Колычев Владимир Григорьевич

Картина кровью

Владимир Колычев

Картина кровью

Часть первая

Глава 1

Папиллярный узор на пальцах - это творение природы. Но если есть судимость, это уже идентификационные признаки. Судимость - это и отпечатки пальцев, и автобиография в материалах уголовного дела, специальный учет и пристальное внимание со стороны определенных компетентных органов. Но сам имеющий судимость производил неплохое впечатление. Тридцать два года, на столько же и выглядит, ни больше ни меньше, и не скажешь, что человек провел в колонии долгих девять лет. Правильные, а вместе с тем и приятные черты лица, открытый взгляд, ямочка на подбородке. Атлетическое сложение, реальная сила в руках. И в глазах. Но эту силу Сукнов старался скрывать, чтобы босс не воспринял его взгляд как вызов. Все правильно, его дело шестое, охранять спа-центр в ночное время. Днем салон обслуживал женщин, а ночью - мужчин. Сауна с отличным бассейном, массажистки, девочки… И Сукнов должен за всем этим хозяйством присматривать. Пока справляется, пока без нареканий.

- Если все готово, можешь отдыхать. - Тимофей похлопал Сукнова по плечу.

- А девочки?

- Девочек можешь отпустить.

Ни один мускул не дрогнул на лице Сукнова, и взгляд не изменился, но Тимофей все же уловил вопрос и удивление. Мужчина он уже немолодой, скоро пятьдесят, может, на старости лет решил сменить ориентацию?

- Девочки будут с шеста.

И снова взгляд Сукнова ничего не выражал, но Тимофей все же почувствовал в нем некую хоть и безобидную, но насмешку. И даже уловил ход мысли мужчины.

- Курочки мои будут, - кивнул он, будто соглашаясь со своим подчиненным, и задумался. Курочки с жердочки, с насеста, но ведь и то и другое, по сути, шест. А в любом случае курочки будут. С безмозглыми головами. Хотя и с красивыми телами. От большого ума в стриптиз не нанимаются. А сегодня его с Шохратом будут обслуживать стриптизерши. Новых девочек вчера наняли, Тимофей упустил момент, но Челленджер говорит, высший сорт, и танцуют здорово, и на все согласны. Недотрог Тимофей в своем клубе не держит, а если вдруг такие появляются, он с удовольствием их ломает. Может, и сегодня придется применить силу: физическую, моральную - неважно, лишь бы в кайф.

Сукнов кивнул и удалился, а Тимофей вернулся в свой кабинет.

Он ведь тоже в свое время срок мотал, причем два раза. Первый раз - за грабеж, второй - за вымогательство.

И в одном случае влетел по глупости, и в другом. На рейдерском захвате во втором случае погорел, парикмахерскую у одного черта пытался отжать, хорошо, всего четыре года схлопотал, отсидев из них ровно половину. С тех пор ни разу не попадался, хотя за десять лет много чего успел отжать, кроме того, крупный завод обанкротил, крутые бабки поднял. Тогда и почувствовал, что пора завязывать. Счет в швейцарском банке открыл, одну часть денег туда положил, другую потратил на постройку дома в Краснохолмске, ночной клуб здесь же купил. Чуть позже приобрел два здания по соседству, в одном, побольше, организовал спа-салон, в другом, поменьше, устроил спортзал. Все здания огорожены одним забором и замкнуты на один двор, а клуб и спа-центр еще и соединены галереей. Эта же галерея удлиняла и без того немаленький кабинет Тимофея. На второй этаж спа-салона по этому коридору мог попасть только он один. И сразу в трапезную, там же и бильярдная, и спальня. Спустился вниз, а там сауна, попасть в которую мог кто угодно. И когда угодно, но только не сейчас.

Было, мотал Тимофей срок. Потому и откликнулся на просьбу уважаемого вора, который когда-то очень сильно ему помог. Нестор попросил за Сукнова, Тимофей не смог ему отказать, взял пацана на работу, оказал ему доверие. Нестор не мог просить за какое-то фуфло, это и успокаивало.

Нестор все еще на казенном пайке, зато другой вор на свободе. Он-то и ждал сейчас Тимофея в кабинете. О делах уже перетерли, пора переходить к развлекательной части, тем более что сауна готова, спа-центр освобожден от посторонних, Сукнов охраняет подступы со стороны парадного входа. Челленджер присмотрит за выходом из клуба. Это вся предосторожность. Шохрат зашел к Тимофею без охраны, и он из уважения к нему решил не окружать себя телохранителями. Ходы перекрыть, и на этом все. А чего бояться? И Тимофей на самых задворках криминального мира, и Шохрат миллионами больше не ворочает. Контрабандное бухло с Кавказа гоняет, для него это мелочовка. А ведь совсем недавно московские рынки крышевал, два покушения пережил, третьего решил не дожидаться - отошел от крутых дел. Говорили, что его воровской короны лишили, но сам он это отрицает. Происки врагов, говорит. А сам Тимофей в воровские дела особо не вникал: знал расклады, ориентировался в именах, но подробностями не интересовался. Меньше знаешь - крепче спишь. И с Шохратом он встречался как с поставщиком алкоголя, там ведь он поставлял не только коньяк и вино, но еще и виски, очень приличного, надо сказать, качества: клиент от настоящего не отличает, ну если он уже под градусом.

- Бахруз Измирович! - широко улыбнулся Тимофей.

Шохрат, может, и сошел на обочину воровской дороги, но влияние в Москве он имел, мог решать важные вопросы - еще один повод для того, чтобы водить с ним дружбу. Встречался Тимофей с ним редко, но метко. Танцпол Шохрата не вдохновлял, а сауна с девочками - милое дело. И стол в трапезной отменный: и долма будет, и люля-кебаб, и пахлаву настоящий мастер своего дела приготовил.

Шохрат мило улыбнулся, поднимаясь из-за стола. Спокойный, степенный, но вместе с тем немного простоватый. Среднего роста, худощавый, ничего устрашающего во внешности. И улыбался он добродушно. С такой улыбкой не рынки крышевать, а шаурмой торговать. Но в то же время за видимой мягкостью скрывался очень жестокий человек, оскорблений Шохрат не прощал, и Тимофей это знал. Да и не собирался он обижать уважаемого человека, тем более что у того особый перстень-печатка на пальце.

Ромб, разделенный на четыре треугольника, а поверх небольшая корона. Все - чистое золото, никаких камней. А печатка массивная, золота много. «Привет ворам» - свидетельство верховного сана в воровской иерархии.

- Бахруз Измирович, ваш коньяк выше всяких похвал! - в трапезной, у стола сказал Тимофей, не забыв приложить руку к груди. - Но давайте начнем с того, что похуже!

Он открыл створку бара, достал бутылку «Курвуазье» с цифрой «двадцать один» на этикетке. И это не возраст, с которого разрешено употреблять крепкие алкогольные напитки, а время выдержки.

- Молодой коньяк, - улыбнулся Шохрат. И тут же уточнил: - По сравнению с нами.

- Оу!

- Что такое?

- Считаю, сколько нам нужно выпить. Нам на двоих лет под сто… Пять бутылок!…

- Наливай!

Первая бутылка ушла под разговоры за дела, за жизнь, вторая заставила вспомнить о женщинах. А там и девочки подоспели.

Сначала появилась одна: кареглазая шатенка с белозубой улыбкой. Красивая, эффектная и очень аппетитная в своем коротком платье с блестками, а главное, незатасканная. Тимофей кашлянул в кулак, глядя на нее. Очень вкусная девочка, просто конфетка, он и сам пустил на нее слюнки, но хочешь - не хочешь, а все лучшее - гостю. Тем более что глазки у Шохрата вспыхнули.

- Как зовут? - спросил Тимофей, озадаченно глядя на красотку.

Может, ну его к черту, этого уважаемого гостя? Он и сам большой любитель хорошенького.

- Алиса!

- А почему такая влюбленная?

- В кого влюбленная? - натянуто улыбнулась красотка.

- А чего так грубо? - нахмурился Тимофей.

- Грубо? - задумалась девица.

- Нежно нужно, нежно. И говорить нежно, и делать… Ты знаешь что.

- Ну! - Алиса капризно надула губки и закатила глазки.

- А если не знаешь, подскажем. И даже научим, правда, Бахруз Измирович?

- Даже покажем, - кивнул Шохрат, протягивая руку навстречу добыче.

Он довольно улыбался, глазами стаскивая с Алисы платье. А поймав ее, с восторгом и жадно прижал к себе. Девушка взаимностью не отвечала, но и не брыкалась. И всего лишь снова закатила глазки, когда Шохрат просунул руку под подол платья. Тимофей даже приуныл. Девочка более чем, к тому же новинка, он и сам не прочь развернуть эту конфетку. А она досталась гостю.

Но грустил он недолго. Открылась дверь, и в трапезную из раздевалки втолкнули вторую диву. Тимофей остолбенел, глядя на нее. Сказать, что хороша девка, значило не сказать ничего. Красивая длинноногая блондинка с тонкой талией и неширокими бедрами - этими достоинствами Тимофея можно было удивить, но не поразить. Сколько таких красоток прошло через него, но ни от кого давно уже не захватывало дух. А тут изнутри тряхнуло. Черты лица у девушки правильные, но это не редкость, а вот неуловимые штрихи, делавшие лицо совершенным и одухотворенным, - настоящая находка.

Блондинка сердито глянула на Челленджера, который, оставаясь за дверью, подталкивал ее.

И даже возмущенно махнула на него рукой - длинной, изящной, тонкой. Кожа нежная, словно бархатная.

- Ты кто такая? - преодолевая себя, с нарочитой грубостью спросил Тимофей.

Блондинка реально его очаровала, но нельзя миндальничать с ней, иначе сядет на шею. Не хочет она пополнить собой список банных удовольствий, злится, нервничает, Челленджеру даже пришлось применить силу, отправляя ее в трапезную. Вроде и стриптизерша, и платье у нее даже короче, чем у Алисы, но, гляди ж ты, артачится. Или цену себе набивает, или совсем ничего не хочет. А ему она нужна. Он перестанет себя уважать, если не объездит эту кобылицу. Он умеет ломать телок, опыт у него большой. И аппетит на это дело имеется.

- Варвара я. - Блондинка глянула на него недовольно, но без вызова.

- Варвара-краса! - поднимаясь со своего места, широко улыбнулся Шохрат.

Он, казалось, забыл об Алисе, все его внимание поглотила Варвара. Он водил рукой по своему плечу, как будто искал узел, удерживающий простыню на теле. Как будто хотел поскорее избавиться от банной туники, чтобы покорить Варвару мужской своей красотой.

- Шохрат, ты чего? - нахмурился Тимофей.

И выразительно глянул на ставшую вдруг никому не нужной Алису. И Шохрат посмотрел на нее - оценивающе и на хозяина дома с осуждением. Как же так, залежалый товар гостю сбагрил, а себе, значит, хит продаж! Нехорошо!…

- Я не знал, - замялся Тимофей.

Действительно, неудобно вышло. И неумно. Мог бы и поинтересоваться, кого сосватал им Челленджер, тогда бы и не возникло курьеза.

- Что ты не знал? - Шохрат вперил в него взгляд.

- Эй! - предостерегающе сощурился Тимофей.

Он, конечно, ценил и даже уважал гостя, но всему есть предел. Если Шохрат не видит берегов, он подкрутит ему зрение - через мозги.

Шохрат все понял, осадил себя, промолчал, но его взгляд смягчился не сразу, какое-то время он смотрел на Тимофея так, словно пытался прожечь в нем дырку. И Тимофей отвечал ему таким же взглядом. Наконец накал спал. Конфликт не разгорелся, но угли тлели.

- А ты чем-то недовольна, Варвара? - недобро спросил Тимофей.

- Почему недовольна? - Девушка поняла, что может оказаться в положении громоотвода.

И Тимофей завелся, и Шохрат не в себе, а напряжение нужно как-то снимать. Как бы в переплет не попасть. Один претендент сзади, другой - спереди. А в саунах и не такое случается.

- Не знаю, кислая ты какая-то. Жизни радоваться не хочешь.

- Так не предупредили нас, - подала голос Алиса.

Она стояла, в раздумье приложив палец к щеке. С одной стороны, она тоже не очень-то и хотела в сауне обслуживать, но, с другой стороны, все внимание переключилось на подружку, до нее никому нет дела. Зачем ей такая свобода, когда зависть гложет и обида душит?

- Ага, с корабля на бал, - кивнула Варвара, сжимая пальцами воображаемый пилон.

- И как на корабле?

- Ну можем исполнить. «Яблочко» - глянув на подружку, сказала Варвара.

- На тарелочке, - не растерялась та.

Тимофей в долгу не остался:

- С голубой каемочкой.

- Сначала яблочко, - мотнула головой Варвара. - Потом тарелочка.

- И бутылочка, - выразительно глянув на Тимофея, сказал Шохрат.

- Можно и бутылочку.

Тимофей поднял бутылку, глянул на свет. Коньяка совсем мало осталось, а еще девчонкам налить, чтобы им танцевалось веселей. «Курвуазье» в баре больше нет, а мешать сорта - плохая примета. Надо будет отправить гонца - в бар ночного клуба, там все есть. А на пустой бутылочке можно будет разыграть Варвару: кому она достанется, тому с ней и дальше крутить. А если Тимофею не повезет, он переспит с Алисой. А Варварой займется позже.

* * *

Тридцать семь лет еще не возраст, но уже многое в этой жизни позади. И уже не вернешь ту золотую пору, когда душа не знает покоя, а тело - усталости. Макар хорошо знал, что такое пьяные скачки: это когда после домашнего застолья на ночь глядя отправляешься куда-нибудь в бар, а оттуда в ночной клуб - в поисках более острых ощущений. Бывало, все клубы за ночь объездишь, а все мало. И сегодня такая же ситуация: старый друг пригласил на свадьбу своей дочери, гуляли в ресторане - застолье, веселье, девушки. Макар познакомился с одной, а ее с компанией в ночной клуб потянуло. Он тоже поехал вместе со всеми. Хотя был четвертый час ночи, Инга все угомониться не могла - ей в самый крутой клуб захотелось. А ведь Макар собирался ее к себе домой везти. Имел полное право. Он мужчина холостой, его любимая женщина вернулась к мужу.

- Вы откуда такие тепленькие? - с насмешкой глядя на Ингу, спросил мордастый охранник, когда они подошли к двери клуба.

На ногах стоит - пошатывается, улыбается как дурочка, еще и свадебная прическа растрепана после бурного танца. И подружка ее выглядела так же нелепо. Сергей даже сделал вид, что сам по себе, и отошел в сторонку. Макар помалкивал и близко к охраннику не подходил. И на Ингу смотрел с мягкой иронией. Время позднее, очереди в клуб давно уже нет, но фейсконтроль никто не отменял. Не пустят их в клуб. Глядя на Ингу, он в том почти не сомневался.

- Где у вас тут паук? - спросила Инга.

Симпатичная девушка, но далеко не юная. Двадцать четыре года, одно неудачное замужество, масса случайных связей. И Макар хотел стать для нее таким же мимолетным увлечением. Прямо сейчас. А если она и дальше будет крутить динамо, махнет на нее рукой и отправится домой. Завтра воскресенье, если ничего не случится, можно спать весь день. А он так за неделю вымотался, что с удовольствием в постели поваляется.

- У нас «Паутина». - Детина явно не понял юмора.

- Какая паутина без паука?

- Паук отдыхает.

- Паук ваш кровь из мух высасывает! - мотнула головой худенькая рыжеволосенькая Рита.

- А может, наоборот? - осклабился охранник. - И не кровь!

Макар кашлянул в кулак. Рита, конечно, ляпнула, не подумав. Но, если охранник будет продолжать в том же духе, он заткнет ему рот.

- Мы зайдем? - спросила Инга.

- Не-а! - мотнул головой детина.

И подошел к ней близко-близко, стеной встал. Проход закрыт, но, если она хорошо его попросит, он, может, и передумает.

Макар приблизился к нему с правого бока, парень почувствовал его присутствие, повернул к нему голову и удивленно, с угрозой повел бровью. Но в это время из клуба вышел еще один здоровячок в темном костюме.

- Паша! - окликнул он.

Охранник хмыкнул Макару в лицо и нехотя повернулся к нему спиной, лицом к здоровячку. Плоская голова у парня, мощный лоб, нос широкий, приплюснутый.

- Чего?

- Если вдруг «скорая» подъедет, к салону ее давай и мне позвони, я встречу.

- А что такое, Мельник?

- Да там, в сауне!… - разворачиваясь, махнул рукой здоровячок.

- Что в сауне?

- Потом!

- Ну хорошо! - Мордастый с обидой глянул на своего коллегу. Мог бы и сказать, что там стряслось, он же не какой-то посторонний с улицы.

- А почему мы не зайдем? - спросила Инга.

Но охранник повернулся к Макару, резко глянул на него:

- Вы еще здесь?

- Что там у вас в сауне стряслось? - спросил Макар.

Он выпил не меньше, чем Инга, но на ногах стоял твердо. И мыслил трезво.

- Не понял! - напыжился охранник.

- Майор Капитонов, начальник убойного отдела! - Макар ткнул ему под нос удостоверение.

- Убойный отдел? - задумался парень.

- Фамилия? - Макар спросил негромко, без особой агрессии, но при этом смотрел ему прямо в глаза, с усмешкой уверенного в себе человека. Он ничуть не сомневался в том, что с легкостью сметет препятствия на своем пути, причем без всяких «корочек».

- Ну Веретенцев… А что?

- В сауну веди, Веретенцев!

- Не могу я!

- Понятно.

Макар позвонил в управление, узнал, что никаких сообщений из «Паутины» не поступало. И велел отправить к месту наряд. Он знал, что это за клуб и кто им владеет, поэтому решил подстраховаться.

А Веретенцев позвонил своему начальнику, ответ пришел не сразу. Братва какое-то время размышляла, допускать ментов в сауну или нет. Наконец-то созрели. Появился тот самый широконосый парень, который ждал скорую помощь. Вышел он из клуба, но повел Макара по улице к перекрестку, с Парижской Коммуны свернул на Снегирева. А там трехэтажный спа-центр, соединенный с ночным клубом забором и галереей.

- Я так и не услышал, что случилось, - сказал Макар.

Своих спутников он отправил в клуб, пообещав к ним присоединиться.

- Да отравление… По ходу, клофелин, - скривился Мельников.

- Живые?

- Да вроде да.

- Что значит «вроде»?

- Ну дышат… - как-то не очень уверенно сказал парень.

У входа в салон у открытой двери стоял и курил высокий, плотного телосложения парень с мрачной, но не отталкивающей внешностью. Спокойный взгляд, безмятежное выражение лица, но волнение чувствовалось. Рука, в которой дымилась сигарета, вот-вот, казалось, могла дернуться. Он и хотел спросить насчет Макара, но широконосый глянул на него как на пустое место, и тот отвел в сторону взгляд, хотя где-то глубоко в душе и возмутился столь небрежным к себе отношением.

Из холла с ресепшеном Мельников провел Макара в зал с бассейном с голубой водой. Дальше моечная с выходом в сауну, за ней лестница, которая вела на второй этаж. А там, в трапезной, два мужских тела в туниках из банных простыней. И мужчина средних лет с жестким волевым лицом и атлетического сложения. Макар узнал его. Телегин, или просто Челленджер, начальник охраны Тимофея Мизгирева по кличке Мизгирь. Пару лет назад Макару пришлось иметь дело и с одним и с другим. Проходили они, правда, как свидетели, но информацию по этим деятелям пробили.

Мизгирев лежал на одном диване, второй, неизвестный, полусидел, раскинув руки, на другом. На столе закуска, бутылка коньяка, два телефона и четыре хрустальных бокала. Челленджер стоял возле Мизгирева, держал его за руку, пытаясь нащупать пульс.

- Живой? - спросил Макар.

- Живой, - сказал Челленджер, уныло глянув на Капитонова.

Макар кивком указал на второе тело:

- А этот?

Он не стал дожидаться ответа, подошел к мужчине явно выраженной кавказской внешности, приложил палец к шее. Пульс отсутствовал. Да и тело выглядело очень уж безжизненным и бледным, несмотря на природную смуглость. Даже воровские звезды, выколотые на ключицах, поблекли. Может, потому, что больше не освещали воровской ход их обладателя.

Обратил внимание Макар и на воровской перстень, выколотый на пальце правой руки. Плохого качества татуировка, тюремный партак, зато значила она очень многое. Символ высшей власти в тюремных кругах.

- А почему в полицию не позвонили? - спросил Макар, осматривая бокал, не прикасаясь к нему рукой.

Даже издалека угадывались следы губной помады. Вернее, жировые пятна от нее. Видно, помада крепкая, в цвете не отпечатывается.

Тот кивком указал на покойника.

- Так это, думали, он живой.

На другом бокале угадывался розовый цвет. Видно, у второй девочки помада была попроще.

- Кто он?

- Шохрат.

- В законе?

- Да мы бы по-любому позвонили, - покривился Челленджер.

- Так, может, вы его и завалили.

- Эй, начальник!

- И в землю по-тихому.

- Да мы «скорую» вызвали… Кстати, где она?

Телегин кивнул, пулей выскочил из трапезной, но тут же вернулся под натиском врачебной бригады. К спа-центру ее мог направить Веретенцев, а на второй этаж сауны - парень, на которого Телегин глянул как на пустое место.

Макар предъявил удостоверение, попросил не следить на месте преступления, руками ничего не трогать. Врач констатировал смерть Шохратова, Мизгиреву сделали укол и унесли к машине. Челленджер хотел отправиться с ним, но Макар его не отпустил. Сопровождать босса отправился Телегин.

Глава 2

Пепельница полная, но ни одной дамской сигареты в ней: видимо, девочки не курили. Зато мужчины дымили нещадно, один курил «Мальборо», другой - «Парламент».

- Значит, клофелинщицы? - спросил Макар, глядя на телефоны, лежащие на столе.

Дорогой айфон и дешевый кнопочник. Судя по расположению телефонов, дешевым пользовался Шохрат.

- А я говорил, что клофелинщицы? - косо глянул на майора Челленджер.

- Не говорил?

- Ну, думал.

- Может, ты уже людей за ними отправил?

- Куда? - Челленджер мельком глянул на телефон, который держал в руке.

- Не знаю.

- Не отправлял я никого.

- А чего так неуверенно?

- Почему неуверенно?

- Может, потому, что правильно соображаешь?

- Я всегда правильно соображаю.

- Тогда ты должен испугаться.

- Чего?

- Правильно, чего, - кивнул Макар. - Несправедливости… Ты вот сейчас девочек накажешь, они исчезнут. А если они исчезнут, значит, их и не было. А если их не было, то Шохрата убил ты.

- Я?!

- Ну, может, на пару с Мизгиревым.

- Как это на пару?

- Откуда же я знаю, насколько сильно он отравился. Может, совсем чуть-чуть. Чтобы не зажмуриться. А Шохрату лошадиную дозу отсыпали, вот он и загнулся…

- Зачем нам его убивать? - нервно спросил Челленджер.

- Не знаю, может, у Мизгиря зуб на Шохрата. Какие дела их связывают?

- Да нет никаких дел, чисто дружба.

- Я узнаю, Челленджер, я узнаю… Может, и не было никаких клофелинщиц? - резко спросил Макар.

- Да нет, были! - так же резко отозвался Телегин.

- Кто такие?

- Да у нас работали. - Челленджер кивком указал в сторону клуба. - Вчера наняли стриптиз танцевать… Кто ж знал, что они такие?

- И где они сейчас?

- Я отправил за ними ребят…

- Позвони, скажи, чтобы аккуратнее с ними. А то вдруг найдут их, обидят. Зачем тебе неприятности?

- Ну да.

Челленджер позвонил, ему ответили.

- Кузя, ты где?… Подъезжаешь?… Давай там спокойно с девочками, без рук. Аккуратно возьмешь, аккуратно привезешь… Менты здесь… В смысле полиция интересуется…

Челленджер сбросил вызов и озадаченно глянул на Макара.

- Я правильно понял?

- Что я мент?

- Э-э… Что девчонок сюда доставить нужно.

- Если аккуратно.

- Нежно и бережно… Мы же не какие-то там…

- Бандиты вы! - отрезал Макар.

- Когда это было…

- А я как был ментом, так ментом и остался… В хорошем, разумеется, смысле.

- Так и мы в хорошем смысле. Никого не трогаем… Нас вот трогают. - Челленджер кивком указал на покойника. - Шохрата завалили.

Макар нашел в своем мобильнике номер телефона Ворошилова, но набирать пока не спешил.

- Фамилии, имена девчонок, которых вчера наняли, - потребовал он.

- Одна - Варвара, другая - Алиса. Фамилии… Фамилии не помню… Адреса помню, а фамилии нет.

- Адреса помнишь?

- Да!… - кивнул Челленджер, торопливо вынимая из пиджака записную книжку. - Вот, у меня тут… Так, Иршова - улица Красная, дом девятнадцать, квартира сорок два. Калинина - поселок Заводской, улица Можайская… Говорю же, запомнил!

- А фамилии почему не запомнил? - усмехнулся Макар.

- Я сказал, что не запомнил? - переспросил Челленджер.

- Сказал.

- Иршова, Калинина… Ну так я же не знал, кто из них Иршова, а кто - Калинина.

- Значит, не запомнил.

- Значит, не запомнил! - тыкнул детина.

Макар позвонил Ворошилову, извинился за вторжение в сон и велел отправляться на улицу Красную. Не собирался он отдавать стриптизерш на откуп бандитам, а то вдруг перемкнет Кузю, возьмет и убьет девчонок.

Ворошилов - парень женатый, но его супруга точно не проклянет службу, которая не дает покоя ни ночью, ни днем. Более того, она сама отправится в путь. Так уж вышло, что Ворошилов женат на своей напарнице. Они и днем вместе, и ночью. И вроде не устают друг от друга. И от службы тоже.

- Значит, завалили, говоришь, Шохрата? - возвращая телефон на место, спросил Макар.

- Ну а что? - кивнул Челленджер.

- Клофелин?

- Да похоже на то.

- Если клофелин, значит, кража. Что пропало?

- А что пропало? - замер в раздумье Челленджер. - Я даже как-то не подумал.

- Телефоны на месте, - подсказал Макар.

- Ну да… А деньги, документы в кабинете у Тимофея Анатольевича. Они там пиджаки оставили, в раздевалку без пиджаков заходили.

- Глянуть можно?

Спа-салон с ночным клубом соединяла галерея, но напрямую перейти из одного здания в другое позволял только переход на первом этаже. На втором этаже галерея перетекала в кабинет босса.

В кабинет Макар заходить не торопился.

- Значит, сразу из кабинета Мизгирев и Шохрат попали в сауну?

- Очень удобно, - кивнул Челленджер.

- А как прошли в сауну девочки?

- Через первый этаж.

- Сами прошли?

- Как они могли? Там дверь закрыта, я провел.

- Они подошли к тебе и ты их провел?

- В общем да.

- А почему в общем? - Капитонов внимательно смотрел на Челленджера.

- Ну, пришлось идти за ними.

- Куда?

- Ну так… - неопределенно пожал плечами мужчина.

- Так? Или что-то не так?

- Они задерживались, пришлось их поторопить…

- А если начистоту? Дело серьезное, погиб вор в законе, будешь темнить - и себя запутаешь, и следствие. Но мне-то что, а с тебя и спросить могут. За Шохрата.

- Так я ж ничего… Просто девчонки идти не хотели.

- В сауну?

- Да… Типа они так не договаривались. В приват договаривались, а в сауну - нет.

- А в приват договаривались?

- Так приват - это почти то же самое, что сауна!

- Значит, не хотели в сауну идти?

- Ну, я их уговорил… Нормально поговорили, без рук, - спохватился Челленджер.

- Ты привел девчонок, дальше что?

- А что дальше? Ну часа два они там гуляли… Я не заходил, не смотрел.

- Почему не заходил?

- Так Тимофей Анатольевич сказал не ходить, не отсвечивать.

- А как же охрана?

- Дело в том, что у Шохрата охраны не было, он один пришел. И Тимофей Анатольевич не хотел охраной светить.

- Где вы находились?

- Я-то в клубе, а Кузя здесь вот сидел. - Челленджер обвел рукой помещение перед кабинетом.

И слева здесь окно, и справа, а впереди массивная дверь, возможно бронированная, с накладкой из красного дерева.

Открыв эту дверь, Макар сразу попал в зону рабочего пространства. В этой части кабинета Мизгирев заседал за массивным столом из натурального дерева в массажном кресле. Стояли шкафы, стулья. Макар вышел к высокому окну чуть ли не во всю стену, отсюда открывался вид на танцпол. У окна размещалась лаундж-зона: мягкая мебель, столик, светильники, чуть в стороне бар со стойкой.

На столике два стакана, пепельница с окурками.

- Я так понимаю, Мизгирев с Шохратом начали отдыхать здесь, - сказал Макар.

- Да, здесь. Посидели немного, выпили.

- А потом, сняв пиджаки, отправились в сауну. - Макар кивком указал на рабочий стол, за которым находился выход в галерею.

- Да.

- Где пиджаки?

Пиджаки находились в платяном шкафу, на вешалках, все как положено. И в одном портмоне, и в другом. Макар осторожно в присутствии Челленджера достал один, заглянул внутрь. Деньги, банковские карточки, документы на месте. Водительские права находились в прозрачном кармашке, их даже не пришлось вынимать, чтобы прочесть фамилию Шохратова. И Мизгирева никто не грабил: деньги, документы в наличии.

- Пиджаки сами повесили? - спросил Макар, закрывая створки шкафа.

- Ну да, в кабинет никто не заходил. Тимофей Анатольевич этого не любил.

- А обслуживал их кто? - Макар указал рукой на столик в лаундж-зоне.

- Сами.

- Значит, отсюда они отправились в сауну. Через второй этаж. А девочек подали через первый.

- Все верно.

- И никто за ними не смотрел. - Макар повернул назад.

- Были Кузя и Сук.

- Кто?

- Ну он спа-салон охраняет. - Челленджер пренебрежительно скривил губы. - Типа сторож.

- Сук?

- Если честно, то ему не нравится, когда его так называют. Так-то он Сукнов, просит, чтобы его Сукном называли.

- Но тебе все равно?

- Да мне поровну!

- Чего так?… Не из ваших пацан?

- Типа того… Попросили за него, Тимофей Анатольевич взял по доброте душевной.

- Кто попросил? - спускаясь по лестнице, спросил Макар.

- Один очень авторитетный человек.

- Кто?

- Не скажу… Может, Тимофей Анатольевич скажет, а я пас.

- И чем тебе Сук не нравится?

- Да вроде нормальный пацан, - выпятив нижнюю губу, пожал плечами Челленджер, - но озабоченный какой-то. На баб слюнки пускает…

- Это плохо?

- Нет, конечно… Я понимаю: девять лет баб не видал.

- Где не видал?

- В зоне… Ну вот, снова кого-то клеит!…

Они вышли в приемную зону спа-центра, а там парень, о котором говорил Челленджер, а с ним Инга. Он ей что-то тихо говорил, улыбаясь одними глазами, а она завороженно слушала.

И тянулась к нему - ухом и душой.

Услышав шум, Сук повернул голову и едва заметно кивнул, выражая свое почтение начальнику и его спутнику. Но при этом даже не изменился в лице. Разве что глаза улыбаться перестали.

- Это кто? - грозно спросил Челленджер.

В своем платье с отрытой спиной, на шпильках, пьяная и растрепанная, Инга могла сойти за проститутку. За очень аппетитную, надо сказать, проститутку.

- Она со мной, - сказал Макар.

- А-а, ну тогда не вопрос! - сдался Челленджер.

- А мне скучно стало, - натянуто улыбнулась Инга.

Она посмотрела на Макара, перевела взгляд на Сукнова, как будто сравнивала и выбирала. А парень, надо сказать, смотрелся очень даже: приятной, располагающей внешности, харизма крутого мужика, спортивная фигура, и костюмчик, что называется, сидел.

- Убийство здесь, - сказал Макар.

- Да Миша мне сказал, - кивнула Инга.

Подошла к Макару, осторожно взяла его под руку. Похоже, она сделала свой выбор.

- А Миша все знает? - скривился Челленджер.

- А Миша не должен знать? - Макар посмотрел на одного, на другого.

Сукнов явно пришелся не ко двору, не жаловала его братва, закаленная в схватках за чужую недвижимость. Это сейчас Мизгирь занимался вроде как легальным бизнесом, а раньше бандитствовал, отжимал у людей горбом нажитое добро. На грязные деньги обзавелся ночным клубом в родном Краснохолмске, бросил якорь в тихой гавани, но своих бойцов не распустил. Как ни крути, а ночной клуб охраняют самые настоящие бандиты - матерые, сплоченные, тренированные.

- Дело Миши маленькое, - ухмыльнулся Челленджер.

- Салон охранять. И коньяк боссам подавать. Да, Миша? - Макар вперил в Сукнова взгляд.

Тот внутренне напрягся, но невозмутимость сохранил, во всяком случае внешне.

- Сказали - принес, - кивнул Сукнов.

- И девочек выпустил… Дамский угодник! - фыркнул Челленджер.

Взгляд у Сукнова потух. Макару показалось, что сейчас он опустит голову. Но не опустил. И даже посмотрел Челленджеру в глаза.

- Я же не знал.

- Что ты не знал? - спросил Макар.

- Что они людей клофелином зарядили.

- Людей?

- Уважаемых, - совершенно серьезно уточнил Сукнов.

- Но девушек ты выпустил?

- Да. Они сказали, что их изнасилуют и убьют.

- Уважаемые люди?

Макар задавал вопросы жестко, напористо, но Сукнов держался под его натиском, голос у него не изменился, и взгляд не метался. Они создавали разность потенциалов, Инга чувствовала перепад напряжения и дрожала, как воздух, через который проскакивали электрические искры. И не столько от страха дрожала, сколько от тайного восторга.

Ей нравилось чувствовать себя в центре настолько же интересных, насколько и страшных событий. А еще больше нравилось жаться к сильной руке - в поисках защиты и опоры.

- Даже уважаемые люди могут напиться, - спокойно парировал Сукнов. - И слететь с катушек.

- Напились. Уважаемые люди так напились… Один в морг, другой в больнице, - зло скривил губы Челленджер.

- Я же не знал… Думал, просто напились. - Сукнов невесело смотрел на него. Понимал, что ему здесь больше не работать.

Мизгиревская братва его и без того не больно-то жаловала, а сейчас еще и презирать стала за то, что клофелинщицам помог сбежать. Но разве мог Макар его осуждать? Девчонки числились в штате клуба, их не откуда-то с улицы в сауну завезли. И у Мизгирева с его гостем по пьяному делу запросто могло снести крышу. Девчонки могли применить клофелин как средство самозащиты. Если так, то Сукнов поступил правильно. А почему нет, если ничто ценного из вещей не пропало? Даже айфон на месте.

- Думал, что напились? - спросил Макар, внимательно глядя на Сукнова.

- Ну да.

- Напились и заснули?

- И заснули.

- Ты видел, как они спали?

- Видел. Но уже потом, когда девчонки ушли.

- А как же ты их отпустил, если думал, что Мизгирев и Шохрат спят? Не видел, но думал.

- Девчонки сказали, что засыпают. Я им говорю, ну и пусть спят. А если проснутся, спрашивают? Снова насиловать будут?

- Снова? - Макар повернул голову, собираясь глянуть на Ингу.

Он-то ее насиловать не собирался, просто она здесь лишняя. И есть вещи, которые ей слышать необязательно. Но ведь не поймет, не уйдет. А если уйдет, то вскоре вернется. Скажет, что скучно, и вернется. А он как бы за нее в ответе. Хотя еще и не приручил. Да и не очень-то хотел, если честно.

- Сам-то я не слышал, чтобы их насиловали, - пожал плечами Сукнов. - Но девчонки сказали… Один раз, сказали, было. Изнасиловали, заснули, а как проснутся, снова насиловать начнут.

- Гнали! - скривился Челленджер.

- Может, и гнали, - не стал спорить Сукнов. - За что купил, за то и продаю.

- Как лоха тебя развели!

- Не знаю… Там одна такая красивая!…

- Одна такая? А чего ж не познакомился? - ехидно спросил Челленджер.

- Потерялся… Она такая красивая. - Сукнов лишился спокойствия, разволновался.

- Я же говорю, озабоченный он, - фыркнул Челленджер.

- Кто у вас там такая красивая? - спросил Макар.

Ему и самому вдруг стало интересно. Но Инге это явно не понравилось. Она и на Сукнова глянула возмущенно, и на него.

- Да у нас все девочки супер… Ну, может, Варвара… По мне, так ничего особенного, - немного подумав, заявил Челленджер.

- А Миша купился? - Макар смотрел на Сукнова иронично.

Ему и самому интересно стало, чего это он не познакомился с Варварой. Или с Алисой. Ингу, например, в два счета охмурил. А перед Варварой спасовал? Или ее красота лишала дара речи, или парень банально врал.

- Ну я бы и так их выпустил.

- И я тебя выпущу, - кивнул Челленджер. И взглядом указал на дверь. - Ты свободен.

Сукнов понял, что его увольняют, но воспринял это как должное. Хотя и с горечью.

- Ты давай не горячись, - качнул головой Макар. - Пусть пока работает.

Он тоже понимал, что по большому счету Сукнов пошел против своего босса. И на кадровую политику ночного клуба «Паутина» он не имел никакого влияния. Но дело еще не раскрыто, и Сукнов должен быть на виду. И Макару он еще не все сказал, и следователь должен его допросить.

- А это мне решать! - отрезал Челленджер.

- Я же сказал, не будем гнать коней. - Капитонов посмотрел на него спокойно, но в свой взгляд он вложил всю внутреннюю силу, которой располагал.

Челленджер не выдержал, сдал назад:

- Ну хорошо, подождем. Что скажет Тимофей Анатольевич.

- Подождем, - не сводя с него глаз, кивнул Макар.

Инга как будто почувствовала его силу, еще крепче прижалась грудью к его руке.

А в спа-салон входил следователь Ситников, обладатель самой лучшей мушкетерской бородки, во всяком случае в системе МВД точно. За ним следовал дежурный оперативник, криминалист со своим чемоданчиком.

- Поверить не могу! Убойный отдел уже здесь! - с интересом глянув на Ингу, широко улыбнулся Ситников и на всякий случай подкрутил кончик своих усиков.

- Сам себе не верю.

- Что там у нас?

- Возможно, клофелин.

- Это я уже слышал.

- Отравительницы сбежали, я уже отправил за ними Ворошилова. Да и сам, наверное, поеду. Не буду тебе мешать.

- А это кто? - Ситников посмотрел на Челленджера, скользнул взглядом по Сукнову, но внимание заострил на Инге.

- Она со мной! - Макар на всякий случай обнял девушку за талию.

Может, Инга и не особо ему нужна, но делиться он ею ни с кем не намерен. И пусть Сукнов не раскатывает губы. Впрочем, уголовнику сейчас точно не до нее.

- Не клофелинщица?

- Еще чего! - фыркнула Инга.

- Начальник охраны, охранник. Один груши околачивал, другой в благородство играл. Упустили девочек.

- Разберемся! - доставая из кармана блокнот, резко сказал Ситников.

Следователь он опытный, не всегда, правда, безупречный, но дело свое знает. И труп он осмотрит, и свидетелей опросит, и общую картину преступления составит. А Макар должен заниматься розыском, в данном случае подозреваемых.

Автомобиль находился возле дома, а это минут десять на такси. Он уже достаточно трезв, чтобы садиться за руль. Отвезет Ингу домой и в путь. Ворошилов отработает улицу Красную, а он отправится на Можайскую - за Калининой…

Или лучше наряд туда отправить? А самому с Ингой, к себе домой. Вряд ли она откажется поехать.

Макар заказал такси, вместе с Ингой вышел на улицу. Небо уже розовое, редкие облачка освещены солнцем. Лето хоть и на исходе, светает рано. Но вместе с солнцем приходит и утренняя свежесть. А Инга в одном платье. Макар снял пиджак, накинул ей на плечи. В этот момент около здания припарковался знакомый автомобиль.

Макар не удивился, увидев подполковника Славину. Красивая женщина, роскошная и, как по-начальнически, неприступная. Для своих лет она выглядела идеально. Даже сейчас, ранним утром, она была в полном порядке: и накрашена, и причесана, и форма наглажена. Только вот глаза почему-то грустные. Даже трагические. И непонятно, какого черта она здесь делает. Вряд ли ее сюда кто-то тянул за уши.

И Марина не удивилась, увидев Макара. Как будто знала, что он здесь. Но нахмурилась, разглядывая Ингу.

- Здравия желаю, товарищ подполковник! - Макар поприветствовал начальника слегка развязно, но в общем-то без сарказма.

- Что там случилось? - Славина продолжала смотреть на Ингу, оценивая длину ее платья.

- Клофелин с летальным исходом. Мизгирь в больнице, Шохрат готов.

- Шохрат?

- Законник. Но я о нем ничего не знаю. В наших краях такой не водится.

- Надо пробить.

- Некогда. Я сейчас по девочкам.

- Да я это уже поняла! - Славина еще раз смерила Ингу взглядом.

Макар учился с Мариной в одной академии, вместе выпускались, через годы судьба свела их вместе. Он мог влюбиться в нее в юности, но увлекся в пору физической, но не моральной зрелости. Гулял, пил, менял женщин как перчатки. А Марину не трогал, просто тихо любил. И ждал своего часа. Ждал и дождался. Весной этого года от нее ушел муж, и яблочко само упало к нему в руки. Но счастье, как говорится, длилось недолго. Муж вернулся, Марина не смогла устоять перед соблазном восстановить семью. Но Макар ей этого не простил. Тем не менее, она сама хотела поставить точку в их отношениях.

- Клофелинщицы сбежали, ищет полиция, ищут бандиты.

- А это кто? - Славина кивком указала на Ингу.

- Моя личная жизнь. С корабля.

- С какого еще корабля? - Марина глянула на Ингу как на портовую шлюху.

- А с которого на бал. Я случайно в клуб заглянул.

- Гуляешь?

- Свадьба у меня.

- У тебя?

- У друга… Я поеду, время. - Макар постучал пальцем по стеклу на часах.

- Ну хорошо. - Марина отпускала его, но с явной неохотой.

И недобро усмехнулась, глянув Инге вслед. Макар это заметил.

- Это кто был? - в такси спросила Инга.

- Мое личное дело. Благодарности, взыскания. Обвинения, оправдания, приговоры.

- Она влюблена в тебя как кошка. - Инга шумно зашевелилась, поворачиваясь к Капитонову.

- Тебе показалось.

- Ты такой крутой, когда мент.

- Я всегда мент.

- Только я замуж за тебя не пойду.

- А если позову? - пытаясь скрыть улыбку, спросил он.

Все хорошо в свободных отношениях с женщиной. Плохо, когда она начинает напирать в своем намерении сковать свободу брачными узами.

- Все равно не пойду, - мотнула головой Инга.

Она смотрела Макару в глаза. А ее пальцы расстегивали молнию на его джинсах.

- Ты хорошо подумала? - спросил он.

- Мне на Карла Маркса! - обращаясь к водителю, сказала она. - Дом сорок пять, квартира тоже сорок…

- Квартиру не нужно! - засмеялся таксист.

- Тогда трогай!

Машина тронулась с места, Инга забралась на Макара, обняв его за шею, и заерзала на нем.

- Ты тоже можешь трогать, - шепнула она.

И нащупав точку слияния Марса с Венерой, замерла. Трусиков на ней уже не было. Под платьем - открытый космос. Хоть скафандр надевай.

- А звонить мне не надо, - едва слышно хихикнула она, принимая в себя Макара и активно двигаясь вверх-вниз.

Оба испытывали желание, которое вскоре переросло в восторг и закончилось фонтаном безумных чувств. В этот момент машина и остановилась. Приехали.

- Но, если позвонишь, буду рада, - закрывая за собой дверь, с затуманенной улыбкой сказала Инга.

Макар кивнул ей на прощание. А может, и позвонит. Марина уже вычеркнута из жизни, в душе переполох и маята, а годы идут. Может, пора взрослеть?

Глава 3

От женщины явно пахло корвалолом. В глазах тревога, в душе страх.

- Точно из полиции? - спросила она, глядя на Оксану.

- Лейтенант Ворошилова! Уголовный розыск!

- И ты Ворошилова?

- Братья мы! - кивнул Ворошилов.

- Братья?!

- Вы же тоже Ершова? - спросила Оксана, раскрывая удостоверение.

- Иршова, - поправилась женщина.

- Варвара вам сестра?

Вадим знал, кого искал. Варвару и Алису, Иршову и Калинину, но эти кубики в голове разбросаны в полном беспорядке.

- Алиса.

- Сестра?

- Брат… То есть дочь!

- Хорошо выглядите для матери.

Женщина действительно еще в самом соку. Под сорок ей, вряд ли за, но кожа гладкая, нежная. Веки чуть припухшие, круги под глазами, но видно же, что женщина испытывает тревогу, да и утро совсем еще раннее, нормальные люди в это время седьмые сны досматривают. Накрасится, прихорошится - и снова ягодка.

- Они тоже так сказали, - как-то не очень весело улыбнулась Иршова.

- Кто они?

- Да приезжали только что, спрашивали.

- Что спрашивали?

- Сказали, что из полиции.

- Фамилии, звания.

- Да какой-то капитан Семин… Или Смирнов… Если не врет!

- А мог соврать?

- Да и не похожи они на полицейских. Сейчас столько мошенников… Не может Алиса работать в стриптизе!

- А где она работает?

- В больнице. Медсестра она.

- В офтальмологии? - скрывая насмешку, спросила Оксана.

- Почему в офтальмологии?

- Потому что глазные капли… Где сейчас Алиса?

- Так на смене она, в больнице.

- В какой больнице?

- В городской.

- А позвонить ей можно?

- У нее телефон отключен… Им заведующий приказал, - последняя фраза прозвучала особенно неуверенно.

- Чтобы больных не будить?

- Вот и я думаю, что глупость какая-то, - в раздумье кивнула Иршова.

- Да уж… Ваша дочь глазные капли неправильно закапала, человек умер.

- Да что вы такое говорите! - ахнула женщина.

- И сбежала из больницы!… Я могу осмотреть квартиру? - резко спросила Оксана.

- Ну да… Наверное…

- Если вам нужно постановление на обыск, будет. И постановление! И обыск!

- Что ж, заходите!

Иршова впустила в дом только Оксану, Вадиму хоть и робко, но плотно перегородила путь. Он решил не применять силу, чтобы сдвинуть ее с пути. Но пистолет на всякий случай достал. Если вдруг в квартире засада, он будет стрелять на поражение. Женщина немного подумала, не сводя глаз с оружия, и сдвинулась с места. Однако Оксана уже закончила осмотр. Квартира маленькая, однокомнатная, спрятаться особо негде. Никто и не прятался.

- А у кого Алиса может сейчас быть? - спросила Оксана.

- Не знаю… В больнице она или у подружки, - пожала плечами Иршова.

- А подружку как зовут?

- Яна и Татьяна.

- А Варвара?

- Кто это?

- Вместе в больнице работают.

- Не знаю такую… Но Семин этот или Смирнов спрашивал. Да, спрашивал.

- А про Яну, Татьяну?

- Да нет…

- Вы не говорили?

- Нет.

- И не говорите… Нет никакого капитана Семина-Смирнова, есть бандиты. Одного из них ваша дочь и отравила. Будем надеяться, что случайно.

- Глаза закапала?

- Глаза, - скрывая усмешку, кивнула Оксана.

- И что же мне делать?

- Дать адреса и телефоны подружек. И сидеть тихо. Никому не открывать, никому не звонить.

Документы у Иршовой полагалось проверить сразу, а посмотрели только сейчас. И адреса Яны и Татьяны узнали. А вместе с тем и номер телефона, которым пользовалась Алиса.

За руль Вадим посадил Оксану, а сам взялся за компьютер. Очень хотелось посмотреть, что там за капитан Семин-Смирнов. Вход в подъезд просматривался с камеры видеонаблюдения, Вадим очень даже легко мог к ней подключиться. Капитонов говорил, что клофелинщиц ищут бандиты из «Паутины». У Иршовой они уже побывали, если верить Ирине Павловне, уехали с полчаса назад. Возможно, они уже в поселке, где жила Варвара Калинина. Вадим решил ехать туда, а Яну и Татьяну оставить на потом, хотя их дома находились неподалеку. Оксана согласилась.

Но прежде чем отправиться в путь, он попытался установить место нахождения телефона, номер которого только что получил. Но ничего не вышло. Через оператора не смог, через уникальный идентификатор тоже. Иршова не просто заблокировала свой телефон, она полностью отрезала его от внешнего мира. Помочь ей в этом мог только толковый айтишник.

Или она сама с компьютерными технологиями на «ты».

Номер телефона ничем не помог, и камера у подъезда вряд ли выведет на беглянку. И тем не менее.

- В больнице работает, ага! - усмехнулась Оксана, тронув машину с места.

- Мать так думает.

- В том то и дело, что не думает… Там, в шкафу, ни одного медицинского халата, зато платья серебристые, золотистые, и просто вечерние, и для стриптиза.

- Не знаю, в чем стриптиз танцуют, - улыбнулся Вадим.

- И трюмо у них как стол в гримерке… Не удивлюсь, если эта Ирина Павловна сама танцует.

- А фигурка у нее вроде ничего.

- Тридцать девять лет ей, а дочке двадцать два. Улавливаешь момент?

- В семнадцать родила.

- В подоле принесла… Сама такая же. Веселая… Может, там не только стриптиз…

- На затасканную не похожа.

- Но мужа нет. И, похоже, не было.

Вадим вышел на камеру третьего подъезда сорок второго дома по улице Красной, увидел в записи двух внушительно-брутальной внешности мужчин, которые входили в подъезд решительным шагом. На всякий случай он снял скрины с видеофайла, перенес их на смартфон.

Утро, воскресенье, дорога на Заводской была свободна. Ехать пришлось чуть больше часа. Не так уж и мало, если учитывать, что Оксана ехала с явным превышением скорости.

Калинина жила на окраине рабочего поселка в двухэтажном доме на двенадцать квартир. Дом кирпичный, относительно недавней постройки, шесть квартир в одном подъезде, шесть в другом. Где-то на втором этаже громко гавкала собака, а на первом, возможно, от страха орала кошка. Зато бандитов не наблюдалось. И во дворе тоже.

Дверь открыл рослый средних лет мужчина с широким лицом и коротким, будто обрубленным снизу, подбородком.

- Ну что еще? - возмущенно спросил он, сердито глянув на Вадима.

- Мы из полиции. Но вам, похоже, это знакомо! - Оксана приложила палец к щеке, внимательно наблюдая за мужчиной.

- Что знакомо? - Он медленно остывал, глядя на нее.

- Капитан Семин уже был?

- Смирнов.

- И что, нашел он Варвару?

- Нет ее здесь, не бывает.

- Не бывает?

- Это наша квартира, она здесь просто прописана.

- А вы, простите, кто?

- Муж мой!

Откуда-то из ванны, завязывая пояс на банном халате, вышла высокая, полная женщина лет тридцати. Мокрые светлые волосы, голубые глаза, красивые полные губы. Но щеки не просто пышные, они подпирали снизу глаза, делая их маленькими. Грудь большая, ноги длинные, но приличных размеров вислый живот вызывал зевоту.

- А вы сестра Варвары? - спросил Вадим.

- Сестра.

- А я смотрю, похожи, - нарочно польстил лейтенант.

Мужчина тихонько хмыкнул, разгадав его уловку. Он, похоже, знал, что старшая сестра и рядом не стоит с младшей. И все из-за чрезмерной тяги к обжорству. Женщина только что вышла из ванны, но при этом что-то жевала. Может, у нее там конфетница над раковиной, чтобы далеко не ходить.

- Да? - подобрела она.

- Нам бы с Варварой поговорить.

- Митя же сказал вам, что нет ее здесь. И не бывает. И нам совершенно все равно, что там она натворила! - Женщина резко глянула на мужа.

И тот покорно кивнул, вынужденно соглашаясь с ней. И таким несчастным стал у него взгляд, что Оксана не удержалась, презрительно хмыкнула.

- А капитан Смирнов дом осматривал? - спросила она.

- А кто ж этих козлов пустит? - фыркнул Митя.

- А чего так грубо? - удивленно и с обидой посмотрела на него Оксана. - Я, кажется, женщина.

- Так из полиции же!

- И Смирнов из полиции… Я что, коза?

Увалень скривил губы, выразительно глядя на Оксану. Сама, дескать, напросилась.

- А ведь сегодня воскресенье, - вздохнула она. - Такое хорошее настроение было, думала надеть белое платье, хотела быть доброй, свободной… А меня козой назвали!

- Вам уже пора! - Мужчина кивком указал на выход.

- А извиниться?

- Я же сказал! - Митя стал закрывать дверь, но Оксана сунула между косяком и дверью ногу.

Он удивленно глянул на нее, распахнул дверь, собираясь толкнуть девушку. Вадим напрягся, собираясь ударить ногой.

- А ведь я сегодня не при исполнении. - Оксана чуть ли не умоляюще смотрела на хозяина дома.

Она ведь душу ему открыла, даже призналась непонятно в чем, а он продолжает вести себя с ней по-хамски.

Митя шагнул к ней, Оксана подалась назад, сжимаясь как пружина. И тут же распрямилась, ударила кулаком в живот. Она знала, как и куда бить, нехватку силы заменила точность и наработаннность удара. Митя ахнул, скривился от боли, подался назад, сгибаясь в поясе.

- Я же сказала, что мы с частными визитом. - Оксана хищно смотрела на женщину, у которой вдруг пропал дар речи.

А женщина пыталась что-то сказать, но не могла. Оксана из полиции, Митя ее оскорбил, и она имела полное право ударить. И его жене достанется, если она вдруг раскроет рот.

Оксана перевела взгляд на Митю.

- Еще? - напористо спросила она.

- Да нет у нас Варвары… Валя, проводи! Пусть посмотрит!

Вадим зашел только в прихожую и застыл, не сводя глаз с Мити.

А Оксана, не разуваясь, двинулась вглубь трех- или даже четырехкомнатной квартиры. Мебель в прихожей не новая, но и не древняя, в хорошем состоянии. Чисто, уютно.

- Дети есть? - спросил Вадим.

- Есть… - Митя невольно прикрыл рукой низ живота. - Сын… У бабушки сейчас.

Квартира действительно большая, втроем здесь точно не тесно, для Варвары место бы нашлось. Но ее или не жалуют здесь, или, напротив, делают все, чтобы она не попала в лапы бандитов или полиции.

- По матери бабушка?

- По матери бабушка уже умерла. И бабушка, и дедушка…

- А по отцу?

- Мои-то живы…

- Адрес.

- Так они в Рязани… Если ты думаешь, что Варвара там…

- Может, и думаю.

- Это что ж она такое натворила?

Оксана осмотрела квартиру, вышла к Вадиму и с разочарованным видом качнула головой.

- А вы не в курсе? - Вадим глянул на Митю, на его жену.

- И где она работает, не в курсе?

- Не работает она, учится. В институте. В Москве. Квартиру там с подружками снимает.

- Квартира денег стоит.

- Так я же сказал, она работает.

- Где?

Как оказалось, Калинина работала в Москве, в студии танцев, причем преподавала стрип-данс. Вадим переписал все адреса, по которым Варвара могла скрываться, и оставил чету Кондаковых в покое.

- Стрип-данс - знаешь, что это такое? - спросила Оксана, когда они вышли из подъезда.

- Что-то типа стриптиза.

- Только без пилона. Но имитирующий раздевание.

- Незачет, - качнул головой Вадим.

- Что незачет? - покосилась на него Оксана.

- Урок без наглядного пособия - незачет.

- Ну если создашь романтическую обстановку…

- Мы создадим! - прозвучал вдруг за спиной голос.

Вадим резко остановился, развернулся. Перед ними стояли те самые типы, изображения которых он снял недавно с камеры. Крепкие на вид парни, тренированные, один в легкой кожаной куртке, другой в блейзере, у первого под футболкой выпирали грудные мышцы, у второго - кубики живота. Но пугала не мускулатура. Под курткой у парня с маленьким, подрубленным снизу носом находился пистолет. И руку он держал так, как будто собирался выхватить его из кобуры. А взгляд у него жесткий, ледяной, Вадиму вдруг стало холодно.

А перед глазами вдруг всплыл Нетленов - киллер, который у него на глазах открыл огонь по машине и расстрелял всех, кто в ней находился. Вадим подошел к нему, не успевая приготовить пистолет к бою, а киллер повернулся, навел на него автомат и нажал на спусковой крючок. Вадим тогда получил пулю в самую душу. В автомате закончились патроны, выстрел так и не прозвучал, но моральную травму Вадим получил. Это не мешало ему жить, но в таких вот, как сейчас, случаях могло вогнать в ступор.

- Как зовут? - спросил мужчина с жидкими волосами на массивной голове. И плешь четко просматривается, и крупная кривая вена на ней.

- Хорошо зовут. Кто звал плохо, тех уже нет.

Оксана не спешила представляться. Возможно, ее приняли за подружку Калининой. Если так, то почему бы не подыграть? Вадим понял ход ее мысли, но смотрел только на коротконогого, который, казалось, в любой момент мог схватиться за оружие. Просто не мог отвести взгляд от его правой руки.

- Я хорошо позову. В романтическую обстановку. Едем?

Оксана, может, и собиралась надеть белое платье, но не надела. Сейчас она была в джинсах с накладными карманами и курточке в стиле милитари. Но женственности в ней с избытком, она и в строительной робе с мастерком в руке смотрелась бы сексуально. Может, потому бандиты Мизгиря не чувствовали подвоха.

- Без Варвары не поеду, - качнула головой Оксана.

- И где Варвара?

Оксана кивком указала на Вадима.

- Это Варвара? - ухмыльнулся коротконосый.

Он расслабил правую руку, опустил ее, но напряжение Вадима не оставляло, ноги были как будто деревянные.

- Только извращенец так может подумать, - усмехнулась Оксана.

- Прикалываешься? - с угрозой спросил бандит.

- А если ты нормальный человек, зачем тебе Варвара?

Она вела себя как на допросе, когда есть и возможность, и желание подлавливать подозреваемого на крючок. Но плешивый вел себя с ней как хищник с жертвой. И не ощущал никакой зависимости от нее.

- Где Варвара? - спросил он, схватив Оксану за руку.

А коротконосый вдруг пришел в движение. Вадим дернулся, сунул руку под куртку, но бандит ударил его кулаком в солнечное сплетение. Как раз под правое предплечье. Он почувствовал, что глаза лезут из орбит от боли. Он не упал, но ноги и руки онемели.

- Лейтенант полиции Ворошилова! - представилась Оксана. - Вот удостоверение!

Она сунула руку под куртку, но достала не «корочки», а пистолет. И направила его на плешивого.

Вадим нашел в себе силы преодолеть боль и тоже полез за пистолетом. Но пока он его вынимал, пока готовил к бою, коротконосый мог убить его как минимум три раза. Но он и не думал хвататься за оружие. И бить Вадима не спешил.

- Извини, я не знал, что ты мент, - глядя на табельный пистолет, сказал он.

- Предупреждать надо! - кивнул плешивый.

- С нами поедете, - сказала Оксана.

- Да с тобой хоть на край света… Но если в отделение, то я не согласный. Под венец - да, в клетку - нет!

- Мы же извинились, - сказал коротконосый. - А так никакой вины за нами нет.

- А кто из вас капитан Смирнов?

- Так это удостоверение охранника! - Плешивый вынул «корочки», взятые в красную обложку с золотым тиснением.

Действительно, удостоверение охранника шестого разряда - на имя Смирнова Дмитрия Трофимовича. Также он показал и разрешение на право хранения и ношения служебного оружия. И ствол предъявил. Коротконосый предъявил те же атрибуты - на имя Кузнецова Игоря Сергеевича. И оружие у него имелось: служебно-боевой ИЖ-71. Убить из такого ствола - раз плюнуть.

Бандиты имели все документы на оружие, но вызывала сомнение законность их получения. Если разобраться, вряд ли Кузнецов и Смирнов имели право на шестой разряд. А проверку можно устроить, и основания для этого имелись. Как ни крути, нападение на сотрудника полиции имело место. И еще они занимались противозаконным розыском человека, возможно с целью похищения. Все это Вадим понимал, но не хотел возиться с бандитами. Хватать, доставлять, оформлять.

- Я так понимаю, Варвару вы не нашли, - сказал он, строго глядя на Кузнецова.

- Нет. - И тот смотрел на него, нагло, с вызовом и усмешкой.

- И Алису тоже.

- Найдем.

- Сейчас едете в клуб и сидите там ровно.

- Это как? - ухмыльнулся Кузнецов.

Он-то, конечно, знал, что значит сидеть на заднице ровно. Но одно дело - когда это требование звучит из уст уважаемого человека. А лейтенант Ворошилов таковым не является. Сопливый юнец, возомнивший себя крутым опером.

- Узнаешь. В «обезьяннике».

- Ну все, все, начальник! - Смирнов встал между Вадимом и своим дружком. - Едем и сидим.

- Обязательно. - Кузнецов ехидно улыбался.

Не собирался он слушать какого-то сопляка. И «обезьянника» не боялся, потому что не хватит у Вадима духу взять его за жабры. А если вдруг, то в его распоряжении лучшие адвокаты. Вадим очень пожалеет, если попытается его арестовать.

- Я вас предупредил!

Вадим строго посмотрел на Оксану и кивком указал ей на машину, которую они, так вышло, поставили в соседнем дворе.

Оксана послушалась мужа, но на пути к машине спросила:

- Так и уйдешь?

- Лучше так, чем потом от проверок отбиваться.

- А я не боюсь, - сказала она, колко глянув на Вадима.

Повернулась и направилась к бандитам, которые не торопились уходить.

- Она ко мне вернулась! - глумливо раскинул руки Смирнов.

- К тебе и вернулась! - Оксана смотрела на него, но ударила Кузнецова.

Ногой ударила, в промежность. И быстро ударила, и точно. Только пятка ее вдруг оказалась в ладони у бандита. Он поймал Оксану за ногу, заставил приподняться на носке. Вадим рванул к нему, но Кузнецов, отпустив ее, глумливо показал пальцем на него. И раскинул руки, поигрывая плечами.

- Все в порядке, лейтенант! - с ухмылкой сказал он.

Вадим остановился, не зная, что делать. Давно с ним не было такого. В самом начале службы пришлось хлебнуть от таких вот молодчиков, как этот, но тогда Вадим смог взять себя в руки.

И с лихвой взял реванш. А потом уже не давал спуску ни себе, ни другим. А сейчас вдруг впал в ступор, не зная, что предпринять. Ударить Кузнецова он не мог: боялся попасть впросак. А пистолет выхватывать смешно. Если бы Кузнецов напал на Оксану, а так он всего лишь защищался.

- Что у вас здесь такое? - спросил вдруг Капитонов.

Вадим нахмурился, увидев своего начальника. Прозевал момент, когда он появился. Это во-первых. А во-вторых, если Капитонов все понял, он сейчас начнет наводить порядки. Как он это умеет. И снова Оксана будет тайно восторгаться, глядя на него. И снова влюбится, как ученица в своего преподавателя.

- Да вот… - Она кивком указала на Кузнецова.

Капитонов качнул головой. Не надо продолжать, и без того все ясно.

- Борзеешь? - спросил он, останавливаясь перед братком.

- А то что? - нахально усмехнулся Кузнецов.

Одной рукой Капитонов схватил его за нос, другой за щеку. Нос у Кузнецова маленький, но из пальцев не выскальзывал. И щеку Капитонов оттянул до отказа, заставив братка взвыть от боли и согнуться в поясе.

- Эй, начальник! - всколыхнулся Смирнов.

- И ты едешь с нами, - спокойно глянул на него Капитонов.

- Ты хотел романтическую обстановку? - спросила Оксана, снимая с пояса наручники.

Романтическую обстановку создал и Вадим. Надел на Кузнецова наручники, сопроводил к своей машине. Но гордости за себя он не чувствовал. Да и Оксана как-то кисло смотрела на него. Зато Капитонову рада была угодить.

Глава 4

Исчезли девочки как будто корова языком слизнула. Телефоны их не подавали признаков жизни, Ворошилов пытался, но не смог поймать сигнал от них. Дома не появлялись, к подругам не заходили. И бандиты Мизгиря ничего не могли сказать.

- Слышь, начальник, мы ж с тобой одним делом занимаемся, - сказал Кузнецов, с опаской посматривая на Макара. – А ты меня прессуешь.

- Ведешь себя плохо.

- Ну я же не знал, что это менты… В смысле полиция.

- Кто менты? Мизгирев? Шохратов? Кто из них?

- Эй, ты чего? - вскинулся Кузя.

- Ты их охранял. И ты их не уберег.

- Так я это, в сауне-то и не был…

- Я знаю, где ты был, - усмехнулся Капитонов. - И чем занимался. На порносайтах. Ворошилов вскрыл историю просмотров на смартфоне Кузнецова.

- Э-э, ну ты чего? - нервно встрепенулся браток.

- Лучше бы ты за Калининой подсматривал. Да за Иршовой.

- Да ты за кого меня держишь?

- Или подглядывал?

- Ну ты в натуре!

- Может, подслушивал?

- Нет!

- Говорят, девчонок насиловали.

- Кто насиловал?

- Не видел?

- И не слышал!

- А что видел?

- Ничего!… Даже девчонок этих не видел! Их через первый этаж провели.

- А Мизгирева с Шохратом видел?

- Ну так.

- Шохрат в законе.

- Ну да.

- Расписной. Лагерная роспись. Звезды на плечах.

- И на коленях.

- А говоришь, не подглядывал! - усмехнулся Макар.

- Ну ты чего, начальник! Я что, Шохрата в бане не видел?… В прошлый раз он с пацанами подъезжал, нам там раков подогнали, пиво конкретное…

- И в этот раз его видел?

- Да… Звезд, правда, не видел, а печатку да.

- Печатку?

- Ну воровскую.

- Перстень?

- Перстень.

- Чернильный.

- Почему чернильный? Золотой. Массивная такая печатка. Мощная… Ну и чернильный перстень был, под печаткой.

- Мощная, говоришь?

- В ней граммов двадцать золота.

- А золото сейчас в цене.

- При чем здесь это?

- А при том, что не было печатки. Партак был, а золота не было.

- Как это не было?

- Может, ты снял?

- Слышь, начальник, ты берега не теряй!… Я что, на самоубийцу похож?… Шохрат, может, и не совсем вор…

- Что значит, не совсем вор?

- Ну так это, говорят, ему по ушам дали.

- Говорят?

- Там темная тема, если честно. На Шохрата реально давят…

- Кто?

- Не знаю. У них своя война, азеры, грузины, мы в эти дела не лезем.

- Тогда что Шохрат у вас делал?

- У нас с ним свои дела!… Если Мизгирь… Тимофей Анатольевич скажет, узнаешь. А я говорить не стану.

- Отжимаете что-то?

- Да нет, у нас все чисто, шито-крыто… Дело со снабжением связано, ну в клуб…

- Наркота?

- Нет!… Выпивка!

- Контрафакт?

- Начальник, ты у Тимофея Анатольевича спроси! - скривился Кузя.

- А если задвинется твой Тимофей Анатольевич?

- Да нет, с ним все в порядке, мы узнавали…

- Значит, развенчали Шохрата?

- Он говорил, что нет. Фейк впарили. В смысле фуфло.

- Ты ему веришь?

- В принципе верю, - пожал плечами Кузя.

- Почему в принципе?

- А мне по барабану, азеры там или лавруха… Да и Шохрат без пацанов подъехал. Может, отказались от него пацаны.

- Может, заставили отказаться?

- Кто?

- Ну кто мог подстроить убийство?

- Убийство? В смысле подсунуть клофелин?

- Ну да.

- А зачем?

- А зачем воры друг друга мочат?

- Так Шохрат сдал все, он уже не опасен. Хотя кто его знает.

- Что сдал?

- Ну раньше он со своими с рынков снимал, а потом на них там круто наехали… Убить его пытались…

- Кто пытался?

- Не знаю ничего! - мотнул головой Кузя.

- Не знаешь?

- Я тебе и так больше, чем нужно, сказал!… Дальше сам! Если тебе интересно!…

В дверь постучали, Макар выглянул в холл и увидел Ворошилова и Оксану, которая стояла лицом к нему, положив руку на подоконник. Девушка загадочно улыбалась, глядя перед собой.

- Что у тебя? - закрывая за собой дверь, спросил Макар.

- Товарищ майор, я тут… Мы тут по такси пробили! - с опаской глянув на Оксану, поправился Вадим.

- Результат есть?

- Нашли водилу, который Иршову и Калинину подвозил.

- Куда?

- До поселка Малиновского… До автостанции.

- Зачем им автостанция ночью?

- А дальше они пешком, до улицы Линейной, дом, предположительно, шестнадцать или восемнадцать. Телефоны на эти адреса выводят, а дальше темный лес.

- В районе шестнадцатого или восемнадцатого дома.

- Кто-то в этом доме очень грамотный живет… - кивнул Вадим. - Технически подкованный.

- Вы уже собрались? - кивком указав на Оксану, спросил Макар.

- Поедем глянем, кто там в этой технической кузне обитает.

- Лошадок подковывает, - тихо, чтобы не услышала Оксана, сказал Макар.

А чем Иршова с Калининой не кобылицы? И скачут лихо - не угонишься, и танцуют в туфлях, напоминающих копыта.

- Лошадок в стойло, - улыбнулся Вадим.

- Не говорил бы ты «гоп»!

Макар отправил Ворошиловых в поселок Малиновский, вернулся в свой кабинет.

- Что, нашли девок? - спросил Кузя.

Капитонов исподлобья глянул на него. Надо было задержанного наручниками к столу приковать, чтобы не поднимался, не подходил к дверям, не подслушивал.

- Что, понравилось в камере? - в том же тоне, с насмешкой спросил Макар.

- А чего в камере? - насторожился Кузя.

- А отпускать тебя собирался, придется повременить.

- Чего это?

- А вдруг за клофелинщицами поедешь?

- Да нет!

Макар не стал вызывать конвой, сам отправил Кузю в камеру. Еще и личный досмотр организовал, чтобы никаких телефонов, никакой связи с волей. И дежурному велел не спускать с него глаз. Нехорошо будет, если Ворошиловы в поселке наткнутся на бандитов. На сегодня и одного раза хватит.

Он вернулся в кабинет, откинулся в кресле, глаза закрылись сами по себе. Весело сегодня ночь прошла, особенно удался финал, но спать хочется.

Макар уже почти заснул, когда открылась дверь и в кабинет вошла Славина. Подниматься он не стал, но центр тяжести перенес вперед, изображая хоть и жалкую, но попытку подняться, и замер в ожидании, когда начальник даст отбой. Но Марина рукой не махнула.

- Ну и чего сидим? - спросила она, нахмурив брови.

- Так сегодня воскресенье.

- А-а!… Прогулки с девочками?

- Второй день свадьбы, похмельный синдром. Но от завтрака я бы сейчас не отказался.

- С девочкой? - язвительно спросила Марина.

- Я смотрю, тебе понравилась Инга. Хочешь, познакомлю?

- Издеваешься?

- Отдаю девочку. В хорошие руки, - усмехнулся Макар.

Не нужна ему Инга. Никто не нужен. Глядя на Марину, он ясно это понимал. Марина - его идеал, предел мечтаний. Ей уже скоро тридцать семь, а выглядит она превосходно и стареть не собирается. Красивая, элегантная, свежая, ароматная, форма сидит на ней как строгое платье на манекене. Посмотришь, бывает, на нее и не заметишь, как залюбуешься. А Инга всего лишь прошедший эпизод из жизни, чертовски приятный в воспоминаниях.

- Мне твои девочки… - Марина запнулась.

И ежу понятно, что ей и даром не нужны его девочки.

- А девочки сейчас будут. Должны быть. Иршова и Калинина.

- А я зачем к тебе пришла?… А то лечишь меня непонятно кем…

- Лечат пивом, - мечтательно улыбнулся Макар.

- Значит, нашли этих, Иршову и Калинину? - спросила Марина.

- Ворошилов через таксиста вычислил.

- С Оксаной?

- С Оксаной, - кивнул Макар.

- Отличная пара.

- Не поспоришь.

- А помнишь, как мы… - Славина оборвала себя и вздохнула, махнув рукой.

Макар помнил, как они в паре шли по следу киллера, застрелившего гражданку Алексееву. Не так уж и давно все это происходило. А потом к Марине вернулся муж, и она забыла обо всем. Макар же пустился во все тяжкие. Даже пытался влюбиться, но не смог. Все мысли о Марине, вся душа рвется к ней.

- Чего это ты вспомнила? - Макар проницательно и с надеждой посмотрел на нее.

Он жестко поставил Марину перед фактом: или муж, или он. Она выбрала мужа, а Макар дал себе слово никогда не прощать ее. И никогда не возвращаться к ней, но без Марины такая тоска. И если вдруг она снова позовет, он сгоряча рубить не станет. Может, и простит.

- Да так. - Марина подошла к окну и встала боком к Макару.

- Сегодня ни свет ни заря проснулась. Чего это тебя на Снегирева понесло?…

- Позвонили, сказали… - пожала плечами Славина.

Она внимательно смотрела в окно, как будто увидела там что-то очень интересное. Но взгляд при этом невидящий.

- А у тебя бессонница.

- Может, и бессонница… И ты с какой-то шлюхой… Извини, не хотела обидеть эту твою Ингу.

- А кого хотела?

- И у Ильи новая шлюха… Вот эту шлюху я очень хочу обидеть! - повысила голос Марина.

Макар промолчал, не зная, что сказать. И радость казалась неуместной, и печаль. С чего он должен радоваться? С того, что Марина снова может остаться одна? После того, как она предала его?… Он-то, в принципе, может ее простить, но тем не менее…

- Илья ушел, - выдохнула она.

- Ходок.

- И это все из-за тебя! - Марина резко повернулась к Макару, хотела метнуть взглядом молнию, но брызнул только дождь - на глазах заблестели слезы.

- Я внимательно тебя слушаю.

- Илья думал, что это я не могу… Ну, ребенка…

- Может, тебе нужно присесть?

Макар поднялся из-за стола, предложил Марине свое место, но она этого как будто не заметила.

- А он пошел проверился. Проблемы у него!

- Проблемы, проблемы… У всех проблемы.

- Да нет! У тебя-то таких проблем нет! У тебя-то все получилось.

- Что получилось?

- Илья понял, что ребенок не от него…

- Ребенок? - Макар приложил к вискам пальцы, пытаясь унять мысли, разгоряченные накалом страстей.

- Я в положении! - На него смотрела не подполковник полиции, не начальник уголовного розыска, а обыкновенная женщина, находящаяся на перепутье судьбы.

Муж ушел, бросив ее в положении, - как жить дальше? Хорошо, если Макар пойдет навстречу, а если нет?

- Я так понимаю, Илья не при делах? - Макар очертил пальцем две параллельные линии, как будто по строчкам в книге судьбы прошелся.

- Ты при делах!… Ты даже не представляешь, как я хочу тебя обидеть!… - Марина разочарованно смотрела на Капитонова.

Макар должен был плясать от предложенной радости, а он стоит как в штаны сходил.

- И какой месяц… ты хочешь меня обидеть?

- Четвертый.

- Поздравляю. - Макар чувствовал себя не в своей тарелке.

Ребенок, да еще от Марины, - это здорово. Но в голове каша. Молочная.

- Кого?

- Нас!…

- Может, ты думаешь, что я шучу?

- А я, по-твоему, могу думать?… Мне нужно прийти в себя.

- Я тебе все сказала! - Марина вздохнула и направилась к выходу.

- Я зайду, - сказал Макар, усаживаясь в кресло.

Макару действительно требовалось время, чтобы прийти в чувство, но при этом он уже знал, что будет дальше происходить. Он, простив Марину, пулей соскочит с кресла, рванет к ней. Илья от нее ушел, она свободна. У него, конечно, есть гордость, но ребенок - его ребенок! - менял все.

И к лучшему. Марина станет матерью, он - отцом, а Илья пусть тешится со своими шлюхами.

Из кресла он вскочил минут через пятнадцать. Пришел в себя, выстроил план на будущее и рванул к Марине. Но, как оказалось, она ушла домой, опечатав кабинет.

Макар позвонил Славиной, но она не взяла трубку. Капризничает. Но ведь он ей звонил, Марина, конечно же, это оценит и очень скоро смягчится. Или даже сама позвонит и пригласит на огонек. А может, и сама к нему приедет.

Макар задумался. Дома у него, признаться, беспорядок, надо бы прибраться. А сегодня воскресенье, служба особо не держит.

Он уже собирался отправиться домой, но позвонил Ворошилов.

- Товарищ майор, «все»! - изнывая от скрываемого восторга, сообщил он.

- Что значит все? Все только начинается!

- Да это понятно! Иршову взяли и Калинину, уже в машине, уже везем.

- Это хорошо.

- Правда, они все отрицают.

- А телефоны зачем отключили?

- Ну так братва…

- Братву будем выпускать… - заявил Макар.

В его распоряжении имелись всего две камеры, в одной сейчас находился Кузнецов, а в другой - Смирнов. Последнего можно выпускать, а Кузнецова надо бы еще подержать. Может, он и не знал, что Ворошилов - сотрудник полиции, но права распускать руки ему никто не давал. Вадим заявлять на него не собирался, но пару дней отморозка можно подержать. А Иршову и Калинину можно в одной камере закрыть, следствию это не помешает. У девушек имелось достаточно времени, чтобы обсудить линию защиты, продумать и обсудить нюансы, синхронизировать показания.

Так Макар и поступил. Смирнова отпустил, а Кузнецова оставил до послезавтра. Одну камеру освободили, можно сказать, подготовили к приему женщин. Камера небольшая, с решетчатой дверью, типичный «обезьянник», но Иршова с Калининой, скорее всего, к таким привычные. Там, где стриптиз, там и проституция со всем оттуда вытекающим. О том, что девушкам будет не очень удобно, Макар подумал вскользь и с профессиональным цинизмом.

Куда больше он думал об удобствах. Для себя. Сейчас быстренько закончит с девушками, оформит их на постой, поговорит, а затем отправится к Марине. Это будет второй самый лучший день в его жизни.

Глава 5

Марина вдруг вылетела из головы. В кабинете появилась блондинка необыкновенной красоты, и Макар вмиг забыл обо всем на свете. Высокая, стройная, длинноногая, будто в ореоле сияния, излучаемого ею. Глаза глубокие, как космос, в них и тайна Вселенной, и светлая энергия солнца; надбровья, изящный нос, полные от природы губы, чувственность, от которой захватывало дух.

- Товарищ майор!

Оксана при всей своей красоте меркла на фоне этого чуда. Макар едва глянул на нее.

- Задержанная Калинина доставлена! - весело отрапортовала она.

- Ну да, Калинина. - Макар с трудом оторвал взгляд от девушки, которая затаенно улыбалась, глядя на него.

Она поняла, что произвела на него сногсшибательное впечатление. Это и льстило, и вселяло надежду: вдруг Макар влюбится и возьмет ее под свое покровительство! А ее судьба сейчас очень зависела от его настроения. Особенно если она виновна.

- Доставлена, - повторила Оксана, на этот раз глянув на него с кислой насмешкой.

И она все поняла, но Макар оправдываться перед ней не собирался. Он попал в ураган, его пронзило молнией, с каждым может случиться подобное.

- Разрешите!

В кабинет вошел Ворошилов, он вел под руку еще одну красотку, но Иршова при всех своих достоинствах не могла сравниться с Калининой.

- Вадим, ты молодец. Но Иршовой займись сам.

- А если я не согласная? - глянув на свою подружку, насмешливо спросила Алиса.

- Тогда я займусь тобой! - Оксана довольно грубо взяла Иршову под руку и выдернула из кабинета.

- А вы займетесь мной? - глядя на Макара, загадочно улыбнулась Калинина.

Она всего лишь перенесла вес тела с одной ноги на другую, но при этом создала магнетическую волну, от которой у Макара вдруг онемели кончики пальцев. Девушка всего лишь шевельнулась, а он возбудился, как будто она стала раздеваться перед ним, причем в танце. Уровень ее эротизма просто зашкаливал. И дело не в смелом облегающем платье, хотя и оно играло свою роль.

Макар сделал над собой усилие. Нельзя поддаваться очарованию, нужно брать себя в руки.

- Мы с вами займемся допросом, - кивнул Макар.

- Вы же уголовный розыск, - улыбнулась Калинина.

- Уголовный розыск, - согласился Капитонов.

- А допрос может вести только следователь.

- И оперативник, - качнул головой Макар. - По поручению следователя.

Он не соглашался с Калининой, но в целом она права. По большому счету, оперативник не может проводить допрос в полном смысле этого слова.

- Но мы же можем просто побеседовать?

И в этом она тоже права. Беседовать с подозреваемым оперативник может, причем в любое время дня и ночи, если того требуют обстоятельства.

- Сколько вам лет?

- Двадцать два.

- Работаете. - Макар не спрашивал, он излагал факты.

- Без оформления, - улыбнулась Калинина.

- Учитесь?

- В юридическом… Институт так себе, но учусь я хорошо.

Калинина подняла руку, оттопырив указательный палец. Она, казалось, хотела провести этим пальцем по его губам. Но Макару так могло лишь показаться. Под впечатлением он, и пока никак не удается унять смятение в душе. Попытки есть, а результат не очень.

А палец у Калининой такой же красивый, как и ее рука - от самой ключицы до кончиков ногтей. И маникюр безупречный.

- А танцуете?

- И танцую.

- Стрип-данс? В студии танцев.

- Училась в студии танцев… Чисто для мужа, - завила Калинина.

- Интересно.

Макар скользнул взглядом по ее пальцу, на котором могло, но не красовалось обручальное кольцо.

- Для будущего мужа.

- И ночной клуб тоже для будущего мужа?

- А ночной клуб - из-за того, что нужны деньги.

- Так вы учитесь в студии танцев или работаете?

- Сначала училась, потом работала. И сейчас преподаю. А ночной клуб, можно сказать, курсы по повышению квалификации, - улыбнулась Калинина и зачем-то, едва касаясь, ласкающим движением провела пальцами по своей груди.

- Вашему будущему мужу нужна высокая квалификация?

- И высокая квалификация, и высшее образование. Слышали о гармоничном развитии личности?

- В «Паутину» вы устроились позавчера?

- Позавчера.

- Вчера уже работали.

- Первая ночь на новом месте, - кивнула Калинина. Она смотрела мягко, но прямо в глаза и нежно улыбалась.

- Насколько я понял, не очень удачная.

- И не говорите!…

Калинина провела рукой, будто собираясь опереться на Макара. На высоких каблуках она держалась довольно-таки устойчиво, в сторону не клонилась, но Макар повелся на ее жест, подал ей руку. И она мягко сжала пальцами его запястье.

- Я ведь не проститутка, чтобы меня по саунам таскать.

- Не проститутка. - Макар очень хотел верить в это.

- А эти дегенераты и спрашивать не стали.

- Дегенераты, - повторил он, легко и даже с удовольствием соглашаясь с этим суждением.

- Обычно в таких случаях мы с Алисой сразу уходим, а этот Челленджер… Кличка у начальника охраны такая.

- Я в курсе.

- Он как схватил нас!… Так на бандита похож!

- Он и есть бандит.

- Да?

- И очень опасный.

- А ведь я как чувствовала!…

- И убили вора в законе.

- Да, убили… - нахмурилась Калинина. - Вора в законе. Ваш сотрудник говорил.

- А вы не знали?

- Что вор в законе - догадывались. А что убили… Не травили мы никого. Не было у нас никакого клофелина!

- А что было?

- Не было ничего!

- Так, давайте по порядку!

Макар выдвинул из-за стола стул, предложил Калининой сесть. О чем тут же пожалел. Платье у нее короткое, ноги длинные, а она еще забросила одну на другую. Картинка - взгляда не оторвать.

- Вас привели в сауну!

- Ну да. Сначала Алиса зашла, потом я… Захожу, а вор этот, со звездами, уже с Алисой. А на меня этот, главный, набросился. Смотрит на меня как дикий! И вор этот на меня пялится! Я думала, они драться из-за меня станут.

- Из-за вас?

Взгляд Макара против его воли скользнул по обнаженным ножкам девушки. Калинина - само совершенство, из-за нее Мизгирь и подраться мог, и даже убить.

- Пьяные они были… - Калинина сняла ногу с ноги, оправила платье.

А Капитонов опустился в свое кресло, из этого положения он не видел ее ног.

- Вторую бутылку заканчивали. А там по ноль семь, если я не ошибаюсь.

- Дрались?

- Не знаю, может, и было что-то… Мы же и в сауне парились, и в бассейне купались, а они все время там, в трапезной, оставались. Прилично напились, а охранник им еще и третью бутылку принес. Алиса говорит, время тянуть нужно. Заснут они, говорит, скоро заснут. И точно, заснули…

- А вы и в сауне парились, и в бассейне плавали, - напомнил Макар.

- Ну да. Сначала станцевали… чтобы в доверие войти… С нами подобное не в первый раз, однажды уже приходилось убегать. Входишь в доверие, потом просишься в туалет… А эти всю одежду забрали!… Даже простыни отобрали… Париться? Да не вопрос! Сейчас подойдем! С веничком! - Калинина удачно спародировала Мизгирева или Шохратова, но вышло как-то не очень весело. - Купаться? Давайте! Мы придем!…

- Пришли?

- Я же говорю, развезло их. Мы после бассейна поднялись, а они уже спят. Мы давай собираться! На выход, а там этот, Миша.

- Сукнов?

- Не знаю фамилии. Наверное… Куда это вы, спрашивает. Алиса в слезы! Что у вас тут за беспредел! Мы хорошие, а нас насилуют!… Короче, на жалость его взяла! Насилуют, говорит, а потом спать.

Он пошел, глянул. Мы к двери, а там все закрыто. Миша выходит, давайте, говорит, открою. Нормальный парень. Телефон мой хотел взять.

- А чего не отдала?

- Номер?

- Телефон. Вместе с номером.

- Зачем ему?

- А зачем вы телефоны свои выключили?… Почему такси вас к автостанции доставило, а не прямо на Линейную улицу? И почему вы не домой поехали? Знали, что вас будут искать.

- Знали. Мизгирев мог обидеться. Вы же сами сказали, что там у него бандиты. А гость его еще и в законе…

- Почему Мизгирев мог обидеться?

- Мы же сбежали от него!

- А его человек вас выпустил. Значит, не все так страшно было?

- Нам было страшно.

- Потому что вы клофелин в коньяк подмешали.

- Да не подмешивали мы!

- Но вы же хотели сбежать.

- Хотели.

- И очень хорошо, что хотели. Плохо, что дозу не рассчитали.

- Да не рассчитывали мы дозу!

- Вот я и говорю, что не рассчитали.

- Не было у нас ничего! Нечего было рассчитывать!…

- А экспертиза подтверждает, что клофелин был.

- Но мы здесь ни при чем! Честное слово! - Калинина приложила руку к груди.

- Но клофелин был. И, кроме вас, подмешать его было больше некому.

- А Миша?

- Вы видели, как он что-то подмешивал в коньяк?

- Нет. Просто больше некому. А если Мизгирев?

- Мизгирев?

- Не думаю, что из-за меня. Но конфликт был. В начальной стадии конфликт. Вор этот глаз на меня положил, а он сам хотел. Точно хотел. Они, может, потому и не набросились на меня, когда я разделась.

- А вы разделись? - Макар сначала спросил, а потом уже подумал.

Калинина раздевалась в сауне перед своим боссом, она уже говорила. Тогда зачем он спросил? Уж не потому ли, что ревнует?… И Варвара вопросительно посмотрела на полицейского. Похоже, она думала в том же ключе.

- И танцевали, и раздевались, - кивнула она и вкрадчиво, с кокетливым смущением улыбнулась. Немного подумав, добавила: - А если бы потребовали, то и все остальное… А что? Мы же взрослые люди, все прекрасно понимаем. Деньги так просто не даются.

- Деньги. И много ты заработала?

- Не много заработала. И не много отдала… Ну танцую, ну иногда…

- Что иногда?

- Скажу, что клофелином я точно не занимаюсь. Для меня это слишком.

- Алиса может заниматься?

- Алиса занимается тем же, чем и я, ни больше ни меньше.

- Тогда могу вас поздравить! Вляпались вы вместе! И одинаково грязно.

- А что у вас есть?… Свидетели есть? Видеозапись? Может, вы клофелин у нас нашли?…

- Краденые вещи, - внимательно глядя на Варвару, сказал Макар.

- Какие краденые вещи?… - искренне удивилась Варвара и не на шутку испугалась. - У кого что украли?

- Золотую печатку с пальца вора.

- У Алисы нашли?

- А у тебя найти не могли?

- У меня точно не могли. Я бы знала… И чтобы у Алисы что-то нашли - тоже не помню.

- А печатка была?

- Золотая такая, массивная. - Варвара потрогала перстенек на среднем пальце правой руки.

- Массивная?

- Была, видела. Я еще подумала, что и крест золотой должен быть. Большой такой, с толстой цепью. А потом думаю, какой крест, он же мусульманин… Ну, наверное…

- Мусульманин. И братья у них мусульмане. Очень любят шашлык из таких вот, как ты, заблудших овечек.

- Я бы посмеялась. Но мне совсем не смешно, - поежилась Калинина.

- Еще бы!

- Мы не знали, что вор этот умер, а все равно прятались…

- У кого?

- Да одноклассник мой. Ботаник. Олежка влюблен в меня по гроб жизни.

- Не спрятались.

- И что же нам теперь делать?

- В камере вас точно не найдут.

- В какой камере?… Не имеете права! У вас только подозрения, доказательств нет. И вообще! - вздохнула Варвара, жалостливо глядя на Макара.

- Что вообще?

- Вы полиция, вы должны защищать нас от бандитов! А вы нас в тюрьму!

- Во-первых, не в тюрьму… - задумчиво сказал Макар.

А что, если девчонки на самом деле не виновны? Может, это Мизгирев Шохрата отравил. И себе малость подсыпал - для отвода глаза. А на девчонок свалил.

- Если не в тюрьму, значит сомневаетесь. В том, что я виновна.

- Я не сомневаюсь в одном. - Макар пристально посмотрел на Варвару. Где-то в глубине сознания мелькнула мысль, как бы не ослепнуть от этой красоты. - Не сомневаюсь в том, что вас разыскивают бандиты Мизгирева. Возможно, к ним уже присоединились люди Шохрата.

- А это уже серьезно. И Шохрат серьезно, и Мизгирев.

- Вы когда-нибудь с ними раньше сталкивались?

- Нет. Ни с тем, ни с другим.

- Почему вы устроились работать именно в «Паутину»?

- Ну во-первых, Краснохолмск.

- Вы там часто бываете?

- Часто. Сестра у меня там…

Макар и хотел спросить, насколько близкие отношения связывают Калинину с сестрой. Вадим говорил, что между ними черная кошка пробежала, но, возможно, сестра Варвары всего лишь создавала видимость, что она с сестрой не общается, чтобы их с мужем больше не тревожили. Но не спросил, потому что Варвара вдруг пустила слезу.

- Родители рано ушли, Валентина мне как мать… - вздохнула она.

- К Валентине вас отпустить не могу, - глядя на Калинину, качнул головой Макар.

А вдруг Варвара невиновна, а он закроет ее в лишенной даже намека на уют камере? Это все равно, что синичку посадить в клетку на мороз. Как он потом будет себя чувствовать? И отпускать Калинину нельзя. И бандиты ее ищут, и люди Шохрата могут подключиться. Ее ведь на куски порвут, если поймают. Собаки так поступают, набрасываясь на кошку.

- А куда можете? - спросила Варвара, с надеждой глядя на Капитонова.

- Куда могу… В камеру, - сказал Макар.

- Но мы же ничего не делали. - Калинина сжала одну руку в кулак, а ладонью другой накрыла его и приложила руки к груди, глядя на Макара с мольбой милого, но избалованного ребенка.

- Делали. Вели себя плохо.

- Мы же взрослые девочки!

- Взрослые поступки - взрослая ответственность!

Макар постучал пальцами по столу. Он не знал, что делать, но догадывался. Можно забрать девчонок к себе домой. Он холостой, жена ругаться не будет. А Марине должно быть все равно. После того, как она этой весной вернулась к мужу… Глупое решение, народ его, возможно, не поймет. Но, помимо минусов, существуют и плюсы. Девчонки будут под присмотром, возможно, они проболтаются в разговоре между собой. Или в разговоре с Макаром. Пользуясь случаем, он будет выяснять подробности из их личной жизни, возможно, выудит из разговоров что-то полезное для дела.

Макар думал о деле, но при этом отдавал себе отчет в том, что интересы службы стоят на втором месте. Варвара не просто нравилась ему, он потерял от нее голову, отсюда и абсурд в его решениях и действиях.

Варвара согласилась отправиться к нему домой, ее подруга тоже. При этом они выразительно переглянулись между собой. Варвара намекнула, Алиса же поняла, что Макар целиком в ее руках. И она может вертеть им как хочет.

Здание управления Капитонов покинул через запасной ход. Если бандиты Мизгиря следили за управлением со стороны главных ворот, то упустили его маневр. Он подвез девушек к дому, осмотрелся, нет ли за ними хвоста. Провел в подъезд, а затем и в квартиру.

- Берлога старого холостяка? - спросила Алиса, осмотрев единственную комнату и заглянув на кухню.

Квартира у него небольшая, но функциональная в том плане, что вольным женщинам здесь нескучно. И бар у него с маленькой стойкой в комнате, и телевизор с огромным экраном, музыкальный центр опять же с качественным звуком и караоке. Диван массивный, крепкий. Имелась и кровать, встроенная в шкаф. В баре имелась выпивка, все как положено.

- Да ладно, старого! - Варвара посмотрела на Макара оценивающе, но при этом как на свою собственность.

- Старый, - кивнул он. - И злой.

- Насколько? - Алиса нежно положила руку ему на плечо и так же мягко посмотрела в глаза.

- В пределах строгого режима.

- И даже не нальете? - спросила она, не сводя с него глаз.

Алиса явно пыталась его очаровать, но видно же, что делала она это из вредности. Из чувства конкуренции с подругой.

- Я же сказал, вы на строгом режиме. Никакой выпивки. А курить вы не курите.

- Почему же не курим? Иногда бывает.

- Бывает, - кивнула Варвара.

Она смотрела на Макара с затаенной улыбкой, едва заметно при этом качая головой. Будто давала понять, что Алиса ему не пара и на ее заигрывания лучше не отвечать.

- Если вдруг мы закурим, знай, что нас можно брать голыми руками, - жеманно улыбнулась Алиса.

- Вы на строгом режиме.

- Ну хорошо, я подумаю… Вдруг меня это возбуждает!

- Может, все-таки по чуть-чуть? - спросила Варвара, пальцами показывая, сколько он может ей налить.

- Еще скажете, что я жмот, - улыбнулся Макар, доставая из бара бутылку с недешевым виски.

- Вы не жмот, - мотнула головой Алиса. - И не старый… Но холостяк… Может, есть что-то для девушек? Ну, на всякий случай.

Макар кивнул, полез в шкаф. Женское белье он предложить не мог, не располагал запасами, а банные халаты имелись, один красный, другой розовый. Не новые халаты, но после стирки, даже глаженые. А нераспечатанных зубных щеток целый набор.

- Я первая в душ! - схватив халат, подняла руку Алиса и, когда Макар наполнил стаканы, спросила: - Без клофелина?

Вроде как в шутку спросила, но ведь положение серьезное. И на повестке дня - убийство с помощью клофелина.

- В бутылке? - задумался Макар.

Клофелин можно подмешать в бокал с напитком, но существует и другой вариант - заправить саму бутылку.

- Ну мало ли! - лукаво сощурилась Алиса.

- Может, вы маньяк? - весело улыбнулась Варвара. - Сначала усыпите девушку, а потом…

- Без летального исхода, - кивнула Алиса.

- Но я же с вами пью, - в раздумье проговорил Макар.

- Ну мы же шутим!

Алиса чокнулась с ним, выпила и отправилась в ванную.

- Шутка - ложь, но в ней намек… Что ты там про третью бутылку говорила? - спросил Макар.

- Да, мы можем перейти на «ты», - Варвара коснулась пальцами его предплечья.

- Кто третью бутылку принес?

- Миша.

- Вы из нее пили?

- Нет, мы выпили из второй. Может, она и была третьей, а Миша принес четвертую… Мы пили из предыдущей! А потом в сауну пошли.

- Но бутылку принес Миша?

- Да.

- Кто ее откупорил?

- Не знаю.

- Но Мизгирев и Шохратов из нее пили?

- Пили.

Макар позвонил Ситникову, спросил о бутылке с коньяком, которую он видел на столе в трапезной.

- Экспертизу коньяка проводили? - спросил он.

- А что там проводить, «Курвуазье» двадцатилетней выдержки. Я не думаю, что Мизгирев употреблял контрафакт… - с ироний отозвался следователь. - А если серьезно, то и коньяк на экспертизе, и бокалы… Говорят, ты клофелинщиц взял?

- Можешь допросить.

- Давай завтра! - Ситников находился в закрытом помещении, где-то неподалеку плакал ребенок.

Он мужчина женатый, семья недавно пополнилась малышом. Дома он уже, скорее всего. Воскресенье как-никак. А убийство вряд ли можно считать резонансным.

- А по Шохратову что? Причина смерти?

- Сердце не выдержало, остановилось. Кстати, это не первый случай отравления клофелином, - вспомнил, а потому взбодрился следователь. - Человек подъезжал, из окружения Шохратова, интересовался, патрульные ко мне привели… В общем, лет десять назад был примерно такой же случай. Обычные клофелинщицы, обычные дозы, а Шохратов чуть не загнулся. Хорошо, врачи вовремя подъехали, сердце запустили.

- Даже так?

- Сердце… Сердце у него слабое. Или непереносимость препаратов, снижающих артериальное давление. В общем, вскрытие покажет.

- А прецедент уже был?

- Был.

- И люди из окружения Шохратова это знают.

- Выходит, что да.

- И Мизгирев может знать.

- Мизгирев все отрицает.

- Говорил с ним?

- На этом и закончил. На сегодня.

Ситников явно намекал, что Макару пора закругляться. Воскресенье сегодня, выходной, а отгул за этот день еще выгрызть у начальства нужно. И не факт, что дадут.

Макар сбросил вызов, положил телефон и в раздумье посмотрел на Варвару. Действительно, сегодня выходной, на это и можно списать кое-какие грехи. Кое-какие, но грехи. Подозреваемых вот к себе домой пригласил. А еще на обыске в доме «ботаника» не настоял. Оксана осматривала Иршову и Калинину, клофелина при них не обнаружила, золотую печатку тоже. Может, эти предметы можно найти у одноклассника Варвары? Но тогда снова Ситникову звонить нужно, за постановлением ехать, да и сам по себе обыск не простое дело.

- Что-то не так? - спросила Варвара, с робкой улыбкой глядя на Макара.

Волосы у нее слегка растрепаны, помада с губ слизана, платье как будто уже несвежее. Но все равно выглядела она очень-очень соблазнительно. И доступно.

- Да нет, все в порядке.

- Все будет в порядке, когда будет доказана наша с Алисой невиновность.

- Пока я могу предложить только это. - Макар взял бутылку, плеснул в стакан напиток ей и себе.

- За удачу! - кивнула Варвара, поднимая стакан.

Они чокнулись, выпили. Макар нарочно удерживал горечь во рту. Слишком уж сладкое это ощущение, когда Варвара рядом, не хотелось, но для пользы дела нужно перебить этот вкус.

- Значит, бутылку принес Миша? - спросил он.

- Своими глазами видела, - кивнула девушка.

- Принес и ушел?

- Ушел.

- А потом выпустил вас?

- Алиса дала понять, что меня изнасиловали. - Варвара смотрела в глаза мягко, но пронзительно. - Это его разозлило.

- Разозлило?

- А тебя не злит? - Она протянула стакан, с нежностью во взгляде требуя добавки.

- Ну не было же ничего…

- А если было? - И в глаза она смотрела нежно, но требуя сочувствия.

- Это плохо.

- И все?

- Так было или не было?

- Могло быть.

- Тогда клофелин вполне оправдан.

- Не было у нас клофелина, мы не такие.

- Мы хорошие! - подхватила Алиса. Она входила в комнату, на ходу запахивая халат.

Макар успел заметить розовый сосок ее груди.

- На самом деле не очень. Но точно никого не травили…

- И почти не пили… - взяв свой стакан, сказала Алиса.

- Сейчас выпьем, - кивнула Варвара. - И в сауну можно. В смысле в душ. Но танцевать не будем.

- Спать будем, - улыбнулась Алиса, сочувствующе глядя на Макара. - Но исключительно зубами к стенке.

- Напьемся - и спать. - И Варвара смотрела на Капитонова с сожалением, заранее извиняясь перед ним за свою несговорчивость. - Здесь. А ты на кухне.

- Ну да, - кивнул он, чувствуя себя юнцом, еще только познающим прелести жизни.

- Извини.

- Да я не претендую.

- Себя не обманешь, - с ироничным упреком улыбнулась Варвара.

- Нас - тем более, - усмехнулась Алиса.

Варвара отправилась в душ, а Алиса - на кухню готовить ужин. Макар начистил картошки, Алиса ее пожарила, еще он нарезал буженины, сыра. За ужином выпили всю бутылку. Вторую открывать не стали. Девчонки действительно собрались просто спать. Макар мог бы уговорить их продолжить веселье, но не стал этого делать.

Понимал, что будет выглядеть глупо.

Варваре он постелил на кровати, Алисе на диване, первая легла прямо в халате, а вторая разделась на глазах у Макара. Скинула халат, блеснув своей роскошной фигурой, и забралась под одеяло. Тело показать не стыдно, давала понять Алиса, а ложиться с первым встречным некрасиво. А Варвара не говорила ничего, она просто очень хотела спать. Возможно, мечтая о принце на океанской яхте.

Глава 6

Официально спа-центр открывался в девять часов утра, но для босса он начал свою работу чуть раньше. Без десяти восемь Мизгирев качался на искусственной волне спа-бассейна, отмокал, раскинув руки по бортику. Он знал, что в зал входит майор Капитонов, но глаз не открыл. Как будто ему все равно. Не интересует его пыль под ногами.

- Балдеешь, плесень? - спросил Макар.

Мизгирев аж вздрогнул от такой наглости, распахнул глаза и возмущенно уставился на нахала. Именно на такую реакцию Макар и рассчитывал.

Из больницы Мизгирева выписали еще вчера вечером. Макар не думал застать его на месте, просто заехал в клуб по пути на службу, хотел узнать о Сукнове, где он, как можно с ним встретиться и поговорить. Оказалось, что Мизгирев провел ночь в клубе, а утром отправился типа на оздоровительные процедуры. А где Сукнов - никто сказать не смог.

А ведь он пораньше сегодня встал. И проснулся на кухне, и завтрак там же приготовил. А девчонки все еще спят… Хороший он им строгий режим устроил.

- Вот только не нужно изображать оскорбленную невинность, - сказал Макар.

Мизгирев глянул на одного охранника, на другого. В глазах вопрос: почему наглец все еще дышит? Но приказа на расправу Макар во взгляде бандита не увидел. Конечно, шансов против банды у него нет, но за преступлением следует наказание, и Мизгирев прекрасно это понимал.

- Ты кто такой? - скривился бандит.

- Ты знаешь, тебе сказали… И еще ты знаешь, что Шохрат не выносит клофелина.

- Я знал?

- Все знали.

- Кто все? - скривился Мизгирев.

- Все из окружения Шохрата.

- Я не из его окружения, он мой поставщик. Коньяк, вино, бакалея…

- Наркота.

- Чего нет, того нет.

- А вдруг будет? Я, например, с тебя не слезу, пока не докажу, что это ты убил Шохрата.

- Эй! Не убивал я!

- Значит, не докажу. И не слезу! - усмехнулся Макар.

- Слушай ты, мусор!

Одного охранника Макар вывел из игры запрещенным ударом чуть ниже пояса. Второго взял на прием и швырнул в бассейн. Мизгирев испугался, отцепился от бортика, собираясь выйти из воды, но искусственное течение протащило его через весь бассейн - прямо в руки Макару.

- Ты меня покупал? Я тебе продавался? - схватив Мизгирева за уши, спросил он.

- Нет! - скривился тот.

- А чего ж ты меня мусором назвал?

Мокрые уши выскальзывали из рук, приходилось изо всех сил сжимать пальцы, это причиняло Мизгиреву дикую боль.

- Извини!

- Никогда больше, слышишь?

- Да слышу!…

Макар отпустил бандита, отошел от бассейна, взяв под наблюдение обоих охранников. Мизгирев заботился о своей безопасности, вся охрана оснащена служебным оружием, законность выданных разрешений пока никто не проверял.

- Пошли отсюда!

Мизгирев с презрением смотрел на своих охранников. Один все никак не мог разогнуться, второй - натуральная мокрая курица. И никто даже не думал бросаться на обидчика. Инстинкт самосохранения - опция врожденная.

Телохранители ушли, Мизгирев вышел из бассейна, надел купальный халат.

- Как здоровье, Тимофей Анатольевич? - спросил Макар.

- Издеваешься?

- Это не праздный вопрос.

- Было бы лучше, если бы не ты.

- А Шохрату лучше уже не станет.

- Не травил я его!

- А кто мог это сделать?

- Сам думаю.

- Девочки не могли?

- Да кто ж его знает… - пожал плечами Мизгирев.

- Они вроде как в сауне были, потом в бассейне.

- Ну да, туда-сюда…

- Вы ходили за ними?

- За ними - нет, а в сортир - да.

- А Шохрат? Ваш стол мог остаться без присмотра?

- И Шохрат мог выйти. Стол мог остаться без присмотра. Мог!

- И девчонки могли клофелин подсыпать?

- Могли.

- А вы?

- И я мог… Но зачем?

- Калинину не поделили.

- Калинину?… Варвару?… Ну да, девка - огонь… Но убивать из-за бабы? Майор, ты за кого меня принимаешь?

- Иршова и Калинина говорят, что вы были изрядно пьяны, когда их к вам привели. Сколько коньяка вы выпили?

- Пару флаконов. И за третьим послали.

- Куда, кого?

- Охранника. В клуб.

- Девушки из этой третьей бутылки пили?

- Да они не особо… Динамили они нас, понимаешь, начальник? Динамили!… А я еще думаю, куда они денутся! А делись!… Нет, я ничего такого не собирался делать… - спохватился Мизгирев.

- А с Мишей? С Мишей Сукновым что сделал? - жестко спросил Капитонов.

- А что я должен был с ним сделать?

- Насколько я понял, он помог девушками избежать твоего «ничего такого».

- Его за это уволили. Не убивать же!

- И где он сейчас?

- Понятия не имею!

- Даю тебе ровно два часа. Через два часа Сукнов должен быть у меня в кабинете. В целости и сохранности. Если нет, закрою по подозрению в похищении человека. - Макар верил в то, что говорил, потому угроза его произвела впечатление.

- Да не трогал я Сукнова.

- Найдешь его и доставишь. У тебя всего два часа.

- Я отправлю за ним людей.

- Два часа! - Макар показал Мизгиреву «козу», едва не ткнув пальцами в глаза.

- Да понял я!…

- Откуда он, этот Сукнов, взялся?

- С зоны за него попросили.

- Кто?

- Не могу сказать.

- Скажешь. Все скажешь. Если Сукнова не доставишь. Живого и невредимого.

Макар глянул на часы и ушел, не прощаясь. Совещание скоро, а ему еще до управления добираться.

Он выбрал мало загруженный транспортом маршрут, но все равно умудрился застрять в утренней пробке. Совещание уже закончилось, когда он подъехал. Но Славина, распустив всех, оставалась в своем кабинете. И встретила она Макара суровым взглядом, в котором отчетливо просматривалась обида брошенной женщины.

- У Мизгирева был, заговорился.

- Я знаю, - кивнула она. - Он звонил.

- Тебе?

- Прокурору. Зачем ты его избил?

- Избил? Всего лишь уши ему надрал, - усмехнулся Макар.

Но Марина продолжала смотреть на него тяжелым взглядом:

- А двух охранников избил!

- Нападение на сотрудника полиции! При исполнении.

Капитонов не врал и даже не преувеличивал. А разве Мизгирев не призывал к расправе над ним? Взглядом точно призывал.

- Там видеокамеры были, если ты не заметил.

- Не заметил, - нахмурился Макар.

- Видеоматериал будет приложен к заявлениям со стороны потерпевших.

- Это говорит о многом, - сказал Капитонов, стараясь сохранить душевное равновесие. Старался, но что-то не очень получалось.

- Например? - Марина непримиримо смотрела на него.

- Мизгирев уверен, что его не в чем обвинить. Или только делает вид, что уверен.

- Зачем ему травить себя и Шохрата?

- Себя - для отвода глаз.

- Подружек своих выгораживаешь? - полыхнула взглядом Марина.

В страстном гневе она смотрелась великолепно, но на Макара почему-то не произвела впечатления.

Похоже, Варвара окончательно завладела его воображением. Сегодня он проснулся среди ночи, вышел в коридор и долго, завороженно смотрел из темноты на кровать, где она лежала. Околдовала его Варвара, реально околдовала. А Марина, увы, отошла на второй план. И как теперь ей это объяснить?

- Каких подружек?

- Подозреваемых!

- Подозреваемых подружек?

- Кого ты там к себе домой притащил?

- Кто тебе такое сказал?

- Догадалась!

- А никому не говорила? Дело в том, что Иршовой и Калининой угрожает опасность. Мизгирев уверен, что это они отравили его и Шохратова.

- А больше некому!

- А если это в тебе говорит обида?

- Обида?!. Обида была вчера! А сегодня… Сегодня во мне говорит исключительно здравый смысл.

- Надеюсь.

- У тебя час времени. Через час Иршова и Калинина должны находиться в камере временного задержания. Или давай сразу в изолятор временного содержания. Там им будет комфортно, - недобро усмехнулась Марина.

- Может, сразу в следственный изолятор?

- Предъявят обвинение, сразу и отправят.

- А если предъявлять нечего? Если девчонки не виноваты?

- Девчонки! - передразнила Славина. - Не виноваты!… Это в тебе здравый смысл говорит или гормоны?

- А если Шохратова Сукнов отравил?

- Сукнов?

- Охранник спа-центра. Он мог принести бутылку с клофелином в коньяке.

- Зачем ему это?

- Зачем это кому-то?… Может, его использовали втемную. Может, он и не знал, что там, в бутылке.

- Это не гормоны! Это маразм! - усмехнулась Марина.

- А если Сукнов хотел убить Шохратова? Может, он знал, что у Шохратова непереносимость клофелина?…

У Марины зазвонил телефон, она откликнулась, выслушала, губы ее хищно изогнулись. И глаза кинжалами вонзились в душу Макара.

- Спасибо, Юра. Спасибо!

Она положила трубку и, не сводя с Капитонова глаз, презрительно усмехнулась.

- Где скрывались Иршова и Калинина? - жестко спросила она. - Где они до тебя скрывались от правосудия?

- Скрывались. У некоего гражданина Ясенева. А что?

- Обыск в доме почему не провели?

- Я сегодня собирался.

Макар озадаченно смотрел на Марину.

Он действительно собирался осмотреть дом «ботаника», еще вчера в планы на сегодня это занес.

- И я сегодня собиралась… И обыск уже провели!

- Уже?

- И перстень нашли.

- Юра нашел?

- Плохотников. Я привлекла к делу третье отделение… Первому почему-то перестала доверять. Не знаешь почему?

- Перстень - это хорошо.

- Для твоих девочек плохо!

- Ну да.

- А еще хуже ампула с клофелином!

- У кого ампула?

- И перстень у твоих девочек нашли, и таблетки. Плохотников подъедет, все тебе расскажет… А я расскажу, что будет с тобой. Ты ведь не просто спал со своими девочками, ты злоупотреблял своим служебным положением.

- Во-первых, я спал сегодня на кухне. А во-вторых, ты права. Служебным положением я злоупотребил… И в случае с Мизгиревым тоже.

- Зайди в дежурную часть, там полная пепельница. Посыплешь голову пеплом!

- Для этого у меня ты есть. И начальник управления, - мрачно усмехнулся Макар.

- Я у тебя есть? Только для этого? - опустив голову, обиженно и с угрозой спросила Марина.

- Не придирайся к словам.

- Я придираюсь к твоему поведению. Сейчас едешь за своими девочками и привозишь их сюда!

Из кабинета Макар выходил в дурном предчувствии. Варвара вчера могла его облапошить. Очаровала, задурила голову, вошла в доверие и оказалась у него дома, а не в камере. Но это было вчера, а сегодня Варвара сбежит, прихватив с собой подружку. Тогда ему точно не поздоровится.

Капитонов закрыл дверь снаружи, запасного ключа в квартире нет, но вдруг Варвара и Алиса найдут способ ее взломать. Но переживал он, как оказалось, напрасно, девушки сонно пили кофе на кухне. Варвара лишь слегка оживилась, увидев Макара.

- А мы тебя к обеду ждали, - сказала она.

- Собирайтесь.

- Куда? - всполошилась Алиса.

- К следователю, на допрос.

- А это опасно? Нас не оставят там? - Варвара подошла к Макару, нежно коснулась пальцами его плеча.

И снова она зачаровывала его - взглядом, прикосновениями. И Ситникову она предложит эту же игру. Потому что порочная у нее натура, изворотливая, а может, и подлая. И с мужчиной ей переспать так же просто, как раздеться догола перед публикой.

- Не знаю.

И все же Макар таял перед ней, как свеча под жарким дыханием огня. Но совсем еще не растаял, и ему хватит твердости доставить ее в отделение.

- Почему не знаешь?

- Потому, что в доме вашего Ясенева нашли перстень, снятый преступниками с руки Шохратова.

- Ясенева с нами не было, - мотнула головой Алиса.

Макар повел бровью, глядя на нее. Интересно, всерьез она это сказала или шутки у нее такие.

- Вы у Ясенева были. После вас остался перстень и клофелин.

- И клофелин?! - захлопала глазами Варвара.

- Это ты виновата! - выстрелила в нее взглядом Алиса.

- В чем?!

- Могла бы и дать товарищу майору! А то не надо, не надо, и так сойдет!…

- Что ты такое говоришь? - Варвара мотнула головой, оторопело глядя на Макара.

Не говорила она вчера ничего подобного и переспать с ним могла, будь он понастойчивее.

- А то и говорю, что обиделся товарищ майор! Съездил к твоему ботанику, подбросил клофелин и перстень… - Алиса задумалась, подняв палец на уровень чуть выше головы.

- Да откуда у меня мог взяться перстень? - усмехнулся Макар.

- Откуда? - Алиса остро глянула на него.

- Вот и я спрашиваю.

- А может, это вы перстень с его руки сняли? Может, преступник его и не забирал?

- Этот вопрос ты можешь задать следователю. Ну чего стоим, собираемся?

- Но у нас не было никакого перстня! И клофелина тоже! - Варвара двумя руками держалась за плечо Макара.

- Я постараюсь это доказать, - немного подумав, сказал Капитонов.

А вдруг настоящий преступник подбросил улики Ясеневу, чтобы сделать вину стриптизерш еще более очевидной? Макар понимал, что такой вариант вероятен так же, как снег летом, но и Варвару на произвол судьбы он бросить не мог.

- Правда постараешься?

- И даже из тюрьмы тебя выкрадет!… - фыркнула Алиса. - Ну чего стоишь как дура? Собирайся!

Макар доставил девушек в управление, провел в кабинет к Славиной.

В своих платьях они выглядели вульгарно, и Марина не могла этого не заметить. Но презрительная улыбка застыла у нее на губах, когда она разглядела Варвару. Даже со своей, женской, точки зрения она поняла, почему Макар взял ее под свое покровительство. Именно ее, а не Алису. И Капитонов это понимал, глядя на Варвару. Сам же привел ее в кабинет, сам же не сводил с нее глаз. И Славина это заметила.

- Товарищ майор, вы свободны!

Макар кивнул, вышел из кабинета и отправился в лабораторию. Тучный Пушков набирал вес за счет калорий и углеводов, причем именно этим он сейчас и занимался. Но и о работе не забывал. Смотрел в микроскоп, тщательно пережевывая пирожок, бумажный пакет с которыми лежал на столе.

- Капитонов? - не отрываясь от микроскопа и пирожка, спросил он.

- Так точно!

- Угощайся!

- С чем?

- С печенкой.

- Надеюсь, не с человеческой? - осторожно откусив от пирожка, спросил Макар.

- С человеческой - это у судмедэкспертов.

- К ним тоже нужно будет зайти. Что там у нас по коньяку?

- Хороший коньяк!

Пушков открыл тумбу, вынул оттуда бутылку в прозрачном целлофане. И поставил на стол с таким видом, как будто собирался разлить содержимое по стаканам. Не всухомятку же пирожки трескать.

- Двадцать лет выдержки, по тысяче за бутылку.

- А клофелин?

- От клофелина можно очистить…

- Значит, все-таки клофелин был в бутылке?

- Откупорили, всыпали, встряхнули, дождались, когда растворится…

- Клофелин и в растворах бывает. Для инъекций.

- Или глазные капли. А здесь таблетки. Они хоть и растворились, но мельчайшие частицы остались. Я в заключении все, что требовалось, отразил.

- Точно таблетки были?

- Возможно, просроченные. Или близко к тому… Не меньше пачки.

- Не меньше пачки?

- Это в бокал достаточно таблетки-двух, а тут целая бутылка… Ну в принципе Мизгирев получил всего лишь отравление, доза несмертельная. Это для Шохратова доза убийственной оказалась, - сказал Пушков, вынимая из пакета очередной пирожок.

- Значит, таблетки?

- Таблетки!

- А пирожки, кстати, вкусные!…

Макар вышел из лаборатории, позвонил Плохотникову, спросил, когда он подъедет.

Как оказалось, Юра уже находился в городе, Макар вышел во двор, там его и встретил. Капитан Плохотников занимался розыском пропавших без вести, звезд с неба не хватал, но ничего дурного Макар о нем сказать не мог. Среднего роста, широкоплечий, кривоногий, рот широкий, отчего казалось, что он все время улыбается. С ним подъехал молодой лейтенант, только что после выпуска.

- Макар Сергеевич! - удивился Плохотников. - А мне сказали, что вы в отпуске!

- Кто это придумал, Славина?

- Надо сказать, она сегодня не в себе… - тихо сказал капитан, глянув на лейтенанта, который топтался в сторонке. Информация, так сказать, не для зеленых ушей.

- Я еще подумал…

- Что ты там нарыл? - перебил Юру Макар.

- Да вот!

Плохотников показал перстень и ампулу с надписью «Клофелин» на потемневшей от времени этикетке. И печатка, и клофелин находились в одном прозрачном пакетике.

- Протокол, понятые, все как положено.

- А Ясенев? - разглядывая ампулу, спросил Макар.

А ведь срок годности истек целых два года назад. И этикетка потемневшая, и само вещество какое-то мутное. Или это ампула потеряла первоначальную прозрачность. Опять же, от времени.

- А Ясенев дома остался. Он же не при делах. Он даже не знал, что у него все это спрятали.

- Разберемся, со всем разберемся, - в раздумье проговорил Макар.

В принципе, Алиса или Варвара могли держать в своих сумочках клофелин. У одной вещество в таблетках, у другой - в инъекциях, даже то, что препарат просрочен, можно объяснить. Но почему девчонки не выбросили ампулу, а просто спрятали ее? С перстнем понятно, а зачем им просроченный клофелин? Тем более в ампулах, каждая из которых по своим размерам в несколько раз больше таблеток. И это при том, что активного вещества в таблетках больше раза в два…

- Как там дорога? - спросил Капитонов.

Дорога Макара не разочаровала, в сторону Москвы движение плотное, зато навстречу - дорога свободна. Повезло Макару и в том, что Ясенев находился дома. Но собирался уезжать. Он уже садился за руль, когда Капитонов подошел к воротам его дома.

Сначала парень повесил ключ за доску, на которой крепился рукомойник с зеркалом, затем отправился открывать ворота, у которых стоял Макар.

Ворота низкие, полицейский хорошо видел, как парень вешает ключ на гвоздик, сам он при этом оставался незамеченным. Он не прятался, просто Ясенев не видел его. А когда заметил, близоруко сощурился.

- Вы по объявлению? - спросил он с радушной улыбкой.

- Я из полиции!

- Опять? - Улыбка потухла.

- Майор Капитонов, уголовный розыск.

Ясенев производил впечатление типичного ботаника: тощий, несуразный, зацикленный на своих комплексах и проблемах мироздания. Не хватало только очков, но, скорее всего, они находились в футляре, который выглядывал из кармана его брюк. В одном кармане телефон, в другом - очки.

- Да я знаю, приезжали, что-то нашли.

- Что нашли?

- Перстень какой-то и ампулу. Что там?

- Яблочный сироп.

- Да нет, не сироп, что-то сильнодействующее… Клофелин?

- Ты знаешь, в чем Варвару обвиняют?

- Знаю, ваш коллега говорил…

- А с какой проблемой к тебе можно обратиться? По объявлению.

- А-а, ремонт бытовой техники… Знаете, сейчас, если телевизор сломался, легче новый купить, а я задешево ремонтирую. И телевизоры, и компьютеры - в общем, все, где с электроникой проблемы.

- А собрался куда?

- Так по вызову… На дом сейчас, ну в смысле в мастерскую, сейчас никто ничего не везет, в основном мастера вызывают… Ну а если видеокамеру нужно установить и подключить, так это только по вызову…

- Камеру?

- Систему видеонаблюдения. Заказ недавно был. «Умный дом» могу полностью создать и подключить. Из своих деталей.

Получается почти в два раза дешевле, чем если готовую систему покупать.

- Сапожник без сапог?

- Не понял. - Парень щурился, рассматривая Макара, но очки из кармана не доставал, возможно, забыл о них.

- Системы видеонаблюдения у тебя нет.

- Да мне и не нужно!

- И дом у тебя совсем не умный. Зачем ключ на гвоздик вешаешь? Я вот, например, видел. Ты уедешь, а я зайду в дом и что-нибудь украду.

- Да у меня и красть-то нечего, - фыркнул Ясенев и тут же задумался, по привычке провел пальцем по переносице, поправляя несуществующие очки. А вдруг есть в доме что-то ценное.

- А перстень из чистого золота?

- Так забрали уже!

- А как он у тебя дома оказался?

- Возможно, Варвара оставила или ее подружка.

- А она могла человека обокрасть?

- Кто, подружка?

- А Варвара не могла?

- Варвара могла. Но если только не нарочно… В школе в истории вляпывалась.

- Например?

- Учительница у нас была дура дурой, так Варвара ее на ключ в кабинете закрыла. Пошутить хотела. А у Марьяны астма, ингалятор дома забыла… Или один у нас там был… Из-за Варьки со второго этажа выброситься хотел. Так она говорит, давай прыгай! И столкнула… Я тогда ногу… Ну, этот, который ногу сломал…

- Влюблен в Варвару? - усмехнулся Макар.

- Кто? Парень этот?

- Ты.

- Да я-то здесь при чем?

- При том, что Варвара у тебя спряталась. Ты ей мобильник отключил?

- Я… Проблемы у них, сказали, гопники какие-то там их ищут. Ну я подумал, что телефоны отключить нужно.

- Гопники?

- А потом из полиции подъехали. Сегодня.

- Вчера ты дома был, когда подъезжали?

- Дома.

- Никуда не уходил?

- Уходил. Выезжал. Телевизор сломался, я и поехал.

- Ключ так же за рукомойник повесил? - усмехнулся Макар.

- Да.

- И калитка у тебя легко открывается.

- Руку можно забросить и открыть.

- Собаки нет.

- У меня аллергия на собак.

- И очки в кармане носишь.

- В машине надеваю.

- Меня не сразу заметил… А перстень где нашли?

- В прихожей, там у меня буфет, под буфетом лежал.

- А когда ты вчера уезжал, не видел никого? Может, кто-то видел, как ты ключ на гвоздик вешал?

- Да нет, никто… Хотя… - задумался Ясенев.

- Давай вспоминай.

- Ну, может, это просто кто-то мимо дома проходил… - Парень провел рукой вдоль ворот в сторону соседнего участка.

А там тропинка, от дома к дому, параллельно дороге, метрах в трех-четырех от нее.

- Проходил, заглянул, остановился.

- Остановился.

- Был человек, - кивнул Ясенев. - Голову его видел.

- А уезжал ты, светло было или темно?

- Темнело.

- Человека не разглядел?

- Нет… - Парень легонько коснулся пальцами глаз. - Но мужчина был, не женщина.

- Долго тебя не было?

- Часов до десяти отсутствовал.

- Кто тут рядом с тобой живет?

Макар обошел всех ближайших соседей Ясенева, всех, кого смог застать дома. Никто не видел, как во двор к Ясеневу кто-то заходил. А как дверь в дом открывал - тем более. Одна только старушка из дома напротив кого-то видела в районе девяти вечера. Стемнело уже, но возле дома горел фонарь. Сначала коровы с пастбища прошли, затем мужчина появился, высокий, широкоплечий, с короткой стрижкой, в кожаной куртке. Он открыл калитку, скрылся во дворе, минут через десять вышел и, задрав воротник куртки, скрылся за палисадником соседнего дома. Макар уже хотел поблагодарить бдительную старушку, когда вмешалась ее внучка, взрослая уже и в здравом уме женщина. Коровы с пастбища по этой улице давно уже не ходили, старушка вспомнила свою молодость. И мужчина в куртке мог померещиться. Но Макар все же не исключил компромиссного варианта. Не могла же старушка постоянно находиться в маразматическом состоянии, возможно, коровы ей почудились, а мужчина в куртке - нет.

Глава 7

Обратный путь не занял много времени, Макар вернулся в управление, сначала заглянул в лабораторию, затем зашел к Славиной. Она сидела за столом и уныло думала о чем-то. И на Макара глянула устало, с недовольством обиженной женщины.

- Стучаться надо.

- Вообще-то стучался. Ты просто не услышала… Или «Вы»?

- Давай без крайностей. За девчонками своими пришел? - презрительно усмехнулась она.

- Приехал. Есть предположение, что перстень девчонкам подбросили.

- Ну конечно!

- Отпечатков пальцев на перстне нет. На ампуле с клофелином тоже. Я был у Пушкова, он сказал. И перстень, и ампулу тщательно протерли. И в коробочку положили, на которой не остаются пальчики.

- Калинина и протерла. Чтобы не оставлять следов.

- А почему под шкаф в прихожей положила? У нее была целая ночь, могла бы в саду где-нибудь закопать. Собаки у Ясенева не было.

- Сам Ясенев был. Поэтому Калининой было некогда. По ночам она обычно сексом занимается. И перед мужчинами раздевается. Или сначала то, затем другое. Или сначала другое, а затем то? - едко усмехнулась Марина. - Как у вас там было: сначала разделась, а потом секс?

- А почему именно Калинина?

- А потому, что она тебя с ума свела. Не Иршова, а Калинина… И клофелин она в коньяк подмешала. - Марина с нарочитой усталостью открыла папку, вынула оттуда несколько листов бумаги, скрепленной степлером, и, разжав пальцы, уронила перед собой на стол. - Вот, можешь ознакомиться. Протокол допроса. Протокол признания.

- А в общих словах? - Макар взял протокол, бегло прошелся взглядом по строчкам.

Почерк у Марины быстрый, но сносный, слова и фразы читались отчетливо.

- Я же сказала, Иршова призналась в убийстве. С себя она вины не снимает, говорит, что клофелин в коньяк подмешала.

- Как она это сделала? В бутылку подсыпала, в бокал?

- Там все написано.

- Твоей рукой написано, поэтому я у тебя спрашиваю, а не у протокола.

- По бокалам разлила. По ампуле на бокал.

- И как же Калинина ампулы вскрыла? Это ведь пилка специальная нужна. И опыт.

- Значит, было у нее и то и другое.

- А куда делись сломанные ампулы? В протоколе осмотра их точно нет.

- С собой забрала.

- И выбросила?

- И выбросила.

- А полную ампулу выбросить не догадалась?

- Значит, не догадалась.

- Это не протокол. - Макар небрежно отбросил от себя бумагу. - Дело белыми нитками шито… С Пушковым говорить не пробовала? Или заключение экспертизы не документ? - с укором спросил Макар.

- Признание - документ. - Славина настороженно смотрела на Капитонова.

- Клофелин в бутылке был. И сейчас там. С микроскопической взвесью из нерастворимых остатков таблеток. Таблеток!… Клофелин в таблетках был, а не в ампулах!

- А почему ты на меня кричишь? - возмущенно спросила Славина.

- Я кричу?… - удивился Макар. Возможно, он действительно повысил голос, не заметив этого.

- Иршова могла не видеть, как ее подружка подсыпала клофелин, она в это время могла отвлекать Мизгирева и Шохратова.

- Могла или отвлекала?

- Так, давай ты не будешь сейчас выгораживать Калинину! - взвилась Славина.

- А почему я не должен выгораживать Калинину? Даже если она отравила, то что она сделала не так? Мизгирев и Шохратов угрожали ей!

- Ага, один сверху, другой снизу!… Или она святая? - съязвила Марина. - Может, она по святости своей души перстень с пальца сняла?

- Подбросили перстень. Есть свидетели.

- Какие свидетели?

- Ну, не скажу, что очень надежные…

- Калинина перстень сняла. И клофелин подсыпала.

- Я могу поговорить с Иршовой?

- Ситников ее сейчас допрашивает. Если не закончил.

- А Калинина что говорит?

- Калинина все отрицает.

- И подружку не оговаривает.

- И себя тоже.

- Ну что ж, будем разбираться.

Ситников не ангел, но с заключением экспертизы он наверняка ознакомился. Если Алиса будет гнуть свое, Ситников ее обезоружит. Но станет ли он разоблачать ее? Подкорректирует показания, вооружит новой версией - и Калинина останется крайней.

Ситников не закончил допроса, Иршова находилась в помещении для допросов, а Варвару Макар нашел в камере временного задержания, за решетчатой стеной, через которую на нее мог пялиться любой проходящий. А она такая беззащитная, такая уязвимая. Макару вдруг стало трудно дышать от жалости к ней.

- Ты в курсе, что Иршова тебя сдала? - спросил Макар, усаживаясь на скамейку рядом с девушкой.

Он мог бы отвести ее в свой кабинет, напоить чаем, но там по соседству Славина, возможная встреча с ней воодушевления не вызывала.

- Зачем она это сделала? - вздохнула Варвара.

- Своя рубашка ближе к телу.

- Но у меня не было клофелина.

- Знаю.

- Знаешь?

- Есть предположение, - пожал плечами Макар.

- А почему я до сих пор здесь? - Варвара, чуть не плача, смотрела на него.

- Кто-то подставил вас.

- Кто?

- Постараюсь выяснить, - пообещал Капитонов.

- Не нужно стараться, нужно выяснять! - Варвара умоляюще смотрела на него.

- Что ты там говорила о конфликте между Мизгиревым и Шохратовым? - в раздумье спросил Макар.

- Я уже и не помню, что там было. И не думаю, что они могли переругаться из-за меня.

- Из-за тебя могли. И не из-за тебя тоже.

Бутылку с «заряженным» коньяком принес Сукнов. Клофелин он мог подмешать по своей воле или по просьбе своего босса. Возможно, Мизгирев знал, что клофелин для Шохрата - это смерть. Если так, то Сукнова нет в живых. Отпущенные два часа давно уже истекли, а Сукнова нет и не будет. А чтобы обезопасить себя от Макара, Мизгирев обратился в прокуратуру. И заявлениями от своих бандитов отгородился… А ехать к Мизгиреву нужно. Ехать, узнавать, где живет и может находиться Сукнов. Но, возможно, и не нужно никуда ехать. Возможно, бандиты Мизгиря совсем рядом, нужно только руку протянуть.

Капитонов посоветовал Варваре не падать духом и прямым ходом отправился в магазин спортивных товаров, который находился неподалеку. А по пути засек черный «Гелендваген» с затемненными окнами, из которого могли наблюдать за выходом из управления. В магазине он позвонил капитану Холодкову из своего отделения и поставил задачу подстраховать. Там же он купил недорогой женский спортивный костюм, с этим приобретением и подошел к «Гелендвагену».

Макар подошел к машине с одной стороны, Холодков с другой. Впрочем, за оружие им браться не пришлось. Смирнов сопротивления не оказал. А больше в машине никого и не было.

- Соскучился по камере? - спросил Макар.

- Да как-то не очень, - пожал плечами бандит.

- А здесь что делаешь?

- А что, нельзя?

Макар вопросительно посмотрел на Холодкова. Парень он крепкий и неглупый.

- Нельзя или можно - это мы у прокурора спросим, - расчехляя наручники, усмехнулся Холодков.

Макар кивнул. Что-то в этом духе он от своего подчиненного и ожидал.

- А прокурор только завтра будет, - сказал он.

- Да я Кузю… Кузнецова жду!

- И Кузя завтра выйдет… Одному ему скучно…

- О и борзый ты мент! - зыркнув на Макара, сказал Смирнов.

Бандита доставили в кабинет, там Холодков снял с него наручники и, разминая кулаки, прицельно посмотрел ему в глаза.

- И давно ты здесь ошиваешься? - спросил Макар, кивком указав за окно.

- Да не ошиваюсь я, просто подъехал.

- Вдруг Кузю отпустят?

- Ну да.

- А почему его должны отпустить? Потому что Мизгирев прокурору на меня настучал?

- А он настучал? - Смирнов постарался спрятать усмешку.

- А синяк обязательно ставить? - спросил Холодков и так звонко шлепнул кулаком в ладонь, что Смирнов вздрогнул.

- Мизгирев должен увидеть, - кивнул Макар.

- И если я ему нос сломаю, тоже увидит, - кивнул Холодков. - Или челюсть.

- Эй, я не понял, а что за дела?

- Да вот, думаем, как нам Мизгиреву объяснить, что мы его не боимся… - сказал Макар и в раздумье посмотрел на Холодкова. - Челюсть не надо, а нос можно… Нос ему сломаем.

- Отлично!

Холодков размахнулся, но Макар его осадил.

- Да не сейчас! Кровью тут все зальет.

- Эй, может, хватит пугать? - задергался Смирнов.

- Где живет Сукнов, знаешь? - спросил Макар.

Он вошел в базу данных, сделал запрос на личное дело Сукнова, открыл его, но в нем ничего особенного. Сукнов Михаил Павлович, осужден за убийство на девять лет, отсидел весь срок. Рост, телосложение, особые примеры. Родился в городе Новосибирске, там его и судили. Там же и последнее место регистрации. Про Краснохолмск не сказано ничего. И что за убийство он совершил - тоже. Умышленное, да, но при каких обстоятельствах неясно. Это приговор суда открывать нужно. А о его жизни в зоне могла рассказать только характеристика.

- Сукнов?! Да не знаем мы. Никто не знает!

- А вы что, его уже искали?

- Да, была команда… Мы с Веретеном ездили, Мельник мотался…

- Мизгирев сказал найти?

- Да, говорил.

- Что ты о Сукнове знаешь?

- Да что я знаю!… Сидел он за мокрое…

- А к вам как попал?

- Кто-то за него очень попросил. Кто-то авторитетный.

- Кто конкретно?

- Да я не знаю, Тимофей Анатольевич не говорил. Но кто-то очень авторитетный… Попросил к делу пристроить. Ну, пацан, сказал, серьезный, надежный…

- Кто сказал - не знаешь.

- Это к Тимофею Анатольевичу.

- Серьезный, говоришь, надежный?

Макар открыл характеристику из мест лишения. И добрых слов о Сукнове там не нашел. Злостный нарушитель установленного порядка отбывания наказания, за что имел сорок шесть взысканий. Рассматривался вопрос о переводе в тюрьму на срок до трех лет. Сорок шесть взысканий - это действительно серьезно. Типичный осужденный отрицательной направленности. Возможно, крепко подверженный воровской идеологии.

- Ну не знаю, серьезный он или нет, но братва его не жаловала, - пожал плечами Смирнов.

- А он вас жаловал? Может, это вы для него второй сорт?

- Да?… - задумался мужчина. - Может быть… Взгляд у него мутный. Спокойный такой, глубокий, а в глубине насмешка. Ну да, мы для него второй сорт! Как будто он сам высший!…

- А с Шохратом он как контактировал?

- Если честно, не знаю… Шохрат у нас редкий гость. Последний раз… Когда он у нас в предпоследний раз был?… Сукнова тогда точно не было!… Не знаю я, как он к Шохрату относился…

- А отравить его мог?

- Из-за баб?

- Почему из-за баб?

- Ну так озабоченный он.

- Дамский угодник? - вспомнив Челленджера, спросил Макар.

- Да, на бабах он помешан… Телочку твою, начальник, снимал, - усмехнулся Смирнов.

- Мою телочку? - изобразил удивление Капитонов.

- Ну с кем ты там на убийство приходил… Мельник сказал, что ты чисто погулять приходил, девочка там с тобой какая-то была. Сам-то я не видел, но Мельник говорил…

- Что Мельник говорил?

- Что Сук ей стрелку забивал. Она ему номер телефона дала.

- Номер телефона?

Как это ни смешно, Инга Макару номер своего телефона не давала. Как-то уж очень стремительно закончились их отношения. Так быстро и ярко, что продолжения не захотелось. Инга выскочила из машины, сказала, что он может позвонить ей, а номер не оставила.

- Кстати, надо бы пробить эту девочку, - задумался вдруг Смирнов.

- Думаешь, Сукнов может быть с ней? Или ты думаешь что-то другое? - нахмурился Макар.

- Сукнов может быть с ней. Мы его реально не можем найти.

- Попробуй пробить Кузю, - сказал Макар.

- Не понял! - вскинулся Смирнов.

- Ты его тоже не можешь найти. К нему мы тебя и отправим.

Адрес Инги Макар знал: подвозил ее к дому. Улица Карла Маркса, сорок пять. «И квартира тоже сорок…» - вспомнил он. Вторую цифру Инга назвать не успела, но если «тоже», то сорок пять.

- Если, конечно, тебе нечего больше сказать, - усмехнулся Макар.

- Так нечего!

- А зачем тогда ты напрашивался на разговор? - спросил Капитонов, выразительно глянув на Холодкова.

- Я напрашивался? - вскинул брови Смирнов.

- А разве нет? - удивился Холодков. - Подъехал, напросился, Мизгиря слил.

- Я Мизгиря слил?! - взвился бандит.

- Теперь ты профессиональный стукачок! - Холодков с силой хлопнул Смирнова по плечу.

- С чем тебя и поздравляю! - кивнул Макар.

- Эй, это беспредел!… Ничего у вас не выйдет!

- А ты посиди, подумай. Может, и созреешь. Только Кузе ничего не говори. Он, может, и не поверит, что ты наш, но сомнения закрадутся. Сам знаешь, в плохое легче поверить, чем в хорошее.

Банда Мизгиря особо не отсвечивала, в криминальные сводки попадала редко, но свой человек в этой паутине лишним не будет. А Смирнов из тех, кто поддается чужому влиянию, значит, его можно завербовать.

Смирнова закрыли в камере с Кузей, а Макар заглянул к Варваре, отдал ей костюм, полотенце и даже закрыл собой, чтобы она смогла переодеться.

На Карла Маркса он отправился сам. Как ни крути, а Инга - часть его личной жизни. Прежде чем припарковаться, объехал двор по кругу. Его интересовала машина, в которой мог находиться Сукнов. Но его внимание привлек только автомобиль такси, в котором находился водитель. Спрашивать ничего не пришлось. Из подъезда вышла женщина с морским загаром и в пляжной шляпе, села в такси и уехала. Никаким Сукновым здесь и не пахло.

Сорок пятая квартира находилась на одиннадцатом этаже, Макар поднялся на лифте. Сначала открылась одна дверь - из квартиры, затем вторая - из тамбура на две квартиры. Инга обомлела, увидев Макара.

- Ты?!

Выглядела она очень даже впечатляюще. Вьющиеся волосы с мокрым эффектом, в ушах сережки с голубыми камушками - под цвет глаз, на губах сочный блеск помады, платье средней длины и свободного покроя очень шло ей, туфли на каблуках удлиняли стройные ножки. Инга явно куда-то собралась. Или ждала кого-то в гости. Кого-то, но точно не Макара.

- Ты же сказала позвонить, а номер не дала.

- Не было ничего, - мотнула головой Инга.

- Не говорила?

- Забудь.

- А чего так неласково?

- А ты чего?… Видел же, что я не айс! - Инга коснулась пальцем горла.

- И Миши не было?

- Какого еще Миши?

- А кого ты в гости ждешь?

- Откуда ты знаешь, кого я жду?

- Миша, охранник из спа-салона. Ты давала ему номер телефона?

- Ну давала.

- Он звонил?

- Ну звонил.

- Когда?

- Вообще-то это мое личное дело.

- Это очень опасный человек, - покачал головой Макар.

- С чего это?

- Во-первых, уголовник.

- А кто в молодости не ошибался?

- Ты его ждешь?

- Ну-у…

- Поверь, я не из ревности спрашиваю. Возможно, Сукнов совершил второе убийство.

- Второе?!. А первое?!

- За первое он уже отсидел.

- А-а, человека сбил!

- Инга, все очень серьезно. Очень-очень… Ты его ждешь?

- Ну, родители, как говорится, на даче… - Инга кивком указала на дверь в квартиру.

- А Миша где?

- Должен подойти.

- Звонил?

- Звонил.

- Я зайду?

- Только, чур, не приставать! - немного подумав, кивнула Инга.

В доме так вкусно пахло жареным мясом, что Макар представил курицу в духовке и с хрустящей корочкой.

- Вкусно ты гостей встречаешь, - сказал он, заглянув в гостиную.

Столик журнальный у дивана, сервировка на двоих, бокал для вина и хрустальная рюмка под водку. Похоже, Инга уже успела разобраться в предпочтениях Сукнова.

- У меня все вкусно.

- Да кто бы сомневался!

Макар открыл дверь в спальню.

- Может, сначала выпьем? - в шутку, с иронией спросила девушка.

- Кого ты здесь от меня прячешь? - Капитонов распахнул створки шкафа.

Он тоже шутил, но Сукнова искал по-настоящему. Вдруг он все-таки в квартире.

- Мне бы самой от тебя спрятаться! - улыбнулась Инга.

- Сукнов пьет водку? - спросил Макар, резко поворачиваясь к девушке.

- Пьет! - шарахнулась она.

- Только водку?

- Ну если есть…

- Вчера было?

- Э-э… Ну было.

- Где ты с ним выпивала?

- Не только выпивала… В смысле не для этого встречались. Мы же не алкаши!

- Где вы встречались?

- Он меня к себе отвез.

- Когда?

- Он в восемь часов должен был заехать. - Инга кивнула за окно, во двор.

- А когда заехал?

Макар старался говорить спокойно, но после каждого вопроса Инга вздрагивала, как лист на дереве под каплями дождя.

- В десять…

- Домой к нему?… Адрес?

- Это на Суворовской… Ты меня точно не ревнуешь?

- Что у него там на Суворовской?

- Квартиру он там снимает.

- Номер дома, номер квартиры…

- Номер дома… - Инга нахмурилась, как школьница, поставленная перед непосильной задачей. Но тут же улыбнулась, как будто вспомнила что-то забавное и интересное. - Так номер пятый. И квартира пятая. Точно как у нас: сорок пять - сорок пять!… Квартирка, правда…

- Что квартирка?

- Так-то вроде ничего, но старая. Старой мебелью нехорошо пахнет.

- Мебельная моль.

- Точно! Мебельная моль и лекарства… Лекарствами очень пахло. Миша сказал, что в квартире женщина жила, долго болела… А то, что она там же и умерла, потом уже сказал…

- Суворовская, пять, квартира пять?

Получив утвердительный ответ, Макар позвонил Ворошилову и велел пробить владельца квартиры по этому адресу. И по возможности связаться с ним. Ему нужен был ключ от квартиры. Чутье подсказывало, что Сукнов к Инге не придет.

И еще он позвонил Холодкову и велел срочно ехать на Карла Маркса. Не мог он оставить Ингу без присмотра. Вдруг Сукнов все-таки заявится к ней.

- Значит, встретиться вы должны были в восемь вечера? - спросил Капитонов.

- Ну да… Он сказал, что заедет, позвонит.

- Номер его телефона у тебя есть?

- Есть… А что, на самом деле все так серьезно?

- А встретились вы в районе десяти?

- Верно.

- Он за тобой заехал?

- Да.

- На чем?

- Наверное, на такси.

- Наверное?

- Своей машины у него нет. И к нему мы на такси ехали.

- На Суворовскую, вчера?

- Вчера.

- То есть, когда ты вышла во двор, такси не было?

- Нет.

- А Сукнова где носило с восьми до десяти?

- Не знаю… Он сказал, что в пробке застрял. Из Москвы ехал.

- Из Москвы. - Макар в раздумье потрогал себя за подбородок.

Возможно, с восьми до десяти Сукнов находился в поселке Малиновском. Возможно, проследил за Ворошиловыми, на хвосте у них вышел на дом Ясенева, а когда девчонок забрали, позвонил Инге и договорился с ней о встрече. Именно на то время и назначил свидание, когда собирался подбросить перстень. Хоть и жалкое, но все-таки подобие алиби создал. Вольно или невольно…

- Как он на тебя вышел? - спросил Капитонов.

- Просто… Позвонил вчера утром.

- Вчера утром?

Возможно, Сукнов хотел использовать Ингу как источник информации. Логика простая: если она встречается с начальником уголовного розыска, то должна хоть что-то да знать о его текущих делах.

- А встретились когда?

- В десять часов вчера и встретились.

- А так только по телефону общались?

- Женщины любят ушами, - усмехнулась Инга. - А мужчины любят в эти уши дуть…

А Миша умел еще в уши любить. Язык у него подвешен!

- В восемь вечера он тебе звонил? Говорил, что задерживается?

- В том-то и дело. В десять позвонил, сказал, что телефон сел…

Макар кивнул, дав оценку действиям Сукнова. По телефону можно установить, где подозреваемый находился вчера в районе девяти вечера. И если Сукнов находился в Малиновском, вывести его на чистую воду проще простого. Он мог оставить телефон где-то в городе, если так, то как звонить Инге?

- А в десять часов позвонил?

- Позвонил… С какого-то другого телефона.

- С какого другого?

- Не знаю. Номер незнакомый. Его номер я в память вбила.

- Разберемся.

Позвонил Ворошилов, сообщил, что установил владельца квартиры, даже связался с ним. Ключ можно получить без проблем. Макар выписал номера телефонов, по которым Сукнов звонил Инге, и велел пробить их и узнать, где эти телефоны находились вчера в районе девяти вечера.

Пока Ворошилов выяснял, подъехал Холодков.

- Курочку хочешь? - спросил Макар.

- Эту? - удивился капитан, с интересом рассматривая Ингу.

- Жареную.

- А я думаю, чем здесь пахнет!

- Так я вас обоих накормлю! - спохватилась Инга.

Но Макар мотнул головой. Он собирался ехать к хозяйке квартиры на улице Суворовской и очень спешил.

Когда он садился в машину, позвонил Ворошилов. Номер одного телефона действительно принадлежал Сукнову, а второй - какому-то Джабборову Абдулло. Первый телефон сейчас находился в районе пятого дома по улице Суворовской. Видимо, Сукнов был у себя.

Капитонов не надеялся на сознательность уголовника, заехал за ключом, прихватил и хозяйку, вызвал участкового, также к дому подъехали Ворошиловы.

Но квартира пустовала. А телефон лежал на столе. Обычный телефон, кнопочный, дешевый и надежный.

В квартире действительно нехорошо пахло. Старая мебель, лекарства, тяжелая аура больного человека.

- Мама у меня здесь болела, - сказала женщина и болезненно поморщилась, приложив руку к правому боку.

Неужели заболело там что-то? Немолодая женщина, но бодрая, энергичная, походка твердая, пружинистая, как у сильного здорового человека. И вдруг расклеилась. Макар усмехнулся, почувствовал, что у него начинает болеть голова.

- Чем?

- Да всем! - Женщина приложила руку к левому боку и при этом слегка, едва заметно согнула ногу в колене.

- Давление?

- И давление, и сахар…

- А лекарства?

- Лекарства в шкафу!

Женщина открыла один ящик, другой, и в одном ящичке, и в другом лекарства. Макар порылся, но клофелина среди них не нашел.

- А клофелин, случайно, не применяли?

- Клофелин?… Да, да, был клофелин… Мы потом на дилтиазем перешли…

- А перешли давно?

- Три-четыре года назад… А в прошлом году мама… - Женщина тяжко вздохнула.

Макар еще раз просмотрел содержимое ящиков, заглянул в другие, но клофелина так нигде и не обнаружил. Похоже, Сукнов прибрал лекарства к рукам.

- Татьяна Георгиевна, у вас телефон жильца есть?

- Должен быть.

Напрасно Макар надеялся узнать другой, запасной номер Сукнова. Хозяйка квартиры назвала ему известный номер.

- Татьяна Георгиевна, как вы Сукнову квартиру сдали? Может, порекомендовал кто-то или по объявлению?

- По объявлению.

- И сколько он платил, если не секрет?

- Восемнадцать тысяч… Я просила двадцать, он сторговался за восемнадцать. За каждую тысячу торговался… Ну квартира на самом деле не в лучшем виде. А он работает здесь рядом, ему нужно. Но все равно восемнадцать, а не двадцать…

Макар отпустил женщину, попросив участкового проводить ее до остановки. И все время, пока она не пересекла двор и не скрылась из вида, наблюдал за ней из окна. Если вдруг появится Сукнов и подойдет к ней, придется бежать. Но Сукнов не появился.

- Как квартирка? - спросил Макар, обращаясь к Оксане.

- Как в фильме ужасов.

- Знаешь, что такое культпоход в кино?

- Да что-то слышала.

- А теперь еще и узнаешь… Здесь остаетесь дожидаться Сукнова. Появится - задерживаете без всяких сомнений.

- Ну да, если клофелин здесь был, то все возможно. - Вадим подозрительно переглянулся с Оксаной.

Ворошиловы, конечно, понимали, что Макар не на шутку увлекся Варварой. Возможно, даже дали понять это Славиной. Или даже сказали открытым текстом.

- И клофелин, и до клуба идти пять минут.

- Да, рядом, - кивнула Оксана.

- Давай садись за свой компьютер и составь мне схему передвижения Сукнова в ночь убийства. По номеру телефона, по видеокамерам.

- Так просматривали же запись, - пожала плечами Оксана.

На входе в спа-центр находилась видеокамера, они с Вадимом смотрели, видели, как Иршова с Калининой уходили, скрываясь из вида в темноте улицы. И Макар просматривал, девчонок видел, а Сукнова нет. Не выходил он из здания в течение ночи. Как заступил на смену, так из салона ни ногой. Но, может, он воспользовался какой-то лазейкой, сумев обойти камеры. А может, он держал клофелин при себе. Может, знал, что Мизгирев ждал Шохрата. А может, он собирался отравить их обоих - насмерть…

Макар не стал делиться своими соображениями. Тем более что Вадим сам обратил внимание на клофелин. А измышления на тему Сукнова могли показаться Ворошиловым смешными и подозрительными. Действительно, зачем уголовнику травить вора и бандита, причем разом? Тем более просроченным клофелином?… Все это смахивало на попытку выгородить Калинину. А ему шушуканья за спиной не нужны.

Глава 8

Ночной клуб «Паутина» действительно находился неподалеку от дома, квартиру в котором снимал Сукнов. Мизгирев, если верить охране, отсутствовал, к Макару вышел Челленджер.

- В клуб не зову. - Громила с мрачным видом смотрел на Макара. - Слишком шумно себя ведете.

- А вы, значит, по-тихому стукнули в прокуратуру.

- Известили. Компетентные органы.

- И что, голову мою обещали?

- Повинную голову, - усмехнулся Челленджер.

- А я извиняться пришел?

- Ну если вдруг, Тимофей Анатольевич подъедет.

- Я уже перед Смирновым извинился. Он в КПЗ извинения переваривает. Там и для тебя место есть.

- За какие такие грехи?

- Сукнова взяли?

- Нет… А это грех?

- Короче, мне нужно знать, кто такой он, этот Сукнов. Кто за него просил Мизгирева.

- Я не знаю.

- У Мизгирева спроси.

- А девочку к чаю не подать?

- Что у тебя с глазами? - спросил Капитонов, внимательно глядя на Челленджера.

На самом деле с глазами у него ничего странного не наблюдалось, просто Макар создавал повод для вторжения.

- А что с глазами?

- Чем ты закинулся?… Что вам там сегодня завезли? Кокс, крэк, экстази?

- Ничего не завозили! - зло, сквозь зубы процедил Челленджер.

- Если нет, то хорошо, а если да, советую убрать наркотические вещества подальше. В районе двенадцати будет работать спецназ… И в районе часа… И в районе двух часов…

- Что ты несешь, майор?

- Убийство у вас в клубе, возможно, из-за наркотиков. Будем зачищать.

- Ну хорошо, я поговорю с Тимофеем Анатольевичем.

Челленджер ушел, минут через десять появился охранник и провел Макара в директорский кабинет. Там его ждал сам Мизгирев.

- Слушай, майор, ты чего такой неугомонный? - Мизгирев достал из бара бутылку, открыл, наполнил два бокала.

- Натура такая.

- Злой, настырный. На людей бросаешься. Я тут узнавал, спрашивал. Не рекомендуют с тобой связываться.

- Не связывайся.

Мизгирев улыбнулся, останавливаясь перед Капитоновым, протянул ему бокал. Всем своим видом он давал понять, что ничуть не боится его. И бояться не будет.

Но так и Макар его не боится. И в позу перед ним становиться не собирается: много чести.

Он взял предложенный бокал, почему бы и нет?

- Что ты там про Сукнова спрашивал?

- Нужен мне Сукнов.

- Думаешь, он мог зарядить Шохрата?

- Ну ты же его ищешь, - кивнул Макар.

- Я и девочек своих искал. А ты их нашел. Как тебе Варвара?

- Выпьем за нее! - кивнул Макар и залпом осушил бокал. Коньяк отличный и, похоже, без примесей. Вроде клофелина.

- А она этого достойна?

- Как Сукнов здесь у тебя оказался?

- Нестор попросил.

- Кто такой Нестор?

- В зоне он сейчас… Все, ничего больше не скажу… Да и не говорил ничего.

- Не говорил, - согласился Макар.

- Кузнецова и Смирнова отпустишь?

Капитонов кивнул. В ИВС бандитов переводить хлопотно, а камера для временно задержанных не резиновая.

- С тобой можно договариваться. - Мизгирев взял бутылку, чтобы наполнить опустевшие бокалы.

Но Макар качнул головой: он пас.

- Девчонок тоже выпустишь?

- Ты же не хотел меня принимать.

- Но я же сказал тебе про Нестора.

- И ты получил. Своих мальчиков… И еще одного получишь. Сукнова. Если сам найдешь.

Можешь поговорить с ним. Слегка. А потом к нам… А еще лучше - сразу к нам.

Макар ушел, не прощаясь. Усевшись в машину, позвонил Ворошилову:

- Ну что там по перемещениям?

- Из салона своего Сукнов не выходил. А по вчерашним перемещениям кое-что есть…

Судя по звукам, Вадим находился в замкнутом гулком помещении, возможно на лестничной площадке. И Оксана, кажется, с кем-то говорила.

- Что там?

- Да соседка видела, как Сукнов вчера в районе шести вечера уходил. Собрался куда-то и ушел, а телефон его все время в квартире находился. А позавчера в спа-салоне был. Если Сукнов и уходил куда-то из салона, то телефон на месте оставался…

- С кем там Оксана разговаривает?

- Да соседка. Сукнов вчера девушку приводил, вот выясняем, кто такая.

- Знаю я эту девушку, был у нее. Холодков сейчас с ней… Давайте закругляйтесь там. Не светитесь в подъезде, не вспугните мне Сукнова.

Закончив разговор с Ворошиловым, Капитонов связался с Ситниковым.

- Могу тебя поздравить, Андрей Яковлевич? Призналась Иршова?

- Да призналась.

- Убедительно?

- Да как-то не очень…

- Может, врет? Чтобы вину с себя списать?

- На подружку свалить!… - подхватил Ситников. - Кстати, подружка все отрицает.

- Ты мне что-то про человека говорил, который за Шохратова спрашивал. И с которым ты говорил. Кто он такой? Как его найти?

- Тагиев его фамилия… Так, сейчас… Тагиев Джавид Джавадович, адрес: Москва, Нахимовский проспект…

Макар вздохнул: Нахимовский проспект далеко. Он узнал номер телефона, позвонил Тагиеву, назначил ему встречу в кафе возле его дома. Через два часа позвонил снова, сказал, что подъезжает.

Тагиев жил в обыкновенной пятиэтажке и выглядел так же просто. Чернявый, до синевы выбритый, непритязательный пиджак, наглаженные брюки, пальцы чистые - ни золотых на них перстней, ни наколотых. Спокойный, что называется без понтов, мужчина сорока лет. И по-русски он говорил совершенно без акцента.

Макар с удовольствием заказал по чашке кофе. Время позднее, на улице уже стемнело, а ему еще в Краснохолмск возвращаться. Кофе взбодрит, придаст сил.

- Джавид Джавадович, что вы думаете по поводу убийства вашего друга? - спросил Макар.

- А что тут думать, убили его!

- Кто? Клофелинщицы?

- Не знаю. Может быть.

- А Мизгирев мог?

- Зачем ему? Мизгирев с ним гешефт делал. Не станет Бахруза, я буду… Или еще кто-нибудь.

- А Бахруз… Бахруз Измирович поставлял в клуб алкоголь.

- Хороший алкоголь, - кивнул мужчина. - По хорошей цене. Но это детали.

- Сейчас вы этими деталями занимаетесь?

- На меня даже не думайте! - нахмурился Тагиев. - Шохрат мне роднее брата… Да и делить нам нечего.

- Шохрат был вором в законе?

- Почему был? Он и сейчас остается законником. И то, что его лишили короны, все это чушь. Не имеют они права, - в раздумье качнул головой мужчина.

- Кто «они»? Какого права?

Склонив голову, Тагиев глянул на Макара, приподняв одну бровь. Вопросительно глянул и с удивлением.

- Шохрат был и остается вором. А все остальное - происки его врагов.

- Хотите сказать, что его лишили воровского титула?

- Ну вот видите, вы этого не знали, - усмехнулся Тагиев.

- Но кто-то же знал. Сначала титула лишили, а потом добили… Это правда, что у Шохратова непереносимость клофелина?

- Однажды он чуть не умер. От обычной дозы.

- Обычная - это ровно столько, сколько нужно усыпить человека.

- Всех просто усыпили, а Шохрат ноги чуть не протянул. Чудом спасли.

- Всех - это кого?

- Ну вам это необязательно знать, - поморщился Тагиев.

- Мне сейчас обязательно знать все, - пристально посмотрел на мужчину Капитонов.

- Ашат был, Мусават и Нестор.

- Нестор?!

- Вы его знаете? - спросил Тагиев, внимательно глядя на Макара.

- Да слышал.

- Нестор с нами раньше был, а потом предал.

- Предал?

- К нашим врагам переметнулся. И всем стал рассказывать, что Шохрат не настоящий вор… Нестор сам не настоящий вор, сука он! - злобно скривился Тагиев.

- Нестор сейчас в зоне.

- Думает, что это Шохрат его сдал!

- Даже так?

- А что вы слышали про Нестора? - Тагиев не сводил глаз с Макара.

- Да так, кое-что приходилось слышать. - Макар нарочно уклонился от прямого ответа.

События выстроились в логическую цепь и замкнулись вокруг Шохратова. Нестор мог узнать, с кем водит дружбу Мизгирев, и отправить к нему Сукнова. А тот привел воровской приговор в исполнение. Приговор как следствие вражды - личной и меж воровскими кланами.

Сукнова Макар мог взять своими силами - совсем не обязательно подключать к делу азербайджанских воров. Сукнова если найдут, то в полицию точно не приведут. А еще на Нестора охоту объявят.

В Краснохолмск Капитонов вернулся в районе двенадцати. И первым делом в управление, но Калининой там не оказалось. Ее отправили в изолятор временного содержания при Ватрушевском отделе полиции.

Макар всего лишь хотел успокоить Варвару, сказать ей, что настоящий преступник установлен и в самое ближайшее время его возьмут. Но уже в изоляторе выяснилось, что у девушки проблемы. Ее подсадили в камеру к прожженной уголовнице, вспыхнул конфликт, Варваре досталось. Ее перевели в одиночную камеру, но это не выход из положения. Дежурный так и сказал: все может случиться, не сегодня, так завтра.

Пришлось Макару звонить Ситникову, будить его, объяснять ситуацию, сваливая вину на Сукнова. Ситников поверил Макару и велел дежурному отпустить Калинину под свою и майора Капитонова ответственность. Про Иршову Ситников ничего не сказал, да Макар и не спрашивал. Хотя Алиса находилась в том же изоляторе.

Варвара сидела на лежаке, подобрав под себя ноги, и с ужасом смотрела на открывающуюся дверь. Жалкая, растрепанная, под ухом царапина, под глазами то ли тушь растеклась, то ли синяк. Увидев Макара, она вскочила, схватила его за руку, вцепилась в нее, как в спасательный круг. И затряслась, словно в лихорадке, переминаясь с ноги на ногу.

- Все, домой! Ты не виновна.

Макар подумал, что Варвара не сможет идти сама, даже приготовился нести ее на руках. Но нет, хоть и шатко, но на ногах она держалась.

Капитонов получил вещи, девушка расписалась, вышла с ним к машине. А на дворе прохладно, ветер, но она тряслась не только из-за холода, ее колотила внутренняя дрожь.

В машине Макар включил на полную мощь печку.

- Куда ты меня везешь? - спросила Варвара.

- Настоящий преступник пока не задержан, поэтому ко мне. Под домашний арест.

- А Алиса?

- О ней ничего не говорили. Тебе, сказали, досталось… С кем ты там поцапалась?

- Такая мразь! - возбудилась Варвара. - Ковырялкой меня назвала!… А то я не знаю, кто такие ковырялки!

Она осеклась, косо глянув на Макара.

- Я слишком много знаю… - тихо сказала она. - Ты даже не представляешь, как меня от этого всего тошнит. И от себя тошнит! Я этой кобле такого наговорила! А она сказала, что на нож меня поставит!

- Уже не поставит.

- А могла?

- Криминальный мир - это тебе не массаж в спа-салоне. И даже не танец у шеста. В нем такие страсти. Думаешь, почему Шохрата убили?

- Почему? - встрепенулась Варвара.

- Расскажу. Обязательно расскажу. Как только преступника возьмем.

- Криминальный мир жесток, - немного подумав, кивнула Варвара.

- Жесток.

- Ваш полицейский мир не лучше.

- Лучше. В чем-то лучше.

- Эта твоя начальница - такая мегера. Я думала, она меня съест!

Капитонов кивнул. Конечно же, он понимал, о ком и о чем идет речь.

- Мне кажется, эта мегера в тебя влюблена.

- А что, в меня нельзя влюбиться?

- Я еще ни в кого никогда не влюблялась.

- Никогда?

- Но в тебя могла бы влюбиться… - развеселилась Варвара. - Но не сегодня!

- А когда?

- Ты обязательно это узнаешь. Но потом!

Макар хотел, чтобы Варвара влюбилась прямо сейчас. И с доказательствами. Но не в том она сейчас состоянии, чтобы торопить события. Сначала ей нужно отойти от потрясений, выпавших на ее долю. И на ее глупую голову.

Он отвез девушку к себе домой, там она с жадностью схватила халат.

- Ужас как в душ хочу! Но лучше принять ванну!

Ванну она приготовила сама, а Макар поставил на плиту чайник. И приготовил сковороду - под яичницу, но на огонь поставил ее лишь после того, как позвонил Холодкову, а затем Ворошилову. И у одного все в порядке, и у другого, одно только плохо: Сукнов так и не появился.

Из ванной Варвара вышла счастливая и распаренная, она едва держалась на ногах - от приятной усталости.

- Что там у тебя, яичница?

- С ветчиной.

- А выпить?

Яичницу она всего лишь поклевала, зато выпила стакан до дна. И вторую порцию виски с легкостью осилила. Но вместо закуски поцеловала Макара в губы. От сильных чувств его встряхнуло изнутри, душа взмыла ввысь.

- И я тебя хочу! - улыбнулась девушка, многообещающе глядя на Капитонова. И тут же капризно изогнула губы. - Но можно, не сейчас?

- А что сейчас?

- А сейчас все!

Варвара оттолкнулась от него, переместилась в гостиную и прямо в халате бухнулась на кровать, которая с утра оставалась неубранной. Макар налил себе виски, выпил, также прошел в комнату, но Варвара уже спала. И просыпаться не думала. А будить он ее не стал. Он же не сволочь.

* * *

Оксана, казалось, спала. Поза расслабленная, удобная для сна, глаза закрыты. Но почему тогда она говорит?

- Я знаю, Варвара тебе тоже нравится. Роскошная девочка.

- И танцует лучше тебя.

- Да?

- Только в этом тебя и превосходит. Но если я вдруг влюблюсь, то не в нее.

- А в кого?

- В тебя.

- Если не в меня, убью… У меня это получится.

- Думаешь?

- Уверена!

Вадим загрустил. Что ни говори, а с Кузей он облажался. И Оксана этого не может забыть.

- Охраняй! - поворачиваясь на бок, пробормотала она.

«Попробую на тебя положиться!» Оксана и слова не произнесла, но эту фразу Вадим услышал от нее в своем воспаленном воображении. Не доверяла ему Оксана, как бы не отказалась идти с ним в разведку.

Оксана заснула, какое-то время Вадим переваривал обиду, глядя на дверь, в которую мог войти Сукнов. Смотрел, смотрел и задремал. Но проснулся, услышав, как входит в замочную скважину ключ. Вскочил, тряхнул Оксану за плечо, а дверь тем временем открылась. В прихожей включился свет.

Вадим спрятался за открытой створкой платяного шкафа. Пистолет в руке, патрон в патроннике. А кто-то заходит в комнату, приближается к Оксане. А она спит, волосы разметаны по подушке. Во сне она особенно красивая и женственная. А Сукнов, судя по всему, личность озабоченная.

В комнату действительно вошел Сукнов, Вадим узнал его. И он на самом деле залюбовался Оксаной. Но будить ее не стал. Повернулся к ней спиной, шагнул к двери. Но Вадим его остановил.

- Стоять!

Сукнов повернулся к нему медленно, посмотрел удивленно. И поднял руки, не понимая, что происходит. А Оксана так и продолжала спать.

Одной рукой Вадим держал пистолет, а другой вынимал из чехла на поясе наручники. Сукнов смотрел на него с таким недоумением, что Вадим почувствовал себя глупцом. Ясно же, что это Иршова с Калининой отравили Шохрата, а Капитонов приплел к делу Сукнова, чтобы выгородить стриптизершу, которая ему приглянулась.

Видел Вадим Калинину, реально красотка, но не настолько, чтобы терять из-за нее голову. А Капитонов попал к ней в сети, теперь вот Сукнова ему подавай.

Вадим вынул наручники, бросил их Сукнову, тот ловко их поймал. И вдруг превратился в смерч, в эпицентр которого Вадим и угодил. Пистолет вырвался из его рук и оказался у Сукнова. Уголовник навел ствол на него, собираясь стрелять.

И Вадим снова увидел перед собой киллера Нетленова, который собирался выпустить в него очередь из автомата. И желудок от страха едва не вывернулся наизнанку.

Оксана проснулась, вскочила, хватаясь за пистолет. Сукнов глянул на нее, в голове сработал процессор. Оружия у Вадима не было, зато у Оксаны в руках появился пистолет. Сначала нужно было решить вопрос с ней, а затем уже с Вадимом.

Но пистолет на цель Сукнов навести не смог. Вадим сам вдруг превратился в смерч. Резко надвинулся на Сукнова, одной рукой блокировал запястья, другой ударил в ладонь с внешней ее стороны. Пистолет он вырвать не смог, но выбил его из руки.

Сукнов ударил лейтенанта коленкой в низ живота. Вадим подался назад, Сукнов рванул к двери, но Оксана навела на него пистолет.

- Стой! Стреляю!

Кое-как совладав с болью, Вадим рванул к Сукнову, нагнулся на ходу, плечом зафиксировал бедра, руками вцепился в голени. Рывок оказался столь мощным, что Сукнов, падая, с силой приложился об угол обувного ящика - головой. Пока он приходил в себя, Вадим надел на него наручники.

А Оксана, подобрав с пола пистолет, с озадаченным видом рассматривала его.

- Он что, мог меня застрелить? - спросила она.

- Ты же сказала: «Охраняй», - улыбнулся Вадим.

- А я не спрашивала, могу ли я на тебя положиться.

- Не спрашивала. Но я слышал.

- Слышал?

- Третьим ухом.

- А сейчас что ты слышишь?

Оксана закрыла и рот, и глаза.

- Можешь положиться.

- На самом деле я попросила тебя отвезти меня домой… Но, в общем, я могу на тебя положиться.

- Сначала этого завезем.

- А отгул нам за него полагается?

- Я выбью.

- Ну тогда мы оба сможем друг на друга положиться… - загадочно улыбнулась Оксана. - Но дома.

Вадим улыбнулся. Он хотел Оксану в любое время дня и ночи. Но только дома, в интимной обстановке. А в рабочее время он воспринимал ее исключительного как боевого товарища.

* * *

Кофе покрепче, глаза пошире - вот уже и не очень хочется спать. А время раннее, пять часов утра, начало шестого. Да и какой может быть сон, когда Сукнов задержан? Еще бы признание из него вытряхнуть.

- А что я такого сделал, товарищ майор? - спросил Сукнов, с обидой праведника глядя на Макара. - Вернулся домой, смотрю, девушка какая-то на моем диване лежит, решил уйти. А кто-то сзади с пистолетом! Стоять!… Ну я подумал, что бандиты!

- Не ври. Ты узнал и девушку, и парня. Они ездили брать Иршову и Калинину, ты видел, как они выводили их и сажали в машину.

- Не видел я ничего!

- Тебя видели в Малиновском. Как ты заходил во двор к гражданину Ясеневу. Снимал ключ с гвоздика, заходил в дом. Что ты там делал, никто не видел. Но мы-то знаем, что ты там делал. Перстень с руки умершего Шохратова прятал. И ампулу с просроченным клофелином. Ее ты нашел на съемной квартире. И таблетки с клофелином, которыми ты отравил Шохратова, оттуда же.

- Таблетки?

- Таблетки, которые ты всыпал в бутылку с коньяком.

- Никто ничего не видел.

- Видели.

- Не могли видеть… Потому что не было ничего! - натянуто улыбнулся Сукнов.

- Было. Ты нашел Иршову и Калинину в поселке Малиновском, следил за ними, увидел, как их задержали. Тогда и подумал, что девчонок нужно добить. Или ты за ними для того и поехал, чтобы подбросить перстень и клофелин?

- Ты сам, начальник, толком ничего не знаешь, а говоришь.

- Не все знаю, - согласился Капитонов. - Не было времени в деталях всю картину преступления восстанавливать. Да и не просто это. Ведь ты страховался, телефон дома оставлял, когда уходил. Знал, что мы вычислять тебя начнем… Ты, кажется, к Инге сегодня собирался. Почему не зашел? Она тебя ждала.

- Только давай без ревности, начальник, - скривился Сукнов.

- Ревность - это когда убийство кто-то другой раскрывает, а тебя я вычислил.

- В расчетах ошибся.

- Не знаю, не знаю…

- Ничего не докажешь. Кроме того, что я с твоей телкой спал.

- А я ничего тебе доказывать не буду. Просто подготовлю материалы, следователь отправит тебя в СИЗО. А Тагиев там тебя встретит.

- Кто встретит?

- Тагиев. Джавид Джавадович… Честно скажу, ничего толком о нем не знаю. Знаю только, что клан у них воровской. Нестор твой раньше с ними был, потом предал их, откололся…

- Кто предал? - нахмурился Сукнов.

- Нестор. Твой лагерный пахан. Это же он тебе Шохрата заказал.

- Не заказывал мне никто никого, - голос у Сукнова дрогнул.

- Сам по своей инициативе Шохрата отравил?

- Не травил я никого!

- Я слышал, ты девочек любишь.

- А кто их не любит? - еще больше напрягся Сукнов, с опаской глянув на Макара.

- Мизгирев с Шохратом плохо себя вели, обижали Калинину с Иршовой, тебе это не понравилось, ты решил усыпить беспредельщиков и спасти девчонок. Благородный поступок, да?… Ты же не знал, что Шохрат не переносит клофелина… Хотя на самом деле знал…

- Усыпил, чтобы спасти девочек? - задумался Сукнов.

- Всего лишь усыпил. Без всякого злого умысла. А Шохрат взял и умер. Несчастный, можно сказать, случай.

- А если не усыплял?

- Тогда по полной программе. Начиная с твоих сорока шести взысканий за нарушение лагерного режима. И связей с Нестором. Ну и к Тагиеву на разбор. Он за своего друга ох как спросить хочет.

- Ну я вообще-то думал, что эти твари девчонок изнасилуют. А Мизгирев меня еще и за бутылкой послал.

- А у тебя клофелин ну совершенно случайно под рукой оказался.

- Ну да.

- Давай мы эту сказку для следователя оставим. Сейчас ты расскажешь мне всю правду, а потом сядешь за сочинение сказки. Бумагу и ручку я тебе для чистосердечного признания дам.

- Ну сказка не сказка…

- Кто заказал тебе Шохрата?

- Никто!… Честное слово, никто!…

- Зачем Нестор тебя к Мизгиреву отправил?

- Отправил без всяких-яких. Я в Москву хотел, Нестор это знал, вспомнил о своем должнике. Мизгирев ему должен.

- Просто в Москву отправил или Шохрата замочить?

- Просто. И Шохрата я не искал. Случайно на него напоролся. У Мизгиря.

- Случайно?

- Слышал я про Шохрата. Нестор говорил. Список давал выдернутых воров. Ну а Шохрата еще и гадом объявил. Если увидите, говорил, мочите, не раздумывая.

- И ты увидел?

- Увидел… Узнал, что Шохрата ждут, клофелин приготовил.

- Ты знал, что Шохрат мог загнуться от клофелина?

- Знал. Шохрат рассказывал… Он любил рассказывать. Как закинется, так и… - Сукнов замолчал, оборвав самого себя.

- Перстень зачем с Шохрата снял?

- А зачем он его носит?… Не вор он! - скривился Сукнов. - Не вор! Не имеет права!…

- А подбросил его зачем?

- Подумал, что рано мне еще обратно за решетку.

- Девчонок подставил.

- Хочешь жить - умей вертеться.

- Как ты по городу передвигался, в поселок Малиновский ездил? Машины, я так понимаю, у тебя нет.

- Есть машина. По доверенности взял, у таджиков. «Копейку». За копейки, - совсем невесело усмехнулся Сукнов.

- Не видели тебя на машине.

- Да я на днях ее взял.

- В Малиновском не видели.

- Я пешком к дому подходил… - Сукнов задумался, озадаченно глядя на Макара.

Может, он и не знал ничего? Что, если на пушку взял?…

- Я тебе обещал, что не буду приплетать к делу Нестора? Обещал, что обойдемся без воровской романтики? Обещал неумышленное убийство?

- Ну.

- О том, как ты с гадом расправился, в зоне будешь рассказывать. А сейчас ты напишешь, как девчонок спасал. А потом - как их топил, когда перстень подбрасывал и клофелин.

- И это писать?

- Все пиши.

С чистосердечным признанием Сукнов мучился битый час. Но его вариант Макар принял с оговорками, пришлось переписывать. Закончили в начале восьмого.

Только Сукнова увели, как появилась Славина. С силой распахнула дверь, чуть ли не ворвалась в кабинет.

- Это ты Калинину из изолятора забрал? - возмущенно спросила она.

- Если бы ты знала, как тебе не идет бабская злость, - покачал головой Капитонов, с сожалением глядя на Марину.

- Бабская злость?!

- Калинина ни в чем не виновата.

- Ну конечно!

- Если бы ты думала не только о Калининой, если бы ты интересовалась тем, что происходит в отделе, ты бы знала, что Сукнов задержан. И дал признательные показания.

Макар открыл папку и выложил на стол чистосердечное признание. Славина схватила текст, вчиталась в содержимое, но надолго ее не хватило.

- Значит, все-таки Сукнов!

- Он и перстень подбросил, и клофелин. Вывели мы его на чистую воду. Кстати, Ворошилов отгул для себя и для жены затребовал. Сказал, для очень важного дела. Я разрешил.

- Важное дело? - думая о чем-то другом, спросила Марина.

- Отгул. А своими важными делами они сами пусть занимаются. Дело молодое.

- Дело молодое!… - оживилась Марина.

- Семейное.

- Семейное дело, в служебной упряжке. У нас тоже неплохо получалось!

- Ну да. - Макар отвел взгляд.

- Мы бы могли снова…

- А потом ты снова уйдешь к своему Илье.

- На этот раз нет! На этот раз мы с тобой очень крепко связаны! - Марина мягко провела рукой по своему животу.

- А если не очень?

- Не очень?

- Ну если тяга к Илье окажется сильнее?

- Ты не этого боишься! - качнула головой Марина, с укором глядя на него. - Ты меня боишься!… Я тебе больше не нужна!

- Ну все, хватит.

- Это все из-за твоей сучки?

- Я же говорю, тебе не идет бабская злость.

- Не тебе, а вам!

- Извините, товарищ подполковник!…

- Не извиняю!… В девять двадцать совещание!

Марина резко повернулась к Макару, едва не слетев с каблуков.

- Я бы хотел немного задержаться…

Капитонов понимал, что отгула ему не видать как своих ушей, но все же осмелился.

- Задержаться?!

В этот раз, разворачиваясь, Марина споткнулась и едва не упала.

- С этой?!

- С кем, с этой?

- Я знаю, она у тебя дома! Я знаю, она поселилась у тебя! Она поселилась в тебе! Теперь у тебя не жизнь, теперь у тебя стриптиз!

Марина в сердцах махнула и вышла из кабинета. Макар и должен был последовать за ней, схватить, успокоить или даже ублажить долгим поцелуем. Но он даже не шелохнулся. Не мог он отказаться ради Марины от Варвары. Влюбился он, потерял голову, пропал. И нет никакого желания плыть против течения.

Часть вторая

Глава 9

На улице холодная осень, а в постели теплая весна. И жизнь бьет ключом. Тело у Варвары податливое, запах ее волос и кожи пьянит, чувство полного ею обладания сводит с ума. Невозможно оторваться, невозможно остановиться, да и зачем? Еще есть целых полчаса, сейчас это целая жизнь. Трение энергий усиливается, затем возникает яркая опустошающая вспышка, и наступает тишина. Жизнь, смерть и воскрешение…

- И не спится, - ворчливо, но с улыбкой сказала Варвара.

Она неторопливо поднялась с дивана и смахнула халат со спинки кресла. Пока она одевалась, Макар успел скользнуть взглядом по ее красивой, в меру мускулистой спине. Тонкая талия, волнующий переход на бедра…

Часы показывали десять минут девятого, когда Варвара вернулась из ванной. Пора подниматься, но Макар мотнул головой. Что-то не хотелось ему никуда идти, лежать бы, обняв любимую женщину, наслаждаясь ее теплом.

Два месяца они вместе. Варвара не захотела уходить, так и осталась жить с ним. Не работает, учится на заочном, все время дома, и он этому только рад. И она не жалуется. Деньги есть, на жизнь хватает. Заначка заканчивается, подарки делать уже не на что, но так Варвара особо и не просит.

Девушка скинула халат, легла, Макар обнял ее со спины и затих. Она сейчас заснет, а ему нельзя. Служба еще не тяготила его, но уже не вдохновляла. Не хотелось никуда идти, но делать нечего, он хоть и маленький, но начальник - нельзя опаздывать, подавать дурной пример подчиненным.

- Тебе уже пора, - засыпая, тихо пробормотала Варвара.

- Вообще-то сегодня суббота, - вспомнил он.

- Тогда спи и ни о чем не думай… Или думай, но тихо. Не буди.

- Тихо не получится.

- Тогда иди! - Девушка заворочалась, прогоняя его.

- Я сегодня пораньше, - поднимаясь, пообещал Капитонов.

- Вина хорошего купи.

Варвара не требовала от него ничего сверхъестественного, не таскала по брендовым бутикам, не рвалась на Лазурный Берег, даже в Египет по горящей путевке не тянула. А от ночных клубов и вовсе отказывалась. Надоело все, говорила она. Спокойствия ей хотелось, тихого домашнего счастья. Вместо бурных развлечений ее вполне устраивал романтический ужин на двоих. Одно только условие: вино должно быть хорошим, а это в районе тысячи рублей за бутылку. Для Макара накладно… Может, потому, что он не богат, Варвара и отказывалась выходить за него замуж. А Макар делал ей предложение. Даже перстень с камушком под это дело преподнес. Кольцо она взяла, а руку и сердце не приняла. Сказала, что нужно подумать.

Времени оставалось совсем немного, можно сказать, впритык. Макар быстро побрился, оделся, по пути заехал в знакомую пекарню, взял шаурму, кофе, там же перекусил. Варвара обычно не завтракала, не хотела, да и фигуру берегла, а ему некогда себе готовить.

Капитонов прибыл вовремя, ровно без пяти девять, в это время Славина начинала совещание с начальниками отделений. А сегодня суббота, она могла и задержаться. Но нет, совещание уже началось.

- Опаздываем, товарищ майор! - Славина строго посмотрела на Макара и перевела взгляд на майора Глотова. Дескать, за майором Капитоновым нужен глаз да глаз, нельзя ему давать спуску, иначе окончательно всю работу завалит.

Глотов кивнул, будто соглашаясь с начальником. Но тут же подмигнул Макару.

Не так давно Макар и Никита работали в одной упряжке. Затем Никита возглавил убойный отдел, но не потянул, Гарькавый перевел его в отделение по раскрытию краж и грабежей, освободившуюся вакансию занял Макар.

Никита парень свойский, зла на Макара не держал, на его место не метил. И еще он понимал, почему Славина злится на него. Понимал, что из-за Варвары. Понимал и входил в положение. Но при этом видел себя на месте начальника отдела. Марина в положении, живот скрывать становится все труднее. Еще немного, она уйдет в декрет и оставит вместо себя Глотова, к которому она сейчас взывала как к новому начальнику.

- Виноват, исправлюсь, - глянув на часы, сказал Капитонов и занял свое место за приставным столом.

На место начальника отдела он и не метил. И возраст позволял, и опыт, но начальник управления его не жаловал. И все из-за бандитской «Паутины». Макар нашел убийцу Шохрата, снял с Мизгирева все подозрения, а в благодарность за это получил от него жалобу прокурору. И быки Мизгирева не стали забирать заявления. Мало того, даже сняли побои.

Прокурор пошел на принцип, сам он возбудить производство по уголовной статье не мог, поскольку в его компетенцию входили только административные правонарушения, но к делу подключились органы следствия. Макару предъявили умышленное причинение легкого вреда здоровью, причем из хулиганских побуждений. А Гарькавый подтвердил это обвинение предупреждением о неполном служебном соответствии. Полтора месяца майора Капитонова склоняли-полоскали на совещаниях, то и дело вызывали на ковер. Дело уже закрыто, но Макар все так же в немилости. Особенно у Славиной. А ведь он обещал Гарькавому исправиться. И к Марине с удовольствием бы вернулся, не будь у него Варвары. Ну не может он без нее.

- Верится с трудом, - едва слышно сказала Славина.

И в это время зазвонил телефон, связывающий ее кабинет с дежурной частью. Марина взяла трубку, выслушала и выразительно посмотрела на Капитонова. И так ему стало тоскливо. Он обещал Варваре вернуться пораньше, но, похоже, не судьба.

- Улица Морозовская, гаражный кооператив номер четыре, убийство, - сказала она, положив трубку.

- Ехать? - спросил Макар.

Если совещание важнее, чем убийство, он готов повременить. Именно это он и хотел сказать.

- Следственно-оперативная группа уже выехала!

Марина сказала это с таким видом, как будто Макар был в чем-то виноват.

А убийство не бытовое, потерпевшего застрелили у ворот собственного гаража, возможно, заказуха. Тут без «убойщиков» никак. Макар хотел взять с собой Пушкова, но, как оказалось, у криминалиста сегодня выходной.

Зато Холодков в полной боевой готовности, с ним Капитонов и отправился к месту происшествия.

Гаражный кооператив номер четыре находился на восточной окраине города, с одной стороны к нему примыкал городской парк, с другой - жилой комплекс из нескольких высотных домов. Ворота открыты, рядом сторожка, видеокамера на опорном столбе. Сторож не один, с ним капитан Уздечкин из районного уголовного розыска, один спрашивает, другой отвечает. Неподалеку автомобиль патрульно-постовой службы, сотрудник с автоматом. Еще дальше, в самой глубине кооператива, Макар увидел микроавтобус следственно-оперативной группы. Отдел МВД по Заводскому району, что называется, в работе.

Уздечкина Макар знал хорошо. Лохматый, крупнолицый, толстощекий, тело мощное, но подернутое жирком. Выражение лица сонное, скучающее, взгляд у этого увальня загорался только на запах добычи, но, видимо, сторож не мог сообщить ему ничего интересного.

Капитонов поздоровался с опером, пожав руку, а Холодков еще и обнялся с ним. Когда-то они вместе начинали службу - в одном отделе.

- Если в двух словах, то убийца разобрал стену гаража. - Уздечкин вяло повел рукой в сторону городского парка. - Потерпевший открыл ворота, вошел в гараж и получил пулю в голову. Выстрел точный, действия профессиональные.

- Разобрал стену гаража? - не смог сдержать удивления Макар.

- Да там подтопления постоянные, фундамент поплыл… Да и строили в один кирпич, в два нужно… - Сторож виновато посмотрел на майора, как будто это из-за него, сторожа, расшаталась стены. - Там все на честном слове держалось…

- Где на честном слове? Со стороны парка?

- Да, я там был, смотрел. Убийца проделал отверстие в стене, затаился. Место там глухое, сплошь кустарник, со времен царя Гороха не чистили. Очень удобно. И очень удачно… Кстати, судя по всему, стреляли из бесшумного пистолета. - Уздечкин кивком указал на сторожа.

И тот снова сделал виноватые глаза. Не услышал выстрела, а должен был. Даже если стреляли с помощью глушителя, все равно должен был услышать. Так и следовало его понимать.

- А почему из пистолета? - спросил Макар. - Гильзу нашли?

- Я же говорю, кусты там, трава, вода… Я так, мельком осмотрел… Кинолога жду, собаку подвезут, еще гляну…

- Кинолог - это хорошо, - в раздумье проговорил Капитонов.

- Задерживаются что-то… Да, и входное отверстие во лбу характерное для пули из пистолета…

- А выходное? - спросил Холодков.

- А выходные на пенсии… - пошутил Уздечкин. - А если серьезно, то выходного отверстия нет, пуля в голове застряла…

Макар отложил прогулку по городскому парку, он подошел к гаражу, в котором лежал труп. Мужчина открыл калитку в воротах, вошел в гараж, а там убийца. Выстрел последовал незамедлительно, потерпевший упал, сполз, можно сказать, по воротам гаража. Ноги внутри, голова тоже, левая рука осталась в проеме калитки, Макар увидел ее еще с дороги.

Группу возглавлял полицейский следователь, он уже проводил осмотр места - в надежде, что ему поручат это дело. Но это вряд ли: убийства, тем более заказные, не его подследственность. Убийствами занимается Следственный комитет, Макар и сам не знал, кто должен подъехать.

Может, Ситников, может, кто-то другой.

Ворота так и остались закрытыми, нараспашку только калитка, в гараже сумрачно. Даже несмотря на довольно внушительных размеров пролом под крышей. Но марку помещенной в него машины Макар определил. «Ленд Крузер» черного цвета. И покойника узнал. Мельников Станислав Павлович, охранник ночного клуба «Паутина» и бандит Мизгирева по совместительству. Это его вырубил Макар в спа-салоне, когда наехал на Мизгиря. И Веретенцеву досталось. Оба накатали на Макара телегу.

- Мельник, что ли? - спросил он, глянув на следователя, который стоял в узком проходе между гаражом и машиной.

Он знал этого мужчину с острым лицом, видел его, но дел с ним не имел. Даже не помнил его фамилии.

- Мельников… - кивнул следователь, хлопнув рукой по карману куртки, где у него, видимо, лежали документы покойного. - Вы его знаете?

- Охранник клуба «Паутина». Владелец автомобиля «Ленд Крузер». И бронированного лба.

Макар собирал информацию на Мельникова: и откуда он родом знал, и его семейное положение ему было известно. Имел представление о его бандитской биографии. Антропологическими особенностями Мельникова Макар не интересовался, но и без того видно, что лобная кость у мужчины развитая, такая же мощная, как и он сам. Пробив такое препятствие на своем пути, пуля утратила убойную силу и не смогла пробить заднюю стенку черепа. А может, и в мозгу где-то застряла. Или в кости. Которая у него вместо мозга.

- Да уж, лоб крепкий, - согласился следователь.

- Но пробили же… И стену проломили…

Макар не знал, как пройти к пролому в стене. Следователя выставлять из гаража нежелательно, а не выставить - к нужному месту не подойти.

- Да там нетрудно, верхние кирпичи сами вынимаются, бить не надо.

- Много кирпичей вынули. Человек запросто пролезет… - Думаете, с улицы стреляли? - спросил Макар.

- Я бы стрелял с улицы, - пожал плечами следователь. - Стена хлипкая, на скобах держится, развалиться может под весом человеческого тела.

- А что там за одеяло?

В зазор между стеной и крышей одним концом был воткнут большой кусок плотной, непроницаемой для света материи. Второй конец свисал чуть ли не до самого пола.

Следователь сообразил не сразу. Смотрел на одеяло, думал, наконец родил:

- Я так думаю, преступник пролом закрывал.

- Зачем?

- Чтобы свет не проникал.

- Чтобы жертва не убежала, увидев пролом в стене, - дополнил Макар.

- Значит, преступник стрелял из гаража.

- А потом благополучно ушел. Я думаю, через пролом в стене.

Выходить из гаража на глаза потенциальных свидетелей не самый лучший вариант. Выходить, потом лезть через забор, когда есть пролом, под которым находился стеллаж высотой в полстены. Очень удобно, раз - и уже наверху. А там можно спрыгнуть. Если в лужу, то ничего страшного. А если там, под гаражом, много воды, то еще лучше: вода отбивает запах следа.

Только Макар подумал о собаке, как появился кинолог. Овчарку запустили в гараж, дали обнюхать место, где предположительно находился киллер в момент выстрела. Собака взяла след, попыталась запрыгнуть на стеллаж, но кинолог ее удержал. Мысль о том, что ему придется лезть в пролом, не доставила мужчине удовольствия. Да и не стоило его туда пускать. Сначала пролом должен обследовать криминалист…

К нужному месту собаку провели обходным путем. Парк вплотную примыкал к гаражам, железная ограда начиналась прямо от зданий крайней линии. Метрах в двадцати от гаражей несколько прутьев ограждения отсутствовали, кто-то срезал их. От этого незаконного прохода через парк тянулась тропинка, по ней и вышли к гаражам.

Тропинкой пользовались довольно часто, но случайный прохожий не мог видеть пролом в стене, его закрывал кустарник. Даже без листвы поросль казалась довольно плотной. И подобраться к гаражу непросто: под фундаментом скапливалась вода, и сейчас ее было довольно-таки много. Преступник просто не мог уйти, не намочив ноги. А уйти он мог в глубину парка, который плавно перетекал в загородный лес, видеокамер там точно нет, а от возможных свидетелей можно закрыться, подняв воротник куртки и низко надвинув кепку на глаза. Очки солнцезащитные в помощь. Преступник явно готовился к преступлению, он мог предусмотреть все мелочи заранее.

Вода не уничтожила след. Какое-то время собака вела в сторону леса, потом вышла на тропинку. Там след и потерялся. Кинолог развел руками. Макар улыбнулся. Хоть в чем-то, но собака помогла. На пути ее следования Макар заметил деревянную лестницу - старую, мокрую, грязную. Смешно это или нет, но убийца тащил ее за собой метров десять и бросил за кусты, в воду. А бросил ее именно преступник. Без лестницы он бы не смог разобрать стену и пробраться в гараж. Обратно мог просто спрыгнуть, но в любом случае лестницей пользовался он. Но почему он так далеко ее утащил?

Осматривая лестницу, Макар заметил острый ржавый гвоздь, о который преступник мог пораниться. Пинкертоном он себя не мнил, лупу при себе не держал, поэтому он просто, по старинке, положился на криминалиста с его «ядерным» чемоданчиком. Пусть осмотрит гвоздь, может, волокна ткани с одежды преступника снимет или даже кровь и микрочастицы кожи.

Капитонов глянул на тропинку, по которой через парк шла парочка, юноша что-то весело рассказывал девушке, которая со скучающим видом, но терпеливо его слушала. Он бодрый, радостный, а она еще не проснулась. Из постели ее подняли, заставили собраться, куда-то повели. Парень мог жить с этой девушкой, а мог и зайти за ней. Может, час назад по этой тропинке шел один, а сейчас возвращается с подружкой.

- Что скажешь? - спросил Макар, кивком указав на парочку.

- А что сказать? Петушок и курочка, - усмехнулся Холодков. - В хорошем смысле.

Парень действительно напоминал молодого петуха, гарцующего перед своей курочкой.

- Тогда или на птицефабрику идут, - в том же тоне ответил Макар, - или в зоопарк.

- Скорее второе.

- Думаю, петушок этот совсем недавно здесь был, за курочкой шел.

- Понял!

Холодков догнал парочку, представился, завел разговор. Но парень покачал головой, глянув, куда показывал ему Миша. Не видел он никого и ничего. Но работа со свидетелями началась.

Сразу за гаражами, чуть левее, начинался жилой квартал, кто-то из его обитателей мог видеть, как преступник уходил в сторону леса.

А Макар вернулся к гаражу со стороны ворот. А там уже Ситников и подполковник Славина. Следственный комитет подтянулся, начальство подъехало. Муж к Марине так и не вернулся, дома скучно, а здесь убийство. Причем заказное. Гарькавого нелегкая принести может. Приятного мало.

- Товарищ майор! - Марина строго смотрела на Капитонова.

- В лес ушел, - сказал он.

- Убийца, - уточнил Ситников.

- А там камер нет. Зато глухари водятся.

- Глухари? - нахмурилась Славина.

- Нам одного хватит, - усмехнулся Макар.

- Гарькавый может подъехать, расскажешь ему про глухаря.

- Ну ради хорошего человека и глухаря не жалко.

- Ради какого хорошего человека? - Славина заметно напряглась в ожидании подвоха.

- Ну а кто у нас клубом «Паутина» заправляет? Кто у нас там абсолютно законопослушный гражданин? Которого хулиганы всякие из полиции обижают.

- Это ты о Мизгиреве?

- Кстати, хулиган и покойника обидел. - Макар кивком указал на труп.

Положение тела уже слегка изменили, ворота открыли, машину выгнали. Наверняка и гильзу нашли. Про это Макар как раз собирался и спросить, и криминалиста озадачить.

- Ну да, Мельников это, ты его бил, - кивнула Марина.

- Ну вот видишь, не все так безнадежно… Когда у нас произошло убийство? - спросил Макар, обращаясь к следователю, у которого, как оказалось, была фамилия Слоенов.

Капитан еще только начал работать по убийству, много неясностей, но время, когда было совершено преступление, определить очень просто. Перед воротами камера, нужно всего лишь установить, когда Мельников мимо нее проходил, добавить минуты три, и результат готов. Полицейский следователь знал свое дело, и оперативное обеспечение у него имелось.

- Восемь часов пятнадцать-двадцать минут, - ответил он.

Приняв ответ, Капитонов поднял вверх указательный палец, поощрительно глянув на Слоенова. Идет работа, фрагменты пазла ищут и находят, складывают, картина преступления практически составлена. Только вот художник скрылся с места преступления. А пока награда не найдет своего героя, преступление будет считаться нераскрытым.

- В это время я еще находился дома, - сказал Макар.

- Алиби у тебя ненадежное. - Марина не упустила возможности уколоть Варвару.

И привлекалась Калинина, и легкого в какой-то степени поведения - суд не поверит ей, если она даст показания в защиту Макара. Но вряд ли Марина действительно так думала. Суд поверит, и она прекрасно это знала.

- А как тебе Бахтияр?

- Какой еще Бахтияр? - не поняла Славина.

Но при этом с надеждой глянула на Капитонова. А вдруг какой-то Бахтияр увел у него Варвару. Или просто согрешил с ней, и Макар послал их обоих.

- Шаурмой в пекарне на Солнечной торгует. Я там был в половине девятого.

- А готовить некому?

- Сегодня суббота, нормальные люди отдыхают.

- Шаурма? - язвительно спросила Марина.

- Шаурма.

- И Бахтияр, продающий шаурму, может подтвердить твое алиби?

- Ты думаешь, я мог убить Мельникова? - Макар произнес это мягко, но на Славину глянул жестко.

Он всего лишь пошутил, а она всерьез пытается привязать его к убийству.

- Там слишком сложно, - качнул головой Слоенов. - Преступник проник в гараж, какое-то время, возможно с ночи, находился там.

- Гильзу нашли? - спросил Капитонов.

- Нашли, - ответил следователь. - От пистолета. «ПМ».

- Одну?

- Один выстрел - одна гильза.

- А контрольный выстрел? - спросил Ситников.

- И ствол на месте преступления не сбросил, - кивнул Макар.

- Возможно, контрольный выстрел не понадобился, - сказал Слоенов. - У преступника было время и возможность убедиться, жив Мельников или нет.

- Зачем в чем-то убеждаться, когда и так все ясно? Пуля в лоб - верная смерть, - рассудил Ситников.

- В любом случае убийце нужно было покинуть место преступления. Выбраться из гаража, по воде выйти к лесу… Не мог через десять минут он покупать шаурму на Солнечной, - усмехнулся Слоенов.

- И что, вкусная шаурма? - не удержавшись, съязвила Славина.

- Извините, товарищ подполковник, мне нужно работать.

Макар, прихватив криминалиста, отправился с ним к лестнице, поставил ему задачу. Кинолог уже закончил работу, оперативники безуспешно искали свидетелей. Камера только у входа в гаражный кооператив, но можно не сомневаться: убийца там не появлялся. Во всяком случае вчера и сегодня. Преступник мог засветиться за два-три дня до убийства, а может, и за неделю-другую, если он не знал, где гараж у Мельникова, и если он, получив заказ, выслеживал жертву. Пошел за Мельниковым, выяснил, где он ставит машину, подобрался к гаражу со стороны парка, заметил, что стена там дышит на ладан… Но в то же время убийца мог быть кем-то из своих и знать о Мельникове все. И о нем, и о его проблемах с гаражом. И все же Макар на всякий случай попросил предъявить запись с камеры видеонаблюдения за все дни, которые ею были отсняты.

Гарькавый все-таки подъехал. Макар шел от сторожки, а он стоял у трупа, уже уложенного на носилки.

- Ну и где вы ходите, товарищ майор? - спросил полковник.

- Еще нигде. К Мизгиреву ехать надо. От него уши растут. Он мог заказать своего охранника.

- Мизгирев?

- Законопослушный гражданин с безупречным криминальным прошлым. Девочки, наркотики, рейдерские захваты. На последнем сорвал большой куш, приобрел клуб «Паутина» и все, что с ним связано, - выложил Макар.

- Девочками он и сейчас занимается. - Славина презрительно глянул на Капитонова.

- И наркотой по мелочи. Плюс контрабанда алкогольной продукции. И то и другое он сбывает через свой клуб.

- Зачем ты мне это говоришь? - Гарькавый сердито смотрел на Макара.

- Бандиты бывшими не бывают. И Мизгирев - бандит, и Мельников - бандит. Это ворон ворону глаз не выклюет, а бандит бандиту - запросто.

- Я не знаю кто, что и кому выклюет, я знаю, что дело должно быть раскрыто. И срок у тебя - два дня!…

Марина предостерегающе качала головой, глядя на Макара. О «глухаре» ни слова. И о конфликте с Мизгиревым лучше не вспоминать. Да Макар и не хотел развивать эту тему. Он же не баба, амплуа обиженного не для него. Тем более что был у него ключик к ситуации. Ключик, которым располагал только он.

- Есть - два дня.

- А чего так невесело?

- По пути развеселюсь. Разрешите идти!

Макар направился к своей машине, совершенно не желая взбадривать себя. Смешно это или нет, но в этом году у него юбилей - двадцать лет в системе МВД. Сразу после школы поступил в Академию МВД и с тех пор без перерывов - все двадцать лет отслужил. Он, конечно, и близко не ощущал себя стариком, но почему бы не выйти на пенсию? Есть вариант устроиться начальником службы безопасности в солидную фирму. Пенсия, зарплата, и по субботам на службу можно не выходить, по воскресеньям тем более.

Глава 10

Ночной клуб, фитнес-клуб, спа-салон - и все в одном дворе с выходом на разные улицы. Неплохо устроился Мизгирев, ему и домой ездить не надо, здесь у него созданы все условия для полноценной жизни. Он и сейчас в своем кабинете. Возможно, после массажа. Распаренный, разморенный, щеки розовые. Тело расслабленное, в глазах самодовольная спесь.

- Мне сказали, вы сегодня как никогда вежливы, товарищ майор. - Мизгирев сидел, развалившись в кресле, всем своим видом давая понять, что майор Капитонов никто для него. А его спутник тем более.

- Да я-то спокоен. А почему спокойны вы, гражданин Мизгирев?

Макар внимательно смотрел на оппонента. Сколько времени прошло с момента, как убили Мельника, а его босс ни сном ни духом. Притворяется, что ничего не знает, или на самом деле не в курсе?

- Неужели наехать хочешь, майор? - Мизгирев заерзал в кресле, принимая более почтительную позу.

- Где Мельников?

- Он уже давно забрал заявление… Или еще хочешь, чтобы накатали? - усмехнулся Мизгирев, чувствуя себя неуютно.

Он в своих собственных глазах крутой авторитет, а угрожает прокурором, заявлением, самому от этого неловко.

- В случае убийства заявление со стороны потерпевшего не требуется. Да и не сможет Мельников.

Мизгирев смотрел на Макара с искренним недоумением:

- Что не сможет? Почему?

- Потому что убили его.

- Как это убили? - нахмурился Мизгирев.

И ведь не хитрил, не лицедействовал, похоже, он на самом деле ничего не знал.

- Да уже третий час как… А ты ни в зуб ногой?

- Я не в курсе! - Мизгирев поднялся с места, глядя на свой айфон, лежащий на столе.

- Мельников сегодня работает?

- Должен… Вечером на смену заступает… Должен был… Его что, реально убили?

- Выстрелом в голову.

- Когда, где?

- Вы знаете, где он ставил свою машину?

- Гараж у него, в каком-то кооперативе.

- Плохой гараж.

- Челленджер… Телегин говорил. С фундаментом там что-то… Но лучше такой гараж, чем никакой…

Макар кивнул. Челленджера он видел, начальник охраны лично сопроводил их с Холодковым к кабинету босса. Вел Телегин себя спокойно, не нервничал, глазки не бегали. И не выглядел он взволнованным. А так просто после убийства в себя не придешь. С места преступления уйти, а на это время требуется, переодеться, в чувство себя привести, нервы пригладить.

- А что с фундаментом? Стена слабая, кирпичи выпадают?

- Я точно не знаю… А что такое?

- Да вот выставили кирпичи. Киллер прямо в гараж пробрался. Мельников и понять ничего не успел.

- И какая сука?

- Пытаемся выяснить… Может, у вас какие-то претензии к Мельникову имелись?

- У меня?! Хотите сказать, что это мы с Мельниковым решили?

- А вдруг?

- Да нет… Зачем?

- Не знаю.

- Это ты нарочно, да, командир? - хищно сощурился Мизгирев. - Зло на мне сорвать хочешь?

- И Мельникова тоже я? - усмехнулся Макар.

Он не торопился, начал с разговора с Мизгиревым, опросит Челленджера, Кузю, затем перейдет к Смирнову, которого завербовал еще летом. Начал вроде как в шутку, затем предложил ему роль своего человека в клубе «Паутина». Смирнов отказался, Макар отступил, но затем взял его с наркотой. Причем взял случайно. Смирнов курил травку в машине. Дело пустяковое, но Макар все-таки предложил ему проехать в отделение. Смирнов согласился, но Капитонов предупредил, что этот привод не станет последним. Постоянно будет принимать, закрывать и отпускать, пока Смирнов не выйдет из доверия у братвы. Парень понял: Макар от него не отстанет - и выбрал меньшее из зол. Впрочем, ценность Смирнова как агента приближалась к нулю. Макар еще ни разу не выдергивал его на контакт. Но теперь вот время настало.

- А кто его знает?

- Кто знает… Найти бы мне такого человека… С кем конфликтовал Мельников?

- Не знаю, нормально все было. - Мизгирев косо глянул на Макара.

- Может, у вас с кем-то конфликт? Может, дорогу кому-то перешли?

- Кому я перешел дорогу?

- Шохрата вот не уберегли.

- Да объяснились мы за Шохрата, не при делах мы. Нестор это все… Да и не спрашивали за него особо. Ему ведь реально хвост выдернули, - пренебрежительно и свысока сказал Мизгирев.

- А может, все-таки?

- Если Шохрат, то все проблемы ко мне. Мельника-то зачем дергать?

- Ну сегодня Мельника, завтра Челленджера… Казнь была такая, четвертование: сначала человеку отрубали руки, ноги, а затем голову… Мельник у тебя какая рука: правая, левая?

- Да скорее нога… - Мизгирь в раздумье приложил руку к шее, по которой могли пройтись топором, если вдруг прогноз Макара окажется верным.

- Хорошо подумайте, Тимофей Анатольевич. Убийство заказное, стрелял профессионал.

- Ну я сейчас ничего не могу сказать.

- Хорошо, завтра поговорим. Жду вас завтра в десять утра у себя в кабинете.

- А что, обязательно?

- Не явитесь добровольно - доставим приводом.

- Но я правда не знаю, что сказать. Нормально у меня все, никаких проблем.

- Думайте, Тимофей Анатольевич, думайте.

Капитонов пожал плечами, открывая дверь. Не хочет Мизгирь говорить - не надо. Если думает сам решить проблему - пожалуйста. Ну не раскроет Макар убийство - и что? Небо на землю упадет? Бегаешь весь день с утра до вечера, носом землю роешь, света белого не видишь, отсюда и отношение - как к собаке. Гарькавый с прокурором душу два месяца мотали, в большие начальники Макару не выбиться, еще и с маленького места попросят… Нет, хватит с него. Увольняться пора. В бизнес уходить надо, начать со службы безопасности, присмотреться, познать все тонкости дела, а потом самому впрячься. А как еще Варвару удержать? Ей ведь бедный опер не нужен, крылышки у нее уже высохли, пора вылетать из гнездышка, в котором она отогревалась после напасти. Вдруг она уже ищет варианты? Может, уже и с Алисой спелась…

Челленджер поджидал Макара на балкончике, с которого открывался вид на танцпол. Вечеринка еще не началась, но пара пилонов уже занята, девочки тренируются: длинноволосая брюнетка и грудастая блондинка. Челленджер усмехнулся, глянув на Макара. А ведь его Варвара тоже могла бы сейчас вот так танцевать.

- Все? - спросил Телегин.

- А ты не знаешь, зачем я приходил?

- Да мне все равно.

- Мельникова убили.

- Как это убили? - нахмурился громила.

- Преступник разобрал стену, проник в гараж, там твоего дружка и застрелил.

- Стену разобрал?

- Только не говори, что это невозможно.

- Почему невозможно? Видел я эту стену, жесть.

- Откуда у Мельникова такой гараж?

- Купил. Сначала квартиру взял, затем гараж рядом с домом.

- Кота в мешке купил?

- Почему кота? Мельник знал, что гараж дрянной. Хозяин скидку сделал, там все по чесноку…

- Может, скидка показалась маленькой?

- В смысле?

- Может, Мельников предложил хозяину вернуть деньги за гараж? Или часть денег?

- Ну я не знаю.

- А кто хозяин, знаешь?

- Старик какой-то.

- Ты видел этого старика? Какой он? Мог он Мельникова убить?

- Чтобы деньги не возвращать? А что, вариант реальный. Старик правда еле ходит, костыли у него.

- Может, сын есть?

- Не знаю. Может, и есть, - в раздумье пожал плечами Челленджер.

Макар выразительно посмотрел на Холодкова. Надо бы узнать, кто владел гаражом с полуразрушенной стеной, пройтись по владельцам. И сделать это нужно как можно скорее. Вдруг Челленджер причастен к убийству Мельникова, вдруг он попытается перевести стрелки на бывшего владельца гаража.

Или запугает его, чтобы он взял вину на себя, или купит, или и то и другое, вместе взятое. Холодков понял все правильно, кивнул, давая понять, что ему все ясно, и ушел.

- Может, есть какие-то другие соображения? - внимательно глядя на Челленджера, спросил Капитонов. - Кто еще мог убить Мельника…

- Убить… Я, если честно, в шоке, - пробубнил громила.

- И все-таки?

- Не знаю… Можно у пацанов… у парней поспрашивать.

- Этим и займусь.

Макар поговорил с Веретенцевым и еще одним охранником, который находился в клубе. Затем переключился на Кузю и Смирнова, которые сейчас находились дома. Позвонил одному, но договорился сразу с обоими. Кузя, оказывается, гостил у Смирнова. А жили они в одном доме, неподалеку от клуба. Один пришел к другому попить пивка, вроде бы ничего особенного. Но почему утром?

Все стало на свои места, когда Макар подъехал к дому друзей и увидел их опухшие лица. Опохмелялись они после вчерашнего. В квартире у Смирнова бардак, на полу в гостиной валялись женские колготки, но женщин в доме не наблюдалось.

- Это зачем? - спросил Макар, пальцем показав на колготки.

- Носить, - усмехнулся Кузя.

Мужик явно готовился ответить на провокационный вопрос, и Макар нанес удар. Но с другой стороны. Не связанной с нетрадиционной ориентацией.

- На голове?

- Почему на голове?

- Убийца, который в Мельникова стрелял, в маске был. С чулком на голове.

Макар не врал, он всего лишь предполагал.

- Это пипец какой-то! - скривился Смирнов.

И вчера они, похоже, потребляли пиво, причем в больших количествах и с воблой. В комнате угадывался запах соленой рыбы, на полу и на столе хвосты и чешуя. Имелся и третий признак употребления накануне пива - физиономии потребителей. Соль задерживает воду, потому лицо у Смирнова не просто отечное, а опухшее. Кузя выглядел немногим лучше.

- Что в маске был - пипец?

- Да нет, Мельника завалили, - вздохнул Смирнов.

- Тридцать шесть лет мужику, - кивнул Кузя. - На год всего старше…

- Умрешь на год раньше.

- Чего это я умру? - вскинулся бандит.

- А вдруг отстреливают вас?

- Кто?

- Ну, может, дорогу кому-то перешли.

- Кому перешли? Мы никого не трогаем, живем себе спокойно.

- Но раньше-то трогали?

- Когда это было! - Похоже, Кузя не особо переживал за старые грехи.

Возможно, не было за ним грехов или знал, что не в них дело. Может, сам Мельникова убил. Хотя и не похоже.

- Но ведь было.

- Да не было ничего такого!

В прихожей раздалась трель звонка. На кнопку жали требовательно, настойчиво. Кузя и Смирнов переглянулись.

- Ну вот и за вами пришли! - Макар нарочно плеснул масла в огонь.

Но не вспыхнуло.

- За ним! - Смирнов ткнул пальцем в друга.

И он не ошибся. За дверью, подбоченившись, стояла симпатичная девушка лет двадцати пяти - спортивного телосложения, крепкая на вид, в домашнем костюме и тапочках на босу ногу. Заметив Макара, она вонзила в него взгляд.

- Это кто такой? - спросила она.

- Из полиции. Мельника убили! - Кузя смотрел на женщину, приложив руку к груди.

Не виноват он ни в чем, и не надо судить его строго.

- Да ну на!

- Майор Капитонов, - представился Макар.

Девушку звали Еленой, в браке с Кузнецовым она не состояла, но требовала с него на правах жены. На этих же правах с ним и жила. Она уверяла, что Кузнецов провел ночь дома и к другу похмеляться отправился в районе девяти часов. Причем не просто ушел, а сбежал. От жены. Если ей верить, Кузнецов не мог совершить убийство.

Макар отпустил Кузнецова и наконец-то остался наедине со Смирновым.

- Когда к тебе Кузя пришел?

- Где-то без десяти…

- А может, тебя и дома-то не было?

- Как это не было?… Думаешь, что я мог Мельника завалить? Зачем? - Смирнов мотал головой, возмущенно глядя на Капитонова.

- А кто мог?

- Не знаю… Честное слово, не знаю…

- Может, кого-то из ваших подозреваешь?

- Из наших точно никто не мог!

- А не из ваших?

- Да спокойно у нас все, никаких проблем, никаких наездов… Реально спокойно все.

- Может, за Шохрата спрашивают?

- Нет. Точно нет… Мельник-то при чем?

- Думай, Дима, думай! Вдруг ты следующий?

- Почему я?

- Может, отстреливать вас начали!

- Кто? За что?

- Не знаю, братец, не знаю.

- И я не знаю.

- А что ты вообще знаешь?

- Ну, знаю… - обиженно усмехнулся Смирнов.

- Что ты знаешь?

- Что ты с Варварой живешь.

- И что? - нахмурился Макар.

Если Смирнов это знал, то Мизгиреву и подавно известно. А ведь он сегодня ни разу не спросил про Варвару.

А ведь она ему очень нравилась. И вряд ли он забыл о ней. Варвару невозможно забыть. Может, Мизгирев что-то задумал? Может, Смирнов на это и намекает?

- Да ничего… Просто человек один ею интересовался.

- Мизгирев?

- Зачем ему интересоваться? Он и так все знает.

- Что Варвара со мной?

- Да Мизгирев здесь ни при чем. Мизгирь ничего не делает. Ему проблемы с тобой не нужны.

- Что за человек?

- Молодой человек. Молодой, а уже солидный, видно, что при деньгах. Костюм реально дорогой… Все дорогое… Я его не видел, Дух говорил. Крендель этот к нему подходил, спрашивал.

- Что спрашивал?

- Ну за Варвару. Что там за телочка у вас танцевала, спрашивал.

- Когда она танцевала?

- А когда Шохрата убили… Один раз вышла, и уже жить без нее не могут.

- Кто не может?

- Парень этот. Он бабла Духу предлагал за Варвару, ну, за информацию. Ходил, ходил, смотрел, смотрел, а когда понял, что Варвары-то нет, к Духу подошел.

- И что Дух?

- Говорит, что не сказал. А там кто его знает.

- А мой адрес он знает?

- Если очень захотеть, все можно…

- Знает?

- Возможно.

- Мне почему не сказал? Ты. Почему?

- А если не захотел? - Смирнов с вызовом глянул на Макара.

- Может, и насчет Мизгирева мне на уши вешаешь? Может, это он Мельникова заказал?

- Не заказывал. Точно не заказывал! И кто его убил - я понятия не имею.

- Где живет Дух?

- Из-за Варвары спрашиваешь? - ехидно поинтересовался Смирнов.

- Из-за Мельникова!

Дух, он же Душнов, проживал, как оказалось, в том же микрорайоне, что и Мельников. Один этот факт показался Макару странным.

Так же как Смирнов и ему подобные, Дух числился в охране клуба, но принадлежал к старой гвардии Мизгирева. Также когда-то состоял в его банде, наезжал на бизнесменов, отбивал у них недвижимость. Оттуда и деньги - на квартиры, машины, на кучерявое житье. И у Смирнова трехкомнатная квартира в новом доме, и у Кузи вариант не хуже.

Собираясь к Духу, Макар планировал навестить и вдову покойного Мельникова. Но сначала он заехал к себе домой. Лично хотел сказать Варваре, что задержится, но не застал ее дома. В комнате не убрано, все вещи на месте, в мойке грязная посуда, обычное дело. Может, в магазин отправилась. Или даже в поселок Заводской - к сестре.

Он позвонил Варваре, она ответила сразу. Но Макара насторожил фоновый шум, характерный для движущегося автомобиля.

- Ты где?

- Да в Москву решила съездить, такси взяла, - мило, без всякого недовольства, но как-то отчужденно сказала девушка. И зачем она про такси сказала, если он ее не спрашивал? - К Алисе.

- К Алисе?!

Недоброе предчувствие тронуло душу, заставив ее сжаться. А ведь думал он сегодня об Алисе. И еще Дух со своей информацией…

- Соскучилась.

- Она же тебя предала!

- Запугали ее, сломали. Бывает!

- Шкуру она свою спасала!

- Давно это было.

- Когда вернешься?

- Извини, что в доме не убралась. Вернусь - уберу… Ну все, пока!

Варвара сама закончила разговор и первая сбросила вызов. Макар включил компьютер, открыл локацию, ввел запрос. Судя по сигналу от телефона, Варвара находилась где-то на Кольцевой. И если она ехала к Алисе, то явно сбилась с пути.

Макар вывел на экран список телефонов, с которых звонили Варваре. Номер Алисы отсутствовал, был какой-то неизвестный. Причем он так и отражался: вместо цифр буквы - «неизвестный номер». И кому он принадлежит - Макар выяснить не смог. Зашифрованный телефон, Ясенев мог устроить себе такой номер. Но Ясенев Макару не соперник. А вот мужчина при деньгах, о котором говорил Душнов, Макара очень напрягал…

Душнова он дома не застал. Пришлось отправляться к жене покойного. Терпеть не мог Макар такие визиты, но сейчас он сам пребывал, казалось, в похоронном настроении. Не нравилась ему эта отлучка Варвары.

С Мельниковой разговор не задался. Женщина плакала, рядом ревела малолетняя дочка, сын рвался успокоить и ту и другую, но все эти метания у него закончились истерикой. Евгения твердила, что муж никому ничего плохо не делал, только это Макар и слышал от нее.

Закончив так и не начавшийся разговор, он вышел во двор, где его ждал Холодков. Встречался он с бывшим владельцем гаража, ничего интересного не откопал. Не наезжал Мельников на старика, не возникало конфликтных ситуаций. Да и некому было в семье застрелить бандита: ни сыновей у старика, ни внуков - одни бабы да зятья.

Душнов так и не появился, Макар позвонил ему, тот ответил, оказалось, что парень уже в клубе, подменяет Мельникова. Пришлось ехать в «Паутину». По пути Макар связался с криминалистом, оказалось, что преступник на самом деле мог пораниться об лестницу. На гвозде обнаружилось хлопчатое волокно, окрашенное кровью. Видимо, преступник орудовал в рабочих перчатках, но они не спасли его от гвоздя. Палец проколол или ладонь.

Душнов, среднего роста мужчина с мощными грудными мышцами, встретил Капитонова и Холодкова у входа.

- В клуб не надо, - угрюмо сказал он.

- Чего так? - спросил Холодков.

Душнов повел плечом, будто собирался проверить бандита на прочность. Холодков и сам крепко качался, и ростом он чуть повыше, и помощнее. И сообразителен он, и чувство юмора на высоте, а у Душнова только непроницаемое лицо без признаков интеллекта.

- Ну не надо, и все, - туго подумав, сказал Дух.

То ли Челленджер не хотел впускать в клуб оперов, то ли Душнов хотел поговорить с ними без свидетелей. Попробуй пойми, что там за мысли за деревянным лицом.

- Где ты сегодня утром был? - в лоб спросил Макар, осматривая руки Душнова. - В районе восьми часов.

Ладони крепкие, мозолистые - от соприкосновения со штангой, но порезов, проколов вроде бы нет.

- Спал я. Дома. С Иркой.

- Она может это подтвердить?

- А почему бы и нет? - Дух кивком указал на клуб. - Через пару часов подъехать должна.

- Здесь работает? - спросил Макар.

- А что, стриптизерша не человек? - усмехнулся бандит, выразительно глянув на Капитонова.

Макар и сам со стриптизершей живет, и Душнов об этом знает.

- Что про Мельникова сказать можешь?

- Понятия не имею, кто его мог убить.

- Может, он конфликтовал с кем-то? Может, ему кто-то угрожал?

- Да нет, нормально все было.

- Нормально. Все у вас нормально, - съязвил Макар.

- У нас нормально, у тебя не очень. - Дух ехидно смотрел на него.

- Что не так?

- Да подружку твою видели.

- С кем видели? - нахмурился Капитонов.

Варвару могли видеть с Мельником, это бы сильно осложнило его, Макара, положение. Мельник и заявление на него подавал, и с Варварой крутил, чем не поводы свести с ним счеты? Но о возможной подставе Макар подумал вскользь. Возможная измена Варвары сама по себе волновала его куда больше.

- Да паренек один Варварой твоей интересовался.

Дух выразительно смотрел на Холодкова. Возможно, этот разговор не для посторонних ушей. Но Макар Мишу не прогонял. Тем более что ничего особенного Душнов не говорил. Ну интересовались Варварой, и что с того? Она девушка красивая, мужчины хотят с ней познакомиться.

- А вчера я их видел… - злорадно усмехнулся Дух. - В торговом центре. Он ей на ювелирный бутик показывал, что-то говорил, улыбался.

- В бутике их видел?

- Да нет, не заходили.

- Еще что?

Макар повернул голову, но Холодкова не увидел. Он отошел в сторонку, чтобы не слушать разговора.

- Да нет, ничего.

- Что за парень, ты его знаешь?

- Да нет… Знаю, что на «Порше» подъезжал. Новенький «Порше», «Кайман».

Макар хотел было спросить о номере машины, но передумал. Ухмылка у Душнова гаденькая, провокационная. Он ведь рассказывал о «Порше» и ювелирном только лишь для того, чтобы задеть Макара за живое.

А если спросить о номерах, он не ответит. Усмехнется и промолчит. А может, и спросит: «Я что, стукач?»

- Значит, про Мельникова ничего сказать не можешь? - спросил Капитонов.

- Ну почему же? Говорят, он на одного мента заяву накатал.

- Знаешь, как это делается? - угрожающим тоном спросил Макар.

- Заяву накатать? - настороженно глянул на Макара Дух.

- На меня… Для начала нужен повод, - и Капитонов глянул по сторонам: нет ли свидетелей.

Этим он создал силовое поле, которое оттолкнуло от себя Душнова. Вернее, бандит отступил на пару шагов сам. Понял, что Макар может его сейчас ударить. А он мог. Очень даже мог. Надоело ему цацкаться со всякими ублюдками, раздолья захотелось.

Но бить Душнова Макар не стал, вернулся к своей машине. И пока Холодков усаживался, запустил специальное приложение на своем смартфоне. Судя по местоположению телефона Варвары, она находилась сейчас где-то в районе Минского шоссе, в поселке неподалеку от Кольцевой автострады. Неужели она все-таки клюнула на «Порше», на ювелирку?

- Что-то не так? - спросил Холодков, внимательно глядя на Капитонова.

- Да нет, все нормально… - ответил Макар. И криво усмехнулся. - И у меня все нормально.

- Да с этими болванами пообщаешься…

- Болваны не болваны, а голова после них как пустая болванка. Ни одной зацепки.

- Кто-то из своих грохнул, - пожал плечами Холодков.

- Тот, кто знал про слабую стену в гараже, - кивнул Макар.

Не верил он Смирнову, не убедил его бандит в невиновности своих дружков и боссов.

- Да про стену нетрудно узнать.

- Может, кто-то и узнал. Если не свой.

- Если проследил.

- Следил, - кивнул Макар.

За Мельниковым могли следить, а Варвару точно преследовали. Какой-то хлыщ на «Порше». Вряд ли эти факты как-то связаны между собой. А вдруг? Кстати, отличный повод, чтобы взять мажора за грудки и хорошенько встряхнуть.

- Давай на сегодня закончим! - принял решение Макар.

Киллер сработал на отлично. Ночью, в темноте, разобрал стену, проник в гараж, отстрелялся и спокойно, не привлекая к себе внимания, ушел. Ни свидетелей нет, ни записей с видеокамеры. Даже собака не смогла взять след. Через лес киллер ушел или на машине уехал, в любом случае след его давно уже простыл.

- Совсем закончим?

- Совсем. Не считая домашнего задания.

Макар вынул из кармана флешку, на которую скинул запись с видеокамеры, вручил ее Холодкову.

- Запись с камеры со стоянки. На ней и Мельников будет, и тот, кто за ним следил. Соображаешь?

- А если за ним из машины следили? - взяв флешку, спросил Холодков. - Там ворота открыты, заезжай кто хочет. Если из машины следили, можно не разглядеть, кто в машине… Если только по номерам.

- Читай по губам, пробивай по номерам. Составь список номеров, список лиц и сторожу всех покажи. Если машина из кооператива, в сторону, а если нет, на заметку бери.

- Понял я все, - уныло кивнул Холодков.

- Это хорошо, что понял.

- Нехреновое себе такое домашнее задание.

- Посмотрим, кто быстрее справится, - усмехнулся Макар.

- В смысле?

- В смысле и я беру себе домашнее задание.

За Варварой нужно ехать. Если она изменила, это ее личное дело. А вот убийство человека - дело государственной важности. Молодой человек на «Порше» должен дать объяснения.

Глава 11

Суббота, выходной, вторая половина дня, дороги свободные. И все же Макару понадобилось полтора часа, чтобы добраться до поселка Зеленоборовский. Сигнал от телефона привел его к высоким откатным воротам, лишенным таких излишеств, как кованые узоры, вензеля.

Но смотрелись ворота дорого, стильно. И забор из того же материала, вроде бы металлопрофиль, но работа элитная, секции заводской сборки, двойные. А забор огромный, участок занимал соток сто, а может, и больше. Целый жилой квартал на такой территории можно уместить. Дом находился в глубине двора, забор для взгляда непроницаемый, Макар мог видеть только крышу. И кроны вековых сосен над ней.

Поселок, состоящий из таких вот усадьб, охранялся, Макар проехал, показав удостоверение, но пришлось сказать, номер какого строения его интересует. Видимо, сторож предупредил домашнюю охрану, не успел Макар выйти из машины, как открылась калитка и появился рослый парень в униформе цвета хаки. На поясе у него висели электрошокер, дубинка, а главное, находилась кобура с пистолетом. Неужели служебный?…

- Я вас внимательно слушаю! - Парень старался казаться вежливым, но взгляд у него если не злой, то близко к тому.

- Да нет, это я вас внимательно слушаю. - Макар вынул и предъявил удостоверение. - Варвара где?

- Какая Варвара?

- Калинина. Здесь она, или в доме, или где-то в зиндане.

- В каком еще зиндане?

- Калинина где?

- Не знаю никакой Калининой!

- Не знаешь?

- Нет!

- Нет?! - Макар вынул телефон, сделал вид, что набирает номер. Ему якобы ответили, он, обращаясь в пустоту, с важным видом начал: - Ворошилов?! Здесь Калинина! Похитили ее!… Уже в пути? Отлично!

Макар сунул мобильник в карман и глянул на машину, как будто не знал, садиться или стоя дожидаться прибытия спецназа.

- Нет здесь никакой Калининой! - напряженно глядя на Капитонова, неуверенно мотнул головой охранник.

- Посмотрим. Сейчас группа захвата подъедет, посмотрим.

- Какая еще группа захвата?

- Ну штурмовую группу на вертолетах я вам не обещаю. Но будет весело. Ремонт в доме давно делали?

- Да новый дом!

- Знаешь, что такое искусственное старение?

- Ну хорошо…

Парень дал задний ход, попытался отсечь Макара, скрываясь за калиткой, но просчитался. Капитонов надвинулся на него, с силой толкнул плечом в грудь и вместе с ним оказался во дворе.

А там архитектурно-ландшафтное великолепие - аллея с фонтаном и беседками, клумбы, фигурные кустарники. Аллея вела к дому - большому, роскошному, из стекла и бетона. Макар не остолбенел от этого зрелища, но невольно залюбовался. Заламывая охраннику руку за спину.

- Что вы делаете? - взвыл тот.

- А вдруг похитителей предупредишь?

- Каких еще похитителей?

Макар не ответил, он вел охранника к дому. И при этом старался контролировать обстановку вокруг себя. Мог появиться напарник, хорошо, если он всего лишь поднимет шум. А если откроет огонь?

«Порше» возле дома не наблюдалось, но часть цокольного этажа занимал гараж на три машино-места. А может, и на все шесть.

Капитонов заставил охранника открыть незапертую дверь в дом, прошел в просторную прихожую, дальше в двухуровневый холл, залитый дневным светом. Там, под роскошной люстрой, и увидел Варвару. В обществе молодого человека, о котором, видимо, и говорил Душнов. Не красавец, но холеный, стройный, дорогой стильный костюм сидел на нем безукоризненно.

- Макар?! - Варвара ахнула, увидев его, но в ужас не пришла, всего лишь слегка смутилась.

- А где Алиса?

- Я тебе сейчас все объясню!

- А вы и есть тот самый грозный майор полиции? - взяв себя в руки, с чувством превосходства спросил парень.

- Фамилия? - потребовал Макар.

- Кочергин… А в чем, собственно, дело? Вы в гостях, а не я!… И отпустите, пожалуйста, охранника! - Парень грозно хмурил брови, но высечь гром и молнию не мог.

Не напугал он Макара, даже не смутил. Но охранника все же пришлось отпустить. Парень отскочил от Капитонова, отряхнулся, провел рукой по кобуре, но вынуть пистолет не решился. Макар предостерег его взглядом, да и хозяин не требовал от него экстрима.

- Макар, я, конечно, виновата перед тобой, - вздохнула Варвара. - Но ты должен меня понять… Прощать не надо.

- Прощать не надо! Это совсем не обязательно! - Кочергин взял Варвару за локоток.

Но она отдернула руку и недовольно глянула на него.

- Ну что ж, если не надо, то и не буду.

- Прощать не надо, а отпустить придется! - Кочергин торжествующе смотрел на Макара.

Так хотелось дать ему в морду, но это явный перебор. Нужно уметь проигрывать.

- Вы же не похищали девушку? - спросил охранник, обращаясь к Кочергину.

- Нет, конечно! - Кочергин махнул рукой, отпуская его.

Макар посмотрел и на него, и на охранника. Они не называли друг друга по имени. Это во-первых. Во-вторых, Кочергин назвал Макара гостем, но не сказал, что это его дом. В-третьих, Кочергин отпустил охранника, хотя, казалось бы, нуждался в его присутствии. Вдруг Макар все-таки распустит руки. В-четвертых, охранник не торопился уходить.

- Товарищ майор группу захвата вызвал, сейчас будет, - сказал он.

- Даже так? - Кочергин озадаченно смотрел на Капитонова.

- Будет группа, - кивнул тот. - Не сейчас, но будет.

- Не было никакого похищения, - мотнул головой парень. - Варвара сама согласилась проехать со мной.

- С тобой? - резко спросил Макар.

- Со мной. - Кочергин сердито глянул на него.

Его возмутило, что к нему обратились на «ты». Но возмутило не очень. Или даже совсем не возмутило, но вид нужно было сделать.

- К тебе домой?

- Ко мне домой, - не очень уверенно согласился парень.

И почему-то глянул на охранника, который так и не собирался уходить.

- У вас все серьезно? - Макар показал пальцем на него, на Варвару.

- Да, у нас все серьезно… Я признался Варваре в своих чувствах, - кивнул Кочергин. - И она согласилась проехать со мной.

- К тебе домой?

- Ну да, ко мне. - И снова парень глянул на охранника.

С опаской глянул, как будто он мог уличить его во лжи. Но охранник молчал, хотя ему было что сказать.

- Ваши фамилия, имя, отчество? - начальственно строго спросил Макар, обращаясь к охраннику.

- Лаптев Игнат Иванович… А что?

- Служишь здесь?

- Да.

- Дом большой, двор еще больше, а ты один.

- Зачем один? Напарник есть. Он сейчас подъехать должен.

- Так, все, хватит! - хлопнул в ладоши Кочергин. - Похищения не было, Варвара приехала сюда по своей воле. Вы свободны, товарищ майор. Или мне придется вызвать наряд из местного отделения полиции!

Макар пропустил этот выпад мимо ушей. Он продолжал смотреть на Лаптева.

- Ты в курсе, что гражданин Кочергин подозревается в организации убийства? - хлестко спросил он.

- Убийства?!

- Товарищ майор точно спятил!… Игнат, проводи товарища!

- Гражданин Кочергин появился в Краснохолмске двадцать второго августа. В ночном клубе «Паутина». В тот же день, вернее в ту же ночь, был убит вор в законе по кличке Шохрат. - Макар не сводил глаз с охранника.

Тот уже, бедный, не знал, куда деваться.

- Гражданин Кочергин появился в Краснохолмске и сегодня. - Макар обратил свой взгляд на Варвару. - И сегодня же был убит бандит по кличке Мельник.

- Что вы такое говорите? - Кочергин смотрел на него как на сумасшедшего.

- Странное совпадение, вам не кажется? - Макар вернулся к Лаптеву.

- Ну не знаю, - проблеял тот.

- Я знаю. Знаю, что, возможно, вы покрываете убийцу!

- Игнат, звони в полицию!

- Игнат, вы можете позвонить в полицию? - спросил Макар.

- Да.

- Потому что у вас есть право охранять этот дом.

- Конечно, есть!

- А у гражданина Кочергина есть право находиться в этом доме?

- Ну не знаю, - пожал плечами совершенно обескураженный Лаптев.

А Макар только усиливал натиск:

- Чей это дом?

- Льянова дом… Юрия Денисовича, - кивнул охранник.

- А Кочергин здесь что делает?

- Юрий Денисович сказал, что можно.

- Что можно? Девушку привести? Пыль в глаза ей пустить?

Макар с насмешкой посмотрел на Варвару. Облапошил ее Кочергин, прикинулся богатеньким Буратино, показал якобы свой дом. А она и не скрывала, что ждет принца.

- Чей это дом? - Варвара возмущенно глянула на Кочергина.

- Ну, моего начальника дом… Я не хотел тебя обманывать.

- Ну ты и сволочь!

Варвара подняла руку, будто собиралась ударить парня, тот пугливо сжался. Презрительно глянув на него, она резко повернулась к нему спиной и вышла из дома. Макар бежать за ней и не собирался. Куда пойдет, туда пусть и проваливает.

Зато Кочергин потянулся за ней, но Капитонов перегородил ему путь.

- Стоять!

- Майор, ты не имеешь права! Юрий Денисович мне разрешил!

- Кто такой Юрий Денисович?

- Начальник мой!… Я у него начальник юридического отдела! Между прочим, большой человек!

- И где тогда твой большой дом? - усмехнулся Макар.

- Пока нет, но будет!

- Чем занимается ваша фирма?

- Развитием и внедрением информационно-коммуникационных технологий.

- Я смотрю, технологии развиваются неплохо.

- Не жалуемся.

- Какое отношение ваша фирма имеет к бизнесу Шохратова?

- Какого Шохратова? Не знаю такого!

- Он занимался контрабандой элитного алкоголя.

- Какая контрабанда? У нас вполне законный бизнес.

- Вполне?

- Фактически майнинг в России не запрещен.

- Майнинг. Биткоины.

- И они не запрещены!

- А что запрещено?

- Ну не то чтобы запрещено… Проблема с источниками энергии.

- Нелегальное подключение к электросети.

- Почему же нелегальное?… - замялся Кочергин. - Просто не все электросети выдерживают. Есть фермы, которые жрут электричества больше, чем алюминиевые заводы.

- Алюминиевые заводы подключены к электростанциям. Официально подключены, официально платят за энергию.

- Заводы в России разрешены. А майнинг - нет. Не разрешен, но и не запрещен!… Одно я могу сказать вам точно: если вы вдруг попытаетесь раскрутить нас на криминал, у вас ничего не выйдет! Я на этих делах собаку съел!

- И все-таки как вы связаны с Шохратом?

- Да не знаем мы никакого Шохрата!

- А Мельникова?

- И Мельникова не знаем… Вашего Мельникова не знаем, - немного подумав, уточнил Кочергин.

- Откуда ты знаешь, где наш, где не наш?

- Вы же сами сказали, что ваш - бандит!… А наш - очень даже приличный человек. Мельников Сергей Степанович, заместитель руководителя департамента цифровых технологий… Так, все, больше ни слова! - оборвал себя Кочергин.

- Ты был в ночном клубе «Паутина»?

- Ну был.

- Двадцать второго августа?

- Я не помню, какого числа. Но в августе!

- Там ты увидел Варвару?

- Видел, как она танцевала, - кивнул Кочергин.

- Она танцевала в «Паутине» один-единственный раз. Именно двадцать второго августа.

- Да, она говорила, что один-единственный раз. Я потом приходил, но ее больше не видел.

Макар качнул головой, цепко глядя на парня. Что-то недоговаривает Кочергин. Если он искал Варвару, то должен знать, когда видел ее в первый раз.

- А в первый раз зачем приходил?

- Так, зашли по случаю, - пожал плечами Кочергин.

- По случаю зайти мог я, потому что живу в Краснохолмске. А ты где живешь?

- На Таганке. Квартира у меня там! - расправил плечи Кочергин.

- С кем ты был в клубе?

- А это важно?… Если важно, то я там с девушкой договорился встретиться.

- С какой девушкой?

- Так, стоп!… Я в чем-то подозреваюсь?… Если да, то говорить я буду в присутствии адвоката!

- Ты же сам юрист, - усмехнулся Макар. - Или забыл?

- Я требую адвоката!

- А я требую хозяина дома. Или я сейчас задержу тебя за самовольное проникновение… За попытку ограбления!…

- А охранник? Он подтвердил!… А Лаптев действительно здесь работает.

- И с охранником разберемся.

- Вот с него и начинайте! А я отказываюсь говорить! - Кочергин с вызывающим видом скрестил на груди руки.

Не нравился Макару этот парень, мутный он какой-то. Варвара, конечно, ослепительная девушка, Кочергин мог влюбиться в нее без памяти. Но все равно странно, ездил, искал, спрашивал, а знакомство начал с обмана.

Хотел произвести на нее впечатление этим домом? Если да, значит, он не стремился к серьезным с ней отношениям. А если хотел поиграть с ней и бросить, то должен был понимать, что Макар может оторвать ему голову. Он ведь знал, с кем живет Варвара…

Одно Макар знал почти наверняка: к гибели Шохрата и Мельника это чудо отношения не имело. Первое появление в клубе, скорее всего, было случайным, а познакомился Кочергин с Варварой не сегодня…

Капитонов закончил разговор, Лаптев отвел его к воротам, открыл калитку. И он увидел Варвару, которая ждала его у машины. Макар нахмурил брови, изображая праведный гнев. Он знал, кто такая Варвара, особых иллюзий на ее счет не питал, может, потому глупо на нее обижаться. Сейчас она расскажет, что всего лишь хотела посмотреть на дом, которым хвастался Кочергин. Возможно, придумает, что хотела уличить его во лжи. И он поверит ей. Потому что хочет поверить. Сердце влюбленного человека отключено от разума.

Варвара стояла спиной к машине, но не скучала в ожидании Макара. Она довольно-таки увлеченно разговаривала с импозантным мужчиной лет сорока, может, чуть больше, который завороженно смотрел на девушку и улыбался, пытаясь очаровать. У него за спиной стоял новенький «Майбах», дверь которого была открыта. Скорее всего, Макар видел перед собой хозяина дома.

- Гражданин Льянов? - спросил Макар.

- Допустим! - Мужчина продолжал белозубо улыбаться, но взгляд его померк.

- Это ваш дом?

- Мой. Варвара мне все рассказала. Забавная история.

- Вы разрешали гражданину Кочергину пользоваться своим домом?

- Я же говорю, забавная история. А забавная потому, что я никому ничего не разрешал. Льянов хищно сощурил глаза, глядя на охранника, вытянувшегося перед ним в струнку.

- Я могу задержать гражданина Кочергина?

- Необязательно. Я сам во всем разберусь. И сам кого следует накажу… Вы свободны… товарищ майор!… Я не ошибся в звании?

Макар вопросительно посмотрел на Варвару. Интересно, она рассказала Льянову о нем или тот все уже знал. Варвара вздохнула, закатив глазки. Да, это она все рассказала. Потому что увлеклась Льяновым. Потеряла голову от сильных чувств и разговорилась как последняя дурочка. Что-то в этом роде она и хотела сказать.

Макар не ответил. Открыл правую переднюю дверь, обошел машину и сел за руль. И Варвара все правильно поняла, и Льянов.

- Варвара, я вам обязательно позвоню! - сказал он.

Причем сказал громко, чтобы Капитонов слышал.

Девушка ничего не ответила, села в машину и, скрестив на груди руки, выдохнула из легких воздух.

- Да, ты такая! - сказал за нее Макар, отпуская педаль тормоза.

- Да, я такая! - согласилась она.

- Жаль, что принцев на всех не хватает, - усмехнулся Макар.

Он не видел обручального кольца на пальце Льянова, но это еще ни о чем не говорило. Даже если «принц» не женат, это не значит, что он готов предложить Варваре руку и сердце.

- Очень жаль, - кивнула она.

- Но мечтать не вредно.

- Ты что, следил за мной?

- Да нет, убийство у нас. Мельника убили.

- Ну да, ты говорил…

- Знаешь такого?

- Слышала… И видела. Наверное.

- Был в клубе, рассказали, как Кочергин тебя искал.

- Не было у нас ничего.

- Да понятно, - хмыкнул Макар.

- Но могло быть, - косо глянув на него, сказала Варвара.

- Дом большой, красивый.

- Дом… Да, я хочу жить в таком доме! И это не преступление.

- Ты свободна, тебя никто не держит.

- Да нет, мне с тобой хорошо.

- Мне с тобой плохо.

- Ну да, - немного подумав, кивнула Варвара. - Когда-нибудь я уйду от тебя.

- К Льянову.

Варвара хотела что-то сказать, но, всхлипнув, махнула рукой и заплакала. И в душе у Макара шевельнулась жалость к ней. И к себе тоже.

Красивая она девка, сил нет какая красивая. И ей это известно. Очень хорошо известно. Потому и ценит она себя высоко. Потому Макар для нее всего лишь временная гавань за неимением постоянной. Не хочет она продавать себя задешево, поэтому мечтает о блестящей партии. Поэтому едва не попала в сети к проходимцу. Или даже попала, но не успела увязнуть. Впрочем, у нее все впереди. Если она не сделает правильных выводов. Надо будет позвонить Льянову и предупредить его. Если обманет Варвару, Макар точно оторвет ему голову. Сначала ноги, руки, а потом голову. Варвара, может, и потеряна для него, но играть с ней он никому не позволит.

Глава 12

Все-таки купил он хорошего вина. И не одну, и даже не две бутылки. Хорошо вчера с Варварой посидели. Объяснились, помирились, а потом закрепили серьезность своих отношений. Или несерьезность. И даже ненадежность, но закрепили. Голова не то чтобы чугунная, но в сон клонит. Тем более что сегодня воскресенье, работать не хочется. Зато Славина свежая, как утреннее солнце. И такая же ясная. Только вот ее нахмуренные брови как тучи. Но дождь не прольется.

- Капитонов! Ты где?

Тон у Марины начальственный и такой же официальный, как на утренних совещаниях. И это при том, что совещается она только с ним. Нет больше никого в кабинете, только он и она.

- Здесь я! - зевая в ладонь, сказал он.

- Тогда не молчи!

- А что говорить?

- По делу Мельникова!

- Знаю, что по делу Мельникова. Не знаю, что сказать. Говорю же, «глухарь».

Дверь вдруг открылась, и в кабинет стремительно вошел Гарькавый. Макар не видел препятствий на его пути, но впечатление складывалось, что он не просто шел, а проламывал невидимую оборону. Может, со своими сомнениями боролся? Действительно, сегодня выходной, тем более утро, Мельников по большому счету ничего собой не представлял, а Гарькавый вынужден тратить на него драгоценное время, которое он мог бы посвятить семье. Или любовнице.

Поднимаясь, Марина с укором глянула на Макара. Предупреждала же она, просила не произносить это страшное слово «глухарь» в присутствии Гарькавого. Но так он и не произносил. А если произнес, то начальник управления не мог слышать. Если Марине мерещится, пусть перекрестится.

- Капитонов! - Гарькавый грозно глянул на подчиненного.

Только что-то Макара не напугал этот взгляд, более того, навеял зевоту. В чем он виноват? В том, что киллер сработал профессионально? В том, что не оставил после себя никаких улик? Не виноват он, а его по стойке смирно ставят. Злость на нем срывают… Надоело!… Умные люди вот бизнесом занимаются, на криптовалюте целые состояния делают. И он мог бы заняться чем-нибудь подобным. А почему бы и нет? Варваре он нищий не нужен. А без нее тоска… Может, она уже разговаривает по телефону с Льяновым, может, уже договорилась с ним о встрече в его роскошном доме. А его тут, как юношу сопливого, чихвостят.

- Я Капитонов.

- А мне Капитонов без результата не нужен. Мне Капитонов с результатом нужен.

- Ну тогда зайдите попозже.

- Что?!

- Нет, говорю, результата.

- Почему?

Холодков проанализировал запись, просмотрел все эпизоды, когда Мельников проходил на территорию гаражного кооператива.

И всякий раз за ним кто-то следовал - пешком, на машинах. Сейчас Миша работал со сторожами, просеивал информацию. Ну найдет он пару-тройку подозрительных лиц, среди которых мог оказаться киллер. И что? Как доказать его вину? Все следы давно уже уничтожены. А копаться в причинно-следственных связях - дело неблагодарное, а главное, долгое. Может, и смогут они выудить рыбку, но дохлую. И нескоро. А Гарькавому результат нужен прямо сейчас.

- Время нужно.

- Чем это от тебя несет? - принюхался Гарькавый.

- Виноградный сок.

- Перебродивший?

- Немного.

- Да нет, много!… Делом нужно заниматься… Сначала дело, потом сок! Ты меня понимаешь?

- Так точно!

- Ну так работай! А стоишь тут столбом! Как будто столбняк хватил!

- Иду работать, - кивнул Макар, направляясь к двери.

- Сутки у тебя еще есть! - бросил вдогонку Гарькавый.

Макар остановился, но поворачиваться не стал, чтобы полковник не увидел возмущенного выражения на его лице.

- Или не видать тебе повышения как своих ушей!… Свободен!

Макар вышел из кабинета, переместился в свой. И на всякий случай закрылся, чтобы Гарькавый не зашел. Он сегодня герой, в свой законный выходной вышел на работу, подчиненные не просто должны брать с него пример, а обязаны трудиться с утроенной силой. А майор Капитонов штаны в кабинете протирает. Даже если стоит столбом. Как будто столбняк хватил.

Столбняк?… Макар задумался. Как давно он делал прививку от столбняка? Еще в академии. А кто-то и вовсе не делал никогда. А столбняк можно подхватить через порез, через прокол в кожном покрове. Если напороться, например, на ржавый гвоздь, пролежавший в земле какое-то время без доступа кислорода. А лестница, которую он нашел вчера, валялась без присмотра где-то на земле, мокла, гнила. Киллер нашел ее, воспользовался. А при отступлении поранился. Или даже раньше…

Эксперт снял с гвоздя нитяные волокна, кровь, проводилась молекулярно-генетическая экспертиза. А вот на столбнячную палочку тест не проводили. Может, еще не поздно?

Макар позвонил в отдел МВД по Заводскому отделу, уточнил номер телефона криминалиста, созвонился с ним и, сославшись на Гарькавого, поставил задачу. Но экспертиза - дело небыстрое, а время идет. На повышение Капитонов не рассчитывает, да и не очень-то нужно. Но инстинкт сыщика уже не дает покоя. Может, нужно обзвонить больницы, поликлиники, может, киллер уже обратился за медицинской помощью? Но поранился преступник вчера, а у столбняка, как у любой инфекционной болезни, существует свой инкубационный период, а он длится несколько дней и даже недель. Впрочем, в самом тяжелом случае болезнь может развиться уже через пару дней. Такие тяжелые случаи, как правило, заканчиваются летальным исходом.

Еще можно запросить статистику по обращениям за прививками от столбняка, но вряд ли это что-то даст. Киллер всего лишь палец проколол, вряд ли его это насторожит.

Но, возможно, он, ощутив симптомы надвигающейся болезни, все-таки обратится за медицинской помощью.

Макар включился в работу сам, приобщил к делу Ворошилова, а затем появился Холодков и дал расклад по лицам и автомобилям, которые вызывали у него подозрение. Его внимание привлекли всего два человека и три машины. Совсем не обязательно было смотреть на них в записи, Холодков представил скрины с видео.

- Личности установил? Кто владельцы автомашин?

- Да вот собираюсь, - кивнул Холодков.

- Не надо собираться, нужно делать. Гарькавому вожжа под хвост попала… И под язык, - немного подумав, добавил Макар.

И еще он подумал о Варваре. А вдруг она на самом деле уже созвонилась с Льяновым? Он открыл список входящих звонков на ее телефон, но с незнакомых ничего особенного не обнаружил. Сестра пыталась связаться с ней, Варвара перезвонила, вот и вся активность.

Капитонов открыл в компьютере папку, в которой у него хранились материалы по делу об убийстве Шохратова. Следователь уже передал дело в суд, приговор Сукнову еще не вынесен - рано удалять файлы. И все равно не очень понятно, что в папке делает запись с камер видеонаблюдения в главном зале ночного клуба. Несколько файлов, все большого объема, а информации ноль. Из ценного - только выступление Варвары у шеста, ничего в нем особенного, догола она не раздевалась, но все-таки это компромат. Надо бы удалить.

Но Макар открыл папку вовсе не для того, чтобы удалять содержимое. На ум пришел Кочергин. Парень так и не дал исчерпывающего ответа на поставленный вопрос. Каким ветром его занесло в ночной клуб и с кем он там находился.

Макар нашел на видеозаписи Кочергина: парень отдыхал в одиночестве, но занимал целую лаундж-зону. И как оказалось, он даже не очень-то и отдыхал. Время от времени он брал свой смартфон и водил им из стороны в сторону, снимая на камеру зал. И на Варвару он наводил камеру. При этом смотрел на нее без особого восторга. Не похоже было, что Варвара ослепила его своей красотой.

В кабинет вошел Холодков:

- Разрешите?

Макар кивнул, указал за приставной стул, но Миша садиться не стал. Он протянул Макару распечатанный скриншот с изображением старенькой «Дэу-Нексия».

- Эта машина числилась в угоне с двадцать четвертого октября. А двадцать пятого машина засветилась у гаража. Водитель следил за Мельниковым. - Холодков выложил на стол второй снимок. - Вот, обратно выезжает. Сначала выехал Мельников, за ним «Нексия»…

- А почему числилась в угоне?

- Потому что двадцать шестого ее вернули на место. Хозяин забрал заявление.

Макар перевел взгляд с одного снимка на другой. Лобовое стекло в машине самое обыкновенное, незатемненное, но водителя за ним не видно. Машина не очень чистая, а стекло надраено до блеска. Блики на нем, не видно, кто за рулем. Да и камера находилась слишком высоко. Только руки видны - на рулевом колесе. Крупные руки, явно мужские.

- Так, может, хозяин и следил?

- Выясним!

- Может, сторож где-то рядом находился, когда машина въезжала и выезжала. Может, он видел. Или еще кто-то.

- Отработаем!

- Значит, преступник угнал машину, проследил за Мельниковым, нашел изъян в его гараже и вернул машину.

- Выходит, что так.

- Не поленился, вернул машину. Видно, не спешил.

- Или не хотел привлекать внимания.

- Или не хотел, - согласился Капитонов.

Дверь открылась, в кабинет вплыла Славина. И не легкой лодочкой под белым парусом вплыла, а тяжелым бронированным катером.

- Сидим? - спросила она, ехидно глядя на Макара.

- Это вопрос или предисловие?

- Это команда на старт!… Убийство у нас! Улица Гоголевская, дом два!

- Это же дом Душнова! - Макар стремительно поднялся с места.

Чутье его не обманул: их действительно вызывали на убийство Душнова.

К месту происшествия подъехал только экипаж патрульно-постовой службы, следственно-оперативная группа еще только собиралась отправиться в путь. В машине на бесплатной парковке возле дома находился труп Душнова с простреленной головой.

- Припарковался, собрался выходить, подъехала серая «Гранта»… - Щекастый, с маленькими глазками капитан показал, где остановилась машина. - Из нее стреляли.

И еще он указал на машину, возле которой стоял невысокий, сухонький мужчина лет пятидесяти. Видимо, свидетель.

Стоянка находилась возле дома, где жил Душнов, вдоль тыльной стороны дома. Подъезды с камерами с другой стороны дома, видеонаблюдение на стоянке не велось. Нетрудно было представить, как действовал преступник. Он шел за Душновым, остановился, предоставил ему возможность припарковаться. В нужный момент подъехал, остановился, опустил правое переднее стекло, вытянул руку с пистолетом, прицелился и выстрелил. Причем не один раз. Три пулевых отверстия в лобовом стекле «пятьсот двадцатого» «БМВ» Душнова. Машина невысокая, целиться удобно, расстояние до цели метров пять, меткому стрелку промахнуться сложно. Но все же убийца нажал на спусковой крючок три раза.

Первый выстрел, видимо, результата не принес. Душнов, осознав опасность, повернул голову к двери, дернул рычажок. Но дверь он всего лишь приоткрыл. Пуля попала ему в висок, вторая угодила в плечо. Или, наоборот, сначала в плечо, а потом уже в висок. Может, первая и вторая пули нашли цель, а третья прошла мимо. Эксперты подъедут, определят, как дело было. Главное, суть установлена. Киллер шел за Душновым и сбил его, что называется, на взлете. Похоже, работал профессионал. Возможно, тот самый, который отработал Мельникова. Но вчера киллеру хватило одного выстрела, а сегодня он сделал три. Возможно, что-то извне помешало ему с первого выстрела поразить цель или рука дрогнула.

Макар переговорил со свидетелем. Все происходило именно так, как он предполагал. Подъехала «Гранта», остановилась, водитель отстрелялся и преспокойно продолжил путь. Выстрелов мужчина не слышал, он видел водителя, лицо которого закрывала медицинская маска, глаза - солнцезащитные очки. Зато номера читались легко. Свидетель их записал, а старший патрульно-постовой службы уже передал приметы оперативному дежурному. Серая «Гранта» уже в розыске. И в угоне, если работал вчерашний киллер. Машину найдут, но водителя вряд ли. Хотя все возможно.

Макар связался с Ворошиловым, велел ему бросить все и заняться розыском «Гранты» - через дорожные видеокамеры. И еще поставил задачу отсмотреть материал со всех видеокамер в районе ночного клуба. Макар точно знал, что этой ночью Душнов дежурил в клубе, видимо, сегодня сменился, отправился домой, а на хвост ему сел киллер. Возможно, он вел его от самого клуба.

Поставив задачу Ворошилову, Капитонов вместе с Холодковым отправился в этот самый клуб. За покойником присмотрит патрульно-постовая служба, а осмотрят его следователь и судмедэксперт. А его дело - докопаться до причин, по которым живые люди из окружения Мизгирева превращаются в покойников.

Челленжер скривился, увидев полицейских. Похоже, он и не знал, что произошло с Душновым. Или делал вид, будто не знает.

- А ты, я вижу, все время здесь? - заметил Макар.

- И что?

- А Душнов только вчера на смену заступил. Или у вас это как-то по-другому называется?

- Ну заступил.

- А сменился когда?

- Ну сменился…

- Днем. А почему не вечером?

- На днюху он идет. Подружка у него… Пораньше отпросился. А что?

- Убили Духа! - Капитонов внимательно смотрел на Челленджера.

- Как это убили? - Похоже, тот удивился и возмутился искренне.

- Кто вас мочит?

- А кто нас мочит? - нервно спросил бандит.

- Думай, Вася, думай!… Мизгирь где?

- У себя.

Вчетвером они прошли в кабинет Мизгирева. Он отдыхал в лаундж-зоне своего кабинета. В зале на шестах крутились девочки, а он в обнимку с длинноногой красоткой в коротком платье сидел на диване, перед ними стоял журнальный столик. В салоне сумрачно, горел красный свет, создававший интимную обстановку, пахло табаком, коноплей и коньяком.

- А-а, майор! - Мизгирь заторможенно улыбнулся, глянув на Капитонова. - А я тут сижу, твою Варвару вспоминаю.

- Мою Варвару?!

Макар смахнул со столика все, что на нем было, со звоном посыпались на пол бокалы. Резким движением очистил стол, так же быстро сел в кресло и вперил в Мизгиря взгляд.

- Эй, ты чего, майор? - запоздало возмутился тот.

- А ничего!

Макар грозно глянул на девушку, та испуганно зашевелилась, змеей выползла из-под руки Мизгиря.

- Слушай! - Мизгирь попытался подняться, но Макар с силой надавил ему на плечи.

Челленджер дернулся, но Холодков качнул головой, сунув руку под куртку. Ствол у него там, так что лучше не дергаться.

- Я вчера собирался слушать! Думал, ты про Варвару спросишь. А не спросил!… Дух твой спросил! Кто-то спрашивал про Варвару, он мне об этом сказал.

- Кто спрашивал? - Мизгирь все пытался подняться, а Макар продолжать давить на его плечи руками.

- А сегодня Духа убили!… Вот скажи, как все это связано?

- Кто про Варвару… Так, постой, кого убили? - Мизгирь бухнулся на диван.

- Духа твоего только что убили! Двумя выстрелами!… Работал профессионал!

- Я ничего не знал!

- Кто вас отстреливает?

- Думаешь, отстреливают?

- Как псов шелудивых!… Кому ты дорогу перешел?

- Да я не знаю. Нормально все было!…

- Опять нормально!

- Было нормально… А сейчас уже не знаю… Как Духа убили?

- Как он расслабился, так и убили!

- Расслабился?

- Вот и я думаю, почему он такой расслабленный был! Один был, с девчонкой куда-то своей собрался… Может, и не отстреливают вас.

- Нет?

- Может, это ты всех отстреливаешь? Дух убил Мельника, а Духа убил… Кто его убил?

Макар поднялся, сдал назад, оставив столик между собой и Мизгирем. Тот этим воспользовался, поднялся сам и при этом резко раскинул руки, будто отталкивая от себя Макара.

- Давай не будем!

- Что не будем?

- Гнать коней!… У тебя что-то против меня есть? Ты кого-то из моих пацанов видел? Ты на кого-то вышел? Нет!… Почему нет? Потому что не мог выйти! Потому что мои пацаны не при делах!

- Ну и хорошо. - Макар опустился в кресло и щелкнул пальцами, будто подзывал официанта.

- Что хорошо?

- То, что ты и твои пацаны не при делах.

- А если не при делах, зачем тогда пришел?

- Вот и я думаю, что зря приходил. Только время и нервы зря потратил. Давай компенсируй!

- Как?

- Ну можешь налить чуток! - Макар снова щелкнул пальцами.

И при этом быстро глянул на Холодкова. Да, он, конечно, не прочь выпить, поправить здоровье после вчерашнего возлияния, но дело не в этом. Он от своих целей не отрекается, просто решил сменить тактику.

- Ну налить можно, - Мизгирь глянул на валяющуюся в луже коньяка бутылку.

А от лужи этой так ароматно пахло.

Мизгирь прошел к барной стойке, взял бутылку «Мартеля», хотя рядом стоял куда более дорогой «Луи Тринадцатый». Сам откупорил, разлил по бокалам. Не выдержал, выпил из своего, долил, только затем подал гостю. На Холодкова он не обращал внимания. Да и на Челленджера в общем-то тоже.

- Мне ведь на пенсию уже пора, Тимофей Анатольевич, - принимая бокал, сказал Макар.

- Как на пенсию?

- Годы идут. Двадцать лет выслуги… Совсем чуть-чуть осталось, а тут киллеры разбушевались. Как бы под пулю на старости лет не попасть. Обидно будет умереть в последний день войны.

- А киллеры разбушевались, - в напряженном раздумье кивнул Мизгирь. Рука у него подрагивала, в бокале, который он держал, штормило.

- Это точно.

- Думаешь, отстреливают нас?

- На дачу переселюсь, - сказал Макар. - На природу. Рыбалка, охота. И никаких проблем.

- Василий, ты что думаешь? - обращаясь к Челленджеру, спросил Мизгирь.

- Я вам потом скажу, - отозвался тот.

- Вот и я говорю, сами разберетесь. - Макар с искренним сожалением глянул на содержимое бокала, который держал в руке.

Коньяк, наверное, вкусный, но раз уж разговор окончен, то пить он не станет. Жестом выражая эту мысль, он поставил бокал на столик и встал.

- Как это сами? - опешил Мизгирь.

- Я же сказал, пенсия у меня. Так что «глухарем» больше, «глухарем» меньше - уже все равно. - Капитонов медленно направился к двери.

- Давай без «глухарей»!

- Что значит «давай без «глухарей»? - Макар остановился, насмешливо глянул на Мизгиря. - Это не от меня зависит.

- А от кого?… Ну да, не от тебя… Но ты же знаешь, как такие дела делаются.

- Не делаются дела. Нет никакой информации.

- Но я правда не знаю, откуда дует ветер.

- Может, обидел кого-то? - устало спросил Макар.

Мысленно он уже, казалось, находился на даче, на природе, у реки с удочкой. Балдел и щелкал семечки, сплевывая шелуху на всяких там киллеров.

- Ну кого я обидел? Правда, никаких проблем на горизонте.

- Никаких?

- Я все перебрал, никаких. Ну если действительно нас отстреливают…

- А ты в этом еще сомневаешься?

- Не очень.

- Шохрат?

- Ты уже спрашивал, нет.

- Наркота?

- Да какая у нас тут наркота?… - Мизгирев поводил носом, соглашаясь, что в кабинете недавно курили траву. - Так, по мелочи, даже не серьезно.

- Льянов?

- Кто?! - нахмурился Мизгирев.

- Льянов Юрий Денисович.

- Да нет. - Мизгирев воровато глянул на Челленджера.

- Тогда все, извини! - развел руками Макар.

Он шагнул к двери, Мизгирев потянулся за ним.

- А что Льянов? - голос его заметно вибрировал от волнения.

А может, и от чувства вины.

- Что Льянов? - Капитонов остановился.

- Ну ты сказал, Льянов!

- Сказал, и что? - Макар не сводил глаз с Мизгирева.

А ведь знает он, кто такой Льянов. Знает, но не хочет говорить. Не хочет, а придется.

- Если сказал, значит, что-то знаешь, - мялся Мизгирь.

- А ты что знаешь?

- Ну, я…

- Льянов при деньгах. Не удивлюсь, если он долларовый миллиардер.

- Да?

- Если у него к тебе какие-то счеты… Он может оплатить все счеты, представленные киллерами.

- Киллерами?

- Которых он мог нанять.

- Так мог или нанял?

- Честно скажу, не знаю. Может, он и не при делах…

- А если да?

- Ну если тебе не надо, то мне зачем в это дело впрягаться? Глухарь - птица неядовитая, кусает не смертельно.

- Два «глухаря»! - Мизгирев медленно развел пальцы, с осторожной, можно даже сказать робкой, насмешкой глядя на Макара.

- Один!… Вся твоя банда вместе с тобой - один «глухарь»! Семь бед - один «глухарь»!… Идем? - глянув на Холодкова, спросил Капитонов.

- Что ты про него знаешь? - поинтересовался Мизгирев.

- Идем! - усмехнулся Миша, глянув на него.

- Здесь нам делать нечего, - кивнул Макар.

- Ну хорошо, знаю я Льянова Юрия.

- Чем ты его обидел?

- Завод у него был…

- Понятно. - Макар вернулся к креслу, сел и даже взял свой бокал. И выразительно посмотрел на Мизгирева. Он весь внимание, можно начинать.

- Старый завод, небольшой. Станки, оборудование, больше геморроя, чем прибыли.

- Но ты же позарился.

- Да там территория серьезная, Москва рядом. В черте города, считай.

- Когда это было?

- Лет десять назад.

- Обанкротил мужика?

- Не то чтобы обанкротил, но кинули его конкретно. Но ничего противозаконного!

- Ну конечно!

- Мы ему даже заплатили!… Правда, немного… Но заплатили!

- Значит, мало заплатили.

- А он что, поднялся?

- Давай так, я тебе ничего о Льянове не говорил. И ты ничего о нем не знаешь.

- Ну как это не знаю? А если это он мутит? Если он, я должен с ним поговорить!

- Я сам с ним поговорю… Если это он, то избиение младенцев прекратится, - глянув на громилу Челленджера, усмехнулся Макар.

- Надеюсь.

- И никаких наездов. Сорвешь мне работу - я тебя за этот завод чисто по закону укатаю. Все скелеты из твоих шкафов вытащим… Ты меня понимаешь?

- Ну хорошо, - со скрипом согласился Мизгирь.

- А по-хорошему, тебе бы свалить куда-нибудь из города. И пацанов своих прихватить не мешало бы.

- Я подумаю.

- Думай. Как не наделать глупостей.

Макар смотрел-смотрел на коньяк, но так и не выпил. Поставил на стол и вышел из кабинета.

Глава 13

Денек сегодня не самый теплый, зато воскресный. Сейчас бы в баньку да по маленькой, но работа не отпускает, крутишься на ней как белка в колесе. Макар завел машину.

- А кто такой этот Льянов? - спросил Холодков.

Макар не мог скрывать от него открывшиеся факты, но с ответом не спешил. Сначала он позвонил Варваре. Глухо. Ощущение такое, что телефон отключен. Он попробовал определить его местонахождение, но и здесь его ждало фиаско. Приложение не реагировало на запрос, мало того что не выдавало координаты, еще и показывало ошибку. Открылся только список входящих звонков. Как оказалось, не так давно, с час назад, Варваре кто-то звонил. Макар пробил номер и установил владельца. Льянов Юрий Денисович.

- Ну ты же слышал, кто такой Льянов. Бывший владелец завода, захваченного рейдером.

- Да это понятно. А как вы на него вышли?

- Еще только выхожу. Номер его телефона у нас уже есть. Его адрес тоже. Остальное тебе известно.

- Что известно?

- Ну ты же слышал, с чего я начал разговор. Кто-то интересовался моей Варварой.

- Льянов?

- Льянов… Но почему-то подсунул вместо себя Кочергина. Паренек один, очень бойкий, примерно твоего возраста…

Макар подъехал к своему дому, велел Мише немного подождать. Он как чувствовал, что Варвары нет дома. И точно, все вещи на месте, в квартире беспорядок, а ее нет. Все-таки выманил ее Льянов. Она-то, дурочка, думает, что ему любовь ее нужна. Хотелось бы знать, что интересует его на самом деле.

Макар вернулся в машину, стараясь держать себя в руках, но Холодков догадался, что он встревожен.

- Что-то случилось? - сочувствующим тоном спросил он.

- Кочергин Варварой интересовался. - Капитонов едва сдерживал дрожь в голосе.

- Помню, Кочергин… - возвращаясь к недавнему разговору, кивнул Холодков. - Примерно моего возраста.

- Льянов отправил его в «Паутину» посмотреть, что там да как… Посмотреть, чем владеет Мизгирев.

- Перед тем, как начать с ним войну, - вслух предположил Холодков.

- Вот.

- Может, он собирается отобрать этот клуб?

- Он собирается наказать Мизгирева, отобрав у него клуб, - соглашаясь с предположением подчиненного, кивнул Макар.

- В целях воспитания… Перед гильотиной.

- Мы не знаем его конечной цели. Но уже видим его путь. И видим инструмент в его руках. Кочергин… Он был в клубе, он видел Варвару… Он узнал, что Варвара живет со мной, - вслух рассуждал Макар. - И принялся ее обрабатывать.

- Ну да, вы же на самом острие.

- Вчера привез в дом… которым владеет Льянов… И Льянов подъехал. А Варвара у моей машины…

Макар невесело усмехнулся, вспоминая сцену. Какой же жалкой казалась себе Варвара на фоне его четырехколесного старья в сравнении с многомиллионным «Майбахом».

- Он ехал к Варваре. Он знал, что Кочергин ее привез… Возможно, он знал, что Кочергин убил Мельникова… Или организовал убийство. Этот живчик мог…

Знал Макар категорию таких вот мелких мошенников с повадками крупных менеджеров. Иногда таким авантюристам доверяли большие дела. За неимением более серьезных исполнителей. Не каждый специалист возьмется за организацию убийства. Далеко не каждый.

- А интересная картинка складывается… А куда мы едем?

- Куда мы едем? - спохватился Макар.

А ведь он ехал к выезду на Кольцевую. Собирался ехать к месту преступления, а понесло на Минское шоссе. А где еще могла находиться Варвара, как не в особняке у Льянова? Между прочим, подозреваемого в организации двойного убийства.

- Не хотелось бы смешивать личное с общественным… - в раздумье проговорил Макар. - Но раз уж личное смешалось с уголовным… Льянова нужно проведать!

- Далеко?

- Зато какая природа! - набирая ход, усмехнулся Макар.

В Зеленоборовском пахло хвоей, воздух был свеж, на небе серые тучи нависали пушистым ковром, ветер почти бесшумно качал кроны деревьев. Не тепло, но и не холодно, дождя нет. Прекрасная погода.

Из калитки к Макару вышли двое, оба в темных полупальто поверх таких же строгих костюмов. Брутальные, лица холеные, сытые. На этот раз к Макару вышла личная охрана самого босса, а не дворовой сторож.

Капитонов предъявил удостоверение, но скуластый атлет с жестким «бобриком» лишь снисходительно усмехнулся. И посмотрел на него как на законченного неудачника. Ну да, квартира жалкая, машина убитая, а на такую красотку замахнулся. И не удержал, уступив ее куда более успешному претенденту на ее любовь.

- Льянов здесь? - спросил Макар.

- Юрий Денисович занят, - сказал «бобрик».

- У него женщина, - усмехнулся качок с маленькими глазами под длинными и широкими крыльями бровей. - Они отдыхают.

Он, конечно же, знал, с чьей женщиной развлекался сейчас его босс. Поэтому весело ему.

- Мне нужно поговорить с Льяновым, - жестко сказал Макар.

Калитка осталась открытой, Капитонов заметил одного такого же громилу в полупальто, а за ним еще двух охранников в униформе. Не прорваться сквозь такой заслон - только Льянова насмешить. Да и противозаконно это - ломиться на частную территорию.

- Даже не буду спрашивать, зачем вам надо с ним поговорить. Нет Юрия Денисовича, и точка.

- Дело очень серьезное.

- Свяжи свое дело в узел, майор. Или сожми в кулак, - сказал «бобрик». - Крепко-крепко.

- До полного удовлетворения, - добавил второй.

И они оба обидно засмеялись.

- Боюсь, что мне придется применить силу.

- Давай начинай!

«Бобрик» приготовился отразить удар, а бровастый - его подстраховать. Но Макар и не собирался атаковать. Он просто достал телефон, отошел в сторонку и набрал номер Ситникова, глядя на то, как закрывается калитка.

- Как успехи, Андрей Яковлевич?

- Да как-то не очень, - совсем не весело отозвался следователь. - Машину нашли.

- «Гранту», - сказал Макар.

Ворошилов уже звонил, докладывал. Машину обнаружили неподалеку от места преступления, убийца бросил ее, но куда делся сам - неясно. Место глухое, камер нет, свидетелей тоже, машину осмотрят, но, если работал профессионал, вряд ли в ней найдутся зацепки, улики.

- Что по Мизгиреву?

- Да вот вышел я на одного человечка с большими деньгами. Лет десять назад Мизгирев отобрал у него завод.

- С большими деньгами?

- Чем больше денег, тем больше возможностей… Льянов его фамилия. Человек от него активно Мизгиревым интересовался, клуб его на камеру снимал. И все за два месяца до убийства Мельника. Смотрели, готовились… Может, этот человек и убил. Кочергин его фамилия. Я сейчас у дома Льянова, Кочергин в нем часто бывает. Может, у него и ствол в этом доме спрятан.

- Надо глянуть.

- А постановление?… Основания серьезные, твоего разрешения будет достаточно.

- Ну-у…

- Если тебя смущают большие деньги, не переживай. Человек занимается криптовалютой, незаконным майнингом. Сверху не позвонят, не спросят. - Макар постарался придать своему голосу убедительность.

- Ну, хорошо.

- Я к тебе Ворошилова подошлю, ты не тяни. А я все организую.

Выход на полицию особого назначения у него имелся, он позвонил своему хорошему товарищу, тот согласился помочь, но только с условием. Никакой самодеятельности, все только с постановлением на обыск.

Холодков позвонил Ворошилову, поставил ему задачу. Дело закрутилось, но с активной фазой пришлось повременить. Пока Ворошилов ехал, пока спецназ подтягивался. Зато начавшийся штурм произвел оглушительный эффект.

Охрана даже не пыталась сопротивляться, а Льянов чуть не наложил в штаны, когда его приперли к стенке. Варвара смотрела на него растерянно, но с капелькой злорадства во взгляде. «Я же говорила!» На Макара она глянула с явным осуждением и тайным восторгом. Он, конечно, испортил ей праздник, зато какой фурор!

- Майор, ты даже не представляешь, какие у тебя будут проблемы! - простонал Льянов.

- Кочергин где? - спросил Макар.

- Нет его здесь!… И не за ним ты пришел!

Холодков прошелся по всем этажам, но Кочергина нигде не обнаружил. Спецназовцы, нагнав на хозяина страху, оставили дом. Растерянный, трясущийся Льянов сел за стол, из-за которого его подняли, налил себе выпить. Как будто это могло ему помочь справиться с нервной дрожью.

- Не задалось с Варварой? - спросил Макар.

- Ты не мужик! - зло глянул на него Льянов.

- Да ну!

- Настоящий мужчина умеет проигрывать!…

- Настоящий мужчина всегда идет к победе. Когда открыто, когда тайком… Зачем вы, Юрий Денисович, отправляли Кочергина в ночной клуб к Мизгиреву?

- К Мизгиреву? - скривил губы Льянов.

- Только не говорите, что вы не знаете его.

- А я его должен знать?

- А разве не он отобрал у вас завод в ближнем Подмосковье?

- Завод? - Льянов снова потянулся к бутылке, но сам же себя осадил.

- Рейдерский захват. Десять лет тому назад.

- Одиннадцать.

- Вот видите, вы даже годы считаете, - усмехнулся Макар, косо глянув на Варвару.

- И что?

- А то, что вы отправили к Мизгиреву своего подручного Кочергина. Камера видеонаблюдения запечатлела его посещение клуба и то, как он снимал на смартфон зал, Варвару…

- Это его личное дело.

- Да нет, это вы его в клуб отправили. Сами светиться не стали, потому что Мизгирев мог вас узнать и принять меры.

- Зачем ему принимать против меня меры?

- Принять меры, - повторил Макар, не сводя глаз с Льянова. - После того, как вы начали отстрел его людей. Вчера погиб Мельников, сегодня Душнов.

- Я начал отстрел?! - Льянов снова потянулся к бутылке, на этот раз наполнил стакан.

- Вы начали отстрел, я начал розыск. Мы уже многое знаем. И вам, наверное, хочется знать, что мы знаем… Зачем вам Варвара? - надвигаясь на Льянова, жестко спросил Макар.

Тот шарахнулся, стакан выскользнул из руки, он его поймал, но виски расплескалось, намочив брюки.

- Как это зачем?

Макар предостерег:

- Не надо говорить, что Кочергин влюбился в Варвару, привез ее сюда, вы случайно ее увидели… Кочергин в Варвару не влюблен. Он привез ее сюда для вас. Вчера вы ехали сюда для встречи с ней.

- Да нет!

- Да! - Макар снова надвинулся на Льянова.

И тот все-таки выронил стакан, еще сильнее намочив брюки.

- Не надо на меня орать! - жалко пискнул он.

- Я не ору. Я спрашиваю! Зачем вам Варвара?… Как вы собираетесь использовать ее против меня?

- Не хочу я использовать ее против вас!

- Тогда зачем?

- Да, Кочергин был в клубе… Варвара ему понравилась, да, он снял ее на видео.

Показал мне… Варвара произвела на меня очень сильное впечатление! Я захотел ее найти, Эдик мне в этом помог.

- И привез ее сюда?

- Да, я так сказал… - признался Льянов. - Глупо получилось, не спорю.

- Глупо? Убили человека, по-вашему, это всего лишь глупо?

- Какого человека убили?

- Я же сказал, Мельникова. Бандита из банды Мизгирева, который отобрал у вас завод.

- Я не знал, что его убили.

- А сегодня убили еще одного человека из этой банды. И сегодня Варвара снова здесь. Как думаете, это совпадение или нет?

- Я думаю, совпадение.

- И то, что Мизгирев отобрал у вас завод, тоже совпадение?

- Во-первых, не отобрал, а выкупил…

- По бросовой цене!

- Ну да, заплатил он действительно мало… Но мне хватило, чтобы раскрутить новый бизнес!… Я ведь не только производил, я скупал биткоины… Знаете, сколько стоил тогда биткоин? Десять долларов. А сейчас один биткоин - почти двадцать тысяч!… Вы даже не представляете, как сильно я поднялся!

- И решили, что пора предъявить Мизгиреву счет.

- Да нет же!

- Зачем вы отправляли Кочергина в клуб?

- Я не отправлял…

- Где сейчас Кочергин?

- Я не знаю…

- И я не знаю. Не надо было его отпускать, - немного подумав, сказал Макар.

- А вы его отпустили? - озадаченно глянул на него Льянов.

- Он мне рассказал, я его отпустил.

- Что рассказал?

- То, что должны рассказать мне вы!

- Что я должен рассказать?

- Зачем вы отправляли Кочергина в клуб?

- Ну хорошо, я попросил его…

- Зачем?

- Я узнал, чем занимается Мизгирев, я хотел посмотреть, что у него за клуб.

- Почему вы сами не отправились в клуб?

- Ну вы же сами сказали, что Мизгирев мог меня узнать.

- Значит, вы хотели остаться в тени, чтобы затем нанести удар в спину?

- Нет!

- Тогда почему погиб Мельников? Почему погиб Душнов?

- Я не знаю!

- Где Кочергин?

- Откуда я знаю! У него сегодня выходной!

- Зачем вы поручили ему организовать убийство Мельникова и Душнова?

- Я ничего ему не поручал!! - вне себя от волнения вскочил с места Льянов.

- А кто? - Макар не просто смотрел, он держал его на острие своего взгляда.

- Все, я так больше не могу!

- Признайтесь, и вам сразу полегчает!

- Вы все это придумали! Никто никого не убивал!…

- Два убийства. И оба указывают на вашу причастность к ним. И на причастность к ним Кочергина… Жаль, Кочергин не все рассказал.

- И я больше не скажу вам ни слова! - встал в позу Льянов. - Без адвоката - ни слова!

- У вас есть право на звонок адвокату, - кивнул Капитонов. - Звоните!

- Что значит «право на звонок адвокату»?

- И скажите, где он может вас найти. Город Краснохолмск, Управление МВД, отдел уголовного розыска, камера номер два.

- Какая камера?

- Или лучше в изолятор временного содержания? - Макар тяжело глянул на Варвару.

Она была там, знает, как там несладко. Если хочет, может поделиться информацией со своим новым возлюбленным.

- Макар, ну не надо! - капризно сказала Варвара, подошла к Капитонову, тронула за руку.

- Что не надо?

- Не надо ревновать… Отпусти меня. Отпусти Юрия.

- Юрия?

- На самом деле у нас все серьезно, - кивнул Льянов.

- Я вижу. Вы всерьез взялись за Варвару, чтобы держать меня под контролем.

- Как я могу держать вас под контролем, если Варвара остается со мной? К вам она больше не вернется.

Варвара вздохнула, опустив голову, но Макар увидел улыбку, наползающую на ее губы. Она не хотела расстраивать его, но и от Льянова не уйдет.

- С вами остаться?… Вы женаты?

- Нет… Но это легко устранимо, - глянув на Варвару, кивнул Льянов.

- Хорошо, я организую вам свадьбу. В следственном изоляторе. Собирайтесь, гражданин Льянов!

- Я никуда не поеду!

- Не надо. - Холодков чуть ли не умоляюще смотрел на Льянова, но при этом насмехался над ним.

И наручники бы на него надел без всякого сожаления. Но тот правильно все понял и решил не усложнять. Позвонил адвокату, пожаловался на свою судьбу, сказал, куда ехать. И, наспех собрав сумку, отправился в путь - дорогой дальнею в казенный дом.

- Варвара, остаешься здесь! - сказал на прощание он. - Я скоро вернусь!

Холодков вывел Льянова из дома, во дворе к нему присоединился Ворошилов, спецназовцы отсекли охрану, чтобы та не мешала сопровождать задержанного.

- Ты остаешься здесь? - спросил Макар, обращаясь к Варваре, которая стояла опустив голову, но с улыбкой.

- Да, я остаюсь здесь! - тихо, но с вызовом сказала девушка.

Макар кивнул. Варвара остается здесь, и будь что будет.

- Прощай!

Льянова посадили к нему в машину.

Макар сел за руль и ушел в себя, в чувство его вернул голос задержанного. И не где-нибудь, а на выезде на Минское шоссе. Километров десять проехал и не заметил как.

- Я вас понимаю, товарищ майор, Варвара - нереальная девушка, потерять такую… Я бы и сам рвал и метал, - сказал Льянов.

- Лучше скажите, кто благословил Кочергина на убийство? - уныло спросил Капитонов.

Он уже отправил Холодкова и Ворошилова на Таганку - за Кочергиным, но, возможно, его дома нет. Придется искать до упора.

- Глупости говорите, товарищ майор.

- Слишком много совпадений для глупости.

- Кочергин не убивал. Не мог он. Не умеет… То есть умеет, - немного подумав, сказал Льянов.

- Умеет? - повел бровью Макар.

- Но чисто теоретически. Страйкболом увлекается.

- Страйкбол - командная игра.

- В общем да.

- Он мог нанять кого-то из своих дружков. За ваши деньги.

- А ведь не говорил вам ничего Эдик, - усмехнулся Льянов. - И не отпускали вы его. На пушку вы меня взяли?

- Юрий Денисович, что за жаргон?

- Я не всегда Юрием Денисовичем был. Когда-то был просто Юрой. И друзья у меня были… Просто друзья…

- Что за друзья?

- Да обычные друзья, пили, курили, гуляли. Мне ведь и в полиции приходилось бывать. В милиции… За драку взяли…

- А завод откуда взялся?

- В наследство достался. Меня ведь дядя воспитывал, и меня, и сына.

- Своего сына?

- Да… На меня и на Макса завод оставил.

- Макс - это ваш брат?

- Двоюродный… Макс Передников, знаменитый художник… о котором никто не знает, - с усмешкой произнес Льянов.

- Настолько известный?

- Рисует всеми частями тела. Иногда всеми сразу.

- Высокое искусство.

- Сколько выставок организовал, ни разу не выстрелило.

- Сам организовал?

- У него есть деньги. Я заработал. В счет его доли.

- На заводе?

- Ну да.

- Как он отнесся к потере завода?

- Даже не заметил… Он и на заводе всего-то пару раз был. Но картину нарисовал. Красный завод!

- Почему красный? Кровью рисовал?

- Да нет, завод когда-то «Красный Москвич» назывался.

- И сегодня кровь за него пролилась.

- Я здесь точно ни при чем.

- Кочергин?

- Ну вот видите, вы сами толком ничего не знаете. А меня задержали!… Я ведь так просто это дело не оставлю!

- Что ж, будем бодаться!

- Бодаться?! Из-за Варвары?! Из-за Варвары я готов.

Макар промолчал, настраиваясь на борьбу. Если Льянов реально богат, удержать его в заключении будет сложно. Или даже невозможно. На предположениях далеко не уедешь, улики нужны, а их нет. И все равно Макар не собирался идти на компромисс. И Варвара здесь ни при чем… Хотя, если честно, при чем.

Глава 14

За Кочергиным бегали до глубокой ночи, парень находился у своих знакомых. Нашли, провели опрос, выяснилось, что у него железное алиби. В момент убийства Кочергин находился в гостях у своего школьного друга, и это могли подтвердить многие. И Мельникова Кочергин не мог убить, поскольку обхаживал Варвару. Да и как у него мог оказаться пистолет, из которого на следующий день застрелили Душнова? А баллистическая экспертиза точно установила, что и Мельникова, и Душнова убили из одного и того же оружия.

Кочергин мог организовать убийство, но как это доказать? А признаваться парень точно не собирался.

И у Льянова алиби. В момент убийства он ехал к Варваре, в сопровождении своих телохранителей, в машине работал видеорегистратор. Он мог заказать убийство, но опять же где доказательства?

- Да, где доказательства? - спросил Гарькавый.

Понедельник, вызов на ковер, тычок от начальства - обычное дело. Но как же надоело быть мальчиком для битья! Макар вздохнул. Действительно, а зачем он такой нужен Варваре? Ни денег, ни положения, еще и начальство пинает.

- Работаем.

- Это не работа, это пускание пыли в глаза!

- У Льянова мотив, я говорил.

- Ну так и работал бы с ним! Установить наблюдение, поставить на прослушку, следить, контролировать… А ты вспугнул его! Теперь он уйдет в глухую оборону… Если он действительно виновен!

- Замкнутый круг.

- Что замкнутый круг?

- Если Льянов не виновен, кто мне даст разрешение на прослушку? А с такими адвокатами, с такими связями он точно не виновен.

Гарькавому звонили из московской мэрии, кто именно - Капитонов не знал, но всполошился начальник не на шутку.

- Значит, докажи его виновность!…

- Зацепок нет.

- Хватки нет!

- Старею, - развел руками Макар.

- Это что сейчас было? - Гарькавый удивленно и с возмущением глянул на Славину.

- Усталость, - кивнула Марина.

- Усталость?!. А по бабам бегать не усталость?

- Товарищ полковник! - Макар исподлобья глянул на начальника управления.

Одно дело за работу спрягать, и совсем другое - грязными лапами в личную жизнь лезть. Даже если в ней не совсем чисто.

- Что «товарищ полковник»? Думаешь, я не знаю? Это ведь все из-за этой… Как ее?… Из-за нее все!… Ушла твоя баба от тебя! К этому, к Льянову ушла! Из-за нее весь этот пердимонокль! Спецназ задействовал! Обыск в доме устроил!

- Не было обыска, - качнула головой Славина.

Макар же и не собирался оправдываться. Если виноват, пусть наказывают, лишь бы только поскорее отстали. Правильно все, устал он, все выходные как белка в колесе. Отгул он сегодня возьмет - и домой. Напьется и спать. А если не разрешат, все равно уйдет. А завтра рапорт на стол!

- Не было обыска? Почему не было? Может, потому, что и основания для задержания не было? Может, Капитонов это все придумал?… Что скажешь, Капитонов? - Гарькавый уставился на Макара.

- Что скажу? Сегодня последний день.

- Что последний день? - не понял начальник.

- Киллера найти.

- Да, последний день!

- Не смогу я его найти.

- Тогда пиши рапорт! Что не справляешься с обязанностями!

- Есть - писать рапорт!

Макар четко развернулся на сто восемьдесят градусов и чуть ли не строевым шагом вышел из кабинета.

Славина догнала его уже в коридоре.

- Ты чего?

- Так сказал же, рапорт писать, - пожал плечами Макар.

- Язык у него без костей, вот и говорит! А то ты не знаешь!

- Надоело подстраиваться под его язык. Все надоело!…

- Ты это брось!

Макар спустился на свой этаж, вошел в кабинет, Марина - за ним.

- Ты, конечно, можешь обижаться, но Гарькавый прав, - сказала она. - Это ты все из-за своей Варвары устроил!

- Да, но у Льянова был завод. «Красный Москвич» назывался. Мизгирев его отбил. А Льянов положил глаз на его клуб.

- Льянов положил глаз на твою Варвару.

- Сначала на клуб, потом на Варвару… Что-то я реально устал. - Макар откинулся в кресле, забросив руки за голову.

Знакомый у него один есть, лет пять назад «Газель» купил, чтобы грузы возить. Через год еще две взял. Сейчас у него целый автопарк. Не вопрос, пашет как проклятый, света белого не видит. Но ведь Костя на себя работает, только перед собой и отчитывается. Нет над ним начальника, который за счет него тешит свое самолюбие… Макар мог купить не одну «Газель». Продаст квартиру, черт с ней, и в омут головой. Все сделает, чтобы оправдать вложения и выбиться в люди.

- Отдохни.

- Пожалуйста, отстрани меня от этого дела.

- А убийства?… Вдруг сегодня третье случится?

- Будем ждать, - закрывая глаза, кивнул Капитонов.

В это время распахнулась дверь, в кабинет влетел Холодков. Макар настороженно посмотрел на него. Неужели на выезд?

- Товарищ майор!… - глянув на Славину, начал капитан. - Там информация прошла, в троицкой больнице мужчина с острыми симптомами столбняка.

Палец у него на правой руке проколот, возможно гвоздем!

- Эх, Миша, Миша… - поднимаясь с кресла, вздохнул Макар. - И не спится вам, молодым!

Ехать в Троицк не хотелось, далеко, но и отправлять Макар туда никого не стал. И у Холодкова полно работы, и у Ворошиловых, на отгулы никто не претендует.

Он никого с собой не брал, поэтому и удивился, увидев в своей машине Марину.

- А ты куда?

- Да вот, объяснений требую! Какой столбняк? Какой палец?

- Самому интересно! - Вырулив на дорогу, Макар позвонил криминалисту.

Но вразумительного ответа у него не получил. Не так уж это и просто - провести экспертизу на наличие столбнячной палочки, но к вечеру результат, возможно, будет.

- Киллер, когда уходил, руку об лестницу поранил. Ржавый гвоздь в ней оказался. А Гарькавый вчера возьми да ляпни, что меня столбняк хватил. Вот я и подумал… А ребята ориентировки разослали. Одна вот сработала.

- Думаешь, у киллера столбняк?

- Чем черт не шутит!… В смысле Гарькавый, - усмехнулся Макар.

- Ну он сегодня в ударе.

- Я вот думаю, Мельникова с первого выстрела уложили. А на Душнова целых три пули ушло. Что, если у киллера рука дрогнула?

- Столбняк?

- Столбняк вызывает напряжение в мышцах.

- Может быть, крутило его… А сегодня вот в больницу…

- Хотелось бы верить.

- Если Гарькавый - черт, то мы сегодня возьмем нашего киллера… Кстати, «Нексию» в Бронницах угнали, это совсем рядом.

- Неужели Гарькавый на самом деле черт? - улыбнулась Марина.

- Лысый, - кивнул Капитонов.

И погрустнел, подумав о том, что черт может быть еще и рогатым. А голова у него тяжелая, под волосами чешется. И от рогов избавиться хочется. Сегодня Льянова выпустят, он отравится к себе домой, а там Варвара. И нетрудно догадаться, чем они там займутся. Даже если Льянов обманывает Варвару, все равно займутся…

Макар выяснил, в какой именно больнице находился подозрительный больной. Там и узнал, что Нивилевича Леонида Борисовича забрала из дома «скорая помощь», в настоящее время он находился в реанимации, болезнь стремительно прогрессировала, пациент уже не мог самостоятельно передвигаться.

Нивилевича обкололи антибиотиками, это не помогало, он лежал на кровати в неестественной судорожной позе, лицо искажено гримасой боли, весь в поту. Дышал он с трудом, метался в бреду.

Глядя на него, врач покачал головой.

- Очень тяжелая форма столбняка, гарантий, что выживет, никаких.

- Позавчера палец проколол.

Макар хотел было взять больного за руку с перевязанным на ней пальцем, но Марина его удержала. И без того все видно.

- Тогда очень-очень тяжелая форма, - сказал врач и выразительно посмотрел на Макара.

Ни шансов, ни гарантий, что больной выживет, нет никаких, но тем не менее пациент нуждается в тишине, и совсем не обязательно его беспокоить.

Просьба очистить помещение.

- Человека застрелил, - сказал Макар. - С места преступления уходил. На гвоздь напоролся.

Нивилевич зашевелился, с трудом направил на него взгляд, лицо его исказилось еще сильнее. Зубы сцепились в мертвой хватке, губы разжались. Если у смерти есть оскал, то он именно такой.

- Слышишь меня, Нивилевич? Это тебе наказания свыше! Нельзя людей убивать!

Больной выгнулся в спине, как будто собирался подняться и наброситься на Макара. Но это его так выкручивала болезнь. Или даже сама смерть.

- На гвозде кровь твоя осталась, не отвертишься! - наседал Макар.

Нивилевич разжал зубы, попытался что-то сказать, но вышло какое-то нечленораздельное шипение.

- Подохнешь ведь без покаяния. Облегчи душу! Кто заказал Мельникова?

Врач замер, как будто его самого столбняком накрыло, то на Макара посмотрит, то на Нивилевича. О лечении больного он уже не думал.

Нивилевич снова разжал зубы, с трудом втянул в себя воздух. И выдавил:

- Кро…

- Что «кро»?

- Кровь.

- Где кровь?

- Кровь там!… - Нивилевич поднял руку, будто хотел махнуть ею, растопырил пальцы, да так и застыл.

Дыхание остановилось, глаза стали неподвижными. И гримаса боли рассеялась, лицо, казалось, уже выражало чувство облегчения. А линия на реанимационном мониторе с протяжным писком выровнялась.

- Ковалева! - крикнул врач.

А Марина потянула Макара к двери. Ясно же, что на Нивилевиче можно поставить крест. Больше он ничего не скажет. Никому. И никогда.

- А ведь я догадывалась, - пощипывая себя за подбородок, сказала Славина.

Макар посмотрел на нее удивленно и вовсе без возмущения. Вообще-то это его осенило дать запрос по столбняку.

- Что Гарькавый - черт, догадывалась, - улыбнулась она.

- С копытами, - кивнул Капитонов.

- Мне ведь скоро в декрет. - Марина проникновенно посмотрела на собеседника.

- Ну да. - Макар выдержал взгляд женщины, не отвел глаза в сторону.

- Гарькавый тебя на месте начальника отдела видит.

- Не знаю.

- А ведь ты уложился в два дня. Киллера нашел.

- Не факт.

- Экспертизу ДНК в экстренном порядке проведем.

- Хорошо бы, - кивнул Макар.

Экспертиза биологических следов - дело долгое, но, если очень захотеть, можно уложиться в сутки. Кровь на лестнице мог оставить только убийца, и если это кровь Нивилевича, то исполнитель преступления установлен.

А с помощью баллистической экспертизы можно привязать Нивилевича и к убийству Душнова.

- Но еще лучше ствол найти, - сказал Капитонов.

Убийца не сбросил ствол возле первого трупа, застрелил из него второго бандита. Возможно, он готовился к третьему убийству, но влип в форс-мажор с летальным исходом.

Нивилевича забрала «скорая помощь», откуда именно - установили быстро. Киллер жил в небольшом кирпичном доме на окраине города. Он сам звонил на станцию «скорой помощи», в больницу с ним никто не приехал, Макар предположил, что жил Нивилевич один. Так и оказалось.

К обыску привлекли участковых и сотрудников местного отдела МВД. В доме перевернули все вверх дном, нашли охотничий карабин и большой запас патронов к нему, но «ПМ» так и не обнаружили. «Форд» Нивилевича не обошли стороной, но и в нем ничего не нашли. Оставался участок с огородом, возможно, преступник зарыл оружие - до лучших времен.

- А знаешь-ка что?

Славина позвонила одной своей знакомой из ФСБ и попросила кинолога с собакой, обученной обнаруживать огнестрельное оружие. Макар удивленно посмотрел на Марину. Он слышал о собаках, натасканных на взрывчатые вещества и наркоту, а чтобы искать стволы…

Собаку пообещали, но ее появления Макар не дождался. Ему позвонила Варвара.

- Макар, они нас убьют! - истошным голосом крикнула она в трубку.

Она говорила откуда-то из дома, во дворе которого звучали пистолетные или даже ружейные выстрелы.

- Кто они?

- Челленджер там и его люди!… Они стреляют!

- Еду!

Капитонов старался не думать о Варваре, хотел вычеркнуть ее из памяти, верил, что когда-нибудь ему это удастся. И прощать ее не собирался. Но стоило ей позвонить, и он уже на низком старте.

По пути к машине Капитонов позвонил оперативному дежурному и велел срочно отправить наряд к дому Льянова. Он понимал, что не успевает, но там неподалеку отделение полиции с группой немедленного реагирования, которая, возможно, сможет остановить бандитский беспредел.

Макар сел в машину, Марина тоже.

- Куда ты? - возмущенно спросила она.

- Льянова отпустили? - Макар нажал на педаль газа и машина стала быстро набирать ход.

- Ну отпустили.

- А Мизгирь отправил за ним людей. И они уже стреляют. Пока только возле дома. А может, уже и внутри!

Макар набрал номер телефона Варвары, она сразу же взяла трубку.

- Ну что там?

- Уже ничего… Убежали!

- А Льянов?

- С ним всех хорошо. Двух охранников ранили. И Челленджер кого-то из своих утащил. Тот или убитый, или раненый. А может, и раненый, и убитый… Юра приехал, а они сразу за ним! Челленджер его за грудки схватил, а у Юры телохранители… Сначала дрались, потом стрелять стали… Это ужас какой-то! - успокаиваясь, но все еще возбужденно воскликнула Варвара.

- Я наряд вызвал. Сейчас подъедут… И сам подъеду!

- Может, не надо? - замялась Варвара.

- Уже не надо? - усмехнулся Капитонов.

- Ну все уже успокоилось…

Все правильно, Макар нужен ей, когда задница в огне. Газ перекрыли, сковородка остывает, уже не больно - добро пожаловать принцу на белом коне. А Макару - отдыхать.

- Ну хорошо.

- И наряд бы отменить, - тихо сказала Варвара.

- Это вряд ли получится.

- Юра сам вызовет. Если нужно, - еще тише добавила она.

- Будем считать, что полицию соседи вызывали.

- Ну если так… А я тебе не звонила!

- Всего хорошего! - Макар сбросил вызов.

- Что там? - спросила Марина, косо глянув на Капитонова.

- Убрались мизгиревские… Одного ранили, другого потеряли, может, больше… Наряд нужно в ближайшую больницу… Если еще и Льянов туда своих раненых отправит… Как бы снова не завертелось.

- Может быть.

- И Мизгирева нужно брать. Всех, кто там у него в клубе, всех закрыть.

- А ты веришь своей Варваре? - резко спросила Марина.

Макар задумался. Нет, Варваре он не верил. Но в то же время он слышал выстрелы. Если это постановка, то его заманивали в какую-то ловушку.

Дорога заняла чуть больше часа, к этому времени Макар успел выяснить, что нападение на дом Льянова действительно имело место. А Марина позвонила Гарькавому, проинформировала и запросила права на голову Мизгирева. И получила добро. Капитонов лично поставил задачу майору Багулину и капитану Холодкову, в распоряжение которых поступал отряд полиции особого назначения.

И еще Славина позвонила участковому, на которого оставили дом Нивилевича. Кинолог с собакой прибыл, но к делу не приступил, только-только разматывали удочки.

Зато у дома Льянова работа шла полным ходом. И следственно-оперативная группа на месте, и два экипажа патрульно-постовой службы - на случай повторения инцидента. Ворота открыты, во дворе сотрудники. Раненых увезли, на месте преступления остались только кровь и гильзы.

Группу возглавлял следователь Ямской, молодой человек с глазами старика. Он с невозмутимым видом выслушал Макара, в нескольких словах рассказал, как было дело, и разрешил ему поговорить с Льяновым, который находился в доме. А у Марины зазвонил телефон. Она выслушала участкового и улыбнулась Макару, вместе с тем обращаясь и к Ямскому.

- Нашли пистолет. «ПМ», с глушителем. Тайник в полу был.

- Что за пистолет? - все так же невозмутимо спросил Ямской.

- Орудие убийства… Я же говорю, на Льянова наехал Мизгирев со своими бандитами. - Макар кивком указал на ворота, в которые вслед за хозяином дома ворвались его враги. - Льянов мог заказать Мизгиря, а киллер начал с его людей.

Двоих уже убили, из пистолета, который только что нашли в доме у киллера.

- И кто нанял киллера? - Ямской глянул на дверь в дом.

Как же ему хотелось самому допросить Льянова и выбить у него признание. Но нет у него на то полномочий.

Льянова Макар нашел в холле, он сидел, развалившись в кресле. Варвары он не увидел: возможно, она ушла, узнав о его появлении. Все, Макар ей больше не нужен.

- Как же ты меня достал, майор! - Льянов поднял руки, собираясь обхватить ими голову.

- Достал. В том-то и дело, что достал… Нашли мы Нивилевича. - Макар смотрел на него с усмешкой, не предвещающей ничего хорошего.

- Какого еще Нивилевича?

- Киллера. Который застрелил Мельникова и Душнова. Но я вам этого не говорил.

- Почему это не говорил?

- А вдруг Мизгирев узнает. Еще убьет киллера… Вас же пытался убить?

- Ну не убить… А может, и убить… Откуда он узнал про меня? Вы ему сказали?

- Вы сами засветились, Юрий Денисович. И не надо валить с больной головы на здоровую. Мизгирев еще не знает про киллера, которого вы наняли. Если узнает, подъезжать к вам больше не станет, снайпера отправит.

- Я никого не нанимал!

- Нивилевич утверждает обратное, - с убедительным видом соврал Макар.

- Без адвоката больше не скажу ни слова! - отрезал Льянов.

- Не знаю, когда будет ваш адвокат, но мы оставим вам это время на раздумье, - сказала Марина. - Чистосердечное признание поможет вам избежать пожизненного заключения.

- Какого заключения?! - взвился Льянов.

- Все очень серьезно, Юрий Денисович, все очень серьезно.

- Но я никого не заказывал! И не знаю никакого Неви… Неви… Как его там?

- Вспоминайте, Юрий Денисович, вспоминайте, - сказал Макар.

- А мы подождем, - кивнула Славина и, взяв Макара под руку, кивком указала ему на дверь. Казалось, она стремится увести его подальше от Варвары, которая могла появиться в любой момент.

Так Макар бы и ушел, но у Льянова зазвонил телефон. Айфон лежал на журнальном столике, совсем рядом, нужно лишь руку протянуть, но Льянов не торопился отвечать. Глянул на дисплей, не наклоняясь, и закрыл глаза.

- Юрий Денисович, в чем дело? Почему трубку не берете?

- Жду, когда вы уйдете, - не открывая глаз, сказал Льянов.

- Мы не уйдем.

Макар всего лишь подался к телефону, даже шагу не сделал, а Льянов ожил, взял мобильник.

- Да, слушаю… - сказал он. - А что у меня?… Да, полиция. Потому что стреляли в меня… Кто? Скажу - не поверишь… Как знаешь.

Голос Льянова выражал недовольство, но все же можно понять, что говорил он не с подчиненным. Может быть, кто-то из бедных родственников позвонил.

- Кто звонил? - спросил Капитонов.

- Брат звонил.

- Художник?

- Художник, - поморщился Льянов.

- Откуда он про полицию знает?

- Ну так подъехал, - Льянов повел рукой в сторону окна, которое выходило на ворота.

Макар подошел к этому окну, но не увидел въезжающей во двор машины. И на своих двоих во двор никто не входил. Следователь, эксперт, сотрудник патрульно-постовой службы, кроме них, в поле зрения никого.

- И где ваш брат?

- Так уехал.

- Полиции испугался?

- Ну почему же испугался? - пожал плечами Льянов. - Зачем ему вся эта суета?

- А брата поддержать? Вас же могли убить.

- А вы думаете, меня это не обижает? - вскинулся Льянов. - Еще как обижает! Но Макс такой, какой есть. И его уже не переделаешь.

- Вы ему про Мизгирева хотели сказать? - спросил Макар.

- Про Мизгирева?… Ну да, про Мизгирева…

- Макс его знает?

- Постольку-поскольку… Вся тяжесть отношений… Я бы сказал, выяснений… Вся тяжесть выяснений тогда легла на мои плечи. Макс тогда рисовал картины… И потом рисовал… И сейчас рисует… Ничего не получается, а он рисует, - раздраженно, сквозь зубы произнес Льянов. - Брата убивают, а он все рисует!

- Значит, он подъехал к вам, увидел, что во дворе полицейские, и повернул назад?

- Он еще сто раз передумает, - усмехнулся Льянов.

- Передумает?

- А у него семь пятниц на неделе. Без царя в голове.

Льянов как в воду глядел. Макар с Мариной вышли за ворота и увидели, как возле их машины останавливается древний «Опель» в стиле «Адмирал». За рулем сидел явный любитель ретроавтомобилей. Причем не бедствующий. Машина выглядела как новенькая - свежая краска, подрессоренные колеса с литыми дисками. Двигатель работал еле слышно, и бензином не пахло, как пахнет топливом от старых машин.

Из автомобиля вышел высокий и тощий мужчина в красном пальто и с шелковым под ним шарфом. Широкие плечи, впалая грудь, руки длинные, ноги как ходули. Пышная грива как свидетельство принадлежности к богеме. Пушистые брови, большие глаза, большой, с горбинкой нос, верхняя губа тонкая, нижняя толстая, острый подбородок. Он нес голову высоко, спину держал прямо, шаг степенный, на мир смотрел со снисходительной улыбкой великой знаменитости, но в душе, по-видимому, испытывал тоску неудачника. Макар ничуть не сомневался, что это и есть Макс, брат Льянова.

- Роскошная машина, - сказал он, перегораживая путь.

- Дыхание вечности, - милостиво улыбнулся мужчина.

- Довоенного выпуска или после?

Макар не очень разбирался в истории мирового автомобилестроения, но слышал, что «Опель-Адмирал» выпускался и после Второй мировой войны, причем до семидесятых годов.

- Довоенного.

- Интересно, скольких хозяев он пережил?

- Много. - Мужчина с интересом смотрел на Марину.

- И вас переживет.

- Надеюсь.

- Жизнь, она такая… Вашего брата сегодня могли убить… Если вы Максим…

- Максим, - кивнул мужчина. И, немного подумав, добавил: - Чередников.

Капитонов кивнул, Максим и Льянов не родные братья, неудивительно, что у них разные фамилии.

- Майор Капитонов, уголовный розыск.

- Не скажу, что очень приятно.

- Вы не любите полицию? - спросила Марина.

- Я не люблю ситуации, в которых появляется полиция. - Максим сдвинулся в сторону, продолжая смотреть на женщину.

Казалось, он хотел увидеть ее в профиль. Или только делал вид, что хотел. Как художник, он обязан был находиться в постоянном поиске источников вдохновения.

- Если бы в ситуацию с вашим заводом вмешалась полиция, вам бы не пришлось продавать его за бесценок.

- Продавал Юра. И он с блеском выкрутился из этой ситуации. - Чередников поднял руку, как будто хотел, но не решался взять Марину за подбородок и повернуть ее голову.

- То есть эта история прошла мимо вас?

- Почему она прошла мимо меня?

- Вы знаете, кто такой Мизгирев?

- Пренеприятнейшая, скажу вам, личность, - поморщился Максим.

- Он вам угрожал?

- Он меня унизил! - Чередников медленно повернулся к Макару и посмотрел ему прямо в глаза. В них была злость, вызванная далекими событиями.

- Как он вас унизил?

- Он ударил меня. На глазах у моей девушки.

- Один раз ударил?

- Этого хватило… Это ведь я уговорил Юру продать завод…

- Вы жалеете об этом?

- Все, что ни делается, все к лучшему. Я отношусь к жизни философски.

- Это правильно.

- Девушку звали Катя. Она от меня ушла. После того, как Мизгирь меня ударил… Видели бы вы, что с ней стало! - Макс не сводил глаз с Марины, казалось, он хотел ее загипнотизировать.

- Что с ней стало?

В голосе Славиной звучал исключительно деловой интерес: мало ли, может, Чередников разрубил девушку на куски, разбросав их по мусорным бакам. Но мужчина глянул на нее с таким восторгом, как будто она поддалась его чарам.

- Мне нравятся женщины в теле. Но Катю разнесло - из мухи она превратилась в слона, - довольный своим остроумием, улыбнулся Чередников.

- Бывает, - недобро посмотрела на него Марина.

- А вот вас не разнесет… Хотя… - Чередников задумался, глядя на ее живот. - Вы в положении?

- Это не ваше дело.

- Я хочу вас… Рисовать!

- Что?! - Марина удивленно глянула на Макара: почему он до сих пор не дал по морде этому хаму?

- Месяца через два… В голом виде… Я заплачу вам любые деньги! - Чередников приложил руки к груди - в молитвенном жесте.

Макар бить его не стал. Он взял его за плечи и развернул к себе, заставив смотреть прямо в глаза. И сам смотрел ему в душу, тронутую болью несбывшихся надежд.

- Ты когда у врача в последний раз был? - Макар смотрел на него как психиатр на пациента, возмущенно, но не очень зло.

- Я не сумасшедший, - качнул головой Чередников и вздохнул, недовольный тем, что его воспринимают как психа.

- Нет?

- Я помешанный. На искусстве.

- А искусство к тебе равнодушно?

- Мне всего лишь нужно вдохновение… А беременная женщина - это само ожидание. С большой буквы. Ожидание счастья, ожидание новой жизни, ожидание перемен…

- Сто тысяч долларов, - сказала вдруг Марина, внимательно глядя на Чередникова.

- Что сто тысяч?… - не сразу понял он. - А-а, вы согласны!

- Вы можете пожертвовать такими деньгами?

- Искусство требует жертв… Это касается и вас! - Чередников сглотнул слюну, возможно, для того, чтобы смочить пересохшее от волнения горло.

- Я сейчас тебя ударю, - сказал Макар. - На глазах у твоей натурщицы.

- И она уже уходит от вас, - глянув на него, не очень весело подыграла Капитонову Марина.

- Тогда и я ухожу от вас. - Чередников обиженно посмотрел на Славину, глянул на Макара и, поджав губы, направился к открытым воротам.

- Куда же ты? - спросил Капитонов.

Но Чередников и не думал останавливаться. Он шел, подняв голову, как будто для того, чтобы сдержать выступающие на глазах слезы.

- Обиделся, - тихо сказала Марина.

- Странный тип, - пожал плечами Макар.

Не сложилось у Чередникова с творчеством. Деньги есть, а признания нет. А ведь он готов был отдать одно ради другого. Все бы до копейки отдал. Даже физиономию готов под кулак подставить, лишь бы ухватить за хвост удачу. На своих несбывшихся надеждах он помешан, а Мизгирь всего лишь пренеприятнейшее воспоминание из прошлой жизни. И даже избавление от какой-то Кати, которая превратилась в слона. К тому же он, не раздумывая, признался, что Мизгирь унизил его. Значит, не очень-то гложет его давняя обида. Или даже вовсе не гложет. Не в себе Чередников, однозначно, душа не на месте. Но вряд ли он повернут на мести. И клуб Мизгиря ему не нужен. Вот если бы на кону стояла картинная галерея…

- Потерянный.

- По жизни, - кивнул Макар.

Он открыл дверь, помог Марине сесть в машину, занял место за рулем.

- А «Опель» у него, конечно! - сказала она.

- И как мужчина интересный, да?

- Ну не урод.

- Еще и деньги платит.

- Деньги, конечно бы, я не взяла. И позировать не стала бы, - в раздумье проговорила Марина.

- Ему нужна сильная женщина, - совсем не весело сказал Капитонов.

- Я бы смогла, - кивнула она.

- Остановить, пока не поздно?

- Никуда он от меня не денется.

Макар заставил себя замолчать. Это ведь не Марина говорила с ним, а ее обида на него.

- Ты что, обиделся? - спросила Славина, злорадно глянув на него.

- Да нет, думаю. В Троицк нужно ехать, по родным, по близким Нивилевича. Что мы о нем знаем? Ничего. А надо знать! С кем общался, кто мог скинуть ему заказ?

- Это сразу нужно было делать. А ты к своей Варваре…

- Ну, во-первых, не к Варваре. Нападение на Льянова, стрельба, причем с жертвами.

- Нивилевич важнее.

- Не спорю.

Макар еще толком не знал, чем закончилась перестрелка для Мизгиря, сколько жертв с его стороны, может, и покойник есть. Если да, то кто? Но ехать в больницу и выяснять не хотелось. Марина права: Нивилевич важнее.

О потерях Макар узнал в пути. Багулин с Холодковым задержали Мизгиря и еще двух бандитов из его свиты. Двух отморозков приняли в больнице, один был тяжело ранен, второй, Веретенцев, скончался по пути к операционной. Кузя ранен и жить будет. Смирнова задержали, но Макар не станет его вытаскивать. С чего это? Зачем ему такой агент, информацию из которого нужно тащить клещами?

- Нивилевича больше нет, а трупы множатся, - сказал Макар.

- Вряд ли Льянов давал приказ убивать.

- Видимо, у Мизгиря не выдержали нервы… Жаль, не удержим его в нашем профилактории, а подлечить бы не мешает.

- Не удержим, - кивнула Марина.

Мизгирь не участвовал в перестрелке и приказ убивать вряд ли отдавал. Вот если он собирался похитить Льянова, а Челленджер сдаст его, тогда можно заводить уголовное дело.

- А надо бы… Вдруг Нивилевич - его человек, а наезд на Льянова был для отвода глаз.

- А зачем Мизгирю убивать своих людей?

- А зачем они ему? Многое знают, много жрут, зачем они ему такие? Он живет в свое удовольствие, с криминалом почти не связан. Оставит себе пару лбов для особых поручений, а остальных - в расход.

- А почему сейчас?

- Почему… Кочергин в клубе накосячил. Был один, мало пил, много снимал. Привлек внимание, Мизгирь за ним проследил, вышел на Льянова и сообразил, что на этом можно сыграть.

- Организовал убийство своих людей, а подставил Льянова.

- Ну да… Может, и орудие убийства собирался ему подбросить с помощью Нивилевича. Но не успел…

- Нивилевича нужно трясти, его связи.

- А ты, значит, в декретный отпуск уходишь? - спросил Макар.

- И что? - подозрительно глянула на него Марина.

- Да вот подумал, чем ты там заниматься будешь. Это же от скуки умереть можно.

- Тебе-то что?

- Не могу же я оставить тебя. Умирать. Со скуки.

- Не оставляй.

- Как насчет подработки? Диспетчером? Ну в перерывах между обнаженной натурой, - шутливым тоном сказал Макар.

- За которую хорошо платят, - кокетливо съязвила Марина.

- Платят за тело, а я о работе для души.

- Диспетчером?

- Коллектив ставит тебе задачу, ты садишься на телефон, звонишь в военкомат, там поднимают учетную карточку Нивилевича. И мы узнаем, где он служил. Специальная подготовка, боевой опыт. Может, он суперпрофи… Там же можно узнать сведения о родных…

- О родных узнать лучше в паспортном столе… Если коллектив ставит задачу, - усмехнулась Марина.

- Родной коллектив.

- Родной… Родной - это хорошо… Хоть что-то в этой жизни родное, - едва слышно проговорила Славина.

Макар сделал вид, что не услышал. Он, конечно, мог окончательно вычеркнуть Варвару из своей жизни и вернуться к Марине, которая носит под сердцем его ребенка. Но еще рано говорить об этом.

Глава 15

Прошлое не может идти в ногу с настоящим. Прошлое всегда отстает. Иногда безнадежно. И даже бессовестно. Сын в морге, а отцу хоть бы хны, спокоен как удав. То ли нервы у Бориса Олеговича железные, то ли он давно уже разочаровался в своем сыне. Возможно, даже знал, чем занимается Леонид.

- Столбняк, говорите?

Нивилевич-старший производил впечатление тяжелой глыбы. Рослый, мощный, ребенок на его руках в полной безопасности. Отец держал сына крепко, но нежно.

- Столбняк.

Борис Олегович ушел из семьи лет пятнадцать назад, примерно в то же время Нивилевич-младший вернулся из армии. А служил он в десантно-штурмовой бригаде. Через десять лет после этого умерла мать Леонида Нивилевича. Это все, что смог выяснить Макар - с подачи Марины. Еще многое предстояло узнать - со слов отца, родных, знакомых. Как воспринял сын предательство отца, чем закончился их возможный разговор, Макар хотел это знать, и все остальное, что связано с покойным Нивилевичем. Возможно, в смерти матери Леонид обвинял отца, дело могло дойти до рукоприкладства. Не видел Макар в Олеге Борисовиче нежных чувств к сыну. Из прошлой жизни.

- Он же вроде прививку делал, - пожал плечами мужчина. - В школе.

- А после школы он что делал?

- Что после школы? В техникуме учился, затем армия…

Из глубины квартиры вышла симпатичная молодая женщина со множеством родинок на шее. Косо глянув на Макара, она забрала у мужа ребенка и скрылась из вида.

- А после армии?

- Работал.

- Где?

- Да где придется. В основном водителем.

- А конкретно?

В доме Нивилевича проводили обыск, нашли документы на недвижимость, договор купли-продажи на машину, а паспорт и права обнаружились еще в больнице. А военный билет и трудовая книжка на глаза при обыске так и не попались.

- Конкретно?… На «Газели», помню, ездил, товар по магазинам развозил. Затем на такси. Даже щебень на самосвале, говорят, возил.

- Говорят?

- Ну это в последнее время. Мы с ним последнее время не общались… Разговор нехороший был, - поморщился отец.

- Понятно.

- Олег Борисович, а вас не удивляет, что вашим сыном интересуется уголовный розыск? - спросила Марина.

- Если честно, не очень.

- Почему? Может, вы замечали сына в плохих компаниях?

- Да нет, в плохих компаниях не замечал. И ничего противозаконного Леня не делал, не грабил, не убивал. Но мог убить.

- Мог?

- Не хотелось бы говорить, но раз уж вы спрашиваете… Леня - человек жесткий, резкий. А порой даже жестокий. На меня с ножом однажды бросился. Пришел пьяный, злой… И все-таки что случилось?

- Пока только подозрения, Олег Борисович. Пока только подозрения.

- А с кем он дружил? - спросила Марина. - У него женщина была?

- И была, и были… - вздохнул Нивилевич. - Леня с женщинами не уживался, характер дурной… Вы у его друга спросите, Федор лучше знает.

На улицах уже зажглись фонари, когда Макар и Марина подъехали к дому, в котором жил Федор Климарев, лучший друг Нивилевича. К ним вышла его мать, пожилая, ухоженная женщина с модной прической. Она подозрительно долго изучала удостоверение Макара.

- Точно из полиции? - спросила она.

- Точно.

- А что-то случилось?

- Может, и случилось.

- Если вы не скажете, что именно, я уйду! - категорично предупредила женщина.

- Леня Нивилевич умер.

- Умер?! - Климарева задумалась, не зная, радоваться или горевать.

- Столбняк. Прививку не сделал, заразился и умер.

- Ужас какой!

- Мы бы хотели поговорить с вашим сыном, это возможно?

- А Леня точно умер?

- А если умер, можно говорить, где Федор, или, напротив, нельзя?

- Можно. Если умер, можно.

- Почему?

- Ну почему… Федор живет сейчас с девушкой, которую он отбил у Лени.

- Отбил?

- Я ему говорила, не надо… В общем, Леня угрожал ему. Сказал, что убьет!

- А Леня мог убить?

- Мог. Он такой!…

- Какой?

- Ну какой!… - Климарева подняла правую руку и с силой сжала кулак.

- Жестокий? - спросила Марина.

- Так-то он парень неплохой. Но если разозлить…

- И драться умеет?

- Это они с Федором вместе занимались кикбоксингом… Но Леня сильнее.

- И стрелять Леня умел.

- Стрелять он любил, на охоту пойдет и стреляет, стреляет… А что?

- Нам бы с Федором поговорить.

- А Леня точно умер?

Как оказалось, Федор снимал квартиру на другом конце города, стараясь не попадаться на глаза Нивилевичу. Жил там с его бывшей девушкой.

Девица эта понравилась Макару: ясноглазая, светловолосая, заряженная на позитив.

Узнав о том, что Нивилевич умер, она расстроилась, но не сильно, впустила незваных гостей в дом, предложила чаю.

- Федора сейчас нет, должен подъехать, - извиняющимся тоном сказала Ольга.

- Но вы же можете нам рассказать про Леонида? - спросила Марина. - Сколько вы с ним жили?

- Почти год.

- Тяжело с ним?

- Тяжелый он человек, - согласилась Ольга.

- Леонид подозревается в том, что убивал людей. За деньги, - сказал Макар.

- Правда?

- В доме у него нашли пистолет с глушителем. Из этого оружия он застрелил двух человек.

- Он что, киллер?

- Вас это удивляет?

- Ну не знаю… Я не знала, что Леня может убивать за деньги. Он мне об этом ничего не говорил.

- Может быть, у него были с кем-то личные счеты?

- Разве что с Федотом, - разволновалась девушка.

- Он угрожал его убить?

- Ну в общем…

- А еще кого он угрожал убить? Может, кого-то из Краснохолмска?

- Не знаю.

- Может быть, слышали такую фамилию: Мизгирев?

- Нет.

- Когда вы ушли от Леонида?

- С месяц назад.

- Чем Леонид занимался в последнее время?

- Работал.

- Щебень возил?

- Да нет, он кран подъемный освоил, крановщиком работал. Хотел автокран свой собственный купить.

- На такую покупку деньги нужны.

- Он говорил, что деньги будут.

- Откуда?

Ольга всполошилась, приложив ко рту ладошку, и ответила:

- Я не знаю!

- Может, кто-то предлагал ему деньги? - спросил Макар.

Ворошилов уже отработал все звонки на телефон Нивилевича. Ничего особенного в них не нашли. Друзья, знакомые. Возможно, нехорошие друзья, которые предложили ему плохую работу, - все это будет выясняться. Но знакомых номеров среди звонивших не наблюдалось. И Чередников ему не звонил, а его номер пробили через телефон Льянова.

- Он не говорил… О деньгах говорил, а кто предлагал - нет.

- Может, к вам кто-то приезжал? Тот, кого вы не знаете.

- Нет, никто не приезжал.

- Может, вы видели его с кем-то?

- Нет.

- Значит, Леонид на кране работал?

- А до этого щебень возил.

- Долго на одном месте не задерживался?

- Как-то не получалось, - не без сарказма сказала девушка. - И таксистом работал, и личным водителем…

- Когда он работал личный водителем?

- Я тогда с ним не жила, но личным водителем он работал.

- У кого?

- Точно не знаю, он не говорил. Но у какого-то очень богатого человека.

- Что он говорил об этом богатом человеке?

- Живут же люди, говорил.

- Еще что?

- Еще биткоинами хотел заняться.

- Биткоинами?! - Макар выразительно глянул на Марину.

- Но на это дело, как оказалось, нужны деньги. Большие деньги… Перегорел он, в общем.

- А имени этого человека он не называл?

- Нет. Говорил, что очень богатый человек. И живет, ничего не делает. Дом построил.

- Где дом?

- Не знаю… Хотя… - задумалась Ольга. - Он что-то про Минское шоссе говорил. По Минскому шоссе его возил… А что?

- Ничего. Уже ничего.

Федор задерживался, Капитонов позвонил ему, спросил о человеке с биткоинами, на которого работал Нивилевич, но ничего нового для себя не узнал.

Макар спросил у Ольги про трудовую книжку, девушка сказала, что видела такую. Но куда она делась - не знала. Возможно, Нивилевич спрятал ее так же далеко, как и орудие убийства. Не хотел, чтобы обнаружилась его связь с Льяновым.

Трудовая книжка исчезла, но информация из нее просочилась. И Макар мог ею оперировать.

Они с Мариной вернулись в машину, он завел двигатель, но задумался, не зная, куда ехать. В Краснохолмск или в Зеленоборовское.

- Льянова нужно брать, - сказал он.

- Почему Льянова?

- Потому что биткоины!

- А Чередников? Он тоже на криптовалюте поднялся.

- Чередникова прежде всего картины интересуют.

- И биткоины, - не сдавалась Марина.

- Может быть, - не стал спорить Макар. - Но ты же видела, Чередников сам приехал, без водителя.

- Ну сегодня - без, завтра - с водителем…

- Льянова трясти надо, - усмехнулся Макар.

- Не будем торопиться.

Не хотела Марина трогать Льянова, потому что Гарькавый мог устроить ей за это разнос. Он же черт, он все может.

- Да нет, торопиться нужно! - Макар тронул машину с места.

В Краснохолмск надо ехать. Марина останется там, а он к Льянову отправится. Дом штурмовать не станет, но выход ему перекроет. С охраной у Льянова сейчас туго, так что проблем не возникнет.

- Не надо трогать Льянова, - качнула головой Славина. - Установим наблюдение, возьмем на прослушку. Следить будем.

- А толку? Связь с Нивилевичем оборвана.

- Ну ты же сам говоришь, Нивилевич у него работал. Об этом должен кто-то знать. Тот же Передников, телефон его у нас есть.

- Или Кочергин.

- И этого живчика нужно будет допросить, - кивнула Марина. - Не будем гнать коней.

Макар промолчал. С одной стороны, Марина права: о Нивилевиче можно узнать через окружение Льянова. Компания у него своя, офис, там сотрудники. Возможно, Нивилевича оформили на работу официально, значит, где-то в отделе кадров есть приказ о назначении, записи в книгах. Но с отделом кадров можно будет связаться уже завтра, когда голова будет свежей. А для этого нужно как минимум выспаться.

- В управление заезжать будем? - спросил Макар.

- А что там?

- Машина там. Твоя.

- А ты меня не подвезешь? - загрустила Марина.

- Подвезу. А завтра?

- Завтра можно на такси… - Она замолчала, но Макар все-таки услышал продолжение фразы. Мысленно.

Марина, казалось, предлагала ему и не уезжать. Муж так и не вернулся, она одна, Макар мог бы остаться у нее на ночь. А ведь он мог согласиться. Очень даже мог. Но не сегодня…

И все-таки в управление они заехали.

- Ну да, так, наверное, будет лучше, - вздохнула Марина, глядя на свою «Мазду».

Поздно уже, даже трудоголики разошлись по домам, осталась только дежурная смена.

- Да нет, я могу подвезти, - качнул головой Капитонов. - Но сначала бы с Мизгирем поговорить. Он здесь, быстро управлюсь.

- А завтра?

- Да вот стучится что-то в голову. Как цыпленок в скорлупу. - Макар пальцем постучал себя по голове. - Думаю, сегодня стоит поговорить.

- Тогда я с тобой.

Мизгиря доставили в кабинет к Макару. Бандит притворно зевнул в ладошку, давая понять, что его бессовестно лишают сна. Дескать, он очень неплохо устроился в камере.

- Соболезнования приносить? - спросил Макар.

- По поводу Веретенцева?

- Зачем ты на Льянова полез?

- Я полез?! Да я чисто поговорить с ним хотел!

- Почему сам не поехал? Почему Челленджера отправил?

- Так Челленджер стрелку должен был забить, а Льянов сразу стрелять начал.

- Льянов начал?

- Ну его псы… Кто ж знал, что так будет? - цокнул языком Мизгирь.

- О чем ты хотел с Льяновым говорить.

- Ну о чем… Вы же не просто так его закрыли!

- Как закрыли, так и открыли…

- Это он воду мутит! Больше некому!… Ничего!… - начал, но осекся Мизгирев.

- Что ничего?… Спросишь с него?

- Не буду говорить «гоп».

- С Максима Чередникова ты уже спросил, - усмехнулся Капитонов.

- С Макса?

- Знаешь такого?

- Ну как же не знать?

- Он говорит, что ты избил его на глазах у девушки.

- Избил?! - презрительно усмехнулся Мизгирь. - Да я всего лишь один раз его ударил!

- В присутствии девушки.

- Да, была девушка. Красивая… И голая.

- Вы ее раздели? - сурово нахмурилась Марина.

- Зачем же, сама разделась… Мы заходим, а она лежит, на диване. В позе. А Макс перед мольбертом, ну типа художник…

- Перед мольбертом? - Макар улыбнулся, выразительно глянув на Марину.

- Да, с кисточкой… А она лежит! А у меня сестра малая, я подумал, что Макс и ее может вот так купить. Сам не понял, как в пятачину ему втащил. В смысле ударил. В нос… А нос у него слабый, кровища хлынула. А я ему говорю, давай рисуй… Ну это уже неважно, - спохватился Мизгирь.

- Да нет, важно, говори!

- Да не было ничего особенного. А девчонку эту мы точно не насиловали! Говорю же, у меня сестра тогда малая была, как я мог?

- А с Максом что? Рисовать его заставил? Кровью из носа?

- Не заставил, предложил. Он даже обрадовался! Кровью, говорит, здорово.

- Что здорово, девушку свою рисовать?

- Я думал, он девушку рисовать будет. А он завод свой рисовать начал. Окна у него в доме на завод выходили. А за окнами завод, трубы дымят… Он одну трубу нарисовал, затем цех начал, с окнами. А потом кровь остановилась. Я больше бить его не стал. Сказал, что он псих.

- Он псих? Ты же рисовать ему предложил!

- Ну не завод же… А он завод начал. Рисует и смеется. Как псих. Вы, говорит, завод наш кровью залили… Ну я наехал!

- Наехал?

- Не то чтобы наехал… Сказал, что в следующий раз мозгами своими рисовать будет… Извините! - Мизгирь приложил руку к груди, без особого раскаяния глянув на Марину.

- Макс испугался, пошел к брату, уговорил продать завод, - продолжил за бандита Капитонов.

- Ну в общем да… Если честно, я не надеялся. Не думал, что этот чмошник сможет кого-то уговорить.

- А с картиной что стало?

- В доме осталась. Я же не псих, чтобы ее забирать.

Макар отправил Мизгиря в камеру, включил чайник.

- А домой? - спросила Марина.

- Кровь там! - качнул головой Макар.

- Где кровь, дома?

- Вот сейчас ты не права… В том, что Нивилевич мог работать на Макса, в этом права… Где Нивилевич видел кровь? О чем он нам перед смертью сказал?

- Где он видел кровь? На картине?

- Мизгирь завод кровью залил. Это Чередников сказал. Когда завод кровью рисовал. Картину он эту сохранил. А потом Нивилевичу показал, когда он у него работал… Или уже потом показал, когда заказ ему делал. На убийство.

- Все это домыслы. Но мне ход твоих мыслей нравится.

- Некогда до завтра ждать. Сейчас надо к Льянову ехать. Он должен знать про Нивилевича. Если Нивилевич возил Макса, можно звонить Ситникову. Хоть какое-то постановление, у нас же все по закону?

- Чайку-то хоть попьем?

- Я тебя за собой не тащу!

- Вместе поедем.

Они уже выехали на Минское шоссе, когда позвонила Варвара.

- Макар, спасай! - тихо, тревожным голосом выдала она, и в трубке послышались короткие гудки.

Макар глянул на часы. Полночь, пять минут первого, но вряд ли Варвара искала спасения от нечистой силы из потусторонних миров. Что, если Льянов насилует ее? Не смог взять уговорами, перешел на силу.

- Что там? - спросила Марина.

- Да Варвара. Спасать ее нужно.

- От кого?

- Может быть, от самой себя?… Или все-таки от Льянова? Если от Льянова, перезванивать ей не буду.

Трубку могла взять Варвара, а мог и Льянов. И неизвестно, как дело повернется, если он узнает, кому Варвара звонила. Вдруг он вывезет ее в лес, убьет и закопает?…

Макар гнал как на пожар. На сквозном перекрестке километра за два до поворота на Зеленоборовское он выехал на встречную полосу и два километра мчался по ней. И все это время Марина смотрела на него как на сумасшедшего. Но заговорила лишь после того, как он свернул на перекрестке, открытом только для движения в сторону Москвы.

- Ну ты и псих!

- Хорошие девчонки любят плохих парней.

- Кто хорошая девчонка?

- Ну не Варвара же…

За спиной взвизгнула полицейская сирена, Макар глянул в зеркало заднего вида.

- Можешь меня поздравить? - усмехнулся он.

- Гаишники?

- Значит, псих я, говоришь?

Макар не стал останавливаться, напротив, он разогнал машину. И не прогадал. Гаишники не отставали, но на железнодорожном переезде Макар успел проскочить под носом у поезда, а они нет.

- Варвара с тобой играется, а ты гонишь как сумасшедший, - вздохнула Марина.

- А если там действительно что-то происходит?

Как это ни странно, проезд в поселок был открыт. Шлагбаум поднят, свет в сторожке не горел. И ворота во двор Льянова открылись, когда он подошел к ним. Макар встал, перегораживая путь выезжающему «Опелю».

Из машины вышел Чередников, он как будто даже обрадовался, увидев Капитонова.

- Товарищ майор?… А я уже испугался, думаю, бандиты.

- Мизгирь?

- А разве он не бандит?

- Он маньяк.

- Даже так?

Чередников не переживал, не нервничал, но в нем угадывалось напряжение, тем не менее он держал в узде свои чувства.

- Нос вам разбил, заставил рисовать кровью.

- Да, было такое.

- Он, кстати, хотел купить у вас эту картину.

- Купить?

- Дорого. Но Нивилевич сказал, что вы эту картину не продаете.

- Нивилевич? - нахмурился Чередников.

- Водителем у вас работал.

- Нивилевич, Нивилевич… Может, и работал.

Гаишники подъехали хитро. И мигалки выключили, и даже фары, поэтому Капитонов заметил их поздно.

- Макар! - предупредила Марина.

Из машины выскочили сотрудники, один с пистолетом, другой с автоматом.

- Спокойно, товарищи! Полиция! - Макар повернулся к ним, поднимая руки.

- Подполковник Славина! - представила Марина. И тут же: - Макар!

Чередникову хватило всего несколько секунд, чтобы запрыгнуть в машину и разогнать ее. Макар едва успел отскочить в сторону.

- Твою мать!

Капитонов очень рисковал, выхватывая пистолет из кобуры. Но автоматчик стрелять не стал. А Макар смог с первого же раза прострелить «Опелю» колесо. Правда, пришлось садиться в машину и мчаться за беглецом. «Опель» всего лишь потерял в скорости, но не остановился.

Макар обогнал «Опель», едва не ударив его бортом, встал, перегородив путь, вышел к машине с пистолетом на изготовку. А с тыла к «Опелю» зашел полицейский автомобиль.

Чередников вышел из машины с изумленным лицом:

- Товарищ майор, что с вами?

- Спиной ко мне! Руки на машину!

Чередников не торопился исполнять команду, а Макар не стал требовать от него точного исполнения. Подошел к нему, ударил в живот, заломил руки, уложил на землю. А Марина надела на него наручники.

- Да что ж вы делаете? - взвыл Чередников.

В его голосе чувствовалось отчаяние. Похоже, свидетельство его преступления находилось где-то рядом. Макар заглянул в машину, перешел к багажнику.

Гаишник угрожающе направил на него автомат. Похоже, он так до конца и не осознал, что Чередников - опасный преступник.

- Да спокойно ты, старшина!

Макар открыл багажник, а в нем калачиком лежала голая связанная Варвара.

- Я должен был ее нарисовать! - простонал Чередников.

Варвара находилась в сознании, багажник настолько тесный, что ни ногой лягнуть, ни головой ударить. Потому и не билась она как рыба об лед, требуя спасения. А может, она не хотела, чтобы ее нашли в таком виде.

- Я знаю, мразь, как ты рисуешь женщин! - Марина, казалось, готова была задушить Чередникова.

Она снимала с себя пальто, чтобы набросить его на Варвару. Макар одобрительно кивнул: правильное решение.

Он отодрал с губ девушки скотч, достал нож, чтобы срезать путы.

- Лежи, не шевелись! - предупредил он.

- Там Юра!

- Где там?

- В доме! Этот ублюдок его убил!

Гаишники видели, слышали, что происходит, и не стали возражать, когда Макар отдал им на попечение Чередникова. Сам он, прихватив Варвару, отправился к дому Льянова. Марина должна была остаться с Чередниковым, но так думал Макар. Однако у нее свое мнение, причем негативное в отношении Варвары. Она также села в машину.

- А Чередников?

- За нами повезут. И только пусть попробуют выпустить!

- Нельзя отпускать Чередникова! - мотнула головой Варвара. - Он Юру убил! Ножом пырнул!

- А нож где?

- Нож там. Он его на пол бросил… А потом поднял. Дал мне подержать и снова бросил.

- Тебе дал подержать?

- Да, но я не убивала!

- Понятно.

- Что понятно?

- Ты убила, ты сбежала и пропала. А Чередников не при делах.

- А может, все-таки ты убила? - спросила Славина.

- Нет!

Льянов лежал в холле, прижав руки к животу, рядом валялся окровавленный нож. Но Льянов не умер, он всего лишь находился без сознания. Дыхание слабое, пульс нитевидный, его действительно можно было принять за покойника.

- Живой! В «скорую» звони! - обращаясь к Марине, сказал Макар.

- Живой?! - Варвара склонилась над Юрием.

- Он видел, кто его ударил, - кивнул Макар.

- Он не должен умереть! - мотнула головой Варвара, умоляюще глядя на Капитонова. И вдруг резко повернулась к нему спиной. - Я сейчас!

Варвара бросилась на второй этаж, на лестнице скинув с себя пальто. Марина оторопело, с телефоном в руке смотрела ей вслед.

- Она же уходит!

- Одеваться она ушла!

- А если все-таки она убила?

- Первую помощь оказать сможешь? - отправляясь вслед за девушкой, спросил Макар у Славиной.

Варвару он нашел в одной из спален. Она торопливо одевалась.

- И все-таки что здесь произошло?

- Я же говорила, Чередников убил Юру.

- Зачем?

- Он хотел меня рисовать.

- Он больной, - кивнул Макар.

- Он бешеный!… Он стал срывать с меня одежду, Юра заступился, и он ударил его ножом. Я убежала, а он меня нашел. Я как раз тебе звонила, когда он подошел ко мне с ножом. Я затихла. А он все равно меня нашел и связал… А потом повез.

- Куда?

- Рисовать!… Макар, это так ужасно!

Варвара заплакала, подошла к Капитонову, обняла, плотно прижимаясь к нему.

- Будем надеяться, что твой Юра выживет.

- Да мне все равно, что с ним будет. Не хочу я с ним.

- Мне не все равно.

Он осторожно отстранился от Варвары. Закончено с ней все. И неважно, выживет Льянов или нет.

- Ты что, меня бросаешь? - Девушка удивленно и с обидой смотрела на Макара.

- Нет, просто простить не могу.

- И не надо. Потом простишь.

- Там Юра твой умирает.

- Да не нужен он… - Варвара задумалась.

- Он за тебя заступился. Или я что-то не так понял?

- Ну да, заступился. Но он мог отдать меня брату. Но потом, после него. Я слышала…

- Ну брату ты не достанешься. Брату сидеть и сидеть. А мне сажать и сажать.

- Кого?

- Кто этого заслуживает.

- Я этого не заслужила… Но там, на ноже, отпечатки моих пальцев.

- Ты ударила Юру?

- Это не ты так думаешь, это твоя начальница так думает?… Она ревнует тебя!

- Уже нет.

- Почему?

- Потому что ты завтрашний день. А она… Она - посмотрим… Пошли!

Варвара оделась, Макар взял ее за руку, вывел из комнаты. Марина уже перевязала рану Льянова, Макар попросил ее набрать номер телефона «скорой помощи». Оказалось, что Славина уже позвонила и машина только что выехала.

Льянов не приходил в сознание и не подавал признаков жизни. А на ноже пальчики Варвары. Это статья, если на ее руках обнаружится и кровь, и если Льянов вдруг умрет.

Макар поднял раненого на руки, в этот момент в дом вошел гаишник, он помог донести Льянова до машины.

«Скорую» перехватили на половине пути к больнице, раненого перегрузили из одной машины в другую. Варвара хотела отправиться вместе с ним, но Марина не разрешила. Как ни крути, а гражданка Калинина под подозрением. И задержана. А вдруг это все-таки она ударила ножом Льянова?

* * *

Свет в помещении яркий, резкий, он действовал на нервы не только задержанному. Но Чередникову он все же досаждал больше.

- Узнаете? - Макар держал картину, с трудом скрывая брезгливость.

На картине заводские цеха, трубы, забор, какие-то точки на крыше здания - видимо, люди. Мазня мазней, но картина написана кровью.

- Узнаю, - буркнул Передников.

Его дом также находился на Минском шоссе. Значит, все правильно говорила Ольга, бывшая сожительница Нивилевича. На Минское шоссе будущий киллер ездил, но не за Льяновым, а за Чередниковым.

- Самое ценное ваше творение. - Макар сделал вид, что любуется картиной. - Вы умрете, а ваше искусство останется. И будет кочевать из коллекции в коллекцию.

- Думаете? - Глаза у Чередникова заблестели: как человек искусства, он жаждал славы.

- Уверен, что да. С этой картиной связана жуткая кровавая история, истинные ценители искусства не смогут обойти ее вниманием.

- Из коллекции в коллекцию?

- Из века в век… Если, конечно, эта история получит документальное подтверждение.

- А она получит? - спускаясь с небес на землю, настороженно спросил Передников.

- Скажите, гражданин Нивилевич Леонид Борисович работал у вас водителем?

- Нивилевич? - Голос у Чередникова предательски задрожал.

- Нивилевич работал у вас и видел эту картину… Он сознался в том, что вы наняли его, заплатили ему, чтобы он убил ваших старых обидчиков… Это же Мизгирев разбил вам нос? - Макар с удовольствием положил картину на стол, чтобы не держать ее в руках.

- Мизгирев?

- Вы рисовали свою Катю в обнаженном виде, Мизгирев ворвался, разбил вам нос и заставил вас рисовать кровью. Вы начали рисовать завод.

- Да, я начал рисовать завод.

- В общих чертах, контуры зданий. Кровью эти контуры вы заполнили потом.

- Ну да, заполнил.

- Своей кровью?

- Своей кровью.

- Звучит не интересно. Вот если бы вы дорисовали картину кровью своих обидчиков… Пусть фигурально, пусть через признание, но кровью… Вы должны во всем признаться, вы должны дорисовать картину кровью своих врагов… Вы заказали Мизгирева?

- Я! - Передников кивнул и уронил голову на грудь.

- Вам нужно было много крови. Поэтому вы начали с его телохранителей?

- Я хотел, чтобы Мизгирев боялся. Чтобы он все понял и чтобы очень-очень испугался.

Мне нужно было его чувство страха. А потом уже кровь…

- Кровь на картине уже вызывает чувство страха.

- Да, наверное.

- И ваша картина этот страх вызывает. И этот страх передался Мизгиреву, если он отправил к Льянову своих людей. И потерял в перестрелке еще одного человека.

- Да, я знаю.

- Нивилевич и дальше должен был убивать?

- Он должен был убить всех, кого я знал. И Мизгирева… Я хорошо заплатил Лене. Очень хорошо.

- Он работал у вас водителем?

- Да, одно время работал.

- Он видел вашу картину?

- Да, я ему показывал. Чтобы он проникся… И он проникся. Мизгирь - не человек, Мизгирь - чудовище. На его руках столько крови… Если бы мы с Юрой не уступили, он утопил бы нас всех в крови…

- Но вам же всего лишь разбили нос. Да и деньги, полученные за завод, помогли вам разбогатеть. Зачем вам надо было мстить Мизгиреву? - спросил Макар.

- Но вы же все правильно поняли! - поднял глаза и удивленно посмотрел на Капитонова Передников. - Эта картина действительно самое лучшее мое творение. Эта картина написана не просто кровью, она написана самой жизнью. Я всю свою жизнь в нее вложил… А она так и осталась мертвой!

- И вы решили ее оживить?

- Я давно это решил… Но ждал. Я все время ждал! - Взгляд у Чередникова нездорово блестел.

- Чего вы ждали?

- Славы, признания… Я покупал славу, я покупал признание, меня знали, меня ценили, но это совсем не то… Я должен был открыть дорогу в вечность! А она не открывалась.

- И тогда вы решили постучаться в запретную дверь?

Макар склонился над столом и постучал по картине. Передников аж привстал от возмущения, как будто Макар покушался на его святыню. К тому же он мог порвать холст, а впереди у картины жизнь, возможно вечная.

- Осторожно!

- Но вы постучались? Вы решили убить Мизгирева, вы решили оживить самое сильное ваше творение?

- В какой-то степени да.

- В какой-то степени?

- Вы только не подумайте, я не псих. И даже не суеверный человек… Или все-таки суеверный? - задумался Передников.

- Все творческие люди суеверные.

- Мне кажется, вы хорошо меня понимаете… Вы рисуете?

- Нет, я пою. Иногда. Под гитару… И слушаю художественный свист. Это по работе. Но вы не свистите, вы говорите правду. И поверьте, мне очень приятно вас слушать.

- Это я заказал Мизгиря. И его людей, - опуская голову, вздохнул Передников.

- Чтобы оживить картину?

- Не надо держать меня за психа! Мизгирева я хотел убить уже давно. Потому что он мразь! Но картина действительно подтолкнула меня к страшному решению… А еще Нивилевич сказал, что может убить всех моих врагов. Он тоже подтолкнул меня! Еще сильнее, чем картина, подтолкнул. Но я мог отказаться. А я согласился! Я хотел, чтобы он убил всех! Я во всем виноват! - бичевал себя Передников.

- А своего брата зачем вы пытались убить?

- Зачем?… Я хотел, чтобы Мизгирь боялся. Но бояться стал я сам. Я очень боялся! Мне было страшно… А Юра все знал!

- Что именно?

- Он догадывался!… Юра мне так и сказал: «Это ведь ты заказал Мизгиря!» Мне по-настоящему стало страшно. Это во-первых. А во-вторых, эта его новая девушка, эта Варвара, живо напомнила мне мою Катюшку. Катя была такой же красивой… А я ее так и не нарисовал… Я не знаю, что на меня нашло! Это было какое-то безумие! Как будто сам дьявол в меня вселился!… Я набросился на Варвару, потом ударил ножом Юру. Все происходило как в тумане.

- Но тем не менее вы прекрасно соображали. Вложили нож в руку Варваре.

- Ну да.

- Почему во дворе не было охранников?

- Один отпросился… - вздохнул Передников. - А другого я отпустил. На Юру сослался.

- Заранее все продумали?

- А какая разница? - страдальчески усмехнулся Передников. - Продумал не продумал, все равно пожизненное дадут.

- Не больше.

- А деньги у меня еще есть. Много денег.

- Не нужны вам деньги.

- Нужны. Чтобы того, кто меня охранять будет, подкупать. Свобода мне нужна для творчества! Жизнь буду рисовать. Жизнь в ожидании смерти.

Макар кивнул, поднимаясь из-за стола. Ему тоже нужна свобода. Выбора. И она у него есть. Он даже знал, кого выберет. Марину. А вместе с ней откроется и второе дыхание. Рано ему еще на пенсию. Служить и служить, пока носят ноги.

Он вышел из помещения для допросов и увидел Гарькавого, который шел ему навстречу. А за ним Марина. Красивая, как сама жизнь. Жизнь в ожидании жизни.

- Капитонов!

- Товарищ полковник, ваше приказание!…

Гарькавый подтянулся, слушая доклад, но Макар остановился, не закончив фразу.

- Что ваше приказание? - нахмурился полковник.

- Ваше приказание там! - Макар кивком указал на дверь, за которой находился Передников. - Во всем призналось. Ждет следователя.

- Приказание призналось?

- Удивляется, как мы на киллера вышли. Ну я и сказал, от полковника Гарькавого никуда не денешься. Он и в аду достанет!… Он может.

- Я вам про столбняк говорила, - поторопилась объяснить слова Макара Марина.

- А-а, столбняк! - расплылся в улыбке начальник управления и тут же нахмурил брови. - А вы прививку от столбняка когда делали?

- Ну-у, еще в академии, - глянув на Марину, пожал плечами Капитонов.

- Будет вам академия! Вакцинация с диспансеризацией!… И декретный отпуск, - немного подумав, добавил полковник и кашлянул в кулак. - Но об этом потом. С приказом и назначением.

Он зашел в помещение для допросов, Марина потянулась за ним, но Макар удержал ее, взяв под руку.

- А мы обсудим это прямо сейчас! - Он смотрел ей прямо в глаза.

Он готов был расставить все точки над! тотчас же. И даже заверить их печатью в паспорте. Надо будет - отправится в загс без всякого промедления. Если Марина согласна. Она его поняла, начальственно нахмурила брови, в глазах промелькнула молния. И тут же выглянуло солнце, глаза просветлели.

* * *

Льянов полулежал на кровати, Варвара сидела рядом и нежно, но с грустью смотрела ему в глаза. Принц выжил, но сможет ли она удержать его? Если нет, впереди ее ждут новые поиски. Но это уже без Макара. Он сделал свой выбор.

Увидев Капитонова, Варвара порозовела и слегка качнула головой. Она просила не выяснять с Льяновым отношения, во всяком случае из-за нее.

- Передников во всем признался, - сказал Макар, отстраненно глядя на него. - Все подозрения сняты. И спасибо, что позвонила мне. Все.

- Что все? - не поняла Варвара.

- Все! - сказал он, взглядом указывая на дверь. - Мне нужно поговорить с Юрием Денисовичем.

А с Варварой ему больше говорить не о чем. С ней покончено. Раз и навсегда. Варвара, казалось, все поняла. И кивнула, соглашаясь уйти из палаты. И из его жизни заодно.

- А вас, Юрий Денисович, мне благодарить не за что, - сказал Макар, закрыв за девушкой дверь.

- И не надо.

- А ведь вы знали, что это ваш брат заказал Мизгиря.

- Не то чтобы знал… А если бы знал, то что?

- Ваш брат во всем признался.

- Я это уже слышал.

- Это правда, что вы могли уступить ему Варвару?

- Вы что, верите Максу?…

- А вы?

- Ему нельзя верить. Но я хотя бы знаю, когда он врет, а когда говорит правду. Вам он соврал.

- В том, что Мизгиря заказал он? Без вашего участия?

- Не было моего участия! - вскинулся Льянов и задумался. Он под капельницей, состояние нестабильное, может, врача позвать и выставить Макара за дверь?

- А зачем вы отправили Кочергина в клуб к Мизгиреву?

- Ну, хотел узнать… - Льянов отвел в сторону глаза.

- Что узнать?

- Макс сказал, что у Мизгирева клуб в Краснохолмске… Он сказал, а я понял, что он что-то задумал… Но Макс - натура творческая, иногда он выдает свой бред за реальность. Я отправил в Краснохолмск своего человека и понял, что это не бред…

- Вы могли обратиться в полицию. Вы могли предупредить Мизгиря.

- А если все-таки бред?

- В бред может превратиться ваша дальнейшая жизнь. Мизгирев уже на свободе… В общем, мой вам совет, Юрий Денисович: смените адрес. Или даже страну проживания. Мизгирев от вас не отстанет.

- Да я уже думал.

- И Варвару с собой заберите. У Мизгирева и к ней претензии.

- Ну, я думаю… - нахмурился Льянов.

- Вы в ответе за тех, кого приручили. Это не пустые слова. И в них совсем нет иронии. - Макар пристально смотрел Юрию в глаза.

- То есть, если вдруг что, мне придется иметь с вами дело?

- А вдруг?

Макар продолжал смотреть на Льянова, тот не выдержал, отвел взгляд.

- Будьте мужчиной, Юрий Денисович. И не совершайте больше ошибок. Мы уже не в том возрасте, когда есть возможность их исправлять.

Макар кивнул в знак прощания и вышел из палаты. Он не хотел встречаться взглядом с Варварой, поэтому облегченно вздохнул, не застав ее в холле. И улыбнулся, вспомнив о Марине. Он поехал к ней. Он поехал в управление. Впереди столько работы, но это ничуть его не пугает.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Колычев Владимир Григорьевич Картина кровью

Владимир Колычев Картина кровью

Часть первая

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Часть вторая

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15