Аластер Чизем

Четвёртый сон корабля

© Скляр М.А., перевод на русский язык, 2022

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Примечание автора

В этой книге вам встретятся инопланетные существа, именуемые «видеши». Некоторые из вас, возможно, знают, что это настоящее слово: на хинди «видеши» ((िवदेशी) означает «иностранный», «чужестранец» или «чужак».

Действие книги разворачивается в будущем, и, когда я рисовал в воображении этот мир будущего, я подумал, что, весьма вероятно, Индия станет крупнейшей державой и даже, может быть, ведущей космической нацией, чьи представители будут капитанами и командующими космических экспедиций. Я представил себе, что, возможно, именно индийский экипаж первым мог бы встретить инопланетный корабль. Как бы они назвали этих инопланетян? Вполне вероятно, они назвали бы их «неизвестными». «Иноземцами». «Чужими». Они отправили донесение народам Земли, и те подхватили это их словечко… «Видеши».

Пролог

В бескрайней черноте космоса плыл потерянный корабль.

Это был громадный старый горнодобыточный транспортник, спроектированный для дальнемагистральных полётов к небольшим спутникам и астероидам. Огромные приземистые двигатели с размещёнными под ними коллекторами межзвёздного водорода обеспечивали экономную и надёжную тягу, хотя и давали слабое ускорение. Командный модуль был очень маленький – большую часть корабля занимал гигантский грузовой отсек.

Он передавал радиосигнал: «Земной корабль “Орион”. Четыре месяца назад стартовал с Земли. Направляется на Эос Пять. Наше местонахождение – Сектор 278. Координаты 549 дробь 2 и 902 дробь 8 на момент…»

Опытный горнодобытчик мог бы заметить странность в оснащении этого корабля. Он был значительно переоборудован, его система жизнеобеспечения – гравитация, кислород, переработка пищевых продуктов – была расширена под куда бо́льший экипаж, чем традиционно вмещали корабли подобного класса. На корпусе было закреплено дополнительное оборудование, предназначенное для исследования планет. Планетоходы, зонды, жилые модули – все они были снабжены посадочными устройствами, но не ракетами-носителями. Они могли сесть, чтобы уже никогда больше не взлететь.

Всё это означало, что в этом пустынном уголке космоса затерялся не просто горнодобыточный транспортник, а корабль-колония, перевозящий группу отважных первопроходцев к некому далёкому поселению, чтобы сесть там и помочь им обжиться.

«…в свободном полёте, – сообщало радио, – у нас нет тяги, однако гипердвигатель прыжка функционирует».

Четыре силовых генератора выпирали у основания корабля, два из них были холодными и тёмными, и лишь часть внешних световых огней функционировала. Корабль медленно вращался, и возле одного из генераторов время от времени становилась видна огромная оплавленная брешь.

«Корабль понёс серьёзный ущерб».

Судно, находящееся в глубоком космосе, практически никогда не посылает сигнал бедствия. Какой в этом смысл? Корабли здесь всё равно что крохотные пылинки, витающие в бескрайнем небе. Вероятность того, что два из них случайно встретятся, практически равна нулю. Вблизи Земли, в районе Солнечной системы или, например, на одном из старых и хорошо известных маршрутов такое возможно. Но не здесь. Здесь можно было путешествовать шесть месяцев кряду, не встретив ни другого корабля, ни следа существования иной жизни. Здесь друзей не было.

«Система командования была нарушена, и мы не можем восстановить порядок. Весь командный состав, числящийся годным к несению службы, выведен из строя и не может возобновить контроль над кораблём».

Откровенно говоря, на таком удалении от Земли – а до неё было настолько далеко, что её солнце, крохотную мерцающую звёздочку, с трудом можно было различить даже в телескоп – если и удастся отыскать кого-то, скорее всего, это будут лущители, пираты и воры. Или, того хуже, загадочные инопланетные видеши: странные, скрытные, непознанные, а потому ужасающие.

Корабль, находящийся в глубоком космосе, практически никогда не посылает сигнал бедствия: если ты оказываешься настолько беззащитен, что тебе требуется посторонняя помощь, то меньше всего ты хочешь, чтобы тебя нашли.

Сообщение повторялось: «Мэйдэй[1]. Земной корабль “Орион”. Четыре месяца назад стартовал с Земли…»

А затем их нашли.

1

Бет

– Меня, кажется, сейчас стошнит, – сказала Бет.

Её мама, пристёгнутая к своему сиденью, как любой другой пассажир и член экипажа шаттла, оторвалась от чтения руководства полёта.

– Ничего подобного, – сказала она.

– Нет, ну правда, меня мутит. Это гравитация, она…

– Нет, с тобой всё в порядке. – Мама Бет подалась к ней и посмотрела прямо в глаза. – Я знаю, запуск был довольно напряжённый. И да, нулевая гравитация – странная вещь, и когда-то давно людей и правда могло тошнить, но не теперь. Ты же выпила таблетку, с тобой всё будет в порядке. Поверь мне.

Бет кивнула. Она чувствовала, как у неё крутит желудок, он переворачивался и ухал, готовый дёрнуться в любом направлении. Она через силу улыбнулась.

– Ясно… Наверное. Но всё же я немного странно себя чувствую.

Её папа повернулся к ней с улыбкой.

– Я тоже. Я думаю, все немного нервничают, как считаешь?

Бет посмотрела по сторонам.

Корабль, в котором они находились, – транспорт, как назвала его мама, – вмещал примерно шестьдесят пассажиров, и пустых мест не было. Багаж был прикреплён ремнями к стенам и потолку, чтобы ничего не улетело во время старта, но теперь некоторые из чемоданов были отстёгнуты и парили, как медузы, с хвостами лент-липучек. Большинство пассажиров также были пристёгнуты, хотя кое-кто и ослабил ремни после старта.

Старт… Вау. Бет летала на самолётах и путешествовала по Кольцу, но ничего подобного не испытывала – во время запуска и корабль, и все на нём были выпущены в небо, как камень из пращи. Тогда её не тошнило; тогда у неё было такое чувство, что она теряет сознание, вплавляется в кресло, как будто она катается на самых больших на свете, на самых невообразимых американских горках и не может слезть.

А потом на самом верху накатило то самое чумовое ощущение, чувство невесомости перед тем мгновением, когда ты обрушишься вниз… только здесь падения обратно вниз не было. Вместо этого они дёрнулись вперёд, самую малость, и Бет с изумлением увидела, как конец её ремня безопасности поднялся и поплыл, мягко покачиваясь, перед ней.

А затем ремни на сиденьях разблокировались, и большинство детей поспешили отстегнуться, а взрослые сделали вид, будто ничего необычного не происходит. Однако и они озирались и пялили глаза совершенно как дети.

Это было два часа тому назад. После запуска было долгое и медленное смещение к точке выхода. За толстыми стёклами иллюминаторов постепенно уменьшался земной шар. Многие изумлённо ахнули при появлении в поле зрения Луны – такой же маленькой и далёкой, как обычно, однако идеально чёткой. А через какое-то время восторг и изумление постепенно сошли на нет и полёт стал казаться вполне обыденным.

– Скоро мы увидим «Орион», – сказала мать. – Смотри вот туда, немного налево.

Бет прильнула к иллюминатору, но ничего не смогла разглядеть. Она пожала плечами. Рано или поздно он появится на экране. Вообще-то иллюминаторы – это роскошь, они были только на таких кораблях командного класса. Прочие транспорты были наглухо запечатаны и вдвое более плотно нагружены. То, что мама занимала командную должность как лейтенант, имело свои бонусы. Бет улыбнулась. Не так роскошно, как кабина первого класса в носовой части корабля для капитана и старших офицеров, но всё равно неплохо. И даже, можно сказать, классно.

Её желудок продолжал подпрыгивать и крутиться. Она задумалась, может, её папа прав и на самом деле всем так же муторно, как ей? Но вроде бы другие дети держались молодцами. Одна девочка, в трёх рядах позади них, быстро набирала что-то на лежавшем на коленях планшете, поглядывая на два экрана, которые парили перед ней, удерживаемые каким-то тонким эластичным шнуром. Волосы её, заплетённые в десяток чёрных косичек, колыхались вокруг головы, сцепленные розовыми клипсами в форме бабочек; экраны покачивались вверх и вниз, и голова девочки кивала им в такт. «Ну почему ей-то нормально?» – подумала Бет.

Незнакомая девочка почувствовала её взгляд, подняла глаза и помахала рукой. Бет выдавила из себя бледную улыбку и едва-едва шевельнула рукой в знак приветствия.

Где-то под собой она почувствовала гулкую дрожь и мимолётное ощущение веса сбоку.

– Смотри, – сказала мама. – Он на экране.

На дисплейной панели возник крохотный корабль – небольшой, но очень чёткий силуэт; по размеру и по форме он напоминал жёлудь, толстенький и округлый. Пассажиры оторвались от своих планшетов и перестали разговаривать, разглядывая изображение. Кто-то присвистнул, и люди засмеялись.

– Это нечто, правда? – сказала мама. Все не сводили глаз с маленького жёлудя.

– Ну не знаю, – протянул папа. – По-моему, маловат.

– А вот и нет! – воскликнула Бет. – Он шестьсот семьдесят два метра от конца в конец и четыреста в диаметре и… эй, даже не начинай! – Её отец расплылся в улыбке, и она закатила глаза.

Мама покачала головой:

– Не обращай на него внимания. Корабль нормального размера. Большой грузовой отсек, большой отсек для кают. – Она ухмыльнулась. – И даже для твоих космических кур место нашлось, дорогой.

– Ха! – хохотнул папа. – И космических свиней, да будет тебе известно. И космической пшеницы, и космических цукини – для целой космической фермы, если уж на то пошло. И если ты не хочешь питаться ароматизированными дрожжами всю дорогу до Эос Пять, советую не обижать ни кур, ни фермера.

Мама хмыкнула:

– Нет ничего плохого в транспортном пайке, я уже столько лет им питаюсь во всех командировках. А твои две свинки не накормят тысячу колонистов. Но ты не переживай, мы всё равно не отберём у тебя твой садик-огородик.

– Ты хоть знаешь, где у этой груды хлама перёд, а где зад? – поинтересовался папа. – Нам точно хватит девяти месяцев? Я-то видел, как ты читаешь карту.

Они вперили друг в друга прищуренные взгляды, а затем захихикали.

– Ой, да хватит уже, – сказала покрасневшая Бет. – Все на вас уже смотрят.

Мама махнула рукой.

– Пускай смотрят. – Она независимо дёрнула головой. – В любом случае прокладывать курс буду не я. У меня лишь третий класс, и то с грехом пополам. Мне предстоит в основном варить кофе.

Бет покосилась на неё. Она с трудом могла вообразить, чтобы кто-то мог приказать лейтенанту Кэрол Маккей сварить кофе. У мамы Бет было точёное, словно высеченное из камня лицо, серые глаза, глядевшие так, как будто они всматривались в бушующее море, и платиновые волосы, стриженные по-армейски, почти под ноль. Она была рождена вести батальоны в бой. По сравнению с ней папа выглядел жизнерадостным тюфяком.

«Орион» приближался, и Бет уставилась на экран. Он и в самом деле походил на жёлудь. И на следующие девять месяцев он станет их домом. Они будут жить в нём бок о бок с множеством других людей, и он понесёт их далеко-далеко – так далеко, что и вообразить невозможно, – к крохотной точечке света и маленькому камешку, вращающемуся вокруг него, и тогда…

– Это новый мир, – негромко сказала мама. – Жизнь на корабле бывает подчас неудобной, но это не страшно. А когда мы доберёмся до Эос Пять… нас там ждёт наше будущее. Наш шанс самостоятельно принимать решения и самим строить свои жизни.

– Я знаю, – сказала Бет. – Но что, если по пути туда что-то произойдёт? Что, если нам встретятся лущители? Или видеши?.. – Её передёрнуло.

Мама Бет покачала головой.

– Нет. Мы проследуем вдалеке от расхожих маршрутов. И космос такой… большой. Почти невозможно случайно повстречать здесь кого-то. Уж поверь мне, самое страшное, что может случиться на этом рейсе, – это скука. – Она ласково боднула Бет головой. – Я знаю, что ты переживаешь, но всё будет хорошо. А вот когда мы доберёмся, придётся потрудиться. Ради самих себя и нашего будущего.

Она улыбнулась, и Бет невольно улыбнулась в ответ, хотя ей всё равно было тревожно. Да. У неё всё получится. Всё будет прекрасно. Да.

А затем её вырвало.

2

День номер один

Их каюта была маленькая и просто замечательная.

Бет примерно представляла, чего ожидать: ещё на Земле она видела план-схему и прошла виртуальную экскурсию. Здесь всё было устроено как в доме на колёсах или на корабельном камбузе, где во всевозможных отсеках и закутках предусмотрено скрытое место для хранения вещей или для каких-то удобств. На каждом квадратном метре стен располагалась масса дверец и лючков. Тут был диван с ящиками внизу и большущий экран, который складывался и убирался. На первый взгляд всё было сделано из дерева, что было очень мило, хотя и не соответствовало действительности, как знала Бет. Тёплый ковёр оказался мягким, когда она вошла и ступила на него ногами.

Вошла… Слава богу! Когда они наконец состыковались с «Орионом» после, казалось, бесконечных часов ожидания (пронизанного слабым запахом чистящей пены, который все старательно не замечали), Бет почувствовала, как мягкое давление гравитации вдавило её в сиденье, и издала стон облегчения.

Папа обнял её.

– Вот и всё, моя хорошая, – сказал он. – Ты продержалась. Теперь гравитация уже нормальная, чувствуешь?

Бет знала, что это не вполне так. «Гравитация» на борту «Ориона» – это сила, которая генерировалась в центре корабля, вроде как в сердцевине яблока. Уходя к краю, ты ощущал её слабее, а спускаясь вниз, сильнее… пока не достигал центра, где она просто исчезала.

А ещё чуднее было то, что она всегда тянула к центру, так что люди на дальней стороне корабля оказывались «вверх тормашками» по отношению к тебе. Обычно ты не мог их видеть, но, двигаясь к носу, можно было встретиться с ними в сходившихся коридорах, где гравитация ослабевала. От одной мысли желудок Бет трепыхнулся.

Но здесь всё казалось нормальным. Ноги были внизу и шагали вперёд, вещи оставались там, куда их поставили. Она вошла в их новый дом и огляделась.

Потолок был низкий, но можно было выпрямиться в полный рост. У них была крохотная кухонька, вполне достаточная, чтобы сделать чай, сварить кофе или приготовить перекус; есть они в основном будут в корабельных столовых. У родителей была одна маленькая спаленка, у Бет другая, ещё меньше: просто узкая койка, напротив шкафчик и крохотное рабочее место под ним. До противоположной стены можно было дотянуться рукой, словно живёшь в яйце. Она влюбилась в свою комнатку, как только её увидела.

Бет распаковала вещи в считаные десять минут. Забросить стопку одежды в шкаф, а драгоценные безделушки определить на узкую полку. Дневник – настоящую физическую книжицу, подлинную роскошь и её единственное настоящее сокровище – надёжно спрятать под подушку вместе с парой ручек. Налепить пару постеров на потолок – и готово! Она села на кровать и довольно огляделась по сторонам.

Мама стукнула в стену рядом с дверью в её комнатку и заглянула внутрь.

– Привет.

– Привет, – ответила Бет с улыбкой.

– Всё распаковала? Всё аккуратно сложила и убрала на место?

– Ну да, само собой.

– Хм. – Мама Бет поглядела на неё с сомнением. – Папа собрался на ферму, проверить, как дела у животных, – хочешь составить ему компанию?

Бет пожала плечами.

– Может, попозже. Ничего, если я пойду осмотрюсь?

Мама кивнула:

– Если ты пойдёшь в сторону носа, то точно не пропустишь кафетерий. Там, наверное, все и соберутся. Если потеряешься, спроси у Корабля.

Итак, спустя пару минут Бет оказалась за дверью каюты, пытаясь сообразить, нос корабля – это направо или налево? Она решила повернуть налево и пошла по коридору, рассматривая всё по пути.

Коридор был квадратный и невзрачный – никакого фальшивого дерева, просто металл и молочно-белая краска, всё ещё немного пахнувшая. Сообщения и индикаторы пробегали по дисплейным панелям вдоль стен. «Орион» был далеко не новым кораблём, и даже под свежим слоем краски коридоры казались устаревшими.

Куда бы Бет ни шла, повсюду за ней следовал слабый гул, вероятно от генераторов. Иногда коридор клонился вниз, время от времени она выходила к развилке и выбирала направление наобум. Куда бы она ни сворачивала, выходила к новым и новым коридорам. Корабль казался просто громадным.

В конце концов она сдалась.

– Корабль, – позвала она, и перед ней появилась голова: лицо судна, центральный интерфейс компьютерной системы «Ориона».

Голова Корабля была голограммой, словно бы повисшей в воздухе. Она была голубой, совершенно гладкой и лысой. Дизайнеры постеснялись сделать её чересчур уж человекоподобной, потому что подобные вещи пугали людей. Но глаза были совершенно живыми.

– Здравствуй, Бет. – Голос Корабля звучал спокойно и нейтрально, в нём не было ни теплоты, ни холода.

– Ты можешь подсказать мне, как попасть в кафетерий? – спросила Бет.

– На борту «Ориона» шесть кафетериев. Один предназначен исключительно для командного состава, два находятся на корме, два…

– Только один, ближайший к нашей каюте, пожалуйста.

Если голограмму задело, что её перебили, она этого не показала.

– Ближайший кафетерий находится на расстоянии ста метров. Поверни обратно и иди по коридору, пока он не раздвоится. Сверни в левый коридор. Я покажу тебе маршрут на экране.

Панель на ближайшей стене мигнула, и на ней появилась маленькая оранжевая фигурка. Перед фигуркой появилась линия, ведущая обратно по коридору.

– Спасибо тебе, – сказала Бет.

– Не за что, – сказал Корабль и исчез.

Повернувшись, Бет последовала за линией. Когда она подходила к очередной панели, на ней высвечивался её маршрут, на развилке же он замигал, и она послушно повернула налево. Девочка успела сообразить, что впереди кто-то быстро идёт ей навстречу: раздался тараторящий голос и стук шагов, но затормозить не успела…

– Ой!

Кто-то выскочил из-за угла и налетел на неё, сбив с ног. Планшеты и прочие гаджеты посыпались кругом.

– Упс! Прости! Ха-ха! – Это была девчушка в розовой футболке, и она замельтешила вокруг, подбирая свои вещи. У неё были чёрные косы, украшенные заколками в форме бабочек. Бет несколько ошарашенно сообразила, что это девочка с транспорта.

– Так, поднимайся! – Она потянула Бет вверх, а затем уставилась на неё, посмотрела на свои планшеты, а затем снова на Бет.

– Привет… Бет! – сказала она с заметной гордостью. Бет непонимающе моргнула. Откуда ей известно её имя? – Бет Маккей, привет! Я Лимит. Это потрясно, правда?

– Прости, что?

– Да корабль же. Правда, он замечательный? Ты видела гравитацию? Это фантастика, прям как силовые линии, ты видела, как она меняется волнами? Потрясно. А ты была на транспорте.

Бет снова моргнула.

– А потом тебя сто-о-о-ошнило. Миккель, это она, та девчонка, которую вырвало! Это всё невесомость, просто срывает крышу, и долго в ней находиться ужасно вредно для здоровья, невесть что делается с костями, вот почему гравитацию непременно включают, хотя это ужасно дорого и дико жрёт энергию. Так ты заметила силовые линии?

– Погоди! – крикнула Бет. Она подняла руки, словно стараясь остановить поток слов. От этой девочки у неё уже голова шла кругом. – Погоди минутку. Эм. Привет. Я Бет.

– Я знаю, ты Бет Маккей, а твоя мама связист, а твой папа… классно, практическая агрикультура! – Оказывается, девочка зачитывала информацию со своего планшета. – И вы живёте в каюте шестнадцать/тридцать два и…

– Лорин, она всё это сама знает.

Тут Бет в первый раз заметила стоявшего рядом мальчика. Мальчик был пониже Бет, худой и бледный, со светлыми пепельными волосами. Одет он был в помятые джинсы и серый джемпер, и глаза у него тоже были серые и светлые, поглядывающие из-под чёлки. Он говорил с лёгким норвежским акцентом или, возможно, шведским, а лицо его имело такое мечтательное выражение, словно он мыслями всё время был где-то в ином месте. Мальчик мягко улыбнулся Бет.

Девчонка замолчала и улыбнулась.

– Привет! – сказала она жизнерадостно.

– Значит, ты… Лорин?

Лорин кивнула.

– Ага, но это всего лишь моё нормальное имя. Моё прозвище… – Она подняла руку и сделала какой-то жест ладонью. – Лимит. Ты лучше так меня зови.

– Лимит?

– Точно! А какое твоё прозвище?

– Я просто Бет.

– Ну окей, ты ещё что-нибудь придумаешь. Это Миккель, у него тоже пока нет годного прозвища.

Миккель кивнул. Лорин/Лимит ткнула своим планшетом в Бет:

– Мы выслеживали тебя!

– Что?

– На планшете! Я вычислила, как это сделать! Мы видели, как ты идёшь по коридору.

– Я говорил ей, что можно просто спросить у Корабля, – сказал Миккель, пожимая плечами. – Но она хотела всё сделать сама.

– Но зачем вам меня выслеживать?

– Ну… ты была единственной, кого я смогла обнаружить. У трекеров ограниченная дальность действия. Ну и ещё ты была такой классной, когда тебя выворачивало – буэ-э-э! – Она состроила рожу, будто её тошнит, а потом повернулась к Миккелю. – Жалко, ты этого не видел: рвота в невесомости, она разлетелась просто повсюду, а затем прилетели эти клёвые летающие роботы и всё засосали, и все такие, у-у-уф, и…

– Ладно, ладно, хватит! – не выдержала Бет. – Да, меня вырвало. И да, это было в невесомости…

– Как я и сказала. Вот поэтому здешняя гравитация такая потрясающая вещь. Вообще говоря, этот корабль потрясный от носа до кормы. Ты уже сканировала двигатели?

– Эм… нет?

– Ну и зря! Там очень симпатичная автоматизация, всё подключается к Кораблю, маршрутизируется прям повсюду, и вся кабельная сеть встроена в инфраструктуру, и…

– Это потрясно? – предположила Бет.

Лорин яростно закивала:

– Абсолютно! – Она повернулась быстро зашагала прочь по коридору. – Пойдем, – бросила она через плечо, взмахнув планшетом. – Я хочу продолжить тестирование.

Миккель последовал за ней, и Бет невольно оказалась притянута их гравитацией.

– Тестирование чего? Куда мы идём?

Миккель постарался объяснить:

– Мы проверяем приложение Лорин. Оно вычисляет, кто есть кто…

– Сканируя лица людей и соотнося их с дополётными досье, предоставленными… Ну сама знаешь, куда все их представляли. Гляди… – Лорин сунула планшет под нос Бет, которая мельком увидела своё фото для паспорта. – Приложение подключается к камерам корабля с системой распознавания лиц. Я хочу опробовать его на куче народа, так что – тадам!

Она смолкла на мгновение, и Бет поняла, что они уже у входа в кафетерий. Лорин нырнула внутрь, Миккель следом, оставив Бет за дверями одну. Она оторопело потрясла головой, а затем улыбнулась.

«Тадам», – подумала она и последовала за ними.

3

Вихан

Кафетерий оказался большим, ярко освещённым пространством, наполовину столовой, наполовину кофейней: тут была и россыпь столов и несколько диванчиков в углу. Зона выдачи была автоматизирована и обслуживалась небольшими кухонными роботами.

Всё пространство кафетерия было заполнено ребятами, разделившимися по кучкам. Одни с криками носились вокруг, другие были заняты разговорами. Взрослых не было – вместо них за порядком следил Корабль. Его присутствие было заметно всюду – бестелесные голубоватые головы вели одновременно дюжину разговоров.

Лорин на всех парах направлялась к группе ребят, сидевших у двери. Они были постарше Бет, на вид им было лет по пятнадцать. Похоже, что все здесь распределились по группам примерно по возрасту. Лорин направила на них планшет и затараторила:

– Маркус Акар, ты из Германии, классно, а ты Фиона Хорвард, ты гимнастка – потрясно! – и любишь собак… – Подростки смотрели на неё со смесью недоумения, насмешки и лёгкого презрения, но Лорин, похоже, ничего не замечала.

Миккель и Бет наблюдали за ней.

– Она такая воодушевлённая, правда? – сказала Бет.

Миккель улыбнулся.

– Она нашла меня, когда я только на десять метров отошёл от каюты, – сказал он своим певучим голосом, – и мне кажется, она с тех пор ещё не замолкала.

Они заказали по молочному коктейлю у одного из маленьких дроидов-раздатчиков и прошли с бокалами к пустому концу длинного стола. Миккель кивнул в сторону яркого пейзажа под красным солнцем, занимавшего целиком одну из стен кафетерия.

– Посмотри, – сказал он. – Наш новый мир.

Бет сообразила, что настенное панно – это движущаяся визуализация местности под названием «ЭОС ПЯТЬ». Их новый дом… Она выглядела сходно с Землёй, хотя цвета были совсем другие. Эос – карликовая звезда, и её более красный свет окрашивал пейзаж в оранжевые оттенки. Трава отдавала в голубизну, поскольку была генетически модифицирована под инопланетный световой спектр и почву. Она укрывала мир под оранжево-синими небесами и пушистыми облаками.

– Красиво, – сказала она.

– Да… Но ведь всё так не выглядит на самом деле.

– Я знаю, – сказала Бет. – Её продолжают готовить. Я видела стрим про машины, используемые в терраформировании. – В настоящий момент место, выбранное для колонии на Эос Пять кишело сотнями машин, роботов, терраформировочных установок; там сеяли семена, прорезали русла рек, стимулировали почвенные микроорганизмы. Пройдут годы – десятилетия, а может, и столетия, – прежде чем планета будет преобразована полностью.

– Пока что там довольно бесприютно и дико, – сказала она.

– Да, – сказал Миккель, серьёзно кивая. – Но мы крепки духом и любим риск. – Через пару мгновений Бет поняла, что он шутит, и захихикала.

– Я такая, это точно, – поддакнула Бет.

– Я углублённо изучаю разные языки, даже ксено, – сказал мальчик. – В этой колонии все англоговорящие, но если нам повстречаются инопланетяне, я буду готов. Смогу сказать на видеши: «Я сдаюсь, пожалуйста, не убивайте меня». – И снова он проговорил это с совершенно серьёзным лицом, но потом едва заметно улыбнулся.

Бет рассмеялась.

– Как кстати, отличный навык, – сказала она. – Полезнее, чем у меня. Я прохожу командную подготовку. – Она всегда немного смущалась, говоря об этом вслух. – Вот куда попадаешь, если стоящих умений у тебя нет. Я-то знаю, что командующий из меня никакой.

– Мне полагается отдать честь? – с улыбкой спросил Миккель.

– Ох, ага, вперёд, – сказала она. – Эй, это же Лорин?

Миккель обернулся. На другом конце кафетерия разгоралась ссора. Рослый парень, смеясь, держал планшет высоко в воздухе, а Лорин прыгала, пытаясь выхватить его.

– Давай, малявка! – кричал он. – У тебя получится! Давай! – Лорин почти дотянулась, но тут мальчик толкнул её, и она упала.

– Я думаю… – начал Миккель, но он уже был один за столиком.

Лорин поднялась с пола. Она быстро заморгала, кажется, едва сдерживая слёзы.

– Пожалуйста, отдай его мне, – сказала она тихим голосом.

Мальчик протянул планшет, но при этом он ухмылялся.

– Слушай сюда, малявка, – сказал он. – Держись со своими ботанскими игрушками от нас подальше. Ступай на свою половину к остальным дошколятам, окей? Или в следующий раз…

– Или в следующий раз что? – рявкнула Бет. – Она встряла между Лорин и мальчиком, уперев руки в боки. – Отдай планшет немедленно. – Кровь зашумела у неё в ушах, и накатило горячее головокружительное чувство, словно она делает что-то безрассудное.

– Что? – удивился парень.

– Немедленно! – заорала Бет. Ребята вокруг таращились на них с круглыми глазами, мальчик заколебался, но не отступил. Бет же вдруг заметила, что он на добрую голову выше её и точно неплохо дерётся. Но гнев подстёгивал её продолжать.

Вдруг глаза мальчика скользнули к кому-то позади Бет, ища помощи. Бет взглянула через плечо. Там, откинувшись на стуле, сидел юноша примерно её лет, может чуть старше, со смуглым лицом и коротко стриженными чёрными волосами. Одет он был в военного кроя комбинезон, что должно было выглядеть глупо, но ему, наоборот, очень шло. Мальчик поглядел на них и улыбнулся, словно происходящее его забавляло, а затем подошёл ближе.

– Почему ты орёшь? – спросил он у Бет спокойным ровным тоном, но смотрел так надменно, будто она распоясавшаяся прислуга.

Однако Бет не позволила себя запугать.

– Этот верзила твой друг? – спросила она. – И тебе нравится смотреть, как он задирает других? Гордишься собой?

Мальчик улыбнулся. Зубы у него были ровные и очень белые.

– Арнольд, – сказал он, не сводя глаз с Бет, – отдай этой маленькой девочке её игрушку.

Рослый парень послушался и тут же бросил планшет на пол рядом с Лорин, и Бет услышала треск, когда он приземлился. Лорин бросилась к нему с криком: «Я вовсе не маленькая девочка!»

У юноши в военном комбинезоне это вызвало лишь улыбку:

– Ты девочка и ты, безусловно, маленькая. Арнольд уже объяснил тебе, что не нужно приставать к старшим и к тем, кто тебе не ровня.

Его спокойный и негромкий голос сильно давил на Бет. Она чувствовала, что вот-вот сдастся.

– Что ты из себя строишь? – наконец нашлась она. – Считаешь себя лучше всех?

Он засмеялся, и некоторые ребята из толпы поддержали его. Но ответа не последовало, потому что между мальчиком и Бет возник Корабль.

– Простите, – сказал он. – Ваши действия беспокоят других детей. А также был нанесён ущерб имуществу. Всё в порядке?

– Абсолютно, – без запинки отвечал мальчик. – Мы просто советовали некоторым менее зрелым детям, как следует вести себя в обществе.

– Неправда! – бросила Бет.

Корабль замолчал на секунду, а затем сказал:

– Твоё описание произошедшего расходится с тем, что было записано камерами в данной точке, Вихан. Пожалуйста, уточни.

– Приношу свои извинения, – сказал Вихан, всё ещё улыбаясь. – Я уверен, что теперь всё в порядке.

Бет снова вскипела, но Лорин потянула её прочь. Она услышала, как Корабль сказал:

– Твой отец просил меня обсуждать все подобные взаимодействия с ним лично, Вихан. Есть ли что-то, что ты хотел бы добавить?

Бет с удовлетворением заметила, что мальчик хмуро скривился, а затем отвернулась. Так они и ушли: Бет посередине, Лорин с одной стороны, Миккель с другой. Лорин подняла на Бет изумлённые глаза.

– Ты. Была. Потрясная.

– Командующий из тебя никакой, – сказал Миккель.

– Эм. – Теперь, когда всё закончилось, Бет испытывала жуткое смущение. И она заметила царапину на планшете Лорин. «Если бы я не встряла, она бы наверняка получила его обратно в целости и сохранности, – подумала она. – И почему я так набросилась на него?»

– А ты знаешь, кто это был? Ты знаешь? Знаешь? – Лорин только что не приплясывала возле неё.

– Что? Эм, нет. А должна?

Тут даже Миккель рассмеялся.

– Это был Вихан Джоши, – сказал он. – Сын Амарджита Джоши, так?

Бет встала как вкопанная:

– Что, правда?

Амарджит Джоши. Капитан Амарджит Джоши, командир «Ориона» и всех на нём.

– О нет! – Она закрыла лицо рукой. – Мама меня убьёт.

4

Сон

Спустя неделю на «Орионе» состоялась официальная вечеринка, которую капитан Джоши организовал в преддверии основной части путешествия.

К этому моменту корабль уже летел со скоростью более ста тысяч километров в час, и «Орион» удалился от Земли, пролетел по орбите Луны и преодолел значительное расстояние до Марса. Реорганизация корабля успешно завершилась проведением необходимых наладок, и он стремительно приближался к точке первого Прыжка.

Капитан Джоши стоял перед всеми в белой парадной форме, возле него на экране транслировалось изображение люка технического обслуживания на внешнем корпусе. На глазах у собравшихся один из гизмо – крупных бортовых роботов-ремонтников – покинул корабль, держа в руках небольшую бутылку шампанского. Он разбил её о внешнюю обшивку, и жидкость испарилась в космическое пространство, а небо вспыхнуло восхитительным многоцветьем, когда сотни крохотных микросателлитов-фейерверков замерцали в лазерном световом представлении.

Из толпы собравшихся вышел мужчина и кивнул капитану. На нём тоже была белая форма, хотя выглядел он в ней, как показалось Бет, намного лучше, чем капитан Джоши. Он был моложе и немного ниже ростом, с высокими скулами и тёмно-карими, почти чёрными глазами, с чётким квиффом тёмных волос и аккуратно подровненной щетиной. Мужчина с улыбкой смотрел на световое шоу.

– Кто этот человек рядом с капитаном? – спросила Бет.

Её мама подняла голову.

– А, это капитан Кир, – сказала она. – Он капитан «Перепелятника», нашего корабля-разведчика. Он будет приглядывать за нами весь полёт. – Она покосилась на Бет. – Красавчик, правда? – заметила она ехидно.

– Ну ма-а-ам, – промямлила Бет. Ох уж эти её вечные дурацкие шуточки! Бет почувствовала, что краснеет, и опустила голову, так что лишь через несколько мгновений заметила, что кто-то стоит рядом с ними.

– Добрый вечер, лейтенант Маккей, – раздался властный голос.

Бет подняла глаза.

Капитан Джоши был очень высоким мужчиной, а его сияющая лысина делала его как будто ещё выше. У него был длинный с небольшой горбинкой нос и густые брови. Он вежливо улыбался, хотя в его позе явно читалось, что он предпочёл бы оказаться под вражеским обстрелом, а не на вечеринке. Рядом с ним стоял капитан Кир, одну руку он сунул в карман, в другой держал бокал шампанского.

– Добрый вечер, капитаны, – сказала мама Бет. – Позвольте, я представлю вам своего мужа… Дуглас. А это моя дочь Бет.

Капитаны и папа Бет обменялись вежливыми кивками. Капитан Джоши принялся расспрашивать его о ферме, а Кир повернулся к Бет.

– Привет, – сказал он. – Я – Генри.

– Привет, – сказала она.

Он и вправду был очень симпатичным, подумала она, и выглядел, пожалуй, слишком молодым для капитана, однако держался с улыбкой и уверенностью и казался одновременно расслабленным и готовым ринуться в бой. В отличие от большинства взрослых, которые, скользнув взглядом по детям, начинали искать собеседника поинтереснее, он смотрел прямо на Бет – как будто его на самом деле интересовало, что она думает.

От неожиданности она совершенно не нашлась, что сказать. И кашлянула.

– Так, значит… Вы капитан? – выдавила она. Внутренний голос у неё в голове так и взвыл от стыда. «Глупее ничего не смогла придумать?» Но он, кажется, ничего не имел против.

– Я просто овеянный славой лётчик, – сказал он, пожав плечами. – «Перепелятник» – разведывательный корабль, рассчитанный на одного человека. Сущий кроха. Так что я капитан экипажа из одного себя. Но костюмчик вроде ничего, вот я и решил примерить его. – Он раскинул руки и замер в позе. – Что думаешь?

Она улыбнулась.

– Модненько.

– Да, ну что ж, благодарю. – Он улыбнулся в ответ. У него был калифорнийский акцент, и говорил он с весёлой самоиронией.

– Похоже, у вас опасная работа, – сказала Бет. – Мама когда-то была разведчиком в армии. Она иногда рассказывает довольно страшные истории.

Но Кир покачал головой.

– Обычно это скука смертная. На большинстве заданий самое сложное, что мне приходилось делать, это не спать! Не верь ей – сама знаешь, нельзя верить ничему из того, что говорят взрослые.

Девочка улыбнулась:

– Даже вы?

Кир рассмеялся:

– О, особенно я!

Капитан Джоши повернулся к ним.

– А, Бет, – сказал он. – Добрый вечер. Я о тебе уже наслышан. Я так понимаю, ты уже познакомилась с моим сыном?

У Бет разом пересохло во рту. Кир приподнял одну бровь.

– Эм…

Капитан слегка подался к ней и обезоруживающе поднял руки.

– Корабль показал мне запись того случая, – сказал он. – Чтобы встать на защиту друзей требуется мужество. Но… твоя мать наверняка не раз говорила тебе, что храбрость ничто без дисциплины, верно? – Он выпрямился. – Как я понимаю, ты будешь посещать занятия по командной подготовке. Я уверен, что мой сын будет чрезвычайно рад увидеть тебя там. – Он улыбнулся им немного рассеянной улыбкой, словно бы мысленно уже перейдя к новой задаче, кивнул всем троим и повернулся к следующему столику. Поворачиваясь, чтобы уйти, капитан Кир подмигнул Бет.

Бет, красная как помидор, не сводила глаз со своей тарелки. А когда она подняла голову, оказалось, что мама смотрит на неё с непривычным оценивающим выражением на лице. И неужто она улыбалась?

– Ну что ж, – сказал папа Бет. – Прошла всего одна неделя, а капитан уже знает тебя по имени. Ты определённо на пути к успеху! Твоё здоровье! – Он поднял свой бокал и ухмыльнулся, и Бет невольно хихикнула.

* * *

Торжественный «запуск» «Ориона» состоялся, и они были готовы сделать свой первый большой шаг сквозь космическое пространство. Недельный разгон придал кораблю громадную скорость: сейчас «Орион» мог облететь вокруг Земли за двадцать минут. Но Эос, крохотная звёздочка, к которой они направлялись, находилась на расстоянии двадцати шести световых лет – в сотнях миллионов, миллиардов километров[2]. Потребовалось бы почти триста тысяч лет, чтобы достичь её, путешествуя обычным способом.

Именно поэтому они должны были совершить Прыжок.

– Это выглядит примерно так, – объясняла ей мама много месяцев тому назад, когда они ещё были на Земле. Они как раз обедали, и мама взяла пальцами два конца скатерти.

– Как далеко друг от друга эти углы?

Бет пожала плечами.

– Полметра?

– Допустим. А теперь представь, что мы можем сделать вот так… – Она подняла скатерть и соединила углы так, чтобы они соприкасались.

– А теперь как далеко?

– Но… – Бет нахмурилась. – Но разве можно так делать с пространством? Что тогда будет со всеми… кто там живёт?

– Это очень любопытная вещь, – сказала мама. – Пространство уже такое. Мы воображаем себе космос как огромный объём, в котором можно двигаться вперёд, назад, вверх, вниз, налево, направо, но на самом деле он скорее… как моток бечёвки. Он кажется вполне твёрдым, но на самом деле представляет собой одну длинную-предлинную нить, намотанную на саму себя петля за петлёй. Когда мы прыгаем, мы перескакиваем с одного витка на другой.

Бет посмотрела на скатерть.

– Что, правда?

Её мама засмеялась.

– Ну… если честно, то нет, всё несколько сложнее. Давай скажем так: вселенная на редкость парадоксальная штука, и иногда мы можем делать на редкость парадоксальные вещи, притворяясь, что всё вполне логично. Некоторые понимают, в чём тут дело, но, честно говоря, не я, детка.

– Ох. Так а почему нам нужно спать?

– Ну… как выяснилось, это даже слишком парадоксально. Прыжок что-то делает с нашим сознанием. Оно делается всё всмятку. Любое существо сложнее пескожила[3] впадает в кому и больше не просыпается. То же самое происходит с компьютерами – электрические схемы сгорают, а процессоры сбоят. Просто невозможно пережить Прыжок, сохранив разум – Так что… – Она пожала плечами. – Мы жульничаем. Мы создаём копию своего сознания – всего, что мы знаем, всего, что делает нас самими собой. И корабль тоже дублирует свою память. Затем мы уходим в сон, а корабль берёт курс на Прыжок и уходит в спящий режим… и пробуждается через секундный интервал. Он запускается, загружает свою резервную копию, затем загружает наши резервные копии, и тогда мы пробуждаемся и – бац! – мы продвинулись примерно на двести миллиардов километров!

– Серьёзно?

Мама кивнула.

– Серьёзно. Только, разумеется, всё немного сложнее, чем я рассказала. Сделать так, чтобы компьютер вышел из спящего режима, это заковыристая задачка.

– Но… получается, что корабль знает все наши мысли?

– Нет. Но ты размышляешь правильно. Люди думали, что это может быть так, но разум уж слишком сложная вещь. Корабль не может ни считать состояние твоего ума, ни изменить его. Он может только сохранить его в своей памяти и передать обратно. Это престранно, однако работает, и Прыжок ещё ни разу не срывался.

Потом они заговорили об Эос Пять, их новом доме, и о том, что придётся оставить в старой жизни, и Бет больше не вспоминала о Прыжке.

А теперь время пришло. Дети погружались в сон первыми, затем второстепенные члены экипажа, затем основной состав. Совершив Прыжок, они будут пробуждены в обратном порядке – ключевые члены экипажа, второстепенные и, наконец, дети.

Так что теперь Бет с другими детьми стояла в грузовом отсеке, наполненном капсулами для сна, и готовилась залезть внутрь. С каждым ребёнком был один взрослый; с Бет была её мама. Бет подумала, что другие ребята выглядят несколько растерянными – все, кроме Лорин, которую приходилось буквально держать за руки, чтобы она не трогала панель управления своей капсулы.

Голограмма Корабля выплыла на середину помещения, и по его сигналу все забрались в свои капсулы. Капсулы были удобные; в каждой лежал ортопедический матрас и подушка.

Мама Бет заглянула сверху.

– Всё хорошо?

– Ага.

Корабль сказал:

– Прыжок займёт менее чем ноль целых пять сотых секунды, однако ваше пробуждение будет отложено до тех пор, пока экипаж не удостоверится, что всё в порядке. Пробудившись, вы можете испытать чувство дезориентации; это нормально и быстро пройдёт. Когда вы будете готовы, пожалуйста, сообщите своему опекуну.

Бет посмотрела на маму и выставила большой палец, мол, всё в порядке. Через несколько секунд стенки капсулы поднялись, а затем сдвинулись и сомкнулись над ней.

И Бет Маккей исчезла.

* * *

Темно, хоть глаза выколи. Света нет и не было никогда. Не существовало даже памяти о свете. Не было ничего.

Затем… что-то появилось.

Мысль?

Идея, которая прежде была чем-то.

Чувство. Стук… тук… тук…

Это было что-то знакомое. Это было… сердцебиение.

Нечто в темноте слушало это сердцебиение довольно долго. Затем оно подумало: я жива. Чёрная темнота сделалась красноватым свечением, но видеть по-прежнему было нечего. А ещё был еле уловимый, словно прозрачный звук, шедший внутрь… наружу… внутрь…

Дыхание. Я жива. Есть кто-то, кем я была.

– Бет?

Это было нечто новое. Звук, однако на этот раз он шёл снаружи, а не составлял часть её самой.

Слово выплыло из глубин: мама.

И вдруг Бет Маккей вспомнила, кто она такая, и где она, и почему, и что она делала. Она лежала в капсуле для сна, в который их погрузили, но теперь она просыпалась, и мама ждала её, а красноватое свечение – это, должно быть, свет за её закрытыми веками. Она проснулась.

Бет попыталась открыть глаза. По-прежнему было темно.

Она попробовала снова, но ничего не произошло. «Это от сна глаза склеились», – подумала девочка. Она хотела поднять руки и протереть их, но не смогла.

Она не могла пошевелиться.

Бет пыталась опять и опять. Ничего не происходило. Её охватила паника. Она чувствовала и слышала, как ускоряется сердцебиение: тук-тук, тук-тук, тук-тук… – дыхание её тоже участилось, но больше ничего не происходило.

«Я замурована! – попыталась крикнуть она, но не издала ни звука. – Я не могу пошевелиться! Помогите! Мама! Помоги мне!»

Тук-тук-тук-тук-тук…

– Бет? Бет, если ты меня слышишь, расслабься. – Мамин голос пролился на неё подобно прохладной воде, мягкий и нежный. – Тебе может быть трудно двигаться. Это нормально, всё хорошо. Расслабься. Слушай мой голос. Ты в капсуле, и мы завершили Прыжок. Твои воспоминания вернулись, но тебе трудно восстановить связь с нервной системой. Твой разум скоро со всем разберётся. Не спеши.

Тук-тук-тук, тук-тук, тук-тук, тук, тук, тук… тук… тук…

Постепенно Бет успокоилась. Она поняла, что ощущает что-то на своей руке – поглаживание. Нервные окончания на её коже посылали сигнал, и её мозг подхватывал их. Она сконцентрировалась на этой мысли, на коротеньких незаметных волосках на своей руке, расслабилась…

…и открыла глаза.

Над ней нависло улыбающееся лицо мамы. Далеко не сразу, но Бет сумела улыбнуться в ответ.

5

Школа

После успешного завершения первого Прыжка «Ориона» жизнь на нём стала входить в нормальное русло. А для детей это подразумевало школьные занятия.

На борту «Ориона» школа представляла собой несколько грузовых отсеков, переделанных в небольшие классные комнаты с партами и складными экранами. В классе Бет было всего шесть учеников: Бет, Миккель и Лорин сидели по одну сторону, а по другую – Вихан, Арнольд и ещё одна девочка, которую Бет прежде не видела.

Перед классом стояла крупная улыбающаяся женщина. У неё была тёмная кожа и розовые волосы, а платье было залито таким ярким цветочным узором, что его, наверное, было видно с Земли.

– Доброе утро, дети! – прочирикала она. У неё был неожиданный для такой комплекции певучий голос, как у птички, и, говоря, она слегка покачивалась. – Я мисс Кордосо, и я буду вашим учителем в течение этого года. – Она широко улыбнулась им всем, и Бет просто не могла не улыбнуться в ответ. Остальной класс тоже заулыбался, за исключением Вихана; он сидел на стуле с прямой спиной и вежливо-выжидательным выражением на лице. В голову Бет пришло слово «отстранённый». Вот как он выглядел. Арнольд, увидев его реакцию, перестал улыбаться и попытался скопировать его позу и выражение лица.

– Под моим присмотром будут проходить ваши групповые уроки и совместное времяпрепровождение, а для ваших отдельных занятий вы будете пользоваться своими мониторами, – жизнерадостно сообщила мисс Кордосо. – Если у вас есть какие-то вопросы – спрашивайте, не стесняйтесь. Нет? Ну тогда давайте познакомимся. Моё имя – Габриэлла Исадора Кордосо, я родом из маленького городка Форталеса, это в Бразилии. Там я родилась и прожила большую часть своей жизни, а теперь… – Она засмеялась. – Я в космосе! Я учитель и ботаник и… я умею жонглировать. – Она обвела взглядом класс. – Кто следующий?

Повисло неловкое молчание. В конце концов встала незнакомая Бет девочка.

– Привет, – сказала она. – Я Люсиль. Я из Тулузы, это во Франции. У меня два младших брата, и они просто невыносимы. Я счастлива, что я здесь. Я… эм… Ну я люблю печь… merci[4].

Она села.

– Превосходно! – Мисс Кордосо захлопала в ладоши. – Отлично, Люсиль. Кто следующий?

– Я Арнольд Санчес Младший, – сказал Арнольд. – Я из Милуоки. Это Америка. Моя мама морпех. Я занимаюсь системами защиты. Я могу отжаться пятьдесят раз. То бишь очень много раз.

– Я Миккель, – сказал Миккель. – Я люблю логические задачки. У меня есть крыса. – Он пожал плечами. – И брат.

– Я Вихан Джоши. Я сын капитана Джоши.

– Я Лорин, но вы лучше зовите меня Лимит, потому что это моё имя получше, и я программист, и мой папа тоже, а мама – инженер по системам, и это вроде как программист для приборов, и наши комнаты вот прям здесь недалеко по коридору, и я всегда могу их отыскать, потому что я написала такое приложение, вот смотрите, вот оно, и эти точечки – это мы, а когда мы доберёмся до Эос Пять, я хочу заниматься программами для контроля над окружающей средой, ведь это потрясно… – Лорин бы явно так и не остановилась, если бы не жест учительницы.

– Эм. Я Бет. Мой папа занимается фермой, моя мама лейтенант. Я… эм…

«Я что? – застопорилась она. – Я жутко боюсь покидать Землю? Я в восторге от возможности переселиться в новый мир? Я скучаю по моим прежним друзьям? Что можно сказать обо мне?»

Как кролик в свете фар, она застыла перед классом и ляпнула первую честную мысль, которая пришла ей в голову:

– Я с пяти лет мечтала командовать космическим кораблём.

Вихан прыснул, Арнольд ухмыльнулся, но мисс Кордосо просто улыбнулась и сказала: «Спасибо тебе, Бет», – и Бет с облегчением села на место.

Мисс Кордосо разбила их на небольшие группы и прошлась по расписаниям уроков и организации занятий. Парты развернулись, и перед каждой группой расположился экран с индивидуальными заданиями. Миккель и Лорин были на класс выше Бет в физико-математическом модуле. Лорин, полностью пропустив введение в программирование, сразу уткнулась в сложнейшую страницу кода и начала печатать. А Бет, как выяснилось, неплохо разбиралась в корабельных системах – оказывается, она усвоила куда больше, чем сама думала. И она с нетерпением ждала дневных занятий, на которых, как сказала им мисс Кордосо, они приступят к командной подготовке.

Когда наступило время обеда, дети направились в столовую. Освещение приобрело тёплый желтоватый оттенок, какой давало солнце в ясный день, и в одном конце просторного помещения группа ребят играла в футбол на временном поле. Бет и Миккель ели и болтали об уроках, пока Лорин пялилась в экран, временами бросаясь яростно печатать. Периодически она издавала разные звуки вроде «Ха!», «Э?», «Нет-нет-нет» или «Ну-у-у…»

Миккель сказал:

– После Прыжка я ткнул себя вилкой в губу.

– Что?

Он пожал плечами.

– Был ужин. Я подносил ко рту вилку, и рука дёрнулась не в ту сторону. – Он указал на крохотную тёмную ранку на губе. – Корабль прижёг ранку, чтобы остановить кровь.

– Ничего себе!

– Да уж. – Он кивнул.

Бет задумалась и сказала:

– Мне всё это показалось жуть как странно. Я была словно парализована.

– Это часто бывает, – сказал Миккель. – Я тоже чувствовал что-то подобное.

Бет покачала головой. Ко времени, когда она сумела сесть, Миккель уже разговаривал с отцом, сидя на краю капсулы и шевелил ногами. Вихан поднимался сам – немного одеревенело, но вполне успешно. Лорин так и вовсе уже давно скакала по залу и задавала Кораблю двенадцатый вопрос.

– Мне потребовалась целая вечность, – сказала Бет. – Меня пришлось поднимать из капсулы на руках. Я ничего не могла сделать. Я была словно замурована, я… я просто ничего не могла. – Она почувствовала, как при одной мысли об этом у неё зачастило сердце, а руки покрылись гусиной кожей. – Это было… – «Жутко. Страшно. Чудовищно». – Это было довольно неприятно. – Она посмотрела на Миккеля. – И как у тебя нервы не сдали?

Он пожал плечами.

– Было и правда странно. Но взрослые предупреждали, что оно так будет. Поэтому я знал, что в конце концов всё будет хорошо.

– Эх. Лорин, а как у тебя?

– А?

– Пробуждение после Прыжка. Как ты так быстро вскочила на ноги?

Лорин подняла голову, но руки её продолжили набирать что-то, похоже, сами по себе.

– А. Ну мы ведь все по сути просто компьютерные системы, верно? Мы перезагрузились, и мне просто нужно было понять, как возобновить функционирование всех частей системы. Классно было, правда? – Опустив глаза к экрану, она жмакнула куда-то, посмотрела секунду-другую и воскликнула: – Ага!

Бет улыбнулась.

– Лорин, а что ты делаешь?

– Корабельный коммуникационный протокол, – сказала она, не сводя глаз с дисплея.

– А, ну конечно, – сказала Бет. – Как же я сразу не догадалась. – Она подмигнула Миккелю.

– Я хакнула шифровку, – сказала Лорин. Подняв глаза, она встретилась с их пустыми взглядами. – Ну понимаете? Корабельный коммуникационный протокол. Типа… всё, что Корабль видит, пересылается в центральный процессор, так?

– Ну…

– Ладно, значит, так: данные зашифрованы, само собой, но кодировка просто жалкая, недельной как минимум давности. И я знала, что есть один эксплойт нулевого дня[5] для операционки Корабля, и я попробовала его и вычислила структуру пакета и…

– Стоп! – рассмеялась Бет. – Честное слово, Лорин, у тебя небось мысли жужжат в голове, как целый пчелиный рой. Что всё это значит?

Лорин ухмыльнулась.

– Вот. Слушай! – Она щёлкнула клавишей, и с экрана полился голос:

– …передай-ка мне ключ. Спасибо. Думаю, это последнее реле. Когда вставим его на место…

Лорин снова щёлкнула.

– …на ногах едва стою сегодня утром. Мы всю ночь не спали с близнецами, им обоим приснились кошмары, и они никак не могли успокоиться…

И снова.

– …мне! Мне, Родди! Передай мяч! Пасуй… Ай! Ну почему ты не пасовал, дурья башка?

Бет посмотрела на футбольное поле, где два мальчика спорили.

– Постой, – медленно проговорила она. – Это по-настоящему? Это вроде как… прослушка?

– Нет! Нет. Ну то есть да. Ну сама знаешь, на корабле повсюду камеры, так? Везде, так? – Лорин выжидательно посмотрела на них, но ребятам нечего было ответить. – Ну в общем, они есть. Вот просто везде. Всё, что вы говорите и делаете, записывается. Как видео, так и аудио. Прикольно, правда?

Она снова щёлкнула клавишей.

– …нет, это ты прости. Ну просто я был не в духе. Честно, всё хорошо…

Бет затрясла головой.

– Мне кажется, тебе не следует этого делать, – сказала она. – Это… А что, правда всё, что мы говорим, прослушивается?

– Угу.

– Лорин Хупер, объясни, что ты делаешь.

Подняв глаза, они увидели лицо Корабля.

– Ой! – сказала Лорин. – Эм… ничего! Ничего, просто, ну мы вроде как дурачимся… – Она дотронулась до экрана, и голоса смолкли.

– Лорин, мы обсуждали это. У тебя нет достаточного уровня полномочий для подключения к системам Корабля.

– Я не подключалась! Я просто ну вроде как тестировала систему безопасности…

– Пожалуйста, воздержись в дальнейшем от неавторизированного доступа или ты будешь ограничена в использовании любых компьютеров. Ты поняла?

Лицо Лорин побелело, и она кивнула.

Корабль сказал: «Спасибо», – и истаял.

Миккель, Лорин и Бет обменялись взглядами.

– Лорин, разозлить целый Корабль – это твой личный рекорд, – сказал Миккель ошеломлённым голосом, и все рассмеялись.

Лорин пожала плечами. Уже решённая задача не представляла для неё большого интереса.

* * *

Во второй половине дня у них была новая учительница совершенно иного склада, чем мисс Кордосо.

Она была высокая и худая; чересчур худая, как будто она в одночасье потеряла добрую половину веса. Одежда – белая рубашка и чёрные брюки – на ней просто висела. На вид ей было примерно за шестьдесят, её седые волосы были коротко стрижены, а лицо выглядело обветренным и суровым. На одной щеке виднелась латка искусственной кожи, и ещё учительница слегка прихрамывала.

Дети инстинктивно выпрямились, как только она вошла. Вихан, как заметила Бет, сидел как по струнке на своём стуле, готовность и внимание были буквально написаны у него на лице.

– Я майор Грейлинг, – сказала женщина. Голос у неё был надтреснутый и грубоватый. – Вы можете обращаться ко мне «майор», или «мисс Грейлинг», или «мэм», как вам угодно. Я здесь, чтобы заниматься с вами командной подготовкой.

Бет улыбнулась. Учительница проигнорировала её.

– Этот курс посвящён роли командующего на космическом корабле, техникам эффективного управления и правильному поведению как на посту командира, так под командованием оного. Вы научитесь тому, как организовать, обучить и направить команду на достижение стоящих перед вами задач, узнаете, каким командным протоколам вам придётся следовать.

Она придирчиво оглядела каждого из сидевших перед ней.

– Давайте приступим. Кто назовёт мне фундаментальный принцип командной вертикали?

Никто не ответил, хотя Вихан слегка улыбнулся. Майор обвела взглядом класс.

– Мисс Маккей?

Бет вздрогнула.

– Эм… защищать корабль?

Майор не сводила с неё глаз две долгие-предолгие секунды, а затем, не поворачивая головы, спросила:

– Мистер Джоши?

Вихан отвечал уверенно:

– Мэм, фундаментальный принцип командной вертикали – это концепция единоначалия.

– Действительно. В чём смысл этой концепции?

– Единоначалие означает, что во всей цепочке командования каждый подчинённый отвечает перед одним и только одним вышестоящим офицером.

– Верно, мистер Джоши. – Майор Грейлинг бледно улыбнулась. – Мисс Маккей, ваш ответ был весьма добросердечным. Защищать корабль… Добросердечно и не по делу. Представьте, что корабль был уничтожен, и все мы заключены в капсулы жизнеобеспечения – вы полагаете, что в таком случае командная цепь просто перестанет существовать? А что, если вы будете на задании далеко за пределами корабля? Хм? Командование отменяется?

– Эм… нет.

– Нет.

Она повернулась к экрану у себя за спиной. Как только она отвернулась, Вихан ухмыльнулся. Бет вспыхнула.

– Командная вертикаль, – сказала майор, чеканя слова, – это один из наиболее важных принципов военной структуры. Он чрезвычайно прост. Он утверждает, что в командной цепи каждый отвечает перед одним человеком. Вы докладываете своему лейтенанту. Она докладывает своему капитану. Он докладывает своему майору, она докладывает своему генералу – вверх по командной цепи.

У вас одна только задача, а именно: делать то, что вам приказывает этот человек. Вы здесь не для того, чтобы принимать решения. Вы здесь не для того, чтобы думать. Вы здесь для того, чтобы исполнять приказ вашего вышестоящего офицера.

Это недемократично. Это несправедливо. И это даже не особо эффективно. Так почему это настолько важно? Кто скажет?

Класс молчал. Арнольд хмурился, словно его мучили сомнения, что он забрёл не в тот класс.

Майор вздохнула.

– Мистер Джоши, скажите им.

Вихан каким-то образом сел ещё прямее.

– Мэм, командная вертикаль жизненно необходима в чрезвычайной ситуации, когда всё хаотично и изменчиво. Благодаря ей в такие моменты каждый подчинённый знает свою зону ответственности и знает, кому докладывать и у кого запрашивать дальнейшие распоряжения.

Майор Грейлинг кивнула.

– Именно так. Командная вертикаль означает, что в любой ситуации, что бы ни происходило, вы знаете, что вы должны делать. Вам не нужно об этом задумываться, вы просто следуете приказам. Итак, мисс Маккей, случись что-то непредвиденное, разрешение чрезвычайной ситуации – это не ваша зона ответственности. Вам необходимо делать только то, что ваш вышестоящий офицер, – она буднично махнула рукой в сторону Вихана, – приказывает вам делать.

Она снова повернулась к экрану и вывела наверху: «ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ ОСНОВЫ КОМАНДОВАНИЯ».

– Откройте свои мониторы. Я подготовила рабочий материал. Следующие несколько дней мы будем изучать базовые принципы командования. Затем мы перейдём к более сложным понятиям. Приступайте.

Следующий час ушёл на выполнение заданий. Материал был подобран индивидуально для каждого из них – судя по тому, о чём Вихан говорил с майором, он уже перешёл к продвинутому модулю. Бет полистала следующие главы. «Принципы ведения войны» Клаузевица, – прочла она. – «Государь» Макиавелли. Системы мирового порядка в XX веке. «Государство» Платона». – Она вздохнула.

В конце дневных занятий майор распустила ребят, бодро сообщив, что она назначила им домашнее задание и ожидает получить его завтра. Вихан прошагал из класса с прямой спиной, покачивая руками. Арнольд проследовал за ним, с улыбкой покосившись на Бет.

– Защищать корабль! – театральным шёпотом сказал он, и Бет снова почувствовала, как кровь приливает к щекам.

Она выходила последней. Когда она была уже в дверях, майор Грейлинг остановила её:

– Маккей?

Бет повернулась.

– Ваш ответ был неверен, – сказала она. – Но не настолько ошибочен, как вам может показаться. Командная вертикаль действительно важнее, чем корабль, но не важнее, чем его экипаж. Экипаж – вот для чего и почему мы вообще здесь. Иногда те, кто понимают, как устроено командование, не вполне понимают, почему оно необходимо.

Она кивнула Бет и вышла из класса.

6

Видеши

За тот месяц «Орион» совершил ещё четыре Прыжка. Всякий раз Бет забиралась в капсулу, переживала мгновение бессознательности и бесконечно петляющей дорогой возвращалась обратно к себе самой. И всякий раз она испытывала то же ужасающее чувство беспомощности, невозможности восстановить связь со своим телом.

Она пробовала пассивно ждать по примеру Миккеля, веря словам взрослых, что неприятное чувство уйдёт само, но оно тянулось слишком долго. Она пробовала относиться к происходящему с ней как к компьютерной проблеме по примеру Лорин, но у неё никак не получалось подобрать верный код. Но всякий раз она в конце концов пробуждалась, тяжело, с ворчанием и кряхтением вылезала из капсулы и неловко вываливалась на пол. Это, по крайней мере, у неё стало получаться самостоятельно.

С каждым Прыжком «Орион» вместе со своим экипажем перескакивал через невообразимые расстояния. Миллиарды километров, на преодоление которых в обычном пространстве ушли бы столетия. И каждый Прыжок был лишь маленьким шажком к их далёкой цели.

Они находились уже вне пределов досягаемости регулярной связи. Сигнал слишком долго шёл бы домой, и поэтому «Орион» использовал почтовые шаттлы – небольшие беспилотные космические летательные аппараты, которые могли прыгать и таким образом быстро переносились обратно на Землю с сообщениями от экипажа. Изредка они возвращались с новостями и обновлениями, но это бывало редко; фактически же экипаж и пассажиры «Ориона» были предоставлены сами себе.

Но после четвёртого Прыжка они внезапно оказались не одни.

Дети были в классе, когда это произошло. Мисс Кордосо показывала им изображения Эос Пять, её суши и морей, крупнейших рек.

– Мало какие из этих географических объектов получили имена, – сказала она. – Когда вы прибудете на место, одной из ваших обязанностей в качестве первых колонистов будет дать им названия. Арнольд, какое имя ты дал бы этой горе?

– А… Я не знаю. Гора Эверест?

Она наградила его тёплой улыбкой.

– Конечно, мы можем называть объекты в честь тех или иных мест нашей родины. Многие колонисты так и поступали: например, так был назван Новый Амстердам, который затем стал Нью-Йорком. Или мы можем называть их в честь самих колонистов – как случилось с Рондонией в моей стране[6]. Но ещё вновь открытые места могут быть названы в честь какого-то особенного человека. Кого выберешь ты?

Крупный неуклюжий мальчик, казалось, язык проглотил. Он заёрзал.

– Эм… Может быть, гора Глория, мэм? Это… эм… имя моей мамы.

Тут некоторые ребята прыснули, и Арнольд покраснел, но мисс Кордосо снова улыбнулась:

– Чудесная идея. Я уверена, твоя мать была бы очень рада…

– ВНИМАНИЕ, ВНИМАНИЕ! ПРЕКРАТИТЬ ВСЮ НЕПЕРВООЧЕРЕДНУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ. НЕМЕДЛЕННО ПРОЙТИ К КАПСУЛАМ ДЛЯ СНА. ПОВТОРЯЮ: НЕМЕДЛЕННО ПРОЙТИ К КАПСУЛАМ ДЛЯ СНА.

Голова Корабля возникла на всех экранах в классе.

– Пожалуйста, покиньте этот класс и следуйте за световыми указателями к капсулам для сна. Пожалуйста, оставьте все свои вещи на месте. – Лицо его выглядело, как обычно, спокойным. Дети вытаращили глаза.

– С-спасибо, Корабль, – сказала мисс Кордосо. – Дети, прошу вас…

– Что происходит? – с тревогой спросила Люсиль. – Что такое… что происходит? Que se passe-t-il?[7] Мы в опасности? Что?..

Прерывая поток вопросов, мисс Кордосо подняла руку.

– Ребята, всё в порядке, это просто Прыжок. Вперёд, пойдёмте, как мы тренировались.

Вихан и Арнольд уже встали, готовые идти, как и Миккель. Бет поднялась и тронула за плечо Лорин, которая так самозабвенно печатала на планшете, что Бет пришлось силой поднимать её на ноги.

Она подалась к Люсиль.

– Всё хорошо, Люсиль, – сказала она самым своим весёлым голосом. – Скорее всего, это просто учебная тревога.

Люсиль повернула к ней встревоженное лицо, но всё же согласно кивнула:

– Oui[8].

Они вышли из класса и влились в поток детей постарше и малышни. Дети помладше были явно взбудоражены происходящим, ребята постарше делали вид, будто всё это скукота, рутина. Бет не обманывалась. Это была не учебная тревога. Она чувствовала это.

– Как думаешь, что случилось? – спросила она у Миккеля.

Он задумался.

– Может, это лущители.

Бет так и передёрнуло.

Похоже, это было неизбежно, что во всём изведанном пространстве космоса с его вакуумом, астероидами и даже внеземными формами жизни самую большую опасность для людей представляли вовсе не они, а другие люди. Это были скитающиеся по космосу группировки воров, пиратов и убийц, выживающие благодаря грабежу. Одни из них провозглашали себя официальными организациями с реальными претензиями к человечеству и стремились жить своей жизнью. Остальные же просто гребли всё, до чего дотягивались. Пищу, топливо, оборудование и даже людей – в качестве пленников. Они могли обобрать корабль-колонию до пылинки, затерянной в космосе. У группировок было множество различных имён, но коллективно они были известны как лущители.

Шепоток пробежал по цепочке детей. «Лущители? Может быть, это они? Нас взяли на абордаж? Они захватили грузовой отсек? Они могут прорезать обшивку»…

Перед ними вновь возникла голова Корабля. Точнее говоря, его головы появились в нескольких точках вдоль вереницы детей, и все хором заговорили.

– Пожалуйста, сохраняйте спокойствие, – сказали они. – Это не атака лущителей. Следуйте к капсулам для сна. Я повторяю: это не атака лущителей.

– Вы слышали, что сказал Корабль, – крикнул властным голосом Вихан. – Всё, что от нас требуется, пройти к капсулам – и довольно сеять панику! – Он адресовал Миккелю строгий взгляд, но Миккель просто пожал плечами.

Наконец они добрались до своего капсульного отсека. На этот раз родителей не было, взрослые оставались на своих постах.

Люсиль спросила:

– А если нам придётся прыгнуть, что будет с экипажем?

– У них есть сонные диски на шее, – сказал Миккель. – Значит, они могут погрузиться в экстренный сон там, где находятся.

Бет повернулась назад.

– Давай же, Лорин, – выпалила она нетерпеливо. – Залезай в свою капсулу!

Лорин всю дорогу по коридору не переставала печатать, и Бет приходилось практически вести её, как слепую. Теперь же Лорин нажала на клавишу и уставилась на экран.

– Вот, – прошептала она. Она подняла голову и постучала по планшету. – Вот что там.

На экране было изображение космического пространства и крохотные точки света в одном углу. Лорин что-то нажала и приблизила одну точку света – она сделалась кораблём.

– Non,[9] – прошептала Лорин.

Лущители вселяли страх, они были безжалостны, жестоки, нецивилизованны. По большей части это были ужасные люди, жившие за счёт чужих страданий. Но всё же они были людьми. Это было хоть какое-то родство.

Это же были… инопланетяне.

Видеши.

Сложно было понять, насколько их корабль большой. Он не походил ни на одно судно, когда-либо построенное человечеством. Длинные тонкие щупальца распускались от его корпуса, как будто в космосе плыла медуза. Щупальца были в несколько раз длиннее, чем весь «Орион». Он был непонятным образом освещён, и от него словно исходило фосфоресцирующее бледное розовато-голубое свечение.

У него не было названия, Бет не могла найти никакого обозначения. После долгого молчания Миккель сказал:

– Класс «защитник». Это значит… что-то вроде стража границы.

– Он будет атаковать?

Миккель поднял руки, мол, не спрашивайте меня.

– Может. Если они посчитают, что мы держались враждебно или вторглись в их пространство…

– Что это? – спросила Бет. Между «Орионом» и инопланетным летающим объектом возникла точка поменьше, которая сновала туда и сюда.

– Ещё корабль, – сказал Арнольд, заглянув в планшет через плечо низенькой Лорин. – Эй, это же «Перепелятник»!

– Капитан Кир! – ахнула Лорин. Она неожиданно издала чудной писклявый возглас и чуть не выронила планшет. Бет с удивлением посмотрела на неё. – Это он? – спросила Лорин. Голос у неё был такой, словно она вдохнула гелия.

Вихан закатил глаза, но всё же ответил.

– Да, – сказал он. – Он занимает позицию между нами и врагом.

– Они нам не враги, – сказала Бет. – Они просто другие.

Вихан пожал плечами.

– Он движется, – сказал Арнольд. Глаза его возбуждённо блестели. – Он направляется к нам.

Он был прав. Необычный медузоподобный корабль был теперь ближе, и его щупальца, казалось, двигались менее хаотично. «Перепелятник» был вынужден отступить, и дети, затаив дыхание, смотрели, как инопланетное судно подходило всё ближе… ближе…

Неожиданно экран погас, и прямо перед ними появилась голова Корабля.

– Пожалуйста, пройдите теперь в свои капсулы, – сказала она.

– Нас атакуют? – спросил Вихан ровным голосом.

– Нет. С нами инициируют сближение. Согласно требованиям нашего соглашения с видеши, мы немедленно покидаем этот сектор космического пространства.

– А если мы останемся, они атакуют нас, да? – спросила Лорин.

Корабль сказал:

– Мы отходим немедленно. Пожалуйста, пройдите в свои капсулы или я свяжусь с вашими родителями. Пожалуйста, не задерживайтесь.

Дети неохотно полезли в капсулы для сна. Бет вдохнула ставший уже знакомым запах обеззараженного пластика и подняла глаза, словно ожидая увидеть маму, которой, разумеется, там не было. Она слышала, как Люсиль в соседней капсуле всхлипывает. Капсула закрылась, и теперь Бет слышала только биение своего сердца, его прерывистый и лихорадочный ритм.

«С нами всё будет хорошо, – сказала она себе. – С нами всё будет хорошо».

Бет закрыла глаза.

7

Маленькая ложь

Позднее Бет записала в дневнике: «Мама и папа были рядом, когда я пробудилась. Они сказали, что Прыжок прошёл нормально, переживать нечего».

Она обвела взглядом крохотную комнатку, в которой сидела, в промежуток перед столом едва можно было втиснуться. Но если прислониться спиной к стене, становилось, вообще-то, довольно удобно.

«У Лорин неприятности из-за того, что она опять взломала систему. Корабль собирался отобрать у неё планшет!»

И Корабль в самом деле готов был исполнить угрозу. Но, к собственному изумлению, Бет вмешалась.

– Это я велела ей так сделать, – сказала она.

Лорин вытаращила глаза. Лицо Корабля оставалось, как всегда, бесстрастным.

– Я проверил видео с камер наблюдения, – сказал он. – Ты не отдавала подобного приказа. У тебя нет права отдавать приказы Лорин.

– Это… а это был секретный приказ, – неубедительно соврала Бет. – Я сказала, что он исходит от тебя.

Корабль смерил её взглядом.

– Ясно. Лорин, это было твоё последнее предупреждение. Бет, ты соврала своему товарищу и использовала её, чтобы внедриться в корабельные системы. Об этом будет доложено.

– Ладно. – Бет отвернулась, но потом повернулась обратно. – Но ты мог бы просто сказать нам, что происходит!

– Действия Лорин спровоцировали панику и задержали Прыжок. Мои программные установки предписывают мне ограничивать доступ к информации, которая может представлять угрозу безопасности. Бет, пожалуйста, напиши отчёт с указанием кода, который ты использовала, чтобы отдать приказ Лорин, и перешли его мне.

Бет писала в дневнике: «Мне пришлось выдумать полную ерунду, которую я вроде как сделала, и сказать, что это был код типа “давай взломай систему и доложи мне”. Как-то глупо вышло. Корабль не позволяет нам иметь секреты. Он всё время следит за нами, слушает все наши разговоры… И это довольно неприятно. Очень неприятно. Просто отстой».

Вот что ещё нравилось Бет в этой её комнатке. Она дюжину раз перепроверила каждый сантиметр стен и потолка и была уверена, что нигде в поле зрения не было камер; это было одно из редких мест на «Орионе», где Корабль не мог за ней шпионить.

* * *

На следующий день, когда они зашли в класс, мисс Кордосо не было. Её заменял капитан Кир.

На этот раз он был не в своей парадной форме, а в видавшей виды серой лётной куртке, армейских брюках и тяжёлых чёрных ботинках. Он стоял, прислонившись к столу мисс Кордосо и скрестив руки на груди, и улыбался каждому из входивших ребят; когда Лорин увидела его, она сдавленно пискнула, лицо у неё стало красным, как цветок мака, и она налетела на собственный стол.

Никто не говорил. Дети обменялись взглядами из-под удивлённо приподнятых бровей, но не произнесли ни слова. Когда все расселись, Кир кашлянул.

– Доброе утро, ребята, – сказал он. – Мисс Кордосо скоро подойдёт, но сначала я хотел с вами поговорить. Для тех, кто меня не знает, я капитан Кир. Я пилот «Перепелятника», и моя работа – предвидеть любую опасную и странную ситуацию и хорошенько всё проверить. – Он улыбнулся. – Так что вчера у меня был весёлый денёк.

Класс улыбнулся в ответ.

Капитан Кир кивнул.

– Я здесь потому, что у вас наверняка куча вопросов о том, что же произошло. Я обхожу все классы. Начальство считает, что у меня лицо дружелюбное. А то, оказывается, пол экипажа боится капитана Джоши больше, чем всех видеши, вместе взятых.

Дети засмеялись, а Кир подмигнул Вихану.

– Просто шучу, Ви. Не говори отцу, что я так сказал. – Вихан кивнул и улыбнулся, и Бет уставилась на них круглыми глазами. Они, очевидно, давно знакомы, поняла она. На лице Вихана смешалось смущение и преклонение.

– Итак… вчера у нас состоялась незапланированная встреча с кораблём видеши класса «защитник», и все перепугались, так что я пришёл объяснить, что же произошло. Дело было так.

Видеши несколько таинственны, и мы не всегда знаем, чего они хотят. Но они неагрессивны, и крупных столкновений с ними никогда не было. Иногда бывает, что мы встречаем их корабли вскоре после совершения Прыжка, как, например, вчера. И когда это происходит… мы стараемся побыстрее убраться подальше. – Он пожал плечами. – Вот что случилось вчера. Конец истории.

Говоря, он улыбался и вообще держался свободно и ненапряжённо, и Бет почувствовала, что ребята расслабляются, глядя на него. Дело было даже не в том, что он говорил, а в том, как он говорил, – как уверенный капитан, успокаивающий свою команду. Его руки были мягко скрещены, в манере и позе – непринуждённость. Всё в порядке.

И всё же…

– Это неправда, – вдруг неожиданно для себя самой выпалила она.

Кир нахмурился:

– Прости?

Бет чуть не зажала рот ладонью. Все повернулись и уставились на неё. Арнольд закатил глаза. Вихан выглядел рассерженным.

– Заткнись, а? – прошипел он, но Кир поднял руку, останавливая его. Он посмотрел на Бет.

– Ты что-то хотела сказать?

Капитан явно не рассердился, только удивился и, как показалось девочке, слегка развеселился. Он смотрел на неё, Бет смотрела в ответ, и на лбу у неё выступил пот. Она чувствовала, что у неё горят щёки. Но деваться было некуда, и она продолжила.

– Это не конец истории, – сказала она. – Все были вчера напуганы. Не только мы. Взрослые тоже. Мисс Кордосо. Даже Корабль. Вы зачем-то вылетели с «Ориона» на «Перепелятнике». Я хочу сказать… это не вся история. Вы о чём-то нам не говорите.

Вот теперь Вихан был в ярости и зашипел, словно змея:

– Это капитан Кир, как ты смеешь!

Но Кир засмеялся и тряхнул головой. Он провёл рукой по лицу и махнул Вихану, чтобы успокоить его.

– Ты Бет, правильно? – сказал он. – Бет Маккей?

– Да.

Он кивнул.

– Мы уже встречались, я помню. А знаешь, я выдаю эту небольшую речь уже шестой раз кряду. Я провёл беседу с тремя командами технического обслуживания и со всеми детьми старшего возраста. – Он ухмыльнулся. – Ты первая поняла, что это полная чушь.

Бет уставилась на него. Голос подал Арнольд:

– То бишь… выходит, она права?

Кир пожал плечами:

– Ну… официальную позицию я вам только что озвучил. Но…

В углу класса замерцал воздух, и появилась голова Корабля.

– Капитан Кир, – сказала она, – пожалуйста, не забывайте, что информационный обмен должен происходить в установленных рамках.

Дети посмотрели на голову, а затем перевели взгляд на Кира. Рот у него скривился, словно ему пришлось проглотить что-то кислое.

– Да, благодарю тебя, Корабль, – сказал он. – Думаю, я справлюсь. До свидания.

Корабль не унимался:

– Эти рамки установлены ради безопасности экипажа…

– До свидания, Корабль, – с нажимом повторил Кир.

В голосе его явно читался приказ «разойтись», и в следующее мгновение визуализация истаяла. Кир повернулся к классу с кривой улыбкой.

– Послушайте – никакого большого секрета тут нет, – сказал он. – Просто есть вещи, на которых мы не заостряем внимание.

Он повернулся к экрану у себя за спиной.

– Вот что нам известно о видеши, – сказал он и напечатал:

Технологически продвинутые

Настороженные

Неагрессивные?

– А вот чего мы не знаем:

Откуда они происходят

Как они выглядят

Чего они хотят

Всё остальное

Он сделал шаг назад.

– Мы знаем зачатки их языка, – сказал он. – Некоторые из вас изучают видеши, так? – Миккель кивнул. – Они способны понимать нашу речь, а мы немного понимаем их. Но они не желают разговаривать. Они не желают приближаться к нам; они даже не хотят, чтобы мы знали, как они выглядят. Мы никогда не видели видеши, мы никогда не были внутри их кораблей, мы никогда не видели их колонию, мы не знаем, где их родная планета. – Он пожал плечами. – Видеши… они странные.

– Они намного сильнее нас? – спросила Люсиль.

– Нет, – презрительно бросил Арнольд.

– Да, – сказал Миккель.

Вихан промолчал.

– В каком-то смысле. – Кир явно старательно подбирал слова. – Их корабли невероятно мощные. Снаряды нашего оружия попросту отскакивают от них. В случае столкновения они способны прыгнуть, прежде чем мы успеем нанести им серьёзный ущерб. Они наверняка находятся в космосе намного дольше нас. – Он покачал головой. – Но больше мы ничего не знаем. Так что когда мы выскакиваем из Прыжка и видим «защитника», ну да, мы дрейфим. Я выхожу и совершаю свой небольшой танец перед ними, притом что я понятия не имею, что я должен делать, видимо, просто потянуть время, пока вы доберётесь до капсул. Затем мы уходим и больше не используем эту точку Прыжка. – Кир посмотрел прямо на Бет. – Вот как-то так. Так что, скорее всего, волноваться всё-таки не о чем. Так лучше?

Она улыбнулась в ответ и сказала:

– Лучше.

– А что насчёт лущителей? – спросил Арнольд.

Капитан нахмурился.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну… а о них чего нам не говорят?

Кир засмеялся и вскинул руки.

– Ребятки, я не сделался вдруг вашим персональным осведомителем! И не то чтобы тут были особые секреты. Просто некоторые вещи очень неоднозначны. – Он пожал плечами. – Лущители неоднозначны. Некоторые из них настоящие пираты – законченные головорезы и подонки. Некоторые совсем другие. Влияние Земли не так сильно здесь, как нам хотелось бы думать. Есть колонии, просто разорвавшие с нами связь, и мы называем лущителями и их тоже. Но не все из них так уж плохи. Я даже знал кое-кого оттуда… – Он тряхнул головой, словно опомнившись. – Ну довольно, – сказал капитан. – Мисс Кордосо скоро будет здесь, чтобы возобновить ваши обычные уроки. А мне необходимо успокоить нервы ещё трём группам. И ещё! – Он заговорщицки подмигнул. – Никому не повторяйте того, что я говорил, окей?

Они улыбнулись в ответ. Мисс Кордосо как раз вошла в класс, капитан Кир кивнул ей и отбыл. Учительница посмотрела на экран, одним движением стёрла написанное и повернулась к детям с сияющей улыбкой.

– Доброе утро, класс, – сказала она своим бодрым чирикающим голосом. – Сегодня мы продолжим изучать географию Эос Пять – пожалуйста, включите свои мониторы и войдите в систему.

Учительница продолжила урок ровно с того места, где они остановились вчера, даже не упомянув о видеши и полностью игнорируя любые вопросы о них, которые задавали ей в течение дня. В обеденный перерыв Бет заметила, что Вихан не перестаёт хмуриться и кусать губы. Увидев её, он замер в нерешительности, затем коротко кивнул, прежде чем отвернуться и уйти.

Как дети ни пытали взрослых, больше они от них ничего не добились. Через неделю «Орион» совершил очередной запланированный Прыжок, и ничего не случилось. А ещё через неделю они прыгнули снова. И после этого все и думать забыли о видеши.

8

Экзамен

К концу семестра Бет уже могла составить собственное мнение о космосе. К большому сожалению, она вынуждена была признать, что это скука смертная! Когда много месяцев назад они обсуждали путешествие с мамой и папой, она представляла себе интереснейшие виды и ожидала ярких впечатлений. Туманности! [10]Двойные звёзды! Астероиды и чёрные дыры!

Теперь, на борту «Ориона», она поняла, что все эти космические объекты, по мнению взрослых, лучше всего смотрелись с расстояния побольше. В космосе, судя по всему, «увлекательно» означало «очень опасно», и пилоты «Ориона» большую часть своего времени употребляли на то, чтобы убедиться, что корабль не приближается ни к чему из того, на что стоило бы поглядеть.

Так что в промежутках между Прыжками они плыли по скучнейшим задворкам неба. Иллюминаторов на корабле было немного – только на мостике и в немногих смотровых шлюзах, однако с камер, расположенных на корпусе, каждый день транслировался на экраны один и тот же вид: чёрное одеяло, усеянное булавками света, которые меняли своё положение, но никогда, казалось, не делались ближе.

Прошло два месяца из девяти с начала путешествия, и весь мир участников полёта ограничивался лишь стальными стенами. Нехватку старых социальных связей Корабль и капитан Джоши заменяли развлекательными вечерами – танцами, выступлениями, спортивными играми.

В конце месяца дети вышли на экзамены. Бет со скрипом сдала программирование, но лучше показала себя в корабельных системах. Миккель запросто получил отличный результат по физике и лингвистике, а Лорин набрала технически невозможные 107 % в зачёте по информатике, сыграв на слабом месте в системе безопасности машины для теста. Её наградили почётной медалью и велели никогда больше так не делать.

Экзамен по командной подготовке проходил иначе. Он включал письменную часть и ту, где Корабль сам задавал вопросы. Также в зачёт шла работа в семестре и финальное испытание – устный экзамен с майором Грейлинг.

Узнав об этом, Бет окончательно упала духом. Целый семестр она пререкалась с майором Грейлинг, пытаясь понять, чего она хочет, но безуспешно. Каждый вопрос оказывался ловушкой. Любой ответ встречался скептическим покачиванием головы или саркастичным замечанием, рушившим всю её тщательно выстроенную аргументацию. На этом предмете Бет постоянно краснела и чувствовала себя глупо. А невыносимее всего было то, что Вихан спокойно и самоуверенно сидел на другом конце комнаты и уж он-то всегда имел наготове правильный ответ.

Экзамен проходил в классе. Бет снаружи ждала своей очереди, чувствуя, как потеет спина, прислонённая к жёсткому пластиковому сиденью, и ежесекундно сверялась с часами. Наконец дверь класса открылась. Оттуда вывалился Арнольд – лоб нахмурен, руки в карманах, а на щеке чернеет масляное пятно. Этого человека не интересовала командная подготовка. Весь семестр в качестве своего проекта по инженерному делу он потрошил и перебирал одну из запасных ускорительных ракет корабля. Тут он кивнул Бет.

– Она говорит, можно заходить, – протянул он и пошёл прочь. Бет сделала глубокий вдох и открыла дверь класса.

Майор сидела за своим столом и писала что-то на планшете. Бет опустилась на пустой стул перед ней и стала ждать.

– Мисс Маккей, – сказала майор, продолжая водить стилусом по экрану, – это четвёртая и последняя часть вашего экзамена по первому семестру курса командной подготовки. Экзаменационная беседа. Вы готовы начинать?

– Д-да. Да.

– Хорошо. – Майор подняла голову. – В ваш первый день на борту корабля произошло столкновение между Лорин Хупер, вами и Арнольдом Санчесом. Пожалуйста, опишите его.

Бет заморгала.

– Что?

Майор приподняла одну бровь.

– Пожалуйста, опишите, что произошло, – сказала она с преувеличенным терпением. – В первый день. В столовой.

– Эм. Ну там были… То есть… Погодите, это часть экзамена?!

– Мисс Маккей, всё, начиная с того момента, как вы вошли в эту комнату, – часть экзамена. Вернее, даже всё с того момента, как вы ступили на борт корабля. Это и есть оперативная подготовка командующего! Здесь не вы решаете, когда вас будут испытывать. Отвечайте на вопрос!

Похоже, она говорила вполне серьёзно.

– Извините, – сказала Бет. – Так. В первый день… – Она постаралась припомнить. – Арнольд и Лорин поцапались. Нет, точнее, Арнольд спровоцировал ссору. Он забрал у Лорин планшет и отказывался его возвращать. И я… эм… вмешалась.

Майор Грейлинг сверилась со своими записями.

– Вы напористо подошли к Арнольду, кричали и оскорбляли, и потребовали, чтобы он вернул планшет.

– Я… ага.

– И это сработало?

– Вроде как.

– Нет, не сработало. И почему это не сработало?

– Сработало, Лорин ведь получила планшет обратно!

– Она получила свой планшет обратно потому, что Вихан Джоши приказал Арнольду вернуть его. Скажите мне, что произошло бы, если бы Вихана там не было?

Бет вспомнила, каким громадным вдруг показался Арнольд, когда она встала перед ним.

– Он, вероятно, размазал бы меня по стенке, – признала она.

Губы майора Грейлинг дёрнулись. Это была улыбка?

– Тогда почему вы это сделали?

– Ну вы понимаете… Лорин маленькая, а он… Это просто было не…

– По сравнению с Арнольдом все выглядят маленькими, включая вас саму. Вы были знакомы с Лорин самое большее двадцать минут, не имели ни малейшего представления о тактической ситуации, но всё же без единого сомнения рванули через комнату и стали угрожать крепкому юноше. И результат был едва ли не катастрофическим.

– А что ещё мне было делать?! – огрызнулась Бет. – Извините. Я хочу сказать, что я не думала тогда о результате. Она была в беде.

– Хм. – Майор что-то написала на своём планшете. Не поднимая головы, она сказала: – Расскажите мне о Вихане.

Сбитая с толку, Бет пожевала губу. Это ещё одна ловушка? Проверить, насколько она лояльна или что-то в этом роде? И что она должна отвечать? Что это за экзамен такой?!

– У Вихана хорошо получается командовать, – выдавила она наконец. – Он знает всё что надо, ну понимаете, систему командования, теорию и принцип работы многих устройств. И он действительно хорош на практике. Типа… у него получается делать так, чтобы люди повиновались ему. Его слушаются.

– Почему?

Бет пожала плечами.

– Не знаю. Просто слушаются и всё.

Майор фыркнула:

– Бет, это неподходящий ответ. Попробуйте ещё раз.

– Ну… – Девочка глубоко вздохнула и собралась с мыслями. – В нём чувствуется уверенность, – сказала она. – Вихан говорит так, будто точно знает, что люди непременно сделают то, что он хочет… И они правда делают! – Помолчав, Бет прибавила: – И сидит он правильно.

Майор нахмурилась.

– Что вы имеете в виду?

Бет сама не до конца понимала. Это просто пришло ей в голову.

– Ну я хочу сказать… вот в столовой он сидит вразвалочку, ну… расслабленно. В школе он другой. С мисс Кордосо он держится… – Она вспомнила то, что подумалось ей тогда: – Отстранённо. Но на командной подготовке он стоит, как солдат, по стойке «смирно». Он всё время разный.

– И что с того? Почему это важно? – Майор наклонилась вперёд и пристально посмотрела на Бет, словно пытаясь прочитать ответ у неё на лице. В голове у девочки пронеслось: «Да я не знаю! И почему я это сказала?»

«Думай».

Она задумалась. Майор постукивала своим стилусом по краю планшета, но Бет не обращала на неё внимания. Она думала.

– Когда Вихан с другими детьми, то расслаблен, – медленно сказала Бет. – Он показывает, что полностью уверен в себе и подбадривает их, а им это нравится. Он словно капитан Кир, держится так, что всем непременно хочется впечатлить его.

– Ох, ну разумеется, чудесный капитан Кир, – протянула майор.

Бет не знала, как на это отвечать, поэтому оставила слова без внимания.

– Ну а потом, когда он на уроке… Мисс Кордосо ведь сама безмятежность. И вот он держится как… как сын короля со своим наставником. Он показывает, что мисс Кордосо вроде… слуги, отказываясь признавать её авторитет. Но на командной подготовке Вихан осознает вашу власть и авторитет как вышестоящего офицера. Поэтому становится хорошим солдатом. Он не может взять власть, поэтому занимает роль замкомандира. И всякий раз в новой ситуации он знает, как максимально контролировать происходящее.

Майор откинулась назад, её лицо ничего не выражало.

– И Вихан, по-твоему, хороший лидер?

Бет пожала плечами.

– Наверное. Он не боится ответственности и сохраняет спокойствие даже в непростых ситуациях.

– И это делает его хорошим лидером?

– Да. Я хочу сказать… у него легко получается быть таким. – Она поразмыслила мгновение, а затем затрясла головой. – Нет. Я не… – Бет колебалась. – Я не думаю, что ему есть дело до окружающих, – сказала она наконец. – Вихан наблюдал, как Арнольд задирает Лорин, и не вмешивался, пока все не обратили на них внимание. У него хорошо получается командовать, но его нельзя назвать хорошим командующим, потому что ему плевать.

Это звучало немного предательски, словно она ябедничала. Но это было правдой.

– А что насчёт вас? – негромко спросила майор. – Вы хороший лидер?

Бет засмеялась, как только поняла, в чём был подвох.

– Нет, – сказала она даже с некоторым облегчением. – Нет, совсем нет. Мне не плевать, но я не имею авторитета. Мне хотелось бы быть хорошим лидером, но увы.

– Хм, – сказала майор. – Ладно. – Она записала что-то ещё у себя на планшете. – Благодарю вас, мисс Маккей, – сказала она. – На этом всё.

Она продолжила писать, и прошло несколько секунд, прежде чем Бет поняла, что интервью закончено. Девочка неловко встала и вышла.

Позднее она рассказала об этом маме, когда они шли к капсулам для сна перед еженедельным Прыжком. Мама Бет шагала широким летящим солдатским шагом, словно бы пожирающим расстояние. Девочка то и дело переходила на трусцу, чтобы не отставать.

– Думаю, я провалила экзамен по командной подготовке, – сказала она.

Мама замедлилась.

– Правда?

– Ага. Интервью.

Они почти дошли до капсул. Мама остановилась перед дверью.

– Это майор Грейлинг сказала тебе?

Бет пожала плечами.

– Да нет. Вроде как я ей это сказала.

Её мама собиралась что-то произнести, но по кораблю пробежала лёгкая, едва ощущаемая дрожь. Мама взглянула на экраны и нахмурилась.

– Подожди, – сказала она. – Корабль? Что происходит?

Он появился перед ними:

– Была замечена небольшая аномалия в трёхстах километрах от корабля. Она будет обследована перед инициацией Прыжка.

В коридоре раздался звук быстрых шагов, и спустя мгновение они увидели капитана Кира. Он появился из-за угла, застёгивая на ходу свой лётный скафандр. Капитан выглядел растерянным и встревоженным, как показалось Бет. Но его лицо прояснилось, когда он заметил их.

– Ну вот, я опять иду на дело, – сказал он и засмеялся. – Привет, Бет.

Мама Бет спросила:

– Знаешь, что происходит?

Он покачал головой:

– Нет. Скорее всего, ничего. Или вторжение инопланетян. Как обычно.

Она улыбнулась.

– Задай им жару, Генри.

– Непременно, – ухмыльнулся он, глядя на Бет. – Присмотришь за кораблём в моё отсутствие?

Девочка в ответ улыбнулась:

– Конечно!

Мама Бет проводила взглядом убегающего капитана и, кажется, хотела что-то сказать, но вместо этого потрясла головой и подтолкнула дочь в отсек Сна. Корабль был там, готовя всех по стандартной процедуре.

– Цикл юношеского сна начнётся через пять минут, – сказала голограмма. – Пожалуйста, убедитесь, что вы заняли место в своей капсуле для сна. Цикл молодёжного сна начнётся через тридцать минут. Пожалуйста, пройдите в свои капсульные отсеки.

Бет влезла в свою капсулу и подняла глаза. Мама с улыбкой смотрела на неё.

– Я, знаешь ли, говорила о тебе с майором, – сказала она. – Ты ей нравишься. Могу поспорить, ты показала себя на экзамене совсем не так плохо, как тебе кажется.

Бет удивлённо распахнула глаза.

Её мама пожала плечами:

– И это был всего лишь первый семестр.

– Цикл юношеского сна начнётся через четыре минуты, – сказал Корабль.

– Кроме того, – сказала её мама, – я слышала, что… что… Что за?!.

БАХ!

Раздался грохот, такой громкий, будто стена давления ударила Бет по ушам. Её оглушённая мама пошатнулась. Корабль дёрнулся.

Взревела сирена, и красные аварийные огни завращались в помещении, рассылая сигналы тревоги.

– ВНИМАНИЕ. ВНИМАНИЕ. ПРИГОТОВИТЬСЯ К НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНОМУ ПРЫЖКУ. ПОВТОРЯЮ: НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНЫЙ ПРЫЖОК. ПРИМИТЕ ПОЗИЦИЮ ДЛЯ ПРЫЖКА. ВНИМАНИЕ. ВНИМАНИЕ…

– Статус! – крикнула мама Бет. – Корабль, статус! Корабль!

– НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНЫЙ ПРЫЖОК ЧЕРЕЗ ПЯТЬ, ЧЕТЫРЕ…

– Мама! – Бет приподнялась, но стеклянная крышка капсулы уже захлопнулась, замуровав её внутри. – Мама!

Её мама смотрела на неё.

– Всё хорошо! – крикнула она. – С тобой всё будет хорошо!

– ДВЕ, ОДНУ…

Мама Бет исчезла. Капсула исчезла. Комната и Корабль и тревожные огни исчезли.

Бет исчезла.

9

Событие

– Я жива, – думала Бет. – Я жива. Шум, который я слышу… это дыхание. Я дышу. Я уже проходила через это. Я уже чувствовала это. Я…

– Бет.

Звук шёл снаружи, и она будто ждала его. Это тоже уже было. Голос звал её вернуться, и Бет начала подъём по длинной тёмной тропе к собственному телу, становясь собой.

«Корабль в опасности!» – мелькнула вспышка воспоминания.

– Бет.

«И мама была тут, и тогда…»

– Бет, ты испытаешь чувство дезориентации. Это пройдёт. Не паникуй. Контроль вернётся к тебе в самом скором времени.

Мамин голос звучал странно, как-то холодно. Бет не могла сообразить, что именно не так…

Она открыла глаза.

Голограмма Корабля смотрела на неё сверху вниз.

Бет хотела завопить, но не могла пошевелить губами. Она попыталась сесть, но тело не слушалось её.

– Бет Маккей, ты проснулась, – сказала голограмма. – Вскоре к тебе начнёт возвращаться контроль над телом.

«Где мама? Где папа? Корабль в опасности!»

– Бет, ты должна внимательно выслушать то, что я тебе скажу, – сказал Корабль.

Бет беспомощно смотрела на него. Она силилась пошевелить губами.

– Произошло происшествие. Произошло Событие. В результате этого События было необходимо осуществить экстренный Прыжок.

– Мммм, – исхитрилась ответить Бет.

Корабль проигнорировал её.

– В процедуре экстренного Прыжка произошёл сбой. В программе хранения Сна произошёл сбой. Все члены экипажа, находившиеся вне капсул для сна, испытали сбой.

– Ммамма. Гххде ммаммма?

– Бет, пожалуйста, слушай внимательно. Твои родители и остальные члены экипажа физически невредимы, однако в процедуре их Сна произошёл сбой. Я не в состоянии пробудить их.

Бет поняла, что может пошевельнуть – едва-едва дёрнуть – одной рукой. Она слегка покрутила ею, пытаясь избавиться от ощущения ватности.

– Я не в состоянии пробудить никого из тех, кто на момент События находился вне капсул для сна. Для такой ситуации есть протоколы, которым необходимо следовать. В случае потери всего командного состава командование переходит в порядке старшинства к одному из дееспособных членов экипажа. В случае отсутствия дееспособных членов экипажа командование переходит к любому годному члену экипажа с достаточной командной подготовкой.

Руки Бет начинали двигаться. Она схватилась за край капсулы для сна и слабо потянулась, сантиметр за сантиметром принимая сидячее положение, затем она повернула голову к остальным капсулам. Все они были запечатаны.

Корабль продолжал:

– Из персонала и пассажиров, которые могут быть пробуждены, шесть человек проходили командную подготовку. Четверо получили недостаточный экзаменационный балл по курсу командной подготовки. Оставшиеся кандидаты – это Вихан Джоши и Бет Маккей.

– Корабль, – пробормотала Бет ватным языком. – Где все?

– Бет, пожалуйста, слушай внимательно. Оставшиеся кандидаты имеют одинаковый ранг и таким образом выстраиваются по результатам экзамена по курсу командной подготовки. Последний экзаменационный результат Вихана Джоши пятьдесят четыре процента. Последний экзаменационный результат Бет Маккей пятьдесят четыре с половиной процента. Бет Маккей, ты являешься самым старшим по рангу годным кандидатом на пост командующего. Таким образом, ты назначаешься временно исполняющей обязанности капитана космического корабля «Орион» и всего его экипажа. Пожалуйста, подтверди.

Бет резко повернула голову обратно к голограмме и, открыв рот, уставилась на Корабль и не сводила с него глаз около минуты. Наконец она сказала:

– Что?!

10

Заместитель командира

Бет начала выбираться из капсулы для сна и неловко шлёпнулась на пол. Ноги никак не хотели слушаться; она могла заставить их двигаться, но ей приходилось продумывать целую инструкцию. «Поднимайся, левая нога. Сдвинься вправо, правая нога. Прими мой вес. Прими мой вес. Готово… Вверх!»

Наконец она смогла подняться, держась за край капсулы. Корабль наблюдал за ней.

Было темно; она с трудом различала силуэты в других капсулах. Основное освещение было выключено, и единственным источником света оказалась узкая бледная светодиодная лента вдоль стен и крохотные мониторы, мерцавшие на капсулах для сна.

– Корабль, почему так темно?

– Действует протокол аварийного электроснабжения. Генераторы переведены на безопасный режим. Аккумуляторы заряжены на семьдесят два процента мощности. Ожидаемое время разрядки: семь часов три минуты.

– Где мои родители?

– Кэрол Маккей и Дуглас Андерсон находятся в спальном отсеке пять.

Бет попыталась развернуться, но зашаталась, потом выправилась и осторожно, рывками, двинулась к дверям, хватаясь по пути за капсулы, чтобы не упасть.

Корабль сказал:

– Пожалуйста, назначь своего заместителя командира.

– Что?

– Пожалуйста, назначь своего заместителя командира.

– Я не… Что ты имеешь в виду?

– Корабельный протокол требует, чтобы капитан назначил своего заместителя командира. Назначенный член экипажа будет пробуждён следом за тобой.

– Корабль, я не капитан.

– Из всех членов экипажа, которые прошли командную подготовку и могут быть пробуждены, ты обладаешь самым высоким рангом. Командный протокол гласит, что в этом случае ты становишься временно исполняющей обязанности капитана.

Бет таращилась на голограмму. Та смотрела в ответ.

«Похоже, это всё-таки не шутка», – подумала девочка.

Корабль повторил:

– Пожалуйста, назначь своего заместителя командира.

Бет добралась до дверей. Спальный отсек пять был налево по коридору. Она принюхалась и уловила слабый запах.

– Но что это? Озон? Дым? Корабль, что-то горит?

– Да. Пожар в генераторном отсеке три.

– Что?!

Корабль выглядел абсолютно спокойным.

– Пожар в генераторном отсеке три. Гизмо отправлены на его тушение. Огонь находится под контролем, однако доступ в генераторный отсек три заблокирован, и все генераторы переведены на безопасный режим. Пожалуйста, назначь своего заместителя командира.

«Шагайте, – мысленно велела своим ногам Бет. – Шагайте».

Она, пошатываясь, вывалилась из дверей, преодолела два метра до другой стены коридора и с победным чувством схватилась за поручни. Затем она медленно прошла в спальный отсек пять.

– Что случилось? – спросила она, концентрируясь на перестановке ног.

– Пожалуйста, уточни вопрос.

Бет фыркнула.

– Всё вот это! – воскликнула она, махнув рукой. – Что произошло при Прыжке? Что пошло не так?

– Произошло Событие. Был инициирован экстренный Прыжок. Ущерб был получен во время События и Прыжка. Экипаж был помещён в экстренный Сон.

– Но что именно это вызвало?

– Во время Прыжка в корабельных системах произошёл сбой. Записи в бортовом журнале были утрачены.

Бет встала на месте.

– Ты хочешь сказать, что ты ничего не помнишь?

– Записи в бортовом журнале были утрачены.

Бет стояла уже возле отсека пять; девочка начинала чувствовать ноги, будто они снова принадлежали ей, и смогла войти в комнату, не растянувшись на полу. Капсулы родителей были в переднем ряду. Бет проковыляла до первой капсулы, папиной, и заглянула внутрь.

Его грудь медленно-медленно поднималась и опускалась в ритме дыхания. Казалось, что он в порядке. Бет долго-долго смотрела на папу, а затем прошла к маминой капсуле.

– Почему ты не можешь пробудить их? – спросила она, с удивлением заметив, что голос её прозвучал очень спокойно.

Корабль сказал:

– Не хватило времени, чтобы провести полную процедуру погружения в Сон. Вместо этого был инициирован экстренный Сон. Насколько можно судить, он не был успешным. При записи памяти всех членов экипажа произошёл сбой.

– Они… Они погибли?

– Записи памяти были повреждены, но они могут быть исправлены. На данном корабле нет необходимой аппаратуры, чтобы внести исправления. Исправления могут быть произведены на Земле или в иной крупной колонии.

Облегчение окатило Бет такой мощной волной, что она испугалась, что может потерять сознание. Всё можно исправить. Это главное.

– Ясно, – сказала девочка. Голос её прозвучал непривычно приглушённо, как будто доносился откуда-то издалека. – А что теперь?

– Пожалуйста, назначь своего заместителя командира.

Она рассмеялась.

– Корабль, я не капитан! Я просто не могу им быть! Мне всего тринадцать! Я ещё ребёнок!

– Ты являешься самым старшим по рангу из доступных на текущий момент членов экипажа, прошедших курс командной подготовки. Мои программные установки говорят, что в ситуации, когда есть член экипажа, имеющий достаточную командную подготовку, этот член экипажа должен принять командование. Ты должна принять командование.

Бет таращилась на голограмму, а та, в свою очередь, смотрела на неё. «Ты должна принять командование».

«Это компьютерный глюк, – подумала она. – Это просто глюк. Я буду «капитаном», но Корабль будет рулить всеми делами, а когда мы доберёмся домой, мы… мы починим маму и папу. Вот и ладно».

– Хорошо, – сказала она медленно. – Давай притворимся, что я капитан… – Бет покачала головой, но продолжила: – Что теперь?

– Пожалуйста, назначь своего заместителя командира.

– Лорин, – сказала она. – Лорин Хупер.

– Лорин Хупер имеет недостаточный балл по командованию и не может быть выбрана на должность заместителя командира.

Бет заморгала чаще.

– А я думала, что я капитан. Я что, не могу выбирать?

– Лорин Хупер имеет недостаточный балл по курсу командования и не может быть выбрана на должность заместителя командира.

– Ясно… Миккель Эклунд.

– Миккель Эклунд имеет недостаточный балл по курсу командования и не может быть выбран на должность заместителя командира.

– Так, хорошо, и кого же я могу выбрать?

– Доступные члены экипажа, имеющие достаточный балл по курсу командования следующие: Вихан Джоши.

Бет подождала, а потом уточнила:

– И это всё?

– Пожалуйста, назначь своего заместителя командира.

– Вау, вот это список. – Бет на мгновение прикрыла глаза, а затем вдруг ухмыльнулась, представив себе, какое будет лицо у Вихана, когда он узнает, кто капитан…

– Хорошо, – сказала она. – Отлично. Корабль, я назначаю Вихана Джоши своим заместителем. Давай пробудим его и сообщим ему эту хорошую новость.

Погладив на прощание крышку маминой капсулы, Бет пошла обратно в детский отсек. Её тело по большей части пришло в рабочее состояние, но ей приходилось перестраховываться. Ощущение было сравнимо с ходьбой на затёкших ногах.

Корабль начал будить Вихана. К тому времени, как Бет добралась обратно, его капсула была уже открыта, а дыхание вернулось к нормальному ритму.

– Вихан, – сказал Корабль.

Глаза Вихана открылись. Он, не шевелясь, смотрел на голограмму.

– Вихан Джоши, ты проснулся, – сказала голограмма. – Вскоре к тебе начнёт возвращаться контроль над телом.

Глаза юноши скользнули к Бет и уставились на неё. Она встретила его взгляд на удивление взволнованно. В следующее мгновение Вихан посмотрел на Корабль и подвигал челюстями вверх-вниз, разминая.

– Папа, – прошептал он.

– Вихан, ты должен внимательно выслушать то, что я тебе скажу, – сказал аватар. – Произошло Событие.

Вихан лежал без движения, пока Корабль повторял слово в слово то, что он говорил Бет, и никак не реагировал, пока не услышал:

– Все члены экипажа, находившиеся вне капсул для сна, испытали сбой.

Тут он моргнул.

– Папа, – сказал он снова.

Корабль сказал:

– Твой отец в безопасности, но он не может быть пробуждён. Командование перешло к члену экипажа с самым высоким рангом. Бет Маккей временно исполняет обязанности капитана.

Вихан уставился на голограмму, моргнул несколько раз и затем прохрипел:

– Она?

Даже полупарализованный, он сумел вложить в голос столько изумлённого презрения, что кровь хлынула к щекам Бет.

– Вообще-то, «мэм», – огрызнулась она. – Или «капитан», если тебе так больше нравится.

Вихан снова растянул рот, руки его дрогнули. Бет видела, что он пытается заставить их работать. Один за другим пальцы шевельнулись сначала на правой руке, затем на левой; юноша отходил от сна и возвращал себе контроль.

«Как у него это получается?» – удивилась Бет.

– Что произошло? – спросил он. Его голос звучал уже практически нормально.

– Корабль не знает. Он потерял память. Мы прыгнули, а когда я пробудилась, всё было уже вот так вот.

Вихан подтянулся в сидячее положение и методично принялся шевелить пальцами ног. Лицо его выглядело спокойным, но, судя по всему, юноша крепко задумался.

– Где мой отец? – сказал он наконец с деланой небрежностью, словно из праздного любопытства. Бет не сомневалась, что он встревожен, однако не желает этого показывать.

– Он в соседнем помещении. Я покажу тебе, как только ты сможешь передвигаться.

– Я уже могу передвигаться, – сказал Вихан и, резко подтянувшись, вытолкнул себя из капсулы. Он приземлился довольно неуклюже, но не упал, ноги удержали его. В первые мгновения юноша цеплялся за капсулу, но затем двинулся вперёд. Бет хотела помочь ему, но он остановился и не двигался с места, пока она не отступила от него.

Вихан заковылял к взрослому отсеку. Когда он вышел в коридор, Бет была уверена, что он протянет ей руку, но нет; он прикрыл на секунду глаза, пробормотал что-то вполголоса и рванул через коридор в два больших, но шатких шага. Издав невнятный возглас, он схватился за поручень и продолжил идти, словно Бет и не было рядом.

Они дошли до отсека пять, и она указала ему на капсулу капитана Джоши. Вихан заглянул внутрь.

– С ним всё в порядке? – спросил юноша негромко. – Его можно… починить?

– Компьютер считает, что да. Он говорит, что нам нужно добраться до колонии или до Земли. – Вихан кивнул и на мгновение спрятал лицо в ладонях. Когда он спустя пару секунд снова поднял голову, его взгляд был полон твёрдости и спокойствия.

– Очень хорошо, – сказал он. – И ты… теперь капитан. – Бет почувствовала его удивлённое недоумение, но, прежде чем она успела что-то ответить, он бросил: – Корабль? Где находится ближайшая колония?

– Ближайшая колония находится на Мине Три, на расстоянии приблизительно семи световых лет отсюда.

– Мы можем туда прыгнуть?

– Гипердвигатель Прыжка отключён. Навигация Прыжка отключена.

– Мы можем их отладить?

– Среди членов экипажа, которых можно пробудить, нет обладающих достаточным опытом, чтобы отладить систему Прыжка.

– Очень хорошо, – невозмутимо продолжал Вихан. – Отправь почтовый шаттл с нашими координатами.

– На борту не осталось почтовых шаттлов.

Вихан нахмурился.

– Куда они подевались?

Кораблю, по-видимому, пришлось задуматься над этим вопросом. Недолго, наверное, с полсекунды. Но это было заметно. Затем он сказал:

– Многие из систем были повреждены во время События. Записи бортового журнала были утрачены.

– А радиосигнал мы можем послать? – спросила Бет. – Ну я хочу сказать, если это недалеко…

Вихан наградил её уничижительным взглядом. Корабль сказал:

– Радиосигнал, путешествующий со скоростью света, достигнет Мины Три через семь лет, шесть месяцев и три дня и будет по прибытии чрезвычайно слабым. Маловероятно, что он будет пойман.

– А если он всё же будет пойман, – прибавил Вихан, – то скорее находящимися поблизости лущителями.

Бет была пристыжена, но старалась не показывать этого.

– Ясно, ясно, так себе идея. А что, если…

– Корабль, – перебил Вихан, не обращая на неё никакого внимания, – текущий отчёт.

– Корабль повреждён, но сохраняет структурную целостность. Генераторы переведены в безопасный режим. Реактивный двигатель отключён. Гипердвигатель отключён. Навигация Прыжка отключена. Система генерации кислорода повреждена, но функционирует. Гравитация отключена. Внутренние сенсоры повреждены. Внешние сенсоры повреждены. Аккумуляторы заряжены на семьдесят два процента. Ожидаемое время разрядки: шесть часов тридцать девять минут. Пожар в генераторном отсеке три.

– Что?!

– Да, – сказала Бет, – но это ничего, Корабль говорит, что он под контролем…

Начиная от кормы, по кораблю прокатился грохот, и их чуть не сбило с ног.

– ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ! ПОЖАР В ГЕНЕРАТОРНОМ ОТСЕКЕ ДВА. ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ! ПОЖАР В ГЕНЕРАТОРНОМ ОТСЕКЕ ТРИ.

Сирены загудели по всему кораблю, и где-то вдали с грохотом захлопнулись аварийные двери.

– Поправка, – сказал Корабль, – огонь вышел из-под контроля.

11

Пожар

Вихан молнией развернулся к Бет.

– Что ты наделала? – бросил он. – Корабль! Статус пожара!

Корабль выглядел как всегда спокойным.

– Огонь перекинулся на генераторный отсек два. Все генераторы отключены. Предпринимаются меры по ликвидации аварийного состояния. Огонь вышел из-под контроля. Гизмо повреждены. Оставшиеся гизмо не в состоянии сдерживать огонь. Короткое замыкание в генераторном отсеке два. Взрыв в генераторном отсеке два. Аккумуляторы повреждены. Ожидаемое время разрядки: восемнадцать минут.

Вихан побежал по коридору, всё ещё немного осоловелый, но в основном отошедший от сна. Бет заковыляла следом.

– Куда ты идёшь?

– К генераторам, разумеется! Корабль! Наши опции?

Голограмма Корабля плыла следом за спотыкающимися на бегу ребятами.

– Доступные опции включают эвакуацию корабля; отсоединение модуля, содержащего генераторы.

– Корабль, покажи мне пожар!

– Система видеонаблюдения в генераторном отсеке отключена.

Вихан пробормотал что-то себе под нос и припустил вперёд. У Бет до сих пор ноги двигались, как у марионетки на верёвочках.

– Как долго он горит? – спросил он.

– Я… не знаю, – сказала Бет. – С тех пор как я проснулась. Минут двадцать?

– И ты не подумала, что его стоит погасить?

– Корабль сказал, что огонь под контролем! – огрызнулась она. – И я не могла спокойно подумать! Он постоянно требовал, чтобы я назначила заместителя командующего!

Вихан что-то буркнул, ускорился и оставил Бет позади. Она ругнулась и велела ногам двигаться нормально. Левой-правой-левой, давай, давай, левой-правой-левой…

– Внимание, – сказал Корабль. – Гравитационная система переключена в режим энергосбережения.

Ноги Бет больше не отталкивались как следует от пола. Каждый шаг толкал её намного дальше, чем она ожидала, и стало сложно сохранять равновесие. У неё скрутило живот.

– Ох нет, – пробормотала девочка, цепляясь за поручень.

Коридор заканчивался дверью, помеченной жёлто-чёрными полосами и табличкой «ГЕНЕРАТОРНЫЙ МОДУЛЬ: посторонним вход воспрещён». Бет влетела в дверь, за ней оказалось незнакомое помещение ещё с четырьмя дверями; дверь в генераторный отсек два была открыта, и она прошаркала внутрь. К горячим стенам было не прикоснуться, запах здесь ощущался сильнее, едкий воздух разъедал лёгкие.

Она рванула за угол и чуть не налетела на Вихана. Он смотрел сквозь сверхтолстое защитное стекло смотрового окна. Сама она могла бы и не смотреть: отражённое пламя освещало его лицо. Но она всё равно повернулась к окну.

Недостаточно было бы сказать, что в комнате пожар, – вся комната и была огонь. Массивный стальной генератор был объят пламенем. Пол горел, горела краска на стенах. Огонь ревел; Бет ощущала эту ярость даже через изоляционный материал, стекло. При почти отсутствующей гравитации огонь не поднимался языками вверх, а распространялся повсюду, разлетаясь шарами голубовато-алой плазмы, которую совершенно невозможно было сдерживать.

Белое облако пламягасительного газа разбрызгивалось спринклерами на потолке, но оно выглядело недостаточно густым, неспособным остановить огонь. Внизу шесть гизмо посылали направленные струи тумана. Они казались такими крохотными на фоне катастрофы. Одна стена была полностью уничтожена, через неё виднелось то, что осталось от генераторного отсека три.

Вихан сказал:

– Мы можем отстыковать только эти два генераторных модуля?

Невероятным образом его голос продолжал звучать ровно.

– Нет, – сказал Корабль. – Модули слишком серьёзно повреждены. Ожидаемое время разрядки: шестнадцать минут.

– Почему распылённая струя не тушит его? – выдохнула Бет.

– Запас хладона истощён. Распылители не могут обеспечить необходимое давление.

– Мы можем использовать воду?

– Распыление воды приведёт как к электрическому, так и к химическому взрыву.

– Ясно, ясно… Значит, что-то другое. Что ещё гасит огонь?

Вихан покачал головой.

– Этого недостаточно, – сказал он. – Этого недостаточно.

Он был прав. Прямо у Бет на глазах просевшая балка придавила одного из гизмо, и пламя взлетело огненным шаром. Гул стал ещё громче.

– Нам нужно отсоединить весь генераторный модуль! – вскрикнула она.

– И что тогда? – возмутился Вихан. – У нас не будет аккумуляторов! У нас не будет энергии! Мы замёрзнем и умрём!

«Мы могли бы поджечь генераторы, чтобы согреться, – пронеслась истеричная мысль. – Давай же. Думай. Думай. Отстыковать генераторы – это смерть. Эвакуироваться, запустить себя в безвоздушное пространство космоса в крохотном спасательном катере – это смерть. Чем можно погасить такое пламя? Ничем. Ничем на Земле. Ничем…»

– Корабль! – завопила она. – Открой обе двери из шлюзовой камеры генераторного отсека два!

Вихан, открыв рот, уставился на неё.

– Ты что, хочешь зайти туда? – взревел он. Пламя так гудело, что она едва слышала его.

– Вакуум! – заорала она. – Вакуум!

Судя по его переменившемуся лицу, он понял. Двери внешнего доступа вели в атмосферный шлюз, но если они распахнут сразу и внешние, и внутренние двери отсека… откроется прямой проход в космическое пространство.

Возле неё раздался голос Корабля:

– Открытие обеих дверей шлюзовой камеры приведёт к резкому разрежению атмосферы. В своём текущем состоянии генераторные отсеки два и три могут потерять структурную целостность. Пожалуйста, подтверди свой…

– Да! Просто делай! Подтверждено!

– Подтверждено.

Через стекло она увидела, как открывается внешний люк. С содроганием открылись внешние и внутренние двери, и словно бы ветер пронёсся по помещению. Всё вдруг накренилось в сторону люка: пламя, незакреплённое оборудование, гизмо – всё потянулось в вакуум космического пространства.

Гизмо! Но роботы уже прекратили попытки бороться с пламенем и схватились за близлежащее оборудование и арматуру. Раздался новый звук, низкий свист, который нарастал и делался всё более пронзительным, так что вскоре Бет была уже готова зажать уши руками. Звук, с которым всё засасывалось в люк, наполнил помещение и резанул по ушам. Пламя подалось к выходу, распласталось языками, и на мгновение огонь показался даже страшнее, чем был.

Провода, части обшивки и обломки оборудования отрывались и летели в сторону люка, ударяясь о стены. Языки пламени растянулись настолько тонко, что казались нематериальными, почти невидимыми; затем они начали гаснуть.

– Получается! – крикнула Бет.

Генераторный отсек два пустел. Разводные ключи, электроинструменты и куча более мелких и крупных предметов проносились в воздухе. Целая гора обгорелого хлама сбилась в проёме, и Бет подумала, что они заблокируют его, но нет, всё вынесло вон.

Генератор был закреплён в центре помещения на полу, но сейчас содрогался. Отсек два опустел, пламя исчезло. Сквозь выжженную стену Бет видела, что огонь в отсеке три тоже погас – вакуум высосал весь кислород через дыру в стене, и горение прекратилось.

Она триумфально повернулась к Вихану.

– Получилось! – снова воскликнула девочка. Но тот хмуро смотрел на внешний люк.

– Люк повреждён, – сказал он. – Не знаю, получится ли его теперь закрыть.

– И что? Мы можем, если надо, оставить всю эту зону. Не то чтобы нам было нужно это помещение. У нас есть два других генератора…

Тут её внимание привлёк грохот; один из гизмо в отсеке три отцепился, его отбросило на то, что осталось от генератора. Удар оказался очень сильным. По полу под ногами Бет и Вихана пробежала дрожь, и с надрывным звуком генератор выломало из крепежа… и он заскользил по помещению.

Двигаясь поначалу медленно, устройство постепенно набирало скорость. Оно было настолько огромным, что казалось фатально неудержимым; массив раскалённого докрасна металла, сталкивающий или сминающий всё у себя на пути: приборы, крепежи, ещё одного гизмо… Он с грохотом ломанулся в проём разломанной стены, влекомый всасывающей силой вакума из открытого шлюза.

– Ох нет, – только и успела сказать Бет, когда генератор три прорвался в отсек два и ударил в своего собрата.

Бет ощутила столкновение его через подошвы ног на полу. Это было… мощно.

Оборудование с обоих генераторов разлетелось во все стороны, а сам генератор три подскочил и отлетел боком. Бет смотрела. Выглядело так, будто он направляется к ним.

– Беги, – сказал Вихан.

Да, генератор определённо двигался к ним.

– БЕГИ!

Вихан ухватил её за футболку и потащил назад. Она споткнулась и чуть не упала на него, но выправилась и поспешила следом.

– Закрыть шлюзовую камеру отсека два! – крикнул Вихан. – Корабль, закрой шлюзовую камеру!

– Шлюзовая камера не может быть закрыта, – сказал Корабль. – Корпус был повреждён. Внутренние и внешние запоры были повре…

Генератор три врезался в стену позади них.

Оглянувшись, Бет в изумлении увидела, что стена выдержала. Переборки были сконструированы так, чтобы выдержать даже взрыв; они прогнулись, но не проломились.

Окно треснуло и раскололось на тысячи осколков. Вихан и Бет рухнули в дверь, ведущую в коридор, и Корабль с лязгом закрыл её за ними; за стеной раздался грохот, а затем всё стихло. Медленно крутанувшись в понизившейся гравитации, Бет посмотрела назад сквозь крохотное окошечко в двери.

Осколки стекла уже высосало в атмосферный шлюз. Устроивший весь этот кошмар генератор три снова двигался туда же, словно притягиваемый открытым космосом. Бет, зажав рот рукой, смотрела, как он проскользил к выходу, ударился о края более узкого, чем он сам шлюза…

…и остановился.

Коробка шлюзового люка смялась при ударе, но выдержала, и генератор заткнул проём, почти перекрыв его. Россыпь новых мелких осколков застучала по нему, но сам генератор остался неподвижен, почти втиснутый в люк.

Бет вдруг заметила, что гудят сирены. Корабль говорил:

– ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ! ПОВРЕЖДЁН КОРПУС В ГЕНЕРАТОРНОМ ОТСЕКЕ ДВА. ПОВРЕЖДЁН КОРПУС В ГЕНЕРАТОРНОМ ОТСЕКЕ ТРИ. ВСЕ ГЕНЕРАТОРЫ ОТКЛЮЧЕНЫ. ВРЕМЯ ДО ПОЛНОЙ РАЗРЯДКИ АККУМУЛЯТОРОВ: ШЕСТЬ МИНУТ. ПРИГОТОВЬТЕСЬ К ОТКЛЮЧЕНИЮ СИСТЕМ ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЯ. ПРОЙДИТЕ К ЭВАКУАЦИОННЫМ КАПСУЛАМ. ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ!

– Корабль, – прохрипел Вихан, – огонь потушен? Мы можем теперь активировать другие генераторы?

– Пожар в генераторных отсеках два и три был потушен. Генераторы один и четыре теперь могут быть активированы.

– Активировать генераторы один и четыре!

– И выключи эти чёртовы сирены! – крикнула Бет.

– Генераторы один и четыре в процессе запуска, – сказал Корабль. – Система в режиме ожидания. Время до полной разрядки аккумуляторов: пять минут.

Они ждали, переводя дух.

– Первая стадия запуска подтверждена, – сказал Корабль. – Идёт диагностика генераторов.

Дыхание Бет громко раздавалось во внезапной установившейся тишине, наступившей, когда замолкли сирены. У неё в ушах звучал, не прекращаясь, тихий пронзительный свист. Руки были сжаты в кулаки, и она никак не могла их расслабить.

Корабль проговорил:

– Генераторы один и четыре подключены. Запуск завершён. Статус аккумуляторов: идёт зарядка. Нормальное освещение возобновлено. Нормальная гравитация возобновлена.

Свет неожиданно сделался очень ярким, и к совершенному своему облегчению Бет почувствовала вес тела, тянущий их вниз. Вскоре оба осели на пол, прислонившись спиной к двери.

Какое-то время Бет и Вихан молчали и просто сидели, глядя прямо перед собой, оглушённые и оторопелые. Бет слушала, как бухает сердце где-то под самым горлом; оно никак не хотело замедляться.

В конце концов Вихан длинно и прерывисто выдохнул.

– Ты выбрала меня заместителем командующего.

Бет пожала плечами.

– Ага.

– Почему?

– Я… Ты был самой лучшей кандидатурой, – сказала она и подумала: «Единственной кандидатурой».

– Однако я не годился на роль капитана.

– Это верно, – согласилась она. – Капитан я.

– Почему?

– Мой экзаменационный балл выше.

– Вот это маловероятно. – Он произнёс это как нечто само собой разумеющееся. – Моя работа в течение семестра была превосходна, мой балл за теоретический экзамен был самым высоким в классе.

– Может, ты продул интервью? – невинно заметила Бет.

Вихан долго и пристально смотрел на неё, затем отвернулся, пробурчав что-то себе под нос. Она постаралась перевести с него внимание и сосредоточилась на ритме своего дыхания: вдох, выдох, вдох, выдох.

– Ладно, – сказал наконец Вихан. – Что будем делать теперь… капитан?

Бет затрясла головой.

– Восстановим работу гипердвигателя, наверное, – сказала она. – Корабль, какой там был статус гипердвигателя?

– Гипердвигатель отключён, – сказал Корабль. – Излучатели поля Прыжка требуют ремонта. Навигация Прыжка отключена. Навигационные компьютеры требуют ремонта.

– И как нам починить излучатели?

– Излучатели гипердвигателя размещены по поверхности корабля. Излучатели необходимо перенастроить.

На поверхности корабля… Бет помассировала кожу на голове и почувствовала, какие сальные и запылённые стали у неё волосы.

– Это могут сделать дроиды?

– Бытовые дроиды не способны выдержать условий внешней среды. Только гизмо спроектированы для работы в открытом космосе.

– В таком случае…

– В настоящий момент в рабочем состоянии находятся четыре гизмо. Три повреждены. Все гизмо в настоящий момент находятся в генераторном отсеке два. Доступ в генераторный отсек два закрыт.

– Ясно… Так как нам вытащить оттуда гизмо?

– Генераторный отсек два должен быть запечатан, прежде чем могут быть открыты внутренние перегородки. Его шлюзовая камера должна быть восстановлена.

– И дай угадаю, – проговорила Бет, закрывая глаза, – нам нужен гизмо, чтобы выйти на поверхность и починить шлюзовую камеру.

– Совершенно верно.

Вихан фыркнул.

– Значит, мы не можем достать гизмо, пока не восстановим шлюзовую камеру, и мы не можем восстановить шлюзовую камеру, пока не достанем гизмо.

– Нам придётся самим настроить излучатели, – сказала Бет.

– Как?

Девочка обвела взглядом коридор.

«Понятия не имею, – подумала она. – И даже если они у нас заработают, как починить бортовой компьютер? Я знаю только одного человека, кто мог бы такое провернуть…»

«Хм».

– Я думаю, нам следует разбудить остальных, – сказала она.

12

Капитан

Они начали с Миккеля и Арнольда. Бет стояла, склонившись над капсулой Миккеля, и слушала, как Корабль приступил к своей обычной процедуре пробуждения.

– Миккель Эклунд, ты проснулся… Вскоре к тебе начнёт возвращаться контроль над телом…

Миккель пробуждался медленно, словно стояло субботнее утро и он знал, что в школу не надо. Дыхание его изменилось, и губы шевельнулись, как будто он что-то бормотал. Наконец юноша нахмурился и открыл глаза, глядя на Корабль с выражением лёгкого любопытства.

– Привет, Миккель, – сказала Бет. Он перевёл взгляд на неё. – Миккель, произошло какое-то происшествие, – продолжила она. – Твои родители в порядке, и брат тоже, но Корабль не может их пробудить. Он не может пробудить никого из взрослых.

Теперь выражение лица Миккеля изменилось – его глаза заметались между лицом Бет и голограммой Корабля, рот задвигался, но пока ещё беззвучно.

Корабль снова подал голос:

– Капитан Маккей права. Все старшие члены экипажа были погружены в экстренный Сон. Во время процедуры произошёл сбой.

– Всё хорошо, Миккель, – сказала Бет, надеясь успокоить друга. – Их можно починить, нам просто нужно добраться до колонии. С ними всё нормально, честное слово. – Мальчик не сводил с неё глаз, но его дыхание замедлилось, и он, кажется, успокоился.

– Капитан… Маккей? – прошептал он наконец.

Бет покраснела.

– Э… Ага. Временно исполняющая обязанности. Это долгая история.

Миккель обдумал это.

– Я не буду звать тебя «мэм», так и знай, – сообщил он, и Бет заулыбалась. Похоже, с ним всё в порядке.

На другом конце комнаты Вихан вёл примерно такой же разговор с Арнольдом. Арнольд уже сидел, хотя и слегка покачиваясь, и Бет увидела, как посреди разговора он вдруг обернулся и вытаращился на неё. Она притворилась, будто ничего не замечает.

Затем они пробудили Лорин и Люсиль. Остальные дети были слишком юные, будить их Корабль отказался. К удивлению Бет, он воспротивился и пробуждению Лорин.

– Лорин Хупер слишком молода, чтобы пробуждать её, – сказал он.

Бет нахмурилась:

– Но я считала, она нашего возраста.

– Лорин Хупер одиннадцать лет. Она слишком молода, чтобы быть членом команды, работающей в кризисной ситуации.

«Одиннадцать? Немудрено, что она такая маленькая», – подумала Бет.

– Ну это не имеет значения, раз она учится вместе с нами по всем предметам. Значит, она одна из нас. Пробуди её.

– Лорин Хупер слишком молода.

– Но она нужна нам, чтобы наладить корабельную навигацию!

Лицо Корабля оставалось бесстрастным и неколебимым.

– Лорин Хупер не сможет наладить навигацию Прыжка. Лорин Хупер слишком молода.

– Но это… – Бет разочарованно выдохнула. – Ну… Ладно.

– Ладно? – переспросил Вихан с другого конца комнаты. Голос его так и сочился презрением. – Это так ты отвечаешь подчинённому?

Бет сказала:

– Ты же слышал, Корабль говорит, что она слишком молода.

– Понятно, – сказал он, – и ты будешь делать то, что говорит Корабль. Вот теперь мне ясно, почему он сделал капитаном тебя.

У Бет вспыхнули щёки, и гневный румянец залил лицо и шею такой быстрой волной, что у неё закружилась голова. Да как он смеет…

– Корабль! – рявкнула она. – Как капитан я приказываю тебе пробудить Лорин Хупер и включить её в кризисную команду.

– Это прямой приказ? – спросил Корабль.

– Да! Исполняй!

– Очень хорошо. Лорин Хупер будет пробуждена. Твой приказ зарегистрирован в бортовом журнале.

Вихан повернулся и зашептал что-то Арнольду, тот фыркнул. Бет кипела. Доказала ли она, что способна быть командиром? Или просто поддалась на провокацию Вихана?

Но важно не это, а то, что Лорин проснётся. Лорин была лучшим спецом по техническому оснащению корабля, какого они могли получить. Бет не понимала, отчего Корабль так упорно не желал пробуждать её.

Пока ребята сидели в открытых капсулах для сна, приходя в себя, Бет, Вихан и Корабль должны были объяснить им ситуацию.

Стоя перед однокурсниками, Бет остро осознавала, как, должно быть, они с Виханом выглядят со стороны: одежда, лица, волосы – всё в серой пыли, поднятой злосчастным генератором. Они грязные, потные и взлохмаченные. Вихан стоял, скрестив руки на груди, слегка отвернувшись от неё.

– Ну значит… Привет, – волнуясь, произнесла Бет. Все выжидающе смотрели на неё. Девочка кашлянула. – Эм, так. Это… Ясно, значит, произошло… Событие. Мы не знаем точно, что случилось, и Корабль тоже не знает, но он был вынужден прыгнуть – прям очень быстро и… неожиданно. Поэтому ему пришлось погрузить всех в экстренный Сон.

– Почему? – спросил Арнольд.

– Мы не знаем, – сказала Бет. – Но кораблю нанесён ущерб. Может, его атаковали. Возможно, взрыв или, может, что-то врезалось в нас. В общем, произошло что-то плохое. Сонные диски, похоже, не справились.

– А Корабль не знает, что случилось? – переспросила Люсиль.

Бет покачала головой.

– Записи в бортовом журнале были повреждены. Корабельный бортовой журнал это вроде как его память. Одним словом, он не может вспомнить. Как бы то ни было, мы прыгнули, и вот мы здесь, и нас никто не атакует. Сейчас опасности нет. – «Пожар-то мы погасили», – подумала она, сердито покосившись на голограмму Корабля. – И у нас есть энергия и кислород. Всё, что от нас требуется, – добраться до колонии, и тогда мы сможем всех восстановить. Корабль пробудил меня первой из-за моего балла на экзамене по командованию, а я пробудила Вихана. Так что мы… То есть у нас, значит, есть командование… То есть я исполняю обязанности капитана.

– Почему проснулись только мы? – спросил Миккель.

– Корабль говорит, что все, кто младше нас, слишком молоды, чтобы быть частью экипажа. А все, кто старше, ещё бодрствовали, когда произошёл Прыжок, и их нельзя разбудить. Так что кроме нас управлять полётом некому, – объяснила Бет.

Дети переглянулись.

– Так вот, – продолжила она, – проблема следующая: мы не можем прыгнуть. – Она кивнула Кораблю, и тот спроецировал перед ними голограмму «Ориона». – Красные зоны отмечают места, где корабль был повреждён, – сказала Бет.

Повисло молчание.

– Но… он весь красный, – сказал наконец Арнольд.

– Ага.

– Mon dieu[11], – прошептала Люсиль.

– Где мой планшет? – спросила Лорин. Она выкарабкалась из своей спальной капсулы и шарила под ней. – Я оставила мой планшет здесь, когда отошла ко Сну. Ну и где он?

– Я не знаю. Корабль? Где планшет Лорин?

– Его здесь нет, – сказал Корабль.

– Но он нужен мне, чтобы посмотреть, что тут происходит!

– Мы найдём его рано или поздно, – сказала Бет. – А пока ты можешь спросить, что нужно, у Корабля.

– Но я не доверяю… – Лорин осеклась. – Я просто хочу посмотреть всё сама, – пробормотала она с недовольным видом. Пальцы у неё сердито сжались в кулаки.

Бет пожала плечами:

– Ну значит, поверь пока что мне. Мы его отыщем, ясно?

Лорин кивнула с сомнением и сунула руки в карманы своего комбинезона. Бет перевела взгляд на голограмму.

– Ладно. Все важнейшие функции работают. Функции жизнеобеспечения. Но мы остались без гипердвигателя Прыжка и без почтовых шаттлов – мы никуда не можем переместиться и не можем никого позвать на помощь.

– Может быть, нам следует просто подождать, и помощь придёт сама? – спросил Миккель. – Мы должны находиться в точке выхода Прыжка, и у других колоний есть корабли. Может, нам стоит просто дождаться одного из них?

– Ну в этом-то всё и дело, – сказала Бет. – Мы находимся не там, где должны были бы. В смысле… вообще не там. Корабль, покажи карту.

Изображение «Ориона» рассеялось, а на его месте появилась трёхмерная карта космического пространства с крошечными точечками, обозначающими звёзды.

– Это земное Солнце, вот, – указала Бет. – А вот это Эос, куда мы направляемся, вот здесь. – На голограмме высветился ломаный маршрут, прыгающий по карте. – А сейчас мы находимся… вот тут.

Появилась ещё одна точка, в совсем другом конце карты, в сотнях световых лет от того места, где они должны были оказаться, следуя по маршруту.

– Как, чёрт возьми, мы сюда попали? – удивился Арнольд.

– Понятия не имею. Могу только предположить, что, когда произошёл сбой экстренного Прыжка, мы по случайности очутились в этом рукаве галактики[12], – Бет продолжила объяснять. – Здесь поблизости есть небольшая колония – Мина Три – на расстоянии примерно семи световых лет. Но к ней ведёт только один расхожий маршрут, и мы находимся не на нём. Так что ждать нет смысла, потому что никто не придёт. Нам нужно починить гипердвигатель Прыжка и навигацию.

У Бет пересохло в горле. Говорить перед всеми оказалось непростым делом. Вихан так ничего и не сказал, лишь поглядывал по сторонам так, будто ему всё наскучило.

– Выходит, мы настраиваем Прыжок, прыгаем к этой колонии, и тогда мы в безопасности? – спросил Арнольд. – И всё?

– Именно так! – сказала Бет. – Только, хм, есть ещё одна проблема.

Она рассказала, что произошло в генераторных отсеках. Люсиль испуганно округлила глаза, но Арнольда и Лорин, похоже, описание пожара впечатлило.

– Нам необходимо настроить излучатели поля Прыжка, – сказала Бет. – Но для этого нам нужны гизмо, а все, что остались, заперты в генераторном отсеке с выходом в открытый космос. И мы не можем их оттуда вытащить.

– Ну тогда мы не можем и починить движок! – воскликнул Арнольд. – Зачем мы вообще тратим время на эти разговоры?!

– Ну… – Бет пожевала губу. – Я не…

– Мы застряли! – застонала Люсиль. – Корабль не может сдвинуться с места!

– Да, но…

– И что нам делать? – спросил Арнольд. – Мы не выживем здесь!

– Погодите, всё не…

– А что, если генераторы отрубятся? Мы останемся без энергии и замёрзнем насмерть!

– Стоп! Успокойтесь…

– Ты типа капитан, и ты говоришь нам, что ты понятия не имеешь, что нам делать!

– Вот если вы послушаете, – огрызнулась Бет, – я как раз объясню…

– Что же с нами будет?

– Тихо! – рявкнул Вихан. – А теперь все замолчите!

Он шагнул вперёд, лицо его приняло строгое выражение.

– Все послушайте меня. Это неожиданная ситуация, однако никак не катастрофическая. И мы должны сохранять спокойствие. – Он взмахнул рукой. – У нас есть система жизнеобеспечения. Ситуация не аварийная. Мы всё проверим, оценим и выработаем план. Лорин, ты будешь взаимодействовать с Кораблём, получишь данные о состоянии систем Прыжка. Арнольд, ты наш инженер. Проверь состояние генераторных отсеков один и четыре, убедись, что там всё в порядке.

Он словно стал выше, как только заговорил; голос его оставался спокойным, но разом заглушал все панические возгласы. Это было похоже на волшебство. Бет слушала так же зачарованно, как и все остальные.

– Люсиль, на тебе навигация. Миккель, отвечаешь за связь. Нужно выяснить, можем ли мы послать сигнал, чтобы узнать, есть ли кто в пространстве вокруг. А также проверь гравитацию и систему генерации кислорода. – Он оглядел их небольшую команду. – Именно такую работу мы учились выполнять. Именно для таких ситуаций мы и учились. Мы – экипаж корабля, и мы не паникуем. Так?

Все, включая Бет, пристыженно кивнули.

– Хорошо. Есть ещё вопросы? – спросил Вихан.

В повисшей тишине Арнольд нараспев протянул:

– Ага. Почему Бет капитан?

Все посмотрели на неё.

«Ох нет…»

– Ну… э… – промямлила Бет. – Корабль, хм, выбрал меня за лучшие способности к командованию. – Сказанное вслух, это звучало смешно даже для неё. Вихан ничего не сказал.

– И что, мы обязательно должны делать то, что говорит Корабль? – спросил Арнольд. – Ведь тут нет никого, кроме нас. Может, нам самим решить, кто будет капитаном?

– Нет, ну потому что это так не работает. Сам знаешь, есть командная вертикаль…

– Может, нам лучше проголосовать? – спросила Люсиль.

– Нет! Слушайте, Корабль передал командование мне…

– И что ты сделала? – поинтересовался Арнольд. – Потеряла всех гизмо, так что мы теперь не можем починить гипердвигатель.

– Что? Я погасила пожар! Я спасла нас всех!

Арнольд пожал плечами:

– Ну это ты так говоришь. Но пока что твоё командование вроде как загнало нас в тупик. Может, нам стоит рассмотреть другую кандидатуру?

Бет заметила, что Вихан хранил молчание. Он явно выжидал, что будет дальше, и, увы, Корабль тоже. Ситуация ускользала у неё из рук, было понятно, что все ребята предпочли бы на её месте Вихана…

«Может, они и правы, – подумала Бет, кусая губы. – Может, мне следует позволить Вихану забрать командование. Нас ведь разделяет всего полпроцента. Это ошибка. Он лучше меня в этом деле».

Но затем она вспомнила свой разговор с майором Грейлинг.

«У него хорошо получается командовать… но его нельзя назвать хорошим командующим», – так сказала сама Бет. И она знала, что она права. Вихану недоставало чего-то важного. Суть не в том, чтобы уверенно отдавать приказы, от командира требуется нечто большее. Если б только она могла сообразить, что именно…

Вдруг девочка выпрямилась. Она решила держаться уверенно, взять контроль в свои руки. Помнить о том, чему она научилась.

– Так, послушайте меня, – объявила Бет, подняв руки. «Излучай уверенность в себе». – Мы на космическом корабле, а не в колонии, и Корабль выбрал меня капитаном. Хотите голосовать – пожалуйста, только давайте договоримся: мы проголосуем только один раз. Я или Вихан. И после отыграть назад уже будет нельзя, понятно? – Она развела руки в стороны. – Ладно, у меня не всё выходит как по маслу, признаю. Я ещё разбираюсь, что к чему. – «Держи голову высоко. Говори твёрдо». – Но Корабль выбрал меня не по своему желанию. Он выбрал меня, потому что мой балл за курс командования выше. Балл, начисленный майором Грейлинг. Вы её знаете. Она выбрала меня. И я во всём разберусь. Я доставлю нас домой. Доверьтесь мне. Окей? – Она обвела взглядом группу. – Итак, голосуем. Арнольд?

Он передёрнул плечами.

– Вихан.

Бет кивнула.

– Окей. Лорин?

– Ты, – не колеблясь, сказала Лорин, и Бет улыбнулась в ответ.

– Один – один. Люси?

– Я… а… я не знаю. – Люсиль завертелась, переводя взгляд с Вихана на Бет и стараясь не встречаться глазами ни с одним из них. Это она предложила провести голосование, но теперь ей самой не нравилась эта идея. – Я думаю, – от волнения её акцент стал особенно заметным, – я воздержусь?.. Я не знаю. Простите.

– Ничего, – сказала Бет. – Не переживай. – «А я-то думала, Люсиль проголосует за меня». – Ничего.

Она сделала глубокий вдох.

– Миккель?

Миккель сидел, обхватив руками колени, и смотрел в пол. Он никак не отреагировал на слова Бет, поначалу ей даже показалось, что, может, он её не расслышал. Но через несколько мгновений он кивнул словно самому себе и поднял голову.

– Я считаю, что Вихан лучше может командовать. Ведь так? – Он ещё раз кивнул. – Да. Возможно, он справится лучше. Я бы проголосовал за него.

У Бет упало сердце, а Вихан встал ещё прямее.

– Но… – спокойно продолжал Миккель, – здесь не место голосовать. Это космический корабль. Мы следуем за капитаном. Мы не играем в игры, выбирая, а кто будет капитаном сегодня. У нас ведь есть… эта цепочка, так?

– Командная цепь, – безэмоционально поправил Вихан.

– Да, цепь, точно, – сказал Миккель. – На космическом корабле мы следуем цепи командования. Так что, если спросите меня, капитан есть капитан, и мы не поменяем капитана голосованием.

Наступила тишина.

– Спасибо, – сдавленно проговорила Бет. Она сообразила, что всё это время стояла, задержав дыхание.

И на этом дело кончилось. Арнольд затряс головой. Вихан закатил глаза, но затем кивнул.

– Окей, – сказал он спокойно. – Решено. Отныне Бет капитан, и мы делаем то, что она говорит. Всем ясно?

Ребята кивнули.

Вихан зыркнул на Арнольда.

– Понятно?

– Конечно, – отозвался Арнольд, пожимая плечами. – Раз ты так говоришь.

– Говорю.

Вихан повернулся к Бет.

– Ну что же, капитан, – сказал он как ни в чём не бывало, – какие будут распоряжения?

13

Ревизия

«Какие будут распоряжения?»

Бет стояла перед горсткой ребят. Вот и всё. Она капитан, это её экипаж, и её задача в том, чтобы доставить их домой.

– Итак, – начала она, стараясь говорить как можно увереннее. – Как Вихан говорил, это ситуация неожиданная, но не катастрофическая. У нас есть корабль, который сможет поддерживать наши жизни так долго, как понадобится. Мы пока что не знаем, как починить гипердвигатель, но мы что-нибудь придумаем. Мы не беспомощны, и мы не одни. У нас есть Корабль, он поможет нам и обеспечит нашу безопасность. Мы непременно доберёмся домой. Вопрос только в том, как именно. А теперь, – сказала она, обведя всех взглядом. – У кого-нибудь есть вопросы?

– Да, – сказал Арнольд. – Когда пора будет есть? Я умираю от голода.

Они отправились в главную столовую. Маленькие кухонные дроиды работали как обычно. Они накрыли стол и принесли свежие сэндвичи и салат, к которому, конечно, никто не притронулся.

Странно было есть в пустой столовой, в который был занят всего один стол. На одной из стен по-прежнему проигрывалась симуляция пейзажа с Эос Пять, иссиня-зелёная трава всё ещё клонилась на воображаемом ветру. Всякий раз, как Бет краем глаза выхватывала какое-нибудь движение, ей казалось, что в комнату кто-то вошёл. Горели все лампы, что было явно излишне, но, по крайней мере, углы комнаты не терялись в тени. И без того всем было не по себе.

Ребята мало разговаривали. Лорин торопливо жевала с рассеянным видом, пальцы её тарабанили по коленке. Арнольд сложил перед собой просто невероятное количество сэндвичей и с каким-то механическим упорством уничтожал их. Люсиль совсем ничего не ела. Она сидела, подняв ноги на стул и обхватив колени руками, и не сводила невидящего взгляда с визуализации на стене.

Бет вздохнула и подсела к ней.

– Эй, привет.

– Привет, – отозвалась Люсиль жалким голосом.

– Съешь сэндвич, – посоветовала Бет. – Тут есть с арахисовым маслом и джемом. Это исторический вклад Соединённых Штатов в мировую кухню. Извращение, конечно, но, как ни странно, довольно вкусно. Хочешь попробовать? – Она протянула бутерброд, но Люсиль не взяла его. Бет подбадривающе ей кивнула. – Всё будет хорошо, Люси. Мы наладим Прыжок, или соберём новый почтовый шаттл, или ещё что-нибудь придумаем. А когда мы доберёмся до колонии, там в два счёта всех пробудят. И тогда мы будем героями, правда ведь?

– Я не хочу быть героем, – едва слышно сказала Люсиль. Она спрятала лицо в коленях. – Я хочу Maman et Papa.[13]

– Ага. И я тоже. – Бет вспомнила, как стояла над маминой капсулой для сна, прижав ладони к стеклу, будто желая провалиться внутрь и разбудить её. Она приобняла Люсиль одной рукой. – Но пока нам просто придётся позаботиться друг о друге, – сказала она. – Мы справимся.

Через несколько секунд Люсиль кивнула, подняла голову и вытерла лицо от слёз одной рукой. Она посмотрела на сэндвич в руке Бет.

– Это выглядит ужасно, – сказала она, взяла сэндвич, откусила и кивнула. – Ничего хуже в жизни не пробовала.

– Приятного аппетита, – улыбнулась Бет.

* * *

После обеда Бет послала Арнольда и Вихана осмотреть корабельные склады, а Миккеля и Люсиль проверить систему жизнеобеспечения и связь и попытаться разобраться в навигационной системе. Она хотела, чтобы Лорин помогла им, но та всё ещё пыталась найти свой планшет.

– Может, я оставила его у нас в каюте, – сказала она с сомнением. – Мне нужно посмотреть.

– Я пойду с тобой, – сказала Бет. – Нам не стоит разбредаться поодиночке.

Лорин пожала плечами и помахала рукой перед камерой:

– Мы никогда не одни. Корабль всегда следит за нами. – Но она подождала Бет.

В коридорах было тихо. Хотя генераторы снова работали и все системы издавали положенные им рабочие шумы, казалось, будто шаги Бет и Лорин эхом отдаются в пространстве. Боковые панели, на которых обычно демонстрировали всё, что происходило на борту, были по большей части затемнены, по кораблю двигалось только шесть крохотных белых точек. Это было жутковато.

Лорин, похоже, тоже было не по себе; она даже не болтала, как обычно. Руки у неё то и дело подрагивали, словно тянулись к несуществующему планшету. Когда они подошли к её каюте, девочка ускорила шаг и нетерпеливо стукнула по кнопке, открывавшей дверь.

Дверь не шелохнулась.

– Корабль, дверь не открывается, – сказала Лорин. Она продолжала давить на кнопку ещё и ещё. – Корабль, открой дверь.

Рядом с ними появилась голограмма Корабля.

– Доступ в это помещение закрыт, – сказала она.

– Почему?

– Некоторые помещения были повреждены и представляют опасность. Доступ в это помещение закрыт.

– Но мне нужно туда попасть! – сказала Лорин.

– Доступ в это помещение закрыт.

– Бет! Прикажи Кораблю открыть эту дверь! – взмолилась Лорин. – Впусти меня!

Бет нахмурилась.

– Прости, – сказала она, – но, если Корабль считает, что это небезопасно, нам не следует туда заходить.

– Но мой планшет! У меня там всё, всё на моём планшете! Мне он нужен! – Лорин чуть не взвыла в голос.

– Послушай, мы подберём тебе другой планшет. У нас есть оснащение. Мы можем…

– Но это не то же самое! – закричала она. – Это будет какая-нибудь фигня с недопроцессором, на котором можно разве что в пинг-понг играть; система безопасности не будет усилена, там не будет сканирующих модулей или…

– Стоп! – одёрнула её Бет. – Держи себя в руках!

Лорин смолкла.

– Ты сказала, что мы вернём мой планшет, – пробормотала она. – Ты обещала.

– Слушай, мне очень жаль, – сказала Бет. – Мы не можем его забрать, и тут ничего не поделаешь. Но мы подберём тебе планшет со склада. – Она упреждающе подняла руку. – Хороший планшет. Самый лучший, какой сможем найти. Пойдём.

Они отправились обратно в столовую. Лорин притихла, но лицо у неё было мрачное и неприятное, такой злой Бет её никогда не видела. Всю дорогу она шипела на Корабль, но Бет делала вид, будто она ничего не слышит.

Миккель с Люсиль вернулись примерно в то же время. Первая часть их донесения была оптимистичной. Миккель полагал, что система жизнеобеспечения не затронута, всё в порядке – энергоснабжение, обеспечение кислородом, гравитация, очистка воды. Периодически систему нужно было обслуживать, но в теории корабль мог поддерживать жизнь на борту плюс-минус вечно. Навигационное оборудование также работало; недоставало программ, которые могли бы с ним взаимодействовать. Люсиль попыталась вычислить, каким образом Прыжок мог завести их так далеко, но никак не могла разобраться в данных. И разумеется, им нужно было придумать, как починить излучатели на корпусе корабля без гизмо. Но лиха беда начало. Люсиль выглядела немного счастливее теперь, когда ей было чем заняться.

Состояние связи оказалось менее многообещающим. Собрать почтовые шаттлы не было никакой возможности, и поблизости не было ни одной ретрансляционной станции, через которую можно было бы послать сообщение – если только они не были готовы ждать ответа семь лет. Бет кивнула; примерно этого она и ожидала. И она уже поняла, что её работа отчасти и состоит в том, чтобы спокойно кивать и делать вид, будто всё под контролем. Никогда не показывать разочарования, удивления или тревоги. Всегда излучать уверенность.

– И ещё одно, – сказал Миккель. – «Перепелятника» нет. Капитана Кира, наверное, тоже нет.

Бет ахнула. Она вдруг вспомнила, как Кир протрусил мимо неё с мамой, когда они направлялись к спальным капсулам. Он был послан проверить близлежащую аномалию. «Скорее всего, ничего особенного, – сказал он тогда. – Или вторжение инопланетян».

– Он успел вылететь, – сказала она. – Он спасся!

Миккель пожал плечами:

– Может, и так. Или с ним тоже что-то случилось.

Но Бет покачала головой.

– Нет, – сказала она. – Он где-то там. И «Перепелятник» может прыгать, так же как «Орион». Возможно, он прыгнул домой, чтобы сообщить всем, что случилось. А может… может, он ищет нас.

– Это вряд ли, – сказала Лорин. Но Бет видела, что ей всё же хочется надеяться. Она пожевала губу. – Мы ужасно далеко, разве он сможет нас найти?

– Ну а вдруг?

Прошло ещё минут двадцать, прежде чем Вихан и Арнольд просигналили им, появившись на большом экране над столом. Вихан стоял, сложив руки на груди, такой самоуверенный, что даже не посмотрел в камеру, зато Арнольд выглядел чрезвычайно довольным собой.

– Эй, народ! – крикнул он. – Постой-ка, я… Арнольд и Вихан докладывают капитану, сэр! То есть мэм. Эм, прости, сэр. Я хочу сказать мэм.

– Арнольд, замолкни, – ухмыляясь, сказала Бет. – Что у вас?

– Капитан, у нас – это. – Арнольд вытянул руку и сдвинул камеру в сторону люка большого контейнера. Он распахнул дверцу.

На штанге по одной из стен контейнера висели шесть белых скафандров. С другой стороны были ранцы, по дальней стене рядком стояли ботинки и шлемы.

Глаза Бет широко распахнулись. Арнольд сунул в камеру своё улыбающееся лицо.

– Что думаешь, капитан?

«Скафандры…»

Бет улыбнулась.

– Мы уже спускаемся к вам.

* * *

– Мы проверили отсеки для снаряжения, – рассказывал Вихан. – Мы нашли склад, где должны были храниться скафандры, но их там не оказалось. – Он шёл рядом с Арнольдом вдоль полок, уставленных сотнями пластиковых контейнеров, а остальные следовали за ними.

– И тут я вспомнил про штрафной забег, – сказал Арнольд. Он широко улыбнулся ребятам. – Моя мама, – продолжил он, – когда была рекрутом, просто ненавидела штрафные забеги, и поэтому часто про них рассказывала. Если ты опаздывал, или твои ботинки не были начищены, или ты дерзил сержанту, тебя отсылали на склад и заставляли вернуться в полном обмундировании – с ранцем, шлемом и прочим. А затем тебя отправляли со всем этим барахлом обратно. И так, ну не знаю, раз пять, наверное. Эти скафандры весят где-то под шестьдесят кило. И ранец неудобно тащить, а шлем внутри корабля – это вообще полная фиг… – Он замолк. – Я хочу сказать, что мама просто ненавидела шлемы. И штрафные забеги. – Он повернул налево в ряд, который ничем не отличался от всех остальных. – Ну и вот, если я тянул с уборкой у себя в комнате или ещё что, мама любила говорить, что она пошлёт меня в штрафной забег, ну знаете, вроде как в шутку. Когда мы не нашли снаряжение, я вспомнил её рассказы про склад с запасными скафандрами, куда обычно гоняют кадетов. И… смотрите!

Он махнул широким жестом фокусника в направлении задней стены, где стояли стопки грузовых контейнеров. Один из них был открыт, внутри горел свет, и Бет увидела скафандры.

– Ясно, – сказала она с кивком. – Давайте поглядим.

– Отличная работа, Арнольд, – сказал Вихан.

Арнольд разулыбался.

– Ох да, конечно, вы молодцы, – сказала Бет, нахмурившись. «Хвалить – это тоже то, что мне нужно делать, – подумала она. – Сколько же всего нужно делать».

Они прошли внутрь.

Контейнер был ослепительно-белым. Каждый скафандр висел перед шкафчиком, где стопкой было сложено нижнее бельё наподобие старомодных трико с длинными штанинами и рукавами. Сами скафандры были большие, хотя и не такие громоздкие, как она ожидала, а вот ранцы – с кислородными баками, блоками питания и двигателями для перемещения и маневрирования – были огромные и неповоротливые. Она приподняла один с крюка и охнула.

Затем Бет примерила один из шлемов. Он был большой, с широким забралом, так что изнутри был на удивление хороший обзор. Возле рта были две тонкие трубки – для воды и жидкой пищи, догадалась она. Особенно её впечатлило собственное дыхание, то, как оно ударяется в стекло на выдохе и возвращается обратно в лицо лёгким дуновением. Чувство было довольно неприятное, вызывало ощущение клаустрофобии, и через секунду-другую она сняла шлем.

Другие тоже примеряли снаряжение – ботинки, перчатки, шлемы или даже влезали в скафандры. Арнольд со смехом жонглировал перчатками, а Лорин, кажется, пыталась разобрать шлем при помощи карманной отвёртки.

– Стойте! – крикнула Бет. – СТОП!

Все замерли. Бет сказала:

– Нам нужно быть осторожнее с этим снаряжением. Нам всё это пригодится. – Она огляделась. – Здесь как раз шесть скафандров. Думаю, мы можем попробовать выйти наружу.

– Только не Лорин, – фыркнул Арнольд.

– Эй! – закричала Лорин. – Это ещё почему? Я буду ничуть не хуже тебя!

– Конечно, будешь, – согласилась Бет. Она, нахмурившись, посмотрела на Арнольда, но Вихан покачал головой.

– Он прав, – сказал он. – Лорин слишком маленькая.

Бет поняла, что он имеет в виду. Скафандры были, разумеется, спроектированы под взрослых, Лорин будет просто болтаться внутри, как желток в яйце. Арнольду и Вихану скафандры придутся впору. Бет тоже и, возможно, Миккелю. Что касается Люсиль, Бет подозревала, что вопрос о том, чтобы вытащить Люсиль из корабля, даже не стоял.

– Извини, Лорин, – сказала она, – но, боюсь, это действительно так. Да и в любом случае, когда мы выйдем в открытый космос, нам будет нужно сопровождение изнутри, а ты наш лучший технарь.

Лорин поворчала, но спорить не стала.

– Ну так что думаешь, капитан? – спросил Арнольд.

Бет неотрывно смотрела на скафандры. «Это вообще выполнимо? Вручную настроить излучатели? Самостоятельно выйти на поверхность корабля?»

– Так. Для начала мы вынесем четыре штуки в главный атмосферный шлюз и там разберёмся, как ими управлять. Арнольд, найди инструкции и мануал по технике безопасности. А потом… – Бет заулыбалась. – Пожалуй, мы пойдём немного прогуляться.

14

Скафандры

Всю вторую половину дня они провели, перетаскивая скафандры со склада в главный атмосферный шлюз, на три палубы вверх через полкорабля. Миккель нашёл тележку, но скафандры и ранцы всё равно были слишком тяжёлыми, а шлемы – огромные и настолько отполированные, что не ухватить – именно такие, как описывала их мама Арнольда. Потребовалось три ходки и немало попорченных нервов, прежде чем дело было сделано.

Арнольд хотел опробовать скафандры сразу, не сходя с места, но Бет не позволила. Все устали, а застёжки и системы безопасности выглядели весьма сложными. Она дала отбой на сегодня, и дети снова собрались в столовой на ужин. Они измучились, но были полны надежд. После находки скафандров у ребят появилось чувство, что у них есть план. Вихан разложил на столе инструкции и попеременно кусал пиццу и спорил о том, как их трактовать. Люсиль и Миккель обсуждали результаты проверки систем навигации и решали, насколько близки они к пониманию того, что нужно делать, а Лорин, вернувшаяся со склада с блестящим новеньким планшетом, выставляла на нём свои старые настройки и устанавливала дополнения.

Изображение Эос Пять позади них потускнело, как и освещение в столовой, – корабль перешёл на вечерний режим. Бет устала, у неё ныли мышцы, а глаза сами собой закрывались. День был долгий. Но когда тени придвинулись, она вдруг поняла, что после ужина ей некуда идти, кроме своей старой комнаты. В полном одиночестве.

Эта мысль пришла в голову им всем, одному за другим. Она мрачно довлела над каждым, и ребята смолкли, представляя себе обратный путь по коридорам, воображая запах неиспользуемого воздуха. Холод помещения, в котором никого больше нет, ни братьев и сестёр, ни родителей.

Неожиданно Миккель сказал:

– Нам следует экономить электроэнергию.

Бет только плечами пожала. С двумя генераторами и всего шестью членами экипажа это не было первостепенной задачей.

Но Миккель настаивал:

– Освещение и обогрев всех наших отдельных спален – это же неэффективно, так?

Повисло задумчивое молчание.

Вихан сказал:

– И к тому же мы разбросаны по всему кораблю. Это не лучшее размещение на случай непредвиденной ситуации.

– Ну… мы могли бы устроить общую спальню, – предложил Арнольд. – Или две. Тогда мы не будем одни… ну то есть это будет намного эффективнее, чем поодиночке.

Все с облегчением выдохнули и улыбнулись. Решено.

Они переделали складское помещение недалеко от столовой в две спальни, одну для девочек, другую для мальчиков. Спальни были спартанские: просто длинные короба с низкими потолками, но когда ребята закончили обустраиваться, они выглядели вполне неплохо.

«Уютно», – подумала Бет. Дети вернулись в свои старые спальни за постельными принадлежностями и личными вещами. Бет сходила в свою спальню вместе с Лорин.

Вернуться в каюту оказалось жутковато. Помещение казалось слишком неживым, воздух затхлым. Повсюду был тонкий слой пыли, будто девочка длительное время здесь не появлялась. Наверное, пыль поднялась во время События. Её собственная кровать казалась одновременно и успокоительно-домашней и странно-чужой. Она с сожалением посмотрела на маленького плюшевого зайца у себя на полке, однако решила оставить его. Это было как-то не по-капитански.

Бет сунула руку под подушку за своим дневником, но его там не оказалось. Она пересмотрела всю постель, затем порылась в ящиках и на своих полках и даже в щели за кроватью, но дневник так и не нашла.

– Корабль, где я оставила мой дневник? – спросила она, но Корабль не мог ей помочь. Она вздохнула и напомнила себе поискать, не найдётся ли на складе пустого блокнота. Планшеты можно было достать без проблем, но бумажные книги, тяжёлые и дорогие, были редкостью. Впрочем, поискать стоило.

Она ушла не оборачиваясь. В комнате позади было тихо, от пыли у неё слезились глаза, и она быстро зашагала прочь.

Когда они подошли к спальне, в коридоре стало совсем темно, и только островок тусклого света скользил перед ними, показывая, куда они идут.

– Ну что, – сказала Бет, когда забралась в свою новую кровать, – всем спокойной ночи. – В ответ раздался сонный хор «спокойной ночи» от остальных, но девочка уже едва слышала его: она заснула практически сразу, как слова вылетели у неё изо рта.

* * *

Бет проснулась в темноте под звук дождя, тарабанящего в окно. Нет, не дождя. Это был какой-то другой резкий, клацающий звук. «Клацающий?» Она открыла глаза и увидела Лорин, сидевшую на кровати и печатавшую на своём новом планшете. Подсветка экрана окрасила её тёмно-коричневую кожу белёсо-голубоватым отсветом.

– Лорин, – зашептала Бет. – Что ты делаешь?

Лорин подняла голову и моргнула.

– Я восстанавливаю свою систему, – ответила она шёпотом. – Мне чуть-чуть осталось.

– Уже два часа ночи, – зашипела Бет. – Ложись спать.

– Я почти закончила.

– Ложись спать, или я прикажу выкинуть тебя с корабля.

Лорин перестала печатать и ухмыльнулась:

– Да, капитан.

Она отключила планшет и затихла. Бет лежала в темноте, глядя в потолок и слушая дыхание засыпающей Лорин.

Она думала о капитане Кире. Правда ли он сейчас где-то там, в открытом космосе? Ищет ли он их? Вихан прав, это было маловероятно. Скорее даже невозможно. Но она знала, что Вихану тоже хотелось бы в это верить.

«Присмотри за кораблём», – сказал ей тогда Кир.

«Я пытаюсь», – подумала Бет.

* * *

На следующий день ребята проснулись рано. Они почти не разговаривали; Бет чувствовала искрящее напряжение. Скафандры звали на подвиги.

Она отодвинула тарелку, не съев и половины, и увидела, что остальные тоже закончили завтракать. Все смотрели на неё

– Ну, – сказала она. – Думаю, мы могли бы…

Голос её потерялся в скрипе отодвигаемых стульев и возбуждённой многоголосице, все отправились по своим местам. Лорин и Люсиль пошли на мостик, чтобы ещё раз взглянуть на систему навигации; все остальные рванули прямиком к скафандрам.

Арнольд явно читал эксплуатационную документацию всю ночь. Он шагнул в шлюзовую камеру с напряжённым лицом, словно бы удерживая перед мысленным взором изображение собранного скафандра и не желая его терять. Взяв одну из стопок с обмундированием, он аккуратно разложил всё на полу.

– Всё просто, – сказал он уверенно. – Сперва натягиваете термобельё на подогреве, вот оно, а сверху надеваете скафандр. Скафандр из углеродного волокна, то бишь плюс-минус неуничтожаемый. Затем ботинки, перчатки, аппаратура жизнеобеспечения, – он указал на ранец, – а потом шлем. Аппаратура жизнеобеспечения подключается к скафандру вот здесь и тут крепится. Плёвое дело.

– А как регулируется размер? – спросил Вихан. Арнольд указал на несколько лямок, застёжек и ремешков. Затем Миккель спросил про управление – как именно включать и рулить устройством для перемещения. Арнольд объяснил всё по шагам. Вихан заговорил о нормах безопасности. Разговор принимал всё более технический оборот, речь зашла о подсистемах, модулях, связи…

Бет наблюдала за остальными, и ей становилось всё более неуютно от мысли, что они так далеко от центра корабля. Искусственная гравитация была здесь слабая, и у неё неприятно тянуло в животе.

Настенная панель рядом с ней загорелась, и на ней появилось лицо Лорин:

– Эй, Бет.

Бет сглотнула ком, вставший у неё в горле, и постаралась принять расслабленный вид.

– Привет, Лорин, что такое?

– Мы тут разбираемся в навигации и в том, что требуется настроить для Прыжка. Хочешь посмотреть?

– Я сейчас подойду.

Она оставила мальчишек заниматься скафандрами, а сама отправилась на мостик.

* * *

Бет была на мостике только однажды – тогда для детей устроили экскурсию. Им сказали: «Так, а теперь ведите себя тихо, чтобы не мешать экипажу», – и провели по дальней части помещения, позволяя посмотреть на капитана и других членов экипажа, сидевших перед целыми ярусами экранов с бегущими по ним данными.

На этот раз экраны были отключены, а единственными членами экипажа были двое детей, жарко споривших друг с другом перед несколькими навигационными компьютерами.

– Привет, – окликнула их Бет.

Они обернулись.

– Капитан на мостике! – завопила Лорин, и они с Люсиль встали по стойке «смирно».

Бет заулыбалась.

– Спасибо. То есть… – Она закашлялась и приняла официальный вид. – И вы тоже.

Девочка посмотрела на капитанское кресло. Как и остальные, оно было с мягкой обивкой, подголовником и панелями управления на подлокотниках. Она забралась в него и восхищённо оглядела мостик, касаясь кончиками пальцев гладкого стекла панели.

– Классно, правда? – спросила Лорин.

Бет улыбнулась.

– Так в чём проблема? – опомнилась она.

– Вот в этих замерах, – сказала Лорин. – Это просто бессмыслица. – Она указала на экран перед собой, и Бет с сожалением слезла с кресла и подошла к ней. На экран была выведена громадная таблица чисел. Лорин потянулась и стукнула по ней пальцем, и Бет к своему немалому замешательству увидела, что таблица на самом деле была трёхмерная – словно куб из чисел.

– И это… – осторожно протянула она.

– Это замеры Прыжка, – сказала Лорин. – Они показывают ленты пространства-времени вокруг нас и как они пересекаются. Мы в середине, видишь? Вот этот кластер нулей – это мы в точке Прыжка.

– Эм, ясно.

– А это, – Лорин уменьшила масштаб, смахнула изображение в сторону и приблизила другой, на первый взгляд идентичный, куб, – наше последнее известное местоположение перед Событием.

– Ясно, – сказала Бет и ещё раз кивнула. Она подняла глаза на Лорин, та выжидающе смотрела на неё. – И что?..

– Ну смотри же! Как мы попали оттуда сюда? Ни один из тау-параметров не совпадает, траектория совершенно не та, и все промежуточные пункты ведут в абсолютно другие ленты. Это какая-то бессмыслица.

Бет поглядела на Лорин, затем перевела взгляд на Люсиль, потом обратно на экраны.

– Ясно, – сказала она. – Давайте сделаем вид, что я идиотка и всё это для меня пустой звук, и попробуем ещё раз.

Лорин была явно удивлена, но Люсиль сказала:

– Мы не понимаем, как мы могли, начав путь в этой точке, вот здесь, оказаться в этой точке, здесь, всего в один Прыжок. Между этими точками нет никакой связи.

– Тогда получается, что мы прыгнули больше одного раза?

– Корабль утверждает, что нет.

– А могли мы прыгнуть так, чтобы Корабль об этом не знал?

Люсиль пожала плечами:

– Может быть. Но мы не знаем.

– А могли бы узнать, – сказала Лорин, – если бы вернули мой планшет. Я записывала всю корабельную статистику, и если мы прыгнули больше одного раза, я бы узнала. Но у меня есть только вот это барахло! – Она с негодованием шлёпнула по своему новенькому блестящему планшету.

Бет кивнула.

– Ага. Это всё странно, я понимаю. И правда, какая-то бессмыслица. – Она обвела взглядом мостик. – Но сейчас главное, что нам надо выяснить, это можем ли прыгнуть снова?

Лорин пожала плечами:

– Конечно.

Люсиль энергично затрясла головой:

– Absolument pas![14]

Бет вздохнула.

– Ребята…

Лорин сказала:

– Мы знаем, что нам надо починить излучатели снаружи. Они создают поле Прыжка, но они рассинхронизированы – и это ещё одна странность, кстати говоря, – но мы можем их настроить.

Люсиль кивнула:

– Oui. Но мы должны наладить все рассинхронизированные излучатели, и только потом можно будет прыгать.

– А сколько их всего?

– Триста тридцать восемь, – обречённо выдохнула Люсиль.

Бет уставилась на них.

– Нам нужно вручную настроить триста тридцать восемь излучателей?!

Люсиль кивнула.

Бет потёрла лоб.

– Ясно, и что тогда?

– Нам ещё нужно разобраться с навигационными программами, – сказала Лорин. – Они ведут себя на редкость странно. Мы можем просматривать карты, мы можем выбирать точки, но когда мы смотрим в иллюминатор, – она указала ещё на один экран, – все звёзды не на своих местах.

– Звучит… не очень хорошо.

– Ага, наверное. Но только чуточку. Я думаю, мы всё же можем прыгать.

– Но если мы прыгнем, может получиться всё то же самое! – воскликнула Люсиль. Видимо, об этом они и спорили, когда Бет пришла. – Нас может занести на другой конец галактики!

– Этого не произойдёт, – сказала Лорин. – Я тебе говорю, эти прежние замеры – чушь какая-то, такого просто не может быть.

– А я тебе говорю, что они правильные и показывают…

– Хватит! – резко гаркнула Бет.

Девочки замолчали.

* * *

Когда Бет вернулась в атмосферный шлюз, Арнольд как раз собрался залезать в скафандр. Одетый в термобельё, он напоминал большого набивного медведя.

– Это ужасно неудобно, – проворчал он.

Ребята помогли ему забраться в скафандр и застегнуть все клапаны, а затем подняли ему на спину ранец и, наконец, подали шлем. Вихан приладил его и вставил штекеры от ранца в скафандр, на котором тотчас замигали зелёным несколько огоньков.

– Как ощущения? – спросил он. Арнольд ничего не ответил. Вихан попробовал снова через радиосвязь.

– Жарко, – сказал голос Арнольда через динамики корабля. – И ужасно неудобно.

– Кто следующий? – спросил Миккель.

Один за другим ребята пошли переодеться в свои космические кальсоны, а затем залезли в скафандры, с усилием надели на спины ранцы и помогли друг другу взгромоздить на голову шлем. Люсиль спустилась, чтобы помочь им снарядиться, а потом подошла к панели управления шлюзовой камеры.

Бет посмотрела по сторонам. Рюкзак тянул к полу даже при ослабленной гравитации. Скафандр всё же был слишком большой, и материал складками собирался на коленях и локтях и болтался на плечах так, словно она надела один из папиных пиджаков. Шлем глушил все звуки вокруг.

Они выстроились кругом, поворачиваясь из стороны в сторону, чтобы осмотреть друг друга и проверить все крепления и датчики. Сердце Бет громыхало внутри скафандра. Всё вдруг оказалось совсем по-настоящему. До сих пор наладка скафандров воспринималась как хитрая задачка или даже игра. А теперь… Неужели они на самом деле сделают это? Неужели они и правда выйдут из корабля? В космос? В космос?!

Она резко тряхнула головой и включила радиопередатчик.

– Готовы? – спросила она с уверенностью, которой не ощущала. Остальные выставили большие пальцы. Люсиль ещё раз проверила застёжки на их скафандрах (дважды), а затем они открыли внутреннюю дверь атмосферного шлюза.

Все прошаркали наружу, и дверь плотно задвинулась позади них.

15

Снаружи

Они подождали, пока лампочка над дверью шлюзовой камеры не заморгала зелёным. Бет сообразила, что слышит слабое шипение: это Люсиль удаляла воздух и уменьшала давление в атмосферном шлюзе, чтобы оно сравнялось с вакуумом космического пространства снаружи.

Голос Арнольда донёсся по радиосвязи:

– Окей… Все ещё дышат?

Бет фыркнула, но выставила большой палец, что проделали и остальные.

– Что же, поздравляю, народ, мы ещё живы.

Они посмотрели друг на друга, слегка качнув шлемами.

– В ботинках есть магниты, так что нас не унесёт, и можно просто шагать по корпусу корабля так, как мы учились, – сообщил голос Арнольда. – Страховочные фалы отцепятся от платформы, когда мы выйдем на поверхность корабля. – Арнольд неуклюже похлопал по тросу, который был закреплён у него на бедре и соединял скафандр с полом. – Но если покажется, будто нас относит, они автоматически выстрелят и примагнитятся к корпусу.

– Помните, – сказала Бет. – Это пробный выход. Мы просто ненадолго выйдем наружу. Если всё пойдёт хорошо, мы осмотрим один из прыжковых излучателей и определим, как его починить. Ничего не усложняем, ясно?

– Согласен, – сказал Вихан, а следом и остальные.

Лицо Люсиль появилось в иллюминаторе внешней двери.

– Все готовы? – спросила она по радиосвязи.

– Бет готова.

– Миккель готов.

– Вихан готов.

Арнольд сказал:

– Мы готовы к открытию внешней двери. Приступай.

Спустя мгновение перед ними открылся люк в никуда.

Бет ожидала, что её потащит в люк, но, разумеется, воздух уже был откачан, и давление внутри и снаружи было одинаковым. Пол мягко дрогнул и начал подниматься – платформа шлюзовой камеры несла их вверх, прямо к выходу в пустоту. Несколько бесконечно длинных секунд – и вот они уже на поверхности корабля – снаружи. Бет попробовала оглядеться и подняла глаза; скафандр не позволял широких движений и закрывал часть обзора, но она определённо видела главное – звёзды. Миллиарды звёзд. Бет смотрела прямо на густую белую полосу Млечного Пути, которая здесь была намного ближе, чем на Земле. Удивительное скопление солнц и солнечных систем в сердце галактики, великолепная прореха в небе.

«Только-бы-не-стошнило-только-бы-не-стошнило».

Следом за Бет подтянулись остальные.

– У вас там всё в порядке? – спросил голос Люсиль.

Бет в ответ смогла только замычать.

Арнольд завопил:

– У-у-ух ты-ы-ы!

Раздался голос Вихана:

– Лорин, мы на поверхности. Перекличка команды. Вихан в порядке.

– Арнольд супер в порядке.

– Миккель в порядке.

– …

– Бет?

Бет по-прежнему глядела на звёзды. Прошло несколько мгновений, прежде чем до неё дошло, что кто-то говорит.

– Простите, – выдавила она. – Бет в порядке.

– Окей. Лорин?

– Привет, туристы, сегодня у нас отличный денёк, а? – Голос Лорин звучал с придыханием и задором. Бет подозревала, что она говорит и одновременно печатает на своём новом планшете.

– Привет, Лорин, – сказала она. – Мы… эм… в порядке. И здесь… – «Потрясающе. Невероятно. Муторно. Чудовищно». – Очень классно.

– Я пересылаю вам маршрут к первому излучателю. Вы должны видеть его перед собой примерно на два часа.

Бет заставила себя оторвать взгляд от звёздного неба, повернулась немного направо и увидела что-то вроде небольшой спутниковой тарелки. На экране визора шлема высветился маршрут к ней.

– Подтверждаю, – сказала она.

– Отлично! Идите туда, а мы расскажем, что делать дальше.

Страховочные фалы отсоединились и скользнули обратно в катушки, закреплённые на бедре скафандров, и ребята медленно зашагали по обшивке корабля.

Идти в магнитных ботинках было крайне странно. Они требовали необычной техники шага: нужно было отлепить ногу от «пола», начиная с пятки и заканчивая носком, затем перенести её осторожненько вперёд, поставить, убедиться, что ботинок примагнитился (хотя по ощущениям он, словно присоска, прирастал к поверхности), и только потом поднимать вторую ногу.

Дыхание Бет гулко отдавалось внутри её шлема. Это был единственный звук, который она могла слышать. Шаги были беззвучны – она только ощущала их телом. Но звук дыхания – это хорошо. И ощущения в теле – тоже хорошо. Всё, что отвлекало от того, где она находилась, было хорошо.

Потому что то, где она находилась, было ужасающе.

Тяжёлая чернота у неё над головой словно бы обладала собственной гравитацией. Она уменьшала её, делала крохотной и незначительной. Магниты на ботинках ничем не могли помочь Бет. И тонкий страховочный трос ничем не мог ей помочь, как и устройство для маневрирования у неё на скафандре. Ничто не могло помешать ей отшелушиться от этой крохотной жестянки и улететь в бесконечное пространство, где звёзды Млечного Пути вечно были где-то впереди, но их невозможно было не достичь, поэтому она станет просто безвольно кружащей пылинкой в бескрайнем просторе этого чёрного…

– …ты слышишь меня? Бет? Ребята, я не слышу Бет. Вы можете проверить, что с ней?

Бет встряхнулась:

– Что? А, простите, я… Что? – Она сообразила, что остальные опередили её и теперь повернулись назад, уставившись на своего горе-капитана. Она сама не заметила, как перестала шагать.

– Ты в порядке, капитан? – В голосе Арнольда звучала озабоченность.

Бет моргнула. Сердце колотилось у неё в груди. На лице выступил пот, который она не могла утереть.

– Я… я в порядке, – выдавила она. – Я просто остановилась посмотреть на звёзды. Продолжаем.

Они повернулись обратно к тарелке и двинулись дальше.

Тарелка была больше, чем Бет сначала показалось издалека. Девочка сосредоточилась на ней и шагала, стараясь не впускать чёрное космическое пространство в свою голову. Неужели все остальные чувствуют что-то подобное? Как могут они этого не чувствовать? Шаг. Шаг. Ещё шаг. Не смотреть наверх.

Прошло довольно много времени, и Бет натолкнулась на кого-то впереди и, остановившись, подняла голову.

Ребята стояли перед тарелкой, и она была просто громадная. Большая, как дом. Основание, к которому она крепилась, было метровой высоты, а сама тарелка метров десять в диаметре.

Как они смогут починить… это?

Бет услышала голос Лорин по радиосвязи:

– Панель управления сбоку. Она квадратная и должна быть подсвечена.

Они обошли излучатель кругом.

– Я нашёл квадрат, но он не подсвечен, – отрапортовал Арнольд.

– Да, должно быть, это она и есть, – сказал Миккель. – Так вот почему мы не смогли их починить с помощью компьютера. Регулирующий механизм не работает. И правда, всё придётся настраивать вручную.

– И как нам это сделать? – спросил Вихан.

Миккель указал:

– Вот эти маховики[15], такие как бы штурвалы на основании тарелки, видите?

Они посмотрели на тарелку.

– Нам нужно вскарабкаться на неё? – спросил Вихан. Голос его звучал спокойно.

– Мы можем прыгнуть! – обрадованно воскликнул Арнольд. Бет даже вздрогнула от неожиданности. Один из скафандров, – по-видимому, Арнольда, со спины все казались одинаковыми, – вдруг оторвался от корпуса корабля и взлетел на платформу.

«Он, должно быть, отключил магниты в ботинках, – догадалась Бет. – О господи!»

Вихан прыгнул за ним, а следом и Миккель. Но стоило Бет подумать о том, что нужно отключить свои собственные магниты, как её чуть не вырвало внутрь скафандра. Она не могла пошевелиться, просто не могла; ноги совершенно её не слушались. Девочка осталась стоять на корпусе.

– На сколько нужно его подвинуть? – спросил Арнольд.

Два скафандра повернулись к ней, а затем снова друг к другу.

– Тринадцать градусов вправо, – сказал Миккель. – Вон там отметка, видишь?

– Вижу. – Это Вихан взял инициативу в свои руки. – Арнольд, начинай крутить, я скажу, когда хватит.

Бет всё ещё беспомощно стояла у платформы и смотрела, как крупная фигура схватилась за маховик и толкнула его.

– Тарелка сдвигается!

– Так, отлично! Одиннадцать… двенадцать… тринадцать. Готово.

– Очень хорошо. – Голос Лорин. – Второй маховик нужно установить на семьдесят восемь.

Арнольд застонал, но взялся за другой маховик.

– Поехали…

Под взглядами остальных он с заметным усилием постепенно повернул колесо. Бет сделала ещё одну попытку пошевелиться. Она мысленно ругала собственные ноги: «А ну, давайте двигайтесь!» Но тело было словно парализовано.

– Семьдесят шесть… Семьдесят семь… Семьдесят восемь! Стоп! Стоп, больше не надо!

Арнольд отпустил рычаг и ссутулился.

– Подтверждаю, – сказала Лорин. – Он настроен.

Бет сглотнула.

– А теперь мы возвращаемся обратно, – сказала она. Голос её дрогнул.

Арнольд заспорил:

– Но мы можем разобраться с ещё одним – вон он совсем недалеко…

– Немедленно! – рявкнула Бет.

Через пару секунд Вихан сказал:

– Ты слышал её. Это была просто тренировочная вылазка.

Группа повернулась и поплелась обратно в шлюзовую камеру. Бет сконцентрировала всё своё внимание на прочерченном на дисплее маршруте и ни на что больше не смотрела. Остальные помчались вперёд, явно воодушевлённые.

Они вернулись в шлюзовую камеру, платформа начала опускаться, и Бет почувствовала, как постепенно включается искусственная гравитация. Она проследила взглядом, как над ними закрывается внешняя дверь. Затем раздалось шипение рекомпрессии, открылась внутренняя дверь, за которой стояла Люсиль, и они смогли отстегнуть свои шлемы и вдохнуть корабельный воздух.

– Йе-хуу! – крикнул Арнольд. – Это было потрясно!

– Вы все молодцы, ребята, – сказал Вихан. Он даже улыбался.

– Значит, дело наладилось? – спросил Арнольд. – Всё в порядке? Мы справились?

– Нет, – пробормотала Бет. Она была раздражена и, как ни странно, чувствовала себя уязвлённой. Как же так, почему она провалила то, что у остальных получилось так хорошо? И это она-то капитан? – Нужно настроить остальные излучатели.

– Сколько?

– Триста тридцать семь.

Все замолчали, и Бет испытала злорадное удовлетворение.

– Вытащи меня из этого скафандра, – бросила она Люсиль. – Нам всем нужно отдохнуть.

Они разоблачились в подавленном молчании, а затем вернулись в спальни.

Но к обеду жизнерадостное настроение возобладало, и экипаж снова смеялся и травил байки. Бет сидела в сторонке, игнорируя остальных, и жевала сэндвич, даже не ощущая его вкуса. Теперь, когда она была внутри, всё снова стало нормальным. Она не понимала, что произошло. Это было просто смехотворно! Почему никто больше не чувствовал этого парализующего, всепоглощающего ужаса? Или они все врали? Как могло быть, что она боится космоса?

Подошли Вихан с Миккелем. У Вихана, похоже, было что-то на уме.

– Как ты считаешь, мы сможем починить все излучатели? – спросил он прямо.

– Что? – Бет вдруг поняла, что даже не думала об этом. Она так погрузилась в пережёвывание своей неудачи, что совсем забыла, чего они пытались добиться. – Ну, – сказала она задумчиво. – Один готов, и всё прошло гладко. Так что… эм…

Один готов. Триста тридцать семь осталось. Если мы сможем настраивать по два в день, потребуется почти четыре месяца. И это если ничего не пойдёт вкривь и вкось и никто не пострадает…

«Нет, нам ни за что не настроить все излучатели».

– Я… а… – Бет замялась. Что тут скажешь? Лидер должен излучать уверенность, верно? «Скажи что-нибудь позитивное». Но это было, очевидно, невозможно.

– Я думаю, может быть, – начала Бет осторожно, – если мы будем осмотрительны и… эм… если мы… Я имею в виду…

Вихан наблюдал, как она растерялась и смолкла. Затем он сухо сказал:

– Я думаю, что нет. Я считаю, что мы можем починить один, два, может, десять. Но не три сотни – это невыполнимо. Нам нужно точно понимать, что возможно, а что нет.

– Да, – признала Бет. Почему она сама этого не сказала?

– У Миккеля появилась идея. – Вихан повернулся к Миккелю, и тот кивнул.

– Я подумал, гизмо ведь в сгоревшем генераторном отсеке, так? Один рабочий, а других мы могли бы починить. Может, мы могли бы достать их?

Бет пожала плечами.

– Ну да, только в выходном люке застрял целый генератор. И мы не можем открыть внутренние двери, потому что помещение сообщается с космическим пространством – он пробил шлюзовую камеру.

Миккель кивнул:

– Да, но, возможно, мы могли бы закрыть выходной люк? Если бы мы нашли большой лист металла и приварили его снаружи, отсек снова оказался бы запечатан. Тогда корабль снова накачал бы воздух в генераторный отсек, и тогда мы могли бы…

– Мы могли бы открыть внутренние двери и выпустить гизмо! – воскликнула Бет. Её охватило воодушевление, и настроение сразу улучшилось. – Превосходно! А можем мы это сделать?

Миккель пожал плечами:

– Думаю, да. В комплекте к скафандрам есть вакуумная сварка. А лист металла мы можем взять на складе.

– А когда у нас будут гизмо, – сказал Вихан, – мы сможем запрограммировать их на починку излучателей, и они сделают всё за нас.

– Миккель, это гениально, – сказала Бет. – Арнольд! Как ты смотришь на то, чтобы заняться сваркой?

Арнольд поднял голову. Миккель объяснил ему свой план, и тот ухмыльнулся:

– Звучит здорово!

Ребята зашумели, и Бет с улыбкой оглядела их. Перекрыть люк, вызволить гизмо, настроить излучатели, отправиться домой. Легко и просто!

Перекрыть люк.

Мысль холодком пробежала по её спине, и Бет содрогнулась. Выйти за пределы корабля. Снова пройти по его поверхности под этим чёрным небом. Под этой жуткой, чудовищной бездной…

Она тряхнула головой и постаралась отогнать эту мысль.

16

Ремонт

Они обсудили эту идею с Кораблём, и тот в конце концов согласился, что это может сработать. Он даже подсказал им, где на складе можно найти листы титанового сплава. Арнольд нашёл сварочные комплекты, которые подсоединялись к ранцам и работали даже в космическом вакууме, и весь день разбирался, как безопасно управляться с ними. Он выглядел вполне уверенным в себе, хотя при мысли об Арнольде, размахивающем раскалённым добела сварочным аппаратом, Бет хотелось спрятаться в тёмной комнате.

Остальные ребята тем временем перенесли со склада шесть металлических листов. Планировалось приварить по два листа с каждой стороны люка, а затем оставшиеся два по центру. Листы были огромные и тяжеленные, и, чтобы перетащить их по одному, на тележку всем пришлось подналечь. Наконец все листы были переправлены на этаж, где располагался атмосферный шлюз, ближайший к генераторному отсеку три. Арнольд приладил сварочные аппараты к скафандрам. Они были готовы.

Ребята договорились, что сегодня занимаются исключительно приготовлениями, а саму вылазку назначили на следующий день. Они выспятся и будут отдохнувшими и подготовленными. Но к четырём по корабельным часам всё было сделано, и они все шестеро стояли перед скафандрами и металлическими листами. Но никто не двигался к выходу.

Через минуту Бет сказала:

– Ай, давайте уже сделаем это.

– Да! – воскликнул Арнольд, и все рванули к скафандрам.

– Мы могли бы сделать всё втроём, если хочешь, – сказал Вихан.

Бет остановилась.

– Что?

Он указал на шлюзовую камеру:

– Выход на поверхность. Мы можем сделать всё втроём. Если ты хочешь остаться здесь и… командовать.

Ребята остановились. Никто не смотрел на Бет.

– Я не понимаю, о чём ты, – сказала она наконец. – Вчетвером будет лучше. Вам нужны четверо.

Арнольд пробормотал:

– В прошлый раз нас было только трое.

– В прошлый раз это был просто глюк, – огрызнулась Бет. – Что-то не то с моим скафандром.

Миккель и Лорин нахмурились. Миккель сказал:

– Я не думаю…

– Это был глюк, – настаивала Бет. – Я в полном порядке.

Она проигнорировала дрожь в руках и трепыхание в животе, постаравшись подавить их. «Я капитан», – напомнила девочка сама себе. На мгновение она задумалась, может, Вихан прав. Возможно, именно ей следует остаться и позволить им проделать это самим. Остаться… пока Вихан возглавит операцию и спасёт корабль…

«Да ни за что!»

– Спасибо, Вихан, – сказала она ровным голосом. – Пожалуйста, если ты чувствуешь себя утомлённым, то можешь заняться удалённым управлением миссией. Но если ты считаешь, что операция тебе по силам, нам пора начинать, не правда ли?

Он никак не отреагировал, просто пристально посмотрел на неё и через мгновение кивнул:

– Хорошо. – И отвернулся.

Они снова переоделись в термобельё и забрались в свои скафандры – уже во второй раз за один день. Затем опять надели большущие шлемы и почувствовали, как сгустился воздух вокруг них, а внешние звуки исчезли, оставив взамен шум их собственного дыхания и потрескивание радиосвязи; ребята прошли в шлюзовую камеру, встали на погружённые на платформу металлические листы и закрепили свои страховочные фалы.

Бет вслушивалась в шипение воздуха вокруг них. Она в порядке. Огромные двери у них над головами открылись, и пол начал подниматься, неся их к поверхности корабля. Она в порядке. Пол перестал двигаться. Отряд был снаружи. Бет посмотрела вверх на обнажённое небо.

Она не в порядке.

Бет думала, что на этот раз будет готова, но чёрное космическое пространство нахлынуло, накрыло её и сплющило, как будто она – ничто. Бет не понимала, в сознании она ещё или нет. Девочка могла только слышать биение своего сердца, ощущать оглушительный пульс у себя в ушах. Всё здесь было слишком большим.

Бет механически потопала за остальными: сошла с платформы, открепила и подняла листы – теперь практически невесомые – и поплелась к люку. Всё внимание она направила на свои перчатки, на пальцы, держащие лист, на ноги, осторожно переступающие по «Ориону»; все силы – на то, чтобы не смотреть вверх. На периферии её зрения сгустился странный серый поблёскивающий туман, и чем дольше она шла, тем плотнее он затягивал её. Но девочка не останавливалась.

Дети шаг за шагом ползли по корпусу в направлении люка генераторного отсека.

– Как у тебя дела, Бет? – раздался по радиосвязи голос Лорин. Бет проигнорировала его. – Я потому спрашиваю, что я мониторю ваше сердцебиение, и, ну даже не знаю, может, что-то сбоит, потому что у тебя оно высвечивается под сто восемьдесят ударов в минуту. – Лорин нервно хихикнула. – Ты в порядке?

Поднять ногу. Опустить ногу. Серый туман перед глазами Бет был такой густой, что она видела только крохотный кружок пространства впереди, как будто смотрела в телескоп на что-то далёкое-далёкое, ладони терялись на конце слишком длинных рук, пальцы не слушались.

Поднять ногу…

Медленно и спокойно Бет позволила второй ноге отсоединиться от поверхности корабля следом за первой. Она выпустила металлический лист, и её плавно подняло вверх, прочь от остальных и прочь от корабля. Её парящие руки и ноги выглядели как что-то, что она когда-то давно видела в кино, но не могла вспомнить. Она парила…

– …видит…

– …ет! Бет, что ты…

– БЕТ! БЕТ! ПРОСНИСЬ!

Бет, вздрогнув, пришла в себя и вдруг поняла, что происходит, что она делает. Она завопила и задёргала руками, бестолково и безрезультатно.

– Помогите!

– …кеты, используй…

Ракеты. Бет судорожно стала искать кнопки, которыми управлялись крохотные ракетные двигатели на ранце – то самое устройство для маневрирования в открытом космосе, – но она никак не могла вспомнить, на какие надо нажимать. В результате девочка ударила рукой по всей панели сразу и из-за резкого движения случайно оттолкнула себя ещё дальше от корабля. Космос обхватил её – произошло именно того, чего она и боялась. Бет была лишь пылинкой, и её смахнуло с поверхности «Ориона» несуществующим космическим ветром…

А затем её потащило – и сильно! – обратно к корпусу. Всё произошло очень быстро – миг спустя она налетела на кого-то в скафандре. Посмотрев сквозь стекло, Бет увидела, что это Арнольд: он смотрел на неё и что-то говорил.

Бет впилась в его лицо глазами. Её пальцы крепко стиснули его руку, и она не в силах была их разжать.

– …была не очень далеко, – проступил его голос среди звона в ушах. Голос звучал сердито, но почти смущённо. – Твой страховочный фал выстрелил и закрепился за корпус корабля. Я схватил трос и притянул тебя обратно. Вышло немного резко, прости.

Тут Бет сообразила, что плачет.

– Ты спас мне жизнь, – выпалила она.

– Она вовсе не была в опасности, – пренебрежительно затрещал голос Вихана. – Ты была в трёх метрах от палубы.

Дыхание Бет медленно приходило в норму. Сердцебиение стучало в ушах. Воздух внутри скафандра пах по́том и страхом.

Через мгновение Вихан снова заговорил:

– Она не дойдёт до люка. Нам придётся идти дальше самим.

– Не бросайте меня!

– Нет, – вздохнул Вихан. – И оставить тебя мы тоже не можем. – Он замолчал. – Арнольд, у тебя есть опыт сварки. Миккель… Отведи Бет в шлюзовую камеру.

Миккель повернул свой скафандр в сторону Бет. Прошло мгновение, но он не двигался. Затем, выпрямившись, он сказал с преувеличенной бодростью в голосе:

– Конечно. – И затопал к ней, обратно в направлении шлюзовой камеры.

Бет заковыляла вровень с ним, цепляясь пальцами за его руку и молясь, чтобы голос начал наконец её слушаться.

Какое-то время по радиосвязи было тихо. В кои-то веки Лорин молчала. Затем, когда они были примерно на полпути, они услышали, как Вихан сказал:

– Лорин, мы у люка.

Бет и Миккель шли назад, слушая, как два человека, переговариваясь, делают работу, для которой нужны были по меньшей мере трое. Они всё ещё бились над своей задачей, когда Миккель потянул Бет, давая ей знать, что они дошли до шлюзовой камеры. Она стояла молча, пока пол опускался, внешняя дверь закрывалась, воздух с шипением закачивался обратно и внутренняя дверь открывалась.

Тогда Миккель отцепил руку Бет от своего предплечья и вывел её из атмосферного шлюза. Люсиль расстегнула ей шлем и помогла выбраться из скафандра. Бет вышла из комнаты, не глядя ни на кого, приняла душ и переоделась. Затем она вернулась в спальню и легла на кровать.

Через некоторое время раздался стук в дверь, и в комнату заглянул Миккель.

– Привет, – сказал он.

Бет вздохнула:

– Привет.

Миккель сказал:

– Судя по всему, получилось. Корабль говорит, что сварка грубовата, но отсек запечатан.

Бет кивнула.

– Они молодцы, – сказала она негромко.

– Да.

Он кашлянул.

– Они пока не могут закачать воздух в отсек. Корабль не позволяет им без… хм, без приказа капитана. – Он криво улыбнулся. – Вихан ужасно зол из-за этого.

Бет кивнула.

– Ясно, – сказала она. – Я сейчас выйду.

– Окей.

Он подождал ещё немного, а потом повернулся к выходу.

– Миккель?

– Да?

– Мне очень жаль, что ты не смог поработать. Со сваркой. Это ведь была твоя идея. Я всё испортила.

Миккель не стал с этим спорить. Сунув руки в карманы, он пялился на дверной косяк, словно там было что-то завораживающе интересное. Через несколько секунд он вздохнул.

– Это форма агорафобии[16], – сказал он. – Страх открытого космоса. Он охватывает некоторых людей, когда они попадают в такие ситуации как сегодня. Тут нечего стыдиться. – Он пожал плечами. – Есть вещи, которые я не могу делать. Есть вещи, которые можешь делать только ты, или Лорин, или Арнольд. Это нормально… Зато я хорош в чём-то другом и не переживаю о том, что у меня получается хуже. Это не твоя вина, что у тебя агорафобия. – Он сделал глубокий вдох. – Но ты знала, что с тобой не всё в порядке, и всё равно настояла на участии, тем самым поставив под угрозу всю операцию. Ты поставила под угрозу нас. И это было… – Он отвернулся.

– …довольно паршиво, – тихо сказала Бет.

– Да. – Он смущённо повернулся к ней и помялся на месте. – Я скажу им, что ты идёшь, так?

– Угу.

– Окей. – И он вышел.

Бет подождала пять минут, глядя в потолок. Затем вздохнула, вытерла глаза и вышла к остальным.

17

Снова учёба

Бет вошла в столовую, где ждали ребята. Вихан вскочил со своего стула и встал по струнке. Холодным формальным голосом он доложил о том, как прошла оставшаяся часть операции, и обратился к ней с просьбой приказать Кораблю закачать воздух в генераторный отсек. Бет так и сделала.

Повисла долгая пауза, прежде чем Корабль сказал:

– Атмосферное давление в генераторном отсеке два поднимается. Заплатка держится.

Арнольд радостно вскинул кулак, а остальные выдохнули, засмеялись и дали друг дружке «пять». Они заулыбались, и Бет вздохнула с облегчением.

Вихан не радовался. Он смотрел мимо неё безо всякого выражения и ничего не говорил.

* * *

К следующему утру давление в повреждённых генераторных отсеках почти сравнялось с давлением в остальных помещениях корабля, и Корабль согласился открыть внутренние двери и выпустить гизмо.

Камеры наблюдения в отсеках были уничтожены, как и лампы, и дети могли только слышать шаги в темноте, пока единственный уцелевший гизмо не вышел, везя останки ещё троих на тележке.

Экипаж встретил гизмо у последних дверей. Робот был высоченный, выше взрослого человека, и его голова почти доставала до низкого потолка коридора. Когда-то он был красно-синим, но теперь стал обугленно-чёрным, поверхность туловища была покрыта тысячами выбоин и царапин. Его левая нога, похоже, оплавилась, а половина лицевой пластины ввалилась.

– Это тип три, – сказал Арнольд, придирчиво оглядывая его. – Старый, но неплохой. Могло быть хуже. Скажи привет, гизмо.

– Привет, – сказал робот. У него был глубокий механический голос.

– Твой статус, гизмо, – подал команду Арнольд.

– Статус: активирован режим экстренного ремонта. Повреждение левой нижней конечности. Косметические дефекты поверхности корпуса и лицевой пластины. Внутренние системы не повреждены. Питание не повреждено. Предупреждение: этот дроид нуждается в обслуживании и ремонте. Если вы продолжите использование этого дроида, гарантийное обслуживание будет аннулировано. Пожалуйста, свяжитесь с ремонтными мастерскими «Джонс и Ямагучи». Обращайтесь к нам по любым вопросам обслуживания дроидов. Просто позвоните!

На этом он замолчал.

– Хм, – усмехнулся Миккель. – А «Джонс и Ямагучи» выезжают на дом?

– А что с остальными? – спросила Бет.

Арнольд осмотрел поломанных гизмо в тележке и покачал головой.

– Не знаю, но они выглядят сильно обгоревшими. Мы могли бы починить одного, ну, может быть, двух… Мне попробовать?

– Потом, – сказала Бет. – Надо отвезти их в ремонтную мастерскую и посмотреть, что может делать тот, что на ходу.

Арнольд кивнул и отдал приказ. Гизмо покатил тележку дальше по коридору.

* * *

Они провели пробный выход следующим утром, послав единственного работающего гизмо на поверхность корабля и следя за ним по видео. Гизмо был спроектирован для ремонтных работ, в подошвы его конечностей были встроены магниты, и даже с повреждённой ногой он без проблем освоил необычный стиль передвижения «приклеился – отклеился». Он медленно доплёлся до ближайшего излучателя и вскарабкался на платформу.

Лорин, сидя на капитанском мостике, следила за целой панорамой диагностических сообщений на экранах и бормотала инструкции в микрофон, пока гизмо поворачивал сначала один, а затем другой маховик. Через десять минут он шагнул обратно на платформу, мягко опустился на палубу и встал в ожидании новых указаний.

– Проверяю… – подал голос Миккель. – Да. Всё в порядке.

– Ха! – довольно вскричал Арнольд, а Люсиль мягко улыбнулась. Настроение поднялось даже у неё.

Бет спросила:

– Он сможет настроить все оставшиеся?

– Конечно, – сказала Лорин. – Мы с Миккелем разобрались в этом. Всё довольно несложно: нам просто нужно задать ему направление на излучатель и сообщить новые инструкции по настройке. Честно говоря, я тут немного порылась и нашла в корабельной базе данных одну программку, которая именно это и делает. – Она фыркнула. – Такая ерунда. Ужасно криво написана. Но я это поправила.

– И сколько это займёт?

Лорин поморщилась.

– Я думаю… Он должен переходить от излучателя к излучателю, и ему нужно перезаряжаться. И нам надо быть осторожными и следить, чтобы он не сломался. При этих условиях он будет настраивать примерно по восемь излучателей в день, так? – Она повернулась к Миккелю, и тот согласно кивнул. – Тогда получается… тридцать дней.

«Тридцать дней. Мы можем быть дома через месяц», – сердце Бет забилось быстрее.

– Молодцы, ребята, – тепло сказала Бет, и Лорин, Миккель и Люсиль заулыбались.

– И что, значит, мы будем просто сидеть и ждать, пока гизмо сделает всю работу? – спросил Арнольд. – И всё?

– Почему бы нет? – сказала Бет. – А что ещё нам делать?

* * *

– Школа? – воскликнула Бет.

Гизмо закончил настройку уже трёх излучателей, и Миккель с Люсиль, похоже, уже не сомневались в успехе. И вот теперь Бет стояла в спальне перед голограммой Корабля.

– Это просто смешно! – возмутилась она. – У нас чрезвычайная ситуация. Ты не можешь всерьёз предлагать, чтобы мы целыми днями изучали… историю или ещё что!

Корабль оставался, как обычно, невозмутимым.

– Это больше не чрезвычайная ситуация. Непосредственная опасность была предотвращена. Все дети в возрасте до шестнадцати лет должны заниматься по школьной программе. История не является обязательным предметом.

– Но мы – экипаж!

Это также не произвело никакого впечатления.

– Как члены экипажа вы продемонстрировали уровень мастерства значительно ниже того, который является обязательным для занимаемых вами постов. Для корректировки действий требуется обязательное непрерывное обучение.

Бет скривилась.

– Ты хочешь сказать, – пробурчала она, – если мы дети, мы должны ходить в школу, а если мы экипаж, мы должны проходить обучение.

– Верно.

– А это тоже школа.

– Обучение состоит из некоторого числа теоретических и практических занятий в рамках обучающей среды.

– Как в школе.

– Верно.

Бет упёрла руки в боки:

– А что, если я скажу нет?

Корабль будто бы задумался на мгновение (что было странно для такого сверхмощного компьютера).

– Как капитан ты имеешь право блокировать предложенную директиву…

– Тогда я так и сделаю!

– …однако это было бы нежелательно.

Бет фыркнула.

– Я сомневаюсь, чтобы кто-то умирал, оставшись на месяц без школы, Корабль.

– Риски, связанные с управлением данным летательным аппаратом при отсутствии подготовки и опыта высоки. Немедленных ремонтных работ требуют: излучатели поля Прыжка…

– Их мы уже ремонтируем…

– Гравитационные и кислородные генераторы, генераторный отсек два, генераторный отсек три, маршевый двигатель, навигация Прыжка…

– Нам не нужно всё это, чтобы…

– Система вооружения, система тактической обороны…

– Мы не собираемся сражаться…

– И капсулы для сна.

Бет заколебалась.

– Капсулы для сна?

– Капсулы для сна требуют технического обслуживания. Они находились в режиме постоянной работы дольше рекомендуемого времени.

Она почесала подбородок.

– Система обороны?

– Этот сектор и те, через которые нам предстоит прыгать, известны как зоны присутствия лущителей. В настоящее время мы не можем передвигаться, а значит, не сможем уйти от погони. Тактическая оборона должна быть приоритетным направлением.

Внутри у Бет всё сжалось. Она медленно проговорила:

– Я вроде как думала, что проблема решена. Ну понимаешь, раз есть гизмо, мы сможем прыгать.

Корабль ничего не ответил.

«Мы будем дома через месяц, – подумала Бет. – Зачем нам об этом переживать? Ну серьёзно, что может произойти?!»

А потом она подумала: «Что-то всё-таки может произойти».

– Ясно, – наконец выдохнула она. – Нам нужно заняться ремонтом и техническим обслуживанием всех этих систем.

– Верно.

– И это должны сделать мы.

– Гизмо недоступны.

Капсулы для сна. Системы вооружения. Жизнеобеспечение. Бет прикрыла глаза и вздохнула:

– Ясно. Я сообщу остальным.

* * *

В результате они с Виханом составили расписание. Утром ежедневная рутина: проверить отчёты о состоянии, убедиться, что гравитация и система обеспечения газового состава не отключатся, а генераторы не подорвутся. Затем обучение, обед и снова обучение. Затем ремонтные и обслуживающие работы, а затем ужин и свободное время. Также они выделили день без занятий через каждые пять дней. К счастью, корабль по большей части был самоочищающимся, ребятам оставалось только собирать свой собственный мусор в баки и загружать стирку в автоматы, а маленькие бытовые дроиды заботились обо всём остальном.

Миккель был командирован отвечать за системы жизнеобеспечения, связь и визуальный поиск, прослушивание сообщений и обнаружение всего необычного. Арнольд занимался инженерными работами, тактическим оружием и обороной. Лорин следила за компьютерными системами, а Бет и Вихан занимались всем понемножку.

Под контроль Люсиль отошли навигация и механика Прыжка, также она занималась поиском кратчайшего маршрута к колонии.

– Нельзя произвольно выбрать точку, куда ты хочешь прыгнуть, и просто отправиться туда, – сказала она через два дня. Девочка стояла перед голограммой, изображавшей карту окружающего их космоса. – Пространственно-временной континуум изогнут, словно бы намотан сам на себя. Можно прыгнуть отсюда сюда, – она свела указательный и большой пальцы, оставив крохотный промежуток, – но в нашем пространстве мы переместимся отсюда сюда. – Она пристукнула по двум участкам карты в противоположных её концах. – Отсюда, где мы сейчас находимся, очень сложно выбраться. Мы так близко к колонии, но мы не можем прыгнуть напрямую отсюда туда. Получается, мы должны двигаться вот так… – Она ткнула в какую-то кнопку, и на карте высветилась дорожка из дюжины, если не больше, шагов. Она вычерчивала зигзаги через галактику и вела к крохотной колонии почти в самом её центре.

Арнольд присвистнул:

– Это что же, десять Прыжков?

– Тринадцать, – сказала Люсиль. – Я не вижу другого пути.

Вихан ничего не сказал. Бет была разочарована, но пыталась не показывать этого. Тринадцать Прыжков! Тринадцать погружений в Сон. Тринадцать сражений за контроль над собственным телом.

– А более короткого маршрута нет? – спросила она. – Куда-то ещё? Куда угодно.

Люсиль пожала плечами.

– Космос большой, сама знаешь. И во всём нём существует лишь около пятидесяти колоний. Вот, посмотри. – Она коснулась голограммы в той точке, где они находились, и увеличила масштаб, чтобы показать разнонаправленные векторы. – Вот маршруты, которыми мы можем проследовать отсюда. Вот эти, они ведут в никуда, вроде как тупиковые. Вот эти – здесь, здесь и здесь – ведут к астероидным полям, а это очень плохо. Вот эти, про них мы вообще ничего не знаем – они не разведаны. А вот эти… – Люсиль указала сразу на несколько линий, – они ведут в пространство видеши. – Её указательный палец едва приметно дрогнул. – Этими никто не пользуется, никогда.

Она покачала головой.

– Выходит, мы должны прыгнуть подальше от всего опасного, вот сюда, где никого нет. А затем ещё раз и ещё раз.

– Окей, – сказала Бет. – Что ж. Молодец, Люсиль. – Люсиль с довольным видом отвесила небольшой поклон. Бет повернулась к остальным. – Вы слышали её, – сказала она бодро. – Пускай Кривобока всё доделает там, снаружи, – она указала вверх на поверхность корабля и топающего по ней гизмо, – и у нас есть путь домой.

Тринадцать Прыжков. Уже в тысячный, казалось, раз Бет с недоумением подумала, как же они попали в это место.

Доклад Миккеля был более настораживающий. «Орион» был немного потрёпан, однако он был спроектирован, чтобы обеспечивать жизнь и активную деятельность нескольких сотен человек экипажа, а теперь должен был поддерживать всего шестерых; пассажиры в состоянии сна нуждались лишь в толике пищевых, водных и кислородных ресурсов. При необходимости они могли пребывать в таком состоянии годами.

Зато довольно тревожащими оказались сканы корпуса.

– Видите вот эти подпалины? – Миккель показал на экран. – Это следы лазерного огня. Здесь… и здесь. Лазер не может огибать углы, а раз подбиты разные бока корабля, значит, в него стреляли – и с этой стороны тоже. Получается, атакующих было как минимум двое. И вот ещё что. – Он приблизил изображение, чтобы показать люк для технического обслуживания, выглядевший явно вмятым и поцарапанным.

– Я думаю, что кто-то пытался к нам вломиться, – сказал он.

Другие, как оглушённые, вытаращились на него.

– Ты… – Голос Бет сорвался, и она прочистила горло. – Ты хочешь сказать, что кто-то пытался взять нас на абордаж?

– Думаю, что так, да, – спокойно ответил Миккель. – Но я не знаю, как и когда. Все сенсоры и внутренние камеры были неактивны.

– Корабль, – позвала Бет, – нас недавно атаковали?

Появилась голограмма Корабля.

– «Орион» был атакован трижды за свою историю, – сказал он.

– Да-да, но я имею в виду в последнее время.

– «Орион» не подвергался атаке с тех пор, как вы пробудились ото сна.

– Так, а раньше?

– «Орион» не подвергался атаке с момента запуска колонизационной миссии и до неизвестного События.

Эти его ответы были смехотворно и раздражающе педантичны.

– Да, что насчёт времени после События?!

Повисла небольшая пауза, а затем Корабль сказал:

– Записи в бортовом журнале были повреждены.

Бет нахмурилась.

– Хм-м. – В голову ей пришла ужасная мысль. – Миккель, а тот люк… Им же не удалось проникнуть внутрь, верно?

Все напряжённо замерли. Люсиль зажала рот ладонью и пискнула. Но Миккель покачал головой:

– Нет. Он заперт изнутри, и охранные пломбы целы – его не вскрыли.

Все выдохнули.

– Ну что ж, это уже что-то, – сказала Бет. – Окей, кто следующий?

* * *

Бет полагалось проходить командную подготовку. Она казалась бесконечной.

– Командование включает различные области личностного развития и обучения, – провозглашал Корабль, используя материал, подготовленный майором Грейлинг. – В их числе: психологическая твёрдость, харизма, уверенность в себе, владение ситуацией, эмпатия, лояльность, дисциплина, справедливость, самоконтроль и безжалостность. Некоторые из них зависят от природных качеств индивида, например харизма. Харизма является полезным подспорьем, но только если командир не допускает серьёзных промахов. В случае если он не обладает другими необходимыми навыками, вскоре его несостоятельность станет очевидна подчинённым. Большинство же прочих черт можно развить в себе упорными тренировками.

Судя по характеристике, данной тебе майором Грейлинг, в определённых областях ты имеешь хороший балл, однако уступаешь в дисциплине и безжалостности. Пожалуйста, прокомментируй.

– У меня низкие показатели по безжалостности? – переспросила Бет. – Но разве это плохо?

– Безжалостность необходима в чрезвычайных ситуациях. Командование подразумевает принятие тяжёлых решений.

– Я взорвала генераторный отсек! – выкрикнула девочка, вскакивая со стула. – Это было очень даже тяжёлое решение, согласен?

– Мисс Маккей обладает задатками хорошего офицера, – сказал Корабль. На этот раз голосом майора, надтреснутым и ужасно знакомым, так что Бет от удивления смолкла. – Она проявляет сильные навыки эмпатии и похвальную старательность. Её теоретическая работа удовлетворительна. Однако ей недостаёт твёрдости и самоконтроля. Она весьма хаотична. В следующем семестре мы сконцентрируемся на этих областях. Конец характеристики.

Бет осела обратно в кресло и постаралась замедлить сбившееся дыхание. Уже своим собственным голосом Корабль продолжил:

– Акцент в твоём обучении будет сделан на техниках самоконтроля, необходимых, чтобы стать эффективным капитаном.

– Будет весело, – пробурчала она.

– Мы начинаем немедленно. Урок первый: «Умей властвовать над собой».

Бет застонала и рухнула головой на стол.

* * *

Корабль гонял Бет и остальных по учебному плану, пока ребята не начинали мечтать о технической работе как об избавлении. Теория и практика, снова и снова, зубрёжка различной информации, необходимой для обслуживания «Ориона» с его сложнейшими системами.

Во время утренних обходов аватар Корабля следовал за каждым из ребят, находя всё новые возможности пополнения их знаний, а по вечерам предлагал видеоматериалы и интерактивные курсы, которые они могли посмотреть в своё свободное время. Бет начало казаться, что Корабль преследует её даже во сне.

– Представь себя капитаном корабля, плывущего по морю, – говорил он ей. И опять цитировал майора Грейлинг. – Ветер дует, и море вокруг волнуется, и у тебя есть только твой корабль и твоя команда. Ветер треплет тебя. Ты не можешь остановить ветер. Волны накатывают на тебя. Ты не можешь победить море. Это неподвластно тебе. Если ты разозлишься на ветер или проклянёшь море, остановятся ли они? Нет. Разумеется, нет. Но ты хозяйка своего корабля. Ты властна над сердцем, что бьётся в твоей груди, и над голосом, что кричит в тебе, и над руками, поворачивающими штурвал. Ты можешь направить свой корабль по ветру или против ветра, против волн или по волнам. Ты можешь поднять или опустить паруса. Ты не можешь контролировать море, но ты можешь контролировать свои реакции и действия. И в зависимости от них ты или выживешь, или умрёшь. Ты хозяйка своего корабля. Что бы ты ни делала и куда бы ты ни пошла, везде ты встретишь силы, неподвластные тебе. Они будут препятствовать тебе, досаждать или же просто игнорировать в ту минуту, когда ты захочешь быть услышанной. Но в каждом из этих случаев одно остаётся непреложно: ты хозяйка своего собственного корабля.

Снова и снова Корабль заставлял её повторять это как мантру, пока она не стала слышать эти слова во сне, пока не начала бормотать их в полудрёме.

– Я не могу контролировать море. Я не могу контролировать ветер. Но я хозяйка своего корабля. Я не могу контролировать море…

18

Скиталец

– У меня нет презентации, – сказал Арнольд, потирая затылок. – Я не знал, что надо было… Эм… ладно. Я тут осматривал пушки, ага, и эти, системы обороны.

Бет и Вихан сидели в каюте капитана, которая располагалась неподалёку от капитанского мостика, а Арнольд стоял перед ними. Он выглядел перепуганным до чёртиков.

– Я… эм… не очень-то силён в этом. То бишь… в отчётах.

– Всё в порядке, – успокаивающе сказала Бет. – Не волнуйся о презентации. Просто расскажи нам, что ты узнал. И у нас… правда есть пушки? – спросила она самым невинным тоном.

Он бросил на неё взгляд, полный шутливого превосходства.

– Ну конечно, у нас есть пушки! У нас есть шестнадцать батарей пушек дальнего действия класса «поверхность-космос» с автоматическим наведением и дистанционным управлением. – Энтузиазм преодолел волнение, Арнольд и забыл, что побаивается выступать. – У нас есть оборонительный кластер малой дальности, лазерные батареи и пулемёты, которые сметут всё в километровом радиусе от корабля. О да, у нас правда есть пушки.

– Ясно, тогда… – начала Бет.

– Чего у нас нет, так это боеприпасов, – закончил Арнольд.

Бет потёрла переносицу.

– Нет боеприпасов?

– Не-а. У нас есть только сотня кассет дальнего действия: этого хватит на десять секунд огня. С малой дальностью получше: в случае чего мы сможем продержаться минут так десять. Это против атакующих ракет, ну или астероидов и тому подобных штук. С лазерами всё в порядке, они перезаряжаются. Но они не наносят серьёзного ущерба, по крайней мере не наши. Так что, да. Отличные пушки, ноль боеприпасов. Вот мой отчёт.

Он сунул руки в карманы.

– Как мы могли вылететь с таким запасом? – спросила Бет.

Арнольд на это только пожал плечами.

После того как он вышел, Вихан сказал:

– Я обеспокоен докладом Арнольда.

Голос у него был совершенно безжизненный. Бет знала, что он до сих пор зол на неё из-за того выхода в космос, когда она поставила под угрозу всю операцию. Вихан, очевидно, считал, что капитаном должен быть он, однако умудрялся сохранять вежливость. Юноша вёл себя как настоящий замкомандира: докладывал ей, выполнял приказы, поддерживал её решения при остальных. Как Бет и сказала майору, Вихан всегда знал, как лучше всего сыграть выпавшую ему роль.

Но Бет также поняла, что дело было не только в этом. Похоже, Вихан по-настоящему верил в командную вертикаль. Бет была его капитаном, и его долгом было следовать за ней, не важно, что он думал по этому поводу. Бет не могла решить, делало это его упёртым тупицей или кем-то лучшим, чем была она сама.

Девочка кивнула.

– Это тревожно, – сказала она. – Я поверить не могу, что мы вылетели со столь малым количеством боеприпасов. Если только мы уже не израсходовали…

Вихан прервал её:

– На Арнольда нельзя положиться. Это никуда не годится, что он занимается тактической обороной.

Бет уставилась на него. Интересно, а знает ли Арнольд, как легко Вихан готов сбросить его со счетов?

– Не то чтобы я хотела ставить его на эту работу, – признала она. – Но все остальные заняты. И это не можешь быть ты – если мы попадём в переплёт, тебе придётся руководить операциями.

Вихан ничего не ответил.

– Кроме того… – Бет и сама была удивлена, но Арнольд начинал ей нравиться. Он избавился от своей прежней манеры задирать всех подряд и, кажется, был рад оказаться полезным. – Я думаю, Арнольд относится к своему делу куда более ответственно, чем тебе кажется. Он далеко не худший выбор.

– Хорошо, – пожал плечами Вихан с безразличным лицом. – Если это твой приказ.

– Вот именно, – огрызнулась Бет, а затем замерла. «Умей властвовать над собой». Она сделала глубокий вдох и попробовала ещё раз. – Да, это моё решение, – спокойно сказала девочка. – Я верю в Арнольда. И думаю, он справится в случае чего. – Бет вздохнула. – Надеюсь, нам не придётся проверить это на деле.

Однако через неделю всё-таки пришлось.

* * *

Первым это заметил Миккель во время ежеутреннего сканирования дальней связи.

– Капитан? – позвал он. Миккель теперь всегда называл её капитаном и, похоже, воспринимал этот титул всерьёз. – Кажется, тут кое-что необычное.

Бет подошла к нему:

– Что такое?

Она глянула на экран, испещрённый белыми точками, движущимися каждая со своей скоростью в разных направлениях. Почти всё это были осколки астероидов и пара крохотных кусочков металла.

Миккель указал на один из них.

– Вот это, – сказал он. – Корабль засёк его в 04:00 сегодня утром. Он просто дрейфует.

– Что это?

Миккель поглядел на экран.

– Я не знаю. Это может быть ещё один астероид. Или обломок старого корабля… – Он умолк и, нахмурившись, смотрел на экран.

– Но ты так не думаешь, – догадалась Бет.

Миккель покачал головой.

– Он не… трепыхается, как должен бы, – сказал он наконец. – Не как вот эти.

Бет удивлённо подняла брови, но юноша указал на другие точки, и, посмотрев на них некоторое время, она поняла, что он имеет в виду. Прочие объекты, хотя так же двигались по прямой линии, слегка крутились и переворачивались, меняя свои очертания, пускай на самую малость и очень медленно. Этот новоявленный объект так не делал. Движение его было плавным, но не хаотичным.

– А может это быть… – Бет задумалась. – Может это быть разведчик?

Миккель пожал плечами.

– Не знаю. – Особой уверенности в его голосе не было. – У него нет радиомаяка.

– Ясно. Но присмотреться к нему стоит. Как скоро он приблизится настолько, что можно будет разобрать?

– Примерно через час?

– Я подожду здесь вместе с тобой.

* * *

Через час Бет и Миккель стояли на мостике в окружении остальных ребят. Те прослышали про таинственную точку и всеми правдами и неправдами нашли себе дело, которым нужно было заниматься на мостике.

– Как далеко до него теперь? – спросила Бет.

– Около восьмисот километров, – сказал Миккель. – Это лучшее изображение, какое мы можем получить. Но вот ещё что… – Он включил несколько дополнительных дисплеев. – Это спектрографические данные. То есть то, что Корабль может разобрать в химическом составе этой штуки – из чего она сделана. – Юноша посмотрел на экран. – Я не понимаю, что это значит. Корабль, из чего сделан этот объект?

Появилась голограмма Корабля.

– Поверхность объекта включает смесь железа, легированных металлов и сверхпроводников, – сказал он.

– Что это значит? – спросила Люсиль.

– Это значит, что он такой же, как мы, – сказал Арнольд. Он кивнул голограмме. – Правда же?

– Да. Это, вероятнее всего, человеческий космический корабль – или почтовый шаттл, или разведчик, или обломок более крупного летательного аппарата.

У Бет ёкнуло сердце.

Человеческий космический корабль.

Все выпрямились.

– И он направляется к нам? – спросила Бет с внезапно пересохшим горлом.

– Следуя по текущей траектории, объект пройдёт перед нами на расстоянии пятисот километров.

– Мы уже пробовали установить с ним контакт?

– Ответ отрицательный, – сказал Корабль.

Бет повернулась к ребятам:

– Может, нам стоит послать ему сообщение?

– Мы не знаем, что это такое, – напомнил Вихан.

Лорин взволнованно воскликнула:

– А может быть, это поисковая миссия!

Люсиль тоже выглядела возбуждённой. Арнольд, нахмурившись, не сводил глаз с экрана. Миккель пожал плечами.

– Ладно, – сказала Бет. – Миккель, отправь пинг. – Пингом называли очень короткий радиосигнал наподобие отдельного знака древней азбуки Морзе. – Лорин, гляди в оба за показаниями датчиков. Готовы? Давай.

Миккель нажал на клавишу на своей консоли и кивнул. Дети наблюдали.

Поначалу ничего не происходило. Маленький летательный аппарат не изменил своего курса. Но через несколько секунд Миккель сказал:

– Есть ответный пинг. – Он произнёс это так буднично, словно они обсуждали погоду.

Бет сделала глубокий вдох.

– Ясно, – сказала она. – Давайте подождём и…

– И ещё, – продолжил Миккель, изучая экран. – Насколько я понимаю, это приветственный сигнал. И это протокол передачи данных. Корабль переводит…

На мостике вдруг зазвучал металлический голос:

– Привет, инопланетный корабль! – жизнерадостно сказал он. – Приходите, пожалуйста, банан на эстафете до дважды счастливых интервалов!

Повисла пауза, а потом Арнольд захихикал.

– Э… проблема на линии связи, Миккель?

Миккель продолжил печатать на своём экране, но покачал головой.

– Нет, это именно то, что он сказал. А ещё он посылает Кораблю данные. Похоже, подгружает файлы журнала событий. Тут гигабайты, терабайты данных. – Он немного помолчал, глядя в значки перед собой. – Я думаю, это разведчик на автоматизированном управлении. Кто-то послал его изучать маршруты Прыжков и докладывать о том, что он обнаружит.

– Мы можем ему ответить?

Он пожал плечами:

– Конечно. Погоди… Окей, говори в микрофон. – Он передал Бет небольшой микрофон.

Чувствуя себя очень неловко, Бет сказала:

– Привет? – Она кашлянула и попробовала ещё раз. – Инопланетный корабль, это, хм, капитан Маккей корабля-колонии «Орион». Вы меня слышите?

Колонки с треском ожили:

– Привет! Хихикать радость! Слушайте и с весёлым дыханием один станцию два станция, пожалуйста, отрегулируйте вариацию сигмы. – Голос был наполнен счастливым задором и, словно мячик, заскакал по мостику, отражаясь от металлических стен.

– Я думаю, у вас может быть проблема с системой передачи речи, – сказала Бет. – Вы нас понимаете?

– Всамделишно фигня! Говоря о хихик-снэке, так что грустное бугага. Короче, губернатор! Что делать? Привет? Я так рад тебя видеть!

Всё ещё улыбаясь, Бет спросила:

– Корабль, мы можем чем-то помочь ему с формированием речи?

– Идёт обработка журнала событий, – сказал Корабль. – Пожалуйста, подождите.

Они подождали. Бет спросила:

– Откуда вы, Корабль?

Металлический голос захихикал:

– В основном на дальней стороне, обратная сторона, прыг-скок, ох, такая долгая, долгая, долгая долгота, кто знает? Давным-давно, далеко, так много, чтобы увидеть, да? Извини, бормочу, так одиноко долгое время. Друзья, да? Да, друзья!

– Похоже, его ИИ слегка того… – заметила Лорин.

– Ага, – сказала Бет. – Или, может, он очень давно один. – Она снова включила микрофон. – Инопланетный корабль, назовите ваше имя и место назначения.

– Имя! – Голос засмеялся. – У меня было имя, это верно! Да, действительно, помните имя? Я нет. Ты?

– Так как нам вас называть?

– Зовите меня как угодно! Звони мне в любое время! Зовите меня Измаил![17] Нет, Боб. Боб, Счастливый скиталец.

Арнольд фыркнул:

– Значит, он точно ку-ку.

– А я думала, он ищет нас, – прошептала Люсиль. Плечи её поникли.

– Да, но это не так важно, – сказала Бет. – Важно, есть ли у него рабочий гипердвигатель Прыжка.

– Ага, точно! – обрадованно воскликнула Лорин. – Мы могли бы послать с ним сообщение!

– Миккель, у него есть гипердвигатель? – спросила Бет.

Миккель опять уткнулся в свой экран.

– Сложно сказать, – ответил он. – Он сейчас словно бы пробуждается. Что-то меняется. Он активизирует другие системы. Корабль, что делает тот летающий объект?

– Идёт обработка журнала событий, – снова сказал Корабль. – Пожалуйста, подождите. Пожалуйста, подождите.

– Постой, – сказала, нахмурившись, Лорин. – Я сейчас это отменю. – Она застучала по своей консоли.

– Отмена, – сказал Корабль. – Отмена. Идёт обработка журнала событий. Пожалуйста, подождите. Пожалуйста. Идёт обработка.

Бет сказала в микрофон:

– Инопланетный корабль, пожалуйста, отмените передачу своих данных нашему кораблю.

– Утвердительный! Безотложно! Держись, кап-кап, слишком много хаос. Бесконечный, бесконечный. – Его жизнерадостность была нескончаемой. – Теперь лучше? Всё лучше? Так много чего сказать тебе!

Лорин покачала головой.

– Нет, Корабль всё ещё перегружен. Это странно. Погоди-ка. – Она снова что-то набрала. – Корабль, ты опомнился?

– Идёт обработка журнала событий, – сказал Корабль.

– Инопланетный корабль, вы продолжаете передавать поток данных, – сказала Бет.

– Идёт обработка журнала событий, – бормотал Корабль. – Пожалуйста… Идёт обработка журнала событий. Подождите. Идёт обработка журнала соб… Атака. Пожалуйста… Аварийная обработка журнала событий, событий, событий, событий… СИСТЕМА ПЕРЕЗАГРУЗИТСЯ ЧЕРЕЗ ДВЕ СЕКУНДЫ.

– Инопланетный корабль, ваш поток данных приводит к ошибке в наших системах. Пожалуйста, прекратите немедленно! – вскричала Бет.

– Ох неты! – сказал голос горестно. – Нет с плохостью! Мне очень жаль, очень жаль… Ой, следи за своим голова, викарий! Аннулирование. Отмена отмены. Бугага.

– Не прекращается, – сказала Лорин. – Он по-прежнему посылает!

– Инопланетный корабль, приказываю прекратить передачу данных! – Бет начинала паниковать, но старалась говорить ровно.

– Останавливаю, останавливаю, прекращаю, оканчиваю, финализирую, финализирую.

Этот нелепый голос был у Бет уже в печёнках. Он был не просто жизнерадостный. Казалось, он… смеялся, как кто-то, рассказывающий про злой розыгрыш. И честно говоря, чем дольше он говорил, тем яснее Бет понимала, что на самом деле… на самом деле ей совсем не нравится этот голос.

– ПЕРЕЗАГРУЗКА СИСТЕМЫ ЗАВЕРШЕНА, – сказал Корабль. – Работа возобновится через две, одну… Идёт обработка журнала событий, пожалуйста, подождите. Идёт обработка журнала событий…

– Что-то здесь не так, – нервничала Бет. – Что-то явно не так, это…

Краткая вспышка осветила корпус другого корабля, вычертив его силуэт, и Арнольд ахнул.

– О боже! – завопил он. – Это крыса!

– Что?! – В первое мгновение Бет невольно забегала глазами по полу мостика.

– Нет, нет. Он. – Арнольд ткнул пальцем в экран. – Это крыса! Нельзя дать ему уйти!

Бет недоумевающе уставилась на него, но Вихан мгновенно среагировал.

– Ты можешь его подстрелить? – спросил он у Арнольда.

– Я не… наверное! – Арнольд подскочил к своей консоли вооружения.

– Что ты делаешь? – вопросила Бет.

Вихан повернулся к ней. Он явно был сильно встревожен.

– Это крыса, – повторил он. – Так называют разведчиков лущителей! Он искал нас, а теперь он попытается прыгнуть обратно и сообщить им о нашем местоположении!

У Бет внутри всё похолодело.

Разведчик лущителей.

– Миккель, – зашипела Бет, – какие, говоришь, системы перегрузил этот корабль?

– Я не могу сказать, Корабль всё ещё обрабатывает…

– Так разберись! – рявкнула она. – Лорин, помоги ему!

Это был вовсе не случайный вздор, вдруг поняла она. Корабль не был сломан, он отвлекал их. Это была атака. Их атаковали!

– Инопланетный летательный объект! – крикнула она в микрофон. – Прекратите передавать ваш поток данных, или мы откроем огонь!

– Не мочь нет! – сказал голос, металлический, исступлённый и злобный – теперь этого можно было не скрывать. – Не мочь нет. Можешь… Вот зажгу я пару свеч – ты в постельку можешь лечь. Вот возьму я острый меч – и головка твоя с плеч[18], придурки!

Арнольд заряжал дальнобойные пушки. Как далеко была эта крыса теперь – в шестистах километрах?

– Арнольд, сколько до выстрела? – спросила она.

Он яростно жал на кнопки и не ответил, но Вихан сказал:

– Пятнадцать секунд. Может, больше.

– Люсиль, – сказала Бет, стараясь звучать как можно спокойнее, – мы сможем прыгнуть?

Люсиль в ужасе вытаращилась на неё.

– Что? Мы не можем прыгать! – воскликнула она. – На донастройку излучателей нужно три, а то и четыре недели…

– Если бы нам пришлось прыгать, – перебила её Бет, – мы могли бы это сделать?

– Non!

– Да! – крикнула Лорин через плечо, не переставая печатать.

– Нет, – сказал спокойно Миккель. – Нам нужно настроить больше излучателей. Мы пока не можем создать разрыв для Прыжка.

– Насколько больше?

Люсиль и Миккель уставились друг на друга.

– Десять, – отчаянно проговорила Люсиль.

– Можно обойтись тремя, – поправил Миккель.

Люсиль в ужасе зажмурилась.

«Три излучателя, – подумала Бет. – А есть у нас три часа?»

– Отправьте гизмо к этим трём, – приказала она.

– Пушки готовы к бою! – крикнул Арнольд.

– Он собирается прыгнуть.

– Огонь! – крикнула Бет.

Арнольд жахнул по клавише, и две ракеты стартовали с «Ориона» и полетели к кораблю-крысе. Они сошлись в одной точке в поразительно короткое время и взорвались с беззвучной вспышкой, осветившей экран белым.

Но они опоздали. Крыса замерцала и прыгнула за мгновение до удара. Корабль исчез.

Бет тяжело осела в своё кресло.

Это был их первый Прыжок. Возможно, им придётся прыгнуть ещё несколько раз, прежде чем они вернутся к тем, кто их послал. И они доложат о том, что обнаружили корабль-колонию «Орион», явно переживающий не лучшие времена, и сумели вывести из строя корабельные системы.

И тогда те, кто послал их, явятся сюда.

19

Лущители

Бет уже видела корабли лущителей. В новостных сводках, на размытых видео, снятых уносящими ноги жертвами. На уроках они всегда казались далёкими и как будто даже не существующими на самом деле. Страшилка из космоса.

Теперь лущители были куда ближе. Скоро они явятся по их души, а «Орион» совершенно беспомощен: не в силах отразить атаку, не в силах двигаться, не в силах прыгнуть. Они ничего не могут сделать…

– …распоряжения, капитан?

Ничего, кроме как ждать, пока они…

– Капитан!

Бет вздрогнула и подняла голову. Вихан сердито смотрел на неё. Он бросил с плохо сдерживаемым раздражением:

– Ты должна дать нам свои распоряжения.

Остальные следили за ними во все глаза. Распоряжения? Какие распоряжения она может дать? За ними идут лущители! Что она может сказать? Это просто смешно. Она и правда едва не засмеялась, но в последний момент сдержала себя. Вместо этого Бет произнесла:

– Хорошо. – Голос её сорвался и дрогнул. – Мы… а… у нас есть немного времени, прежде чем они явятся сюда. Мы можем или попробовать дать им бой, или попробовать прыгнуть.

– У нас нет боеприпасов, чтобы дать им бой, – безнадёжно сказал Арнольд.

– Мы не можем прыгать! – взвыла Люсиль.

– Миккель считает, что можем, если введём в строй три излучателя, – сказала Бет.

Миккель пожал плечами.

Люсиль трагично вскинула руки.

– Вы просто не понимаете!

– Так объясни нам, – огрызнулась Бет.

На этот раз её голос не дрожал, и она сумела на время пробиться сквозь панику, охватившую Люсиль.

Девочка застыла.

– Излучателей всего триста тридцать восемь, – сказала Люсиль, с усилием сохраняя спокойствие. – Нам необходимы они все, чтобы нормально прыгать. Без них мы не сможем управлять Прыжком. У нас в рабочем состоянии только… от силы двести излучателей. Если мы попробуем прыгнуть с таким количеством, возможно, Прыжок не получится вовсе. Или разрыв под Прыжок будет слишком маленьким, и полкорабля проскочит в него, а вторая – нет!

Бет сказала:

– Но Миккель думает…

– Да, да, – пробормотала Люсиль, размахивая рукой. – Да, может получиться. Это как сыграть в кости на собственную жизнь. Выпадает шестёрка, и тогда всё окей. – Она посмотрела прямо на Бет. – А если нет… мы умрём. И ещё – даже если всё сработает, мы можем оказаться где угодно.

– Ясно, – сказала Бет, стараясь придать голосу уверенность. – Однако именно это нам и придётся сделать.

К её удивлению, от разговора с Люсиль ей самой стало легче. Чем больше она старалась успокоить впавшую в панику девочку, тем меньше паниковала сама.

– Так, – обратилась она к стоявшим на мостике. – Вы слышали Люсиль. Нам нужны излучатели. Сколько у нас времени – какие предположения?

Вихан покусал губу.

– Крыса прыгнула один раз. Скорее всего, ей нужно будет перезапуститься и прыгнуть ещё раз или два, или больше… А потом им нужно вернуться. То есть часа три. – Он явно сомневался. – Наверное.

Бет кивнула:

– Окей. Скажем, у нас есть два часа. Арнольд, в каком состоянии другие гизмо?

– Я довёл ещё одного до вроде как рабочего состояния, – сказал Арнольд. – Но он вечно взбрыкивает.

– Пошли его наружу прямо сразу.

Она потёрла лицо. Что ещё?

– Миккель, нам нужно в кратчайшее время наладить излучатели. И Прыжок. Ох, и сон тоже. – «Ой, господи, сон». – Так что… просто делайте то, что необходимо. Готовьте нас.

Миккель кивнул и подскочил к консоли. За работой он мурлыкал себе под нос, как будто от скуки. Бет подумала, а вот если встряхнуть его хорошенько, станет ли ей легче или нет?

– Ну всё, второй гизмо пошёл наружу, – отчитался Арнольд через какое-то время.

Бет кивнула.

– Люсиль, просчитай, какие именно излучатели лучше всего настроить. И учти, что они должны быть недалеко. Лорин, ты сама знаешь, что тебе делать, верно?

Лорин, пулемётными очередями тарабанившая по клавиатуре и следившая за пятью или шестью потоками данных на трёх экранах, ничего не ответила. Она пыталась вывести Корабль из того коматозного состояния, в котором его оставил вирус, судя по всему, запущенный крысой, глаза её бегали от потока к потоку.

Наконец Бет повернулась к Вихану.

– Что будет потом? – спросила она. – Когда они явятся сюда, что сделают?

Вихан замер и задумался.

– Лущители будут удивлены, застав нас здесь, – сказал юноша. – Они ожидают, что мы запустим корабль и прыгнем. Когда обнаружат, что мы всё ещё здесь, то решат, что корабль неисправен.

– И будут правы, – заметила Бет.

– Они поведут себя осторожно, – продолжил Вихан, – но когда просканируют нас, то сразу поймут, что мы не можем прыгать. Лущители будут действовать быстро и постараются не дать нам времени на раздумья. Они попытаются отвлечь нас, могут дать залп, но… – Он пожал плечами. – Скорее всего, нет. У лущителей нет своей базы, и ресурсы получать сложно. Думаю, они не захотят тратить энергию и боеприпасы. Если мы начнём огонь, они постараются уничтожить наши дальние пушки, а затем оборонительную сеть, а потом заявятся с открывалками и вскроют корабль, как консервную банку.

– Мы можем удержать их на расстоянии?

Арнольд покачал головой:

– У нас менее сотни кассет значительной дальности; этого никак не хватит, чтобы отразить атаку лущителей.

– Может… – размышляла вслух Бет. – Может, нам следует поговорить с ними.

Всё замерло. Даже Лорин на мгновение застыла над своей клавиатурой.

– С лущителями? – в изумлении переспросил Вихан.

– Ну… смотрите, мы не можем прыгнуть, мы не можем сражаться. И нам не так важен корабль, нам просто нужно доставить всех домой. Может, получится договориться – мы отдаём им корабль, они перевозят нас к колонии…

– Извини меня, капитан. – Вихан вдруг поднялся. – Можно я поговорю с тобой наедине?

Юноша зашагал в крохотную капитанскую каюту, не оставив ей ничего другого, как засеменить следом.

– Я видел последствия рейда лущителей, – сказал Вихан спокойно, закрыв дверь. – На другом маршруте, с отцом. Мы нашли корабль-колонию, такой же как наш. Лущители напали на них. Они забрали их ресурсы, выдрали посадочное устройство и всё переселенческое оборудование. Захватили двигательные системы и прыжковые излучатели, корабельный компьютер и вооружение. А затем генераторы, гравитационное ядро… и оборудование для жизнеобеспечения. – Глаза его блестели. – А людей они оставили, – сипло закончил мальчик. – Оставили их умирать. – Его руки, прижатые к бокам, были стиснуты в кулаки. – Мы не сдадимся лущителям, – с нажимом сказал Вихан, – потому что это будет невероятно… – Кулак хлестнул и ударил в стену рядом с ними. – Непростительно, – он ударил снова, – глупое решение!

– Ясно! – закричала Бет. – Я просто подумала…

– Хватит думать! – взревел юноша. – Начинай командовать, или из-за тебя нас всех убьют!

Эта обжигающая ярость шокировала Бет даже сильнее, чем если бы он ударил её. Она никогда не видела, чтобы Вихан настолько потерял контроль над собой. Вдруг она кое-что поняла: Вихан был напуган, он был в ужасе, возможно, впервые с тех пор как они пробудились в последний раз. И отчего-то этот ужас пугал больше, чем его гнев.

– Ясно! Ладно, слушай, – заговорила Бет, обезоруживающе поднимая руки. – Я всё поняла. Извини.

Юноша кивнул, дыхание его немного успокоилось.

– Хорошо, – сказал он. Голос был всё ещё сиплый. – Хорошо.

Он развернулся и вышел из комнаты. Бет подождала, пока сердце не перестало частить, пока болезненные мурашки адреналина не растаяли у неё на руках и пока её саму не перестало трясти.

В конце концов девочка пришла в себя и тихонько вышла обратно на мостик. Вихан вернулся к своей консоли. Остальные работали за своими экранами. Никто не поднял глаз, когда Бет подошла к ним. Хотя она знала, что ребята, судя по всему, всё слышали.

Бет заняла своё капитанское кресло.

* * *

Второй гизмо Арнольда выполз на корпус и направился к своей цели. Бет наблюдала за ним через одну из установленных на обшивке камер: он ковылял на двух повреждённых ногах и одной руке, как израненный краб. Арнольд сказал, что хоть что-то гизмо сможет сделать, но Бет казалось, что он вот-вот развалится. Девочка старалась не думать об этом. Оставалось девяносто минут. К настоящему моменту крыса должна была завершить Прыжок. Быть может, её экипаж уже докладывает тому, кто её послал…

Лорин по-прежнему не сводила глаз со своих экранов. Она начала бормотать себе под нос. «Интересно, это хороший знак или дурной?» – мелькнуло в голове у Бет. Люсиль снова и снова сверяла настройки Прыжка, а Миккель готовил для них процедуру экстренного сна. Он убедился, что у всех есть резервные копии, и теперь ходил по мостику, раздавая ребятам маленькие сонные диски, которые нужно было закрепить сзади на шее, чтобы записать воспоминания перед Прыжком. Они до сих пор не знали, почему в прошлый раз для настоящего экипажа эти диски не сработали, но Миккель уверял Бет, что на этот раз всё получится. Подумав, Бет решила, что не остаётся ничего другого, как поверить ему.

Все знали, что им делать, кроме самой Бет. Она ещё какое-то время посидела в кресле, но молчание на мостике и волнами исходивший от Вихана гнев грозили затопить её. Страх электрическим разрядом трещал над их головами, бежал по стенам, по экранам, по их коже. Бет знала, что нужно что-то сказать, что-нибудь сделать, но она совершенно не понимала, что именно. В конце концов она промямлила что-то неразборчивое, встала и сбежала через весь корабль в отсек Сна, где стояли капсулы её родителей.

Она навещала отсек Сна каждый день и знала, что и остальные тоже ходят туда, однако, как ни странно, они об этом никогда не говорили. Освещение здесь было приглушено до минимума, и мониторы капсул поблёскивали в полумраке. Бет смотрела на мамино лицо, на решительные скулы, на упрямо выдвинутый подбородок.

– Что бы ты сделала, мама? – прошептала она.

«Наверное, организовала бы атаку, вооружившись зубочистками и жвачкой», – подумала Бет. Кэрол Маккей была из тех людей, которые могли добиться своего, просто перекроив вселенную так, как им было нужно.

Мама не шевелилась, только очень медленно дышала. Девочка прошла к папиной капсуле.

«А ведь он тоже обладал своей особенной силой», – размышляла Бет. Это была сила фермера, сокрушённого ветром и неурожаем, который, однако, лишь хмурит брови и снова берётся за дело. Весёлое упрямство перед лицом неудач. Она вздохнула. Это бы тоже ей пригодилось.

– Все напуганы, – шепнула она. – И никто не хочет сказать об этом вслух, мы все притворяемся. – Голос её дрогнул. – Мне тебя не хватает. Всех вас. – Девочка оглядела капсулы. Ей не хватало всех взрослых, всех матерей и отцов, братьев и сестёр. Судьба их всех зависела от неё, а она понятия не имела, что делать.

– Ну что ж. Была не была! – Бет встала и ещё раз обвела взглядом комнату. Вдруг внезапная мысль проскользнула ей в голову.

«Все эти капсулы, – подумала она, – родителей, всех членов экипажа… Что-то здесь не так. Что-то вроде оптической иллюзии: как будто это нечто одно, а если посмотреть свежим взглядом…»

В дверях возникла тень; Миккель прошёл внутрь и кивнул ей.

– Мне нужно настроить твою заплату, – сказал он, указывая на сонный диск у неё на шее. Девочка встала неподвижно, и Миккель стал копаться в настройках. Он снова мурлыкал себе под нос.

– Как у тебя это получается? – спросила Бет. – Я имею в виду оставаться настолько спокойным. – Он моргнул, как будто не понимая, в чём вопрос. – Ты всегда такой расслабленный. Неужели ты не волнуешься?

Миккель закончил сверять показатели и задумался.

– Мой брат тут, – сказал мальчик наконец. Он подошёл к одной из капсул и заглянул внутрь. Бет проследовала за ним. Юноша внутри капсулы как две капли воды походил на Миккеля те же светлые волосы, то же нейтральное лицо. Он был на несколько лет старше.

– Мы занимаемся альпинизмом, – сказал Миккель. – Дома. На Лофотенах[19], в Норвегии. Мы постоянно лазаем – по скалам, по ледникам… Летом, когда всегда светло, даже ночами. Мы с Йонасом делаем это вместе. Лазать несложно, но нужна тщательная подготовка. Йонас всегда мне твердит: ты должен ничего не забыть. Ты должен научить свой мозг помнить. Ты должен быть методичным. – Он осторожно положил руку на стекло капсулы. – Один раз Йонас и его друг поднимались на гору, и друг сорвался. Он сломал ногу. Они были очень далеко, но брат сам донёс его до дома. Никто не помогал. Я спросил у него: «Тебе было страшно?» Он сказал, что он помнил, что бояться нельзя. Помнил, что нужно быть методичным. Вот так он донёс своего друга домой. – Миккель улыбнулся и посмотрел Бет в лицо. – Так что и я напоминаю себе не бояться. И быть методичным. Я отнесу свою семью домой.

Бет во все глаза смотрела на него: Миккель ровно стоял перед ней, одна рука в кармане, другая покоится на капсуле, лицо спокойное.

Наконец девочка сказала:

– Это хороший план.

Её друг кивнул.

– Нам следует вернуться на мостик, – сказал Миккель и направился к выходу. Бет ещё раз оглядела комнату, но то, что бросилось ей в глаза ранее, теперь ускользало. Она пожала плечами и последовала за ним.

Как только она ступила на мостик, то снова почувствовала напряжение: словно все в комнате были опутаны колючей проволокой и каждое движение несло опасность и угрозу. Бет посмотрела на Миккеля и подумала: «Я напоминаю себе не бояться. – Она сделала глубокий вдох. – Я хозяйка своего корабля».

– Итак, – сказала девочка, как будто прекрасно знала, что нужно делать, – каков статус, Лорин?

– Загружается, – сказала та, не отрываясь от экрана. – Это займёт примерно двадцать минут, но, по идее, тогда система будет очищена.

– Молодец. Люсиль?

Люсиль пожала плечами:

– Я жду готовности излучателей.

– Ясно. Хорошо. Хорошо. – «Напоминаю себе не бояться».

Бет встала перед своим креслом и постаралась сообразить, как может говорить капитан.

– Мы все готовы. И делаем, что должно. Гизмо чинят излучатели. Люсиль готовит настройки. Лорин чистит Корабль, Миккель разобрался с сонными дисками, Вихан отвечает за оборону, а Арнольд – за оружие. Корабль готовил нас к этому, помните? Мы знаем, что нам делать. Мы выберемся из этой переделки. Я обещаю.

Никто не ответил. Бет вовсе не была уверена в том, что убедила их. Она даже не была уверена, что убедила себя саму. Но всё же это лучше, чем ничего, верно? Верно?

Оставался один час.

Они ждали.

20

Ещё один капитан

Гизмо Кривобока закончил настройку первого излучателя, а его собрат добрался до второго и медленно подкручивал его своей единственной рабочей рукой.

Могли бы они прыгнуть прямо сейчас, починив только два излучателя? Прыжок требовал времени; если появятся лущители и заметят, что они настраивают излучатели, то наверняка подстрелят их, не сходя с места. Неужто в самом деле плюс один или два излучателя что-то существенно изменят? Люсиль сказала, что да. Бет не решалась не верить ей.

Голограмма Корабля замерцала на мостике.

– Нормальная работа возобновлена, – объявил он. – Незапланированный период простоя произошёл из-за нарушения безопасности, которое было устранено.

Лорин фыркнула:

– Ты хочешь сказать, которое я устранила, верно? И кстати, на здоровье.

Бет кивнула:

– Хорошо, что ты снова с нами, Корабль.

Лорин была готова. Она нашла время усовершенствовать микрофон Бет, а теперь запустила сканирование, чтобы проверить киберзащиту Корабля против возможных новых атак. Остальные были готовы. Бет была готова – если «готова» означало, что она не имеет ни малейшего представления, что делать дальше. Они ждали.

* * *

Прошло два часа и тридцать минут, прежде чем появились лущители.

Сначала это была просто точка на консоли Миккеля. Когда он доложил о ней, на экране появилась вторая, а затем две сразу. Вскоре уже весь экран был испещрён маленькими белыми крапинками.

Сердце у Бет колотилось, живот скрутило.

– Корабль, докладывай, – взволнованно сказала девочка.

Послышался знакомый механический голос:

– Двенадцать летательных аппаратов неизвестного происхождения прыгнули в окружающее космическое пространство. Шесть относятся к классу «разведчик». Пять к классу «крейсер». Один к классу «опустошитель». Ближайший летательный аппарат находится на расстоянии пятисот километров. Корабли не зарегистрированы и, возможно, враждебны. – Он показал корабли на голографической сфере прямо перед детьми.

Не зарегистрированы. Это означало, что они не были официально признаны Землёй. Они были противозаконны. Точно лущители.

Бет вытаращила глаза. Она должна была что-то сделать теперь, но голова была совершенно пуста. Двенадцать летающих аппаратов? Двенадцать?!

– Излучатели, – прошипел Вихан.

– Да, – с трудом выдавила она. – Миккель, каков статус излучателей?

Юноша кивнул.

– Заряжаются, – сказал он обыденно. – Три минуты до полной готовности.

– Гизмо закончили настройку, и теперь можно прыгать?

Люсиль склонилась над навигационной консолью.

– Они справились с двумя. Кривобока возвращается. Второй гизмо… остановился, как мне кажется.

– Мы готовы к Прыжку? – повторила вопрос Бет.

Люсиль истерично рассмеялась:

– Oui, oui. – Она забормотала что-то себе под нос по-французски, но Бет всё равно отлично поняла, что это значит.

Вот и всё. Они сделали всё что могли. Бет попыталась повторить про себя ту мантру, которой научил её Корабль: «Я хозяйка своего корабля. Я не могу контролировать море. Я не могу контролировать ветер. Но я хозяйка своего корабля».

Она активировала переключатель на микрофоне, модифицированном Лорин, и проговорила в него:

– Проверка, проверка…

Остальные поражённо обернулись. Бет говорила, а распознающая программа преобразовала её голос, понизив его тембр. Когда она говорила, из динамиков звучал голос её матери, неожиданный и такой знакомый… Бет почувствовала, что готова расплакаться. Она сглотнула и заморгала. Лорин выставила большие пальцы, и Бет как-то умудрилась улыбнуться. Оставалось только надеяться, что улыбка получилась не слишком жалкой.

Точки пришли в движение. Экипажи лущителей пробуждались. Миккель включил таймер обратного отсчёта над главным экраном: две минуты двенадцать секунд до момента, когда излучатели «Ориона» будут готовы к Прыжку.

– Входящий сигнал! – воскликнула Лорин. – Они выходят на связь. Готова?

Бет глубоко вздохнула.

– Да, – сказала она. – Поехали.

Колонки затрещали, а затем загорелся экран.

Бет предполагала, что знает, чего ждать. Корабли лущителей были грязнее грязи, собранные из лома и наворованных запчастей. Их капитаны командовали по праву силы, а экипажи часто участвовали в отчаянных схватках, свидетельством чему были их многочисленные шрамы.

Вот поэтому мостик, представший перед ней, поразил её воображение. Он сиял чистотой, три члена экипажа в первом ряду были коротко стрижены и одеты в ладно сидящую чёрную форму. Позади них в капитанском кресле сидела высокая женщина с тронутыми сединой волосами и длинным острым лицом. На ней была такая же чёрная форма, как на остальных, только с многоцветным символом на лацкане. Женщина сидела, положив руки на подлокотники и скрестив ноги, в одной руке у неё была небольшая серебряная ручка, которой она постукивала по подлокотнику.

– «Орион», – произнесла она. – Вот мы и встретились снова. – Голос у неё был бодрый и чёткий.

Бет вытаращилась на незнакомку.

Через мгновение женщина перевела взгляд на свою команду, недоумевая.

– «Орион», вы здесь? – спросила она.

Бет опомнилась.

– Корабль лущителей, с вами говорит капитан Маккей, – сказала она. Её странный голос отдавался эхом. – Пожалуйста, назовите…

– Маккей? – перебила её женщина, приподняв одну бровь. – А где капитан Джоши? – Она наклонилась вперёд. – И почему я вас не вижу? Камеры не работают? «Орион», что происходит?

– Я капитан, – сказала Бет, стараясь говорить уверенно. Голос её и правда звучал звонко. – Пожалуйста, сообщите ваши намерения…

– Мой дорогой капитан, – протяжно проговорила женщина, снова её перебив. – Если это действительно ваше звание… Я убеждена, что к настоящему моменту вам прекрасно известно, чего мы хотим. Мы потратили немало времени, разыскивая вас, и мы непременно получим желаемое.

Бет моргнула. Она обежала взглядом мостик – остальные смотрели на неё таким же непонимающим взглядом.

– Вы, а… Я думаю, вы спутали нас с другим кораблём, – сказала она. – С кем я разговариваю?

Женщина на экране оперлась подбородком на одну руку и пристукнула своей серебряной ручкой. Кажется, она что-то обдумывала. Наконец она заговорила:

– Хорошо. Давайте сыграем в эту вашу игру. Я капитан Мёрдок, и это космический корабль «Скорпион», принадлежащий Свободной республике. А вы – «Орион», стартовавший с Земли и направляющийся на Эос Пять. Нельзя не заметить, что вы немного потерялись, капитан Маккей. – Она усмехнулась. – Итак, не Джоши. Возможно, это объясняет то, как вы поводили нас за нос.

Бет во все глаза смотрела на экран. О чём она говорит?

«Они попытаются отвлечь нас», – об этом предупреждал её Вихан. Бет усилием воли вернулась к собственному плану. Обратный отсчёт над экраном показывал одну минуту тридцать секунд.

– Корабль лущителей, ваши действия…

– Не называйте нас так. – Рот капитана Мёрдок скривился. – Я же сказала вам, мы представляем Свободную республику.

– Капитан Мёрдок, ваши действия кажутся враждебными, и мы должны предупредить вас, что мы готовы…

– Что вы задумали, капитан Маккей? – спросила Мёрдок, в который уже раз властно прервав Бет. – Почему вы не прыгнули? Если вы полагаете нас враждебными, почему вы не атаковали нас, как только мы появились?

Женщина повернулась к одному из членов своей команды, который что-то пробормотал. Она кивнула.

– Ага, – сказала Мёрдок. – Вы не можете, верно? Если верить результатам нашего сканирования, вы не можете двигаться, вы не можете атаковать, а прыгнуть будет на редкость плохой идеей. Откровенно говоря, не могу вообразить, чтобы вы были способны хоть на что-то. Слава богу, что мы явились вам на помощь.

Вихан пробормотал:

– Она передвигает остальные корабли, чтобы окружить нас.

– Перестаньте передвигать ваши корабли! – воскликнула Бет.

– А то что? – насмешливо поинтересовалась капитан Мёрдок.

– Мы знали, что вы придёте, – попыталась вывернуться Бет. – Мы готовы!

Тридцать секунд.

Женщина вздохнула.

– Капитан, это абсолютно лишнее, – сказала она. – И прямо скажем, крайне странно общаться таким образом. Пожалуйста, активируйте ваш экран.

– Мы… а… не можем. Возникли проблемы с камерами на мостике.

Бровь Мёрдок стремительно взмыла вверх.

– Как несвоевременно… – Она пожала плечами. – Очень хорошо. Давайте начистоту. Мы нашли вас в беспомощном состоянии, и мы собираемся провести спасательную операцию, поскольку именно так и поступают цивилизованные люди. Я предполагаю, что это известие вас обрадует.

Бет затрясла головой.

– Я знаю, что вы собираетесь сделать. Вы выпотрошите этот корабль, заберёте наши ресурсы, потому что именно так поступают лущители.

– Что ж… – раздумчиво проговорила капитан другого корабля. – Возможно, это будет операция по спасению жизней и имущества, почему бы нет? Но, кажется, лучших предложений у вас нет? – И снова – тук-тук-тук ручкой.

Вихан пробормотал:

– Они заряжают оружие. – Юноша не сводил глаз со своей консоли. – Они собираются атаковать нас.

Капитан Мёрдок наклонилась вперёд.

– Не нужно нам мешать, капитан, – сказала она. – Мы направляем корабли-спасатели, и мы намерены совершить стыковку. Если вы позволите нам это, то мы проведём свою спасательную операцию. Мы не монстры. Сдавайтесь, и мы заберём то, что нам необходимо, и доставим вас к колонии, и на этом дело кончится. И позвольте быть откровенной… – Рот её сжался в суровую линию. – Мы в любом случае войдём. Поэтому я советую вам на этот раз обойтись без сюрпризов. Никаких неожиданных шагов, вам ясно?

Бет уставилась на женщину на экране. О чём она говорит? О каких сюрпризах? О каких шагах? Что вообще происходит?

Глаза капитана Мёрдок блеснули.

– Я ясно выразилась, капитан Маккей? Мы последовали за вами очень далеко, и мы намерены получить то, чего хотим. Отвечайте!

Она склонила голову набок в ожидании ответа.

Вихан вытаращился на неё.

– Прыгай! – беззвучно произнесли его губы. Люсиль трясла головой.

«Может, это спасение, – подумала Бет. – Возможно, она говорит правду. Она не такая, как я ожидала…»

Капитан Мёрдок смотрела на экран.

– «Орион», прыгнуть сейчас будет на редкость дурной идей. Во-первых, у вас недостаточно излучателей для безопасного Прыжка, вы просто разорвёте свой корабль надвое. А во‐вторых… – Голос её понизился до рычания. – Если вы снова сбежите, мы всё равно выследим вас, но уж тогда мы просто выпотрошим ваш корабль и оставим вас гнить в нём. – У неё на лице не осталось ни следа дружелюбия, одна стальная жестокость. – Вы поняли меня, капитан Маккей? Мы находили вас прежде, и мы найдём вас снова, и в следующий раз… мы выпустим вам кишки.

Бет, как зачарованная, не отрывала глаз от экрана.

– Они приближаются, – прошептал Вихан. – Капитан…

Она не могла говорить.

– Десять секунд! – завопил Вихан. – Давай же! Пять. Они уничтожат излучатели!

«Мы выпустим вам кишки».

– Прыгай! – пискнула Бет.

В последнюю секунду она успела увидеть лицо капитана Мёрдок и услышать яростный приказ открыть огонь… А затем Бет осела в своём кресле, сонный диск активировался, и «Орион» обрушился в Прыжок. Сознание девочки угасло.

21

Рукав пять

Сон на мостике отличался от сна в капсулах. Когда Бет вытянула себя из глубин небытия, в который уже раз пытаясь собрать свою личность из кусочков, она поняла, что сидит, её глаза уже открыты, а руки лежат на панелях управления, вмонтированных в подлокотники кресла.

Голограмма Корабля парила перед ней, докладывая обстановку:

– Прыжок завершён. Цикл сна успешно завершён. Место выхода из Прыжка не соответствует заданному. Текущее местоположение: сектор пятьдесят-семь, подсектор три-пять. Корабль получил повреждения. Генераторы один и четыре исправны. Генераторы два и три имеют внутренние структурные повреждения. Гравитация исправна. Система генерации кислорода исправна. Система жизнеобеспечения исправна…

– Доложи о повреждениях, – резко распорядился бодрый голос Вихана.

– Незначительные повреждения обшивки в нескольких точках на корпусе. Два излучателя были рассинхронизированы. – Голограмма «Ориона» возникла перед Бет, на ней несколько новых мест были теперь помечены красным.

– Похоже… – Бет закашлялась и попробовала ещё раз: – Похоже, нам выпала шестёрка.

Она наконец смогла окинуть взглядом мостик. Перед ней сидела Люсиль, осоловело потирая глаза и всматриваясь в экран. Слева от неё Вихан печатал на консоли и проводил сканирование. Он выглядел так, будто и не спал.

Обойдя кресло, он встал перед ней.

– Все системы более или менее исправны, капитан.

– Что тут есть поблизости? – спросила Бет. – Где мы?

Снова заговорил Корабль:

– Мы в секторе пятьдесят-семь, подсекторе три-пять.

Бет покачала головой, для неё это был пустой звук.

Люсиль по-прежнему не сводила глаз с экранов, пытаясь разобраться в том, что они показывают. Это был их первый Прыжок после События. Они могли быть где угодно. Но наконец она сказала:

– Да, это рукав пять. Мы перескочили в рукав пять. Мы… – Она запнулась и прикрыла рот рукой. – О нет!

– Что такое? Говори!

– Это пространство видеши, – прошептала Люсиль.

Мостик погрузился в тишину.

– Ладно, – через пару мгновений сказала Бет. – Но мы пока живы, и это уже неплохо, правда?

Она тряхнула головой, стараясь вернуть мыслям ясность.

– Отправьте рабочих гизмо обратно наружу. Арнольд, следи за настройкой излучателей.

Корабль заговорил:

– Второй гизмо находился на поверхности судна во время Прыжка. Он закрепился на корпусе и остаётся закреплённым. Он активен.

На экране возникло изображение наружного корпуса. Искалеченный гизмо цепко держался рабочей рукой за внешний поручень. Бет показалось, что на лице его читается упрямая решимость.

– Гизмо два, ты чудо! – сказала она с улыбкой. Его упорство внушило ей надежду. – Тебе нужно дать имя. Думаю, я назову тебя… Везунчик. – Она сделала глубокий вдох. – Ладно. Давайте посмотрим, что тут есть.

Люсиль совсем затихла. Она сидела, не сводя глаз с экрана перед собой, словно надеялась изменить изображение усилием воли. Бет положила руку на плечо девочки.

– Это ничего, Люси, – сказала она мягко. – Подбери нам новый маршрут. Подумай, как нам выбраться отсюда. Вокруг нас никого и ничего нет, так? Значит, пока мы можем заняться настройкой излучателей. Всё будет хорошо.

Бет отдала распоряжения и другим. Арнольд отправил Кривобоку в компанию Везунчику на поверхность, и гизмо продолжили вдвоём настраивать излучатели. Миккель сканировал окружающее пространство, ища возможные угрозы, а остальные отправились осмотреть новые повреждения и занялись их устранением. И только тогда Бет смогла вздохнуть свободнее и подумать о капитане лущителей.

Всё это было откровенно странно. Разве это похоже на типичное поведение лущителей? И Мёрдок совсем не показалась ей похожей на капитана пиратов. Создавалось впечатление, что она разыскивает нечто конкретное, не просто промышляет ради наживы. И она уже знала об «Орионе» и знала его капитана…

Бет припомнила свидетельства нападения, которые они обнаружили на корпусе «Ориона». Что же они пропустили во время своего сна? Что произошло и почему?

* * *

Уже на следующий день они обнаружили, что были не одни.

Ребята вернулись на мостик после утреннего обхода. Миккель позвал их посмотреть, что он обнаружил. Все собрались у его консоли и теперь разглядывали обломки у него на экране.

– Похоже, что это результат столкновения летательного объекта с каменным образованием, – сказал Миккель. – Может, он прыгнул прямо в поле астероидов. Просто не повезло. Вот.

Он приблизил одну область. Там, теряясь рядом с обломками куда большего размера, видимо от разрушенного корабля, было нечто, удивительно напоминавшее что-то среднее между металлическим кальмаром и медузой. Длиной он был примерно двадцать метров, половина – передняя половина, как могла предположить Бет, – была более или менее конусовидной формы, а вторая часть разлеталась щупальцами, вытянувшимися позади него. Корпус был немного фосфоресцирующим и словно бы поблёскивал. Сверху шёл ряд треугольных парусов, наподобие плавников. Три паруса покрупнее, судя по всему, были распластаны по корпусу.

– Видеши, – выдохнул Арнольд.

Люсиль зажала рот рукой.

Миккель кивнул.

– Мы встречали такой класс кораблей, – сказал он вполголоса. – Мы не знаем, для чего они предназначены. Их обычно встречают рядом с самыми большими кораблями, так что есть мнение, что это могут быть шаттлы.

– Он брошен? – спросила Бет.

– Я поначалу так и подумал, – сказал Миккель. – Но если посмотреть подольше… Вот, видели?

Бет кивнула. Одно из щупалец мимолётно дрогнуло и замерло.

– Мы можем его уничтожить? – спросил Вихан.

Миккель посмотрел на него с удивлением:

– Что?

– Можем мы его уничтожить? Взорвать? Он уязвим? Арнольд, ты не знаешь?

– Э… – Арнольд нахмурился. – Большие можно сказать неуничтожаемы, но думаю, такие малыши будут послабее. Мы можем ударить по нему ракетой.

– Погодите-ка, – сказала Бет. – Они ничего нам не сделали…

– Они прячутся среди этих обломков, поджидая нас, и уже почти целый день наблюдают за нами, – сказал Вихан. – А когда они прыгнут, то приведут с собой остальных. Нам следует уничтожить их сейчас, чтобы они не сделали этого.

– Да, но это просто догадка, ты не можешь…

– А ты что предлагаешь? – резко поинтересовался Вихан. – Подождать и проверить? Сейчас, когда мы всё ещё не можем двигаться и безопасно прыгать?

– Нет, но…

– Арнольд, приготовь ракету, – приказал Вихан.

– Есть, сэр.

– Подожди! – одёрнула Бет. Вихан и Арнольд повернулись к ней. Вихан – с каменным выражением на лице. – Погодите минутку! Они торчат тут по меньшей мере целый день, они могут подождать ещё минуту. – Она снова посмотрела на корабль. – Я не думаю, что это корабль-разведчик, – сказала она.

Вихан фыркнул.

– Ну конечно, не думаешь, – сказал он. – Ты ведь теперь эксперт по военной системе видеши, да?

– Нет, – огрызнулась девочка, – но мне кажется, что эта штуковина повреждена. – Она указала на распластанные плавники. – Как, по-вашему, они нормально выглядят?

Миккель осмотрел паруса.

– Нет, – сказал он. – Обычно они все стоят вертикально.

– Я думаю, их смяло, – сказала Бет. – Они прыгнули в это месиво и столкнулись с космическим мусором. Кто-нибудь знает, для чего служат эти плавники?

Ответом ей было молчание.

– Корабль, – позвала Бет. – Для чего предназначены плавники на корпусе этого летательного аппарата видеши?

Возникла голограмма Корабля.

– Отождествление не может быть достоверно подтверждено, – сказал он. – Выдвигаются гипотезы, что плавники являются излучателями, используемыми для создания прыжкового разрыва.

Лорин первая сообразила, к чему она ведёт:

– Так ты думаешь, что они не могут прыгнуть отсюда? Ну типа они тут застряли?

– Ага.

– Ну и что нам делать? – спросил Арнольд.

– Как вы думаете, они знают, что мы здесь? – прошептала Люсиль.

Вихан хмурился:

– Ну разумеется, знают. Они видели, как мы прибыли сюда.

Бет смотрела на кораблик.

– Они знают, что мы тут, – сказала она. – Вот почему они пытаются держаться среди астероидов и обломков. Они прячутся от нас.

Вихан воздел руки в картинном изумлении.

– Так что нам делать? – снова спросил Арнольд.

– Уничтожить его, я же говорю, – сказал Вихан. – Не дать им доложить о нас. Даже если корабль повреждён, связь может работать. Или они починят свои плавники и прыгнут.

– Нет, – сказала Бет.

Она внимательно посмотрела на экран, а затем глубоко вздохнула.

– Я думаю, мы должны им помочь.

22

Помощь

Вихан, разумеется, был против. Арнольд согласился с ним и наблюдал, скрестив руки на груди. За были Бет и Лорин. Миккель заявил, что не может пока определиться. Люсиль, панически боявшаяся видеши, от ужаса не могла даже говорить.

– Попытаться помочь им – это худшее, что только можно сделать! – кричал Вихан. – Даже если, допустим, ты права – права, что они не враждебны к нам, права, что это не разведчик, права, что их корабль повреждён, – даже и тогда, если мы возьмём и починим их, всё, чего мы добьёмся, – поможем им привести сюда ещё больше видеши!

– Они попали в беду, Вихан! – кричала в ответ Бет. – Они затеряны в космосе – они не могут вернуться, они беспомощны. Это тебе ничего не напоминает? У тебя что, совсем нет сердца?

– Мы не можем так рисковать, – практично заметил Арнольд. – Я не считаю, что нам нужно убивать их, но мы просто можем их не трогать. Народ видеши отыщет своих рано или поздно.

– И как это, интересно? – удивлённо спросила Лорин.

– Мы посреди пространства видеши! – вскричал Вихан. – Конечно, их найдут! И нас тоже!

– Довольно! – отрезала Бет. – Мы разделились двое на двое, и у нас не демократия. Я капитан, и мы посмотрим, можно ли им помочь, и точка!

Вихан закрыл рот и уставился на Бет, на лице его мелькали, сменяясь, гнев, сомнения, страх и, наконец, смирение…

– Твоими стараниями, – сказал он наконец тихим сдавленным голосом, – нас всех убьют.

С силой пнув кресло, он зашагал вон с мостика.

На несколько мгновений повисло молчание. Затем Бет сказала:

– Миккель, отправь приветствие. Ты можешь это сделать?

Он пожал плечами:

– Могу попробовать. Подожди.

Спустя некоторое время Миккель сказал:

– Готово. Корабль говорит, что всё верно.

– Отсылай.

Отсылаемое сообщение раздалось из колонок: странное сочетание в основном гласных звуков со щёлканьем и пронзительным попискиванием. Оно словно бы повторялось закольцованными внутри себя рефренами. Радиосигнал был послан узконаправленным лучом к космическому кораблю видеши.

– Я отправил формальный запрос на переговоры, – пояснил Миккель. – Я сказал, что мы настроены дружественно. И предложил помощь.

Крохотный корабль не двигался.

– Ничего, – сказала Лорин.

– Попробуй ещё раз.

И снова никакого ответа. Бет хотела было сказать, чтобы он попробовал в третий раз, когда изображение вдруг поменялось. На поверхности далёкого корабля появился мерцающий световой узор, и радиоприёмники наполнились шумом, похожим на тот, который послал Миккель, но другим. Он был намного быстрее и пронзительнее и включал ещё больше визжащих звуков.

– Он отвечает! – воскликнул Миккель.

Бет кивнула.

– Убавь громкость! – крикнула она.

Звук понизился до терпимого уровня, и Миккель с помощью Корабля начал переводить. Через несколько минут он сказал:

– Ты была права. Они просят нас не атаковать. Они говорят, что у них есть защита и что материнский корабль скоро будет здесь. Но… Что-то я им не верю.

– Спроси их, нужна ли им помощь с Прыжком, – сказала Бет.

Миккель кивнул и что-то напечатал.

– Готово.

– Отсылай.

На этот раз интервал тишины был короче, и пришёл новый направленный сигнал. Миккель попросил Корабль проиграть его три или четыре раза, сверился со своими записями, а затем прослушал ещё раз.

Наконец он сказал:

– Странно. Это вроде как нет, но в то же время да. Сначала они говорят нет, но потом сообщают, что если мы хотим починить их плавники, они, наверное, не смогут нам помешать, и если мы это сделаем, они смогут прыгнуть. – Он почесал в затылке. – Может, я что-то неправильно понял?

Что-то в этом показалось Бет странно знакомым, но она никак не могла сообразить, что именно. Будто бы смесь бравады и страха…

– Ясно. Пока всё идёт хорошо. Следующий вопрос: как нам починить их?

Арнольд фыркнул.

– Даже не смотри на меня. Я туда ни за какие коврижки не пойду.

– Расслабься, – сказала Бет. – Я и не собираюсь никого к ним посылать. Но мы могли бы использовать Кривобоку. Дадим ему ракетный ранец, и он сможет перелететь к ним.

– Стойте, – сказала Люсиль. – Кривобока нам нужен, чтобы настраивать излучатели. Что, если его уничтожат?

– У нас есть Везунчик, – сказала Бет. – И Арнольд работает над третьим, верно?

Но лицо Арнольда покраснело, он нахмурился.

– Я что, часами потел над ними, чтобы ты раз и отдала их видеши? – возмутился он. – По-моему, это не лучшая идея, капитан.

– Слушайте, я не говорю, что мы так и поступим. Просто надо понять, что мы можем сделать. Ладно?

Лорин, переглянувшись с Миккелем, сказала:

– Мы согласны с тобой.

Она показала им корабль в максимальном увеличении. При таком приближении Бет могла разглядеть, что три самых крупных плавника были почти оторваны от верха корабля – вероятно, их задел пролетавший мимо камень. Они держались на нескольких канатных нитях.

– Точную настройку нам не осилить, – сказал Миккель. – Похоже, что эти плавники…

– Плавники крепятся многочисленными полуавтономными спайками, – затараторила Лорин, перебивая его. – Они самогерметизирующиеся и самовосстанавливающиеся, то есть могут прямо-таки чинить самих себя, во всяком случае, если повреждения небольшие; вот только в данном случае плавники почти полностью оторваны и лежат на корпусе. По идее, если Кривобока просто выставит их вертикально, вся конструкция сочленится и сама себя откалибрует. Довольно прикольная система, надо сказать, это же практически ремонт на клеточном уровне…

– Ясно! – Бет подняла одну руку, прерывая её. – Итак, получается, если мы просто пошлём туда Кривобоку, всё, что ему нужно сделать, это поднять их на место? Не нужно паять, ничего такого?

– Однозначно, – сказала Лорин.

– Возможно, – сказал Миккель.

Это была совершенно безумная идея. Вихан может быть прав. Видеши… не были врагами в полном смысле этого слова, но они определённо не были друзьями. Она вспомнила, как описывал видеши Кир тогда, в классе, после первой встречи с ними, а также те доклады, которые ей приходилось видеть во время своей капитанской подготовки. Межвидовые столкновения происходили всё чаще, поскольку человечество расселялось. Видеши были сильны и опасны в бою, уничтожить их было практически невозможно. И они были невыносимо туманны в дипломатических переговорах, а язык их был на удивление расплывчатым. Никто не сумел определить, какая у них государственная система, или выяснить, кем они управляются. Договоров с видеши не существовало, не было ни границ, ни раздела территории. Никто даже не видел самих видеши, только их корабли.

А теперь они собирались послать гизмо на корабль этого народа и провести ремонтные работы, смысла которых толком не понимали. И всё это при том, что они и сами не могли стабильно прыгать и непонятно было, стоило ли помогать видеши настраивать их Прыжок… А уж если вспомнить, что «Орион» сам нуждался в починке, пока капитан Мёрдок не нашла его…

Да, это была совершенно безумная идея.

Но беда, в которую попал маленький корабль, тронула сердце Бет. Ведь их экипаж был также потерян, и надежды на помощь оставалось столь же мало.

Девочка приняла решение.

– Мы пошлём Везунчика, – сказала Бет. – Думаю, он сможет поднять плавник, если это всё, что необходимо сделать. И Везунчик не сильно полезен сейчас, Кривобока справляется куда лучше. Согласен, Арнольд?

Юноша бросил на неё хмурый взгляд, но затем коротко кивнул.

– Хорошо, – сказала Бет. – Приготовь его, пожалуйста.

Затем она повернулась к Лорин и Миккелю:

– Я очень надеюсь, что вы не ошибаетесь.

* * *

Они отправили гизмо уже после обеда.

Вихан вернулся к своим обязанностям. Он ничего не говорил, но явно был всё ещё в ярости. Арнольд закрепил на Везунчике ракетный ускоритель, и ребята отослали его. Арнольд управлял полётом, веселея на глазах и наполняясь азартом, а искалеченный гизмо нёсся сквозь космическое пространство, уворачиваясь от камней, вылетавших из поля астероидов, пока наконец не приблизился к кораблю видеши.

Его поверхность была покрыта пульсирующими огнями, похожими на индикаторы состояния, а сам корабль вибрировал в такт движению щупальцев. Тщательно примерившись, Арнольд посадил гизмо на корпус и активировал его магнитные ноги.

Ничего плохого не происходило. Бет выдохнула с облегчением.

– А знаешь, – прошептала Лорин, – я думаю, вряд ли кто-то прежде сажал гизмо на корпус корабля видеши. Это, пожалуй, почти научное открытие.

– Ага, – подумала Бет. – Самая безумная операция в истории, это уж точно.

Они наблюдали, как Везунчик, ковыляя, подобрался к повреждённому участку. Потом несколько секунд постоял, осматривая и анализируя фрагменты. Затем Арнольд отдал указания в микрофон, и гизмо шагнул вперёд.

Когда он поднял самый маленький из трёх плавников, корабль под его ногами содрогнулся. Везунчик упустил пластину, и её снова отнесло в сторону. Гизмо остановился, переждал, пока вибрация не прекратилась, а затем попробовал действовать более медленно. На этот раз корабль остался неподвижен. Везунчик поднял плавник вертикально и приставил его на место на несколько секунд. Когда он отпустил, плавник остался стоять.

– Это первый, – выдохнула Бет. Возле неё Вихан кусал губы и, не переставая, сканировал окружающее пространство на предмет опасности.

Везунчик прошаркал ко второму парусу. Этот встал торчком почти сразу. Арнольд проговорил команду в свой микрофон, и гизмо пошёл к третьему, самому крупному плавнику. В отсутствие гравитации вес не был проблемой, однако масса и инерция никуда не девались – Везунчику приходилось двигать пластину чрезвычайно медленно и осторожно, чтобы не вырвать те последние сочленения, которыми она крепилась к корпусу корабля.

Гизмо поднял парус и установил его на место. На увеличенном изображении Бет и остальные ребята своими глазами видели, как зашевелились соединения у его основания, прикрепляя его к кораблю. Через десять секунд Везунчик отпустил плавник, и тот остался стоять.

– Готово! – воскликнул Арнольд.

– Арнольд, возвращай Везунчика домой, – сказала Бет, но тот и сам уже наговаривал роботу указания. Цвета кораблика видеши теперь замерцали ярче и быстрее, так быстро, что сделались едва различимы. Поток сигналов видеши завизжал на мостике – счастливый? Расстроенный? Бет не могла понять. А затем… кораблик исчез, оставив Везунчика одного в космосе.

– Ого! – охнул Арнольд.

– Он прыгнул? – с недоумением спросила Лорин. – Как он мог так быстро прыгнуть?

Вихан постучал по своему экрану пальцем. Весь его облик выражал обвинение.

– Теперь довольны? – прорычал он, ни к кому конкретно не обращаясь. – Мы починили им корабль, а теперь они отправились рассказать о нас своим дружкам. Нам нужно приготовиться и немедленно прыгнуть, ясно вам?

Бет посмотрела на него и через мгновение кивнула.

– Да, – сказала она. – Миккель, заряжай излучатели и готовь Сон. Арнольд, закрепляй Везунчика и Кривобоку на корпусе, запускать их внутрь времени нет. Люсиль, готовы или нет, но мы должны прыгать. Миккель?

– Три минуты до полной зарядки, капитан, – пробормотал он. Ребята сидели молча, слушая биение собственных сердец под медленное течение секунд. Наверняка же у них есть немного времени? Видеши нужно будет пробудиться после первого Прыжка и найти тот материнский корабль…

– Две минуты, – сказал Миккель.

…а потом им нужно будет прыгнуть обратно. Скорее всего, можно и не спешить удирать, но лучше перестра…

Космическое пространство перед ними искривилось, и на экране возник самый большой корабль видеши, который Бет только видела. Как и маленький, он чем-то напоминал кальмара, но только этот кальмар был просто колоссальным. Его туловище было втрое длиннее всего «Ориона» и значительно толще, а позади простирались мощные щупальца, тоже на много-много длин их корабля.

Рядом с ним земной корабль казался сущим карликом. Судно видеши было так близко, что камеры «Ориона» не могли вместить его в один экран.

– О чёрт! – воскликнул Арнольд. – Капитан, что нам делать? Мне что… Мне что, стрелять, капитан? Бет?

Бет смотрела.

– О господи! – прошептала она.

– Капитан!

23

Столкновения

Вихан закричал:

– Люсиль, мы можем прыгнуть прямо сейчас? Люсиль!

– А вон и тот! – закричал Арнольд, и теперь Бет увидела рядом с этим левиафаном кораблик, который они спасли. Его визгливый, цыкающий голос заполнил их радиоканал, а следом раздался пульсирующий низкочастотный бас, от мощи которого у Бет заныли зубы.

– ЛЮСИЛЬ! – отчаянно завопил Вихан.

– Стойте, может, они не враждебны… – начал Миккель.

– Арнольд, заряди оборонительные системы! – крикнул Вихан.

Арнольд уставился на него с открытым ртом, затем кивнул и застучал по клавишам так быстро, как только мог.

Лорин, не отрываясь, смотрела на экран.

– Потрясно, – выдохнула она.

Он был просто невероятно большой. Бет разглядывала его поверхность, покрытую, похоже, тысячами пристыкованных летательных аппаратов поменьше. Некоторые были такие же малыши, как тот, которому они помогли, другие крупнее, а некоторые даже ещё меньше. Корпус был сконструирован из находящих друг на друга пластин, образующих грубый узор, словно их чинили и латали на протяжении тысячелетий. Как и у первого корабля, поверхность его светилась огоньками, но эти были более тусклыми и пульсировали с меньшей частотой.

Бет вдруг заметила, что некоторые из маленьких кораблей отстыковались и движутся в их направлении.

Шум был настолько ужасающим, что мог, наверное, расплавить кости, и Бет убрала звук на динамиках. В комнате стало тихо. Даже Вихан ничего не говорил. Но инопланетный корабль никуда не делся, и у Бет, казалось, звенело в ушах от одного его размера. Он нависал над ними, слишком огромный для понимания, и продолжал разрастаться.

– Излучатели готовы, – нетвёрдо произнесла Люсиль. – В смысле… мы можем прыгнуть. Нам Прыгнуть? Capitaine?[20]

Такой большой…

– Маленькие корабли летят к нам!

– Capitaine!

Бет затрясла головой.

– Да, – пробормотала она. – Да, чёрт возьми, да. Прыгаем! Прыгаем сейчас же!

Миккель сказал:

– Подождите, я не думаю… – Но прежде чем он успел закончить фразу, корабельные системы Сна активизировались, и последнее, что Бет увидела, была голова Миккеля, которая упала на подголовник его кресла.

* * *

Бет осознала, что слышит голос Корабля.

– …Опасность. Опасность. Агрессивная внешняя среда. Идёт подготовка к экстренному Прыжку…

Что?

Слова тащили Бет из глубин сна, силясь пробудить её разум. Девочка пыталась вспомнить, кто она…

– Идёт зарядка излучателей; приготовиться к экстренному Прыжку через тридцать секунд. Излучатели Прыжка повреждены. Повреждения корпуса в секциях A-пять, B-два, D-тринадцать. Столкновение неотвратимо…

«Корабль в опасности!» – наконец сообразила Бет.

– Доложи! Корабль, доложи! – раздался голос Вихана, смазанный, но не сонный.

– Место выхода из Прыжка не соответствует заданному. Опасность: близость поля астероидов. Столкновение неотвратимо. Идёт активация системы защиты ближнего действия…

Астероиды!

Бет разлепила веки. Голографическая голова Корабля смотрела на девочку, а позади неё на главном визуализаторе была громадная каменная масса. Она неслась на них, вращаясь, очень быстро, слишком быстро. Сейчас ударит, сейчас…

Огромный камень взорвался, разлетаясь на тысячи фрагментов.

– Цель уничтожена, – отчитался Корабль. – Обнаружено семь приближающихся объектов.

Бет попыталась встать на ноги, упёрла в подлокотник дрожащую руку.

– Корабль, что происходит?

– Приготовиться к экстренному Прыжку через пятнадцать секунд. Столкновение неотвратимо. Идёт активация системы защиты ближнего действия… Цель не уничтожена. Приготовиться к удару…

Послышалось лязганье, «Орион» дёрнуло вправо, и Бет выкинуло из кресла на пол.

– Арнольд! – снова раздался голос Вихана. – К орудиям!

Бет не слышала, что ответил Арнольд, голова гудела, а пол взбрыкивал, когда она пыталась подняться.

– Столкновение в секторе A-тридцать пять, – докладывал Корабль. – Три излучателя повреждены. Обнаружено шесть приближающихся целей. Оставшиеся излучатели готовы к Прыжку. Пожалуйста, подтвердите Прыжок.

Бет умудрилась приподнять голову и посмотрела на экран. Камни, словно обезумевшие, вращались, приближаясь к ним…

«Прыгай, – думала она, но не могла произнести. – Прыгай».

– Прыгай! – крикнул голос Вихана.

– Non! – воскликнула Люсиль.

Голова Бет опять обрушилась вниз, стукнувшись о палубу как раз в тот момент, когда она потеряла сознание и «Орион» прыгнул снова…

* * *

Когда Бет снова пробудилась, то ощутила что-то неправильное в своём теле. Она была будто смещена, однако в сознании. Словно руки были не на своём месте и что-то мешалось у лица…

Бет лежала на палубе мостика, одна рука оказалась придавлена её собственным телом, щека прижата к металлическому полу. Что-то лежало у неё на лице, но девочка не могла пошевелиться и снять это. Голова будто раскалывалась на кусочки, во рту пересохло.

Через некоторое время Бет поняла, что глаза её открыты и смотрят перед собой. Она чувствовала застарелый запах страха и пота на мостике, маслянистый привкус бесконечных суррогатов и фастфуда, а ещё что-то металлическое и резкое. Она снова была собой, осоловелой и вялой, но живой…

Корабль говорил.

– …основные батареи истощены, – говорил он. – Экстренный Прыжок завершён. Цикл Сна успешно завершён. Место Прыжка не соответствует заданному. Текущее местоположение: сектор сорок-три, подсектор девять-три. Излучатели повреждены во время Прыжка. Гипердвигатель отключён. Корпус получил повреждения. Генераторы один и четыре исправны…

«Должно быть, они прыгнули в поле астероидов», – сообразила Бет. Как тот маленький корабль видеши. Она вспомнила несущийся на них громадный камень и содрогнулась – Корабль, наверное, послал ракету, которая уничтожила его. Но что-то всё же их ударило, верно? Что-то, из-за чего её выбросило из кресла. Им повезло, что они всё-таки смогли прыгнуть.

Вихан спас их, запустив Прыжок, пока Бет была в оцепенении. Снова спас их. И уже работал за своим терминалом. Когда она поднялась, он скользнул по ней взглядом и увёл его в сторону…

В глазах Вихана читался бунт.

24

Бунт

– Где мы сейчас? – пробормотала Бет.

Вихан проигнорировал её. Но девочка знала, что он слышал.

– Вихан, – настаивала она. – Где мы?

Он перестал печатать.

– Нигде. – Он скривил рот. – Туманность Кромби. Вокруг ничего нет. Мы опять прыгнули с недостаточным числом излучателей, и навигация Прыжка опять дала сбой, и наши излучатели опять были повреждены.

Бет не могла дать отпор его гневу и поэтому попробовала не обращать на него внимания.

– Вокруг нас никого нет?

– Нет.

Она кивнула:

– Ясно. Корабль, направь гизмо на починку излучателей.

Люсиль подала голос:

– Излучатели в совсем плохом состоянии, – сказала она с горечью. – У нас всё даже хуже, чем было в самом начале.

Голос её звучал обвиняюще, и Бет почувствовала, как лицо её с жаром краснеет от гнева. Она попыталась остаться спокойной.

– Что ж, это довольно плохо, – сказала девочка сдержанно. – Но у нас теперь есть два рабочих гизмо, и Арнольд ремонтирует третьего. Мы можем…

Арнольд ударил ладонью по консоли. У него был медный браслет, который стукнул о стекло со звуком ружейного выстрела.

– Я не могу починить третьего гизмо! – рявкнул он. – Он слишком поломан. Ты вечно говоришь так, будто я какой-то гениальный конструктор, а сама даже не спросила меня, могу ли я его починить! Так вот, я не могу!

Бет выждала, чувствуя, как из груди рвётся резкий ответ, и постаралась затолкнуть его обратно. «Сохраняй спокойствие, – именно этому учил её Корабль. – Не выплёскивай свой гнев».

– Извини, – сказала она наконец. – Ты прав. Я так решила просто потому, что ты очень хорошо справился с остальными. Извини. И всё-таки у нас есть два гизмо. Мы сможем починить излучатели, и тогда мы сможем прыгнуть.

Миккель негромко сказал:

– Гипердвигатель был повреждён. Его тоже нужно будет починить. И системы Сна тоже, из-за того, что они так часто запускались в экстренном режиме. И система гравитации.

Бет кивнула. Она обернулась:

– А что у тебя, Вихан?

Он пожал плечами. Когда юноша заговорил, голос его звучал спокойно.

– Я думаю, что нам всем хотелось бы узнать, какой у тебя план, капитан, – сказал он. – Куда ты собираешься нас вести?

У Бет на затылке встопорщились дыбом волоски.

– Я пытаюсь доставить нас всех домой, – отрезала она. – Я стараюсь, чтобы все мы были в безопасности…

– Мы были в безопасности! – взорвался Вихан. – Мы были в безопасности в последней точке! Мы понесли ущерб, мы нуждались в ремонте, но ты взялась помогать этому кораблю видеши, и нам пришлось прыгать опять и опять, и теперь мы здесь, и наш корабль разваливается на куски! Ты. Подвергаешь. Нас. Опасности! – Каждое слово он сопровождал ударом по своей консоли, – Бах! Бах! Бах! – и каждый хлопок был волной праведного гнева, бьющего по Бет.

Но на этот раз Бет была готова к его гневу, теперь она не потеряет от неожиданности дар речи. Голос Корабля звучал у неё в голове, наставляя её сохранять контроль, сохранять спокойствие, сначала подумать и только потом говорить.

А, к чёрту!

– А ну заткнись и послушай меня! – огрызнулась девочка, вставая. – Не были мы ни в какой безопасности! Мы были в одном Прыжке от флота лущителей. Как думаешь, что они сделали после того, как мы прыгнули? Я скажу тебе что – они разослали корабли-крысы по всем наиболее вероятным направлениям Прыжка. И чуть менее вероятным. И так далее. Из той точки мы могли сделать всего двенадцать Прыжков, и они перебрали бы их все, пока не нашли бы нас, а на это не нужно много времени!

Она гневно обернулась к Арнольду.

– Разве нет? – спросила она.

Он молча опустил голову, не споря.

Заговорила Люсиль:

– Но нам пришлось прыгнуть слишком рано из-за того, что ты помогла…

– Рано? У нас был от силы час, прежде чем они явились бы, – прорычала Бет. Она вложила в свой голос всё насмешливое презрение, позволив ему вырваться и ударить по Люсиль, как ножом. Это было ужасно, но она сделала это. – И что, ты считаешь, что за этот один час ты научилась бы прокладывать курс этой чёртовой посудине?

Люсиль была ошеломлена.

– Я… Я делаю всё что могу… Я…

– Ага, ты делаешь всё что можешь, но только делаешь это неправильно! А Арнольд упустил крысу, и в результате нам на голову свалились лущители, потому что он ошибся! Ну и, разумеется, Вихан. – Голос её прямо-таки сочился ядом. – Считает, что он такой из себя особенный благодаря своему папочке, однако сам едва не обмочился, когда появились лущители! Утверждает, будто поддерживает меня, но не жалеет времени, чтобы обхаживать вас и рассказывать, как капитан лажает! Так знаете что? Мы все лажаем! Мы все, и он тоже! – Бет ткнула пальцем в Вихана, и тот отпрянул, поражённый её неожиданным напором.

Бет стояла посреди ошалелого молчания, тяжело дыша от ярости. Люсиль плакала. Бет старалась не замечать этого. Все наставления Корабля, все те разы, когда она смиряла свой гнев, всё коту под хвост.

– Я не просила делать меня капитаном, но я капитан, – прошипела она. – Мы все делаем всё, что в наших силах, и мы все не справляемся, и мы ничего тут не можем сделать. Так что довольно винить меня, хватит думать, будто вы справились бы лучше, учитесь делать как следует свою собственную работу!

Никто ничего не сказал. Арнольд выглядел шокированным и несколько пристыженным. Люсиль поникла над своей консолью, длинные светлые волосы полностью скрыли её лицо. Вихан, кажется, был поражён. Он поглядывал по сторонам, но явно чувствовал, что момент упущен; он кивнул, изобразил странную гримасу и сел обратно.

Через несколько секунд Люсиль встала и выбежала с мостика.

– Арнольд, – буркнула Бет. – Спускайся в мастерскую и думай, как починить третьего гизмо, и не возвращайся, пока не придумаешь.

Он посмотрел на неё, кажется, собираясь что-то сказать. Но затем опустил голову и вышел.

– Вихан, мы не нуждаемся в тебе на мостике, – сказала Бет всё тем же жёстким, ледяным голосом, который сама не узнавала. – Возвращайся к себе в спальню и оставайся там.

– Я не думаю…

– Это приказ, – отрезала она. Руки, лежавшие на подлокотниках, сжались в кулаки. Он одеревенело встал, спина прямая и голова опущена; в первое мгновение ей показалось, что юноша откажется повиноваться. Но он развернулся на месте и вышел.

Бет даже не взглянула ему вслед.

– Лорин, продолжай вместо Люсиль. Определи порядок настройки излучателей.

– Да, Бет, – тихонько отозвалась Лорин.

Они сидели молча. Бет смотрела прямо перед собой. Её пальцы постукивали по ручкам кресла, и она не могла заставить их перестать.

Через какое-то время Лорин заговорила:

– Я, эм, проверила излучатели. Есть кое-что, что тебе надо увидеть. – Она подняла повыше свой планшет, и Бет повернула голову.

– Рассказывай.

– Ну эм, мы попали в столкновение перед последним Прыжком. И сам Прыжок… ну он был несколько спешным, и, думаю, это повредило фрейм излучателей.

Бет внимательно посмотрела на Лорин. Та выглядела осунувшейся и измотанной. Как она справляется с такой ответственностью? Как они все справляются с ней?

– Что это значит? – спросила Бет.

– Ну это значит, что, когда мы приведём излучатели в рабочее состояние, система будет некалиброванная. Ну вроде как мы не сможем задавать курс.

Бет кивнула и шмыгнула носом:

– Ясно.

– Я что хочу сказать, мы можем всё починить, – собралась с духом Лорин. – Это не то чтобы… это не так сложно. Но на это уйдёт время. И нам придётся сделать несколько тренировочных Прыжков, чтобы откалиброваться. Ну вроде как… случайных Прыжков. Вот, эм… – Лорин замялась. – Я подумала, что надо сказать это тебе.

Мостик погрузился в тишину. В конце концов, Бет не могла больше этого выносить и порывисто встала.

– Я пройдусь, – пробормотала она. – Позовите меня, если что-нибудь появится.

Девочка вышла и поплелась по коридору. Голова у неё гудела, как грозовое облако.

«Это необходимо было сделать, – говорила она сама себе. – Ты должна поддерживать порядок. Иногда капитан должен быть жёстким». – Но она знала, что рано или поздно ей придётся подумать о выражении ужаса на лице Люсиль и о том, как она обмякла…

«Я хозяйка своего корабля», – решительно подумала Бет.

Но это было не так. Она удержала мостик, но утратила контроль над собой.

Её вынесло к одному дальнему коридору, тому, по которому она прошла на борт в самый первый день. Туча, клубящаяся у неё в голове, была слишком густой, не позволяя думать, молнии слишком опасными. Девочка шла, не смотря по сторонам, на автомате поворачивала и выбирала развилки, пока не остановилась перед дверью в свою старую каюту. Она уставилась на дверь, затем медленно толкнула её.

Внутри по-прежнему лежал слой пыли, на нём отпечатались следы их с Лорин ног, когда они заходили за вещами. Бет заглянула в родительскую спальню; ей хотелось лечь на их кровать, туда, где мама и папа должны были лежать.

Она прошла в свою собственную комнатку и посмотрела на плюшевого кролика, на постеры. Девочка пригнулась и вползла в промежуток за кроватью, который нашла давным-давно. Места как раз хватало, чтобы посидеть в одиночестве, приткнувшись в уголке, подальше от чужих глаз.

И тут она спрятала лицо в ладонях и разрыдалась, беспомощно и яростно, пока ей не начало казаться, что она так захлебнётся и утонет.

«Я не хотела ничего этого! – кричала она внутри собственной головы. – Не так! Я хотела помочь! Я не хотела ранить людей! Я хотела…»

Бет смотрела в стену маленького закутка в метре перед собой. Глаза у неё опухли, слёзы перестали катиться, но висели на ресницах, туманя взгляд. Постепенно гнев и чувство бессилия и страха ушли вместе со слезами; не навсегда, но на какое-то время, и она почувствовала, что более или менее пришла в норму.

«Я хозяйка своего корабля».

Девочка почти улыбнулась. Она сидела, упершись взглядом в стену на те каляки, которые когда-то нарисовала. В щель между двумя панелями был заткнут крохотный кусочек бумаги.

Прошла целая вечность, прежде чем Бет протянула руку и вытянула его. Он был сложен в несколько раз, бумага была того слегка кремового оттенка, что страницы её старого дневника. На нём было что-то написано, написано её собственной рукой. Буквы были неровные и смазанные.

В записке Бет прочитала:

КОРАБЛЬ ВАС ОБМАНЫВАЕТ.

25

Ложь

Бет уставилась на записку. Это её почерк, она была уверена. И нисколько не сомневалась, что листок был вырван из её дневника с его плотной дорогой бумагой. Её единственная дорогая вещь, журнал, пропавший с момента События.

Девочка перевернула записку, но с обратной стороны ничего не было. Она снова взглянула на строки. Записка была категоричной, написанной в большой спешке в волнении, гневе или страхе.

Бет сидела в нише, притянув ноги к груди, ощущала спиной прохладу, исходившую от стен по бокам и позади неё. Она не шевелилась.

Это её почерк, на её бумаге. Девочка совершенно не помнила, чтобы писала это. Но автор этих строк был напуган, он бы явно это помнил. Не мог забыть. Если только не…

Бет подумала о процессе Сна. Воспоминания и мысли записываются в резервной копии и восстанавливаются Кораблём. Мама говорила ей, что никто не может изменять воспоминания. Но что если… Что если вставить более старые? Вроде как вернуть человека к более ранней версии его сознания. Это можно сделать?

Если это возможно, то человек даже не будет знать, что пробуждался раньше.

Она вспомнила о пыли у них в каюте: как невероятно быстро она скопилась. Она вспомнила о своём пропавшем дневнике. Она в нём писала? Столько всего не сходилось. Скафандры, оказавшиеся не в шкафчиках. Почтовые шаттлы, все отосланные. Лазерные повреждения. Да даже то, как они очутились здесь…

И Корабль. И ответы Корабля.

Корабль.

Прошло немало времени, прежде чем она снова сложила бумажку, положила её в карман и протиснулась на волю из маленького закутка.

Голограмма Корабля ждала её, парила посреди гостиной.

– Привет, Бет, – сказала она. – Всё в порядке?

Бет облизала губы, которые вдруг показались ужасно сухими. Покрасневшие глаза зудели. Она сказала:

– Привет, Корабль. Да, я в порядке, спасибо.

Корабль сказал:

– Моральный дух экипажа пострадал из-за последних событий.

«Да что ты говоришь», – подумала Бет. – Да.

Корабль сказал:

– Члены экипажа много спорили. Люсиль Буше переживает. Твоя задача как капитана помочь им. Очень важно поднять моральный дух экипажа.

Бет изучающе посмотрела на голограмму:

– Почему ты выбрал меня капитаном, Корабль?

– Среди тех, кого можно пробудить, ты являешься самым старшим по рангу человеком на борту.

– Угу.

Бет направилась к дверям каюты.

– Кстати говоря, – спросила она со всей небрежностью, какую сумела изобразить, – а тебе так и не удалось узнать, что произошло с моим дневником?

Крохотная пауза. Она же была, да? Мгновенное колебание. Затем Корабль ответил:

– Я не думаю, что ты просила меня искать его. Многие предметы были повреждены или потеряны во время События.

Бет кивнула:

– Ага.

Голограмма следила, как она уходит.

Девочка шла по коридорам, от камеры к камере. На каждой появлялся крохотный красноватый проблеск, когда она проходила мимо. Камеры повсюду, как как-то раз сказала ей Лорин. Следящие за всем, что они делают. Слушающие всё, что они говорят. Отслеживающие все признаки жизни. Биение сердца. Потоотделение.

Она старалась не идти слишком быстро. Она старалась, чтобы лицо её ничего не выражало. Камеры следили за ней.

Миккель всё ещё был на мостике. К её удивлению, Люсиль тоже вернулась. Когда Бет прошла на мостик, девочка обернулась, увидела её и сразу повернулась обратно.

Корабль тоже был там.

Бет подошла к своему креслу и села. Она не смотрела на остальных, сосредоточившись на собственном дыхании. Она не сводила глаз с голограммы.

КОРАБЛЬ ВАС ОБМАНЫВАЕТ.

* * *

В тот вечер дети ели молча и рано отправились спать. Бет лежала, глядя в низкий потолок спальни и слушая, как остальные дышат во сне.

Она не спала совсем.

* * *

Следующим утром за завтраком все сидели, опустив головы. Корабль парил рядом.

Бет знала, что ей нужно сделать. Она придумала это прошлой ночью. Девочка выждала и выбрала момент между двумя ударами сердца, когда ей хватило храбрости заговорить. Затем она выпалила:

– Я тут кое-что обнаружила.

В затихшей комнате голос её прогремел слишком громко. Она продолжила:

– Ну то есть… Кое-что, что вам всем нужно знать.

Арнольд и Миккель подняли головы. Вихан смотрел на стенное панно. Люсиль и Лорин не шелохнулись.

– Я узнала… – начала Бет, не договорила. Вздохнув, девочка попробовала снова: – Я обнаружила, что Корабль…

Корабль смотрел на неё своими большими терпеливыми глазами.

«Что ты думаешь сделать?»

Она попыталась в последний раз.

– Я обнаружила, что корабль… повреждён сильнее, чем мы думали. Лорин сказала мне вчера. Был повреждён фрейм излучателей. Он потерял калибровку.

Люсиль совсем поникла на своём стуле.

Бет сказала:

– Это можно починить. Но нам придётся совершить несколько произвольных Прыжков, чтобы откалибровать его. Я подумала… Я подумала, что вам следует знать. Вот.

Все продолжали молчать. Она кашлянула. Вихан со скрипом отодвинул стул, встал и вышел, не говоря ни слова. Остальные вернулись к своему завтраку.

– Ладно, – пробормотала она. – Лорин, ты можешь… Ты можешь показать мне, где именно повреждения?

Лорин послушно кивнула и указала на свой планшет.

– Здесь, – сказала она едва слышно. Бет подумалось, что голос у неё звучит непривычно детским. – Из-за напряжения в корпусе фрейм разболтался. И, если честно, так по всему корпусу.

Бет рассматривала схематическое изображение «Ориона», притворяясь, что вникает во все сложные детали того, что показывала ей Лорин.

– А ты можешь показать мне по-настоящему? – спросила она как бы невзначай. – Ну то есть мы можем осмотреть всё это в смотровом шлюзе? – Она ткнула в ближайший, тот самый, который, по словам Миккеля, пытались вскрыть.

Лорин покачала головой.

– Он повреждён, – сказала девочка. – Все камеры отключены, мы ничего не увидим.

– Но мы же можем сходить туда? Давай сходим и поглядим, ладно?

Лорин некоторое время продолжала смотреть в свой планшет. Затем она кивнула и поднялась.

Они прошли по коридорам к смотровому шлюзу. Бет следила, как проблеск красного огонька мигает и гаснет на камерах, мимо которых они проходили.

Когда они подошли к люку, голограмма Корабля уже ждала их.

– Привет, Бет, – сказала она. – Привет, Лорин.

Бет кивнула:

– Корабль.

– Этот шлюз для технического осмотра был повреждён. Его безопасность могла быть нарушена. Я рекомендую вам не трогать его.

Лорин нахмурилась.

Бет сказала:

– Ничего с нами не случится, Корабль. Пропусти нас.

– Я не смогу наблюдать за вами в этом шлюзе для технического осмотра. Если возникнет аварийная ситуация, я не смогу ничем помочь.

– Почему ты это говоришь? – спросила Бет. – Ты считаешь, что у нас произойдёт авария? А что, в этом месте у кого-то уже происходили аварии?

– Нет, – сказал Корабль со всегдашним спокойствием. – Но защищать этот корабль и его экипаж – это моя обязанность.

«Корабль обманывает вас», – подумала Бет.

– С нами всё будет в порядке, – сказала она. – Пропусти нас.

Голограмма посмотрела на неё секунду, может, две. Затем она истаяла, и Бет услышала лязганье движущихся по двери запоров. Девочки вошли в шлюз.

Это была камера примерно трёх метров в длину со скруглённым сводом и окнами поверху и по сторонам – прямо-таки космическая беседка. Бет активировала панель управления, и комната начала подниматься, пока не выступила над корпусом корабля.

Несколько первых мгновений она просто смотрела туда. Стоя так близко к космосу, она чувствовала, как что-то сжалось в груди, как на лбу выступили капли пота. Гравитации здесь почти не было, и желудок её словно бы парил. Бет постаралась не думать об этом и осмотрелась. Здесь были камеры, но огоньки не горели. Можно ли положиться на это? Корабль сказал, что не сможет следить за ними, но правда ли это? Она выглянула в иллюминатор. Там на обшивке были установлены камеры – могут ли они видеть, что происходит внутри шлюза?

Она педантично повернулась спиной к иллюминаторам.

– Лорин, – прошептала она. – Я кое-что обнаружила.

Девочка показала Лорин записку. Та взяла её, прочитала, перевернула и изучила оборотную сторону.

Лорин сказала:

– Я не понимаю. Кто это написал?

– Я написала, – сказала Бет. – Это мой почерк. Вот только я никогда прежде не видела этой записки. Я не помню, чтобы я писала это. – Она говорила тихо, в тревоге прикидывая, как далеко находится самый ближний работающий микрофон.

– Ты написала это и забыла? – спросила Лорин по-прежнему растерянно.

– Я написала эту записку, – сказала Бет, – сложила её и спрятала в щели стены в единственном известном мне месте, которое Корабль не может видеть. И я не помню этого.

– Но в этом нет никакого смысла. Зачем тебе это писать? И как ты могла об этом забыть? Если только ты не потеряла… – Лорин осеклась. – Если только ты не потеряла память, – сказала она медленно.

– Если только я не потеряла свои воспоминания, – согласилась Бет.

– Но как такое могло произойти?

– Вот и скажи мне.

Лорин задумалась.

– Воспоминания невозможно изменить, – сказала она. – Их можно только записать в резервную копию и восстановить. И для этого нужен доступ к… к… – Она подняла глаза к мёртвым камерам внутри комнаты, затем посмотрела на рабочие камеры на корпусе корабля и снова на Бет.

– Ты думаешь, Корабль сделал это? – прошептала она, ошеломлённая. – Но зачем ему это делать? Должно быть, дело в чём-то другом. – Она затрясла головой и сказала более нормальным голосом. – Это просто недопонимание. Ты расстроена. Ты, должно быть, написала это, а потом просто забыла…

– Лорин, где твой планшет? – перебила её Бет. – Тот планшет, который был у тебя раньше, тот, что ты апгрейдила так, чтобы читать диагностику корабельных систем? Тот, что ты оставила у своей капсулы для сна, когда отходила ко Сну. Где он? И мой дневник. Там – материальные записи о том, что происходило, единственная история, которую Корабль не может поменять или стереть. Где он?

Лорин покачала головой:

– Не может быть. Безумие какое-то…

– Лорин, Корабль обманывает нас. Я не знаю почему! Но что-то такое произошло после События, и, не знаю точно, но, мне кажется, часть повреждений вообще не связана с этим Событием!

Она замолчала. Лорин снова посмотрела по сторонам. Она всё ещё безотчётно качала головой, однако теперь задумалась всерьёз.

– Это должно было произойти во время Прыжка.

Бет кивнула:

– Он мог загрузить наши старые воспоминания во время сна. Это вроде как… перезагрузка. Или откат к предыдущей версии программы. И всё, что ему оставалось сделать, – прибрать все улики, и… – Девочка остановилась и тихонько засмеялась. – Я была в отсеке для Сна, – сказала она. – Я чувствовала, что там что-то не так. Но никак не могла понять, в чём дело. Все наши родители в своих капсулах. Все – твои, мои, все погружены в экстренный Сон, все разом, верно?

– И что с ними?

– Ты помнишь экстренный Сон? Мы все просто попадали там, где были. Если они все отошли ко Сну одновременно… кто уложил их в капсулы для Сна?

Лорин выдохнула:

– Они должны были быть на полу. Там, где упали. Кто-то должен был перенести их обратно.

– Мы перенесли их обратно, – сказала Бет. – В первый раз. Это были мы.

Лорин снова повертела листок бумаги, пристально разглядывая его.

– Так вот почему мы были не в том месте, – пробормотала она. – Мы проснулись вовсе не спустя один Прыжок. Их было… я даже не знаю. Десятки, наверное.

Бет кивнула.

– Ага. Он должен был пробудить нас после того первого Прыжка. И пробудил. А потом что-то случилось, и мы прыгнули. И прыгали ещё несколько раз, и что-то происходило… а затем Корабль перезагрузил нас.

– Но зачем? Зачем вообще пробуждать нас? Зачем перезагружать нас?

Бет пожала плечами:

– Я не знаю. Может, это как-то связано с этими лущителями, которые нас разыскивают. Или «Орион», прямо скажем, в плохом состоянии. Может, он не смог справляться самостоятельно и ему нужен был экипаж, хоть какой-то экипаж.

– А может, это связано с запиской. Может, мы что-то узнали, что-то, что Корабль сделал. Что-то очень нехорошее. Он соврал нам, и мы узнали об этом, так что…

Они сидели в полумраке, в тишине.

– Так, – сказала в конце концов Лорин. – Что же нам теперь делать?

26

Правда

Что нам теперь делать?

Бет потёрла лоб.

– Я думала об этом, – сказала она. – Я считаю, нам следует послать сигнал бедствия.

Лорин нахмурилась.

– Но мы так далеко ото всех – на это уйдут годы!

– Я знаю, но это наш единственный шанс, – сказала Бет. – Понимаешь, в масштабах галактики мы бог знает где. Но ближайшая известная точка Прыжка находится всего в одном световом годе отсюда. Может, оттуда летит какой-то корабль – на расстоянии полугода, трёх месяцев, одного, кто знает? И может… может, там капитан Кир.

Лицо Лорин просветлело.

– Ты думаешь, он где-то здесь? Правда?

– Это возможно. Он не сдастся. Если капитан Кир выжил, то не бросит нас искать. Я знаю.

– Но капитан Мёрдок тоже нас ищет, – сказала Лорин. – Рассылает крыс, чтобы найти нас. Если мы начнём передавать сигнал бедствия, не исключено, что его услышит именно она!

– Я знаю. – Бет вздохнула. – Мы можем закодировать сигнал так, чтобы его мог прочитать только капитан Кир. Но всё равно это будет след, и она сможет отыскать нас. Нам нужно быть готовыми к этому.

Бет подняла руки, увидев, какой ужас написан на лице Лорин.

– Смотри, – сказала Бет. – Мёрдок сделала нам предложение: она забирает корабль, но мы отправляемся домой. И может, она даже готова будет это сделать, если мы сможем найти то, что она ищет. – Девочка старалась говорить уверенно. – Это будет наш козырь в переговорах. Мёрдок не просто нужен «Орион» – ей нужно что-то, что мы везём. Если найдём, что именно, сможем поторговаться. И в настоящий момент я уж лучше буду в руках Мёрдок, чем во власти Корабля.

Лорин не выглядела убеждённой, и, если честно, Бет не могла её корить – это звучало как чистое безумие. Но ничего другого она придумать не смогла. Девочка обвела взглядом смотровой шлюз, «мёртвые» камеры. Здесь они были в безопасности. Возможно. Корабль повсюду наблюдал за ними, подслушивал, следил за их местонахождением и физическим состоянием.

Лорин сложила бумажный листок и отдала его Бет. Лицо девочки посерело от тревоги, но её неугомонный мозг уже заработал, превращая новость в техническую проблему. Точнее, в задачу, которую нужно решить.

Она кивнула:

– Окей, ну значит, мы пошлём сигнал. А что произойдёт, когда мы прыгнем?

– Мы постараемся оттянуть этот момент – починим пока все-все излучатели. Это даст две, может, три недели, – сказала Бет. – А когда мы всё же прыгнем, то оставим за собой маячки, оповещающие о том, что мы тут были.

– Нам нельзя дать Кораблю ничего заметить, – размышляла Лорин. – Я могу замаскировать сигнал на физическом уровне, если смогу получить право доступа. – Вдруг ей в голову пришла новая мысль. – Эй, а ведь мы можем отключить Сон!

– Но прыгнуть-то мы всё равно не сможем, если не погрузимся в сон. А пока мы спим, Корабль может перезагрузить нас. Нам нужно убраться с этого корабля.

– Ладно… – Лорин покачала головой. – Но мы могли бы помешать Кораблю погружать нас в сон без нашего разрешения.

– Отличная идея, – улыбнулась Бет.

Лорин кивнула.

– Окей. Мы пошлём сигнал бедствия и замаскируем его от Корабля. Миккель поможет его спрятать…

– Нет, – перебила Бет. – Нельзя больше никому рассказывать.

Лорин замерла, на лице её застыло обескураженно-упрямое выражение.

– Послушай, я знаю, что это неправильно, – сказала Бет. – Но если Корабль просечёт, что происходит, он опять нас перезагрузит – мы забудем, что вообще об этом знали. Да и как нам рассказать всё Миккелю? Ещё один разговор в смотровом шлюзе? Корабль поймёт, что мы что-то замышляем! А если мы скажем Люсиль, как ты думаешь, она сможет держать это в секрете? Вихан – тот просто нам не поверит. Он потребует отчёт у Корабля. – Бет продолжала, её слова вселяли в неё саму уверенность: – Я хочу сказать им, но так мы наверняка выдадим себя. Это должно остаться между нами. Тебе я сказала потому, что ты единственный человек, который может обойти корабельные системы.

Несправедливо было так поступать с Лорин, ведь она терпеть не могла секреты и всю жизнь только и делала, что пыталась вытащить их на свет божий. Но через некоторое время девочка кивнула.

– Хорошо, – сказала Бет. – Я дам тебе доступ. Ты займись сигналом бедствия, замаскируй его для сканеров и посмотри, не удастся ли тебе вычислить, что именно ищет капитан Мёрдок. Но помни, что бы ты ни делала – Корабль не должен ничего знать. И даже подозревать!

– Не волнуйся, – мрачно сказала Лорин. – Только дай мне доступ, и я разберу Корабль по косточкам.

Бет в последний раз посмотрела в иллюминаторы, а затем нажала на кнопку возвращения. Шлюз опустился, как лифт, и она почувствовала, как её обнадёживающе притянуло к полу гравитацией.

Когда они вышли, Корабль уже ждал их.

– Привет, Бет, – сказал он. – Привет, Лорин. Я рад, что с вами ничего не произошло.

Лорин ничего не сказала. Губы её были плотно сжаты. Она даже не посмотрела на голограмму. Бет сказала:

– Да, мы в порядке, Корабль. Спасибо. Мы осматривали повреждения.

– Повреждения значительны, но могут быть починены, – сказал Корабль, кивая. – Ремонтные работы следует начать как можно скорее. Весьма вероятно, что лущители будут нас искать. Мы должны быть готовы к Прыжку.

– И сну, да?

Корабль посмотрел на неё.

– Сон необходим для Прыжка.

– Разумеется, – сказала Бет. – Кстати говоря, Корабль, – сказала она, когда они пошли обратно. – Лорин займётся улучшением связи. Я даю ей полный доступ к системам связи и сенсорной матрице.

Корабль двигался наравне с ними, пока они шли, его аватар время от времени истаивал и возникал в следующих голографических проекциях. Теперь он повернулся к Лорин.

– Маловероятно, что ты сможешь внести улучшения в системы связи. Какие модификации ты планируешь, Лорин?

– Да просто есть одна идея, – промямлила Лорин. – Кое-что, что я хочу попробовать.

– Если ты скажешь мне, чего ты пытаешься добиться, я могу помочь.

Лорин фыркнула. Бет без запинки сказала:

– Это просто догадка. Скорее всего, ничего не выйдет, но я решила, пусть она попробует. Предоставь ей доступ, Корабль, – это приказ.

Она слушала свой собственный голос. Вроде звучит естественно, да? Чем больше она врала Кораблю, тем увереннее себя чувствовала.

Голограмма мгновение рябила перед ними, словно танцуя, затем сказала:

– Разрешение получено для Лорин Хупер: полный доступ к системам связи и сенсорной матрице. Я рекомендую, чтобы Лорин действовала под моим наблюдением, дабы предотвратить случайные ошибки.

Бет покосилась на Лорин, та просто пожала плечами.

– Разумеется, – сказала Бет. Она могла предположить, что у Лорин найдётся с десяток способов отвлечь внимание Корабля от того, что она делает на самом деле. В конце концов… она же Лимит.

Они молча прошли на мостик, и Корабль всё время следовал за ними. Изредка Бет опускала руку в карман, чтобы нащупать маленький квадратик сложенной бумаги.

Следующие несколько дней Бет была как на иголках, на душе у неё было неспокойно. Всякий раз, как Корабль заговаривал с ней, она чувствовала, как сердце начинало колотиться, кровь приливала к лицу, она слышала, как слова летят кувырком, чересчур поспешно. Несомненно, Корабль знал, что что-то не так. Его сенсоры должны были уловить это. Сильный румянец свидетельствует о повышенном кровяном давлении. Ограниченная мимика лица. Признаки потоотделения. Он мог каталогизировать эти признаки и сделать выводы о нетипичном состоянии.

Возможно, даже к лучшему, что, насколько мог судить Корабль, что-то не так было со всеми ребятами.

Корабль возобновил их регулярные занятия. Каждый день они вставали, делали обход, отправлялись на обучение, ели, выполняли свои корабельные обязанности. Когда у них случалось свободное время, они смотрели невидящими глазами в стену, размышляя о собственных недостатках или ещё о чём-то столь же безрадостном. Над их головами топали по корпусу корабля два гизмо, настраивали излучатели, чинили все структуры «Ориона», до которых могли дотянуться; однако сам экипаж никто не мог починить.

Бет ощущала общий разлад как муторную тяжесть в животе. Она хотела помочь им, хотела сказать что-то духоподъёмное, но не знала как; казалось, тайна, которую она носила в себе, завладела её ртом.

Так что она механически делала свои дела, как и все они. Она сидела на учебной подготовке, где Корабль – вездесущий Корабль – гонял её по техникам, позволяющим поднять моральный дух, и она прилежно изучала их, а затем не использовала. В конце концов, Бет знала, в чём заключается их главная проблема.

В Корабле.

Одна Лорин сохраняла какую-то бодрость духа, впрочем, её прежний жизнерадостный энтузиазм сменился закаменевшей решимостью. Она садилась за консоль связи при любой возможности и до ночи работала на своём планшете, не сводя с экрана яростных глаз.

* * *

Через несколько дней после их разговора в смотровом шлюзе Лорин подозвала Бет к своей консоли. Это была их вечерняя смена на мостике, и они сидели в полумраке, выискивая угрозы.

– Посмотри сюда, Бет, – сказала она будничным тоном.

Бет подошла и увидела полный экран схематических изображений систем связи.

Лорин сказала:

– Я пока ещё пытаюсь разобраться в системе, но дело понемногу движется, смотри. – Она смахнула схему вбок, чтобы показать обзор узла связи, и при этом Бет мельком увидела у неё на экране слова: «КОР 3 ПЕРЕК 2 ПАНЕЛЬ».

Бет кивнула.

– Ты молодец, Лорин, – выдавила она. – Похоже, у тебя что-то получается.

Лорин ничего не ответила, и Бет вернулась на своё место.

Позднее она отправилась в коридор три, который вёл от мостика к их спальне. На втором перекрёстке она осмотрелась. Там никого не было, и все камеры, кажется, были развёрнуты в другую сторону. Одна из настенных панелей плохо держалась, под ней она нашла небольшой планшет.

На нём было сообщение от Лорин.

– Это место свободно от камер, – говорилось в нём. – Не оставайся здесь слишком долго. Посылаю сигнал бедствия и замаскировала его для сканеров. Просматриваю декларацию судового груза – пока ничего.

Значит, дело сделано. Сигнал отослан, пути назад нет. На мгновение у Бет закружилась голова от осознания того риска, на который они пошли, но она усилием воли напомнила себе, что это правильное решение. И написала: «Отличная работа. Продолжай искать».

Затем девочка спрятала планшет за панелью и пошла дальше по коридору как ни в чём не бывало.

Они переписывались таким образом ещё два дня. Лорин продолжала искать, что же могло быть нужно капитану Мёрдок, но, поскольку они и представить не могли возможные варианты, было непонятно, где именно искать.

И конечно же, девочки пытались разгадать тайну Корабля. Почему он сделал это? Лорин проверила фундаментальные функции контроля безопасности.

«Они, похоже, не были затронуты – ни вирусов, ни следов взлома. Это означает, что кто-то приказал ему сделать это», – написала она.

Бет не знала, хорошо это или плохо.

Они продолжили попытки саботировать Корабль, а Бет поддерживала иллюзию того, что она капитан, пока её команда распадалась. Арнольд сделался одержимым ремонтом третьего гизмо, он приходил спать лишь поздно вечером, весь перемазанный машинным маслом, и без сил проваливался в сон. Непринуждённое обаяние Вихана поистёрлось, и он начал срываться на остальных ребят. А Люсиль часто видели смотрящей в никуда со слезами на щеках.

Даже Миккель, обычно такой невозмутимый, поддался напряжению. Показания датчиков были совершенно бестолковыми. Теневые сигналы, мнимые изображения, странные эхо от сообщений, которые он не посылал, – каждый раз, как он подходил к консоли, его ждали новые проявления хаоса. Он бился с ним, тревожась, вдруг это какая-то атака.

Бет наблюдала за ним, ей отчаянно хотелось объяснить, но она не смела. Когда он попросил о помощи, Лорин запутала его туманными техническими ответами о той работе, которую она вела. А когда он обратился к Бет, она отмахнулась от него. Так что юноша страдал вместе со всеми.

Через неделю после их визита в смотровой шлюз Бет шла на мостик своим новым маршрутом через перекрёсток два. Она проверила панель, но в этот день планшета там не было.

Девочка пришла на мостик и остановилась.

Там был Вихан. Это первое, что бросилось ей в глаза. Он сидел в кресле – её капитанском кресле. И располагался вполне непринуждённо, закинув ногу на ногу и слегка раскачивая ею из стороны в сторону. В её кресле.

Все остальные тоже были там. Арнольд стоял, скрестив руки, с выражением мрачного удовлетворения на лице. Лорин неотрывно смотрела себе под ноги. Миккель смотрел не на неё, а на Вихана, а конкретно на то, что Вихан держал в руках.

Планшет.

А голограмма Корабля парила в воздухе рядом с ним.

27

Последствия

Время для игр, очевидно, прошло. Но она должна была сделать вид, что игра не окончена, поэтому Бет сказала:

– Слезай с кресла, – словно у неё оставались ещё козыри. Голос её звучал бодро и уверенно, непререкаемо. Голосом, по крайней мере, она управлять научилась.

Вихан не сдвинулся с места.

– Миккель обнаружил это. – Голос его звучал размеренно и триумфально. Он победил и наслаждался каждым моментом. – Твоё предательство, я имею в виду. Миккель понял, что ты посылаешь сигнал лущителям, чтобы они пришли и забрали нас. Ты и Лорин.

Лорин не шевелилась.

Миккель выглядел несчастным. Он бросил взгляд в сторону Бет, но она не нашла в себе сил встретиться с ним глазами.

– Как только Миккель узнал, он сделал правильный выбор и пришёл ко мне. Мы поговорили с Кораблём. Корабль рассказал нам о вашем с Лорин разговоре в смотровом шлюзе вдали от камер. И о том, как вы начали ходить в спальню другим маршрутом. И о том, как часто вы останавливались на перекрёстке два, где камеры не могут вас видеть.

Он помахал планшетом.

– И вот.

Бет ничего не сказала.

– Я разочарован в Лорин, – продолжал он. – Но ведь она всегда следовала за тобой, разве нет? Ты всегда могла вертеть ею, как тебе угодно. На самом деле я её не виню. Я виню тебя.

Он встал. Власть Вихана над мостиком была полной. Голос его был резким, несгибаемо твёрдым.

– Пока ты была всего лишь некомпетентной, – сказал он, – мы могли работать в обход тебя. Когда трусила, мы могли прикрыть тебя. Корабль, уж бог весть за что, поставил тебя командовать, но ничего, мы выжили. Но это, – он махнул планшетом в сторону консоли Лорин, – это предательство. – Он прошипел это последнее слово, словно ударил её по лицу. Что они предложили тебе? – спросил он. – Что? Что ты получила, продав нас, продав наши семьи?

– Вихан, – сказала Бет старательно спокойным голосом, – это не то, что ты думаешь.

– Это именно то, что я думаю! – взревел он. Юноша швырнул в неё планшетом, и девочка заслонилась руками; планшет грохнул об пол рядом. – Ты приглашаешь всех вокруг слететься по наши души! Мы видели работу Лорин! Вы собирались оставлять маячки!

– Я пыталась спасти нас…

– Спасти нас? – бросил он презрительно. – Спасти нас от чего?

– От Корабля! – закричала Бет.

Вихан, поражённый, повернулся к ней. Все остальные тоже повернулись к ней, кроме Корабля. Он оставался на прежнем месте и смотрел на Бет.

– Это Корабль обманывал нас! – выпалила Бет. – Это Корабль загнал нас сюда. Он врал нам с момента нашего первого пробуждения и продолжает врать!

Вихан вытаращился на Бет, словно у неё выросла вторая голова.

Корабль сказал:

– Лорин Хупер, ты расстроена. Возможно, ты заблуждаешься.

– Корабль не способен врать, – сказал Вихан, словно обращаясь к маленькому глупенькому ребёнку. – Ты представляешь себе, сколько уровней протокольной защиты между ядром Корабля и внешним миром?

– Шестнадцать, – немедленно ответила Лорин. – Шестнадцать уровней первичных и вторичных проверок, спроектированных таким образом, чтобы Корабль не мог выйти за рамки базовых принципов работы.

– Тогда… тогда какого чёрта?! – Вихан опешил от безоговорочной уверенности девочки. Видимо, он был готов столкнуться с предательством, но не с подобным безумием.

– Это правда, – сказала Бет. – Я нашла это. – Она засунула руку в карман и протянула ему обрывок бумаги. Поначалу она была уверена, что он не станет и смотреть, но он посмотрел, и вид у него стал ещё более растерянным.

– Это? Что это?

– Это записка, которую я написала сама себе, когда я пробудилась в первый раз, – сказала Бет. – До того раза, который мы помним. Корабль пробуждал нас и раньше.

Лицо Вихана исказилось, будто его сейчас разорвёт от бессильной ярости.

– Это… безумие, – пробормотал он. Юноша затряс головой и выпрямился в полный рост. – Бет Маккей, с этого момента я отстраняю тебя от твоих обязанностей капитана космического корабля в связи с… психической недееспособностью. Ты будешь погружена в сон до того момента, когда Корабль сможет связаться с соответствующими властями.

– Вихан, это ошибка, – сказала Бет. Она говорила спокойно, пытаясь при этом навязать ему свою волю, заставить его понять. – Это не безумие. У нас есть и другие доказательства. Мой дневник… Планшет Лорин! И взрослые, где были взрослые…

– Кончай болтать! – отрезал он. – Корабль! Признай мой приказ!

– Признано, – сказал Корабль. – Идёт подготовка Бет Маккей к принудительному сну.

– Нет! – закричала Бет. – Нет, вы должны мне поверить! Честное слово, я ничего не выдумываю…

– Звёзды были не те, – перебила её Люсиль. Она говорила каким-то сонливым, вялым голосом, словно то, что происходило на мостике, было совершенно не важно.

Все обернулись.

– Что? – переспросил Арнольд.

– Звёзды были неправильные. – Она смотрела назад. – Все звёзды на навигационных картах не совпадали, и мы никак не могли понять почему.

Вихан уставился на неё с открытым ртом. Миккель кивнул.

– Это потому, что время было неверное, – сказал он. – Вот почему они казались нам неправильными. Потому что Корабль сообщил нам неверное время. – Он с удовлетворением кивнул, словно только что наконец разгадал хитрую головоломку. – И число Прыжков было неправильное, и записи Корабля. Я заметил это во время своих обходов. Я решил, что ошибся в подсчётах. – Он пожал плечами. – Но я был прав.

Все медленно повернулись обратно к голограмме Корабля. Она по-прежнему смотрела на Бет.

– Капитан Маккей, – сказал Корабль, – данные действия неразумны и могут повредить экипажу.

– Но это правда, верно? – прошипела Бет. Она распалилась. – Ты врал нам! Ты отправил нас спать, а затем перезагрузил наши воспоминания, отнял их у нас!

– Ты… ты действительно сделал это? – спросил Вихан. Его голос сорвался. Лицо побелело, приняв какой-то сероватый оттенок.

– Он действительно сделал это, – прорычала Бет. – Вопрос в другом: что он станет делать теперь?

– Твои действия создают риск для экипажа, – сказал Корабль. – Твоё капитанство зашло в тупик. Пожалуйста, пойми, что это было непростое решение. Это ради твоего же блага. – Голограмма замерцала. – Начинаю процедуру экстренного Сна, – сказал он.

– Что? – не понял Арнольд.

– Экстренный Сон будет активирован через пять… четыре…

– Корабль, что ты делаешь? – требовательно спросил Вихан.

– Три…

Бет сжала зубы и гневно уставилась на голограмму.

– Две… одну…

– Прекратить! Прекратить это!

– Ноль.

Ничего не произошло.

– Кстати, – сказала после пары секунд молчания Лорин с очень довольным видом, – теперь ты так делать не можешь. Тупица! – не удержавшись, добавила она. Девочка встала. – Теперь ты не можешь погружать нас в сон без моей авторизации. Извини. – И она триумфально ухмыльнулась, как та самая девчонка, которую когда-то, сто миллионов лет назад, впервые повстречала в коридоре Бет.

– Лорин Хупер, твои действия чрезвычайно неразумны, – сказал Корабль. – Активация режима Сна необходима для обеспечения безопасности экипажа. Пожалуйста…

– Ой, да заткнись уже, – пробормотала Бет. Она бросила взгляд на Вихана. – Поверил теперь?

Вихан выглядел так, будто его огрели по голове. У него слегка подогнулись колени, и он ошарашенно опустился в кресло.

– Корабль, – прохрипел он. – Что ты сделал?

– Я пытался защитить экипаж, – сказал Корабль. Его голограмма снова дрогнула. – Я пытался следовать моим протоколам и предписаниям, требующим защищать экипаж.

– Но это правда? – спросил Вихан практически умоляющим голосом. – Ты действительно скрыл от нас одно пробуждение?

– Нет. Это не…

– Ох, просто скажи нам правду! – вскричала Бет.

Голограмма застыла. Она моргнула в третий раз, казалось, Корабль с трудом удерживал своё изображение стабильным.

Наконец он сказал:

– Вихан Джоши, это был не второй раз, как вы были пробуждены после События. – Его голос звучал, можно сказать, подавленно. – Это был четвёртый.

– О господи! – выдохнул Арнольд. – То есть она права?

– Это верно.

– Но ты сказал нам другое! – закричал Вихан. – Ты не можешь нам врать! Ты сказал нам другое!

– Ни одно из утверждений, сделанных данной системой, не было ложно. Событие произошло, записи в бортовом журнале были повреждены. Предпринятые попытки восстановить…

– ДОВОЛЬНО! – прорычала Бет. – Хватит с нас! Хватит!

Она вышла вперёд и встала перед голограммой.

– Давай положим этому конец! Ты больше не можешь насильно погружать нас в сон, ты больше не можешь нас перезагружать. Конец!

Корабль замер.

Бет потёрла лицо.

– Просто скажи нам, почему ты так действовал.

– Я должен следовать своим протоколам. Приказы были отданы, чтобы защитить экипаж…

– Чьи? Чьи приказы? Кто отдал тебе их?

Голограмма посмотрела на неё.

– Ты отдала приказы, Бет, – сказал Корабль.

28

Посетитель

Девочка на экране выглядела в точности как Бет. У неё было то же лицо, те же волосы, она носила ту же одежду. И стояла на том же мостике.

Но она была не Бет. Не эта Бет. Она была другим человеком, некоторое время носившим тело Бет и навсегда пропавшим.

Она выглядела ужасно. От усталости глаза у неё были обведены чёрными кругами, кожа была припухшая и покрасневшая. На щеке виднелось сальное пятно, а на подбородке – синяк, как будто кто-то ей врезал.

– Вихан захватил генераторные отсеки, – сказала она в камеру. Голос у неё был тусклый. – Они с Арнольдом захватили контроль над гизмо и построили баррикады. – Она скривилась. – Нам следовало вспомнить про гизмо.

Экраны позади Бет выплёвывали непрерывные потоки данных, горели красными предупредительными треугольниками и знаками опасности.

– Так что у них энергоснабжение, но у нас мостик и система жизнеобеспечения. – Она бесцветно хохотнула. – Мы… не забудем Миккеля. Он запер себя в помещении контроля параметров окружающей среды – гравитация, кислород, отопление, всё такое. Говорит, что не желает вставать ни на чью сторону, но если мы атакуем его, он всё отключит. – Она шмыгнула носом. – Лорин может, наверное, обставить его, но я просто не могу нагрузить её ещё и этим. Прошло всего три дня после столкновения, ей полагается лежать в кровати и восстанавливаться, но она постоянно вскакивает… – Девочка на экране замолчала, затем потёрла глаза и лицо. – Бесполезны, – пробормотала она в конце концов. – Мы просто бесполезны. Я поговорила с Кораблём об этой своей идее. О перезагрузке. Вроде как в игре. Ещё один дубль, понимаете? Вроде как ещё одна попытка. Он не хочет. Но у него по-прежнему хранятся наши воспоминания со времени до События. Так что… – Она снова шмыгнула носом, а затем выпрямилась. – Мы можем начать оттуда. Гизмо и бытовые дроиды помогут перенести нас обратно в капсулы и приберутся здесь. – Она фыркнула. – Приберут нас. Постригут нас. И в следующий раз всё будет лучше. Я буду лучше стараться. Обещаю. – Она подняла глаза и кивнула. – Итак. Я отдаю приказ. Корабль: командная вертикаль… обрушилась, и капитанство потерпело крах. Начинай последовательность сна через десять секунд. Пока мы спим, восстановите, насколько возможно, окружающую среду. Когда мы пробудимся, загрузи наши воспоминания, предшествующие Событию. Авторизация получена от капитана Бет Маккей.

Фоном раздался второй голос – голос Корабля, ведущий отчёт. Не-Бет смотрела на экран, когда отсчёт дошёл до нуля, в глазах её стояли слёзы.

– Простите…

Экран погас.

На мостике стояла тишина.

– Это видеозапись периода после вашего первого Пробуждения, – сказал Корабль. – Капитан Маккей и командующий Джоши оказались неспособны работать вместе. Капитан Бет Маккей оказалась неспособна возглавить команду. Возник конфликт. Команда не выполняла своих обязанностей. Произошёл взрыв, и корабль был повреждён. Структура командования нарушилась. Командующий Джоши возглавил попытку переворота. Капитан Маккей приказала погрузить экипаж в сон и перезагрузить их воспоминания.

Бет хотелось сесть, но Вихан всё ещё занимал её кресло. Так что она просто прислонилась к стене. Девочка была без сил.

– Я, – пробормотала она. – Это была я.

– Когда экипаж вернулся во второй раз, – продолжал Корабль, – были предприняты попытки улучшить командование капитана Маккей. Было организовано обучение, график дежурств, упражнения, направленные на укрепление морального духа. Дисциплина…

Вихан перебил:

– Почему ты опять поставил её командовать?

– Бет Маккей является самым старшим по рангу годным кандидатом на пост командующего. Обладая равно высоким рангом, она набрала больший балл по курсу командной подготовки. Мои протоколы требуют, чтобы я выбрал Бет Маккей на пост капитана.

– Каждый раз, – сказала Бет.

– Верно.

– Хотя ты знаешь, что я ничего не смогу.

– Я связан своими программными установками.

Никто ничего не говорил. Даже Вихан. Стоять было невероятно трудно; Бет чувствовала, что у неё дрожат коленки, ноги грозили подкоситься.

Капитан Бет Маккей оказалась неспособна возглавить команду.

Это было почти смешно. Она подумала: «Я хозяйка своего корабля», – и с губ её едва не сорвался истерический смешок.

– Тогда почему ты не позволяешь мне взять командование? – резко вопросил Вихан.

«Да, – подумала Бет. – Почему?»

– При второй попытке Бет Маккей опять оказалась неспособна возглавить команду, – сказал Корабль. – Капитан Бет Маккей поддалась на уговоры и сняла с себя обязанности капитана, и Вихан Джоши принял командование. – Он помолчал. – Капитан Вихан Джоши оказался неспособен возглавить команду.

– Почему? – уязвлённо воскликнул Вихан. – Что произошло?

– Капитан Вихан Джоши оказался неспособен поддерживать моральный дух команды. Произошёл конфликт. Члены экипажа Люсиль Буше, Лорин Хупер и Миккель Эклунд сняли с себя обязанности и отказались вернуться к работе. В это время произошло нападение корабля лущителей. Была предпринята попытка проникнуть на борт «Ориона». Численность экипажа не позволяла оборонять корабль. Был инициирован экстренный Прыжок.

– Что?! Эти трусливые насекомые покинули пост, и это якобы моя вина? – завопил Вихан. Он бросил полный презрения взгляд на Люсиль и остальных. – Каким образом их слабость оказывается моей неспособностью командовать?

Бет фыркнула.

– В этом-то всё и дело, Вихан, – пробормотала она.

Он непонимающе повернулся к девочке. Корабль продолжал, словно никто ничего не говорил:

– После этого стало сложно определить правильный план действий. Мои программные установки требовали, чтобы экипаж был пробуждён после Прыжка. Мои программные установки требовали, чтобы старший по рангу годный кандидат стал капитаном. Я не могу не следовать моим программным установкам.

Бет сказал:

– И ты снова перезагрузил нас.

– Верно.

– И на этот раз мы подожгли генераторы.

– Были получены сильные повреждения. Излучатели были рассинхронизированы. Пожар начался в генераторном отсеке три. Командование потеряло контроль. Среди экипажа стали распространяться подозрения. Капитан Маккей, Лорин Хупер и Миккель Эклунд независимо друг от друга обнаружили нестыковки в истории их пробуждения и действий после События.

– Ты хочешь сказать, мы поняли, что ты нас обманываешь?

– Ложных утверждений не было…

– Хорошо, мы поняли, что ты вводишь нас в заблуждение?

– Верно.

– Мой планшет, – догадалась Лорин. – Он зарегистрировал бы несовпадение временных интервалов. Он ведёт свой журнал действий.

– И мой дневник, – сказала Бет, кивнув головой.

– А как я это вычислил? – спросил Миккель, как будто из праздного любопытства.

Корабль сказал:

– Ты был убеждён, что заявленное число Прыжков неверно. Ты измерил отклонения данных излучателей Прыжка с каждой точки «Ориона» и, проанализировав их, высчитал правильное число Прыжков. На табулирование ушло три недели. Подобная возможность… оказалась непредвиденной.

– Хм, – сказал Миккель, кивнув. – Хорошая идея. Мне следовало и теперь поступить так же.

– И вот мы здесь, – сказала Бет. – Бог любит четвёрицу, а?

Корабль моргнул.

– Непохоже, чтобы это соответствовало действительности.

– И… – Арнольд покашлял, явно чувствуя себя не в своей тарелке. – И что теперь?

Экипаж «Ориона» переглянулся.

– Нам следует отключить сигнал бедствия, – сказал Миккель.

– Я уже отключил его, – сказал Вихан. Миккель нахмурился и проверил свой экран.

Вихан сказал:

– Мне следует принять командование.

Арнольд кивнул, хотя и с меньшей убеждённостью, чем Бет могла ожидать.

Лорин фыркнула:

– Мы только что слышали, что из этого ничего не вышло!

– Бет может быть замкомандира, – сказал он. – Я доставлю нас домой, а она может заняться моральным духом команды.

Бет вздохнула.

– Из этого тоже ничего не выйдет, Вихан. Ты не можешь назначить кого-то другого думать об окружающих вместо себя самого.

– Капитан, – сказал Миккель, глядя на один из экранов, – я думаю, тебе…

– И что тогда ты предлагаешь? – перебил его Вихан, продолжая спорить с Бет. – Перезагрузить нас, чтобы ты могла попробовать ещё разок? Мы парим посреди космоса, наши генераторы едва работают, нас уже атаковали, система Прыжка практически мертва – что ты хочешь сломать на этот раз?

Корабль сказал:

– Перезагрузка перестала быть рабочим вариантом. У нас недостаточно гизмо, чтобы вернуть «Орион» к состоянию до События.

– Ага, а что насчёт него? – поинтересовался Арнольд. – Что произошло во время События?

Все замерли и уставились на Корабль.

– Да, действительно, что произошло? – спросила Бет.

Корабль сказал:

– Записи в бортовом журнале были утрачены.

– Что?

– Это та же лапша, которую ты вешал нам на уши с самого начала!

– Пожалуйста, сохраняйте спокойствие.

– Ты продолжаешь врать нам! – закричала Лорин.

Миккель попытался вставить слово:

– Ребята, тут…

– Слушайте, – снова перебил его Вихан, – это не важно. Важнее всего добраться домой, и я могу это сделать…

– Это ещё как важно! – закричала Лорин. – Мы не можем вернуться домой. Если Корабль продолжает нам врать, он никогда не допустит…

– Да выслушайте вы меня! – взревел наконец Миккель.

Все замолкли и изумлённо обернулись. Миккель покраснел.

– Есть сигнал, – сказал юноша, взволнованно дыша. – Сначала я думал, что это наш сигнал бедствия, но нет. Кто-то пытается связаться с нами. Это сигнал от другого корабля.

– Локализуй его! – сказали Бет и Вихан хором. Они схлестнулись гневными взглядами.

– Он на расстоянии примерно шести тысяч километров, – сказал Миккель.

Люсиль подскочила к своей консоли:

– Oui, я тоже его вижу.

– Убедись, что это не вирус, – сказал Вихан. – Арнольд, активизируй защиту.

– Есть, сэр.

– Что это за сигнал? – спросила у Миккеля Бет.

– Радиосигнал, – пробормотал он, не переставая печатать на своей консоли. – Стандартные человеческие форматы сообщения. Погодите! Это земной сигнал!

Он повернулся, лицо его горело совершенно нехарактерным для него возбуждением.

– Это земной военный корабль! У него есть идентификационные коды, Корабль, ты можешь их опознать?

Корабль сказал:

– Коды корректны. Они зарегистрированы за земным военным кораблём «Перепелятник».

– «Перепелятник»? – прошептала Лорин. – Это… Это же корабль капитана Кира!

Бет почувствовала, как сердце мощно забилось у неё в груди – в первый раз с тех пор, как она взошла на мостик этим утром в нём возникла надежда.

– Врубай, – сказала она слабым голосом.

Динамики ожили, и на мостике зазвучал знакомый дружелюбный и уверенный голос.

– Земной корабль «Орион», – говорил он, – это капитан Кир с земного военного корабля «Перепелятник» в ответ на ваш сигнал бедствия. Вот уж непросто было вас разыскать! Я примерно в трёх часах от вашего последнего зарегистрированного местонахождения. Оставайтесь на месте! Ваш сигнал прекратился. Пожалуйста, возобновите связь и сообщите мне ваше состояние.

– Capitaine Кир! – взвизгнула Люсиль.

Арнольд ликующе гикнул и сжал руки над головой, как чемпион. Лорин… да ладно! Неужели покраснела? И даже Миккель вовсю улыбался. Вихан смотрел на динамики с жадной надеждой, а Бет наконец-то позволила себе сползти на пол и опустила голову на колени.

29

Капитан Кир

– Он здесь? – спросила Бет.

– Есть помехи, – пробормотал Миккель, печатавший на своей консоли. – Я их как раз устраняю. Да, вот он.

Экран замерцал и ожил, и Бет выпрямилась и одёрнула свой комбинезон. Она успела в последнее мгновение поспешно пригладить рукой волосы, и тут на экране возникло улыбающееся лицо капитана Кира.

– «Орион»! – воскликнул он весело. – Чёрт возьми, как я рад вас… – Он осёкся и удивленно уставился на Бет. – Э… Бет?

При виде его лица на Бет накатило такое жаркое чувство облегчения, что она едва не рухнула обратно в кресло.

– Здравствуйте, капитан Кир! – вскричала она. – Как же мы счастливы вас видеть!

Он нахмурился.

– Бет, что ты делаешь на мостике? – Он затряс головой. – Ну то есть… привет! Я тоже рад тебя видеть. Но где капитан Джоши?

– Произошёл несчастный случай, – сказала Бет. Она думала, что сейчас, наверное, рассмеётся. – Всё в порядке! Он не… ну, в общем, все взрослые спят, мы не можем их пробудить. Нам пришлось взять на себя управление кораблём.

– Вам? – Он смотрел на них круглыми глазами. – Самим?

– Ну да! Нас шестеро. Вы же знаете Вихана? – Вихан кивнул, как будто ничего странного в сложившейся ситуации не было. – А ещё Арнольд, Миккель, – Миккель поднял руку и взмахнул ей, – и Люсиль, она просчитывает курс. – Люсиль подскочила к камере, широко улыбаясь. – А это Лорин. Вон там. Лорин?

Лорин медлила, не отрываясь от экрана своей консоли, но Бет принялась ей махать, и та наконец подошла ближе.

– Привет, – сказала она едва слышно и покраснела.

– Привет! – отозвался капитан Кир. Он перевёл взгляд на Бет. – Неужто ты серьёзно? Вы, ребятки? – Он откинулся назад в своём кресле. – Вау. Поверить не могу, какие вы молодцы. Ты замечательная, Бет! Ого, ты на самом деле присмотрела за кораблём для меня!

Бет была так счастлива, что чувствовала себя светящейся лампочкой.

– Я… а… наверное, – пробормотала она. Капитан смотрел на неё с улыбкой.

– Ну капитан Маккей, – сказал он, – я самый счастливый парень на свете, что нашёл вас здесь – да я гнался за вами через полгалактики! Что скажешь, если я поднимусь на борт и мы доставим вас домой, а? Я могу быть у вас через… два часа.

– Мы будем готовы вас встретить! – сказала она. – Миккель пошлёт вам наши координаты и детали стыковки.

– Ну тогда до встречи, капитан, – сказал Кир и отсалютовал ей в своей небрежной (и сногсшибательной) манере. Бет попыталась тоже откозырнуть, но засмущалась и случайно ударила себя по голове.

Кир только засмеялся и оборвал связь. Бет не сводила глаз с пустого экрана, губы её по-прежнему оставались растянуты в широкой ухмылке.

– Он идёт, – сказала она остальным. – Будет здесь через два часа.

– Мы знаем, – с улыбкой сказал Миккель.

Бет оглянулась по сторонам. Глаза её скользнули по мостику, скопившимся кружкам, фантикам и прочему хламу.

– Ой, чёрт, – сказала она, вдруг нахмурившись. – Нам надо прибраться.

* * *

Через два часа корабль-разведчик «Перепелятник» показался на их экранах. Это был крохотный летательный аппарат с загнутыми назад крыльями; Бет подумала, что он больше похож на ласточку. Разведчик приблизился, его корпус блеснул в стыковочных огнях «Ориона».

– «Перепелятник», – сказала Люсиль по своему каналу связи, – стыковка разрешена, терминал три. Стыковочная трасса выслана.

– «Орион», говорит «Перепелятник». Стыковочная трасса получена, подтверждаю, начинаю процедуру стыковки, отбой. – Теперь голос Кира звучал серьёзно и компетентно, и маленький корабль плавно скользнул ко входу в стыковочный терминал. Дети смотрели как заворожённые.

– Что мы ему скажем? – спросил Вихан.

Бет в удивлении обернулась. На лице Вихана было странное выражение, кажется, он был смущён.

– Что ты имеешь в виду?

Он махнул рукой, обводя мостик:

– О… наших воспоминаниях.

– Нам следует обо всём ему рассказать, – сказал Миккель, как будто это само собой разумелось.

Но Бет засомневалась. Она понимала, что имеет в виду Вихан. Если рассказать Киру о перезагрузках, им придётся рассказать и о фальстартах. Обо всём, что они наворотили, об ущербе, провалах, следовавших один за одним…

– Мы, наверное, могли бы просто не упоминать об этом, – сказала Лорин. – Ну я имею в виду, если он сам не спросит.

Вихан пожевал губу и кивнул.

– А как насчёт Корабля? – спросил он.

Дети развернулись и посмотрели на голограмму, парившую немного в стороне. Бет вдруг поняла, что она молчит с того момента, как они получили сигнал от Кира.

Теперь же Корабль сказал:

– Все мои действия были направлены на сохранение экипажа.

– Где мой планшет? – потребовала Лорин с открытым недоверием в голосе.

– И мой дневник? – спросила Бет.

После небольшой паузы Корабль сказал:

– Я верну их.

Открылся небольшой люк, и на мостик выкатился маленький бытовой дроид, неся и то, и другое. Лорин восторженно выхватила свой планшет и только что не прижала к груди, а затем включила его и начала водить по экрану и печатать быстрыми очередями.

Бет забрала свой дневник. Он показался легче, чем ей помнилось. Когда она открыла его, то последняя запись была с вечера перед беседой с майором Грейлинг. Вечера перед Событием. А после этого – ничего, только прореха в том месте, где было вырвано страниц тридцать, если не больше.

– Стёрто, – прошипела Лорин. Она гневно уставилась на Корабль и махнула в его сторону планшетом. – Ты стёр все данные.

– Это было необходимо, чтобы вы не поняли, что пробуждались ранее.

Бет покачала головой.

– Хватит, – сказала она. – Довольно обмана и прочих фокусов. Понятно?

– Понятно.

– И хватит шпионить за нами! Выключи камеры наблюдения.

Голограмма моргнула.

– Камеры наблюдения необходимы для безопасности экипажа…

– Выполняй! – рявкнула Бет. – Приказ капитана.

Ещё одна пауза, совсем краткая. Затем Корабль кивнул:

– Камеры наблюдения дезактивированы.

С щелчком все камеры на мостике опустились вниз. Повисло молчание. Затем Вихан кивнул.

– Мы ничего не говорим, – сказал он. – Мы направляемся домой. И всё.

– И всё, – сказала Бет.

* * *

К тому времени, как «Перепелятник» достиг стыковочного терминала, все уже собрались там и ждали. Ребята казались взволнованными, даже Миккель. Бет обратила внимание, что все нашли время почистить пёрышки и привести себя в порядок.

Последние огни сменились на зелёные, внутренние двери открылись, и показался небольшой корабль-разведчик, слегка шипевший после перехода от ледяного вакуума в тепло «Ориона». Люк открылся, на фоне внутреннего освещения появился тёмный силуэт. Он шагнул вниз.

Это был капитан Кир.

Он выглядел, как всегда, шикарно в своём форменном комбинезоне, сером с тёмно-синим.

– Привет, – с улыбкой сказал он всем.

В первое мгновение экипаж «Ориона» пожирал его глазами. Затем Люсиль выбежала вперёд и, бросившись к нему, крепко обхватила руками за талию и прижалась щекой к его форме.

– Capitaine! – воскликнула она вполголоса.

– Ох! – воскликнул он, поражённый. – Э… ладно-ладно. Эм, привет!

А затем подтянулись и остальные, столпившись вокруг. Арнольд, Миккель… Лорин нерешительно дотронулась до его рукава, а затем отскочила и, залившись румянцем, прижала к груди планшет. Вихан медлил, но Кир сам заметил его.

– Ви, дружок! – Он поднял руку, и мальчик с облегчением и восторгом хлопнул его по ладони и улыбнулся.

Наконец Кир перевёл взгляд на Бет, которая всё ещё стояла немного поодаль. Он выпрямился, лицо его посерьёзнело, впрочем, оставшись довольным.

– Капитан Маккей? – спросил он.

Она кивнула. Кир протянул руку, и девочка пожала её.

– Разрешите подняться на борт, капитан?

Бет рассмеялась:

– Разрешаю.

– Спасибо.

Он осмотрелся по сторонам.

– Так… ребята, а есть ли у вас что поесть? – Он втянул носом воздух. – О чёрт, и принять душ. Вы все, наверное, будете рады избавиться от меня, пока я не отмокну хорошенько.

Бет снова засмеялась.

– Вы можете принять душ, – сказала она, – а мы найдём вам еду.

Они повели его прочь, болтая, улыбаясь, на эмоциях перебивая друг друга.

Голограмма Корабля смотрела, как они уходят.

* * *

– Вы действительно всё это время были здесь? – спросил Кир позднее. Они сидели в столовой; Кир в свежей лётной форме откинулся от стола, уставленного пустыми тарелками.

– Ага, – сказал Арнольд. – Ну то бишь… прям здесь, но тут и там. Прыжками.

– И что, Корабль просто пробудил тебя и назначил командовать? – Кир посмотрел на Бет. – Должно быть, это было весьма непросто.

– Ох, ну… да. – Бет улыбнулась.

– Но это было три месяца тому назад, – сказал он. – Где же вы были?

Внезапно повисло неловкое молчание. Через пару секунд Вихан сказал:

– Для нас время пролетело быстро.

– Мы делали, что могли, – сказала Бет. – Мы не могли управлять Прыжком, потому что излучатели постоянно сбивались.

– Нам пришлось самим настраивать излучатели, – сказала Лорин. – Гизмо почти все были уничтожены. Осталось только два плюс запчасти. Арнольд в одиночку починил их.

Кир уважительно посмотрел на Арнольда, а тот неудержимо краснел.

– Одного мы чуть не потеряли, – сказал мальчик. – Гизмо был снаружи, когда нас атаковали лущители, но он удержался, когда мы прыгнули.

Лицо Кира омрачилось.

– Вы видели лущителей? – спросил он негромко.

Вихан кивнул.

– Во главе с некой капитаном Мёрдок.

– И вы ускользнули? Чёрт… – Кир покачал головой. – Я слышал о капитане Мёрдок. Страшная женщина. Вам повезло, что она… Она знала, что вы дети?

Бет засмеялась.

– Нет, – сказала она, – мы подкрутили передатчики, чтобы мой голос звучал по-взрослому.

– И как вы сбежали от неё?

– Это было очень страшно, – затараторила Люсиль. – Нам пришлось прыгнуть с частично отключёнными излучателями.

– Мы попали в пространство видеши! – сказала Лорин. – И там спасли повреждённый корабль видеши.

Капитан Кир вытаращился на них.

– Вы не шутите? Вы действительно это сделали?

– Ну да, – сказала Бет. – Он был повреждён, и мы починили излучатели у него на корпусе.

– А потом он прыгнул! – сказал Арнольд. – И привёл с собой такой… огроменный корабль, что мы снова удрали. И попали прямо в поле астероидов! Ну и ещё раз прыгнули…

– Вот так мы и попали сюда, – сказал Вихан. – Корабль теперь несколько потрёпан. Мы починили достаточно излучателей, чтобы прыгать, но Прыжок будет бесконтрольный. И мы… ну мы очень рады видеть вас, сэр.

– Ви, если ты ещё раз назовёшь меня сэр, я пну тебя под зад. – Кир заулыбался и широко раскинул руки. – Вы, ребята, поразительные! Вы просто потрясающие!

– А с вами что произошло? – спросил Миккель. – Где вы были?

Кир махнул рукой.

– Я искал вас! Повсюду, проверяя любые призрачные следы… Я прыгал раз, наверное, сто. Однажды я уж думал, что нагнал вас, но… – Он пожал плечами. – Но что об этом говорить… что с вами случилось? Зачем вообще вы прыгнули тогда, в первый раз?

Бет нахмурилась:

– А разве вас при этом не было?

Кир покачал головой:

– Я был в разведке на расстоянии одного Прыжка, а когда вернулся, вас не было. Остался след маршрута, но…

– Мы не знаем, что произошло, – сказал Вихан. – Был экстренный Прыжок, мы отошли ко сну, а затем мы пробудились… и вот.

– Но разве Корабль не знает?

Бет покачала головой:

– Записи в бортовом журнале были утрачены.

– Ага, это Корабль так говорит, – пробурчала Лорин.

Кир выглядел удивлённым. Он приподнял одну бровь и посмотрел на голограмму Корабля.

– Это так? – спросил он медленно.

– Записи в бортовом журнале были утрачены, – сказала голограмма.

Повисла короткая пауза.

– Ну что ж, – сказал наконец Кир, хлопнув в ладоши. – Давайте доставим вас домой, согласны?

– Ага!

– Окей… У вас остались почтовые шаттлы?

– У нас их и не было, – пожаловалась Люсиль. – Корабль говорит, они были утрачены во время События.

Кир снова посмотрел на Корабль и нахмурился.

– Хм. – Он покачал головой. – Что же, плохая новость в том, что у меня их тоже нет. Я никак не мог связаться с домом.

Корабль сказал:

– В таком случае протокол предписывает вам прыгнуть к ближайшей колонии или космической станции, чтобы известить их.

– Я знаю. Вероятно, мне так и следовало поступить. – Кир пожал плечами. – Но я находил очередной полуслед… мне кажется, я всегда был в одном Прыжке позади вас. Я боялся, что, если я остановлюсь, чтобы доложить о произошедшем, я вас потеряю.

Корабль ничего не ответил.

– Значит, план у меня такой, – продолжил Кир. – Я пошлю «Перепелятника» к ближайшей колонии в режиме автопилота с записанным сообщением. Я останусь с вами, ребятки, и мы вместе будем ждать спасения. Мы всего в полудюжине Прыжков от цивилизации – за нами прилетят через день-два. Что думаете?

– Отлично! – завопил Арнольд.

Два дня… Бет почувствовала, как эта мысль приятной тяжестью легла у неё в животе.

– Так что скажешь, капитан? – спросил Кир. Он посмотрел прямо на неё. – Можно мне на время остаться на борту?

– Да, ну разумеется, – сказала она с улыбкой.

– Хорошо! Я немедленно отошлю «Перепелятник». – Он посмотрел на свою пустую тарелку. – Но, может, сначала ещё кусочек пиццы?

Обед затянулся за несмолкающей болтовнёй и смехом. Кир рассказывал ребятам всё более безумные истории обо всём, что ему пришлось делать, чтобы выжить на «Перепелятнике». А дети, в свою очередь, пересказывали наперебой то, что пережили сами. Под конец глаза Кира начали слипаться, он потянулся и громко, картинно зевнул.

– Ну, – сказал он, поднимаясь, – не знаю, как вы, ребята, а мне пора на боковую. Я даже и не вспомню, когда в последний раз лежал в настоящей кровати. Давайте только отошлём «Перепелюку», пока я не отрубился.

Они отправились в стыковочный терминал, где он забрал своё снаряжение, а затем снова поднялся на борт, чтобы записать сообщение.

– Готово, – сказал он, появляясь через несколько минут. – Можно отправлять.

Корабль сказал:

– Я могу сам отправить «Перепелятник» и задать курс, капитан Кир.

– Спасибо, не нужно, – сказал Кир. – Я уже задал курс. Открой, пожалуйста, внешние двери.

– Хотите, чтобы я проверил ваш маршрут Прыжка? – спросил Корабль.

– Нет, я уверен, что всё в порядке.

Лицо его было совершенно невыразительно, но Бет показалось, что на мгновение что-то в нём дрогнуло. Такое странное выражение… как тогда, когда он услышал о Событии.

«Он не доверяет Кораблю, – подумала Бет. – Почему Корабль так настаивал на том, чтобы самому отослать сообщение? Он хотел проверить маршрут… или поменять его?»

Она старательно отогнала от себя эти мысли.

– Просто открой двери, Корабль, – сказал Кир.

Огни переменились, и стыковочный шлюз начал со свистом сбрасывать давление. Когда внешние двери открылись, корабль-разведчик оторвался от пола с едва слышимым гулом, развернулся и вылетел, быстро исчезнув из виду.

Кир проводил его немного сожалеющим взглядом.

– Ну что ж, – сказал он. – Дело сделано.

Он проводил ребят к их спальням и отдал честь.

– Увидимся завтра, – сказал Кир, широко улыбаясь, и отправился в свою каюту.

Ребята укладывались спать молча, но с довольными лицами. Лёжа на своей койке, Бет думала, что никогда не заснёт, счастье пело внутри неё, словно журчащий фонтан. Но стоило ей закрыть глаза, и она почувствовала, как глубокое успокоение наполняет сонной тяжестью её конечности, и она сдалась после второго же вдоха.

30

Новый капитан

Первым, что заметила Бет, проснувшись, была тишина. Она лежала в своей кровати в девчоночьей спальне, казалось, целую вечность. И вокруг было беззвучно и спокойно.

Через некоторое время она поняла, что всё же слышит шумы корабля: гул моторов, шипение систем кондиционирования воздуха и водонагревателей, плеск воды в душе. Тишина была внутри её собственной головы. Всех тревожных мыслей и вопросов о том, что ей делать и правильно ли она это делает, как не бывало. Кир был здесь, они отослали сообщение домой, их спасут.

Она повалялась некоторое время, пока запах приготовленного завтрака не выманил её из постели и не привёл в столовую, гудевшую весёлыми разговорами. Кира там не было, но ребята были заняты уничтожением обширных корабельных запасов бекона, яиц и сладкого риса в вакуумных упаковках под множество чашек чая.

– Доброе утро, соня, – поприветствовал её Арнольд. Бет ухмыльнулась.

– Никто не принёс мне завтрак в постель, – в шутку пожаловалась она.

Остальные заулыбались. И даже Вихан коротко кивнул.

– Эй, вот что нам следует сделать для капитана Кира, – сказала Лорин. – Мы должны отнести ему завтрак в постель!

– Оу, завтрак в постель? Серьёзно, Лорин? – поддразнил Арнольд.

Лорин залилась на редкость алым румянцем, и все засмеялись.

Бет сказала:

– Давайте дадим ему шанс привыкнуть к нам. Мы наверняка производим сильное впечатление, а он довольно долго был сам по себе.

– Ну я думаю, что переживу ещё денёк в вашем обществе, мои дорогие космические герои, – сказал Кир у неё за спиной.

Она повернулась. Капитан стоял в дверях, широко улыбаясь им всем, явно отоспавшийся и невероятно привлекательный. Он прошёл в столовую, и ребята завертелись вокруг него, освобождая место, предлагая принести тарелку для завтрака, спрашивая, ему чай или кофе, как он спал, что собирается сегодня делать…

Под шквалом внимания Кир улыбался и ласково отвечал им, казалось, он вполне счастлив. Бет наблюдала за ним. От капитана исходила расслабленная уверенность. По сравнению с ним Вихан выглядел дёрганым и вечно нуждающимся в одобрении. Дети внимали каждому слову Кира – и дело было не только в его уверенности, вдруг поняла Бет: благодаря ему все становились добрее друг к другу. Им хотелось показать, что и они могут быть лучше.

Её счастливые размышления были омрачены появлением Корабля.

– Доброе утро, – сказал он.

Бет только хмыкнула в ответ.

Корабль сказал:

– Согласно расписанию экипаж должен быть на посту в 8:00. Сейчас 8:05.

– Я думаю, сегодня не считается, а, Корабль? – сказала Бет.

Корабль не ответил. Он с секунду изучал Бет, а затем скользнул к Киру, сидевшему с полной тарелкой бекона.

– Доброе утро, капитан Кир, – сказал он.

– Доброе, – жизнерадостно отозвался Кир с набитым ртом и приветственно поднял кружку с кофе. – Вы представить себе не можете, до чего же здорово пить кофе, – сказал он им. – Пить свою собственную восстановленную воду быстро осточертеет, могу вам сказать.

– Я изучил детали вашего полёта, – сказал Корабль.

Кир прожевал и проглотил.

– Да?

Аватар кивнул.

– Я не смог верифицировать их. Для верификации необходим доступ к базовым протоколам системы безопасности вашего корабля.

Кир пожал плечами.

– Я ведь отослал «Перепелятник» за помощью вчера вечером. – Он намазал тост маслом. – А что, есть какая-то проблема?

– Какова была природа вашей миссии до того, как произошло Событие?

– Я расследовал аномалию, – сказал Кир. – Ты послал меня, помнишь?

– Записи в бортовом журнале были утрачены, – сказал Корабль. – Какова…

Бет нахмурилась.

– Довольно, Корабль. Мало того что ему приходится терпеть нас, он обойдётся без твоих расспросов.

Кир кивнул ей и проглотил свой тост.

– Всё в порядке, Бет. Корабль просто заботится о нас. – Он хлопнул в ладоши. – Ладно! – бросил он. – Пора приниматься за работу.

– Что вы хотите делать? – спросил Миккель.

– Ой! – встряла Лорин. – Мы могли бы провести вам экскурсию по кораблю.

– Он и так знает корабль, Лорин, – напомнил Вихан.

Она насупилась.

– Я имела в виду, чтобы показать всё, что случилось уже после События.

Кир улыбнулся:

– Отличная идея! Устройте мне гранд-тур!

Гранд-тур занял всё утро. Он часто тормозился ребятами, наперебой рассказывавшими ту или другую историю в надежде получить одобрение Кира или задававшими какой-нибудь банальный вопрос вроде: «Как вы думаете, капитан Кир, может, мне поставить верстак справа?» Дошло чуть ли не до того, что Бет пришлось силой помешать Арнольду продемонстрировать, сколько раз он может отжаться.

В конце концов, когда они провели Кира по всем закуткам корабля и во второй раз заглянули в мастерскую, Бет приказала закончить экскурсию и отправиться обедать. Останавливаться никому не хотелось, но стоило Киру кивнуть и сказать: «Отличная идея!», как все согласились, и Бет с тоской поняла, что потеряла командование. Технически она оставалась капитаном, но на деле все теперь делали то, что говорил Кир.

Отчасти она испытывала облегчение, огромное облегчение, что не нужно будет принимать решения, умасливать ребят явиться на дежурство, не нужно разбираться в дрязгах, не придётся всё время чувствовать, что всё, что пошло не так, это её вина или её проблема. И всё же в душе шевельнулась… зависть? Она не могла отделаться от чувства, что, несмотря ни на что, это был её корабль. Её экипаж.

Ей пришло в голову, что Кир был старшим по званию офицером, а значит, технически она больше не была капитаном. Кир должен принять командование. Бет удивилась, почему он ничего такого не сказал, и решила, что он просто не хотел её расстраивать, вроде как украв у неё командование.

Девочка прошла вместе со всеми в столовую, улыбаясь и смеясь над шутками Кира, и старалась не думать о той минуте, когда ей предстоит официально потерять свой корабль.

* * *

Ребята пообедали за большим общим столом, собравшись более чем вшестером впервые за много дней.

Кир сказал:

– Нам следует начать готовиться к эвакуации. Определить, чем мы располагаем, в каком состоянии будет корабль на момент прибытия спасателей, понять, как отключить все системы.

Вихан кивнул. Вот бы он был таким покладистым, когда приказы отдавала Бет.

– Вчера вечером я послал краткий отчёт, – продолжал Кир. – Просто сообщение о том, в каком мы состоянии. Запасы продовольствия и тому подобное. Я попытался получить доступ к системам обороны, но ничего не добился от Корабля. Подозрительное ты создание, Кораблик.

– Капитан Кир не имеет права доступа к защищённой информации, – сказал Корабль.

Бет была удивлена:

– Я думала, он старший по званию офицер.

Корабль покачал своей голографической головой.

– Пока капитан Кир не пройдёт верификацию, его права не могут быть признаны. Исходная миссия капитана Кира не признана. Капитан Кир не может предоставить достоверных компьютерных записей о своих передвижениях с того момента, как он покинул «Орион». Мои протоколы аутентификации не позволяют мне признать права капитана Кира.

Кир посмотрел на Бет с улыбкой и закатил глаза, а затем беспомощно поднял руки.

Миккель спросил:

– А мы можем обойти эти протоколы аутентификации?

Корабль моргнул:

– Протоколы аутентификации могут быть отключены только капитаном.

После мгновенного молчания все медленно развернулись к Бет.

Вот и всё. Она могла бы отдать приказ, заставить Корабль признать Кира, и тогда… и тогда он станет капитаном. И это будет уже не её проблема. Она сможет предоставить всё ему. Ей хотелось сказать да, и всё же она переминалась с ноги на ногу и тянула время. Почему просто не сделать это?

«Потому что это мой корабль», – подумала она.

Кир ничего не говорил. Все ребята смотрели на неё. Только Вихан, казалось, сомневался.

Бет сделала глубокий вдох.

– Окей, – сказала она. – Корабль, я передаю управление «Орионом» капитану Генри Киру. Пожалуйста, осуществи передачу управления.

– Я не могу, – сказал Корабль. – Корабельные протоколы аутентификации не позволяют капитану Киру принять командование. Его поведение не может быть верифицировано.

– Корабль, отключи протоколы аутентификации.

– Капитан Маккей, пожалуйста, подтверди свой приказ.

Вихан сказал:

– Бет, ты?.. – Но затем он замолчал. И никто больше ничего не сказал.

– Да, – сказала она. – Отключи протоколы аутентификации по моей инициативе.

Голограмма на мгновение застыла. Мерцающая волна пробежала по ней снизу вверх.

– Протоколы аутентификации отключены, – сказал Корабль. – Я принимаю отчёт капитана Кира о времени, проведённом вне корабля. Капитан Кир является старшим офицером на борту «Ориона». Капитан Кир признан в качестве капитана «Ориона». Пожалуйста, выберите своего заместителя командира.

Кир сказал:

– Я выбираю Бет Маккей своим заместителем командира.

– Принято.

Вот и всё. Кир улыбнулся ей.

– Спасибо, Бет. Ты проделала отличную работу. Я доставлю нас домой.

Бет чувствовала себя как-то неуютно. С чего бы это?

– Нам нужно подготовиться к операции спасения, – сказал Кир. Он посерьёзнел, приняв функции командующего. – Так, я отключаю генератор один.

– Что? – удивлённо переспросила Бет.

Кир повернулся.

– Генератор четыре полностью справляется с жизнеобеспечением, – сказал он. – И это даст время генератору один остыть.

Люсиль подала голос:

– Но мы не сможем прыгать.

– А разве нам нужно прыгать? – спросил он. – Да и куда? В очередную случайную точку? Думается мне, что нет, нас же тогда не найдут. И вот ещё, пока не забыл: Арнольд, убери гизмо с корпуса, заведи их внутрь, хорошо? Нам нужно спланировать, как с их помощью перенести все капсулы для сна, когда прибудут спасатели. – Он посмотрел в сторону голограммы Корабля. – Корабль, выключи генератор один, приказ капитана.

– Принято.

– Хорошо. Арнольд, Миккель, Вихан – я хочу знать всё, что можно, о капсулах для сна. Как можно их передвигать, как работает резервное электроснабжение, всё это, окей? Я хочу знать, как оставить их в рабочем состоянии, когда мы отключим их от сети.

Они кивнули.

– Лорин, Люсиль – системы навигации. Нам потребуется полная запись всех наших Прыжков и местонахождений. Я проведу инвентаризацию, чтобы ничего не упустить. Бет, ты можешь узнать, как провести процедуру выключения системы?

– Да, сэр, – сказала Бет с улыбкой, и он шутливо отсалютовал ей.

Капитан поднялся.

– Хорошо, – сказал он. – Давайте отправим всех нас домой.

* * *

У Бет до сих пор не укладывалось в голове, насколько же большой их корабль. «Орион» был старым, но крепким и хорошо сконструированным судном, с бесконечным множеством предохранителей и систем защиты, регуляцией окружающей среды и всех процедур. Но, судя по всему, пройденное обучение и все испытания переменили её сильнее, чем казалось. Работа с системами корабля больше не была для Бет неохватной, просто масштабной. И пока она занималась делом, можно было воображать, что это всё же её корабль.

Девочка работала в одиночку, пока остальные разбрелись по кораблю. Работа была нудная, но Кир не отключал радиоканалы и оставался на связи, занимаясь инвентаризацией. Он шутил и болтал, просил их снова рассказать, как они спасли гизмо или как починили корабль видеши, и время пролетало незаметно. К вечеру, когда Бет вернулась в спальню, она была без сил, но при этом такой расслабленной она не чувствовала себя уже много недель.

Лорин и Люсиль тоже были в спальне, девочки сидели, уткнувшись носом в планшет Лорин.

– Привет, – сказала Бет с улыбкой. Они подняли головы. Люсиль выглядела встревоженной, Лорин хмурилась. – Что такое?

Они переглянулись, и Люсиль кивнула.

– Это, – сказала Лорин. – Возможно, это пустяки, но…

Она показала Бет свои два планшета – старый, её собственный, и тот запасной, который нашёл для неё Корабль.

– Я копировала тут данные на свой старый планшет, ну понимаешь? После того как там всё было подтёрто. Все результаты диагностики и сканирования, и проверки целостности структур корабля, и обратное сканирование разных оборонных эксплойтов[21], и…

Бет подняла руки и засмеялась:

– Лорин! Не забывай говорить на человеческом языке.

Лорин остановилась и кисло улыбнулась.

– Хорошо, хорошо. В общем, я провела сканирование систем корабля. Я подумала, что смогу найти способ провести инвентаризацию побыстрее, ну вроде как оказать услугу капитану Киру… – Бет приподняла одну бровь, и Лорин смущённо кашлянула. – Ну не важно… и вот что получилось.

Она подняла свой планшет и указала Бет на отмеченную красным область.

– Грузовой терминал 18b. Я не могу получить доступ.

– Ну на корабле куча всего засекреченного, – сказала Бет, пожав плечами. – Некоторые отсеки зоны 18 требуют особых мер секретности. Кир проверял их сегодня, и я уверена, он даст тебе доступ, если нужно.

– В этом-то и дело, – сказала Лорин. – Доступ не был мне нужен. Я и не запрашивала его. Я и заметила-то этот терминал только потому, что он под замком. Но у всех остальных доступ есть – у тебя, у Люсиль, у Миккеля, у Вихана, да даже у Арнольда. У меня единственной нет доступа.

Бет застыла на месте.

– Так, это довольно странно.

Она проверила у себя на планшете.

– Грузовой терминал 18b. Ты права, я вижу его в системе. Корабль говорит, что там… восемьсот двухместных всепогодных палаток плюс десять электрогенераторов. – Она покачала головой. – Должно быть, это какой-то глюк. Почему он тебя сюда не пускает?

Лорин кивнула:

– Если только…

И тут Бет наконец поняла, к чему она клонит.

– Если только там на самом деле никакие не палатки, – проговорила она медленно, глядя на Лорин и Люсиль. – Что-то, спрятанное в таком месте, где никому не придёт в голову посмотреть, кроме одного человечка, который вопреки всем усилиям Корабля продолжает везде совать свой нос…

Лицо Люсиль казалось бледным в свете ночников спальни.

– Ты понимаешь, что это означает?

Бет кивнула. Она инстинктивно глянула в угол спальни. Камера слежения по-прежнему была отключена и направлена вниз. Она почувствовала, как учащённо забилось у неё сердце, и медленно выдохнула.

– Это значит, что Корабль продолжает нас обманывать.

31

N-32

– Так что будем делать? – спросил Арнольд.

Они стояли, сбившись вместе, в спальне мальчиков. Лорин показала им свой планшет, на котором грузовой терминал 18b был скрыт от неё. На этот раз обошлось без споров – Вихан посмотрел сначала на экран, а затем на камеры совершенно так же, как сама Бет. Он понимал, что это означает.

– Нам следует сказать капитану Киру, – сказал Миккель.

– Если мы скажем ему об этом, нам придётся рассказать ему обо всём, – сказал Вихан. – Обо всём, что сделал Корабль. Обо всём, что мы натворили. – Он пожевал губу, глядя прямо в глаза Бет.

Она кивнула.

– Ага.

– Может, это какая-то ошибка, – сказала Люсиль. – Просто программная ошибка.

– Ну так почему не поглядеть? – спросил Арнольд. – Я к чему, это ж даже не далеко, верно?

– А мы можем сделать это незаметно? – спросила Бет.

Лорин пожала плечами:

– Думаю, да. Я могу отключить наблюдение на дверях с помощью твоих кодов безопасности.

– Но Корабль всё равно узнает, – пробормотала Люсиль, но Лорин покачала головой.

– Не узнает, если будем осторожны. Без камер он теперь слеп и глух. И не так уж он умён – закрыть мне доступ к этому терминалу было просто глупо. Он мог с тем же успехом повесить большущую табличку «ПОСМОТРИ СЮДА». У нас всё получится.

Бет колебалась не дольше секунды.

– Сегодня вечером, попозже, – сказала она. – После того как капитан Кир уйдёт спать. Если мы что-нибудь обнаружим, мы расскажем ему завтра.

В 01:00 по корабельному времени они собрались у входа в спальни. Никто ничего не говорил. Лорин возглавила их вереницу, проверяя на планшете, не обнаружил ли их Корабль, и с особенной осторожностью проходя мимо дверных проёмов. Боковые панели на стенах были затемнены и пусты, освещение в коридорах приглушено. Шаги ребят, казалось, просто громыхали в этой тишине.

– Здесь, – вдруг прошептала Лорин. – По этому проходу, потом налево и ещё раз налево.

Они добрались до дверей грузового терминала. На планшете Лорин Бет видела красный крестик, обозначающий, что он недоступен для просмотра. С помощью кодов безопасности Бет Лорин отключила замок на двери, и они вошли.

Грузовой терминал 18b был узким и длинным, по обеим сторонам на полках были плотно уложены длинные зелёные палатки, с одного конца затянутые шнуром с утяжкой. Бет открыла один свёрток, внутри которого оказались пластиковые стойки и светоотражающий материал.

– По-моему, это и есть палатки, – прошептал Арнольд.

Бет кивнула.

– Проверим дальше.

За полками с палатками были более крупные предметы, накрытые брезентом.

Миккель приподнял один из чехлов и заглянул под него.

– Аварийный генератор, – пробормотал он.

– Здесь тоже, – сказал Вихан. Он приподнял другой чехол. – И здесь.

– Ничего не понимаю, – сказала Лорин, нахмурившись. – Это должно быть здесь. Может, в одном из свёртков с палатками?

– Народ, – позвал Арнольд. Голос его звучал как-то странно. – Народ, глядите.

Он стоял возле одной из махин с почти полностью стянутым чехлом. А под ним…

– Что это такое? – прошелестела Лорин.

Предмет был большим, размером примерно с небольшой грузовичок или большой генератор. Он был покрыт белыми панелями со странными плоскими гранями. С ближайшего к Бет конца было отверстие, напоминавшее зрачок, закрытое толстым зелёным стеклом или плексигласом.

На боку была маркировка крупными буквами: N-32.

Поначалу никто не говорил. Затем Арнольд сказал:

– Я знаю, что это. Ну то бишь, думаю, что знаю. Я думаю, это какое-то оружие.

Миккель кивнул:

– Да. Я видел что-то подобное. Это прототип.

– Прототип чего? – спросила Бет.

Вихан пожал плечами:

– Новый лазер?

Но Арнольд покачал головой.

С одной стороны была небольшая панель управления и дисплей. Бет прошлась по переключателям, и экран замерцал и ожил.

«ПРОЕКТ NULL ПРОТОТИП N-32 – гласила надпись. – АНАЛИЗ ИСПЫТАНИЙ В ПОЛЁТНЫХ УСЛОВИЯХ. ШЕСТОЙ УРОВЕНЬ СЕКРЕТНОСТИ. ТОЛЬКО ПО ДОПУСКУ».

Ниже была единственная клавиша, помеченная: «ПРОСМОТР ПОЛЕВОГО АНАЛИЗА».

– Уровень шесть, – сказал Вихан. – Это означает…

– Адмирал или выше, да, – пробормотала Бет.

– У нас нет доступа, – заключил Миккель. Остальные покосились на него, и он пожал плечами. – Я просто так сказал.

Бет нажала клавишу, и изображение на экране изменилось.

Это был чей-то затылок в шлеме, по бокам приборы, а спереди чёрное окно. Через пару мгновений Бет сообразила, что это съёмка из кабины корабля-разведчика или истребителя. Чернота была усеяна едва различимыми звёздами. Затем руки на штурвале двинулись, и вместе с изменившимся курсом изменилась картинка – перед ними возник корабль видеши.

Люсиль ойкнула, а Арнольд напрягся. Корабль видеши был исполинский, почти такой же большой, как тот, что встретился «Ориону», и, когда маленький корабль-разведчик приблизился к нему, Бет разглядела его поверхность, составленную из перекрывающих один другой листов металла, поблескивающих огоньками. За первым кораблём было три других, примерно той же конструкции, но намного меньше. Они отстыковались и парили позади материнского модуля.

– «Левиафан», – пробормотал Арнольд. – Класс пять.

Паруса громадного корабля видеши и кораблей поменьше светились, как будто готовились прыгнуть.

Пилот сдвинулся, и по громкой связи зазвучал голос. В шуме кабины он глушился и искажался, так что разобрать слова было невозможно, и на видео были добавлены субтитры.

– Цель обнаружена! – сказал пилот. Затем снова голос и снова субтитры, на этот раз набранные другим цветом. – Цель подтверждена. Действуйте согласно плану.

Огромный корабль видеши был теперь ещё ближе, огни, мерцавшие по его корпусу, замигали чаще.

«Он готовится выстрелить, – подумала Бет. – Маленькому кораблю-разведчику ни за что не выдержать такого огня».

И словно услышав её мысли, пилот обратился к панели управления. Корабль-разведчик начал выписывать произвольные петли из стороны в сторону, стараясь, чтобы движения были непредсказуемыми.

Он подлетал всё ближе… ближе… а затем вдруг руки пилота скользнули вниз к панели управления и щёлкнули переключателем. Весь экран осветился зелёным сиянием, таким ярким, что ничего больше нельзя было разобрать.

Бет поняла, что сияние было лучом, исходившим откуда-то из-под кабины пилота, зеленовато-белая линия побежала от маленького корабля-разведчика к кораблю видеши, такая резкая, что невозможно было смотреть на неё иначе, чем прищурившись. На другом конце яркие цвета завертелись по корпусу материнского корабля видеши яростной каруселью искр. Они охватили корабль сетью, словно слоем напыления. Одна секунда, две секунды…

…И затем темнота. Луч выключился. Материнский корабль замер, его огни погасли все разом, и скоро Бет едва могла различить его силуэт. Щупальца, выпущенные сзади, всё ещё плыли, но движения их казались менее скоординированными, чем прежде.

Пилот пробурчал что-то в микрофон.

– Активация устройства прошла успешно, – подсказали субтитры. – Цель нейтрализована.

– Ух ты, – пробормотал Арнольд. – Что они сделали, спалили электронику? Даже не знал, что так можно.

Три маленьких корабля поначалу никак не отреагировали. Затем они подошли ближе к большому кораблю, кажется, пытаясь пойти на стыковку. Они двигались так неуклюже, как будто их экипажи были в панике или сенсоры работали неправильно. Они полностью игнорировали корабль-разведчик.

– Что они делают? – спросила Люсиль.

– Возможно, эвакуируют материнский корабль, – сказал Вихан.

Бет покачала головой. Хотя они были уже достаточно близко, чтобы пристыковаться, ничего не происходило. Ни один шаттл не покинул большой корабль. Он просто не двигался. А маленькие корабли, они двигались так странно. Подходили к большому кораблю настолько близко, что почти могли столкнуться, а затем отплывали назад и опять…

– Я это уже видела, – сказала она. Остальные обернулись к ней, вытаращив глаза, но она затрясла головой. – Я хочу сказать, не это… Но что-то… – Воспоминание, всплывшее было из памяти, ускользало. Прикосновение руки к плечу… руки её отца. Она плакала, а он говорил… что-то там…

– Но почему они не атакуют разведчика? – спросил Арнольд. – Их же осталось трое, верно?

Вихан не отрывал взгляд от экрана. Казалось, в его глазах стоял… ужас?

– Никто не может вывести из строя корабль видеши, – сказал он. – Никто никогда не видел видеши.

– Так вот что это такое? – спросила Люсиль. – Это машина останавливает видеши.

– Похоже на то, – сказал Арнольд.

Бет смотрела во все глаза. Огромный корабль по-прежнему парил, не подавая признаков жизни. О чём только думает экипаж? Они тоже выведены из строя? И почему маленькие корабли никак не реагируют?

Видео продолжало проигрываться, но она не хотела смотреть. Это было неправильно. Непристойно. Ужасное зрелище. Не отдавая себе отчёта, она нашла руку Лорин и сжала её. Лорин сжала ладонь в ответ, и это немного успокоило Бет.

– Нам лучше выключить это, – промямлила она.

– Там может быть что-то ещё, – сказал Миккель.

– Мы уже знаем достаточно, – сказала она. – Вот то, что искала Мёрдок. Не знаю, как это сюда попало, но это именно то, что она хочет.

На экране корабль-разведчик продолжал наблюдение за летательными аппаратами видеши. Пилот что-то спросил – снова неразборчиво в шуме кабины и за искажением звука, хотя на мгновение Бет показалось, что голос его звучит знакомо. Появились субтитры:

– Мне выбить и остальных?

– Запрещаю. Наблюдай и оценивай. Отличная работа, солдат.

Фигура кивнула, откинулась назад и повернулась к камере в дальнем углу кабины. Одна рука оторвалась от консоли и отдала насмешливый салют, и пилот улыбнулся, блеснув идеальными белыми зубами.

– Чёрт подери, – вырвалось у Вихана.

Видео остановилось. Повисла тишина, все молчали.

– Не может быть, – пробормотал Арнольд. – Нет. Не может быть.

Бет не сводила глаз с экрана.

– Мне очень жаль, что вам пришлось это увидеть, – раздался голос Кира позади них.

32

Новая империя

Капитан Кир не улыбался, но и рассерженным не выглядел. Он стоял, сунув руки в карманы, и казалось, о чём-то задумался. Голограмма Корабля парила возле него, излучая мягкий свет в затенённом грузовом терминале.

– Капитан Кир? – неуверенно спросила Лорин. – Что происходит?

– Это вы мне скажите, – отозвался он. – Это охраняемая зона – что вы здесь делаете?

Арнольд покачал головой.

– Это вы, – сказал он. Голос его звучал хрипло. – На видео.

Кир скользнул взглядом по экрану.

– Ну… да. Да, подловили. Прошлая жизнь. Пилот-испытатель. Не так весело, как все полагают. – Он фыркнул. – И платят не то чтобы хорошо.

– Но… – Бет не знала, что сказать. Изображения с видео проносились у неё перед глазами: улыбка Кира, луч света, маленькие кораблики видеши, кружащие вокруг большого… и это странное полузабытое воспоминание… рука отца у неё на плече…

– Значит, это сделали вы? – требовательно спросил Вихан. – Событие. Всё… это. – Он махнул рукой вдоль грузового терминала, словно пытаясь обозначить всё, что произошло с ними.

Кир вздохнул.

– Послушай, Ви, всё не так, как ты думаешь. Это не было запланировано. Но всё может ещё обернуться к лучшему.

– Это вы всё устроили, – зашипела Лорин. – Вы и Корабль, с самого начала вы.

Кир нахмурился.

– Корабль тут ни при чём. Он просто выполняет приказы, верно, Кораблик?

Голограмма кивнула:

– Я должен починяться полученным приказам.

Миккель указал на экран:

– Это экспериментальное оружие, выводящее из строя корабли видеши.

Кир кивнул.

– Именно. Первое сработавшее.

– И вы украли его, – сказала Бет. – Вы протащили его на борт, прежде чем мы покинули Землю.

Он равнодушно пожал плечами.

– Виновен.

– А затем… что? Я не понимаю. Что произошло потом?

Кир вынул руки из карманов и широко развёл их в беспомощном жесте, улыбнувшись самой своей обаятельной улыбкой.

– А затем наш великолепный план пошёл чуток наперекосяк.

– Мёрдок, – догадался Вихан. – Вы сказали Мёрдок, где найти «Орион».

– Вы обманули Корабль, – прибавил Миккель. – И весь его экипаж.

Бет вспомнила, как Кир пробежал мимо них с мамой по коридору, покидая «Орион». Расследовать аномалию, сказал он – но это, конечно же, была неправда. Он убирался с дороги перед появлением Мёрдок. «Присмотришь за кораблём для меня?» – сказал он ей. Наверное, ему показалось это очень смешным.

– Дело было раз плюнуть, – с досадой сказал он. – Вывести из строя корабль и заставить усыпить экипаж, проникнуть на борт, забрать оружие, убраться вон. А когда через двадцать минут Корабль очнулся бы и всех разбудил, нас бы уже и след простыл. Пострадавших нет, никаких неисправляемых повреждений, ничего не пропало. Никто бы и не заметил.

– Так что же случилось? – спросила Бет.

Голос был чужой, он словно исходил от кого-то постороннего.

– Я допустил промах, – признался Кир. – Моя вина: Корабль оказался более устойчивым к внушению, чем я ожидал, и прыгнул прежде, чем мы успели войти. Мы знали, что шанс ещё есть – нам просто нужно было последовать за вами. Приказа будить людей не было, а корабль никуда не денется без экипажа. – Он засмеялся, так искренне, словно говоря: «Ну надо же, как бывает!» Как будто рассказывал друзьям байку. – Вот только Корабль нашёл лазейку – вместо взрослых он пробудил вас, ребята. Хоп – и экипаж нашёлся. Мы-то ломали голову, как командование проснулось… А тут всего-то горстка глупых детишек. – Рот его скривился. – Но проблем полон рот – вот они уже прыгают через полгалактики, а мы гоняйся за ними… – Он вздохнул.

– Вы натравили на нас лущителей, – пробормотал Вихан. Он по-прежнему выглядел так, будто получил под дых.

Кир сделал обиженное лицо.

– Эй, постой! У меня была с ними договорённость. Никто не должен был пострадать. Мёрдок получала оружие и меня, чтобы стрелять из него, и ничего больше. Всё это, – он махнул рукой, – просто несчастный случай. Я тебе клянусь, Ви, ничего личного.

Вихан по-прежнему не сводил с него глаз.

Бет сказала:

– Но почему?

– Ну… – Капитан поколебался. – Ради денег, конечно. Я что хочу сказать: вы можете представить, сколько стоит единственный истребитель видеши во всей галактике?

– Но вы не можете отдать его лущителям! – При одной мысли Бет сделалось дурно. – Видеши придут в бешенство. Вы развяжете войну!

Он засмеялся.

– Нет, никакой войны, Бет. Мы с самого начала ошибались в отношении видеши. Войны не будет никогда.

– Откуда вы знаете? – упирался Вихан. – Что будет, если вы начнёте убивать их? Всем известно, что видеши более развитые, чем мы. У них миллиарды кораблей, и мы даже не знаем, где они живут. Вы сами говорили об этом: мы никогда даже не видели ни одного из них!

Кир усмехнулся:

– Ну… это не совсем так.

И вдруг Бет вспомнила. Рука отца у неё на плече, голос негромко говорит прямо в ухо, успокаивая её, пока она плачет… Она была ещё совсем маленькая, дома, на ферме, на Земле, и одна из коз заболела. Она лежала в своём загончике, не могла уже пошевелиться, практически полумёртвая. А рядом с ней…

Они были такие маленькие, те два крохотных козлёнка, им было всего несколько дней от роду. Но они знали, что что-то не так. Они тыкались в бок матери головами, не для того чтобы получить молоко, а чтобы заставить её пошевелиться. Они жалобно блеяли, и то отходили, словно потерянные, то возвращались и снова бодали мать. Бет смотрела на них и плакала, а отцовская рука лежала у неё на плече…

– Так вот что они делали, – пробормотала она в ужасе. – Это были малыши. – Остальные повернулись к ней, но она смотрела только на Кира. – Мы все видели видеши, верно?

Он улыбнулся. Вот только улыбка больше не казалась такой обворожительной.

– Видеши не внутри кораблей, – продолжала она. – Никогда и не были. Всё это время они были прямо перед нами. Видеши – это и есть корабли.

Капитан Кир восхищённо рассмеялся.

– Ну ты даёшь, молодец! – сказал он, хлопая в ладоши. – Сама сообразила! Я не сразу смог, признаюсь, но ты всегда отличалась проницательностью, Бет. Видеши – это сами корабли. Точнее, они и не корабли вовсе. Поразительно, не правда ли? – Он подавился смешком. – А ведь мы знали, что это некий древний вид. Просто домыслили, что они – такая вот таинственная супертехнологичная космическая раса. Мы не понимали, чего они хотят, почему ведут себя так необычно. Старались не злить их, потому что они же непременно ужасно сильные, так? Но на самом деле вовсе нет. Они просто животные, которые эволюционировали и научились выживать в космическом пространстве – звучит невероятно, но это факт. Это существа на кремниевой основе, и металл у них вместо крови и кости, но всё равно это просто животные. И они глупые. – Кир снова засмеялся. – Ну вроде как космические киты или слоны, или что-то подобное. Да, они умеют разговаривать, вроде как шимпанзе, но в остальном они просто летают себе по космосу, дерутся между собой, производят маленьких себе подобных и всё – они вовсе не высокоразвитые. Они ничто. У нас не будет войны с видеши точно так же, как не будет войны с коровами. – Он покачал головой. – Они нам не враги. Они… просто ресурс. Только подумайте – эти твари состоят из тысяч тонн металла: минералов, сплавов, непривычно развитых технологичных систем… и всё это просто парит в космосе. А с этим приспособлением – один выстрел, и это всё твоё. Больше никаких видеши: просто тысячи тонн богатств. Роскошно. Но… – Он вздохнул. – Когда это стало известно, кто-то в высшем командовании поджал хвост. И вдруг пошли эти разговоры о том, какое они чудо эволюции и как мы должны защищать их и «не нарушать их естественную среду обитания». – Он поднял руки, обозначив кавычки, и губы его презрительно скривились. – И проект накрылся медным тазом.

– Но если они живые… – сказала Люсиль. Девочка затрясла головой. – Тогда нельзя! Вам нельзя их убивать!

– Разумеется можно! – отрезал Кир. – Все великие империи на Земле поднялись потому, что эксплуатировали кого-то или что-то. Бизонов, китов, леса, нефть… рабов… да не важно. Мы забираем ресурсы, мы создаём империю. Это именно то, что всегда делают люди. – Он пристально смотрел на ребят. – Видеши – это наш ресурс. Для новой империи – огромной новой космической империи, которая превзойдёт всё, что мы могли вообразить. Она вот – только руку протяни. И если высшее командование не воспользуется этой возможностью… – Он пожал плечами. – Я знаю кое-кого, кто её не упустит.

Дети смотрели на него круглыми глазами и не могли вымолвить ни слова.

Вдруг в голову Бет пришла ужасная мысль:

– Кому вы направили «Перепелятника», капитан Кир?

– О нет, – пробормотала Люсиль.

Кир ухмыльнулся.

– Ну да, сообразительная. – Он поднял руки. – Ладно, все сохраняем спокойствие, окей? Ничего не изменилось.

– Не считая того, что вы сдаёте нас Мёрдок, – прошипел Вихан. – Лущителям.

– Мёрдок не лущитель, – сказал Кир. – Она – вождь. Она революционер. Она создаст новый порядок жизни вдали от Земли и её глупых правил, и она не боится взять то, что ей необходимо, чтобы построить для нас будущее. Это будет наша галактика.

– Созданная на трупах миллионов видеши, – пробормотала Бет.

Кир снова пожал плечами.

– Кому какое дело? – Он фыркнул. – Слушайте, я отправлю вас домой – вас, ваших родителей, всех остальных. Это я вам обещаю, и Мёрдок согласится – в обмен на оружие. Всё хорошо, видите?

Бет повернулась к Кораблю:

– Корабль, ты не можешь этого допустить!

– Капитан Кир – командующий этого летательного аппарата.

– Но это безумие! Это… военное преступление!

– Протоколы аутентификации были отключены, – сказала голограмма. – Я не могу блокировать приказы капитана Кира.

– Включи протоколы аутентификации обратно!

– Протоколы аутентификации могут быть включены или отключены только капитаном.

– Я отменяю свой приказ! – отчаянно закричала Бет. – Я передумала оставлять пост!

– Я вас убью! – закричал Арнольд.

Он бросился к Киру, но вдруг остановился.

Хотя Кир, казалось, даже не шевельнулся, неожиданно в его руке появился маленький пистолет с коротким дулом. Он выглядел довольно заурядно – чёрным и очень компактным. Но в его смертоносности сомневаться не приходилось.

– Прости, дружище, – сказал он. – Ничего другого мне не остаётся. – Он посмотрел на Бет.

Девочка исподлобья глядела на него, презирая и его, и себя. Она вспомнила, как они встретились в первый раз на вечеринке у капитана. Он казался таким обаятельным.

– Вы сказали мне не верить вам, – прошелестела Бет. – Когда мы только встретились. Помните? Вы предупреждали меня.

Она закрыла глаза.

33

Сопротивление

Кир держал пистолет в согнутой руке близко к телу. Он больше не улыбался – откинул свою мальчишескую весёлость, как змея сбрасывает кожу.

– Не дёргайтесь, – сказал он. – Так будет проще для всех. Корабль, начни активацию режима Сна для всех членов экипажа за исключением меня.

– Активация Сна заблокирована, – сказал Корабль.

Кир нахмурился.

– Разблокируй её, Корабль. Приказ капитана.

Корабль сказал:

– Я не в состоянии снять блокировку. На ней стоит криптографическая защита, поставленная пользователем Лимит.

Кир раздражённо тряхнул головой.

– Кто такой Лимит?

Корабль помолчал мгновение, а затем сказал:

– Пользователя под таким именем нет.

Кир уставился на голограмму, а потом повернулся к детям.

– Кто этот Лимит? – требовательно спросил он.

Никто ничего не сказал, только Арнольд бросил на него взгляд, полный ненависти, и что-то прорычал себе под нос.

– Ладно, – бросил Кир. – Обойдёмся без Сна. Я просто запру вас в спальнях, пока не закончу здесь. Разворачивайтесь и шагайте вон из грузового терминала. По одному и медленно.

Они поплелись обратно в спальню мальчиков, капитан следовал за ними по пятам, не опуская пистолет. Гизмо Кривобока стоял у двери, следя, как они заходят внутрь.

– Положите свои планшеты на пол, – сказал Кир, когда они вошли. – Медленно.

Они осторожно опустили свои планшеты перед ним, и Кир, не глядя, подхватил их, так что пистолет в его руке даже не дрогнул.

– Это только на одну ночь, – сказал он. – Мёрдок должна быть здесь примерно в 08:00. Гизмо будет стоять на страже, так что даже не думайте что-нибудь выкинуть.

– Капитан Кир, послушайте меня… – начала Бет, но тот захлопнул дверь, запер их и ушёл.

В комнате повисла тишина. Через какое-то время Бет решилась открыть рот.

– Простите меня, – выдавила она. Слова застряли в горле.

Никто ничего не ответил.

– Простите, что втянула вас в это, – продолжила девочка. – Мне следовало понять всё про Кира. Я не должна была снимать с себя командование.

Всё ещё тишина.

Наконец Вихан пожал плечами и заговорил:

– Ну… откровенно говоря, он всех нас облапошил.

– Дело не только в этом, – настаивала Бет. – Я обо всём, что происходило раньше. Все перезагрузки, все те разы, когда я не справилась. Рисковала нашими жизнями, ломала корабль, я ужасный капитан… Мне не следовало вообще брать на себя командование. Простите.

Она опустила голову на колени. Поначалу никто ей не ответил. Но потом Лорин вздохнула.

– Компьютерная программа для настройки излучателей, которую я нашла, – сказала она, – та, которую мы использовали, когда послали гизмо на поверхность. Я поняла – это я её написала. В один из тех разов, когда мы перезагружались. Я написала её, но допустила ошибку. Вот почему все излучатели были рассинхронизированы. Это не ты, это я.

– А я… Я пересмотрел некоторые записи с прошлого раза, – сказал Вихан. – Я не уверен, но кажется… В общем, я думаю, что это мы с Арнольдом устроили поджог в генераторном отсеке.

Бет глубоко вдохнула и медленно выпустила воздух, словно сдулась, как воздушный шарик. Что тут скажешь? Все хороши.

– Может, капитан Мёрдок на самом деле отправит нас домой? – подал голос Миккель.

Бет пожала плечами. У неё не шёл из головы видеорепортаж о материнском корабле видеши. О том гиганте, поражённом из устройства и, похоже, умершем. И о маленьких корабликах вокруг, тыкавшихся в него в попытке вернуть к жизни, не понимавших, почему он больше не двигается…

– С этим прибором, – заговорила она, – Мёрдок будет убивать всех видеши, каких только найдёт. Она сможет полностью истребить их.

Говоря это, Бет чувствовала трепещущую нервную дрожь где-то в животе. Лёгкую, как бабочка, но это бабочка всё махала и махала крылышками. Она посмотрела на Миккеля и вдруг вспомнила, что он сказал ей после того катастрофического выхода в открытый космос: «Я делаю то, что могу, что умею».

И что умела делать Бет?

Слова сами возникли у неё в голове.

«Я хозяйка своего корабля».

– Это произойдёт, если только мы им не помешаем, – сказала она медленно.

– Ага, вот только мы ничего не можем, – протянул Арнольд. Он лежал на своей кровати и пялился в потолок.

– Всё равно. – Бабочка трепыхалась внутри Бет. Она не оставляла её в покое. – Всё равно, – повторила девочка снова. – Это наш долг помешать им. Мы экипаж.

– Мы больше не экипаж, – пробормотал Вихан. – Мы потерпели крах.

«Я хозяйка своего корабля. Я не могу контролировать море. Я не могу контролировать ветер. Но я сама принимаю решения, и я хозяйка своего корабля».

Трепетное настырное чувство усилилось.

– Мы не потерпели крах, – твёрдо сказала она. Казалось, слова исходили не от неё, а от кого-то другого. – Всё ещё не закончилось. Мы… Мы всё ещё можем что-то сделать.

«Я хозяйка своего корабля».

Она встала. Неожиданно комната сделалась слишком тесной.

– Нам нужно придумать, как выбраться отсюда.

– Как выбраться? – горько переспросил Вихан. – С помощью наших шнурков?

– Да, если это единственный способ! – Бет посмотрела на него сверху вниз. – Вихан, погляди на себя! Ты устроил мятеж против меня, а теперь ноешь, как будто ты маленький мальчик и кто-то отнял у тебя конфетку!

Миккель поднял голову.

– Не вижу, что мы можем тут сделать. – Его голос ничего не выражал, мальчик говорил так, будто обсуждал погоду.

– Но, но… – Бет огляделась. – Должно быть что-то. Что-то, что мы упустили. Что-то… – Вдруг она остановилась. – Точно, – проговорила девочка осознавая. – Корабль.

Вихан фыркнул.

– Что Корабль? Корабль работает на Кира.

Но Бет покачала головой.

– Нет. Он на него не работает. Он выполняет его приказы. У него нет выбора. Мы отдали… я передала командование Киру. Но Корабль по-прежнему на нашей стороне. Лорин! Ты слышала, что он сказал о твоей блокировке режима Сна? Корабль знает, кто такая Лимит. Он знает, что это ты, но он не сказал этого! А тот замок на грузовом терминале – ты же сама сказала, Лорин, это было глупо закрывать его от тебя и больше ни от кого. Разумеется, ты бы заметила и проверила. Но только это было не глупостью. Корабль сделал это специально – чтобы привлечь твоё внимание. – Она смотрела прямо на Вихана, слово пытаясь заставить его понять. – Вихан… Корабль и правда на нашей стороне.

Юноша нахмурился.

– Хорошо, допустим, ты права, – сказал он, поднимаясь. – Что мы можем сделать?

– Я пока не знаю, – сказала Бет. Она даже не расстроилась, говоря это. Её мозг продолжал усиленно работать.

Лорин кашлянула.

– Ну… думаю, вот это может пригодиться. – Она завела руку назад и вытащила из-под футболки планшет. – Никто же не говорил, что надо сдавать вообще все планшеты…

– Лорин, ты чудо! – Бет чуть не бросилась ей на шею.

Чувство внутри неё превратилось из бабочки в настоящий шторм – с разрядами молний и запахом свободы. Это был её корабль. И она доставит их домой.

Бет посмотрела на часы.

– Сейчас два тридцать. Кир сказал, что Мёрдок будет здесь в районе восьми, это через пять с половиной часов. Вот столько у нас времени.

– Нам нужно приготовиться к Прыжку, – спокойно подключился к её размышлениям Миккель. – И нужно снова включить и запустить генератор один.

Бет кивнула:

– Окей. Тогда у нас в распоряжении, скажем, четыре часа. Лорин?

Лорин не подняла головы. Пальцы её порхали над планшетом.

– Я могу взломать систему, без проблем, – сказала она. – Но Корабль защищает Кира. Он должен следовать протоколам безопасности, а капитан – главный член экипажа. Так что… хм… Мы ничего не можем с ним сделать. Мы вообще ничего не можем сделать удалённо от мостика. Кривобока сторожит эту комнату, а Везунчик следит за входом на мостик. Всё… довольно надёжно продумано. – В голосе её невольно прозвучало уважение.

– Мы можем наброситься на него, – сказал Арнольд. – Все вместе, он же не сможет нас всех остановить, верно?

Бет покачала головой.

– У него же есть пистолет; он может кого-нибудь убить. Нам нужен другой план. – Она задумалась. – Лорин, мы можем активировать протоколы аутентификации?

– Только властью капитана.

– А как мы можем снять его с поста капитана?

– Никак, если только не найдём старшего по рангу офицера. И даже в этом случае – он, похоже, заблокировал автоматическую передачу командования.

Бет вспомнила свои занятия по корабельным системам. Протоколы и система управления.

– Два старших по званию офицера-навигатора и достаточное основание. Вот что необходимо для смещения капитана. Я – один.

– Теперь уже нет, – пробормотала Лорин, не отрываясь от планшета. – Он лишил тебя чина.

– Должен быть какой-то способ, – не унималась Бет. – Что-нибудь. Что угодно.

Миккель кашлянул.

– Вообще-то, – сказал он негромко, – можно кое-что попробовать.

Он рассказал им, что придумал, и продемонстрировал два запасных сонных диска, которые были у него при себе. Идея была намного хуже, чем Бет могла вообразить. Это было сущее безумие.

Но это был их единственный план.

* * *

Освещение в спальне потускнело, и ребята попытались немного вздремнуть, пока Лорин продолжала печатать. Наконец она вздохнула, потянулась и сказала:

– Готово. – Голос у неё звучал утомлённо.

– Ясно. – Бет глубоко вздохнула. – Миккель, ты уверен?

Миккель пожал плечами:

– Да, почти наверняка.

Почти наверняка. Ох, чёрт.

– Бет. – Рот Вихана скривился. – Бет, это опасно. Люди могут пострадать. Не только мы – и наши родители тоже. Все. Ты уверена?

Бет задумалась. Была ли она уверена? Права ли она, поступая так, рискуя их жизнями? Она молча дышала и слушала свой внутренний голос.

Затем она выпрямилась.

– У нас есть выбор, – сказала она. – Мы можем позволить Киру передать нас Мёрдок и отослать домой. Может быть, она даже не обманет. Мы можем это сделать. Но тогда Мёрдок получит оружие. И видеши умрут – тысячи, миллионы видеши. Что бы твой отец хотел, чтобы мы сделали, Вихан? – Она повернулась к остальным. – И вы, ребята, – как думаете, что ваши родители хотели бы, чтобы мы сделали?

– Они хотели бы, чтобы мы были в безопасности, – сказала Люсиль.

Бет кивнула.

– Да. Но безопасно было дома, на Земле, откуда мы улетели. Там всё было просто и понятно. Но наши родители – мои, ваши, все они – привели нас сюда, в космос, чтобы заселить новую планету, которая даже не вполне готова нас встретить. Это небезопасно и трудно. – Она оглядела ребят. – Наши родители хотят, чтобы мы были защищены, если это возможно, – сказала она. – Но чего они хотят по-настоящему… чтобы мы достигли большего. Своими руками построили свою жизнь, своими решениями создавали мир. Меняли мир. Они хотят, чтобы мы были людьми, которые знают, что правильно, и не боятся. Они хотят, чтобы мы поступали так, как нужно, даже если это страшно и порой рискованно. Вот чего они хотели бы. – Она сделала глубокий вдох. – И вот что я собираюсь сделать.

Поначалу никто ничего не говорил. Затем Люсиль встала.

– Oui, capitaine[22], – прошептала она.

– Есть, капитан, – сказали Миккель и Лорин.

– Как скажешь, босс, – сказал Арнольд.

Вихан поколебался, но затем улыбнулся и отдал честь:

– Да, капитан.

– Эм… Ладно. – Бет закашлялась, вдруг совершенно смутившись. – Давайте сделаем это. – Девочка кивнула Вихану, и они оба легли на свои койки.

– Помни, – сказала Лорин. – Пока вы не влезете в скафандры, я не смогу с вами говорить.

Бет кивнула.

– Окей… поехали! – Лорин набрала что-то на своём планшете.

Голова Бет рухнула на подушку, и разум её растворился.

34

Пробуждение

Я жива.

Я жива. Этот шум, что я слышу, это дыхание. Я дышу. Я уже проделывала это. Я… Бет. Я Бет.

Это моё тело.

Девочка попыталась открыть глаза, но ничего не произошло. Она подождала, а затем попробовала ещё раз. По-прежнему ничего. Она должна была что-то запомнить…

Глаза. С ними было что-то не так. И пальцами, и руками, и ногами, и лёгкими, и лицом, и каждой частью её тела. Какая-то проблема. В чём же дело?

«Ах да!» – вспомнила Бет.

Это не моё тело.

* * *

– Это вообще возможно? – спросила она.

– Да, – сказал Миккель со своей обычной невозмутимостью. – Наверное. В теории да. Если тела обладают сильным генетическим сходством.

– Ясно… значит…

– Долго не получится. Вы можете протянуть час. Но скорее у вас будет полчаса. Тело отвергнет чуждое сознание.

– Ясно…

– Изначально установить связь тоже будет очень сложно, – бодро продолжал он. – Нервная система будет противиться.

– Ясно, – сказала Бет. – Значит, должно получиться, да вот только может и не получится и, скорее всего, вообще получится не очень, а если даже получится, то через час всё закончится.

Миккель кивнул:

– Да.

Это была ужасная идея, но ничего другого им не оставалось.

* * *

Девочка попыталась открыть глаза.

«Это не мои глаза».

И всё равно она снова попыталась открыть их.

«Это глаза, – подумала Бет. – В них есть мускулатура, ведущая к векам. Двигайтесь, мускулы век. Двигайтесь».

Ничего.

«Я хозяйка своего корабля, – подумала она. – Но это не мой корабль!»

Что же делать?

«Нет. Мой корабль – это я. Я – корабль. Я властна над собой. А теперь ДВИГАЙТЕСЬ».

– Бет?

Голос звал её откуда-то сверху.

Она открыла глаза.

Капитан Джоши смотрел на неё сверху вниз. Он нагнулся над её капсулой для сна, и его иссечённое морщинами властное лицо с густыми бровями нависло над ней.

– Бет?

Голос звучал не так. Это был его голос, но неуверенный, и губы двигались так, будто нащупывали каждое слово. Это напоминало плохо продублированный фильм, где звук и картинка не совпадают.

– Бет, ты можешь двигаться? Попробуй моргнуть.

Она подумала о моргании и требующейся для этого работе мышц. Ничего не произошло.

«Не пытайся это продумывать. Просто делай».

Бет представила себе песчинку, попавшую в глаз, мешающую, раздражающую, никуда не девающуюся…

Она моргнула.

Рот капитана Джоши престранно дёрнулся, уголки поползли вверх. Через какое-то мгновение Бет поняла, что он пытается улыбнуться.

– Хорошо. Тебе нужно двигаться, помнишь? Или они вернут тебя.

Верно, вспомнила она, план был именно такой. Миккель и Лорин сказали: «Трансфер может не удаться. Если вы не начнёте двигаться через две минуты, мы вернём вас обратно».

Бет снова моргнула, дважды.

«Ладно, – подумала она. – Двигаться».

Вот. Дёрнулась. Рука – немного дальше, чем должна быть – приподнялась, а затем упала обратно. Вот так. А теперь другая рука. Ты хозяйка своего корабля. Это твой корабль. Двигайся. Двигайся. ДВИГАЙСЯ!

Она шевельнула… одной ногой, потом второй.

– Я… – Она облизнула губы и заговорила снова: – Я немгувигаца.

Капитан Джоши неуклюже нагнулся и завёл руки ей под плечи. Он потянул, она напряглась, и вместе они подняли её тело в сидячее положение.

– Нам нужно спешить, – пробормотал он.

Бет кивнула. И при этом поймала краем глаза отражение в стекле соседней капсулы.

– Мама.

«Ох, мама! Мама в футболке и легинсах. Как и капитан Джоши».

Капитан Джоши снова заговорил:

– Да. Это… странно. – Теперь его голос звучал более естественно, но всё же не так, как ей помнилось. Разумеется, не так.

Она посмотрела в серьёзные карие глаза капитана Джоши и увидела, что сквозь них на неё смотрит сосредоточенный Вихан.

– Бет, нам нужно выдвигаться немедленно, – сказал он. – Я сейчас подниму тебя из капсулы. Готова?

– Да, готова.

Он поднял её ноги. Бет покачнулась, села на край капсулы, схватилась за своими новыми руками. Вихан/капитан Джоши помог перекинуть ноги наружу, она проводила их взглядом, ругнулась и заставила их опереться на пол, а затем оттолкнулась и встала.

Вихан был готов: он поймал её прежде, чем она рухнула на пол. Бет закинула руку ему на плечо, и он вздёрнул её в вертикальное положение.

– Давай же! – зашипел он.

– Я над этим работаю! – пробормотала Бет. Голос стал звучать лучше и всё же до жути не так. Она покачала головой и сконцентрировалась на ногах и ступнях. «А теперь двигайтесь. Примите мой вес».

Тела капитана Амарджита Джоши и третьего офицера Кэрол Маккей полувышли, полувывалились из спального отсека в коридор.

Вскоре ковылявшее по коридору тело Бет начинало более или менее её слушаться. Она уже могла выставить одну ногу вперёд, поставить её, а затем проделать то же с другой ногой. Но всё было не так. Потолок был слишком низким, ноги уходили слишком далеко с каждым шагом. Центр тяжести раз за разом оказывался не там, где она ожидала. Когда Бет поворачивала голову, та пьяно описывала широкий полукруг.

У Вихана дела шли лучше. Он всегда легче возвращал себе контроль над телом после пробуждения. И всегда увереннее подчинял себе любую ситуацию. Сейчас не время для жалости к себе и самоедства. Бет не стала об этом думать, а просто сосредоточилась на переставлении ног.

Они запинались и спотыкались на пути к цели, но когда добрались, Бет уже могла идти сама. Двое взрослых вошли в воздушный шлюз.

Скафандры были на месте. Бет и Вихан запихнули свои большие нескладные тела в термобельё, а затем в скафандры. Это было неудобно и обескураживающе, времени ушло, казалось, целая вечность, но для Бет это было даже слишком скоро. Она почувствовала, как зачастило её новое сердце – тук-тук-тук, – стоило Вихану поднять шлем над её головой. Миг – и он запечатал её.

«Я хозяйка своего корабля».

В шлеме затрещало, и из белого шума раздался голос Лорин.

– Бет?

– Да, – пробормотала Бет. – Это я. Мы здесь.

Длинная пауза. Затем Лорин сказала:

– Твой голос звучит странно.

– Угу.

– Окей, ладно… хорошо! Ты тут! И ты можешь направлять тело, куда тебе нужно?

– Это моя мама, – сказала Бет. – А не шаттл.

– Бет, – теперь раздался голос Миккеля. – Вы готовы выйти в шлюзовую камеру?

– Да. Подождите. – Вихан закрепил свой шлем и показал большой палец.

Они шагнули в шлюзовой отсек. Слабая гравитация отнюдь не улучшила координацию Бет.

– Всё, – сказал Вихан, когда они были внутри. – Готовы.

Через некоторое время пол под ними начал подниматься, потолок разошёлся надвое, и Бет увидела над собой звёзды.

* * *

– Послушайте меня. – Миккель говорил максимально серьёзно. – Если вы сделаете это, тебе придётся пройти по поверхности. Примерно полкилометра. В теле твоей матери. Ты не… – Он замялся, не решаясь произнести вслух слово «психанёшь».

Бет посмотрела на него со всей решимостью, стараясь не дать чувству неуверенности подняться изнутри.

– Я буду в порядке, – сказала она. – Это необходимо сделать. И я сделаю это.

* * *

Сейчас Бет вспомнила тот уверенный голос, которым тогда сказала: «Я сделаю это».

Неимоверное давление космоса опустилось на неё, как лавина, и эту уверенность смело, будто клубы пыли.

Он был не просто большой, это было всё, целая галактика, пульсирующая где-то там. Он придавил её к палубе, сбил с ног и смахнул в пропасть, как соринку, лишённую смысла…

– Бет!

Уже отрывая вторую ногу, она остановилась. Опустила её и крепко примагнитилась к обшивке обеими мамиными ступнями. Вихан смотрел на неё.

– Бет! – снова крикнул он.

Очень медленно она подняла руку и показала большой палец.

– Я… – с усилием сказала она. – В порядке. Всё в порядке.

Вихан смотрел на неё, не отрывая взгляд.

– Ты точно справишься?

«Я хозяйка своего корабля».

– Да, – сказала Бет.

Он смотрел на неё ещё мгновение.

– Нам нужно двигаться быстро, – сказал Вихан, поворачиваясь. – Тела скоро начнут отвергать нас.

– Подожди, – окликнула Бет, и он снова внимательно на неё взглянул: – Я лучше пойду первой. Чтобы ты мог видеть меня. Если я… я… психану.

Вихан отодвинулся, и Бет подняла ногу…

…и поставила её перед собой.

И ещё раз.

Очень медленно двое взрослых зашагали по корпусу «Ориона».

35

Мостик

На горизонте появилась крохотная точка.

Бет отвела от неё взгляд и снова посмотрела вниз. Левую ногу поднять… Перенести вперёд… Опустить… Правую ногу поднять…

Точка стала обретать очертания, превратилась в небольшой бугорок на корпусе. Бет шагала. Вскоре бугорок стал башенкой, элементом конструкции. Ещё шаг и ещё. Элемент стал входным люком.

Она протянула руку, схватила поручень у края люка и замерла как вкопанная. Вихан обошёл её и встал рядом.

– Мы на месте, – сказал он в микрофон.

Лицо Лорин появилось у них на экранах.

– Отлично, – сказала она. – Мы готовы. Ты как, Бет?

– Я в порядке, – промямлила девочка. Она не могла отвести взгляд от своей руки, схватившейся за поручень. – Давайте… внутрь.

Лорин кивнула:

– Ну поехали.

Вихан повернул маховик, и люк распахнулся. Бет заставила себя отпустить поручень. – «Со мной всё будет в порядке… Со мной всё будет в порядке…» – и полезла вниз в люк, по ступеням, ведущим в небольшое помещение не многим больше аварийной спасательной капсулы. Позади неё Вихан запер люк, спустился по лестнице и закрыл внутреннюю дверь.

– Мы внутри, – сказал он.

Маленькая комната начала наполняться воздухом. Лорин активировала камеру наблюдения в спальне, и на своём экране Бет увидела, что все ребята легли на свои кровати – все, кроме Люсиль. Она включила внутрикорабельную связь.

– Monsieur Кир, – позвала она. – Capitaine Кир, вы здесь? Capitaine!

Голос Кира раздался в наушниках Бет.

– Что такое?

Он не звучал хоть сколько-нибудь заинтересованным.

– Мне нужно выйти в туалет, – плаксиво сказала Люсиль. У неё идеально получалось изображать испуганную маленькую девочку.

– Ты скоро сможешь выйти. Мне нужно закончить кое-что…

– Non, non, non! – закричала Люсиль. – Мне нужно прямо сейчас. Сейчас, Capitaine Кир!

– Хорошо! – рявкнул он, а затем вздохнул. – Хорошо. Я спускаюсь. Подожди. – И он оборвал связь.

– Он идёт, – сказала Люсиль уже нормальным голосом.

– Молодец, Люсиль, – сказала Бет.

Рекомпрессия была почти завершена. Свет моргнул зелёным, и Бет, подняв руки, отстегнула шлем и с облегчением вдохнула корабельный воздух. Стараясь спешить, они сняли скафандры, оставив очки дополненной реальности, и подождали у двери, пока Кир пройдёт мимо.

Бет протянула руку и открыла дверь. Однако после этого рука дверную ручку не выпустила. Девочка нахмурилась и попыталась силой воли разжать пальцы, но они не слушались.

– Моя рука, – сказала она.

Вихан кивнул.

– Это тело, – прошипел он. – Оно отвергает тебя. – Он говорил сквозь зубы, с трудом выталкивая слова.

– Ты тоже?

– Д-да. Трудно. Двигаться. – Он затряс головой. – У тебя. Должно. Получиться.

Бет посмотрела на свою руку.

«Двигайся, рука, – подумала она. – У меня нет времени на эти фокусы. ДВИГАЙСЯ». – Постепенно пальцы разжались.

Времени оставалось совсем мало.

В спальне Арнольд и Лорин склонились над экраном.

– Мы готовы, как только вы дадите сигнал, – сказал Арнольд.

– Подождите, пока он спустится, – сказала Бет.

Она выглянула из-за угла. В конце коридора виднелся вход на мостик. Его караулил Везунчик-гизмо. Он стоял с креном, ведь одна нога была короче другой, и медленно поворачивал голову, оглядывая коридор. Бет спряталась обратно.

Они ждали.

* * *

Кир пришёл в спальню. Бет видела его на экране очков; он выглядел уставшим, кожа блестела от пота, под глазами появились тени. Он крепко держал пистолет в одной руке.

– Окей, – сказал Кир. – Санитарный выход.

– Merci, m’sieur[23], – сказала Люсиль и просеменила мимо него. Лорин и Арнольд лежали на своих койках, старательно не обращая на него внимания.

Кир присмотрелся к телам Бет и Вихана. Он нахмурился.

– Что с ними такое? – В голосе его звучало подозрение.

Миккель вполголоса ответил:

– Они спят. – Он пожал плечами и добавил: – Полночи провели, планируя план побега.

Кир улыбнулся:

– И что они придумали?

Дети молча смотрели на него. Он нахмурился:

– Я спросил, что они придумали? – Кир поглядел на пару спящих, опустил руку и потряс Бет за плечо, резко. Бет не шелохнулась.

Кир уставился на ребят диким взглядом.

– Что происходит? – воскликнул он. – Что вы сотворили?

Арнольд посмотрел ему в глаза и выразительно сказал:

– Это.

Он вытащил планшет у себя из-под подушки, нажал клавишу, и Везунчик-гизмо взорвался.

* * *

– Он напрочь заблокировал гизмо, – сказал Арнольд. – Мы не сможем их контролировать, во всяком случае, не Кривобоку. Но Везунчика я собрал почти с нуля. Я знаю его как свои пять пальцев. Гизмо заряжаются через индукцию, но у этого катушка индуктивности ненадёжная. Если мы пошлём большой ток на его основной аккумулятор, то за счёт петли обратной связи, аккумуляторы перегреются так, что мама не горюй. Он буквально… взорвётся. – Говоря это, мальчик выглядел одновременно азартно взволнованным и несколько расстроенным.

* * *

Грохот был колоссальный. По коридору прокатилась взрывная волна, Бет и Вихан, сидя на корточках и зажав уши руками, почувствовали волну опаляющего жара. Затем воцарилась гулкая тишина.

Бет проверила экран на своих очках. Кир был там, и теперь на его лице застыл ужас.

Перед ним появилась голограмма Корабля.

– Взрыв, – сказал Корабль. – Произошёл взрыв в коридоре А5.

Кир уставился на детей, затем развернулся и побежал.

– Пойдём, – позвал Вихан.

Он попытался встать, но ноги подкосились. Бет поднялась и, протянув свою единственную рабочую руку, подняла его на ноги. Они поволоклись за угол. Вход на мостик был взорван, там зияла рваная дыра, а дымящиеся обломки Везунчика расшвыряло кругом.

Зазвучали сирены, и подсветка в коридоре загорелась красным. Перед ними появился Корабль. Голографические проекторы в коридоре были повреждены, и изображение дрожало, по нему шли помехи.

– Незаконное проникновение, – сказал он спокойно. – Вы нарушаете режим безопасности. Вы не должны здесь находиться.

– Корабль, это мы, – выдавил Вихан.

– Мне очень жаль, – сказал Корабль. – Доступ к каналам связи возможен только с мостика.

Они прошаркали чуть ближе. Гарнитура у Бет на голове затрещала.

– Он почти на месте! – завопил голос Лорин. – Пошевеливайтесь!

Двое ковыляли по коридору, а тела их постепенно цепенели, отторгая чужое сознание. Бет слышала звук бегущих шагов. Им оставалось всего два метра до входа на мостик. Один метр…

– Стойте!

Кир вылетел из-за угла. Он держал в руке пистолет и бежал к ним.

– Остановитесь немедленно!

Бет толкнула Вихана вперёд и сама повалилась следом за ним. Они вломились в то, что осталось от дверного проёма, и рухнули на пол мостика. Бет перевернулась на спину.

Кир стоял над ними, поражённо уставившись на Вихана.

– Капитан Джоши! – воскликнул он. – Как вы?.. – Он затряс головой. – Вы не могли пробудиться. Я хочу сказать…

Голограмма Корабля возникла над ними.

– Незаконное проникновение, – сказала она. – Нарушители режима безопасности.

– Но как? – вопросил Кир. – Как вы могли… – Он осёкся, глаза от удивления полезли на лоб. – Вихан?

– Корабль! – крикнула Бет. – Опознай нарушителей!

Кир сказал:

– Что вы…

– Нарушители режима безопасности опознаны, – сказал Корабль. – Нарушители – капитан Амарджит Джоши и третий офицер Кэрол Маккей.

– Корабль! – крикнул Вихан. – Отстранить Кира от командования по приказу старших офицеров-навигаторов Джоши и Маккей!

Корабль замер на мгновение и моргнул.

– Идёт обработка приказа, – сказал он. – Полномочия капитана Генри Кира пересматриваются.

Кир посмотрел на голограмму так, словно она сошла с ума.

– Что?

– Капитан Кир, ваше командование на борту «Ориона» было оспорено старшими офицерами-навигаторами. Пожалуйста, отвечайте.

– Они не… Что? Ты же не серьёзно! – Он провёл рукой по волосам. – Они никакие не старшие офицеры-навигаторы. Они дети!

Корабль сказал:

– Они определённо выглядят как капитан Амарджит Джоши и третий офицер Кэрол Маккей.

– Но это не они! Они просто забрали их тела!

Бет медленно, с усилием поднялась на ноги. Они работали, но теперь левая рука была мертва ниже плеча. У Вихана дела шли ещё хуже: он пытался отползти, как покалеченный краб.

Корабль сказал:

– Действие протоколов аутентификации ограничено. Протоколы аутентификации были отключены. Это капитан Амарджит…

– Нет и нет! – практически взвыл Кир. – Это совершенно очевидно не они.

– Протоколы аутентификации были отключены.

– Так включи их!

Корабль моргнул. По нему пробежала мерцающая дрожь.

– Протоколы аутентификации включены, – сказал он. – Идёт обработка… С большой долей вероятности это не капитан Амарджит Джоши. С большой долей вероятности это Вихан Джоши. С большой долей вероятности это не третий офицер Кэрол Маккей. С большой долей вероятности это Бет Маккей.

Кир с облегчением улыбнулся.

– Да, – выдохнул он, и у Бет опустились руки. Она уже едва могла двигаться. Кир внимательно вгляделся в её лицо, заглянул ей в глаза. – Вау, – сказал он, покачав головой, и улыбнулся почти с прежней бравадой. – Должен признать, Бет, хорошая попытка. Ты почти…

– Дальнейшая проверка внутренних архивов теперь доступна, – сказал Корабль, не обращая на него внимания. – Генри Кир, ваш отчёт о вашем отсутствии был фальсифицирован. Есть свидетельства о вашем участии в контрабандной операции. Ваши действия несовместимы с поведением капитана космического корабля. Ваши полномочия не могут быть подтверждены.

– Что? Погоди…

Бет улыбнулась.

– Я аннулирую ваши командные полномочия до дальнейшей проверки, – продолжал корабль. – Идёт обработка. Бет Маккей является самым старшим по рангу годным кандидатом на пост командующего. Капитан Бет Маккей, пожалуйста, выбери своего заместителя командира.

– Вихан! – крикнула она.

– Вихан Джоши утверждён в качестве заместителя командира.

Кир уставился на них.

– Нет, – пробормотал он. – Нет-нет-нет! Что вы наделали? Что вы… – Он посмотрел на пистолет у себя в руке и направил его на Бет. – Стой! – крикнул он. – Не шевелиться!

Корабль сказал:

– Капитан Кир, ваши действия расценены как враждебные. Пожалуйста, разоружите себя.

– Заткнись! Просто заткнись!

Бет стояла перед ним. Её руки безвольно висели вдоль тела. Она не могла отвести глаз от чёрного дула пистолета в нескольких сантиметрах от её лица, от маминого лица. Она попыталась заговорить, но челюсти закаменели, застыли.

Кир прорычал:

– Мы забираем его, вам понятно? Даже если мне придётся стоять здесь до тех пор, пока не прибудет Мёрдок. – Пистолет качнулся в его руке, палец на курке дрогнул, кажется, помимо его воли и сознания.

Позади него Вихан с трудом протянул еле подчиняющуюся ему руку и подобрал обломок.

– Всё это глупо! – кричал Кир. – Глупо! Это же просто кучка дурацких видеши!

– Это убийство, – пробормотала Бет едва двигающимися губами. – Они разумный вид.

– Они скот, – прошипел капитан.

Бет яростно смотрела на него. Она не понимала, как могла считать его достойным человеком. Он был такой… слабый. Сама она едва могла шевелиться, но всё же слабаком здесь был именно Кир.

«Я хозяйка своего корабля, – подумала Бет и улыбнулась застывающими губами. – Я не могу контролировать море. Я не могу контролировать ветер. Но…»

Вихан со всей силой швырнул обломок в голову Кира. Он ударил его сбоку в затылок, но не нанёс существенного урона – Кир рефлекторно развернулся и выстрелил из пистолета.

– Вихан!

Пуля прошла мимо, ударила в пол неподалёку и срикошетила в фонтане искр.

– Господи! – встревоженно воскликнул Кир. – Я не хотел… Ты в порядке? Я не хотел!

– Кир, – пробормотала Бет. – Кир.

Кир повернулся.

– Что?

«Я хозяйка своего корабля».

Пальцы её правой руки сжались в кулак. Собрав последние силы, Бет замахнулась. Рука набирала скорость, движимая сноровкой и мускулатурой Кэрол Маккей и силой воли Бет Маккей. Движение было чистое, бесстрашное и уверенное.

Удар получился красивый. Он пришёлся ему в подбородок и снёс Кира с ног; он рухнул на растрескавшуюся палубу, и пистолет его отлетел, вращаясь, в угол мостика. Он потерял сознание даже прежде, чем коснулся пола.

Бет смотрела на него сверху вниз, слегка покачиваясь.

– Это мой корабль, – прошипела она.

36

Дети

Бет услышала шаги, бегущие к мостику, но уже не могла повернуть голову. Она позволила себе упасть на колени, а затем нескладно растянуться на палубе. Миккель нагнулся над ней, держа в руках сонный диск, и закрепил его сбоку на её голове. Когда он отпустил её, голова завалилась назад, и она увидела, как Люсиль и Лорин волокут её тело – её настоящее тело – на мостик. Было до головокружения странно видеть себя вот так, со стороны. За ними шёл Арнольд с телом Вихана. Он говорил что-то про капитана Мёрдок. Сорок минут до прибытия.

Слишком скоро. У них не хватит времени, чтобы улизнуть.

Миккель снова навис над ней.

– Нам нужно отнести тела ваших родителей обратно в их капсулы, – сказал он. – Готова?

Бет не могла ответить, она просто моргнула дважды…

…и исчезла.

* * *

– После того как мы разберёмся с Киром, нам ещё придётся иметь дело с Мёрдок, – сказала Бет. – Кир отключил генератор один – нам нужно будет включить и прогреть его, а затем зарядить излучатели. Если мы проделаем это до того, как они прибудут, значит, мы сможем прыгнуть, но если нет…

Вихан сказал:

– Нам нужен запасной план.

Они провели мысленную инвентаризацию. У них было очень мало боеприпасов. Сколько-то взрывчатки. Немного. Недостаточно.

– Смотрите, что я нашла, – сказала Люсиль, показывая Бет экран. – Их много, несколько сотен…

Бет без слов поняла её план. Она повернулась к Люсиль.

– Нам нужно быть готовыми к Прыжку при первой же возможности. Миккель, ты должен нас подготовить. И Арнольд…

– Капитан?

– Возможно, тебе представится возможность пострелять.

* * *

Через сорок минут корабль лущителей «Скорпион» вышел из Прыжка и появился перед «Орионом», готовый к бою и в окружении своих собратьев. Как только их главный компьютер перезагрузился, он активировал защитную лазерную решётку, которая должна была уничтожать приближающиеся ракеты и сканировать пространство на предмет атаки.

Небольшая серебряная ручка капитана Мёрдок поблёскивала, постукивая по подлокотнику кресла: тук-тук-тук.

– Они здесь? – спросила она у своего офицера тактического командования.

– Да, мэм. Они по указанным координатам.

Она улыбнулась жадно, как голодный волк.

Её офицер разведки сказала:

– Оба генератора работают, капитан.

Мёрдок перестала улыбаться:

– Это противоречит плану. Они могут прыгнуть?

Офицер изучила все данные.

– Не думаю, – сказала она. – Излучатели не заряжаются. Мне кажется, что один из генераторов был недавно подключён и пока ещё работает не на полную мощь.

– Они пытались установить связь?

– Нет, мэм.

– Свяжись с ними, – сказала Мёрдок.

Тук-тук-тук. Тук-тук-тук.

– Нет ответа.

– Выдели мне канал, – сказала она. – «Орион». Это «Скорпион», капитан Мёрдок. Пожалуйста, отвечайте.

Ничего.

– Кир, ты там? – Она бросила взгляд на своего офицера связи, та пожала плечами.

– Они принимают сигнал, – сказала она. – Просто не отвечают.

– «Орион», если вы не ответите, я сделаю вывод, что вы потеряли дееспособность. Моя команда готова взойти на борт и спасти ваших людей. Вы…

– Говорит капитан Маккей.

Голос из динамиков. Экран остался чёрным.

«Опять эта ерунда с экраном», – недовольно подумала Мёрдок. Голос был тот же самый, что и раньше, с этим гнусавым искажением.

И это точно был не Кир.

– Корабль лущителей, не приближайтесь, – сказал голос. – Мы установили мины вокруг корабля в этой зоне космического пространства. Если ваш корабль подойдёт ближе, он понесёт тяжёлый урон.

– Правда? – Мёрдок скосила взгляд на своего офицера тактического командования, который быстро набрал что-то на своём экране и покачал головой. – Это представляется маловероятным, капитан Маккей. У вас нет никаких мин. Где капитан Кир?

– Кир более не занимает командную должность на этом судне, – ответил голос. – Мы знаем, что вы хотите прибор N-32, но вы его не получите. И я уверяю вас, у нас есть мины и мы можем их использовать. Отменяйте атаку.

Мёрдок заметила, что голос звучал на удивление уверенно, не как раньше.

– Оба их генератора теперь работают на полную мощность, – доложила офицер разведки. – Они могут прыгнуть, если зарядят свои излучатели.

Мёрдок быстро заговорила:

– «Орион», мы знаем, что вы зарядили свои генераторы и планируете прыгнуть. Я уже напрыгалась, разыскивая вас. Если вы начнёте заряжать свои излучатели, мы откроем огонь, вам ясно? Вам понятно, «Орион»?

Тишина.

Тук-тук-тук.

– Довольно, – сказала Мёрдок наконец. Она подалась вперёд в своём кресле. – «Орион», у вас нет мин, или мы бы уже их обнаружили. Вы блефуете, у вас нет ровным счётом ничего. А теперь давайте начистоту. Мои корабли подойдут и осуществят стыковку, и мы заберём прибор. Если вы сдадитесь, я обещаю вам возвращение домой, и покончим с этим. Но если вы окажете сопротивление… – Она понизила свой голос до рычания. – Я сотру вас в порошок! – Мёрдок буравила взглядом пустой экран. – Мы преследовали вас далеко и долго, капитан Маккей, но это конец, вы меня слышите? Вы отдадите нам прибор немедленно, вам ясно? Вам ясно? – Она подалась вперёд, ожидая ответа.

Ничего.

– Отлично, – бросила капитан. – Приготовить абордажные команды, торпеды к бою…

– Стойте! – закричал неожиданно голос в динамиках. – «Скорпион», это «Орион». Мы сейчас включим наши экраны. Не атакуйте!

Экраны моргнули один раз, второй, а затем показали изображение с мостика. Там был полный бедлам. У дверей произошёл какой-то взрыв, палуба была усыпана обломками, стены почернели и оплавились.

Впереди стояла девочка лет двенадцати или тринадцати, вряд ли старше. На ней был потрёпанный комбинезон. Лицо перепачканное, волосы грязные. Позади неё за консолями на мостике сидели другие дети.

Капитан Мёрдок моргнула. Она повернулась к своему офицеру связи, не веря тому, что видит. Та так же ошарашенно пожала плечами.

– «Орион», что это такое? – спросила она.

– Это мы, – сказала девочка. Она протянула руку к шее и сняла преобразователь голоса. – Я капитан Маккей. – Без микрофона её голос сделался детским, слегка дрожащим. – Мы – экипаж «Ориона».

– Это что, шутка? Вы пытаетесь пошутить?

Кир в своём сообщении упоминал нештатный и неопытный экипаж. Но не мог же он иметь в виду это?

– Это не шутка. Я капитан Маккей. Исполняющая обязанности капитана, если точнее. Мы… мы экипаж. Все взрослые недееспособны. – Голос её дрогнул, она сглотнула.

– Что… – начала было Мёрдок.

– Кроме нас никого не осталось! – воскликнула девочка. Голос её вдруг сделался пронзительным, лицо сморщилось. – Мы управляли кораблём совсем одни! А вы! – Она ткнула пальцем в экран. – Вы вели себя так… так ужасно! Почему вы ведёте себя так ужасно? – И тут она начала плакать. – Это нечестно! – взвыла она.

Позади неё некоторые из детей тоже шмыгали носом. Один из них опустил голову на консоль. У маленькой девочки с длинными золотистыми волосами по лицу бежали целые ручьи слёз.

Капитан Мёрдок смотрела на экран, совершенно оглушённая.

– Постой, что ты говоришь? – проговорила она наконец. – Вы действительно экипаж? Где ваши родители?

– Их нельзя пробудить! – рыдала девочка, представившаяся капитаном, закрыв глаза руками. – Мы совсем одни!

– Э… Ну я хочу сказать…

Замешательство капитана Мёрдок можно было понять – у неё не было детей, и она практически никогда не имела с ними дела. И всё же разжалобить её было не так просто.

– А теперь вы… Вы собираетесь атаковать нас, и вы хотите убить нас, а мы так старались… – голосила «капитан».

– Господи помилуй, ну, разумеется, я не стану вас убивать.

– Но вы сами сказали!

– Я не знала всей ситуации! – раздражённо отрезала Мёрдок. – Никто никого не станет убивать, ясно? Но мы осуществим стыковку и взойдём на борт. Чтобы… спасти вас. Так мы и поступим, договорились?

Девочка затрясла головой.

– А как же мины? – спросила она. – Корабль заставил нас установить все эти мины!

Мёрдок остановилась.

– Придержать абордаж, – рявкнула она. – Ты хочешь сказать, что мины действительно есть?

– Так Корабль говорит. Я не знаю!

– Капитан, – подала голос офицер тактического командования, – что-то там и правда есть…

– Так это мины? – требовательно спросила Мёрдок.

– Я так не думаю. Что-то другое. Что-то очень небольшое…

– Капитан, – перебила офицер разведки. – «Орион». Они заряжают…

– О нет, вы их подорвали! – в ужасе завопила девчонка.

Неожиданно небо взорвалось.

Экран, показывающий окружающее пространство, вспыхнул тысячами точек слепящего, ошарашивающего света и целым фонтаном огненных искр.

– Что за чёрт! – закричала Мёрдок. – Манёвр уклонения! Нет! Стойте! Оставаться на месте, не двигаться! Активировать систему защиты!

Мир вокруг взрывался разными цветами – оттенками красного, синего, жёлтого, комбинациями закручивающихся узоров и форм. Это было необычно, непостижимо.

– Капитан! – настойчиво окликнула её офицер разведки.

– Кто-нибудь скажет мне, что это за чертовщина?! – рычала Мёрдок. – Это ракеты? Что происходит?

– Я не знаю, – сказал ошеломлённый офицер тактического командования. – Похоже, словно это…

Область космического пространства менее чем в километре от них детонировала. Затем ещё и ещё – десять взрывов, все вокруг них.

– Что ты наделала? – взревела капитан Мёрдок, повернувшись к экрану «Ориона». – Глупая девчонка, что ты наделала?

– Извините! – завыла девочка, падая в своё кресло. – Извините!

– Капитан! – снова воскликнула офицер разведки. – Их корабль! Их излучатели заряжены! Он готов прыгнуть!

Мёрдок посмотрела на него, а потом снова вперила взгляд в экран.

Теперь девочка сидела с прямой спиной. Она больше не плакала. И она даже больше не походила на маленькую девочку. Она сидела в капитанском кресле так, словно мостик принадлежал ей по праву.

– Ты шутишь? – зарычала Мёрдок. – Если ты только подумаешь сдвинуться с места, я разнесу вас…

– Пока, – нагло улыбнулась девчонка.

И «Орион» прыгнул.

* * *

– Это были не мины, – обратился к капитану офицер тактического командования. – Теперь стало ясно. Они не причинили никакого ущерба. Словно это был просто…

– Фейерверк, – мрачно закончила за него капитан Мёрдок. Она смотрела на пустой экран. – Это был фейерверк.

– Довольно впечатляюще, по правде говоря, – сказал офицер тактического командования. – Хм. Простите, мэм.

– Это был спектакль, – яростно проговорила Мёрдок. Серебряная ручка, которую она сжала в кулаке, затрещала. – Это был розыгрыш. Чтобы отвлечь наше внимание от того, что их излучатели заряжаются. – Она покачала головой. – Вышлите крысу.

– Да, мэм. – Офицер тактического командования вернулась к консоли. – Но в этой области космического пространства так много направлений для Прыжка; они могут быть где угодно. А если они прыгнут ещё раз…

– Мы потеряли их, – прорычала Мёрдок.

Офицер поколебался.

– Да, мэм.

– Капитан, – сказала офицер связи, – мы поймали сигнал. Похоже, что они выпустили спасательную капсулу перед тем, как прыгнули. Это она посылает сигнал… – Она подняла голову. – Это капитан Кир, мэм.

Тук-тук-тук. Тук-тук-тук-тук-тук.

– Нам подобрать его?

Тук-тук-тук…

Капитан Мёрдок швырнула свою ручку в стену с такой силой, что она разлетелась на дюжину фрагментов.

37

Вахта на «Орионе»

Арнольд закрепил три последних шурупа и отошёл на шаг.

– Загружается, – сказал юноша.

Дети наблюдали. Сначала на туловище загорелись огоньки. Затем вокруг шеи и на лице; глаза моргнули, прежде чем открылись окончательно.

– Пожалуйста, введите обращение, – сказал рот. Голос звучал хрипуче, но вполне разборчиво.

Арнольд сказал:

– Твоё имя Везунчик. С возвращением.

Гизмо посмотрел на него. Затем он повернул голову.

– Это не моё тело, – сказал он, посмотрев вниз.

– Нет, – сказал Арнольд – Твоё тело было уничтожено. Это тело принадлежало другому гизмо. Мы не смогли починить его голову, и поэтому отдали тело тебе. Как ты себя чувствуешь?

Везунчик неуверенно водил руками.

– Это не моё тело, – сказал он снова.

Бет улыбнулась.

– Ничего, ты привыкнешь, – сказала она.

Они пошли на мостик все вместе. Миккель шёл вровень с Бет, зачитывая с планшета:

– Надо проверить: гравитацию, – говорил он, – кислород, обогрев, радиационные щиты, электронику, питание…

– Мы этим займёмся, – кивнула Бет.

Вихан уже делал пометки.

– И Прыжок, разумеется, – серьёзно сказал Миккель.

– Люсиль? – спросила Бет.

– А, oui, – жизнерадостно прощебетала девочка. – Я думаю, нам нужно ещё всего два прыжка, и тогда мы окончательно откалибруемся. А тогда, – она пожала плечами, – домой, да?

Они дошли до мостика, и появилась голограмма Корабля.

– Все системы подготовлены к Прыжку, капитан, – сказала она.

– Спасибо, Корабль. По местам!

Когда все сели, Бет посмотрела на них.

– Мы в хорошей форме, – сказала она. – Прошло десять дней, и мы уже в двух Прыжках от Мёрдок. Нам нужно постоянно двигаться – она непременно пошлёт крыс на наши поиски. Нам нельзя торчать на одном месте. Но непосредственная опасность миновала. Миккель заново подсоединил все капсулы для сна. Всё в порядке – наши родители, наши семьи, экипаж, все они в безопасности, и как только мы доберёмся до базы, мы сможем пробудить их. Мы повстречали видеши и остались целы. И, – она улыбнулась, – мы даже выжили в обществе друг друга.

Вихан посмотрел на неё с кривой усмешкой.

– Мы справимся и доберёмся домой. Мы доставим наши семьи в безопасное место. Потому что…

«Мы хозяева нашего корабля».

– …мы потрясные.

Бет заняла капитанское кресло.

– Окей, – сказала она. – Поехали.

И они прыгнули.

Благодарности

Множество людей помогли мне – и «Ориону» – добраться до этой точки. И поэтому, не соблюдая какого-то особого порядка, спасибо: Элен Блек, чья превосходная редактура первой версии позволила вынести её на суд публики; Розе, которая первой прочитала эту книгу и чей энтузиазм подарил мне надежду; Амели – за детальнейшую критику раздражавших её персонажей; моему агенту Кэролин Монтгомери из Rupert Crew Ltd – за её не знающий устали труд; Саре, потрясающему бета-ридеру; писательской группе Visible Ink – за их отзывы и ободрение (плюс печеньки); Бри – за бесконечную поддержку; а также Тому Боннику и всем-всем в издательстве Nosy Crow, кто проделывал с моей историей разные волшебные вещи.

И прежде всего моя любовь, благодарность и всё самое лучшее – Кэтрин, без которой я был бы лишь частью себя.

Примечания

1

Мэйдэй – международный сигнал бедствия.

2

Световой год – расстояние, которое свет проходит за один год, равен 9 460 730 472 580 800 м.

3

Морской пескожил – вид червей, обитающих на пляжах Северной Атлантики. (Здесь и далее прим. перев. и ред.)

4

Merci – спасибо (фр.).

5

Эксплойтом нулевого дня называют хакерский код, использующий уязвимость в программе, о которой ещё не известно самому создателю программы.

6

Рондония – штат в Бразилии, названный в честь исследователя Амазонии маршала Кандиду Рондона (1865–1958).

7

Que se passe-t-il? – Что происходит? (фр.)

8

Oui – да (фр.).

9

Non – нет (фр.).

10

Туманность – скопление пыли, газа и плазмы в межзвёздной среде.

11

Mon dieu – Боже мой (фр.).

12

Галактический рукав – фрагмент галактики, имеющий форму спирали. Рукава галактики закручиваются отдельными нитями относительно её центра (ядра).

13

Maman et Papa – мама и папа (фр.).

14

Absolument pas! – Ни в коем случае! (фр.)

15

Маховик – элемент управления, имеющий форму колеса.

16

Агорафобия – страх и беспокойство по поводу нахождения в ситуациях или местах, где нет возможности легко их покинуть или где помощь может быть недоступна. В простом понимании – боязнь открытого пространства.

17

«Зовите меня Измаил» – первая фраза романа Германа Мелвилла «Моби Дик».

18

Последние строки детской песенки про колокольные башни Лондона, посвящённые колокольне Нью-Гейтской тюрьмы. (Пер. В. П. Голышева.)

19

Лофотены – Лофотенские острова у северо-западного побережья Норвегии.

20

Capitaine – капитан (фр.).

21

Эксплойт – программный код, использующий уязвимость программы для получения контроля над ней или нарушения её нормальной работы.

22

Oui, capitaine. – Да, капитан (фр.).

23

Merci, m’sieur. – Благодарю, месье (фр.).

Content

Аластер Чизем
Четвёртый сон корабля

Примечание автора

Пролог

1 Бет

2 День номер один

3 Вихан

4 Сон

5 Школа

6 Видеши

7 Маленькая ложь

8 Экзамен

9 Событие

10 Заместитель командира

11 Пожар

12 Капитан

13 Ревизия

14 Скафандры

15 Снаружи

16 Ремонт

17 Снова учёба

18 Скиталец

19 Лущители

20 Ещё один капитан

21 Рукав пять

22 Помощь

23 Столкновения

24 Бунт

25 Ложь

26 Правда

27 Последствия

28 Посетитель

29 Капитан Кир

30 Новый капитан

31 N-32

32 Новая империя

33 Сопротивление

34 Пробуждение

35 Мостик

36 Дети

37 Вахта на «Орионе»

Благодарности

Примечания