Ростислав Корсуньский

Воин

Глава 1

Британская Империя, Стоунхендж.

Он посмотрел на место, где мгновение ранее находились те, в ком он почувствовал благословение своего злейшего врага. Там не осталось ничего живого. Но он пока еще не мог почувствовать их смерть и забрать энергию душ, опустошив их до изначальной искры. И тем более пока не мог поглотить последнюю. Он попытался прочувствовать этот мир, выискивая божественную энергию, предназначенную для него. Источники находились в разных местах планеты, но особенно много их было на одной отдаленной территории. Однако, к его огорчению, законы этой Нити Порядка пока не позволяли ему создать здесь свой эгрегор. Изгнанному, в отличие от пришедших в первый раз, для полноценного возвращения требовалось значительно больше.

Но кто бы мог подумать, что сделанная многие тысячелетия назад его страховка в итоге сработает и позволит ему вернуться сюда. Пусть пока еще не полноценно и не в полную силу, но уже это огромный плюс. Находясь в заточении, он не получал ничего от последнего оставшегося подконтрольным ему мира, и каково было его изумление, когда он почувствовал совсем маленький ручеек. Он даже не мог понять его природу и сказать, где появились его почитатели. Но спустя некоторое время он почувствовал зов жреца. Слабый, совсем слабый, но накопленной энергии ему хватило, чтобы установить, откуда тот пришел, и объяснить правильность ритуала жертвоприношения. Даже дать понять молодому жрецу, что необходимо найти артефакты, составляющие ключ и замок, с помощью которых он сможет вырваться за пределы темницы. Ручеек увеличился, и не только благодаря правильности ритуала, но и при помощи части артефакта.

Еще несколько раз жрец призывал его в особых случаях, а один раз пришлось покарать не верящих его первому и верховному вассалу в том мире. Однажды он почувствовал присутствие своего злейшего врага, и его ярость едва не забрала жизнь человека. Зато после этого случая тот смог отыскать вторую засть ключа. Сейчас, когда вся память жреца была ему доступна, он знал, что не обошлось без его верных слуг гуайчох, которым удалось выжить. Также он узнал, что драконам его другого врага тоже удалось остаться в живых. Но сейчас все три части некогда созданного им артефакта находятся у него в руках.

Да, силы веры его последователей и энергии жертвоприношений пока недостаточно для полноценного прихода, зато ее вполне хватит, чтобы призвать своих первых детей. Ктулхуты были самыми преданными, самыми страшными, самыми беспощадными, самыми опасными его созданиями. Сотворенные им многие сотни тысяч лет назад, они верно служили своему господину, и даже во времена Войны Богов показали себя во всей красе. Жаль, что единственный мир, где они отлично чувствовали себя и размножались, в те далекие времена войн пострадал очень сильно, и теперь число его последователей растет просто невероятно медленно. Его враги, объединившись, успели изменить суть, совсем чуть-чуть, но этого хватило, чтобы ктулхуты перестали воспринимать тот мир, как свой дом. Он тогда помешал им и не дал закончить действо, которое привело бы к уничтожению его самых опасных воинов, но устранить последствия даже не оконченного ритуала было уже не в его силах. Но часть его детей остались, и о них его враги знать не должны. Именно его вмешательство помешало выдернуть всех воинов в их родной мир. Их вернули почти отовсюду, кроме одного очень удаленного мира, где ему удалось охватить своим влиянием часть территории.

Мир этот — очень слабый в энергетическом плане по сравнению с теми, за которые велась война, и там его дети чувствовали себя не очень комфортно, зато они сохранили себе жизнь. И пора призвать их сюда. Пусть это лишит его на некоторое время возможности следить за здешними событиями, но его любимые детишки очень быстро преподнесут ему этот мир. Но помимо этого он еще мог кое-что сотворить. И древний Бог потянулся к источникам, вытягивая часть божественной энергии.

— Гоорр Даарр Туурр, — прорычал он на первом языке Нити.

И в ответ на это у каждого зиккурата, посвященному ему, открылись портальные врата. Твари, хлынувшие оттуда, были настолько жуткими, что даже у многих его последователей, находящихся рядом, появился животный ужас. «Тем лучше, — подумал он. — Будут служить, боясь неудовольствия новых хозяев мира». И только сейчас обратил свое внимание на место, где он находился. Алтарь Бога Одеана, которого он отдал обитателям Хаоса за одну услугу. Совсем легкое усилие, и камни разлетелись мелкой крошкой. Теперь он перевел взгляд на мертвых людей, его последователей. Удовлетворенно оскалившись, он поднял их в качестве нежити.

— Даже два архилича получилось, — произнес он напоследок на местном языке и покинул тело жреца, которое, пробудь в нем бог еще немного, превратилось бы в прах.

Бранчох очнулся и осел на землю. А оставшиеся в живых люди в первое мгновение позавидовали мертвым, но увидев, во что те сейчас превратились, не знали, что делать. Какая-то сила заставила их держаться рядом со жрецом в ожидании приказов.

Российская Империя, столица, город Москва, Кремль.

В комнату, где в кои-то веки императорская чета встретилась со своей дочерью, влетел граф Вяземский. То, что он даже не постучал и не закрыл за собой дверь, говорило о многом. Точнее, о надвигающейся опасности.

— Ваши величества, ваше высочество, — граф даже не переводил взгляд и не кланялся. — Голицыны и Бельские перешли к активным действиям, и в столицу выдвинулись их армии. По только что полученным сведениям, все их ментальные маги сосредоточены в Москве. Якобы найденный ментальный артефакт в новом поместье графов Карни́цких — не более чем уловка, чтобы выманить князя Воронцова. Род Карницких мы не подозревали, поэтому заговорщикам известно об отсутствии лучшего ментального мага. Пока еще есть время, и мы можем покинуть столицу.

— Нет, — твердо произнес император. — Если нас не обнаружат сразу, то начнут искать очень тщательно и все равно найдут. Мы останемся здесь, а вам необходимо спасти нашу дочь. Скорее всего, они не станут нас убивать сразу — есть у меня предчувствие, что мы нужны им для чего-то. Этого времени вам хватит, чтобы не только покинуть столицу, но и удалиться на безопасное расстояние.

— Мама, папа, — из глаз цесаревны брызнули слезы. — Я вас не остав…

— Граф, Катя! — прикрикнула императрица, видя, что Шувалова находится в дверном проеме. — Быстро уводите дочь.

Вдвоем они потащили плачущую девушку к выходу. Когда шум стих, Анастасия Матвеевна с любовью посмотрела на мужа.

— Ну, что, мой супруг, покажем им, чего стоит императорский род.

Магические способности — точнее, атакующие чары — у монаршей четы были невелики, но вот мечом Георгий Алексеевич владел знатно. В качестве защиты у обоих выступали артефакты, против которых бессильны даже ментальные маги, пока не исчерпается энергия накопителей. Жена его сносно владела мечом, зато была сильной целительницей. В принципе, это от нее к дочери перешел дар.

— Вот этот коридорчик, — кивнул император на небольшой, всего два метра в ширину и пять в длину, коридор, соединяющий две комнаты.

Место выбрано не зря. Второе помещение имело только один вход, даже тайные отсутствовали. Сам император владел двуручным мечом с сильными плетениями, а также мог создавать атакующие заклинания первого и второго уровня, а некоторые — и третьего. Но больше в магическом плане он надеялся на три боевых артефакта с плетениями нового исследовательского отдела, расположенного в Новосибирске. Особенно понравилось ему выпускное заклинание Раэша. «Хоть бы получилось у дочери с этим человеком! — подумал он. — С ним она будет, как за каменной стеной». Он искренне верил провидице, которая предрекла наступление тьмы, и он был абсолютно уверен, что оно уже началось. Мужчина вышел чуть вперед, прикинул расстояние, которое ему необходимо для работы со своим длинным мечом, затем начал сдвигать мебель, делая из нее как бы защитный круг. Вернулся на свое место и, поймав твердый взгляд супруги, улыбнулся, получив ответную улыбку. Развернулся к входной двери и принялся ждать предателей.

Первыми в помещение ворвались воины Бельских, сразу напоровшись на стремительный выпад двуручным мечом. Один упал, двое других отскочили в стороны. Император же сделал шаг назад, положив меч, острие которого было направлено на левого воина, на согнутую левую руку. В это время в комнату вбежали еще двое, и все четверо атаковали одновременно, перепрыгивая через баррикаду. Георгий Алексеевич движением локтя левой руки отправил меч по кругу и уже в полете подхватил его второй рукой. Двое центральных нападавших не ожидали подобного начала атаки — ведь самым быстрым движением был выброс меча вперед в направлении самого левого воина. Один из них вообще не успел ничего сделать, получив острием меча по горлу. Второй среагировал, но не успел поднять свое оружие для полноценной защиты — кончик его меча защитил от атаки, но, будучи отброшенным назад, нанес порез на щеке, откуда брызнула кровь.

Император, чувствуя прилив сил от заклинания супруги, закрутил вокруг себя меч с большой скоростью. Из-за баррикады нападавшие не могли в полной мере использовать свое численное преимущество, и вскоре один из них получил рану. Последний попытался воспользоваться этим и, прикрывшись щитом, быстро приблизился. Но правитель государства Российского, крутнувшись, почти ушел от мощного удара, а остальное отразила защита. Зато его меч разрубил коленный сустав врага. Да, плетения, наложенные в свое время Ломоносовым, пробивали почти любую защиту.

В проеме показался незнакомый маг, сходу атаковав его чем-то из огненной стихии. То ли огромный огненный шар, то ли стена огня, разошлись в стороны, обходя появившуюся мерцающую защиту. Маг отошел в сторону, и в помещение вошли еще три воина. И вот тут-то император использовал плетение Раэша. Как он и рассчитывал, маг среагировал на угрозу, рассекая основное копье, а вот к тому, что последует продолжение, никто оказался не готовым. Самого мага уберегла защита, но вот последовавшее за ним другое заклинание благополучно пробило барьер, попав прямо в лицо. Простым воинам их амулеты не помогли — видать, конструктор, создавший этот артефакт, с затратами энергии не заморачивался.

— Так-так-так, — произнес новый персонаж. — Очень неплохо для человека, почти не уделявшего внимания тренировкам. Даже очень-очень неплохо, почти великолепно.

— А я все думаю, когда же появится представитель островного государства, которое задумало в моей стране переворот, — усмехнулся Георгий Алексеевич.

Он знал этого человека — одного из лучших ментальных магов в мире. Вдобавок у него на голове был Обруч Мерлина. Пожалуй, этот сможет преодолеть его защиту разума.

— Может, сами сложите с себя полномочия правителя Российской империи? — задал он вопрос и нанес ментальный удар. — Только живьем, — процедил он сквозь зубы.

Защиту он все — таки пробил, но вот подчинить императора уже не мог. Двоих противников, совсем забывших о защите и ринувшихся к славному представителю рода Рюкиков, император все же смог зарубить, но вот следующие двое сумели его скрутить. Справиться с императрицей было проще, но все равно она сумела убить спрятанным до поры до времени ножом одного полностью расслабившегося врага, видевшего в ней безвольную куклу, роль которой она играла. Многие аристократы об этом догадывались, некоторые знали, но простые люди не могли распознать ее игру.

В тронном зале шла подготовка к очередному действу. На полу маги закончили рисовать сложную октограмму, в центр которой поместили Артефакт Империи. О нем мало что было известно, только ходили слухи, что он укажет путь куда-то за могуществом. Правда это или нет, но все члены императорской семьи «знакомились» с Артефактом. Причем совершенно точно было известно, что после их насильственной смерти подчинить это древнее изделие невозможно. И только со временем носитель императорской крови сможет это сделать. Насколько известно, в этом случае с каждым годом артефакт сам понижает планку необходимого процентного содержания императорской крови.

Но в свое время, когда отношения меду странами были дружественными, Великий Мерлин исследовал его, а позже придумал метод, как обмануть. Правда, до конца не был уверен в своей правоте, но в данный момент другого способа предложить никто не мог. Заключался он в следующем: если одновременно принести в жертву всех членов императорского рода в соответствии с придуманным Мерлином ритуалом, то имеется пара мгновений, когда можно подменить род владельца, и тогда Артефакт перестроится на новый род. В качестве замены лучше использовать женщину. А в Российской Империи издревле сохраняется установка, что тот, кого признал Артефакт, является правителем или наследником, если император жив. Она настолько укоренилась среди жителей империи, что никто и не подумает отказаться от произнесения клятвы тому, кого признал Артефакт.

Претендентка на место императрицы, княжна Марья Бенедиктовна Голицына, с нетерпением ожидала, когда приведут императорскую чету.

— Что, не терпится, сестренка? — усмехнувшись, спросил ее младший брат.

Ответить она не успела, поскольку именно в этот момент привели Георгия Алексеевича и Анастасию Матвеевну. Когда их ввели, княжна, не обращая внимания ни на что, внимательно следила за ними.

— Ты смотри, убрала рукой волосы прямо как та баронесска, — зло процедил княжич, но сестра только отмахнулась от него.

Начался ритуал, и девушка ожидала момент своего выхода. И когда два мага подняли вверх ритуальные ножи, она быстро прошла к Артефакту, разрезая себе ладонь. Ножи проткнули сердца императора и императрицы, а спустя мгновение Марья приложила окровавленную ладонь к шару. Пять секунд, пока жизнь окончательно покидала тела, показались девице вечностью. Вот шар потеплел и засветился бледно-зеленым цветом, говорившим, что остался еще один наследник.

— Как? — воскликнул представитель Британии, пленивший императора. — Где наследник? Кто он?

Сама же княжна мучительно пыталась вспомнить какую-то мысль, которая только что была вот здесь, но сумела ускользнуть. Подойдя к усмехающемуся брату, она спросила:

— Что ты только что говорил?

— Да говорю, что эта баронесска Морозова постоянно копировала императрицу. Наверное, таким образом думала поднять свое происхождение. Я не раз замечал подобное.

Эти слова брата помогли сложить мозаику в голове княжны. И так называемое затворничество баронов Морозовых, и постоянная охрана ее графиней, род которой якобы поклялся охранять своих соседей, и странная смерть цесаревны, и еще некоторые моменты.

— Идиот! — заорала она. — Тупица! Ты хоть раз мог подумать головой, а не тем местом, что у тебя между ног?! Когда последний раз ты видел ее?

— Вчера. Она, открыв рот, словно деревенщина, рассматривала Кремль.

Девушка зарычала и, резко развернувшись, встретилась нос к носу с магами Британии.

— Я знаю, кто наследница. И она только вчера встречалась со своими родителями.

Глава 2

Пространственно-ментальный мир королевы ихтанвиилайтов в боевых серпах.

— Будешь должен, — услышал я знакомый голос Белоснежки.

Попытался открыть глаза, но ничего не получилось, а у меня создалось впечатление, что к векам подвесили минимум пятикилограммовые гири. Мгновение спустя сообразил, что лежу на земле, и попытался подняться. Но даже сдвинуть руку не мог, не то чтобы опереться на нее. Тогда решил просто вспомнить происшедшее с нами — точнее, последние моменты. Помню, что Айви сообщила о своей беременности — получается, что я скоро стану отцом. А еще благодаря этому она смогла создать родовое заклинание «Водоворот Стихий». Затем почувствовал, как затрещала ткань мира из-за действий жреца Супайче, и понял, что его надо остановить. И последнее — это нахлынувшая ярость, заполонившая все мое сознание. И все — больше никаких воспоминаний после этого.

Хотя нет. Некие смутные картины битвы обрывками мелькали перед моим внутренним взором. Правда, не уверен, что именно этой битвы, поскольку случаев моего ухода в это состояние было несколько. Сосредоточился на работе мозга, понимая, что и он оказался чем-то или поражен в той битве. Кристальная ясность, наличествующая у меня всегда, отсутствовала, скорость мышления была хуже. Переходить в кил’са или гар’са (точнее, их аналоги в мире Белоснежки) даже не буду пытаться, поскольку чувствую, что ничем хорошим это не закончится. Но все равно сознание по сравнению с телом пребывало в намного лучшем состоянии. И сколько мне пребывать в нем? И где моя Айви? Раздражение само пришло изнутри.

— О! Вижу, что начинаешь восстанавливаться, — раздался все тот же знакомый голос королевы ихтанвиилайтов.

И я открыл глаза. Не без труда, но в этот раз получилось это сделать. Увидел лицо, шею и грудь, хотел приподняться, чтобы сесть, но в руках чувствовал слабость, хотя пошевелить ими смог. Посмотрел ей в глаза, замечая, как ехидное выражение лица сменяется серьезным.

— Что с Айви? — ко мне вернулась речь.

Это первая пришедшая в голову причина подобной метаморфозы. Я ведь ее совершенно не помню, и даже в тех небольших вспоминающихся фрагментах она отсутствовала.

— Жива она, жива, — и я облегченно выдохнул.

— А вообще, что произошло там, в Британии, у Стоунхенджа? — и тут я кое-что вспомнил. — Вспоминается ощущение приближения чего-то очень страшного.

— Еще бы! — воскликнула она. — Проклятие Высшего Бога, или Истинного Бога, или Демиурга — называй, как хочешь, и это поистине страшная вещь. От вас ничего не осталось бы, даже я не смогла бы остаться. Убить меня он не смог бы, а вот разрушить твое оружие и все связи, которые держат меня в этом мире, сумел бы.

— То есть тебя бы просто выбросило туда, где вы живете? — захотелось подтвердить мою догадку.

— Все верно, — она кивнула. — Вот только сколько осталось бы у меня силы, я не берусь предсказывать. Вполне может так статься, что я даже не смогу удержать свои владения.

— Так что же там произошло?

— Вы совсем немного не успели остановить жреца, — и откуда у нее в голосе взялась печаль? — Он успел призвать Бога, да еще такого! И он проклял вас. Если быть более точной, то это не заклинание, как может показаться на первый взгляд, поскольку на вид это черное облако. Оно уничтожает все формы жизни, и чтобы противостоять ему, необходимо благословение другого высшего существа. И это не тот мизер, который присутствовал на вас, а полноценный ритуал в месте поклонения. Я почти успела создать портал и толкнуть туда вас.

— То есть мы сейчас находимся не в Британии? Или все-таки там, но не рядом со Стоунхенджем?

— Я не знаю, где мы, — я заметил ее некую неуверенность, — не знаю. Я создавала его, чтобы переместиться куда-то подальше от того места.

— А меня научишь? — я постарался сделать выражение лица, которое делала Алинка, когда просила что-либо. — А то в моем мире подобные заклинания были, а здесь их не знают.

— Это не ваши порталы, — она покачала головой. — Порталы жителей миров соединяют две точки двумя способами. Межмирные порталы используют для связи миров Нити Порядка. Я же использую границу Хаоса, с которой могу оперировать. Никто из жителей любого мира не сможет его создать. Но для обуздания и удержания Хаоса необходимо очень много энергии, особенно в моем случае. Моих сил, даже с учетом последнего боя, когда я получила очень много энергии, не хватило, и если бы не моя племянница, то от вас не осталось бы ничего. Я имею в виду, что и на перерождение вы бы тоже не попали.

И она посмотрела куда-то вниз. Я на автомате приподнялся и глянул туда же. О, получилось! Но изумление у меня вызвало не такое быстрое восстановление, а маленькая девочка, которую королева держала за руку. На вид ей было не больше трех лет — по крайней мере, на мой дилетантский взгляд. Внешностью она напоминала Айвинэль: ну, у нее ушки были остроконечные, глаза имели миндалевидную форму и были такими же большими. Но цвет был точно как у ее тетки.

— И откуда она здесь взялась? — задал я резонный вопрос.

— А самому тяжело догадаться? — вопросом на вопрос ответила она, да еще и с ехидцей.

Я задумался. Она — ихтанвиилайт, значит, и девочка тоже, и тоже должна находиться в нашем мире. «Да чтоб тебя Хаос забрал!», — выругался я в адрес того Бога, что атаковал нас. Вот сейчас — лишнее подтверждение, что еще не отошел от его атаки. Раньше мгновенно догадался бы, что племянница — это «жительница» оружия Айви, а сейчас понадобилась пара секунд.

— Вижу, что понял, — усмехнулась Белоснежка, — вот я ее тоже лишила накопленной энергии, и если бы она не была, как вы говорите, моей крови, то ничего бы не вышло.

И тут я, наконец-то, осознал момент, не дававший мне покоя все это время. Во все предыдущие разы Белоснежка отвечала на один вопрос или, как она сама говорила, максимум два. А сейчас беседуем безо всяких ограничений. Что же такое произошло? Этот вопрос и задал ей, высказав свои подозрения.

— Многое изменилось, — серьезно ответила она. — Я же помню его прошлое пришествие в этот мир, и это не сулит ничего хорошего. Многое я просто не имею права рассказывать.

И тут мне пришла в голову мысль, что в реальном мире мы же сейчас просто валяемся где-то. А если на дороге или у обочины, то нас могут быстро найти и ограбить или еще что-то с нами сделать, особенно с моей эльваркой.

— А где мы лежим? — быстро задал я вопрос.

— Не переживай, никто вас не увидит, — она правильно поняла мое беспокойство. И не переживай за нее — она в лучшем состоянии, чем ты. Ты же успел закрыть ее собой за миг до того, как проклятье накрыло вас, а в следующее мгновение я создала портал. Так что не переживай. И не стремись очутиться в теле — здесь ты быстрее восстановишься.

— А ты, случаем, не знаешь, что случилось с Таэль? Ведь у нее тоже клинки непростые.

Вероятность того, что ихтанвиилайт из ее клинков является подданным королевы, достаточно велика, поэтому и существовала у меня надежда на то, что Белоснежка могла знать о судьбе нашей верной телохранительницы. Она посмотрела на меня, затем подошла и, положив мне на голову руку, произнесла:

— Смотри.

Британская Империя, мост через реку Эйвон.

Эльфийка соскочила, хлопнула по крупу свою лошадь, которая от этого действия отошла на берег и принялась жевать там травку. Пару секунд смотрела вслед удаляющимся детям, как она всегда про себя называла их, затем развернулась к приближающимся всадникам.

Начала очень быстро обдумывать различные варианты поведения: какую магию и когда применять, как атаковать, какие действия предпринимать. Направилась к началу моста, остановившись в пяти метрах от его границы. Преследователи не стали вступать сходу в бой, чем доказали свой профессионализм. Десяток разошелся, а вперед выехали три человека — наверняка, маги. Таэль уже могла их достать парочкой заклинаний, но не стала этого делать, поскольку ее основная задача — выиграть время. Присмотревшись магическим зрением, женщина увидела, что еще два мага остались позади. «Очень сильный отряд», — мелькнула у нее мысль, и в этот момент враги начали действовать.

Три огненных шара почти одновременно полетели в ее сторону, расплывшись по выставленному защитному щиту. И снова атака, и еще одна. Таэль мысленно усмехнулась, вспоминая тренировки с Раэшем и Айвинэль. Вот там слаженность атак была просто потрясающей: их заклинания всегда били в одну точку и всегда одновременно. Эти тренировки заставляли Таэль очень серьезно относиться к ним, и волей-неволей ей пришлось повышать свое мастерство в оперировании динамическими щитами. Зато сейчас это позволяло ей затрачивать меньше энергии. Хотя все равно объем ее снижался достаточно быстро.

Радовал женщину еще и тот факт, что всадники не пытались преодолеть реку — вероятно, в этом месте нет не только брода, а вообще нормального места, хотя ширина составляла всего метров сто. Сама же Таэль внимательно наблюдала за воинами, и как только заметила, что те решили спешиться, активировала негатор и, мгновенно перейдя в боевой режим, сблизилась с магами. Все трое не успели среагировать, хотя почувствовали его действие. Полностью беспечными они не были, вот только амулетная их защита предназначалась скорее для подстраховки, поэтому справиться с великолепным оружием эльфийки не могла, да и действие негатора тоже сказывалось на качестве барьера, который в отсутствие структурированных потоков тянул энергию из накопителей просто невероятно быстро. Очутившись между двумя всадниками, она нанесла два выверенных удара под их панцири, а затем под животом центральной лошади перешла на другую сторону. Еще один такой же выверенный удар, и женщина вернулась на свое место на мосту. Выйдя из ускорения, она принялась ждать дальнейших действий.

Оставшиеся два мага что-то сказали спешившимся десяти воинам, затем повернулись к оставшимся в седле. Пятерка всадников решили все-таки переплыть реку и, отъехав на безопасное расстояние, спешились и направились в реку. Воины атаковали женщину одновременно, и ей пришлось тяжело. Мастерство ее превышало умения каждого врага по отдельности, но они действовали совместно, и было заметно, что подобные действия у них отработаны. Зазвенела сталь.

Воины были опытными, но Таэль не позволяла им атаковать больше чем втроем. Да и то в этом случае эффективность их действий падала. Один попытался прошмыгнуть ей за спину, когда другие двое связали ее боем, но женщина подловила его. Правда, ей пришлось отступить на два шага назад. Но именно для подобных случаев эльфийка и заняла позицию в начале моста. Видя, что мастерством противницу не взять, воины приняли решение добиться своего количеством.

Вот теперь эльварке пришлось туго, поскольку она постоянно действовала на полной скорости. Магия не работала, защитные амулеты тоже, поскольку у всех уже разрядились от действия негатора, и только наложенные на оружие плетения периодически вспыхивали то красным огнем, то синим. Число врагов уменьшалось, и вот уже из двадцати пяти преследователей в живых осталось только двенадцать, но сама воительница получила две тяжелые раны.

Сейчас женщина находилась на середине моста, лишь немного сместившись к противоположной стороне от его центра. Разорвав дистанцию, она отключила негатор и мгновенно активировала амулет с заклинанием Раэша. А когда то почти сформировалось, сама же рассекла основное копье. Десяток мелких стрел в той или иной степени поразили оставшихся противников, за исключением двойки магов, находившихся в отдалении. Чувствуя, что еще немного, и она просто свалится с ног, женщина рванула к ним.

Боевой опыт магов сказался: они очень быстро сообразили, что негатор отключен, и создали на пути женщины щит. Понимая, что это действие напрашивалось само собой, Таэль, усмехнувшись про себя, применила артефакт для взлома подобных преград. Но и сейчас ее противники показали себя с самой лучшей стороны — оба одновременно создали по огненному шару, бросив их в нее. Пламя охватило эльфийку, когда она уже вышла из боевого режима. Но оба мага все-таки допустили фатальную для себя ошибку, когда выехали на мост верхом. Будь они пешими, просто отбежали бы от нее назад, а так попытались проскочить вперед, но Таэль среагировала на это, и ее клинки вошли им между ребер. И тут силы покинули эльфийку, ноги подкосились, но женщина устояла; руки налились тяжестью, но она сумела удержать оружие в руках.

— Господин, госпожа, я сделала все, что смогла, — прошептали ее губы. — Теперь надо спрятать…

С огромным трудом добравшись до края моста, Таэль навалилась на парапет, благодаря обеих Богинь, что тот низкий, и в следующий миг полетела в реку.

Пространственно-ментальный мир королевы ихтанвиилайтов в боевых серпах.

— Все, ты уже достаточно восстановился, — очнувшись от видения, услышал я голос Белоснежки.

И в самом деле, я смог подняться. Удивленно посмотрел на ее левую руку, которой она держала ребенка. Девушка заметила мой взгляд, поняла вопрос, но отвечать не стала. Хотел ее спросить про этого пришлого Бога, но она в долю мгновения очутилась рядом со мной. Прильнув ко мне, она поцеловала меня в губы. Мои руки автоматически обняли ее, но она тут же отстранилась.

— Помни, только истинный воин может обладать мной. Ты на верном пути, поэтому стремись вперед… стремись…

«Это чем же таким воняет?», — было моей первой мыслью, когда я очнулся. Поймаю того гада, кто навалил где-то рядом со мной кучу — вставлю такую пробку, что до конца жизни будет терпеть. Сев, осмотрелся и увидел небольшого зверька черного цвета с двумя белыми полосками на спине. И память подсказала, что это скунс. Так вот кто это так навонял — хотя вполне возможно, что именно из-за его запаха я и пришел в себя.

— Кшшшш, — зашипел я.

Зверек навострил уши, посмотрел в мою сторону и убежал. Я же переполз к моей эльфийке, которая шевельнулась и сморщила свой носик.

— Фу-у-у, что это так воняет? — произнесла она и попыталась сесть.

С первого раза у нее не получилось, а потом я ее поддержал, и девушка села рядом.

— Где это мы?

— Не знаю, — я покачал головой из стороны в сторону.

— А как мы сюда попали?

— Не знаю, — на этот раз я улыбнулся.

— А воняет что? — она снова сморщила носик. — Или опять не знаешь?

— Да был тут один местный абориген, — я деловито замолчал, а когда почувствовал эмоцию «вот сейчас как стукну», добавил: — Скунс. Прогнал я его.

— А что там произошло? — задала эльфийка новый вопрос. — Я помню только, что меня накрыло волной твоей ярости, в которой я растворилась.

— Я тоже почти ничего не помню, — задумался, пытаясь вспомнить те события. — Какие-то обрывки боя, мелькание лиц и в конце — какая-то жуть. И все. Я же полностью отдался ярости, которую так и не научился контролировать.

— Что тут у нас имеется? — задала моя супруга риторический вопрос, принявшись осматривать себя.

Я занялся тем же самым. Оказывается, мы в точно такой же экипировке, как и в последнем бою: одежда, оружие, амулеты. Осмотрели друг друга, затем улыбнулись. И тут лицо девушки стало серьезным, а я понял причину, и Айвинэль подтвердила ее, задав следующий вопрос:

— Как там Таэль?

— Я не зн…

И я замолчал на полуслове. Хотел сказать, что не знаю, но откуда-то изнутри пришло понимание, что мне известна ее судьба. Вот уж действительно странно. Хотя мама обладала даром пророчества, но я за собой не замечал подобных вещей. Интуиция — да, есть, причем очень хорошая, но пророчество — это другая область и работает оно по-другому. Может быть, во мне проснулся этот спящий дар мамы? Да нет, такие вещи проявляются очень рано, маленькому ребенку просто не скрыть свой дар. Он или она периодически предсказывают будущее или о прошлом кому-нибудь говорят. Да, глубоко в таком возрасте, как правило, не могут заглянуть, но в моем мире известны случаи, когда ребенок предсказывал события, которые произошли через сто лет.

— Айви, — я наконец-то передвинулся к ней и обнял, — я не знаю, откуда мне это известно, но она погибла. Там, на том мосту, она забрала жизни всех наших преследователей и упала в реку.

Жена поверила мне сразу — ведь она чувствовала мои эмоции, а также исходящую откуда-то уверенность, что эти мои непонятные знания — правда. Я почувствовал ее горечь утери и сильнее прижал к себе. Так и просидели мы еще полчаса, пока не поняли, что накопили достаточно сил, чтобы продолжить путь и сражаться в случае опасности. Поднявшись, мы покрутили головами, думая, куда идти, и одновременно ткнули рукой в одну и ту же сторону.

— Туда.

Лес ничем особенным не отличался от привычного нам — те же лиственные деревья: березы, дубы, клены, осины, встречались и сосны. Можно точно говорить, что это не Африэнн и не Сибирь, а так мы можем находиться в любом месте от Уральских гор до Франкийского королевства, Британия тоже подходит. Вот в последней никак не хотелось бы очутиться, поскольку подозреваю, что покинуть эту страну будет проблематично.

Спустя полчаса мы вышли на лесную дорогу, которой немного пользовались. Не сказать, что часто, но колея от телег и повозок заросла не очень сильно. Двинулись по ней, внимательно отслеживая обстановку. Когда перед нами на дорогу выскочил заяц, эльфийка среагировала мгновенно, и у нас появился повод для отдыха. Пока насыщались, поговорили о своем самочувствии, узнав, что оба еще не восстановились полностью. Я перешел в состояние измененного сознания и понял, что, несмотря на вроде бы нормальное состояние, в нем я отчетливо ощущал усталость. Айвинэль же перешла в свой боевой транс и тоже сказала, что с ней еще не все в порядке. Если состояние девушки еще можно как-то объяснить — ее ведь впервые захлестнуло яростью подобной глубины, — то мое не поддается подобному объяснению. Получается, что тот ужас, который я ощутил там, все же на меня подействовал. Дальше решили передвигаться с еще большей осторожностью.

В этот раз двигались в двадцати метрах параллельно лесной дороге и вскоре вышли на тракт. Неширокий — две кареты разъедутся, пусть и впритык, но это дорога, пользующая спросом, если ее выложили камнем. Не сговариваясь, повернули налево, но передвигались по-прежнему в двадцати метрах.

Запах гари почувствовали одновременно и, посмотрев друг другу в глаза, передали эмоции, согласно которым эльфийка ушла дальше в лес, а я двинулся прежним маршрутом. Опушку леса увидел метров через пятьсот, а выйдя к ней, увидел догорающий поселок. Находился он не менее чем в двухстах метрах, но дыма немного, поэтому видимость была хорошей. Минуту высматривал там хоть кого-то, но безрезультатно. От жены получил аналогичную эмоцию. Спустя пару минут почувствовал ее присутствие рядом с собой.

— Идем? — задала она вопрос.

— Да, надо хотя бы узнать, где мы находимся.

И мы со всеми предосторожностями направились к селению, выйдя на тракт. В двадцати метрах от границы увидели поваленный указательный столб, а подойдя к нему — сломанную табличку. Подняв ее, увидел немного знакомый язык, с которым уже однажды встречался. Были в нем некоторые характерные буквы, и одна из них стояла крайней слева.

— Дойчландия, — сказала подошедшая Айвинэль, чем подтвердила мою догадку.

Теперь мы точно знали, в какой стране находимся. Но что здесь произошло?

— Неужели у них началась гражданская война с Баварским и Австрийским герцогствами? — ни к кому не обращаясь, задала эльфийка вопрос. — Будет очень жаль — мне София понравилась. Особенно рассмешило ее выражение лица, когда она узнала, кто ее спас. Идем к ним?

— Да, жаль только, что не знаем, где находимся, так что идти, возможно, придется очень долго. Нам бы припасов найти, — и я начал оглядываться.

— Точно! Немцы и германцы — народ запасливый, особенно последние. Ищем подвалы и погреба.

В центре, куда мы направились, искать бесполезно, поскольку разрушения просто невероятны. Поэтому мы направились в дальнюю часть поселка, где заметили три сгоревших дома, но без разрушения каменных частей. И в первом же обнаружили погреб. Дом стоял на окраине, вход в погреб располагался со стороны околицы, а сам он был оформлен в виде холма, на котором росла трава. Поэтому его, наверное, и не нашли. Запирался он на обычный засов, поэтому попасть в него не составляло труда. Я остался на улице в качестве наблюдателя, а девушка спустилась вниз.

— Раэш, да на этих харчах нам год можно жить, — донесся до меня ее голос.

Набрали мы много, каждому досталось по сумке, а мне еще и небольшой бочонок для хранения воды. Никаких фляг Айви не нашла, но этот винный бочонок имел специальную кожаную сбрую, предназначенную для переноски. В здешних колодцах набирать не рискнули, поэтому ушли в лес, тем более что тракт сворачивал на восток, а нам необходимо, скорее всего, на юг или юго-восток. Небольшой ручей с чистой водой эльфийка нашла быстро, и мы решили устроить себе пир.

Подходящее место попалось метров через двести. Я отправился на поиск сухих дров, а Айвинэль ушла мыть небольшой котелок, в котором хранили какие-то соления.

— Вот это объелся, — погладив себя по животу, произнес я.

— Ох, я тоже, — девушка легла, положив свою голову мне на плечо. — И все-таки что здесь происходит? Надо обязательно у кого-то узнать.

— Я бы лучше узнал, как мы перенеслись из Британии в Дойчландию, — сказал я. — Первое, что приходит на ум — порталы, но я не знаю такого заклинания. А в этом мире оно вообще неизвестно.

— Может быть, ты все же знаешь его и сумел в момент наивысшей опасности создать? — чуть неуверенно выдвинула свою версию девушка. — Ты же, пребывая в ярости, ничего не помнишь.

— Ну, сейчас хоть какие-то обрывки вспоминаются — не то что раньше, — я погладил Айвинэль, и рука сама опустилась на грудь, отчего она мурлыкнула. — Расту помаленьку. Как ты себя чувствуешь? Как там малыш?

— Раэш, он же еще совсем маленький, — с улыбкой ответила девушка, — люди на таком сроке даже не подозревают о нем, если не обращаются к магу. Это у всех эльварок особенность такая — чувствовать беременность с самого начала. Не беспокойся, со мной все хорошо. Ты уже в пятьдесят третий раз спрашиваешь.

— Ты что, считаешь? — удивился я.

— Ага, — довольно произнесла она. — Причем не с самого начала.

Я перенес руку на ее животик и погладил его. Девушка замолчала, поерзала немного, устраиваясь поудобнее, и спустя пять минут уснула. Я же занялся анализом своего состояния.

«О! Вот это другое дело!», — мысленно воскликнул я. А жена, почувствовав мою довольную и радостную эмоцию, улыбнулась во сне. Сытный поздний обед очень хорошо сказался на восстановлении сил, не то что после одного зайца на двоих. Вошел в состояние кил’са и осмотрелся ментальным взглядом. И то, что было вокруг, мне очень не понравилось. Хорошо, что я в этот момент контролировал себя, а то бы разбудил девушку негативом. Вокруг нас не было ни одного живого организма! Вообще! Даже мышей, сурков, белок и других грызунов я не нашел. Такое впечатление, что они все покинули эту местность, или их всех уничтожили. Но последнее вряд ли возможно. А ведь такая живность является отличным индикатором серьезной опасности. Вряд ли человеческая вражда вынудила их к этому. Что же здесь произошло на самом деле?

Информации для полноценного анализа не хватало, поэтому я забросил его. А вот поспать, как я надеялся, не получится — придется дежурить. Как ни странно, но за пару часов, пока моя эльварка отдыхала, так никто и не появился. Под «никто» я понимаю не только людей, но и животных. И только насекомые жужжали, трещали, стрекотали — то ли радуясь, что эта территория принадлежит им, то ли огорчаясь, что больше никого нет.

Когда девушка проснулась, я рассказал ей о своих выводах, и она, как житель леса, который считала чуть ли не своим домом, согласилась со мной. Сегодня решили никуда не ходить и заночевать здесь — очень уж место хорошее.

Вечер и ночь прошли без происшествий, а наутро мы наконец-то почувствовали себя полностью восстановившимися. После завтрака мы отправились дальше на юг.

— Меня эта гряда радует, — довольно произнесла Айвинэль.

Мы уже пару минут рассматривали виднеющийся вдали горный хребет. Лес закончился, и мы стояли на его опушке, рассматривая окрестности. Слева от нас вдалеке и в низине находились, наверное, распаханные поля, поскольку выглядели ровными прямоугольниками, но жилищ мы не заметили. Перед нами, скорее всего, поля для выпаса стад копытных животных и заготовки сена, поскольку трава поднималась лишь немного выше щиколоток, хотя в том же лесу доходила до колена. И вот с другой стороны поля и находилась горная гряда.

— И что в ней такого радостного? — спросил я девушку.

— Насколько я помню, север Дойчландии равнинный, возвышенности начинаются где-то с центра, продолжая всматриваться в горы, произнесла она. — А вот такие, достаточно высокие, дают надежду, что мы находимся к югу от центральной части. Баварское герцогство и находится в предгорьях.

— Понятно, — кивнул я, — идти меньше.

— Ага.

Не заметив никакой опасности, мы отправились дальше. Пройдя все поле, мы не встретили ни одного человека. Даже не так — мы не увидели ни одного человека, хотя я почувствовал другую живность. По крайней мере, мелочь: какие-то грызуны, наконец-то, появились. Отсутствие людей было странным, поскольку на земле отчетливо виднелись следы копытных животных, а также подковы лошадей. Спустя час мы поднялись на вершину гряды и, посмотрев вниз, рухнули на землю.

В долине, через которую проходил широкий тракт, происходило сражение. Нежить, в количестве не менее сотни, атаковала небольшой отряд, состоящий из десяти воинов, прикрывавших пожилую женщину с маленькой девочкой на руках. По одежде было видно, что обе — аристократки, а по находящемуся рядом магу и вооружению воинов можно утверждать, что те занимают высокое положение. В данный момент они были окружены со всех сторон, но воины держались цепко, не давая скелетам приблизиться к своим, как я понимаю, подопечным. Кроме скелетов, присутствовали здесь и свежие зомби. Последние были все как один одеты в крестьянскую одежду, исходя из чего можно легко догадаться, что для их поднятия убили людей какой-то деревеньки. А вот кто это сделал, можно догадаться, если взглянуть на трех находящихся рядом тварей.

Две из них стояли на четырех лапах, а из центра спины росло нечто наподобие туловища, заканчивающегося горшком, который должен изображать голову. Размеры его были таковы, что они минимум на две головы превосходили самого рослого из воинов. И еще, судя по всему, они имели четыре глаза, смотрящих на четыре стороны. Мы одновременно обменялись эмоциями с эльфийкой: необходимо быть очень осторожными. Рук у тварей, в нашем понимании, не было — их заменяли гибкие щупальца, заканчивающиеся не менее гибкими конечностями в количестве то ли шести, то ли семи штук. Нет, восемь. А вот между этими двумя стоял некто, которого издали можно было принять за большого человека.

— «Не смотри на него», — передал я эмоцию эльфийке.

Действовал по наитию и не ошибся — этот монстр как раз начал озираться. Я же ушел в состояние кил’са, полностью контролируя свои действия на ментальном уровне. Лицом назвать ту часть, которая находилась спереди головы, язык не поворачивался. Большие черные глаза, крупный приплюснутый нос с большими ноздрями, из-под верхней и нижней губ вылезали клыки, показавшие мне острыми — по крайней мере, их концы были тонкими. И еще усы. Нет, это была не растительность на верхней губе, а нечто наподобие усов сома или тех же маленьких щупалец. И тут я заметил расходящуюся от него сканирующую волну. Очень знакомую мне.

Гуайчох, эти слизни из Джунглей, проводили сканирование очень похожим способом. Эта волна монстра немного отличалась, будучи более насыщенной и, как мне показалось, еще и меняющей свои свойства во время движения, но все равно признать их родство не составляло труда. Как бороться с ними, я знал и порадовался, что девушка находилась со мной рядом, поэтому я быстро пригнул ее голову, заведя за себя. Еще и эмоцией подкрепил свои действия. А сам приготовился принять волну. Но в каких-то трех метрах от нас она исчезла. Монстр же повернулся к сражению.

Интересным было то, что вместе с ними находился десяток людей, которые не испытывали, на первый взгляд, никаких неудобств. И совсем уж было непонятно, почему в схватке участвует только нежить. Обороняющиеся держались только за счет артефактного оружия. Ну, им еще повезло, что среди нежити нет личей и архиличей.

— Раэш, — на грани слышимости прямо мне в ухо прошептала эльфийка. — И женщина, и девочка — тоже маги. Точнее, у девочки есть задатки мага. А ты говорил, что из магов получаются личи.

Да, контролируя ментал, я не рассматривал их магическим зрением. Мага же я различил по одежде и артефакту в виде жезла в руке. Я тогда особо не задумывался, поскольку внимание мое привлекли неизвестные твари, а сейчас жена указала на этот момент. Честно говоря, нюансами создания нежити я не интересовался, только выучил соответствующие заклинания и общие знания. Поэтому вполне возможно, что для более качественного создания этот монстр-маг что-то готовит. Но, перейдя на магическое зрение, я никаких манипуляций не увидел. Однако то, что он из этих людей-магов будет поднимать личей, я не сомневался. К сожалению, расстояние до них превышало мои возможности, иначе я бы передал им, что ни в коем разе нельзя попадать к этим тварям даже после смерти. Точнее, с головой на плечах. Этот нюанс я знал совершенно точно: для поднятия лича маг должен быть с головой. Отсутствие руки или ноги не играло никакой роли, в отличие от головы, без которой труп можно было поднять только в качестве зомби. Хотя у них наверняка имеются амулеты ментальной защиты, так что это не удалось бы.

В этот момент монстр-маг что-то зарычал или сказал на своем языке, что прозвучало для нас рыком, и на группу упала темная клякса. Но маг оказался опытным, поскольку ее встретила защита, да еще в виде купола, поэтому часть кляксы попала на нежить. Эффект был подобен разлитию сильнодействующей кислоты: скелеты и зомби, на которых та попала, запенились и истаяли. Остальные же продолжили атаковать. Спустя пару минут маг снова атаковал. Нежить резво расступилась в стороны, создав проход от него к группе людей, по которому в них полетел бордовый шар с прыгающими по его поверхности разрядами алых молний. Я этого заклинания не только не знал, но и не слышал о подобном, и от Айвинэль пришла аналогичная эмоция. Защита воина, в которого попало это заклинание, сверкнула, но защитить не смогла, хотя шар стал почти прозрачным. Ударившись в доспех, он взорвался. Находящихся рядом воинов защитили амулеты, но у того, кто получил плетением, разорвало не только кольчугу, но и грудь. А ведь, судя по всему, амулеты у защитников должны быть мощные. И тут монстр снова атаковал простой молнией.

«Да ведь он просто проверяет возможности людей!», — пришло понимание сути происходящего. Делать здесь было больше нечего, и мы аккуратно отползли назад, а убедившись, что нас оттуда не заметят, побежали подальше от этого места. Сейчас все они заняты сражением, а когда оно закончится, неизвестно, что произойдет. Отбежав метров пятьдесят, мы услышали рев. Наверняка, это те две другие твари решили «поговорить».

Бежали мы долго, и все это время я думал об увиденном. Схожесть ментальной сканирующей волны не может быть случайной. По крайней мере, я в этом был абсолютно уверен, да и интуиция твердила то же самое. И что это нам дает? А все просто: создатель и слизней, и этих монстров — один и тот же. Понятно, что это может быть только Бог и, судя по его созданиям, крайне неприятный. Но вот откуда в этом мире появились эти монстры? Их раньше совершенно точно не было, иначе об этом знали бы, и что же получается? Выходит, что они сюда каким-то образом попали. Конечно, вполне возможно, что их маги научились создавать межмирные порталы, вот только что-то внутри меня подсказывало, что не обошлось здесь без того жреца, остановить которого мы пытались в Британской империи. И вполне возможно, что многие тысячи лет назад эти твари уже жили в этом мире, а потом куда-то делись. Или их отсюда выгнали.

Только через четыре часа путешествия мы повернули на юг. Присутствовало еще у меня смутное ощущение, что я уже где-то видел этих тварей, хотя где это могло быть, непонятно. Разобраться решил во время ночлега.

Место нашли очень хорошее. Забравшись на очередной холм или, скорее всего, небольшую гору, обнаружили углубление или яму, словно кто-то прорубил ее в скале. И даже небольшой навес. Разводить костер не решились, поэтому перекусили холодным копченым мясом и запили простой водой. Во время ужина я рассказал эльфийке о своих подозрениях.

— То есть эти монстры связаны с зиккуратами и Супайче? — задала она резонный вопрос.

— Ага, — кивнул я, — а теперь мне надо кое-то проверить.

И я ушел в глубины своей памяти. Страницу за страницей я пролистывал свои воспоминания, но ничего похожего на монстров не видел. Вот я вернулся в свой мир и тоже начал «пересматривать» происходившие со мной события. Десять лет, девять, восемь… Четыре. Вот маленький мальчик пробрался в библиотеку родителей. Что здесь самое ценное? Правильно, те книги или свитки, где имеются рисунки. Вон тот большой подойдет, и я, достав его, развернул. Вот они! Изображенные здесь, как я тогда думал, животные один в один походили на тварей, встреченных сегодня. Затем услышал слова отца:

— Рано тебе еще интересоваться Войной Богов.

И отец забрал у меня свиток, свернул его и положил на самую верхнюю полку библиотеки.

Очнулся в непонятном настроении: с одной стороны, радость, что докопался до истины, а с другой — сильные опасения относительно нашей дальнейшей судьбы.

— Айви, я знаю, что это за монстры и кто за этим стоит.

И словно в ответ на мои слова раздался рев четырехлапых тварей.

Глава 3

Российская Империя, город Москва, Кремль.

— Быстрее, быстрее, — поторапливал граф Вяземский цесаревну, которую тащила за руку подруга.

Они пробежали один длинный коридор, пересекли зал, где иногда император проводил совещания, и, выйдя в очередной коридор, остановились у второй ниши. Эта анфилада отражала воинскую доблесть Российской империи, а в углублениях в стене стояли статуи великих полководцев и простых воинов, стяжавших славу на полях сражений.

— Так, Катя, быстро залезай мне на плечи, — Александр Андреевич оперся руками о стенку, — правый фонарь, нажимаешь на голову сокола, вдавливаешь его внутрь и поворачиваешь по часовой стрелке. Быстро!

Екатерина просто взлетела на плечи главы внутренней службы безопасности. Быстро проделала все операции и спрыгнула на пол. Граф же толкнул стену за статуей, открывая проход.

— Быстрее, — произнес он.

Но телохранительнице цесаревны не нужен был дополнительный приказ — как только граф начал открывать потайную дверь, она уже схватила подругу за руку и подтолкнула к нише. Уже внутри она помогла Вяземскому закрыть массивную дверь, и когда та встала на место, послышался слабый щелчок.

— Никакой магии, — предупредил глава внутренней службы безопасности. — Здесь на стенах заклинание, реагирующее на магию.

Сказал он вовремя, поскольку графиня уже хотела создать светлячка. Сам же он провел по стене рукой, пока та не наткнулась на висящий обыкновенный фонарь. Достав спички, он зажег одну и, поднеся к фитилю, поджег его. Загорелся яркий, почти белый огонек, и девушки поняли, что вместо масла используется специальная алхимическая смесь. Дальше граф, произнеся свое «быстрее», направился по потайному ходу. Цесаревна, наконец-то, немного отошла от своих горьких мыслей и осмотрелась. Этого хода она не знала, поэтому ей стало интересно, где он проходит и в какие помещения проделаны наблюдательные и слуховые отверстия. Но глава внутренней службы безопасности шел таким быстрым шагом, что она даже не замечала их. То ли они отсутствовали, то ли были очень хорошо замаскированы.

Трижды они проходили разветвления, на которых их проводник не задержался ни на секунду, словно эти тайные ходы были ему знакомы, как свои пять пальцев. Вот они начали спускаться по лестнице вниз, и девушки сообразили, что сейчас пойдут по той части подземного хода, который должен вывести их за пределы Кремля. Сказав свое «быстрее», граф добавил «осторожнее» и устремился дальше.

Второе слово было сказано не зря: этот проход был, возможно, древнее самого Кремля. Девушки сразу почувствовали повышение влажности, принесшее сырость. Под ногами то и дело попадались камешки и даже небольшие камни, встречались и трещины. Им показалось, что они идут уже несколько часов, поэтому следующую фразу графа встретили с облегчением.

— Пришли, — он осмотрел девушек, задержав взгляд на цесаревне, кивнул своим мыслям, и произнес: — Подождите меня здесь.

Сам же поднялся по ступеням, скрывшись за углом. Цесаревна снова вспомнила своих родителей, и плечи ее опустились от горя. Девушка прекрасно понимала, что выжить им будет не суждено. Затем вспомнила своего друга в моменты его ярости, и эта волна, которой она словно заразилась от него, поднялась наружу и заполонила ее всю.

— Я отомщу! — со сталью в голосе произнесла она.

А глаза ее так сверкнули, что графиня даже отстранилась. Затем удовлетворенно кивнула и совсем не удивилась следующей фразе девушки, произнесенной уже другим тоном:

— Как ты думаешь, когда вернутся Раэш с Айвинель?

— Что, не терпится его увидеть? — с улыбкой спросила Катя.

— Ага, — вздохнула Люда, — да и с его эльфийкой мы очень сдружились.

— Ну, ничего, скоро…

Графиня замолчала на полуслове, прислушиваясь к чему-то, затем вскочила и, обнажив кинжалы, закрыла собой цесаревну. По звукам шагов она узнала поступь Вяземского, но пренебрегать своими обязанностями никогда не стала бы. Появившийся из-за угла глава внутренней службы безопасности лишь одобрительно кивнул, увидев у своего лица холодное оружие графини.

— Ваше высочество, — обратился он к цесаревне, — вам желательно переодеться в мужскую одежду и как-то спрятать ваши волосы.

И он протянул ей сверток. Девушка взяла его, развернула и увидела стандартную одежду наемника. Сам же мужчина уже сменил свой наряд, и без того мало похожий на одеяние аристократа, на костюм наемника. Кивнув графу в знак благодарности, она дождалась, когда он отойдет за угол, и принялась переодеваться. Закончив, она взяла свои волосы, заплетенные в толстую косу, которая опускалась ниже пояса, пару мгновений раздумывала, а потом достала нож и одним движением обрезала их.

— Люд, ты… — только и успела сказать ее подруга, как цесаревна отбросила в сторону большую часть своих волос.

Да, с некоторых пор Людмила Георгиевна, которая была целительницей до мозга костей, носила с собой холодное оружие — небольшой, но очень качественный нож. Даже попросила свою подругу научить ее некоторым движениям и ударам, чтобы в трудную минуту иметь на руках козырь и возможность постоять за себя.

— Кать, подровняй, — попросила она подругу.

Графиня выполнила ее просьбу, бросая взгляд на шикарную косу, валяющуюся на земле. После этого она собрала все в кучу и сожгла, используя огонь фонаря.

— Ваше высочество, вы скоро? — раздался из-за угла голос Вяземского. — Нам надо спешить.

Цесаревна легко спрятала волосы под кожаный шлем и решительно направилась к ступеням. Граф, увидев ее, все сразу понял и лишь покачал головой — то ли неодобрительно, то ли полностью одобряя поступок наследницы престола. По лестнице поднимались лишь немногим меньше спуска и вышли в подвале какого-то дома. Чуткий нос цесаревны уловил запах вина, а когда она осмотрелась, то увидела бочки. Граф уверенно повел их дальше, а когда в углу зашевелилась тень, Екатерина левой рукой толкнула свою подругу себе за спину, приготовившись правой нанести выверенный удар, как показывала ей Таэль. Но это оказался подчиненный графа, которого она знала в лицо.

— Ваше сиятельство, — обратился он к графу, — скорее, так как у дома замечены люди Голицыных и Бельских.

Они ускорились, а когда вышли на улицу, цесаревна узнала место и, соответственно, дом, из которого они вышли. «Игорный дом Демидовых» — так гласила надпись на фасаде здания. Здесь любой житель как государства Российского, так и иностранец, у которого водились деньги, мог в шумной компании поиграть в бильярд, карты, рулетку или в тишине сыграть в шахматы или шашки.

На улице их уже ожидала крытая повозка, куда они быстро забрались. Не успели разместиться, как та двинулась с места. Ехали они с максимально возможной скоростью, чтобы не привлекать ненужного внимания. Сквозь щель в шторках, закрывающих окно, девушки смогли сориентироваться и понять, что направляются они к посадочному полю. Значит, последующий их путь будет на дирижабле. Внезапно они сделали очень крутой поворот, и цесаревна навалилась на свою подругу, которая ударилась плечом о стенку. Повозка качнулась, словно кто-то запрыгнул на подножку, и в руке графини мгновенно оказался кинжал.

— Погоди, — глава внутренней службы безопасности придержал ее за руку.

— Ваше сиятельство, — раздался незнакомый голос, — все подходы к дирижаблям блокированы людьми заговорщиков и британскими воинами. Причем последних не менее двух десятков с тремя сильными магами.

— Их действия? — тут же задал вопрос граф. — Кого-то ищут?

— Целенаправленность в поисках отсутствует, — доложил его подчиненный, — стандартная схема захвата.

— Оставь двоих наблюдателей, остальные пусть выдвигаются к резерву. Передай всем: «код тридцать пять десять ахэлан тикэт», — приказал он, и повозка снова качнулась — сотрудник службы спрыгнул с подножки.

— Ваше высочество, — обратился граф к цесаревне, — к сожалению, посадочное поле и все находящиеся там дирижабли контролируют силы заговорщиков. Сейчас мы направляемся к секретному скоростному воздушному судну. Его как раз подготавливали на всякий случай, и я очень надеюсь, что там все нормально.

— А что за код «тридцать пять десять ахэлан тикэт»? — у цесаревны впервые появился интерес на лице. — Насколько я знаю эльфийский, два последних слова означают «десять тридцать пять».

— Самым надежным и проверенным агентам, согласившимся на ментальное кодирование, князь Воронцов сделал ментальные закладки именно на случай государственного переворота. У каждого агента свои приказы и направления деятельности, у некоторых они пересекаются.

Скорость немного возросла, и девушки в окно увидели, что они выехали за пределы города. Но спустя десять минут ход замедлился, и они остановились. Открылось небольшое окошко, и все услышали тихий голос их возницы:

— Командир, впереди чернь бунтует, а на месте склада пожар.

— Езжай дальше, — приказал он ему и обратился к девушкам: — Мы — часть отряда наемников, едем договариваться о найме, — а затем покачал головой. — Слишком вы ухоженные для наемников.

— Я сейчас, — произнесла графиня, принявшись рыться в своей сумке.

Достала из нее набор косметики, какие-то непонятные цесаревне штучки, но один ее взгляд на графа, на лице которого она увидела удивление с одобрением, сказал, что это — нечто из приспособлений его агентов.

— Люд, открой рот, — на верхнюю челюсть цесаревны графиня наложила нечто похожее на зубы и плотно прижала. — Закрой рот и прижми, чтобы приклеилось.

Девушка выполнила просьбу-приказ, с интересом глядя на следующие ее действия. Екатерина, между тем, достала куски ткани или чего-то другого, по цвету один в один напоминающие кожу, и смочила их жидкостью из одного флакона. Чуть-чуть оттянув вниз кожу под левым глазом своей подруги, она прилепила один кусок, затем эту же процедуру проделала со вторым. Ее высочество почувствовала сначала щекотку, а спустя пару минут ощутила, как стянуло кожу лица. Затем графиня проделала нечто подобное со своим лицом, только использовала нижнюю челюсть и скулы. А спустя еще две минуты цесаревна ахнула:

— Кать, это ты? — и тут до девушки дошло и другое: — А как выгляжу я?

— Не беспокойся, никто тебя не узнает, — усмехнулся граф Вяземский. — С этого момента друг к другу обращаться только по именам.

В это время снаружи раздался грубый крик:

— Стоя-ять! — и они остановились.

Резко открылась дверь, и внутрь с улыбкой заглянула настоящая рожа: нос красный, глаза припухли, рот щербатый, с выбитыми тремя зубами.

— И шо енто благродия тута делают? — дыхнула она сильным перегаром. — Аль к сваму диржаблю едете? Так его таво — сожгли.

И в это время кулак графа впечатался в это неповторимое лицо.

— Ты кого благородием обозвал? — и он выскочил из повозки. — Да я тебя по Кодексу сейчас убить могу!

Это его действие и последующие слова сказали Катерине, роль какого наемного отряда они должны играть. Нет, не название, но линию поведения она для себя уже выработала. Слабым звеном была цесаревна, которая точно проколется. Почему глава внутренней службы безопасности выбрал именно его, девушка не понимала, но всецело доверяла его опыту. К тому же она прекрасно поняла, что слова про кодекс были сказаны больше для нее, чем для того индивидуума. Поэтому, наклонившись к уху цесаревны, прошептала:

— Ты пьяна, лыка не вяжешь, — и достав небольшой флакон, открыла его, сказав: — Прополосни рот, глотать не надо.

И сама же чуть скривилась от запаха сильнейшего перегара. Людмила тоже сморщила свой носик и даже передернула плечами, но вспомнив об одном человеке и о том, каков он, помотала головой, отгоняя свои аристократические замашки и полностью вживаясь в роль наемницы. Сполоснув рот, она сплюнула жидкость на пол и откинулась на свою подругу, глядя осоловевшим взглядом на открытую дверь.

Только сейчас до пропитой головы человека дошло, что ему сломали нос.

— Убью-ю су… — раздался голос из-за дверцы и снова оборвался.

— Где смотрящий? — раздался рык Вяземского.

— Здесь я, — услышали девушки звучный баритон. — Кто такие?

Графиня сейчас совершенно точно знала, что мужчины обменялись специальными знаками, чтобы подтвердить тот факт, что они на одной стороне. Какими именно, девушка не имела понятия, как и не знала, откуда они известны ее начальнику, с учетом того, что меняются они чуть ли не каждый день. А то, что известны, стало понятно из следующего вопроса, заданного дружеским тоном:

— К кому?

— Имение графов Остерманов, — ответил Вяземский. — Отряд «Минотавр».

И тут Екатерина увидела в толпе знакомое лицо. По положению тела и рук девушка поняла, что агент внутренней службы безопасности готов начать действовать в любой момент. Но этого не понадобилось, поскольку следующая фраза смотрящего показала, что их обман не раскрыт:

— Поспешите. Сдвинули на час, — ответил тот.

Девушка окинула взглядом лица, которые виднелись через дверь. Всем, за исключением знакомого агента, было плевать на то, о чем идет речь. Они даже в допросной не вспомнят ничего. Граф легко забрался в повозку, и не успела закрыться дверца, как повозка тронулась с места. И только когда они проехали беснующуюся толпу, Александр Андреевич произнес:

— Не повезло. Случайность, от которой никто не застрахован.

— И что теперь? — спросила цесаревна.

— Ко второму резерву мы не пойдем, — задумчиво ответил мужчина, — чувствую: нельзя туда. Придется добираться своим ходом.

— И как далеко? — вновь задала вопрос ее высочество.

— До Новосибирска.

Дойчландия, неизвестная горная гряда.

Мы взлетели на вершину горки уже с обнаженным оружием и готовыми к бою. Но демоны оказались еще далеко — просто рев у них очень мощный. И это, действительно, были те четырехлапые монстры со щупальцами вместо рук. Я перешел в состояние кил’са, передав эльфийке эмоцию, что сначала я нанесу ментальный удар. Сейчас я еще не мог разглядеть, имеется ли у них ментальная защита или нет, но предполагал первый вариант. Вот над чем я совершенно не раздумывал, так это над ментальной техникой, которой буду атаковать. У меня ведь, кроме ментального аналога холодного оружия, ничего в наличии не имелось. Вот только вместо мечей я приготовил два копья.

Подъем на скорости тварей никак не сказался — они мощными прыжками устремились к нам. И тут я заметил у них защиту — все ту же, ячеистую восьмиугольную. Вероятно, восьмиугольник является своеобразным знаком этого Бога, своего рода визитной карточкой. Это, конечно, было плохо, поскольку подобный щит отлично держит прямой силовой удар, которым я как раз и хочу воспользоваться. На что-то филигранное мне просто не хватит ни умения, ни времени. Поэтому в ментальный удар я постарался вложиться полностью. Замах — и два копья летят в головы врагам.

— «Вперед», — передаю я эльварке.

Мой удар достиг цели — на последнем прыжке оба монстра приземлились неуверенно, и одного из них атаковала Айвинэль. Отрубив двумя ударами — правым мечом сверху, левым снизу — два щупальца, она одновременным слитным ударом, в котором один меч движется на небольшом расстоянии за другим, почти перерубила лапу своему противнику.

У меня же все было сложнее. То ли я все-таки не восстановился до конца, то ли выложился в ментальной атаке слишком сильно, то ли сыграли роль оба фактора, но я почувствовал сильную слабость. Упасть не упал, но перейти в состояние измененного сознания не смог — правда, сделал шаг назад, увеличивая расстояние между мной и тварями. Айвинэль мгновенно почувствовала мое состояние, поэтому не стала добивать своего врага, а быстро переместилась, закрыв собой меня. И тут же атаковала своим предыдущим приемом. Наверное, я сделал все правильно, когда выложился полностью в ментальной атаке, потому как, несмотря на их защиту, мой удар достиг цели. Оба демона мало того, что действовали медленнее, у них наблюдалось нечто из разряда дезориентации. Да, пришли они в себя достаточно быстро, вот только к тому времени оба уже не могли полноценно сражаться, и Айвинэль полностью использовала их раны.

Но что примечательно: ее великолепное оружие наносило раны не такие серьезные, как ожидалось. Да, против щупалец мечи работали легко, но вот чтобы серьезно ранить в другую часть тела, девушке приходилось постоянно делать сдвоенные удары в одно и то же место. Однажды она провела раздельную атаку, и оружие оставило лишь порезы — пусть сильные, но не фатальные, которые к тому же быстро затянулись. А вот глубокие раны от двух мечей уже не могли «похвастаться» быстрой регенерацией.

В этом достаточно скоротечном бою я больше не участвовал, но девушка справилась сама, действуя по одной и той же схеме. Окончательно отрубив раненую конечность, она, используя появившуюся еще бо́льшую неуклюжесть врагов, отрезала вторую переднюю лапу, и враги уже почти не могли перемещаться. После чего она их добила.

Кстати, последнее получилось только тогда, когда она разрезала тварь чуть ли не на куски. А их щупальца отрастали вообще едва ли не на глазах.

— До чего живучие твари, — немного уставшим голосом сказала она, глядя на куски, которые еще шевелились.

— Интересно, как на них действует магия? — задумчиво произнес я.

— Ой, — удивление отразилось на лице эльфийки, — представляешь, забыла про магию.

— Мы, наверное, все же не конца восстановились после того кошмара в Британии. Я сам только сейчас подумал про это. Айви, надо уходить, так как я уверен, что тот демон имеет какую-то связь с этими, — и я кивнул на куски мяса, которые наконец-то перестали шевелиться.

— Ты как? — обеспокоенно спросила она.

— Идем. Еще немного, и буду как новенький.

Дойчландия, неизвестная горная гряда.

ЖаарнКегааль занимался проверкой способностей местных магов. Вот эту группу они догнали, окружили и заставили защищаться. Десять воинов и три мага. Последние его особенно порадовали, даже та мелкая самка, из которой тоже получится лич. Первым делом он надавил на них ментально, но сразу почувствовал защиту. У воинов она была амулетная, а вот про магов он понять не смог. Пока поднятая нежить их атаковала, он предпринял новую атаку, но на этот раз узким лучом. И вся троица отразила ее. Он увеличил мощность. И в этот раз смог заметить, что взрослая женщина играла насыщенностью барьера, в то время как у мага щит пребывал в том же состоянии. К тому же магесса защищала маленькую девочку, что его очень порадовало. Теперь он решил проверить ее силу, чтобы узнать, сможет ли она контролировать еще пару личей. И только он сконцентрировал внимание на ней, как почувствовал на себе чье-то мимолетное внимание.

Оглянулся, затем посмотрел направо, налево. К сожалению, он не успел определить направление, поэтому создал сканирующую волну, которая никого неизвестного не обнаружила. Решив позже отправить ктул-каарнов обследовать окрестности на предмет наблюдателей и вообще чьих-либо следов, ктулх решил теперь проверить непосредственно силу мага. Сотворив заклинание «Черное проклятье», обрушил на них сверху. Человеческий маг его удивил, сумев создать защитный купол над всей группой. Заклинание от этого сползло на нежить, растворив ее. Этот эффект вызвал у него повышенный интерес — ведь в известном ему мире оно только немного действовало на остатки кожи зомби, а на скелеты не оказывало никакого воздействия. «Придется часть рабов пустить на эксперименты», — бросив взгляд на находящихся здесь людей, подумал он.

Создал «Шар Гаага», затем простую молнию, но воздействия этих плетений оказались в рамках предполагаемого. И тут маг внезапно атаковал его: небесно-голубой луч пробил защиту и пронзил бок. Если бы он не среагировал в последний момент, то луч проделал бы дыру в его животе. Убить бы не убил, но воины могли успеть добить, несмотря на атакующую нежить. Он бы точно в тот момент потерял контроль над ней. Разозлившись, ктулх снова бросил «Шар Гаага», но на этот раз маг выставил щит, и хотя заклинание преодолело его, но амулет воина с легкостью отразил остатки.

— Убейте их, — приказал он ктул-каарнам, передавая образы воинов.

Сам же начал ментальные атаки магов, вкладывая в них всю свою мощь. Но и на этот раз те сумели выстоять, а маг даже сумел атаковать его тем же самым заклинанием. Вот только на этот раз ЖаарнКегааль воздвиг вокруг себя свой самый мощный щит, который и сумел отразить атаку, хотя сам ктулх почувствовал, как сильно уменьшился объем его энергии. Удивили его и воины, два из которых работали со скоростью его подручных и даже немного быстрее. Да и тактику те изменили. Они уменьшили круг до пяти человек, а остальные отошли внутрь, страхуя находящихся спереди. Затем поменялись местами.

Наконец-то человеческий маг выдохся, как и его магесса. И спустя десять минут все было кончено. Мага и ребенка он убил, а вот женщину, с которой было необходимо проделать некоторые ментальные процедуры, оставил в живых. Теперь он был уверен, что она сможет контролировать двух других личей, и благодаря этому эффективность их одновременных действий сильно возрастет. Но сейчас он вспомнил о возможном наблюдателе и отдал приказ подручным найти его следы.

Только он завершил первую часть ментального наложения, как получил от ктул-каарнов сообщение, что те не учуяли свежие следы. Подключившись к ним, он внимательно осмотрел место, не заметив никаких явных следов на земле. Приказав тем двигаться по аурному следу, вернулся к своим предыдущим действиям, частью сознания оставаясь в их голове. Завершив ментальную подготовку, он остановил сердце женщины. И начал создавать два заклинания «Поднятие архилича» и одно «Поднятие лича». Да, ему очень повезло с силой этих человеческих магов. Когда все было готово, к нему пришло ощущение от подручных, что они догнали людей. Отметив, что тех всего двое, он уже наложил свои чары на людей, как вдруг получил сильный ментальный удар, вследствие чего не удержал целых три плетения. А в следующий миг головы трех будущих личей взорвались, поставив крест на его желаниях.

Первой его мыслью было, что это кто-то из рабов использовал на нем какой-то артефакт. Выпустив тридцатисантиметровые когти, он насадил на них двоих, подняв их вверх. Но тут до него дошло, что удар пришел через ментальную связь с его ктул-каарнами. Чуть позже он догадался, что атака на них была произведена одновременно, а это значит, что это два сильных ментальных мага или же те имеют мощные артефакты. А еще спустя пару минут ктулх пылал от жажды мести.

Связавшись мысленно с остальными тремя подручными, приказал им двигаться к нему. Сам же схватил женщину за ногу и, оторвав ее, принялся поедать.

— Этот мир может преподнести сюрпризы, но мы все равно подарим его господину, — прорычал он, когда почувствовал приближение подручных.

Вскоре прибежали его ктул-каарны, которых он сразу отправил на поиски следов двух беглецов. Человеческий запах и аурный след уже развеялся, но те направились по следу своих собратьев.

Разглядывая раны двух ктул-каарнов, он еще раз убедился в своей правоте: победа легкой не будет. «Такие повреждения могло нанести только артефактное оружие высшего уровня, — сделал мысленное заключение. — И, скорее всего, с благословением высшего существа». У обороняющихся воинов мечи тоже были с нанесенными чарами отличного качества, но на подобное были не способны.

В это время по ментальной связи пришло сообщение, что следы утеряны, словно кто-то стер и аурный, и ментальный одновременно. До этого времени, насколько он знал, еще никто не сталкивался подобным. Это могли быть врожденные умения, но им можно и научиться, хотя времени уйдет много, да и не каждый маг сможет. А ктулхуты уже порадовались было отсутствию этих умений у местных магов, тем более что те из них, кто служил им, никогда не слышали об этом. И он приказал подручным начать целенаправленный поиск. Жаль, что их не пятеро, но даже тройка может осуществлять его, пусть и будет он более долгим. Жажда мести этим букашкам, посмевшим сорвать ритуал создания «семьи личей», как называли ментально связанных мертвых магов, переполняла его. Он еще не придумал им казнь, но только потому, что не знал, на чем остановиться.

Судя по всему, удирали те на юг, где находились земли людей, которые успешно сражались против нежити и их рабов из числа местных жителей. Сами же кхулхуты пока вступали в сражения редко, по большей части исследуя магический уровень мира. И, как показали сегодняшние события, делали они это не зря.

Вот и направился он в ту же сторону, каждый момент ожидая сообщения от своих подручных. Но уже наступило утро, а новостей никаких, что в свою очередь все больше и больше раздражало ЖаарнКегааля, выводя из себя. Он уже начал посматривать на рабов, выбирая, кого из них убить, когда пришел образ настигнутых людей. Парень вызвал только желание убить его, а вот его спутница привела ктулха в ярость. Ненависть к детям Флораниэнтиэль, одной из злейших врагов их господина, которую он уничтожил, всегда вызывала у него бешенство и желание поскорее убить их. Хотя в этом мире произошло интересное событие: часть эльвари присоединилась к ним. Он обуздал свои чувства, помня сильную ментальную атаку на двух ктул-каарнов, отправленных в погоню, поэтому приказал только следить за ними на расстоянии.

— За мной, — бросил он рабам, — кто отстанет, станет едой для ктул-каарнов.

И побежал. Нежить и люди устремились за ним. По мысленной связи он видел, что преследуемые заметили его подручных и приготовились к атаке. Но увидев, что никто их атаковать не собирается, попытались убежать. Поняв бесполезность своих попыток, они решили дождаться главного. От понимания того, что скоро будет бой, ЖаарнКегааль оскалился.

Дойчландия, неизвестная горная гряда.

Как только я почувствовал себя хорошо, мы снова побежали. И меня, и Айвинэль не покидало ощущение, что та оставшаяся тварь не оставит попыток догнать нас. И с ней справиться будет очень непросто — ведь и ментальный уровень, и магический у нее очень высоки. А тут еще и те люди с виду воины, и если они тоже владеют оружием на достаточно высоком уровне, то вообще остается мало шансов. Разве что подловить тварь на внезапности. Вот только терзают меня сомнения в возможности подобного. А если у него еще имеются эти четырехлапые звери? Вот и убегали мы подальше от него к нашим возможным союзникам.

Опустилась ночь, но мы продолжали идти, и только в ее середине решили остановиться даже не на ночлег, а просто на отдых. Снова перекусили холодным мясом, которого у нас осталось еще всего на пару приемов пищи, если немного сэкономить. Только мы начали трапезничать, как я краем глаза заметил, как сверкнули два глаза. Вскочив, я развернулся, еще в движении обнажая оружие. Айвинэль среагировала тоже, отстав от меня лишь на мгновение, и встала к моей спине, так же, как и я, готовая к бою. И тут я от удивления открыл рот, увидев того, кто вышел из кустов. Почувствовав мои эмоции, эльфийка повернулась и посмотрела туда же. Я же, в свою очередь, глянул на нее, отметив, что ее и без того большие глаза стали просто огромными.

— Вот так он и появляется, словно ниоткуда, — усмехнувшись, ответил я на ее невысказанный вопрос. — Ходит, где хочет, появляется, когда захочет. Поэтому и назвал его «невидимка».

Тир’Эш собственной персоной подошел к нам, потерся о мою ногу, громко заурчал, потерся о ногу эльфийки. Этого девушка выдержать не смогла и, быстро наклонившись, взяла его на руки, принявшись тискать. Отдыхали мы недолго, и спустя всего два часа двинулись дальше на юг.

— Ты чего? — тихо спросил я кота, когда тот зашипел, а его шерсть вздыбилась.

Он быстро отбежал немного в сторону, и оттуда раздался его недовольный «мрявк». Мы побежали за ним — впрочем, совсем недалеко. Издав снова свою фразу, он полез под куст, куда за ним спрятались и мы. Было уже утро, и попавшая за шиворот роса не доставляла нам удовольствия, но я уже знал своего умного друга: просто так он не будет себя вести подобным образом. И через пять минут мы заметили, как промчалась виденная ранее тварь. «Вот это чутье у Тир’Эша!», — мысленно восхищенно воскликнул я, и от жены пришло аналогичное чувство. Я решил погладить нашего друга и наткнулся на ладонь эльварки. Так и погладили мы его — вместе. Поднявшись, направились дальше, но уже бегом.

Еще дважды наш маленький товарищ предупреждал нас о врагах. В оба раза твари бежали в другую сторону, на что Айвинэль уверенно заявила:

— Загонная охота — нас ищут. Идут гребенкой под углом к нашему предполагаемому маршруту. Что будем делать?

А я задумался о последних событиях. Все дело в том, что обнаружить нас с эльваркой по запаху невозможно. У меня, как и у любого аристократа моего мира, врожденный контроль за процессами организма, а после перехода на второй уровень гар’са он идеален. То есть если ранее в моменты сильных эмоций я оставлял за собой запах, как и любой человек, демон, калвари, то сейчас — нет. У всех эльфов запах очень слабый, ну, и очень приятный. Но у них существует специальная методика, которой мою супругу обучила Таэль. Вот и получается, что по запаху нас не найти, а следов мы почти не оставляем. Точнее, Айви вообще не оставляет, а я почти, в чем большая заслуга все той же Таэль. Но ведь те две твари шли четко по нашему следу! Получается, что двигались они на что-то еще. К сожалению, я понятия не имел, какой след мы еще оставляем, но вот сейчас они нас по нему найти не могут. Эти свои выводы я и озвучил.

— Тир’Эш, — одновременно произнесли мы и уставились на него.

Но этот засранец лишь фыркнул и направился дальше, чем дал нам понять, что в данный момент никакой опасности вблизи нет. И мы побежали дальше.

— Вот ведь! — недовольно произнесла эльфийка, глядя вперед.

Мы находились на опушке леса, а перед нами раскинулась равнина, на которой деревья практически отсутствовали. Кусты встречались чаще, но, опять же, небольшие. Самое плохое, что такой была вся территория, куда достигал наш взгляд. Я, уйдя в состояние измененного сознания, начал просчитывать варианты движения, но почти сразу прекратил это делать. Никакой закономерности в движениях искавших нас тварей я не заметил. Возможно, она и была, но для подобного анализа мало статистики. Придется полагаться на интуицию, везение и рельеф местности. И мы рванули к намеченному мной камню.

Спрятались за ним и посмотрели на нашего маленького друга, который, поняв наш немой вопрос, застыл — вероятно, напрягая все свои чувства. Но никого шипения и вздыбленной шерсти не было, поэтому мы побежали к следующему намеченному мной месту. Внезапно я почувствовал злой взгляд, а интуиция подсказала, что нас заметили. Оглянувшись через плечо, увидел одну из преследовавших нас тварей. Находилась она на вершине соседней возвышенности и, скорее всего, была за пределами чувствительности Тир’Эша. Больше скрываться не имело смысла, и мы понеслись вперед.

Твари преследовали нас, не отставая, поэтому, не сговариваясь, мы приняли решение вступить в схватку.

— Айви, эти монстры наверняка очень быстрые — тогда я просто сумел их очень сильно оглушить, — начал посвящать свою половинку в план боя. — Нападать будут, скорее всего, с трех сторон, одновременно. Одного я оглушу ментально, — и, почувствовав эмоции жены, поспешил добавить: — Во-первых, бить буду только одного; во-вторых, затрачу меньше силы, поэтому смогу продолжить сражение. Сразу уходим на сближение: ты — к оглушенному, я — к его соседу. Затем ты добиваешь, а я постараюсь сдержать двух оставшихся. Ну, а с двумя будет легче.

Но твари удивили нас. Они не стали нападать, а просто контролировали.

— Такое впечатление, что кого-то ждут, — подтвердила мои выводы эльфийка. — Убегать бесполезно — только силы потратим, так что принимаем бой. Тир’Эш, — Айвинэль присела и погладила кота по вздыбленной шерсти, — ты можешь убежать. Так что беги, ты и так нам сильно помог.

Но тот недовольно фыркнул, а потом еще и недовольно «мрявкнул». Ждали мы недолго, и вот на холме, где находилось наше предыдущее укрытие, появилась та тварь, внешне похожая на человека. Не знаю, бежал ли он ранее, но сейчас направился к нам быстрым шагом, и спустя пару минут на том же холме появилась нежить. Скелеты, зомби и… люди. А я вздохнул с облегчением, не заметив среди этой орды личей. Но даже так я не питал иллюзий по поводу нашей победы. На мне будет эта тварь, которая — я просто уверен — является сильным ментальном магом, а Айвинэль придется сражаться со всеми остальными.

— Если поймем, что не победить, то будь готова к ярости. Все, создаем защиту.

И спустя минуту вокруг нас с эльфийкой появился «Водоворот Стихий». Я начал создавать свое выпускное заклинание, передавая своей половинке, чтобы она сделала то же самое и применила к одной из четырехлапых тварей, две из которых сместились нам за спину — вероятно, отрезая пути отступления. Я же готовил его самыми тонкими линиями, на которые был способен. Честно говоря, не очень надеялся, что враг его не заметит, но с учетом того, что в ходе его предыдущей схватки мне показалось, будто он изучает наши возможности, решил, что он даст мне закончить и не станет меня атаковать. «Пора», — мелькнула у меня мысль, и мы одновременно атаковали своих противников.

Как я и предполагал, враг рассек мое заклинание, а вот его дальнейшие действия, уничтожившие часть людей и нежити, стали полной неожиданностью. Я мгновенно перешел в кил’са и едва успел отразить его ментальную атаку в виде непонятной постоянно меняющейся сети. Мои ментальные клинки рассекли ее на десяток кусков, которые медленно растаяли.

Бой начался.

Глава 4

Африка, Африэнн, столица, город Эльварвилль, дворец Владыки.

Плохие предчувствия вот уже который день мучили всю правящую семью и верховную жрицу. Поначалу они думали, что это связано с дочерью, но в последнее время те приняли настолько угрожающий характер, что не могли относиться только к ней одной. Если ощущения Владыки и его жен еще можно соотнести с ней, то у Лийанэль, как бы верховная жрица ни любила Айвинэль, такой уровень говорил об угрозе всем эльфам. И это все — на фоне возрастающих интриг его противников, стремящихся к власти. Сейчас они все вместе решают: какие еще меры предпринять?

Еще несколько дней назад, как только поняли, что нечто ужасное коснется всех эльвари, Владыка приказал перевезти всех детей из трех союзных соседствующих кланов на остров Канария. Союзникам, которые находились в отдалении, предложил сделать то же самое. Все пограничные форты, расположенные у границы с Джунглями приведены в полную боевую готовность. Верховная даже отправила туда дополнительно трех младших жриц.

Сейчас она, очень уставшая, сидела в кресле, и с прикрытыми глазами слушала о последних событиях, лишь периодически что-то уточняя либо вопросом, либо какими-то известными ей данными. Рикнан в данный момент отсутствовал, анализируя последние полученные донесения от агентов. Сама Лийанэль вспоминала последнее недавнее посещение вотчины принцессы. Тогда, находясь в местном храме, она услышала голос маленькой, но уже такой великой жрицы:

— Она хочет благословить тебя, чтобы ты смогла передать благословение другим эльфам.

— Но ведь я жрица другой Богини, — удивленно возразила женщина, — тем более, верховная. Разве это возможно?

— Я не могу понять, что Она хочет сказать — только то, что с тобой получится, — медленно и задумчиво, но, тем не менее, серьезно ответила девочка. — Подойди к камню и попроси благословения.

Лийанэль, все еще не веря, поскольку у них считалось, что даже младшая жрица не сможет получить благость другого Бога, положила руки на камень и мысленно попросила: «Благослови меня». И в ответ почувствовала, как тепло от рук распространилось по всему телу. Это настолько противоречило ее знаниям, что женщина просто стояла и стояла, пока не пришло понимание, что все закончилось. А когда покинула остров, с удивлением обнаружила, что та пелена, сеявшая недоверие и агрессию, окутывавшая весь мир, на нее перестала воздействовать. Она по наитию специально сняла корону для проверки. После этого, сразу по прибытии в столицу, женщина благословила чету правителей. И все трое заявили, что ощущения таковы, словно они сбросили с плеч груз. Он был небольшой, к весу которого можно привыкнуть, но постоянно давил своей тяжестью. Сравнение именно такое.

После этого она благословила всю гвардию Владыки, агентов, на которых указал начальник службы безопасности клана. А когда почувствовала грозящую опасность, то отправилась на границу с Джунглями и до потери сил занималась воинами и магами, начиная с самых сильных. В дирижабль ей уже помогали подняться, а отдыха во время перелета хватило только на то, чтобы до резиденции Владыки она добралась сама.

Открылась дверь, и в помещение вошел начальник службы безопасности клана. Увидев верховную жрицу, он покачал головой и произнес:

— Выглядишь очень усталой.

— Не только выгляжу, — ответила она.

Он сел в кресло, приготовленное для него, несколько секунд посидел молча, раскладывая по полочкам только что полученную информацию, затем заговорил:

— Кланы Вечерней Росы и Ночной Лилии начали между собой военные действия, обвинив друг друга в убийстве своих эльвари. Удивительный факт: жители небольших поселений в самом деле пропадали, а следы вели на территорию соседнего клана. А главное, никто ни разу не видел, чтобы кто-то куда-то проходил. С учетом количества похищенных людей незаметно переправить их нереально. Мои агенты обследовали огромные территории, расспросили многих эльвари, но никто не видел никаких караванов с пленными.

— Но? — верховная жрица открыла глаза. — Я же чувствую, что ты все-таки выяснил что-то.

— Да, — кивнул он. — В одном небольшом селении выжила маленькая пятилетняя девочка. Мой агент нашел ее и поспрашивал. С ее слов, к ним пришел какой-то жрец, много говорил о том, как жителям будет хорошо, если те пойдут с ним.

— Жрец? — встрепенулась Лийанэль, а глаза ее сверкнули гневом.

— Именно, жрец, — подтвердил свои слова Рикнан.

— Супайче, — произнесла, словно ругнулась, верховная жрица.

— Я тоже так думаю. Так вот, повели их в сторону Джунглей, а не к соседям. Она хотела уже выйти, как пришли другие эльвари, что-то там делали, и вот они как раз отправились в сторону территории Ночной Лилии.

— Как же ее не нашли? — задала вопрос старшая жена Владыки.

— Со слов девочки, она очень испугалась жреца и захотела стать невидимой, чтобы он ее не забрал. Так же она испугалась и отряда эльвари, пришедшего позже. Агент подозревает, что девочка — потенциальный ментальный маг или скрытник, и скоро прилетит с ней.

— Так может быть, удастся остановить войну? — спросила мать Айвинэль.

— К сожалению, нет. Главы обоих кланов под сильным воздействием «Пелены Супайче», и никаких доводов слышать не хотят. Главы вассальных родов также поддерживают их. Слишком долго копилась у них злоба, нашедшая сейчас выход.

— Что в других кланах? — задал вопрос Владыка.

— Спокойнее, — ответил начальник службы безопасности клана. — Да, — он повысил голос. — Аналитики сделали окончательный вывод: на территориях, соседствующих с Джунглями, воздействие «Пелены» сильнее.

— Что с эвакуацией детей? — спросила Илинэль.

— Наши почти все последовали приказу Владыки, за исключением клана Осенняя Тишина. Но вы знаете их ситуацию. Сейчас они подготавливают три дирижабля для прорыва: на одном повезут детей, два остальных будут прикрытием. Им же главное — пересечь территорию ваших противников. Я уже распорядился, чтобы тайно усилили именно это направление. Произойти все должно в самое ближайшее время.

— Какие вести от наших друзей? — это уже правитель поинтересовался.

— Про то, что дети выиграли турнир, вы наверняка в курсе, — усмехнулся начальник безопасности клана. — В Российской Империи по-прежнему неспокойно, и напряжение растет. Пусть не так сильно, как у нас, но тем не менее. Император концентрирует силы в Сибири с главным городом Новосибирск. Переезжать туда не хочет, поскольку выводы их аналитиков говорят, что это послужит началу гражданской войны.

Внезапно перед начальником службы безопасности клана возник магический вестник. Образовав полупрозрачное облако, он превратился в такое же полупрозрачное лицо архимага из клана Серебряные Струи. Только по тому, насколько он было озабоченным, все поняли, что произошло нечто страшное.

Африка, Африэнн, территория клана Серебряные Струи, форт Глаан.

Архимаг Юрайа́н поднялся на центральную башню, откуда был самый лучший обзор. Вчера отряд рейнджеров ушел в Джунгли на разведку. Верховная жрица, посетившая на днях их форт, предупреждала о своих плохих предчувствиях, упомянув и Владыку со своими женами, которым тоже было тревожно. У самого же архимага подобные умения были развиты в значительно меньшей степени, но даже он чувствовал некий груз. Хотя надо сказать, что после благословения верховной эта невидимая тяжесть исчезла. Он вгляделся в сторону тропического магического леса, но пока было все тихо.

Кто-то очень тихо, практически на грани слышимости, поднимался по лестнице. Не примени он сейчас заклинание «Большого уха», так и не услышал бы. Менять направление взгляда и переводить его от Джунглей в сторону лестницы он не стал.

— Есть какие-то сведения? — услышал он позади себя голос местной жрицы.

— Никаких, — бесстрастно ответил мужчина.

Но обмануть жрицу ему не удалось, что подтвердила ее следующая фраза:

— Не волнуйся. Как говорит дочь Владыки, чему быть — того не миновать.

Да, Юрайан испытывал волнение, поскольку к этому моменту уже должен был последовать хотя бы один доклад. Сейчас же, когда отсутствие оного наложилось на слова верховной жрицы, мысли постоянно крутились вокруг того, что отряд повстречался с неизвестной опасностью. А учитывая, что все рейнджеры клана были очень пунктуальны, это соображение приобретало очень высокую вероятность. Да, точно время донесений не оговаривалось, да и не в каждом отряде был маг, владеющий тайной магического вестника, но конкретно в этом он имелся, а сейчас прошли все сроки.

— Как хорошо, что Верховная с помощью Богини сняла непонятное нечто, — произнес архимаг, снова вспомнив приезд жрицы. — И ведь никакая защита, в том числе и ментальная, не помогала.

— Это не сила Богини, — услышал он в ответ.

Удивленно развернувшись, он посмотрел на нее. Но та оставалась серьезной, и Юрайан уже с изумлением понял, что та не шутила.

— А чья?

— Она не сообщила, — пожала плечами девушка. — Да я и не спрашивала. И как такое может быть, я не понимаю.

Но тут какое-то движение на границе Джунглей привлекло ее внимание, и девушка перевела взгляд туда. Резко развернувшись, маг тоже посмотрел в ту сторону.

И тут на границу безлесья, разделяющую Лес эльвари и Джунгли, выбежали два воина. Архимаг сразу узнал членов ушедшего отряда рейнджеров. Это все, что осталось от всего отряда? Всего два воина из пяти? Хотя нет, шести. Они как раз и должны были проводить незнакомку в Джунгли на разведку. Кто она, никто не знал, но Юрайан многое повидал на своем веку, поэтому мог с уверенностью утверждать, что она — отличный воин. Чуть ли не из гвардии Владыки, а возможно, вообще из спецотдела. Она просто принесла приказ Владыки с оттиском печати главы их клана, что тот подтверждает написанное. Да и без нее любой отряд с удовольствием выполнил бы его, поскольку все прекрасно знали об очень тесных дружественных отношениях между кланами, сложившимися в последние годы.

И тут за ними выбежали другие эльвари. Сразу же стало понятно, что рейнджеры убегают от них, и маг начал всматриваться в одежду и отличительные знаки, чтобы понять, какой клан начал с ними войну.

— Они не живые, — произнесла жрица напряженным голосом, — это нежить, о которой нас предупреждали друзья из России.

И маг понял причину, по которой движения преследователей были немного дергаными. Он с самого начала заметил этот нюанс, но разобраться с ним решил после того, как узнает клан. Но после этих слов он стремглав бросился вниз, переступая сразу через несколько ступеней. И на ходу принялся создавать заклинание движущейся стены огня. Появившись во дворе, он заметил, как в воротах открылась калитка, и направился туда. Уже за пределами форта он столкнулся с бежавшими рейнджерами. Заклинание было готово, и он влил туда максимально доступный ему объем энергии. Стена огня возникла как раз перед нежитью, и первый десяток или даже больше вбежали в нее, осыпавшись пеплом. А затем огонь двинулся в сторону Джунглей и, пройдя метров пятьдесят, исчез. Архимаг окинул взглядом окрестности, отмечая, что части нежити удалось скрыться. Хотя, вполне возможно, что это другая. Когда он вернулся, жрица уже залечила раны воинов, и сейчас должен начаться рассказ.

— Мы направились по ранее намеченному маршруту, — начал доклад один из них. — Войдя в Джунгли, наша новая знакомая сотворила неизвестное мне заклинание, и спустя десять секунд сказала, что можно двигаться дальше. Через полчаса она снова создала заклинание.

— То же самое? — перебил его Юрайан.

— Я не успел заметить. У нее потрясающая скорость создания плетений, — ответил рейнджер, на что архимаг легонько кивнул, отвечая своим мыслям. — После этого она приказала изменить маршрут, и мы направились строго вглубь леса. Двигались со всей предосторожностью, но все равно если бы не девушка (хотя вряд ли она девушка, эта незнакомая женщина), то опасность прозевали бы. Как она сумела почувствовать ту тварь, я до сих пор не могу понять — разве что она сильный ментальный маг. Но отправлять ее в Джунгли, — и эльвари покачал головой.

— Она не могла быть жрицей? — архимаг посмотрел на местную служительницу Богини.

— Она не жрица, — ответила та. — Но совершенно точно получила благословение Верховной. Может быть, даже двойное или еще что-нибудь в придачу, о чем меня не посвящали из-за недостаточного ранга.

Между тем рейнджер продолжил доклад.

— Появившаяся тварь, она… — тут он запнулся, но кивнул своим мыслям и произнес: — Могу твердо утверждать, что она не из нашего мира. Вон Тарла́н сейчас закончит ее рисовать.

Его товарищ еще в самом начале разговора взял бумагу, карандаш и принялся что-то рисовать. Сейчас же все наблюдали, как на листе появляется изображение неизвестного им существа, стоящего на четырех лапах с туловищем, выходящим из середины спины, и какими-то щупальцами сверху. Когда рисунок был закончен, все присутствующие признали, что существо не может принадлежать этому миру.

— Их было пятеро, очень быстрые и отлично защищены — подозреваю, что простое оружие без магической начинки не сможет причинить им вреда. Мы бы отбились и ушли, но на нас с двух сторон навалилась нежить. Да не простые зомби, которые здесь гнались за нами, а их маги. И снова наша новая знакомая среагировала самой первой, практически мгновенно вычленив самую большую опасность, и ударила разрядом молний по личам. Но все равно вырваться из окружения удалось лишь нам троим. После этого она приказала нам уходить к вам, а сама осталась прикрывать отход.

— Мне показалось, что у нее имелись еще незавершенные дела, — вступил в разговор второй из выживших рейнджеров. — И еще она велела обязательно передать слова: «Сила Богини усиливает атаку заклинаний».

И посмотрел на жрицу, которая в ответ кивнула, подтверждая, что понимает, о чем идет речь. Да, этот момент она знала, как знал о нем и архимаг. Это не благословение, а именно передача части божественной энергии. К огромному сожалению эльвари, только архимаги и некоторые магистры могли оперировать ею, добавляя в свои заклинания. Вот только в отношении людей, если их атаковать такими чарами, ничего существенного не происходило, чего, судя по всему, нельзя сказать о новом враге.

В это время резко открылась дверь, и в комнату вбежал один из дежурных воинов, наблюдающих за окрестностями. По его лицу все поняли, что случилось нечто чрезвычайное.

— Из Джунглей вышли неизвестные твари, — сообщил он, — появилось много нежити.

— Такие? — Юрайан показал лист с рисунком.

— Да, — кивнул воин.

В следующий момент все вскочили и чуть ли не бегом направились к выходу.

Со стены был прекрасный обзор, и все наблюдали, как из леса появляется нежить. Здесь же находились три новых твари, изображение которых не далее как пару минут назад нарисовал вернувшийся из Джунглей рейнджер. Ментальным магом Юрайан не был — постоянно пользовался амулетом, но ему почему-то показалось, что эти неизвестные ментально активны. Силы, собиравшиеся для штурма форта, были очень велики, а самое плохое, что никто достоверно не знает обо всех возможностях их нового противника.

— Мы насчитали шесть личей и одного уничтожили, — раздался голос рейнджера. — Сейчас их всего двое — получается, что женщина сумела убить троих. Не знаю, где и кто занимался ее подготовкой, но она очень сильный воин. Света Богини ей! — завершил он фразой для погибшего в бою.

Он хотел еще что-то сказать о тварях, но тут из леса появился новый вид. Внешне он напоминал бегемота, вот только размером был в два раза больше, и нос его был острым. Издали можно различить панцирь на спине, боках, верхней и передней части головы. Больше у него ничего не было: ни рогов, ни клыков, ни щупалец или других отростков, которыми было бы сподручнее воевать.

— Живой таран, — произнес командир воинов крепости Вартамиа́н. — Что-то подсказывает мне, что если он ударит в полную силу, то ворота не выдержат, даже несмотря на все внедренные чары. Ни в коем разе нельзя ему этого позволить.

Юрайан лишь кивнул ему, внимательно рассматривая врага. Сейчас рейнджер указал на некоторые моменты, по которым можно отличить личей от зомби. К его изумлению, подавляющее большинство составляли бывшие эльвари, и только небольшая часть была людьми. По оставшейся одежде архимаг определил, что очень многие — из кланов Вечерней Росы и Ночной Лилии. Он пытался рассмотреть в лесу еще кого-нибудь, но так и не сумел. Но даже так — двенадцать тварей и три сотни нежити — очень серьезный противник, особенно если им удастся попасть внутрь. Когда командир гарнизона отметил, что вскоре начнется штурм, архимаг отошел от края стены и создал магического вестника, сообщив все последние новости. По согласованию между кланами вся подобная информация отсылалась начальнику внутренней безопасности правящего клана Рикнану. Сделав доклад, он вернулся на стену, а спустя еще минуту, словно враг дожидался окончания доклада, начался штурм.

Атака началась из леса, где находился вражеский маг: бордовый шар, по поверхности которого прыгали разряды алых молний, устремился к крепости как раз в их сторону. Юрайан как раз завершил создание защиты, которую и поставил на пути вражеских чар. Удар — и из места соприкосновения в разные стороны разлетелись темные брызги. «Как хорошо, что я интуитивно создал «Щит Богини», иначе это заклинание, с виду похожее на простой огненный шар, пробило бы его», — мелькнула у него мысль.

— Передать другим магам, что от этой гадости использовать только “Щит Богини”, — приказал он совсем молодой эльварке, которая мгновенно сорвалась с места.

В это время нежить находилась в двадцати метрах от стен, а живой таран начал разбег. Скорость он набрал приличную, и теперь стояла задача его остановить. Маг почувствовал, как жрица приложила руки к его спине, и небольшой шар энергии, от которой по всему телу распространилось тепло, перешел к нему. Создав заклинание копья, он наравне с магической энергией добавил божественную. Четвертую часть от полученной. Удар чар пришелся туда, куда он и хотел — в правую переднюю не то лапу, не то ногу этого «бегемота». Эффект оказался потрясающим: заклинанием была полностью оторвана конечность.

И тут в их сторону из джунглей полетело целых три знакомых шара. Создавать «Щит Богини» времени уже не было, поэтому Юрайан создал защитное заклинание второго уровня, добавив в него половину оставшегося объема божественной энергии. Щит выдержал и даже остался на месте, хотя теперь его предел — атакующее плетение максимум того же второго уровня. Но его противник не спешил с атакой, в отличие от двух других, которые снова запускали эти незнакомые, но очень разрушительные багровые шары. Сам же архимаг очень порадовался, что противниками выступают всего три мага врага, иначе не только пострадали бы эльвари, но и часть стены была разрушена, поскольку в эффективности этих чар врага он не сомневался. Не зря же они его постоянно применяют. Еще он заметил, что размеры заклинаний других вражеских магов меньше, а значит, противостоит ему самый сильный из них.

Нежить пошла на штурм, несмотря на то, что ворота остались целы. Они пытались лезть по стене, что получалось у считаных единиц. Сам маг этого не видел, поскольку готовился к отражению новой атаки. А вот вторую волну нежити он прекрасно заметил, а также то, что те несли с собой длинные лестницы.

Он снова почувствовал прикосновение ладоней жрицы, и новая порция божественной энергии перешла к нему. И сделано это было как нельзя вовремя: нечто темное полетело в их сторону. Юрайан снова создал защиту второго ранга, добавив в нее половину имеющегося объема энергии Богини. И чуть было не прогадал, поскольку щит исчез, а заклинание врага только уменьшилось в размерах. Но хотя бы практически полностью потеряв скорость. Со злости он сотворил «Ловчую Сеть» и влил в нее максимально возможное количество магической энергии и всю божественную.

Это, казалось бы, чисто охотничье заклинание имело один очень важный нюанс: оно проходило сквозь все препятствия, за исключением птиц, животных, людей или эльвари. И еще, поймав кого-то, оно начинало сжиматься. А когда оно улетело в Джунгли, оттуда сразу раздался рев. Мимолетная мысль архимага, что эти чары при наличии в них энергии прародительницы их народа будут опасны для нового врага, подтвердилась. Ответ до сих пор так и не увиденного мага сейчас должен быть соответствующим, поэтому он начал быстро создавать «Щит Богини», а жрица по уже привычному для нее сценарию положила ладони ему на спину.

— Туан сможет отразить еще не более четырех заклинаний, — услышал он молодой женский голос.

Вот и случилось то, чего он боялся: недостаточный объем энергии его коллег. Туа́н имеет уровень мастера, Жилита́н только перешел на уровень магистра, а значит, сейчас и от него придет курьер. И действительно, спустя пять минут прибежала девушка с аналогичным докладом.

За это время он успел отразить два шара и огромный рой магических насекомых, с которыми чуть было не опростоволосился, поскольку по привычке применил заклинание из воздушной магии, которое не унесло их в далекие дали, а лишь немного отбросило назад. Огненное облако, накрывшее стаю, он создал буквально в последний момент. И тут справа и слева от него раздались мощные взрывы. Он понял, что форт доживает последние часы, если не минуты. Это подтвердил и командир воинов Джультиа́н.

— Необходимо, пока не поздно, отправить часть воинов и двоих магов через северные ворота к своим, а нам попытаться задержать врага. То, что не появляются маги, имеет под собой какие-то основания — скорее всего, они не хотят, чтобы мы раньше времени узнали их. Пойдем на прорыв к вашему противнику, и если получиться его убить, то считаю, что свою миссию мы выполним. Вот только вряд ли сумеем сообщить о реальном положении дел в рядах нового врага.

— Ты прав. Отдавай приказы, — он повернулся к жрице, но та его перебила:

— Я с вами, иначе ваша вылазка пройдет впустую.

Стоило им только спуститься, как в месте, где они только что находились, раздались взрывы от заклинаний.

Появление среди штурмующей нежити отряда эльвари оказалось неожиданностью для того некроманта, который поднял и управлял ею. Тратить хоть сколько-то времени Юрайан не собирался, а послав в обе стороны стену огня, побежал в сторону врага. Жрица двигалась следом, а со всех сторон их окружила пятерка воинов, возглавляемая начальником форта. Им навстречу бросилась пятерка тварей. Именно подобные действия и предсказывал командир воинов, потому на этот случай у них были заготовлены определенные действия.

Джультиан, бежавший впереди, сдвинулся в сторону, и архимаг, чуть остановившись, задействовал амулет, который привезла верховная жрица. Созданное из облака ледяное копье ударило в центральную тварь очень удачно — как раз в место, откуда начинало расти туловище. Отверстие оказалось не очень большим, но, вероятно, чары повредили важный жизненный орган, поскольку тварь свалилась на землю. В эту брешь и устремился отряд.

Враг отреагировал мгновенно, но и воины знали свое дело и, разойдясь в стороны, приняли удар на себя, тем самым давая возможность магу со жрицей добраться до скрывающегося врага. Прореху в рядах нежити он проделал при помощи очень эффективного против нее заклинания — разряда молний. И тут их накрыло огненным смерчем. Но нечто подобное Юрайан и предполагал, поэтому в «Щит Богини» он добавил всю доступную ему ее силу. Дождавшись, когда огонь спадет, они двинулись дальше к кромке Джунглей, до которых оставались считаные метры. И им навстречу вышел, наверное, демон. Архимаг не успел ничего сделать, как вдруг почувствовал давление на сознание. Жрица, вероятно, тоже ощутила, поскольку ее ладони, которые только-только легли ему на спину, немного вздрогнули.

Но сила давления все же была совсем невелика — большую роль сыграл тот факт, что кто-то сумел преодолеть действие этого нового амулета. В голове промелькнула идея, и он, схватив жрицу за руку, очень быстро отбежал немного в сторону и, спрятавшись за деревом, приложил к нему руки. «Иглы гнева Богини» он сформировал, вероятно, быстрее, чем когда-либо, потому что за это время прилетело только одно заклинание врага, которое развеяло защиту, но и само исчезло. А потом во врага полетели ядовитые стрелы, большую часть которых отразила его защита. Но вот те, что сумели ее преодолеть, вонзились в его тело.

Рык, на грани инфразвука, разнесся по полю брани. А жрица уже передавала архимагу силу своей госпожи. «Ловчая сеть» улетела в так и не успевшего оклематься демона и, оплетя его, принялась сжиматься, принося тому боль. На остатках магической энергии маг создал ледяное копье, направив его в грудь твари. От его воздействия там образовалась огромная дыра, а сам монстр рухнул на землю. Больше сделать он ничего не успел — большая черная клякса упала на них со жрицей, уничтожив не только эльвари, но и всю растительность в радиусе трех метров.

Африка, Джунгли.

Специальный агент Лиэль Орнайн создала заклинание «Разряд», как оно официально называлось в Российской империи (откуда и пришло), уничтожая с его помощью ринувшихся вдогонку за рейнджерами зомби. И тут же создала «Ловчую Сеть», добавив туда немного силы Богини и направив в одну из тварей. Не обращая внимания ни на ее рык, ни на других врагов, женщина устремилась к двум из оставшихся четырех личей, которых считала самыми опасными. Разбираться с ними эльварка решила при помощи своих мечей, поскольку достаточно сильно потратилась на уничтожение погони. Это молниевое заклинание хоть и очень эффективно против немертвых, но энергии потребляет достаточно много. А у нее еще были другие планы.

Почему она выбрала именно эту двойку? Да просто-напросто она знала их еще при жизни как отличных магов, а ей сообщили, что чем выше уровень живого мага, тем выше и уровень лича. Пятый уровень ускорения — и вот она уже рядом с ними. Один сдвоенный удар, второй, третий — и первый противник падает обезглавленный. Второй успевает среагировать на ее атаку, но поскольку Лиэль расположилась строго на одной линии с ним, прикрываясь от него своим врагом, личу пришлось уходить в сторону. Этого времени хватило женщине, чтобы добить своего врага и приблизиться ко второму противнику. На его атаку она не отреагировала, полностью полагаясь на амулет, который не подвел. Спустя несколько секунд и второй враг был повержен. Дальнейшее пребывание на пятом уровне боевого транса могло сказаться на ее планах, поэтому эльварка вышла из боя, направившись в ту сторону, куда убегали рейнджеры.

Неприятным сюрпризом для агента оказалась нежить, которая наверняка сумела бы догнать раненых воинов. Ударив в тыл, она прошла сквозь нее, затем последовала атака «Разрядом» находящихся справа врагов. Те то ли сами отреагировали на эльварку, то ли некромант приказал атаковать, но нежить вместо преследования бросилась на нее. Увидев приближающихся новых тварей, агент решила выйти из схватки, тем более что, по ее расчетам, рейнджеры должны успеть добраться до форта. Отбежав на скорости несколько сот метров, она задействовала свое умение скрыта в полную силу.

В специальный отдел эльвари отбирались по нескольким параметрам, и одними из основных были врожденная способность к скрыту или отводу взгляда, умение удерживать в себе большие объемы силы Богини и ментальные способности, пусть даже небольшие. Скрыт у нее был лучшим в отделе, поскольку даже верховная жрица не могла узреть ее, не говоря уже о магах или вообще простых эльвари. Объемом она владела тоже на приличном уровне. Вот ментальные способности у нее были невелики, но она потратила очень много времени, чтобы научиться управлять специальной артефактной ментальной защитой. Да, атаковать она не могла, зато и преодолеть ее ментальный барьер было мало кому под силу. Точнее, без усиливающих амулетов — никому, а с ними разве что русский князь Воронцов да британский маг могли доставить ей неприятности. Правда, Владыка говорил, а его жены подтверждали, что избранник их дочери обладает невероятно мощным даром, но проверить она так и не смогла. Вот и сейчас женщина отбежала на сотню шагов и взлетела на дерево.

Спустя десяток секунд к месту, где она применила свой дар, выбежала тройка тварей. Они завертелись, словно потерявшие след собаки. Женщине, как специальному агенту, стало очень интересно, по каким признакам те двигались точно по ее маршруту. То, что это не следы на траве и не запах, она была абсолютно уверена, но тогда что? Что еще она заблокировала у себя, применив свою способность? Это очередной факт, который она обязана будет сообщить в докладе.

Да, ее целью являлась разведка на территории Джунглей. Но встретить здесь тварей из другого мира и столько нежити она никак не ожидала. Эти ищейки еще какое-то время походили кругами, выискивая ее следы, а затем замерли. А к ним вышло новое действующее лицо.

И это был не эльвари и не человек. Тварь, а иначе ее не назовешь, стала осматриваться, а тройка уже знакомых подбежала к нему. Их разве что еще можно назвать демонами. Вот только у всех демонов из легенд глаза были, как у кошек — с вертикальными зрачками, а здесь в глазницах плескалась тьма. Следом за этим демоном вышли еще два четырехлапых монстра. Из всего этого агент сделала вывод, что главным является именно пришедший двуногий. Внезапно она ощутила ментальное воздействие, аналогичное сканированию, и приготовилась то ли к бою, то ли к бегству, исходя из ситуации. Кто оказался ментальным магом, не стоило даже гадать. И это было еще одно обстоятельство, о котором необходимо сообщить.

Третьим нюансом был магический фон Джунглей. В отличие от того, что было ранее, сейчас заклинания давались хоть и с трудом, но без воздействия, от которого они могли вообще не сработать. Да, здесь, на границе, это воздействие было несильным, но все же присутствовало, а сейчас, во время боя, все чары сработали, как им было положено. С чем это связано, она не знала, но подозревала весьма вескую причину, а именно появление тварей. Но вот как те сумели стабилизировать потоки? Вряд ли это кто-то из них — в противном случае, имея такую силу, они бы стерли всех мгновенно. Скорее всего, это некий невероятно мощный артефакт. А значит, ей предстоит разобраться во всем или хотя бы составить классификатор существ.

Бросив еще раз сканирующую ментальную технику, демон ушел, а следом двинулись и его подчиненные. Выждав некоторое время, женщина прошла до конца ветки и, словно мартышка, перепрыгнула на следующее дерево. «Мартышка» — ее детское прозвище, которое дали друзья и подружки, увидев, как она лазит по деревьям. Так и стала она перебираться дальше в состоянии скрыта.

Спустя пятнадцать минут она встретила толпу нежити и еще одного прямоходящего двуногого демона со свитой. Вместе с ними прошел демон третьего вида — эдакий бегемот. Пропустив их, Лиэль повернула в сторону, откуда те пришли.

«А это что за монстр?!» — мысленно воскликнула эльварка. Нижних конечностей у него было две, но они больше всего походили на две мощные лапы хищного зверя — льва или тигра. Вот только размеры раз в десять больше. А выше — на туловище имелось шесть рук, которые бугрились мышцами. Голова была увенчана настоящими змеями. Именно змеями, а не щупальцами, поскольку заканчивался каждый такой «волос» пастью. Правда, она не была приплюснутой и имела гораздо больше двух зубов, но то, как они извивались, и порождало ассоциацию со змеями. В качестве брони, наверняка, служила чешуя, отчетливо различимая. А вот оружия у него было всего четыре: два меча жуткого вида и два молота. Это навевало нехорошие мысли, что две оставшиеся верхние конечности служат для создания заклинаний. Боевой маг, воин-маг. Очень опасный.

И тут на арене появился еще один вид тварей. «Спрутопаук или паукоспрут», — подумала Лиэль. Она не могла придумать, для чего служат демоны этого вида. Все, что приходило на ум, — это разнорабочие или слуги.

Дальше продвигаться эльварка не решилась, поскольку и так использовала свой дар достаточно долго, так что появились первые признаки усталости. А усталость на задании — это половина провала. Сейчас ей необходимо вернуться в более-менее безопасное место и отправить доклад Владыке. Возвращалась женщина немного в стороне и, дойдя до безопасного места, создала магического вестника.

— Владыка, это я, — произнесла женщина.

И эльварка рассказала все, что успела узнать к этому моменту, включая свои выводы. В конце она добавила:

— Возвращаться не буду, а постараюсь уничтожить гиганта. Чувствую, что это необходимо сделать.

Подбросив вестника, она секунду наблюдала за ним, а потом направилась обратно. За то время, пока она находилась без скрыта, эльварка успела восстановиться. Пусть не полностью, но подобраться к тому демону-гиганту сможет. Стараясь вообще не думать о предстоящем сражении и особенно о будущем противнике, она направилась обратно к тому месту, где повстречала его. В середине пути она снова задействовала дар и стала передвигаться только по деревьям. Увидев этого гиганта, направляющегося, скорее всего, в сторону форта, она решила встретить его по пути…

Сидя на дереве, она отстраненно отметила, что тот не свернул со своего пути и пройдет точно под ней. «Пора спрыгнуть», — подумала Лиэль и соскользнула с ветки. — «Надо бы проверить работу артефакта» — и снова мысль никак не завязывалась на предстоящий бой с гигантом. После этой мысли она активировала артефакт, предназначенный для взлома стационарных щитов. И ведь не зря она все это время не допускала даже мысли о будущем сражении: этот монстр почувствовал опасность, как-то встрепенувшись всем телом. Но в следующий миг сила активированного артефакта пробила появившуюся защиту. К сожалению, добавлять силу Богини можно только в заклинания, созданные лично, а не при помощи амулетов или артефактов. Взметнувшихся вверх змей женщина отбросила в стороны, попутно удивившись, что ее «женская пара» нанесла только порезы. Приземлилась она на голову монстру, смяв несколько ползучих гадов, и в следующий миг ее мечи вошли в глаза твари. Отпустив их, она прижала ладони к голове, активируя заранее подготовленное специальное заклинание паралича, куда влила всю оставшуюся силу Богини.

А в следующее мгновение две руки схватили специального агента и разорвали пополам. Миг — и монстр застыл, прикованный к земле, с расставленными в стороны руками, держащими две половинки эльварки, с которых лилась алая кровь. Раненый мозг монстра не выдержал подобного воздействия и взорвался. Когда паралич прошел, на землю упали два трупа.

Африка, Африэнн, территория клана Свет Зари, меллорновая роща.

— Что это значит?! — прокричал статный эльвари, ворвавшись в храм.

Вопрос свой он адресовал главной жрице клана, которая сидела на земле, опираясь спиной о ствол меллорна. Лицо ее не выражало абсолютно ничего, и это почему-то добавило еще толику раздражения главе клана. В последнее время он раздражался все чаще и чаще, да и само состояние длилось с каждым разом дольше. Жрица подняла на него свой тусклый взгляд и спросила:

— Что ты имеешь в виду?

— Почему ты отказываешься благословлять моих воинов?! — уже немного тише спросил он.

Его очень сильно поразила перемена, произошедшая со жрицей, глаза которой всегда чуть ли не светились ранней весенней листвой. Сейчас же ему показалось, что сама жизнь покинула ее. Да и выглядеть она стала, словно в одночасье постарела лет на сто.

— Я не отказываюсь — я не могу их благословить, — теперь в голосе звучала явно слышимая усталость. — Нечем благословлять. Богиня отвернулась от клана.

— Как? — опешил глава. — Почему?

— Возможно, потому, что ты отказался пропустить дирижабль соседей с детьми, которых хотели переправить в более безопасное место, — ответила женщина. — А может быть, потому, что приказал стрелять в них, когда те все-таки попытались это сделать. Или потому, что приказал казнить всех членов родов, которые пропустили их да еще отправили с ними своих детей. А может быть, причина кроется совсем в другом.

— То есть ты бесполезна? — зло процедил он. — Где твои помощницы?

— Как жрица, я бесполезна, потому что скоро жизнь окончательно покинет меня. Я давала клятву служения клану и не уберегла его, — все тем же безжизненным голосом произнесла бывшая жрица. — Младшие не клялись, поэтому я их отпустила.

Зло что-то прорычав, глава клана развернулся и отправился по своим делам. Он не увидел, как после его ухода стали усыхать листья священных деревьев. Не видел и того, что тело жрицы, словно в знак поддержки, тоже усохло до состояния мумии. Спустя полчаса роща превратилась в лихолесье.

Африка, Африэнн, столица — город Эльварвилль, дворец Владыки.

Выслушав второй доклад, все находящиеся в помещении молчали целую минуту. Затем Владыка очень тихо произнес:

— Вот и пришла Тьма.

Дальнейшие события развивались очень стремительно. Количество монстров, вышедших из Джунглей, было не так уж велико и, если бы не разногласия и борьба за власть среди эльвари, то они сумели бы дать отпор, особенно учитывая, что сила Богини играет такую важную роль. Половина или немного больше кланов и родов противников Владыки перешли на сторону слуг Супайче, предав прародительницу, и лишь немногие возвращались к Владыке, принося полную клятву верности. Для более успешного сопротивления новому врагу Владыка приказал всем своим сторонникам перебираться либо к столице, либо к Каирвиллю, где образовалось два мощных очага сопротивления. Но враг рвался к столице — городу Эльварвилль, где находился центральный храм с древнейшими меллорнами в мире. Эльвари приходилось сражаться с тварями, нежитью и своими соплеменниками, поэтому силы были не равны. Жрицы работали до упаду, передавая силу госпожи архимагам и некоторым магистрам, которые умели ее держать в себе и использовать. Остальных магов и воинов они просто благословляли. Но очень уж были неравны силы — казалось, что кто-то невероятно мощный ведет за собой орды врагов. Территория, контролируемая тремя союзными кланами, уменьшалась, и кольцо вокруг столицы сжималось.

— Владыка, — в кабинет ворвалась курьер — совсем молоденькая эльварка, глянув на которую у правителя сжалось сердце, поскольку он вспомнил свою дочь. — Прибыли два дирижабля с детьми. Они сумели прорваться через врагов, но лететь дальше не могут.

— На их благословление уйдут последние капли божественной энергии, — очень усталым голосом произнесла Лийанэль. — Останется только сила самих меллорнов.

Киливан Эндариэль принял решение, которое словно кто-то подсказал. А может быть, это так и было.

— Готовьте «Небесного Странника», — приказал он. — Сажайте туда всех детей, жриц и лучших воинов. Остальные пусть грузятся на другие дирижабли. Ваш путь лежит на остров Канария, где вы принесете клятву Раэшу и Айвинэль. Столицу нам не удержать. Это приказ! Лийанэль, идем — ты мне нужна.

Верховная жрица, вероятно, что-то заподозрила, поскольку посмотрела на Владыку чуть прищурившись. Выйдя из кабинета, он нос к носу встретился с главой клана Серебряные Струи и его женами.

— Друзья, — обратился он к ним, — вам необходимо улететь на вотчину моих детей. Помогите им. А мне придется остаться. И, предваряя ваши сомнения, упреки и различные доводы, скажу, что так надо — я чувствую, что необходимо поступить именно так, чтобы сохранить расу эльвари.

В храме, у самого древнего дерева, верховная жрица благословила всех, а на передачу силы Богини архимагам той уже не осталось. Все ушли, остались только правитель со своими женами, которые наотрез отказались покидать его, верховная жрица и глава клана Серебряные Струи с двумя охранницами.

— Лийанэль, передавай мне силу меллорнов, — приказал он.

Та, вздохнув, подняла руки и хотела приложить к его спине, когда Владыка развернулся и, что-то произнеся шепотом, прижал ее руки к своей груди. И в него устремился бурный поток энергии. Верховная жрица хотела выдернуть кисти, но у нее ничего не получилось, поскольку мужчина крепко держал их.

— Ты же не сможешь управиться с такой силой! — закричала Лийанэль. — А я не могу прервать поток!

Это было правдой. Как она ни пыталась, но даже немного уменьшить его у женщины не получалось. Обе супруги владыки подошли к нему и, обняв, тесно прижались.

Все присутствующие видели, как глаза у всех троих загорелись цветом весенней листвы, затем они стали ярче, словно языки пламени вырывались наружу. Возможно, это так и было. Вокруг четы Эндариэль появилось едва различимое салатовое сияние. По мере того, как оно сияло все ярче и ярче, меллорны усыхали. Впервые в этом мире за многие и многие тысячелетия Первая Роща эльвари прекращала свое существование. Сначала листья пожелтели, скрючились и усохли. Они так и висели на деревьях, словно в назидание. Затем сами ветви стали сжиматься и тоже скрючиваться, превращаясь во что-то неживое. А в самом конце они осыпались трухой. Первая Роща перестала существовать.

А вокруг Владыки и его жен бушевало зеленое пламя. Как только последняя капля энергии перешла к ним, верховная жрица начала падать, потеряв сознание. Но Киливан подхватил ее на руки и, подойдя к главе союзного клана, передал тому со словами:

— Сбереги ее.

Сказал он совсем тихо, но столько власти и могущества было в его голосе, что его друг сумел только кивнуть. Развернувшись, он быстрым шагом направился к дирижаблю, а спустя десять минут тот взмыл в небо. Владыка развернулся и направился в ту сторону, откуда он отчетливо чувствовал приближение главного врага. А вместе с ним отправились три сотни воинов, включая десять магов и даже одного пожилого архимага. Три сотни смертников, понимавших, что выжить им не суждено. Три сотни смертников, которые с улыбкой на устах шли в свой последний бой. Три сотни смертников, которые пребывали в абсолютной уверенности, что им повезло. Три сотни смертников, считавших этот день самым счастливым в жизни. Потому что им суждено было сражаться рядом с ожившей легендой.

Встретились они в трех километрах от столицы. Из орды врагов им навстречу вышел, можно сказать, человек, которого от людей отличала темно-серая кожа да длинные иссиня-черные волосы, казалось, жившие своей жизнью. Вокруг наступила абсолютная тишина, которую нарушало только тяжелое дыхание некоторых врагов.

И как многие тысячелетия назад в этом мире Бог ктулхутов КтулхуЙогСоатхАйче встретился в смертельной схватке с Богиней Флораниэнтиэль, так и сейчас на поле брани встретились аватар КтулхуЙогСоатхАйче с рыцарями прародительницы всех эльвари.

Глава 5

Дойчландия, неизвестная горная гряда.

Удивительно, но мне удалось сохранить частичный контроль над реальными событиями. Точнее, не контроль, а просто смотреть и видеть все происходящее наяву, а не только в ментальной области. В ментале же творился настоящий шторм, а несколько человек, попавших в полосу между мной и моим врагом, лежали на земле, и из их ушей, носа, глаз текла кровь. Айвинэль металась за моей спиной, отражая удары нежити, тварей и остатков людей-предателей.

А вот Тир’Эш убегать не стал, хотя я очень надеялся на это. И с ним происходили изменения. Кардинальные. Его тело, окутавшись серой дымкой, увеличивалось в размерах. Вот он больше самого себя в два раза, три… десять… И вот рядом со мной стоит хищник размером с лошадь. «Метаморф высшего уровня! — мелькнула в моем сознании мысль. — Секрет их создания утерян в моем родном мире». Рассмотреть его я не успел, поскольку он вступил в схватку, уйдя из поля моего зрения. Все эти мыслительные процессы проходили где-то на краю сознания, так как само оно было занято ментальным боем.

Атакующий арсенал моего противника был очень разнообразен, однако я хоть и с трудом, но успевал отразить все его атаки. К сожалению, использовать что-то другое, кроме ментального холодного оружия, я не мог: придумать что-то — на это необходимо время. Учителя у меня нет, а теперь еще и неизвестно, будет ли вообще. Самое плохое в этой ситуации, что я не мог атаковать, просто-напросто не успевал. А значит, надо рисковать.

И я делаю два шага вперед. Краем глаза отмечаю оскал пасти твари, хотя, вероятнее всего, это ухмылка. Точно! Поскольку сейчас в меня полетела новая техника, полностью отразить которую я не смог. Но сыграла роль моя защита, над которой я столько работал в последнее время, полностью переделав ее в ячеистую. Значит, не только я не мог достать на таком расстоянии своего врага, но и он не мог использовать свои самые убийственные техники.

Взвыла интуиция, и я, повинуясь ей, прыгнул вперед, а позади меня появился ментальный гейзер. Вот теперь — я уверен в этом — мне удалось расшифровать мимику на морде своего врага: разочарование. Или я просто уловил отголоски его эмоций. Но именно сейчас я оказался на таком расстоянии, когда могу нормально атаковать. И я, не обращая внимания на защиту, а точнее — надеясь на свою врожденную, принялся наносить удары своими ментальными серпами. Размеры их были намного больше реальных, но орудовал я ими с той же легкостью. Они натыкались на защиту — все тот ячеистый барьер из восьмиугольников, но пробить пока не могли. Точнее, они пробивали его, но не могли преодолеть те пару сантиметров, что отделяли его от сознания. Пришло понимание, что если я здесь и сейчас не пробью защиту, то буду уничтожен. Сделав еще один шаг, я начинаю атаковать с максимально возможной для меня скоростью.

Вот один мой удар прошел, второй, но и сам я тут же получил «обухом по голове». Я сейчас не старался уничтожать атаки на меня, сконцентрировавшись на своих атакующих действиях. Но для того, чтобы хоть немного задеть своим действием ментальную технику врага, я немного отклонял свои «руки». Интересным был тот факт, что мой противник не пытался сражаться со мной по аналогии, то есть ментальным холодным оружием. В тех схватках, которые были в этом мире, я тоже этого не заметил. Возможно, я от незнания придумал свою технику ментальных боев.

В голове уже помутилось, даже в ментальном плане все начало расплываться. Я пропускал один удар за другим, но и сам тоже наносил повреждения, что было видно по его ментальному полю. Защита пока еще держалась и у меня, и у него. Но вот очередная техника врага снесла мой барьер, а у меня все поплыло перед глазами так, что я перестал различать вообще хоть что-то. Вот только противника я чувствовал очень отчетливо, на автомате продолжая атаковать. Но вот перед глазами, если так можно сказать, произошла вспышка, и я потерял сознание.

Дойчландия, неизвестная горная гряда.

Когда Раэш вместе со своим противником упал на землю, Айвинэль испытала настоящую ярость, сходную с той, которую она испытала, когда ее захлестнуло подобное чувство ее любимого демона. Что-то красное мигнуло перед глазами, и девушка бросилась на четырехлапую тварь. Их осталось всего две — с одной сражалась она, с другой Тир’Эш или тот, кто им являлся еще совсем недавно. Эти твари оказались на самом деле невероятно быстрыми — по крайней мере, девушка проигрывала им в скорости. Спасали же эльварку ее клинки, которые достаточно легко отрубали щупальца. Краем сознания девушка отметила, что нежить стала какой-то вялой, словно не понимала, что ей делать. А немного позже вспомнила о словах Раэша, что ею управляет некромант, и если тот потеряет сознание, не дав предварительно жестких приказов, то она и станет такой. А с его смертью она вообще должна исчезнуть, и то, что зомби и скелеты все еще ходят, говорит о том, что напавшая на них тварь жива.

А еще она чувствовала, что заклинание «Водоворот Стихий» высасывает не только магическую энергию, но и жизненные силы. Пусть в значительно меньшем количестве, но девушка уже ощутила усталость. Не отвлекаясь на нежить и людей в надежде, что заклинание защиты убережет ее, девушка сосредоточилась на твари. Какой бы сильной ни была у того регенерация, но сейчас, когда она сконцентрировалась только на нем, щупальца одно за другим падали на землю. Внезапно враг как-то изловчился и ударил по девушке передней лапой. Это было настолько неожиданно и молниеносно, что девушка не успела среагировать. Но родовая защита не подвела, хотя сама Айвинэль почувствовала, как увеличилась усталость. Раэш объяснил ей, что «Водоворот Стихий» — очень мощное заклинание, пробить которое может только божественное оружие либо архимаги, если умеют объединяться в круг. Но за все надо платить, в данном случае — магической энергией и жизненными силами, и эльфийка не знала, сколько она еще продержится.

Но присутствовал в этой неожиданной атаке и большой плюс. Ее противник не ожидал того, что его удар остановят настолько резко, и его корпус дернулся. И тут девушка не упустила шанс, нанеся два удара по голове, раскроивших череп. А в следующее мгновение девушка почувствовала, как от очередного удара человека-предателя исчезла ее защита. Она также выпала из боевого режима и едва смогла защититься от новой атаки.

Но именно в этот момент Тир’Эш убил своего врага — эльварка как раз увидела, как он схватил того за голову и резко дернул, отрывая ее часть. Громко рыкнув, он развернулся и бросился на противников Айвинэль. Это оказалось последней каплей, и пятеро оставшихся людей бросились наутек. Хищник не стал их преследовать и набросился на нежить, круша ее своими передними лапами с огромными когтями. Девушка же на подрагивающих от усталости ногах подошла к противнику своего мужа и, взмахнув мечом, отсекла тому голову. И тут же вся нежить упала, а Тир’Эш бросился вдогонку за убежавшими людьми.

Девушка подошла к Раэшу, устало опустилась на землю и положила его голову себе на колени. Вскоре пришел хищник и улегся рядом. Девушка все ждала, когда же он превратится обратно в небольшого кота с хитрой мордашкой. Но что-то спрашивать у нее не было ни сил, ни желания, поскольку все внимание было приковано к ее мужу. Она гладила его по голове, стараясь передать хоть немного и так невеликих оставшихся сил. И тут он шевельнулся.

Дойчландия, неизвестная горная гряда.

Очнулся я в каком-то странном состоянии. Нет, усталость от ментального перенапряжения присутствовала, но одновременно с этим присутствовало чувство легкости. Да, сейчас во мне сочетались усталость и легкость. Первое относилось по большей части к моему телу, а легкость была только в сознании. Понял, что меня кто-то гладит по голове и передает жизненную энергию, и этого «кого-то» я знал. Подняв руки, я взял Айвинэль за голову, притянул к себе, и мы слились в долгом поцелуе.

— Раэш, можешь объяснить, что произошло с Тир’Эшем? — услышал я вопрос, заданный мелодичным голосом.

Точно! Мой кот-невидимка превратился в очень опасного хищника. Я открыл глаза, приподнялся и… встретился глазами с ним, так и оставшимся превращенным. Сейчас я, наконец-то, могу более внимательно разглядеть его новые черты. Он по-прежнему остался серого цвета, вот только шерсть больше напоминала металлическую проволоку. Чтобы убедиться, я даже поднял руку и провел по его голове. Странно — она осталась такой же мягкой. А вот выражение его морды так и осталось хитро-наглым, и это несмотря на то, что внешне она стала более пугающей. Тут он приблизил свою голову ко мне, глядя в глаза, и я почувствовал ментальное касание. Кто это мог быть, гадать не приходилось, поэтому я раскрылся навстречу.

— «Я уже и не надеялся», — услышал я у себя в голове, а Тир’Эш оскалился, что, вероятно, должно было показать, кто со мной общается.

— «Ну и что ты скажешь в свое оправдание? — я постарался добавить иронии в свою мысль. — Да! — спохватился я. — Айвинэль можешь подключить к беседе?»

— «Нет».

— «Но ведь у Шшассы получалось», — удивился я.

— «Создателем и драконов, и эльвари является одна и та же Богиня».

— «А калвари?»

— «И их тоже».

Вот так так. Все же самые первые мои выводы, когда я услышал самоназвание расы моей половинки, оказались верны. Я поднялся, подал руку моей эльварке и, когда она оказалась рядом со мной, произнес:

— Айви, идем дальше, а я по дороге поговорю с нашим невидимкой, — и ответил на ее вопросительный взгляд. — Потом все расскажу.

Мы направились дальше на юг, и по пути я разговаривал с Тир’Эшем. И вот что я узнал. Создателем его является Тот О Ком Не Помнят, и сюда отправил его он же. А причина — присматривать за мной. Именно что присматривать, и только в самых крайних случаях помогать. По его словам, реально он помог мне только однажды, когда во Франкийском королевстве, в городе Лиссабон вывел из состояния неконтролируемой ярости. После этого он только присматривал. А сейчас ему пришлось раскрыться, превратившись в другую свою ипостась. Но, поскольку он не принадлежит этому миру, то обратно ему не вернуться. Точнее, как он сказал, почему-то нельзя этого делать, и связано это вроде как с моим знакомым Богом. Существовал и еще один нюанс: сейчас он полностью потерял связь с ним, и это вроде как связано с той же причиной, по которой он не может принять свой первый облик. Я попытался задавать вопросы на эту тему, но ответов так и не получил. Сам же Тир’Эш ссылался на какие-то законы, согласно которым он не может это сделать. И кстати, по этим же законам он потерял связь. В чем она выражалась, опять-таки, не сообщил, разве только из его слов о том, что он теперь всегда будет рядом, можно сделать вывод: найти меня, как ранее, в любой части мира он не сможет. А раскрыться его заставило то, что мы вдвоем с Айвинэль не справились бы со своими врагами. Еще он в этой форме потерял свою чувствительность к врагам, поэтому чувствовать их за многие сотни метров, как раньше, он уже не сможет.

А еще он ответил на мой вопрос о том, как эти твари шли по нашему следу и кто они вообще такие. Это, оказывается, ктулхуты, дети какого-то там Бога, которого у нас знают под именем Супайче. Сражался я с ктулхом, четырехлапые — это ктул-каарны, еще есть ктул-айч — это огромный ктулхут-воин, ктул-соатх — это летающие твари и ктул-йог — это нечто вроде личинок, из которых получаются другие ктулхуты. И вот как раз ктул-каарны легко чувствуют аурный и ментальный следы, по которым нас и отыскали. Я, естественно, сразу спросил, как убирать их за собой, на что Тир’Эш ответил, что этому довольно долго надо учиться, если отсутствуют врожденные способности. Но он заметил, что в этом мире никто не умеет этого делать, а те два раза, которые он видел, были как раз самородками. Но мы можем не беспокоиться, поскольку он убирает наши следы.

Я чувствовал уже серьезное нетерпение эльварки, которая едва сдерживалась, чтобы не наподдать нам подзатыльников. И я начал рассказывать ей обо всем, что узнал от нашего кота. Просто слушать девушка (что естественно для ее пола) не смогла и постоянно засыпала меня дополнительными вопросами, на большинство которых пришлось отвечать Тир’Эшу.

Так мы узнали, что ктул-йоги абсолютно иммунны к ментальным воздействиям, имеют очень прочную чешую, гасящую все заклинания вплоть до пятого уровня. Но они не воины, поэтому в сражении, если таковое случится, на них можно не отвлекаться. Ктулхи, с одним из которых я сражался в ментальной битве, это основные воины — полные боевые маги. То есть они сильны и ментально, и магически, и как воины. У каждого из них в качестве подручных, как правило, пять ктул-каарнов, с которыми после соответствующего ритуала они имеют ментальную связь. С ее помощью могут переносить часть своего сознания в их головы и видеть их глазами. Очень сильные в ментальном плане ктулхи имеют десять подручных. Существует у них один недостаток — они помешаны на ментальном превосходстве. То есть если предполагается ментальный поединок с сильным противником, они в подавляющем большинстве случаев захотят победить именно так. Например, если бы мой противник сражался так, как принято у нас, демонов, то шансов выжить у нашей компании не было бы.

Да, отец всегда говорил, что необходимо совмещать все виды боя — это как раз то, что у меня не получается: находиться одновременно в состояниях кил’са и гар’са. Спросил Тир’Эша, сможет ли он меня научить, и получил очень странный ответ: «Я не могу, но у тебя имеется учитель, который сможет это сделать». Я начал задавать ему наводящие вопросы, даже подключил к этому Айвинэль, но эта хитрая и наглая морда только лыбилась. Именно так мы расшифровали его оскал в сочетании с выражение глаз.

Ктул-аарны — подручные ктулхов. Отличные ищейки по запаху, ментальному и аурному следу. Имеют среднюю ментальную защиту, достаточно прочную кожу, быстро атакуют щупальцами, регенерация которых просто невероятно быстрая. Ну, это я и сам видел: отрубать их без ускорения смысла нет, так как отрубленная конечность отрастет быстрее, чем простой воин перерубит следующую. Это их расходный материал, если так можно сказать.

Ктул-соатх — летающие ктулхуты. Размером со здорового быка, имеют две пары рук или лап — в общем, нечто среднее — и огромные кожистые крылья. Одной парой они сражаются с помощью оружия, в основном длинными пиками, вторая имеет очень длинные когти, которые не уступают по остроте самому качественному оружию. Эта же пара предназначена для создания заклинаний, набор которых не так велик — в основном, огненные и воздушные. Имеют ментальную защиту среднего уровня, но атаковать не могут. В воздухе очень быстрые, для чего используют магию, а на земле теряют свою скорость, но все равно остаются достаточно сильным противником.

Ктул-айч — очень мощная боевая единица. Шесть пар рук, две из которых служат для схватки при помощи холодного оружия огромных размеров, а одна пара, как и у летающих тварей, использует длинные когти. Эти когти он усиливает магией, хотя творить заклинания на расстоянии не умеет. Очень твердая кожа или чешуя — может быть и так, и так, плюс еще имеет защиту от магии. Но, в отличие от ктух-соатха, у которого сама чешуя является неким отражателем магии, здесь это тонкий магический щит по всему телу. Если резерв энергии подойдет к концу, то он исчезнет, хотя объем резерва у него достаточно велик. Ментальная защита средняя, но он имеет очень неприятную способность — ментальное подавление, которое в зависимости от силы длится от двух до пяти секунд. Оно вызывает дезориентацию и головную боль и действует в радиусе десяти метров вокруг твари.

Ктул-хооч — эдакий бегемот, предназначенный для таранных действий как против ворот крепостей, так и против строя пехоты. Во время столкновения создает перед собой нечто наподобие мощного щита. Голова и спина защищены очень хорошо, ноги-лапы хуже.

В конце Тир’Эш еще добавил: считалось, что все ктулхуты уничтожены.

Вот уж не повезло нам с новым врагом. Достаточно сбалансированные боевые единицы, так что каждый полный отряд по силе (и главное — возможностям) будет равняться приличной армии. Правда, котяра в конце добавил, что много их быть не должно. О причине не распространялся, но сам он был в этом уверен.

В это время мы поднялись на очередной холм, по привычке прикрываясь от той стороны деревьями. Внизу находился отряд воинов в количестве двенадцати человек. Судя по внешнему виду, досталось им немало, а судя по тому, что даже охрану не выставили, устали они очень сильно. Посовещались мы буквально минуту, а потом направились к ним.

Пусть охрану они не выставили, но склоны были почти голыми, так что спрятаться и подобраться незаметно было крайне сложно. Заметили нас почти сразу, и вся группа вскочила на ноги и приготовилась к бою. По мере нашего приближения было заметно возрастание их напряженияе, люди постоянно бросали взгляды на Тир’Эша, а некоторые вообще не сводили с него глаз. Понять их можно: таких животных в этом мире не существовало — все тигры, пантеры, львы и рыси были значительно меньшего размера, только в Джунглях можно было встретить саблезуба. Метрах в десяти один воин поднял руку, приказывая нам остановится.

— Wer solche? Woher? — последовали от него вопросы.

— И кто у нас знает немецкий? — задал я риторический вопрос.

И тут воин, который нас остановил поднятой рукой, произнес на довольно хорошем русском языке:

— Кто такие? Откуда?

— Раэш и Айвинэль Арэшхиллса, — представил я себя и свою жену, а затем, положив руку на голову коту, добавил: — Тир’Эш, — и, предваряя их следующий вопрос или вопросы, добавил: — Он не ктулхут.

— А это кто такие? — спросил стоявший рядом с заговорившим мужчина.

— «В этом мире никто не знает название новых врагов», — пришла мысль от котяры.

— Это название нового врага, с которым вам, скорее всего, довелось повстречаться, — ответила эльфийка на вопрос.

— А вы откуда знаете это? — задал вопрос все тот же мужчина, который являлся магом.

— А вот это не важно, — это уже я.

Мне не улыбалось рассказывать каждому встречному-поперечному о себе, Тир’Эше и, особенно, о Том Кого Не Помнят.

— Идите тогда своей дорогой.

— Как хотите, — пожал я плечами, развернулся, и мы втроем направились в южную сторону.

Но не прошли и десяти метров, как услышали позади себя крик:

— Стойте!

Развернувшись, увидели, что к нам движется воин, который останавливал нас.

— Барон Дитрих фон Крофт, — представился он. — Направляемся в земли его светлости герцога Баварского.

— Ну, мы тоже идем к Софии, — ответил я и улыбнулся, вспоминая события, приведшие к нашему знакомству и, особенно, за кого она меня приняла.

— Простите, вы имеете в виду ее светлость герцогиню Софию Шарлотту Августу?

— Ее, ее, — заулыбалась моя половинка, а я почувствовал сильную эмоцию смеха, — надеюсь, она еще не забыла своего спасителя?

— Принц, принцесса, — он назвал нас на тот манер, каким называли эльфов в Европе. — Могу утверждать, что ее светлость все помнит.

— Ну, что ж, дальше можно пойти вместе, если вы и ваши воины не против, — кивнул я на отряд.

Отметил профессионализм его отряда — несмотря на переговоры, бдительность никто не терял — все воины так и продолжали находиться в состоянии готовности к бою. Дальнейший путь мы проделали вместе. В дороге немного разговорились с бароном, узнав, что сам он из герцогства Баварского, а на север ездил по своим личным делам. Вот только я отчетливо почувствовал, что он врал, но испытывал от этого неловкость. Скорее всего, был там с заданием, раскрывать суть которого не хотел и не имел права. И правильно делал — одобряю.

Началась горная гряда с довольно крутыми склонами. Как сообщил барон, по тракту идти сейчас опасно, но имеются тропы, по которым можно пройти, а по парочке даже проехать верхом. Двинуться решили по самой неудобной, о которой, с его слов, не знали. Пришлось немного отклониться к западу. Удивительно, но пока шли, никаких следов войны не встретили, словно ее и нет вовсе. Правда, надо отдать должное проводнику барона, который вел нас, минуя все населенные пункты. Точнее, в один мы зашли, чтобы приобрести продукты. Деревня на двадцать домов была полностью пуста. Сначала создалось впечатление, что жители попрятались, затем — что сами покинули ее, но в некоторых домах обнаружили следы борьбы и кровь. К слову, еды в погребах и ледниках осталось достаточно много.

— Здесь, — сказал один воин, который и был проводником.

Сняв с себя доспехи и перебросив через себя моток веревки, он очень ловко полез по почти отвесным скалам. Я заметил, что он легко находил места, за которые можно зацепиться пальцами или поставить ногу, как будто передвигался здесь чуть ли не каждый день. Высоту в пять метров он преодолел за минуту. Хочу сказать, что не зная здешней тропы, никогда бы не подумал, что здесь можно взобраться наверх. Вот он появился на вершине и, сбросив вниз веревку, ловко по ней спустился.

Еще пятьсот метров мы продвигались над обрывом, ступая след в след, о чем нас предупредил этот же мужчина. А потом вышли в достаточно узкое ущелье. Шли уже третий час, ущелье расширилось до каньона, но никакой опасности пока не было. И тут мы с Айвинэль резко остановились, испытав одно и то же чувство: где-то ждет западня.

— Что случилось? — спросил нас барон и, увидев вздыбленную шерсть Тир’Эша, обнажил оружие.

Сказать я ничего не успел — позади нас раздался грохот. Действуя на одних рефлексах, мы с эльваркой отскочили в сторону, затем еще раз, создали щит и только потом осмотрелись. Узкое место, где мы только что прошли, перекрывал рукотворный завал. Посмотрели вверх и увидели там появившихся лучников. В состояние измененного сознания я нырнул практически мгновенно.

Оценил завал — пробраться через него обратно невозможно, очень качественно сработали. Отвесные стены тоже не обещали восхождения. Оставался только путь вперед. Наш рывок совпал с приказом барона:

— Вперед.

Поравнявшись с нами, он произнес:

— Вырваться из ловушки есть шанс только у вас. Я знаю, что говорю, — ответил он на брошенный мной взгляд. — Я являюсь доверенным лицом герцогов Баварских, поэтому в отношении вас мне кое-что сообщили. Мы поможем, чтобы ваш шанс стал выше, но у меня к вам просьба. Возьмите, — он достал из внутреннего кармана конверт. — Передайте кому-нибудь из семьи герцогов. Только им. Если так случится, что вас схватят, то постарайтесь уничтожить послание.

Затем он заговорил по-немецки — судя по тону, отдавал приказы. Мы как раз бежали вперед, петляя, словно зайцы. Когда спереди показалась орда нежити, мы остановились, чтобы лучше приготовиться к битве.

— Гельмут ударит стеной огня и сразу двумя огненными шарами, — начал барон посвящать нас в свой план. — Затем мы врубимся и будем продвигаться вперед, чтобы пробить коридор, а потом, после нас, уже и вы. Надеюсь, получится.

— Нет, — возразил я. — После заклинаний мага мы ударим своими заклинаниями и пойдем вперед. У нас очень хорошая защита, да и Тир’Эш стоит пары десятков воинов. А вашей задачей будет сдерживать врагов. Вступать в схватки мы не будем — только постараемся выйти из ловушки.

Раздумывал он не больше десятка секунд, затем кивнул, показывая, что согласен, и принялся быстро раздавать приказы. Мы с Айвинэль создали «Водоворот Стихий», воины активировали защитные амулеты — барон, кстати, тоже. Дальше направились уже быстрым шагом. Воины передвигались клином, а барон тихо сказал мне, что при таком построении атаки магией медленней разряжают амулеты. А в них и так заряда очень мало, поскольку маг берег силы для битвы и на заряжание тратил их очень мало. Пока дошли до дистанции атаки, успели отразить залп лучников и пять атак магией смерти от личей. Немного повезло, что их уровень был невысоким.

Маг барона запустил стену огня при помощи амулета или артефакта, а спустя какое-то время — два огненных шара один за другим. А ведь опытный он — первый шар достиг врагов одновременно с волной. Мы сформировали мое выпускное заклинание, активировали его, а когда копье начало формироваться, сами его рассекли, и во врагов устремились два роя шипов. А мы сразу рванули вперед.

У меня в голове родился план прорыва: я направляю «Разряд» вперед и вправо, Айвинэль влево. Но тут пришла мысль от Тир’Эша:

— «Право возьму я. Ты пробивайся вперед».

Так мы и поступили. Нежить, которой оставалось перед нами десятка три, почти всю уничтожило, а затем мы врезались в ряды людей. И первым был, естественно, наш кот. Мы прошли сквозь толпу, и бо́льшая заслуга в этом нашего четверолапого друга. И люди, и нежить бросились за нами в погоню, но тут отряд барона выполнил свою задачу — разойдясь немного в стороны, они перекрыли тем дорогу. Мы же вступили в схватку с ктулхом и его свитой.

Ну, как вступили? Ментальную атаку мы отразили, хотя я почувствовал, что эльварка ощутила некоторое давление, то есть амулет совсем немного, но не справился со своими обязанностями. Затем мы одновременно бросили в него по огненному шару и по две ядовитые стрелы Айвинэль. И… стали убегать. Ктул-каарны рванули было следом, но дорогу им преградил Тир’Эш.

— «Уходите, я догоню», — услышал я его и передал это напутствие эльфийке.

Сейчас здесь дорога была одна, вот мы по ней и понеслись на максимально возможной скорости. Выбежав на равнину, мы вышли из ускорения и направились дальше пешком. Нам бы отдохнуть после родового заклинания и быстрого бега, но понимание того, что враг может догнать, заставило нас идти дальше, сжав зубы. Вскоре нас догнал Тир’Эш.

— «Медленно идете. Догонят, — первое, что он нам сказал. — Садитесь».

Он сел, и когда мы залезали на него, увидели две раны на его боку, а внизу на шее — обугленную шерсть. Я мысленно передал, куда нам надо, и он побежал. Я сказал, чтобы он снова уходил в горы, как раз по другую сторону ущелья, где мы только что шли. Надеялся, что поиски будут вестись по кратчайшему пути к герцогству, а мы сейчас снова отклоняемся почти к западу. По пути он сообщил, что весь отряд барона погиб, а ему еще удалось оторвать голову мертвому магу, чтобы ктулхи не подняли лича. Кстати, я чувствовал, что бой дался ему очень тяжело, поэтому мы с Айви создали по паре заклинаний «Капля жизни», применив их к нему. А еще по пути Тир’Эш немного рассказал о себе — точнее, о названии своего вида и о своих боевых навыках.

Тир’Эш — это шредаар’инра’доо. Когда я сообразил, что написание сходно с языком хилл’са, то пристал с вопросом, не является ли Тот О Ком Не Помнят богом демонов? Так и не ответил, зараза — все юлил, юлил, заявив в конце, что когда придет время, я все узнаю. Когда я подробно передал эту часть эльфийке, она даже стукнула его ногами по бокам. Что же касается его боевых навыков, то он очень быстрый — быстрее и ктулха, и ктул-каарна, и ктул-айча. Когти — своего рода артефакт, наподобие моих серпов или женской пары Айви. Мощная ментальная защита, но атаковать не может, средняя защита от магии, причем своеобразная. Его шерсть гасит магию, но сама при этом обугливается, и вот где ее не станет, он будет сильно уязвим для магии. А когда он сказал, что сейчас может использовать только четверть своих способностей, я, естественно, задал соответствующий вопрос. И он мне показал бой представителя его расы.

Высший метаморф имеет четыре ипостаси: обыкновенный кот, хищник из рода кошачьих (как сейчас), змей и летучая мышь. Кот — сильнейший ментальный маг, полная неуязвимость к заклинаниям и магическое перемещение с невероятной скоростью, змей имеет полную неуязвимость к любому холодному оружию, даже артефактному, кроме того, которое имеет божественную составляющую. Летучая мышь — полная невидимость. Кстати, кот просто использовал ментальный отвод глаз, который я принял за невидимость. Бой же выглядел вообще неправдоподобно: шредаар’инра’доо превращался на лету, прямо во время боя, причем происходило это практически мгновенно. На вопрос, почему здесь потратил намного больше времени, он ответил, что причина одна и та же, о которой он сказать не может.

Остановились на отдых у небольшого ручья под кронами двух деревьев, которые так переплелись, что напоминали крышу. Пока варили себе кашу, Тир’Эш принес крупного зайца, поэтому обед у нас получился очень сытный.

Солнце уже клонилось к закату, мы лежали на земле, Айви положила свою голову мне на плечо, а я, обняв ее, поглаживал ей животик. Внезапно до нашего слуха донеслись отголоски взрывов. Мы вскочили, быстро надели перевязи с оружием и превратились в слух. Снова услышали отголосок взрыва, потом еще один. Сообразили, что это идет воздушный бой, который приближается к нам. Вскоре немного в стороне от нас пролетел дирижабль. Понять, кому он принадлежал, было невозможно — весь его правый борт зиял пробоинами. За ним гнались еще два воздушных судна, принадлежность которых тоже осталась для нас неизвестной. Отлетев на некоторое расстояние, беглец внезапно резко затормозил, повернувшись бортом к преследователям. Что-то мигнуло на его борту, и в носовой части преследователей мы увидели взрывы, а спустя секунду услышали звук. Те в долгу не остались, атаковав магией, а затем тоже развернулись бортами. Начался короткий воздушный бой, за время которого мы сумели подобраться ближе, поднявшись почти на вершину высокого холма.

Беглец атаковал не только магией, но и еще чем-то, напоминающим алхимические снаряды эльвари. Жена тоже тихо сказала об этом. Невероятно, но удирающий дирижабль вышел победителем, а все благодаря щиту, который их противник далеко не всегда мог пробить. И тут, когда, казалось, победа у него в кармане, с земли его атаковали знакомыми багровыми шарами. От удара дирижабль развернуло к нам другим бортом, и я заметил какой-то рисунок.

— Китайская империя, — уверенно сказала Айвинэль.

— Как узнала?

— Вот этот рисунок — часть их герба.

И тут дирижабль стал падать. Не камнем, нет, но снижался достаточно быстро. Если так дотянет до земли, то люди могут остаться живы, поэтому мы направились к месту падения. Поднявшись на вершину холма, увидели с другой стороны начинавшийся лес, а летающий корабль упал дальше примерно метрах в пятистах. И мы побежали. Начало смеркаться, но Тир’Эш уже объяснил нам, что все ктулхуты прекрасно видят ночью, поэтому никакого преимущества у нас не будет.

Поваленные и наклоненные деревья — это след дирижабля, вот по нему мы и двинулись дальше. А спустя пять минут вышли к поляне, где проходил бой — точнее, его завершающая часть. Немного дальше виднелось застрявшее среди деревьев воздушное судно.

— Бешеная ханька? — изумленно прошептал я.

Да, молодой гений китайской империи вела бой с тремя ктулхами и их свитой. Более того, один из них имел свиту в десять ктул-каарнов, что говорило о его большой силе. Их ментальные атаки, вероятно, сдерживал специальный защитный артефакт, зато магия бушевала там нешуточная. Кстати, нежить отсутствовала. Вокруг девушки, не переставая, мерцала пленка защиты, в которую то и дело попадали чары ее врагов, но пробить так и не могли. Более того, подручные ктулхов тоже постоянно долбили ее защиту. А сама она творила чудеса магии, атакуя врагов своими плетениями. Вот от нее ушла какая-то золотистая сеть, накрыв тройку ктул-каарнов, которые отпрыгнули в разные стороны. Точнее, хотели, но не успели. И тут же в одного ктулха ударил синий луч. И эта ее атака оказалась результативной — противник ухнул на землю.

— Действительно, гений, — шепотом произнес я, и Айви кивнула в знак согласия.

Ханька выкладывалась по полной, и мы уже думали помочь, как вдруг подошел еще один ктулх со свитой в десяток подручных и ктул-айч. Я впервые увидел этого воина. Говоря одним словом — орудие убийства. Когда он подошел, девушка пошатнулась, а потом исчезла ее защита. Мы хотели уйти, чтобы не видеть, как девушку убьют, и уже развернулись, когда я услышал в своей голове слова Тир’Эша:

— «Все очень плохо».

Развернувшись, глянули на поле боя, отмечая, что девушку не убили, а куда-то понесли. И мы отправились следом.

Вероятно, ктулхуты чувствовали себя здесь вольготно, поскольку перемещались без какой-либо опаски. В итоге мы пришли к небольшой долине. Вот здесь уже патрулирование осуществляли ктул-каарны. А в самой нижней части долины лежали огромные коконы или яйца разной расцветки, если глаза меня не обманывают. Раз, два, три… тринадцать.

— «Эта девушка нужна им, чтобы создать ктул-соатха. Поэтому ее и не убили, — пояснил мне представитель расы высших метаморфов. — Но они должны подготовить специальный ритуал».

Я попросил пояснений. И узнал, что летающих ктулхутов можно вырастить и так, но они будут очень слабыми, годящимися только делать с воздуха разведку. А вот когда ктул-йог поглотит очень сильного мага и затем перейдет в стадию кокона, то в этом случае ктул-соатх получится очень сильный. И именно такие особи являются воинами. Еще добавил, что подходит далеко не каждый маг, и по каким критериям их выбирают, так и остается тайной. Девушку бросили в какой-то загон, а сами ушли.

— Надо спасать ее, — прошептал я.

Расположились мы очень удачно. Позади нас росло сдвоенное дерево, а маршрут первого кольца охраны, которое мы преодолели, пролегал еще в десяти метрах дальше, поэтому даже Тир’Эш был незаметен сзади, когда просто лежал. А вот чтобы его не заметили ктул-каарны, которые охраняли непосредственно границы кладки, ему пришлось распластаться. Перешел в состояние измененного сознания и начал продумывать различные варианты освобождения девушки. Когда в голове были отброшены все, кроме одного, мы начали действовать.

Глава 6

Африка, Африэнн, в трех километрах от столицы — города Эльварвилль.

Один ктулхут и три эльвари направились друг к другу. Последние, будучи сейчас одним целым с храмом своей Богини, чувствовали в своем противнике злейшего и смертельного врага. И это несмотря на отсутствие их покровительницы в этом мире. Чувство гнева бурлило в них, выплескиваясь наружу через глаза языками ярко-зеленого пламени.

В противоположность им вокруг их противника начали клубиться темно-серые вихри, окутывая его целиком. А вот тьма в глазах, как и у рыцарей, выплескивалась языками черного пламени. Рассмотрев своих будущих противников, он оскалился и злорадно произнес:

— Рыцари Флораниэнтиэль. Неужели вы надеетесь без своей мертвой госпожи справиться со мной? Я в свое время уничтожил ее — уничтожу и вас.

И в следующий миг троих эльвари накрыло тьмой.

Но зря он упомянул настоящее имя Богини эльвари: едва оно прозвучало, у всех троих проснулось внутри что-то, спавшее долгие тысячелетия. И тьму пронзили лучи ярко-зеленого цвета, а в следующий момент она растаяла. Все трое представителей рода Эндариэль поняли, что им для создания смертоносных вещей совсем не нужно создавать плетения. Повинуясь их воле, энергия, переполнявшая всех троих, создавала все согласно их желаниям. Но и противнику тоже не было необходимости создавать чары, и над полем боя засверкало, загремело и загрохотало.

Воздушные вихри, огненные, бордовые и ярко-зеленые шары метались по полю, словно кто-то захотел поиграть в игру с несколькими мячами. Волны разных цветов то и дело устремлялись то в одну сторону, то в другую, чтобы рассыпаться искрами, словно ударившись в невидимый монолит.

Рыцари Флораниэнтиэль разошлись в стороны, окружая находящего в центре врага. Удивительно, но остальные как эльвари, так и ктулхуты в их сражение не вступали, внимательно наблюдая за схваткой. Вот только если первые смотрели на все с восхищением, понимая и принимая тот факт, что это их последняя битва, то вторые явно желали только победы аватару своего Бога.

Сияние всех трех рыцарей потускнело, так же как стала более прозрачной окутывающая аватара дымка. Но все-таки последний сохранил больше сил и божественной энергии. Сила его атак лишь немного снизилась. Понимали это и Владыка со своими женами: ведь нельзя сравнивать аватара, который, можно сказать, напрямую подключен к богу, и рыцарей, которые вобрали в себя энергию храма, пусть и полностью. И снова к ним пришло понимание, что и как надо сделать. Мгновенно ускорившись, они устремились к своему врагу. Навстречу каждому метнулись серые жгуты и, ударившись в окутывавшее их сияние, замедлили движение. Казалось, враг понял их задумку и всеми силами пытается помешать. Энергии в это свое действие он вложил столько, что это почувствовали даже простые эльвари, не обладающие способностями к магии.

Но рыцари все равно продолжили движение. А когда их враг сообразил, что все же не сумеет их остановить, было уже поздно. Они оказались рядом и, схватившись за руки, одновременно что-то прошептали. И сейчас, впервые с момента начала сражения, кто-то из них издал звук. Не звук, а злобное рычание, рык раненого зверя! Эльвари же подошли вплотную и обхватили руками своего противника. Он задергался, словно пойманный в ловушку зверь — хотя, по сути, это так и было. И всех их накрыло тьмой, которая переплеталась с зелеными жгутами.

Буйство это продолжалось целых пять минут, а все потом резко прекратилось, и на том месте, где еще мгновением ранее бушевали стихии, не осталось ничего, только оседающий пепел был доказательством того, что еще пару мгновений назад там кто-то находился.

И в этот момент эльвари атаковали. Ктулхуты пребывали в шоке от смерти аватара их Бога, поэтому прозевали начало атаки. Но после смерти десятков подручных и пары ктулхов над полем разнесся многоголосый рев. Силы были неравны, поэтому спустя несколько минут все было кончено.

Дойчландия, долина в неизвестной горной гряде.

К сожалению, незаметный вариант, при котором мы тихо забираем ханьку и так же тихо уходим, отсутствовал. Как я ни просчитывал его, но все равно нас обнаруживали. А все потому, что быстро разбудить девушку не представляется возможным. Со слов Тир’Эша, на ней сейчас лежит сложное заклинание, из-за которого она пребывает в забвении. А если такой вариант невозможен, остается тот, где мы уничтожаем как можно больше коконов. Был еще один минус: нашему четвероногому другу придется идти вместе с нами, причем рядом, чтобы он сразу уничтожал наши следы. А он имеет все-таки очень большие размеры.

Присутствовал еще один нюанс: котяра запретил пользоваться магией, даже создавать плетения, не наполняя их энергией. Не в смысле — вообще ничего не творить, а именно сейчас, до тех пор, пока не начнется шум. Потом-то все можно делать, вот только времени не будет, да и я занят буду другим делом. Поэтому и придется вступить в схватку без магической защиты.

Но только мы хотели подняться, как к загону направились три ктулха, один ктул-айч и один ктул-йог. Мы замерли, а я снова начал просчитывать варианты. Нет, нет, не то, не подходит… Я как-то слышал в России выражение: «У меня начал плавиться мозг», которое, как никакое другое, характеризовало настоящее мое состояние. Именно так: он работал с огромной скоростью, просто невероятной, и никогда ранее я его так не напрягал. Какой бы ни была эта девушка, как бы к нам ни относилась, но такого она точно не заслуживала. Однако ничего не получалось, и вся загвоздка — в огромном воине, быстро убить которого можно только внезапной атакой, и только повредив сразу мозг или два его сердца. Это мне сообщил Тир’Эш, когда рассказывал о классификации новых врагов. Нам же сейчас внезапно не напасть. Они приближались к загону, а я не находил выхода. Как ни жаль девчонку, но помочь ей мы, к сожалению, не могли.

Ктулхи вошли внутрь, встали треугольником и принялись творить какое-то заклинание. Мы решили подождать, когда они уйдут, и только затем уходить. Когда они закончили, ктул-йог, вошедший вместе с ними, двумя своими лапами (или щупальцами) поднял тело, и… мы вздохнули с облегчением. Это был какой-то мужчина. Конечно, это могла быть и девушка с короткой стрижкой и в мужской одежде, но точно не ханька. Темнота немного мешала, но я отчетливо это разглядел. Затем монстр другими своими лапами разорвал и отбросил в стороны одежду, оставив мужчину полностью обнаженным.

Этот паукообразный ктулхут подошел к коконам, упал на спину и всеми своими конечностями прижал к себе жертву. Затем человек начал усыхать, а сам ктул-йог — превращаться в кокон. Остальные дождались, когда закончится этот процесс, и направились, наверное, готовить следующую жертву. Я, находясь уже в состоянии измененного сознания, внимательно наблюдал за охранниками.

— «Сейчас», — передал я мысль Тир’Эшу и эмоцию Айвинэль.

Вот и первые коконы — удар серпом по одному, вторым — по лежащему рядом. Мы с Айви двигались по краю, быстро приближаясь к загону. Но само опустошение наносил наш хищник рода кошачьих. Когда мы очутились у загона, к нам уже неслись ктул-каарны.

— «Держитесь позади меня», — появилась у меня в голове мысль Тир’Эша.

Вложив серпы в ножны, я взял девушку на руки и рванул за ним. Да, ярость, с которой сражался он, я чувствовал очень отчетливо. Он метался перед нами с невероятной скоростью, прокладывая дорогу. Эльварка бежала позади меня, отбиваясь от настигавших нас врагов. Но как только мы проскочили внешнее кольцо охраны — даже не проскочили, а просто перед Тир’Эшем осталось всего два врага — как и планировалось, мы с девушкой заскочили ему на спину. С места он рванул так, что я едва не свалился, поскольку держался только левой рукой, а правой прижимал к себе девушку. Меня едва не выбросило, когда он резко отпрыгнул в сторону, чтобы обойти врага, и удержался я только за счет вдавленных в его ребра носков ботинок.

Теперь наш путь лежал почти по прямой. Мне вообще казалось, что он летит, едва касаясь земли. Мы легко оторвались от врагов, но Тир’Эш не может постоянно бежать с такой скоростью — у него, как и всех людей, демонов, калвари или эльвари на ускорение тратятся силы, которых не может быть бесконечно много. Это в состоянии кота он мог использовать для ускорения магию, а в этой ипостаси — только свои внутренние силы. Да и девушку необходимо было привести в чувство.

Вскоре мы остановились. Как только слезли с нашего ездового хищника, он тут же лег отдыхать. Я уложил ханьку, и мы постарались привести ее в чувство. Наш друг ничего не мог посоветовать, поскольку не знал, как надо действовать. Попробовали различные целительские заклинания, «Каплю жизни», но это не помогло. Пришлось пробовать ментальные техники, но именно в этой области у меня не было опыта. Сел на землю и положил ее голову себе на колени, держась за нее руками. Может быть, подобные действия и не важны, но мне казалось, что более близкий контакт облегчит мне работу. Даже если делать это только для самоуспокоения, и то будет благоприятное влияние, ведь в ментальных техниках спокойствие и уверенность значат очень многое, если не все.

Вошел в состояние кил’са, сразу направив свое внимание на лежащую передо мной девушку. Ментальная защита отсутствовала, поэтому прошел дальше в ее сознание, а затем слился с ним. Подсматривать мысли ханьки я не хотел, но это была вынужденная мера. И был поражен. В самом деле, девушка пребывала в забвении. Поначалу я подумал, что сделать ничего нельзя, поскольку память ей намертво закрыли, но слившись окончательно, увидел словно сквозь густой туман различные воспоминания. Как поступать в подобных ситуациях, я не имел ни малейшего представления, поэтому вынужден был импровизировать.

Лучше всего у меня получались ментальные техники с холодным оружием, но как при помощи него развеять туман? Поначалу я попробовал разрезать его, как обычно поступал, но ничего не получилось. Точнее, я его рассекал, но эти повреждения быстро затягивались. После того, как даже полностью отсеченные от основной массы части не исчезали и все равно стремились соединиться, задумался о том, что еще можно применить. Ответ пришел достаточно быстро: огромный веер или опахало. В моих руках появились огромные веера, и я принялся разгонять ими туман. Но не тут-то было! Я его разгонял, но он снова возвращался. Пусть не так быстро, как я распихивал его в стороны, но тем не менее. Это означало только одно: туман, а точнее, ментальное забвение или как там его правильней назвать, вернется, и если девушка даже очнется, то она снова потеряет сознание. Пришлось еще раз убедиться, что знаний, а тем более опыта в ментальной области мне очень недостает. Надо искать помощника.

Кто может им быть? Правильно: другой ментальный маг, которого нет. Ментальность Тир’Эша в состоянии кота обыкновенного это нечто иное — врожденное. То есть он таким уродился и пользуется своими способностями автоматически. Это так же, как человек или демон ходит — он же не создает для этого ментальную технику или заклинание. Вот и Тир’Эш пользуется сразу всем доступным набором умений. Но в то же самое время он не может совершенствоваться — это, так сказать, издержки состояния «все и сразу». Точнее, они изначально рождаются в виде кота со всеми умениями, а их развитие состоит в том, чтобы суметь задействовать следующие ипостаси, которые в случае успеха сразу включают все способности. Именно по этой причине он плохой учитель: легко передаст чьи-то слова или рисунок плетения, но и только — никакого разъяснения или понимания сути. Конечно, если ему все подробно объяснить, то он запомнит, но в том нет никакого смысла, потому как применить на практике все равно не сможет.

А кто еще может быть помощником? Ответ очевиден: сама ханька. Но что делать? Мне очень хочется помочь девушке, но я не знаю как. «Пробей туннель и достучись до ее сознания», — приходит откуда-то понимание. Это совершенно точно не мой знакомый Бог, поэтому остается только память крови, которая просыпается изредка в моменты, когда мне очень надо что-то понять.

И я начал разгонять туман, продвигаясь вперед, но сделать это оказалось не так-то просто. Особенно — удерживать туннель. Когда я продвинулся немного вперед, сзади туман снова начал затягивать прореху. Блин! Надо сделать, чтобы этот ментальный туман забвения не заволакивал проход. Поэтому я принялся укреплять проход ячеистой защитой, в создании которой достаточно сильно поднаторел.

Поначалу все складывалось хорошо, но вот на половине пути я начал уставать. Мне казалось, что я нахожусь здесь невероятно долго, занимаясь своей работой, а это значит, что в реальном мире прошло уже несколько часов. Ментальная усталость — это очень плохо, поскольку организм восстанавливается медленно и магия помогает очень слабо. Но я все равно продолжал левой рукой развеивать туман, а правой складывал мозаику. Последние шестигранники укладывал уже на грани потери сознания.

Наконец-то! Теперь я увидел ее мысли отчетливо, но всматриваться в них по-прежнему не желал. Необходим какой-то толчок, который заставит ее потянуться сюда и расширить туннель или вообще разорвать туман забвения. Как привлечь ее внимание? Стоп! Что там у нее было в памяти знакомое? Ага, наш бой, где она проиграла. Если эти мысли здесь, то получается, что девушка до сих пор очень переживает за свое поражение, и это послужит отличной нитью, чтобы вытащить ее сюда. Наверняка пребывает в бешенстве от этого, и стоит ей только напомнить кое-что, как она точно рванет сюда. И я произнес:

— Ты — моя законная добыча, и не вздумай уходить без моего разрешения. Быстро иди сюда!

Меня просто вышвырнуло обратно от усталости, и я потерял сознание.

Британская империя, Лондон, дирижабль «Великий Дракон».

Си Ши нервно ходила по рубке: три шага в одну сторону, резкий разворот, три шага в другую и снова резкий разворот… Девушка до сих пор не могла разобраться в себе: то она хотела прибить этого полукровку, вспоминая его руку, то — чтобы он прижал ее к себе, ведь тогда становилось так уютно. Эти два чувства постоянно боролись между собой, побеждая друг дуга. Именно в этот момент победило второе чувство и молодая ханька с учащенно стучащим в груди сердцем ожидала прихода своего человека с вестями.

— Госпожа, — вошедший мужчина поклонился.

Девушка кивнула в ответ и села в кресло, показывая, что ее верный помощник может подойти и сообщить все, что сумел узнать.

— Госпожа, узнать получилось не много, — начал он выдавать информацию. — О детстве Раэша Арэшхиллса ничего не известно, как неизвестно и то, где он родился. Впервые он появился в Новосибирске в Школе прикладной магии, где сразу начал подавать большие надежды, успешно учась. Через год, на праздновании пятисотлетия московской академии магии, он встречается с дочерью Владыки эльфов. Но у многочисленных свидетелей их встречи сложилось впечатление, что они были знакомы ранее. Некоторые считают, что принцесса специально поехала учиться в Россию, чтобы его там найти. И это вполне может быть правдой, поскольку свадьбу сыграли очень быстро. Интересен тот факт, что ритуал проводился в московском парке Сокольники у какого-то камня. Впоследствии этот камень исчез. И ради Раэша принцесса перевелась к нему в школу, где они проживают сейчас. Друзей у них немного, но они настоящие. Это то, что касается проверенных фактов.

— Ты в этом уверен? — прищурила свои глаза девушка. — Откуда эта уверенность?

— Я сумел найти подход к одному из помощников герцога Бекингема, — с поклоном ответил мужчина. — Пришлось отдать ему все золото, что вы выделили для этого дела. Вы дали разрешение, вот я и подумал, что…

В конце голос его дрогнул, поскольку он решил, что перегнул палку с такой оплатой. И в самом деле, цена была просто невероятно завышена, поскольку эта информация не являлась государственной тайной. И мужчина, несмотря на преданность, подумал было, что последует наказание. Но следующая фраза заставила его облегченно выдохнуть.

— Деньги — ерунда, — Си Ши даже махнула рукой. — Главное, чтобы сведения были верные.

— Теперь то, что касается непроверенной информации. Существует большая вероятность, что Раэш является победителем детских гладиаторских боев, которые проводятся в Союзе Племен в Южной Америке.

— Не удивительно, — буркнула ханька, вспоминая их поединок.

Между тем ее преданный слуга продолжал свой рассказ, сделав вид, что ничего не слышал.

— Ходят слухи, что именно там он и познакомился с принцессой, поскольку та выпала из всех светских приемов на пару лет. Если исходить из этой информации, то произошло это, когда им было двенадцать или тринадцать лет. Именно тогда они встретились и… — мужчина хотел сказать «полюбили», но своим чутьем почувствовал, что не стоит этого говорить, поэтому продолжил иначе, — сумели сбежать. Как вы знаете, рабов там никогда не освобождают. Еще ходят слухи, что он — сильный ментальный маг. Вот, собственно, и все.

— Хорошо. Можешь идти, — и уже громко произнесла: — Капитан, мы вылетаем.

Девушка снова вспомнила их бой и другой случай, который произошел сразу после того, как они выиграли турнир. Именно тогда она хотела поговорить с ним по душам, но они как-то незаметно и, самое главное, быстро ускользнули от нее. В задумчивости девушка отправилась к себе в каюту.

А на следующий день их атаковали. Четыре дирижабля без гербов и каких-либо опознавательных знаков ни с того, ни с сего, не вступая ни в какие переговоры, ударили по ним магией. Если бы не сильная паранойя их капитана, который всегда при появлении в зоне видимости любых кораблей задействовал щит в полную силу, то первым же ударом их сбили бы. А так начался воздушный бой. Приятной неожиданностью для них и очень неприятным сюрпризом для неизвестных врагов стало наличие у них порохового оружия. Первый выстрел на краткий миг делал прореху в защите, в которую направлялся уже второй выстрел.

Сама же дочь императора Империи Хань в схватку не вступала, чувствуя, что вскоре ей пригодятся все ее силы. Точнее, не атаковала, но целительские чары применяла часто. Особенно доставалось воинам, работающим с пушками. Девушка так и находилась на орудийной палубе, переходя от одного борта к другому и обратно. Охранять свою дочь император отправил лучших воинов и магов и на одном из самых современных дирижаблей. То тут, то там появлялись пробоины, умирали люди, помочь которым девушка и еще пара целителей просто не успевали. Пару раз она вынуждена была создать щит на пути вражеских заклинаний, иначе им нанесли бы большие повреждения.

Внезапно дирижабль вздрогнул, словно от удара, затем еще раз. От второй атаки его развернуло, и он, вздрогнув снова, начал снижаться. Си Ши это почувствовала, когда палуба стала уходить у нее из-под ног. Но им повезло: дирижабль не стал падать камнем — вероятно, повреждения не были фатальными.

Верхушки деревьев приближались очень быстро, и вскоре дирижабль тряхнуло от встречи с ними. А спустя еще какое-то время последовал удар гондолы о землю. Пассажиры спрыгнули и немного прошли назад, до небольшой поляны, которую они пролетели. И тут появились… Поначалу она подумала, что это какие-то неизвестные звери, но быстро сообразила, что на территории Дойчландии подобных быть не может. Спасшиеся три воина тут же окружили ее, защищая от пока не известной опасности. Девушка успела насчитать десяток тварей, когда те, мгновенно ускорившись, рванули к ним.

Ее телохранители среагировали, но врагов было очень много, а тут еще последовал ментальный удар. Да какой! Амулеты воинов не выдержали такой мощности, и они поплыли. Си Ши среагировала мгновенно, создав барьер, но скорость этих новых противников оказалась слишком велика, и девушка просто не успела защитить своих охранников. Воины упали, а она начала сражение за свою жизнь. Вновь последовал ментальный удар, и снова ее амулет сильно нагрелся, сообщая девушке о его силе.

В это время появилась троица других тварей, отдаленно напоминающих людей. И вот они стали атаковать ее магией. Причем очень мощными заклинаниями, и молодая магесса поняла, кто является ее главным врагом. Не обращая внимания на четырехлапых монстров, она отвечала только троим человекоподобным существам. Она вообще перестала реагировать на что-либо, сосредоточившись только на схватке. Бросив в первых монстров чары «Стальной сети», дождалась, когда те отскочат, и атаковала дальнего монстра «Лучом Поднебесной». Ярко-синий луч ударил в мага и преодолел его защиту, попадая в грудь.

— Значит, только высшие чары могут вам повредить, — отстраненно подумала девушка.

Щит ее еще держался, выкачивая из нее энергию очень быстро, но на еще одну атаку должно хватить. И в это время к ним подошел новый монстр. Это была громадина не менее трех с половиной метров в высоту, с тремя парами рук, бугрящимися мышцами. И тут ее амулет от ментальных атак стал жечь тело, а в следующий момент у нее закружилась голова. Сообразив, что виновник — это чудище, ханька хотела создать заклинание, но не успела, потеряв сознание.

Сколько она пребывала в этом сером нечто, девушка не знала. Как не знала, что это и как она сюда попала. Вроде бы, казалось, вот она, но где ее руки и ноги? Захотела опустить голову, но ничего у нее не получилось. Повертеть ею из стороны в сторону тоже не удалось. Зато ей были доступны воспоминания, и она принялась их перебирать, начиная от боя с неизвестными монстрами и заканчивая турниром.

— Ты — моя законная добыча, и не вздумай уходить без моего разрешения. Быстро иди сюда! — услышала она знакомый голос полукровки.

Что? Что он сказал? Гнев поднялся волной, и девушка всем своим естеством потянулась в сторону, как она думала, звука. Что-то стало ей мешать, и она встряхнулась, словно пантера, только что вылезшая из воды. И тут же по закрытым глазам ударил свет. Она открыла их и заметила склонившегося над ней Раэша, тут же почувствовала его руки, а в следующий момент он завалился на бок. Си Ши вскочила на ноги.

— Помогай нам! — услышала она слова, произнесенные по-русски мелодичным голосом.

Дойчландия, неизвестная горная гряда.

Раэш уже достаточно долго пытался пробудить ханьку, но у него ничего не получалось. На эмоциональном уровне Айвинэль чувствовала это очень отчетливо. Сейчас девушка сидела с одной стороны парня и ханьки, а кот — с другой. Вот она почувствовала, что у ее мужа появилась какая-то идея, которую он начал воплощать. И вполне успешно, если судить по его эмоциям. Три часа ее муж занимался своими делами, так что уже начало светать. За это время девушка лишь немного перекусила и отпила из бочонка воды, отметив, что надо бы найти ключ. «И как Раэш с ним еще сражался?», — подумала девушка. Ей и с простой сумкой было неудобно, а ему мешал еще и бочонок, но он рассчитал все до мелочей.

Внезапно Тир’Эш вскочил и зарычал, направив взгляд в сторону, куда они хотели двигаться дальше.

— Кто там? — спросила эльварка, вскакивая на ноги и обнажая мечи.

Тот оскалился и зарычал еще раз, а затем посмотрел на парня. Девушка поняла его и ответила:

— Сейчас нельзя ему мешать. У него, наконец-то, стало что-то получаться. Я чувствую, что осталось ждать недолго.

Произнеся фразу, девушка огляделась и, никого не заметив, снова повернулась в ту сторону, куда смотрел Тир’Эш. И сразу увидела десять ктул-каарнов. Через мгновение, когда показался ктулх, они стали окружать их компанию, быстро приближаясь. Эльварка поняла, что просто не успеет создать родовое защитное заклинание, поэтому активировала старый добрый защитный амулет. Девушка помнила, что этот монстр умеет создавать чары на значительном расстоянии от себя, поэтому вместо атакующего заклинания на всякий случай начала плести максимально возможный для себя динамический щит. И активировала его, а в следующий миг на него упала черная клякса. Судя по тому, что она быстро развеялась, это было другое заклинание либо в него влили мало энергии. И монстры напали. Но в это мгновение Айвинэль почувствовала, что у Раэша все получилось, а также что он ментально истощен. При следующем повороте эльварка увидела вскочившую на ноги ханьку.

— Помогай нам! — крикнула она по-русски, зная, что та отлично разговаривает на этом языке.

Одного взгляда хватило Си Ши, чтобы оценить обстановку. Айвинэль, супруга Раэша, сражалась против знакомых тварей, коих был десяток. Ее мечи сверкали с невероятной скоростью, отсекая щупальца. С другой стороны сражался невероятных размеров кот, который так же, как и девушка, метался из стороны в сторону, не подпуская врагов к лежащему на земле парню. И тут она заметила человекообразного монстра.

— Ах, ты ж… — прошипела, словно пантера, ханька.

С максимальной скоростью она создала заклинание «Луч Поднебесной» и ударила в монстра. На этот раз защита сумела отразить ее чары, но девушка уже создала еще одно заклинание, атаковав врага вновь. И тут у нее закружилась голова от ментальной атаки, а в следующий миг что-то огромное появилось перед ней, и ее отпустило. Она успела заметить мелькание кота, который старался находиться между ней и ментальным магом, и прекрасно поняла, что тот прикрывает ее от атаки твари. При этом он получал раны от щупалец. Гнев девушки перерос в ярость, и она, сотворив не подводившее ее заклинание, отскочила в сторону и, влив в него, как ей показалось, чуть ли не половину своей энергии, направила во врага.

И вот это ее заклинание отлично справилось со своей задачей, не только преодолев защиту, но и сделав дыру в груди твари. Тут же девушка вступила в бой, выкладываясь по полной. Образовав треугольник вокруг лежащего на земле парня, они быстро избавились от ктул-каарнов, тем более что после смерти ктулха те действовали не так напористо.

Когда все закончилось, Айвинэль подошла к ханьке со словами:

— Ну, что же, давай знакомиться. Я Айвинэль Арэшхиллса, мой муж Раэш, — девушка посмотрела на парня, — а это Тир’Эш, — указала на оскалившегося хищника.

— Си Ши, — поклонилась ханька.

Эльфийка кивнула в ответ и, подойдя к парню, села и положила его голову себе на ноги.

— Что с ним? — спросила Си Ши.

— Ментальная усталость — он потратил все силы, когда приводил тебя в чувство, — девушка провела рукой по щеке супруга. — Не часто он выкладывался до такой степени, что терял сознание, да и так долго ни разу не работал.

— А помочь?

— Только ментальный маг сможет помочь, — ответила Айвинэль. — Еще, наверное, жрица, но лучше маг.

В это время Тир’Эш тихонько зарычал, глядя на парня, и эльфийка поняла, что тот хотел сказать.

— Это ненадолго, скоро придет в себя.

После чего занялась приготовлением еды, поскольку Раэш, как всегда после истощения, будет кушать за троих. «И еду тоже необходимо будет где-то раздобыть», — поставила она себе еще одну зарубку в памяти. Си Ши, поняв, что та делает, стала помогать. Спустя восемь минут парень пришел в себя.

Дойчландия, неизвестная горная гряда.

— Ох, чтобы я еще раз так выкладывался, — произнес я, придя в себя. — Не бывать этому!

— Бывать, бывать! — услышал я смеющийся голос Айви.

— Да знаю я, — открыв глаза, повернулся на голос.

И встретился с двумя парами глаз: ярко-зелеными и светло-карими. И тут мой нос уловил запах еды, после чего я, все еще чувствуя слабость, подсел к импровизированному столу на земле. Поглощая пищу, заметил удивление в глазах ханьки, но на лице у нее не отразилось ничего. А когда мы насытились, она поднялась, сделала поклон и произнесла:

— Меня зовут Си Ши, и я благодарю вас за мое спасение и особенно тебя — за то, что привел в чувство.

А мне почему-то так захотелось напомнить ей про «мою добычу», что едва сдержался. Решил не затрагивать больную для девушки тему — сейчас не время для этого. Собрались быстро и направились уже непосредственно в сторону герцогства Баварского. Со слов китаянки (правда, девушка просила не называть ее на европейский манер), мы находимся совсем рядом, и идти нам от силы пару дней. Еще одной причиной поспешного нашего ухода было сообщение Тир’Эша, что ктулх, имеющий десять подручных, может общаться мысленно на огромные расстояния, и он наверняка передал сообщение о нас. Надо было видеть выражение лица Ши после моих слов «Тир’Эш сказал», а ее сильнейшая эмоция любопытства была похожа на волну цунами. Терпела она полчаса, но затем все же не выдержала и просила, кто он такой, получив закономерный ответ:

— Наш друг. А знать остальное тебе не обязательно.

Девушка вспыхнула — видать, совсем не привыкла к таким ответам: еще бы — дочь императора, да еще и самородок в плане магии. Негодование расходилось от нее волнами, поэтому я успокаивающе добавил:

— Тайна рода.

Это подействовало, и она успокоилась, только бросала на меня задумчивые взгляды, а в доходивших до меня эмоциях я разобраться не смог.

Поднимаясь на одну горку, я заметил интересный камень. Наклонившись, поднял его и начал рассматривать, а затем передал ему немного энергии. Нам рассказывали о таких камнях, носящих название «горный хрусталь». Они тоже хранят энергию, но имеют большое рассеивание, поэтому быстро разряжаются. Зато большие образцы этого камня великолепно подходят для магических ловушек. В принципе, мы тогда на факультете магического конструирования и проходили эту тему. Для амулетов они не годятся, а вот для ловушки, которая должна сработать в течение суток, очень даже.

— Что это? — спросила эльфийка.

— Отличный накопитель для магической ловушки, — ответил я ей, осматриваясь вокруг в поисках подобных экземпляров.

Даже решил минут пять побродить здесь и поискать еще. Повезло ханьке, которая нашла камень аналогичного размера — около трех с половиной сантиметров. Взял их в надежде, что если будет погоня и у меня окажется время, то смогу поставить магическую ловушку. Внезапно Айвинэль остановилась и посмотрела на юг, а я почувствовал ее душевную боль.

— Что случилось? — подскочил к ней.

— Папа, мамы, — и в глазах девушки появились слезы. — Я почувствовала их смерть.

Я обнял ее, передавая ей спокойствие. Подошел Тир’Эш и потерся своей большой головой о ее плечо. И Ши, не говоря ни слова, подошла и ободряюще сжала эльфийке ладонь. Спустя пять минуть двинулись дальше. По пути заряжал камни — точнее, зарядил один, а второй зарядила Ши. А к вечеру мы вышли к военному лагерю.

То, что это враги, было понятно по большому отряду нежити, стоящей поодаль, а часть из них еще и ходила вокруг лагеря. Ктулхи, вероятно, обошли все кладбища в округе, чтобы найти столько скелетов. Вот тоже странность: в Российской империи, Китайской, Африэнне принято сжигать умерших, а в Европе, остальной Азии, Американском директорате по большей части — хоронить в земле. Кроме скелетов, было много и зомби, которые получались из только что убитых людей.

Я ушел в состояние кил’са, чтобы проверить наличие ментальной охраны, и… снова сумел удержать реальный мир. Да, я не опускался в самые глубины, но, тем не менее, мне удалось отчетливо видеть мир в двух реальностях. Не менее десяти минут я наблюдал за лагерем, но какого-либо ментального сканирования не увидел. Со слов ханьки, дорога, у которой они устроили лагерь, должна вести как раз в нужное нам герцогство. Обходили лагерь по большой дуге, поскольку ктул-каарнов, патрулирующих окрестности, было предостаточно. К тому же нежить тоже бродила чуть ли не сплошным кольцом. В самом деле, вышли на широкий тракт, по которому направились к нашей цели. Точнее, не по нему самому, а по обочине. Дальше отходить я не хотел, поскольку решил установить на дороге ловушку.

Мы обогнули скальный выступ, и я скомандовал небольшой привал. Девушки с котом расположились на выступе, а я внизу принялся создавать заклинание. На самом деле все плетения ловушек достаточно сложные, если не сказать «очень». А все из-за того, что в него вплетается специальный контур или рисунок, заставляющий его активироваться. Существует три варианта активации: первый — это срабатывание на появление кого-то в его пределах; второй — после десяти срабатываний первого контура; третий — это после прохождения многих живых существ. То есть начало колонны, ее середина и конец. Последний мне был недоступен, поскольку он очень сложный, а я еще не могу достаточно долго выводить рисунок. А первые два схожи, потому как второй — это усовершенствованный первый. Выбрав на свое усмотрение расстояние между чарами, я принялся их создавать самыми тонкими линиями. Когда уже заканчивал, ко мне подошли девушки с Тир’Эшем.

— Раэш, бежим — заметили ктул-каарнов, — быстро проговорила девушка.

Маскировал горный хрусталь я впопыхах — просто набросал сверху мелкие камни, землю и пару сухих веток. И мы снова стали удирать, теперь уже в двадцати метрах от дороги.

Спустя пятнадцать минут зарычал Тир’Эш, а в следующее мгновение в нас полетела пара каких-то заклинаний. Я максимально быстро начал создавать щит, понимая, что не успеваю.

Глава 7

Дойчландия, Баварское герцогство, граница.

И тут сверкнула защита, да еще какая! Купол. Я посмотрел на нашу новую спутницу — точно, это ее работа. В самом деле, гений. Защита в виде куполов начинается с четвертой ступени, и я пока не могу их создавать настолько быстро. По правде говоря, я могу создать только один, самый простой, но и времени у меня уйдет на это куда как больше. Настоящий гений магии эта Ши.

— «Тир’Эш, что случилось?», — задал я вопрос метаморфу.

— «Запах людей, — ответил он. — Ктулхов поблизости нет».

Он снова зарычал, но я успокоительно погладил его и, задействовав магическое зрение, обнажил на всякий случай оружие. Нападать мы не спешили, поскольку очень велика вероятность встретить здесь людей Баварского герцогства, с которыми воевать мы никак не можем. И тут из-за деревьев появились воины и целых три мага.

— Wer solche? — спросили нас на местном языке.

— Ага, так мы вас и поняли, — Айвинэль очень редко позволяла себе такую язвительность в тоне. — Говорит кто по-русски? Рашэн? Русия?

Я же сейчас перешел в состояние кил’са — как раз такое, чтобы можно было контролировать и ментальность, и реальный мир. Нам с Айвинэль и нашему котяре ментальные атаки не страшны, а вот нашей китайской чародейке — очень даже. С ее слов, у нее был очень мощный амулет, который долгое время защищал ее во время последнего сражения, но в конце концов энергия закончилась, и ее смогли пленить. Поэтому сейчас очень важно прикрыть ее от этих атак. Пока все нормально, и никаких ментальных техник я не увидел, но в этом состоянии я не могу чувствовать людей на большом расстоянии. Сейчас радиус составлял всего десять метров. По наитию вошел в глубины, и мой взор расширился, причем значительно. Я даже не ожидал, что он увеличится настолько. Это не ментальная техника — это умение, встречающееся в моем мире у демонов достаточно часто, а расстояние зависит от ментальной силы мага. И тут я увидел на самой границе своего взора двадцать живых существ с высокой ментальной активностью. Самым плохим было то, что они приближались к нам, и я развернулся в ту сторону.

Айвинэль, почувствовав мои эмоции, сделала то же самое, а Тир’Эш, развернувшись, зарычал и оскалился.

— Что там? — спросила ханька.

— Скорее всего, враги.

И тут они приблизились на расстояние магической атаки Ши. Девушка начала творить атакующие заклинания. От одного врага, ментальная активность которого просто сверкала, в нее полетело нечто вроде ментального копья. Мое оружие этого плана появилось в мгновение ока, и я быстро разрубил его. После этого ктулх — а это мог быть только он, — как и говорил Тир’Эш, переключился на меня. И сейчас мне было сражаться легче. Я знаю, что сильное напряжение и тренировки укрепляют соответствующие умения, но у меня как-то слишком быстро растут ментальные способности. Насколько я помню рассказы отца, прогресс должен идти медленнее. Мама вроде бы не обладала такими мощными способностями, поэтому не должно так быть. Разве что смешение крови как-то повлияло — ведь я единственный за всю историю ребенок, в котором смешалась кровь двух рас: хилл’са и калвари.

В это время подключились маги герцогства. Вот только их след в ментале вел куда-то в стороны, где я никого не видел. И тут я заметил ответные атаки из тех мест. Выйти из этого состояния я не мог, поскольку ктулх словно с цепи сорвался, атакуя меня с огромной скоростью. Причем не только меня, но и разбушевавшуюся ханьку. Удивительно, но Ши до сих пор держала щит — я понял это по тому, что Айвинэль и Тир’Эш не двигались, находясь рядом со мной.

Какое-то время мы находились, можно сказать, в равновесии, а затем раз — и интенсивность ментальных атак резко уменьшилась, а сам ктулх начал применять магию. Рисковать и выходить на верхние уровни ментального состояния я не решился, но и так понял, что личей уничтожили. Под ними я подразумевал те пустые места, откуда вылетали заклинания. Кстати, кроме ктулхута еще один живой являлся магом и, скорее всего, это был человек, поскольку «светился» в ментале не так ярко. Когда все закончилось, я открыл глаза.

— Ого, сколько нежити! — не сдержал я возгласа.

Преобладали зомби, скелетов увидел совсем немного, а личей насчитал четырех. Оглянулся на людей, которые уже не смотрели на нас как на врагов, но все равно по их виду было понятно, что готовы в любой момент начать сражение.

— Ши, ты была великолепна! — решил я отдать должное девушке. — Насколько понимаю, ты купол сумела удержать во время всего боя?

— Да это ерунда, — ответила она, но я почувствовал по ее мимолетной эмоции, что похвала пришлась ей по душе. — Вот твое умение — это да! — и уже совсем тихо добавила: — Я ведь правильно понимаю, что ты ментальный маг? И защищал меня весь бой, — уже утвердительно сказала она. — Я же помню, как нагревался мой защитный амулет во время боя поле падения дирижабля.

Мы еще минут десять простояли, пока не появилось новое действующее лицо.

— Русские? — спросил он, и на мой кивок продолжил: — Кто вы? Откуда? Что делаете здесь? И главное — что это за зверь с вами?

— «Можно, я его напугаю?» — от Тир’Эша полыхнуло обидой и раздражением.

В общем-то, я могу его понять. Когда он был в ипостаси кота, на него мало кто обращал внимание, точнее — мало кто всматривался в его взгляд. А потискать хотели многие. Но сейчас тот просто светился умом, и назвать его зверем — это надо быть слепцом. Хотя в оправдание германца можно сказать, что, во-первых, в этом мире подобных жителей нет, а во-вторых, перед словом «зверь» у него присутствовала пауза. То есть он мгновение колебался. Но я ответил Тир’Эшу, чтобы он оставался в роли зверя — мало ли что будет, и люди просто не будут принимать его в расчет при своих беседах. И добавил, чтобы он особо не скалился и держался как можно дружелюбнее.

— Раэш и Айвинэль Арэшхиллса, — представил себя и свою жену. — Си Ши, подданная Китайской империи, — ханька поклонилась. — Тир’Эш — наш друг.

Наш собеседник понял, что большего от нас в отношении метаморфа не услышит, поэтому более внимательно его осмотрел.

— Направляемся к герцогу Баварскому по личному делу.

— Именно к герцогу? — очень подозрительно переспросил он.

— Можно еще к герцогине, но лучше всего, наверное, к Софии. По крайней мере, с ней мы знакомы.

— Вы имеете в виду ее светлость дочь герцогов Баварских? — и после наших утвердительных кивков задумался на целую минуту.

Вообще-то он не совсем задумался — наверное, рассматривал нас магическим зрением или, возможно, вспоминал некие инструкции, поскольку непосредственно с ним мы виделись впервые.

— Позвольте представиться: дворянин Штефан фон Брокк, — наконец-то он озвучил свое заключение и еще что-то сказал своим воинам. — Идите за мной.

Мы в окружении аж двух десятков воинов и еще одного мага направились в сторону тракта, но не напрямик, а под углом. Наверное, выйдем сразу к какому-нибудь городку, где снова предстоит общаться с кем-нибудь, занимающим более высокий пост. Если и там будут задавать много вопросов, то я двинусь пешком до Мюнхена самостоятельно. Шли мы недолго, чуть больше часа, пока после очередного поворота не показался город. Хотя, скорее всего, городок, поскольку был обнесен четырехметровой стеной, а строить такую вокруг большого города нецелесообразно и очень дорого.

В воротах стояли десять стражников и два мага, которые очень подозрительно смотрели на нашего метаморфа. Мы же удостоились лишь мимолетного взгляда. Затем наш провожатый начал быстро разговаривать со статным воином двухметрового роста, а может быть и выше. И в плечах он был, наверное, метра полтора.

— Вам придется оставить вашего друга здесь, за пределами города. Кроме этого, придется сдать оружие, — наконец-то нам ответили по-русски.

— Нет, — я покачал головой. — Я же говорил, что Тир’Эш — наш друг, а друзей не оставляют за забором, если тебя пригласили в дом. К тому же оружие мы тоже не отдадим. В конце концов, я могу и обойтись — в город мы заходить не будем. Всего хорошего, — и, уже обращаясь к нашим, добавил: — Пойдем.

Развернувшись, мы под взглядами опешивших воинов и магов, которые я успел заметить, направились в обход стены. Не успел сделать пары шагов, как почувствовал ментальную атаку. Заметив краем глаза пошатнувшуюся Ши, я резко развернулся, левой рукой задвигая девушку за себя. Кстати, а она ведь почувствовала опасность, поскольку начала разворачиваться — просто не смогла понять, от кого та исходит. Я уже нырнул в привычный в последнее время для меня ментальный мир, сразу определив того, кто атаковал. Удар в спину, исподтишка по моей спутнице, которую я взял после освобождения под опеку, поднял во мне волну ярости. Следующую его атаку — какой-то трезубец — я рассек на десяток частей. И тут же правый серп, наподобие реального, я запустил в мага, а когда тот захлестнул его, резко дернул на себя.

То ли он растерялся от моей техники, то ли не посчитал атаку достаточно сильной, то ли понадеялся на свою защиту, но он даже не попытался защититься. Барьер его все-таки спас, пусть и не до конца. До этого я специально работал серпами размером лишь немного больше реального, но сейчас увеличил и начал атаковать сам. Да, этот маг не шел ни в какое сравнение с последним ктулхом, которого мы сумели победить лишь сообща. И я начал с огромной скоростью атаковать его. Сейчас он уже защищался, выстраивая барьеры, которые я разбивал с двух ударов.

По движению ментально активных сгустков понял, что германцы зашевелились, приготовившись к нападению на нас. Наши тоже, но я передал Айвинэль, чтобы не было никаких жертв. Я и этого мага не хочу убивать, но вот узнать причину такого подлого поведения мне очень хотелось. Пара шагов к нему, и я вижу, как отлетели (другого слова подобрать не могу) местные воины — не иначе как Ши разбушевалась. Теперь мои атаки стали значительно мощнее и, снеся сдвоенным ударом щит, я вонзил щуп ему в сознание, ломая врожденную защиту. Она была совсем не мощной, но грубый взлом даже такой защиты отдается сильной головной болью. И только я хотел начать просматривать его мысли, как пришел зов от Айви. Маг сейчас был безопасен, поэтому я легко вышел из состояния кил’са.

«Во бешеная ханька дает!», — было первой моей мыслью, когда я оценил окружающую обстановку. Она каким-то образом — подозреваю, что воздушной волной — отбросила в стороны воинов и создала над нами купол, заключив туда и противостоящего мне ментального мага.

— Еще раз повторяю: прекратить! — раздался приказ на чистейшем русском языке. — Что здесь произошло?

Десять человек верхом на прекрасных лошадях находились совсем рядом. Говорящий сидел на коне черной масти с белыми «сапожками» на ногах и белой полоской на голове. От эльварки пришла эмоция, что это герцог собственной персоной, но тот пока еще не представился. Я вообще поражаюсь, насколько мы чувствуем малейшие эмоции друг друга, очень точно интерпретируя их. Причем с каждым днем все лучше и лучше, и скоро, как однажды сказала она, вообще не будем мыслить о разговорах без передачи эмоций. В самом деле, мы еще год назад заметили, насколько красочно выглядит наш разговор между собой и насколько блеклыми — диалоги с другими людьми. Вот и сейчас она успела передать не только то, что это владелец герцогства, но и то, что он очень недоволен происходящим здесь, его уважают, он пользуется авторитетом.

— Раэш и Айвинэль Арэшхиллса, Си Ши, подданная Китайской империи, Тир’Эш — наш друг.

Я представился точно так же, как и ранее. По чему-то мелькнувшему в его глазах я понял, что он знает нас или, возможно, узнал, хотя в эмоциональном плане от него не пришло ничего.

— Герцог Максимилиан Иосиф Баварский, — представился он. — Что привело вас в наши края в это тяжелое время?

— Личное дело.

— Тогда прошу следовать за мной, — и уже громче добавил: — Подать трех коней!

Почему-то по-русски.

Затем заговорил с нашим сопровождающим и тем огромным воином, пару раз бросил недовольный взгляд на ментального мага, который еще не отошел от моего взлома его защиты. Привели нам скакунов — не таких красавцев, на которых разъезжали герцог со своей свитой, но и не крестьянских лошадок. После того, как мы сели в седло, он еще пять минут разговаривал, затем извинился перед нами за задержку, и мы отправились внутрь города.

Кто бы сомневался, что мы направимся именно к этому дворцу, выполненному в готическом стиле, но сохранившему намеки на укрепленный замок. Построенный в виде квадрата, с красивыми башнями по углам, высокими, но узкими окнами, он сразу приковывал к себе взгляд. Первый этаж окон не имел, а на высоте третьего его опоясывала открытая галерея с более широкими оконными проемами. И все это украшали барельефы животных.

Совсем по-другому — можно сказать, в противоположность внешнему образу замка — выглядел внутренний двор. Широкие окна должны давать много солнечного света, несколько входов, среди которых выделялся своею красотой центральный. Барельефы имелись, но уже в виде человеческих фигур и только по углам здания. В других же местах их заменили скульптуры, выполненные с большим мастерством. В общем, небольшой такой дворец-замок.

Когда мы спешились, герцог подошел к нам и спросил:

— Ваш друг, — он посмотрел на Тир’Эша, — достаточно воспитанный?

Как он деликатно обошел вопрос: «А не нагадит ли ваш спутник где-нибудь в доме?» Хотя мне показалось, что спрашивал он, просто следуя регламенту, или просто обязан был задать вопрос.

— Ваша светлость, — ответила ему Айвинэль, — уверяю вас, Тир’Эш — очень воспитанный мальчик.

Мужчина просто кивнул и пригласил следовать за ним. Направились мы сразу в кабинет, где расселись в удобные кресла. Айвинэль, наплевав на светские правила, села вместе со мной — благо, кресла были настолько широкие, что мы поместились. Представитель рода шредаар’инра’доо улегся у нас в ногах. Вместе с герцогом здесь находился еще один мужчина — сильный ментальный маг.

— Перво-наперво хочу поблагодарить вас за спасение дочери, — начал он разговор. — Я знаю, что вы негативно относитесь к любой благодарности в виде подарков, поэтому хочу сказать, что если вам что-то понадобится, смело обращайтесь ко мне. Во-вторых, прошу прощения за графа Вальдкирхена, а еще прошу не вызывать его на дуэль, пока не разрешится вопрос с новыми врагами.

— Не думаю, что это будет легко, и совсем не уверен в благоприятном исходе, — глядя ему в глаза, ответил я.

— Вам что-то об этом известно?

— Я расскажу вам позже, а сейчас я хотел бы, что мы остались наедине.

Ох, как встрепенулся его ментальный маг! Я специально сейчас находился в том состоянии, когда могу контролировать оба мира — и реальный, и ментальный. Даже сейчас я увидел, как он создал вокруг герцога защиту — наверняка, дополнительную. Не стал дожидаться чего-то непредвиденного, поэтому и спросил:

— Имя барон Дитрих фон Крофт вам о чем-то говорит? — герцог немного вздрогнул, не сумев сохранить безэмоциональность.

— Я понял вас, можете смело говорить, — он позволил себе легкую улыбку, — всем находящимся в комнате я доверяю.

Я достал письмо, которое тот мне передал, и, протянув его герцогу, сказал:

— Он просил передать лично в руки кому-то из герцогов Баварских.

Мужчина взял письмо, вскрыл и принялся читать. Когда он закончил, я стал рассказывать о новых врагах: кто они, откуда появились, какие самые опасные из них, силу ментальных магов и их техники. Последними особенно заинтересовался маг герцога, который принялся очень дотошно меня расспрашивать. Когда он закончил, нить разговора перехватил герцог.

— Могу поинтересоваться, куда вы направляетесь?

— Это не секрет — к себе домой в Африэнн, — ответил я.

— Могу предложить проехаться со мной к столице герцогства, а там я предоставлю вам дирижабль, на котором доберетесь домой, — он перевел взгляд на ханьку. — А вам, ваше высочество, могут помочь добраться ваши соотечественники. Три купеческих дирижабля застряли у нас, сегодня и завтра они отдыхают и готовятся к путешествию.

Естественно, мы согласились. После этого снова начался разговор о наших новых врагах, и я очень подробно рассказал все, что знал сам. На ожидаемый вопрос (который ранее почему-то задан не был), откуда я все это знаю, ответил, что рассказать не могу, но сведения абсолютно точные. Последнее добавил, чтобы герцог не думал, что я выдумал, хотя надо сказать, что он отнесся к моим словам очень серьезно. В конце беседы мужчина сообщил нам, что в столицу выедем на следующий день ранним утром.

Дойчландия, Баварское герцогство, город Гюнцбург.

Ночь. В густой тени, если хорошенько присмотреться, можно было увидеть тень. Обстановка в городе была напряженная, поэтому все люди спешили по своим делам, особо не смотря по сторонам. Вот показался кто-то с накинутым на голову капюшоном, и тень шелохнулась, слегка выступив на свет. Второй незнакомец, заметив это, направился к ней. Подойдя, он тоже скрылся в тени.

— Они остановились здесь на ночь, а завтра с утра поедут в столицу. Твоя задача — убить их, — раздался очень тихий голос.

— Всех троих?

— Не обязательно, — снова очень тихий голос. — Краснокожий и ушастая должны умереть. Вот, возьми яд и будь осторожен с ним, поскольку противоядия не существует. И обнаружить его при помощи магии невозможно.

— Сделаю.

После этого одна тень вышла, превратившись во второго незнакомца, который направился в сторону дворца. Вторая тень так и осталась на месте, а когда уличное освещение отключилось, она вообще стала незаметной и куда делась — неизвестно.

Дойчландия, Баварское герцогство, город Гюнцбург, замок.

Поселили нас с Ши в разных, но соседних комнатах; точнее, наши апартаменты состояли из двух комнат. Мы с эльфийкой сейчас как раз вышли из ванной комнаты, и я, остановившись в дверях, залюбовался ее фигурой. Естественно, Айви почувствовала мои эмоции и стала двигаться более соблазнительно. Я прыгнул к ней, поймал, взял на руки и двинулся к кровати, упав на которую, мы слились в поцелуе. И когда мы были готовы перейти к следующему этапу, раздался стук в дверь.

— Кто там? — немного раздраженно спросил я и получил эмоцию смеха от девушки.

А парочку мгновений спустя она заливисто рассмеялась. Накинув на себя халат, как это было принято здесь, в герцогстве, направился к двери. Открыв ее, увидел служанку, которая держалась за ручку сервировочного столика.

— Господин, по распоряжению герцога фрукты и напитки, — поклонившись, сказала она.

— Проходи.

Девушка прошла внутрь и, оставив столик у дивана, на котором сидела уже прикрытая покрывалом эльфийка, с поклоном удалилась. Фруктов сейчас не хотелось, поэтому я разлил сок из графина в бокалы. Сел рядом с ней, взял в одну руку бокал, второй снял с девушки покрывало, проведя рукой по ее груди. Мы чокнулись, и…

Дойчландия, Баварское герцогство, город Гюнцбург, замок.

Си Ши не находила себе места, мечась по комнатам. Девушка за всю свою жизнь привыкла к тому, что любая ее прихоть исполнялась мгновенно. Более того, каждый норовил выполнить ее просьбу еще до того, как та была озвучена. А когда все поняли, насколько девушка одарена в магическом плане, каждый из парней страстно желал с ней сблизиться. Да и не только из молодых людей — уже взрослые мужчины тоже подбивали к ней клинья. А тут какой-то полукровка вообще не обращает на нее внимания, как на женщину. В данную минуту ее съедала ревность наравне со злостью на Раэша.

Девушка словно наяву видела, как он подошел к эльфийке, обнял, прижал к себе, начал гладить, целовать, и…

Сейчас ее настроение переменилось на «ты у меня сейчас получишь». Она несколько раз доходила до двери, затем возвращалась обратно, и вновь, словно ее кто-то тянул за веревочку, шла к дверному проему. В конце концов она решительно открыла дверь и вышла в коридор. Подойдя к помещению, где находились Раэш и Айвинэль, она постучала.

— Кто там? — раздался недовольный голос парня.

— Это Ши, — ответила девушка.

Дверь открылась, в проеме она увидела Раэша, и все ее желание серьезно с ним поговорить куда-то улетучилось. А когда она заметила Айвинэль со смеющимися глазами, то сильно смутилась.

— Что случилось? — спросил он.

Она не знала, что и сказать, но тут вмешалась в разговор Айвинель, пригласив войти внутрь, что Ши и сделала.

— О! А вам принесли фрукты и сок, — оживилась девушка, поскольку очень хотела пить. — А меня обделили, — добавила она, подходя к дивану и садясь на него.

Диван был угловой, и на одной стороне расположились ее знакомые, а на другой села она. Раэш налил ей из графина сок и подал бокал. Беря его, девушка коснулась его руки, и по ее телу словно прошел разряд молнии. Он сел рядом с эльфийкой, обняв ту одной рукой, они чокнулись, и Ши, чтобы скрыть снова появившееся смущение, быстро поднесла бокал к губам, наклонив голову. Привычно создав проверяющее еду и напитки на наличие яда заклинание, в следующий миг девушка уже летела к Раэшу и Айвинэль, выбивая из их рук бокалы. Ногами она упала на низенький столик, попав в вазу с фруктами, а вот ее голова и тело…

Дойчландия, Баварское герцогство, город Гюнцбург, замок.

Я, глядя в смеющиеся глаза своей супруги, подносил бокал ко рту, когда со стороны ханьки полыхнуло сильным страхом. Мгновенно перейдя в состояние измененного сознания, увидел, как девушка ни с того ни с сего выбивает наши бокалы из рук. Я только и успел, что поймать ее, развернуть и прижать, чтобы она не могла двигаться. Вообще ее поведение за время нашего совместного путешествия вызывало у меня опасения. Нет, не в плане моего или нашего убийства, но девушка, судя по ее взглядам, которые я ловил периодически, так и не отошла от проигрыша. Мне все время казалось, что она хочет устроить какую-то шутку, что ли, чтобы выставить меня в неприглядном свете. Иногда так смотрела, что казалось: готова прибить на месте. Рассказал об этом Айви, но она только смеялась, ничего не говоря, а эмоции так вообще зашкаливали от хохота и чего-то похожего на то, что я совсем ничего не понимаю. Так я ведь и правда не понимал, как можно так долго сердиться. Но когда сказал об этом жене, та еще раз зашлась смехом.

Посмотрел на Ши и увидел красное, словно помидор, лицо. С чем это связано, сообразил очень быстро. Моя правая рука перехватила руки девушки у запястий и прижала их к коленям сидящей рядом со мной эльфийки. А вот левая прижимала саму девушку к моим коленям. Но самое интересное было в другом — кисть левой руки четко легла на ее правую грудь.

— Ну вот, — раздался обиженный голос эльварки, хотя в эмоциях стоял хохот, — любимый муж прямо на глазах своей жены ласкает другую девушку. Эх, — тяжело вздохнула она.

Краска, покрывавшая лицо ханьки, стала еще гуще, хотя казалось, что это невозможно. Но тут до Ши, наверное, полностью дошла неоднозначность ситуации, и она, как когда-то, прошипела:

— Руку убери.

А глаза так и сверкнули гневом. Но именно это напомнило мне тот наш поединок, и я, наклонившись к ее ушку, сказал:

— Ты — моя законная добыча. Не забыла?

И под хохот Айвинэль отпустил ханьку, откинувшись назад. Вскочила она на ноги ничуть не медленнее, чем когда выбивала наши бокалы. Буря эмоций, которая ударила по мне молотом, сейчас у нее была такая, что я даже не думал разбираться. И как только она решила сказать что-то гневное, я задал вопрос:

— Ты зачем бокалы разбила?

Мой простой вопрос заставил ее выдохнуть и почти спокойно ответить:

— Сок отравлен.

— Что-о-о? — одновременно произнесли мы.

Айвинэль тут же создала специальное заклинание, проверяющее еду и напитки на яды. Затем еще раз, и еще. Удивленно посмотрев на ханьку, она произнесла:

— Я ничего не обнаружила.

Ши секунд десять раздумывала, колебалась, что было видно по ее мимике, а затем, едва заметно встряхнув головой, стала отвечать:

— В нашей стране очень часто применяют яды, и существует пара таких, что определить их при помощи магии невозможно. Они очень редкие, создаются из десяти редких и очень редких компонентов, но заклинаниями не определяются. Даже химическими методами сложно их обнаружить. Но в свое время мой прапрапрадед сумел создать плетение, которое реагирует и на них. Не на какой-то определенный яд, а на то, что может принести вред. Это является императорской тайной, поэтому рассказать не могу.

— «Тир’Эш, — мысленно позвал я кота, который облюбовал себе место где-то в коридоре. — Приведи кого-то из слуг».

Спустя пару минут в комнату вошел слуга, а за ним наш метаморф. Приказав слуге попросить прийти герцога, я подошел к ханьке.

— Ши, ты уверена в яде?

— Да.

— Тогда ждем герцога. Давай, сядем, а ты проверь еще и фрукты.

Фрукты оказались нормальные, но мы все равно не стали их есть. Вскоре пришел герцог, как всегда с ментальным магом. Как только мы сообщили про яд, маг тут же сотворил заклинание, которое, как и в случае с эльфийской магией, ничего не показало. Но он не стал сразу сомневаться в наших словах и, тем более, обвинять нас во лжи. После приказа герцога он направился в свою алхимическую лабораторию, забрав с собой кувшин. Сам же герцог, расспросив нас о служанке, отдал приказ, чтобы ее привели. Это действительно была местная девушка и она, в самом деле, работала во дворце.

Вернулся маг и сообщил, что сок отравлен, но установить яд ему не удалось, как не удалось и понять, из чего он состоит. Все, что маг мог сказать: концентрация яда была очень невысокой, но даже в случае большей концентрации определить его невозможно. Это вещество не реагирует на магические потоки, а значит, и определить его с помощью магии невозможно. Он уже рассказал нам все подробности, а служанку все еще не нашли. Больше ждать не имело смысла, поэтому все разошлись, и мы с Айви тоже отправились спать, а перед этим поблагодарили ханьку.

— Ши, — стоя у дверей ее комнаты, обратился я к девушке, — благодарю тебя, что спасла нам жизнь; на мне долг жизни, и пребудет он, пока я его не верну. Клянусь. Хилл’са оршуух корванааошх.

С последней фразой, произнесенной на моем родном языке, я приложил ладонь к своей груди в районе сердца, ловя его ритм. Затем положил ее на грудь ханьки тоже в районе сердца. Почувствовал ее ритм, немного удивившись про себя, поскольку ее сердце стучало очень быстро. Ускорил биение своего сердца, и когда они начали биться в унисон, произнес окончание заклинания-клятвы.

— Арэш шааркон тхеллшс, — и убрал руку.

По широко распахнутым глазам Ши понял, что все получилось: девушка наверняка почувствовала на краткий миг биение моего сердца. На самом деле, это клятва побратимства, как сказали бы в этом мире, но у демонов она имеет более широкое значение. Для полноты необходимо, чтобы и девушка произнесла ее, тогда связь будет четкой на любом расстоянии и закрыться от нее будет невозможно. В моем же случае, когда Ши улетит к себе на родину, я не так отчетливо буду знать ее состояние, да и закрыть девушку можно защитными заклинаниями четвертого и пятого ранга. То есть ощущение самой девушки сможет периодически пропадать, но вот ранение ее я почувствую сквозь любую магическую защиту.

— Теперь я всегда буду чувствовать тебя, и если тебе будет грозить опасность, то приду на помощь.

— Но вы же тоже спасли мне жизнь, так что мы квиты, — тихо возразила девушка.

— Ты даже не представляешь, что для меня сделала, спасая Айвинэль, — ответил я. — Спокойной ночи.

Рано утром, во время завтрака, наконец-то сообщили, что служанка найдена. Ее труп нашли в конюшне, в той ее части, где хранилось сено для лошадей. Лежал он у самой стены, словно девушка забралась туда по балкам перекрытия, а потом просто прыгнула вниз. Отчего она умерла, точно сказать невозможно, поскольку смерть наступила еще вечером, а никаких ран на теле не обнаружено. После завтрака герцог пригласил нас с эльфийкой к себе в кабинет. Но перед этим я захотел осмотреть труп девушки и место, где ее нашли. И только после этого мы направились в кабинет.

— Раэш, Айвинэль, — обратился он к нам, когда мы расселись, — есть какие-нибудь мысли по этому поводу? Кто мог так желать вам смерти?

— По поводу смерти у меня имеется только одна мысль — ментальное воздействие. Внушение плюс сильное влияние на организм — скорее всего, на сердце. А вот кому это нужно…

— Намекаете на графа Вальдкирхена? — серьезно спросил он.

— Это слишком очевидно, — я отрицательно покачал головой. — Утром я с ним повздорил, а вечером меня пытались отравить. Да и не тот у него уровень, чтобы посредством ментала воздействовать на организм человека. Я же с ним мерился силой, — я позволил себе усмешку. — Нет, это должен быть кто-то не только ментально одаренный — у него еще и опыт должен быть именно в этой области. Да, Тир’Эш никаких чужих запахов не унюхал, а значит, враг очень опытный. Знаю точно, что все ктулхи умеют это делать. Но вот зачем им понадобилось нас убивать, не имею ни малейшего понятия.

Это в самом деле так. Пусть даже их Бог понял, что мы смогли исчезнуть, ну и что? Ну, удрали от него две букашки (а по-другому он о нас не может думать) — в следующий раз убьет. И незачем городить огород. Мы еще поговорили всего минут десять и пошли готовиться к отъезду.

Спустя полчаса мы выехали на восток, в направлении столицы герцогства.

В этот раз нам выдали лошадей из конюшни герцога — три красавца понравились нам сразу, а ханька так вообще влюбилась в своего каурого жеребца. Передвигались рысью, остановки делали, в основном, чтобы дать отдых лошадям, а сами люди поели только один раз. Тир’Эш все это время бегал вокруг да около, охраняя нас, выискивая и вынюхивая следы и запахи чужих. Добрались до столицы спустя семь часов и без происшествий, если не считать патруля воинов герцогства, который унюхал наш кот, сообщив об этом нам.

Столица, город Мюнхен, встретил нас моросящим дождем, периодически переходящим чуть ли не в ливень. В такую погоду устали не только лошади, но и люди хотели скорее очутиться у теплого очага.

Дворец в столице был именно дворцом, построенным в стиле, напоминающем нечто среднее между готикой и тем, как строили в России. Встречала нас жена герцога Мария Людовика Баварская — точнее, она встречала мужа, но после нескольких его слов радушно приняла и нас. Слуга провел нас в наши апартаменты — другого слова не найду, — где Айвинэль сразу оккупировала ванную комнату. Пока она там плескалась, пришел слуга и сообщил, что ужин будет через час.

Во время ужина разговор велся между девушками и герцогиней, чему я был только рад. Дочь, кстати, отсутствовала, и женщина жалела, что та не сможет повидаться с нами. Предлагала задержаться, но получила категорический отказ. Ее муж как раз тогда сообщил, что завтра дирижабль будет готов. Я заметил, что женщина огорчилась, что отразилось, правда, только в ее глазах.

На следующее утро, после непродолжительного завтрака, отправились к воздушному порту. Мы с Айви решили пройтись по городу пешком, а с нами увязалась и Ши, поэтому ее охрана шла немного позади нас, да и карете приходилось медленно тащиться за нами. Купцы, едва узнав, что здесь находится дочь их императора, тут же выделили ей большую охрану, отчего девушка даже вспылила, потребовав, чтобы те ушли. Но их командир из какого-то там благородного рода отказался наотрез, мотивируя, что император его за такое накажет. В общем, сошлись на десяти воинах с ним во главе, которых Ши демонстративно не замечала.

Идти было не далеко, поэтому спустя час мы были уже на месте. Сразу направились к китайским дирижаблям — проводить нашу спутницу. Да, эти дирижабли можно легко отнести к военным, что не удивительно, учитывая расстояния, которые им приходится преодолевать. Задействовав магическое зрение, отметил большое количество магов, так что им не обязательно останавливаться в городах для подзарядки накопителей летающих кораблей — могут и сами это делать, приземлившись в безопасном месте или вообще на ходу, если позволял опыт.

— Удачи, Ши, — сказал я девушке и, улыбнувшись, добавил: — Помни: если что, то я приду на помощь.

Айвинэль же просто поцеловала ее в щечку, пожелав, чтобы богиня присматривала за ней. От Ши же исходили сильные эмоции — какие-то противоречивые желания, сменявшие друг друга со скоростью мысли. Внезапно она остановилась, резко развернулась и твердо произнесла:

— Я не лечу в империю. Мой путь отныне лежит вместе с ними, — сказала она по-русски и указала на нас рукой.

Мы с моей половинкой опешили от такого заявления. Точнее, я-то именно пребывал в сильнейшем недоумении, а вот от Айви исходила эмоция «не ожидала этого». Начавшуюся было перепалку прекратила Ши, добавив в голос столько стали и властности, что поразились мы оба. Командир воинов в конце концов сдался, но сказал, что вместе с двумя десятками бойцов отправится с ней. Но тут уже вмешался я, сообщив, что на остров могут попасть только члены моего рода или люди, с ним связанные. Он начал было возмущаться, но я направился к своему дирижаблю, предоставляя Ши право самой решить этот вопрос, а свое мнение я выразил.

В итоге раздраженная девушка пришла все же одна. Уже когда мы поднялись в воздух, она призналась, что на самом деле этого командира воинов ждет наказание, но она постаралась сделать все, чтобы его смягчить. А в ответ на мой вопрос, зачем ей это надо — имея в виду полет вместе с нами — она сначала смутилась, а потом со словами: «Я так хочу» вздернула голову. Разбираться с этим я не стал, поскольку чувствовал от Айвинэль, что ей известна причина.

Альпы мы пересекли без происшествий, и капитан дирижабля показал свое высокое мастерство, уверенно лавируя между хребтами, дабы сократить путь. Вскоре впереди нас и под нами раскинулось Средиземное море. Мы как раз находились в рубке, когда впередсмотрящий сообщил:

— Впереди по курсу дирижабли.

Глава 8

Воздушное пространство Средиземного моря.

— Что там, капитан? — мы подошли к командиру судна.

— Вероятнее всего, пираты, — ответил тот. — Но вы не переживайте: наше судно одно из самых быстрых, поэтому нам главное — не попасть в сферу.

Что он имел в виду, я прекрасно понял — если кораблей пять и более, то они могут замкнуть один корабль в так называемую сферу. То есть будут находиться с разных сторон. Когда шесть кораблей и более, то сфера получается полной. И вот, словно по заказу, именно шестерка кораблей летела нам наперерез. Капитан начал отклоняться от нашего маршрута в сторону Африэнна, куда мы не спешили попадать. Все дело в том, что после смерти родителей Айвинэль мы понятия не имели о том, что там происходит, поэтому и рисковать не хотели. Война гражданская началась, или ктулхуты появились, или еще что, но мы надеялись обогнуть страну по воздушному пространству Средиземного моря и выйти к нашему острову. Сейчас же нас вынуждали лететь туда.

— Два дирижабля у них скоростные и превосходят нас в скорости, — доложил кто-то из наблюдателей. — Даже не представляю, сколько хозяин заплатил за них.

— Как они будут действовать? — задал я интересующий меня вопрос.

— Скорее всего, стандартная схема: подойдут с двух бортов и будут атаковать. Или могут пойти на абордаж, если у них достаточно опытные и капитаны, и сами абордажные команды. Точнее, сначала все равно будет атака магией, чтобы разрядить накопители щита, а потом абордаж.

Я спросил, как это происходит, и мне начал отвечать командир противоабордажной команды, в подчинении которого было всего десять воинов. Оказывается, очень опытный капитан может подвести свой корабль так близко, что вторгнется в пределы защитного барьера, который такую массу просто не сможет выдержать. И там уже происходит сцепка двух гондол и непосредственно сам абордаж. Если стоит вариант самого мощного щита, то он сдержит такую массу, вот только накопитель разрядится очень и очень быстро. А если атака будет с двух сторон, то практически в течение одной минуты. Конечно, на суда, перевозящие правителей, герцогов и некоторых особо богатых графов, ставят очень мощные и дорогие накопители, которые могут выдержать дольше. Но и пираты на них не нападают, да и без охраны те не летают.

Воин оказался прав: нас догнали и начали атаковать. Вот только наш капитан совершил быстрый маневр подъема, расходуя запасы энергии. Зато он проделал это настолько профессионально, что часть атакующих заклинаний пиратов попали друг в друга. Вот только жаль, что подобные действия нельзя проводить часто, иначе никуда не долетим из-за разряженных накопителей.

Мы все втроем направились на правый борт и спустились на орудийную палубу. Дождавшись, пока нас снова нагонят, я принялся анализировать атаки, а затем у меня созрел план.

— Все атакуют после моей команды, — приказал я магу и пяти расчетам магических пушек.

Мы же с Айви приготовили по огненному копью. По моей команде произвели атаку, а мы ударили в двигательную установку. Ши же применила ледяное копье, которое скорее напоминало остро заточенное ледяное бревно. Первый залп ничего не принес, второй тоже…

— Шэхс! — дал я команду в пятый раз.

Командовал я на своем языке, поскольку слово было коротким и вероятность одновременного реагирования возрастала. И вот сейчас, наконец-то, получилось, как я и хотел: основной залп, мгновением позже наша с Айви атака на двигатель и атака Ши. Но сейчас ханька прекрасно подгадала момент, и ее атака совпала с нашей. Одновременно столько заклинаний щит пирата выдержать не смог — их дирижабль дернулся и начал быстро отставать. Конечно, большая заслуга в этом Ши с ее мощнейшими атаками, но девушка молодец — поняла мой замысел и сумела подгадать время.

— Как у вас получается так атаковать? — спросила она. — Все выстрелы попадали в одно и то же место.

— Ши, ну должны же быть у нас какие-то секреты, — улыбнулась ей эльфийка.

Когда мы перешли на другой борт, сражение закончилось. Второй пират, видя наш успех, предпочел ретироваться. Мы же с чистой совестью отправились отдыхать.

До Канарии мы долетели уже без происшествий. На подлете нас встретил дракон, но почувствовал меня и начал сопровождать дирижабль. Вскоре к нему присоединилась вторая дракона. С таким эскортом мы и приземлились в порту.

— Раэ-э-эш, Айви-и-и!

На нас налетел маленький светловолосый вихрь. Алинка прыгнула на нас, уцепившись руками за мою и эльфийкину шеи. Оторвать ее сразу не удалось, поэтому мы еще минуту стояли, выслушивая ее очень быстрый рассказ. Остальные встречающие, среди которых я заметил верховную жрицу, родителей Иоэль и главу рода Жерналль, просто с улыбками ожидали окончания нашей встречи. Отсутствие родителей моей жены лишь подтвердило то, что она почувствовала их смерть. И тут позади нас раздалось тихое рычание и шипение.

Кое-как развернувшись, поскольку Алина не отпустила ни меня, ни жену, мы увидели, как Тир’Эш, оскалившись, смотрел на дракону, а та, в свою очередь, с аналогичным оскалом уставилась на него. «Да что они себе позволяют!» — мелькнула у меня мысль. А в следующее мгновение…

— «Старая обтрепанная ящерица, ты еще жива?» — я понял, что это слова моего кота.

— «Старый облезлый кот, как ты здесь очутился?» — это Шшасса.

— «Ха! Как говорят здесь в одной стране — я не лыком шит! Не то что некоторые».

— «Да я сейчас твое «не лыко» быстро-то в лыко превращу!»

И после этих слов они сцепились друг с другом. Вот только никакой их агрессии в отношении друг друга я не чувствовал. Комок из огромного кота и дракона покатился по земле. Вот только я успел заметить, что дракона успела сложить крылья, чтобы не сломать, а метаморф чуть притормозил, чтобы та успела это сделать. Во время их типа боя ни один, ни вторая не пустили в ход когти, а их укусы зубами не причиняли друг другу вреда.

— Они же раздерут друг друга, — в ужасе прошептала Алинка.

— Не-е-ет, — успокоила ее Айвинэль. — Больше всего это напоминает встречу друзей.

— Очень старых друзей, — дополнил я ее слова, — которые не виделись несколько тысяч лет.

В первые секунды «ссоры» от эльварки пришла волна недоумения и опаски за жизнь друзей, но потом она сменилась удивлением и, в конце концов, интересом. Я понял, что она перешла в боевой режим и сейчас видела то же самое, что и я, находящийся в состоянии измененного сознания. А вот слова наших друзей друг другу заставили меня заподозрить, что они знакомы уже очень давно, вполне возможно — со времен Войны Богов. И что же это получается? А выходит, что оба они очень непростые разумные.

В это время Тир’Эш запрыгнул на спину Шшассе, обхватив ее лапами и вцепившись в шею клыками. Вот только дракона вместо того, чтобы попытаться сбросить его со спины, взмахнула крыльями и стала подниматься вверх. Поднявшись высоко в небо, она перевернулась, и наш котяра полетел вниз, широко растопырив лапы в стороны.

— Ах! — тихо вскрикнула молоденькая жрица. — Он же разобьется!

И прикрыла глаза ручками.

Тир’Эш падал, а Шшасса, махая крыльями, опускалась немного выше него. И когда до земли оставалось всего ничего, она сделала резкое пике вниз, подхватив на свою спину метаморфа. И только когда они приземлились, девочка открыла глаза.

— «Давно я так не веселился и не летал», — услышал я мысль котяры, который с довольной мордой шел к нам.

— «Ах, давно не веселился?!» — возмутился я.

— «Ой, — он остановился, уставившись на меня. — Ты меня слышишь?».

— «И ваш дружеский разговор тоже слышал», — я постарался как можно более язвительно передать свою мысль.

— «Наконец-то прорыв, — это уже Шшасса. — А то я не знала, как же пробудить эту твою способность».

— «Какую способность?», — удивился я.

— «Ментальное общение, — ответила она. — И не надо говорить, что мы общались. Для этого и мне, и, — тут она запнулась, но продолжила быстро, — Тир’Эшу необходимо было поддерживать ментальный канал связи, иначе никакого разговора не получалось. А сейчас ты сам сумел его создать. Запомнил, как это сделал? Или хотя бы ощущения?».

В это время они подошли к нам. Алинка, чуть отступив нам с Айви за спину, неуверенно произнесла:

— Тир’Эш?

И с криком: «Тир’Э-эш, поката-а-ай!» бросилась к нему, сразу попытавшись залезть на спину. И такое у него стало вымученно-страдальческое выражение морды, что захохотали все присутствующие. Девочка все-таки сумела залезть ему не спину и с гордым видом посмотрела на нас.

— Может быть, представитесь, наконец-то, кто вы на самом деле? И мне, и Айвинэль тоже.

Эльварка уже сняла свой защитный амулет от ментальных воздействий, и теперь требовательно смотрела на них. После моих эмоций, того, что видела, и пары сказанных мною фраз она жаждала присоединиться к нашей беседе.

— «Представляю вам старейшину рода драконов, Шшассу Айшисиалшс», — представил метаморф дракону полным именем.

— «Представляю вам старейшину рода шредаар’инра’доо Дуара’Хигр’Шовкудар», — вторила ему Шшасса, представив нашего кота истинным его именем.

— «Мы потом с вами поговорим, и вы расскажете кто вы и откуда», — сказал я им. — Пошли, — я махнул рукой, показывая всем, что можем идти.

Алинка же с довольным видом продолжала оседлывать кота.

— Раэш, Айвинэль, — глава клана Серебряные Струи поприветствовал нас, взяв на себя обязанности вести разговор. — Вы уж простите нас за то, что мы прибыли без приглашения, но обстоятельства вынудили нас искать защиты здесь. Шшасса и ваша жрица, — одновременно с этими словами он посмотрел на Алинку, — любезно разрешили поселиться у вас всем эльвари, которые остались живы.

— Позвольте представить вам нашу спутницу, — я взял ханьку под руку, чтобы было понятно, о ком идет речь, — Си Ши из императорского рода Китайской империи.

Когда стали подходить к нашей столице, то заметили, что число жителей возросло многократно, особенно детей разных возрастов. И в глазах некоторых стоял страх. Вероятно, это те, кто уже успели встретиться с войной. Вальтиа́н, как звали отца нашей подруги Иоэль, по пути кратко ввел нас в суть дела, сообщив о событиях в Африэнне.

— У вас тут даже дышится свободнее, — сказала Ши, вдыхая воздух полной грудью, словно в намерении подтвердить свои слова.

— «Пелене Супайче» здесь нет места, — сказала верховная жрица эльвари.

— Пелена Супайче? — спросила девушка. — Что это?

И Лийанэль принялась просвещать девушку в этом вопросе. Я же со все возрастающим удивлением, которое стремилось перерасти в изумление, рассматривал строящуюся столицу. А на улицах дети, дети, дети… Да, когда отец Иоэль сообщил, что Владыка приказал эвакуировать детей на остров, я просто не ожидал, что их окажется настолько много. И даже в нашем с Айвинэль дворе, да и в самом доме бегали детишки пяти — семи лет.

— Господин, госпожа, — обратился к нам Шетиан Жерналль, — я взял на себя смелость в ваше отсутствие посетить часть детей в вашем доме.

— Вы сделали все правильно, Шетиан, — сказала моя жена.

Вошли в дом, где направились сразу в гостиную.

— Ши, — обратился я к ханьке, — мы сейчас будем обсуждать дела клана, и тебе это будет не интересно, поэтому можешь походить по городу и посмотреть, как мы живем.

Она сверкнула глазами, но ничего не сказала, только резко развернулась, так что ее собранные в хвост волосы пролетели в паре сантиметров от моего лица. Там все уже сидели, и я примостился рядом со своей супругой, обняв ее, а девушка прильнула ко мне. Отец Иоэль только улыбнулся на такое наше совсем не эльфийское поведение.

— Вы можете мне сказать, как погиб мой отец? — задала вопрос моя половинка.

— Новый неизвестный враг стремительно продвигался к столице Африэнна, — начал рассказ глава клана Серебряные Струи. — В последнее время перед нападением Владыка, его супруги и наша верховная жрица чувствовали беспокойство, поэтому приказали эвакуировать всех детей и часть воинов к вам на остров. Но не успели. Твари повалили из Джунглей, подняв очень много нежити. Часть эльвари, которые находились в оппозиции к Владыке, перешли на их сторону.

— Я так понимаю, что не все? — задал я вопрос, когда в рассказе появилась пауза.

— Больше половины, но не намного, — кивнул он, — из тех, кто отказался, враги сделали нежить. Но оказался один нюанс: сила Богини значительно усиливала мощность заклинания, если наравне с магической энергией в заклинание добавлять и ее. К сожалению, это умеют делать только архимаги. Лийанэль, — кивок в сторону верховной жрицы — и ее подчиненные постоянно благословляли простых воинов и передавали силу магам. В итоге, вся энергия, запасенная храмом, ушла на это. И тогда Владыка приказал передавать ему силу меллорнов.

— Мы до сих пор не знаем, что он сделал и откуда у него подобные сведения, но в него и его жен устремился бурный поток, — продолжила рассказ жрица. — Я не могла остановить его, а оторвать руки мне мешал сам Владыка. А потом…

И женщина задумалась, вспоминая произошедшие события.

— А потом мы увидели рождение легенды, — теперь уже Вальтиан перехватил нить повествования, — рыцарей Богини. Все, как описано в древнейшем манускрипте: «Сияние их было подобно весенней листве, голос их был подобен гласу Богини, отвагу, бесстрашие и непоколебимую волю вселяли они в сердца воинов, сражающихся вместе с ними». Мы так и не знаем, откуда Владыке стало известно о ритуале, ведь эти знания утеряны. Он взял с собой только триста воинов, с которыми ушел сражаться с врагом. У меня вообще создалось впечатление, что он точно знал, куда надо идти. Мы же едва поместились в дирижабли, да и то пришлось сидеть друг у друга на головах. Еле-еле накопителей хватило, чтобы долететь до острова. Хорошо, что летающих тварей нет.

— Это ненадолго, — возразил я ему, — скоро появятся ктул-соатхи.

— Я так понимаю, вы знаете, что это за враг и откуда он взялся?

— Знаю, — кивнул я. — Слушайте…

И я рассказал все, что мне было известно. Когда разговор коснулся боевых умений, то Вальтиан пригласил еще троих эльвари — как я понял, это отличные командиры, которые назадавали мне столько вопросов, что на половину ответить не смог. Но даже той информации, что я выдал, они были очень рады. После окончания моего рассказа они уши думать над новой тактикой противостояния. Покинули помещение и другие, а остались только мы да чета Кенварталль.

— Раэш, Айвинэль, — обратился к нам отец нашей подруги, — необходимо как можно скорее принести клятву верности тебе. Мы решили, что клан должен быть только один — твой, и все рода приносят тебе клятву вассалитета. Чтобы в дальнейшем избежать того, что произошло в последние годы.

— Мы согласны, — одновременно ответили мы.

— Тогда я и мои супруги займемся подготовкой; думаю, недели будет достаточно. А теперь расскажите о своих приключениях. И кто это с вами? У меня, глядя на него, язык не поворачивается назвать его животным.

Мы с Айви решили рассказать все без утайки, причем не только о приключениях, но и о моем происхождении. Эльвари очень серьезно отнеслись к появлению в этом мире нового врага, и еще серьезней — к их Богу. Они сразу начали утверждать, что вселился в жреца именно он. А вот про наше чудесное бегство ничего сказать не могли. Разве что подтвердили слова Айви, будто это работа моего знакомого Бога. Вот только я не верил в это — нечто, сидящее глубоко внутри меня, не соглашалось с такой постановкой вопроса.

Закончив разговор, мы вышли на улицу. Тир’Эш, только завидев нас, побежал в нашу сторону, а на спине его сидело уже три ребенка. Алинка своего места не отдала, зато позади нее примостились два эльвари: мальчик и девочка.

— «Когда мы отсюда улетим?», — первым делом спросил метаморф.

Я пересказал его вопрос Айви, и мы рассмеялись, потому что в ближайшее время никуда не намерены уходить. Дети слезли с него, и мы направились к драконе, которая все так же отдыхала у посадочного поля. Усевшись рядом с ней, я потребовал рассказать о себе и обо всех событиях, произошедших с момента их расставания.

Естественно, получить ответы на все интересующие меня вопросы я не смог. Некоторые вещи они сами не знали, а в отношении других сообщили, что мне их лучше не знать — вроде бы как для моего лучшего саморазвития. Дескать, эти знания только затормозят меня. А другие вообще знать не положено. Но узнали мы все-таки много.

Во-первых, о сроке жизни. Я уже было подумал, что все драконы и шредаар’инра’доо живут по нескольку десятков тысяч лет, но оказалось, что это не так. Это прерогатива только старейшин. А все потому, что они являются первыми представителями своих рас и связь их с создателями невероятно тесная. Даже в отсутствие своих богов, как сейчас произошло у Шшассы, срок их жизни по-прежнему остается очень большим. Все остальные представители их родов живут в пределах трехсот — четырехсот лет.

Во-вторых, о Войне Богов сообщили тоже не очень много. Сказали, что именно тогда они и познакомились, но умолчали как об обстоятельствах, так и подробностях, особенно в отношении своих создателей. Ктулхуты — это, действительно, их старые враги еще с тех времен. Битва за этот мир была очень жестокой, в схватке сошли Боги, и Богиня эльвари была убита. Поэтому и отсутствует в меллорновых храмах ее свет. А вот про кристалл, который связан с еще одним высшим существом, говорить отказались напрочь. Даже имя Богини не стали сообщать.

На подготовку ушла не неделя, а декада, которая все равно пролетела очень быстро. Да, отец Иоэль, узнав, что клан мы не создавали, сказал, что перед церемонией клятвы необходимо объявить о его создании. О названии клана мы вообще даже не думали, поскольку Айвинэль сразу предложила название моего дома — точнее, не именно его, а созвучное с ним в эльфийском языке: Скрытый во Тьме. Когда сообщили его родителям Иоэль, они почти сразу сказали, что оно очень подходит.

И вот сама церемония. Проходила она, естественно, в храме, и свидетелями, имеющими право, были верховная жрица эльвари Лийанэль и молоденькая жрица пока еще неизвестной Богини Алина.

— Я, глава рода Арэшхиллса, объявляю о создании клана Скрытый во Тьме.

— Подтверждаю, — сказала Лийанэль и сотворила сложный рисунок, в результате которого от ее ладоней отделилось яркое зеленое сияние и окутало меня с головы до ног.

— Подтверждаю, — произнесла Алина и повторила жест эльварки.

Вот только после ее действия меня окутало синим сиянием. Еще одним результатом была легкая щекотка по всему телу, показавшаяся мне во втором случае более ощутимой. Верховная жрица научила этому ритуалу девочку, надеясь, что, поскольку она сумела получить благословение другого высшего существа, то и ритуал эльвари будет действовать в руках и устах Алины. Женщина оказалась права. После этого начались клятвы глав родов, и первым, что естественно, вышел отец Иоэль.

— Я, глава рода Кенварталль, клянусь в верности…

Всего сохранилось пять родов, за исключением уже давшего клятву рода Жерналль. После церемонии устроили небольшое празднество, чему больше всего обрадовались дети. Уже поздно вечером мы отправились спать.

Зов я почувствовал сквозь сон, и не успел отойти от него полностью, как в голове раздался голос Тир’Эша.

— «Вставай скорее. Ктулхи атакуют».

Я постарался убрать эмоции, но куда там — моя супруга уже смотрела на меня, ожидая разъяснений. Пришлось быстро ввести ее в курс дела.

До берегового города, куда направлялись ктулхуты, я долетел на Шшассе вместе с Ши. Айвинэль же осталась в городе, просто почувствовав, что я ее никуда не пущу. По пути дракона ввела меня в курс дела. Ее соплеменники следили не только за территорией вокруг острова, но и за побережьем Африэнна. Вот они и увидели, что у берегов материка собрался флот в десять кораблей, который направился в нашу сторону. Один из драконов пролетел на бреющем полете, рассмотрев тех, кто там находится. За это он получил пару попаданий, зато можно смело утверждать, что на судах — враги, среди которых и ктулхи с подручными, и нежить с личами, и эльвари со своими магами. Я поинтересовался, почему они не летят на дирижаблях, но дракона ответить не смогла. Подлетая, я увидел на горизонте появившиеся корабли.

— Что решили? — спросил я двух находящихся здесь командиров.

— Надо обязательно встретить их магией еще в океане, вот только маги у них на кораблях наверняка тоже есть, — ответил один из них. — Зато мы можем объединиться в круг. Ши, умеешь это делать?

— Плохо получается, — поморщилась девушка, — я очень быстро создаю заклинание и не умею хорошо контролировать, если снижаю скорость.

— Давай попробую передать тебе силу Богини, — сказала находящаяся рядом Лийанэль.

Она подошла сзади и со словами начала свое священнодействие. Пять раз пробовали, но у Ши ничего не получалось. Она чувствовала неизвестную ей энергию, ощущала расходящееся от нее тепло, но обуздать этот, как она сама выразилась, «шар» не получалось. Ханька искренне очень расстроилась, узнав, что с помощью этой силы можно значительно усилить действие чар в отношении нового врага. А после пленения и знания того, что с ней хотели сделать, ее ненависть к ним скаканула на недосягаемую высоту.

— Они выстроились клином, — передал я командующим полученные от Шшассы сведения.

Сейчас два дракона постоянно находились в воздухе, с безопасного расстояния наблюдая за врагом, и передавали сведения своей старейшине, которая сообщала их мне. Прилетели еще воины на дирижабле, а вместе с ними и Тир’Эш.

— Тогда план такой, — после совсем короткого обсуждения начал отдавать команды Кухриа́н. — Вы, — он поочередно выделил четырех магов, которые умели оперировать силой Богини, — делаете круг и творите самое мощное и разрушительное заклинание, применимое на море. Ты, — он посмотрел на ханьку, — создаешь свое самое разрушительное и отправляешь следом.

— Хочу немного подправить план, — сказал я ему и, повернувшись к магам, добавил: — Кто будет ведущим? Сними защитный ментальный амулет и открой свой разум, если имеешь врожденную ментальную защиту.

Маг, не раздумывая ни секунды, снял амулет и повернулся ко мне, делая приглашающий жест. Я потянулся к нему и остановился. Я снова продвинулся вперед в плане одновременного контроля двух своих состояний. Сразу нырнул в ментал и сохранил реальность в сознании. Пусть не на самую глубину в кил’са, но все равно прекрасно понимал, что сейчас не являюсь сторонним наблюдателем, как было ранее. И я попробовал войти в состояние измененного сознания. И у меня это получилось! Понятное дело, что во время ментального сражения проделать это не смогу — только отстраненно наблюдать, но сейчас мне это и не нужно. Коснулся мыслей мага.

— «Дай полную информацию о готовящемся заклинании», — передал я ему свою мысль.

Повернулся к девушке, встретив ее прямой взгляд. Вот только чувствовал исходящее от нее сильное смущение. Потянулся к ней и легко установил связь, передав ту же просьбу. Маги объединились в круг, начиная создавать заклинание «Водное торнадо» — этакий смерч, поднимающийся из воды в небо. Ханька же решила создать огненную стену, но не стандартное заклинание, а несколько модифицированное. Появлялась стена всего в двадцати метрах от девушки, но на высоте десяти метров. Затем двигалась так же и потом резко падала вниз до любой поверхности. Как сказала Ши, после падения с высоты в океан оно не только продолжит движение, пусть и недалеко, но и поднимет огромное облако горячего пара. Кстати, по этой причине наш командующий приказал двум оставшимся магам просто запустить банальный ветер, чтобы отнести его в сторону врагов.

— «Начинайте», — отдал я приказ ведущему круга магу.

— «Начинай», — передал мысль Ши.

Я внимательно наблюдал за приближающимися кораблями, постоянно анализируя расстояние и вычисляя место их встречи с нашими заклинаниями. Уже непосредственно перед созданием круга к нам подошла Алина, прилетевшая на второй драконе, и с серьезным видом заявила:

— Она сказала, что и я, и Лийанэль должны встать в круг.

Никто спорить даже не подумал, и только ведущий маг спросил, имеет ли значение, где именно они должны находиться. Девочка растерялась, поскольку ее госпожа ничего не сказала, но тогда уже сам маг сказал, что лучше им стать друг напротив друга. Вот теперь они вшестером ожидали моих команд.

— «Атака», — передал я мысль магам.

И в ста метрах от берега вода забурлила, затем начала движение по кругу, которое все ускорялось и ускорялось. Вот уже появилась настоящая водная карусель, и в следующее мгновение огромнейший столб воды поднялся вверх и понесся в сторону судов неприятеля.

— «Атака», — передал я приказ Ши.

Вот только миг назад можно было спокойно наблюдать за водной стихией, а сейчас в десяти метрах, даже немного выше, появилась стена ярчайшего пламени. Миг, и оно устремилось за торнадо, стремительно догоняя его. Два оставшихся мага создали свои заклинания, да еще настолько качественно, что на поверхности океана появились буруны, бегущие в сторону врагов. И спустя пару мгновений торнадо достиг цели, а в следующий миг огненная стена рухнула в воду.

Атлантический океан, воздушное пространство вблизи острова Гран-Канария.

КугорданШмеххель до сих пор пребывал в сильнейшем гневе на давних врагов, а ненависть и злоба к ним захлестывала через край. В кои-то веки у них появился аватар их господина, причем в том далеком мире, где они влачили жалкое существование. И вот спустя многие тысячелетия ожидания господин явился и повел их в новый мир. Правда, с его слов, они некогда уже были здесь, но им пришлось уйти. когда он впервые сюда попал, этот мир поразил его своим магическим фоном, который не давал творить заклинания. Но когда в него вошел аватар, тот смог все исправить. Пусть не до конца, и чары получались такими, словно кто-то мешал их творить, но главное, что армию нежити можно было создавать.

И они отправились в столицу ушастых, чтобы стереть ее с лица земли. Там их аватар встретился с рыцарями своего врага, но никто не ожидал его проигрыша. Это событие сначала потрясло всех, а затем наполнило сильнейшей ненавистью ко всему, что было связано с Богиней Флораниэнтиэль. И было вынесено решение, что всех эльвари, даже перешедших на их сторону, рано или поздно надо превратить в нежить. Сейчас же их использовали для нападения на остров, где скрылись остатки их расы.

КугорданШмеххель в данный момент находился в центре клина, руководя другими ктулхами, находящимися на остальных кораблях. На его судне ушастых не было — только его подручные и нежить. Практически все они находились на первых трех кораблях. План был прост: на первом корабле находился очень мощный негатор магии, в задачу которого входило рассеивание всех атак на море. А то, что их будут атаковать, он нисколько не сомневался. А вот и начало — он почувствовал отголоски мощного заклинания.

Водяной торнадо впечатлял, надвигаясь огромным столбом и перекрывая чуть ли не весь обзор. Вот сейчас это очень сложное плетение будет разрушено, и на берегу начнется сражение между ушастыми. К тому моменту, когда они высадятся, будет уже много трупов, которых можно поднять в виде нежити. Он не видел больших трудностей, даже драконы не были им страшны. Тем большее недоумение вызывали слова аватара, который заявил, что на острове скрывается еще один сильный враг, с которым могут возникнуть проблемы.

Внезапно возникло чувство опасности, и он сразу же приказал сбросить ход и как можно скорее поворачивать назад. Интуиция спасала его столько раз, что он в любой ситуации, какой бы безопасной та ни выглядела, всегда слушался ее. Вполне возможно, благодаря этому он достиг высшего уровня и имел пятнадцать подручных. Ранее подобное считалось невозможным, а сейчас их пятеро, и все они перешли в этот мир.

Магические двигатели отключили, и судно начало отставать.

В это время заклинание врагов достигло острия клина, на котором уже задействовали негатор, и… продолжило свое движение. Невероятно, но артефакт только уменьшил силу заклинания, которое просто разметало первые три судна. А вслед за ним ктулх увидел огненную стену, которая, приблизившись, рухнула в воду, подняв клубы горячего пара, и даже двинулась дальше. Но самое главное — он понял причину того, что негатор не смог разрушить заклинание: вмешательство высшего существа. И это совершенно точно не Богиня эльвари, которая мертва, — это сила живого Бога. Стали понятны ему и слова аватара о том, что здесь скрывается сильный враг. Он начал мысленно связываться с другими ктулхами, отдавая приказ на отступление. К войне за остров необходимо подготовиться, и без ктул-соатхов здесь не обойтись.

Из западни смогли уйти только пять кораблей.

Остров Гран-Канария.

Я даже не ожидал подобного эффекта от вхождения в круг магов жриц. Там, на кораблях, маги наверняка ставили защиту, особенно при приближении к ним врагов. Да, их действия уменьшили силу заклинания, но больше ничего сделать не смогли, и торнадо распался, исчерпав вложенную в него энергию. А от заклинания ханьки там вообще все заволокло туманом с температурой кипения воды. Ктулхут, командующий войском врагов, приказал отступить и правильно сделал.

Возвращались мы на дирижабле, где Алина поведала нам свою часть истории. Она находилась в храме, где кроме нее были чуть ли не все дети, которые вознесли хвалу Богиням. А потом у молоденькой жрицы перед взором появился состоящий из эльфов круг и желание встать вместе с ними. Было еще что-то, и понять это она сначала не сумела, но, увидев свою наставницу, сообразила. Еще она добавила, что с приходом эльвари с континента ее госпожа чувствуется более отчетливо.

После возвращения мы отдали должное в храме и направились к себе домой, где заняли небольшую комнатку. Меня же ожидало одно дело, идея которого посетила во время сражения. А именно — переделка заклинания «Поднятие архилича». Не для того, чтобы поднимать нежить, а чтобы перехватить управление или упокоить. Вот этим я и занялся. Войдя в состояние измененного сознания, я занимался переделкой блока плетения, отвечающего за связь с некромантом. Сделал три варианта перехвата контроля и столько же — «отрезания» от некроманта, вроде как обещающих сработать, но проверить было негде. И одно по упокоению. На счет последнего вообще не уверен, что сработает, хотя для работы брал не только поднятие архилича, но и простое поднятие нежити. По задумке оно должно упокоить любую нежить на площади десять на десять метров. Откинулся на кресле, анализируя свои выводы.

Ши я почувствовал еще пять минут назад. Она зашла в комнату и тихонечко сидела во втором кресле. А сейчас спросила:

— А что ты видел, когда разговаривал со мной ментально?

Я как раз нашел возможную неточность в последнем заклинании, поэтому усиленно работал над этим вопросом. Вот и ответил первое, что пришло в голову:

— Чего я там только не видел.

От девушки пришла такая буря эмоций, где переплелись негодование, гнев, смущение и какое-то желание в отношении меня, что я посмотрел на нее. А она возьми и убеги. Пришла Айви, и остаток дня и вечер мы провели вместе, после чего легли спать.

Утром, после завтрака, во время которого к нам присоединилась ханька, мы направились в храм. Очень мне хотелось расспросить жрицу о силе Богини, да и попробовать хотелось. Там Лийанэль что-то объясняла Алине, которая с такой серьезной моськой ее слушала, что мы непроизвольно заулыбались, даже Ши. Когда их очередной урок закончился, я спросил:

— Лийанэль, объясни на счет силы Богини. И хочется попробовать, смогу ли я ее использовать.

— Сила Богини — это энергия поклонения и молитв. Образуется она только при искреннем отношении. У эльвари она накапливается в меллорнах. Кстати, — она повела рукой, — заметил, что их стало больше? — я кивнул, и она продолжила: — Любая жрица может как использовать ее для благословления, так и передать для использования. Если маг сумеет удержать ее, то и использовать сможет.

Она еще полчаса объясняла, как надо ее удерживать в себе, какие при этом должны быть ощущения, как передавать ее в заклинание. В конце спросила:

— Хочешь попробовать?

— Хочу.

Она поднялась, встала позади меня и приложила ладони к моей спине. А спустя несколько секунд я почувствовал, как ко мне перешел теплый шар. Он был совсем небольшой и норовил расплыться или раствориться. Я попытался сделать, как она говорила, но у меня ничего не получалось, и шар энергии начал рассеиваться. Он почти полностью растаял, когда я по наитию взял его в свои ментальные ладони.

И — о, чудо! Получилось. Попросил добавить еще порцию, еще и еще. В конце Лийанэль передала уже приличный шар, а я, увеличив размер ладоней, добавил его к имеющейся энергии и тоже сумел удержать.

И только хотел порадоваться, как услышал обеспокоенный голос Алинки.

— Братик, тебе надо срочно лететь в Россию.

Из дальнейших расспросов мы поняли, что у нее снова было видение. Она не могла назвать причину — только то, что надо срочно вылетать туда. Айвинэль только попыталась сказать, что полетит со мной, как почувствовала, что я ее никуда не пущу. Вздохнув, она крепко обняла меня, плотно прижавшись.

— Алина, попробуй передать своему брату силу своей госпожи, — внезапно сказала жрица эльвари. — Как я тебе сегодня показывала.

Получилось у нее только с пятого раза, и передала она совсем мало, зато так воодушевилась, что еще пару десятков раз проделала эту процедуру. Удивительно, но я легко держал два шара энергии своими ментальными ладонями. Более того, я чувствовал разницу между ними, но много было и общего. Я попытался словами передать свои ощущения, но поняла меня только жена, да и то благодаря эмоциональному единству со мной.

И я отправился готовиться к походу.

Остров Гран-Канария, территория храма.

Когда Раэш удалился, Ши подошла к его жене и совсем тихо спросила:

— Я могу поговорить с тобой наедине?

— Конечно. Давай пройдемся.

Они медленно направились в сторону города. Некоторое время шли молча: эльфийка ждала начала разговора, а ханька не знала, с чего его начать. В итоге она, встряхнув головой и вздернув носик к верху, решительно сказала:

— Хочу поговорить о Раэше.

— Я так и думала, — улыбнулась Айвинэль, посмотрев на девушку, чем смутила ее.

— Так ты знала? Догадывалась?

— Это только он ничего не замечает, — с усмешкой добавила эльварка, а Ши покраснела от этих слов. — И что же ты хочешь?

— Хочу войти в вашу семью, — решительно сказала ханька и тут же совсем тихо добавила: — Если он захочет.

— С этим очень сложно, — медленно произнесла эльфийка.

Она думала, как правильней высказать свою мысль, чтобы не обидеть девушку. Да и рассказывать об иномирном происхождении Раэша не хотела постороннему человеку. Да, сейчас это не являлось большой тайной, но знали или догадывались об этом совсем немногие, и все они были своими.

— Понимаешь, у него было очень тяжелое детство, поэтому к людям он относится крайне недоверчиво, — очень серьезно сказала Айвинэль. — Могу добавить, что к тебе он относится хорошо, поэтому все зависит только от тебя. Самое главное — будь честной.

Оставшийся путь они просто разговаривали. Ши, в основном, расспрашивала эльфийку о предпочтениях ее мужа и каков он в повседневной жизни. Айвинэль же раздумывала над тем, сможет ли влиться в их семью эта девушка, в которой периодически проскальзывали нотки властности. Она видела, что девушка не привыкла быть на вторых ролях, и сейчас старательно борется с этим: если не сможет принять такое положение, то ничего у нее не выйдет. Говорить об этом она не стала, считая, что к подобному решению та должна прийти самостоятельно.

Придя домой, они застали Раэша за сборами. Айвинэль вспомнила о том, сколько дорог они исходили вместе, начиная с детства, и улыбка появилась на ее лице.

— Раэш, я еду с тобой! — тоном, не терпящим возражения, заявила ханька. — Можно? — добавила она уже совсем тихо.

Остров Гран-Канария, город Кеарр’Шаллхасс, дом семьи Арэшхиллса.

Я уставился на девушку. Чего это она? Приключений захотелось на одно место? Но противиться не стал: во-первых, каждый сам решает за себя; во-вторых, такой сильный маг в качестве попутчика будет очень кстати. Сказал только, чтобы она готовилась, и Ши, обрадовавшись, словно ребенок, которому дали конфетку, ушла. Точнее, чуть ли не выбежала из комнаты. Я сел разбирать свои записи по преобразованию заклинаний некромантии. Надо будет отдать их местным магам — пусть дорабатывают и проверяют.

Ко мне подошла жена и, обняв сзади, положила голову на плечо.

— Пообещай мне спасти Милу, — прошептала она в ухо. — Не хочу, чтобы ее убили.

— Конечно, — я повернул голову и поцеловал ее. — Я и сам соскучился по нашей златовласке.

Думал вылететь через пару дней, но какое-то чувство внутри меня стало подгонять вперед, словно я мог опоздать. Поэтому решил лететь через день, причем в составе пяти дирижаблей. Лийанэль потребовала от меня выучить заклинание магического вестника и постоянно тренировать его, чтобы сообщать о своих делах.

И вот настал день расставания. Я не любил долгих мероприятий, поэтому поцеловал свою половинку, попрощался с родителями Иоэль, мысленно махнул на прощание Шшассе, развернулся и вместе с Тир’Эшем направился на борт корабля.

Глава 9

Воздушное пространство Африэнна.

Лететь решили по кратчайшему пути — через Африэнн. Вместе с нами отправился и дирижабль герцогов Баварских, на котором мы прилетели сюда. Мы же с Ши летели на «Небесном Страннике» — лучшем воздушном судне эльвари. Высота была приличной, поэтому мы практически не боялись ктулхутов, у которых летающие твари отсутствуют. Кстати, Тир’Эш не смог ответить на вопрос, почему ктул-соатхи не пришли сюда вместе со всеми. На ум пришло только то, что в том мире они не могут родиться или их настолько мало, что все они требуются там. Можно опасаться воздушных кораблей предателей, перешедших на сторону врага, но чтобы справиться с нашей пятеркой, им необходимы превосходящие силы. Причина проста: флагман родителей моей супруги — это новейший, самый мощный корабль с самым современным вооружением.

Сейчас я, лежа на кровати, находился в своей каюте в двух состояниях одновременно. Кил’са, которое было поверхностным, и измененное сознание первого уровня. Я начал использовать свою боевую ментальную технику, попутно нагружая свой мозг сложными расчетами. В качестве задания я взял сражение нас троих: я, Айвинэль и Ши с пятью ктулхами, два из которых имеют свиту в десять подручных, и двумя ктул-айчами. В ментальном плане я сражался с одним воображаемым противником. Конечно, это не реальный бой, но все равно нагрузка на мозг и сознание была большая.

Спустя десять минут пришло понимание, что я просто не успеваю обрабатывать данные от стольких противников, поэтому перехожу на второй уровень гар’са и… выпадаю из ментального состояния.

— Эх, как жаль, что нет учителя, — немного сожалеюще вздохнул я. — Хотя эта хитрая морда говорила, что у меня он есть — правда, уточнить, где именно, отказывается. Даже на то, кто это такой, не дает намека.

Начал все с самого начала. Дойдя до определенной точки, сдвинулся глубже в ментальности и… получилось! Я сумел удержать оба состояния, продолжая сражаться в своем воображении. Длилось это до тех пор, пока не почувствовал усталость. Прикрыл глаза, но уснуть мне не дал стук в дверь, а затем раздался голос ханьки:

— Раэш, можно войти?

— Заходи, конечно.

— Чем занимаешься?

Вопрос получился настолько банальным, что девушка даже почувствовала себя немного не в своей тарелке. Но воспитание сказалось, и уже в следующий миг она прямо посмотрела мне в глаза.

— Работаю над собой, тренирую свои способности, — затем с усмешкой добавил: — Это же ты у нас гений, а я так — погулять вышел.

Девушка так вздернула свой носик, что мне захотелось ей кое-что напомнить.

— Но ты моя добыча.

— Что-о-о? — прошипела она так, что даже Тир’Эш, спавший в углу каюты, открыл глаза.

И на меня налетел бешеный вихрь. Я, ожидая нечто похожее, заранее перешел в состояние измененного сознания, несмотря на накопившуюся усталость. Перехватив ее руку, направленную мне в грудь, толкнул ее на кровать, а сам вскочил на ноги. Девушка долго не разлеживалась и снова бешеной фурией налетела на меня. Магию она, само собой, не применяла, а все занималась руко— и ногомашеством. Подловил я ее на том же приеме, когда она решила ударить меня ножкой. Вот только обе ее руки страховал своими. И прижал аналогично: ее правую руку — к ее же шее, а левую — между ее ножек.

И по аналогии девушка прошипела:

— Руку убери.

— «А самка, оказывается, любит настоящие брачные игры, — раздался у меня в голове голос Тир’Эша. — Ты ей спуску не давай — пожестче с ней, пожестче».

И снова закрыл глаза и улегся спать. Я же на пару мгновений задумался о брачных играх метаморфов, и мое воображение нарисовало вообще невероятную картину, где два существа используют все свои возможности. Мысленно помотав головой, я произнес:

— Я же говорил, что ты моя добыча.

Она снова зашипела, пытаясь вырваться, а потом как-то расслабилась и вообще прижалась ко мне.

— Но-но, — я отпустил ее, отступая на шаг.

Девушка возмущенно посмотрела на меня, развернулась и направилась к выходу. И тут меня посетила одна интересная мысль, как лучше тренироваться.

— Ши, постой, — она повернулась с улыбкой на лице. — Помоги мне.

— Я согласна, но что я должна делать?

И я стал рассказывать о посетившей меня идее. Суть ее состояла в том, что девушка должна меня атаковать, а я буду находиться в двух состояниях одновременно. И началась уже нормальная тренировка. Ханька атаковала меня руками и ногами, я же просчитывал ее действия и одновременно с этим наносил ментальные удары. Первый уровень обеих состояний давался легко, затем я попробовал перейти на второй уровень гар’са и снова потерпел фиаско. Несколько раз пытался, но у меня не получалось.

Потом я попытался опуститься в глубины сознания, и… у меня получилось. Я мог и увеличивать размеры моего оружия, и менять его, и атаковать с большей скоростью. И одновременно с этим мой мозг работал в полную силу на первом уровне. Так и продолжалась наша тренировка, пока не раздался стук в дверь.

— Войдите, — сказал я.

— Господин, — в каюте появилась молоденькая эльфийка, работающая здесь курьером. — Впереди идет сражение.

Мы с Ши быстрым шагом направились в рубку, где капитан корабля начал посвящать меня в курс дела. Я взял подзорную трубу (великолепное изобретение!) и начал рассматривать то, что находилось по курсу. Оказывается, мы уже находимся в воздушном пространстве провинции Каирвилль клана Звезда Эльвари. И тут я заметил кое-что интересное — штандарт герцогства Баварского. Откуда он здесь взялся — непонятно, но точно такой же я видел, когда гостил у них. Удивительным было то, что там сражались и люди, и эльвари. Первые, я так понимаю, это германцы из герцогства.

Наши войска находились на правом берегу небольшой реки, на возвышенности, враг же занимал очень большую площадь на пологом левом. Среди множества эльвари, непонятно — живых или уже поднятых в качестве нежити, виднелось много ктулхутов. Разглядел даже трех ктул-айчей, но их вполне может быть и больше. В данный момент главную играли роль отличные укрепления, но наши держались только за счет магии. Капитан корабля пояснил, что это место — самое удобное для преодоления реки. Ранее здесь был мост, но его уничтожили. Приглядевшись, увидел остатки. А выше и ниже по течению правый берег мало того, что становится более крутым, с практически отвесными скалами, так еще и вырастает вверх еще метров на пятьдесят.

— Надо бы помочь нашим, но я не вижу места, где бы мы могли приземлиться, — произнес я, внимательно рассматривая местность.

— Там была посадочная площадка для одного дирижабля, но сейчас там находится, наверное, ставка командования. Скоро приблизимся и увидим, — ответил мне капитан. — И еще — мы можем помочь сверху.

— Неудобно творить магию, — я покачал головой, уже просчитывая эффективность атак. — Не эффективно.

— А мы будем сбрасывать на них специальную алхимическую смесь, которая взрывается так, что не каждый амулет сможет защитить, — возразил мне капитан.

А потом начал пояснять, когда мы направились на самую нижнюю палубу. Это новейшая их разработка, где за основу были взяты их алхимические пушечные снаряды. Они намного большего размера, поэтому и воздействие сильнее. Более того, находятся они в специальных керамических сосудах, на поверхность которых нанесено множество специальных плетений. При ударении обо что-то происходит взрыв, и сосуд разлетается осколками, которые, по сути, являются маленькими амулетами. Поэтому, кроме огня, враг получает еще и повреждения при помощи них. Естественно, я сразу же отдал приказ об атаке.

И на землю полетели эти снаряды.

— Надо передать отцу, чтобы и у нас сделали подобные, но с порохом, — очень тихо прошептала стоявшая рядом со мной ханька.

Но я услышал ее слова и, посмотрев на нее, спросил:

— Домой полетишь из Каирвилля?

— Нет. Постараюсь так передать весть.

Атака наша оказалась очень эффективной, нанеся опустошение среди врагов. Маги пытались выставлять щиты, но эти интересные снаряды взрывались даже от соприкосновения с ними. Мы летали на недосягаемой для магии высоте и атаковали, атаковали, атаковали… Жаль, что запас был не так велик, иначе уничтожили бы всю вражескую армию. Со слов все того же капитана, производство их достаточно сложное, поскольку требует много работы артефакторов. Специальные чары не сложные, но очень уж много требуется их нанести.

Но наши действия имели очень благоприятные последствия. Не зная, сколько у нас подобного оружия, враг отступил. Мы же направились к посадочному полю, поскольку мне хотелось самому встретиться с герцогом, чтобы забрать его с собой в Каирвилль. А там уже обсудить наши дела, поскольку мои военачальники все как один говорили, что провинцию и город необходимо удержать. Более того, один из них полетел вместе с нами. Вот он и хотел обсудить оборону и наладить возможность одновременных действий.

Площадка, как оказалось, имеется, но для ее создания пришлось вырубить деревья, которые, кстати, пошли на береговые укрепления. Первой сошла команда моей охраны, а я уже за ними. С интересом оглядывался, осматривая постройки, когда услышал знакомый женский голос.

— Раэш!

Африка, Африэнн, территория клана Звезда Эльвари.

София Шарлотта Августа, герцогиня Баварская, слушала доклад командира группы эльфийских рейнджеров Виэль.

— Госпожа, — обратилась та к ней по правилам эльфийского этикета. — Силы враг собирает очень большие. Полностью разведать всю территорию нам не удалось, но уже сейчас можно говорить о тысячах наших соотечественников — как живых, так и мертвых. Ктулхов видели всего пятерых, но, судя количеству подручных их минимум в два раза больше. Видели трех гигантов, но сколько их на самом деле, трудно сказать, поскольку не удалось пробраться в ту сторону. К сожалению, сказать, как они будут атаковать, какими силами и кто пойдет в первую очередь, по их перемещениям невозможно. Точнее, как всегда: впереди концентрируется нежить и предатели. Это все.

— Иди, — кивнула София.

— Мы снова уйдем на ту сторону, — сказала женщина. — Если будет что-то очень серьезное, отправлю магического вестника.

А сама задумалась о предстоящем сражении, но, как это часто с ней бывало в последние дни, поблагодарила родителей за обучение военному делу, которое ей сейчас пришлось очень кстати.

Родители. Они не смогли выжить после предательства. Девушка узнала об этом по прилете домой, когда встречать ее вышел личный маг-менталист ее родителей — Дитрих. Он-то и рассказал все последние новости. После отлета ее хороших знакомых, этой же ночью и произошло предательство. Как враги сумели пробраться к ним во дворец, остается загадкой, но они устроили настоящую резню, а затем захотели скрыться. Причем захватили мага для каких-то своих целей. Это уже позже сам он просветил, что, скорее всего, его хотели использовать для создания летающих ктулхутов. Освободили его воины Австрийского герцогства, которых послали им в помощь на трех дирижаблях.

А затем начались атаки по трем направлениям, и София поняла, что если она не выведет остатки армии из боя, то лишится ее. К ее огромному сожалению, кроме родителей были убиты и оба отличных военачальника, поэтому и власть, и командование армией перешло к ней. Собрав остатки армии и простых людей, они погрузилаись на десять дирижаблей и направились к своим родичам. Но перелетев через очередной горный хребет, увидели, что и здесь идет война. Навстречу им попались три дирижабля, в которых тоже находились остатки жителей Австрийского герцогства, которые и поведали им, что беда пришла от Польской Шляхты. Там чуть ли не все поголовно перешли на сторону новых врагов. Поэтому девушка решила уходить в сторону Африэнна, в город Каирвилль, где надеялась связаться с Айвинэль или ее родителями и попросить оказать помощь либо предоставить им возможность осесть на этих землях.

Но, как оказалось, война с новым врагом была и на их территории. Однако отказывать в помощи никто не стал, более того — всех детей эльфы поместили рядом со своим храмом. София еще очень удивилась отсутствию молодого поколения, но им сказали, что по приказу Владыки всех детей успели эвакуировать на остров Гран-Канария во владения Раэша и Айвинэль. Они бы и их детей отправили туда, если бы это не было так опасно. Как оказалось, часть представителей их расы — те, кто были в оппозиции к Владыке — тоже стали предателями. «Прямо все, как у нас», — подумала тогда девушка.

Вместе с ними прибыли еще эльфы из соседних кланов, так что воинов собралось достаточно много. Но вот с командирами была беда. Как оказалось, даже ее знаний было достаточно, чтобы выделяться на фоне остальных. Отличных воинов было много, но командиры, которые сумели бы расписать не только тактику, но и стратегию, отсутствовали. Со стратегией сейчас все понятно: выжить и удержать провинцию. А вот тактика и планирование сражений целиком ложились на плечи всего троих человек. Точнее, одного человека (то есть ее) и двух эльфов, что интересно — мужчин. А вот командирами отрядов были по большей части эльфийские женщины.

Девушке выделили западное направление, придав дополнительно к ее людям еще отряды эльфов и двух магов, которые умели оперировать силой Богини. И всего один отряд рейнджеров, но по отзывам остальных их соплеменников, чуть ли не лучший. София подробно расспросила выделенных ей жриц, что значит сила Богини и почему не все эльфы могут с ней работать. После пояснения молодая военачальница очень сильно пожалела, что ее подчиненным это не под силу, но хотя бы благословления жриц на ее людей действовали.

В ее задачу входило перекрыть удобную переправу через реку Те́рекан-Ий, что в переводе значит «быстрая и опасная». Увидев мост, София сразу же приказала его сломать, точнее — после того, как группа рейнджеров-разведчиков ушла на ту сторону. Виэль ей сразу заявила, что для их возвращения в нем нет необходимости, поскольку они знают одно относительно безопасное место для преодоления реки. Также она приказала расширить посадочное поле, вырубив деревья, которые были использованы для строительства защитных сооружений. Она советовалась с командирами отрядов, которые подсказали некоторые моменты, поэтому надеялась, что им удастся выполнить задачу.

Девушка лично осмотрела всю линию укреплений, составляя в голове план их защиты. «Как хорошо, что Раэш передал сведения о силе врагов и том, чего от них можно ожидать, — подумала она. — Но откуда он это знает?». Последний вопрос интересовал ее очень сильно, поскольку девушка была вынуждена констатировать тот факт, что ее спаситель стал для нее не просто человеком, сохранившим ей жизнь. С сожалением подумала, что сейчас пригодился бы и ее брат, который разбирался в ведении сражений намного лучше, но он застрял где-то в Российской империи. Думать о том, что и он мог погибнуть, ей категорически не хотелось.

Она применила в строительстве оборонительных сооружений некоторые полученные за время учебы знания. Как сказал бы ее учитель: «Ты действовала прямо по учебнику». Но сама она была очень рада, что тот очень подробно рассматривал именно подобную оборону с использованием реки в качестве преграды.

А спустя пару дней началось сражение. Сначала магическая дуэль, где маги, которые могли владеть силой Богини, показали себя с самой лучшей стороны. Но затем в бой вступили эльфы — как живые, так и мертвые. Соорудив из деревьев плоты, они устремились через реку. Маги или личи держали впереди щиты, поэтому им удалось высадиться на берег, несмотря на стрельбу защитников из луков, арбалетов и даже пушек, которые установили в укреплениях, сняв их с двух дирижаблей.

Тактику враг применял самую оптимальную в этом случае. Вначале шли нежить и эльфы, которых в случае их гибели маги поднимали в качестве нежити. Сами ктулхи находились на плотах позади них, прикрываясь очень мощными магическими щитами. Но приданным ей в помощь двум эльфийским архимагам удалось убить двоих, но и сами они выдохлись. А затем враги, подняв всех, которых смогли, павших воинов в качестве нежити, отступили. И София не сомневалась, что те задумали очередную пакость, уповая на Богиню эльфов, которая помогла бы отряду Виэль все разведать.

Жрицы за день боев тоже устали изрядно. Здесь был храм, но состоял он всего из трех меллорнов, пусть и довольно старых. Ранее никто и никогда не задумывался о том, что придется здесь воевать, поэтому он выполнял, по большей части, роль места, где проезжие могут поклониться и вознести хвалу Богине. Или совершить какой-нибудь обряд. Для всего этого силы храма хватало, но вот для ведения боевых действий, увы, нет. И это несмотря на то, что сейчас не только эльфы искренне молились, но даже ее соотечественники посещали своеобразный храм эльвари.

Ночью ктулхуты предприняли одну попытку, но судя по их действиям, скорее всего, просто проверяли оборону. Или рассчитывали на некую случайность. Люди по ночам видели очень плохо, поэтому дежурство выпало на долю местных жителей.

Утром, во время завтрака перед Дитрихом появился магический вестник, который мгновение спустя преобразился в лицо командира рейнджеров.

— Госпожа, — несмотря на то, что отправлялось сообщение магу, она обращалась к герцогине, зная, что тот от нее не отходит ни на шаг, — враги строят некую конструкцию, из которой можно соорудить мост. Деталей и подробностей рассмотреть не удалось, но мост — это первое, что приходит в голову. Нас заметили, поэтому пришлось уходить далеко на запад. Не ждите в ближайшее время.

— Час от часу не легче, — в сердцах произнесла девушка.

Еду она проглотила, словно удав, а чашку сока выпила одним залпом. Поднявшись, София быстрым шагом направилась на рубеж обороны. На полпути маг получил еще одного магического вестника, теперь уже от главы клана. Ответ ее вчерашнее послание, что знаний у нее недостаточно, чтобы командовать армией против такого многочисленного противника. Вот только ответ был прост: «Вы учились в военной академии, а больше никого другого нет».

Сегодня бой начался без предварительной магической дуэли. Нежить сразу двинулась на плотах, а вот на месте бывшего моста появились ктулайчи, которые несли некие конструкции — настил из бревен с приделанными к нему стволами деревьев. Опустив последние в воду, они положили настил на остатки моста. И девушка сообразила, как они хотят построить новую переправу, поскольку подобных конструкций она видела уже не менее десятка. Если им удастся это сделать, то удержать позицию не получится. И атака нежити в данном случае служит отвлекающим маневром.

Эльфийские маги сосредоточились на строящих мост ктулхах, а с личами пришлось сражаться людям. Вот только похвастаться успехами могли лишь последние, в то время как эльфы не смогли пробить выставляемые ктулхами щиты. Точнее, лишь в самом начале им сопутствовал успех, а потом им противостояли четыре вражеских мага, которые к тому же менялись. Зоркие эльфы уже сейчас насчитали их четырнадцать. Не будь у тех замены, вполне вероятно, удалось бы не дать построить переправу, но не в этом случае. Только когда в конце подключились пушки, строительство замедлилось, но не прекратилось.

И вот потоки врагов хлынули к их укреплениям. Первыми в прорыв бросились ктул-каарны, за которыми устремилась нежить. После них последовали маги и гиганты.

— Дитрих, держи как можно больший ментальный щит, — приказала стоящая на передовой герцогиня. — Атаковать не надо.

И начался ад. В некоторых местах ктулхутам удалось ворваться внутрь, но их уничтожили достаточно быстро. Сама же девушка стреляла из лука, потому как накопители двух ее магострелов были уже пусты. Вот кто мог бы сказать ей, что детское увлечение пригодится ей спустя столько лет. Летящие дирижабли девушка заметила пару минут назад и сейчас судорожно размышляла, как надо действовать, если враги высадятся у них в тылу. Но придумать ничего не могла — ведь и так все сражались здесь, резерва никакого нет.

— Ох, ты! — схватился за голову менталист, когда к укреплению подошли два ктул-айча.

Затем Дитрих вздрогнул всем телом и чуть было не упал, но стоящая чуть позади него София помогла ему устоять на ногах, подхватив под руку.

А затем все изменилось. С самого большого воздушного судна на ктулхутов начали что-то сбрасывать. И это что-то взрывалось, нанося огромные потери врагам.

— Флагман Владыки, — произнесла совсем молоденькая эльфийка, исцеляя мага, у которого их носа, рта, ушей и даже глаз пошла кровь.

Напор врага снизился, а после того, как во взрыве погибли три ктулха и два гиганта, враг отступил. Их помощники полетели к посадочному полю, и девушка поспешила к ним, оставив Дитриха на попечении молоденькой целительницы и принявшегося помогать ей воина. Маг-менталист, пребывая в непонятном состоянии, не мог передвигаться самостоятельно.

Первыми сошли на землю эльфы. Их было всего десять, но молодая герцогиня сразу подумала, что это отличные воины. Она даже поначалу не могла прояснить для себя этот момент. Они были хорошо вооружены, но кто сейчас, в это беспокойное время, не вооружен? Чуть позже сообразила: от них веяло уверенностью опытного воина.

А вот следующим сошел… София даже помотала головой, чтобы отогнать видение. Но оно, к огромной ее радости, никуда не делось. Ее спаситель (кстати, уже второй раз) с интересом осматривался.

— Раэш! — выкрикнула она, направляясь к нему.

Она бы с огромным удовольствием сейчас понеслась бегом, но сказалось воспитание. Он с изумлением глядел на нее, и у него был такой вид, что девушка уже не выдержала и, сделав пару шагов, заключила его в объятия.

— Я так рада тебя видеть!

И тут же почувствовала на себе ревнивый чужой взгляд, который, если бы мог, проделал в ней две дыры.

Африка, Африэнн, территория клана Звезда Эльвари.

Меня удивило такое проявление чувств. Автоматически обняв Софию, я чувствовал ее неподдельную радость от встречи. Радовалась так, словно мы расстались навсегда, а тут судьба снова свела нас вместе.

— Я тоже рад тебя видеть живой, — отстраняясь, ответил я девушке.

Она же с каким-то прищуром смотрела мне за спину. Оглянувшись, увидел ханьку с аналогичным выражением лица. Мне стало так смешно, что я непроизвольно улыбнулся.

— София, мне надо поговорить с твоими родителями, — я решил отвлечь девушек от игры в гляделки, тем более что разобраться в их эмоциях мне не удалось. — Они здесь?

— Папа и мама погибли, — враз осунулась девушка. — Еще в Дойчландии.

От нее полыхнуло такой горечью утраты, что я сделал шаг к ней, обнял и погладил по спине. Полминуты успокаивал, и только после этого она рассказала подробности. Мы направлялись в местный лазарет, чтобы помочь с лечением людей, когда я обратил внимание на взгляды, бросаемые девушкой на какого-то мужчину. Его как раз аккуратно уложили на землю, и молодая эльварка принялась хлопотать над ним.

— Кто он? — спросил девушку, думая, что это родственник, поскольку чувствовал ее переживание.

— Ментальный маг. Он долго сдерживал ктулхов, но двух ктул-айчей не сумел.

— Ему нужна другая помощь, — сказал я девушке и направился в ту сторону.

Сев рядом с ним, я нырнул в свое сознание на максимально возможную для меня глубину. Ментальная активность мага был в плачевном состоянии — тусклая с четырьмя рваными ранами. Его ментальное поле начало немного восстанавливаться, что было заметно по проблескам, но процесс этот займет несколько дней, а то и всю неделю. И я начал латать эти прорехи по принципу строительства защиты. Брал часть своего ментала, накладывал на его рану и разглаживал. Главным в данном случае было искреннее желание донора отдать часть своего ментального тела. И после этого уже ментал раненого или истощенного мага присоединял к себе, пытаясь залечить свои раны. После того как раны исчезли, я еще немного поделился ментальной энергией, добившись более яркого свечения. И только после этого вернулся в реальность.

Целительница создала пару диагностических заклинаний и обрадованно сказала, что состояние улучшилось. В общем, как я знал и ранее, путем воздействия на ментальное тело можно лечить или калечить физическое. Так произошло и сейчас — несмотря на то, что я просто восстановил ментал, состояние физического тела тоже улучшилось. Внезапно София схватила меня за руку и, посмотрев на нее, я увидел испуг. Хотя никакой опасности не чувствовал, но развернулся быстро. Понятно, девушка просто увидела моего котяру, который еще к тому же скалился. Вот она и испугалась его.

— Да, София, познакомься, — я показал рукой на метаморфа. — Тир’Эш, наш с Айвинэль друг.

После небольшого разговора с девушкой, когда она сообщила о своих проблемах, задержаться нам пришлось на три дня, поскольку Кельвита́н решил помочь ей с организацией обороны.

Африка, Африэнн, территория клана Звезда Эльвари.

Ночь. Он очень любил охотиться в это время, потому что именно сейчас появлялся на поверхности дилтрох. Это животное из отряда грызунов вело ночной образ жизни, вылезая из своей норы только в самое темное время. Размером он был со среднюю собаку, а мясо его было изумительным на вкус. Но была у него еще одна особенность: его кровь использовалась алхимиками при создании целительских зелий. И вот последнее было решающим фактором, заставившим мужчину уйти на охоту. Но этот зверек обладал просто невероятным чутьем на опасность, поэтому охотиться было очень сложно.

Он знал признаки, по которым можно с уверенностью сказать, что в этом месте находится подземное жилище дилтроха, которое всегда имело два выхода. Найти выходы можно, хотя и очень сложно, вот только умное животное не выйдет, а пророет себе третий выход и покинет это место. Он вышел к нужному месту и, оперевшись о дерево, слился с ним. Сейчас охотник был единым целым с лесом, но он прекрасно знал, что и его будущая жертва тоже обладала чем-то подобным — в этом-то и заключалась сложность охоты.

Он не видел, как позади него в густой тени, если хорошенько присмотреться, можно было увидеть темное пятно. Миг — и оно бесшумно шелохнулось. Видеть-то старый охотник не видел, но в данный момент он был единым целым с лесом и все же почувствовал что-то позади себя. Только он хотел сдвинуться за дерево, как в голове у него помутилось. Тень двинулась к нему.

— Что мы тут имеем? — сказала «тень» на кхалите, языке ктулхутов.

И вошла в его сознание. И только начала просматривать, как порадовалась, что проделала это очень аккуратно и сохранила мозг эльвари в целостности.

— И ты здесь, — прошипела она, — это очень хорошо.

«Тень» перешла на последний уровень его сознания и начала делать ментальные закладки.

— Ты должен убить этого человека, — и она закрепила образ парня с медным цветом кожи. — Но только тогда, когда окажешься рядом с ним и наверняка сумеешь это сделать с одного удара.

«Тень» еще поработала с его сознанием, чтобы этот ушастый не сумел заранее проявить свое отношение к жертве и желание убить и тем самым избежать проявления интуиции. После этого «тень» ушла и скрылась.

Охотник посмотрел на шевеление, которое произошло прямо перед ним. Находясь в единении с лесом, он медленно поднял свой небольшой охотничий лук. Аккуратно и не спеша наложил стрелу, мягко натянул и отпустил тетиву. Раздавшийся писк с визгом доказал, что он не промахнулся. Подобрал добычу и направился к целителям.

Африка, Африэнн, территория клана Звезда эльвари.

Тир’Эш не отходил от меня ни на шаг, так же как и ханька ходила хвостиком. Девушки вообще вели себя как-то неестественно, периодически бросая друг на друга странные взгляды. В это время иногда проявлялась буря эмоций, разобраться в которых я уже даже не пытался. Вообще старался отгородиться от них — они же не Айви, с которой мы чувствуем не только малейшие оттенки эмоций, но и тепло друг к другу. Я присутствовал на их совещаниях по обороне, подсказывая некоторые моменты, если я что-то знал или Тир’Эш мог подсказать. Сразу на следующий день после нашего прилета был предпринят новый штурм, но с нашей помощью отбить его было проще.

Сегодня с утра София с Кельвитаном обсудили окончательный план, а я занимался с Ши поднятием своего уровня. С тех пор как Алина сказала, что я должен лететь в Россию, внутри меня что-то говорило, что мне необходимо обязательно повысить свой уровень, вот и занимаюсь этим все свое свободное время.

— Раэш, — к нашему месту тренировки подошла София, — можно с тобой поговорить?

Я прекратил занятие и под недовольным взглядом Ши пошел ей навстречу. Она пригласила пройти к ней в шатер. Целую минуту сидела молча, и мне показалось, что она не решается спросить меня о чем-то или по какой-то причине вообще начать разговор.

— Завтра улетаешь? — задала она вопрос, вероятно, чтобы просто начать беседу.

— Ты же знаешь — спешу я, а еще надо в Каирвилле задержаться на день.

— Сегодня маг-алхимик и жрица эльфов пообещали к завтрашнему утру сделать сильный целительский эликсир. Ночью один их охотник принес очень ценного зверька, — я вопросительно посмотрел на нее, и девушка добавила: — Я хочу, чтобы один флакон ты взял с собой.

— Благодарю. Думаю, что пригодится. Ты сама-то что думаешь делать? Кельвитан точно останется здесь, так что можешь снять с себя командование, так ты и хотела. Точнее, я с ним полечу в столицу провинции, но его наверняка направят сюда. Или в другое место, а сюда пришлют кого-то другого.

— Да вот хочу еще всех детей переправить к вам на остров, если там безопаснее.

— Правильно. И сама можешь там остаться — Айвинэль частенько о тебе вспоминает, правда, почему-то всегда с улыбкой или смехом. Сколько раз ее ни спрашивал, так и не говорит, что ее смешит. Может быть, ты просветишь меня?

Но девушка вместо того, чтобы объяснить, опустила глаза и даже покраснела немного. Поэтому решил, что это нечто девичье. Потом немного поболтали, вспомнили наше первое знакомство, девушка рассказала еще пару смешных историй, произошедших с ней совсем недавно. После этого мы разошлись по своим делам. Захотел потренироваться с Ши, но она отказалась, поэтому пришлось делать все самостоятельно.

На следующий день я получил небольшой, граммов на триста, флакон. Передала его София, а стоявшая рядом жрица начала рассказывать, как им пользоваться. Оказалось, это вполне универсальное средство, которое можно применять как внутрь, так и снаружи, то есть натирать места ушибов или смачивать раны. А потом к нам подошел какой-то эльф с улыбкой на лице, которого и представили, как очень удачливого охотника. Я тоже поблагодарил его за добычу и повернулся к Софии для прощания.

Внезапно полыхнуло чувство опасности, и я дернулся в сторону, но почувствовал, как что-то входит мне в спину.

Глава 10

Российская Империя, где-то между Москвой и Новосибирском.

Целую неделю они ехали, никуда не заезжая. Если нужны были продукты, то этим вопросом занимался один из подчиненных графа, гигиену поддерживали в реках и озерах. Всего их насчитывалось восемь человек: пятеро агентов, их начальник и девушки. Но поражал девушек один человек — их возница. Этот мужчина преображался на глазах: то он был купцом, то наемником, то вообще лицедеем. Цесаревна впервые видела настолько высокое актерское мастерство, и в ком? Просто невероятно! Уж насколько ее учили отличать игру от реалий, но она никогда бы не поняла, что этот человек просто играет свою роль. Граф, когда она спросила, пояснил, что это один из лучших его агентов с позывным «Артист».

Глава внутренней службы безопасности минуту смотрел на графиню нечитаемым взглядом, затем, словно соглашаясь со своим внутренним диалогом, наклонил голову и произнес:

— Людмила Георгиевна, сейчас я хочу рассказать вам об Артефакте Империи.

Девушка удивленно посмотрела на него, не понимая, что он хочет этим сказать. Ведь о нем знали все аристократы, а слышали даже крестьяне самых отдаленных деревень. Ведь это если не символ страны, то некий талисман удачи — уж точно. Но тон, каким это было сказано, заставил девушку серьезно отнестись к следующим словам графа. Бросив взгляд на свою подругу, она поняла, что та тоже не в курсе происходящего. Да и назвал он ее впервые после бегства полным именем, что лишний раз подчеркивало серьезность последующего разговора.

— Об Артефакте Империи слышали все, но что это за вещь — не знает почти никто, — между тем продолжил свой рассказ Александр Андреевич. — Ходят слухи, что он ведет к огромному могуществу, благодаря которому можно покорить весь мир. Поэтому Британская империя и страны, которые она контролирует, так стремятся устроить в нашем государстве переворот, дабы завладеть им.

— А вам известно истинное его назначение? — удивленно спросила цесаревна.

Задала вопрос не зря, ведь родители ей ничего не говорили, а уж они обязаны были это знать!

— К сожалению, этого не знает никто, — Вяземский даже развел руками. — Чуть менее восьмисот лет назад, когда твой предок, Великий князь Иван Васильевич нашел его, он выдал первое и пока единственное сообщение: «Только достойный сможет владеть Даарианом». И тогда же произошла первая инициация и привязка к нему. Твой предок был очень сильным ментальным магом, поэтому она и удалась.

— А что такое Даариан?

— Об этом не знает никто. Известно точно, что это не сам артефакт, а нечто другое. Также неизвестно, где он находится и как выглядит. Вполне может быть, что рядом с ним мы проходили не один десяток раз, но никто так и не догадался.

— А вот легенды о некоей божественной силе или даре — это не о нем? — спросила графиня.

— Великий Ломоносов считал, что это так и есть. Он пребывал в уверенности, что эти вещи: Артефакт Империи и Даариан остались с тех незапамятных времен, когда по Земле ходили Боги. Кстати, эти слова он сказал только императорской чете, и знают о них на данный момент всего шесть человек, включая императора с его супругой. Прости, Люда.

Граф увидел, как сникла цесаревна, поэтому и попросил прощения за упоминание о ее родителях. Все догадывались, что вряд ли заговорщики оставят их в живых, но, не сговариваясь, решили считать их таковыми, пока не увидят мертвые тела. Но вот она встряхнула головой и таким знакомым ему жестом дала понять, что слушает дальше.

— Вероятно, наши недруги тоже уверены в этом, поэтому и охотятся за ним, ведь согласно этим легендам владеющий божественным даром получает великую силу, — продолжил свой рассказ граф. — А вот у твоего предка сложилось другое мнение. Именно мнение, поскольку он тоже не получил никаких пояснений, но, будучи сильным ментальным магом, скорее всего, сумел уловить некие оттенки или отголоски, или еще что-то, что было в той единственной фразе. Это не бесконечный источник силы, не великое артефактное оружие, как, видимо, думают в Британии; как сказал все тот же Ломоносов, это — знания. Прав он или нет, сказать невозможно. Многие не согласны с этим ученым, для которого знания, действительно, были превыше всего.

— А как осуществляется его настройка? — спросила Людмила.

Ей не давала покоя мысль, что ее пра-пра и еще много раз «пра» дед был очень сильным ментальным магом. И девушка почувствовала внутренний толчок, когда задумалась об этом факте. Не зря произошло это именно с ее предком и именно по этой причине. Наверняка там присутствовали и другие факторы, но этот был одним из главных. Поэтому девушка и задала свой вопрос.

— Настройку может делать только очень сильный ментальный маг, — ответил глава службы безопасности. — Сейчас ее осуществляет князь Воронцов. Именно по этой причине он чувствует смерть тех, кого привязывал к Артефакту. И он знает, что ты жива. К сожалению, не может чувствовать состояние человека — только факт, когда кто-то умирает.

— А когда он меня связал с ним?

— Спустя год после твоего рождения.

Цесаревна еще задала несколько вопросов, но точных ответов у графа не было. Больше всего девушку интересовала возможность перестройки артефакта на другой род. Точных данных никто не знал, только то, что в нем должна течь кровь Рюриковичей. А потом вообще выдал одну тайну:

— У Голицыных есть ваша кровь, — серьезно сказал граф. — Они об этом не знают, но это так. Ее мало очень, но она есть.

— Может быть, они узнали? — обеспокоенно спросила Катя. — Поэтому и затеяли смену правящего рода.

— Нет, этого они точно не знают, — уверенным тоном возразил граф, — обыкновенная жажда власти.

Следующие полчаса они проехали в полном молчании. Цесаревна думала о родителях, стараясь убедить себя, что они живы, но какое-то внутреннее чувство твердило обратное. Периодически ее мысли перескакивали на друзей: Раэша и Айвинэль, и тогда ее лицо озаряла легкая улыбка. Ее подруга думала о своих обязанностях, решив во что бы то ни стало спасти жизнь своей подопечной, что бы ни случилось. Граф же размышлял о том, где бы взять дирижабль, чтобы ускорить движение и быстрее добраться до Сибири.

Сегодня решено было заехать в придорожный постоялый двор, поскольку девушкам было позарез необходимо принять ванну. Чтобы не привлекать внимания, отправились граф с девушками и Артист в качестве извозчика. Вяземский, как поступили бы наемники, снял одну комнату на четверых, но с двумя широкими кроватями.

— Не беспокойтесь, — войдя в номер и закрыв за собой дверь, тихо произнес граф, — на ночь мы натянем покрывала между спальными местами, — и он с небольшим скепсисом посмотрел на них, но удовлетворился чистотой.

Цесаревна лишь кивнула и устало села на свою кровать. Хотела заказать ужин в номер, но граф предупредил, что наемники, за которых они себя выдают, так никогда не поступают. Даже в баню им придется идти вчетвером, но он сразу сказал, что они посидят в предбаннике. Девушка очень смутилась, когда Артист добавил, что могут войти и другие, но граф успокоил, что этого не допустит. Вздохнув, она вместе со всеми отправилась вниз.

— Что будете заказывать?

Официант появился словно ниоткуда, стоило их четверке сесть за стол. Выбор оставили за графом, который сделал заказ блюд, а затем с гаденькой ухмылочкой посмотрел на нее, перевел все тот же взгляд на ее подругу и ехидно произнес:

— А вы сегодня остаетесь без вина. В следующий раз будете думать головой.

Цесаревна, которая вообще не употребляла алкоголь, едва не выдала себя и игру графа вздохом облегчения и благодарным взглядом. Только в последний момент скривила недовольную мордашку, как это сделала бы наемница. Как ни странно, но готовили здесь вполне прилично. Сытно поужинав, они всей четверкой отправились к себе в номер, а спустя час в баню, которая к тому времени протопилась. Вот тоже нюанс: сами девушки ни за что не стали бы сначала кушать, а затем мыться, но в среде наемников подобное было в порядке вещей.

И Людмила, и Катерина очень любили подолгу сидеть в парилке, но сегодня им пришлось распрощаться со своими желаниями. Причина проста: графиня почувствовала грозящую опасность. Пусть только в виде некоего намека, но этого ей хватило, чтобы начать подгонять свою подругу. Даже выглянула в предбанник и предупредила Вяземского.

Когда они вернулись в номер, Александр Андреевич сказал графине, чтобы она попробовала почувствовать, в каком случае опасность выше: если они останутся на ночь или сразу куда-то двинутся. К сожалению, девушка ничего не могла сказать по этому поводу. После некоторых раздумий решили дать девушкам немного отдохнуть и выехать ночью. При этом они всеми своими действиями показывали, что в дальнейший путь отправятся только завтра с утра. Более того, в комнате граф приказал девушкам постанывать, словно они здесь занимаются интимом. С его слов, наверняка их будут подслушивать, поэтому отсутствие подобных звуков вызовет ненужные подозрения. Красная, словно помидор, цесаревна начала имитировать стоны. На соседней кровати этим же занималась ее подруга.

Артист же создал какое-то плетение и стоял у двери, приложив к ней ухо. Насколько поняла Люда, это было что-то из разряда подслушивающих. И только спустя пару часов он отошел от двери и сказал, что можно заканчивать. Уже лежа в кровати, графиня тихонько спросила свою подругу:

— Люд, ты так профессионально имитировала интимную близость, что я поразилась. Наверное, в мыслях представляла своего Раэша?

А цесаревна почувствовала, как запылали не только ее лицо, но и шея. Ведь в самом деле, пока она не представила в мыслях свое сокровенное желание, у нее ничего не получалось, что было видно по выражению лица главы службы безопасности. А поскольку на воображение девушка никогда не жаловалась, то и получилось у нее настолько натурально. Более того, она до сих пор все еще пыталась успокоить свое дыхание.

— Да ну тебя, — стукнула она в бок свою подругу под одеялом.

После этого девушки притихли и вскоре уснули.

Когда их подняли, цесаревна была уверена, что только что уснула, но, как оказалось, прошло уже три часа, даже немного больше. Вчера договорились, что проделывать все будут в полной тишине. Одевшись, они направились к выходу. Лампы в постоялом дворе не горели нигде, поэтому сейчас все шли за Артистом, который подсвечивал дорогу при помощи тускло светившегося фонаря.

На входной двери стояла сигнализация, но простая, поэтому для агентов службы безопасности не составляло труда перемкнуть ее в паре мест и спокойно покинуть здание. И через пять минут они направились дальше на восток.

Российская Империя, где-то между Москвой и Новосибирском, постоялый двор «Усталый путник».

Владелец постоялого двора «Усталый путик», Василий Прудник, лежал в своей кровати и подсчитывал будущие прибыли. Три дня назад к нему приехали люди князей Голицыных и настоятельно попросили сообщать обо всех незнакомых людях, особенное внимание уделив странным посетителям. Но и группы, в составе которых присутствовали девушки или молодые люди с мягкими — можно сказать, девичьими — чертами лица тоже подпадали под требование «сообщать». За сведения платили по золотому, а если это будут те, кого ищут, то обещали целых десять. Эти деньги не давали ему покоя, а также мешали уснуть, несмотря на то, что лег он три часа назад.

Члены вчерашней группы были простыми наемниками, которых он повидал на своем веку немало. Он даже с большой точностью мог сказать, из какой страны те или иные воины. В частности, эти были русскими, но работали, скорее всего, на кого-то из Шляхты. Еще он мог точно сказать, что девицы чем-то провинились, поэтому были лишены вина, а после баньки отрабатывали свою провинность самым старым способом. Он лично подслушивал перед тем, как передать сообщение голубиной почтой. Ничего особенного в них не было, но они подпадали под категорию «две девушки». Он так и сообщил: «Группа наемников собирается ночевать до утра». Это было уже третье его сообщение, а два предыдущих оказались «пустышкой», но свою пару золотых он получил.

Повернувшись на правый бок, он понял, что придется сходить по нужде и, поднявшись, направился в отхожее место. После этих великих дел что-то подтолкнуло его проверить комнату наемников. Подойдя, он приложил ухо к двери. И нахмурился. В это время начинался самый крепкий сон, и храп двоих дюжих воинов должен был доноситься, но его не было. Василий аккуратно нажал на дверь, и, к его огромному удивлению, та поддалась. Еще входя в комнату, он понял, что она пуста. Взбежав на чердак, он быстро написал сообщение и отправил с голубем.

Спускаясь по лестнице, мужчина вынужден был признать, что больше сегодня не уснет, поэтому отправился сразу на кухню. Там он взял квас, вчерашнюю выпечку и уселся за ближайший к входной двери стол.

Стук копыт донесся до него сквозь дрему, но это не помешало вскочить и открыть дверь.

— Второй этаж, третья дверь справа, — сообщил он вбежавшим воинам, какую комнату сняли наемники.

Трое отправились туда, а один, усевшись за стол, не терпящим возражения тоном произнес:

— Рассказывай все.

Российская Империя, где-то между Москвой и Новосибирском.

Остаток ночи они передвигались не очень быстро. Освещения от двух магических фонарей было недостаточно, чтобы хорошо разглядеть дорогу, поэтому существовала большая вероятность, что лошади повредят себе ноги. Зато как только начало светать и появилась хорошая видимость, лошадей пустили вскачь. Вроде бы все хорошо, но внезапно Катя почувствовала укол в сердце и начала оглядываться.

— Что? — спросил граф.

— Да как-то резко неспокойно стало, — ответила девушка.

Александр Андреевич приоткрыл окошко и крикнул:

— Игорь, езжай вперед и проверь все.

Артист, который по-прежнему изображал из себя возницу, чуть притормозил лошадей. Но на этом вся разведка закончилась, поскольку раздался окрик:

— Дирижабль позади! Судя по всему, курьерский.

Это было очень плохо. Да, воевать он не мог, но у него предназначение совсем другое — как можно скорее передавать информацию, донесения, доклады. Вооружения не было, на борт он мог взять максимум десять человек, зато скорость была приличной. И он, как ничто другое, подходил для разведывательных целей. Путники еще пять минут ехали с прежней скоростью, выдавая себя за отряд наемников, но воздушный корабль и не думал улетать по своим делам. Стало понятно, что именно они являются его целью, поэтому выдавать себя за отряд для найма больше не имело смысла. И они снова пустились вскачь, теперь уже не жалея лошадей. Но когда спустя двадцать минут дирижабль их обогнал, немного сбавили ход.

— Ваше высочество, ваше сиятельство, — граф вспомнил об этикете, что сказало девушкам о многом, — впереди нас наверняка ждет засада. Большой она быть не может, поэтому ее мы пройдем. Но вот за нами, тоже наверняка, идет погоня. Какая она, сколько там людей, сколько магов? Я не знаю. Ваша задача — уехать как можно дальше и затем затеряться. Передвигайтесь только скрытно и поначалу только пешком. Катя, ты знаешь, что надо делать.

Засада впереди их ждала. Вот только это были совсем не люди.

Они как раз выехали из леса на поле, где увидели дирижабль, лежащий на земле. Люди вокруг него отсутствовали, но его осматривали неизвестные существа. То, с каким тщанием это происходило, говорило о том, что они разумные. Дорога проходила немного в стороне, и на ней пока никого не было. Ждать у моря погоды не имело смысла, поэтому граф приказал двигаться дальше. Вот только у неизвестных планы были совсем другие.

— Кто это? — испуганно вскрикнула цесаревна, выглянув в окошко.

Наперерез им бежали невиданные ранее четырехлапые твари.

Но не успели они проехать и десяти метров, как карета содрогнулась, словно от удара. И почти сразу остановилась, а до них долетели слова Артиста:

— Выходите быстро, у них сильный маг.

И глава службы безопасности, и цесаревна, и ее подруга покинули карету в считанные секунды и успели увидеть, как багровый шар с алыми проблесками попал в нее, от чего та загорелась.

— Я такого заклинания не знаю, — услышала Людмила бормотание своей подруги.

Услышал это и Артист, который подтвердил слова графини кивком головы. Александр Андреевич быстро оценил обстановку: четыре мага, два десятка непонятных и очень быстрых четырехлапых тварей, а один — вообще громадный монстр. Хорошо, что последний находился далеко, а то у главы службы безопасности сложилось впечатление, что это очень сильный противник.

— Катя, уводи цесаревну, — приказал он. — В Новосибирске подойдешь только к моей дочери или князю Воронцову. Все, ушли, и чтобы я вас не видел.

Наследницу престола сопровождали лучшие люди службы безопасности. Поэтому, когда четверка магов нового врага слитно ударила все теми же багровыми шарами, а затем огненными стенами, их чары встретили объединенные щиты людей. Большего девушки увидеть не успели, поскольку дорога начала спускаться, и через три минуты подруги выбежали к реке. Людмила дернулась было к мосту, но ее охранница потащила девушку к находящейся здесь лодке. Порадовавшись наличию весел, Катя чуть ли не вытолкнула свою подопечную в лодку, столкнула ее в воду и сама запрыгнула на нее. Вставив весла в уключины, девушка принялась интенсивно грести, уводя плавательное средство вниз по течению.

До девушек донеслись звуки взрывов.

Российская Империя, где-то между Москвой и Новосибирском.

Агенты, подчиненные графу Вяземскому, не успели встать в круг, но они прекрасно умели объединять свои щиты, создавая защиту наподобие чешуи. Четыре неизвестных заклинания врезались в нее и разрушили, но и сами исчезли. Следующие три огненные волны они приняли на аналогичную защиту. На этот раз она выдержала.

Глава внутренней службы безопасности быстро вычислил врага, не участвующего во второй атаке. По его мнению, именно так должен был поступить командир или хотя бы более авторитетный воин. Тем более что тот внимательно наблюдал за ними.

— Вот тот дальний — главный среди них. — Надо с ним что-то сделать.

Следующие две атаки магов были направлены именно в него, но возникший над ним купол полностью защитил. Атака была произведена двумя копьями: огненным и ледяным. Серьезные чары, и то, что их отразил один маг, говорило о его большой силе. Остальные люди, в том числе и сам их командир, были заняты другими тварями — очень быстрыми четырехлапыми, со щупальцами вместо конечностей. Часть из них атаковала их защитный барьер, а остальные бросились за девушками. Вот последних и необходимо было остановить, с чем люди прекрасно справились. Если бы вдогонку отправилась половина нападающих, они не сумели бы этого сделать.

— Граф, идет очень мощная ментальная атака, — сказал Артист.

Александр Андреевич все понял. Все агенты имели амулеты ментальной защиты, которые им передали из Африэнна. Преодолеть их защиту очень сложно, и никто, кроме одного человека, не замечал воздействия. Более того, находясь в непосредственной близости, они немного перекрывали работу друг друга, а также немного усиливали защиту. А вот Артист имел ментальные способности — небольшие, но этого ему хватило, чтобы почувствовать атаку.

И тут в поле зрения графа попали убитые люди с дирижабля, которые поднимаются на ноги.

— Нежить! — выкрикнул он.

Все сложилось в его голове в неприглядную картину: он окончательно убедился, что выжить им не удастся. Разве только у одного имеется небольшой шанс.

— Артист, уходи, — приказал он, — постарайся догнать девушек и помочь им. Только у тебя есть шанс.

Кивнув, тот ускорился и сразу выпал из поля зрения.

— Если кто-то умрет с головой — после смерти найду и накажу, — еще успел пошутить глава службы безопасности, и тут им стало не до разговоров.

До них, наконец-то, добрался гигант, и граф почувствовал огромную тяжесть, которая придавила его сознание. Пока амулет еще действовал, он, мгновенно перейдя на максимальное ускорение, рванул к монстру. Магом он был среднего уровня — всего-навсего мастер, но вот холодным оружием владел на очень высоком. Его два небольших, чуть изогнутых на эльфийский манер, меча имели мощную магическую составляющую. Ловко уйдя от щупалец первых монстров, он поочередно, но с минимальным интервалом активировал два амулета, направив их действие в коленный сустав лапы монстра. Первое заклинание должно было ослабить магическую защиту, если таковая имелась, второе — ледяное копье — практически сразу после первого ударяло в место ослабления. И завершающим аккордом служил сдвоенный удар его мечей.

Эту связку магии и холодного оружия он тренировал еще с молодости как раз для схватки с заведомо более сильным противником. Все ставилось на единственную атаку, и трижды она его спасала. Он пробовал различные сочетания заклинаний, но эта связка оказалась на данный момент самой эффективной. Вот только монстр оказался очень быстрым — граф не успел он уйти в сторону и был схвачен двумя лапами с длинными когтями. Не помог ему и хороший защитный амулет. В следующее мгновение его разорвало на две половинки. Но и его атака оказалась эффективной: какой бы ни была защита у монстра, но лапу граф почти перерубил. При следующем шаге монстр свалился на землю.

А еще через несколько минут были убиты и остальные люди. Выполнить приказ графа сумел только один его подчиненный, после получения смертельной раны в живот сумевший в последний момент, на остатках сил, отрубить себе голову.

К уже имеющейся нежити прибавились личи.

Российская Империя, где-то между Москвой и Новосибирском.

Катя пять минут гребла изо всех сил, стараясь скорее скрыться за поворотом реки, видневшимся вдали. И только скрывшись за ним, девушка перевела дух, посмотрев на свою подопечную. Цесаревна сидела с задумчивым видом, глядя на воду.

— Что это за новая напасть? — спросила она и с улыбкой добавила: — Раэш, наверное, ответил бы.

— Ты своего Раэша готова к Богам приравнять, — с легкой иронией ответила графиня. — Которых, кстати, у нас нет, и место пустует.

— Да иди ты, — цесаревна, приподнявшись, легонько ударила свою подругу в плечо. — Я имею в виду, что он из другого мира и может знать о них.

И она махнула в сторону, откуда они бежали. Катерина призадумалась. А ведь в самом деле, это может сказаться правдой. Парень ведь попал сюда при помощи артефакта, так почему бы и им, используя тот же способ, не попасть сюда? Или, скорее всего, какой-то другой, поскольку Раэш говорил, что артефакту для зарядки необходимо много времени. С одной стороны, он ни о чем подобном не рассказывал, но с другой — рассказал только о себе и только то, что посчитал нужным. Если он и вправду знаком с новым врагом, то его знания им сейчас не помешали бы.

— Как ты думаешь, эти монстры из его мира? — спросила Людмила, косвенно подтвердив своим вопросом ее мысли.

— Все может быть, — задумчиво ответила графиня.

— А куда мы плывем? — вдруг задала вопрос ее подопечная и, оглянувшись, добавила: — Мы же отклонились на юг, а нам надо на восток. И река не думает менять направление, — посмотрев вперед, добавила она.

А Катя сейчас прислушивалась к своим ощущениям. Она в последнее время стала намного отчетливей чувствовать свою подопечную и грозившую ей опасность, и не последнюю роль в этом сыграли занятия с Таэль. Жаль, что до настоящей телохранительницы ей еще очень далеко, ведь даже Таэль не всегда могла ощутить тревогу за Раэша и Айвинэль. Сейчас она чувствовала опасность, и ей хотелось продолжать плыть по реке, поэтому ответила просто:

— По реке безопаснее.

Спорить цесаревна не стала, понимая, что в этих вопросах совершенно не разбирается, поэтому начала с интересом рассматривать оба берега. Графиня старалась лодку держать посередине русла, а цесаревна принялась высматривать врагов, в душе радуясь, что они уплывают от этих жутких монстров. Из разговоров агентов Катя поняла, что это река Уфа, которая рано или поздно приведет их к одноименному городу, куда им попадать нельзя ни в коем случае. Город контролировался кланом Бельских, и пусть большая часть воинов покинула его, но и оставшихся будет достаточно, чтобы поймать их. Поэтому ближе к вечеру они пристали к левому берегу. Когда они вышли на берег, цесаревна увидела в руках подруги сумку.

— Что это? — спросила она. — Ты ее в лодке нашла?

— Нет, это я взяла наши съестные припасы.

— А я и не заметила ничего, — удивленно произнесла наследница престола. — И когда только успела?

Вопрос был риторический, поэтому телохранительница не стала отвечать. Пешком шли до самого вечера, устроившись на ночлег в охотничьем домике. Может быть, он был построен и не для охоты, но оказался по пути очень кстати. Цесаревна, не привыкшая к подобным переходам, вымоталась очень сильно, хотя и старалась не подавать вида. Но обмануть свою подругу не смогла. Девушки поели копченого мяса, после чего Люда сразу легла спать на деревянной кровати, уснув практически мгновенно. Катя подвесила над дверью на тонкой нити металлический прут, найденный здесь же, а снизу уложила металлическую крышку так, чтобы прут упал на нее. Получилась какая-никакая, а сигнализация. Укладываясь спать, она положила свои мечи, чтобы можно было быстро их схватить.

Ночь прошла без происшествий. Завтрак у них получился королевский, а все благодаря хозяевам домика, державшим здесь кухонную утварь: котелок, чайник и деревянную посуду. Металлические изделия были изготовлены очень давно, но оказались без дыр, поэтому их смело использовали. После сытного завтрака девушки отправились дальше.

Сейчас они передвигались строго на восток, избегая открыто заходить в любые населенные пункты. Две девушки в стране, где женщин в два раза меньше, чем мужчин, всегда будут вызывать повышенный интерес, и теперь отрядом наемников не притвориться. Когда по пути встречалась деревня, Катерина ночью шла и добывала пищу. Из-за воровства стыдно было обеим, особенно цесаревне, поэтому девушка тщательно запоминала названия деревень и местонахождение домов, откуда ее подруга брала еду. Людмила Георгиевна поклялась себе, что после того, как все успокоится, долг вернет сторицей.

Казалось, этому болоту не будет конца и края. В самом начале, когда девушки только увидели его признаки, никто из них не переживал, думая, что оно скоро закончится. Опыта хождения по таким местам у них не было. А когда они ушли далеко, возвращаться уже не хотели, потому что впереди явно видели горы, предгорья или просто высокие холмы.

А природа, казалось, издевалась над ними. Мало того, что тропы отсутствовали, и девушки использовали магию, так еще начался дождь. Поначалу несильный, спустя полчаса он превратился чуть ли не в ливень.

— Здесь можно передохнуть, — устало произнесла графиня.

Приходилось ей несладко. Последние пятьсот метров девушка постоянно использовала магию, замораживая трясину для прохода. Заклинание «Ледяная тропа» мало того, что было достаточно сложным, так еще требовало много магической энергии. Ее подруга помогала ей, как могла, при помощи целительских заклинаний и тоже устала изрядно. Поэтому встреченная небольшая кочка «твердой земли» вызвала радость у обеих. Постелив один плащ на землю, девушки сели спиной друг к другу, накрывшись вторым.

Первой в себя пришла Катя, словно кто-то выдернул ее из объятий сна. Невероятно, но обе девушки умудрились уснуть, настолько устали. Она сразу же заподозрила опасность, поэтому создала магическую сигнальную сеть. Но та никаких опасностей — точнее, больших живых существ — не выявила. Люди, естественно, могли спрятаться от нее, но вряд ли кто-то из них по своему желанию пойдет в это место. Тогда девушка прислушалась, поскольку видимость оставляла желать лучшего. Она, конечно, не дикий зверь, но посторонние звуки, нарушающие гармонию дождя, отсутствовали. Списав произошедшее на то что просто необходимо поспешать, она разбудила цесаревну. Стиснув зубы, они двинулись дальше.

Дождь прекратился, но видимость стала еще хуже из-за появившегося густого тумана. Но присутствовал и положительный момент: количество кочек, по которым можно пройти без применения магии, возросло. После осознания этого у девушек появилось второе дыхание, а когда они, наконец-то, достигли твердой земли, рухнули прямо там же.

— Люд, ты как — идти сможешь? — очень усталым голосом спросила цесаревну графиня. — Надо найти место для хорошего отдыха.

Наследница престола хотела ответить, что сил не осталось, но вспомнила рассказ Айнинэль об их с Раэшем приключениях в Южной Америке. Парень сообщил о себе совсем немного, а этой темы вообще не касался, но с эльфийкой они сдружились очень хорошо, вот она и рассказала об их первой встрече и жизни в рабстве. Сама же цесаревна прекрасно понимала, что не будь клятвы, которую они дали во время практики, никаких сведений она бы не получила. А вот предубеждение Раэша в отношении людей девушка объяснить так и не смогла. Но сейчас, вспомнив о том, что им пришлось перенести, будучи совсем детьми, она поднялась на ноги, заработав удивленный взгляд своей подруги.

Им даже удалось найти сухое место! Гигантское дерево, не выдержав ураганного ветра, наклонилось, выдернув часть корней из земли. Но, оперевшись на кроны других деревьев, так и осталось в таком положении. Вот под этим большим корневищем и было сухо. Дерево росло на склоне, поэтому все потоки воды от дождей обтекали это место стороной.

К болоту девушки вышли рано утром, а сейчас солнце уже садилось за горизонт. Этот день вымотал их так, что не хотелось не только что-то делать, но даже пить или есть. Это место показалось им настолько уютным, что девушки уснули практически мгновенно.

— А ну, просыпайся!

Грубый голос разбудил обеих девушек одновременно. И не удивительно: ведь кроме слов, кто-то грубо начал лапать их за грудь. Графиня, еще не открыв глаз, дернулась, желая откатиться в сторону, но у нее ничего не вышло.

— Убери руки! — услышала она полный ярости голос свой подопечной и открыла глаза.

Увиденное ее не порадовало. Находились они в незнакомом помещении, привязанные к двум столам, расположенным рядом. Между ними находился мужчина в форме российской армии и с ухмылкой лапал правой рукой ее грудь, а левой — цесаревны. Быстрый взгляд показал, что в помещении находятся еще четыре человека, и тоже в армейской одежде. «Дезертиры, — мелькнула у нее мысль. — И мародеры». Это было плохо и говорило о том, что началась настоящая война, и девушка очень надеялась, что клановая, а не с новым врагом. Точнее, девушка очень хотела, чтобы та группа была единичным прорывом. Тогда справиться с ними будет просто, но если это нашествие, то даже думать не хотелось, что будет со страной, где началась междоусобная война.

Помимо этих мыслей, Катерина оценивала обстановку и намечала пути бегства. Освободиться от веревок можно достаточно просто, если те не пропитаны специальным составом, а вот справиться затем с воинами будет сложнее. Замкнутое помещение, оружия у нее нет, применять чары она может только не очень мощные, а у них наверняка имеются защитные амулеты. Хуже всего, если есть маг. И очень хорошо, что их привязали в одежде. Почему не сняли, девушка не знала, но предполагала, что насильникам, наверное, нравится ее срывать под крики жертвы.

Мысли пролетели в голове за считанные секунды, за время которых на лице лапавшего их мужика появилась настоящая похоть. А потом он уже смелее сжал ее грудь.

— Убери руки, — яростно прошипела цесаревна.

Ждать больше нельзя, и графиня начала действовать, создавая заклинание огненной кожи, которое и должно сжечь веревки. Точнее, попыталась, потому что поняла: ее резерв пустой. Удивительным было то, что она до сего момента не чувствовала этого.

— Смотри-ка, работает! — раздался радостный голос стоящего слева от нее мужчины.

Его взгляд был направлен ей на грудь, а скосив глаза, девушка увидела на ней небольшую пластину с каким-то рисунком. Ей даже показалось на миг, что та сменила цвет, став более темной или, что скорее всего, ушло свечение. Вероятно, по нему и определили, что девушка попыталась воспользоваться магией. Она знала, что существуют специальные блокирующие печати, но те наносятся на тело. А вот про артефакты с подобным действием она не слышала. Более того, девушка была абсолютно уверена, что даже глава службы безопасности не знал о них. А значит, остается лишь один вариант.

— Что работает?

Мужчины даже не сообразили, что произошло. Этой технике ее обучили в родном ведомстве, хотя правильней сказать — намекнули, что это действует на мужчин. Правда, поняла это девушка только после уроков Таэль. Игра голосом: тембром, интонацией, тональностью, мимикой лица, положением тела — и вот мужчины чуть отвлеклись от своей намеченной цели. Нет, убрать вожделение у самцов, когда гормоны бьют гейзером, нереально, а вот управлять этим процессом можно — главное, перехватить управление инстинктом. Еще одним немаловажным моментом был факт, что нельзя это делать резко. Глупцы не заметят резкой перемены поведения, а у умных это вызовет ненужные подозрения и автоматически активирует защитную реакцию, преодолеть которую уже намного сложнее, а у многих — вообще невозможно. Поэтому свой вопрос она задала все еще в гневе и со страхом, придав голосу нужную интонацию.

— Неважно, — ответил тот, кто лапал ее, и, оторвав вторую руку от цесаревны, просунул ее между ног графини.

— Почему же?

В этот раз она убрала часть гнева, сменив его возмущением. Одновременно с этим Катерина немного приподняла уголки губ в намеке на улыбку, чуть-чуть выпятила грудь и отодвинулась от второй руки. Вот только перед этим немного подалась вперед, намекая подсознанию мужчины, что она не против. А про себя очень просила свою подругу, чтобы та не стала ничего говорить. Людмила сообразила, что у ее подруги есть какой-то план, поэтому промолчала, но пересилить себя и не пытаться вырваться не смогла.

— Ха! — воскликнул все тот же мужик. — Это артефакт каких-то демонов, а не хухры-мухры.

И он уже более уверенно начал лапать графиню. Расстегнул куртку, залез под нательное белье, на что девушка выгнулась и издала легкий стон. Затем, словно опомнившись, отодвинулась, уставившись на его лицо гневным взглядом, который то и дело соскальзывал ниже, как раз ему между ног. Краем глаза заметила, что у остальных воинов тоже начали замасливаться глаза и, что ее порадовало больше всего, у мага тоже. Это был как раз тот самый мужчина, который произнес фразу: «Смотри-ка, работает».

— Че ты ломаешься, — ухмыльнулся, наверное, их бывший командир. — Вижу, что понравилось! Небось, в вашем отряде не было нормальных мужиков.

И все они хором заржали. Катерина повернулась туда-сюда, как будто все еще пыталась освободиться, а на самом деле продемонстрировала свою грудь, которую почти оголил жаждущий женского тела насильник. И взгляды всех мужчин оказались прикованы к ней, потому как именно сейчас ей полностью расстегнули куртку и задрали вверх рубаху. Они все подошли ближе, и когда хотели тоже начать лапать ее, графиня томным голосом произнесла:

— Ой, что это?

И красноречиво посмотрела уже очень сильно распаленному мужчине между ног.

— А это то, что тебе понравится, — ответил он и, убрав от нее руки, начал расстегивать штаны.

Дождавшись, когда тот их снимет, графиня, облизнув губы, еще более томным голосом, в котором присутствовала совсем небольшая нотка капризности, произнесла:

— Хочу его потрогать, — и красноречиво, но с большой долей обиды посмотрела на свои привязанные руки.

Тот понял все правильно и, нагнувшись, достал засапожный нож. Удар, еще один — и руки девушки освободились. Остальные воины тоже были уже полностью ее. Изящным и соблазнительным движением она потянулась к его промежности и… отдернулась обратно, показывая всем своим телом, что виноваты привязанные ноги. Снова два удара, и девушка грациозным движением, встряхнув головой, спрыгнула на пол, сразу опустившись на колени. Одновременно с этим она сняла с шеи странный артефакт, который сумел выкачать всю энергию.

А в следующий миг она нанесла двум ближайшим мужчинам удары в пах. Из сидячего положения она перепрыгнула через стол прямо на мага, ударяя того правой рукой в кадык и гася свой полет ударом коленями поджатых ног. Сделала один шаг к следующему врагу и, схватив того одной рукой за подбородок, а второй за затылок, закрутила его вокруг себя, ломая шейные позвонки. Последний только к этому моменту начал отходить от сексуального возбуждения, поэтому графиня со всей силы ударила его в висок. Заправив одежду, которая ей все-таки мешала, она бросилась к цесаревне.

— Кать, ты просто… — Людмила набрала воздуха и только спустя пару секунд выговорила: — Даже не знаю, что и сказать.

Им повезло, что оружие находилось здесь же, а у мага телохранительница нашла только один защитный амулет, отдав его своей подруге. Плащи тоже были здесь, брошенные на пол, а под ними нашлась и сумка. Передав ее цесаревне, Катерина направилась к выходу. Выглянув на улицу, девушка порадовалась, что удача снова на их стороне. Помимо темных туч, там начинался дождь. Из минусов то, что врагов оказалось много: только мельком взглянув, она насчитала полтора десятка.

— Приготовься, — не оборачиваясь, тихо сказала она своей подопечной. — Бежим! — добавила она спустя пять секунд.

Девушки выскочили из дома и, добежав до угла, завернули за него. Как Катя и думала, это оказалась совсем небольшая деревня в два десятка домов, расположенных по обе стороны дороги. Дождь усилился, поэтому они, пригибаясь к земле, незамеченными беспрепятственно добежали до забора и спустя полминуты покинули селение. Уже в лесу Катя определилась со сторонами света. Девушкам пришлось сделать большой крюк, обходя деревню, чтобы выйти на восточное направление.

Бежали они до самого вечера. Точнее, часть пути преодолевали бегом, а часть шагом, восстанавливая силы. В конце концов цесаревна устала настолько, что могла идти только пешком. И когда они хотели начать искать место для ночевки, послышался собачий лай.

— Да чтоб тебя… — выругалась графиня.

И дальше последовала нецензурная брань, которую из уст своей подруги Людмила слышала, пожалуй, впервые. Обе прекрасно поняли, кто гонится за ними. Катерина прислушалась, и ее губы тронула улыбка, когда девушка поняла, что собака всего одна.

— Люд, уходи, — сказала она подруге. — И не спорь! Вместе нам не оторваться. Дойдешь до первой попавшейся деревни и там поменяешь свою одежду на крестьянскую. Иди еще дальше на восток, и во второй или третьей большой деревне по пути постарайся остаться. Лучше, чтобы это было село. Дальше тебе придется думать уже самой. Все, прощай.

Графиня передала цесаревне суму, обняла свою подругу, поцеловала в щеку и оттолкнула он себя.

— Беги! — приказала ей, а сама отступила за большое дерево. — А я задержу их, насколько смогу.

Лай приближался. Катерина проверила свой резерв и скривилась. Этот артефакт, оказывается, не только выпил всю энергию, но и сделал еще что-то, из-за чего та восстанавливается значительно медленнее. Но на пару защит ее должно хватить. Когда преследователи были уже совсем близко, она создала заклинание, активировала его и выпрыгнула из-за дерева прямо перед огромным псом. Убив того одним ударом, она бросилась на три десятка воинов.

Российская Империя, где-то между Москвой и Новосибирском.

Люда со слезами на глазах бежала дальше. Постоянно вытирая с лица влагу, девушка думала о своей подруге. Как так? Почему? Зачем все эти жертвы? Сначала родители, затем граф Вяземский, к которому девушка относилась, словно к родному дяде, теперь подруга детства. И из глубины начало подниматься теперь уже знакомое ей чувство ярости. До знакомства с Раэшем девушка порой гневалась, даже думала, что это и есть то самое чувство. Но лишь однажды, находясь рядом со своим краснокожим другом, ее совсем ненадолго захлестнуло его чувство. Даже не захлестнуло, а просто накрыло краешком. Но девушка полностью ему отдалась и поняла, что это значит. И теперь из глубины ее души поднималось именно оно — то, чего она получила совсем немного.

Цесаревна снова перешла на шаг. Каждый новый давался с еще большим трудом. Но когда она услышала позади себя крики, то словно внутри открылась очередная заслонка, и она снова побежала. Магическую энергию она израсходовала еще раньше, и откуда у нее берутся силы, Люда не знала. Но вот и этот резерв подошел к концу.

— Все, больше не могу, — устало произнесла девушка и развернулась к преследователям, которые были уже в двадцати шагах.

Обнажив свой небольшой нож, она взяла его обратным хватом, как научила Катя. И когда первый преследователь со злобным криком подбежал к ней и схватил за грудки, она нанесла режущий удар по горлу. На девушку брызнула кровь, а мужчина, отпустив ее, схватился за горло. Девушка попыталась ударить второго, но тот перехватил ее руку, больно вывернув.

— Ах, ты, су… — ругнулся он. — Ты шал… сейчас узнаешь все прелести жизни.

И он с силой бросил ее на землю. Подскочившая следом парочка начала срывать с нее одежду, и девушка закричала. Они успели разорвать куртку, а потом остановились. Повернув голову в одну сторону. Скосив туда глаза, Катя увидела огромную тень, метнувшуюся к ним.

Принадлежать она могла только новым врагам.

Глава 11

Африка, Африэнн, территория клана Звезда Эльвари.

Я отпрыгнул вперед, почувствовав, как из спины вышло лезвие ножа, который держал в руках эльф, и даже развернулся в полете. Заметил, как Ши, вероятно, создала какое-то плетение, и ее рука, служившая для задания направления, начала вытягиваться в его сторону. София держала руку на рукояти длинного ножа с узким лезвием и начала его обнажать. Видел, как среагировали эльвари из моей охраны и уже движутся к нам. Но быстрее всех оказался Тир’Эш — несмотря на достаточное расстояние между ним и ударившим меня эльфом, он уже готов был оторвать ему голову. Но я успел заметить и нечто другое: выражение глаз эльфа. Всего долю мгновения, но он был затянут поволокой, а я прекрасно знаю, что это такое — срабатывание ментального внушения или закладки. Поэтому я выкрикнул:

— Стоять!

Остановились все, но ханька в следующий миг подбежала ко мне и приложила к ране руку, а спустя секунду услышал ее бормотание:

— Если бы не успел среагировать, то точно в сердце пришелся бы удар.

Услышала это и София, находившаяся рядом и уже успевшая обнажить оружие. Она зло посмотрела на эльфа и даже сделала шаг, но ее остановило выражение его лица — полнейшее непонимание произошедшего и удивление, когда увидел окровавленный нож в своих руках.

— Хотите сказать, что он действовал под влиянием внушения? — первым сообразил Дитрих.

Я же в это время почувствовал приятный холодок в районе раны, идущий от руки Ши.

— Да, успел заметить характерное выражение взгляда.

— Зильтиан, — обратилась к охотнику София, — ты не откажешься…

И тогда я, действуя по большей части интуитивно, сделал к ней шаг и закрыл ее рот рукой. Сам же направил ментальный канал к Дитриху. Тот замер на секунду, затем удивленно посмотрел на меня, а я в ответ чуть кивнул. И тотчас почувствовал, как «открылась дверь».

— «Дитрих, необходимо мягко войти в его сознание, — передал я ему свою мысль, а сам в это время понял причину, по которой я не дал Софии договорить свою фразу. — У меня недостаточно опыта для этого, а я уверен, что тот, кто ставил ему ментальную закладку, позаботился о том, чтобы в случае раскрытия эльф умер, потерял память или вообще превратился в овощ».

— «Я понял, — ответил тот. — Отвлеките его чем-нибудь».

А я только сейчас понял, в каком положении находимся мы с Софией. Одной рукой я обхватил ее за талию, второй прикрывал ей рот. Начал быстро просчитывать варианты, как выйти из этого положения, чтобы эльф ничего не заподозрил и не сообразил, что мы хотим вызнать у него, зачем он пытался меня убить.

Все дело в том, что несмотря на мой опыт в ментальной области, некоторые моменты я помнил еще из своего мира. В частности, то, что для полноценной ментальной закладки, которая смогла бы отреагировать даже на ситуацию, подобную нашей, и затереть воспоминания или сделать еще что-то, необходимо длительное время. Даже для моего отца. А отсутствовал охотник не так долго, поэтому и страховка менталиста должна быть более простая, то есть срабатывать только тогда, когда появится реальная опасность разоблачения. Или очень веские подозрения, что того, кто получил ментальное внушение, в чем-то заподозрили. Была вероятность, что сразу после срабатывания закладки затерлись бы все воспоминания, но тут надо полагаться только на удачу.

А сейчас моей задачей было обыграть ситуацию, в которой очутились я и София. Первая мысль, которая пришла мне голову, показалась самой реальной. Я даже почувствовал некий толчок, подтверждающий, что я прав. Поэтому…

— Только не вздумай назначить ему свидание, — я оторвал свою руку от ее рта и, опустив пониже, прижал девушку к себе. — Я ведь и приревновать могу.

Щечки герцогини покраснели, но ответила она спокойным голосом:

— И не думала, — не спеша при этом освобождаться из моих объятий.

Все-таки умная она, поскольку быстро сообразила, что, если я так поступил, значит — так надо. Другая начала бы вырываться, да еще со скандалом, и наверняка все испортила бы. А София даже немного прижалась ко мне, дабы мое заявление выглядело правдоподобнее. Я почувствовал, что она хочет что-то сказать, поэтому поспешил вставить свою фразу:

— Зильтиан, ты не откажешься еще сходить на охоту? Ведь этот эликсир сейчас очень востребован.

— Я бы сходил, если бы знал еще одно место обитания дилтроха. Одно я присмотрел, когда ходил в патруль, да и то не был уверен в удачной охоте.

Я уже перешел в состояние кил’са, поэтому видел, как тончайшая сеть окутала голову эльфа. Затем из нее вышли тонкие жгутики и вошли в его голову. Я с интересом наблюдал за техникой очень опытного мага, лишний раз убеждаясь в том, что мне обязательно необходим учитель. Который, кстати, со слов моего котяры, у меня есть. Начал расспрашивать об этом зверьке и его повадках. Даже интересно стало, но как только я увидел характерное выражение лица охотника, отпустил девушку и метнулся к нему. Очень уж мне хотелось рассмотреть подробно не только технику мага, но и его действия. И я вошел в сознание эльфа, а мгновение спустя слился с ним.

Очень интересные были ощущения, когда я чувствовал ментальную активность в «своем» мозгу или сознании. Действовал я очень осторожно, изображая из себя как бы наблюдателя со стороны. Я чувствовал едва ощутимые ментальные касания, но разобраться, что это такое, не сумел — это находилось выше и моих знаний, и моего понимания. А затем…

Признаюсь честно, что на своем уровне я бы этот пробел не заметил. Если приводить сравнение с реальным миром, то это был «отвод глаз», вот только касался он ментальной области. Даже не представляю, как его можно обнаружить и тем более сделать. И, что удивительно, при слиянии я его не чувствовал, хотя должен был. Это шло откуда-то изнутри меня, то есть уверенность, что я прав. Это получается, что и при слиянии есть несколько уровней? А заметил ее — или правильней, наверное, сказать «почувствовал» — только когда Дитрих начал исследовать эту область своими тончайшими жгутиками. А потом миг — и я «вспомнил», что было. И это поразило меня настолько, что я покинул сознание эльфа.

Простояв еще какое-то время, пока маг не закончил свои действия, а эльф не очнулся, я отступил от него.

— Ну, что выяснили? — спросила София, увидев наше с Дитрихом переглядывание и ошарашенное лицо охотника.

— Идем на дирижабль, — сказал я, и мы направились к нашему воздушному судну.

— «Тир’Эш, — обратился я к своему четвероногому другу, — не знаешь, что значат фразы “Дайсурс киирс холд” и “Тир касиит” или что-то похожее на это?».

— «“Что мы тут имеем” и “И ты здесь”, — ответил он. — Это кхалит, язык ктулхутов. Где ты это узнал? Из памяти эльвари?».

— «Ага, — ответил ему я и, почувствовав его желание узнать подробности, добавил: — Чуть позже, сейчас об этом будем говорить».

Моя каюта, выделенная на время полета, подходила идеально. Когда садились, вышел небольшой, если так можно сказать, конфуз. Я выбрал место на диване, и обе девушки двинулись ко мне, а поскольку София шла рядом, то и заняла его она. Зато каким взглядом наградила ее Ши? Если бы он мог сжигать, то испепелил бы девушку в мгновение ока. Вот ханьке и пришлось довольствоваться креслом. Тир’Эш же устроился у меня в ногах.

— Начну, пожалуй, я, — маг герцогини заговорил первым. — Хочу сразу сказать, что Зильтиан не виноват. Ему сделали ментальное внушение, причем настолько качественно, что не будь у меня огромного опыта в этой области, обнаружить его я бы не сумел. Что примечательно, эльф не почувствовал врага. Плохо то, что он его и не видел, поэтому неизвестно, кому настолько сильно понадобилась смерть молодого человека.

— Что? — не выдержала моя соседка по диванчику. — Раэша?

Она посмотрела на меня, затем перевела взгляд на своего мага, потом на Ши, и снова на меня. В конце концов, накрыла своей ладонью мою и немного сжала, подбадривая меня. Мне, с одной стороны, стало немного смешно, что девушка делает такое, а с другой было приятно, что она переживает. Поймал взгляд Ши, который обещал герцогине все кары небесные. «Нда-а-а, — подумал я. — Эти-то что не успели поделить?»

— Именно! Задачей эльфа было убийство нашего друга, — уверенным голосом сказал Дитрих. — Я не понял всего, но в этом уверен абсолютно. Вот только кто заказчик? Может быть, молодой человек просветит?

— Ктулхуты, — кивнул я. — Две фразы, которые услышал Зильтиан, находясь под ментальным воздействием, произнесены на кхалите — языке ктулхутов. Вот только, чтобы укрыться от эльфа в лесу, который слился с ним, это надо быть кем-то, я даже не знаю…

— «Раньше подобного не происходило, — донеслась до меня мысль Тир’Эша. — Это новый вид ктулхутов».

Я начал более подробно расспрашивать его, но он не смог дать никаких пояснений. Разве только то, что из ктул-йога получили новую особь. И, скорее всего, благодаря миру, в котором они выжили. Но сразу добавил, что их не может быть много. Даже так: их считаные единицы, иначе от их действий пострадало бы намного больше людей или эльвари. Вероятно, он прав, поскольку это первый случай, разве что еще в Дойчландии поработал кто-то из них, когда меня хотели отравить. Но там еще бабка надвое сказала, как говорят в России. Вот что совсем не нравилось, так это то, что он сумел полностью укрыться от эльфа в лесу. Со слов Тир’Эша, в войне Богов они действовали прямо, не скрывая своих намерений, используя ментальные способности, чтобы вызнавать секреты. Но подобного, чтобы укрыться от кого-то и произвести разведку, у них не было. Зато против ктулхутов постоянно действовали аналогичным образом, причем очень удачно. Возможно, это и заставило их создать новый вид, и это очень опасно — ведь наш метаморф не мог сказать, почувствует он его в этой ипостаси или нет. Мелким котом он бы его точно учуял, но сейчас он не уверен.

Я пересказал свои разговоры с ним, и все согласились с выводами. А Дитрих предложил издать приказ, согласно которому в одиночку передвигаться нельзя — только тройками. По его мнению, два разума этот маг еще сможет держать под контролем, а три — точно нет.

В Каирвилль я направился на одном дирижабле, оставив остальные в помощь моей хорошей знакомой.

Российская Империя, где-то между Москвой и Новосибирском, постоялый двор «Усталый путник».

Когда владелец постоялого двора «Усталый путник» Василий Прудник заканчивал свой рассказ, в помещение вошла молодая девушка. По одному ее виду было понятно, что это аристократка, привыкшая отдавать приказы, не терпящая отказов и не любящая, чтобы ее приказы не выполнялись. Более внимательный наблюдатель охарактеризовал бы ее, как человека, идущего к цели, несмотря ни на что. Одного ее взгляда на хозяина было достаточно, чтобы у того пробежали мурашки по спине.

— Николай Авдеевич, что выяснили? — обратилась она к человеку, допрашивающему владельца.

— Скорее всего, это наша цель, — четко ответил тот. — Из рассказа владельца, — он кивнул в сторону Василия, но девушка смотрела только на своего подчиненного, — к нему заселилась группа наемников, состоящая из двух мужчин и двух женщин. С виду настоящие наемники, которых господин Прудник повидал немало и научился отличать их по малейшим признакам. Вели себя стандартно, сняли один номер на всех, заказали стандартные для себя блюда. Их командир наказал женщин за какую-то провинность, лишив тех вина. Позже они половину ночи отрабатывали ее. Он лично несколько раз слушал под дверью их стоны и поскрипывание кроватей. А ночью они ушли, причем так, что никто ничего не слышал.

— Это правда? — девушка пристальным взглядом посмотрела на владельца.

— Д-да, — заикаясь, ответил тот, и снова мурашки пробежали — на этот раз по всему его телу.

— Описания не совпадают, — продолжил доклад маг Николай Авдеевич Васнецов. — Но вы сами знаете, что имеется много способов замаскироваться так, что родная мать не узнает.

Княжна Марья Бенедиктовна Голицына, а это была именно она, прекрасно знала эти способы — как магические, так и обыкновенные, при помощи подручных средств и разных настоек. И уж вовсе не сомневалась в актерском мастерстве и цесаревны, и ее телохранительницы-графини. Это в крови любого аристократа, да и с детства их обучают держать лицо в любой ситуации, а при необходимости выглядеть совсем другим человеком. «Нет, не любого», — появилась у нее мысль, и девушка посмотрела на своего младшего брата, который уже подошел к барной стойке и что-то там выискивал. Сейчас ей необходимо только дождаться возвращения следопытов, которые уже скоро должны закончить осмотр окрестностей на предмет следов.

В это время в дом вошел мужчина в одежде с зеленовато-коричневыми разводами. Увидев девушку, он быстрым шагом направился к ней.

— Ваша светлость, три часа назад на восточную дорогу выехала карета, — начал доклад егерь-следопыт. — А за околицей к ней присоединились еще четыре всадника. Карету видел местный житель, возвращающийся от своей любовницы. Клянется, что не привиделось. Я послал двоих, чтобы они проследили, куда те будут двигаться.

— Едем! — девушка, резко развернувшись, направилась на выход, но тут же остановилась и повернулась к мужчине. — Николай Авдеевич, прикажите кому-нибудь мигом добраться до дирижабля, и пусть они летят впереди нас, высматривая цель. Если обнаружат, то пусть организуют засаду. А мы отправимся по земле.

И вышла из здания. Карета, запряженная четверкой чистокровных скакунов, специально выведенных для этой цели, уже ждала ее. Легко взобравшись внутрь, она села на мягкий диванчик. Вознице не было необходимости отдавать приказы: как только княжна откинулась на спинку, карета сорвалась с места, словно он следил за ее действиями.

Сейчас девушка была уверена, что это цесаревна, которой столько лет удавалось скрываться ото всех. И как же грамотно в свое время изобразили ее смерть! Но остается вопрос: как она смогла выжить? То, что цесаревна, будучи еще девочкой, попала под действие магической мины, совершенно точно, и остаться в живых она никак не могла. Этот, можно сказать, артефакт предоставили им их друзья из Британской империи, сообщив, что он в одном экземпляре. Вполне возможно, поскольку больше им не дали, хотя еще была возможность поквитаться с князем Воронцовым. А сколько было затрачено средств на подкуп осведомителей и разведку поместья! Очень долго они наблюдали за перемещением семьи, но определили самый оптимальный маршрут, по которому ходит семья императора. Убить всех Рюриковичей не удалось, но все пребывали в уверенности, что наследница умерла, поэтому немного позже им предложили другой план смены правящей династии.

Продвигался он тяжело, со скрипом, но все-таки им удалось обмануть императора и выманить хранителя императорской четы великого князя Воронцова. Однажды они убедились, что это один из самых сильных ментальных магов, если не самый сильный. Как бы хорошо ни относилась девушка к своим британским друзьям, но ей казалось, что князь сильнее. Или просто более филигранно умеет оперировать ментальными техниками. И задумка удалась! Но кто мог знать, что цесаревне удалось выжить?! Никто. Никто, кроме ее младшего брата, которому всего-то надо было подумать хотя бы один раз головой. И девушка в раздражении и со злостью посмотрела на него, сидящего напротив.

Спустя час кто-то поравнялся с каретой, и княжна услышала знакомый голос своего вассала:

— Ваша светлость, следы намного отчетливей, — доложил Николай Авдеевич. — С дирижабля передали, что сделают по направлению их бегства засаду.

— Хорошо. Сообщите мне, когда те появятся в пределах прямой видимости.

А спустя еще некоторое время ей доложили, что впереди идет магический бой. Кто это мог сражаться, было понятно без слов, поэтому девушка приказала ускориться. Карета была сделана на славу, и при передвижении по неровной дороге тряски почти не замечалось.

— Кто это? — услышала она полный изумления выкрик.

Карета остановилась, девушка легко выпрыгнула из нее и застыла, словно вкопанная. Вышедший следом за ней брат также смотрел на действо с распахнутыми настежь глазами. Это были неизвестные и даже неведомые нелюди. Они легко справлялись с ее охраной, а сама княжна завороженно смотрела на их полные силы и ярости тела. Поражалась магической силе и скорости.

— Вот мне бы такую силу! — в восхищении произнесла девушка.

В это время как раз один из незнакомцев, внешне похожий на человека, двумя магическими ударами убил ее верного слугу Николая Авдеевича и направился к ним с братом, который как вышел из кареты, так и стоял рядом. Она заметила, что тот начал создавать какое-то заклинание, поэтому выпалила:

— А можно мне стать такой же?

Верховный жрец всех ктулхутов, ДаркаинхМзаБрахилль, смотрел на эту человечку и не мог поверить своим глазам и чувствам. Нет, это не была полукровка, в ней не было ни грамма крови ктулхутов, но она совсем не отторгала их. Более того, восхищалась их силой! Ее взгляд и последняя фраза были очень красноречивы. Самец, стоящий с ней рядом, — другой, хотя и одной с ней крови, о чем подсказали ему чувства жреца. Невероятно редко в других расах встречались подобные экземпляры среди женского пола. Да что там говорить, если за последние тысячелетия, проведенные в очень непростом мире, было всего десять особей мужского пола, которые захотели стать ктулхутом. И ни одной самки. И последнее являлось огромным минусом. В том мире получались ктулханы, которые только и могли рожать ктул-йогов. И теперь он видел перед собой человечку, которая может стать истинной ктулханой.

Особенности их таковы, что они сразу могут родить ктулха, и те будут намного сильнее полученных из предличинки путем перерождения. Да и сами ктул-йоги получаются намного сильнее. Осталась последняя проверка.

— Убей его! — приказал он, взглянув на ее родственника.

Княжна Голицына, совершенно не раздумывая, выхватила нож и ударила своего брата прямо в сердце. Ее не смутил тот факт, что это ее близкий родственник, не тронуло ее сердце удивленное выражение его лица, не волновало то, что эти монстры только что убили людей, а значит являются врагами. Девушка жаждала силы. Даже так — Силы! С большой буквы. Повернувшись к неведомому ей существу, она увидела, что тот уже сбросил нечто наподобие набедренной повязки. А опустив взгляд ниже пояса, не сдержала восторженного возгласа, увидев размеры мужской гордости.

Жрец ктулхов подскочил к ней, сорвал всю одежду, повернул спиной к себе и выпущенными когтями начал наносить раны. Затем развернул ее продолжил свою работу спереди. Спустя несколько минут все тело княжны, в том числе и лицо, было покрыто невероятно сложным узором. Удивительным было то, что кровь хоть и шла из ран, но делала это как бы нехотя, словно нечто сдерживало ее. Но в конце концов все тело девушки стало кроваво-красным.

— Жиркарнх дуудур жером Ктуххогарнас! — выкрикнул он, отстраняясь от потерявшей сознание княжны.

Живот девушки засветился алым светом, и в ответ на это все порезы вспыхнули пламенем этого же цвета. Чуть позже тело девушки вспыхнуло каким-то темно-серым пламенем, а ДаркаинхМзаБрахилль оскалился в довольной улыбке. Пламя полностью скрыло княжну из вида, а когда опало, на земле лежал кокон.

— Отнесите его к зиккурату, — приказал он остальным ктулхам. — Прикажите жрецу приносить жертву каждые восемь часов. Это будет первая за последние тысячелетия истинная высшая ктулхана. Отвечаете за нее головой!

Сам же он развернулся, направившись к месту, где вскоре из коконов должны появиться новые воины.

Африка, Африэнн, территория клана Звезда Эльвари, город Каирвилль.

Приземлились в гордом одиночестве, то есть в пределах видимости ни одного дирижабля не наблюдалось. А когда двигались по городу, то и жителей было очень мало. Последнее как раз не удивительно — ведь все те, кто могут сражаться, в данный момент защищают провинцию. До дворца главы клана добрались через сорок минут. Могли бы быстрее, но мне захотелось посмотреть, как устроены дети, прилетевшие с Софией. Кстати, зрелище порадовало: три молоденькие эльфийки, знающие язык Дойчландии, играли с ними, и им удалось стереть грусть и печаль с детских лиц.

Глава клана, Шиа́н Тарниэ́ль, выглядел очень уставшим. Оно и не удивительно: трудно удерживать почти всю территорию от вторжения нового врага. Хорошо, что ему помогала естественная защита в виде морей с севера и востока, да и достаточно полноводная река Суэтц, соединяющая их, была хорошей преградой для ктулхутов, которые не любили водную стихию.

— Здравствуйте, — поздоровался я, а следом за мной и мои спутники.

— Здравствуй, молодой Владыка, — серьезно ответил он, а в глазах появились на краткий миг смешинки. — Наконец-то посетили нашу обитель — жаль, что в столь неподходящее время.

— Да, время тяжелое, — кивнул я. — Но со мной прибыла, пусть и небольшая, но помощь. Думаю, вы уже знаете, что вашу провинцию необходимо удержать любой ценой? Вот со мной и прибыли те, кто умеет планировать сражения. Да и пара жриц не будут лишними.

А дальше мы немного поговорили о местных реалиях. В данный момент самым сложным было южное направление, где и проходили основные сражения. Со слов главы клана — точнее, из донесений разведки следовало, что в нашу сторону движется огромная масса чернокожих жителей юга Африканского материка, с той стороны Джунглей. Магов сильных, а значит и возможных личей, там встречалось крайне мало, зато простой нежити из обыкновенных людей хватит, чтобы завалить массой. Кстати, сами они легко и даже с удовольствием приняли новых хозяев — ведь те обещали подарить им земли Африэнна. Поэтому военачальник, привезенный мной, оказался очень кстати.

Затем он извинился, что не может принести мне клятву, ведь для ее полноценности необходимо подтверждение жриц обеих Богинь. Но заверил, что целиком и полностью на моей стороне.

— Вы не знаете, Херсонес в чьих руках? — спросил я его, когда все текущие дела были обговорены.

— Вы собираетесь в Российскую империю? — догадался он. — К сожалению, ничего не известно. А вам он нужен для подзарядки накопителей?

— Да. «Небесный Странник» хоть и имеет мощные, но и потребляет достаточно, чтобы снизить автономность полета.

— Если с собой надо взять не много воинов, то есть только десяток охраны, то могу помочь, — после небольшой паузы произнес он. — Предыдущий Владыка отдал мне приказ разработать скоростной дирижабль с большой автономностью. Судя по всему, его хотели использовать в разведывательных целях, о чем говорит разработка сложных плетений для отвода глаз. Не знаю, получились они или нет, поскольку этим вопросом занимался не наш клан, но защитные чары для оболочки дирижабля мы переделали без ущерба для защиты. Успели создать только один опытный образец, зато он прошел все испытания. В качестве накопителя используется специальный блок — совместная разработка нашего клана, клана Владыки и клана Ярославских из Российской империи. Вооружение небольшое: по три пушки с каждого борта, но зато усиленная защита и намного большая скорость передвижения. Экипаж пять человек без учета канониров.

— Можно взглянуть?

Мне в самом деле стало очень интересно посмотреть на эту новейшую разработку. С моей точки зрения, это не только разведывательный корабль, но и диверсионный. Сейчас понимаю, что это — сверхсекретная разработка под патронажем лично правителей двух государств. И если бы не новый враг, то в противостоянии между правящими кланами и их противниками произошел бы перелом.

— Идем.

В комнате находились только я, он, Ши и Тир’Эш. Вот мы и направились на выход. Шли коридорами дворца, затем из холла через потайную дверь начали спускаться в подвал или даже ниже. Затем по подземному переходу двигались еще метров пятьсот, не меньше. Снова ушла в сторону скрытая, дверь и мы очутились в небольшом подсобном помещении. На это указывали стоящие там какие-то ящики, пара ведер и столько же швабр. Тир’Эш вообще едва помещался, чтобы ничего не свернуть, хотя непосредственно подземный ход был достаточно широк. А за дверью из подсобки нас уже ждали — женщина в одежде, которая являла собой нечто среднее между военной формой и лабораторной.

— Глава, — она склонила голову, — все недочеты устранены еще три дня назад, как мы вам докладывали. Заклинания маскировки еще далеки от того вида, когда их можно наносить на корпус дирижабля.

Надо отдать должное женщине. Только увидев нас и особенно Тир’Эша, она готова была броситься в бой, думая, что мы заставили Шиана провести нас сюда. Но то ли тот подал какой-то знак, то ли сама убедилась, что никто главу не заставлял, и она расслабилась.

— Покажи нашему молодому Владыке последнюю разработку, — усмехнулся глава клана.

— Владыка, — женщина поклонилась, — мое имя Фараниэ́ль Эйлана́ль, главный конструктор местной лаборатории.

— Раэш Арэшхиллса, — представился я.

— Позвольте показать вам новый дирижабль, — женщина развернулась и направилась к виднеющейся двери.

И вот за ней оказался огромный ангар, в котором и стояло воздушное судно. Сто метров в длину и не более двадцати в поперечнике. Гондола была расположена непосредственно под оболочкой и имела всего одну палубу, поэтому сливалась с ней. Формой дирижабль немного отличался от виденных ранее, и женщина объяснила, что благодаря этому обеспечивается меньшее сопротивление воздуха, а значит — и расход энергии. Войдя внутрь, я удивился большому свободному объему. Точнее, зная обычное устройство, думал, что там будут очень узкие коридоры и каюты, где стоять в проходе двум людям или даже эльфам будет затруднительно. Но размеры оказались вполне нормальными, пусть и меньше, чем на «Небесном Страннике». Все просто: из-за уменьшения переносимой массы можно уменьшить объем газа, поэтому часть конструкции перенесли внутрь оболочки. Днище гондолы усилили, и теперь дирижабль может садиться даже на камни, не боясь повреждений.

— Владыка, накопители полностью заряжены, запас специальных зарядов полон, продукты загружены для автономного полета сроком на пять дней для экипажа в пять эльвари и десять воинов, — отрапортовала главный конструктор.

— На сколько можно увеличить автономность?

— Три дня, — ответила она. — Можно и больше, но тогда сильно увеличится расход энергии. Мы пока точно не определили причину, но после превышения критической массы, как мы назвали эту величину, расход возрастает скачкообразно.

— Дооснастите продуктами, и мы сразу же вылетаем.

— Кто с вами полетит?

— Я, Ши, — показал на ханьку, — Тир’Эш и еще десять эльвари.

— Будет сделано, Владыка, — поклонилась женщина и отправилась выполнять приказ.

Мы же прошли в комнату отдыха, где и стали дожидаться выполнения моего пожелания.

Спустя час мы взошли на борт, и дирижабль начал подъем. Мне стало интересно наше местонахождение, поэтому сразу направился вперед, где обзор был самым лучшим. В принципе, я предполагал нечто подобное. Можно сказать, что мы стартовали с посадочной площадки дворца главы клана. Я еще успел заметить, как сдвигаются плиты, закрывающие место, где был сконструировано и построено это воздушное судно. Все правильно: мало ли кто там прилетает к главе и улетает от него — меньше разных подозрений.

Лететь решили все-таки в Новосибирск, но не напрямую, а через Херсонес. Город был выбран в силу того, что туда направляется Мила в сопровождении главы службы внутренней безопасности и его людей. Магический вестник был получен Лийанэль от мага, который тайно охранял нас с Айви. К сожалению, больше вестей от него не было, иначе жрица мне сообщила бы. Большую роль сыграл еще тот факт, что ктулхуты не любят воду, а значит над морями мы будем пребывать в некоторой безопасности. А что касается летающих монстров, то надеемся их не встретить. Ну, и некоторую роль играло то, что в случае, если Херсонес удерживает армия императора, мы сможем совершить подзарядку накопителей.

Удивительно, но за время пути к Тавриде мы повстречали чужие дирижабли всего дважды. Да и то, как повстречали — просто видели на горизонте, но благодаря нашей скорости легко ушли от них. А вот при подлете к полуострову нас встретили целых три воздушных судна. Опознавательные знаки у нас отсутствовали, к бою мы не готовились — это следовало из того, что орудийные порты у нас оставались закрыты. Интересно, что гербы на всех трех дирижаблях принадлежали разным кланам, но все они были дружественны императору российскому. Общаться пришлось посредством флажковой азбуки, и нам приказали направиться к Херсонесу.

Встречали нас родители Александра, мужа нашей с Айви подруги Иоэль. Я с облегчением выдохнул: хоть не придется долго доказывать, что мы не враги.

— Какими судьбами? — Федор Андреевич искренне улыбнулся мне.

— Да вот, необходимо обязательно посетить Россию, — я пожал руку мужчине.

— О судьбе императора и его супруги знаешь? — улыбка исчезла с его лица, которое стало очень серьезным.

— Знаю. Что-нибудь еще известно?

Князь выразительно посмотрел на мое сопровождение. Я от радости встречи с хорошими друзьями забыл представить мою спутницу.

— Представляю вам Си Ши, дочь императора Китайской империи. А также гения в магическом искусстве.

— А твоя жена? — воскликнула княгиня. — С ней все в порядке?

— Конечно. Ждем ребенка, — с улыбкой ответил женщине, которая не скрывала своего искреннего волнения. — Оставил на острове.

— Фу-ух, — облегченно выдохнула женщина и посмотрела на кота.

— Тир’Эш — наш друг, — представил я его.

— Если мне не изменяет память, то так звали вашего кота, — произнес мужчина. — И этот чем-то похож на него. Как говорила наша дочь Иоэль, хитрая морда.

От котяры полыхнуло таким возмущением, что я даже обернулся и увидел, как тот оскалился. Вот только наравне с этим чувствовалось явное удовлетворение. Мы дошли до небольшого здания, где поселились родители наших друзей. Оказалось, что оно принадлежало каким-то там баронам, присоединившимся к недругам, поэтому и было, так сказать, конфисковано. И уже там нас пригласили за стол.

В силу отсутствия свободного времени, разговаривали за едой. Князь по секрету нам сообщил: ходят слухи о том, что цесаревна жива. По крайней мере, так сообщили прибывшие к ним с большой земли люди, которые некогда принадлежали к клану Бельских. Как такое возможно, он не знал, но пребывал в уверенности, что они небезосновательны, в противном случае за давностью лет об этом речи не было бы. Я-то знал это наверняка, а вот родители Александра, получается, не были посвящены. Я тоже не стал ничего говорить, поскольку это не моя тайна. Еще он сообщил, что они удерживают только южное побережье полуострова, да и то благодаря горам. Поэтому посоветовали нам и дальше продолжать наш полет над морем.

Как бы ни хотелось задержаться, но мы продолжили свой путь. Внутреннее чувство, что я опаздываю, постоянно подгоняло меня вперед. Поэтому как только сообщили, что накопители полностью заряжены и припасы пополнены, мы отправились дальше. Над Азовским морем все прошло без происшествий, и с рассветом мы полетели над землей.

Поначалу все было хорошо, мы быстро передвигались на северо-восток, чтобы потом уже повернуть строго на восток к нашей цели. Я даже порадовался, что летим без происшествий и решил поговорить с Ши. Девушка к этому моменту уже полностью сменила гнев на милость, и мы болтали, в основном, о житье в империи Хань, как коренные жители называли свое государство.

— Вижу летающие объекты, — внезапно доложила эльварка, смотрящая назад.

«Летающие объекты» — это что-то новенькое. Находились мы в рубке управления, которая была увеличена, являясь одновременно и кают-компанией. Вскочив, я быстро направился к корме, поскольку у меня появились подозрения в отношении этих летающих объектов.

— «Ктул-соатхи», — сообщил мне Тир’Эш, только взглянув в обзорное окно.

— К бою! — отдал я приказ, а спустя пару секунд капитан подтвердил его.

Вернувшись в рубку, я еще раз напомнил, кто это такие и как воюют. По пути наш шредаар’инра’доо сразу сказал, что нам от них не оторваться, но все равно надо пытаться это сделать, поскольку те для очень быстрого перемещения используют магию, и в последующем бою будут более уставшими, а значит наши шансы повышаются. Я начал обдумывать тактику боя, но сразу понял, что другим магам надо работать только объемными заклинаниями или работающими по площадям. Попасть в летающего врага, когда тот перемещается на огромной скорости, можно только случайно.

У нас же с Ши был хоть какой-то шанс, если девушка снова откроется мне и мы будем работать под моим руководством. Шесть воинов моей охраны заняли места у пушек, предварительно перекинувшись несколькими фразами о возможных действиях.

— Ши, деактивируй амулет ментальной защиты, мне надо войти в твой разум для лучшего противостояния с врагом, — в ответ девушка почему-то вспыхнула краской.

Я заметил, что дирижабль сильно ускорился и начал плавное снижение. Периодически наблюдатель сообщал о преследователях, которые, несмотря на увеличившуюся скорость нашего судна, догоняли нас. Я соединился сознаниями с девушкой. Пришлось это сделать, поскольку ментальное общение не давало результата, когда действуешь словно единым организмом.

— «Ши, — девушка вздрогнула, — какие у тебя есть заклинания самые мощные и притом самые быстро создающиеся? И, как в прошлый раз, давай их характеристики».

Все-таки капитан оказался докой в своем деле. Догнали нас тогда, когда дирижабль летел над вершинами, и маневра у летающих врагов было меньше. И тут наше судно резко развернулось на сто восемьдесят градусов. Интересно, что мы продолжили двигаться дальше, но левым бортом. А наш повернулся к преследователям. Ударили пушки, затем мы с Ши, но эти ктул-соатхи оказались просто невероятно быстрыми. Пушки перекрывали им траекторию полета, я направил наши атаки немного выше, но им все равно удалось избежать попаданий. Точнее, я видел, что двух врагов мы сумели достать, вот только их зацепило краем. «Мы» — это атака канониров, а от наших заклинаний они ушли. А вообще врагов было четверо. Завязался бой.

«Да что же это за заклинание у них?», — мысленно выругался я. Этот их багрово-огненный шар очень эффективен. Защита дирижабля их держит, но накопители тратят много энергии. И тут враги придумали другую тактику: сначала атака магией, затем они сами бросались на дирижабль. Защита выдержала, но от такого удара нас ощутимо тряхнуло. Зато во время следующей подобной атаки я метнул в ближайшего летающего ктулхута ментальное копье, а Ши сразу же по моему приказу отправила ледяное.

Эта наша атака увенчалась успехом: убить мы все-таки не смогли, но вот командир охраны, находившийся рядом с нами, добил удачной атакой — какой-то темно-зеленой сетью. Жаль, что наши канониры помочь нам не могут. Противники очень быстро сообразили, что спереди и сзади для пушек находится мертвая зона, поэтому атаковали в основном там. Капитан поначалу пытался поворачивать дирижабль вокруг вертикальной оси, но это оказалось напрасной тратой энергии. Зато вот сейчас смогли подловить одного врага. Моя ментальная атака преодолела его защиту, отчего тот получил дезориентацию, а Ши его существенно приложила своими чарами. Хотя враг даже в таком состоянии сумел уйти от фатальных повреждений, но потом все же получил свое.

И тут дирижабль содрогнулся очень сильно и начал падать. Поскольку мы сражались над верхушками деревьев, то расстояние было совсем невелико, но капитан показал высший класс. Он умудрился развернуть корабль так, что мы приземлились, смяв всего несколько небольших деревьев. Когда я выскочил наружу, у меня создалось впечатление, словно огромный великан своею рукой запихнул судно между соснами. Но еще не успели все выйти из воздушного корабля, как полыхнуло чувство опасности. Посмотрев в сторону, откуда та исходила, увидел между деревьями ктул-каарнов.

— Владыка, — обратился ко мне капитан, — мы совсем немного не долетели до реки. Там, впереди, мост.

С подачи главы клана Звезда Эльвари, меня сейчас все стали величать высшим эльфийским титулом. Мне не нравилось это, но переубеждать бессмысленно. Хорошо, что мост находился в противоположной от врага стороне, поэтому мы рванули туда. Метров через двести команда отстала и решила принять бой, поскольку не имела высокого уровня боевого транса и отставала от нас. Вместе с ними решил немного задержаться и Тир’Эш, который сообщил, что присмотрит, чтобы враг не обошел их. Уже непосредственно у моста он догнал нас и сообщил, что все оставшиеся эльвари погибли.

— Владыка, — остановил меня командир моих телохранителей и остановился сам. — Вы уходите, а мы их задержим.

И принялся отдавать команды своим подчиненным. Я же, стиснув зубы, помчался дальше, записывая в уме еще людей (вернее, эльвари), которые отдают за меня жизнь. В свое время я предъявлю счет ктулхутам или самому Супайче. В данный момент я не мог спориться с ними, поскольку внутреннее чувство, что я опаздываю, возросло. Еще на мосту, приближаясь к противоположной стороне, мы увидели, как на мост опустился один ктул-соатх.

— Приотстаньте, — прошипела ханька.

И столько было я ее тоне ярости, гнева и стали, что мы выполнили ее приказ. Не снижая скорости, она создала заклинание, и ярко-синий луч ударил во врага. «Блин, — высказался я на манер русских, — гений — он и есть гений». На такой скорости создать это заклинание пятого ранга под силу только людям с огромным талантом. Враг среагировал и взлетел, вот только и ханька, подозревая это, ударила не прямо, а немного вверх. Оставшийся враг хотел было улететь, но затем внезапно изменил свое движение, обрушившись на меня, и я понял, что среагировать не успею.

Глава 12

Российская Империя, где-то между Москвой и Новосибирском.

Передо мной мелькнула серая тень, и по мосту покатились Тир’Эш и ктул-соатх. Никто не успел среагировать на столь стремительный выпад; никто, кроме метаморфа. И сейчас я наблюдал яростную схватку. Но ктулхут не мог оказать достойного сопротивления на земле, тем более старейшине рода шредаар’инра’доо. Тир’Эшу удалось в самом начале схватить зубами своего противника за шею у самой головы, а его когти начали полосовать врага. Ктул-соатх тоже нанес несколько ударов, но это было последнее, что он смог сделать. С грозным рыком мой кот дернул головой, вырывая чуть ли не половину шеи. И сразу отпрыгнул в сторону. Поверженный противник задергался в агонии, а метаморф стряхнул с себя кровь, как это делают все животные.

— «Садитесь на меня, — раздалось в моей голове. — Твоя охрана долго не продержится».

Дальше мы помчались уже верхом. Почти сразу свернули в сторону леса и вскоре передвигались по нему. Во время езды Тир’Эш озадачил меня своей фразой и последующим за ней вопросом.

— «Такое впечатление, что ктулхуты специально охотятся на тебя. Где ты успел им насолить?»

Признаться, у меня самого возникало такое подозрение, но понять причину я не могу. Высказался про то, что в Британии хотел помешать приходу их Бога, но ведь не сумел этого сделать. Более того, мы с Айви спаслись непонятным образом — чудо какое-то. Но это не причина для такого преследования. Создается впечатление, что как только они узнаю́т меня, тут же стремятся убить. Сначала хотели исподтишка, а сейчас явно. Летающих монстров на данный момент очень мало, а это отличная боевая единица, и такая жертва выглядит напрасной. Ладно, первого мы подловили, второй преодолел защиту — вероятно, думая, что она по-прежнему очень мощная, и на огромной скорости врезался в носовую часть дирижабля, где его добили. Но двое оставшихся, особенно последний, выглядят именно напрасной жертвой. Однако размышлять над этим вопросом я не хотел, тем более что мы снова двинулись на своих двоих.

Я вновь начал тренировки, поэтому шел, находясь в обоих состояниях: гар’са и кил’са. Мне по-прежнему не давался второй уровень состояния измененного сознания при активном ментале. Вот в обратную сторону работало, поэтому решил заниматься сейчас только этой частью. Погрузился на глубину третьего уровня, сохранив полный контроль над реальностью. Задействовал сознание для анализа последнего сражения, осмотрелся ментальным взором вокруг и раскинул ментальную сеть. Дальше, дальше, еще дальше. И на границе своих возможностей увидел людей. Передвигались они почти параллельным курсом, но смещались в нашу сторону. «Очень интересно, — подумал я. — Гонятся, что ли, за кем-то?»

Это в самом деле было похоже на правду, поскольку один человек бежал впереди, а за ним — десятка два тоже людей. Сейчас, когда они немного приблизились, я уже уверенно могу сказать, что это люди.

— Там бегут люди, — я показал рукой, где именно. — Давайте их пропустим, а затем двинемся дальше.

Ши и Тир’Эш согласились со мной — ведь сейчас главное, чтобы никто нас не увидел. Я постоянно наблюдал за ними, но беглец, как назло, решил перестать убегать недалеко от нас. Шансов у него никаких, поэтому нам можно двигаться дальше, поскольку преследователи наверняка, покончив свои дела, вернутся обратно.

— Идем дальше, — сказал я, — только тихо.

Не успели мы сделать и пары шагов, как раздался женский крик. Голос, несмотря на то, что слышался только один протяжный звук «а», показался мне знакомым. А в следующий миг я узнал его.

— Тир’Эш, это Мила! — крикнул я.

Говорить что-то еще не потребовалось — он сорвался с места с быстротой молнии. Я рванул следом за ним, и уже за мной — ханька. Когда я прибежал к месту событий, все уже было кончено. На земле лежала цесаревна в разорванной одежде, а рядом с ней — трупы четырех мужчин. Она огромными испуганными глазами смотрела на то, как шредаар’инра’доо расправляется с последними преследователями. И тут она увидела меня.

— Раэш! Беги! — крикнула она.

Я поначалу не понял, к чему она это сказала, но почти сразу сообразил: девушка не видела моего кота в этой ипостаси. Я подошел, и она, вскочив, схватила меня за руку и потащила в сторону.

— Успокойся, — я обнял ее, прижав к себе, — все уже позади. А это свои.

Говоря эти банальные фразы, я постарался передать ей спокойствие и уверенность, что все беды ушли в прошлое. Девушка убедилась, что никто не собирается на нас нападать, и, вжавшись в меня, зарыдала.

— Кат-тя, — она всхлипнула, — она… — хлюп-хлюп. — Она погибла, защищая меня. Я… — и тут она гордо вздернула голову, а глаза ее полыхнули. — Я отомщу за ее смерть. И за смерть родителей, и графа, и вообще за моих подданных.

На последнем слове я заметил, как округлились глаза у ханьки. Я начал гладить Милу по голове, по спине, и девушка начала успокаиваться, теперь уже от гнева.

— Я так по тебе соскучилась, — тихо произнесла она.

— Я тоже соскучился по тебе, Златовласка.

— Правда? — она отстранилась, удивленно посмотрев на меня.

— «Еще одна самка, и станешь настоящим шредаар’инра’доо, — появилась у меня в голове мысль метаморфа. — У каждого уважающего себя в семье их должно быть пятеро».

— Раэш, а это кто? — спросила цесаревна, увидев подошедшего четвероногого друга. — Очень уж он похож на твоего кота — такая же хитрая и наглая морда.

В ответ на это высказывание я рассмеялся под возмущение Тир’Эша.

— А это он и есть. Давай двинемся дальше и по пути расскажем друг другу о своих приключениях.

И мы снова двинулись на восток. Я же понял источник моего внутреннего чувства боязни опоздать, которое сейчас полностью исчезло. И просьбу Айви я выполнил, спася теперь уже императрицу.

Девушка рассказала о своих приключениях, и я вынужден был констатировать, что ктулхуты появились по всему миру. Мила как взяла меня за руку в самом начале, так и держала всю дорогу под возмущенным взглядом ханьки, которая насупилась и сказала за все время не более пяти слов. Да и то только тогда, когда Мила задала несколько вопросов про турнир в Британии. Ближе к вечеру остановились на ночлег и начали инспектировать наши припасы. Цесаревна доставала из своей сумки вещи, а у нас вообще ничего не было — мы как-то не успели взять свои. У нее, кстати, из припасов было только немного соли и фляга с водой. А уж как обрадовалась девушка иголке с нитками — не передать. Раздевшись до нижнего белья, Мила накинула на себя плащ, хранившийся в той же сумке, и начала зашивать одежду. После этого попросила сходить с ней и посторожить, пока она будет мыться. Я заметил, что мне придется смотреть на нее обнаженную, иначе что это будет за защита, и предложил, чтобы она взяла с собой Ши или еще лучше Тир’Эша. Но девушка покраснела и гордо ответила:

— Я хочу, чтобы меня охранял ты!

Я любовался фигурой девушки, которая сейчас старательно ополаскивалась после натирания какими-то травами. Когда она раздевалась, покраснела, словно вареный рак, но сейчас все делала перед моими глазами даже с какой-то гордостью, так что пришлось смущаться уже мне. После этого искупался я, а когда мы возвращались обратно, встретили ханьку, которая как раз направлялась на водные процедуры.

— «Присмотри за ней», — попросил я нашего кота.

В качестве подстилки использовали лапник, на который положили плащ. Я лег, и Мила тут же очутилась рядом, положив мне на плечо голову. Уже засыпая, увидел, как пришла наша восточная спутница и легла в стороне. На этом я и уснул.

Проснулся от того, что затекла рука и что-то немного придавило меня. Оказалось, что молодая императрица не только по-прежнему использовала мое плечо в качестве подушки, но и закинула на меня ногу, да и вообще чуть ли не вся перебралась на меня. Хотел ее аккуратно подвинуть, но увидев ее лицо, такое счастливое и улыбающееся, решил повременить.

Спустя десять минут Тир’Эш принес кабанчика. Раз случилось такое дело, то решили задержаться, немного отдохнуть и набраться сил. Я поговорил с Милой по поводу дальнейших наших действий. Она сказала, что ей необходимо прибыть в Новосибирск, хотя сама девушка с удовольствием улетела бы к нам с Айви. Я бы тоже с огромным удовольствием забрал ее с собой, но игнорировать пожелания Богов нельзя, поэтому я здесь. Когда я сообщил об этом девушке, она задумалась минут на пять, а затем выдала:

— Знаешь, Раэш, я не удивлюсь, если тебе необходим Артефакт Империи. А точнее, то, что он скрывает. Вот есть у меня некое внутреннее чувство, что я права.

— Что за Артефакт Империи? — естественно, задал я вопрос.

Краем уха я где-то слышал это словосочетание, учась еще на первом курсе школы. Но подробностей тогда не было, а сейчас мне стало интересно. Девушка демонстративно посмотрела на Ши, которая по-прежнему, с конца вчерашнего дня, сидела сычом. Ханька заметила этот взгляд и в свою очередь так глянула на нас, что я опешил.

— Тайна рода, — ответила на этот ее, можно сказать, выпад Мила.

Ши сидела совсем рядом с нами, но после этих слов резко поднялась и ушла подальше. Мне, если честно, такие перемены в ее поведении начали надоедать, поэтому решил, что как только доберусь до Новосибирска, отошлю ее к своим. А если не захочет, то пусть остается там. Посмотрел на императрицу, которая каким-то понимающим взглядом глядела ей вслед.

— Знаешь, Раэш, — как-то уж очень громко начала она, — а ведь Ши в тебя влюблена.

— Чего-о-о?

— Ты что, не замечаешь? — удивленно посмотрела на меня девушка. — Ах, да, Айвинэль же говорила, что ты в этом плане совсем…

И замолчала. А я начал анализировать все ситуации, когда мы с ханькой были вместе. Получается, что у нее такие резкие перепады настроения происходили, когда рядом со мной была Айви, София или вот Мила. С моей супругой мы путешествовали достаточно много, но случалось подобное, в основном, в начале нашего совместного вояжа. Это что же получается — если девушка так себя ведет, то значит, влюбилась? Этот вопрос я и задал Миле, которая со словами: «Нет, Айвинэль все-таки права» захохотала.

— Потом как-нибудь разберешься, — успокоившись, продолжила она и совсем тихо произнесла: — Сейчас я расскажу тебе об Артефакте Империи.

И девушка тихим голосом начала рассказывать все известное ей. Я заметил, как Тир’Эш, следивший за ханькой, навострил уши, которые повернулись в нашу сторону. Со слов девушки, он сохранился еще с незапамятных времен, и, как я понимаю, существовал во времена Войны Богов. Когда я мысленно высказал свою мысль коту, то он поддержал ее, говоря, что считает так же. А вот по поводу Даариана, который (или которая) хранится где-то в мире, он имел иное мнение, чем девушка. Тир’Эш был уверен, что это некое оружие, а не чистые знания. Правда, сразу оговорился, что бывают знания, которые страшнее самого разрушительного оружия, придуманного людьми. А в том, что этот Даариан имеет божественное происхождение, он почему-то был уверен. На мой вопрос «Почему?» ответил, что иначе его бы так не прятали.

— Я и подумала, что Богиня вполне могла иметь в виду то, что тебе необходимы эти знания, — девушка даже с какой-то гордостью сообщила об этом. — Хотя бы для того, чтобы справиться с новым врагом, — добавила она совсем тихо.

— То есть мне нужно попасть к Артефакту Империи, — задумчиво сказал я. — А где он находится?

— С тех пор, как был привязан к нашему роду, он всегда находится в Москве.

— А если враги его найдут и увезут в другое место?

— Он все равно вернется в Москву, — уверенно произнесла девушка, — даже за пределы города не смогут его вынести. Пробовали уже, и не раз. Даже моему роду сделать это не удавалось.

— Хорошо, доведу тебя до Новосибирска, а потом отправлюсь в Москву.

Девушка загадочно улыбнулась, а в эмоциях удовлетворение расходилось от нее огромными волнами. Через полчаса мы отправились дальше.

Два дня прошли без происшествий, а в одной небольшой деревеньке из десятка домов вообще не знали ни о каких войнах. Узнал это из подслушанных разговоров, когда отправился на воровской промысел. Поначалу хотели просто зайти, но очень уж мы приметные, а отпускать одну Милу — только вызывать лишние подозрения. Этот населенный пункт находился далеко не только от городов, но даже от больших сел, поэтому молодая девушка вызовет много ненужных вопросов, а если здесь появится кто-то из врагов, то сразу сообразит, что к чему. Разжились мы там едой и сменной крестьянской одеждой. И снова — путь-дорога дальняя.

— Что-то как-то очень тихо в этой местности — как бы чего не случилось, — пробормотал я.

Но Мила, идущая все время рядом со мной, услышала и с опаской огляделась вокруг. Ши, увидев это, тоже начала осматриваться. Кстати, о ханьке. Она точно слышала слова императрицы об отношении ее ко мне. Когда только отправились дальше, она посматривала на Милу волком, но затем у Ши снова произошла смена настроения, и она передвигалась чуть ли не впритирку ко мне с другой стороны. Тир’Эш не упускал возможности пошутить по этому поводу: мол, я почти настоящий метаморф. Когда я спросил, кого же он имеет в виду, то узнал, что у меня, оказывается, целых «четыре самки»: Айви, Мила, София и Ши. Я, когда узнал об этом, долго смеялся, так что девушки потребовали рассмешить и их. После того, как я им сообщил «новость», улыбнулась только златовласка, а Ши сильно покраснела — то ли от гнева, то ли от возмущения.

Кстати, что касается Милы — девушка действительно мне очень нравится, и я, в самом деле, успел соскучиться по ней. Другое дело, я понимаю, что такое бремя правителя, когда зачастую браки имеют политические мотивы. И ей необходимо будет укрепить свою власть, соединившись узами с главой самого сильного на данный момент рода и клана.

— Пойду-ка я на разведку, — сообщил я всем о своем намерении. — А ты останешься с девушками, — добавил я коту, который тоже хотел сходить вместе со мной.

Сейчас я передвигался, контролируя местность на расстоянии ста метров от себя. Пока все было тихо, животные тоже отсутствовали. Передвигались мы по холмистой местности, и в данную минуту я поднимался в гору. «Ага, вот вы и попались», — мысленно усмехнулся я, увидев парочку людей. Осторожно приблизился на расстояние слышимости и превратился в слух. Но проходили секунды, минуты, а парочка ничего не произнесла, даже ни единого вопроса не последовало. То ли они спят, то ли хорошие профессионалы. На первое не очень похоже, так как «сияют» они в ментальном плане немного больше, чем спящий человек. Но здесь присутствует некая условность — каждый разумный имеет свой уровень ментального тела или ауры, и то, что для одного — бодрствование, для другого — сон. Маги имеют более яркую ауру, а ментальные маги вообще горят.

Решил проверить более досконально, но для этого необходимо уйти глубже в кил’са, а на той глубине я теряю контроль над реальностью, то есть могу «видеть» только в ментальном плане. Нет, передвигаться в таком состоянии я могу, но сейчас это не нужно. Поэтому я присел за деревом и погрузился на глубину — мир засиял более ярко. А ведь сидящие в засаде — хотя правильней сказать все-таки «в секрете» — люди оказались профессионалами. Они не спали, а просто наблюдали за окрестностями, сосредоточившись только на этом, потому и ментал их потерял яркость. От греха подальше решил их обойти стороной. Я не эльвари и не умею ходить полностью бесшумно. Айвинэль с Таэль меня учили, но я так и не смог достичь их уровня бесшумности передвижения, хотя люди говорили, что у меня отлично получается.

«Да что же это такое?», — мысленно выругался я, когда увидел третий секрет, в котором находились тоже отличные воины. Не знаю, что именно они охраняют, но уверен, что нечто важное. Потянулся мысленно к Тир’Эшу, дабы предупредить его. И ничего — расстояние слишком велико для моего умения. Медленно, чтобы не выдать себя шорохом, сместился немного в ту сторону, где оставил своих друзей, постоянно пробуя ментальную связь.

— «Чт… с… где…», — наконец-то услышал своего кота и остановился.

Тир’Эш, умница, сместился в мою сторону, и вскоре я отчетливо услышал его.

— «Что случилось?».

— «Здесь воины что-то охраняют», — ответил ему.

Он посоветовал не рисковать и уйти отсюда, но я ему сказал, что вдруг здесь есть дирижабли — тогда можно попытаться один угнать. В итоге он согласился, что это был бы выход из нашего незавидного положения. Я приказал ему возвращаться к девушкам и присмотреть за ними, особенно за златовлаской. Затем вспомнил, что хотел еще сказать, чтобы он «затер» мои аурные следы, да расстояние снова дало о себе знать. Да, это не наша с Айви эмоциональная связь, да еще усиленная клятвой. Мы даже сейчас чувствуем друг друга. Она, например, прекрасно ощутила мою эмоцию, что я нашел Милу, а я не сумел скрыть тот факт, что девушку хотели изнасиловать. Для Айви это больная тема, поскольку ее саму хотели изнасиловать в Южной Америке, поэтому от нее полыхнуло такой яростью и жаждой расправиться с насильниками самыми зверскими способами, что пришлось ее успокаивать и передавать, что наш четырехлапый друг уже посчитался за все.

Я передвинулся еще дальше, и тут заметил одну странность — некую ментальная тень, если так можно сказать. В принципе, я уже сталкивался с подобным — это маскировочный ментальный амулет или ментальный маг, который может сам закрываться. Вот только во втором случае только очень опытный менталист сможет погасить свое сияние, причем, должен делать это именно сам, и никакие амулеты этого не сумеют сделать. Разве что ментальный маг и одновременно гений магического конструирования сумеет создать подобную вещь. А вот прикрыть тусклый свет обыкновенного человека не в пример легче. Ну, или обладать врожденными способностями, как у меня.

Я остановился, снова погрузившись в глубины своего сознания. Это в самом деле оказался человек, а не демон — сейчас я это «видел» отчетливо. Какое-то время этот неизвестный находился в одном месте, а затем двинулся в обход секрета, как раз в мою сторону. Когда он очутился в пяти метрах от меня, я вынырнул в реальность, превратившись в слух. И ничего не услышал, хотя сейчас я даже мог рассмотреть чуть ли не его мысли, поскольку задействовал врожденную способность, а не ментальную сеть. И да, это был эльф или эльфийка, непонятно каким образом попавшая сюда. Сейчас я даже сквозь защиту сумел уловить то, что отличает эту расу. Не сумел понять только пол, а фигура скрывалась одеждой. Он прошел рядом со мной, направившись аккурат между секретами. Я не стал ему мешать, поскольку понял, что он осуществляет разведку. Я-то думал, это егерь, которые, как я слышал, не уступают эльфам в бесшумном перемещении. Вот только у эльвари это, можно сказать, врожденная способность, а людям приходиться очень долго работать над собой. Я решил дать ему все разведать и направиться за ним, чтобы узнать, кто он и откуда.

Вскоре он стал возвращаться, и я пошел следом за ним. Двигались мы не менее километра, и вскоре обнаружились еще два секрета, к одному из которых и подошел разведчик. Пока они там перекинулись несколькими фразами, я успел проскочить мимо.

Это совершенно точно был военный лагерь, и у половины воинов одежда была армейской. Вторая половина была одета кто во что горазд, поэтому и я не буду выглядеть белой вороной. А с учетом наступивших сумерек мою кожу красновато-медного цвета никто не разглядит. Жили люди в наспех сооруженных шалашах, и только в центре стоял шатер — вероятно, для командного состава. Улучив момент, когда в мою сторону никто не смотрел, я вышел из леса и, имитируя небольшую суету, направился к шатру.

Что меня поразило, так это молодые лица — как будто здесь и сейчас собрали учеников какой-нибудь школы. Нет, встречались и опытные воины, но из пятидесяти человек я насчитал их всего семь. Скорее всего, в дозорах тоже находятся они или, как минимум, по одному из двойки. Вот их я старался увидеть заранее и обойти стороной или сделать вид, что на ходу заинтересовался чем-то в стороне и отворачивался от такого воина. Несколько услышанных фраз убедили меня, что это люди, верные императору. Точнее, уже молодой императрице.

По пути меня никто не окликнул, поэтому до шатра я добрался. Но у входа стояли два человека в качестве охраны, причем как раз опытные воины. Они меня увидели и напряглись. На самом деле они не выдали себя ни единым движением, но вот в ментальном плане их аура сказала мне многое. Они, наверняка, сообразили, что видят меня впервые, и сейчас готовились скрутить, с их точки зрения, неизвестного. Воевать мне не хотелось, поэтому оставалось только одно — ментальное воздействие. К моему сожалению, отвода глаз или чего-то похожего я не знал, поэтому просто выбросил два жгута в их сторону.

Амулеты ментальной защиты у них были, но невысокого уровня или практически полностью разряженные, поэтому преодолел я их легко.

— «Ничего подозрительного нет», — передал я обоим мысль.

Получилось! Даже не ожидал, что получится, ведь это не мягкое воздействие, в котором у меня имеется опыт, а грубое вмешательство. Шатер имел небольшой «предбанник» или, если так можно сказать, прихожую. Вот в ней я и остановился.

— Значит, говорите, что там целых три дирижабля, — услышал я знакомый голос.

Распознать, кому он принадлежит, я не сумел, но, отодвинув в сторону полог и заглянув внутрь, узнал девушку. Княжна Мария Аркадьевна Суворова, которая очень грамотно выстраивала бой против нас с Айви. Если бы ей были известны все наши умения, то мы бы не смогли тогда победить их группу. А вот девушка, стоявшая напротив нее, оказалась моей подданной, и это была как раз разведчица, которую я узнал по одежде. Ан, нет. На одежде сохранилось изображение клана Свет Зари, который являлся врагом. Более того, если судить по листку меллорна в верхней части, это кто-то из рода главы — скорее всего, дочь или племянница. Я сразу же вспомнил, как их глава приказал сбить дирижабль с детьми. Не сдержав ярости, я шагнул внутрь шатра.

— Гнилой росток, — по-эльфийски прошипел я с чем-то наподобие рыка.

У эльвари это было одно из самых сильных оскорблений, применявшееся к ним до достижения двадцатипятилетнего возраста. Кроме двух девушек, здесь находились еще три парня и пожилой мужчина. Молодые ринулись на меня, обнажив кинжалы, и тут же рухнули на землю, схватившись за головы. Я просто тремя ментальными ударами ударил по их сознаниям. Защита имелась, и, скорее всего, приличная, но я уже сейчас превратился в одну бушующую ярость.

Мужчина среагировал очень быстро: сделал шаг вперед, одновременно с этим одной рукой заталкивая княжну себе за спину. И тут в меня полетела какая-то техника. Разрубив ее своими ментальными серпами, я преобразовал один в копье, направив ему в голову. Сейчас я был полностью уверен, что моя атака достигнет цели, пробив его защиту, которую я даже видел, настолько она была мощной.

— «Раэш, не убивай!» — донеслась до меня эмоция Айвинэль, которая прекрасно все поняла по отголоскам моих страстей.

И затем меня накрыло ее успокаивающей волной. Отправив копье в полет, я преобразовал его в петлю, когда оно преодолело защиту мага, и набросил ее на его сознание. И тут же натянул, чтобы маг не смог даже двинуться. К чести мужчины, он все равно попытался немного сместиться, чтобы прикрыть собой вышедшую из-за его спины девушку. На нее я не обратил внимания — точнее, не ждал от нее никаких опасных для себя действий, о чем сообщил мне ее ментал. Поэтому я перевел взгляд на эльварку, которая, застыв словно статуя, огромными глазами глядела на меня. В ее ауре творилось что-то непонятное, но агрессия тоже отсутствовала.

— Так вот, значит, каков ты, демон, — раздался спокойный голос княжны. — Интересно, сколько же еще имеется у тебя сюрпризов? Раэш, не мог бы ты отпустить Николая Ивановича, — все тем же спокойным голосом попросила меня девушка, выразительно посмотрев на мужчину.

Я выполнил ее просьбу, и маг немного потряс головой, а затем применил какую-то технику. Его ментальное тело окуталось туманом, и я увидел, как часть, которую я немного смял, восстановилась.

— Не мог бы ты объяснить свои слова в отношении Юниэль? Почему ты ее оскорбил?

Естественно, Мария Аркадьевна прекрасно знала язык эльвари, поэтому и поняла фразу. Наверняка она имела понятие и о значении моей фразы. Поэтому я рассказал все подробности о клане Свет Зари и о приказе его главы. Эльварка действительно оказалась его дочерью, и против моих слов ничего не возразила. Она по-прежнему смотрела на меня огромными глазами и все так же стояла статуей.

— Юниэль, что с тобой? — спросила княжна, видя ее состояние. — Испугалась демона?

— Я чувствую в нем силу Богини, — прошептала девушка.

Удивила так удивила. Я, естественно, не знал, можно ли почувствовать в другом человеке или эльвари силу Бога, а Лийанэль ничего об этом не говорила. Но княжна разговорила девушку. Оказывается, это у нее такое врожденное умение. Ей была прямая дорога в жрицы, но отец потребовал, чтобы она училась магии. На мои обвинения в адрес ее отца эльварка ничего не ответила, что для меня явилось доказательством признания девушкой, что ее отец мог такое совершить. А княжна поручилась, что сама девушка не будет мне врагом. В общем, спустя полчаса мы помирились и начали обсуждать дальнейшие действия.

Мария как раз раздумывала об угоне дирижабля, и я ее поддержал. Маг, Николай Иванович Лазарев, был сначала против, поскольку, кроме людей, в лагере присутствовали еще и новые враги, а он уже успел убедиться в их большой ментальной силе. Но позже согласился с нами, что пешком наша дорога займет много времени, да и не факт, что сумеем дойти. А эльфийка оказалась отличной лазутчицей, которая в случае необходимости всегда ходила в разведку. Вот и сейчас она принесла достаточно подробные сведения. Когда обсуждали их, я сказал, что со мной еще два человека и один большой друг. Но даже с учетом их силы в нашем плане упор делался на бесшумный угон. Когда обсуждение завершилось, и все, кроме княжны и мага, покинули шатер, девушка меня спросила:

— Про себя, я так понимаю, ничего не расскажешь?

— Нет.

— Я так и подумала, — она слегка улыбнулась. — Можешь идти к своим и звать их.

За пределы шатра я вышел вместе с магом.

— Молодой человек, — обратился он ко мне, — а…

И он замолчал, внимательно глядя на охрану. Затем я увидел какую-то его ментальную технику, окутавшую то место, где располагались их головы. Кивнув в их сторону, он спросил:

— Что вы сделали с ними?

— Просто ворвался в сознание и сказал, что они не видят ничего подозрительного, — честно ответил я. — Обыкновенное ментальное внушение.

— То, что внушение, — я понимаю, но оно отнюдь не обыкновенное. Я знаю, о чем говорю. Можете показать, что и как вы делали?

Я подробно все ему показал. Затем еще раз и еще. Какое-то время он о чем-то размышлял или вспоминал, а потом, пробормотав: «Должно быть что-то еще», спросил:

— Кто был вашим учителем? — и, спохватившись, добавил: — Кто учил ментальным техникам?

— Никто, — я пожал плечами, — до всего, что умею, доходил своим умом и старанием.

— Теперь все стало понятно, — он даже немного улыбнулся. — Вы очень одарены, поэтому сумели создать свою, ни с чем не сравнимую, технику. Но я заметил, что вам не хватает, так сказать, академического образования. Я успел заметить совсем немного, но уже сейчас могу сказать, что во многих случаях можно было бы обойтись меньшими затратами. В коротких схватках это не так важно, но при длительном противостоянии вы очень быстро будете уставать.

— Я знаю, — ответил я мужчине, — но так уж вышло, что мне пришлось учиться самостоятельно, вот и получилось то, что получилось.

— Это верно — вы действуете в ментале, словно простой воин, — усмехнулся он. — Не буду больше вас задерживать — идите за своими друзьями.

Российская Империя, где-то между Москвой и Новосибирском, лагерь в лесу.

Когда молодой человек скрылся из виду, Николай Иванович еще целых пять минут стоял и проверял окрестности техникой своего собственного изобретения. Эта «паутина» не была идеальна, поскольку не могла различать ментальную активность в зависимости от уровня, показывая только наличие чего-то разумного, зато она чувствовала любую технику этого плана. За свою долгую жизнь маг повстречал достаточно ментальных магов, чтобы определить в этом молодом человеке самородка. Уже одно то, что его сияние в ментале было, как у простого человека, говорило о многом. Сейчас, когда он уходил, мужчина специально для проверки раскинул следящую сеть, чтобы понять уровень парня, но потерпел полное фиаско.

В отношении его слов об отсутствии учителя он не сомневался, поскольку пословица «Голь на выдумки хитра» была придумана очень давно и не просто так. Они уже не один раз убеждались, что одаренный человек, причем не важно, в какой области, в силу отсутствия элементарных знаний изобретает нечто, что поначалу ставит в тупик ученых или магов. Это же произошло с молодым человеком, придумавшим свою технику ментального боя. Вот только Николай Иванович был полностью уверен, что затраты энергии при ней очень ощутимы. Он, например, владея ею, не смог бы долго сражаться, а этот Раэш, судя по его отточенным мысленным движениям и воле, только так и сражается. И что-то подсказывает ему, что происходило это не один раз и не два. А еще — человек не может иметь ментальную силу такой величины, что и доказал этот парень своими черными глазами с вертикальным синим зрачком, откуда исходило даже некое сияние. А в последнее время он столкнулся с еще одними НЕ людьми, которые молодому человеку не уступали.

Убедившись, что за ними никто не наблюдает, он вернулся в палатку.

— Ваша светлость, вы знали, что он не человек? — спросил он девушку. — Простите за мою настойчивость, но вы очень спокойно отнеслись не только к этому факту, но и к действиям этого, судя по всему, знакомого вам молодого человека. Вы ведь понимаете, что я отвечаю за вас, но в противостоянии с этим парнем я ничего не смогу сделать.

— Николай Иванович, перестаньте, — улыбнулась девушка. — Я прекрасно вас понимаю. И нет — я не знала, что он не человек. Хотя, делая анализ некоторых связанных с ним событий, это объяснение напрашивалось само собой. И не надо быть таким подозрительным: поверьте, Раэш — хороший человек и никогда не предаст. Пусть не человек, а демон, но это не меняет сути. Вы же прекрасно знаете нашу родовую способность.

Да, у князей Суворовых, помимо их великолепного полководческого таланта, присутствовала еще одна особенность: они чувствовали людей. Не всегда и не всех, но если она срабатывала, то не ошибалась никогда. В этот момент в шатер вошла их разведчица-эльфийка.

— Юниэль, мне показалось, что ты чего-то не договариваешь? — с улыбкой спросила княжна девушку.

Вот только в голосе молодой девушки проскользнуло нечто, явно говорившее, что скрывать или тем более врать ей очень опасно. Впрочем, сама эльварка и не думала ничего подобного.

— Кроме присутствия в нем силы моей Богини, я почувствовала еще что-то, — как-то немного отстраненно ответила девушка. — Силу и мощь другого Бога или не менее сильного существа. Я не могу этого объяснить, но в тот момент мне показалось, что захоти он, и эта сила уничтожила бы меня в мгновение ока. Сразу и окончательно, и я бы никогда не увидела Свет Богини.

— Ну, да, его гнев я почувствовала тоже, но не сказала бы, что он так уж страшен, — удивленно возразила ей княжна.

— Это потому, что он не был направлен на вас, — уже уверенно ответила эльфийка.

— Я поручилась за тебя, — спокойным, но тем не менее грозным тоном сказала княжна, — смотри, не подведи меня, — и уже с улыбкой добавила: — Не хочу терять такого отличного разведчика.

— Да не так уж я и сильна, — возразила ей эльварка, — никакого сравнения с нашими рейнджерами.

— Да у нас далеко не все егеря умеют так ходить по лесу, — возразил ей подключившийся к беседе маг.

И княжна стала в очередной раз расспрашивать свою разведчицу об увиденном. К ее сожалению, та не смогла пройти в лагерь, опасаясь нового врага, поскольку не была уверена в своем амулете ментального сокрытия. Николай Иванович говорил, что он отличного качества, но всегда добавлял, что враг очень уж ментально силен. Поэтому эльфийка и не стала рисковать. И в связи с этим у самой Марии сведения были неполными, а значит и разработанный план будет, как минимум несовершенен.

Снаружи раздались приглушенные крики, и вся троица вышла на улицу. К их шатру приближалась удивительная процессия. Помимо ее знакомого, княжна Суворова увидела еще полузнакомую девушку — кого-то из аристократов Российской империи, девушку, если судить по внешности, из Китайской империи и огромного кота. Да, именно кота, а не тигра, льва или огромную рысь. Вот последний и вызывал возгласы людей.

— Хорошие у тебя друзья, — сказала княжна подошедшему парню.

Российская Империя, где-то между Москвой и Новосибирском, лагерь в лесу.

— Я же предупреждал, — ответил ей. — Позволь представить тебе: Си Ши, дочь императора Китайской империи, баронесса Людмила Игоревна Морозова, Тир’Эш.

— Отдыхайте, — ответила мне Суворова. — Через четыре часа идем в лагерь врага.

Лишнего шалаша для нас, естественно, не нашлось, поэтому мы расположились под деревцем, устроившись на плаще. Мила привычно легла мне под бочок, пристроив в качестве подушки мою правую руку. Ханька снова сменила милость на гнев и дулась на нас, и в особенности почему-то на меня, а не на девушку, которая выдала ее «страшную» тайну. Мне же были без разницы все эти девчоночьи выходки.

Проснулся я, словно по будильнику. Осмотревшись, понял, что дежурные будят спящих воинов. Собирались очень быстро и вскоре направились к стоянке врагов. Поравнявшись с княжной, услышал от нее вопрос:

— Твой друг насколько силен в битве? Действительно справится с ктул-каарном? — девушка глянула на котяру. — Кстати, так и не скажешь, откуда тебе известно о враге?

— Тир’Эш может взять на себя трех-четырех, но ему будет очень тяжело в последнем случае.

В плане княжны вся ставка делалась на скрытый угон дирижабля. Точнее, враги все равно увидят и поймут, что воздушное судно кто-то захватил, но это должно случиться уже после того, как все люди окажутся на борту. Получится или нет, никто не знал, а сама девушка всегда морщила свой носик, когда разговор заходил об этом деле. Она-то прекрасно понимала, что информации категорически недостаточно для составления хорошего плана. Да и тщательно разработанный план зачастую после начала его осуществления претерпевал изменения.

Пробираться к дирижаблю предстояло эльфийке с двумя егерями — точнее, даже не полноценными егерями, а выпускниками соответствующего учебного заведения. В их задачу входила нейтрализация охраны самого большого дирижабля и запуск предстартовой подготовки, если магические движители полностью выключены.

Троица ушла, а мы с Николаем Ивановичем направились каждый к своему секрету, чтобы спустя пятнадцать минут уничтожить людей для беспрепятственного прохода наших воинов. Что-то не давало мне покоя — создавалось такое впечатление, что за мной кто-то наблюдает. Я даже начал озираться — как глазами, так и ментально. Вот только раскидывать следящую сеть на бо́льший радиус я не рискнул, чтобы не сорвать всю операцию.

Время. И я создал два ментальных копья, направив их во врагов. И мгновенно ускорившись, сблизился с ними. Как я и ожидал, вложенной в мою технику силы оказалось не достаточно, чтобы с одного удара убить врагов, но кратковременное помутнение рассудка я им сделал. А мне этой пары секунд хватило, чтобы убить их своими серпами. И дальше мы направились к дирижаблям.

Поначалу все шло по плану, но затем…

Российская Империя, где-то между Москвой и Новосибирском, хутор Ущельевый, база Голицыных.

Фхантх с изумлением узнал в человечке того, кого было приказано убить любой ценой. Еще там, в другом мире, Аватар их Бога передал всем изображение того, кого предписывалось уничтожить любыми методами и средствами. Насколько он знал, предпринималось минимум две попытки, но они, судя по всему, так и не увенчались успехом. Правда, в тех случаях это должны были сделать сами люди. Хуже всего было то, что рядом с ним находился один из злейших врагов шредаар’инра’доо, непонятно как оказавшийся здесь.

Сам же Фхантх принадлежал к новому виду ктулхутов — ктул-пхе, исполняющих роль шпионов. Они имели прекрасную ментальную маскировку и мощный отвод глаз. Причем это были не специальные техники, а врожденные способности. Кроме этого, они обладали мощными способностями внушения, но только работая рядом с жертвой. А вот непосредственно воинами они были слабыми — как магически, так и физически. Поэтому если вступали в бой, то только тогда, когда их противник не ожидал никаких негативных сюрпризов для себя. И, как правило, со спины. Нападать на этого человека лично ему не хотелось категорически: какое-то внутреннее чувство подсказывало, что ничем хорошим для него это не закончится.

А еще их было катастрофически мало.

В данном случае Фхантх знал, что этот враг — сильный и вполне может увидеть его, как и шредаар’инра’доо, который в данный момент отсутствовал, что, кстати, очень хорошо. Но этот человечек все-таки почувствовал что-то, и ему пришлось срочно затаиться, полностью отсекая себя от окружающей действительности. К сожалению, ктул-пхе, в силу своих особенностей, не владели ментальным общением. То есть сами они вообще не могли ни с кем связаться, а вот им могли донести свою мысль ктулхи, но сопровождался весь этот процесс сильной головной болью из-за того, что приходилось пробивать естественную защиту разума.

Он сделал один шаг назад, второй, и… в этот момент человечек снова посмотрел в его сторону. Когда тот отвернулся, Фхантх еще отошел назад, а затем быстро направился к ДаркаинхМзаБрахиллю, чтобы доложить, кто сейчас подбирается к их лагерю. Говорить что-либо встреченным ктулхам он не стал, подозревая, что может вспугнуть врага, и тот снова сумеет скрыться на своем шредаар’инра’доо.

— Господин, — ворвался он в дом к жрецу, — он здесь.

Ктухлу не нужно было пояснений, кто такой «он» или «этот», поэтому он сразу приказал рассказать суть. И почти с самого начала рассказа у него в голове сложилась мозаика. Не далее как час назад он получил сообщение, что где-то в окрестностях должен скрываться отряд врага, сумевший не только вырваться из боя недельной давности, где им удалось окружить армию, но и успешно скрыться от ктул-каарнов. Эти будущие рабы или еда словно знали их огромную нелюбовь к воде, поэтому скрылись, уходя по реке. И речь могла идти только об этой группе воинов.

Быстрый анализ ситуации и их возможных действий привел к однозначному выводу: людям необходим дирижабль, чтобы улететь на восток, к своей армии. Он мысленно связался со своими подручными и другими ктулхами, отдавая соответствующие приказы. Сам же быстро направился к посадочному полю.

Этого человечка, которого приказано убить, несмотря ни на что, он узнал почти сразу. Создав свою самую убийственную ментальную технику, он, как жрец, добавил в нее силу своего господина. Ничто не спасет от нее.

Глава 13

Российская Империя, где-то между Москвой и Новосибирском, хутор Ущельевый, база Голицыных.

Когда я увидел начавшуюся суету, сразу сообразил, что план, как и предсказывала княжна, пошел прахом. Точнее, это даже была еще не суета, а немного увеличившаяся активность. Я даже приостановился и создал родовое защитное заклинание, а затем, повинуясь наитию, решил добавить в свою ячеистую ментальную защиту силу богинь. Я уже настолько свыкся с ней внутри, что чувствовал, как часть самого себя. Если вначале это было, словно я держу в руках два теплых шара, то сейчас это было частью меня. Не знаю, что там на самом деле — вполне вероятно, что самообман, но вот оперировать этими энергиями стало легче.

Если ранее я, когда пытался «захватить немного», делал дополнительную ментальную ладонь, то сейчас по моему желанию появились как бы тонюсенькие ручейки, соединяющие оба шара энергии с моей ментальной защитой. Вероятно, так и должно быть, поскольку это очень похоже на то, как действуют эльфийские архимаги. Но я все-таки боялся расплескать эту энергию, чувствуя, что она пригодится мне в дальнейшем, поэтому действовал крайне аккуратно. Это-то и сказалось, когда ментальную атаку, направленную на меня, я заметил уже в непосредственной близости и среагировать не успел. Смог только понять или почувствовать некоторую неправильность в технике или что-то другое.

Удар был таким, словно меня огрели по голове мешком с песком. Но самой интересной была техника — нечто, постоянно меняющееся по мере приближения. С уверенностью можно говорить только о том, что она не преобразовывалась во что-то единое — например, ментальное копье. То это была сеть, затем больше похоже на рой насекомых, тут же преобразовавшихся в небольшие иглы, которые, в свою очередь, соединились в пару десятков дротиков. И вот последние как раз и ударили в мою защиту, которая, если так можно выразиться, на моих глазах пошла трещинами. Но в паре мест атака врага сумела пробить ее, ударив по моему сознанию. Я даже, кажется, схватился за голову.

Ярость в мгновение ока заполонила меня, а воля, оплетая ее, помогла вырваться на свободу. Я почувствовал позади меня дорогих моему сердцу друзей, которые рванулись на помощь, и повернулся к ним.

— «Тир’Эш, твоя цель — Мила. Она должна жить», — передал ему свою мысль.

И повернулся к врагу, рассекая его новую технику.

Российская Империя, где-то между Москвой и Новосибирском, хутор Ущельевый, база Голицыных.

Что-то дернуло цесаревну (Людмила Георгиевна никак не хотела смириться со смертью родителей, хотя и понимала, что их нет в живых) повернуть голову и посмотреть на своего друга, который должен был одним из последних сесть на дирижабль. Раэш в этот момент схватился за голову. Девушка не могла видеть в темноте, но так получилось, что его фигура, которую она узнала бы из миллиона, находилась на фоне горевшего вдали костра, поэтому она отлично все видела. И она своим женским чутьем поняла, что ему сейчас плохо, поэтому девушка, не задумываясь, бросилась к нему на помощь. Но в следующий миг он посмотрел назад.

И Людмила снова увидела так поразившую ее однажды красоту горящих небесным огнем глаз ее друга. А в следующее мгновение дорогу ей преградил его кот, заставив остановиться.

— Пусти! — девушка попыталась обойти его. — Ему нужна помощь!

Тир’Эш что-то рыкнул, а затем у девушки немного закружилась голова, и тут же в ее голове раздался «голос»:

— «Надо уходить. Раэш приказал уходить».

Девушка посмотрела в глаза огромному коту, понимая, что это он таким образом связался с ней. Бросила взгляд на своего друга, но тот уже смотрел куда-то вперед и немного влево. Посмотрев туда, она увидела темное пятно, которое могло означать только нового врага. Тир’Эш так толкнул ее в сторону воздушного судна, что девушке пришлось пробежаться.

Вбежав на борт дирижабля, она развернулась, и ее глаза приклеились к фигуре друга. Костер, благодаря которому она выдела его, разгорелся сильнее, да и другие вспыхнули более ярко. Поэтому сейчас уже можно было разглядеть не только людей на их фоне, но и других, пусть и в некоторых местах всего лишь силуэты.

А Раэша атаковали. Не один, не два врага — кроме летевших в него заклинаний, еще два ктул-каарна пытались пробить его защиту. Но не могли: ни магия, ни физические атаки не причинили ему никакого вреда. Людмила облегченно выдохнула, но тут же воскликнула:

— Почему он не отходит или не отбегает?

И снова у девушки закружилась голова, и вновь она услышала шредаар’инра’доо, как правильно называлась раса этих разумных существ.

— «Он сейчас держит не только двух ктулхов, но и одного жреца. И судя по тому, что тот умеет работать с силой своего бога, это один из высших посвященных, — и после короткой паузы добавил: — Или вообще верховный».

А у Людмилы мелькнула мысль, что у нее снова головокружение во время разговора с котом. И тут же получила ответ:

— «Это плата за разговор — я не могу телепатически соединиться с тобой без этого. А будь на твоем месте Айвинэль, она бы испытывала такую сильную головную боль, что даже соображать ей было бы сложно. Поэтому я не могу с ней разговаривать телепатически».

А ее друг продолжал стоять на одном месте, орудую своими смертоносными серпами. Удивительным было то, что он по-прежнему продолжал смотреть только на своего главного врага. Но это совершенно не сказывалось на атаках холодным оружием, которое, казалось, было продолжением его рук и разило врагов. Уже два монстра валялись рядом с ним, но на их место пришли новые. Внезапно из темноты в Раэша ударило нечто белесое, и девушка, переведя туда взгляд, узнала одного из людей графа Вяземского, которые охраняли ее ранее. И глаза его горели таким же, едва видимым, белесым светом. Лич. И у девушки от горя за этого воина, отдавшего за нее жизнь, навернулись на глаза слезы. Она поблагодарила Богов, что у ее друга имеется невероятная защита, которая еще ни разу не позволила нанести ему вред.

Тир’Эш, который так и не разорвал телепатическую связь, не стал говорить девушке, что это родовое заклинание, помимо магической энергии, также использует жизненную силу, вследствие чего парень очень быстро слабеет.

В это время багровый шар с языками пламени полетел в их сторону. Но не успела девушка испугаться, как мигнула защита, и тот пропал. И тут же услышала голос ханьки:

— Держу щит, — процедила сквозь плотно сжатые зубы она.

И тут же кто-то отозвался мужским голосом:

— Еще минута, и можно взлетать. Потом включим стационарную защиту.

А Людмила поняла, что это ханька отразила атаку, и далось ей это с трудом. Подскочив к ней, цесаревна три раза подряд создала «Каплю жизни» и применила ее. Ши была настолько сосредоточена на своем заклинании, что не могла не только кивнуть, но даже моргнуть в знак благодарности. И только что-то, промелькнувшее во взгляде, сказало цесаревне, что та благодарна ей. Вернувшись обратно к так и не закрытым дверям, девушка только сейчас увидела, что часть воинов не стала входить внутрь и тоже сражалась с врагами, стараясь не подпустить их к дирижаблю. Не везде это удавалось, но они таким образом помогали защитить корабль. Однако силы были неравны, и защитники один за другим погибали, и вот уже враги — один, второй, третий — начали атаковать непосредственно удерживаемый Ши щит.

Людмила снова перевела взгляд на Раэша и вздрогнула, так как именно в этот момент она явно увидела, как некое заклинание, что-то наподобие молнии, попало в него. «Что случилось с его защитой?», — молнией пронеслась у девушки в голове паническая мысль. И тут он начал падать.

Одновременно с этим произошло еще два события. Дирижабль вздрогнул и чуть приподнялся, а Тир’Эш молнией метнулся к Раэшу. Девушка только и успела заметить, как мигнул щит в том месте, где он вырвался за его пределы, да еще вскрик ханьки. Вот он на краткий миг появился возле парня, и в разные стороны полетели ошметки ктул-каарнов. Вот огромный кот схватил своего друга поперек туловища и молнией метнулся к дирижаблю. Снова сработала защита, а Тир’Эш под стон Ши как-то спиной влетел в проем. Девушка еще успела заметить, что враг ее друга тоже лежит на земле, как двери в дирижабль закрылись, и он начал подниматься. Людмила посмотрела туда, где находились ее друзья.

Тир’Эш лежал на полу, и вся шерсть на его спине выглядела плачевно, а обойдя его, девушка увидела, что на голове она еще хуже. Тут ее взгляд упал на Раэша, и девушка не удержалась от громкого вскрика.

— Раэш! — бросилась она к нему, создавая «Каплю жизни» и активируя ее.

Выглядел он ужасно: изможденное лицо, впалые щеки — казалось, как будто за этот скоротечный бой он сбросил половину своего веса. Людмила создала одно за другим два диагностических заклинания. Правая нога, правый бок и левое плечо были повреждены, причем во всех случаях были сломаны кости. Но вот чего-то фатального девушка не заметила, поэтому начала создавать целительные чары, поочередно активируя их на ранах. Увидела, что Ши помогает княжна Суворова, создавая похожие плетения. Закончив с Раэшем, девушка повернулась к Тир’Эшу. Зная, что ему лучше всего помогает «Капля жизни», она создала одно за другим два заклинания. Снова вернулась к парню, создав диагностическое заклинание. Затем, нахмурившись, создала плетение полного диагноза или, как оно обычно называлось, «Великий диагност». Достаточно сложное плетение, но оно проводило подробнейшую диагностику всего организма, включая согласованную работу всех органов. Этим оно и отличалось ото всех других, которые показывали только состояние отдельных органов. И девушка его умела создавать.

— Ничего не понимаю, — с нотками паники произнесла Людмила.

— У него наверняка ментальное истощение, а это может подлечить только ментальный маг, — ответила Мария. — А у нас их больше нет, — добавила она с огромным сожалением.

— И что же делать?

— Просто ждать.

Пока девушки разговаривали, дирижабль поднялся в воздух, а бортовые орудия сумели сделать два залпа. Когда Раэша и Ши переносили в каюту, молодая императрица задала вопрос:

— А что с Ши?

— Так она держала щит вокруг дирижабля, пока проходила предстартовая подготовка. А тут еще Тир’Эш сумел проделать в нем брешь, причем дважды.

Людмила все поняла — им во время учебы рассказывали о подобном эффекте. Когда маг создает защитный щит или купол и в нем кто-то, обладающий большой сопротивляемостью или вообще иммунитетом к магии, проделывает брешь, то он получает откат. И чем больше размер защиты и бреши, тем тот сильнее. Поэтому ханька и вскрикнула дважды, когда шредаар’инра’доо бегал за Раэшем и преодолевал ее щит.

Спустя полчаса наблюдатели убедились, что погони нет. Возможно, отстала, а вполне вероятно, что их поджидают где-то впереди, поскольку ктулхуты, как сильные менталисты, могут мысленно общаться на огромных расстояниях. Все это время и Людмила, и Мария находились рядом с парнем и девушкой, помогая им по мере своих сил. Ханька должна вот-вот очнуться, а Раэш продолжал находиться в том же состоянии, и его подруга все больше и больше унывала. Даже заверения княжны, что если парень жив, то уже ничего страшного не случится, не могли убедить ее. Поэтому для отвлечения Мария решила просто поболтать.

— Ты давно с ним знакома? — задала она вопрос.

— С первого курса учебы в Новосибирской школе прикладной магии.

— Постой! — княжна вдруг щелкнула пальчиками правой руки. — Это не из-за тебя ли, часом, он дрался на дуэли?

— Верно, — у Людмилы самопроизвольно появилась улыбка на лице. — И закончилась она просто прекрасно — жаль только, что целители все-таки излечили конфуз у княжича.

— А ты знала, что он не человек?

В данный момент скрывать это уже не имело смысла, поскольку полчаса назад многие видели другого Раэша, а княжна — так еще и раньше. Девушка уже хотела согласиться, как вдруг почувствовала некую волну, пришедшую от ее друга. И почти сразу поняла ее значение и покраснела. Посмотрев на княжну, увидела, что та тоже ощутила нечто подобное, хотя и краской не залилась. Продолжалось это всего пару секунд, но ощущения были очень отчетливы: сильнейшее вожделение и сексуальное влечение.

— Знала, — все же ответила она.

В это время пошевелилась ханька, что-то пробормотав на своем языке. И тут же вскочила. Обведя взглядом комнату, она остановила его на лежащем молодом человеке.

— Раз у вас все хорошо, то я пойду, — сказала княжна и, встав, направилась на выход из каюты.

Девушки молча уселись рядом. Ши несколько раз порывалась что-то спросить, но так и не решилась. Вот они и просидели еще час, пока парень не пошевелился.

Пространственно-ментальный мир королевы ихтанвиилайтов в боевых серпах.

— Хватит валяться, — услышал я знакомый голос.

— Это опять ты? — с трудом открыв глаза, посмотрел на Белоснежку. — Вот почему я к тебе попадаю только после того, как получу раны или меня приложат магией?

— Ну, после магического удара ты попал только однажды, когда я провела вас порталом Хаоса, — усмехнулась она. — А так мог бы и сам догадаться, что связаны мы твоей кровью, и при попадании оной на один из серпов ты легко мог прийти ко мне.

— Если бы еще помнил об этом, — недовольно произнес я и начал подниматься, но тут меня посетила одна мысль, и я воскликнул: — Постой! Так это тебя имел в виду Тир’Эш, говоря, что у меня имеется отличный ментальный учитель?

— Меня, — усмехнулась девушка, — только ты тогда не был готов к учебе со мной.

— А сейчас?

— А что ты помнишь о последнем бое? — вопросом на вопрос ответила королева.

И я начал вспоминать. Вот ведь — я же помню отчетливо как все свои действия, так и действия врагов. И полностью отдаю себе отчет, что пребывал я в полной ярости. Теперь начал вспоминать свои ощущения от сражения, особенно момент, когда отразил самую первую атаку. Мне тогда почудилась некая неправильность в технике, но сейчас я понимаю, что это была техника с добавлением силы высшего существа. Наверняка этого Супайче. Если бы я тогда по наитию не укрепил свою защиту силой двух Богинь, то никакая врожденная защита мне не помогла бы. Ведь даже в этом случае она не сохранила целостность, более того — была пробита. А затем я испытал ярость в полной мере, истинную ярость демона, которая помогала справляться мне со своими врагами. Я даже из-за отсутствия знаний придумал, или вспомнил, или мне подсказали ментальное копирование — технику, о которой никогда не слышал.

Когда понял, что мне противостоят минимум три ктулха, один из которых умеет оперировать энергией своего Бога, мгновенно пришла мысль о необходимости защиты людей. Ведь от его атак не спасет никакой амулет. И вот тут меня и посетила мысль о создании ментального щита. Когда просто увидел свою ячеистую защиту, представил, что она разделилась и вторую как бы толкнул туда, где должен находиться щит. Получилось, но сколько на это ушло силы! И это в то время, когда на меня атаки сыпались одна мощней другой.

Но самое удивительное, что в этом состоянии я сражался не только ментально, но также вполне успешно своими боевыми серпами. Более того, я прекрасно просчитывал варианты защиты и атак. Пусть скорость мысли осталась на прежнем уровне, но в данный момент важнее тот факт, что я наконец-то сумел прекрасно совместить кил’са и гар’са. В последнем бою сделал просто головокружительный скачок. И вот после осознания этого я подозрительно глянул на Белоснежку.

— Чего? — с каким-то вызовом, что ли, произнесла она.

— Признавайся, во время наших встреч ты делала что-нибудь с моим сознанием?

Предлог у меня бы великолепный — такой огромный скачок у демона, который не только совершенно ничего не знает о методах обучения, но даже о себе ему известно далеко не все, не мог произойти сам по себе. Что-то она совершала во время наших с ней встреч, хотя я ничего не заметил и не почувствовал.

— Практически ничего, — тон ее вмиг стал серьезным, — я просто не имею права воздействовать на тебя и на твое сознание. Я лишь немного подталкивала тебя, используя свою небольшую власть над Хаосом.

— Это как? — с огромным любопытством спросил я.

Девушка надолго задумалась, и я уже думал, что так и не получу ответа, но она щелкнула пальцами правой руки и с улыбкой заговорила:

— В качестве примера могу привести следующее. В южных странах многие жители используют как ездовую силу ишаков. Животное упрямое, причем зачастую может ни с того ни с сего остановиться, и его с места не сдвинешь. И вот они придумали отличный способ, как заставить его идти дальше. Привязывают к длинной палке морковку и опускают перед мордой животного. Тот в надежде, что скоро получит ее, идет вперед. Вот и я своими методами направляла твое сознание, но никоим образом совершенно его не касалась.

— Да я и так был бы не в претензии, — улыбнулся я девушке. — Значит, сейчас я уже готов к нормальному обучению, — и в ответ на ее кивок добавил: — Начнем.

И меня снесло чем-то наподобие воздушного кулака.

— Ах ты ж старая снеговая баба, — взъярился я. — Сейчас тебя быстро в воду превращу!

И я создал «Ментальный Шторм» в месте, где стояла девушка. Одновременно с этим направил туда огненную стену.

— Замри! — раздался приказ рядом со мной, и я его выполнил.

Было в ее голосе нечто такое, что заставило замереть. Я отчетливо почувствовал, что девушка не пыталась мной командовать, как рабом, а хотела преподать урок. Вероятно, было в моих действиях что-то неправильное, вот она и решила сразу указать на ошибку.

— Ты сейчас одновременно работал и с ментальной силой, и с магией, но раздельно. Попытайся теперь добавить магическую энергию в ментальную технику. Ты уже работал с энергией Богов, но это немного другое. Она находится внутри тебя и в какой-то мере становится частью тебя самого, а ты еще держал оба своих шара несколько дней. Вот они, можно сказать, срослись с твоей сущностью. Магическая энергия берется из внешней среды, поэтому добавлять ее в ментальные техники сложнее. К тому же энергия высших порядков более пластична, поэтому магу, которому удалось ее обуздать, работать с ней проще — куда хочешь, туда ее и добавляй.

— То есть, — я повернулся к ней, — ее можно добавлять и в оружие?

— А я тебе о чем толкую? — девушка закатила глаза.

И тут же нанесла мне удар появившейся у нее в руках палицей и еще каким-то заклинанием. Ярость снова захватила меня. Молния, огненная стрела, мое выпускное заклинание. Одновременно с этим я работал ментальными серпами. Девушка некоторое время сражалась со мной, затем снова раздался ее крик:

— Замри!

И я замер.

— Запомни свои ощущения, — произнесла Белоснежка, — все до одного. А теперь постарайся, создавая какую-нибудь ментальную технику, добавить немного магической энергии. Для начала выбери самую простую.

Естественно, я выбрал обыкновенный ментальный жгутик и, начав его создавать, попытался сделать все, как говорила девушка. Но это оказалось не так-то просто, и ничего у меня не получилось. Я раз за разом настраивался, но все равно тщетно. Попытался вместе со жгутом создать светлячка — и все в порядке. Снова продолжил работать над ментальными техниками. И ведь «Ментальный Шторм» использует магию, но там все происходит неосознанно, а сейчас стоит задача начать управлять этими возможностями.

Королева ихтанвиилайтов мне не мешала, она вообще ничего не говорила, даже не двигалась, внимательно наблюдая за моими потугами. Именно потугами, поскольку у меня никак не получалось совместить ментальную силу с магической энергией. Меня даже злость взяла, но тут впервые за последнее время подала голос девушка.

— Не сметь! Никакой ярости!

Словно холодной водой облила меня, и я успокоился. И — новая попытка совместить различные энергии.

Сколько продолжалась эта тренировка в реальном времени, я не имею ни малейшего понятия, но здесь и сейчас по моим внутренним часам прошла пара суток. Белоснежка по большей части молча наблюдала, но иногда начинала меня атаковать, и каждый раз тогда, когда я не ожидал. Естественно, я получал от королевы, приходил в ярость, начинал атаковать и получал ее «Замри». К слову, каждый раз сила ярости была все меньше и меньше, и уже даже не могу сказать, в который раз, я ей ответил техникой совершенно спокойно. А Белоснежку от обыкновенного ментального копья унесло метров на пятьдесят. И уже оттуда я услышал ее громкую фразу:

— Наконец-то!

И тут я понял, что у меня все получилось! Ее методы принесли свои плоды, и я сумел соединить ментальную силу и магическую энергию. Решил повторить опыт со жгутом, и…

— Ура! Получилось!

Белоснежка очутилась рядом со мной, прильнула ко мне, положила руки мне на шею, и, глядя мне в глаза, приблизилась и поцеловала. Я быстро поймал ее за талию, так как знал, что она сейчас убежит или отправит меня в реальный мир. Но на этот раз я оказался быстрее, и никуда она не делась, а мы продолжали целоваться.

Прошло десять секунд, полминуты, минута… время замерло.

Когда мы все-таки немного отстранились, Белоснежка тихо произнесла:

— Как же долго я этого ждала!

И мы снова слились в поцелуе. Страсть нарастала, мозги туманились, руки наши стали снимать одежду друг друга. Но как же это долго! И мы одновременно начали срывать ее, разрывая на части. Когда остались обнаженными, мы прильнули друг к другу. Следующие минуты, или часы, или дни слились во что-то невероятно приятное, безумная эйфория охватила нас, и… мы растворились друг в друге.

Я не имел границ, я был необъятным, я чувствовал биение рождающейся жизни, я был переменчив, я стал кем-то или чем-то и я взорвался. Я снова не имел границ…

— Что это было? — поцеловав девушку в макушку, спросил ее.

Мы сейчас лежали на спине на чем-то, напоминающем облака, а над нами простирался простор космоса с мириадами звезд. Хотя вряд ли это они, так как эти светлячки перемещались в разные стороны, летя по своим, несомненно, важным делам. Голова королевы покоилась на плече моей правой руки, которой я обнимал ее, а ладонь моя лежала на ее груди идеальной формы. И мы оба наблюдали за светопреставлением.

— Когда мы соединились, ты сумел прикоснуться к той частице Хаоса, что есть у меня, почувствовать его, — ответила Белоснежка. — Я не слышала о подобном и не знаю, должно быть так или нет. Все-таки ты — житель Нити Порядка, и вся твоя сущность привязана к нему, поэтому, по идее, он должен был тебя отвергнуть, но этого не произошло.

— И что теперь? — задал я ей вопрос.

— А теперь спустя полмиллиона лет я рожу ребенка, — девушка перевернулась на живот и, оперев подбородок на сложенные руки, немного ехидно добавила: — Папаша.

Я провел рукой по ее спине, опустившись ниже, но девушка, внезапно став серьезной, сказала:

— Тебе надо возвращаться. Где-то через три недели вашего времени Бог ктулхутов, имя которого КтулхуЙогСоатхАйче, придет в ваш мир. В этот раз законы Нити будут на его стороне, и он сумеет остаться. Будет совсем немного времени, когда ты сможешь его убить. Сколько — я не знаю, но он за это время полностью примет этот мир.

— Примет? Это как?

— Это… — и девушка замолчала. — Словами не объяснить, но если грубо, то он почувствует его, вберет в себя его законы, соединит на себе линии судеб мира. Не все, конечно, но очень многие. И вот тогда он для тебя станет неуязвим.

— Так может быть, нам навалиться всей толпой и быстренько его убить?

— Не выйдет, — королева усмехнулась. — Толпа будет для него энергетической пищей, и он резко станет сильнее.

— А я?

— А ты умеешь сопротивляться, — ответила девушка, — людей, подобных тебе, слишком мало.

— И где это произойдет?

— В бывшей Британии, в горах, где построен зиккурат, посвященный ему.

— Так он съест своих последователей и станет намного сильнее, — возразил я Белоснежке.

— А вот тут ты не прав: не имеет он на это права, покуда не примет этот мир. Врагов может, как ты говоришь, съесть сколько угодно, но не своих последователей. А в Британии его врагов не осталось.

— А почему именно в Британии? Откуда тебе это известно?

— Ему легче всего войти в том месте, где он появился чуть ли не в полной мере, а это там, где вы с Айвинэль пытались его остановить. В идеале, лучше в том же самом месте, тогда он очень быстро освоился бы, а так ему придется в ближайшем удобном месте, а это зиккурат, что находится в Пеннинских горах.

— Советы какие-то еще дашь?

— Не имею права, — покачала девушка головой, — но ты на правильном пути. Иди и приходи ко мне чаще, помни — твоя кровь является проводником в мой мир. Иди, но возвращайся… возвращайся… возвращайся.

Российская Империя, воздушное пространство где-то между Москвой и Новосибирском, дирижабль «Гордость клана».

Я потянулся, разминая немного затекшие мышцы, и тут же был схвачен руками.

— Раэш, я так переживала за тебя.

Я почувствовал волну тепла, шедшую от Милы, которая, обняв меня, прижала с такой силой, что я удивился ее наличию у целительницы. И снова почувствовал ревнивый взгляд, а посмотрев в ту сторону, ожидаемо увидел ханьку. Странная она какая-то: могла бы сама подойти и поговорить на эту тему, а вместо этого сама не знает, чего хочет. Или боится, что я не захочу иметь с ней дела? Впрочем, она не далека от истины, поскольку мне хватит моих двоих девушек: Айви и Милы. Да, я решил взять императрицу с собой, поскольку сам от себя не ожидал, что так соскучусь по ней. Не знаю, что там будет с российским престолом, но буду разбираться с делами по мере их поступления. Так что двух мне хватит. Или трех? Какое-то чувство внутри меня говорило, что есть еще одна девушка, с которой мы знакомы. И знакомы очень близко. Одновременно с этим пришло еще откуда-то знание о необходимости скорее попасть в Британию и помешать возвращению кровожадного бога. Но вот понять, откуда все это, я так и не смог, поэтому нырнул в глубины своего сознания в надежде отыскать ответ…

Я не сразу заметил это несоответствие. Больше всего оно походило на то, что кто-то разорвал или разрезал лист бумаги, а затем тщательно его соединил или склеил. Да, я тогда находился в бессознательном состоянии, но подсознание работает всегда и везде. А вот в нем и чувствовалась некая неправильность. Я попытался пройти эту преграду и… получилось только с десятой попытки. Почувствовал нечто необъятное, но знакомое, а затем на меня хлынули воспоминания.

Это было… даже не могу подобрать нужных сравнений. Я вспомнил все свои посещения королевы ихтанвиилайтов и то, о чем мы говорили, чем мы занимались, а также ее слова о возвращении Супайче. И, разумеется, я понял, кто та третья девушка, с которой у нас очень близкие отношения. И еще необъятный и безграничный Хаос, который я сумел почувствовать. А также сообразил, почему никто из людей, или демонов, или эльвари не может помнить происходящее в создаваемых ихтанвиилайтами мирах — частица Хаоса, которой они владеют, надежно их защищает. И только особо сильные ментальные маги могут вспомнить отдельные фрагменты. Я же после единения с Хаосом стал как бы родным для него, поэтому и сумел пробраться в своих воспоминаниях к этим событиям. И сейчас память уже не выглядела обрезанной и склеенной. Нет. Это словно бы ленту событий взяли и какой-то фрагмент убрали в своеобразную петлю. Человек или демон помнит все, что было до места соединения и после него, а вот события из петельки — нет. И только попадая в мир ихтанвиилайтов, он может подключаться к ним.

— Мне необходимо попасть в Британию, — сказал я.

— Опять?!

На лице Милы отразилась гамма чувств, которые мне, если честно, были весьма приятны, ибо я все их почувствовал. А девушка была очень искренна. Я ощутил радость Айви, которая переживала и за меня, и за свою подругу. Особенно ее порадовало мое отношение к девушке.

— Мила, это обязательно надо сделать, — я погладил девушку по голове, — через три недели в наш мир придет Супайче. В полной силе, поэтому можешь представить, что нас всех ждет.

— А Богиня?

— Нет, — я покачал головой, — она очень слаба. Скорее всего, он ее уничтожит.

Мы поняли друг друга. Девушка имела в виду Богиню, жрицей которой стала маленькая Алинка. Да, она высшее существо, но по силе будет значительно уступать своему врагу или находиться где-то невероятно далеко.

Я поднялся, и мы вместе направились в рубку, где командовала княжна Суворова. Поговорив с ней, я узнал, что Николай Иванович погиб, зато позволил нам сбежать. Точнее, с одной стороны защищал от ментальных атак я, с другой — он. Но меня Тир’Эш в последний момент притащил в зубах, а он остался. Со слов девушки, если бы не мы, то никто бы не ушел — очень уж сильны у врага ментальные маги. Погибло также двадцать пять воинов.

— Это позволило нам сбежать и оторваться от преследователей, — закончила она свой рассказ.

— А нас преследуют? — я вычленил главное в ее вопросе.

— Пока нет, но мы летим над вражеской территорией, поэтому все возможно.

Слова княжны оказались пророческими: спустя четыре часа появились преследователи. Пять дирижаблей сокращали дистанцию, пусть не быстро, но вскоре мы уже сумели различить их тип. Все они оказались боевыми, причем, как сказали бы моряки, большого тоннажа. А наше судно — максимум, среднего.

— Сбросить вниз все пушки, мебель и прочее, без чего можно обойтись в полете, — приказала Суворова.

— Думаешь, выиграем в скорости? — спросил ее.

— Нет, но накопители будут медленнее разряжаться.

И мы отправились скрести по сусекам. Проходя мимо своего кота, создал «Каплю жизни» и активировал на него. Шерсть у него восстанавливалась медленно, по его словам — из-за того, что щит Ши был невероятно мощный. А это заклинание помогало регенерации, но как-то по-хитрому, поскольку действовало через промежутки времени. Какая-то особенность организма метаморфа. Это заметила еще Мила, подлечивая его, когда я находился в беспамятстве.

В самом деле, наши действия на скорости не сказались, и спустя еще час нас почти догнали. Зато впереди показался грозовой фронт, и княжна без колебаний приказала лететь туда. Если они последуют за нами, то их накопители будут тратить энергии намного больше. Спустя некоторое время мы пересекли границу, успев буквально вот-вот.

Дирижабль начало болтать, рядом то и дело сверкали молнии, удары грома пытались оглушить ворвавшихся в их стихию. Я сейчас как раз стоял впереди, наблюдая за этой удивительной картиной. Справа от меня находилась Мила, прижимаясь ко мне так, словно хотела слиться со мной. Слева Тир’Эш, которого я гладил по голове. А уже по другую сторону от него — Ши.

— Это что-то невероятное, — прошептала молодая императрица, — мы не сможем преодолеть это.

Девушка была полностью права — то, что творилось перед нашими глазами, можно смело называть бурей молний. Они кружились по кругу, уходили куда-то вниз, ударяли в наше судно, отчего защита постоянно сверкала. Зрелище, действительно, выглядело завораживающе, поэтому я периодически чувствовал восхищение не только Милы, но других людей. Правда, практически сразу оно сменялось сильной озабоченностью. А еще мы очень надеялись, что сквозь эту молниепляску наши преследователи, если они двинулись за нами, не пройдут.

Внезапно нас сильно тряхнуло, и мгновение спустя дирижабль снова вздрогнул.

— Двигательная установка повреждена, — несмотря на грохот, мой чуткий слух различил этот крик.

— Двигатель поврежден, — сказал я девушкам.

И в подтверждение моих слов корабль сильно вздрогнул и стал быстро снижаться. Хотя, скорее всего, падать.

Глава 14

Российская Империя, воздушное пространство где-то между Москвой и Новосибирском, дирижабль «Гордость клана».

Дирижабль болтало из стороны в сторону, и мы поспешили отойти вглубь. До рубки, которая была самой безопасной частью, добрались быстро. Там царила тишина — вероятно, все необходимое было сказано ранее. Мила крепко держала меня за руку, поэтому от очередного толчка не отлетела в сторону, а вот Ши не удержалась на ногах и полетела к нам. Левой рукой я поймал девушку за талию и только потом сообразил, что человек, владеющий боевыми искусствами на таком уровне, как она, никак не мог потерять устойчивость. Хотел ей все это высказать, но получил от нее такую волну довольства, что передумал.

Буря из молний, казалось, преследовала нас специально, никак не желая отпустить свою жертву. Корабль вздрагивал уже постоянно, так что казалось: еще немного, и он расколется. Защита если и сохранилась, то только на самой конструкции, не давая молниям уйти вглубь судна. А то я однажды видел, как молния попала в металлическую вышку и что затем было. А дирижабль все ускорялся. Нет, он пока еще не падал камнем вниз, но тенденция настораживала.

— Юрий Иванович, — сквозь раскаты грома услышал я голос княжны Суворовой, — все нормально?

— Да, ваша светлость, — раздался голос мужчины, который мог поспорить рокотом с громом.

А падающее воздушное судно все набирало скорость.

— Сто метров, — раздался крик.

И вот тут капитан корабля начал действовать. Что он сотворил, неизвестно, но дирижабль, в очередной раз вздрогнув, выровнял свой полет и практически прекратил падение. Но не успел я воздать должное капитану, как судно рухнуло вертикально вниз. Я только и успел, что подхватить и Милу за талию, а потом нас оторвало от пола. Но в следующий миг мы снова приземлились, а дирижабль под треск ломаемых веток начал своеобразное приземление. Он вздрагивал и дергался еще сильнее, но все понимали, что падения, как такового, не будет. Выплеск облегчения был настолько мощным, что меня чуть не затрясло от этой эмоциональной бури. Все, находящиеся на дирижабле, еще пару минут назад были готовы умереть, но жизнь — это все-таки жизнь…

У входа мы оказались в числе первых. Раньше нас здесь очутились три парня, одного из которых я помнил по отборочному турниру, и выступал он вместе с княжной. Они уже приготовились открыть дверь, когда я скомандовал:

— Стоять! Вы проверили, что там? Подождите.

Ментальное состояние пятого уровня погружения далось очень легко. «Ого!», — мысленно воскликнул я. Мое врожденное чувство увеличилось многократно — в пять раз! Поэтому в радиусе пятидесяти метров мне нет необходимости применять сканирующие ментальные техники. Поблизости опасность отсутствовала, поэтому я раскинул сканирующую сеть на шестьдесят… восемьдесят… двести метров. «Н-да, при следующем посещении Белоснежки обязательно выскажу ей благодарность», — мысленно дал я себе обещание. Огромный скачок за такое короткое время — вероятно, в ее мире все процессы происходят по несколько другим законам.

— Опасности нет. Выходим.

Первыми выпрыгнули ребята, закончившие боевой факультет. Я сейчас легко мог совмещать и состояние кил’са, и гар’са, и магического зрения. Поэтому видел, что они еще внутри создали плетения защиты, активировав их на лету, поскольку гондола до земли не долетела каких-то двух метров. Следом выпрыгнули Тир’Эш, я с Ши и Мила, которую я успел поймать и опустить на землю. И сразу же на нас обрушился ливень, так что мы поспешили скорее убраться под кроны деревьев. Но даже здесь не смогли полностью укрыться от дождя, лившего, словно из ведра.

— «Раэш, идите сюда», — обратился ко мне метаморф, который несколько минут назад убежал осматривать окрестности.

И в моем сознании появилась картинка огромного дуба с шикарной кроной, под которой находился он.

— Мария, — я подошел к девушке, — там есть неплохое укрытие от дождя.

— Показывай, — скомандовала она. — Всем! Выдвигаемся за Раэшем.

Я оглянулся. Оказывается, не только мы успели забежать за вещами — почти все подчиненные княжны тоже были кто с сумкой на плече, кто с рюкзаками. Идти пришлось совсем недалеко, и спустя пятнадцать минут мы все с огромным удовольствием устроились на сухом месте. Кстати, одежду нам пришлось сушить специальным огненным бытовым заклинанием. Точнее, оно было комбинированным — воздушно-огненным, достаточно сложным, зато горячие потоки воздуха отлично справлялись с сушкой.

Было принято решение в такую непогоду никуда не идти. Принимала его княжна не единолично, как можно было ожидать, а голосованием. Вот только меня это не устраивало, так как снова появилось чувство, что я опаздываю. Но, с другой стороны, я могу попасть в Британию только на дирижабле, а взять его неоткуда. Существовал еще вариант морского пути, но тоже не ахти какой. Даже если Тир’Эш меня быстро домчит до моря, то где там искать корабль? Да и, судя по словам княжны, Санкт-Петербург под врагом, как и все побережье Финского залива. Про Мурманск или Архангельск ничего не известно, хотя второй город можно отбросить, поскольку это вотчина какого-то там клана, поддерживающего Бельских. Так что хочешь — не хочешь, а надо двигаться к своим и там уже договариваться о воздушном судне.

Поэтому я поспешил занять лучшее место, то есть у дерева, чтобы можно было опереться спиной об него. Мила тут же устроилась справа от меня, а Ши, поколебавшись пару секунд, под мысленные слова котяры: «Укрощаешь свою самку помаленьку» — слева. Императрица полностью оккупировала мою руку, а вот дочь императора просто улеглась рядом. Девушки вроде бы уснули, а я постоянно следил за окрестностями не только с помощью врожденной способности, но и периодически раскидывая сигнальную сеть. Эта моя предосторожность позволила обнаружить спустя час чью-то следящую волну. Точнее, я знал, чью, поскольку только порождения Супайче пользовались подобной техникой.

— Девушки, подъем, — я руками потолкал соседок.

А вот реакция у них была противоположной. Мила, пробормотав что-то невнятное, сильнее уцепилась в мою руку-подушку, а Ши попыталась схватить меня. Если бы не ожидал чего-то подобного, то она могла и сломать ее или уж вывихнуть — точно. Разбудив Златовласку, я направился к княжне.

— Мария, с юго-запада идет враг, — поспешил доложить ей, — нас пока не обнаружил, но мою ментальную сигнальную сеть видел наверняка. Сколько их, без понятия, но ктулхи точно есть. Кстати, направление на нас они, так же как и я, наверняка вычислили.

— Подъем, всем приготовиться к марш-броску, — приказала девушка.

— «Тир’Эш, сможешь затереть аурные следы всех нас?» — задал я насущный в данный момент вопрос.

— «Нет, но ваши буду уничтожать», — последовал ответ.

— Мария, от ктул-каарнов не уйти. Я же говорил, что они ищут по ментально-аурному следу, а Тир’Эш не сможет убрать их от всего отряда. Еще говорил, что ктулхи без своих подручных не ходят.

Девушка приняла это к сведению, но все равно продолжила отдавать приказания, из которых я понял, что мы будем убегать. Хорошо, что гроза прекратилась, а дождь выжимал из туч последние капли.

И мы снова бежим от врага.

Догнали нас спустя полчаса, что можно считать везением. Мой котяра не выдержал и, немного приотстав, сделал засаду, в результате которой число ктул-каарнов уменьшилось на две твари. Еще одна была тяжело ранена, но с учетом скорости их регенерации та быстро восстановится. Но он принес и плохие извести: нас преследуют минимум три ктулха и один ктул-айч. А еще люди. Оторваться нам, естественно, не удалось, поэтому, поднявшись на очередной холм, решили дать бой. Все дело в том, что пробеги мы еще пяток километров, и нас можно было бы брать голыми руками или, в нашем случае, лапами. К тому же место для обороны было очень уж хорошее.

На достаточно высоком пригорке росли старые деревья — сосны и дубы, а вот склоны были голыми. Природа так сделала или постарался человек — не важно, но для нас это выгодно.

Враги показались одновременно со всех сторон, подтвердив тем самым наши предположения, что те отправили кого-то в обход нас. А возможно, это другая группа.

— Мила, стоишь позади меня, — отдал приказ одной девушке. — Ши, идешь на другую сторону и укрываешься за Тир’Эшем. Он не умеет ставить ментальный щит, но того, кто находится позади него, прикроет. А ты уж там не подведи… гений.

Я улыбнулся девушке, но та почему-то все равно восприняла мои слова как-то не так: зыркнула на меня, резко развернулась и направилась на другую сторону горки. Я же повернулся к врагам, нашел взглядом их менталистов. Двух смогу на себя завязать, а может быть, удастся и третьего. Да, сейчас мои возможности не шли ни в какое сравнение с более ранними, и все дело в том, что я и в ментальной области могу просчитывать варианты возможных действий. Например, сейчас я уже рассчитал несколько вариантов действий в зависимости от техник всех трех врагов.

Мне показалось, что враги готовы атаковать, поэтому я раскинул ментальную сигнальную сеть. В ее задачу входило только одно: обнаружить жреца, если тот здесь. Во время предыдущего боя с ним я прекрасно запомнил его ментальную ауру, поэтому легко его обнаружу, даже если он вздумает спрятаться. «Ага, нет», — удовлетворенно подумал. Значит, в том сражении я его хорошо достал своими атаками. Тогда сейчас поступим так.

Я создал копию своей защиты и растянул ее как можно шире. С радостью отметил, что полукруглая требует меньших затрат сил. Силу Богинь добавлять не стал, так как они понадобятся в схватке с Богом. Магической энергии хотел добавить, но меня посетила мысль, что тогда защита будет конфликтовать с атаками наших магов, да и магические удары врагов в этом случае должны влиять в худшую сторону. Проверку-то не делал.

— Передайте рядом стоящим, что в метре перед нами находится ментальный щит, чтобы те не вздумали его пересекать, — тихо сказал я двум ребятам.

Те уже передали остальным, а я почувствовал волну облегчения, идущую от них. Все они уже сталкивались с этим врагом и прекрасно знали силу их магов.

— Сейчас будет атака, — громко произнес я, оценив действия противника. — Помните, что врага желательно убивать отсечением головы.

Тактика врага оставалась все той же: сначала людская атака, затем поднятие мертвых людей в качестве нежити, и только после этого атакуют сами ктулхуты. Так же было и на этот раз, с той лишь разницей, что вначале была атака ментальная и магией. Заклинания были отражены все, а вот в ментальной области только с моей стороны, где я установил защиту. И тем яростнее был наш ответ и по людям-предателям, и по монстрам. Но убить всех, естественно, мы не смогли, и волна врага добралась до нас. А я увидел в действии влияние защитной ментальной техники на людей. Как по команде, противники потеряли ориентацию, чем воспользовались наши воины. А дальше и я вступил в схватку.

Серпы разили одного врага за другим, отрубая им головы, все наши воины действовали по аналогии, поэтому врагов, которых можно легко поднять, было совсем немного. Вероятно, это очень разозлило ктулхов, потому что в следующий миг на нас обрушился ментальный шквал. Защитить сумел только стоящих рядом, но и нашим противникам тоже досталось, так что в этой ситуации мы могли бы остаться в выигрыше, если бы не ктул-каарны. Они стремглав бросились к нам.

А в следующий миг что-то произошло…

Российская Империя, Омская губерния.

Отряд графа Юрия Александровича Головкина ушел в дальний рейд на разведку. Даже не столько в дальний, сколько в долгий. Уходить в глубину вражеской территории он не собирался, его задачей являлось узнать как можно точнее количество врагов. Особенно его интересовали новые враги, сражаться с которыми очень сложно из-за их ментальной силы. Менталистов и так в стране было совсем немного, а сейчас приходилось в каждый отряд разведки добавлять полноценного ментального мага. У него в отряде с этим было проще: он сам являлся магом, а двадцать воинов, которые были под его командованием, он отбирал лично. Людей, с одной стороны, много для разведывательного отряда, так как передвигаться скрытно сложнее, но вот с другой — в случае боевого столкновения у него больше шансов остаться в живых. Никто пока не мог понять, каким образом эти четырехлапые твари находят их? Ведь все они умеют ходить по любой местности, совсем не оставляя следов. Поэтому когда один из его людей сообщил, что заметил большой вражеский отряд, Головкин первым делом приказал остановиться, а этого человека, который прекрасно владел магической маскировкой и не раз приносил ценнейшие сведения, забираясь вглубь вражеского лагеря, отправил на разведку.

— Командир, отряд врагов кого-то преследует, — доложил он, вернувшись. — Скорее всего, это наши, сумевшие вырваться, и теперь идут к нам.

— Кто?

— Я точно видел пять магов, около тридцати четвероногих, одного гиганта. И еще человек сто, не меньше.

— Идем за ними, — отдал граф приказ.

И отряд направился следом. Вскоре враг остановился и, судя по всему, стал готовиться к атаке. Графу не было нужды гадать, против кого и где будет происходить бой, ведь он знал эту местность, как свои пять пальцев. Немного дальше располагалась прекрасная горка, подступы к которой были полностью лишены растительности. Если где и давать бой, то только здесь. И они медленно направились вперед. Сам Юрий постоянно «смотрел» перед собой, ища ментальную волну, которой пользовались враги, как сигналкой. Но по мере продвижения те ни разу не применили ее. Ответ прост: они полностью поглощены предстоящим сражением. «А мы подпортим вам всю задумку», — с удовлетворением подумал он. Невероятно, но подойти им удалось настолько близко, что даже сквозь стволы деревьев разглядели не только врагов, но и фигуры тех, против кого они собрались воевать.

— Андрей, Игорь, Георгий, — граф поочередно посмотрел на каждого мужчину, — на вас гигант. Все остальные атакуем магов — это сейчас их основная боевая единица. Помните, что ваши амулеты могут выдержать только две — три их ментальные атаки. Начинаем только после того, когда монстры пойдут в атаку, чтобы максимально использовать эффект неожиданности.

Да, в его отряде настоящие воины, некоторые из них успели поучаствовать в ликвидации переворота. Другие успешно воевали на южной границе государства с многочисленными бандами (а иначе их не назовешь) различных баев, беев и прочих халифов с падишахами, которых за последние лет тридцать расплодилось очень много. И все они почему-то хотели пощупать северного соседа. Поэтому в своих воинах граф был уверен и знал, что из неожиданности они выжмут максимум.

Ментальную атаку врага он увидел, поэтому глазами впился в ряды защитников. Отсюда разглядеть технику он не мог, но увидеть результат — запросто. И очень удивился, что большей частью люди от атаки не пострадали. Объяснение было простое. «Ментальный маг!» — радостная мысль принесла ему уверенность, что пострадавших будет на порядок меньше. Он заметил только трех или четырех человек, которые повели себя ожидаемо, а один даже схватился за голову. Это сразу подсказало ему границу защиты. Он увидел, как с другой стороны холма в небо поднялась стена огня и ушла в сторону леса. «Магистр? Архимаг?» — изумился он. Да, подобное мог сотворить только кто-то не ниже верхней ступени магистра или архимаг.

Затем все происходило по известному сценарию, но когда в сражение вступили монстры, он активировал сигнальный амулет. Одновременно с этим ударил отличным заклинанием — какой-то новой разработкой исследовательского отдела, сформированного совсем недавно в Новосибирске, а также с двух рук начал стрелять из магострелов. Все получилось выше всяких похвал. Защита врага сработала, но отразить множественные атаки не смогла, хотя мага от фатального исхода уберегла. Но граф уже был рядом и вонзил свой меч в спину врага в районе сердца. Первым делом он глянул на гиганта и бросился на помощь своим людям, потому что один воин уже лежал на земле, а двое оставшихся сражались.

Подбегая, он создал ледяное копье, направив его во вторую ногу монстра. Тот уже хромал на одну, а эта атака получилась на удивление удачной. Коленный сустав переломился, и монстр упал на землю. Граф подбежал к лежащему на земле своему подчиненному, а Игорь и Георгий стали добивать врага.

— Андрей, — прошептал он.

С одного взгляда было понятно, что тот мертв, поскольку не может жить человек с развороченной грудью. Несмотря на прекрасное заклинание, которое сразу и полностью убирало магическую защиту гиганта, тот оставался очень грозным противником. Граф осмотрел поле боя. Внезапная их атака полностью себя оправдала, и без поддержки магов враги не смогли оказать достойное сопротивление. Он увидел, как его подчиненные после удачных атак на вражеских магов схлестнулись с четырехлапыми тварями, которым в тыл ударили оборонявшиеся люди. Несмотря на огромную скорость врагов, их быстро уничтожали. Глаз опытного воина заметил, как от ноборонявшихся отделились двое, парень и девушка, которые быстро направились на другую сторону холма. Посмотрев туда, он увидел сверкание магии, а от обороняющихся в сторону их врагов двигался небольшой смерч. Когда он вместе со своим отрядом прибежал туда, там было уже все кончено.

Оглядев защитников, он пришел к выводу, что с этой стороны холма потери оказались существенней, а судя по выражению лиц, многие пострадали от ментальной атаки. Не будь с их стороны архимага, они вообще не сумели бы оказать сопротивление. И он начал искать глазами этого мага, пока взгляд не упал на одну девушку, рядом с которой возился какой-то мужчина. Быстрым шагом он приблизился к ним, но застыл в пяти метрах, когда перед ним словно из-под земли появился огромный кот. Да, это животное было больше тигра, но на ум пришло именно это название.

— Тир’Эш, не пугай человека, — раздался молодой мужской голос.

И, удивительное дело, кот послушался его, отступив немного в сторону и улегшись под кустом. Там граф увидел девушку азиатской наружности, которая сразу же положила голову коту на живот.

— Ваша светлость, — обратился он к девушке, с которой работал молодой человек, — не ожидал вас здесь увидеть.

Но парень зашипел то ли на него, то ли на решившую подняться княжну, даже придавил ее к земле. Граф был опытным воином, поэтому не стал сразу высказывать негодование таким поведением, а перешел на магическое зрение. Но здесь он не увидел ничего, поэтому сменил его на ментальный «взгляд». И чуть не вскрикнул от изумления. Этот молодой человек латал дыры ментального поля Марии Аркадьевны, сноровисто заделывая их своим собственным. Он знал, какой концентрации требует это действие, поэтому даже дышать постарался тише. А когда прибежал его подчиненный с докладом, рукой остановил его.

— Все, — устало произнес парень, — я ушел отдыхать.

Поднявшись, он направился к коту и улегся рядом с лежащей там девушкой. Молодая белокурая целительница сотворила диагностическое заклинание, а затем пару целительских, отчего княжна улыбнулась. Поднявшись, тоже направилась к коту и легла с другой стороны от молодого человека. Судя по ее виду, девушка тоже вымоталась за время боя очень сильно.

— Граф, я тоже рада вас видеть, — сказала поднявшаяся на ноги княжна и снова улыбнулась. — Думаю, нам надо обсудить, где мы и что делать дальше.

Российская Империя, Омская губерния.

Последние действия, когда я спасал княжну, забрали у меня столько сил, что как только Мила улеглась рядом со мной, я отключился.

— Раэш, вставай, — откуда-то издалека донесся до меня знакомый голос.

Кто-то меня усиленно расталкивал. Не открывая глаз, перехватил руку и дернул наглеца на себя. И тут же понял, кто это.

— Раэш, ну не здесь же, — услышал я тихий голос Милы и открыл глаза.

Ее лицо находилось в какой-то паре сантиметров от моего, губы почти касались моих, глаза сияли счастьем. И на лице — очень смущенное выражение, а щечки красные. Отпустил ее, и девушка быстро поднялась, а за ней вскочил и я сам. Удивительно, но я очень хорошо отдохнул за это короткое время. А рядом с нами стояла княжна с незнакомым мужчиной.

— Хочу поблагодарить тебя за мое спасение, — произнесла она, — я в долгу перед тобой, поэтому если что-то тебе или твоей семье понадобится, можешь смело обращаться не только ко мне, но и к моему роду. Знаю, что ты мне хочешь сказать, — она подняла руки, останавливая мои возражения, — что, дескать, я и без помощи восстановилась бы. Но вот граф… — девушка чуть запнулась. — Позволь представить тебе графа Юрия Александровича Головкина, который и пояснил мне очень подробно, что значит разорванная ментальная аура и какие последствия могут быть. Он в этом отношении твой коллега. Граф, представляю вам принца эльвари Раэша Арэшхиллса.

После крепкого рукопожатия мужчина быстро заговорил.

— У нас мало времени, скоро могут появиться враги.

И мы направились к своим. По пути обе девушки поведали мне, что находимся мы в Омской губернии, которую контролируют верные императору люди. Но буквально в течение трех дней должно состояться генеральное сражение, а отряд графа отправлен на разведку. Идти недалеко, но если враги сообщили о нас, то можем нарваться на войска, и уже так легко не справимся. С этим я был целиком согласен, ведь видел, что успех отряду графа принесла внезапная атака, которую те произвели именно тогда, когда нужно. А еще я видел, как трое его подчиненных одним заклинанием полностью истощили защиту ктул-айча. К сожалению, разобрать его не смог, поскольку находились они немного в стороне от места, где сражался я, но результат порадовал. Какая-то едва заметная сеть или дымка окутала его, а спустя пару секунд они его уже успешно атаковали магией. Вот и задал графу вопрос, что это было и можно ли взять себе?

— Это новейшая разработка на основе магии смерти, — спустя несколько мгновений ответил он. — Заклинание очень сложное, так что его можно создать только втроем, организовав малый круг. И очень энергозатратное.

«Значит, работает тот отдел в Новосибирске», — удовлетворенно подумал я. Там такие спецы собрались, что на основе моих данных о некромантии наверняка создали не одно заклинание. А это — так вообще шикарное.

До наших позиций добрались без происшествий, сразу направившись куда-то к командирам. Я сейчас как раз размышлял над своей проблемой: как добыть дирижабль. Но вряд ли перед большим сражением мне позволят взять хотя бы один. Я уже раздумывал, не вызвать ли мне Шшассу, тем более что у них там затишье. Ну как, затишье? Небольшие стычки имеются, но вот штурма острова не предвидится. Создается такое впечатление, что его решили оставить на потом, когда в этот мир вернется Бог ктулхутов. Но пришлось отказаться из-за того, что вдвоем с котом мы не сможем нормально разместиться на ее спине, не рискуя свалиться вниз в любой момент. Внезапно я почувствовал сильнейшее чувство радости — точнее, радостного облегчения, словно кто-то кого-то не ожидал увидеть живым, а тут явилось чудо. Посмотрев в ту сторону, я увидел мужчину, быстрым шагом направляющегося к нам. И я его знал.

— Какими судьбами здесь, княжна?

Великий князь Воронцов обращался к Суворовой, вот только радость его была направлена на Милу. Пока та кратко пересказывала свое путешествие, я чувствовал нетерпение князя. Весь ее рассказ уместился в то время, пока мы дошли до самого большого здания в городе Исилькуль.

— Княжна, вас проводят, чтобы вы могли привести себя в порядок, — обращаясь к Суворовой, произнес князь. — Вашим спутникам тоже покажут, где они смогут отдохнуть. А я заберу баронессу — хочу кое-что уточнить у нее.

Мила посмотрела на меня, улыбнулась и ушла с князем. Ши забрали вместе с княжной, а меня спустя минут пять повели куда-то к окраине города. Признаться, я и сам хотел поселиться подальше от людей, дабы не пугать их своим другом.

Российская Империя, Омская губерния, город Исилькуль.

Пока Людмила Георгиевна передвигалась по зданию, князь интересовался только последними днями, когда они уже совместно с отрядом графа направлялись сюда. А вот войдя в помещение, больше всего напоминающее рабочий кабинет, он, повернувшись, произнес:

— Ваше величество, примите мои глубокие соболезнования.

— Благодарю вас, князь, — девушка нашла в себе силы улыбнуться, хотя воспоминание о родителях разбередило глубокую душевную рану.

— Прошу извинить меня за упоминание о них и за последующий разговор, — Михаил Илларионович поклонился. — Но дальнейший разговор крайне важен. Для всех. Давайте присядем и поговорим.

Они сели в очень удобные кресла, по внешнему виду которых и не скажешь об этом. Князь еще чуть меньше минуты размышлял о том, как повести разговор, чтобы меньше огорчать девушку, и в конце концов решил: пусть будет, как будет.

— Ваше величество, необходимо ваше признание, — с долей сочувствия произнес он. — Настроение у людей сейчас боевое: они умрут, но не уступят свою землю врагу. Но в то же время присутствует у них и растерянность от того, что род императоров, правивший страной многие годы, прервался. Хочу заметить, что не только у простых людей, но даже у аристократов. Поэтому ваше признание поднимет их боевой дух. И это надо сделать как можно скорее, еще до сражения.

— Я согласна, князь, — ответила девушка. — Действуйте, как это необходимо.

— Тогда отдыхайте, а завтра с утра я все устрою, — он улыбнулся девушке. — А теперь я бы хотел поговорить с вашим спутником. Как я понимаю, это его зверь.

— Князь, не называйте Тир’Эша зверем, — строго и с ноткой металла в голосе произнесла императрица. — Он очень умен.

— Прошу извинить меня. Я приму ваши слова к сведению.

В комнату вошла совсем молоденькая девушка — можно сказать, девочка, которая проводила Людмилу в ее покои. Сам же князь направился к своему помощнику, который должен был разместить гостей, чтобы узнать местонахождение молодого человека.

Российская Империя, Омская губерния, город Исилькуль.

Опять это чувство опаздывания. Пусть оно было значительно меньше, вот только значимость его была куда как выше, чем во всех предыдущих случаях. Прошло уже четыре дня из отведенных трех недель, а я пока совершенно не понимал, как попаду в Британию. Если бы раньше знал об этой необходимости, то направился бы с десятком дирижаблей и в Россию, и в островное государство. Там бы они меня довели до границы, и все.

В дверь постучали, поэтому пришлось подниматься и идти открывать.

— Ваша светлость, — удивился я, — какими судьбами? Проходите.

Каюсь, понравилось мне это русское выражение, вот с тех пор и применяю его частенько.

— Садитесь, — я показал на единственное кресло, а сам сел на кровать. — Вы ведь не просто так пришли.

Я не спрашивал, а констатировал факт, хотя в эмоциональном плане у князя было полное спокойствие. Я бы даже сказал, абсолютное.

— Вы правы, ваше высочество, — ехидно ответил он, и я распознал эмоцию типа: «Раз я у тебя “светлость”, то ты у меня “высочество”». — А если серьезно, то хочу знать, какими ментальными техниками вы владеете? Прошу рассказать обо всех, поскольку это необходимо для послезавтрашнего сражения.

— Оно точно будет через день?

— Да.

Итого, у меня вылетает шесть дней, а скорее всего — неделя. Как же не вовремя все это. Может, рассказать князю? Я его знал плохо, но Мила всецело доверяла ему, поэтому во мне сейчас боролись два чувства: довериться человеку или нет. Автоматически перешел на четвертую ступень гар’са, краем сознания отмечая, насколько легко мне это удалось. Еще немного, и смогу взобраться на вершину пятого ранга. За пару мгновений просчитал несколько десятков вариантов и решил вначале поговорить с ним, а потом на основании новых впечатлений вынести окончательно решение.

— У меня своеобразная техника — ментальное холодное оружие…

И я начал рассказывать ему, но практически сразу князь попросил показать. Показывая, естественно, совсем маленькие «копии оружия» и добавляя на словах, какими они могут быть. Смотрел и слушал он очень внимательно, затем задал вполне ожидаемый вопрос.

— А защитные техники какие? По донесениям графа Головкина, ментальная защита там, на холме, была отличная. Нашел оптимальное сочетание нескольких различных защитных техник?

— Нет, у меня всего одна — ячеистый щит. Сейчас покажу.

Я снова обратил внимание на свою врожденную, но уже перестроенную мной, защиту. Затем копирование и отодвигание щита. Оказывается, защиту маленького размера я создать не могу. Вот сейчас хотел в качестве примера создать где-то квадратный метр, а получилось, что щит перекрыл всю комнату, даже за ее пределы вышел.

И увидел, как удивился маг, а спустя пять секунд он, покачав головой, произнес:

— Да-а-а, талант либо есть, либо его нет.

— Я сделал что-то не так? Ну да, я хотел показать маленькую защиту, а получилась большая. Меня же никто не учил.

В принципе, понятно, что самоделки очень редко бывают лучше того, что создавалось и усовершенствовалось на протяжении многих лет. Но следующая фраза князя меня убила.

— Да как сказать, — он легко усмехнулся, — я, к примеру, вообще подобным образом ничего не сумел бы сделать. Да я вообще не понимаю, как ты это сделал и какую технику применил. Точнее, классифицировать ее не могу. Что ж, я все понял, а ты отдыхай. Хотя нет, надо тебе рассказать о некоторых нюансах.

Говорили мы еще целых два часа, и только после того, как у меня получилось воплотить его замечания в моих техниках, он отправился по своим делам.

— Михаил Илларионович, — я все же решил довериться князю, — мне обязательно необходимо в течение двух недель попасть в Британию.

— А теперь рассказывай все, — он сел обратно.

Я и рассказал ему обо всем. К его чести, слушал он внимательно, даже не перебивал, а уточняющие вопросы начал задавать в самом конце. Затем задумался на целых десять минут.

— Сделаем так, — посмотрел он мне в глаза. — Как ты сам должен понимать, сейчас отпускать тебя нельзя. У нас и так с ментальными магами проблемы, и накануне генерального сражения отпускать такого одаренного, как ты, будет неправильным. Я прикажу подготовить дирижабль, в котором будет несколько комплектов накопителей, и вы на остановках будете просто менять их, а не заряжать. Независимо от результата сражения, ты все равно улетишь.

Подумав несколько мгновений, я понял, что это в самом деле очень хороший выход из положения.

— Согласен.

Мы снова поднялись, но князь не спешил уходить. Затем повернулся и как-то церемонно, что ли, заговорил.

— Принц, я официально обращаюсь к вам от лица Российской империи и прошу снять запрет на распространение заклинания магического вестника. В предстоящем сражении практически мгновенный обмен сообщениями будет иметь огромное значение.

Что верно, то верно — меня и Тир’Эша, которые могут передавать мысли на расстояние, будет катастрофически мало. Тем более что у меня опыта еще как такового нет.

— Как представитель правящего рода я даю согласие.

После этого мы расстались. А я решил попрактиковаться с этим магическим вестником. Сообщив обо всех произошедших событиях, я влил в него магической энергии по максимуму — сколько смог. Приняв душ, лег спать.

Утро следующего дня встретило меня подготовкой к какому-то торжеству. Именно так я смог классифицировать действия и сооруженную за ночь трибуну. И еще перешептывания и разговоры о том, что сегодня утром на площади огласят нечто чрезвычайно важное. Что еще меня порадовало, так это изменившееся отношение людей к моему коту. Если вчера на него девять из десяти смотрели с опаской, а то и немного враждебно, то сегодня метаморфа встречали с улыбками, а некоторые даже с некой надеждой. Вероятно, за ночь разошлась весть, как он сражался с врагами.

Но все равно идти к трибуне мы не стали, заняв место в отдалении. Вот на нее поднялся светлейший князь Воронцов.

— Воины! — произнес он, и усиленный магией голос услышали все. — Вы все знаете, какое трагическое событие произошло восемь лет назад. Покушение на цесаревну. И сейчас я хочу сообщить вам великую тайну: наследница престола тогда выжила. И только вчера смогла добраться к нам. О подробностях позвольте мне умолчать.

На трибуну поднялась Мила. Если бы я не понял, чем должна закончиться речь князя, то сразу и не узнал бы девушку. Ее переодели в дорогое платье, сделали на голове прическу по моде последнего года.

— Людмила Георгиевна, Рюриковна, — сказал Воронцов и умолк.

Целых полминуты стояла гробовая тишина. Я чувствовал мечущиеся эмоции ближайших ко мне людей: неверие, надежда, искренняя радость. Они сменяли друг друга с ураганной скоростью. А в следующее мгновение я получил такой эмоциональный удар, что закружилась голова, и я поспешил закрыться. Рев стоял невообразимый.

— «А ведь любит народ нашу Златовласку», — передал я мысль коту.

Я не стал подходить к девушке и мешать ей. У нее сейчас задача — вдохновить людей перед завтрашней битвой. Поэтому мы ретировались к себе и устроили большой отдых на целый день. Вечером нам принесли пакет с инструкциями, где красивым почерком было написано мое место, мои обязанности, расписаны основные действия в нескольких критических ситуациях, а также указано место с ожидающим меня дирижаблем. А в конце была сделана приписка знакомым почерком: «Только попробуй завтра погибнуть!», которая вызвала у меня улыбку на лице и нечто теплое в груди.

Место для сражения было выбрано отличное — наверняка, еще за несколько недель до этого момента. Севернее него тянулись километры непроходимого болота, чередующегося с островками леса. Как говорили местные, там пройти сможет только тот, кто знает, как определить места, где не утонешь. А ктулхуты вообще не пройдут из-за своей массы, которая минимум в три раза больше, чем у обычного мужчины. Южнее располагались высокие холмы, за которыми находилось большое и глубокое озеро. И уже после него — лес с настоящим буреломом, в котором тоже встречались топи. Сама линия сражения была небольшой, где-то около километра. Но это место было проходом на восток — туда, где сохранились подконтрольные императрице земли. Добраться туда можно и другой дорогой, сделав крюк в несколько сот (а может быть, и до тысячи) километров. Вот только дороги там отсутствовали — это были просто места, где можно пройти.

Мое место было в центре, перед холмом, где располагался штаб командования, который я должен защищать. Если честно, то там находилось всего два командира — княжна Суворова и князь Багратион, Петр Иванович. Холм располагался почти у самой предполагаемой линии сражения, зато он был очень удобен для наблюдения за ходом сражения. Осмотрев подступы, я усмехнулся.

— Ты чего? — спросила меня Ши, которая сегодня ходила за мной хвостиком и всячески высказывала свое хорошее ко мне отношение.

— Сейчас увидишь, — довольно произнес я и подбросил на руке мешочек с хрусталем.

Да, вчера меня посетила идея подготовить магические мины-ловушки, вот я и потребовал собрать для меня кристаллы или просто необработанные куски горного хрусталя. Пригодных оказалось всего десяток, но и это будет хорошее подспорье. Пять использовал на непосредственных подступах к холму, где были выходы гладкого камня. Еще пять — перед нашей позицией. Предупредил всех, чтобы никто там не ходил. И с чувством выполненного долга начал ожидать штурма.

Враг сейчас находился за пределами боевых ментальных возможностей, поэтому я просто наблюдал за их телодвижениями, пытаясь понять, что те готовят. Тир’Эш находился рядом, также как и Ши, которая наотрез отказалась переходить в другое место.

Но первыми начали мы. Двадцать пять дирижаблей устремились к позициям врага. Не знаю, сколько энергии те потратят в итоге, но они появились на левом фланге как-то очень уж внезапно. Вероятно, использовали маневр быстрого взлета, который съедал просто невероятно много энергии. Зато он обеспечил внезапность атаки. Летели они быстро и на всем протяжении полета сбрасывали заряды, которые из-за звука взрыва, по звучанию похожего на «бо-о-ом» назвали бомбами. И только уже в середине позиции их встретили летающие ктулхуты. Совершенно точно, враг придумал что-то с ктул-соатхами, но мы своей атакой сломали его планы. Но сражаться до последнего никто не думал, и воздушные корабли, снова сжигая заряды, совершили резкий разворот, направившись к нашим позициям.

Противник рванул за ними, и одновременно с этим к нашим позициям устремились пешие враги. Самое примечательное, что там находились и люди, и монстры. Но тут снова сработала заготовка нашего командования. Когда летающие монстры заходили на новую атаку на наши дирижабли, с земли вверх устремилось множество заклинаний, создавая как бы завесу. Ши тоже участвовала в этом, сотворив свою огненную стену. Сколько уничтожили врагов, я не знал, так как противник приблизился на расстояние ментальной атаки. Я сотворил, как умел, свой ментальный щит и тут же его немного подправил. Оказывается, существует возможность сделать так, что ментальная защита не отреагирует на проход сквозь нее человека, а только на технику. Банально, но у меня она была просто сильно насыщена энергией. Вот я и работал над тем, чтобы убрать этот нюанс. Такой щит терял в мощности, зато не схлопывался от пересечения его простыми воинами, что сейчас играет главную роль.

И тут посыпались ментальные удары, а я вздохнул с облегчением: против меня выступили всего пять ктулхов. Значит, не так много пришло их в наш мир. Я занимался только ментальной защитой, а что там творилось, видел постольку поскольку. Находился на пятом уровне кил’са и все равно едва успевал подправлять ментальный щит. Хорошо, что атаковали враги тоже ненасыщенными техниками. В принципе, если бы заранее не знал места попаданий, куда так же заранее «подносил заплатку», то не справился бы.

Плохо было то, что я не видел жреца ктулхутов, а он просто обязан был участвовать в битве. Но если он этого не делает, значит готовит пакость. Я периодически успевал создавать сигнальную сеть, тратя на это силу, но тщетно. То ли он закрылся так надежно, то ли я до него не достаю. Еще немного, и у меня будет ментальная усталость, зато из моих врагов в живых остались лишь двое. И тут я решил рискнуть и создать максимально мощную сигналку. Как оказалось, не зря: почти на границе увидел знакомую ментальную ауру. Вот только присутствовало в ней нечто страшное, и, как я понимаю, связано это с жертвами и готовящимся мощным заклинанием. Присутствовала там и сила его Бога. Откуда-то изнутри пришло понимание, что если ему удастся задумка, то из людей мало кто выживет.

— Тир’Эш, надо пробраться туда.

Начал я словами, а в конце подключил уже мысленное общение. Меня он понял сходу и тут же немного присел, чтобы мне было удобнее взобраться ему на спину. Как только я схватился руками за него, он рванул вперед.

— Куда?! — услышал я голос разъяренной ханьки. — Стой!

Мы неслись вперед, не обращая внимания ни на кого — благо, сейчас ряды атакующих поредели. И в меня, и в шредаар’инра’доо попадали заклинания, но защита справлялась. На полпути я отчетливо почувствовал страшную мощь, гибельную для людей. Она нахлынула на нас, пытаясь покорить, но отступила. И в это время я увидел место, куда мы стремились.

Казалось, этот отряд ктулхутов пребывает в резерве, ожидая, когда потребуется подойти на помощь. А на самом деле они просто закрывали собой действия жреца.

— «Малый алтарный камень, — раздался у меня в голове голос Тир’Эша. — Они собирали энергию смертей, поэтому-то нежити было так мало. Это артефакт из другого мира».

Напряжение сгустка, где переплелись несколько видов энергии, скачкообразно возросло. Интуиция закричала, что если не успеть, то от меня ничего не останется.

— «Котяра, ты как хочешь, но должен меня перебросить через врагов».

Переплетение ярости и воли вырвалось из меня наружу, и… мир замедлился. Я прекрасно осознавал, что метаморф еще ускорился — вероятно, уже придумал план преодоления врагов. Зато мысли летали с невероятной скоростью.

Пятый уровень гар’са.

Мы «медленно» приближаемся к двум десяткам ктул-каарнов, вышедших немного вперед. Вот следует ментальная атака двух ктулхов в меня. Поиграл ячейками своей защиты, в результате чего техники были просто отклонены. В следующее мгновение я понимаю, что задумал кот, а еще спустя полмгновения приходит его подтверждающая мысль. Толчок — и мы взлетаем вверх. Я вижу, как Тир’Эш выпускает когти, разрывая ими щупальца. Толчок всеми четырьмя лапами от вражеских голов, и мы летим прямо на ктул-айча. И только его скорость соизмерима с нашей, но все же немного уступает. Я вижу, как дернулись его лапы с оружием нам навстречу и тут же вычисляю, что они не успеют нанести удар. Также понимаю, что метаморф не будет защищаться, поэтому навстречу оставшимся двум конечностям летят мои серпы. Синхронный удар, и обрубки лап зависают в воздухе, а Тир’Эш когтями всех своих лап впивается в тело врага. В следующий момент я по инерции лечу дальше.

В полете вижу, как с камня какого-то насыщенного фиолетового цвета начинает подниматься нечто, похожее на черный дым. А жрец с оскалом поворачивается в мою сторону, направляя мне в грудь, наверное, жертвенный нож. Левый серп движется на отражение этой атаки, а правый — в голову врага.

Как же медленно тянется этот миг! Спустя какую-то долю мгновения понимаю, что не успеваю отразить его нож. А тут меня еще настигает сильнейший ментальный удар, отразить который я не в состоянии.

— «Раэ-э-эш», — кажется, слышу я полный отчаяния крик Айвинель.

И сознание меркнет.

Глава 15

Российская Империя, Омская губерния, поле битвы.

Верховный жрец ктулхутов ДаркаинхМзаБрахилль с оскалом, означавшим ухмылку, установил переносной артефактный алтарный камень по центру линии предстоящего сражения. Он еще раз осмотрел поле предстоящей битвы, вычисляя в уме расстояния и, соответственно, количество жертв, необходимых, чтобы напитать камень для сбора энергии смерти. А самое главное, чтобы никто не почувствовал ни артефакт, ни его действие. Особенно этот враг из другого мира. Что открылось его господину такого, что он приказал уничтожить это существо любой ценой? Да, сильный менталист, да, умеет работать с энергиями высших существ и сущностей, даже получил их откуда-то. Но жрец чувствовал, что обе эти сущности значительно уступают в силе их Богу. В том бою он практически победил, и если бы не заклятый враг, помогший противнику сбежать, проблема была бы решена. Поэтому жрец пребывал в недоумении: как этот нечеловек может быть опасен его господину? Чем?

— Нужно шестнадцать жертв, — сообщил он своим помощникам.

От толпы людей отделилось требуемое количество, направившись прямо к нему. Тринадцать мужчин и три женщины подошли, встав рядом.

— Раздевайтесь, — безразличным тоном сказал он им.

Все они выполнили приказ, совершенно не стесняясь друг друга. И застыли изваяниями.

— Ты, — он указал на первую жертву, которой оказался тридцатилетний мужчина, — иди сюда.

Когда тот безропотно подошел, ДаркаинхМзаБрахилль выпущенным когтем начал рисовать на его груди сложный узор. Затем, приказав ему развернуться, продолжил свою работу на спине. Раны наносились выверенно, не глубже пары миллиметров, что указывало на огромный опыт в этом деле. Когда жрец закончил свою работу, на теле мужчины отсутствовали потеки крови, хотя сам рисунок наполнился ею.

— Встань на колени.

Когда тот выполнил приказание, жрец достал жертвенный нож, возрастом не в одну тысячу лет, и вонзил в сердце жертвы. Вынув нож, он тут же придавил мужчину к камню так, что рана оказалась как раз напротив его середины. Спустя пару секунд тело мужчины задрожало, и еще через полминуты ДаркаинхМзаБрахилль отбросил тело в сторону. Удивительным было то, что на камне не обнаружилось ни капли крови. Остальные люди безразличным взглядом смотрели на происходящее.

— Тхаа́рах иххура́н ди́ир коххо́т, — медленно и растягивая каждый звук, произнес он.

Одновременно с этим очертил сложный рисунок из вписанных друг в друга восьми восьмиугольников. Это было очень сложное заклинание, которое до определенного момента будет скрывать действие артефакта. Теперь осталось только напитать его кровью и жизненной энергией людей. Остальные люди повторили судьбу первого мужчины, за тем лишь исключением, что никаких рисунков на их телах жрец делать не стал. Зато после алтаря те выглядели, как скелеты, обтянутые кожей.

— Все, можно начинать сражение, — зловеще произнес он, одновременно мысленно отдавая приказы ктулхам.

Вот только в планы захватчиков вмешались люди, нарушив их своей внезапной атакой. Впрочем, ДаркаинхМзаБрахилль не расстроился — ведь артефакту без разницы, кто умер. Он вообще прекратил наблюдать за сражением, сосредоточив свое внимание на артефакте и поступающей в него энергии. «Наконец-то!», — мысленно воскликнул и начал творить одно из высших заклинаний, придуманных ктулхутами. «Облако Ктулху» создавалось на основе энергии смерти, жертвоприношений и силы их господина, и высасывало жизненную энергию у всех, не принадлежащих к их расе. Защита от этих чар имелась, но только божественная, чего в этом мире практически нет. А тех крох, что имеет постоянно ускользающий враг, хватит только на какую-то минуту. Даже меньше. Когда плетение было готово, жрец почувствовал сигнальную сеть того, кого обязан был убить.

— Теперь ты никуда не сбежишь, — злорадно прошипел он и начал активировать чары. — Ты сам стремишься к смерти, — добавил он чуть позже, когда цель стала стремительно к нему приближаться, и жрец ощутил это.

Вот и он. ДаркаинхМзаБрахилль стремительно развернулся, мгновенно достал жертвенный нож и ударил парня в грудь. Он прекрасно видел, что тот пытается одной рукой защититься от его атаки, а второй атакует его самого. Но в первом случае враг не успевает, а во втором — ну разве сможет оружие смертных сравниться с защитой трех энергий?

И тут его глаза, и без того черные, налились непроглядной тьмой, что являлось признаком сильнейшего изумления. Он всей своей жреческой сутью почувствовал поток энергии высших порядков. Он и ранее встречался с ней, но это было настолько мимолетно, что разобраться в ней не сумел. Зато сейчас понял, что до этого никогда ранее не сталкивался с врагом-богом, имеющим подобные вибрации. И тут обе руки парня ускорились.

— Грр-шс, — прорычал-прошипел жрец, когда один боевой серп отрезал его руку, а второй, преодолев защиту, вонзился кончиком ему в голову.

Остров Гран-Канария, Храм.

Сегодня с самого утра Айвинэль не находила себе места. Плохие предчувствия буравили ее душу еще с ночи, а сейчас они превратились в кошмарные. Девушка прекрасно понимала, кого они касаются, поэтому старалась закрываться, чтобы лишний раз не волновать Раэша. Сегодня вечером у него в России сражение. Точнее, у него утром — это здесь будет вечер. С каждой минутой девушка все больше и больше не находила себе места, и в итоге направилась к его названой сестренке.

— Алинка, мне очень тревожно за Раэша, — найдя ее по пути к храму, сказала эльфийка. — Что-то может произойти, что-то очень страшное. Я места себе не нахожу.

— Идем и попробуем узнать о происходящем у госпожи, — ответила девочка. — Я, правда, еще не всегда могу ее понять, но в последнее время у меня уже лучше получается.

Оставшийся путь Айвинэль хотела пробежать, но сдерживала себя. А чувство опасности, грозящей очень дорогому и близкому ей человеку, все возрастало. Когда они подошли к камню, Алина положила руки на него и практически сразу показала взглядом, чтобы подруга сделала то же самое. И как только это произошло, Айвинэль чуть ли не наяву увидела летящий прямо в сердце ее мужа черный нож.

— Раэ-э-эш, — в отчаянии закричала эльварка, глядя на молоденькую жрицу.

И тут она заметила во взгляде девочки нечто такое, что у нее создалось устойчивое впечатление: на нее глядит другой человек. Или не человек. Это продолжалось всего мгновение, даже меньше мгновения, но девушка могла поспорить с кем угодно, что ей не привиделось. А еще спустя полмгновения она испытала чувство эйфории. Вероятно, нечто схожее чувствуют жители Союза Племен, жуя листья коки. Вот только они получали свои ощущения от наркотиков, а Айвинэль — от нахлынувшей энергии. Ей казалось, что она сможет сдвинуть горы и поменять русла рек. Внезапно все исчезло, словно и не было никогда, а девушка по наитию посмотрела на восток. И тут она краем глаза заметила, что Алина начала падать. Мгновенно оказавшись рядом, она подхватила девочку на руки. Аккуратно уложив ее, она создала диагностическое плетение и… нахмурилась, поскольку оно показало, что девушка не только здорова, но и находится в сознании.

— Это не болезнь, — подбежала верховная жрица эльвари и, взяв Алину на руки, побежала к меллорнам.

Айвинэль направилась следом. Лийанэль уложила девочку прямо на траву и принялась водить руками вдоль ее тела, что-то шепча при этом. Происходило это пять минут, и только после она продолжила пояснения.

— Я только читала об этом явлении, но сама никогда не испытывала, — она с каким-то восторгом посмотрела на Алину. — На очень короткий срок госпожа может занять тело верховной жрицы. Как правило, для того, чтобы явить свою волю. Но верховная жрица на протяжении всего служения готовится к подобному, поэтому для нее это происходит без последствий. Алина же была совсем не подготовлена, и ей очень повезло, что она еще ребенок.

— Почему? — спросила Айвинэль.

— Потому что у детей сознание и тело более пластично, — как само собой разумеющееся ответила верховная жрица, но вспомнив, что девушка в этих делах не разбирается, пояснила: — Они могут выдержать кратковременное присутствие Богини без последствий. А взрослый эльвари или человек уже умер бы. Но даже на ней сказалось это событие, хотя и не должно было. Хорошо еще, что энергии Богинь в какой-то степени родственны, что ли, и я смогла ей помочь. Можешь сказать, что там произошло?

Айвинэль без утайки поведала все свои переживания, а также просьбу к девочке и все ощущения. Лийанэль же после сообщения о последних только покачала головой.

— Она пропустила через себя мощный поток энергии высшего порядка. И это не энергия молитв, а чистая энергия Богини, можно сказать — ее сущность. Ты тоже почувствовала ее, но она уже была частично преобразована.

В это время Алина зашевелилась и тут же вскочила на ноги. Оглянулась и, найдя глазами Шшассу, сказала:

— Ты должна ждать братика на севере Британии. Он скоро там будет.

Российская Империя, Омская губерния, поле битвы.

— Куда это он? — удивилась княжна Суворова, увидев, как молодой человек, ставший принцем эльвари, вскочил на своего друга, и они помчались куда-то в сторону врагов.

— Да вроде бы к тому резерву, — ответил ей Петр Иванович.

— Это не резерв! — воскликнула Мария.

Она создала магического вестника.

— Срочно к дальнему резерву врага, — произнесла приказ, отправив его графу Головкину.

Девушка прекрасно знала, что к простому скоплению противника этот парень с поля боя не побежит, а значит, там есть нечто крайне важное для врага. Отряд же Юрия Александровича находился в их резерве, причем внутри дирижабля, готового взлететь в любую минуту. Эта немного переделанная модель курьера служила теперь для быстрой переброски отрядов. Отдав приказ, она взяла бинокль и посмотрела туда, куда направлялся ее знакомый. Успела рассмотреть, как он перелетел через отряд ктулхутов, и какой-то темный то ли дым, то ли туман. В это время над ней пролетел дирижабль, и девушка, порадовавшись, кивнула: граф понял все правильно и выжимал из накопителей максимум.

Сам же Юрий Александрович вместе с отрядом уже были готовы прыгать. Подлетая, он увидел мечущуюся серую тень, крутившуюся вокруг лежащих на земле двух тел — человека и ктулха. И черный дым, поднимающийся вверх. Но вот он исчез, растаял, и накатила удушающая волна, а дирижабль задергался, словно накопители потеряли всю энергию.

— Прыгаем, — приказал командир — благо, высота была уже совсем небольшой.

Отряд вступил в бой еще в полете. Трое его подчиненных занялись гигантом (правильней его называть ктул-айчем), а остальные — ктулхами и их слугами. Несмотря на ощущение, словно на плечи им нагрузили по паре центнеров, воины действовали очень слаженно. Вскоре весь резерв был уничтожен, и неоценимую помощь в этом оказал друг Раэша. Да еще то, что враги стремились убить именно парня, поэтому у отряда было время для подготовки более сложных атакующих чар. Но вот когда все закончилось, граф увидел, насколько тяжело далась Тир’Эшу эта битва. Он стоял на подрагивающих лапах над своим другом, а по всему его телу из порезов текла кровь.

— Командир, дирижабль заработал, — крикнул ему капитан судна. — Скорее!

Два его подчиненных подхватили Раэша и понесли к кораблю, а граф наклонился над странным ножом и хотел взять его в руки. И тут же раздалось рычание огромного кота. Юрий Александрович понял его без слов, поскольку и сам почувствовал себя неуютно.

— А это? — он показал на не менее странный камень, на что кот ответил ему, отрицательно покачав головой, а граф у себя в голове почувствовал боль и услышал мысль: «Умрешь». — Понял.

И они забрались в дирижабль. Поднимался тот, словно круизный лайнер, а капитан сообщил, что накопители почти разрядились.

— Ящеры! — выкрикнул кто-то из экипажа.

Команды воздушных судов всех летающих ктулхутов продолжали называть ящерами. Набросилось на них всего четыре монстра, поэтому отразить их атаку воинам не составляло большого труда, потому как стационарную защиту капитан не включал. К тому же к ним спешил их воздушный флот. Но что-то в действиях врага показалось странным, и спустя минуту он понял. Ктул-соатхи просто отгоняли их от этого места, а остальные враги, за исключением людей, окружили непонятный камень и что-то там стали делать.

Приземлялись они действительно на последних крохах энергии. Как только открылась дверь, внутрь влетел вихрь, в долю секунды превратившись в гостью из Китайской империи. Она широко открытыми глазами посмотрела на раненого Тир’Эша, затем невероятно быстро создала какое-то заклинание, которое граф не успел заметить, и бросилась к молодому человеку. Она начала колдовать над ним, но опытный воин уже определил причину беспамятства парня.

— У него ментальная рана, — сказал он девушке. — Его надо срочно к князю Воронцову. К сожалению, качественно его вылечить — это выше моих умений. Я ведь, по большей части, боевик.

Дальнейший путь до города проделали на скоростном курьерском дирижабле. Вместе с ханькой отправились два воина из отряда графа. Приземлились прямо перед зданием, занимаемым императрицей.

Сама же она летела к выходу из дома, как только узнала о происшедшем. И только перед наружной дверью перешла на шаг. Князь уже был здесь и, едва увидев состояние парня, приказал быстро нести его в дом. Бегать и искать подходящее место уже не было времени, поэтому положили его на диванчик. Целый час Михаил Илларионович работал над ним, и к концу сам уже выглядел, словно выжатый лимон. Обе девушки сидели здесь же, периодически подлечивая кота. А еще спустя два часа молодой человек пошевелился.

Российская Империя, Омская губерния, город Исилькуль.

Очнулся, словно просыпаясь от тяжкого сна, настолько мне было… даже не передать словами мое состояние. И тут на меня накатила волна эмоций от моей Айви. Буря, ураган, где основными чувствами были сильнейшее облегчение и намерение надавать мне тумаков, если вздумаю погибнуть. Как-то в этом отношении мои девушки очень похожи. Передал ей, что со мной все хорошо и что я ее тоже люблю, и решил проснуться окончательно.

Открыл глаза, повернул голову и встретил взгляд двух пар глаз. Мила тут же бросилась мне на шею, а Ши, что странно, при этом даже не насупилась сычом.

— Я так испугалась, — прошептала мне на ухо девушка, — когда получила сообщение, что ты ранен.

Она прижалась ко мне, а затем резко отпрянула, подозрительно уставившись на меня.

— Ты ведь читал мою приписку? — я улыбнулся. — Вот только попробуй погибнуть!

А дальше, после прихода князя Воронцова, который осмотрел меня и удовлетворенно кивнул, началась предпраздничная суета. Мы победили и должны отпраздновать это знаменательное событие. Оказывается, после нашего с Тир’Эшем геройствования враг отступил. Проверка разведки показала, что и тело жреца, и нож, и артефактный камень исчезли. У нас с князем состоялся разговор по этому поводу, и я сообщил ему все, что знал. Точнее, что знал мой кот. В принципе, там все просто: артефакт собирает энергию смерти, а жрец с ее помощью может творить заклинания высших уровней. Просто так, без фатальных последствий, брать в руки его могут только ктулхуты, а всех остальных ждут либо смерть, либо неизлечимое увечье. Первое — при наличии большого объема энергии смерти, что и было на поле боя, второе — при ее малых количествах.

Второй очень важной и плохой новостью являлось то, что враги никуда не делись. В районе города Петропавловска собираются их силы. Скорее всего, ктулхуты рассчитывали победить с помощью алтарного камня, а когда не получилось, сразу отошли. Но теперь они будут действовать наверняка, атакуя всеми силами.

— Завтра будет празднование победы и вручение наград, — сказал в конце разговора князь. — Вам необходимо присутствовать. Понимаю, что спешите, но вам надо еще восстановиться, да и Тир’Эшу тоже.

— Так ведь она не окончательная, — удивился я, имея в виду победу.

— Это верно, но воинам и особенно простым людям надо поднять боевой дух, — серьезным тоном пояснил князь.

Я ведь и в самом деле чувствовал дискомфорт, поэтому послушаться князя имело смысл. Не говорю уж про метаморфа, который, защищая меня, получил множество ран. Ши с Милой, словно соревнуясь друг с другом, накладывали на него «каплю жизни», позабыв, что необходим перерыв между чарами. Поэтому решил отдохнуть еще одну ночь и половину завтрашнего дня.

— Согласен, Михаил Илларионович, только можно мне обойтись без торжеств?

— Знаю, что вы не любите официоз, поэтому вручение можете пропустить, но вот торжественный обед — нет.

На этом мы расстались. Больше в этот вечер меня никто не побеспокоил, поэтому я все время общался с Айви при помощи эмоций. И не заметил, как меня сморил сон.

Утро встретило меня солнечными лучами прямо в глаза. Поднявшись, подлечил кота, помылся и когда начал одеваться, пришел слуга князя с напоминанием о торжестве. Я остановился и осмотрел свою одежду. Выстиранную.

— «Кто здесь был ночью?», — спросил я Тир’Эша.

— «Да приходила какая-то девочка и сказала, что заберет все твое, чтобы выстирать и почистить», — не поднимая головы и не открывая глаз, ответил он.

Затем зевнул и передал картинку, чтобы его до отлета никто не трогал.

Церемонию награждения я благополучно пропустил, а вот покушать явился чуть ли не в числе первых. Расторопные слуги у каждого спрашивали имя и провожали к предназначенному для него месту. Насколько я понимаю, здесь будут аристократы империи и особо отличившиеся в битве воины. Остальные будут праздновать кто на площади, где приготовлено сколько-то там столов, кто по домам.

— Какой, оказывается, у меня высокий статус, — пробормотал я, когда увидел свое место. — Или это Мила постаралась?

Находилось оно всего в четырех, если так можно выразиться, стульях от императрицы по левую от нее руку. Отошел к окну, уставившись на запад. Сегодня вечером я улетаю в Москву, где мне предстоит добраться до Артефакта Империи. Со слов Милы, он всегда находится в Кремле. Хорошо, если там отсутствуют ктулхуты, иначе придется идти с Тир’Эшем, что проделать незаметно и тихо будет затруднительно.

Постепенно зал заполнился людьми, присутствовали и три эльварки, которых я не знал. Даже не мог понять, из какого они клана, поскольку на человеческой одежде не было отличительных знаков. Но они поздоровались со мной, как с главой рода. А вот Ши поразила меня своим видом — и где только сумела достать праздничное одеяние, принятое у нее на родине? Или ей пошили за ночь? К ней сразу подскочили два незнакомых молодых человека, но девушка, лишь кивнув им, сразу направилась ко мне. И только хотела мне что-то сказать, как ее перебил герольд:

— Ее императорское величество Людмила Георгиевна, Рюриковна, — зычным голосом сообщил он.

Мила продефилировала рядом с нами, бросив на меня, казалось, безразличный взгляд, но в глубине его я прочитал нечто, что расшифровать не смог. Когда она проходила мимо людей, те поспешали к своим местам. Ши оказалась напротив меня, рядом с одним из парней, которые в самом начале высказывали ей свое восхищение или что-то еще. Садиться императрица не спешила, поэтому стояли и мы. Зато зашевелились, даже забегали слуги, наполняя бокалы вином. Я постарался сдержать свое негодование, поскольку совсем не употреблял алкоголь. Закончили они буквально за полминуты. Императрица взяла в руку свою чашу с вином, и по залу разнесся ее голос.

— Этот бокал я поднимаю за наших доблестных воинов — за тех, кто не испугался нового и страшного врага, за тех, кто принес нам первую и такую долгожданную победу. За вас!

И подняла его вверх.

— За императрицу! — ответили люди.

И начался пир. Поднеся свой бокал ко рту, с удивлением обнаружил там сок. С благодарностью посмотрел на Милу, встретив ее смеющийся взгляд — дескать, помню я все, помню. Еда была приготовлена великолепно, поэтому я начал налегать на нее. Народ выпил, разговорился о разных вещах, причем о войне старались говорить поменьше. Я отметил, что Людмила даровала роду Вяземских княжеский титул. Когда насытился, стал искать причину, по которой можно покинуть это сборище. Помимо того, что мне надо готовиться к дороге, я еще хотел переговорить с девушкой. Тут мой слух зацепился за что-то в речи какого-то там князя. В бою он командовал правым флангом обороны.

— Ваше величество, а когда вы выберете себе супруга? — задал он провокационный, как ему казалось, вопрос. — Ведь необходимо продолжить столь славный род.

Вот только молодую правительницу он совершенно не смутил. Она улыбнулась и как-то так буднично ответила:

— А я уже выбрала.

Все так и застыли: кто с не донесенным до рта бокалом, кто с вилкой, кто-то едва не поперхнулся, сдержавшись в последний миг. И от всех, кроме Милы, исходил жуткий интерес. Хотя нет: князь Воронцов и граф Головкин пребывали в ожидании подтверждения своих выводов. Я сейчас вообще не закрывался от эмоций, а все присутствующие испытывали в данный момент очень яркие, вот и почувствовал очень многих.

— Раэш Арэшхиллса, — сообщила она, и народ притих.

А сейчас произошло немного странное: никто не испытывал явных негативных эмоций. Разочарование присутствовало, но оно не переходило в нелюбовь или ненависть. Все же любят девушку ее подданные. И только тот же князь, который задал вопрос, пробормотал:

— Принц эльфов — тоже хорошо.

Кстати, он действительно интересовался этим вопросом и совсем не испытывал разочарования.

— Вообще-то он Владыка, — буркнула услышавшая его ханька.

Вот кто-кто, а она была очень недовольна, хотя внешне не показывала этого. Между тем молодая императрица продолжила:

— Раэш, подойди, пожалуйста, ко мне, — и когда я встал рядом, продолжила: — Я знаю, что у тебя особый ритуал принятия в род, который должен иметь подтверждение Богини. Но я здесь и сейчас хочу провести первую его часть — смешать нашу кровь, — и совсем тихо, одними губами, добавила: — Я знаю слова клятвы.

Словно по мановению руки волшебника, молоденькая девушка, почти девочка, подала нам оружие: Миле — мой серп, а мне — ее нож, который я видел у нее не один раз. Улыбнувшись друг другу, мы разрезали себе ладони, соединив их. И под громкое перешептывание произнесли слова древней клятвы.

— Кáйна тéрриэш роушшáр мáтрэш саххлѝс тормáшир хэт Хилл’Са’Арэш.

Как и в случае с Айви, я почувствовал соединившую нас невидимую нить. Шквал эмоций ринулся в меня: радовался я, была безумно счастлива Мила, поздравляла нас Айвинэль, передавая эмоцией, что она нас крепко обнимает.

Слово взял князь Воронцов.

— Я уверен, что это прекрасный выбор. А теперь — первый танец жениха и невесты.

Не успел я запаниковать, как прозвучали первые ноты мелодии того танца, который я знаю. Сразу же после него мы удалились.

Затем были два часа, когда мы наслаждались друг другом; эмоции перехлестывали через край, выплескиваясь наружу. И только периодическое эмоциональное хихиканье эльварки заставляло нас прерваться и предаться смеху.

— Это что-то невероятное, — устало произнесла Мила. — Я никогда не слышала ни о чем подобном, хотя разговоров в школе хватало, — внезапно она стала очень серьезной. — Раэш, возвращайся к нам с победой. Покажи этому Супайче, где раки зимуют.

— А ты когда и где успела научиться словам клятвы и, что самое главное, ритму произношения? — задал я очень интересующий меня вопрос.

— Еще когда учились — Айвинэль научила, — довольно мурлыкнула девушка.

— Заговор, — вынес я свой вердикт, на что обе девушки рассмеялись.

Здание мы покидали через черный ход. Кроме нас с Тир’Эшем, были Мила, что естественно — князь Воронцов, княгиня Вяземская и Ши. Последняя приклеилась, словно банный лист, и решила лететь со мной. Мила, после нашей близости, тоже рвалась так, что пришлось приказать ей остаться дома, за что Михаил Илларионович был мне очень благодарен.

— Помнишь технику, которую я тебе показывал? — в который раз спросил меня князь. — Хорошо.

— Раэш, вот три агента, оставшиеся там, — Вяземская дала мне бумажку. — Первый знает все подземные ходы лучше, чем кто-либо. Все они абсолютно преданны и имеют ментальные закладки, которые устанавливал князь. Код срабатывания написан, и то, что ты его произнесешь, укажет, что ты свой и имеешь право просить, требовать и приказывать. Когда все запомнишь, сожги лист.

Я внимательно прочитал текст, потом на всякий случай еще раз — бегло и прямо на глазах сжег записку. Затем было прощание с Милой и ее слова: «Раэш, возвращайся со щитом». Я уже знал смысл этой фразы, поэтому просто кивнул, развернулся и, не оглядываясь, направился на дирижабль.

Российская Империя, к северо-востоку от города Нижний Новгород, ущелье.

Целую декаду каждые восемь часов Владислав приносил жертву на алтаре, наблюдая за коконом. Ему вообще ничего не сообщили, только то, что в случае гибели той, что находится внутри, его ждет наказание. А чтобы этого не произошло, надо просто приносить жертвы, которых сейчас было множество. Он усмехнулся, вспоминая свои первые шаги в России и то, как пришлось бежать из Новосибирска. Зато сейчас пришли новые хозяева этого мира, первые дети его господина.

Привели новую жертву — женщину лет сорока со светлыми, практически белыми волосами. В отличие от других людей, которые безропотно шли на заклание, на эту женщину сила жреца не действовала. Она все время пыталась вырваться из рук его помощников, даже кусала их. Но справиться с сильными мужчинами она не могла, поэтому все равно очутилась на жертвенном алтаре. Короткий взмах, и жреческий нож вонзился женщине в сердце. Вырвавшийся было крик застрял у нее в горле, кровь из ее груди мощными толчками вытекала прямо на алтарь. Когда поток иссяк, труп убрали, а кокон пошел трещинами. Владислав отскочил, внимательно наблюдая за происходящим.

Его не стали посвящать в то, что должно в результате произойти, поэтому он переживал. Вот еще добавились трещины, а в следующий миг кокон осыпался пылью. Та, что находилась там, медленно села, опустила ноги на пол и осмотрелась. Сам жрец знал эту девушку еще тогда, когда та была человеком. Сейчас ее лицо изменилось не очень сильно, разве что вместо волос были то ли щупальца, то ли змеи. В остальном она тоже осталась девушкой, только ростом стала выше, да тело стало темного цвета. Еще Владислав почувствовал в ней огромную силу.

Девушка прислушалась к себе. Да! Это именно то, о чем она мечтала всю свою жизнь. Сила. Она чувствовала потоки энергии в этом зиккурате, потянулась своей сутью к ней и совершенно не удивилась, когда легко приняла в себя. Когда она насытилась ею, в голове стали появляться новые знания, словно кто-то открывал одну книгу за другой. Ментальным магом она не стала, зато имела полную неуязвимость. Но вот магические способности у нее возросли многократно, как и физическая сила. А еще появились пятнадцатисантиметровые когти на пальцах, которые можно было убрать, как это делают кошки, — своего рода оружие с магической начинкой. Получив все знания, она посмотрела на местного жреца, увидев его восхищенный взгляд.

— На колени, — приказала она ему.

Сказала совсем тихо, но расслышали ее голос все находящиеся внутри зиккурата. И все они пали ниц. Как же ей хотелось еще в другой жизни сделать из всех людишек своих рабов, и вот сейчас мечта сбылась.

Она хотела еще и по-другому позабавиться с ним, но появившееся внутреннее чувство заставило изменить планы.

— Приготовь лучший дирижабль, — последовало новое приказание. — Мне надо в Британию.

Российская Империя, окрестности столицы.

До Москвы мы добирались каким-то очень уж извилистым путем. На мой вопрос капитан ответил, что таким образом мы обходим стороной все более-менее крупные населенные пункты. Один раз останавливались для смены накопителей. Да, идея князя оказалась очень хорошей. Правда, в повседневной жизни никто не будет так делать, поскольку стоимость накопителей очень велика.

Приземлились мы в двадцати километрах северо-восточнее столицы. Экипаж корабля растянул над судном специальную маскировочную сеть, чтобы с воздуха его было не увидеть. На встречу с агентом отправились мы с Ши. Тир’Эша в этой его ипостаси брать нельзя, иначе как только его увидят, сразу поймут, кто здесь. А вот ханька налетела на меня злой фурией и под смешки экипажа высказывала мне все, что обо мне думает, заявив в конце, что все равно двинется за мной следом. «Хозяин — барин», как говорят русские. Хочет — пусть идет. Метаморф все же пошел с нами, но только до границы города.

Сейчас мы сидели в кустах, наблюдая за пропускным режимом. Хорошего было мало: на воротах стражники осматривали всех входящих. Но когда проехали две телеги с крестьянами, везущими в город продукты, досмотр был, что называется, «для галочки». Поэтому идея родилась у меня сразу же.

Найти подходящий караван оказалось не трудно, а вот на договоры и уговоры времени не было. Поэтому я прибег к своим возможностям менталиста: теперь я Роман, а ханька — Нюша. И одеждой крестьянской мы разжились, а вот с мечами Ши пришлось расстаться, в отличие от меня. Я просто разделил свое оружие на три части. Серпы положил в две разные телеги, как крестьянское орудие труда, а цепочку приспособил к дышлу, как будто так и должно быть. Стражу на воротах мы благополучно миновали — нас, можно сказать, вообще не досматривали, потому что вдали появился конный отряд, на котором и сосредоточилось внимание воинов. Перед рынком пришлось снова поработать над сознанием крестьян, добавив им «знания», что нас отправили обратно в деревню. Это я сделал на всякий случай.

— Ты думаешь, это здесь? — скептически задала вопрос Ши.

Понять ее можно: адрес, который дала нам Вяземская, оказался адресом притона для самого низкого отребья. Я целых пять минут стоял и наблюдал за людьми, анализируя их действия в надежде, что это просто такое прекрасное прикрытие. Но нет, они оказались из слоев общества, стоящих на самой низкой ступени. Обратиться мы должны к человеку по прозвищу Подь.

— Ши, тебе лучше остаться здесь и подождать меня, — сказал я девушке, а сам направился ближе к дому.

Теперь я слышал все разговоры. В основном, они были о том кто, где, сколько «добыл» денег, кто кого сумел обворовать. У меня запах, периодически доносящийся оттуда, вызывал стойкий рвотный позыв, но эти люди сжились с ним.

— Эй, подь сюды! — услышал я нужное слово.

И спустя пару секунд какой-то субтильный мужичок появился рядом с двумя уже пожилыми мужчинами.

— Неси лучшей бормотухи!

— Сию минуту, господа, — ответил мужичок.

А я понял две вещи: во-первых, и это главное, мужичок — тот, кто мне нужен; во-вторых, эти люди копировали манеры дворянского общества. Вот такая загадка. Я начал создавать ментальную технику отвода глаз, показанную мне князем. С его слов, она не очень сложная, но мне давалась с некоторым трудом, поскольку требовала тонких манипуляций, а я со своим оружием слишком привык к грубым. Даже мою технику проникновения за ментальную границу князь подправил, несмотря на то, что сам ее применить не смог. Да еще показал, как правильней осуществлять прямое воздействие.

Человек со странной кличкой Подь был здесь кем-то вроде мальчика на побегушках: принеси-подай. Невысокого роста суетливый мужичок подходил на эту роль, как никто другой. Вот только совершенно неприметное лицо, да изредка пронизывающий взгляд, появлявшийся тогда, когда никто на него не смотрел, говорили о том, что он играет свою роль. Поймав его, когда он спешил куда-то в подвалы, спросил:

— Где здесь можно найти причанчух?

Это было кодовой фразой — особенно, как я понимаю, последнее слово, необходимое для того, чтобы избежать случайностей. К тому же в присутствии многих людей ее тоже можно произнести, и все спишут одно слово на неразумность говорящего или шутку. Зато тот, кому она предназначалась, сразу все поймет. Вот и этот мужчина замер буквально на пару секунд, а затем тихо произнес:

— Подожди за углом через час.

Ответ был правильный и, что интересно, действительно соответствовал месту, где надо дождаться агента. А поворотом головы и взглядом он четко указал, где именно. Затем он увидел, как я скривился от «аромата» и, немного удивившись, создал какое-то плетение и провел рукой мне по носу. Дышать сразу стало комфортнее. Вернувшись к Ши, я взял ее под руку, направившись к месту встречи.

Спустя час к нам подошел уже другой человек, у которого от суетливого вида не осталось ничего. Мы прошли совсем недалеко и спустились в подвал какого-то дома, вход в который был прекрасно замаскирован. Пройдя еще немного, он произнес:

— Можно говорить, не опасаясь, что кто-то подслушает.

— Нам необходимо как можно скорее попасть к Артефакту Империи.

Если он удивился, то совсем немного. Чуть подумав — вероятно, вспоминая все известные ему факты, — он ответил:

— Скорее всего, он находится либо в тронном зале, либо в специальном помещении за ним. Там, кстати, он всегда хранился. Еще может быть в рабочем кабинете. Из всех других мест он возвращается к месту своего хранения. Нам самым выгодным было бы именно последнее или кабинет, где тоже имеется потайной ход. Точнее, там их два, но только один защищен сильной магией. Тронный зал хуже всего, поскольку там полно охраны, и придется придумывать, как избавиться от нее. А вам, я так понимаю, там надо было быть еще вчера. Идем!

— А можно добыть мне какое-то оружие? — подала голос Ши.

— Хм-м, — он посмотрел на нее. — Ханька, — кивнул сам себе. — Дао? Водао?

— Цзянь, — как-то вздернув носик, ответила девушка.

Еще раз хмыкнув, он махнул нам рукой — дескать, идем, и направился куда-то вглубь подвала. За одной неприметной дверью оказалась комната с оружием. Достав из сундука длинный футляр, мужчина открыл его и с какой-то усмешкой протянул девушке. Я бросил взгляд и увидел там два прямых меча около метра длиной. А вот на Ши они произвели сильнейшее впечатление. Очень медленно она протянула руки и взяла один меч, а затем, положив его, второй. Что интересно, рассматривала их очень внимательно.

— Откуда у тебя Гань Цзян и Мо Се? — с прищуром спросила она и, внезапно схватив оба, приставила к горлу мужчины. — Отвечай! — яростно добавила она.

Надо отдать должное мужчине, который и взглядом не повел. Он уже собрался было ответить, но я перебил его. Эта ее выходка со вновь изменившимся настроением стала последней каплей — точнее, предпоследней.

— Ши, ты перешла все границы! Еще одна подобная выходка, и я оставлю тебя, где бы мы ни были, — рассерженно и раздраженно произнес я с каким-то шипением, которое часто появлялось у меня в подобные моменты. — Делай тогда, что хочешь. Или ты сомневаешься в моих возможностях сделать это?

— Слушаюсь, мой господин, — девушка поклонилась каким-то странным поклоном.

Я взглянул на мужчину, который смотрел на нас круглыми глазами. Затем он снова хмыкнул и сказал, чтобы мы поторопились. В подземный ход мы попали из этого же подвала. После того, как мы прошли по нему метров тридцать, любопытство мужчины превысило все пределы, и он, наконец-то, решился задать вопрос:

— Она что, из императорского рода Китайской империи?

— Да, а как ты догадался?

— Эти два меча выкованы из небесного железа придворным кузнецом императора Хуан-ди Гань Цзяном и названы в честь него и его жены, которая, по легенде, бросилась в пламя, чтобы огонь стал жарче и сумел плавить этот металл. Описание каждой детали, каждого штриха хранится в летописях императоров. И насколько я знаю, все династии относились с огромнейшим почтением к ним. Поэтому сейчас эти клинки могут отличить только члены императорского рода ханьцев. Их правители владели ими на протяжении полутора тысяч лет, а немногим меньше шестисот лет назад последний правитель династии Мин Чжу Юцзянь предпринял захватнический поход в Маньчжурию, которая состояла в дружбе с Российской империей. И ее правители попросили военной помощи у нашего императора. Вот на поле брани Илья Муромский победил и их лучшего воина, и самого императора, отобрав у того мечи. Ходили слухи, что тот от подобного позора повесился. Верно? — спросил он внимательно слушающую его девушку.

— Всем известно, что ваш воин одержал победу коварством и захватил мечи, — недовольно буркнула ханька, на что мужчина только покачал головой.

Спустя час хождения по подземелью мы наконец-то пришли к нужной нам двери — комнате хранения. Открыв ее, Подь невероятным образом просочился в щель, вернувшись менее чем через минуту. Новость принес неутешительную: артефакта там не оказалось. И мы снова двинулись подземными ходами, как и прежде, выделывая большие крюки и петли. Наш проводник сообщил, что в целях безопасности мы идем только защищенными магией путями. Я, конечно, был с ним полностью солидарен. Следующим помещением был кабинет. Встав рядом с дверью, он приложил ухо, а я мгновением спустя сделал то же самое — слух-то у меня на порядок лучше. Тишина. И он открыл дверь.

Артефакт я почувствовал сразу, как только вошел в помещение. Совершенно круглый шар лежал на специальном постаменте. Подойдя к нему, я порезал ладони, как говорил мне Михаил Илларионович, и приложил к нему. И начал создавать ментальную технику, показанную им же. Только закончив ее, почувствовал, как мои руки прилипли к артефакту. Да что там руки — я пообще не мог пошевелиться. О подобном меня предупреждали: сейчас идет проверка моей крови.

— Это кто здесь решил обворовать меня? — услышал я незнакомый мужской голос. — Стража!

Я попробовал оторвать руки и не сумел этого сделать.

Глава 16

Российская Империя, столица, город Москва, Кремль.

В рабочий кабинет Раэш чуть ли не вбежал, моментально определив то, ради чего пожаловал. На взгляд молодой ханьки, это был простой шар, но она прекрасно знала, насколько внешний вид может обманывать и отличаться от сути. Взять хотя бы мечи, которые были с ней. Внешне обыкновенные Цзянь, но Ши знала, насколько опасно это оружие и чувствовала, что ей придется убедиться в этом лично. В это время парень приложил к артефакту руки и застыл. А спустя пару секунд она услышала шаги, доносившиеся из-за двери. Посмотрев на мужчину, поняла, что и он их слышит. Стала готовиться к бою, но в это время Подь прошептал:

— Не сейчас. Прячься. Подам знак.

И сам скрылся за шторой так, что та почти не шелохнулась. Девушка же, оценив обстановку, спряталась за массивный стол, из-за которого прекрасно видела мужчину. Открылась дверь, и прозвучали звуки шагов уверенного в себе человека, который пришел к себе домой. Затем они стихли, но раздался мужской голос:

— Это кто здесь решил обворовать меня? Стража!

В помещение ворвались четыре воина, окружив вошедшего первым мужчину. И все как один уставились на парня, по-прежнему стоящего не шевелясь.

— Убить, — приказал мужчина.

Не успел он договорить, как Ши увидела сигнал Подя. Девушка и до этого пребывала в боевом трансе, поэтому молнией метнулась к двоим противникам, сделавшим шаг в сторону Раэша. Среагировать те не успели, а амулеты защиты, что странно, оказались деактивированы. Применять магию она не хотела, чтобы никто не смог почувствовать отголоски. Развернувшись, она увидела, что их помощник тоже справился со своими врагами. И только тут поняла, что не чувствует потоки энрегий. Резко мотнула головой в сторону двери и прислушалась, а поймав на себе вопросительный взгляд мужчины, прошептала:

— Магии нет.

— Я активировал негатор, — мужчина чуть усмехнулся. — Радиус действия всего три метра, зато он не позволяет даже немного срабатывать амулетам защиты, какие бы плетения там ни были. Прячем трупы.

Он подошел к шкафу, что-то там покрутил, и открылся другой потайной ход. Девушка поняла, что это тот, который не защищен чарами. А вот они появились из скрытой двери, являющейся стенкой камина. Правда, назвать это дверью было бы большим преувеличением, поскольку даже Раэш проходил с трудом. Убрав трупы, Подь достал большую флягу и принялся выливать ее содержимое на пятна крови, которые исчезали прямо на глазах. Они уже закончили возиться с трупами, а парень все так же стоял, приложив руки к шару. Закралось беспокойство, хотя времени прошло всего ничего, и тут услышали его голос:

— Где находится Пур-На́волок?

— Надо скорее уходить, — быстро сказал проводник и юркнул в потайной ход.

Никто из присутствующих из-за спешки не обратил внимания на шар, цвет которого стал более насыщенным, говорящим, что число наследников увеличилось. А когда в помещение вошел помощник князя Голицына, который был убит несколькими минутами ранее, шар уже приобрел свой естественный мутновато-серый цвет.

Российская Империя, столица, город Москва, Кремль.

Я ругал себя за то, что, стремясь к цели, ментально не проверил окружающую обстановку. Даже в подземном ходе не попытался это сделать. Правда, наш проводник сказал, что стены защищены и от ментального воздействия тоже, но попытаться-то надо было. Спешка заставила меня ошибиться, зато мои спутники действовали, как положено. Я сейчас видел, что они успели спрятаться и чувствовал их желание вступить в схватку. Особенно у ханьки, которая в данный момент снова напоминала бешеную — столько соответствующей эмоции присутствовало в ней. И совсем скоротечный бой. Пока все это происходило, артефакт решал, могу я владеть неким Даарианом или нет.

— «Кровь и частица старых друзей, смешанные с кровью наследницы потомков Бореи и закрепленная древней клятвой, имеет право на владение Даарианом», — прозвучали у меня в голове слова.

— «Что такое Даариан? Где его найти?»

— «Находится он в городе Пур-На́волок и выглядеть может, как угодно. Ты узнаешь его».

Я хотел задать еще вопросы, как почувствовал, что тело снова мне повинуется, а присутствие кого-то или чего-то в моей голове исчезло. Хотел даже выругаться по поводу подобных подсказок, но интуиция заговорила, что необходимо как можно скорее найти еще один артефакт.

— Где находится Пур-На́волок? — задал я вопрос, поскольку впервые слышал это название.

— Надо скорее уходить, — прозвучали слова мужчины.

Что ж, в этом он полностью прав, и мы скрылись в подземном ходе. И только когда снова вернулись в подземелье, задал тот же вопрос.

— Пур-Наволок, — медленно повторил он, — где-то я встречал это название. Могу сразу сказать, что оно не современное.

Он подошел к столу, достал толстую тетрадь и начал ее листать, бегло просматривая страницы. Затем, как будто что-то вспомнив, открыл ближе к концу и продолжил чтение. А спустя десять минут, довольный, повернулся к нам.

— Это древнее название Архангельска, и встречалось оно всего однажды на раскопках в Аркаиме. Там удалось расшифровать некоторые записи, в том числе и карту.

Вывел он нас из города тоже подземным путем. Попрощавшись, я послал мысленное сообщение Тир’Эшу, который не замедлил появиться. А спустя еще некоторое время мы добрались до нашего дирижабля. Поговорив с капитаном о дальнейшем пути, я отправился в свою каюту, где провел пару часов, обмениваясь эмоциями со своими женами. Мила еще только училась, поэтому понимать ее было трудновато, поскольку сменялись они слишком быстро и сумбурно.

К сожалению, подлететь так же близко, как к Москве, не удалось: очень уж много наблюдателей. Это вотчина младшей ветви рода Бельских, но здесь собралось слишком много воинов. Хорошо, что мы совершили посадку в тридцати километрах от города, и я решил сходить на разведку пешком. Точнее, сбегал Тир’Эш, а когда вернулся, то сообщил о большом количестве патрулей, и воздушных в том числе.

В город я отправился один. Ханьке пришлось остаться, так как, со слов капитана, который бывал здесь очень часто, жителей с азиатской внешностью здесь нет. В отличие от краснокожих. С серпами я расставаться не стал, а отсоединил цепочку и сложил их в крестьянскую сумку. Да и сам надел соответствующую одежду. Пройти в город труда не составило, но где искать «то, не знаю что», непонятно. Должен почувствовать? И я направился по главной улице, прислушиваясь к себе. Но ближе к центру города мне поломали все планы. Там стояла старая крепость, вход в которую был закрыт для простых людей.

Стоя немного в стороне, я наблюдал за пропускным режимом. Все оказалось куда хуже: в воротах стоял ментальный маг, проверяя всех входящих. Даже не так — он проверял любого, кто приближался к воротам, и наверняка следил за ментальным фоном вокруг. Поэтому я не смогу применить свои способности. Оценил высоту стены и решил даже не пытаться ее преодолеть. Принял решение пройтись по открытой части города в надежде, что артефакт находится здесь. Хотя, если рассуждать здраво, то в старой части города ему как раз место.

Вышел на другую улицу, идущую почти параллельно главной, и небыстрым шагом двинулся по ней. На перекрестках приходилось уходить в стороны, забредать в различные тупики. Для более тщательного поиска пришлось ходить по одной обочине в одну сторону, по противоположной — в другую: я ведь не имел понятия, на каком расстоянии должен почувствовать артефакт. Как и не представляю, что должен почувствовать. По пути купил себе десяток пирожков и некоторое время двигался, жуя их.

Полтора дня я потратил на обход открытой части. Приходилось периодически прекращать поиски и отдыхать, поскольку постоянное нахождение под отводом глаз сказывалось. Точнее, периодически я ходил, как простой горожанин, но больше старался под отводом. В итоге, как я и думал ранее, ничего нового или сверхординарного я не почувствовал. Поэтому занялся тем, что начал обдумывать план попадания внутрь старой крепости. Странно, но в эту часть города вели всего одни ворота, которые охранялись очень тщательно. Однако после целого дня наблюдения я заметил, что некоторые кареты и магомобили проезжают практически без досмотра. Последние отпадают, поскольку спрятаться там негде, поэтому остановил свое внимание на каретах.

Их всего три — по крайней мере, я видел три. Плохо то, что выезжали они лишь однажды. То есть каждая по разу. Не придумал ничего другого, как попытаться спрятаться либо снизу, либо сверху, на крыше. Но последнее можно проделать только с одной из них.

На следующий день дождался первую и направился следом. Но та, выехав за ворота, умчалась по своим делам. Недовольный, вернулся обратно…

Блин, уже третий день не могу пробраться в центральную часть города. Хотел попросить, чтобы прилетела Шшасса, но Айвинэль передала, что она улетела и будет ждать меня на севере Британии. А все потому, что у Алины было видение от ее госпожи. Вот теперь пытаюсь проникнуть внутрь. Если честно, то и с драконой могли быть проблемы, потому как в воздухе постоянно висел дирижабль. У меня даже возникла мысль, что внутри происходит нечто очень важное. Хотел было придумать план с ловушками на земле, но решил, что лишний шум ни к чему. И тут у меня появился шанс.

Карета, которая выезжала утром и за которой я не сумел проследить, возвращалась, но стала останавливаться, когда с ней поравнялся магомобиль, выехавший из внутреннего города. И случилось это как раз напротив того места, где я прятался. Не раздумывая, я бросился под карету и, как только оказался на месте. немного приподнялся, пропуская под собой заднюю ось, а когда та оказалась на уровне груди, мягко на нее опустился. Последнее мое действие совпало с остановкой, поэтому дополнительный груз заметить не должны. Но я на всякий случай приготовился к бегству.

— Как там? — очень тихо спросил мужской голос.

— Все хорошо, — ответили ему.

И они разъехались по своим делам. У ворот я уже был на пятом уровне кил’са, поэтому поисковая ментальная сеть была встречена моей защитой и очень плавно обведена вокруг нее. Технику отвода глаз заметить не должны, поскольку она находилась на самом глубоком для меня ментальном уровне, а Михаил Илларионович сообщил мне, что магов, которые смогут ее увидеть, всего четверо, включая него. Вся загвоздка была только в ктулхах, которые вполне могли ее видеть. Жаль, что я раньше не обратился к нему за помощью. Он бы объяснил мне самые основы взаимодействия ментальных техник, магии с ними и их же — с чувствительностью людей и их зрением. А так он просто показал все и сказал, как я это должен делать. То есть пока никакой самостоятельности.

Остановились мы у какого-то особняка, ярко освещенного магическими светильниками. Хотел было уйти, но заметил, что мое средство передвижения обступили со всех сторон. Да еще к тому же снова прошло ментальное сканирование. «Да что же у них здесь происходит!», — подумал я.

— Ну что, сумели вскрыть двери? — раздался голос того, кто ехал в карете.

— Нет пока, — ответила женщина. — Очень сложные плетения, связанные между собой. Отключение хотя бы одного приведет к срабатыванию чего-то за стеной. Очень интересное решение передачи сигнала. Вот если…

— Варвара Игоревна, — перебил ее мужчина.

— Простите, ваше сиятельство, — ответила та. — Еще пара дней, и мы сумеем подобрать цепь чар для одновременного отключения всего охранного контура.

Интуиция просто закричала, что это именно то место, куда мне необходимо попасть. Из этого короткого диалога я понял, что найдены древние постройки, куда попасть они не могут.

— Из других мест новые находки имеются? — после короткой паузы спросил граф, имени которого я еще не знаю.

— Заслуживающая внимание только одна — какая-то пластина с непонятными символами и легким магическим фоном.

— Веди.

Они двинулись к зданию, а карета дернулась и поехала вперед, но через двадцать метров остановилась. Я же в это время сполз на землю, сразу переместившись к стене. Выглянув за угол, увидел человек двадцать, и к моей радости половина из них были разнорабочими, таскавшими землю из здания. А за ними следили воины — судя по всему, личная гвардия этого графа или вообще Бельских. К моей радости, ментального мага среди них не было, поэтому сейчас можно немного отдохнуть. Скрывшись среди обломков какой-то конструкции, я отключил отвод и вышел из ментального состояния. Пусть я стал сейчас полноценным демоном, владеющим пятыми уровнями, но устаю я, находясь на них, еще очень быстро. Прошло всего пять минут, когда из здания вышли шесть человек, включая одну женщину. Они медленно двигались прочь, о чем-то тихо беседуя, и тут из двери выбежал молодой мужчина.

— Ваше сиятельство, Варвара Игоревна, — радостно закричал он, — сработало!

— Что сработало? — резко развернувшись, спросил граф.

— Когда мы полностью заполнили пластину энергией, та среагировала на защиту двери. Точнее, защитные чары на них засветились. Вы оказались правы — это ключ!

— Идем! — граф быстрым шагом направился обратно.

«Да что же мне так не везет!», — мысленно простонал я, вновь создавая технику отвода глаз. Теперь за ними. В голове крутились планы, как овладеть артефактом, хотя я еще до сих пор не представлял, что это. Догнал людей глубоко под землей, когда чары на большой двери, три метра в высоту и столько же в ширину, уже погасли, и створки начали открываться. Кто-то вошел в то помещение, и все внимание не менее пятнадцати человек было приковано к нему, поэтому я могу сейчас проскочить между ними. Люди застыли и, казалось, не шевелились, потому и появилась эта возможность. Надо спешить! Шаг, второй, третий, и… я застыл на месте. Медленно повернул голову направо. За открытой дверью лежали найденные здесь вещи. Хлам, с их точки зрения. С моей — тоже, поскольку все, что здесь находилось, пребывало в не самом лучшем состоянии. Но именно там я внезапно почувствовал нечто. Словами это не передать. Что-то знакомое и незнакомое одновременно, теплое и холодное, сладкое и горькое. Да, ассоциации были именно такие. И я отправился туда.

«Да не может быть!» — мысленно повторял я, глядя на ржавую кольчугу, к которой меня тянуло. В это время в той комнате, двери которой вскрыли, что-то ярко мигнуло, затем затрещало, словно ударили молнии, и все стихло. Я же в это время схватил кольчугу и застыл. Через дверной проем увидел, как Варвара Игоревна несла шар, точь-в-точь похожий на Артефакт Империи. Я даже на секунду усомнился в правильности своих ощущений, но вспомнил слова о том, что выглядеть Даариан может как угодно. Когда они прошли, я снял сумку, надел на себя эту ржавчину, а сверху снова сумку. И направился к выходу.

Случилось это, когда я приблизился к воротам. Я вдруг почувствовал, как кольчуга зашевелилась, а когда глянул на нее, то даже остановился, пораженный увиденным. Она словно съеживалась, перетекая на правый рукав. Затем вообще сползла к запястью, образовав браслет. Очень знакомый браслет. У меня в детстве был точно такой же, обучающий. От изумления я чуть было не утерял контроль над отводом глаз. Посмотрел на ворота, обдумывая варианты прохода. В целом, выходящих проверяли не очень тщательно, но только дворян, а у простолюдинов ментальный маг считывал поверхностные мысли. Я не был уверен в этом, но увиденная мной техника была очень тонкой и окутывала голову, словно туман. В итоге решил просто достать веревку и спуститься со стены. Сделал шаг, но тут у меня все поплыло перед глазами.

Я уже приготовился к бою, думая, что не заметил атаку, как в голове прозвучал голос:

— «Настройка завершилась».

Только я успел подумать, что за настройка и для чего она нужна, как в сознании начали появляться какие-то рисунки, чертежи, схемы, которые я понять не смог. Только их названия: «Суть магического потока», «Закономерность магических потоков», «Влияние магических потоков на людей» и другие в подобном духе. Сообразил, что это полились знания из артефакта. Вот только из названия можно понять лишь предназначение, но не саму суть и что делать со всем этим. И только пришла мне в голову эта мысль, как рисунок, который был перед глазами, застыл, а в голове раздались слова:

— «Истинный Бог имеет со своими жрецами или жрицами связь в виде энергетической нити десятого порядка, проходящей через преобразователь. Последним может являться некое строение, дерево, камень — все, что угодно, и оно служит накопителем энергий десятого порядка и выше. Градация потоков поклонения…»

— «Стоп!» — мысленно выкрикнул я.

И все исчезло. «А ведь прав был великий ученый-маг Ломоносов, который утверждал, что Артефакт Империи приведет к знаниям», — это было первой моей мыслью после отключения Даариана от моего сознания. Вот только эти знания на несколько порядков превышают имеющиеся на сегодняшний день у людей. Мне хватило одних только названий и подробного объяснения сути жречества. Кстати, последнее говорит о том, что артефакт действительно сохранился со времен Войны Богов, а возможно, он был создан еще до ее начала. И кстати, я совершенно ничего не понял. С этими знаниями надо разбираться еще не один год, если не десятилетие. Попробовал вызвать его снова — получилось. Отключить — тоже. Полностью мысленное общение с ним очень понравилось. Отключив его, я направился на поиски веревки. Где ее взять, я имел прекрасное представление, поэтому двинулся обратно к дому, где проводились раскопки.

Сейчас это место практически не охранялось, поэтому найти нужную мне вещь не составило труда. Даже отводом глаз почти не пользовался. До ночи я решил отдохнуть, залез в самый дальний конец конюшни и, зарывшись в сено, заставил себя уснуть. Хотя очень, ну просто очень сильно хотелось начать работать с Даарианом…

Вот стражники разошлись в разные стороны, и я метнулся к примеченному мной месту. Здесь имелись металлические скобы, за одну из которых я привязал веревку. Для чего они служили, непонятно, но пользовались ими лет десять назад, если не больше. Благополучно спустившись, я направился к выходу из города, покинуть который было достаточно просто.

А на половине пути к дирижаблю накатило новое чувство. Вот только в этот раз оно словно обухом ударило по голове.

— Опять, — сквозь зубы процедил я.

И побежал. Через несколько минут встретился Тир’Эш, которому я мысленно пересказал все произошедшее, а также то, что мы опаздываем. Тут уже было не до маскировки, и дальше я передвигался на нем. Забежав в рубку, крикнул капитану:

— Быстро взлетаем и летим к Британии, куда-то в северную ее часть.

Надо отдать ему должное: пока я ходил по делам, дирижабль постоянно находился в стартовой готовности, несмотря на расход энергии. Правда, за это время маги корабля и Ши успели заполнить энергией все сменные накопители. Капитан уверил нас, что самый безопасный маршрут — полет через север Вальхаллы, который, по последним данным, удерживают подданные короля. А произошло у них то же, что и везде: разделение страны на два лагеря и как следствие — гражданская война. Как сказал капитан, их курьер перед самым нашим отлетом сумел пробиться к нам. А потом вдоль побережья Скандинавского полуострова прилетим прямо к границе Британии. Так мы и сделали.

Капитан поверил мне полностью, поэтому дирижабль выжимал из накопителей максимум. Мурманск мы оставили севернее, а уже над территорией Вальхаллы нас встретили дирижабли викингов. Я узнал об этом постольку поскольку, потому как сам занимался артефактом. Подавляющее большинство информации я не понимал, но некоторую, относящуюся к азам магии, сумел понять. Она касалась работы с магическими потоками. Удивительно, что уточнения помогли поднять количество энергии, которую я могу пропустить через каналы. Если дальше работать в этом направлении, то смогу уже работать с энергиями более высоких уровней. Не знаю, как в моем мире, но здесь, оказывается, существует градация. Что-то наподобие ментальной магии, где есть пять уровней погружения. Еще в Даариане хранились знания по созданию трехмерных плетений. Опять же основы, с которыми необходимо тщательно работать, и не один год. По крайней мере, у меня сходу ничего не вышло. Зато усилить плоские чары молнии удалось, хотя произошло это уже после того, как мы покинули пределы государства викингов.

До Британии осталось всего ничего, поэтому я прекратил обучение, сосредоточившись на поиске Шшассы. Тир’Эш занимался тем же, но пока тоже безрезультатно. Я постоянно посылал так называемый зов. Это тот же самый канал телепатической связи, но направленный не узким лучом, а как бы широкой полосой. Опытный телепат сможет перехватить его, несмотря на то, что он предназначался другому. Ктулхи, в принципе, тоже могут, но я не настолько опытен в мысленном общении, чтобы посылать зов на сотни километров. Первым, естественно, с ней связался метаморф.

Дальше мы долетели до берега и высадились там. Дирижабль скрылся, а у меня усилилось чувство опаздывания, и тут же ощутил другое знакомое чувство. Как тогда, когда мы пытались остановить жреца у Стоунхенджа — трещина реальности. А сейчас я отчетливо чувствовал направление на это место. Вот только если в предыдущий раз я чувствовал это, находясь рядом, то в данный момент — за сотни километров.

— Надо спешить, — сказал я всем.

— Я отойду на минуту, — произнесла быстро Ши и скрылась за деревьями.

Спустя минуту она действительно появилась, причем прибежала и, очутившись рядом со мной, облегченно выдохнула. На мой естественный вопрос о том, что случилось, девушка ответила:

— Там на меня словно что-то давить начало, заставляя тебя ненавидеть, — и в ответ на мое изумление совсем тихо добавила: — За то, что ты меня совсем не замечаешь.

Не успел я сказать даже слово, как у меня в голове раздался голос Шшассы, а судя по выражению лица Ши, она тоже его услышала.

— «Здесь “Пелена Супайче” невероятно сильна, ей очень тяжело сопротивляться. Вы с девушкой полетите на мне, а на месте ты благословишь ее. С тем, что находится на твоей руке, ты сможешь это сделать. А теперь надо спешить».

И мы полетели-побежали к зиккурату. Я чувствовал, как с каждой секундой уходит время, поэтому скрываться нам не имело смысла. Периодически мы опускались, но только для того, чтобы придать сил шредаар’инра’доо. Пространство этого мира трещало, темный Бог рвался сюда, желая отомстить за то, что многие тысячелетия назад его отсюда изгнали. Я чувствовал, как наполняется силой жертвоприношений его святилище, как уходит эта энергия сквозь трещины, придавая силы нашему самому смертельному врагу. Перелетев через очередной хребет, я увидел ступенчатое строение. А перед ним находилась огромная ликующая толпа. Больше всего в ней было людей, но я заметил и ктулхов. Они тоже нас увидели и с криками кинулись в нашу сторону.

Как только мы соскочили, я благословил Ши, просто передав ей немного энергии обеих Богинь.

— Подождите, поберегите силы, с ними я разберусь, — сказала девушка и принялась создавать какое-то заклинание.

Я видел, с какой огромной скоростью появляются линии плетения, рисунок становился все сложнее и сложнее, а ханька продолжала плести узор. Я же в это время создавал «Водоворот Стихий». Внезапно она выкрикнула что-то, и перед нами поднялась невысокая, всего два метра в высоту, волна лавы. И этот расплавленный камень устремился на наших врагов, которые и не подумали свернуть с пути или убежать. Они с еще более яростными криками продолжили свой бег. Я создал «Каплю Жизни», активировав ее на девушку, поскольку заметил, как устало она опустила плечи. «Все-таки настоящий гений магии», — снова подумал я. А затем по наитию снова благословил. И от последнего действия она сразу как-то приосанилась, и в ее движениях появилась легкость.

Ее заклинание в это время достигло зиккурата и растаяло, не причинив тому никакого вреда. И сразу же из него вышла девушка со знакомым лицом. Точнее, не девушка, но лицо по-прежнему оставалось мне знакомым. Она стремительно приблизилась к нам и обратилась почему-то ко мне.

— Вот мы и встретились снова, Раэш Арэшхиллса.

И тут я ее узнал. Марья Бенедиктовна Голицына собственной персоной, хотя она уже была не человеком. И в этот миг пространство треснуло окончательно — по крайней мере, впечатление у меня создалось именно такое. Одновременно с этим сначала раскололся, а затем осыпался то ли пылью, то ли пеплом зиккурат. И там появилось существо. Враг.

— Я справлюсь с этой, а вы убейте ту тварь, — крикнула нам Ши, отправляя в бывшую княжну мое выпускное заклинание.

Мы же втроем рванули к самому главному врагу.

Седьмой мир Нити Порядка, семьсот тысяч лет назад, Борея, столица, дворец правителей.

— Предлагаю тебе присоединиться ко мне. Ты станешь самой великой истинной ктулханой. Я дарую тебе силу и вечную жизнь.

— А я должна предупреждать тебя об опасностях? — скептически ответила ему правительница страны Милвейн.

Высокая женщина с гордой осанкой, серебряными, светящимися лучами солнца, волосами и карими глазами окинула стоящего напротив нее мужчину равнодушным взглядом. На голове у нее был обруч невероятно тонкой работы с одним светлым матовым камнем в центре. Четыре ее охранницы, такие же высокие, со светлыми волосами девушки, стояли по две с каждой стороны. Сильнейшая провидица своего народа, потерявшая супруга в войне за этот мир, знала судьбы своего народа, и лишь ее собственная судьба была ей неведома. Но она твердо была уверена, что никогда не перейдет на сторону врага. Однако тот все никак не мог понять этого, все время соблазняя ее силой.

— Так это — сущая малость, — ответил он ей и с ехидной угрозой добавил: — Или ты надеешься на спасение? Что смогут сделать эти длинноухие без своей Богини, которую я уничтожил? Или ты думаешь, что эта малолетка, только-только научившаяся создавать разумную жизнь, сможет мне сопротивляться?

Но женщина лишь усмехнулась и застыла, глаза ее засветились солнечным светом, а спустя пару мгновений она произнесла:

«И лишь рожденный в мире ином, Нашедший пять своих звезд судьбы, Встретил Пришедшего огнем и мечом, И замер мир в ожиданьи победы. Но Мрак из-за кромки очень силен, Стелилася тьма над миром, Ярким лучом он был пронзен, И время остановилось…»

По мере того, как она это говорила, ее молодость уходила, и женщина старела прямо на глазах.

— Последнее пророчество, — прозвучало из уст ее телохранительниц, и они бросились на врага.

— Не бывать этому! — взревел тот, кто стоял напротив прорицательницы, превратившись из человека в монстра.

Осыпались прахом воительницы, так и не добравшись до врага. Перестало биться сердце провидицы, которая мертвой упала на землю. Монстр же подскочил к ней, содрав с ее головы обруч, который прямо на его глазах раскрошился. КтулхуЙогСоатхАйче взревел, и на самый северный материк пришелся мощнейший удар, отчего тот раскололся и начал погружаться в воду.

На большом континенте мира, на северном берегу открылся портал, откуда выбежала женщина. Облегченно вздохнув, она побежала дальше, восстанавливая силы для хотя бы еще одного длинного портального перехода. Внезапно земля под ее ногами вздрогнула.

— Времени совсем не осталось, — произнесла она. — Сейчас сила Богини иссякнет, и мне не укрыться. Но Милвейн приказала сохранить знания для потомков любой ценой.

И женщина принялась очень быстро чертить на земле невероятно сложный узор. Встав в его центр, она достала из сумки обруч — один в один с тем, который был на голове правительницы.

— Иналайте́х мирсано́ ивванаа́л тиминурие́г, — произнес женщина на первом языке этого мира.

В мгновение ока она отделила камень, бросив его куда-то на юг, а сама вместе с обручем полетела в образовавшийся под ее ногами разлом. Спустя еще мгновение земля сомкнулась, и ничего больше не указывало на произошедшее здесь.

Британская Империя, Пеннинские горы.

За краткое время моего движения к врагу я успел: во-первых, вызвать полную ярость; во-вторых, перейти на пятые уровни моих умений; в-третьих, обдумать тактику сражения. Магия отпадает сразу: я не гений и не умею, как Ши, творить чары высших рангов. Это она должна была быть магической поддержкой. Разве что новую молнию надо обязательно попробовать. Поэтому остаются ментальная область и холодное оружие. В следующее мгновение я, Тир’Эш и Шшасса стали единым целым, объединив наши разумы.

— Старые враги и ты, сумевший выжить, — прорычал Бог ктулхутов.

И я обрушил на него «Ментальный Шторм», а кот с драконой что-то свое. Я еще успел создать молнию, добавив в заклинание силу обеих Богинь. Если от нашей первой атаки внешних проявлений я не увидел, то вторая нанесла ему рану на груди. И тут мы атаковали его одновременно: я прямо, метаморф справа, а Шшасса успела взлететь и спикировала вниз. Мы двигались на пределе своих возможностей, но враг успевал своими когтями отражать почти все наши атаки. А те, что проходили, практически не причиняли ему вреда, потому как небольшие порезы для такого существа — это ничто. Даже Тир’Эш, умудрившийся запрыгнуть ему на спину и работаяющий с огромной скоростью своими когтями, легко рвавшими ранее ктулхутов, не смог нанести серьезные раны.

Я полностью отдался танцу смерти, атаковал сам, уходил от ответных выпадов и снова атаковал. Я танцевал, сила высших существ бурлила во мне, и я вспомнил посещение Белоснежки. Добавил в один клинок силу одной Богини, во второй — другой и начал наносить удары. Еще при вливании я почувствовал легкую дрожь оружия, а когда прошел один удар, острие правого серпа погрузилось на глубину не менее десяти сантиметров. Мой серп задрожал намного сильнее, а я просто почувствовал, как в него начал вливаться мощнейший поток энергии. Дико взревев, враг еще ускорился, и я пропустил сильный удар в грудь, потом он крутнулся на месте, и шредаар’инра’доо тоже отлетел от него.

Родовая защита спасла от увечий, но отлетел я знатно. Успел заметить у Тир’Эша глубокую рану на боку и то, что Шшасса не пострадала, поскольку готовилась к новой атаке. И тут его взгляд упал на браслет на моей руке.

— Даариан, — прошипел-прорычал он. — Ты нашел его, но он тебе не поможет.

Я мы снова произвели совместную ментальную атаку, где я вновь ударил родовым заклинанием. На этот раз он скривился, но обрадоваться мы не успели. Невероятная ментальная тяжесть обрушилась на нас, придавив к земле. Я видел, что кот тоже как бы присел, а дракона приземлилась. Самым странным было то, что никаких ментальных техник я не увидел, просто в какой-то момент над нами появился ниоткуда пресс и рухнул вниз. Этим, вероятно, и отличается работа Богов. Удивительно, но из боевого режима я не выпал, ярость, моя ярость демона бушевала во мне, а воля железными тисками держала мое сознание. Да, ментальный ответ Супайче был страшен, но и ему это далось тяжело, потому как он не смог быстро переместиться к нам, чтобы убить. Да, из боевых режимов я не выпал, но на поддержание их уходили все силы, поэтому и я тоже не мог сблизиться с ним для очередной атаки серпами. Решил создать заклинание, но не сумел. Точнее, линии рисовались, но очень медленно.

Хорошо, что враг не атаковал нас магией или чем-то божественным. Скорее всего, он просто не может сейчас пользоваться этими энергиями, иначе расправился бы с нами в мгновение ока. Но даже того, что смог воспользоваться менталом, нам хватило. И тут сработал мой браслет, мигнув каким-то насыщенным синим цветом. И словно ему в ответ раздался рык нашего противника. Миг спустя я почувствовал кого-то у себя за спиной, а Бог ктулхутов двинулся в мою сторону.

Остров Гран-Канария, храм.

— Алинка, сделай что-нибудь, — подбежав к сестренке Раэша, выкрикнула Айвинэль. — Я чувствую, что ему понадобится помощь!

Девушка и девочка, не сговариваясь, приложили руки к камню. Алина начала что-то шептать, но разобрать слова эльварка не смогла. Минут десять они так простояли, но ничего не происходило. О предстоящем сражении знали все жители острова, как и о том, что это — финальная битва, в которой решится их судьба. Судьба всего мира. Они с самого утра просили Богинь помочь своему Владыке: люди и эльвари, мужчины и женщины, старики и дети.

— Нет, — внезапно раздался громкий голос Лийанэль. — Обращайтесь только к Каменной Леди. Искренне просите помочь, ничего не требуя себе взамен!

Каменная Леди — так начали величать госпожу молоденькой жрицы, потому как никто не знал ни имени ее, ни как к ней обращаться. И жрица первая обратилась к ней.

— Госпожа, помоги нашему молодому Владыке. Если нужна моя жизнь, возьми ее всю без остатка, — тихо прошептала она.

Но листья меллорнов своим шуршанием разнесли ее шепот по всему острову. И тут же отовсюду голосами детей, взрослых и стариков раздался такой же тихий шепот:

— Госпожа, помоги нашему молодому Владыке. Если нужна моя жизнь…

Алина чувствовала возрастающее тепло под своими руками, но продолжала просить свою госпожу помочь брату. Вдруг она почувствовала какую-то волну, которая словно прорвала некую незримую границу.

Айвинэль всей своей душой стремилась быть рядом с мужем, жаждала всеми фибрами души. Внезапно камень под руками нагрелся, а в следующий миг она очутилась в другом месте. Она видела сражение Раэша, Тир’Эша и Шшассы против монстра, который мог быть только Супайче. Вот только если первые трое были полупрозрачными, словно призраки, то враг выглядел вполне себе нормально. А еще Айвинэль видела, насколько тяжело приходится ее супругу, к которому приближался враг. Краем глаза отметила, что Ши сражается с каким-то монстром женского пола, лицо которого показалось ей знакомым, словно она видела его где-то мельком.

— Любимый, я здесь! — крикнула она ему.

Российская Империя, Омская губерния, поле битвы.

— Князь, мое решение неизменно, — с металлом в голосе произнесла Людмила. — Я буду присутствовать на поле брани.

Михаил Илларионович в ответ на это только вздохнул, но спорить не стал, узнав такие знакомые непреклонные нотки, свойственные обоим ее родителям. Покинув помещение, он направился к графу Головкину.

— Граф, ее величество решила присутствовать на поле сражения, — с порога обратился он к нему. — Ваш отряд будет заниматься ее охраной вместе со мной.

В этот раз против людей собралось намного больше войск противника. У молодой императрицы создалось впечатление, что здесь присутствуют все их враги — как свои предатели, так и представители другого мира. Люди тоже собрали всех, кто может держать оружие в руках. В Омске, Новосибирске, Красноярске на улицах можно было встретить только детей, женщин да немного стариков, занимающихся их охраной. Даже из Иркутска прибыли три больших дирижабля с воинами и простыми людьми, которые решили встать на защиту своей земли.

Рядом с ней находились княжна Суворова и князь Багратион, а также отряд графа Головкина в качестве охраны, все остальные ушли на поле брани. Перевела взгляд на укрепления, где ее взгляд сразу же наткнулся на подругу Иоэль. Она ни в какую не захотела оставлять своего Александра, и сейчас они вместе находились на переднем рубеже обороны.

— Судный день, — прошептала Людмила, и сердце ее сжалось от дурных предчувствий.

Где-то там, на далеких островах, ее Раэш сейчас начнет свой бой с Богом. Девушка совершенно не представляла, как можно противостоять высшему существу, но надеялась, что их друзья, кот и дракона, помогут ему. Сердце ее рвалось туда, чтобы быть рядом с ним. В это время враг пошел на штурм, и начался бой, но девушка видела это словно сквозь пелену, потому что взор ее был прикован к западу. Заклинания, звон оружия, взрывы, приказы князя и княгини, передаваемые с помощью магического вестника. Внезапно ее сердце сжалось еще сильней.

— Раэш, — со стоном прошептала она.

В следующее мгновение что-то произошло, и девушка осознала, что перенеслась в другое место. Своего возлюбленного она узнала сразу.

— Любимый, я здесь! — крикнула она ему.

Африка, Африэнн, территория клана Звезда Эльвари, западная граница.

Сегодня впервые за последние дни у них наметилось затишье. Софии уже сообщили, что на юге сейчас идет настоящая мясорубка, а ее разведка донесла, что количество противостоящих им врагов значительно сократилось. Замысел был понятен: оставшиеся сковывают своим присутствием их силы, в то время как на другом фронте враг решил прорваться. Связь между островом Гран-Канария, Каирвиллем и югом Тавриды существовала не только в виде магических вестников, но курсировали и воздушные суда. Огромную помощь предоставляли жители вотчины Раэша — как военную, так и медицинскую, и продовольствием. Да, у них в данный момент затишье, но на душе и нее было неспокойно. Причину она понять не могла, пока не подумала о своем знакомом.

— Что-то с ним должно произойти, — прошептала девушка.

Внезапно у нее все поплыло перед глазами, а в следующий миг она очутилась в другом месте. Оглянувшись, она увидела бой Раэша с каким-то страшным монстром, и Ши — с ктулхом женского пола. А еще узнала Айвинэль, стоящую рядом с какой-то незнакомой девушкой.

— Любимый, я здесь! — одновременно выкрикнули они.

— Я тоже здесь, — тихо добавила она.

— Мила, ты со мной к Раэшу, — приказала эльфийка. — София, — она повернулась к ней, — помогаешь Ши.

Ее словно кто-то толкнул к ханьке. Магом она была посредственным, поэтому принялась просто создавать целительские чары и лечить Ши.

Британская Империя, Пеннинские горы.

Я знал, кто появился у меня за спиной, а следующие их выкрики доказали мою правоту. Айви появилась рядом в виде полупрозрачной фигуры, Мила осталась сзади и начала активно меня лечить. Я понял, что девушки находятся в каком-то слое реальности этого мира, а я их вижу с помощью Даариана. Невероятно, но целительские заклинания Милы придали мне столько сил, что я смог легко сопротивляться ментальному давлению врага.

— Станцуем, Айви, — я улыбнулся своей супруге.

— Конечно, — она ответила улыбкой.

И мы атаковали приближающегося врага. Снова удары оружием, ментальной техникой. Эльварка присутствовала здесь со своим оружием — уж не знаю, каким образом это происходило. Я снова просчитывал варианты действий, но с Богом все было намного сложнее. Правильно просчитать удавалось далеко не всегда, поскольку он мог менять свои действия практически мгновенно. Зато был огромный плюс: Тир’Эш и Шшасса сумели освободиться от ментального давления и тоже вступили в бой.

Но даже в этой ситуации мы не могли победить. У меня заканчивалась сила Богинь, а без нее даже мое великолепное оружие не могло наносить смертельные раны. Внезапно у меня в голове раздался какой-то шепот, а пару мгновений спустя я начал его различать. Мне даже показалось, что я слышу голос мамы, который нашептывал неведомое мне заклинание, а перед глазами появлялся рисунок. И последними словами были: «Ты сможешь!»

И я начал с максимальной скоростью создавать это заклинание. Враг увидел его и, зарычав, ускорился еще. Вот Шшасса получила сильнейший удар, и ее правое крыло упало на землю, отсеченное когтями врага. Вот Тир’Эш пропускает удар и катится по земле, а попытка встать не увенчалась успехом. Но в этот момент я закончил заклинание. Влив в него максимально возможное количество магической энергии и добавив всю божественную, я активировал заклинание. Яркий салатово-голубой луч ударил во врага, который впервые за все время остановился, а в животе его появилась дыра. Вот только я откуда-то знал, что она не смертельна для него.

А в следующее мгновение он применил магию. Круг чего-то темно-серого ударил в меня, снеся остатки моей защиты. Дракону и кота унесло еще дальше. Айви и Мила находились у меня за спиной, поэтому остались живы. Что с Ши и Софией, я не знал, потому что не чувствовал их как своих жен.

— Не успели, — сказал я и решил броситься в последнюю атаку.

А мои половинки почувствовали мое намерение и оказались рядом. Айви со своей женской парой, Мила со знакомым ножом. Мы уже хотели рвануть вперед, как…

Время замерло.

Я совершенно отчетливо это не только понял, но и почувствовал. Не имею ни малейшего понятия, как, но факт остается фактом. А еще на меня это не подействовало. Точнее, подействовало, но не до конца, поскольку я начал медленно поворачивать голову, чтобы увидеть Айви.

— Опять твои проделки, — раздался голос КтулхуЙогСоатхАйче.

Передо мной и слева в каком-то метре появился мужчина в матово-черных латах, а его иссиня-белые волосы создавали отличный контраст с ними. Я не чувствовал его, не видел никакой магии или чего-то вроде портальных арок, дверей или просто проходов.

— Но я вырвался из твоей темницы, — продолжил враг, — а вот ты забыл, кто в моей власти.

— Больше не в твоей, — усмехнулся незнакомец.

Рядом с ним появилась девочка лет двенадцати. Бог ктулхутов хотел что-то сделать, но его окутало настолько ярким облаком, что у меня создалось впечатление, будто появилось маленькое солнце. Оно начало сжиматься, сжиматься, сжиматься, пока не стало размером с небольшой идеально круглый шарик. Он по-прежнему переливался солнечным светом и удивительно напоминал Капсулу Вечности. Миг — и она оказалась в руке мужчины.

Время продолжило свой бег.

У меня появились подозрения, кем может быть этот незнакомец. Мужчина с девочкой развернулись ко мне, и он ободряюще кивнул, как бы говоря, что я могу высказать свои предположения.

— Тот О Ком Не Помнят?

Я почувствовал, как вздрогнули Айви и Мила, которым было известно о нем.

— Да. Мое имя Дор, — он с любовью опустил взор вниз. — Моя дочь Кайлани.

— У богов бывают дети? — удивился я.

— Очень редко, — последовал ответ.

Я хотел задать вопрос «почему», но от моих девушек и подошедших Ши с Софией исходило настолько сильнейшее любопытство и желание узнать всю историю, что я задал этот вопрос.

— Семьсот тысяч лет назад, когда велась Война Богов, этот мир также был ввергнут в нее. Самым последним, но бои здесь проходили одни из самых жестоких. Этот мир удивителен в плане энергетики, можно даже сказать — уникален. Богиня, которая сумела превратить его в эту красоту, погибла, так и не рассказав никому свой секрет. Но в качестве своей наследницы оставила мою дочь. Кайлани воевать не умела и не могла покинуть этот мир. Ее мать пошла на огромный риск, поместив часть ее души в особый кристалл. И проделала это настолько филигранно, что пленивший ее КтулхуЙогСоатхАйче ничего не заподозрил.

— А почему он ее не убил?

— Я не имею права рассказывать все подробно — не для тебя эти знания. Но если кратко, то в последний момент, когда я уже готов был убить его, он сумел связать свою жизнь с клеткой, куда заточил Кайлани. Поэтому я заключил его в темницу, вырваться из которой он не мог. Кроме того, был заключен, если так можно сказать, договор в отношении этого мира. Вероятно, он все же понял, что его провели, поэтому готов был убить дочь, пусть это и принесло бы ему гибель. Я же все это время пытался освободить дочь, но так ничего и не смог придумать. Из темницы Богов оные могут сбежать, только если получат много силы.

— А часть ее души… — начал я, но не договорил.

— Ты прав, — улыбнулась девочка. — Часть меня находилась в том камне, на котором вы произнесли свою клятву о вхождении в род. Я тогда впервые за многие тысячелетия получила часть силы.

— Поэтому и в качестве жрицы она выбрала ребенка, поскольку сама еще им является.

— Пап, — девочка надулась.

Ну точь-в-точь, как Алинка. Мы втроем даже рассмеялись подобному сходству.

— Раэш, я хочу поблагодарить тебя за свое освобождение, — девочка подошла и приложила ручку к моей груди, но я ничего не почувствовал.

Если честно, то я не считал себя освободителем, поскольку ничего не сделал для этого. Мое неверие легко прочел отец девочки.

— Когда ты вступил в бой и особенно выдал «Иглу Флораниэнтиэль», тенета ослабли, и Кайлани удалось освободиться. Плюс энергия твоих подданных, которые в это время молились ей, наполняя светлой энергией веры.

— Без вашей помощи я бы не справился, — ответил я и посмотрел вниз, поскольку там кто-то потерся о мои ноги. Не узнать Тир’Эша я не мог. — А почему он не мог превращаться?

— Это все из-за того договора. Я не имел права приходить в этот мир и действовать здесь. Но воспользовался подвернувшимся случаем, и вместе с тобой мне удалось забросить следом и моего помощника. Но он имел в своем распоряжении только одно превращение в любую из своих ипостасей. Повторное его превращение уже являлось нарушением договора. А для Богов это куда как более тяжкий грех, чем для смертных. Раэш, — вдруг произнес он каким-то тоном, который заставил меня превратиться в слух. — Я помог тебе, ты помог мне и моей дочери. Но у меня есть к тебе еще одна просьба. На самом деле, мать Кайлани и моя жена Флораниэнтиэль не погибла. КтулхуЙогСоатхАйче заплатил жителям Хаоса, чтобы они переправили ее в другую Нить Порядка. Я хочу попросить тебя отправиться следом и освободить ее.

Я так и замер в сильнейшем изумлении. «Почему я? Не лучше ли ему самому отправиться? Возможностей-то у него намного больше!», — крутилось у меня в голове.

— Ты не прав, — он словно прочитал их. — Это смертные при попадании в другую Нить чувствуют себя там комфортно. Да, магия там, если существует, может быть совершенно другой, но умные могут приспособиться к ней. А вот Боги, особенно Истинные, испытывают там невероятные мучения, при этом оставаясь бессмертными существами. То есть от старости не умрут. Переправить тебя могут только хаоситы, и плата всегда одна и та же: одно желание — одна душа Бога. Плата на дорогу туда есть, — и он показал шарик. — А на обратную ты сам найдешь — я уверен в этом, так же как уверен в том, что ты найдешь Флору.

И он вопросительно посмотрел на меня. Это же… Это что-то невероятное. Просьба Бога — не приказ, не условия там разные, а просьба. Если получится, то даже представить не могу, какая будет плата. Да и жалко мне маму этой девчушки, которая смотрит на меня полными надежды глазами. Я посмотрел на Айви, перевел взгляд на Милу, затем на Ши с Софией. И везде я прочитал одно и то же, а у двоих увиденное подтверждали еще и эмоции. Посмотрел на Кайлани, глянул на Дора.

— Так ты согласен? — спросил Бог.

Content

Ростислав Корсуньский
Воин

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16