Бренда К. Дэвис

Дорога

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!

Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.

Спасибо.

Глоссарий

Адхен демон — озорной эльфоподобный демон.

Адские гончие — первая пара адских гончих, также рожденных от огня творения, восстала с первым Варколаком. Они разделяют родственную душу и подчиняются Варколаку.

Бартон демон — 55-я печать. Адское животное. Теперь является частью охраны Люцифера.

Варколак демон — рожденный из пламени Ада. Только один может существовать в один момент времени. Когда он умирает, следующий восходит из огня творения. Самый быстрый и жестокий из всех демонов. Это единственный вид, который умеет создавать и открывать естественные врата внутри Ада, а также закрывать их. Они управляют адскими гончими.

Гатес — врата, которые всегда охранял Варколак. Они использовались для путешествия на Землю до того, как Люцифер вошел в ад.

Гобалинус (гоблин) — 79-я печать. Демоны низшего уровня, питающиеся не только душами, но и плотью.

Горгульи — их когти содержат парализующее вещество, которым они обездвиживают своих жертв. Когда жертва оказывается беззащитна, горгульи сдирают с нее кожу по одной полоске и съедают ее.

Дерево Калахмут наполняют леса похоти.

Древесные нимфы обитают в лесах похоти. Есть мужские и женские особи. Прекрасные на внешность и раскованные в сексе. Миниатюрнее лесных нимф и предпочитают жить на деревьях.

Канагский демон — мужчина — инкуб, женщина — суккуб. Их сила основана на сексе, а питание душами происходит на менее регулярной основе, нежели у других демонов. Поцелуй канагского демона способен поработить.

Краетонс — последователи Люцифера.

Лес похоти — обиталище древесных нимф. Когда-то служил домом для канагских демонов и лесных нимф.

Лесные нимфы жили в лесу до того, как их заперли за 77-й печатью. Во время секса с демонами пили кровь партнера. Возможно, именно они положили начало мифам о вампирах.

Огонь творения — место рождения Варколака.

Огр — 33-я печать.

Призраки — души могут сопротивляться вознесению на небеса, но у них нет выбора, когда дело касается ада.

Ланавур демон — 3-я печать. Может использовать телепатию для общения, а также знает самые сокровенные тайны и страхи людей.

Лоза акалия — пурпурно-черные цветы с оранжевыми ягодами. Опутывает жертвы и медленно высасывает их кровь. Красные листья. Острые, похожие на иглы присоски под листьями.

Лоза кароу — густые черные лозы. 6-дюймовой длины шипы. Растут вокруг гнезд канагских демонов.

Мадагансы — звери, обитающие в аду. Напоминают кабанов с гигантским бивнем в центре лба. Испещренная красными и черными пятнами кожа. Из отверстия в верхней части головы вырывается струя дыма. Вытянутые, круглые черепа. Раздвоенные копыта.

Палитоны — последователи Кобаля.

Пука — 100-я печать. Умеет менять форму, приобретая облик не только черного коня, козы и кролика, но и человека.

Ревениры — похожие на мумии скелеты. Оглушающий крик. Высасывают жизнь из жертв с помощью «поцелуя».

Рейф — извращенный и злобный дух, который может быть поглощён демонами. На земле они появляются только ночью.

Скеллеины — стражи врат.

Стена огораживает весь Вашингтон, Орегон, Калифорнию, Аризону, Нью-Мексико, Техас, Луизиану, Миссисипи, Алабаму, Джорджию, Флориду, Южную Каролину, Северную Каролину, Вирджинию, Мэриленд, Делавэр, Нью-Джерси, Коннектикут, Род-Айленд, Массачусетс, Вермонт, Нью-Гэмпшир и Мэн. Блокирует части Невады, Нью-Йорка, Пенсильвании и Арканзаса. Подобная стена пересекает часть Европы.

Эриния (фурия) — демон мести и справедливости. 78-я печать.

ЯЗЫК ДЕМОНОВ

Achó — атака.

Ainka — легко.

Harga — здесь, сюда.

Mah lahala — моя любовь.

Mjéod — медовуха или демонический напиток.

Partyka — останься.

СЛОВАРЬ СИМВОЛОВ

Люди взяли некоторые символы и превратили в то, что стало известно как Старший Футарк, либо просто руны.

Еайз — наклоненная Z — скорость, обостренные чувства и защита.

Зенак — три волнистые линии — вечный огонь и жизнь.

Зива — две буквы V с линией, соединяющей вершину, как клыки — хранительница адских гончих. Эта метка считается даром силы, выносливости и мужественности. Считается благословением и проклятием, поскольку указывает, что обладатель носит частицу души адского пса.

Рисаз — прямая линия с треугольником, прикрепленным к середине — разрушительная сила.

Сова — перевернутая E с мечом, пронзающим центр — клинок огня.

Глава 1

Ривер

Проснувшись после ночи беспокойного сна, я инстинктивно протянула руку в поисках Кобаля. Рядом лежащий спальный мешок был еще теплым, но пустым. Я резко села, из-за чего одеяло сползло, открывая мою одежду. Кобаль не давал мне спать до поздней ночи, но перед сном я все равно оделась, так как нас преследовали демоны и всевозможные не очень приятные существа из Ада.

Прислушавшись к звукам раннего утра, я окинула взглядом деревья, высматривая Кобаля. Из-за кустарников и нескольких высоких дубов, окружающих наше спальное место, я не сумела увидеть хоть что-то. Даже птичье щебетание раздавалось редко, да и то где-то вдалеке. Казалось, животные знали, что в этом месте лучше не выходить без надобности наружу. Я взяла свои ботинки и натянула их.

После того, как мы пару недель назад создали лагерь из людей и демонов за пределами бара «последняя остановка», все было относительно тихо… слишком тихо. Бездействие заставляло меня нервничать.

Я стала лучше воспринимать неестественные врата в Ад, которые люди распахнули тринадцать лет назад. Даже Кобаль, единственный демон, который мог по своему желанию открывать и закрывать порталы, не сумел их запечатать. Я же теперь проводила рядом с вратами несколько часов подряд, при это не чувствуя опустошения.

Однако, из моей головы все не уходила мысль о закрытии врат. Не существовало точного времени, которое потребовалось бы мне, чтобы выяснить, смогу ли я запереть портал. То, что мой предок, Люцифер, однажды каким-то непостижимым образом открыл врата в Ад, не означало, что я тоже обладала подобными способностями.

Прошел уже месяц с того момента, как Люцифер появился в моем сне, зато он умудрился послать за мной одного из своих последователей. Я знала, что только вопрос времени, когда он снова объявит о своем присутствии. Скорее всего, это будет нечто значимое. Насколько нам было известно, как только мы обосновались возле врат, то ни одна другая печать не пала. Значит, Люцифер точно что-то замышлял. Я подозревала, что он намеревался каким-то образом загнать меня в Ад.

Закончив завязывать шнурки на ботинках, я уже начала подниматься, но снова села, заметив Кобаля, стоящего на коленях в пятнадцати футах от меня перед зарослями диких роз. Окружающие меня кустарники были настолько густыми, что скрыли мужчину от моего взгляда. Он пристально рассматривал поляну перед собой, но когда я снова попыталась встать, то его голова повернулась в мою сторону.

Массивные мышцы широкой спины и плеч Кобаля напрягались в такт движениям. Ранний утренний свет, пробивающийся сквозь листву окружающих нас деревьев, заскользил по его телу. У меня перехватило дыхание от представшего зрелища. Мое сердце затрепетало, а рот наполнился слюной.

Его густые темно-каштановые, иногда казавшиеся черными, прямые волосы были недавно подстрижены. Укороченная длина подчеркивала интригующие черты его лица. Сейчас его полные губы были решительно сжаты, но я-то помнила, какими чувственными и податливыми они были, когда касались моей плоти. Квадратная, совершенно гладкая челюсть Кобаля сужалась к заостренному подбородку. В уголках его глаз залегли тонкие морщинки, придававшие ему вид двадцати-тридцатилетнего мужчины, а не полторы тысячи шестидесятидвухлетнего, как было на самом деле.

Чернота в его глазах охватывала все глазное яблоко. Когда я впервые встретила Кобаля, то эти необычные глаза нервировали меня, а теперь же я любила их почти так же сильно, как и самого мужчину. Многие сочли бы Кобаля интригующим и опасным, а я считала его великолепным. Но самое главное — он принадлежал мне. Неважно, сколько раз мы виделись, неважно, сколько раз он брал меня и овладевал моим телом, я все равно жаждала большего.

Метки на верхней части спины демона задвигались, когда он поднялся, чтобы подойти ко мне. Черный узор на его правой руке начинался с кончиков пальцев, уходил на тыльную сторону ладони, обвивался вокруг руки и тянулся вверх по бицепсу и плечу. Пламя словно лизало основание шеи Кобаля, прежде чем спуститься по спине и груди, окружая верхнюю правую часть его груди. Однажды Кобаль рассказал, что сложные символы были частью древнего демонического языка и обозначали его умения.

Вытатуированное адское пламя, породившее Кобаля, и символы были одновременно благословением и проклятием. Они продлевали ему жизнь, благодаря чему он пережил всех своих предков Варколаков с тех пор, как Люцифер вошел в Ад. Так же знаки давали ему силу, которой ранее не обладал ни один демон Варколак. Любой Варколак, восставший из огня, чтобы заменить погибшего предка, мог контролировать адских гончих, но только на коже Кобаля жили представители свирепых псов. Символы помогали ему и одновременно делали более диким, нестабильным и могущественным, нежели любой из других демонов Варколаков.

На его левой руке было вытатуировано еще больше пламени, которое копировало узор с правой руки, но среди огня выглядывали две адские гончие. Казалось, псы были готовы выпрыгнуть из его тела в любую секунду. Когда Кобаль выпускал их, позволяя немного погулять, псы проявляли такую же безжалостность, как и сам мужчина. Гончие являлись смертоносным продолжением его силы.

Опустившись передо мной на колени, Кобаль положил ладонь на мой затылок и притянул к себе для одурманивающего поцелуя. Отстранившись, он прерывисто вздохнул и ласково чмокнул меня в переносицу.

— Доброе утро, Mah Kush-la, — нежное обращение, на демоническом языке означающее «моя любовь», вызвало у меня трепет.

— Доброе утро.

— Проголодалась? — мой желудок заурчал в ответ на его вопрос. Кобаль погладил меня по щеке большим пальцем, а затем убрал руку. — Я принесу тебе что-нибудь поесть.

Я наблюдала, как он поднялся во весь свой огромный в шесть футов девять дюймов рост. Кобаль был таким массивным, что заслонял лучи солнца и деревья. Отвернувшись, он снял рубашку с ветки и натянул ее через голову.

Когда Кобаль скрыл свое тело, меня переполнило разочарование. Однако я не хотела, чтобы кто-то еще видел его таким. Кобаль был прекрасен и без демонстрации своей соблазнительной загорелой кожи, обтягивающей выпуклые мускулы.

Раздвинув руками листву, Кобаль направился к главному лагерю, который находился недалеко от бара, построенного скеллеинами вокруг врат, ведущих в сам Ад.

Достав чистую одежду, я стянула мятую футболку и надела потрепанную коричневую форменную рубашку, которая была на мне еще во время тренировок у стены. Я не была в восторге от разлуки с братьями, но уже смирилась со своей судьбой. Может, меня трудно было назвать хорошим солдатом, но я научилась защищать себя.

У стены я многое выяснила о своем наследии и способностях. Мне была ненавистна мысль, что мои силы, которые всегда выделяли меня среди других людей, были получены от самого Люцефера. Впрочем, я не отрицала свою суть и не отказывалась от возможности помочь исправить беспорядок, который начали ангелы, когда шесть тысяч лет назад сбросили Люцифера с Небес, а продолжили люди, тринадцать лет назад распахнув врата в Ад.

Скинув ботинки, я сняла штаны, а затем натянула свободные брюки с дыркой в верхней части бедра. До начала путешествия брюки плотно прилегали к моей попке, но недостаток пищи, а также постоянные ходьба и бег, плюс близость к Аду заставили меня похудеть. Я никогда не была пухленькой, имея более атлетическое телосложение, но теперь меня можно было назвать худой.

Мне казалось, что с каждым днем я все дальше и дальше отдалялась от женщины, которая ловила рыбу для братьев, и становилась все больше похожей на женщину, которая убивала любых существ голыми руками. Когда-то, не так давно, я ненавидела тот факт, что пойманная мною рыба умирала. Теперь же я поражала энергетическим шаром жизни любого, кто пытался причинить боль мне или тому, кого я любила.

Хитроумная связь с Землей и текущей вокруг жизнью всегда была частью меня, поэтому я лелеяла все живое. Теперь я убила не только рыбу, но и Лилит — могущественного канагского демона, напавшего на нас. Я не чувствовала вины за содеянное, но была бы нечестна сама с собой, если бы не признавала, что растущие силы пугали меня.

А они все росли. Я чувствовала это каждый день. Теперь я могла черпать намного больше энергии жизни за раз, чем когда-либо прежде. Каждая полученная мной рана заживала быстрее, чем предыдущая, к примеру, синяки исчезали в течение нескольких часов, а порезы исцелялись на следующий день.

С каждым днем я чувствовала, как меня покидала человечность, заменяясь чем-то другим. Вот только я не знала чем именно, но понимала, что скоро найду ответы на свои вопросы.

Я была последним оставшимся потомком Люцифера. Когда-то он был ангелом, но сейчас слыл настоящим монстром, решившим поработить человеческую расу и править демонами. Что-то сделало его таким. Лично я считала, что на него повлияла потеря связи со всем живым, но как он лишился ее… Возможно, это были последствия падения с Небес, или потери крыльев…, или вхождения в Ад. С другой стороны, я могла ошибаться в своих умозаключениях. Вполне вероятно, что ни один вариант не повлиял на превращение Люцифера из ангела в кого-то совершенно иного.

С тех пор, как мы с падшим ангелом, считавшим себя моим отцом, разделили сон, во мне поселилась уверенность, что я могла стать похожей на Люцифера. Поэтому каждое изменение в моем теле приводило меня в ужас.

К тому времени, как я натянула свежую пару носков, из дырок которых выглядывали мои большие пальцы, вернулся Кобаль.

— Я постараюсь побыстрее найти для тебя новую одежду, — пообещал он, протягивая мне банку персиков и пару кусков вяленой говядины.

— В этом нет необходимости.

Последнее, что меня волновало — это шмотки.

— Но именно я разорвал множество твоих вещей, — напомнил он.

Его высокомерная ухмылка заставила меня рассмеяться.

— Так и есть, — согласилась я, откусывая кусок вяленого мяса. Иногда Кобалю не хватало терпения раздеть меня. За те месяцы, которые мы провели вместе, благодаря его рукам я потеряла больше одежды, чем от чего-либо еще. — Но потери того стоили.

— Я старался убедить тебя в этом.

Я одела походные ботинки. Подошвы истерлись, но, к счастью, обошлось без дыр. Закончив странный завтрак, я протянула руку Кобалю. Когда он легко поднял меня на ноги, на свету блеснули его абсолютно черные ногти, которые могли удлиняться и превращаться в смертоносные когти длиной в три дюйма.

Вместо того, чтобы отстраниться, он притянул меня к своей твердой груди. Я до сих пор не могла привыкнуть к похожей на электрический ток искре, проскакивающей при каждом нашем касании друг к другу. Подняв голову, я стала рассматривать резкие черты его великолепного лица.

— Если не возражаешь по поводу порчи одежды, то я могу повторить, — предложил он.

— Если не возражаешь, что я буду разгуливать голышом перед всем лагерем и скеллеинами, то начинай, не стесняйся.

Улыбка сползла с его лица.

— Конечно, возражаю.

— Тогда не рви в клочья мою одежду, — поддразнила я, прежде чем подняться на цыпочки и поцеловать его в щеку.

Кобаль усмехнулся и отстранился. Я подняла свои пистолеты и кобуру с земли, закрепив их на поясе, а затем перекинуть катану через спину. Сейчас я все чаще полагалась на свои природные способности, нежели на человеческое оружие, но без веса пистолетов ощущала себя голой. К тому же я предпочитала быть готовой к любой опасности.

Кобаль взял меня за руку и повел через деревья к лагерю, состоящему почти из трехсот людей и демонов. Когда мы разбивали привал, я постоянно ожидала нападения, но Кобаль заверил, что навряд ли сейчас кто-то осмелиться атаковать.

Среди нас было слишком много демонов, да и скеллеины пришли бы в ярость, если бы кто-то попытался пересечь врата без их разрешения или напасть на короля и королеву. Я все еще не могла смириться с тем фактом, что Кобаль и другие демоны называли меня королевой. Но я точно была избранницей Кобаля, поэтому, несмотря на мой смертный статус, демоны признали меня.

Может, если бы у нас состоялась человеческая свадьба, то я бы изменила свое мнение… Впрочем, вряд ли. Я прекрасно понимала, что мы с Кобалем были безвозвратно соединены на всю оставшуюся жизнь, так что не отсутствие свадебных клятв и колец заставляло меня сомневаться во всей этой истории с королевой.

Короче, само название «королева Ада» было для меня каким-то неопределенным.

Ну чем должна заниматься королева Ада весь день? До встречи с Кобалем и остальными я бы ответила, что она отрывала руки младенцам или что-то в этом роде, но эти демоны были не такими. В Аду не было солнца, поэтому позагорать не удастся, и не было роскоши, которой можно было бы насладиться. А еще я не питалась духами, значит, не сумела бы в будущем наказывать грешников.

Сейчас Ад был разорван на части благодаря Люциферу, ангелам и людям, так что у меня было достаточно проблем, и не стоило добавлять в эту взрывную смесь еще и королевский статус. Если мы с Кобалем выживем, то позже я со всем разберусь. На данный момент я могла позволить себе жить только одним днем.

Глава 2

Ривер

Выйдя из леса, я пробежалась взглядом по большому бару с черепичной крышей в центре лагеря. Лаборатория, которая когда-то находилась здесь и которая послужила людям для того, чтобы распахнуть врата в Ад, исчезла. Благодаря открытию портала и последующей бомбежке от здания мало что осталось.

Развалины были расчищены любителями пива и танцев, скеллеинами, которые затем возвели бар, более соответствующий их натурам. Скеллеины решили, что раз уж они собрались стоять на страже врат в человеческом мире, то хотя бы могли обустроить себе место для веселья. Я никогда не выезжала за пределы страны, поэтому не встречала скеллеинов, охраняющих врата в Европе, но у меня было стойкое ощущение, что существа были очень похожи на любящих загадки собратьев по эту сторону.

Эрин, Хок и Варгас посмотрели на нас, когда мы остановились возле кузова пикапа, в котором они сидели. Короткие черные волосы сержанта Эрин Чой подчеркивали красивые черты ее лица и поразительные миндалевидной формы глаза цвета океана. Маленькая и худенькая девушка была более смертоносной, чем казалась из-за своего телосложения.

Рядом с Эрин на бугре над задним колесом сидел первый сержант Сью Хоксон. Благодаря своему необычному имени он предпочитал, чтобы его называли Хоком. На прошлой неделе он сломал нос и подбил оба глаза парню, который воспользовался именем Сью. Проявление гнева было несвойственно Хоку, но это настолько сильно рассмешило Варгаса, что я испугалась, как бы он не подавился.

Тогда Хок лишь встряхнул ноющую руку и отвернулся от парня, уходя. С тех пор никто из нас не упоминал об этом инциденте, но я сомневалась, что кто-нибудь когда-либо снова назовет его ненавистным именем.

За те недели, что мы провели в лагере за пределами «последней остановки», темно-каштановые волосы Хока отрасли на дюйм или два.

Хок сосредоточил на мне глаза цвета индиго и коротко кивнул в знак приветствия, прежде чем вернуться к чистке винтовки. Мужчина был чрезвычайно красив благодаря точеным чертам лица, тяжелой челюсти и мускулистому телу. Как только мы разбили лагерь, то все девушки так и вились вокруг Хока. Он даже подцепил одну, которая, по моим опасениям, была сталкершей.

Сержант Ансельмо Варгас сидел, прислонившись к борту пикапа и положив руки на заднюю дверь. Мужчина родился в Перу и обладал темно-оливковым цветом лица, широкими скулами и карими глазами, которые казались почти черными. При росте пять футов десять дюймов он был всего на дюйм выше меня, но на его жилистом теле было на добрых тридцать фунтов больше мышц. Его черные волосы тоже отросли, но все же были немного короче, чем у Хока.

Кобаль наклонился, чтобы поцеловать меня в висок.

— Скоро вернусь.

Я проследила взглядом, как он подошел к ступеням бара, где собралась группа демонов, а затем положила руки на борт грузовика. Забравшись в кузов, я присоединилась к трем единственным друзьям, которых завела с тех пор, как покинула свой дом. Во мне не осталось обиды и злости из-за разлуки с родными. Иначе я бы не встретила Кобаля. Да и если не остановить Люцифера, то в ближайшие годы всему миру придется не сладко. Возможно, я могла бы каким-то образом предотвратить надвигающуюся беду.

Правда я еще не была уверенна как именно.

— Выспался? — спросила я, устраиваясь рядом с Хоком. С самого начала путешествия никто из нас не спал много, но в последние пару недель Хоку было особо тяжело. Я подозревала, что именно по этой причине он стал таким вспыльчивым.

— Насколько это возможно благодаря моей сталкерше, — Хок ткнул большим пальцем за плечо, указывая на Сару, маленькую блондинку, которую мы встретили, когда прибыли сюда. Пару недель назад у них с Хоком что-то было, из-за чего с тех пор девушка постоянно находилась где-то поблизости. — Она таращилась на меня всю ночь.

— Может, тебе стоит поговорить с ней, — предложила я.

— Уже пытался. Она не слушает. Если честно, меня бесит, что она наблюдает за мной во время сна.

Я бы тоже разозлилась, но сейчас не могла скрыть жалость к девушке, которая пристально следила за нами.

— Должно быть она верит, что та маленькая интрижка значила нечто большее.

Хок опустил винтовку и посмотрел на меня.

— Если на чистоту, то это она предложила связь на одну ночь и ничего более. И, поверь, меня это более чем устраивало. Я не готов к серьезным отношениям, только к коротким связям…

— Отвратительно, — проворчала Эрин, а я лишь сморщила нос. Варгас усмехнулся и вытянул перед собой ноги.

— Вместо того, чтобы утверждать, якобы она ничего не ищет, — продолжил Хок, — лучше бы предупредила, что у меня появится новая тень, повсюду следующая за мной.

Эрин закатила глаза.

— Слишком много информации о твоей сексуальной жизни.

— И что же это за жизнь? — возразил Хок. — Мой новый хвост эффективно отгоняет любые другие варианты. Сначала мне льстило это. То есть, я ведь незабываем… — заявление заставило меня фыркнуть, Эрин засунула пальцы в рот, издавая рвотные позывы, а Варгас громко расхохотался. Хок проигнорировал нас, продолжая разглагольствовать: — …но теперь она на грани помешательства, чтобы сварить кролика.

— Чего? — переспросила я.

— Это из старого фильма. Одна женщина сошла с ума и сварила домашнего кролика своего парня… или кролик принадлежал его ребенку, не помню. В общем он был еще живой, когда она решил приготовить бульон.

— Мы, конечно, съели пару здешних кроликов, но лучше остальных держать подальше от той девушки, — пробормотала Эрин. — Пока я тут, никто не будет варить кролика живьем.

Я была полностью согласна с Эрин.

— Может, я поговорю с ней? — предложила я.

— Не сегодня, — произнес Кобаль, подходя ко мне, прежде чем Хок смог ответить. Заместители Кобаля, Корсон и Бейл, стояли позади него. — Пора идти внутрь, а Моракс и Верин по моей просьбе переговорят с девушкой. Все готовы?

— Да, — я встала и положила руки на борт грузовика, готовясь к прыжку. Кобаль обнял меня талию и без труда перенес через борт. Прижавшись к Кобалю, пока мы шагали к бару, я понизила голос, чтобы больше никто не услышал нас:

— Почему ты заставил Моракса и Верин вмешаться?

— Потому что это должно прекратиться.

Я нахмурилась, глядя на своего мужчину. Кобаль не переваривал все, что было связанно с человеческими эмоциями, но ради меня был готов временами проявлять терпимость. Может, я и была полуангелом, полудемоном и получеловеком, но получила воспитание именно человеческое. Я не обладала отчужденностью демонов, хотя, судя по слухам, даже ангелы имели такую же бесстрастность. Эмоции всегда были большой частью меня.

Временами Кобаль совершенно не понимал меня, но таких моментов становилось все меньше. Он плохо переносил чужие интриги, так как никогда ничего не скрывал и часто был до жестокости честен. А еще я не видела, чтобы он когда-либо вмешивался в человеческие отношения.

— Мне казалось, что ты не заметишь, — пробормотала я.

— Весь лагерь это заметил.

Я оглянулась на Сару, которая следовала за нами на расстоянии пятидесяти футов.

— Но какое тебе дело до всего этого?

Он окинул меня взглядом, прежде чем снова сосредоточиться на баре.

— Люди в лагере должны быть так же дисциплинированны, как и демоны. Ее поведение выходит за рамки дозволенного.

Он только что уклонился от моего вопроса? Вполне разумный ответ, но я чувствовала, что он что-то недоговаривал.

— Мое поведение далеко от дисциплины, — заметила я.

— Ты совсем другое дело, — резко ответил он.

Когда мы подошли к бару, демоны, стоявшие на лестнице, склонили головы перед Кобалем и мной. Я остановилась, позволяя Кобалю распахнуть передо мной дверь. Время для допросов подошло к концу.

Войдя в полутемный холл, я едва заметила потертый ковер, сразу направившись к лестнице в главный бар, где уже играла музыка. Скеллеины никогда не прекращали веселиться, собирая плоть в промежутках между бесконечных вечеринок, алкоголя и загадок. Кобаль говорил, что скеллеины могли быть безжалостны в своей ярости, но, к счастью, мне еще предстояло это увидеть.

Сначала ходячие скелеты меня нервировали, но после более длительного общения с ними я поняла, что их веселые личности, смешные шляпы, цветы, украшения, галстуки и другие разнообразные аксессуары, которые использовались для обозначения пола и индивидуальности, делали существ безобидными и забавными. Тем не менее мне бы не хотелось злить одного из них, не говоря уже обо всей толпе, ведь они, как правило, брали плату из плоти своих жертв. Буквально.

Когда мы сошли с лестницы, скеллеины, пьющие пиво и пыхтевшие над разнообразными головоломками, разбросанными по барной стойке и столам, повернулись к нам. Кости на челюстях существ забавно стучали, когда они радостно приветствовали нас. Играющий на пианино скеллеин перестал колотить по клавишам и повернулся лицом к нам. На его голове была черная широкополая шляпа, сдвинутая набок, а на теле — пиджак с фалдами, свисавшими со спинки скамьи.

Поднявшись на ноги, он взял кружку пива, которую кто-то протянул ему, и направился к нам, остановившись перед Эрин.

— Моя очередь! — весело заявил он.

Пару недель назад благодаря Эрин мы прошли их тест с загадками и теперь могли свободно подходить к вратам, но скеллеины все равно были полны решимости поставить Эрин в тупик одной из своих загадок. Пока еще ни у кого это не получилось.

— Начинай, — с улыбкой ответила Эрин, скрестив руки на груди.

Корсон ухмыльнулся, Бейл нетерпеливо покачала головой, Хок погладил Эрин по плечу, а Варгас прислонился спиной к стене. Кобаль схватил меня за локоть и притянул на шаг ближе к себе. Скеллеины никогда не причинили бы мне вреда, но, даже несмотря на выполненное испытание, Кобаль продолжал меня защищать.

Скеллеин уставился на Эрин, постукивая пальцем по своему подбородку. У всех скеллеинов были черные впадины вместо глазниц, но невозможно было не чувствовать тяжести их взглядов.

— Хорошо, я кое-что придумал! — усмехнулся он. — Там стоит зеленый дом. Внутри зеленого дома находится белый дом. Внутри белого дома находится красный дом. А внутри красного дома сидит много детей. О чем я?

Эрин поджала губы, уставившись на скеллеина. Все в баре замерли, из-за чего звуки затихли, кроме стоящих в углу часов с кукушкой, которые отсчитывали секунды.

— Мне нужно подумать, — через несколько минут заявила Эрин.

— Серьезно? — спросил скеллеин, кривя челюсть в жуткой улыбке.

— Ага. На обратном пути я дам ответ.

Все скеллеины взволнованно забормотали. Эрин впервые потребовалось так много времени, чтобы разгадать загадку. Скеллеин развернулся и вернулся на свою скамью. Поставив бокал с пивом на пианино, он откинул полы пиджака за спину и опуститься на скамью с элегантной грацией. Подняв костлявые пальцы над клавишами пианино, он замер, а затем заиграл смутно знакомую мелодию.

Кобаль толкнул меня локтем и повел к двери, отделяющей комнату с баром от коридора. Эрин остановилась перед дверью и прислонилась головой к стене. Закрыв глаза, она начала слушать музыку, постукивая ногой по полу. Когда мелодия закончилась, Эрин расправила плечи и вздохнула.

— Ты действительно не знаешь ответ? — спросил Варгас, открывая дверь и выпуская нас в коридор.

Мы направились к двери в конце коридора.

— Арбуз, — произнесла Эрин.

— Звучит восхитительно, — пробормотал Варгас с оттенком замешательства в голосе, — но не о том, о чем я спрашивал.

Задумчивая улыбка тронула губы Эрин, когда она повернула голову, чтобы посмотреть на Варгаса.

— Это и есть ответ. Пришло время бросить одному из них кость, — она усмехнулась над собственным выбором слов. — Кроме того, мне нравится «Огненные колесницы»[1] в исполнении этого скеллеина, и он это знает.

Мой смех стих, когда Корсон и Бейл достигли двери в конце коридора. Расправив плечи, я приготовилась встретить шквал печали, которая будет сопровождать открытие неестественных врат в Ад.

Глава 3

Кобаль

Я наблюдал за Ривер, пока она смотрела в бездну Ада, служившей мне домом более тысячелетия. Ее чувства от близости к Аду отличались от моих, но я никогда не забуду, когда Ривер впервые пришла сюда. По ее лицу текли слезы, плечи были опущены. Ривер едва могла стоять. Несмотря на свое самочувствие, она упорно продолжала возвращаться сюда каждый день, пока не привыкла к своему состоянию.

Моя Ривер.

Я был виновен во всех ее страданиях…, и это только начало. Если у нее получится войти внутрь, получится выдержать жар вечного огня внутри ямы, то она столкнется с бесчисленными ужасами и с самим Люцифером. Мои руки сжались в кулаки при мысли о мужчине, который породил Ривер, моем злейшем враге. Если бы такая возможность предоставилась, то я бы разорвал его на части.

Война между демонами и падшими ангелами в Аду тянулась на протяжении многих тысячелетий. Пришло время вернуть то, что по праву принадлежало демонам. Заявить права на трон, украденный у моего предка. Я был не готов к тому, что возможный ключ к решению проблемы окажется моей избранницей… или что я лично приведу ее в место, доставляющее ей так много несчастья.

Было невозможно игнорировать, насколько свободней стала ее одежда. Каждую ночь, когда Ривер лежала передо мной обнаженной, я видел доказательства мучений на ее гибком теле. Но я не мог увести ее, ведь врата до сих пор были открыты, а Люцифер мог вырваться на свободу в любую минуту. Когда наша миссия подошла бы к концу, я отвез бы Ривер, куда бы она ни захотела, в любую точку мира. Подарил бы беззаботную жизнь в дали от трудностей, которые она уже пережила и с которыми ей еще предстояло столкнуться. Вернул бы ей братьев. Но сначала мы закончим войну. До тех пор, пока Люцифер был жив, никому из нас не видеть покоя.

После мы поселились бы с Ривер на Земле и позволили бы остаться здесь всем демонам, которые этого желали. Правда, демонам пришлось бы часто приходить ко мне, чтобы посещать Ад и тем самым сохранять свое бессмертие, но задумка была вполне выполнима. Я бы справился.

Ривер заслуживала того, чтобы жить со своими братьями там, где ей нравилось, и наслаждаться своим окружением. Ее ни в коем случае нельзя было заключать в пламя Ада, разлучив с близкими, так как там она превратилась бы в ничто.

Демоны тоже заслуживали свободы. В течение сотен тысяч лет мы держались подальше от людей и уважали границы между нашими мирами, чтобы не нарушить сложное равновесие. Но люди все разрушили. Сейчас мы спасали все человечество и исправляли их ошибки, но в дальнейшем хотели бы получить заслуженную награду в виде ощущения солнца на своей плоти и существования в мире жизни вместо смерти.

Я смотрел, как Ривер подходит ближе к яме. Из-за постоянства в посещении она практически научилась противостоять вратам… и я ненавидел это. Ведь когда она плохо переносила близость Ада, то у меня была причина увезти ее отсюда, а теперь предлогов не осталось. Мы должны были довести эту битву до конца.

Все еще существовала вероятность, что Ривер не сумеет противостоять пламени Ада, когда окажется внутри. Но у меня было предчувствие, что для нее это не будет препятствием.

Ривер еще ближе подобралась к яме, прикоснувшись пальцами ног к ее краю. Черные волосы скрывали от меня красивые черты ее лица. Я поймал себя на том, что затаил дыхание, наблюдая за ней и желая, чтобы она отступила, но Ривер оставалась неподвижной.

Преодолев несколько футов между нами, я замер рядом с ней, вглядываясь в темные недра Ада.

— Я в порядке, — прошептала Ривер, почувствовав мое беспокойство прежде, чем я озвучил хоть слово.

— Мне не нравится, что ты так близко.

— Если я хочу войти, то мне придется подходить максимально близко.

Я стиснул зубы, процедив:

— Знаю.

Ривер посмотрела на меня. Маленький шрам в углу ее правой брови и легкая россыпь веснушек на носу были сейчас более заметны. На улице ее кожа приобретала золотистый оттенок, та как она многие годы любила проводить время на открытом воздухе, но подле врат Ривер одолевала бледность.

Не в силах сопротивляться, я провел костяшками пальцев по ее щеке. Худоба вынуждала Ривер выглядеть взрослее. Сейчас она казалась намного старше, чем в тот момент, когда я впервые встретил ее всего четыре месяца назад. Но вместе со зрелостью к ней пришла и особая красота. Или, возможно, это я считал Ривер самым прекрасным созданием, которое когда-либо встречал, особенно благодаря ее гордому духу и неисчерпаемой любви.

По сравнению с моей долгой жизнью Ривер прожила всего секунду, но все же ей удалось каким-то непостижимым образом всецело завладеть мной. То, что я был готов сделать для этой женщины, шокировало бы самого Люцифера.

Ривер поддалась навстречу моему касанию, а затем вновь сосредоточила аметистовые глаза на яме. Когда она наклонила голову, я убрал руку. Отсюда не была видно пламени Ада, но я чувствовал его силу всем своим телом.

Ривер опустилась на колени рядом с ямой. Золотисто-голубые искры заискрились на ее пальцах, когда она начала черпать жизнь из, по словам самой Ривер, вялой земли. До прибытия к вратам Ада искры Ривер всегда были золотисто-белого цвета, но здесь приобрели более темный оттенок. Огоньки поднялись, окружая ее запястья и продвигаясь до локтей. Ривер ежедневно неустанно трудилась, пытаясь использовать свою ангельскую способность черпать энергию из жизни в попытке закрыть врата.

До сих пор ничего не получалось, но и Ривер никогда не подходила так близко к вратам.

— Так много силы, — пробормотала она, отвлекая мое внимание от искр. Ривер подняла голову и посмотрела на меня. — Смесь из Ада и Земли, смерти и жизни. Это так… противоречиво.

Я переступил с ноги на ногу, переводя взгляд с нее на яму.

— Справишься с этим?

— Да.

Мое тело напряглось, готовое в любой момент оттащить Ривер от ямы, но девушка не проявляла никаких признаков дискомфорта. Вероятно, ей помогал поток жизни. Вся наша небольшая группа наблюдала за Ривер, но больше никто не разговаривал в течение следующих нескольких часов, пока она пыталась найти пути воздействия на врата, чтобы те отреагировали на нее также, как когда-то на Люцифера.

Угасающий дневной свет привлек мое внимание к дырам в крыше, оставленным горгульями, которых Люцифер каким-то образом освободил от второй печати. Даже если Ривер не сможет попасть в Ад или закрыть эти врата, то я в любом случае должен был как можно быстрее сойти вниз.

Нужно было разобраться, что произошло с адскими гончими, охраняющими печати. Да и в принципе пора было остановить взлом печатей. Если все запертые твари вырвутся на свободу, то конец наступит не только для людей и Земли, но и для всех миров.

Отвернувшись от розово-красного с оранжевыми прожилками неба, я окинул взглядом собравшихся в комнате. Варгас расхаживал у двери в бар, сцепив руки за спиной. Хок прислонился к дальней стене с винтовкой в руке, наблюдая за ямой. Рядом с ним расположилась Эрин, скрестив ноги и точа один из своих ножей. Корсон и Бейл ходили по краям врат, следя за тем, чтобы что-нибудь не выпрыгнуло изнутри.

Мой взгляд вернулся к Ривер. Она закрыла глаза, не видя освещающего ее солнца. Выражение ее лица было таким безмятежным, что казалось, будто девушка медитировала. Единственными признаками, что она испытывала хоть какое-то напряжение, были сжатые полные губы и напряженный подборок.

Словно почувствовав мой пристальный взгляд, Ривер распахнула глаза и посмотрела на меня. Поразительный аметистовый оттенок ее радужки был безумно красив. Ее глаза были очаровательны и свидетельствовали о родстве с ангелами.

Ривер улыбнулась.

— В чем дело?

— Просто наблюдаю за тобой.

Она встала, посмотрев на меня взглядом, преисполненным любви.

— Я готова вернуться в лагерь, — заявила она и потянулась. — А завтра уже могу отправиться в Ад.

Мне едва удалось сдержать резкое «нет», которое застряло у меня в горле. Я впился взглядом в яму, а затем вновь сосредоточился на Ривер.

— Возможно, в этом нет необходимости. Должен же быть какой-то способ…

— Закрыть врата отсюда? — перебила она. — Какой? Потому что я перепробовала все, что умела. Теперь я чувствую пульс жизни, вибрирующий под моими ногами, а не только отчаяние и мучения, но все равно ничего не получается.

— Вероятно, твой спуск в Ад не обернется ничем хорошим, — заявил странно высоким голосом Корсон с другого конца комнаты.

Я посмотрел на обычно спокойного, но смертоносного демона, которого считал одним из своих самых близких и сильных союзников. Плечи Корсона были расправлены, а оранжевые глаза сосредоточены на Ривер. Его заостренный подбородок выражал упрямство и гнев. Корсон имел рост шесть футов четыре дюйма и был весьма гибок, благодаря чему был весьма быстрым, намного быстрее, чем большинство демонов.

Его волосы были такого черного цвета, что казались синими в угасающем свете дня. Локоны вились у его воротника и над заостренными ушами, с мочек которых свисали и вращались на золотых цепочках два розовых единорога. Я уже привык к вечно меняющимся украшениям Корсона, но все равно ненавидел это. Мои руки так и чесались, желая выдернуть серьги из его ушей каждый раз, когда он проходил мимо с новым набором, подаренным очередной женщиной.

— Но и не причинит никакого вреда. Надеюсь, — пробормотала Ривер так тихо, что, вероятно, последнее слово услышал только я.

— Я считаю, что нужно повременить, — отчеканил Корсон.

Когда Ривер впервые вошла в лагерь у стены, то была не более чем одним из вариантов, с которыми мы столкнулись во время поисков последнего потомка Люцифера. Теперь она стала моей избранницей и королевой демонов. Более того, Бейл уважала Ривер, что было редкостью, а Корсон считал ее другом. Корсону нравилось находиться рядом со многими людьми и демонами, но мало кем он действительно восхищался. Как и я, Корсон всегда оставался верен поставленной задаче, особенно когда дело касалось Ривер. Но сейчас я почувствовал, что моего друга одолели сомнения.

— Ожидание не принесет нам никакой пользы, — покачала головой Ривер. — Я не собираюсь заходить в самую глубь, но, может, каким-то образом там я пойму свои дальнейшие действия. Сейчас у меня ничего не получается. Вообще ни единой мысли, как это провернуть.

— Вполне вероятно, что ты вообще не сможешь их закрыть, — напомнил Корсон.

— Корсон, — шикнула Бейл, предупреждая, прежде чем взглянуть на меня.

Она боялась, что его слова выведут меня из себя, и я действительно был на краю, но не из-за них. Словно я стоял в стороне и наблюдал, как Ривер, огибающая яму, выходила на проезжую часть в час пик. Корсон открыл было рот, чтобы еще раз возразить, но промолчал.

— Уверена? — обратился я к Ривер хриплым голосом.

— Я хорошо себя чувствую. Действительно хорошо, — ответила она. — Никакого опустошения, как в первый визит. Теперь я держу эмоции под контролем. У меня все получится.

Я не сомневался, но был не готов.

— Если ты считаешь, что завтра сможешь пересечь врата, значит, так тому и быть.

— Договорились, — кивнула она.

Корсон отошел в сторону, пока Эрин, Хок и Варгас смущенно наблюдали за нами. Мой взгляд упал на Хока, прислонившегося к стене. Он еще не знал этого, как и никто из людей, но существовал очень хороший шанс, что он сможет отправиться в Ад вместе с нами.

С тех пор как Лилит, королева своей ветви канагских демонов, напала на Хока, наградив его своей кровью, солдат проявлял все больше и больше демонических черт. Девушка, преследовавшая Хока всего из-за одного сексуального контакта, являлась ярким примером. Ну и еще его теперь уже вспыльчивый характер, скорость исцеления ран, а также уменьшение времени сна. Демоны нуждались во сне, просто не так сильно, как человеческая раса.

В конце концов, когда-нибудь мне пришлось бы рассказать Хоку о его превращении в инкуба. Если в ближайшее время мы не поговорим, то скоро его начнет преследовать целая орава женщин. Однако, сейчас я не хотел рисковать, ведь Ривер тоже могла стать бессмертной… но время было неподходящим, так как изменения могли навсегда разорвать ее связь с Землей. Ривер свято верила, что Люцифер и другие падшие ангелы изменились из-за потери связи с пульсом жизни. Мои желания о нашем вечном правлении были не так важны, раз существовал риск уничтожения Ривер, которую я любил.

В общем, сейчас все демоны пристально следили за Хоком, чтобы он не занимался сексом и не целовал женщин. Пока солдат поддавался контролю, но скоро его канагская натура станет более доминирующей, и вот тогда-то он захочет секса, который не пройдет без последствий.

Хок пережил большую часть изменений, значит, сможет завершить весь процесс. После нашего планируемого разговора о происходящем Хоку пришлось бы сохранить эту тайну, либо мы попрощаемся.

Мне не нравилось скрывать что-то от Ривер, да и как в последствии объяснять, почему Хок вдруг решил уйти, но я бы что-нибудь придумал. Если Хок согласился бы сохранить секрет, то я бы нашел для него демонов, с которыми можно было заниматься сексом и одновременно питаться, не позволяя своим желаниям выходить из-под контроля. Главное, чтобы Хок не заманивал в ловушку смертных женщин.

Взяв Ривер за локоть, я повел ее обратно к выходу. Открыв дверь, я пропустил вперед всю нашу группу, прежде чем вышел сам. Мне не нужно было вновь смотреть на врата, ведь я и так знал, что нас ожидало там.

Положив руку на спину Ривер, я шел рядом с ней по коридору. Бейл и Корсон держались перед нами. Бедра Бейла раскачивались с каждым шагом, кроваво-рыжие волосы ниспадали до середины спины, а красный цвет ее кожи казался темнее в тускло освещенном зале.

Остановившись перед другой дверью, Бейл распахнула ее и отступила. Ее глаза цвета лайма на мгновение встретились с моими, прежде чем сосредоточиться на Ривер. Бейл стиснула зубы. За последние несколько месяцев ей стала нравиться Ривер, тем не менее протеста по поводу входа в Ад не последовало.

Я повел Ривер через бар. Тени от ламп, висевших вдоль стен, отбрасывали блики на потертый ковер, барную стойку и белые черепа скеллеинов, которые раскачивались в такт звучавшей музыки. Я не имел ни малейшего понятия, что они пели, но все люди обменялись удивленными взглядами и расплылись в улыбках.

Ривер хлопнула в ладоши и подпрыгнула. Я уловил нечто типа «мы — чемпионы»[2], прежде чем музыка стихла. Скеллеины зааплодировали, громко чокнулись бокалами друг с другом и допили пиво.

В Аду скеллеины всегда наслаждались mjéod — демоническим напитком, сваренным из вод Ада. На Земле их любовь к mjéod сменилась на страсть к пиву. Я не знал, когда они впервые попробовали человеческий напиток, но навряд ли теперь скеллеины когда-нибудь откажутся от него.

Они сами варили пиво, складируя напиток в сарае в лесу. Я обнаружил их маленький тайник пару недель назад, когда вместе с другими демонами обследовал местность. Там было столько запасов, что они могли жить припеваючи еще как минимум шесть месяцев.

Ривер склонила голову на бок. Она поступала так каждый раз, когда наблюдала, как скеллеины пили пиво, но из их костлявых тел не вытекало ни капли жидкости. Девушка вздохнула и бросила на меня изумленный взгляд.

— Никогда не привыкну к этому, — пробормотала она.

Обняв ее за плечи, я притянул Ривер ближе к себе. Она идеально подходила мне, мягкая и податливая, несмотря на мое твердое тело.

Как только скеллеины поняли, что мы находимся в баре, то все повернулись к нам. Вырвавшись из Ада, они персонализировали себя гораздо сильнее, чем когда-либо прежде. В Аду было невозможно отличить мужчину от женщины, а теперь благодаря одежде вопросов больше не возникало.

Некоторые из скеллеинов были действительно редкими индивидуальностями… например, пират за столом, который каким-то образом нашел плюшевого попугая, тем самым дополнив свой образ, уже содержащий повязку на глазу и бандану. Я и не подозревал, что в Аду скеллеины слишком часто наблюдали за человеческим миром. Видимо, они видели гораздо больше, чем я когда-либо осознавал.

— Ты знаешь ответ? — крикнул Эрин скеллеин в килте. Мужчина скеллеин определенно не имел никакого отношения к Шотландии, но произносил слова с плохим шотландским акцентом.

— Мне пришлось поразмышлять некоторое время, — заявила Эрин. — Речь об арбузе.

После ее ответа последовали стоны и одобрительные возгласы.

— Выпей с нами, девочка! — предложил скеллеин в килте.

— К сожалению, не могу, — улыбнулась Эрин.

Ривер повернулась ко мне с надеждой, сияющей в глазах.

— Мы можем остаться? Мне не очень хочется возвращаться в лагерь. Кроме того, пару стаканчиков перед путешествием в Ад не будут лишними.

Наверное, было бы лучше, если бы она отдохнула, но я не мог отказать Ривер.

— Конечно, мы можем остаться.

Скеллеины нетерпеливо заклацали челюстями и бросились, стуча костлявыми ногами по полу, организовывать для Ривер место в баре.

— Мы пьем со Странницей мира! — воскликнул один из них. — Дай ей все, что она попросит, за мой счет!

— Ты не платишь за выпивку! — крикнул другой.

— Как и ты! — возразил первый. — Но я первым предложил ей выпить, — он потянул за свой ярко-оранжевый галстук и гордо выпятил грудь.

Ривер ухмыльнулся скеллеину, а затем посмотрела на меня с лучезарной улыбкой. Я не сумел сдержаться и провел рукой по ее шелковистым волосам, ниспадающим на спину. Мои пальцы задели ее ожерелье из ракушек. Когда я впервые встретил Ривер, раковины были блестящими, теперь же они потускнели, а многие вообще растрескались.

Скеллеин в оранжевом галстуке протянул костлявую руку и наклонился ближе к Ривер.

— Меня зовут Ликс.

Она пожала его ладонь.

— Ривер.

— Мы называем тебя спасительницей, — заявил он, скривив челюсть в усмешке.

Глава 4

Кобаль

Когда Ривер отдернула руку, я сердито посмотрел на существо, которое намеренно игнорировало меня.

— Я не спасительница, — пробормотала она.

Ликс поправил галстук и произнес:

— Каждый из нас пытается найти свой путь в этом мире. Некоторые еще не знают, кто или что они такие, но ты скоро все выяснишь.

Когда скеллеин отвернулся, чтобы перекинуться парой слов с соседом в желтой широкополой шляпе, Ривер округлила глаза. Я нежно сжал шею Ривер, чтобы она перестала пялиться на Ликса. Мой трюк сработал. Ривер повернулась лицом к скеллеину, стоящему за барной стойкой и готовому принять у нее заказ.

— Чего бы ты хотела? — спросил бармен.

Ривер постучала пальцем по подбородку, уставившись на краны вдоль стойки бара.

— Даже не знаю… что-то крепкое.

— Как насчет mjéod? — предложил бармен.

— А что это? — заинтересовалась Ривер.

— Демоническое варево, — пояснил я. — В Аду mjéod самый распространенный напиток. Но для тебя он будет крепковат.

В ее глазах полыхнуло любопытство.

— И все же я хочу попробовать.

Спорить с Ривер было бесполезно. К тому же она возненавидела бы напиток после первого глотка.

— Давай возьмем одну порцию на двоих, — я сосредоточился на скеллеине за стойкой. — Дай нам mjéod.

Бармен отвернулся и уже через минуту передо мной стоял стакан темно-красного напитка. Ривер подозрительно посмотрела на бокал, затем наклонилась и принюхалась. Сморщив нос от резкого аромата, она откинулась на спинку стула.

— Какой странный цвет, — пробормотала она.

— Вода для напитка берется из рек Ада, — произнес я.

— В Аду есть реки? — удивился Варгас.

— Конечно, — ответил Корсон. — Не такие голубые, как на Земле, да и в принципе их очень мало, но они есть. В конце концов, все миры начинали одинаково.

— А огонь и жар не испаряют воду? — спросила Эрин.

Корсон пожал плечами.

— Вода отличается по составу от вашей. Она тоже по-своему эволюционировала.

— Нам точно можно это пить? — уточнила Ривер.

— Все ранее приходившие сюда люди без каких-либо проблем наслаждались mjéod, — вмешался в разговор Ликс. — Никто не умер, но ноги у них подкашивались. Кстати, от воды из Ада тоже никому не было плохо. Возможно, люди не могут жить в высоких температурах Ада, но легко переносят нашу воду.

— Интересно, — пробормотала Ривер и схватила стакан.

— Осторожно, — предупредил я. — Mjéod гораздо крепе вина, которое ты пробовала. Напиток погубил не одного демона.

Я зарычал и шагнул ближе к Ривер, когда Ликс наклонился, ткнув ее локтем в ребра. Заметив мою угрожающую позу, Ликс отдернул руку, отодвинулся от девушки и залепетал:

— Вот почему мы перестали пить mjéod, когда открыли для себя пиво. На наших костях недостаточно мяса, чтобы справиться с этим варевом.

Ривер моргнула, глядя на него, а затем громко расхохоталась. Я не сумел сдержать улыбку, когда ее смех привлек внимание всех скеллеинов, ухмыляющиеся черепа которых теперь были обращены в ее сторону.

— Скеллеинам нравится их королева, — заметила Бейл, стоящая позади меня.

— Как и они ей, — ответил я.

Ривер подняла бокал и сделал маленький глоток. Я ожидал от нее такой же реакции, как на вино. Но вместо того, чтобы скорчить гримасу и оттолкнуть бокал, Ривер облизнула губы, с интересом разглядывая напиток.

— Восхитительно, — пробормотала она.

Заявление было встречено тишиной, а затем все скеллеины громко зааплодировали.

— Королева любит демоническое варево!

— Она намного больше похожа на нас, чем мы думали!

— Выпей еще! Давай!

Скеллеины пытались перекричать друг друга. Ривер улыбнулась и сделал еще один глоток mjéod. Я не знал, как вести себя при таком развитии событий. Ривер совмещала в себе черты трех видов, поэтому я не ожидал, что ей понравится mjéod.

Когда Ривер снова поднесла стакан ко рту, я понял, что она уже выпила половину содержимого.

— Полегче, если будешь продолжать в том же духе, то свалишься со стула, — предостерег я.

Она передала мне стакан, который я осушил одним глотком. Насыщенный вкус напитка обжег мой язык и горло. Я застонал от знакомого вкуса, который напомнил мне об огне… кусочек дома, который я не пробовал уже многие годы.

Поставив стакан на стойку, я кивнул скеллеину, который вопросительно посмотрел на меня. Звуки пианино вновь зазвучали в комнате. Повернувшись, Ривер начала стучать ногой в такт музыке, которую играл скеллеин во фраке.

Я оперся локтем о стойку бара, слушая мелодию, льющуюся из пианино. В Аду редко можно было услышать какую-либо музыку… и то она состояла из криков проклятых и нескольких мелодичных звуков, изредка проникающих через барьер между нами и человеческим миром.

За последние пару недель я часто слышал разные мелодии в исполнении скеллеинов, но не обращал на это внимание, считая лишь фоновым шумом. А сейчас я впервые действительно наслаждался игрой на пианино. Я не знал, научились ли они этому с помощью векового наблюдения за людьми, но за пианино всегда находились разные скеллеины.

Стакан заскользил по поверхности стойки, когда бармен налил нам еще одну порцию mjéod. Но я не обратил на это никакого внимания, сконцентрировавшись на музыке. Я обнаружил, что закрыл глаза, пока ритм мелодии пульсировал в моей крови. Нет, мы, демоны, определенно не стали бы снова запираться в Аду.

Когда Ривер наклонилась ко мне и положила руку на мое предплечье, меня овеяло ароматом свежего дождя и земли. Открыв глаза, я обнаружил, что она пристально изучала меня.

— Красиво, не так ли? — спросила она.

Судя по насыщенному красному оттеку щек Ривер, mjéod уже начал оказывать на нее свое действие. Я откинул прядь волос девушки и прижался губами к ее уху.

— Не так красиво, как ты.

Ее щеки стали еще краснее. Не отрывая взгляд от Ривер, я поднял свой бокал и сделал еще один глоток. Девушка пристально наблюдала за каждым моим движением. Как только я поставил бокал на стойку, Ривер сразу потянула к нему руку. Если бы она продолжала в том же духе, то скоро оказалась бы на полу, но завтра Ривер собиралась рискнуть своей жизнью, чтобы спасти бесчисленное множество созданий, значит, сейчас она имела полное право немного забыться.

— Один маленький глоток, — предупредил я.

Ривер с радостно горящими глазами взяла бокал и сделала глоток. Облизнув губы, она поставила напиток обратно на стойку. Обернувшись, я увидел, как Варгас и Хок заказывали выпивку в конце бара. Эрин подошла к пианино и встала рядом со скеллеином, барабанящим по клавишам.

Наклонившись, девушка что-то прошептала скеллеину, который кивнул в ответ. Все это время Корсон и Бейл оставались рядом со мной. Вскоре Бейл подошла к Ривер с другой стороны и заказала два mjéod. Последние ноты оптимистичной песни стихли, и бар заполнила болтовня, которая длилась недолго, потому что пианист заиграл более медленную мелодию.

Ривер подняла голову, нахмурив черные брови и уставившись на Эрин и пианиста. Когда Эрин запела, тело Ривер начало раскачиваться в такт песне.

Один за другим скеллеины успокоились и повернулись к пианино. Никто даже не шевелился, пока Эрин пела песню чистым, сильным голосом. Когда-то мне доводилось слышать песни сирены, и хоть эта мелодия не имела того же магического воздействия, она определенно привлекла внимание всех присутствующих в баре.

Слезы навернулись на глаза Ривер, когда прозвучали слова о радуге и летающих птицах. Я притянул девушку в свои объятия, пока остальная часть бара хранила благоговейное молчание. Я никогда раньше не слышал эту песню, но в ней было нечто такое, что в ближайшее время не покинет мой разум.

Когда мелодия и голос Эрин затихли, все скеллеины на мгновение замерли, прежде чем разразились громкими аплодисментами. Ривер вытерла слезы с глаз и встала, с энтузиазмом захлопав в ладоши.

Эрин одарила собравшихся в баре сияющей улыбкой, а затем отвесила низкий поклон. Хок и Варгас хлопнули Эрин по спине, когда она присоединилась к ним в баре. Ривер забрала у меня бокал и допила последний глоток.

— Только посмотри на себя, наслаждаешься чем-то человеческим, — поддразнила она.

Мой взгляд пробежался по стройной фигуре Ривер, прежде чем снова сосредоточиться на ее лице. Она прикусила нижнюю губу, наблюдая за мной.

— Вот уже пару месяцев я более чем наслаждаюсь чем-то человеческим.

Девушка задержала дыхание, когда я забрал у нее бокал, поставив тот на стойку.

— Вот теперь я готова уйти, — она спрыгнула с табурета и слегка покачнулась, из-за чего мне прошлось схватить ее за локоть. — Я выпила не так уж и много, — пробормотала Ривер.

— Более чем достаточно, — ответил я, воздержавшись от напоминания, что она приговорила почти весь бокал.

Ривер улыбнулась.

— Mjéod действительно очень хорош на вкус.

Я не сумел сдержать смех, когда обнял ее за талию.

— Я заметил, насколько тебе понравилось.

— Нужно попрощаться.

Несмотря на румянец на ее щеках и легкое покачивание, Ривер уверенной походкой направилась к Хоку, Эрин и Варгасу, которые теперь стояли у пианино. Бейл и Корсон остались у бара, болтая со скеллеинами. Я же следовал за Ривер по пятам.

— Ты была потрясающей! — обратилась Ривер к Эрин.

— Потому что песня напомнила мне о тебе, — ответила Эрин. — О том, как ты завтра вернешься к нам.

На секунду в глазах Ривер снова блеснули слезы.

— Так и будет.

Эрин поставила свою кружку на стойку и повернулась, чтобы обнять Ривер, которая неловко потопталась на месте с минуту, прежде чем тем же ответить подруге. Ривер отстранилась от Эрин и быстро махнула Варгасу и Хоку, повернувшись ко мне.

— Мне нужно переговорить с другими демонами, — пробормотал я, ведя Ривер вниз по лестнице к выходу. — Чтобы сообщить о планах на завтра.

— А я бы хотела прилечь, — выдохнула она.

Взглянув на Ривер, я отметил ее сгорбившиеся от усталости плечи, словно на них вновь опустился груз всего мира. Действие mjéod прошло гораздо быстрее, чем я ожидал. Я не хотел оставлять Ривер одну, но и не собирался заставлять ее присутствовать на встрече с демонами, которая могла продлиться всю ночь.

Выйдя на улицу, Ривер жадно вдохнула свежий воздух, наслаждаясь светом звезд. Машины, припаркованные на краю поляны, и людей, спящих в центре лагеря, было легко разглядеть в сиянии полной луны. Патрули людей и демонов ходили между деревьями, а остальные, не имеющие задания на ночь, расположились вокруг костров, играя в игры.

На лице Ривер засияла улыбка, а ее усталость немного отступила. Более легкий поток жизни вдали от ямы наполнял и питал ее, как солнце питало деревья. Врата и близость к Аду не действовали на Ривер угнетающе, как когда-то, но все равно оставляли свой отпечаток.

«А ты еще собираешься позволить ей завтра войти в Ад».

Моя хватка на ее локте усилилась.

— Завтра все пройдет хорошо. И со мной не случится ничего страшного, — произнесла Ривер, не глядя на меня. — Перестань волноваться.

— Не могу. Только посмотри, что делает с тобой близость к краю Ада. Ты питаешься жизнью, Ривер. А в яме нет ничего, кроме смерти. Вероятно мы на пороге огромной ошибки.

— Там есть некая форма жизни, из которой я могу извлечь пользу. Может, потоки и отличаются, но я приспособлюсь. Задержка на Земле может быть еще более серьезной ошибкой. Мы лишь даем Люциферу больше времени, чтобы собрать войска и придумать способ уничтожить нас. Вероятно я вообще не сумею зайти в глубины Ада, но мы ничего не узнаем, пока не попробуем.

— А если ты сможешь и потеряешь связь с Землей?

Ее волосы развевались на ветру, танцуя вокруг лица. Ривер вытянула руку из моей хватки и, когда я отпустил, сжала мою ладонь. Искры вспыхнули на кончиках ее пальцев, перекидываясь на мою плоть.

— Основным моим источником жизни и силы всегда был только ты. Я выживу, если ты будешь рядом, — улыбнулась она.

Схватив Ривер за затылок, я притянул ее к своей груди, обняв.

— Я бы все отдал, чтобы уберечь тебя от необходимости идти туда.

— Знаю, — прошептала она, обнимая меня в ответ и впиваясь пальцами в мою спину. — Но, если честно, наши жизни никогда нам не принадлежали. Много лет назад их присвоила себе сама судьба.

Мое тело пробудилось от ощущения пышной груди Ривер и насыщенного аромата ее растущего возбуждения. Необходимость подарить ее телу разрядку заставила мой член затвердеть в предвкушении. Дверь в бар открылась, выпуская Корсона и Бейл, которые сразу встали позади нас. Стиснув зубы, я заставил себя отойти от Ривер, пока еще мог.

— Соберите остальных, я хочу поговорить с ними, — приказал я Корсону и Бейл. Они кивнули и зашагали прочь, а я снова сосредоточился на Ривер. — Нельзя откладывать этот разговор.

Она погладила мою грудь.

— Согласна, — кивнула Ривер. — Я бы осталась с тобой, но… должна немного отдохнуть.

— Понимаю.

Взяв ее за руку, я привел Ривер к грузовику, на котором мы приехали сюда, и открыл для нее дверь. Девушка забралась внутрь и на мгновение прикоснулась пальцами к голове ангела, сидящего на приборной панели. Я ненавидел эту фигурку, но Ривер безумно хотела ее сохранить, по какой-то странной причине испытывая родство с ангелом.

Я посмотрел на маленькую статуэтку со светлыми волосами и зелеными глазами, которая смотрела в небо. Ривер говорила, что ангел напоминал ей о маленькой девочке, призрак которой она встретила несколько недель назад. Ривер верила, что ребенок нес в себе добро. Несмотря на то, что я доверял инстинктам Ривер, мне все равно не нравилось происходящее.

Ривер легла на переднее сиденье и положила голову на руки.

— Сейчас принесу тебе подушку и одеяло, — пообещал я.

— Не нужно. Мне и так хорошо.

Снова сев, она повернулась ко мне и нежно обхватила ладонями мое лицо. В ее фиалковых глазах полыхала любовь, когда она наклонилась, чтобы поцеловать меня. Погладив мое лицо, ее руки спустились на мою грудь, а затем еще ниже…

— Поторопись, — пробормотала Ривер, лаская мой все еще твердый член через штаны. Ее глаза потемнели от желания, а полные губы изогнулись в манящей улыбке.

— Я очень быстро, — пообещал я.

Уйти к Корсону и Бейл, которые уже собрали демонов, мешало не только мое физическое состояние, но и сильное нежелание расставаться с Ривер, ведь сейчас она как никогда нуждалась во мне.

Когда я приблизился к месту встречи, демоны склонили головы, а Бейл, Корсон, Шакс, Верин и Моракс встали по бокам от меня.

Я стоял между Шаксом и Верин в центре небольшой группы, которая, по моему мнению, состояла из самых надежных союзников и опытных бойцов. У каждого демона были свои сильные и слабые стороны, а также собственное мнение о действиях и осторожности.

Шакс всегда придерживался голоса разума. И если женщины обожали Корсона за его покладистость, то Шакс покорял их своей внешностью. Люди доверяли ему, потому что благодаря светлым волосам и желтым глазам он больше походил на человека, нежели на демона, но на самом деле Шакс просто умело скрывал свою сущность.

Многие человеческие мужчины следили взглядами за каждым движением Верин, которая была прекрасна со своими желтыми волосами и такими же глазами. Даже сейчас все пялились на нее, хотя она стояла рядом со своим избранником, Мораксом.

Может, мужчины и вожделели Верин, но из-за Моракса никто никогда бы не рискнул приблизиться к ней.

Больше всего людей пугал именно Моракс. Казалось, что его зеленая кожа была покрыта чешуей, но на самом деле она просто была разных оттенков зеленого. Демон обладал оранжевыми похожими на змеиные глаза, хвостом длиной в собственный рост и черными рогами, которые росли из центра его лысой головы, изгибаясь к макушке. Внешность Моракса заставляла большинство людей повернуться и уйти с его пути задолго до того, как он обнажал все свои острые как бритва зубы.

Практически двести демонов, собравшихся передо мной, не сводили с меня пристальных взглядов. Я мог бы призвать к вратам больше собратьев, но численностью Люцифера не одолеть. К тому же мы должны были продолжать охранять стену, чтобы ту не разрушили м не уничтожили остатки человеческой расы.

Прочистив горло, я шагнул вперед, чтобы рассказать демонам о наших завтрашних намерениях войти в Ад.

Глава 5

Ривер

Обхватившие мое тело руки разбудили меня. Вскоре я уже была прижата к знакомой твердой груди. Мои веки дрогнули и открылись. Я не собиралась спать, но, судя по положению луны, было уже далеко за полночь.

— Кобаль? — пробормотала я и теснее прильнула к нему.

— Сколько еще мужчин носят тебя на руках? — хрипло спросил он.

Я положила ладони на его грудь.

— Только те, с кем я сплю.

Под моим уход раздался недовольный рокот. Я усмехнулась, пробежавшись пальцами по его рубашке. Остатки моей сонливости испарились, как только я ощутила рельефные мускулы грудных мышц Кобаля, а затем и очертание его скульптурного пресса.

Когда я изменила положение тела, потянувшись к поясу брюк демона, его руки напряглись.

— Тебе нужно поспать, — выдохнул он.

— Нет, мне нужно кое-что другое.

В его черных глазах, встретившихся с моим взглядом, было невозможно прочитать какие-либо эмоции. Улыбка заиграла на моих губах, когда я приласкала головку члена, скрытого брюками. Как только мы достигли нашего спального места, спрятанного в лесу, Кобаль остановился и сел вместе со мной на землю. От того, как моя грудь соблазнительно скользнула по его мышцам, по моей спине побежали мурашки.

Развязав шнурки и скинув ботинки, Кобаль повернулся и откинул одеяла на импровизированной кровати, которую соорудил для нас. Когда я посмотрела на манившую постель, то почувствовала навалившуюся усталость, тем не менее я нашла в себе силы вновь сосредоточиться на Кобале. Как только я умру, то вдоволь высплюсь. К тому же моя смерть была не за горами.

Быстро сбросив собственные ботинки, я отшвырнула их в сторону и разместила руки на поясе брюк Кобаля, расстегивая пуговицу.

— Ты устала, — хрипло упрекнул он.

— Я уже отдохнула, — заверила я, расправившись с пуговицей и принимаясь за молнию. — И сейчас хочу тебя.

Он потянулся к моим плечам, но я отстранилась.

— Сегодня прикасаюсь только я, — заявила я.

Кобаль убрал руки. Удовлетворенная тем, что он больше не пытался схватить меня, я снова прижалась к нему. Тепло его тела, температура которого была выше моей, заставило мои соски сморщиться.

Я неторопливо пробежалась ладонями по гладкой плоти в вырезе его рубашки, наслаждаясь ощущением упругой кожи поверх гранитных мышц. Медленно расстегнув его рубашку, я распахнула полы, обнажая великолепное тело. Никто кроме Кобаля не заставлял меня чувствовать себя такой крохотной, но в то же время невероятно сильной и желанной.

Он повел плечами, чтобы я смогла стянуть рубашку с его внушительных бицепсов, которые были размером с мои бедра. Когда я проследила пальцами линии замысловатых узоров на его плоти, Кобаль склонил голову. В ответ я поднялась на цыпочки и уделила внимание татуировкам с помощью губ и языка. Он зашипел на выдохе, восхищенно наблюдая за каждым моим движением.

Его огненный аромат окутал меня, распаляя мое желание. Я с наслаждением смаковала соленый, изысканный вкус Кобаля. Мне с трудом удалось подавить порыв броситься в его объятия и утолить жажду своего тела. Он в любом случае скоро овладеет мной, но сейчас я хотела пробовать и чувствовать его. Хотела продвигаться как можно медленнее, чтобы успеть насладиться моментом.

Кобаль вздрогнул, когда мои губы добрались от его лопатки, а затем быстро скользнули к соску. Втянув в рот пик, я прикусила горошину зубами и запустила руку в штаны Кобаля, чтобы приласкать ствол. Член дернулся, еще больше твердея в моей хватке, когда я сжала ладонь так, как ему нравилось.

Когда я провела большим пальцем по головке, размазывая каплю предсемени, то осознала, насколько Кобаль был возбужден. Такой твердый в моей руке, но с нежнейшей кожей. Противоречие, очень похожее на любящего и нежного мужчину со мной и дикого непреклонного демона с поддаными.

Мышцы на его предплечьях напряглись, когда Кобаль сжал кулаки, чтобы не прикасаться ко мне во время моего исследования его тела. Вцепившись в пояс его брюк, я стянула ткань с бедер мужчины.

— Могла бы просто сорвать их, — предложил он охрипшим голосом.

Я рассмеялась, опустив брюки к его икрам. Кобаль поднял сначала одну ногу, затем другую, чтобы я смогла избавить его от брюк и откинуть те в сторону.

— В отличие от тебя я умею сдерживаться, тем самым продлевая жизнь одежде.

— Я видел, как ты сходишь с ума от страсти, Mah Kush-la, — эти слова, как и голодный блеск в его глазах, заставили мой пульс участиться. — Если я не могу прикасаться к тебе, то хотя бы разреши полюбоваться твоим телом.

— Хочешь, чтобы я разделась?

— Конечно, хочу, — прорычал он.

Возможно, я все еще была под властью mjéod, но взгляд Кобаля придал мне смелости. Я чувственно провела рукой по своей рубашке и встала перед любимым мужчиной. Его глаза следили за каждым моим движением. Я схватилась за подол своей рубашки, стянула ту через голову и отбросила в сторону.

— Продолжай, — приказал он.

Я расстегнула лифчик, затем спустила одну бретельку, потом другую. Цвет глаз Кобаля изменился на золотисто-янтарный, что заставило меня содрогнуться от наплыва желания. Подобное происходило лишь тогда, когда он был взбешен происходящим или чрезвычайно возбужден.

Опустив лифчик немного ниже, я продемонстрировала верхнюю часть своей груди. Кобаль затаил дыхание, пристально следя за мной глазами в ожидании, когда же я избавлюсь от лифчика. Но я не спешила, спуская ткань дюйм за дюймом, и вскоре моя грудь была обнажена. Его ноздри раздулись, а твердая эрекция дернулась. Теплый воздух, коснувшийся моей плоти, и желание во взгляде Кобаля заставили мои соски сморщиться. Мой вид вынудил Кобаля облизать губы.

Я ощутила прилив силы, когда поняла, что заворожила Кобаля, даже не прикоснувшись к нему. Заскользив ладонью по своей груди, я обхватила полушария. Кобаль непроизвольно шагнул вперед, но вовремя спохватился и остановился. Когда я провела большим пальцем по своему соску, прежде чем стиснуть его между большим и указательным пальцами, из мужчины вырвался стон.

Убрав руку с груди, я пробежалась пальцами по своему животу к пуговице на брюках. Расстегнув пуговицу, спустив штаны и отшвырнув их в сторону, я встала, оставшись лишь в трусиках, и расправила плечи перед Кобалем.

— Все, — приказал он. — Сними все.

Я выгнула бровь, встретившись с его взглядом. Глаза Кобаля теперь были больше похожи на человеческие благодаря появлению белка вокруг радужки. Их цвет напоминал мне волка, который во время охоты отметил меня как свою добычу. Сжатые губы демона скрывали четыре клыка, которые удлинились из-за желания вонзиться в мою кожу и заявить на меня права. На моем теле уже имелось несколько отметин от этих клыков, поэтому их вид лишь взбудоражил мою страсть.

— Ривер…

Кабаль прервался на полуслове, когда я положила руки на свои трусики и медленно стянула их. Его глаза задержались на черных кудрях, скрывающих лоно, и их золотистый оттенок вспыхнул ярче. В ответ на его растущее возбуждение между моими бедрами стало влажно.

— Нет, — прошептала я, когда он потянулся ко мне.

Кобаль замер, стиснув зубы от разочарования, и больше не предпринимал попыток приблизиться. Покачивая бедрами, я снова подошла к нему. Вдохнув аромат мужчины, я положила ладони на его грудь. Член прижался к моему животу, посылая по мне мурашки предвкушения.

Погладив кожу Кобаля, я опустила голову, чтобы провести языком по его груди. Медленно обойдя мужчину, я стала целовать его спину. Кобаль повернул голову, с восхищением наблюдая за каждым моим движением. Пробежавшись руками по его лопаткам и линии позвоночника, я с удовольствием отметила силу и размеры мужчины, который был моим во всех отношениях.

На кончиках моих пальцев заплясали искры, так как энергия Кобаля всегда питала мою способность черпать жизнь. Демон периодически вздрагивал, пока я продолжала исследовать его руками и ртом. Отстранившись, я обошла Кобаля и снова встала перед ним. Его мышцы тряслись от напряжения, которое удерживало его от того, чтобы подойти ко мне.

Обхватив его бедра, я опустилась перед ним на колени. Стиснув в ладони твердую плоть Кобаля, я заскользила рукой к основанию члена. Я не сводила глаз с демона, когда провела языком по головке члена, слизав капельку предсемени. Вкус был таким же, как у его кожи, одновременно огненный и соленый. Я поняла, что не насытилась, поэтому продолжила свое исследование.

Кобаль оскалился, обнажив верхние клыки. В ответ я вновь заскользила языком по стволу, а затем взяла в рот головку и начала сосать.

— Черт, — простонал он. — Возьми больше, Ривер.

Я едва узнала его голос, так как тот был очень хриплым, но с готовностью подчинилась приказу. Вобрав в рот еще больше, я воспользовалась языком, чтобы поиграть со стволом. Бедра Кобаля дернулись, а мускулы на шее напряглись. Я подняла руку и обхватила его зад, сжав одной ладонью ягодицу.

Капельки пота стекали по его груди дразнящими ручейками. Чем быстрее я двигалась, лаская его ртом и рукой, тем сильнее твердел член.

Желание наблюдать за Кобалем и пробовать его на вкус было таким сильным, что мои способности владеть огнем и жизнью казались ничтожными. Кобаль так и не прикоснулся ко мне, хотя на самом деле я жаждала, чтобы он был похоронен глубоко внутри меня. Впрочем, теперь меня уже было не остановить.

— Больше не могу, — выдавил он.

Прежде чем я успела среагировать, он подхватил меня под мышки и поднял. Я даже не сумела запротестовать, как уже оказалась прижатой спиной к дереву, а мои запястья были сжаты ладонью Кобаля у меня над головой.

Когда он прижался ко мне, я быстро задышала, но это лишь заставило мои ноющие соски соблазнительно тереться о его скользкую от пота плоть. Кобаль поймал мой взгляд, и в его глазах я увидела смесь благоговения и голода, такого сильного, что я непроизвольно прижалась к нему в безмолвной мольбе облегчить мучения наших тел. Почему-то мне казалось, что сейчас Кобаль глубоко войдет в меня, но он просто стоял и смотрел.

— Ты даже не представляешь, как действуешь на меня, — пробормотал он, впившись взглядом в мои губы.

Я не могла не улыбнуться, когда подалась бедрами вперед.

— Ты всегда можешь показать мне это.

Его губы изогнулись в похотливой усмешке, которая должна была послужить предупреждением, которое я пропустила. Когда Кобаль резко отпустил мои запястья, обнял за талию и поднял одним плавным движением, то я ахнула, потому что не ожидала, что мои бедра окажутся на его плечах. Как только его теплое дыхание овеяло мою жаждущую внимания киску, то из меня вырвался стон. Теперь я была во власти его безжалостного рта и языка.

Я запуталась пальцами в густых волосах Кобаля, потонув в волне страсти. Когда его язык с жадностью толкнулся в меня, я поддалась ему на встречу, ощущая, насколько близко оказалась к своему освобождению. Кобаль крепко удерживал мой зад, руша пути к отступлению.

Неожиданно один из его клыков задел мой клитор, из-за чего из меня вырвался крик удовольствия. Мое тело извивалось, требуя большего, а мое дыхание стало поверхностным. Кобаль подталкивал мое тело ко все более и более высоким уровням чувственности, пока я не подумала, что больше не выдержу нарастающего внутри давления. С моих губ сорвалась мольба о прекращении пытки.

— Кончи для меня, Mah Kush-la, — его дыхание, овевающее мою киску, и страстные ласки языка сделали меня беспомощной, поэтому я подчинилась. Откинув голову назад, я закричала в экстазе, падая в волны удовольствия, окатывающие мое тело.

Я даже не получила времени собраться с мыслями, как Кобаль уже снял меня со своих плеч и усадил на землю. Мое тело все еще дрожало, когда демон поставил меня перед собой на четвереньки.

Его крепкое тело опустилось на колени позади меня. Одной рукой Кобаль обхватил меня за талию, а второй запутался в моих волосах. Я ощутила, как головка члена скользит по моей плоти. Кобаль дернул меня за волосы и одновременно вошел внутрь. Мои руки подкосились от чувства растяжения и наполненности нашего соединения, но его хватка вокруг моей талии удержала меня от падения.

— Такая влажная, такая узкая, — простонал он мне на ухо, безжалостно толкаясь внутрь твердым членом. Когда он отпустил мои волосы, чтобы пробраться рукой между моих ног, то я уронила голову. Его ладонь и пальцы стали играть с клитором. — Моя.

— Да! — выдохнула я, ощутив, что снова приближаюсь к краю.

Клыки вонзились в мое плечо, и мое тело вновь раскололось на части. Кобаль гортанно вскрикнул и покинул мое лоно. Я знала, что сейчас мы не могли рисковать возможной беременностью, но все равно ощущала чувство потери, когда Кобаль проливал семя не в меня.

Крепко обняв меня, Кобаль извлек клыки из моей плоти.

Глава 6

Кобаль

Ривер, прижавшись ко мне и положив голову на свои руки, крепко спала, не обращая внимания на окружающий мир. Я заметил, что она чувствовала себя в безопасности только тогда, когда была рядом со мной. Если я находился где-то далеко, то ее глаза метались из стороны в сторону, а тело находилось в постоянном напряжении. Мои пальцы пробежались по ее золотистой коже с россыпью веснушек на носу и достигли маленького шрама на брови.

«Идиотский случай, — объяснила она. — Я случайно зацепила себя крючком во время своей первой рыбалки».

Когда-то рыбалка помогала ей выжить, но с тех времен ее жизнь кардинально изменилась. Ривер прошла путь от молодой женщины, изо всех сил пытающейся защитить себя и своих братьев, до возможного ключа к победе над Люцифером. А я утащил ее в дебри за стеной… дебри, полные ужасов, о которых большинство людей наведали. Теперь же я привел Ривер в место, которое разъедало ее душу, но она все равно противостояла трудностям с непоколебимой решимостью.

Скоро должно было произойти одно событие из трех. Первое, где Ривер выяснит, сможет ли закрыть врата. Второе, где мы оправимся на поиски ее создателя, чтобы посмотреть, сумеем ли его одолеть. Или третье, где мы вернемся к стене.

Благодаря ее способности управлять жизнью, возможно, у нас был шанс уничтожить Люцифера. Недавно в бою Ривер оглушила падшего ангела Азота, а после ее силы возросли. Однако, путь к Люциферу требовал огромных усилий, которые могли сделать Ривер измученной, сломленной и уж точно не готовой к борьбе.

Демоны жаждали действий, решимости. Хотели отправиться в Ад, чтобы положить конец взлому печатей и противостоять Люциферу. Они устали ждать, впрочем, как и я, но прямое наступление на Люцифера раньше никогда не приносило пользы. Но, к сожалению, альтернативы могло и не быть.

Сегодня я собирался посмотреть на реакцию Ривер на нахождение в Аду, а затем уже принять решение о дальнейшем развитии событий. Возвращение к стене, скорее всего, означало бы верную смерть и для демонов, и для людей, так как Люцифер не прекратил бы взлом печатей, но, вероятно, других вариантов просто не останется. Мне в любом случае пришлось бы вернуться в Ад… у меня не было выбора. Я должен был выяснить, что случилось с гончими, которые охраняли печати, и остановить освобождение ужасных тварей. Но сначала мне нужно было убедиться, что до моего возвращения Ривер будет в безопасности.

Ривер зашевелилась и распахнула глаза аметистового цвета, которые так и кричали о ее родстве с ангелами. Пробежавшись пальцами по моей груди, она прижала ладонь к моему сердцу. Еще не знаю как, но я найду способ восстановить печати и защитить Ривер, даже если для этого придется пожертвовать собственной жизнью.

— Я не уверен, что сегодня ты попадешь в Ад, — пробормотал я.

— Попаду. И даже, если на то будет необходимость, сражусь с Люцифером.

Я откинул назад прядь черных волос Ривер, заправляя ту за ее ухо.

— Возможно, ты не сможешь противостоять Аду, Ривер. Мы всегда предполагали такую вероятность.

— Я не сдамся.

— Если у тебя не получится, то это еще не означает, что пришел конец. Мы придумаем что-нибудь другое.

— Прошло тринадцать лет с тех пор, как люди случайно открыли врата, и четыре года с видения Бейл о потомке Люцифера. Все это время я была главным планом.

Моя рука замерла на ее щеке.

— Планом по предотвращению полномасштабной войны, которая может уничтожить Землю, но если я выясню, куда пропадают печати, и пресеку это, то мы столкнемся с Люцифером на Земле. В конце концов он выйдет.

Ривер ахнула и прикусила нижнюю губу.

— Если он выберется, то умрет очень много людей.

— Смерти и его восхождение будут неизбежны, если Люцифер продолжит открывать печати.

— Я сумею остановить происходящее или, по крайней мере, придумать какой-нибудь способ закрыть врата.

— Ривер…

— Дай мне время! Мои силы возрастают с каждым днем. Может, я еще не придумала ключ к закрытию врат, но скоро сделаю это!

— Хорошо, — нежно произнес я. — Еще неделя, а потом мы обсудим другие варианты.

— Ты планируешь отправиться в Ад, — отчеканила она, — чтобы остановить падение печатей, даже если я не смогу пойти с тобой.

Мои пальцы впились в ее плоть.

— Мне не нравится идея оставлять тебя без присмотра, но нельзя и отступать. Необходимо остановить взлом печатей.

— Значит, нужно как можно быстрее выяснить, смогу ли я выдержать действие Ада, — она улыбнулась и поцеловала меня в кончик носа, прежде чем откатиться в сторону. Ривер вскочила на ноги с плавной грацией прежде, чем я успел прижать девушку к себе. Прошлой ночью перед сном она оделась, а теперь торопливо собирала свои купальные принадлежности.

— Нам пора выходить, — процедила она сквозь зубы, между которых сжимала зубную щетку. — Но сначала я приведу себя в порядок.

— Ривер! — закричал я, вскакивая на ноги, когда она побежала через лес быстрее лесной нимфы — существа, по поводу которых во мне до сих теплилась надежда, что Люцифер проявит хоть немного ума и не выпустит их. Я ринулся за Ривер сквозь деревья, догнав и схватив ее за локоть прежде, чем она вошла в ручей. — Никуда не ходи одна!

Она едва взглянула на меня, бросая свои вещи на берег. Я отпустил ее локоть, когда Ривер начала стаскивать с себя одежду.

— У нас действительно мало времени, — пробубнила она.

Неожиданно она сосредоточила взгляд на противоположном берегу. Я тоже посмотрел в том направлении, но ничего не увидел. Ривер нахмурилась и склонила голову набок.

— В чем дело? — спросил я.

Она покачала головой и нырнула в ручей. Я наблюдал, как она то уходила под воду, то вновь всплывала. Наконец, Ривер начала мыть себя мылом с ароматом лимона, привезенным из лагеря. Сбросив одежду, я тоже зашел в воду, желая освежиться. Время от времени ее взгляд возвращался к противоположному берегу.

Я ожидал, что там что-то материализуется, но ничего так и не случилось.

Кобаль

Ривер едва махнула скеллеинам в знак приветствия, промчавшись через бар к двери в коридор. Корсон, Бейл, Эрин, Хок и Варгас уставились ей вслед, а затем повернулись ко мне.

— Что случилось? — поинтересовалась Эрин.

— Мы обсудили вариант с разработкой нового плана, если в ближайшее время ситуация не изменится, — ответил я.

— Почему? — спросил Варгас.

— Мы не можем продолжать ошиваться здесь, ведь запасы иссякают, а риск столкновения с врагом возрастает. Возможно, нам придется вернуться к стене и подготовиться к войне, прежде чем я сойду в Ад. Если Ривер не может закрыть врата, то я не буду рисковать ей и оставаться в лагере.

Эрин развернулась так быстро, что мне пришлось резко остановиться, чтобы не сбить девушку. Она скрестила руки на груди и пристально посмотрела на меня.

— У нее все получится.

Мои брови удивленно выгнулись, а губы сжались, когда я сердито посмотрел на нее. Эрин опустила руки, забыв про свой гнев, но не отступила, как сделала бы до дружбы с Ривер. На самом деле, до этого Эрин боялась даже заговорить со мной. Несмотря на то, что я убивал других и за меньшее неподчинение, Эрин заслужила право высказывать свое мнение, так как ни раз прикрывала спину Ривер. Это также касалось Хока и Варгаса, которые сейчас кивали в знак согласия.

— Мы всегда предполагали о существовании вероятности, что Ривер не сможет войти в Ад, — ответил я. — Но никто из нас не мог не воспользоваться шансом. Благодаря своим способностям Ривер до сих пор остается самым мощным оружием против Люцифера и его последователей. Если вскоре ничего не произойдет, то мы не можем продолжать рисковать ей.

В глазах Эрин полыхнуло пламя. Хок положил руку на ее плечо, притягивая к себе.

— Он прав. Если мы останемся, то подвергнемся ненужному риску. Давай, Эрин, пойдем.

Она уступила солдату и отвернулась от меня. Мое сердце екнуло, когда я понял, что Ривер не стала ждать нас у двери, ведущей в коридор. Когда я ринулся вперед, то обнаружил, что Ривер находилась уже в конце коридора.

— Ривер! — взревел я.

Она даже не оглянулась, когда подошла к дальней двери и распахнула ту. Я изо всех сил помчался за своей избранной. Проигнорировав лестницу, я прыгнул, быстро достигнув области врат.

Когда я увидел Ривер у края врат, то зарычал.

— Что ты творишь? — рявкнул я, направляясь к ней.

Ривер стояла с опущенной головой, вглядываясь в черноту под собой, но вдруг она резко посмотрела на противоположный край ямы. Ее взгляд был таким же отчужденным, как в тот момент, когда мы собирались искупаться в ручье. Я не знал, что предстало перед ее взором, но Ривер часто видела нечто, что находилась за пределами и не было доступно моему восприятию.

Позади меня дверь с грохотом распахнулась, и вся наша группа ввалилась в большую комнату. Ривер подняла руки и неожиданно для меня разрезала свою ладонь кинжалом.

— Какого хрена! — вспылил я, когда учуял запах ее крови.

Я прыгнул на Ривер, когда она вытянула руку и подняла ее над вратами.

Глава 7

Ривер

Я вздрогнула, когда лезвие рассекло мою плоть, оставляя глубокую рану. Кровь потекла по моей ладони. Сомкнув пальцы, я подняла кулак и занесла тот над вратами. Кровь не капала вниз, но я чувствовала ее тепло в сжатой ладони. Кобаль громко выругался, потянувшись ко мне, но я перехватила его руку и оттолкнула.

— Нет! — крикнула я.

— Что ты делаешь?! — требовательно спросил он.

— Не знаю, — призналась я. — Но позволь мне закончить.

Я посмотрела на противоположный край ямы, где стояла Анджела. Несмотря на то, что здесь было совершенно безветренно, ее светлые цвета пшеницы волосы развевались, а зеленые глаза были сконцентрированы только на мне. Когда мы приехали сюда, Анджела каждую ночь материализовалась на ступеньках бара. Но сегодня она явилась мне во время купания в ручье.

В ее глазах сияла настойчивость, которую я не видела с тех пор, как она пыталась помешать нам с Варгасом войти в гнездо канагских демонов. Я ощущала ее призыв, словно это были мои собственные чувства. Ощущала, как пески времени быстро покидают песочные часы, как и моя кровь, сочившаяся из раны и скапливающаяся в кулаке. Что произойдет, когда закончится песок? Я не знала, но точно ничего хорошего.

Стоя напротив меня, Анджела также сжала ладонь в кулак. Каким-то образом я была уверена, что еще не пришло время оросить яму своей кровью. Неужели Люцифер открывал и закрывал врата с помощью своей крови? Или речь шла о крови, принадлежащей кому-то другому?

Я не знала ответов на эти вопросы, но была готова опробовать любые варианты.

Краем глаза я заметила, что к нам начала приближаться наша группа. Кобаль схватил меня за запястье порезанной руки.

Я повернула голову в его сторону.

— Позволь мне попробовать.

Грозный взгляд на его лице заставил всех присутствующих отступить. На кончиках пальцев Кобаля вспыхнуло пламя, быстро объяв всю плоть до запястий. Я не могла обжечься, но пламя сигнализировало, как и янтарный цвет, мерцающий в обсидиановых глазах Кобаля, что он терял контроль.

— Ты не осознаешь последствий, — прорычал он.

— Как и ты. Никто из нас ничего не понимает с тех пор, как мы прибыли сюда, но сейчас… просто дай мне попробовать.

Я собиралась сказать, что подобные действия казались мне правильными, но понимала, что на самом деле не была в этом уверена. Ничто больше не было правильным, но этот шаг должен был к чему-то привести. Правда, не понятно к чему именно, но главное, что сегодня я попробовала нечто новое.

Мой взгляд вернулся к Анджеле, которая раскрыла ладонь над ямой. Я повторила ее действие, едва ощущая боль от пореза. Теперь кровь могла свободно сочиться из раны и капать в пропасть. Когда я снова подняла голову, Анджела смотрела мимо меня в сторону дверей. Неожиданно она поморщилась и исчезла.

— Черт! — выругалась я.

— Что? — поинтересовался Кобаль.

— Анджела…

— Так вот почему ты делаешь это? Ты не знаешь, кто она.

— Не знаю, но все равно доверяю ей.

Его хватка на моем запястье усилилась. Если бы Кобаль решил оттащить меня от ямы, то я бы не сумела воспротивиться. Он был намного сильнее меня. Да, моя способность управлять потоком жизни могла сбить Кобаля с ног, но я не желала использовать против него такую силу, хоть иногда это было очень заманчиво.

— Ты обещал, что будешь разговаривать со мной и прислушиваться, а не просто отдавать приказы, — напомнила я. — Так прислушайся.

Он сверлил меня пристальным взглядом, пока вел битву с самим собой. Его доминирующая, демоническая натура, которая была готова умереть, чтобы защитить свою избранницу, хотела схватить меня и убежать. Но та его часть, которая начинала понимать мою более эмоциональную, человеческую сторону, осознавала, что встретит мое сопротивление. Раньше я уже сбегала от Кобаля и могла повторить выходку, если бы он вновь попытался подчинить меня своей воле.

— Ривер…

— Мы уже все перепробовали. Позволь закончить, прежде чем мы полезем внутрь, — произнесла я гораздо спокойнее, чем мне хотелось бы.

«Пожалуйста, не заставляй меня останавливаться и уходить», — я не думала, что наши отношения выдержат его безразличие к моим чувствам.

— Разве не ты хотел, чтобы я не ходила в Ад.

Мышцы на его руке напряглись, а глаза приобрели цвет расплавленного золота. На коже Кобаля появилось еще больше пламени, которое теперь достигало локтей. Он что-то отрывисто произнес на гортанном языке демонов. Мне не нужно было понимать этот диалект, чтобы понять, что речь шла о ругани.

Он сжал мое запястье, но затем отпустил и отошел. Проведя рукой по своим волосам, Кобаль остановился в нескольких футах от меня, но затем развернулся, удалился еще на десять, замер и вернулся ко мне, вынуждая присутствующих быстро расступиться с его пути. Кобаль принял боевую стойку, чтобы при необходимости ринуться в атаку, но он больше не прикасался ко мне.

Без сомнения он собирался увести меня отсюда при первых признаках опасности. Однако, сейчас он не вмешивался. Сделав глубокий вдох, я снова сосредоточила внимание на яме. Кровь с моей ладони капала в пропасть на узкую тропу, уходящую в непостижимые глубины Ада.

Закрыв глаза, я сконцентрировалась на потоке жизни, пульсирующей в Земле под моими ногами. Это был не тот трепетный пульс, который я всегда ощущала вдали от ямы, ведущей в Ад, тем не менее я была рада прибывшей силе. Я направила поток в свою ладонь и в кровь, капающую в пропасть.

Приблизившись, я пожелала, чтобы врата закрылись, и мысленно представила, как движется земля.

Распахнув глаза, я испытала благоговейный трепет, когда на кончиках моих пальцев заплясали золотисто-голубые искры, придающие моей крови розоватый цвет. Эрин, Варгас и Хок подошли ближе, хотя Бейл и Корсон оставались неподвижными. Кобаль все также стоял рядом со мной, не сводя глаз с ямы.

Чувство правильности пронзило меня, когда моя кровь стала бледнеть от растущего света, окружающего мою руку и запястье. Сияние усилилось, но поток крови ослаб, поскольку целебные силы Земли и моя возросшая скорость заживления быстро стянули порез.

Держа руку над ямой, я снова провела лезвием по ладони. Кобаль изрыгнул еще одну чреду проклятий, а остальные заахали. На этот раз я даже не поморщилась от боли, пронзившей мою плоть.

Тьма в яме отступила, словно моя кровь прогоняла тени. Мое дыхание участилось. Я ощущала нарастающее волнение по мере того, как открывалась все большая часть ямы. Теперь я понимала, что вдоль стен тянулась не узкая тропа, а извилистая дорога, размером с шоссе, которая вела все глубже и глубже в недра.

Тем не менее я все еще не могла разглядеть дно. Впрочем, дна могло вообще не существовать. Если раньше я видела только на десять футов вглубь, то сейчас речь шла о футах ста. С каждой каплей крови тени отступали все дальше, открывая дорогу.

— Ay dios mio, — прошептал Варгас и поднес крест, висящий на цепочке, к своим губам, поцеловав металл.

— Дорога в Ад, — пробормотал Хок.

Кобаль шагнул ближе ко мне, из-за чего его энергия соединилась с моими силами. Понятия не имею, что овладело мной, но я, не осознавая, положила вторую ладонь на его грудь. Когда поток жизни Кобаля ворвался в мою кровь, я выгнула спину и запрокинула голову.

Кобаль вздрогнул и вновь схватил меня за запястье, но не в попытке оттащить, а чтобы теснее прижаться ко мне. Любовь к нему росла во мне, заставляя свет, танцующий на моих пальцах, сиять еще ярче. Мне показалось, что я услышала, как зашипели тени, но, вероятно, это была всего лишь потрескивающая энергия, которая охватила не только мои руки, но и грудь.

Независимо от того, как далеко ускользали тени и насколько ярким был свет, яма оставалась открытой и того же размера. Я порезала ладонь еще пять раз, сохраняя в уме мысленную картину закрывающихся врат, но ничего не происходило.

Слабость объяла мои мышцы, поток моей крови ослаб, но я отказывалась отойти от ямы. Когда я отстранилась от Кобаля, чтобы в очередной раз разрезать свою плоть, он остановил меня.

— Хватит, — тихо приказал он.

— Должно получиться, — процедила я сквозь зубы. — Процесс запущен.

— Ты истощаешь себя, не говоря уже о количестве крови, которую потеряла.

— Я справлюсь.

Кобаль отпустил мою руку и обхватил ладонями мое лицо. Сжав пальцами мой подбородок, он вынудил меня посмотреть на него. В его глазах плескались беспокойство и любовь.

— Ты доведешь себя до потери сознания. Да, ты добилась прогресса, но если продолжишь, то все усилия будут напрасны. Ты уже едва стоишь на ногах.

Я хотела возразить, но не могла отрицать дрожь в своем теле. У меня должно было получиться. У меня уже получалось. Я была как никогда близка к закрытию врат, но если силы покинут меня, то все будет потеряно.

Я сжала кулак и убрал руку от ямы. Энергия, которую я позаимствовала у Земли и Кобаля, хлынула обратно в свои истоки. Тени Ада устремились вперед, заполняя пространство, очищенное моей кровью, и скрывая глубины, которые мы только что лицезрели.

Кобаль резко дернул меня за свою спину, когда тени выбрались из ямы и попытались напасть. Он зарычал, из-за чего мои волосы встали дыбом, и оскалился. На этот раз тени точно зашипели, прежде чем вернуться в яму, переплетаясь друг с другом, словно змеи.

— Вот дерьмо, — пробормотал Хок, а Варгас снова поцеловал свой крест.

— Они не причинят вам вреда, — успокоил всех Корсон.

— Это что вообще? — вскрикнула Эрин.

— Тени Ада, — ответил Корсон. — В отличие от ваших теней, они умеют двигаться по собственной воле, но не могут прикоснуться к вам.

Я отступила от ямы, решив идти твердо и решительно, но мои колени подкосились на третьем шаге. Кобаль подхватил меня на руки прежде, чем я успела рухнуть на землю, и крепко прижал к своей груди. Обвив руками его шею, я прильнула к нему, пытаясь утихомирить дрожь, сотрясающую мое тело.

Его дыхание овеяло мое ухо.

— Успокойся, Mah Kush-la. Я держу тебя.

Когда Кобаль повернулся, чтобы уйти, я заметила обеспокоенные взгляды, которыми Корсон и Бейл обменялись друг с другом. Эрин, Варгас и Хок были бледны, но впервые за несколько недель в их глазах сверкала надежда. Мой взгляд вновь сосредоточился на яме. Мне тоже хотелось надеяться, но я словно только что закончила триатлон.

«Завтра будет лучше», — пообещала я себе, хоть и не была в этом убеждена.

Глава 8

Ривер

— Что значит не сегодня? — воскликнула я.

Кобаль посмотрел на меня из-под густых черных ресниц. Вынырнув из ручья, он направился ко мне. Несмотря на раздражение, я не сумела отвести жадный взгляд от капель воды, скользящих по его телу. Мне приходилось бороться с желанием слизать каждую капельку с бронзовой кожи.

— Понимаю, тебе не терпится попробовать еще раз, поверь, мне тоже, но ты должна признать, что еще не готова, — возразил он.

Кода Кобаль подошел, все еще оставаясь в ручье, то мы сравнялись в росте, потому что я стояла на берегу. Немного ранее я уже искупалась, по настоянию Кобаля, в одиночестве, чтобы он мог отследить любую угрозу. На самом деле я считала, что он не присоединился ко мне, чтобы избежать соблазна. Со вчерашнего дня Кобаль обращался со мной как с хрустальной вазой.

Я уперла руки в бедра и сделала глубокий, успокаивающий вдох.

— Я чувствую себя прекрасно, — настаивала я. — Сон, еда и жизнь, текущая вокруг, восполнили мои силы.

Чтобы доказать свою точку зрения, я показала ему ладонь, порез на которой еще не полностью зажил, но уже превратился в бледно-розовую царапину без намека на кровотечение. С тех пор, как я начала все чаще пользоваться способностью извлекать жизнь из Земли, а также благодаря моей связи с Кобалем, мой темп исцеления увеличился до небывалой скорости.

— Ты восстанавливаешься намного быстрее, чем раньше, — пробормотал он.

— Знаю. Прямо как Хок, только на меня не попадала кровь канагского демона, — Кобаль нахмурился, будто его что-то беспокоило. — Что-то не так?

Кобаль прошел остаток пути от ручья до берега и взял полотенце, которое я протянула ему.

— Все в порядке, — ответил он. — Скорость твоего исцеления объясняет, как некоторые из твоих предков прожили такую долгую жизнь. Связь с землей подпитывала продолжительность их жизней.

— Значит, я доживу как минимум до ста пятидесяти.

— Будем надеяться, — с улыбкой произнес Кобаль и провел полотенцем по волосам.

— Тебе не понравится морщинистая старуха.

— Я хочу тебя во всех проявлениях, Ривер. Никакое время не изменит моих чувств.

У меня перехватило дыхание. Я прикусила нижнюю губу, когда он опустил полотенце и окинул меня пристальным взглядом. Мне претила мысль о старости, пока Кобаль оставался молодым и сильным, но я ни на секунду не усомнилась в его словах.

— Итак, я практически исцелилась, — я перескочила с удручающей темы моей возможной кончины. — Значит, я готова сделать еще одну попытку. Возможно, мне даже стоит попробовать спуститься по дороге в яму, чтобы посмотреть, что произойдет.

Кобаль перебросил полотенце через плечо.

— Хочешь сказать, что ты достаточно сильна, чтобы вновь рискнуть? Лично я вижу синяки под твоими глазами. И чувствую твою усталость. Не забывай, что именно я обнимаю тебя по ночам и что именно я связан с тобой.

— Я никогда не забывала об этом, но мое самочувствие действительно весьма хорошее. К тому же вчера я добилась некоторого прогресса. Мы не выясним, что нас ждет дальше, если не продолжим попытки.

— Прогресс на лицо, никто не спорит, — Кобаль положил руки на мои плечи, сжав. — Но будет лучше, если ты вернешь себе всю силу, прежде чем снова приблизишься к Аду, не говоря уже о том, чтобы войти внутрь.

Я еле сдержала протест. Мне не терпелось вернуться к вратам и посмотреть, к чему все это приведет. Однако я должна была признать, что не чувствовала себя на 100 процентов. Изнурение не принесло бы никому из нас никакой пользы, но мысль о том, чтобы мучаться от безделия весь день, была невыносимой.

— Чем же тогда мы займемся? — спросила я.

— Немного поохотимся. Раз мы задерживаемся здесь, то стоит найти больше еды, чтобы пополнить истощающиеся запасы.

— Значит, мы все-таки остаемся? — уточнила я, не в силах скрыть надежду в своем голосе. Я ненавидела это место, но не хотела признавать поражение.

Его пальцы на мгновение впились в мои плечи, но Кобаль быстро восстановил самоконтроль и ослабил хватку.

— Как бы сильно я ни хотел увезти тебя, мы не можем проигнорировать новый виток развития событий, — тихо пробормотал он. — Мы останемся и проверим, как далеко ты продвинешься. Твоя кровь повлияла на тени, но не факт, что ты сумеешь закрыть врата.

— Знаю, — мой взгляд сосредоточился на ручье. — Там водится рыба. Я могу поймать немного.

Его палец погладил маленький шрам на моей брови.

— На всех?

Я рассмеялась и перевернула ладонь Кобаля, поцеловав тыльную сторону костяшек его пальцев.

— Нет. Мне нужна сетка или брезент.

— Уверен, мы найдем все необходимое в лагере, — улыбнулся он и наклонился, чтобы поцеловать меня.

Прежде чем поцелуй перерос в нечто большее, Кобаль, как и прошлой ночью, отстранился.

— Я не хрустальная, — пробормотала я.

— Знаю, но тебе нужно отдохнуть, а я не могу устоять перед искушением взять тебя.

«Как и я», — подумала я, наблюдая, как Кобаль одевался. Рубашка плотно обтягивала его широкие плечи и спину. Казалось, швы были готовы лопнуть в любую секунду. Когда он наклонился, чтобы натянуть ботинки, я не смогла не восхититься тем, как его задница выглядела в тесных брюках.

— Веди себя прилично, — усмехнулся он, оглянувшись через плечо и выпрямляясь во весь рост.

Я приняла невинное выражение лица.

— Я ничего такого не делала.

Он ухмыльнулся, сжав ладонью мой локоть. Когда я впервые встретила Кобаля, то очень редко видела его улыбку. Теперь же он все чаще улыбался, овевая меня теплом.

— Ты забываешь, что я чувствую запах твоего возбуждения, — заметил он.

Я уже должна была привыкнуть к его прямолинейности и перестать краснеть, но Кобаль постоянно заставал меня врасплох, из-за чего мое лицо вновь начинало пылать.

— Ты жульничаешь, — пробормотала я, на что Кобаль лишь рассмеялся.

— Пойдем, — он потянул меня за руку и повел сквозь деревья обратно к лагерю.

Как только мы оказались на месте, я отправилась на поиски снастей, а Кобаль решил переговорить с демонами. Через несколько минут я наткнулась на два куска сетчатого материала, в которых хранились припасы, прикрепленных к кузову грузовика. На рыбалку я отправилась не одна, а в сопровождении Варгаса, Эрин и Хока. Кобаль с головой ушел в разбирательство разногласий между демонами и людьми, поэтому поручил Корсону сопроводить нашу компанию к ручью.

— Мне нравится идея о перерыве на рыбалку, — произнес Хок. — Напоминание о доме. Когда я был ребенком, то отчим водил меня на озеро за нашим домом. Мы ловили рыбу часами, но редко возвращались с добычей.

Пока он говорил, я вспоминала свой собственный дом, который был расположен рядом с городом Хока. После открытия врат я провела много времени на рыбалке, потому сейчас часто скучала по простой радости забрасывания лески и ожидания поклевки.

— Сегодня у нас обязательно будет улов, — заверила я, когда мы добрались до береговой линии.

Отстегнув кобуру с пистолетом и стянув катану, я положила оружие на землю. Остальные немного замешкали, но вскоре побросали оружие рядом с моим.

Немного поразмыслив, я решила, что не буду раздевать или закатывать штаны. Может, в лагере и было спокойно, но в любой момент нас могли атаковать враги, а я не собиралась удирать от них босиком. К тому же ботинки оберегали наши стопы от камней на дне ручья.

— Я еще никогда не рыбачил, — пробормотал Варгас, взявшись за край сети, которую я протянула ему.

— И я, — вздохнула Эрин.

— Сеть облегчит нашу задачу, — пояснила я. — Как только мы с Варгасом войдем в воду, я покажу, как действовать дальше, — я указала на противоположный берег в пятнадцати футах от нас. — Тебе туда, — обратилась я к Варгасу. — Иди на всю протяженность сети, а затем опусти ее как можно ближе ко дну.

Варгас зашагал через ручей, который в середине дошел аж до его пояса. Я тоже забралась в воду и опустила сеть до самого дна, наступив на нее ногой. Варгас стоял в десяти футах от меня.

— Повторяй за мной, — проинструктировала я, когда он опустил свою сторону сети в воду.

Корсон прислонился к дереву, скрестив руки на груди, и с минуту рассматривал нас, прежде чем сосредоточиться на окружающем лесе. Где-то щебетало несколько птиц, на покрытых мхом берегах реки играли тени, отбрасываемые деревьями, раскачивающимися из-за легкого ветерка. Большинство деревьев были едва выше меня, но несколько постарше возвышались над остальными.

Эрин и Хок стояли на берегу, пристально наблюдая за водой, текущей сквозь сеть и несущей нашу добычу. Прохладная вода плеснула мне в лицо, навевая еще больше воспоминаний о доме. Сейчас я действительно наслаждалась возможностью снова заняться чем-то нормальным. Жизнь, бьющая в непостижимых голубых глубинах ручья, наполнила меня силой. Кобаль был прав, я нуждалась в выходном даже больше, чем он предполагал.

— Пока все хорошо, — обратилась я к Варгасу через десять минут. Сеть периодически подрагивала, намекая на пойманную рыбу. — Теперь медленно иди ко мне, все также удерживая сеть на земле. Мы должны сложить ее, как простыню.

Он осторожно направился в мою сторону, покачиваясь из-за силы потока ручья. Всего в четырех футах от меня Варгас поскользнулся и с испуганным криком рухнул в воду. Уже через мгновение он вынырнул, сплевывая воду, протирая глаза от воды и ругаясь.

Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Вот только Корсон, Эрин и Хок даже и не думали сдерживаться, громко расхохотавшись и тыкая в Варгаса пальцами.

— Заткнитесь, — пробормотал Варгас и зашлепал по воде, поднимая свой конец сети. Бросив уничтожающий взгляд на троих друзей, стоящих на берегу, он снова занял позицию напротив меня. — Кода мы выловим рыбу, то я лично убью каждую.

Его слова вынудили меня сорваться и рассмеяться. Я отвела взгляд, пытаясь подавить смех, от раздраженного Варгаса и стала устанавливать сеть.

— Попробуем еще раз? — через десять минут предложила я.

Он глубоко вздохнул, но все же осторожно направился ко мне. Когда Варгас, наконец, дошел до меня, мы сложили сеть и потащили ту к берегу. Хок и Эрин бросились к нам, чтобы помочь. Когда мы вытащили сеть, то обнаружили там каменного окуня, двух большеротых окуней и кого-то типа карпа.

— Гребаный ад! — вскрикнул Варгас, бросая брыкающихся окуней в ведро, которое заблаговременно протянул Хок.

— Вот что случается, когда ты крепко стоишь на ногах, — съязвил Хок, закрывая ведро крышкой.

— Будто вы справились бы лучше, — парировал Варгас.

— Конечно, лучше, — усмехнулся Хок. — Ведь нам с Эрин всего-то нужно устоять на ногах.

Варгас бросил ему последнюю рыбу и вновь сложил сеть.

— Пойдем, — обратился он ко мне. — Мы поймаем гораздо больше, чем эти двое.

— Идите примерно в двадцати футах позади нас, но с другой стороны, — напутствовала я Эрин, пока Варгас и Хок спорили о том, кто лучший рыбак.

— Поняла, — кивнула Эрин и забралась в ручей. Следом за ней в воду залез Хок.

— Я ставлю на вас, — сказал мне Корсон, когда я вернулась в воду.

— Правильный выбор, — бросила я через плечо.

Следующий час прошел в потоке поддразниваний и жалоб.

— Ты используешь свою силу, чтобы поймать рыбу, — обвинил меня Хок, когда мы с Варгасом вытащили очередной улов на берег. Полчаса назад Эрин и Хок поменялись с нами местами и теперь стояли впереди, но мы с Варгасом все равно ловили больше. — Ты выпускаешь искры под водой, привлекая рыбу.

— Неправда! — возразила я.

— Докажи.

— И как мне это сделать?

— Держи руки над водой.

— Договорились, — вернувшись к воде, я придавила сеть ногой и подняла руку в воздух. Когда Хок обернулся, проверяя меня, я помахала ему. — Мы все равно надерем вам задницы.

Хок взглянул на мою вторую руку, держащую сеть над водой.

— Не опускай их.

— Он прав? — прошептал мне Варгас. — Ты каким-то образом привлекаешь рыбу?

— Конечно, нет, — зашипела я. Варгас и Корсон недоверчиво посмотрели на меня. — Я бы никогда так не поступила!

— Кто-то слишком яро протестует! — крикнул Хок.

— Да пошел ты, — ответила я.

Старательно удерживая равновесие на скользких камнях, я дождалась момента, когда нужно было возвращаться на берег, и опустила руку в воду, чтобы крепче держать сеть. Варгас максимально сосредоточился и осторожно направился ко мне.

Он был всего в пяти футах от меня, когда окружающий мир стал совершенно неподвижным. Варгас исчез, но все остальное осталось… деревья, раскачивающиеся на ветру, и существа, бесшумно скользящие, словно тени, от дерева к дереву.

Раньше я уже видела издалека этих отвратительных странных созданий. Демоны, от которых мы постоянно убегали, пока направлялись к вратам. Ланавуры. Они нашли нас.

Видение отступило, вернув меня в настоящее. Варгас стоял прямо передо мной, с тревогой взирая на меня. Я ничего не слышала, но понимала, что он что-то говорил, так как его губы двигались.

— Ривер! Ты в порядке?

Я зажмурилась и снова посмотрела на него, позволяя его словам пробиться сквозь дымку, охватившую мой разум.

— Уходим, — выпалила я.

— Что?

— Уходим! Быстро! — я, все еще сжимая сеть в руках, ринулась к берегу. — Они приближаются! — крикнула я Корсону.

Его лимонного цвета глаза оглядели лес в поисках опасности, но тот был обманчиво спокойным. Белые когти длиной в фут, спрятанные в теле демона, вырвались из тыльной стороны ладони.

— Кто?

— Ланавуры, которых мы постоянно избегаем. Они в лесу, направляются в нашу сторону.

Шагнув вперед, Корсон схватил меня за руку и вытащил из воды. Его когти коснулись моей кожи, но не порезали. Наклонившись, он поднял и протянул мне пистолеты. Сделав глубокий вдох, я дрожащими пальцами застегнула кобуру и подняла с земли катану. Закинул холодное оружие за спину, я затянула ремни.

— Поторопитесь, — рявкнул Корсон остальным.

Варгас надел наплечную кобуру, но пистолет оставил в руке. Эрин и Хок тоже выбирались из воды и уже вооружались.

Хок поднял ведро с рыбой, но Корсон остановил его.

— Оставь.

Хок открыл было рот, чтобы возразить, но смертоносный взгляд Корсона заставил его замолчать. Когда Корсон мотнул головой в сторону лагеря, Хок поставил ведро на землю.

— Тихо, — прошептал он.

Я попыталась высвободить руку из хватки Корсона, но все попытки остались неудачными. Демон отступал к деревьям, продолжая осматривать береговую линию. Покинув поляну, он повернулся и нырнул в лес, увлекая меня за собой. Корсон не бежал, но шел таким быстрым шагом, что мне практически пришлось бежать трусцой, чтобы не отставать.

С каждым нашим шагом в моих ботинках хлюпала вода. Мне казалось, что этот звук был слышен всем на милю вокруг, но уж лучше мокрые ботинки, чем босые ноги. Корсон отодвигал ветки рукой, двигаясь через кустарники словно хитрая лиса. Если бы мы не замедляли его, то он бы развил большую скорость.

— Иди вперед, — прошептала я. — Предупреди остальных.

— Я не оставлю тебя, — резко ответил он.

— Но…

— Ш-ш-ш.

Я перестала протестовать, так как знала, что он не оставит нас, но обитателям лагеря нужно было сообщить о приближающейся опасности. Оглянувшись, я заметила, что Эрин, Хок и Варгас шли с пистолетами наготове. Их глаза лихорадочно обшаривали лес.

Мы были на полпути к лагерю, когда я почувствовала, как кто-то наблюдал за мной. Обернувшись, я увидела фигуру, стоявшую в лесу. Лучи солнца, пробивающиеся сквозь деревья, танцевали на сине-серой коже. Несмотря на теплый солнечный свет, омывающий существо, что-то в твари заставляло меня испытывать холод.

— Они уже здесь, — выдохнула я.

Корсон резко повернулся.

— Беги! — он толкнул меня в спину. — Быстро!

Отступив назад, он пропустил вперед остальных, встав на охрану нашего тыла. Мое сердце бешено заколотилось, адреналин хлынул в тело, и я побежала. Быстрее, чем, по моим предположениям, я могла. Я легко перепрыгивала и уворачивалась от препятствий на своем пути. Ветки били меня по коже, царапая. Шиповник оставлял на мне кровоточащие раны, цепляясь за одежду и волосы, но я ни на секунду не замедлилась. Опершись руками о поваленное дерево, я раскинула ноги в стороны и перепрыгнула через преграду.

Дыхание друзей казалось мне слишком громким. Однако, как бы быстро мы ни двигались, я чувствовала, что ланавуры нагоняли нас.

Глава 9

Кобаль

После часа общения с толпой, состоящей из демонов и людей, мне, наконец, удалось вырваться. Некоторые люди хотели уйти. Большинство демонов жаждали немедленно прыгнуть в яму и начать войну, что лишь усиливало беспокойство людей, ведь в одиночку они были очень уязвимы.

Как только я объявил, что мы останемся как минимум на неделю и мое решение не обсуждается, то демоны сразу замолчали. Затем я заверил людей, что мы не бросим их в холоде и голоде.

Люди знали, что лучше не перечить мне, но я чувствовал их нарастающее волнение в учащенном сердцебиении и в мечущихся глазах. Вопрос времени, когда они снова начнут скулить. С тех пор, как Ривер вошла в мою жизнь, я стал более терпим к людям и проявляемым им эмоциям, но правда состояла в том, что большую часть времени они все еще чертовски раздражали меня.

Бейл, Верин, Моракс и Шакс помогали мне утихомирить людей. Однако я не знал, как долго продлится хрупкое перемирие. Если бы сейчас мне сказали, что, покалечив демонов и людей, я добьюсь тишины, то я бы с радостью исполнил в жизнь свои желания. Потирая переносицу, я шагнул в тень леса и направился к ручью.

Мне нужно было побыть наедине с Ривер хотя бы несколько минут.

Я пробежал всего сотню футов по лесу, когда заметил бегущую Ривер в сопровождении солдат. Рычание зародилось в моей груди и вырвалось из горла. Я сорвался с места и побежал к ним. В этот момент Хок и Варгас развернулись, занимая оборонительную позицию.

Корсон что-то рявкнул и развернул мужчин. Они снова перешли на бег, пытаясь догнать Эрин и Ривер. Когда Ривер подняла взгляд и увидела меня, то с облечением вздохнула. Перепрыгнув через упавшее бревно, я приземлился перед своей избранной и прижал ее к себе. Ривер, тяжело дыша, обняла меня в ответ.

— Что случилось? — рявкнул я.

— Ланавуры, — пропыхтел Корсон за ее спиной. — Их много, Кобаль.

От осознания, что твари так близко подобрались к моей избранной, мои вены наполнились яростью, а клыки вырвались на свободу. Крепче прижав Ривер к груди, я развернулся и помчался через лес. Перепрыгнув через поваленные деревья, я пробежал по вершине валуна, а затем спрыгнул с другой стороны.

— Остальные! — крикнула Ривер мне на ухо, когда я вытянул руку, чтобы уберечь ее от веток. Она стала извиваться в моих объятиях, пытаясь вырваться, но это лишь подстегнуло меня бежать быстрее. — Кобаль, мы не можем оставить их!

— Еще как можем, — заявил я и хмыкнул, так как Ривер ткнула меня локтем в ребра.

— Нет! Остановись!

— С ними ничего не случится! Я отнесу тебя в безопасное место.

Она продолжала извиваться, но я не отпускал.

— Я никуда без них не пойду, — упрямо закричала она.

Я даже не оглянулся.

— Корсон не бросит их в беде.

Ворвавшись в лагерь, я проигнорировал испуганные взгляды людей и помчался к бару. Бейл, Верин, Моракс и Шакс стояли у одного из пикапов, перебирая припасы. Я повернул к ним.

— Ланавуры наступают, — рявкнул я и крепче обнял Ривер, когда она возобновила борьбу.

Бейл уронила пакет с картошкой, которая покатилась по земле. Я мог бы пересчитать по пальцам одной руки, сколько раз за все столетия нашего знакомства видел, как она выказывала какое-либо беспокойство. Сейчас ее кожа заметно побледнела.

— Соберите людей, — приказал я. — Нужно до появления ланавуров завести как можно больше людей в бар. Мы в любом случае не сумеем избежать жертв.

— Ты прав, — пробормотала Бейл. — Где Корсон?

— Шел за мной. Я отнесу Ривер в бар и вернусь.

Развернувшись, я вновь направился к бару, ведь только там Ривер была бы хоть в какой-то безопасности. Уж лучше в баре, чем на поляне или в одном из грузовиков. Единственное настоящее убежище, которое могло защитить Ривер. Когда люди присоединятся к ней, то смогут противостоять всему, что сумеет проникнуть внутрь. А если вдруг что-то выйдет из врат, то они могут спокойно покинуть бар.

— Нет! — крикнула Ривер и уперлась руками мне в грудь, молотя ногами по моим коленям и голеням.

Я проигнорировал ее протесты, поднимаясь по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки за раз, к дверям. Когда я распахнул одну из дверей, то чуть не сорвал ту с петель. Дверь врезалась в стену с достаточной силой, чтобы пробить штукатурку и заглушить шум веселья на верхнем этаже. Скеллеины столпились на верхней площадке лестницы, демонстрируя явное раздражение стиснутыми челюстями.

Я опустил Ривер на пол, но когда она развернулась к дверному проему, то схватил ее за запястье и притянул к себе. Ее глаза пылали от гнева, а подбородок был вызывающе поднят.

— Можешь ненавидеть меня сколько угодно, зато ты будешь жива, — отчеканил я. — Ты останешься здесь, пока все не закончится.

— Не останусь!

— Еще как останешься! — рявкнул я, из-за чего ее глаза округлились, а затем сощурились. Я редко повышал на нее голос, но она понятия не имела, какие разрушения несли с собой ланавуры. Ривер не должна была когда-либо столкнуться с этими тварями.

— Нет! — прошипела она.

Наверху лестницы некоторые скеллеины рассмеялись, в то время как другие громко ахнули. Сделав успокаивающий вдох, я взял под контроль желание потащить Ривер наверх и привязать к перилам бара.

Отвернувшись, я сосредоточился на скеллеинах.

— Ланавуры приближаются. Приготовьтесь к бою.

Лица скеллеинов расплылись в улыбках. Большинство из существ были всего четыре с половиной футов ростом, некоторые меньше, другие выше, но все они наслаждались хорошей дракой.

— Отлично! — крикнул мужчина-скеллеин в котелке. — Пришло время повесилиться!

Толпа громко загудела. Все скеллеины отступили от лестницы и ринулись обратно в бар. Через несколько мгновений они появились снова. Я убрал Ривер с пути скеллеинов, которые, описывая мечами круги в воздухе, спускались к нам.

Одни сбегали по лестнице, когда другие соскальзывали по металлическим перилам, стуча костями, прежде чем в спешке выскочить за дверь. Крики эхом разнеслись по полю, когда скеллеины выбежали наружу, напугав и заставив разбежаться в разные стороны людей.

Я снова сосредоточился на Ривер.

— Скоро я пришлю сюда Эрин, Хока и Варгаса…

— Ты оставил их одних! — с кончиков ее пальцев посыпались искры, а тело задрожало от ярости.

— И я бы поступил так снова, лишь бы защитить тебя! Останься здесь и помоги людям, которые сейчас придут, или иди на поле и стань причиной чьей-то гибели. Когда я предупреждал по поводу канагских демонов, ты не прислушалась, но нынешняя битва точно не для тебя! Я никого не брошу и пришлю сюда столько людей, сколько смогу. Если ты выйдешь наружу, то будешь отвлекать меня и всех остальных, кто желает защитить тебя!

Ривер открыла рот, чтобы возразить, но затем, когда мои слова дошли до нее, резко закрыла. Ее взгляд сосредоточился на двери, а плечи поникли.

— Хорошо, я останусь, — она попыталась выдернуть запястье из моей хватки. На этот раз я отпустил ее и отступил. — Какими силами обладают эти демоны?

— Лучше тебе не знать, — обняв Ривер, я поднял ее на руки, поцеловал и вновь поставил на ноги.

Посмотрев ей в глаза, я увидел затравленный взгляд.

— Будь осторожен.

Рассмеявшись, я распахнул дверь.

— Скоро они пожалеют, что приблизились к нам. Если из врат выйдет нечто, несущее для тебя угрозу, то немедленно уходи, ясно?

Ривер моргнула, глядя на меня, и открыла рот, когда ее настигло осознание.

— Думаешь, после случившегося вчера Люцифер каким-то образом заманил сюда ланавуров?

— Вполне вероятно, — Люцифер, безусловно, обладал способностью общаться с ланавурами. Но я не стал упоминать об этом, так как сейчас не было времени объяснять Ривер способности ее предка. — Если услышишь или увидишь, как что-то перемещается по коридору, то сразу убегай и иди прямо ко мне. Не беспокойся ни о ком другом. Я серьезно.

Я почувствовал, как она ощетинилась из-за моего указа, но все равно быстро кивнула.

— Договорились.

Я впился в нее взглядом, но она решительно его выдержала. Ривер никогда не упускала возможность бросить мне вызов и была одним из самых упрямых существ, с которыми я когда-либо сталкивался. Тем не менее она не стала спорить, не после того, что произошло в гнезде канагских демонов. И все же я знал, что, независимо от моих слов, Ривер все равно будет беспокоиться о других людях.

Резко развернувшись, я вышел за дверь, пока не передумал и не решил остаться, чтобы убедиться, что к ней никто не приблизится. Я не мог оставить остальных наедине с ланавурами. В ином случае многие из моих последователей погибнут.

Не оглядываясь, я спустился по лестнице, попав в нарастающий хаос. Как только жажда крови пробудилась во мне, отметины на моих руках задрожали, готовясь к предстоящей битве. Ланавуры осмелились приблизиться к моей избранной, и я намеревался заставить их пожалеть об этом.

— Все люди в бар! — крикнул я как раз в тот момент, когда Эрин, Варгас, Хок и Корсон выбежали из леса.

Между деревьев я заметил ланавуров, которые двигались словно тени. Скеллеины издали дребезжащий из-за костей визг, который заставил рядом стоящих людей закрыть уши и отшатнуться.

Из леса вышел первый ланавур, который двигался, как призрак. Демон скорее парил над землей, нежели шел к своей первой цели, молодой женщине, у которой не было ни единого шанса увернуться от хватки твари. Ланавур обхватил ее лицо ладонями и откинул голову назад. Девушка перестала бороться, а в ее глазах застыла пустота еще до того, как она успела закричать.

Ривер

Стоя на крыльце бара, я наблюдала, как монстры ступили на поляну. Лавануры, в отличие от призраков, были вполне материальны и имели ноги, но при движении казалось, будто они не касались земли. Если сравнивать лавануров с другими существами и демонами, с которыми я ранее сталкивалась, то они выглядели не такими уж зловещими, но все же беспокоили Кобаля сильнее, чем любая другая тварь.

Совершенно безволосые и одеты в какую-то мантию, которая, как я поняла, выполняла роль их кожи. Ни одна морщинка не портила гладкость материала. Они были безупречны… за исключением швов. Я вздрогнула, когда внимательно рассмотрела одного из ланавуров и заметила, что его рот и глаза были зашиты чем-то похожим на толстую красную нить, которая выделялась на фоне сине-серой окраски остальной части тела. У существа не было ушей, только более гладкая плоть на их месте.

Я не поняла, что они делали со схваченными людьми и демонами, но те начали кричать уже через несколько секунд после контакта с ланавурами. Кровь сочилась из глаз и ушей жертв, пока крики эхом разносились по поляне.

От зрелищ и звуков вокруг у меня пересохло во рту, а желудок скрутило. Мое тело трясло от необходимости броситься в драку, чтобы помочь всем, кто бежит от отвратительных существ, но мое появление больше отвлечет, нежели поможет.

Раздались выстрелы. Скеллеины бросились в бой, рассекая воздух мечами, которые при каждом движении отражали солнечный свет. Люди бежали к бару, но многие падали под напором ланавуров. Вокруг было слишком много людей и демонов, поэтому я не рискнула обрушить на них волну огня. Можно было бы попробовать использовать способность управлять жизнью, ведь ранее с помощью этой силы мне удалось надрать задницы Азоту и Кобалю…. Но если я промахнусь, то случайно уничтожу человека или демона.

Столкнувшись с той же ситуацией, Кобаль не смог выпустить свой огонь, поэтому схватил одного из ланавуров за горло, поднял в воздух и с силой вогнал в землю. Даже не вспотев, Кобаль оторвал монстру голову, отбросив ту в сторону.

Люди неслись по ступенькам в бар. Через дорогу Варгас поднял пистолет и выстрелил в голову лавануру, который приблизился к Эрин и Хоку. Вытащив пистолет из кобуры, я прицелилась в другую тварь, которая направлялась к Хоку, и нажала на курок. Пуля попала ланавуру в плечо, отбросив его назад… Но на его место пришло в двое больше тварей.

Кобаль оглянулся и посмотрел на меня, но я осталась на крыльце. Если я спущусь, то он побежит ко мне, и тогда кто-то умрет. Как бы сильно мне ни хотелось побежать к своим друзьям, я намеревалась сдержать свое слово и остаться в баре… Но ведь это не означало, что я не могу помогать отсюда.

Еще больше людей пробежало мимо меня в тот момент, когда одно из существ попыталось схватить Эрин. Я уже собиралась нажать на курок, когда Хок подскочил и ударил тварь локтем в лицо. Подавляющая сила удара прогнула скулу ланавура. Прежде чем я успела осознать, что сотворил Хок, на меня налетела девушка, отшвырнув к стене.

Я оттолкнула ее и увидела, что Эрин, Варгас и Хок добрались до ступенек.

— Быстрее! — крикнула я, когда один из парящих уродов приблизился к ним. Мне пришлось сделать поспешный выстрел. Пуля попала в землю перед лавануром, заставляя его отступить.

Схватив Эрин за руку, я потащила ее к двери, из-за чего она споткнулась на ступеньках.

— Ты в порядке? — спросила я.

— Да, — выдохнула она. — Они повсюду!

Я подняла голову, чтобы снова осмотреть поляну. Кровь собралась вокруг тел, усеивающих землю. Кобаль стоял на противоположной стороне, пробиваясь сквозь толпу ланавуров к группе демонов. Языки пламени объяли тело Кобаля, освещая темные волосы и заставляя янтарные глаза сиять ярче, чем окружающий его огонь. Он все еще не отпустил гончих.

Корсон, как и Верин с Мораксом, находился рядом с Кобалем, прокладывая себе путь сквозь толпу когтями. Моракс взмахнул хвостом, сбив с ног трех ланавуров. Бейл и Шакс находились на противоположной стороне поляны, пытаясь защитить группу людей, которых окружили ланавуры.

Бейл так быстро взмахнула мечом, что я едва успела заметить движение, и разрубила четверых тварей пополам. Шакс с рвением, которого я никогда не видела у обычно сдержанного демона, бил и превращал ланавуров в кровавые обрубки.

Кости скеллеинов усеивали землю вперемешку с останками людей, демонов и ланавуров. Выжившие скеллеины наслаждались боем, с энтузиазмом размахивая мечами.

— Мы должны зайти внутрь! — крикнула Эрин, когда пара ланавуров достигла первой ступеньки. Мы одновременно подняли оружие и выстрелили, но пули не замедлили существ.

— Они как муравьи! — рявкнул Хок и отступил, когда ланавуры забрались на крыльцо.

Ланавуры действительно были похожи на муравьев, пока покидали лес и наступали на лагерь. Их было по меньшей мере двести, если не больше.

— Быстрее! — крикнул Варгас.

Я обернулась и увидела, что он машет нам, держа одну из дверей открытой. Бросив еще один отчаянный взгляд на Кобаля, я обнаружила, что он с вытянутыми черными когтями и убийственным выражением лица шел к нам. Мы с Эрин забежали в бар, пока Хок прикрывал наши спины.

Когда я развернулась, Кобаль выпустил из своего тела одну гончую. Жуткий вой вырвался из открытой пасти пса, когда он помчался к ланавурам, поднимающимся по ступенькам. Мой взгляд остановился на ланавуре, который вышел на крыльцо. У него не было глаз, но я не сомневалась, что он смотрел прямо на меня, испытывая при этом некий восторг.

Пара массивных челюстей сомкнулась вокруг талии ланавура, отбросив от двери. Золотистые глаза пса на мгновение встретились с моим взглядом, и почему-то я поняла, что нам на помощь пришел самец, Крукс. Пес развернулся и бросился на других ланавуров, приближающихся к дверному проему.

Одному из ланавуров удалось проскользнуть мимо гончей и ринуться к нам. Варгас захлопнул дверь как раз в тот момент, когда Кобаль выпустил второго пса.

— Тащите стулья и столы! — крикнул Хок людям, собравшимся на верхней площадке лестницы с оружием наготове. — Все, что угодно, чтобы заблокировать двери!

Часть людей ринулась вниз, чтобы помочь нам построить импровизированную баррикаду. Слаженно и быстро работая, мы свалили мебель перед дверями. Крики, эхом отдающиеся снаружи, непрекращающийся лязг стали, треск костей и звуки битвы заставили меня поежиться.

— Кобаль, — прошептала я.

— С ним ничего не случится, — заверила Эрин и приобняла меня. — Пошли, давай отойдем от дверей.

Я позволила ей увести себя. Свирепый рев одной из гончей отразился от стен бара. Мои руки покрылись гусиной кожей. Я стала пониматься по лестнице. На полпути я вспомнила об окнах на другой стороне обветшалого здания. Отшатнувшись от Эрин, я перескочила через две ступеньки на лестничную площадку и забежала за угол, чтобы выглянуть в передние окна.

Снаружи царил хаос. Кобаль представлял собой устрашающее зрелище, так как вокруг него кружила одна из гончих, убивая всех на своем пути. Холка пса доходила ему до середины живота. Блестящая черная шерсть гончей сверкала в пламени, охватившем Кобаля. Голова собаки была размером с голову льва, а ее клыки могли бы заставить поджать хвост и убежать даже саблезубого тигра. Несмотря на огромные размеры гончей, Феникс была немного меньше своего супруга.

Численность ланавуров уменьшалась, но пали и многие наши соратники. Отражение огня в стеклянных окнах танцевало на моем лице. Кобаль словно оказался в пламени Ада. Он был безжалостен в своих действиях, отрывая голову одному ланавуру, вырывая сердце у другого и сжигая тела своим огнем. Когда ланавуры отступили к лесу, Кобаль последовал за тварями, собираясь уничтожить то, что осталось от угрозы.

Скеллеины остались на поляне, патрулируя местность, как марширующие солдаты. Мои плечи обреченно опустились, когда я повернулась лицом к стоящим рядом Эрин, Хоку и Варгасу.

— Там могут быть выжившие. Мы должны им помочь.

— Сначала дождемся возвращения Кобаля и остальных демонов, — процедил Варгас сквозь стиснутые зубы, пристально наблюдая за мной карими глазами. Он помог мне вызволить Эрин и Хока из гнезда канагских демонов, но не собирался выпускать из бара без разрешения Кобаля. Взглянув на Хока и Эрин, я увидела на их лицах ту же решимость.

Я открыла было рот, чтобы возмутиться, но треск ломающегося дерева заставил меня забыть о гневе. По меньшей мере сотня человек бросилась к лестнице, когда за странным звуком последовал громкий грохот. Я не понимала, что происходит, пока не увидела дюжину или около того ланавуров, выбирающихся из нижней части бара.

Раньше я никогда не спускалась по лестнице, так как внизу всегда был выключен свет, из-за чего я предполагала, что именно там скеллеины ложились спать… если они вообще спали. Как оказалось, внизу располагался еще один вход в бар, который нашли ланавуры.

Твари забрались внутрь, а мы построили стену, блокирующую наш единственный выход.

Скеллеины на улице, должно быть, услышали шум и издали новый боевой клич.

Глава 10

Ривер

— Ривер, вернись! — Хок схватил меня за руку, оттаскивая назад, когда люди, собравшиеся наверху лестницы, открыли стрельбу. Пули пронзали тварей внизу. Кровь забрызгала стены, столы и стулья, но когда ланавуры пали, то их место заняли другие.

Я воспротивилась Хоку, который уводил меня от существ, поднимающихся по лестнице. Мне нужно было как-то защитить людей. Снаружи раздался еще один рев, но он исходил не от одной из гончих, а от их хозяина, который был в бешенстве. Большинство людей остались наверху лестничной площадки, стреляя в тварей. Но некоторые повернулись и побежали в сторону зала и врат.

Неожиданно преследовательница Хока, Сара, бросилась на него, вцепившись в его талию и мешая увести меня.

— Твою ж мать! — рявкнул Хок и отпустил меня, чтобы оттолкнуть девушку.

Я воспользовалась моментом и развернулась, ринувшись обратно в толпу. Обычно страх порождал мой огонь, а сейчас я была просто в ужасе. Пламя появилось на моих пальцах и, как только я покинула скопление людей, вырвалось на свободу, превращая выцветший красный ковер в черный. Ланавуры на верхней площадке лестницы отпрянули, но огонь все равно настиг их.

Пламя объяло дверной проем, столы и стулья. Выжившие ланавуры оттолкнули своих горящих собратьев и стали подниматься по лестнице, пока огонь поглощал мебель, сваленную у двери. Вокруг меня продолжалась стрельба, но выстрелы звучали реже, чем раньше, так как боеприпасы подошли к концу. Люди начали отступать под натиском монстров и разбушевавшегося пламени, пожирающего переднюю часть здания.

— Бегите! — закричала я на тех людей, которые все еще пытались устоять перед пламенем, горящим всего в нескольких футах от моего лица. Старое, высохшее дерево разгоралось гораздо быстрее, чем я предполагала. Ланавуры отпрянули, пригибаясь, чтобы избежать пламени и остаться вне досягаемости моего огня.

Подгоняемая жаром, я погасила пламя на своих руках и подтолкнула в спину женщину, которая замерла рядом. Неожиданно кто-то позади пихнул меня в толпу людей. Я оказалась зажата в массе тел, пытающихся убраться подальше от лестницы. Громкое дыхание людей эхом отдавалось в моих ушах. Кто-то безжалостно толкнул меня в спину, чуть не сбив с ног.

Вдруг из толпы выскользнула мужская рука, которая обхватила мой бицепс. Хок протащил меня между тел и прижал к груди.

— Где Эрин? Варгас? — спросила я.

— У бара, ждут нас. Мы должны как можно быстрее убраться отсюда.

Огонь уже охватил двери и подкрался к потолку. Когда первые языки пламени лизнули крышку пианино, то я с ужасом подумала о том, насколько сильно разозлятся скеллеины. Раскалённый воздух хлынул мне в лицо, сдувая волосы и заставляя пот капельками стекать по лбу. Хок жестко отталкивал людей с дороги, направляясь к бару.

Эрин потянулась ко мне, но в этот момент между нами упал какой-то мужчина. Варгас схватил его за руку и рывком поставил на ноги.

— Куда мы пойдем? — крикнула Эрин.

— Да хоть куда-нибудь! — рявкнул Хок, перекрикивая нарастающий рев пламени.

Кто-то вцепился в мои ноги, таща меня вниз. Рядом раздался крик. Хок дернул меня за руку, пытаясь снова поднять. Мой взгляд упал на молодую женщину, лежащую на полу. Я схватила ее за плечо, но в этот момент серо-голубые руки сомкнулись по бокам ее лица. Женщина открыла рот на вдохе, когда над ней склонился ланавур.

— Ах, — у ланавура не было рта, но я почему-то слышала его хриплое бормотание и странный щелкающий сосущий звук. — Что твой отец делал с тобой?

Слезы потекли по лицу женщины. Ее взгляд остекленел, словно она видела то, что было недоступно мне.

— Ривер! — крикнул Хок, потянув меня за руку. Переполненная яростью, я вскочила на ноги и вырвалась из хватки Хока. — Ривер!

Я опустила плечо и ринулась на монстра, пытающего женщину. Врезавшись в женщину, я освободила ее от хватки как раз в тот момент, когда из ее глаз потекла первая струйка крови. Ланавур и я упали друг на друга и покатились по полу, пока не врезались в стену.

— Именно на это я и надеялся.

«Они телепаты?»

Я удивилась, услышав его голос в своей голове. Впрочем, это не имело значения, сейчас я хотела лишь одного — смерть для монстра.

Его ледяные ладони обхватили мои щеки. Я попыталась вырваться из хватки монстра, но его руки словно прилипли к моей коже. Мою плоть на лице объяло холодом, который быстро распространился по всему телу. Я призвала свой огонь, но мои руки были слишком холодными. Я пыталась бороться, пыталась поднять руки, но они будто вмерзли в глыбы льда, из-за чего любое движение не представлялось возможным.

Ланавур толкнул меня и навалился сверху так, что катана впилась в мою спину. Ладони монстра были совершенно гладкими, но ощущались как наждачная бумага. Ланавур склонился надо мной.

— Он хочет, чтобы ты осталась жива, — прошептал он мне на ухо… или это прозвучало в моей голове? — Но это не значит, что я не могу взять маленький кусочек. В тебе так много силы. Ах, просто чуть-чуть попробую.

Когда он вздохнул от удовольствия и снова издал тот странный щелкающий звук, по моей коже побежали мурашки.

— Ты права, — продолжал ланавур. — Ты та самая, но все равно потерпишь неудачу, а все, кого ты любишь, умрут. Так много смертей. После твоей неудачи погибнут еще много миллионов. Варколак обратится против тебя, Странница мира.

Все во мне требовало противостоять его словам, но вместо этого по моим щекам потекли ледяные слезы.

— Когда ты проиграешь, воин оставит тебя, — образы того, как Кобаль поворачивается ко мне спиной, заполнили мой разум. — Твои братья умрут… как и все твои друзья.

Откуда он знает такие подробности?

Ланавур наклонился ближе, пока я мысленно прижимала к груди безжизненное тело двухлетнего брата Бейли. Я чувствовала запах его крови, чувствовала, как теплая жидкость просачивалась между моими пальцами и капала на землю. Мой второй брат, Гейдж, лежал рядом, представляя собой кровавое месиво, и все потому, что я не сумела оправдать надежды людей. Потому, что я не сумела воплотить в жизнь то, для чего меня сюда привели… закрыть врата.

Рядом с Гейджем лежала гончая, ее невидящие глаза были открыты, язык вывалился из пасти. Я не оглядывалась, но знала, что за моей спиной распластался Кобаль, такой же неподвижный и мертвый, как и мои братья. Слезы, струящиеся по моему лицу, теперь были теплыми.

— Правильно, Странница мира, они мертвы из-за тебя. Ты такая слабая… слишком слабая, чтобы выполнить свое предназначение. Когда тебя настигнет неудача и все твои близкие погибнут, то ты станешь таким же, как он.

Люцифер, каким я видела его во сне, предстал передо мной. Его смертоносные крылья, похожие на крылья летучей мыши, обхватили меня, притянув к своей груди и крепко сжав.

«Ты вернулась домой», — прошептал он в моей голове.

«Домой», — согласилась я.

— В конце концов, он твой отец. Твое место рядом с ним, — прошептал ланавур в моем сознании.

«Он мой предок, а не отец!» — хотела возразить я, но мои губы были так же плотно сжаты, как и у монстра надо мной.

Неожиданно в щеку ланавура врезался кулак. Когда ланавура отбросило в сторону, мою шею на мгновение объяло болью. Надо мной нависло лицо Хока, который разминал пальцы и обеспокоенно смотрел на меня.

Даже когда тяжесть ланавура пропала с моей груди, я осталась лежать на полу, не в силах пошевелиться. Образы смерти и неудачи продолжали обрушиваться на меня, плюс отвратительное ощущение, будто я была заключена в лед, который заставлял меня оставаться неподвижной. Чьи-то руки подхватили меня, подняли на ноги и потащили прочь от окровавленного тела ланавура.

— Ривер, ты в порядке? — воскликнула Эрин. — Ривер!

Я попыталась восстановить самообладание, но картины окровавленных братьев и Кобаля было не так-то легко выбросить из головы. Все выглядело слишком реально.

Хок взял меня за подбородок и посмотрел мне в лицо. Я на секунду зажмурилась, а затем открыла лаза и попыталась сфокусировать взгляд на Хоке, чтобы вернуться в настоящее.

— Ривер? — спросил он.

Я еле сдерживала слезы, застрявшие в моем горле и груди. Мои легкие горели, поэтому я глубоко вдохнула, но обнаружила лишь то, что очень замерзла. Передо мной встала Эрин. Она провела пальцами по моим щекам, растирая по коже горячую влагу. Когда она отстранилась, я смутно осознала, что кончики пальцев Эрин были красными.

— Что он сотворил с ней? — прошептала она, уставившись на то, что, как я уже поняла, было моей кровью. — Мы должны вытащить ее отсюда.

Отвернувшись, Эрин налегла на толпу людей, пытавшихся протиснуться через дверной проем в коридор. Благодаря весу людей металлическую дверь со скрежетом сорвало с петель.

Варгас помог Эрин протолкнуть впереди стоящих людей, так как нас уже давили сзади. Все это время Хок бережно прижимал меня к груди, обнимая за талию, пока прокладывал себе путь сквозь толпу позади Эрин и Варгаса.

Спотыкаясь о порог, мы выбрались в коридор. Воздух, наконец, ворвался в мои легкие, заставляя меня ахнуть от насыщения кислородом. Образы, преследующие меня, немного отступили, а в мое тело вернулось тепло. Теперь я уже самостоятельно шагала по ковру. Когда ощущение мертвого крошечного тела Бейли в моих руках исчезло, я снова жадно вдохнула.

— Лучше? — поинтересовался Хок, уводя меня в сторону от плачущей девушки с окровавленным лицом.

— К-кажется, да, — сумела выдавить я, заикаясь.

— Что этот монстр сделал с тобой, Ривер? — требовательно спросила Эрин.

— Мои кошмары… худшие кошмары… — я замолчала, когда ощутила, что мои легкие полностью избавились от льда.

Эрин положила руку на мое плечо.

— Все увиденное не было реальным.

«Но может быть», — я не произнесла слова вслух, так как сейчас не могла признать правду перед самой собой, не говоря уже о ком-то другом.

Мы с Хоком быстрее зашагали к двери в конце коридора. Оглянувшись, я заметила горстку ланавуров, все еще преследующих нас. Остальные твари либо погибли благодаря оружию и моему огню, либо были заняты своими жертвами. Ланавуры практически сливались с дымом, проникающем в коридор из сломанной двери. Сколько еще ланавуров скрывалось в удушливом облаке?

Я снова сосредоточилась на двери в конце коридора. Добравшись до цели, я толкнула дверь и переступила порог. Хок отпустил меня, и мы начали спускаться по ступенькам. В конце лестницы люди прикладами пистолетов, ногами и кулаками колотили в заднюю стену комнаты, которую скеллеины построили вокруг врат. Независимо от того, насколько неустойчиво выглядела стена, она выдержала все удары.

Некоторые люди отвернулись от стены и побежали, в итоге оказавшись на краю ямы. Мое сердце подскочило к горлу, когда я поняла, что они задумали… но войти в Ад могло быть нашей лучшей и единственной надеждой. Мой взгляд поднялся к потолку. Несмотря на дыры, которые оставили в крыше горгульи, там все еще было достаточно дерева и балок, чтобы раздавить людей в случае обрушения.

— Крыша, — прошептала я.

Хок поднял голову, осмотрев стропила над нашими головами.

— Остановитесь! — крикнул он людям, колотящим в стену. — Из-за вас рухнет крыша!

Большинство перестали молотить стену и подняли головы, рассматривая разрушенные останки над головой.

— Что же делать? — спросила женщина. Я узнала Джеки, которая много раз выражала свое недовольство миссией с тех пор, как мы покинули стену.

Я посмотрела на яму, а затем снова на закрытую дверь, ведущую в бар. Я чувствовала, как ланавуры неуклонно приближаются к нам. Дым спиралью проникал под дверь и поднимался к отверстиям в потолке. Вопрос времени, когда стены загорятся, а если я вновь применю свой огонь, то лишь ускорю процесс.

— У кого-нибудь остались боеприпасы? — спросила я.

Люди переглянулись, прежде чем посмотреть на меня и покачать головами. Некоторые вытащили ножи, другие сняли со спин мечи и катаны, но большинство либо потеряли свое оружие, либо были застигнуты врасплох прибытием ланавуров.

Вариантов развития событий было не так уж и много. Либо мы протараним стену, обрушив на наши головы то, что осталось от крыши, либо останемся здесь, чтобы противостоять огню и ланавурам, либо заберемся в яму в надежде найти какое-нибудь укрытие, пока снаружи не будет безопасно.

Я могла бы справиться с ланавурами с помощью своей способности управлять жизнью, которая определенно выросла за последние месяцы. Однако я не знала, сколько монстров осталось снаружи, да и если бы я убила бы их всех, то не сумела бы потушить огонь голыми руками.

Но как далеко смогут зайти в Ад люди? Как далеко смогу зайти я?

Я бы забралась в любое место, лишь бы обезопасить людей.

Подняв голову, я пробежалась взглядом по сотне или около того лиц. Вероятно снаружи были люди, которые не попали в бар, но выжили, но сейчас речь шла о присутствующих.

— Хок, — ахнула Сара и отделилась от толпы, чтобы подойти к нам.

— Отвали! — резко скомандовал он.

Девушка замерла, а в ее глазах блеснули слезы.

— Мы должны войти, — высказалась Эрин. — До того, как нас догонят ланавуры. По крайней мере, там, внизу, вы можете поджечь их задницы, не беспокоясь о распространении пламени.

— Ты сошла с ума? — возмутилась Джеки.

— Нет, не сошла, — спокойно изрекла я. — Если хочешь, то можешь остаться здесь и разобраться с монстрами, или сломать стену и обрушить крышу. Принимай решение самостоятельно, но лучший вариант — найти место, где можно спрятаться или противостоять ланавурам. Пока нас окружает огонь, мы не можем ничего предпринять. Я могу попытаться уничтожить их с помощью силы жизни, но пожар разгорается. А вот туда огонь не попадет, — я указала на яму.

— Она права, — кивнул Хок.

— Возьми меня с собой! — заплаканная Сара, спотыкаясь, побежала за Хоком, который подошел к краю ямы.

Я была совершенно уверена, что девушка сошла с ума. Навязчивая идея переросла в одержимость.

— Я с радостью последую за тобой в Ад, — губы Эрин дрогнули, когда Сара встала рядом с Хоком. Даже Варгас больше не удивлялся ее странному поведению.

— Любой, кто предпочитает остаться, оставайтесь! — крикнула я. — Все остальные следуйте за нами! Ланавуры скоро будут здесь!

Люди бросились к дороге, которая уходила глубоко в недра. Я отступила, пропуская толпу и следя за дверным проемом. Прижав руки к земле, я призвала пульс жизни, чтобы достойно встретить ланавуров.

Золотисто-голубые искры заплясали на кончиках моих пальцев. Я пристально смотрела на дверь, так как ланавуры уже должны были быть здесь. Последние люди ступили на дорогу и направились в мрачные глубины Ада.

— Пойдем, — позвал Хок, привлекая мое внимание.

Стоя в нескольких футах от ямы, Эрин и Варгас ждали нас. Я с готовностью отправила людей в Ад, но сейчас до меня дошло, что ланавуры гнали нас, словно скот, с тех пор, как впервые вышли из леса.

— Кобаль был прав, это не совпадение, — обратилась я к Хоку и посмотрела в его синие глаза. — Нападение было тщательно спланированно. Люцифер каким-то образом заманил их сюда, — продолжила я. — Своими действиями мы лишь исполним желания Люцифера.

— Может и так, — кивнул Варгас, делая шаг в нашу сторону. — Но у нас нет выбора. Не сейчас.

Это было правдой, однако я не могла избавиться от ощущения, что все люди и мы были ходячими мертвецами. Я не спешила встретиться со своим предком, но, похоже, он спешил встретиться со мной. Тяжело сглотнув, я повернулась и ступила на каменистую дорогу. Черная тень зашевелилась под моими ногами. Я побежала к людям, собравшимся в сотне футов от меня.

Повернувшись, я взглянула на край ямы. В этот момент адские тени поднялись, окружив нас. Анджела стояла на краю врат, широко раскрытыми и полными ужаса глазами наблюдая, как я удаляюсь все дальше. Моя рука инстинктивно потянулась к ожерелью, которое всегда меня успокаивало. И тут я поняла происхождение боли в шее в тот миг, когда Хок сбил с меня ланавура.

Мое ожерелье, моя единственная осязаемая частичка дома, исчезло. Я убрала руку от своего обнаженного горла и расправила плечи. Анджела оставалась неподвижной на вершине ямы, пока ланавуры проходили сквозь нее и ступали на дорогу.

Я отвернулась и, не оглядываясь на монстров, побежала по дороге в Ад.

Глава 11

Кобаль

Мои плечи вздымались, а кровь убитых ланавуров стекала по рукам, каплями падая на землю. Я посмотрел на полуразрушенный бар. Ривер все же сделала это. Мне не нужно было присутствовать там, чтобы знать, что именно она подожгла здание. Значит, ланавуры каким-то образом проникли внутрь и напугали ее.

Я стиснул зубы, когда Крукс с поднятой шерстью на загривке подбежал к моим ногам. Кровь сочилась из большой тянущейся поперек морды пса раны. Видимо один из ланавуров забрал у своей жертвы меч и дал отпор гончей. Феникс сидела рядом со мной, наблюдая за гневом своего супруга.

Остатки демонов и людей собрались возле машин, которые не пострадали от пуль. Два грузовика были охвачены пламенем, а у остальных были пробиты баки с бензином и колеса. Почти половина лагеря была уничтожена пожирающими кошмары ланавурами.

Мне нужно было добраться до Ривер, но для начала стоило избавиться от тел тех, от кого питались ланавуры. В противном случае выжившие ланавуры вернутся за мертвецами, отрежут им уши, зашьют рты с глазами и применят магию, чтобы заставить тела восстать, превратив в ненасытных монстров.

Зашагав по земле, я схватил за руку капитана Тимоти Тресдена и повернул его к себе лицом. Взгляд мужчины был растерянным, но у меня не было времени разбираться с его человеческим эмоциональным дерьмом.

— Прикажи людям собрать все тела и сжечь, — рявкнул я, грубо дернув Тресдена за руку, когда он не смог сосредоточиться. Мужчина выбрал неподходящее время, чтобы испытывать мое терпение. — Слушай меня, или я, мать твою, убью тебя. Соберите тела и сожгите, или у нас появятся серьезные проблемы!

Тресден моргнул, продолжа бессмысленно смотреть на меня. Рядом стоящая женщина шагнула вперед.

— Я прослежу, чтобы приказ был выполнен, — кивнула она.

Отпустив Тресдена, я толкнул его и сосредоточился на женщине.

— Некоторые демоны останутся и помогут, но я должен попасть в бар. Все мертвые должны быть сожжены. Другие варианты не рассматриваются.

— Поняла, — она отвернулась. — Соберите мертвых! — крикнула женщина толпе вокруг нас. — И сожгите.

— Разве мы не можем просто похоронить их? — запротестовал кто-то.

— Нет, только пламя, — решительно заявила она.

Удовлетворенный тем, что она взяла все под контроль, я отвернулся. Люди и демоны начали собирать мертвых.

— Верин, Моракс, останьтесь и проследите, чтобы о мертвых позаботились, — приказал я.

— Будет сделано, — ответил Моракс и вместе с Верин направился к людям.

— Нам придется обойти здание и снести одну из стен, — обратился я к Корсону.

Когти Корсона были красными от крови.

— Есть только одно место, куда они могут пойти, чтобы избежать пожара.

Я стиснул зубы. Мои когти удлинились и впились в ладонь.

— Знаю.

Отвернувшись, я побежал к скеллеинам, которые собрались перед горящим зданием. Они обнимали друг друга и раскачивались взад-вперед, выражая сочувствие несчастью.

— Разделитесь! Одни будут помогать сжигать тела! — рявкнул я. — Остальные идут с нами, либо я брошу ваши костлявые задницы в огонь!

Они отпустили друг друга и заковыляли прочь. Когда я побежал к задней части бара, где располагалась комната с вратами, то мой пульс ускорился. Меня вел ужас, какого я никогда не знал раньше. Мне нужно было срочно добраться до Ривер и остановить ее, прежде чем она войдет в Ад.

Жар опалял мою кожу, но я едва замечал его, двигаясь быстрее, чем было возможно, пока гончие следовали за мной по пятам. Подойдя к задней части здания, я остановился у стены в дальнем конце. Пламя уже практически поглотило дерево, приближаясь ко мне.

Вот только не было никаких криков. Внутри никто не кричал.

Данный факт должен был успокоить, но вместо этого у меня кровь застыла в жилах. Они вошли во врата. Благодаря ланавурам Люцифер получил то, что хотел. Ривер была в Аду.

— Черт, — выдохнул Корсон. В этот момент из-за угла выбежали Бейл и Шакс.

Гончие кружили вокруг, толкая мои ноги, когда протискивались между мной и горящей стеной. Шагнув вперед, я, не обращая внимания на пламя, пожирающее дерево, уперся руками в стену. Бейл встала рядом со мной. Имея в родословной огненного демона, она не обладала способностью владеть огнем, но могла противостоять пламени почти так же хорошо, как и я. Бейл встретилась со мной взглядом и тоже прижала ладони к стене.

Огонь окутал меня, и я уперся ногами в землю. Я ощущал, как по моей плоти ползет жар, но он не обжигал. Со зловещим скрипом стена начала прогибаться внутрь. Раздался громкий треск, и стена обвалилась.

Я отшатнулся, когда пламя взметнулось, словно гейзер, из-за чего в воздухе заплясали искры. Стена справа издала странный скрипучий звук, прежде чем наклонилась и рухнула. Когда здание лишилось двух стен, то потолок с оглушительным грохотом обрушился. Лучи солнца озарили землю, пропадая в недрах ямы.

— Ривер! — взревел я, когда понял, что ланавуры направляются к ней.

Гончие прыгнули в огонь и помчались вперед, чтобы обогнуть врата. Пламя и искры цеплялись за мою одежду, подпалив нижнюю часть брюк, расплавив подошвы ботинок и покрыв рубашку обугленными пятнами, когда я ринулся к вратам. Я отбрасывал и пинал горящие доски, расчищая путь через обломки для остальных.

Подойдя к краю Ада, я пнул в яму грязь и камни, которые при падении ударялись о неровные стены, скатываясь вниз.

Я чувствовал, что Ривер была там, внутри, и она все дальше удалялась от меня. Как далеко она сможет зайти? Люди были не в состоянии долго противостоять адскому пламени, но Ривер не была чистокровным человеком.

— Нужно торопиться, — я положил ладони на головы гончих, втягивая их обратно в тело.

Корсон вытащил серьги из ушей и отбросил их в сторону. Я, не оглядываясь на остальных, бросился бежать.

С каждым шагом Ривер все больше рисковала оказаться в лапах Люцифера.

Ривер

— Берегись! — крикнул Хок.

Вокруг эхом прокатились испуганные крики, когда на нас осыпались горящие доски. Я прижалась спиной к неровной каменной стене, окаймляющей дорогу. Языки пламени на досках шипели, проносясь мимо. Наклонившись, я посмотрела на дорогу, которую освещали огни на досках, прежде чем сгинуть в глубинах.

— Потолок рухнул, — пробормотала Эрин.

— Кобаль, — выдохнула я.

Я подняла голову, но темнота вокруг была настолько густой, что ничего не было видно на сотню футов, не говоря уже о тысячах, которые мы уже успели преодолеть. Маленькие ручные фонарики, которые были у нескольких людей, едва пробивались мрак.

— Они идут! — крикнул кто-то из конца группы. Я взяла на себя руководство людьми в походе вглубь Ада вместе с Хоком, Варгасом и Эрин. Мы знали, кто преследовал нас, но понятия не имели, что ждало впереди.

Эти мысли подтолкнули меня к действию. Я откинула прядь влажных волос с глаз и глубоко вдохнула душный воздух. Здесь пахло чем-то странным… я так и не сумела определить. Наверное, так пах огонь и, может, сера, хотя я ни разу не ощущала запаха серы, но что-то похожее обжигало мои ноздри с каждым вдохом.

Я ожидала, что мои легкие будут гореть от каждого вдоха, но ничего подобного не происходило. Чем глубже мы спускались, тем жарче становилось вокруг. Мое дыхание было лихорадочным, а пот покрывал тело, но все это было последствием напряжения. У меня в горле пересохло, но нам с Хоком жилось лучше, чем остальным людям, которые уже начали уставать.

Маленькие лучи фонариков скакали по черной скале. Тут я заметила боковой туннель, выдолбленный в каменной стене, и схватила Хока за руку. Он настолько резко остановился, что из-под его ботинок полетели камешки, которые отскочили от стены и упали в никуда. Я впервые четко сознала, что никогда не слышала, чтобы они достигали дна.

— Смотри, — прошептала я и указала на туннель.

Взгляд Хока проследил за моим пальцем. Он быстро кивнул, а затем жестом приказал людям войти в туннель.

— Пойдем, — обратился он ко мне, когда все забежали внутрь.

Я покачала головой и жестом велела ему зайти первым, а затем подняла свои ладони.

— У меня есть оружие. Я подожгу их задницы и сброшу с дороги в яму.

Хок ухмыльнулся и забежал в маленький туннель. Я последовала за ним, протискиваясь между черными камнями, выстилающими туннель. Подняв голову, я ударилась о камни. Пот стекал по моему лбу, но я не вытирала его, ожидая приближающихся ланавуров.

Пульс жизни здесь, внизу, отличался от того, к чему я привыкла, но все равно подчинялся моей воле. Теперь в искрах, скользящих по моим пальцам, не было ничего золотого… только насыщенный темно-синий цвет. Прижав пальцы к стене, я резко втянула в себя силу, чтобы наши преследователи не увидели вспышку света.

Приближаясь, ланавуры не издавали ни звука, но я чувствовала исходящий холод и пустоту их душ. Вскоре в поле моего зрения появился первый монстр. Я замерла, наблюдая за отвратительными существами, парящими над землей не более чем в пяти футах от меня.

Глава 12

Ривер

Я в ожидании затаила дыхание. Может, ланавуры пройдут мимо, тогда мы сможем вернуться на вершину. Во всяком случае, я очень рассчитывала на это.

Но все как всегда пошло не по плану. За моей спиной упал какой-то камушек. Один ланавур повернул голову в мою сторону. Тогда я четко осознала, что тварь заметила меня. Как единое, чрезвычайно жуткое целое создание, на меня одновременно посмотрела группа ланавуров.

Окунувшись в страх, который монстры пробуждали во мне, я призвала свою силу владеть огнем. Языки пламени вспыхнули на моих пальцах.

Я могла поклясться, что они смеялись надо мной, из-за чего отвратительные швы натягивали и искажали их лица. На меня обрушились кошмарные образы истерзанных тел моих братьев, из-за чего мое тело словно вновь заковали в глыбу льда. Я почувствовала тяжесть обмякшего тела Бейли в своих руках.

Подавив крик, я ощутила прилив гнева из-за того, что монстры могут мной манипулировать. Выставив перед собой руку, я выпустила огненный шар, который поразил пятерых ланавуров. В моем сознании раздались вопли, вызывая головокружение, когда горящие ланавуры отшатнулись и упали в Ад.

Оставшиеся существа впились в меня пристальными взглядами. Но теперь на моих руках плясали не языки пламени, а темно-синие искры. Ланавуры отступили, исчезая из поля моего зрения. Стиснув зубы, я осторожно направилась к дороге, так как холод, исходивший от монстров, уменьшился. Высунув голову из-за угла, я окинула взглядом дорогу в поисках отвратительных существ, но никого не увидела.

Выбравшись из пещеры, я заметила оставшихся ланавуров, направляющихся вверх по склону, и подняла руки. Монстры находились на тропинке в сотне футов от нас. Я уставилась на них, разрываясь между желанием поохотиться и увести всех в более безопасное место, прежде чем появится новая угроза.

В конце концов, я поняла, что не могу преследовать ланавуров, бросив людей на произвол судьбы. Монстры преграждали нам путь к вратам, из-за чего я не могла избавиться от ощущения, что они пытаются заманить меня в ловушку или выжидают, пока не произойдет нечто худшее.

Я повернулась и жестом велела остальным выйти из расщелины. Большинство людей выглядели так, будто в любую секунду могут упасть в обморок. Их лица раскраснелись, а одежда прилипла к телам из-за обильного потоотделения. Многие все еще цеплялись за имеющееся оружие, но я сомневалась, что они сумеют идти, не говоря уже о борьбе.

— Что дальше? — спросила Эрин, убирая пряди черных волос с глаз цвета океана.

— Нужно продолжать двигаться, — ответила я. Взглянув на холм, я ощутила, как мое сердце ёкнуло, так как ланавуры вновь стали наступать. — Быстрее.

Подтолкнув Эрин в спину, я встала в хвост вереницы. Позже я еще несколько раз оглядывалась, чтобы контролировать приближение ланавуров. Хок и Варгас встали по бокам от меня, а Эрин возглавила группу. Лишь вопрос времени, когда ланавуры поймают нас, или мы наткнемся на что-то более мерзкое.

В конце концов, мы были в Аду.

Я содрогнулась от нахлынувшего осознания. Здесь родился Кобаль. Здесь он стал таким, каким был сейчас. Пребывание в окружении каменного и бесплодного пейзажа помогло мне лучше понять его холодность и безразличие к другим.

Впереди группы какой-то человек споткнулся и упал, а рядом с ним замерла женщина. Они не могли продолжать идти, так как каждый шаг приносил все больше тепла из недр Ада. Оглянувшись через плечо, я поняла, что ланавуры замедлились. Я понятия не имела, что произошло, но явно ничего хорошего. Или, может, они решили подождать, пока мы свалимся от усталости, чтобы наброситься на легкую добычу, как стервятники на убитых на дороге.

— Хок, я не уверена, что могу идти дальше, — мой взгляд упал на Сару, которая тянула руки к Хоку. Я и не подозревала, что она плелась в хвосте вместе с нами.

Хок выругался себе под нос, но взял ее за руку и потащил дальше. Неожиданно Сара согнулась пополам и обхватила себя рукой за талию.

— Мы должны найти какое-нибудь место, где все могли бы спрятаться, — пробормотала я. — А я выманю ланавуров.

— Ты не можешь бороться в одиночку, — заявил Варгас, покачиваясь на ногах.

— А ты не можешь помочь мне, — я подхватила его под руку, чтобы помочь устоять. — Я не так восприимчива к жаре.

— Она права, — согласился Хок. — Мы должны найти какое-нибудь укрытие.

— Отпусти, — пробормотал мне Варгас. — Я передам все Эрин и помогу ей в поиске убежища.

Я неохотно отпустила его руку. Варгас расправил плечи и уверенным шагом направился сквозь толпу к Эрин. Когда он подошел, Эрин остановилась. Их разговор продолжался всего несколько секунд. Сжав полные губы, она посмотрела на меня, затем резко кивнула и возобновила шаг. Варгас остался с ней.

Мое сердце подскочило к горлу, когда вся группа во главе с Эрин и Варгасом зашла за угол и скрылась из виду. Мне было ненавистно терять их из вида, но я не могла быть везде одновременно. Я оглянулась через плечо, взглянув на ланавуров, и еле сдержалась, чтобы не показать им средний палец. Вероятно, их позабавил бы мой жест.

Двое людей помогли поднять мужчину, который упал, но тут в нескольких футах от собравшихся упала женщина. Я с замиранием сердца поняла, что если мы в ближайшее время не найдем какое-нибудь убежище, то все люди умрут.

Мы могли бы попытаться противостоять ланавурам… Я бы сумела сдержать монстров. Но если со мной что-то случится? Тогда люди станут более уязвимы. Мы превосходили ланавуров числом, но у солдат практически не осталось сил сражаться. Толпа была похожа на ягнят на заклание.

Завернув за очередной угол, я остановилась, обнаружив, что Эрин и Варгас нашли новое укрытие и уже перенаправляли людей, заводя всех в маленький туннель. Я дошла до входа в расщелину и оглянулась в поисках ланавуров. Они все еще были вне поля зрения, но с каждой секундой приближались.

Постукивая ногой, я переводила взгляд с того места, где должны были появиться ланавуры, на то, где прятались люди. Как только все скрылись в пещере, выключив ручные фонарики, я с облегчением вздохнула.

— Оставайтесь здесь, — обратилась я к Варгасу, Хоку и Эрин, которые стояли рядом со мной у входа в укрытие. Я забрала у Эрин маленький фонарик. — Я обману их и заставлю следовать за мной. Как только ланавуры пройдут мимо, возвращайтесь на вершину. Действуйте без промедлений.

— А как же ты? — возмутилась Эрин.

— Со мной все будет в порядке. Сейчас главное — увести людей.

— Мы все сделаем, — кивнул Варгас и сжал мою руку.

— Я иду с тобой, — вызвался Хок.

— Но жара… — начала я.

— Я справляюсь намного лучше, чем остальные.

Я всмотрелась в его глаза цвета индиго и напряженное выражение лица. Хок не вспотел и не имел остекленевшего взгляда, предвещающего обморок. Вокруг его глаз залегли морщинки. Его явно беспокоил тот факт, почему он гораздо меньше страдал от жары, чем другие люди.

«Что сотворила с ним кровь Лилит?»

Я не стала озвучивать свой мысленный вопрос. Эту проблему мы обсудим в тот момент, когда выберемся из Ада и избавимся от ланавуров. Кроме того, сейчас две пары глаз были намного лучше, чем одна.

— Хорошо, — согласилась я.

— Подожди, ты не можешь уйти! — воскликнула Сара. Она выскочила из расщелины и ринулась на Хока. Вцепившись в его талию, девушка изо всех сил прижалась к Хоку и бросила на меня взгляд, который четко сулил мне смерть.

— Отвали! — рявкнула Эрин.

Хок попытался высвободиться из объятий Сары, но она упрямо цеплялась за него, как клещ.

— Отпусти меня, — прошипел он. — Иначе ты нас всех убьешь.

— Но ты не можешь бросить меня! Мы…

— Ох, ради всего святого! — Эрин нанесла удар прикладом в висок Сары. Глаза девушки закатились, и она рухнула на землю, словно тонна кирпичей.

— Отличный способ избавиться от нее, — одобрительно кивнул Варгас.

— Надеюсь, я не убила ее, — пробормотала Эрин, глядя на скрюченное тело у своих ног.

— Она жива, — пробормотал Хок, смотря на вздымающуюся грудь Сары. — Возможно, лучше мне поохранять тебя, когда мы вернемся наверх.

— Возможно, тебе лучше держать свой член в штанах, — парировала Эрин, наклоняясь, чтобы подхватить Сару за плечи. — Варгас, помоги мне.

Я шагнул за Эрин и Варгасом, которые вдвоем заволокли Сару в маленькую щель. Как только девушку разместили внутри, Эрин повернулась ко мне.

— Мы справимся, — заверила она. — Идите. И будьте осторожны.

— Конечно, — я стиснула ее предплечье и отошла.

Я неторопливо, будто прогуливаясь, зашагала по дороге и вскоре увидела ланавуров. Хок показался из-за угла, делая вид, что замыкает группу людей. Убедившись, что ланавуры заметили нас, я ринулась вперед. Я молилась, чтобы ланавуры поверили, будто группа все еще впереди. Монстры должны были пройти мимо убежища, преследуя меня.

Я высунула голову из-за угла и вздохнула с облегчением, когда ланавуры прошли мимо расщелины, даже не обратив на нее внимания. Пригнувшись, я побежала вперед, едва дыша из-за ожидания криков мои друзей. К счастью, вокруг царила тишина. Мы продолжили углубляться в место, которое было могилой для бесчисленных душ.

Глава 13

Кобаль

Перед моими глазами все было как в тумане, пока я мчался все глубже и глубже в Ад. Чем дольше Ривер пробудет здесь…

Я отбросил непрошенную мысль. Она не могла уйти очень далеко и была достаточно сильна, чтобы дать отпор любому монстру, включая Люцифера. Меня окутало домашним теплом, согревающим кожу. Знакомые запахи огня и серы. Эти ароматы я бы никогда не забыл, так как они впитались в мою плоть и генетическую структуру.

Завернув за угол, я перепрыгнул через обугленные и искореженные останки ланавура, лежащего на краю дороги. Ривер. Ее не поймали, но она продолжила спуск и, судя по дыму, поднимающемуся от тела, была здесь как минимум пять минут назад.

Я не стал оглядываться на Корсона, Шакса и Бейл, продолжая углубляться в яму. Ад был моим домом более тысячи лет, местом, где я был создан, чтобы защищать и править. Но сейчас я хотел лишь найти Ривер и максимально быстро увести ее отсюда. Я уже не мог называть Ад своим домом, больше нет. Теперь моим домом была Ривер, и ей угрожала опасность.

Я двигался так быстро, что, когда повернул за угол, чуть не врезался в Эрин. Ее голубые глаза были налиты кровью, а лицо выглядело сгоревшим на солнце. Тем не менее девушка продолжала стоять на своих двоих, хотя многие другие люди прислонялись к стене или опирались друг на друга.

— Где она? — рявкнул я.

Эрин поправила свою хватку на женщине, которую они несли вместе с Варгасом, а затем указала на склон.

— Уводит от нас ланавуров, — хрипло пробормотала она. — Хок с ней.

Значит, Ривер легко переносила влияние Ада, раз решила углубиться в недра… как и Хок. Бейл и Корсон обменялись многозначительными взглядами. Шакс схватил Эрин за руку, когда она покачнулась на ногах.

— Мы больше не могли идти, — прохрипела Эрин, звуча так, будто съела фунт грязи.

— Шакс, уведи их отсюда, — приказал я. — Когда подниметесь наверх, попроси Моракса связаться со мной.

В ответ Шакс выгнул бровь. Все демоны знали, что я ненавидел, когда кто-то вторгался в мое сознание, но сейчас у меня не было выбора. Большую часть времени я блокировал способность Моракса к телепатическому общению. Впрочем, Моракс знал, что лучше не говорить со мной таким образом без одобрения или срочности. Иначе я бы заставил его съесть свой хвост. Однако нынешняя ситуация определенно квалифицировалась как срочная.

Отвернувшись, Шакс оттолкнул Эрин в сторону, чтобы взять за плечи бессознательную женщину, которая, как я теперь понял, липла к Хоку. На виске у нее красовался багровый синяк. Я отвернулся, не желая знать о случившемся. Неожиданно земля под моими ногами задрожала.

Маленькие камешки осыпались со стен и с грохотом покатились по дороге. У меня не было времени продумывать свои действия, так как земля сильно вздыбилась и накренилась на три дюйма в сторону. Я сделал шаг вперед, чтобы сохранить равновесие. Крики нарушили тишину, когда некоторые люди упали, а другие бросились к стене.

— Тишина! — скомандовал я и подошел к краю дороги. Прозвучала еще пара всхлипов, но затем все стихло.

Бейл, Шакс и Корсон тоже подошли к краю. В яме появилась точечка света, которой не должно было быть. Мои клыки удлинились, пока я наблюдал за увеличивающимся сияющим пятном.

Ривер

— Что это было? — ахнула я, прижавшись спиной и ладонями к стене. Я так испугалась, что не обращала внимания на камни, болезненно впивающиеся в мою плоть. Моя грудь вздымалась с каждым вдохом, а сердце бешено колотилось в груди. Земля снова вздыбилась, а затем опять опустилась на место.

— Не знаю, — пробормотал Хок.

Повернув голову, я обратила внимание, что Хок заметно побледнел. Отойдя от стены, он направился к краю дороги.

— Хок! — зашипела я, когда он остановился и наклонился над бездонной ямой.

— Вероятно, это было обычное землетрясение, — пробормотал он.

— Тогда, наверное, не лучшая идея стоять так близко к краю, — рявкнула я.

Хок даже не обратил на меня внимание, уставившись в темноту.

— Там, внизу, какой-то свет.

— Серьезно?

Я оттолкнулась от стены и сделала осторожный шаг вперед. Независимо от того, что произошло, мне совсем не нравилось, когда земля хоть немного двигалась под моими ногами. Я опасалась, что землетрясение повторится, но на этот раз сбросит нас обоих с обрыва. Несмотря на здравый смысл, меня неудержимо тянуло к краю любопытство и озадаченное выражение лица Хока.

Подойдя к Хоку, я наклонилась, чтобы заглянуть в пропасть. Там, где раньше царила лишь тьма, сияла волна света. Понимая, что мне следует отойти от края, я все равно таращилась на сияние, распространяющееся по стенам и неуклонно приближающееся к нам.

— Что это такое? — пробормотал Хок.

— Без понятия, но навряд ли что-то хорошее.

Оглянувшись, я почувствовала, как мои внутренности скрутило в узел. К нам приближались ланавуры.

— Уходим!

Я схватила Хока за запястье, оттаскивая от края. В этот момент один из ланавуров ринулся на нас. Неожиданно мир вокруг утонул в потоке света. Земля снова ушла у меня из-под ног, отбрасывая назад.

Кобаль

— Вернитесь! — крикнул я, когда свет достиг нас.

Повернувшись, я широко раскинул руки, пытаясь защитить как можно больше людей. Я не чувствовал жара, но мир вокруг стал ярче, чем когда-либо был в Аду. Люди пригнулись и прикрыли головы. Бросив девушку, Шакс ринулся на Эрин, защищая ее своим телом, а Варгас прикрыл собой еще пару человек.

На меня налетел шквал ветра, разрывая мою испорченную одежду и с силой толкая мое тело. В моих ушах зазвенели крики… но через минуту я понял, что вопли исходили не от людей, а от сияния, освещающего неровные стены ямы. Повернув голову, я посмотрел на свет, в котором виднелись крылатые существа, несущиеся к вратам. Ветер от крыльев отбросил мои волосы назад.

Большинство лиц, проносящиеся мимо, были обветренными и морщинистыми. Головы тварей были запрокинуты назад, стремясь к земному миру. Неожиданно одна тварь пристально посмотрела на меня, а вторая издала вопль, сложила крылья и ринулась в атаку. Она неслась на меня со свистом словно ракета.

Я развернулся, расставил ноги и поднял руки, готовясь к обороне. В последнюю секунду я шагнул в сторону и ударил ее кулаком в затылок. Тварь опять закричала, врезавшись в дорогу с такой силой, что расколола камень. Люди поспешили убраться с пути подпрыгивающего тела, прежде чем оно влетело в стену.

Бейл прыгнула вперед и ударила женщину ногой в бок, из-за чего ее тело поднялось на три фута, а затем грохнулось на землю. Существо больше не двигалось, лежа ничком на камне. Корсон выпустил когти, подошел к твари и одним смертельным ударом отсек ей голову, покатившуюся по дороге прямо к Бейл.

Я расправил плечи и стиснул зубы, продолжая наблюдать, как существа летят к свободе.

Ривер

Поморщившись, я прижала руку к своим ушибленным ребрам и села, прислонившись к стене. В потоке света мимо меня пролетела стая крылатых старух. Их крики и хлопанье крыльев оглушали.

Ланавуры, также отброшенные взрывом, потрясшим Ад, уже поднимались на ноги. Пока они смотрели, как женщины взлетают все выше, то одобрительно кивали. Перекатившись в сторону, я вскочила на ноги и, спотыкаясь, направилась к неподвижно лежащему Хоку.

Сев рядом с мужчиной, я осторожно потянула его за руку, чтобы перевернуть. Из глубокой раны на его лбу сочилась кровь, а на правой щеке красовался синяк, но грудь равномерно поднималась и опускалась. Схватив Хока за запястье, я почувствовала биение пульса под своими пальцами.

— Хок, — в ответ на мои слова несколько ланавуров повернули голову в нашу сторону. Встав, я схватила мужчину за второе запястье и потащила назад, игнорируя мучительное напряжение в своих руках. Сейчас в приоритете было отдалиться от ланавуров. — Хок, вставай. Мы должны идти.

Он застонал и приоткрыл один глаз, посмотрев на меня.

— Что произошло?

— Наверное, пала еще одна печать, — пробормотала я и снова потянула его за руку, давая знать, что к нам направляются ланавуры. — Нужно бежать. Ланавуры догоняют нас.

Он выдернул запястья из моей хватки и перевернулся. Встав на четвереньки, Хок встряхнул головой. Положив пальцы на стену, я нащупала пульс жизни и вновь посмотрела на ланавуров. Хлопанье крыльев привлекло мое внимание к летящим женщинам. Одна из них зависла на краю дороги, разглядывая меня.

Мой желудок тошнотворно скрутило. Вместо волос на голове женщины красовались змеи, которые извивались и шипели. Обычно змеи не беспокоили меня. Но зрелище твари, к голове которой были прикреплены змеи, меня тревожило. Впрочем, меня беспокоила и собачья пасть, которая заменяла женщине рот. Ее крылья с белыми перьями заставляли меня думать об ангелах, но исходящая от нее злоба не имела ничего общего с божьими созданиями. Все женщины, пролетающие мимо, имели разные крылья. Некоторые были такими же, как у летучей мыши, а другие были покрыты перьями различных цветов.

— Что это? — пробормотал Хок.

— Не знаю, да и не хочу знать. Нам нужно уходить, — выпалила я.

Женщина улыбнулась мне.

— Тебя кое-кто ищет.

С этими словами она резко спикировала на нас.

Кобаль

Свет померк, оставив после себя лишь черноту ямы. Позади меня зашевелились и закряхтели люди.

— Что это было? — спросил Варгас.

— Семьдесят восьмая печать, — произнесла Бейл.

— Семьдесят восьмая? — пискнул кто-то.

— Да, — подтвердил я, ожидая, когда мои глаза снова привыкнут к темноте. — Лесные нимфы уже на свободе.

— Люцифер сошел с ума, — пробормотал Корсон.

— Пало уже семьдесят восемь печатей? — переспросила Эрин.

Я поднял голову и посмотрел на слабые лучи солнца. Земля уже никогда не будет прежней.

— Дерьмо вот-вот попадет в вентилятор, — заявил Корсон.

— Демоны и оставшиеся скеллеины вступят в бой, — ответил я.

— Да что это за твари такие? — требовательно воскликнул Варгас.

— Эринии, — пояснил я и повернулся лицом к людям. — Вы, наверное, знаете их как фурий.

— Каковы их особенности? — спросил кто-то.

— Это демоны справедливости и мести. Они наказывают своих жертв, сводя их с ума и мучая, — произнес Корсон.

— Замечательно, — пробормотал какой-то человек.

— Почему их заперли за печатью? — задала вопрос Эрин.

— Когда они расправились со всеми провинившимися душами и демонами, то ради развлечения принялись за невинных. Один из моих предков сумел захватить и запереть их, — ответил я.

— Итак, они злы и на свободе, — пробормотал Варгас. — Сколько их?

— Теперь девять, — усмехнулась Бейл и пнула голову в яму.

— Почему твои предки просто не убили их? — спросил другой человек.

Где-то внизу раздался пронзительный визг.

— Ривер, — выдохнул я.

Глава 14

Ривер

Метнувшись в сторону, я в спешке чуть не споткнулась о камень, уворачиваясь от пикирующей на меня женщины. Бросившись на землю, я перекатилась и снова вскочила на ноги. Хок поднялся и побежал ко мне, опустив голову и размахивая руками.

Женщина остановилась, так и не достигнув стены, развернулась ко мне лицом и щелкнула когтями. Змеи вокруг ее головы тоже повернулись, впившись в меня взглядами, и зашипели, высунув раздвоенные языки.

Пламя вспыхнуло на моих пальцах. Я подняла руку и выпустил огненный шар, поразивший женщину. Она кубарем скатилась к ланавурам.

— Бежим! — крикнул Хок и схватил меня за руку.

Хок мертвой хваткой вцепился в мою ладонь, и мы побежали по дороге. Наши учащенные дыхания и громкий топот ботинок эхом отдавались от камней. Я не знала, куда мы направлялись и как глубоко уже забрались в Ад. Сейчас главным было лишь одно — держаться подальше от той твари. В противном случае я очень скоро познакомлюсь со своим предком.

За нашими спинами раздался какой-то свист. Я резко остановилась, толкнув Хока к стене. В этот момент мимо нас пронеслась, сложив свои ангельские крылья, женщина. Положив руку на стену, я попыталась утихомирить бушующий во мне адреналин, чтобы ощутить успокаивающий пульс жизни, текущий сквозь камни.

Ухватившись за нить, я втянула в себя силу. В наполнившей меня энергии было что-то знакомое. Я подняла голову, устремив взгляд к солнечному свету и миру наверху, который сейчас был скрыт тьмой, но все равно как-то… попал сюда?

Когда создавался мир, то Небеса, Ад и Земля были единым целым. Затем откололись Ад и Небеса, сформировав собственные уровни. Но когда-то все они были связаны, и сейчас я чувствовала эти узы. Возможно, я черпала жизнь из Ада или каким-то образом доставала из Земли, но сила была знакомой… она приветствовала меня.

Тени отступили, когда полуночно-синие искры осветили землю. Существо развернулось к нам, показав раздвоенный язык, и ринулось в атаку. Хок попытался убрать меня с дороги женщины, но я успела поднять ладонь и выпустить заряд энергии. Воздух вокруг нас затрещал и наэлектризовался, а затем шар врезался в грудь женщины.

Она прижала руки к груди, захлопала крыльями, поднявшись на три фута над землей, и издала душераздирающий вопль. Я закрыла уши руками. Женщина немного отклонилась назад, а затем рухнула на дорогу.

Убрав руки от ушей, я с удивлением посмотрела на скрюченное тело. В воздухе распространился гнилостный запах. Вскоре я поняла, что вонь исходила от черной крови, сочащейся из странной женщины.

— Нужно уходить, — пробормотал Хок.

Я оттолкнулась от стены и начала осторожно обходить тело твари, не отрывая взгляд от кучи змей, окружавших ее морщинистое лицо. С каждым шагом на цыпочках, который я делала вокруг тела, в моем горле все сильнее пересыхало, пока не осталась лишь пыль.

Неожиданно одна из змей пролетела всего в нескольких дюймах передо мной и щелкнула зубами в паре сантиметров от моей ноги. Крик застрял в моем горле, и я отскочила в сторону. Хок тоже отшатнулся, прижав ладонь к сердцу.

Красные глаза змеи сияли красным во мраке. Она следила за мной, шипя и высовывая раздвоенный язык. Змея снова атаковала, силой инерции потащив мертвое тело на несколько дюймов вперед. Я отшатнулась.

— Я мог бы обойтись без этого дерьма в своей жизни, — пробормотал Хок.

— Как и я.

Позади нас раздался хруст камней. Я подняла голову как раз в тот момент, когда из-за угла появился первый ланавур. Выставив перед собой руки, я сформировала небольшой огненный шар, но монстр скрылся за углом прежде, чем я успела напасть.

Я выругалась и чуть не топнула ногой от отчаяния, но вовремя сдержалась. Как же я ненавидела этих тварей. Развернувшись, мы зашагали по дороге и вскоре достигли разветвления на две тропы.

Кобаль

Завернув за очередной угол, я резко затормозил, увидев тело фурии с выжженной отметиной в центре груди. Огонь не мог уничтожить тварь, так как она обладала особенно высокой устойчивостью к пламени.

Ее тело подтверждало факт, что Ривер сумела воспользоваться пульсом жизни в Аду. Я не знал, как такое было возможным, но теперь задумался, что это сотворит с Ривер. Как это повлияет на нее.

— Осталось восемь, — пропыхтела Бейл рядом со мной и пнула одну из змей.

— Я и забыл, какими уродливыми были эти женщины, — пробормотал Корсон.

Отвернувшись от тела, я снова перешел на бег. Движимый желанием добраться до Ривер, я не заметил разветвление дороги, пока не остановился в нескольких футах по левой тропе. Принюхавшись, я попытался уловить свежий аромат дождя, присущий Ривер. Среди более резких запахов я сумел легко обнаружить аромат моей избранной.

— Сюда, — повернув направо, я побежал в противоположном направлении. Мое сердце забилось быстрее, когда я понял, куда направлялись Ривер и Хок. Я должен был добраться до нее прежде, чем она попадет в яму коварства и мучений, откуда навряд ли выберется невредимой. Если вообще выживет.

Ривер

— И что это? — хрипло спросил Хок.

— Без понятия.

Моя кожа стала холодной, словно меня окатили ледяной водой. Это ощущение должно было быть приятным после бесконечной жары Ада. Однако во всем происходящем не было ничего приятного. Я отчетливо услышала, как засов замка встал на место в ту минуту, когда за нами захлопнулась дверь. Ланавуры остались позади. Инстинктивно я понимала, что монстры не попадут сюда, но и мы не выйдем через эту дверь.

Все-таки, поддавшись порыву, я оглянулась, убедившись, что позади не было ничего, кроме сплошной каменной стены с единственной дверью посередине. Хок сжал ручку и дернул, но дверь не открылась. Отпустив ручку, он бросил на меня взгляд, который так и кричал, что мы облажались. Если честно, то я думала, что он был прав.

Прямо передо мной что-то щелкнуло. Тишина наполнилась звонкой пронзительной музыкой. Каждый волосок на моем теле встал дыбом. На меня нахлынула настолько сильная паника, что волосы на моей голове тоже встали бы дыбом, если бы не были такими влажными от пота.

— Твою ж мать, — выдохнул Хок.

Я повернулась к карусели в центре выложенной галькой комнаты, которая начала вращаться, из-за чего замысловато вырезанные существа стали подниматься и опускаться. Некоторые из существ больше походили на лошадей, но все равно имели по две головы и несколько хвостов. У других было шесть ног, вместо лошадиных морд — свиные пятаки, а вместо копыт — клыки и когти.

Я никогда раньше не видела ничего подобного. Хотя карусель выглядела как любая другая с замысловатыми узорами, выгравированными на дереве вверху и внизу, и золотыми столбами, удерживающими существ на месте. Разноцветные мерцающие огни на потолке отражались в стеклянном полу, практически ослепляя и вынуждая меня потереть глаза.

Однажды, когда мне было пять, я каталась на карусели. Няня отвела меня в торговый центр, чтобы встретиться со своими друзьями. Посадив меня на одну из деревянных лошадок, она встала в стороне, наблюдая за мной и одновременно болтая с приятелями. Я смеялась, когда лошади поднимались и опускались, потеряв счет поездкам.

Няня все продолжала давать деньги мужчине, управляющим каруселью, чтобы я могла вдоволь накататься. К тому времени, как я закончила, она потратила на меня больше денег, чем заработала в этот день. Когда я вернулась домой, бредя о веселье и о красивых лошадях, моя мать уволила девушку. После этого я неделю рыдала целыми сутками и больше никогда не рассказывала маме о том, что мне нравилось.

Карусель моего детства была волшебной. А эта не имела ничего общего с моими воспоминаниями.

— Куда дальше? — спросил Хок, не отрывая глаз от представшего зрелища.

— Как можно дальше от этой хрени, — пробормотала я и шагнула в сторону.

Вот тогда я увидела, что за каруселью была сплошная стена без каких-либо дверей. До меня дошло, что выйти отсюда можно было только через запертую дверь. Я начала ощупывать плотные, твердые черные камни, кружа вокруг вращающейся карусели, в то время как жуткая, звонкая музыка продолжала играть.

Я пыталась игнорировать карусель, пока искала щель в стенах, какую-нибудь слабость, которая увела бы нас от жуткой музыки и бесконечно поднимающихся и опускающихся существ, но ничего не находила. Оцарапав ногтями камень, я изо всех сил попыталась сохранить спокойствие и не закричать во все горло.

Мы попали в Ад. Здесь могло случиться все, что угодно. Даже посреди пустоты появиться чертова карусель. Да и существа на карусели могли в любой момент ожить.

Глубокий вдох. Глубокий вдох.

— Ненавижу это место, — пробормотал Хок.

— Как и я, — кивнула я.

Сделав полный круг по комнате, я снова остановилась перед дверью и оперлась одной рукой о ее поверхность, а другой о прохладные черные камни. Хок встал рядом. Я извлекла жизнь из камней и сосредоточила энергию в своей ладони у двери. Искры танцевали над гладкой дверью, освещая серую поверхность, но не могли ни согнуть, ни спалить ее. Ничего, что могло бы заставить толстый металлический засов выскользнуть из замка.

— Не получается открыть, — прошептала я и прижалась лбом к двери.

Хок взял меня за руку, привлекая внимание.

— Смотри, — я проследила за его пальцем, который указывал на карусель. — Подожди, скоро повторится.

Я наблюдала за мигающими огнями, пока карусель делала очередной оборот. У меня перехватило дыхание, когда в центре карусели появилась дверь.

— Похоже это и есть наш выход, — пробормотал Хок.

— Но куда? — спросила я, когда дверь скрылась из виду.

— Вопрос на миллион долларов.

Я снова оглядела каменную комнату. Мы могли бы остаться и подождать прибытия Кобаля… или рискнуть с дверным проемом. Комната действовала на нервы, но не была враждебной.

Пока что.

Я уже заметила изменение в музыке. С каждой минутой она становилась все громче и визгливее. Существа поднимались и опускались быстрее… или мне это показалось?

Неожиданно одна из голов повернулась к нам. Я не сумела сдержаться, подпрыгнув и резко вдохнув. Это точно не казалось мне.

— Хрень, — прошептал Хок. — Просто какой-то бред.

— Не думаю, что нам позволят долго ошиваться здесь. И я не хочу выяснять, что произойдет, когда твари оживут и каким-то образом нападут.

— Я тоже.

К нам повернулась еще одна голова. Существо фыркнуло, раздув ноздри и выпустив вихрь пара. Их дыхание было холодным или горячим, раз было способно на такое?

Тварь наблюдала за нами черными глазами, в центре которых горел красный огонек, до тех пор, пока не скрылась из виду. Я осознала, что мое сердце навряд ли выдержит еще больше кошмаров, значит, нам придется ступить на карусель, чтобы добраться до двери.

Впрочем, у меня был хороший шанс получить сердечный приступ в процессе, но у нас не было особого выбора.

— Пойдем, — кивнула я и взяла Хока за руку. — Мне не очень-то хочется попасть под копыта этих тварей.

— Можешь сжечь их?

— Не в таком маленьком помещении. Может зацепить нас с тобой.

— Тогда воспользуйся супер-пупер силой, которая высасывает жизнь из окружающих предметов и убивает монстров, — посоветовал он.

— Супер-пупер сила? — ухмыльнулась я.

Хок пожал плечами, неотрывно следя за существами, подпрыгивающими вверх и вниз и становящимися все более живыми с каждым нашим словом.

— Ну, я так понял весь процесс.

Еще одна голова повернулась в нашу сторону. Звук, который издало существо, не был похож ни на что когда-либо услышанное мною за всю жизнь. Какое-то рычание, отражающее дикий голод. Мой желудок скрутило. Глаза твари напоминали угольки. Я была готова поспорить, что существо сожрет нас после того, как растопчет раздвоенными копытами.

Стараясь подавить страх, я уперлась пальцами в каменную стену. Жизнь забурлила под моей ладонью. Неожиданно одна из двухголовых лошадей громко фыркнула и дернулась в сторону. Шест, удерживающий ее, согнулся и сломался с гораздо большей легкостью, чем я представляла.

Копыта звякнули о стекло, покрывающее дно карусели. Шест все еще пронзал тело твари, но больше не удерживал ее на месте. Существо покачало головой и повернулось к нам с, я была готова поклясться, улыбкой на черных губах.

Хок занял оборонительную позицию, но я сомневалась, что мы сумеем защититься от пары десятков разъяренных чудовищ. Я подняла руку, на пальцах которой сияли темно-синие искры, когда лошадь сошла с карусели и направилась к нам.

Из моей ладони вырвался шар и поразил существо, отбросив его назад. Меня накрыло волной жалости, когда тварь громко взвизгнула, прежде чем врезаться в стену и рухнуть на землю неподвижной кучей.

Было ли возможно, что мы имели дело с какими-то животными, а не с одержимыми деревянными куклами? Сейчас у меня не было времени задумываться над ответом на собственный вопрос. Кем бы ни были эти твари, они собирались при первой появившейся возможности расправиться с нами. Уже многим существам удалось сорваться со своих насестов и ступить на стекло.

— Хок…

Мой голос затих, кода он прижал мою ладонь к каменной стене. В меня хлынула энергия жизни, текущей в Хоке. Его пульс жизни был далеко не так силен, как у Кобаля, но все равно очень помог.

Я повернулась к трем белым существам, бросившимся на нас. Их когти и копыта стучали по каменному полу. На выдохе я выпустила еще один шар. Вновь раздались визги.

— Думаю, мы сможем добраться до двери, — изрек Хок.

— А мы хотим туда входить?

— Даже если ты убьешь всех, то мы все равно останемся заперты в этой комнате. Считаешь, мы сможем остаться здесь без каких-либо последствий?

— Ты прав, — прошептала я и запустила еще одним зарядом жизни в двух существ: одного с бычьей головой на теле лошади и второго с бычьей головой на теле козла, ходящего на двух ногах. Шар поразил обоих, отбросив к остальным падшим собратьям.

— Тогда вперед, бежим!

Хок держал меня за руку, пока мы неслись по каменному полу к карусели. Огни на стекле замелькали быстрее. Музыка приобрела безумный, пронзительный ритм, от которого у меня заныли зубы. Хок первым запрыгнул на стекло, потянув меня за собой.

Я пошатнулась на стеклянном полу и чуть не упала, поскользнувшись на гладкой поверхности. Ослепительный свет и музыка вызывали у меня головокружение и помутнение зрения. Я больше не видела дверь, пытаясь сориентироваться посреди хаоса, кружащего вокруг.

Рядом со мной очередная тварь повернула голову. Порыв воздуха, такого холодного, что у меня замерзла кожа, овеял мой бицепс, когда существо фыркнуло. Я инстинктивно отпрянула, чуть не врезавшись в соседнего монстра. Хок сжал мою ладонь, притягивая ближе к себе. В этот момент зверь, напоминающего аллигатора, попытался укусить меня.

Не в силах сориентироваться в окружающем хаосе, я не сумела отреагировать должным образом и просто отступила. Развернувшись, Хок нанес серию сильных ударов по существу, проломив ему голову и сбросив с карусели. Меня пронзил шок. Хок всегда был сильным, но нынешняя мощь была не совсем уместна для нормального человека. Впрочем, ни один нормальный человек не смог бы забраться со мной так далеко в Ад.

— Сюда! — крикнул он и потащил меня по слепящей стеклянной поверхности.

Я напряглась, пытаясь сохранить равновесие, и крепче вцепилась в его руку, уворачиваясь от монстров, которые хотели освободиться от своих шестов и атаковать нас. Дернув мою руку, Хок увлек меня в центр карусели. Дверь снова появилась в поле моего зрения.

У меня было настолько сильное головокружение, что подкатывала тошнота. Прислонившись к Хоку для поддержки, я напряглась, ожидая, когда он распахнет дверь.

Глава 15

Кобаль

Подойдя к запертой на засов гладкой каменной двери, я дернул за ручку, но ничего не добился. Подняв кулаки, я заколотил в дверь.

— Ривер! — крикнул я. — Ривер!

— Кобаль, прекрати. Мы найдем другой вход, — заявила Бейл.

— Ты не знаешь, есть ли он.

— У Магнимуса всегда есть запасные вход и выход, — ответил Корсон. — Он слабак, а не дурак.

Магнимус. Если последний выживший демон иллюзий причинит вред Ривер, то я буду неторопливо сдирать кожу с его тела по одному дюйму за раз. Магнимус когда-то был одним из моих самых сильных и преданных сторонников. Он гордо стоял рядом с Корсоном и Бейл, помогая вести войну против Люцифера и его приспешников.

Но в один прекрасный день он внезапно вышел из войны и сбежал в этот уголок Ада, где последнее столетие создавал иллюзии. Я так и не понял, что произошло, а Магнимус до сих пор хранил молчание, хотя мы несколько раз пересекались. Он просто уходил от меня, не говоря ни слова.

Если бы он перешел на сторону Люцифера, то я убил бы его. Своим уходом Магнимус разозлил меня и оставил неприятный осадок, однако я не мог убить того, кто поддался трусости, сбежав с поля боя. Впрочем, если он прикоснется к Ривер, то я с легкостью растерзаю его.

— Он узнает в ней твою избранную, — произнес Корсон.

— А хорошо ли это? — процедил я сквозь стиснутые зубы.

Корсон открыл было рот, чтобы ответить, но сразу закрыл. В свое время ответ был бы очевиден. Теперь же все весьма сомнительно. Никто из нас больше не знал, кем был Магнимус, чьей стороны он придерживался и о чем думал. Все, в чем мы были уверены, — ему нравилось заманивать других в этот уголок Ада.

Я никогда раньше не заходил во владения Магнимуса, но он был известен своими великими иллюзиями ужаса. Известен своей способностью сводить с ума души и демонов, попавших в его ловушку, изнурительными мучениями. Немногие сумели спастись. Выжившие разглагольствовали о невообразимых монстрах, об ужасных играх, комнатах, которые не были комнатами, и куклах, которые оживали.

Мое дыхание участилось, когда я отвернулся от двери. Меня остановили полдюжины ланавуров, замерших всего в нескольких футах.

— Сейчас не время, — рыкнул я.

Ринувшись вперед, я вцепился в горло ланавура и поднял его в воздух.

Монстр впился в мои запястья, а в моем разуме зазвучал его голос:

— Ты недостаточно хорош для нее и никогда не сумеешь достигнуть планки. Несмотря на происхождение, она невинна, а ты сын Ада. Посмотри, как ты сражаешься за трон тьмы, пока она страдает. Она умрет, и в этой смерти будешь повинен ты.

Я встряхнул головой, избавляясь от надоедливого голоса, который пытался сыграть на моих страхах. Свернув ланавуру шею одним большим пальцем, я отбросил его обмякшее тело и повернулся к следующему врагу. На этот раз я не дал монстру шанс прочитать мои мысли. Обхватив его голову двумя руками, я одним движением оторвал ту от тела. А затем этой же головой швырнул в следующего ланавура, попав ему в лоб.

Ланавур пошатнулся от удара, и в этот момент Корсон полоснул его когтями ровно посередине, эффектно разрезав пополам. Я развернулся к остальным, но с ними уже расправились Бейл и Корсон.

— Кобаль, — повернувшись лицом к Бейл, я замер, так как толстая дверь приоткрылась.

Распахнув дверь, я вошел в комнату, едва обратив внимание на существ, растянувшихся по полу, так как лихорадочно искал Ривер. Ее не оказалось среди крови и резни.

— Она явно не намерена сдаваться, — усмехнулся Корсон, когда дверь за нами закрылась.

Я заметил еще одну дверь в центре вращающегося устройства.

— Что это за штука? — спросил я.

— Карусель, — пояснил Корсон. — Люди используют их для развлечения.

— Она не выглядит забавно, — пробормотала Бейл.

— Как и хотел Магнимус, — ответил Корсон.

Шагнув вперед, я услышал тихие звонкие звуки музыки и взобрался на стеклянный пол карусели, направившись прямо к двери.

Ривер

— Я всегда считал карнавалы порождением Ада, — пробубнил Хок, глядя на палатки и аттракционы, раскинувшиеся перед нами. Вот только эти аттракционы были совсем не похожи на те, которые я посещала в детстве.

Я не знала, чего ожидать за дверью карусели, но точно не гигантского клоуна, висящего над воротами, или серебряные турникеты, мерцающие в огнях гирлянд, обернутых вокруг столбов. Все вокруг казалось сюрреалистичным, но было таким же реальным, как и ботинки на моих ногах.

— Серьезно? — спросила я, стараясь не обращать внимания на вспотевшие ладони и кровь, шумящую в ушах.

— Откуда еще могли взяться клоуны?

Несмотря на напряжение, охватившее мое тело, я усмехнулась, так как знала, что Хок нуждался в этом.

— Мы справимся.

— Конечно, справимся. Можешь уже начинать жечь палатки. Но я советую в первую очередь сосредоточиться на тех, кто носит большие ботинки и красный нос. Полагаю, здесь они делают животных не из шариков, а из кишок посетителей.

Я вздрогнула от образа в моем воображении, вызванного словами Хока. Первый клоун, который подойдет ко мне, получит огненный шар в лицо.

В тени перед нами что-то зашевелилось. Я повернулась и увидела идущего к нам мужчину. Тени окружали его так, что казалось, будто он был их частью. Я могла поклясться, что одна из теней ласкала его лицо, но вскоре ее прогнал свет.

Мои внутренности скрутило, когда мужчина подошел к красной будке, установленной рядом с турникетами. Он был ниже меня ростом, но излучал ауру силы, которая так и кричала, что в нем скрывалось нечто большее, чем казалось на первый взгляд. Он поднес мегафон ко рту.

— Подходите и захотите на величайшее шоу из всех! — крикнул зазывала. Мужчина, одетый во фрак и цилиндр, вертел в ловких пальцах серебряную трость. — Вы увидите бородатую женщину, двухтонного демона галлапоса и пятнадцатифутового демона салавандора. Наслаждайтесь аттракционами, играми и едой. Здесь каждый найдет развлечение по душе. Заходите!

Зазывала, в черных глазах которого сияло веселье, повернулся к нам. Его лицо странно блестело, из-за чего я задалась вопросом, был ли мужчина настоящим или какой-то восковой статуей, ожившей благодаря этому мерзкому месту. Зачесанные назад черные волосы открывали резкие черты лица, которое сложно было назвать красивым из-за выражения безжалостности.

— Хочу поделиться с вами маленьким секретом. Вы не можете оставаться на этой стороне, — он приложил руку к щеке и заговорщически прошептал: — Иначе вы превратитесь в обед.

Словно по сигналу под моими ногами что-то зашевелилось. Я отскочила назад и посмотрела на землю, в которой скользило большое круглое коричневое существо. Сегментированный червь. Оказывается я стояла на гораздо более крупном и менее дружелюбном двоюродном брате дождевого червя. Взмахнув хвостом, червь швырнул в нас грязью.

Позади Хока прополз еще один монстр, продемонстрировав круглый рот, полный трехдюймовых острых зубов. Хок закричал и отскочил в сторону, когда червь прямо рядом с ним нырнул в землю.

Мы обменялись взглядами и побежали к турникетам. Карнавал представлялся нам меньшим из двух зол. По крайней мере, там не собирались убивать нас прямо сейчас. Мои ладони легли на холодный металл турникетов. Раздался щелчок, и перекладины провернулись, впуская меня внутрь.

— Добро пожаловать! Приветствую вас! — крикнул зазывала. Я впилась в него взглядом. Хок тоже прошел через турникет и встал рядом со мной. — Правильный выбор! Гарантирую, здесь пройдет лучшее приключение в вашей жизни.

Мужчина из воска ухмыльнулся мне с ужасающим обещанием в черных глазах-бусинках. Он отошел от нас и растворился в тени, будто его здесь никогда и не было. Я напряглась, пытаясь высмотреть мужчину, но там точно никого не было.

— Полагаю, нам пора идти, — пробормотала я Хоку.

— Если это спасет меня от того, чтобы быть сожранным проклятым червем, тогда вперед.

Пока мы шагали, я осматривала игровые палатки, выстроившиеся вдоль вестибюля. Дальнюю палатку, где находилась куча аквариумов, я предпочла проигнорировать, лишь мельком взглянув на нее. Там явно находились не рыбы, а нечто похожее на пиявок.

Здесь не было даже слабого дуновения ветерка. Грязь, вместо твердого черного камня, который мы наблюдали все проведенное время в Аду, хрустела под нашими ногами. Будто мы попали в совершенно другую вселенную или во что-то за пределами Ада.

Несмотря на то, что мир вокруг был странным, я все еще чувствовала проникающий в меня пульс жизни. Мне очень хотелось сжечь все в округе, но до сих пор на нас никто не нападал. Как бы сильно я ни ненавидела это место, нельзя было без причины крушить все подряд. К тому же если бы я рискнула, то могла бы нарваться на крупные неприятности.

Из одной палатки показался мужчина, держащий стеклянный шар, внутри которого было что-то похожее на кровь.

— Выиграй медведя для хорошенькой леди, — обратился он к Хоку, вертя между пальцами шар.

У меня пересохло во рту, когда я посмотрела на «медведей», свисающих с крючков на потолке. Не знаю, что это, но точно не обычный медведь, которых я видела на Земле. Существо весило фунтов пятнадцать, имело когти росомахи, рыло свиньи и красные глаза. Хотя густая коричневая шерсть действительно напоминала медвежью. Острые клыки нависали над нижними губами, а из крючьев, вонзенных в их спины, сочилась кровь.

Я ахнула, когда один из монстров дернулся.

— Они живые, — прошептала я.

— Конечно, здесь нет плюшевых медведей, — ответил мужчина с кривой ухмылкой.

Я отступила от отвратительного существа, которое дергалось в воздухе.

— Давай, выиграй своей девушке медведя, — уговаривал мужчина Хока, быстрее вращая шарик в своих ловких пальцах. Мужчина посмотрел на меня. Глубоко вдохнув, он впился взглядом в метку на моей шее, которая виднелась из-под рубашки. — Метка, — выдохнул он. — От…

Глава 16

Ривер

— Уходим! — я схватила Хока за руку и оттащила от мужчины. Просто я не знала, чего ожидать, если кто-нибудь определит метку Кобаля. Сможем ли мы тогда выбраться отсюда? Или нас убьют в ту же секунду? А может вообще отправят к Люциферу? Я не хотела рисковать в этом странном и ужасающем мире.

— Подходите сюда! Сыграйте в игру! Привет, красавчик! Ты самый красивый мужчина на свете!

Крики многочисленных мужчин и женщин, стоявших за игровыми палатками, сопровождали нас, пока мы шагали по главной улице карнавала. Чем дальше мы заходили, тем больше сладких ароматов угощений и жареного мяса наполняли воздух. Мой желудок заурчал, но я определенно не хотела узнавать, из чего здесь готовили еду.

— Куда пойдем? — спросила я, когда палатки закончились. Теперь перед нами возвышались аттракционы, ни на один из которых я не собиралась забираться.

Аттракцион из костей выглядел так, словно мог рухнуть даже из-за слабого дуновения ветерка, не говоря уже о нашем с Хоком весе. А тот с черными тележками на самом деле был прикреплен к какому-то щупальцу. Пока я смотрела на аттракцион, щупальце раскралось, обнажив присоски, и все тележки опустились, прежде чем снова подняться в воздух.

— Вперед, — ответил Хок.

Мои глаза блуждали по сторонам, пока мы шли по похожим на лабиринт дорожкам карнавала. Я все ждала, что что-нибудь выскочит из ниоткуда и нападет, но ничего не происходило. Мы уже возвращались к основной тропинке, когда свернули на дорогу с большой палаткой в центре. На красно-желтых стенах висели картины демонов и людей. Я вспомнила приглашение зазывалы:

«Вы увидите бородатую женщину, двухтонного демона галлапоса и пятнадцатифутового демона салавандора».

Мне не нужно было заходить и смотреть на них, так как одного взгляда на фотографии на стенах палатки было достаточно, чтобы я поняла, что в течение многих лет буду мучаться кошмарами, после увиденного шоу.

— Приходите посмотреть наше шоу! — мой взгляд сосредоточился на мужчине, стоявшему у палатки. Это был тот же самый парень из воска, который зазывал на карнавал.

— Нет, спасибо, — пробормотала я и отступила.

Мужчина перегнулся через свою стойку, опершись на нее локтем, и пристально посмотрел на нас.

— Вы не можете вечно избегать наши развлечения. Ничего не изменится, если вы продолжите действовать по той же схеме. С вашей стороны просто безумно верить в подобное.

— Ривер…

— Мы войдем, — перебила я, прежде чем Хок успел закончить предложение.

— Ну наконец-то! — воскликнул зазывала, всплеснув руками. — Нет ничего интереснее, чем шоу уродов!

— Я могу придумать миллион занятий поинтереснее, — возразил Хок.

Зазывала лишь улыбнулся, обнажив полный зубов пираньи рот. Восхитительно.

— Пойдем, — пробормотала я и толкнула Хока в бок.

Мужчина элегантно поклонился и жестом пригласил нас войти внутрь. Хитрая улыбка появилась на его губах, когда он снова выпрямился. Прежде чем я сумела помешать ему, зазывала откинул мои волосы с шеи, обнажив метку Кобаля. Я оттолкнула его руку, сжав ладони в кулаки и пытаясь сдержать желание врезать мужчине.

— Как так получилось, что человек стал избранной законного короля Ада, да еще и спокойно находится так глубоко в Аду? — поинтересовался он.

— Если ты понял, кто мой избранный, то, возможно, тебе стоит пересмотреть свое решение задержать нас, — ответила я.

В его глазах сверкнуло веселье. Мужчина отступил.

— Ох, нет, дорогой человек. Сначала я выясню все твои секреты. Думаю, в тебе есть нечто большее, чем кажется на первый взгляд, — он посмотрел на Хока. — А он, безусловно, не человек. Больше нет.

Хок шокировано открыл рот и резко шагнул к мужчине. Я положила руку на грудь друга, чтобы сдержать агрессивные порывы. Мы оба знали, что Хок уже не был прежним, но ни один из нас не понимал, что из себя представлял этот парень. Лично я сомневалась, что многочисленные изречения мужчины были правдой.

Меня так и подмывало поджарить ему яйца, но такой поступок раскрыл бы мои секреты, которые так желал узнать мужчина. Я не собиралась без крайней необходимости демонстрировать свои способности этому уроду.

— Поспешите, — подбодрил он и откинул полог палатки, пропуская нас внутрь. — Некоторые события не могут оставаться незамеченными и часто кардинально меняют жизнь.

Вытерев вспотевшие ладони о штаны, я расправила плечи, приготовившись встретить любые ужасы. Забыв про пот, стекающий по моей шее, и острую жажду, обжигающую горло, я шагнула в палатку… И сразу сморщила нос из-за сильной вони. Здесь пахло, как в клетке хомяка, которую не чистили целый год. Моча, опорожнения и что-то затхлое… я не сумела точно определить.

Зазывала наклонился ко мне и прошептал:

— Предупреждаю, у салавандора идет брачный сезон.

Я поджала губы и сощурила глаза, переосмыслив решение не показывать свои силы. Хок схватил меня за руку и затащил в палатку. Полог с шорохом опустился на место, заглушая громкий смех зазывалы и напоминая мне о начале отношений с Кобалем. Мое сердце сжалось от тоски.

— Постарайся не смотреть, — посоветовал Хок.

Он вел меня по проходам, заставленных полками, на которых стояли банки странными частями тела разных существ. Я вздрогнула, когда заметила маленького пушистого зверька, похожего на шиншиллу и плавающего в отвратительной желтой жидкости, заполняющей все банки. Скорее всего эта тварь при жизни ела глазные яблоки или что-то в этом роде, но мертвая выглядела довольно милой.

— Не стоит засматриваться на пушистых монстров, — пробормотала я себе под нос и отвернулась.

— Я действительно уже не полноценный человек, верно? — спросил Хок.

Я краем глаза взглянула на него.

— Не уверена.

— Что-то случилось, когда Лилит порезала меня, из-за чего ее кровь смешалась с моей.

Кобаль говорил, что ее кровь только исцелила Хока, но, очевидно, произошло нечто большее, раз он все еще сопровождал меня в Аду.

— Да.

Над его верхней губой выступили капельки пота.

— Теперь я похож на одного из них? Меня ждет превращение в канагского демона? Поэтому Сара так одержима мной?

— Я не знаю. Может, ты больше похож на меня. Человек с демоническими наклонностями или что-то в этом роде.

Его полные губы сжались в тонкую линию. Хок вновь сосредоточился на проходе перед собой.

— Может и так, — пробормотал он. Мои слова совершенно не убедили его, впрочем, как и меня.

Мы добрались до задней част палатки, где и нашли живое «шоу». Если бы я хоть раз посетила подобный карнавал на Земле, то возненавидела бы человеческую версию такой палатки. Демоническая версия заставляла меня захотеть не вылезать из ванной целую неделю.

Демоны, пойманные в ловушку и сидевшие в стеклянных камерах, которые были установлены на сцене, все еще были живы, но имели пустые взгляды, будто мысленно находились где-то очень далеко. Бородатая дама была похожа на человека. Я задумалась, не попала ли она в этот мир также, как и мы. Хотя, может она погибла, а ее душу сослали сюда, чтобы она страдала в собственной версии ада, имитирующего ее прежнюю жизнь.

Ее голубые глаза остановились на мне… но в них не промелькнуло узнавание. Женщина отвернулась. Мы прошли мимо еще нескольких существ и пары людей, прежде чем наткнулись на демона галлапоса. Даже Джабба Хатт[3] позавидовал бы складкам галлапоса. Монстр был таким огромным, что было невозможно разглядеть его ноги… только крошечные ступни, торчащие из-под живота. Но такие конечности больше подходили для двухлетнего ребенка, чем для двухтонного демона.

— Пойдем, — позвал меня Хок.

Он положил руку на мою спину, подталкивая вперед, пока мы не дошли до конца и демона салавандора. Стеклянный фасад, стены и потолок его клетки покрывала слизь. Демон вывалил синий язык, когда заметил нас, замахал короткими руками и прижался грудью к стеклу.

Похожий на гораздо более крупную версию саламандры, он поднялся на задние лапы и вытянулся на футов пятнадцать. Его тело имело черную окраску с желтыми кругами на спине, которые становились ярче при нашем приближении. Трехфутовый пенис восстал у его задних ног, врезавшись в стекло и оставив свежий след слизи. Я отступила, чуть не споткнувшись, и отвернулась от огромной рогатой ящерицы.

Отчаянный крик подступил к моему горлу. Я больше не могла выносить гнетущего ощущения этого мира. Из-за вони живых и мертвых, собравшихся в затхлых стенах, у меня разболелась голова.

Хок положил руку на мое плечо, когда я судорожно вдохнула и наклонилась, уперев ладони в колени. Все страдания запертых существ давили на меня, разрывая сердце. Меня терзало непреодолимое желание выплакать душившую боль. Я не чувствовала такого с тех пор, как впервые подошла к вратам Ада.

Ад определенно оправдывал свою репутацию. Я безумно хотела выбраться отсюда, но чувствовала, что мы попали в какую-то зловещую ловушку, из которой практически невозможно выпутаться.

— Ривер, ты в порядке? — поинтересовался Хок.

Мне было стыдно осознавать, что несколько слезинок все же скатились по моему лицу. Я поспешно вытерла щеки. Я так усердно работала над своим умением противостоять Аду, держать себя под контролем, но в этой вонючей палатке развалилась на части быстрее, чем йо-йо на веревочке. Я бы никогда не выжила в Аду, если бы не умела брать себя в руки.

— Нормально, — заверила я.

— Пойдем, пора выбираться отсюда.

— Не думаю, что мы уйдем вот так просто. Он пытается устроить нам некую проверку, но пока убедился лишь в том, что мы способны сдержать тошноту.

Ок сжал мое плечо, но не стал спорить. Мы оба знали, что я была права.

«Нам никогда не вырваться на свободу».

Я оттолкнула непрошенную мысль. Но когда я выпрямилась и снова зашагала по переполненным проходам палатки, то убедилась, что у нас не получится сбежать.

Я была так поглощена попытками избавиться от отчаяния, что не замечала очевидного, пока не услышала отчетливый щелчок. Мое сердце екнуло. Неужели салавандор выбрался наружу? Он охотился за нами в проходах, надеясь спариться? Мысль ужасала, но, обернувшись, я убедилась в своей правоте, так как демон, оставляя за собой скользкий след похоти, полз к нам.

Глава 17

Кобаль

— На протяжении многих лет Магнимус был чрезвычайно занят, — заметил я, осматривая палатки и здания, выстроившиеся вдоль дороги. Красные, желтые и оранжевые знамена вяло свисали со столбов в безветренной темноте. — Что это за место?

— Карнавал. На них когда-то ходили люди, чтобы поразвлечься, — пояснил Корсон, с нотками недоверия в голосе. — Я и не знал, что Магнимус наблюдал за миром людей.

— Как и я, — пробормотал я, скользя взглядом по пустым и полным демонами Ада палаткам. — Впрочем, мы не были в курсе, чем занимался демон иллюзий в течение многих лет.

— Я не доверяю ему, — заявила Бейл, оглядываясь по сторонам.

— Когда-то он был нашим союзником и другом, — напомнил Корсон.

— А потом струсил и ушел в свой собственный мир, — фыркнула Бейл.

Я молчал, ища запах Ривер среди палаток, мимо которых мы проходили. Из-за витающих в воздухе ароматов сладких фруктов и жаренного мяса было практически невозможно обнаружить ее запах. Тем не менее, меня потянуло к палатке с маленькими существами, свисающими с крючков на потолке.

Оказалось, здесь висели и замахивались на нас когтями маленькие демоны бартон, вид которых заставил меня скривить губы. Бартонов заперли за печатью тысячи и тысячи лет назад. Безмозглые животные, жаждущие лишь насилия и крови. Бесконечная потребность бартонов в насилии заставила одного из моих предков запереть их, чтобы защитить других от ненасытных аппетитов животных.

— Пятьдесят пятая печать, — вздохнул я.

— Ты так и не почувствовал, что случилось с псами? — спросила Бейл, с отвращением глядя на бартонов.

Под моей плотью Крукс и Феникс заерзали, пытаясь ощутить, что произошло с их родственниками. Печати продолжали падать, но я не чувствовал потери связи ни с одной из гончих, которых оставил в Аду.

— Нет.

— Зачем Магнимус поместил сюда бартонов? — поинтересовался Корсон. — Почему бы не убить их сразу? Он же знает, насколько они опасны.

— Без понятия, — я пожал плечами, отворачиваясь от висящих существ. Мой взгляд пробежался по палаткам, баннерам и гирляндам в поисках каких-нибудь признаков Ривер, Хока или Магнимуса. На тропах, пересекающих карнавал, не было ни малейшего движения. — Но я уверен, что у него есть на то причины.

— Конечно. Ведь он перешел на сторону Люцифера, — выплюнула Бейл.

— Тогда бы он был с Люцифером, а не здесь, — ответил я. — Я не доверяю Магнимусу, но если бы он присоединился к Люциферу, то уже творил бы злодеяния, а не прятался здесь.

Развернувшись, я быстро зашагал по грунтовой дороге. Все, что нас окружало, было сложной сценой, сотканной демоном иллюзий. Тем не менее это казалось настолько реальным, что я мог чувствовать структуру дерева кабинок, когда проводил по ним пальцами.

Здесь его иллюзии обрели жизнь, которой прежде никогда не проявлялось. Магнимус всегда мог создать сцену из воздуха, которая сбила бы с толку любого врага, но если кто-то проходил через иллюзию, то та легко распадалась.

Должно быть, потребовались сотни лет тщательного переплетения сцены, чтобы она стала такой живой.

— Зачем он сотворил нечто подобное? — спросил Корсон.

— Кто поймет этого Магнимуса, — ответил я.

Я остановился и принюхался. Под серой и огненным запахом Ада, жарящегося мяса и животной вонью бартонов я уловил намек на Ривер. Повернувшись, я зашагал по боковому переулку, мимо тележек с едой и скопления палаток, в которых обитали некоторые из наиболее безобидных видов животных Ада.

Ривер

Оглянувшись через плечо, я зажмурилась, а когда открыла глаза, то с облегчением обнаружила, что мне все привиделось, а проход был пуст.

— Давай поспешим, — обратилась я к Хоку, возобновляя шаг.

Он перешел на быструю трусцу, направляясь к передней части палатки, а я последовала за ним. Нам нужно было как можно быстрее выбраться отсюда. Краем глаза я уловила какое-то движение. Повернувшись, я заметила, как по соседнему проходу двигался так называемый «медведь». Его тело казалось искаженным из-за стоявших от пола до потолка стеллажей со стеклянными банками с ужасным содержимым. Тем не менее я узнала существо.

В отличие от своих меньших собратьев, этот монстр был почти десять футов высотой и не имел крючков, удерживающих его на месте.

— Святое…

Слова Хока потонули в реве «медведя», от которого задрожали стены палатки. Монстр ринулся на нас, без колебаний врезавшись в ряд стеллажей. Я отскочила назад, когда полка, полная банок, опасно накренилась из-за удара громоздкого тела.

«Только не на меня! Только не на меня! — мысленно повторяла я, пока убегала от стеллажа. Банки посыпались на земляной пол, разбиваясь и расплескивая содержимое. Я отшатнулась, избегая потока жидкости, льющейся к моим ногам. — Только не на меня!»

Вонь, не похожая ни на что, с чем я сталкивалась за всю жизнь, мгновенно вызвала у меня тошноту. Смесь из тухлых яиц, мусора месячной давности и разлагающегося тела пахла лучше, чем амбре из разбитых банок. Я предполагала, что существа, плавающие в жидкости, были мертвы, но когда они оказались на свободе, то некоторые вернулись к жизни. Милый маленький зверек, похожий на шиншиллу, издал оглушительный визг и прыгнул вперед, с первого раза поглотив змееподобное существо.

Огонь вспыхнул на моих пальцах и распространился до самых локтей, когда «медведь» встал на задние лапы и пошел в наступление. Я напрочь забыла о желании скрывать свои способности, чтобы ублюдок, заманивший нас сюда, не выяснил мои секреты, потому что не собиралась позволять монстру дотронуться до кого-нибудь из нас.

С каждым шагом его когти стучали по земляному полу. Глаза «медведя» блестели, словно кровь, в тусклом свете. И вот он уже обнажил свои смертоносные клыки, с которых свисали мясистые куски, раскачивающиеся взад и вперед с каждым движением. Конечно, чудовище ничем не походило на Винни-Пуха, но по какой-то причине мой охваченный паникой разум ухватился за это имя, переделав в Медведь-Пух.

Если бы возникла необходимость, я бы взорвала монстра, отправив обратно в Стоакровый лес[4]. Повернувшись боком, я протиснулась между полок, мешавших мне выпустить мое пламя.

Хок вскрикнул, когда симпатичный зверек пробежал по его ботинку и прыгнул ему на ногу. Он попытался скинуть существо, но оно вцепилась когтями, словно репейник, в его брюки и, разрывая материал, начало подниматься. Хок схватил зверька и дернул, пытаясь отшвырнуть. Монстрик громко взвизгнул и вонзил клыки в его бедро.

— Сука! — крикнул Хок и ударил маленькое существо тыльной стороной ладони так сильно, что оторвал тело от головы.

Мы оба уставились на голову крошечного существа, все еще висящую на ноге Хока, пока тело летело через всю комнату. Хок пристально посмотрел на голову, а затем схватил ее и извлек клыки из своей плоти. Кровь хлынула из маленьких ран. Хок отбросил голову в сторону.

Когда наши взгляды встретились, я остро почувствовала его отчаянное желание выбраться отсюда. Обогнув еще один ряд стеллажей, мы вышли на более открытую площадку, где я могла нанести удар по преследующему нас существу.

Маленькое, похожее на рыбу чудовище, сбежавшее из банки, прошлепало мимо нас, направляясь к выходу. Я прекрасно понимала желание твари сбежать, но сильно сомневалась, что мы с Хоком так легко отделаемся от Медведя-Пуха. Пух завернул за угол, задрал голову и взревел, расправив плечи шириной в четыре фута. Мы были в добрых пятнадцати футах от монстра, но его зловонное дыхание обдало меня, сдувая волосы с лица.

Подняв руку, я выпустила огненный шар, попав Пуху прямо в грудь. Удар отбросил монстра на шаг назад. Но огонь лишь лизнул его грубую шерсть, вместо того, чтобы поглотить существо. Пух стряхнул пламя, как собака избавляется от капель дождя. Издав еще один рев, он бросился на нас со скоростью, которая противоречила размерам его большого тела.

Отпрыгнув в сторону, чтобы убраться с дороги монстра, я схватила Хока за руку и дернула на рядом стоящий стеллаж, который опасно покачнулся. Хок ринулся в бок и оттащил меня с места, на которое посыпались банки, разбиваясь.

Пух пронесся мимо, но вскоре развернулся и впился в нас взглядом. Монстр оскалился, обнажив длинные клыки, топнул ногой, как бык, и снова бросился в атаку.

— Сбрось на него ядерную бомбу с энергией жизни, — закричал Хок и сжал мою руку.

Меня захлестнул поток его жизни, вот только на моих пальцах так и остался огонь, подпитываемый страхом. Мое сердце билось слишком быстро, а адреналин заставлял мышцы дрожать. Я попыталась сосредоточиться на способности управлять пульсом жизни, но пламя продолжало танцевать на моих руках.

— Ривер! — поторопил Хок.

Мы отбежали в сторону за секунду до того, как мимо пронесся Пух, желавший выпотрошить нас своими шестидюймовыми когтями. Еще один стеллаж с банками рухнул, окатив грязной жидкостью наши ноги.

Я пыталась увернуться от выбравшихся на свободу существ, но наступила на щупальце дитя любви осьминога и ската, судя по плоскому телу и конечностям. Монстр закричал и выдернул щупальце из-под моего ботинка. Шлепнув меня по ноге в демонстрации своего раздражения, монстр пополз к выходу. По крайней мере, никто из них не напал на нас. Существа были больше сосредоточены на побеге.

Наклонившись, я подняла с земли зазубренный кусок стекла и развернулась как раз в тот момент, когда Пух снова ринулся в атаку, замахнувшись на меня. Его когти со свистом рассекли воздух. Я отскакивала назад снова и снова, едва успевая уклоняться от смертельных ударов. Пух безжалостно оттеснял меня к заставленным банками стеллажам.

Когда я в очередной раз нагнулась, чтобы избежать смертельного удара, то мир вокруг меня исчез… на подмогу прибыла еще одна моя сила. Вместо рядов стеллажей и стен палатки все, что я теперь видела — чудовище, настойчиво продвигающееся вперед. Все его движения проносились в моей голове за секунду до того, как это происходило в реальности. Я увернулась от следующего удара, уклонившись вправо, и подпрыгнула в воздух, избегая ног монстра.

Я закричала, замахиваясь куском стекла, и вогнала осколок прямо в его висок. Теперь мы оба, Пуф и я, были забрызганы кровью из моей порезанной ладони и его страшной раны. Существо взвыло, отшатнувшись. Я попыталась увернуться, но не сумела уйти от опускающейся на меня лапы. Перед моими глазами заплясали белые пятна, кода лапа достигла моей щеки.

Сила удара отбросила меня на десять футов через комнату. Когда я врезалась в стеклянную камеру бородатой женщины, то резко выдохнула, ощущая дикую боль в спине. Я задыхалась, стараясь втянуть воздух в свои пустые легкие, но они наотрез отказывались впускать кислород. Борясь с подступающей потерей сознания, мне потребовалась минута, чтобы снова нормально задышать и восстановить зрение.

Теперь бородатая женщина узнала меня. Ее глаза следили за каждым моим движением с энтузиазмом, который привел меня к выводу, что пребывание в клетке было ее наказанием за ужасные поступки, совершенные при жизни.

Я не спрашивала Кобаля об этом, но, возможно, души, посланные сюда, могли сохранять свои человеческие формы. Или, возможно, так они выглядели до того, как ими начали питаться демоны, превращая их в духов. Если все было так, как я предполагала, то теперь было ясно, какую боль испытывали души, учитывая, насколько искривленными и искаженными были их формы.

Моя голова пульсировала от боли, но мне все же удалось опереться на дрожащие руки и принять сидячее положение. В это время Пух возился с осколком, пытаясь выковырять стекло с помощью когтей.

Неожиданно из-за угла выскочил Хок с еще одним куском стекла в руке. Прыгнув, он приземлился на спину Пуха и обхватил рукой шею существа. Отклонившись, Хок прижал осколок к горлу монстра и глубоко резанул его плоть.

Кровь брызнула из раны. Хок каким-то образом сумел спрыгнуть с чудовища перед тем, как оно перевернулось на спину в попытке раздавить обидчика.

Я заставила себя встать и, пошатываясь, шагнуть к Хоку. Наконец, Пуху удалось выдернуть осколок из виска. Когда он повернул морду в нашу сторону, его глаза сияли ярче рубинов на солнце.

— Черт, — прошептала я, когда поняла, что, независимо от сильной кровопотери, мы были далеки от убийства монстра.

Глава 18

Ривер

Пух взревел, брызгая слюной, и ринулся на меня. Я отпрыгнула назад, чтобы избежать его хватки, но вопреки моим ожиданиям и своему состоянию монстр двигался слишком быстро. Его когти зацепили мою лодыжку, сбив с ног.

Я рухнула на землю, распластавшись на спине, и снова потеряла способность дышать. У меня закружилась голова, вызывая тошноту, но я сумела остаться в сознании и пнула существо. Пух вонзил когти в мою лодыжку, разрезая плоть, из-за чего по моей ноге побежала кровь, заливая землю. Монстр радостно хмыкнул. Он дергал меня, все глубже загоняя когти.

На кончиках моих пальцев вспыхнуло пламя, которое я сразу направила на Пуха. В этот раз огонь оказал на монстра такое же влияние, как и в прошлый — никакого. Хок прыгнул вперед, чтобы помочь, но Пух наотмашь ударил его по лицу. Сбитый с ног, Хок врезался в одну из стеклянных клеток. Некоторые заключенные существа поднялись и прижали ладони к стеклу, с нетерпением наблюдая за происходящим.

Я снова пнула монстра свободной ногой и вцепилась в его лапу, крепко держащую мою лодыжку. Вместо того чтобы отпустить меня, он еще глубже вонзил когти в мои мышцы. Если мы продолжим в том же духе, то я лишусь ноги. Я отчаянно брыкалась, одновременно пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце, чтобы сосредоточиться на пульсе жизни.

Раздался еще один громкий рев, но на этот раз это был не Пух. Стены палатки сильно задрожали. Я впервые увидела ужас в глазах удерживающего меня монстра.

У меня не было времени понять, что произошло. Неожиданно в проходе появился Кобаль, который бежал с нереальной скоростью. Мышцы на его мускулистых ногах перекатывались при каждом шаге, а глаза обрели ярко-янтарный цвет. Кобаль атаковал Пуха.

Когда Пух резко отпустил меня, решив, что спасение бегством было лучшим вариантом, я растянулась на спине и впилась зубами в нижнюю губу. Я прекрасно понимала монстра, так как мне тоже хотелось убежать от ярости в глазах Кобаля. Кобаль прыгнул вперед, пролетев разделяющее нас расстояние, и приземлился на Пуха с такой силой, что они влетели в клетку демона галлапоса.

Галлапос выгнул морщинистую бровь… единственная реакция, которую он проявил, когда Кобаль вцепился в шею Пуха. Кобаль безусловно был самым могущественным демоном, с которым я когда-либо сталкивалась, но Пух превышал его на добрую тысячу фунтов в весе и на три фута в росте. Тем не менее тысяча фунтов ничуть не замедлила Кобаля. Он продолжал тянуть голову монстра назад, поднимая существо на ноги.

Я ахнула, когда Пух упал на Кобаля, но мой избранный, казалось, не заметил огромного веса. Пальцы Кобаля нашли большой порез, который оставил на горле Пуха Хок. Вены на руках Кобаля вздулись, когда он напрягся, отрывая плоть от костей.

Существо, рассекая когтями воздух, ударило Кобаля, впиваясь когтями в его руки, чтобы освободиться от безжалостной хватки. Прозвучал тошнотворный, хлюпающий звук и треск. Кобаль отбросил голову в сторону и скинул с себя тело, будто оно весило не больше меня.

Перекатившись на бок, он одним плавным движением вскочил на ноги, пока я сидела и тупо таращилась на него. Его плечи вздымались, а из-под губ выглядывали клыки. Кобаль посмотрел на меня, пытаясь взять под контроль эмоции. Несмотря на окружавшую его смертоносную ауру, Кобаль был самым великолепным и желанным мужчиной, которого я когда-либо видела.

Мне хотелось поползти по полу и броситься в его объятия, но навряд ли сейчас у меня получилось бы провернуть нечто подобное. Поэтому я лишь немного подвинулась, уперевшись спиной в клетку бородатой дамы. Меня до сих пор мучало головокружение, а моя лодыжка будто горела. Кровь, сочащаяся из моей ноги, стекала на землю. Но мне каким-то образом удавалось оставаться в сознании, что было приятным плюсом.

В нескольких футах от меня встал Хок. Он прислонился к стеклу, не обращая внимания на уставившегося на него демона, и изо всех сил пытался отдышаться. Кобаль судорожно вздохнул и направился ко мне. Обугленная рубашка прилипла к его торсу, от штанов мало что осталось, а ботинки выглядели так, словно он ходил по углям.

Как я поняла, он пробирался ко мне сквозь пламя.

Огонь не причинил бы Кобалю вреда, но, чтобы добраться до меня, он, вероятно, повалил или снес часть бара. Когда он опустился передо мной на колени, меня переполнила любовь. Кобаль вытер кровь со своих когтей и рук, не разрывая наш зрительный контакт. Подняв руку, он втянул когти и нежно прижал ладонь к моей щеке над большим синяком. Я поддалась на встречу его прикосновению, впитывая любимое тепло. Второй рукой он пробежался по ранам на моей лодыжке и стиснул челюсть.

— Мне нужно было торопиться, — пробормотал он.

— Сейчас ты здесь, и это все, что имеет значение, — я прижала руку к его щеке. Золото его глаз померкло, вновь сменившись на черноту. — У нас не было выбора, кроме как войти в Ад. Огонь и ланавуры наступали.

— Знаю.

— Нам пришлось оставить людей позади, чтобы отвлечь ланавуров. Они не могли справиться с атмосферой Ада. Мы должны найти их и доставить в безопасное место.

— Мы встретили их. Шакс выводит людей обратно на поверхность. С ними ничего не случится.

— Я сумела выдержать действие Ада. Как и Хок.

Его брови сошлись на переносице. Прежде чем Кобаль успел ответить, в палатку вошли Корсон и Бейл, привлекая его внимание. Демоны вели под руки ухмыляющегося зазывалу. Ноздри Кобаля раздулись, а на виске запульсировала вена.

Нежно обхватив меня руками за спину и талию, он встал. Я обняла его за плечи, инстинктивно пытаясь успокоить нарастающее напряжение в его теле.

Мощный поток пульса жизни Кобаля хлынул в мое тело, облегчая страдания и помогая остановить кровотечение. Пристальный взгляд Кобаля сосредоточился на ранах вокруг моей лодыжки. Он сощурил глаза, увидев насколько быстро срасталась плоть. Его внимание к моей лодыжке распалило любопытство остальных.

Корсон и Бейл выглядели так, словно кто-то ударил их по головам. Хок переводил взгляд с меня на рану и обратно. Его пальцы рассеянно опустились на ту сторону груди, где Лилит нанесла ему серьезное ранение. Я знала, что, в отличие от Хока, мое ускоренное исцеление не имело ничего общего с кровью демона, все дело было в моей избранной связи с Кобалем и растущей силой способностей.

Чернота глаз зазывалы исчезла, сменившись серебристым цветом, а затем вновь вернулась. Его взгляд переместился с моей лодыжки на меня. Самодовольная улыбка, тронувшая его тонкие губы, пробудила во мне желание сильно ему врезать. Кобаль крепче обнял меня. Я чувствовала, как его охватывал гнев, а мышцы напрягались от каждого движения.

— Могу я поджечь его? — спросил я у Кобаля.

— Может, позже, — ответил Кобаль.

Зазывала закатил глаза.

— Я не собирался позволять животному убивать ее, Кобаль.

Прежде чем я успела остановить его, Кобаль поправил свою хватку на мне и схватил зазывалу за рубашку. Глаза мужчины расширились, когда Кобаль резко дернул его. Кобаль оскалился, обнажив блестящие кончики четырех клыков. Корсон и Бейл сделали шаг назад. Кобаль навис над мужчиной.

— Ты знаешь, что она значит для меня! Ты вообще не должен был позволять им прикасаться к ней! — Кобаль зарычал таким тоном, что мои волосы на руках встали дыбом. Зазывала сохранил бесстрастное выражение лица, выдержав пристальный взгляд Кобаля. Черт знает, кем был этот парень, но либо он совершенно обезумел, либо имел стальные яйца.

— А еще я знаю, кто она, — ответил зазывала. — Мне нужно было увидеть, на что она способна. Я не разочарован.

Его взгляд переместился на мою лодыжку, поэтому я тоже посмотрела на порезы. От уродливых ран остались лишь царапины, которые могла бы нанести обычная кошка. Я удивленно выгнула брови, осознав, что исцеляюсь быстрее, чем раньше. Я не знала, было ли это вызвано ростом моих сил, или сам Ад подпитывал мою демоническую часть.

— Назови мне хоть одну причину, по которой я не должен убить тебя за произошедшее с Ривер! — рявкнул Кобаль, встряхнув мужчину.

— Ты имеешь на это полное право, — заявил зазывала. — Но она скоро будет как новенькая, а я могущественный союзник…

— Ты трус, который сбежал с поля боя, когда стало трудно, — вмешалась Бейл.

— Неправда, — возразил зазывала.

— Тогда просвети меня, — сказала Бейл.

— Это заняло бы столетия, Бейл, но, боюсь, у нас нет столько времени.

Как я поняла, судя по гневному взгляду Бейл и Кобаля, мне не дадут поджечь его задницу.

— Успокойся, Бейл, — попросил Корсон.

— Кусок дерьма! — рявкнула Бейл.

Зазывала снова сосредоточился на Кобале.

— Я могущественный союзник и стал лишь сильнее с тех пор, как пришел сюда. Как уже было сказано, я знаю, что она, Кобаль. Знаю, кто она. Если бы все было по-другому, и речь шла о моей избранной, то ты бы тоже проверил ее.

Кобаль осторожно поставил меня за свою спину и подошел ближе к мужчине. Впервые в глазах зазывалы мелькнула настоящая паника. Кобаль вцепился в его лацканы, подтянув настолько близко, что их лица оказались в нескольких дюймах друг от друга. Я переводила взгляд с одного мужчины на другого, заметив, что мышцы Кобаля вздулись, а символы на руках задрожали.

Мой взгляд становился на метке Зивы, которая связывала Кобаля с адскими гончими и влияла на его вспыльчивость. Метка сместилась и потемнела. Я сглотнула, осознав, что Кобаль был в бешенстве. Мне не нравился зазывала, и я бы с радостью оторвала ему яйца за созданный карнавал, но если он действительно был могущественным союзником, значит, мог пригодиться нам в войне.

— Я твой король, — рыкнул Кобаль. — У меня есть полное право проверять любого, кого я захочу. А ты, черт побери, никогда не должен был приближаться к ней!

— Ты прав, — ответил зазывала и поднял руки в успокаивающем жесте, который нисколько не расслабил Кобаля. Мужчина посмотрел на меня глазами, в которых была мольба о помощи.

Я положила руку на плечо Кобаля, пытаясь его успокоить. Нам нужно было выслушать демона, а вот если его высказывания никому не понравятся, тогда Кобаль мог оторвать ему голову и поиграть с ней в футбол. Кобаль немного отстранился от зазывалы, но не ослабил хватку.

— Откуда ты знаешь, кто я? — спросила я.

Зазывала поднял голову, окинув меня оценивающим взглядом.

— Последователи Кобаля на протяжении многих лет шептались о поисках потомка Люцифера. Я был свидетелем того, как ты сражалась, а затем как исцелялась. Кстати, у тебя прекрасные глаза, дорогая. Можно даже сказать, ангельские.

Кобаль низко зарычал, из-за чего зазывала отшатнулся.

— Спокойнее, Кобаль. Я не из тех, кто охотится за женщиной, на которую претендует другой демон.

— Убери иллюзию, Магнимус, — приказал Кобаль.

— Не могу, — пробормотал зазывала.

— Магнимус…

— То, что ты сейчас видишь, реально, Кобаль. Я потратил столетия, создавая мир для ничего не подозревающих демонов, душ и нарушителей, — его взгляд метнулся ко мне и Хоку, — которые бродят по Аду. Иллюзия больше не является таковой. Здесь все так же реально, как и кажется. И запертые демоны тоже реальны.

Он махнул в сторону стеклянных клеток. Обернувшись, я встретилась взглядом с бородатой дамой.

— Некоторые души все же сохраняют свои человеческие формы, — пробормотала я.

— Если мы захотим, то они могут оставить внешность людей, — кивнул Кобаль. — Или стать такими же нематериальными, как призраки. Некоторые демоны придумывают индивидуальные наказания. Однако с каждым кормлением душа становится более искривленной и деформированной.

— До тех пор, пока от нее ничего не остается?

— Да.

Я не могла отвести взгляд от бородатой женщины, стоявшей за стеклом. Злоба в ее глазах ясно давала понять, что она предпочла бы увидеть меня сожранной Пухом. Сколько лет она была здесь? Что пережила, постоянно находясь в клетке в жизни, а затем и в Аду? Было ли пребывание в клетке тем, что превратило ее в так явно жаждущую крови женщину?

— Если вы не будете питаться душами, то они останутся здесь навсегда? — поинтересовалась я.

— Нет, когда отведенное им время истекает, то они уходят, — ответил Кобаль.

— Не жалей ее, — заявил зазывала за моей спиной. — Карнавал создан только благодаря ей. Когда она наткнулась на мое царство почти триста лет назад, то я понял, что ее худшим наказанием будет продолжать терпеть издевательства, которые она испытывала в течение всей своей жизни.

— Звучит так, будто у нее была тяжелая жизнь, — пробормотала я.

— Она убила пятерых своих детей и их отцов. Не знаю, зачем… я никогда не удосуживался спросить. Тебе все еще жалко ее? — полюбопытствовал зазывала. Я прижалась к Кобалю и снова взглянула на женщину, которая смотрела на всех с ненавистью в глазах. — Значит, ты дочь Люцифера?

Я вновь сосредоточила внимание на зазывале.

— Я не его дочь!

Зазывала ухмыльнулся.

— Она вспыльчивая, Кобаль.

— Оставь ее в покое, Магнимус, — предупредил Кобаль. — Ты и так ходишь по лезвию ножа. Если ты не проявишь себя как ценный союзник, то попрощаешься с жизнью.

— Все понял, — пробормотал он и неловко похлопал Кобаля по запястьям. Кобаль усмехнулся, но не отпустил его. — Я никогда не кормился от нее, — обратился ко мне зазывала, кивнув в сторону бородатой женщины. — Все должны видеть ее такой, какой она ненавидела себя больше всего. Она была нетронута с тех пор, как вошла в Ад, а я создал вокруг нее этот мир.

— Значит, нашел все-таки для себя занятие, — Кобаль вздохнул.

— Я учился, — ответил зазывала. — Готовился.

Готовился к чему? К войне? Для Кобаля или Люцифера?

Зазывала улыбнулся мне.

«Магнимус», — мысленно напомнила я себе.

— Если последуете за мной, то я выведу вас отсюда, — предложил он покладистым голосом.

— Пусть ведет, — согласился Кобаль, кивнув головой в сторону Корсона и Бейл. Оттолкнув от себя Магнимуса так, что тот попал в руки двух демонов, Кобаль повернулся и заключил меня в объятия. Я теснее прижалась к его груди, вдыхая знакомый и очень любимый огненный аромат.

Я еще раз оглянулась на бородатую даму. Ее пристальный взгляд был сосредоточен только на мне. Кобаль зашагал мимо разбитых банок и отвратительных останков существ, валяющихся по полу. Хок шел рядом с нами, кривив губы каждый раз, когда пытался не наступить на монстров.

— Ты причинила немалый ущерб моему миру, дитя Люцифера, — через плечо бросил мне зазывала. — Ты и твой друг.

— Придурок, — пробормотал Хок.

— Ненавижу этого парня, — прошептала я на ухо Кобаля.

Он поправил меня в своих руках и поцеловал в лоб.

— Он за все заплатит, — пообещал он и опять взглянул на мою лодыжку. Мы вышли из палатки.

Глава 19

Ривер

Бейл и Корсон шагали между рядами теперь уже пустых палаток, а Хок держался нас с Кобалем. Я не знала, что случилось со всеми существами и демонами, предлагающими свои товары… впрочем, меня это не волновало. Чем меньше я узнаю о мире Магнимуса, тем счастливее буду. Тишина, окутавшая карнавал, почему-то была даже более жуткой, чем гомон.

В конце ряда замерцала дверь.

— Мой выход, — заявил Магнимус, оглянувшись через плечо. — Для всех остальных существуют другие выходы. Но большинству не удается сбежать.

Корсон обошел демона и открыл дверь. Бейл отпустила руку Магнимуса, шагнула в дверной проем и повернулась.

— Здесь его дом, — подтвердила она.

Я наблюдала, как все трое исчезли в дверном проеме, следом зашел Хок и только потом Кобаль, несущий меня на руках. Черт его знает, что я ожидала от дома Магнимуса, но точно не замысловатую пещеру. Густые черные меха были разложены по полу и свисали со стен. В окружающих нас каменных сводах было высечено множество полок.

В дыре в стене танцевали языки пламени, рвущегося откуда-то снизу. Огонь освещал кубки и бутылки, выстроившиеся на полках, и отбрасывал блики. В центре огромной пещеры стоял длинный стол с серебряными подсвечниками, на белых, остроконечных свечах которых мерцало пламя.

Место было теплым и… умиротворенным. Камин и меха придавали уют, которого я совсем не ожидала найти у странного зазывалы. Меха в пещере явно были содраны не с Пуха и его собратьев, так как выглядели слишком привлекательными и пушистыми.

Жажда опалила мое горло, когда я увидела примерно в десяти футах от костра стекающую по камням воду. Вернее, я предположила, что жидкость была водой. Кто знал, что еще мог извратить Ад. Вода образовывала бассейн около пяти футов в окружности в выдолбленной части скалы. Если речь все же шла о воде, то я собиралась осушить бассейн, дождаться, когда он вновь наполнится, и купаться в течение нескольких часов.

Изменив положение моего тела, Кобаль поставил меня на ноги и загородил своей спиной. Корсон и Бейл отпустили зазывалу. Вот только он больше не был зазывалой, а вернее не тем зазывалой, с которым я познакомилась. Нет, сейчас перед нами стоял демон, настолько прекрасный, что сам Микеланджело пожелал бы его увековечить.

Белые волосы Магнимуса были откинуты на спину, открывая точеное лицо. Глаза были невообразимо серебристого цвета, вспышку которого я заметила ранее в черных омутах старого зазывалы. Демон имел гибкое телосложение, широкие плечи и узкую талию. Единственное, что выдавало в нем демона — черные рога длиной шесть дюймов, загнутые по бокам головы. Его волосы практически закрывали рога, но, насколько я могла судить, они были гладкими, словно отполированными.

Обегающий костюм Манимуса был сделан из материала, которого я никогда раньше не видела. Легкая, как льняная одежда, которую носили люди, но с блеском, напоминающим шелк. Воротник его рубашки был немного распахнут, обнажая часть обнаженной груди. Черный цвет ткани подчеркивал его светлые волосы и серебристые глаза.

— Итак, значит, ты застрял со смертной в качестве избранной. Что будешь делать, ваше высочество? — поинтересовался Магнимус.

В ответ Кобаль промчался через пещеру так быстро, что я едва успела заметить его движения. Магнимус отступил, но был недостаточно быстр, чтобы увернуться от удара, который Кобаль нанес ему прямо в нос. Кость треснула, побежала кровь. Магнимус прижал руки к сломанному носу. Но Кобаль не остановился, применив апперкот, который сбил демона с ног, отправив в полет на стол. Тело Манимуса заскользило по деревянной поверхности, сбив свечи и остановившись ровно на середине.

Корсон и Бейл ухмыльнулись и отошли от Магнимуса, который пытался приподняться на локтях. Прежде чем он смог сползти на пол, Кобаль с хлопком ударил ладонями по столу по обеим сторонам от демона. Мне казалось, что стол прогнется от силы удара, но тот лишь задрожал, стойко выстояв.

Глаза Кобаля стали цвета расплавленного золота. Он склонился над Магнимусом. Демон мудро замер на месте.

— Если еще когда-нибудь прольешь хоть толику ее крови, то я высосу всю твою до последней капли. И мы говорим только о начале моих пыток. Уяснил, Магнимус?

Магнимус поднял руки в примирительном жесте.

— С этого момента я буду охранять ее жизнь ценой собственной.

Кобаль замешкал, казалось, разрываясь между желаниями отойти от Магнимуса и продолжить избивать его до кровавого месива.

— Давай выслушаем его, Кобаль, — предложил Корсон.

Кобаль настолько сильно сжал кулаки, что костяшки его пальцев побелели. Тем не менее он отстранился, выругавшись напоследок, и смерил Магнимуса уничтожающим взглядом.

— Лучше бы ты сообщил нечто хорошее. Это единственное, что спасет тебя.

Кобаль подошел ко мне и поднял меня на руки. Я чувствовала его едва сдерживаемое напряжение. Он обхватил мой затылок, запутавшись пальцами в волосах, и впился в мои губы в страстном поцелуе. Я ахнула, когда его язык требовательно проник в мой рот. Несмотря на дикость поцелуя, мышцы Кобаля расслабились, значит, он постепенно восстанавливал самоконтроль.

Когда он отстранился, мои губы распухли, а пульс был ускоренным. Пробежавшись губами по моему лицу и овеяв его теплым дыханием, Кобаль поцеловал меня в лоб. Глубоко вдохнув, он повернулся, вновь сосредоточившись на остальных. Никто не смотрел на нас, так как, видимо, имели более интересные занятия.

Магнимус посидел на столе еще минуту, а затем встал и вытер кровь под сломанным носом. Поправив одежду, он подошел к одной из полок. Если бы не распухший нос и синяки вокруг глаз, демон выглядел бы, судя по беззаботному виду, почти так, будто ничего не произошло.

— Так что же ты будешь делать со смертной в качестве избранной, ваше высочество? — снова спросил Магнимус, доставая два кубка, похожих на те, которые Кобаль хранил в своей палатке.

— Буду любить ее до самой смерти, — решительно заявил Кобаль.

Магнимус выгнул темно-русую бровь и бросил на него веселый взгляд через плечо.

— Как благородно с твоей стороны. Впрочем, ты всегда был благородным. Самый могущественный Варколак, которому дан шанс исправить ошибки. И ты получил смертную дочь своего величайшего врага в качестве награды.

— Я не его дочь, — на автомате возразила я, но раздражающий демон не обратил на меня никакого внимания, проходя мимо полок вдоль стены к бассейну с водой.

От журчащего звука воды у меня потекли слюнки. Магнимус наклонился и опустил кубки в бассейн. Снова выпрямившись, он подошел ко мне.

— Выпей, смертная, иначе умрешь от жажды, — пробормотал он и протянул мне кубок.

Мое сердце бешено колотилось. Мне так хотелось пить, что я чуть не выхватила у него бутылку, чтобы залпом осушить ее. И все же я сдержалась, уставившись на красную жидкость в золотом кубке.

— Что это? — хрипло спросила я.

— Вода, — ответил Магнимус.

Я вопросительно посмотрела на Кобаля. Он взял кубок у Магнимуса и протянул тот мне.

— Пей, Mah Kush-la, эту воду используют для приготовления mjéod, — пояснил Кобаль, когда я приняла кубок и уставилась на воду.

Мне не требовалось второго приглашения. Я припала к кубку. Вода была теплее привычного и имела минеральный привкус, но сейчас она казалась мне вкуснее, чем mjéod. Моя хватка на кубке усилилась, когда Кобаль попытался его забрать.

— Медленнее, — прошептал он. — Тебе будет плохо.

Я неохотно отстранилась от кубка и вытерла рот тыльной стороной ладони, с тоской взглянул на остатки воды.

Магнимус сложил руки за спиной и отошел от нас.

— Никогда не думал, что доживу до дня, когда Кобаль, законный правитель подземного мира, потеряет свое сердце у возможного ключа к происходящему.

Я еле поборола желание показать ему средний палец и допила оставшуюся жидкость в кубке.

— А как же ты? — обратился Магнимус к Хоку, предлагая ему второй кубок. — Хочешь пить?

Хок замешкал, но все же взял кубок. Сделав один глоток, он поставил полный кубок на стол. Как он мог не испытывать жажды после пережитого? Сейчас я могла бы выпить досуха всю реку Миссисипи, а Хок решился лишь на один глоток.

— Ты уже не тот, верно? — поинтересовался Магнимус.

— Что ты знаешь? — требовательно спросил Хок.

— Судя по поведению и эмоциональности, ты родился человеком, но недавно переродился. Тебе еще не объяснили, кто ты такой?

— Магнимус, — предупредил Кобаль низким, угрожающим тоном. — Мы не будем обсуждать это.

Магнимус осторожно отступил, настороженно смотря на Кобаля.

— Ты же знаешь, что мне нравится просто Магнус.

— О чем он говорит? — требовательно спросила я.

— Иногда я люблю просто поболтать, малышка, — ответил Магнимус, щелкнув пальцами в воздухе. Он пытался говорить беззаботно, но с треском провалился и теперь старался держаться как можно дальше от Кобаля.

Когда глаза Кобаля сосредоточились на мне, то я увидела в них лишь бездонные обсидиановые ямы.

Он что-то скрывал от меня о Хоке. Осознание правды ударило меня молотком между глаз. Я подозревала что-то неладное, но теперь знала наверняка. Я попыталась высвободиться из объятий Кобаля, но он лишь усилил хватку, держа меня в плену.

— Кто я? — воскликнул Хок. — Я превращаюсь в канагского демона? Поэтому Сара преследует меня?

Кобаль с совершенно бесстрастным выражением на лице заговорил:

— Когда в тебя попала кровь Лилит, то произошло заражение. Только поэтому тебе удалось выжить после полученных травм и все еще оставаться в строю. Кровь вызвала некие изменения.

Магнус рассмеялся, привлекая к себе негодующее внимание всех собравшихся в комнате.

— Кровь канагского демона, как прекрасно, — ухмыльнулся он, неуклонно отступая. — Не целуй своего друга, дорогая, или будешь преследовать его, как щенок, — обратился он ко мне.

Я хмуро посмотрела на Хока, который был бледен и пошатывался на ногах.

— Ты до сих пор меняешься, — продолжил Кобаль, — но и человеком тебя уже нельзя назвать.

— И к чему это приведет? — спросил Хок. — Я начну питаться людьми, как Лилит и ее последователи?

— Лилит была пиявкой, которой нравилось упиваться своей властью. Твои сексуальные аппетиты возрастут. Ты будешь питаться энергией, генерируемой во время секса, а также духами. Существуют канагские демоны, которые воздерживаются от порабощения своих любовников. Тебе придется научиться сдерживаться, если только ты не решишь, что желаешь иного, — пояснила Бейл.

Хок выглядел так, словно не мог определиться, должен ли он сесть, ударить кулаком в стену или разорвать глотки всем в комнате. И я понимала его. Сейчас я тоже подумывала о том, чтобы покалечить всех присутствующих. Хок прислонился к стене, провел рукой по своим коротко стриженным каштановым волосам и соскользнув вниз, сев на каменный пол.

— Скажи хоть что-нибудь, — попросила я. Положив ладони на грудь Кобаля, я толкнула его и начала тянуться ногами к полу. Пусть и неохотно, но он отпустил меня. Я пристально посмотрела на Магнуса и подошла к Хоку. Опустившись на колени рядом с мужчиной, я положила руку на его плечо. — Все хорошо. Мы справимся, — пообещала я.

Хок сосредоточил на мне затравленный взгляд.

— А справимся ли? — спросил он. — Посмотри, что я сотворил с Сарой. Мне казалось, что она сумасшедшая, но на самом деле это я погубил ее. Отнял жизнь и превратил ее в сталкера.

— Ты сможешь контролировать себя, — настойчиво повторила Бейл. — Но на это потребуется время. Однако тебе придется регулярно питаться. Если ты устроишь голодовку, то свихнешься из-за потребности и потеряешь самообладание. К тому же ты новичок, значит, быстро слетишь с катушек.

— Просто не целуй их во время траха, — заявил Магнус. — Чего достаточно легко избежать.

— Заткнись! — рявкнула я. Возможно, демон иллюзий действительно мог бы стать нашим могущественным союзником, но сейчас я была готова убить его.

Хок посмотрел на мою руку, лежащую на его плече, и отодвинулся. В моей груди разлилась печаль.

— Хок…

— Пока тебе стоит держаться от меня как можно дальше, — пробормотал он.

Моя рука безвольно упала вдоль тела. Я наблюдала, как Хок отстранялся, из-за чего меня переполняло чувство пустоты. Он встал и начал ходить вдоль стен, дергая себя за волосы и излучая страдание с замешательством.

— И когда вы собирались рассказать мне? — потребовал он.

— Когда для этого пришло бы время, — решительно ответил Кобаль.

— А если бы я заразил и других женщин?

— Мы следили, чтобы ситуация не повторялась.

Я прислонилась к стене, пытаясь понять, почему Кобаль скрыл от Хока что-то настолько важное.

— Почему ты не предупредил нас сразу? — спросила я.

Кобаль посмотрел на меня, но не произнес ни слова.

— Демоны не хотят обнародовать тот факт, что наша кровь может даровать бессмертие некоторым смертным, — пояснил Магнус, взяв еще один кубок и достав кувшин с полки. — Люди не обратили бы внимание на то, что изменения связаны со способностями, которые многие не смогут контролировать, не говоря уже о шансе погибнуть во время перерождения. Они бы увидели только возможность для вечной жизни и пошли бы на все, не обращая внимания на последствия.

— Бессмертие? — спросил Хок в то же время, когда я пробормотала:

— Подожди, что?

Магнус переводил взгляд с меня на Хока и обратно, прежде чем настороженно посмотреть на Кобаля, а затем опустил кубок, из которого собирался отпить. Понимание озарило глаза Магнуса, когда я рухнула на колени, в ужасе уставившись на него. По моей спине пробежал холодок. Я не могла оторвать взгляд от прекрасного демона, переваривая смысл его слов.

— Заткнись, Магнус! — рявкнул Кобаль.

— Слишком поздно, — выдохнул Корсон, — и Хок должен знать.

Бесстрастный взгляд Кобаля упал на меня, превращая холод в моем теле в полномасштабную ледяную бурю, а затем вновь сосредоточился на Хоке.

— Да, теперь ты бессмертен, — быстро отчеканил Кобаль. — Или близок к завершению процесса превращения из человека в бессмертного демона.

Я больше не могла смотреть на Кобаля, пытаясь собраться с мыслями и подавить нарастающую в груди боль. Наконец, мой взгляд сконцентрировался на моем избранном. И вот тогда я увидела правду в его лазах. Он нарочно скрыл от меня эту информацию. Кобаль знал, что существовал способ соединить нас на вечность, но предпочел промолчать.

Отвернувшись от Кобаля, я посмотрела на Магнуса, который успел обойти стол, стоявший теперь между Кобалем и ним. Я сомневалась, что такое расстояние поможет демону, так как Кобаль следил за каждым его шагом, словно волк на охоте.

Корсон и Бейл тоже отступили от Кобаля и направились к Магнусу. Нрав Кобаля ужасал многих, но он должен был знать, на что нарвется, если скроет от меня столь важную информацию. Он не мог винить Магнуса в том, что правда, наконец, вышла наружу.

Рыдание застряло у меня в горле, но слезы так и не навернулись на глаза. Я снова сосредоточилась на Кобале, ощущая нарастающий гнев. Золотистый взгляд Кобаля встретился с моим. Он расправил плечи, словно готовясь к удару.

— Почему? — спросила я.

Глава 20

Кобаль

Я увидел, когда на Ривер снизошло минутное прозрение, увидел, как на ее лице отразился шок, но самое страшное, я увидел, как в горящих прекрасных фиолетовых глазах вспыхнуло чувство предательства.

Но ведь я утаил знание о возможном бессмертии только из-за Ривер. Я не хотел, чтобы ради меня она выбрала смерть или вероятную потерю связи с Землей и жизненными силами. На ее печах и так лежал немалый груз, не оставляющий места для информации о бессмертии.

Теперь я понял, что, если судить по выражению ее лица, совершил огромную ошибку, скрыв сей факт. Я хотел защитить Ривер, но вместо этого глубоко ее ранил.

Мои когти удлинились, впиваясь в ладони, так как я все еще сжимал кулаки, отчего хлынула кровь. Меня одолевало желание разорвать Магнуса на части за то, что он нечаянно открыл Ривер правду, но он не был виноват. Нужно было корить только меня. Теперь я осознавал, что не было нужды хранить секрет. Ведь даже если бы Магнус промолчал, то Ривер спросила бы, почему Хок в отличие от остальных людей мог выдержать действие Ада.

— Почему? — чересчур спокойно спросила Ривер.

— Потому что я чувствовал, что тебе не нужны эти знания.

Она зажмурилась, услышав мой резкий ответ. Ее лицо оставалось бесстрастным, но я ощущал исходящее от нее смятение. Она была моей избранной. Я должен был защищать Ривер и прилагать все силы для ее счастья… и все же именно я причинил ей боль.

Между нами была незримая связь. Однако Ривер не была демоном, вернее, не полноценным. Она чувствовала силу нашей связи и неоднократно оставляла на мне собственнические метки, но могла уйти, оставив меня и наши отношения. Раньше Ривер уже проворачивала подобное. Расставание разобьет ей сердце, а меня сведет с ума.

— Я не хотел, чтобы ты выбирала, — пробормотал я.

В ее глазах появилось замешательство, сменившееся выражением крайнего страдания. Ривер гордо выпятила подбородок.

— Я все поняла.

— Нет, не поняла… я имел в виду не то, как это прозвучало, — я не мог придумать правильных слов, чтобы объяснить, почему скрыл важную информацию. Мне всегда претили слова и эмоции, я был любителем действий. Сейчас я ступил на опасную территорию, но от моей способности хорошо говорить зависело многое. Я был в полной заднице. — Ты не чистокровный человек, Ривер. Этот вариант был опасен.

В ее глазах сверкнула ярость.

— Не правда.

Хок посмотрел на нас двоих, сжал губы и отступил от Ривер. Остальные тоже отдалились от нас, нервно посматривая в сторону двери в задней части комнаты. Держась стены, Хок направился к собравшимся в конце стола.

— Все не так, как выглядит, — процедил я сквозь стиснутые зубы.

— Как и всегда, — легкомысленно ответила она.

— Нет, он прав, — вмешался Магнус, наблюдающий за Ривер. — В конце концов, ты отпрыск Люцифера, его дочь. Никто из нас до конца не знает, на что ты способна, не говоря уже о том, в кого ты переродишься как полноценный демон.

— Мне не нужна твоя помощь, — рявкнул я.

Он многозначительно перевел взгляд с меня на Ривер.

— Конечно, не нужна.

— Мой отец заботился обо мне примерно так же, как о жуке под своим ботинком, — обратилась Ривер к Магнусу. — Но он не был Люцифером.

— Если Люцифер стоит во главе твоей родословной, то ты его отпрыск.

Когда ее глаза заметно потемнели, плечи сгорбились, а на кончиках пальцев вспыхнуло пламя, мне показалось, что сейчас в Магнуса полетит огненный шар. Я встал между ними, заработав ненавистный взгляд от Ривер и смех от Магнуса.

— Ох, Кобаль, в какую дымящую кучу дерьма ты вляпался на этот раз, — пробормотал Магнус. — Если Люцифер узнает о существовании Ривер, то придет и сделает все возможное, чтобы забрать ее.

— Он уже все знает. Но если Люцифер попытается забрать ее, то я разорву его на части, — поклялся я.

— Судя по выражению ее лица, она может предпочесть компанию дорогого папочки.

Я взглянул на Ривер, которая оценивающе смотрела на меня, словно пыталась понять, как сбежать.

Она была моей. Неважно насколько злой или обиженной, но Ривер будет принадлежать только мне.

Она еще с минуту посверлила меня взглядом, прежде чем пренебрежительно отвернуться. Я стиснул зубы, сопротивляясь порыву встряхнуть ее и заставить понять.

— Почему ты не был наверху с остальными демонами? — спросила Ривер у Магнуса. — Если ты умеешь создавать настолько реальную иллюзию, как тот карнавал, то почему ты не помогаешь в борьбе с Люцифером? Ты на его стороне?

Магнус фыркнул и скрестил руки на груди.

— Я никогда не присягал на верность Люциферу и предпочел бы видеть его мертвую голову на вертеле.

— Тогда почему ты сбежал с войны? — требовательно спросил Корсон.

— На то были свои причины, — вежливо ответил Магнус.

— Ты же не хочешь, чтобы он выиграл, — изрекла Ривер.

— Конечно, нет. Я не настолько глуп, чтобы думать, что он остановится на порабощении людей. Люцифер придет за демонами, как только заставит более слабую расу лизать каблуки его сапог. Ад, возможно, и придал ему нынешний облик, но он всегда считал демонов ниже себя. Если ему удастся захватить Землю, то следующей целью станем мы. Однако некоторые из наших братьев слишком глупы, чтобы видеть так далеко, обращая внимание лишь на власть и возможности, предложенные Люцифером.

— Тогда сражайся с нами, — предложила Бейл. — Может у тебя и были причины скрыться здесь, но ничего не будет иметь значение, когда твоя смазливая голова окажется на блюде.

Магнус рассмеялся.

— Мы наконец-то пришли к согласию хоть в одном, Бейл, и я имею в виду мою смазливую голову. Мне бы хотелось, чтобы она осталась на шее. Я всегда верил, что мой король сможет какое-то время сдерживать Люцифера без моей поддержки.

— Трус, — прошипел Корсон.

— Предположим, просто предположим, что столетие назад я кое-что понял. Лучший способ помочь в войне — изучить свою силу. Вы знаете, что моих родителей убили, когда мне было всего два года. Они не сумели научить меня, как раскрыть свои способности. Я последний представитель демонов иллюзий. Никто не мог обучить меня основам, а постоянная борьба с Люцифером и его последователями мешала мне концентрироваться, расти и осознавать свою мощь. Да, я потратил сто лет, но стал лучше понимать и использовать свои силы.

— Почему ты не объяснил причину ухода? — спросил я, не веря ни единому слову.

— Думаешь, мне стоило рискнуть, чтобы Люцифер или кто-нибудь из его шпионов узнал о моей задумке? Мы постоянно что-то скрывали от него, а он все равно умудрялся докопаться до истины. Мне повезло, что ни у кого из его приспешников не было видения о мире, который я создал. Впрочем, даже если бы видение и было, то что они нашли бы? Карнавал, где я мучил души. Больше там ничего нет. Они бы не распознали реальность, которую я соткал. Не увидели бы, как выросли мои силы. Нет, пусть уж все считают меня трусом, который не сумел выбрать сторону, нежели я буду раскрывать свои карты.

Журчание струйки воды, стекающей по стене, было единственным звуком в тишине, наступившей после признания Магнуса. В течение сотен лет я считал Магнимуса слабаком, верил, что мужчина, которого я когда-то признавал одним из самых сильных союзников и с которым делил больше, чем несколько напитков и планов, оказался не более чем разочарованием.

— Я мог бы убить тебя за дезертирство, — наконец, пробормотал я.

Магнимус наклонил голову, изучая меня.

— Я никогда не предавал тебя. Просто решил ненадолго отойти от дел. Я верил, что ты позволишь мне самостоятельно определиться с вектором. Однако, также я осознавал, что в случае нападения Люцифера от тебя подмоги не будет. Мне пришлось пойти на риск, чтобы стать более сильным бойцом и однажды иметь возможность по-настоящему изменить ситуацию в бою, а не создавать иллюзии, способные лишь ненадолго отвлечь.

— Ты должен был выйти на поверхность, когда образовались чужеродные врата. Нам бы не помешала помощь, — заявила Бейл.

— Тогда я еще не был готов, — ответил Магнус.

— А сейчас? — спросил я.

Магнус посмотрел на Ривер.

— Это уже не имеет значения, так как у нас не осталось выбора. Время пришло. Наш шанс на победу стоит в этой комнате.

— Она не шанс. Ривер моя избранная.

— Я намерена придумать способ покончить с Люцифером, — отчеканила Ривер. — Когда-то мне говорили, что я не сумею выдержать влияние Ада. Но вот я здесь. Я не отступлю, пока Люцифер не умрет, а мои братья и остальные люди не обретут безопасность. Чего бы это ни стоило.

— Возможно, ты и смогла попасть в Ад, но ты все еще смертна, — напомнил я.

Она надменно вздернула подбородок.

— Таков был твой выбор, а сейчас я озвучила свой.

— Ривер…

— Что, Кобаль? Я отправлю тебя обратно на карнавал, если скажешь, что это не мой выбор. Он полностью мой.

Смех Магнуса эхом разнесся по комнате, резко оборвавшись, когда я бросил на него уничтожающий взгляд.

— Она мне нравится, — обратился он к Бейл и Корсону.

Гончие на моей руке беспокойно заерзали, пытаясь сделать все возможное, чтобы защитить Ривер. На кончиках моих пальцев вспыхнуло пламя. Магнус, Бейл, Хок и Корсон отодвинулись еще дальше, но Ривер продолжала смотреть прямо в мои глаза, отказываясь уступать.

Глава 21

Кобаль

Мой взгляд был прикован к полуночно-синим искрам, танцующим на кончиках ее пальцев. Новый цвет, новое развитие. Нельзя было отрицать, что Ривер менялась. Искры потемнели, а ее способность исцеляться возросла, но что все это значило? И что будет значить для нее, когда все закончится?

— Ты говорил, что у меня есть шанс прикончить его, если смогу подойти достаточно близко, — упрекнула Ривер.

— Так было раньше, — ответил я.

— До чего? — выпалила она. — До того, как я переспала с тобой? До того, как ты пометил меня? До того, как мы узнали, что я могу войти в Ад и, возможно, встретиться с Люцифером лицом к лицу? Я рискую ради братьев и всех людей на Земле. Если я умру, то так тому и быть.

— Ничего подобного не произойдет!

— Я смертна, значит, в любом случае когда-нибудь найду свою смерть. День икс с легкостью может наступить сегодня, завтра или лет через сто. Несмотря на твое бессмертие, ты тоже не застрахован от гибели.

Темно-синие искры, потрескивая от энергии, охватили ее запястья. Глаза Магнуса были прикованы к Ривер. Демон удивленно открыл рот, переводя взгляд с меня на Ривер и обратно.

— Она владеет жизнью. Теперь победить Люцифера, как раз плюнуть, — выдохнул он.

Корсон ткнул его локтем в ребра и предупреждающе покачал головой.

Я заставил свое пламя погаснуть, когда ее искры стали ярче.

— Оставьте нас, — приказал я остальным.

— Кобаль…

— Оставьте нас! — рявкнул я на Бейл.

Они выбежали из пещеры, захлопнув за собой дверь. Подбородок Ривер приподнялся еще выше. Я дождался щелчка второй двери, означающего, что рядом больше не было лишних ушей, и сосредоточился на Ривер.

— Я не рассказал тебе о Хоке и о возможности бессмертия, потому что не хотел, чтобы тебе пришлось выбирать между смертью и возрождением в качестве одного из демонов. Я решил, что тебе лучше не давать выбор.

— Твое решение было ошибочным.

— Ривер…

— Ты не можешь относиться ко мне как к ребенку, а затем любить как женщину. Зачем тогда ты принял меня, утверждая, что я последняя надежда для всего живого? Я получаю от тебя только секреты, а когда они раскрыты, ты переходишь к командам и приказам. То ты обращаешься со мной, как с недееспособной, то ставишь выше остальных. Ты не веришь в мой выбор и возможность определять собственную судьбу.

— Ривер…

— Сейчас я приняла решение, которому и буду следовать. Я иду за Люцифером. Ты можешь либо поддержать меня, либо отойти в сторону, но у тебя не получится помешать мне.

— Ты обязана повиноваться мне! — мой голос прогремел в пещере, заставляя бутылки, выстроившиеся на каменных полках, затрястись.

Искры жизни отбрасывали голубое сияние на лицо Ривер, подсвечивая ее аметистовые глаза.

— А вот тут ты, Кобаль, очень сильно ошибаешься. Я не твой последователь. Учитывая мое происхождение, я скорее твой враг, нежели подданный.

Как только слова слетели с губ Ривер, на ее лице появилось выражение, от которого у меня защемило сердце. Никакого гнева, только глубокая печаль, которая терзала мою душу. Я шагнул к Ривер, желая стереть этот взгляд. Меня объяла ненависть к самому себе за то, что я был причиной ее печали.

— Надеюсь, — прошептала она, — теперь ты не думаешь, что существует шанс моего союза с Люцифером.

— Нет, Ривер, — выдохнул я, когда она отшатнулась от меня. Ее лицо смертельно побледнело, а нижняя губа задрожала. — Конечно, я не думаю так. Немедленно выбрось подобные мысли из головы.

Но она продолжала смотреть на меня так, будто впервые видела, вызывая во мне чувство паники. Я пытался защитить ее, вот только принял худшее решение, которое повлияло не только на нее, но и на нас. Одним из самых больших страхов Ривер было то, что она каким-то образом станет похожей на Люцифера, а теперь она подозревала, что я считаю это возможным.

— Все, чего я хочу, — вечность с тобой в качестве моей королевы. Хочу, чтобы ты правила рядом со мной и рожала моих детей, — заявил я.

Выражение предательства не сошло с ее лица. Я сделал еще один шаг к Ривер.

Она выставила перед собой руки.

— Если прикоснешься ко мне, то я размажу тебя по стенам пещеры.

Я остановился в нескольких футах от девушки. Моя рука потянулась к ней, а затем вновь упала.

— Я не рассказал правду, потому что тогда тебе пришлось бы умереть, Ривер. Понимаешь? Чтобы стать бессмертным, нужно умереть. Смерть и много крови — вот единственный способ завершить изменение. Того малого количества моей крови, которое ты глотаешь во время секса, недостаточно, чтобы начать перерождение. Хок умирал, когда получил большую дозу крови Лилит, запустившей изменения. Если бы не та случайность, то он был бы уже мертв. А чтобы изменить тебя, мне пришлось бы наблюдать, как ты угасаешь, и все время молиться, чтобы ты вернулась. Да, я не молюсь вашему Богу, но ради тебя вспомнил бы заветные слова.

— Он не мой Бог. Он бросил меня в бездну отчаяния, когда познакомил с тобой, в мир предательства и обмана. По крайней мере, я знала чего ждать от матери, даже когда она продала меня солдатам. Она никогда не пыталась скрыть, какого низкого мнения обо мне, и всегда как на духу выкладывала все свои мысли. Ты же прикрываешься своей заботой, на самом деле скрывая от меня правду. Как мне теперь верить тебе?

— Я бы умер за тебя.

— Но ты не позволяешь мне умереть за тебя? Не позволяешь умереть за возможность вечности для нас?

— И кем бы ты стала? — заорал я. — Хок приобретает черты канагского демона. Отныне он будет поглощать своих любовниц, а при встрече с избранной начнет питаться и ее жизненными силами. Ему нужен секс, чтобы оставаться живым и уравновешенным. Мои дети не унаследуют ни одной из моих способностей, но я не знаю, как ты изменишься от моей крови. Возможно, ты предпочла бы кровь Бейл, чтобы твой дар предвидения усилился до такой степени, что было бы невозможно отделаться от видений. Или Корсона, тогда бы твои когти могли в любой момент вонзиться в любимого, ведь ты бы не сумела быстро научиться контролировать их, потому что на подобные обучения нужно тратить столетия. Или Моракса, хочешь хвост и рога?

Ривер фыркнула.

— Мне хочется иметь выбор. Нужно было обсудить со мной варианты, вместо того чтобы относиться ко мне как к нежному маленькому цветку. Не забывай, что у меня есть шипы. А еще я была бы рада, если бы Хок был в курсе изменений в своем теле! Знаешь ли, он не прыгал от счастья, когда понял, что Ад влияет на него даже меньше, чем на меня.

Мускул на моей стиснутой челюсти дернулся. Мне потребовалась секунда, чтобы успокоиться, прежде чем снова заговорить:

— Я согласен, что стоило раньше поговорить с Хоком, — произнесённые слова заставили мою верхнюю губу изогнуться в усмешке. Я ненавидел признавать ошибки. Но я был неправ и, если хотел, чтобы Ривер выслушала меня, то должен был признать это. — Однако, никто не может предсказать твоей реакции на кровь демона, потому что ты уникальна. Существует вариант, при котором моя кровь лишит тебя всех способностей, оставив беспомощной бессмертной. Или придаст больше сил, делая тебя неуправляемой и заставляя нападать на всех, кто рядом. Ты можешь разорвать в клочья всех в комнате, прежде чем поймешь, что сотворила. И это только в том случае, если ты переживешь перерождение… многие люди не выдерживали. Я не хотел обременять тебя такими возможностями, — я провел рукой по волосам, дернув их за кончики. — Существует так много вероятностей того, что может случиться с тобой. Невозможно узнать, кем станет человек после изменения. Как и невозможно было узнать, кем станут отпрыски падшего ангела на Земле, какие способности они проявят. Ты могла бы перенять некоторые из моих черт, все или ничего. Демоны не смешивают свою кровь с человеческой на добровольной основе, потому что, как уже говорил Магнус, человеческому миру лучше не знать о бессмертии. Если бы ты переняла слишком много моих черт, то тебе пришлось отказаться от встреч с семьей. Хок все еще может жить с людьми, если только его желания не станут слишком ненасытными. И то в один прекрасный день ему придется оставить свою жизнь позади, либо люди поймут, что он больше не стареет.

— Шакс не распространяется о своих силах, как насчет его крови? — спросила она.

— Я не допущу, чтобы в тебе текла чужая кровь!

— Не допустишь? — надменно спросила Ривер.

Она подняла руки, когда я сделал еще один шаг к ней, но на меня это не возымело никакого действия.

— Может, ты и сомневаешься в моих чувствах к тебе, но ты моя, Ривер. Никакая другая кровь не попадет в твое тело. Ни один другой мужчина никогда не сможет претендовать на связь с тобой.

— Даже если бы это дало нам шанс провести вместе вечность?

— Шакс ничего не скрывает. Просто он предпочитает не показывать свои способности при людях, так как они доверяют ему из-за наличия более человеческой внешности. Он умеет двигать землю.

— Звучит не так уж плохо.

Я быстро ринулся вперед, чтобы Ривер не успела убежать. Мои кулаки врезались в камни по обе стороны от ее головы. Пыль и каменная крошка посыпались со стены, покрывая землю вокруг нас. Ривер сощурила глаза, когда я опустил голову, пока наши лица не оказались на одном уровне. Многие бы обмочились, но она никогда не боялась меня. Еще до того, как я изучил ее тело, словно свое собственное, до того, как я объявил ее своей избранной, Ривер никогда не пряталась от меня.

— Не прикасайся ко мне, — предупредила она.

Мое тело находилось всего в нескольких сантиметрах от нее. Аромат дождя окутал меня, когда темно-синие искры распространились по рукам Ривер, достигнув ее плеч.

— Если Шакс согласится, то я закопаю его. Другого не будет, Ривер. Если ты планируешь свести меня с ума, тогда попробуй обратиться к другим мужчинам. Они не переживут этого.

— Ты не командуешь мной.

— Ты моя избранная. Значит, никогда не прикоснешься к кому-либо, кроме меня.

— Я же не собираюсь заниматься с ним сексом.

Ее слова заставили мои клыки вырваться на свободу. Не раздумывая, я положил руку на плечо Ривер. Я был так поглощен своей потребностью достучаться до нее, что не был готов к взрыву силы, который обрушил на меня контакт с искрами.

Обычно, когда я соприкасался с ее силой, то это лишь приводило к тому, что Ривер насыщалась энергией. Теперь же ее подпитывали ярость и окружающий мир. Молния жизни ударила меня настолько сильно, что отбросила на десять футов назад. Я рухнул на землю и заскользил по каменному полу, прежде чем уперся в противоположную стену.

Я с минуту просто лежал, пытаясь сориентироваться. Боль опалила мою руку и быстро распространилась по всему телу. Черт, Ривер нанесла удар. Я почти забыл, насколько это было болезненно. Я потряс головой, чтобы избавиться от звона в ушах, и согнул пальцы. Кровь стекала по моей ладони, но плоть в сквозной ране быстро срасталась.

Глава 22

Ривер

Я в замешательстве уставилась на голубое сияние, окружающее мои руки и предплечья. Мне не нужно было наносить по Кобалю удар такой силы. Я была разгневана и глубоко уязвлена тем, что он скрыл от меня информацию, поэтому хотела лишь дать ему пощечину и заплакать. Я никогда бы не применила против него свои способности. Эта сила помогла мне убить Лилит, поэтому никогда не должна была быть направлена на моего избранного.

К сожалению, Кобаль лишил меня выбора, когда вцепился в мое плечо. В тот момент я не могла контролировать дикую волну эмоций, бушующих вокруг, и приток силы, вызванный переживаниями. У меня был шанс провести с ним вечность, а Кобаль промолчал.

Я понимала его доводы и вероятные последствия, но можно было все обсудить совместно, а не держать меня в неведении. Все, чего я хотела, — быть с ним. Все, чего он хотел, — защитить меня. Или, что еще хуже, все, чего он хотел, — использовать меня. Я верила, что между нами существовала любовь. Верила, что я была драгоценной, судя по его отношению, но сегодня Кобаль поколебал мою уверенность.

Именно он научил меня после предательства матери доверять другим. Но теперь это доверие казалось таким же холодным, какой всегда была моя мать.

И все же я зашла слишком далеко. Этому демону повиновались и боялись, а я отбросила его, словно тряпичную куклу. Ярость сверкнула в его янтарных глазах, когда он с ревом вскочил на ноги, а под его плотью зашевелились гончие. Хотели ли псы разорвать меня? Или они защищали меня от его гнева?

Я отступила, чтобы сбежать, но его кулак врезался в стену рядом с моей головой с такой силой, что до запястья зарылся в камень. Я уставилась на его руку, чувствуя насколько ускорилось мое сердцебиение. Крошка и пыль дождем посыпались с разбитой стены. Ринувшись в противоположную сторону, я еле сдержала дрожь, когда вторая рука Кобаля врезалась в стену с другой стороны моей головы.

Не в силах больше избегать его, я встретилась с ним взглядом. Мышцы на руках Кобаля дергались, а все четыре клыка четко прорисовывались под губами. Он оскалился. Я никогда раньше не видела его в такой ярости.

— Не прикасайся ко мне, — заявила я с гораздо большей бравадой, чем чувствовала, учитывая, что мои внутренности дрожали, как желе. Он никогда не причинил бы мне физического вреда, но я ощущала весь вихрь его эмоций.

— Я буду единственным, кто когда-либо разделит с тобой кровь, Ривер. Если ты обратишься к другому, то я не только убью его, но и буду страдать, так как этот акт ранит больше измены.

— Но это же просто смешно! — воскликнула я.

— Так ли? — выгнул бровь Кобаль.

Я прижала ладони к его груди, не давая подойти ближе. Телесный контакт вызвал бурление жизни вокруг и вспыхивание искр. Мне казалось, что сейчас я довольно хорошо контролировала свои способности, но они все еще вели себя неустойчиво.

— Да! — крикнула я.

— Это означало бы, что частичка другого мужчины попадет в тебя, подпитывая, — он наклонился так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. Его кулаки все еще оставались погребенными в стене. — Я буду единственным, кто окажется внутри тебя. Единственным, кто познает тебя.

— Ты позволишь мне умереть!

— Я позволю тебе жить!

Он убрал руки от стены, отчего на меня осыпалось еще больше камней и пыли, и схватил мои ладони, отчего искры засияли ярче.

— Давай поговорим о главной причине, по которой я молчал. В самом начале у меня были планы изменить тебя. Но тогда было столько проблем, что дело все никак не доходило до разговора. В конце концов я бы все рассказал тебе. Затем ты поделилась со мной подозрениями, что причина, по которой Люцифер и другие падшие ангелы изменились, заключается в потери связи с жизнью. Тогда ты выразила беспокойство, что тоже можешь лишиться ценного дара. Мне не нужно чувствовать связь с землей и всеми живыми существами, чтобы понять тебя. Что сотворит с тобой превращение в полноценного демона? Переживет ли перерождение твоя связь с жизнью? И что случится, если ты потеряешь силу? Как думаешь, смогу ли я простить себя за то, что превратил тебя в монстра?

— Ты лгал мне!

— Не лгал, а недоговаривал, — я отвернула голову от губ, которыми он коснулся моего виска. — Ты действительно считаешь, что я смогу быть эгоистом, наплевать на последствия и погубить тебя? И представляешь ли ты, сколько дней и ночей я мечтал о нашей вечной жизни?

— Ты солгал насчет Хока! — закричала я. — Скрыл от нас обоих то, что я изначально подозревала!

— Да, я солгал, но только чтобы защитить вас обоих. И я планировал в ближайшее время рассказать Хоку.

— Ты должен был рассказать мне! Ты должен был быть моим избранным…

— Я и есть твой избранный.

Я сердито посмотрела на него.

— Ты снова обращаешься со мной, будто я ниже тебя и не могу справиться с правдой. Но я могу.

— Знаю, что можешь.

— Тогда зачем все скрываешь?

— Потому что не могу рисковать и делать то, что может тебя уничтожить! Если бы я рассказал о возможности превращения в демона, то ты бы согласилась, не давая мне шанса отказаться от затеи из-за возможных последствий. Я мечтаю о наших детях, таких же красивых и гордых, как их мать. Мечтаю о вечности с тобой, но это не осуществимо.

Мой гнев обратился в пыль от боли, прятавшейся за его признанием.

— Я тоже очень сильно хочу этого, — прошептала я.

Мои руки упали с его груди. Искры исчезли. Кобаль запустил пальцы в мои волосы и притянул ближе к своему лицу, завладев моим ртом в отчаянном поцелуе.

Второй рукой он обнял меня за талию и прижал к своему твердому телу. От настойчивых, собственнических ласк его языка у меня перехватило дыхание и закружилась голова. Я впилась пальцами в его широкие плечи, ища хоть какую-то стабильность в мире, охваченном страстью, которую Кобаль так легко разжигал во мне.

Мне следовало оттолкнуть его, чтобы продолжить разговор. Но вместо этого я притянула Кобаля еще ближе. Я так хотела почувствовать и растворить в нем, чтобы не понимать, где заканчивалась я и начинался он.

Прижав меня к стене, Кобаль втиснулся бедром между моих ног. Когда его руки схватили нижнюю часть моей рубашки, я хотела отстраниться и попросить не рвать мою одежду, так как не могла ходить по Аду голой, но он прервал поцелуй и стянул рубашку через мою голову так быстро, что я едва заметила движение.

Кобаль посмотрел на мою грудь, упиваясь зрелищем, как голодающий в буфете, и провел пальцем по краю моего простого белого лифчика, а также следу от укуса, который он оставил на сегодня утром. Неужели это действительно было сегодня? Или все же вчера? Я совершенно потеряла счет времени. Впрочем, сейчас меня интересовало лишь одно. Я, затаив дыхание, наблюдала, как голод и печаль отражаются на его прекрасном лице.

— Никогда не сомневайся в моей любви, Ривер. Ты начинала как возможный ключ к концу войны, но закончила моей избранной. Я предпочту тебя всему остальному, даже своей собственной жизни.

Я затаила дыхание и прикусила нижнюю губу, когда его палец замер на моей коже. Наклонив голову, он овеял теплым дыханием мою грудь. Я ахнула, когда его язык скользнул по моей плоти, распаляя меня. Его клыки царапнули мою кожу, но укуса не последовало. Я оседлала его бедро, постанывая от наслаждения, вызванного трением наших тел.

Кобаль расстегнул мой лифчик, отбросил тот в сторону и убрал бедро, ласкающее местечко между моих ног. Я подавила стон протеста, когда Кобаль резко развернул меня. Когда он провел пальцем вдоль моего позвоночника, а затем повторил маршрут с помощью языка, я задрожала.

— Кобаль, — выдохнула я, когда его ладонь разместилась между моих бедер, а палец через штаны начал дразнить клитор.

Мои бедра требовательно подались за его рукой, которую он опять убрал, хотя я хотела большего. Шорох одежды, падающей на пол, соблазнял меня поддаться искушению и обернуться. Я должна была увидеть и почувствовать его, но Кобаль прижался грудью к моей спине, остановив. Он толкнул меня к стене так, что мои ладони уперлись в неровные камни.

Одной рукой он стиснул мою грудь, а второй принялся расстёгивать и спускать мои брюки. Наклонившись, он развязал шнурки на моих ботинках. Как только Кобаль избавил меня от обуви, я вылезла из штанов и отшвырнула их в сторону. Он встал и пробежался огрубевшей ладонью по моему животу, из-за чего по моей коже побежали мурашки. Как только его пальцы вернулись к местечку между моих бедер, то я раздвинула ноги немного шире. Кобаль прильнул грудью к моей спине, опаляя своим теплом. Его прерывистое дыхание раздалось у моего уха. Кобаль неторопливо провел языком по мочке, прежде чем прикусить ее.

Я крепче прижала ладони к камню, когда его указательный палец погрузился в лоно. Кобаль был нетороплив в своих ласках, растирая смазку по моей кисе. Горячий член припал к моей пояснице. Неожиданно Кобаль толкнулся в меня двумя пальцами.

— Кобаль! — воскликнула я, когда он добавил еще один палец, растягивая и подготавливая меня к своему вторжению.

Только благодаря его рукам я все еще стояла на ногах. Весь мой мир сосредоточился на восхитительных ощущениях, вызванных его прикосновениями. Я должна была злиться на него, но, хоть убей, не могла вспомнить почему.

Второй рукой он продолжал ласкать мою грудь, перекатывая сосок между большим и указательным пальцами. Его губы проложили дорожку из поцелуев по моему плечу до уха. Кобаль раздвинул мои ноги шире. Член толкнулся между моих ног, дразня и скользя по моей влажной плоти.

— Тебе нравится это? — спросил он, двигая бедрами, но не входя в меня и продолжая мои мучения. — Отвечай, Ривер.

— Да! — всхлипнула я, когда он повторил действие.

Запустив руку в мои волосы, Кобаль повернул мою голову и впился в мои губы поцелуем. Отстранившись, он спросил:

— Хочешь, чтобы я был внутри тебя?

В этот момент, когда меня окутывал его огненный запах и сила мощного тела, я не могла придумать ничего, чего хотела бы больше.

— Да.

Его губы изогнулись в улыбке. Он снова рванулся вперед, а затем отстранился.

— Так попроси, — на этот раз одновременно с выпадом его палец потер клитор. Огненная буря удовольствия сотрясла меня. Я выгнулась навстречу руке Кобаля, которая терзала мою грудь. — Ривер, — прорычал он. Судя по участившимся толчкам, Кобаль неуклонно терял над собой контроль.

Я могла бы отказать, и он уступил бы, но подарил бы мне наслаждение, которое я так отчаянно жаждала. Но я была бессильна отказывать ему в просьбах.

— Пожалуйста, Кобаль, — взмолилась я, когда он снова погладил мой клитор. — Мне нужно, чтобы ты был внутри меня.

Его рука снова оказалась между моих ног, но на этот раз не для поддразниваний. Кобаль взял свой твердый член и направил в меня головку. Я застонала от ощущения крупного ствола, скользящего в лоне. Он настолько плотно наполнял меня, что я чувствовала пульсацию вены на члене.

Кобаль обнял меня за талию и отстранился, чтобы во мне осталась только головка, прежде чем снова вновь толкнуться внутрь. Я страстно прижалась к мужчине, потребовав больше, когда наклонилась и предоставила ему лучший доступ к своему телу. Кобаль жестко входил в меня, впиваясь пальцами в мою кожу. Сейчас в нем ощущалась какая-то дикость, которую я могла усмирить.

Его тело покрылось потом, так как Кобаль двигался все быстрее и глубже. Когда меня захлестнуло удовольствие, то я почувствовала головокружение. Вновь прикоснувшись к моему клитору, Кобаль возобновил ласки комочка нервов, продолжая яростно входить в меня.

— Кончи для меня, Mah Kush-la, — приказал он.

И снова я снова не смогла не подчиниться. Мое тело развалилось под его опытными пальцами и двигающимися бедрами. Мои ноги подкосились, но Кобаль удержал меня от падения. Неожиданно его рука сжала мое горло и отклонила мою голову. Кобаль лизнул мою плоть, а затем вонзил клыки в мое плечо.

Еще один оргазм потряс меня, когда Кобаль оставил метку на моем теле, продолжая безжалостно двигаться между моими бедрами. Мышцы лона стиснули твердый член. Кобаль откинул голову назад и взревел в экстазе, резко покинув мое тело.

Горячая сперма на моей спине, свидетельствующая о том, что Кобаль нашел свое освобождение, заклеймила меня. Он извлек клыки из моей плоти и положил голову на изгиб моей шеи.

Я все еще пыталась отдышаться, когда он потянул меня к камню на краю пещеры.

— Я еще не закончил с тобой, — хрипло пробормотал он.

Развернув меня, Кобаль сел на камень и потянул мою попку к своему паху. Его золотистые глаза не отрывались от моих, пока он медленно опускал меня на свою твердую длину.

Глава 23

Кобаль

Мой взгляд пробежал по избранной, лежащей на моей груди. Ривер, подложив руку под голову, крепко спала. Я много раз оставлял на ней метки и неоднократно ее брал. Мои укусы были безошибочно видны на ее шее, плечах, груди и бедрах.

Когда я положил руки на ее спину, она пошевелилась, но не проснулась. Я был слишком груб с ней. Ривер заснула совершенно истощенной, но я так и не насытился. Она должна была понять, насколько жизненно важна для моего существования. Я был виноват в том, что заставил ее сомневаться. Да, позже Ривер отдалась мне и снова лежала в моих объятиях, но я до сих пор чувствовал, что в ней еще таилась боль.

Мать предала ее, а теперь, по мнению Ривер, в какой-то степени предал и я. Для Ривер не имело значения, что я пытался ее защитить, а ее мать была презренной сукой, которую я с радостью стер бы с лица земли. Предательство было предательством.

— Кобаль, — пробормотала Ривер. Ее ресницы затрепетали, а глаза забегали за закрытыми веками, видя сон. Я прижал ладонь к ее пояснице и притянул ближе к себе. Но мое прикосновение не успокоило ее. Ривер захныкала.

— Ривер, — прошептал я, убирая волосы с ее миловидного личика. Ривер впилась ногтями с мою грудь, царапая кожу и продолжая хныкать. — Проснись, — пробормотал я, проводя пальцем по ее щеке.

На минуту она затихла…, а затем распахнула глаза и вскочила так быстро, что вырвалась из моей хватки. Когда мы ложились отдохнуть, то были слишком уставшими, чтобы одеваться, потому сейчас Ривер была полностью обнажена. Темно-синие искры так ярко вспыхнули на кончиках ее пальцев, что я зажмурился. Подняв голову и приоткрыв рот, она уставилась в потолок.

— Ангелы, — прошептала Ривер и упала в обморок.

— Ривер! — заорал я. Ринувшись вперед, я подхватил ее на руки, не давая рухнуть на землю. — Ривер! Проснись, Mah Kush-la, ты должна очнуться.

Мое сердце бешено колотилось, а в горле совершенно пересохло. Я нежно потрепал ее неестественно бледные щеки, пытаясь заставить проснуться. Но Ривер оставалась неподвижной. Ее дыхание было прерывистым, а пульс учащенным.

Дверь в другом конце комнаты распахнулась.

— Что случилось? — рявкнул Корсон, вбегая в комнату с вытянутыми когтями и мотая головой в поисках угрозы.

Я подхватил с пола мех, на котором мы лежали, и укрыл Ривер, скрывая ее наготу от вошедших. Мне было плевать на свой внешний вид, но я бы никогда не позволил им увидеть мою избранную.

Я попятился с Ривер на руках.

— Не знаю.

Корсон втянул когти, когда понял, что внутри нет врага. Я оскалился, вынудив остановиться остальных вошедших.

— Ты причинил ей вред? — требовательно спросил Хок.

— Конечно, нет, — рявкнул я.

Он с сомнением посмотрел на нас двоих, прежде чем сделать еще один осторожный шаг вперед. Корсон выставил руку, сдерживая Хока.

— Что случилось? — спросил Корсон.

Я крепче обнял Ривер и поведал о произошедшем.

— Что это значит? — спросила Бейл.

— Без понятия, — признался я, снова погладив Ривер по щеке. Паника скрутила мои внутренности, потому что Ривер все никак не открывала глаза.

Неожиданно она проявила хоть какую-то реакцию, поддавшись навстречу моей руке и пробормотав нечто неразборчивое, прежде чем снова успокоиться.

— Раньше что-то подобное случалось? — спросил Магнус, серебристыми глазами изучая ее обмякшее тело.

— Нет, — ответил я, поворачиваясь к нему спиной, чтобы скрыть Ривер. Может она и была полностью прикрыта, но я все равно не хотел, чтобы кто-то видел ее в таком уязвленном состоянии.

Магнус отступил, заметив мой предупреждающий взгляд, и поднял руки в примирительном жесте. Я прижал Ривер к своей груди и наклонился, чтобы поцеловать ее в лоб. Она была такой неподвижной и хрупкой в своей смертности, но одновременно такой сильной духом и с каждым днем обретающей невиданную мощь.

Я пристально посмотрел на свою избранную, любуясь длинными черными ресницами и прекрасными чертами лица. Мой палец приласкал шрам на ее брови. Вдруг ресницы Ривер затрепетали, открыв аметистовые глаза, которые пристально посмотрели на меня.

— Ты проснулась, — выдохнул я.

Она улыбнулась, но когда Корсон и Хок сделали шаг вперед, ее взгляд метнулся ко всем остальным.

— Почему все здесь? — прошептала она.

— Ты не помнишь, что произошло? — Ривер покачала головой, поэтому я изложил ей случившееся.

Она нахмурилась и уставилась в потолок.

— Хм, я ничего не помню. Почему я сказала это?

— Может, ангелы, наконец, решили вступить в игру и присоединиться к нам, — предположил Хок.

— Единственными ангелами, покинувшими Небеса, были те, кто был изгнан. Они определенно не на нашей стороне, — ухмыльнулась Бейл.

— Разве оставшиеся наверху не могут отрезать себе крылья и тоже пасть или что-то в этом роде? — спросил Хок. — Кажется, на эту тему даже есть какое-то предание, верно?

— Есть такое, — кивнула Бейл. — Они могут отрезать себе крылья, хоть это и мучительно, но те потом отрастут, как у Люцифера и его братьев. За исключением того, что их крылья выросли в более зловещем виде.

— Я обратил внимание, насколько были отвратительны крылья Азота, — пробормотал Хок.

— Небеса закрыты, как и был Ад до того, как люди устроили мегавзрыв. Кобаль умеет открывать врата между Адом и Землей, как и когда-то его предки, но тот, кто контролирует вход в Рай, открывает врата только для того, чтобы выбросить мусор.

— Ты про Бога? — поинтересовался Хок.

Бейл пожала плечами.

— Если ты предпочитаешь так называть контролера, то да, речь о Боге.

— Могут ли ангелы выжить на Земле? — спросил Хок.

— Раньше могли, но лишались бессмертия. Их было легко убить. В конце концов ангелы погибли бы, как и демоны, которые вошли на Землю и не вернулись в Ад, — пояснил Корсон. — Из-за того, что люди создали неестественные врата в Ад, мы можем сохранять бессмертие, находясь на Земле. Вероятно, с Ангелами произойдет то же самое, но мы не знаем наверняка. Единственные ангелы, которых мы когда-либо встречали — это придурки, застрявшие вместе с нами в Аду. Они настолько отличаются от того, чем были когда-то, что, скорее всего, смогут сохранить бессмертие и на Земле.

— Может, Бог или кто-то другой решил принять участие в деле и помочь покончить с Люцифером, — предположил Хок.

— Не рассчитывай на это, малыш, — ухмыльнулся Магнус. — Ты сейчас смотришь на дочь Люцифера. Он начал восстание на Небесах и, исходя из слухов, убил многих ангелов, прежде чем они смогли вышвырнуть его и других братьев и сестер. Они точно не будут спускаться, чтобы помочь его дочери, да еще и избранной короля Ада.

— Хочешь сказать, что помощи от ангелов ждать не стоит, а Люцифер продолжит сносить печати, пока у нас не появится шанс на победу. Как мы можем остановить его? Вернее, что демоны еще не пробовали за последние шесть тысяч лет? — воскликнул Хок.

— Ах, юноша, ответ лежит в объятиях Кобаля, — Магнус указал пальцем в сторону Ривер, которая продолжала хмуриться. — Мы не пробовали только ее. Единственная надежда в войне против падших ангелов. На базовом, клеточном уровне она похожа на них и владеет жизнью, единственным оружием, которое потеряли все падшие ангелы.

— Может, из-за Ривер ангелы изменили свою позицию и все-таки попытаются помочь, — пробормотал Хок.

— Я не чувствую никакой разницы, — медленно произнесла Ривер. — Не чувствую какого-либо движения в мире или вселенной, которое бы обозначало появление ангелов. Возможно, мне мешает нахождение в Аду. А может, я никак не связана с ними, поэтому ничего и не ощущаю. Или я видела обычный сон.

— Зачастую сны довольно ненадежный источник, — кивнул Магнус.

— Ты все еще чувствуешь прочную связь с жизнью? — требовательно спросил я. Несмотря ни на что, мы не могли рисковать потерей ее силы.

Ривер подняла руку и провела пальцами по моему подбородку.

— Чувствую, — ответила она. — Здесь все по-другому, нежели у врат. Мне требуется немного больше времени, чтобы задействовать силу, но я уже немного наловчилась. Здесь больше жизни, чем я думала. Кстати, она похожа на Земную. Возможно, земной поток жизни течет вниз из-за распахнутых врат, или я каким-то образом призываю силу сверху. Может, из-за тесной связи Рая, Ада и Земли поток жизни всегда был здесь. Немного другой, но он есть.

— Вполне вероятная теория, поскольку мы всегда имели возможность наблюдать за вашим миром, а люди видели фрагменты из нашего, — кивнул я и поцеловал ее пальцы, которые ненадолго прижались к моим губам. — Ты уверена, что не чувствуешь негативного влияния?

Она опустила руку.

— Уверена. Я могу справиться с Адом, Кобаль. Моя связь с жизнью не имеет ничего общего с моим бессознательным поведением.

Я вздохнул и поцеловал Ривер в лоб, вдыхая ее освежающий аромат. Я так беспокоился о том, что с ней сотворит поток жизни Ада, сможет ли она справиться или потерпит поражение, но Ривер отлично переносила трудности.

— Сообщи, если что-то изменится.

— Конечно, — она попыталась выбраться из моих объятий, но замерла. — Я голая, — пробормотала Ривер, покраснев.

— Так и есть, — подтвердил я и крепче обнял ее.

— Ох, а я могу одеться?

— Выходим, — приказала Бейл и жестом пригласила всех покинуть комнату.

Как только дверь закрылась, я поставил Ривер на ноги.

— Ты точно ничего не помнишь? — спросил я, пока она собирала свою одежду.

— Ничего, — она оглянулась на меня через плечо, из-за чего волосы цвета воронова крыла упали на ее грудь. — Я бы рассказала, если бы хоть что-то почувствовала.

Она опустила руки и повернулась ко мне лицом. Я не мог оторвать голодный взгляд от ее гибкого тела и моих меток. На моей шее тоже остались ее укусы. Может, у Ривер и не было клыков, как у большинства демонов, но она ничем не хуже меня ставила метки.

— Если они пытались предупредить, что планируют помочь или хотят прийти, тогда, возможно, у нас появился новый союзник, — произнесла она.

— Возможно, — пробормотал я.

— Ты не доверяешь им, — сделала вывод Ривер, наклоняясь, чтобы поднять лифчик.

— Я их никогда не встречал, к тому же им еще только предстоит вмешаться.

— Знаю, но навряд ли они ожидали такого поворота, когда изгнали Люцифера с Небес.

— Ты защищаешь их?

— Нет, они были неправы, возложив свое бремя на людей, а затем и на демонов. Но если ангелы готовы помочь положить конец войне, то я не собираюсь отказываться. Нам бы не помешала любая помощь. Хотя этот сон скорее всего ничего не значил. Мне часто снится всякая чушь.

— Но ты никогда не вставала во сне, используя силу, разговаривая, а затем теряя сознание. Даже когда ты встретилась с Люцифером, то осталась в сознании после пробуждения и помнила о произошедшем.

— Может, ты настолько вымотал меня, что я просто не могла проснуться, — предположила она с игривой улыбкой, которая не затронула ее глаза.

— Это было ненормально, Ривер.

— Знаю, — со вздохом призналась она. — Но я ничего не помню, не чувствую никакой разницы и понятия не имею, что это значит. Так что мысли о бестолковости сна вполне уместны.

То, что недавно произошло, напугало меня до чертиков, но Ривер была права.

— Я был слишком груб с тобой? — спросил я, когда она закончила собирать одежду.

Взгляд, который Ривер бросила на меня через плечо, заставил мой член затвердеть.

— Только в очень хорошем смысле, — усмехнулась она.

Я наблюдал, как она неторопливо направилась к небольшому бассейну с водой в задней части пещеры. Ее бедра и грудь соблазнительно покачивались с каждым шагом. Ривер положила одежду рядом с бассейном и окунула в воду палец ноги.

— Идеально, — пробормотала она.

Я стал еще тверже, когда Ривер погрузилась под воду и вынырнула, стряхивая воду с волос. Капли соблазнительно стекали по ее шелковистой плоти и капали с напряженных сосков. Мне так сильно хотелось слизать воду с ее кожи, но я сдержался. Сначала нам нужно было кое-что обсудить.

— Ты слышала Магнуса? — спросил я.

— Конечно.

— Не обращай внимания на его слова о том, что ты наше первое новое оружие за шесть тысяч лет. Тебе не нужно продолжать, — мой голос охрип, когда она провела руками по груди. — Люциферу пора встретить свою смерть, но я приму любое твое решение.

Ривер перестала умываться, сосредоточившись на мне.

— Мы закончим начатое, Кобаль.

Я пересек пещеру и остановился на краю бассейна, из-за чего Ривер пришлось поднять голову. От меня не ускользнул тот факт, что ее взгляд задержался на моем напряженном члене, прежде чем обратиться к моим глазам.

— Я буду сражаться с Люцифером до самой смерти, но вытащу тебя отсюда и отведу обратно к стене, если ты попросишь.

— Кобаль, — выдохнула она. — Так не пойдет.

— Одно слово, и я уберегу тебя от войны.

— Ты предлагаешь такой вариант, потому что у меня нет выбора в вопросе бессмертия?

Я закрыл глаза, испытывая гнев из-за ее напоминания.

— Нет, — процедил я сквозь стиснутые зубы, открывая глаза, чтобы посмотреть на Ривер. — Потому что никто никогда не давал тебе выбора. Ни твоя мать, ни Мак, ни я. Однажды ты умрешь, Ривер. Будет справедливо, если ты решишь, как жить до тех пор.

Ривер удивленно открыла рот.

— Но так много людей, демонов и призраков рассчитывают на меня. Я не смогу подвести их.

— Я заберу твоих братьев и отведу вас в безопасное место. Еще не знаю куда именно, но я найду.

— А ты продолжишь борьбу?

— Да.

— Интересно, а ты когда-нибудь имел выбор?

Я склонил голову.

— Я был создан, чтобы править Адом, чем, собственно говоря, я и занимаюсь.

— Значит, нет.

— Нет, — признался я.

— Но ты бы все равно не ушел. Бессмертный не значит неубиваемый. Ты тоже можешь умереть. Как, например, твои предки.

— Да.

— Спасибо за выбор, но я уже определилась. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь в войне, — она ткнула пальцем в потолок, улыбнувшись мне. — Может, мы даже найдем новых союзников. Кроме того, теперь я вроде как королева Ада, правильно?

— Да.

— Значит, мне нельзя подводить наших подданых.

Она направилась к краю бассейна, поднимаясь из воды. Ривер выглядела гораздо более привлекательной, чем любая сирена или канагский демон. Облизнув губы, она протянула мне руку. Я вошел в воду.

— Мы уже не можем повернуть назад, — сказала она.

Я заключил ее в свои объятия.

— Я серьезно, Ривер. Только скажи, и мы уйдем.

— Я знаю, что ты сдержишь обещание, — прошептала она мне в шею. — И люблю тебя за это.

Я положил голову на ее макушку, вдыхая свежий аромат.

— А теперь, — пробормотала она, — есть ли еще что-нибудь, что ты утаил от меня? Я не прощу, если сейчас ты промолчишь, а позже правда выплывет наружу, — Ривер подняла голову, смотря мне в лицо, и впилась пальцами в мои бицепсы. — Я серьезно, Кобаль. Меня не привело в восторг то, что ты утаил информацию о Хоке и о возможном бессмертии для людей. Конечно, я позлюсь еще некоторое время, но затем успокоюсь, потому что понимаю твою логику. Если я узнаю, что ты опять что-то скрыл, то уже не буду такой понимающей и прощающей.

— Я чист, — поклялся я.

— Также с этого момента ты будешь рассказывать мне все, даже если думаешь, что я бы обошлась без данной информации, — ее рука опустилась под воду и стиснула мой твердый член. — И еще, ты будешь относиться ко мне как к равной, как к своей избранной и королеве.

— Клянусь, — выпалил я, когда ее хватка усилилась.

Соблазнительная улыбка изогнула уголки ее полных губ.

— Хорошо.

Я наблюдал, как она опустилась передо мной на колени, нырнув под воду.

Глава 24

Ривер

— Мы дождемся Шакса, Верин, Моракса и остальных демонов, прежде чем продолжим путь к печатям, — заявил Кобаль, сидя во главе стола рядом со мной.

— А они уже идут? — спросила я.

— Идут за своим королем, — ответил Магнус.

— И королевой, — добавил Корсон.

— И королевой, — согласился Магнус.

— Они уже на подходе с группой демонов и припасами, — продолжил Кобаль.

— Почему ты так уверен? — поинтересовался Хок.

Демоны обменялись взглядами, прежде чем Кобаль заговорил:

— Моракс обладает способностью к телепатии. Они прибудут к концу дня.

Я моргнула, услышав его ответ, и вспомнила, как Кобаль однажды заявил, что я еще даже не начала разбираться в способностях демонов.

— То есть, ты говорил с ним? — поинтересовалась я.

— Вкратце и совсем недавно.

— Смогу ли я когда-нибудь научиться всему, на что способны демоны?

— Демоны даже не представляют, какова сила других демонов. Некоторые, вероятно, и сами не знают, на что способны, — ответил Магнус. — Мы, как правило, стараемся не показывать своих навыков в присутствии других, если только это не необходимо.

— Ясно, — пробормотала я. Кобаль сжал мою ладонь.

— А я когда-нибудь сумею раскрыть весь свой потенциал? — спросил Хок и скрестил руки на груди, уставившись на стену.

— Твои силы будут расти с каждым днем, но при условии нормального питания, — пояснил Корсон.

Хок вздрогнул.

— Я бы предпочел есть стейки.

— Пора забыть о человеческой еде, — усмехнулся Магнус, заработав сердитый взгляд от Хока.

Свет свечей плясал на лицах собравшихся вокруг стола, придавая им мистический вид. Я держала Кобаля за руку, пытаясь оставаться в реальности, так как все казалось сюрреалистичным.

— Мы отправимся на миссию в небольшом составе, — заявил Кобаль, привлекая к себе любопытные взгляды присутствующих. — Остальные демоны организуют атаку, отвлекая внимание Люцифера, пока мы будем выяснять судьбу печатей.

— Ты хочешь в первую очередь заняться печатями, а не Люцифером? — удивился Магнус.

— Нужно прекратить взлом печатей. Если ничего не предпринять, то вскоре армия Люцифера достигнет невероятных масштабов, — объяснил Кобаль.

— А что за монстров мы видели вчера? — полюбопытствовала я. — Я про летающих отвратительных женщин? Как я предполагаю, их сдерживала печать.

— Это были фурии, заточенные за семьдесят восьмой печатью, — кивнул он.

— Семьдесят восьмой! — выпалила я, крепче сжимая его руку.

— Да.

У меня закружилась голова от всех ужасов, которые теперь свободно разгуливали по Аду и Земле.

— Они сумеют преодолеть стену?

— Сумеют, — подтвердил Кобаль. — Моракс сообщил, что нескольким фуриям удалось уйти от скеллеинов и демонов, но стену охраняет многочисленное войско.

Мое сердце болезненно сжалось, а мысли вернулись к братьям. Они ведь даже не представляли, что творилось по эту сторону стены, и не должны были когда-либо узнать, но теперь это было неизбежно. Я была обязана остаться здесь и довести дело до конца, но все, чего я хотела — выбраться на поверхность и вернуться к братьям.

— Теперь они вместе с ланавурами свободно разгуливают по Земле, — пробормотала я.

— Многие из ланавуров были вчера уничтожены, — заметил Кобаль.

Воспоминания о том, как я держала на руках истерзанное тело Бейли, нахлынули на меня. На минуту я могла видеть и чувствовать только это.

— Ривер, — Кобаль сжал мою ладонь. — Что случилось? — требовательно спросил он.

Я глубоко вдохнула, успокаиваясь и отгоняя кошмар.

— Когда ланавур коснулся меня… — я замолчала и посмотрела на заднюю стену, не в силах продолжать. Воспоминание об мучительном прикосновении повторялось перед моим мысленным взором.

Глаза Кобаля приобрели янтарный цвет.

— Один из них прикасался к тебе?

— На очень короткое время, — ответила я более легкомысленно, чем чувствовала.

— Мы полностью уничтожим этот вид, — поклялась Бейл.

Я слышала, как Кобаль заскрежетал зубами, пытаясь сохранить самоконтроль.

— Преследовавшие тебя ланавуры мертвы. Когда мы вернемся на Землю, то я лично прослежу, чтобы каждый из них был уничтожен, — пообещал он.

— Мы пойдем к печатям в нынешнем составе? — спросил Магнус, привлекая к себе внимание Кобаля.

— Нет, к нам присоединятся еще несколько демонов, но чем меньше, тем лучше. Нужно оставаться незамеченными, — ответил Кобаль.

— Согласен.

Взгляд, которым Кобаль наградил Магнуса, ясно говорил, что ему было безразлично на согласие демона. Магнус невинно улыбнулся поверх своего кубка с mjéod.

— Ты знаешь, как он срывает печати? — спросил Кобаль.

Веселье Магнуса исчезло.

— Нет. Я интересовался этим вопросом, но никто ничего не знает.

Кобаль забарабанил пальцами по столу, обдумывая слова Магнуса.

— Скоро я все выясню, — пробормотал он.

— Думаешь, она сможет убить его? — поинтересовался Магнус, махнув рукой в мою сторону.

— Вообще-то я здесь, — возразила я.

— Она могла бы убить его или хотя бы ранить, чтобы ослабить, — ответил Кобаль.

Когда все присутствующие уставились на меня, я почувствовала себя одной из тех душ или демонов на шоу уродов, запертых за стеклом.

— Мы сделаем все необходимое, чтобы у нее появился шанс, — кивнул Магнус. — Надеюсь, ты прав в решении отправиться за печатями. Не хотелось бы привести самых могущественных демонов Ада, единственного правителя Ада и дочь Люцифера к смерти.

Гончие на руках Кобаля зашевелились, а вена на его лбу вздулась. Я еще не разобралась, нравился ли мне Магнус, но я определенно восхищалась тем, как он непоколебимо высказывал свое мнение. Я перевела взгляд на Кобаля, который изучал меня, будто пытаясь читать мои мысли.

— У тебя есть лучший план, Магнус? — грубо поинтересовался Корсон.

— Нет, но я хочу быть уверен, что моя сторона победит.

— Ты рассказал, почему ушел с войны, но было ли это правдой, — требовательно спросила я.

Его серебристые глаза на секунду приобрели медный цвет.

— Конечно, было, я ушел, потому что чувствовал, что так будет лучше для всех нас. Я всегда был верен расе демонов и Кобалю. Мои предки поддерживали каждого нового Варколака, который поднимался и погибал в битве с Люцифером. Моих соплеменников истребляли до тех пор, пока не остался только я. Многие недооценивают меня из-за потрясающей внешности, что, на мой взгляд, является бонусом, но на самом деле со мной лучше не связываться. Меня не так легко убрать, как моих предков. Я заставлю Люцифера заплатить за то, что он сделал с моим видом.

— Какой скромняга, — пробормотала я.

— К черту скромность. Я верю в истину, которую нельзя отрицать и избегать.

Его взгляд нервно метнулся к Кобалю, который был довольно напряжен.

— Будь осторожен, разговаривая с ней, — прорычал Кобаль.

Магнус поднял руки вверх.

— Я не хотел проявить неуважение к моей королеве. Ты же знаешь, что я не умею держать язык за зубами, все время говоря первое, что приходит на ум.

— Мне нравится слушать твои рассуждения, — по большей части, но я не озвучила свои мысли. Склонив голову, я принялась изучать Магнуса, ощущая внутри одновременно симпатию и неприязнь. — Это твое настоящее лицо или еще одна иллюзия?

Он ухмыльнулся и откинулся на спинку стула.

— Настоящее. Я не прячусь за пределами иллюзии. Признай, что зазывала был гораздо более пугающим, чем это совершенство.

— Я бы с удовольствием убила тебя, лишь бы заткнуть твой рот, — пробормотала Бейл.

— Согласен, — вздохнул Корсон. Хок кивнул.

— Мы все должны помнить свою сущность в глубине души, — продолжил Магнус, игнорируя остальных. — Я признаю, кто я есть, каждый раз, когда выхожу из иллюзии и позволяю своему истинному лицу проявиться еще раз, — его пристальный взгляд, не дрогнув, встретился с моим. — А как насчет тебя? Ты готова признать, кто ты есть, дитя?

Я удивленно моргнула и тоже откинулась на спинку стула.

— Не поняла.

— Должно быть, для тебя было шоком узнать, что ты отчасти ангел, демон и человек, но кто из них в тебе сильнее?

— Человек… — мой голос затих, когда я осознала, что ответ показался мне неправильным.

Я была воспитана человеком, но эта родословная не являлась самой сильной частью меня, больше нет. Страх разжег во мне огонь и пробудил демоническую часть. Любовь, сильные эмоции и глубокая связь с живыми существами подпитывали мою ангельскую способность управлять жизнью.

Видения, которые я иногда получала, могли прийти в наследство из любой части моей линии, поскольку люди тоже обладали особыми способностями. Эта же сила позволила мне разделить сны Кобаля и, в свое время, встретиться с Люцифером.

Я посмотрела на Кобаля, такого гордого и свирепого. Он ожидал ответа на вопрос, который никогда не задавал раньше, так как не придавал этому значения. Он любил меня такой, какой я была. Или, может, Кобаль не спрашивал, потому что уже знал ответ, хотя я даже не догадывалась, не тогда, когда мы путешествовали к вратам, и не тогда, когда я разговаривала сама с собой. Но теперь я знала ответ.

Я снова повернулась лицом к Магнусу и остальным, заявив:

— Ангел.

Ни в одной паре глаз я не увидела удивления, что стало для меня шоком. Из трех возможных вариантов я выбрала тот, который всегда был самым маловероятным. Раньше ангельская сторона точно не доминировала, но теперь, после признания, я осознала правду.

— Что это значит? — прошептала я.

Кобаль поднял мою руку и поцеловал тыльную сторону ладони.

— Что неотъемлемая сторона твоих способностей ангельская.

— Значит, у меня нет абсолютно никакой возможности когда-либо переродиться, как Хок, — я не понимала, что цеплялась за надежду на подобный исход, пока слова не сорвались с моих губ. Сейчас я ощущала себя опустошенной, словно лопнувший воздушный шарик.

— Есть шанс, что при обращении она сможет не только сохранить все свои способности, но и получить больше, — пробормотал Магнус. — Если бы все получилось, то она стала бы великим созданием.

— Не стоит рисковать, — решительно ответил Кобаль. — И мы не будем это обсуждать.

— Ну и ладненько, — Магнус положил руки на стол и наклонился ко мне. — Если ты хочешь и дальше быть живой, то пора начать изучать свои ангельские силы.

— Как? — спросила я.

— Что питает твои способности?

— Страх разжигает огонь, а сильные эмоции подпитывают пульс жизни. Особенно… — я прикусила губу, взглянув на Кобаля. — Все, что связано с Кобалем, усиливает мое восприятие к потоку.

— Потому что ты знаешь, что я не представляю для тебя угрозы, — заявил Кобаль. — Что бы ни случилось, ты не боишься меня, хотя другие с криками убегут прочь.

— Потому что другим ты бы без предупреждения оторвал голову, — усмехнулся Корсон. — А Ривер рядом с тобой в полной безопасности.

— Он твой главный проводник, — кивнул Магнус. — Но иногда ты будешь попадать в ситуации, когда Кобаля не окажется рядом, а тебя охватит страх. Я могу наколдовать кое-что, что заставит ее извергать огонь, как демона харрока.

— Не уверена, что хочу знать, о чем ты, — пробормотала я.

— Я покажу, — ответил Магнус, радостно хлопнув в ладоши, чем снова вызвал во мне чувство неприязни.

Внезапно рядом со мной материализовался мужчина почти шести футов ростом. Все его тело было кроваво-красного цвета, а глаза были ничем иным, как лавовыми ямами мерцающего пламени. Когда он открыл рот, то из того хлынул раскаленный воздух, который, клянусь, я почувствовала на своем лице. Я чуть не свалилась со стула, но Кобаль вовремя подхватил меня.

Хок вскочил на ноги и вытащил нож. Отведя руку назад, он швырнул клинок в существо, но оно исчезло так же внезапно, как и появилось. Нож отскочил от стены и со звоном упал на пол. Я изо всех сил пыталась отдышаться. Кобаль посмотрел на Магнуса глазами янтарного цвета.

Прежде чем кто-либо из нас успел среагировать, Кобаль перескочил через стол, схватил Магнуса за горло и легко поднял мужчину в воздух. Ноги Магнуса качнулись, когда Кобаль развернулся и впечатал его в стену. Магнус вцепился в запястье Кобаля, но не сумел изменить ситуацию.

— О чем ты думал? — рявкнул Кобаль.

— Хотел посмотреть, насколько она подготовлена. Вместо того чтобы напасть на демона, она упала. Это нехорошо, Кобаль, — ответил Магнус успокаивающим тоном, который только еще больше распалил Кобаля.

Я расправила плечи.

— Ты застал меня врасплох.

— Подобное будет происходить с тобой на каждом шагу. Ты всегда должна быть готова к бою, — заявил Магнус.

— Я оторву тебе руки, если попробуешь еще раз провернуть такое, — поклялся Кобаль.

Встав, я положила ладонь на грудь Кобаля, успокаивая.

— Он прав. Мне, конечно, не понравилась его выходка, — в данный момент я была твердо уверена в своей неприязни к Магнусу, но что-то мне подсказывало, что с этим демоном я всегда буду, словно на маятнике, чувствовать всю палитру эмоций. — Но он действительно прав. Хок отреагировал лучше, чем я. У меня было много тренировок, но Магнус может помочь нам двоим подготовиться к тому, о существовании чего мы и не подозревали. Мне нужен ускоренный курс по всем опасностям.

Кобал отпустил Магнуса так внезапно, что тот, спотыкаясь, сделал шаг в сторону, прежде чем выпрямиться. Демон бросил на меня благодарный взгляд, потирая ладонью свое горло. Опустив руку, Магнус поправил рубашку и улыбнулся.

— Тогда давайте начнем.

Глава 25

Ривер

Спустя несколько часов я всем сердцем ненавидела Магнуса. Я буквально попала в дом с привидениями из Ада. За исключением того, что монстрам было позволено прикасаться ко мне, тыкать в меня, жечь меня, переохлаждать меня, кричать на меня, а один из маленьких ублюдков-шиншилл даже укусил меня.

Часть окружающего нас мира была творением Магнуса, создавшего иллюзию специально для нас с Хоком. В отличие от карнавала сейчас иллюзии исчезали сразу после прикосновения, вернее, большинство иллюзий. Иногда к нам заглядывали реальные существа, которых Магнус забрал со своего карнавала. Непонимание, когда мы сталкивались с кем-то настоящим, а когда с вымыслом, сильно нервировало.

Я не знала, куда делись остальные демоны. Возможно, они были где-то поблизости, наблюдая за нами. Кобаль обещал уйти, так как я настаивала на самостоятельности. Он не смог бы сидеть сложа руки и праздно наблюдать, как на нас нападают различные чудовища, пусть и нереальные. Плюс, даже если Моракс и мог мысленно общаться с Кобалем, нам всем нужно было дождаться, когда Шакс, Моракс и Верин с несколькими отрядами демонов присоединятся к нашей группе.

Если честно, я не считала, что Магнус позволил бы нам умереть в иллюзиях, хотя он мог бы подстроить несчастный случай. По крайней мере для меня. Хок был бессмертным и теперь считался своим среди демонов.

Сейчас мы шли по узкому туннелю из искусственных камней. Я прихрамывала из-за ран, которые похожая на шиншиллу тварь оставила на моей ноге, прежде чем мне удалось подпалить ее задницу с помощью огня. Хок в разорванной одежде, с разбитым лицом и кровью, капающей из пореза в боку, выглядел так же плохо, как и я.

— Как дела со всем этим превращением в демона? — спросила я, осматривая каменные стены.

Для тренировки Магнус отвел нас обратно в большую пещеру с каруселью. Я знала, что карусель была где-то рядом, но видела только камни. Протянув руку, я вздрогнула, когда мои пальцы прошли сквозь стены. Мой мозг словно закоротило, пока он пытался осознать, насколько реально все выглядело, но на самом деле являлось иллюзией.

— Вроде нормально. То, чем я становлюсь или уже стал, лучше, нежели смерть.

— Вот и светлая сторона.

Он слабо улыбнулся.

— Она всегда должна быть, верно?

— Ага.

— Они должны были все рассказать мне.

— Знаю. И понимаю, поверь.

Он положил руку на мое плечо, и я остановилась, посмотрев ему в лицо. Я не знала, могли ли другие демоны видеть и слышать нас, впрочем, мне было все равно.

— Демонам нравится хранить секреты, но произошедшее со мной нельзя изменить ни сейчас, ни тогда. В ту минуту, когда она упала на меня, путь назад был уничтожен.

— Но все из-за меня….

— Нет, — покачал головой Хок и отпустил мое плечо, чтобы еще раз осмотреть окружавшие нас стены. — Такой исход был неизбежен. Если бы вы с Варгасом не пришли за мной и Эрин, то мы бы до сих пор находились в гнезде канагских демонов. Может, мы бы уже были мертвы. Кем бы я ни был сейчас, со всем можно разобраться по ходу дела. К сожалению, я никогда не смогу изменить то, что случилось с Сарой.

— В произошедшем нет твоей вины.

— Может и нет, но…

Хок замолчал, но я знала, что он собирался сказать. Он будет жить с этим до конца своей жизни, которая стала определенно длиннее, нежели у любого человека.

Звук шагов справа заставил меня обернуться. Шар темно-синей энергии вырвался из моих рук прежде, чем я осознала свои действия. Видимо нападения всех этих монстров обострили мои инстинкты. Я все лучше управляла потоком жизни, хотя внутри меня бушевал страх.

Выставив перед собой руки, я вогнала шар энергии в грудь существа, похожего на гремлина. Когда мне было семь лет, мы с моей подругой Лизой смотрели фильм ужасов. Тогда мы прятались под одеялами, выглядывая и визжа каждый раз, когда на экране появлялся монстр. Единственная разница между этим существом и монстром из фильма заключалась в цвете кожи. У нашего чудовища она была голубой.

Большие уши гремлина дернулись, когда шар пробил дыру в его груди и отбросил монстра назад. Существо закричало, разлетевшись на тысячи кусочков, которые осыпались на нас частями плоти, каплями крови и какой-то зеленой слизи. Я скривила губы в отвращении, осознавая, что куски синей кожи прилипли к моему лицу. Тело гремлина пролетело сквозь каменные стены, ненадолго разрушив иллюзию. Я мельком увидела карусель, прежде чем иллюзия снова скрыла нас с Хоком.

— Думаю, этот был настоящим, — пробормотала я, смахивая останки существа, застрявшие в моих волосах и свисающие со щек. Когда мы закончим, я намеревалась потратить на ванну как минимум час.

— Согласен, — кивнул Хок и вытащил кусочек уха из своих волос.

Мы снова зашагали вперед. Неожиданно во тьме я заметила растущий свет и понадеялась, что мы подобрались к завершению обучения. Но прежде чем мы добрались до конца туннеля, перед нами появился новый Пух.

— Дерьмо, — пробубнил Хок.

Мое сердце заколотилось от ужаса, когда массивное существо опустило голову и оскалилось. Его красные глаза блестели. Мне не нужно было прикасаться к нему, чтобы понять, что монстр был настоящим.

Схватив Хока за руку, я отбросила страх, впитывая поток жизни мужчины. В моей ладони появился энергетический шар. Темно-синие искры полетели в стороны, когда шар начал вращаться.

Его когти застучали по каменному полу. С приближением Пуха сфера становилась все больше.

Я держала шар над ладонью перед собой, терпеливо ожидая, когда монстр подойдет достаточно близко, чтобы получить сферой в морду. Если бы я сумела ослепить чудовище, то мы с Хоком перешли бы в атаку. Тогда я, возможно, смогла бы отрубить Пуху голову своей катаной или хотя бы нанести серьезную рану.

Монстр был всего в трех футах от меня, когда я подняла руку и бросила энергетический шар в его грудь. Пух пошатнулся от удара… но шар не произвел на существо никакого значительного эффекта. Синие сияние впиталось в его плоть, не оставив после себя даже ожога.

Ужас затопил меня, и я вытащила катану из ножен. Поток жизни никогда раньше не подводил меня. Что за отвратительные твари? Впрочем, это уже не имело значения. Пух сделал еще один шаг и опустил плечи, словно бык, готовящийся к атаке.

Он напряг мощные задние лапы, но, не успев прыгнуть, завыл, а вскоре и завопил. Чудовище отступило и стало рассекать острыми как бритвы когтями свою грудь, разрывая плоть, мышцы и кости. Кровь забрызгала пол, пока существо продолжало безумное нападение на собственное тело.

— Что за… — пробормотал Хок и замолчал, когда Пух уничтожил свою грудную клетку, продемонстрировав нам свое сердце.

Я удивленно открыла рот, когда орган увеличился в размерах. Спина Пуха выгнулась, когда сердце громко и быстро забилось, прежде чем взорваться. Я резко подняла руки, закрывая глаза от брызг теплой крови.

Медленно опустив руки, я уставилась на десятифутовый труп, лежащий перед нами, а затем вытерла кровь со своих век, прилипшую к ресницам и покрывающую мою кожу.

«Нет, я буду мыться два часа и ни минутой меньше».

Иллюзорные каменные стены исчезли. Я снова стояла в большой пещере с каруселью. Бейл, Корсон и Магнус находились всего в двадцати футах от нас и были бледнее обычного, смотря на останки существа. Затем демоны уставились на меня.

— Восхитительно, — пробормотал Магнус.

Я нахмурилась, но не успела ничего сказать, так как мое внимание привлек звук шагов. Кобаль шел от двери, ведущей на дорогу. Он сдержал обещание и держался в стороне на протяжении большей части тренировки, организованной Магнусом. Каждый шаг, который он делал, был размеренным. Кобаль пробежался взглядом по моему окровавленному, покрытому укусами телу.

— Я в порядке, — выпалила я, прежде чем он решил выполнить свое обещание и вырвать руки Магнусу.

— Ты видел это? — спросил Магнус.

— Видел, — кивнул Кобаль, остановившись передо мной и смотря на меня непроницаемым взглядом.

— Я сделала что-то неправильно? — уточнила я.

— Нет, — ответил Кобаль. — Ты сделала то, что ни у кого не получалось раньше.

— Не понимаю.

— Бартон демонов заперли за печатью много тысячелетий назад. Их можно убить только с помощью обезглавливания. Но большинство умирало прежде, чем добирались до голов монстров.

— Бартон демоны? Ты про исковерканного Винни-Пуха, чье сердце только что взорвалось? — уточнила я.

— Не уверен, кто такой Винни-Пух, но да, — ответил Кобаль с невозмутимым видом.

Я подавила желание обнять его, так как не хотела прикасаться к самой себе из-за остатков плоти, что тогда говорить о Кобале.

— Огонь, которым владеют некоторые демоны, не действует на бартон. Впрочем, ты и сама это выяснила на карнавале, — пояснил Магнус. — Люцифер освободил этих демонов, чтобы сделать частью своей охраны.

Мускул на щеке Кобаля дрогнул. Он перевел взгляд с меня на Магнуса.

— Они охраняют его?

— Да, — кивнул Магнус. — Мне удалось поймать нескольких и привести сюда, чтобы отыскать способ к их уничтожению. Но ответ сам нашел меня.

Я оглянулась на останки на полу.

— Но я одолела лишь одного.

— Ты убила бартона, даже не прикоснувшись к нему, — усмехнулся Корсон. — А ведь они свято верят, что могут умереть лишь одним способом. Если ты начнешь взрывать их сердца, то, скорее всего, они подожмут хвосты и убегут.

— Плюс, сейчас ты воспользовалась Хоком. Представь, если вместо него был бы Кобаль, — добавил Магнус.

Я посмотрела на демона.

— Во-первых, я не совсем уверена, что эти монстры испугаются и убегут. Во-вторых, я никем не пользовалась.

— В этом нет ничего плохо, так как ты нуждалась в поддержке, — возразил Магнус. — Мы должны делать все возможное для обеспечения нашего выживания, особенно ты.

Взгляды собравшихся демонов заставили мое сердце замереть. Я знала, что они возлагали на меня определенные надежды, но теперь они по-настоящему верили в мои силы.

Воспоминания о кошмарах, вызванные ланавуром, замелькали в моем сознании. Я рассеянно подняла руку, желая прикоснуться к глазам и проверить, не потекли ли кровавые слезы, но затем вспомнила, что была вся в крови, кусочках плоти и слизи. Мои плечи поникли от внезапно накатившей усталости. Я посмотрела на свою окровавленную, порванную одежду.

— И одежды другой нет… — пробормотала я.

Было так нелепо беспокоиться о наряде, когда демоны смотрели на меня, как на мессию, но я не могла сейчас представлять себя освободительницей Ада. Просто абсурд. По идее Ад был плохим местом, и я не должна была хотеть спасти его.

— Я дам тебе сменную одежду, — предложил Магнус. — Как только мы вернемся в мою пещеру.

Я не стала уточнять, откуда и чью одежду он собрался подарить мне, так как ответы Магнуса редко бывали хорошими.

— Что с остальными? — спросил я у Кобаля. — Они уже прибыли?

— Стоят снаружи, — ответил он. — Более сотни демонов и скеллеинов. Другая половина осталась наверху, чтобы защищать людей.

— Так мало, — пробормотала Бейл. — Но достаточно, чтобы занять Люцифера, пока мы разбираемся с другими проблемами.

— Более чем достаточно, — возразил Магнус. — Я сделаю так, чтобы ему казалось, будто с нами тысячи солдат.

Глава 26

Кобаль

Я наблюдал, как Ривер смывала со своего тела кровь и кусочки плоти. Но на этот раз в процессе не было никакого сексуального контекста. Я просто не мог насмотреться на то, как она двигалась в воде. Ее лицо не покидало задумчивое выражение. Ривер была молчалива с тех пор, как закончилась иллюзия Магнуса.

— Что тебя беспокоит? — спросил я, присаживаясь на камень на краю небольшого бассейна.

Она убрала с лица прядь мокрых волос и посмотрела на меня.

— Они так верят в меня.

— Только в реальных рамках.

— Я смертная…

— Ты гораздо больше, чем просто смертная.

— Я потомок Люцифера, — пробормотала она.

— Ривер…

— Только потому что ты и другие демоны считаете Люцифера моим отцом, не значит, что я должна быть согласна, — быстро отчеканила она и схватила с небольшой полки рядом с бассейном кусок черной лавы, которую мы использовали в Аду вместо мыла.

Грубая текстура лавы натерла ее кожу до крови, но Ривер ничего не замечала. Я сжал ее ладонь, когда она в пятый раз с тех пор, как ступила в бассейн с водой, потерла правую руку.

— Остановись, — попросил я. — Твоя кожа чиста.

Она посмотрела на ободранную кожу и со вздохом вернула камень на полку.

— Я все еще чувствую, что на мне что-то есть.

— Ничего не осталось, — заверил я.

Ее аметистовые глаза блеснули от слез, когда она посмотрела на меня.

— Я ощущаю, что во мне больше от ангелов, разве мы не должны быть врагами?

— Ангелы, которые все это затеяли, настоящие придурки, но не наши враги. В отличие от их падших братьев. Мы никогда не сталкивались ни с одним ангелом, кроме падшего.

— Но если вы считаете меня ребенком Люцифера, разве я не одна из падших?

— Ты чувствуешь в себе ту злобную натуру, которая изгнала его с Небес в наш мир?

— Иногда. Я бы сделала все, чтобы защитить любимых. Все, что угодно.

— Это не тьма. Так проявляется свет. Ты хочешь, чтобы мы стали врагами?

— Конечно, нет! Просто…

— Что? — подбодрил я, когда она замолчала.

— Когда ланавур завладел моим сознанием, то увидел мои страхи и воплотил их в жизнь, — ее рука невольно дрогнула, потянувшись к правому глазу. Ее взгляд был затравленным. В свете свечей исчезающие синяки на лице Ривер, оставленные иллюзией Магнуса, резко выделялись на фоне светлой кожи. — Он показал, как я потерпела неудачу, Кобаль. Мои братья были мертвы… как и ты…

— Ничего подобного никогда не произойдет, — перебил я Ривер. — Что бы ни случилось с нами, я всегда буду рядом.

— Но из-за меня теперь все без исключения демоны готовы вступить в бой. Некоторые, может, многие, умрут, потому что поверили в меня.

— Многие уже последовали за мной и встретили смерть. Таков путь нашего мира с тех пор, как сюда пробрался Люцифер. В конце концов, он покинет наш дом… но только для того, чтобы развернуть на Земле собственную версию Ада.

Отступив, я поднял одно из пушистых полотенец, которые заранее принес Магнус, и развернул его для Ривер. Она вышла из бассейна и бросилась в мои объятия. Я обернул материю вокруг девушки и потер ее руки, согревая.

— Он не остановится и продолжит взламывать печати. Пора прекратить это.

Ривер на секунду замерла, затем глубоко вдохнула и подняла голову.

— А если я потеряю тебя?

Я прижался лбом к ее лбу.

— Что бы ни случилось, я всегда буду с тобой, Mah Kush-la.

Она прижалась щекой к моей груди и закрыла глаза. Я поднял ее на руки и отнес к густым мехам, разложенным перед потрескивающим огнем. Моракс и остальные демоны вернулись с припасами и оружием. Когда Ривер залезла в бассейн, я приготовил ей кусок вареного кролика и немного зеленой фасоли, желая немного побаловать.

Сев напротив девушки, я стал наблюдать, как она жевала кролика, периодически вытирая сок с подбородка.

— Хочешь еще? — спросил я, когда она покончила с мясом и переключилась на зеленую фасоль.

— Нет, я наелась. Навряд ли в Аду много человеческой еды, верно?

— Они принесли еды как минимум на две недели, а кода мы пойдем через лес похоти, ты можешь полакомиться плодами прури.

Она откинула со лба прядь влажных волос.

— Что это?

— Плоды прури растут на деревьях Калахмут. На вкус, вероятно, они не очень приятны, но зато не ядовиты.

— Расскажешь про лес? — попросила она.

— Там обитают нимфы и канагские демоны.

Ривер застыла.

— Канагские демоны? — хрипло переспросила она.

— Они не все плохие, — напомнил я. — Когда врата распахнулись, многие канагские демоны поднялись наверх. Магнус заверил меня, что, хотя древесные нимфы все еще там, лесные нимфы не вернулись в лес, вероятно потому, что деревья не позволили им обосноваться на их земле.

— Деревья имеют право голоса?

— Деревья имеют право голоса во многих вопросах, когда дело доходит до леса.

— Как… интересно. Лесные нимфы на стороне Люцифера?

— Да.

— Мне казалось, что нимфы должны быть дружелюбными или что-то в этом роде.

— Некоторые из них. Но точно не лесные.

Ривер снова сосредоточилась на фасоли. Когда она немного поела, синяки на ее лице стали исчезать быстрее. Румянец, вернувшийся к ее щекам, не имел ничего общего с мытьем в бассейне, а скорее с ускоренным исцелением.

— Значит, мы пойдем через этот лес?

— Самый безопасный путь к огню творения и печатям.

Ее глаза расширились.

— Мы отправимся туда, где ты был создан?

— Прямо в пещеру, где я родился.

Задержав дыхание, я приготовился к продолжению разговора. Ривер явно не понравится наш диалог, но я обещал, что больше ничего не буду скрывать.

— Ты с другими демонами, возможно, не сможете войти в пещеру. Только Варколак и гончие когда-либо посещали это место.

Ривер сощурила глаза.

— И если мы не войдем…?

— То я продолжу путь к печатям в одиночестве, — я поднял руку, пресекая ее протесты. — Я рассказал детали, так как обещал, что между нами не будет секретов. Тем не менее мое решение не подлежит обсуждению, Ривер. Мы должны как можно скорее добраться до печатей, а путь через огонь творения самый быстрый. Даже если ты не войдешь и останешься с наружи, то все равно будешь в безопасности, потому что Люцифер не знает местоположения пещеры.

— Почему ты так в этом уверен? — спросила она.

— Потому что только я в курсе, где огонь творения. Ни у кого никогда не получалось отыскать пещеру, потому что даже если ее находили, то не понимали, что видели. Мне нравится идея оставить тебя снаружи так же сильно, как тебе нравится мысль о том, что я уйду один, но другого пути нет. С каждой уничтоженной печатью Люцифер становится сильнее.

— Если ты не сможешь самостоятельно остановить взлом печатей? Или попадешь в ловушку?

— Если это ловушка, то я воспользуюсь другим выходом.

— Значит, мы все-таки можем вместе отправиться к печатям!

— Путь намного длиннее, хорошо известен и более опасен. Если я не вернусь, то Моракс и остальные отправятся за мной именно этой дорогой.

— Я пойду с ними?

Мои когти вырвались на свободу, но я быстро втянул их обратно и вздохнул, пытаясь успокоиться.

— Если ты не сумеешь войти в пещеру, то будешь ждать меня вместе с Корсоном и остальными возле входа.

— Я не буду стоять в стороне и ждать, когда ты вернешься с битвы. Демоны поддержат меня.

— Они будут выполнять только мои приказы.

— Кобаль…

— Я обещал, что больше ничего не буду от тебя скрывать. Не заставляй меня сожалеть о данной клятве.

— Ты опять пытаешься командовать мной.

— Нет, не пытаюсь. Просто так нужно сделать, Ривер. Чем скорее мы узнаем ответ на происходящее с печатями, тем быстрее все уладим. Если бы я видел другие варианты, то непременно воспользовался бы ими. Мне претит мысль оставить тебя одну. Ты и сама это знаешь.

Ее плечи поникли.

— Знаю, — призналась Ривер.

Я взял ее за руку и потянул к себе. Откинув мокрые волосы с ее шеи, я усадил Ривер к себе на колени и поцеловал в затылок.

— Если ты все же сумеешь войти в пещеру, то ни на шаг не отойдешь от меня.

— Мне не нравится эта затея.

— Как и мне.

Я немого отстранился, чтобы насладиться видом ее прекрасного тела. Уложив Ривер на меха, я последовал за ней, решив утопить наши опасения в удовольствии. Скоро она настолько сильно устанет, что забудет о беспокойстве.

— Я люблю тебя, — прошептала она и поцеловала меня.

Глава 27

Кобаль

Снова войдя в комнату с каруселью, я оглядел толпу демонов и скеллеинов, собравшихся внутри. Скеллеины передавали по кругу фляги, которые были наполнены либо пивом, либо mjéod.

Держа Ривер за руку, мы прошли по стеклянному полу карусели и спустились по ступенькам к Корсону, Бейл, Верин, Шаксу, Мораксу, Магнусу и Хоку. При нашем приближении все замолчали. Медленно все демоны и наши друзья опустились на одно колено.

Ривер оступилась, оглядывая толпу, стоящую перед нами на коленях. Хок остался стоять, но затем повернулся и заметил происходящее. Вновь посмотрев на меня, он тоже опустился на одно колено. Ривер шагнула вперед, протянув руку, будто хотела остановить его, но я отдернул ее, притянув в свои объятия.

— Мы король и королева, — прошептал я ей на ухо.

— Мы даже не женаты, — прошипела она в ответ.

— Ты носишь мои метки. Здесь только это и требуется.

— Но Хок…

— Тоже демон.

Я уткнулся носом в ее висок, затем повернулся и жестом приказал всем встать. Демоны поднялись одним плавным движением. Я оглядел войска, собравшиеся передо мной. Многие, возможно, не переживут бой, но все равно были готовы отдать свои жизни, чтобы уничтожить Люцифера.

Я никогда не допускал подобных мыслей… но я устал бороться. Вся моя жизнь состояла из острых ощущений битв, крови и криков умирающих. Теперь же я хотел провести остаток жизни с Ривер и нашими детьми, живя в мире без Люцифера.

Магнус протянул руку, привлекая мое внимания, когда я проходил мимо.

— Я бы хотел кое-что обсудить с тобой.

— Говори, — кивнул я.

Его взгляд метнулся к Ривер, а затем вернулся ко мне.

— Наедине.

Ривер напряглась.

— Можешь излагать при ней. Между нами нет секретов.

Ривер с минуту таращилась на меня, прежде чем довольно улыбнуться. Она положила руку на мою грудь, затем повернулась и сосредоточилась на Магнусе.

— Тогда подальше от них, — тихо пробормотал Магнус и махнул рукой в сторону войска.

Я окинул взглядом сотню с лишним демонов и скеллеинов, собравшихся в нескольких ярдах от меня. Они были больше сосредоточены на разговорах между собой и изучении некоторых видов человеческого оружия, чем на нас. Скеллеины с возрастающим энтузиазмом все чаще прикладывались к выпивке. Если бы я не знал, что пьяными они дрались так же хорошо, как и трезвыми, то уже прекратил бы веселье.

Я жестом пригласил Хока, Корсона, Верин, Моракса, Шакса и Бейл проследовать за нами в дальний угол комнаты.

Магнус повернулся и подождал, пока все соберутся, прежде чем пристально посмотреть на Ривер.

— С тобой происходит нечто большее, чем кажется на первый взгляд.

— Что, прости? — выпалила она.

Я отпустил ее руку и обнял за талию, притягивая ближе к себе. Сощурив глаза, я уставился на Магнуса. Все остальные обменялись удивленными взглядами.

— Когда я ушел сюда, то потратил много времени на изучение и чтение многих свитков, которые сохранили демоны, документируя нашу историю, — заявил Магнус. — Однажды мне нашептали на ухо, что Кобаль ищет дитя Люцифера, поэтому я решил окунуться в историю людей, которые являются потомками падших ангелов.

— Как ты узнал, что я ищу ее? — потребовал я.

— Между твоими последователям слухи распространяются довольно быстро, — пояснил он и легкомысленно взмахнул рукой, заставив меня стиснуть зубы. Я потянулся, чтобы сломать ему пальцы, но Ривер схватила меня за запястье и отдернула. Магнус уловил мое движение и опустил руку.

— Что же ты обнаружил? — подбодрила Ривер.

Магнус бросил на меня настороженный взгляд, прежде чем продолжить:

— Некоторые из них были чрезвычайно могущественны. Другие просто имели некие отличия, но умудрялись скрывать свои особенности и оставаться незамеченными. А еще были извращенные ублюдки, которые нанесли большой урон, прежде чем их убили, — затараторил Магнус.

— Я в курсе, — кивнула Ривер.

— Мы не знаем, какие из них были прямыми потомками линии Люцифера, а какие от других ангелов, но точно понимаем, каковы были их особенности. Иисус ходил по воде и превращал воду в вино. Я предполагаю, что речь об иллюзии. Ангельская способность к созданию иллюзии не так сложна, как моя, но некоторые действительно обладают ею. Авраам говорил с Богом. Моисей разделил Красное море…

— Азот обладал телекинезом, — пробормотала Ривер с ноткой зарождающегося понимания в голосе. — Вероятно, эту же способность Моисей использовал для воды.

— Да. Также, по моему мнению, Моисей обладал огнем и телепатией. Распутина было чрезвычайно трудно убить. Самуил говорил с Богом. Самсон был, несомненно, силен. Даниил и Илия были пророками. Ной тоже был пророком и дожил до глубокой старости, гораздо дольше, чем следовало бы любому смертному. Иеффай тоже говорил с Богом и принес в жертву свою дочь, чтобы стать царем.

— Кобаль считает, что моя способность использовать жизнь была и у некоторых моих предков, что позволило им увеличить срок жизни, — добавила Ривер.

— Вполне возможно, — кивнул Магнус. — Даже если ты наполовину человек, то все равно можешь прожить почти тысячу лет, как Ной, а может и больше, но не это отличает тебя от представителей твоего рода.

— Что же тогда? — спросил Корсон, опершись рукой о каменную стену.

— В течение шести тысяч лет появлялись потомки, которые умели создавать иллюзии, говорить с Богом, общаться телепатически, как некоторые демоны и ангелы, видеть будущее, владеть огнем, телекинезом и жить так долго, как никогда не смог бы обычный человек.

— И что? — поторопил я, когда Магнус замешкал.

— Но ни один не мог поглощать силу жизни так, как она.

— Подожди-ка. Ты только что согласился с тем, что некоторые из потомков использовали пульс жизни, чтобы прожить так долго, — заметила Ривер.

— Да, я верю в это, но ни один из потомков не умел превращать пульс жизни в энергетический шар и использовать его как оружие. Ангелы, конечно, могут, но никто из потомков падших ангелов никогда не обладал такой способностью. Да, Люцифер был сильнейшим из ангелов, как в Аду, так и на Небесах, но никто из его потомства не обладал подобными силами. В одном из свитков выдвигалась теория, что способность так мастерски владеть пульсом жизни не могла пережить перехода на Землю, который совершили падшие ангелы. Но ты доказала, что теория неверна.

Ривер покачнулась, а затем посмотрела на меня. Я крепче обнял ее, обдумывая слова Магнуса. Почему Ривер умела то, что никогда не получалось у других?

— Твои способности пробудились после открытия врат? — спросила Бейл.

— Нет, пульс жизни был и раньше, но не настолько мощный, как сейчас, — покачала головой Ривер.

Ее пальцы потянулись к шее в поисках ожерелья, но, наткнувшись на обнаженную кожу, она опустила руку.

— Может, мои предки все же обладали данной силой, просто никогда не пытались развить ее, — предположила Ривер.

— Навряд ли. Даже если представить, что такое было возможно, то их силы были в тысячу раз слабее твоей. Да и за шесть тысяч лет сохранились бы хоть какие-нибудь записи, — серебристые глаза Магнуса сосредоточились на мне. — Я не знал, как много демонов наблюдали за потомками падших ангелов. Чем больше я читал свитков, тем глубже становились мои знания. В ней есть нечто большее.

Пальцы Ривер впились в мою грудь.

— Например?

— Я считаю, что твоя сила настолько огромна еще и потому, что вы нашли друг друга и образовали избранную связь. Когда демон находит свою половинку, то становится сильнее, даже если речь о таком малом количестве демонической крови, как в тебе, — ответил Магнус.

— А что насчет ангельских способностей? — требовательно спросил я.

Магнус покачал головой.

— Не знаю. Но Ривер точно не похожа ни на кого из потомков падших. Я верю, что она принесет гибель Люциферу.

— Никакого давления, — пробормотала Ривер, и я крепче обнял ее. — Почему ты вообще заговорил об этом?

— Потому что чувствовал, что Кобаль должен знать, с кем имеет дело.

— И с кем же? — потребовал Хок.

— С первой настоящей Странницей мира, — сказал Магнус с почтением, которого я никогда не слышал от болтливого демона.

Глава 28

Кобаль

Полная тишина, последовавшая за заявлением Магнуса, напомнила мне, каково это стоять за пределами печатей. Проходя по коридору рядом с печатями, я заглядывал в каждую камеру, проверяя заключенных. Они кричали и бились о стены, но за пределами камеры стояла гробовая тишина.

— Ничего не поняла, — наконец, заявила Ривер.

— На протяжении всех прошедших лет считалось, что дети ангелов могут ходить по трем мирам. Земле, Раю и Аду, — пояснил Магнус.

— Мне уже рассказывали это, — ответила Ривер, нетерпеливо махнув рукой.

— Однако никто из них в своей смертной форме не пережил бы действие Ада.

— Ты не можешь знать это наверняка, — начала спорить Ривер.

— Может, — ответил я, когда на меня снизошло понимание. — Твои предки умели извлекать пульс жизни, но ровно настолько, чтобы продлить свои дни. Ты же поглощаешь столько силы, что даже можешь гулять среди пещер Ада.

— Вы лишь предполагаете, что было именно так, — настаивала Ривер.

Схватив ее за подбородок, я повернул голову Ривер к себе.

— Я был так сосредоточен на миссии, заботе о твоей безопасности и твоем обучении в управлении способностью поглощать пульс жизни, что кое-что упустил.

Она наморщила лоб, с замешательством посмотрев на меня.

— Что же?

— Из всех многочисленных чудес и злодеяний, совершенных твоими предками на протяжении многих лет, ни одно не включало в себя одновременно две силы — огонь и жизнь.

— Вообще-то я еще не обладаю телекинезом и не болтаю по душам с Богом, — возмутилась она. — А также не могу создавать иллюзии и мои ведения не такие уж масштабные.

— Когда-то я упомянул, что твоя способность управления потоком жизнью чисто ангельская…

— Да, помню, — кивнула она.

— А огонь только демоническая способность, — продолжил я. — Ты единственный потомок, который продемонстрировал умение владеть силами двух разных видов. Такого никогда не было. Если задуматься, то большинство потомков обладали навыками, свойственными как демонам, так и ангелам. Речь о телекинезе, иллюзии и предвидении. Самые продвинутые силы были у Моисея, но он не мог управлять жизнью так, как ты.

— Сейчас ты находишься в Аду, но все же используешь свои ангельские способности, — заметил Магнус. — Но если бы ты попала на Небеса, то, я уверен, все равно смогла бы призвать огонь.

Ривер продолжала пристально смотреть на меня, пытаясь осмыслить слова Магнуса.

— Но почему именно я? — наконец, спросила она.

— Не знаю, — покачал головой Магнус. — Возможно, судьба задумала объединить силы внутри тебя тысячи лет назад. Твоя встреча с Кобалем, безусловно, усилила навыки, но существует еще нечто большее. Вероятно, мы никогда не узнаем, что это, но ты первая истинная Странница мира. Мы, демоны, можем попасть на Небеса, как Люцифер с ангелами вошли в Ад, но, скорее всего, мы что-то потеряем или превратимся в нечто иное. Ты же остаешься самой собой.

Ривер повернулась и посмотрела на Магнуса.

— Так в чем суть? Какая разница, что я умею?

— Суть в том, что твой отец приложит все силы, чтобы заполучить тебя. Но есть и хорошие новости. Люциферу ты нужна живой.

По моей спине побежали мурашки. Я отвел взгляд от бледного лица Ривер и снова сосредоточился на Магнусе.

— Он не просто хочет заполучить Землю, — понял я. — Люцифер жаждет вернуться на Небеса. Вот почему он так долго ждал, прежде чем восстать… вот почему он начал взламывать печати. Люцифер думает, что сумеет привлечь в битву ангелов…, а затем заставить Ривер открыть врата в Рай.

— Я тоже считаю, что он пытается вернуться и думает, будто Ривер может быть ключом к открытию жемчужных врат. Как бы мы все ни радовались подмоге в лице ангелов, которые могли бы смягчить своими перышками наши падения, они вмешаются только в том случае, если существование человечества, а следовательно Рая и Ада, будет висеть на волоске.

— Черт! — выругался я, заставив всех вокруг меня, кроме Ривер, подпрыгнуть. Она оставалась неподвижной, выглядя так, словно вот-вот упадет. — Я должен был понять это раньше.

— Он никогда не проявлял интереса к возвращению на Небеса, — заметил Моракс.

— Давай честно. Никто из нас никогда раньше не знал, чего он хочет или планирует, — заявил Магнус. — Мы даже не задумывались над этим, так как хотели лишь уничтожить его, прежде чем он уничтожит нас. У него и не было возможности вернуться. Но Люцифер уже придумал, как открыть врата в Ад, значит, может каким-то образом открыть Рай.

— Зачем тогда приходить в Ад, не легче ли было сразу распахнуть врата в Рай? — спросила Ривер.

— Навряд ли он мог ворваться на Небеса, но наверняка Люцифер рассчитывает на тебя, чтобы все-таки попасть в Рай, — произнес я.

— Восхитительно, — пробормотала Ривер. — Вот только он ошибается. Я ничего не могу открыть или закрыть. Мы бы не стояли здесь, если бы все было иначе.

— Ты предполагаешь так, — сказал Магнус. — Но если ты не знаешь ключа, это не значит, что не можешь.

Ривер спрятала лицо в ладонях, а затем потерла виски. Обхватив рукой ее затылок, я прижал девушку к себе, массируя напряженные мышцы шеи и плеч.

— Даже если Люцифер не планирует возвращаться на Небеса и мстить всем тем, кто изгнал его, он все равно не откажется от Ривер, — заявил Магнус.

— Почему? — поинтересовался Шакс.

— Потому что она одно из самых могущественных существ, когда-либо созданных. Ривер избранная Кобаля и дочь Люцифера. Он сделает все возможное, чтобы заполучить ее и склонить на свою сторону.

— Он знал, что у него больше шансов добраться до меня в Аду, чем на Земле, а мы бежим прямо в его руки, — пробормотала Ривер.

— Нет, — покачал головой Магнус. — Он готовился к тому, что ты останешься на Земле. Люцифер хотел прийти к тебе, поэтому ускорился во вскрытии печатей.

— Тогда нам нужно поспешить, — заявила Верин, откидывая назад золотистые волосы. — Пока он не понял, что Ривер уже здесь.

Взяв Ривер за подбородок, я посмотрел на ее беспокойное выражение лица. Естественно, я не стал вновь спрашивать ее о вероятности отступления. Она не передумает. Поэтому я лишь провел пальцем по ее подбородку и наклонился, чтобы поцеловать.

— Когда все закончится, я отведу тебя туда, где нас никто не побеспокоит как минимум месяц, — пробормотал я в ее губы.

Ривер улыбнулась.

— Отличная идея.

Ривер

Я уставилась на созданную Магнусом иллюзию тысяч солдат, стоящих за сотней с лишним демонов и скеллеинов. Сжав губы, я старалась не таращиться на размеры армии. Словно я оказалась в зеркальной комнате, только воины не были лишь отражением. Конечно, иллюзии были не такими четкими, как настоящие войска, но выглядели такими же материальными, как демон, стоящий передо мной.

Среди солдат я заметила себя, Кобаля и других наших соратников. Созданная Магнусом иллюзорная Ривер стояла среди демонов и смотрела прямо перед собой. По моей коже поползли мурашки. Рядом с ней возвышался Кобаль с тем же решительным взглядом.

Я отвернулась от сбивающего с толку зрелища.

— Почему мы тоже там? — спросила я у Магнуса.

— Чтобы отвлечь Люцифера. Он подумает, что мы идем на него лоб в лоб вместо того, чтобы сначала остановить падение печатей, — пояснил Магнус. — Это займет его на некоторое время.

— Как мы узнаем, что Люцифер принял бой?

— Моракс сообщит мне, — ответил Кобаль. — Также он даст знать, если что-то пойдет не по плану или если они угодят в ловушку.

Кобаль посмотрел на Магнуса, который принял невинное выражение, тем самым заставив меня закатить глаза.

— И если что-то подобное произойдет, — прорычал Кобаль, — то это станет твоим концом, Магнус.

— Понимаю, но я всегда оставался верен тебе, Кобаль.

Кобаль продолжал безжалостно смотреть на демона.

— Могут ли иллюзии сражаться? — спросила я, чтобы снять напряжение между ними.

— Они имитируют движения борьбы, но не могут нанести урон, — ответил Магнус. — Если коснуться иллюзорны солдат, то они исчезнут, но на их место поднимутся новые.

— Ты действительно пригодился бы на стене, — пробормотала я.

Самодовольная улыбка растянула его губы.

— Ты сама-то не можешь определиться, нравлюсь я тебе или нет, представь, как на меня реагировали бы нормальные люди.

— Верно.

— Может стоит призвать подмогу? — спросила Верин, окинув взглядом войска.

— Я отправил весточку тем, кто живет в Аду и остался верен Кобалю, — заявил Магнус. — Они присоединятся к армии по дороге к цели.

— Наверху, у стены, есть тысячи демонов, — заметила Верин.

— Им потребуется слишком много времени, чтобы прибыть сюда. К тому же демонам придется защищать то, что останется, если мы потерпим неудачу, — возразил Кобаль, тоже рассматривая войска. — Численность никогда раньше не играла решающего фактора в борьбе с Люцифером. Пришло время попробовать что-то новое. Идем в этом составе.

— Куда они направятся? — полюбопытствовала я.

— Логово Люцифера находится глубоко в недрах Ада. Они пойдут прямо к нему, а мы отправимся по обходной тропе.

— Есть и обходная тропа? — поинтересовался Хок.

— В Аду всегда найдется обходная тропа, — ответил Корсон с вымученной улыбкой, которая не имела ничего общего с его обычной, непринужденной ухмылкой. Мне казалось странным видеть Корсона без сережек от очередной девушки, с которой он переспал. Я была уверена, что Кобалю нравился строгий вид Корсона, но понимала, что в Аду личность Корсона каким-то образом уменьшилась.

Я наблюдала, как реальные и иллюзорные войска во главе с Шаксом, Верин и Мораксом зашагали вперед. Ранее Шакс сообщил, что все люди пережили возвращение из Ада и сейчас находились в безопасности с демонами и скеллеинами, которые встали на их защиту.

Хоть скеллеины любили хорошую битву, некоторые из них пожелали остаться на Земле, чтобы уберечь Эрин. Шакс говорил, что ее безопасность была главным аргументом в пользу держаться подальше от Ада. Перед уходом Шакс наблюдал, как скеллеины с удовольствием разгадывали ее загадки.

Мои ладони сжались в кулаки, когда я подумала об Эрин и Варгасе. Мне очень хотелось когда-нибудь снова встретиться с ними, но если бы моя смерть гарантировала им жизнь, то я бы с радостью сдохла в этой яме. Лиза позаботилась бы о Гейдже и Бейли. Мои браться могли бы расти в безопасности, чтобы прожить долгую и, надеюсь, счастливую жизнь.

Я нахмурилась, наблюдая, как в иллюзорной толпе пронеслись несколько скеллеинов. Впервые я осознала, что они все еще пили алкоголь, словно воду, но никто не был облачен в одежду, выделяющую их пол и личность. Они все выглядели совершенно одинаково.

Может демоны и были рождены в Аду, но только на Земле им удалось раскрыться. Они отличились друг от друга, демонстрируя свои разнообразные личности, выходящие за рамки борьбы и смерти. Но в Аду не было ничего, кроме борьбы и смерти.

Сделав глубокий вдох, я посмотрела в след последнему солдату.

— А если с тобой что-нибудь случится? — спросила я у Магнуса.

— В случае моей смерти иллюзия пропадет.

Я взглянула на свою одежду, осознавая, что не знала, как ее достал Магнус. Материал был таким же блестящим и легким, как у наряда демона. Брюки и рубашка были полностью черными, отлично облегая мое тело. Вот только ткань сидела бы хуже, если бы была просто позаимствована у кого-нибудь.

— Тебе лучше убедиться, что я останусь в живых, если не хочешь бегать голышом по Аду, — ухмыльнулся Магнус.

— Кажется, я хочу свою окровавленную одежду обратно, — пробормотала я.

— Слишком поздно. Я сжег ее.

— Придурок, — выпалила я.

Он усмехнулся и отвернулся.

— Раньше меня оскорбляли более обидными словами. Не волнуйся, ваше высочество, эту одежду много лет назад оставила одна моя подруга. Вещи так же реальны, как и ты.

Кобаль обнял меня и нежно повернул так, чтобы я прижималась к нему спиной. Достав мою катану, он посмотрел на нее и снова вложил в ножны. Огнестрельное оружие я отдала Хоку. В аду каждое оружие было на вес золота, но я стала больше полагаться на свои врожденные способности, а Хок до сих пор следовал человеческим инстинктам.

— Обычно демоны не любят одежду. Но, похоже, человеческая чувствительность передалась всем демонам, которым довелось пожить на Земле. Мне бы не хотелось оскорбить твои чувства своим обнаженным телом… Или возбудить тебя, — добавил Магнус, подмигнув.

— Хватит! — рявкнул Кобаль. — Может тебе и нужны конечности, чтобы сражаться, но это не относится к языку, которого ты скоро лишишься, если продолжить пороть чушь.

Магнус стиснул зубы, отвернулся и ушел к Корсону, который радостно ухмылялся.

Кобаль перевел взгляд с Магнуса на Хока.

— Мы пойдем через лес похоти, в котором обитают нимфы и канагские демоны.

Хок побледнел.

— Канагские демоны?

— Не все они плохие, — напомнила Бейл.

— И большинство поднялось на Землю. В лесу остались только древесные нимфы, — добавил Магнус.

— Вероятно, тебе будет трудно, — предупредил Кобаль.

Хок сжал полные губы.

— Я выдержу.

Руки Кобаля, лежащие на моих плечах, напряглись.

— Уверен, что так и будет.

Повернувшись, я посмотрела на Кобаля.

— Раньше ты уже пытался напасть на Люцифера с таким количеством войск? — спросила я, чтобы отвлечь Кобаля и Хока от предстоящего путешествие.

— Когда я был еще достаточно глуп, веря, что моя сила может победить кого угодно, то несколько раз нападал на Люцифера с большим количеством демонов. После мне пришлось потратить несколько недель, чтобы залечить свои раны. Да и Крукса чуть не схватили. С тех пор наши сражения стали более стратегическими, но так или иначе ни одна из сторон не была завоевана. Мы оба лишь теряли последователей.

— Как думаешь, что нам нужно, чтобы уничтожить его? — поинтересовалась я.

— Мозги, мускулы и красота, — ответил он с усмешкой.

— Кобаль…

— Тогда секретное оружие, — пробормотал он и поцеловал меня в лоб, прежде чем отпустить.

— Да уж, — выдохнула я, решив, что лучше быть наглой, нежели вечно сомневающейся в своих способностях. — Что произойдет, если ты потеряешь одну из гончих? — спросила я.

— Гончие внутри меня могут быть сильно ранены, из-за чего им придется вернуться ко мне, чтобы исцелиться. Еще их можно поймать. Но единственный способ убить их — прикончить меня. Однако без гончих я более слаб.

Я была полна решимости сделать так, чтобы он никогда не лишился псов.

— Сколько тебе было лет, когда ты так сильно пострадал?

— Совсем ребенок. Мне едва перевалило за триста.

— Триста? — переспросила я со смехом. — Ну да, совсем малыш.

Взгляд, который он бросил на меня из-под густых ресниц, согрел мою душу.

— С тех пор я вырос и многому научился.

Глава 29

Кобаль

Я не стал упоминать, что через месяц после той битвы я связался с Лилит. Королева канагских демонов являла собой искушение, перед которым было трудно устоять. Для Ривер триста лет было чем-то очень долгим, но в то время я был глуп, безрассуден в своей силе и пьян от знания, кем я был и кем должен был править. Знак Зивы не помог, сделав меня более неуравновешенным, чем любого предшествующего Варколака, но и прибавив мне сил.

Потребовались столетия, чтобы я сумел научиться самоконтролю. И все же мне до сих пор было легко переступить черту. Магнус открыл дверь, чтобы выйти из своего маленького уголка Ада, и я прижал ладонь к пояснице Ривер.

Попустив вперед демонов, мы с Ривер остановились возле Магнуса.

— Я понимаю, почему ты скрылся в этом уголке Ада и твою потребность лучше узнать свои силы. Но если ты ошибешься или подвергнешь ее опасности, то второго шанса не будет.

— Ясно, — кивнул Магнус. — Я докажу свою преданность.

Я смотрел на него еще с минуту, прежде чем вывести Ривер за дверь и шагнуть вслед за остальными в туннель. Корсон, Бейл и Хок ждали нас перед поворотом. За ними несколько скеллеинов завернули за угол и исчезли из виду.

Ривер стиснула мою ладонь, когда я шагнул вперед, чтобы присоединиться к остальным.

— Пойдемте, — пробормотал Магнус и мотнул головой вправо.

Скеллеины вели нас по узкой петляющей тропе, уводя все глубже и глубже в Ад. Ладонь Ривер стала влажной, а на ее лбу выступил пот, из-за чего волосы прилипли к лицу, но она не жаловалась. Когда спустя час мы устроили небольшой перерыв, она достала флягу с водой и сделала большой глоток.

— Разве мы не должны прийти к огню или что-то в этом роде? — спросил Хок.

— Мы доберемся до него, — пообещал Магнус.

— Ты все еще можешь поглощать поток жизни? — спросил я у Ривер, когда она закрыла флягу и повесила ту на пояс.

Вытерев пот со лба тыльной стороной ладони, она уперлась руками в каменную стену. Закрыв глаза, она прикусила нижнюю губу. На пальцах Ривер затанцевали темно-синие искры, быстро охватив ее запястья. Она убрала руки от стены, но сияние жизни продолжало искриться.

— Удивительно, — прошептал Магнус.

Все скеллеины уставились на Ривер. Синие сияние отражалось в белых черепах.

— Наша королева, — пробормотал один из них.

Ривер погасила пульс жизни и отвернулась. Я взял ее за руку, притягивая к себе. Один скеллеин подошел ближе.

— Ты, наконец, нашла свой путь? — спросил скеллеин, с любопытством глядя на нее.

— Ликс? — уточнила Ривер.

Скеллеин ухмыльнулся и отвесил элегантный поклон.

— Конечно, Странница мира.

— Я не узнала тебя без галстука, — улыбнулась Ривер.

От него веяло каким-то сожалением… или даже потерей.

— Здесь мы все должны сражаться как один, быть единым целым. Только так можно выжить.

— Да, правильно, — закивали остальные скеллеины, и каждый сделал глоток из своих фляжек.

— Понятно, — пробормотала Ривер и подняла голову, чтобы встретиться со мной взглядом, а затем посмотреть на Корсона и Бейл. — Надеюсь, ты сохранил галстук, чтобы позже покрасоваться в нем на Земле.

— Конечно, — Ликс усмехнулся, а затем отвернулся. Прижав меч к костлявому плечу, он поспешил присоединиться к остальным.

Шагнув вперед, я взял Ривер за руку.

— Пойдем.

Ривер

Через несколько сотен футов скалы начали исчезать, сменяясь деревьями, вдвое превышающими размеры самого большого красного дерева на Земле. Черные ветви, размером с дуб, нависали над дорогой, создавая навес. Полог был таким густым, что под деревьями не рос подлесок. Лесную подстилку усеивали только опавшие листья.

Листья деревьев были в три раза больше моей ладони и такого насыщенного черного цвета, что в падающем свете казались фиолетовыми. Я не понимала, откуда исходил свет, но он отбрасывал желтовато-красную дымку на дорогу и окружающие нас растения.

Остановившись, я уставилась на густую крону деревьев. Плоды сливового цвета размером с арбуз свисали с ветвей, оттягивая их под своим весом. Сладкий аромат леса напомнил мне о еде, которую я учуяла на карнавале Магнуса. Сморщив нос, я попыталась определить, нравился ли мне аромат, и обнаружила, что впервые не чувствую запаха адского пламени.

— Это тот самый лес? — я вздохнула, оглядываясь вокруг с благоговением и недоверием.

— Да, — кивнул Кобаль.

— Так красиво и.… — я не могла подобрать подходящего слова для описания того, что видела.

— Чувственно, — предположил Кобаль.

Я не сумела сдержаться и подошла ближе к нему.

— Ага. Это из-за обитающих здесь существ?

— Лес и деревья разжигают желание. Существа лишь подливают масла в огонь.

— Недавно я провел некоторое время с древесными нимфами, — усмехнулся Магнус с улыбкой, от которой мои губы скривились в отвращении, а Бейл закатила глаза.

— Нимфы, — восторженно забормотали скеллеины и начали толкать друг друга локтями. Я не хотела знать подробности, так как у скеллеинов определенно не было мясистых частей тела. В Аду существовали некоторые факты, о которых я совершенно не хотела слышать.

— Многие духи так и не покинули лес, так как плоть держала их в рабстве у здешних существ, — заявил Кобаль.

— Когда большинство демонов жили в Аду, то часто посещали лес, чтобы поесть и провести некоторое время с нимфами, — добавил Магнус.

— Нимфы похожи на канагских демонов? Они тоже порабощают людей? — поинтересовался Хок.

— Нет, древесные нимфы — это просто хорошее развлечение, — ответил один из скеллеинов.

— Много раундов хорошего развлечения, — выпалил другой.

Еще один факт, о котором я не хотела слышать, так как была уверена, что Кобаль был частым гостем в лесу.

— Понятно, — пробормотала я.

Кобаль положил руку на мою спину, подталкивая вперед. Дорога перед нами была выстелена черным камнем, но где-то просматривались темно-красные булыжники. Красный отражал окружающий нас свет и освещал дорогу. Справа среди деревьев что-то промелькнуло, из-за чего я отскочила в сторону и чуть не закричала.

— Что это было? — воскликнул Хок, вынимая нож из ножен.

— Древесные нимфы, — с ухмылкой ответил Магнус. — Думаю, они понравятся тебе, юный канагский демон.

Хок бросил на него убийственный взгляд, но спрятал нож.

— Они не причинят тебе вреда, — заверила Бейл. — Мы говорим о демонах высшего уровня, которые всегда оставались верными Кобалю. Эти деревья их дом.

Из-за ствола высунулась голова хорошенькой женщины, а затем снова исчезла. Взволнованный ропот раздался среди деревьев. Вокруг замелькало еще больше тел. Высунулась еще одна голова… и на нас уставился поразительный мужчина.

Они шептались на грубом языке, которого я не понимала, но знала, что это был диалект демонов.

— Что они говорят? — спросила я у Кобаля.

Он оглянулся и издал серию звуков, похожих на команды, а затем вновь сосредоточился на мне.

— Ничего плохого, — заверил он.

— А что сказал ты?

— Что в твоем присутствии они должны говорить только по-английски.

— Это он, — произнес мужчина, прежде чем снова исчезнуть. — Король вернулся.

— Мне казалось, что нимфы бывают только женского пола, — пробормотала я.

— В твоем мире знают лишь о женщинах, но настоящие нимфы состоят как из женщин, так и из мужчин. А еще они не боги, а демоны. Древесные нимфы ищут удовольствия во всех формах. Лесные нимфы много лет назад были заперты за семьдесят седьмой печатью. Они тоже демоны высшего уровня, которые обнаружили, что любят пировать кровью демонов так же, как они поглощают души. Лесные нимфы стали каннибалами и, скорее всего, породили человеческие легенды о вампирах.

Мысль о демонах-людоедах заставила меня содрогнуться. Из леса высунулось еще больше голов и раздалось хихиканье.

— Какие еще различия существуют между древесными и лесными нимфами?

— Лесные нимфы больше и живут в самих лесах, древесные нимфы меньше и живут на деревьях.

Я склонила голову, рассматривая маленьких демонов, которые с любопытством наблюдали за нами и хихикали, прикрывая рты руками.

— Ты уверен, что они демоны? Они так много смеются, — спросил Хок.

— Таковы древесные нимфы. Они смеются, питаясь чужой сексуальностью и страданиями духов, — пояснил Корсон.

— Теперь похоже на демонов, — пробормотал Хок.

— Ты уже один из нас, — напомнил ему Магнус. — Возможно, твои силы пока не проявились в полной мере, но раз ты стоишь здесь, то не смей отрицать свою сущность.

Хок показал ему средний палец, когда группа нимф выскользнула из-за деревьев. Миниатюрные женщины носили лишь полоску черного прозрачного материала вокруг талии, которая совершенно ничего не скрывала. Они могли бы с тем же успехом быть полностью обнаженными.

Когда мы проходили мимо, все нимфы присели в реверансе и поклонились Кобалю, затем снова выпрямились и захихикали. Голые женщины, пританцовывая, подошли к Корсону и пробежались пальцами по его рукам.

— Эй, привет, мы скучали, — радостно защебетали они, но Корсон лишь отмахнулся. Я приподняла бровь, глядя на любящего флирт демона, но не стала комментировать его поведение.

Нимфы не обратили никакого внимания на его реакцию и подбежали к Магнусу и Хоку. Хок выглядел так, словно разрывался между желанием убежать отсюда или схватить одну из них и увести в лес.

— Ох, он такой красивый, — пробормотала симпатичная рыжеволосая девушка, поглаживая бицепс Хока.

Хок отступил от нее, а над его верхней губой и лбу выступили капельки пота.

— Отстаньте от него, — приказал Кобаль низким голосом, от которого ближайший к нему скеллеин отступил на шаг.

— Ваше высочество! — завизжали нимфы и бросились к нему.

Мой взор заволокло красной дымкой, когда нимфа потерлась грудью о его руку, а затем начала мацать его торс. Я настолько сильно стиснула зубы, что подумала, будто они разлетятся вдребезги. Кобаль скинул руку женщины.

— Но, ваше высочество! — она мило надула губки. — Мы скучали по тебе! Прошло так много времени с тех пор, как ты удостаивал нас своим присутствием!

Я решила, что к концу нашего пути здесь может появиться несколько мертвых древесных нимф.

Кобаль отступил от женщин. Не говоря ни слова, он обнял меня за талию и подхватил на руки. Я сердито посмотрела на красивых женщин с эльфийскими чертами лица и миниатюрными, пышными телами.

— Спокойно, Mah Kush-la, — прошептал он мне на ухо, когда на кончиках моих пальцев вспыхнуло пламя. — Нимфы наши союзники.

— Плевать, — пробормотала я. — Они должны научиться держать руки при себе.

Кобаль усмехнулся и провел рукой по моим волосам.

— У них плохо получается стоять в стороне, но они не хотят причинить никакого вреда.

— Тогда отпусти меня, чтобы я могла представиться кое-кому из мужчин! — возразила я, ненавидя ревность, кипящую во мне.

Он еще крепче обнял меня. Сощурившись, Кобаль впился в меня взглядом. Я решительно выдержала его пристальное внимание. Теперь Кобаль не находил ситуацию такой уж забавной.

— Нет.

Вздохи нимф снова привлекли мое внимание. Они с тоской смотрели нам вслед. Вот и все, я собиралась поджарить похотливые маленькие задницы, но существа заговорили:

— Она помечена, — шептали они друг другу. — Она его избранная. Ох, как мило!

Во время перешептываний нимфы складывали руки перед собой и хлопали ресницами. Когда они закончили обсуждать новость, то бросились догонять нас. Я обнаружила, что мой гнев тает, когда некоторые из нимф застенчиво мне помахали. Я не смогла сдержаться и тоже помахала, вызвав новый взрыв хихиканья.

— Самые странные чертовы демоны, — пробормотал Хок.

— Вынуждена согласиться, — ответила я. — Можешь опустить меня. Обещаю не сжигать нимф.

— Мне не сложно нести тебя, — заявил Кобаль.

Я не хотела спорить с ним. Положив голову на его плечо, я стала наблюдать за нимфами-мужчинами, которые показались из-за деревьев. Они тоже были небольшого роста, с красивыми чертами лица и тонкой полоской прозрачного материала вокруг талии. Я покраснела, когда поняла, что может нимфам мужского пола и не хватало в росте и весе, они с лихвой компенсировали это достоинством за прозрачной тканью.

Все больше нимф выходили из-за деревьев и следовали за нами, пока Корсон и Бейл вели нас по петляющей дороге в лес. Сквозь деревья я заметила что-то похожее на костры, освещающие лес, но я не чувствовала запаха дыма и не слышала треска дерева. Мышцы Кобаля напряглись, когда он крепче обнял меня. Вскоре я обнаружила, что мои глаза медленно закрылись.

Глава 30

Кобаль

Губы Ривер прижались к моей шее, овевая горячим дыханием кожу. С каждым шагом ее тело соблазнительно терлось о мое. Мне не требовались манящие сладкие ароматы леса, деревьев и плодов прури, чтобы испытывать желание к моей избранной. Я в принципе и без помощи леса всегда хотел Ривер.

Я верил, что буду достаточно силен, чтобы сопротивляться соблазну деревьев и Ривер, но ее свежий запах дождя дразнил меня. Избежать влияния леса было невозможно. Но этот путь был самым безопасным, так как другие демоны часто считали нимф безобидными. В лесу редко бывали гости, если только демоны не решили утолить свою похоть с одной или несколькими нимфами.

На самом деле нимфы могли быть жестокими, противореча предположениям большинства демонов. Однажды я был свидетелем того, как они заживо сдирали кожу с демона, потому что он посмел ударить их соплеменника, затем нимфы вздернуть его за яйца и отрубили голову. Может они и были маленькими, желающими хорошо проводить время существами, но обладали той же злобной жилкой, что и все демоны.

Взглянув на Хока, я заметил, что его лицо было мокрым от пота, челюсть напряжена, а взгляд остекленел.

— Сосредоточься на дороге, — тихо посоветовал я, не желая будить Ривер.

Он посмотрел на меня, а затем перевел взгляд на Ривер, облизнув губы. Я зарычал. Мои когти вырвались на свободу с необходимостью перерезать его яремную вену. Я немного повернулся, чтобы он не мог больше смотреть на Ривер. Никогда прежде я не замечал, что он испытывал вожделение к Ривер. Если бы было нечто подобное, я бы никогда не позволил ему приблизиться к моей избранной, но потребность в его глазах была безошибочной. Молодой канагский демон благодаря лесу начал показывать свою суть. Я знал, что это повлияет на него, на всех нас, но до сих пор не понимал, насколько был голоден Хок.

— Отвернись! — рявкнул я.

Корсон отступил, встав между нами, и оттолкнул Хока, оттеснив его к другой стороне дороги. Хок потер щеки и глаза, прежде чем снова посмотреть на меня.

— Я не понимаю… — его голос затих, а взгляд пробежался по лесу. — Что со мной не так?

— Лес — это страна желаний. Он всегда служил домом для всех канагских демонов и нимф. Здесь наши плотские побуждения усиливаются. А ты только родившийся демон с совершенно отсутствующим самоконтролем. Плюс ты еще ни разу не питался ни с помощью секса, ни от духов, — пояснил Корсон. Его взгляд сосредоточился на мне. — Возможно, нам следует остановиться и позволить ему поесть?

— Нет, — решительно заявил Хок. — Нет. Я не буду рисковать. То, что произошло с Сарой, может повториться. Я взрослый мужчина и, черт, могу себя контролировать.

— Нет, ты недавно обращенный канагский демон, который все еще не достиг того, кем должен стать. Ты либо будешь бороться со своими потребностями, пока не умрешь с голоду, либо сорвешься и возьмешь кого-нибудь против воли, — заявила Бейл. — Думаю, тебе не нравится оба варианта, верно?

Подняв руку, Хок вытер пот со лба.

— Не нравится.

— У нимф есть опыт общения с канагскими демонами. Ты не причинишь им вреда, — пообещал Корсон. — А после я покажу, как питаться духами.

— У нас есть миссия. Я не буду замедлять всю группу, — ответил Хок.

— Ты уже нас замедляешь. К тому же нам в любом случае придется остановиться, чтобы отдохнуть. Сегодня мы не успеем добраться до печатей. Лес — самое безопасное место для привала. А еще самое приятное, — усмехнулся Магнус и помахал маленькой рыжеволосой девушке, которая послала ему воздушный поцелуй.

— Они правы, ты должен поесть. Лучше всего тебя насытит сексуальная энергия, — подтвердил я. — Ты бесполезен, если будешь рассеян и слаб во время всего путешествия.

Мускул на челюсти Хока дернулся. Еще больше пота потекло по его лбу и щекам, когда он стиснул зубы.

— Я не такой.

— Именно такой.

Корсон бросил на меня взгляд. Я практически слышал, как он опять настаивает на соблюдении такта, но сейчас было не до этого.

— Ты подвергаешь всех нас риску, отрицая свои нынешние потребности. Подвергаешь риску себя, потому что если еще раз так посмотришь на Ривер, то, друг ты или нет, я уничтожу тебя.

Ривер зашевелилась. Когда ее ресницы затрепетали, я сместил свою хватку, чтобы Хок не мог видеть ее. Она начала поднимать голову, но я опустил ту обратно, настаивая, чтобы она спокойно устроилась на моем плече.

— Кобаль… — запротестовала она.

— Не сейчас, — перебил я.

Я думал, что Ривер будет сопротивляться, но она осталась неподвижной. Мой взгляд снова сосредоточился на Хоке. Я видел в его глазах неуверенность и стыд, который он пытался скрыть за своей ослабевающей сдержанностью. Он больше не смотрел на Ривер, но я все равно оскалился.

— Позаботься о нем, Корсон, — приказал я. Мне нужно было отдалиться от Хока, иначе он встретил бы свою смерть. — Убедись, что он сделает то, что должен. Когда все закончится, найди меня. Все остальные остаются с ними.

Прижав голову Ривер к своему плечу, я зашагал прочь в тенистые деревья.

— Мы не можем оставить их, — запротестовала Ривер.

— Если мы сейчас не уйдем, то я убью его, — заявил я. — Я не допущу, чтобы рядом с тобой кто-то вышел из-под контроля. Не допущу, чтобы кто-то вожделел тебя.

— Хок не причинил бы мне вреда.

— Если он не возьмет себя в руки, то причинит.

Она задрожала в моих объятиях.

— Он справится?

— Если последует моему совету, то да, он выживет.

Я позволил ей поднять голову. Ее пальцы впились в мою кожу.

— Теперь ты считаешь Хока другом, — улыбнулась она.

— Что ты имеешь в виду? — спросил я, останавливаясь возле деревьев Калахмута и ставя ее на ноги.

— Ты сказал: «друг ты или нет, я уничтожу тебя». Раньше ты всегда называл его моим другом или человеком, но на этот раз было по-другому. Он нравится тебе.

Я нахмурился, смотря на Ривер, затем поднял голову и стал изучать деревья. В лесах не было животных, только демоны, трахающиеся в тени. Принюхиваясь, я прислушался к шелесту листьев, но не уловил и не чуял поблизости никаких других демонов.

— Теперь он один из нас, — ответил я.

Ее проворные пальцы, играющие с пуговицами моей рубашки, вернули мое внимание.

— Мне кажется, что он нравился тебе еще будучи человеком. А еще тебе нравятся Эрин и Варгас. Признай уже, Кобаль, что мы, смертные, выросли в твоих глазах, — с дразнящей улыбкой пробормотала она.

Подняв руку, я провел костяшками пальцев по ее нежной щеке, ощущая, что сладкий аромат плодов прури стал сильнее. Ривер разомкнула губы. Я услышал быстрый стук ее сердца. За прошедшие годы я провел много времени в этом лесу, но никогда еще не ощущал одурманивающий эффект похоти настолько сильно.

Когда ее грудь соблазнительно прижалась к моей торсу, мой член налился кровью. Я попытался отстраниться, но обнаружил, что стал еще ближе. Ривер втянула мою нижнюю губу в рот. Моя ладонь обхватила ее грудь, обтянутую рубашкой, и приласкала затвердевший сосок. Ривер всегда была неотразима, но сейчас она словно загипнотизировала меня. Ее руки расстегнули несколько пуговиц на моей рубашке и пробрались внутрь, коснувшись моей кожи.

Ривер плотно прижалась ко мне, согревая темно-синими искрами мою плоть.

— Ты чувствуешь… — ее пальцы прошлись по моим мышцам, продолжая расстёгивать пуговицы. — Будто я чувствую каждую частичку тебя.

— Во всем виноват лес, — прошептал я. Ее руки добрались до моих штанов. — Он усиливает желание, страсть и ощущения.

— Ощущения, — повторила она. Ее пристальный взгляд остановился на моей груди. Ривер распахнула мою рубашку.

— Лес тоже питается сексуальной энергией.

— Как странно, — пробормотала она, смотря на мое тело голодным взглядом и стягивая рубашку с моих плеч. — Это причинит нам вред?

— Нет. Мы пробудем здесь совсем недолго, вернее, недостаточно долго, чтобы попасть в ловушку.

— В лесу безопасно?

— Безопаснее, чем в любом другом месте в Аду. Здесь недопустимо насилие, если, конечно, не хочешь столкнуться с местью местных существ.

Соблазнительная улыбка изогнула губы Ривер, а ее ладони вновь погладили мою грудь.

— Значит, мы должны накормить его.

— Ривер… — я замолчал, когда она наклонилась, чтобы поцеловать мою грудь. — Лес заставляет забыть обо всех заботах, — выдавил я из себя слова и снова попытался отойти, но опять обнаружил, что лишь крепче прижался к Ривер.

— Я не прочь ненадолго забыть о проблемах.

Она лизнула мой сосок, а затем слегка прикусила. Приподнявшись на цыпочки, Ривер провела языком по моему горлу до самого уха.

— Я уже мокрая для тебя, — прошептала она.

Эти слова стали моей погибелью. Я притянул ее к своей груди и наклонил голову, чтобы завладеть ее ртом. Ривер оцарапала мою кожу, вращая бедрами и с жадностью сплетая наши языки.

Когда я поднял ее, она обхватила ногами мою талию и призывно потерлась о мой ноющий член. Не разрывая поцелуя, я ушел с дороги в тень леса. Вкус и запах Ривер окутали меня, пропитав воздух. Из бесчисленного множества раз моих визитов в лес, никогда прежде я не поддавался чарам, которые накладывали деревья на всех своих посетителей.

Я был неуправляем, словно обезумев. Отстранившись, Ривер, тяжело дыша, посмотрела на меня и провела пальцами по кончикам моих волос у шеи. В ее глазах полыхала страсть, а губы были припухшими от недавнего поцелуя. Убрав ноги с моей талии, Ривер встала на землю.

Улыбнувшись, она наклонилась и стала развязывать шнурки на ботинках. Скинув обувь, Ривер выпрямилась, соблазнительно улыбнулась и провела пальцами по моим плечам. Наклонившись, она поцеловала мою грудь и отвернулась. Звонко рассмеявшись, Ривер убежала в лес.

Глава 31

Кобаль

— Поймай меня! — крикнула Ривер.

Мгновение я стоял неподвижно, не понимая, как должен реагировать, но затем Ривер стянула через голову свою рубашку и, взмахнув тканью, отшвырнула ту в сторону. Неожиданно я осознал, что Ривер могла наткнуться на стаю нимф, которые с распростертыми объятиями приняли бы полуобнаженную женщину.

Сорвавшись с места, я побежал за своей избранной, петляя между деревьями и находя на своем пути ее брошенную одежду. Каким-то образом Ривер удалось скинуть ботинки, ни разу не сбившись с шага… не говоря уже о брюках. Ее лифчик я поймал уже в воздухе.

Мне удалось настигнуть Ривер на краю огненного озера. Когда я обнял ее за талию и приподнял, прижимая спиной к своей груди, она радостно взвизгнула. Влияние леса и мое намерение быть сосредоточенным на миссии ушли на второй план, так как сейчас я мог думать лишь о том, как быстрее оказаться внутри своей избранной.

Ривер подняла голову и затихла, рассматривая раскинувшееся перед нами озеро.

— Что это? — прошептала она, пристально глядя на круг шириной в три фута посреди леса. Гладкая, словно стекло, поверхность пестрила красными и желтыми оттенками.

— Огненное озеро, — пробормотал я и наклонил голову, прикусив ухо Ривер.

Она отпустила мои предплечья, полностью сосредоточившись на озере, испускающим тусклое сияние, которое освещало рядом стоящие деревья.

— Как красиво.

— Не так, как ты, — изрек я, наблюдая, как блики света скользят по ее гибкому телу.

Ривер закрыла глаза и откинулась назад, обхватив рукой мой затылок. Я прикусил чувствительное местечко на ее шее. Пробежавшись ладонью по животу Ривер, я добрался до ее груди. Девушка немного изогнулась и потерлась попкой о мой твердый член.

Отстранившись, я повернул Ривер в своих объятиях. Ощущение ее сосков, прижатых к моей груди, заставило меня напрячься. Секс с Ривер всегда был намного лучше, чем с другими женщинами, но сейчас лес усиливал наши желания. Теперь мои чувства были сосредоточенны только на ней. Все, кроме ее тела, просто исчезло.

Ривер захныкала, крепче прижавшись ко мне. Я упивался ее красотой и стонами, не в силах насытиться ароматом ее возбуждения. Ривер вцепилась в мою рубашку и помогла мне избавиться от нее. Отступив, Ривер смело продемонстрировала мне свое тело, которое было полностью обнажённым и словно сияло в бликах озера.

Мой взгляд сосредоточился на треугольнике черных кудряшек между ее бедер, которые уже были влажными от желания. Расстегнув пуговицу на моих брюках, Ривер спустила ткань вниз по моим бедрам. Когда мой член вырвался на свободу, гордо указав на Ривер, девушка облизнула губы. Пробежавшись ладонями по мышцам моего пресса, она добралась до члена и приласкала твердый ствол, тем самым вырывая из меня стон.

Когда я стал гладить ее округлые бедра, мои когти удлинились. Мне еле удалось втянуть их обратно. Протиснув ладонь между бедер Ривер, я ощутил ее влажную плоть. Когда я провел пальцем по набухшему клитору, ее ноги задрожали. Ривер с трудом держала глаза открытыми.

В этот момент мой палец погрузился в ее опаляющее лоно. Мышцы немедля сжались вокруг моего пальца, лишая меня дыхания. Ривер откинула голову назад, когда я добавил второй палец, и начала быстрее ласкать член. Я толкался в нее пальцами до тех пор, пока Ривер не сдалась, больше не в силах стоять на ногах.

Приподняв ее за талию, я опустился на колени, утягивая за собой Ривер. Своими ласками она практически довела меня до оргазма, но я сдержался, ощущая удовольствие, граничащее с болью. Я не собирался кончать, так как еще не побывал внутри Ривер.

Она улыбнулась, отпустила член и разместила обе руки на моей груди. Я неохотно убрал свою руку и поддался нежному толчку Ривер, растянувшись на спине на мягком лесном подлеске.

Ривер оседлала меня и пробежалась ладонями по моей груди, приковывая к себе мой взгляд. Мои глаза остановились на ее груди и затвердевших сосках, неотразимо выделяющихся на светлой плоти. Надавив ладонями на ее спину, я заставил Ривер наклониться и поднял голову, припав ртом к ее соску.

Она выгнулась, вынуждая меня усилить хватку на соске. Ривер начала ерзать, искушая меня войти внутрь, но если бы я уступил, то все закончилось бы слишком быстро. Я прикусил бутон и немного пососал, успокаивая возможную боль от моих зубов.

Когда я переключил свое внимание с одной груди на вторую, тело Ривер чувственно изогнулось.

— Кобаль! — выкрикнула она. Запутавшись пальцами в моих волосах, она притянула мою голову ближе, а я в ответ еще раз прикусил ее сосок.

Немного отстранившись, я поднял голову и посмотрел на Ривер, отмечая, насколько красиво блики танцевали на ее теле, выделяя изгибы. Ее фиалковые глаза потемнели до фиолетового — цвета окружающих нас листьев. Ривер склонилась надо мной, оцарапав ногтями мою плоть, и стала продвигаться вниз, оставляя на моем теле дорожку из поцелуев. Вскоре ее грудь уже находилась на уровни моей эрекции.

Ривер лизнула головку члена, смакуя капельку преякулята. Я затаил дыхание, когда ствол исчез в ее рте. Она взяла меня максимально глубоко, опаляя жаром и сводя с ума ласками языка.

Когда наши взгляды встретились, я заметил в ее глазах игривый блеск. Еще раз облизав языком головку, Ривер отстранилась. Я хотел притянуть ее к себе, но Ривер лишь покачала головой, затем одной рукой сжала вместе свою грудь, а второй направила член в ложбинку.

Это было настолько эротичное зрелище, что я полностью забылся в том, как она трахала меня своей грудью. Ривер, не разрывая зрительный контакт, высунула язык и лизнула головку члена. На моем лбу выступили капельки пота. Я стиснул зубы, сдерживая наступающий оргазм. Ривер умело использовала свое тело, чтобы вознести меня на пик наслаждения.

Ривер

Я не могла насытиться ощущением того, как член скользил между моей груди, и вкусом Кобаля на моих губах и языке. Казалось, что лес заставил нас полностью потерять контроль, но в то же время сосредоточиться на правильных действиях. Я чувствовала каждый дюйм тела Кобаля так, как никогда раньше, чувствовала власть, которую имела над этим мужчиной. Сейчас он с восхищением наблюдал за мной дикими янтарными глазами.

Все происходящее поражало своей силой и интенсивностью. Лес заставлял меня ощущать каждое прикосновение к плоти Кобаля, как к моей собственной. Я была влажной и жаждала освобождения, но не могла перестать ласкать и дразнить своего мужчину, подталкивая его к более смелым действиям.

Кобаль выгнул спину, толкнувшись головкой в мои губы. Я высунула язык и с жадностью попробовала его на вкус.

— Ты станешь моей погибелью, — процедил он сквозь зубы.

Кобаль откинул волосы с моего лица, посмотрев прямо в глаза. Один только вид его мощного тела, дрожащего от напряжения и покрытого бисеринками пота, и рельефных мышц, резко выделяющихся на общем фоне, почти довел меня до оргазма. Я пыталась вспомнить, почему секс в данный момент не был хорошей идеей, но мой пропитанный желанием мозг не мог сосредоточиться ни на одной мысли.

— Если не хочешь, чтобы мое семя оказалось на твоей прекрасной груди, то поднимайся, — хрипло пробормотал он.

Кобаль

Ривер вновь начала ласкать меня ртом, но я отстранился, потянув ее вверх. Она с явной неохотой подчинилась. Сейчас я думал только о ее наслаждении, забыв о своих нуждах.

— Тебе понравилось? — спросила Ривер, когда я устроил ее так, чтобы ее влажный вход оказался напротив моего члена.

— Очень сильно, — пробормотал я в ее губы и скользнул языком внутрь.

Я толкнулся вверх, погрузив в Ривер твердую длину. Ее мышцы словно втянули член, из-за чего вскоре я был глубоко похоронен в ее лоне.

«Я дома».

С нашего первого секса я был уверен, что только Ривер сможет принести мне покой. С каждым прожитым днем мои убеждения лишь укреплялись.

Прервав поцелуй, Ривер приподнялась, положив руки на мою грудь. Она наблюдала за мной, пока двигалась и ласкала мое тело. Вскоре Ривер переместила ладони на свою грудь, ущипнув твердые соски.

Она откинула голову назад, ускорив движения. Благодаря волосам цвета воронова крыла, рассыпавшимся по ее спине и рукам, продолжающим ласки груди, Ривер напоминала мне язычницу. Такая же раскованная и свободная. Неожиданно Ривер вскрикнула. Мышцы лона стиснули мой член, а ее спина выгнулась от силы наступившего оргазма.

Я глубоко вошел в нее и не смог сдержаться, излившись внутрь. Зарычав, я пометил свою избранную.

Глава 32

Кобаль

— Сколько время? — пробормотала Ривер у моей груди.

Я провел пальцами по ее спине, наслаждаясь своим запахом, исходящим от девушки.

— Не знаю. В Аду мы не следим за ним.

Я был единственным демоном, рожденным адским огнем, и провел в преисподней более полутора тысяч лет своей жизни, но умудрился забыть, что здесь не существовало понятия времени. На Земле солнце отмечало начало и конец каждого дня. Люди четко осознавали время, которое никогда не вернут, но каким-то образом все равно находили силы вставать, чтобы встретить новый день.

Здесь не было ничего подобного. Существовала только вечность… если, конечно, тебя не убил собрат-демон или один из последователей Люцифера.

Подняв голову, Ривер сложила руки на моей груди и положила на них подбородок. Учитывая количество раундов секса и поток жизни, бурлящий в лесу, моя избранная буквально светилась жизненной силой.

— Почему вы не следите за временем? — полюбопытствовала она.

Я провел пальцами по ее волосам, наблюдая, как локоны цвета воронова крыла сияют в свете огненного озера.

— Потому что здесь оно течет по-другому. У нас нет солнца, обозначающего день. Остается лишь путаница бодрствования и сна, но кто знает, как все это проходит по сравнению с человеческим миром.

Она нахмурилась.

— Тогда откуда ты знаешь свой возраст?

— Раз в год всего на один день адское пламя разгорается настолько, что его можно увидеть в любой пещере. Этот день знаменует для нас окончание года. Но я не знаю, совпадает ли этот год с человеческим. Судя по моему опыту пребывания на Земле, эти отрезки времени очень близки. В тот день, когда адское пламя разгорается сильнее, каждый демон становится на год старше, даже если является всего лишь новорожденным младенцем.

— Интересненько.

Я не сумел сдержать улыбку.

— Или просто скучно.

— Нет, речь точно не о скуке, — ее дыхание сбилось, когда Ривер теснее прижалась к моей груди.

— Нам, наверное, стоит одеться, либо мы никогда не уйдем, — усмехнулся я.

— Не уверена, что хочу уходить. Здесь не так уж и плохо.

Я поцеловал Ривер, прежде чем неохотно высвободился из ее объятий.

— Через несколько дней ты изменишь свое мнение.

— Вполне вероятно, — сев, она подтянула колени к груди и обняла их. — Кажется, я забыла, где оставила одежду.

Я натянул брюки, которые одолжил мне Магнус.

— Я соберу твои вещи.

Положив подбородок на колени, Ривер восхищенно следила взглядом за каждым моим движением. Я глубоко вдохнул, призывая свой самоконтроль, прежде чем подойти к ней с рубашкой в ладони.

— Руки вверх.

Я застонал, когда она подняла руки, из-за чего ее грудь плавно покачнулась. Мои отметины покрывали ее плоть, но я все равно хотел оставить еще пару.

— Нужно уходить, — процедил я сквозь зубы и поспешно натянул на Ривер черную рубашку.

Мягкий материал, сделанный из листьев аира, прикрыл стройную фигуру Ривер. Теперь она стала казаться меньше и хрупче, но в то же время еще более сексуальной. Девушка свела края рубашки, прикрывая грудь.

— Застегнись, — приказал я, не доверяя себе. Опустив голову, Ривер принялась застегивать пуговицы. — Оставайся здесь, пока я собираю твою одежду, — она кивнула, не отрывая взгляд от манипуляций с пуговицами. Я замешкал. — Может, пойдешь со мной?

— Все в порядке. Отсюда я не убегу, но если пойду с тобой, то скорее всего опять оседлаю твои бедра.

Из меня вырвался смешок.

— И навряд ли я буду против.

У меня перехватило дыхание от ее лучезарной улыбки.

— Иди уже, — поторопила Ривер, махнув рукой.

Я секунду помедлил, но разлука была единственным способом заставить нас одеться. Я повернулся и зашагал в лес, на ходу собирая разбросанную Ривер одежду. Подняв один ботинок, я окинул взглядом окружающие деревья. Принюхиваясь, я не почувствовал ни малейшего намека на угрозу.

Я нашел рубашку моей избранной и повернулся, чтобы вернуться к Ривер, но вдруг заметил движение справа. Нырнув в густой лес, я увидел Корсона и Магнуса, шагающих между деревьями. Остановившись, я дождался своих последователей.

— Хок под контролем? — хрипло спросил я.

Оранжевые глаза Корсона на мгновение задержались на одежде Ривер в моей руке, прежде чем сосредоточиться на моем лице.

— Да.

— Отлично. Встречаемся на тропе через пять минут, — кивнул я и зашагал обратно к Ривер.

Вскоре я нашел свою избранную, стоящую на коленях у огненного озера и смотрящую на пламя. Я встал рядом, окинув взглядом стройную спину и округлые ягодицы девушки, выглядывающие из-под моей рубашки. Откинув волосы назад, Ривер подняла голову и улыбнулась. Даже после бесчисленных раундов секса я до сих пор чувствовал влияние леса и соблазнительного тела Ривер.

— Мне, наверное, стоит одеться, — пробормотала она, бросив выразительный взгляд на растущую выпуклость на моих штанах.

— Верно, — более резко, чем намеревался, ответил я.

Ривер усмехнулась, забрала у меня свою одежду и ботинки, плавно встала и отошла на несколько футов. Я так и не сумел совладать с собой, продолжая наблюдать за тем, как моя избранная одевалась. Ее обнаженное тело было великолепным. Ривер кинула мне мою рубашку.

— Мне нравится здесь, — заявила Ривер, натягивая рубашку.

Я последовал ее примеру, тоже облачившись в рубашку.

— Лес определенно имеет свои приятные особенности.

Ривер бросила на меня веселый взгляд и застегнула брюки. Одевшись, Ривер попыталась расчесать пальцами волосы.

— Прямо сейчас я бы с легкостью расправилась с Люцифером в обмен на расческу.

Я улыбнулся, продолжая наблюдать за ее мучениями.

— Давай помогу?

— Не нужно. Если ты подойдешь, то я снова окажусь голой.

Я прислонился к дереву аира.

— Ты права, — ухмыльнулся я, скрестив руки на груди.

— Мне очень нравится твоя честность.

— Просто ты любишь меня.

— Даже не спорю.

Она еще несколько минут пыталась распутать волосы, затем вздохнула и отказалась от своей затеи. Натянув ботинки, Ривер прислонилась к дереву и начала завязывать шнурки.

— Ого, — выдохнула она.

Отступив от дерева, Ривер повернулась и пробежалась взглядом по стволу, рассматривая черную кору с трещинами глубиной почти два-три дюйма в некоторых местах. Я отошел от дерева.

— Что случилось? — требовательно спросил я.

— Эм… хм… — ее голос затих. Подняв руку, Ривер прижала к коре дрожащие пальцы. В месте соприкосновения с деревом появились голубые искры. Ривер закрыла глаза. — Это потрясающе, — выдохнула она.

Я сосредоточился на дереве, к которому еще ближе подошла Ривер, чтобы прижаться лбом к коре. Немного отступив, Ривер подняла голову, сконцентрировавшись на кроне дерева. Листья трепетали, будто их колыхал легкий бриз, но здесь не было ветра.

Я сразу шагнул вперед, желая оттащить Ривер, так как ранее видел, на что способны эти деревья, но меня опередила ветка, потянувшаяся к девушке.

— Ривер, беги! — крикнул я.

Вот только она даже не пошевелилась. Теперь все ее тело было охвачено голубыми искрами. Кончик ветки уже приобнял ее в районе талии. Ринувшись вперед, я перепрыгнул через ветку и обнял Ривер. Листья ласкали ее кожу, вынуждая меня яростно зарычать.

— Что с тобой? — удивилась Ривер. Сейчас листья укутали ее в некий кокон, который больше напоминал объятия.

— Ты не знаешь, на что способны эти деревья, — резко рявкнул я, хотя на самом деле уже не был так уверен в предполагаемой агрессии. Ветка нежно гладила Ривер по голове. Девушка уперлась пятами в землю, пытаясь отстраниться, но я отказывался отпускать ее.

— Оно не хочет обижать меня, — упрямо заявила Ривер.

— Ты не можешь знать наверняка.

— Но знаю, — упрямо произнесла она, прикоснувшись щекой к листу, в три раза превышающему размер ее головы.

— Прекрати! Я видел, как эти деревья разорвали демона на части за то, что он причинил вред древесной нимфе.

Но Ривер продолжала извиваться в моих объятиях.

— Я никогда не пересекалась с древесными нимфами. Эти деревья не хотят вредить мне. Они потрясающие, Кобаль.

Моя хватка ослабла, когда к нам опустилось еще больше ветвей, с которых свисали плоды. Ривер вопросительно посмотрела на меня, а затем вновь сосредоточилась на большом плоде прури.

— Можно? — спросила она.

Я в замешательстве уставился на плод, потом на дерево. Деревья Калахмута были известны своей злобностью и способностью питаться сексуальной энергией. Они никогда ни к кому не проявляли доброты. Хотя существовала вероятность, что так они общались с древесными нимфами.

— По всей видимости дерево хочет преподнести тебе подарок, — пробормотал я. — Плоды не ядовиты, но могут показаться немного странными на вкус.

Я никогда не пробовал прури, но нимфы и канагские демоны временами лакомились плодами. Ривер сорвала плод и провела пальцами по кожице. Лист обвился вокруг ее руки, сжимая, а затем отступил.

— Спасибо, — пробормотала она.

Ривер с минуту смотрела на фрукт, но все же откусила. Фиолетовый сок испачкал ее губы и потек по подбородку. Она с озорством посмотрела на меня.

— Восхитительно! — она вытерла рот, когда ветка, предложившая ей плод, отодвинулась в сторону. — Можешь отпустить меня, — кивнула Ривер.

Я с неохотой разжал руки. Эти деревья были страшны в ярости, но сейчас они излучали только позитивные эмоции. Когда Ривер отошла от меня, я с трудом подавил желания снова привлечь ее в свои объятия. Она ела фрукты, гуляя между деревьями, прикасаясь к каждому стволу и смеясь, когда получала в ответ ласку от листьев.

Сами деревья, казалось, смеялись. Листья трепетали, создавая мелодичный шелест. Я никогда не видел ничего более прекрасного. Ривер раскинула руки в стороны, поглаживая листья и ветки. Голубой свет исходил от ее кожи, освещая глаза и лицо.

— Кобаль.

Я обернулся, ища в лесу того, кто произнес мое имя. В пятидесяти футах от нас за деревьями стояли наши друзья.

— Можете подойти, — позвал я.

Я снова сосредоточился на Ривер. Корсон и Бейл встали рядом со мной, в шоке уставившись на мою избранную.

— Что происходит? — спросил Хок и сделал шаг вперед. Теперь его щеки сияли здоровым румянцем, а морщины, которые вчера пролегали вокруг глаз и рта, разгладились. От него исходили жизненная сила и самообладание. Возможно, ему не нравилось то, во что он превратился, но ради выживания нельзя было отрицать свои потребности.

Рядом с Хоком стоял Магнус с гордо расправленными плечами.

— Они приветствуют свою королеву, — заявил он.

— К тебе они тоже так относятся? — уточнила у меня Бейл.

— Нет. Я никогда не видел ничего подобного раньше, — я покачал головой.

Ривер рассмеялась, когда одна из ветвей приподняла ее волосы с плеча, а затем позволила им упасть.

— Деревья заигрывают с ней? — удивился Корсон.

— Она чувствует их жизненную силу. Им определено нравится ее общение, — усмехнулся скеллеин позади меня.

— Значит, именно так они общаются с нимфами? — спросил Корсон.

— На этот вопрос могут ответить только нимфы, — пробормотал скеллеин, делая глоток из фляжки.

— Найди какую-нибудь нимфу и приведи ее сюда, — приказал я.

Скеллеин кивнул, развернулся и скрылся в лесу. В этот момент к Ривер подоспела еще одна ветка с сочным плодом, но девушка лишь отмахнулась от лакомства. Тогда ветка низко наклонилась, толкнув Ривер в колени и тем самым заставляя мою избранную сесть. Я ринулся вперед, когда ветка взмыла ввысь, унося Ривер в купол листвы.

Мое сердце бешено заколотилось в груди. Я бегал между деревьями, выискивая глазами Ривер. Если бы в ближайшее время я не увидел свою избранную, то с легкостью переломал бы все деревья.

— Ривер! — крикнул я.

Откуда-то сверху раздался ее смех. Листья зашевелились, из-за чего мелодичный шелест усилился. Меня овеяло легким бризом. Неожиданно ветка опустила Ривер на землю, поставив в десяти футах от меня.

Ее лицо сияло от счастья, а лучезарная улыбка немного ослабила напряжение в моей груди. Треск привлек мое внимание. Вернулся скеллеин, приведя с собой нимфу. Женщина замерла, широко открыв рот. Ее взгляд пробежался по деревьям, взаимодействующим с Ривер. Румянец залил ее фарфоровые щеки.

— Нужно показать это остальным, — прошептала она.

— Ты когда-нибудь общалась с деревьями также? — спросил я.

— Нет, ваше высочество, хоть деревья и переполняет жизненная сила.

— Она права, — пробормотал Магнус.

Я вновь повернулся, взирая на странное зрелище. Ривер подняла руку, чтобы коснуться ветки, но неожиданно деревья застыли, как только могли замереть горгульи. Так быстро, что я едва успел понять происходящее, ветки отпрянули от моей избранной. Ривер в замешательстве нахмурилась, посмотрев на свою руку, зависшую в воздухе. Вдруг лес наполнился движением. До меня донесся новый, гнилостный запах.

— Ривер! — заорал я.

Деревья затрещали и заскрипели. Опустив плечи, я побежал к Ривер. Листья прижались к коре, а концы ветвей глубоко вонзились в землю. Ривер вскинула руки и отшатнулась, когда от удара камни, лесная подстилка и сухие листья взлетели в воздух.

Ветви, которые не зарылись в землю, перекрестились в воздухе в сложную систему переплетений, создающую стену прямо перед Ривер. Я перепрыгнул через огненное озеро и обнял свою избранную. Кто-то взревел в темноте и врезался в толстую стену, созданную деревьями.

Ривер ахнула, когда сквозь перекрещивающиеся ветви на нас уставились красные глаза. Существо снова завопило и прыгнуло на ветки. Листья зашуршали, а ветки покачнулись, но стена выстояла. Деревья пытались защитить Ривер от угрозы.

— Кто это? — спросила Ривер.

— Огр, — пояснил я. — Тридцать девятая печать.

Ее пальцы вцепились в мою рубашку. Земля задрожала. Справа от нас в землю вонзилось еще больше ветвей, создавая защитную паутину. Нимфа вскрикнула и юркнула в ветви ближайшего дерева.

— Как я понимаю, они не бойцы, — заметил Хок, следя за деревьями, продолжающими окружать нас стеной из ветвей.

— Зато они хорошие любовники, — подтвердил Магнус. — Хотя если понадобится, они с легкостью убьют врага.

Отпустив Ривер, я закрыл девушку свей спиной. Руки огра размером со стол с обломанными и окровавленными черными когтями рвали ветки и листья. Деревья издали зловещий звук, а в следующее мгновение ветви зашевелились… Но вместо того, чтобы закопаться в землю и создать барьер, ветви вонзились в огра.

Одна ветвь пронзила верхнюю часть плеча твари и зарылась в землю, пригвоздив огра к месту. Красные глаза существа выпучились. Другие ветви вцепились в руки монстра и вырвали их из тела. Огр взвыл, уносясь в бесконечную ночь. Кровь брызгала на ветви. Вскоре вой прекратился.

— И что это было? — поинтересовался Хок.

— Деревья разорвали огра на части, — пояснил я и повернулся к Ривер. Она была на пять оттенков бледнее, чем раньше, но ее взгляд оставался тверд.

— Я очень рад, что им нравится Ривер, — выдохнул Хок.

— Да уж, — ответил я. Земля под ногами снова задрожала.

— Что это? — спросила Ривер, когда еще больше ветвей вонзилось в землю, защищая нас.

— Огры, — рыкнул я, когда еще один врезался в стену из ветвей.

Глава 33

Ривер

Мое сердцебиение ускорилось, когда еще один монстр начал рвать деревья и листья своими массивными пальцами. От существа исходили звуки, напоминавшие помесь гона свиньи и разъяренной гиены. Когда огр просунул голову в образовавшуюся дыру, Хок вытащил пистолет из кобуры.

Клыки по меньшей мере шесть дюймов в длину выступали из его нижней челюсти. Длинная струйка слюны тянулась с нижней губы огра на ветки. Его кожа имела оранжевый оттенок. Существо казалось отвратительным, особенно учитывая его красные глаза и колоссальные размеры тела, но в его чертах прослеживалось что-то человеческое. Нос и голова были слишком большими для человека, но все же похожи.

Я вцепилась в запястье Кобаля, когда он отошел от меня.

— Со мной ничего не случится, — произнес он.

Я замешкала, но все же отпустила его. С каждым четким шагом его когти удлинялись. Вскоре Кобаль уже стоял перед монстром. Листья расступились, открывая чудовище за стеной.

Кобаль был самым крупным мужчиной, которого я когда-либо встречала, но не в случае с десятифутовым чудовищем весом в пятьсот фунтов. Рука огра, напоминавшая огромную бейсбольную перчатку, замахнулась, несмотря на ветви.

У меня перехватило дыхание, но Кобаль не отступил перед нападками огра. Даже больше, он выглядел скучающим и презрительно смотрел на существо. Из огра вырвались гортанные звуки. Мне потребовалась минута, чтобы понять, что огр разговаривал с Кобалем на демоническом языке.

— Что он сказал? — спросила я у Корсона.

Корсон сощурил глаза и прислушался к монстру.

— Что он и ему подобные выпотрошат нас, а из наших кишок соорудят шляпы.

— Замечательно.

— Сомневаюсь, что наших внутренностей хватит хоть на одну такую голову, — пробормотал Хок.

Я мысленно согласилась.

Огр опять зарычал. В ответ Корсон, как и скеллеины, резко шагнул вперед.

— Ну что там? — спросила я. Кобаль повернулся и посмотрел на меня, а затем снова сосредоточился на огре. — Что он сказал?

— У огров и многих других бывших обитателей печатей есть только одна миссия, — заговорил Магнус.

— И какая? — уточнил Хок.

Серебристые глаза Магнуса настороженно посмотрели на меня.

— Привести тебя к Люциферу. Он знает, что ты в Аду.

Я тяжело сглотнула и отступила, когда огонь закружился вокруг запястий Кобаля. Мне не нужно было знать перевод, чтобы догадаться, что Кобаль пообещал огру нечто анатомически невозможное.

Кобаль взмахнул рукой, и из образовавшейся раны на толстой коже шеи огра брызнула зеленая кровь. Кобаль невозмутимо стряхнул с себя капли, пока огр издавал булькающий рев и махал руками. Голова огра неестественно повисла на шее. У меня было тревожное ощущение, что если бы кто-нибудь откинул его голову назад, то та бы оторвалась и покатилась по плечам размером с автомобиль.

Что-то врезалось в толстые ветви справа от меня. Затем слева. Листья протестующе зашуршали, создавая легкий ветерок и усиливая напряжение.

Из густых зарослей прозвучал рык, а затем массивные руки новоприбывшего огра стали ломать ветви. Тот, кого практически обезглавил Кобаль, был схвачен деревьями. Справа от меня ветви поддались напору огра, который заставил бы задрожать даже Зевса.

Раздался треск ветвей. Листья зашелестели с сердитым шипением, от которого волосы у меня на затылке встали дыбом. Ветки обрушились сверху, врезавшись в плечи существа и отбросив его назад. Огр ломал атаковавшие его ветви, не обращая внимания на неоново-зеленую кровь, окрасившую его плечи. Ветви отбросили тварь к стене прежде, чем огр сломал последнюю ветвь, освобождая свое тело.

Скеллеины издали боевой клич, а Хок открыл огонь. Пуля попала огру прямо в лоб, напоминающий таран. Голова существа откинулась назад, но он, не колеблясь, продолжил атаку.

— Срань господня, — пробормотал Хок.

Передо мной появилась ветка, изогнувшаяся таким же манящим образом, как и та, которая недавно поднимала меня в крону.

— Поторопись, Ривер! — закричал Кобаль, бросаясь через поляну к огру, который нацелился на Хока.

Мое сердце бешено заколотилось, когда Кобаль прыгнул на существо и обхватил руками его шею. Кобаль вонзил когти в плоть огра, из-под которых сразу хлынула зеленая кровь. Корсон схватил меня за руку и толкнул к ветке, которая нетерпеливо постукивала по земле.

— Не смей! — я выдернула руку из его хватки.

Дерево издало еще один нетерпеливый стук. Вместо того, чтобы взобраться на сук, который мог унести меня с поляны, я прижала ладонь к коре и втянула в себя поток жизни. Прямо передо мной материализовалось мерцающее изображение Магнуса, которое быстро стало более реалистичным. Я не замечала еще одного огра, приближающегося ко мне, но мираж Магнуса улыбнулся монстру и тем самым привлек его внимание.

Мираж, созданный Магнусом, отступил в сторону, провоцируя огра. Бочкообразное тело твари врезалось в землю, поднимая пыль и камни. Я вскинула руки, пытаясь защититься от летящих в меня камешков. Земля под моими ногами вздыбилась, когда огр яростно ударил по ней кулаками.

Снова взявшись за ветку, я втянула поток жизни. Эти деревья обладали внушительной энергией, потому что были переплетены друг с другом и общались так, как ни одно дерево на Земле. Да что говорить, деревья на Земле никогда не оживали, чтобы выбить дерьмо из разных гадов. Если бы они умели нечто подобное, то дятлов и лесорубов больше не существовало бы.

Темно-фиолетовые искры, по цвету соответствующие листьям, вспыхнули на кончиках моих пальцев, быстро окружив мое запястье и руку. Я сосредоточилась на красных глазах огра, которые пристально смотрели на меня.

Повернув запястье, я уперлась носками ботинок в землю и почувствовала, как из моей руки вырвался поток света, который развеял мираж Магнуса. Огр закричал, когда его поразил поток жизни, и заколотил ногами по земле.

Стиснув зубы, я втянула еще больше энергии дерева и сосредоточила ту в своей руке. Неожиданно передо мной появился Корсон с выпущенными когтями длинною в фут. Демон готовился напасть на огра. Вдруг существо издало вопль, подобного которому я никогда раньше не слышала. Тем не менее я не осмелилась убрать руку от дерева, чтобы прикрыть уши. Казалось, мои барабанные перепонки вот-вот лопнут.

Крик огра резко прекратился… потому что его голова взорвалась. Ошметки разлетелись во все стороны, напоминая мне о яйце, которое я в шестилетнем возрасте приготовила в микроволновке. Я была убеждена, что таким образом сумею вывести цыпленка… но в итоге получила лишь кучу кусочков из желтка и скорлупы. Тогда я сильно расплакалась, так как была уверена, что убила цыпленка. Моя мать сильно отшлепала меня за ту провинность, из-за чего я не могла сидеть целую неделю.

Сейчас нас с Корсоном с ног до головы покрывала неоновая слизь с кусочками оранжевой кожи. Жижа капала с моих волос, пока я дрожащими руками убирала липкие пряди с глаз. Я не осмеливалась открыть рот, опасаясь, что что-нибудь попадет внутрь.

Корсон судорожно вытер глаза и бросил на меня взгляд, который так и кричал о его намерениях задушить меня. Зеленая слизь текла по его лицу, капая с кончиков заостренных ушей. Я хотела возразить, что не предполагала взрыв, но для этого пришлось бы открыть рот.

Звук справа привлек мое внимание. Еще один огр перепрыгнул через ветку и направился к нам. Я вскинула руки и призвала пламя, отбросив тварь назад. Огр взвизгнул, кубарем покатившись по земле.

Мимолетный взгляд на ягодицы твари, а затем и красочное зрелище яиц, заставил меня понять, что монстры были полностью обнажены. То, что я сочла мехом вокруг талии, на самом деле было коричневым, очень густым участком волос, который быстро загорелся.

Огр вскочил на ноги и помчался через поляну к одному из входов, которые они пробили в окружающей нас стене из ветвей. Но ему не удалось убежать, так как на его спину прыгнул Кобаль, вонзив когти в его шею. Огр попытался скинуть Кобаля, но мой демон даже не покачнулся, уверенно продолжая рассекать толстые сухожилия.

Скеллеинам удалось зарубить еще одного монстра. Демоны-скелеты вцепились в его шею и спину, разрывая плоть зубами и пронзая мечами. Их обычно восторженная болтовня стихла. Теперь скеллеины были сосредоточены лишь на уничтожении существа почти на шесть футов выше большинства собравшихся. Позади огра я заметила груду костей, валяющихся на земле. Мое сердце екнуло, когда я поняла, что один из скеллеинов пал в битве.

Еще один огр бросился на нас, но Корсон выскочил вперед. Размахнувшись когтями, он вспорол живот монстру, из-за чего его внутренности рассыпались по земле. Бейл прыгнула на спину существа и быстро повернула его голову в сторону так, что по всей поляне разнесся звук рвущихся мышц и ломающихся костей.

Хок увернулся с пути другого огра и плавным движением, которое более чем соответствовало скорости демонов, вонзил нож в челюсть нападающего. Существо вцепилось в клинок, но не успело вытащить, так как сверху, словно молния, обрушилась ветка дерева, вонзившись прямо в торс огра.

Хок вытащил свой нож из челюсти монстра, прежде чем ветка утащила огра в темноту. Я не хотела думать, что деревья делали с телами, потому что недавно лакомилась их плодами.

Магнус шагнул вперед, встав рядом со мной. Бейл, наконец, оторвала огру голову, Кобаль закончил распиливать шею твари, а скеллеинам удалось сбить своего врага с ног. Серебристые глаза Магнуса впились в меня. Улыбка, изогнувшая уголоки губ мужчины, заставила меня сжать руки в кулаки, чтобы не ударить демона.

— Может, в следующий раз ты все же залезешь на ветку, — произнес он.

Не в силах открыть рот, я показала ему средний палец.

— Заткнись, Магнус, — рявкнул Кобаль, направляясь к нам через поляну. — Ты в порядке? — спросил он.

Я сжала губы и кивнула. Когда Кобаль окинул меня взглядом, в его янтарных глазах заискрилось веселье. Впрочем, меня это не удивило. Я хотела стряхнуть с себя липкую жижу, но затем остановилась. Кровь уже пропитала одежду, поэтому любое мое действие лишь заставило бы ткань более тесно прижаться к моей коже, чего хотелось бы избежать.

Кобаль обхватил мои щеки и вытер большими пальцами липкую слизь с моих губ, с глаз и носа.

— Не смешно, — пробормотала я, когда поняла, что в мой рот при разговоре больше не попадет ничего лишнего.

— Конечно, нет, — согласился он, но в его голосе четко прозвучал смех, а плечи предательски затряслись.

Кобаль приподнял мой подбородок, наклонился и нежно поцеловал в губы. Я выдохнула, не в силах сдержать возбуждение, которое провоцировала наша связь. В его глазах все еще плескалось веселье, но также пробуждалось нечто более голодное. Черт, нам стоило как можно быстрее покинуть лес, пока сюда не явились остальные обитатели печатей, потому что иначе я буду сражаться с тварями абсолютно голой.

— Ты точно любишь меня, раз думаешь о чем-то сексуальном в данный момент, — пробормотала я. — Или ты просто извращенец.

Он усмехнулся, убирая с моего лица еще больше неоновой крови.

— Я испытываю сочетание целой гаммы чувств. Нужно привести тебя в порядок.

Маленькая древесная нимфа беззвучно спустилась с дерева и встала возле Хока, из-за чего мужчина испуганно подпрыгнул и отступил. Я и забыла про нее.

— Я отведу тебя в ванну и найду какую-нибудь одежду, моя королева. И тебе, Корсон, — предложила она.

Корсон посмотрел на меня. Сейчас он не выглядел таким раздраженным. Впрочем, у меня было предчувствие, что ему понадобится некоторое время, чтобы простить мою выходку. Я улыбнулась ему.

Глава 34

Ривер

Час спустя я, наконец, отмылась от внутренностей огра и завернулась в полотенце, которое было более мягким, чем любое в человеческом мире. Материл чернее ночи плохо впитывал капли красной адской воды, скользящие по моей коже, но это не имело значения. Ткань была настолько уютной, что мои веки начали опускаться, не дождавшись возвращения нимф с обещанной одеждой.

Как же я боялась увидеть эту одежду. Мне пришлось бы вновь натянуть свой покрытый слизью наряд, если бы нимфы принесли бы тряпки, которые носили сами. К тому же большинство существ были на добрый фут ниже меня. То, что едва прикрывало их тела, не сослужило бы мне пользу.

Дверь в конце маленькой пещеры, в которую меня привели, открылась. Полдюжины женщин бросились ко мне и взобрались на помост у бассейна с водой, в котором я купалась.

— Король жаждет видеть тебя, — взволнованно защебетали они, окружая меня.

— Нам удалось уговорить его подождать, — заявила симпатичная блондинка, которая была с нами в лесу. — Но не думаю, что он у него хватит терпения.

Я не осмелилась впустить Кобаля, так как собиралась искупаться. Просто в ином случае никто из нас не смог бы устоять перед соблазном.

— Пора выбираться из леса, — пробормотала я, заставляя нимф хихикать и хлопать ресницами. Я еле сдержалась и не закатила глаза. Мне все больше нравились демоны, но они так отличались от меня.

— Я еще никогда не видела его таким нежным и заботливым по отношению к кому-либо, — пробормотала блондинка.

Я попыталась выкинуть из головы вероятность того, что она когда-то была с Кобалем. Для демонов секс не имел большого значения, просто способ утолить зуд. Конечно, если речь не шла об Избранной. Но как бы я себя не успокаивала, узел ревности оставался в моей груди.

— Это так мило, — продолжила блондинка.

— Да, очень мило, — подхватили остальные, взволнованно кружа вокруг меня.

— Он выбрал красивую королеву, которая убила огра, даже не прикоснувшись к нему, — воскликнула блондинка, вертя что-то в руках.

Мой взгляд жадно зацепился за непрозрачный материал в ее ладонях, который нимфа положила на ближайший камень. Остальные с любопытством взирали на меня из-под невероятно густых ресниц.

— Она положит конец узурпатору, — уверенно заявила блондинка.

— Как тебя зовут? — полюбопытствовала я.

Нимфа выглядела так, будто никто никогда раньше не интересовался ее именем. Затем ее пухлые губы изогнула улыбка.

— Лена.

— Красивое имя, — пробормотала я. Лена покраснела так, что каким-то образом стала походить на фарфоровую куклу с тонкими чертами лица, вьющимися светлыми волосами и глазами цвета нефрита.

Все остальные нимфы взволнованно загудели, но прежде чем я успела спросить их имена, дверь в конце коридора распахнулась. Кобаль направился к нам, стуча сапогами по каменному полу. Нимфы мгновенно замолчали, скромно сложив руки перед собой.

Кобаль остановился в нескольких футах от нас. Я была окружена полудюжиной полуголых, великолепных женщин, но его взгляд сосредоточился только на мне, разглядывая влажные волосы и черную материю, которая скрывала мое тело.

«Ага, нам определенно пора выбираться из леса», — решила я, когда в обсидиановых глазах Кобаля блеснуло золото.

— Ты принесла ей расческу? — обратился он к Лене.

— Да, ваше высочество, — поспешно ответила она.

— Хорошо. Вас всех ждут другие нимфы. Они готовы присоединиться к армии, которую мы готовим для сражения с Люцифером.

— Мы будем славно сражаться за вас, ваше высочество.

Я не могла представить, каким образом эти нежные создания сумеют одолеть черепаху, не говоря уже о демоне, но все нимфы собирались присоединиться к битве.

— Оставьте нас, — приказал Кобаль.

Все нимфы склонили головы и поспешили на выход.

— Спасибо! — крикнула я.

Нимфы оглянулись на меня и захихикали, выбегая наружу.

— Мог бы быть с ними повежливее, — пробубнила я, когда Кобаль поднялся по двум ступенькам на каменную платформу.

Когда он обошел дымящуюся воду в центре платформы, мое сердцебиение участилось. Кобаль двигался со смертоносной грацией пантеры, каждая его мышца изгибалась с невероятным изяществом. Он остановился, осматривая одежду, оставленную нимфами. Подняв что-то серебристого цвета со дна кучи, он продемонстрировал мне расчёску с более длинной и жесткой щетиной, нежели к которой привыкла я.

Подойдя ко мне со спины, Кобаль положил ладони на мои плечи. Электрические мурашки пробежали по моей коже, вынуждая соски сморщиться. Мне потребовалось задействовать все свои силы, чтобы не отбросить полотенце и не шагнуть в его объятия.

— Кобаль, мы должны покинуть лес.

— Скоро уйдем, — ответил он более грубым тоном, чем тот, к которому я привыкла.

Я чувствовала напряжение в его руках. Кобаль неохотно разжал ладони и сосредоточился на моих волосах. С неизменным терпением, которое он уже однажды проявлял, Кобаль провел щеткой по спутанным волосам.

Я чуть не застонала, когда он поцеловал сверхчувствительную кожу моего затылка и перекинул мои влажные волосы через другое плечо. Ко мне в голову все никак не приходила мысль, почему мы должны были срочно уйти.

— Мне не под силу устоять перед ароматом твоего возбуждения, Mah Kush-la, — пробормотал он.

На этот раз я не сумела подавить стон. Большой и указательный пальцы Кобаля схватили меня за подбородок, поворачивая мою голову так, чтобы я могла посмотреть в его глаза. Эти прекрасные янтарные глаза всецело завладели моим вниманием. Он наклонился, чтобы поцеловать меня. Прежде чем я смогла прильнуть к его соблазнительным губам, Кобаль прервал контакт и отступил.

Мускул на его щеке дернулся. Кобаль отступил еще на шаг. Мой взгляд был прикован к очевидной выпуклости в его штанах. У меня потекли слюнки при виде соблазнительных очертаний большой эрекции на фоне тонкого материала. Кобаль подошел к камням и поднял мою одежду. В его взгляде сквозило страдание.

— Нужно уходить, — хрипло пробормотал он.

— Возможно, мне следует отказаться от твоей помощи, — предложила я.

— Ты не сумеешь застегнуть это самостоятельно.

— Можно позвать нимф…

— Я справлюсь, — резко перебил он.

Я понимала, что спорить бессмысленно. Подойдя ближе, я отпустила черный материал. Ткань медленно заскользила по моему телу, собираясь у ног. Глаза Кобаля проследили за материалом. Мой демон не сделал ни единого вдоха, наслаждаясь зрелищем.

Мой взгляд снова сосредоточился на его эрекции. Желание пронзило меня с такой мощью, что я чуть не рухнула на колени. Вена на лбу Кобаля вздулась.

— Подними руки.

Я выполнила приказ, из-за чего его взгляд уперся в мою грудь. Шагнув вперед, я услышала скрежет зубов Кобаля. Он накинул на меня ткань, которая заскользила по моему телу. Мягкость, коснувшаяся моей плоти, заставила меня захныкать.

— Заставлять твое тело томиться от страсти противоречит всем моим инстинктам, но если я сейчас возьму тебя, то уже не смогу остановиться, а нам пора уходить, — прошептал он.

— Знаю, — кивнула я, хотя в данный момент чувствовала себя крайне неуютно в собственной шкуре.

— Ты даже не представляешь, как сильно я хочу тебя.

Я решила рискнуть и прикоснулась рукой к его щеке. От контакта с его плотью на кончиках моих пальцев ожили вспышки света.

— Понимаю.

Кобаль кивнул и жестом велел мне повернуться. Убрав волосы с шеи, я подчинилась. Мне пришлось до крови прикусить губу, когда его изящные пальцы прошлись по пуговицам на спине. Наклонившись, Кобаль опалил своим дыханием мою кожу, затем вздрогнул и отступил.

Ривер

Только по прошествии часа с того момента, как мы покинули лес, я сумела сделать первый легкий вдох. У меня, наконец, пропало желание, сорвать с себя и Кобаля одежду.

Я смогла осмотреть и оценить предоставленную нимфами одежду. Я нахмурилась, уставившись на тонкий материал. Почему-то я считала, что ткань черная, но на самом деле она имела темно-фиолетовый цвет, напоминая листья деревьев и искры, которые танцевали на моих пальцах. В материале словно засела сила, которую я никогда раньше не чувствовала в других одеждах.

— Что за состав у этой ткани? — спросила я, потирая между пальцами материал.

— Листья деревьев Калахмут, — пояснил Кобаль. — Когда нимфам скучно, они шьют одежду. Иногда они обменивают ткань на Mjéod и другие вещи.

— Вот почему, — пробормотала я и провела руками по материалу.

— О чем ты? — спросил он, остановившись рядом со мной.

Я подняла голову и посмотрела на демона.

— В материале есть какая-то энергия, которую я раньше не чувствовала в одежде.

В ответ он лишь выгнул черную бровь. В глубинах Ада окружающие нас скалы почти не освещались, поэтому волосы Кобаля казались такими же черными, как тени, сгущающиеся на стенах. Снова взглянув на свой наряд, я осознала кое-что еще.

— Это платье, — ахнула я.

Платье было не похоже ни на одно из тех, которые я когда-либо видела. Не облегающее, но и не свободное, как мешок из-под картошки. Вырез доходил лишь до моей ключицы, сменяясь V-образным узором, спускающимся до моей талии. Взглянув вниз, я обнаружила, что подол был на дюйм выше моих походных, дырявых и заляпанных кровью огра ботинок, которые совершенно не подходили к ансамблю.

— Ты только сейчас поняла? — спросил Кобаль, не в силах сдержать смех в голосе.

— Раньше у меня на уме были другие мысли.

— А я до сих пор думаю об этом, Mah Kush-la, — пробормотал он таким соблазнительным тоном, что мой пульс достиг невероятной скорости.

— Веди себя прилично, — поругалась я, хотя на самом деле предпочла бы совершенно иное.

— Это почти невозможно рядом с тобой.

Пытаясь отвлечься, я еще раз осмотрела платье.

— Оно очень красивое.

— Согласен, — кивнул Кобаль.

Я продолжала пялиться на свои уродливые ботинки и слишком высокий подол.

— Не припомню, чтобы когда-либо надевала платье.

— Все когда-нибудь бывает в первый раз.

Кобаль взял меня под руку и подтолкнул к тому месту примерно в двадцати футах от нас, где ожидали остальные. Он впервые осмелился прикоснуться ко мне с того момента, как одевал меня.

— И как же мне теперь сражаться? — поинтересовалась я.

Он наклонился и прошептал мне на ухо:

— Возможно, для боя наряд на самом деле не очень подходит, зато я могу в любую секунду добраться до интересующих меня мест.

Я не сумела сдержать румянец, заливший мои щеки. Как раз в тот момент, когда я уже решила, что Кобаль больше не сможет смутить меня, он доказал, что я ошибалась. А еще он умудрился одним предложением вновь возбудить и взволновать меня.

Я бросила на него осуждающий взгляд. Тонкий материал начал казаться мне слишком тесным. Что ж, я решила отплатить ему той же монетой:

— Кстати, на мне нет нижнего белья, — прошептала я в ответ. Мой лифчик и трусики насквозь пропитались слизью огра и были оставлены в лесу.

Хитрая улыбка изогнула его губы.

— Вероятно будет лучше, если теперь ты будешь носить только платья.

Моя верхняя губа недовольно скривилась при этой мысли, но, когда рука Кобаля опустилась и сжала мой зад, я действительно задумалась над его предложением. Когда мы приблизились к остальным, Кобаль убрал руку, разместив ту на моей спине. Пара факелов в руках скеллеинов были единственным источником освещения в маленьком туннеле.

— Сколько еще идти? — поинтересовалась я.

Все вопросительно посмотрели на Кобаля.

— Недолго, — ответил он.

Кобаль поцеловал меня в висок, отступил и шагнул вперед. Я шла за Кобалем вдоль каменных стен. Капельки влаги выступали на камнях и скатывались по неровной поверхности. Жара вокруг нас усиливалась по мере углубления в Ад. Я ожидала, что в какой-то момент мне придется остановиться, но чем дальше мы продвигались, тем лучше мое тело приспосабливалось к окружающей обстановке.

То, что начиналось как открытая дорога, когда мы с Хоком впервые вошли в Ад, превратилось в похожий на пещеру туннель, уводящий все глубже в недры и приближающий к разгадке тайны падения печатей. Я боялась того, что ожидало нас впереди. А если не существовало способа остановить происходящее?

Я отталкивала ненужные мысли и старалась держаться как можно ближе к Кобалю. В конце туннеля он остановился перед развилкой.

— Нам в какую сторону? — спросил скеллеин.

— Сюда, — указал Кобаль, мотнув головой вправо.

Маленький отряд неизменно шагал за нами. Стены вокруг снова начали расширяться. То, что когда-то было узким туннелем, стало походить на ту старую дорогу. Я не знала, что мы найдем в конце, но точно не ожидала увидеть огромный валун.

Или даже не валун, а гигантская каменная глыба. Он перекрывал туннель, потолок которого теперь был в двадцати футах над моей головой.

— Тупик, — выдохнул Хок.

— Нет, — впервые в голосе Магнуса не было самодовольства или снисходительности… только благоговейный трепет.

Глава 35

Ривер

— Это… — голос Корсона затих. Он уставился на плиту.

Я нахмурилась и окинула взглядом скалу. Подойдя на шаг ближе, я попыталась разглядеть очертания камней, но не заметила ничего подозрительного.

Вероятно, ничего особенного не видела только я, потому что скеллеины с благоговением смотрели на скалу, даже не поднося к ней факелы. Корсон и Бейл с изумленным выражением на лицах, что соответствовало состоянию Магнуса, стояли по бокам от Кобаля.

Несмотря на безобидный вид камней, мои пальцы чесались от желания прикоснуться к скале и ощутить исходящую от той силу. Тем не менее я неподвижно стояла вместе с остальными, пока потрескивающий огонь факелов не стал единственным звуком в туннеле. Пламя отбрасывало тени вокруг. Неожиданно я поняла, что тени, которые скользили и танцевали по всему Аду, больше не окружали нас.

— Что это? — прошептала я.

— Вход в Ад, — пробормотал Кобаль, разглядывая камни.

— Разве мы не в Аду?

— Это тот Ад, который видел только один живой демон и гончие, — пояснил он. — Огонь творения.

— А кто этот демон, который видел огонь? — спросил Хок тихим и уважительным голосом.

Кобаль не ответил. Ему и не нужно было, по крайней мере, не для меня. Я знала, о ком речь. Положив руку на плечо Хока, я привлекла его внимание. Он вопросительно посмотрел на меня, а я лишь указала на Кобаля. Глаза Хока округлились, а затем снова сосредоточились на Кобале.

— Тут создали тебя и гончих? — уточнила я.

— Да, — кивнул Кобаль.

— Как мы попадем внутрь?

— На это способен только Кобаль, — ответил Корсон.

— Нам можно туда войти? — спросил Хок.

— Только я и гончие когда-либо входили и выходили из пещеры, — изрек Кобаль. — Но это самый быстрый путь к печатям. Если кто-то и вас не сумеет войти, то дальше я пойду один.

Все демоны уставились на меня. Кобаль взял мою руку, переплел наши пальцы вместе и сжал.

— Что бы ни случилось, убедитесь, что она в безопасности, — приказал он остальным.

— Ценой наших жизней, — поклялся Корсон.

— Может, нам отвести ее обратно в лес? — спросила Бейл. — Там ее защищают деревья.

Я резко повернулась и посмотрела на Бейл, но ее взгляд оставался сосредоточенным на Кобале.

— Я не собираюсь отсиживаться в укрытии! — возразила я. — Если мы не сможем пройти здесь, тогда пойдем в обход, но доберемся до печатей.

Вокруг меня нервно с ноги на ногу переминались другие демоны и скеллеины. Кобаль и Бейл по-прежнему смотрели друг на друга. Наконец, Кобаль сконцентрировался на мне.

— Нет, — произнес он через минуту. — Она останется здесь.

Мои плечи поникли, когда я резко вдохнула. Наклонившись, Кобаль прижался губами к моему уху.

— Ты бы все равно не осталась в лесу, Mah Kush-la.

Я одарила его робкой улыбкой.

— Ты прав.

Кобаль сжал мою ладонь, но быстро отпустил. Сделав шаг вперед, он поднял и уперся руками в плиту. Под его ладонями вспыхнул свет, который сиял и сверкал так, что напоминал блеск алмазов. Свечение равномерно распространялось по твердой поверхности.

Благоговейный трепет переполнил меня. Я отступила, посмотрев на плиту, сияющую поразительным темно-коричневым цветом, напоминающим листья поздней осенью. У меня перехватило дыхание, когда на поверхности скалы под расползающимся пятном света появились замысловатые узоры. Резьба была поразительно похожа на татуировки на правой руке Кобаля.

И тут я заметила метку Зивы. Теперь я понимала, что рисунки были древним демоническим языком. Более того, они были частью Кобаля.

Мышцы его предплечий и бицепсов вздулись, а рубашка натянулась на спине. Треск рвущейся ткани был единственным звуком, не считая потрескивания факелов, в пещере. Пот скользил по бронзовой коже Кобаля, заставляя ту мерцать в свете, исходящем от его рук.

Я всегда знала, что Кобаль был сосредоточием силы, с которой стоило считаться, но только сейчас до меня дошло, насколько много в нем было мощи. Однажды он предупредил, что демоны умели делать многое, больше, чем показывали. Какими еще он обладал навыками? Выясню ли я когда-нибудь все, на что он был способен? И знал ли он сам свои пределы? Потому что мне уже начало казаться, что он, возможно, даже не догадывался о своих скрытых силах.

Я воспротивилась желанию прижать руку к его ладони, чтобы почувствовать поток силы и добавить свою. Не существовало никакого способа узнать мощь исходящей энергии, так как я не могла рисковать разрушительным воздействием потока.

У меня перехватило дыхание. Я прикусила губу, когда символы на его руке поднялись над кожей и повернулись к скале, приобретая тот же оттенок, что и свет, исходящий из камня. Символы на его теле будто являлись набором ключей, вставляемых в замок. Я услышала щелчок со стороны плиты, которая завибрировала под ладонями Кобаля.

Плита отодвинулась в сторону, но я все никак не могла отвести взгляд от абсолютной красоты моего демона. Расправив плечи, Кобаль скинул остатки своей рубашки, повернулся ко мне и, не сказав ни слова, протянул руку.

Окинув взглядом Кобаля еще раз, я вложила свои пальцы в его ладонь… И в меня сразу хлынула сила. Теперь я ощущала лишь его аромат. Кобаль даже не запыхался, хотя приложил много усилий, чтобы сдвинуть плиту.

Он собственнически прижал меня к себе и шагнул вперед. Я инстинктивно приготовилась к тому, что меня каким-то образом отбросит назад, что мое тело воспламенится или я просто перестану существовать, но ничего из перечисленного не произошло. Кобаль завел меня в большую пещеру.

Оглянувшись, я поняла, что остальные до сих пор стояли на краю входа, осторожно заглядывая внутрь. Взгляды команды растерянно метались по огромному помещению. Корсон первым нерешительно шагнул внутрь, за ним быстро последовали Магнус и Бейл. Когда они не взорвались, я повернулась, сосредоточившись на окружении.

Мне каким-то образом удалось продолжать шагать, хотя меня потрясло изумление. Вместо черных скал Ада, к которым я привыкла, теперь нас окружали камни, напоминающие кварц.

Белые, практические прозрачные, фиолетовые и розовые, красные и оранжевые камни, сверкающие также, как и сияние, которое исходило от Кобаля и освещало плиту. Свет от огня танцевал на кристаллах и камнях, заставляя их искриться и отражать цвета, подобных которым я никогда раньше не видела. Насыщенные оттенки должны были ошеломлять, но этого не происходило.

В центре помещения находилось отверстие, из которого лился свет. Ни одного языка пламени, хотя искры танцевали в воздухе. Мы были слишком далеко, поэтому я не могла заглянуть в яму, но чувствовала непреодолимое влечение к тому месту.

Помещение представляло собой круг шириной в двести футов с высоким куполом в центре, который выгибался дугой над полыхающим огнем. Когда мы приблизились к кругу, мне пришлось задрать голову, чтобы рассмотреть верхний уровень в сотне футов надо мной. Мурашки пробежали по моей спине, когда я осознала, что верхушка купола обуглилась и обгорела. Пятна копоти покрывали центр, скрывая красивые, похожие на кварц камни.

Искры заплясали на кончиках моих пальцев, когда из земли хлынула сила, захлестнув мое тело. Мои глаза расширились, когда я поняла, что искры снова стали золотисто-белыми. Я впилась пальцами в мышцы на груди Кобаля, пытаясь обрести хоть какое-то равновесие.

— Не могу остановить поток, — прошептала я.

Кобаль обхватил мою голову рукой и, словно защищая, прижал к своей груди.

— Здесь создается жизнь, поэтому повсюду витает сила.

— Да, — пробормотала я, ощущая, как по моему телу пробежали небольшие электрические токи. Значит, теперь вся моя кожа была объята искрами. — Кобаль, — прошептала я. — Увидит ли огонь, создавший тебя, во мне врага, если я не сумею остановиться?

— Ты моя Избранная. Значит, никогда не сможешь стать врагом.

Словно в ответ, пещеру наполнил низкий рокот. Я подпрыгнула и чуть не упала, споткнувшись о собственные ноги, но Кобаль сумел удержать меня. Повернув голову к источнику шума, я поняла, что плита вернулась на место, перекрывая нам путь к бегству.

— Успокойся, Mah Kush-la, — прошептал он мне на ухо. — Здесь ты в безопасности.

— Почему ты так в этом уверен? — требовательно спросила я.

— Пещеру охраняют не только скалы. Я единственный, кто знает, как попасть сюда и выйти, но если к скале приблизится враг, то он сильно пожалеет о своем решении.

Кобаль не понимал, что его слова было сложно назвать утешением.

Стук костлявых ног скеллеинов по кварцевой поверхности привлек мое внимание к нашей команде, которая осторожно и медленно продвигалась вперед. Все без исключения пялились по сторонам с открытыми ртами. Я еще никогда не видела демонов такими удивленными.

Кобаль был единственным, кто прошел вглубь, едва взглянув на состояние пещеры. Он продолжал обнимать меня за талию, увлекая вперед. Пройдя мимо круга в центре купола, я затормозила, заставив Кобаля остановиться у края отверстия. Оказалось, что чернота вокруг круга на самом деле была лавовыми камнями, окружающими открытую яму.

— Хочу заглянуть внутрь, — пробормотала я.

Кобаль даже не попытался сдержать меня, когда я шагнула к кругу. Когда я приблизилась, то увидела, что на всех камнях вокруг ямы были вырезаны те же символы, что на плите и в татуировках Кобаля.

— Кто вырезал символы на камнях? — поинтересовалась я.

— Наверное, это дело рук первого Варколака, восставший из огня, — ответил он.

— Хм, — все казалось таким странным…, хотя кто я такая, чтобы судить? Я сама не отличалась нормальностью. — Какая-то магия?

— Просто сила, — поправил он.

Свет, сверкающий на его лице, подчеркивал скулы, из-за чего Кобаль выглядел более смертоносным, чем был на самом деле. Он все еще обнимал меня, но не сводил обсидианового взгляда с огня. На его лице не отражалось никаких эмоций, но я чувствовала сильное напряжение в его мышцах.

Протянув руку, я провела пальцами по символам на его руке. Теперь они были направлены в другую сторону. Кобаль повернул голову и посмотрел на меня, глубоко вдохнув.

Я взглянула на свет, поднимающийся из центра камней, когда раздался хлопок, и перед нами в воздухе заплясали искры. Подойдя ближе, я остановилась и осторожно выставила руку в поисках какого-то невидимого барьера, который, возможно, излучали вырезанные камни, но не обнаружила ничего такого, что помешало бы мне продолжить движение.

Перешагнув через камни, Кобаль обхватил мои бедра и приподнял. Я затаила дыхание, опять ожидая встретить какую-то невидимую силу, но ничего не произошло. Кобаль поставил меня на другой стороне от камней.

Оглянувшись, я увидела, как остальные направляются к нам. Они остановились за пределами круга, наблюдая за тем, как мы двигаемся в центре. Пот выступил у меня на лбу, платье прилипло к спине. Я привыкла к жаре Ада, но у края десятифутового круга она ощущалась по-другому. По ту сторону круга за камнями тени танцевали по стенам пещеры, скрывая все, что находилось в двадцати футах от них.

Откуда-то из глубины пещеры до меня донесся журчащий звук.

— Вода? — заинтересовалась я.

— В тени есть небольшой водоем, — подтвердил Кобаль.

Он поднял меня, когда я находилась в футе от края. Осторожно наклонившись вперед, я открыла рот, когда увидела, что находится под нами.

Глава 36

Ривер

Будто все картины, которые я когда-либо видела, про вулканы, потоки лавы и лесные пожары объединились, превратившись в огненную волну, искрящуюся и бушующую у нас под ногами. Цвет самой ярости — такой насыщенный и яркий красный, что в моей груди пробудился гнев, а пальцы зачесали от желания впиться в кого-нибудь.

Яркие оранжевые и желтые краски, мерцающие среди красного, не могли смягчить настроение кипящей волны. Языки пламени накатывали друг на друга, поднимаясь вверх. Они находились в паре сотен футов под нами, но, когда вспыхивали, поднимались аж на десять футов так, что искры достигали нас, летая вокруг.

— Это так… — я не сумела найти слов, чтобы описать увиденное. Как же? Яростно? Восхитительно? Пугающе? Вызывающе благоговейный трепет? Все вместе и многое другое. Здесь находились история и сила, настолько могущественная, что я ощущала ее пряный привкус.

Золотисто-белые искры заплясали по моим пальцам и запястьям. Словно в ответ, огонь метнулся еще выше, почти задев камни под нашими ногами.

— Как ты вообще выжил и выбрался наружу? — пробормотала я, когда остальные тоже подошли ближе, чтобы посмотреть, за чем мы наблюдали.

Кобаль оттащил меня от края, когда вверх взметнулся еще один язык пламени.

— Это то, что я есть. Пламя связано со мной также крепко, как и гончие.

— Вот откуда вспыльчивость, — усмехнулась я.

Он убрал прядь волос с моего лица, заткнув за ухо, и потянул за руку в противоположную сторону.

— Пора уходить. Припасы оставляем здесь. Как только закончим, то вернемся и все заберем.

Пара скеллеинов бросили на камни сумки с продуктами и водой… Хотя я подозревала, что в пакетах было припрятано немного алкоголя.

— Что произошло с верхней частью купола? — поинтересовался Хок.

Я обернулась и взглянула на мужчину, который пялился в выжженную область.

— Так я восстал из пламени, — не оглядываясь, пояснил Кобаль.

Он переплел свои пальцы с моими, но я не сумела отвести глаз от демонов и скеллеинов, которые переводили взгляд с огня на купол, а затем обратно на Кобаля. На их лицах отражались мысли, которые одолевали и меня: насколько больно было выбираться из этого пламени?

Любовь к Кобалю вспыхнула во мне с новой силой. Я вцепилась в его руку, желая донести, как много он значил для меня, как много он значил для всех своих последователей. Если Кобаль и почувствовал мой настрой, то не подал виду, продолжая вести меня мимо кварцевых камней к большой плите на другой стороне пещеры.

Остановившись в ожидании всей команды, Кобаль посмотрел на меня. На его лице сверкала решимость.

— Сначала демоны последовали за тобой, потому что варколак является законным правителем. Но основную часть поддержки ты получил в тот момент, когда заступился и защитил их. Ты намного могущественнее любого из собравшихся, тем не менее ты стал одним из них, их другом и их правителем, — пробормотала я, снова сосредоточившись на Кобале. — Теперь они следуют за тобой, потому что знают.

Он склонил голову, с любопытством взирая на меня.

— Знают, что?

— Через что ты прошел, чтобы подняться ради них.

— Я пережил то, что и каждый варколак до меня.

— Нет. Если бы это было правдой, то весь купол был бы усеян выжженными дырами от многочисленных взрывов. Но там только одна метка. Твое рождение прошло хуже, чем у любого твоего предшественника. Можешь не соглашаться, но мы оба знаем, что я права, — на челюсти Кобаля дернулся мускул, а в глазах засиял янтарь. — Насколько все было плохо?

Он прижал ладонь к моей щеке.

— Таков порядок вещей, Ривер. В любом случае это ничто по сравнению с болью от возможного расставания с тобой.

Мой рот приоткрылся в тихом вдохе.

— Ты заставляешь меня влюбляться в тебя все больше с каждым днем.

— Все согласно плану, — Кобаль повернул голову, когда к нам подошли остальные. Пробежавшись большим пальцем по моей щеке в последний раз, он отступил.

— За этой плитой находятся печати, — отчеканил он. — Если в момент нашего появления будет разрушена очередная печать, то будьте готовы к ударной волне силы. По моим ощущениям гончие еще живы, но то, что мешает им охранять печати, может напасть и на нас. Что бы это ни было, убивайте, не задумываясь.

Хок вытащил пистолет из кобуры. Бейл положила руку на плечо мужчины.

— Канагские демоны могут убивать с помощью секса, забирая силу жертвы, но также у них есть и другие способности. Теперь ты быстрее и сильнее. Прежде у тебя не появлялись клыки и когти, то это не значит, что они не проявят себя сейчас. Не полагайся только на свою человеческую защиту.

— Хорошо, — кивнул Хок, но пистолет не убрал.

Все скеллеины сделали по глотку из своих фляжек и подняли маленькие мечи. Их пустые глазницы сосредоточились на плите.

— После мы бы хотели выпить пива или, по крайней мере, немного Mjéod, Кобаль, — заявил Ликс. Как я поняла, что он был немного выше по званию среди других скеллеинов. — Наши силы на исходе.

— Я сделаю все возможное, чтобы достать немного, — заверил Кобаль.

Они закивали в знак согласия. Корсон уже выпустил когти. Его желтые глаза были прищурены в ожидании. Бейл сжала в руке маленький меч, который обычно носила за спиной. Выражение лица девушки говорило лишь об одном — любое существо на ее пути встретит свою смерть.

Рядом с Магнусом появилась его копия. С каждой секундой вокруг нас возникало все больше Манусов. Мне еле удалось сдержаться и не дернуться, когда рядом материализовались три моих образа. Я с удивлением пялилась на них, хотя больше всего поражал тот факт, что Магнус стремился защитить меня.

Кобаль повернулся ко мне.

— Я наверняка не смогу убедить тебя остаться здесь.

— Нет, не сможешь.

— Тогда просто не отходи от меня.

— Договорились, — он продолжал пристально смотреть на меня. — Обещаю. Я буду оставаться рядом с тобой.

Глубоко вдохнув, Кобаль, наконец, принял мою клятву и уперся ладонями в плиту. Янтарный свет снова распространился по его телу, освещая скалу и выделяя выскобленные на ней символы. Расставив ноги, я приготовилась к тому, что ожидало нас в пещере. Я совсем забыла о катане, подняв ладони, которые искрились от золотисто-белого цвета.

Кобаль

Символы на моих руках при соприкосновении с камнем наполнились силой. Я не знал, почему метки так реагировали на пещеру и окружающие нас камни, но на меня накатила примитивная сила, которая была такой же древней, как сотворение трех миров с такими разными жителями.

Каждый варколак, восстававший до меня, обладал способностью открывать и закрывать барьеры вокруг Огня творения. Иногда они имели определенные метки, а временами обладали какой-то внутренней силой. Моим ключом к барьерам были символы. Я чувствовал, как они напрягались, чтобы отодвинуть камень в сторону.

Плита застонала и вздрогнула под моим напором. Каменная глыба сдвинулась с места. Отступив, я посмотрел на Ривер и золотисто-белые искры, мерцающие на ее руках. Мощь этой комнаты каким-то образом вернула ей первоначальный цвет силы.

Я знал, что в этой пещере находилась мощь всего Ада, но не ожидал, что это так положительно повлияет на Ривер. Впрочем, если уж на то пошло, я и подумать не мог, что пещера впустит мою избранную. Словно сила каким-то образом точно знала, кем являлась Ривер. Хотя то, что породило меня, никогда бы не навредило Ривер и остальным, ведь они с такой решимость поддерживали меня и защищали.

Камень с порывом воздуха отодвинулся, поднимая вокруг нас пыль и грязь. На меня сразу хлынул медный запах крови и прогорклый смрад гниющих трупов. Ривер ахнула от гнилостного запаха. Ее глаза наполнились слезами, но она не отступила и не закрыла нос.

Из конца туннеля донесся вопль. Из тени выскочило крошечное существо. Когда я увидел испуганную тварь, то понял, что семьдесят девятая печать пала. Гобалинус бежал к нам, махая руками и крича от отчаяния. Двухфутовое существо болотного цвета продолжало нестись в нашу сторону, щелкая похожими на пираньи зубами в воздухе. Его овальную голову покрывали бородавки, выступая почти на дюйм из грубой плоти.

Я поднял руку, намереваясь сжечь мерзость, но из темноты выскочила адская гончая. Челюсти пса сомкнулись на маленьком существе. Гончая мгновенно проглотила тварь. Ривер пискнула, а остальные испуганно и в замешательстве отступили.

Гончие не были пойманы в ловушку. Они продолжали охранять печати со своей обычной свирепостью.

— Что, черт возьми, здесь происходит? — прошипел я.

— Разве подобное возможно? — поинтересовался Магнус.

Я не знал ответа на заданный вопрос, но был уверен, что скоро мы все выясним. Гончая подняла голову, когда я зашел в пещеру. Феникс и Крукс зашевелились во мне, стремясь вырваться на свободу и помочь своим братьям. Я ощутил облегчение, которые чувствовали псы в моем теле. Но я не собирался выпускать их до тех пор, пока не выясню все нюансы происходящего. Феникс и Крукс не должны были рисковать собой.

Собака бросилась ко мне. Задев мой бок, пес развернулся и, взвыв, побежал к печатям. Последовала пара секунд тишины, прежде чем из туннеля донеслись десятки воплей.

— Они все живы и свободны, — пробормотала Бейл.

— И находятся под контролем Кобаля, — заметил Магнус.

— О чем ты? — возмущенно спросила Ривер.

— На досуге я размышлял, мог ли Люцифер получить контроль над гончими и переманить их на свою сторону, — пояснил Магнус. — Конечно, это было крайне маловероятно, но лучше быть готовым к любой ситуации. Теперь я понятия не имею, что происходит.

— Пришло время выяснить это, — рыкнул я и быстро зашагал по туннелю к печатям.

Из-за угла выбежал еще один гобалинус. Его желтые глаза сияли в тусклом свете, проникающем в туннель. Прежде чем он сумел приблизиться, я испепелил его.

— Кто это? — поинтересовалась Ривер.

— Гобалинус, — ответил я.

— Гоблин?

— Так называли их люди. Демоны низшего уровня, которые питаются не только душами, но и плотью. По большей части, конечно, речь о плоти, поскольку на нижних уровнях мало душ.

Позади нас раздался скрип задвигающейся плиты. Зловоние крови и разлагающейся плоти становилось все сильнее с каждым нашим шагом. Ривер решительно следовала рядом со мной, но свет, окружавший ее руки, постепенно потемнел до темно-синего. Повернув за угол, я увидел первую павшую печать.

Глава 37

Ривер

Даже не знаю, что я ожидала увидеть, но здесь определенно произошла какая-то бойня, разрушения и смерть, запятнавшая землю повсюду, куда бы я ни посмотрела. Части тел существ, которых я не сумела идентифицировать. Крыло горгульи, несколько искалеченных лоз Акалии.

Вроде бы даже валялся ревенир, было сложно понять, но точно в углу лежала голова демона бартона. От представшего передо мной зрелища, а в особенности запахов, было невозможно как-либо отгородиться. Увиденное навсегда запечатлелось в моей памяти.

Естественный адский запах серы не мог скрыть смрада смерти. Мой желудок сжался в тошнотворном позыве, угрожая вылить то немногое, что я сегодня съела, в кишечник какого-то давно умершего монстра. В некоторых местах останки были навалены друг на друга, достигая моих колен. Не существовало ни одного участка пятидесятифутовой пещеры, который не был бы покрыт каким-нибудь растерзанным существом.

Посреди всех трупов носились крошечные гоблины, как малыши на сахарной каше. Более двух дюжин адских псов гнались за тварями по останкам, а достигнув просто глотали целиком. Крошечные существа закричали, подбежав к одному из трех других туннелей.

Подняв голову, я замерла. У меня перехватило дыхание при виде зияющей дыры, над которой спираль за спиралью поднимались каменные глыбы. Мне не нужно было объяснять, что это была дорога, по которой мы с Хоком вошли в Ад. Наконец-то мы нашли дно ямы.

— Это произошло, когда люди ворвались в Ад? — спросила я, указав на отверстие.

— Нет, так было всегда, — ответил Кобаль, сияющими золотом глазами наблюдая за хаосом, окружающим нас. — Люди лишь открыли путь на Землю.

— А что насчет другого входа в Ад, который, по вашим словам, был открыт в Европе? Мы близки к нему?

— Нет, — произнес Кобаль. — Он так же далеко отсюда, как и вход с вашей стороны.

— В какой стороне?

— Ни в какой. Ты уже вошел в него, — ответил Магнус.

— И что же это значит, Безумный Шляпник? — усмехнулся Хок.

Магнус хмуро посмотрел на него.

— Я не сошел с ума.

В этот момент я осознала, насколько долго демон иллюзий наблюдал за людьми.

— Кто такой этот Безумный Шляпник? — спросила Бейл.

— Сумасшедший персонаж из книги, — пояснила я, на что Кобаль лишь покачал головой.

В моей голове прозвучали слова, которые однажды произнес Кобаль: «Вы, люди, слишком увлекаетесь вымышленными персонажами».

— Ясно, — отчеканила Бейл.

— Вы представляете врата, как дыру, которая проходит сквозь всю Землю. Но это не так, — начал объяснять Кобаль. — На обеих сторонах планеты есть отверстия, но каждое из них идентично другому. Вот почему мы считаем, что если закрыть одно, то исчезнут оба…

— Представьте две половинки одной и той же дыры. Если взять бумагу и сложить ту посередине, то сгиб произойдет в определенной точке. В этом весь смысл, — продолжил Магнус.

— Но как нам выйти на сторону Европы? — поинтересовалась я.

— Просто идти другим путем.

— Похоже на плохой кислотный трип[5], — простонал Хок, пока я пялилась на Магнуса. Демон же смотрел на нас с выражением, которое ясно давало понять, что сказанное имело для него абсолютный смысл.

До меня дошло, что Ад был кроличьей норой. И сейчас мы все находились в самом ее центре.

— Как мне расшифровать твое пояснение? — уточнила я.

Магнус указал вверх.

— Ты вошла там, но пришла не тем путем. Изначально выбрала другой.

— Значит, если мы пойдем другим путем, то окажемся в Европе?

— Нужно пересечь много дорог, чтобы добраться туда.

От россказней Магнуса у меня разболелась голова. Он даже не осознавал, что нес полную околесицу.

— Здесь другие законы мироздания, — улыбнулся Кобаль.

— Это очевидно, — пробормотала я.

Я заставил себя снова окинуть взглядом окровавленную пещеру. Уж лучше окунуться в реальность, нежели слушать тарабарщину Магнуса. Я настолько привыкла к окружающей резне, что кое-что поняла — туннель напротив вовсе не был туннелем. Перед входом стены имели тот же черный цвет, к которому я привыкла в Аду, но внутри мерцало серебро.

Я нахмурилась, когда рассмотрела острые края, торчащие более чем на три фута из скалы. С этого расстояния было сложно понять увиденное, тем не менее, на меня снизошло озарение.

— Остатки первой печати, — прошептала я.

— Да, — подтвердил Кобаль.

Не произнеся больше ни слова, он положил руки на мои бедра и поднял меня.

— Что ты делаешь? — требовательно спросила я.

— Нам пора исследовать печати.

— Тебе нужны свободные руки, а у меня должна быть возможность в любой момент помочь тебе.

— Ты нее сумеешь пройти здесь.

Хотела ли я поспорить с ним, чтобы в последствии карабкаться по гнилым останкам? Нет, нет, не хотела.

— Тогда я взберусь тебе на спину. И руки свободны, и все вижу, — а еще я могла в любой момент соскочить на пол, но подобные мысли я решила оставить при себе.

Кобаль ненадолго замешкал, но все же водрузил меня на спину. Я поправила юбку, сжала между бедер его бока и а руками вцепилась в его плечи. Кобаль зашагал по пещере. Я старалась не обращать внимания на хлюпающие звуки, но другими звуками были хруст костей и затихающие вопли гоблинов. Некоторым крошечным плотоядным монстрам удалось пробраться в другие туннели и исчезнуть.

Поскольку преследовать было больше нечего, гончие рыскали взад и вперед. Шерсть псов стояла дыбом, а по пещере эхом разносилось непрерывное рычание.

— Ainka, — приказал Кобаль, и собаки немного успокоились.

— Что ты сказал? — поинтересовалась я.

— Лучшим переводом было бы «тихо», — ответил он.

— Когда все закончится, ты научишь меня своему языку?

— Если таково твое желание, то без проблем.

— Вероятно, мне следовало бы выучить язык своих подданных, — я старалась говорить дразнящим тоном, изо всех сил не обращая внимание на наше окружение.

— Им бы это очень понравилось.

— Разве здесь было не больше собак? — спросила Бейл.

— Все без изменений, — ответил Кобаль.

Что-то хрустнуло под его ногой, и мой желудок снова скрутило. Поддавшись порыву, я прижалась носом к шее любимого и глубоко вдохнула. Соблазнительный огненный аромат Кобаля немного заглушил окружавшую нас вонь. Он на мгновение положил руку на мое колено и сжал.

— Почти добрались, Mah Kush-la, — заверил он.

Я подняла голову. Остальные перебирались через останки на своих двух, поэтому я была обязана выдержать зловоние. Добравшись до первой печати, Кобаль начал опускать меня, но остановился, заметив на земле кровь. Не так ужасно, как в главной пещере, но и тут было много трупов.

— Скеллеины, останьтесь здесь и следите за туннелем, чтобы никто не напал на нас со спины, — приказал Кобаль.

Они одновременно повернулись, образовав линию поперек входа, и подняли мечи.

Кобаль возобновил шаг, а я начала рассматривать серебристые стены первой печати. На них не оказалось никаких признаков многотысячелетнего пребывания ревениров. Ни одной царапинки. Если не считать брызг крови, серебряная поверхность оставалась нетронутой.

Посмотрев вверх, я благоговейно приоткрыла рот, осознав, что потолок был на добрых десять этажей выше нас. Я сумела разглядеть потолок сквозь мрак лишь потому, что тот тоже был того же серебристого цвета, мерцая в огненном свете, который исходил из окна в нижней части печати на левой стене.

Я приподнялась и вытянула голову, пытаясь заглянуть в широкое окно. Там мерцало множество огоньков, танцующих вокруг друг друга. Хоть огонь не имел ничего общего с водой, но напоминал волны, разбивающиеся о берег. Только эти волны огня накатывали на какую-то дорогу.

— Почему здесь есть окно? — полюбопытствовала я.

Кобаль пренебрежительно взглянул на него.

— Это не окно в том смысле, о котором ты думаешь. Никакого стекла. Лишь прозрачный барьер, но такой же прочный, как окружающие нас стены. Он был создан варколаком, который сотворил первую печать.

— Зачем?

— Чтобы проверять заключенных, и чтобы другие демоны и адские создания могли видеть судьбу тех, кто не подчиняется законам.

— Как ужасно. Мало того, что они были заперты, так еще и выставлены на обозрение для любого желающего, — пробормотала я.

— Печати создавали только по очень веской причине, — возразил Кобаль.

— Почему бы просто не убить их?

— Почему бы не убить каждого человека, который попал в тюрьму?

— Тут другое дело. Кто-нибудь из вас пытался реабилитировать заключенных? Давали ли им надежду на шанс выйти на свободу? Мы не выставляем наших заключенных на всеобщее обозрение, как животных в зоопарке.

— Существ, заточенных здесь, уже не спасти. Если честно, то мало кто из демонов когда-либо отваживался спуститься сюда, чтобы посмотреть на них вживую. Я, вероятно, единственный, кто видел, на что способен каждый из демонов и существ за печатями.

— Зачем ты изучал их? — спросила я.

— Мои предки заточили их. Значит, я должен был выяснить, что держу взаперти и с чем столкнусь в случае, если твари вырвутся на свободу.

Кобаль никогда не шутил с врагами, убивая, не моргнув глазом, но ему навряд ли нравилось наблюдать за заключенными.

— Когда-то у каждого из этих существ была причина для существования. Они приносили хоть какую-то пользу, наказывая души. Но в какой-то момент мерзости обращались против демонов и адских созданий, пытались проникнуть в районы, где им не место, начинали сражения, которые не могли выиграть, или переходили на сторону Люцифера, — разъяснил Кобаль. — Все кардинально изменилось с тех пор, как люди нарушили баланс.

— Души могут входить в печати? — спросил Хок.

— Да, — кивнул Кобаль. — Многие заблудшие призраки настолько дезориентированы или истощены, что находят путь в самые глубокие глубины. Другие пытаются спрятаться здесь, но в итоге находят нечто гораздо худшее. Демоны и многие существа за печатями могут заставить призрака принять человеческий облик, чтобы тот испытал все возможные муки из человеческой жизни.

— Например, горгульи, питающиеся плотью, — подсказал Корсон.

— Или моя бородатая леди, — добавил Магнус.

Образы, вызванные в воображении словами, заставили меня содрогнуться. Я еще раз нервно взглянула на потолок, хотя горгульи давным-давно покинули Ад. Впрочем, среди стен могло прятаться нечто столь же отвратительное или еще хуже.

— Как твоим предкам удалось поймать и запереть всех этих существ? — спросила я, когда мы продолжили путь через сломанные печати.

— Было сложно, но у них была поддержка демонов. Варколак с помощью силы может создавать настолько прочный барьер, что человеческая сталь будет казаться листком бумаги. Поэтому только варколак умеет вскрывать эти печати… по крайней мере, так было на протяжении тысячелетий. Сейчас же я не знаю, что происходит, — Кобаль нахмурился, произнося последние слова. На его виске запульсировала вена, а челюсть напряглась.

Я успокаивающе провела руками по его груди, но он не расслабился.

— Вероятно, существует еще один варколак? — предположила я. — И именно он рушит печати?

— Существование двух варколаков одновременно исключено. Такого никогда не происходило раньше. Значит, не случится и сейчас. К тому же ни один варколак не стал бы помогать Люциферу, — возразил Магнус.

— Ага, а мы все были уверены, что Ад на Земле — это просто выражение, не больше, — парировала я.

— Он прав, — произнес Кобаль и сжал мое колено. — Я родился уже с осознанием, что должен защищать Ад и его обитателей, а не уничтожать их и отдавать в рабство.

— Что будет с существами, которые до си пор находятся за печатями, и с теми, кто успел сбежать? — поинтересовался Хок.

— У них больше нет причин существовать, — ответил Кобаль. — Равновесие навсегда нарушено. Возможно, у них есть цель, но мы уже не вернемся на прежний путь. Оставить тварей жить, значит подвергнуть все живое риску. Заключённые при любом раскладе останутся угрозой как для людей, так и для демонов. При первой же возможности я уничтожу всех, кто до сих пор сидит за печатями. А на сбежавших будут охотиться до полного истребления.

Я ощутила пульсацию силы в его мышцах. Я вновь прижалась губами к его шее, но не для того, чтобы избежать зловония, а для того, чтобы просто быть ближе.

— Знай, что я люблю тебя, — прошептала я ему на ухо.

Кобаль повернул голову, встретившись со мной взглядом. Его наполовину янтарные, наполовину обсидиановые глаза мерцали, выражая борьбу за контроль.

— А я тебя. Ты все, что у меня есть.

Отвернувшись, он сосредоточился на своем пути, усеянном мертвецами и обломками печатей.

— Пора опустить меня.

— Ривер…

— Мы почти дошли. Я не должна сковывать твои движения.

Кобаль вновь сжал ладонями мои колени, но не стал препятствовать моему спуску. Мы продолжили путь мимо павших печатей. Я изо всех сил старалась не думать о том, на что наступали мои ноги, и старалась смотреть только прямо перед собой. Когда я все же рискнула оглянуться, то почувствовала, как волосы на моем затылке встали дыбом. Гончие с опущенными головами и вздыбленной шерстью бесшумно крались позади нас.

Я знал, что целью были явно не мы, но выражение лиц и поза псов ясно говорила о намерении поохотиться за горой мяса.

— Почему они не погнались за гоблинами, которые убежали в туннели? — пробормотала я, сглотнув комок в горле.

— Их приказом было охранять печати, что они и делали, — ответил Кобаль.

Комок в моем горле стал еще больше, когда я взглянула на своего любимого. Он выглядел таким же смертоносным, как и гончие…, а когда вокруг его запястий вспыхнуло пламя, то еще более смертоносным. Образ огня, породившего моего избранного, промелькнул в моем сознании. Кобаль был достойным представителем пламени, из которого был выкован — смертельно опасный, могущественный и несущий разрушение.

Мне было жаль тех, кто решил перейти ему дорогу.

Пламя на его правой руке исчезло, и неожиданно Кобаль резко остановился. Я не сумела вовремя среагировать и врезалась в его спину. Он подхватил меня под руку, удерживая от падения, но затем резко отпустил. Повернувшись, Кобаль посмотрел на остальных.

— Будьте готовы, — отрывисто скомандовал он. Бросив на меня многозначительный взгляд, он шагнул вперед.

Глава 38

Ривер

Я была полна решимости в любой ситуации оставаться с Кобалем, хотя мое сердце, казалось, жаждало вырваться из груди. Завернув за угол, я резко остановилась, так как Кобаль шагнул в сторону, оказавшись прямо передо мной. Нахмурившись, я уставилась на метки, украшающие его обнаженную спину, а заем подняла взгляд и сосредоточилась на печати в пятидесяти футах от нас.

Я затаила дыхание при виде гигантской стены, поднимающейся высоко в воздух. Серебро все еще покрывало некоторые участки, но большая часть почернела либо от старости, либо от воздействия какой-то силы, которая срывала печати. Черный цвет оттенял замысловатые узоры, выгравированные на каждом дюйме.

Серебристо-черную поверхность покрывали завитки темно-бордового цвета. Я знала на каком-то подсознательном уровне, что стена была выкована кровью предков Кобаля. Даже на таком расстоянии сила печати заставляла волосы на моих руках встать дыбом.

Что вообще может уничтожить такую мощь?

Мой взгляд сконцентрировался на пятерых гончих, беспокойно расхаживающих перед стеной. Постепенно остальные псы присоединились к своим собратьям, топчась по разбросанным останкам гоблинов. Их рычание было громче, чем рев автомобильного двигателя.

— Но здесь ничего нет, — удивился Магнус.

— Что-то разозлило гончих, — покачал головой Кобаль, внимательно наблюдая за псами.

Я вышла из-за спины избранного, разглядывая знаки на стене. Некоторые метки были идентичны татуировкам Кобаля. Но когда я присмотрелась, то поняла, что узоры на теле Кобаля скорее всего были древним и могущественным языком расы демонов.

— На тебе стало больше символов, нежели раньше, — пробормотала я, переводя взгляд с печати на избранного и отмечая сходство отметин.

— Они всегда были.

Больше не сказав ни слова, Кобаль направился к стене. Собаки расступились, позволяя ему пройти. Мощные тела гончих склонились перед своим хозяином.

Я прижала ладонь к губам, с удивлением наблюдая за собаками, чьи янтарные глаза светились, а блестящие черные шкуры сияли в бликах света. Они были вдвое больше льва и гораздо могущественнее, но все же с почтением поклонились Кобалю.

Я шагнула вперед, когда Кобаль положил ладонь на печать. Пламя охватило его руку и быстро распространилось до локтя. Подняв голову, он посмотрел на стену.

— Прочная, — пробормотал он, рассеянно погладив второй рукой гончую, вставшую рядом.

— Что скрыто печатью? — спросил Корсон.

— Восьмидесятая печать принадлежит пуке, — пояснил Кобаль. Оглянувшись на меня, он продолжил: — Оборотни, которые могут принимать облик животного или человека.

Мои брови удивленно выгнулись, ведь описание оборотней не так пугало, как то, с чем мы сталкивались до сих пор. Кобаль убрал ладонь от стены и повернулся, изучая каждый дюйм печати.

— Демоны заперты за сотыми печатями, — пробормотал Магнус. — Нужно остановить происходящее раньше и любой ценой не позволить им освободиться.

— Что за демоны? — уточнил Хок.

— Демоны верхнего уровня, которые напортачили на Земле и заслужили заточение, — ответил Кобаль. — Было решено держать разные виды отделено друг от друга, хотя я в любой момент могу добавить провинившихся в старую печать. Некоторые из демонов были заперты много тысяч лет назад.

— Значит, они не на шутку взбешены, — констатировал Хок.

— Совсем немного, — усмехнулся Корсон. — Но они стали бы сильными союзниками Люцифера.

— Почему? — подала я голос.

— Они уже доказали, что хотят жить на Земле, но не могут следовать установленным правилам, находясь среди людей, — ответил Кобаль.

— Почему бы просто не уничтожить их? — возмутился Хок. — В Аду достаточно демонов, поэтому никакой баланс не был бы нарушен.

— Некоторые считали, что даже такая жизнь — это проявление доброты, — пояснил Кобаль.

— А как считаешь ты? — полюбопытствовала я.

— Для меня приемлема только смерть, но законы были установлены задолго до того, как я пришел к власти.

— Итак, печати заканчиваются, — сделала вывод я.

— Да, — подтвердил Кобаль.

— Ты как-то обмолвился, что печатей несколько сотен, но какое точное количество?

— Двести три.

Мой взгляд вернулся к стене.

— За последние шесть тысяч лет ты и твои предки не многих заперли.

— В Аду жизнь стала хаотичней. Мои предки придерживались правила «накажи и сохрани равновесие», но, когда Люцифер начал претендовать на власть, мой принцип превратился в «найди и уничтожь».

— Твои предки пытались быть милосердными к демонам и существам, — пробормотала я, глядя на стену.

— Им была предоставлена такая возможность. У меня же иная судьба.

— Что дальше? — обратилась я к Кобалю.

— Подождем. Что бы ни срывало печати, оно вернется.

Я открыла было рот, чтобы возразить, ведь сейчас здесь были мы, но слова застряли у меня в горле, а по спине пробежал холодок. Воздух вокруг, казалось, похолодел на сотню градусов. От холода перехватило дыхание. Я застыла, не веря своим глазам. Никто из остальных, казалось, не заметил внезапного холода, поскольку все продолжали размышлять и обсуждать, что могло пройти мимо гончих и сломить печати.

По моему телу пробежали мурашки. С тех пор, как мы вошли в Ад, я ощущала только жар. Теперь же я чувствовала, как леденящий ужас скользит по моей коже и проникает в душу. Я сильно задрожала, когда холод пробрался в мою грудь, чтобы обхватить ледяной рукой сердце и легкие. Я уже чувствовала подобное раньше…, когда Кобаль кормился. Духи.

Я медленно подняла голову, ожидая увидеть тысячи извращенных духов, но там была лишь одна черная тень, скользящая по потолку. Каким образом один призрак может излучать столько холода?

Где-то наверняка пряталось множество духов, но я не понимала, где именно. Черный дух не был таким же уродливым, как другие, но нельзя было отрицать его сущность, поскольку он легко забрался за печать.

— Кобаль, за печать только что проник дух, — удалось выдавить мне из своего сдавленного горла и мимо стучащих зубов.

— Как всегда, — рассеянно ответил он.

— Что-то не так, — прошептала я. — Этот холод…

Кобаль повернул голову в мою сторону, сощурив глаза. Подойдя ближе, он схватил меня за руки.

— Ты замерзла.

Возможно, он говорил нормально, но мне казалось, будто его голос исходил из-за печати. Мое сердце все медленнее качало кровь по венам.

— Ривер? Ривер! — он обнял меня. Обычно его тепло обволакивало меня и успокаивало, но сейчас это ощущалось обжигающе.

Отпустив меня, Кобаль отступил. Его лицо было объято ужасом. Он снова потянулся ко мне, но затем его руки беспомощно упали по бокам. Отвернувшись, я неуклюже побрела в сторону печати, хотя казалось, что кости в моих ногах скоро сломаются, словно лед.

Мне каким-то образом удалось преодолеть рыскающих гончих, которые поспешно убрались с моего пути. Упав перед печатью, я заскулила, так как каждое движение посылало волны боли по моему хрупкому телу. Слезы текли по моему застывшему лицу, когда я прикоснулась к одной из резных фигур, выгравированных на стене.

Энергия стены хлынула в мою руку, из-за чего на кончиках мои пальцев вспыхнули темно-синие искры. Происходящее не имело ничего общего с моей способностью черпать из жизни. Потоки мощи вырвались из меня и устремились к потолку. Я почувствовала, как кто-то с другой стороны пытался уничтожить печать.

Кобаль опустился на колени рядом со мной и оперся руками о стену.

— Твою мать! — рявкнул он, тоже почувствовав неладное. — Ривер, посмотри на меня.

Я смутно слышала его голос сквозь хруст собственных костей и потрескивание света, окружавшего мою руку. Каким-то образом мне удалось повернуть голову к избранному. Его янтарные глаза пристально смотрели на меня. Кобаль потянул ко мне руку, но застыл.

Не обращая внимания на агонию в теле, я вцепилась в его ладонь. Мое тело отреагировало так, будто в него ударила молния. Я дернулась, когда сила Кобаля начала подпитывать мою энергию. Все знаки на его руках повернулись к печати, а янтарное свечение, которое он излучал при открытии входа к Огню Творения, перекинулось на стену.

Мое сердце учащенно забилось, когда отметины Кобаля стали покидать его кожу, перетекая на стену, где смешивались с вырезанными надписями.

Я забыла о холоде, когда встретила золотистый взгляд Кобаля. Мой темно-синий поток жизни вырвался наружу, соединяясь с его светом и метками. Наши цвета смешались воедино, осветив суровые лица окружающих. Я продолжала смотреть на Кобаля, когда печать под моей рукой запульсировала от переполняющей ее силы.

Словно притянутый магнитом, Кобаль прижался ко мне. От возникновения новой, глубокой связи между нами я удивленно приоткрыла рот. Наши лбы соприкасались, пока мы дышали в унисон. Казалось, что наши тела обменивались энергией на каком-то клеточном уровне. Наши силы переплелись, порождая нечто новое.

Когда мой поток жизни вернулся в тело, а кости стали отогреваться, я ощутила, что целостность печати восстановилась.

— Так-то лучше, — пробормотала я и убрала ладонь с печати.

Кобаль крепко обнял меня и притянул к себе на колени, а затем прижал руку к печати.

Его свет померк, а отметины на руках покинули стену, вернувшись на тело. Холод полностью отступил. Я впервые с появление того странного призрака глубоко вдохнула и прижалась ближе к теплу своего избранного.

— Что это было? — задыхаясь, спросила Бейл.

Когда я повернула голову, то увидела, что все демоны пораженно таращились на нас. Я вновь посмотрела в янтарные глаза Кобаля. То, что произошло, навсегда изменило мою жизнь. Связь между нами была сильной, но теперь затрагивала каждую клеточку моего тела и проникала в душу. Да, избранники демонов делали свою пару намного могущественней, но я не ожидала, что речь о чем-то подобном.

— Неудивительно, что Люцифер хочет разлучить нас, — прошептала я.

Дыхание Кобаля согревало мою плоть.

— Наша связь будет только углубляться, — прошептал он и поднял голову, окинув взглядом присутствующих. — Что-то пыталось уничтожить печать, — обратился Кобаль к Бейл.

Глаза Бейл метались между нами, а обычно красная кожа побледнела.

— Она помогла тебе остановить падение печати?

— Да.

Дрожь сотрясала мое тело, пока тепло продолжало просачиваться в конечности, из-за чего плоть сильно покалывало.

— Ривер? — прошептал он в мое ухо.

— Со мной все хорошо, — пробормотала я. — Но здесь так холодно.

— Я не чувствую холода, — удивился Магнус. Его платиновые волосы лежали в полном беспорядке, будто он все время ерошил пряди пальцами, но я-то знала, что этот демон любил безупречность. Из-за новой прически его рога стали больше выделяться. Он казался растерянным, как и Бейл.

— Речь о холоде, который ты чувствовала, когда ходила со мной к духам? — уточнил Кобаль.

— Что-то подобное, но гораздо хуже, — пробормотала я.

Его взгляд устремился к стене.

— Ты не должна так реагировать на одинокий дух.

— Может, где-то прячутся еще? — предположила я.

— Нет, я бы ощутил их присутствие, — гончие снова начали рычать, принимая агрессивные стойки. Их тела дрожали от напряжения, а изогнутые когти клацали по полу. — Корсон, подойди, — приказал Кобаль.

Корсон, маневрируя между гончих, быстро подбежал и опустился на колени рядом с нами. В его глазах стояла тревога.

— Я тоже чувствую только одного духа, — произнес он.

— Мне нужно, чтобы ты забрал ее, — отчеканил Кобаль.

— Кобаль… — начала протестовать я, но он уже переложил меня в объятия Корсона.

— Не отпускай ее, что бы ни происходило, — резко добавил Кобаль, за что получил от меня сердитый взгляд.

Я попыталась прижаться к Корсону, но мое окоченевшее тело, которое до сих пор страдало от покалывания, было весьма медлительным.

— Мне нужно выманить духа. Я не могу в этот момент беспокоиться о твоем благосостоянии, — пояснил Кобаль.

Я слегка расслабилась.

— Ладно, но я не уйду из пещеры.

Кобаль склонил голову и повернулся, посмотрев на стену.

— Ты замерзла, — возразил Корсон.

— Мне уже теплее, — кивнула я. — Поэтому можешь опустить меня.

— Уведи ее подальше от печати, — приказал Кобаль.

Полностью проигнорировав мою просьбу, Корсон развернулся на пятках и направился в противоположную сторону от печати. Я повернула голову, наблюдая, как Кобаль снова положил руки на печать. На этот раз из его ладоней не полился свет, но я почувствовала поток силы, который он излучал.

— Корсон, отпусти меня, — повторила я.

— Ты же знаешь, что не могу. Ты и так слишком близко.

— Близко к чему? — требовательно спросила я.

Ему не нужно было отвечать. Пальцы Кобаля согнулись, а мышцы напряглись. Я увидела, как он вытащил сквозь стену духа. Корсон вздрогнул, когда мои кости вновь объял ледяной холод.

Глава 39

Кобаль

Дух попытался вырваться из моей хватки, но я крепко держал извивающуюся сущность, протаскивая ту через стену. Корсон с Ривер на руках застыл у сломанной печати гоблинов, а остальные обступили меня, наблюдая. Мысль о том, что кто-то обнимал мою избранную, злила, но этот странный дух негативно влиял на Ривер, поэтому я не мог позволить ей быть рядом.

Склонив голову, я окинул пристальным взглядом духа в моей руке. Либо он был новичком, либо редко попадался демонам. Его лицо не было искажено, а в теле ощущалась жизненная сила. Некоторым духам удавалось избегать демонов в течение длительных периодов времени. Однажды какой-то дух скрывался целых двадцать лет, но после обнаружения заплатил высокую цену за неповиновение.

В этом существе я чувствовал силу, которая не шла ни в какое сравнение с другими духами. Теперь же я собирался выяснить, что делало его таким особенным. Голод обжег мои вены. В последний раз я ел около недели назад. Однако, мне не хотелось питаться при Ривер.

— Выглядит молодым, — заметила Бейл.

— Так и есть, — согласился я.

— И очень могущественным, — пробормотал Магнус.

Посмотрев в бездонные черные глаза существа, я понял, что оно изучало нас и пыталось придумать способ сбежать. Несмотря на редкое кормление демонами, если от него вообще когда-нибудь кормились, черты лица духа были неотличимы от человеческих. Подбородок, нос и щеки расплылись и потемнели, что знаменовало переход в бестелесную стадию, тем не менее маска смерти не исказила его полностью.

— Достаточно могущественный, чтобы уничтожить печать, — заметил я и почувствовал гогот, исходящий из груди духа.

— Невозможно, — воскликнул Магнус.

— Раньше я бы ответил так же, — покачал головой я.

— Раньше? — переспросила Бейл.

— До того, как заполучил его в руки.

— Разве дух может обладать силой, способной разрушить печать? — удивился Хок.

— Некоторые из более сильных духов сохраняют свою человечность. Речь о тех людях, которые при жизни имели особые способности, — пояснил я. — Иногда их сила довольно велика.

— Но настолько ли, чтобы сбить печать? — пробормотал Магнус. — Это что-то невообразимое.

— Так или иначе, сейчас мы говорим о свершенном факте, — отчеканил я.

Они все проследили за моим взглядом, который был устремлен на Корсона с Ривер, вынудив моего соратника отступить еще на пару шагов. Я стиснул зубы, когда заметил, как он гладил плечи Ривер. Да, он всего лишь пытался ее согреть, но я хотел оторвать ему руки.

Я снова сосредоточил внимание на духе, который пытался вырваться из моей хватки, и крепче стиснул ладонь на его горле. Усмехнувшись, я поднес существо ближе. Вокруг меня, рыча и огрызаясь, кружили гончие, злившиеся из-за невозможности растерзать дух. Если бы у них был шанс поквитаться, то от существа не осталось бы и следа. К сожалению, их челюсти беспрепятственно проходили насквозь через черную мантию духа.

— Зато теперь мы понимаем, почему гончие не сумели остановить уничтожение печатей, — пробормотал я.

Сощурив глаза, я выпустил свою силу, зафиксировав дух на месте, но не стал начинать кормление. Дух перестал вырываться, так как понял, что я провернул. Он не мог сбежать, пока я удерживал его жизненную энергию.

Глубоко внутри существа я ощутил пульсирующие волны силы.

— Я никогда раньше не чувствовал такой мощи, — прокомментировал я.

Бейл, Магнус и Хок подошли ближе, окружая духа.

— Они могут говорить? — поинтересовался Хок.

— Могут, но не в такой форме, — ответил я.

Когда я пробрался глубже, существо издало низкий вопль, который заставил Ривер закрыть уши руками, а Хока поморщиться от явного дискомфорта. Все остальные оставались неподвижными…, кроме гончих, нервозность которых стала нарастать с каждой секундой. Дух замотал головой так быстро, что черты его лица расплылись, но призрачный фасад исчез, открыв человека внутри.

Теперь я смотрел в лицо красивому мужчине с волосами цвета воронова крыла и голубыми глазами. Его полные губы изогнулись в самодовольной улыбке.

— Есть некоторые вопросы, на которые ты никогда не захочешь получить ответы, — заявил он.

Чувство страха поселилось у меня в груди, когда Ривер ахнула. Корсон пытался сдержать девушку, но она без конца извивалась в попытке вырваться.

— Отпусти меня! — приказала она.

Я сдался, почувствовав ее отчаяние.

— Отпусти, — распорядился я, и Корсон поставил Ривер на ноги.

Она на секунду замешкала, но затем все же сделала нерешительный шаг вперед.

— Не подходи, Ривер, — рявкнул я.

При упоминании ее имени лоб мужчины наморщился. Ривер остановилась в десяти футах от нас, прижав дрожащие пальцы ко рту. Краска сошла с ее лица так быстро, что Корсон еле успел подхватить девушку, предотвратив ее падение. Из-за бледности кожи веснушки на ее лице казались яркими пятнами.

— Кобаль, — ее голос звучал сдавленно из-за переполнявших эмоций, а взгляд стал затравленным. — Это мой отец.

Мои глаза вновь сосредоточились на существе, которое самодовольно ухмылялось.

Ривер

Мне потребовалось все самообладание, чтобы продолжить стоять на ногах. Мой взгляд не мог оторваться от мужчины в руках Кобаля. Это лицо я видела всего один раз…, на фотографии, спрятанной в шкафу моей матери. Тогда шестилетний Гейдж решил поискать рождественские подарки. Он вытащил из шкафа абсолютно все вещи, но нашел лишь воспоминания, которые лучше было похоронить в мусоре.

К счастью, я наткнулась на Гейджа раньше матери и успела убрать весь беспорядок. Вот тогда-то я и нашла фотографию. Я сразу поняла, кто он, потому что наше сходство было феноменальным. Даже спустя столько времени я без труда его узнала.

Мужская версия моего носа, одинакового цвета глаза и волосы. Я явно унаследовала от него свой рост, так как моя мать была едва выше пяти футов. Конечно, он не мог сравниться с Кобалем, но точно достигал шести футов.

В отличие от призраков, у него не было сероватого, туманного облика. Нет, он имел всю палитру красок и выглядел солидно, несмотря на неуклюжее положение в крепкой хватке Кобаля.

Я с трудом вдохнула, потому что холод вновь сковал мои легкие. Мой отец посмотрел на меня и плотно сжал губы.

«Неужели на его носу веснушки? Даже такая мелочь тоже от него?»

Я попыталась очистить голову от противоречивых эмоций, бушующих внутри. Этот человек сбежал еще до моего рождения. Я никогда не знала его, никогда не мечтала о встрече и о спасении от матери. Отец доказал свое безразличие, когда уехал из города, ни разу не оглянувшись назад. Кроме того, я не была любителем сказок.

Несмотря на отсутствие у меня какой-либо связи с отцом, помимо ДНК, я все равно чувствовала печаль и жалость. Он породил меня, а теперь был в Аду, насыщая своей энергией демонов.

«Он в Аду!»

Подтекст, стоящий за осознанием, проник в мой ошеломленный разум. Отец выкинул нечто такое, что отправило его на эту сторону. И именно он был виновен в падении печатей. Как он это проворачивал? И самое главное, зачем?

«Потому что он помогает Люциферу».

Ответ поразил меня, словно пуля между глаз. На долю секунды мне стало дурно. Даже после смерти мой отец обладал силой и помогал Люциферу. Значит, я тоже могла уничтожать печати. Хотя почему я была так удивлена, ведь несколько минут назад я помогла Кобалю восстановить целостность печати.

Желчь обожгла мое горло. Я смирилась с фактом, что родители отвратительно относились ко мне, смирилась с фактом, что имела связь со всеми тремя мирами, а теперь еще должна была смириться с этим?

— Черт, — простонала я и наклонилась, борясь с тошнотой.

— Корсон, помоги ей! — рявкнул Кобаль.

Я подняла руку, останавливая Корсона.

— Дай мне минутку.

Корсон, выглядя совершенно беспомощным и испытывая неловкость, застыл на месте. Я подняла голову, вновь посмотрев на отца. Для меня Люцифер был лишь каким-то далеким предком, но я не могла сказать того же об отце.

Нет, благодаря отцу моя связь со злом стала очевидной. Несмотря на ломоту в костях и холод во всем теле, я выпрямилась во весь рост и встретилась с ним взглядом. В моей голове созрели вопросы, а этот человек, черт возьми, задолжал мне ответы.

— Что ты сотворил, чтобы оказаться здесь? — требовательно спросила я. — Или отказ от собственного ребенка квалифицируется как большой грех?

— Нет, — ответил Корсон, так как мой отец просто пялился на меня, сжав губы в тонкую линию. — Нужно совершить нечто более тяжелое.

— Я не был готов к бремени в виде маленького ребенка, — заявил отец. — Твоя мать была всего лишь небольшой интрижкой.

— По крайней мере, ты честен, — кивнула я. — За что же тогда тебя упекли сюда?

На самом деле я не хотела знать ответ, но почему-то продолжала настаивать. Жизнь в отрицании своей сущности не принесла бы мне ничего хорошего. Я не собиралась прятать голову в песок.

Кобаль снова сосредоточился на мужчине.

— Отвечай, — приказал он, и на лице моего отца отразилась боль.

Я не знала, как Кобаль повлиял на него, но отец быстро забормотал:

— Возможно, я убил несколько человек. Ты не единственная в нашей семье, кто обладает особенным даром.

— Не удивлена, — я не спрашивала, кого он убил и почему. Это не имело значения. Если бы речь шла о несчастном случае или самообороне, то его бы здесь не было. — Зачем ты помогаешь Люциферу уничтожать печать?

— Ты даже не представляешь, каково кормить этих тварей, — он махнул рукой в сторону демонов, заработав уничтожающий взгляд от каждого из присутствующих. — Сатана нашел меня и спас.

— Каким образом Люцифер узнал о твоем появлении? — спросил Кобаль.

— Без понятия, — ответил отец. Хотя я подозревала, что он просто не хотел откровенничать.

Ладонь Кобаля стиснула его горло. Отец стал отчаянно брыкать ногами. Его лицо стало ярко-красным, а черты исказились от муки. Кожа Кобаля приобрела более темный оттенок, а отметины потемнели до угольно-черного цвета. Я видела, как подобное происходило с Кобалем при питании духами. Видимо, он решил использовать свою способность поглощать энергию духов, чтобы развязать язык моему отцу.

— Я действительно не знаю! — воскликнул мой отец.

Сделав глубокий вдох, Кобаль ослабил хватку.

— Как ты рушишь печати? Ты силен, но не так, как она, — золотые глаза Кобаля встретились с моими. — Я чувствую разницу между вами.

Я сморгнула выступившие на глазах слезы. Он знал, что сейчас мне как никогда было необходимо услышать это.

— Потому все вокруг нас — это форма жизни, — пояснила я, не зная, откуда знала ответ. — Очередной цикл. Я умею черпать силу жизни. Видимо, при жизни он обладал той же способностью. Может, раньше он не знал о силе, но после смерти научился использовать мертвых. Вот почему он холоднее, чем любой из других духов. Холоднее, чем все те духи на холме. Он поглощает себе подобных.

В уголке правого глаза Кобала дернулся мускул.

— Понял, — его внимание снова сосредоточилось на моем отце. — Как долго ты в Аду?

— Пятнадцать лет, — ответил мой отец.

Он умер, когда мне было семь. Почему-то новость расстроила меня. Совсем недавно он исчез с лица земли, а я даже не почувствовала это.

— Ты действительно использовал других духов, чтобы прятаться от демонов. Вот как Люцифер нашел тебя, — сделал вывод Кобаль. — Твоя сила росла, а он нашел для тебя занятие по душе.

— Мы все были наверху, поэтому не заметили сосредоточия силы, — пробормотала Бейл и взглянула на Магнуса, который лишь покачал головой.

— Я не слышал никаких слухов о подобном среди духов или демонов, — ответил Магнус.

— Люцифер узнал о нем совсем недавно. Проблема с печатями возникла два месяца назад. В ином случае мы столкнулись бы с проблемами гораздо раньше, — заметил Кобаль.

— Я быстро научился защищаться и прятаться после того, как первый демон впился в мою энергию, — заявил мой отец.

— Как думаешь, сколько еще похожих на него было за прошедшие годы? — спросила Бейл.

— Не так много, а может и вообще никого. Если бы мы обнаружили нечто подобное, то сразу бы уничтожили, — покачал головой Кобаль. — Если тот первый демон забрал у него достаточно энергии, то он бы уже не пришел в себя.

— Могут ли в Аду находиться еще какие-нибудь предки ангелов? — полюбопытствовал Корсон.

Кобаль с минуту изучал моего отца.

— Нет. Линии ангелов истощаются уже несколько столетий. Скорее всего, он был последним из потомков, не считая Ривер. Любая другая душа, обладающая такой мощью, была б обнаружена. Даже если все-таки кто-то остался, то стал слишком слабым и больше не представляет угрозу. Кроме того, я уверен, что как только Люцифер обнаружил его, то сразу отправился на поиски похожих. Но, как видите, здесь только он.

Прислонившись к скале от сломанной печати, я пялилась на мужчину, который пристально наблюдал за мной.

— Я выбрал сторону победителя, — гордо заявил он.

Я фыркнула. Кобаль оскалился и произнес:

— Как я уже говорил, ты силен, но она сильнее.

Что-то блеснуло в глазах моего отца. Он растянул губы в улыбке, демонстрируя превосходство. Мой взгляд инстинктивно метнулся к потолку, но там никого не оказалось. Однако я не могла избавиться от ощущения, что грядет нечто большее. Нечто очень серьезное.

Глава 40

Ривер

— Вероятно, он ослаб, Кобаль, — пробормотал Магнус. — Только ты обладаешь способностью истощать душу до такой степени, что та становится полностью недееспособной.

— Разве мы не можем… э-э-э… — Хок замолчал, бросив на меня виноватый взгляд.

— Уничтожить его? — закончила я фразу Хока.

— Мы не можем ни создать, ни уничтожить душу, — пояснил Магнус. — Но в силах Кобаля забрать у духа максимальное количество энергии. После Кобаля навряд ли этот дух сможет кого-то накормить.

Я проглотила комок в горле и отошла от стены. Кобаль перевел взгляд с отца на меня. Я чувствовала его нерешительность. Этот мужчина по сути являлся для меня незнакомцем, но только благодаря ему я появилась на свет.

— Кобаль, его необходимо обезвредить, — настаивал Магнус.

— Продолжай, — тихо попросила я. — Его нужно остановить.

— Неужели ты настолько отличаешься от меня, что согласна с подобным выбором? — удивился мой отец.

— Она совершенно не похожа на тебя! — рявкнул Кобаль.

Во взгляде моего отца появилась печаль.

— Ты как моя мать, — пробормотал он.

Я была ошеломлена, пытаясь осознать происходящее. Вероятно, он просто хотел вызвать у меня сочувствие. Теперь в моей груди пульсировала боль. Где-то у меня имелась целая семья.

Бабушка и дедушка, у меня были бабушка и дедушка. Ну, конечно, у меня были бабушка и дедушка. У отца наверняка были родители, но я никогда не задумывалась об этом. На момент моего рождения у моей матери не осталось живых родственников, поэтому я считала, что по линии отца похожая ситуация.

— Твоя мать… моя бабушка тоже здесь? — хрипло спросила я.

Неужели во взгляде отца промелькнуло страдание?

— Нет, моя мама никогда бы не попала сюда. Она заслужила лучшую участь.

По какой-то причине его слова задели меня за живое. Отец сотворил нечто действительно ужасное, раз оказался здесь, и помогал Люциферу, но любовь в его глазах к своей матери была безошибочной. Мимолетно, но так откровенно, так по-человечески. Я уставилась на свои потрепанные ботинки, борясь за дыхание.

Наконец, я почувствовала в себе достаточно сил, чтобы снова посмотреть на него.

— Как тебя зовут?

Казалось, вопрос удивил его.

— Твоя мать не рассказывала?

— Нет.

— Рио, — мне стало дурно от услышанного. — В переводе с испанского это означает…

— Река, — одновременно с отцом произнесла я.

Самодовольная улыбка изогнула его губы. Кобаль резко шагнул ко мне, но остановился, когда я вздрогнула и попятилась.

— Моя мать назвала меня в твою честь, — пробормотала я.

— Наверное, потому что ты очень похожа на меня, — ответил он.

— Черт, между вами нет ничего общего! — взревел Кобаль.

Однако отрицание Кобаля не могло изменить ситуацию. К тому же я знала, что она выбрала мне имя не по этой причине. Нет, таким образом она выместила свою обиду. Кобаль стиснул ладонь на горле моего отца, заставляя его снова извиваться и дергаться.

— Делай все, что нужно, — отчеканила я и, отвернувшись, заставила свои окоченевшие ноги двигаться в противоположном направлении. Я побрела обратно ко входу в сломанную печать. Да, моего отца было необходимо уничтожить, но я не была обязана наблюдать за процессом. С каждым шагом мои ноги дрожали все сильнее. Корсон дернулся мне на встречу, чтобы помочь, но я лишь отмахнулась.

— Мне нужно немного уединения, — попросила я.

Корсон замешкал на секунду, но все же подчинился, оставшись в центре зала, пока я продолжала свой путь. Прислонившись к стене, я окинула взглядом разрушенную печать, открывающую передо мной длинный туннель смерти, и задумалась над словами отца.

Сразу после моего рождения мать начала искать способ дистанцироваться от меня и исключить проявление каких-либо теплых чувств. И она нашла верный вариант, назвав меня в честь отца. Каждый раз, когда она произносила мое имя, каждый раз, когда думала обо мне, то вспоминала мужчину, бросившую ее с ребенком.

Она назвала меня так не для того, чтобы удержать любимого мужчину. Хотя я сомневаюсь, что она когда-либо кого-то любила. Скорее всего, он был для нее мимолетным увлечением, которое вылилось в нежелательного ребенка. Вероятно, она ненавидела его так же сильно, как и меня.

Когда я была маленькой, то старалась завоевать ее одобрение и любовь, но со временем сдалась. Сейчас-то я понимала, что у меня не было шанса. Мне с самого начала не следовало напрягаться. Я так не знала, почему осознание ненависти собственной матери настолько сильно меня потрясло. В данный момент я еле сдерживалась, глядя на залитую кровью бойню.

После того, как мать продала меня правительству, я поклялась, что она никогда больше не сможет причинить мне боль. И теперь я ненавидела свою ошибку. Как бы далеко я не отстранялась, она всегда находила возможность глубоко ранить меня.

Позади раздался крик. А еще мне показалось, что я услышала звонкий стальной лязг, доносящийся откуда-то из туннеля. Я попыталась мысленно отстраниться от осознания, кем кормился Кобаль. Крики моего отца заглушали все остальные звуки.

Чем выше становился вой, тем сильнее прогревался воздух вокруг. Силы духа иссякали. Силы моего отца иссякали, а я снова обретала прежнюю мощь.

— Не переживай, — прошептала я, а затем заметила тень.

Подняв голову, я отступила, запнувшись, так как сумела разглядеть существо со скрюченными черными крыльями, парящее под потолком. Паника скрутила мои внутренности. Я отшатнулась и врезалась в стену, когда он повернул голову и впился в меня взглядом. Неожиданно в поле моего зрения показался еще один, а затем еще.

Повернувшись, я побежала к целой печати.

— Ангелы! — закричала я, указывая на потолок.

Кобаль повернулся в мою сторону, все еще сжимая горло истощенного и изуродованного духа. Облик отца полностью исчез, оставив после себя лишь призрачную размытую форму. Его челюсть вытянулась почти до двух футов в длину, а открытый рот демонстрировал лишь зияющую пустоту внутри. Некогда голубые глаза запали на черном и перекошенном лице. Так, по моему мнению, должна была выглядеть Смерть.

Прежде чем я успела сделать еще два шага, что-то врезалось в мой бок. Я свернулась в клубок, покатившись по земле. Крик застрял в моем горле из-за недостатка воздуха, а в поле моего зрения появились желтые глаза Корсона. Всего секунда облегчения, а затем меня подняли высоко в воздух.

Глава 41

Кобаль

Ангел с Корсоном на спине устремился прочь от Ривер. Корсон выпустил когти и нанес удар в шею падшего. Еще раз взмахнув крыльями, ангел попытался скинуть Корсона, но не смог, поэтому они оба устремились в высь.

В поле зрения появились еще три ангела. Когда Ривер вскочила на ноги, один падший спикировал вниз, потянувшись руками в девушке.

— Ривер, ложись! — рявкнул я.

Она бросилась на пол и перекатилась, увернувшись от хватки ангела.

— Охраняй его! — крикнул я Магнусу, швырнув в демона то немногое, что осталось от отца Ривер, и побежал к своей избранной.

Ангел перевернулся в воздухе и вновь атаковал Ривер. Я сразу среагировал, выпустив огненный шар, который поразил спину ангела, отбросив его в стену. Ривер вновь поднялась на ноги. Гончие бросились вперед, наполняя комнату свирепым рычанием. Раздался хруст костей и вопли ангела.

Очередной ангел сосредоточился на Ривер. Я посмотрел на избранную и увидел в ее глазах усталость. Восстановление печати истощило ее. Ситуация усугублялась нападением прихвостней ее предка. Тем не менее Ривер была настроена довольно решительно.

Повернувшись, она подняла руки и отправила шар темно-синего света, который попал женщине-ангелу в грудь, отправляя ее к собратьям на полу. Гончие отреагировали молниеносно.

Наконец, мне удалось добраться до Ривер. Я крепко обнял девушку. Как только наши тела соприкоснулись, Ривер взяла меня за руку, пытаясь впитать потерянную энергию. Я крепко прижимал к себе избранную, желая отдать все без остатка.

— Кобаль! — крикнула Бейл. — Берегись!

Я резко развернулся, уводя Ривер от рук ангела, пикирующего прямо на нас. Когда падший налетел на мою спину, мое тело объяло пламенем. Ангел вскрикнул и отпрянул, а я ощутил вонь горелой плоти и волос. Прижав Ривер к стене, я посмотрел на оставшихся ангелов.

Корсон все еще находился в воздухе, вспарывая ангелу живот. Падший дико кричал, пока его кровь дождем орошала гончих. Бейл и Хок окружили ангела, которого я подпалил. Магнус где-то спрятал духа и склонил голову, сложив перед собой руки.

Ривер повернулась ко мне спиной, когда на нас опять напал ангел. Этот падший оказался умнее, так как периодически размаивал крыльями, чтобы защититься от моего огня. Вокруг нас ожила дюжина копий Ривер, но ангела не остановили миражи Магнуса. Неожиданно я почувствовал, как сила моей избранной охватила мое тело. Как только ангел приблизился, вокруг моих запястий заплясал огонь.

Все во мне протестовало против решения отойти, чтобы позволить Ривер высвободить свою мощь. Это я должен был защищать ее от существ. Но в данный момент мое пламя не могло причинить значимый урон падшим, к тому же они не ожидали, что я сумею преодолеть себя и рискнуть избранной. А еще они не знали, на что она была способна.

Возможно, ангелы слышали, что Ривер обладала какими-то навыками, но даже не представляли, насколько могущественной она стала за последние пару месяцев. Падшие считали ее смертность и нечистую ангельскую родословную слабостью. Ошибочная оценка ее способностей принесет им погибель.

— Сейчас я отойду, а ты выпустишь поток энергии, — тихо пробормотал я так, чтобы меня слышала только Ривер.

Она кивнула в знак согласия. Я слышал прерывистое биение ее сердца и нарастающую силу. Порыв ветра коснулся моих волос, когда ангел приземлился перед нами. Он находился всего в трех футах от меня. Я резко шагнул в сторону.

Вспышка чистого, насыщенного синего света пронеслась мимо. Ангел прикрыл свое тело крылом, защищаясь от моего огня, но в итоге встретил энергетический шар Ривер. Мое пламя отскочило бы от деформированного черного крыла, но сила моей избранной просто прошла насквозь. Черная кровь брызнула во все стороны.

Я не дал шанса падшему прийти в себя и напал. Оторвав ангелу потрепанное крыло, я уставился на зияющую рану в его груди и кровь, покрывающую тело. Падший все еще был жив, но если не уничтожить его сейчас, то он мог найти способ исцелиться.

Пламя вспыхнуло на моей ладони, которая сомкнулась на шее ангела. Падший закричал, пытаясь убрать мою руку. Его шею и лицо объяло огнем. Под моими пальцами его кожа и мышцы сгорали. Вскоре я сжимал уже позвоночник.

Надавив сильнее, я оторвал ему голову, которая покатилась по земле словно полыхающий шар для боулинга. Вскочив на ноги, я сгреб Ривер в свои объятия, прижимая к груди. Подняв руку, я выпустил гончих, все это время скулящих внутри меня. С ревом, который эхом отразился от стен, Крукс и Феникс ринулись в бой.

Корсон, наконец, закончил потрошить ангела, и прыгнул, бесшумно приземлившись на стопы в тридцати футах от нас. Вслед за демоном на землю рухнул комок из кишок и крови, а затем и само тело ангела. Корсон, не глядя на падшего, взмахнул когтями, одним плавным движением срезая голову с плеч врага.

Еще один ангел влетел в пещеру, кружа под потолком. Бейл, Хок и Магнус до сих пор удерживали в ловушке ангела, которого я обжег ранее. Неожиданно падший напал, оттолкнув Бейл. Магнус не остался в стороне, ринувшись в атаку. Подбежав, он наклонился, обхватил колени ангела и швырнул его на землю с достаточной силой, чтобы сломать одно из крыльев.

Бейл подбежала ближе и вонзила клыки в яремную вену ангела. Магнус резко потянул за крыло, вырывая то из плоти. Ангел взвыл и вцепился рукой в пустое место, где раньше было его крыло. У падшего не было шансов на исцеление, так как Бейл и Магнус продолжили расправу.

Хок навел пистолет на ангела, все еще кружащего под потолком.

— Почему он не атакует? — спросил он.

— Видит кончину своих собратьев, — усмехнулся Корсон.

— Ждет подкрепления, — прошептала Ривер.

— Скорее всего, — согласился я.

Я поднял руку и выпустил волну огня из ладони, прибив ангела к потолку. Взяв Ривер за руку, я встретился с удивленным взглядом девушки и прижал ее ладонь к своей щеке. Прикосновение усилило поток огня, извергающийся из меня.

Ривер положила ладонь на мое предплечье, отпуская свою силу на волю. Пульс жизни соединился с моим пламенем, обрушившись на ангела с дикой яростью. Треск огня эхом разносился по пещере. Крики ангела были едва слышны из-за силы, сотрясающей его тело.

Ривер не убирала свою руку, поскольку понимала, что подпитывала меня так же сильно, как и я ее.

— Отойди, — приказал я и погасил пламя.

Как только Ривер отстранилась, ее тело стало сотрясать крупная дрожь. Я не зря усомнился в том, что у нее было достаточно сил на атаку. Без пламени и силы моей избранной, ангел резко упал и врезался в землю в пяти футах от нас.

Я неохотно отпустил Ривер и подошел к существу. Ангел перевернулся, демонстрируя дыру в центре груди, которая образовалась не благодаря моему огню.

Наступив на его горло, я выпустил когти и опустился на одно колено. Открыв глаза, падший уставился на меня поразительно черным взглядом. Находясь так близко, я сумел рассмотреть которая, что проходила насквозь, из-за чего земля пропиталась кровью. Ангелы могли исцеляться с той же скоростью, что и демоны, но от таких травм навряд ли кто-нибудь сумеет оправиться.

— Он все равно убьет тебя, — пробормотал ангел. — Тебе никогда не победить Люцифера. Даже наш создатель не смог его остановить.

Я пожал плечами, сильнее давя ботинком на его горло.

— Просто он еще не сталкивался с нами. Бьюсь об заклад, ты не предполагал, что найдешь здесь свою смерть.

Он взмахнул оставшимся крылом в слабой попытке защититься, но я поймал его. Мои губы расплылись в улыбке, когда я почувствовал, как черная кровь вяло пульсировала по венам ангела. Вонзив когти в его горло, я повернул запястье, отделив голову от тела.

Кракс проглотил голову раньше остальных гончих, которым остались лишь останки. Встав, я вытер окровавленные руки о штаны и обернулся, встретившись с потухшим взглядом Ривер. Ее кожа стала такой бледной, что я видел маленькие голубые вены, покрывающие лицо.

Шагнув вперед, я попытался подхватить девушку на руки, но она лишь покачала головой.

— Я хочу идти самостоятельно.

— Ривер…

— Так нужно, Кобаль. Если сюда залетит еще один ангел, то он не должен увидеть мою слабость. Но я не откажусь от твоей помощи.

Она стиснула в хватке мое предплечье и неуверенным шагом, но с высоко поднятой головой, направилась вперед. Приобняв избранную за талию, я взял ее ладонь и прижал ту к своей груди, чтобы помочь как можно быстрее восстановиться.

— Где дух? — требовательно спросил я.

Все развернулись, окидывая взглядом бойню. Крукс и Феникс подошли к нам с Ривер. Феникс прижалась к ногам моей избранной, потираясь большой головой о ее живот. Я оглядел пещеру, ища духа среди забрызганных кровью останков.

Корсон вышел из-за Хока и зашагал по месиву из трупов. Наклонившись, он вытащил деформированную фигуру духа из-под первого павшего ангела. Ривер стиснула пальцами мою плоть и опустила взгляд, но через пару секунд вновь расправила плечи и подняла голову.

— И что с ним делать? — спросил Корсон.

Дух был настолько истощен и ослаблен, что больше никогда не смог бы свободно перемещаться по Аду. С другой стороны, он умел поглощать энергию других духов, значит, все еще существовала вероятность его полного восстановления.

Я посмотрел на Ривер, отметив гордые линии подбородка и нижней челюсти. Она была одним из самых сильных существ и столько пережила… мне хотелось избавить ее от всех проблем, но я понимал, что впереди нас ожидало множество сложностей.

— Духа заберем с собой, — изрек я.

На лице Ривер дернулся мускул… вот и вся реакция, будто она заранее знала мои умозаключения. Корсон направился к нам с духом в руке, но остановился в двадцати футах от Ривер.

— Ты чувствуешь холод? — уточнил я у Ривер.

— Нет, — она покачала головой, фокусируя взгляд на чем угодно, только не на Корсоне и истощенном отце.

— Пора уходить, — я прижал девушку к себе и повел ее через обломки уничтоженной печати.

— Куда мы направляемся? — спросила она хриплым голосом.

— Возвращаемся к Огню Творения, чтобы немного отдохнуть, за затем продолжить путь. Скоро со мной должен связаться Моракс. Во время разговора я обязательно сообщу, что мы устранили проблему с печатями.

— То есть мы пойдем за Люцифером?

— Мы присоединимся к остальным и разработаем план действий.

Всю дорогу Ривер нежно поглаживала пальцами мою кожу. Вскоре мы достигли пещеры, где остались скеллеины. Внутри стояло только пятеро, а останки остальных шести были разбросаны по пещере.

— Ликс? — обратилась Ривер к одному из скеллеинов.

— Да, Странница мира, это я, — ответил скеллеин.

Я не знал, как она разбиралась в них. Впрочем, Ривер умещала в себе множество качеств, которые навсегда останутся для меня загадкой. Ее плечи поникли, а усталая улыбка тронула уголки губ.

— Я рада, что с тобой все в порядке.

— А я рад за тебя, Странница мира. Ты уже познала свою суть?

— Пока нет.

— Скоро ты определишься, — уверенно заявил он и отвернулся от нас.

Ривер взглянула на меня. Тени под ее глазами стали темно-фиолетового оттенка, который подчеркивал аметистовый цвет зрачков. Я чувствовал усталость в ее теле.

— Позволь мне отнести тебя, — попросил я, когда она окинула взглядом окружающую нас кровавую бойню.

— Нет. Я справлюсь.

Вздохнув, я уступил. Я сделал первый шаг и обнаружил, когда Ривер застыла. Ее глаза приобрели бледно-фиолетовый цвет. Она смотрела на что-то за пределами моего понимания. Я схватил ее за плечи, чтобы стряхнуть видение, но ее глаза уже снова стали прежними.

— Он идет, — прошептала она.

Глава 42

Кобаль

Мне даже не нужно было уточнять, про кого говорила Ривер.

— Когда?

— Сейчас, — ее глаза были прикованы к одному из туннелей. Я проследил за ее взглядом, но не увидел никакого движения в темных глубинах пещеры. — И не один.

— Он отправил ангелов, чтобы ослабить нас… ослабить ее, — пробормотал Магнус.

— Пожертвовал своим, — в смятении прошептала Ривер.

— Черт, — выругался Магнус, когда темнота расступилась, открывая Люцифера, шагающего к нам.

Я схватил вторую руку Ривер и прижал ту к своей груди.

— Забери мою энергию, — грубо приказал я и наклонил голову, завладев ее губами.

У нас было всего несколько секунд до атаки. Времени едва хватало, чтобы вздохнуть, не говоря уже о восстановлении сил моей избранной. Тем не менее я старался наполнить ее мощью. Мой язык приласкал губы Ривер, вынуждая приоткрыть рот. Как только она подчинилась, я углубил поцелуй. Ривер в ответ прижалась ко мне еще теснее.

Я крепко обнял девушку, вливая в нее всю доступную энергию, и почувствовал возрождающиеся искры. К сожалению, наш поцелуй пришлось прервать. Боль разлилась в моей груди. Я просто не мог потерять ее.

Вздохнув, я повернулся лицом к единственному мужчине, которого пытался одолеть всю жизнь. Единственному мужчине, которого ненавидел с рождения. Мои губы раздвинулись в оскале в ответ на веселье в бездушных черных глазах Люцифера. Гончие ринулись вперед, рассредоточившись вокруг нас. Феникс и Крукс остались рядом с Ривер.

— Мне казалось, что прежде чем взять девушку в жены, следует попросить руки у ее отца, — ухмыльнулся Люцифер, расправив крылья. Серебристые шипы длиной в фут на кончиках черных крыльев сверкнули в тусклом свете пещеры.

Шерсть гончих встала дыбом. Псы наклонились, готовясь к прыжку.

— Partka, — грубо приказал я, запрещая нападение.

— Я не твоя дочь, — холодно отчеканила Ривер.

Люцифер улыбнулся, выходя из тени. Я заметил движение позади падшего, но не понял, кто именно скрывался в глубинах. Скеллеины сгруппировались перед Ривер и высоко подняли свои мечи.

— Неужели ты предпочитаешь считать отцом это жалкое создание? — спросил он, кивнув в сторону духа в руке Корсона. — Навряд ли, дитя. Если это поможет хоть немного облегчить бремя, то знай, что я всем сердцем одобряю ваш брак.

Я крепче обнял Ривер, когда Люцифер окинул ее пристальным взглядом. Как же мне хотелось вырвать ему глаза, а затем спалить дотла. Падший смотрел на девушку так, будто ему не терпелось использовать ее в каком-то гнусном плане.

— Я вижу наше семейное сходство… чувствую силу, дочь, — пробормотал Люцифер.

— Хватит! — рявкнул я.

Взгляд Люцифера скользнул ко мне.

— Теперь мы семья, Кобаль. Враждующие фракции Ада, наконец, объединятся, — Люцифер поднял руки, хлопнув крыльями. — Между нами может восстановиться мир. Будем всей семьей ходить по Земле и наслаждаться властью над более слабой человеческой расой.

— Я был создан, чтобы править, — ответил я, слегка развернувшись так, чтобы мое тело прикрывало девушку. — А ты был создан, чтобы быть последователем. Поэтому тебе не светит ничего большего.

— Множество твоих мертвых предков верили в то же самое и ни один из них не дожил до этого момента, — Люцифер рассмеялся, опустив руки и сложив крылья. — Если хочешь продолжать войну, то я не смогу благословить твой брак с моей дочерью.

— Он сумасшедший? — уточнил Хок.

— Да, — категорично ответила Бейл.

Я усмехнулся и неохотно отпустил Ривер, готовясь к неизбежной битве.

— Думаешь, что сможешь забрать ее у меня? — требовательно спросил я. — Не получится.

— Это уже факт, — отмахнулся он. — Ты забрал члена моей семьи, — Люцифер вновь кивнул в сторону духа. — Уничтожил моего союзника, который так успешно ломал печати. Так предоставь мне замену. Либо мы сотрудничаем, и ты наслаждаешься моей дочерью, либо продолжаем войну, и я забираю ее.

— Этого, мать твою, никогда не произойдет, Люцифер, — мускул на его щеке дернулся, когда он услышал свое презираемое ангельское имя.

Неожиданно его крылья рванули вперед, вонзая смертоносные серебряные наконечники в скалу.

— А когда я заберу ее, Кобаль, то заставлю играть по моим правилам и превращу тебя в марионетку. Давай поговорим откровенно. Каждый в этой пещере и из твоих последователей знает, что ты пойдешь на что угодно ради избранной.

Его взгляд вновь сосредоточился на Ривер. Люцифер широко улыбнулся.

— Я был бы очень доволен тобой, дитя, если бы ты принесла мне его сердце, которым ты, безусловно, уже завладела.

Ривер отшатнулась, словно получила пощечину. Я низко зарычал. Магнус встал рядом со мной. Демон попытался бы сдержать меня, если бы я решил напасть на Люцифера. Но у Магнуса не получилось бы. Глаза Ривер следили за каждым движением Люцифера. Вскоре из тени стали выходить толпы демонов.

Большинство были более низкого уровня и сильно отличались от демонов высокого уровня, так как обладали сходством с животными и могли похвастаться явным отсутствием силы. Я чувствовал, что некоторые были сильнее других, но ненамного. Далее появились несколько демонов верхнего уровня. Строй замыкали демоны бартон.

Они превосходили нас числом, а Ривер не была готова к битве. Я чувствовал ее усталость. Если бы я мог каким-то образом отвести ее к огромной силе Огня творения или к стене неповрежденной печати, то Ривер бы восстановилась быстрее… но сейчас это было слишком рискованно.

Я взял девушку за руку, пытаясь ни в коем случае не разрывать нашу связь.

— Он обладает телекинезом, — обратился я к Ривер. — Телепатией, предвидением и способностью создавать иллюзии, искажая реальность, — возможно, у Люцифера в рукаве были припрятаны и другие отвратительные трюки, о которых я не подозревал, но мы так часто сражались за последние сотни лет, что навряд ли появилось нечто новое.

Ривер прижала ладонь к моей спине, продолжая следить за Люцифером.

— Кобаль…

— Будь готова к чему угодно.

— Хорошо, — решительно заявила она.

Шагнув вперед, Люцифер остановился на краю кровавой бойни, усеивающей пол.

— Приведите девушку. Кобаля тоже оставьте в живых. А вот остальных убейте, — приказал Люцифер и взмахнул крыльями. Бартон и демоны нижних уровней ринулись в атаку, как ягнята на заклание.

Все гончие одновременно взвыли и прыгнули вперед. Псы смели первые ряды демонов, но за спиной Люцифера продолжали появляться новые отребья. Я заметил ангельские крылья с серебряными наконечниками в нишах позади лидера восстания.

Хруст костей и звук отрываемых от плоти мышц наполнил пещеру. Гончие рвали на части бартон и демонов низшего уровня. Огонь вырвался из кончиков моих пальцев, быстро обхватив запястье, затем всю руку и плечи.

По периметру пещеры появились десятки иллюзий, копирующих нас, скеллеинов и гончих. Демоны Люцифера растерялись, но ненадолго. Я повернулся к Магнусу, чье лицо стало изменяться прямо у меня на глазах. Волосы удлинились и потемнели, а тело сжалось, превратившись в нечто гораздо более женственное и меньшего роста.

Ривер прижала ладонь ко рту и сделала неуверенный шаг назад, когда рядом материализовалась ее точная копия.

— Срань господня! — выпалил Хок.

Теперь уже фиолетовые глаза Магнуса встретились с моими. Он всегда умел изменять внешность, но раньше для этого требовались часы. К тому же сейчас его было невозможно отличить от Ривер. Каким-то образом он скопировал мою избранную за считанные секунды.

— Я же предупреждал, что не без причины скрылся в своем мире, — заявил он. Его голос звучал более женственно, но не совсем как у Ривер, во всяком случае пока. Что-то мне подсказывало, что и голос скоро будет идентичен истинной владелице. — Если они доберутся до нас, то заберут обоих, так как не сумеют отличить. В любом случае я сделаю все, что в моих силах, чтобы сберечь ее.

К концу фразы его голос звучал так же, как у Ривер. Никто, кроме меня, не смог бы отличить их друг от друга. Ривер удалось закрыть рот, но в ее глазах до сих пор стояло изумление.

Наконец, она повернулась, сосредоточившись на битве. Последователи Люцифера прокладывали себе путь через поле из тел, усеявших землю. Демоны верхнего уровня двигались позади низших, собираясь атаковать, как только первые ряды будут повержены.

Бартон наотмашь ударил гончую, отчего та пролетела через всю пещеру и врезалась о стену. Я зарычал, когда пес заскулил и неуверенно поднялся на ноги. Ярость хлынула в мои силы. Я выпустил стену огня в демонов нижнего уровня, оттеснив их к выходу.

Бартон спокойно стряхнули огонь со своего плешивого меха и вновь зашагали к нам, угрожающе взревев. Члены нашей команды заняли оборонительные позиции вокруг меня и Ривер, готовясь к нападению существ.

Ривер взяла меня за руку, привлекая мое внимание.

— Я могу помочь с бартонами, — прошептала она. Мой взгляд пробежался по ее бледному лицу и кругам под глазами. Девушка гордо расправила плечи. — У меня получится.

— Ты уверена, что готова? — уточнил я.

— Да, — она продолжала сжимать мою ладонь, не обращая внимания на языки пламени, кружащие вокруг. Пламя не причиняло ей вреда, но я все равно попытался потушить его. — Пусть горит.

Бартон шагали по останкам, неуклонно продвигаясь вперед. Полуночный синий свет Ривер устремился вверх, смешиваясь с пламенем, охватившим мою руку. Ее искры затанцевали по моей плоти, удваивая мои силы.

— Отзови гончих, — приказала она, когда еще один бартон навредил псу.

— Harga! — скомандовал я на демоническом языке.

Я ощутил недовольство гончих через нашу общую связь. Псы явно не желали отступать, но все же оставили бойню и последовали ко мне. Двое из гончих держали в мощных челюстях лапы демона бартон. Псы окружили нас, заняв обороняющую позицию. Их густая черная шерсть была скользкой от крови. Тем не менее собаки жаждали большего, смотря на приближающихся к нам бартонов.

Красные глаза демонов светились, а острые клыки нависали над нижней челюстью. Другие демоны нижних уровней, которые сумели избежать моего огня, стали подниматься на ноги. Кожа демонов была покрыта красными пятнами и во многих местах обуглилась, тем не менее они шли за добавкой.

Ладонь Ривер стала теплее. Наши сторонники нервно переглядывались друг с другом, гадая, почему мы подпускаем бартонов. Двенадцать футов… десять футов…

— Ривер, — пробормотал Хок.

— Еще немного ближе, — прошептала Ривер.

Семь футов…

Глава 43

Ривер

Мое сердце стучало настолько быстро, что я стала подумывать о сердечном приступе, но сейчас это было совсем не кстати. Мои ладони покрылись потом, а в горле совершенно пересохло, пока я ждала, когда отвратительные существа подойдут ближе. Если я оплошаю, то весь наш отряд потерпит сокрушительный провал. Они просто не сумеют отбиться.

Шесть футов…

Бартон сгорбили спины и замерли, готовясь к прыжку. Я стиснула ладонь Кобаля, впившись ногтями в его плоть. Новый прилив силы затопил мое истощенное тело. Бартон рванули вперед.

Подняв вторую руку, я выпустила заряд такой силы, что Кобаль и остальные отвернулись, в попытке уберечь глаза от сияющей вспышки, пронесшейся по комнате. Я направила свет, исходящий из моей раскрытой ладони, на бегущих бартон. Жизненная сила поразила каждое существо, отбрасывая их на несколько футов назад.

Я глубоко задышала, пытаясь насытить кислородом истощенные легкие. Твари опустили головы, окинув взглядами дыры на груди, а затем вновь впились в нас своими устрашающими красными глазами. Бартоны начали издавать странный щебечущий звук, очень похожий на смех. Во время тренировок с Магнусом тот бартон тоже отреагировал не сразу, но сейчас передо мной стояло более дюжины монстров.

А что, если не сработает? Тогда мы все превратимся в обед.

Подняв руку, Кобаль слегка толкнул меня в грудь, отодвигая от врагов. Его когти удлинились, а пламя объяло все тело. Бартоны вновь двинулись в нашу сторону. Хок достал пистолет и прицелился, но прежде чем он успел выпустить пулю, бартон остановились и в замешательстве уставились на свою грудь.

Демон бартон, которого я поразила первым, стал издавать странные кряхтящие звуки, затем поднял лапы и начал рвать собственную плоть, обнажая скелет. Остальные твари переглянулись.

Кобаль развернулся и заключил меня в объятия как раз в тот момент, когда по пещере разнесся громкий хлопок. Хотя мой избранный и заслонил меня своим телом, я заметила, как брызги крови обрушились на его спину и стену позади. С каждой секундой раздавался новый хлопок, заливая нас кровью бартон. Их сердца просто лопались.

Кобаль немного отступил, но не позволил мне выйти из-за его тела, а затем повернулся лицом к отряду Люцифера. Я выглянула из-за его спины, посмотрев на останки бартон, разбросанные вокруг. Рядом со мной сбивающий с толку мираж Магнуса в образе меня был залит кровью. Магнус встретился со мной взглядом и побледнел.

Вид собственного бледного лица смутил меня. Сделав глубокий вдох, я подняла голову и впилась взглядом в Люцифера и выживших демонов. После встречи с демонами нижнего уровня, а также стычки на стоянке грузовиков с Азотом, я обнаружила, насколько легко было разобраться в демонических рангах.

Возможно, у Моракса и были хвост с рогами, но это не шло ни в какое сравнение с ужасающими монстрами. Некоторые имели свиные морды, другие могли похвастаться раздвоенными копытами и мордами шакалов. Еще мелькали хвосты и челюсти аллигатора. Одни напоминали животных, которых я никогда раньше не встречала, а другие были помесью различных тварей, обитающих в недрах Ада.

Мой взгляд остановился на Люцифере, стоящем среди толпы существ. Он был почти такого же роста, как Кобаль, но худощавый, с мощным телосложением. Я выдержала взгляд его пустых черных глаз. Люцифер ухмыльнулся. Скрестив руки на груди, он с любопытством стал рассматривать меня. Я ненавидела самодовольное выражение его лица. Даже если для меня это будет означать смерть, я все равно приложу все силы, чтобы уничтожить его.

— Оставайся здесь, — приказал Кобаль.

— Нет! — вскрикнула я, когда он резко помчался вперед, с легкостью перепрыгивая через груды останков, как и гончие, бегущие рядом.

Я, спотыкаясь, шагнула за ним, но чуть не упала, так как у меня подкосились ноги. Магнус подхватил меня под руку и притянул к себе. Я прикусила губу и повернулась, рассматривая пепельный оттенок лица Магнуса, или, так сказать, моего лица. Почти черные круги под глазами и голубые вены под кожей. Мои пальцы пробежались по уголкам собственных глаз, и я новь повернулась в сторону Кобаля.

Может, я и была истощена, может даже выглядела как труп, но я все равно собиралась растерзать любого, кто попытается причинить ему вред. Я дернула руку, желая вырваться из хватки Магнуса, но потерпела неудачу. Кобаль увернулся от демона более низкого уровня, затем перепрыгнул через другого.

Корсон, Бейл и Хок бросились за ним.

— Отпусти меня! — крикнула я Магнусу. Мои руки объяло пламенем.

Магнус взвизгнул и отпустил меня. Освободившись, я побежала вперед, не спуская глаз с Кобаля, который в этот момент перерезал горло одному демону, а затем поджег другого. Моя нога зацепилась за крыло мертвой горгульи, и я чуть не растянулась на месиве из останков, но Магнус, последовавший за мной, схватил меня за руку, чтобы рывком подтянуть к себе.

— Подожди! — рявкнул он, когда я хотела снова броситься вдогонку за Кобалем. — Ты ослабла! Если ослушаешься меня, то сыграешь на руку Люциферу. Я не оставлю тебя и, если нужно, буду сопровождать. Но мне не хочется лишится головы из-за необдуманной глупости.

Я бросила на мужчину свирепый взгляд. Мне хотелось выцарапать ему глаза, но мои колени подогнулись, и в итоге я погрузилась в кучу останков. Магнус снова поднял меня. Я открыла было рот, чтобы заставить его принять участие в бою, но Кобаль уже добрался до Люцифера.

Удовлетворение блеснуло в глазах Люцифера, когда он расставил ноги, готовясь к атаке Кобаля.

— Нет, — простонала я, когда черные крылья Люцифера расправились, практически касаясь стен туннеля.

Один из серебряных шипов длиной в фут метнулся в Кобаля, рассекая его плечо. Я вскрикнула, заметив кровь, заливающую его бронзовую кожу. Вместо того, чтобы броситься на Люцифера, Кобаль в последнюю секунду метнулся в сторону. Огонь охватил все его тело. У меня перехватило дыхание. Я дернулась, когда Кобаль схватил Люцифера за плечи и швырнул в центр пещеры с такой силой, что падший превратился в размытое пятно.

Крылья Люцифера пришли в движение, но не уберегли от падения в части тел, разбросанных по полу. У входа в туннель Кобаль подпрыгнул и замахнулся. Его когти вонзились в толстый черный камень в двадцати футах над тем местом, где стояли ангелы и демоны.

Подтянув ноги, он ухватился за камень коленями и ступнями. Используя свободную руку, Кобаль метнул в потолок пламя, из-за чего поверхность покрылась вмятинами, а по скале пробежали трещины. Неожиданно его кулак врезался в камень. Повсюду появилось еще больше трещин, а галька и пыль дождем осыпались на демонов.

Я задержала дыхание, наблюдая за мощными мышцами Кобаля, которые напрягались и изгибались в такт движениям. Я никогда раньше не испытывала такого благоговейного трепета перед кем-либо. Один из ангелов взмахнул крылом, рассекая спину Кобаля и проливая его кровь.

Я закричала от ярости и подняла свободную руку. Опустошенная больше, чем когда-либо прежде, я выпустила лишь небольшую вспышку огня, которая пролетела через всю комнату и ударила ангела-обидчика с достаточной силой, чтобы тот потерял равновесие.

Серебряный кончик крыла падшего вонзился в стену туннеля вместо спины Кобаля. Остальные демоны повернулись ко мне с широкими улыбками на лицах. Мы с Магнусом стояли в центре пещеры и были совершенно одни. Еще один ангел расправил крылья, готовясь взлететь и напасть либо на нас, либо на Кобаля.

Несколько демонов направились к нам. Вдруг камень, за который держался Кобаль, с оглушительным треском рухнул. Магнус дернул меня назад, когда я закричала и попыталась вырваться. Мое сердце застряло в горле. Тело Кобаля было отброшено силой рухнувшей скалы.

Пыль и камни вырвались из туннеля, оттеснив нескольких гончих, пару скеллеинов и Бейл обратно в пещеру. Люцифер поднялся на ноги. Корсон и Хок с остальными гончими и несколькими скеллеинами окружили его, но ничего не предпринимали, наблюдая за продолжающейся лавиной.

Камни все сыпались. Мне казалось, что это никогда не прекратится. Черная пыль, наполнившая воздух, стала такой густой, что скрыла от меня то место, куда упал Кобаль.

— Магнус, — выдохнула я, когда последний камень с грохотом рухнул вниз. Мой голос был единственным звуком, нарушившим тишину, последовавшую за оглушительным обвалом.

Тоска скрутила мое сердце. Он не мог умереть. Я бы почувствовала, если бы он оказался под завалом.

Ох, Боже. Я прикрыла ладонью рот, задыхаясь от пыли. Я была готова на все, что угодно, лишь бы вытащить Кобаля из этой передряги.

Густая пыль стала оседать на останки, медленно открывая груду камней, простирающуюся почти до центра пещеры. Те, кто стоял ближе к обрушению, были покрыты слоем сажи.

Рука Магнуса сжала мой локоть, когда сквозь рассеивающуюся пыль стала видна большая часть пещеры. Под двадцатифутовой кучей перед нами по-прежнему не было никаких признаков Кобаля.

Магнус дернул меня к себе, когда три демона нижнего уровня и четыре верхнего, повернулись в нашу сторону. Ни один из ангелов, кроме Люцифера, не добрался до этой стороны обвала. Фактически, большинство последователей Люцифера были отрезаны от нас.

Глава 44

Ривер

Магнус повернул меня к себе, впившись в мое лицо взглядом. Вокруг его глаз морщины стали еще глубже, круги под глазами потемнели, кожа приобрела пепельный оттенок, а губы побледнели. Значит, вот как я выглядела. Магнус резко отвернулся. Повсюду появились еще десятки моих копий.

— Что бы ни случилось, что бы Люцифер ни пытался сделать, в первую очередь ты обязана сохранить себе жизнь, — тихо приказал он. — Важна только ты. Используй силы только в самом крайнем случае. Я не сумею имитировать твои навыки. К тому же ты настолько слаба, что не сможет нанести кому-либо урон.

— Кобаль… — начала я.

— Жив. И ты это знаешь.

Прежде чем я успела ответить, он поднял меня и побежал ко входу падшей печати. Неожиданно он нырнул вниз, перекатываясь снова и снова. Мир вокруг меня превратился в единое размытое пятно. Где-то по пути ремешок моей катаны за что-то зацепился и разорвался. И в тот же миг мираж Магнуса тоже лишился оружия.

У меня закружилась голова, когда мы, наконец, остановились. Я прижалась спиной к стене первой сломанной печати. В пещере раздался звук выстрелов, а затем я ощутила порыв ветра. Магнус быстро отпрыгнул от меня и побежал в туннель к остальным печатям. Черные волосы развевались за ним, как знамя.

Люцифер пролетел над моей головой, не зная, кого преследовать. Его взгляд метался между мной и удаляющимся Магнусом. Взмахнув крыльями, Люцифер решил ловить Магнуса, который уже исчез за углом.

— Ривер? — я отвернулась от приводящей в замешательство сцены преследования Люцифером моего клона и сосредоточилась на Корсоне, который упал передо мной на колени. Его когти ударились о каменный пол, выбивая искры.

— Да… — я сглотнула в попытке выдавить слова из моего сдавленного горла. — Да, это я.

Я чувствовала себя тряпичной куклой. Корсон без усилий поднял меня с земли и прислонил к стене. Еще один порыв ветра заставил меня поднять голову. Люцифер летел под потолком, сжимая в руках Магнуса. Ноги Магнуса болтались в воздухе, а руки молотили падшего. Но Люцифер словно ничего не замечал. Спикировав вниз, он сбросил Магнуса в центр ямы.

Некоторые мои копии исчезли, когда Магнус упал на них. Хок открыл огонь, выпустив последние пули в Люцифера, когда тот поднялся под потолок пещеры. Падший резко развернулся и ринулся на Хока, который сразу отбросил пистолет и принял более широкую стойку, вытянув руки и готовясь к атаке.

Вместо того, чтобы нырнуть и схватить мужчину, Люцифер выставил нижние шипы крыльев вперед и вонзил те в плечи Хока. Хок закричал. Люцифер подтянул ноги и отбросил Хока назад к стене пещеры. Я дернулась, пытаясь выбраться из хватки Корсона, но он оттолкнул меня обратно к стене.

— Убери эмоции! — прошипел он вполголоса.

Тут я осознала, что Бейл, скеллеины и гончие встали на позицию защиты Магнуса. Знали ли они, кто из нас был настоящим? Несколько других гончих подкрались ко мне и Корсону, в то время как остальные образовали барьер между оставшимися последователями Люцифера и нашим отрядом.

Хок вздернул подбородок и больше не издал ни звука, хотя Люцифер погрузил шипы еще глубже. Мои внутренности скрутило, а в горле застрял крик. Но мне каким-то образом удалось сдержаться. Люцифер повернул голову, переводя взгляд с Магнуса на меня и обратно.

— Кто из вас оригинал? — спросил он бархатисто-вкрадчивым тоном.

Люцифер мог бы и сам определить, кто из нас была настоящей, но ему нравилось пытать Хока. Вытащив один шип из плеча Хока, он вонзил тот в живот мужчины.

— Нет! — воскликнула я в тот же момент, когда Магнус закричал:

— Это я!

Улыбка изогнула губы Люцифера, когда он загнал шип глубже. Хок застонал и ухватился за крыло падшего, напрягая мышцы, но так и не сумев избавиться от шипа. Лицо мужчины покраснело, потому что он изо всех сил старался спасти себе жизнь.

— Подумай о миллионах, которые умрут. Стой спокойно, — прошептал Корсон.

Мои ладони уперлись в плечи Корсона…, я хотела оттолкнуть демона, но застыла, когда до меня дошел смысл его слов. Если Люцифер доберется до меня…

Все будет кончено. Все, за что мы боролись, будет потеряно. Вероятно, он не сумел бы подчинить меня своей воле, но, без сомнений, заставил бы пожалеть о каждой секунде сопротивления. Однако, если он выберется из Ада, с моим согласием или без него, на Земле не останется жизни.

Хок был моим другом, и раньше я рискнула бы ради него, но сейчас ставки были слишком высоки. Я была слаба и едва стояла на ногах. Мое время для боя с Люцифером еще не пришло. Прерывисто вздохнув, я подняла голову и встретилась с черными глазами Люцифера. Падший ангел перевел взгляд на Магнуса, который, пошатываясь, шагнул вперед с вытянутой рукой.

Люцифер вонзил шипы глубже, пролив еще больше крови Хока и заставив его закричать. Мои пальцы впились в плечи Корсона. Я буду вечно ненавидеть себя за то, что стояла в стороне и позволяла Хоку страдать.

Одна жизнь или миллионы?

Ни одна жизнь не стоила больше, чем любая другая, но миллионы… миллионы!

Корсон расправил плечи. Взгляд Люцифера прожигал меня, пока он еще глубже загонял шип в плоть Хока. Хок вновь закричал. Я не сумела сдержаться и вздрогнула. Слезы опалили мои глаза, а печаль разлилась в груди.

— Это должно прекратиться, — выдохнула я, вдруг Магнус закричал:

— Хватит!

Когда трое оставшихся демонов нижнего уровня сделали шаг к Магнусу, псы взмыли в воздух без единого звука предупреждения. Демоны вопили, пока бились с гончими. Хруст костей и треск раздираемой плоти были слышны по всей пещере. Крики демонов все никак не смолкали, поскольку гончие не спешили наносить смертельный удар.

Другие гончие стали безжалостно преследовать двух последних демонов, в то время как трое из них набросились на Люцифера. Прежде чем они смогли добраться до падшего, невидимая рука отбросила всех назад. Я вспомнила предупреждение Кобаля о телекинезе.

— Да убейте их уже, — прошептала я, когда вопли демонов поднялись до оглушительного уровня. Гончие играли с ними, как кошка с мышью.

Мышцы Корсона напряглись. Я чувствовала огромное количество энергии жизни, текущей под его кожей, но не осмеливалась прикоснуться к ней, чтобы не выдать себя Люциферу. Плюс, его силы все равно не восполнили бы меня достаточно для дальнейшей борьбы с падшим. Навряд ли сейчас я сумел бы победить даже бартон.

Одна из гончих издала оглушительный визг. Ее безжизненное тело было отброшено в сторону способностью Люцифера. Неистовство гончих становилось все громче. Звуки кормления заглушили вопли демонов. Корсон теснее прижал меня к стене, когда в темноте обвала мое внимание что-то привлекло.

Внушительная фигура поднялась из-под каменной лавины, разместившись на вершине кучи. Полностью покрытый черной пылью, которая скрывала какие-либо черты, фигура подняла голову. Янтарные глаза Кобаля вспыхнули из глубины тени.

Моя хватка на плечах Корсона ослабла, а сердце быстро заколотилось. Я никогда раньше не видела Кобаля таким смертоносным и кровожадным. Дикость, исходящая от него, заставила волосы на моих руках встать дыбом.

С каждым шагом Кобаль все больше выходил из теней, которые обволакивали его тело так, словно он был их частью. Неожиданно до меня дошло, что он действительно был частью тьмы. Он был самим Адом.

Когда он вышел на свет, крики демонов прекратились, поскольку гончие, наконец, закончили игры. До меня дошло, что псы маскировали звук подъема Кобаля. Тишина, опустившаяся на пещеру, хранила тяжелую атмосферу ожидания, поскольку ничто и никто не осмеливался пошевелиться.

— Теперь наши силы равны, — прорычал Кобаль.

Мои глаза были прикованы к Люциферу, который вырвал шипы из тела Хока и повернулся лицом к Кобалю. Хок рухнул на землю, откинув голову к стене. Белые зубы Кобаля сверкнули в темноте. Мой избранный перешел на бег и прыгнул вперед. Я наблюдала со смесью удивления и ужаса, как он и Люцифер столкнулись в воздухе.

Кобаль

Я врезался в Люцифера с гораздо большей силой, чем вес оползня, из-под которого только что выбрался. Одно из моих ребер треснуло, но я едва почувствовал боль, смыкая руки вокруг горла падшего. Люцифер махал крыльями, поднимая нас все выше, а затем резко повернулся и спикировал вниз.

Я не смотрел, куда мы летели. Просто не мог, так как был занят, пронзая когтями сухожилия на его шее. Нанеся еще один удар, я почувствовал, как вокруг нас засвистел ветер, хлестая по моей коже и волосам.

— Кобаль! — крикнула Ривер за секунду до того, как Люцифер впечатал меня в стену пещеры.

Еще одно ребро треснуло, из-за чего моя рука соскользнула с шеи падшего. Черные глаза Люцифера оказались в поле моего зрения. Ангел расправил крылья, направляя в мою сторону шипы. Но прежде, чем он успел нанести ранить меня, из моей руки вырвалось пламя. Воспользовавшись отвлекающим маневром, я вонзил клыки в его шею.

Серия сотрясающих ударов обрушилась на мою грудь. Неспособный избавиться от моей хватки, Люцифер сложил крылья, пытаясь оттолкнуть меня от своей шеи. Рванув назад, я вырвал кусок из его горла и выплюнул плоть. Наклонив голову, я врезался лбом в его переносицу.

Люцифер прикрыл нос руками, отпустив меня. Я вцепился в его рубашку и потащил за собой вниз. Мы приземлились поверх груды останков, усеивавших землю.

Удар о землю ослабил мою хватку, позволяя Люциферу откатиться в сторону. Гончие ринулись в атаку, но были быстро отброшены в сторону одним взмахом руки падшего.

Мир вокруг меня покачнулся. Я поднялся на ноги с намерением снова напасть. Мне потребовалась секунда, чтобы осознать, что пол задрожал. Люцифер использовал против меня свою способность искажать реальность. Пещера вокруг превратилась в волнистую дымку. Вскоре я перестал видеть стены и больше не мог определить их нахождение.

Люцифер уже применял эту способность раньше. В прошлый раз он атаковал и оторвал мне руку. На этот раз я сосредоточился на том, что точно было реально. Части тел под моими ногами были реальными, как и рычащие рядом гончие. Я не осмеливался посмотреть туда, где в последний раз находилась Ривер, стоящая позади Корсона. Иначе я бы потерял остатки связи с реальностью.

— Senché, — приказал я, и гончие смолкли.

Я стоял совершенно неподвижно, не обращая внимания на дымку, окружающую меня. Мимолетное колебание в воздухе, и я поднял голову. Люцифер, словно паук, навис надо мной, нацелив нижние шипы крыльев в мои плечи. Я приготовился к атаке, когда невидимый удар в грудь отбросил меня к стене.

Чертовски ненавижу телекинез.

Я потряс головой, чтобы очистить сознание, поскольку моя концентрация была нарушена нападением Люцифера. Только я вновь начал ориентироваться в пространстве, как в мое плечо вонзился шип, приковав меня к стене. Способность Люцифера искажать реальность привела к тому, что крик Ривер запечатлелся в моем сознании.

Огонь вырвался из моей свободной руки, опалив брови и волосы Люцифера. Падший прикрылся вторым крылом, защищаясь от очередного залпа моего пламени. Пока ангел был занят, я вцепился рукой в шип, пронзивший мое плечо, и сломал его.

Черная кровь хлынула из дыры в нижней части крыла Люцифера. Она стекала по моему лицу и лилась на грудь, как водопад. Падший завизжал, неистово махая крылом, будто пытаясь стряхнуть боль. Бросившись вперед, я снова вцепился руками в его горло и толкнул назад, мешая ему восстановить контроль и воспользоваться телекинезом. Мы споткнулись об останки, падая в кучу. К сожалению, я оказался снизу.

Он бил меня кулаками и ногами, сосредоточившись только на своих действиях, из-за чего его способность изменять мир ослабла. Теперь я более четко видел реальность. Гончие вцепились в его ноги, когда я отпустил горло падшего, нацелив когти на его глаза. Мои пальцы раздирали его покрытую волдырями и шелушащуюся кожу, обнажая мышцы и кости.

Люцифер ударил по шипу, все еще торчащему в моей лопатке. Я взревел от ярости. Поджав ноги, я нанес пятками удар падшему, скинув его на кучу останков. Я вскочил на ноги. Люцифер тоже встал и посмотрел мне в лицо.

Кровь сочилась из его поврежденных глаз, тем не менее он видел достаточно хорошо, чтобы замахнуться, целясь мне в лицо. Но я успел отразить удар, вцепившись в его руку. Пламя охватило мою плоть. Еще один невидимый удар пришелся мне в грудь, подбросив меня вверх и перекинув через голову Люцифера. Я быстро поднялся, желая помешать ему снова атаковать меня.

Когда я развернулся, Люцифер уже яростно размахивал крыльями, поднимаясь к потолку. Он пытался сбежать, но я был не готов его отпустить.

— Achó! — крикнул я. Гончие рванули вперед, чтобы помешать ангелу улететь.

Взрыв телекинеза сотряс пещеру, отбросив собак в сторону и заставив меня отшатнуться. Мое рычание заглушило вой гончих. Мчась вперед, я сосредоточил внимание на Люцифере, пока он взлетал все выше.

Я прыгнул, но он уже был вне пределов моей досягаемости. Его изуродованное лицо повернулось в мою сторону, выражая ненависть.

— Гребаный трус! — заорал я так громко, что стены задрожали.

Он не оглянулся, улетая из поля моего зрения.

Глава 45

Ривер

Мне, наконец, удалось оттолкнуть Корсона и убежать. Люцифер, преследуемый гончими, поднялся в воздух. Неожиданно на моем пути появился Хок, который, пошатываясь, обхватил меня руками. Я попыталась вырваться из его хватки, но, несмотря на ранение, он все еще был на удивление силен.

Рев Кобаля потряс пещеру, когда Люцифер исчез из поля зрения. Хок поставил меня на ноги и отпустил. Я побежала по останкам и зацепилась за что-то ногой, но все же сумела сохранить равновесие. Неожиданно меня подхватила пара сильных рук.

Я обвила руками шею Кобаля, крепко обнимая.

— Ты в порядке? — воскликнула я, проводя ладонями по его покрытой пылью коже. Кобаль был погребен под тонными камнями, ранен в плечо и истекал кровью, но, казалось, не замечал травм, сосредоточившись лишь на мне.

— Со мной все хорошо, Mah Kush-la. Ты ранена?

— Вообще-то это не меня засыпало лавиной булыжников, — возразила я.

Он улыбнулся.

— Потребовалось бы нечто серьезнее, чтобы сдержать меня.

— Хм, — протянула я, нисколько не успокоившись. — О чем ты думал?

— О том, чтобы лишить Люцифера поддержки и обеспечить нам путь к отступлению. Все получилось не совсем так, как планировалось.

— Так ты не хотел оказаться под завалом?

— Никто не хочет подобного, любовь моя.

Я обхватила его щеки ладонями, внимательно изучая любимое лицо. Черная кровь Люцифера и каменная пыль испещрили его черты. Я стерла немного грязи большими пальцами. Кобаль в ответ взял мою ладонь и поцеловал костяшки пальцев.

Меня пронзил толчок энергии. Это Кобаль наполнял мое истощенное тело своей силой. Схватка с Люцифером была неистовой, но Кобаль все равно изобиловал жизнью.

Я попыталась дотронуться до шипа, который все еще торчащего из его плеча, но отдернула руку, не желая доставить Кобалю еще больший вред.

— Я убью его.

Он поцеловал меня в лоб, вынес из центра зала и поставил на ноги.

— Такая кровожадная.

— Что со спиной? — спросила я, когда он отошел.

— Рана уже заживает, как и плечо, которое затянется сразу после извлечения шипа. Где дух? — обратился Кобаль к нашей команде.

Корсон наклонился, извлек из-под останков уродливого призрака и продемонстрировал находку Кобалю. Мой избранный кивнул, отвернулся и сосредоточился на шипе, торчащем из его тела.

— Кобаль…

— Не мешай, Mah Kush-la.

Я стискивала в руках свое платье и периодически вздрагивала, пока Кобаль вытаскивал шип с пустым выражением на лице. По прошествии, казалось, нескольких часов, хотя на самом деле речь шла о паре минут, ему удалось вытащить смертоносный шип длиной в фут из своего тела и рассеянно отбросить тот в сторону.

Кобаль подал мне руку и притянул в свои объятия.

— Успокойся, Ривер, — утешал он, ощущая мою дрожь. — Плоть и кости уже заживают. Со мной все будет в порядке.

Кобаль говорил правду, но то, чему я стала свидетельницей сегодня вечером, потрясло меня. Люцифер и Кобаль были такими могущественными, такими безжалостными. Я не понимала, как им обоим вообще удастся выжить в битве не на жизнь, а на смерть.

— Я должна была помочь, — прошептала я.

— Ты едва стоишь на ногах.

Он был прав. Я никогда в жизни не чувствовала себя такой измученной…

— Я могла бы сделать больше.

Его ладонь сжала мое плечо.

— Нет, не могла. Наша команда отлично сработала, удержав тебя от битвы. В следующий раз, при условии, что ты будешь полна силы, мы сразимся вместе. В ином случае, ты должна не вмешиваться.

— Я пришла сюда, чтобы дать ему отпор.

— И остаться в живых, — прорычал он. — Ты в таком состоянии, что не сумела бы справиться. Либо Люцифер похитил бы тебя, либо ты убила бы себя истощением.

— Но…

— Никаких «но», — твердо прервал меня Кобаль. — Не лезь в драку, пока не наберешься сил. А теперь мне нужно кое о чем позаботиться.

Я не могла отвести взгляд от зияющей раны на его плече, когда Кобаль отступил и неохотно отпустил меня. Кровь сочилась из его раны, стекая по груди и прессу, увлажняя слой пыли, покрывающий тело. Когда Кобаль отвернулся, я вздрогнула, увидев плоть, распоротую посередине его спины. Потрепанные края раны уже срастались.

Магнус и Хок подошли ко мне, а Корсон и Бейл последовали за Кобалем к чему-то на земле. Корсон сжимал духа в руке. Скеллеины рассматривали спиралевидный туннель над нами, выискивая любые признаки возвращения Люцифера и его приспешников. Облегчение наполнило меня, когда я узнала Ликса.

Я осмотрела раны Хока.

— Прости, что не остановила его.

— Ты и без слов раскрыла свою личность Люциферу, — заявил Магнус, меняя облик. Его волосы вновь стали платиновыми. — У тебя определенно не получилось сыграть бесстрастие. Нужно научить тебя сдерживать эмоции.

У меня не было ни сил, ни желания обижаться на Магнуса, тем более он так самоотверженно меня защищал. Парень был первоклассным придурком, но хранил верность Кобалю и старался изо всех сил сберечь меня. Сейчас Магнус не вызывал у меня раздражения, но, я была уверена, скоро все могло быстро измениться.

— Ривер никогда не сможет скрыть свои эмоции, — усмехнулся Хок, привлекая мое внимание. — Со мной все хорошо. Демоническая сущность имеет свои преимущества.

— В следующий раз… — начала я.

— Надеюсь, следующего раза не будет, — покачал головой Хок.

— Но если все-таки будет, то ты должна проявлять осторожность, а я так уж и быть сумею выдавить пару слезинок сочувствия, — со вздохом пробормотал Магнус.

— Ты планируешь снова принять ее облик? — практически взвизгнул Хок. Я была рада, что не только мне было неприятно видеть, как идентичная и цельная версия меня разгуливает повсюду.

Серебристые глаза Магнуса смело встретились с моими.

— Я сделаю все необходимое, чтобы защитить мою королеву. Даже если большую часть времени ей будет хотеться меня придушить.

Я недоверчиво фыркнула.

— Не большую.

— Практически постоянно.

— Может совсем чуть-чуть, — уклонилась я от правды.

Он ухмыльнулся и подошел ближе.

— Я часто раздражаю людей.

— Как бородавки, — пробубнил Хок. Магнус бросил на него недовольный взгляд.

Кобаль опустился на колени возле чего-то у стены первой печати.

— Что там? — спросила я, присматриваясь.

— Гончая, — выдохнул Магнус.

Кобаль поднял большое существо и закинул его к себе на плечи.

— Нет, — всхлипнула я, когда голова собаки безвольно упала на бок.

Другие гончие тесно прижимались к Кобалю, сопровождая его по пещере. Их скулеж разрывал мое сердце. Магнус положил ладонь на мою руку, когда я сделала шаг в направлении Кобаля. Мой избранный остановился перед нами. Напряжение отражалось в его стиснутой челюсти и янтарных глазах. Я заметила кровь, покрывающую густую шерсть на животе собаки.

— У нее была пара? — спросил Магнус.

— Нет, слишком молода, — быстро ответил Кобаль. — Понесешь ее, чтобы я мог взять Ривер?

— Я умею ходить, — возразила я, изо всех сил сдерживая слезы, обжигающие мои глаза. Гончие словно оплакивали своего друга.

Кобаль покачал головой, но я не позволила ему опустить собаку, прикоснувшись к его руке.

— Я пойду самостоятельно, — заявила я.

Отвернувшись, я расправила плечи и зашагала по останкам, стараясь не дышать носом, так как воздух пропитался зловонием мертвецов.

Кобаль

Не произнеся больше ни слова, Ривер направилась к туннелю. Могло показаться, что она полна сил, но опущенные плечи, глубокие морщины вокруг глаз и потемневшие круги кричали о ее истощении.

Мои руки сжались на лапах гончей. Дыра, которую ее потеря создала в сложной связи, соединяющей всех нас, прошла через мою грудь и пронзила сердце. Я уже терял гончих и до сих пор ощущал каждую смерть. К счастью, она не была спарена. В этом случае я бы потерял сегодня двоих. Пары гончих были неразлучны.

Теплая кровь гончей текла по моей спине. Мои пальцы непроизвольно гладили густую шерсть. Мой взгляд упал на Ривер. Мне так хотелось обнять ее, чтобы придать сил, но она решительно шагала вперед, не обращая на меня внимания.

Дойдя до туннеля, Ривер резко вдохнула и ненадолго оперлась о стену, остановившись. Я протянул руку, чтобы поддержать ее за локоть, но девушка отмахнулась и оттолкнулась от стены. Мы продолжали идти, пока не достигли входа в Огнь творения.

Переложив собаку на одно плечо, я надавил ладонями на плиту, преграждающую нам путь. Свет от моих рук осветил резьбу. Вскоре глыба отодвинулась, пропуская нас внутрь.

— Иди, — обратился я к Ривер и вошел в комнату вслед за девушкой.

Я повернулся у входа, ожидая остальных и гончих. Корсон прошел последним, пропустив вперед скеллеинов. Демон все еще нес духа, поэтому старался держаться как можно дальше от Ривер.

Сначала я хотел отправить гончих на охрану туннеля, но у Люцифера навряд ли был еще один дух, подобный отцу Ривер, способного на такие трюки. Печатям ничто не угрожало, а гончие имели право попрощаться со своим другом по стае.

Отойдя от скалы, я проследил взглядом за закрывающимся проходом. Как только плита встала на место, в пещере раздался громкий, пронзительный крик.

Глава 46

Кобаль

Я заслонил Ривер своей спиной, затем схватил мертвую гончую за лапы и переложил ее на землю. Повернувшись, я нашел глазами угрозу, проникшую в священные стены. Дух в руках Корсона бился и кричал, широко разинув рот.

Я так тщательно осушил его, что не поверил в возможность увиденного. Его голова моталась из стороны в сторону так быстро, что и без того искаженные черты лица стали размытыми. Крик усилился. Ривер зажала уши руками, а Хок пошатнулся.

— Что происходит? — взревел я, чтобы меня услышали сквозь какофонию, отражающуюся от стен.

Рот Корсона открылся и закрылся. Вероятно, он что-то ответил, но я не услышал ни единого слова. Неожиданно дух дернулся, вырвавшись из хватки Корсона. Повернувшись, я прижался к Ривер, защищая ее своим телом, пока призрак метался по пещере.

Ривер все так же прикрывала уши. Крики духа достигли сотрясающего землю крещендо. Затем, так же внезапно, как начались вопли, все стихло. Призрак застыл посреди пещеры, паря в воздухе под куполом и над пламенем, которое породило меня. Его спина выгнулась так, что голова практически касалась лохмотьев подола.

Призрак издал еще один сдавленный звук, а затем был всосан в пламя. Столп искр, ворвавшихся в пещеру, был признаком того, что дух погрузился в огонь. Тяжелое дыхание присутствующих было единственным звуком в тишине, наступившей после исчезновения призрака.

— Оставайся здесь, — приказал я Ривер.

Она схватила меня за руку, когда я начал отходить.

— Это опасно.

— Если бы пламя хотело нас убить, то мы бы не вышли из пещеры ранее.

Я поцеловал в лоб избранную и направился к огню. Вся команда смотрела на меня широко раскрытыми глазами и оставалась совершенно неподвижной. Перешагнув через камни, я подошел к краю ямы и заглянул внутрь. Моему взору открылись огонь и бурлящая лава.

Дух пропал. Впрочем, я знал, что он сгинул навсегда. Отступив, я повернулся к приближающейся Ривер.

— Что это было? — спросила она.

— Если кому-то здесь не рады, то он этого не переживет, — напомнил я то, что мы обсуждали, когда впервые оказались здесь. Все варколаки при рождении получали некие знания, одно из которых гласило, что пещера никогда не впустит врагов.

Ривер сосредоточила взгляд на яме.

— Ты знал, что так будет?

— Нет. Я всегда считал, что душу невозможно уничтожить.

— Пламя умеет не только творить, — пробормотал Магнус. — Но и разрушать.

— Как? — полюбопытствовала Бейл.

— Как творить? — уточнил я, обняв и приподняв Ривер. Она даже не возразила, а лишь обняла меня в ответ и прижалась губами к моему горлу. — Эта пещера хранит секреты, ответы на которые мы никогда не знали и, вероятно, не узнаем. Нам больше не нужно беспокоиться о том, что призрак сумеет восстановиться и вновь вернуться к Люциферу. И это самое главное.

— Жаль, что мы не можем заманить сюда Люцифера, — пробормотал Хок.

— Он не настолько глуп, чтобы войти в пещеру, — усмехнулся я. — И я не уверен, что огонь вообще разрешит ему войти. Пламя уничтожило истощенного призрака. Люцифер — это нечто совершенно другое.

Я отошел от ямы, поставил Ривер на землю и направился к мертвой гончей, чтобы забрать обмякшее тело. Оставшиеся гончие кружили вокруг меня, пока я нес собаку к огню.

Как только все собрались у пламени, я снял гончую со своих плеч. Положив ее на землю, я отступил, предоставив каждому немного времени подойти и попрощаться.

Гончие скулили и прикасались носом к ее носу. Закончив, собаки отошли в сторону и образовали круг вокруг огня. Они все сели, наблюдая, как я в последний раз поднимаю нашего потерянного друга.

Гончие низко взвыли, когда я бросил ее тело в огонь, который породил первых предков и вернул многих ушедших гончих. Пламя объяло собаку и похоронило в густых глубинах лавы, как будто заключило в кокон.

Печаль пропитала узы, соединявшие меня с гончими. Я рассеянно погладил голову ближайшей собаки, пытаясь утешить ее, хотя знал, что боль от потери не уйдет. Гончие остались сидеть вокруг огня, уставившись в яму, а я отошел. Сегодня Феникс и Крукс останутся на свободе, чтобы скорбеть вместе с членами семьи.

В глазах Ривер заблестели слезы.

— С ними все будет в порядке? — прошептала она.

— Они оправятся, — кивнул я, поднял избранную на руки и повернулся, обратившись к остальным: — Мы воспользуемся водой из бассейна, а затем укроемся в той тени, — я указал на противоположный конец пещеры. — Я сообщу, когда мы закончим мыться. Не беспокойте нас без крайней необходимости.

Отвернувшись, я отнес Ривер в тени, танцующие на задней стене. До меня донесся запах воды. Впрочем, я и так знал, где расположено озеро. Вскоре мы дошли до воды, которая сочилась из камней, ставшими гладкими за тысячелетия износа.

Озеро, образовавшееся в кратере под водопадом, было глубиной около восьми дюймов. Недостаточно, чтобы полностью погрузить тела, но хватало, чтобы привести себя в порядок, оставаясь вне поля зрения остальных.

Я осторожно стянул с Ривер платье, впившись взглядом в полную грудь и напряженные соски. Кожа девушки была ненормально бледной, из-за чего было видно каждую синюю прожилку. Я проследил пальцем одну из вен, которую раньше не видел.

— Ты устала, — выдохнул я, притягивая Ривер в свои объятия.

Тот факт, что она не стала отрицать очевидное, был еще одним доказательством, насколько Ривер была подавлена. Я снял штаны, отбросив их в сторону, затем подхватил избранную и усадил ее к себе на колени. Опустив ладонь в озеро, я зачерпнул воду и очень осторожно поднес ее к губам девушки. Когда Ривер напилась, я приступил к обмыванию ее тела, избавляясь от крови и пыли.

Как только я закончил с ее волосами, то сосредоточил внимание на своем теле. Руки Ривер нежно массировали мою спину, помогая с мытьем.

— Твоя спина практически зажила, — прошептала она, поглаживая пальцами края исцеляющейся раны.

Все мое тело ныло, кожу покрывали синяки, мышцы были в разрывах, но я все равно с удовольствием вспоминал, как изуродовал лицо Люцифера.

— Все заживет в течение часа, — заверил я.

Она полила водой мои волосы, массируя кожу головы и смывая грязь.

— Мне так жаль ту гончую.

— Подобное случается.

— Но это не значит отсутствие боли.

Я повернул голову, встретившись взглядом с Ривер, и сжал ее ладонь.

— Потеря каждой оставляет рану, которая никогда не затянется, — признался я.

Она прижалась щекой к моему плечу.

— Насколько плохо быть порожденным пламенем?

Я перевел взгляд на огонь и гончих, бдительно сидящих вокруг. Я никогда не признаюсь Ривер, что творение было сравним с болью от обдирания с костей плоти. Никогда не позволю ей узнать, что творение — это словно быть избитым, сломанным, срощенным воедино, разорванным на части и заново рожденным. Так формировалась моя сущность.

Ривер была права. Я пережил гораздо больше, чем любой из варколаков, которые восстали до моего создания. Огонь ковал меня так, чтобы я был сильнее предков. В жизни Ривер было много тягот, потому я не хотел взваливать на нее еще больше информации, но и лгать я тоже не мог.

— В отличие от всех других болей, которые я когда-либо испытывал в жизни, творения я не забуду никогда, — просто объяснил я.

Ее руки заскользили по моим плечам и груди. Ривер подняла голову, предлагая мне свои губы. Я с удовольствием завладел ее ртом. Неожиданно я ощутил, что ее искры ожили. Мой язык толкнулся внутрь, пробуя девушку на вкус в неторопливом танце наслаждения.

Отстранившись, я прижался лбом к ее лбу и встретился взглядом с ее глазами.

— Ты должна отдохнуть, — пробормотал я.

Она улыбнулась и крепко обняла меня. Я помог ей встать, затем подобрал платье и снова облачил в него Ривер. К материалу прилипли брызги крови и пыль. Однако платье было в гораздо лучшем состоянии, нежели мои брюки.

Повернувшись, я снова подхватил Ривер на руки и понес вдоль задней стены поглубже в тени. За всю жизнь я провел в пещере не так уж много времени. Она ассоциировалась у меня с великими страданиями и смертью, а также с властью и жизнью, тем не менее я знал каждый ее дюйм.

— Мы закончили, — крикнул я остальным.

— Как думаешь, будет ли Люцифер ждать, когда мы покинем пещеру? — спросила Ривер.

— Нет. Мы уйдем тем же путем, каким пришли. Он понятия не имеет об этом входе.

Опустившись на пол, я посадил Ривер к себе на колени и стал баюкать. Она прижалась ко мне, опаляя дыханием кожу на моей шее. Ее тело обмякло от количества энергии, которое она сегодня использовала.

Я постоянно гладил тело девушки, пытаясь передать ей энергию. Потом я вспомнил про камни и, предварительно поцеловав, прижал ладонь избранной к стене.

— Ого, — прошептала она, поглощая поток жизни пещеры. Ее ресницы затрепетали.

— Здесь много силы.

— Да, — прошептала она. — Мой родной отец был монстром, попавшим в Ад, а мать всегда меня ненавидела. Вот почему она дала мне его имя. Она планировала всегда сохранять дистанцию.

Я стиснул зубы и крепче обнял Ривер.

— Твоя мать засранка, впрочем, как и твой отец.

— Какой именно?

— Оба.

Она улыбнулась, прижав голову к тому месту, где располагалось мое сердце. Я чувствовал, насколько сильно расстроилась моя избранная.

— Тебя любят много других людей и существ, — напомнил я. — Братья, друзья, Хок, Эрин, Варгас, я. Демоны тоже заботятся о тебе. Просто поверь, они не часто заботятся о ком-либо или о чем-либо.

— В этом они похожи на тебя.

Я опустил голову к ее волосам. Даже глубоко в Аду от кожи Ривер исходил свежий аромат дождя. Я провел ладонями по ее рукам, пытаясь утешить и одновременно желая разорвать ее мать в клочья. Как Ривер сумела вырасти такой при подобном детстве. Она была самым защищающим и любящим существом, с которым я когда-либо сталкивался, при этом вмещая в себе ангельскую, демоническую и человеческую сущности.

Я бы никогда не позволил ни каким обстоятельствам повлиять на ее характер.

Тихое дыхание и расслабленность тела Ривер подсказали мне, что девушка заснула. Подняв голову, я посмотрел в сторону пламени. Магнус стоял с гончими, скрестив руки на груди и смотря в яму.

Я до сих пор не определился, стоило ли верить Магнусу о причинах отступления с войны. Впрочем, сегодня вечером он доказал, что не сбежит при столкновении с опасностью. К тому же его силы выросли в геометрической прогрессии. Плюс пещера позволила ему войти, значит, в его сердце не было злобы.

Магнус изо всех сил старался защитить Ривер. Может, у меня и возникало желание снести ему голову, но за такие поступки он будет жить долго и счастливо.

Вся команда выглядела потрепанной. Я решил, что мы задержимся здесь до тех пор, пока все не восстановятся. Вполне вероятно, что в скором будущем мы опять столкнемся с Люцифером, поэтому они должны были быть готовы к любым неприятностям. Самое главное, что все присутствующие были готовы биться до тех пор, пока Люцифер не умрет.

Кобаль

— Кобаль? — я поднял голову и посмотрел на Корсона. Демон держался поближе к стене и смотрел в нашу сторону.

— Можешь подойти, — произнес я.

Он вошел в тени и опустился на колени рядом со мной, протянув немного вяленого мяса и флягу с водой.

— Дашь ей, когда она проснется.

— Положи вон туда.

Он отложил еду в сторону и повернулся ко мне.

— Как у нее дела?

Я откинул волосы цвета воронова крыла с лица Ривер. Мощный поток энергии пещеры и моя близость помогли привести ее в чувства. На щеках девушки появился румянец, синяки под глазами и проступающие на коже голубые вены исчезли.

— Намного лучше, — пробормотал я и поцеловал ее в макушку.

— Хорошо. Мы готовы двигаться дальше.

— Уйдем, как только она почувствует, что выдержит дорогу.

Корсон кивнул и отвернулся. Я наблюдал, как он присоединился к остальным. Ривер зашевелилась в моих объятиях, просыпаясь, а затем впилась зубами в мое плечо. Я крепче обнял девушку, когда ее пальцы жестко запутались в моих волосах, а давление зубов усилилось.

Я не знал, что ей приснилось, но в этом действии четко чувствовалось отчаяние.

— Успокойся, Mah Kush-la, — прошептал я. — Я никогда не покину тебя.

Пальцы в моих волосах расслабились, а во зубы — нет. Несмотря на мои благие намерения, я почувствовал отклик в своем теле на ее потребность. Мой член затвердел. Я поднял взгляд, наблюдая, как остальные сбились в кучу у пламени. Хорошо, что нас с Ривер не было видно.

Ее руки погладили мою грудь и спустились к поясу брюк. Женские пальцы нетерпеливо теребили пуговицу, пока та не поддалась. Ривер вздохнула и прижалась ко мне, пробегаясь ладошкой по члену. На головке уже образовалась капелька преякулята. Ривер растерла большим пальцем капельку по нежной плоти и погладила ствол.

— Мы не одни в пещере, — процедил я сквозь зубы. Меня данный факт не беспокоил. До тех пор, пока никто не видел ее тела, я был безразличен к тому, кто услышит стоны, подтверждающие, что она принадлежала мне. Но Ривер обладала человеческими чувствами.

Я подавил стон, когда она разжала зубы и замерла. Ривер повернула голову, взглянув на нашу команду.

— Они видят нас? — прошептала она.

— Нет.

Ее глаза были такими фиолетовыми и яркими. Я ощущал, что ее переполняла энергия жизни.

— Я буду тихой, — пробормотала она со страстной улыбкой.

Я выгнул бровь.

— А сможешь?

Она ухмыльнулась, устраиваясь поудобнее у меня на коленях. Ее руки нетерпеливо спустили мои брюки и задрали подол платья. Мой член подпрыгнул, ощутив ее влажное лоно.

— Если ты будешь целовать меня, — прошептала она.

Обхватив рукой ее затылок, я притянул Ривер для поцелуя. Обхватив рукой член, я дразняще провел им по лону. Ривер сразу впилась ногтями в мою кожу, требуя большего. Отстранившись, я приобнял девушку за талию и насадил на свой член. Ривер вскрикнула мне в рот, ощутив мое глубокое вторжение.

Неожиданно она остановилась и подняла голову. Я встретился взглядом с ее поразительными глазами, запоминая каждую черту, и провел большими пальцами по шелковистым щекам. Ривер в ответ также погладила мое лицо.

— В скором времени нам придется покинуть пещеру, — прошептала она.

— Мы остановили падение печатей, Ривер. Больше ни одно чудовище не вырвется на свободу. Именно поэтому мы покинули владения Мануса. И мы справились. С каждым днем Люцифер слабеет. Мы обязательно победим его.

Ее губы прижались к моим, а затем к страстному танцу присоединился и язык. Ривер начала двигаться. Вскоре я поймал ртом ее крики экстаза, затем прервал поцелуй и погрузил клыки в ее горло. Покинув ее тело, я нашел собственное освобождение.

Потеряв контроль в лесу, я излился в Ривер, но больше не мог рисковать. Мы все еще находились в Аду, преследуемые живым Люцифером. Если бы она забеременела, то он бы пошел на что угодно, лишь бы заполучить ребенка.

Я прижимал к себе Ривер, перебирая пальцами пряди ее волос.

— Мы победим его, — повторила она.

— Обязательно, — подтвердил я. — И когда мы убьем его, я хотел бы попросить тебя об одном одолжении.

Ривер подняла голову, вопросительно посмотрев на меня.

— О каком именно?

Моя рука пробралась под ее юбку, стиснув задницу.

— Надевай платья почаще.

Она удивленно моргнула, а потом от души расхохоталась и крепко обняла меня.

— Это можно устроить, — пообещала она, целуя меня в ухо.

Конец

Перевод: Оксана Ковальская (https://vk.com/id58110823)

Примечания

1

«Огненные колесницы» — инструментальная тема, написанная и записанная Вангелисом для саундтрека к одноименному фильму 1981 года.

2

«We Are the Champions» (с англ. «Мы — чемпионы») — песня британской рок-группы Queen из альбома «News of the World». Это одна из известнейших песен группы. Она стала спортивным гимном миллионов болельщиков по всему миру.

3

Джабба Хатт — персонаж киносаги в жанре космической оперы «Звёздные войны» Джорджа Лукаса и данной вселенной, огромный слизнеподобный инопланетянин.

4

Стоакровый лес, также известный как просто «Лес», является частью вымышленной земли, населенной Винни-Пухом и его друзьями в серии детских историй автора А. А. Милна.

5

Эйфория от употребления ЛСД также известна под названием «кислотный трип». Технически интоксикация ЛСД называется психоделический опыт.

Content

Бренда К. Дэвис
Дорога

Глоссарий

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Примечания