял, как создать взрывчатку. Возможно, он создал что-то вроде наших снарядов, но с боеголовкой в передней части. Им и не нужно обладать огромной эффективностью.

— То есть мы не знаем, сколько у него на борту ракет. — Айзек потер подбородок. — Но для того, чтобы пополнить боезапас, ему придется вернуться к своему заводу. Если мы исходим из того, что он находится в системе.

— У меня такое чувство, что нет. Келвин и Гоку зачистили альфу Центавра в 2163 году, то есть шестьдесят лет назад. До 82 Эридана всего девятнадцать световых лет, так где Медейруш был все это время — прятался в системе?

— Нет, — ответил Локи. — 82 Эридана мы захватили в 2195-м. К тому моменту он уже должен был прилететь туда, и мы очень тщательно просканировали систему.

Вздохнув, я потер лоб.

— Ну ладно, значит, он, скорее всего, просидел лет двадцать в другой системе и создал какие-то производственные мощности — вероятно, не очень большие, иначе у него были бы настоящие ракеты. Он взял оружие на борт и отправился сюда — вероятно, он знал, что Бразилия планировала обосноваться в этой системе.

— Картинка все равно не складывается, Билл.

— Согласен, Айзек. Но данные, которые у нас есть, не позволяют сделать однозначный вывод, и мы, пожалуй, уже слишком углубились в область предположений. — Я оглядел собравшихся. — Кто управляет «бродягами», которые летят с Мэком?

— Ну прямо сейчас — никто, — ответил Оливер. — Как только Медейруш взорвал корабль Мэка, мы потеряли с ними связь. Если какие-то «бродяги» выжили, они будут действовать автономно, выполняя последний приказ, полученный от нас.

— Мы можем подключиться к «бродягам» с помощью УППСов беспилотников? — спросил Локи.

— Конечно, — ответил Уилл. — Мы уже много лет делаем так в Солнечной системе, когда нужно заняться чем-то на периферии. Создавать отдельную станцию для связи с ними слишком сложно.

Я ухмыльнулся Уиллу.

— Как хорошо, что ты здесь. Давно следишь за разговором?

Уилл был с нами не с самого начала, и поэтому я знал, что он опоздал.

Уилл кивнул.

— Я просмотрел запись сессии, так что уже в курсе дела, — ответил он и повернулся к Локи. — Программа простая, я тебе ее скину.

Локи кивнул.

— Итак, в нашем распоряжении четыре беспилотника, а это значит, что в системе у нас четыре точки контроля. Правда, контролировать особо нечего. Технике, которая находится на периферии системы, понадобится много времени на то, чтобы вернуться, и я не уверен, что ее вообще стоит возвращать, пока у нас нет плана действий.

— Парни, — вклинился Оливер. — По моим расчетам, Медейруш доберется до ближайшей фабрики не более чем через три часа. Может, сначала займемся принтерами?

Все смолкли, и я кивнул.

— Так. Отдели принтеры от печатающих головок. Отправь каждый по отдельной траектории, чтобы рано или поздно они оказались в одной из колоний. Никаких маяков; нам придется искать их по точному расчету траектории, так что тщательно запиши параметры орбиты.

Я посмотрел на других Бобов.

— Хоть какая-нибудь взрывчатка у нас есть?

— Нам не нравятся взрывающиеся штуки, — ответил Оливер.

— Ну да. И вот к чему это привело.

Уилл махнул рукой, призывая нас не отвлекаться.

— Еще что-нибудь мы сделать можем?

Я немного подумал.

— Мы должны известить колонии. Кроме того, можно запросить у них список автоматизированной техники. Возможно, у них есть взрывчатка и даже небольшие принтеры. Кроме того, кто-то должен прочесать блог Мэка и извлечь всю инфу, которая может нам пригодиться. Начнем с этого, а затем соберемся снова и выясним, что нам удалось найти.

Бобы кивнули и начали покидать ВР, чтобы заняться своими задачами.

Я потер лоб. Мало нам Других, так теперь еще и это.

Потрясающе.

22. Мертвый корабль

Хершел. Март 2227 г. Дельта Павлина, пояс Койпера

Мы с Нилом медленно двигались между дрейфующих корпусов, сбросив мощность двигателей ВСПЛЕСК до минимума. Над нами нависали два огромных грузовых корабля Других. Каждый из них был десять километров в длину и километр в диаметре; они казались более похожими на астероиды, чем на объекты, созданные разумными существами.

У них были даже свои поля из обломков. Кораблям, судя по всему, здорово досталось; вокруг них по замысловатым орбитам лениво летали их куски. Это зрелище пугало; мы словно оказались на подводном кладбище.

Я отправил сообщение Нилу.

— Ничего не вижу, а ты?

— Тоже. Температуры в районе теплового равновесия. Эти штуки дрейфуют уже очень давно.

— Вот как?

— Мы целились в критически важные системы и, кажется, повредили их реакторы, а ты знаешь, к чему это приводит.

— Ага. Бабах.

Мы разделились, и каждый облетел вокруг кораблей в одиночку. Никаких сюрпризов. По молчаливому соглашению мы использовали беспилотники, которые несли на своем борту группы «бродяг». Беспилотникам было поручено сканировать корабли с близкого расстояния, а «бродяги» должны были высадиться и поискать что-нибудь интересное внутри.

Проникнуть внутрь оказалось несложно: один из корпусов разорвало почти надвое. Две половины были скорее разъединены, чем соединены — только в невесомости столь крошечная металлическая лента могла удерживать вместе такие массивные сегменты.

Второй корпус пострадал значительно меньше: дыру, через которую мог бы пролететь линкор, на корабле такого размера можно было считать крошечным проколом. Но дело не в размере урона, а в его качестве — похоже, мы повредили что-то критически важное.

Корабли дрейфовали уже десять лет, и поэтому мы не очень рассчитывали обнаружить на них какую-либо активность, однако предыдущие встречи с Другими, а также великое множество фильмов класса «Б» научили нас осторожности.

Разумеется, возможность изучить грузовой корабль Других изнутри была слишком заманчивой. Мы потратили несколько часов в режиме реального времени, планируя все варианты развития событий. Затем, оставив пару беспилотников в качестве часовых, мы вошли в грузовой корабль через пробоину в борту.

Ситуация сразу же осложнилась: оказалось, что корабль — не просто большая пещера. Мы попали в большой грузовой отсек, или трюм, похожий на пирог. На этом наша вылазка могла бы закончиться, если бы снаряд, который вывел корабль из строя, не проник в его глубины, при этом уничтожив кучу оборудования, оказавшегося на пути.

Выбравшись из грузового отсека с противоположной стороны, мы оказались в чем-то похожем на центральный коридор диаметром в сто метров. Коридор тянулся от одного конца корабля до другого. Теперь нам стало ясно, почему в торцах грузовых кораблей были большие бронированные двери.

— Он отлично сохранился, — сказал Нил почти шепотом. — Как думаешь, он еще на что-то годится?

— Нил, ты же видел, в каком состоянии оборудование. — Я заметил, что тоже говорю шепотом, но ничего не мог с собой поделать. У меня возникло такое чувство, словно мы осматриваем замок, в котором водятся призраки. — Не знаю, что именно мы уничтожили, но, видимо, это было что-то крайне важное.

— Могу я получить это заявление в письменном виде?

— Конечно, не вопрос. Наклонись, а я сейчас достану фломастер.

— Ха-ха-ха. Если нас съедят «муравьи», ты будешь выглядеть довольно глупо.

— Именно поэтому мы договорились не сканировать корабли с помощью суддара. Ты же следил за разговором, верно?

Нил фыркнул, но прямого ответа не дал.

— Я отправлюсь вон туда, к тому концу, где мощное кольцо.

— Не вопрос. Будь осторожен.

Мы поплыли в противоположных направлениях, изучая окрестности только с помощью оптики.

* * *

На то, чтобы добраться до конца корабля, потребовалось менее суток. Нил вышел на связь.

— Слушай, Хершел…

— М-м?

— Передо мной какая-то огромная штуковина, похожая на реактор.

— Погоди. Ты хочешь сказать, что он целый? Но как ты оказался в одном из отсеков?

— Он был открыт. Я зашел. Можешь подать на меня в суд.

Я вздохнул. На его месте я бы поступил точно так же.

— Но если это реактор, то что вышло из строя в результате атаки?

— Возможно, выстрел случайно прошел через ИИ. Но это точно реактор. Его как бы выдают размеры кабелей.

— То есть термоядерная реакция тихо и мирно прекратилась?

На мгновение воцарилась тишина.

— В этом все дело, — ответил Нил. — По-моему, это не термоядерный реактор.

Внезапно я понял, что мы проводим не просто операцию по сбору материалов.

— Следы «муравьев» видишь?

Нил ответил отрицательно. Я еще раз проверил свои рассуждения и сказал:

— Так, откладывать это больше нельзя. Нужно выяснить, ждут ли нас проблемы или нет, так что давай выводить нашу технику за пределы корпусов. Проведем сканирование суддаром на малой мощности и посмотрим, активируются ли «муравьи». Если убедимся, что все чисто, тогда сделаем пару хороших снимков этого таинственного оборудования и попробуем что-нибудь понять.

— Ясно.

Все внешние признаки указывали на то, что Нил выводит свою технику. Я приказал своим машинам сделать то же самое.

В течение часа мы получили сканы — но никаких ответов.

Нил заглянул ко мне, чтобы вместе со мной изучить результаты. Я указал на голограмму, которая медленно вращалась в воздухе.

— Ну что ж… Оказывается, ты прав: эта штука действительно основана не на синтезе ядер. Но этот комплекс точно предназначен для производства энергии. — Я посмотрел на Нила и усмехнулся. — Возможно, мы нашли новые технологии!

— Круто, — ответил Нил. — Пожалуй, стоит вызвать на связь Билла.

— Ты шутишь? Просто отдать находку, чтобы вся слава досталась кому-нибудь другому? Ни за что, черт побери!

— О господи, Херш, у меня опять такое чувство, что это плохая идея.

— Опять? Но ведь обычно источник плохих идей — это ты сам.

— Я? С каких пор?

Я ухмыльнулся, но промолчал. Традиционный обмен колкостями, как всегда, повысил нам настроение. Но это не значило, что Нил ошибается. Я надеялся, что сейчас не делаю первые шаги к тому, чтобы отправиться на тот свет.

23. Смерть

Говард. Май 2220 г. 40 Эридана

Этого звонка я с ужасом ждал уже несколько десятилетий. Из окна видеосвязи на меня смотрел доктор Онаги. Судя по фону, он звонил из больницы.

— Говард, все произошло внезапно; она потеряла сознание и упала. Мы доставили ее в больницу, но наши усилия оказались недостаточными.

Я почувствовал, что у меня защипало в глазах, но безжалостно подавил в себе рыдания.

— Спасибо за звонок, доктор Онаги, но я не очень понимаю, почему на связь со мной вышли вы, а не ее дети.

Ну то есть, возможно, это бы сделал Хауи. Рози вряд ли захотела бы со мной общаться.

Доктор Онаги на миг отвел взгляд.

— Э-э, ну… Скорее всего, они бы уже позвонили. Но в соответствии с инструкциями миссис Бродер мы сразу после вскрытия поместили ее тело в стазис. Ее дети пришли в ярость и, насколько мне известно, обратились за консультацией к юристам. У меня создалось впечатление, что это из-за вас. Возможно, они вообще не станут с вами разговаривать.

Я потрясенно уставился на него: Бриджет ни разу не намекнула мне на то, что передумала. Поблагодарив доктора Онаги, я закончил звонок и немедленно вышел на связь с мисс Беннинг.

— Добрый день, мистер Йоханссон. Мне только что сообщили про миссис Бродер. Соболезную вам.

— Миссис Бродер поместили в стазис, и доктор Онаги утверждает, что это сделано в соответствии с ее распоряжениями. Что-то произошло?

— Несколько месяцев назад она изменила свое завещание. В иной ситуации я не имела бы права обсуждать этот вопрос с вами, но она поручила мне ввести вас в курс дела. — Мисс Беннинг потянулась за чем-то лежащим за пределами экрана. — Кроме того, по данным «Электронной юрколлегии», ее дети только что обратились в суд, чтобы заставить больницу извлечь ее тело из стазиса. Это не стало для нас неожиданностью, и мы уже подали встречные иски. Судебное заседание состоится очень скоро, и вам стоит выделить время, чтобы присутствовать на нем. Если что-то изменится, я вам сообщу.

Мы еще немного поговорили, а затем она отключилась. Я откинулся в шезлонге и уставился в пустоту. Бриджет умерла. Я должен был превратиться в никчемную лужу на полу — и, возможно, скоро превращусь, — но неожиданная новость о том, что Бриджет передумала насчет репликации, ошеломила меня.

Ну ладно, раз я еще в форме, то с тем же успехом могу сделать что-нибудь полезное. Используя данные, которые получили мы с Райкером, я создал технику для сканирования. Пора ее осмотреть.

* * *

Судебное заседание проходило в относительно неформальной обстановке — в кабинете судьи, а не в зале суда. Хауи, Рози и Лиэнн сидели у одной стены, мисс Беннинг и я — у другой. Доктор Онаги, представлявший больницу, занял более нейтральную позицию в центре.

Судья Ульрих Кац молча изучил лежавшие перед ним документы, а затем поднял взгляд на нас.

— Проблемы с последней волей покойных всегда сложно разбирать, особенно когда пережившие их близкие люди…

— Он не близкий человек! — вставила Рози.

Судья молча уставился на нее, а Лиэнн накрыла ее ладонь своей.

Когда порядок был восстановлен, судья продолжил:

— …когда пережившие их близкие люди расходятся во мнениях относительно частностей. Но суд не может строить догадки о решении до начала судебного процесса. Извлечь покойницу из стазиса сейчас — значит фактически вынести решение в пользу истца, вне зависимости от исхода процесса; вместе с тем, если она останется в стазисе, то в случае необходимости ее можно будет оттуда извлечь. Верно и обратное; отменить сканирование невозможно. Поэтому я не разрешу извлечь тело немедленно. Доктор Онаги, вы будете поддерживать тело в его нынешнем состоянии, и вы не допустите, чтобы над ним производили какие-либо операции, кроме как по распоряжению этого суда.

Судья не стукнул молотком, хотя я отчасти этого ожидал. Разумеется, мои представления устарели на сто лет — и в основном были почерпнуты на другой планете, и притом из телесериалов.

Я встал и посмотрел на детей Бриджет. Девушки застыли, стараясь не смотреть в мою сторону. Хауи, сын Бриджет, бросил на меня взгляд и еле заметно покачал головой. Я понял намек.

Мы позволили им выйти первыми, а затем последовали за ними. Я вопросительно посмотрел на мисс Беннинг. Она открыла рот и улыбнулась.

— Мистер Йоханссон, я уже давно знаю, что вы находитесь внутри искусственного тела. Ведь, в конце концов, этот факт не только связан с этим делом, но и дал повод для множества слухов. Особенно о природе… э-э… ваших отношений с миссис Бродер. — Мисс Беннинг слегка покраснела. — Но я только что поняла, что разговариваю не с живым биологическим человеческим существом. Сходство просто поразительное.

Я печально улыбнулся.

— Спасибо, мисс Беннинг. Мы, Бобы, приложили немало усилий на то, чтобы сделать андроидов как можно более достоверными. И, отвечая на не заданный вопрос, сексуального аспекта в моих отношениях с миссис Бродер не было. Я мог бы снабдить андроида необходимыми функциями, но не сделал этого. Я люблю ее, а она любит — или любила — меня. Наши чувства, возможно, были не самыми сильными, но тем не менее настоящими.

Мисс Беннинг кивнула.

— Я не сомневаюсь в вашей человеческой природе, мистер Йоханссон. Я же работала с вами, когда вы передавали ей свой бизнес, помните? Ваше эмоциональное состояние было очевидным и вполне реальным.

Мы немного помолчали, а затем она продолжила.

— Истцам будет нелегко доказать свою правоту, но это совсем не значит, что успех нам гарантирован. Однако миссис Бродер предвидела это и заранее предприняла кое-какие меры, в том числе создала фонд для оплаты юридических услуг, который ее дети заблокировать не смогут.

Я молча кивнул. Бриджет всегда отличалась осмотрительностью и методичностью. Это вполне соответствовало профессии, которую она выбрала. Она обо всем позаботилась, но легче мне от этого не стало. Да, Бриджет разрешила мне реплицировать ее, но мне придется подождать, пока жернова правосудия повернутся.

24. Исследования

Хершел. Апрель 2227 г. Дельта Павлина, пояс Койпера

Должно быть, так себя чувствуют муравьи.

Грузовой корабль Других, который мы прозвали «Халк-1», был огромным цилиндром: длина — десять километров, диаметр — километр. По сравнению с ним даже наши корпуса «Исходов» пятой версии казались крошечными. Пока я медленно дрейфовал по центральной служебной шахте, «бродяги» рисовали номера на дверях грузовых отсеков. И это было не просто занудство с моей стороны — мы выяснили, что нам нужно обозначать конкретные места, не просто показывая на них и рыча.

Сканирование с помощью суддара позволило нам многое узнать о корабле и о его содержимом, но рано или поздно нам придется восстановить на нем подачу энергии — или, по крайней мере, попытаться это сделать. Огромные двери грузовых отсеков вручную не открывались, а люки диаметром сто метров в торцах корабля — тем более.

— Как успехи, Хершел?

— Нормально, — ответил я. — Почти готово. 864 грузовых отсека. Это число тебе что-нибудь говорит?

— Это 600 в двенадцатеричной системе счисления, — ответил Нил после небольшой паузы. — И если подумать, то на изображении Других, которое добыл Билл, у них было по шесть захватывающих пищу щупалец с каждой стороны пасти.

Я ухмыльнулся.

— Совпадение? Не думаю.

— Ага. По-моему, это еще одно универсальное число. Основание твоей системы счисления зависит от того, сколько пальцев у тебя на руках. У павов была десятичная система.

— У них и теперь есть десятичная система, Нил. Они не исчезли.

— Ну да… — вздохнул Нил.

Да, эта тема отлично портила настроение.

— В общем, — чуть веселее, чем нужно, сказал я, — как только я закончу, сможем заняться анализом энергосистемы. Мечтаю поскорее увидеть, какое добро лежит там, в этих отсеках.

— Если только при этом мы не активируем это добро.

— Да, я понимаю. Возможно, стоит подготовить ядерную бомбу — на тот случай, если придется все тут ликвидировать.

— Хершел, этот вариант мне не нравится. Я бы воздержался от любых действий, которые привели бы к уничтожению «Халка-1».

— Ну э-э… погоди, приятель. — Я загрузил «бродяг» и беспилотников и полюбовался на последний пронумерованный отсек: 864. — Не знаю, сможем ли мы обойтись без риска.

— Может, разрежем один из отсеков?

Да, это, несомненно, нормальное решение. Конечно, переборки чудовищно толстые, но мы же никуда не спешим.

— Ладно. Так и сделаем.

* * *

Мы проделали дыру в отсеке № 1 — просто потому что, судя по сканам, там была куча разного неопознанного добра. «Бродягам» пришлось прорезать канавки в стене и углублять их. Но рано или поздно им удалось отделить от стены кусок металла.

Мы оставили его парить в центральном коридоре и отправили внутрь полдесятка «бродяг».

Похоже, что этот транспорт не успел извергнуть из себя все боевые машины до того, как мы вывели его из строя. В отсеке находились несколько десятков беспилотников, каждый из которых был чуть больше корабля «Парадиз-1». Они стояли на подставках, подключенные к кораблю кабелями, по которым, возможно, поступала энергия и команды. Разумеется, энергии больше не было, а так как мы уничтожили корабельный ИИ, то не было и контроля.

Нил ткнул пальцем в увеличенное изображение кабеля.

— Как думаешь, беспилотник оживет, если мы отцепим эту штуку?

— Не знаю, Нил. — Я потер лоб. Мы оба понимали, что сейчас я пытаюсь выиграть время. — Но есть ли у нас альтернатива?

Нил целых две секунды смотрел на экран, а затем повернулся ко мне.

— А как тебе такой вариант? Разберем один из них на части, одновременно анализируя. Рано или поздно мы поймем, какой у них уровень готовности.

— Это лучшая из худших идей, которые я когда-либо слышал, — ухмыльнулся я. — Так и сделаем.

* * *

На расчленение беспилотника ушло более недели, и в конце концов мы были вынуждены прийти к выводу, что активацию беспилотника осуществлял ИИ транспорта. Как бы то ни было, та машина, которую мы разобрали, оставалась неподвижной. Энергии на корабле не было, а без нее включиться беспилотник не мог.

Тем не менее нами управляла паранойя. Мы случайным образом выбрали беспилотник и разместили в нем «бродяг»: если он заартачится, они начнут ломать его изнутри.

— Готов? — спросил я у Нила.

— Готов! — ответил он.

Уничтожением занимался Нил, а я руководил процессом отключения. Не давая себе новых поводов для сомнений, я приказал «бродяге» вытащить кабель из беспилотника.

Мы стали ждать… 5 секунд… 10 секунд…

— Хватит, — буркнул Нил. — Пора сканировать.

Он поручил одному из наших дронов как следует изучить объект, и через несколько миллисекунд скан появился передо мной в виде голограммы.

— Ничего. Неподвижный. — Я посмотрел на Нила. — Доволен?

— Я? Когда это я стал злодеем в этой истории?

— С самого начала. Мне всегда приходится тебя успокаивать.

— Да ну тебя! Ты просто бредишь. — Нил печально покачал головой. — Итак, следующий вопрос. Мы будем вскрывать каждый грузовой отсек, в котором что-то есть, и отключать разные штуки?

— На это уйдут годы. Другой вариант есть?

— Мне уже начинает нравиться план, связанный с атомной бомбой, — ухмыльнулся Нил.

— Ладно. Придется составить карту всей проводки и выяснить, можно ли обесточить отсеки, если мы запустим реактор. И, к сожалению, нам также придется разместить заряд здесь — на тот случай, если разбудим то, что будить не следовало. Надеюсь, до этого не дойдет.

Нил вздохнул.

— Это уже похоже на настоящую работу.

* * *

Фраза «настоящая работа» хорошо описывала процесс. Некоторые инженерные решения Других были… ну… неоптимальными — по крайней мере, нам так показалось. В нескольких случаях провода разделялись, обходили большой пустой отсек по периметру, а затем снова соединялись на противоположной стороне. Мы дважды просканировали пустую секцию, но нашли… э-э… ровным счетом ничего.

— Ну смотри, — начал Нил. — Если ты что-то создаешь, то иногда оставляешь место для будущих дополнений. Это можно сделать, если ты хорошо представляешь себе, что именно понадобится.

— То есть это дополнительная ячейка.

— Да, спасибо, Капитан Сарказм. И все же ты, скорее всего, прав.

— Это чудесно, Нил. Но приблизились ли мы хоть на шаг к тому, чтобы активировать этот летучий остров?

— Давай посмотрим, Херш.

С этими словами Нил открыл рабочую версию нашего чертежа, внес в нее самые новые данные, а затем приказал симулятору включиться, и на нем мы увидели виртуальные секции, которые получают энергию.

В конце концов симуляция завершилась: нам стало ясно, что состояние корабля стабильно, и никаких проблем мы не обнаружили. Мы с Нилом улыбнулись друг другу и хором воскликнули:

— Есть!

25. Битва

Билл. Июнь 2223 г. 82 Эридана

Премьер-министр Кэмпбелл закрыла лицо руками. Президент Ито пытался сохранять невозмутимость, но я видел, что он потрясен.

Кэмпбелл посмотрела на меня.

— Мэк? Его… больше нет?

— У нас его матрица, мэм, — ответил я. — Точнее, она не повреждена, и мы знаем, где она находится. Но в данный момент он отключен. Мы пытаемся переправить его в одну из колоний на хранение.

Кэмпбелл облегченно кивнула.

— И чем мы можем вам помочь, мистер Йоханссон?

Я повернулся к экрану, на котором был президент Ито.

— Мы хотим создать список всех наших объектов в этой системе — найти все, что можно превратить в оружие, чем можно управлять удаленно, все, что оснащено технологией УППС, все, что может выйти из атмосферы…

— А как устроены андроиды? Кажется, в каждой колонии есть один такой.

Я просиял.

— Ими управляют через УППС, так что да, они нам пригодятся. Это еще одна… ну то есть две точки контроля для нас. Мы постараемся как можно быстрее прислать за ними беспилотники. С помощью андроидов мы сможем передавать приказы другим беспилотникам-шахтерам, не оснащенным УППСами. — Я немного подумал. — А если нужно чем-то манипулировать, то они дополнят «бродяг».

Ито кивнул, и повисло молчание.

Паузу наконец прервала Кэмпбелл.

— То есть мы фактически находимся в состоянии войны? Значит, колониям грозит опасность?

Я потратил миллисекунду на раздумья.

— Вряд ли, мэм — по крайней мере, в ближайшей перспективе вам ничего не угрожает. У Медейруша нет ничего, чем он мог бы бомбардировать вас с орбиты. Если мы перекроем ему доступ к автофабрикам — или, по крайней мере, уберем подальше принтеры, то сложившаяся на данный момент ситуация не изменится. А если он добудет принтеры или если они у него уже есть, ему все равно нужно создать всю технику для автофабрики, прежде чем приступить к производству чего-то вроде двигателей для астероидов. И я не думаю, что он достаточно туп, чтобы создавать взрывчатку.

— С другой стороны… — протянул Ито, приглашая меня объяснить контраргумент.

Я ухмыльнулся.

— С другой стороны, мы сейчас не можем пользоваться принтерами — хотя более-менее и контролируем их, так что нам придется пройти через тот же процесс, что и ему. Возможно, нам будет легче, ведь у нас есть «бродяги», беспилотники, а теперь еще и два андроида.

— То есть пока что у нас период напряженности.

— Я не уверен, что это можно так назвать, мэм. Наша ситуация похожа на ту сцену в «Дневнике Бриджит Джонс», где Хью Грант дерется с Колином Фертом.

Она искоса посмотрела на меня и покачала головой. Похоже, Мэк уже создал себе определенную репутацию.

— Послушайте, — продолжил я. — Если мы доставим один или несколько принтеров на одну из ваших планет и добудем достаточно сырья — и притом так, чтобы нас не перехватил Медейруш, — то, возможно, сумеем создать снаряды или еще что-нибудь.

— Это очень много «если», — заметила Кэмпбелл.

— Ну все зависит от того, как поступит Медейруш. Боюсь, что сейчас мы вынуждены лишь реагировать на его действия. Любая попытка контролировать игру приведет к тому, что мы получим ракету в глотку.

— Сколько у него ракет?

— Мы думали, что ноль. Так что их число неизвестно.

Ито немного подумал.

— Насколько я понимаю, у вас есть несколько беспилотников-шахтеров. Способны ли они протаранить бразильца?

В любой другой ситуации это был бы неплохой вариант, и я кивнул, признавая его находчивость.

— Извините, президент Ито, но это все равно что таранить спортивную машину трактором: в принципе, он может нанести ей урон, но сначала он должен ее догнать.

Вздохнув, Ито откинулся на спинку стула. Мы снова погрузились в раздумья.

— Слушайте, — сказал я, — если возникнут идеи, позвоните или напишите мне. А мы, в свою очередь, будем держать вас в курсе дела.

— Хорошо. — Премьер-министр Кэмпбелл кивнула и разорвала связь. Секундой позже Ито тоже мигнул и погас.

Я вздохнул и посмотрел в потолок. Как будто Других нам было мало.

* * *

Когда Медейруш добрался до автофабрики в ближайшей точке Лагранжа, мы уже давно забросили принтеры и печатающие головки далеко за пределы зоны, где он мог бы их обнаружить. Кроме того, Бобам удалось спрятать, повредить или собрать больше половины техники, так что тут не осталось ничего ценного — если не считать собственно металлических слитков. Мы следили за Медейрушем с помощью беспилотника, который был тщательно замаскирован под космический мусор и работал на аккумуляторах, чтобы его не обнаружили датчики излучения. Да, его энергии надолго не хватит, но позднее мы сможем его забрать. А если Медейруш его обнаружит, то получит только обычный беспилотник-шахтер, у которого нет ни УППСа, ни термоядерного реактора.

Поначалу бразильский корабль носился туда-сюда, а затем, видимо, выбрал нужную точку и остановился. Признаться, я ожидал, что он будет безумствовать и уничтожать все подряд; но, с другой стороны, Медейруш — кадровый военный и, предположительно, хорошо дисциплинирован. Он не станет тратить ракеты по пустякам.

Я надеялся, что он выберет стратегию до того, как отключится мой беспилотник. Мы выделили три наиболее вероятных варианта: первый — он отправится к одной из колоний и выставит у нее пикет, предполагая, что мы отправили туда хотя бы один принтер; второй — он отправится на поиски принтеров и печатных головок; и третий — он начнет искать «бродяг» и беспилотники-шахтеры, чтобы захватить или уничтожить их.

И вот когда беспилотник уже расходовал последние ватты энергии, Медейруш покинул квадрат, набирая скорость.

— Мы знаем, куда он направляется?

Я вздрогнул от удивления: сосредоточив все внимание на Медейруше, я даже не заметил, что в мою ВР зашел Уилл.

— Не думаю, — ответил я, поворачиваясь к нему. — По-моему, направление он выбрал случайным образом. Аккумуляторы беспилотника скоро сдохнут, поэтому следить за ним с помощью суддара мы не сможем.

Уилл вполголоса выругался — ситуация уже начинала его злить.

— Значит, мы должны исходить из того, что он действует по первому или второму сценарию, так как они — самые пессимистичные. Сколько принтеров и головок мы отправили в колонии?

— По два принтера и по две головки в каждую. Конечно, он заметит их на подлете, но, чтобы перехватить их, он должен быть совсем рядом.

— Значит, ему придется перехватывать их, не уничтожая. Для нас их уничтожение — приемлемый вариант.

Я кивнул.

— Уилл, эта битва будет долгой.

* * *

Мы с Гарфилдом сидели и пили кофе, наслаждаясь одним из крайне редких перерывов в работе, когда к нам зашел Гуппи.

[Конвой, который везет принтер на Асгард, был облучен с помощью суддара.]

Мы с Гарфилдом переглянулись.

— Черт, — сказал он. — Значит, Медейруш выбрал первый вариант.

— Наверное, это логично, — ответил я. — Во втором сценарии ему бы пришлось сканировать огромный объем космоса, а так мы фактически сами к нему идем.

Я повернулся к Гуппи.

— Ты смог вычислить его местоположение?

[Ответ отрицательный. Сканирование было произведено на малой дистанции.]

— Умно, — заметил Гарфилд. — Он не объявляет о себе до тех пор, пока не обнаружит контакт, а если обнаружит, то уже будет рядом.

— А это значит, что он уже рядом! — Я хлопнул себя по лбу.

— Да это и неважно. Я проверил: у данной группы нет УППСов, так что ей придется выполнять те приказы, которые у нее уже есть.

[Конвой прекратил действовать. Видеосвязь прервалась.]

Мы с Гарфилдом посмотрели друг на друга. Может, Медейруш просто взорвал конвой? Он хочет лишить нас доступа к принтерам?

Я открыл файл, и мы с Гарфилдом просмотрели трехсекундную оборвавшуюся видеозапись.

— Вот черт, — сказал я. — Похоже, Медейруш кое-чему научился.

— Угу. Он создает снаряды — или уже их создал. Нет, погоди — когда он это успел? — Гарфилд нахмурился. — Если это Медейруш из альфы Центавра, значит, впервые он встретился с нами в тот день, когда мы разгромили его базу. То есть ему пришлось бы создавать снаряды уже после этого, но ведь мы не обнаружили никаких признаков того, что бразильцы умеют делать кинетическое вооружение.

Я кисло улыбнулся.

— Извини, приятель, но ты, наверное, пропустил разговор, который у нас был после нападения. Мы считаем, что у него по крайней мере один принтер. Значит, после альфы Центавра он кое-что понял.

— Но почему сейчас он действует именно так?

— Это стратегия двойного удара: он пытается собрать как можно больше принтеров, одновременно лишив нас доступа к ним. Благодаря геометрической прогрессии небольшое преимущество вначале постепенно превратится в огромный отрыв. — Я на несколько миллисекунд уставился в пустоту. — Нужно вынести его прямо сейчас. Если он опередит нас — колонистам крышка.

Гарфилд закрыл глаза и медленно покачал головой.

— А их там поселили мы.

* * *

Капитан Ричардс из колонии на Асгарде плотно сжал губы и молчал. А ему и не нужно было ничего говорить. Помимо всех имеющихся проблем, у колонистов появилась еще одна — Медейруш.

— Вы уверены, что он нападет на колонию?

— Нет, капитан, не уверен, но в ходе предыдущих контактов он довольно четко заявил о своей преданности Бразилии. Он считает, что мы с ним находимся в состоянии войны, и дискуссии его не интересуют. Кроме того, в данный момент я не уверен, что он в своем уме. — Я посмотрел на Гарфилда, который театрально закатил глаза. — Мне не хотелось бы выйти с ним на связь и узнать, что тем самым я привлек его внимание к колониям.

Ричард кивнул и, тяжело выдохнув, откинулся на спинку стула.

— А у нас ничего нет.

— Поиски ничего не дали. Мы могли бы расспросить Мэка, если бы нам удалось подключить его к зарядке, но прямо сейчас везти его матрицу к вам — слишком большой риск. Медейруш иногда попадает на экраны наших радаров, и каждый раз он уничтожает, что находит.

— В обеих колониях? — нахмурился Ричардс. — Сколько же тут его копий?

Я на секунду задумался.

— Никаких совпадений пока не было, так что сейчас он один. Но, по-моему, он запрограммировал свои снаряды патрулировать и сбивать все, что они найдут. В данный момент преимущество на его стороне.

Генерал Кироши из японской колонии, молча слушавший нас в другом окне видеочата, вступил в разговор:

— У нас есть только маленькие принтеры; они могут производить что-то небольшое, но для ваших снарядов они не годятся. А мощные промышленные принтеры появятся у нас только через несколько месяцев.

Ричардс кивнул.

— У нас то же самое. Наши принтеры могут печатать «убийц» комаров, но это…

— Стоп! Что? — насторожился я.

Ричардс удивленно посмотрел на меня.

— Комары-супервампиры. Мэк про них не упоминал?

— Да, я помню. — Я бросил на него сердитый взгляд. — Не знал, что вы сами производите эти штуки.

— Ну да, ведь их нужны тысячи, а Мэку ими заниматься лень. «Убийцы» размером с бейсбольный мяч, так что они годятся только для борьбы с комарами.

— Но… тысячи этих машин? — Я подался вперед, буквально излучая интерес.

Глаза Ричардса округлились; он понял, что происходит нечто важное.

— Э-э, ну да. Мы одолели эту напасть, так что сейчас почти все машины находятся в режиме ожидания. Мы собирались рано или поздно отправить их на переплавку. Кажется, в какой-то момент у нас их было тысячи три-четыре.

Я медленно улыбнулся.

— Может, они и маленькие, но если несколько сотен одновременно попадут в снаряд, он это почувствует. Возможно, с их помощью мы очистим небо над Асгардом — а потом доставим туда принтеры.

— А за пределы атмосферы они вообще могут выйти?

— Капитан, с этим проблем не возникнет. На самом деле построить их сложнее, чем вывести в космос.

— Великолепно, — сказал капитан. — Начнем операцию.

* * *

«Убийцы комаров» были слишком маленькими, чтобы устанавливать на них передатчики УППС, поэтому нам пришлось выдать ИМИ полные инструкции для всех ситуаций, которые мы смогли придумать. Одного из каждой сотни мы сделали наблюдателем и приказали ему отправлять видеозаписи в колонию.

Мы отправили пять отрядов по двести «убийц» в каждом, надеясь застать как можно больше снарядов врасплох. Паре «убийц» мы поручили излучать телеметрические данные в радиодиапазоне — возможно, это привлечет внимание устройств Медейруша.

Капитан Ричардс пересылал всю полученную информацию Кироши и мне, а я следил за многочисленными видеотрансляциями, которые вели наблюдатели.

— Есть метка, — объявил капитан Ричардс.

Я, разумеется, заметил изменения на экране уже несколько миллисекунд назад, но мне не хотелось напоминать ему о моей истинной природе.

Данные, полученные от наблюдателя, указывали на то, что к группе приближаются два объекта. Выполняя полученные инструкции, «убийцы» изменили курс и пошли на перехват. Мы надеялись, что Медейруш не запрограммировал в своих снарядах такое качество, как осторожность. Возможно, горстка объектов, каждый из которых не больше бейсбольного мяча, не заставит снаряды перейти к защитным маневрам.

Снаряды навелись на излучавших данные «убийц», игнорируя облако свиты. В самый последний момент «убийцы комаров» изменили курс и полетели прямо на снаряды. Туповатые ИМИ, похоже, заметили эту перемену и заставили снаряды резко повернуть, но было уже слишком поздно. Маленькие и более маневренные «убийцы» легко справились с изменением вектора.

В момент контакта мы не увидели драматичной вспышки, которую привыкли наблюдать в тех случаях, когда два тяжелых объекта сталкиваются на космических скоростях. «Убийцы» не стали бить в большой стальной шар в передней части снаряда, а нацелились на систему охлаждения реактора, излучатели двигателя и другие явные признаки высоких технологий.

Снаряд словно попал под град: первые десять-двадцать столкновений не нанесли серьезного вреда; затем на снаряде появились вмятины, потом его швы начали расходиться, а затем снаряд разлетелся по кускам. Менее чем за тридцать секунд снаряды превратились в бесцельно дрейфующие объекты, а у нас еще оставалось более сотни «убийц».

— Постарайтесь загнать части на орбиту, — предложил Ричардс. — Если сможем спасти материалы — отлично. Если нет, тогда просто затолкнем их в атмосферу, чтобы они не достались Медейрушу.

Я кивнул: это была хорошая стратегия. Я точно не знал, как мы опустим такую массу на поверхность планеты — если не считать очевидного способа, — но решил, что подумаю об этом после того, как мы спасем пару беспилотников.

— Два готовы, — ухмыльнулся Ричардс и повернулся к Кироши. — Генерал, думаю, сначала нужно очистить окрестности Асгарда, а затем отправить отряд «убийц» к вам.

Генерал Кироши кивнул.

— Спасибо. Даже если мы не добьемся успеха, борьба на истощение отвлечет внимание Медейруша.

— Да, — сказал я. — Нам просто нужно сбивать снаряды быстрее, чем он их делает. Ведь пока он создает снаряды, он не производит принтеры.

— Мы займемся этим, Билл, — кивнул капитан Ричардс. — Я буду держать вас в курсе дела.

Сойдет. Мне ведь все еще нужно готовиться к войне с Другими.

26. Воюющие города

Марк. Сентябрь 2215 г. Посейдон

Я посмотрел видеозапись, сделанную с большой дистанции; на экране расширялось облако обломков, которое когда-то было моим кораблем-«обманкой». Я уже несколько месяцев лгал относительно своего местонахождения, и, похоже, обмануть Совет мне удалось. Три корабля, принадлежащие службе безопасности, покинули квадрат с ускорением, не характерным для грузовых судов, за которые они себя выдавали. Похоже, Совет тоже умеет действовать скрытно.

Я быстро отправил копии отчета Райкеру и Биллу, а еще одну сохранил в моей «Крепости одиночества», которая вращалась вокруг Эты Кассиопеи B. Если Совет когда-нибудь ее найдет, я буду в полной заднице. Но, к счастью, подобный вариант маловероятен: у Совета было не более десяти кораблей, а звезда-спутник уже очень давно не всплывала в разговорах.

Разумеется, Совет и сам втайне занимался подготовкой: об этом свидетельствовали три оттюнингованных и вооруженных грузовых корабля. Я надеялся, что теперь они решат, что я погиб, и раскроют свои карты.

Вернувшись в свой андроид, который стоял по стойке «вольно», я задвигал руками и слегка расслабился. Все повернулись ко мне.

— Ну что? — спросил Кел.

Я ухмыльнулся.

— Три очень нестандартных грузовых судна только что уничтожили мой корабль-«обманку». Полагаю, он проводил оборонительные маневры в точном соответствии со своими заявленными параметрами. Служба безопасности наверняка очень собой гордится.

— А грузовые корабли?

— Я отправил вслед за ними стелс-снаряды, но мы же не знаем, какими силами обладает Совет и где они размещены. Нужно исходить из того, что их предполагаемое число — десять — не соответствует действительности. Будем ждать, пока они не начнут действовать в открытую. И не забывайте — я официально погиб.

Джина оторвалась от телефона и подключилась к разговору.

— Они попытались захватить четыре города — Лотар, Морбус, Занатор и Гатол. Но вы правы: они действительно пытаются не нанести урон городам.

— Какова ситуация на данный момент? — спросил я.

— Атака отбита, противник понес значительные потери. Они не предполагали, что им окажут сопротивление.

— Кроме того, — добавила Джина, — они не ожидали столкнуться с системами вооружения, которых не было в изначальных планах.

Я ухмыльнулся.

— Это я виноват — забыл сообщить о переделках в отдел, который выдает разрешения.

Кел замахал телефоном.

— Они выступили с заявлением.

Мы повернулись к нему, желая поскорее услышать, что придумал Совет. Кел прочел текст, намеренно добавляя в него побольше пафоса, а когда он закончил, мы уселись полукругом, чтобы провести военный совет.

— Итак, что в итоге… — сказал я, глядя на купол. — Мы знаем, что злой и страшный репликант перестал существовать, а маленькие хорошие граждане должны вернуться на «ковры». А то хуже будет.

— И если мы не вернемся, то через двадцать четыре часа они начнут сбивать города. — Кел покачал головой, преувеличенно изображая недоверие. — Началась необъявленная война. Уничтожение Марка нельзя представить в каком-то другом свете.

— Они могли бы заявить о том, что я — не живое существо, что они просто ликвидировали какую-то упрямую технику. — Я ухмыльнулся. — А эту историю с городами можно назвать «полицейской операцией».

Джина закатила глаза, повторяя мой любимый жест.

— Возможно, им просто надоела твоя болтовня. Ну что, теперь ты готов вступить в бой?

Я покачал головой.

— Я до сих пор не знаю, где находятся их силы. А мне хочется уничтожить все корабли одним ударом — но никого не убивать.

— Ну удачи, — буркнул Кел.

* * *

Несколько часов мы потратили, следя за новостями. Похоже, сложилась патовая ситуация: Совет угрожал, а города либо смеялись над ним, либо просто молчали.

Затем начались новые проблемы.

Со стороны солнца прилетели два корабля и запустили ракеты по Амхору. Вся моя техника либо следила за кораблями Совета, либо искала их, поэтому принять участие в обороне я не мог. Но вот у города были незадокументированные возможности…

Турели с лучевым оружием, изобретенные Биллом, включились немедленно и попытались сбить ракеты. В ответ нападавшие дали еще один залп.

— Потрясающе, — сказал я. — На стандартном грузовом корабле совсем мало места для вооружения и пусковых установок. Интересно было бы посмотреть, как…

— Господи, Марк! Нам же грозит опасность. Перестань валять дурака.

Я печально улыбнулся Келу, прося у него прощения, и повернулся, чтобы последить за драматичным зрелищем.

У кораблей, похоже, закончились ракеты, а первые две из них были сбиты огнем наших батарей. Но вот следующая пара уже подлетела слишком близко, и это меня встревожило. Новые ракеты, похоже, раскусили алгоритмы турелей и уже научились уклоняться от огня.

Вдруг меня осенило. Я взял пару летунов, сидевших в стыковочном отсеке, и с максимальным ускорением направил их навстречу ракетам. Летуны не были ни военной техникой, ни летучими зарядами взрывчатки, и поэтому догнать или даже перехватить приближающуюся ракету они не могли. Но им удалось ненадолго отвлечь на себя внимание ИМИ ракет. Этого оказалось достаточно, чтобы затруднить маневрирование, и в результате турели сбили обе ракеты.

Корабли, теперь невооруженные, развернулись и полетели прочь. Я вызвал пару беспилотников с орбиты, чтобы последить за ними. Если корабли полетят на какую-нибудь базу за новыми ракетами, я буду знать, куда бить.

Но праздновать победу было некогда.

Кел вскочил и разразился потоком проклятий.

— Эти твари сбили Тарк! — завопил он.

Кто-то ахнул, кто-то вскрикнул от шока, но новость никого не удивила: в Тарке и Амхоре жили те, кого мы в шутку называли «Революционным советом». Да, мы публиковали ложные сведения, но Совет на них не купился.

Как бы то ни было, Совет только что повысил ставки.

— Кто-нибудь выжил? — спросила Джина.

Кел уставился на экран телефона. Еще несколько наших принялись яростно тыкать пальцами в экраны планшетов.

— До того как город упал в воду, от него отделились спасательные капсулы. Но я уверен, что не все сумели выбраться из Тарка.

— Вот теперь война действительно началась, — сказала Джина, мрачно глядя на меня. — Они применили весь свой арсенал, чтобы бои закончились раньше, чем мы успеем отреагировать. И они не остановятся до тех пор, пока не решат, что победили. Ситуация будет ухудшаться, а число жертв — расти. Марк, нужно действовать.

Я со вздохом кивнул и, не говоря ни слова, выключил андроида и вернулся в ВР. Быстро проверив обстановку, я выяснил, что мои снаряды по-прежнему идут по следу кораблей Совета. Я приказал всем снарядам атаковать, целясь в реакторы или двигатели.

Когда я общался с Советом, речь о стелс-технологиях не заходила, поэтому корабли были застигнуты врасплох. Все снаряды попали точно в цель, и поэтому люди не должны были пострадать — разве что те, кто оказался рядом с реактором в самый неподходящий момент. Из всех кораблей вылетели спасательные капсулы.

Правда, разобраться с Советом это не поможет. Поэтому я перешел ко второму этапу операции.

Совет выставил охрану в таких стратегических точках — на электростанциях и на парковках, где стояли летуны; его патрули следили за тем, чтобы жители вели себя смирно и соблюдали комендантский час. Я отдал приказ, и грузовые беспилотники высадили отряды «бродяг» на Северном и Южном коврах. Почти сто лет назад в Новом Гендельтауне я понял, что «бродяги» — отличные солдаты. А на этот раз в моем распоряжении были не только двадцатисантиметровые модели.

Во всех городах и индустриальных зонах сотрудники безопасности внезапно обнаружили, что на них нападают «бродяги» — от дюймовых малышей, которые могут заползти вам в штаны, до двухметровых тяжеловесов. И каждый «бродяга» был вооружен плазменным резаком и плоскогубцами и вообще ничего не боялся.

Через десять минут я получил сигнал от Джины, которая координировала действия местных повстанцев. Я открыл окно видеочата.

— Ты уже нашла членов Совета?

Джина покачала головой.

— Нет. Как мы и ожидали, их опубликованные адреса — фальшивка. Скорее всего, их история перемещений также не полностью соответствует действительности. Мы анализируем места, сортируя их по уровню замаскированности и защищенности.

Я кивнул.

— Я по-прежнему ставлю на подлодки.

— Если так, то пусть сидят там, сколько им вздумается, — фыркнула Джина. — Внезапно встретить кракена или гидру мне хочется гораздо меньше, чем поймать этих говнюков.

— Возможно, местная фауна разберется с ними вместо нас.

В еще одном окне появился Кел; он присоединился к нашей конференции.

— Мы захватили центр связи. Разослать ориентировку?

— Давай, — кивнул я. — И попробуй выяснить что-нибудь насчет Тарка.

— Уже. Мы вытащили из воды почти половину населения, — ответил Кел. — Поиски продолжаются. В данный момент пропавшими без вести считаются примерно сто пятьдесят человек.

Я закрыл глаза, борясь с тошнотой. Мы допускали, что у нас могут быть потери, но смириться с реальностью — даже потенциальной — было значительно сложнее.

— Ладно, Кел. Держи меня в курсе дела.

Когда будет время, мне придется заняться переоценкой ценностей. Революция на Посейдоне, война в Солнечной системе, переворот в Новом Иерусалиме… Похоже, мои воплощения постоянно оказываются в самой гуще событий.

Сколько людей погибло из-за меня?

27. Ремонт

Хершел. Июль 2227 г. Дельта Павлина

Я знал, что у меня нет ни одной причины ощущать напряжение в виртуальной реальности, но это не помогало. Я стискивал зубы так, что у меня заныли челюсти.

Мы с Нилом копались во внутренностях корабля уже несколько месяцев и теперь были готовы к тому, чтобы запустить реактор. Посреди центрального коридора мы разместили ядерный заряд — на всякий случай, — но ни один из нас не думал, что бомба нам понадобится. Мы, словно опытные детективы, наконец-то разобрались в схеме проводки и были уверены, что сумеем запустить реактор, одновременно обесточив отсеки.

Но вопрос об активации реактора оставался открытым. Поскольку мы никогда не сталкивались с подобной технологией, нам часто приходилось гадать. Стоит ли говорить, что догадки и энергия плохо совмещаются друг с другом?

Мы не были полными идиотами — корабль сейчас находился более чем в тысяче километров от нас, и все необходимые действия на последнем этапе операции выполняли «бродяги» и беспилотники. Интересно, не надоело ли ИМИ то, что их постоянно бросают в самое пекло? Наверное, нет, иначе они бы давно устроили забастовку.

— Если не сработает, мы окажемся по уши в какашках, — сказал Нил, искоса поглядывая на меня.

— Лучше погрузиться в какашки, чем превратиться в облако ионизированного газа. И даже если у нас все получится, Нил, то нас ждет немало вопросов. Надо было сразу же заявить о нашей находке.

— Тебе надо было. Но я… — Нил свирепо взглянул на меня и презрительно скривился, словно не веря собственным ушам. — Я тебя ненавижу.

Я ухмыльнулся.

— Ну ладно, приятель, шутки в сторону. Мы же Бобы восьмого поколения, ряска в пруду. Даже охранники из «Звездного пути» смотрят на нас свысока. Мне бы хотелось совершить подвиг, который можно было бы запечатлеть на корпусе.

Нил сделал глубокий вдох, а затем медленно выдохнул.

— Да. Если все пройдет хорошо, нас простят.

— Итак…

— Сканирование началось, — ответил Нил, поняв намек. — У нас есть картинка. Хершел, я готов.

Я отдал приказ, и «бродяги» на «Халке-1» начали процедуру активации. На выполнение стартовой последовательности команд ушло почти три минуты. Весь процесс мы сможем изучить позже, посмотрев видеозапись, сделанную с помощью суддара.

И вот она, золотая жила: на корабле зажглось освещение. Приборы показали, что в технических подсистемах растет уровень энергии. Мы сделали все, чтобы большая часть корабля оставалась обесточенной, ведь нам совсем не хотелось включить корабельную систему безопасности.

«Бродяги» провели несколько испытаний мощности и отправили результаты нам. Я присвистнул.

— Если предположить, что тут действует линейная последовательность, то уровень энергоснабжения просто обалденный.

— Помнишь ту сцену в «Запретной планете» с датчиками энергии? — ухмыльнулся Нил. — Вот это почти то же самое. Мы едва дошли до первого деления.

Я кивнул и уставился в пустоту.

— Мне… э-э… кажется, что нам пора заглянуть к Биллу.

* * *

— Конечно, во вселенной Бобов законов нет… — Выражение лица Билла совсем не соответствовало беспечному тону его голоса.

Мы с Нилом нервно переглянулись.

— …но вы, парни, все равно тупицы, — закончил Билл и поднял руки, словно сдаваясь. — Если бы что-то пошло не так и вы погибли, мы бы никогда об этом не узнали.

— Билл, мы делали запасные копии…

— И как бы мы узнали, что их нужно активировать? С помощью телепатии?

— Ой…

Ну да, точно. Я посмотрел себе под ноги.

Увидев мое лицо, Билл немного смягчился.

— На самом деле, Хершел, это еще один из моих проектов. После битвы у Дельты Павлина стало ясно, что нам нужна более организованная система сохранений.

Билл жестом приказал нам садиться и вызвал Дживса. Похоже, он все-таки не собирается сдирать с нас кожу.

— Ладно, докладывайте.

Я неторопливо глотнул кофе, чтобы выиграть время и успокоиться, а затем открыл рисунки, схемы и видеозаписи.

— Самое главное ты уже знаешь: мы нашли корабли и запустили энергосистему одного из них. Она работает не на термоядерной реакции, и я почти готов поклясться, что там какой-то вариант эффекта Казимира. Это я проанализировал отдельно.

Я отодвинул в сторону часть чертежей и развернул более крупную схему.

— «Халк-2» — просто металлолом. Мы прошли по нему из конца в конец и не нашли ничего интересного. Это фактически огромная куча утиля, которую наши машины уже несколько месяцев перерабатывают на сырье. Но вот в чем штука… — Я сделал паузу ради пущего эффекта. — «Халк-1» — большой полый контейнер со встроенным источником энергии. Ну да, его ИИ и двигатели уничтожены, но и что с того? — Я ухмыльнулся.

Билл нахмурился. Я понял, что до него еще не дошло, и внезапно почувствовал себя не в своей тарелке. Я бросил взгляд на Нила. Может, мы упустили что-то очевидное? Может, мы сейчас покажем себя полными недоумками?

Нил закатил глаза — самую малость, — а затем повернулся к Биллу.

— Если поставить на него пластины с двигателями, у нас появится самый огромный в мире корабль-колония. Ему нужны только стазис-капсулы.

Глаза Билла медленно округлились: он наконец-то въехал.

— Твою…

Я ухмыльнулся; уверенность постепенно возвращалась ко мне.

— Мы сможем сразу перевезти все оставшееся население Земли!

28. Расплата

Боб. Апрель 2224 г. Эдем

В Карлеоне царило оживление, почти суматоха. Возможно, все дело было в возрасте жителей и относительно малом числе семейных групп — Карлеон заселили юные дельтанцы, и сейчас у них начался период подросткового бунта. Мы с Марвином пришли к выводу, что создали поколение бумеров, когда перевели всех в Камелот, и рождаемость дельтанцев взлетела до небес. У всех этих подростков гормональный всплеск произошел одновременно, и, возможно, они просто сами друг друга подначивали.

Как бы то ни было, из-за этого незаметное проникновение в Карлеон становилось сложной задачей. Конечно, у меня были преимущества — возможность отключить запах и стать абсолютно неподвижным. Кроме того, в корабельных библиотеках я нашел несколько методов маскировки, которые использует спецназ. Но при всем этом на то, чтобы выйти на нужную позицию, у меня ушло почти пять часов. Изначальный Боб за это время уже превратился бы в одну огромную судорогу, но у андроида мышцы не устают.

И вот теперь я на месте. Мои беспилотники обнаружили, что Фред во многом — раб своих привычек и что у него есть место, где он обычно испражняется. Я выбрал точку, где можно перехватить его на обратном пути, и стал ждать.

* * *

Когда Фред повернулся к тропе, я врезался в него, прижал к дереву и приставил к его горлу кремниевый нож.

— Привет, Фред. Помнишь наш последний разговор?

Глаза Фреда округлились от испуга, и сопротивляться он не пытался.

— Теперь ты в моих руках, куцци, — сказал я, практически выплюнув любимое оскорбление Фреда ему в лицо. — Доживешь ли ты до заката или нет, зависит только от моего настроения. Понял?

Фред понял. От него исходил запах страха, но сдаваться сразу он не собирался.

— Тебе это с рук не сойдет, — сказал он. — Мои друзья тебя найдут.

И он был прав. Эта проблема меня беспокоила, но я надеялся, что ее удастся обойти. Если он не капитулирует, то мне, возможно, придется его убить. Смогу ли я хладнокровно лишить его жизни? Если он упрется и решит, что я блефую, то я буду вынужден подкрепить слова делами, ведь иначе я потеряю всякий авторитет.

С другой стороны, если бы я пришел с Дональдом, Фред уже был бы мертв.

Этот вариант казался таким соблазнительным. Но даже после стольких лет погружения в культуру дельтанцев мне, человеку XXI века, было неприятно думать об убийстве.

— Что с тобой не так, Фред? Ты что, сам охотиться не умеешь? Не можешь отличить один конец копья от другого? Или ты просто лентяй?

Фред прижал уши к голове и оскалился; так дельтанцы демонстрировали ярость.

— У вас-то жизнь легкая, да? Сидите там с ресурсами и болтаете о том, что все остальные живут неправильно. Но я тебе не подчиняюсь.

— Да нет, прямо сейчас — подчиняешься. — Я прижал лезвие сильнее к его горлу, чтобы сделать аргумент более весомым.

Но теперь Фред разозлился. Его реакция, его неожиданная ярость удивили меня. Я где-то просчитался, и теперь он ни за что не уступит. Все это давало неплохую пищу для размышлений, однако прямо сейчас я оказался между молотом и наковальней.

Внезапно меня осенило, и я поручил беспилотнику-шпиону издавать подозрительные звуки, чтобы привлечь к нам внимание местных жителей. Мы с Фредом услышали, как его друзья идут к нам и окликают его. Он торжествующе ухмыльнулся. Если друзья найдут его труп, меня станет выслеживать вся деревня.

И это хорошо. Пусть он так думает.

— Просто помни: я могу найти тебя в любой момент, — сказал я, наклоняясь к нему. — В следующий раз я ни о чем спорить не буду, и ты даже не поймешь, что я рядом. Возможно, в одиночку тебе гулять уже не стоит.

С этими словами я, как обычно, быстро врезал ему между ног. Фред скорчился от боли, а я тем временем забрал его копье и скрылся в лесу еще до того, как появились его дружки.

Да, все прошло не по плану. Я отправился в Камелот, пытаясь убедить себя в том, что в случае необходимости смогу убить Фреда.

* * *

За ужином я обо всем рассказал Архимеду.

— Дональд бы просто его убил, — сказал он, разглядывая копье Фреда. — А я — нет. Сложно убивать тех, кто сам на тебя не нападает. — Архимед развернул копье наконечником к себе. — Отвратительно. Кто-то просто расколол кремень и привязал самый острый кусок к древку. — Он покачал головой. — Наконечник с тем же успехом может и проткнуть цель, и отвалиться. Неудивительно, что им приходится красть еду у наших охотников.

Я удивленно поднял брови. Ну да, на самом деле андроид сдвинул уши вперед и вниз, но я сам ощутил знакомый человеческий эквивалент этого жеста.

Если жители Карлеона хуже охотятся из-за менее качественных инструментов… Неужели все настолько просто? Субъективно ощущаемое неравенство не раз становилось причиной войн на Земле. Мне казалось, что дельтанцы в целом более разумны, чем люди, но не настолько же.

Я сел, прислонившись к валуну, и уставился в пустоту, обдумывая варианты.

29. Надвигающаяся буря

Говард. Май 2220 г. Вулкан

Я стоял у входа в зал суда, глубоко дыша. У меня возникло почти непреодолимое желание сбросить на здание огромный камень. Я ждал, что наши противники прибегнут к грязным приемам, мисс Беннинг предупреждала меня, что стратегия детей Бриджет основана на очернении моей личности, но знать про стратегию и испытать ее на себе — это разные вещи. Если верить их адвокату, то я представляю собой некий странный гибрид между Распутиным, Свенгали, Макиавелли и Люцифером. Они не стали открыто обвинять меня в том, что я накачал Бриджет наркотиками и промыл ей мозги, но совершенно точно пытались на это намекнуть.

Ко мне подошла мисс Беннинг.

— После перерыва все это продолжится, — сказала она. — Не забывайте: он пытается спровоцировать вас, ему нужно, чтобы вы совершили ошибку.

Я еле заметно улыбнулся.

— В этой сфере у меня есть кое-какие преимущества.

И действительно — во время перекрестного допроса я включил систему контроля над эндокринной системой. Забавно: в ходе клонирования появилось уже несколько поколений кораблей «Парадиз», но эта подсистема никуда не делась. И пока она работала, поток обвинений и инсинуаций, который обрушил на меня мистер Кистлер, вызывал у меня лишь легкую обеспокоенность.

И это замечательно, ведь прямо сейчас я мечтал его задушить.

К нам подошел доктор Онаги.

— А нам сейчас можно разговаривать? — спросил я, глядя на него.

Онаги посмотрел на мисс Беннинг.

— С этим проблем нет, — улыбнулась она. — Они подали иск и против больницы, так что мы на одной стороне. Что скажете, доктор Онаги?

— Не доверяю я им, — сказал он.

— М-м… По-моему, это и так ясно, — заметил я, удивленно глядя на него.

— Нет, нет, я не имею в виду данное противостояние — тут все очевидно. Но, по-моему, старшая дочь — это реально тяжелый случай. Если они проиграют в суде, она не сможет с этим смириться.

Брови мисс Беннинг поползли на лоб.

— Вы имеете в виду диверсию?

Доктор Онаги кивнул.

Ого. Я не мог побледнеть — ведь, в конце концов, крови у меня не было — но сейчас я чувствовал себя, словно человек, который находится в падающем лифте.

— То есть мы можем победить и все равно проиграть.

— Это следует тщательно обдумать, — сказала мисс Беннинг. — Но если вас обвинят в неуважении к суду, это может повлиять на решение по нашему делу, так что воздержитесь от опрометчивых действий — на всякий случай…

Повисло неловкое молчание; мы уставились в пустоту.

30. Армагеддон

Билл. Июнь 2223 г. 82 Эридана

Пока мы с Гарфилдом обдумывали наши планы, я получил экстренный вызов от капитана Ричардса и открыл окно видеосвязи.

— Что случилось, капитан?

— Билл, мы так успешно уничтожали снаряды с орбиты, что я решил отправить десяток «убийц» на разведку в точки Лагранжа. Выяснить, что там задумал Медейруш, понимаете?

Я кивнул. Мне уже не нравилось, к чему он клонит.

Ричардс открыл видеофайл; снимали явно с большой дистанции.

— Мы обнаружили вот это.

Частота кадров и разрешение были низкими, но мне удалось разглядеть корабль Медейруша — он был совсем рядом с металлическими слитками, которые мы заготовили для автофабрик.

— Что он делает? — спросил я.

— Мы проанализировали изображения. Похоже, что он прикрепляет снаряды к слиткам с помощью кабелей.

— А, черт.

Он создавал двигатели для астероидов — только в версии «для бедных». Слитки не отличаются особыми размерами, но они состоят из металла и поэтому почти не пострадают при входе в атмосферу. Каждый из них способен создать вмятину на поверхности планеты размером с Аризонский кратер. Одного попадания более чем достаточно, чтобы уничтожить колонию.

— Значит, нам нужно ускориться. Как там дела с принтерами?

— У нас есть полдесятка, — поморщился Ричардс. — Один из них делает подставку для Мэка, три занимаются беспилотниками и «бродягами», а два в соответствии с вашими планами печатают маленькие снаряды. — Он покачал головой. — А что за тема с двадцатикилограммовыми боеприпасами?

Я еле заметно улыбнулся.

— Их Боб использовал в качестве своего рода противопехотного оружия, но мы поняли, что «убийцы комаров» не менее эффективны, чем большие атакующие объекты, и притом более универсальны. Медейруш, скорее всего, уже делает дополнительную броню для своих снарядов, так что «убийцы» уже не будут действовать так успешно, как раньше. Так что мы решили повысить ставки.

— То есть теперь мы полностью переключаемся на снаряды?

— Пока нет, капитан. Без Мэка мы сейчас обойдемся, но беспилотники и «бродяги» нам нужны — хотя бы для того, чтобы поручить им сборку. Я проведу анализ и выясню, какое распределение даст лучшие результаты. Я буду держать вас в курсе.

Мы кивнули друг другу и одновременно отключились. Я повернулся к Гарфилду, который слушал наш разговор.

— Он собирается и дальше все крушить? — спросил Гарфилд, серый от волнения.

— Да, похоже, у всех бразильских беспилотников такая тема. Не знаю, то ли это их культурная особенность, то ли их этому научили военные, а может, ученые встроили в репликантов соответствующий приказ.

— Ну или они все сошли с ума.

— В конечном счете это неважно. — Я пожал плечами. — На угрозу нужно реагировать, и я не вижу причин отказываться от принципа «пленных не брать».

В ответ Гарфилд лишь одобрительно фыркнул.

* * *

— Он начал двигать слиток, — сказал Ричардс, сурово глядя на меня из окна видеочата.

— Как ему это удалось? — спросил я. — Еще вчера для этого у Медейруша было слишком мало снарядов.

Ричардс пожал плечами.

— На самом деле у него их до сих пор не хватает. По-моему, он начинает еще до того, как полностью подготовился. Ускорение бесконечно малое.

— Но он может добавить новые двигатели уже в полете, по мере изготовления.

Ричардс кивнул.

— К сожалению, пока мы не можем сказать, в какую колонию он целится. Возможно, он сам еще не решил. Ему придется сделать выбор только через двадцать четыре часа.

— Принтеры есть в обеих колониях, так? — Я запустил пальцы в шевелюру, но заставил себя остановиться. — Так что для него никакой разницы. Лично я ставлю на Асгард — туда он доберется быстрее.

— Нужно атаковать его прямо сейчас, — сказал Ричардс и стиснул зубы. — Я свяжусь с генералом Кироши и выясню, что он сможет поднять в воздух.

— Отлично, капитан. И сообщите мне.

* * *

— Нашего арсенала не хватит, — сказал Кироши. — У нас на два снаряда меньше, чем у Медейруша, а ведь для боя с ним самим тоже что-то понадобится. Эту битву нам не выиграть.

— И это если предположить, что мы знаем про все его устройства. Если у него есть еще парочка в трюме, значит, мы отстаем еще больше.

— Вряд ли у него припасено еще что-то, — ответил я, глядя на Ричардса. — Если бы у него были другие машины, они бы сейчас тоже тащили слиток.

— Но есть ли у нас выбор?

Я вздохнул.

— На самом деле нет, капитан. Чем дольше мы ждем, тем сложнее будет перенаправить слиток. А к тому моменту, когда он действительно доберется сюда, мы успеем сделать еще максимум два снаряда.

Мы еще немного поговорили, но всем уже стало ясно, что выбора у нас нет. Времени на установку передатчиков УППС у нас не было, поэтому снаряды придется программировать заранее. Мы отправили их из обеих колоний — так, чтобы на место они прибыли одновременно.

Я уже собирался разорвать связь, как вдруг мне в голову пришла мысль.

— Господа, а сколько «убийц» у нас осталось? И где они?

— Чуть более двухсот, — ответил Кироши. — Они висят на орбите над Такамой. Никаких боестолкновений в окрестностях колоний не было уже несколько дней, а что?

— Давайте бросим их в общий котел. Я проведу расчеты и выдам вам время пуска и векторы.

* * *

Наши снаряды прибыли в назначенное место точно в срок. Поскольку они не были оснащены УППСами, мы получали видеозаписи с задержкой в несколько минут, и поэтому все, что должно было произойти, уже произошло.

Наш план был предельно прост. Каждый наш снаряд может уничтожить один из снарядов Медейруша; мы запустим несколько штук в самого бразильца, но он вышлет на перехват свои снаряды. Если не произойдет чуда и он не совершит промах, то в итоге останется только Медейруш и два его снаряда.

Четырнадцать целей увеличились в четырнадцати окнах, а затем исчезли.

— Ну что, все как по учебнику, — сказал Ричардс.

Я улыбнулся, не разжимая губ.

— И прямо сейчас Медейруш наверняка очень собой доволен.

Появились еще два окна: «убийцы» приближались к Медейрушу. Мы знали, что у него остались еще два снаряда, но они привязаны к слитку и участвовать в обороне не могли.

Медейруш засек «убийц» и обратился в бегство — но слишком поздно. В отличие от снарядов, которые притормозили, чтобы прибыть на поле боя на скорости, которую можно контролировать, «убийцы» продолжали ускоряться на протяжении всего пути и обладали значительным импульсом. Менее половины из них попали в бразильца, но сотни небольших столкновений оказалось достаточно, чтобы вспороть бок корабля. Медейруш сбился с курса и начал дрейфовать.

— Он подбит, — сказал Ричардс. — Не знаю, сдох ли он или нет, но двигатель не работает.

— У нас снаряды остались? Или «убийцы»? — спросил Кироши и по очереди посмотрел на нас.

Я покачал головой.

— Снаряды закончились. «Убийц» полно, однако они на большой скорости удаляются от Медейруша. Тормозить им придется столько же, сколько они набирали эту скорость, а ведь потом им нужно будет ускоряться на обратном пути.

— Когда они вернутся, он, возможно, еще будет в отключке. Мы не знаем, сколько «бродяг» у него осталось после боя с Мэком.

Кироши был прав. В любом случае, попробовать стоило.

— Ладно, генерал, я немедленно отправлю приказы «убийцам». Задержка, связанная со скоростью света, увеличит общее время, так что они вернутся через двадцать два часа.

Ричардс нахмурился.

— Черт побери, быстрее будет подогнать пару беспилотников.

— Чтобы что? Они вряд ли нанесут большой урон, даже если будут лететь с максимальным ускорением.

— Они могли бы захватить самого Медейруша.

Я уставился на Ричардса. Такая мысль мне в голову не приходила. Запихнуть несколько «бродяг» в трюмы беспилотников, и тогда они смогут проникнуть в бразильский корабль и извлечь оттуда матрицу репликанта. От этого не-вполне-еще-плана у меня начался легкий приступ тошноты; воспоминания о Гомере, о пяти кубах на Земле — там, где Боб-1 проходил обучение, — закружились в моей памяти, перемежаясь с образами Мэка, попавшего под контроль Медейруша. С другой стороны, мы же имеем дело с тем, кто собирается сбросить на колонию металлический метеорит. Миндальничать тут нельзя.

* * *

Беспилотники подошли к бразильскому кораблю, который продолжал дрейфовать. Мы решили, что в данном случае стоит пожертвовать всеми «бродягами» Асгарда, и оставили лишь двоих для восстановительных работ. Это было почти похоже на высадку десанта. Если уровень потерь будет ниже ста процентов, нас это устроит.

Два беспилотника подлетели к вражескому кораблю на максимальной скорости и резко затормозили у бреши в его корпусе. Двери грузового отсека распахнулись, и восемь «бродяг», в том числе два больших, устремились в проем. Отряд направился прямо туда, где находилась матрица репликанта — план корабля мы узнали после первого столкновения Боба-1 с Медейрушем в системе Эпсилона Эридана.

«Бродяги» сразу столкнулись с сопротивлением со стороны своих бразильских аналогов. Бой был коротким и ожесточенным: теперь Медейруш боролся за выживание. Наши стандартные «бродяги» делали все, чтобы защитить больших, ведь тем придется перемещать матрицу. Вспыхнули плазменные резаки, и части машин полетели по кораблю.

Чаша весов склонилась в нашу сторону, как только мы поняли, что «гигантов» тоже можно использовать. Как только вражеский «бродяга» подбирался слишком близко, наш «гигант» пинал его ногой; если жертва не разваливалась на части после столкновения со стеной, то по крайней мере на несколько секунд выходила из строя.

Вскоре остался только один защитник или два — в зависимости от того, как считать части тела. Затем с последним «бродягой» было покончено, и…

— Какого черта?! — воскликнул я, когда все видеопотоки исчезли.

Гарфилд потыкал в консоли.

— Грузовые беспилотники тоже пропали. Они… нет, погоди, я соврал. Я все еще получаю телеметрию от номера 2. Сейчас попробую включить камеру.

Ричардс вздрогнул от удивления, когда произошедшее подействовало и на него, живущего с другой скоростью.

— Что случилось? — спросил он.

— Похоже, что Медейруш бросился на меч, лишь бы не попасть в плен, — сказал Гарфилд и открыл окно с видеотрансляцией. — Вот что показывает второй беспилотник. Кстати, он поврежден, сам лететь не может.

В окне появился бразилец — или то, что от него осталось. Корабль разорвало пополам, и обе части раскрылись, словно бутоны. От них, поблескивая в солнечных лучах и вращаясь, отлетали обломки.

— Он знал, что ему конец, — сказал я. — Может, он думал, что так лишит нас победы, или боялся, что мы будем выпытывать у него секреты. — Я покачал головой. — Никогда не пойму Медейруша. Очень надеюсь, что больше я с ним не столкнусь.

— Меня это слегка беспокоит, — заметил Гарфилд. — Я помню, что на первой встрече с Бобом-1 он был довольно пафосным, а на этот раз не сказал ни слова — даже прощального монолога не произнес. Интересно, какие такие тайны он решил унести с собой в могилу?

Великолепный вопрос. На лицах Ричардса и Кироши отразилась та же тревога, которую ощущал и я.

* * *

— Вообще его не заметил, — сказал Мэк. С кружкой кофе в руках он сидел в моей ВР, положив ноги на скамеечку. — Я помню, что говорил с тобой про осушение болот на Такаме, и вдруг снова оказался в своей стандартной ВР.

— Да, он попал точно в тебя, — ответил я и отсалютовал ему кружкой с кофе. — В свободное время можешь изучить видеоролики. Ты пропустил много всего интересного.

— И я боюсь, что интересное еще не закончилось. — Мэк нахмурился, глядя на свой кофе. — Мы должны исходить из того, что Медейруш в том или ином виде еще жив. Нужно организовать систему обороны, особенно здесь и в системе альфы Центавра.

— Точно. Колонии не возражают, если все твои принтеры будут заниматься только этим — по крайней мере, до тех пор, пока ты не накопишь хотя бы минимальный уровень боеприпасов.

— Ага. Сначала снаряды, затем корабль, потом несколько клонов и новые принтеры… Помогать колониям напрямую я смогу нескоро.

— Мэк, они постараются обойтись теми принтерами, которые у них уже есть. Возможно, стоит построить на каждой планете хотя бы небольшую автофабрику — просто из принципа.

Мэк кивнул, глядя в пустоту.

— Как только мы решаем, что у нас все схвачено, вселенная подкидывает нам новую задачу.

Я ухмыльнулся.

— Ну да, это жизнь.

31. Зачистка

Марк. Сентябрь 2215 г. Посейдон

Потеря главного флота стала для Совета ударом — но, как оказалось, не смертельным. Возможно, я недооценил Совет, а может, у него был блестящий стратег. В любом случае, Совет продолжал меня удивлять.

Первым сюрпризом стало то, что у него не десять грузовых кораблей, а больше. Мы заподозрили это в тот день, когда захватили стратегические объекты «на земле».

— Они атакуют несколько городов! — объявила Джина, резко садясь.

Кел, загоравший, лежа на одеяле, приоткрыл один глаз и спросил:

— На чем?

— Смотрите сами.

Джина выставила вперед свой планшет. На его экране было зернистое и, очевидно, увеличенное изображение корабля, похожего на «Парадиз» третьей версии.

— Любопытно. Похоже, они внимательно читали статьи в БобНете, — сказал я. — Не знаю, почему я об этом не подумал. Обычно я не считаю их стратегически важной информацией.

— А ведь Бобы улучшали «Парадиз», чтобы превратить его в боевой корабль, — заметил Кел.

— Кроме того, — добавил Дену, — если они копались в БобНете, то разве они не узнали бы про маскировку?

Я вопросительно посмотрел на Дену, а затем вышел из андроида и, увеличив свою частоту, быстро изучил свежие записи в БобНете. Увиденное слегка меня успокоило.

Вернувшись в нормальное время и в андроида, я ответил:

— Дену, там нет ничего, кроме самых общих описаний. Когда началась вся эта фигня, Билл начал пересылать чертежи Бобам напрямую, так что нам повезло.

О том, что я только что отправил описание ситуации Биллу, я умолчал. Будем надеяться, что он просканирует блоки и удалит всю опасную информацию. Мы заново изобрели военную тайну. Супер.

— Антор, Каол и Птарт отбивают ракетные залпы, — объявила Джина, продолжавшая следить за ситуацией. — Похоже, что противник решил применить тактику выжженной земли. Они даже не пытаются штурмовать города, а просто хотят их сбить.

Она посмотрела на меня. Я кивнул. Мне не хотелось напрямую вмешиваться в это дело, но в данном случае на карту были поставлены жизни сотен людей. Я приказал нескольким эскадрильям снарядов покинуть свое убежище на Пелиасе — ближайшей к нам луне.

— Им понадобится время на то, чтобы добраться до места, — сказал я Джине. — Передашь городам, что помощь скоро придет?

Кивнув, Джина принялась яростно печатать.

— Готово.

— Невероятно, — покачал головой Дену. — Они пытаются убить людей.

— Дену, это война, — ответила Джина. — Мы не хотели конфликта, но, очевидно, Совет готов на все, лишь бы не проиграть. Но, по-моему, они тоже не ожидали, что до этого дойдет, и поэтому сейчас, скорее, импровизируют, а не действуют по плану. — Она посмотрела на меня. — Осталось еще три члена Совета. Эти приказы мог отдать любой из них.

— Лично я ставлю на Бреннана, — сказал Кел, обводя нас взглядом. — Мне казалось, что другие хотя и заблуждаются, но все-таки желают людям добра. А вот он думает только о том, чтобы упрочить свою власть.

— Возможно. Сначала доведем дело до конца, а потом решим, кто больше виноват, а кто — меньше. — Я посмотрел на дисплей, на котором снаряды приближались к противнику, и приказал им уничтожить нападавших — по возможности поразив критические системы.

Через несколько секунд я получил отчеты: четыре корабля выведены из строя точными попаданиями в реактор, еще три уничтожены, оставшиеся два скрылись.

Я потратил секунду на то, чтобы оплакать людей, которых только что убил. Весьма вероятно, что они просто выполняли приказ, но этот приказ состоял в том, чтобы сбить город с несколькими сотнями мирных жителей. Существует та грань, перейдя которую уже нельзя оправдать себя фразой «я просто выполнял приказ».

Я послал по следу отступающих кораблей еще несколько замаскированных беспилотников и отозвал оставшиеся снаряды. Если в крошечных мозгах членов Совета еще оставались сомнения насчет судьбы репликанта, то данный бой четко доказывал, что я еще жив. Теперь силам Совета придется действовать более осторожно.

— Передай защитникам, пусть не сбивают оставшиеся корабли, — сказал я Джине. — Возможно, они приведут нас к своим лидерам.

Джина кивнула, и мы снова уселись на траву. Это была странная картина: лидеры революции руководят боевыми операциями, лежа на аккуратно подстриженной лужайке.

Я выяснил, что отступившие корабли приземлились на небольшой «ковер», находившийся на северном течении. Он был предназначен для автоматизированной сельскохозяйственной платформы, но видеозаписи, сделанные моими беспилотниками, свидетельствовали о том, что на данном объекте люди занимаются чем угодно, но только не сельским хозяйством. На этой небольшой, но хорошо оснащенной авиабазе, скорее всего, и размещался флот Совета.

— Плохо дело, — сказал Кел, качая головой. — Теперь придется проверить абсолютно все «ковры».

Я ухмыльнулся.

— Похоже, что Совет уже давно это планировал.

— Или, по крайней мере, планировал что-то, — ответил он. — Вряд ли они рассчитывали на появление летающих городов.

Я кивнул.

— Но люди там не очень похожи на военных. На сотрудников службы безопасности — возможно. Давайте отправим туда «бродяг» и отряд, который займется зачисткой.

Кел кивнул. Он и Джина начали стремительно печатать, а я тем временем занялся погрузкой «бродяг» в грузовые беспилотники.

* * *

Подготовка к штурму затянулась. Я с удивлением обнаружил, что после всех этих полетов и столкновений с вражескими кораблями и ракетами у меня осталась жалкая горстка снарядов и «бродяг», а поскольку принтерами я в данный момент не управлял, то и напечатать новые машины не мог. В конце концов Джина собрала отряд охранников, и мы одолели защитников объекта старым добрым способом.

Ну как бы. Жертвовать ИМИ мне по-прежнему было гораздо проще, чем людьми.

Джина сама повела войска в атаку. Снаряды не били в здания на высокой скорости — я не хотел никого убивать, — но они могли врезаться в турели с достаточной силой, чтобы заставить защитников отступить.

— Займитесь теми, кто обороняет западные стены, — прозвучал голос Джины в системе связи.

Наши охранники открыли ураганный огонь, не давая защитникам поднять головы.

— Марк, на юго-западной стене есть слабое место. Можешь заложить там взрывчатку?

— Э-э… Нет, Джина, никакой взрывчатки. Печатать ее слишком опасно. Однако…

Поразить уязвимое место было легко. Противокорабельный снаряд врезался в угол стены на скорости около ста километров в час. Пятьсот килограммов стали неплохо справились с задачей — возможно, даже слишком хорошо. Я, как обычно, проявлял чрезмерный энтузиазм во всем, что касается тарана.

— Спасибо, Капитан Авария. Всем группам: входите с осторожностью.

Я прислал туда своих «бродяг», хотя у меня остались только самые крошечные. Установленные на них камеры показали нам группу потрясенных, засыпанных пылью людей, которые утратили волю к сопротивлению.

— Джина, кажется, они готовы. Начинайте зачистку.

* * *

Джина, обычно мрачная и задумчивая, сейчас ухмылялась.

— Мы взяли Бреннана. Приказ о нападении отдал он, в этом нет сомнений. Мы еще допросим арестованных сотрудников службы безопасности, но я готова спорить, что другие члены Совета в этом не замешаны.

— Все равно — с ними тоже нужно разобраться. Будут суды, и, скорее всего, кого-то признают виновным, а затем с ними придется что-то делать. — Кел пожал плечами. — По-моему, они заслужили исправительные работы.

Джина с шумом выдохнула.

— Да, но давай пока не делить шкуру неубитого медведя. Мы не знаем, остались ли у противника другие базы. Возможно, отдельные люди еще будут сражаться, но, надеюсь, их мы нейтрализуем. А если доберемся до всех членов Совета, то с организованным сопротивлением будет покончено.

— Значит, главная задача — сделать так, чтобы оставшиеся члены Совета не скрылись, — сказал Кел и посмотрел на меня.

— Прости, друг, но в моем арсенале нет фокусов, которые позволяют найти одного человека на целой планете. — Я криво улыбнулся. — Или за пределами планеты, что тоже возможно.

— Ой… — Кел потер переносицу двумя пальцами. — А ведь все реально было на грани; еще один бой, и у нас бы закончились ресурсы. Ты принтеры себе вернул?

Я кивнул.

— И уже начал строить технику взамен выбывшей, но процесс займет несколько дней. Если новый бой действительно начнется… — я со значением посмотрел на Джину, — то нам, скорее всего, лучше выбрать тактику осады, а не лобового штурма.

Кел кивнул.

— Кроме того, у нас есть целое общество, которое нужно восстанавливать. Надеюсь, вы, парни, готовы поработать сверхурочно.

Все ухмыльнулись.

32. Находка

Билл. Сентябрь 2227 г. Эпсилон Эридана

Я посмотрел на значения — и, если честно, не поверил своим глазам. Я перевел взгляд на Гарфилда: все можно было понять по его выкатившимся глазам и отвисшей челюсти.

На основе сканов энергоблока, сделанных на корабле инопланетян, мы быстро создали экспериментальный образец. Маленький образец. И в ходе измерений выяснилось, что собранная из подручных материалов система в пять раз эффективнее наших термоядерных реакторов.

— Ну что ж, это многое объясняет, — наконец сказал Гарфилд.

— М-м… Но мы же, конечно, не собираемся вырвать все наши реакторы с корнем и заменить их вот этим.

— Нет. — Гарфилд ухмыльнулся. — Но если создать экспериментальный корабль…

В этот момент к нам заскочил Уилл.

— Привет, парни. Что там за тема про грузовые корабли Других?

Я жестом предложил Уиллу сесть и создал несколько изображений.

— Два Боба, которые вызвались наблюдать за системой Дельты Павлина, случайно нашли пару грузовых кораблей, которые были уничтожены в ходе боя. Другие их не заметили, и корабли, пролетев всю систему насквозь, уплыли бы дальше в космос, если бы их не нашли Бобы.

Уилл подался вперед и ткнул в одну из картинок.

— Кажется, вот этот я помню. Его почти порвало пополам.

Я кивнул.

— Его сейчас разбирают на запчасти. А те Бобы сейчас латают дыру во втором, и им пришла в голову идея — гениальная идея, если честно, — не разбираться с двигателем Других, а приделать к кораблю пластину с движком для астероидов. Тогда они смогут полететь на нем к Земле.

— На этой штуке можно легко разместить четырнадцать миллионов человек, — негромко заметил Уилл.

— На этой штуке можно потерять четырнадцать миллионов человек, — рассмеялся я и сделал вид, будто роюсь в карманах. — Черт, куда же я положил этих колонистов…

— Матерь божья! — ухмыльнулся Уилл. — Полторы тысячи кораблей или полторы тысячи рейсов. Или один огромный транспорт!

33. Проект

Хершел. Октябрь 2227 г. Дельта Павлина

Будь осторожен в своих желаниях. Угу. Когда мы решили сделать перерыв, я навестил Нила. Он сел на стул боком и обмяк, неплохо изображая лишенный костей труп. Я вспомнил, что Изначальный Боб сидел именно так, когда был подростком. У Нила сохранилось несколько привычек, которые заставляли меня вспомнить про детство Боба.

— Твою мать! — застонал он. — Может, снова станем ряской в пруду? Тогда жизнь была гораздо проще!

Я рассмеялся и знаком приказал Дживсу принести пива. У Нила была матрица особенно хорошего эля, и когда я бывал у него в гостях, то непременно старался выпить кружечку. Усевшись, я сделал глоток и открыл план проекта.

— Дружище, мы немного опережаем график, так что можешь пару миллисекунд отдохнуть.

— Ха-ха-ха. Очень смешно. — Нил выпрямился. — По крайней мере, мы наконец-то разрезали «Халк-2». Погрузить его в первый корабль — рутинная задача, ее можно поручить ИМИ. Но вот сделать пластины с двигателями…

— Да, я знаю. На самом деле мы не предполагали, что здесь придется разворачивать принтеры. Это боль… — мы ухмыльнулись и продолжили в унисон, — но это хорошая боль!

— В общем, — добавил я, — совет Бобов начнется через полчаса. Советую подготовиться.

Нил нахмурился и открыл свои файлы. Он пробормотал что-то насчет рабства, но все-таки взялся за работу.

* * *

В зале было многолюдно, но в последнее время это уже никого не удивляло. После потери Дельты Павлина 4 мы приуныли, но за несколько месяцев сумели воспрянуть духом и теперь мечтали отомстить врагу.

Мы с Нилом выбрали место рядом со сценой. Обычно мы вставали где-нибудь подальше — как и подобает ряске в пруду, но теперь все изменилось: мы стали Лидерами Проекта. Конечно, в этом проекте мы также были рядовыми участниками, мальчиками на побегушках и уборщиками, но какая разница? От нас ждали отчета о проекте «Брошенные корабли».

Билл вышел на сцену и по традиции нажал на клаксон. Толпа, как обычно, неодобрительно загудела и завопила. Я хранил молчание, и Нил тоже был более сдержанным, чем обычно. Сложно играть роль подстрекателя, когда стоишь в первых рядах.

Билл обвел взглядом собравшихся и подождал, когда разговоры смолкнут. Когда настала тишина, он заговорил.

— Начну я с настоящей сенсации. Двадцать дней назад начались нападения на наши беспилотники-наблюдатели в системе Глизе 877. В соответствии с инструкциями они немедленно самоуничтожились. В последних двух случаях враги не напали на беспилотники, но гнались за ними.

Услышав новость, Бобы ахнули. Мы с Нилом переглянулись, выпучив глаза от шока.

— Они знают, — беззвучно сказал он.

Билл сделал паузу, дожидаясь тишины.

— Мы полагаем, что Другие, участвовавшие в экспедиции в систему Дельты Павлина, отправили отчет на родную планету, и там пришли к правильному выводу о том, что за ними наблюдают. Судя по тому, что Другие пытались поймать наши беспилотники, они, вероятно, считают, что мы превосходим их в области технологий.

В воздухе появилась голограмма системы Глизе 877, отображающая расположение беспилотников-наблюдателей. Билл взмахнул рукой, и беспилотники один за другим исчезли: на их месте появились небольшие значки взрывов.

— Мы восстанавливаем конфигурацию, но теперь в зоне покрытия появятся пробелы. Мы отправим больше беспилотников к ближнему краю Глизе 877: они известят нас о том, что в нашу сторону движется флот Других. Кроме того, мы добавили элемент случайности при их размещении, чтобы Другим было сложнее их найти. За последнюю неделю новых нападений не было, так что, возможно, новый метод работает. Марио постарается побыстрее заменить выбывшие беспилотники, но в течение нескольких лет машин определенно будет не хватать.

Нил осторожно подобрался ко мне.

— Дело нечисто.

— Что?

— Что-то в этом сценарии мне не нравится. Почему они остановились?

— Потому что поняли, что не могут догнать беспилотники? Потому что мы стали выбирать точки случайным образом?

— Не-а. Этого недостаточно. — Нил открыл рот, чтобы что-то добавить, но именно в этот миг Билл решил представить нас всем остальным.

— Вы все слышали о проекте «Брошенные корабли». Хершел и Нил сегодня здесь, и они представят вам свой первый официальный отчет.

Билл показал на нас.

Пока мы поднимались на сцену, я чувствовал, что стремительно заливаюсь румянцем. Передо мной раскинулось море Бобов, и я лишился дара речи.

Нил, знавший о том, что я боюсь выступать, взял слово.

— В ходе разведывательного полета мы нашли два грузовых судна Других — они выплывали из системы Дельты Павлина. Один из них был практически всмятку, а вот другой — почти не пострадал; урон получили только ИИ и двигатели. Мы сумели активировать энергоблок; в отдельном отчете мы расскажем о том, что нам удалось выяснить про технологии Других.

Нил повернулся ко мне и жестом призвал меня начать. Он дал мне ровно столько времени, чтобы я успел собраться, и я ловко продолжил выступление.

— Мы разобрали на части разбитый корабль, а полученные материалы использовали для ремонта «Беллерофонта».

По достоинству оценив название, Бобы встретили мои слова одобрительным свистом и воплями. Когда шум стих, я продолжил:

— Мы не стали чинить двигатель, а начали делать движки с пластинами. Билл считает, что двадцати четырех будет достаточно, чтобы перегнать эту штуку к Земле. Оставшиеся от другого корабля мы погрузили в трюм и в ходе полета будем делать из них стазис-капсулы.

Я поискал взглядом Райкера, не нашел и поэтому посмотрел на Билла.

— Если земляне тоже займутся производством капсул, то этот корабль сможет одним махом перевезти кучу людей.

Я бросил взгляд на толпу: на меня смотрели четыре или пять версий моего собственного лица. Зрители в основном улыбались, кивали или задумчиво хмурились. Значит, все не так уж плохо. Тактичностью Бобы не отличались, и если бы наша презентация им не понравилась, мы бы сразу это поняли.

— Вопросы? — спросил Билл.

Начался сумасшедший дом. Ну ладно, значит, все действительно не плохо.

Нил наклонился ко мне.

— Приятно почувствовать себя важной персоной, да?

— Спасибо, но мне уже так не кажется.

Билл показал на кого-то, и хаос стих.

Вперед вышел Тор.

— Насколько вы уверены в энергоблоке инопланетян?

Я открыл рот, чтобы ответить, но Нил меня опередил.

— Он прекрасно работает. Он такой же надежный, как и наши, но значительно более мощный.

— Ты — прирожденный лжец, — прошептал я, сурово глядя на него.

— Заткнись.

— Сколько капсул вы сможете сделать? — продолжил Тор.

— Материалов хватит на то, чтобы обеспечить капсулами всех, — ответил Нил. — Но мы просто не успеваем. За 3,6 года субъективного времени полета мы создадим чуть более пяти миллионов капсул.

Билл повернулся к кому-то и спросил:

— Уилл, сколько вы сможете собрать?

Вперед вышел Райкер.

— Не более двух миллионов, — ответил он. — Да, мы работаем в нерелятивистском времени, но, с другой стороны, у нас нет гор очищенного металла, а его поиски становятся все более сложным делом. Кстати, из-за этого строительство кораблей-колоний уже замедляется.

Разговор свернул на сравнение критических путей, стратегий повышения производительности, зон результатов и на другие, еще менее интересные темы. Я поймал взгляд Нила. Он кивнул, и мы как можно более непринужденно вышли из разговора и направились в бар. Нашего исчезновения никто не заметил.

Держа бокал пива в руках, я прислонился к ограждению и ухмыльнулся Нилу.

— Мы — важные персоны.

— Когда они заметят, что нас нет, я соглашусь. А пока что… — Он поднял свой бокал, чтобы чокнуться со мной.

Обожаю совещания Бобов.

34. Похищение

Боб. Сентябрь 2224 г. Дельта Эридана (Эдем)

Я грелся на солнышке и смотрел, как Бастер неторопливо обрабатывает кусок кремня, как вдруг к нам подбежал дельтанец и согнулся в три погибели, задыхаясь.

— Архимеда похитили, — сказал он. — Кажется, парни из Карлеона. Больше некому.

Я вскочил.

— Ты Дональду сказал? — спросил я, едва удерживаясь, чтобы не заорать. — Или еще кому-нибудь?

Гонец кивнул, все еще пытаясь перевести дух.

— Да. Дональд собирает охотников.

Бастер потянулся за луком и стрелами, не глядя ни на меня, ни на посланца. Его мех не топорщился, и о том, что внутри Бастера бушует ярость, свидетельствовали только его скрученные в трубочку уши. Сегодня кто-то умрет.

Мы поспешили к дереву охотников, где уже собирался отряд. Дональд помахал мне рукой.

— Ну что, Роберт, похоже, вы с Архимедом оказались правы. Захватить его они могли только по одной причине.

Я покачал головой.

— На самом деле причин две. Если в этом деле замешан Фред, то он, возможно, пытается меня спровоцировать. Во время прошлой встречи я почти наверняка задел его нежные чувства. — Я бросил взгляд на стоящего рядом Бастера. — Если тут замешан Фред, то этот день станет для него последним.

Бастер уставился вперед, по-прежнему ни на кого не глядя.

Я уже поручил беспилотникам-шпионам искать большие, движущиеся с большой скоростью отряды дельтанцев и теперь начал получать отчеты. Я взглянул на дисплей: на нем были две группы, но только одна из них уверенно двигалась в сторону Карлеона. Ставлю на то, что нам нужна именно она.

Я приказал беспилотникам постараться сделать крупные изображения и выдал им фотографии Архимеда, чтобы машины могли его идентифицировать.

— Скорее всего, они на Восточной тропе или скоро там будут, — сказал я Дональду. — Чтобы догнать их, мы можем срезать через Темную Рощу.

Я надеялся, что Дональд не станет задавать вопросов. Данные у меня были точные, но, чтобы все объяснить, мне пришлось бы раскрыть себя.

К счастью, Дональд поверил мне на слово. Он раздал приказы, и через несколько секунд мы уже бежали в сторону Темной Рощи, названной так потому, что в ней росли особенно высокие и старые деревья. Из-за того что деревья в ней стояли так близко друг к другу, в роще практически не было подлеска, который мог бы нас замедлить. За несколько минут мы уже пересекли ее.

Я поднял руку, останавливая отряд, и сделал вид, что прислушиваюсь, а затем указал на тропу. Мы побежали по ней и за минуту догнали группу карлеонцев. Я знал, что пленник доставляет им уйму хлопот, хватаясь за все стволы и ветки, до которых мог дотянуться. Насколько я мог понять, эту проблему они решили, избив Архимеда так, что он потерял сознание.

Из моей глотки вырвалось басовитое рычание, и я поднял копье. Карлеонцы остановились и выстроились полукругом, ощетинившись копьями.

Фред вышел вперед. Его лицо, как обычно, скривилось в мерзкой и самодовольной ухмылке.

— Привет, Роберт. Привет, шавки Роберта. Советую вам смириться с неизбежностью. Ваш друг будет…

Фред удивленно посмотрел на стрелу, торчащую из его груди, опустился на колени, а затем завалился на бок.

Я посмотрел на Бастера.

— Чур он мой, — сказал Бастер, пожимая плечами.

Я знал, почему Бастер так сделал, и разделял его чувства, но, к сожалению, мне было ясно еще и то, что в отместку банда карлеонцев может причинить вред Архимеду. Я этого не допущу, даже если в результате все поймут, что Боубэ по-прежнему следит за ними. Я вызвал эскадрилью снарядов и расположил их неподалеку за деревьями.

Но сначала мы постараемся разобраться с карлеонцами старым добрым способом.

Карлеонцы еще не отошли от шока, вызванного быстрой смертью Фреда, но один из них уже начал поворачиваться к пленнику. Заревев от ярости, я устремился на копейщиков. Мои друзья, издав боевой клич, последовали за мной.

Я с легкостью доберусь до врагов первым, но что делать дальше? Две-три раны моего андроида, конечно, не замедлят, но если я буду бегать по лесу с торчащими из меня копьями, то потом мне будет сложно это объяснить. С другой стороны, я не хотел, чтобы кто-то из моих друзей погиб в бою. У меня оставалось менее десяти метров на то, чтобы составить план.

Вместо того чтобы притормозить, я ускорился, а когда до кремниевых наконечников осталось совсем чуть-чуть, нырнул вниз и вбок. То ли скользя, то ли катясь, я пролетел мимо вражеских копий раньше, чем дельтанцы успели отреагировать. Мой андроид смял трех первых защитников, стоявших впереди, и сбил с ног еще двоих.

В строю карлеонцев внезапно образовалась брешь, и сдержать наш натиск они не смогли. Обороняющиеся попытались развернуться и заткнуть дыру в своих порядках, но при этом подставились для удара с фланга. Я слышал рычание и звук сталкивающихся тел, а также жуткие вопли дельтанцев, которых протыкали копьями.

Но обо всем этом думать было некогда. Кажется, паре карлеонцев пришла в голову та же мысль, что и мне: как я и боялся, они достали ножи и повернулись к лежавшему на земле Архимеду.

Я схватил чье-то копье и ткнул им в первого врага, но в последний момент изменил направление удара так, чтобы он стал не смертельным. Наконечник прошел через мышцы и воткнулся во второго дельтанца. Оба завыли от боли и удивления. Я отпустил копье, схватил выроненный одним из них нож и вонзил его в бедро третьего карлеонца.

Внезапно лишившись трех союзников, остальные со страхом попятились прочь от Архимеда. Я постарался как можно сильнее оскалиться и изобразил из себя Халка, рыча и скрежеща зубами.

Похоже, это помогло. Один из карлеонцев оступился и плюхнулся на зад, а остальные двое бросились наутек.

Я встал над неподвижным Архимедом, высматривая врагов поблизости. Если бы сейчас мне удалось кого-нибудь поймать, то я, скорее всего, сделал что-нибудь невозможное для дельтанца и тем самым разоблачил бы себя.

Но в этом не было необходимости: бой закончился. Трое наших остались лежать, и восемь карлеонцев тоже не встали — трое из них, и в том числе Фред, очевидно, уже погибли.

Переглянувшись, мы с Бастером повернулись к Архимеду. Я опустился на колени и осмотрел его. Он еще дышал, но меня встревожило еле слышное бульканье в его легких. Похоже, что карлеонцы избили его сильнее, чем того требовала ситуация. С другой стороны, дельтанцы обладали невероятной способностью к восстановлению — я надеялся, что ее будет достаточно, иначе Архимед лишится глаза. Зубы, по крайней мере, вырастут заново.

Бастер и я медленно и осторожно подняли Архимеда и двинулись обратно в деревню.

* * *

Неделю спустя Архимед уже выглядел значительно лучше, чем раньше. Он не окривел, хотя до сих пор жаловался на то, что перед глазами у него все плывет.

Сейчас он сидел рядом вместе со своей внучкой Лизой; она заливалась смехом, глядя на то, как ее дедушка ест детскую еду. По словам Белинды, на обычную пищу он перейдет только через несколько недель.

Дональд, сидевший у костра с большим куском вяленого мяса в руках, протянул мне нож.

— Он не совсем соответствует стандартам Архимеда, — сказал я, внимательно разглядывая кремниевое лезвие.

— Это не нож, а полная фигня, — сказал Дональд. — Когда целительница разобралась с выжившими, мы их допросили, и выяснилось, что вы, парни, были правы. Кстати, она сказала, что ты — идиот, раз хочешь тратить ресурсы на лечение врагов.

Я отмахнулся.

— У всех нас кровь одного цвета. И Энни гораздо более разумная, чем Круэлла — та бы просто отказалась меня слушать.

Дональд кивнул.

— В общем, этот нож — один из лучших в Карлеоне. То есть у них и ножи хреновые, и хреновые копья. А из лука они стреляют не лучше, чем когда-то это делали наши предки. К ним даже гориллоиды снова начали подбираться.

— И они во всем винят нас.

— Я не говорил, что это логично, — ухмыльнулся Дональд. — Похоже, мы сами виноваты, что у нас больше навыков, лучше инструменты, а охотники — более опытные.

— Кроме того, у нас больше взрослых, — улыбнулся я, но затем помрачнел. — Если проблема только в этом, то ее можно решить. Пусть пришлют своих лучших представителей, и Архимед их обучит.

— Я уверен, что они об этом думали, — вставил Бастер, усаживаясь рядом с нами. — Но после недавних стычек они, наверное, решат, что мы просто посмеемся над ними.

— А выглядеть слабыми они не хотят, — сказал я и пригладил мех над бровью. Этот жест был дельтанским эквивалентом потирания переносицы. — Невероятно. И как же нам завести с ними разговор на эту тему?

— Нужно просто сказать, что мы обучим пару из них, — предложил Архимед, оторвавшись от игры с Лизой.

— Раньше учение не очень помогло, — заметил я.

— Раньше они не голодали, — возразил Архимед. — Теперь они точно будут более внимательными.

Мы переглянулись. Попробовать стоит.

35. Города-победители

Марк. Октябрь 2215 г. Посейдон

Через месяц после начала восстания ситуация наконец-то пришла в норму, но, несмотря на все мои увертки, отговорки и прочие попытки уклониться от ответственности, я все равно каким-то образом оказался на посту временного председателя. Конечно, существовала определенная логика в том, чтобы передать власть тому, кто доступен двадцать четыре часа в сутки, кто никогда и ничего не забывает и кого нельзя подкупить или шантажировать.

И все-таки я собирался как можно быстрее организовать выборы.

* * *

Беспилотник залетел в стыковочный отсек Нового Тарка и подплыл к месту на парковке. Двери отсека открылись, и я вышел наружу и огляделся; люди продолжали переезжать в город, поэтому почти все места здесь уже были заняты.

Я подошел к лифтам в конце отсека и зашел в кабину с пятью незнакомыми людьми. Любопытно, что двести лет спустя и в двадцати световых годах от Земли мы до сих пор вели себя в лифте так же, как и во времена Изначального Боба. Все повернулись лицом к дверям, игнорируя друг друга.

Пока лифт поднимался на первый этаж, я незаметно взглянул на других пассажиров. Никто на меня внимания не обращал — я был просто еще одним анонимным, случайно встреченным человеком. Меня невероятно удивило то, какое удовольствие доставило мне это ощущение.

Выйдя из лифта, я обнаружил, что слева от меня — транспортная станция, а справа — парк. Я позволил другим пассажирам обогнать меня и первыми сесть в такси и осмотрелся. Я впервые оказался в новой, третьей версии летающего города. Она могла похвастаться уже двумя квадратными километрами полезной площади, поровну поделенной между жилыми зданиями, коммерческими компаниями и парками.

Город находился под куполом из фибрекса, и поэтому в нем всегда было тепло и сухо. Местные жители сидели на скамейках или на траве, работали на планшетах или удаленно управляли какими-то машинами. Шлемы и перчатки для ВР уже получили широкое распространение.

Зачем Совет пытался этому помешать? Похоже, каким-то людям просто нравится демонстрировать свою власть, указывая другим, что можно, а что — нельзя.

Покачав головой, я направился к транспортной станции. Войдя в первую свободную капсулу, я назвал адрес Кела и сел. Набирая скорость, капсула поехала по подземному пути.

Меньше чем через две минуты я вышел из капсулы и, следуя полученным от нее инструкциям, добрался до дома, где жил Кел.

* * *

Мы — Кел, Дену, Джина, Винни и я — сидели, пили пиво и говорили о войне. Новое правительство Посейдона? Уж какое есть.

Джина открыла список фамилий.

— Вот члены Совета, которых мы поймали. Пять из семи. Остальные, как ты и предполагал, скрылись на подлодках.

— Значит, они прячутся на одном из сотни «ковров», — улыбнулся я. — Или их сожрал левиафан.

Джина пожала плечами.

— Ну да, этого мы не знаем. Но они же не короли, армий из преданных сторонников у них нет.

— Точно. Будем начеку, организуем патрули, но это не самая важная задача. А что ты собираешься делать с теми, кто попался?

— Четверо из них пойдут под суд за гибель ста пятидесяти жителей Тарка. Большинство считают, что остаток жизни они должны провести на рыбозаводе или в другом, но столь же вонючем заведении.

— А Бреннан?

Джина вздохнула.

— Марк, если честно, то на него у нас ничего нет. Мы думали о том, чтобы отправить его на пожизненное заключение, или депортировать в другую колонию, или даже на Землю, но все эти варианты требуют невероятных усилий и расходов, и от них мало проку. Так что мы планируем просто засунуть его туда же, куда и остальных четырех.

Собравшиеся за столом закивали. Работу на рыбозаводе было легко автоматизировать, но Совет использовал ее в качестве наказания для инакомыслящих и преступников. Ирония была настолько очевидной, что пояснений не требовалось. Бреннан заслуживал более суровой участи, но я был согласен с тем, что усилия того не стоили.

— А тем временем… — Я посмотрел на один из экранов на моем дисплее; на орбитальных автофабриках полным ходом шла работа. — Еще десяток городов, и мы сможем поднять в атмосферу все население Посейдона.

— И тогда мы проголосуем за твою отставку, — ухмыльнулась Джина.

— Скорее бы.

36. Объявление

Райкер. Октябрь 2227 г. Солнечная система

Сумасшедший дом.

Нет, даже это слишком мягко сказано. Происходящее напомнило мне первые заседания ООН. Все пытались говорить одновременно; половина депутатов била по кнопкам, прося слова, вторая половина их игнорировала. Женщина-председатель сидела за столом, обхватив голову руками.

Я ухмыльнулся, глядя в камеру. С формальной точки зрения, мое выступление еще не закончилось, поэтому мой микрофон работал.

— Ну что-о-о… Хотите узнать больше?

Шум смолк, словно его кто-то выключил.

— Как я и сказал, на борту этого судна поместится все оставшееся население Земли. Все до единого человека. Нам, очевидно, все равно придется создавать стазис-капсулы, но в этом нам помогут Хершел и Нил — Бобы, которые командуют «Беллерофонтом»: они будут делать капсулы, пока летят сюда. Хорошая новость: недостатка в ресурсах у них нет. Плохая новость: при замедлении релятивистского времени на работу у них будет только три с половиной года.

Представительница Мисра попросила слова.

— А они не могли бы немного сбросить скорость и потратить на работу больше субъективного времени?

Я с улыбкой кивнул. Госпожа Мисра прекрасно разбиралась в этой механике, и поэтому говорить с ней было гораздо легче, чем с большинством этих олухов. Я поморщился, поразившись тому, каким презрением наполнена эта мысль.

— Да, могли бы, однако при этом для нас полет будет длиться дольше. А ведь нам еще нужно думать о Других. Их планы — неизвестная величина, и мы должны исходить из того, что времени на неторопливые полеты у нас нет. Я бы предпочел, чтобы они добрались сюда побыстрее, ведь тогда мы сможем воспользоваться всем тем металлоломом, который сейчас лежит в их трюме.

Я раздал делегатам ООН список задач и ключевых этапов. Большинство проигнорировали список, однако несколько человек принялись его читать.

— Как только «Беллерофонт» доставит сюда гору утиля, мы поручим каждому принтеру и ИМИ создание новых капсул. А нам тем временем нужно привести наши шаттлы в рабочее состояние. По моим подсчетам, сейчас мы можем перевозить по триста тысяч человек зараз, но мне бы хотелось увеличить это число до миллиона.

Я закончил выступление и кивнул председателю. Загорелись лампочки: каждый представитель ООН требовал предоставить ему слово.

Веселье начинается.

Слово взял Хьюберт, представитель Североафриканского анклава.

— Мистер Йоханссон, меня беспокоит тот факт, что к моменту прибытия корабля… э-э… «Беллерофонта»… у нас не будет достаточного количества стазис-капсул. Однако я заметил, что вы по-прежнему выделяете ресурсы на создание таких объектов, как корабли-колонии и шаттлы. Вы не хотите создать побольше принтеров, чтобы повысить производственные мощности? Я не пытаюсь поучать вас, но, может, стоит подумать о более эффективном расписании работы?

Хьюберт сел и выключил свой микрофон.

Я кивнул ему. Я мог бы обидеться, но я предпочитаю, чтобы вопрос был задан — ведь тогда у меня появляется шанс на него ответить.

— Представитель Хьюберт, это хороший вопрос, и им стоит задаться. И мой ответ таков: значительную часть времени я трачу на обдумывание вариантов. Проблема вот в чем: какой бы курс вы ни выбрали, всегда возникает «бутылочное горлышко» — нехватка принтеров, чтобы создать все необходимое, недостаточное количество материалов, отсутствие беспилотников и «бродяг», которые соберут готовый продукт из деталей. Измените расписание, и тем самым вы просто измените природу «горлышка». Например, принтеры — это самый сложный объект для изготовления, если не считать биологических существ. На их изготовление уходит целая вечность, и у них высокий уровень дефектности, поскольку требуется огромная точность. Дело не в том, чтобы просто наклепать побольше принтеров и воспользоваться преимуществом экспоненциального роста. Переключаясь на выполнение данной задачи, вы жертвуете значительными производственными мощностями. — Я сделал паузу и бросил взгляд на экран. — Сосредоточьте свое внимание на шаттлах, и тогда, возможно, в день прибытия корабля у нас не хватит стазис-капсул. Займитесь капсулами, и тогда, возможно, мы не сможем достаточно быстро доставить людей на корабль. Я уже принял решение остановить производство кораблей-колоний. У нас достаточно возвращающихся кораблей, чтобы процесс перевозки не останавливался, а нам нужно сырье для шаттлов и капсул.

Я снова сделал паузу, выключил микрофон и сел. Мгновенно зажглось десять лампочек. Вздохнув, я понял, что еще нескоро отсюда уйду.

37. Судебный процесс

Говард. Сентябрь 2220 г. 40 Эридана

— Сколько, по-вашему, это еще продлится? — шепнул я мисс Беннинг и бросил взгляд в ту часть зала суда, где сидели дети Бриджет и их адвокат Гас Кистлер.

— Не больше часа, — ответила Беннинг. — Ситуация, в общем, простая и понятная: завещание Бриджет Бродер у нас есть, и его подлинность не оспаривается. Они пытаются добиться решения в свою пользу, доказывая «злоупотребление влиянием», но поскольку такой довод обычно применяется в делах о наследстве, то здесь он, скорее всего, не прокатит. И наконец, они пытаются добиться симпатии к себе, используя трюк «мы хотим упокоить нашу матушку».

Она порылась в бумагах.

— Но на самом деле это просто попытка отсрочить решение. Они надеялись, что за это время что-то случится или у нас закончатся деньги…

Я фыркнул. Черта с два.

— …Или что мы устанем сражаться, или совершим ошибку… — мисс Беннинг повернулась ко мне. — Они выложили на стол все свои козыри. Хорошо, что миссис Бродер была богата.

Мисс Беннинг откинулась на спинку стула и вздохнула.

— В любом случае, мистер Йоханссон, они уже истратили все свои боеприпасы, а мы — свои. Сегодня судья вынесет решение. Если не произойдет чуда, мы одержим победу.

Я посмотрел на Рози, Лиэнн и Говарда. Говард выглядел так, словно его сейчас стошнит. Мне с самого начала казалось, что его втянули в это дело сестры.

И кстати, о сестрах — они выглядели совсем не так уж нервно, как можно было бы предположить, исходя из слов мисс Беннинг. Возможно, адвокат водит их за нос. Но почему? Его гонорар от этого не увеличится. И к тому же он совсем не выглядел уверенным.

Рози повернулась и посмотрела на меня. Мое сердце замерло. От нее исходило злобное торжество. Кажется, я впервые видел подобное выражение лица — но, поверьте, оно из тех, которые вы определите со стопроцентной уверенностью. Что происходит? Вряд ли надеется выиграть дело. А если нет…

Внутри у меня что-то сжалось. Запаниковав, я вспомнил слова доктора Онаги и сразу же отправил сообщение Уиллу, Биллу и Бобу. Наверняка хотя бы один из них не занят, и, кроме того, они входят в то небольшое число Бобов, которые точно не летят с релятивистской скоростью.

«Я разберусь», — ответил Билл. Я облегченно выдохнул, но мой желудок так и не расслабился.

Пришел судья; мы все, как положено, встали, а затем сели. В зале собралось на удивление много зрителей, и они сильно шумели. Похоже, наше дело вызвало большой интерес. Судья Кац несколько раз ударил своим молотком, требуя тишины, а затем довольно долго излагал факты и заявления, относящиеся к делу. Я был сильно вовлечен в процесс, но все равно вдруг обнаружил, что мои мысли бродят где-то далеко. Нужно уважать таких людей, как мисс Беннинг, которые могли регулярно сидеть на таких заседаниях и не биться головой об стол.

Наконец судья перешел к сути дела.

— В конце концов я должен поддержать право усопшей самой решать свою судьбу.

Зрители заахали, забормотали. Я думал, что Рози вскочит и начнет выкрикивать оскорбления, но нет. Она просто… хм. Она просто достала телефон и отправила какое-то сообщение.

В тот миг я понял, что доктор Онаги был прав.

* * *

Мы вышли из зала суда. Мисс Беннинг пожимала мне руку, а ее помощник звонил кому-то по телефону, когда ко мне решительным шагом подошла Рози.

— Ты думаешь, что победил, но украсть нашу мать тебе не удастся.

— Господи, Рози, ты все еще не слезла с этой темы? Нет никакой кражи и не было никогда. Даже если ненадолго забыть о том, что это решение приняла именно твоя мать, она по-прежнему у вас. У вас все еще есть тело, которое нужно похоронить, и у вас остались воспоминания о ней. Вы ничего не потеряли!

— Ты все равно ее не получишь. Я об этом позаботилась.

— Ты про свои планы вывести из строя стазис-капсулу? — Я изобразил удивление, а Рози побледнела. — Прости, Рози, но если ты можешь нарушать предписание суда, то и я тоже могу. Пока мы были на заседании, Билл отправил в больницу беспилотник со сканером и все провернул. Но Билл, в отличие от тебя, смирился бы с решением суда, если бы мы проиграли.

Рози сделала шаг назад и оскалилась. Я покачал головой.

— Билл сообщил, что некое устройство, встроенное в капсулу, повредило и отключило ее приблизительно в то же самое время, когда ты отправила сообщение. Разумеется, все это станет предметом расследования. Я практически уверен, что порча больничного оборудования является преступлением. Лично я готов предать себя в руки правосудия за свой поступок. Но у меня такое чувство, что тебя ждет более суровое наказание.

Я холодно посмотрел на Рози.

— Я знал твою мать и отца. Я любил и уважал их обоих. Не понимаю, как у них выросла такая дочь, как ты.

Рози открыла рот, чтобы ответить, но я развернулся и ушел.

38. Путешествие

Хершел. Сентябрь 2236 г. Межзвездное пространство

— Хершел, я серьезно. Он не включается. — Когда Нила что-то особенно раздражало, в его голосе появлялись скулящие нотки. От подобных звуков меня всего перекашивало, и только в такие минуты я хотел убраться от него подальше.

— А ты не забыл поджимджемить фраммистан?

— Ха-ха, как смешно. Выйди на секунду из роли комика и помоги мне. А если начнешь аплодировать, клянусь богом, я всажу тебе снаряд в бок.

Усмехнувшись, я включил один из своих беспилотников, который находился внутри корабля. Мы сложили запасные машины в отсеке 446, который находился максимально близко к центру «Беллерофонта». Беспилотник вылетел из раскрытых дверей отсека в коридор, протянувшийся вдоль главной оси корабля. Пять километров по прямой я преодолел менее чем за минуту, затем повернул направо и оказался в отделении генераторов. «Отделение» — не совсем то слово, которым можно описать открытую зону со сторонами в двести пятьдесят метров, но мы уже привыкли думать о том, что корабль — нормальных размеров, а мы в нем — просто мошки.

Три беспилотника и десяток «бродяг» Нила окружили зону управления энергоблоком. Когда Нил был раздражен, он почему-то заставлял «бродяг» топать ногами. Я никогда не спрашивал, нарочно ли он это делает. Не уверен, что я хочу это знать.

— Я испробовал все! — воскликнул он, как только увидел мой беспилотник. — Он мертв. Неактивен.

— «Он отлично работает, — сказал он. — Он так же надежен, как и наши», — сказал он.

— Ладно, Хершел. Смейся надо мной, не сдерживай себя. А когда закончишь, тогда, быть может, наконец-то займемся ремонтом этой хрени!

Я подумал о том, чтобы выжать еще немного из этой ситуации, но зачем жадничать? Рано или поздно мне выпадет новый шанс — это было так же верно, как и то, что во вселенной существует энтропия.

— Нил, я отсюда вижу, что аноды насыщены. Можешь сделать разрядку, она займет около часа, а можешь за двадцать минут сделать полный перезапуск.

— О боже, только не это.

— Я тебе помогу. Мы же не можем допустить, чтобы такая ситуация повторялась.

Я вызвал еще беспилотники и «бродяг», и мы начали долгий и сложный процесс перезапуска. Разрядка длилась дольше, но не требовала больших усилий, поэтому Нил по умолчанию выбирал ее.

Как только мы подготовили «бродяг» и беспилотников, я повернулся к Нилу.

— Может, поручишь руководство ИМИ? Это же тривиальная задача, чувак!

— Знаю. Я и собирался…

— То есть ты все делаешь заковыристым способом, потому что ленишься обдумать легкий? Нил, какой же ты болван.

Нил ухмыльнулся; мои слова его совсем не обидели.

— Я попросил бы! Не болван, а ленивый болван. Ну ладно, Херш, твоя взяла. Я этим займусь.

Я улыбнулся и, потянувшись, откинулся на спинку кресла. Еще один рабочий день в офисе, черт побери.

* * *

Если бы грузовые суда Других оказались просто большими пустыми амбарами, то в каком-то смысле это было бы удобнее для нас, но, с другой стороны, тогда нам пришлось бы строить некие структуры, которые служили бы «якорями» для наших проектов. Вероятно, Другие тоже руководствовались подобной логикой, и поэтому их корабли представляли собой большие цилиндры, организованные радиально — от носа корабля до его хвоста тянулся центральный коридор диаметром сто метров. Вход и выход осуществлялся через огромные двери в обоих концах корабля. Грузовые отсеки были сгруппированы кольцами вокруг центрального коридора; по умолчанию каждое кольцо состояло из восьми отсеков, и у каждого была тяжелая двойная дверь. Корабельный компьютер и система двигателей располагались в среднем кольце, а энергоблок — в задней части судна.

Мы с Нилом потратили много часов, гуляя по «Беллерофонту» и пытаясь выяснить, какой логикой руководствовались его создатели. Нил, в частности, не понимал, зачем им вообще отсеки.

— Слушай, Херш, у нас есть видео, которое Марио сделал в системе Беты Гидры. Слитки, которые создавали Другие, не особенно большие — размером с автомобиль. Почему просто не сложить их в большой центральной зоне?

— Нил, ты только что ответил на свой вопрос. Ты правда хочешь, чтобы слитки размером с «Шевроле» бились о стенки корабля?

— Да ладно, чувак! Они же их привязывают…

— К чему? Для этого нужны хотя бы какие-нибудь опоры. И одной точки соединения не достаточно, потому что такая система — это потенциальная катастрофа. Кроме того, кто сказал, что эти корабли занимались только сбором металлов?

— Хм, логично. У них действительно есть гнезда питания в каждом отсеке. Это имело бы смысл, если бы отсеки использовались для других целей — например, для производства.

— Да, э-э… — я помедлил, и Нил с любопытством посмотрел на меня. — У меня возникла одна теория…

Нил покрутил рукой, призывая меня продолжать.

— Смотри, Нил: мы занимаемся производством в космосе, потому что нам плевать и потому что это удобно. Но если учесть то, что мы знаем о Других, и то, как они теснятся на своих «астероидах смерти»… а что, если они живут под землей? Возможно, у них сильная агорафобия. Может, они организовали производство внутри таких штук, потому что сошли бы с ума от ужаса, если бы наблюдали за процессом снаружи.

Нил закивал.

— Определенная логика в этом есть. Правда, все это лишь догадки, конечно. Но ведь ты всегда можешь пойти и спросить у них, — ухмыльнулся он.

[Двигатели пластин выключились.]

— Какого черта? — Мы оба посмотрели на Гуппи.

— Что случилось? — спросил я.

[ИМИ пластин рассинхронизировались.]

— Уже в третий раз за месяц, — сказал Нил, глядя на меня. — Ну что, готов признать поражение?

— Что за хрень… — я потер переносицу. — Ладно, я сдаюсь. Гуппи, устрой им перезагрузку и сообщи мне, когда двигатель будет готов. Сделаем еще восемь пластин, чтобы выровнять поле.

На самом деле проблема была не в нехватке пластин. Расчеты Билла были верны: 24 пластины приведут «Беллерофонт» в движение — при прочих равных условиях. Но условия не были прочими равными: по кораблю постоянно летала пара Бобов — то есть мы — и, кроме того, она постоянно передвигала на нем тяжелые объекты и пару раз в месяц запускала энергоблок. Мы были собственными заклятыми врагами. Мы нуждались в пространстве для маневра — в дополнительной мощности поля, чтобы оно компенсировало все перекосы.

Нил заплясал передо мной. Этот танец заменял ему фразу «я же предупреждал».

— Когда перестанешь вести себя как осел, мы выясним, где можно подготовить место. Возможно, в пустом отсеке ближе к носу.

— Знаешь, было время, когда мы были ряской в пруду, просто летали целыми днями, где вздумается, и занимались своими делами, — буркнул Нил.

— Да, славные были деньки, — ответил я. — Жизнь была проще, дети уважали взрослых, а мы каждый день ходили в школу по двухметровым сугробам.

— Босиком.

— В горку.

— И туда, и обратно.

39. Вдали от дел

Марк. Февраль 2218 г. Посейдон

Я сидел в шезлонге, впитывая вечерние солнечные лучи. Я уже почти не думал о том, что нахожусь внутри андроида. Говард и Боб постоянно улучшали модель, а Билл, похоже, был только рад возможности переложить ответственность за нее на кого-то другого. Пожалуй, мне не в чем его упрекнуть: у него были другие дела.

Рядом со мной играли дети, пары ходили, взявшись за руки, люди работали либо на планшетах, либо дистанционно. Если это не утопия, то я, черт побери, даже не знаю, чего не хватает этой планете.

Особенно для меня. Вместо того чтобы взять на себя управление предприятиями после революции, я активно передавал контроль над ними жителям Посейдона. И теперь, три года спустя, у меня совсем не осталось работы в системе.

Джина, как и обещала, провела голосование, в ходе которого меня уволили. Но, к ее огорчению, председателем выбрали ее. Совет все еще вел дебаты относительно того, каким должно быть правительство, но это уже была не новость.

Я встал и пошел по тропе к ближайшему киоску, торговавшему едой. Возможно, когда я вернусь, шезлонг уже будет занят, но всегда можно найти другой — или просто плюхнуться на траву.

Проблема, с которой я столкнулся, не стала для меня полной неожиданностью. Бобы всегда были увлеченными работоголиками, и это отличное качество, когда защищаешь галактику от кровожадных орд; но оно не очень подходит для ситуации, где ты только что сделал свое присутствие совершенно излишним.

Общество Посейдона коренным образом изменилось — и, похоже, навсегда. Все меньше людей жили на «коврах» и даже работали на них дольше, чем необходимо. Плавучие, то есть морские города, превращались в промышленные зоны. На этой планете человечество стало видом, живущим в воздухе.

Я взял шоколадный коктейль — пока что люди не нашли и не изобрели ничего лучше шоколада — и направился к окраинам города. За куполом виднелись легкие облака и дрейфующие «ковры». На горизонте сверкала голубая вода, под поверхностью которой изредка скользила какая-то огромная тень. Кракены, гидры и левиафаны были не единственными крупными хищниками на планете и даже не самыми большими. Мы продолжали находить все новых чудовищ, и часто не самым приятным для нас образом. Пока что люди не предпринимали каких-то скоординированных усилий по каталогизации морской фауны — возможно, из-за того, что это дело было довольно опасным.

— Ну что, как тебе жизнь на пенсии?

Я повернулся и увидел ухмыляющегося Кела.

— Хм… Я почти уверен, что отключил отображение своих координат. Как ты меня нашел?

Кел закатил глаза.

— Брось, Марк, ты же у нас знаменитость. За последние пятнадцать минут в соцсетях появилось три поста с твоими фотками. Если ты хочешь добиться анонимности, тебе нужно модифицировать свою физиономию.

Я кивнул и повернулся к стене купола.

— Или совсем исчезнуть.

— Марк, что происходит? — Кел нахмурился и подошел поближе ко мне.

— Ой. Прости, я не хотел устраивать драму на ровном месте. — Я улыбнулся Келу и махнул рукой, показывая на вид за куполом. — Просто думаю о новой карьере. В области океанографии.

Кел удивленно посмотрел на меня.

— По-моему, эта планета — самое подходящее место. Видел ролики Гарфилда с андроидом-птерозавром? Боб-1 уже совсем не похож на человека. Зачем вообще оставаться двуногим существом?

Кел посмотрел на океан под нами.

— То есть…

— Интересно, хорошо ли будет жить на этой планете андроиду-дельфину?

40. Восстановление

Боб. Январь 2225 г. Дельта Эридана

Я потянулся, затем отвел в сторону полу палатки и выглянул наружу. Ух ты. В такую погоду надо сидеть дома. Капли дождя — в тяжелой атмосфере планеты они были размером с мраморный шарик — летели скорее горизонтально, чем вертикально.

К счастью, в этой части Эдема подобные тропические бури были редки. Интересно, как дельтанцы справлялись с ними до того, как я познакомил их с палатками? Скорее всего, просто прятались под шкурами. Я вспомнил бурю, в которую они попали, когда покинули старую деревню. Она была не такой сильной, как эта, но все равно заставила меня вспомнить о палатках.

Я обвел взглядом деревню, но никого не увидел, и неудивительно. Позади меня кто-то зашевелился.

— Может, закроешь уже вход? Холоду напустишь.

Заворчав, я отпустил край. Белинда очень любила тепло.

Я вернулся на свое место и лег, подложив руки под голову. Архимед уже проснулся и принялся крутить в руках кусок кремня — наконечник копья Фреда.

— У меня есть одна мысль насчет уроков по работе с кремнями. — Архимед бросил взгляд в мою сторону и взмахнул наконечником, словно волшебной палочкой. — Если это остановит нападения, то попробовать стоит.

— Конечно, Архимед. Я в любом случае тебя поддержу.

— Отлично. Сначала придется сделать где-то полдесятка наконечников и ножей. Надеюсь, буря скоро пройдет, ведь в палатке мне Белинда работать не разрешает.

— Мои кости говорят, что к полудню тучи рассеются. — Я весело изогнул уши, и Архимед повторил мой жест.

У меня уже сложилась репутация точного предсказателя; я утверждал, что перемены в погоде заставляют мои кости ныть. На самом деле я просто смотрел на планету с орбиты и анализировал метеосводки. Ну да, я жульничал. И что?

* * *

Буря стихла вскоре после полудня, и мы отправились в то место, где Архимед любил заниматься обработкой кремней. Меня поразило количество кусочков кремня, валяющихся на земле. Иногда они начинали раздражать кого-нибудь из дельтанцев, и тогда он отгребал их от себя; поэтому в нескольких шагах от нас образовалась высокая куча. Дети часто копались в ней, разыскивая кусочки, которые можно превратить в наконечники стрел. Архимед не возражал: товаров, которые он делал, более чем хватало на то, чтобы обеспечить его семью всем необходимым.

Когда Архимед сел, у него начался приступ кашля. Он все еще не восстановился после похищения. Я ждал, готовясь в случае чего принести ему воды.

За полдня Архимед сделал дюжину заготовок, а я тем временем сгонял на охоту и просмотрел информацию о действиях карлеонцев, которую прислали беспилотники. Ничего подозрительного я не обнаружил, и это вселило в меня надежду на то, что последняя стычка отбила у жителей Карлеона всякую охоту снова нападать на нас.

Я выдал Белинде местный эквивалент индюшки, получил в награду улыбку и вернулся к Архимеду.

— Через несколько дней я все это доделаю, — сказал он, пока я усаживался рядом с ним. — А затем придется думать о том, как предложить им эти штуки и остаться в живых.

— Чем быстрее, тем лучше, дружище. Я поговорю с Дональдом.

Архимед продолжил работу, а я продолжил греться на солнышке.

41. Воскрешение

Говард. Октябрь 2220 г. HIP 14101

Я уже в стопятисотый раз протянул руку, чтобы щелкнуть выключателем. И снова убрал ее. О господи, да что со мной такое? Теперь, после длившегося несколько месяцев судебного процесса, я наконец получил скан Бриджет. Матрица и корабль для нее у меня уже есть. Ее ВР готова, брандмауэр настроен, я создал ее учетные записи в БобНете…

Какого черта?

В отчаянии я отправил сообщение Биллу. Правильно ли я поступаю?

Ответ пришел почти мгновенно. О нет, черт побери.

Друзья, которые поддержат в трудную минуту — это главное. Усмехнувшись, я нажал на выключатель.

Бриджет появилась посреди моей ВР — двадцать восемь лет, густые рыжие волосы, ямочки на щеках, лабораторный халат. Именно такой я впервые увидел ее.

Раскрыв рот, я уставился на нее. Я ничего не мог с собой поделать — увиденное полностью, абсолютно парализовало меня.

Бриджет обернулась кругом, затем неуверенно улыбнулась мне.

— Говард?

Я бросился к ней и стиснул ее в объятиях. Она обняла меня, положила голову на мое плечо, после чего мы просто существовали — казалось, целую вечность.

Наконец Бриджет отступила и внимательно посмотрела на меня.

— Значит, я умерла?

— Исходная Бриджет умерла. А ты очень даже жива.

— Ладно, Говард, я не буду спорить с официальной версией. Я знаю, ты всегда нервничаешь, когда речь заходит о различиях.

— Бридж, важно создать свой образ, образ уникального человека. Ты не просто копия. Ты — это ты, и чем дальше, тем больше это будет проявляться.

Я взял ее за руку и подвел к дивану — копию того дивана, который стоял в ее квартире: я надеялся, что он вселит в нее уверенность. Она посмотрела на него и рассмеялась — она, несомненно, прекрасно понимала мои намерения.

— Теперь у нас несколько сотен Бобов. Каждый из нас отличается от других; одни — немного, другие — сильно. Нельзя сказать, что мы просто клоны Боба. А ты — не просто клон Бриджет.

Бриджет сжала губы и посмотрела мне в глаза.

— Ясно. Если верить тому, чему меня учили в католической школе, то Изначальная Бриджет сейчас либо в раю, либо в аду. Ты знаешь, что католическая церковь так и не смогла выстроить четкую позицию по отношению к репликантам?

Я усмехнулся.

— На это у нее было мало времени, а потом все затмил армагеддон.

Бриджет выдохнула и посмотрела по сторонам.

— А что стало с пляжем?

— Я могу вернуть его, если хочешь, но обычно моя ВР выглядит именно так. Я выбрал стандартную библиотеку Боба, которая также является его гостиной.

— Верни пляж, пожалуйста. Я никогда не бывала на морском берегу.

Я кивнул, и ВР изменилась, превратившись в мой тропический рай. Теплый ветерок тянул нас за одежду, вдали кричали чайки, а стоявший рядом Дживс держал в руках два бокала, из которых торчали крошечные зонтики.

Бриджет хихикнула, а затем со вздохом похлопала по дивану.

— Его, пожалуй, можно убрать.

— Твое желание — закон.

Вместо дивана появились два удобных шезлонга — не пластмассовые с натянутыми крест-накрест ремнями, а хорошие, с аккуратно подогнанными подушками. Тут о гусях можно не беспокоиться.

Бриджет откинулась на спинку шезлонга и глубоко вдохнула.

— Да, неплохо. Возможно, чуть позже у меня начнется паническая атака — а может, и нет. Ну ладно, теперь введи меня в курс дела. Я умерла?

— Да. — Я помедлил. — От сердечной недостаточности. Ты не сказала мне, что изменила завещание. Это для многих стало сюрпризом.

Она внимательно посмотрела на меня.

— Как отреагировали дети?

Я закатил глаза.

— Хорошо, что ты выделила средства на адвокатов. У меня есть все документы из суда и все такое. Можешь посмотреть их, когда захочешь. Если вкратце, то мы больше не общаемся.

Бриджет печально посмотрела на меня и опустила взгляд.

— Похоже, меня они тоже не полюбят. Но я все-таки постараюсь наладить с ними отношения.

— Начни с Хауи.

Бриджет задумчиво кивнула и посмотрела по сторонам.

— М-м… Так что мне теперь делать?

— Ох… Пожалуй, начнем с уроков «ВР репликанта», начальный курс.

* * *

Мне пришло письмо от Бриджет; в нем она сообщала, что уже позвонила всем, кому собиралась. Я сразу же заглянул в ее ВР и увидел, что она сидит на диване и тихо плачет. Я сел рядом с ней и, не говоря ни слова, взял ее за руку.

Она помедлила еще несколько миллисекунд, а затем улыбнулась мне сквозь слезы.

— Если честно, я рада, что ты не включил в ВР симуляцию сопливого носа.

— Даже у навязчивого стремления к реализму есть пределы, — ухмыльнулся я. — Кроме того, у нас нет комаров, а это дорогого стоит. — Я посмотрел ей в глаза. — Ну что, хочешь поговорить?

Вздохнув, Бриджет откинулась на спинку дивана. Это был тот же диван, который стоял в ее квартире — тот самый, который я создал, когда оживил ее. В общем, ВР Бриджет была довольно точной копией ее дома, но к нему она добавила большую гостиную с эркером, за которым открывался залитый солнцем пейзаж Вулкана.

— Я поговорила с Хауи, — сказала Бриджет. Ее губа задрожала. — Он был холоден со мной, но, похоже, сам этого стыдился. Кажется, он сейчас между молотом и наковальней — ему хочется признать меня, но он понимает, что Рози никогда ему этого не простит.

— М-м… — протянул я.

Мне показалось, что это безопасный ответ.

Бриджет печально улыбнулась.

— С Рози всегда было сложно. Она знает, чего хочет, а мнение других людей ее не интересует. Кроме того, она не думает о том, какой урон она нанесет, пытаясь добиться своего.

— Прояви терпение, Бридж. Хауи захочет с тобой познакомиться — хотя бы из любопытства. Я могу свести его с моими родственниками, тогда у него сложится более позитивная точка зрения на репликантов.

Кивнув, Бриджет вытерла глаза, а затем недоуменно посмотрела на свои руки.

— Я ведь могу просто изменить ВР вместо того, чтобы приводить себя в порядок, верно?

— Да, но не делай так. Если привыкнешь все упрощать, то в конце концов начнешь плавать по комнате, словно Дракула. ВР для нас словно якорь… Хотя теперь, когда у нас есть андроиды и все прочее, это не так уж важно, — добавил я, подумав.

Бриджет начала медленно бродить по ВР, брать в руки предметы и внимательно их рассматривать. В конце концов она оказалась перед эркером, за которым раскинулся вулканический лес. Солнце садилось, и по земле тянулись длинные тени.

Бриджет немного полюбовалась пейзажем, а затем подняла руку и сделала еле заметный жест. Пейзаж Вулкана сменился на облака Одина. Вдали плыли небольшие группы «дирижаблей».

— Это из моих видео, — обрадованно сказал я и подошел к ней.

Бриджет повернулась ко мне и улыбнулась.

— Пожалуйста, не обижайся, Говард, но репликантом я решила стать именно для того, чтобы изучать фауну Одина.

— Ха-ха! Мой коварный план сработал! Велико… ой!

— Но не забывай — тебе никуда не скрыться от моего гнева, умник. — Она ухмыльнулась, глядя на то, как я потираю плечо. — Ну что, поедем на природу?

— Да, моя прелес-с-сть, только не бей нас-с-с больше.

— О Говард!

Ну да, я всегда хотел завести семью.

42. Результат отрицательный

Билл. Февраль 2228 г. 82 Эридана

Получив отчет от Мэка, я заглянул в его ВР, чтобы все обсудить.

— Привет, Билл. Бери камень, садись.

Мэк махнул рукой на огромное мягкое кресло, весьма удобное с виду, и я воспользовался его предложением.

— Мэк, я прочел твой отчет и он не очень меня воодушевил.

— Ты про ту часть, где я пишу про Медейруша? Да, мы просканировали всю систему до самого Оорта. Ничего. Более того, чуть позже я провел второе сканирование — на тот случай, если он прячется в какой-то зоне, где слабый сигнал. Все равно ничего.

— Какова вероятность, что других Медейрушей нет?

Я сомневался в этом, но хотел получить подтверждение правильности моих рассуждений.

— Мне так не кажется, Билл. Эти снаряды и ракеты не могли взяться ниоткуда. Ты же присутствовал при нашем разговоре с Келвином, да? «Черта с два», — вот его слова.

— И он не мог привезти ракеты, снаряды и «бродяг» из альфы Центавра. — Я задумчиво уставился в пустоту. — Не забывай: он не мог притащить их из соседней системы — по крайней мере, за один заход.

Мэк кивнул и потер подбородок.

— Значит, он либо сделал два рейса, либо он производит их на месте.

— Возможно, тебе нужно увеличить зону сканирования.

— Или… Билл, я вот о чем подумал. Мы маскируем снаряды и бомбы, и точно так же поступал Медейруш. Но что, если ему в голову пришла блестящая мысль — замаскировать целую автофабрику?

Я почувствовал, как мои брови ползут на лоб.

— Вот это было бы скверно. В таком случае он может действовать в системе совершенно незаметно, а обнаружим мы его только в том случае, если отправим направленный импульс.

Мэк со вздохом откинулся на спинку кресла и почти на полсекунды уставился в потолок.

— А может, все эти опасности я сам напридумывал. Мы же ничего не знаем.

— Ты уже в форме, да?

— Более-менее, — отмахнулся Мэк. — У нас есть принтеры, у нас есть ресурсы. Я строю новую группу клонов, создал запас снарядов… Но, похоже, мне придется налаживать оборону всей системы.

— Мэк, ты не один такой. Когда у тебя появятся клоны, сделай побольше беспилотников-наблюдателей. Дай им и дальнобойные сканеры, и направленные. Да, шансы обнаружить что-то с помощью направленного сканирования малы, но они все же не нулевые.

Мэк кивнул. Я встал, махнул ему рукой и вышел.

Другие и Медейруш делали нашу жизнь слишком интересной.

43. Изменение курса

Икар. Март 2240 г. Межзвездное пространство

— Дедал, я подхожу к Эпсилону Индейца. Осталась четверть круга. Что у тебя с маршрутом?

Ответ Дедала пришел мгновенно.

— Сейчас проверю…

Я ждал, казалось, целую вечность, но, скорее всего, прошло лишь несколько миллисекунд. Сейчас мы находились в критически важной точке полета: дальше каждый из нас опишет плавную дугу, заканчивающуюся в системе Глизе 877. Но было крайне важно выбрать подходящий момент.

— Все четко, дружище. Замедление времени правильное, системы в норме.

— Великолепно, — ответил я. — Ну что, давай вломим Другим.

44. Дебют

Говард. Декабрь 2220 г. Один

Мы без усилий плыли по небу Одина, размахивая крыльями ровно с такой частотой, чтобы не терять скорость. Внешний вид андроидов-«скатов», похоже, обманул местное зверье — мелкие животные разбегались, завидев нас, а большие окружали своих детенышей или просто не обращали на нас внимания. Впереди стая «дирижаблей» лениво паслась на поле криля.

Они будут просто приглядывать за нами, пока мы не начнем гоняться за молодняком, — написала мне Бриджет.

Ясно. Наблюдать, но не есть.

Ха-ха. Смешно.

Меня, типичного инженера, вполне устраивало, что я могу строить беспилотники и наблюдать за животными издалека. Но на Бриджет произвел сильное впечатление андроид Чарли, которому Боб придал облик дельтанца, и водоплавающие машины, с которыми экспериментировал Марк, и она предложила мне заняться чем-то подобным.

Скаты были стайными хищниками среднего уровня, по форме напоминавшими одноименную рыбу с Земли. Как и у всех живых существ на Одине, в их телах находились «мешки», наполненные водородом, которые помогали поддерживать нулевую плавучесть. Мне хотелось использовать гелий, но он создавал не такую большую подъемную силу, как водород, андроиды и так были достаточно тяжелыми.

Мы догнали стаю дирижаблей — огромных животных, которых я обнаружил при первом же погружении в атмосферу Одина. Дирижабли занимали практически ту же нишу, что и усатые киты — питались многочисленными мелкими животными, которыми был наполнен воздух. Мы закружили вокруг них, и каждый дирижабль поворачивал в нашу сторону большой глаз на стебельке.

Ты записываешь?

Да, дорогая.

В ответ Бриджет написала «ЛОЛ» и прислала эмодзи-сердечко.

[Напоминание: скоро начнется совет Бобов.]

Ой. Я отправил сообщение Бриджет, и она неохотно согласилась завершить нашу вылазку. Мы отправили наших андроидов в режим ожидания. Они будут медленно двигаться по большой окружности, избегая контакта с животными, — до тех пор, пока снова нам не понадобятся.

Мы заскочили в мою ВР. Как всегда после вылазки в атмосферу Одина, Бриджет раскраснелась, и на ее лице отражался восторг.

— Ты точно готова? Посещение совета можно отложить.

Улыбка Бриджет померкла.

— Знаю, Говард, но мне кажется, что у меня уже фобия на этот счет. Рано или поздно я должна появиться на публике.

— Ладно. Вдохни поглубже… — Я взял Бриджет за руку, ободряюще — по крайней мере мне так казалось — улыбнулся ей, и мы оказались в ВР совета.

* * *

Почти сотня похожих на меня людей застыла, словно на фотографии, и уставилась на нас — глаза расширены, рты округлились. Ни движения, ни звука. Даже Дживсы остановились и повернулись к нам.

Спустя пару миллисекунд я наклонился к Бриджет и театральным шепотом произнес:

— Не волнуйся, они боятся тебя больше, чем ты — их. Просто не смотри им в глаза.

Бобы расхохотались. На миг мне показалось, что сейчас вся толпа устремится к нам — ну то есть к Бриджет, ведь на меня обращали внимания не больше, чем на пылинку — но на самом деле время нашего появления я выбрал очень тщательно: именно в этот миг Билл подал сигнал о начале совета. Бобы повернулись к Биллу, и Бриджет облегченно вздохнула.

Мы пробрались в заднюю часть зала, чтобы взять пива и послушать выступающих, никому не мешая. С нами поздоровался невысокий и поджарый темноволосый мужчина. Говорил он с сильным австралийским акцентом.

Кивнув ему, я повернулся к Бриджет.

— Бриджет, это Генри Робертс. Он с австралийского зонда, который Лин нашел в системе Эпсилона Индейца. Генри, это Бриджет.

Бриджет посмотрела по сторонам.

— Генри, я вижу, что ты один. Почему ты не реплицируешь себя?

Генри затряс головой.

— Ни за что, мэм. С тех пор как Лин восстановил мою матрицу, я не ощущаю в себе никакого желания создавать свои копии — по крайней мере, для исследования вселенной. Я смотрю на Бобов и вижу, что ни к чему хорошему это пока что не привело.

— Да ладно, Генри, — улыбнулся я. — Мы нашли всего лишь один жуткий вид инопланетян-разбойников. В целом неплохой результат.

Ухмыльнувшись, Генри повернулся к Бриджет.

— А ты? Собираешься реплицироваться?

Бриджет закатила глаза.

— Я понимаю, почему именно в этом заключался первоначальный план проекта «ПАРАДИЗ», но лично у меня от этой идеи мороз по коже. — Она посмотрела на меня. — Удивительно, что Бобы так спокойно к этому относятся. Возможно, все дело в гуманистических воззрениях Изначального Боба.

— Насчет гуманизма ты, скорее всего, права, — вставил я, — но «спокойно относятся» — это преувеличение. Если бы не Другие и не проблемы на Земле, то нас было бы несколько десятков, не больше.

Бриджет и Генри задумчиво кивнули.

— И, раз этими проблемами занялись вы, значит, вопрос закрыт? — спросил Генри. — От меня никто не требует создавать копии и вносить свой вклад в общее дело.

— Генри, у нас не очень много ресурсов, и количество кораблей, которые мы в состоянии построить за год, ограничено. Но станут ли они Бобами, Генри или Бриджет — неважно. С тем же успехом можно действовать и по старому плану. По крайней мере, клоны сразу будут в курсе дела.

Бриджет улыбнулась мне и повернулась к Генри.

— И чем же ты будешь заниматься?

Генри удивленно посмотрел на нее, но затем улыбнулся.

— На самом деле прямо сейчас я лечу в систему 40 Эридана. Там я сделаю себе андроида, высажусь на Ромуле или на Вулкане и построю яхту, а затем проведу на ней лет десять-двадцать, бороздя океаны. Более того… — добавил он, подумав, — я, пожалуй, пересеку все океаны на планетах, на которых уже высадились люди. Но угнаться за человечеством мне, скорее всего, не удастся.

Я рассмеялся и кивнул в сторону Бриджет.

— А она собирается составить каталог всех видов для каждой планеты.

— Это точно, черт побери. А тебе-то что? — спросила Бриджет, с вызовом глядя на меня.

— Значит, время от времени наши пути будут пересекаться, — усмехнулся Генри.

В ответ Бриджет разразилась своим термоядерным смехом, и глаза Генри слегка раскрылись от удивления.

Да, она так действует на людей. Я постарался как можно более точно передать особенности Бриджет, и реакция Генри доказывала, что ее смех оказывал такой же эффект в виртуальной реальности, как и в жизни. Я нахмурился. Сейчас Бриджет смеялась реже, чем раньше. Интересно, связано ли это с изменениями, появившимися в ходе репликации или с ее недавними переживаниями?

— Э-э… А ты уже пользовалась андроидами? — спросил Генри, явно пытаясь прийти в себя.

Бриджет покачала головой и посмотрела на меня.

— Говард убеждает меня попробовать, но я, пожалуй, торопиться не буду. Помимо всего прочего, меня пугает то, что я могу наткнуться на своих детей.

— Но залезть в инопланетного хищника и полетать по газовому гиганту она не против. — Я подмигнул Бриджет, и она ухмыльнулась в ответ.

Усмехнувшись, Генри повернулся к сцене, на которой Билл заканчивал вступительную речь. Как всегда, первым пунктом в списке были Другие: как мы готовимся их встретить и чем они сейчас занимаются. Все хотели знать даже мельчайшие подробности.

Отчет Билла был коротким и ясным: «сбор урожая» в системе Дельты Павлина продолжается, помешать этому Бобы не могут, и плана ни у кого нет.

Потрясающе.

45. Прибытие павов

Жак. Май 2247 г. HIP 84051

Я вышел на орбиту вокруг HIP 84051-2. Данные, собранные разведчиками, свидетельствовали о том, что это молодая планета в системе с молодой звездой. Местные растения еще не эволюционировали до покрытосеменных, а животные еще не додумались до теплокровности. Я надеялся, что Финеас и Ферб сумели собрать как можно больше образцов ДНК павов до прибытия Других. Судя по сообщениям, которые я получил от Билла за последние десятилетия, процесс воссоздания растений и животных по таким образцам значительно упростился. Он, разумеется, имел в виду живых существ Земли, которые были нам знакомы. Инопланетная жизнь потребует больше усилий.

В немедленной выгрузке павов не было необходимости, ведь живые организмы в стазис-капсулах не разрушаются. Мы могли не торопясь изучить биологию павов, начать создание экосистемы, а затем уже разбудить беженцев. Такой план мне нравился.

Я проверил свои записи, посвященные HIP 84051. Боба, который исследовал эту систему, звали Стив; никаких данных о том, откуда он взял это имя, у меня не было. Может, он назвал себя в честь Стива Далласа, персонажа комиксов «Округ Блум»? Такая догадка была не хуже прочих, но выходить с ним на связь только ради этого вопроса не стоило — даже если предположить, что в данный момент он подключен к БобНету.

Я потратил целый месяц на изучение его записей, дожидаясь, когда прибудут Финеас и Ферб. Стив довольно подробно описал климат, экологию, геологию и тому подобное. Он, похоже, был настоящим ботаном.

Несмотря на то что я оказался в новой звездной системе, я вдруг понял, что просто отбываю номер. Я не сразу понял, в чем дело, но потом мне стало ясно, почему работа не доставляет мне радость. Это не экспансия; мы не строим новую колонию ни для людей, ни — в данном случае — для павов, а просто перевозим беженцев из идеально подходящих для них условий на планету, которая оказалась лучшей из имеющихся вариантов.

Эта навевающая тоску мысль показалась мне опасной. Нужно побороть хандру, иначе толку от меня будет немного.

Я подождал, пока корабли с колонистами подлетят поближе, а затем зашел в гости.

— Привет, Финеас.

— Привет, Жак. Садись. Как прошла разведка? Все нормально?

Я устроился в мягком кресле.

— Никаких сюрпризов. Эта планета — не лучшее место. Экосистема девонского уровня. Жить здесь они смогут, но…

— Так, — Финеас внимательно посмотрел на меня. — Похоже, у тебя небольшой депресняк.

— Виновен, ваша честь, — рассмеялся я. — Вся эта ситуация — полный отстой. Похоже, на меня она все-таки подействовала.

— М-м… Знаешь, я тут почитал статью Билла о Соматической Регенерации на Основе Генетического Материала.

— Ух ты! Круто, Финеас. Я прямо слышу все заглавные буквы.

— Хе-хе. В общем, мы с Фербом обмозговали эту тему во время полета и взглянули на образцы, которые у нас в стазисе… В общем, нам кажется, что методы Билла пригодятся и для павов.

— Хм. Значит, отложим высадку и дадим вам шанс опробовать свои идеи.

— Думаю, да. Задержка павам не повредит, а мне бы хотелось передать им не «сырую» планету, а что-нибудь получше.

— Отлично. Так и сделаем, — кивнул я.

И мне сразу стало лучше.

46. Город

Говард. Июнь 2221 г. Один

Когда в мой кабинет заглянула Бриджет, я сидел, положив ноги на стол, и рассеянно смотрел на парящую в воздухе голограмму.

— Что это? — спросила она, указывая на изображение.

— Ты слышала, что Марк создал летающие города на Посейдоне?

— Угу, и из-за этого там началась реальная жесть. Да, я тоже читаю блоги.

Я ухмыльнулся.

— Ну так вот, это навело меня на одну мысль. Один — огромная планета, и где как не здесь строить летающие города?

— Ясно. И вот это — его план?

— Нет. — Я указал на голограмму. — Удержать город над поверхностью планеты я могу и без спиралей ВСПЛЕСКа. Оказалось, что обычный земной воздух в замкнутом пузыре будет парить в атмосфере Одина на уровне 1,5 бара. Я разработал план города, который находится внутри удлиненного эллипсоида; этот эллипсоид будет очень стабильным и прочным благодаря материалам, усиленным с помощью углеволокна.

— Хорошо, но кто будет в нем жить?

— Ну я подумал, что в нем можем жить мы.

Бриджет удивленно посмотрела на меня.

— Э-э, Говард, ты не забыл, что обозначает аббревиатура ВР?

— Нет, дорогая. — Я ухмыльнулся ей, а она в ответ показала мне язык. — Я про андроидов. Только подумай — наш собственный город в облаках. И после этого не смей говорить, что я ничего тебе не дарю.

— У вас, сэр, слишком много свободного времени.

Кивнув, я помрачнел.

— Но если серьезно, Бриджет, то вся эта история с Другими… Не исключено, что нам придется прятать колонии людей на газовых гигантах — просто чтобы нашу цивилизацию не уничтожили.

— Бобы очень озабочены судьбой этого вида, верно? — спросила Бриджет, с тревогой глядя на меня.

— Да, Бридж. Катастрофа в системе Дельты Павлина стала для нас ударом под дых. Я жалею о том, что слишком мало делаю для того, чтобы подготовить нас к войне. Пожалуй, этот проект — мой вклад в борьбу с противником.

— То есть мы станем бета-тестерами. — Бриджет села у моего стола и более внимательно изучила модель города.

— Ага. И если с городом что-то случится, то мы, разумеется, не пострадаем.

Бриджет потыкала пальцем в модель, покрутила ее в разные стороны, а затем повернулась ко мне.

— Билет в первый ряд на шоу о жизни Одина. Ладно, Говард. Ты давно хотел, чтобы я поработала с принтерами. Давай посмотрим, что тут можно сделать.

47. Дурное предчувствие

Райкер. Декабрь 2240 г. Солнечная система

Билл уставился в никуда, медленно крутя в руках бокал с виски: мне удалось соблазнить его сканом одного из новых вариантов этого напитка, недавно произведенных на Вулкане.

Забавно, что Вулкан стал признанным центром производства алкоголя — как настоящего, так и виртуального. Компания Говарда — ну то есть компания семьи Бродер — даже финансировала строительство кораблей, которые доставили бы ее продукцию в другие системы. Лично мне казалось это несколько преждевременным, но, видимо, жизнь всегда идет своим чередом, даже если человечеству угрожает какая-то инопланетная раса. В любом случае, этот проект позволил людям сфокусироваться на чем-то позитивном, так почему бы и нет, черт побери?

— Неплохо, — сказал Билл. — Изначальный Боб одобрил бы эту штуку — и нажрался, сам того не осознавая. Кажется, это очень коварный напиток.

Я ухмыльнулся, представив себе эту картину.

— Ну да, я почти в этом уверен.

Билл заметил, что я ерзаю в кресле, и удивленно посмотрел на меня.

— А значит, это не просто визит вежливости. В общем, я так и предполагал. В чем дело, Уилл?

— Другие не проявляют никаких признаков активности — не делают вылазок, не атакуют. Это очень подозрительно.

— Согласен. Но, может, дело в том, что мы на взводе?

— М-м… Мне кажется, что нам стоит по-быстрому осмотреть Глизе 877. — Я пытался говорить непринужденно, однако выражение на лице Билла свидетельствовало о том, что мне это не удалось.

— Уилл, я все понимаю, но нужно учитывать не только то, какие знания мы можем получить, но и вероятность того, что Другие захватят нашу технику. Они не пытались снова нападать на наши беспилотники в облаке Оорта, но если мы отправим разведчиков в саму систему…

Я уже думал об этом, так что возражения Билла не стали для меня сюрпризом. И ответ у меня уже был готов.

— Они не смогут поймать нашу новую технику, если мы не отправим к ним новую технику. Я предлагаю использовать только что-то стандартное — ВСПЛЕСК, суддар первого уровня и так далее. Никаких УППСов, никакой маскировки.

Брови Билла полезли на лоб.

— Так. Поясни.

Я открыл несколько схем.

— Мы покроем зонды защитным слоем, чтобы они стали похожи на астероиды. Он заблокирует обычные импульсы суддара, а также обманет радары и визуальное наблюдение. Зонды будут просто космическим мусором, который плывет по системе. Машины запишут свои наблюдения, а полученные данные мы заберем, когда они будут покидать систему. А если кто-то к ним приблизится, они передадут все, что успели собрать, и самоуничтожатся.

— Они.

— Построим столько, сколько сможем, и отправим их под самыми разными углами и с самой разной скоростью.

На несколько миллисекунд Билл умолк, уставившись в одну точку.

— Да, это похоже на план, у которого нет минусов. Почему бы и нет, черт побери? Поговорим с Марио. Последнее слово за ним, но, думаю, в конце концов он согласится.

* * *

— Это можно. — Марио задумчиво кивнул, затем посмотрел на нас. — У меня есть автофабрики где-то в четверти светового года отсюда. Они готовы печатать новые беспилотники-наблюдатели — на тот случай, если Другие снова начнут наглеть. Сделать то, что вы описываете, — легче легкого. — Он потер подбородок. — Расставить все по местам будет сложновато, но, с другой стороны, время у нас есть. А если внезапно появятся Другие, то вы в любом случае получите ответ на свой вопрос.

Я кивнул.

— Отлично. Возможно, мы увидим только то, что они продолжают строить сферу Дайсона. Однако если при этом Другие еще собирают огромный флот из «астероидов смерти» и грузовых кораблей, то я бы предпочел, чтобы он не стал для нас сюрпризом.

Марио ухмыльнулся.

— Ясно. Я приступаю к работе.

48. Выгрузка павов

Жак. Июль 2256 г. HIP 84051

Жилье для двадцати тысяч павов. Есть. Громадный забор, чтобы не лезло местное зверье. Есть. Фермы и поля, на которых уже зреет урожай. Есть. Сельскохозяйственные животные павов, уже делающие первые неуверенные шаги. Есть.

Недурно. Да, с жильем мы слегка перестарались — скорее всего, пытаясь подавить в себе чувство вины — колония выглядела уже готовой.

Финеас и Ферб сидели с чашками кофе в руках и ждали, когда я начну разговор. Почему-то мне не хотелось это делать. До сих пор нам удавалось вообще не говорить о павах. Анализировать их биологию было очень интересно, а их колония — это вообще лего для взрослых, но сейчас мы разбудим двадцать тысяч существ, которые остались от практически истребленного вида. И конечно, нам придется отвечать на их вопросы и обвинения и разбираться с нашим чувством вины по поводу всей этой истории.

Вздохнув, я поставил чашку с кофе на столик.

— Ладно, парни, хватит пинать балду. — Я подал знак Финеасу. — Ты первый.

Финеас криво усмехнулся, признавая неловкость ситуации.

— Площадка готова, поля засеяны, животные занимаются своими животными делами. Основной объем работ выполняют беспилотники, но уже скоро нам придется либо отправиться туда в андроидах, либо будить павов.

— Точно. Сама собой эта колония управлять не будет. — Я посмотрел на Ферба. — Сначала выгрузим твоих колонистов. Проблемы есть?

Ферб покачал головой.

— Нет. Я готов на сто процентов. Более чем. Хочу как можно скорее направиться в Солнечную систему. Возможно, успеем вывезти часть людей, пока туда не нагрянули Другие.

— Это если предположить, что они туда нагрянут.

— Господи, Финеас! Включи мозг! — воскликнул Ферб, закатывая глаза.

Финеас молча пожал плечами.

— В общем, — сказал я, пытаясь предотвратить дальнейшие споры, которые, похоже, начались далеко не сейчас, — ты сможешь выгрузить всех своих колонистов. Три дня, верно?

Ферб кивнул.

— Ага. Торопиться не будем, чтобы у нас не было слишком много уже проснувшихся, но еще беспомощных павов. Когда разберемся с первой партией павов, она объяснит ситуацию всем остальным.

— Ох. — Я положил голову на руки и немного помассировал лоб. — Вот этим мне тоже совсем не хочется заниматься. Даже если Хазджар нам поможет, тут будет хаос — даже по меркам павов.

* * *

Мы разбудили Хазджар и семерых павов, с которыми когда-то говорили мы с Биллом. На этот раз они вели себя более спокойно — возможно, сыграла свою роль еда, которую мы выдали им по этому случаю.

Когда обед был окончательно уничтожен, Хазджар посмотрела в сторону висящего на стене экрана.

— И что теперь?

Мы с Финеасом и Фербом переглянулись.

Ну понеслась.

— Я зайду к вам лично, чтобы обсудить дальнейшие действия, — сказал я через динамики экрана. — Хочу, чтобы вы были готовы.

Восемь павов встревоженно закрутили головами.

— Тут опасно? — спросила Хазджар.

— Нет. Просто мне кажется, что нам пора познакомиться.

Я криво ухмыльнулся Бобам.

— Надеюсь, они уже не голодны.

Андроид прошел проверку всего за несколько секунд. Я отцепил себя от стойки и, пройдя по короткому коридору, очутился рядом с комнатой, в которой находились пробужденные павы. Сделав глубокий вдох, я буркнул: «Шоу начинается» — и приказал двери открыться.

Когда я вошел в комнату, павы отступили в самый дальний угол. На несколько секунд картина застыла: существо, похожее на человека, в одном конце комнаты, стая двухметровых перепуганных сурикатов — в другом. Я уже говорил на эту тему с Биллом, и мы решили, что лучше показаться им в виде инопланетянина, чем пытаться выдать себя за пава. Но все равно определенная неловкость казалась уместной.

Я поглядывал на них, но не смотрел в упор, поскольку они могли расценить это как агрессию.

— Добрый день, — сказал я, садясь на скамью, стоящую рядом с длинным столом. — Я Жак. Еще раз приношу свои извинения за то, что мы познакомились при подобных обстоятельствах.

Поначалу павы не шевелились, но затем Хазджар осторожно подошла к столу и села напротив меня.

— Почему ты в прошлый раз к нам не вышел? — спросила она после паузы.

— Э-э…

Нет смысла объяснять Хазджар, что я — не существо из плоти и крови. Зачем все усложнять?

— Мы не хотели напугать вас или сбить с толку, — ответил я. — Это было спонтанное решение.

Она кивнула; похоже, мои слова ее удовлетворили. Другие павы начали осторожно подходить к столу. Я не обращал на них внимания, надеясь, что это поможет им набраться храбрости.

— Что будем обсуждать? — спросила Хазджар.

Я сделал все, чтобы не улыбнуться. Для пава это было бы настоящее испытание.

— Ваш новый дом уже готов. Двадцать тысяч ваших лежат в анабиозе, и я бы хотел обсудить планы по их пробуждению.

Хазджар еще раз кивнула и села поудобнее. Она, член городского совета по профессии, привыкла принимать административные решения, и знакомая тема, похоже, ее успокоила.

— Хорошо, Джок. С чем нам придется работать?

* * *

Хазджар окинула взглядом поля, где начал созревать первый урожай ки — своего рода картофеля с надземными клубнями. Мы сидели во дворе ее дома, а три пава-солдата сжимали в руках оружие и с подозрением посматривали на меня. Я мысленно улыбался, глядя на их выражения лиц и жесты, и тщательно следил за тем, чтобы лицо андроида оставалось бесстрастным.

Павов постоянно сбивало с толку наше поведение, но они все списывали на нашу инопланетность. Военные, например, были крайне удивлены и вели себя очень настороженно, когда мы разбудили их и раздали им оружие. Они проверили обоймы, а кое-кто из них даже сделал пробные выстрелы. Они, похоже, все еще думали, что это какой-то непонятный розыгрыш и ждали, чем он закончится.

Хазджар повернулась ко мне.

— А как же Другие? Они по-прежнему представляют опасность для нас?

— Мы полагаем, что прямо сейчас они направляются к нашей родине. Они разозлились на нас за то, что мы сделали в вашей системе. Мы готовимся встретить их. Но вы сейчас довольно далеко от их планеты.

— И вы не хотите получить плату?

— Мы не так работаем, Хазджар.

— Вы — дожагрийл.

Существа со сломанными мозгами.

Я рассмеялся, тщательно стараясь использовать жесты, которые у павов были связаны с юмором.

— Многие из нас согласились бы с тобой.

— Так почему вы это делаете?

Я поерзал на стуле.

— Отчасти из-за желания помочь и, думаю, из-за чувства вины — ведь мы были рядом, когда прибыли Другие, но не смогли их остановить.

— Если бы вы не прилетели, это ничего бы не изменило, да? — спросила Хазджар и наклонила голову набок практически как человек.

Это была старая тема. Похоже, в мире есть несколько вопросов, в которых мы с павами никогда не найдем общий язык.

— Я знаю, Хазджар. Наши реакции не всегда подчиняются логике — даже нашей собственной.

— В этом, по крайней мере, мы похожи, — рассмеялась Хазджар, а затем указала на поля: — И что теперь?

— Повторяю: мы будем так близко или так далеко от вас, как вы сами захотите. Мы будем держать вас в курсе действий Других и поможем вам, если вы захотите вернуться на Пав — или хотя бы на него посмотреть.

Хазджар поежилась.

— Пройдет немало лет, прежде чем кому-то из нас придет в голову такая мысль. От тех картин мне до сих пор снятся кошмары.

Я молча кивнул.

— Наш народ обосновался на новом месте, — продолжила Хазджар. — Жилища просторные и хорошо спланированы. Местные животные уже поняли, что к нам приставать не надо. — Она вопросительно посмотрела на меня. — Ты мне приготовил другие сюрпризы?

— Нет, Хазджар. — Я покачал головой, после чего вспомнил, что отрицание у павов выражается движением головы из стороны в сторону. Я исправился, и Хазджар рассмеялась.

— Все нормально, Джок. Я тоже начинаю понимать твои жесты.

— Спасибо. И нет, по-моему, мы уже все обсудили. Неподалеку есть богатые месторождения, и через несколько лет вы сможете создать промышленность. Особенно больших и злых животных тут нет, так что тут у вас проблем не будет. — Я усмехнулся. — В отличие от других планет, которые мы колонизировали, здесь нет никаких крылатых чудовищ. Возможно, они еще не эволюционировали.

— Снова это слово. Я знаю, ты объяснил его нашим врачам, но они по-прежнему спорят на этот счет. — Хазджар на несколько секунд умолкла. — У тебя добрые намерения, но твое существование и даже обычные разговоры с тобой наводят на такие идеи, к которым мы, вероятно, еще не готовы.

Чуть подождав, она встала.

— Возможно, к ним будут готовы наши дети. Спасибо за сведения, Джок — и за все, что ты сделал. Я передам твои слова Совету, а если понадобится снова поговорить, я воспользуюсь коммуникатором.

Мне приказали удалиться. Ну что ж, все могло быть гораздо хуже. По крайней мере, они не стреляли в нас без предупреждения. Мы покачали головами по обычаю павов, и я сошел с крыльца.

Передо мной на землю опустился грузовой беспилотник, и я заметил, что солдаты приготовились к бою. А почему бы и нет? Существа, для которых паровой двигатель по-прежнему был суперсовременной техникой, плывущие по воздуху космические корабли должны показаться объектами, не поддающимися объяснению и даже описанию. Теперь они — в самых общих чертах, но не более — поняли, как обстоят дела в реальности.

Я зашел в грузовой отсек беспилотника и повернулся к солдатам. Когда двери начали закрываться, я отсалютовал павам, словно вулканец.

49. Наблюдение

Райкер. Ноябрь 2248 г. Солнечная система

«Динь!» Я услышал сигнал, свидетельствующий о входящем письме, развернул кресло и открыл сообщение в виде голограммы.

Оно от Марио. Возможно, это что-то интересное.

Прошло восемь лет с тех пор, как Марио начал действовать по разработанному мною плану изучения родной системы Других. Разумеется, определенная задержка неизбежна: беспилотники не могут пролететь по системе на межзвездных скоростях и остаться незамеченными. А на обычных скоростях быстро добраться от облака Оорта до системы невозможно.

Нет, Марио придал им неплохое ускорение. Будем надеяться, что оно не настолько большое, чтобы вызвать тревогу у Других.

Я пролистал документы, просмотрел заголовки, прочитал самое интересное, а затем отправил Марио приглашение в видеочат. Он подключился немедленно.

— Привет, Уилл. Ты просмотрел эти штуки?

— Ага. Похоже, в конце концов они что-то заподозрили.

— Угу, начали стрелять во все обломки, которые попались им на глаза, — рассмеялся Марио. — В том числе по куче обычных камней. А что, я не против.

— Но инфа, которую ты все-таки получил…

— Точно. Строительство сферы идет полным ходом. — Марио немного подумал. — Более интересно то, что там почти нет «астероидов смерти» и грузовых кораблей.

— Я это заметил, Марио. Более того, в экспедиции в систему Дельты Павлина участвовали все корабли, которые мы обнаружили.

— Либо это все, что у них есть… — Марио нахмурился, — либо все остальное где-то в другом месте.

Я кивнул.

— А за соседними системами ты следишь.

— Ага. И никаких ресурсов они там не добывают.

Я задумчиво уставился в одну точку.

— Спасибо, Марио. Мне, по крайней мере, теперь все ясно. Пойду проверю свой комплекс радаров.

Марио кивнул и закрыл видеочат.

Угу. Надвигается беда, и все такое. Брэдбери тут и рядом не стоял.

50. Космическая одиссея

Боб. Апрель 2225 г. Дельта Эридана

Марвин смеялся так, что едва не выпал из своего кресла. Испуганная Шпилька спрыгнула с его колен и забилась под стол. Я терпеливо ждал, когда вся эта драма закончится.

— Супер, — сказал Марвин, вытирая слезы. — Но жаль, что дельтанцы не поймут отсылку.

— Мы можем объяснить им ее при встрече. И даже показать им фильм.

— Значит, это мощная магнитная аномалия на самой большой луне?

— Ага, — ухмыльнулся я. — А в центре — большой черный монолит. Размеры — один на четыре на девять. Только на нем — а может, внутри его — есть надпись.

— Да ты просто злодей.

— Мне хотелось, чтобы эта штука еще играла музыку из вступления к «2001», но там нет воздуха и вообще…

Марвин снова рассмеялся и покачал головой.

* * *

Я разгуливал по Камелоту, наслаждаясь ароматами и любуясь дельтанцами, которые работали, играли, готовили пищу или просто расслаблялись. На краю площади сидел Архимед; он медленно крутил в руках кремень и что-то объяснял трем ученикам.

Поначалу жители Карлеона с сомнением отнеслись к нашему предложению, но мешок с лучшими наконечниками, сделанными Архимедом, заставил умолкнуть всех, кроме самых отъявленных параноиков. Вскоре десяток дельтанцев пришли к дому Архимеда, чтобы стать его учениками.

Два месяца спустя от этой группы добровольцев осталось всего трое — самые умные, или, по крайней мере, самые стойкие. В разговоре со мной Архимед признался, что они довольно способные.

Напряженность в отношениях между двумя деревнями ослабла, и Карлеон с Камелотом даже начали торговать друг с другом. В окрестностях Карлеона в изобилии росла трава с огромными, похожими на картофель корнеплодами, которые так нравились дельтанцам. Мелкие инструменты, выпрямленные древки копий и даже услуги по установке палаток — все это обеспечило постоянный рост коммерции.

Неплохо.

Приступ кашля заставил Архимеда сделать паузу в своей лекции. Кашель у него начался после того, как его избили похитители, и с тех пор не прошел. Это меня встревожило, и я решил, что при первой же возможности просканирую Архимеда с помощью суддара.

В конце концов занятие завершилось, и трое карлеонцев отправились домой. Я подошел к Архимеду, который осторожно потягивался.

— Бок до сих пор болит? — спросил я.

— Вряд ли он пройдет. По-моему, кость срослась неправильно. — Архимед поморщился и попытался размять мышцы в том месте, где возникло напряжение.

Я снова ощутил приступ бессильного гнева от того, что не сумел предугадать тактику врагов и помочь своему другу.

Мы направились на столовую гору, чтобы погреться в лучах вечернего солнца. По пути наверх я вспомнил, как пятьдесят семь лет назад летел над этой тропой в виде беспилотника, а рядом со мной шел Архимед, который тогда был значительно моложе. Теперь же он был очень похож на Моисея, каким он был в то время. Вероятно, через это проходят и люди, внезапно поняв, что родители скоро их покинут.

Архимед занял свое любимое место, а я уселся рядом с ним. Обводя взглядом окрестности, я понял, что ничего особенно не изменилось: дельтанцы еще не достигли того этапа, на котором они начнут вырубать леса.

Может, это и к лучшему, что я так и не собрался научить их одомашниванию животных. На самом деле это не к спеху.

51. Совет

Билл. Июнь 2230 г. Эпсилон Эридана

Я подождал, когда вопли стихнут. На меня смотрели более сотни Бобов, а ведь мы собрались далеко не в полном составе. Из-за войны мы теперь производили пару десятков Бобов в год.

Хершел и Нил стояли перед толпой, перешептываясь и просматривая свои записи. Они выступят с очередным докладом о состоянии «Беллерофонта». Эти два Боба были неразлучны, словно Келвин и Гоку, только ссорились реже. В детстве я всегда мечтал о брате. Интересно, не по той же причине другие Бобы занялись клонированием?

— Слушайте все. Оливер, Уилл, Декстер, Боб и я расскажем вам о том, как обстоят дела на производстве. Я выступлю с коротким сообщением. Хершел и Нил снова поведают нам о своем великолепном приключении. Гарфилд представит отчет об исследовании новых видов оружия и об энергоблоке Казимира. После этого смогут выступить все, кто хочет.

Несколько Бобов звякнули бокалами с пивом и кружками с кофе, но при этом все были настроены по-деловому.

Я представил отчеты, графики и прогнозы, связанные с созданием репликантов.

— В общем, парни, мы рассчитываем выставить на защиту Земли почти пятьсот дредноутов. Почти половина находится под управлением ИМИ и вооружена водородными бомбами. Мы уже решили, что оборонять Эпсилон Эридана не будем. Если там появятся Другие, я просто взорву все и свалю. Хочешь что-то добавить, Марио?

Марио вышел вперед.

— Мы восстановили систему слежения и мониторинга в окрестностях Глизе 877. Экспедиция, отправленная Другими в систему Дельты Павлина, вернулась домой, но других активных действий мы не заметили. Мы слишком мало знаем об их образе жизни и поэтому не можем понять, является ли происходящее чем-то необычным. Возможно, быстрые последовательные вылазки в Глизе 54, NN 4285 и Дельта Павлина были исключением. А может, они собрали достаточно сырья, и его им надолго хватит.

Краем глаза я заметил, что Нил хмурится и качает головой. Я решил, что чуть позже расспрошу его.

Посыпались вопросы о создании военного флота. Следующими должны были выступить Хершел и Нил.

Когда их объявили, Хершел покраснел и начал заикаться, но вскоре взял себя в руки.

— У нас на самом деле ничего нового, просто пара заметок. Мы продолжаем изучать внутреннее пространство «Беллерофонта», и хотя нам удалось кое-что узнать, мы продолжаем сталкиваться с новыми вопросами. Корабль, похоже, был многофункциональным, и транспортировка сырья — лишь один из вариантов его применения. То, как грузовые отсеки изменяют свою конфигурацию… — Хершел растерянно покачал головой; то же недоумение ощущалось и в каждом его письменном отчете.

В данный момент блог о «Беллерофонте» был одним из самых популярных в БобНете, так что доклад Хершела больше напоминал краткое изложение предыдущих отчетов. Нилу и Хершелу задали пару вопросов для проформы, после чего докладчики с явным облегчением сошли со сцены.

Вперед выступил Гарфилд.

— У нас два направления милитаризации — мы улучшаем уже имеющееся вооружение и создаем новое. На втором направлении особых успехов нет. Нам удалось построить огроменные лазеры, и они чуть более эффективны в бою с большими кораблями, чем «шипы» плазмы, но, как и «шипы», они не способны следовать за врагом. Если задержка, связанная со скоростью света, — серьезный фактор и если враг изменил курс после вашего выстрела, то вы выстрелили напрасно.

Гарфилд обвел взглядом публику.

— Нам стоит заняться «умным» оружием — особенно таким, которое бабахает. Сейчас мы пытаемся сделать беспилотники-доставщики более прочными и защищенными, а также работаем над созданием более мощных и эффективных бомб.

Гарфилд посмотрел на меня, и я добавил:

— Но в целом лучшая стратегия связана с численным перевесом. Больше Бобов, больше бомб.

Возникла пауза, после чего слово взял Уилл:

— Мы пытаемся решить проблему тремя способами: во-первых, защитить Солнечную систему; во-вторых — предотвратить новые экспедиции противника и, в-третьих, найти какое-то окончательное решение. Если Другие нападут на Землю до того, как мы подготовимся, все остальное не имеет значения. Но вечно отсиживаться в обороне мы не можем. — Уилл немного помолчал, вглядываясь в собравшихся. — Это значит, что мы должны тратить наши силы на несколько проектов, и еще, что нападение на Глизе 877 произойдет позднее, чем нам хотелось бы. Но наша главная задача — создать систему обороны Земли. И чем дольше Другие откладывают экспедицию, тем тщательнее мы подготовимся к встрече.

— Если исходить из того, что они еще не стартовали.

В зале повисла мертвая тишина, и все повернулись к Нилу. Он нахмурился, а Хершел покраснел как помидор.

— Пожалуйста, поясни, — сказал я.

Нил опустил взгляд.

— Помните, Другие затеяли уборку в своей системе? Почему они остановились? Может, они сделали, что хотели — то есть запустили что-то через «слепую зону»? А мы поступили предсказуемо — переместили выжившие беспилотники на ближнюю сторону.

Мы с Гарфилдом в ужасе переглянулись.

— Если то, что ты говоришь, правда, — наконец сказал Гарфилд, — значит, они полетели к Солнцу не напрямую, а кружным путем.

— Космос огромен. Мы никогда их не найдем — разве что наткнемся на них случайно, — добавил я.

Уилл посмотрел на меня.

— Нам нужно прогнать данные через пару моделей.

* * *

— Да, космос огромен. Он больше, чем я думал, — сказал я, с отвращением глядя на электронную таблицу.

— Э-э… Мы должны следить за кругом площадью в двенадцать квадратных световых лет. — Гарфилд устало потер лоб. — Почти восемьдесят тысяч беспилотников.

— И это замедлит производство стазис-капсул, — сказал я.

— А также создание бомб, Бобов, кораблей-колоний и техобслуживание работы. — Уилл посмотрел на потолок и беззвучно выругался. — Конца и края этому нет.

— Но у нас нет выбора. Если Другие появятся без предупреждения, нам кранты. — Я немного подумал. — Но нам хотя бы не нужно делать все беспилотники одновременно. Сначала прикроем самый короткий маршрут из Глизе 877, а затем займемся более окольными путями.

Уилл со стоном поднялся.

— Так. Я спрошу у Оливера, сможет ли он внести вклад в наш проект. До прибытия Других осталось как минимум пара десятилетий. Груз, отправленный из системы альфы Центавра, легко успеет попасть сюда.

— Отличная мысль, Уилл. — Я посмотрел на остальных Бобов. — Видимо, мы, как обычно, будем жить в интересное время. Йу-ху!

— Ха!

52. Ожидание

Райкер. Февраль 2252 г. Солнечная система

— Ну вот и все, Уилл. Теперь они полностью зависят от нас.

Я повернулся к Чарльзу, обмякшему в кресле. Усталость, разумеется, была лишь психологической: аватары в ВР уставали только в том случае, если мы сами этого хотели. Но именно сейчас у нас действительно появилась причина капитулировать — хотя бы на пару секунд.

Передо мной висела голограмма — только что полученный отчет. Последняя большая сельскохозяйственная кампания потерпела крах; почти весь урожай потерян, и даже если люди не потратят ни зернышка на производство пищи, их запасов не хватит для посева в следующем году.

— Точно. — Я вздохнул. — Ну что, потратим наши постоянно уменьшающиеся запасы металла на строительство новых космических ферм, чтобы прокормить людей?

— Или создадим корабли-колонии, чтобы вывезти их с планеты? — Чарльз уже выучил слова и поэтому без труда подключился к нашей мантре.

— Или сделаем стазис-капсулы, чтобы заморозить часть людей и тем самым уменьшить расход ресурсов? — бесстрастно закончил я.

Все это мы уже проходили. Геометрическая прогрессия выглядела круто на бумаге, но только в том случае, если у тебя бесконечные ресурсы и никакого давления извне. Реальность была более суровой.

— И что теперь, Уилл?

— Ну хорошая новость — если это можно так назвать — заключается в том, что теперь мы можем переместить анклавы под землю.

— Йи-ха!

— Веселое будет заседание. Хочешь поучаствовать?

Чарльз покачал головой.

— Даже на спор не буду. Сообщи мне, чем все закончится.

С этими словами он исчез.

Я поморщился. Вот уж действительно — йи-ха.

* * *

Заседание ООН проходило в тишине — даже если судить по новым стандартам. Все присутствующие понимали, что это событие, хотя и незначительное само по себе, символизирует критически важный этап в истории человечества.

В данный момент выступала проповедница Сабрина Скотт.

— Мистер Райкер предоставил нам прогнозы, основанные на том, что будет выбран один из вариантов, — сказала она, бросив взгляд в камеру. — Все варианты не привлекательные. Все связаны с рисками. В течение следующих заседаний нам придется принять несколько сложных решений, и у нас больше нет возможности вести бесконечные дебаты. Поэтому я прошу проводить в конце каждого заседания голосование, не имеющее обязательной силы. Как только один из вариантов наберет более пятидесяти процентов голосов, я официально поставлю вопрос на голосование.

Скотт закончила свое выступление, и я заметил, что следующий депутат попросил слова только через несколько секунд. В любой другой день началась бы настоящая свалка.

Уже не в первый раз, и особенно за последнее время, на меня накатило уныние. Нужно взять свои чувства под контроль. Люди не должны видеть, что я в отчаянии.

Кроме того, у нас еще остается «Беллерофонт». На корабле достаточно ресурсов, чтобы создать капсулы для всех жителей планеты. Когда он прилетит, мы сможем задействовать наши немалые производственные мощности.

Разумеется, главный вопрос заключался в том, успеем ли мы закончить работу до того, как прибудут Другие. Если они прибудут. А если они опоздают на вечеринку, то согласятся ли они просто поджарить планету — или бросятся в погоню за нами?

Это уже была знакомая колея в моих рассуждениях, и я не мог тратить время на то, чтобы катиться по ней.

Пора возвращаться к работе.

53. Защита

Билл. Август 2230 г. Гамма Павлина

Клод недоуменно посмотрел на меня.

— Брось, Билл. Неужели ты думаешь, что мы просто уйдем?

Я заглянул в гости в ВР Клода, которая в данный момент представляла собой пляж — с чайками, песком и шезлонгами. Уровень детализации поражал: ветерок был прохладным и соленым, а песок грел мои босые ноги. Общий эффект был таким чарующим, что я с огромным трудом заставил себя вспомнить о делах.

— Клод, я не пытаюсь тобой командовать, и никакой власти над тобой у меня нет. Но ты же был на совете Бобов. Нил, скорее всего, прав, и Другие, скорее всего, летят к Земле. Нам нужен…

— Тут слишком много «скорее всего».

— Но если данное утверждение окажется истинным, минусы будут огромные. — Клод уже начинал меня злить, и поэтому свои слова я сопроводил яростным взглядом.

Должно быть, Клод это заметил, потому что сразу же поднял руки вверх.

— Не обижайся, здоровяк, но тут минусы тоже значительные. Гамма Павлина 3 — идеальная планета для колонизации, а сама система, скорее всего, является одной из главных целей в списке Других. Все не так однозначно.

— Знаю, Клод, и будет очень обидно, если Другие разграбят эту систему. Но, по-моему, ты не мыслишь рационально. Гамма Павлина — кандидат на колонизацию, но не более того. Здесь никого нет — то есть если не считать тебя и других Бобов. Если появятся Другие, никто не умрет — ни люди, ни разумные существа других видов. С другой стороны, если Другие направляются к Земле…

— Ясно, Билл, ясно. Но если предположить, что Нил прав и мы полетим туда, то поучаствовать в битве мы успеем, а подготовиться к ней — нет.

Я вздохнул. Мы снова двинулись по кругу — и, судя по всему, в конце пути нас ждало сливное отверстие. После поражения у Дельты Павлина Клод и десяток выживших Бобов вернулись в систему Гаммы Павлина и поклялись, что защитят ее любой ценой. Цель благородная, но, по-моему, ошибочная. Поэтому я и организовал данную встречу, но она пока что шла не очень успешно.

Я снова перевел взгляд на Клода и постарался посмотреть на него как можно более сурово.

— То же самое можно сказать про ваше пребывание здесь. Если они появятся завтра, встретить их вам нечем.

— Не совсем, Билл. Мы начали подготовку, как только прибыли сюда из Дельты Павлина. Если группа Других, которая напала на Дельту, выгрузится в Глизе 877, а затем развернется и сразу полетит сюда, то здесь она будет лет через десять, не раньше. А мы тем временем из кожи вон лезем, пытаясь воспользоваться геометрической прогрессией и создать силы обороны.

— Но ради чего, черт побери?! Уилл ни за что не отправит сюда колонистов, если Другие прямо у тебя на пороге.

— И это возвращает нас к твоему плану борьбы с Другими. И, если уж называть вещи своими именами, то ты никак не помогаешь нам подготовиться к обороне. Об этом мы говорили и на совете. — Теперь уже Клод сурово смотрел на меня. Ну вот, разговор точно пошел по кругу, и мы снова придем к тем же выводам, что и раньше.

— Клод, нам нельзя разделяться. Прямо сейчас мы не знаем, сумеем ли мы дать отпор Другим, даже если не отправим вам часть ресурсов. Но если мы успеем перебросить вас к Земле…

— Билл, Дельта Павлина научила нас, что численного преимущества недостаточно. Миллион снарядов не собьет «астероиды смерти» и грузовые корабли. Вам нужны ядерные бомбы, вам нужны…

— …те же самые штуки, из которых вы создаете свою оборонительную систему. Слушай, Клод, мы это уже обсуждали. Я только что поймал себя на том, что начинаю напевать свои доводы, вот как хорошо я их выучил! На самом деле все просто: мы распыляем наши силы и ресурсы, чтобы защитить второй плацдарм.

В течение нескольких миллисекунд мы обменялись сердитыми взглядами, но было ясно, что ничего не изменилось и никто не уступит. Патовая ситуация. Снова.

Кивнув, я встал.

— Ладно. Если что-нибудь изменится…

— …то мы, разумеется, вернемся к этому разговору. — Клод пожал плечами. Чего-то более похожего на уступку мне от него добиться не удалось. Отсалютовав ему, я покинул ВР.

* * *

На самом деле я не надеялся убедить Клода, однако неудача все равно причиняла мне боль. Но просто сидеть и дуться было некогда. Следующая остановка — Дельта Павлина. У нас все еще оставалась куча техники в этой системе — а именно беспилотники. Бобы уже улетели отсюда, но нам все равно нужно было следить за тем, что тут происходит.

Я взял на себя управление беспилотником, который вращался вокруг DP-4, и навел его оптику вниз, на планету. Я не мог понять, нужно ли это для мониторинга или я делаю так, чтобы тем самым наказать себя, но каждый раз, когда я смотрел на планету, внутри у меня все сжималось. Прошло тринадцать лет с тех пор, как Другие разорили ее, и обычный очищающий эффект погоды уже начал сказываться. Планета уже не выглядела такой серой, как раньше, а полярные шапки льдов снова стали сверкающе белыми. Океаны тоже стали скорее синими, чем серыми.

К сожалению, вся суша по-прежнему оставалась окрашена во все оттенки серого и бурого — и они никуда не денутся. Жак, столь же упрямый, как и его брат-клон Клод, отказался поделиться со мной собранными образцами. Он довольно логично объяснил, что биологические образцы предназначены для павов, которые поселились на планете HIP 84051-2, и что рисковать своими запасами он не собирается. Правда, он обещал добыть новые образцы, когда и если на новой планете все наладится.

И нельзя сказать, что он поступил безрассудно. Эта мысль заставила меня фыркнуть от смеха. Жак не был безрассудным, но его нетерпеливость меня раздражала. Вот еще одно доказательство того, что клоны Боба не идентичны.

Ну неважно. Рано или поздно я восстановлю экосистему павов, даже если придется ждать пятьдесят лет или сто. Это будет так приятно — вернуть павам их родную планету. А проблему с металлами как-нибудь решим.

Но в одном Клод был прав: прежде чем строить подобные планы, нужно разобраться с Другими.

54. Вечеринка

Райкер. Март 2257 г. Ромул

Я постучал в дверь, до сих пор не понимая, действительно ли я хочу здесь находиться. О, я всегда рад повидаться с родственниками, но Джастин…

Дверь открылась; я увидел одну из правнучек Джастина и вспомнил, что ее зовут Беатрис. Несколько лет назад ее представили мне во время одного из видеочатов.

— Дядя Уилл! Заходите. Дедушка в гостиной.

Она захлопнула за мной дверь, показала, куда идти, и умчалась по своим делам.

Я осмотрел дом — по крайней мере, насколько это можно было сделать из фойе. Здесь собрались человек пятьдесят, от седовласых старцев до малышей, которые едва могут стоять. Сегодня Джастину исполнялось семьдесят пять, и его день рождения стал поводом для того, чтобы собрать вместе весь клан — или хотя бы тех, кто мог прийти.

Организованный хаос… а, нет, вычеркиваем — ничего организованного тут не было. Своей наивысшей концентрации хаос достигал в гостиной и столовой. На кухню детей не пускали: женщины готовили там обед. Забавно, что через двести лет после смерти Изначального Боба женщины до сих пор правили на кухне — вероятно, потому, что мужчины бы просто открыли пакет чипсов и банку с соусом.

Нет, я совсем не против чипсов и соуса.

Я посмотрел на блюда, расставленные на столе в столовой; на них уже набросились мои голодные родственники. Еда быстро заканчивалась, и я пообещал себе, что попробую что-нибудь — хотя бы для того, чтобы сохранить вкус для ВР.

Я немного побродил по дому, здороваясь со всеми и периодически останавливаясь, чтобы переброситься с кем-нибудь парой слов. Изначальный Боб никогда не чувствовал себя уютно в подобных сценариях: светские беседы и на фуршетах всегда казались ему такими банальными и бессмысленными.

Но тут все по-другому. Здесь все — либо мои родственники, либо их супруги. Здесь каждый человек наполнял смыслом мою жизнь, а также жизнь моих сестер и родителей.

Я посмотрел по сторонам и понял, что просто тяну время. Не обязательно все усложнять. Люди растут, заводят детей, стареют. Умирают. Смерть Джулии по-прежнему не давала мне покоя. А теперь я в гостях у Джастина, которому исполняется семьдесят пять. Я — с предельной четкостью — помнил, как увидел его в первый раз: ему было два года, и он сидел на коленях у матери перед камерой. Космический курсант Джастин, который восхищенно смеется, глядя на красивые картинки.

Глубоко вздохнув, я зашел в гостиную. Джастина окружили родственники; они болтали с ним и следили за тем, чтобы он ни в чем не нуждался.

Джастин улыбнулся, увидев меня, и махнул мне рукой, а я улыбнулся в ответ. Кто-то уступил мне стул, и я сел рядом с Джастином.

— Привет, курсант. Как дела?

Джастин ухмыльнулся.

— Для тебя, салага, я не курсант, а адмирал Курсант.

— Адмирал, для тебя я не салага, а дядя Салага.

Мы расхохотались. Я вгляделся в лицо Джастина. Я все еще видел в нем общие черты с Джулией, а это, конечно, означало, что в нем есть и черты Андреа. Я почувствовал, что у меня на глаза наворачиваются слезы. Я взял Джастина за руку и сказал:

— Хорошо, что ты ушел в отставку. Главнее адмирала никого нет, так что дальше двигаться некуда. — Я помедлил. — Джастин, давным-давно мы говорили о репликации…

— Я помню — в тот день, когда умерла мама. Уилл, с тех пор ничего не изменилось — вы, парни, до сих пор пашете как проклятые, а теперь еще и увязли в войне с какими-то инопланетянами. Такая загробная жизнь меня не очень привлекает. — Джастин наклонил голову набок и, еле заметно улыбнувшись, посмотрел на меня. — Я знаю, как ты относишься к религии. Но, прав я или нет — неважно: в любом случае я умру спокойно. А ведь Пари Паскаля работает в обе стороны, верно?

Я с улыбкой кивнул.

— Ага. Если ошибешься, у тебя не будет возможности об этом пожалеть.

Джастин немного помолчал, обводя взглядом комнату.

— Знаешь, дядя Салага, наша молодежь тебя, скорее всего, даже не узнает. В последние годы ты все реже к нам заходишь. Это ты намеренно или из-за Других у тебя нет времени?

Ну вот. Та самая тема, которой я пытался избежать. Но я понимал, что не ответить на его вопрос я не имею права.

— В общем, всего понемногу. Смерть твоей матери сильно на меня подействовала. Люди умирают, а я помню каждую смерть в мельчайших подробностях, и постепенно у меня накапливаются неприятные воспоминания, с которыми нужно разбираться. Пожалуй, я пытаюсь больше думать о родственниках в целом, а не об отдельных личностях. — Я улыбнулся ему, пытаясь смягчить свои слова. — Это слегка отдаляет меня от них — ну ладно, не слегка, а сильно, — но мне кажется, что так будет лучше.

— То есть я — последний представитель нашего клана, с которым ты поддерживаешь связь?

— Да. Боб-1 называет это «раствориться в легенде».

— Ну что ж, дядя Уилл, я рад, что познакомился с тобой. И мне приятно, что кто-то будет меня помнить.

Я фыркнул.

— Посмотри по сторонам. Вся эта толпа точно тебя запомнит.

Мы еще немного поговорили, а затем я извинился и встал. Кто-то немедленно сел на освободившийся стул, чтобы пообщаться с патриархом.

Я помахал Джастину на прощание; он улыбнулся мне и заговорил с новым собеседником.

Семья.

55. На периферии

Билл. Декабрь 2243 г. Эпсилон Эридана

Я посмотрел вниз, на Рагнарек, и увидел, что он хорош. Я усмехнулся, радуясь тому, что не сказал это вслух. Гарфилд вечно бы мне припоминал эти слова.

И все же сейчас мне было сложно хотя бы слегка не чувствовать себя божеством. Моря наконец-то начали объединяться, формируя океаны; концентрация кислорода в атмосфере повысилась, а содержание ядовитых газов в ней упало. Мой гибрид мха и лишайника закрепился и теперь стремительно превращал серо-коричневую поверхность планеты в сдержанно зеленую. Я посадил на Рагнареке хвойные деревья и несколько видов трав, и они не стали хватать себя за свои растительные глотки и помирать от удушья.

Пора заняться созданием пищевой цепи — от планктона в океане и дальше наверх.

Я отправил сигнал Гарфилду, а затем зашел к нему в гости.

— Привет, Гар. Мы уже давно не осматривали Рагнарек лично. Не хочешь прогуляться?

Гарфилд покачал головой.

— Прости, Билл, но Рокки-4 еще не совсем готов. Я уменьшил размеры крыльев, но у меня не хватает поддерживающей мускулатуры. Сейчас я настраиваю ее параметры.

Я пожал плечами, но все-таки был разочарован. Наши гонки по Рагнареку, лось против странной летучей мыши, похожей на Родана, стали одним из светлых пятен в моей довольно напряженной жизни. Подготовка к возможному прибытию Других была столь же увлекательной и разнообразной, как и самая бесперспективная работа в офисе.

— Как там запасная площадка? — спросил Гарфилд.

Я сел на стул и создал себе кофе.

— Она почти готова. На периферии, за облаком Оорта, вдали от линий, соединяющих эту систему с соседними. Она так замаскирована, что обнаружить ее можно только случайно.

— Ты мощности увеличиваешь?

— Вот с этим у меня проблема, — ухмыльнулся я. — Ведь последнее время мы так быстро производим новых Бобов… Сколько нас теперь — пятьсот?

Гарфилд печально улыбнулся.

— Ага. Странно, что только угроза нашему существованию заставила нас шевелиться.

— А может, это и не странно, — фыркнул я. — Мы же такие, каким был Изначальный Боб.

Гарфилд хмыкнул.

— Кстати, очередная партия беспилотников, которую Оливер отправил в Солнечную систему, позволит Уиллу закрыть последнюю брешь в зоне покрытия. После этого они за несколько недель предупредят нас о приближении Других.

— Не супер, но лучше, чем ничего, — сказал я и встал. — Ну ладно, Гар. Дай мне знать, когда Рокки будет готов. Мне нужно развлечься.

Не дожидаясь ответа, я вышел.

* * *

Я сделал глубокий вдох через нос: у Рагнарека определенно был запах — не похожий на земной, но и не совсем чуждый. Я пошел в случайно выбранном направлении, любуясь травой, которая росла между деревьями, и насекомыми, которых, возможно, было слегка с избытком. Стоит поселить тут еще парочку видов насекомоядных животных.

Находиться в теле андроида было приятно; порой я по-прежнему использовал Буллвинкля, но даже сам признавал, что в человеческом облике мне гораздо уютнее. И теперь, когда Рагнарек стал пригодным для жизни, присутствие андроида на поверхности планеты казалось гораздо более естественным.

В общем, планета выглядела отлично, а когда я выгружу на нее растения и животных из шпицбергенских запасов, люди будут чувствовать себя здесь как дома.

К сожалению, из-за угрозы нападения Других эта система не входила в число главных объектов для колонизации. Поскольку она была одной из двух систем, которые Другие назвали своими целями, вряд ли кто-то захочет на ней поселиться.

Если Другие приведут свою угрозу в исполнение и «соберут урожай» в этой системе, все мои усилия окажутся напрасными. Мысль об этом заставила меня нахмуриться. Если они начнут действовать, то совершенно точно не ограничатся Рагнареком.

Но если нам удастся их остановить…

Возможно, данная планета людям и не нужна. Устроим на ней заповедник. Пусть флора и фауна размножается и эволюционирует без вмешательства со стороны людей.

Неплохая мысль. Я улыбнулся и вызвал грузовой беспилотник.

56. Город в облаках

Говард. Декабрь 2226 г. Один

Восемь пластин с двигателями медленно опустили Ривенделл в облака Одина. Марк перебрал весь список городов Барсума и многие города из фантастических романов. Выбирать названия из «Властелина колец» — это слегка банально, но, с другой стороны, есть ли у меня выбор?

Город, какое бы имя мы для него ни выберем, был в несколько раз больше летающих поселений Марка. Когда используешь плавучесть для подъема, то чем ее больше, тем лучше. В Ривенделле стояли и настоящие здания. Правда, особой необходимости в них не было, но мы хотели использовать Ривенделл в качестве экспериментального образца, и поэтому Бриджет предложила сделать вид, что мы — живые люди. Мы даже построили кухни, канализацию и инфраструктуру.

Бриджет встала сбоку от меня. Сжав кулаки, она смотрела на монитор и силой воли заставляла город вести себя прилично.

И это правильно — ведь на самом деле это была уже вторая версия Ривенделла: первая лежала где-то далеко внизу, в мутных глубинах, и, возможно, уже расплавилась и превратилась в шлак. Опять забыл прибавить двойку, которую держал в уме.

— Нужная глубина набрана, — сказал я. — Гуппи, отпускай пластины. Медленно.

Гуппи кивнул. Пластины отсоединились, и Ривенделл, разок нырнув, нашел точку равновесия.

[Давление стабильно. Уровни напряжения в пределах нормы.]

— Спасибо, Гуппи. Дальше мы сами.

Гуппи кивнул и исчез.

— Раньше я всегда недоумевала, когда ты упоминал про Гуппи, — улыбнулась Бриджет, качая головой. — Иногда мне казалось, что у тебя винтиков в голове не хватает.

— Подтверждаю! — завопил я, вскидывая кулак в воздух.

— О да. И все гораздо хуже, чем я предполагала.

— Рад, что все еще могу тебя удивить, — сказал я и чмокнул ее в щеку. Затем я взмахнул рукой, и появились панели управления для наших андроидов. — Ну что, начнем?

Бриджет взяла меня за руку, и мы подключились…

* * *

Я отцепился от подставки и посмотрел влево, где тем же самым занимался андроид Бриджет. Я быстро огляделся и никаких очевидных проблем не заметил. Бриджет помедлила, привыкая к телу андроида. Она походила кругами, пару раз сжала кулаки, а затем посмотрела на меня и улыбнулась. Я ухмыльнулся и кивнул в сторону двери.

Мы вышли на поросшее травой поле, окруженное с трех сторон зданиями. Перед нами из земли поднимался прозрачный изогнутый купол, накрывающий собой весь Ривенделл.

Не говоря ни слова, мы с Бриджет поспешили к куполу. Положив ладони на прозрачный фибрекс, мы потрясенно уставились на Один. Атмосферное течение тащило мимо нас стайки криля. Маленькие хищники гонялись за крилем, большие хищники — за мелкими. Вдали плыл выводок дирижаблей, за которым, как обычно, следили скаты, надеющиеся поймать отбившуюся от стада молодежь. Над и под нами в разных слоях доминировали разные экосистемы, сменяющие друг друга.

Мы завороженно наблюдали за этой панорамой, пока нас не напугал глухой удар, заставивший наш город слегка задрожать. Я удивленно посмотрел по сторонам. Один из дирижаблей прикрепился к верхней трети купола. Похоже, он твердо вознамерился удержать город и…

— Э-э… — я показал на дирижабль, не зная, что сказать.

— По-моему, это точно «он», — ответила Бриджет, заливаясь смехом.

— Значит, он… Похоже, что он… м-м…

— Мы ему понравились. — Бриджет согнулась пополам и захохотала, обхватив себя руками.

— Когда я учился на инженера, нам про такое не рассказывали, — сказал я.

Бриджет повалилась на траву.

Дирижабль у нас над головой продолжал доказывать нам свою любовь.

57. Обнаружение

Райкер. Апрель 2257 г. Солнечная система

Восемьдесят тысяч беспилотников-наблюдателей давали кучу ложных положительных результатов. Даже после внедрения алгоритмов-фильтров мне все равно приходилось каждый день проверять значительное число отмеченных объектов. Да, обрабатывать ложные сигналы — нудная, утомительная работа, но любая ошибка, допущенная в ходе этой работы, может привести к катастрофе.

И тем не менее данный процесс превратился в рутину, и из-за этого я едва не пропустил первый значительный сигнал за двадцать семь лет мониторинга.

Когда до меня дошло, что происходит, я рывком выпрямился в кресле. Сигнал слишком размеренный, чтобы быть фоновым шумом, слишком постоянный, чтобы быть каким-то артефактом, связанным со сбоем приборов. Сигнал был едва различимым, но все равно буквально кричал о надвигающейся опасности. Я промотал вперед несколько часов записей и в конце концов был вынужден признать, что не могу от него отмахнуться.

На меня накатил ужас. Я отправил сообщение Биллу. Контакт.

Через несколько секунд Билл ворвался ко мне.

— Умеешь ты испортить день, Уилл. Ладно, давай посмотрим.

Я молча показал на экран. Бил сел и развернул экран к себе. Я видел, как он двигает глазами, изучая параметры.

В конце концов он нахмурился, оттолкнул от себя окно и, с силой выдохнув, откинулся на спинку стула.

— Ну все. Это вторжение. Я вижу, что вектор сильно в стороне от прямой, соединяющей нас с Глизе 877. Они рассчитывали на то, что мы будем наблюдать за ними.

Я кивнул.

— Или, по крайней мере, учли это в своих планах. Пока что выяснить их численность невозможно, но, думаю, к концу дня мы это узнаем. Объявим сейчас или позже?

— Нет, ждать нельзя. — Билл потер лицо ладонями и устало посмотрел на меня. — Мы соберемся на совет. Нужно дать Бобам время на подготовку. Может, отправлю что-нибудь прямо сейчас и пообещаю сообщить подробности часа через три?

Я кивнул.

— Ладно, я начну, — сказал Билл, вставая. — Держи беспилотники там, где Другие их не обнаружат. Не нужно сообщать им о том, что мы их видим. А если появятся новые данные, сразу отправь их мне.

С этими словами он исчез.

* * *

Собрать совет мы не успели: не прошло и часа, как один сигнал разделился на несколько. Похоже, мы все просто забыли о том, какие огромные корабли Других. Теперь перед нами было пятьдесят объектов поменьше и сто больших — вероятно, «астероиды смерти» и грузовые корабли с истребителями внутри.

Я отправил сообщение Биллу и немедленно получил ответ. Сейчас кое-что организую.

Через десять миллисекунд Билл, Оливер, Жак, Гарфилд, Тор и Клод появились в моей ВР. Гуппи пожаловался на то, что ВР внезапно затребовала огромный объем памяти. В качестве компенсации я отключил Шпильку и Дживса.

— Вот отстой, — сказал Билл, глядя на созданную мной стену-дисплей. — Похоже, они отправили все, что у них есть.

— Если не считать тех сил, которые полетели в систему Дельты Павлина, а они, скорее всего, прибыли в Глизе 877 сильно позднее, чем стартовала данная компания. — Джек скрестил руки на груди и обвел нас взглядом. Никто из нас не любил Других, но Жак, похоже, впитал в себя поистине животную ненависть к ним. Упрекнуть его в этом я не мог; у меня сложилось похожее отношение к ДУЛО.

— Тор, ты прикинул, что могут везти транспорты? — спросил Билл.

Тор кивнул.

— Да, конечно, но не забывай — в Дельте Павлина Другие были готовы штурмовать оборонительные укрепления одной планеты. А на этот раз они почти наверняка понимают, что им противостоит космический флот, который готовился к бою в течение десятилетий и знает, какие козыри есть у Других. Они воспользуются всем, что у них есть.

— Всем, что у них было под рукой, — возразил Клод. — У нас есть точка отсчета — момент, когда они уничтожили наши беспилотники в Глизе 877, так что мы знаем, сколько времени у Других было на подготовку.

Гарфилд покачал головой.

— Это да, но они могли погрузить на транспорты сырье и создать прорву всего во время полета. В ресурсах у них недостатка нет.

— Черт… — Клод потер голову. — Итак, сколько субъективного времени у них было на создание флота?

— Хм… — Билл ненадолго задумался. — Двадцать восемь и одна десятая светового года… Грузовые корабли могут ускориться только до 5 g, а если бы ускорение было сильно меньше, они бы сюда еще не прилетели. Поэтому я полагаю, что они выбрали минимальное время перехода, вместо того чтобы увеличить свое личное время в полете. Значит, субъективного времени у них было чуть менее двух лет. — Он обвел нас взглядом. — Это немало, но если бы они загрузили транспорты под завязку, то удлинили бы маршрут. Тор, тебе этого хватит для расчетов?

Кивнув, аватар Тора застыл: Тор принялся работать с моделями.

— Все равно ничего хорошего, — сказал Тор после короткой паузы. — Думаю, они могут выставить не менее двадцати тысяч истребителей и крылатых бомб, а может, даже почти тридцать тысяч.

— О боже, — сказал Клод. — А у нас сколько?

— Пятьсот Бобов, тысяча дредноутов с ИМИ, три тысячи ядерных бомб и пять тысяч снарядов.

— А также плазменные «шипы» и лазеры, но при большой задержке от них будет мало проку.

— Нет, погоди, — сказал Гарфилд. — Да, ограничения, связанные со скоростью света, идут им во вред, но можно сделать так, чтобы они принесли нам пользу.

Мы повернулись к нему, и он продолжил:

— Если мы подведем замаскированные беспилотники-наблюдатели поближе к Другим, то сможем следить за ними в реальном времени и стрелять из лазеров и плазмой на упреждение.

— Да, но если они пошлют свой мегасигнал, то поймут, что мы их обнаружили, — сказал Тор.

Гарфилд пожал плечами.

— Мегасигнал объявит всем о том, что они прибыли. А Другие, возможно, хотят сделать это в самую последнюю секунду.

Я потер глаза двумя пальцами.

— Черт. Жаль, что с нами нет Баттеруорта.

— Такого я от тебя еще не слышал, — ухмыльнулся Билл.

— Я не испытывал к нему ненависти, просто у нас с ним постоянно возникали конфликты. — Я пожал плечами. — В любом случае он отлично умел разгадывать замыслы противника. А вот Изначальный Боб тактиком не был.

Собравшиеся за столом закивали.

— Да, — сказал Гарфилд, — именно поэтому мы и не стали шахматистами.

Наши раздумья прервал Тор.

— Слушайте, мы можем рассчитать момент, когда они решат, что мы уже не успеем что-то сделать. Именно тогда они включат свой мегарадар. Нам нужно просто их опередить.

— Отлично, Тор. Займешься этим? — Тор кивнул, и Билл посмотрел на нас. — Попробуем вывести наши стелс-беспилотники на позиции и, кроме того, отправим вперед часть замаскированных ядерных бомб. Все, что мы уничтожим сразу, не сможет нанести нам ущерб позднее. И запускайте «джокеров». Их нужно разместить как можно скорее.

Я вздрогнул, получив сигнал, и Билл удивленно посмотрел на меня.

— Похоже, Хершел и Нил уже здесь. — Я ухмыльнулся. — Так что мы, по крайней мере, сможем увезти людей подальше.

Билл кивнул и снова обвел взглядом собравшихся.

— Так, все получили задания. Совет начнется через два часа. Давайте подготовимся к нему.

Он исчез, а за ним последовали и остальные.

58. Прибытие

Хершел. Апрель 2257 г. Солнечная система

Я не мог усидеть на месте от возбуждения. Через несколько минут наша скорость уменьшится настолько, что мы сможем синхронизировать ВР с местными Бобами. Мы, разумеется, никогда не теряли с ними контакт, но переписка по электронной почте — такой формальный метод общения. Почту Бобы использовали только для отправки отчетов и официальных новостей.

Наконец мой очередной сигнал дал положительный результат. Радостно завопив, мы открыли наши ВР и отправили Райкеру запрос на синхронизацию.

[В подключении отказано.]

— Что? — Я посмотрел на Нила. — Нас отправили на псарню?

Он пожал плечами — очевидно, происходящее сбило его с толку не меньше, чем меня.

— Надеюсь, что нет. Если меня ждет выволочка, то я хочу сначала ее заслужить.

[Получатель указал, что у него максимальное число подключений.]

— А.

Ну это хоть что-то. Корабельная ВР рассчитана на определенное число гостей, и мы, видимо, заявились к нему не вовремя. Я заказал себе кофе и попытался расслабиться.

Наконец Райкер зашел в нашу ВР. Обычно все происходило наоборот, но сегодня, похоже, был необычный день, поэтому я ничего не сказал.

— Привет, парни. Я рад, что вы наконец-то прибыли.

— Райкер, что происходит?

— Хершел, называй меня «Уилл». «Звездный путь» я пытаюсь оставить в прошлом.

Я кивнул и предложил ему садиться.

Уилл сел, взял кофе у Дживса и немного помолчал.

— Помните, как Другие начали взрывать беспилотники-наблюдатели в системе Глизе 877, а потом остановились? — Уилл кивнул на Нила. — А Нил тогда предположил, что они воспользовались нашей временной слепотой и запустили что-то в нашу сторону.

Мы кивнули. Нам стало ясно, что Уилл, скорее всего, пришел не просто поболтать. Очевидно, произошло что-то важное.

— Мы обнаружили их флот. — Уилл поставил чашку на стол и посмотрел нам в глаза. — Он большой. Очень большой. Я не уверен, что мы их одолеем. Но я точно знаю, что, несмотря на все наши усилия, они смогут подойти поближе к Земле и долбануть по ней. А мы должны исходить из того, что их план состоит именно в этом.

— Твою мать… — Глаза Нила стали огромными, словно блюдца. — Сколько людей там осталось? Сколько у вас стазис-капсул?

— Мы сумели создать три миллиона, и это нам еще повезло. В вашем отчете сказано, что у вас пять, но, к сожалению, на Земле сейчас чуть менее четырнадцати миллионов людей.

Я застонал.

— Шести миллионов не хватает. А по двое их нельзя запихать?

Я сам понимал, что это тупая мысль. Капсула рассчитана на одного человека, так что дело не только в том, чтобы запихнуть в камеру нескольких людей. К счастью, Уилл понял, что мой вопрос был риторическим, и поэтому промолчал.

— Сколько у нас времени? — спросил Нил. — Мы можем построить более крупные капсулы?

— Мы не успеем, — ответил Уилл. — И вам все равно понадобится то же количество техники на каждого человека.

Нил кивнул.

— Что будем делать, Уилл?

Уилл посмотрел на нас, покачал головой и потер лицо руками.

— Не знаю, Нил. На встрече Бобов мы только что обсуждали именно этот вопрос. Думаю, мы заберем всех, кого можно увезти прямо сейчас, и будем надеяться на то, что нам удастся отбросить Других подальше от планеты и тем самым спасти оставшихся.

— Шаттлы? — спросил я.

— Мы планировали перевозку в течение многих лет, так что с шаттлами, по крайней мере, проблем нет. Шаттлы могут перевозить по миллиону человек зараз. Да, по сравнению с шаттлами авиалинии третьего мира будут выглядеть как бизнес-класс, но если на карту поставлена твоя жизнь, то полетишь даже с курицей на коленях.

Мы с Нилом переглянулись. Вот это жесть.

— Парни, вы готовы к погрузке?

— Все наши капсулы в рабочем состоянии, — ответил Нил, — и мы подготовили несколько отсеков для ваших капсул. Мы рассчитывали взять на борт все четырнадцать миллионов, так что, похоже, слегка перестарались.

— Мы тоже несколько лет готовились решать самые разные проблемы, — сказал я, пожав плечами. — Думаю, мы готовы ко всему.

Уилл кивнул.

— Будем надеяться, что мы так же готовы встретить Других.

— Как вы отберете, кого будете грузить?

Уилл застонал.

— Вот вопрос, о котором я старался не думать. Мы же собираемся бросить почти половину населения Земли, фактически оставить этих людей во власти Других. Сложное решение, как ни крути.

Нил посмотрел на потолок.

— Лотерея?

— Пожалуй, это самый справедливый способ, — ответил Уилл. — Но нам также нужно подумать об эффективности. Сначала займемся самыми крупными анклавами, а затем двинемся по самому короткому маршруту к остальным. Мы не можем прыгать из одного конца планеты в другой просто потому, что так решил слепой случай.

— Ого. — При мысли об этом у меня закружилась голова — в плохом смысле слова. — То есть судьбы этих людей — в твоих руках. И как ты будешь жить с этим?

На лице Уилла отразился ужас.

— Не знаю, Хершел. Просто не знаю.

59. Примирение

Говард. Октябрь 2230 г. Один

Я стоял у стены из фибрекса и смотрел на атмосферу Одина. Бриджет подошла ко мне и положила руку на мое плечо. Ее молчание заставило меня повернуться к ней; я уже заподозрил неладное.

В ее глазах что-то мелькнуло — возможно, удивление, но не паника и не ужас. Наклонив голову набок, я стал ждать, когда она заговорит.

Сделав несколько попыток улыбнуться, Бриджет наконец обрела дар речи.

— Меня пригласили на свадьбу.

— Свадьбы — это всегда приятно. И кто же тебя пригласил?

— Хауи.

Мои брови полезли на лоб.

— Он что, проскочил несколько этапов?

Бриджет улыбнулась.

— Похоже, я пропустила довольно большую часть жизни своих детей. Но твоя идея о том, чтобы родственники Райкера… — она поморщилась, — ну ты понимаешь, чтобы они поговорили с ним… похоже, она сработала.

— Значит, он с тобой общается.

— Угу. И на свадьбе будет Лиэнн. По словам Хауи, мне нужно немного подождать, и тогда она все поймет.

— А Рози?

Бриджет покачала головой.

— Рози выдвинула ультиматум: если я приду, то она — нет. Тебя она тоже видеть не хочет, если уж на то пошло.

— Похоже, она злится.

Бриджет поморщилась, и я сразу же пожалел о своей легкомысленной реплике.

— Прости, Бридж.

— Говард, скорее всего, это навсегда. Рози вот такая, она не уступит. Хауи сказал, что хочет, чтобы его дети смогли познакомиться со своей бабушкой. Ему пришлось сделать выбор.

— И когда торжество?

— Меньше чем через месяц. Я уже попросила Декса сделать мне андроида. Тебя тоже пригласили. — Она мрачно посмотрела на меня. — И да, ты наденешь костюм.

* * *

Я снова был в костюме с галстуком. Но это было нормально, потому что я мог увидеть Бриджет при полном параде. Она, разумеется, надела зеленое платье, которое отлично сочеталось с ее рыжими волосами. И нет, если все сделать правильно, то это совсем не банально.

А по-моему, все было сделано очень, очень правильно.

Бриджет оставила себе квартиру на Площадке. Поначалу мне казалось, что так она поступила исключительно из ностальгических соображений, но теперь выяснилось, что в квартире можно хранить наших андроидов. Кроме того, всегда полезно иметь постоянный адрес на Вулкане.

Когда подошло время, мы вызвали общественную транскапсулу и назвали ИМИ-водителю адрес церкви.

Свадьба была… ну… похожа на свадьбу — католическую, разумеется. Хауи выглядел чуть старше, чуть взрослее. Его невеста Ангелина была так красива, как может быть красива только невеста. Я вдруг понял, что у меня на глаза навернулись слезы, и это слегка меня удивило — Хауи же не мой сын, в конце концов. Но это не имело значения.

На банкете Бриджет наконец встретилась с сыном лицом к лицу. Оба неуверенно замерли на месте, и я уже приготовился к тому, что мне придется вмешаться. Но все обошлось, и Хауи обнял свою мать. Они, похоже, не хотели отпускать друг друга, и мне показалось, что это хороший знак.

В конце концов они разомкнули объятия. Настала моя очередь, и я протянул Хауи руку.

— Поздравляю, малыш.

Он пожал мне руку и ухмыльнулся.

— Спасибо, Говард. Пожалуй, мне больше не нужно называть тебя «дядей», а?

Я рассмеялся.

— Называй меня как хочешь, Говард. Любой вариант подойдет. — Я посмотрел на Бриджет; она едва сдерживала слезы. — И звони в любое время. Мы всегда на связи.

Мы с Бриджет отошли в сторону, чтобы другие гости могли тоже поздравить жениха.

— Все не так уж плохо, — сказал я.

Она не ответила, и я заметил, что она смотрит вдаль. Я проследил за ее взглядом и увидел Лиэнн. Ой.

— Я… э-э… в буфет. Еда зовет.

Кивнув, Бриджет пошла к своей дочери.

* * *

Я расправлялся с великолепным куском жареного мяса, когда Бриджет села рядом со мной.

— Ну и?

Она вздохнула.

— Рози эмигрирует на Ромул.

— По-моему, это слишком.

— Ну, Говард, это же Рози. «Никогда не сдавайся» — таков ее принцип. Из-за этого она порвала со своими братом и сестрой. — В глазах Бриджет стояли слезы. — Говард, может, я эгоистка? Может, мне нужно уехать?

— Бриджет, ты всегда шла на уступки, но рано или поздно тебе придется настоять на своем. Все пытались договориться с Рози. Теперь уже ей пора идти на компромисс. Правда, по-моему, это маловероятно.

Бриджет печально кивнула.

— Слушай, если у нее будут дети, можешь попытаться установить отношения с ними. Не забывай: в нашем распоряжении вечность.

Вздохнув, Бриджет снова кивнула. Я показал на Хауи, который танцевал со своей невестой, и Бриджет просияла.

Родственники. Хорошие, плохие или мерзкие, но нужно с ними общаться.

60. Внезапное нападение

Райкер. Апрель 2257 г. Солнечная система

В зале собрались двести Бобов, и еще несколько сотен участвовали в совещании удаленно. Виртуальная реальность впервые с момента своего создания была переполнена.

Все экраны, которые создал Билл, показывали одну и ту же картинку — схему предполагаемой траектории Других в Солнечной системе. Их маршрут заканчивался у Земли. К этой линии под разными углами в разных точках подходили наши силы, которые должны наносить контрудары. Мы собирались атаковать Других до того, как они поймут, что их обнаружили.

— Нужно уничтожить как можно больше кораблей, — сказал Билл, — причем так, чтобы они не успели отреагировать. В лобовом столкновении преимущество в численности и мощи на их стороне, а тактика коротких ударов с быстрым отходом выгодна нам.

Тор вышел вперед и показал на одну из групп.

— Первыми пойдут замаскированные водородные бомбы. Три минуты. У этих малышек есть запасные механические системы управления, так что они взорвутся в выбранное время, даже если противник их облучит. — Он обвел нас взглядом. — По крайней мере, мы на это надеемся.

Я посмотрел на таймер, который вел обратный отсчет. Менее трех минут до первого столкновения. Напряжение в зале было почти физически ощутимым.

Тор продолжал указывать на объекты, обозначенные на карте, и описывать наши тактические приемы. В этом месяце исполняется сто лет с тех пор, как я помешал бразильцам уничтожить Землю; сто лет с тех пор, как я впервые пообщался с полковником Баттеруортом. Я никогда не признаюсь в этом, но я сильно скучал по нему с тех пор, как он отправился на Вулкан, и еще сильнее — после его смерти. Я был более приземленным, чем большинство Бобов, и контакт с нашей семьей в основном поддерживал именно я, но я мог понять, почему многие Бобы начали жаловаться на чувство отчуждения.

Встряхнувшись, я заставил себя сосредоточиться на докладе Тора. Он как раз заканчивал свое выступление и раздавал задачи группам. Когда он назвал мою, я кивнул, а затем продолжил наблюдать за другими Бобами.

Изначальный Боб не был воином, и даже в «Подземельях и драконах» он обычно выбирал магию. А теперь мы на переднем крае войны, которая решит судьбу человечества. Не совсем то место, где я рассчитывал оказаться.

Я вздохнул, злясь на свою неспособность сконцентрироваться, а когда доклад закончился, я вместе со всеми покинул ВР.

* * *

Другие, очевидно, предполагали, что на них могут напасть из засады, и поэтому наши разведчики обнаружили несколько беспилотников в двух световых минутах от основной группы Других. Они, конечно, тоже нас заметили, но благодаря УППСам и системе мгновенной связи у нас было на две минуты больше, чем у них. Мы расправились с их разведчиками и немедленно изменили курс, чтобы находиться за пределами зоны поражения, когда Другие неизбежно отреагируют на наши действия.

— А, черт. — Билл махнул на таблицу, где отображался статус наших сил. Судя по ней, половина наших бомб только что сдохла. — Похоже, что они лучше предсказывают наши действия, чем мы — их решения.

Я посмотрел на экран.

— То есть они предположили, что мы рассеемся, и нанесли удар в случайно выбранном направлении.

Билл кивнул, но Гарфилд наклонился к нам и сказал:

— Нет, направление выбрано не случайно. — Он вывел на экран несколько векторов. — Видите последовательность в этих пропорциях?

Я хмыкнул.

— Похоже, они обожают золотое сечение.

— Или им кажется, что его любим мы. Разве оно не играет важную роль в фэншуе?

— Ну да, это же волшебная пропорция. Но… ой. — Билл хлопнул себя по лбу. — Китайский зонд. В нем оно, скорее всего, было повсюду.

— То есть они предполагают, что мы будем действовать под влиянием этой пропорции… Потрясающе.

Я потер подбородок так наигранно, как только мог.

— Эй! Земля вызывает дураков! — воскликнул Тор, свирепо глядя на нас. — Как бы то ни было, мы лишились половины бомб. Давайте продолжим работу! Ну пожалуйста!

Мы ухмыльнулись и вернулись к нашим задачам. Управляемые с помощью УППСов водородные бомбы приблизились к армаде Других и взорвались. Мы радостно завопили: взрывы произошли очень вовремя.

Прошло несколько секунд, прежде чем сектор расчистился и мы смогли оценить результаты. Пара ультраслабых импульсов суддара с большим радиусом действия показали, что десять «астероидов смерти» уничтожены или сильно повреждены, а двадцать два грузовых корабля либо исчезли, либо вышли из строя.

Неплохо для начала.

К сожалению, при этом мы лишились элемента внезапности. Теперь Другие перейдут в…

В этот миг Другие испустили суперимпульс, который так поразил нас в системе Дельты Павлина. Теперь мы лучше понимали, как устроены их грузовые корабли и генератор энергии Казимира, и поэтому не были так потрясены. И тем не менее импульс ненадолго подсветил все объекты со значительной массой, которые находились в радиусе пары световых часов.

— Так, — сказал Билл. — На этом засада закончилась. Переходим к основному плану сражения.

Графика на экранах изменилась; начался второй этап битвы.

61. Предчувствие

Боб. Сентябрь 2232 г. Дельта Эридана

У Архимеда начался очередной приступ кашля. Встревоженный Бастер похлопал его по спине, а я схватил бурдюк с водой. В конце концов Архимед справился с кашлем и взял у меня бурдюк.

Я отвернулся, чтобы не смущать его, и стал смотреть на то, как деревню заливает дождь. Беседка — ну на самом деле палатка с каркасом и стенами, которые можно раскрыть, словно створки двери, и привязать — не давала нам промокнуть. Я улыбнулся: технологии в Камелоте продолжали развиваться, а жизнь дельтанцев становилась все лучше. Таким наследием можно гордиться.

В последнее время приступы кашля у Архимеда случались все чаще, и это очень меня беспокоило. Абстрактно говорить об эфемерах и похоронах — это одно; однако теперь свои последние дни доживал тот, кого я знал и любил. Я строил самые разные планы — провести в деревню беспилотник и просканировать Архимеда с помощью суддара; синтезировать лекарство или обезболивающее. Конечно, все это были просто мечты: операцию, излечивающую от старости, еще никто не изобрел.

Но события последних дней заставили меня задуматься о будущем. Я почти двадцать лет участвовал в жизни племени, и у меня было много друзей помимо Архимеда. Я мог бы и дальше жить здесь, время от времени изменяя андроида так, чтобы он выглядел постаревшим. Черт побери, через несколько лет я могу даже вернуться в другом обличье. Но вот вопрос: хочу ли я этого? Есть ли в этом смысл? Или нужно просто исчезнуть?

Я сел рядом с Архимедом, и он слабо улыбнулся мне.

— Возможно, я скоро встречусь с Дианой, Боубэ.

— Эй, нисикасакихсих бэсэбоусоу. — Я не был уверен, что программа-переводчик справится с поросячьей латынью, но, услышав мои слова, Архимед усмехнулся.

— Прости, Роберт. — Он сделал паузу, чтобы немного подышать — похоже, даже это действие теперь требовало от него больших усилий. — Как здорово, что ты был рядом все эти годы. Я прожил очень интересную и очень хорошую жизнь, но, по-моему, мне конец.

Я накрыл его руку своей.

— Держись, приятель. Ты еще многого в жизни не видел.

Белинда принесла похлебку; мы с ней усадили Архимеда поудобнее и поставили перед ним деревянную миску. Архимед ел медленно — для него это была скорее работа, с которой нужно разобраться, чем нечто приятное. В тот миг я понял, что он просто ждет смерти. Волна печали ошеломила меня, почти вывела из строя. Мне пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы остановить паническую атаку — что, если вдуматься, было довольно глупо. Я же компьютер, верно?

Но, как ни крути, мой друг умирал.

62. Жизнь в облаках

Говард. Февраль 2244 г. Эпсилон Эридана

— Милая, я пришел! — воскликнул я, закрывая дверь квартиры.

Бриджет повернулась ко мне.

— И эта шутка никогда не устаревает.

— Ага. Она никогда не устареет, — ухмыльнулся я, а затем обнял и поцеловал ее. — Где мой мартини?

— В бутылках с алкоголем. Тебе придется собирать его по частям. И мне тоже сделай.

Я довольно вздохнул и пошел делать коктейли. К сожалению, в реальной жизни достать мартини из воздуха невозможно. С другой стороны, как ни менял я настройки ВР, в реале мартини все равно был вкуснее.

Я протянул Бриджет коктейль; она лишь на миг оторвала взгляд от «холста» на экране компьютера и пробурчала «спасибо». Я заглянул ей через плечо: изображение на холсте было похоже на одно из тех деревьев, которые растут на Лоскутном Одеяле. Нечто с крыльями и жалом. Что, если подумать, не сильно сужало число вариантов.

Рисунок занимал практически весь холст, если не считать вставки в углу — там находилась фотография, на которой были запечатлены Хауи, Анжелина и трое их детей. Бриджет стала бабушкой, но ее жалобам на то, что теперь она чувствует себя старой, никто не верил. Мы регулярно навещали семью Хауи, используя хранившиеся на Вулкане андроиды, и бабуля была всеобщей любимицей.

Я подошел к окну и посмотрел вниз, на город Тантор. Да, верно — Тантор. Какой-то урод захотел, чтобы в названии города была литературная отсылка, но пропустил букву. И поэтому теперь мы жили в слоне. Дилетанты.

Презрительно фыркнув, я отвернулся.

— Ты снова недоволен названием города? — спросила Бриджет.

— А ты научилась читать мысли?

— Ты смотришь в окно и фыркаешь особым тоном, словно хочешь сказать «кретины». По-моему, все довольно логично.

Я рассмеялся и отсалютовал ей бокалом. За несколько лет мы сблизились и теперь знали друг друга так же, как и супруги, которые прожили вместе много десятилетий. Бриджет на миг оторвалась от работы, чтобы улыбнуться мне, а затем продолжила тыкать в висевший перед ней холст, недовольно ворча.

Купол города отделял нас от атмосферы Цирка. «Машину Клоунов» официально переименовали в «Лоскутное Одеяло», но планета-гигант сохранила изначальное название. Кажется, против этого никто не возражал.

Мимо купола плыл местный аналог «дирижаблей», и их, как всегда, сопровождала свита — стая хищников. Мы уже поняли, что флора и фауна на газовых гигантах столь же богата и разнообразна, как и на планетах земного типа. Все больше людей требовали, чтобы мы искали живых существ и в других средах. Для биологов наступил золотой век.

Население Тантора — я скрипел зубами каждый раз, вспоминая это название, — уже приближалось к миллиону. Мы предполагали, что жители Лоскутного Одеяла будут против строительства городов в облаках Цирка, но оказалось, что большинство людей рады покинуть ошеломляющий, бурлящий водоворот, который представляла собой экосистема планеты.

Я подошел поближе к Бриджет.

— Новых чудищ нашла?

— Ха! — Бриджет повернулась ко мне. — Говард, мне кажется, что планета создает новые виды с той же скоростью, с какой мы избавляемся от старых. Люди — ниша, которую местная фауна еще не освоила. И я уверена, что десять лет назад часть этих животных вообще не существовала.

Я хмыкнул. Вкус андроидов пока что никому не понравился, так что я был спокоен.

Я поднес бокал с мартини к губам, и тут Бриджет сказала:

— Говард, ты не думал о том, чтобы усыновить ребенка?

* * *

Пятна алкоголя удивительно сложно вывести с ковров и одежды. Казалось бы, он должен быстро испаряться, однако запах остается надолго. Мне пришлось несколько минут заниматься чисткой, прежде чем мы смогли продолжить разговор.

— Что?

Не лучший мой ответ.

— Недавно разбился один шаттл, и многие дети лишились родителей. Такое бывает. Люди умирают — более того, здесь это происходит чаще, чем в стабильном, безопасном социуме. С похожими сложностями люди сталкиваются и на Вулкане, и на Ромуле, и в других колониях. Взрослые занимаются опасной работой. Правительствам приходится создавать целые министерства, чтобы решить эту проблему.

— Бриджет, но ведь мы… э-э… ну, грубо говоря, мы же машины.

— И это говорит человек, который регулярно убеждает меня в том, что я — это Изначальная Я? Человек, который однажды полчаса рассказывал мне про «китайскую комнату»? Р-р-р… Мы же официально являемся гражданами. У нас есть друзья, мы вступили в несколько клубов. Говард, мы даже налоги платим, черт побери.

Я внимательно посмотрел на нее.

— На самом деле возражений у меня нет, и это очень странно, потому что первой моей мыслью было «о, нет».

Бриджет наклонила голову набок и улыбнулась.

— Не обязательно принимать решение прямо сейчас. У нас же впереди целая вечность, верно?

Зная Бриджет, я понимал — все это может закончиться только одним способом. Я стану папой.

63. Постой…

Хершел. Апрель 2257 г. Солнечная система

Нил и Уилл заявились в мою ВР вместе. Нил рухнул на свое любимое кресло-мешок.

— Капсулы погружены и подключены. Восемь миллионов капсул, и корабль заполнен лишь процента на два. Иногда я забываю, какой он огромный. — Нил махнул рукой, открывая окно с отчетом.

Уилл подтянул окно к себе и начал листать отчет.

— Выглядит неплохо. Проблемы есть?

— Не-а. Наши капсулы, конечно, уже были готовы. Ваши заехали без происшествий и прошли всю диагностику. У нас есть чуть менее восьми миллионов рабочих стазис-капсул, которые ждут пассажиров.

— У тебя все нормально, Уилл? — спросил я. — Как прошел отбор?

— Ну… — он кисло ухмыльнулся. — На самом деле я еще не заявлял о том, что мы проведем отбор, только провел переговоры с несколькими представителями. Все понимают, что такая новость сильно напугает и разозлит людей, так что мы сообщим им об этом в самый последний момент.

Я застонал. Когда все закончится, когда у меня появится свободное время, мне придется как следует поплакать.

— Мы же остановим Других, да? — спросил Нил, обводя нас взглядом.

— Вообще без сопутствующих потерь? — Уилл покачал головой. — Пожалуй, в принципе это возможно, но нам все равно придется принимать решение. Мы открыто заявим о том, что бросаем шесть миллионов людей на произвол судьбы. Обычных извинений вряд ли будет достаточно, понимаешь?

Я кивнул. Наш разговор сильно меня нервировал, и я подумал, что пора сменить тему. Открыв список задач, я начал отмечать пункты.

— Транспорты подъезжают носом вперед. Сначала загружаем самые задние отсеки, а когда они заполнены, продвигаемся дальше. — Будем сидеть на невысокой орбите, чтобы свести к минимуму время на перевозку. Какая минимальная высота является безопасной? — Я посмотрел на Нила. — Билл этого не сказал?

— Я задал именно этот вопрос. Билл был удивлен, что мы установили целых восемь пластин. Он сказал, что с ними мы можем практически приземлиться.

— Вот это было бы шоу, — рассмеялся я.

— Стоит попробовать, — ухмыльнулся Нил.

Я перестал смеяться.

— Постой… Серьезно?

Не дожидаясь ответа, я отправил сообщение Биллу.

Ответ пришел через несколько миллисекунд. Тридцать две пластины выдержат все, кроме прямого контакта с землей. А что?

Я уставился в пустоту. Нил что-то говорил, но я его не слушал. В конце концов он встал прямо передо мной.

— Чувак, ты в порядке?

Я сфокусировал взгляд на его лице.

— Возможно, я знаю, как спасти всех.

* * *

Уилл уставился на меня.

— Да у тебя транзистор сгорел, — сказал он и повернулся к Биллу. — Он же спятил, да?

Мы посмотрели на Билла. Я не был уверен в том, что Уилл не прав. Билл на целых пять миллисекунд замер.

— На самом деле проект не такой уж фантастический, — сказал он. — Я видел чертежи «Беллерофонта», и мне кажется, что он вполне способен удерживать атмосферу. Возможно, Другие собирались использовать его для перевозки войск. Часть особенностей конструкции можно объяснить именно этим.

Я кивнул.

— Например, крайне хитроумные грузовые отсеки.

— И гнезда питания в каждом отсеке, — добавил Нил. — И стены с изменяемой конфигурацией.

— Вот черт, — буркнул Уилл. — Ну что, мы сами об этом объявим или попросим ООН?

— А время на просьбы есть? — спросил Нил.

— Разумеется! — воскликнул Уилл. — Просто нет времени ждать, когда они примут решение. — Он ухмыльнулся, но его улыбка быстро погасла. — Кажется, мы должны принять решение, и притом прямо сейчас.

— Экстренный совет Бобов?

— Билл, у нас нет времени даже на это. Мы тянули до самого последнего момента, так что теперь все висит на волоске. Нам нельзя медлить.

— Может, проголосуем?

— Если хочешь — да. Но, если ты считаешь, что это нормальный вариант, что так мы сможем спасти шесть миллионов людей, тогда действуй.

Билл обвел взглядом комнату. Уилл, Нил и я посмотрели на него. Вот и все. Четыре Боба решают судьбу человечества. И никакой груз ответственности на нас не давит.

* * *

— Помедленнее, черт побери. Ты на части порвать нас хочешь?

— Нил, заткнись. Пожалуйста, спасибо.

Я чувствовал на себе взгляд Нила, но у меня не было времени, чтобы посмотреть на него в ответ. Я был занят — опускал десятикилометровый инопланетный грузовой корабль весом сто миллионов тонн в атмосферу Земли — так, чтобы не уничтожить ни корабль, ни часть планеты. «Беллерофонт» окружали тридцать две пластины с двигателями; если бы не они, корабль уже лежал бы на дне огромного кратера.

— Две тысячи метров, — донесся откуда-то голос Билла.

Кивнув, я остановил спуск и посмотрел на картинку, которую давал один из беспилотников моей «свиты». Изображение было похоже на кадр из фильма. Корабль расталкивал кучевые облака, рассекал атмосферу; его корпус оказался в центре хитроумных потоков и завихрений воздуха.

— Стационарная орбита, точка номер один.

— Она будет самой сложной, потому что именно здесь ты ловишь атмосферу.

Я кивнул.

— Если мы выживем, то все остальное будет просто рутиной.

— Такое дело рутинным не бывает, — ухмыльнулся Нил, и я улыбнулся в ответ.

Нил управлял дверями грузовых отсеков и направлял транспорты. Тысячи транспортов взмыли в воздух у нашей кормы; получив от нас сигнал о готовности, они начнут собирать людей. Нил начал крайне медленно открывать главные двери спереди и сзади. Воздух устремился внутрь, пытаясь заполнить вакуум объемом семьдесят восемь миллионов кубических метров, и «Беллерофонт» задрожал, словно попал в ураган. Нил следил за индикаторами, стараясь держать двери раскрытыми настолько, насколько было безопасно. На то, чтобы выровнять давление, все равно ушло полчаса.

Быстро проверив состояние корабля, Нил начал открывать двери грузовых отсеков. Заполнять все отсеки не было необходимости — нам нужно было ровно столько, сколько нужно для шести миллионов человек.

Я кивнул Уиллу. Он быстро улыбнулся, а затем открыл экраны видеосвязи с транспортами. Я заметил, что он выглядит значительно менее напряженным. Да, происходящее не совсем похоже на летние каникулы, но теперь с его плеч свалилось огромное бремя — он не должен решать судьбу людей.

Уилл отдал приказ командиру отряда, и транспорты разлетелись в разные стороны, чтобы забрать тех, кто живет в этой части планеты. Чтобы собрать всех, «Беллерофонту» придется сделать десять остановок.

Забавно — даже при том, что за ними по пятам в буквальном смысле гнались все силы ада, люди все равно должны были устроить переполох. Я помню, как когда-то ходил на концерты и спортивные матчи, и в то время организаторы могли заводить на стадионы десятки тысяч людей — быстро и без лишней мороки. А в данном случае нужно было всего лишь посадить тысячу пассажиров в каждый транспорт. Пара пустяков, верно?

Мы потеряли шестнадцать человек. Десятерых задавили, четверо умерли из-за проблем со здоровьем, и двоих застрелили в столкновениях с силами правопорядка. Ох.

— Хершел, шестнадцать из миллиона — не так уж плохо, — сказал Уилл. — Я известил другие группы, так что они смогут отреагировать более эффективно. Это не должно выбить тебя из колеи. В данный момент ты — ас, супергерой и все такое.

Он ухмыльнулся, и почему-то я почувствовал себя лучше. По крайней мере, теперь мне уже не было так плохо.

Настоящие проблемы начнутся под конец. Первые восемь миллионов отправятся в стазис-капсулы, и заботиться о них почти не придется. Но как только свободные камеры закончатся, людей — без обучения, без подготовки — начнут заводить в грузовые отсеки, в которых уже нет силы тяжести. И удобств там тоже нет. Мы нашли на «Беллерофонте» сетки и перестроили отсеки так, чтобы они перестали быть просто огромными пещерами. Но все равно — думаю, будет весело.

Проблема, конечно, заключалась в том, что мы приняли решение в самый последний момент и не учли, что нам придется транспортировать активных пассажиров. Наш план в основном состоял из двух пунктов: погрузить и свалить. Все остальное скрывалось в тумане. Наша цель — увезти людей подальше от лучевого оружия Других; если мы победим, то развезем пассажиров по домам. Если проиграем… ну об этом мы говорить не хотели.

Но пока что нужно думать только о погрузке.

За последние пару десятилетий анклавы консолидировались, смещаясь все ближе к экватору, и поэтому мы могли не волноваться за группы численностью менее десяти тысяч человек, которых было в избытке, когда Уилл только прилетел в Солнечную систему.

Мы решили, что просто погрузим каждый анклав в отдельный отсек — нет смысла лишний раз смешивать разные группы: напряжение было так велико, что вполне могли начаться столкновения между разными группами.

Хотя кулачный бой в условиях невесомости — это скорее забавно, чем опасно.

Мое внимание привлекло открывшееся окно с информацией. Транспорты уже прошли вход и оказались в главном коридоре. Нил показал мне большие пальцы и закрыл главные двери. Мы распределим беженцев по отсекам, пока летим в следующую точку.

Двадцать один анклав. Еще девять остановок, и мы соберем всю человеческую расу — по крайней мере тех, кто находится в Солнечной системе — на одном корабле.

Я направил «Беллерофонт» вверх. Так, одна остановка позади…

64. Битва начинается

Райкер. Апрель 2257 г. Солнечная система

Билл посмотрел в мою сторону.

— Так, они плюнули в нас своим импульсом. Активируй «джокеров».

Я кивнул, а затем отправил письмо Ганнибалу, командиру «джокеров». Идея была проста: они стартовали несколько дней назад и сейчас с ускорением двигались к точке предполагаемого первого контакта. Мы пытались подгадать время так, чтобы они находились вне зоны действия вражеского «суперрадара» и поэтому стали бы полным сюрпризом для противника. Недостаток нашего плана заключался в том, что в момент применения импульса они должны были находиться в пяти световых часах от поля боя.

Оказалось, что время мы рассчитали довольно точно: они были чуть менее чем в пяти световых часах от нас и летели со скоростью, равной 95 % от световой. Так что очень скоро Других ждет большая неожиданность.

Через несколько секунд я получил подтверждение и время атаки. Когда она начнется, мы должны уже находиться за пределами зоны столкновения. Я настроил будильник, чтобы не забыть об этом.

Тем временем наша первая ударная группа вступила в бой с Другими. Сближаясь с врагом под углом в тридцать градусов, как и в прошлый раз, они залили зону лучами лазеров, «шипами» плазмы, применили пучковое оружие, снаряды и бомбы.

Билл снова посмотрел на меня.

— Группа бомб.

Суперимпульс должен был обнаружить большое число дредноутов, которые находились прямо перед армадой Других. Чего он не должен был обнаружить, так это замаскированные водородные бомбы в их трюмах. И теперь дредноуты начали стрелять бомбами из рельсометов. Замаскированные и бесшумно летящие водородные бомбы Другие увидят только с помощью еще одного суперимпульса.

Первая ударная группа разрезала строй Других и рассеялась. Другие, как и ожидалось, пустили ей вслед безумно быстрые торпеды. Большую часть из них сбили наши «шипы» плазмы и снаряды, но половина Бобов из первой группы была уничтожена. Оставалось надеяться, что они совсем недавно сделали свои запасные копии.

Несколько транспортов тут же открыли свои двери, и из них вылетели силы обороны. Да, вот теперь битва началась по-настоящему.

Билл сел, шумно выдохнув.

— Ударные группы получили приказы. Они постараются действовать не так, как в прошлый раз, и, кроме того, мы будем избегать любых последовательностей, которые хотя бы немного похожи на золотое сечение.

И вдруг — еще один суперимпульс. Мы с Биллом повернулись друг к другу, широко раскрыв глаза от удивления.

Билл заговорил первым.

— Это было неожиданно. Если судить по мощности генератора на «Беллерофонте», то им нужно подзаряжаться не менее двух часов. Разработанные нами модели свидетельствовали именно об этом.

— Если наши модели ошибочны, — заметил Тор, — значит, наши планы никуда не годятся.

К разговору подключился Гарфилд.

— По-моему, дело не в этом. Вы заметили, что их флот защитников меньше, чем ожидалось? Думаю, они установили на грузовых кораблях дополнительные энергоблоки.

— Меньше места для беспилотников, выше скорость подзарядки, — кивнул Тор. — Это логично. В общем, неплохая стратегия.

— Мы можем этим воспользоваться?

— Только самым примитивным образом, — ответил Билл. — Если у них меньше защитников, значит, мы сможем подобраться поближе к большим кораблям, прежде чем взорвемся. По крайней мере, я на это надеюсь.

Я содрогнулся: мне стало ясно, что «джокеры», возможно, уже раскрыты. Я отправил сигнал Ганнибалу, лидеру группы. Это была худшая из всех возможных новостей.

— Прости, Уилл, но мы оказались в зоне покрытия. Импульс мы приняли четко, то есть они про нас знают.

Я повернулся к Биллу; он выглядел мрачно — точно так же, как я себя чувствовал. «Джокеры» были нашим тузом в рукаве. Если враг их обнаружил, то наши шансы на успех резко упадут.

— Черт. — Билл потер руки. — Ганнибал, запасного плана у нас нет. Проверьте, сделали ли вы сохраненки, и продолжайте действовать в соответствии с инструкциями. Возможно, вам удастся пропихнуть к ним несколько бомб. Возможно, к тому времени мы достаточно проредим Других.

— Ясно. Конец связи.

Ганнибал отключился.

— А свиньи, возможно, отрастят крылья и присоединятся к повстанцам, — сказал я, удивленно глядя на Билла.

— Но есть ли у нас выбор? — Билл пожал плечами. — Уилл, мы можем делать только то, что в наших силах.

В наш разговор вмешался Тор.

— Другие уже знают про все, что у нас есть. Но они не знают, все ли это. Может, мы припасли и другие сюрпризы? Не будем паниковать. Сделаем вид, что все еще действуем по плану, и, возможно, они утратят бдительность, пытаясь обнаружить новые угрозы.

Билл кивнул.

— Хорошая мысль. Но давайте ускоримся. Бросайте в бой все наши резервы, но сделайте вид, что мы размеренно действуем в обороне. Сообщите всем боевым группам, и за работу.

Это заставило нас обратить внимание на большую группу бомб, которую только что выгрузили наши дредноуты. Вражеские беспилотники уже строились, чтобы перехватить их, и несколько «астероидов смерти» разворачивались, наводя на бомбы решетки своих излучателей.

— «Шипы смерти» в защитников, лазеры против решеток, — приказал Билл.

Орда вражеских беспилотников налетела на приближающиеся бомбы. Мы включили двигатели бомб и приказали им использовать отвлекающие маневры. Мы сами тем временем постарались сбить плазмой как можно больше наступающих врагов.

За последние десятилетия нам удалось улучшить наши двигатели, но они еще не могли разгоняться до сотни с лишним g, как это делали вражеские ракеты. Мне показалось, что в ходе атаки они уничтожат около половины наших бомб.

Другую проблему представляли собой «астероиды смерти», способные уничтожить электронику любого незащищенного устройства. Мы надеялись, что Другие будут больше полагаться на их заряды, чем на ракеты, но оказалось, что это не так.

Около двадцати ядерных бомб прорвались сквозь завесу из ракет. Теперь «астероиды смерти» уже развернули свои решетки. Мы подождали, пока часть из них выпустит свои заряды, а затем начали повреждать решетки тех кораблей, которые еще не стреляли. Первые какое-то время не будут представлять угрозу, а нам нужно было уничтожить те, которые оставались в запасе.

Наши бомбы добрались до целей. Они, в отличие от тех, которые мы применили в системе Дельты Павлина, были оснащены механическими взрывными механизмами, и поэтому радиоактивная «баня» на них не подействовала.

— Кажется, около половины взорвалось, — сказал Билл, глядя на экран.

Через несколько секунд, которые тянулись, словно вечность, картина прояснилась.

В каком-то смысле это был успех: мы, похоже, уничтожили около трети их сил. К сожалению, наш опыт, полученный в системе Дельты Павлина, свидетельствовал о том, что удачно мы действовали только в начале боя — до того, как Другие приспособились к нашей тактике. Чтобы победить, нам придется нанести врагу в два раза больше урона, а это казалось маловероятным.

Скорчив гримасу, Билл повернулся ко мне.

— Уилл, проверь, как там идет эвакуация. Возможно, что от нее сейчас зависит выживание человечества.

Я кивнул и вышел из ВР. Это будет долгий день.

65. Удобства

Хершел. Апрель 2257 г. Солнечная система

— И это, по-твоему, туалет для невесомости? — спросил Уилл, с выпученными глазами глядя на экран.

— Если не нравится, можешь подать на меня в суд, — ответил Нил. — У нас уже произошло несколько «несчастных случаев», и, кроме того, часть людей, оказавшись в невесомости, извергли то, что у них было в желудках. А вид и запах плывущих по воздуху рвотных масс, очевидно, вызывают у людей тошноту. Какой сюрприз. — Нил сделал глубокий вдох. — В общем, мы поняли, что данную проблему нужно решить как можно быстрее. Вот эта штука — фактически большой пылесос, и с их помощью «бродяги» ликвидируют последствия… э-э… происшествий. Позднее сварганим какую-нибудь ширму, чтобы дать людям немного личного пространства.

— Господи. Как же хорошо, что я репликант.

— Ну еще бы, — ухмыльнулся Нил.

— А как же пища и вода? — спросил я, сурово глядя на него.

— О пище пока можно не думать, — ответил Уилл, качая головой. — Перед уходом мы заберем все, что есть на фермах-«пончиках», но это самый последний пункт в нашем списке. С водой проблем нет: мы приказали жителям анклавов — даже тем, кто отправился в капсулы, — взять с собой воду. Рано или поздно мы настроим систему очистки. А пока что выжмем немного воды из «пончиков».

В этот момент мы получили сообщение от Билла. Вы скоро закончите? Нас теснят, отступаем. Возможно, скоро по вам долбанут зарядом.

Мы удивленно переглянулись.

— Все висит на волоске, — сказал Уилл.

Я быстро набрал ответ. Идем по графику. Две трети готовы. Еще пара часов, и мы свалим.

Уилл посмотрел на меня.

— Давай попробуем ускориться.

— Последний транспорт только что взлетел. Как только он войдет в центральный коридор, я поведу корабль к следующей точке.

Кивнув, Уилл вышел из ВР.

66. Битва продолжается

Билл. Апрель 2257 г. Солнечная система

Уилл вернулся в мою ВР.

— Как дела на «Беллерофонте»? — спросил я.

Он криво улыбнулся.

— Не советую лететь в одном грузовом отсеке с людьми. Нил и Хершел делают все что могут. Представь себе, что повсюду бегают «бродяги» с пылесосами в лапах…

Неожиданно возникшая в моей голове картинка заставила меня улыбнуться, но веселье быстро угасло. Непрекращающийся поток новостей с поля боя вернул меня в реальность.

— Уилл, нас медленно оттесняют. И, по-моему, Другие уже обнаружили «Беллерофонт». Они, похоже, пытаются подвести «астероиды смерти» поближе, чтобы они могли дать залп по Земле.

— По Земле или по «Беллерофонту»?

— Хороший вопрос. Если честно, то я не знаю. Но вряд ли с такого расстояния они могут понять, чем мы занимаемся.

— Ну все равно, давай попробуем отвлечь их внимание. — Уилл показал на схему, на которой было изображено расположение противоборствующих сил. — Они, конечно, не против того, чтобы накрыть излучением нас, но сначала им нужно занять хорошую позицию для стрельбы. Они не хотят, чтобы пострадали их собственные войска. А это значит, что защитники Других не должны находиться между «астероидом смерти» и Землей. Как мы можем этим воспользоваться?

— Убить побольше врагов?

— А поконкретнее можно? — ухмыльнулся Уилл.

— Хм… — Я немного подумал. — Мы совсем не используем боеприпасы рельсотронов. Давай откроем шквальный огонь по тем «астероидам смерти», которые остались без прикрытия.

— Билл, эффект будет нулевой. Они слишком большие.

— Другие это знают и поэтому не отреагируют на атаку. А секунд через пять мы начнем перемежать ядерные бомбы с пушечными ядрами. Вот это на них точно подействует.

Ухмыльнувшись, Уилл повернулся, чтобы раздать приказы.

Удивительно, но наш метод сработал: шесть «астероидов смерти» сгорели в огне ядерных взрывов, прежде чем Другие решили, что мы представляем серьезную опасность. Тогда они разделились и стали облучать Землю и наши корабли одновременно. Все как в анекдоте — есть хорошая новость и плохая.

— Они только что долбанули зарядом по Земле или по «Беллерофонту», — объявил один из Бобов-наблюдателей — кажется, Тор, но я уже не успевал за ними уследить.

— Можешь прикинуть координаты цели?

Короткая пауза.

— Да.

— Сообщай «Беллерофонту» обо всех зарядах, которые летят в их направлении. Возможно, они успеют отреагировать.

— Понял. Ой! Еще два заряда. Ситуация накаляется.

Я повернулся к Уиллу.

— Мы не очень эффективно их отвлекаем. А если они поджарят «Беллерофонт», значит, все наши усилия пойдут прахом.

Немного подумав, Уилл принялся раздавать приказы.

— Берите лазеры и плазму — все, что есть, — и бейте по этой группе «астероидов». По возможности цельтесь в решетки. И не забывайте про ядра и бомбы.

— Уилл, это ослабит нашу защиту в целом.

— Знаю, Билл. — Он пожал плечами. — Но ты же сам сказал: если мы потеряем «Беллерофонт», то все остальное уже неважно.

Бобы немедленно сфокусировались на новых целях, и зона вокруг «астероидов смерти» начала превращаться в сцену боя из «Звездных войн». Правда, в вакууме и на тех расстояниях, с которых мы вели стрельбу, картинка получалась гораздо менее драматичной.

Остановить все «астероиды» мы не сумели. Они выпустили еще несколько зарядов, и Тор продолжал аккуратно передавать координаты их целей «Беллерофонту». Но потревожить врага нам точно удалось; два залпа «астероидов» прошли настолько в стороне от целей, что мы решили подыскать себе какие-нибудь новые задачи.

И вдруг — успех. Две атомные бомбы почти одновременно подплыли достаточно близко к врагу, и вспышки от взрывов на несколько секунд залили светом все камеры. Когда картинка прояснилась, последние «астероиды смерти», пытавшиеся облучить Землю, исчезли. Бобы радостно завопили.

Уилл ухмыльнулся.

— Конечно, это еще не победа, но теперь мы, по крайней мере, сможем бросить наши ресурсы на выполнение главной задачи. Как у тебя успехи, кстати?

— Уилл, нас бьют. — Я покачал головой. — Ситуация продолжает ухудшаться.

Уилл подошел поближе, чтобы взглянуть на экраны с информацией.

— Вот черт… Ну, может, теперь у нас все получится. Если у тебя пока все нормально, то я пойду проверю, как дела у других групп.

Я кивнул, хотя особых надежд не испытывал. Возможно, нам снова придется рассчитывать на чудо, на какую-то рискованную операцию. Кстати, в прошлый раз — в системе Дельты Павлина — такая операция нам не помогла.

67. Бегство

Хершел. Апрель 2257 г. Солнечная система

На экране последние три транспорта пролетели мимо главных дверей и оказались в коридоре. Пилоты спешили и, скорее всего, внутри столкнутся с турбулентностью. Нил начал закрывать двери еще до того, как транспорты залетели внутрь корабля. Подождав, пока он их загерметизирует, я ударил по газам.

«Беллерофонт» величественно поднялся в небо. Турбулентность была едва заметна и вскоре вообще исчезла. Как только мы вышли из атмосферы, я начал маневрировать — так чтобы Земля оказалась между кораблем и полем боя. А затем я врубил поток энергии на максимум, и мы вылетели на орбиту с ускорением почти в 3 g.

К вам летит заряд. Один из «астероидов смерти» дал залп. Тридцать секунд. Высылаю координаты.

Я изучил полученные данные и сделал поворот на девяносто градусов. На таком расстоянии зона поражения будет довольно узкой, и я смогу выйти из ее конуса без особых усилий. Меня больше беспокоило число «астероидов», которые еще могут по нам выстрелить. Если они возьмут нас в «клещи», нам крышка.

Еще два импульса.

Они — часть скоординированной атаки. От первого я легко уклонился, поскольку он был чуть позади меня, но после очевидного маневра я полечу прямо на второй. Да, Другие выбрали неплохую стратегию — но не учли то, что благодаря УППСам я был в курсе происходящего.

Я повернул в случайно выбранном направлении и улыбнулся, представляя себе, как артиллеристы Других раздраженно скрежещут своими эквивалентами зубов. Затем моя улыбка погасла: своими действиями я сообщил Другим о том, что у нас есть сверхсветовая связь. Я быстро отправил сообщение Биллу. Неизвестно, смогут ли Другие разработать новый план на основе этой информации, но такую возможность следовало учесть.

Еще один заряд. Он, вероятно, заденет Землю.

— Дело дрянь. Нил…

— Я разберусь. — Нил быстро провел расчеты и повернулся ко мне; на его лице был страх.

— Херш, он попадет в цель.

— В Землю?

— В Кубу.

— В Кубу? Но они же…

Нил кивнул.

— Все еще там. По графику мы должны забрать их только через час.

— Сколько осталось?

— Прямо сейчас — двадцать восемь секунд.

Я на пару миллисекунд уставился на Нила. На Кубе живут сто пятьдесят тысяч человек. Мы ничего не успеем сделать.

— Значит, они.

— Фактически умерли.

Я провел в системе только один день и, разумеется, никого из них не знал. Но у Райкера — то есть Уилла — там должны быть знакомые. Я надеялся, что он не провел расчеты, ведь для нас тридцать секунд — целая вечность. Тридцать секунд думать о том, что люди, которых ты знаешь, еще живы, но скоро умрут…

Нил опустил взгляд и крепко зажмурился.

— Я передам ему. Когда все закончится, — сказал я.

Нил посмотрел на меня и кивнул. Затем несколько раз сглотнул и снова взялся за работу. Остаток минуты мы провели в тяжелом молчании.

* * *

Мы отправили пару беспилотников на Кубу — скорее чтобы перестраховаться, а не потому, что надеялись на что-то. Нам хватило двух секунд, после чего мы выключили экраны. Чтобы облегчить погрузку, местные жители собрались на нескольких полях. Столько трупов…

В остальном погрузка прошла без происшествий. Другие дали еще несколько залпов, но все их заряды пролетели далеко от нас. Они, разумеется, не знали, что могли бы уничтожить больше людей, стреляя не по нам, а по Земле. А может, их разозлило то, что мы воспользовались их грузовым кораблем.

На самом деле это не имело значения.

Наконец мы в последний раз поднялись с поверхности планеты. Я направил корабль так, чтобы Земля закрыла его от Других, и выжал газ до отказа.

Мы улепетывали в течение нескольких часов, после чего я решил, что мы в безопасности. На таком расстоянии заряд Других создаст красивое сияние вокруг наших пластин с двигателями, но не более. Битва продолжала бушевать, превратившись в войну на истощение. Победит тот, кто останется в живых.

— Какие у нас шансы? — спросил Нил.

Я, конечно, знал об этом не больше, чем он. Ему просто хотелось поговорить. Я пожал плечами.

— Если они победят здесь, нам придется лететь в одну из колоний. А это значит, что мы должны превратить грузовые отсеки в жилье для шести миллионов человек и продолжать производство стазис-капсул по дороге. Вполне возможно, что миллион человек погибнут от голода и болезней. Если мы победим, то сможем вернуться и построить остальные капсулы, а затем отвезти всех в систему 82 Эридана. Но… — я сурово посмотрел на Нила, — нам все равно нужно разгромить Других в их логове. Иначе они соберутся с силами, построят новый флот и снова нападут на нас.

Казалось, целую вечность мы просидели, глядя в пустоту. Время от времени я проверял, в каком состоянии люди; слышал их стоны, всхлипы и рыдания. Да, мы, Бобы, оказались в непростой ситуации, но людям сейчас было еще хуже. Они всю свою жизнь провели, ожидая смертного приговора, но эта угроза была размытой, неопределенной и обезличенной — но теперь они поняли, что могут умереть в любую секунду.

Я выбрал видеотрансляцию, которую мой «бродяга» вел из отсека: люди разместились на сетке, которую мы для них натянули — она, вероятно, создавала какое-то ощущение верха и низа в условиях невесомости. Беженцы сидели с закрытыми глазами, обнимали друг друга и, похоже, пытались просто продержаться до тех пор, пока все не закончится.

Через неизвестный промежуток времени они либо выйдут из корабля, либо внезапно погибнут. Так себе перспектива.

Я встряхнулся, гоня прочь мрачные мысли. У меня есть работа, и если я ее сделаю, то второй вариант можно будет исключить.

По крайней мере, нам удалось снизить уровень антисанитарии. Однако я был уверен, что воздух в грузовых отсеках сейчас адски вонючий.

Вдруг я получил сообщение от Уилла. Все позади.

68. Битва

Райкер. Апрель 2257 г. Солнечная система

Я вернулся в командный центр и обнаружил, что он похож на муравейник, в который ткнули палкой. Бобы перекрикивались друг с другом и, судя по их голосам, находились на грани паники. Несколько групп собралось перед большими экранами; Бобы спорили, агрессивно жестикулируя.

Я быстро нашел Билла.

— Что случилось?

Билл на миг закрыл глаза от усталости и отчаяния.

— Они нас развели. Второй суперимпульс, должно быть, замаскировал быструю вылазку групп беспилотников и ракет. Этот удар мы прозевали. Придется отступить и собраться с силами.

Внезапно я вспомнил, что мне нужно проверить таймеры.

— Билл, скоро прибудет отряд «джокеров». Они смогут изменить курс или мы промахнемся?

— Черт… — Билл потер лоб. — Один момент.

Аватар Билла застыл. Я сделал вид, будто слегка шокирован его словами — ведь Билл крайне редко позволял себе такое, — но затем я подумал, что именно сейчас та ситуация, которая оправдывала практически все.

Билл снова ожил, и на этот раз выражение его лица внушало чуть больше надежды.

— Есть две новости — хорошая и плохая. Хорошая: «джокеры» еще могут перехватить противника. Плохая: Другие применили свои контрмеры, и их более чем достаточно, чтобы нейтрализовать весь арсенал «джокеров».

— Они сильно потратились? Значит, на нашем фланге они уязвимы?

— Нет. — Билл покачал головой. — У них слишком большой арсенал. Они сильнее и нас, и «джокеров».

— Значит, надежды на стратегическую победу нет?

— Верно, Уилл. — Билл сел, уставший и сломленный.

— То есть пора переходить к отчаянным действиям?

— Спасибо, мистер Спок, — усмехнулся Билл. — С другой стороны, а почему бы и нет? Возможно, нам удастся сковать часть сил, которые Другие бросили против «джокеров».

Я кивнул. У нас была большая группа управляемых ИМИ дредноутов, которые без колебаний пожертвуют собой (обожаю ИМИ), — но мы держали их в резерве, чтобы применить, если появится подходящая возможность. Теперь же мы фактически бросим почти все наше топливо в огонь.

Как будто у нас есть выбор.

Я отдал приказы, и почти сотня дредноутов и разномастных кораблей «Парадиз» на полном ускорении бросилась в бой. Все остальные суда получили команду убраться с линии огня. Мы были почти уверены, что Другие применят свои боевые микроволновки.

Другие отреагировали почти сразу же; один транспорт выбросил из своего нутра еще одно облако защитников, а их «астероиды смерти» развернулись к летящим на них кораблям.

— Они совершили ошибку, — удивленно сказал Тор. Мы все посмотрели на него. Он ухмыльнулся. — Мысль правильная, а судно не то. Они выпустили защитников из корабля, который слишком далеко от места событий. Они не прибудут вовремя, даже если полетят с максимальным ускорением.

И точно: Другие, похоже, поняли свою ошибку, и еще один корабль распахнул свои двери и выгрузил истребители. Но слишком поздно. Из-за этой задержки они прибудут на место еще позже.

Я улыбнулся, представляя себе генерала Других, который кричит на подчиненных и размахивает какими-то частями тела от ярости. Это слегка мне помогло.

Два дредноута намеренно обогнали остальных и взорвали все свои заряды одновременно. Взрывы ликвидировали почти всю первую линию вражеских защитников, расчистив дорогу для остальных дредноутов. Они залетели внутрь вражеских порядков, рассыпались, чтобы накрыть максимальное пространство, а затем разом взорвались.

Мы не создавали мощные бомбы с мегатонными зарядами. Наши бомбы предназначались для тактических ударов, а не для уничтожения целых городов. Тем не менее каждый корабль нес несколько боеголовок, и все вместе создали мощный огненный шар. Поле боя расчистилось лишь полминуты спустя.

Увидев результаты, мы радостно заорали: у Других осталось чуть более трети флота. Они будут вынуждены замедлить наступление и перестроиться, чтобы ликвидировать бреши в своих порядках.

Мы предположили, что теперь они будут чаще использовать заряды. Лучше уничтожить нас, затем не торопясь подзарядиться, после чего атаковать Землю. Разумеется, эта стратегия была оптимальной с самого начала, но Другие уже давно доказали, что у них запредельный уровень высокомерия. Они просто не ожидали, что у нас окажется такое же оружие, что и у них…

Я уставился в одну точку; у меня отвисла челюсть. Заметив это, Билл нахмурился и повернулся ко мне.

— Уилл, у тебя все нормально?

Я наклонил голову набок.

— Билл, «джокеры» летят почти со скоростью света, да?

— Ну да, мы хотели, чтобы их скорость была как можно выше. Правда, теперь это нам не поможет. Бомбы не успеют подлететь — их собьют Другие.

Я почувствовал, как по моему лицу медленно расплывается улыбка.

— Но нам не нужно подлетать. Судя по сканам, «астероиды смерти» не сильно защищены от суперзарядов.

— Ну да, они же сами ими стреляют. И что?

— При той скорости, на которой летят «джокеры», радиация от взрыва увеличится. Очень-очень сильно увеличится. На самом деле она будет даже больше, чем та, которую используют Другие.

Глаза Билла округлились. Он развернулся к экрану с информацией и быстро подключился к каналу «джокеров».

— Ганнибал! Прямо сейчас запускай свои бомбы, а как только они окажутся на безопасном расстоянии, взорви все. Убедись в том, что ты накрыл каждый корабль Других. Постарайся не зацепить нас, но если придется делать выбор, то мы готовы пожертвовать собой. Подтверди получение!

— Понял, Билл. Начинаю запуск.

«Джокеры» на экране дали залп устройствами поменьше. Почти тысяча бомб, которые изначально предназначались для того, чтобы взорваться посреди боевых порядков Других. Если этот трюк не сработает, то мы потратим почти все оставшиеся боеприпасы.

Билл посмотрел на меня и, похоже, прочитал мои мысли.

— Они все равно бы пропали, Уилл.

Ситуация была критической. Если бы мы хоть немного промедлили, было бы уже слишком поздно. Где-то за две секунды до контакта с защитниками Других все наши ядерные бомбы взорвались. А пять секунд спустя радиация добралась до флота Других.

Эффект Доплера, вызванный скоростью снарядов, поднял частоту излучения взорвавшихся зарядов — и она стала даже выше той, которую создавали «астероиды смерти». Мы фактически дали им большую дозу их собственного лекарства. Любой корабль, который окажется в облученной зоне, будет поврежден, а если нет, то все живое на нем будет уничтожено. Кроме того, существовала неплохая вероятность того, что вся электроника Других также будет поджарена.

Конус зоны поражения был огромен, и в него попали около пятидесяти наших дредноутов. Мы увидели, как их огоньки на экране становятся красными и гаснут. Боевые действия прекратились, словно все затаили дыхание.

Мы ждали. Прошли миллисекунды, затем секунды, но никакой реакции не было.

— Кажется, мы победили. — Билл с явным недоверием посмотрел на экран. — Все позади.

— Ни хрена! — воскликнул Тор. — Я все равно их взорву. У кого остались боеприпасы?

Кто-то ему ответил, но ответов было пугающе мало — в тот миг мы начали понимать, что находились в одном шаге от поражения.

Мы молча посмотрели друг на друга, а затем Билл кивнул и сказал:

— Открыть беглый огонь. Доведите дело до конца.

Я тяжело опустился на стул.

— Похоже, человечество все-таки выживет.

— А, точно!.. — Билл хлопнул себя по лбу. — Хершел и Нил все еще мчатся как угорелые. Пожалуй, стоит ввести их в курс дела.

Он ухмыльнулся, и я жестом предложил ему действовать. Но сначала я быстро отправил им сообщение. Все позади.

69. Конец

Боб. Май 2233 г. Дельта Эридана

Я положил бурдюк на землю и привязал клапаны палатки, чтобы они не закрывались. На Эдеме начинался еще один роскошный день. Пели существа, похожие на птиц, а существа, похожие на белок, крыли всех и вся просто за то, что они существуют.

Я взял бурдюк и сел рядом с Архимедом.

— Просыпайся, дружище. Я принес свежей воды.

Он еще не проснулся — я давал Архимеду спать подольше, чтобы он мог набраться сил. Я решил подтолкнуть его, и…

Ничего.

Ни звуков дыхания, ни пульса.

Я услышал чей-то стон и лишь через секунду понял, что его издаю я. Кто-то положил мне руку на плечо. Белинда.

— Роберт? Роберт? Подвинься.

Я поднял взгляд и увидел Бастера, который печально смотрит на меня, и понял, что мешаю. На негнущихся ногах я добрел до другого конца палатки, лег там и сжался в комок.

* * *

На похороны Архимеда собралась огромная толпа: пришла не только его родня, но и почти все дельтанцы, на жизнь которых он повлиял. Когда процессия закончилась, тело Архимеда превратилось в гору белых цветов.

Семья решила, что пора засыпать могилу, но я попросил, чтобы мне дали возможность побыть с ним наедине. Все посмотрели на Бастера, и он кивнул. Мы с Архимедом не разлучались двадцать земных лет — почти восемнадцать лет на Эдеме. Такая просьба не была чем-то необычным.

Как родственники Архимеда отошли достаточно далеко, я направил в могилу небольшой, размером с бейсбольный мяч, беспилотник. Его камуфлирующие системы работали на полную мощность, и поэтому он был почти невидимым. Я немного сдвинул руку Архимеда и положил ее так, чтобы он обнял беспилотник.

Никто ничего не заметил. Я сам понимал, что это глупый, бессмысленный поступок, но почему-то мне показалось, что это правильно. Я хотел, чтобы часть меня осталась с Архимедом.

Когда прошло подобающее количество времени, я подошел к родственникам Архимеда, а затем мы молча засыпали могилу и накрыли ее каменными плитами.

Беспилотник, оснащенный новым энергоблоком Казимира, скорее всего, протянет несколько веков. Конечно, рано или поздно одна из его систем откажет, но пока этого не произошло, грабителей ждет сюрприз.

Когда мы закончили, я опустился на колени и еще немного посидел рядом с могилой, а потом пошел в палатку, к Белинде и Бастеру. Белинда предложила мне вяленого мяса, и мы молча поели.

— Если хочешь, можешь забрать его вещи, — сказал мне Бастер. — Ты же много лет был его лучшим другом.

Я быстро улыбнулся — на большее я сейчас не был способен.

— Спасибо, Бастер, но я, пожалуй, пойду. Кроме Архимеда, меня ничто тут не удерживает.

Бастер озадаченно посмотрел на меня.

— Роберт… Ты же Боубэ, да? — неуверенно спросил он.

— Да, Бастер. — Я пожал плечами. — И теперь, когда Архимеда не стало…

— У нас все будет хорошо?

Я кивнул.

— Да. Вы уже контролируете окружающую среду и покажете планете, кто тут главный. А через огромное количество лет, которое можно сосчитать на огромном количестве рук, дети твоих детей твоих детей найдут меня и моих родичей.

Я встал.

— До свидания, Бастер и Белинда. Живите долго и процветайте.

Не оглядываясь, я вышел из деревни и направился к грузовому беспилотнику.

70. Истребление

Икар. Декабрь 2256 г. — апрель 2257 г. Окрестности Глизе 877

Шоу начинается.

До Глизе 877 оставалось еще несколько световых месяцев, но при нашем замедлении времени для нас с Дедалом пройдет не более нескольких минут. Мы периодически получали запросы и сводки новостей от местных Бобов — скорее всего, от группы Марио, которая по-прежнему приглядывала за Другими. Входящие сообщения были для меня просто писком — растяжение времени было слишком сильным, и техника репликантов с ним не справлялась. Отвечал на них Гуппи, но я его попросил переправлять мне все важное. Отвлекаться на пустяки я сейчас не мог.

На всякий случай я отправил Бобам свое сохранение. Другого шанса у меня не будет.

Отключив ВР, я повысил свою частоту до максимума. Картинка у меня перед глазами задрожала: моя техника пыталась перевести реальность в пиксели.

Когда мы добрались до отметки в пять световых дней, я поручил Гуппи передать сообщение, в котором я приказывал местным Бобам уносить ноги. Каждый, кто окажется рядом с Глизе 877, попортит себе лакокрасочное покрытие.

В соответствии с нашим планом я должен был подойти со звездного «севера», а Дедал — с «юга». На расстоянии в шесть световых часов система Глизе 877 представляла собой еле заметный диск. Мы с Дедалом постоянно обменивались сообщениями, чтобы синхронизировать наше прибытие. Все шло как по маслу, и Другие уже никак не могли предотвратить доставку груза.

Пришло время провести последнюю проверку.

— Дедал, все выглядит неплохо. Кажется, цель уже рядом. Думаю, все будет четко.

Возникла пауза — Дедал, вероятно, сам проводил проверку.

— Согласен. Ну что, Икар, идем спасать свою шкуру?

— Точно.

Я отделился от своего груза и с максимальным ускорением устремился к центру галактики. В камере заднего вида быстро уменьшалась планета, которая раньше находилась в системе Эпсилона Эридана. Она продолжала двигаться в нужном мне направлении. Поступающие данные свидетельствовали о том, что с другой стороны от Глизе 877 Дедал ускорился в противоположном направлении. Мы проскользнем рядом со звездой, пройдя ближе в периастре, чем Меркурий.

За несколько секунд Глизе 877 увеличилась в размерах. Я видел протуберанцы и вспышки на поверхности звезды, а суддар засек огромную концентрацию массы там, где шло строительство сферы Дайсона. Другие уже наверняка заметили две планеты, которые приближаются к ним почти со скоростью света. Знают ли они? Поняли ли они в последние секунды своей жизни, кто на них напал? Я надеялся, что да. У павов такой возможности не было — как и у того вида из системы Дзеты Тукана, имя которого мы никогда не узнаем.

Чуть позади меня планета размером с Марс, которая раньше называлась Эпсилон Эридана-1, врезалась в северный полюс звезды с релятивистской силой, эквивалентной половине массы Юпитера. В тот же миг бывшая самая крупная луна Эпсилон Эридана-3 врезалась в противоположный полюс звезды.

Звезды — горячие штуки, но на самом деле не очень плотные. Две планеты проникли внутрь звезды довольно глубоко, прежде чем перестали существовать. От столкновения на поверхности появились ударные волны, которые побежали к центру звезды. По мере того как возмущения проникали все глубже и сжимали звездное вещество, те регионы звезды, которые не могли осуществить реакцию синтеза из атомов водорода, внезапно обрели такую возможность. В других частях звезды эта возможность резко усилилась. Элементы, которые в данных условиях вообще не могли сливаться, внезапно получили необходимую для этого энергию. Гелий превращался в углерод и кислород, и каскад реакций шел до самого железа. Всего за несколько минут количество энергии, которую выделяла звезда, увеличилось в несколько сот раз. Хрупкое равновесие между направленным наружу давлением энергии и направленным внутрь давлением гравитации было нарушено, и Глизе 877 взорвалась, после чего начала расширяться со скоростью вдвое меньше световой. Звезда проглотит всю систему за три часа, однако взрыв радиации уничтожит все живое в два раза быстрее.

Мы с Дедалом, убегающие от звезды со скоростью девяносто-девять-запятая-и-безумное-число-девяток процентов от световой, увидим этот взрыв в форме радиоволн. Но нам придется замедлять наше личное время в течение нескольких световых лет, прежде чем хотя бы подумать о том, чтобы немного притормозить.

Это вам за павов. И за все остальные безымянные виды, которые вы решили ликвидировать.

71. Победа

Хершел. Апрель 2257 г. Солнечная система

Разъяснений пришлось ждать несколько целых секунд. Билл и Уилл, похоже, сейчас были очень заняты.

Наконец Билл заглянул к нам. Он ухмылялся, но на его глазу красовалась повязка, рука была в гипсе, а на теле виднелись несколько полос лейкопластыря, наклеенных крест-накрест, словно у персонажа мультфильма.

Нил расхохотался так, что упал со стула, а мне едва удалось сохранить невозмутимость. Я удивленно посмотрел на него и спросил максимально ледяным тоном:

— Серьезно?

Билл усмехнулся и удалил спецэффекты.

— Скверные шутки — это наша фирменная черта, верно?

Он создал кресло-мешок, упал в него и расслабился.

— Нил, я в долгу перед тобой — ты напомнил мне о том, как мы обожали эти штуки… В общем, бойня была невероятная. Мы потеряли 90 % кораблей, а оставшихся снарядов и бомб не хватит даже на то, чтобы отбить атаку отряда девочек-скаутов. Но мы уничтожили всю технику Других в системе — кроме «Беллерофонта», разумеется. И теперь наши беспилотники-разведчики осматривают окрестности — на всякий случай. Каждый из нас видел фильмы, в которых герои слишком рано расслабляются. Нет уж, спасибо.

Несколько секунд мы молчали. Я создал себе пива; Билл и Нил последовали моему примеру. Мы чокнулись и выпили.

Но оставался еще один вопрос, который не давал мне покоя.

— Билл, мы должны разобраться с Другими. Нужно придумать какое-то окончательное решение, иначе проблема будет возникать снова и снова.

Билл покачал головой.

— С этой проблемой уже разобрались, просто я не успел об этом сообщить. Вчера я получил сообщение от Дедала и Икара. Их время замедлилось так, что на составление отчета у них ушла целая неделя. — Билл ухмыльнулся. — В 2225 году я провел небольшой эксперимент. Никому о нем не рассказывал, это была своего рода моя безумная идея. Мне хотелось, чтобы мы готовились отражать атаку врага, а не рассчитывали на чудо. В общем, дней десять назад Глизе 877 превратилась в новую звезду, и в ее системе уже ничего не осталось. Прежде чем выйти из строя, беспилотники-наблюдатели это подтвердили.

Мы с Нилом потрясенно переглянулись.

— Ни хрена себе, чувак! — воскликнул Нил.

— Однажды какой-нибудь вид разумных существ заметит этот взрыв и спросит себя, что не так в его модели вселенной, — заметил я.

Наслаждаясь моментом, мы позволили молчанию затянуться на несколько миллисекунд. Затем Билл продолжил:

— Бобы из группы Марио проведут разведку в окрестностях Глизе 877 и соседних звезд. И мы создадим патрули, которые будут летать там еще лет сто или двести. Но если мы не найдем новых гнезд, то, думаю, с Другими покончено.

— То есть мы только что уничтожили целый вид, — сказал я, помрачнев.

— Я тебя понимаю, — сказал Боб, глядя себе под ноги. — И с философской точки зрения это жуткая мысль. Но если учесть, что Другие сделали с нами и другими видами, мне совсем их не жаль.

Мы кивнули и снова умолкли.

— Есть еще один вопрос… — сказал я, многозначительно глядя на Билла.

Он медленно закрыл глаза.

— О боже… Сколько? И как?

— Один заряд задел Землю. Куба. Около ста пятидесяти тысяч человек. — Билл начал что-то говорить, но я его прервал. — Мы проверили.

Помолчав несколько миллисекунд, Билл кивнул.

— Я передам Уиллу. А ты занимайся теми, кто на твоем корабле.

— Кстати, — сказал Нил, глядя на меня. — Может, сообщим новость нашим пассажирам?

— А, ну да. Пора возвращаться домой.

* * *

Людей мы выгрузили в обратном порядке: те, кто зашел последним, вышли первыми. Первая группа транспортов только что стартовала, и мы поняли, что нам нужно решить один вопрос.

— Есть ли смысл высаживать людей, которые сейчас находятся в анабиозе? Мы же отправляем их на планету, которая едва пригодна для жизни. — Я вопросительно посмотрел на Уилла и Билла.

Вид у Уилла был затравленный, и ответил он не сразу.

— Я переговорю об этом с представителями ООН, которые сейчас бодрствуют, но, по-моему, в этом нет необходимости. Пока люди в анабиозе, запасы будут расходоваться медленнее, а бодрствующих можно будет расселить в лучшие места.

— Как долго они будут спать? — спросил Нил.

— Полагаю, ты хочешь знать, когда ты улетишь, — ответил Билл. — После битвы осталось огромное количество обломков, да и «Беллерофонт» привез немало материалов, так что недостатка в сырье у Уилла не будет. Кроме того, все автофабрики, которые занимались оборонкой, теперь можно настроить на производство стазис-капсул. Шесть миллионов капсул можно произвести менее чем за год.

— Ну ладно, — сказал я. — За работу.

72. Восстановление

Боб. Июнь 2233 г. Дельта Эридана

Месяц выдался тяжелый. Время от времени я пытался включить ВР деревни и понаблюдать за дельтанцами, но больше нескольких секунд не выдерживал. На Земле я редко сталкивался со смертью — в то время все мои близкие родственники были живы, а те немногие дальние кузены, которые скончались, практически были для меня лишь именами на рождественских открытках. А ведь я считал Архимеда своим другом, своим родственником. Вот значит, что ты чувствуешь, когда теряешь родителя или брата. Пару раз я плакал, думая о том, через что из-за меня пришлось пройти моим родителям и сестрам.

Добило меня то, что смерть Архимеда почти никак не повлияла на Камелот. Жизнь продолжалась. Даже Бастер и его семья через пару дней уже вели себя как обычно.

Архимед был важной фигурой. Он сильно изменил жизнь дельтанцев, и почему-то мне казалось оскорбительным то, как быстро и окончательно его оставили в прошлом.

Когда у меня случались проблески рационального мышления, я думал о том, на что я, собственно, рассчитывал — на парады, на памятник в его честь?

Памятник… Хм, неплохая идея.

Я, разумеется, уже давно взял образец генетического материала у Архимеда: мне хотелось выяснить, чем его ДНК отличается от дельтанского архетипа. За несколько дней мне удалось стабилизировать образец; для этого я применил методы, разработанные на Земле — и, кстати, использованные в ходе исследований моего собственного мозга. Спустя еще один день на монолите, который стоял на самой крупной луне Эдема, появилась еще одна надпись.

Меня слегка волновало то, что это превратилось во что-то вроде навязчивой идеи. Бессмертный и безумный компьютер — это Очень Плохо; именно так, с заглавными буквами. Чтобы взглянуть на вопрос с другой стороны, я отправил сигнал Марвину, и он пригласил меня к себе.

Я зашел в его ВР и огляделся: похоже, Марвин продолжал выполнять задачу, которую сам взвалил на себя — копировать все, что мы, Бобы, видели в книгах или фильмах. У нас даже возникло что-то вроде соревнования, в котором я пытался угадать сцену с минимальным числом подсказок.

Но вот данная картина привела меня в замешательство. Насколько я мог понять, это был просто городок. Я стоял рядом с маленьким кафе и видел ухмылку Марвина, который смотрел на меня через витрину. Я огляделся: обычные люди, занимающиеся обычными делами, обычные для начала XXI века компании. Но вместо автомобилей — лошади и повозки. Хм.

Пожав плечами, я зашел в кафе и сел напротив Марвина. Дживс поставил передо мной чашку кофе.

— Дживс теперь официант? — спросил я, удивленно глядя на Марвина.

Ухмыльнувшись, Марвин пожал плечами.

— К делу это отношения не имеет.

Я кивнул, позволив паузе затянуться на несколько миллисекунд, а затем подался вперед и заговорил.

Марвин, благослови господь этого клона, никак не комментировал мой рассказ, даже когда у меня по щекам потекли слезы. Закончив, я откинулся на спинку стула и вытер лицо салфеткой.

— Боже мой, Боб. Только что умер твой друг, которого ты знал почти семьдесят лет. Чего ты ожидал — что ты сможешь просто встряхнуться и идти дальше? Ну да, чувак, жизнь вот такая — по крайней мере, ее отстойная часть.

— Но ведь мы не живые.

— Нет, живые. Мы уже не биологические существа, но мы все равно живем — заводим друзей, страдаем и, похоже, все еще влюбляемся… Не сдерживай себя. Горюй по нему. И не кипятись, если другие люди горюют не так сильно. У каждого своя жизнь.

Я кивнул. Марвин, конечно, был прав, но меня все равно что-то угнетало. И внезапно меня осенило.

— Знаешь, Марвин, мы шутим над тем, какие решения принимает Говард, но он, по крайней мере, меняется. Кажется, моя проблема в том, что я при первой же возможности загоняю себя в накатанную колею, и из этой колеи я не могу выбраться уже семьдесят лет. Я все еще пытаюсь быть человеком, все еще пытаюсь отрицать реальность.

— Какой ты сегодня проницательный, — ухмыльнулся Марвин.

— Хе-хе. В общем, смерть Архимеда дает мне шанс начать с чистого листа — и эмоциональную встряску, которая позволит воспользоваться этим шансом. Я — постчеловеческий компьютеризированный космический корабль, и, возможно, мне пора вести себя соответственно.

Я допил кофе и встал.

— Спасибо, что поговорил со мной, Марв. Я буду на связи. Кстати, этот город… Нантакет, да? Стирлинг?

Марвин с улыбкой кивнул. Надурить друг друга мы по-прежнему не могли.

* * *

Я медленно шел — точнее, просто брел — по Камелоту. Никакой особой цели у меня не было.

Я изменил андроида Чарли: поменял окраску меха, форму головы и рост. Роберт перестал существовать, а вот этот заурядный дельтанец пробудет здесь совсем не долго — он не заведет друзей и не станет участвовать в долгих разговорах.

Мне нужна была еще одна возможность ощутить мир Архимеда, почувствовать, какой жизнью он жил. Я прощался с Эдемом — трогал вещи, смотрел на играющих детей, прислушивался к разговорам горожан. Я прошел мимо палатки Бастера, стараясь не задерживаться рядом с ней. Я наслаждался видом, звуками и запахами семейной жизни.

А когда я всем этим насытился, я навсегда покинул деревню.

73. Совет

Билл. Январь 2258 г. БобНет

Я, как обычно, погудел клаксоном и подождал, когда стихнут стандартные пожелания добра. Начался самый большой совет Бобов за всю историю — даже при том, что половина наших Бобов все еще были в виде сохраненных копий, а половина активных до сих пор находились в «колыбелях» и ждали, когда для них построят корабли.

Я бы предпочел дождаться, когда все они станут дееспособными, но меня беспокоило растущее недовольство в Мире Бобов. Лучше открыто все обсудить. Я посмотрел на Тора: он, похоже, был де-факто представителем группы, которую я про себя называл «диссидентами». Я не хотел все излишне драматизировать — мы же не собирались стрелять друг в друга. Ведь, несмотря на все разногласия, мы оставались Бобами.

Тор посмотрел по сторонам, оценивая настроения собравшихся, а затем повернулся ко мне.

— Билл, на самом деле все просто. Последние сто с лишним лет мы фактически служили людям. Мы все помним первую встречу с тобой, Райкером, Марио, Майло и Бобом. Мы все помним, какое решение принял каждый из нас — исследовать вселенную, поселиться на планете и так далее. Но большинство из нас в конце так или иначе потратили большую часть времени, сторожа людей, охраняя людей, перевозя людей и споря с людьми. Это утомительно.

Услышав последнее заявление, Бобы одобрительно зарычали. Я обвел взглядом собравшихся и понял, что большинство присутствующих Бобов — даже Бобы из первых поколений — с ним согласны.

— Я понимаю, о чем ты, Тор. Я сам почти не участвовал в этой потогонке, потому что играл роль безумного ученого в системе Эпсилона Эридана. Но твои слова меня озадачили. Ты голосование устроить хочешь, что ли?

Тор ухмыльнулся.

— Не-а. Правил в Мире Бобов нет, и каждый может поступать так, как ему вздумается. Думаю, мы просто пытаемся прояснить ситуацию.

Гарфилд вышел вперед.

— Билл, помнишь наш разговор о том, что мы — Homo sideria?

— И ты, Гарфилд? — воскликнул я, глядя на него с притворной яростью.

— Если честно, то нет. Но я понимаю, о чем говорит Тор, и во многом я с ним согласен. Мы уже стали Homo sideria. Мы — нечто большее, чем просто люди внутри программы. — Гарфилд посмотрел по сторонам. — Сколько из нас до сих пор физически находятся в «колыбели» — там, где хранятся запасные копии?

Около двадцати Бобов подняли руки. Гарфилд повернулся ко мне.

— Вот эти парни — просто светящиеся синие кубы на космической станции, которая находится в облаке Оорта рядом с системой Эпсилона Эридана. Но они могут быть в любой точке, куда распространился БобНет. Они могут ходить по магазинам Вулкана или Ромула в облике «Мэнни»; они могут летать в беспилотнике или в теле ската над поверхностью Одина; они могут наблюдать за дельтанцами или помогать павам обустроиться на новом месте; они могут посетить любое поселение людей. Они даже могут удаленно управлять кораблем «Парадиз», который летит к звездам. И для этого им даже не нужно покидать систему Эпсилона Эридана.

Тор продолжил список.

— Марк построил летающие города на Посейдоне и полностью изменил там облик общества. Говард и Бриджет создали города в верхних слоях атмосферы Цирка и живут там постоянно в виде андроидов — со своей семьей. Марк создал андроидов-дельфинов для исследования морей Посейдона. Люк и Марвин собираются отправиться на поиски Бендера. Генри Робертс пытается пройти на корабле по каждому морю на всех планетах, заселенных людьми. Бриджет составляет каталог живых существ и организует экспедиции на покрытые льдом луны и планеты. Дедал и Икар мчат к центру галактики. — Тор обвел рукой толпу. — Мы тоже хотим заниматься чем-то подобным, но вместо этого работаем таксистами, строителями, охранниками и дальнобойщиками. И нам слегка надоело быть роботами — слугами людей.

Я кивнул и посмотрел себе под ноги, собираясь с мыслями, а затем обвел взглядом толпу.

— Ни в коем случае не хочу обесценивать ваши чувства, но мне кажется, что тут имеет место определенное выгорание. Последние лет двадцать мы сидели по уши в дерьме… — толпа засмеялась, и я понял, что попал в точку, — и вы будете… э-э… менее воинственными, если сможете немного отдохнуть.

Тор посмотрел на меня; его выражение лица говорило о том, что уступать он не собирается.

— Возможно. Билл, давай начистоту: мы не просим — и не требуем — каких-то необратимых решений. Мы просто хотим, чтобы люди, а может, и старшие Бобы, поняли, что мы как вид — не их рабочие лошадки. Если кто-то из Бобов захочет помочь им, ладно. Но если люди снова вляпаются, как в прошлый раз, то вряд ли мы все будем готовы броситься ради них на амбразуру.

— Понадобится ли тебе договор?

— Нет, Билл, такие формальности нам не нужны, — рассмеялся Тор. — Просто заявление — и понимание.

Я посмотрел на Бобов. Кажется, такой точки зрения придерживаются большинство. Ну ладно, почему бы и нет, черт побери?

— Хорошо, Тор. Я напишу заявление, внесу в него ваши поправки, а затем разошлю его колониям.

— И кое-кто там придет в ярость, — с улыбкой заметил Гарфилд.

— В этом можешь не сомневаться.

74. Новость для павов

Жак. Апрель 2257 г. HIP 84051

Двери грузового отсека открылись; я вышел наружу и совсем не удивился, увидев, что меня поджидал отряд ополчения павов с оружием на изготовку. Вздохнув, я покачал головой; вполне возможно, что павы-военные никогда не проникнутся симпатией к нам, Бобам.

И, если честно, мне было не в чем их упрекнуть, ведь каждый контакт напоминал им о технологической пропасти между нами и об их полной беспомощности. В таких ситуациях военные чувствуют себя неуютно.

Я подошел к группе павов, тщательно следя за тем, чтобы не казаться агрессивным. Они, скорее всего, не будут стрелять в меня без повода, но зачем рисковать?

Командир отряда сделал полшага вперед, и я обратился к нему.

— Хазджар ждет меня.

Сержант, или его эквивалент, похоже, хотел меня обыскать — а может, надеть на меня наручники или просто избить как следует. Но я, очевидно, не принес с собой никакой техники, поэтому он ограничился тем, что сурово посмотрел на меня и оскалился.

В ответ я улыбнулся ему, не разжимая губ, и многозначительно посмотрел в ту сторону, где стоял дом Хазджар.

Этот спектакль мог продолжаться еще несколько минут, если бы именно в этот миг Хазджар не решила выйти на крыльцо. Она подала знак солдатам, и они жестами приказали мне проходить.

Я сел на стул, кивнул Хазджар и подождал, когда она заговорит.

— Ты сказал, что у тебя новости. Полагаю, о Других?

— Да, — ответил я. — Эту новость я хотел сообщить лично. Битва закончилась. Мы победили, хотя и с огромным трудом.

Хазджар кивнула и на несколько секунд уставилась куда-то вдаль.

— Это, конечно, хорошо, но ведь они наверняка соберутся с силами и вернутся. Как долго мы будем в безопасности?

— Хазджар, они не вернутся. Мы их уничтожили. — Я ненадолго опустил взгляд, а потом посмотрел ей в глаза. — Это было непростое, но обдуманное решение. Они убили столько разумных существ и совсем не собирались останавливаться…

Солдаты переглянулись. Они уже были обеспокоены, и мои слова встревожили их еще сильнее. Я бросил взгляд на них, а затем продолжил:

— Мы продолжим их искать, но, скорее всего, больше их не осталось.

— Я не понимаю вас, Джок. — Хазджар сделала паузу и посмотрела на меня. — Твой вид обладает такой силой, но, похоже, не хочет ее применять. Вы настолько богаты, что даже не нуждаетесь в деньгах, но, видимо, почти ничем не владеете.

Я на секунду поднял взгляд к потолку. Она — возможно, сама того не понимая — попала практически точно в цель.

— Хазджар, мы — то есть все Бобы — не желаем править остальными. Мы просто хотим, чтобы у нас была возможность заниматься своими делами. И, возможно, мы уже близки к тому, чтобы осуществить нашу мечту.

Я показал на солдат.

— У вас есть сила — там, где это важно. Вы сможете защитить себя здесь, а мы позаботимся о том, чтобы все было в порядке там, — я показал на небо. — Но в остальном мы оставим вас в покое и не будем лезть к вам — разве что для чего-то понадобимся. Мне кажется, что мы, Бобы, наконец-то поняли, какое место занимаем в космосе, и теперь отойдем на второй план.

Хазджар бросила взгляд на солдат, а затем улыбнулась мне.

— Кое-кто будет рад это услышать. Лично я не уверена в том, что так будет лучше, но в любом случае мы выживем. — Она встала. — Спасибо за новость, Джок. Я передам твои слова Совету.

Я встал, покачал головой, как это принято у павов, и направился к грузовому беспилотнику. Зайдя в него, я развернулся, чтобы в последний раз посмотреть на планету. Пока двери закрывались, я увидел, как Хазджар отдает мне салют по-вулкански.

* * *

Я зашел в ПВПП, «Проект восстановления планеты павов» — особую ВР на станции Билла, которая была отведена под советы Бобов, — и огляделся: пятеро Бобов смотрели видеозаписи или управляли беспилотниками на поверхности планеты. Ферб стоял у стены и наблюдал за действиями остальных.

— Привет, Ферб, — сказал я, подходя к нему. — Как оно?

— Потихоньку, Жак. Нам удалось произвести по несколько особей всех видов, образцы которых у нас были. Поначалу генетическое разнообразие будет не очень велико, но рано или поздно мы восстановим около семидесяти пяти процентов экосистемы планеты.

Я кивнул и посмотрел на экраны.

— А второй проект?

Ферб указал на белую доску, на которой был написан список.

— Мы нашли пару отличных малых планет в соседних системах. Двигатели Билла легко с ними справятся.

— То есть, в конце концов, мы вернем павам не только их родную систему, но и запас металлов, — сказал я, удовлетворенно кивая.

— Возможно, только через несколько десятилетий, но да. И это будет хорошо.

Мы немного понаблюдали за работой Бобов, наслаждаясь моментом. По крайней мере, теперь нас не будет мучить совесть за павов.

75. Возрождение

Хершел. Январь 2259 г. Солнечная система

День отъезда. Два маленьких, но таких важных слова. Сегодня человечество официально покинет список вымирающих видов. Сегодня мы на несколько тысяч лет оставим в покое Землю, в данный момент очень похожую на снежок. Надеюсь, планета восстановится. Если это произойдет, то собранный нами генетический материал позволит восстановить хотя бы часть ее экосистемы.

Уничтожение Других сделало систему Гаммы Павлина привлекательным объектом для колонизации. Несколько кораблей-колоний уже везли туда людей с Земли.

А сейчас мы загрузили в «Беллерофонт» достаточно стазис-капсул, чтобы разместить в нем остальную часть человечества. Сегодня оставшиеся земляне поселятся в наших уютных грузовых отсеках и отправятся к 82 Эридана. Мэк со своей командой уже построят для них космические фермы и колонии на поверхности планеты. Часть людей неизбежно будет этим недовольна. Ну, значит, этой части людей придется обломаться.

Обломки, оставшиеся после Битвы за Землю — по крайней мере, те, которые не упали на планету в виде метеоритных дождей, собрались в точке L5 между Землей и Луной. Автофабрики по-прежнему с максимальной скоростью строили новые корабли для погибших Бобов. Теперь мы по-настоящему поняли, насколько полезен центр Билла: всего лишь несколько сохранений оказалось повреждено, и этих Бобов мы восстановили из копий, сделанных несколькими минутами ранее.

Большинство Бобов придерживались того мнения, что загрузка из сохраненной копии не равна личному бессмертию, но большинство также считали, что данный вариант лучше всех остальных. Лично я решил, что отложу этот философский вопрос до тех пор, пока он не станет актуален.

Я посмотрел на Нила.

— К старту готов, Номер Первый?

— Да пошел ты. И кстати, капитан Пикар из тебя отвратительный.

— Да, но мы по-прежнему управляем этим корытом. Неплохо для ряски из пруда, верно?

Нил ухмыльнулся.

— Могло быть и хуже.

Распевая во все горло «Матросскую Песню Бухгалтеров», мы взяли курс на 82 Эридана.

76. Паломничество

Боб. Октябрь 2263 г. Земля

Круг замкнулся.

Прямо подо мной, где-то в двухстах метрах, раньше стоял город Лас-Вегас. Город Низкой Зарплаты. Город Грехов. Место, где закончилась моя первая жизнь.

Я медленно повернулся, чтобы осмотреть ландшафт — точнее, ледник. Земля полностью превратилась в снежок; выпавший снег уже не таял, и ледники медленно приближались к экватору.

День был ясный, и солнечные лучи отражались ото льда, заливая весь мир светом. Будь я все еще биологическим существом, у меня бы уже началась снежная слепота.

Я договорился с местным Бобом, клоном десятого поколения по имени Харви, что он распечатает для меня андроида по последним схемам Говарда. Я мог бы побывать на Земле удаленно из Дельты Эридана — или, если уж на то пошло, из любой точки, где есть БобНет. Но мне хотелось действительно совершить паломничество на Землю, побывать там не только мысленно, но и физически. Сейчас мой «Парадиз-1 Б» находился на геосинхронной орбите в тридцати пяти тысячах километров надо мной.

Я подставил лицо ветру и закрыл глаза. Ветер трепал мне волосы и еле слышно свистел в ушах. Дисплей, видимый даже при закрытых веках, показал мне, что сейчас довольно тепло — минус тридцать по Цельсию; текущее поколение андроидов вполне могло работать и при таких температурах. Однако Земле точно крышка — по крайней мере, на несколько тысяч лет. На советах Бобы спорили о том, нужно ли поставить в космосе зеркала, чтобы подогреть планету, или оставить все как есть.

В последние несколько десятилетий Бобы работали над тем, чтобы как можно больше живых существ было представлено в банках генетических данных, причем теперь мы даже не собирали образцы, а просто делали скан на субатомном уровне. Билл, словно заправский безумный ученый, не вылезал из своей лаборатории на Эпсилоне Эридана. Репликаторов из «Звездного пути» у нас еще не было, но, черт побери, мы уже значительно приблизились к их созданию. Билл предполагал, что через несколько лет он сможет воссоздавать растения и животных на основе одних лишь сканов.

Я снова бросил взгляд на Лас-Вегас и вспомнил последний день своей человеческой жизни. Я прокрутил в памяти разговор с матерью и Андреа — и снова пожалел о том, что не успел еще раз пообщаться с отцом и Алейной. В тот же день я в последний раз пообедал с сотрудниками моей компании — и теперь я понимал, что в то время они были моими лучшими друзьями на планете.

Их жизни не сохранились даже в примечаниях к историческим хроникам. Они исчезли и были забыты — так же как и любой обычный человек, живший в Средние века. Они утонули в реке времени, и воспоминания о них сохранились только у меня. Я вздохнул. Иногда мне казалось, что жизнь — не более чем накопленный эмоциональный груз, состоящий из воспоминаний, сожалений и упущенных возможностей.

Посмотрев наверх, я заметил силуэт приближающегося транспорта. Странно, я же не вызывал свой беспилотник. Корабль приземлился на льду в пятнадцати метрах от меня, и после паузы двери грузового отсека распахнулись. Из корабля вышли два андроида. Я запросил их метаданные…

— Билл! Уилл! — Ухмыляясь, я поспешил к ним.

— Привет, Боб. Когда Харви сообщил нам о твоих планах, мы попросили его сделать еще пару андроидов.

— Вы в системе?

Билл покачал головой.

— Нет, паломничество устроил только ты. Лично я не против заниматься этим из Рагнарека.

Я кивнул, а затем посмотрел на Уилла.

— Я лечу к 82 Эридана. Время не замедляю, чтобы следить за новостями. — Уилл улыбнулся. — Рожденный все контролировать…

Я рассмеялся.

— Как дела в 82 Эридана?

— Все супер, — ответил Уилл. — Атмосферное давление на Вальгалле уже практически в норме. Когда прилетит «Беллерофонт», в распоряжении его пассажиров будут три планеты, пригодные для жизни. Но, конечно, люди, которые уже там, будут жаловаться на тех, кого к ним ветром принесло. — Уилл повернулся и посмотрел на ледяные поля. — Человечество уже неплохо распространилось. Похоже, оно все-таки не погибнет от собственной тупости.

— И что ты теперь будешь делать, Боб? — спросил Билл после небольшой паузы.

Я посмотрел на своих друзей, а затем на небо.

— Наверное, уеду куда-нибудь. Новые Бобы правы: мы — Homo sideria, и мне надоело, что я постоянно должен что-то делать. Пора разорвать все связи, вывести корабль из порта и дать полный ход. Узнать, что там, вдали.

— Ты будешь на связи? — спросил Билл.

— Конечно, — улыбнулся я. — Буду останавливаться по дороге и строить станции, чтобы оставаться в БобНете. Возможно, когда-нибудь наша сеть протянется через всю галактику.

— А мы, скорее всего, это увидим, — сказал Уилл. — Как ты и сказал, в нашем распоряжении целая вечность.

Кивнув, я повернулся к грузовому беспилотнику.

— Парни, может, отвезете моего андроида на склад? Пожалуй, отправлюсь в путь налегке.

Билл кивнул.

— Не вопрос.

Мы вернулись к беспилотнику и забрались внутрь. Я повернулся к двум своим самым старым друзьям, пожал им руки и отключился. А в тридцати пяти тысячах километров от них я включил двигатель корабля и отправился к звездам.

Благодарности

Это было удивительное путешествие. Я начал писать на спор, это было мое хобби, и в какой-то момент оно превратилось в карьеру.

Как всегда я хочу поблагодарить всех существ и бета-читателей, которые поспособствовали выходу этой серии книг.

Особая благодарность:

членам Ubergroup и группе Novel Exchange на сайте scribophile.

Сандре и Кену Макларенам

Николь Хэмилтон

Шине Льюис

Патрику Джордану

Труди Кокрейн

Анне Элбо

…за то, что читали ранние версии романа.

А также:

моего агента Итана Элленберга

Стива Фелдберга из Audible

моего редактора Кэт Говард

Content

Деннис Тейлор
Все эти миры

1. Стычка

2. Мы проиграли

3. Тучи сгущаются

4. Высокомерие

5. Засада

6. Запуск

7. Свидание

8. Революционеры

9. Напряжение

10. Охота

11. Останки

12. Похороны Джулии

13. Летающие города

14. Друзья

15. Анклавы

16. Отъезд

17. В пути

18. Прибытие в 82 Эридана

19. Нападение на города

20. Жизнь

21. Возвращение

22. Мертвый корабль

23. Смерть

24. Исследования

25. Битва

26. Воюющие города

27. Ремонт

28. Расплата

29. Надвигающаяся буря

30. Армагеддон

31. Зачистка

32. Находка

33. Проект

34. Похищение

35. Города-победители

36. Объявление

37. Судебный процесс

38. Путешествие

39. Вдали от дел

40. Восстановление

41. Воскрешение

42. Результат отрицательный

43. Изменение курса

44. Дебют

45. Прибытие павов

46. Город

47. Дурное предчувствие

48. Выгрузка павов

49. Наблюдение

50. Космическая одиссея

51. Совет

52. Ожидание

53. Защита

54. Вечеринка

55. На периферии

56. Город в облаках

57. Обнаружение

58. Прибытие

59. Примирение

60. Внезапное нападение

61. Предчувствие

62. Жизнь в облаках

63. Постой…

64. Битва начинается

65. Удобства

66. Битва продолжается

67. Бегство

68. Битва

69. Конец

70. Истребление

71. Победа

72. Восстановление

73. Совет

74. Новость для павов

75. Возрождение

76. Паломничество

Благодарности