Сергей Полев

Циничный Алхимик

Глава 1. Алхимия может быть разной

Уже более восемнадцати лет я живу в мире, где правит алхимия, простаки называют её магией, но это заблуждение. Из волшебного в ней только мана, расходуемая на преобразования, а в остальном это чистая наука.

Если другие попадают в школьные туалеты или тела наследников великих Родов, то меня угораздило переродиться во всех смыслах этого слова. Я появился в этом мире младенцем, который каким-то образом сохранил память.

Достаточно быстро я узнал значение слова «полукровка» – если твоя мать спит с демонами, то можно ещё и не такое услышать. И делала она это не от хорошей жизни, поэтому ордой служанок в нашем доме и не пахло, зато я хорошо запомнил запах коровьего навоза.

Частенько валяясь в куче сена и ожидая, пока моя мать обслужит нового клиента, я разглядывал коров и думал, чем же заслужил столь суровое наказание? Да, раньше я не любил посиделки с родственниками и много времени уделял компуктеру, но времена были такие: всё привезут на дом, даже женщин, так зачем куда-то выходить?

Нет, хикикомори я не был, напротив, частенько общался с кем ни попадя, но делал это тогда, когда хотел. Меня по праву можно назвать самым ленивым человеком на земле, и девяносто процентов свой бурной деятельности я посвящаю тому, чтобы от меня отстали. Личный комфорт превыше всего.

Но всё-таки мне приходилось тратить силы на заработок денег. Моя идеальная жизнь такова: лежать и получать деньги, ничего не делая. Тогда уже от скуки можно и мир посмотреть, и Эверест покорить, была бы наличность. Но всё это в прошлом, ведь здесь моя жизнь сложилась иначе.

Когда мне было шесть лет, мать проиграла меня в карты, и да, проституция – это не единственный её порок. Сказать по правде, я безумно испугался, представив, что со мной сделает огромный бородатый мужик с угрюмым взглядом.

Но к счастью, опасения были ложными, ведь ему всего лишь нужен был помощник по дому, который бы и дрова колол, и за водой ходил. Тут бы стоило приуныть, ибо жил он у чёрта на куличках и бежать смысла не было, да и кому нужен безродный мальчик-полукровка? Однако мужик, как потом выяснилось, оказался легендарной персоной: Странствующим Алхимиком. Никто не знал его имени, и даже мне не удалось выпытать, но и хрен с ним.

Мы довольно быстро нашли общий язык, почти сразу, как он научил меня нормально говорить, дабы я мог общаться с ним на равных. Мне удалось убедить его проверить, есть ли во мне мана, а затем научить меня алхимии. Взамен я обязался помогать ему по дому и выполнять мелкие поручения. С учётом, что у меня был кров и еда, это очень выгодный обмен.

Особенно меня порадовало, что эта кабала длилась бы недолго: либо пока он не отправится в странствия, либо пока мне не стукнет восемнадцать лет. Почему именно восемнадцать? Начиная с этого возраста, каждый простолюдин получает условную свободу, а ещё можно поступить в академию.

Нахрен она мне сдалась? Ответ прост – огромная стипендия. К восемнадцати годам я знаю и умею столько, что другим алхимикам и не снилось. Моя скромная персона – это убойный коктейль из секретных техник Странствующего Алхимика и научных знаний, принесённых из прошлого мира.

Но у меня есть и второй план, и если сработает именно он, то я буду кататься как сыр в масле. Мне привычно планировать всё наперёд, а затем разыгрывать заведомо выигрышную шахматную партию.

Сегодня, наконец-то, настал тот день, когда я готов сделать первый шаг: прийти на вступительное испытание Южной Академии Королевских Алхимиков. Прихожу я последним, ведь добираться до центра Рейвенхола мне, как раком до Китая. И даже электрифицированное Средневековье не сильно помогает, но об этом позже.

Сейчас я лежу на газоне академии и жду, пока остальные неучи закончат издеваться над алхимией, называя её магией. Большинство абитуриентов, стоящих рядом со мной, – это отпрыски благородных и сильных мира сего. Есть даже дочка Лорда вместе с братом близнецом – их отличает розовый цвет волос, который особенно по-идиотски смотрится у парня на голове. Однако Род Майерсов гордится этой генетической особенностью.

Я приподнимаю голову и наблюдаю, как Мелиса Майерс создаёт китайского дракона, полностью состоящего из огня, но всё это лишь позёрство, которое не имеет ничего общего с настоящей боевой алхимией.

– Госпожа Мелиса, ваше владение магией огня поражает воображение! – восхищается принимающий преподаватель Салех. – Ещё кто-то остался? А-а-а, чуть не забыл… Рей безродный… Ну что, оборванец, покажи свою алхимию и проваливай отсюда.

– Точно-точно! Тебе здесь не место! – гудит толпа кандидатов на поступления в академию, их больше пятидесяти.

– Магия огня поражает воображение? – ухмыляюсь я, лёжа на траве. – Какие же вы идиоты, если восхваляете банальное воспламенение псевдоматерии. Сейчас я покажу вам, что такое настоящая алхимия!

– Ты не был ни на одном открытом уроке для простолюдинов, – парирует преподаватель. – Я вообще не понимаю, зачем ты пришёл. Чтобы опозориться? Если в тебе и правда есть мана, то ты упустил свой шанс, ибо нужно было посещать мои уроки с юных лет.

– Да нахрен мне твои уроки, бездарь? – бросаю на него пренебрежительный взгляд и бью себя ладонью по лбу.

– Следи за языком! – верещит он. – Я не обязан выслушивать эти оскорбления!

– Ну что, струсил? – вопрошает кто-то из абитуриентов.

– Боится провалиться, как пить дать! – хохочет второй. – И как его сюда пустили? Он ведь полукровка! Вы только посмотрите на эти красные глаза и мерзкие рожки!

– Ещё одно слово, и твоя мамочка будет соскребать тебя с газона, – хладнокровно выдаю я.

– Рей, не заставляй нас ждать! – в голосе преподавателя слышится нескрываемое раздражение.

– Полукровка! Слабак! Безродный! – гудит толпа.

– Ну что, девочки, хотите увидеть истинную алхимию? – пафос из меня так и прёт.

– Давай же! – гаркает преподаватель.

– Узрите мою мощь! – я дважды касаюсь своей груди, затем навожу руку на каменную мишень и говорю: – Ниоми!

В том месте, куда я целюсь, появляется яркое фиолетовое пламя. Оно медленно горит, охлаждая воздух вокруг себя: буквально за четверть минуты доходит до того, что этот самый воздух превращается в жидкость и разливается голубоватой лужей под манекеном.

Проходит ещё немного времени, и жидкость начинает кристаллизоваться. Температура каменного истукана быстро приближается к абсолютному нулю. Без хороших приборов сложно сказать точнее, но по моим расчётам, она должна опуститься ниже одного нанокельвина.

– Что это за фокусы?! Фиолетовый огонь? – негодует Салех. – Ты владеешь магией огня?!

– Никогда такого не видела… – негромко произносит Мелиса.

– Это какая-то уловка! – кричит кто-то из толпы. – Заклинание нельзя сотворить без алхимического круга! Это невозможно!

Щегол прав, законы этого мира нарушить достаточно сложно, но Странствующий Алхимик обучил меня технике духовных татуировок. Благодаря ей, я могу нанести на тело часто используемые круги, а затем применять их без необходимости рисовать на земле или в воздухе. Не баг, а фича, как говорится.

– Попробуй потушить, учитель, – я даже не пытаюсь скрыть своё пренебрежительное отношение к этому болвану и продолжаю валяться на газоне. – Я буду поддерживать его ещё минуту, и если ты сможешь потушить, то я уйду с позором.

– Да кем ты себя возомнил?! – он выходит из себя и начинает рисовать алхимические круги в воздухе. – Водяной Поток!

Струя воды, забранная прямо из влажного морского воздуха, ударяет в горящий камень и за считаные мгновения становится снежным паром, разлетающимся по округе.

– Магия льда?.. – неуверенно шепчет учитель. – Тогда… Огненный Шар!

– Как банально, – машу головой из стороны в сторону, продолжая поддерживать заклинание.

Фаербол накрывает моё пламя, позволяемую тому разгореться ещё сильнее. Конечно, ему удаётся ненадолго повысить температуру, но зато мой огонёк получает бесплатную ману от глупого учителя. Когда магия сталкивается с другой магией, может получиться всего один из трёх результатов: первое заклинание перекроет и поглотит второе, не произойдёт никакой реакции, первое усилит второе.

– Как?.. Почему?.. – обескураженность учителя видна невооружённым глазом.

– У тебя осталось двадцать секунд, – я подливаю масло в огонь. – Будешь пытаться или признаешь поражение и зачислишь меня в академию?

– Зачислить безродного полукровку? Да за кого ты меня держишь?! – от кодекса вежливости учителя не остаётся и следа. – Земляной Вал!

Куб грунта и травы со сторонами метра два поднимается в воздух и обрушивается на пылающий манекен. Пламя пропадает, и учитель уже готовится праздновать победу, но затем вся груда земли вспыхивает с новой силой, всё быстрее замораживая воздух. Даже я уже чувствую приятный холодок.

– Время вышло, учитель. Признай своё поражение и прими меня в академию.

Я вижу, как он смотрит на трибуну, на которой сидит весь преподавательский состав, включая директора – его можно узнать по трём признакам: блестящая лысина, густая седая борода и наличие курительной трубки во рту. Остальные учителя не вмешиваются и просто наблюдают за действиями своего коллеги, испытание проводит он, а поэтому и решение за ним.

– Это какой-то обман! – кричит один из абитуриентов. – Такого огня не бывает!

– Точно обман! Алхимия без кругов преобразования невозможна! – вопит второй. – Нужно выгнать этого мошенника!

Учитель молчит и яростными глазами смотрит на меня – глупец не знает, как поступить, ведь в академию крайне редко принимают простолюдинов, а чтобы взяли полукровку – такого не было никогда. Ситуация патовая, и я ему не завидую.

– Так уж и быть… Дабы все окружающие убедились в твоей ничтожности, я сражусь с тобой. Ну что, учитель, хочешь попытать удачу и поставить на кон свою жизнь? – бросаю на него снисходительный взгляд.

– Да кем ты себя возомнил, молокосос?! – ревёт он. – В настоящей дуэли твои фокусы не помогут!

– Я готов, – перебиваю его. – Буду лежать прямо здесь и ждать атаки. Как ты там сказал? Покажи, на что способен, и проваливай? У меня к тебе такое же предложение. Если я выиграю, ты откажешься от лицензии и покинешь академию, а взамен я не стану тебя убивать. А если проиграю, можешь делать со мной всё, что захочешь.

– Все слышали?! – после недолгих раздумий учитель обращается к абитуриентам и преподавательскому составу. – Рей вызвал меня на смертельную дуэль! Я соглашаюсь с её условиями! И начнётся она прямо сейчас!

Он рисует алхимический круг огня, скорее всего, надеется поразить меня самым быстрым из возможных заклинаний. Но всё это тщетно, ведь мне нет нужды тратить время на художества, я просто прикасаюсь к двум местам на животе, вытягиваю руку вперёд и произношу:

– Вакуум!

Вокруг учителя образуется безвоздушная сфера абсолютного вакуума – достаточно простое заклинание и одно из первых, которые я придумал сам. В этом мире алхимики не особо любят экспериментировать, да и знаний в областях химии и физики у них на порядок меньше, чем у меня.

Учитель пытается сделать вдох, но вместо этого из его груди вырывается воздух с капельками крови. Я вижу, как пот на его залысине начинает закипать – выглядит забавно. Глупец хватается за горло, наивно полагая, что оно перекрыто. Затем он пытается закричать, но всё тщетно, ведь воздуха уже нет, как и звуковых волн.

Проходит ещё около двадцати секунд, и учитель падает на землю. Его глаза медленно закрываются, вскоре он перестаёт дёргаться.

– Ну вот и всё, я победил, – прерываю заклинание.

– Что с ним?! – верещит одна из абитуриенток. – Он умер?!

С трибуны подрываются учителя и бегут в нашу сторону, дабы помочь коллеге. А вот директор не спешит и медленным шагом топает ко мне.

– Жить будет, – заверяю я. – Просто потерял сознание.

– Что это за магия? – негромко спрашивает Мелиса.

– Много науки и щепотка алхимии – вот что это такое, – во всеуслышание заявляю я.

– Да как такой простолюдин может что-то знать о науке? – грубит брат близнец Мелисы.

– К-ха, к-ха… – поверженный учитель, харкает кровью.

– Говорю же, живой, – показываю на лежащего мужчину.

– Всем назад! – командует первый подбежавший преподаватель. – Помогите мне отнести его в лазарет!

– Дуэль священна, и оговорённые условия должны быть выполнены, – напоминаю я, обращаясь к очнувшемуся учителю. – Надеюсь, когда ты будешь побираться на улице, то изменишь своё отношение к простолюдинам и полукровкам. Недооценка противника – смертельная ошибка. Можешь не благодарить за преподанный урок, учитель. Хотя нет, ты же теперь безработный.

Преподаватели академии получают огромные деньги и почти ничем не рискуют, в отличие от тех же военных алхимиков, а поэтому на эту должность хотят все детишки из не самых богатых семей. Зуб даю, что глупый учитель именно из таких, возможно, на его зарплату жили даже родители, но он сам виноват, что поставил крест на своей карьере, связавшись со мной.

Этот мир жесток, и в нём как нигде работает правило сильного. Даже в высших слоях общества многое решает именно личная сила, а поэтому не стоит рассматривать мои действия через призму морали жителей Земли. В этом мире люди проскочили все эти ЛГБТ парады и другую дичь, перейдя к самому суровому капитализму с узаконенным рабством и иллюзией свободы.

– Рей, значит? – ко мне подходит директор. – Кто тебя тренировал? Но не вздумай врать.

– Директор Блейн, если не ошибаюсь? – уточняю я и поднимаюсь на ноги.

– Можно просто «директор».

– Вы не спрашиваете, почему я не рисую алхимические круги, ибо знаете, что это за техника.

– Знаю.

– Тогда вам известно, кто её изобрёл.

– Неужели это тебя он тогда выиграл в карты?.. – удивляется директор.

– Что есть, то есть, – пожимаю плечами. – Ему нужен был юнец, который будет помогать по хозяйству. А там слово за слово… и вот такой вот результат.

– Хм… И эти два заклинания, которые ты использовал, тоже его наработки?

– Нет, их придумал я.

– О-о-о… даже так? – он хмурится и чешет затылок.

– Господин директор, – подходит худощавый мужик с длинными куриными пальцами. – У Салеха повреждены лёгкие, травмы не смертельные, но на восстановление потребуется более недели.

– Хорошо, Брут, тогда вылечите его, а затем вызовите ко мне. Я лично скажу ему, что он уволен.

– Но господин директор… Салех ведь один из лучших по части алхимии элементов… – ворчит Брут, видимо, он спец по лечебной алхимии.

– Я всё сказал, – отрезает Блейн.

– Как вам будет угодно… – тот уходит с недовольной миной на лице.

– Да кто он такой! – орёт, надрывая голос, брат Мелисы.

– Рей безродный – это ученик Странствующего Алхимика, – заявляет директор.

– Он? Не может быть! Невероятно… Я думал это вымысел… – шепчется толпа.

– Все, кто показал отличные результаты, будут зачислены в академию, ждём вас завтра на рассвете, а сейчас можете отдохнуть, – говорит Блейн. – А ты, Рей, пойдёшь со мной. Нам есть что обсудить.

– Умеете вы интригу нагнать, – я одобрительно хихикаю. – Когда вы говорили, что зачислены «все», вы ведь и меня имели в виду?

– Есть предложение получше, но давай сперва покинем полигон. Это приватный разговор.

– Хорошо.

Мы идём в сторону административного корпуса академии, а толпа продолжает ворчать и кидать оскорбление мне в спину. Но клал я большой и толстый болт на их мнение, ведь меня интересуют только деньги, хорошая жизнь, алхимические изыскания и безделье.

В прошлом мире мне всего этого не хватало, и чтобы это изменить в новом мире, мне пришлось пахать как Папа Карло, ведь легендарный Странствующий Алхимик утверждал, что духовная сила напрямую связана с выносливостью. По итогу каждодневных походов за водой, уборки дома и других изнурительных тренировок, в основном связанных с бегом в гору и переноской тяжестей, я достиг таких результатов, что смог бы показать достойный результат на Олимпийских играх во многих категориях.

Я рад, что матушка проиграла меня в карты, ведь в той семье ничего хорошего мне не светило. А вот Странствующий Алхимик дрючил меня так, что даже армия показалась бы курортом. Я его не виню и даже благодарен, но с меня хватит. Пора и отдохнуть…

Хотя привычка – дело страшное. Учитель покинул город более полугода назад, а я зачем-то продолжаю тренироваться… Конечно, не с таким надрывом как раньше, но для поддержания формы вполне достаточно.

И всё бы ничего, но без денег жить сложно. До получения лицензии алхимика заклинания можно использовать только под присмотром того, у кого она есть. Потому-то в академию чаще поступают благородные, ведь у остальных попросту нет денег, чтобы нанять лицензированного учителя, а открытые занятия раз в месяц – это как мёртвому припарка.

Я тренировался в глуши и под присмотром, но последние полгода приходилось нарушать закон на свой страх и риск. За использование алхимии без лицензии наказание разнится от крупного штрафа до смертной казни. По правде сказать, я уже давно нарушаю законы, ведь честным путём простолюдину заработать не получится, а будет хватать лишь на еду и кров, да и то не факт.

Но стоит сказать, что даже мелкая шалость может обернуться пожизненными работами на рудниках, ведь выплатить штраф в сто золотых, который полагается за незаконное использование алхимии, не по силам даже многим семьям среднего звена – обычно это зажиточные ремесленники.

Стипендия, к слову, составляет аж пять золотых в месяц! Этого с головой хватит, чтобы прозябать в кабаках ночи напролёт. А если немного подкопить, то можно и неплохой домик на окраине купить. Без вида на океан, конечно, но тоже ничего. Я давно этого хочу, ибо жить в лесу – то ещё «приключение».

Но есть вероятность, что мой план сработает, и я получу нечто большее, чем стипендию, ведь как-никак, но директор тоже учился у Странствующего Алхимика. Говорят, что последнему уже более трёхсот лет, но как бы я ни пытал его этим вопросом, он всегда уходил от ответа. Подозреваю, что этот хитрец изобрёл философский камень и по-тихому варит зелья, продлевающие жизнь. Николас Фламель, хренов…

Тем временем мы с директором Блейном заходим в главный корпус и поднимаемся на пятый этаж. Он заводит меня в свой кабинет, садится в кресло и по новой забивает в трубку табак. Я скромно присаживаюсь на одно из двух доступных кресел, стоящих по другую сторону дубового стола.

– Я уже понимаю, что вы мастер интриг, но прошу, не томите, – я нарушаю тишину.

– Какой нетерпеливый, – он поджигает и раскуривает свежий табак. – Зачем тебе академия? Только из-за лицензии? Я же вижу, что ты знаешь почти всё, чему мы можем тебя научить. Сказать по правде, даже я не понял принцип работы твоих заклинаний.

– Благодарю, что вы по достоинству оценили мои старания, и дам честный ответ: меня интересуют и лицензия, и деньги со стипендии, – на самом деле это полуправда, ведь есть вещи получше стипендии.

– Хех… Можно было догадаться. Деньги всем нужны.

– Ага-ага, – я киваю. – Испытание пройдено, так ведь?

– Верно.

– Получается, я зачислен?

– Пять золотых – большие деньги… – директор курит и тянет время, дабы вывести меня на эмоции.

– Если хотите что-то спросить, то спрашивайте, но пожалуйста, дайте ответ на мой вопрос, – вежливо настаиваю я, продолжая играть роль наивного дурачка.

– А что скажешь насчёт пятидесяти золотых?

– Эм… Пятидесяти?.. Огромные деньги, что я ещё могу сказать? – похоже, рыбка клюнула, но я стараюсь не подавать вида.

– Значит, ты согласен?

– На что? – наигранно хмурюсь.

– Благодаря тебе, у нас освободилась вакансия, не хочешь поработать учителем? – предлагает директор.

– Оу… К такому меня жизнь не готовила… – изо всех сил стараюсь скрыть коварную улыбку.

– Подумай, пятьдесят золотых! Но и это не всё, – он наивно полагает, что меня нужно уговаривать. – Учитель не может работать без лицензии, а поэтому я могу посодействовать в её получении.

– Сказать по правде, у меня нет педагогического опыта. Да и наверняка впахивать придётся… Сложный выбор… – а это ход на случай будущих ошибок, ведь всегда можно будет сказать, что он сам предложил.

– Выбрать? А кто говорил про выбор? Ты либо соглашаешься, либо идёшь на все четыре стороны, – тон директора резко меняется. – Твои знания могут быть нам очень полезны, или ты думал, что я позволю тебе спать на уроках и за просто так получать деньги?

– Что ж, директор Блейн, умеете вы уговаривать, – я тяжело вздыхаю. – Я согласен работать учителем, но деньги за первый месяц хочу получить вперёд.

– Договорились, – мы пожимаем руки. – Теперь ты преподаватель алхимии элементов. Я рассчитываю на тебя Рей, сделай из этих оболтусов достойных алхимиков.

– Сделаю всё, что в моих силах, – говорю я и в это же время думаю, куда потрачу первую зарплату.

– Можешь быть свободен, – он указывает на дверь. – Завтра приди пораньше, я познакомлю тебя с другими преподавателями. И да, постарайся за вечер подготовить хоть какую-нибудь учебную программу.

– Хорошо, – я киваю.

– Всё, иди, а я займусь твоей лицензией.

Выхожу из кабинета и спускаюсь по лестнице. Вот и сыграла ставочка – меня взяли на должность преподавателя алхимии элементов, в которой я настоящий эксперт. По правде говоря, шанс на такой исход виделся мне невысоким, но я рискнул и получил вкусную плюшку, но это только первый шаг на пути к величию. В моей голове давно созрел план, который позволит забраться на вершину…

Директор прекрасно понимает, что такого учителя, как я, надо ещё поискать. Именно поэтому он так быстро предложил мне работу. Работу, за которую платят огромные деньги!

Что ж, завтрашний день будет интересным, как представлю лица бездарей, которых мне предстоит обучать, так хохотать хочется. Я уж им задам жара! Пора поставить на место этих зазнавшихся аристократиков! В битве науки против магии победитель очевиден.

Рубрика «Осталось за кадром»

Спустя пять минут в приёмной директора.

– Клара, у нас появился новый учитель, – говорит Блейн. – Назначь на утро завтрашнего дня заседание коллегии, нужно будет обговорить выдачу лицензии.

– Новый учитель? М-м-м… – секретарша воображает, каким же окажется этот человек. – Мужчина?

– Да, – директор кивает.

– Вы же меня с ним познакомите? А то прошлый мой сбежал уже после первого свидания… – сетует Клара. – А ведь мне скоро уже пятый десяток, пора и семьи завести…

– Давно пора. Но я думаю, этот паренёк не из твоей лиги, – Блейн показывает на дверь. – Молодой ещё, неопытный.

– Он?! Это он наш новый учитель?! – брови женщины лезут на затылок. – Полукровка?..

– Если бы ты видела, что он сегодня вытворил… – директор погружается в свежие воспоминания и пытается разгадать секрет неведомых заклинаний. – Нет, даже я не знаю, на что он способен.

– Но ведь его рога?.. – она отрицательно машет головой.

– Рога рогами, а нам нужно поднимать рейтинг академии, – Блейн грузно вздыхает. – Надеюсь, с Реем мы сможем занять первое место на предстоящем турнире…

Глава 2. Наука против магии

Я покидаю территорию академии и направляюсь на ближайшую остановку. Может показаться странным, ведь какая к чёрту остановка в Средневековье, но местные электрички, как я их называю, – это одно из технологических чудачеств, о которых я упоминал ранее. Крытый и застеклённый вагон двигается по рельсам, используя электрический двигатель.

Как раз подъезжает одна из них, я захожу внутрь и сразу же оплачиваю проезд в десять медяков. Много это или мало? Достаточно много, ведь простолюдин вроде меня может плотно поесть всего за три-четыре медяка.

Потому-то я и хотел получить работу с зарплатой в пятьдесят золотых, ведь курс обмена здесь фиксированный и равен ста. Однако между медяками и золотыми, как и в любой уважающей себя РПГшке, имеется промежуточное звено в виде серебряных.

Путём нехитрых подсчётов выясняется, что мне обещают платить полмиллиона медяков – кататься на электричке и жрать похлёбку в дешёвых забегаловках можно до старости всего на одну зарплату. Разница в уровне доходов между богатыми и бедными колоссальная, хотя и в моём мире было точно так же.

Смотрю я на троих полицейских, которым все отдают деньги за проезд, и думаю о том, какая же у них опасная работа. Мужики охраняют не только медяки, но и редкий минерал электрум – на нём работают все электрические приборы. В двигатель электрички вставляют большие кристаллы и, как следствие, дорогие, ведь тащить такую бандуру в гору тяжело.

Долго я не мог привыкнуть к полицейским с арбалетами и мечами, катающимися на вагонетке по рельсам… Выглядит максимально сюрреалистично, будто ролевики едут на сборы. Но работа у них реально тяжёлое, ведь то и дело какие-нибудь бандюки устраивают засады и пытаются заполучить электрум. На чёрном рынке такой камень, в зависимости от оставшегося заряда, можно продать даже за тридцать-сорок серебряных.

Пока я размышляю о будущих тратах, электричка довозит меня до конечной остановки. Оттуда мне ещё пять километров чесать в гору, Странствующий Алхимик ведь не мог же поселиться в городе, нет, блин, ему нужно уединение…

Но ничего, я надеюсь, что это последняя ночь, когда я буду ночевать в его халупе. Хотя правильнее сказать: «Нашей»; ибо я тоже помогал в её строительстве, но меня уже тошнит от жизни в лесу. Даже поговорить толком не с кем, а в прошлой жизни я любил общаться, в первую очередь через интернет – так проще и быстрее.

Часов нет, но уже темнеет, да и вставать завтра рано, поэтому по приходе домой я не трачу времени ни на что, кроме ужина и умывания, а затем отправляюсь спать.

* * *

Будильники в этом мире никто не придумал, поэтому я просыпаюсь только с первыми лучами солнца. Добираться до академии больше двух часов, а поэтому я опаздываю. Точнее, уже опоздал…

Обычно я просыпаюсь посреди ночи, но сегодня, когда это было так нужно, внутренний будильник не срабатывает. Неудобно получается, но что поделать. Попытаюсь как-то оправдаться…

В худшем случае пропущу процедуру зачисления новых студентов и начало первого урока. Но надо бежать, прямо сейчас!

Хватаю со стола вчерашний недоеденный куриный шашлык, закидываю в рот, параллельно приводя себя в порядок, и выбегаю на улицу. Нестись вниз с горы – одно удовольствие, а выносливости мне не занимать – при большом желании я бы и до академии добежал, а ведь это более тридцати километров напрямую через лес. Но электричка, которая едет по набережной, будет всё равно быстрее.

По пути мне встречаются полицейские, и тут я вспоминаю, что вчера наступила первая ночь полной луны. Первая из трёх… А это значит, что местный маньяк вновь выходит на охоту, но сейчас мне не до него, ведь нужно в первую очередь подумать о своей шкуре и попытаться не вылететь из академии за прогул.

Подбегаю к остановке и прямо на ходу запрыгиваю в уходящий вагон. Судорожно вспоминаю, а взял ли я деньги, но, благо, я надел те же штаны, что и вчера, а поэтому монеты при мне – они запрятаны в глубоком кармане, закрывающемся на пуговицы. Не так надёжно, как молния, коей в этом мире так же нет, но за неимением лучшего сойдёт и такой «кошелёк». Ещё хорошо, что монеты малюсенькие, меньше ногтя на мизинце, а иначе пришлось бы таскать целый мешок.

Я прошу полицейского прибавить хода, но тот никак не реагирует, ведь мы едем с горы и вынуждены тормозить, чтобы не улететь в океан на ближайшем повороте. За столько лет я уже и забыл, что такое опаздывать – противное чувство, особенно когда время прибытия зависит не от тебя.

Мне приходится смиренно стоять у окна, дожидаясь своей остановки. Стоят, кстати, все, ведь сиденья есть только в повозках у богатых людей. Интересно, что «повозка» – это своеобразная машина с электродвигателем, колёсами и рулём. А вот повозка в стандартном понимании здесь почему-то называется телегой. Единожды я катался на здешнем электрокаре, но остался недовольным, ведь о мягкой подвеске можно только мечтать, а чувствовать жопой каждый стык брусчатки – то ещё удовольствие.

Этот мир вообще очень интересное место, где у богатых есть электрочайник, а бедные едят то, что найдут в лесу. Конечно, речь идёт о двух крайностях, ведь в среднем люди живут как в русской деревни, века так девятнадцатого. А вот города уже более современные, в них, например, есть центральное освещение на главных улицах. Крайне забавно наблюдать за мечниками и лучниками, гуляющими по электрифицированной набережной.

Наконец-то, электричка прибывает прямо к академии, я беру руки в ноги и лечу к директору, приносить извинения. Замечаю группу студентов первокурсников, которые только заходят в учебный корпус – трёхэтажное здание, окружённое множеством полигонов, ведь в алхимии главное – это практика.

– Успеваю! – вырывается у меня. – Колокол прозвенел совсем недавно…

Забегаю в здание, поднимаюсь в кабинет директора, но нахожу там лишь секретаршу. Она говорит, что Блейн ожидает меня у аудитории под номером восемь. Вот ведь засада…

Благодарю её за наводку и несусь в учебный корпус, судя по солнечным часам во дворе академии, покрытому ровным газоном, я опаздываю примерно на пять минут. Но ничего, не такая уж большая беда, обидно, конечно, что такое происходит в первый день, но когда куплю дом рядом с академией, такого не повторится. Наверное…

Перед входом в учебный корпус висит табличка с расположением кабинетов. Мне надо на второй этаж, бегу туда со всех ног. Уставать не устаю, а вот пот уже проступает…

Поднимаюсь по лестнице, сворачиваю за угол и вижу директора, стоящего у окна и с недовольной миной разглядывающего солнечные часы. В таких случаях нужно сразу же переходить в атаку.

– Теперь вы понимаете, почему я попросил задаток? – подходя к нему, говорю я. – Мне нужно жильё поближе к академии, ведь из хижины Странствующего Алхимика сюда добираться больше двух часов.

– Мне не нужны оправдания, – отрезает директор. – Пусть это будет твой первый и последний раз. Ты же понимаешь, в каком положении находишься? Рога, красные глаза… Что обо мне люди скажут?

– Понимаю и прошу прощения. Больше такого не повторится, – и сколько раз я говорил эту фразу, даже и не припомню.

– Занятия начинаются с ударом в колокол, а заканчиваются в полдень. Сегодня у тебя первокурсники, начни с чего-то попроще. А вот завтра будут второгодники, с ними можешь не церемониться.

– Хорошо, – я киваю.

– Ну ладно, удачи тебе Рей, – директор хлопает меня по плечу и уходит. – Кодекс преподавателя и расписание занятий найдёшь в учительской на верхнем этаже. Возлагаю на тебя большие надежды, постарайся не вылететь в первый же день.

– А что насчёт задатка? – бросаю ему вслед.

– После занятий подойдёшь ко мне, и мы вместе сходим в кассу.

– Идёт, – я киваю, а директор в это время сворачивает за угол.

Я остаюсь один на один с дверью, за которой гудит толпа. Оно и понятно, ведь этих малолеток оставили без присмотра, и пусть большинство из них благородной крови, но они всё ещё дети. А вот я уже пожил и недавно разменял пятый десяток, если считать жизнь в обоих мирах, поэтому щеглы мне неровня.

Я берусь за ручку деревянной двери и замираю. Мной овладевает страх. И нет, я не боюсь толпы напыщенных молокососов – они мне безразличны. Меня пугает возможность вылететь из академии и лишиться такой престижной работы.

Пятьдесят золотых – это настолько большие деньги, что я до сих пор не придумал, куда их можно потратить. Поэтому нужно сделать всё, чтобы остаться на козырном месте. Однако прогибаться под золотую молодёжь я не намерен, да и Блейн наверняка хочет, чтобы я им не сопли подтирал, а алхимии обучал.

А раз уж они считают меня ровесником, да ещё и безродным полукровкой, то придётся действовать максимально жёстко. Постараюсь не перегнуть палку, очень постараюсь… Начальникам я уже был, поэтому какой-никакой управленческий опыт имеется.

Открываю дверь и уверенным шагом иду к учительскому столу, находящемся у монолитной каменной стены, выступающей в роле доски. Парты здесь из дерева и стоят конусом, расширяющимся вверх, стулья обиты мягкой тканью, а из учебных принадлежностей у учеников на столах только справочники по алхимии элементов.

Видя меня, толпа на мгновение затихает, а затем один из учеников кричит на всю аудиторию:

– Да это же тот полукровка!

– Взяли всё-таки? – фырчит розововолосый любитель членов и по совместительству сын лорда. – Где это видано, чтобы полукровки учились вместе с благородными?! Возмутительно!

– Учились? – усмехаюсь я и сажусь в кресло преподавателя. – Между мной и вами такая пропасть, что если бросить в неё камень, то он будет лететь целую вечность. Я – ваш новый учитель, смиритесь с этим, бездари.

По аудитории прокатывается волна негодования и недоумения, разговаривают друг с другом абсолютно все. Даже Мелиса, которая сидит на первой парте, шепчется с подружками.

– Чего?! Шутить вздумал?! – рычит белобрысый толстяк с тремя подбородками.

– Вот ты, жирный, – показываю на него пальцем. – Чем ты там владеешь? Огоньком? Водичкой? Или мастерски засоряешь туалеты? А?

– Я стану великим огненным алхимиком! – он вскакивает на ноги и начинает буравить меня презренным взглядом. – Я буду…

– Как тебе зовут? А, пародия на алхимика? – перебиваю толстяка, хотя на самом деле я знаю «больших людей» из благородных семей.

– Я из дома Болтонов! И имя мне Жержиониус!

– Буду звать тебя Жорой или жирным… Хм…

– Прекрати оскорблять меня! – он яростно тычет в меня пальцем.

– Ну давай спускайся. Покажи, на что способен, – подначиваю раздухарившегося студентика. – Не бойся, я разрешаю.

– Со мной твои фокусы не пройдут… – скалится он и начинает спускаться. – Я покажу тебе силу огненной алхимии!

– Огненные алхимики – самые беспомощные, – закидываю ноги на стол.

– Чего ты сказал?! – ярость в глазах Жоры закипает.

– Будь осторожнее! – предостерегает его Мелиса.

– Меня радует, что среди вас есть студенты, способные учится на чужих ошибках, – смотрю на Мелису – её розовые волосы выглядят просто великолепно! – Десять очков Гриффиндору! Ну что, жирненький, ты долго там?

– Получай! – он начинает рисовать круг огня.

– Как предсказуемо, – отрицательно киваю и использую круги на теле. – Вакуум!

Зная, что случилось с прошлым учителем, студенты с опаской смотрят на Жору, но я не так глуп, чтобы вырубить ученика на первом же занятии. Возможно, на втором, но точно не на первом. Я лишь создаю стену вакуума, через которую огонь не сможет пройти.

Да и вообще, у меня есть конкретная цель, почему я злю именно его, но пока карта не сыграла, говорить о ней не буду, а то мало ли, вдруг задумка провалится. Никогда не говори гоп, пока не перепрыгнешь.

– Получай! Огненная стрела! – орёт во всё горло толстяк.

Его огненный ошмёток летит в мою сторону, а затем исчезает на полпути. Жора запускает вторую стрелу, затем третью, даже переходит на фаерболы, но всё тщетно.

– Устал бедненький? – тролю его, сидя с ногами на столе. – Приляг, отдохни, а лучше скушай шоколадку…

– Огненный шар!!! – из последних сил верещит он.

– И чему вас только учили частные преподаватели? Говорю же, бездари, занимающиеся по этой глупой книжке, – демонстративно выкидываю справочник в открытое окно.

– А-а-ай! – доносится с улицы.

– Прошу прощения! – тут же извиняюсь. – Сегодня обещали обильный учебникопад, впредь будьте осторожнее!

– Как?! Ты ведь жалкая полукровка! – задыхаясь после каждого слова, вопрошает жирдяй.

– Садись Жора, попробуешь завтра, когда мана восстановится.

– Да пошёл ты! Я пожалуюсь отцу!

– Ой-ой-ой! Смотрите-ка, великий огненный алхимик побежал за папочкой… – кладу руки на щёки, делая вид, что испугался. – Мамочки… Так вот она какая «огненная алхимия»? Сила денег и связей? Садись на место, бездарь, если действительно хочешь чему-то научиться. А если побежишь жаловаться, то так никогда и не узнаешь, почему огненные алхимики самые слабые. Да и вообще, алхимик, специализирующийся на одной стихии, обречён быть посредственностью.

– Но ведь нас учили не этому, – говорит какая-то девочка, сидящая в углу. – Только посветив себя одной стихии, можно добиться высот и стать сильнее.

– Какая же чушь… – бью себя по лбу. – Садись давай, Жержиониус, или как там тебя… А я покажу вам кое-что особенное, о чём вы не могли даже подумать.

Нужно максимально впечатлить студентов, а поэтому я готовлюсь устроить эффектное представление, доступное в замкнутом помещении. Раз уж они так сильно боготворят огненную алхимию, то стоит показать радугу…

– Смотрите внимательно, – рисую в воздухе изменённый круг огня. – Литий!

Появляется струя красного пламени длиной метра полтора. Студенты обескуражены изменением цвета, ведь пламя обычного студента чаще всего оранжевое, как при горении древесины.

– Красный огонь? Разве такой бывает? – шепчет Мелиса.

– Невероятно… Вот это да… – проносится по аудитории.

– Вы думаете это всё? – с надменным видом спрашиваю я и рисую новый круг. – Кальций! Оранжевый вас не так удивляет? Натрий! Жёлтый тоже вы видели частенько, а что насчёт этого… Бор!

– Зелёный?! – во всеуслышание вопрошает Жора.

– Как так?.. – Мелиса отрицательно мотает головой.

– Метан! – создаю голубую струю, без которой Европа попросту замёрзнет. – Голубой, смотрю, не особо впечатлил? Тогда… Индий!

– Синий! – кричит кто-то с задних парт. – Синий огонь!

– И мой любимый… – рисую ещё один круг. – Калий!

– Фиолетовый! – Мелиса улыбается. – Невероятно!

– Если у вас будет желание, то я могу научить вас этой алхимии, – смотрю на Мелису, давая понять, что в первую очередь обращаюсь к ней. – Но поверьте, после моих лекций, вам не захочется тратить свою жизнь на изучение огненной алхимии… Ладно, раз уж я начал, то завершу представление. Огненная радуга!

– Вау! Как же красиво! – Мелиса подскакивает от удивления и закрывает рот руками.

– Немыслимо… Нет, я не верю… Этого просто не может быть… – шепчутся абитуриенты.

– Ну что, Жора, хочешь научиться алхимии или побежишь жаловаться папочке? – заканчиваю представление, не вставая со стула.

Жирдяй порывается выйти из аудитории, но затем бросает на меня озлобленный взгляд и возвращается на своё место. Похоже, что одного буйного кабанчика мне всё-таки удаётся приручить, если так пойдёт и дальше, то проблем быть не должно.

– Учитель, можно вопрос? – интересуется Мелиса.

Толпа в шоке оттого, что столь благородная дама обращается к отребью в таком уважительном тоне. А я сразу понял, что она девушка умная, да ещё и симпатичная, но сейчас не об этом…

– Да, конечно, – я киваю и смотрю в её карие глаза.

– Что такое вакум?

– Не вакум, а ваку-у-у-ум, – протягиваю последний слог. – Вопрос хороший, но сперва ответьте вы мне, что вам известно о круге пустоты? Как его можно применить? С какими кругами он сочетается?

– Только с кругами формы, – тут же отвечает Мелиса. – В остальном он бесполезен.

– Так написано в вашем дурацком учебнике, но это ложь. При помощи пустоты можно не только полости в предметах создавать, но и полностью уничтожить огненную магию.

– Что?.. – гудит толпа.

– Спокойно! – гаркаю я. – Сейчас всё объясню… Что такое пламя? М-м-м? Кто ответит?

– Это знают все, – с ехидной ухмылкой заявляет брат Мелисы.

– А тебя как звать, мальчик-девочка? – смотрю на него, как на говно.

– Марк. Марк Майерс, – тот делает особый акцент на фамилии, но я и так знаю, кто он.

Я специально притворяюсь, что не знаю их имён и фамилий, чтобы они не зазнавались. К тому же во втором этапе моего плана говорится, что я должен вести себя максимально надменно по отношению к детям самых богатых людей. Однако при этом, все должны узнать о моих истинных способностях.

– Ну давай просвети нас? Что же из себя представляет пламя?

– Это поток маны, превращённый в огненную форму и направленный в цель, – гордо отвечает Марк.

– Неверно. Ещё варианты? – тут же говорю я. – Ну? Других идей нет? Может быть, ты, Мелиса, знаешь ответ? Вроде как, самая умная в классе…

– Нет, учитель, другого ответа у меня нет, – она пожимает плечами.

– Можно ли создать пламя, будучи под водой?

– Конечно, нет! – с ходу выдаёт Марк.

– Верно. Если пламя – это поток маны, то почему смена среды так влияет на него? Кто ответит правильно, получит годовой зачёт, – я коварно улыбаюсь.

– Вода является доминирующей стихией над огнём, – выкрикивает какой-то дылда с задних рядов.

– Это как раз таки знают все, но я спрашиваю вас о другом. Почему пламя можно создать только в воздушной среде и ни в какой-либо другой? Будут ещё идеи? – стараюсь заглянуть каждому в глаза.

– Потому что гореть может только воздух?.. – неуверенно спрашивает Мелиса.

– Почти угадала, дело вот в чём: в ваших учебниках воздух – это просто воздух. Но знаете ли вы, что он из себя представляет? Нет, ведь об этом не написано в той глупой книге. Воздух – это смесь газов, один из них кислород, и именно он позволяет гореть псевдоматерии, которая создаётся при помощи алхимических кругов.

– Кис-ло-род? – уточняет Мелиса. – Что это за слово?

– Этим словом мы все дышим. Уберите его из состава воздушной смеси, и помимо дыхания пропадёт возможность поджечь что-либо, – подхожу к доске и начинаю мелом рисовать атомы кислорода и азота. – Буква «К» будет кислородом, на букву «А» пока внимание не обращайте.

– Это же не алхимия… – доносится с задних парт.

– Это наука, без которой алхимия – это всего лишь пшик и зубрёж бесполезных заклинаний, – обвожу цепочку атомов кислорода. – Применяя огненную алхимию, вы используете вот эти шарики, чтобы воспламенить псевдоматерию.

– Как-то сложно… Да, непонятно! – ворчат ученики.

– Ну ёптеть… Как объяснить ещё проще, я уже не знаю… Хоть кто-нибудь понял?

– Да, учитель, – говорит Мелиса. – В воде нет этого кис-ло-ро-да, поэтому магия огня в ней не работает. Я права?

– Ну не совсем… – до меня доходит, что химия слишком сложна для их понимания. – Но да, пусть будет так. А теперь вопрос на засыпку: почему Жора не смог поразить меня своей магией?

– Вы убрали из воздуха кислород? – предполагает Мелиса.

– Почти угадала, – улыбаюсь ей. – Я убрал сам воздух.

– Что?.. Как это?.. – вопрошают ученики.

– Отсутствие чего бы то ни было, а в нашем случае воздуха, и есть вакуум. Вакуум – это абсолютная пустота, – сажусь обратно. – А теперь скажите, так ли бесполезен круг пустоты?

– Но как мы можем это узнать, если в справочнике нет этой информации? – ко мне решает обратиться девочка ростом всего полтора метра с кепкой и судя по одежде простолюдинка.

– Как тебя зовут?

– Сара.

– Что ж, Сара, ты задала правильный вопрос, и сейчас я расскажу вам, что такое настоящая алхимия…

Рубрика «Осталось за кадром»

Прямо во время урока.

– Лена, что с тобой? – шёпотом спрашивает Мелиса Майерс.

– Ты только посмотри какие мышцы… – девушка смотрит на Рея не отрываясь. – Обожаю делать это с накаченными и молодыми слугами… Как бы привлечь его внимание?

– О чём ты только думаешь? – возмущается Мелиса. – Ты ведь тоже наследница…

– Вот именно! – Лена немного повышает тон. – Раз я наследница, то могу развлекаться как вздумается.

– Да я не о том… Мне кажется, что этот Рей может научить нас такому… – Мелиса смотрит куда-то вдаль.

– Вот скажи честно, у тебя хоть раз кто-то был? А хотя можешь не отвечать, – Лена мотает головой в разные стороны. – В нашем возрасте нужно думать не о собственной силе или величии семьи, а о том, как провести юность с пользой.

– Я это не одобряю… – ворчит Мелиса.

– Ну и зря. В будущем нас ждёт много скучной рутины, а пока мы не стали главами наших семей, то есть время отдохнуть и пожить на полную катушку!

– Но он ведь полукровка. Тебе не будет противно?..

– Ой всё, не мешай мне считать его кубики пресса, – отмахивается Лена. – Зубри свою алхимию, а я буду наслаждаться представлением.

Глава 3. Рыбка на крючке

– Что мы знаем об алхимии? – задаю риторический вопрос. – Если в двух словах, то человеку, обладающему даром, необходимо, используя ману, нарисовать специальный круг и произнеси заклинание. Однако на деле всё куда сложнее. Например, можно ли запустить огненную стрелу, не открыв рта?

– Конечно, нет! – заявляет Жора.

– Логично, но что вы скажете на это… – касаюсь огненного круга на своём теле, выставляю руку в сторону аудитории и делаю резкий выдох. – А что скажете теперь?

Студенты цепенеют, ведь над их головами пролетает самая настоящая огненная стрела, хотя перед её сотворением, я не произнёс ни слова. Безмолвная алхимия – придумка Странствующего Алхимика, и мне было достаточно понять её принцип, чтобы научиться таким вещам, что аж дух захватывает.

– Но как? – вопрошает Жора.

– Учитель, пожалуйста, расскажите нам, – просит Мелиса.

– Вам наверняка никто не рассказывал, зачем нужно произносить заклинание, – подхожу к окну, дабы посмотреть, есть ли свободный полигон. – Контрольная фраза нужна лишь для того, чтобы закрепить мысленный образ заклинания и отдать команду своему подсознанию на его активацию. Заклинание можно активировать без слов, но это требует длительных тренировок и глубокой самоосознанности. В реальном бою будет эффективен и другой схожий приём.

– Какой? – интересуется Сара.

– Ну вот смотрите, – быстрыми движениями рисую круг огня. – Вода!

Огненный шар появляется и улетает в окно, скрываясь за деревьями. Ученики вновь обескуражены, ведь я произнёс самое простое заклинание воды, а запустил средней по сложности огненный шар – такому частные преподаватели их явно не учили.

– Это нужно, чтобы обмануть противника? – уточняет Мелиса.

– Верно. Если вы научитесь рисовать круги так же быстро, как я, то враг не сможет распознать заклинание и будет ориентироваться только на ваши слова. Опытный алхимик по первым буквам сможет понять, что вы пытаетесь сотворить, но использовав этот приём, вам удастся его обмануть. Логичным будет использование заклинаний с противоположной стихией, ведь если противник закроется не тем щитом, то ваш снаряд станет только сильнее.

– Но почему об этом не написано в учебниках? – спрашивает парень из середины аудитории.

– Потому что проще сделать из алхимиков послушных обезьянок, чем пытаться объяснить основы этого безумно интересного ремесла. Какая основная цель алхимии?

– Исследования? – предполагает Сара.

– Война, – негромко произносит Мелиса.

– Правильно, война. А на войне нужно кидаться фаерболами да сосульками, и этого будет достаточно. Более от алхимика ничего не ждут, ведь когда ты знаешь, что от него можно ожидать, то и контролировать такого бойца намного проще.

– А как же сила нашего Островного Королевства? Разве мы не стали бы сильнее, обучаясь по вашей методике?

– Эх, Мелиса, сколько раз я задавался этим вопросом, ты даже не представляешь… – тяжело вздыхаю. – И ответ я так и не нашёл. Можно лишь предположить, что королевская семья – жуткие консерваторы, которые боятся чего-то нового. Ну ладно, мы здесь алхимией элементов занимаемся, а не политикой. Давайте все на улицу, пора переходить к практике!

Пока студенты поднимаются со своих мест, я считаю их, дабы никого не потерять. Получается ровно сорок два человека – остальные тринадцать не поступили в академию. Включая Сару, сюда смогли попасть всего пятеро простолюдинов – обычно бывает больше, но в этот раз Салех был строг, ведь благородных набралось столько, что они едва влезают в аудиторию.

Я дожидаюсь, пока все выйдут из кабинета, и следую за ними. Свободен всего один полигон, судя по всему, он закреплён за нами. Для удобства учеников их занятия проходят всегда в одной и той же аудитории – это я прочитал на табличке перед учебным корпусом.

Вот смотрю на эти затылки и думаю, что мне удалось заинтересовать молодёжь уже с первого занятия, хотя и прошлось раскрыть много секретов. Однако без многолетней практики подобные техники просто не повторить, я же занимался уже с семи лет каждый божий день.

Обычно дети из богатых семей занимаются раз в неделю, ибо у неопытного алхимика мана восстанавливается достаточно долго. Но со мной Странствующий Алхимик не церемонился… Я ведь уже говорил, что пахал как Папа Карло? Так к алхимии это тоже относилось, поэтому мою силу невозможно сравнить с этими молокососами – она отличается даже не на порядок.

Но не стоит забывать, что алхимик – это «стеклянная пушка». Да, он может без проблем убить одним заклинанием хоть пятьдесят лучников или мечников, но всего один лучник способен отправить его на тот свет метким выстрелом в голову.

Конечно, существует алхимия артефактов, но в нашем небольшом королевстве она неразвита. На ней специализируются полуросклики, которых я зову гномами – так проще. У меня даже есть подозрения, что Сара – это тоже полукровка, наполовину человек, наполовину гном.

Раз уж речь зашла о других расах, то стоит сказать о них больше. Как вы уже знаете, я на пятьдесят процентов демон, и небольшие рожки тому только подтверждение. Демоны обладают врождённой выносливостью и физической силой, они меньше других пользуются алхимией и в основном для увеличения своих боевых возможностей.

Однажды я видел, как двухметровый демон убегал от погони по набережной. Он нёсся быстрее лошади, а по итогу спрыгнул с пятидесяти метровой скалы и просто уплыл! Океан очень холодный, но демоны при помощи алхимии способны делать такие вещи, что аж страшно становится.

Так же стоит отметить их нечеловеческую регенерацию, до Росомахи им, конечно, далеко, но простые людишки и рядом не стояли. Эта врождённая особенность позволяет изменять своё тело без вреда для организма. Я даже слышал, что они могут отращивать конечности, но подтвердить не могу.

Мне, кстати, досталась часть этих способностей, но в меньшей форме. В этом мире странным образом работает смешение генов: полукровка получает лишь по четверти плюшек родителей. В итоге можно с уверенностью сказать, что я недочеловек и недодемон. Моя совокупная сила – это всего лишь пятьдесят процентов от возможного.

Потому-то полукровок и считают отбросами, не воспринимая как полноценных людей. Однако я же привык, да и стоит ли жаловаться, ведь упорство и труд всё перетрут! Эх, скажите мне в прошлой жизни, что я буду думать о таких вещах, и я бы рассмеялся вам в лицо. Странствующий Алхимик, что ты со мной сделал? Куда делась моя благотворная лень?..

Помимо полуросликов, людей и демонов, этот мир населяют серафимы – язык не поворачивается назвать их ангелами, ведь эти черти считают остальных низшими расами. Их отличительная черта – это огромный запас маны и высокий процент одарённых детей, ладно хоть летать не умеют… Но это им не мешает держать под своим контролем почти весь континент. Остальные расы вынуждены подбирать крохи и жить либо на островах, как мы, либо в тех местах, где условия попросту невыносимые.

Пока я размышляю, мы вместе с классом выходим на полигон – тот, где вчера проходило вступительное испытание. Он огорожен от других высоким земляным валом, призванным минимизировать случайные жертвы. В конце, у деревьев всё так же стоят каменные манекены в человеческий рост, они-то мне и пригодятся.

– Итак, как вы считаете, какой из базовых элементов обладает самой большой убойной силой? – выхожу вперёд, дабы все могли меня увидеть. – Но подумайте дважды, ведь вопрос с подвохом. Не стоит глупо отвечать по учебнику.

– Огонь! – громко оглашает Жора.

– Ты уши компотом моешь? – ворчу я.

– Может быть, воздух? – скромно спрашивает Мелиса.

– Воздух силён, спору нет, но есть нечто более убойное и не требующее больших запасов маны. Сейчас я вам покажу, а вы постарайтесь понять, что это за элемент, – прикасаюсь к плечу, где нарисован нужный круг, и вытягиваю руку в сторону манекенов. – Резак!

Сперва ничего не происходит, и студенты начинают хихикать, но затем верхняя часть одного из каменных истуканов медленно сползает вниз. Следом за ней падает вековой дуб – шум стоит такой, что наверняка о нас узнает вся академия.

– Вы разрезали камень и дерево одним заклинанием?.. – офигевает Сара.

– Ага-ага, – я киваю. – Ну что, есть идеи? Какой элемент я использовал?

– На такое способен только металл, – говорит худой дылда.

– Не-а, не угадал. Ещё варианты?

– Раз это не воздух и не металл, – вслух размышляет Мелиса. – Возможно, земля?

– Если речь идёт об убийстве, то самый мощный базовый элемент – это вода, – громко произношу я.

– Вода? Чего? Быть не может! Она же самая слабая, – шумят студенты. – Точно-точно, вода слабее всех! Ей только огонь по силам!

– Не верите? Ладно, смотрите, – вместо прикосновения за полторы секунды рисую водный круг со своими вставками. – Резак!

На этот раз страдают остальные манекены и сразу с десяток деревьев. Последние растут там специально, чтобы уменьшить урон для окружения от заклинаний неопытных алхимиков. Возможно, не стоило ломать их все, но так будет эффектнее, а мне кровь из носу нужно заработать авторитет. Я смогу нормально работать учителем только в том случае, если студенты будут считать меня едва ли не всемогущим.

– Как вы могли заметить, я использовал водный круг. Вода – самый сильный элемент, но при определённых условиях, – применяю алхимию трансформации и создаю из поверженных манекенов один большой высотой метров пять. – Обратите внимание, что у него на лбу нарисована внешняя часть круга, вам же нужно дополнить это заклинание и разрезать бедолагу.

– Дополнить?! Как это?! – негодуют ученики.

– Алхимия – это наука, а наука ничто без экспериментов. Я нарисовал достаточно, чтобы догадаться и использовать заклинание. Подойдите поближе и изучите круг, а через десять минут начнёте практиковаться, – отхожу подальше, чтобы им не мешать, и ложусь на траву. – Кто справится первым, тот получит годовой зачёт по алхимии элементов. И да, сразу дам подсказку: забудьте про учебник, выйдите за пределы стандартных подходов, фантазируйте, изобретайте!

– А вы чем будете заниматься? – Мелиса с недоумением на лице смотрит на меня.

– Как чем? Буду наблюдать за вашими успехами, – демонстративно закрываю глаза. – Разбудите, когда у кого-то получится.

– Но ведь это невозможно! – настаивает розововолосая барышня. – Как мы можем сотворить заклинание, если не знаем, как его нарисовать? Это ведь всё равно что пальцем в небо тыкать…

– Именно этим вы займётесь. Урок первый: понять, как влияют различные базовые элементы круга на конечное заклинание. На втором уроке мы будем думать, как можно использовать полученные знание. И постарайтесь не убить друг друга, направляйте ману только в сторону манекена! Можете подойти поближе, я скажу, когда приступать к практической части.

Пока ученики возмущаются и не спеша топают к манекену, я размышляю о том, что мне недостаёт художественных навыков, ведь будь я творческой личностью с большим опытом рисования, смог бы воссоздать скульптуру себя любимого. Ну да ладно, что есть, то есть.

Я и без того коварный тип, ведь дал им безумно сложное задание. Заклинание и простое и безумно сложное одновременно. Секрет убойной силы воды в давлении, и на нарисованном мною круге видны сразу несколько базовых элемента сжатия, ученикам нужно лишь заполнить ими пустые области в центре.

Если они сделают всё правильно, то давление струи будет равно восемьдесят одной атмосфере, но этого окажется недостаточно, чтобы тонкая струя воды разрезала камень. Секрет этого заклинания заключается в том, что в его центре располагаются другие элементы сжатия, невидимые для глаза.

Алхимик может мысленно расширить круг заклинания и дорисовать в нём мельчайшие детали, но такой подход требует сноровки. Вряд ли у кого-то получится, но оно и к лучшему, ведь я смогу спокойно отдохнуть. Пусть пытаются, глядишь, найдётся юный гений, но это маловероятно, ведь никто из них не знает, как ведёт себя вода под огромным давлением.

К слову, если правильно активировать заклинание, то давление струи будет примерно равно шестидесяти тысячам атмосфер. На самом деле пятьдесят девять с копейками, ведь каждое сжатие работает по правилу куба – не знаю, почему так, но эту информация узнал и проверил лично я.

При стандартном применении у нас получается вода с обычным давлением, но уже при первом сжатии это число возрастает до трёх, потом до девяти и так далее. По итогу мы получаем три в десятой степени – действительно убойное заклинание, способное разрезать всё что угодно. Разве что оно не справится с алмазами, но этого я ещё не проверял.

– Закончили осмотр! Отходим на исходную позицию и пытаемся повторить! – лёжа на газоне, командую я. – Дабы вам было проще представить исходный результат, то скажу, что у вас должна получиться тонкая полоска воды, сравнивая с лезвием бритвы. Она то и разрежет камень. Дерзайте, студеньтики!

– А если мы не справимся? – подаёт голос Марк Майерс.

– Будете пробовать в свободное время, пока не получится, ведь это заклинание будет на экзамене, – отвечаю я.

– Но как же быть магам других стихий? Мы должны осваивать воду?! – возмущается мой приручённый кабанчик Жора.

– Ты хочешь, чтобы о тебе говорили, как о сильном алхимике, способном уничтожить целую армию, или будешь продолжать грезить идиотским титулом «великого огненного алхимика»?

– Ну я…

– Подумай на досуге, решение за тобой, – отмахиваюсь я и заваливаюсь набок, дабы понаблюдать за происходящим. – Что стоим? Время уходит.

Первой решается Сара, насколько я помню, она как раз таки специализируется на воде. Низкая девушка с огромными «бидонами» сперва рисует оставленный мною круг, а затем заполняет его символами силы. В итоге у неё получается водная колбаса, которая лишь щекочет каменного болванчика.

– Неплохо, – подмечаю я. – Продолжай экспериментировать.

– Спасибо, учитель, – Сара едва заметно улыбается.

Мелиса решает не отставить и тоже пытается нарисовать водный круг, но так как у неё нет опыта, он не получается, и ни одной капельки воды не создаётся. Благородная наследница лорда не сдаётся и пытается вновь, но опять ничего не выходит.

– Не торопись, лучше нарисуй медленно, но точь-в-точь, – подсказываю я. – Так ты потратишь больше маны на создание круга, но зато будет хоть какой-то результат.

– Хорошо… – недовольно ворчит она и пользуется моим советом. – Разрез!

Видимо, не зная, что рисовать, она заполняет круг символами сжатия, и по итогу у неё получается заклинание, оставившее небольшую вмятину на манекене. Форма волны, конечно, не идеальная, но давления и скорости оказывается достаточно, чтобы повредить великана, отломав кусочек.

– О-о-о! – я хлопаю в ладоши. – Молодец, молодец! Продолжай в том же духе.

– Разрез! – Сара копирует увиденное заклинание и запускает более сильную версию.

– Даже отсюда вижу небольшую полоску, отдавшуюся после удара, – щурюсь я. – Первую часть секрета вы разгадали, теперь осталась вторая, более сложная. Если кто-то не понял, в чём суть, то попросите помочь Сару или Мелису.

– Но разве не вы должны нас учить? – возмущается розововолосая.

– Если вас призовут на войну, то рядом с вами будут точно такие же товарищи. Вы должны научиться взаимодействовать с равными по силе, перенимать опыт, подмечать плюсы и обращать внимание на недостатки. Как вы могли заметить, я вам неровня, а как учитель, я дал подсказок больше, чем было нужно.

– Но ведь Сара сотворила идеальное заклинание, – настаивает Мелиса. – Даже если его улучшить, то оно не станет равно по силе вашему, это просто невозможно…

– Умница, мыслишь в правильном правлении, – показываю большой палец. – Вы уже поняли, от чего зависит сила заклинания, а значит, знаете, как его усилить.

– Учитель, вы издеваетесь над нами? – Мелиса начинает злиться. – Как мы нарисуем ещё больше символов сжатия, если они попросту не влезут в круг воды?!

– Вспомните о награде. Думаете, я бы поставил зачёт, если бы было всё так просто? Но ты права, сделать нужно именно это, вопрос лишь как. Думайте, у вас ещё около трёх часов, – ложусь обратно на спину. – Вы и так продвинулись быстрее, чем я думал, поэтому подсказок больше не дам. Пока что.

Сперва студенты стоят в недоумении и буравят меня тяжёлыми взглядами, затем начинаются что-то бурно обсуждать – большинство из них окружают Сару, ибо к Мелисе попросту боятся подойти – с ней рядом остаётся только высокая и худая блондинка, которая постоянно на меня пялится…

А вот простолюдинка не может отказаться благородным юнцам. Не знаю, хотела ли она такой популярности, но в школе обратного не воротишь – один раз опозоришься и до конца будешь чмошником. Сара же в одночасье стала ботаником.

– Меньше слов, больше дела, – лёжа с закрытыми глазами, гаркаю я. – Алхимия – это практическая наука, теоретизировать можете в свободное время, а сейчас у вас практическое занятие. Лучше потратить ману и попробовать, чем целый час рассуждать над вариантами. Вас много, и шансы угадать довольно велики, просто перестаньте думать шаблонно. В алхимии можно практически всё, поэтому выкиньте из головы все ограничения, которые вам туда вбили некомпетентные «учителя».

– Ладно, давайте пробовать! – Марк всячески пытается взять на себя роль лидера, но никто не реагирует.

– Да, ребята, у нас получится, – поддерживает его Мелиса.

– Мы сможем! Да! Погнали! – воодушевляется толпа.

Забавно наблюдать, как всего лишь одна девушка способна повлиять на толпу. У неё такой голос… Даже не знаю как сказать… Обязательный? Да, верное определение. От него так и веет мягкой силой, вроде бы тебя просят, но если ты пойдёшь против, то лишишься головы – вот, что испытывают другие студенты. Мелиса – страшная баба, но безумно симпатичная, особенно когда злится.

Я замечаю, что она завистливо смотрит на Сару, но пытается это скрыть. И дело даже не в размере её грудей, а в коктейле из синдрома отличницы, чувства превосходства, данного от рождения, и женской ревности. Если мужики могут проиграть и сохранить лицо, то вот представительницы слабого пола с генами аспидов не всегда на это способны. Мелиса – страшная баба, а бабы сами по себе страшные создания, поэтому гнева розововолосой барышни нужно опасаться.

Но мне он не страшен, ведь я действую по заготовленному плану и рассчитываю, что уже сегодня, в крайнем случае завтра, наступит второй этап. И по глазам Мелисы я вижу, что так оно и будет. Остаётся лишь немного подождать…

Рубрика «Осталось за кадром»

Во время практики на полигоне академии.

– Мелиса, ты собираешься учиться водной алхимии? – негодует Марк Майерс.

– Я сделаю всё возможное, чтобы стать сильнее, – отрезает она.

– Но что скажет отец? Ты об этом подумала?! – он повышает голос и хватает сестру за руку.

– Ты, видимо, забыл, кто из нас наследник? – Мелиса грубо одёргивает руку и вырывается. – Отвечать за нашу семью предстоит мне, а поэтому я не намерена полагаться на огонь, если он и правда беспомощен.

– Не говори так! Огонь – это величайший алхимический элемент!

– Не хочешь учиться, не надо, но только от меня отстань и не мешай, – она демонстративно отходит в сторону.

– Я всё расскажу отцу! – бросает он вслед.

– Да делай что хочешь! Пугать он меня вздумал, слабак… – шепчет Мелиса.

Глава 4. Розовые усы

Пока студеньтики пробуют всякое разное и медленно кромсают каменную статую, я лежу и бездельничаю. Так бы я и провалялся, если бы не сила привычки… Бегать, я уже бегал, хоть и немного, а вот физическими упражнениями пренебрёг, а это неправильно.

Я переворачиваюсь на живот, поднимаюсь на руках и начинаю отжиматься. Мой личный рекорд – от полудня до заката, и да, я уже давно перестал измерять упражнения в числах и перешёл на часы. Огромные мускулы мне ни к чему, а вот выносливость жизненно важна.

Сперва ученики не замечают, что я переключился на урок физкультуры, но затем кто-то из девушек показывает на меня пальцем и что-то шепчет. Как по цепочке в мою сторону поворачиваются всё больше и больше любопытных голов.

– Отвечу на немой вопрос, – выдаю я, когда на меня смотрит уже каждый. – Выносливость и мана неразрывно связаны друг с другом. Я не буду вдаваться в тонкости, ведь обязан учить вас магии элементов, но скажу вот что: духовное состояние и физическое неразрывно связаны друг с другом. Дальше додумывайте сами.

– Но ведь количество маны увеличивается только после её полного израсходования? – Мелиса и не думает скрывать свой скептический настрой.

– Мана – это духовная энергия, а дух – это… А хотя что я вам объясняю? Это не моя работа, – наступает неловкое молчание. – Чего встали? Или все уже справились с заданием? Больше мы к нему возвращаться не будем, а если не сдадите на экзамене, то останетесь на второй год. А там… Отчисление и позорная «F» лицензия? За работу!

Студенты безмолвно матерят меня и отворачиваются, а я продолжаю тренировку. Продолжаю и думаю, куда же делась моя лень, которую я так любил? Что этот грёбаный Странствующий Алхимик со мной сделал?.. Ужас!

Система с этими лицензиями, кстати, довольно продуманная. В градации используются латинские буквы, каким бы странным это ни казалось, и они соответствуют твоим навыкам. Все, кроме последней «S», выдаются в академиях – в нашем Островном Королевстве их всего пять. Наша – Южная, а три другие также называются по сторонам света, а последняя зовётся Главной Академией Королевских Алхимиков.

Наивысшую лицензию можно получить только после сурового испытания, проводимого коллегией высших алхимиков. Причём это столь редкое событие, что на него обязательно приходит либо король, либо один из прямых наследников. Монарх тут царь и бог, а поэтому либо он сам, либо его потомок должен лично засвидетельствовать получения этой лицензии.

С другими всё проще, гораздо проще – нужно лишь сдать экзамены по всем предметам. Если провалиться хотя бы на одном, остаёшься на второй год. Всего у студента два права на ошибку, после третьего провала его выгоняют и дают соответствующую лицензию.

Они распределяются следующим образом: если студент не закончил первый курс, то получает позорную «F»; если вылетал на втором курсе, тогда «E»; а после успешного окончания пятого, выдаётся «А» лицензия. Для простоты произношения их называют классами, где наивысший – это нулевой, а низший – седьмой.

Мне по идее должны выдать лицензию первого класса, ведь только с ней можно стать преподавателем, а поэтому мой план с отстранением прошлого учителя дал такой толчок, о котором любой другой студент может только мечтать. И я нисколько не жалею о содеянном, ведь знаю, как этот Салех относился к простолюдинам – хуже многих.

Мои ученики боятся получить позорную лицензию седьмого класса, ведь в таком случае они смогут получить работу охранника или строителя. И да, алхимики тоже строят – у них это отлично получается. Получения этой позорной метки для представителя благородной семьи может стать началом конца, ведь в этом мире решают не только деньги и связи, но и грубая сила.

Нет, конечно, нельзя прийти в дом к лорду, выбив ему дверь, и опустить в дуэли – это ничего не даст. Однако культ силы в этом мире практически обожествляется, и если какая-то из семей сильно ослабнет, её место займут более успешные конкуренты.

Среди благородных семей распространены так называемые «смертельные дуэли». Они происходят при свидетелях, а условия обязательны к исполнению, ибо дуэль священна, и за нарушения условий ждёт смертная казнь. Именно этой лазейкой я и воспользовался, спровоцировав Салеха.

Тот, кому брошен вызов, может легко отказаться от дуэли, но если его статус выше, то это нанесёт серьёзный репутационный ущерб, который отразится на всей семье. Другими словами, если какой-то благородный с задворок бросит вызов лорду Майерсу, то тот обязан принять его и продемонстрировать свою силу.

Тут есть небольшая лазейка: сам лорд не обязан вступать в битву, ибо он может быть уже слишком стар. В таком случае он отправляет кого-то из наследников, реже членов семьи. На крайняк можно воспользоваться услугами наёмника, но тогда по авторитету семьи также будет нанесён серьёзный урон.

Чаще всего подобным образом решаются территориальные вопросы и перераспределяются активы. То есть две семьи могут поставить на кон, например, шахту и порт, и тогда победитель забирает всё. Эдакий опасный для жизни покер.

Правила могут меняться, и частенько благородные остаются в живых, как это и произошло с Салехом. Но это не относится к кровной мести, которая является отдельным типом дуэли, призванной именно убить оппонента. В ней нет ставок, за исключением жизней участников, но и отказаться от неё нельзя. Однако причина мести должна быть доказана и не вызывать никаких сомнений.

Второй этап моего плана как раз таки и рассчитан на использование культа силы. Когда детки расскажут своим богатым родителям о моих способностях, то я не только получу дополнительный заработок, но и смогу перейти к следующим этапа карабканья на самый верх…

Пока я размышляю о былом, урок неумолимо подходит к концу. Студенты всё ещё мучают каменного истукана – изрезанного беднягу, но ещё никому не удалось даже повалить его, не то что разрубить на две части.

– Сколько у нас там осталось, – заканчиваю с отжиманиями и встаю, чтобы посмотреть на солнечные часы. – Двадцать минут… Что ж будет жаль, если никто не успеет.

– У меня нет сил… У меня тоже… Помогите… – ворчат те, у кого не осталось маны.

– Раз, два, три… – считаю стоящих на ногах учеников. – Всего восемь? Эх… Ладно, даю последнюю подсказку: одиннадцать.

– Что за «одиннадцать»? – задыхаясь через слово, вопрошает Марк Майерс.

– И правда, учитель, что означает «одиннадцать»? – Мелиса, похоже, устала не сильно.

– Кажется, я поняла! – радостно восклицает Сара. – Сейчас попробую…

– Так-так, – смотрю, как она рисует сперва сам круг, затем символы сжатия, а дойдя до центра, начинает едва заметно шевелить рукой. – Да ладно! Смотри неучи, обычная простолюдинка, по всей видимости, разгадала секрет.

– Быть того не может! – Мелиса топает ногой.

– Разрез! – Сара запускает практически идеальное водное лезвие, которое разрезает статую и испаряется, не долетев до поваленных деревьев. – Получилось?..

– Сейчас узнаем, – выхожу вперёд, вытягиваю руку и рисую круг воздуха. – Толчок!

Ударная волна срывает верхнюю часть статуи и откидывает её к деревьям. Студенты замирают и не решаются что-либо сказать. Оно и понятно, ведь простолюдинка с большими дойками уделала их в пух и прах – такое вряд ли может понравиться тем, кто мнит себя богами алхимии.

– Поздравляю, Сара, ты можешь не сдавать экзамен в конце года. Ты не только смогла сотворить заклинание, но дала ему другое название.

– Ой… – она закрывает рот руками.

– Да нет, ты умница. Неважно, какое название дано заклинанию в справочнике, главное, чтобы вы могли сотворить его. Если тебе проще называть этот разрезом, то я не против.

– Учитель, если вы позволите, то я бы хотела попробовать сдать экзамен… – скромно просит Сара, окончательно закрепляя образ ботанички.

– Конечно, я только за.

– Как ты это сделала?! – Мелиса подходит к ней и смотрит сверху вниз с такой яростью, словно Сара комар, который всю ночь не давал спать. – Говори!

– Я… Ну я просто… – мямлит ошарашенная девушка.

– Что просто?!

– Мысленно увеличила круг и дорисовала недостающие символы. Учитель сказал, что их должно быть одиннадцать, вот я и решили попробовать…

– Но ведь я тоже рисовала и одиннадцать, и пятнадцать!

– Мелиса, успокойся и дай ей договорить, – грубо призываю её.

Она бросает на меня свой злобный взгляд и хочет что-то возразить, но затем успокаивается и говорит:

– Хорошо, я слушаю.

Остальные в этот момент тихо охреневают, ибо никто не хочет попасть под каток Мелисы Майерс. Возможно, будь мне по-настоящему восемнадцать лет, даже я бы испугался, но так как мне пятьдесят с хвостиком, на меня эти фокусы не действуют.

– Давай, Сара, просвети этих бездарей, – намеренно раздракониваю толпу, дабы сохранить образ ЧСВшного учителя.

– Символов должно быть тридцать три, ведь одно сжатие – это три символа, расположенных по кругу. Сами по себе они не работают, только в тандеме…

– Браво! – хлопаю в ладоши. – Признаюсь, я не думал, что у вас получится, но теперь я приятно удивлён. Если у кого-то ещё осталась мана, можете попытать удачу с новыми знаниями.

– Мысленно увеличила круг?.. Как такое возможно?.. – шепчет Мелиса. – Разве это реально?..

– Пока не попробуешь, не узнаешь, – я улыбаюсь и пожимаю плечами. – О, а вот и звонок! Ну всё, студеньтики, я отчаливаю. Увидимся на следующем уроке! Покеда!

Я покидаю полигон под молчаливые взгляды моих подопечных. Ну а что они хотели? Я свою работу выполняю ответственно и после звонка могу идти на все четыре стороны. Тем более в кассе меня поджидает кругленькая сумма… Однако сперва нужно зайти в учительскую и посмотреть расписание уроков, ну и краем глаза глянуть на кодекс преподавателя.

Захожу в учебный корпус и поднимаюсь на последний этаж. Вот те раз! Я прихожу первым, остальные, видимо, более ответственные товарищи. Оно и к лучшему, свалю по-тихому, ведь мне не о чем разговорить с этими любителями справочников и «дубовой» алхимии.

Окидываю взглядом доску с расписанием, забираю со своего деревянного шкафчика кодекс и иду на выход. В дверях встречаюсь с тем самым Брутом, которому поручили вылечить поверженного мною учителя Салеха.

– Какая встреча! – выдаю дежурную фразу. – Хотел бы поболтать, но мне пора идти.

– Я не знаю, чем ты приглянулся директору, но знай, тебе здесь не рады, – он перегораживает мне дорогу.

– Чем приглянулся? Да тут всё просто: я лучших из лучших, – делаю виноватое лицо. – Смирись с этим и не стой на пути, а иначе…

– И что ты мне сделаешь? – перебивает он и начинает скалиться.

– Да кто знает… Всякое может случиться… – толкаю его плечом и прохожу вперёд. – Ой прости, не заметил. Ты такой тонкий, что, наверное, ветром сдувает?

– Бойся, ходя по тёмным улицам, – бросает он мне напоследок. – Ты отобрал у моего друга его жизнь, но он ещё может к ней вернуться, если академии вновь понадобится учитель алхимии элементов.

– Пупок не надорви, ушлёпок, – показываю ему средний палец и спускаюсь по лестнице.

Товарищ Брут не знает значения этого символа, да и хрен бы с ним, ведь он не на того напал. За восемнадцать лет в этом мире я такого говна повидал, что этот длинный утырок не унесёт. Пугать он меня вздумал… Ну-ну! Посмотрим, в чьём доме заиграет музыка…

Я иду в кабинет директора, но того там нет. Секретарша утверждает, что Блейн отошёл по важному делу и предлагает подождать в приёмной. Делать нечего, ведь без денег я отсюда не уйду. А пока есть время, можно поразмыслить над будущими тратами…

Но сперва надо ознакомиться с кодексом преподавателя – увесистая книженция, однако. Я пробегаю глазами по оглавлению и натыкаюсь на подраздел «Внешний вид педагога». На шестнадцати страницах описывается, какую одежду можно носить, а какую нет. Отдельно выделено, что в неглиже приходить строго запрещено. Неужели у них были подобные случаи?

Я понимаю, что мне следует обновить гардероб, а иначе после трёх нарушений можно вылететь из академии. В этом мире почти всё завязано на цифру три, не знаю уж почему, но что есть, то есть.

Продолжаю знакомиться с кодексом и добираюсь до раздела «Правила общения со студентами», еле сдерживаюсь, чтобы не заржать в голос, после слов «Преподаватель обязан общаться вежливо и учтиво». Но к счастью, не всё так плохо, ведь в тексте есть приписка, что в случае если грубое и неэтичное обращение улучшит результаты студента, то такое общение допускается.

Иными словами, если какой-то «Валера» не понимает, то можно ему и указкой по хребту заехать. Это радует, ведь я попросту ненавижу лизать жопы, особенно малолеткам. Нет, конечно, где надо, там я могу применить и лесть и другие эгоистические приёмы, но делать это каждый день я не собираюсь.

Ещё меня радует пункт, в котором говорится о том, что учитель не несёт ответственности, если один ученик покалечил или убил другого, но только при условии, что будет доказан злой умысел. А вот если всё произошло случайно, и педагог мог этого избежать, тогда поплатится именно он. Что ж, приемлемое правило.

В остальном кодекс содержит много юридической чепухи, которая и так ясна любому адекватному человеку. В быстром темпе пробегаюсь глазами и кладу книженцию на стол секретарши.

– Вы уже ознакомились? – удивляется она.

– Ага. Что-то долго его нет… – встаю и разминаю спину. – Может, я сам его найду? Куда он направился?

– Подождите, – девушка замолкает и прислушивается к шагам. – Кажется, директор уже идёт.

И действительно в приёмную входит Блейн и ещё один статный мужчина с розовыми волосами, в малиновом костюме. Последний выглядит максимально кринжово, а розовые усы просто сносят крышу… Я едва сдерживаюсь, чтобы не поморщиться, а держаться нужно, ведь это сам лорд Милиан Майерс собственной персоной. Я видел его однажды на каком-то выступлении перед горожанами, видел и не смог забыть…

– А вот и наш новый преподаватель, Рей безродный, – директор показывает на меня, видно, что он волнуется. – Очень талантливый молодой человек, да ещё и ученик Странствующего Алхимика!

– Полукровка?.. – Милиан бросает на меня брезгливый взгляд.

– А мне даже нравится быть полукровкой, господин Милиан, – срываю с себя рубаху. – Человек попросту неспособен выдержать нанесение такого количество кругов на своё тело.

Лорд меняется в лице и с интересом осматривает мои татуировки, от которых на теле почти нет ни одного незакрашенного участка. Директор мотает головой в разные стороны и поджимает губы, скорее всего, от восхищения, ведь он знает, как наносятся круги – тут даже испытание травами из одной легендарной игры покажется лёгкой прогулкой.

– Мамочки, что это?.. – брови секретарши медленно, но верно ползут в сторону затылка.

– Многие круги и некоторые символы мне неизвестны, – Милиан нарушает тишину. – Что они обозначают? Например, вот этот? Пустота и воздух? Разве они считаются?

– Господин Милиан, соединив два этих круга определённым образом, можно сделать любого алхимика беспомощным, а огненная алхимия попросту становится не нужна, – я говорю это специально, ибо знаю, что лорд и сам специализируется на огне.

– Многовато ты на себя берёшь, – его рука поднимается, чтобы нарисовать алхимический круг.

– Вакуум! – тут же выдаю я, активируя соответствующие круги. – Как видите, я не врал.

И директор и Милиан попадают в сферу вакуума и хватаются за горло. Дабы не травмировать их, я практически сразу же прерываю заклинание и прошу меня простить, за столь дерзкий ход.

– Что это было?.. – задыхаясь и облокачиваясь на стол, вопрошает лорд.

– Наука, господин Милиан. Это была лишь наука, – стараюсь скрыть своё пренебрежительное отношение к нему и к его цвету волос.

– Рей, ты что себе позволяешь! – Блейн повышает голос. – Нападение на лорда карается смертью!

– Я лишь защищался, – пожимаю плечами.

– Ты так быстро понял, что я собираюсь использовать магию? – Милиан, наконец-то, откашливается и приходит в себя.

– Не сочтите за грубость, но мой учитель был куда быстрее и постоянно запускал в меня всякое. Можно сказать, что у меня выработался рефлекс против неожиданных нападений.

– Ха-ха-ха, хороший рефлекс, – смеётся лорд. – Нужный для полукровки.

– Господин Милиан, прошу меня простить за… – блеет директор.

– Всё нормально, – отрезает он. – Забавный парнишка… Но сейчас меня волнует другой вопрос: Мелиса отказывается ехать домой и говорит, что не покинет полигон, пока не сможет использовать какое-то заклинание «резак». А как вы понимаете, я человек занятой и не могу позволить ей просидеть здесь всю ночь.

– Хотите, чтобы я помог ей? – спрашиваю лорда.

– Нет, сделай кое-что другое… – таинственно начинает Милиан.

Рубрика «Осталось за кадром»

Незадолго до окончания занятий у входа на территорию академии.

– Господин Милиан, мы очень рады вашему приезду, – директор Блейн лебезит перед лордом Майерсом.

– Хочу посмотреть, как тут относятся к моей любимой дочери, – брезгливо выдаёт Милиан.

– Она должна быть на полигоне, прошу сюда, – склоняя голову, директор указывает на нужное направление.

– Столько денег уходит на вашу контору, а результаты посредственные, – лорд идёт первым в сопровождении троих охранников. – Если они в этом году будут удручающими, то мы задумаемся над сменой руководства академии.

– Уверяю вас, в этом году наша академия покажет отличные результаты! – дрожащим голосом произносит Блейн.

– И откуда такая уверенность? Агония?

– Мы приняли нового алхимика стихий. И не абы кого, а ученика самого Странствующего Алхимика!

– Ученики бывают разными, – Милиан смотрит на директора как на говно. – Учёба у мастера – это не показатель силы. Далеко не показатель.

– Не беспокойтесь, с ним у нас есть все шансы на победу в турнире академий! – набираясь уверенность, заявляет директор.

– Победа? – лорд чванливо фыркает. – Если вы войдете хотя бы в тройку лидеров, то уже это будет огромным успехом. Но если говорить на чистоту, то я не думаю, что один учитель сможет поднять вас со дна.

– Время нас рассудит, господин Милиан, – Блейн изо всех сил старается сохранить улыбку на лице, но страх так и рвётся наружу.

– Папа! – подбегает Марк Майерс. – Мелиса учит водную алхимию!

– Что ты сказал?.. – глаза лорда наливаются яростью. – Блейн, если это правда, то ты потеряешь должность уже сегодня!

Директор сглатывает огромный комок слюны и цепенеет, ведь он прекрасно понимает, что только Рей мог заставить госпожу Мелису учить рисовать водные круги…

Глава 5. Билет в планетарий

– Ты убедишь Мелису, что огненная алхимия сильнейшая и не имеет равных. Где это видано, чтобы Майерс пытался нарисовать водный круг?! – лорд не скрывает своего негодования, ещё чуть-чуть и он ударит либо по столу, либо меня. – И даже не думай отказываться!

– Конечно, он не станет отказываться, – лебезит перед хозяином Рейвенхола директор. – Рей, сейчас же иди на полигон и поговори с госпожой Мелисой!

– Как вам будет угодно, – безэмоционально отвечаю я и направляюсь к двери.

– Мы пойдём все вместе, – настаивает Милиан и выходит первым.

Я прусь последним: сперва сам лорд, потом трое его охранников, которые до этого стояли в коридоре, и только потом директор Блейн. Такого развития событий я не ожидал и надеялся, что Милиана впечатлит вакуум, но похоже, он упёртый. А возможно, тот просто не хочет признавать, что потратил полжизни на тренировки зазря.

Мы спускаемся в таком же порядке и идём на полигон. Другие студенты покидают академию – многих ждут электроповозки, на дороге у академии скапливается целая очередь или, как говорили в моём мире, пробка. Настоящий автомобильный затор! И только элетричке он безразличен, ведь светофоров здесь нет, и все уступают, ибо не хотят быть раздавленными.

Пока мы подходим к сидящей на траве Мелисе, я думаю, что буду ей говорить. Достаточно быстро в голове рождается новое ответвление от старого плана, которое позволит вернуться в изначальную канву. Мне кровь из носу нужно впечатлить лорда – в перспективе он станет ключевым звеном в третьем этапе моего коварного плана.

Да, в прошлом я был крайне ленивым человеком, но тогда можно было сидеть за компом и ничего не делать, а здесь от меня не отстанут и в лучшем случае просто убьют. А было у меня всего два выбора: сидеть и не отсвечивать, или заявить о себе и подняться как можно выше.

Зачем мне это? Всё то время, пока я сидел в лесу и изучал алхимию, меня мучила гордыня: как такой сильный алхимик может прозябать на задворках этого мира?! Нет, я однозначно должен стать великим, ведь не зря же я столько пахал?

А раз первый этап плана сработал, и меня взяли на должность преподавателя, то получается, я не просто дурачок, который мечтал каждую ночь перед сном, что сможет стать не менее известным и могучим, чем Странствующий Алхимик. Даже сейчас он превосходит меня только по объёму маны, коей у него в десятки раз больше, но старик живёт хрен пойми сколько лет, а мне всего восемнадцать – всё ещё впереди.

Я даже рад, что мне не нужно спасать мир или прекрасных принцесс, ведь меня и самого тошнит от этой банальщины. Когда я погружался в истории про попданцев, мне хотелось чего-то более реального, возможно, даже обыденного. Нет, серая повседневность мне неинтересна, но куда интереснее «приключаться» ради себя любимого, а не по воле каких-то непонятных богов.

Мы подходим к Мелисе и оказываемся за её спиной, она оборачивается и говорит:

– Папа, я уже всё сказала!

– Я тут тебе кое-кого привёл, – Милиан показывает на меня.

– И снова здравствуй, госпожа Мелиса, – делаю особый акцент на предпоследнем слове, дабы она поняла, что нахожусь здесь не по своей воле.

– Папа, что ты опять задумал?.. – девушка подозрительно смотрит на отца.

– Ну же, Рей безродный, скажи ей то, что говорил мне, – лорд бросает на меня взгляд, полный холодной ярости.

Этот бугай с розовыми волосами буквально излучает ауру смерти и могильный холод не хуже, чем сам Король Лич. Хотя возможно, мне только кажется, ведь я боюсь обосраться и оказаться на виселице. С лордом шутки плохи, нужно быть аккуратнее… Если в моём прошлом мире была хотя бы видимость справедливого правосудия, то здесь ею даже не пахнет – сильные мира сего могут делать с простолюдинами почти всё, что захотят.

– Госпожа Мелиса, я хочу вам признаться, – демонстративно склоняю голову и делаю виноватое лицо. – Мои слова про огненную алхимию были ложными, я соврал, так как она мне практически не поддаётся…

– Зачем ты врёшь?! Я же видела разноцветное пламя! Это отец тебя подговорил?! – теперь она злится не только на отца, но и на меня.

– Это был лишь фокус, иллюзия, – пожимаю плечами. – На самом же деле огненные алхимики сильнейшие из всех!

– Вот именно, Мелиса, – поддерживает лорд. – Выброси из головы эту чепуху! Майерсы не учат водную алхимию!

– Ты видишь эту разрубленную каменную статую и вон те деревья? – спрашивает она. – Это всё результат применения водной магии!

– Разрезать камень и срубить пару деревьев? – голос Милиана становится грубым. – Тебе напомнить, на что способна огненная магия?!

– Не надо, папа… – девушка отворачивается. – Я и так знаю.

– Нет! Смотри! – настаивает он и начинает рисовать сложное заклинание из трёх магических кругов. – Великий Огненный Дракон!

Из рук лорда вырывается пламя, которое уносится на десятки метров вверх. Почти сразу оно распыляется по воздуху и превращается в здоровенного дракона. Проходит ещё пару мгновений, и этот исполин выпускает струю пламени сперва в полуразрушенную каменную статую, а затем и в срубленный лес.

Горит так, что даже раздетому мне становится жарковато. Все, кто находится рядом, замирают в благоговейном смирении перед мощью господина Милиана. А он стоит и, задрав подборок, принимает лучи восхищения.

Мне хочется сказать, что это позёрство и что эффективность этого заклинания немногим выше нуля, ведь рисуется оно долго. Очень долго! И даже несмотря на боевой эффект, его использование в реальном бою остаётся под большим вопросом.

Конечно, я понимаю, что на самом деле лорд просто хочет покрасоваться перед дочерью и перед нами всеми. Дракон – это своего рода визитная карточка семьи Майерс. Что папочка, что дочка – те ещё позёры… Но Мелису сложно винить, ведь её так учили – держать марку.

– Великолепно, господин Милиан, – я хлопаю в ладоши. – Ваше заклинание поражает воображение!

– Полностью согласен! – Блейн подключается к аплодисментам.

– Истинная огненная алхимия, – надменность в голосе лорда переходит все границы. – Ну что, Мелиса, ты вспомнила, кто мы такие? Вспомнила, что может наш благословлённый огонь?

– Пап… Ты меня совсем за дурочку держишь? – негромко спрашивает она, сидя перед пылающей статуей. – Я прекрасно понимаю, что здесь происходит и чего ты хочешь добиться. Но я не изменю своего решения, ведь ты сам говорил, что сила первостепенна, а я видела, на что способен учитель…

– Хватит! – гаркает Милиан. – Полукровка учит мою дочь водной алхимии… Ты хоть представляешь, какой это скандал?!

– Я просто хочу стать сильнее, – настаивает Мелиса. – Если не нравится, тащи меня силой. Но если сделаешь это, то я больше не вернусь в академию.

Ситуация накаляется, и разрешить её могу только я, ведь лорд вместе с дочкой непреклонны, а директор вот-вот упадёт в обморок от эмоционального перенапряжения. У меня всего один шанс, и я просто не могу его упустить.

– Господин Милиан, если вы позволите, то я могу продемонстрировать, что истинный огонь – это самая сильная стихия, – стараюсь звучать максимально услужливо, дабы не спровоцировать его на резкие и жёсткие действия в отношении меня.

– Опять ты… – он тяжело вздыхает. – Ладно, показывай свои фокусы.

– Премного благодарен, – я склоняю голову и начинаю рисовать самое эффектное заклинание, состоящие аж из семи кругов.

– Что это?.. – вопрошает директор. – Эти символы… Неужели это «нарушение баланса»?.. Он научил тебя и этому? Невероятно…

– Не спешите с выводами, – одёргиваю его я и продолжаю рисовать. – Это заклинание придумано мною, такого вы ещё не видели.

– Семь кругов?.. Разве такие заклинания существуют?.. – Мелиса аж встаёт на ноги от удивления.

– Надеюсь, ты всех нас не убьёшь, полукровка, – бурчит лорд и отходит назад к охранникам. – Мелиса, подойди ко мне, не стой так близко!

– Не волнуйтесь, оно никому не навредит, – я, наконец-то, дорисовываю последний круг. – Ну что, поехали… Мир Грёз!

Круги активируются – каждый своим цветом радуги, в это же мгновение земля пропадает у нас из-под ног. Все, кроме меня, падают на невидимый пол, в их глазах читаются страх и смятение, даже Милиан по-настоящему пугается. Оно и понятно, ведь мы на всех парах улетаем с планеты и уносимся в открытый космос.

На самом же деле это всего лишь иллюзия, а столько алхимических кругов было нужно, чтобы я мог показать всё что угодно. Заклинание сложное и жрёт нечеловеческое количество маны, но оно того стоит! Создал я его в тот момент, когда ностальгия по дому стала невыносимой. С тех пор я частенько гуляю по разным городам моей Земли, общаюсь со старыми друзьями, делаю кое-что с кошкодево…

Но сейчас не об этом. Я хочу показать самовлюблённому лорду истинный огонь, а что может быть лучше, чем солнце? К нему-то мы и летим, хотя на самом деле за основу иллюзии я взял свой мир, ведь в этом космические исследования ещё не проводились.

– Что происходит? – Милиан первым решается заговорить и поднимается на ноги. – Где это мы?

– Высоко в небе, – отвечаю я и «переношу» нас к солнцу. – Вот, господин Милиан, это и есть истинный источник первородного огня, который даёт жизнь всем нам. Его температура в тысячи раз больше той, которую можно получить обычными способами.

– Невероятно… – Мелиса с осторожностью походит к солнцу, которое по размерам в двадцать раз больше человека. – Это и правда наше солнце?..

– Что это за магия? – вопрошает директор.

– Не могу сказать… Это мой секрет, – пожимаю плечами.

– Солнце греет не так сильно, как огонь от подожжённой бумаги, – брезгливо бросает лорд.

– Оно находится очень далеко, но если хотите, я могу показать его истинные размеры, – увеличивают горящий шар в миллионы раз. – Как вы можете заметить, человек, стоя на его поверхности, не может увидеть границ.

– Чушь какая-то!

– Для сравнения, вот как выглядит наша планета, – уменьшаю солнце до приемлемых размеров и создаю у себя в руках маленькую Землю. – Вот что будет, если наша планета приблизится к солнцу.

Подношу зелёно-голубой шарик к светилу, и с планеты моментально испаряется вся вода и часть суши, затем Земля расколется докрасна и утопает в мантии звезды.

– Истинный огонь и правда силён, его невозможно потушить, – создаю ведро с водой и уменьшаю солнце. – Если вылить на него воду, то оно поглотит её и станет только ярче.

Опрокидываю ведро и одновременно увеличиваю звезду. На самом деле я не до конца уверен, что эффект будет именно таким, но для этих простаков сойдёт. Вижу, что лорд опять хочет что-то сказать, но опережаю его и преподношу солнце, будто библию.

– Пожалуйста, господин Милиан, возьмите его и осмотрите повнимательнее. Разве не это истинное пламя, о котором вы говорили?

– А можно мне?! – радостно восклицает Мелиса.

– Конечно, – я отдаю его ей. – Не правда ли, красиво? Согласитесь, госпожа, оно великолепно!

– Мамочки… Я держу в руках настоящее солнце! – девушка не перестаёт умиляться. – Папа, посмотри на меня!

Мелиса подкидывает звезду, ловит и подкидывает вновь. Девушка выглядит как ребёнок из трущоб, которому в первый раз дали куклу или машинку. И в глазах лорда я вижу, что он одновременно недоверчив по отношению ко мне и рад видеть свою дочь счастливой.

К несчастью, моя мана уже на исходе… Заклинание сложное и прожорливое, а каждое изменению иллюзии поглощает просто конские запасы маны. Я вынужден прервать его, но сделать это нужно красиво, закрепив положительный эффект.

– Надеюсь, мне удалось убедить вас, госпожа Мелиса, что огонь – это сильнейший алхимический элемент, – вежливо подхожу к ней и протягиваю руку, чтобы она отдала мне солнце.

– Просто не могу поверить, что такое возможно, – она отдаёт мне пылающие звезду и смотрит на свои руки. – Такое приятное тепло…

– Нам пора возвращаться, – медленно откатываю иллюзию и переношу нас на землю. – Спасибо, господин Милиан, что позволили продемонстрировать истинную силу огня. Он даёт нам жизнь, но может и забрать её в любой момент. По-настоящему благородный элемент, и только истинные алхимики, вроде вас господин Милиан, способны по-настоящему раскрыть его силу!

– Не могу не согласиться! – Блейн моментально присоединяется к похвале.

– Ну что, Мелиса, идём домой? – лорд игнорирует наше неприкрытые попытки облизать его жопу.

– Я бы хотела поговорить с учителем наедине, а затем готова отправиться домой, – негромко отвечает она.

– Наконец-то… – с облегчением вздыхает Милиан. – Буду ждать тебя в повозке, но не задерживайся!

– Хорошо, папа, – улыбается Мелиса.

– Позвольте, я вас провожу, – просит директор и догоняет уходящего лорда.

Кажется, меня пронесло, и теперь можно выдохнуть. Да, прошло всё не так идеально, как я планировал, но хотя бы до Мелисы мне удалось достучаться. Виселица меня минует, но мне этого мало… План едва не сорвался, но теперь пора возвращаться к его реализации. И розововолосая девочка мне в этом поможет…

– О чём ты хотела поговорить? – спрашиваю я.

– Уже не госпожа? – она ехидно хихикает.

– Ты ведь умная и всё понимаешь, сама же сказала, – смотрю на неё так, как смотрел бы учитель.

– Скажи только честно, это ведь отец подговорил тебя?

– А сама-то как думаешь?

– Для тебя огонь так и остаётся слабейшей стихией… – Мелиса опускает голову и смотрит на свои руки. – Это ведь была ложь? Про истинный огонь.

– Нет, всё, что я сказал относительно солнца – это правда, но проблема в другом: обычный человек никогда не сможет создать нечто подобное. Это попросту невозможно.

– Вот оно что… – грусть овладевает лицом девушки. – Не хочу быть слабой…

– Из любой ситуацию можно найти выход, – подготавливаю почву для решающего удара. – Насколько я понял, твой отец не хочет, чтобы кто-то узнал о твоих водных тренировках, но ведь ты можешь заниматься ими у себя в замке. Там наверняка найдётся укромное местечко. Я уверен, что если ты поговоришь с отцом, то сможешь убедить его.

– Даже не знаю…

– Ну смотри, когда ты занималась вместе с остальными, то никак проблем не было, ведь всё можно было свалить на идиота учителя, – показываю на себя пальцем. – Но вот когда ты осталась одна, и все проходящие мимо видят, чем ты рисуешь водные круги… Мне кажется, именно это взбесило твоего отца. Попробуй поговорить с ним, хуже от этого точно не будет.

– Хм… – она поднимает голову и гладит подбородок. – Звучит логично. Я попробую.

– Рад, что смог помочь, – прикасаюсь к татуировке и на остаток маны заливаю пожарище, устроенное Милианом. – Тебе пора, не заставляй отца ждать.

– Угу… – мычит она, но не уходит. – Слушай, Рей… У меня есть одна просьба…

– Да-да? – делаю невинное лицо, осознавая, что мышка попалась в мышеловку.

– Если отец согласится, то мог бы ты стать моим частным преподавателем?.. – неуверенно шепчет она. – Просто я впервые встречаю настолько сильного алхимика… Твоё видение элементов поражает и ломает стереотипы… Я бы хотела стать такой же сильной, чтобы в будущем у меня была возможность постоять за свою семью.

– Ну-у-у-у… – намеренно драматизирую. – Скажем так: я буду готов рассмотреть это предложение.

– Здорово! – Мелиса улыбается и тыкает пальцем в моё плечо, на котором нарисован модифицированный круг огня. – А ты научишь меня наносить эти татуировки?

– Поверь, оно того не стоит. Я не знаю ни одного человека, который выдержал бы подобное испытание. Даже директор Блейн в своё время не решился, ибо знал, через что придётся пройти.

– Вот оно как… Печально…

– Не переживай, безмолвной алхимии окажется достаточно, чтобы выиграть любую дуэль, – перевожу фокус внимания на более достижимые цели. – Молча запускать огненную стрелу – разве не круто?

– Ну да, это эффективно, – Мелиса кивает. – Ладно, я пойду. Завтра найду тебя и скажу, что решил отец.

– Хорошо, – натягиваю дежурную улыбку. – Тогда до завтра.

– До завтра, учитель, – а вот её улыбка, похоже, настоящая.

Мелиса уходит, а я, не спеша, шагаю в сторону административного корпуса. Дальнейшая судьба моего плана теперь зависит от Мелисы, а поэтому можно заняться насущными делами: получить лицензию и забрать золото. Надеюсь, Блейн, будет не сильно злиться на меня из-за произошедшего…

Я поднимаюсь к нему в приёмную и сажусь на деревянную лавочку рядом с секретаршей. Женщина на пятом десятке лет разглядывает моё накаченное тело, уж не знаю, о чём она думает, но я не из тех, кто суёт свой болт в каждое подвернувшееся дупло.

Вообще, с девушками у меня проблем не было, я частенько ходил в ближайшую к хижине деревушку и сношал молодых доярок. Им много и не надо: расскажи интересную историю, поиграй мышцами, назови принцессой, и готово. Простолюдинкам, которые всю жизнь живут в деревне, одно удовольствие послушать про богатую жизнь и хоть ненадолго почувствовать себя в роли благородных девиц, а именно на этом я и делал акцент.

Возможно, кто-то скажет, что я ими просто пользовался и ссал в уши, но это лишь полуправда. Они сполна получали свою порцию удовольствия как физического, так и духовного. Дай девушка то, что они хотят, и все будут счастливы.

На самом деле с простолюдинками куда проще общаться, чем с благородными дамами. Те же доярки такие простые и чистые… Говорить с ними – это всё равно, что читать открытую книгу, в них нет всего этого притворства и лицемерия. А вот в той же Мелисе этого хоть отбавляй.

Я уверен на все сто процентов, что розововолосая дамочка готова на всё, ради своих целей. Как бы она ни пыталась скрыть, что использует свои женские чары, дабы я стал её личным учителем, мой глаз подмечает абсолютно всё. Когда-то давно я увлекался профайлингом, спасибо сериалу «Обмани меня», и с тех пор только и делал, что развивал этот полезный навык.

Даже забавно наблюдать, как Мелиса и ей подобные считают, что поймали меня на крючок, а на самом деле все они – это всего лишь пешки в большой игре, которая уже началась. Ход первый и сразу минус одна фигура, ход второй и пешка-полукровка проходит в ферзи…

– Рей… – в приёмную входит директор, видок у него так себе. – Скажи мне, в твоей голове демоны, что ли, совокупляются?! Как ты посмел напасть на господина Милиана?!

– Если бы я позволил ему запустить в меня огненную стрелу, то не только пострадал бы сам, но подставил бы вас, директор, – показываю на него пальцем. – Вы так меня нахваливали, что я просто не мог поддаться и проиграть.

– Ты же понимаешь, что финансирование нашей академии всецело зависит от лорда и его семьи? – продолжает наседать старик.

– Понимаю, но всё равно считаю, что принял верное решение, – складываю руки на груди.

– Ты от него заразился этой твердолобостью?.. – Блейн намекает на Странствующего Алхимика.

– Есть такое, – приходится соврать, ведь не скажу же я, что живу уже вторую жизнь.

– У меня чуть сердце не остановилось, когда лорд закашлял… – признаётся Блейн и садится рядом. – Больше так не делай…

– Мне кажется, лорд более к нам не придёт, ибо не захочет позориться.

– Следи за языком, – директор моментально меня одёргивает.

– Что мы всё о плохом, да о плохом? Может быть, поговорим о лицензии и о задатке? – перевожу тему.

– Кстати, об этом… – он достаёт из кармана магическую печатку с буквой «А». – Куда ставить? На тебе живого места нет…

– Сюда, – протягиваю левую руку, а правой показываю на ладонь. – Многие мне не поверят, поэтому придётся часто показывать.

– Хм… Разумно, – Блейн берёт мою руку и ставить печать прямо в центр левой ладони. – Поздравляю, теперь ты королевский алхимик… и пожалуйста, не опозорь меня… Ох, надеюсь, я не пожалею о своём решении…

– Не волнуйтесь, директор, со мной проблем не будет, – я разглядываю переливающуюся всеми цветами радуги заветную букву «А».

– Ну-ну… – недоверчиво бурчит он. – Пойдём в кассу, рассчитаюсь с тобой и напьюсь… День выдался тяжёлым.

– После вас, – я встаю со скамьи и предлагаю директору пройти первым.

– Ох, Рей, Рей, за что ты свалился на мою голову? – кряхтит Блейн, вставая со скамьи.

– Вот увидите, вскоре о нашей академии будут говорить во всём королевстве! – гордо заявляю я.

– Этого я и боюсь… – он тяжело вздыхает и идёт к двери.

– К слову, об академии… – догоняю его. – Позволите, я выскажу предложения по улучшению учебного процесса?

– Чувствую, хорошим это не закончиться, но раз это всего лишь предложения, то валяй…

– Благодарю. Начать я бы хотел с…

Рубрика «Осталось за кадром»

Семейство Майерсов едет домой.

– Пап, я хочу поменять своего персонального учителя, – издалека начинает Мелиса.

– Только не говори, что тебе приглянулся этот полукровка… – лорд Милиан устало вдыхает.

– Мне он не нравится! – Марк зачем-то вставляет свои пять копеек.

– Речь сейчас не о тебе, – грубо затыкает его Мелиса. – Пап, ты сам говорил, что я должна стать сильнее. Так почему противишься?

– Во-первых, ты знаешь правила: никаких полукровок при дворе, – отрезает Милиан. – А во-вторых, я не собираюсь так позориться. Ты хоть понимаешь, что о нас скажут люди, если ты будешь использовать водную алхимию?!

– Но ведь я могу на всех официальных приёмах и охоте использовать огонь, а в случае чего буду подключать и другие стихии, – она пытается убедить отца. – Разве не лучше на крайний случай иметь в рукаве козырь? Или ты хочешь, чтобы твоя наследница погибла только из-за твоей же гордыни?

– Мелиса, вопрос закрыт. Ты огненный алхимик! – настаивает лорд. – Я ни гроша не дам полукровке, кем бы он там себя не считал.

– Ах, ты опять про деньги… Хорошо, я буду платить ему сама, – заявляет Мелиса. – Да и тренироваться мы будем там, где не ходят даже слуги.

– И где это?

– В моём старом домике у озера. Обещаю, что никто нас не увидит…

– Отец уже всё сказал! Этому отродью нет места в нашем доме! – вновь вклинивается Марк.

– Разве я не учил тебя, что говорить нужно только за себя? – Милиан бросает на сына холодный взгляд.

– Прости, папа… – блеет тот.

– Значит, ты даёшь своё согласие? – спрашивает Мелиса и смотрит на Милиана кошачьими глазами, как кот на Шрека.

– Я ещё не решил, что потребую от тебя взамен. Когда придумаю, тогда и дам ответ, – лорд ставит точку в этом разговоре.

Глава 6. Дом, милый дом

– Начать я бы хотел с организации учебного процесса, – говорю я. – Сейчас студенты учатся шесть дней в неделю до обеда, но не кажется ли вам, что лучше будет сделать полноценный учебный день: поставить два урока в один день. Тем самым мы сможем разгрузить как студентов, так и преподавателей.

– Разгрузить? Объём ведь остаётся тем же, – директор спускается по лестнице и оборачиваясь, бросает на меня недоумевающий взгляд.

– Вы правы лишь отчасти. Если мы смотрим со стороны математики, то да, от перестановки мест слагаемых сумма не меняется. Но подуйте вот о чём… Что студенты, что преподаватели тратят много времени и сил, чтобы приехать в академию, а затем ещё и вернуться назад.

– Не совсем понимаю, к чему ты клонишь.

– Вы же раньше работали учителем? – спрашиваю я.

– Конечно.

– Вот поставьте себя на наше место. Разве не лучше три дня поработать в усиленном режиме, а взамен получить три дня выходных? Просто, когда человек освобождается после полудня, то оставшегося времени и сил может не хватить на многие вещи.

– Так и скажи, что хочешь больше отдыхать, – недоверчиво бурчит Блейн.

– Отнюдь, ведь у меня есть и второе предложение, так сказать, в дополнение к первому.

– Что ты там ещё придумал?

– Свободные три дня мы можем объявить дополнительными занятиями для отстающих или для тех, кто хочет подтянуть свои навыки. И чтобы не перегружать преподавателей, они будут работать по графику, например, один дополнительный день раз в две недели.

– К чему всё это? Наша система и так отлично справляется.

– Я понимаю ваш консерватизм, но предлагаю обратиться с этим вопрос к преподавателям и, возможно, ученикам. Зуб даю, что они поддержат такую систему.

– Как по мне, всё это глупость, но если тебе так не терпится что-то предложить, то можешь огласить это на следующем заседании. Оно, кстати, пройдёт на этой неделе. С датой мы пока не определились, поэтому сообщим позже.

– Хорошо, так и поступлю.

Мы спускаемся в подвал, где находится касса, и мне выдают положенные пятьдесят золотых, часть из них я меняю на серебро. Стоит сказать, что прежде я никогда не держал их в руках, выглядят эти жёлтые монеты просто великолепно… А когда осознаёшь, что на них можно купить, аж дух захватывает!

Со слегка потяжелевшим карманом я покидаю территорию академии и направляюсь в ближайшую лавку портного. У меня есть чувство стиля, да и кодекс просто обязывает купить нормальный костюм. Этим я и решаю заняться, благо нужный магазинчик находится прямо через дорогу.

Уворачиваюсь от пролетающей электрички и захожу внутрь лавки. Там меня встречает мужчина средних лет с зализанными назад волосами и модной бородой – прям-таки стиляга. Он смотрит на меня, как на заблудившегося бомжа, и даже не пытается скрыть отвращения.

– Да-да, бывают и такие посетители, – подхожу к стойке, за которой он стоит.

– Боюсь, покупки в моей лавке вам не по карману, – заявляет продавец.

– Не спеши с выводами, – достаю один золотой и кладу на стойку. – Хочешь сказать, твоё барахло стоит дороже?

– О-о-о… – срывается с его уст. – Позвольте, я кое-что проверю.

– Валяй.

– Секундочку… – он достаёт из шкафа белый кристалл и подносит его к монете. – Настоящая…

– Алхимический анализатор? Думаете, я хочу вас обмануть? – злобно смотрю на него исподлобья и показываю свою лицензию. – Я новый учитель алхимии элементов, и мне нужен долбаный костюм, но если в вашей богадельни к уважаемым людям относятся как к отродью, то я, пожалуй, выберу другую лавку.

– Да нет, ну что вы… – продавец выбегает из-за стойки, пряча кристалл в карман. – Не поймите меня неправильно, но обычно покупатели приходят ко мне во всеоружии, так сказать.

– А мне нечего стесняться, – на всякий случай забираю монету, а то мало ли. – Ну что там с костюмом? Меня интересует исключительно чёрный шёлк. Можете что-то предложить?

– Конечно-конечно, но боюсь, что на вашу фигуру придётся шить его на заказ. Сами понимаете, благородные люди брезгуют физическими нагрузками, а поэтому такую ширину плеч встретишь крайне редко…

– Сколько это займёт времени?

– Если сейчас снять мерки, то к завтрашнему утру будет готов.

– Один сегодня к полуночи, а ещё два таких же к завтрашнему вечеру, – настаиваю я.

– Как вам будет угодно… Но за срочность придётся доплатить.

– Сколько за три?

– Хороший шёлк… Материала уйдёт много… Хм… – вслух рассуждает лавочник. – Думаю, два золотых…

– Если бы я хотел, чтобы меня ограбили, пошёл бы в Нижний Город. Два золотых – это несерьёзно. Пожалуй, я поищу другого мастера, – медленным шагом иду к выходу.

– Постойте… Раз уж вы берёте оптом, и чтобы оставить приятные впечатления о нашей лавке я готов уступить вам пятьдесят серебряных.

– Один золотой, и вы подберёте мне тёмную рубашку прямо сейчас, дабы ваш клиент не уходил из лавки нагишом.

– Всего один золотой?.. – негромко бурчит продавец.

– Хорошо, найду другого портного, прощайте, – выхожу в дверь.

– По рукам! – он кричит мне вслед.

– За костюмом приду либо я, либо моя прислуга, – захожу обратно, кидаю монету и расставляю руки, дабы мужик снял мерки. – Ну же, у меня мало времени!

– Да-да, конечно! Сейчас только возьму ленту…

Заканчиваю позировать, забираю тёмно-синюю рубашку и отправляюсь в местное агентство по недвижимости. Благо в центре города всё находится недалеко друг от друга. А раз в Рейвенхоле есть набережная, то элитным районом считается именно она. Там практически нет даже двухэтажных домов, все как один дворцы, а ценники такие, что и говорить стыдно – если год работать учителем и сидеть на дошираке, то глядишь удастся накопить на самое скромное жилище богача.

А вот о чём стоит сказать, так это о слугах, коих у меня нет. Так откуда же они возьмутся? Тут всё просто: я планирую купить их вместе с домом. Попахивает рабством, но на самом деле прислуживать богатому господину – мечта любого простолюдина. И обычно определённые люди закрепляются за конкретным домом, проживают там большую часть сознательной жизни.

Платить им надо немного, а поэтому такой вариант меня полностью устраивает, ведь самому работать по дому мне некогда, да и лень. Деньги меняют людей, и я это прекрасно знаю, а сейчас пришла пора вспомнить былое, хватит с меня этой жизни в лесу.

Я, как и любой нормальный человек, стремлюсь к лучшей жизни. Конечно, шансов у меня намного больше, чем у простого работяги, но это заслуженное потом и кровью преимущество, стыдиться тут нечего.

Хотя стыд и многие другие человеческие чувства быстро отмирают, когда понимаешь, куда ты попал. Тяжёлое без преувеличений детство сделало меня чёрствым и эгоистичным. Мне порой кажется, что я становлюсь похожим на социопата, который использует других людей и тем самым улучшает своё финансовое положение.

Но даже если так, я не вижу в этом ничего плохого, ведь выживает сильнейший. Странствующий Алхимик покинул Рейвенхол, а поэтому я по праву могу назвать себя сильнейшим алхимиком. Конечно, всегда остаётся вариант, при котором мне может встретиться «тёмная лошадка», но я и не кричу во всеуслышание о своей силе. Правда, порой сложно удержаться и не ткнуть бездарных аристократов в их беспомощность…

Я подхожу к трёхэтажному зданию и замечаю бригаду мужчин с лицензиями седьмого класса «F» – самые позорные. Мужикам лет по сорок, а значит, они уже давно покинули академию и теперь работают строителями. Это определить несложно, ибо на выходе их уже ждёт гружённый камнями обоз.

Алхимики низшего звена чаще всего работают либо охранниками, либо садовниками, либо строителями. Трансформацию камня может освоить любой дурак, однако она требует значительных затрат маны. Такая бригада может построить небольшой дом метров на сто квадратных всего за день, если им подвезут достаточно материала.

Деньги там смешные, но куда больше, чем получает та же доярка. Если последняя может покупать только самое нужное и то не всегда, то эти молодцы могут и комнатушку снять, и в бордель раз в неделю сходить.

Но меня больше забавят садовники – это алхимики, которые при помощи маны укоряют рост растений. Как по мне, самое бесполезное заклинание, однако кто-то ведь должен восстановить уничтоженные лордом Милианом деревья. Там тоже понадобится целая бригада.

Я обхожу строителей и поднимаюсь на крыльцо. Там меня встречает девушка приятной наружности: сперва она искренни улыбается новому клиенту, но затем осматривает меня и меняется в лице.

– Я вас умоляю… – показываю ей левую ладонь.

– Вы алхимик? – она будто не верит своим глазам.

– Он самый. И не волнуйтесь, деньги у меня есть, так как я знаю, куда пришёл.

– Конечно, – девушка кивает. – Прошу, проходите.

Как всё-таки сложно отделаться от образа нищеброда… Костюм должен помочь, но широкие плечи, мощные руки и, конечно же, рога буквально кричат, что я простолюдин. С этим ничего не поделать, придётся зарабатывать репутацию, и я возлагаю большие надежды на магическую отметину на моей руке.

Правда, и с ней могут возникнуть проблемы… Например, полицейский может усомниться, что я получил её честно, и арестовать до выяснения обстоятельств. Такая возможность существует, и я готов к ней, тем более по ту сторону решётки уже попадал.

Девушка-зазывала отводит меня к пожилому риелтору, и дабы у него не возникли вопросы, я сразу же кладу на стол около двух десятков золотых монет. При виде денег меня должны были начать воспринимать по-другому, но этот хмырь лезет за анализатором…

Ничего не поделать, подделки в последнее время попадаются часто. Причём обманывать таким образом дорогого стоит, ведь алхимик должен наложить на монеты заклятие и постоянно поддерживать его. То есть с фальшивками в магазин приходится идти подельнику, что уже печально с точки зрения конспирации. Да и в богатых кварталах это бессмысленное занятие, ведь у всех есть эти анализаторы.

Когда монеты проверены, риелтор уточняет мои хотелки и начинает сыпать вариантами. У меня всего три условия: большой двухэтажный дом, близость к академии, наличие прислуги. Вариантов действительно много, но и цены кусаются, даже с учётом потенциального торга.

Мужчина показывает мне картины, на которых изображены дома, фотографий в этом мире нет. Мне приглядывается только один двухэтажный дом, по площади он около двухсот квадратов, но и ценник соответствующий – шестьдесят пять золотых.

Я сразу же сбиваю его до пятидесяти и прошу показать сам дом, благо он находится в пятнадцати минутах ходьбы от агентства. Риелтор быстро соглашается, и мы вместе идём в сторону Нижнего Города.

Последний, к слову, является натуральным гетто, где на улицах тебя могут убить, а полиция даже не станет разбираться. Да и кому нужны эти простолюдины? Вот если влиятельный человек заявит о проблеме, то тут бравые блюстители порядка подорвутся и полетят разбираться. Всё, как и везде, – ничего нового.

Уже на подходе к особняку показывается высокий каменный забор – отличный способ спрятаться от посторонних глаз. Мы проходим через кованую калитку и попадаем во двор. Помимо ровного газона и цветов, в нём нет ничего особенного – это и хорошо, и плохо, ведь с одной стороны, нужно тратить дополнительные деньги, а с другой, есть уникальная возможность сделать всё под себя, без необходимости выкорчёвывать деревья и кустарники.

У парадного входа в дом нас встречает немолодой мужчина с проступающей сединой и заметным горбом. Риелтор называет его Беном и говорит, что он местный управляющий и по совместительству садовник да разнорабочий. Почти сразу показывается юная дама в фартуке, ведущая себя максимально скромно, она даже стесняется посмотреть мне в глаза.

– Бен, значит? – уточняю я.

– Да, господин, всё верно.

Вот это новость! Господином меня ещё никогда не называли… А ведь есть что-то в этом приятное, некое животное доминирование, от которого становится тепло на душе.

– А это кто? – показываю на белокурую девушку.

– Это моя дочь, Лиза. Она служит кухаркой, уборщицей и делает всё, что не успеваю сделать я, – поясняет Бен.

– Она немая, что ли? – смотрю на неё так, как смотрел бы на ржавую и кривую девятку, которую пытаются впарить под слоганом: «Не бита, не крашена». – Или как? А?

– К несчастью, да, господин, Лиза немая с рождения, – Бен склоняет голову, как бы извиняясь за свою дефектную дочь.

Она ещё та замухрышка… Конечно, если отдать её хорошему визажисту, то тот смог бы сделать из неё достойную пассию, но без макияжа и хорошей укладки Лиза выглядит ровно так, как должна выглядеть простолюдинка. К слову, если сравнивать девушку с доярками, то за счёт неплохой фигуры и широких бёдер она уверенно смогла бы занять четвёртое место, но только потому, что я больше люблю большие буфера, нежили филейную часть.

Но о чём это я… Лиза идеальный вариант, чтобы ещё сильнее сбить цену, да и сад тоже попадает в эту категорию. Осталось осмотреть дом и найти побольше косяков, ибо он мне нравится, но отдавать полтос я не готов. Максимум сорок золотых, но и это много. А зная, как работают местные барыги, торговаться надо до последнего.

Мне проводят экскурсию по особняку, а затем я сам начинаю шарить по углам и подвалам в поисках недостатков. Если очень постараться, то легко можно докопаться… И косяки находятся, они незначительные и терпимые, но я намеренно акцентирую внимание, дабы улучшить собственную позицию в грядущем раунде переговоров.

Битый час мы шастаем по дому туда-сюда, проходим по одним местам дважды, а по проблемным и трижды. Когда я замечаю, что риелтор устал и готов послать меня нахрен, тогда и начинаю вести разговор о цене. Тот довольно быстро сбрасывает до сорока пяти золотых, но затем каждая монетка даётся мне с большим трудом.

Ещё полчаса переговоров, тыканья «котёнка носом в дерьмо» и цена за этот шикарный особняк останавливается на отметке в тридцать семь золотых. Что ж, сбросил почти в два раза – неплохой результат. Дальнейший торг видится мне бессмысленным, ведь риелтор уже на грани. Поэтому я соглашаюсь, и мы прямо в доме подписывает бумаги, которые закрепляют моё право на собственность.

Помимо прав, теперь у меня появляются и обязанности… Я должен платить налог на имущество в размере семьдесят пять серебряных в год, а также выплачивать жалование слугам и обеспечить их едой. Если с «дошираками» всё понятно – они стоят недорого, то вот жалование приличное – на двоих выходит аж двенадцать серебряных в месяц.

Мы прощаемся с риелтором, а затем идём в гостиную. Я усаживаюсь на кожаный диван перед камином и начинаю раздавать указания:

– Лиза, набери мне ванну, а ты, Бен, сходи за продуктами, – отдаю ему тридцать серебряных. – Скажешь, когда закончатся. И учти, я люблю мясо – его должно быть много.

– Хорошо, господин…

– Рей, меня зовут Рей.

– Мы будем рады служить вам, господин Рей, – они оба кланяются.

– Можете приступать, – говорю я и откидываюсь на спинке дивана.

Мои новоиспечённые слуги уходят, а я лежу и думаю, что нужно проверить их честность. А то, что девушка не может говорить, сыграет мне на руку. В крайнем случае я лишусь незначительной части своих средств, но оно того стоит.

Бен покидает дом и уходит на рынок, а Лиза судя по звукам подготавливает ванну. Я беру одну золотую монетку и засовываю в щель в диване так, как будто бы она выпала и закатилась. Проверяю, что её хорошо видно, а затем делаю вид, что задремал.

Проходит минут пятнадцать, прежде чем Лиза возвращается в гостиную, чтобы сообщить мне о готовности ванны. Интересно, как она это будет делать, если не может сказать напрямую…

Я лежу и не шевелюсь, даже контролирую дыхание, чтобы было правдоподобнее. Девушка подходит сзади и мешкает, видимо, не зная, как поступить. Вскоре она всё же легонько трогает меня за плечо, но я никак не реагирую. Тогда оно уже сильнее тормошит меня и что-то мычит.

– А? Что? – делаю вид, что только проснулся.

Лиза показывает на открытую дверь, за которой шумит вода. Решаю более не мучить девушку и иду в ванную, а монетка тем временем так и лежит. Что ж, ловушка поставлена, посмотрим, попадётся ли в неё эта немая рыбка…

Рубрика «Осталось за кадром»

Риелтор возвращается в своё агентство.

– Это какой-то ужас! – закуривая сигару, обращается он к своей прекрасной помощнице, стоящей на крыльце. – Меня буквально обобрали до нитки!

– Мой господин, вас ограбили? – тревожится молодая дама.

– Практически! С этого дома я поимел всего четыре золотых! – ругается он и роняет сигару. – Ну отлично! Просто замечательно! Не день, а кромешный ад! И радует только одно, что удалось сбагрить эту дефектную служанку и её придурковатого отца.

– Господин, могу ли я что-то для вас сделать, чтобы хоть как-то улучшить ваше настроение? – эротично шепчет девушка.

– Ну-у-у-у… Думаю, я заслужил небольшой отдых. Сейчас закину деньги в кассу и займусь тобой, моя маленькая шалунья… – риелтор ехидно хихикает и шлёпает даму по попе. – Ты уж постарайся вернуть меня в рабочее состояние… А сделать это будет трудно, ибо тот полукровка по-настоящему меня выбесил!

– Не волнуйтесь, господин, я о вас позабочусь… – она нежно проводит рукой по его пухлой щеке. – Пройдёмте в ваш кабинет, и я сделаю так, что об этом дне у вас останутся исключительно хорошие воспоминания…

Глава 7. Поездка в Нижний Город

– Пошли со мной, – в приказном тоне говорю я.

Лиза практически без колебаний следует за мной в ванную комнату. Лежащая в диване монета призвана проверить честность и отсутствие жадности, но у меня в планах есть и другие тесты. В данный момент мне интересно, насколько покорной окажется Лиза.

До этого я никогда не был на месте зажиточного гражданина, которому прислуживают, однако слышал разное… У обычного человека из моего мира дух бы перехватило от историй, как благородные обращаются с простолюдинами, ведь изнасилования и избиение – это в порядке вещей.

Уважаемому человеку простят даже жестокое убийство, а может, и два или три, но если резать подопечных как свиней, то рано или поздно тебя привлекут к ответственности.

Не так давно слуги одного благородного мудака, державшего сеть скотобоен, подняли бунт из-за того, что в попытке изнасиловать девочку трёх лет от роду, этот индивид задушил её. В тот день полиция и охрана оттеснили бунтовщиков, но когда молва пошла по городу, началась натуральная забастовка.

Лорду Милиану пришлось повесить того идиота, дабы люди успокоились и не разгромили весь город. Но подобные случаи являются исключением и происходят редко, однако после одного такого выплеска гнева людского, этот самый народ затихает. А тех, кто хочет продолжения банкета, попросту отправляют на рудники копать электрум.

Но да ладно об этом, сейчас передо мной стоит немая девушка, преданность и покорность которой предстоит проверить. Процесс немного осложняется тем, что Бен является её отцом, но это ничего не меняет.

– Раздевайся, – приказываю я и снимаю с себя рубашку. – Чего ждёшь?

На этот раз Лиза мешкает значительно дольше, видимо, к такому её жизнь не готовила…

А н-н-нет, вот он начинает раздеваться, сперва снимая фартук, а затем и хлопковый топик. Нижнего белья здесь нет, а поэтому вся красота вываливается наружу. Меня немного удивляет, с какой лёгкостью Лиза это делает, будто ей не впервой.

Только-только она оголяет ягодицы, как я говорю:

– Хватит. Одевайся и иди готовь. Бен должен скоро вернуться.

А вот сейчас Лиза в недоумении, вероятно, она уже настроилась на близость и такого моего решения совершенно не ожидала. Подобное с ней впервые – это ясно как день, но возможно, девушка думает, что не понравилась мне, и когда я узрел её прелести, то отказался от намерений заняться сексом.

В любом случае было бы кринжово тарабанить девушку, отец которой находится за дверью. Такого мне точно не надо, ведь как-то это не по-людски.

– Ты симпатичная, особенно в районе груди, – я продолжаю раздеваться. – Но я хотел проверить твою верность и ничего более. Поэтому одевайся и иди на кухню, огонь разведи… Или чем ты там обычно занимаешься?

Лиза молчаливо склоняет голову, подбирает одежду и выходит из ванной, закрывая за собой дверь. Я слышу её удаляющиеся шаги и думаю о том, как же власть меняет людей… Даже чтобы переспать с дояркой, нужно прилагать усилия, а тут щёлкнул пальцами и готово. Нужно быть осторожнее, чтобы не превратиться в одного из аморальных ублюдков, живущих во дворцах.

И дело не в том, что я дофига моралист или рыцарь на белом коне, тут вопрос банальной безопасности. Например, я бы отодрал эту молчунью, и что дальше? Как бы отреагировал её отец? Каков шанс, что он прирежет меня во сне? Нет, я не привык так рисковать.

Но если бы моими прислугами были две близняшки, то возможно, нечто «нехорошее» случилось бы в первый же день. Хоть и я живу уже во второй раз, но где уверенность, что этот цикл продолжится? Поэтому лучше жить так, будто завтра умрёшь, и брать от этой самой жизни всё, что душе угодно. Конечно, не забывая сделать всё возможное, чтобы старуха с косой пришла как можно позже.

Я залезаю в горячую ванну, подогретую при помощи электрума, и расслабляюсь… Давно так не кайфовал, но сейчас могу себя почувствовать королём мира, ведь когда выбираешься из грязи в князи, именно так и ощущается этот подъём по социальной лестнице. Жаль, что к хорошему быстро привыкаешь.

Но во время еды приходит аппетит, и мне уже хочется посмотреть, как живут Мелиса и её батя. Если всё пойдёт по плану, то скоро я это узнаю, а там глядишь и удастся присосаться к этому бездонному кошельку.

К несчастью, тут не всё так просто, ведь когда я собирал информацию, то узнал, что лорд Милиан Майерс настоящий фанатик силы, однако он терпеть не может полукровок. Говорят, это из-за того, что его жена родила ему чёрта – такого же, как я. Бугай собственноручно сжёг младенца, а затем приказал повесить всех полукровок, даже женщин, которые служили при его дворе.

Я буду максимально аккуратен и предусмотрителен, дабы не попасть под горячую руку лорда. Хотя наша первая встреча прошла не очень, но всё могло быть куда хуже. Мне кажется, что Милиан опасается моей силы, а поэтому не полезет на рожон. Но нельзя исключать вероятность, что при чрезмерном сближении с Мелисой, её папаша попросту меня закажет.

К такому исходу я также готов и планирую сегодня же озаботиться решением этой маленькой проблемы, а заодно избавиться от другой. В этом мире найти человека, готового сделать грязную работу очень просто, ведь тёмный бизнес частично легализован, но об этом позже.

Через дверь в мои ноздри прорывается аромат жареного мяса, чувствуются пряности, а запах запечённого картофеля вызывает приступы ностальгии по прежнему миру. Пока что мне всё нравится, и я надеюсь, что на вкус блюда окажутся ничуть не хуже.

Пора выходить и опробовать стряпню немой служанки.

Я выползаю из горячей ванны, вытираюсь, надеваю ту же самую одежду и выхожу в гостиную. Замечаю, что монеты в диване уже нет… Так-так-так, неужели в моём доме завелись крысы? Если так, то придётся выгнать этих плутов на улицу.

– Первое блюдо уже готово, господин, – Бен встречает меня на выходе из гостиной.

– Ну, давайте пробовать, – иду на кухню к Лизе, которая нарезает лёгкий овощной салат.

– Господин Рей, – окликает меня Бен. – Моя дочь…

– Да-да? – я разворачиваюсь и одариваю его злобным взглядом, предвкушая ненависть из-за моей выходки в ванной.

– Она нашла это, – он отдаёт мне ту самую золотую монету. – Вероятно, вы обронили, когда сидели на диване в гостиной.

– О-о-о! – восклицаю я. – И правда, какой я растяпа!

– Я понимаю, что вы нам не доверяете, – продолжает Бен. – Но позвольте вас заверить, мы с Лизой ценим то, что имеем, и не намерены портить свою репутацию.

– Так-так… А что будет, если я прикажу вашей дочери переспать со мной? – решаю пойти ва-банк. – Хотите сказать, что вы просто закроете глаза?

– Я… – он сморит на мои рога и всячески пытается скрыть ненависть. – Как человеку и отцу, мне будет неприятно, но я осознаю, что будет, если мы окажемся на улице.

– То есть вы выберете меньшее из двух зол?

– Всё верно, – он тяжело вздыхает и поджимает губы. – Для немой девушки в нашем городе не так уж и много работы, а я уже стар, чтобы переучиться на что-то новое. Репутация прислуги – это всё, что у нас есть. Я не вправе вам указывать, господин Рей, могу лишь попросить, чтобы вы относились к нам по-человечески.

– Забавно… – из моей груди вырывается смешок.

– Я сказал что-то смешное? – спрашивает Бен.

– Просьба относиться по-человечески, адресованная полукровке, – это действительно забавно, – он замолкает, по всей видимости, не знает, что ответить. – Я вижу, как вы ко мне относитесь, и соглашусь, неприятно думать о том, что твою дочь будет сношать демон…

– Если на то будет ваша воля, – Бен перебивает меня. – То я не стану возражать, но, пожалуйста, отправьте меня по какому-то делу перед началом…

– Не забудь в полночь забрать мой костюм, – теперь уже я перебиваю его.

– Хорошо, господин Рей, – от неожиданности Бену не удаётся скрыть ненависть, и я замечаю лёгкий оскал.

– Да не переживай ты так, – я смеюсь и иду на кухню. – Буду обращаться к тебе на «ты», ибо в душе нам одинаково лет. Мне твоя дочь неинтересна. Сиськи у неё, конечно, неплохие, но не настолько, чтобы рисковать и давать повод всадить мне в шею нож, пока я сплю.

– Я бы никогда… – Бен спешит оправдаться.

– Просто служите мне и в точности выполняйте все указания – тогда мы с вами сработаемся. Но знайте, что халтуры я не потерплю, – сажусь за стол. – Всё ясно?

– Да, господин Рей, – и он, и Лиза кланяются в пояс.

– Ну что, пора обедать! Давай, Лиза, покажи, на что ты способна! – беру в руку вилку и бью ей по столу. – И постарайся не разочаровать меня!

Девушка ставит на стол поднос и открывает крышку, а под ней… Настоящее произведение искусства! Жареная картошка с мясом, обильно приправленная различными специями. Что может быть лучше и проще, чем жареная картошка? Безумно вкусно, и без всяких этих аристократических выкрутасов.

Я налетаю на пищу богов и уплетаю тарелку быстрее, чем Лиза успевает дорезать салат. Но тут вступает Бен и приносит из подвала бутылочку красного вина. Оно, конечно, неплохое, но я бы лучше пивка бахнул, но к сожалению, в этом мире пиво считается пойлом бедняков… Ничего они не понимают, эти аристократики! Холодное пиво плюс вяленая рыбка равняются отлично проведённому вечеру.

Полбутылки я всё-таки опрокидываю и на дорожку заедаю салатом, которые мне не очень зашёл. Перед уходом во всех подробностях рассказываю Лизе о своих вкусовых предпочтениях и прошу сделать большой акцент на мясе, ибо «траву» я не особо люблю.

Затем покидаю особняк и сажусь на первую электричку, идущую в сторону Нижнего Города. В само гетто по понятным причинам общественный транспорт не ходит, но ничего страшного, ведь от пеших прогулок одна только польза.

Доезжаю до переулка бедняков и спрыгиваю прямо на ходу, ибо электрички тут даже не останавливаются, а лишь немного замедляются. Обычно люди в этот район не ездят, напротив, все стараются оттуда сбежать, ведь Нижний Город – это рассадник преступности, проституции и «соли».

Последняя – это наркотик, настоящий бич Островного Королевства, и с каждым годом на него подсаживаются всё больше людей. «Соль» втирают в шею, дабы действующее вещество побыстрее дошло до мозга. Кайф накрывает почти сразу и длится от нескольких минут до нескольких часов, в зависимости от того, как долго человек употребляет. Первые разы можно кайфовать аж по полдня, но с течением времени эффект слабеет.

И самое ироничное, что «соль» никак не влияет на физическое здоровье, единственный побочный эффект после применения – длительное бессилие и усталость. Но слезть с неё практически невозможно, ведь уже после первого приёма меняется сознание, человек буквально становится зомби и готов на всё, ради новой дозы.

Однажды я пытался посчитать, сколько зарабатывают дельцы, и мне чуть плохо не стало… Одна доза стоит всего десять медяков, но наркоманы со стажем берут сразу всё больше и больше, дабы побороть привыкание. «Соль» – это своего рода наркоманский кредит с постоянно растущей процентной ставкой.

Обычно всё заканчивается рудниками, насильственной смертью или суицидом. Говорят, что из двухсот тысяч жителей Рейвенхола, на «соли» сидит каждый десятый, но это чушь, ведь я частенько бываю в Нижнем Городе и вижу реальную картину. Она минимум раза в два хуже, а то и больше…

Но я шагаю по улицам гетто не за этим, наркотики – не моё, ибо у меня в черепушке достаточно серого вещества, чтобы не поддаться на уговоры здешних зазывал. Мой путь лежит в Братство – так они себя называют, но им больше подходит другое название: гильдия тёмных делишек.

– Эй, рогатик, не хочешь развлечься? – престарелая проститутка подаёт голос из подворотни.

Я игнорирую её и иду дальше, но та не отстаёт и начинает преследовать меня, зазывая заняться сексом всего за пять медяков. Такая страхолюдина должна доплачивать за то, что кто-то решит обмакнуть в неё свою морковку.

– Отвали, – гаркаю я.

– Импотент! – кричит она, но я никак не реагирую и иду своей дорогой.

Вскоре показывается элитный бардель, на входе танцуют обнажённые красавицы, причём у них есть даже серафимы – крылатые барышни дорогая экзотика. Странствующий Алхимик водил меня в это место, и я остался крайне недоволен…

Нет, обслужили меня по высшему классу, те две демоницы были просто шикарны, но проблема в том, что уже на следующий день мне пришлось в экстренном темпе изучать новый раздел алхимии… Медицину. Как потом выяснилось, мой учитель подобрал самых грязных во всех смыслах этого слова шлюх, чтобы принудить меня к изучению науки, которую я считал малополезной.

Да и кому нужна медицина, если ты помрёшь с одного выстрела? Я и сейчас считаю, что её значение преувеличено. Лучше уж отложить деньжат и в случае нужды обратиться к спецу, а в бою она попросту бесполезна, ведь тебя убьют быстрее, чем ты успеешь применить хоть одно заклинание.

Но учитель знал, что делал, и таким грубым образом заставил меня выучить основы этого ремесла… Алхимия элементов – вот в чём я эксперт, и мне этого достаточно, ведь разумнее быть лучшим в чём-то одном, чем уметь всего понемногу и быть посредственностью.

Я внимательно разглядываю крылатую девушку и сворачиваю в переулок. Ночь с серафимом начинается от пятидесяти серебряных – крайне дорого, и стоит учесть, что это минимальная планка. А за достойные варианты придётся заплатить уже золотыми…

Слышал, что один богач отдал три сотни золотых за девственность молоденького «ангелочка». Безумные деньги! На них можно купить целую деревню со всем хозяйством и работниками, а тут всего лишь секс с серафимом… Как по мне, эта индустрия сильно переоценена, но ничего не поделать, ведь спрос рождает предложение.

Я иду по узким улочкам и вспоминаю аниме «Межвидовые рецензенты». Забавная история… Никогда бы не подумал, что окажусь в подобной роли. Хотя в этом мире нельзя вдуть слизи или саламандре, но оно и к лучшему. Психику надо беречь.

– Эй ты, малой, – грубый мужской голос доносится из-за спины. – Стой, тебе говорят!

– Мой малой тебе в рот не влезет, – грубо бросаю я и останавливаюсь, ведь впереди мне дорогу преграждают сразу три мужика с кинжалами в руках. Оборачиваясь, я вижу ещё двоих.

– Чё ты там вякнул? – скалится тот, что повыше.

На их шеях виднеются характерные потёртости от частого употребления «соли». Не надо быть семи пядей во лбу, дабы понять, что они задумали. Гоп – стоп – это частое явление в этих местах.

– Даю вам последний шанс убраться, иначе я вас убью, – предупреждаю наркоманов.

– Ага, один против пятерых. Герой! – хрип лысый.

Они подходят всё ближе, а я стою и думаю, как бы от них так избавиться, чтобы не было следов. Достаточно быстро в голову приходит идея: я прижимаюсь к стене и позволяю им встать передо мной полукругом.

– Испугался? – лысый говорун грозит мне кинжалом. – Правильно, а теперь выворачивай карманы!

– Да-да, конечно… – делаю вид, что мне страшно, и достаю из кармана монету.

– Золото! – орёт бородатый хрен.

– Тихо ты, – пшикает на него лысый.

– Ловите! – подкидываю монету высоко и касаюсь двух кругов на бедре. – Изменение Формы!

Земля под ногами гопников становится жидкой, и они моментально утопают в ней, не успевая понять, что я использовал алхимию. Монетка летит вниз, а я отменяю заклинание и делаю три шага вперёд, чтобы поймать её.

– Иди к папочке, – кладу шалунью в карман и иду дальше. – Покойтесь с войной и пусть земля вам будет стекловатой, нарколыги хреновы.

Да, наркоманов я презираю ровно так, как остальные полукровок. Хотя если сравнивать эти два порока, то к «соли» относятся терпимее, чем к рогатым или крылатым полукровкам. Полуросликов-людей вообще считают дерьмом, поэтому страшно представить, через что проходит Сара. Возможно, я отношусь к ней предвзято в хорошем смысле, но и хрен бы с ним.

Наконец-то, сворачиваю в последний раз и попадаю в безлюдный уголок с одной железной дверью, которую сторожат два бугая. Я подхожу к ним и говорю:

– Михаил у себя?

– Говори пароль или проваливай! – требует мужик с татуировкой креста на шее.

– Хех, а если не скажу?

– Тогда я вышвырну тебя! – бугай сжимает кулаки, показывая свои намерения.

– Ну попробуй, мамин великан, – маню его пальцем.

– Ты сам напросился, – он замахивается, но второй хватает его за руку и не даёт ударить.

– Здравствуй, Томми, – обращаюсь я к защитнику. – А куда делся Курт?

– И тебе не хворать, Рей, – он продолжает держать коллегу. – Курт неудачно упал.

На сленге это обозначает, что он перешёл дорогу не тому человек и был убит. Жалко мужика, хоть и троил иногда, но в целом запомнился мне весельчаком.

– Жизнь – дерьмо, – я пожимаю плечами.

– И не говори.

– Новенького воспитываешь?

– Ага. Редгар, да успокойся ты! – Томми повышает голос.

– Мне чё сказали, то я и делаю, – бурчит он, вырываясь и отходя назад.

– Это Рей, он у нас работает. Точнее, работал… Давно тебя не видно было, кстати.

– Отошёл от дел, в учителя вот заделался, – показываю лицензию.

– Нифига ты даёшь! Красавчик! – Томми хлопает меня по плечу. – Пришёл с Михаилом попрощаться?

– Не, заказ хочу оставить.

– Хм… А что сам не разберёшься? Ты же, вроде как, у нас спец по всем вопросам?

– Дело плёвое, но мне нельзя святиться, сам понимаешь, теперь другая жизнь, – подхожу к двери. – Он у себя?

– Да, конечно.

– Благодарю. А ты, Редгар, больше наблюдай и меньше делай, а то ненароком «неудачно упадёшь», – захожу внутрь прежде, чем тот успевает отреагировать.

Поднимаюсь на третий этаж, Михаил, по совместительству лидер Братства, устроился в пентхаусе. У его двери стоят ещё бойцы, которые пропускают меня без проблем. Они могли возникнуть, если бы Михаил кого-то принимал, а так мне удаётся попасть и не ждать в очереди.

– Здравствуй, – говорю я с порога.

– Рей! Какие люди! Или черти?.. – язвит он.

– Ха-ха-ха, – саркастично смеюсь. – Эта шутка такая свежая… А ты, смотрю, ещё килограмм двадцать набрал? Скоро кресло развалится.

– Поговори мне тут! – Михаил хлопает по жопе девку, которая кормит его виноградом. – Что хотел? Взять заказ? Так это внизу, или уже забыл, что да как?

Михаил постепенно превращается в Джаббу Хатта: жиреет, лысеет и курит без остановки. А ведь когда-то он был великим мечником, который не проиграл ни одного рыцарского турнира. Но на одном благородстве далеко не уедешь, и в какой-то момент золото взяло над ним верх. Сперва тот стал наёмником Братства, потом правой рукой главы, а когда последний окочурился, занял его место и расслабился.

– Нет, хватит с меня грязной работёнки. Я хочу оставить заказ на жёсткий разговор с двумя алхимиками. Один на больничной койке, а второй спец по медицине, угрозы не представляет.

– Лицензия ранга «А»? – Михаил замечает мою метку. – Учитель, значит? Боишься за своё имя?

– А ты глазастый, – я киваю.

– Жёсткий разговор с двумя алхимиками… – он рассуждает вслух. – Это вылетит тебе в копеечку. По золотому за каждого.

– Михаил, я же сказал, что один из них полумёртвый, а второй не окажет сопротивления и ничего не подозревает. Пятьдесят серебряных за обоих.

– Ты хочешь меня оскорбить? – недовольно ворчит он.

– Нет, но я знаю, сколько стоят такие заказы. Справится любой парнишка с кинжалом, – подхожу ближе и сажусь напротив, периодически поглядываю на барышню с подносом винограда.

– Один золотой и пятьдесят серебряных. Меньше не скину, даже не проси.

– Семьдесят пять серебряных, и ты выдашь мне метку Братства.

– Дом уже прикупил?

– Ага, поэтому денег у меня кот наплакал. И не хотелось бы, чтобы кто-то обнёс моё хозяйство или взял на меня заказ.

– Только одна метка стоит сорок серебряных, это грабёж!

– Ладно, золотой за всё, но больше у меня просто нет, – достаю монету из кармана и кидаю на стол.

– Хм-м-м… – кряхтит Михаил и закуривает трубку. – Умеешь же ты уговаривать, чертяга языкастый. Но это только из уважения к твоей исполнительности. Как-то даже жаль, что ты подался в учителя…

Стоит сказать, что сейчас происходит: я заказываю убийство Салеха и Брута; а также покупаю специальный символ, который знают все, кто работает здесь. Последний – это своего рода крыша от Братства, гарантирующая защиту. А коллег я собираюсь убрать с шамотной доски прежде, чем они решат отомстить.

Этот мир научил меня многому, и один из таких уроков: устрани проблему прежде, чем она доставит тебе неудобство. Моральная сторона вопроса меня совершенно не терзает, ведь никакой любви к людям я не испытываю. Да и с чего бы мне их любить, если каждый, кому не лень, считает своим долгом «кинуть камень» в полукровку? Я такой, каким сделал меня этот мир.

К слову, когда Странствующий Алхимик покинул город, мне приходилось на что-то покупать еду. А где с моими навыками можно по-быстрому срубить деньжат? Конечно же, в Братстве. И да, заказы на «жёсткие разговоры» я тоже брал, и единственным ограничениям были дети и беременные женщины. В остальном я человек беспринципный.

– Ну ладно, пора отчаливать, – встаю и собираюсь уйти. – Приятно было поболтать.

– Чуть не забыл… Ты слышал, что он вернулся, – Михаил делает особый акцент на местоимении. – Теперь награда за живого тридцать золотых, а за мёртвого десять.

– В два раза подняли? – удивляюсь я. – Кого он убил на этот раз?

– Твоего сородича, доярка двадцати двух лет от роду. Нашли сегодня утром в лесу рядом с одной из деревень.

– Название? – негромко переспрашиваю я.

– Не помню, но там самая большая молочная ферма. Под горой, которая.

– Ясно…

– Вновь отправишься его ловить? Или уже покончил с этим?

– У меня нет на это времени, – выхожу в дверь. – Удачи.

– И тебе, – вслед кидает Михаил.

Я спускаюсь в самый низ, забираю метку, озвучиваю детали заказа и покидаю Братство. Пора возвращаться домой… Или же нет? Попытать удачу и наведаться на место преступления? Не знаю…

«Он» – это маньяк-убийца, прозванный Кровавым Алхимиком. Этот нелюдь вылавливает женщин, в основном простолюдинок, и проводит с ними непонятные ритуалы, рисуя алхимические круги при помощи их крови. Тёмная алхимия находится под запретом, и мой учитель отказывался что-либо про неё говорить, но меня всегда привлекало то, что запрещено.

Все хотят поймать этого монстра и вздёрнуть на виселице, а у меня другая цель: я хочу допросить его и разузнать побольше о тёмной алхимии, а затем, можно и убить, получив десяток золотых.

Но проблема заключается в том, что этого маньяка не могут поймать уже пятый год подряд. Каждый раз перед полнолунием он убивает трёх девушек, а затем пропадает на месяц. Несложно подсчитать, скольких он уже отправил на тот свет. И в следующие два дня их количество только возрастёт.

Возможно, в этот раз я бы прошёл мимо и остался в стороне, но Кровавый Алхимик наведался в мою деревню, и велик шанс, что убил он одну из доярок, с которой я спал. А это уже переход на личности, теперь я просто обязан найти его и «поговорить» с особой жестокостью…

Рубрика «Осталось за кадром»

Разговор у дверей Братства ровно через минуту, как Рей покинул заведение.

– И всё-таки, кто он такой? – интересуется Редгар. – Почему всем надо называть пароль, а ему нет?

– Рей славится исполнительностью, непоколебимостью и хладнокровием. У него простой девиз: «Сказано – сделано!», – поясняет Томми.

– И что в этом такого? Многих наёмников можно так охарактеризовать, – Редгар сморит на коллегу с подозрением.

– Если честно, я и сам до конца не понимаю… Но как-то раз, у Михаила возникли проблемы, которые он поручил решить именно Рею. Без понятия, что там случилось, но в тот день наш босс закатил пирушку и назвал Рея своим «корешем».

– Эм…

– Вот стал бы ты прессовать Мишиного кореша?

– Ну… Наверное… Это ведь моя работа? – Редгар чешет макушку и пытается придумать ответ получше.

– Короче, запомни его лицо, а лучше рога, и не вставай на пути. Босс его знает? Знает. А поэтому пока не будет особой команды Рея не впускать, то просто закрой глаза на формальности, – Томми хлопает его по плечу.

– Как-то это неправильно… – он мотает головой в разные стороны.

– Не забывай, почему и как освободилось это место, – недвусмысленно намекает Томми. – Пока наблюдай за мной и учись. Целее будешь.

Редгару ничего не остаётся, кроме как ответить молчаливым согласием и смириться с блатом, который присутствует в рядах Братства.

Глава 8. Новые жертвы

Я неспешно шагаю по той дороге, по которой пришёл в Братство, и обдумываю свои дальнейшие действия. Проблема с «коллегами учителями» решится уже сегодня вечером, а поэтому насчёт них можно не переживать. Вообще, вряд ли Брут и Салех смогли бы доставить мне серьёзные проблемы, но в таких вопросах лучше перестраховаться, ведь я по своему опыту знаю, что бывает, когда ты недооцениваешь противника.

А вот что делать с Кровавым Алхимиком – это большой вопрос… Больше года я гонялся за этим призраком, да что я, весь город его ищет, но нет даже примерного портрета, ибо никто не выжил, чтобы рассказать о нём. А он умён и тщательно выбирает жертв, причём речь не о цвете волос или формах, а о месте и времени совершения преступлений.

В Рейвенхоле каждый знает, что гулять в одиночестве в полнолуние смертельно опасно, но даже так убийца умудряется отыскать своих жертв. И никто из алхимиков не может разгадать, что за заклинание он использует, ведь даже если ты сможешь начертить круг, ничего не произойдёт. Нужно обязательно знать, хотя бы приблизительно, что это за заклинание. В таких случаях я обычно экспериментирую, но тут речь идёт о человеческих жизнях, поэтому вариант отпадает, ведь число попыток может исчисляться тысячами.

На вот одно мне непонятно: почему он выбирает только молодых и симпатичных девушек, неужели это какой-то фетишь? Но тогда почему они остаются нетронутыми в сексуальном плане? Вопросов этот тип вызывает столько, что и рота криминалистов-психологов не сможет найти ответы на них все.

Единственное, что есть общего у всех жертв – это молодость, красота и доступность. Насчёт последнего стоит сделать дополнительную ремарку: их было очень легко похитить и убить. Возможно, именно поэтому страдают по большей части простолюдинки. И многие из них славились тем, что были падки до секса.

Можно было бы подумать, что маньяку насолили проститутки, но они чаще всего работают в борделях, а поэтому находятся в недосягаемости. Кровавый Алхимик предпочитает простушек вроде тех же доярок, такую девушку можно выследить и напасть, когда та окажется одна. А собирательницы – это вообще идеальные жертвы.

Возникает резонный вопрос: если все знают, в какой день произойдёт нападение, то почему бы не закрыться по домам и не переждать? Ответ банален и жесток – феодализм, помноженный на капитализм, не терпит простоев и смерть трёх работниц даже близко не стоит с убытками от потенциальных простоев.

Потому-то Кровавый Алхимик до сих пор на свободе, его, конечно, ищут, но не так активно, как могли бы. Помнится, первые полгода полиция заглядывала под каждый камень, но чем больше убийств случалось, тем сильнее охладевал пыл стражей правопорядка. Тогда-то и была назначена награда за поимку, которая с каждым годом растёт.

Меня же интересуют не столько деньги и уж тем более не отмщение за малознакомую доярку, сколько исследовательский интерес, ведь о тёмной алхимии я знаю совсем немного. Можно сказать, что практически ничего, да и то большую часть информации я почерпнул, пока пытался найти этого убийцу.

Я хоть и ленивый, но учиться чему-то новому и интересному просто обожаю! А если смогу найти этого маньяка, то выпытаю из него столько информации, сколько возможно… Затем убью и сдам труп за десяток золотых – выгодная сделка. Тащить живого напряжно и опасно, ведь если его допросят, то следователи могут заинтересоваться и моей персоной, а мне не нужно лишнее внимание со стороны полиции.

Я покидаю Нижний Город, запрыгиваю в электричку и еду в свою деревню. А ведь когда я покупал дом, то думал, что более туда не вернусь. Хижина учителя, как и дорога до неё, навевает негативные воспоминания: несмотря на возможность изучать алхимию и человеческое отношение, впахивать меня заставляли так, что хочется поскорее вычеркнуть эту страницу истории из моей памяти.

Возможно, стоило бы положить большой и толстый болт на этого неуловимого убийцу, но во мне до сих пор бурлит исследовательский интерес, да и он изуродовал девушку, с которой я спал, а это дополнительный мотив. Смерть доярки мне безразлична, но этот хрен покусился на моё мужское эго. Как-никак я завоёвывал эту даму, хоть и недолго…

Почему я так уверен, что спал с ней? Тут всё просто: через меня прошли все симпатичные и молодые дамы из деревни, а маньяк выбирает именно таких. И в отличие от остальных случаев, здесь у меня есть козырь, ведь я могу прикинуться ухажёром и натянуть маску сочувствия, дабы выведать из возможных свидетелей побольше информации.

Электричка довозит меня до конечной остановки, и я быстрым шагом топаю в деревню с труднопроизносимым называнием, скорее всего, именно поэтому Михаил его и не вспомнил.

Понять, в чьей семье случилось горе, несложно, ведь у их дома собирается толпа сочувствующих, многие приносят цветы. В этот раз не повезло Анжелике, кажется, у неё были голубые глаза, рожки чуть меньше моих и гигантские булки… Точно-точно! Анжела – огромная жопа, именно так я её и называл.

Подхожу к её подружке, которая стоит в толпе сочувствующих, беру её за руку и отвожу в сторону. Девушка плачет и практически не сопротивляется, она похожа на полуживую куклу с длинными до колен рыжими волосами.

– Марго, мне нужна твоя помощь, – негромко начинаю я. – Где это случилось?

– Бедная Анжелика… – хнычет девушка и игнорирует мой вопрос.

– Где её убили?! – повышаю голос. – Если ты не скажешь, то я не смогу найти его и отомстить.

– Ты же ещё год назад обещал, что найдёшь его… – ревёт Марго.

Тут стоит пояснить, что я частенько использовал этот козырь в качестве полуправды, чтобы добиться их расположения. Конечно, я искал Кровавого Алхимика и продолжаю это делать, но в разговоре с девушками приходилось врать, дабы побыстрее стянуть с них одежду. Не думал, что эта история выйдет мне боком…

– Послушай меня, – беру её за плечи. – Если его кто-то и сможет поймать, то только я. Полиция чихать на него хотела с высокой колокольни, но для меня это личная трагедия.

– Личная?.. – Марго с недоумением смотрит мне в глаза.

– Конечно! Анжелика мне нравилась… – с трудом натягиваю маску печали. – К тому же она, как и я, полукровка. Прошу тебя, помоги и расскажи всё, что знаешь. Мы должны сделать так, чтобы это прекратилось…

– Вчера вечером мы убирались в коровнике и старались не отходить друг от друга… – шёпотом рассказывает Марго. – Но потом… Потом Анжелика отошла буквально на минуту, чтобы справить нужду, и больше я её не видела…

– Где её нашли? Это важно! – настаиваю я.

– Грибники обнаружили её тело возле старого дуба на рассвете… О боже, Рей, ты бы видел, что он с ней сделал… – девушка закрывает лицо руками и начинает рыдать с новой силой.

– Я отомщу за Анжелику, – прижимаю её к себе, и чтобы успокоить, и чтобы не привлекать ненужного внимания. – Иди к остальным, а я наведаюсь на место трагедии… Этот ублюдок получит по заслугам, обещаю!

Громкие и циничные слова, ведь я не уверен, что смогу найти Кровавого Алхимика, но я вынужден их сказать, чтобы поскорее отделаться от Марго и отправиться к старому дубу.

Так и происходит: порыдав пару минут, она возвращается к толпе. А я несусь на место преступления и корю себя, что не обратил на него внимания, когда сегодня утром я пробегал мимо… Вот только у меня на уме было одно – академия, всё-таки собственное безбедное существование важнее жизни доярки.

Анжелику похитили бесшумно, и это в который раз подтверждает тот факт, что Кровавый Алхимик действует путём мягкой и безмолвной силы. Ведь в противном случае любой, шорох или вскрики были бы слышны для окружающих, но нет, этого ничего не было. Вообще, складывается впечатление, что маньяк каким-то образом гипнотизирует своих жертв, иного варианта, почему они не издают никаких звуков, я не знаю.

Можно было бы предположить, что он их мгновенно убивает, а затем переносит, но тогда у него не получился бы кровавый ритуал, ведь, насколько мне известно, жертва должна быть жива. Но по правде сказать, вопросов куда больше чем ответов, и за пять лет этот баланс поменялся несильно.

Я подбегаю к старому дубу – огромному дереву, которое погибло ещё до моего рождения. Как оно продолжает сопротивляться ветру – неясно, волшебство не иначе! Именно поэтому старый дуб – культовое место и достопримечательность, гордость жителей деревни.

Здесь уже поработала полиция, но следы крови им затоптать не удалось. Зато они сделали кое-что другое – засыпали алхимический круг, чтобы никто не вздумал повторить запретное заклинание. Но для меня это не проблема, ведь я легко могу снять верхние слои почвы и добраться до рисунка.

– Всё без изменений… – констатирую я. – Всё те же символы, всё тот же круг… Зачем же ты это делаешь?..

Около получаса я осматриваю округу в надежде найти хоть какую-то зацепку, но нет, Кровавый Алхимик не оставляет следов. Обычно даже мёртвая жертва может немного рассказать о своём убийце, но это при условии, если она сопротивлялась. Кажется, будто девушки просто идут за маньяком по своей воле…

Насколько мне известно, так не бывает. Алхимия не позволяет влиять на умы, ведь она работает с материей и псевдоматерией, а поэтому загадка Кровавого Алхимика ещё интереснее… Если я когда-то найду его, то нужно быть максимально осторожным.

Так ничего и не найдя, я возвращаюсь на остановку. Можно было бы поговорить с родителями, но не думаю, что они расскажут что-то новое. Всегда одна и та же история, всегда один и тот же сценарий, всегда один и тот же результат. И это странно, ведь даже от самых матёрых серийных маньяков жертвы умудрялись сбегать, но только не от Кровавого Алхимика.

Сперва неотвратимость угнетает, затем ты её отрицаешь, а в конце миришься и живёшь с осознанием неминуемого. Живёшь и надеешься, что злой рок обойдёт тебя стороной. В каком-то смысле я даже рад, что родился мужиком, ведь далеко не факт, что смог бы выжить, выбери маньяк в качестве цели мою жопу…

Я подхожу к остановке и сажусь на лавку. Опять мне не удалось узнать ничего интересного или нового, время потрачено впустую. Хотя скорее даже в минус, ведь теперь меня продолжит грызть чувство беспомощности. Вроде как, мню себя самым сильным и далеко не самым тупым, но выследить этого ублюдка не могу. Случайные жертвы, отсутствие следов, непонятный мотив – идеальный коктейль неуловимого преступника.

Наконец-то, электричка приезжает, и я медленно заползаю в неё, да облокачиваюсь на стекло. Мои глаза натыкаются на странную особенность: на земле видны следы от множества повозок, и это понятно, ведь здесь была полиция. Однако присутствуют две линии широких колёс, а такие используют только влиятельные люди Рейвенхола, ведь цена на эту модель улетает в космос.

И что же здесь забыла некая влиятельная персона? Сомневаюсь, что благородного аристократа интересовала судьба простой доярки… Возможно, это первая серьёзная зацепка, но даже если так, она лишь слегка сужает круг подозреваемых до нескольких сотен человек, которые могли воспользоваться такой повозкой.

Что ж, буду иметь в виду и держать в уме. Кто знает, вдруг когда-то сойдутся звёзды, и я докопаюсь до правды. А сейчас пора вернуться в особняк, ибо уже темнеет, а мне завтра с утра нужно будет потренироваться. Всё-таки без физнагрузок никуда – много раз меня выручали именно кулаки, потому-то заветами учителя пренебрегать не стоит.

Я еду домой и перебираю в голове всех возможных кандидатов на роль Кровавого Алхимика. Даже из тех, кого я знаю, получается список длинной более полутора сотен человек. А сколько ещё в городе наберётся нувориш? Нет, это мне ничего не даёт… Сегодня умрёт ещё одна девушка, и никто не в силах этому помешать. Только разве что бог, но есть ли он в этом мире? Сильно сомневаюсь.

Доезжаю до особняка, вешаю на входную дверь метку Братства и захожу внутрь. Бен куда-то ушёл, возможно, за моим костюмом, а поэтому дома только молчаливая Лиза. Завидев меня, она тут же бросается разогревать ужин, а так как в этом мире телевизоры ещё не придумали, мне приходится смиренно дожидаться свою похлёбку.

Готовит девушка действительно вкусно, но за всё приходится платить, благо я могу себе это позволить. Даже и думать не хочу, что безбедная жизнь может в какой-то момент закончиться, напротив, вкусив этот сладкий плод, мне хочется всё больше и больше! Две прислуги – хорошо, но мало, а вот сотня – это совсем другое дело…

Жаль, что на данном этапе мне приходится довольствоваться малым, но зато есть к чему стремиться, и завтрашний день покажет, сработал ли мой план, или нужно переходить к запасному.

Перед сном я прошу Лизу разбудить меня за два часа до рассвета, а затем отправляюсь в свою комнату нежиться на огромной перине. После лежанки в лачуге учителя она кажется облаком – такая мягкая и такая приятная, что не передать словами. Засыпать на ней одно удовольствие…

* * *

Следующим утром меня будит Бен, причём именно в то время, в какое я и просил. Он показывает костюм, я меряю его, а затем снимаю и иду умываться.

В первую очередь небольшой перекус и кружка чая, а затем часовой забег по лестнице вверх-вниз. Гор поблизости нет, но я не собираюсь разбазаривать выносливость, а носиться вокруг дома – плохой тон, соседи не поймут. Да на лестнице нагрузка значительно выше, правда, далеко не факт, что деревянные ступени выдержат ежедневное покушение на свою целостность…

Следом я приступаю к отжиманиям, приседаниям и другим упражнениям, которые выполняю по кругу и без остановки. Лиза только и успевает подносить мне воду, ведь времени мало, а надо успеть выполнить норму. Чем-то я похож на всем известного толстяка, любителя дорогих автомобилей, но только я не вру о своих возможностях.

После тренировки плотный завтрак, водные процедуры, новенький костюм и бегом на работу. Говорят, что если найти работу по душе, то работать не придётся, и это справедливо по отношению ко мне, ведь учитель алхимии элементов – это то, что нужно. Минимум усилий, максимум выгоды – просто рай!

Сегодня я прихожу одним из первых и замечаю директора Блейна, который собирает всех у входа. Видок у преподавателей так себе, они словно узнали, что зарплаты больше не будет. Кстати, нельзя забывать, что я взял деньги вперёд, а поэтому следующая получка только через два месяца…

– Что случилось? – негромко спрашиваю Блейна.

– Новости трагичные… – с прискорбием сообщает директор. – Мне сообщили, что Салех умер от остановки сердца, а Брута нашли повешенным. В предсмертной записке он признавался в таких вещах, о которых и говорить не принято… Мужеложец…

– Вот оно что… – делаю вид, что удивился. – Действительно трагедия…

Ребята из братства сработали на ура! Ещё и подставили нерадивого мужичка, который посмел мне угрожать. Жалости на их счёт я не испытываю, ведь эти двое стояли у меня на пути, а я добьюсь своего и за ценой не постою.

– Но и это ещё не всё… – с трудом произносит Блейн.

– Не всё? – вот теперь я по-настоящему удивляюсь.

– Девочка из твоего класса, Сара… – директор замолкает.

– Помню, помню её. Что с ней?

– Её нашли мёртвой… Это дело рук Кровавого Алхимика… – Блейн сжимает кулаки и тщетно пытается сдержать ярость.

Насколько мне известно, этот нелюдь три года назад убил единственную дочь директора. Больше детей у него не было, да и та появилась слишком поздно. Но будто этого было мало, его жена не смогла пережить утрату и покончила с собой. В итоге старик остался совсем один, ему можно только посочувствовать.

– Не думал, что он выберет именно её… Хорошая была девушка, способная… – я тяжело вздыхаю. – То доярки, то собирательницы, а теперь и до учениц добрался?.. Ублюдок…

– Сегодня будет объявлен траур по погибшим, – сообщает директор. – Церемонии прощания будут проходить примерно в одно и то же время, поэтому учителям придётся решать, с кем они хотят проститься.

– Не поймите меня неправильно, но я бы хотел проводить в последний путь именно Сару, – говорю я.

– Конечно, я не буду возражать. Можешь быть свободен, – смотря в пол, Блейн закуривает трубку. – И как земля только носит эту тварь… Не понимаю…

К академии подъезжают повозки со студентами, их разворачивают обратно, сообщая о траурном дне и отмене занятий, а я в этот момент решаю наведаться в канцелярию и узнать, где же жила Сара.

Оказывается, что эта бедняга родом с Рыбной улицы – ужасное место, там стоит такая вонь, что даже Нижний Город покажется манной небесной и райским местом. Обычно в том районе живут работяги самого низкого пошива, те, кто не хочет ступать на скользкую дорожку и становиться преступником.

Даже интересно, как Сара умудрялась скрывать противный рыбный запах, которым должны были пропитаться её волосы и одежда. Странно, странно… Ибо выглядела она вполне обычной студенткой из небогатой семьи простолюдинов, а оказывается, поднялась с самого дна. Будь я на её месте, то умирать было бы очень обидно, ведь ты только-только дорвался до лучшей жизни, и тут на! Облом!

Убийца всё чаще начинает переходить мне дорогу, и это не может не настораживать… Конечно, вряд ли доярка была выбрана, чтобы насалить именно мне, но случай с Сарой видится странным, на Рыбной улице и днём и ночью столько народу, что незаметно убить человека таким способом довольно сложно, особенно если взять во внимание улику с широкими колёсами повозки.

Весь в раздумьях я покидаю административный корпус и иду на выход с территории академии. Мне навстречу бежит Мелиса, бежит и улыбается… Скорее всего, у неё для меня хорошие новости, и я лишь надеюсь, что она не потребует приступать к персональным тренировкам прямо сейчас.

Нет, в данный момент у меня другие планы.

Рубрика «Осталось за кадром»

Днём ранее в лазарете академии.

– Ну что, Салех, дней пять ещё полежишь, а потом будешь как новенький, – Брут заканчивает осмотр.

– А толку? Куда я пойду? В армию? – тяжело дышит Салех.

– У меня есть идея, как вернуть тебе работу, а заодно и избавиться от этого полукровки, – негромко начинает Брут. – Завтра я попрошу выдать мне задаток, а потом схожу в Нижний Город и найму человека, который решит твою проблему.

– Хочешь убить его? – удивляется Салех.

– Да тише ты, – пшикает Брут. – У них это называется «жёсткий разговор», вот я и планирую с ним «поговорить». Ты главное не переживай, я всё сделаю, мы ведь как-никак друзья детства…

– Ой, вот только не надо вспоминать тот случай… – на лице Салеха появляется гримаса отвращения. – Мы были молоды, экспериментировали… Это ничего не значит.

– Да-да, я всё понимаю… – Брут с тоской в глазах смотрит в окно. – В общем, ты выздоравливай, а я всё сделаю. Директору не останется ничего другого, кроме как взять тебя обратно.

– Береги себя, в Нижнем Городе опасно, – предостерегает Салех.

– Я могу за себя постоять. Тамошнему отребью со мной лучше не связываться!

Глава 9. У полиции тяжёлая работа

Госпожа Мелиса Майерс собственной персоной подбегает ко мне на удивление окружающих. Её брат Марк недовольно озирается из повозки, которую сопровождают ещё два экипажа охраны. Все три оббиты золотом, чтобы ни у кого не было сомнений насчёт персон, передвигающихся в этих без преувеличения каретах.

– Учитель! – Мелиса единственный улыбающихся человек в толпе скорбящих. – Я договорилась с отцом!

– Рад за тебя, – всем своим видом даю понять, что учёба нужна ей, а не мне.

– Раз уроков не будет, то мы можем отправиться прямо сейчас.

– Ты бы хоть постеснялась немного, тут как бы люди погибли, – киваю на толпу учителей. – Или тебе безразличны их жизни?

– А какой смысл переживать о тех, кого больше нет? – заявляет она. – Им это уже никак не поможет.

– Ага, – недовольно соглашаюсь с ней.

– Ну так что, учитель, ты поедешь с нами во дворец? – она внимательно смотрит за моей реакцией.

– Во-первых, мы ещё не договорились о цене, а во-вторых, в данную минуту у меня есть одно неотложное дело. Поэтому нет, сейчас я никуда не поеду, – продолжаю разговаривать с позиции силы, дабы в будущем не бегать за Мелисой как собачонка.

– Пять золотых за одно занятие! – громко бросает она.

– Тот, кто готов заплатить пять, сможет дать и десять, – пожимаю плечами и продолжаю идти к выходу.

– Хорошо, десять, – Мелиса шагает за мной следом.

Я понимаю, что можно попросить больше, но боюсь перегнуть палку. Майерсы – самая богатая семья Рейвенхола, но даже их кошелёк не является бездонным, а поэтому лорд Милиан легко может послать меня куда подальше, если ценник будет слишком большим. Да и десятка золотых за пару часов моей жизни – чертовски выгодное предложение.

– С первым мы разобрались, – говорю я. – А вот второе никто не отменял. Я освобожусь часа через два… Ну да, пока туда доеду, пока обратно. Где-то через два-три часа.

– Тебе нужно куда-то доехать? Я могу с этим помочь, на повозке будет быстрее, – тут же предлагает Мелиса.

– Твоему брату это не понравится.

– Я отправлю его во дворец вместе с охраной!

– Ты так сильно хочешь учиться? – через плечо бросаю на неё подозрительный взгляд.

– Конечно! Я всю ночь не могла уснуть… Меня терзали мысли о том, насколько же ты силён, учитель… Я безумно хочу стать равной тебе, а затем и превзойти! – гордо заявляется Мелиса.

– Ох… – делаю короткую паузу, а затем останавливаюсь и поворачиваюсь к ней. – Запомни вот что: ты никогда не сравняешься со мной по силе. Я тренируюсь каждый день с юных лет, и это не те «тренировки», через которые проходят дети богатых родителей… Нет, я даже перестал считать, сколько раз терял сознания как от физических нагрузок, так и от истощения маны. Но даже занимайся ты с тем же усердием, то всё равно была бы на порядок слабее, ведь главное моё оружие – это тайные знания, которые позволяют мне создавать новые заклинания. Я смогу сделать тебя сильнее: своего отца, например, ты победишь без проблем, но на этом мои наставления закончатся. А теперь подумай ещё раз, ты хочешь, чтобы я тебя учил?

– Ну… Я… – неуверенно блеет Мелиса. – Но ведь если я освою все твои заклинания…

– Тебе это ничего не даст, – грубо перебиваю я. – Алхимия – это наука, а любая наука требует осознанности, и глупый зубрёж тут не поможет. Если ты хочешь стать эффективным боевым алхимиком, то я готов сделать из тебя машину смерти, которой не будет равных. Чтобы тебе проще было меня понять, скажу так: я могу сделать тебя бойцом, но не смогу мудрецом.

– Вот оно что… – девушка опечаленно смотрит вниз.

Я понимаю, что перегибаю палку, а поэтому нужно возвращаться к пряникам. Всё-таки кнутом махать мне нравится больше, и как же меня раздражают эти зазнавшиеся аристократики…

– Ты же сама говорила, что хочешь стать сильнее, чтобы отстоять честь семьи? – спрашиваю я. – Так в чём проблема? Зачем тебе эта наука?

– Так-то оно так, но…

– Но?

– Алхимия оказалась куда интереснее, чем я себе представляла… – признаётся рыбка, попавшая на крючок. – Мне хочется понять, почему какая-то вода обладает такой разрушительной силой, а огонь так слаб…

– Если у тебя есть такое желание, то на уроках я могу тебе рассказать об этом во всех подробностях, но не стоит думать, что эти знания помогут тебе превзойти меня, – решаю напоследок легонько ударить её кнутом, дабы не расслаблялась.

– Хорошо, меня это устраивает, – всё-таки она включает знатную наследницу и говорит со мной свысока. – Десять золотых за одно занятие, но начинаем сегодня.

– Договорились. Отвези меня на Рыбную улицу, там я кое-что сделаю, а потом можем отправляться во дворец.

– Рыбную улицу? Что ты там забыл… – с нескрываемым отвращением интересуется Мелиса.

– Это моё дело и только моё.

– Так уж и быть, – она кивает. – Поехали.

Мелиса идёт первой и буквально палкой выгоняет брата из повозки, а затем велит отвезти его во дворец. Мы с ней садимся в центральную карету, в которой находятся мягкие диваны, призванные снизить нагрузку на позвоночник и пятую точку. Наследница командует водителю ехать на Рыбную улицу, и повозка трогается. Один из сопровождающих экипажей отправляется следом за нами, чтобы защитить важную особу.

Даже у водителя я заметил лицензию ранга «В», а значит, он не сдал только итоговые экзамены. Что уж говорить об охранниках, которые едут позади, наверняка там каждый первый обладатель того же ранга, что и я. На товарища с буквой «S» даже у Милиана не хватило бы денег, точнее, хватило бы, но такой индивид быстро бы истощил казну лорда.

Вообще, высший ранг – это безумная редкость и пропасть между ним и «А» колоссальная. Точной статистики я не знаю, но «S» ранг получает в лучшем случае один из пяти сотен, и виной тому суровое испытание, выживаемость на котором ниже пяти процентов. Другими словами, даже попытка получить высший ранг приравнивается к самоубийству, но зато и привилегии соответствующие…

Такие алхимики чаще всего служат лично королю и возглавляют различные отряды элитных войск. Шпионы, генералы, дипломаты – кого там только нет! Высшая лицензия открывает множество дверей, к такому человеку относятся с тем же уважением, что и к лорду. Будет забавно посмотреть, как люди отреагируют на полукровку, получившего «S» ранг… Очень интересно!

Мы с Мелисой едем молча, но где-то на полпути, она всё-таки решает заговорить:

– Может, уже скажешь, зачем мы едем на Рыбную улицу?

– Там жила Сара, – коротко отвечаю я.

– Жила? – хмурится Мелиса.

– Она погибла от рук Кровавого Алхимика.

– Чего?! Эта сисястая выскочка?! – женская ревность так из неё и сочиться, будто она должна быть лучшей во всём, и даже маньяк должен был выбрать именно её.

– О покойниках либо хорошо, либо ничего, – отрезаю я.

– Ну… Просто… Как-то не верится… – Мелиса хмурится и чешет затылок. – И я всё равно не понимаю, зачем мы туда едем?

– Я хочу осмотреть место преступления, – вижу, что она хочет задать кучу вопросов. – Скажу сразу, я один из тех, кто ищет его.

– Но зачем?!

– Личная месть, – натягиваю маску скрытой злобы, дабы не раскрыть свои истинные намерения. – Он убил девушку, которая была мне дорога.

– Вот оно что… – Мелиса поджимает губы. – Понятно…

– Не переживай, я быстро управляюсь. А повозку можешь остановить поодаль от Рыбной улицы, чтобы твоё платьишко не провоняло.

– Так и сделаем. Вы слышали?! – Мелиса обращается к водителю.

– Да, госпожа, я вас услышал, – отвечает он.

– Я смотрю, ты несильно расстроена, что Сары больше нет. Минус одна конкурентка? – решаю проверить свою теорию.

– Чего?! – возмущается Мелиса. – А почему я должна хоть что-то испытывать к простолюдинке? Я её совсем не знала.

– Но ты ведь рада, что её больше нет? В данный момент никто не сможет претендовать на звание сильнейшего алхимика в классе. Никто, кроме тебя.

– Признаюсь, меня радует возможность сохранить свой авторитет, – негромко говорит она. – Но если ты намекаешь, что я причастна к её смерти, то сильно заблуждаешься. Майерсы действуют в открытую! Да и вообще я планировала превзойти её за счёт частных уроков. Твоих уроков.

– Вот оно что, ну ладно, – пожимаю плечами и замолкаю.

Мелиса не выглядит человеком, способным на жестокое убийство, да и Кровавый Алхимик начал свою деятельность в то время, когда ей было всего тринадцать лет. Что ж, эту дамочку с розовыми волосами из списка подозреваемых можно вычеркнуть.

Однако совпадение действительно странное: единственная конкурентка становится жертвой маньяка. Если исключить из формулы Кровавого Алхимика, то я бы на сто сорок шесть процента был бы уверен, что это дело рук семейства Майерс. Будет забавно узнать, что убийца, которого все так ищут, на самом деле окажется лордом этого же города. Но такой сценарий ещё менее вероятен.

Повозка спускается к набережной и останавливается примерно за триста метров до начала Рыбной улицы. Там, где воняет не так сильно, как могло бы. Однако и этого оказывается достаточно, чтобы Мелиса прикрыла нос платком. А вот у меня уже иммунитет к нечистотам, ведь наша с учителем хижина периодически проветривалась воздушными массами, побывавшими в коровнике…

Я вылезаю из повозки и в быстром темпе направляюсь к нужному дому, благо он находится недалеко от начала улицы. Судя по бумагам, найденным в канцелярии академии, Сара была сиротой и жила одна в местной рыбацкой таверне. Она так и написала «…подвал…», и ей не позавидуешь, но сказать по правде, жизнь в этом мире куда более суровая чем та, к который я привык в прошлой жизни.

Безродные, они же сироты и брошенные дети, за людей не считаются, а если ты безродный полукровка, то это вообще конечная… Даже простой люд будет смотреть на тебя как на мусор, а что уж говорить о благородных и сильных мира сего.

Причём как такого рабства в этом мире нет, но ему на смену пришла занимательная традиция: где родился, там и пригодился. А если ты решаешь сменить сферу деятельности, будучи простолюдином, то готовься к подписанию контракта, который лишит тебя той самой свободы.

Для простоты понимая стоит привести пример. Если у доярки и пастуха родится сын, то он считается свободным человеком и может продолжить дело родителей на добровольной основе. Ему будут платить, и он в любой момент может уйти.

А приключения начинаются ровно тогда, когда такой человек решает уйти с фермы. В таком случае у него всего две дороги: работа на «дядю» или криминал, ведь своей земли у него нет. У девушек имеется третий вариант – проституция, но это было во все времена.

И вот если наш условный «Иван» захочет стать, например, кузнецом, то он должен будет прийти в кузню и подписать с её хозяином пожизненный контракт. Как в недалёкой Российской Империи теперь уже раб может выкупить свою свободу, а иногда и часть бизнеса, но ценник будет таким, что бедняга быстрее помрёт от недоедания, ведь денег ему будут хватить только на еду да на проститутку раз в месяц.

За нарушение контракта ему грозит пожизненные работы на рудниках, сперва он будет гасить долг перед прошлым хозяином, а потом пахать на государство и местного лорда. Таким нехитрым образом в Островном Королевстве решили вопрос с текучкой кадров.

Конечно, находятся и те, кто сбегает и вступает на тёмную дорожку, но «ночной мир» естественным образом отсеивает слабаков – они либо умирают, либо их ловит полиция. Так или иначе, простолюдин будет вынужден жить в неволе, если решит сорваться со своего места.

Причём местные законы не позволяют уйти в лес и жить там, как это сделал мой учитель. Это только Странствующий Алхимик может жить, где захочет, ибо ни один лорд в здравом уме не станет перечить этой легендарной личности. А вот простой «Иван» отправится на рудники, если вздумает самолично захватить часть земель, принадлежащих лорду. Конечно, её можно выкупить, но цена за сотку на каком-нибудь болоте начинает от нескольких десятков серебряных. И даже половина стоимости моего дома – это земля…

Иду я по Рыбной улице и вглядываюсь в эти пустые и усталые глаза, здесь веет не только протухшими морепродуктами, но и печалью да безнадёгой. Хуже, чем здесь, может быть только работа на рудниках, ведь в шахтах шанс погибнуть значительно выше. Техника безопасности в этом мире особо никого не волнует, и у надзирателей даже есть показатель нормальной смертности. Говорят, что он близок к пяти процентам в месяц, то есть если тебя приговорили к пожизненному сроку, то ты вряд ли протянешь и пять лет.

Наконец, я набредаю на нужную таверну, от неё как раз отъезжают полицейские повозки синего цвета. Все, кроме одной. Скорее всего, криминалисты закончили работу, и теперь оставшиеся патрульные решают, куда деть тело Сары. Обычно с трупами безродных не церемонятся и попросту сбрасывают в воду с высокой скалы – стервятники и местные рыбёхи только рады такой прикормке.

Если подумать, то местные по факту занимаются опосредованным каннибализмом… Рыба ест их трупы, а они едят рыбу. Хорошо, что я ещё и в прошлом мире недолюбливал морепродукты.

Захожу в таверну и, не привлекая внимания, спускаюсь в подвал. Останавливаюсь у последней двери, за которой виднеется свет ручного фонаря и слышатся голоса. Решаю сперва подождать и выяснять, о чём говорят полицейские.

– Почему именно мы должно этим заниматься? – вопрошает молодой судя по голосу мой ровесник.

– А ты не рад? – возмущается второй, видимо, без пяти минут старик. – Посмотри какие сиськи!

– Ты чего, совсем сбрендил?! Это мало того что аморально, так ещё и противозаконно! – громко возмущается первый. – Нас на рудники отправят, если узнают! Я… Я не хочу, чтобы моя жизнь закончилась именно так.

– Да не дрейфь ты… И говори потише, – пшикает второй. – Нас здесь двое, и никто не узнает, поверь мне на слово.

– Нет, я отказываюсь в этом участвовать, – твёрдо заявляет молодой. – У меня есть девушка, и мне это всё не нужно! А ты лучше сходи в бордель, если так приспичило.

– Ага, отдавать двадцать медяков за бабу не первой свежести, ещё чего! А тут девственница… Ты только подумай, где в наше время можно встретить такой подарок? – судя по голосу, старик там слюной уже брызжет.

– Она, конечно, ничего такая… – в голосе молодого слышатся нотки сомнения. – Но нет, так нельзя…

– Да что ты как маленький! Так и знал, что выдали в напарника какого хлюпика, – чванливо бросает второй.

– Я не хлюпик!

– Тогда докажи это! За сиськи ведь уже потрогал, когда переворачивал.

– Я…

– Ой не надо мне тут заливать, извращенец извращенца видит издалека.

– Я не такой…

– Да, да, конечно! А я внебрачный сын лорда Милиана, – хохочет старик. – Если ты такой хлюпик, то жди снаружи, а я вдоволь позабавлюсь с этой малышкой, негоже ей отправляться на тот свет нетронутой, не по-людски это…

– Я не хлюпик! – вновь возмущается молодой.

– Вот, молодец. Ну как? Ничего же не случилось? Никто об этом не узнает…

Решаю покончить с этим цирком и выбиваю дверь ногой. Молодой с длинным носом держит убитую Сару за обнажённые груди, а второй, сутулый и лысый старик, похлопывает его по спине.

– Граждане некрофилы, представление закончено! – громко оглашаю я. – Убедительно прошу вас покинуть помещение!

– А ты кто ещё такой?! – старик выхватывает меч и идёт на меня.

– Я бы на вашем месте воздержался, – вытягиваю вперёд левую руку и демонстрирую лицензию. – Я законный представитель Южной Академии Королевских Алхимиков.

– Алхимик?.. – хором произносят полицейские.

– Учитель алхимии стихий, – поправляю их. – Может быть, ты уже уберёшь руки с грудей покойной?

– Ой! – тот аж отпрыгивает.

– Учитель-малолетка? – ухмыляется другой. – Да не гони… Сам подикась захотел попробовать эту милашку?

– Сара моя ученица, первокурсница, водный алхимик, – надеюсь, что этих фактов окажется достаточно, чтобы избежать стычки.

– Уходим отсюда! – молодой порывается убежать, но старик не даёт ему это сделать.

– Нет. Этот самозванец слишком много знает, а поэтому… – он делает выпад и несётся на меня.

– Решётка! – успеваю произнести я.

Вода под огромным давлением выстраивается в виде лазерной решётки из фильма «Обитель зла» и разрезает старика на мелкие кусочки. Они падают на каменный пол, как куски говна, звенят только части фонарика и меча. Молодой полицейский уцелел и пятится в ужасе к противоположной стене, прижимая свой фонарик к груди.

– Пожалуйста, не надо… – мямлит он. – У меня невеста ждёт ребёнка… Не убивай, я ничего не скажу…

– Так я тебе и поверил, – медленно иду за ним. – И что ты скажешь, когда тебя спросят, куда делся твой товарищ? А?

– Я… Я что-нибудь придумаю… Скажу, что он ушёл в Нижний Город и не вернулся…

– Прости, но как сказал твой коллега, ты слишком много знаешь… – прикасаюсь к кругам на теле. – Резак!

Голова полицейского медленно сползает в сторону, а затем и он сам падает на пол. Дабы не пришлось убивать ещё кого-то, я изменяю свойства каменного пола и утапливаю остатки обоих извращенцев глубоко под землёй. Их вряд ли найдут, если вообще будут искать. К тому же, когда я закочну, восстановлю мозаику пола так, чтобы никто не заподозрил применение алхимии.

Теперь нужно осмотреть Сару. Её смерть действительно дело рук Кровавого Алхимика, ведь на полу виднеется набивший оскомину круг. И вроде бы, всё как всегда – артерии и вены на руках и ногах разорваны, но я замечаю множественные синяки по всему телу и особенно в районе груди. Ранее такого не было, но нельзя утверждать, что это натворил маньяк, ведь я совсем не знал Сару, вероятно, это последствия нелёгкой жизни. Однако эту косвенную улику стоит взять во внимание.

Но тут новыми красками заиграла иная проблема: как убийца смог войти и выйти из подвала незамеченным, и почему выбрал столь сложную жертву. Даже сейчас в таверне шум и гам, а ночью тут было не протолкнуться, и любой случайный алкаш мог закатиться в подвал и нарушить все планы.

Да и если вспомнить мою первую улику, то маньяк должен был приехать на дорогой повозке с широкими колёсами, но такие сюда попросту не ездят. А даже если и ездят, то привлекают вагон и маленькую тележку внимания. Нет, видимо, он всё-таки пришёл пешком. Но к чему такие риски? Неясно…

Я осматриваюсь и нахожу длинную ткань, в которую завёрнута школьная форма Сары. Похоже, она хранила её тут, а переодевалась где-то по дороге… Целеустремлённая девушка, что уж тут сказать. Мне её даже немного жаль, причём дело не в какой-то там человечности или сострадании, мне обидно, что она смогла поступить и так сильно продвинулась уже на первом уроке, а потом умерла. Но что поделать, ведь жизнь вообще несправедлива.

Не знаю, как бы она хотела отправиться на тот свет, но не думаю, что Сара планировала кормить рыб или червей. А поэтому я решаю сжечь её тело, чтобы оно не досталось никому. Раз девушка столько лет хранила невинность, то пусть и после смерти она останется нетронутой.

– Прощай, Сара. Возможно, тебя, как и меня, ждёт лучшая жизнь, – вытягиваю руку в её сторону и рисую улучшенный круг огня. – Ты была хорошей ученицей и наверняка замечательным человеком. Раз уж тебя некому вспомнить, то пусть этим человеком буду я. Твоё упорство заслуживает уважение… Прощай, Сара. Надеюсь, мы ещё встретимся в другой жизни… Огонь!

Тело бедной девушки сгорает без остатка за считаные секунды – моё улучшенное пламя способно раскалить предмет до десятков тысяч градусов. Я какое-то время стою недвижно, обдуваемый потоками горячего воздуха, а затем восстанавливаю пол, уничтожая круг Кровавого Алхимика, и выхожу из таверны так же незаметно, как и пришёл.

На входе до сих пор стоит полицейская повозка, но я знаю, что с ней сделать. Отхожу за угол, где никого нет, прицеливаюсь и запускаю небольшой «Резак» в ту точку, где находится кристалл электрума. Он детонирует, разрывая колымагу на множество частей. Рядом в этот момент находится не так много людей, но лёгкие ранения они получили, тут ничего не поделать.

Я возвращаюсь на улицу и иду в обратном направлении к ждущей меня Мелисе. Здесь мне больше делать нечего.

Кстати, именно из-за детонирующих свойств электрума на шахтах такая высокая смертность, ведь стоит только неудачно ударить и зацепить большой кусок, как тот взорвётся, отправив на тот свет десятки рабочих. А если добавить в формулу постоянные обвалы породы, от периодических детонаций, то складывается полная картина. Потому-то этот материал такой дорогой, ибо добывают его ценой тысяч жизней шахтёров ежегодно, и это в одном только Рейвенхоле.

Я возвращаюсь к повозке и запрыгиваю внутрь. Мелиса так и сидит с платком на лице, морщась от неприятного запаха.

– Надеюсь, я не сильно провонял… – улыбаюсь и пожимаю плечами.

– И я на это надеюсь! Возвращаемся во дворец! – командует она.

– Слушаюсь, госпожа, – водитель запускает двигатель и уносит нас прочь из этой вонючей части города.

Теперь мне нужно на ходу придумать учебный план для юной аристократки… Но ничего, у меня в рукаве ещё достаточно тузов, чтобы поразить ум неискушённой зубрилки. Я покажу ей, что такое настоящая алхимия! А заодно и приступлю к следующему этапу моего коварного плана…

Рубрика «Осталось за кадром»

Место взрыва полицейской повозки спустя два часа после инцидента.

– Капитан, мы опросили всех потенциальных свидетелей, – сообщает сержант. – Никто ничего не видел.

– Как и всегда, – капитан корчит недовольную рожу. – А что с подвалом? Нашли что-нибудь?

– Небольшое чёрное пятно и запах гари. Скорее всего, тело убитой было сожжено. Более ничего найти не удалось, патрульные пропали без вести.

– У меня и так дел по горло, а теперь ещё и этими охламонами заниматься, – капитан берёт в руки часть двигателя разрушенной повозки. – Мог ли электрум взорваться без внешнего воздействия?

– Эксперты говорят, что это исключено. Налицо внешнее воздействие, – докладывает сержант. – Могу предположить, что кто-то из местных захотел извлечь кристалл без специальных инструментов и устроил взрыв.

– Логично, но тогда мы бы нашли его останки. Да и куда в таком случае делись патрульные? – капитан ещё раз осматривает округу. – Что-то не могу сообразить, как эти события могут быть связаны…

– Может быть, причастны сами патрульные? Или мы исключаем такую возможность?

– Исключать нельзя ничего. Проработаем этот вариант в том числе, – капитан аккуратно кладёт деталь и идёт к своей повозке. – По правде говоря, дело гиблое, как и ловля Кровавого Алхимика… Ну ничего, завтра всё закончится, и мы целый месяц сможем спать спокойно, отлавливая всякую мелкую шваль.

– Думаете, исчезновение полицейских не будет расследовано? – сержант идёт вслед за капитаном.

– Я не думаю, а знаю. Объявим патрульных в розыск, может, что-то да получится… Каких же мне пиздюлей выдадут за эту повозку. И ведь если не найдём виновного, заставят платить из своего кармана. Тебя, сержант, это тоже касается.

– Но ведь мы и так получаем гроши… – возмущается тот.

– Городское имущество уничтожено, и кто-то должен возместить его стоимость. Если не найдём хотя бы патрульных, чтобы в крайнем случае свесить всё на них, то придётся возмещать самим. Негативная мотивация, так сказать, будь она неладна…

– И часто такое бывает?.. – по лицу сержанта пробегает тень уныния.

– К счастью, не очень часто. Но бывает, – капитан устало вздыхает и запрыгивает в повозку. – Соберите все улики, изучим их в отделе. А я пока поеду к начальнику и доложу о ситуации…

Глава 10. Домик у озера

– Я всё-таки не понимаю, зачем тебе сдался этот Кровавый Алхимик? – вдруг спрашивает Мелиса.

– Конечно же, деньги, – приходится соврать. – Что же ещё?

– Но ведь всего одна моя тренировка даст тебе столько же, сколько и его голова… – на лице девушки появляется искреннее недоумение.

– Денег много не бывает.

– Хм… И как сходил? Узнал что-то новое?

– Не смог попасть, там всё ещё была полиция, – опять вру. – Схожу после тренировки.

– Странный ты, однако…

– А как тебе удалось уговорить отца? Ведь все мы знаем его отношение к полукровкам, – решаю сменить тему. – Обещала вести себя примерно и стать послушной девочкой?

– Нет. Кое-что другое, – Мелиса поджимает губы и пытается скрыть печаль.

– Давай рассказывай, – настаиваю я.

– А тебе-то это зачем? – хмурится девушка. – Это наши с ним дела…

– Мне нужно знать, как это может отразиться на моей жопе, дабы я случайно не смог нарушить ваши договорённости.

– Ах, вот ты про что… – Мелиса опускает голову и берёт паузу. – Не переживай, ты их не нарушишь…

– Раз не хочешь рассказывать, тогда попытаюсь угадать, – разминаю шею и «подгружаю» из памяти все знания в области профайлинга. – Это что-то неприятное, и тебе, скорее всего, стыдно или как минимум некомфортно об этом говорить…

– Я тебе ничего не скажу, – она облокачивается на спинку мягкого дивана и складывает руки на груди.

– Угу, угу… Я на верном пути… – читаю её, как открытую книгу. – Если бы речь шла об алхимии, то ты бы не стала молчать, значит, это что-то другое. Какими-то мелкими бытовыми вещами лорд Милиан тебя бы тоже не нагрузил… Нет, для него присутствие моей персоны в замке – это большой дискомфорт. А раз он в этом случае говорит с позиции силы, то должен был потребовать нечто более неприятное для тебя… Что же это может быть?..

– Ничего ты не знаешь! – на лице Мелисы появляется злоба.

– Джон Сноу… – шепчу я. – Ты наследница – об этом нельзя забывать. Получается, с большой долей вероятности можно сказать, что уступка с твоей стороны как-то связанно именно с титулом… Хм, на ум приходит только одно…

– И что же? – замечаю, как она периодически сжимает кулаки и тяжело дышит.

– Брак, – стоит мне сказать это слово, как её милое личико озаряется удивлением. – О-о-о… В яблочко! И с кем? Кто же тебе так неприятен?.. Из всех возможных кандидатов я вижу только одного жирдяя из семьи Болтонов. Жора, кажется?

– Не хочу о нём слышать! – брезгливо бросает она и окончательно переходит в закрытую позу.

– Что ж, похвально, – демонстративно хлопаю в ладоши. – Такое рвение ради алхимии… Почёт и уважение, как говорится.

– Я очень надеюсь, что моя жертва окупится, – фыркает она, как бы намекая, что мне нужно выложиться на полную.

– Всё зависит от тебя. Не думаю, что получится тренировать больше чем два раза в неделю. Мана не бесконечная, а тебе ещё и в академии она понадобится.

– Хорошо, два раза в неделю меня полностью устраивает. Но только я буду назначать день и время, – настаивает Мелиса.

– Предупреждай тогда заранее, чтобы я нашёл место в своём плотном графике, – закидываю ногу на ноги и сажусь по-королевски, словно это моя повозка, а не её.

– И чем же ты занимаешься в свободное время? Маньяков ловишь? – она вновь поднимает эту тему.

– Тренируюсь, – отрезаю я.

– Кстати, о тренировках: чем мы сегодня займёмся? – Мелиса постепенно приходит в себя и занимает более раскованную позу.

– Дабы у твоего не было поводов меня повесить, я покажу тебе самое эффективное заклинание. Огненное заклинание, естественно. Так ты одновременно сможешь стать сильнее и не будешь лишний раз злить отца, если он вдруг потребует продемонстрировать новые возможности.

– Но ведь есть и более мощные заклинания?

– Конечно, но мощность – это не главное. Скорость – вот что важно, – начинаю урок прямо в повозке. – В любой настоящей дуэли побеждает тот, кто первый поразит противника. А поэтому все эти ваши «противодействия стихиям» полная фигня. И в данном случае алхимические круги на моём теле дают мне преимущество над любым противником.

– Ты же сказал, что я не смогу их нанести? – хмурится Мелиса. – Так зачем говоришь о них? Хочешь повыделываться?

– Научись уже улавливать главное… – смотрю на неё, как на двоечницу. – Скорость – вот твой приоритет. А поэтому нужно выбрать одно, самое эффективное заклинание, и учиться рисовать его круг на скорость. Хорошим результатом будет половина секунды.

– Хорошим?! Это же невозможно!

– Когда ты уже начнёшь верить мне на слово?..

Я поднимаю правую руку и целюсь в Мелиссу, она настораживается и отстраняется назад. Рисую круг «Резака» менее чем за четверть секунды и выпускаю сантиметровую полоску воды, которая срезает десяток розовых волосинок.

– Парой сантиметров левее, и ты бы уже погибла, – у меня на лице появляется самодовольная ухмылка. – Успела что-нибудь заметить?

– Как ты это сделал?.. – Мелиса подбирает свои отрезанные волосы. – Я моргнула, а уже всё закончилось…

– Годы упорных тренировок – вот что сделает из тебя превосходного дуэлянта.

– Значит, сперва мне нужно выбрать одно из заклинаний?

– Верно. Я вот выбрал не самое лёгкое, но одно из самых эффективных. Так сказать, чтобы было на все случаи жизни, – выглядываю в окно и вижу, что мы едем около высокой стены, отделяющей квартал богачей от простого люда. – Скоро приедем…

– То есть ты хочешь сказать, что мне стоит учить твой «Резак»? – Мелиса продолжает рассматривать свои волосы.

– Ты же не пойдёшь в армию? Тебе нужно уметь постоять за себя на дуэлях, а поэтому можно обойтись и огнём, так как вода будет ненужным излишком. Другими словами, в твоей жизни вряд ли встретится такая ситуация, в которой тебе понадобится мощное массовое заклинание.

– Хм… Ну не знаю, всегда лучше иметь про запас… – сомневается она.

– Сперва освой то заклинание, которое я для тебя приготовил. Кстати, кроме меня, никто не умеет им пользоваться, а поэтому оно может стать твоей фишкой, – вижу интерес в её глазах. – Но настоятельно рекомендую никому о нём не рассказывать, пусть его механика и дальше будет тайной.

– Хорошо…

– У него есть всего один изъян, и если твой враг о нём узнает, то сможет одолеть тебя, застав врасплох, – разглядываю высокие каменные дворцы, занимающие лучшую часть побережья.

– Изъян? – переспрашивает она.

– Твой противник должен быть одет, иначе оно не сработает.

– Чего?.. Как это связано?..

– Когда увижу деньги, тогда и расскажу, – потираю пальцы, показывая всем известный жест.

– С собой у меня их нет… – Мелиса демонстративно проходится по платью в поисках карманов. – Я же не думала, что занятия отменят…

– Никто не думал.

– Госпожа, мы подъезжаем, – говорит водитель.

– Благодарю, – она встаёт и задёргивает шторки прямо перед моим носом. – Одно из условия отца: никто не должен знать, что ты стал моим персональным учителем.

– Да как скажешь, – ложусь на мягкий диван. – Разбуди, как приедем.

Остаток пути я обдумываю возможную свадьбу Мелисы и Жоры, слухи ходили давно, ведь Майерсы и Болтоны – это две богатейшие семьи Рейвенхола. А вот правят городом уже на протяжении трёх сотен лет именно розововолосые.

Хотя как таковым «правлением» деятельность лорда назвать сложно, да он отвечает за городские службы, такие как академия, полиция, таможня и другие, но в плане влиятельности Майерсы несильно опережают Болтонов. В этом мире всё завязано на капитале и его увеличении, эдакий феодальный капитализм. Да и титул лорда даётся за наиболее тщательное вылизывание жопы короля, ну и за хорошую мзду в качестве налогов, понятное дело.

И в такой банке с пауками постоянно возникают конфликты, у которых всего три решения: дипломатический, финансовый и силовой. Если вспомнить девяностые, то проще воспользоваться последним и просто уничтожить конкурента, но здесь это сделать не так просто.

До дуэлей доходит редко, ведь куда проще задавить финансово, подговорить другие семьи, на крайняк заказать оппонента Братству. Но если просто взять и перебить всю семью конкурента, то в дело вмешается король, ибо это игра не по правилам. Да, у богатых людей Островного Королевства есть «понятия», ну или традиции, кому как будет удобнее.

Схема сложная, а множество вариаций конфликтов, делают их решения уникальными в каждом случае. К примеру, одно и то же действие может закончиться как дуэлью, так и заказным убийством. Хотя возможны и иные варианты, но всё, так или иначе, сводится к личной силе, культ которой здесь проповедуется на ура.

Если у какой-то семьи не будет наследников, или отпрыск окажется слишком слабым, то это поставит под сомнение их право на владение землями и предприятиями. Разными путями конкуренты будут подсиживать ослабевшую семью, постепенно отнимая нажитое имущество, ведь те даже не смогут выставить достойного представителя своего рода на дуэль. А про смертельный её вариант и говорить не приходится.

Я как раз таки и сыграл на том, что Майерсы должны быть самой сильной семьёй Рейвенхола, и в первую очередь они должны убедить в этом короля. Мне понятно желание Мелисы стать как можно сильнее, чтобы ни у кого не было даже мыслей, покуситься на богатство её семьи.

И если она выйдет замуж за Жору, то вражде двух гигантов придёт конец. Я не знаю, на каких там условиях они собираются договариваться, скорее всего, перестанут совать друг другу палки в колёса и поделят сферу влияния. В этом мире на слово верить никому нельзя, а вот брак считается весомым аргументом, благодаря которому можно не переживать, что тебе всадят нож в спину. Ведь если это произойдёт, то король и камня на камне не оставит, истребив семью, нарушившую негласные правила.

В общем, Мелиса попала, ведь этот Жора тот ещё противный тип. Слуги называют его «похотливым боровом», и как можно догадаться, далеко не за просто так. Подозреваю, он едва ли не всех своих слуг перетрахал. Ну а что? Он наследник Болтонов, кто ему помешает? Главное, что не убивает, а там хоть трава не расти.

Едем мы долго, и к сожалению, я не успеваю рассмотреть хоромы Майерсов. Видел я их только издалека, как и любая подзаборная чернь, – высокий конусообразный дворец, напоминающий башню, которую Газпром построил в Питере. Безумно интересно поглядеть, какой там вид с верхних этажей! Наверняка, видно весь город и его прилегающие территории.

Видимо, не судьба, ведь высаживают нас в каком-то лесу. Я выхожу первым и натыкаюсь на деревянный домик, скромных размеров, расположенный рядом с небольшим озером. Даже и не знал, у Майерсов есть целый водоём…

– Теперь понятно, почему твой отец согласился, – смотрю, как повозка уезжает прочь по грунтовой дороге. – Глухомань…

– Отсюда до дворца немногим более пяти километров, но из-за густой растительности нас никто не увидит, – Мелиса смотрит на меня и чего-то ждёт. – Ну и? Когда начнём?

– Мне кажется, ты кое-что забыла, – вновь показываю жест истинного капиталиста.

– Золото отдам на обратном пути.

– Я бесплатно не работаю, – отрицательно мотаю головой. – Откуда мне знать, что ты не планируешь взять одно занятие, а потом убить меня?

– Эм… – она хмурится. – Даже если так, то чем тебе поможет золото?

– Тут всё просто: я выберусь в любом случае. И разница лишь в количестве монет в кармане.

– Когда-нибудь самоуверенность тебя погубит…

– Нет денег, нет тренировки, – отрезаю я.

– В качестве задатка я могу назвать имя одной благородной девушки из богатой семьи, которая от тебя без ума, – в её голосе слышится коварство.

– Я свой хер не на помойке нашёл, – отнекиваюсь я. – Если кто-то мне приглянётся, то я сделаю всё сам. Посредники мне ни к чему.

– Вот ведь какой… – недовольно рычит Мелиса. – Повозка приедет только через три часа, ты предлагаешь мне пойти пешком?

– Ой, угораздило ведь меня связаться с тобой… В следующий раз деньги вперёд, – делаю вид, что приходится согласиться, но на самом деле я здесь не из-за денег.

– Спасибо, – она улыбается и подходит ближе. – Так что за заклинание, интриган?

– Очень простое. Сейчас покажу, как оно выглядит, – применяю алхимию и рисую нужный круг прямо на стволе дерева. – Вот, получите, распишетесь.

– Что это?.. – негодует Мелиса. – Ты же обещал огненное заклинание?.. А это круг изменения состояния и символы… движения?

– Да, всё верно.

– Ничего не понимаю…

– Чтобы его продемонстрировать, понадобится ткань. Можно и дерево использовать, но так будет нагляднее, – подхожу к девушке и отрываю рукав её платья. – Позвольте, госпожа…

– Рей! Ты совсем?! Хоть знаешь, сколько оно стоит?! – Мелиса цепляется за оторванный кусок.

– Новое купишь, – с силой вырываю рукав, теперь у нас в руках две равные части. – О, так будет даже лучше.

– Моё любимое платье… – злится Мелиса.

– Представим, что это человек, – надеваю на ветку берёзы кусок рукава.

Я отхожу метров на двадцать, чтобы получилось более эффектно, и применяю заклинание «Пепел». Ткань мгновенно вспыхивает, поджигая ветку, на которую надета.

– Как это?.. – она поочерёдно смотрит на меня и на разгорающийся пожар. – Но ведь ты не создавал огонь… Не понимаю… И при чём тут этот круг?

– Присаживайтесь дети, сейчас будет минутка познавательной науки, – заливаю пламя водой и забираю у Мелисы второй кусок рукава. – Помнишь шарики, которые я рисовал на доске?

– Кис-ло-род, кажется?

– Точно, – я киваю и улыбаюсь. – Всё в нашем мире состоит из этих шариков: ты, я, дерево, твоё платье и даже мои рога. С названиями заморачиваться не будем, тебе нужно знать только об этих шариках. Они очень-очень-очень маленькие, разглядеть их невозможно, только представить.

– Но зачем ты мне это рассказываешь?

– Не перебивай и дослушай до конца, – недовольно бурчу я. – То, что мы называем холодом или теплом, а по-научному зовётся температурой, – это скорость движения этих шариков. Тебе может показаться, что в платье они не двигаются, ибо оно само никуда не перемещается, но это не так.

– Как-то сложно…

– Дай мне руку, – начинаю тереть свою ладонью о её. – Чувствуешь тепло?

– Чувствую, – Мелиса немногую смущается столь близкого контакта.

– Трение заставляет эти шарики двигаться быстрее, именно поэтому мы и чувствуем тепло. Абсолютный холод, кстати, – это полное отсутствие движения. А вот в раскалённом металле они летают туда-сюда с огромной скоростью.

– Просто скажи, что нужно сделать… – по её глазам я вижу, что школьные предметы даются нелегко.

– Тебе нужно заставить двигаться быстрее шарики, из которых состоит платье, – забираю кусок и вешаю его на другую ветку. – В реальной дуэли ты сможешь моментально воспламенить одежду оппонента, выведя его из строя, а при необходимости добить любым другим заклинанием.

– Вот это да! Если сотворить его с твоей скоростью, то у моих противников просто не будет шансов! – она размышляет вслух.

– Всё верно. Жаль, что нельзя поджечь саму кожу, это сильно упростило бы процесс.

– Духовная энергия, покрывающая наши тела? – спрашивает Мелиса.

– Она самая… – моё лицо полнится сожалением. – Возможно, только тёмная алхимия позволяет нарушить это табу, но не будем об этом. Можешь приступать к тренировкам.

– Проще сказать, чем сделать… – Мелиса неуверенно поднимает руку и начинает рисовать. – Пепел! Не работает… Пепел! Ну же! Пепел!!!

– Без визуализации процесса заклинание не получится. Да и круг у тебя неидеальный. Сперва научись рисовать его, а потом перейдём ко второму этапу, – иду в сторону озера.

– Ты куда? – негодует ученица.

– Поплаваю, – говорю я, снимая с себя одежду. – Тренируйся, а я буду наблюдать и подсказывать.

– Рей… Ты чего удумал?.. – судя по её лице, она в шоке от увиденного, ибо раздеваюсь я догола.

– А что такого? Ты против? – демонстративно поворачиваюсь к ней передом. – Не хочу намочить одежду, а поплавать надо – это полезно для физической формы.

– Мне как-то неловко… – Мелиса старается не смотреть на мою промежность.

– Ну а что поделать, – пожимаю плечами и улыбаюсь. – Стыд – это ненужный социальный отросток. Мы рождаемся на свет нагишом, так почему нужно прятать наши тела?

– Я не смотрю… – она отворачивается, но изредка незаметно подглядывает. – Я не ничего не вижу… Мне нужно нарисовать правильный круг…

– Ой, да не парься ты так, – ухмыляюсь я и захожу в воду. – Как будто голого мужика никогда не видела.

– Не видела… – шепчет Мелиса.

Рубрика «Осталось за кадром»

В это же время в рабочем кабинете лорда Милиана.

Хозяин Рейвенхола сидит за мраморным столом и изучает доклад о продовольственной безопасности, которая находится под угрозой. Жерар Болтон, он же глава второй по влиятельности семьи, отчитался о чрезмерной продаже пшеницы и мяса на материк, тем самым недопоставив товар на городские рынки.

– Решил нас голодом заморить? – негодует лорд. – Ну ничего, когда мы породнимся, я заставлю тебя продавать еду у нас, а не увозить этим проклятым серафимам. Барыга…

– Господин Милиан, разрешите войти? – за дверью слышится голос начальника тайной канцелярии.

– Заходи Грег, заходи… – Милиан откладывает бумаги и выходит на балкон, с которого открывается вид на город и побережье.

– Я посчитал нужным, поставить вас в известность, – входит Грег и начинает издалека.

– Опять плохие новости? – Милиан облокачивается на каменные перила и устало вздыхает. – Ведь хорошие вести – это не твоя специальность…

– Информация неоднозначная, – Грег подходит к лорду и встаёт рядом. – Мои люди заметили вашего сына копошащимся в секции с сильнодействующими снадобьями.

– И что он там искал?

– Мы не посмели его обыскать, а сам он сказал, что пытался найти снотворное…

– Глупая и наглая ложь, – перебивает лорд.

– Я так и подумал, а поэтому обследовал все флаконы на предмет наличия потожировых следовых, – гордо заявляет Грег, как бы подтверждая свой высокий профессионализм в подобных вопросах. – Господин Марк искал сильнодействующие яды.

– Это точно?

– Все мои люди знают, что с зельями можно работать только в перчатках. К тому же следы были свежими. Прошу обратить особое внимание, что господин Марк интересовался именно теми ядами, которые действуют не сразу.

– Что-нибудь пропало?

– Нет. Все флаконы на месте – мы ведём строгий учёт.

– Вот ведь ему неймётся… – Милиан размышляет и трогает подборок. – Лучшим решением будет скрытое наблюдение. Если я с ним поговорю, то далеко не факт, что он уймётся, а поэтому позвольте ему себя выдать, а потом действуйте.

– Слушаюсь, господин Милиан, – Грег склоняет голову.

– Свадьба должна пройти как можно скорее, и нельзя допустить, чтобы хоть что-то помешало её проведению.

– Можете положиться на меня. Тайная канцелярия сделает всё в лучшем виде, – заверяет Грег.

Товарищи читатели, не забывайте, что ваши лайки и комментарии мотивируют автора работать быстрее и продуктивнее! Больше проды, богу проды!

Глава 11. Полукровкам иногда везёт

Мелиса аккуратно вырисовывает алхимические круги, а я в это время плаваю в озере и представляю, как было бы круто построить здесь приличных размеров особняк и нырять прямо с балкона третьего этажа. И почему это меня тянет жить в глуши? Неужели опять дело привычки?.. Хотя если твой дом обслуживает хотя бы дюжина слуг, то какое-никакое социальное взаимодействие имеется.

Сейчас меня печалит лишь одно: я надеялся, что занятия будут проходить прямо в замке. Тогда мне удалось бы наладить контакт с элитой нашего города, а сейчас я вынужден общаться только с Мелисой. Ну ничего, спешить некуда, дождусь удачного момента. В крайнем случае создам условия, при которых она будет вынуждена сопроводить меня в замок.

– Круг уже нормальный, – лёжа на спине, говорю я. – Пробуй сотворить заклинание.

– А если у меня не получится? – в её голосе слышится неуверенность.

– Выбор за тобой. Могу обучить безмолвной огненной стреле, но её эффективность крайне мала. «Пепел» – это то заклинание, которое позволит тебе одержать победу, как бы, использовав огонь. А если добьёшься нормальной скорости рисования, то никто ничего и не заметит.

– Ладно, буду стараться… – она расставляет ноги и концентрируется на куске ткани. – Пепел! Ну блин… Пепел! Опять не получается…

– А никто не говорил, что будет легко, – плыву брасом к противоположной стороне озера.

Туда-обратно где-то метров семьсот, а это отличная тренировка выносливости. Всё-таки хорошо быть демоном, ведь даже с толикой врождённой выносливости я могу делать такие вещи, на которые способен только профессиональный спортсмен.

Доплываю до другого берега и вижу, что Мелиса до сих пор безуспешно пытается поджечь рукав. Заклинание действительно сложное, ибо без чёткой визуализации его попросту невозможно исполнить. Даже мне пришлось попотеть, чтобы понять, с какой скоростью должны двигаться атомы и молекулы, чтобы горючий материал воспламенился.

Мана у Мелисы может скоро закончиться, а поэтому надо вылезти из воды и помочь. Делаю рывок в обратную сторону и гребу изо всех сил, дабы максимально сильно разогнуть сердечный ритм.

Преодолеваю озеро и удивляюсь увиденному: горящая ветка валяется в паре метров от дерева. А вот Мелиса сидит на земле и едва ли не плачет. Странное зрелище…

– Тебя можно поздравить? – выхожу из воды.

– Ага, конечно… Я не выдержала и запустила огненный шар! – она реально плачет – это слышно по голосу, ведь лицо Мелиса прячет. – Не получается! Просто не могу… Слабачка…

– Ладно, попробуем по-другому, – использую заклинание, прозванное мною «Феном», и одеваюсь. – Покажи пальцем, с какой скоростью движутся твои шарики.

– Чего?.. – она бросает на меня недовольный взгляд.

– Типа такого, – вытягиваю палец и быстро двигаю им из стороны в сторону. – Как будто бы это один из шариков. Покажи свою скорость.

– Ну… – Мелиса неуверенно поднимает руку и повторяет за мной.

– Слишком медленно! В тысячу… Нет, в десять тысяч раз быстрее! Пробуй ещё раз! – требую я.

– Но ткани больше нет, – сетует она и поднимается на ноги.

– Ошибаешься, – подхожу к ней и отрываю второй рукав. – Ткани у нас ещё много.

– Рей… – судя по её лицу видно, что Мелиса хочет меня ударить.

– С одним рукавом всё равно смотрится не очень, – улыбаюсь я и иду вешать ткань на новую ветку. – А так хотя бы более-менее симметрично.

– Вот ведь… – от злости она сжимает губы.

– Давай! Пробуй! Намного быстрее! Насколько быстро, что ты даже не должна различать отдельные шарики, – дополнительно поясняю я.

– Хорошо… – девушка устало вздыхает. – Пепел! Ну и что в итоге? Опять ничего не получилось… Бесполезно…

– Сейчас проверим, – подхожу к мишени и касаюсь рукава. – Иди сюда и потрогай.

– Иду… – с опущенной головой плетётся Мелиса. – О-о-о! Горячо!

– Вот видишь, почти получилось, – показываю большой палец. – Попробуй ускорить ещё сильнее.

– Сейчас попробую! – она наводит руку на ткань, стоя в двух метрах от неё. – Пепел!

– Ну… Сойдёт, – говорю я, разглядывая появившийся дымок. – Он тлеет, но не горит. Человеку в такой одежде придётся несладко, но до идеала ещё далеко. Главное, что начало положено.

– Я должна его поджечь! – настаивает Мелиса. – Пепел! Пепел! Пепел!!!

Ткань загорается слабым пламенем – моей ученице с трудом удалось преодолеть минимальный температурный барьер. Для новичка это неплохо, я же могу расплавить без особых проблем даже камень. Точно сказать нельзя, насколько разогревается материал, но думаю, что до нескольких десятков тысяч градусов.

– О, а вот и повозка! – замечаю подъезжающую карету. – Три часа уже прошло? А время быстро летит, однако…

– Спасибо тебе, Рей… – шепчет Мелиса, теперь на неё глазах наворачиваются слёзы радости. – Я смогла! У меня получилось!

– Да, ты молодец, но расслабляться рано. Нужно ещё сильнее ускорять движение шариков и учиться рисовать круг на скорость. Сейчас у тебя уходит больше трёх секунд, учитывай это при следующих тренировках.

– Обязательно, – она с восхищением смотрит на результат своих трудов. – Никогда бы не подумала, что можно сотворить огонь без соответствующего круга…

– Если будешь мне платить, то ещё и не такое узнаешь, – показываю ей, что пора сесть в повозку и вернуться.

– Деньги… – вдруг вспоминает Мелиса. – Сейчас доедем до замка, и я всё отдам. А ты посидишь в повозке.

– Как скажете, госпожа, – саркастично соглашаюсь я и тушу пламя.

– Ладно, на сегодня мы закончили. О следующем занятии договоримся в академии. Я подойду и предупрежу, когда буду готова.

– Договорились, – позволяю ей сесть первой, а потом запрыгиваю сам.

– Отвези нас к северному входу в замок, – приказывает она водителю.

– Слушаюсь, госпожа, – отвечает он и запускает двигатель.

С закрытыми шторками и в тишине мы едем в сторону замка. Я в это время обдумываю, куда деть деньги, ибо постоянно держать их при себе не очень разумно. Мало ли какая ситуация случится, могу остаться без штанов и без монет. Возможно, стоит воспользоваться банковскими услугами, процент там небольшой, а сохранность близка к ста процентам.

В здравом уме никто не будет грабить банк, ведь это попросту нереально. Хранилища обычно находятся глубоко под землёй, и даже если сделать подкоп при помощи алхимии, то сразу же нарвёшься на датчики, которые распознают использование маны. Можно пробурить «руками», но там всегда присутствует охрана. В общем, это нереально.

Если так подумать, то банки защищены даже сильнее, чем «воровской карман» лорда Милиана. Разве что только король может похвастаться большим количеством охраны.

Единственный вариант, как можно быстро обогатиться, – напасть в тот момент, когда незначительную по банковским меркам сумму перевозят из филиалов в центральное хранилище. Таких случаев полно, и все они заканчиваются неудачей, ведь на такой риск идут только те, кто глубоко и основательно сидит на «соли».

Профессиональные преступники предпочитают воровать кристаллы электрума – их много, где можно достать, и охрана обычно посильная. На крайняк можно ограбить какого-нибудь толстосума, зашедшего в Нижний Город. Те мужички, которых я закопал, именно этим и промышляли. Я к этому уже привык, капитализм, как-никак.

Тем временем наша повозка останавливается, и Мелиса покидает её. Я успеваю увидеть аллею, щедро засаженную цветами и кустарниками. Меня тут же окутывает приятный цветочный аромат с нотками цитруса. Туда-сюда по этому миниатюрному саду ходят слуги, ответственные за поддержание его в достойном состоянии.

Я незаметно отодвигаю шторку и наблюдаю, как Мелиса проходит под аркой, сделанной из декоративных кустов, и пропадает за массивной деревянной дверью. Замок с такого ракурса разглядеть практически не удаётся, ведь в высоту он не менее ста метров, а мы стоим слишком близко. Поэтому моему взору предстают только круглые окна и балконы.

Хочется выйти и прогуляться по округе, ощутив себя в роли хозяина мира, но делать этого нельзя… В лучшем случае выгонят, а в худшем просто застрелят без предупреждения, ведь каждый охранник знает, что полукровок, особенно демонов, на территории быть не должно.

Не роди жена лорда рогатого младенца, мой план был бы намного проще, но ничего не поделать, придётся немного попотеть и потратить чуть больше времени, чем хотелось бы. Так или иначе, я добьюсь своего, ибо аппетит приходит во время еды, и мне уже мало того, что я имею. Не знаю, остановлюсь ли, если буду жить как лорд, но на данном этапе именно эта задача у меня в приоритете.

Этот мир до основания пронизан идеями капитализма, а поэтому первое, что ты хочешь, – разбогатеть. Конечно, человеку с моей родословной сделать подобное будет чертовски сложно, но мои козыри с лихвой покроют «недостатки». Но сперва нужна заявить о себе и показать этому миру, что полукровки могут подняться из грязи в князи.

Стоит сказать, что Странствующий Алхимик тоже полукровка, но только не демон, а серафим. Возможно, именно поэтому он и выиграл меня в карты, так сказать, солидарность. И вот его-то уважают даже на континенте, что уж говорить о нашем небольшом королевстве. Но учителю не нужны деньги или слава, он вообще мутный тип… Прикрывается изучением алхимии, но порой занимается не пойми чем.

Я рассказал ему правду о моём перерождении и поделился опытом, но он не принял мою помощь. Скорее всего, гордыня и неспособность понять современную науку сделали своё дело. В итоге я так и не осознал, в чём же заключается цель всей его жизни. А от ответов на этот вопрос, он, конечно, уходил.

Моё ожидание затягивается. Я понимаю, что замок большой, но Мелисы нет уже более двадцати минут – за это время можно было уже забежать за кошельком…

Решаю выглянуть ещё раз и вижу её, стоящую в десяти метрах от повозки и нюхающую цветы. И чем, простите, она занимается? Переодеться уже успела… Теперь платье очень короткое, и если она в нём нагнётся, то все прелести окажутся выставлены напоказ.

– И долго тебя ждать?! – не выдерживая такой наглости, приоткрываю дверь.

– Это вы мне? – девушка оборачивается и смотрит на меня.

Вот это попадос! Я был уверен, что передо мной стоит Мелиса, но у этой её версии грудь намного большие, да и в целом внешность поприятнее. Но розовые волосы?.. Сестёр у неё нет, а матери должно быть за сорок.

– Простите, обознался, – извиняюсь я и закрываю дверь от греха подальше.

Но, похоже, я задел эту дамочку за живое, ведь её силуэт приближается к повозке. А если это какая-то кузина, приехавшая из другого города? Вот это будет подстава…

– Тук-тук, – она стучит в дверь повозки. – Можно войти?

– Госпожа Диана? – удивляется водитель.

Мать моя женщина! Эта девушка не кто иная, как мать Мелисы… Госпожа Диана Майерс собственной персоной. Но блин, как на пятом десятке лет можно выглядеть на двадцать пять?! Неужели, учитель поделился с ней своими цыганскими схемами?

– Кто это у тебя там такой скромный притаился? – ласковым голосом обращается она к водителю.

– Это… Как бы… – мужик не знает, что ответить.

– Простите, госпожа Диана, – вновь приоткрываю дверь и склоняю голову. – Я принял вас за госпожу Мелису.

– А-а-а… Так это о тебе она говорила? – Диана открывает дверь сильнее и не стесняясь разглядывает меня с ног до головы. – Интересно, интересно…

Это выглядит немного странно, если не вспоминать то, как Диана относится к полукровкам, а особенно к демонам. Не зря же она родила именно демонёнка… Этот похотливый взгляд заставляет моё мужское начало ныть от желания.

Таких особ в обеих жизнях я ещё не встречал… И ладно я, у меня нет проблем по части секса, но любой другой сделает что угодно, лишь быть провести ночь с госпожой Дианой. Её красота и аппетитные формы – это ничто в сравнении с шармом, некой аурой, которая буквально действует на мужское подсознание. Ведьма какая-то…

– Поймите меня правильно, госпожа, ваш многоуважаемый муж не желает, чтобы кто-то видел меня на территории замка, – я пытаюсь намекнуть, что дверь надо бы закрыть.

– Понимаю, понимаю, – соглашается она, а затем залезает внутрь и садиться напротив меня.

Мы вместе с водителем, мягко говоря, окуеваем от происходящего. Ещё чуть-чуть и начнётся сцена из «Титаника» – примерно такое напряжение весит в воздухе.

– Мне крайне приятна ваша компания, – начинаю я. – Но если лорд Милиан узнает о произошедшем, то меня вздёрнут…

– Не волнуйся, ему никто не скажет, – Диана облизывает губу, а потом прикусывает её. – А если пойдёт слух, то мы знаем, кого винить.

– Я ничего не видел, госпожа, – бормочет водитель.

– Видишь? Никаких проблем… – она подсаживается ко мне и кладёт руку на моё бедро. – Мелиса так восхищалась тобой, но почему-то забыла упомянуть, какой ты красавчик… Одна алхимия у неё на уме… Бедная девочка…

В тот момент, когда рука Дианы едва касается моего паха, дверь в повозку резко открывается. Я замираю и уже думаю, как бы свалить отсюда, убив поменьше людей. Но незваным гостем оказывается Мелиса…

– Мама! – вскрикивает она. – Ты чего тут делаешь?!

– Ой-ой… – Диана невинно смеётся. – Уже ухожу! Оставлю вас, голубков, наедине…

Она неспешно покидает повозку, всё-таки дотрагиваясь до моего мужского начала, и подмигивает. Благо, Мелиса этого не замечает, так как сверлит похотливую матушку грозными глазами.

– Вот твои деньги, – Мелиса буквально швыряет мешочек с монетами и захлопывает дверь. – Отвези его туда, куда скажет.

– Слушаюсь, госпожа, – с облегчением произносит водитель.

– К академии, – тут же говорю я, чтобы как можно скорее разрядить обстановку.

Повозка уносится прочь от замка, а я сижу и думаю, отрежут ли мне яйца, прежде чем повесить? Неясно. Остаётся надеяться, что никто о случившемся не узнает… Однако и давать на ногу тоже не вариант, ибо опять придётся жизнь в качестве отшельника, а с этим я решил завязать. Поэтому буду вести себя бдительно и осторожно.

Я погружаюсь в мысли и обдумываю, как бы максимально себя обезопасить. Но прихожу к единственному возможному варианту: нужно понять, сдадут ли меня лорду. Или всё-таки этот неловкий случай останется втайне.

По идее свидетелей было немного, если не считать садовников, но они меня вряд ли увидели. Мелису тоже можно вычеркнуть из списка доносчиков, и остаётся только водитель.

– Слушай, – обращаюсь к нему. – Ты ведь всё видел и знаешь, что я ничего такого не планировал.

– Мне моя жизнь дорога, поэтому я ничего не видел, – недовольным тоном отрезает он. – Госпожа Диана страшна в гневе, и я не намерен её злить.

– А кстати, почему она так молодо выглядит?

– Она из семьи Мильтонов, и насколько мне известно, у них есть такая генетическая особенность. Некоторые женщины из их рода так и умирали молодыми красавицами.

– Оу… Даже не слышал о таком… А почему тогда у неё розовые волосы?

– Красит, – коротко отвечает водитель. – Почти приехали. Тебя прямо у академии высадить?

– Нет, давай у банка.

– Хорошо, – он сворачивает на перекрёстке.

– А я смотрю, ты нормально относишься к полукровкам.

– Это моя работа: вежливо общаться со всеми пассажирами, но не думай, что ты мне нравишься, – заявляет водитель.

– Упаси бог! Я не из тех, кто жаждет мужской ласки.

Он решает более не поддерживать диалог и молча довозит меня до банка. Я выхожу из повозки, разминаю спину, ведь она побаливает после поездки на этой таратайке. Всё-таки езда на подобных машинах то ещё испытание, и мягкие диваны не очень помогают.

Вот бы создать хотя бы простенький аналог автомобильной подвески – тогда можно было в одночасье обогатиться, но к сожалению, я не знаю, как устроена стойка. А на одних пружинах далеко не уедешь. Даже жаль, что я не особо интересовался автомобилями в своё время, ведь мог бы много полезного принести в этот мир…

Я по-быстрому кладу деньги в банк, оставляя слепок руки вместе с отпечатками пальцев и ладони. На кармане у меня был двадцать один с копейками золотой, и пятнадцать уходят в хранилище. Пятёрку и размен оставляю при себе.

Темнеть начнёт часа через четыре, но сегодня мне больше нечем заняться. Поэтому я иду домой, кушаю, недолго отдыхаю и приступаю к тренировкам.

Сегодня умрёт ещё одна девушка, но я никак не смогу этому помешать. Слишком мало зацепок, крайне неуловимый нелюдь, нет ни одной выжившей жертвы – и это за пять, мать его, лет! Немыслимо…

Рубрика «Осталось за кадром»

В то время как Рей ждёт в повозке, лорд встречает Мелису в коридоре.

– Ты куда так бежишь? – спрашивает Милиан.

– Нужно отдать деньги за тренировку, – она показывает мешочек с монетами.

– Этот полукровка уже успел тебя чему-то научить? – ухмыляется лорд. – И сколько он попросил за свои услуги?

– А какая разница? Я же плачу из своих денег, – недовольно бурчит Мелиса. – Я вкладываюсь в собственное будущее, дабы наша семья сохранила и приумножила богатства, которые мы имеем.

– Громкие слова… Но не забывай про обещание, – напоминает Милиан.

– Да помню я! – грубо бросает она. – Не надо твердить мне об этом каждые пять минут!

– Ну ладно, не злись. Так нужно, сама же понимаешь, – лорд подходит и обнимает дочь. – Лучше скажи, чему тебя учит этот полукровка.

– Это просто нечто! Сейчас покажу! – она наводит руку на стоящую в коридоре деревянную лавочку и начинает рисовать круг.

– Что это?.. – недоумевает Милиан.

– Пепел! – лавочка начинает дымиться. – Пепел!!!

Уже со второго раза она вспыхивает ярким оранжевым пламенем. Мелиса хлопает в ладоши и прыгает от счастья, а её отец не понимает, чему она так радуется.

– И в чём смысл? – спрашивает он.

– Папа, ты чего?! Мне теперь нет нужды запускать огонь из рук, я могу моментально поджечь противника! – объясняет Мелиса. – Не нужно целиться, а враг не сможет уклониться!

– Но ведь это не круг огня? Как это работает? – лорд смотрит на горящую лавку и разводит руками.

– А это мой маленький секрет, – она целует отца в щёку и убегает. – Ты ещё будешь мной гордиться, вот увидишь!

Глава 12. Играя чужими судьбами

На следующий день перед уходом в академию, я прошу Бена ближе к полудню сходить в полицейский участок и узнать, кто стал жертвой Кровавого Алхимика. Дополнительно поясняю, что он может использовать пару серебряных, дабы разговорить стражей правопорядка. Бен соглашается, и я покидаю свои владения.

Сегодня у меня по графику должно стоять занятие у второгодников первого курса – самых бесперспективных учеников академии. По статистике, три из пяти, проваливших экзамены первого года, заканчивают учиться с позорной лицензией седьмого класса. А поэтому они делятся на тех, кто пытается вылезти из говна и запрыгнуть в уходящий вагон, и тех, кто сидит только из-за денег или влияния родственников.

Правда, для совсем уж бездельников есть одна мера, позволяющая отчислить их раньше времени. Для этого на учебном совете нужно высказаться за исключение того или иного ученика, и если большинство поддержат, то ему назначается внеплановый экзамен в упрощённой форме. Если ученик его проваливает, то вылетает из школы. Нахаляву получать золото лорда не получится.

Я захожу на территорию академии и натыкаюсь на помощницу директора, которая зазывает всех учителей на совет. Мне приходится пройти в административный корпус и сесть за круглым столом в конференц-зале. Учителей в академии всего десять человек, ровно по количеству курсов, включая второгодников.

Последним приходит директор Блейн и закрывает двери. Два кресла остаются пустовать, одно принадлежит ныне покойному Бруту, а вот кто должен сидеть на другом – неясно.

– Доброе утро, коллеги, – начинает директор. – Сперва обсудим организационные вопросы. Как вы могли заметить, госпожа Лидия не соизволила явиться в академию. И как мне сообщили, она ушла в запой.

– Опять? Ну сколько можно? – негодуют другие учителя.

– Я буду ходатайствовать о её увольнении и думаю, что господин Милиан поддержит моё решение, – Блейн не стесняется и закуривают трубку в закрытом помещении. – Без двух учителей мы не можем продолжить учебный процесс в прежнем режиме.

– Но мы раньше как-то справлялись, – подмечает невысокая женщина с короткими чёрными волосами.

– Найти сразу двух учителей не так-то просто. Медицинская алхимия – это ещё полбеды, но где мы найдём преподавателя начертательной алхимии? – директор одной затяжкой заполняет комнату едким дымом. – Недавно в мой адрес поступило интересное предложение, которое может помочь нам восстановить учебный процесс, временно отложив занятия по двум предметам.

– Предложение? – переспрашивает всё та же женщина, образ которой напоминает дерзкую пацанку.

– Рей, прошу, поделись своими мыслями, – обращается ко мне Блейн. – Но только первую часть, о второй поговорим позже.

– Да, конечно, – ловлю на себе взгляды полные скепсиса и недоверия. – Вообще, моё предложение несло цель оптимизировать время преподавателей и учеников, но раз мы находимся в такой неудобной ситуации, то…

– Говори уже, – грубит та самая женщина.

– Вас, видимо, в детстве не учили хорошим манерам? – решаю быковать максимально интеллигентно.

– Да как ты смеешь?! – негодует она.

– Ванесса, успокойся и дай ему договорить, – холодным как лёд голосом требует директор.

– Так вот, – продолжаю я, смотря на недовольную рожу этой дамы. – У каждого из нас по пять занятий в неделю, и я предложил директору сделать три учебных дня, в два из них мы будем работать до вечера.

– И где же тут экономия? – уже не с таким напором спрашивает Ванесса.

– Смотрите сами, когда вы приходите домой после занятий, то полдня уже пропало. Чем можно заняться в свободное время? А ведь этого времени остаётся совсем чуть-чуть, да и завтра с утра опять нужно быть на работе.

– Верно говорит, – поддерживает меня лысый мужик, сбежавший из качалки. – Я нихрена не успеваю!

– И раз уж в данный момент у нас не хватает двух учителей, то предлагаю каждую четвёртую неделю добавлять одно занятие в третий день. А когда учителя найдутся, то уже мы будем освобождать для них время, дабы ученики прошли все требуемые предметы.

– Три дня пахать, а потом четыре отдыхать? – уточняет Ванесса.

– Именно.

– А что если у учеников закончится мана уже в понедельник? А, умник?

– Можно сделать так: рабочими днями будут понедельник, среда и пятница, – тут же предлагаю я. – Таким образом, у всех будет время восстановиться.

– Четыре свободных дня, коллеги! Я согласен! – радостно восклицает качок.

– Мы ещё ничего не решили, – одёргивает его Ванесса. – Директор, я считаю, что нам ни к чему эти изменения. Какова будет реакция родителей наших лучших учеников?

– Сегодня до полудня работаем в прежнем режиме, – говорит Блейн. – В это время я свяжусь с господином Миланом и узнаю его мнение. Если он одобрит, то после обеда у вас будет новое занятие. Каждый из вас будет оповещён дополнительно прямо во время урока.

– Бред… – шепчет Ванесса.

– На повестке дня остался ещё один вопрос: нам нужны пять кандидатов для участия в предстоящем турнире, – на лице директора появляется печаль. – Напоминаю, что первый этап пройдёт уже через три недели.

– А чего тут думать? – надоедливая Ванесса вновь вставляет свои пять копеек. – Пятёрка прошлого года до сих пор учится – они лучшие из лучших!

– Они заняли последнее место, – по Блейну видно, что его эта тема очень задевает.

– А что вы предлагаете? У нас нет никого сильнее и опытнее них, – настаивает Ванесса.

– Нужно провести внутренние отборочные соревнования, – громко оглашаю я.

– Мы проводили их в том году, умник, – бросает Ванесса. – Или ты думаешь, что на третьем курсе есть вундеркинды? Но откуда тебе знать, ведь ты их даже в глаза не видел.

– Предлагаю задействовать первый и второй курсы, – игнорирую её нападки.

– Чего? Как это?.. – недоумевают остальные.

– Твои «гениальные» предложения не имеют ничего общего с реальностью, – фыркает Ванесса и показывает на меня пальцем. – Полукровка…

– Ванесса! – директор повышает голос. – Веди себя прилично!

– Вы у нас учитель боевой алхимии, насколько мне известно, – чванливо выдаю я.

– И что дальше? – она складывает руки на груди.

– Раз вы считаете, что ваша пятёрка неудачников сильнейшая во всей академии, то позвольте мне набрать свою команду. Устроим, так сказать, внутренний турнир с участием двух команд.

– Хочешь набрать первокурсников? – смеётся Ванесса. – Я только за! Давно пора поставить тебя на место, зазнавшийся выскочка…

– Директор? Вы позволите? – спрашиваю Блейна.

– Да, – он кивает. – Можешь брать в команду учеников любых курсов. Наш приоритет – занять третье место…

– Если позволите, – вежливо перебиваю его. – То я бы хотел набрать команду исключительно из первокурсников, в том числе и второгодников.

– Ой идио-о-о-от… – Ванесса бьёт себя по лбу.

– Рей, на турнире нет места личным амбициям. Мы должны выставить сильнейших, – говорит Блейн. – А поэтому задействуй всех.

– Я дам шанс каждому, попасть в мою команду, но если там окажутся только первокурсники, вы же не заставите меня брать тех, кого я счёл слабыми?

– Я соглашусь, но при одном условии: если твоя команда проиграет, то ты будешь два из четырёх свободных дня уделять тренировкам победителей, чтобы понатаскать их перед турниром.

– Договорились! – успеваю сказать прежде, чем Ванесса открывает рот. – На какой день назначим внутренний турнир?

– Основной через три с половиной недели в субботу… – вслух размышляет Блейн. – Думаю, в четверг – за два дня до турнира будет в самый раз. Всё равно первый этап вступительный, на котором от участников нужно лишь продемонстрировать свои навыки. Иными словами, это просто регистрация.

– Хорошо, значит, в четверг, – я киваю.

– Что ж, на этом всё. Можете приступать к занятиям, – директор встаёт и уходит первым.

Мне особо не о чем разговаривать с другими преподавателями, поэтому я спешу удалиться, но Ванесса хватает меня за рукав и останавливает.

– Ещё раз дотронешься до меня… – шепчу я и выдёргиваю руку. – То в твоём доме заиграет музыка, но ты её не услышишь.

– Одолел этого слабака Салеха и думаешь, что самый сильный? – негромко грубит она.

– Хоть сейчас выйдем один на один, – киваю в сторону двери. – Хочешь поиграть мускулами, милости прошу. Но разве ты думаешь, что у тебя есть хоть мизерный шанс против меня?

– Как же я люблю опускать таких выскочек, как ты… – Ванесса приближается ко мне и сверлит взглядом.

– Выскочек? – ухмыляюсь я и расстёгиваю рубашку, показывая татуировки. – Ты не успеешь даже круг дорисовать, а уже умрёшь.

– Что это?.. – хмурится она и с интересом разглядывает мою живопись.

– Сперва нужно узнать о противнике всё, а уже потом звать на дуэль, – шепчу ей на ухо. – Я вот знаю о тебе всё, Ванесса Гилморт.

– Откуда?.. – женщина отступает на пару шагов.

– Любознательность, да и только, – направляюсь к выходу. – Один на один нам сражаться бессмысленно, ведь ты мне не соперник. А поэтому лучше подготовь свою пятёрку неудачников, глядишь, у них появится ничтожный шанс на победу.

Не дожидаюсь ответной реплики и выхожу из кабинета, оставляя Ванессу наедине со своими мыслями.

Может показаться странным, почему она так отреагировала, но дело вот в чём: глава семьи Гилморт – это именно тот чувак, которого повесили за многочисленные убийства слуг. С тех пор всех, кто носит эту фамилию, презирают, и Ванесса тщательно скрывает этот секрет.

А как я тогда его узнал? Да всё просто, пока ковырялся в канцелярии в поисках адреса Сары, попутно посмотрел личные дела всех преподавателей. И помимо Ванессы выделяется только поддержавший меня бугай, преподающий защитную алхимию.

Он тоже безродный, как и я. Зовут его Рексом, как динозавра, а знаменит этот кадр тем, что, не будучи демоном, освоил их техники изменения тела. Рекс – человек упёртый и целеустремлённый, ведь человеческое тело очень негативно реагирует на преобразования. Не знаю, зачем он так надрывается, но как говорится: «Каждый дрочит, как он хочет».

Покидаю административный корпус и иду искать аудиторию, в которой меня уже ждёт толпа второгодников. Надеюсь, с ними проблем не будет…

Захожу в класс на первом этаже и вижу три десятка оболтусов, которые не смогли сдать экзамены. Сажусь в учительское кресло и жду их реакции, дабы понять, как они ко мне относятся.

Сперва стоит полная тишина, затем некоторые начинают шептаться, но никто не решается на открытый диалог со мной. И это уже хорошо, ведь как минимум я не слышу уничижительных фраз и предложений сходить нахер. Возможно, второгодники уже наслышаны обо мне.

– Вам известно, кто я? – решаю это проверить.

– Преподаватель алхимии элементов, – доносится с задних парт.

– Получается, вы понимаете, что не стоит проверять мои навыки и вступать в конфликт? – в ответ слышу лишь перешёптывание. – Поднимите руки те, кто провалил экзамены впервые. Раз, два, три… Семнадцать. У остальных пятнадцати последний шанс, значит… Встаньте те, кто не сдал мой предмет. Хм… Всего пять человек? А по каким дисциплинам провалились остальные?

– Большинство не сдают боевую алхимию, – говорит скромная девушка с первой парты.

– Хорошо, встаньте те, кого завалила Ванесса, – прошу я. – Оу… Почти все? Ладно садитесь. Остальные, пусть назовут предмет, который завалили.

– Медицинская алхимия, начертательная, защитная, алхимия преобразования, – по очереди начинают перечислять студенты.

– Ясно. Раз вы настолько хороши, что большинство сдало мой предмет, то ответьте на вопрос… – думаю, чтобы такого у них спросить. – Почему нельзя жить богато, расплачиваясь золотом, созданным при помощи алхимии?

– Поддержание сформированного вещества требует больших запасов энергии, – отвечает высокий парень со шрамом на подбородке. – К тому же в магазинах для богатых людей распространены кристаллы-анализаторы.

– Верно, как тебя зовут? – интересуюсь я.

– Лео.

– Простолюдин?

– Да, – без тени стеснения говорит он.

Этот юноша выделяется среди остальных, ибо ведёт себя раскованно, будто уже давным-давно закончил академию. К тому же обычно простолюдины ведут себя куда скромнее в присутствии богатых детишек.

– Следующих вопрос: какой элемент сильнее остальных? – продолжаю я.

– Огонь! Конечно же, огонь! – отвечает каждый второй.

– Нет такого элемента, – Лео единственный, кто идёт против толпы. – Вопрос задан некорректно.

– Поясни, – прошу я.

– В алхимии нет такого понятия, как «сила». Каждый элемент лучше в определённых ситуациях. Если речь идёт о сражении один на один, то «сильнее» будет тот, кто быстрее поразит оппонента.

– Браво! – хлопаю в ладоши. – Но теперь у меня возник другой вопрос, раз ты такой умный, почему уже дважды не сдал экзамены?

– Долгая история, – он поджимает губы, стараясь скрыть злобу и презрение.

– Его намеренно завалили, – выкрикивает девочка, сидящая у окна.

– И чем же ты так не угодил Ванессе? Подложил под дверь подожжённый пакетик с дерьмом?

– Говорю же, долгая история, – Лео вновь уходит от ответа.

– Это что-то личное? – он еле заметно кивает. – Ладно, проехали. Скажите, что будет, если я нарисую выдуманный алхимический круг, которого нет в справочнике?

– Ничего не произойдёт. Да, ничего не случится, – чуть ли не хором отвечают ученики.

– А ты, Лео, чего молчишь?

– Вопрос явно с подвохом, а ответ мне неизвестен.

– На что это похоже? – начинаю рисовать алхимический круг.

– Огонь! Точно, это круг огня! – гудит аудитория.

– Но разве в учебнике есть какая-то информация вот об этих символах? – медленно прорисовываю круг, чтобы студенты могли разглядеть его во всех подробностях.

– Это… Металлы? – неуверенно уточняет девочка с косичками.

– И они тоже. Пока я не дорисовал его, у вас есть возможность угадать, что случится, когда я закончу. Кто отгадает, получит зачёт на экзамене.

– Ничего не случится! Нет, появится какой-то сплав! Всё взорвётся… – ученики сыплют идеями, в надежде на халявный «автомат».

– А произойдёт вот что. Огненная Радуга! – выпускаю семь струй цветного пламени. – Алхимия куда более обширная наука, нежили та, что описана в ваших справочниках. Хороший алхимик подобен художнику, создающему великолепные картины, от которых захватывает дух. Исследовательский интерес, жажда знаний и отсутствие страха перед экспериментами – вот залог величия!

– Учитель, а есть ли способ поразить пламенем мишень, на которой весит оберег от огня? – вдруг спрашивает Лео.

– Хороший вопрос, но я не думаю, что первокурсникам нужно знать на него ответ. Почему ты спрашиваешь?

– Это было мои испытанием на экзамене по боевой алхимии, – опустив глаза, отвечает он.

– О-о-о… Ванесса отжигает по полной… А у других какие были испытание? Вот ты, девочка с косичками, что было у тебя за задание?

– Одним заклинанием поразить три мишени, одна из которых стояла за спиной.

– Хм… Вполне реально и похоже на правду. Значит, Лео, ты у нас избранный? Хорошо хоть не Нео… – шёпотом добавляю я. – И да, способ такой есть, но он достаточно сложен как для понимания, так и для исполнения.

– Пожалуйста, расскажите… – негромко просит он.

– Выйди в центр зала. Сперва я покажу, как это работает, а там глядишь, ты и сам поймёшь.

– Хорошо… – в его голосе слышится тревога. – Сюда?

– Да, а теперь стой и не двигайся, – рисую сложное заклинание, состоящие из двух кругов: один внутри другого. – Огненный Шторм!

Из моих рук вырывается пламя, которое ударяет Лео в грудь и отбрасывает его на несколько метров. Я специально выдал максимально слабое заклинание, чтобы не убить студентика, подающего надежды.

– А-а-а! – он встаёт и начинает сбивать с себя пламя, которого нет. – Горю!

Студенты наблюдают за ним с недоумённым взглядом, ведь никакого огня уже и в помине нет.

– Успокойся, с тобой всё в порядке, – приказным тоном требую я.

– Но что это было?..

– А на что похоже?

– Меня будто ударили… Воздух? – предполагает Лео.

– Верно. И теперь возникает вопрос, почему он выглядел как волна огня?

– Ну… Кажется… – мямлит он. – Вроде бы, сперва вы нарисовали круг огня, но затем что-то добавили внутрь него.

– Молодец, к успеху идёшь, – показываю большой палец. – Твоё задание изначально вынуждает тебя действовать креативно, ведь против огненного оберега пламя бесполезно. Точнее, не совсем, и всё зависит от силы воздействия, но сейчас не о том. Однако по условию ты должен использовать огонь, значит, что мы должны сделать?

– Добавить ещё одну стихию?

– Правильно.

– Но нас этому даже не учили! Множественные круги изучают только на четвёртом курсе, – резонно подмечает девочка с косичками.

– Соглашусь, потому-то я и удивился, что подобное задание выдали первогодке. Ну ничего, раз я всё равно вынужден тратить на вас своё время, то смогу помочь с теми вопросами, по которым вы провалились. Тем более, раз уж почти все сдали мой предмет…

– Круто! Ура! А можно я спрошу?! – такой реакции от аудитории я не ожидал.

– Времени у нас много, поэтому торопиться некуда, – пытаюсь их успокоить. – Пойдёмте на полигон, дабы я вживую оценил ваши навыки. А там уже поймём, кому и что нужно подтянуть. Ну? Чего сидим? На выход!

Ученики срываются со своих мест и несутся к дверям, словно прозвенел последний звонок, а я стою и удивляюсь их реакции: так радоваться помощи преподавателя? Что же с ними делают другие мои коллеги? Похоже, дрючат, как сидоровых коз.

С одной стороны, мне лень тянуть каждого за уши, но с другой, мне нужно наработать репутацию всезнающего учителя – это мне поможет со следующими этапами коварного плана. В мире, где правит сила, существуют определённые негласные правила, по которым этот самый мир и живёт. Они нужны, чтобы цивилизация не отправилась в каменный век, где люди будут драться за шкуру мамонта.

Именно поэтому я не могу пройти по головам, убивая и шантажирую всех подряд. Нет, я должен сыграть в их игру и победить в ней. Они смотрят свысока на пешку, но не видят, что она проходная и вот-вот станет ферзём.

Да и в целом, чем меньше у тебя врагов, тем меньше шансов умереть во сне или быть застреленным прямо из повозки. В этом мире существуют обереги и другие различные артефакты, но обычно они узконаправленные и стоят космических денег. Смысла в них немного, ведь даже от обычной стрелы ничто тебя не спасёт, но зато их можно использовать в специфических ситуациях. Например, если один алхимик собирается убить другого, то он может надеть оберег от той стихии, которую использует оппонент.

Мы выходим на улицу и двигаемся в сторону полигона, расположенного в самой жопе. Лео идёт последним, и я вижу, что он хочет поговорить со мной тет-а-тет, специально отставая от других.

– Слушаю, – догоняя его, бросаю я.

– Вы не могли бы объяснить принцип работы вашего заклинания? – негромко начинает он. – Чем больше времени для тренировок у меня будет, тем выше мои шансы на сдачу экзамена.

– По идее тебе это должен рассказывать учитель начертательной алхимии, но так уж и быть, объясню, но при одном условии.

– Условии? – он вопросительно смотрит мне в глаза.

– Я хочу, чтобы ты вступил в мою команду. Скажу сразу, я хочу собрать пять первокурсников, которые поборются за участие в турнире, а потом выиграют и сам турнир.

– Первокурсников?.. – офигевает Лео. – Но ведь так обычно не делают?..

– Услуга, за услугу. Ты ведь ничего не теряешь, – развожу руками.

– Конечно, я согласен! Мне нужна лицензия хотя бы третьего класса, чтобы выкупить моих родителей… – признаётся он.

– Ладно, слушай. Главный круг любого заклинания – это всего лишь оболочка, форма, если будет угодно. Решающим же фактором будет то, что находится внутри. А если мы добавим туда круг воздуха, то произойдёт ровно то, что случилось с тобой. Внешне заклинание будет походить на огонь, но все его свойства останутся воздушными.

– Невероятно… Я бы до такого никогда не додумался… – Лео мотает головой из стороны в сторону. – Это даже звучит сложно…

– Да не переживай, сейчас я тебе кое-что дам… – использую алхимию, чтобы преобразовать кусок брусчатки в небольшой круг с вдавленным рисунком. – Вот, возьми. Как видишь, внутри не воздух, а вода – так эффективнее. Освой это заклинание, и тогда Ванесса будет вынуждена поставить зачёт.

– Спасибо огромное! – радуется Лео, но затем вдруг начинает хмуриться. – Но ведь я даже не знаю, как оно работает…

– Сперва научись быстро рисовать круг, а уже потом приступим к тренировкам.

– Понял!

Он догоняет остальных, а я уже начинаю фантазировать, как же быстро разлетятся слухи, если команда первогодок выиграет турнир академий. Вот ведь будет умора… Тогда ни у кого не останется сомнений касательно моих способностей. Если всё получится, то я значительно быстрее продвинусь на пути к величию! Но стоит сказать, что противники будут серьёзными, и шансы на победу не так высоки, как хотелось бы.

Однако отчаиваться рано, ведь я ещё даже не собрал команду. Одно я знаю точно, в неё войдёт Мелиса, ведь если наследница лорда сможет одолеть более сильных противников, то её папочка, скорее всего, пересмотрит своё отношение ко мне. Остаётся только найти троих кандидатов и подготовить их как следует. Думаю, у меня всё получится.

Рубрика «Осталось за кадром»

Три месяца назад в кабинете директора Блейна.

– Ванесса, мне поступила жалоба на предвзятое отношение к одному из учеников во время проведения экзамена, – сообщает он.

– Я действовала согласно кодексу, – невозмутимо отвечает она.

– Какое задание ты ему дала?

– Посильное.

– Серьёзно? А мне доложили, что не очень-то посильное.

– Спешу вам напомнить, что в кодексе чёрным по белому написано: «Преподаватель вправе сам придумывать экзаменационные задания», – Ванесса кладёт на стол сухие факты. – Я ничего не нарушила.

– Но ты же прекрасно знаешь, что у нас нет цели завалить студентов, мы должны объективно оценивать их навыки, – директор общается спокойно, ибо знает, что Ванесса дама вспыльчивая.

– Если у вас есть какая-то конкретная претензия, то озвучьте её, если же нет, то я пойду.

– Дело ведь в его родителях? – ошарашивает девушку Блейн.

– Это неважно.

– Именно они ведь затеяли тот бунт… – вспоминает директор. – И твой отец оказался на виселице.

– Мне безразличен этот выродок, и я не считаю его своим отцом, – отрезает Ванесса. – Но дети не должны отвечать за родителей! И я не могу простить содеянного ими. Вы ведь знаете, что он хочет выкупить их из рудников?

– То есть, ты не позволишь этому мальчику сдать экзамен?

– Я действую согласно написанных вами правил. Если вас что-то не устраивает, то вносите изменения, – Ванесса направляется к выходу.

– Ладно, невелика потеря… Всё-таки он никто и звать его никак, – вынужденно соглашается Блейн. – Но постарайся не выставлять этот факт на показ, чтобы ко мне не было никаких вопросов…

Глава 13. Команда собрана

Мы добираемся до полигона, и я прошу всех выстроиться в одну линию, отойдя друг от друга на несколько метров. Хожу между ними и требую разойтись подальше, игнорируя вопросы, направленные на выяснение причин такой расстановки. Хочу устроить им небольшой сюрприз.

– Ну что, готовы? – громко спрашиваю я.

– К чему? Да, что нас ждёт? – бормочут студеньтики.

– Я хочу посмотреть, на что вы способны, но времени возиться с каждым у меня нет, а поэтому сейчас мы устроим миниатюрный экзамен, – встаю слева от толпы. – Запомните два правила: нельзя покидать своё место и ни в коем случае нельзя применять заклинания, способное нанести вред другому ученику. Гарантирую, что нарушитель ни при каких условиях не получит зачёт на моём экзамене. Всё ясно?

– Но что нужно делать? – интересуется Лео, стоящий рядом со мной.

– Я хочу увидеть ваш боевой потенциал, а заодно посмотреть, можно ли вообще называть вас алхимиками, – захожу им за спины и становлюсь по центру. – Никому не оборачиваться! Смотреть только вперёд! И помните о правилах…

Начинаю рисовать упрощённое заклинание «Мира Грёз». В стандартном исполнении я могу менять иллюзию по щелчку пальцев, а в упрощённом «сценарий» будет практически неизменен – так затраты маны сокращаются в разы, ведь задействуется не семь, а всего три круга.

Конечно, есть небольшой риск, что студенты поубивают друг друга, но я надеюсь, что этого не случится. Всё-таки вероятность допустимо мала. А вот полезность будет максимальной, особенно в части экономии времени. Если бы мне не нужны были бойцы для участия в турнире, то, возможно, я бы избрал другую тактику, но раз времени на подготовку мало, то претендентов нужно найти уже сегодня.

– Помните: не сходить с мест и не атаковать друг друга! – напоминаю я и заканчиваю рисование. – Готовьтесь! Грёзы!

В одно мгновение засаженные травой полигон меняется на тёмное подземелье с дырками в полу. Каждый студент стоит на своём островке безопасности, а под ним глубокий провал. Атмосфера максимально мрачная, и больше всего на неё работают душераздирающие крики, доносящиеся из темноты.

Некоторые ученики замирают в ожидание и готовятся использовать алхимию, но большинство поддаются страху высоты и не делают ничего другого, кроме как пытаются удержаться на безопасной платформе. От страха кричат даже парни, про девушек и говорить не приходится.

Звуки из темноты становятся громче, к ним добавляются хлопки крыльев, металлический скрежет и вопли невиданных чудовищ. Сразу три студента уходят в глухую оборону, закрывая лицо руками. Кто-то даже начинает рыдать – слабаки…

– Учитель, что это такое? – спрашивает Лео.

– Ваше испытание, – загадочно отвечаю я. – Темно и ничего не видно, разве никто не хочет запустить огненное или световое заклинание, чтобы узнать, в чём там дело? Даю подсказку: время уходит.

– Огненный Шар! – тут же реагирует невысокий блондинчик с зализанными волосами.

– Мамочки! Что это?.. Нет, нет, нет… Этого не может быть! – верещат студенты.

Фаербол освещает длинный коридор толщиной с полигон, по которому на учеников несутся монстры всех мастей: зомби, скелеты с холодным оружием, крылатые нетопыри, костяные вверены, церберы, слизни с гигантскими зубами… Я добавил в иллюзию абсолютно всех тварей, которых придумала моя больная фантазия. И у них, кстати, многократный перевес по численности.

Раз уж ученики узрели угрозу, то я слегка подкручиваю скорость приближения монстров – теперь они несутся вразнобой, ведь искусственное замедление нивелировано. Первым добираются летающие монстры.

Дабы у моих подопечных не было сомнений в реальности происходящего, я включаю в иллюзию элементы реализма: гигантский нетопырь хватает закрывающую лицо руками девочку и уносить обратно в подземелья, начиная жрать её прямо в полёте.

Все в шоке от увиденного, и большинство начинает использовать алхимию против монстров. А та девочка на самом деле просто возвращена в реальность и после моих жестов отходит подальше от остальных. С её стороны всё выглядит довольно комично: юноши и девушки стоят в чистом поле, орут и кидаются магией во все стороны. Несведущему человеку может показаться, что они сошли с ума.

Пока бедняги проигрывают бой нескончаемым полчищам тварей и выбывают один за другим, стоит сказать о механике работы «Грёз». Это заклинание лёгкое и сложное одновременно: фактически воздействие производится только на органы чувств. В этом, минус, что если световую, тактильную и слуховую иллюзию создать несложно, то вот запахи у меня так и не получились. Но кто будет обращать на них внимание, когда вокруг происходит натуральный пиздец. Надеюсь, мне не предъявят претензии за сломанную психику избалованных мальчиков и девочек.

С момента начала стычки проходит всего две минуты, а выбыли уже почти все. Остались только трое: Лео, зализанный блондинчик и девушка с косичками. Мой протеже использует воздух, чтобы покрыть большую площадь и оттеснить от себя монстров. Белобрысый без затей хреначит огненными заклинаниями, и надо сказать, что делает это на достаточно хорошем уровне. А вот дама вообще не атакует, она закрылась металлическим куполом и просто выживает.

Я решаю дождаться, пока все они «погибнут», в это время остальные студенты бурно обсуждают произошедшее: кто-то упрекает меня в некомпетентности, кто-то кичится количеством убитых монстров, а кто-то до сих пор пытается отойти от шока.

Проходит ещё минуты три, и я решаю немного изменить условия… Монстры проносятся мимо, изображая страх и вопя от ужаса. И почти сразу в дальнем конце подземелья появляется огненный дракон. С размерами я решил не мелочиться и сделал его похожим на полукилометровую гору – так эффект будет нагляднее.

Мне интересно проверить, как будут действовать эти трое перед лицом неминуемой гибели. На самом деле это важный урок, ведь есть битвы, которые выиграть нельзя. Я стою в предвкушении и наблюдаю…

Дракон приближается, оглушая троицу «выживших» своим нечеловеческим рёвом. Ещё чуть-чуть и он извергнет пламя, и если они не атакуют сейчас, то умрут!

Девушка продолжает сидеть в своём «домике», будто ничего не случилось. Лео на все деньги начинает использовать водные заклинания, не причиняя монстру никакого вреда. А блондин садится на пятую точку в позу лотоса и закрывает глаза, осознавая бесперспективность использования огня против огненного дракона. Что ж, результат довольно интересный.

Я позволяю дракону сжечь их и прерываю иллюзию. Остальные выбывшие аплодируют героям, продержавшимся до самого конца. Мне приходится сорвать металлический щит с девушки, которая до сих пор под ним сидит.

– Поздравляю, вы показали лучшие результаты! – озвучиваю на весь полигон. – Тебя, Лео, я уже знаю, а вы двое представьтесь.

– Я не умер?.. – с грустью в голосе уточняет блондинчик.

– Что произошло? – вопрошает девушка с косичками.

– Испытание закончилось, можете расслабиться. Но сперва назовите свои имена.

– Алиса… – негромко отвечает она.

– Простолюдинка?

– Да, учитель…

– А тебя как звать? – обращаюсь к блондинчику.

– Алекс, – по его лицу видно, что он лукавит.

– Точно? – тот кивает. – Лео, как его зовут на самом деле?

– Алексей Романов, – выдаёт сокурсника мой протеже.

– Стесняешься своего происхождения? Вот это новость… Да ещё и фамилия интересная… – подхожу к нему поближе, чтобы остальные не слышали наш разговор. – Так значит, это ты отказался от своей фамилии и ушёл из семьи? Странное действие для наследника…

– Это моё личное дело. – шёпотом отрезает он.

– Какой экзамен ты не сдал?

– Начертательную алхимию.

– И в чём была загвоздка?

– Зачем мне нужно вырисовывать те заклинания, которыми я не собираюсь пользоваться? – Алекс отвечает вопросом на вопрос.

– Так говоришь, будто уже распланировал всю свою жизнь наперёд.

– Так и есть. Если получится, стану королевским убийцей, если нет, тогда наёмником в Братстве, – заявляет он.

– Поверь мне на слово, оно того не стоит, – шепчу ему на ухо. – Там платят гроши.

– Вы?.. – удивляется Алекс.

– В любом случае тебе придётся сдать начертательную алхимию, если хочешь в будущем получить лицензию первого или хотя бы второго ранга, – подхожу к девочке с косичками, у которой совсем отсутствуют женские выпуклости с обеих сторон. – А ты какой предмет завалила?

– Боевую алхимию… – Алиса прячет глаза и отворачивает голову. – Мне не по душе причинять другим людям страдания, поэтому я выбрала путь защиты, но госпожа Ванесса заставляла меня атаковать её…

– Понятно всё с вами, – жестами подзываю их, дабы они встали рядом со мной. – Лео уже согласился, остались вы двое.

– Согласился? – хором переспрашивают они и одаряют меня недоверчивыми взглядами.

– Я хочу, чтобы вы вступили в мою команду, которая поборется за участие в турнире академий, а в перспективе и выиграет его.

– Мы?.. – неуверенно блеет Алиса.

– Я согласен! – моментально заявляет Алекс.

– Рад это слышать. А ты, Алиса, что скажешь? Если согласишься, я обещаю помочь вам со всеми экзаменами. Но по правде сказать, если вы победите, то их сдавать не придётся, – заманиваю эту низкорослую дамочку с милым и скромным лицом в свои сети. – Второй раз предлагать не буду.

– А что мы должны будем делать? – негромко интересуется она.

– Тренироваться под моим началом. Становиться сильнее, готовиться к суровым и сложным испытаниям, – вижу, что она колеблется с ответом. – Спешу напомнить, что слава для алхимика дорогого стоит, особенно для простолюдина. Даже участие в турнире откроет вам множество дорог в будущее, а если победите, в чём я не сомневаюсь, то мешки, набитые деньгами, сами прибегут к вам с вкусными предложениями.

– Но для участия нужны пять участников, а нас здесь только трое, – подмечает Алиса.

– Вас четверо. Мне осталось найти всего одного. Остальные в вашей группе слабаки и ссыкуны, а поэтому придётся добирать из первогодок.

– А кто будет четвёртым участником? – спрашивает Лео.

– Мелиса Майерс.

– Я согласна! – неожиданно выдаёт Алиса.

– Эм… – вопросительно смотрю на неё.

– Я её фанатка! Вы ведь видели её выступление перед народом? – Алиса в одночасье меняется и становится маленькой корейской девочкой, писающей кипятком от любимой К-РОР группы. – Она такая классная и такие умные вещи говорит… Всегда мечтала с ней познакомиться!

– Что ж, у тебя будет возможность, – ещё раз осматриваю всех троих и возвращаюсь к остальным. – Выстройтесь в линию, но теперь в том порядке, в каком вышли из первого испытания. Быстро!

Пока студеньтики бегают как ошалелые и пытаются понять, кто за кем должен стоять, я размышляю о своих гладиаторах…

Лео – похож на меня, ведь не полагается на одну-единственную стихию и использует самые эффективные заклинания, необходимые в данный момент. Он бы подошёл на роль лидера группы, не будь в ней Мелисы – она наверняка захочет забрать бразды правления в свои руки.

Алекс – спец по части огненной алхимии, он без особых проблем сможет сразиться даже с пятикурсником. Конечно, если в испытании будут обереги от огня, то он станет бесполезным, но другого такого кадра на горизонте не видно. Он у нас будет в роли убийцы, раз ему так не терпится пустить кому-то кровь, то пусть развлечётся.

Алиса же станет «танком» – на ней будет лежать оборона группы. Думаю, эта малютка без особых проблем сможет выполнить свои обязанности, нужно будет лишь «выдать» ей более эффективные щиты, нежили металлический. Стоит сказать, что она смогла поддерживать заклинание даже под мощным натиском лап и когтей, а это дорогого стоит.

Из Мелисы я планирую сделать ферзя, то есть машину с ультимативными заклинаниями, способными поставить точку в любом сражении. В первую очередь это нужно, чтобы именно она выделялась на фоне остальных. Так я и благосклонность лорда Милиана заработаю, и не допущу ситуацию, при которой наследница будет выглядеть слабой на фоне простолюдинов.

Пазл в принципе складывается, не хватает лишь подстраховки в виде алхимика, специализирующегося на медицине. Испытания каждый год разные, и такой человек команде жизненно необходим. Остаётся его найти… В крайнем случае, придётся сделать из какого-нибудь первокурсника.

Вроде бы команда выглядит сбалансированной, и шансы на победы немного возрастают. Времени на этих оболтусов уйдёт много, но и результат видится мне очень вкусным и сочным. Как-никак, но наставников всех команд будут представлять королю – а это ни хухры-мухры!

Студенты, наконец-то, встали в нужном порядке, и можно продолжать занятие.

– Перед началом второго раунда хорошенько подумайте, какими заклинаниями вы будете пользоваться! – громко оглашаю я. – Мы слегка изменим правила на этот раз… Теперь вы знаете, что вашей жизни ничего не угрожает, а поэтому нужно поднять ставки. Первые пять человек, которые провалят испытания, не сдадут мой экзамен! Слабаки достойны только лицензии седьмого класса! У вас есть пять минут, чтобы всё обдумать.

– Это нечестно… Да как он может такое заявлять?.. Я буду жаловаться… – доносится от недовольных учеников.

А я в этот момент незаметно от них рисую заклинание и в самый неожиданный момент кричу:

– Начали! Грёзы!

Ошарашенные студенты попадают в то же самое подземелье и с теми же самыми монстрами, которые не дают форы и набрасываются на беспечных болванчиков. Но к моему удивлению, ребята молодцы и дают достойный отпор ордам нечисти. За первые две минуты вылетевших я не наблюдаю.

Их слишком много, чтобы я придумывал задания для каждого, а поэтому принцип будет прост: если тебе нужна помощь, то подойдёшь сам. Если же ты не соизволишь поднять жопу, чтобы решить свою проблему, то почему я должен напрягаться и тратить на тебя время? Лео попросил – я ему помогу. Всё просто.

Примерно минут через пять вылетает первый паренёк, судя по всему, у него просто закончилась мана, ведь я видел, как он пытался нарисовать круг, но ничего не получалось. Бедняга отходит от остальных и сдится у стены, закрыв лицо коленями и руками.

Почти сразу появляется ещё один вылетевший товарищ, а за ним две девушки. Все они выглядят обескураженным и опечаленными, что лишний раз доказывает их решимость продолжать учёбу.

Стоит вылететь последнему пятому парню, как остальные замечают это и расслабляются, переставая убивать монстров. Как по цепочке ученики покидают иллюзию, давая тварям себя убить. Остаются сражаться только мои протеже, что очень меня расстраивает.

– Закончили! – я останавливаю иллюзию. – Скажу честно, вы меня разочаровали. Разве я говорил, что можно закончить испытание по своему усмотрению?

– Но ведь вы сказали, что вылетают только первые пять, – хмурится девушка с разноцветными волосами.

– И что дальше? – мой голос наполняется яростью. – Пятеро выбывших могут в любое учебное время обращаться ко мне за помощью по любым вопросов, а те, кто вышел сам, будут лишены такой возможности.

– Но почему?.. Как так?.. – возмущаются халявщики. – Мы ведь выполнили задачу…

– Нет, не выполнили, – отрезаю я. – Конечной цели не было, вы сами себе её придумали. Главное не вылететь? Так она звучала? Но я этого не говорил! А ребята, которые не справились в силу разных причин, достойны того, чтобы я им помог. А вы халявщики, сами разбирайтесь со своими проблемами!

Пока они обсуждают между собой моё решение, я восстанавливаю повреждённые каменные манекены и приказываю им до конца урока практиковаться на них, пока не кончится мана или не прозвонит замок. А сам в это время подхожу к моей троице и провожу с ними персональное занятие.

Я отдельно беседую с каждым и рекомендую к изучению различные заклинания, которые, на мой взгляд, наиболее эффективны. Лео вынужден учить «Резак», Алекс пытается использовать «огненную стрелу», не открывая рта. С Алисой всё сложнее, ведь она не особо умеет пользоваться кругами воды и воздуха, а в её случае именно они будут наиболее эффективны, так как обе стихии обладают прозрачностью. Сидеть же за куском металла – это не лучший выход.

Первая тренировка проходит немного хуже, чем я ожидал, но ребят можно понять, ведь требования к ним многократно возросли. Однако я до сих пор уверен, что к битве с группой Ванессы они будут готовы, а там первый этап турнира простенький, и готовиться нужно только ко второму.

За пять минут до звонка ко мне подходит помощница директора и сообщает, что моё предложение приняли, и через час после первого урока меня ждёт второй. Для студентов в качестве временной меры уже организована полевая кухня, а я сбегаю домой, благо, живу недалеко.

Колокол звонит, и я топаю в свой особняк. Забавно наблюдать, как благородные едят с того же стола, что и простолюдины. Кроме как в академии, такого больше нигде не увидишь. Это политика любых академий: если человек уже поступил, то к нему относятся как к будущему алхимику, забывая про титулы и регалии. Однако, как и в любом обществе, всё не так однозначно: перед законом все равны, но некоторые равнее…

После плотного обеда я возвращаюсь и обнаруживаю, что мне почему-то вновь поставили занятия у первогодок. Видимо, ответственный за расписание не придумал ничего лучше, а может, кто-то подсказал… Так или иначе, мне вновь предстоит встретиться с классом Мелисы, хотя по старому расписанию это должно было произойти только через две недели.

Поднимаюсь на второй этаж, в это время звенит звонок. На улице уже никого не было, а это означает, что студенты должны быть в аудитории. Их, скорее всего, неплохо так загрузили на первом занятии, а поэтому придётся ограничиться теорией. Можно было бы отпустить пораньше, но в этом мире нет телефонов, и богатые детки не смогут вызвать свои кареты.

Иду по коридору и замечаю Мелису, которая стоит у входа в аудиторию. По её взгляду понятно, что она ждёт именно меня.

– Какие люди! – издалека начинаю я, но она прикладывает палец к губам, дабы я не шумел. – М-м-м? Конспирация?

– Если что, я в туалет выходила. Нельзя, чтобы остальные узнали о твоей подработке, – шепчет Мелиса, когда я подхожу вплотную. – Завтра в полдень будет удобно?

– Дайка подумать, – делаю вид, что я человек занятой. – Думаю-ю-ю-ю… смогу найти пару часиков.

– Куда выслать повозку?

– Прямо к академии.

– Хорошо, – она хочет войти в аудиторию, но я хватаю её за руку. – Ты чего?

– У меня два вопроса, которые нужно обговорить тет-а-тет.

– Только быстро…

– Я собираю команду для участия в турнире академий, и ты в неё уже включена.

– Чего?! Туда же не берут первокурсников, – Мелиса озвучивает прописную истину.

– У нас будут две команды и внутренний турнир между ними. Ванесса тренирует свою пятёрку, а я вас, первокурсников.

– Даже если так, а ты меня не хотел сперва спросить?

– А разве ты не хочешь победить и прославиться на всё королевство? – смотрю на неё исподлобья.

– Конечно, хочу, но…

– Никаких «но»! Ты наш новый капитан! – я твёрд как скала в своей решимости.

– И кем я буду командовать?

– Троими второгодниками, с которыми я уже договорился, и…

– Второгодниками?! – перебивает она.

– Они лучшие из лучших, уж поверь мне. Но нам нужен целитель, есть кто на примете?

– Нет. Ты же сам знаешь, что целебная алхимия не пользуется особой популярностью.

– Эх… Ладно, что-нибудь придумаю, – открываю дверь и предлагаю девушке войти.

– Подожди хотя бы полминуты, – шепчет Мелиса.

– Иди давай.

Мне приходится выполнить её просьбу и опоздать на урок чуть сильнее, чем мог бы. На самом деле это нерушимый закон: чем ближе к школе ты живёшь, тем позже приходишь. Помню одну девку, которая жила прямо у моей шараги, так она вовремя не пришла ни разу.

– Ну что, бездари, сегодня будет теоретическое занятие, – захожу в аудиторию. – Поэтому я вас буду мучить каверзными вопросами до тех пор, пока головы не полопаются… Но сперва ответьте, есть ли среди вас тот, кто желает посвятить себя изучению целебной алхимии? М-м-м? Лес рук… Совсем никто? Ладно, проехали.

Сажусь в кресло преподавателя и думаю, с чего же начать урок…

– Кто мне скажет, какое заклинание проще: создание воды при помощи псевдоматерии или отбор её из воздуха?

– Отбор! Отбор, конечно! – многие знают правильный ответ.

– А какой способ поглощает меньше маны?

– Отбор из воздуха! – первым отвечает парень с кривым носом.

– Ну хоть что-то вы знаете… Тогда такой вопрос: зачем же нужно создание воды, если оно сложнее и энергозатратнее? – жду недолго, но никто не отвечает. – Если вам нужно использовать «Резак», то можно отобрать воды из воздуха, но если речь идёт о тушении пожара, то применяют создание. Ну? Есть идеи? В чём разница?

– В необходимом количестве, – чванливо бросает Марк Майерс.

– Хм… Верно, – я вынужден согласиться. – Так почему существуют два заклинания? И тишина… Потому что количество воды в воздухе ограничено, и для тушения пожара её явно не хватит. Кто ездил вглубь острова, наверняка мог заметить, что там воздух значительно суще, чем на побережье.

– Согласен! Да, я тоже замечала… – негромко обсуждают ученики.

– И тут мы натыкаемся на вечную проблему современной алхимии, – разваливаюсь кресла и закидываю ноги на стол. – Создать вещество может каждый дурак, но будет ли это эффективно? Нет. Точную разницу между созданием и изменением никто не замерял, но по ощущениям она колеблется в промежутке от пяти до десяти раз.

– Так много?.. – спрашивает Мелиса.

– Да, и это если речь идёт про один и тот же элемент, например, воду. Те, кто работает с металлами, прекрасно знают, что их создание расходует просто гигантское количество энергии. Есть идеи почему?

– Они крепче и тяжелее, – сообщает Жора Болтон.

– Это да, но на самом деле всё не так просто: они сложнее. Вода – одно из самых простых веществ, а вот железо куда сложнее. Если же взять какой-нибудь вольфрам или золото, то затраты маны возрастают многократно. Про более сложные вещества я вообще молчу.

– Но к чему вы ведёте? – доносится с задних парт.

– Алхимия учит нас использовать то, что есть в природе. Только так можно стать профессионалом, ведь экономия ресурсов – это один из важнейших навыков в алхимии. Нет, конечно, если вы собираетесь за жизнь пару раз выйти на дуэль, то оно вам не надо. Но эта самая жизнь может тянуться длиннее, чем вы думаете, и неясно, какие испытания ждут вас впереди. Поэтому сейчас мы рассмотрим самые распространённые варианты использования материи, а также поймём, когда создание вещества обязательно…

Балаболить я люблю и рассказываю студентам много нового, чего они ну никак не смогут прочитать в справочнике. Да и чему он может их научить? Как рисовать тот или иной круг? В реальной жизни всё обстоит совершенно иначе.

Помнится в универе у нас был учитель, который девяносто процентов времени посвящал случаям из жизни. Было интересно и забавно! В итоге из всех дисциплин его предмет я знал от и до, хотя голой теории и конспектов там практически не было. Потому-то я и решил воспользоваться его методикой и дать студентом наиболее полезную информацию.

В самом конце, уже после звонка ко мне подходит Мелиса и её белокурая подружка-дылда. Последняя буквально пожирает меня глазами, и судя по всему, это именно та дама, про которую говорила Мелиса.

– Вы что-то хотели? – усталым и слегка осипшим голосом интересуюсь я.

– Вы, учитель, кажется, искали целителя? – розововолосая хитрюга делает морду кирпичом, будто это не она вчера видела меня голым.

– Искал.

– Я была бы очень рада вступить в вашу команду в роли целителя, – звонкий голосок блондинки ласкает мои уши.

– Но ты же не отозвалась, когда я спрашивал всех… – смотрю на неё с подозрением.

– Просто постеснялась… – она пытается строить глазки и делать невинную мордашку.

– Как хоть тебя зовут?

– Елена Романова к вашим услугам, – девушка мило улыбается.

– Романова? Наследница? – та кивает, а из моей груди вырываются сдавленные смешки. – Это будет интересно…

Рубрика «Осталось за кадром»

За десять минут до конца урока Мелиса рассказывает Елене о своём участие в команде во всех подробностях.

– Ему нужен целитель?! – шепчет Елена. – Так чего же ты молчала?!

– Да тише ты, нас ведь могут услышать… – пшикает Мелиса. – Да и ты же воздухом только занималась, а о целебной алхимии ничего не знаешь, как и я.

– Ну и что?! Ты хоть понимаешь, к чему всё идёт?.. – тон Елены полон предвкушения. – Если мы будем в команде, то ему придётся уделять нам всё свободное время, чтобы мы выступили достойно…

– И что с того? – хмурится Мелиса.

– Какая же ты глупышка… Дни напролёт проводить вместе с ним – разве это не радость?

– Ты точно влюбилась… Он ведь наш учитель… – Мелиса из последних сил пытается сохранить спокойствие на лице, ведь прекрасно помнит вчерашний день и купание в озере.

– Так уж и быть, придётся нанять учителя целебной алхимии, чтобы не выглядеть полной дурой…

– Вот ведь настырная!

– После звонка я подойду к нему, а ты будешь стоять рядом для подстраховки!

– Ещё чего! Тебе надо, ты и иди, – противится Мелиса.

– Нет, подруга, ты пойдёшь со мной… – настаивает Елена. – А иначе я всем расскажу, что ты тогда…

– Ладно! – перебивает она. – Я составлю тебе компанию, но вообще-то, ты поклялась никому не рассказывать о том случае…

– Да, но ситуация вынуждает меня, – Елена виновато улыбается.

– Шантажистка, блин… Сама же уговорила, а теперь используешь в своих коварных целях…

– Ой, да ладно тебе! Понравилось же.

– Никому и никогда не рассказывай…

Глава 14. Время аудиенции

– Так вы возьмёте меня в команду? – Елена облокачивается на стол и пристально смотрит мне прямо в глаза.

– Раз других кандидатов всё равно нет… – начинаю я.

– Ура! – перебивает она.

– Я тебя возьму, но только при одном условии.

– Для вас что угодно! – Елена улыбается и вновь строит глазки, а Мелиса едва сдерживается, чтобы не ударить себя по лбу.

– Ты расскажешь, почему твой брат отказался от титула и покинул семью.

– Алекс?.. – ошарашенно переспрашивает белокурая девушка. – Но зачем вам эта информация?..

– Он уже состоит в команде, и мне нужно знать, станет ли это проблемой.

– Алекс тоже будет участвовать?.. – с её лица моментально пропадает вся радость. – Если нас увидят вместе…

– Тогда я буду вынужден найти кого-то другого на роль целителя, – встаю и порываюсь уйти из аудитории.

– Постойте… – еле слышно просит Елена и замолкает.

В этот момент окна аудитории сотрясаются от ужасного грохота, почти сразу выясняется причина: академию накрывает гигантская чёрная туча. Дождь льёт такой, что на улицу выходить совершенно не хочется. Это даже не дождь, а натуральный ливень, переходящий в ураган.

– До сих пор не могу привыкнуть, что погода так резко меняется… – сетую я и продолжаю топать к выходу.

– Учитель, я всё расскажу, – догоняет меня Елена.

– Слушаю, – останавливаюсь и натягиваю маску нетерпеливости.

– Я, пожалуй, вас оставлю, – Мелиса проходит мимо нас.

– В общем… – Елена дожидается, пока её подруга покинет аудиторию, и мы останемся наедине. – Алекса сосватали с одной особой из столицы, это был очень выгодный брак. Выгодный для семьи, понятное дело. Наш отец непреклонен в таких вопросах и слушать ничего не хотел…

– Алекс, видимо, не горел желанием становиться муженьком?

– Просто у него на тот момент уже была возлюбленная… простолюдинка… – Елена тяжело дышит, даже не думаю скрывать сожаление. – Отец до последнего стоял на своём, и однажды Алекс заявил, что откажется от фамилии, если ему не дадут свободу выбора.

– Хм… Всё так банально?

– Не совсем, – девушка мотает головой из стороны в сторону. – Папа решил этот вопрос раз и навсегда, сбросив девушку со скалы прямо на глазах у Алекса… Брат попытался убить отца, но у того был оберег от огня, и потасовка закончилась дракой на кулаках. В итоге Алекс отгрыз папе левое ухо и был изгнан из дома…

– Отгрыз ухо? – я едва сдерживаю смех. – Далеко пойдёт…

– Я отношусь к Алексу с пониманием, но вот отец его ненавидит и считает предателем… – признаётся Елена.

– Получается, вы не можете быть в одной команде?

– Можем, но я буду выступать инкогнито. Так будет лучше для всех.

– И тебя совсем не интересует слава? – ухмыляюсь я. – Ради чего тогда стараться?

– Ну… Как бы… Это мои личные тараканы, не берите в голову, – она вновь улыбается, пытаясь съехать с неудобной темы.

– Мелиса мне всё рассказала, – решаю взять на понт.

– Что?! Как она могла?! – негодует Елена.

– Ты в команде, и постарайся не разочаровать меня. Первая тренировка будет в субботу, и я рассчитываю, что ты продемонстрируешь хотя бы базовые заклинания.

– Положитесь на меня, учитель! – она рада, что мы сменили тему, но продолжает краснеть.

– Ага. Увидимся в субботу в полдень на полигоне, – выхожу в коридор.

– Постойте! – она выбегает за мной. – Может быть, вас подвезти? Как вы пойдёте в такой дождь?

– Спасибо, но я вынужден отказать, – не хочу, чтобы кто-то знал местоположение моего убежища.

– Но ведь там льёт как из ведра, – Елена продолжает идти за мной.

– В субботу в полдень. И не опаздывай, – бросаю напоследок и прибавляю шаг.

Елена дамочка, конечно, интересная, и я был бы не против позабавиться с ней, но в данный момент у меня иные приоритеты. Да и к тому же тут как с хорошим вином: чем больше времени пройдёт, тем лучше будут вкусовые качества. Поэтому я решаю держать Елену на дистанции в качестве запасного аэродрома, но при этом и не отдалять от себя слишком, чтобы рыбка с крючка не соскочила. Возможно, в будущем мне понадобится её помощь…

Спускаюсь на первый этаж и протискиваюсь сквозь толпу студентов, ожидающих своих повозок. Последние подъезжают одна за другой и забирают «золотую молодёжь», а простолюдины смирно дожидаются своей очереди на выход и не решаются растолкать аристократов. А мне на них насрать с высокой колокольни, поэтому я выползаю наружу одним из первых.

Льёт реально как из ведра, ещё и ветер сильный… Похоже, на Рейвенхол обрушивается настоящий шторм. И радует лишь одного: чаще всего такие погодные явления длятся недолго, максимум до трёх дней. А потом опять наступают райские деньки – жить здесь на самом деле реально классно, климат можно сравнить с тем, который радует жителей Кипра. Зима тёплая, хоть и влажная, лето жаркое, а солнце светит больше трёхсот дней в году. Месяцев, кстати, здесь столько же, но каждый из них имеет по тридцать три дня, что довольно удобно.

Пока аристократики прячутся по каретам, я создаю водный щит и в спокойном темпе шагаю домой. Маны у меня ещё много, а расходовать её особо некуда, поэтому можно немного потратиться. К тому же идти совсем недалеко, на крайний случай запас останется.

Через залитые дождём окна я замечаю, что оставшиеся внутри ученики смотрят на меня с удивлением. Оно и понятно, ведь мало кто использует алхимию, чтобы создать магический зонт. Но как по мне, она нужна исключительно для того, чтобы упрощать жизнь людей, как и любая другая наука.

Не спеша, чтобы не запачкать штаны, возвращаюсь в особняк и первым делом обращаюсь к Бену:

– Чем порадуете? Есть какие-то новости?

– Мне удалось узнать, что новая жертва Кровавого Алхимика была обнаружена на виноградных плантациях, – сообщает Бен.

– Насколько я помню, это совсем рядом со стеной, отделяющей нас, простых смертных, от благородных и богатых?

– Да, господин Рей, труп был найден совсем близко к дороге, идущей в Верхний Город.

– О как… Получается, наш маньяк совсем расслабился? – озвучиваю свои мысли. – Интересно, интересно… Жаль, что все улики уже смыло, да и труп наверняка убрали…

– Что подать на ужин? – как ни в чём не бывало, интересуется Бен.

– Курочку, запечную с грибами, салат из огурцов и помидоров, а также печенья вашей дочери, уж очень они вкусны, – одобрительно киваю в строну Лизы, стоящей на кухне.

– Благодарю вас, господин Рей, от лица дочери. Уверен, она бы хотела сказать именно это, – озвучивает Бен, а Лиза безмолвно соглашается.

– Если честно, можно было бы даже открыть собственную пекарню… – вновь размышляю вслух. – Я уверен, что эти произведения кулинарного искусства пользовались бы большим спросом. Но, пока что на это нет денег, хоть мысль и хорошая. Буду держать в голове, ибо чем больше источников дохода, тем лучше. Так ведь, Бен?

– Всё верно. Если вы вдруг надумаете открыть пекарню, то мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы помочь вам, – по их лицам я понимаю, что идея им пришлась по душе.

– Ладно, я немного отдохну. Позовите, как будет готово, а затем наберите ванну.

– Хорошо, господин Рей.

* * *

Утром следующего дня, когда ливень уже закончился, я решаю, что можно спать дольше обычного. Всё равно мне тратить три-четыре часа на Мелису, а поэтому тренировку можно перенести прямо на поляне у озера. Поэтому я принимаю ванну, привожу себя в порядок, ем и топаю к академии.

Повозка к тому времени уже ожидает меня. Я залезаю внутрь и удивляюсь новому водителю с угрюмым лицом, который совершенно не идёт на контакт. Молчаливый таксист – идеальный таксист. Главное, чтобы он привёз меня куда надо, а не в какую-нибудь жопу…

Весь путь я прислушиваюсь к странным звукам и наблюдаю за дорогой через небольшое стекло, отделяющее водителя от пассажиров. Сама повозка уже классом пониже – такая, в которых перемещается охрана Майерсов. Диваны здесь твёрже, нет изысканных электрических светильников в виде свечей, да и в целом интерьер победнее. Но даже такая бандура стоит как половина моего дома, и это, если убрать позолоту со всех стенок.

Мы проезжаем через ворота, ведущие в Верхний Город, и я вдруг понимаю, что в следующим месяце можно попытаться подкараулить Кровавого Алхимика у этого единственного выезда. Конечно, придётся много записывать и анализировать, но у меня будут все шансы сузить круг подозреваемых. В теории я даже смогу рассчитать дальность поездки каждой из кареты, основываясь на знании средней скорости.

Обязательно нужно будет найти время на эти изыскания, глядишь, и удача улыбнётся. За два дня мне придётся выделить подозрительную повозку, а на третий проследовать за ней. Как сделать последнее не совсем понятно, но у меня есть целый месяц, чтобы подумать.

Тем временем мы поднимаемся в гору, и мне вновь не удаётся толком разглядеть исполинский замок лорда. Единственное, что бросается в глаза, так это широкая подъездная дорожка, что-то вроде парковки, коридор из карликовых елей и, конечно же, шедевральная входная группа. Гости сразу понимают, кто здесь живёт и сколько у него денег, ибо даже монументальные колонны стали жертвами позолоты…

Может показаться, что это излишний пафос и золотом козыряют только цыгане, но в этом мире нет бумажных денег, акций компаний и других деривативов, и всё завязано именно на золоте, поэтому покрыть им всё, что только можно – это не зашквар, а признак роскоши.

Не успеваю я насладиться шикарным видом, как водитель сворачивает на грунтовую дорогу, даже не доезжая до самого замка. Пока всё сходится: мы едем примерно в том направлении, где находится домик у озера. Однако меня до сих пор не покидают тревожные мысли…

Возможно, лорд Милиан узнал о проделках своей супруги, но тогда стал бы он так со мной церемониться? Хозяин Рейвенхола и розовых усов не так глуп, чтобы предоставить мне возможность для сопротивления. Не знаю, что он обо мне думает, но наверняка не сомневается в моей силе. А если всё-таки сомневается, то земля ему будет стекловатой, ибо живым я не дамся! Пусть город и не уничтожу, но его фалосовидный замок на дно морское отправлю уж точно!

Молчаливый водитель останавливается у озера и ждёт, пока я покину повозку. Решаю посмотреть на его реакцию и продолжаю сидеть внутри.

Через пару минут он оборачивается и бросает в мою сторону недовольный взгляд. А я делаю вид, что мне безразличны его претензии и отдыхаю на относительно мягком диване.

Наконец, водитель начинает мычать и указывать на дверь. Тут-то до меня и доходит, что бедняга немой. Неловко получилось… Приходится принести извинения и выйти. Благо, никакой засады я не обнаруживаю, хоть и держу руку поближе к кругам защиты, расположенным в районе печени.

Повозка уезжает, оставляя меня в гордом одиночестве наслаждаться пением птиц и запахом мокрой травы. От нечего делать, я решаю наведаться в сам домик и осмотреть его убранство.

Дверь старая, уже немного подгнившая, а поэтому не открывается. Приходится использовать алхимию и уменьшить её размер на одну десятую. После этих манипуляций она выглядит очень смешно, будто пьяные строители приделали дверь не от того дома.

Захожу внутрь и сразу же натыкаюсь на паутину, свисающую отовсюду. Запах стоит как в старом сарае: гнилые доски, сырость, плесень. По всей видимости, его уже давно не использовали. Вдалеке я вижу охотничьи принадлежности и даже целый доспех рыцаря! Латы, кстати, мне очень пригодятся в сегодняшнем уроке: Мелиса будет использовать их для тренировки. А поэтому нужно достать эту груду пыльного металла.

Но стоят они в противоположном конце комнаты, а мараться мне неохота, да и бегающие по телу пауки не внушают оптимизма. Насекомых я не боюсь, ибо в нашей с учителем хижине они чувствовали себя как дома, но ощущения неприятные, а от дискомфорта нужно избавляться.

Дабы по-быстрому вычистить помещение, я использую воздушное заклинание и подобно мощному пылесосу вытягиваю всю эту срань наружу. Вылетают не только пыль и паутина, но и мелкие не закреплённый предметы: удочки, стрелы и другая охотничья утварь. Доспех также не выдерживает нападков и падает на пол, грохот разлетается по округе.

К несчастью, дом начинает опасно трещать, а поэтому входить внутрь смерти подобно. Мне не остаётся ничего другого, как создать из псевдоматерии лопату, подобрать латы и вытащить наружу. Печально, что нельзя использовать что-то наподобие телекинеза по отношению к реальным объектам, а управлять можно только той самой ненастоящей материей, которая существует лишь короткое время.

Правдами и неправдами, мне таки удаётся подготовить железного болванчика к испытанию температурой. Обычно такие доспехи делают из стали, а это означает, что сегодняшняя цель для Мелисы – нагреть его хотя бы до тысячи трёхсот градусов, чтобы металл стал белым. В принципе, по его цвету будет легко определить, насколько хорошо справляется моя подопечная.

А вот, кстати, и она собственной персоной, подъезжает уже на дорогой повозке. Выглядит девушка опечаленной, если не сказать расстроенной, но при виде меня в её глазах появляется ярость.

Карета уезжает, а Мелиса уверенным шагом подходит ко мне и отвешивает смачную пощёчину. По ней видно, что она не хочет на этом останавливаться, но всё же держит себя в руках.

– Так-так… Интересно… Что я такого натворил? Дело в этом? – показываю на открытую дверь.

– Ты что там Елене наговорил?! – кричит Мелиса.

– А-а-а, вот в чём дело… – я ехидно улыбаюсь и ловлю вторую пощёчину. – Можешь бить сколько влезет, кровь демона притупляет боль, и даже комар кусает сильнее, чем бьёт эта маленькая ручка.

– Она мне такую историку закатила… – Мелиса набирает воздуха в грудь. – Я такого наслушалась… И самое обидное, ни за что ведь! Я тебе ничего не говорила!

– Ты хотела сказать и тем самым намекнула, а остальное я додумал сам, – пожимаю плечами.

– Додумал? Ты у нас тут самый умный, значит?! – продолжает негодовать она.

– Ну… Не жалуюсь, – вновь улыбаюсь и теперь уже уклоняюсь от третьей пощёчины. – Нужно было держать язык за зубами, а если продолжишь меня бить, то я развернусь и уйду. А дальше нанимай бездаря и надейся, что в дуэли за честь семьи тебе попадётся слабый противник.

– Завтра ты подойдёшь к Елене и скажешь, что соврал! – требует Мелиса.

Её истерика меня доканывает, и я решаю покончить с пряниками, доставая длинный кнут. Пора приструнить эту малявку, а то совсем распоясалась…

– Слушай сюда, – подхожу к ней так близко, что между нами оказывается меньше пары десятков сантиметров. – Я к тебе в учителя не напрашивался, ты сама меня выбрала, а поэтому не забывай, что я твой учитель, а не слуга. Будешь командовать – останешься одна. Мне не всралось твоё обучение, ясно? Деньги я и в другом месте найти смогу.

Делаю шаг назад и жду её решения. Либо она продолжит гнуть из себя королеву, либо поступится гордостью ради учёбы. Меня устраивают оба варианта, ведь даже если Мелиса выберет первый, то я посыплю её голову пряничными «крошками» и напомню, от какого будущего она отказывается. А в конце дам последний шанс передумать.

Всё-таки довольно легко общаться с людьми, которые младше тебя на тридцать с лишним лет. Гормоны у тебя уже не играют, импульсивные решения давно в прошлом, а навыков использования психологии в своих целях на порядок больше. Именно поэтому я могу себе позволить такое общение с детишками аристократов. А вот с их мамами и папами эта история не прокатит…

– Давай заниматься, – вздыхая, негромко говорит Мелиса и отдаёт десять золотых. – Что нужно делать? И зачем ты вытащил доспех моего деда?

– Деда?.. Надеюсь, ты несильно привязана к этой железяке, ведь я планировал использовать её в качестве мишени.

– Говори, что нужно делать, – с каменным лицом просит она.

– Будем и дальше тренировать «Пепел». Твой противник может оказаться закован в броню, и тогда небольшой подогрев не сможет вывести его из строя. К тому же металл позволит отслеживать твой прогресс.

– Как это? – хмурится Мелиса.

– Разной температуре соответствует разный цвет. Тебе нужно добиться вот такого… – прицеливаюсь в стальную перчатку. – Пепел!

Пыльный металл мгновенно белеет и начинает медленно стекать на землю, от взаимодействия с мокрой травой округа заполнятся характерным шипением. Мелиса, наконец-то, меняется в лице – я замечаю исследовательский энтузиазм.

– Круто! – выдаёт она.

– Теперь твоя очередь, – раздеваюсь по пояс, при помощи алхимии вырываю дверь, а затем начинаю на ней отжиматься. – Давай, время уходит.

– Ну хоть штаны не снял, и на том спасибо… – шепчет Мелиса.

– Ещё не вечер! – хихикаю я. – Чего стоим, кого ждём? Доспех сам себя не расплавит.

– Ладно, ладно… – неуверенно пыхтит она и наводит руку на мишень. – Пепел! Ну понятно… Пепел! Пепел!!!

– Не забывай про скорость шариков, здесь она должна быть ещё выше. Намного выше! – подсказываю я, продолжая отжиматься.

Мелиса старается, но доспех даже и не думает менять цвет. Примерно на пяти сотнях градусов у него должен появиться тёмно-коричневый оттенок, но и этого не происходит. Здесь, как и с созданием вещества, чем больше порядковый номер в таблице Менделеева, тем больше маны нужно потратить и тем сложнее исполнить заклинание.

Я заканчиваю с отжиманиями и собираюсь поплавать, снимая с себя штаны. Мелиса это замечает и демонстративно отворачивается до тех пор, пока я не зайду в воду.

– Рей, это же неприлично… – бормочет она. – Мужчины не должны оголяться перед женщинами… Это неправильно!

– Тебя никто не заставляет смотреть. Я же не трясу причиндалами прямо перед твоим носом, поэтому выбор за тобой. Хочешь следовать дурацким социальным нормам – пожалуйста. Я их отрицаю, а поэтому делаю что хочу.

– Извращенец…

– Можешь поворачиваться, я уже в воде.

– Ура… – она украдкой проверяет, не соврал ли я. – Рей, у меня не получается расплавить этот доспех… Я уже уставать начинаю.

– Если бы всё было так просто, то мы могли бы ограничиться одним занятием.

– А за что я тебе плачу, собственно говоря? А? Чтобы ты поплавать приходил?

– Хороший вопрос, – лежу на спине возле берега. – Например, сейчас я жду одного из двух результатов: либо доспех изменит цвет, либо у тебя закончится мана. Когда что-то из этого произойдёт, то я пойму, как действовать дальше.

– А разве нельзя предположить, что у меня уже кончилась мана? Может быть, сразу перейдём к этому варианту?

– Пойми одну простую вещь: пока ты тренируешься и раз за разом используешь одно и то же заклинание, в твоём мозгу вырабатываются связи, делающие заклинание всё сильнее и сильнее. Этот процесс ускорить просто невозможно, ведь тогда бы у нас уже первокурсники получали лицензию первого класса и бегали довольные. Только упорные тренировки приведут тебя к успеху.

– Понятно… – Мелиса недовольно вздыхает.

– Ты платишь мне за наблюдение и подсказки. Нет, конечно, можешь заниматься и сама, но на это уйдёт куда больше времени. Я могу помочь со многими вопросами, но сперва мы должны наработать базу и понять, где и что не получается. Например, у тебя может быть недостаточно большой запас маны, тогда будем развивать его. Причин может быть много, а поэтому просто делай, что я говорю, и всё у тебя получится.

– Ладно… поехали… Пепел! Пепел! Пепел!!! Да что б меня… – Мелиса с психа подходит к доспеху и бьёт его кулаком. – А-а-а-ай… Больно! Жжётся… Ай-ай-ай…

– Вот ведь дура, он же наверняка горячий! – мне приходится выйти из воды и подбежать к Мелисе, переминающейся с одной ноги на другую. – Дай сюда руку! Ну же! Я помогу!

Ожог у неё серьёзный, но не такой страшный, как мог бы быть. Я использую заклинание восстановление и запускаю процесс ускоренного заживления раны. На такие случаи учитель показал мне символы обезболивания, что как нельзя кстати в нашей ситуации.

Пока ожог медленно превращается в красное пятнышко, стоит сказать пару слов о целебной алхимии. Она делится на два раздела: восстанавливающая и реанимирующая. Первая отвечает за несмертельные ранения и болезни, процесс занимает много времени, так как мана лишь ускоряет естественный ход вещей. А вот реанимация – это совсем другое, она призвана поднять бойца даже со смертельными ранами, дабы он мог продолжить бой. Чаще всего реанимация выступает в роли временной прокладки, второго шанса, но без восстановления она не сможет спасти жизнь человека.

Лечение Мелисы занимает больше пяти минут, и всё это время она молчит, осознавая всю глупость содеянного. Я сдерживаюсь от нотаций, ведь эта глупышка и сама всё понимает.

В какой-то момент она отходит от шока и обращает внимание на мои причиндалы, находящиеся в полуметре от её бедра. Сперва Мелиса делает вид, что ничего не происходит, но когда я замечаю её пытливый взгляд, тут же отворачивается и говорит:

– Я ничего не видела!

– Ой, да смотри сколько хочешь. Мне не жалко.

– Ещё чего!

– Скажи лучше, как рука? Болит?

– Ну так… немного…

– Значит, хватит, – прерываю заклинание. – Пусть придворные целители долечивают.

– Спасибо тебе, Рей… – опустив голову, шепчет Мелиса.

– Всегда пожалуйста, – возвращаюсь в озеро. – Как ты уже, наверное, поняла, тебе удалось сильно разогреть доспех, и человеку внутри было бы очень больно, но он до сих пор может сотворить заклинание и убить тебя, а поэтому продолжай тренировку!

– У меня почти получилось? – с надеждой в глазах спрашивает она.

– Прогресс отличный, и ты молодец, – я киваю. – Но путь к идеальному заклинанию долог и тернист. Старайся, и всё у тебя получится.

Неожиданно из леса выезжает повозка, и даже Мелиса удивляется её появлению. Я моментально понимаю, что если меня увидят голым, то пиши пропало, а поэтому заплываю за дом и при помощи псевдоматерии незаметно подтягиваю к себе одежду, напяливая её на мокрое тело.

– Наша тренировка ещё не закончилась! – возмущается Мелиса.

– Госпожа, ваш отец послал меня за этим человеком. Он хочет с ним поговорить, – слышу мужской голос.

Запахло жареным… Хочет поговорить? Если придерживаться моей теории, то такая глупая ловушка не соответствует статусу и предполагаемому уровню интеллекта лорда Милиана, а поэтому велик шанс, что он действительно хочет поговорить. Причин может быть много, и бежать прямо сейчас было бы глупо. Однако жопу я напрягаю так, будто мне вот-вот придётся выбрать один из двух стульев…

– Чем обязан? – выхожу из-за дома, пытаясь посушить штаны при помощи алхимии.

– Лорд Милиан желает с тобой встретиться, – говорит человек в чёрном плаще с капюшоном, вид у него угрюмый, внушающий страх.

– А что за повод, позвольте узнать? – иду в его сторону.

– Этого господин мне не сообщил, я лишь его помощник, – на лице незнакомца нет ни единой эмоции, прочесть этого товарища попросту невозможно.

– А если я откажусь?

– Лорд Милиан не примет вашего отказа, – хладнокровным тоном отвечает он.

– Ну-у-у… Так уж и быть, – развожу руками.

– Рей, будь осторожнее… – шепчет Мелиса, когда я прохожу рядом.

– Госпожа, повозка прибудет за вами с минуты на минуту, – мужик в плаще открывает мне дверь.

– Хорошо, Грег. Передайте отцу, что я недовольна его действиями, – ворчит Мелиса.

– Обязательно передам, госпожа, – тот кивает и закрывает за мной.

Внутренняя часть повозки слегка отличается от той, в которой меня привезли. Заметны дополнительные металлические накладки, очень похожие на трубки. И действительно, они уходят куда-то под днище…

Однажды я такое уже видел, кажется, подобное устройство нужно, чтобы подать газ. Ясное дело, не веселящий. Всё-таки намечается что-то нехорошее, а поэтому пока мой палач-водитель садится, я незаметно закупориваю все отверстия.

– Едем, – говорит он и запускает двигатель.

– Дабы у вас не было никаких иллюзий, скажу сразу, что если вы задумали меня убить, то умрёте первым, – спокойно предупреждаю я. – И поверьте на слово, у меня хватит сил, чтобы сровнять с землёй весь замок.

– Ты мне угрожаешь?

– Я вас предупреждаю, чтобы вы не наделали глупостей. Ваш фокус с газом не пройдёт, а поэтому незаметно убить меня не получится. Как считаете, у кого из нас лучше реакция?

– Хм… Интересный кадр, однако. Если бы мы хотели тебя убить, ты бы уже был мёртв. Как я и сказал, господин Милиан желает поговорить с тобой. А уж что будет потом, зависит от тебя.

– Тут всего два варианта: либо я уйду домой на своих двоих, либо мы все умрём.

– Так не терпится на тот свет?

– Отнюдь, я бы ещё пожил. Хочу лишь дать вам понять, что не стоит воспринимать меня, как сбежавшего из трущоб полукровку. Хоть мне и восемнадцать, но в душе все пятьдесят.

– Не будь ты полукровкой, я, возможно, предложил бы тебе поработать на меня, но политика лорда не позволяет мне этого сделать. И да, если ты думаешь, что я о тебе ничего не знаю, то глубоко заблуждаешься.

– А-а-а… кажется, понял… Тайная канцелярия? Верно? – в моей голове, наконец, складывается пазл.

– Проницательно, – из его груди вырываются смешки. – Ты мне даже нравишься… Надеюсь, у тебя хватит ума не перечить лорду Милиану. Как я уже говорил, убивать тебя никто не планирует, но если пойдёшь против господина, то алхимия тебе не поможет.

– Хорошо, я понял. Если буду с чем-то несогласен, то прежде чем отказать, взорву всё к херам. Спасибо за совет, – теперь уже я надменно хихикаю.

– Почти приехали…

Повозка останавливается возле одноэтажного здания, больше похожего на склеп. У входа стоит вооружённая охрана: четыре лучника, столько же мечников, и один алхимик. Последнего я идентифицирую по лицензии третьего класса, красующейся на шее.

– И что это за место? – выхожу из повозки.

– Темница, – отвечает Грег.

– Уже можно бахать? Или зачем мы сюда приехали?

– Господин Милиан очень занятой человек, и сейчас он находится внутри, – тот предлагает пройти в склеп. – Ты же не думал, что он будет отвлекаться от важных дел, чтобы побеседовать с простолюдином-полукровкой?

– Что-то мне не хочется туда спускаться. Давайте я лучше вас всех убью и свалю по тихой грусти? М? Как вам такой вариант? Мне он видится более перспективным, – опускаю руку к бедру, дабы была возможность быстро использовать заклинание «Круговой Резак» и убить всех разом.

– Ну сколько можно повторять… – Грег устало вздыхает. – Какой смысл вести тебя сюда живым? А? Чтобы что? Посадить за решётку?

– Без понятия. Я, пожалуй, посижу внутри и подожду господина Милиана, – запрыгиваю в повозку и начинаю рисовать «Грёзы». – Так будет надёжнее.

– Лорд не обрадуется, если вы встретитесь здесь. Убедительно прошу подчиниться, – Грег подходит и открывает дверь, но я к тому времени уже закончил.

– Почему он ещё жив?! – из склепа выходит Милиан, созданный мной.

– Господин… – Грег тут же склоняет голову, как и все остальные. – Вы же велели доставить его к вам, а не убивать…

– Хе-хе, ну ладно, пошли поговорим, – вылезаю наружу и отменяю заклинание.

– Господин Милиан? – Грег рыщет глазами по сторонам в поисках своего хозяина.

– Раз, два, три, мы вы вас наебли… – я коварно улыбаюсь. – Идём же, нельзя заставать господина Милиана ждать.

Рубрика «Осталось за кадром»

Прошлым вечером в особняке Рея.

– Лиза, если хочешь что-то сказать, то возьми бумажку и напиши, я не понимаю… – сетует Бен.

Девушка идёт в коридор и возвращается со стопкой бумаг и карандашом. Она садится рядом с отцом на кухне и начинает писать:

«Я бы очень хотела работать в своей собственной кулинарной мастерской».

– Понимаю, но даже если Рей соберётся её открыть, то мы с тобой будем на правах рабочих, но никак не собственников, – Бен мотает головой из стороны в сторону. – Прости, но такова наша судьба… Он хотя бы оказался хорошим человеком, не то что прошлый хозяин…

«Разве нет способа уговорить его поделить права напополам с нами»? – дописывает Лиза.

– Об этом можно только мечтать… Нет, конечно, я сделаю всё возможное, чтобы убедить его, но если честно, не вижу причин, почему он должен согласиться. Нужно радоваться тому, что имеешь, – он целует дочь в щеку. – Мы и так хорошо устроились, уж поверь мне.

Глава 15. Продавай друзей, сношай гусей

– Что это была за магия?.. – вопрошает Грег. – Иллюзия?

– Безобидная шалость и ничего более, – ехидная ухмылка медленно сползает с моего лица. – Мы идём?

– Идём… – он бросает на меня подозрительный взгляд и спускается в склеп первым.

Я следую за ним, пока стража сверлит меня глазами – они явно недовольны такой выходкой. Всё-таки «Грёзы» – это уникальное заклинание, позволяющие делать такие вещи, что аж дух захватывает. В теории, я могу прикинуться Миланом и пройти туда, куда захочу.

Однако у заклинания есть и отрицательные стороны, вынуждающие называть его имбочкой, а не абсолютной имбой. Во-первых, это дикий жор маны, что уже является серьёзным минусом и не позволяет использовать его налево-направо. А во-вторых, радиус действия ограничен и определяется при изначальном применении, да и к тому же все цели должны находиться в непосредственной видимости. Другими словами, я не могу сотворить его на входе и гулять по дворцу на своё усмотрение, ведь под воздействие попадут только ближайшие противники.

К тому же у меня нет возможности использовать те иллюзии, представление о которых я не имею. И даже мой «лорд» был одет в ту же одежду, в которой приходил в академию. Например, короля я не видел, а поэтому не смогу создать его копию.

В общем, минусов у «Грёз» достаточно, но плюсы очень вкусные. В работе на Братство мне часто приходилось пользоваться этим заклинанием, дабы остаться в тени. Если всё хорошенько продумать до активации, то можно провернуть любое действие локального масштаба. Как-то раз я даже планировал ограбить повозку с золотом, но так и не решился, ибо риск был слишком велик…

Тем временем мы с Грегом спускаемся по винтовой лестнице, он несёт в руках факел, а я стараюсь не навернуться на ступеньках, ведь кубарём лететь мне не один десяток метров. Даже неясно, почему темница расположена так глубоко. Возможно, в ней содержатся очень опасные товарищи, но это лишь догадки.

Спуск заканчивается небольшим квадратным помещением с одной железной дверью. Грег открывает её ключом и предлагает мне войти внутрь. Эта железка не представляет для меня угрозы, ведь выломать её – это дело пяти секунд, но мне всё равно не нравится идея идти первым.

– Только после вас, – жестами показываю, что пропускаю Грега.

– Мне закрыть надо будет. Таковы правила.

– Войдите первым, я последую за вами, а потом закроете.

– Вот ведь… – недовольно бурчит Грег.

– В этом опасном деле доверять нельзя никому, – натягиваю дежурную улыбку, пока моя рука находится возле кругов со щитами.

– Ты начинаешь мне надоедать… – он выполняет мою просьбу, и я прохожу вторым. – Ну и чего ты добился?

– Например, мы узнали, что внутри нет ловушек. Пол на месте, никакие дротики и огнемёты не стреляют, лучники спят спокойно…

– Я понял, – перебивает Грег и закрывает за нами дверь. – Нам сюда.

Он следует по одному из трёх коридоров, идущему налево. Я ожидал увидеть здесь множество камер, но пока что нам попадаются только голые каменные стены, да летучие мыши с крысами. Похоже, это место не пользуется особой популярностью, я бы этому курорту даже один балл бы не поставил…

Мне начинает казаться, что я слышу человеческие крики, но потом понимаю, что мне не кажется. Чем дальше по коридору, тем вопли всё громче и громче, да такие, будто там кого-то пытают. Идеальная атмосфера для переговоров, если ты хочешь вести беседу при помощи ультиматумов. Если Милиан и правда хочет со мной поговорить, то это место он выбрал неспроста – хочет меня напугать.

Коридор кончается поворотом, за которым находятся сразу пять дверей. Мы заходим в самую дальнюю.

Внутри добрый десяток факелов освещают тусклым светом пыточную комнату. По центру на цепях висит человек – его руки и ноги крепко зафиксированы. Лорд Милиан стоит рядом и поливает огнём конечности пленного, в то время как последний орёт на всю Ивановскую.

– Господин Милиан, я выполнил ваше указание, – Грег громко обращается к лорду и склоняет голову.

– Рей? – обращается ко мне Милиан. – Так ведь тебя зовут?

– Всё верно, господин, – не позволяя эмоциям врываться наружу, отвечаю я. – Вы хотели со мной поговорить?

– Хотел, – на этот раз струя пламени врезается в промежность пленника. – Грег, займись им.

– Слушаюсь.

Тот подходит к столу с инструментами, берёт какую-то коробочку, а затем достаёт оттуда длинные иглы. Через четверть минуты первая из них оказывается у пленника под ногтем указательного пальца. Измученный и раздетый человек, на котором нет живого места, орёт так, что у меня аж уши закладывает.

– Пойдём выйдем, – говорит лорд. – Здесь слишком шумно.

– Как скажете, господин.

Сейчас мне приходится подчиняться, но в моём коварном плане живому лорду Милиану места нет, ибо он слишком сильно ненавидит полукровок, чтобы дать мне подняться. А поэтому в определённый момент его нужно будет убрать с шахматной доски. Правда, сейчас время совсем неподходящее.

– Я слышал, что ты предложил Мелисе поучаствовать в турнире, – начинает он, когда мы выходим. – Это так?

– Всё верно, – подтверждаю я и закрываю за собой дверь.

– Ты хочешь, чтобы она опозорилась на всю страну?

– Отнюдь, я желаю прославить как её, так и своё доброе имя, – стараюсь выглядеть максимально дружелюбным.

– Но как, по-твоему, первогодка может тягаться со студентами пятых курсов? Нет, Мелиса, конечно, гений по части алхимии, но даже для неё это нереально. К тому же во время турнира участники могут погибнуть.

– Господин Милиан, я осознаю все риски, но позвольте обратить ваше внимание на тот факт, что я лишь предложил вашей дочери поучаствовать, – приходится немножко соврать. – Это её выбор. Но если вы желаете, я могу убрать госпожу Мелису из команды и найти другого участника.

– Это исключено! – тут же отрезает лорд. – Моя дочь уже успела разболтать эту новость за семейным ужином. Поэтому уже поздно.

– Тогда что же вы хотите от меня, господин Милиан?

– Я хочу убедиться, что моя дочь не опозорит нашу семью. Но ты не сможешь дать мне никаких гарантий, – тень недовольства пробегает по его лицу.

– Не совсем понимаю, к чему вы клоните, – раз уж это именно он находится в безвыходной ситуации, то пусть сам ищет решение, а я подумаю, соглашаться или придумать альтернативу.

– У вас там намечается внутренний турнир, насколько я слышал?

– Всё верно.

– Он пройдёт на территории нашего замка по моим правилам. Если ты действительно сможешь подготовить Мелису к настоящему турниру, то никаких проблем. А если она проиграет, то никто этого не узнает, а причину дисквалификации мы придумаем.

– Отличный план! Я бы до такого никогда не додумался! – стараюсь не переигрывать с лестью.

– И вот ещё что… – голос лорда становится холоднее. – Если не справишься, то окажешься на месте этого ублюдка, который орёт как резаная свинья. Ты меня понял?

– Всё предельно ясно, но позвольте прояснить один момент… – Милиан безмолвно соглашается выслушать меня. – А в чём провинился этот человек? Или это секретная информация?

– Да почему же секретная, – ухмыляется Милиан. – Скоро она станет достояние общественности. Этого «человека» задержали вместе с пятнадцатью килограммами «соли». Скоро он выдаст поставщика, и этой наркоманской эпидемии придёт конец.

– Я подозреваю, вы пытаете его уже не один день.

– А тебе какая разница? Так или иначе он заговорит, – утверждает лорд.

– Если вы позволите, господин Милиан, я бы хотел предложить свою помощь.

– Ты?.. – удивляется он и снисходительно смотрит на меня. – И что же ты такое умеешь, чего не могут мои люди?

– Это не займёт много времени. Дайте мне буквально две минуты побыть с ним наедине, и вы получите ответы, – продолжаю гнуть свою линию. – В конечном итоге вы ведь ничего не теряете.

– Ну… Бежать вам обоим некуда, а поэтому валяй. Удиви меня. Если справишься, то можешь рассчитывать на вознаграждение, а если нет…

– Премного благодарен, – открываю дверь и жду, пока лорд отзовёт своего палача в чёрном плаще, который уже засовывает десятую иголку.

– Грег, подойди ко мне.

– Слушаюсь, господин Милиан, – он выходит в коридор. – Вы что-то хотели?

– Этот малец изъявил желание помочь нам. Пусть покажет, на что способен, – брезгливо бросает лорд.

– Если позволите… – закрываю дверь, чтобы пленник нас не видел, а затем начинаю рисовать алхимические круги. – Чтобы всё прошло гладко, прошу вас не входить в камеру.

– У тебя две минуты, – напоминает Милиан.

– Мне хватит, – заканчиваю рисовать. – Грёзы!

Со стороны кажется, что я захожу в камеру и несу невидимую коробку, но вот внутри самой иллюзии коробка реальная, и видим её только мы с пленником. Последний никак на меня не реагирует и продолжает стонать от нестерпимой боли.

Я ставлю коробку прямо возле его ног, а затем бью по щеке, чтобы тот обратил на меня внимание. С третьего раза удаётся привести беднягу в чувства.

– Даю тебе последний шанс! Признайся, или будешь молить о смерти, но она не придёт, пока ты не сойдёшь с ума! – требую я. – Молчишь? Что ж, ты сам выбрал свою судьбу…

Открываю коробку и отхожу подальше. В рамках иллюзии из неё начинают выползать зубастые черви – они быстро добираются до обожжённых ступней и вгрызаются в плоть. Пленник начинает орать с куда большим энтузиазмом.

Мои скользкие друзья медленно пожирают его изнутри, добираясь до бёдер, а потом и до промежности. Какая-то их часть задерживается в этот лакомом месте, делая дырки в причиндалах и полностью избавляюсь от яичек. Другие в это время ползут по брюху в сторону головы.

Пока связанный орёт и тщетно пытается освободиться от цепей, я многократно увеличиваю количество червей, и теперь они пожирают не только плоть, но и кости. Вишенкой на торте становится выползание этих мелких засранцев из пищевода через нос и сразу к глазам, отгрызая веки и делая дырки в глазных яблоках.

– Убей меня!!! Прошу, убей!!! – верещит «закуска для червей».

– Имя! Говори!!! – ору ему прямо в лицо.

– Убей, убей, убей… А-а-а!!!

– Имя!!!

– Клавиус… Клавиус Болтон!

– Благодарю, – улыбаясь прерываю иллюзию, а пленник продолжает кричать как маленькая девочка.

Выхожу за дверь и по глазам этих двух понимаю, что они не расслышали имя ответственного за реализацию «соли», ведь пленник произнёс его едва ли не на последнем издыхании.

– Ну что? Узнал? – нетерпеливо интересуется лорд.

– Узнал…

– И?! – перебивает он.

– Перед тем как я отвечу, хочу вас заверить, что, выйдя из этой темницы, я забуду всё, что здесь услышал, – намекаю, что информация крайне деликатного характера, за которую можно и убить.

– Да говори уже! – требует лорд.

– Клавиус Болтон.

– Что?.. Болтоны?.. – Милиан отступает, не веря своим ушам. – Всё это время Жерар наживался на мне и моих людях?! Вот ублюдок… А я и думаю, откуда у него столько денег… Еду он на материк продавал, ну-ну…

– Как я уже и сказал, убивать меня нужды нет, – предостерегаю я. – Как только выйду за дверь, эта информация вылетит из моей головы.

– Грег, уведи его, мне надо подумать… – лорд облокачивается на стену и хватается за голову.

– Пошли, – Грег плечом толкает меня к выходу.

– Господин Милиан, вы говорили о вознаграждении… – напоминаю я.

– Сколько тебе надо? – брезгливо цедит он.

– Я всегда хотел владеть собственной пекарней…

– Пекарней?.. – лорд смотрит на меня, как на идиота.

– Хобби такое, – пожимаю плечами. – Я был бы вам признателен, если бы вы посодействовали в этом вопросе.

– Что-нибудь придумаю, а теперь пошёл отсюда, – Милиан отмахивается от меня.

– Премного благодарен, – надо бы склонить голову, но моя гордыня сильнее, ведь я и так уже достаточно хорошо вылизал его очко.

Мы с Грегом идём обратно, а Милиан остаётся стоять у камеры и размышлять о дальнейших действиях. Теперь даже интересно, состоится ли свадьба… Вот Мелиса обрадуется, хе-хе. Надо будет как-то намекнуть, что это именно я посодействовал её размолвке.

Иду я наверх, смотря под ноги, и думаю, правильный ли презент выбрал. Можно было в тупую попросить золото, возможно, сотню или даже две, но тогда у Милиана могло сформироваться обо мне неправильное мнение. Он мог начать думать, что меня легко купить, как обычную портовую проститутку.

Однако попросив помощь с собственным делом, я показал себя с лучшей стороны. Иными словами, я сказал: мне не нужна рыба, дайте удочку. Так я буду выглядеть как простолюдин, который желает какой-никакой самостоятельности. В худшем случае эту самую пекарню можно будет точно так же продать.

Конечно, я мог попросить и что-то иное: титул, земли, девственность его дочери. Но все просьбы такого рода видятся мне сомнительными и нереальными, особенно если учитывать отношение лорда к полукровкам. Любое его действие по отношению ко мне, которое станет известно другим людям, будет неприемлемым. А в случае с пекарней всё можно провернуть так, что сам Милиан будет не при делах.

В общем, возможно, моё решение далеко не идеальное, но в критической ситуации я смог придумать только его. Ведь мог и вообще без всего остаться. А печеньки у Лизы реально вкусные, надо будет узнать, что за секретный ингредиент она в них добавляет…

Мы выходим на поверхность, и молчаливый Грег везёт меня обратно в город. И что самое интересное, этот товарищ из тайной канцелярии прекрасно знает, где я живу, ведь останавливается прямо у моего дома.

– Не зазнавайся малой и держи язык за зубами, – говорит Грег.

– За меня не переживайте, я парень смышлёный. А вы там уж позаботьтесь, чтобы мне собственный бизнес перепал. Хочется попробовать себя в роли бизнесмена, аж руки чешутся! – всем своим видом даю понять, что не боюсь ни его, ни Милиана.

– Господин своё слово держит, – заверяет меня Грег. – А теперь проваливай, у меня ещё много дел.

– До скорой встречи, – выходя из повозки, двусмысленно бросаю я.

Грег разворачивается и уезжает в обратном направлении, а я как ни в чём не бывало иду к себе домой. И уже на лужайке замечаю, что в доме как минимум трое мужиков. Из-за штор я вижу только силуэты, а поэтому не могу понять, кто именно решил нанести мне визит.

Никогда не любил непрошеных гостей…

Два мужика стоят у двери, а один из них ходит туда-сюда. Возможно, последний – это Бен, а вот кто остальные – неясно. Решаю зайти с чёрного входа, который ведёт сперва в подвал, а уже потом к выходу под лестницей.

Замок закрыт, но я снимаю его при помощи алхимии, а затем всё ей же подсвечиваю себе дорогу, проходя мимо запасов вина и склада всякой домашней утвари. Кажется, у нас есть даже варенье…

Поднимаюсь к выходу из погреба и слышу мужские голоса. Бен с кем-то разговаривает, но понять с кем именно не представляется возможным. Целей я не вижу, а поэтому не могу использовать «Грёзы», но на этот случай есть другое заклинание.

– Воздушный Щит! – шепчу я.

Он практически полностью блокирует издаваемые мною звуки, а поэтому мне удаётся незаметно приоткрыть дверь и выглянуть наружу. Дальше пройти и не быть обнаруженным не получится, ведь двое мужиков стоят прямо у входной двери, расположенной напротив лестницы, за которой я прячусь.

Ещё раз размышляю насчёт тех, кто мог бы ко мне наведаться в гости. О моём особняке знают только риелтор и Грег, но их можно вычеркнуть, ведь первый только что уехал, а второму просто незачем приходить.

Доброжелателей у меня как таковых нет, ну разве что только Елена, и, кстати, возможно это её слуги, но эта гипотеза видится мне маловероятной. Остальные гости, скорее всего, пришли с дурными намерениями, поэтому их можно атаковать, но не убивать, ибо мало ли…

По-быстрому перебиваю все возможные варианты, снимаю щит, русую новый круг и говорю:

– Вспышка!

Сам же в этот момент закрываю глаза и отворачиваюсь, чтобы не ослепнуть. Судя по недовольному ворчанию, этих двоих я зацепил, но остался ещё третий, который сидит на кухне. Бегу туда и готовлюсь использовать «Резак».

– Рей, ты чего там творишь?! – возмущается Михаил, сидящей на моём любимом стуле.

– Эм… А ты что тут делаешь? – недоумеваю я.

– Мои глаза… – позади слышу знакомый голос.

– Томми? Это ты, что ли? – помогаю ему подняться. – А это твой новый коллега? Редгар, кажется?

– Рей, ты совсем, что ли?! – возмущается Томми.

– Ну а что вы хотели? Я вас не звал, а вы тут. В нашем мире лучше перестраховаться.

– Верно говорит, вам стоит у него поучиться, – насмехается Михаил. – Присядь, Рей, есть разговор.

– Какое-то у меня плохое предчувствие… – хлопаю Томми по плечу в качестве извинения и иду на кухню. – Бен, вы с Лизой погуляйте часик, другой.

– Как вам будет угодно, господин Рей, – они с дочерью в спешном порядке ретируются из здания.

– Рассказывай, чем обязан, – наливаю себе вина из открытой бутылки, стоящей на столе.

– Будем! – мы с Михаилом чокаемся бокалами. – Тут такое дело…

– Да я уже понял, что жопа. Говори в чём дело.

– Мне тут на днях пришёл заказ на слежку…

– Майерс?

– Он самый, – Михаил кивает.

– Ага, я уже понял, когда его правая рука меня до дома довёз.

– Значит, ты уже всё знаешь… Как понимаешь, нам заплатили за информацию о тебе.

– И вы положили всё, как на духу. Я бы тоже так сделал на твоём месте. Ничего личного, просто бизнес, – наполняю второй бокал и выпиваю залпом. – И ещё я уверен, что ты не пришёл бы ко мне домой, чтобы об этом рассказать.

– А ты, как всегда, читаешь людей, – Михаил смеётся и закусывает вино куриной грудкой.

– Его Святейшество Михаил почтил бы простолюдина вроде меня только в одном случае: если ему понадобилась бы помощь.

– Дело крайней важности. Заказчик платит пятьсот золотых, – сообщает он.

– О-о-о… и кого надо убить? Короля?

– Нет, убивать никого не нужно… – Михаил смотрит на своих подчинённых, и они тут же выходят на улицу. – В общем, ты же вхож во владения Майерсов, а поэтому только ты сможешь выполнить это задание по-тихому. Лишний шум ни нам, ни заказчику не нужен.

– Заинтриговал… – выпиваю третий бокал не закусывая.

– Нужно вытащить одного человека… В крайнем случае убить, но тогда награда будет в пять раз меньше.

– Вытащить? – хмурюсь я.

– Насколько нам известно, он сидит в темнице. Знаешь, где она находится?

– Эх, Михаил, Михаил… Дай угадаю, у заказчика фамилия Болтон?

– Чего? Как ты догадался? – он с нескрываемым подозрением смотрит на меня.

– Этот твой человек уже заговорил. Так что спасать его смысла нет.

– Заговорил?.. – шепчет Михаил. – Но как ты узнал?..

– Ты же меня знаешь, подслушаю то тут, то там, – вру, пожимая плечами. – Слуги у лорда болтливые, говорили про какой-то пиздец, который должен скоро начаться. А всё из-за этого пленника.

– Это плохо… Это очень плохо! – глаза Михаила не могут найти себе места и бегают из стороны в сторону.

– Ну да, деньги уплыли, но то ли ещё будет? – пытаюсь его подбодрить.

– Да при чём тут деньги… – он открывает новую бутылку и за один заход опустошает её. – Мне жопа…

– Постой, ты тоже в этом замешан? Серьёзно?.. – негодую я. – «Соль»? Ну ты даёшь…

– Да что я, знал бы ты, какие там деньги крутятся, поступил бы точно также на моём месте.

– Всё настолько плохо? – он кивает. – И что будешь делать?

– Ну а что я могу? Бежать или драться – других вариантов нет.

– Лучше уж свалить. Оно тебе надо? Оказаться между молотом и наковальней… Мне, кстати, вчера сон приснился, что я стал кузнецом и целыми днями долбил одну и ту же заготовку…

– Ладно, я пойду, – подвыпивший Михаил встаёт и направляется к выходу. – Спасибо, что предупредил, кореш… По гроб жизни буду обязан.

– Сочтёмся! – бросаю ему вслед.

Михаил уходит, а я остаюсь на кухне и открываю третью бутылку. Вот ведь новость, никогда бы не подумал, что он будет как-то связан с «солью». А ведь мне казалось, что Михаил на должности главы Братства так разжирел, а, оказывается, нет. Ну и дела…

* * *

На следующее утро, когда я выхожу из ванной комнаты и собираюсь позавтракать, замечаю, как Бен мнётся в коридоре и хочет что-то сказать. Прохожу мимо, делая вид, будто ничего не происходит. Но когда сажусь за стол и набираю полный рот жареной картохи, старик всё-таки решается заговорить:

– Господин Рей, разрешите мне сходить и посмотреть на казнь. Пока я подстригал лужайку, мне удалось узнать, что сегодня повесят торговцев «солью».

– Смотрю на вас и понимаю, что у тебя с наркотиками и их продавцами личные счёты? – спрашиваю я с набитым ртом.

– Моя дорогая жена скончалась… – ему очень трудно говорить на эту тему, а Лиза вот-вот заплачет.

– Без проблем. Можете сходить вдвоём, я не против. Но мне нужно, чтобы вы запомнили тех, кого будут казнить. Особенно меня интересует невысокий мужик лет сорока с короткой стрижкой и смуглой кожей. Приду в полдень на обед, и вы доложите, что удалось узнать.

– Конечно, господин Рей, обязательно!

– Вот и отлично, – со спокойной душой доедаю завтрак и топаю в академию.

Вчера я думал, как лучше поступить, и единственным верным решением оказалось ожидание. А уже сегодня оно принесло плоды: того узника наверняка казнят и сделают это прилюдно, зачитав обвинение. Будет очень интересно узнать, решится ли Милиан сыграть в открытую, обвинив Болтонов, или всё-таки выберет более хитрую стратегию.

Хорошо, что есть слуги, которые могут сделать за тебя большую часть скучной работы. Мне вот оно нафиг не упало, тащиться через полгорода, потом стоять на жаре, чтобы посмотреть, как повесят пару человек. Но для простолюдинов подобное зрелище – это как поход в кинотеатр. Как-то раз я спросил у одной из доярок, зачем она туда ходит, и её ответ меня поразил: «Приятно осознавать, что у кого-то жизнь хуже, чем у тебя».

Добираюсь до академии и смотрю расписание. Сегодня мне поставили второкурсников, а затем второгодников того же курса.

Первых я долго гоняю по теории, а в последний час вывожу на полигон и проверяю их навыки. От первогодок они отличаются несильно, процентов так на тридцать. Но если выставить и тех и других в формате стенка на стенку, то опыт победит без шансов. К сожалению или к счастью, в этом классе нет тех особ, которые представляют для меня особый интерес.

А вот что меня радует, так это моя репутация, которая бежит вперёд паровоза. Уже никто из студентов не пытается строить из себя крутого и лезть в бутылку. Какой-никакой авторитет у меня имеется. Нашлись даже индивиды, которые просились в мою команду – как ни крути, но даже участие в турнире – это сравни бронзе на Олимпийских играх, поэтому хотят почти все, у кого есть хоть какие-то амбиции.

Звонит звонок – он же колокол, и я иду в аудиторию, в которой организована столовая. Там я поочерёдно нахожу всех своих гладиаторов и сообщаю, что первая тренировка пройдёт завтра в полдень. Со всеми разговор проходит гладко, если не считать Елену, которая спит и видит, как бы покормить меня с рук. Вот ведь прилипала…

Еда в академии неплохая, но она не сравнится с той, которую готовит Лиза. Эта молчаливая дама вообще настоящее сокровище, даже без преувеличений! Поэтому я, конечно же, иду домой, и не только чтобы узнать новости, но и насладиться вкуснейшими и в то же время простыми блюдами.

Бен и Лиза точно к моему приходу накрывают стол: сегодня в меню фаршированные перцы, пирожки с печенью и свежевыжатый апельсиновый сок. Ну и печеньки, без них никуда! Если честно, мне даже кажется, что эти сладкие проказницы вызывают зависимость…

Я налегаю на первое и спрашиваю Бена:

– Ну как? Тот человек, про которого я говорил, оказался на виселице?

– Был один похожий… Но он сильно обгорел, поэтому я не уверен… – сомневается Бен.

– Он самый. И в чём его обвинили? Можешь рассказать подробнее?

– В организации притона и продаже крупных партий наркотиков.

– Больше ничего не было сказано?

– Нет.

– Благодарю, – улыбаюсь я и уплетаю свежеприготовленные блюда.

– Господин Рей, разрешите поинтересоваться, – робко начинает Бен. – Откуда вы узнали, что именно его повесят?

– Меньше знаешь, крепче спишь, – отрезаю я, а потом замечаю на лице слуги ненависть. – Если ты думаешь, что я как-то причастен к торговле «солью», то сильно ошибаешься. Если бы я реально барыжил, то не купил бы эту рухлядь за три копейки. Тогда моё место было бы на побережье.

Бен поджимает губы и молчаливо соглашается с моими доводами. Похоже, он всё ещё сомневается, но мне лень его переубеждать, да и зачем?

В принципе, Михаил был прав, и я вряд ли бы отказался от больших денег, ведь моральных принципов касательно торговли смертью у меня нет. Я считаю так: если ты подсел и помер, то сам и виноват. Естественный отбор, который стирает с этой земли слабых духом и телом, а оставляет в живых только сильных – таких, как я.

А вот ситуация с Майерсами и Болтонами сейчас очень интересная и напряжённая. Лорд Милиан специально выставил того беднягу напоказ, чтобы дать понять Жерару, что ему известно о причастности последнего. Ход конём, конечно, интересный, но я бы эту лошадку приберёг на его месте. Хотя с другой стороны, мне неизвестны все переменные этого уравнения.

В грядущем шторме мне нужно не только свою жопу сберечь, но и извлечь максимальную выгоду. В идеале надо сохранить хорошие отношения с Мелисой и усадить её в кресло правителя, сделав зависимой от себя любимого. Не факт, что всё пройдёт именно так, но есть к чему стремиться.

Как ни крути, вариантов заявить о себе у меня ещё много: турнир, Романовы, академия и даже пекарня. Последнюю тоже нельзя сбрасывать со счетов, ведь если меня уволят из академии, то останется финансовая подушка безопасности со стабильным доходом. А там глядишь и свою сладкое царство построю да возьму фамилию «Агзамов».

Но сперва нужно стрясти эту самую пекарню с Милиана. Вероятнее всего, проблем с этим не будет, ведь люди его уровня обычно держат слово. Сложность тут в другом: знают о его обещании всего два человека – я и Грег. Однако в таких вопросах я предпочитаю надеяться на лучшее, попутно готовясь к худшему. И печалит меня лишь одно, что чем сильнее я погружаюсь в этот вихрь событий, тем сильнее рискую своей жопой. Но не зря же говорят: «Кто не рискует, тот не пьёт шампанского»…

* * *

Более в тот вечер не происходит ничего интересно, а вот сегодняшний день обещает быть наполненным событиями. Первая групповая тренировка моего отряда молодых и горячих. Будет весело!

В лучших традициях я прихожу последним? Все пятеро к тому времени уже ожидают меня и даже успевают поссориться. Алиса пристаёт к Мелисе и едва ли в рот к ней не залезает, а Алекс выражает своё негодование, вызванное присутствием Елены, которая напялила на себя плащ с капюшоном и маску лисицы. Один Лео стоит в стороне и охреневает от происходящего.

– Ну что, граждане-студеньтики, вы готовы к анальной боли? – громко спрашиваю я, подходя к ним.

– Наконец-то, ты пришёл! – бурчит Мелиса.

– Алиса, отстань от неё… – прошу я. – Вы успеете ещё наговориться, а сейчас мы должны сосредоточиться на командной работе.

– Алекс, я же люблю тебя, – Елена хватает его за руку и не отпускает.

– Да что б ты сдохла! – он вырывается и уходит.

– Хм… Это можно устроить… – говорю я. – Изменение Формы!

Земля под Еленой становится жидкой, и девушка скрывается из вида. На самом деле я создал дополнительный пузырь, в котором она сможет дышать и не умрёт раньше времени.

– Что ты сделал?.. – Алекс в шоке и даже не моргает.

– Ты же сам попросил? Что не так? – наигранно удивляюсь.

– Рей! – кричит Мелиса. – Верни её!

– Уже поздно, – пожимаю плечами и развожу руки в стороны.

– Елена! – Алекс бросается откапывать сестру, но процесс это небыстрый, ведь лопаты у него нет.

– Изменение Формы! – Лео решает помочь и убирает верхнюю часть грунта.

Закопанная девушка находится в полуметре над поверхностью, выглядит она слегка обескураженной, видимо, не поняла, что произошло. Алекс подаёт ей руку и вытаскивает наверх.

– Я надеюсь, ваш маленький конфликт исчерпан? – учительским тоном вопрошаю я. – Теперь вы команда, нравится вам это или нет. Вы лучшие из лучших, ведь я лично отобрал вас для этой непростой миссии.

– Рей, у тебя все дома?! – негодует Мелиса. – Она же могла погибнуть!

– Я в порядке… Всё хорошо… Правда… – негромко бормочет Елена.

– И да, я видел, на что вы способны, – продолжаю свой монолог. – Видел алхимию всех, кроме одного… Да, Елена? Ты и правда владеешь целебной алхимией?

– Ну… Да… – неуверенно блеет она.

– Отлично! Ведь для тебя есть первое испытание! – безмолвно запускаю огненную стрелу прямо в грудь Алексу, того аж отбрасывает на метр. – Вылечи своего брата, будь так добра.

– А-а-а-а! Жжётся! – верещит Алекс.

– Ну же, чего ты ждёшь? – подначиваю Елену.

– Но я… А если я не смогу?..

– Тогда твой брат будет мучиться, а ты вылетишь из команды, – вновь пожимаю плечами с абсолютно спокойным лицом.

– Хорошо, я попробую… – она подбегает к Алексу, переворачивает его и начинает рисовать круг восстановления.

– Тренировка будет весёлой, уж поверьте мне на слово, – злобно смеюсь, внушая страх окружающим. – Я вам покажу, что такое настоящий турнир!

Рубрика «Осталось за кадром»

Грег возвращается в темницу сразу, как только отвёз Рея домой.

– Как считаешь, стоит ли убрать этого полукровку, – обращается к нему лорд.

– Думаю, он ещё может быть нам полезен, – отвечает Грег. – Это его заклинание… Оно наверняка нам пригодится, а убрать мы его можем в любое время.

– Ой не знаю… Такое чувство, будто он доставит нам большие неприятности… – Милиан тяжело вздыхает и продолжает пытать полуживого пленника.

– Я сделаю всё, что прикажете, господин Милиан, – возникает недолгая пауза. – Позвольте спросить, вы считаете, что он может знать что-то ещё? Или зачем продолжаете его пытать?

– Сказать по правде, я так давно это не делал, что и забыл, как приятно причинять боль другим людям… – лорд поливает огнём кричащего мужичка. – Ладно, оставим этого полукровку в живых, но пусть за ним наблюдают каждый день. Я хочу знать всё, что он делает, и с кем разговаривает.

– Не волнуйтесь, всё сделаем в лучшем виде, – заверяет Грег. – Лидер Братства в ежедневном режиме докладывает обо всём, что нужно знать.

– И ты ему веришь?

– Доверяй, но проверяй, поэтому периодически мои люди лично выезжают и сверяют полученные данные.

– Ладно, а теперь давай решим вопрос с этим отбросом, – лорд показывает на пленника. – В открытую пойти мы не можем, но должны послать недвусмысленный намёк…

Глава 16. Тренируйся или умри!

– Рей, ты совсем из ума выжил?! – Мелиса крутит пальцем у виска.

– Не Рей, а учитель, или на крайний случай наставник, – не проявляю никаких эмоций и игнорирую её нападки. – В принципе, я доволен вашей реакцией.

– Доволен?! – она продолжает негодовать и показывать на раннего Алекса. – Ты же мог его убить!

– Во-первых, я на экспертном уровне контролирую свою маны и знаю, какие заклинания могут убить, а какие нет. А во-вторых, что вы здесь делаете, если боитесь смерти? На турнирах каждый год погибает от двух до шести участников. А ведь всего пять групп по пять человек.

– Погибают?.. – шёпотом спрашивает Лео.

– Судя по вашим глазам, Лео у нас единственный, кто почти ничего не знает о турнире? Или вам всем нужно рассказать, сколь тяжёлые испытания вас ждут? М-м-м?

– Пожалуйста, учитель, расскажите, – просит Алиса.

– К тебе у меня, кстати, есть вопросы… – подхожу к Алексу и осматриваю рану, над которой трудится Елена. – Алиса, почему ты не закрыла его щитом? Это ведь твоя задача.

– Но я не знала, что вы планируете напасть на Алекса… – она поджимает губы и опускает глаза.

– А это первое правило выживания на турнире: жди опасности всегда и отовсюду. Любой куст, любой камень, любая травинка может нести смерть.

– Учитель, а как вообще проходит турнир? – интересуется Лео. – Я, конечно, слышал кое-что, но, похоже, это далеко не вся правда…

– Если вы не были зрителями, то вам наверняка кажется, что турнир – это демонстрации силы, некое школьное соревнование… – отрицательно мотаю головой. – Но реальность куда прозаичнее. Единственное, что вам нужно сделать на турнире, так это выжить и не сдаться.

– А почему тогда на каждом из четырёх основных этапов выбывает только одна команда? – Лео продолжает засыпать меня вопросами.

– Каждый этап, кроме первого – вступительного, проходит ровно до тех пор, пока одна из команд не погибнет или не сдастся, – поясняю я. – Забавно, что участники никак не взаимодействуют друг с другом, ведь тогда это превратилось бы в королевскую битву и выживших было бы совсем немного. Но стоит сказать, что если вы в какой-то момент решитесь выйти из турнира, то вашу жизнь это может и не спасти. Конечно, там предусмотрен некий механизм защиты, но если у вашего горла будет нож, то он не поможет.

– Нож?! Какой ещё нож?! – удивляются все, кроме Романовых.

– Хех… Как я погляжу, вы успели побывать на прошлогоднем турнире? – обращаюсь к Елене и Алексу.

– Да, мы там были… – отвечает моя поклонница. – Это было жестоко…

– Для остальных поясню, – сажусь на траву рядом с Еленой. – К финальному испытанию привлекли приговорённых к пожизненному заключению. Им поставили простое условие: убить участников или вынудить их сдаться. И как вы думаете, чем всё закончилось, при условии, что само испытание проходило в южных лесах столицы?

– Участники были вынуждены убить всех заключённых? – предполагает Лео.

– Верно. Но вопрос был в другом… Смогли бы вы убить три десятка вооружённых мужиков, которые спят и видят, как бы перерезать вам глотки?

– Как жестоко… – Алиса закрывает лицо руками. – Мамочки…

– Одна из команд разделались, что было ключевой ошибкой. Студеньтики поверили в свои силы и решили сэкономить время, ведь если бы две команды справились, то победила бы та, которая выполнила задачу быстрее остальных.

– Но если всё пошло не по плану в какой-то момент, то почему они не сдались? Зачем умирать? – хмурится и недоумевает Лео.

– А вот тут и скрывается загвоздка… Амулет, который сигнализирует организаторам, что команда сдалась, находится у капитана, – показываю на Мелису. – Поэтому пока она им не воспользуется, вас будут убивать, а кого-то и насиловать.

– Было и такое?.. – шепчет Мелиса.

– Прошлый год запомнился множеством смертей, – киваю я.

– А что стало с преступниками, которые, как я полагаю, победили? – спрашивает Лео.

– Да, они победили, но на свободу по понятным причинам их не выпустили. Забили прямо там, на полигоне. А общественности сказали, что была «ничья», – тяжело вздыхаю. – В общем, оставьте позади ваши романтические предположения о турнире. Чем быстрее вы поймёте, что входным билетом станет ваша жизнь, тем лучше подготовитесь.

– Но если всё настолько плохо, разве у нас есть шанс победить? – в голосе Алисы слышно сомнение.

– У вас есть то, чего нет у других… – загадочно говорю и улыбаюсь.

– Что же это, учитель? – Алиса постепенно возвращается в привычное состояние и выходит из ступора.

– Ваш козырь – это я, – показываю на себя и натягиваю ехидную улыбку.

– Вот нисколько не сомневалась… – под нос бурчит Мелиса.

– Сказать по правде, я много лет готовился к турниру, так как рассчитывал стать участником, победить и прославиться, – пожимаю плечами. – Но теперь не судьба… Зато у меня есть вы! И я нисколько не сомневаюсь, что мы победим!

– Громкие слова, но хотелось бы какой-то конкретики, – недовольная мина даже не думает уходить с лица Мелисы.

– Конкретики? Хорошо… – направляю руку в сторону Мелисы и медленно начинаю рисовать круг огня.

– Ты чего?.. – она отступает и закрывается руками.

– Огненный шар! – целюсь ей прямо в грудь.

– Железный Щит! – моментально выдаёт Алиса.

Моё шарик врезается в непроходимую стену и исчезает, а это значит, что плоскогрудая девочка справляется со своей задачей. Я обхожу преграду и замечаю Мелису, которая до сих пор стоит в защитной позе.

– А её ты, значит, спасла? Что за двойные стандарты?.. – отчитываю Алису. – В реальных условиях ты должна защищать всех.

– Я постараюсь… – Алиса пищит словно мышка.

– Рей! – выкрикивает Мелиса. – Хватит над нами издеваться!

– Издеваться? – наигранно удивляюсь. – Если ты не заметила, то у нас проходит тренировка.

– Госпожа Мелиса, учитель специально поддался, чтобы я успела закрыть вас.

– Чего?.. – розововолосая поочерёдно смотрит то на меня, то на Алису. – Это правда?

– А ты не заметила? Три секунды на рисование круга – ты думаешь, я настолько слаб? – запускаю в сторону новый огненный шар. – Вот моя настоящая скорость!

– Как быстро… Невероятно… – остальные ошарашены моей техникой и продолжают наблюдать за улетающим вдаль фаерболом.

– У меня нет цели вас убить, но если не будете стараться, то покалечу обязательно, – вижу, что Мелиса вновь хочет возразить. – Но лучше уж вы поймёте, что не готовы, и уйдёте раньше, чем погибните на турнире. О вас же забочусь, глупые…

– Слава за победу не даётся просто так… – скрепя зубами от боли, выдавливает Алекс.

– Но ведь ты можешь использовать «Грёзы»! Разве это не лучший вариант? – резонно подмечает Мелиса.

– Могу и буду, но вы должны понять, что угроза реальна. Иначе будете работать вполсилы. Тут работает правило сорока: если тебе кажется, что ты устал, то на самом деле ты использовал только сорок процентов своих сил. Иными словами, наш мозг так устроен, что экономит ресурсы и выкладывается на полную только в критические моменты.

– Это отличное наблюдение, – поддерживает меня Лео.

– Ну что, Алекс, как ты? – подхожу к ним с Еленой. – Сестра хоть немного тебя подлечила?

– Болит, но я потерплю… – видимо, он не хочет, чтобы я выбросил Елену за профнепригодность.

– Ну терпи, терпи, – поворачиваюсь лицом к каменным манекенам. – Итак, с чего же мы начнём?..

– Вы же говорили, что мы уже начали? – переспрашивает Лео.

– Верно… – резко разворачиваюсь и запускаю в него безмолвную огненную стрелу.

Парень со шрамом на подбородке уклоняется несмотря на свой высокий рост и мускулистое телосложение. Снаряд пролетает мимо и врезается в стену академии, оставляя чёрный след размером с апельсин.

– А ты не перестаёшь меня удивлять… – четырежды хлопаю в ладоши и замечаю Мелису, которая готовится отпрыгнуть от моего следующего заклинания. – Успокойся, я не буду тебя атаковать, когда ты к этому готова.

– Я уже ни в чём не уверенна… – она щурится и продолжает стоять полубоком.

– И правильно! – запускаю ещё одну огненную стрелу, но Алиса успевает закрыть себя и своего айдола. – Предсказуемо!

Разбегаюсь и запрыгиваю на преграду. Пока девушки поднимают головы, я начинаю рисовать круг воздуха, причём делаю это с некоторой задержкой, дабы они успели среагировать. И решение Алисы меня радует – она сдвигает свой щит, сбрасывая меня в сторону.

Пока лечу вниз, замечаю, что Лео уже дорисовывает круг огня и готовится жахнуть в меня огненным шаром. Вот ведь хитрец – далеко пойдёт, ведь не теряет времени и понимает всё с полуслова.

– Изменение Формы! – произношу я, и он проваливает в грунт по шею, торчит только голова. – Похвально, но слишком медленно.

– Огненный Дракон! – слышу голос Мелисы.

– Позёрство…

Её китайский змей, полностью состоящий из псевдоматерии, облетает железный щит и направляется в мою сторону. Но я двигаюсь быстрее, ведь мне нужно бежать по прямой, а ему совершить разворот.

Использую воздушное заклинание «Ступени» и буквально отталкиваюсь от сжатого до предела воздуха. Этот манёвр позволяет мне оказаться над головами у девушек, но теперь я уже не буду поддаваться.

– Водяной Столб! – обрушиваю на них целый водопад.

Давление прибивает бедных девушек к земле, Мелиса более не поддерживает заклинание, а поэтому дракон исчезает. Я стою прямо в воздухе и уже готовлюсь праздновать победу, как замечаю целый каскад огненных стрел, летящих в мою сторону. Алекс вместе с сестрой решают поучаствовать в этой заварушке.

– А я уж думал, когда вы присоединитесь… – я отменяю заклинание и падаю на землю, уклоняясь от снарядов. – Вспышка!

Пока эти двое жмурятся от яркого света, я приземляюсь и оббегаю их, вставая за спиной. Затем толкаю обоих руками с такой силой, чтобы они упали на мокрую траву.

– Вы убиты, – констатирую я. – Но стоит признать, своих сверстников вы, скорее всего, одолели бы. Именно поэтому я вас и выбрал. Как думайте, в какой момент вы могли победить?

– Если бы напали первыми? – спрашивает «говорящая голова», торчащая из земли.

– Это да, но речь идёт уже про сам поединок. Где было то окно, когда я был наиболее уязвим? Есть идеи? – в ответ тишина, мои гладиаторы до сих пор приходят в себя. – Мелиса могла поставить точку в этом бою, если бы использовала заклинание наподобие «Резака». Оно бы прорезало щит Алисы и располовинило бы меня. Это был ваш единственный шанс на победу, всё остальное время я контролировал ваши действия.

– Холодно… – Алиса трёт свои плечи.

– Рей… – Мелиса прикрывает грудь и идёт в мою сторону. – Как я теперь буду тренировать в таком виде?!

– Это не беда, – использую свой «фен» и сушу девушек вместе с их одеждой.

Удаётся подглядеть, что фигурка у Мелисы довольно аппетитная, конечно, до матери ей далеко, но по сравнению с другими студентками, она выглядит очень даже привлекательно. Или как бы сказали в интернете: «фапабельно».

– Ладно, раз уж мы размялись, можно переходить к основной тренировке, – подхожу к стене Академии и «откусываю» от неё кусочек, создавая пять камней с вдавленными алхимическими кругами. – Сейчас будем учить новые заклинания и тратить всю ману, а когда она закончится, перейдём к физическим упражнениям.

– Физическим?! – возмущается ещё не совсем высохшая Мелиса.

– Конечно. На турнире бывают длительные испытания на выживание и много чего другого, требующего хорошей физической подготовки. Отвечу на ваши немые вопросы: организаторы создают такие ситуации, которые могут встретиться на реальной войне. Поэтому готовьтесь ко всему: и к ожесточённым сражениям, и к банальному выживанию в лесу, и к испытанию на прочность… О последнем поговорим позднее, сейчас важно сконцентрироваться на другом.

Я подхожу к каждому и отдаю по круглому камушку. Ученики с интересом разглядывают свои подарки и начинают засыпать меня вопросами, ведь хотят знать, что за заклинание на них изображено.

– Итак, пойдём по порядку, – начинаю я. – Лео, тебе достался «Резак». Это водное заклинание, способное разрезать что угодно. Маны требует мало, ничем не блокируется, крутотень, в общем. Тебе оно должно быть знакомо.

– Да, учитель. Похожие символы были в том заклинании, что вы мне дали позавчера. Я уже более-менее научился его рисовать.

– Хорошо, думаю, с тобой проблем не возникнет. Теперь ты, Алекс. Тебе досталась изменённая «Огненная Стрела». Обрати внимание, что это поддерживаемое заклинание.

– Как это?.. – он всматривается в символы и чешет затылок.

– Я всё покажу, не переживай. Тебе лишь нужно понимать его преимущество, а именно темп стрельбы. Использовав его единожды, ты сможешь поразить множество целей. Так как меткости тебе не занимать, то оно должно стать серьёзным аргументом в любой стычке. Вы будете действовать в команде, и твоя задача заключается в следующем: первым среагировать и поразить противника. Да, ты его не убьёшь, но дашь время товарищам, которые доделают начатое. В крайнем случае после десятка огненных стрел противник уже не встанет.

– Я всё понял, учитель! – Алекс кивает.

– Елена… – осматриваю рану её брата. – Целитель из тебя так себе, если честно…

– Простите, учитель, я старалась… – она прижимает кулаки к губам и склоняет голову.

– Сперва попробуй освоить то заклинание, которое я тебе дал. Оно эффективно залечивает любые механические повреждения кожи, в том числе и ожоги, – навожу руку на дырявую рубашку Алекса, за которой скрывается свежая рана. – Заживление! Вот как это работает.

– Затягивается! Невероятно! – восхищается Елена.

– Дальше справишься сама, – уменьшаю ожог примерно на треть и прерываю заклинание. – Теперь Алиса, наш маленький щитовик…

– Учитель? – в её глазах читается нетерпеливость.

– Тебе достался круг воздуха – это мощный щит, который справится с любой кинетикой, но пропустит огонь. Потом я тебе выдам ещё и водный щит, чтобы ты была во всеоружии.

– Спасибо, учитель!

– А вот от магии света не поможет ни один щит, поэтому вам придётся научиться закрывать глаза. Но ничего, этот приём мы с вами ещё потренируем, – подхожу к Мелисе. – Остался только наш могучий капитан. Немного мокрый, но могу-у-у-учий!

– Рей, хватит… – Мелиса складывает руки на груди и надувает щёки.

– Твой отец повесит меня, если на турнире ты будешь использовать что-то, кроме огня. Но один огневик у нас уже есть, а поэтому тебе досталось изменённое заклинание, состоящие из двух кругов. Да, оно сложное, но зато ультимативное.

– Если честно, я не совсем его понимаю… Что это за символ? – она показывает пальцем на завитушку в виде бесконечности.

– Я назвал его «изменение законов». Ну или более пафосное название: «Крушитель баланса»!

– И что он делает?.. – спрашивает Мелиса.

– Дай посмотреть, – Елена подходит к ней, а затем и все остальные следуют её примеру.

– Другие не видели, но вы вдвоём, – показываю на Мелису и Елену. – Вы успели узреть улучшенную версию этого заклинания в тот день, когда мы впервые встретились.

– Ниоми, кажется?.. – уточняет Мелиса.

– Да, «Ниоми», – я киваю. – Но ты можешь придумать для него иное название, ведь оно сильно отличается.

– И чем же?

– Сейчас я продемонстрирую каждое из заклинаний, а вы смотрите внимательнее, ведь повторять не буду, – рисую заклинание, которое дал Мелисе. – Айсбол!

Огненный шар обычного цвета летит в каменный манекен, охлаждая воздух вокруг себя. Все на полигоне чувствуют этот приятный холодок. Снаряд врезается в цель и взрывается, замораживая воздух, который превращается в снег.

– Вам может показаться, и что в нём такого ультимативного? А теперь смотрите… – запускаю обычный металлический шар размером с кулак в замороженную цель. – Как вы могли заметить, замороженный объект теряют свою прочность и становится очень хрупким. Но если это будет человек, то умрёт он моментально.

– Но ведь вы запустили огненный шар? – спрашивает Алиса.

– И это ничто иное, как обманный манёвр. Чаще всего алхимики смотрят только на первый круг и готовятся противодействовать именно той стихии, которую определили. В данном случае противник будет защищаться от огня, а в итоге сделает только хуже. Когда ледяной шар пролетит сквозь водный щит, то поглотит ману защитника и радиус взрыва станет столько больше.

– Вау, как хитро… – Алиса ещё раз смотрит на круг в руках Мелиса. – Получается, я должна извлечь из этого урок и не ставить неправильные щиты?

– Умничка! – хлопаю её по плечу. – Теперь твоё заклинание. Ничего сложного, но показать его нужно. Воздушный Щит!

Я отхожу от них и начинаю громко разговаривать, но они ничего не слышат. Хлопаю себя по животу, дабы ученики поняли, что я не прикалываюсь. Затем убираю щит и говорю:

– Я решил продемонстрировать более мощную версию, которая спасёт и от огня, ибо имеет вакуумную прослойку. Но тебе, Алиса, сперва нужно освоить обычную, ибо улучшенная достаточно сложна в использовании и требует много маны.

– Поняла! Я буду стараться! – энтузиазм из неё так и прёт.

– Елене я уже всё показал, значит, пора использовать «Огненный Ливень», – рисую нужный круг и запускаю череду огненных стрел в каменного болванчика. – Если заклинание использовано правильно, то за одну секунду вылетает от двух до трёх снарядов. Такой скорострельности хватит, чтобы вывести из строя целый отряд лучников или заключённых.

– А почему бы не использовать массовое заклинание, – интересуется Алекс.

– Вопрос хороший, и ответ будет состоять из нескольких частей, – прерываю заклинание. – Во-первых, расход маны, и это самое главное, ведь массовые заклинания могут опустошить ваши резервы уже после первого применения. Отсюда же вытекает второй недостаток: не всегда понятно, какую силу нужно «накрутить» и можно легко уйти в избыток мощности. Ну и в-третьих, легко облажаться и зацепить товарищей. А в случае с огнём, можно нечаянно поджечь важные объекты, которые придётся тушить, а тут мы снова возвращаемся к первому пункту.

– Понятно… – не убедительно соглашается Алекс.

– Запомните одну простую истину: реальная боевая ситуация – это не дуэль в чистом поле, где роль играет только скорость и мастерство. Вы можете идти по лесу, а сверху на вас нападут бешеные обезьяны. Можете оказаться в узком проходе, полным кровожадных тварей, привезённых с материка. Банально можете провалиться в ловушку и сломать ноги. Во всех этих случаях специализация на массовых заклинаниях сыграется с вами злую шутку.

– Вот оно что… – теперь, похоже, мне удаётся его убедить.

– Вы сами всё поймёте, когда мы перейдём к практическим занятиям, приближённым к реальным испытаниям турнира.

– Чем больше вы рассказываете, тем страшнее становится… – признаётся Алиса.

– Это нормально. Страх нужен нам для того, чтобы выжить. А именно это от вас и потребуется. Бесстрашные рыцари погибают первыми, не забывайте это.

– Хорош, учитель, – хором отвечают все, кроме Мелисы – она будто воды в рот набрала. – А теперь Лео, вот как выглядит твоё заклинание: сжимаешь воду до предела и выпускаешь в виде тончайшей полосы. Резак!

Я разрезаю четыре оставшихся манекена, и под овации от Лео, Елены и Алисы, восстанавливаю всё как было. Затем отхожу от учеников и ложусь на газон, предварительно убрав остатки воды при помощи разжижения грунта.

– Ну что, тренируйтесь! А я буду наблюдать и подсказывать! Ну же! Чего стоим?! Пока у вас не закончится мана, мы не перейдём к следующему этапу сегодняшней тренировки! – сперва они начинают рисовать круги без использования заклинания. – Молодцы! Сначала нужно отточить навык начертателя, а уже потом переходить к самой алхимии. У кого мало маны, тот рисует медленнее, у кого много, делает акцент на скорости.

Смотрю я на них и душа радуется… Эта пятёрка прославит меня, в чём я нисколечко не сомневаюсь. Да, шансы на победу далеки от ста процентов, но зачем к чему-то стремиться, если ты постоянно думаешь о неудаче? Я же реально оцениваю своих гладиаторов и верю, что мы сможем занять первое место. По-другому и быть не может.

Тренировка затягивается и длится вот уже более трёх часов. Первой выдыхается Елена – её хватает буквально минут на пятнадцать, но стоит сказать, что рану брата она практически вылечивает.

Вторым с дистанции сходит мой фаворит Лео. И это понятно, ведь простолюдину нельзя тренироваться дома одному, а денег на частного преподавателя у него нет. В этом кроется несправедливость капиталистического мира, в котором лицензии второго класса получают исключительно аристократы и дети богачей, и лишь за редким исключением простолюдины. Нет, конечно, Лео может шалить, когда никто не видит, но риск отправиться на рудники слишком велик. Да и изначальный объём маны тренируется с самого детства…

Третьей сдаётся Алиса. Её заклинание среднее по прожорливости, и для простолюдинки она довольно неплохо справляется. У неё, как и у Лео, могло быть куда меньше маны, но всё-таки я не ошибся, когда выбрал этих двоих.

Мелиса и Алекс борются до последнего – сказывается происхождение и тренировки с юных лет. Заклинания у всей пятёрки получаются на троечку, но это только первое занятие, поэтому результат приемлемый.

– И кто же у нас станет самым выносливым алхимиком? – подначиваю их обоих. – У Мелисы более сложное и манозатратное заклинание, но Алекс не жалеет сил и бахает на все деньги! Интересно, интересно, кто же окажется выносливее…

– Всё… – Алекс падает на колени без сил. – Больше не могу…

– И-и-и-и, побеждает Мелиса Майерс! – хлопаю в ладоши. – Браво! Ты по праву можешь считать капитаном этой команды!

– Я тоже всё… – новый айсбол у неё не получается.

– Ничего страшного, вы все меня сегодня порадовали, – пытаюсь их подбодрить. – А теперь перейдём ко второму этапу. На турнире может так случиться, что единственным выходом станет побег. Вы должны уметь пробежать хотя бы пять-десять километров по пересечённой местности.

– Сколько?! – хватаясь за голову, вопрошает Мелиса.

– Без проблем! – выдаёт Алекс.

– Думаю, я тоже справлюсь, – Лео поднимает руку.

– Так-так… Получается, девочки у нас в роли догоняющих? – разминаю ноги и медленно бегу в сторону лесополосы. – Кто отстанет, тому задницу подпалю! Чего расселись?! Бегом за мной!

Усталые детишки нехотя встают и плетутся за мной. Парни выглядят более-менее свежо, а вот на девушках лица нет. Но ничего не поделать, ведь в турнире важна слаженная командная работа. Общая сила определяется по самому слабому участнику, точно как в долгой поездке количество остановок зависит от выдержки владельца самого маленького мочевого пузыря.

На первый раз решаю их сильно не насиловать, и мы пробегаем в лучшем случае полтора километра. Однако этого хватает, чтобы бабёнки попадали на газон, как только мы возвращаемся из леса. Алекс тоже немного устали сидит рядом с сестрой, быстро же они померились… А вот Лео, похоже, готов и марафон пробежать, у него даже отдышки нет. У аристократов свои плюсы, у простолюдинов свои.

Только я хочу объявить об окончании занятия и назначить следующее на вторник, как замечаю Ванессу с её отрядом, идущую в нашу сторону. Харя у неё такая, что драка видится неизбежной… Хотя, возможно, у неё всегда такое лицо от недотраха, ведь кто в здравом уме станет пялить озлобленную пацанку?

– На сегодня всё, можете расходиться, – оглашаю я и иду навстречу Ванессе и её гачи отряду, состоящему исключительно из парней.

– Так и знала, что ты возьмёшь к себе эту шваль, – Ванесса брезгливо указывает на Лео, который топает позади всех.

– И что ты хочешь этим добиться? – смотрю на неё как на кучу вонючего навоза.

– Говорят, что даже на внутреннем экзамене студенты могут умереть… – недвусмысленно намекает она.

– Это ты про своих голубков? – заглядываю ей через плечо. – Эй вы, долбиться в жопу грешно, помните об этом.

Пятикурсники порываются ответить на оскорбление, но Ванесса всего одним жестом останавливает их. Похоже, они боятся её сильнее смерти. Она умеет внушать ужас, но на меня эти фокусы не работают.

– Будет неловко, если кто-то из твоей группы не доживёт до турнира, – Ванесса шепчет мне на ухо.

– Будет неловко, если твоя группы останется без тренера, – отвечаю ей взаимностью. – Ты даже не представляешь, скольких я уже убил. Твой папка и рядом не стоял.

– Не смей о нём говорить! – она орёт мне прямо в ухо.

– А я смотрю ты такая же конченая, – даже и не думаю прятать ухмылку.

– Ах ты паскуда… – она замахивается, чтобы выдать мне леща, но я ловлю её руку на полпути.

– Знай своё место, шваль, – сжимаю её запястье с такой силой, что Ванесса падает на колени.

– Отпусти! – вопит она.

– Учитель! – бравые ребятки бросаются на помощь.

– Изменение Формы! – проделаю с ними тот же трюк, которым пару часов назад обезвредил Лео.

– Я сказала: отпусти меня! – кричит Ванесса.

– Да пожалуйста, – дёргаю руку в сторону и разжимаю запястье, девушка по инерции падает на траву. – Полежи отдохни.

– Ты пожалеешь об этом, сучара… – сквозь зубы цедит Ванесса.

– Раз уж ты настаиваешь… – рисую три алхимических круга. – Грёзы!

Пока я медленно топаю по полигону в сторону выхода, Ванесса валяется на траве и по новой смотрит казнь своего отца. Изюминка представления – это зачитывание преступлений и наказания, где делается особый акцент, что семейство Гилмортов лишается всего имущества и всех регалий.

Ванессы рыдает так, что я слышу даже за сотню метров. К несчастью, на таком расстоянии у меня уже не получается контролировать «Грёзы», и я вынужден прервать представление. Ну ничего, ей и этого хватит. Пока что…

Она очень предсказуема, а поэтому я почти уверен, что знаю её следующий шаг. И если она на него решится, то вопрос с её персоной будет закрыт окончательно. Пока же оставлю её в живых и дам шанс сыграть честно, ибо чем меньше учителей останется в живых, тем больше подозрений вызовет моя жопа. Ведь даже у не самого умного следователя в голове может сложиться простая логическая цепочка.

Тем временем я выхожу с территории академии и натыкаюсь на целую вереницу полицейских повозок. Даже электричка не останавливается и несётся в сторону Нижнего Города, да и сидят в ней исключительно люди с оружием. Похоже, случилось что-то серьёзное…

На сегодня у меня других планов всё равно нет, поэтому я решаю пробежаться и проверить, что за переполох.

Помнится, подобное я видел только два раза: когда приезжал король и когда начался бунт. Первый обычно предупреждает за месяц, а то и за два, поэтому я бы поставил на народные волнения. Вот только что его вызвало? Предпосылок, вроде как, не было.

Кровь демона позволяет мне бежать со скоростью лучших бегунов Земли, что лишь немного медленнее повозок. Даже забавно, что самый быстрый транспорт – это общественный. Сидишь ты такой пердишь в условном «Гелике», а за стеклом на огромной скорости проносится «маршрутка». Обычно такое только на югах можно увидеть, когда «Армен» летит по серпантину за шаурмой…

Добегаю до Нижнего Города и понимаю, что его пытаются оцепить. Главная улица уже перекрыта, и полицейские разбредаются по обе стороны и заслоняют собой более узкие улочки. Но я сильно сомневаюсь, что личного состава хватит, чтобы провернуть столь масштабную операцию.

Быстрым шагом иду налево, пытаясь обогнать стражей правопорядка и попасть в Нижний Город. Можно было бы подойти к ним и спросить в чём же дело, но кто мне скажет? Я же полукровка, хоть и одет в дорогой костюм.

Через полдюжины кварталов мне удаётся опередить их. Не привлекая внимания, я забегаю в узкий переулок и стараюсь уйти из вида подбегающих полицейских. Ещё пара поворотов и вот я внутри.

Выхожу на главную улицу, которую перекрыли первой, и пытаюсь понять, что же здесь всё-таки творится. Люди суетятся, носятся со своими пожитками. Кто-то кричит, кто-то пристаёт к другим, иными словами, обычная жизнь Нижнего Города.

Но вот когда один из таких «приставал» подходит ко мне, тут-то до меня и доходит, в чём же дело. Похоже, игра началась…

Рубрика «Осталось за кадром»

Через два часа после казни наркоторговцев Клавиус Болтон возвращается в родовое имение и идёт в покои своего брата Жерара.

– Он всё знает! – Клавиус входит без стука, заставая брата в постели со служанкой.

– Стучать надо! – возмущается Жерар и активной жестикуляцией показывает своё недовольство.

– Пошла вон! – Клавиус орёт на служанку.

– Простите, господин… – она убегает из комнаты, едва успевая подобрать свою одежду. – Мой главный делец запел!

– Что? Ты уверен?.. – до Жерара постепенно начинает доходить вся серьёзность ситуации.

– У Михаила есть свой человек в стане Майерсов. Я узнал об этом ещё вчера, но не поверил… – Клавиус подходит к столу, полному угощений, берёт бутылку дорого виски и отпивает прямо из неё. – Его казнили! Ты понимаешь, что это значит? Милиан даёт понять, что он всё знает!

– И что мы будем делать?..

– Что делать, что делать… Муравью хуй приделать! – гаркает Клавиус.

– Скоро свадьба… – вслух размышляет Жерар. – Думаешь, он её отменит?

– А какой повод? Хотел бы отменить, выступил бы открыто… Нет, тут дело в другом, – Клавиус во второй раз прикладывается к бутылке. – Он ждёт, пока мы совершим ошибку… Выжидает, словно паук…

– И как нам быть? Может быть, избавимся от него? – предлагает Жерар.

– Ага, обязательно. А потом твой сыночек женится на Мелисе Майерс, и заживут они долго и счастливо… Ну-ну, конечно…

– Ты же у нас голова, придумай что-нибудь!

– Придётся пойти на крайние меры… Сука! – Клавиус бьёт по столу, да так, что с него слетает половина посуды. – Вот что мы сделаем…

* * *

Украду минуту вашего времени.

Как вы могли заметить, автор пишет проду всё свободное время и ежедневно выпускает главы размером около 30 000 знаков. Но и это не все хорошие новости на сегодня: книга получается большой, скорее всего, больше 500 000 знаков, и всё абсолютно бесплатно!

Но к чему это я… Мне доступна удручающая статистика: только один из четырёх читателей нажал на «сердечко», что не может не огорчать. И дело даже не в том, что автор хочет потешить ЧСВ. Ставя лайк, вы помогаете в продвижении книги, а чем больше читателей, тем быстрее пишутся проды.

Давайте вставим автору в то самое место паяльник и заставим его писать по одной книге в неделю)))

Глава 17. Поиск компромисса

– Ей, рогатый, есть чё? – нарик угрожает мне ножом.

– Я похож на барыгу? – развожу руками. – Иди да закупись у своего дельца.

– Нет ни у кого «соли»! – выкрикивает шатающийся из стороны в сторону мужичок, которые мылся последний раз в прошлом году. – Монеты тогда гони! Я не шучу!

– Ни у кого нет «соли», говоришь?.. Это интересно… – с умным видом трогаю подбородок. – Прям вообще ни у кого? Может, ты плохо искал?

– Да я весь Нижний Город обошёл! – ревёт он. – Голяк! Сказали, что лорд отжал всю соль! Зажравшийся утырок…

– Вот оно что…

– Деньги, говорю, давай! Хватит мне язык заговаривать! – нарик идёт на меня.

– До свидания, – рисую алхимический круг. – Изменение Формы!

Мужик проваливается на несколько метров под землю и останется там до второго пришествия. Я же решаю не идти по оживлённой улице, которая полнится съехавшими с катушек наркоманами, и использую «Ступени», чтобы взобраться на крышу ближайшего здания.

Местные халупы построены по лучшим чертежам бразильских фавел, а поэтому шагая по их верхушкам, можно добраться практически в любую часть города. Главное, только не провалиться в какой-нибудь притон или блядёжник.

Мой путь лежит к Михаилу, ведь только он может сказать, что тут происходит. Без «соли» начнётся такой бунт, которого Рейвенхол ещё не видел! Даже если взять заниженную статистику, которая называет наркоманом каждого десятого жителя, то это больше двадцати тысяч натуральных зомби, настроенных против лорда.

И почему-то мне кажется, что «соль» убрал с рынка далеко не Милиан, ведь в данный момент ему это невыгодно. А вот спалившимся на торговле Болтонам кровь из носу надо устроить нечто подобное. В теории они даже могут выйти победителями из этой ситуации…

Если народ выдернет стул из-под пятой точки лорда, то Болтоны могут выступить в роли спасителей и раздать страждущим их любимый наркотик. Конечно, в благих целях. Возможно, и бесплатно, дабы поднять свой авторитет в глазах народа. Да и перед королём смогут предстать белыми и пушистыми, сказав, что по-другому поступить было нельзя. А уже затем начнут бороться с заразой, которую сами и распространяли.

Будь я на их месте и обладая необходимыми ресурсами, то так бы и сделал. А там и никакая свадьба не нужна, ведь под шумок во время бунта можно и всех Майерсов попросту перерезать, свалив всё на разгневанных горожан.

Если всё так, то неясно, кем в этой стратегии является Михаил, и что он делает. Скорее всего, мой «кореш» отвечает либо за «крышу», либо за распространение. А может, и за то и за другое. Если я прав, то сейчас он должен сидеть как на иголках и ждать результатов бунта, ведь такую выгоду он просто не может упустить.

По крышам добегаю до Братства и натыкаюсь на Томми, выгружающего белые мешки из полицейской повозки. Ему помогает Редгар – он заносит их внутрь здания. Более никого рядом нет, что довольно странно. Через открытую дверь я замечаю отсутствующую девушку-администратора. Хотя кто-нибудь всегда стоит за стойкой, но, похоже, сейчас Братство пустует.

Я незаметно спускаюсь на землю и прячусь за углом, ожидая услышать что-то полезное. Однако к несчастью, из важного мужики говорят лишь о количестве повозок, которые они были вынуждены разгрузить. В остальном проклинают устоявшуюся систему, в которой простолюдин может только и делать, что брать за щеку. В остальном низший слой абсолютно бесправен по отношению к благородным с большими кошельками.

Пока я стою и слушаю их ворчание, стоит упомянуть о самом понятии «благородный». Ты можешь иметь сколько угодно денег, но благородства тебе это не придаст. Эта система сравнима с зоновскими понятиями…

Во-первых, ты должен жить по неписаным правилам, что уже автоматически упраздняет возможность для простолюдина стать благородным. Возможно, ими станут его дети, но никак не он сам. Конечно, бывают исключения, но такого человека посвятить в этот клуб должен лично король. Однако на своей памяти я не припомню, подобных случаев.

Во-вторых, ты как минимум должен заполучить расположение лорда, а лучше всё того же короля. Периодически организовываются званые ужины, на которых иногда провозглашают благородными новые семьи. И да, если тебя таковым назвал лорд, то в остальных городах ты всё также останешься нуворишем. Но зато попасть на приём к королю становится более реально.

Чаще всего кандидаты договариваются с местным лордом и отчуждают в его пользу значительную часть своего состояния – это такого рода вступительный взнос, показывающий серьёзность намерений. Однако и плюшки неплохие: помимо повышения собственного ЧСВ и автоматического увеличения размеров пениса, ты получаешь неприкосновенность, сравнимую с депутатской. Благородного человека полиция может задержать только с поличным или по указанию лорда, в остальном для закона он невидим.

Но это очень спорный момент, ведь от полиции проще откупиться. Два-три золотых, и тебе простят даже убийство простолюдина, если, конечно, не было свидетелей. Но всё-таки почти каждый нувориш стремится вступить в этот закрытый клуб, ведь стоит попасть туда один раз, и все твои отпрыски станут аристократами.

Лорд, к слову, может и забрать своё «благословление». Подобное происходит очень редко, и последний случай – это казнь отца Ванессы. За такой лютый зашквар и поднявшийся бунт, Милиан был просто обязан так поступить. Иными словами, в рамках благородных «понятий» нужен веский довод, чтобы у других «воров» не появились вопросы, касательного этого решения.

А тем временем Томми и Редгар разгружают повозку и заходят в здание, плотно закрывая за собой дверь. Я оглядываюсь, убеждаюсь, что никого поблизости нет, и топаю к повозке.

Внутри бардак: диваны вырваны и убраны в сторону, на полу мусор и грязные следы, на стенах видны глубокие вмятины. Судя по всему, эту повозку пытались переоборудовать в грузовую, но почему было не взять нормальный тягач? Ответ может быть только один – они хотели скрыть сам факт транспортировки мешков.

Да и что уж томить, этот запах, который стоит внутри повозки, я ни с чем не спутаю. Люди Михаила затаскивали в братство мешки с «солью». Достаточно интересное решение… Болтоны хотят сдать наркоту на хранение? Непонятно…

Подхожу к двери и стучусь, но никто не открывает. Долблю ногой со всей дури.

– Братство сегодня закрыто! – изнутри гаркает Томми.

– Открывай, сова, медведь пришёл, – дружелюбно выдаю я.

– Рей? Ты чего припёрся? Говорю же, мы закрыты!

– Михаил сам позвал меня, – нагло вру. – Не веришь? Спроси у него.

– Сам позвал? – в голосе Томми слышится сомнение. – Ну… Ладно… Сейчас уточню…

Я слышу, как он поднимается наверх, и беззвучно разрезаю засов при помощи алхимии. Дожидаюсь, пока Томми свернёт за угол, и захожу внутрь. Там быстрыми и тихими шагами, залетаю на верхний этаж и прячусь за дверью.

– Кто? Рей? – негодует Михаил. – Не звал я его! Скажи, что я занят!

– Хорошо, босс, – Томми выходит из комнаты и, не замечая меня, спускается на первый этаж.

Жду полминуты и захожу в кабинет.

– Занят он, ну-ну, – застаю Михаила врасплох, сидящего в своём кресле.

– Рей?! – удивляется он и едва не роняет сигару. – Как ты?.. А впрочем неважно. Что тебе надо? Только быстро, у меня нет времени.

– Нет времени? – ухмыляюсь я. – А что ты делаешь? Пытаешься спрятать пару тонн соли?

– Да откуда ты всё знаешь?! – он бьёт по столу, и сигара разламывает напополам, горящей стороной падая ему на промежность. – Ай, сука! Горячо…

– Мне кажется, кореш, ты ввязался в игру, всю серьёзность которой не осознаёшь, – предостерегаю я и сажусь напротив.

– Вот только не надо меня жизни учить! – Михаил матерится и выбрасывает обе части сигары в открытое окно. – Говори, зачем пришёл!

– А ты как считаешь? Предложить более выгодные условия, – хочу закинуть ноги на стол, но всё же сдерживаюсь от такой наглости. – Ты же не Болтон, а поэтому легко сможешь выйти из дела.

– Куда я выйду?! На улицу? Милостыню просить? – Михаил трясущимися руками поджигает новую сигару.

– Отнюдь. Товар у тебя в подвале, все явки и пароли в голове. Думаю, Милиан будет рад обменять и то и другое на определённое количество золотых монет.

– Предлагаешь стать «птичкой»? Запеть, как соловей? Ну ж нет. Я никогда не стану стучать на тех, с кем работаю, – отрезает Михаил.

– Ты правда считаешь, что вы снесёте Милиана? Серьёзно? – кулаком стучу себе по голове, давая понять, что их план надёжен, как швейцарские часы. – Подумай ещё раз, что есть у вас, а что у него.

– Слушай, не делай вид, что всё знаешь, – он выдыхает клубы едкого дыма мне прямо в лицо. – У нас всё на мази.

– Да, да, конечно, – наигранно киваю. – А ты не думал, что Болтоны в какой-то момент могут либо от тебя избавиться, либо попросту договориться с лордом, сделав тебя козлом отпущения.

– Вот только не надо тут начинать… Я уже всё решил!

– Если не секрет, сколько золотых в месяц тебе перепадало?

– Зачем тебе это знать?

– Просто интересно. Я так полагаю, ты охраной занимался?

– А теперь стану полноценным партнёром! – заявляет Михаил.

– Вот где собака зарыта… – из моей груди врываюсь уничижительные смешки. – Грыз кости, а сейчас хозяин пообещал тебе вкусный стейк?

– Он мне никакой не хозяин! – рычит Михаил и с нескрываемой злобой смотрит мне в глаза. – Рей, просто свали. Ты действуешь мне на мозги!

– Сколько тебе надо, чтобы остаток жизни ни в чём не нуждаться? Тысяча золотых? Две? Я могу попросить Милиана, и он наверняка согласится.

– Когда мы его скинем, я поимею куда больше, чем те гроши, о которых ты говоришь, – чванливо бросает Михаил.

– А если Болтоны решат от тебя избавиться? Сразу после того, как вы победите? В последнем я очень сильно сомневаюсь, кстати, – продолжаю подливать масло в огонь и склонять его на свою сторону.

– Рей, пошёл отсюда! – Михаил указывает на дверь. – Ещё одно слово, и я вышвырну тебя!

– Ладно, ладно, как скажешь, – поднимаю перед собой руки, а затем направляюсь к выходу. – Но помни, что я тебя предупреждал.

– Да-да, – Михаил отмахивается, дабы я поскорее ушёл.

– Удачи тебе, кореш… – негромко говорю я напоследок и спускаюсь вниз. – Томми, ты тоже не хворай.

– Рей, сучок… Ты замок сломал! – возмущается Томми.

– Вон твой друг уже доску принёс, – показываю на Редгара, выходящего из подвала. – Забьёте дверь, да и всё, делов то? Гостей ведь не ждёте.

– Ну давай же, ты слышал босса, – Томми по-дружески толкает меня наружу, словно приятеля, который опустошил холодильник и не желает идти домой.

– Прощайте, друзья. Думаю, мы с вами больше не увидимся, – перед уходом стараюсь посеять в их головах зёрна сомнений.

Они захлопывают за мной дверь и заколачивают её наглухо. Я тяжело вздыхаю, ибо мой план-капкан не удался, и при помощи «Ступеней» поднимаюсь на соседнюю крышу. Забираюсь на самое высокое здание в округе – элитный бордель – и сажусь, дабы понаблюдать за происходящим.

На улицах царит хаос, неразбериха раза так в два, а то и три больше обычного. Кого-то грабят в подворотне, кого-то бьют ногами, кого-то насилуют – для Нижнего Города это нормальное явление. Правда, количество таких происшествий на квадратный метр просто зашкаливает. И я уверен, что не все злодеи являются наркоманами, многие просто пытаются сделать то, на что в мирное время они бы не решились.

Полиция, кстати, понемногу продвигается вглубь по главной улице. Со взбесившимися отбросами они не церемонятся и бьют их деревянными палками с металлическими наконечниками. Один удар такой бандуры в грудь, и прощай пара-тройка рёбер. Желающих подойти за второй порцией пиздюлей находится немного, и вот они уже точно наркоманы. Особо отчаянных забивают до смерти, других до потери сознания.

Жертв, как ни крути, будет много. Очень много! Я уже вижу более трёх десятков людей, которые лежат без движения. Действия полиции походят на вынужденную меру, поэтому резонно предположить, что Болтоны пока что остаются в плюсе, ведь убивая простолюдинов, Милиан теряет репутацию и авторитет.

Торговцы смертью наверняка будут использовать этот факт, чтобы обвинить лорда во всех смертных грехах. Не удивлюсь, если они ему подбросят ту самую «соль», переманив полицию на свою сторону. Тогда Милиан будет выглядеть поехавшим тираном, что Болтонам только на руку.

Полиция прорывается всё глубже и глубже, в какой-то момент проходя мимо здания, на котором я сижу. Они почему-то останавливаются, а затем и вовсе меняют направление. И куда же они шагают теперь? Конечно же, в Братство!

Теперь мне окончательно становится ясна задумка Болтонов… А дабы не выйти из этой ситуации с пустыми карманами, я несусь по крышам обратно к Михаилу, которого решили сделать козлом отпущения. Каких-то братских чувств я к нему не испытываю, дело в потенциальной выгоде, которую я могу получить. И речь не о деньгах. Точнее, не только о них.

Пока полицейские прорываются сквозь «солевых» зомбарей, я добираюсь до Братства и прямо с разбега выбиваю дверь. Пока мои бывшие товарищи сидят наверху и пытаюсь понять, что это был за звук, я спускаюсь в подвал и использую «Изменение Формы».

Мешки с «солью», а их тут столько, что ступить негде, проваливаются под землю. После заклинания грунт становится идеально ровным, а это не есть хорошо… Мне приходится сорвать со стен камни и выложить полуразрушенную плитку – это будет правдоподобнее.

Теперь всё выглядит так, будто каменному настилу ни один десяток лет, и его давно никто не ремонтировал.

– Рей, ты что наделал?! – орёт спускающийся по узкой лестнице Михаил. – Где мешки?!

– Ты мне ещё спасибо скажешь… – шепчу я.

– Всем выйти наружу! Это полиция! – эхом доносится грубый бас.

– Попадалово… – Томми озвучивает очевидную истину.

– Всем молчать, говорить буду я! – Михаил идёт обратно на первый этаж, а мы следуем за ним.

Наверху нас встречают те самые полицейские с угрюмыми рожами. Они выталкивают всех на улицу и ставят у стенки, а сами врываются в здание и начинают греметь. Приходит время обыска…

– Какое вы имеете право?! – возмущается Михаил и подтягивает спадающие штаны. – Это частная собственность!

– Молчать! – гаркает на него капитан – его можно заметить по фуражке с изображением осьминога. – Вы сегодня же отправитесь на рудники!

– Э-э-э, начальник, я не при делах. Просто чаю заходил попить, – решаю вставить свои пять копеек.

– Полукровке слова не давали! – капитан замахивается, чтобы ударить меня по спине.

– Не стоит, – в последний момент отхожу, и палка врезается в землю. – Я преподаватель Южной Академии Королевских Алхимиков. – Вот моя лицензия.

– Сколько тебе лет, «преподаватель»? – насмехаются мужики в форме.

– А какое это имеет отношение к делу? Если вы ударите меня, капитан, то я буду расценивать это как угрозу собственной жизни, – поворачиваюсь и разрезаю пополам его фуражку «Резаком». – Как видите, я могу убить вас быстрее, чем вы успеете моргнуть. А поэтому давайте держаться в рамках закона.

– Это нападение на полицейского! – бросает один из стражей. – Нужно арестовать его!

– Стой смирно, – ошарашенный капитан старается сохранить хорошую мину при плохой игре и направляет на меня свою палку. – Вы все задержаны до выяснения обстоятельств.

– За что, разрешите узнать? – интересуюсь я.

– За хранение «соли» в особо крупных размерах. Наш источник доложил, что Михаил, лидер Братства, ответствен за распространение наркотиков на территории Рейвенхола. А значит, виновен не только он, но и всего его подельники.

– Чепуха! – виновник торжества всё отрицает. – Я честно веду свои дела! Деятельность Братства одобрена лордом Милианом! Мы платим налоги, в конце концов!

– А ну, замолкни! – капитан бьёт его по пузу, но бывшему рыцарю такие нападки до фонаря. – Надумаешь открыть рот, останешься без зубов. Понятно?

Более никто из нас не решается на дальнейшую провокацию, ведь «соль» надёжно спрятана, и бояться нам нужно только полицейского произвола. Я для себя уже придумал план действий на случай ЧП: просто убью и «закопаю» всех полицейских, дабы не оставлять свидетелей. И это будет несложно, ведь после маленькой демонстрации моих возможностей, лучники предпочитают в меня не целиться, а остальных мне можно не бояться.

Обыск длится ещё примерно четверть часа, и едва ли не каждые две минуты капитан отправляет на поиски дополнительных бойцов. Судя по всему, полиция знала, что и где искать, но вот вопрос: кто настучал? Мне кажется, что это Болтоны решили пожертвовать фигурой и товаром, дабы выйти чистыми из воды и сделать ставку на свадьбу Жоры и Мелисы.

Интересно, понимает ли это Михаил, или он и дальше будет прислуживать своим хозяевам? Но глядя в его глаза, я осознаю, что толстяк не так глуп, чтобы продолжать играть в игру, из которой его вычеркнули. Он наверняка думает, как поступить, но у меня для него уже есть готовый план. И даже хорошо, что Михаил меня прогнал, ведь в противном случае, я мог бы не успеть спрятать товар и пошёл бы по статье вместе с ними.

Конечно, в тюрьму я бы не сел, и полиция просто недосчиталась бы около двух дюжин своих сотрудников, но тогда могло измениться отношение ко мне лорда Милиана, ведь он однозначно в курсе происходящего. Возможно, идея оцепления поступила именно от него.

– Капитан, вот что мы нашли, – высокий дрищ в форме выносит небольшой мешочек с кристаллами «соли». – Тут примерно шесть грамм.

– Ищите дальше! – требует капитан.

– Сразу скажу, что это не моё, – оправдывается Михаил. – Кто-то из посетителей оставил…

– Молчать! – капитан бьёт его палкой по спине со всего размаха. – Я знаю, сколько наркотиков привезли твои люди! Шесть с половиной тонн! И этим жалким мешочком ты не отделаешься!

Мне в этот момент вспоминается сцена из «Грифинов», в которой Питер наезжал на надзирателя, а получал за это Кливленд. Забавно осознавать, что полицейские напуганы и не решаются тебя ударить. И дабы они могли сохранить остатки чести, я их не провоцирую. Всё-таки своя шкура дороже. А вот Михаил всё никак не уймётся…

Вакханалия с обыском продолжается ещё около получаса. Капитан устаёт материть подчинённых и сам входит в здание, чтобы перевернуть его вверх дном. А нам остаётся лишь стоять у стены и надеяться на лучшее.

Пока командир отряда, лишившийся головного убора, копошится в кабинете Михаила, из-за угла переулка выворачивает мужчина в чёрном плаще. Почти сразу я узнаю в нём Грега. Дабы избежать ненужных последствий, делаю вид, что вижу его впервые.

– Что у вас тут происходит? – вопрошает он. – Где командир?!

– В здании, – робко отвечает один из полицейских.

Похоже, стражи правопорядка знают Грега в лицо, я даже слышал, что именно он втёмную ими руководит. На бумаге полиция – это независимая структура, но когда твоя зарплата зависит от одного человека, сложно относиться к нему, как обычному гражданину.

– Мы нашли вот это… – капитан, похоже, слышит грозный голос Грега и выбегает с пакетиком в руках. – Шесть грамм «соли»…

– Ты меня за дурака держишь?! – рычит Грег, подходя вплотную.

– Больше ничего нет… Я лично всё перепроверил на три раза! – оправдывается капитан, слегка присаживаясь от ужаса.

– Если позволите, – начинаю я. – Мы законопослушные граждане, и этот мешочек принадлежит не нам. А о каких-то тоннах «соли» мы и знать не знаем.

Грег сморит на меня, и я незаметно для окружающих ему подмигиваю. Тот сперва недоумевает и хочет подойти ко мне, дабы использовать свои ужасающие чары начальника тайной канцелярии, но затем указывает на переулок и говорит:

– Вы здесь закончили. Теперь этим делом займусь я.

– Слушаюсь, – по-солдатски бросает капитан. – Уходим!

Ручей мужиков в форме утекает в обратном направлении, и мы остаёмся стоять впятером. Грег буравит меня взглядом и понимает, что я на короткой ноге с Михаилом, а поэтому знаю об их заказе на слежку. Ситуация интересная, ведь почти все карты на столе.

– Если позволите, – вежливо говорю я. – То мы с Михаилом отойдём буквально на пять минут. Нам нужно утрясти кое-какой вопрос, а потом мы обязательно вернёмся к разговору о мешках с «солью».

– Рей… – лицо Грега так и кричит, что я для него заноза в заднице. – Если вы не скажете, где товар, то отправитесь за решётку.

– Ну зачем вы так… – около половины секунды уходит у меня для того, чтобы запустить «Резак» и оставить лёгкий порез на шее Грега. – Не стоит зазря разбрасываться угрозами, ведь мы все деловые люди и ищем компромисс. А чтобы наша с Михаилом переговорная позиция совпала, нам необходимо посовещаться. Но спешу вас заверить, что товар попадёт в руки господина Милиана при любом раскладе. Ни нам, ни вам не нужен этот «солевой» бунт.

– Пять минут, – негромко и холодно выдаёт Грег и стирает рукой капельки крови со своей шеи. – Ещё раз такое вытворишь…

– И снова угрозы, – перебиваю его. – Умоляю, избавьте. Михаил, пройдём в твой кабинет.

– Да-да… Конечно… – и он, и его люди пребывают в шоке от происходящего, видимо, Грег реально настолько страшный тип, что даже бывший рыцарь паникует при виде его.

Мы поднимаемся наверх, а «Биба» и «Боба» остаются стоять снаружи. Стоять и дрожать, как листва на ветру. Я же Грега не боюсь, ведь по нему видно, что он любит силу, а как следствие, и прогибать всех, кого возможно. Поэтому тактика общения с такими людьми довольно проста: показать свою силу и решимость, но при этом вести вежливый и конструктивный диалог.

– Как они могли?.. – Михаил облокачивается на стол и встаёт в позу буквы «Г». – Ублюдки…

– Не хочу злорадствовать, но я же говорил, – подхожу к окну и смотрю на горящее вделке здание. – Теперь ты понимаешь, что у тебя нет другого выбора, кроме как принять моё предложение?

– Стать стукачом?..

– Посмотри на это под другим углом: ты отомстишь тем, кто тебя кинул.

– А вдруг это не Болтоны меня сдали? – Михаил пытается убедить сам себя. – У полиции наверняка много стукачей…

– Ну хоть себе-то не ври. Сколько времени ушло на выгрузку мешков? Часа три?

– Меньше. Полтора. Их привозили большими партиями, да и скидывать помогали.

– И ты думаешь, что какой-то стукач, успел добежать до полиции, они доехали до лорда, тот санкционировал операцию по изоляции Нижнего Города – и всё это за полтора часа? – мотаю головой из стороны в сторону. – Я тебе больше скажу, скорее всего, они сначала тебя сдали, затем посмотрели на реакцию Милиана, и только потом начали возить товар.

– И к чему все эти сложности?

– Всё просто: они тебе не доверяют. Мало ли что ты учудишь, сгрузи они товар ночью. Может, ты передумаешь или вообще продашь кому-нибудь, да свалишь с деньгами.

– Что-то я совсем хватку растерял… – Михаил садится в своё кресло. – Почему я сам до этого не додумался?

– Страх и жажда лёгких денег. И я тебя понимаю, но теперь выхода нет, придётся сотрудничать с Милианом.

– Пиздец… – он хватается за голову.

– Пошли, выторгуем тебе условия получше, – предлагаю ему покинуть комнату. – И постарайся не быковать, а то я тебя знаю…

– Да куда уж там, – Михаил берёт стоящую на столе коробку с сигарами и выкидывает в окно. – К чёрту всё! Жил спокойной, никого не трогал… Надо же было связаться с этими упырями…

– Потом, перед сном будешь себя корить, а сейчас соберись и веди себя по-деловому, даже если на тебя будут смотреть как на шваль, – прошу я.

– Идём… – Михаил делает глубокий вдох и выходит первым.

– Перед смертью не надышишься, – подкалываю его. – Всё будет нормально. Из той самой заварушки ведь выбрались?

– Выбрались…

– Вот и тут прорвёмся. В крайнем случае завалим всех и свалим из города, – добавляю я.

Мы спускаемся и ловим на себе нетерпеливый взгляд Грег. Томми и Редгар уже побелели от страха и продолжаю стоять там, куда их поставили полицейские.

– Раз уж эти два товарища всё знают, – показываю на них. – То придётся их взять с собой.

– Куда? – Грег осматривает их с ног до головы.

– На переговоры к господину Милиану.

– Переговоры? Какие ещё «переговоры»? Где наркотики?! – грозно цедит Грег.

– Михаил и эти двое готовы дать показания против Болтонов, а в качестве доказательств выступят шесть с копейками тонн «соли», – мне удаётся заинтересовать Грега, ведь он молчит и что-то обдумывает. – Те «господа», которых вы ищите, не только наводнили город наркотиками, но и нагло воспользовались доверием Михаила, который и не подозревал…

– Мы всё знаем, – перебивает Грег. – Та птичка, много интересных песен спела.

– Та птичка, как вы сказали, уже улетела на небеса и кормит рыб, а вот Михаил, Томми и Редгар – это живые и неизбитые свидетели. И ведь мы можем скрыть этот факт, – при помощи алхимии поджигаю крышу Братства.

– Рей! Ты чё творишь! – вопит Михаил. – Сейчас же потуши!

– Нас здесь только пятеро, и о случившемся никто не узнает, – продолжаю гнуть свою линию.

– Что с товаром?

– Он в надёжном месте, и достать его смогу только я, – приходится немножко соврать. – В наших с вами интересах договориться побыстрее, чтобы страждущие получили новую дозу.

– Сейчас меня интересует только «соль», – отрезает Грег. – Без неё я не уйду.

– Тогда мы в тупике… – развожу руками.

– Рей, зачем ты в это влез? Шило в жопе?

– Признаюсь, мною движет корыстный интерес. Так как я принимаю непосредственное участие в этом конфликте, то рассчитываю на некие преференции после его разрешения.

– И как я сам не догадался, – Грег устало вздыхает и запрокидывает голову. – Цени то, что имеешь, и отдай товар. Так будет проще для всех. А с этими тремя я сам разберусь.

– Э-э-э… чё за дела? – ворчит Томми.

– Мы так не договаривались, – Михаил делает шаг навстречу Грегу, но тот отбрасывает всех троих к стене при помощи воздушной алхимии.

– Занятно… Неплохая техника и скорость, – показываю большой палец. – Но так вы только мешаете нашим переговорам.

– Если ты не скажешь, где товар, то я вернусь с подмогой и найду их сам.

– Если мы сейчас до чего-то не договоримся, как минимум до беседы с господином Милианом, то я уничтожу «соль», – без толики сомнения заявляю я. – А там уже разгребайте это дерьмо сами. Бунты, волнения, убийства, мародёрство – толи ещё будет?

– Рей, как ты меня бесишь… – признаётся Грег. – Если я вернусь к господину Милиану до того, как утихнет бунт, то он меня повесит.

– Мне кажется, вы слегка преувеличиваете. Будет недоволен? Да. Повесит? Нет.

– Мне велено разобраться с волнениями и не возвращаться до тех пор, пока всё не утихнет! Тебе ясно?! – Грег заметно нервничает и повышает голос, а ведь обычного он хладнокровен.

– Тогда предлагаю вот какой компромисс: я передам вашим людям два мешка с товаром, а затем мы навестим лорда Милиана.

– Два мешка? Серьёзно? Этого и на треть бунтующих не хватит.

– Хорошо, десять. Устраивает?

– Сперва покажи мне их, а уже потом поговорим, – Грег складывает руки на груди и одаривает меня снисходительным взглядом.

– Я же не дурак, чтобы раскрывать их местонахождение, – натягиваю дежурную улыбку. – Давайте поступим так: сейчас вы с Томми и Редгаром идёте к вашей повозке и подъезжаете сюда. В это время я достаю мешки и передаю полиции, которая прибудет вместе с вами. А там уже определите, кто будет отвечать за раздачу.

– И потом ты хочешь, чтобы я отвёз вас четверых к господину Милиану?

– Всё верно, – я киваю.

– Мне это предложение не особо нравится. Господин не обязан встречаться со всякой швалью, – Грег выплывет смачный харчок в сторону Томми и Редгара.

– Они нам нужны, чтобы все были уверены в конфиденциальности процесса переговоров. Если вы против, то они могут подождать в повозке, пока мы с Михаилом встретимся с лордом Милианом.

– Столько проблем на ровном месте… – сетует Грег. – Рей, если бы не ты, то я бы уже нежился в горячей ванне и попивал любимый виски…

– Всё в ваших руках. Чем быстрее мы заключим взаимовыгодное соглашение, тем лучше для всех.

– Ладно. Вы, двое, марш за мной, – Грег подзывает Томми и Редгара.

– Идём… – дрожащими голосами отзываются они и следуют указаниям.

Я провожаю их, дабы убедиться, что Грег не будет хитрить, а затем прошу этих двоих бедняг заорать, если что-то пойдёт не по плану. Также я прошу их идти по обе стороны от «надзирателя», чтобы ему сложнее было с ними расправиться. Последнее наставление доводит мужиков до ручки, похоже, говорить этого не стоило.

Когда я убеждаюсь, что Грег следует договорённостям, забегаю в горящее здание, благо поджёг я только крышу, и начинаю выталкивать из подвала мешки при помощи алхимии. Часть из них рвётся при приземлении, но ничего страшного, менты подберут.

Отсчитываю ровно десять мешков, заделываю пол и выхожу наружу. Михаил всё это время стоит и наблюдает за мной: по его лицу заметно, что он уже попрощался с жизнью и морально готовится к последнему в этой самой жизни разговору с лордом Рейвенхола.

Дабы получше скрыть местонахождение наркотиков, я не только закапываю их поглубже, метров на двадцать, но и дожигаю здание Братства, чтобы оно побыстрее упало и накрыло обломками драгоценный склад. Даже если люди Грега будут тут что-то искать, то флаг им в руки и барабан на шею. Под завалами, да ещё и на такой глубине найти шесть тонн «соли» просто невозможно.

– Да не переживай ты так, – хлопаю Михаила по плечу, дабы подбодрить. – Пока что всё идёт по плану.

– Пока что… – шепчет он, разглядывая языки пламени, поднимающиеся на высоту третьего этажа. – Скажи честно, если тебе предложат продать меня, ты же это сделаешь?

– Точно так же, как и ты меня, – я смеюсь. – Ты же знаешь меня, кореш.

– Знаю… – с тоской в голосе произносит Михаил. – У меня такое чувство, что живым я с этих переговоров не вернусь.

– Поверь мне на слово, смерть – это далеко не конец, – говорю я, понимая, что в его словах есть доля правды. – Все мы когда-нибудь умрём. Кто-то раньше, кто-то позже.

– Хотелось бы позже…

– Тогда хватит нюни распускать, рыцарь ты или как?! – толкаю его в грудь, чтобы хоть как-то отвлечь от созерцания пламени.

– Всего один грёбаный день, и вся моя жизнь пошла под откос, – он машет головой из стороны в сторону.

– Ты сам стал работать с Болтонами. Будь уже мужиком и прими ответственность за свои поступки, в конце-то концов!

– Едут, – он показывает на повозку, ползущую по переулку. – Если я там умру, то похорони меня по-человечески. Не хочу, чтобы моё тело сбросили со скалы, словно какого-то немытого бомжа.

– За это можешь не переживать. Даю слово, что рыб кормить ты не будешь, – по-дружески кладу руку ему на плечо. – Поехали, этот хрен с розовыми усами уже наверняка заждался хороших новостей.

Мы отдаём мешки и запрыгиваем в повозку, за рулём которой сидит Грег. Он набирает предельную скорость и обруливает трупы, коими усеяны улицы Нижнего Города. А я сижу и вспоминаю крылатую фразу: «Джо в сделку не входил»…

Глава 18. Агент 47 снова в деле

Мы молча доезжаем до имения Майерсов, а затем Грег приставляет к нам охрану и просит не выходить из повозки, пока он встретится с лордом Милианом и узнает, примет ли нас его хозяин.

В данный момент вероятность, что нас всех закопают, существует, но шансы не так велики. Как минимум мы находимся на огороженной территории замка и вряд ли куда-то сбежим, а поэтому убивать нас прямо сейчас особого смысла не имеет.

В свою очередь переговоры могут пойти разными путями, и вот уже тогда можно оказаться в западне. Однако я времени зря не теряю и всю поездку думаю о том, что буду говорить Милиану. Уже сейчас у меня готовы аж пять путей, по которым может пойти наша беседа. И, конечно же, шестой: убить всех и свалить в закат.

Томми и Редгар не могут найти себе место и постоянно вошкаются в ожидании конца. Я считаю, что они живыми из этого конфликта точно не выйдут, но это их выбор, ведь торговля наркотиками – дело добровольное. В крайнем случае эти двое могли отказаться и уйти, но жажда наживы взяла своё.

Хотя в этом мире мало кто может устоять перед лёгкими деньгами. Зарабатывают вот они свои пару серебряных, чего хватает только на еду, выпивку и пару шлюх, но что за мужик захочет так жить? Его воровской карман спросом не пользуется, и остаётся только криминал. А когда речь начинает идти о десятках золотых, то там каждый первый мать родную продаст за такой куш.

Не скажу, что мне их жаль, ведь тогда придётся жалеть каждого встречного. Этот мир жесток и не прощает ошибок. Здесь нет никакой социальной поддержки, нет пенсий, нет пособий – работай или сдохни. Возможно, именно поэтому целью всей моей жизни стал путь из грязи в князи.

А по-другому и быть не могло, ведь когда ты живёшь в говне, а кто-то разъезжает по городу на дорогих повозках и смотрит на тебя свысока, то волей-неволей захочешь лучшей жизни. И моя родословная служит дополнительным челенджем, которые я всегда любил. Полукровка-аристократ? Просто немыслимо! Но иду я именно к этому, и получение благословения – это лишь первый шаг. Аппетит приходит во время еды…

Наконец-то, Грег возвращается и кидает нам с Михаилом два чёрных балахона. Томми и Редгару приказано остаться внутри и не отсвечивать, а вот нас Милиан примет, что не может не радовать.

Мы надеваем эту мешковидную одёжку, скрывающую силуэт и лицо, а затем вылезаем наружу. Грег говорит идти за ним и никуда не сворачивать, что мы и делаем. Позади я слышу топот около пяти-шести людей без доспехов, скорее всего, это алхимики, ибо кто ещё сможет остановить меня в случае ЧП?

Я украдкой оглядываюсь по сторонам и понимаю, что нас привезли на некий аналог подземной парковки. Повсюду стоят повозки, у противоположной стены виднеются установки для их обслуживания, слева механики меняют колесо и даже не смотрят в нашу сторону. Видимо, для них такие визиты – дело привычное.

Грег заводит нас в круглую комнатушку, размером три на три метра, а затем дёргает за один из пяти рычагов. И надо же… Оказывается, в этом мире есть настоящие лифты! Средневековый замок и электрический лифт – мозговыносящее сочетание. Хотя это логично, ведь как благородный лорд поднимется на самый верх своего замка? Не пешком же шагать по нескончаемым ступеням.

Едем мы около пяти минут, а затем выходим из лифта и попадаем в коридор с картинами и красным ковром. Судя по всему, при проектировании замка архитектор избегал прямых углов и использовал преимущество кругового движения. Стоит сказать, что круглая форма коридоров позволяет создать иллюзию бесконечности. Хата у Милиана – моё почтение…

Туда-сюда ходят служанки, кто-то из них поливает цветы, растущие в горшках. Где-то играет спокойная музыка и смеются дети, а прямо пред нами находится открытый балкон, через который залетает тёплый морской воздух.

– Нам сюда, – Грег нарушает моё умиротворяющие созерцание. – И постарайтесь вести себя прилично.

– Конечно-конечно, – спешу согласиться.

– Рей, если ты нападёшь на лорда или хотя бы начнёшь рисовать алхимический круг, то я лично тебя убью без всяких предупреждений, – предостерегает Грег.

– То есть вы хотите сказать, что первым убивать нужно именно вас? Спасибо за совет, – я надменно ухмыляюсь.

– Зря я тогда сказал господину, что тебя стоит оставить в живых… Ой зря… – бубнит он. – Пришли.

Грег стучит в дверь и просит разрешения войти. Мне в это время удаётся осмотреть наших провожатых: один с лицензией второго класса, ещё четверо третьего. Противники грозные, но посильные.

Хоть они и стоят за спиной, но в этом мире работают некоторые приёмы из фильма «Эквилибриум», а именно позиционирование себя любимого во время магической стычки. Всех алхимиков учат целиться в грудь, дабы увеличить шансы на поражение противника, и у многих это действие доведено до автоматизма. Но я научился использовать этот нюанс, просто падая на землю и атакуя из положения лёжа. Из трёх применений этой уловки сработали все три, а это о чём-то да говорит.

Мы проходим мимо ещё двоих мускулистых мужиков и попадаем в рабочий кабинет лорда, из которого открывается просто охренный вид на город и побережье! Вот бы отжать замок вместе со всеми слугами… Тогда можно было бы по полдня просто сидеть на этом балконе, пить пиво и наслаждаться красотами Рейвенхола и его окрестностей, попутно лаская своё ЧСВ.

– Господин Милиан, я привёл их, – Грег снимает с нас капюшоны. – Эти двое изъявили желание говорить с вами.

– Значит, это вы спрятали все запасы «соли» в этом городе? – лорд сидит в своём кресле и работает с бумагами.

– Всё так, господин Милиан, – отвечаю я.

– И что вы хотите? Золота?

– Если позволите, я буду говорить, как от своего лица, так и от лица моего друга, – мы продолжаем стоять посреди кабинета. – Михаил в первую очередь желает отомстить Болтонам и сохранить свою жизнь. Меня же интересует нечто иное, но об этом позднее.

– Отомстить? Так и говори, что тебя кинули, и ты хочешь спасти свою шкуру, – лорд всем своим видом показывает, что ему не приятен этот разговор, а виной тому гигантская разница в социальном статусе. – Грег сказал, что ты готов дать показания на суде?

– Да, господин, я готов, – трясущийся от страха Михаил кивает и с трудом выговаривает слова.

– Это хорошо, дело нужное, – Милиан подписывает бумагу, убирает её в сторону и берёт другую. – А ты, Рей… Зачем ты ввязался в эту авантюру? Или опять будешь приставать ко мне со своей пекарней?

– Ваше слово – закон, господин Милиан, и дав его единожды, вы обязательно сделаете обещанное. В этом я нисколько не сомневаюсь, – приходится чуть-чуть лизнуть жопу, дабы атмосфера беседы хоть немного приблизилась к деловой. – Но вы правы, мной движет корыстный интерес.

– Сколько ты хочешь за «соль»? – перебивает лорд.

– Никаких денег, я отдам вам её бесплатно.

– Бесплатно? Тогда к чему весь этот цирк? – Милиан поднимает голову и бросает в мою сторону взгляд, полный недоумения. – Отдали бы всё Грегу, да и дело с концом.

– Дабы вам стала ясна моя позиция… – делаю пару шагов вперёд. – Позвольте я озвучу своё видение будущего. Рейвенхол уже столкнулся с колоссальными проблемами из-за наркотиков, и как мы все с вами знаем, зависимость не лечится. А поэтому нужно что-то сделать с двумя десятками тысяч людей, которые могут разнести город за пару дней.

– Это уже моя забота, – отрезает лорд.

– Господин Милиан, позвольте огласить одну идею, которая видится мне наиболее выгодной для всех нас, – показываю и на лорда, и на Михаила.

– У меня мало времени…

– Это займёт всего две минуты, а то и меньше, – не даю ему закончить фразу. – Я осведомлён о вашем конфликте с Болтонами, и понимаю, что вы не можете действовать открыто. Также я предполагаю, что больше соль на рынок поставляться не будет, а запасов хватит в лучшем случае на несколько месяцев, а то и меньше.

– Ближе к делу, – Милиан вновь возвращается к работе с бумагами.

– Михаил станет вашим ключевым свидетелем и вина Болтонов будет доказана, но суд обычно длится не один месяц, а за это время в Рейвенхоле начнётся хаос. Поэтому я предлагаю две вещи: наладить производство «соли» и…

– Ты совсем сдурел?! – рычит Милиан. – Чтобы я производил эту дрянь?! Да за кого ты меня держишь?!

– Позвольте закончить… – вежливо прошу я. – Наркозависимых людей нужно куда-то деть, ведь сами по себе они не растворятся. А поэтому было бы неплохо отправить их на рудники. И если предложить бесплатную «соль», то они сами туда побегут, вот увидите!

– Хм… – лорд с умным видом трогает подборок.

– Но «соли» наркоману нужно всё больше и больше, а поэтому я предлагаю отправлять на разведку залежей более зависимых людей, которым терять уже нечего. Таким образом они будут выбывать из списка естественным путём.

– Ты говоришь об этом с таким хладнокровием… Рей, а это не ты случайно в полнолуние девушек убиваешь? – Милиан смотрит на меня с подозрением.

– Ну что вы… Конечно, нет… Просто я уже слишком многое повидал в свои-то восемнадцать лет, – отрицательно махаю головой. – Я продолжу с вашего позволения. Если вы реализуете предложенный мною вариант, то вам понадобится собственное производство «соли». Конечно же, её оборот будет строго регулирован, а в качестве наказания за распространение даже одного грамма предлагаю ввести пожизненную ссылку на рудники.

– Не скажу, что ты несёшь чепуху, но это только на словах всё так просто, – подмечает Милиан.

– Я это понимаю, и предлагаю свою помощь на всех этапах.

– Помощь? – он ухмыляется. – Ты хочешь работать на меня?

– Прошу простить мне мою наглость, но я всё-таки человек свободолюбивый, а поэтому хочу работать вместе с вами, а не на вас. Дабы у нас с вами были партнёрские отношения. Да, я понимаю, звучит грубо, ведь вы, господин Милиан, лорд нашего великого города, а я обычный полукровка. Но прошу обратить особое внимание на мои уникальные навыки. Если желаете, можно расспросить Михаила о том, какие задания порой я выполнял для Братства.

– Ну попробуй удиви меня, – лорд откидывается на спинку дорогого кресла и надевает маску снисходительности.

– Возможно, вы слышали о случае на пивоварне Барета… – выдерживаю многозначительную паузу. – Того, кто освободил заложника и уничтожил всех террористов, так и не нашли ведь. И не найдут, ведь такого рода слава меня не интересует.

– Хочешь сказать, что это был ты? – надменность и недоверие сочится из каждого его слова. – Мне казалось, на это способен только Странствующий Алхимик.

– Он и его ученик, – показываю на себя пальцем. – Нет нужды верить мне на слово, тем более раз уж вы говорили о проблемах, которые нужно решить… Я готов оказать помощь на всех этапах переформатирования шахтёрского бизнеса.

– И что ты хочешь взамен?

– Я понимаю ваше отношение к полукровкам, а поэтому не могу требовать слишком многого. Но я считаю, что выделить мне скромное поместью на территории Верхнего Города вы в состоянии. А если там будет возможность организовать пекарню, то вообще замечательно! – я улыбаюсь, дабы показать своё дружелюбие и готовность поработать.

– Собственное поместье? А не многовато ли? – чванливо цедит Милиан.

– Обращаю ваше внимание, что я могу справиться с задачей любой сложности. Если на то будет ваша воля, то ни один из Болтонов не проснётся завтрашнем утром, – хладнокровно произношу я.

– Воу-воу, попридержи коней! – одёргивает меня Милиан. – Мне не нужны проблемы с королём.

– Я сказал это лишь для того, чтобы вы поняли, какой спектр задач можете мне поручить. Потому-то и цена у моих услуг соответствующая.

– Подождите снаружи, а ты, Грег останься. Поговорим с глазу на глаз, – приказывает лорд.

Мы с Михаилом и охранниками покидаем кабинет, и за закрытыми дверьми начинается долгий диалог. Сидим мы молча, ведь говорить нам не о чем: Михаил надеется сохранить жизнь, а я рассчитываю сорвать куш. Цели у нас разные, тут ничего не поделать. Надеюсь, мой кореш понимает, что просить деньги за показания в данный момент было бы идиотской затеей. Когда всё закончится, тогда уже можно будет изъявить желание, но и то не факт.

Михаил сейчас настоящий заложник ситуации, ведь в случае чего он даже не сможет убежать из-за центнера жира, свисающего со всех его конечностей и живота.

Вот смотрю я на него и понимаю, что осознание действительности медленно, но верно на него опускается. Заработать и жить богато он уже не сможет, и я знал это уже с самого начала, когда уговаривал его пойти к Милиану. Может, Михаил потом даже спасибо скажет, что мне удалось сохранить его жизнь.

Из-за мощной двери я слышу лишь бубнёж, вычленить отдельные слова практически невозможно. Подозреваю, моё предложение заинтересовало лорда Милиана, и он консультируется со своей правой рукой, стоит ли идти на риск и доверять полукровке.

Больше всего в этой схеме меня напрягает момент с моей возможной ликвидацией. То есть они могут решить воспользоваться моим услугами, а затем убрать меня с шахматной доски, дабы и поместье не подгонять, и от свидетеля избавиться.

Мне в такой ситуации остаться лишь одно: выполнить работу настолько хорошо, чтобы они осознали прибыльность деловых отношений и убыточность моей ликвидации. В принципе я уже примерно понимаю, что они могут попросить и готов к этому.

Со стороны может показаться, что я добровольно надеваю на шею ошейник и становлюсь послушной собачкой, но на самом деле это не так. Я работаю с лордом до тех пор, пока мне это выгодно. Конечно, я мог бы не вмешиваться в их разборки, но тогда потерял бы контроль над ситуацией и стал бы бревном, плывущим по течению.

Ставка, запрыгнуть наверх через Мелису, сыграет нескоро, а здесь у меня есть реальный шанс подняться за пару дней. Если я заполучу беспрепятственный доступ к Верхнему Городу, то в будущем смогу заняться поисками Кровавого Алхимика и не быть пойманным полицией.

И хоть благословения при правлении Милиана мне не видать, но зато пойдёт молва, что какой-то полукровка поселился по соседству с сильными мира сего. А тот же кондитерский бизнес в перспективе поможет обрасти связями, ведь я знаю, что есть люди, которые нормально относятся к полукровкам. Среди богатых семей затесались даже чистокровные демоны и серафимы, что уж тут говорить.

Наконец, дубовая дверь открывается, и Грег подзывает меня одного. Михаилу приходится остаться на лавке и смиренно ждать своей участи. Напоследок я замечаю его взгляд, полный надежды. Мой кореш понимает, что я не стану менять своё благополучие на его жизнь, но в глубине души он надеется, что такое возможно.

Я захожу в кабинет, и охрана закрывает за мной дверь. Милиан уже не копошится в бумагах, а это хороший знак, ведь лорд настроен на разговор.

– Раз уж ты так рвёшься проявить себя, – начинает он. – Сам и займёшься реализацией своего плана. Грег, обрисуй ему ситуацию.

– Производством «соли» занимается один единственный алхимик-полурослик, находящийся где-то на территории родового гнезда Болтонов, – рассказывает Грег. – Насколько нам известно, никто кроме него не может приготовить наркотик, а поэтому этот товарищ нужен нам живым.

– Принято, – я киваю.

– И раз мы играем из отставания, нужно избавиться от Клавиуса Болтона – он является мозговым центром их семьи. Однако его смерть должна выглядеть как несчастный случай – это очень важно! Он не должен умереть в ванне или повесится, нужно чтобы как можно больше свидетелей запечатлели его естественную смерть.

– Справишься? – интересуется Милиан.

– Это займёт какое-то время… Думаю, сутки, максимум двое… – размышляю вслух.

– Это нас устраивает, – лорд крутит в руках толстенное перо. – И учти, что мы тебе не поможем, ибо следы не должны вести ко мне. Если попадёшься, то лучше убей себя, или же за тебя это сделают мои люди.

– Я не попадусь, но мне нужен будет кое-какой инвентарь, – они ждут конкретики. – Полицейская форма и такая же повозка, десять золотых на карманные расходы, чтобы купить реквизит.

– А я смотрю, ты и правда знаешь, что делаешь, – удивляется Милиан и достаёт из тумбочки монеты. – Забирай, остальное тебе выдаст Грег.

– Благодарю за доверие, господин Милиан, – подхожу и забираю деньги. – Всё сделаем в лучшем виде.

– Скажешь Грегу, где спрятана соль, получишь повозку и принимайся за работу. Время не ждёт. А теперь проваливай, у меня много дел.

Кланяться я и в этот раз не собираюсь, а поэтому просто разворачиваюсь и выхожу из кабинета. Грег идёт за мной и закрывает дверь.

– Этого отведите в темницу, – он показывает на Михаила.

– Э-э-э! За что?! – возмущается мой кореш.

– Там будет в безопасности. Или ты хочешь, чтобы тебя грохнули ещё до начала суда? – Грег заглядывает ему прямо в душу.

– Нет, не хочу… – по лбу Михаила течёт холодный пот.

– И капюшон на него наденьте! – приказывает он. – С этим я сам разберусь.

– Есть! – хором отвечаю алхимики и уводят Михаила в сторону лифта.

– Ты тоже капюшон накинь, а то мало ли… – просит Грег.

– Рей! – слышу знакомый голос. – А ты что тут делаешь?!

– Мелиса… То есть госпожа Мелиса, – надеваю капюшон. – Я пришёл сообщить, что завтрашняя тренировка переносится.

– Что? Почему? – недоумевая она, подошедшая вплотную.

– Долгая история… – пытаюсь придумать правдоподобную ложь.

– Извините госпожа, но мы уже уходим, – Грег толкает меня в спину, чтобы я пошёл к лифту.

– Ничего не понимаю… – Мелиса смотрит на нас с нескрываемым скепсисом. – А почему ты не попросил слуг, чтобы они передали мне эту информацию?

– Госпожа, ваш отец срочно просил вас зайти к нему, – теперь уже и Грегу приходится врать, дабы она не задавала лишних вопросов.

– Как странно… А я как раз к нему шла… Ну ладно, потом поговорим, – Мелиса входит в кабинет лорда. – Пап, ты хотел меня видеть?

– Шевели ногами! – шипит Грег. – Тебя не должны были видеть…

– Я же не специально, – пожимаю плечами.

– Да иди уже… – бурчит он.

Мы подходим к лифту, но того нет, ведь охрана уже успела уехать на нём в самый низ. Я стою и рассуждаю, в плюс или в минус сыграла встреча с Мелисой… С одной стороны, ей не стоит знать о наших с лордом делах, а с другой, можно использовать её в качестве страховки. Если она будет знать об обещании отца, то в перспективе я смогу надавить на него, однако это очень тонкий момент.

Судя по звукам лифт поднимается, но почему-то не останавливается и проезжает мимо. Двери так и остаются закрытыми. И мы ждём ещё около минуты, пока они откроются.

– Вам вниз? – спрашивает Диана.

– Да, госпожа, – Грег входит первым, я за ним. – Нам нужно на нулевой этаж.

– А мне на первый, – говорит она.

– Как прикажете, – Грег дёргает второй слева рубильник, и двери закрываются.

Я стою и пытаюсь себя не выдать, ведь это та самая Диана, от которой за километр веет страстью. Благо, балахон скрывает мою личность, ведь в противном случае такое могло произойти… И Грег точно сдаст меня лорду, а может и сам попытается убить. Диана, точно Клеопатра – ты можешь переспать с ней, но на следующее утро лишишься головы. А такой расклад меня не устраивает.

Неожиданно она дотрагивается до моих рогов. Тут-то я и понимаю, что они хоть и немного, но выделяются. Диана трогает правый, затем левый… Грег стоит передо мной и не видит происходящего за спиной, а я из последних сил стараюсь держаться, чтобы не наделать глупостей.

Но всё бестолку, ведь Диана в наглую хватает меня за ягодицы. Вот ведь совратительница! Её так возбуждает одно лишь моё происхождение? Удивительная женщина…

Я всё-таки решаю повернуть голову и посмотреть ей в глаза. Она подносит палец ко рту, показываю жест тишины, а затем начинает облизывать его… Ладно бы предо мной стояла обычная проститутка, но нет, Диана – жена самого влиятельного человека в нашем городе. Первая леди, так сказать.

Не факт, что мне представится ещё один шанс повидаться с ней, а поэтому моим сознанием завладевает животное желание сделать всё здесь и сейчас. Таких эмоций и потери контроля я не испытывал ни в одной из двух жизней. И если сейчас не сделать что-то похабное, меня просто разорвёт от желания и упущенной возможности.

Я аккуратно завожу руку назад и дотрагиваюсь до её бархатного платья. Она улыбается и поднимает подол, оголяя своё лоно. Раз уж меня приглашают, то грех не дотронуться… Такой шанс выпадает раз в жизни.

Только-только мои пальцы касаются того самого места, как лифт останавливается. Я спешу убрать руку, но Диана держит её и не даёт этого сделать. Грег всё ещё стоит и смотрит на открывшуюся дверь, а я замираю в одной позе и стараюсь не дышать. Не зря говорят, что запретный плод сладок, но к такому меня жизнь не готовила…

– Госпожа, вы выходите? – спрашивает Грег.

– Ой, и правда! – восклицает Диана. – Выхожу-выхожу.

Она протискивается между нами да так, что моё плечо в какой-то момент оказывается промеж её грудей. Она смеётся и просит прощения, что потревожила меня, а затем незаметно подмигивает и выходит из лифта. Грег дёргает за первый рычаг и двери закрывается. Я, наконец-то, могу вздохнуть спокойно…

Давно я не чувствовал себя, будто девственник на выпускном… Не знаю уж в чём тут дело: или в запретности этого вкусного плода, или в её невероятно притягательной ауре. После такого тесного общения с Дианой я начинаю сомневаться, а точно в этом мире нет пятой расы? Или каких-нибудь суккубов…

– Пошли, – Грег выходит первым.

– А кто это был? – включаю дурачка.

– Госпожа Диана.

– Ого! Как молодо она выглядит! – наигранно удивляюсь.

– Это семейная особенность рода Мильтонов. Девушки из этой семьи могут выглядеть на двадцать даже в глубокой старости.

– И живут они вечно? – саркастично продолжаю я.

– Нет, конечно. Все мы люди, все мы смертны.

– Это да… – я киваю и иду за ним по гаражу. – А почему я её никогда не видел на выступлениях лорда?

– Госпоже Диане запрещено покидать территорию дворца, – отрезает Грег.

– Да ну? Как-то не верится…

– А я тебя и не собираюсь убеждать. Это прямой приказ господина Милиана, и как ты мог заметить, я справляюсь со своими обязанностями на отлично.

– Сочувствую ей… Тяжело, наверно, всю жизнь сидеть взаперти.

– Здесь есть всё необходимое.

– А как же общение с другими людьми?

– Рей, ты чего пристал? – Грег через плечо смотрит на меня усталыми глазами. – После случившегося… Она поселила в замке всю свою бывшую прислугу, да и знатные дамы часто захаживают. В общем, за госпожу Диану можешь не переживать, её жизнь куда разнообразнее чем твоя или моя. Уж поверь.

– Как скажешь.

Мы вдвоём садимся в одну из пустых повозок и уезжаем из дворца.

– Кстати, Томми и Редгар тоже отправились в темницу? – спрашиваю я.

– А тебе какая разница? Переживаешь за их судьбу?

– Опасаюсь, что они могут проболтаться.

– Не переживай, они уже никому ничего не расскажут… – по тону Грега я понимаю, что этих двоих уже нет в живых.

Это было необходимо, но немного жаль Томми – он всегда старался держаться поодаль от всех опасностей, но большие деньги сгубили мужика. Ничего не поделать, ведь каков мир, таковы и последствия.

А ещё меня печалит алиби Дианы, ведь она идеально подходила на роль Кровавого Алхимика. Ведь кто подумает на этого ангелочка с большой грудью? Сидит себе в замке, да глазки полукровкам строит. Конечно, водитель упоминал, что она страшна в гневе, но все эти предположения разбиваются о безоговорочные факты.

Нет, я ни за что не поверю, что лорд три раза в месяц отпускал бы в город свою благоверную, которая не очень-то и верна ему. Если бы о таком хоть раз стало известно, то Грега давно бы уже повесили. А он занимает эту должность столько, сколько я себя помню.

Конечно, остаётся вариант, что Диана соблазнила его, и он покрывает её злодеяния. Но в этом случае лорд Милиан должен был подстраховаться и установить дополнительную слежку за своей женой, да и за Грегом.

До встречи с Дианой я не понимал, как такой ревнивый муж смог смириться с изменой, но если она и правда до старости останется такой красоткой, то можно закрыть глаза на маленький косячок… Ведь где ты ещё такую найдёшь?

– Только полицейская повозка и форма? – уточняет Грег, когда мы покидаем Верхний Город.

– Да, этого хватит. И раз уж мы едем в полицейский участок, то стоит заскочить в одно место.

– Куда?

– Перекрёсток Косой улицы и Первого бульвара.

– Эм… – Грег заглядывает ко мне с недоумением на лице. – Там же только магазины для женщин… Что ты собрался покупать?

– Не только для женщин, – поправляю его. – Парик, чтобы скрыть рога, и линзы, дабы никто не задался вопросом: «А почему этот полукровка разъезжает на полицейской повозке?».

– Хм… Умно, – он отворачивается и сморит на дорогу. – Я бы даже хотел посмотреть, как ты работаешь.

– Исключено. Я работаю один.

– Оно и правильно. Доверять нельзя никому, – соглашается Грег и сворачивает на следующем перекрёстке. – Почти приехали.

– Кстати, а куда мне везти алхимика, когда я его выкраду?

– В темницу. Дорогу ведь помнишь?

– Помню.

– Скажешь стражникам у входа секретную фразу: «Нииил верум эст личет омния».

– Кажется, где-то я это уже слышал… – пытаюсь вспомнить.

– Это древний язык, откуда безродный полукровка может его знать?

– Ладно, запомнил, – наступает недолгая пауза. – Мне хочется верить, что господин Милиан сдержит слово и не прикажет вам убить меня после того, как я сделаю дело.

– Если справишься так, как сделал это на пивоварне, то есть без единого свидетеля и лишних жертв, то всё будет в порядке. Сказать по правде, господин уже приглядел одно пустующее поместье, – ложь я умею различать, но это его высказывание похоже на правду. – Приехали. Давай по-быстрому.

– Одна нога здесь, другая там! – выхожу из повозки и ловлю на себе взгляды прохожих.

Нечасто обычный человек возит полукровку, чаще всего всё как раз наоборот. И вот даже непонятно что хуже: быть чёрным в Америке прошлых веков или же полукровкой в этом мире. В качестве рабов тут все простолюдины, а к полукровкам относятся как к отбросам. Негров же просто не считали за людей. Хрен его знает, кому лучше живётся.

Я покупаю всё необходимое и возвращаюсь в повозку. Парик дешёвый и стоит всего три серебряных, а вот цветные линзы – это вещь дорогая, ведь их совсем недавно начали производить. Писк моды, так сказать, а поэтому будь готов вывалить аж семьдесят серебряных.

Я рассказываю Грегу на какой глубине и где именно закопана соль, а затем он отвозит меня к полицейскому участку и отдаёт повозку, в которой лежит форма моего размера. Он прощается со мной и уезжает, а я переодеваюсь и, сидя внутри, пытаюсь привыкнуть к мечу, висящему на поясе.

Первым делом я еду домой, благо навык вождения сохранился из прошлой жизни. В повозке всего две педали и руль – чем не электрокар? Непривычно, конечно, но это ведь как езда на велосипеде: стоит немного освежить в памяти, и ноги с руками сами всё сделают.

Дома я по-быстрому перекусываю и беру с собой запас еды и воды на двое суток. Приходится уложить всё это и мою одежду в громоздкую сумку, но ничего страшного, ведь когда я пойду на дело, то спрячу её в повозке.

Принимаю душ, натягиваю пышный белокурый парик, надеваю линзы и направляюсь в Верхний Город. По пути я понимаю, что ехать за рулём куда веселее, да и кочки, как будто бы, не так бьют по позвоночнику. В общем, если всё выгорит, надо будет прикупить себе одну из них, а может и эту перекрашу, ведь я не говорил, что верну реквизит.

Проезжаю пост охраны Верхнего Города без каких-либо проблем. Полицию здесь встретишь нечасто, но на другой повозке меня бы не пустили, ибо охрана знает практически всех водителей в лицо. Поэтому на входе действует своеобразный фейс-контроль. Был ещё вариант взять роскошную модель, но та привлекала бы слишком много ненужного внимания.

Я еду по серпантину вдоль побережья и постепенно поднимаюсь на гору, где живут неприлично богатые. Верхний Город делится на два квартала: обычные богачи, которые живут внизу; и хозяева города, что поселились на самом верху. А разделяет их извилистая дорогая с опасными поворотами, если выбрать неправильную скоростью, то легко можно улететь с обрыва. Полёт будет долгим, ведь там метров двести, не меньше, зато в качестве приза ждут острые скалы. Раз в год кто-нибудь стабильно срывается вниз, и обычно это подвыпившая молодёжь. Собственного говоря, ничего нового.

Примерно за пять километров до усадьбы Болтонов, я сворачиваю в лес и еду по грунтовой дороге. Её чаще всего используют для прогулок или пикников на природе, и ведёт она в своего рода парк с хвойными деревьями. Воздух здесь такой чистый, что надышаться просто невозможно…

Проехав ещё около трёх километров, я останавливаюсь, беру из сумки бутылку с водой и закапываю повозку под землю при помощи алхимии. На всякий случай оставляю на сосне зарубку, чтобы не забыть точное место, а потом ботинками разрыхляю грунт, дабы скрыть следы применения заклинаний.

Сейчас мне нужно дойти до дороги, по кустам набрести на нужную усадьбу, залезть на высокую лиственницу и дождаться ночи. План у меня уже готов, но и импровизацию никто не отменял.

Пришло время включить режим «Хитмана» и пройти эту миссию в стелс режиме…

Глава 19. Летний слалом

Сижу я на верхушке лиственницы и наблюдаю за происходящим на территории поместья Болтонов. Меня здесь не заметят, ведь у деревьев пышные кроны, да и солнце медленно скрывается за горизонтом. Мне остаётся дождаться темноты и попутно разведать обстановку.

Комплекс родового гнезда состоит из трёх основных построек, соединённых надземными переходами, и аж семи зданий хозяйственного назначения. Судя по количеству охраны в главных домах живут сами Болтоны, а вот назначение других строений остаётся под вопросом.

Моё внимание привлекает двухэтажный дом, фундамент которого уходит глубоко под землю – с высоты это хорошо заметно. Вход охраняют сразу четыре мечника, ещё трое лучников патрулируют округу и периодически проходят мимо друг друга. Похоже, что именно здесь содержат искомого алхимика…

Если это так, то войти и забрать его без шума, будет довольно проблематично. Конечно, можно было бы вынести всех вперёд ногами, но тогда Болтоны могли бы интерпретировать этот факт, как нападение на их семью, и обвинить Майерсов. Каким бы суровым этот мир не был, но в Островном Королевстве клановые войны запрещены, и король бдит за исполнением неписаных правил.

Убить всех охранников нельзя, но если пропадут два-три человека, этого никто не заметит. Точнее, не будут поднимать шумиху, ведь такой повод для жалобы королю выглядит детским и смешным. Также Болтоны не смогут заявить о пропаже алхимика, ведь он варит наркотики, а это лютый зашквар.

Меня немного печалит, что с большой долей вероятности я не смогу убедиться наверняка, находится ли этот полурослик в выбранном мною здании. Алхимик вряд ли выходит подышать свежим воздухом, особенно в текущей ситуации. Есть даже шанс, что его уже похоронили, но я в данный момент не могу брать в расчёт эту возможность.

Пробраться в здание реально, внутри придётся импровизировать, но и это не проблема, даже захват и переноска полурослика видится мне посильным заданием, а вот что делать с Клавиусом – это большой вопрос. Судя по описанию это невысокий, лысый очкарик с надменной рожей, который любит ходить со сложёнными за спиной руками. И я наблюдаю уже больше двух часов, но никого похожего заметить не удаётся.

Сложность ещё заключается в том, что я не могу внаглую выманить его, слив какую-то дичь охранникам, используя «Грёзы». Если так поступить, то случайная смерть перестанет быть случайной… В идеале мне нужно, чтобы он покинул особняк и поехал в город – тогда его песенка будет спета.

Уже темнеет так сильно, что я едва различаю силуэты, перемещающиеся по территории поместья. Мне ничего не остаётся, кроме как спуститься на землю и провести непосредственную разведу у стен комплекса.

К счастью, с нужной стороны к забору Болтонов прилегает территория другого поместья. А почему к счастью? Во-первых, там очень мало охраны, а во-вторых, там живут Романовы. В самом крайнем случае я смогу воспользоваться чувствами Елены – это, конечно, некрасиво, но как план «Б» вполне подойдёт.

Я слезаю с дерева при помощи всё тех же «Ступеней» и в полуприседе приближаюсь к небольшому металлическому забору, отделяющему территорию Романовых от проезжей части. У входа стоят всего два мужика, а внутри патрулируют ещё пять-шесть, что хорошо ложится в канву безопасного проживания в Верхнем Городе. У Романовых, насколько мне известно, нет врагов, а вот Болтонам есть чего бояться, а поэтому их охрана в десять, а то и в пятнадцать серьёзнее.

Подбегаю к забору и без проблем перепрыгиваю его, оказываясь в саду, усаженном декоративными кустарниками. Последние сыграют мне на руку и скроют от глаз охранников. Продолжаю бежать согнувшись, чтобы минимизировать шанс быть обнаруженным.

Добираюсь до уступа, за которым только острые скалы и бескрайний океан. Теперь меня и искомый дом разделяет только четырёхметровый каменный забор – Болтоны явные фанатики безопасности, ведь такой бандуры нет даже у Майерсов. Не хватает только колючей проволоки под напряжением, тогда это была бы образцовая тюрьма.

Я слышу шаги: один из лучников находится буквально в пяти-десяти метрах от меня за забором. Дожидаюсь, пока он пройдёт и при помощи алхимии проделываю небольшое отверстие, дабы осмотреться.

– Какого хера?! – вопрошает мужской голос.

Сегодня мне «повезло» на своём примере узнать, что такое «Глори хол», ибо первое, что я увидел через эту дыру, был сморщенный член. Как оказалось, охранник никуда не уходил, а просто остановился, чтобы отлить. И его удивление понятно, ведь ты не ожидаешь, что за тобой будут так нагло подглядывать.

– Резак! – моментально шепчу я.

Вода разрезает не только забор, но и «писающего мальчика». В этот момент я использую «Изменение Формы», проделываю в заборе проём и попадаю на территорию. Первым делом закапываю убитого лучника и восстанавливаю забор.

Свалить сейчас уже не получится, придётся импровизировать. Не люблю, когда всё идёт не по плану, но в такой сложной операции сделать всё чётко было попросту невозможно.

Лучники обходили здание и встречались примерно каждые две минуты, а поэтому я не успею пробраться в здание и вытащить алхимика, оставшись незамеченным. Иного выхода нет, придётся поднять переполох.

Я использую «Пепел» и поджигаю угол крыши ближайшего главного здания. Оно в высоту этажей семь, а поэтому тушить придётся только при помощи алхимии, что даст мне необходимый запас времени.

– Пожар! Пожар! – кто-то кричит.

Шоу началось, лучники наверняка отвлечены, а поэтому можно приступать. Дабы не разбрасываться лишними секундами, я решаю рискнуть и проделываю отверстие прямо в задней стене здания. Мне удаётся попасть на деревянную лестницу, ведущую вниз. Я проникаю внутрь и заделываю проход.

Если Алхимик здесь, то наверняка в подвале. Так как впереди могут быть и другие охранники, я держу руку рядом с кругом «Изменения Формы». Спускаюсь на несколько этажей и натыкаюсь на длинный коридор, в конце которого находится единственная дверь. А прямо перед ней стоят двое мужиков без оружия.

– Алхимики… – шепчу я. – Ну ничего, разберёмся.

Будь это обычные мечники, можно было бы похоронить их под фундаментом, но алхимик – это противник серьёзный. Они мало того что могут носить обереги и другие полезные артефакты, так ещё и реакция может быть такой, что контратаки не избежать. Риск слишком велик, а поэтому мне приходится использовать «Грёзы».

Заклинание успешно срабатывает, и теперь эти двое не смогут меня увидеть или услышать, ибо иллюзия не позволит им этого сделать. Я пользуюсь этим и быстрыми шагами приближаюсь к двери, периодически оглядываясь назад.

Подхожу плотную и думаю, убивать их из-за спины или нет. С точки зрения безопасности это сделать необходимо, но если посмотреть с другой стороны, то не всё так просто. Обычных мечников или лучников будут искать недолго, ведь те могли просто уйти в самоволку и забухать, а вот алхимика достанут из-под земли, ведь потеря такого ценного кадра – это большой урон для службы безопасности.

В рамках всё той же иллюзии я делаю картинку статичной, дабы эти двое не заметили, как открывается дверь. В данный момент я могу хоть всю мебель из подвала перетаскать, алхимики ничего не заметят.

Перед открытием двери я прикладываю к ней ухо и пытаюсь понять, сколько человек находится внутри. Звуки, признаюсь честно, доносятся странные… То ли кого-то пытают, то ли данжен мастер устраивает вечеринку, то ли кто-то смотрит телевизор, которых в этом мире ещё нет.

К сожалению, мне нужно поддерживать «Грёзы», а поэтому я не могу использовать другое заклинание. Каст с двух рук невозможен, ведь для этого надо обладать второй головой. Приходится приоткрыть дверь естественным способом…

Внутри меня встречает лёгкая дымка и тёплый воздух. Судя по всему, я попал в какой-то предбанник, в котором никого нет. Хотя я не знаю, как производится «соль», и вполне может быть, что пар – это часть процесса.

Захожу внутри и держу дверь открытой, чтобы иметь возможность наблюдать за алхимиками, дабы «Грёзы» работали как надо.

Впереди ещё одна дверь, из-за которой и раздаются те самые звуки. Мне даже кажется, что я слышу женские крики… неужели, я ошибся зданием и попал в темницу или пыточную? И чем ближе я подхожу к последней двери, тем сильнее становится мои сомнения.

Всё-таки я должен узнать, что находится внутри, ведь может оказаться, что это пытают того самого полурослика. Поэтому я подхожу к ней и приоткрываю, а затем… тут же закрываю! Лучше бы я этого не видел! После такого мне понадобится психолог…

Быстрым шагом покидают эту сауну и возвращаюсь в коридор. Алхимика здесь нет. И никогда не было… Почему я так уверен? Да всё просто, ведь за дверью находился толстый Жора и гарем служанок. Что только они с ним не делали, как только не облизывали и не ласкали – такое и в страшном сне не приснится…

На секунду у меня промелькнула мысль: «Почему он, а не я?!»; но глядя на то, как молодая девушка делает анилингус, думать ты можешь только об одном – как бы не блевануть. И нет, я не ханжа или моралист, просто Жора реально жирный хряк, лучше даже не представлять, как такие люди занимаются сексом. Ужас, да и только, бедная Мелиса…

Я захожу за угол и отменяю «Грёзы», а затем вылезаю на улицу через ту же стену, через которую вошёл. Пожар до сих пор не потушили, и мало того, он охватил добрую половину крыши – вот тебе и результат преклонения пред огненной алхимией, лучше бы воду тренировали, имбецилы…

Убеждаюсь, что лучников поблизости нет, и забираюсь на ближайшую сосну, дабы подумать и спланировать дальнейшие действия. Магии сейф-лоада у меня нет, как и шанса на ошибку. К сожалению. Ведь будь возможность отмотать время назад, подобные стелс миссии были бы в разы проще: забегаешь, рубишь врагов в капусту, выясняешь местоположение цели, загружаешься и приступаешь к скрытному проникновению.

Но моя идея с пожаром позволила выманить большую часть персонала на улицу. Кажется, я даже вижу Клавиуса, который командует алхимиками, которые пытаются потушить пламя.

– Очки, руки за спиной, надменная походка… Точно он! – негромко констатирую я. – А где же гном? Куда вы могли его спрятать?..

Пока что мне не удаётся обнаружить полурослика, но зато можно заняться ликвидацией Клавиуса. Пожар разгорается всё сильнее, и этот факт можно использовать.

Я рисую сложное заклинание, состоящие из трёх кругов, которые находится друг в друге, как матрёшка. Создаётся мощный порыв ветра, срывающий кровлю и многометровые балки. Весь этот горящий мусор летит прямо на Клавиуса, но тот усевает использовать воздушный круг и откинуть деревяшки, угрожающие его жизни. В итоге достаётся двум мечникам и одному алхимику, которые уже не встанут.

Попытка неудачная, но так даже интереснее, ведь всегда приятно побеждать сильного соперника. Клавиус, кстати, отходит подальше от места обрушения, и теперь пожар ему уже ничем не угрожает. Что ж, по крайней мере, этот очкастый хрен не усомнился в случайности произошедшего, ведь резкие порывы ветра в этих местах не такая уж и редкость.

Только я решаю поразмыслить об иных способах ликвидации этого умника, как происходит мощный взрыв. Большая часть крыши разлетается во все стороны, поджигая другие постройки. Чердак раскурочен, и я замечаю останки каких-то механизмов, представляющие собой металлический корпус и разбросанные части электродвигателей.

Возможно, это был лифт, ведь где ещё могут быть кристаллы электрума такой мощности? А взорвался именно такой кристалл, а может быть, и не один. Как бы то ни было, подобный исход мне на пользу. Даже Жора в одних штанах выбегает наружу, дабы посмотреть, что случилось.

Многие мечутся туда-сюда, кто-то кричит и зовёт на помощь, четверо алхимиков тушат пожар, но тот всё разрастается и разрастается. Вот уже и элитная Жорина сауна загорается…

Каменные стены по понятным причинам не горят, а вот ковры, мебель и другая утварь полыхают так, что я начинаю беспокоиться о своей скрытности. Решаю уйти подальше от огня и поближе к Клавиусу, благо тот стоит прямо под многовековой сосной.

Мне даже удаётся подслушать его разговор, ведь вокруг царит паника, и он вынужден кричать на подчинённых, чтобы те услышали. Получается разобрать не весь монолог, но суть я улавливаю: Клавиус собирается ехать в особняк семьи Вайт и просить их о помощи. Серафимы, специализирующиеся на водной алхимии, без труда смогут справиться с огнём.

Клавиус сам запрыгивает в повозку и натравляется к воротам. Его подчинённые не отстают и набиваются в другую «телегу». Лучшей возможности мне может не представиться, а поэтому я бегу по воздуху в сторону леса, чтобы срезать угол.

Риск, что меня заметят, велик, но приходится с этим мириться, ведь если мне не удастся перехватить Клавиуса на пути к Вайтам, то я не смогу определить, в какой повозке он вернётся. А поэтому я несусь со всех ног, перемещаясь прыжками, дабы сэкономить побольше маны.

В тот момент, когда ворота поместья открываются и две повозки выезжают на дорогу, я уже давно бегу над лесом. Сейчас мне нужно успеть к ближайшему повороту, ведь он самый крутой и именно там происходит большинство аварий.

Все повозки оснащены фарами, а поэтому мне легко удаётся отследить перемещение Клавиуса и его людей. Летят они так, будто на пожар… Но вроде бы я успеваю… Я должен успеть!

Подбегая к нужному повороту, я понимаю, что у меня в запасе всего секунд двадцать, а ещё нужно спуститься. Приходится использовать «Слайд», чтобы скатиться вниз по сжатому воздуху как на сноуборде. Хорошо, что в прошлой жизни я любил это дело, ведь в отсутствии снега, мне пришлось импровизировать. В итоге я частенько любил покататься с горы прямо по воздуху. Алхимия – штука полезная не только в быту, но и в развлекательных целях.

Скатываюсь к дороге и прячусь за пригорком. Слышу звук колёс, стучащих о брусчатку, и работу электромоторов на предельной мощности. Из-за поворота показываются фары, я рисую круг «Резака» и замираю в ожидании.

Первая повозка проезжает мимо меня. Нет сомнений, ею управляет именно Клавиус, а поэтому я целюсь в переднее левое колесо и запускаю полуметровую полосу воды. Она немного задевает правое колесо и разрезает левое, которое тут же упирается в брусчатку. Повозку разворачивает на сто восемьдесят градусов и опрокидывает на крышу. Инерции хватает, чтобы она продолжила движение и вылетела за ограждение.

Вторая повозка тормозит с характерным металлическим скрипом, едва успевая остановиться. Я пользуюсь кромешной темнотой и вновь поднимаюсь в воздух, нагло нарушая законы физики. Мне нужно убедиться, что Клавиус погиб и не зацепился за выступ в лучших традициях голливудских фильмов.

С такого расстояния ничего не видно, но добрые слуги Болтонов достают мощный фонарь и подсвечивают место падения повозки. Она упала на скалы, и от неё не осталось деталей больше баскетбольного мяча. Клавиуса вообще располовинило, ведь на остром выступе лежит только его верхняя часть, а нижнюю откинуло в море. Вот рыбы порадуются…

Подстроить несчастный случай – выполнено! Теперь можно возвращаться ко второй части квеста. Я спускаюсь в лес и бегу обратно к поместью Болтонов, но уже по земле, ибо мана может кончиться в любой момент.

Как-то даже жаль, что в этом мире нет никакого рода индикатора, который позволил бы отслеживать её запас. И только когда мана закончится, тогда-то ты и почувствуешь усталость. Учитель говорил, что в этот момент начинает расходоваться жизненная энергия, и заставлял тренироваться в поте лица, ибо только так можно значительно прокачать запас маны.

Это больно и тяжко, тебя натурально ломает! Говорят, что только роды могут сравниться по ощущениям с прокачкой запаса маны через использование жизненной энергии. Как несложно догадаться, хрупкие аристократики на такое идти не готовы, а поэтому их объём маны либо не растёт, либо делает это черепашьими темпами. И это ещё одно моё преимущество перед ними.

А восстанавливается она только с течением времени. Есть, конечно, определённые зелья, но у них страшные побочные эффекты, да и появляется привыкание. Сам я не пробовал, но видел, что происходит с людьми, которые их выпивали. Чаще всего их используют на фронте, ведь если ты так и так отправишься на тот свет, то можно выпить и забрать с собой как можно больше противников.

Тем временем я возвращаюсь к родовому гнезду Болтонов, и в этот же момент приезжает повозка со слугами, которые видели смерть Клавиуса. Я вновь забираюсь на сосну, которая находится в противоположном углу от пожарища, перекинувшегося уже на второе главное здание.

На улице находятся уже абсолютно все обитатели поместья, ибо в здравом уме никто бы не остался внутри помещений, которые могут вот-вот вспыхнуть. Я вглядываюсь в каждого человека, пытаюсь найти полурослика, но с передней стороны комплекса его нет, поэтому в лучших традициях Тарзана я меняю дерево.

Сауна Жоры полыхает едва ли не ярче основного комплекса. Последний тоже сильно пострадал, ведь огонь виден уже на верхних этажах. Великие огненные алхимики не могут справиться со своей любимой стихией, вот ведь ирония…

Все слуги заняты чем-то полезным, как минимум имитируют бурную деятельность, но только трое из них стоят у толстого ствола лиственницы и наблюдают за происходящим. Я приглядываюсь и замечаю у них мечи, а значит, это обычные слуги и никак не аристократы. Так почему же они филонят?

Переползаю на ту самую лиственницу и вижу небольшой чёрный комок, который они охраняют. Он похож на мешок с мусором, из которого торчит белая… Борода?! Это никакой не мешок, это тот самый полурослик, который лежит, свернувшись калачиком.

Попался, голубчик! Теперь надо придумать, как его выкрасть…

Ответ нахожу почти сразу. Спускаюсь на высоту третьего этажа и использую «Изменение Формы». Все трое проваливаются под землю, даже не успевая крикнуть или позвать на помощь. Теперь нужно лишь закинуть на плечо алхимика и свалить отсюда.

Не успеваю я ступить на землю, как он очухивается и начинает рыскать глазами. Замечаю на его руках специальные кандалы – это металлические перчатки, приваренные друг к другу и не позволяющие рисовать алхимические круги. Похоже, полурослика держат против его воли, что мне только на руку.

Или нет… Этот дебил бросается наутёк и бежит к пропасти. Я использую «Ступени» и несусь за ним. У меня получается догнать его только у самого края, и я рассчитываю подхватить бородатого и бодрого старика прямо там. Но не тут-то было, ведь он просто прыгает вниз, скорее всего, пытаясь покончить с собой.

– Идиот, сука… – бурчу я и прыгаю за ним.

Я вынужден убрать перед собой воздух, чтобы догнать карлика. Я хватаю его левой рукой за талию и рисую «Слайд». Метров за пятьдесят до воды мы начинаем скользить на огромной скорости, постепенно уменьшая угол спуска, дабы избежать сильных перегрузок.

Полурослик, видимо, думает, что вот-вот умрёт, и не открывает глаза. А я хочу использовать набранную скорость, чтобы вернуться наверх, но не всё так просто… Мана заканчивается, будь она неладна…

Подняться на полторы сотни метров я смогу, а вот нормально приземлиться далеко не факт. Мне приходится спикировать прямо на небольшой выступ, расположенный на высоте около семидесяти метров над водой.

Я не успеваю погасить инерцию, и мы врезаемся в скалу. Полурослику достаётся сильнее, ведь он ударяется головой и теряет сознание, а я бьюсь плечом и бедром – больно, но уже через пару часов никаких признаков столкновения не останется, спасибо демонической крови.

Алхимик нужен мне живым, а поэтому я вынужден использовать остатки маны, чтобы запустить процесс восстановления. Череп он не проломил, а поэтому жить будет. Тем более пульс и дыхание у него присутствуют. Можно сказать, что дело сделано, но для начала надо как-то подняться наверх.

Маны у меня больше нет, а жизненной энергии может не хватить на подъём, да и «Ступени» технически сложное заклинание, требующее концентрации. Придётся подождать хотя бы час, а лучше два…

Дабы не сидеть без дела, я снимаю со старика рубаху и рву её на три части. Одной связываю ноги, благо руки у него закованы, вторую использую в качестве кляпа, а третьей закрываю глаза. Не знаю, как сложится его дальнейшая судьба, а поэтому лучше, чтобы он не знал, как я выгляжу.

Кладу его подальше от обрыва, а сам усаживаюсь рядом. Можно выдохнуть и помедитировать, наслаждаясь тёплым морским бризом и шумом волн, бьющихся о скалы…

* * *

Проходит около двух часов, прежде чем я решаюсь на подъём. Дурнопахнущий полурослик со следами побоев по всему телу до сих пор не приходит в сознание, что меня радует. Беру его подмышку левой руки и использую «Ступени».

С дополнительным грузом подниматься сложнее, но мне выносливости не занимать, что позволяет забраться наверх меньше чем за три минуты. Мы попадаем на территорию Романовых, и я решаю идти пешком, дабы сохранить остатки маны на случай ЧП.

Пожар уже потушили, но из трёх главных зданий уцелело только одно, да и то не полностью. Даже боюсь представить, сколько золотых будет стоить восстановление такой бандуры. Но радует, что этот «несчастный случай» сыграет в мою пользу, когда Милиан будет оценить результаты моей работы.

Я бегу между высоким забором и кустарниками в сторону дороги. В какой-то момент слышу голос Елены:

– Вот здесь… Да-да, тут… Сильнее… Ещё сильнее! О-о-о-о, да… Роберто, ты просто золото…

Любопытство берёт верх, и я раздвигаю ближайший куст, чтобы посмотреть, чем эта блондиночка там занимается. Но увиденное меня разочаровывает… Я почему-то считал, что такие звуки могут быть связаны только с сексом, а на самом деле мускулистый мачо стоит позади сидящей на лавочке Елены и массирует её плечи. У всех свои хотелки…

Заканчиваю подглядывать и продолжаю движение в сторону дороги, минуя немногочисленных охранников. Нет пожара, нет и дополнительного освещения, что благотворно сказывается на моей скрытности.

Перемахиваю через железный забор, оглядываюсь по сторонам и перебегаю дорогу, пока есть возможность. Уже будучи в лесу, сменяю бег на обычный шаг и окидываю взглядом особняк Болтонов. Столько повозок в одном месте я давно не видел… Тут и полиция, и пожарные (алхимики с лицензиями пятого и шестого классов), и даже те самые Вайты, за которым поехал Клавиус. Их повозки легко узнать по небесно-голубому окрасу – ох уж эти серафимы…

Я выбираю направление и иду в сторону грунтовки, под которой закопана моя «машина». В этот момент полурослик начинает вошкаться, а потом и мычать. Пока мы не отошли достаточно далеко, снимать кляп я не собираюсь, а поэтому потерпит.

Прибавляю шаг и стараюсь не запнуться об коряги – в кромешной темноте сделать это проблематично. Путь до дороги занимает больше двадцати минут…

И только когда мы выходим на грунтовку, я вынимаю кляп и позволяю алхимику заговорить.

– Сейчас же поставь меня на землю и развяжи глаза! – требует он.

– Будешь говорить без разрешения, лишишься зубов, – хладнокровно выдаю я. – Как тебя зовут?

– Эдвард. Да поставь ты уже меня! – полурослик повышает голос.

– Не хочешь, по-хорошему… – вытягиваю его на одной руке, держа за шею, и несильно бью в челюсть.

– Нет, нет… Не надо… Я всё понял… – задыхаясь, верещит Эдвард. – Молчу…

– Ответишь на мои вопросы, и я тебя отпущу, – вновь беру его подмышку. – Как производится «соль»?

– Это очень сложный рецепт… – врать этот мелкий гном не умеет.

– Если ты будешь и дальше вешать мне лапшу на уши, то я закапаю тебя прямо здесь, ведь зачем мне полурослик, от которого нет пользы?

– Нужна настойка златоцветника, полынь и бермутова трава!

– И всё? Просто смешать? А в каких пропорциях?

– Нет, конечно! Если бы было всё так просто, то её мог бы производить каждый дурак! – негодует Эдвард. – Нужен дистиллят, кристаллизатор, специальная алхимическая колба и правильное заклинание.

– Заклинание? – останавливаюсь и ставлю его на землю. – Рисуй ногой.

– Но я…

– Быстро! – сквозь зубы цежу я.

– Хорошо… – он начинает шоркать босой ногой по земле, а я использую заклинание света, дабы разглядеть подробности. – Вот. Круг выглядит вот так.

– Создание предметов? – разглядываю неизвестные символы.

– Откуда ты знаешь? Люди же не владеют этой техникой?..

– Не твоего ума дела, – стираю круг и вновь подхватываю полурослика, надевая кляп. – Я узнал всё, что хотел. А теперь пора доставить тебя к новым хозяевам.

– М-ны… Кх… Пу… – Эдвард мычит и сопротивляется, но один удар по почкам утихомиривает его.

Теперь, по крайней мере, я знаю, как делается соль, но создать сам не смогу, ведь из пятнадцати символов мне знакомы только два. Да и сотворить заклинание, не зная его механики, попросту невозможно. А гномы не очень-то любят выдавать секреты своей расы.

Создание предметов – наука интересная, но чтобы стать в ней асом, то сперва нужно родиться полуросликом, затем состариться, обучаясь всю жизнь, и вот тогда ты выйдешь на достойный уровень. Иными словами, я бы хотел её освоить, но в самую последнюю очередь, уж точно после тёмной алхимии, к которой у меня лежит душа…

Я иду по дороге и ищу глазами зарубку, которую оставил недавно. С первого раза разглядеть её не получается, а поэтому приходится вернуться и повторить. Хожу туда-сюда я около четверти часа, прежде чем нахожу нужное дерево.

Кладу Эдварда на землю и выкапываю повозку. Она вся в земле, хотя я и пытался максимально спрессовать грунт, соорудив подобие гаража. Но ничего страшного, главное, что завелась. А доехать можно и на грязной, ведь мой маршрут лежит через лесопарковую зону, а не через основное шоссе.

Приходится сделать большой крюк по плохой дороге, но зато по пути мы не встречаем ни одного человек или повозку. Фары по понятным причинам я не включаю, поэтому скорость не превышает пятнадцати километров в час.

Кое-как мы доезжаем до брусчатки, ведущей к замку лорда. Судя по стонам лежащий на полу Эдвард не очень доволен поездкой, но тут ему не бизнес-класс, а эконом.

Здесь фары можно уже включать и набирать нормальную скорость. Так я и поступаю, ведь уже хочется поскорее закончить работу, принять горячую ванну и лечь спать…

Подъезжаю к КПП и говорю секретную фразу. Охранники тут же пропускают меня и даже подсказывают, как доехать до темницы, хотя я это и так знаю.

Не спеша еду по лесной дороге и стараюсь не врезаться в дерево. Рассвет уже через пару часов, и я так сильно устал, что даже демоническая выносливость начинает сбоить. Всё-таки день сегодня был крайне богатым на события: тут тебе и тренировка, и возня в Нижнем Городе, и достаточно сложный квест в Верхнем Городе. Надеюсь, меня не грохнут прямо сейчас, ибо маны кот наплакал…

Не знаю, хорошо это или плохо, но Грег встречает меня у темницы. Как он узнал? Кто-то из его людей побывал на пепелище, когда-то называемого родовым гнездом Болтонов? Скорее всего.

Я останавливаюсь прямо пред ним и вытаскиваю из повозки Эдварда.

– Получите, распишетесь.

– Ну ты даёшь… – Грег хлопает в ладоши. – Моё почтение… Я вообще не был уверен, что ты справишься, но чтобы так быстро… Ты умеешь приятно удивить.

– Сказано – сделано, – с гордостью произношу я.

– Уведите его! – Грег показывает на полурослика, и стража уносит его в темницу. – Думаю, господин Милиан будет доволен твоими успехами.

– Думаете? Или вы в этом уверены? – уточняю я.

– Лорд уже осведомлён о случившемся. Но пожар?..

– Нужно было как-то отвлечь внимание и выманить их наружу.

– Умно. Сказать по правде, Болтоны в шоке от случившегося… – Грег садится на ступени повозки. – Ладно Клавиус – с ним всё понятно. Работа филигранная, вопросов нет. Но вот алхимик – это что-то с чем-то. Мне доложили, что Жерар считает его мёртвым. Говорят, сбросился с обрыва.

– Так и было, – я киваю.

– Чего? Как это?

– Долгая история, – устало вздыхаю. – Да и не хочется раскрывать всех секретов. Главное, что работа сделана.

– И сделана на отлично.

– Значит, господин Милиан сдержит обещание и выделит мне поместье? – вежливо спрашиваю я.

– Да. Конечно, не в верхнем районе, но тоже неплохое.

– Кого-то выселят?

– Нет, оно уже давно пустует. Ты же помнишь недавний бунт?

– Да не… Хотите сказать, что мне достанется особняк Гилмортов?

– Он самый, – Грег вопросительно смотрит на меня. – А есть какие-то проблемы?

– Нет, ну что вы… Просто ирония… Ванесса Гилморт наверняка будет в ярости, когда узнает.

– А-а-а, вот оно что. Ну, это уже твои проблемы, – Грег пожимает мне руку и идёт в темницу. – Спасибо за работу.

– Один момент, – окликаю его я. – А что по срокам? Когда я смогу переселиться?

– Думаю, завтра к полудню вопрос будет решён. Приезжай, заодно и Мелису потренируешь.

– Кстати об этом… Можно у вас неприметную повозку позаимствовать? А то на этой… – отрываю кусок грунта, прилипший к колесу. – Как-то не очень.

– Сейчас я занят, но завтра что-нибудь придумаем.

– Договорились.

Я при помощи алхимии смываю всю грязь с повозки, дабы меня без вопросов пропустили на выезде из Верхнего Города, сажусь и еду домой. Пора заслуженно отдохнуть, ведь завтра будет много дел. Наверное, продам старый особняк, а Бена и Лизу заберу в новый. И скорее всего, мне понадобятся дополнительные слуги…

Глава 20. Новые соседи

Вчера перед сном я попросил Бена перекрасить полицейскую повозку в чёрный цвет, дабы поутру у соседей не возникли лишние вопросы. Её я планирую оставить себе и использовать в тех случаях, когда мне нужно будет смешаться с толпой и не привлекать внимания. А вот ту, которую выдаст мне Грег, я покрашу в красный – таких в городе почти нет. Почему красный? Я ведь наполовину демон, как-никак.

Так как лёг я слишком поздно, то первая попытка Бена меня разбудить заканчивается неудачей, а вот моя отмазка про «ещё пять минуточек» срабатывает на ура. Однако во второй раз он уже не отстаёт, ибо меня ожидает экипаж, присланный Майерсами.

Я по-быстрому принимаю ванну, закидываю в рот первое, что попадается под руку, и уезжаю тренировать Мелису. Но сегодня меня больше интересует передача документов на особняк… Даже интересно, что напишет Милиан в своём указе, ибо должна быть причина, чтобы распорядиться городской собственностью. Хотя бы формальная – так, скорее всего, и будет в моём случае.

Конечно, я до сих держу в голове, что присланный водитель может свернуть не туда или в тупую напасть на меня. Да что уж там говорить, расслабляюсь я только в ванне, а всё остальное время нахожусь начеку. В прошлой жизни я не мог представить, что буду так сильно напрягаться каждый день, но здесь это жизненно необходимо.

Меня отвозят к домику у озера и высаживают. Мелисы ещё нет, зато есть доспех без одной перчатки, который даже не упал от сильного ветра. И раз уж делать нечего, я начинаю тренироваться: давно не подтягивался, а поэтому нахожу подходящую ветку и приступаю к упражнениям.

Пока мучаю ни в чём не повинное дерево, рассуждаю о решениях, которые должен принять Милиан. Жаль, что меня не допускают до решения государственных вопросов, а поэтому приходится довольствоваться малым и строить догадки.

Скорее всего, теперь ни о какой свадьбе и речи идти не может, вот ведь Мелиса обрадуется. Болтоны ещё нескоро восстановятся, а без Эдварда у них пропадает рычаг давление на лорда. Поэтому дело за малым: выиграть суд и отнять у них всё, что было нажито.

Ясное дело, что самих Болтонов такой расклад не устраивает, и они наверняка затеют какую-то гадость. Милиан, в свою очередь, должен предвидеть этот ход и нейтрализовать угрозу. Неясно, чем закончится это противостояние, но мне нужно выведать как можно больше информации.

И подъезжающая Мелиса мне в этом поможет. Я спрыгиваю на землю, а она выходит из своей дорогущей повозки и идёт в мою сторону с опущенной головой. Позолоченная карета уезжает, оставляя нас наедине.

– Ты чего нос повесила? – стараюсь хоть немного разрядить напряжённую обстановку.

– Всё нормально, – холодно бросает она и встаёт напротив доспехов. – Опять «Пепел»?

– Он самый.

– Как скажешь, – Мелисы даже не в печали, это похоже на отчаяние.

– Тебе ведь радоваться надо, чего грустишь?

– Радоваться? – она одаривает меня недоумённым взглядом.

– Слышал вчера про поместье Болтонов… – жду её реакции, но Мелиса не проявляет никаких эмоций. – Видимо, свадьба переносится?

– Ага, конечно, – на её лице появляется хорошо контролируемая злоба.

– Разве нет? – продолжаю выпытывать нужную мне информацию.

– Пепел! Пепел! Пе-е-е-е-пе-е-е-ел!!! – кричит во всё горло Мелиса.

– О-о-о… Цвет изменился… – удивляюсь я. – Сейчас доспех нагрет примерно до шестисот градусов.

– Ага, – она прямо в платье садится на траву и закрывает голову руками, чтобы я не видел её лица. – Хоть что-то получается так, как я хочу…

– Что случилось? Можешь рассказать, я никому не скажу, обещаю, – делаю голос мягче и дружелюбнее. – Всегда лучше выговориться, ведь так станет легче.

– Я знаю, что это был ты… – шепчет Мелиса.

– Эм… А конкретнее? Тот, кто получил титул самого привлекательного мужчины Островного Королевства? Да, это был я, – пытаюсь перевести всё в шутку.

– Болтоны – это твоих рук дело, – без тени сомнений озвучивает она.

– Интересное предположение, но ты ошибаешься, – страхуюсь на тот случай, если она берёт меня на понт и лишь строит догадки.

– Я подслушала разговор отца! – заявляет Мелиса. – А знаешь, почему я это сделала?! А?!

– И почему же?

– Да потому что после всего случившегося он всё равно выдаёт меня замуж за этот потный кусок свиного жира! – её истерика набирает обороты. – Я не могла понять, почему мы что-то должны Болтонам, потому и подслушала…

– И что ты узнала? – я немного в шоке от услышанного и не могу понять, с какой стати лорд принял такое решение. – И почему же ты всё равно выходишь замуж?

– А этого я не знаю! Зато узнала, какой хороший убийца у нас появился, и особняк спалил, и Клавиуса убил, и какого-то алхимика выкрал! Умничка… О тебе они, значит, говорили, а про свадьбу ни слова… Как так? Разве это не такая важная тема?!

– А почему ты не спросишь у отца напрямую?

– Ты думаешь, я не спрашивала?! – она кричит и хнычет одновременно. – Он ничего не говорит. Вообще ничего! Как будто я какая-то служанка, которую не нужно посвящать в свои планы…

– Не знаю, что у твоего отца на уме, но я уверен, что брака не будет.

– На вторник уже назначена помолвка! – отрезает Мелиса. – А свадьба в субботу…

– Мелиса, – кладу руку её на плечо. – Не нужно так убиваться, ведь далеко не факт, что Жора доживёт до свадьбы.

– Что?.. Ты убьёшь его? – в голосе Мелисы появляется надежда.

– Если на то будет воля твоего отца, то он умрёт уже сегодня, – набираю воздуха в грудь и занимаю максимально горделивую позу.

– Опять отец… А если он будет против?

– Тогда никак, – пожимаю плечами.

– Но… А что если… – она сглатывает огромный комок слюней. – А что если я найму тебя и попрошу убить Жержиониуса?

– Помочь красивой девушке мне несложно, но если я исполню твою просьбу, то окажусь на виселице. Твой отец боится, что ему придётся отвечать перед королём за истребление Болтонов, и как наследница ты должна это понимать.

– Как наследница… – шепчет Мелиса. – И почему меня угораздило родиться девушкой? За что мне всё это?

– Тебя же никто не заставляет спать с ним уже в первую ночь после свадьбы. А со временем всякое может произойти, – сажусь рядом с ней. – До всех этих событий твой отец считал Болтонов выгодными союзниками, но в текущих реалиях они как заноза в заднице. И я уверен почти на сто процентов, что твой папаня готовит что-то крупное. В данный момент он не может просто забрать имущество Болтонов, но наверняка есть какие-то хитрости, и частью этой игры должна стать ваша свадьба, если до неё вообще дойдёт.

– Ой не знаю, не знаю… – она тяжело вздыхает. – Ты ведь так говоришь, только чтобы меня успокоить?

– Отнюдь. Я человек неглупый и вижу картину происходящего, хоть и не целиком. Твой отец сейчас находится в крайне выгодном положении, и ему нет смысла отдавать свою дочь за толстого Жору. Я бы на его месте подыскал тебе более подходящую пару… Кто там следующие по влиянию, после Болтонов?

– Романовы.

– Оу… Ну… К несчастью, однополые браки у нас не приветствуются, – я смеюсь и хлопаю Мелису по спине. – Так что ходить тебе в девках ещё долго.

– Как же всё это сложно, ты даже не представляешь. Иногда хочется просто сбежать ото всех и жить где-нибудь на материке в скромной, но уютной хижине, – Мелиса кладёт голову мне на плечо. – Скажи, Рей, а о чём ты мечтаешь?

– Жить как король в своё удовольствие и ничего не делать. Хочется самому решать, чем заняться в тот или иной день. Чтобы не нужно было куда-то бежать, думать о деньгах и в целом переживать за своё благосостояние. Ну и вид чтобы из окна был шикарным, как у твоего отца, например. Проснуться после полудня, выйти на балкон и пригубить стопочку вискаря, а потом услышать ненасытные стоны близняшек, нежащихся в моей постели…

– Извращенец! – Мелиса отстраняется от меня и поднимается на ноги. – Все вы мужики одинаковые…

– Ой, ой… Простите, простите, госпожа недотрога, – делаю виноватое лицо. – Как я мог говорить о таких вещах в вашем присутствии… Ужас, ужас…

– Давай заниматься, – она отворачивает голову, чтобы я не заметил её розовеющих щёк.

– Сексом? – едва сдерживаю смех.

– Рей! – грозно бурчит она. – Я тебе не за интимные услуги плачу!

– Оно и понятно, ведь у вашей семьи не хватило бы денег, чтобы нанять такого красавчика, как я, – ложусь на траву и занимаю максимально сексуальную позу.

– Хватит меня смущать! – требует Мелиса. – Мы сюда не за этим пришли!

– А чего тогда стоишь? Тренируйся, – показываю на остывший доспех. – И кстати, а твоя матушка и правда не покидает территорию замка?

– А это тебе ещё зачем? М-м-м? – такой взгляд, полный подозрения, нужно ещё поискать.

– Просто интересно, – мило улыбаюсь.

– Не выходит. Так что даже не думай о том, что у вас мужиков там на уме… – Мелиса грозит мне пальцем. – Знаешь, скольких желающих отец уже повесил? Нет? Я уже сбилась со счёта.

– Мне вот интересно, а почему лорд перерезал всех полукровок и простил супругу?

– Ну… – по глазам вижу, что она знает, но не хочет говорить.

– Ну-у-у-у? Давай же, рассказывай, – делаю вид, что зашиваю себе рот. – Никто не узнает, обещаю.

– Однажды я спросила его об этом… – голос Мелисы становится тише. – Он сказал, что таких девушек больше нет…

– И как это понимать?

– Он назвал её богиней, одной на миллиард, – признаётся она.

– То есть другой такой найти он уже не сможет, а поэтому смирился с изменой и не стал наказывать?

– Вроде того, – Мелиса кивает.

– Что же она такое умеет… – размышляю вслух.

– Рей! Ты сейчас о моей матери говоришь! Постыдился бы! – негодует Мелиса.

– Я перед тобой голым ходил, о каком стыде может идти речь? – наступает недолгое молчание. – А тебя она каким-то премудростям обучила?

– Рей…

– Ну просто интересно, я же не прошу рассказать подробности.

– Мама сказала, что когда придёт время, она поделится со мной своими секретами… Я говорила, что мне это не нужно, но она настаивала, что любого мужчину надо держать на коротком поводке и использовать для этого всё, что дала тебе природа.

– Ты бы мамку слушала, правильные вещи говорит, – я принимаю упор лёжа и начинаю отжиматься. – А ты, получается, тоже будешь молодой до самой старости?

– Наверное, – Мелиса пожимает плечами. – Мама сказала, что это мы узнаем только после тридцати.

– Везет тебе, что я могу ещё сказать.

– Ага, вот выйду замуж за этого жирдяя, а потом выйду в окно… Лучше умереть чистой, чем отдаться свинье, – Мелиса вновь переходит на шёпот.

– Тренируйся давай, хватит думать о том, что не произойдёт, – по-учительски требую я. – Время уходит, а мне сегодня ещё ключи от нового поместья получать…

– Пепел! Пепел! – Мелиса приступает к нагреву доспехов. – А я, кстати, никогда бы не подумала, что ты у нас наёмный убийца.

– Убийца? Я тебя умоляю… – из моей груди вырываются надменные смешки. – Убийц полно, а я специалист иного уровня. Ведь если бы Болтонов нужно было бы убить, то могли отправить любого дурочка с лицензией первого класса. Может быть, даже второго. Мне по силам выполнить работу практически любой сложности. Я могу быть кем угодно: шпионом, жиголо, убийцей, фокусником и даже учителем…

– Кстати, а почему ты пошёл в академию? Только за лицензией и деньгами?

– Ага, – приходится соврать. – Если бы меня не взяли учителем, то сидел бы вместе с тобой за партой и получал халявные пять золотых в месяц.

– Я вообще не понимаю, как Блейн взял тебя учителем… У тебя же ни опыта, ни рекомендаций, ни лицензии – вообще ничего нет.

– Всё дело в моём учителе. Он обладает такой аурой… Сложно передать словами… Но суть вот в чём: Странствующий Алхимик видит людей насквозь. Буквально! И если он берёт тебя в ученики – это означает, что в тебе скрыт огромный потенциал. Однако учитель хитёр и не говорит об этом напрямую. Даже проверить ману – это была моя инициатива. Его по праву можно назвать «Странным Алхимиком», скрывающим свои истинные мотивы.

– Но как это относится к моему вопросу? – Мелиса хмурится.

– Тут дело в солидарности. Блейн тоже учился у него и остановился на определённой ступени. Я же вбежал на самый верх. И директор это увидел на вступительном испытании.

– На самый верх? Хочешь сказать, ты сильнее всех? – она вскидывает бровь и смотрит на меня, как на балабола.

– Если брать исключительно боевую алхимию элементов, то вряд ли найдётся тот, кому я проиграю. Возможно, учителю, но то такое. Однако алхимия – это неизведанная наука. К примеру, мы почти ничего не знает о тёмной алхимии, а она намного сильнее любой другой, если речь идёт о сражении.

– Намного сильнее? Но почему тогда мы её не изучаем?

– Вопрос хороший, но я не уверен, что ты хочешь знать ответ.

– Почему?..

– Тёмная алхимия использует не ману, а жизненную силу владельца, насколько мне известно.

– И что в этом такого?..

– Почему алхимиков так мало? Потому что мана есть у избранных. А что будет, если каждый сможет использовать заклинания, забирающие его собственную жизнь?

– Начнётся хаос…

– Вот именно. Потому-то она и находится под запретом, – печаль завладевает моим лицом. – Да и пользователей днём с огнём не слышишь, про литературу я вообще молчу…

– Так вот зачем тебе нужен Кровавый Алхимик… – она приоткрывает рот от удивления.

– Раз уж ты поделилась со мной секретами, то я отвечу взаимностью. Я найду его и буду пытать до тех пор, пока он не расскажет всё, что знает… – думаю, сказать ли следующую фразу. – Если честно, сперва я подозревал твоего отца, а затем и мать, когда увидел её.

– Чего?! – Мелиса даже не пытается скрыть возмущение. – Моих родителей?

– Ну батя у тебя тот ещё душегуб, а матушка выглядит крайне неестественно… – делюсь подозрениями.

– Тут ты ошибаешься, – твёрдо заявляет Мелиса. – Я не один раз сидела на семейном ужине в полнолуние. И папа, и мама находились рядом со мной, поэтому они просто не могут быть тем маньяком. Уж поверь мне.

– Хм… Немного даже жаль, ведь мне придётся искать новых подозреваемых.

– Ты уж постарайся, а мою семью не трогай! – её глаза блестят от злости. – Мы никак не связаны с этим монстром!

– Верю, верю, – поднимаю руки перед собой в качестве подтверждения своих слов. – Занимайся давай, чего стоишь без дела?

– Иногда с тобой очень интересно, Рей, а иногда ты меня бесишь… – шепчет Мелиса и поворачивается к доспеху. – Пепел! Пепел! Пепел…

Смотря я на неё и понимаю, как же тяжело быть наследницей лорда. С одной стороны, у тебя столько возможностей, но с другой, обязанности не дают спокойно вздохнуть. Живёт себе живёшь и хлоп, тебе уже надо выходить замуж за Жорика, любителя гаремов.

Однако в разговоре с Мелисой я был искренен, ведь не считаю, что Милиан хочет выдать её замуж за Болтона. И тут возникает ряд вопросов: что они задумали, какими будут последствия, и станут ли привлекать меня. Когда я шёл на сделку с Милианом, то прекрасно понимал, что одной просьбой всё не ограничится. Из этого бизнеса можно выйти только вперёд ногами.

Но если лорд и правда выдаст мне особняк, то более смачным пирогом заманить меня он уже не сможет. Ведь что Милиан может мне предложить? Любое официальное назначение на должность или, не дай бог, выдача благословения снизит его авторитет, ведь в таком случае он будет непоследовательным в своих убеждениях, выдавая плюшки безродному полукровке.

Сказать по правде, я делал ставку на то, что лорд кинет мне какую-нибудь кость в виде пары сотен золотых, взамен особняка. Типа: забирай, пока дают, а будешь вякать, получишь по зубам. Если бы Милиан поступил таким образом, то я вполне мог бы обратиться к конкурентам, либо же подстроить его собственную смерть и «присесть на ухо» Мелисе. Как ни крути, а несчастные случаи – это мой конёк.

Наша тренировка постепенно подходит к концу, в итоге Мелисе удаётся раскалить металл примерно до девятисот градусов. Но у неё уже и мана заканчивается, да и повозки подъезжают. Причём сразу две: одна для наследницы, другая для меня.

Я сообщаю Мелисе, что следующее групповое занятие с нашей командой планирую провести во вторник утром, но она говорит, что не придёт, так как ей надо готовиться к помолвке. Указывать ей я не могу, а поэтому приходится согласиться и запрыгнуть в свою повозку.

Водитель не спрашивает, куда меня везти, и молча едет по грунтовой дороге. Я же продолжаю бдеть и пытаюсь вспомнить, что мне известно про предварительную церемонию бракосочетания, называемую помолвкой.

Обычно всё происходит так: влиятельные папаши договариваются между собой, затем организовывают помолвку, а потом играют свадьбу. Чаще всего между этими событиями проходят месяца, ведь ко второму и третьему мероприятию нужно подготовиться. А в этот раз всё делается слишком быстро…

Сама же помолвка – это официальное подтверждение намерений. И если она проходит успешно, то формально брак считается заключённым, и остаётся только выбрать место и организовать пышную свадьбу всем холопам на зависть.

Отсюда следует вывод, что после помолвки только смерть может разлучить влюблённых. Но всё равно остаётся непонятным, что затеял Милиан. Возможно, планируется дуэль между ним и Жераром… Последний хоть и не блещет умом, но по части боевой алхимии его нельзя назвать слабаком, а поэтому ещё неясно, кто победит.

Также нельзя исключать вероятность, что ослабленные Болтоны приняли капитуляцию и готовы передать большую часть своего имущества лорду Милиану. Деньги и предприятия в этом мире значат едва ли не больше, чем честное имя. Тогда понятно, почему лорд так торопится – дабы рыбка не сорвалась с крючка.

Теоретически можно допустить, что Майерс закроет глаза на подковёрные игры и затеянный бунт, но тогда Болтоны останутся с голой жопой. Нет, конечно, великодушный лорд оставит им парочку заводов и пароходов, чтобы тем хватало на жизнь, но не более.

В такой ситуации Жора оказывается в роли заложника, а точнее, задатка. Дабы у Болтонов не было повода нарушать договорённости. Если и дальше развивать эту мысль, то на ум приходит королевский пакт, позволяющий в случае смерти наследника, который находится в браке и не родил ребёнка, передать право владение его самому близкому родственнику, а не супругу. Иными словами, можно подписать договор, по которому в случае смерти Мелисы, всё имущество Майерсов перейдёт её брату, а не Жоре.

Уж не знаю, как сильно Милиан прогнул Жерара, но всё может быть. Однако не стоит сбрасывать Болтонов со счетов, ведь они могут и усомниться в случайности произошедшего вчерашней ночью. Втайне от Майерсов Жерар может готовить хитрый ход конём, который позволит отомстить и завладеть имуществом оппонента.

Меня в эти подковёрные интриги не просвещают, а поэтому приходится гадать. Худшим раскладом для меня будет смерть Мелисы, остальные розыгрыши меня вполне устраивают. Что кончина Милиан, что Жерара или Жоры, мне всё равно, кто останется наверху, ведь если моя розововолосая девочка будет жива, то я без проблем проведу пешку в ферзи.

Сейчас главное – не показывать свои чрезмерные амбиции, дабы лорд не подумал, что я хочу его подсидеть. Именно поэтому во всех разговорах с ним я апеллирую к свободе и жизни в достатке, но никак не к власти. Держателю этой самой власти ни в коем случае нельзя давать понять, что ты хочешь откусить кусочек. Не зря же говорят, что любая власть в первую очередь старается сохранить саму себя.

Пока я размышляю, водитель довозит нас до подземного гаража, где меня уже ожидает Грег. Выглядит он на редкость довольным, хотя обычно эмоции на его лице – это непозволительная роскошь.

– Приветствую, – я выхожу из повозки.

– Ну что, я тебя поздравляю, – говорит он и протягивает свёрнутый папирус с печатью лорда. – Теперь ты официальный владелец имущества в Верхнем Городе.

– Так-так… И что тут у нас написано? – начинаю читать вслух. – За выдающиеся успехи в сфере преподавания и бла-бла-бла… Ха-ха-ха! Значит, я теперь великий преподаватель? Так представляться соседям?

– Ну а как ты хотел? Что придумали, то придумали. И если когда-то вскроется факт того, что ты обучаешь госпожу Мелису, то у лорда будет отговорка, мол ты лучший из лучших.

– Спасибо за тёплые слова. А что насчёт повозки? – осматриваю десятки однотипных «машин» серого цвета.

– Можешь взять вон ту, – он показывает на повозку, стоящую у стены. – Ей как раз только вчера колёса поменяли.

– А они случаем не отвалятся на повороте? – я ехидно хихикаю, намекая на возможную мою ликвидацию посредством несчастного случая. – А то говорят, что нынче по дорогам ездить опасно… Повозки иногда вылетают на поворотах…

– А ты не гоняй, – мне удаётся выманить из Грега пару смешков. – И это ещё не всё. Дабы ты не опозорился в первый же день и не запятнал честь господина Милиана, он распорядился выслать слуг, которые приведут дом и окружающую территорию в порядок. Думаю, к вечеру они уже закончат.

– Что ж, передай мою благодарность господину Милиану, а то я уже начал думать, сколько же будет стоить восстановление особняка Гилмортов, который стоял без дела несколько лет.

– Кстати о деньгах, – Грег передаёт мне увесистый мешочек с монетами. – Тут две сотни золотых – эдакий бонус за отлично выполненную работу. Горело так, что даже сам господин Милиан восхищался устроенным тобой пожарищем. А он у нас любит всё, что связано с огнём.

– А вот это действительно хороший подгон! – показываю большой палец.

– Настоятельно рекомендую нанять слуг и оплатить налоги. А там и на пекарню останется, так что господин тебе более ничего не должен, – Грег протягивает руку, как бы намекая, что мне пора сваливать.

– Ещё раз спасибо, – пожимаю её и продолжаю держать. – Но позвольте прояснить один момент…

– Ну что ещё? – доброжелательность с его лица как рукой снимает.

– Госпожа Мелиса рассказала, что намечается помолвка… – говорю шёпотом.

– И что с того?

– Насколько я понимаю, вы планируете кое-какое мероприятие…

– Это уже не твои проблемы, – отрезает Грег. – Ты получил, что просил, так что свободен.

– Я человек инициативный и не против поучаствовать в подобного рода делах, конечно, за определённое вознаграждение…

– Если господин Милиан решит, что ему нужны твои услуги, то я лично тебе об этом сообщу. Но до того момента, не лезь в это дело. Ты меня понял? – Грег тыкает пальцем мне в грудь и смотрит исподлобья.

– Я не настолько глуп, чтобы мешать вам и господину Милиану, – махаю перед собой руками, показываю своё неучастие. – Что ж, тогда буду ждать вашего визита.

– Езжай уже отсюда, – недовольно бурчит Грег. – В поместье найди Альберта – он там за главного. Покажешь ему бумаги и можешь высказать пожелания по дооснащению владений. Господин Милиан оплатит, но в пределах разумного.

– Всё понял, – я киваю и сажусь в свою новую повозку. – До скорой встречи.

Многозначительно улыбаюсь и выезжаю из гаража. Забавно, что именно я сижу за рулём… Полукровка, рассекающий по территории замка Майерсов, – это что-то новое. Но скорее всего, Грег понимает, что со мной проблем не будет, раз позволяет покинуть владения без сопровождения. В таком темпе мне и приезжать по своему усмотрению разрешат… Но на самом деле это лишь мечты. Причём несбыточные в ближайшей перспективе.

Я выезжаю за забор и не спеша еду мимо дорогих особняков и дворцов. Проезжаю имение Болтонов – там уже начали восстанавливать крышу. Одно из трёх зданий выгорело полностью, второе наполовину, а у третьего только крыша. Чтобы всё сделать так, как было сутки назад, понадобится не одна тысяча золотых, а может, и не десять тысяч, ведь кто знает, какие произведения искусства висели внутри. Но самое забавное, что от Жориной бани остались только голые стены, ведь внутри она была выполнена из дерева. Где он теперь будет забавляться со своим гаремом – непонятно.

Да и хрен бы с ними, главное, что меня не заметили. Пусть теперь думают, случайность это была или нет, мне всё равно, ведь лорд Милиан никогда не признается в содеянном даже под страхом смерти. И раз уж от меня не избавились, то жить мне долго и счастливо. Правда, на поворотах нужно быть осторожнее, а то не дай бог, новое колесо реально отвалится…

Я доезжаю до нужного поместья и паркуюсь прямо на обочине, ибо ворота закрыты. На территории трёхэтажного особняка, выполненного в форме буквы «П», копошатся алхимики-садовники, которые восстанавливают кустарники и деревья. Прямо возле входа находится пятиметровая куча мусора – это старая и пыльная мебель, да другие элементы интерьера. Похоже, лорд Милиан распорядился полностью вычистить особняк.

Также на территории находятся две другие постройки, одну их них я планирую отдать слугам, а вторую переделать в пекарню. Деньги есть, а поэтому проблем с обустройством возникнуть не должно.

– Полукровка! – слышу детский голос. – Полукровка! Полукровка! Демон!

За соседним забором стоит маленький мальчик лет пяти. У него ярко-голубые глаза, бледная кожа и характерные выпуклости на спине. Сомнений нет, в двух десятках метров от меня стоит чистокровный серафим. Да и это понятно, ведь я теперь живу по соседству с Вайтами.

– Полукровка! – он показывает на меня пальцем.

– Не стоит здесь играть, – пожилая служанка подхватывает его и относит подальше.

Взгляд у неё такой, будто я собираюсь съесть невоспитанного юнца. Может показаться, что у меня будут проблемы с социализацией в этом районе, но на самом деле здесь действуют неписаные правила этикета. И я не нисколько не удивлюсь, если уже сегодня вечером, в крайнем случае завтра, Вайты заглянуть в гости и принесут извинения. Возможно, они продолжат меня ненавидеть, но даже если так, этикет никто не отменял.

Я использую «Ступени» и перемахиваю через ограждение. Садовники смотрят на меня с подозрением, но не решаются что-либо сказать.

Хрен знает, где искать этого Альберта, а поэтому я решаюсь на эффектное появление: попросту сжигаю кучу мусора, который всё равно подлежит утилизации. Зато такой ход позволяет выманить на улицу почти всех рабочих.

– Где мне найти Альберта?! – громко спрашиваю я.

– Вы Рей?.. – интересуется невысокий старичок в дорогом костюме.

– Он самый, – иду ему навстречу. – Хоть бы ворота открыли…

– Простите, но мы не ждали вас так рано, – оправдывается он. – Вы, нарванное, желаете осмотреть своё имение?

– Не только осмотреть, но и выбрать подходящий интерьер.

– Конечно, прошу за мной.

Когда слуги понимают, что домина принадлежит мне, на их лицах появляется недоумение, а затем зависть. Оно и понятно, ведь простолюдин, работающий на полукровку, это всё равно что белый будет стричь газон у чёрного где-нибудь в Техасе лет сто назад. Разрыв шаблонов, так сказать. Я у мамы натуральный Джанго, ибо, как и тот ниггер, беру заказы на отстрел белых.

Альберт показывает мне дом, и я довольно быстро определяю, где будет моя спальня: просторная комната с балконом, выходящим на запад. А на западе у нас океан и чарующие закаты… Уже представляю, как вечером буду наслаждаться прекрасным видом.

По дороге мы согласовываем цвет отделки и мебели, а также материалы. Я останавливаюсь на светлых оттенках без акцента на золоте и других цыганских приколах. Делаю особый акцент на кровати – она должна быть большой, дабы при необходимости на ней мог разместиться целый гарем…

Домик для прислуги будет выполнен в тех же тонах, дабы простолюдины не чувствовали себя угнетёнными и работали в полную силу. А вот с пекарней не всё так просто, но я уговариваю Альберта включить её переделку в общий бюджет, ибо Милиан обещал мне гребную пекарню!

Почему я так на ней зацикливаюсь? У тех, кто попробовал Лизины печенья, этот вопросы бы никогда не возник. Она настоящий кулинарный гений, а это значит, что можно будет создать «лакшери» бренд и толкать её творения среди соседей за большие бабки. Я уверен на все сто сорок шесть процентов, что они будут разлетаться, как горячие пирожки.

Когда мы окончательно согласовываем ремонт и переоборудование пекарни, я прошу насадить карликовых деревьев с пышными кронами, дабы отделить подъездную дорожку от остальной территории. Ещё мне нужны будут высокие кустарники в качестве дополнительного ограждения – не хочется, чтобы тот мелкий серафим или кто-то ещё глазел на меня, пока я тренируюсь. А закрываться забором как Болтоны – это не комильфо.

Альберт говорит, что основные работы они закончат уже до заката, всю базовую мебель в самые нужные комнаты они поставят сегодня. Остальное довезут завтра, а вот пекарня откроется не раньше, чем через несколько дней.

Я даю добро и покидаю территорию своего нового поместья. Внутри оно гораздо больше, чем кажется снаружи. Навскидку я бы оценил его в две или даже две с половиной тысячи квадратных метров, расположенных на трёх этажах. В таких хоромах я ещё не бывал, если, конечно, не считать замок Майерсов, но и там я был проездом. А теперь у меня есть собственный маленький дворец…

Одна крохотная мечта уже сбылась, но то ли ещё будет?

Сажусь в повозку и еду в свой теперь уже старый дом, чтобы обрадовать Бена с Лизой и выставить ту халупу на продажу. Вот риелтор обрадуется, когда меня увидит.

На выезде из Верхнего Города меня останавливает охрана. Я показываю документы на владение имуществом и беспрепятственно проезжаю дальше. Нужно будет как можно скорее покрасить повозку в красный, дабы и молва разлетелась, и тормозить меня перестали. Однако в первое время придётся доказывать, что я не тварь дрожащая, а право имею.

Возвращаюсь домой и первым делом приступаю к обеду. Сейчас нужно поговорить с Беном и узнать, какие обязанности он сможет на себя взять в новом поместье. Ещё нужно будет вместе с ним съездить в школу, где обучают элитных слуг, которые будут знать этикет и другие вещи, необходимые при общении в высших кругах.

Однако сперва нужно решить другой вопрос… Хотя это стоило сделать намного раньше.

– Слушай, Лиза, а расскажи… То есть напиши рецепт своего печенья, – уплетая стейк, прошу я.

– Вот, доча, возьми, – Бен отдаёт ей лист бумаги и карандаш.

Девушка садится напротив меня и начинает перечислять ингредиенты, необходимые для приготовления её божественного печенья. Я краем глаза вижу, что именно она пишет, а затем забираю листок и говорю:

– Серьёзно?! Это и есть твой секретный ингредиент?! – Лиза кивает. – Никогда бы не подумал, что такой вкус печенью придаёт именно…

Глава 21. Секрет молчаливого кондитера

– Бермутова трава… Из неё же готовят яд от насекомых и паразитов? – вспоминаю слова Эдварда и рецепт приготовления «соли». – Что-то часто эта трава стала мелькать в моём информационном поле… Лиза, разве настойка из бермутовой травы не опасна для человека?

– Если позволите, господин Рей, я поясню, – вклинивается Бен, стоящий рядом со мной. – Вы правы, обычно из этой травы делают яд, но при правильной обработке она превращается в безопасную эссенцию, которую моя дочь и добавляет в печенье вместо воды. Этой технике её обучила покойная матушка…

– То есть если во время готовки что-то пойдёт не так, то получится отрава? – вопросительно смотрю на Лизу, а она кивает. – Никогда бы не подумал, что яд может дать такой восхитительный вкус…

– Разгадка на самом деле проста, ведь если съесть бермутову траву, то сперва начнутся галлюцинации, а затем остановится дыхание, – поясняет Бен. – Её сок действует на мозг и нервную систему человека, а это позволяет эссенции обходить вкусовые рецепторы и мгновенно воздействовать на сам мозг. Другими словами, такой вкус – это не что иное, как иллюзия. Очень приятная и правдоподобная, но всё же иллюзия.

– Погоди… Получается, эту эссенцию можно не только в печенье добавлять?

– Лучше всего она взаимодействует с мукой, но при большом желании можно и в кашу добавить. Главное условие: основной ингредиент должен впитать в себя эссенцию, а также его нужно подвергнуть термической обработке.

– Так-с… – прикидываю в уме цифры. – Трава стоит копейки, как и другие запчасти от печенья, а продавать такую радость можно за баснословные деньги. Думаю, в правильном месте и с правильной рекламой можно будет впарить один килограмм где-то за пятьдесят серебряных, а то и больше!

– Вы меня извините, господин Рей, но кто в здравом уме станет покупать печенье за такие немыслимые деньги? – Бен хмурится и едва сдерживается, чтобы не назвать меня идиотом. – Если килограмм удастся продать хотя бы за один серебряный – это будет огромным успехом.

– Бен, ты ничего не понимаешь в маркетинге, а я на этом собаку съел.

– В чём? В маркетинге? – он пытается выговорить незнакомое слово.

– Печенье твоей дочери – это уникальный продукт, которого нет на рынке. И на этом же рынке присутствуют мешки с деньгами, которые уже не знают, чем ублажить свои вкусовые сосочки. При грамотном таргетировании и ограниченном выпуске мы сможем взвинтить цены до небес. Однако сперва придётся заработать себе репутацию, благо себестоимость копеечная. У меня уже даже созрел план…

Лиза мычит что-то невнятное и улыбается, а затем начинает писать. Я вижу, что она спрашивает про перспективы открытия пекарни и выражает готовность трудиться не покладая рук. Желание похвальное, если эта молчунья будет справляться на отлично и без косяков, то я даже подниму им с отцом жалование.

– Кстати, всё забываю спросить… – обращаюсь к Бену. – А вы не пробовали исцелить немоту?

– Господин Рей, я обошёл не один десяток целителей, но никто не смог нам помочь… – он подходит к дочери и гладит её по голове. – Все, как один, говорят, что горло и другие речевые инструменты в полном порядке. Признаться, мы уже смирились и привыкли. Да, порой это неудобно, и мужа для моей девочки всё никак найти не можем, но мы справимся.

– А она в детстве у вас на голову не падала?

– Причём тут это? – на их лицах появляется недоумение.

– Проблемы с речью могут быть вызваны повреждением мозга. Я, конечно, не врач, но это логичное умозаключение, ведь именно мозг в конечном итоге отвечает за наши действия, – продолжаю обедать.

– Когда Лизе было два месяца, они вместе с матушкой упали с лошади… – вспоминает Бен. – Но мы в тот же день залечили все раны.

– Раны – это внешнее проявление, а мозг находится внутри. Его повреждения вы могли пропустить, – вытираю руки и подхожу к Лизе. – Не шевелись.

– Что вы хотите сделать?.. – с тревогой в голосе спрашивает Бен и берёт дочку за руку.

– Попробовать одну задумку, – начинаю рисовать алхимический круг. – Реанимация! Клеточное Восстановление! Саморегенирация!

У меня уходит более десяти минут, и всё это время на кухне стоит гробовая тишина. Маны на лечение уходит очень много, но сегодня серьёзных трудностей не предвидится, а поэтому можно немного потратиться. Ведь даже если не получится, то Бен и Лиза должны оценить мои старания, что положительно скажется на их преданности.

Я заканчиваю лечение и прошу Лизу попробовать что-нибудь сказать. Судя по глазам ни она, ни её отец не испытывают особого энтузиазма. Скорее всего, эти двое уже давно смирились, что даже удивительно, ведь обычно надежда на лучшее живёт в человеческом сердце до тех пор, пока оно не перестанет биться.

– Ну же, Лиза, попробуй, – настаиваю я.

– Спасибо вам за старания, господин Рей, но я не думаю… – вежливо начинает Бен.

– П… Па… Па-па-а-а-а! – с трудом произносит Лиза.

– Но как?! – Бен аж вскакивает на ноги. – Как вы это сделали?..

– Па-па! – уже более уверенно говорит она. – Папа!

– Лиза… Я просто не верю своим ушам… – он обнимает её, и они оба начинают плакать от счастья.

– Обращайтесь, – бросаю дежурную фразу и возвращаюсь к своей тарелке. – Сегодня я, пожалуй, от печенек откажусь в пользу щербета…

– Спасибо вам, господин Рей, – сквозь не прекращающееся рыдание цедит Бен. – Вы даже не представляете, что сейчас сделали… Это настоящее чудо! Мне за всю жизнь не отплатить вам за помощь…

– Верно служи мне, и я приму это в качестве оплаты, – кручу в руках аппетитный кусок щербета с орехами и думаю, с какой стороны его укусить.

– Спа… Спа-сибо! – Лиза подбегает ко мне и вцепляется сбоку. – Я не зн… не знаю, как вас отбла… га… до… Отблаго-да-рить…

– К тебе у меня такое же предложение, – продолжаю сидеть в той же позе и чувствовать, как её груди касаются моего плеча. – Служи мне и никому не рассказывай секрет своего печенья. Вашей с отцом преданности мне будет достаточно, больше ведь у вас всё равно ничего нет.

– Мы сделаем всё, что вы прикажете, – Бен склоняет голову, видимо, забывая, что перед ним сидит полукровка.

– Рад это слышать, – дабы Лиза от меня отстала, приходится погладить её по макушке. – Ну всё-всё, хватит меня благодарить. Лучше чайку налей.

– Ко-конечно, господин Рей… – с каждым произнесённым словом, её речь становится всё более чистой.

– Бен, ты потянешь роль управляющего поместьем? Да и вообще хоть что-то в этом понимаешь?

– В прошлом я был травником, но за столько лет работы по дому, узнал много вещей, которые позволяют обслуживать особняк на достойном уровне, – он разводит руками, как бы показываю на всё, что есть внутри помещения. – Управляющим быть мне не доводилось, но что касается контроля за исполнением тех или иных задач – в этом вы можете на меня рассчитывать.

– Сойдёт, – я киваю и, наконец-то, кусаю шербет, запивая свежим чаем. – Будешь эдаким прорабом, контролирующим других слуг.

– Вы хотите нанять больше людей? – спрашивает он.

– Нет, мы переезжаем в новое поместье, которое раз в десять больше этого дома.

– В Верхний Город?.. – Лиза смотрит на меня, как кот на Шрека.

– Ага.

– Господин Рей, позвольте поинтересоваться, как вам удалось заполучить столь ценную недвижимость? – спрашивает Бен.

– Вот, читай, – протягиваю ему бумагу от Милиана, которая лежит в кармане. – Лорд оценил мои способности и подарил поместье, дабы я продолжил вытаскивать нашу академию из того болота, в котором она прозябает последние несколько лет.

– Невероятно… Я и не знал, что господин Милиан настолько щедр к простолюдинам, а тем более… – Бен замолкает, но я знаю, какое слово должно идти следующим.

– А тем более полукровкам, – договариваю за него.

– Простите меня, я не хотел вас оскорбить… – он сжимает губы и сглатывает скопившейся комок слюней.

– Да не парься. За столько лет я уже привык. Да и из слов песни не выкинешь, как говорится. Я глубине душу я даже рад, что родился полукровкой, ведь так интереснее пробираться наверх.

– Интереснее? – недоумевает Бен.

– Ну да, – уплетаю остатки щербета и допиваю чай. – Родись я наследником лорда, жизнь моя была бы скучна. Когда все твои желания исполняют прислуга, а ты для этого не прилагаешь никаких усилий, тогда ты вырастешь зажравшимся хлюпиком. В пример могу привести отпрыска Болтонов, вы, кстати, слышали, что у них вчера случилось?

– Говорят, их родовое гнездо полыхало ярче солнца, – рассказывает Бен. – А хотя что я вам рассказываю, господин Рей. Вы же наверняка и сами всё видели.

– Почему ты так решил? – я слегка настораживаюсь.

– Просто вы отсутствовали как раз в то время, когда и случился пожар… – неуверенно блеет он.

– Опасные, Бен, аналогии ты проводишь, – всем своим видом показываю, что со мной лучше не шутить. – Как я, по-твоему, попал бы в Верхний Город?

– На полицейской повозке?.. – в разговор вклинивается Лиза.

– Я сделаю вид, что этого не слышал, – холодным как лёд голосом произношу я. – А вы забудете обо всём, что случилось вчера. Если вам дороги ваши жизни, то вы сейчас же выкинете из головы эти мысли. Вы меня поняли?!

– Да, господин Рей, – хором отмечаются они.

– Вот и хорошо… – встаю из-за стола, а они вздрагивают от страха. – Бен, ты поедешь со мной. Нужно набрать дополнительных слуг и продать дом.

– Как прикажете… – с опаской произносит он.

– Выезжаем прямо сейчас, – иду на выход.

– Хорошо, – Бен целует дочь и шагает за мной.

Всё-таки эти двое смогли сложить два плюс два и прийти к единственному возможному варианту. С одной стороны, верить им нельзя, но с другой, мне нужны люди, на которых можно было бы положиться в определённых вопросах. И я рассчитываю, что «волшебное» исцеление и моё человеческое отношение к ним, позволит обрести таких слуг.

С точки зрения логики им нет смысла меня предавать. И остаётся всего два варианта, почему я могу оказаться в неудобной ситуации: подкуп или запугивание. И то и другое лечится постоянными проверками, то есть я могу попросить сразу нескольких людей, которые будут следить за теми, кто будет приходить в дом.

Ни Бену, ни Лизе более в город ходить не придётся, а поэтому пусть сидят и помалкивают. Но даже если они меня сдадут, то, во-первых, я всегда начеку и жду подвоха, а во-вторых, прямых доказательств у них нет, только лишь догадки.

Я прыгаю за руль, Бен усаживается рядом. Запускаю двигатель и везу нас к школе, в которую берут безродных простолюдинов и обучают их манерам, да ведению хозяйства. Больше всего там девочек, так они пользуются большим спросом, но есть и парни, которые приучены заниматься тяжёлой работой.

Хочу спросить у Бена, сколько, по его мнению, нам нужно слуг, но потом вспоминаю, что он не знает, какой особняк мне достался. Остаётся надеяться, что с этим вопросом мне помогут на месте. Лишь бы не пришлось кататься туда-сюда…

Мы подъезжаем к школе, которая занимает площадь больше сотни гектар. Здесь размещено множество учебных корпусов и общежитий, подобная контора есть только в Рейвенхоле и в столице, а поэтому здесь учат всему, что должен уметь слуга благородного господина.

На въезде охранники провожают нас неодобрительными взглядами, особенно их напрягают мои рога, но наличие Бена на соседнем сиденье немного сглаживает обстановку. Они наверняка думают, что хозяин тут именно Бен.

Подъездная дорожка ведёт нас к административному зданию, на котором красуются большие золотые буквы: «Образованный слуга – лучший слуга». Забавно, что это место называют «школой», хотя по факту это рынок рабов, ведь сюда попадают только безродные – те, у кого нет родителей, или от кого они отказались. Если бы не добрая воля учителя, я бы тоже мог оказаться в этой богадельни.

Мы останавливаемся на парковое и идём к дверям, выкрашенным в золотой цвет. Это место буквально кричит о своей роскошности, но денег на нормальную позолоту у них не хватило. Деревенский вариант лухари эдишон…

Мы попадаем в здание и подходим к девушке, стоящей за стойкой. Вокруг всё выложено мраморной плиткой, даже громоздкие колонны как будто бы сделаны из этого камня. У меня складывается впечатление, что я попал в какой-то театр или музей, но никак не в школу.

– Доброго дня, – улыбчивая девушка обращается к Бену.

– Здравствуйте, – скромно выдаёт он.

– Чего изволите?

– Мне нужны слуги, – дерзко вступаю в диалог.

– Простите?.. – она смотрит на меня недоумённому глазами. – Вам?..

– Умоляю, избавьте меня от этих предрассудков, – натягиваю маску брезгливости и кладу документы на стойку. – Мне бы хотелось проконсультироваться со знающим человеком, дабы он подсказал, каких слуг лучше нанять и сколько. Речь идёт о профессиях.

– Эм… Секундочку… – девушка берёт в руки бумага и внимательно её изучает, проверяя на ощупь печать лорда. – Вы Рей?..

– Он самый, – вижу, что она мне не верит и показываю лицензию алхимика. – Я, конечно, понимаю, что для вас это в новинку, но прошу покончить с сомнениями на мой счёт. Или вы хотите, чтобы я сообщил господину Милиану о том, что меня отказывались обслужить? Как вы думаете, что он на это скажет?

– Простите… – мямлит девушка и отдаёт бумагу. – Прошу сюда.

Она предлагает подняться наверх по винтовой лестнице, занимающей треть огромного зала. Мы идём за ней и попадает в коридор, а затем в роскошный кабинет к какой-то дамочке, разменявшей пятый десяток. Клиенты заходят сюда не часто, а поэтому у этой школы всего один продаван.

– Госпожа Белатриса, этот молодой человек хочет купить наших выпускников, – девушка-администратор показывает на меня.

– А ты ничего не перепутала? – Белатриса поправляет очки и убирает назад длинные чёрные пряди.

– Этот человек…

– Позвольте, я сам представлюсь… – начинаю рисовать три алхимических круга. – Грёзы!

Все мы вчетвером наблюдаем за торжественным вручением документов на дом от самого лорда Милиана. Такого, конечно, никогда не было, но мне уже надоели их пренебрежительное отношение к полукровкам. Поэтому я решаю слегка приукрасить действительность, ведь всё равно они никак не смогут проверить.

– Надеюсь, теперь вы перестанете относиться ко мне, как к коровьему навозу, – перерываю «Грёзы». – Ваша коллега уже потратила неприличное количество моего бесценного времени, пока изучала бумаги, и я уже начинаю сомневаться, не зря ли обратился в вашу богадельню…

– Госпожа, бумаги подлинные, – девушка еле заметно кивает.

– В таком случае прошу простить мне моё невежество, но и вы меня поймите, за всё то время, пока я здесь работаю, ещё ни один человек, вроде вас, не приходил за товаром, – она махает коллеге, чтобы та вернулась в зал. – Возможно, у меня профессиональная деформация, ведь обычно всё происходит наоборот. Прошу вас, присаживайтесь.

– Благодарю, – мы садимся по другую сторону мраморного стола. – Я прекрасно знаю, как устроен этот мир, а поэтому давайте более не будем акцентировать внимание на положение полукровок в нашем обществе.

– Извините, но это моя работа. От происхождения ученика зависит его конечная цена. Поэтому разговора о полукровках нам не избежать. Или же вы желаете нанять исключительно чистокровных людей? – Белатриса складывает руки в замок на затылке и откидывается на спинке кресла.

– Меня в первую очередь интересует соотношение: цена-качество, а происхождение мне безразлично, – занимаю более удобную позу и расслабляюсь. – Вы знакомы с бывшим имением семейства Гилморт?

– Конечно, я знаю все поместья и дворцы нашего города, – она кивает и закуривает тонкую сигарету с запахом клубники.

– Тогда проконсультируйте меня, сколько слуг в прошлом ухаживали за домом и его жильцами?

– До тех печальных событий… Кажется… Двадцать восемь. Да, точно!

– Значит, будем отталкиваться от этой схемы. Но для начала я бы хотел услышать цены, чтобы понимать, на что я могу рассчитывать.

– Ну, смотрите. Пойдём от меньшего к большему.

– Слушаю.

– Самыми дешёвыми будут полукровки с посредственной внешностью и физическими возможностями. Нижний ценник – это один золотой за полурослика и два за демона. Серафимы несколько дороже, примерно три, три с половиной.

– А люди?

– На них цены начинаются от пяти золотых, в зависимости от профессии.

– Тогда давайте так: сколько будет стоять нанять исключительно людей? Двадцать восемь человек различных профессий, как я понимаю.

– Да, всё верно. Сейчас посчитаем, – Белатриса достаёт из-под стола деревянные счёты. – Получается… Примерно двести тридцать две золотых монеты. Плюс-минус двадцать.

– Но правильно ли я понимаю, что фактической разницы между полукровкой и обычным человеком нет? – смотрю на неё не моргая.

– А вы хитрец… Вопрос ведь с подвохом? – она смеётся и коварно улыбается. – Будучи полукровкой, вам прекрасно известен ответ. К чему эти расспросы? Хотите узнать моё мнение?

– Возможно.

– Раз уж вы сами подняли эту тему… Демоны отлично справляются с тяжёлыми физическими работами, полурослики в силу своей дешевизны идеально подходят для выполнения подсобных задач, а вот серафимов можно использовать в качестве слуг, встречающих гостей. Однако многие следуют тенденциям нашего города и отказываются от полукровок в пользу обычных людей. Как вы понимаете, если наводить дом полукровками, то уже не получится пригласить нашего великого лорда Милиана.

– Это меня совершенно не беспокоит. Поэтому давайте остановимся на полукровках, – показываю на Бена. – И да, мой помощник проанализирует количество слуг, необходимое для поддержания поместья в достойном состоянии. Бен у нас мастер на все руки, а поэтому без труда сможет сказать, какие специальности можно объединить. Так ведь, Бен?

– Да, господин Рей.

– Как вам будет угодно, – Белатриса пожимает плечами. – Тогда предлагаю пройти в корпус выпускников, дабы у вас была возможность выбрать интересующих вас слуг. Кстати, доставка бесплатная.

– Это не может не радовать, – мы встаём и идёт к выходу. – Надеюсь, ваши ученики смогут меня приятно удивить.

– Поверьте мне на слово, вы сможете найти всё, что душе угодно, вопрос лишь в деньгах.

– Как и везде, – подмечаю я.

Дама в строгом костюме и с сигаретой в руках ведёт нас в соседнее здание. А я вот смотрю на неё и пытаюсь понять, кого же она мне напоминает… Кажется, ту противную бабищу из мультика про далматинцев. Точно! Прямо один в один, и лишь лицо не такое мразотное, а в остальном всё сходится, даже род деятельности.

Сперва мы попадаем к полуросликам. Нас ведут по аудиториям, где подростки оттачивают свои навыки. Как и говорила Белатриса, они занимаются в основном теми работами, которые скрыты от глаз хозяев и гостей. Трубочисты, пекари, прачки, уборщицы, сантехники и так далее.

Затем мы оказываемся у демонов, они смотрят на меня с нескрываемым недоумением, что даже забавно, ведь и мне, и им по восемнадцать лет. Ибо именно с этого возраста можно продавать учеников. Тут у нас грузчики, механики, кочегары, водители, охранники… Причём здесь нет такого, что тяжёлую работу выполняют только мужчины, ибо женщины демоны ничуть не уступают по части выносливости и физической силы. Земли демонов – рай для феминисток.

Последними нам показывают серафимов. Они – элита среди полукровок, именно их наряжают в горничных, няней, официантов, дворецких. Серафимы за счёт своей ангельской внешности работают лицом, то есть создают принятую картину для хозяев и дорогих гостей, пока остальные пашут в суровых условиях.

Белатриса объясняет, что в первую очередь полурослики ценятся за умение выполнять свои обязанности, цена на демонов растёт вместе с уровнем их выносливости, а у серафимов главной фишкой является внешность и манеры.

Мы проходим во второй раз по тем же аудиториям, и я начинаю спрашивать ценники на заинтересовавших меня индивидов. Двадцать восемь человек я не потяну, да и нахрен они нужны. Будем по максимуму оптимизировать траты. Стоит отдать Бену должное, ведь он принимает активное участие в дискуссии и не позволяет Белатрисе нассать мне в уши.

Мне внешность простых работяг безразлична, а поэтому я покупаю сразу восемь полуросликов, которые не вышли рожами, но зато стоят дёшево и хорошо выполняют свои обязанности. На них уходит двадцать золотых. Можно было взять и подешевле, но Бен сказал, что те халтурщики, и я был вынужден положиться на его намётанный глаз.

Демонов я взял больше нужного: сразу одиннадцать. Бен был против, но он не знает, какое количество охраны мне нужно. А тут тебе две полноценные смены, плюс водитель. Я знаю, в каком мире живу, а поэтому десяток крепких мужиков, патрулирующих двор, лишним не будут. От девушек я отказался, дабы у них не было возможности нарожать детей – такое мне не нужно. На рогатых собратьев ушло сорок три золотых – это дорого, но я взял лучших из лучших.

– Кстати, стоит напомнить об условиях содержание слуг, – начинает Белатриса. – Контракт заключается сроком на тридцать лет с возможностью продления по согласованию сторон. Вы обязаны предоставить им два выходных дня в месяц, а также кормить и выплачивать жалование. Но с последним вопросом могу подсказать одну хитрость.

– Слушаю.

– Так как вы будете их кормить, то можете вычитать эти деньги из жалования. К тому же вам никто не запрещает ввести систему штрафов за проступки. Если всё грамотно обставить, то платить им не придётся.

– За совет спасибо, но я, пожалуй, сам разберусь, кому платить, а кому нет.

– Конечно, конечно, – она натягивает фальшивую улыбку. – Остались только серафимы. Прошу сюда.

Ангелочки очень дорогие, а поэтому много их покупать нельзя, как бы ни хотелось. По сути, мне нужны официантки, встречающие, ну и для любовных утех можно кого-нибудь присмотреть… Всё-таки, когда ты покупаешь людей, хоть по паспорту они и полукровки, на ум приходят всякие нехорошие вещи. Власть развращает людей и с этим ничего не поделать.

Из ангельского у них только внешность и бугорки на спине, вместо крыльев. Ярко-голубые глаза и светлая кожа в наших краях в диковинку, отчасти поэтому серафимы так высоко ценятся. Как бы не разориться на их покупке, ведь хочется забрать всех…

– Даже и не знаю, кого выбрать, – честно признаюсь я.

– Если вы обладаете тяжёлым кошельком, то я могу сделать вам уникальное предложение, – заманивает Белатриса.

– Заинтриговали.

– Но учтите, если вы единожды увидите это чудо, то уже не сможете отказаться… И ваш кошелёк заметно полегчает.

– Не томите. Я ведь уже согласился.

– Поднимемся на этаж выше.

– А я думал, мы находимся на последнем.

– Есть ещё чердачное помещение, выделенное для особых учеников. Сейчас там находятся… А впрочем не буду портить сюрприз.

Мы поднимемся по узкой лестнице на чердак и попадаем в просторное помещение, похожее на мастерскую художника. В противоположном конце я вижу трёх девушек с волосами небесного цвета, которые оттачивают грациозную походку и поклоны.

– Габриэлла, Изабэлла, Рафаэлла, подойдите сюда, пожалуйста, – просит Белатриса.

– Какие интересные имена… – вглядываюсь в лица приближающихся девушек. – Чего?.. Да нет… Тройняшки?!

– Именно, – ехидничает она. – Обратите внимание на заколки в форме цветов – это единственное различие между ними.

– Даже боюсь представить, сколько они стоят… – девушки походят совсем близко, и я не могу оторвать от них взгляд. – Какие лолли… Какие милашки… Бен, ущипни меня…

– Господин? – ловлю на себе его недоумённый взгляд.

– А перед тем как я назову цену… – Белатриса делает паузу. – Скажу, что они нетронуты. Именно поэтому мы держим их отдельно.

– Давайте, добейте меня и назовите цену, – я тяжело вздыхаю.

– Двести золотых.

– Кто бы сомневался… – поджимаю губы от недовольства и киваю. – И сколько вы готовы сбросить? Мы ведь с вами понимаем, что цена неподъёмная.

– Раз уж вы закупаетесь оптом, то, так и быть, я уступлю вам три десятка золотых.

– Предложение очень вкусное, и я готов забрать их прямо сейчас за пятьдесят.

– Пятьдесят?! Вы хотите меня оскорбить?!

– Несмотря на их манеры и привлекательность, спешу напомнить вам ваши же слова: полукровки сейчас не в цене.

– Вы правы, но мы продаём учеников не только в Рейвенхол, – она складывай руки на груди.

– Понимаю, но времена сейчас тяжёлые и я не знаю человека, готового отвалить аж сто семьдесят золотых за такую покупку, – окончательно сбрасываю с себя флёр очарованности и перехожу в режим жёсткого барыги. – Семьдесят монет, и это мой последнее слово.

– Если вы не готовы отдать сто пятьдесят золотых, то нам и говорить не о чем. Предлагаю вернуться и выбрать вариант попроще. На семьдесят золотых я подберу вам дюжину красавиц.

– Нужно пересчитать, сколько у меня есть при себе… – заглядываю в кошелёк и делаю вид, что считаю монеты. – Восемьдесят пять… Больше дать не могу.

– Только из уважения к вам, как к выдающемуся учителю, сто тридцать. И то, это скидка за красивые глаза и аппетитную попку, – она наглым образом осматривает мой зад.

– Благодарю за комплимент, но я и правда не могу дать больше ста, ведь останусь без трусов. Мне даже Бена придётся продать, – с жалобным видом хлопаю его по плечу.

– Господин Рей… – с трудов выдавливает он.

– Извините, но сто тридцать – это крайняя цена. Ниже никак не могу. По правде сказать, у меня есть покупатель, который готов забрать за полторы сотни, – вижу, что она врёт, хоть и тщательно скрывает ложь.

– Вот как… – думаю, что предложить такого, чтобы не платить больше сотки. – У меня есть интересное предложение.

– Поделитесь.

– Если я смогу вас удивить, то окончательной ценой будет сумма в размере ста золотых, а если нет, то мне придётся заложить дом и заплатить сто тридцать.

– Хм…

– Вы ведь ничего не теряете.

– А как вы поймёте, что я удивилась?

– В качестве наблюдателей выступят Бен и эти трое милашек. Если все, скажут, что вы удивились, то я получу скидку.

– Спорная, конечно, сделка… Но я согласна, – она расставляет руки. – Ну давайте, Рей, удивите меня!

– Как скажете… – на остаток маны начинаю рисовать семь кругов. – Мир Грёз!

Чем можно удивить жителя Средневековья? Фильмы про попаданцев во времени дают ответ: показать ему будущие. Мне же не нужна машина времени, ведь в моей голове до сих пор свежи воспоминания о прошлом мире…

Первым делом я забрасываю всех нас на Тайм Сквер поздним вечером, когда вокруг много людей. Светящиеся вывески, сотни смартфонов, люди в причудливых одеждах – этого уже хватает, чтобы Белатриса открыла рот от удивления.

Но я решаюсь на этом не останавливаться и врубаю военный парад на Красной Площади. Едут танки, маршируют солдаты, пролетают самолёты и вертолёты. Все, кроме меня, рыскают глазами и не понимают, что происходит. Напоследок этого кадра я направляю группу истребителей прямо на нас, а затем переношу в новое место.

Мы попадаем на поле сражения времён Второй мировой войны. Со всех сторон разрываются снаряды, стреляют пехотинцы, работает авиация. Я показываю войну такой, какая она есть, со всей присущей жестокостью, а в конце сбрасываю неподалёку водородную бомбу.

Дабы немного отвлечь шокированных от увиденного товарищей, я переношу их на бразильский карнавал. Громкая музыка и песни оглушают нас, яркие костюмы и фейерверки ослепляют, от этой вакханалии тройняшкам становится не по себе.

И чтобы закрепить результат, я переношу моих зрителей на выдуманную фабрику по производству андроидов. Показываю весь цикл сборки, процесс обучения и натягивания кожи на металлический скелет, а затем и этап внедрения в общество. И в финале заменяю весь миллион роботов на то Белатрисы.

– Что скажете? – плавно прерываю иллюзию.

– Я… Что это было?.. Как называются те места?.. – мямлит она. – Летающие повозки? Стреляющие металлические палки? Кто все эти люди? Я не понимаю…

– Значит, сто золотых за этим прекрасных дам? Вы же не станете спорить, что я смог вас удивить?

– Что это за заклинание? Никого о таком не слышала…

– Боюсь, что у вас не хватит денег, чтобы выкупить эту информацию, – отвечаю ей взаимностью. – Ну так что? Мы договорились? Сто за тройняшек, сорок три за демонов и двадцать за полуросликов. Всего получается сто шестьдесят три золотых монеты.

– Договорились… – Белатриса ощупывает воздух, словно старается дотронуться до невидимых остатков иного мира. – Рей… Кто вы такой на самом деле?

– Учитель алхимии, – многозначительно улыбаюсь. – Пойдёмте оформлять договор?

– Ага… Пойдёмте… – шепчет она.

Остальные наблюдатели тоже приходят в себя не сразу. Бена мне приходится толкнуть плечом, дабы он очухался. А вот девушки, скорее всего, ещё долго будут пытаться понять, что же произошло минуту назад.

Я доволен, ведь сэкономить тридцатку на ровном месте – дорогого стоит. Только сейчас понимаю, что сила «Грёз» куда значительнее, чем виделось мне раньше. До этого я использовал её только для развлечения или для скрытого проникновения. Но потенциал этого заклинания огромен, и надо будет уделить время конструированию ситуаций, которыми можно воспользоваться в подобных случаях.

Я подписываю все необходимые документы и отдаю золото. Белатриса обещает, что слуг доставят завтра до полудня, меня это устраивает. Бен покажем им поместье и выдаст работу, а я приду вечером на всё готовое.

Следующим пунктом назначения становится риэлтерское агентство. У меня уходит примерно полчаса, чтобы доконать того толстяка, у которого я купил дом, и впарить его ему же за тридцать пять золотых. Хотел вернуть столько, сколько потратил, но если бы я продолжил давить, мужик бы просто вышел в окно.

Мы все вместе едем в дом. Там я подписываю договор, получаю деньги и прошу дать нам час на сборы. Толстяк вынужденно соглашается и даже не думает вступать в спор.

Я собираю свои манатки, коих кот наплакал, а потом помогаю Бену и Лизе погрузить их вещи в повозку. Мы забираем всё, в том числе и купленную за мой счет еду. Единственное, что приходится оставить – это бутылки вина и другие соленья, находящиеся в погребе. Их банально некуда положить.

Затем мы прощаемся с риелторов и едем в Верхний Город. Охранники на въезде вновь требуют предъявить документы, что вынуждает меня выдать Бену спецзадание: перекрасить повозку в красный цвет сегодня же.

Уже на подъезде к дому, я замечаю служанку Вайтов, которая будто ждёт нашего появления, стоя на краю своего участка. Я паркуюсь и делаю вид, что не замечаю её.

– Господин… – кричит она. – Простите, вы не могли бы уделить мне минуту?

– Ну что ещё? – устало бросаю я, делая вид, что общение с ней мне докучает.

– Господин Браун, просил передать, что он желает навестить вас перед закатом.

– Пусть приходит, я не против.

– Благодарю вас, господин. Так и передам! – дамочка ведётся себя максимально вежливо, не то что в прошлый раз.

Что ж, уже знаю, зачем придёт Браун Вайт, и должен использовать его визитом. Каким образом? Угостить печеньем и запустить сарафанное радио. Эти аристократики ещё не подозревают, что уже заочно подсели на Лизины печенья…

А завтрашний день обещает быть удивительным! Столько новых слуг, и всем им можно отдавать приказы. Как же хочется посмотреть, на что способны эти дорогостоящие тройняшки… Думаю, с ними моё поместье вполне сможет переплюнуть по статусности большую часть соседских халуп. И мы ещё посмотрим, кто тут самый блатной перец на районе!

Глава 22. Око за око

Рабочие заносят мебель, подкрашивают фасад и трудятся над зелёными насаждениями – люди лорда Майерса трудоголики, каких ещё поискать нужно. Возможно, они осознают своё положение, ведь служить хозяину города – это едва ли не самая почётная должность для любого простолюдина.

Мы с Беном и Лизой выгружаем свои пожитки и несём внутрь особняка. Мои подданные пребывают в состояние лёгкого шока, ведь если ты ни разу не был в Верхнем Городе, то легко можешь впечатлиться масштабом и роскошью. Хоть особняк и стоял без дела много лет, но его уже практически привели в порядок, что поражает даже меня.

– Что скажете? Это вам не та двухэтажная халупа, в которой мы жили, – с чувством гордости заявляю я.

– Размеры этого поместья немыслимы… – шепчет Бен.

– Да, мн-мне тоже н-нр-нравится, – Лиза не поможет оторвать глаза от растительности, которой с каждой минутой становится всё больше и больше.

– Как мы всё это будем убирать… Нанятым слугам придётся работать по четырнадцать часов в день, особенно на первых порах… – Бен отрицательно мотает головой. – У меня аж спина заболела…

– В крайнем случае наймём дополнительных. У меня ещё осталось… – заглядываю в карман и вспоминаю, сколько денег лежит в банке. – Почти сотня золотых. Девяносто семь с копейками, если я нигде не ошибся. А поэтому количество полуросликов можно будет увеличить в два раза без особых потерь.

– Кстати, господин Рей, вы уже прикинули затраты на ежемесячное обслуживание и налоги?

– Ты же у нас спец, вот и просвети меня, – пожимаю плечами.

– Годовой налог на такой особняк будет в районе пятидесяти золотых…

– Сколько?! – перебиваю я. – Грабёж!

– Там берётся процент от стоимости, а этот натуральный дворец наверняка вытянет на две тысячи золотых, а то и больше, – мы заходим внутрь и складываем вещи в угол, чтобы не мешать рабочим. – Нас двадцать четыре человека, а это примерно тридцать-шестьдесят серебряных на еду в месяц.

– Приемлемо.

– А что насчёт жалования? Вы планируете его выплачивать? – спрашивает Бен, а его дочь в этот момент смотрит на отца с недоумением в глазах. – Или воспользуйтесь предложений схемой?

– А сколько мне встанет выплата достойного жалования? Такого, чтобы у слуг не было желания лениться или нагадить мне в тапки?

– Если взять по среднему с учётом тех специальностей, которые мы имеем, выходит где-то десять-двенадцать серебряных на одного человека, – вслух думает Бен.

– Короче, три золотых, – отрезаю я. – В принципе меня это устраивает. Но вот годовой налог отложим, а в этот раз заплатим за месяц. Так ведь можно сделать?

– Да, господин Рей.

– Тогда ты этим и займёшься, – отсчитываю ему семнадцать золотых. – Завтра поедешь с водителем и оплатишь налоги. Потом купите всё необходимое, что нужно для нормального функционирования поместья, а к вечеру выдай слугам половину их жалования в качестве аванса. Пусть знают, что я не какой-то там жмот, и работают в полную силу.

– Слушаюсь. А как же вы?

– В каком смысле?

– Как вы попадёте в академию без повозки?

– Упс… – бью себя по лбу. – Мы забыли перекрашенную повозку… Бен, ты умеешь водить?

– Конечно, господин Рей, я же мастер на все руки.

– Тогда поехали заберём её, а Лиза пусть пока приготовит своё лучшее печенье для любимых гостей. Нужно сделать всё возможное, чтобы они попробовали наши угощения, поэтому ты уж постарайся, – хлопаю Лизу по макушке.

– Конечно! – восклицает она.

– Ладно, едем, – иду обратно к повозке, Бен топает за мной. – И как мы могли её забыть?..

– Я хотел напомнить, но как вы и просили, события того вечера вылетели из моей головы, – негромко поясняет Бен.

– Это ты хорошо сказал, – одобрительно киваю.

Мы мотаемся туда и обратно.

А затем я иду проверять свою спальню, пока Лиза готовится к приходу гостей, а Бен контролирует слуг Милиана. Закат уже скоро, но у меня находится время полежать перед открытыми окнами и насладиться медленно опускающимся солнцем и бурным океаном.

Я уже сейчас планирую свою будущую речь, которую надо толкнуть перед слугами. Хоть я и циник по натуре, но дабы обезопасить себя любимого, предпочитаю относиться по-человечески к тем, кто может зарезать тебя во сне. А поэтому слугам я дам чуть больше свобод, чем они могли получить у любого другого хозяина.

В целом финансовая ситуация меня полностью устраивает, ведь всего одна тренировка с Мелисой закрывает мои месячные потребности. Но даже если она по каким-то причинам откажется со мной сотрудничать, то остаётся работа учителем. А если и она накроется, я найду, где взять деньги.

Жаль, что Братства больше нет. Да и неясно, что там происходит с Михаилом, и жив ли он вообще… Уходит целая эпоха! Но, возможно, найдутся проворные бизнесмены, которые организуют аналог этой гильдии тёмных делишек. Будет даже забавно, если на рынке появятся две компании, конкурирующие между собой. Прямо-таки вижу ситуацию, когда условный «Валера» хочет избавиться от жены и выбирает, где согласятся убить её подешевле. Закажи двух друзей, а третьего убьём в подарок!

Столько дел в последнее время навалилось… Уже начинаю скучать по временам, когда мы с учителем пили и шлялись по борделям. Он в этом плане был вообще странным человеком, мне даже иногда казалось, что в нём уживаются две личности. Одна хочет отшельничества, изучения алхимии, набора беспризорников в ученики… А вторая требует того, что так жаждет любой половозрелый студент.

Лежу я, никого не трогаю, а в дверь стучит Бен и говорит, что гости уже на подходе. Я умываюсь, привожу себя в порядок, надеваю новый костюм и даже брызгаюсь парфюмом, любезно оставленным слугами лорда Милиана. Да, я всё ещё «дерёвня» и не знаю всех правил, но учиться никогда не поздно.

Спускаюсь на первый этаж и выхожу во двор. В мою сторону идут Браун Вайт и его жена Молли. Позади них корячится целая бригада, которая тащит две фарфоровые статуи: серафима и демона. Видимо, это своего рода извинение от семейства Вайтов.

Сами они чистокровные серафимы с крыльями во всю спину. Учитель говорил, что весь дополнительный запас маны как раз и содержится в этих самых крыльях, что довольно странно, ведь мои рога практически ничего не дают, кроме возможности проткнуть оппонента в драке.

Однако и крылья не несут в себе никакого практического смысла, а у полукровок так вообще вместо них малюсенькие отростки. Помимо внешний, косметических атрибутов «ангелы и демоны» отличаются от людей цветом кожи и глаз. Первые синеглазые Белоснежки, а вторые красноглазые ниггеры.

Понятное дело, что я утрирую, и они могут отличаться между собой. Но есть и серафимы с кожей цвета первого снега, а есть и демоны, сбежавшие из Африки. И у тех и у других длинные острые пальцы, что порождает много мифов об их происхождении. Неофициально считается, что серафимы и демоны стоят выше людей за счёт своих уникальных способностей и предрасположенностей, сами же человеки не имеют никаких плюшек, а полурослики вообще вынуждены пыхтеть над своей алхимией предметов, чтобы хоть как-то удержаться на мировой арене.

Учитель говорил, что за последнюю тысячу лет было больше десятка крупных войн и больше полутысячи локальных конфликтов. Чаще всего это резня между серафимами и демонами: последние пытаются отжать хотя бы малую часть плодородных, но затем получают люлей и убегают назад. Почему серафимы до сих пор не истребили их? Мои соседи и их собратья попросту не выживут в тех условиях, в которых вынуждены находиться демоны.

Люди тоже не остаются в стороне, но последнее время им приходится защищаться. Серафимы пользуются своим тотальным преимуществом и всё сильнее закручивают гайки, увеличивая торговые пошлины. Наше королевство – это страна третьего мира, ибо даже банальные электрические приборы производятся либо полуросликами, либо серафимами.

А что производим мы? Практически ничего. В основном добываем, выкапываем, собираем и продаём на материк. Что-то мне это напоминает… И если бы на территории Островного Королевства не было богатых залежей электрума и других полезных ископаемых, то мы были бы самыми отсталыми. А если бы добывать так нужные всем кристаллы было безопасно, то серафимы дано бы вынесли нас вперёд ногами.

Я вижу проблему в консерватизме и монархии. Наш король – это прямой наследник прошлого короля, других вариантов быть не может. А на примере лорда Милиана и его отношения к огненной алхимии можно убедиться, что традиции порой превалируют над здравым смыслом. В этом плане мы похожи на папуасов, готовых закидать самолёт копьями, ибо его существование не укладывается у них в голове.

Но что-то я отвлёкся… Вайты уже совсем близко и мне надо сделать пару шагов, чтобы поприветствовать их.

– Сразу прошу меня извинить, что я вынужден принимать вас в таких условиях, – говорю я. – Но переезд – дело небыстрое.

– Добрый вечер, Рей, – Браум подходит ко мне и протягивает руку.

– Добрый, – пожимаю её и стараюсь вести себя максимально приветливо.

– А это моя жена Молли, – он показывает на неё.

Девушка лет сорока с пристойными форами и подтянутой фигурой даёт мне свою руку, чтобы я её поцеловал. Наверное… Ведь что ещё может означать вытянутая пакля с опущенной вниз ладонью?

– Приятно познакомиться, – повторяю то, что видел только в фильмах, и целую её белоснежную ручку. – Возможно, некоторые мои манеры покажутся вам странными, и поэтому заранее прошу прощения, но со своей стороны обещаю быстро освоить все тонкости жизни в Верхнем Городе, дабы не быть белой вороной.

– Белой вороной? – Браун хмурится.

– Я имел в виду не выделяться из коллектива, – тут же поправляюсь.

– Ах, вот оно что, – он кивает. – Раз вы далеки от наших норм и правил, то спешу выразить глубочайшее извинение за недостойное поведение моего сына. Это было неприемлемо… А в знак признательности прошу принять эти статуи, символизирующие терпимость и недопустимость расизма.

– Это была моя идея, – улыбаясь, признаётся Молли. – Я подумала, что в вашем дворе не хватает скульптур и статуй. Ведь каждое поместье должно иметь свою изюминку. А эти два прекрасных мужа отлично впишутся в ваш экстерьер.

– Благодарю. Думаю, им самое место у входа, смотрящими друг на друга, – отвечаю я.

– Вы всё слышали? – Браун командует своим слугам установить скульптуры прямо у дверей на каменном полу. – Вы уж простите нашего юнца, он привык видеть только людей и серафимов, но никак не…

– Полукровок, – я отмахиваюсь, давая понять, что меня это не задевает. – Не волнуйтесь, я знаю, в каком мире живу, и подобные оскорбления давно меня не задевают. Не станет же дракон обижаться на то, что его назовут драконом?

– Истину глаголете, – поддерживает Браун.

– Ну что мы стоит? Я приглашаю вас пройти внутрь. Рабочие уже установили мебель в гостиной, а моя лучшая кухарка приготовила нечто такое, что не оставит вас равнодушными, – жестами предлагаю зайти в дом.

– Что ж, мы не вправе отказать дорогому соседу, – говорит он, но при этом хорошо скрывает эмоции, лицемер хренов, однако я отчётливо вижу их с женой негативное отношение. – Молли как раз только сегодня упоминала о необходимости смены нашего стандартного меню.

– Дорогой, эта бесконечная рыба мне уже приелась… Хочется чего-то мясного… – они идут к входу, я шагаю рядом.

– К несчастью, вы нужен вас немного огорчить, ибо блюдо скорее сладкое, нежели мясное, – предупреждаю я. – Однако могу гарантировать, что, попробовав его единожды, заходить в гости вы будете едва ли не каждый день.

– Вы так уверены в своей кухарке? – хмурится Браун, выражая сомнения.

– Я настолько впечатлился её талантами, что собираюсь открыть пекарню. Просто попробуйте всего один кусочек, и ваша жизнь изменится навсегда, – позволяю им зайти в дом первыми.

Мы проходим в гостиную и садимся за накрытый стол. Чай уже налит, горячее печенье стоит на столе, остальные пустоты украшены нарезанными фруктами.

– Скромненько, но уютно, – подкалывает Браун.

– Всё дело в переезде, – оправдываюсь я. – Слуг мы купили, однако они прибудут только завтра. Но уже буквально через неделю тут всё изменится.

– С радостью на это посмотрим, – Молли натягивает притворную улыбку.

Гости рассаживаются за круглым столом, и я лично подаю им тарелку с печеньем и предлагаю попробовать, пусть это и не имеет ничего общего с поведением хозяина поместья за столом, ведь подобными вещами должна заниматься служанка.

Они немного смущаются моей напористости, но из приличия всё-таки берут по одной печеньке и долго крутят в руках, рассматривают, нюхают. Первой решается попробовать Молли: стоит ей откусить маленький кусочек, как её натренированное годами лицо сбрасывает фальшивые эмоции и озаряется истинным удивлением.

– Невероятно… – шепчет она и откусывает сразу половину печенья. – Никогда не пробовала ничего подобного…

– Хм, – хмыкает Браун. – А я никогда не видел такой реакции на обычное печенье.

– Вы попробуйте… – добродушное коварство из меня так и прёт. – Это не совсем «обычное» печенье, ведь стал бы я в таком случае приглашать вас к столу, если бы оно было «обычным».

– Дорогой, просто попробуй, – настойчиво требует Молли.

– Хорошо, хорошо… – он устало вздыхает и откусывает кусок, размером с половину ногтя на мизинце. – Эм-м-м… Что это за вкус?.. Не могу понять… Какие-то ягоды?

– Простите, но секрет приготовление я держу в строжайшей тайне, – снисходительно улыбаюсь.

– Как странно, – никого не стесняясь и забывая о манерах, Браун запихивает в рот оставшуюся печеньку. – Может быть, бергамот? Или полынь?..

– Дорогой, хватит гадать, – Молли доедает первое печенье и берёт второе. – Тебе же сказали, это секретный рецепт.

– Так и есть, – мне приходится и саму съесть печеньку, дабы они не заподозрили подвоха. – Вкус просто божественный… А ведь скоро эти сладкие шалунишки появятся на рынке Верхнего Города. Я считаю, что только достойные граждане имеют моральное право наслаждаться этими дарами. Простой люд сойдёт с ума и устроит бунт, а ингредиентов на всех не хватит, ведь мы заказываем их с материка.

– С материка? – переспрашивает Браун. – Тогда, может быть, это рисмова ягода?

– Поверьте мне на слово, даже если вы перечислите все знакомые вам ингредиенты, то всё равно не догадаетесь. На то она и секретная формула, ведь никто не сможет повторить её простым методом перебора.

– Уникальное лакомство… – констатирует Молли и уплетает уже четвёртую печеньку.

– Когда-нибудь я обязательно догадаюсь, – Браум подносит печенье ко рту и обнюхивает его. – Не подумайте, что я хочу украсть вашу идея, просто я по натуре заядлый гурман.

– Тогда заходите в гости почаще, думаю, я смогу вас удивить, – надеваю маску дружелюбия.

– Закончились… – с тоской в голосе произносит Молли.

И она права, ведь я специально положил всего девять штук, дабы они не смогли наждаться от пуза. Ограниченное предложение увеличивает спрос, а вместе с ним и цену.

– Как я уже заметил, ингредиенты очень дорогостоящие и редкие, а поэтому наслаждаться этим кулинарным шедевром лучше понемногу. Дабы оно не приелось.

– Соглашусь, – Браун кивает. – Но что мы всё о печенье, да о печенье, давайте лучше поговорим о вас. Как мне доложили, лорд Милиан жаловал вам это поместье за успехи в учёбе?

– Всё верно, – коротко отвечаю я и стараюсь понять, к чему он ведёт.

– Никогда бы не подумала, что юноша ваших лет может стать преподавателем, – Молли бросает на меня оценивающий взгляд. – И если бы не наш старший сын, который учится на третьем курсе, то я бы и вовсе не поверила в эту историю. Однако в академии о вас говорят почти все.

– И что говорят? Мне аж интересно стало посмотреть на себя со стороны.

– Мой старший сын очень хочет обучиться водному заклинанию, которое поражает своей убойностью – с его слов, конечно же, – в её голосе одновременно слышатся скепсис и солидарность. – Даже жаль, что в Рейвенхоле не жалуют водную алхимию. Кругом один огонь…

– Вот и я им о том же твержу! Огонь – это красиво, но неэффективно. Вода же куда практичнее, – решаю умаслить Вайтов. – Те, кто не освоит моё водное заклинание, не сдаст экзамен.

– Как жёстко… – Молли слегка отстраняется.

– А ничего, им только на пользу пойдёт, – не соглашается с ней Браун. – В скольких стычках участвовали, почти все их проиграли, но всё равно используют огонь… Прошу простить мне мою болтливость, но иногда аж в дрожь бросает от консерватизма местных властей.

– Кстати, мне всегда было интересно, а почему вы решили поселиться именно здесь? Если не изменяет память, то вы с супругой серафимы первого поколения… Не слышал, чтобы ваши родители жили здесь…

– Воздух здесь отличный, – уклончиво отвечает Молли.

– Да и обстановка спокойнее, – добавляет Браун, но я вижу, что они оба скрывают правду.

– Можно только позавидовать вашей выдержке, зная, как люди относятся к представителям других рас, – пытаюсь вывести их на чистую воду.

– Виной тому деньги, – говорит Браун и это вновь полуправда или же неосновная причина. – В Рейвенхоле мы смогли себе позволить этот замечательный дом, что стоит по соседству с вашим. А на материке за эти деньги в лучшем случае удалось бы купить небольшой коттедж раз в пять меньше и точно не на побережье.

– Да и на материке такая суета… Вы не представляете, Рей. А нам с мужем всегда хотелось какого-то уединения и тишины, – Молли говорит таким тоном, будто их вынудили сюда переехать. – Нам здесь очень нравится и лишь отношение господина Милиана к полукровкам и представителям других рас создаёт некоторое неудобство. Но как вам известно, серафимы живут дольше людей, а поэтому рано или поздно наступит та благодать, о которой мы мечтаем.

– Ну, что-то мы засиделись, – вдруг выдаёт Браун. – Спасибо за тёплый приём, пора и честь знать.

– Если вам захочется моего печенья, то заходите, не стесняйтесь. Всегда буду рад встречи с такими интеллигентными людьми, – я уже в который раз натягиваю дружелюбную улыбку.

– Приятно было познакомиться, – говорит на прощание Молли.

– Взаимно, – мы пожимаем с Брауном руки. – До скорой встречи.

Я провожаю их до крыльца, где красуются новенькие статуи, и жду, пока они покинут мою территорию.

Встреча прошла примерно так, как я и ожидал. Мне удалось убедиться в их негативном отношении к выскочке, вроде меня, а также узнать, что живут они рядом с людьми они не по своей воле. Обычно с материка просто так не уезжают, возможно, их прошлое куда трагичнее, чем кажется на первый взгляд.

Первая станция сарафанного радио запущена, но этого недостаточно. В идеале нужно подать мои печенья на приёме у лорда Милиана – вот тогда о них заговорят все. Правда, сделать это получится только через Мелису, а для этого сперва надо угостить её.

Я иду к себе и провожу вечер на балконе, попивая виски двадцатилетней выдержки и закусывая сушёным мясом. Вид здесь и правда офигенный, не то что в прошлой халупе, где я был вынужден смотреть на окна соседнего дома и дорогу. В Верхнем Городе присутствует флёр спокойствия и умиротворения, конечно, если забыть про подковёрные интриги, которым нет числа.

* * *

Следующим утром понедельника я сам еду в академию на подаренной повозке. Перекрашенную решил оставить Бен и новому водителю, так как им не придётся весь день стоять у академии, в отличие от меня. Не хочется, чтобы кто-то заподозрил неладное.

Сегодня у меня третьекурсники и второгодники того же курса. С ними я ещё незнаком, а поэтому выдам стандартную программу и посмотрю, на что они способны. Всё-таки пахать на дядю я не люблю, да ещё и подъельник на дворе – самое время немного схалтурить. Жаль пораньше домой уйти не получится…

Во время первого урока не происходит ничего особенного, но я замечаю того самого отпрыска Вайтов, который строит глаза демонице, причём чистокровной. Как потом выяснится, она тоже живёт в Верхнем Городе, и я жопу готов поставить на то, что они встречаются втайне от родных.

И дело тут вовсе не в расовых предрассудках, а в банальной генетике. Серафимы и демоны не могут иметь здоровых детей, чаще всего до родов не доходит вообще. То же самое правило касается и полукровок. С полуросликами и людьми таких проблем нет, они словно универсальные доноры, готовы принять любое ДНК.

Раз уж речь зашла про смешение кровей, то отдельно стоит сказать о полукровках. Моя мать переспала с чистокровным демоном, и у меня выросли относительно большие рога, а также мне достались красные глаза и длинные пальцы с быстрорастущими и крепкими ногтями. А вот если у меня будут дети от обычной девушки, то наш ребёнок может лишиться какой-то из демонических особенностей. Чистым человеком он получится только в восьмом, а то и десятом поколении.

Потому-то полукровок и ненавидят, ведь они дают порочное семя. И если к девушкам относятся ещё более-менее, ведь их можно сношать задёшево и представлять серафима или демона, то вот с мужиками всё куда прозаичнее. Нет, любители мальчиков есть везде, но в остальном полукровке-мужику труднее всего. Поэтому мне на старте этой РПГшки достался самый сложный класс.

Обедать сегодня приходится вместе с остальными, ведь доехать до дома и вернуться обратно я попросту не успею. Пока закидываю в рот всё, что выглядит аппетитно, замечаю Мелису, на которой лица нет. Она выглядит так, словно завтра её поведут на казнь. По-хорошему надо бы к ней подойти и говорить по душам, но это будет слишком подозрительно, а поэтому я ограничиваюсь простой улыбкой, когда мы встречаемся глазами.

Не скажу, что испытываю к ней какие-то чувства, я в этом плане прагматик и реалист, расценивающий отношения в первую очередь с точки зрения выгоды объединения двух хозяйствующих единиц в одну с целью получения большей выгоды. Однако давно мне не доводилось проводить столько времени наедине с одной девушкой. Максимум на что меня хватало: три свиданья. А там, когда натрахался, можно недельку перекурить да искать новую пассию.

Гормоны, конечно, играют, но мне удаётся их контролировать и сперва думать головой, а уже потом членом. Но вот встречи с Дианой заставляют меня усомниться в этой догме… Она дама чарующи странная и безумно притягательная! Мне кажется, если бы эта бестия захотела, то могла бы заполучить любого мужика на планете. И тут непонятно, почему она остановилась на лорде, если могла захомутать принца или даже короля.

Хотя Диана же не наследница и вынуждена вступать в брак с тем, на кого покажут. И Мелиса идёт её стопам, хоть и является наследницей семьи Майерс.

Вот смотрю я на неё и не могу понять, почему отец не посветил дочку в свои планы? Логика подсказывает всего один ответ: только будучи в неведении, Мелиса сможет стать частью этого плана. А если так, то Милиан готовит что-то жёсткое… Нечто такое, что Мелиса бы ни за что не одобрила, или как минимум вела бы себя неестественно и тем самым выдала бы себя.

Так или иначе, завтра всё решится. Жаль, что меня не позвали на эту вечеринку, и о результатах помолвки я узнаю только в среду. А ещё меня печалит, что завтрашняя тренировка моей чудо-команды пройдёт без Мелисы. Надо, кстати, будет оповестить остальных.

Сразу после звонка я встречаю в коридоре Елену и говорю ей про тренировку, назначенную на полдень. Она начинает ко мне липнуть, но я озадачиваю её фразой про любовь к массажу на свежем воздухе и ретируюсь, пока Елена пытается понять, откуда я узнал про её заморочки.

Теперь нужно сказать остальной троице. Смотрю на расписание: у них боевая алхимия последним уроком, а значит, они должны быть на полигоне. Корю себя за то, что не встретился с ними на обеде, но жрать хотелось сильнее…

Выхожу на полигон и удивляюсь количеству людей, стоящих полукругом. Среди них есть даже учителя, что ещё страннее. По крайней мере, нужная мне группа второгодок тоже там, а поэтому я подхожу поближе и слышу голос директора:

– Ванесса, ты отстраняешься от занятий до выяснения обстоятельств и решения коллегии!

– Да как скажете, – чванливо бросает она.

Я пробираюсь сквозь толпу и вижу Лео и Алису, лежащих на траве. У парня нет руки, а девушка вся в крови. Блейн пытается стабилизировать Алису, а на Лео он, похоже, положил болт.

– Реанимация! – тут же применяю к парню заклинание. – Экстренное Заживление! Анабиоз! Восстановление!

– Рей?.. – удивляется директор и продолжает лечить Алису.

– Что здесь произошло?! – я требую объяснений и занимаюсь Лео.

– Несчастный случай, – не скрывая злого умысла, цедит Ванесса.

– Ты отстранена! Покинь территорию академии немедленно! – требует Блейн.

Она фыркает и ретируются с полигона. Я проверяю основные жизненные показатели Лео: дыхание и пульс. Жить, скорее всего, будет, хоть и потерял много крови, а вот руку ему уже никто не вернёт. К сожалению, в этом мире нет возможности восстановить утраченную конечность. Если бы она лежала рядом, то можно было бы попытаться, но судя по обгоревшей рубашки, его пакля превратилась в пепел.

Ванесса сделала свой ход, как я и планировал. Но если честно, я рассчитал, что она нападёт на меня, а не на беззащитных учеников. Теперь уже ничего не поделать… Однако у меня появляется карт-бланш для реализации моей задумки: этой заносчивой шкуре осталось жить совсем недолго…

Я заканчиваю стабилизацию Лео и передаю его медикам из лазарета при академии. Алиса отправляется туда же. Остальные ученики быстро расходятся по своим делам, и остаётся только Алекс.

– И как теперь быть, учитель? – спрашивает он.

– Директор, можно ли надеяться, что за подобную выходку вы уволите Ванессу и отстраните её отряд от участия в турнире? – раздражённым тоном интересуюсь я.

– Пока об этом рано говорить, – устало выдаёт Блейн. – Ванессу, скорее всего, уволят, а вот с её группу придётся передать Рексу. Я понимаю твоё стремление, но всё-таки мне надобно быть реалистом, а поэтому внутренний турнир состоится. Рекомендую подыскать замену…

– Моя команду уже собрана, – стою на своём. – И раз уж вы не верите в нашу команду, то нам ничего не остаётся, кроме как надрать задницу этим зазнавшимся пятикурсникам.

– Не перетрудись… – шепчет директор и уходит с полигона.

– Учитель? – Алекс всё ещё ждёт ответ на свой вопрос.

– Завтра будете тренироваться с сестрой. Позже к нам присоединятся остальные.

– Но как же Лео?

– А что с ним?

– Он лишился руки, а значит, перестал быть эффективной боевой единицей… – без тени сочувствия заявляет Алекс.

– Тренер тут я, а поэтому не бери на себя мои обязанности. Лео лишился левой руки, а круги рисует правой, поэтому его эффективность снизилась несильно.

– Если вы так говорите… – неуверенно бурчит он.

– Встретимся завтра в полдень, – хлопаю его по спине и быстрым шагом направляюсь к повозке.

Сейчас мне нужно догнать Ванессу, которая живёт недалеко и ходит домой пешком. Эта сучка ответит за содеянное, вопрос лишь в том, какой из дюжины вариантов я реализую… Больше всего мне нравится тот, который я назвал: «Аннушка уже разлила масло». Постараюсь воспользоваться именно им.

Я запрыгиваю в повозку и на всех парах лечу в ту сторону, где живёт Ванесса. Догоняю уже после первого перекрёстка. Она никуда не торопится и с самодовольной ухмылкой идёт себе по тротуару.

Следуя плану, я останавливаюсь дальше по улице, незаметно для Ванессы переползаю в заднюю часть повозки и жду подходящего момента. Она неспешно приближается, а я в этот момент рисую «Грёзы».

Проходит ещё около минуты, прежде чем обстановка становится подходящей. Я использую на Ванессе заклинание и внимательно наблюдаю за происходящим.

Пока что никаких дополнительных элементов я не добавляю, а наоборот убираю все повозки, которые едут позади неё. На самом же деле параллельно с неё движется полиция, и это идеальный момент…

Добавляю в иллюзию спятившего водителя, которые едет по тротуару и давит людей. Он уже слишком близко, и Ванесса не успеет применить алхимию, ей остаётся только уклониться.

Она оборачивается на крики, а затем в ужасе отпрыгивает в сторону, попадая под колёса невидимой полиции. Повозка отбрасывает её метров на семь. Ванесса падает плашмя на брусчатку и дёргается в предсмертных конвульсиях. Слышен скрип тормозов – электричка на полном ходу проезжает по её шее, отсекая голову. По инерции последняя катится вдоль улицы, и мне удаётся разглядеть на лице Ванессы гримасу ужаса, заставшую навечно.

Око за око, как говорится. Она мертва. Одной проблемой меньше.

Со стороны может показаться, что мне стоило сделать это раньше и тем самым сохранить Лео руку, но тогда у полиции и директора могли возникнуть подозрения, ведь наша вражда была открытой. А этот случай можно списать на самоубийство. И всё сходится, ведь ей грозило позорное увольнение. Думаю, мало кто будет подозревать злой умысел, и уж точно не полицейские, которые стали участниками происшествия.

Я переползаю на водительское сидение и, как ни в чём не бывало, уезжаю, пока не перекрыли дорогу. Здесь моя работа закончена. Давно я не испытывал такого наслаждения от убийства, ведь последнее время это превратилось в рутину. Но Ванесса – это исключение, ведь она заслужила смерть. Вторым кандидатом на эту почётную должность убиенного претендует Кровавый Алхимик, его смерть я буду смаковать так долго, как только смогу.

В такие моменты я чувствую себя маньяком, который убивает других маньяков… Кажется, такого персонажа звали Декстером. Как же всё-таки этот мир изменил меня… Скажи мне прошлому, что я стану убийцей, покрутил бы у виска и закрыл дверь своей уютной квартиры. Но сейчас это реальность, от которой бежать уже поздно.

На самом деле сложность у меня была только с первым убийством: тогда мне было всего десять лет, и одна наглая воровка стащила у меня из кармана все деньги. Я хотел оттяпать её руку при помощи «Резака», но не подрассчитал, что она может поскользнуться… В итоге ту немытую бабищу разрезало пополам.

Деньги свои я забрал и убежал без проблем, ведь дело было в Нижнем Городе. Но потом я недели две не могу уснуть, ибо боялся, что за мной придут и отправят на рудники. Страшно не само убийства, а его последствия – вот что я понял, первые лишив человека жизни.

Тем временем я возвращаюсь в своё имение и готовлюсь задвинуть пламенную речь, но замечаю серую повозку, стоящую на обочине. Я подъезжаю к ней и вижу Грега, сидящего внутри. Понятное дело, что он приехал поговорить со мной.

Паркуюсь у себя во дворе, а потом возвращаюсь к нему и сажусь рядом.

– Чего изволите? – спрашиваю я.

– Возвращаемся в замок, – приказывает водителю Грег. – Господин Милиан хочет с тобой поговорить.

– Я надеюсь, он не передумал насчёт дома? А то я только начал обживаться… – наигранно печалюсь.

– Нет, – твёрдо отрезает Грег. – Речь о завтрашней помолвке. Господин Милиан решил привлечь тебя к нашей операции.

– А я уже начал думать, что вы справитесь без меня, – разваливаюсь на мягком диване как у себя дома. – Расскажи хоть в двух словах, в чём дело…

* * *

P.S. Примерно так автор видит тройняшек. Правда, немного милее, чем на картинке)))

Глава 23. С корабля на бал

– Завтра на торжество приедет брат короля, – Грега раздражает то, что он говорит.

– Чего?! – удивляюсь я. – А что ему в столице не сиделось?

– Официальная версия: примерить враждующие семьи путём помолвки. Но мы подозреваем, что Жерар его подкупил. Именно Его Высочество принц Дерек настоял на ускоренном проведении церемонии, объяснив это планами на поездку в Рейвенхол.

– Господин Милиан по понятным причинам отказать не мог… – додумываю вслух.

– Не мог, – Грег кивает.

– И чем я могу помочь? Убить его?

– Да что ты такое говоришь?! – одномоментно в глазах Грега вспыхивает ярость. – Если он погибнет, тут такое начнётся… Король ведь не дурак и легко догадается, что у нас в городе слишком часто умирают благородные граждане.

– Логично.

– Нам нужно твоё заклинание… Как она называется?

– Которое?

– С помощью него ты создал копию моего господина, – уточняет Грег с недовольным лицом.

– А-а-а… «Грёзы». И что вы хотите подстроить? Или кто-то должен увидеть правильную картинку?

– Тебе нужно будет сделать так, чтобы Жержиониус напал на госпожу Мелису. Напал, ударил, применил алхимию – любое враждебное действие подойдёт.

– Кажется, я понимаю, к чему вы клоните… Хотите, чтобы Жора опозорился перед Его Высочеством? Тогда можно будет прилюдно объявить о расторжении помолвки и выгнать Болтонов.

– Всё верно.

– Задача довольно сложная, я не могу гарантировать, что всё получится ровно так, как вы хотите, – с умным видом чешу макушку. – Никто не знает, как Жора отреагирует на тот или иной образ. Он банально может покинуть церемонию или разреветься. Конечно, мне известно, что он очень вспыльчивый, но гарантировать успех я не могу.

– Тогда есть иной вариант: наложи заклинание на всех, кроме него, и покажи, как он бьёт Мелису.

– П-ф-ф-ф… Проще сказать, чем сделать… Сколько там будет человек?

– Гостей порядка ста пятидесяти, прислуги где-то в два раза больше.

– Пятьсот человек?! Это практически невозможно… – грузно вздыхаю. – Я, конечно, могу попытаться вычленить тех, кто будет ближе всего, но даже так задача попросту невыполнимая. У меня банально может не хватить маны, и иллюзия резко оборвётся, что, в свою очередь, будет выглядеть очень странно: вот Жора бьёт Мелису, а через мгновение уже сидит на стуле.

– Другие варианты нам не подходят, – отрезает Грег. – Жержиониус должен напасть на госпожу Мелису.

– А к чему все эти сложности? Или есть какое-то продолжение, о котором я не знаю? – вижу, что Грег что-то скрывает. – Если уж вы меня подключаете к операции, то будьте добры, расскажите все подробности. Кто знает, вдруг я предложу вариант получше.

– Ты?.. – хмурится Грег.

– А кто ещё? Только я знаю, как работают «Грёзы» и на что они способны, – гордо вскидываю подбородок.

– Ладно, раз уж лорд решил обратиться к тебе… В общем, господин Милиан планирует вызвать Жерара на смертельную дуэль сразу после выходки его отпрыска.

– О-о-о… Какие страсти! Он собирается решить проблему раз и навсегда? Тогда да, нужно что-то посерьёзнее, чем обычная отмена помолвки.

– Как видишь, – Грег с задумчивым видом смотрит на пролетающие мимо стволы лиственниц да сосен.

– Помочь я помогу, но не уверен, что господин Милиан сможет рассчитаться за услугу.

– Рей, не вздумай такое ляпнуть при моём господине, – предостерегает Грег. – Не думай, что поместье Гилмортов будет твоим всегда. Бог дал, бог взял, как говорится.

– Получается, господин Милиан считает, что этим жестом купил меня с потрохами? Не скажу, что меня подобный расклад устраивает, – выдерживаю недолгую паузу. – Я надеюсь, лорд понимает, что мне по силам убить всю его семью и подставить Болтонов…

– Следи за языком! – рычит Грег. – Если ты хоть пальцем тронешь…

– Не нужно мне угрожать, – вежливым, но уверенным тоном перебиваю его. – Я человек деловой и не собираюсь работать забесплатно.

– После бунта городская казна сильно похудела. Тут тебе и зарплаты полицейским, и компенсации застрахованным бизнесам, и прямые кражи. Последние – это дело рук Болтонов. Я уверен, но доказать не могу…

– Уверен? И почему уже?

– Ты хоть представляешь, сколько золотых нужно заплатить Его Высочеству, чтобы он плясал под дудку каких-то там Болтонов?

– А может, у них деловые взаимоотношения? – предполагаю я. – Ходили слухи, что «соль» продавалась не только у нас, но и в столице.

– В данный момент нас это не интересует, – отрезает Грег.

– Ага, понял. Денег нет, но вы держитесь… – недовольно бурчу я. – Тогда помогите мне определиться с хотелками, пока мы не приехали. Что, по-вашему, я могу попросить у господина Милиана?

– Даже не знаю… – Грег шевелит губами из стороны в сторону и потирает щетину. – Спросить тебе никто не запрещает, но предлагай реальные вещи. Веди себя вежливо, не неси чепухи и не строй из себя героя – тогда мой господин ответит на твои чаяния.

– На самом деле у меня всего две просьбы, но раз мы почти приехали, то выскажу их лорд, дабы не повторяться.

– На вот надень, – Грег достаёт из-под своего дивана чёрный балахон с капюшоном.

– Ну как же без этого… – ворчу я и нехотя натягиваю это тряпьё.

Мы останавливаемся прямо у лифта в гараже. Что-то я часто стал здесь бывать… Скоро начну чувствовать себя как дома.

На самом деле я очень рад, что меня позвали поучаствовать в заварушке, ведь шанс такого исхода виделся мне маловероятным. Я бы даже выполнил просьбу забесплатно, ведь один раз использовать «Грёзы» – это ничего не стоит по сравнению с возможностями, которые откроются передо мной.

Конечно, придётся надеть парик и линзы, но зато я смогу лично пообщаться с самыми влиятельными людьми нашего города. Да и целом хотя бы посмотрю воочию, как проходят подобные пирушки. На будущие пригодится.

Однако я обязан попросить что-то взамен, дабы Милиан помнил о моём статусе наёмника, ну или делового партнёра, но никак не слуги. Хотя он с таким выражением лица смотрит на остальных, что аж противно становится. Но кто знает, возможно, если бы я полжизни был лордом, то ходил с такой же ухмылкой.

Тем временем мы поднимаемся на предпоследний этаж и идём в кабинет Милиана. Немного даже обидно, ведь я был бы не против осмотреть и другую часть замка. Но зато здесь можно повстречать Диану…

Чувствую себя школьником, который топает в свою шарагу, чтобы увидеть ту самую, с которой он даже заговорить боятся. Забавное это чувство, однако. Причём голова до сих пор работает, и я осознаю свои действия, но ребёнок внутри меня так и хочет овладеть этой дамочкой…

Мы заходим в кабинет, который я так желаю заполучить в своё пользование, и встаём около стола, за которым в привычной манере работает лорд. У меня даже складывается впечатление, он только и делает, что подписывает бумаги целыми днями – такой жизни я не хочу.

– Господин Милиан, я ввёл Рея в курс дела, – начинает Грег. – И получил предварительное согласие.

– Ну что? Справишься? – не поднимая глаз, интересуется лорд.

– Шансы на успех велики, но далеки от ста процентов, – честно признаюсь я. – Толстый Жора может учудить нечто такое, к чему невозможно подготовиться заранее.

– Жора?! – Милиан исподлобья смотрит на меня.

– Жержиониус. Долго выговаривать, а поэтому я зову его Жорой.

– Как высокомерно… Особенно для простолюдина, – лорд отрицательно мотает головой и возвращается к бумагам. – У тебя есть ровно день, чтобы придумать, как вынудить его напасть на мою дочь.

– Мне нужен будет непосредственный зрительный контакт, вы сможете его обеспечить?

– Помолвка требует ношения масок, а поэтому если ты замаскируешь свои демонические атрибуты, – последние два слова он произносит с особой брезгливостью. – Тогда Грег проведёт тебя в верхнюю ложу, где будут только мои люди. До Жержиониуса будет около пятидесяти метров.

– Устраивает.

– Тогда можешь быть свободен, – лорд отмахивается.

– Простите, господин Милиан, но мы ещё не обсудили финансовую сторону вопроса.

– Сколько? – тут же спрашивает он.

– Денег мне не нужно… Я бы хотел получить нечто иное, менее материальное.

– И что же это?

– Ваше благословение, – спокойным голосом выдаю я.

– А-ха-ха-ха! – ржёт во всём горло Милиан. – Умеешь же ты насмешить… Полукровка… Даже если ты спасёшь меня от смерти, я не дам тебе благословение. Это исключено.

– Я догадывался, что вы так ответите…

– А зачем тогда просил? – лорд сверлит меня недоумённым взглядом.

– А вдруг бы вы согласились? – вижу, что он хочет заговорить, но успеваю продолжить первым. – В таком случае у меня всего одна посильная просьба: в числе десертов подайте моё печенье и пусть ведущий сделает на нём особый акцент.

– Печенье?.. Ты серьёзно?..

– Вам же ничего не стоит, господин Милиан.

– А если оно будет отравлено или вообще окажется по вкусу похожем на дерьмо?

– Давайте сделаем так: сейчас Грег отвезёт меня домой, и я передам с ним пробник моего печенья. Если вы сочтёте его достойным вашего стола, то исполните мою скромную просьбу. Если же оно вам не понравится, то я выполню работу забесплатно.

– Хм…

– Времени до завтра много, вы можете дать его слугам, чтобы убедиться в его безопасности.

– Ладно, печенье так печенье. Я сладкое не люблю, пусть жена пробует.

– Премного благодарен, – натягиваю дежурную улыбку.

– Свободны, – лорд указывает на дверь.

Мы с Грегом покидаем кабинет и идём к лифту. Сейчас нужно будет озадачить Лизу, чтобы та наделала килограмм тридцать своих галлюциногенных печенек, и можно будет открывать шампанское. Весь свет Рейвенхола и даже Его Высочество попробуют мои «плюшки», а потом будут умолять продать им добавку…

Меня настолько поглощает эта идея, что я уже вспоминаю слова Уолтера Вайта: «Захватил рынок – поднимай цены». А в моём случае можно будет сослаться на дефицит, что будет оправданно в виду «редкости и высокой цены» ингредиентов. Правда, печеньки нужно как-то пометить, да и вообще создать свой бренд…

– Грег, вы тоже попробуйте по дороге обратно, – говорю я, когда мы выходим из лифта.

– Мне это не интересно, – холодным тоном парирует он.

– Ну и зря… Кстати, раз уж денег я всё равно не попросил, а печенья могут господину Милиану не понравится, то можно позаимствовать ещё одну повозку?

– Рей, вот что ты за человек?.. Последние ботинки готов отнять… – сетует Грег и показывает на слегка побитую повозку белого цвета. – Только если её.

– Она хоть на ходу?

– Была.

– Если сейчас доеду до дома, то беру. Если сломается по пути, то сами потащите обратно, – запрыгиваю в «машину», которая: «не бита, не крашена, мамой клянусь!». – Не отставайте!

Покидаю гараж первым прямо в балахоне. Однако далеко уезжать не стоит, ведь без Грега у охраны появится вопросы к непонятному человеку, скрывающему свою личность. А вдруг это госпожа Диана на блядки поехала? Такого допускать нельзя.

Как ни странно, но повозка бодрая, а повреждения у неё косметические. Видно, кто-то не вписался в поворот и притёрся к стене, а в остальном никаких проблем, рулится отлично. Это позволяет мне опередить Грега примерно на минуту.

За это время я успеваю сбегать домой и вынести кулёк с печеньем точно к его приезду. Отдаю ему лично в руки и во второй раз настоятельно рекомендую попробовать, но Грег лишь что-то бурчит про парадный костюм и маску. За мной заедут где-то за час до заката, а сама пирушка начнётся с наступлением темноты.

Я прощаюсь с ним и возвращаюсь в своё имение, где меня уже ждут слуги, которых Бен выстроил в ряд. Не скажу, что цирк уродов, но полурослики сильно выделяются на фоне моих тройняшек. Ну а демоны – они и в Африке демоны. Забавный такой гачи отряд получился… Смотрю я на них и едва сдерживаюсь, чтобы не произнести легендарную фразу: «Fucking slave!».

– Наконец-то, у меня появилась возможность всех вас поприветствовать, – встаю по центру и начинаю вещать на всю гостиную. – Моё имя Рей, и я полукровка, такой же, как и вы. Возможно, у вас возникают вопросы, как кто-то вроде меня смог подняться так высоко по социальной лестнице, но скажу сразу, что размышления на этот счёт не входят в ваши обязанности.

Вы здесь для того, чтобы делать то, что умеете лучше всего. Служите мне верно, и я буду относиться к вам обходительно и по-человечески. Вообще, я не сторонник жёстких мер, ведь если кто-то косячит и не старается устранить ошибки, то такой работник просто оказывается на улице. Поэтому ваша судьба в ваших руках.

Я не буду требовать чего-то невозможного, скорее всего, работа в этом поместье останется в вашей памяти приятным воспоминанием. Я надеюсь, что вы будете выкладываться на полную, ведь ранее это место обслуживали двадцать восемь человек, а вас немного меньше.

Бен будет моей правой рукой, по всем возникающим вопросам можете обращаться к нему. Если случится так, что Бен не услышит ваши чаяния или проигнорирует, тогда обратитесь ко мне, и мы всё решим. Если вы что-то не знаете, то лучше сперва спросите. А ещё я рассчитываю, что в вашем коллективе сложится дружеская атмосфера.

Теперь пройдёмся по условиям. Еда, как вы могли догадаться, для вас бесплатная. Никаких штрафов и других драконовских мер применять никто не будет. Но это не значит, что можно расслабиться и работать в полсилы. Ведь в таком случае вы просто вылетите без возможности вернуться. И не мне вам рассказывать, как этот мир жесток к безработным простолюдинам.

В рамках вашего контракта я буду выплачивать вам достойное жалование в зависимости от вашей профессии. Также я поручу Бену отслеживать переработки, вызванные крайней необходимостью или моими прихотями. Подобные вещи будут оплачиваться дополнительно.

Контракт заключается сроком на тридцать лет, и по его истечении вам будет выплачена определённая сумма, которая будет зависеть от множества факторов. Если вы все тридцать лет буду служить мне верой и правдой, то к концу этой самой службы сможете позволить себе свой собственный дом, либо же потратить деньги на своё усмотрение.

Почему я так щедр? Ответ очень прост: я хочу, чтобы вы держались за свою работу, не потому что боитесь оказаться на улице, а потому что хотите лучшей жизни на старости лет.

Я предпочитаю мотивировать людей, а не наказывать. Однако я всё-таки вынужден ввести систему наказания для провинившихся. Если такое случится, вам будет объявлен выговор. Если накопите сразу три, то вылетите на улицу. Каждый выговор будет действовать в течение одного года. Мне эта система видится справедливой.

Стоит сказать, что в этом доме умеют хранить секреты, а если вы не можете держать язык за зубами, то лучше скажите сразу. Мой род деятельности связан с определённым риском, а поэтому я хочу, чтобы информация о моих действиях не покидала стен этого поместья.

Кстати, об этом… Раз уж я и сам полукровка, то понимаю, через что вам пришлось пройти. А поэтому вам будут предоставлены четыре выходных дня в месяц, дабы вы могли отвлечься и, возможно, построить отношения.

Если вы найдёте пару, то можете приводить её сюда, и после недолгого собеседования с большой долей вероятности мы возьмём этот человека на работу. Обратите внимание, что вы набраны таким образом, чтобы минимизировать возможность сексуального контакта. Иными словами, если вы определились с суженым или суженой, то милости просим, а друг друга оставьте в покое.

Так-с… Про что я ещё не сказал?.. О, точно! Медицина. Помимо всех вышеназванных преимуществ работы на меня, я лично буду вас лечить. И поверьте на слово, моя алхимия не сравнится с той, которую вы можете получить в городе.

И напоследок хочется сказать, что нас с вами и дальше будут презирать, а поэтому если кто-то ещё не смирился с этой суровой реальностью, то пора привыкнуть. Люди будут смотреть на вас как на говно, и я знаю это не понаслышке, но вы должны вести себя достойно. Не опозорьте меня перед другими богатеями, и, возможно, постепенно они пересмотрят своё отношение к полукровкам.

Если у вас есть какие-то вопросы, то можете задать их прямо сейчас. Если же нет, то мы закончили.

– Господин Рей, – обращается ко мне одна из тройняшек. – Мы не совсем поняли, в чём заключаются наши с сёстрами обязанности.

– Бен? – негромко обращаюсь к нему. – Что ты им сказал?

– Если честно, я и сам не понял, зачем вы их купили, – шепчет он мне на ухо. – Я предположил, что для сексуальных утех, но так как был не уверен, конкретные задачи не поставил.

– Ну ты даёшь… – смеюсь я, стараясь бороться с фантазией. – Сперва скажете, как мне вас различать? У кого какой цветок?

– Я Рафаэлла, – говорит девушка с белой розой в волосах.

– Я Изабэлла, – у неё фиолетовый тюльпан.

– А я Габриэлла, – у этой жёлтая хризантема.

Девушки выходят вперёд и кланяются в пояс. Что уж говорить, манерам они обучены и ведут себя ровно так, как ты этого ожидаешь. Их движения безупречны, буквально не к чему придраться… Если бы на Олимпийских играх была дисциплина с названием «дворцовый этикет», то эти три красавицы забрали бы золото.

– Вы втроём станете лицом этого имения. Будете встречать гостей, ухаживать за ними и за мной во время приёма пищи, а также продавать печенье, – все слуги, кроме Бена и Лизы, смотрят на меня с искренним недоумением. – Ах да, вы же ещё не пробовали. Лиза, есть ещё готовые?

– Господин Рей, я оставила буквально штучек десять вам на ужин… – почти без запинок говорит Лиза.

– Ну тогда придётся поделить их между всеми нашими друзьями.

– Сейчас принесу, – она быстрым шагом топает на кухню.

– Возвращаясь к вам, девушки, – обращаюсь к тройняшкам. – В свободное время помогайте по дому, работайте в саду… Кстати, вот на последнем нужно сделать собой акцент. Бен, при необходимости обучи их уходу за растениями.

– Хорошо, господин Рей, – он склоняет голову.

– Ваша задача обращать на себя внимание… А ещё нам нужна будет вывеска.

Лиза возвращается с тарелкой, полной небольших кусков печенья. Она раздаёт его слугам, и те меняются в лицах от удовольствия, многие смотрят ей вслед и хотят взять ещё хотя бы одни кусочек.

– Теперь вы понимаете, почему я делаю особый акцент на этом продукте, – продолжаю я, когда все уже попробовали. – И дабы ответить на ваши немые вопросы, скажу, что за ужином каждому из вас будет выдана порция этого божественного лакомства. Так будет честно. Теперь точно всё, можете расходиться.

– Отличная речь, господин Рей, – Бен одобрительно кивает. – Думаю, слуги будут работать в поте лица, ведь таких условия как у вас, больше нигде нет.

– На то и расчёт. Лиза, пойдём на кухню, нужно поговорить. Бен, тебя это тоже касается.

– Как прикажете, – хором говорят они.

Мы приходим в Лизин обитель, и я прошу показать, в чём она запекает печенье. Девушка вытаскивает из духовки обычный лист, на котором ещё моя бабка пироги пекла. Я кладу его на стол и использую алхимию, чтобы изменить форму.

В итоге у меня получаются выемки под тесто в форме звёздочек, и на дне каждой красуется буква «Р», написанная красивым шрифтом. Пора уже создать свой бренд, дабы печенье перестало быть просто «печеньем» и превратилось в фирменное лакомство под названием «Рандеву».

Я объясняю в двух словах, что к чему, моим самым верным слугам, а потом проделываю подобную операцию с ещё тремя листами – больше в духовку не влезет. Затем я прошу Лизу приготовить столько печенья, сколько она успеет до завтрашнего вечера. Бену даже приходится смотаться в город и докупить дополнительных ингредиентов.

В будущем нужно будет максимально скрыть процесс закупки и перепоручить его, например, бездомным, чтобы сохранить формулу в секрете. А в идеале обзавестись какой-нибудь небольшой фермой, для которой можно без лишних подозрений закупать ядовитую траву.

Чувствую себя Мистером Крабсом…

Перед сном я решаю заявить о себе на весь Рейвенхол и выхожу на задний двор, откуда открывается вид на океан. На остатки маны рисую огненное заклинание, состоящие аж из пяти сложных кругов.

В небе, на высоте одного километра медленно вырисовывается та самая буква «Р», которая будет на печеньях. Раз в секунду она меняет цвета от красного до фиолетового и обратно. Яркость такая, что на улицу выбегают все соседи, я замечаю на себе взгляды Вайтов, которые не понимаю, что я творю.

Когда символ принимает нужную форму, он начинает сильно увеличиваться в размерах. По задумке высота буквы должна сравниться с высотой замка лорда Милиана, а то и превзойти его. Зрелище великолепное, и вряд ли кто-то видел нечто подобное, ведь в таких целях алхимию практически не используют.

В самом конце представления я сжимаю символ, а затем взрываю его разноцветным фейерверком, который накрывает половину Верхнего Города. Огонь в этом случае уже безобиден, ведь его температура не превышает и пятидесяти градусов, а вот яркость зашкаливает.

Я демонстративно отряхиваю руки, словно уработался, а затем возвращаюсь в дом. Мои слуги находятся под впечатлением, ведь каждый из них наблюдал за представлением через окно. По их лицам заметно, что они хотят высказаться, но либо стесняются, либо бояться. Ну ничего, привыкнут.

Зато можно констатировать, что как о бренде я заявил, остаётся лишь подать угощение на приёме, и деньги потекут рекой. На самом деле мне очень повезло, что Лиза знала этот уникальный рецепт, но с другой стороны, её печенье наверняка пробовал прошлый хозяин. В этом и ключ к успеху: везёт лишь тем, кто что-то делает, а не лежит на диване перед телевизором надеется на лучшее.

Я ложусь спать пораньше, ведь завтра будет тяжёлый день, и неясно, чем он закончится. Мне нужны будет и силы, и мана, чтобы в случае ЧП принять и реализовать правильное решение.

Хочется разделить эту волшебную по своей мягкости кровать с тройняшками, но мне неинтересно им приказывать. Я по натуре охотник, а поэтому пусть эти пташки освоятся, привыкнут, и уже затем я на них нападу. Мне интересно заниматься сексом только с той девушкой, которая сама меня хочет. Но одно я знаю наверняка: теперь они уже никуда не денутся…

* * *

Просыпаюсь я ближе к полудню. Жру от пуза, принимаю ванну – она, кстати, раза в четыре больше той, которая была в прошлом доме. Затем я сам еду в академию, предварительно попросив Бена перекрасить белую повозку в красную и подправить крыло. Можно воспользоваться услугами водителя, но так сподручнее, да и пока что новым слугам я не доверяю. Мало ли куда надо будет заехать.

По приезду в академию я встречаю Елену и Алекса, а затем веду их в лазарет. Там моя белокурая фанатка отрабатывает лечебные навыки на больной Алисе, а я применяю повторное восстановление на Лео. Если он не очнётся в течение недели, то не очнётся уже никогда, но судя по его показателям, должен выжить.

После недолгих посиделок в лазарете мы идём на полигон, где Алекс отрабатывает своё заклинание, а я беседую с Еленой, стараясь получить ускоренный курс по дворцовому этикету. Она с радостью выкладывает всё как на духу, тараторит так, что хрен остановишь.

В какой-то момент Елена спрашивает, а не пойду ли я на сегодняшнее торжество, и мне приходится соврать, что этикетом я озаботился после переезда в Верхний Город. Но она не отстаёт и донимает меня вопросами о том, как я узнал о её увлечённости массажем на свежем воздухе.

Сперва я пытаюсь доказать, что просто догадался, но Елена вынуждает сказать полуправду… И теперь она думает, что я люблю кататься по Верхнему Городу и смотреть, как живут сильные мира сего. Пусть так, главное, что она не узнает правду.

Дабы сэкономить время, я гоняю Алекса так, что за полтора часа у него заканчивается мана. Затем мы отправляемся в лес на лёгкую пробежку, длинную в пять-шесть километров. И когда мои гладиаторы окончательно выдыхаются, я отпускаю их по домам и еду в магазин модных нарядов.

Там приходится оставить аж четыре золотых монеты и это при условии получасового торга… Зато мне перепадает парадный костюм красного цвета. А из кучи масок зверей, мне больше всего приглянулся лев. Во-первых, я по гороскопу лев, а, во-вторых, у неё самый большой разрез под глаза, что позволит сохранить естественный угол обзора.

Я возвращаюсь домой, собираю все своим манатки и иду проверять, сколько печенья удалось испечь. Лиза уже дрыхнет без задних ног, но зато на кухне меня ждут сразу шесть мешков с аккуратно уложенными звёздочками общим весом более пятидесяти килограмм. Бен подсказал дочери использовать бумажные формочки, чтобы печенье не переломалось по дороге.

Всё готово, и мне остаётся только томиться в ожидании и в сотый раз продумывать, какую именно иллюзию стоит показать Жоре. В итоге я решаю остановиться на грубых и прилюдных оскорблениях его жирного достоинства. В том числе устами Мелисы упомяну про маленький член и его любовь к служанкам, а также открою глаза на истину, что, будь он простолюдином, ему бы даже проститутка не дала.

Скорее всего, такого коктейля окажется достаточно, чтобы он взбесился. В крайнем случае добавлю реакцию толпы, которая будет его высмеивать и говорить, что он ничтожество. На случай полной жопы, подключу его отца, который откажется от него, если Жора не сможет ответить на оскорбление и ударить свою невесту.

Всё должно пройти гладко. Но если «Грёзы» всё-таки не помогут, то мне останется только использовать воздушную алхимию, чтобы Жорина рука ударила Мелису. Будет выглядеть неестественно, но иного пути нет…

Я дожидаюсь приезда повозки и прошу слуг сгрузить в неё мешки с печеньем. Прихорашиваюсь и беру с собой парик и линзы. Дома надевать их нет смысла, ибо слугам не обязательно знать, как я выгляжу, когда иду на дело.

Переодеваюсь уже по пути в замок. Почему-то я чувствую лёгкую тревогу. Обычно я всегда уверен, что всё пройдёт по плану, но в этот раз присутствует какое-то странное ощущение неопределённости. Возможно, меня пугает количество игроков, каждый их которых может сделать свой ход. Многих вещей по части клановых интриг я не знаю, а поэтому не факт, что смогу адекватно агрегировать. Лучшей стратегией будет выжидание, а приоритетом: сохранение жизни моей будущей леди…

Меня завозят в гараж, а встречает сам Грег. К счастью, печенье я привёз не зря, ведь госпоже Диане они пришлись по душе. И было бы странно, случись всё наоборот. А поэтому мешки забирают на проверку, мы же с Грегом идём на балкон, с которого, по его словам, за залом будут наблюдать алхимики, призванные в случае чего защитить членов семьи Майерсов.

Он доводит меня прямо до места и в приказном тоне просит оставаться там и никуда не уходить. Видимо, не хочет, чтобы я гулял по замку без присмотра. Что ж, придётся подчиниться и пренебречь общением с богатыми людишками…

Постепенно зал начинает заполняться людьми в дорогих костюмах и платьях. Каждый носит маску какого-то животного, что выглядит необычно, по крайней мере для меня, прожившего в лесной хижине. Люди веселятся, танцуют под живую музыку, общаются и хохочут. А мы с тремя мужиками стоим на балконе и наблюдаем за этой вакханалией.

В какой-то момент я замечаю Елену – её сложно не узнать, ведь лисья маска и длинные белые волосы бросаются в глаза. Рядом с ней стоит Мелиса – она в такой же маске и розовом платье. Причём волосы собраны в пучок, и в толпе, без привязки к лучшей подруге, идентифицировать её не получится. Разве что по платью, но подобных оттенков здесь довольно много.

Пока все развлекаются, эти двое ведут себя так, будто ботаники, впервые пришедшие на дискотеку. И я даже замечаю, что Елене хочется танцевать, а вот Мелиса стоит, как вкопанная. С другой стороны, оно и понятно, ведь её Милиан в свои планы не посветил, а поэтому она думает, что вот-вот выйдет замуж.

Минут через двадцать к ним подходит жирный хрен в маске дракона. Эту «фигуру» я узнаю из тысячи… Жора решает навестить свою будущую жену и пригласить на танец. Мелиса отнекивается и с трудом улыбается, а затем ретируется наверняка под предлогом малой нужды.

Я теряю её из виду, а затем она поднимается на балкон и незаметно выходит на ту его часть, которая ведёт на улицу. Мы с алхимиками продолжаем стоять у перил и наблюдать за залом, пока Мелиса любуется звёздным небом.

Отойти просто так я не могу, а поэтому использую «Грёзы» на моих коллег таким образом, чтобы они не замечали ничего позади себя и видели меня рядом с собой. В это время я подхожу к Мелисе, которая стоит спиной.

– Здрасте, здрасте, – говорю я.

– Простите?.. – она оборачивается и с тревогой смотрит на алхимические круги, которые мне приходится поддерживать. – Рей? Это ты?..

– Он самый, – свободной рукой снимаю маску. – Что-то ты совсем поникла, вот-вот заревёшь.

– Всё нормально… – она опускает голову и тяжело вздыхает. – Всё нормально…

– Не переживай, всё будет хорошо, – подхожу к ней вплотную. – Не могу рассказать тебе всех секретов, но насчёт свадьбы не волнуйся.

– Всё уже решено… Отец сказал, что я должна выйти за эту свинью…

– Этого не будет, – твёрдо заявляю я.

– Спасибо, что волнуешься за меня, но уже ничего не изменить. Его Высочество здесь… Всё кончено… – Мелиса вот-вот расплачется.

– Ну не говорит так, – прижимаю её к своей груди. – Если бы я мог, то рассказал бы, зачем меня позвали. Но не могу. Просто потерпи немножко.

– Потерпеть?.. А что мне ещё остаётся?..

На лестнице, ведущей на балкон слышатся шаги. В этот же момент Мелиса вырывается из объятий и целует меня в губы. Я рефлекторно отвечаю взаимностью, наслаждаясь приятным вкусом клубничной помады, и одновременно не понимаю, что тут происходит. С чего вдруг такая реакция?..

– Доча, ты здесь? – Диана совсем близко.

– Да-да, я уже иду! – Мелиса вытирает слёзы и убегает вниз.

– Вот те раз… – шепчу я.

– Давай скорее, отец тебя потерял, – говорит Диана и сама поднимается на балкон. – Оу… Парик? Линзы? Какая конспирация…

– Доброго вечера, госпожа, – тут же выдаю я.

– А что это с ними? – она показывает на алхимиков и снимает маску волчицы. – Они нас не слышат?

– Нет, они подверглись воздействию моего заклинания.

– Как интересно… – она облизывает губы и медленно движется в мою сторону. – А что это вы тут такое делали?.. Что-то нехорошее?..

– Ничего такого, госпожа… – мне немного не по себе от её напора.

– А зачем тогда отвлекать стражу? М-м-м? – Диана проводит пальцем по моим губам, а затем кладёт его себе в рот. – Клубника… Ах ты шалунишка…

– Люблю клубничное варенье, – в голову не приходит более правдоподобная ложь. – А вас, госпожа, разве не потеряют?

– Кажется, тебя зовут Рей? – она подходит так близко, что я чувствую её дыхание на своей груди. – Милиан много о тебе говорил…

– Надеюсь, только хорошее, – у меня постепенно включается защитный рефлекс, всё-таки через меня прошла не одна сотня дамочек. – Вот скажите, госпожа, а почему вы испытываете такую тягу именно к полукровкам?

– Хочешь знать почему?.. – Диана проводит языком по моим губам. – Изначально у меня не было такого дикого желания, но когда Милиан вырезал всех до единого и запер меня здесь… Говорят же, что запретный плод сладок… А ты, Рей, выглядишь очень сладким…

– Вот оно что… Тогда я надеюсь, что вы простите мне мою грубость, – внаглую обхватываю её за талию и целую взасос.

Диана и не думает сопротивляться, даже напротив, она засасывает меня так, как никто до неё. Сказать, что эта бестия умеет целоваться – ничего не сказать. Между нами очень быстро возникает прочная связь, я бы даже сказал каменная, если вы понимаете, о чём я…

Но счастье было недолгим, ведь на лестнице слышатся шаги. Диана напоследок покусывает меня за язык, а потом надевает маску и буквально убегает с балкона. Я ещё какое-то время стою на месте и пытаюсь осознать, что сейчас произошло… Вот только «Грёзы» ещё работают, а это значит, что мана уходит.

Я возвращаюсь на то место, где был во время применения заклинания, и отменяю его. И мама, и дочка… Кто бы мог подумать, что сегодняшний вечер пройдёт именно в таком ключе?..

Что я могу сказать по итогу: Мелиса – это сама невинность и неопытность, а Диана – это настоящий монстр! Я даже боюсь представить, какова она в постели… Зато отчётливо понимаю, почему Милиан не казнил её вместе с полукровками. Даже если она насрёт ему на кровать, то тот простит её без особых проблем.

Пока я размышляю о всяком, слуги вносят в зал сначала столы, а потом и угощения. Гости рассаживаются за П-образным столом и ждут, пока хозяин замка скажет речь. Сидят они интересным образом: во главе Майерсы и Болтоны, а остальные по бокам. Усатый мужик с кучей охраны, скорее всего, принц, уселся поближе к Болтонам.

Милиан встаёт и начинает задвигать про радости жизни в браке, необходимость этой помолвки, будущее Рейвенхола. Но всё это сюр, однако врёт он отлично, даже со мной мог бы посоперничать. Хотя если ты приготовил речь заранее, то тебе остаётся только следить за эмоциями, не думая о словах.

Он закачивает, и гости приступают к пиршеству. Столы ломятся от яств, а я вынужден стоять на грёбанном балконе и ждать, пока возлюбленные не отопьют из общего бокала и не обратятся к гостям. Первой обязана выступить Мелиса, и по плану Грега именно в этот момент я и должен использовать «Грёзы», дабы Жора ударил ей именно тогда, когда к ней приковано больше всего внимания.

Я смиренно жду и смотрю, как другие жрут. Живот уже урчит, но, благо, не только у меня: мои коллеги тоже не против отведать барской пищи. Ну ничего, когда-нибудь я тоже буду сидеть за этим столом…

Примерно через час в зал вносят десерты. Когда их расставляют по столам, Диана встаёт и обращается к гостям с просьбой отведать моё печенье. В конце выступления она сморит на меня и подмигивает, сексуально улыбаясь.

Раз уж госпожа настоятельно порекомендовала, то зажравшиеся аристократики в первую очередь пробуют мои звёзды. Многие не скрывают своего скептичного настроя, но чем больше тех, кто откусил лакомство, тем меньше сомневающихся.

Печенья быстро заканчивается, и некоторые особо ушлые гости едва ли не лезут в драку, чтобы урвать последнюю печеньку. Видя такой ажиотаж, даже сам лорд Милиан решается отведать незамысловатое блюдо. Он съедает одно печенье, а затем как бы между делом берёт второе и третье. И только когда Диана начинает над ним смеяться и что-то говорить, лорд демонстративно возвращает четвёртую печеньку в тарелку и складывает руки на груди. Чем пользуется его жёнушка, доедающая последние звёздочки.

Попробовали все, даже Жора! Он сожрал всю тарелку, которую поставили им с Мелисой. А вот она даже не притронулась, что довольно странно. Из-за маски и расстояния мне не видно, но по её позе можно сказать, что Мелиса находится в глубокой печали. Но ничего, скоро всё закончится…

Наконец-то, Милиан объявляет, что пора виновникам торжества испить из одного бокала, который как раз вносят в зал. Я готовлюсь применять «Грёзы» и ещё раз прокручиваю в голове свою стратегию.

Мелиса берёт бокал первой и с небольшой задержкой выпивает половину. Затем она отдаёт его Жоре, и тот опустошает ёмкость. Все ликуют и аплодируют, особенно усатый принц.

По традиции молодожёны должны остаться на ногах и произнести свои речи, а затем поцеловаться и сесть обратно. Но что-то идёт не так… Мелиса шатается из стороны в сторону, затем облокачивается на стол, а потом и вовсе падает на пол. Жора хватается за живот и летит лицом в торт, разламывая деревянный стол на две равные части.

На пару мгновений наступает гробовая тишина…

Родители бросаются к своим чадам, Милиан требует позвать медиков, Болтоны обвиняет его в отравлении их наследника. Ни Жора, ни Мелиса не попадают признаков жизни.

Похоже, что-то пошло не так…

Content

Сергей Полев
Циничный Алхимик

Глава 1. Алхимия может быть разной

Глава 2. Наука против магии

Глава 3. Рыбка на крючке

Глава 4. Розовые усы

Глава 5. Билет в планетарий

Глава 6. Дом, милый дом

Глава 7. Поездка в Нижний Город

Глава 8. Новые жертвы

Глава 9. У полиции тяжёлая работа

Глава 10. Домик у озера

Глава 11. Полукровкам иногда везёт

Глава 12. Играя чужими судьбами

Глава 13. Команда собрана

Глава 14. Время аудиенции

Глава 15. Продавай друзей, сношай гусей

Глава 16. Тренируйся или умри!

Глава 17. Поиск компромисса

Глава 18. Агент 47 снова в деле

Глава 19. Летний слалом

Глава 20. Новые соседи

Глава 21. Секрет молчаливого кондитера

Глава 22. Око за око

Глава 23. С корабля на бал