Берил Керибар

Наследница тьмы

© Шомникова Д., перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Посвящается моему отцу, без которого никогда не было бы этой книги.

Спасибо, что привил мне любовь к фэнтези.

И моей маме, без поддержки которой я не стала бы той, кем являюсь сегодня.

Спасибо, что всегда была моей самой главной поклонницей.

Моему жениху, без которого я поставила бы на себе крест.

Спасибо, что с тобой мои мечты стали явью.

Моему сообществу, без которого я никогда бы не нашла в себе смелость пойти по этому пути.

Спасибо, что вы рядом.

Плей-лист

«Battlefield» – Svrcina

«Surrender» – Natalie Taylor

«Hurts Like Hell» – Fleurie

«Wrecked» – Imagine Dragons

«Still Here» – Digital Daggers

«Dark Paradise» – Lana Del Rey

«Revolution» – Unsecret (feat. Ruelle)

«Wicked Game» – Ursine Vulpine (feat. Annaca)

«Hurricane» – Fleurie

«Remembrance» – Tommee Profitt (feat. Fleurie)

«Fire On Fire» – Sam Smith

«You Should See Me In A Crown» – Billie Eilish

«Minefields» – John Legend, Faouzia

«Control» – Halsey

«War Of Hearts» – Ruelle

«Arcade» – Duncan Laurence

«Drivers License» – Olivia Rodrigo

«Love And War» – Fleurie

Пролог

Тремя годами ранее

Каая

С бешено колотящимся сердцем Каая осматривала оживленную улицу из своего укрытия. Продавец в лавке пряностей то и дело поглядывал на нее, но он не станет поднимать тревогу, если она не будет воровать его товар. Как хорошо, что это не входило в ее планы. Солнечный день привлек на большую рыночную площадь Сильверштурма достаточно людей. Взгляд Кааи скользил по собравшейся толпе, пока она наконец не заметила нескольких богатых торговцев.

Один из них как раз прогуливался вдоль стенда, за которым она пряталась, присев на корточках, и ей пришлось пригнуться немного ниже. Длинные, свободные одежды этого старика были сшиты из шелка, а рубашка, выглядывавшая из-под них, – из тончайшего льна. Тут и думать было нечего: он будет ее следующей жертвой.

Когда торговец пошел дальше, Каая выпрямилась и незаметно двинулась в его сторону. Как и всегда, она проигнорировала зарождавшиеся в душе угрызения совести и нервирующее покалывание в венах. Если она не справится, то сегодняшним вечером ей снова придется засыпать с урчанием в животе.

– О! – воскликнула она, будто бы нечаянно упав. Она подавила вздох облегчения, когда мужчина, как и планировалось, подхватил ее. – Пожалуйста, простите!

– Все в порядке! – Он отпустил ее и поправил свою шляпу. – Ты в порядке?

– Да, м-м-м, все хорошо.

Мужчина ободряюще ей улыбнулся, склонив голову в знак прощания, и продолжил свой путь.

– Спасибо! – крикнула ему Каая вслед, а затем быстрым шагом пошла дальше.

Она уверенно шагала по рыночной площади, на которой по-прежнему толпилось слишком много людей. Каае показалось, что прошла целая вечность, прежде чем она добралась до портового квартала и свернула в узкий темный переулок. Воздух здесь был влажным, и на кожу оседала соленая дымка. Выдохнув с облегчением, она опустила веки и сделала глубокий вдох. В нос тут же ударил стойкий запах рыбы и водорослей. Запах дома. Она открыла глаза и покачала головой. Сильверштурм не был ее домом.

Дрожащими пальцами она заправила за ухо прядь каштановых, с золотистым отливом волос, прилипшим ко лбу, и снова сосредоточилась на настоящем. Она уже собиралась достать свою маленькую кожаную сумочку, прикрепленную к поясу, когда чей-то низкий голос заставил ее вздрогнуть:

– Славное представление!

Сердце Кааи на мгновение замерло, а затем продолжило биться с удвоенной скоростью. Она обернулась, оказавшись лицом к лицу с парнем, который был ненамного старше ее самой.

Он посмотрел на нее, криво усмехнувшись, и резким движением головы указал на кожаный мешочек.

– Сколько ухватила?

Каая недоверчиво взглянула на него и осторожно шагнула назад.

– Ты следил за мной?

Парень поднял руки, словно защищаясь.

– Нет нужды убегать. Ты все равно не сможешь, – добавил он, указывая ей за спину.

В этот момент она поняла, что позади нее находится забор.

– Я и не хочу убегать. – Она наклонилась и одним резким движением ухватилась за один из мусорных баков, стоявших в переулке. Когда она выставила свой меч, его глаза на мгновение округлились, после чего он одарил ее озорной улыбкой.

– Чего ты от меня хочешь? – Ее глаза сверкнули.

Теперь уже он отступил на шаг назад, все еще держа руки поднятыми. Ее взгляд невольно скользнул по его мятой белой рубашке. Она была неправильно застегнута и к тому же слишком велика ему. Ну, или же незнакомец был слишком худым. Предположительно, денег с собой у него было немного.

– Я видел, как ты обокрала того мужчину.

Острое лезвие придвинулось еще ближе к нему.

– И?

– Это было впечатляюще.

– Что?

– Я знаю многих воров. Мужчин, которые потеряли честную работу и вынуждены воровать, чтобы прокормить детей, ждущих дома с урчащими желудками. Мужчин, которые слишком слабы, чтобы зарабатывать себе на хлеб тяжелым физическим трудом. – Он опустил руки и уверенно посмотрел ей в глаза. – Парней, которым приходится помогать по дому больным матерям, чтобы они не оказались в холодной земле так же скоро, как их отцы. Но маленькая девочка? – Он шагнул в ее сторону, и прядь иссиня-черных волос упала ему на лоб. – Что ты делаешь на улице?

На его лице не осталось ни следа от веселья.

– Я не маленькая девочка. – Каая смерила его ответным взглядом и опустила клинок. Он не представлял для нее опасности, кем бы он ни был. – А ты что делаешь на улице?

– Я Ариан, – представился он, протягивая ей руку.

Она скептически взглянула на его ладонь, прежде чем протянуть руку.

– Каая.

Его глаза на долю секунды вспыхнули, и только сейчас она заметила их необычный цвет: светло-серый, почти как жидкое серебро.

– Было приятно с тобой познакомиться, Каая. – Он снова задорно улыбнулся, указывая за спину. – Мне пора возвращаться к работе.

– Ты портовый рабочий? – Слова сорвались с ее губ раньше, чем она успела их остановить. С какой стати ее волнует, где он работает?

– Нет, я помогаю продавцу фруктов. Прямо там, на рыночной площади.

Каая нарочито спокойно пожала плечами.

– Тогда… прощай.

Ариан улыбнулся ей в последний раз, прежде чем повернуться и исчезнуть в направлении площади.

Солнце медленно отступало, и темнота опускалась на крыши столицы.

Вернувшись в переулок после очередной прогулки по рыночной площади, Каая достала одеяло, которое прятала за мусорным баком вместе с остальными своими вещами, и накинула его на плечи. На медные монеты, украденные у торговца, она хотела купить кусок хлеба, но пекарь прогнал ее. Наверное, она слишком часто его обкрадывала.

Дрожащая и голодная, она сидела в переулке, надеясь, что скоро к ней придет сон и избавит ее от страданий хотя бы на несколько часов. Ее взгляд блуждал по аллее, к портовому причалу напротив, и она вдруг вспомнила о парне, что преследовал ее. Ариан. Его одежда была изношена, но руки выглядели чистыми – под ногтями не было грязи, как у нее. Вероятно, его родители принадлежали среднему классу, возможно, даже были слугами дворянина. Мысли невольно переключились на ее собственную семью, и она вздрогнула. Прошло четыре года с тех пор, как она в последний раз видела своего отца. Тогда ей было всего одиннадцать.

Каая вздохнула и опустила лоб на колени, которые прижала к телу и обхватила левой рукой. Правой она сжимала рукоять меча, – как и каждую ночь, – чтобы быть готовой, если кто-то приблизится. И то, что это было крайне необходимо, подтвердилось, когда она почувствовала прикосновение на своем плече. Сонная, Каая подняла голову и заметила над собой тень. Она молниеносным движением схватила нападавшего за запястье, выпрямилась и заломила руку ему за спину, приставив острие к его шее сзади.

– Ай, черт возьми!

Тяжело дыша, Каая прищурилась.

– Опять ты!

Она ослабила хватку и выпустила руку Ариана. Только сейчас Каая заметила, что небо было черным как смоль. И лишь огромная луна, висевшая над их головами, отбрасывала тусклый свет на аллею.

– Я не хотел тебя пугать, – потирая запястье, пробормотал он и повернулся к ней.

– Тогда, вероятно, не стоило подкрадываться, когда я спала.

– Извини. – Ариан пожал плечами. – Тебе снился плохой сон.

Она подняла брови. О чем он вообще говорит?

– Мне никогда не снятся сны.

– Но выглядело иначе. Ты даже разговаривала во сне.

– И что я говорила?

– Ты… говорила, что тебе жаль.

Каая рассмеялась, пытаясь скрыть свою неуверенность, но замолчала, когда следующие слова сорвались с его губ:

– Хочешь пойти со мной?

Ее челюсть отвисла.

– Я не продажная девка!

– Я не то имел в виду, – поспешно добавил он, и его щеки залил румянец. – У тебя на коленях…

Каая с раздражением проследила за его взглядом и осмотрела себя. Да, ее штаны были порваны в нескольких местах, но какая разница?

– Это ерунда, – пробормотала она, пожав плечами. Когда она снова посмотрела на него, ее желудок заурчал.

– У меня есть с собой еда.

Ариан наклонился и поднял корзину, в которой лежали самые разные фрукты и овощи. Должно быть, он уронил ее, когда она на него напала. Несмотря на угрызения совести, Каая почувствовала, что у нее потекли слюнки.

– Иногда мне разрешают забрать товары, если останется после рабочего дня.

– Ты работал все это время?

Ариан кивнул.

– У нас было много дел.

– Который вообще сейчас час?

– Скоро полночь.

Каая округлила глаза от удивления. Если бы Ариан дал ей что-то поесть, то завтра утром ей не пришлось бы снова ссориться с пекарем.

– Допустим, я пойду с тобой. Что ты ожидаешь взамен?

Когда Ариан тихо рассмеялся, она почувствовала странное покалывание в животе.

– Я ничего не ожидаю, – ответил он, и в его взгляде появилось тепло.

– Ты ведь не маньяк-убийца или что-то в этом роде?

– Я уверен, ты вырежешь мне кишки прежде, чем я успею сделать хоть одно неверное движение. – Он указал на Стальное Крыло, ее меч. – Где ты его взяла?

Ариан не знал, что этот вопрос так сильно заденет ее. Она и сама не догадывалась, как глубоко сидела в ней эта боль.

Когда она не ответила ему, он продолжил говорить:

– Ты воровка, и наверняка…

– Я не крала его, – решительно прервала его она. – Это был подарок.

Удивленное выражение лица Ариана вдруг сменилось раскаянием, и он больше ничего не сказал. Каая с любопытством посмотрела на него, заставив его смущенно опустить взгляд. Она не могла это объяснить, но было в нем что-то такое, что подсказала ей: она может ему доверять. Да и терять ей было нечего. В крайнем случае, она знает, как себя защитить.

– Тогда пойдем.

Ариан удивленно поднял голову.

– Уверена?

– Уверена.

Каая быстро собрала свои вещи и последовала в глубь темного ольхового леса, простиравшегося вокруг Сильверштурма, вслед за Арианом. Они прошли не меньше четырех километров, прежде чем она увидела вдали небольшую деревянную хижину на берегу озера.

– Тут ты живешь? – спросила Каая. Ее сердце замерло, когда он посмотрел на нее сверху вниз. Он был как минимум на целую голову выше нее.

– Да.

– Не так много людей, кто… Ну да, живет в лесу.

Ариан улыбнулся.

– Дом принадлежал моей тете. Она эльфийка.

Каая чуть не споткнулась о собственные ноги – настолько ее удивило его заявление.

После того как тысячу лет назад эльфы прибыли в Эсерию, их время от времени можно было встретить то тут, то там, хотя они предпочитали жить в небольших поселениях, которые создавали здесь, в лесах. Иногда они выходили в города и устраивали праздники. Теперь же они стали частью Эсерии, но Каая никого из них лично не знала. Судя по ушам Ариана, он тоже не был эльфом – по крайней мере, чистокровным.

– Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, – сказал он, все еще улыбаясь. – Я полуэльф. Или человеко-эльф, если ты предпочитаешь этот термин.

– Нет, – быстро ответила она. Слово «человеко-эльф» звучало так унизительно, да и она не имела ничего против связи между людьми и эльфами, хотя это встречалось довольно редко. – И теперь ты живешь здесь один? – спросила Каая, не зная, хочет ли он продолжать ту тему.

Ариан кивнул и направился к дому, до которого они добрались. Приятный прохладный ветер подул ей в лицо, когда Ариан толкнул маленькую скрипучую дверцу в заборе, окружавшем дом. Снедаемая любопытством, Каая последовала за ним в сад и окинула взглядом деревянную хижину из узких бревен. Над ними возвышались ветви деревьев и укрывали поросшую мхом крышу. Эта постройка словно была частью леса, кусочком природы вдали от шума портового города, на грязных улицах которого она провела последние несколько лет.

Каая недоверчиво провела пальцами по шероховатому дереву и повернулась к Ариану. Тот кивнул ей, подтверждая, что можно войти. Она опустила взгляд, повернувшись к двери и надавив на щеколду.

Когда она переступила порог дома, на нее нахлынуло приятное ощущение тепла. Ариан зашел следом. Должно быть, тепло исходило от расположенного в стене напротив камина, рядом с которым стоял огромный темный диван, усеянный разноцветными подушками. При виде всего этого она удивленно втянула воздух. Каая сделала еще несколько шагов по комнате, и ее взгляд скользнул по круглому обеденному столу, стульям, ковру под ногами и, наконец, кладовому шкафу в углу рядом с небольшой печкой.

– Как долго ты жила на улице? – Голос Ариана звучал хрипло. – Что случилось с твоим домом?

Разрываясь между тем, говорить ли ему правду или нет, Каая погрузилась в размышления. Ариан тем временем поставил на стол корзину с фруктами, затем подошел к шкафу и открыл дверцу, которая тихо скрипнула.

– У меня есть немного хлеба. А еще где-то должен быть кусочек сыра. Одними фруктами мы не наедимся. – Он начал рыться в шкафу. – Если хочешь, можешь сходить в уборную.

Каая лишь кивнула, хотя он стоял к ней спиной. Она еще раз осмотрела уютную комнату, и ей пришлось сглотнуть вставший в горле комок, прежде чем хоть что-то сказать.

Когда она в последний раз чувствовала тепло домашнего очага?

– У меня нет дома. – Ариан медленно к ней повернулся. Смущенная, она уставилась в пол. – Отец выгнал меня после смерти моих матери и брата.

Когда он ничего не ответил, Каая снова подняла голову и встретила его пристальный взгляд.

– Мне очень жаль.

Он звучал искренне.

– Я их уже и не помню, – сказала она после небольшой паузы. Ариан нахмурился, но промолчал. – Я заболела чумой вместе с ними, но не умерла. Зато потеряла память.

Глаза Ариана округлились. Никогда Каая не произносила этих слов вслух, а теперь доверила незнакомцу свой самый мрачный секрет. Кровавая чума, что в прошлом охватила всю Эсерию, унесла жизни тысяч людей. На ее губах появилась горькая улыбка.

– Сейчас уже все в порядке. Я смирилась. – Ложь. Она откашлялась. – А где здесь уборная?

– Прямо за тобой. – Улыбка Ариана выглядела вымученной. – Можешь не спешить.

Каая кивнула, благодарная за то, что он не стал углубляться в эту тему. Она вошла в маленькую комнатку и плеснула себе в лицо холодной водой, прислушиваясь к звону посуды.

После того как она вымыла руки, они вместе сели за стол.

Ариан, очевидно, не смог найти сыр, но это ее ни капли не беспокоило. Она была бы рада съесть даже несколько изюминок или горсть орехов, а на столе лежали всевозможные фрукты и целая буханка хлеба.

– Завтра я должен помочь с уборкой урожая, – сказал он, прожевав кусок. – Я мог бы забрать тебя после.

Каая сделала последний глоток чая.

– И мы вернемся сюда снова?

– Да. Но только если ты этого хочешь.

На ее губах заиграла осторожная улыбка.

– Звучит хорошо.

– Я покажу тебе твое спальное место. – Он уже собирался встать, но она схватила его за руку.

– Подожди, пожалуйста. Ты и так слишком добр ко мне.

Ариан уставился на ее ладонь, все еще державшую его руку.

– Мне было несложно, даже приятно. А еще там темно, это…

– Опасно? – Уголок ее рта дернулся вверх. – Я ценю это, Ариан, честно, очень ценю. – И она правда ценила. Но последние четыре года она ночевала на улицах по ночам и умела защищаться.

– Неужели ты не боишься? – тихо спросил он.

– Со мной случалось много плохого. И я все пережила. – Когда Ариан не ответил, она добавила: – Спасибо тебе за сегодняшний вечер.

Он поднял голову, и его взгляд остановился на ней.

– Тогда до завтра, Каая. Береги себя.

Весь обратный путь она думала об Ариане. Возможно ли такое, что он был к ней добр просто так?

«Неужели ты не боишься?»

Она, разумеется, боялась. Это было единственное чувство, сохранившееся в ней. По крайней мере, до этого момента. Потому что сейчас появилось что-то еще, искра надежды, которая вспыхнула в ней и на следующий день, когда Ариан сдержал свое слово и появился в ее переулке. В его руках снова была корзина, и он поднес ее к Каае, чтобы она могла в нее заглянуть.

Ее лицо тут же засияло, и она с энтузиазмом полезла в корзину.

– Мареновые ягоды! – И только она хотела поднести ко рту одну из них, как Ариан мягко схватил ее за запястье.

– Сначала их надо вымыть, – засмеялся он. – Прайор отдал их мне, ведь к завтрашнему утру они наверняка скиснут. Дома ты сможешь убрать с них зелень, и будем пировать!

Дома.

Каая широко улыбнулась.

Глава 1

Сейчас

Каая

Было раннее утро, когда Каая вышла из дома.

Несмотря на то что она любила свои ежедневные тренировки со Стальным Крылом, она ненавидела ледяной ветер, задувавший в лицо и развевавший ее длинные волосы во все стороны. Трясясь от холода, Каая закрыла за собой дверь и вышла в сад. Закрыла на мгновение глаза и втянула в себя воздух, пахнущий травами и эльфийскими ягодами. Близилась осень, и у эльфов оставалось не так много времени, чтобы собрать урожай. Но, когда придет подходящее время, она снова с большим удовольствием отведает мареновых ягод. Она с улыбкой посмотрела на куст, на котором они росли.

С момента первой встречи их с Арианом связывало очень многое. Ее мысли неизбежно возвращались к тому дню в переулке, отчего в груди разливалось теплое чувство. Ариан дал ей не только еду и кров.

– Помнишь, как ты спросил меня о доме?

Он удивленно посмотрел на нее.

– Да.

– Ну… теперь ты мой дом.

Каая отчетливо помнила, как быстро билось ее сердце, пока она ждала реакции Ариана. Незадолго до того, как она заснула, он осторожно накрыл ее одеялом и прошептал:

– И ты мой.

Дом. Он подарил ей дом, который состоял из куда большего, чем обычных четырех стен.

Все еще улыбаясь, Каая отвела взгляд от эльфийских ягод. Она сделала еще один глубокий вдох, балансируя мечом в правой руке. Его вес был знаком ей лучше, чем что-либо другое в этом мире.

«В один момент он станет частью тебя. Продолжением твоей руки». Слова ее учителя эхом отдавались в ее голове снова и снова. Как же он все-таки прав.

Хотя Каая в последнее время крайне редко использовала Стальное Крыло, – ей не нужно было больше защищать себя на улицах, – владение мечом стало для нее чем-то очень знакомым, почти естественным. И чтобы не терять это чувство, она взяла за правило практиковаться по несколько часов каждый день.

Каая подняла Стальное Крыло и обхватила рукоять обеими руками. Сделала глубокий вдох и выгнула спину, отставив правую ногу назад и выпятив бедра. Выдохнув, она взмахнула мечом и рассекла воздух, снова и снова. В следующий прием Каая вложила больше силы в удар, поворачиваясь так, чтобы не пренебречь своей защитой. Двигаясь все быстрее и быстрее, она нашла ритм, в котором могла продолжать тренировку часами.

В какой-то момент, очнувшись из состояния транса, в которое ее погружали тренировки, она увидела перед собой Ариана, а острие ее меча практически уткнулось в его грудь.

– Полагаю, ты не планировала меня протыкать? – Он поднял руки, расплывшись в озорной улыбке, которая каждый раз сводила ее с ума и которая проникла ей в сердце еще в первую их встречу.

Каая опустила меч и улыбнулась в ответ.

– Конечно, нет. В противном случае, ты бы уже лежал на земле, истекая кровью.

Его улыбка стала еще шире, а взгляд, наполненный любовью, скользнул по ее лицу и губам.

– Я проверяла мареновые ягоды, – сказала она, чтобы скрыть свое смущение. Заметив, что он продолжает смотреть на нее, указала головой на кустарник, росший неподалеку. Но светло-серые глаза Ариана все так же изучали ее лицо. – Что такое? – спросила она, затаив дыхание. Ее сердце колотилось так, будто норовило выскочить из груди.

Ариан с улыбкой покачал головой и убрал прядь волос с ее лба. Тело Кааи пронзили электрические искры, соскочившие с его кожи.

– Я ведь говорил, что ягод в этом году уже не будет. Ты знаешь, я бы вырастил тебе немного, если мог бы, – тихо добавил он.

– Знаю, – прошептала она, удерживая его взгляд. И вот они снова в этой ситуации, когда между ними в воздухе парят невысказанные слова.

– Каая, я…

– Увидимся на празднике позже? – прервала она его и быстро закрыла глаза. Она не могла позволить ему это сказать прямо сейчас. Это было слишком важно. Он был ей слишком важен.

Ариан медленно убрал руку, и Каая готова была отчитать себя за свои же слова, осознав, как сильно ей не хватает его прикосновения. Она украдкой подмигнула ему и вздрогнула, когда их взгляды снова встретились. В его глазах застыла боль, но она испарилась с очередным взмахом ресниц.

– Ориана тоже там будет, – пробормотала наконец Каая, разрывая воцарившуюся тишину.

Ориана была сестрой его биологического отца, и Ариан был благодарен ей не только за дом, в котором они с Кааей жили последние три года. Эльфийка забрала его к себе, когда он сбежал из дома. Сбежал от отчима, который ежедневно напоминал ему о том, что он не его сын, не его плоть и кровь. Когда Каая позволяла себе хоть на мгновение вспомнить об этом, в ней тотчас закипал гнев.

– Как думаешь, она приведет свою вторую половинку? – нерешительно спросил Ариан.

Ориана и Феродан знали друг друга всю жизнь, а у эльфов это мог быть очень длительный период времени. Однако их душевный союз был заключен лишь несколько лет назад. Каая не очень хорошо разбиралась в эльфийских обычаях, но подобные отношения должны были быть хорошенько обдуманы, поскольку влекли за собой некоторые серьезные последствия.

– Не знаю.

Каая познакомилась с рыжеволосой эльфийкой несколько лет назад и с тех пор встречалась с ней всего пару раз. А с Фероданом она еще никогда не сталкивалась, как и Ариан.

– Может быть… может быть, она что-то знает о моем отце.

Каая точно знала, как сильно он хотел встретиться со своим биологическим отцом – эльфом, который в то время делил постель с его матерью. После этого он ушел. Связь между эльфами и людьми не приветствовалась, особенно среди эльфов. Они часто подвергались оскорблениям со стороны себе подобных, когда заключали душевный союз со смертным, немагическим существом. Кроме того, мать Ариана была замужем за другим мужчиной. Мужчиной, который изо дня в день напоминал Ариану о том, что тот был ублюдком смешанной расы, человеко-эльфом и живым доказательством неверности его жены.

– Может быть, – прошептала Каая. – Но Ариан…

– Я не питаю никаких надежд, – прервал он ее, чуть улыбнувшись. – Мне пора, надо отправляться на рынок, иначе Прайору придется самому собирать фруктовый киоск.

Она кивнула:

– Я еще немного потренируюсь, а потом приготовлю нам что-нибудь.

– Только не спали еду снова.

Его глаза вспыхнули, и улыбка на этот раз была теплее.

Каая игриво хлопнула ему по плечу.

– Радуйся, что я вообще для тебя готовлю! – Она рассмеялась, увидев его довольное, повеселевшее лицо.

Ариан

Измученный, Ариан выпрямил спину и окинул взглядом рыночную площадь. Рабочий день почти подошел к концу, и толпа покупателей, окружавших фруктовый киоск, медленно расходилась. Это было хорошим знаком, ведь они с Прайором могли приступать к демонтажу киоска. Он вздохнул и, смахнув волосы с лица, в последний раз на сегодня принялся за работу.

Когда все ящики были составлены на небольшом складе неподалеку от прилавка, торговец фруктами подошел к нему.

– Спасибо, мой мальчик, – любезно сказал Прайор. – Возьми с собой немного груш. И одна дорана еще осталась. Мне эти штуки не нравятся.

Круглый, бледно-желтый фрукт напоминал нечто среднее между дыней и огурцом, но имел более твердую мякоть. Как и многие другие растения, кусты дорана росли в Эсерии всего несколько десятилетий. Большая половина фруктов и овощей начали постепенно приживаться здесь с тех пор, как прибыли эльфы. Они бежали из своих домов, когда стихийное бедствие уничтожило половину Медазара. Масштабы катастрофы были настолько разрушительными, что даже все оставшиеся маги земли не смогли спасти свой мир. Несколько сотен эльфов, прибывших в Эсерию, сперва были восприняты людьми весьма скептически, но они быстро научились находить общий язык с друг другом. Эльфы поклялись защищать людей и уважать их образ жизни, а люди взамен позволили им жить в своем мире. Сегодня была годовщина того дня.

– Спасибо, но сегодня не буду ничего брать. Мы прямо сейчас идем на праздник.

– На Мемориану? – Глаза Прайора округлились. – Если бы я, старик, не был бы таким уставшим, пошел бы с вами!

Ариан не смог удержаться от смеха.

– Каая была бы рада снова увидеть тебя.

– В другой раз, мальчик. Но вот, возьми тогда хотя бы это. – Он полез в карман брюк и сунул Ариану в руку несколько монет. – Развлекитесь там, хорошо?

– Прайор, я…

– Мне надо идти домой, ты ведь справишься с остальным?

– Разумеется. Увидимся завтра. Спасибо тебе!

– До завтра, мальчик. Передавай привет Каае.

Ариан кивнул и быстро разобрал оставшиеся части киоска, прежде чем отправиться в путь. Торжество будет проходить на самой большой площади в центре города. Его желудок урчал, и он с нетерпением ждал возможности отведать деликатесов, которые можно было купить в киосках, мимо которых он проходил. Но с еще большим нетерпением он ждал встречи с Кааей. С тех пор как Ариан пригласил ее к себе три года назад, они почти никогда не расставались, – только когда они с Прайором ездили на плантации. Прощаться с ней с каждым разом было все труднее, и он уже страшился следующего дня разлуки.

Ариан вздохнул. Ему хотелось рассказать Каае. Ему хотелось кричать об этом с крыш. Хотелось поведать всему миру о том, как сильно он любит девушку с грустными глазами. Но Каая не позволяла ему этого сделать, а он не желал нарушать ее границы. Когда-нибудь она будет готова. Ведь у них есть все время мира. Ему не терпелось провести вечер на Мемориане вместе с ней.

Уже издали Ариан заметил яркие, мерцавшие словно разноцветные звезды над головами прохожих, огни. Крошечные языки пламени, созданные магами огня. Скоро, несомненно, состоится и представление, на котором эльфы продемонстрируют свои способности.

– Ариан! – Он повернул голову влево, и у него чуть не перехватило дыхание.

Каая была одета в длинное платье песочного цвета, которое подчеркивало не только ее загорелую кожу, но и глаза – ярко-карие и переливающиеся в свете огней точно жидкий мед. Она склонила голову, украшенную цветочным венком.

– Ариан?

– Прошу прощения, – пробормотал он, неловко потирая затылок. – Ты выглядишь поистине отлично. Просто прекрасно. Имею в виду, красиво. Очень симпатично.

Каая робко прикусила нижнюю губу, и уголки ее рта поднялись в улыбке.

– Спасибо. – Каая внезапно схватила его за руку и потащила за собой в толпу. – Я уже нашла киоск с пирогами!

Он заметил в ее глазах блеск и, смеясь, последовал за ней, не в силах противиться.

– Только взгляни! – Она указала на маленькие тарталетки с сахарной глазурью. – Леди сказала, что они начинены вареньем.

– Вареньем из мареновых ягод. – Эльфийка за прилавком засмеялась.

– Не хочешь подарить поцелуйчик своей девушке?

Ариан удивленно приподнял брови, а Каая рядом с ним захихикала.

– Тарталетки называются «Мареновые поцелуйчики».

– Ох, – выдохнул Ариан, чувствуя, как напряжение спадает с его плеч. – Сколько они стоят? – Он потянулся за монетами, которые вручил ему Прайор.

– Два медяка за штуку, господин.

– Тогда я возьму два.

– Отличное решение. – Она протянула тарталетки через стойку. – Не важно, эльф ты или человек, – пироги роднят нас.

Улыбнувшись, они взяли выпечку и отправились бродить по площади. Они останавливались то тут, то там, чтобы поглядеть на экспозиции, которые в этом году были особенно прекрасны. Некоторые эльфы демонстрировали свое искусство, другие читали стихи. Наконец, Каая и Ариан оказались у стенда, рядом с которым толпилось немало посетителей. Ариан мельком увидел там изготовленные вручную украшения и пожалел, что у него нет денег, чтобы купить для Кааи подарок. Совсем недавно он потратил свои сбережения на кое-что другое.

– Вот-вот начнется! – сказала стоявшая рядом Каая, выдергивая его из размышлений. Она указала на сцену, где постепенно собирались эльфы. Еще до захода солнца начался эльфийский показ талантов. У каждого из них был по крайней мере один дар, но находились и эльфы, обладающие двумя, а то и тремя сверхспособностями.

Первым на сцену вышел эльф – маг воды, который сотворил водные фонтаны, закружившиеся в воздухе. Толпа радостно аплодировала, и ее энтузиазм ни капли не угас, когда маг земли вырастил на своих руках цветы. Он бросил несколько цветов в толпу. И не успел Ариан опомниться, как поймал один из них. Каая взволнованно захлопала в ладоши и улыбнулась во все тридцать два зуба. Недолго думая, Ариан вручил ей красную розу.

– Миледи. – Он поклонился, на что она тихо засмеялась.

– Вы так заботливы, уважаемый лорд!

Снова выпрямившись, Ариан заметил, что ее щеки порозовели. Она вдохнула аромат розы, не переставая улыбаться и не сводя с него глаз. Он почувствовал, как внутри зарождается нежная надежда, и все в нем кричит от желания поцеловать ее улыбающиеся губы.

Из размышлений его вырвал гомон зрителей вокруг него, когда на сцену вышла огненная ведьма, и в пляс пустились кольца пламени. Вскоре они превратились в огненные столбы, и толпа взорвалась бурными аплодисментами.

Ариан еще раз украдкой взглянул на Кааю, но и она завороженно наблюдала за представлением. Следующий и, по-видимому, последний эльф, демонстрировавший свою магию, был без рубашки. Благодаря этому Ариан смог разглядеть переплетавшиеся на его обнаженной груди рунические узоры. Белые и синие, они выделялись на фоне его темно-коричневой кожи.

– Маг воздуха и воды, – выдохнула Каая.

Словно в подтверждение ее словам, мужчина поднял руки вверх и вызвал ледяной дождь. Но до того как первые капли обрушились на зрителей, он сгустил воздух над их головами и создал щит, защитивший их.

Толпа заверещала, и Ариан не мог не согласиться с их восторгами. В тот момент ему снова, уже не в первый раз, захотелось стать чем-то большим, чем простым немагическим полуэльфом.

– Жаль, что в этот раз были только стихийные маги, – сказала Каая после того, как представление кончилось, и они проталкивались мимо других посетителей. – Это было потрясающе, но я бы очень хотела увидеть, на что способны маги крови. Или маги мыслей.

– Или маги душ.

Каая пожала плечами.

– Их больше нет.

– Их нет здесь, – поправил он, похлопывая ее по плечу.

Последние маги душ, как известно, были изгнаны много веков назад. Хотя иногда ходили слухи, что свидетельствовали об обратном.

– Я это знаю, – сказала Каая, взглядом блуждая по толпе. – Ты в итоге нашел Ориану?

Он совсем забыл, что хотел с ней встретиться.

– Нет.

– Может, мне поискать ее? Я все равно должна вернуться к эльфийке у киоска с тортами, пришлось оставить у нее Стальное Крыло.

– Ты взяла его с собой? – Ариан приподнял бровь, хотя совершенно не удивился этому. Каая редко выходила из дома без своего меча.

– А под платьем у меня снаряжение. Я подумала, вдруг тут будет тренировочный стенд или какой-нибудь небольшой турнир. – Она пожала плечами. – Я скоро вернусь. Жди здесь, тогда она тебя точно заметит, если пришла сюда.

Ариан озадаченно кивнул, уставившись ей вслед, пока она не скрылась в толпе людей и эльфов. Он осматривал прохожих, выискивая рыжую голову своей тети, но нигде не мог ее обнаружить. Его внимание привлек волшебный фонтан, и некоторое время он наблюдал за тем, как закручивается в воздухе вода из него, мерцая разными красками. Зрелище заворожило его, и он краем глаза заметил, что толпа зрителей начала редеть.

Сколько времени прошло с тех пор, как Каая ушла за своим мечом? Она еще не вернулась, и Ариан начинал терять терпение. Он чувствовал нервное покалывание в своих конечностях, а затем все-таки подошел к прилавку с тортами и пирожными.

– Извините, милорд, я не знаю, куда она ушла, – ответила лавочница. – Она взяла свой меч и сказала, что хочет уйти отсюда.

Ариан поблагодарил эльфийку и купил еще две песочных тарталетки. Он решил пойти к выходу, – может быть, Каая ждала его там.

Но там ее тоже не оказалось. Покалывание, заставлявшее его сердце биться сильнее, становилось более настойчивым. Нервничая, он еще раз окинул пустеющую площадь взглядом, прежде чем покинул ее и направился к городским вратам. Он вглядывался в темноту леса. Может быть, она ушла, потому что не смогла найти его? Ариан отправился в путь, откусив от маленького пирожного.

Когда вдали показалось мягкое сияние озера, на берегу которого стоял их дом, Кааи по-прежнему не было видно. Его охватило неприятное предчувствие, и он ускорил шаг. Внезапно до его ушей донесся звук, который он не сразу смог распознать. Звук напоминал тихий стон, будто кто-то задыхался от напряжения. В голове Ариана зазвенели все тревожные звоночки сразу.

– Каая?

Никто не ответил. Ариан, нахмурив брови, огляделся по сторонам, но никого не увидел. Он медленно шел вперед, продолжая всматриваться в окрестности и выкрикивать ее имя. Однако вокруг не было ничего, кроме тихо стрекочущих сверчков. Ариан почти добрался до дома, когда звук раздался снова, на этот раз громче. Будто человек, издававший этот звук, подобрался ближе. Ариан посмотрел налево, чтобы разглядеть его, как вдруг почувствовал ледяную руку, обхватившую его правое плечо. Он испуганно вскрикнул, но в поле его зрения по-прежнему никого не было. Другая его рука также была схвачена ледяными оковами. Холод распространился по всему телу, парализовав его, и оставшийся кусочек пирожного выскользнул из руки и упал на землю.

– Кто здесь? Что происходит? – кричал он, пытаясь подавить зарождающуюся внутри панику.

В конце концов, этому должно быть логическое объяснение.

Ариан снова беспокойно осмотрелся и заметил его. Сгорбленный силуэт, появившийся из-за дерева. Он медленно выпрямился. Лунный свет упал на мужчину с прямыми темными волосами, из-под которых торчали два длинных заостренных уха. Он повернул к Ариану свое бледное лицо и смерил его взглядом черных как сама ночь глаз.

«Это не обычный эльф», – выстрелило Ариану в голову. Он все еще не мог двигаться.

– Чего ты хочешь от меня?

– Я пришел сюда, чтобы забрать с собой душу. – Голос эльфа звучал грубо и сухо, будто он не пил несколько дней. – Но потом меня привлекла сила, которой я не смог… – он на мгновение запнулся, тяжело задышав, – не смог сопротивляться.

Эльф жадно облизнул губы, что заставило Ариана внутренне содрогнуться. Что за сила удерживает его на месте? Магия воздуха? Возможно ли вообще сделать нечто подобное с помощью магии воздуха? Зачем этот эльф напал на него? И почему он говорил о душах? Неужели он?.. Быть того не могло…

Его мысли оборвались, когда тонкие губы эльфа искривились в усмешке. Вокруг его пальцев, исписанных фиолетовыми рунами, закружилась темная тень.

Значит, это он.

Маг душ.

Без лишних слов он направил тень на Ариана. В считаные секунды темная магия устремилась к нему и проникла в его тело, заставив вскрикнуть от боли. Казалось, будто его кожа отслаивается, плоть горит под ней, а органы распадаются на части.

– Но прежде, чем забрать себе душу, мне надо тебя сломить.

Глава 2

Каая

Крепко сжимая рукоять стального меча, Каая ринулась в лес. Сперва она не была уверена в этом, но теперь, когда крик в очередной раз сотряс тишину, она поняла, что это кричал Ариан. Меч готов был выскользнуть из ее рук – так сильно они дрожали. Но Каая собрала всю свою волю в кулак и ускорила шаг, пока не наткнулась на тропинку, извивающуюся через ольховый лес. И то, что она там увидела, заставило ее на мгновение замереть на месте. Ариан стоял прямо перед ней, но его тело казалось неестественно напряженным, а взгляд – обезумевшим и полным страха. А в нескольких шагах стоял эльф, вытянувший руки в его направлении. Из ладоней незнакомца тянулся темный дым, который кружил вокруг бездвижного тела Ариана и протыкавший его насквозь.

Когда Ариан снова громко вскрикнул, Каая подняла Стальное Крыло и побежала к эльфу, который причинял боль ее самому важному человеку в мире. С криком ярости она направила на него острое лезвие, но тут же застыла, не успела сталь коснуться плоти. Воздух был будто вытеснен из ее легких, а Стальное Крыло упал на землю с глухим звоном.

Испуганная, Каая следила за тем, как черный дым рассеивается, а эльф отступает на несколько шагов назад, не выпуская Ариана из виду.

– Что здесь происходит? – взревела она сдавленным от слез голосом, не в силах пошевелиться. – Ариан? Ариан, ты в порядке? Что случилось?

– Я… я… не знаю. – Его голос был таким слабым, что у нее снова перехватило дыхание. В панике она смотрела то на Ариана, то на нападавшего.

– Нам пора, – сказал эльф, собирая в руку темно-фиолетовую энергию.

Ариан

– НЕТ! – услышал он крик, когда луч энергии ударил его прямо в грудь. Каая звучала беспредельно отчаявшейся.

Ариан опустил взгляд вниз, наблюдая за тем, как магия душ проедает дыру в его груди, и чувствуя разливающийся внутри себя ледяной холод. Будто железный кулак, он обхватил его колотящееся сердце и крепко сжал. Боль, пронзившая его в этот момент, заставила снова вскрикнуть. Ариан поймал взгляд Кааи, пытаясь дать ей понять, что он в порядке и все будет хорошо.

Ложь.

Очередная волна боли снова накрыла его, и он закричал, не в силах подавлять душевные терзания. Ариан схватился за грудь, будто не хотел позволить своему сердцу разбиться на тысячу осколков. Прежде чем упасть на колени, из его груди вырвался всхлип. Он ведь столь многое хотел ей сказать.

– Каая, я… я…

Каая

– Ариан, НЕТ! – снова закричала Каая, из ее глаз безостановочно лились слезы. Она изо всех сил противилась невидимым оковам, что не позволяли ей подбежать к нему.

Со всепоглощающим отчаянием Каая смотрела на то, как маленький серебряный светящийся шар вылетел изо рта Ариана, не дав ему закончить фразу. «Его душа», – подумала она, рухнув на колени и протягивая к нему дрожащую руку. Сковывавшие ее чары, казалось, ослабли.

– Пожалуйста, нет… – Ее голос был лишь тихим шепотом.

Сквозь пелену слез она увидела, как Ариан наклонился вперед. Увидела, как погас свет в его глазах, стоило серебристому шару света отлететь от него. Прочь от него и в сторону монстра, выпустившего темный луч энергии.

Эльф вытянул вперед руку, в которой лежала пустая стеклянная сфера. Когда серебристый шар с душой приблизился, они слились воедино.

– Наконец-то, – сказал он, сжимая сферу так, будто это самое ценное его сокровище.

– Почему? – прохрипела Каая, глядя на эльфа сквозь слезы. Но тот лишь насмешливо ухмыльнулся. – Я умоляю вас, – всхлипнула она, вонзившись пальцами в землю.

Гордость и достоинство больше не имели значения. Ничто больше не имело значения, когда Ариан покинул ее.

– Оставь его в покое, – хныкала она. – Возьми меня, а его оставь.

– Можешь оставить себе его оболочку, – злобно рассмеялся он.

– Пожалуйста, – шептала она, повторяя это слово снова и снова.

Воздух вокруг эльфа всколыхнулся, и он начал растворяться, пока полностью не исчез. Будто его никогда тут не было.

Крик, полный боли, разорвал горло Кааи.

Глава 3

Принц

На краю обрыва стояла небольшая часовня, а внизу раскинулось спокойное озеро, поверхность которого была такой гладкой, что принц мог бы разглядеть в ней свое отражение. Нервное выражение лица, тонкая пленка пота на коже. Сегодня был знаменательный день в его жизни, и сердце билось так сильно, словно желало вырваться из груди.

Принц взглянул на часовню, посмотрел на большие окна, высокие башни и луну, красовавшуюся между ними на небосклоне. Это место окружала особая аура, и именно здесь должна была состояться магическая церемония. Он робко улыбнулся. Как она будет прекрасна в своем белом платье!

Мысль о ней успокоила его, а потому принц решительно направился к часовне. Двое мужчин, охранявших вход, низко поклонились, когда он появился в поле их зрения. Принц кивнул им и вошел в здание. Изнутри оно было столь же роскошным, как и снаружи. Пол и высокие стены, сходившиеся на округлом потолке, были облицованы белым мрамором, а на маленьких столиках и в нишах красовались золотые подсвечники. Бесчисленное множество свечей заливало зал теплым ярким светом. Узкий проход, вдоль которого по обеим сторонам располагались каменные скамьи, вел к помосту, где его уже ждал священник.

– Приветствую вас, мой принц, – поклонился тот, и на его лице появилась искренняя улыбка.

– Приветствую вас, понтифик, – отозвался принц, улыбнувшись и почтительно склонив голову.

Все еще слегка нервничая, он наблюдал за тем, как небольшой зал постепенно заполняется гостями, пожелавшими присутствовать на церемонии. Парадное одеяние натянулось на его груди, как будто стремилось перекрыть ему доступ к кислороду. Неужели оно всегда так плотно сидело на нем? Он сделал глубокий вдох и попытался думать только о своей принцессе, которая вот-вот войдет в часовню и привлечет всеобщее внимание своей притягательной аурой. Он вспомнил, как впервые встретил ее. Его потянуло к ней так, как ни к кому другому раньше. Ее глаза цвета сияющих аметистов будто вдохнули в него жизнь, теплые объятия стали для него прибежищем, а исходившие от нее ароматы дождя и вспаханной земли – его якорем в этом мире. Чем дольше времени он проводил с ней, тем больше убеждался, что связь между ними прочна и глубока, что он никогда прежде так не любил. Потому что то, что у них было – чем была она, – стало для него всем. Она была его миром. Он нашел ее, свою родственную душу.

Когда створчатые двери спустя, казалось, целую вечность распахнулись, его сердцебиение на мгновение остановилось. Она вошла, и он тут же встретился с ней взглядом, почувствовав, что с этого момента все будет хорошо. Что отныне они будут неразлучны.

Он, она и чудо, что она носила под сердцем.

Его взгляд скользнул к ее животу, слегка округлившемуся под облегающим белым кружевным платьем. Ее черные как ночь волосы были элегантно собраны в пучок, а лоб венчала тонкая диадема.

«Она красивее, чем когда-либо», – подумал он, но тут же поправил себя, увидев нервную улыбку на ее губах.

Вот теперь она выглядит идеально.

С каждым шагом, что она делала в его сторону, он все отчетливее видел их совместное будущее. Он улыбнулся ей, чтобы разделить с ней волнительный трепет, и протянул руку, когда она подошла к помосту. Она вложила свою маленькую ладонь в его, будто говоря ему «я твоя». Они поднялись по ступенькам, и теперь принц и принцесса стояли лицом к лицу. Все еще держась за руки, они слушали, как священник произносит речь.

«Целую жизнь мы проведем бок о бок», – подумал он и закрыл глаза, как будто с трудом мог поверить в свое счастье.

Когда снова открыл глаза, он смотрел в беззвездное ночное небо, а на его щеках уже высыхали следы от слез. Этот сон каждый раз лишал его рассудка.

«Не сон, воспоминание», – мысленно поправил он себя.

Глава 4

Каая

Каая подползла к Ариану и свернулась калачиком рядом с его безжизненным телом. Она не знала, сколько времени так пролежала, пока не услышала топот копыт, становившийся все ближе и ближе. Возможно, это возвращался эльф, чтобы забрать и ее. Ну и пусть забирает. Ее в любом случае здесь больше ничего не держит. Горячие слезы безостановочно текли по щекам, орошая холодную землю.

– Не покидай меня, – прошептала она, кончиками пальцев коснувшись лица Ариана. Его серые глаза потускнели и уставились в пустоту. И все же Каая надеялась, что он в любое мгновение поднимется и скажет ей, что все хорошо. Что это просто ночной кошмар. Пусть скажет, что он здесь и никуда не уйдет, никогда не оставит ее одну. В конце концов, он был ее домом.

Каая захныкала и еще сильнее прижала колени к своей груди. Она не могла его потерять, не могла. Это все ее вина. Если бы она только все время была с ним…

– Каая? Ариан? – Мягкий голос, в котором звучала скептическая нотка, показался ей странно знакомым. – Что вы там делаете, ребята?

Каая осторожно подняла голову и увидела, как тетя Ариана слезает со своей лошади. Эльфийка с беспокойством посмотрела на них своими карими глазами, и ее длинные огненно-рыжие волосы упали на лоб, когда она наклонилась к ним.

– Ориана, – прохрипела Каая. Из-за долгого крика и плача ее голос сорвался. Ей бы ощутить облегчение при виде эльфийки, но она ничего не чувствовала, кроме пустоты.

Тетя Ариана, казалось, начала понимать, что что-то не так, и прижала ко рту руку бронзового оттенка.

– Что случилось? Что с Арианом? – Она опустилась на колени рядом с его телом, чтобы прощупать пульс.

– Тут был маг душ, эльф теней, – в отчаянии прошептала Каая.

Ориана нахмурилась.

– О чем ты? Маги душ исчезли много веков назад. В Эсерии их точно нет.

– Я тоже так думала. Но на нем были фиолетовые руны, а его глаза… Глаза были темно-черными. А кожа такой светлой, что казалась практически прозрачной. Но этого не может быть… верно?

Ответом стал взгляд Орианы, который она бросила на нее, не моргая. Затем эльфийка подхватила Ариана на руки и встала.

– Ты сможешь подняться? Надо убираться отсюда. Немедленно.

Каая кивнула и выпрямилась. Они вместе усадили Ариана на лошадь Орианы. Ошеломленная, Каая подняла с земли Стальное Крыло и взобралась на лошадь позади своего друга. Ориана тем временем села на лупиру, что сопровождала ее повсюду. Это был верный, похожий на лису зверь по имени Вира, которого Ориана забрала с собой из Медазара.

– Наша хижина находится в том направлении. – Каая указала назад, когда Ориана собиралась ехать на восток.

– Мы едем ко мне. У меня есть все необходимое для консервации тела.

– Консервации? – Голос Кааи сорвался, и на глазах снова выступили слезы.

– Нам нужно поторопиться, Каая. Я все объясню, когда мы доберемся до места.

Пока они в стремительном темпе преодолевали километр за километром по ольховому лесу, Каая пыталась успокоиться. Безжизненное тело Ариана безвольно висело у нее на руках, не давая ей возможности подавить зарождающийся внутри страх. Чтобы не сойти с ума, она сосредоточилась на другой мысли, пульсировавшей в ее голове: «Эльф теней в Эсерии». Он пришел и забрал с собой душу Ариана. Значит, все слухи были правдивы.

К тому времени, как они добрались до небольшой эльфийской деревушки, расположившейся в горах Доллен, уже наступило утро. Еще несколько дней назад вид солнца, восходящего между горными вершинами, на нежно-розовом небе, оказал бы на Кааю успокаивающее воздействие. А сейчас казалось, будто оно просто насмехается над ней. Будто напоминает о том, что ее мир перевернулся, а солнце и луна равнодушны к ее потере.

Каая огляделась, пытаясь сдерживать слезы. Она никогда не бывала здесь раньше. Аргонсфельд расположился среди зелени, как и любили эльфы, связанные с природой. Здесь стояло не более двух десятков небольших деревянных хижин, которые выстроились вплотную друг к другу, образуя своего рода рыночную площадь, где бродили несколько эльфов. В воздухе пахло чистотой, соснами и землей. Каая глубоко втянула воздух в легкие, чтобы убедиться, что она еще жива.

Она потянула за вожжи и хотела было спешиться, как Ориана бросилась ей на помощь. Вместе они сняли тело Ариана с лошади и погрузили на лупиру.

– Пойдем со мной. – Ориана обняла Кааю за плечи. – Кто-нибудь позаботится о лошади и отведет в конюшни. Боюсь, она слишком измотана, чтобы идти дальше. К тому же мы почти прибыли.

Каая согласно кивнула, и они, в сопровождении Виры, приступили к последнему этапу своего пути, поскольку хижина Орианы находилась немного выше и более удаленно, чем остальные дома в деревне. Уставшие, они наконец-то достигли места назначения. Эльфийка снова взяла Ариана на руки и понесла его внутрь. Каая последовала за ней, а Вира исчезла между деревьями.

Небольшая хижина была оснащена только самым необходимым, но выглядела довольно теплой и уютной. Каая закрыла за собой дверь, а Ориана уложила Ариана на диван, расположенный перед камином, и села рядом с ним. Одним взмахом руки разожгла огонь, и внезапно стало еще теплее.

– Ты должна рассказать, что именно произошло.

Каая с трудом сглотнула, но кивнула. Возможно, Ориана могла как-то помочь. Возможно, все разрешится само собой. Может быть, Ариан поднимется с дивана прямо сейчас и заключит ее в свои объятия.

Эльфийка покачала головой.

– Не смотри на меня с такой надеждой. – Ее голос звучал сдавленно, будто она пыталась подавить безудержные рыдания. – Мне надо сначала узнать, что произошло.

У Кааи на глазах навернулись слезы, но она взяла себя в руки и снова кивнула. Затем судорожно выдохнула и, прислонив Стальное Крыло к стулу, опустилась рядом с Орианой.

– Мы были на празднике. На Мемориане, – нерешительно заговорила она. – Я на минутку… просто на минутку отошла к стойке с яблоками в карамели, я… – Ее голос сорвался. Она сделала глубокий вдох, потом снова выдохнула, пытаясь собраться с силами. А затем рассказала об эльфе в лесу. О черном дыме, фиолетовом луче света и истошных криках Ариана, которые навечно отпечатались в ее памяти.

Глаза Орианы блестели, взгляд стал подозрительным.

– И вы совсем не могли пошевелиться?

Каая печально покачала головой.

– Я ничего не могла сделать. Ничем не могла ему помочь. Я просто бросила его одного.

Ориана нежно положила руку ей на плечо.

– Никто бы не смог ему помочь, если … если это правда… – Она замолчала и смиренно вздохнула, прежде чем убрать руку и рассеянно помассировать виски.

Взгляд Кааи упал на зеленые и несколько оранжевых рун, образовывающих цветочный узор на ладонях Орианы, спускаясь по ее нежным запястьям к предплечьям. Они характеризовали ее, как мага земли, что обладала небольшими способностями к огненной магии.

– Ты видела, откуда появился тот эльф?

– Нет, – прошептала Каая, и ее мысли вернулись к моменту, когда она увидела Ариана в лесу. – Я пришла слишком поздно. А ты где была? – Упрек в ее голосе нельзя было не расслышать. Каая прикусила язык, но слова уже сорвались с ее губ и, видимо, возымели свое действие.

Ориана едва заметно вздрогнула, прежде чем снова повернуться к Каае.

– Феродан внезапно решил отправиться в торговое путешествие. Я захотела пройтись с ним немного и… не успела вовремя к Мемориане. Когда я приехала, последние продавцы уже убирали свои киоски. Мне так жаль… – От боли в голосе Орианы у нее пробежались мурашки по коже. – Но как такое вообще возможно? Эльфы тени, здесь?

Каая невольно вспомнила вечера, которые она проводила, протирая столы и подметая полы, в различных трактирах Сильверштурма, чтобы заработать несколько медяков. Она нередко подслушивала свежие сплетни.

– Я слышала истории о них и раньше, но…

– Истории?

– Да. Когда растешь на улице, многое ненароком подслушиваешь. – Каая опустила взгляд на свои руки. – Истории, слухи… Некоторые люди утверждают, что видели, как их друзья или родственники подверглись нападению мага душ. Как их лишили души.

Ориана резко втянула воздух.

– Последние маги душ давным-давно были изгнаны в Туманность.

Да, она это знала. Сильнейший среди них маг душ, Эльдан Уларен, много веков назад поставил перед собой цель лишить людей душ, чтобы проводить над ними эксперименты. Тем самым он нарушил мирное соглашение с людьми, и эльфы Высшего Совета изгнали его вместе с последователями в мир-темницу – Туманность. Вырваться из этой тюрьмы было невозможно. Должно было быть невозможно…

– Каким-то образом этот маг душ, похоже, добрался до Эсерии. Он схватил душу Ариана и исчез. – Когда голос Кааи к концу повествования стал тише и тоньше, Ориана крепко обняла ее. Впервые с момента нападения на Ариана она не чувствовала себя одинокой. Она цеплялась за Ориану, как утопающий цепляется за соломинку. Эльфийка шептала ей успокаивающие слова, хотя ее, вероятно, тоже разрывало изнутри. Их с Арианом столь многое связывало.

– Как я могу его спасти? – прошептала Каая.

Ориана напряглась, прежде чем высвободиться из объятий. Она взглянула на Ариана, и на ее лице отразилась боль.

– Хотела бы я сказать. Если это эльф теней, то он, должно быть, нашел выход из Туманности.

– Какой-то портал?

Ориана на мгновение задумалась, а затем покачала головой.

– Этого не может быть. Чтобы создать портал, ему пришлось бы провести ритуал, а это невозможно сделать без магии.

Верно, магия. Поскольку Туманность находилась вдали от солнца, эльфы были лишены своего источника магии – солнечного света. Они жили в полной темноте. Потому-то их и прозвали эльфами теней.

Каая вспомнила темные глаза эльфа, и ее охватила дрожь, проникшая в самое сердце.

– Скорее всего, это был какой-то портал, Ориана. Воздух вокруг него затуманился, а затем он словно растворился в воздухе.

Эльфийка вздрогнула.

– Как будто он медленно материализовался в другом месте?

Каая нахмурилась.

– Да, – нерешительно ответила она. Если хорошенько подумать, то, вероятно, так все и было.

Глаза Орианы расширились. Поспешно поднявшись, она бросилась к полке, с которой достала книгу в темном переплете. Словно в трансе, она перелистывала страницы, но, казалось, так и не нашла того, что искала. С громким вздохом она закрыла книгу и вернула ее на место.

– Мне нужно к подруге в Айхенштадт. У нее есть книги по ритуальной магии.

– Ритуальная магия? – Каая поднялась, обошла массивный обеденный стол и подошла к Ориане. – Ты должна рассказать мне все, что знаешь, Ориана. Пожалуйста.

Тетя Ариана прикусила нижнюю губу, а затем кивнула.

– Возможно, между мирами существует разлом.

Сердцебиение Кааи участилось.

– Что это значит?

– Я не знаю, как это могло произойти, но это стало бы очевидным объяснением того, как эльфу тени удалось сбежать из Туманности.

– Значит ли это, – сердце Кааи начало колотиться, – что я смогу попасть в Туманность через этот разлом?

– Это абсолютное безумие, – прошептала Ориана, и на ее лице отразилось беспокойство. – И слишком опасно.

– Он забрал его душу, Ориана! – Каая развела руками и дала наконец волю слезам. – У него душа Ариана! Если мы не вернем ее… Его тело умрет.

– С одной душой мы далеко не уйдем. Надо еще и узнать, как вернуть ее в тело.

– Ведь именно это и делал Эльдан, не так ли?

Даже спустя тысячу лет об этом все еще говорили шепотом. О жестоком маге душ, который с помощью своего ученика похищал людские души, чтобы вселить их в тела мертвых эльфов.

Ориана села на один из стульев и положила руки на стол.

– С помощью ритуала мы могли бы воссоздать магию душ Эльдана, но… нам потребуется целое заклинание. – Она вздохнула и потерла лицо. – И нужно сохранить тело Ариана, чтобы оно не распалось. – Эти слова снова прожгли дыру в груди Кааи.

– Целое? Ты знаешь какую-то его часть? – Каая села напротив Орианы.

– Да. – Эльфийка медленно кивнула. – Что-то вроде: «Кровь от его крови»… «Сердце, что бьется за него». Я уверена, есть еще и другие компоненты ритуала, но я не хочу выдумывать.

Каая вздрогнула.

– Сердце, что бьется за него? Это как?

– Это о том, кто любит его, – закончила Ориана с нежной улыбкой на губах.

Каая почувствовала жар на своих щеках.

– А в твоих жилах течет его кровь, – взволнованно заключила она.

– Боюсь, все не так просто… – Ориана потерла лицо. – Ариан и я, мы… Мы не прямые родственники.

Прошла минута, другая, третья.

– Что ты хочешь этим сказать? Ты ведь сестра его биологического отца.

Ориана отодвинула свой стул, встала, а потом снова села.

– Это сложно, Каая. У нас сейчас нет времени на объяснения. – Она схватила ее за руку через стол и виновато взглянула на нее. – Тебе только нужно знать, что Ариан важен для меня, и я тоже хочу его спасти. Однако моя кровь для этого не подходит.

Голова Кааи вдруг разом опустела. Будто она была и пуста и переполнена одновременно, и там царил полный беспорядок.

– Но последняя родственница Ариана, его мать, она… мертва.

Стоило Ориане произнести эти слова, и ее лицо потеряло все краски.

– Он никогда не говорил мне об этом.

– Мы и сами недавно узнали. Ее муж, отчим Ариана, он… Говорят, он убил ее.

Каая почувствовала, как стеснило в груди, отчего ей стало трудно дышать. Она знала, что отчим Ариана был жесток. Что он избивал Ариана и его единоутробного брата, когда они были маленькими, но…

Каая широко раскрыла глаза.

– Арон, – прошептала она. – Единоутробный брат Ариана.

Открыв глаза, Каая лежала на мягком матрасе и смотрела в потолок. Хотя она не спала последние две ночи, отдохнуть ей никак не удавалось. Ориана тем временем ухаживала за телом Ариана, которое она перенесла в амбар по соседству. Образ бездушной оболочки, которой он теперь являлся, просто не отпускал Кааю. Разочарованная, она повернулась на бок и попыталась сосредоточиться на задаче, которую ей предстоит выполнить. Завтра же она отправится на поиски Арона.

Интересно, он по-прежнему жил в Обернштайге? Жив ли он вообще? По ее телу пробежали мурашки. Если Арона тоже не было в живых, они не смогут провести ритуал. Она нервно вздохнула.

Пока Ориана готовила для них еду, Каая вспомнила о еще одной составляющей ритуала – предмете, способном привязать душу Ариана к телу. Они возьмут цепочку, которую он нашел в шкатулке для драгоценностей своей матери в детстве и с тех пор никогда не снимал. Именно по этому украшению Ориана тогда узнала его и взяла под свое крыло. Когда-то цепочка принадлежала его биологическому отцу.

Каая снова вздохнула. Она должна найти Арона. И разлом между мирами.

Она должна найти душу Ариана и при этом не потерять себя.

Каая проснулась еще до восхода солнца. Она спала беспокойно и проснулась вся в поту. Подушка была влажной от слез, которые она, видимо, выплакала во сне. Но сейчас, сидя на краю кровати, она поклялась больше не плакать. И запереть глубоко внутри себя слабую Кааю. Кааю, какой она была до того, как в двери постучалась жизнь. Кааю, которую она уже даже не помнила… Теперь ей надо стать сильной. Такой, какой ее сделала сама судьба. Кроме того, у нее была надежда, и пока она не угаснет, Каая будет сильной. Ради Ариана.

Она сняла ночную рубашку, которую ей дала Ориана, и переоделась в свою одежду. Ловкими пальцами туго зашнуровала дублет после того, как надела брюки и влезла в потертые кожаные сапоги. Заплела волосы в косу, доходившую ей до самой талии, а затем накинула темно-зеленый плащ и закрепила Стальное Крыло на спине. Она в последний раз взглянула на платье песочного оттенка, которое надевала на праздник. Ткань была покрыта пятнами травы и земли. Каае пришлось задействовать все свое самообладание, чтобы не рухнуть от бессилия на пол.

Когда она вышла из комнаты, Ориана уже находилась в гостиной. Под ее глазами залегли темные пятна: видимо, ей тоже с трудом удалось заснуть. Едва дверь за Кааей закрылась, Ориана подняла на нее глаза.

– Доброе утро, Каая, – поприветствовала она, поднимаясь с дивана. От Ариана не осталось и следа. Видимо, Ориана оставила его в амбаре.

– Сработало? – спросила Каая.

Ориана кивнула, и у нее словно камень с души свалился.

– На данный момент распад его тела замедлен. Мне по-прежнему необходимы некоторые травы, чтобы отсрочить процесс. – Она потянулась за своей сумкой. – Я отправляюсь прямо сейчас. В Айхенштадте есть небольшая лавка, где можно приобрести все виды трав. Его владелица моя старая подруга, о которой я вчера упоминала. Я также поспрашиваю ее о книгах по ритуальной магии.

– Тогда давай пойдем вместе.

– Разве ты не хочешь чего-нибудь поесть?

Каая покачала головой:

– Я не голодна.

– Позволь мне хотя бы положить тебе немного с собой.

Не прошло и пяти минут, как Ориана вернулась и передала ей сумку, которая казалась значительно тяжелее, чем раньше.

Каая открыла ее и заглянула внутрь.

– Что ты мне подсунула? Камни?

На лице Орианы заиграла улыбка.

– Хлеб, фрукты и тонизирующий отвар. На случай, если ты слишком устанешь, заболеешь или не сможешь заснуть.

Теперь и Каая улыбнулась.

– Спасибо тебе.

Они вместе вышли из дома и спустились по склону, чтобы через рыночную площадь добраться до конюшен.

– Ты знаешь, как добраться до Обернштайга?

Каая кивнула:

– Примерно помню, да.

– Если хочешь, можем зайти к картографу. – Одним из своих тонких пальцев Ориана указала на площадь. – Он продает карты. Они очень красивые.

– Наверное, это бы мне не помешало.

Они отправились в один из немногих магазинчиков, расположившихся в Аргонсфельде. Над дверью звякнул колокольчик, и к ним подошел довольно низкий круглолицый эльф.

– Приветствую, дамы, – любезно поздоровался он и поклонился.

Каая заметила руны цвета зеленого мха, тянувшиеся от его лба к обнаженному затылку. Конечно, близость к земле могла быть полезна при составлении топографических карт. Ни для кого не секрет, что маги земли понимали природу как никто другой.

– Доброе утро, – ответила Ориана с улыбкой на губах. – Мы ведь не слишком рано?

Он нахмурился.

– Таких очаровательных молодых леди я готов обслуживать круглосуточно!

Ориана разразилась звонким смехом. Ей было уже больше тысячи лет, хотя по ней это и незаметно. Эльфы старели очень медленно.

– Моей подруге нужна карта местности. Ничего сложного, главное, чтобы была практичной.

Каая оглядела небольшой магазинчик. На обшитых деревом стенах висело множество портретов, рисунков, карт отдельных регионов и даже целые карты мира.

– Но кто сказал, что одно исключает другое? – заговорщически поинтересовался тот, исчезнув за прилавком.

Каая подошла к витрине и изучила выставленные товары. Горные кристаллы и всевозможные драгоценности, даже чеканные золотые монеты. Присмотревшись, она узнала королевскую печать Изолона.

– Откуда у вас эти сокровища?

– Я много где бываю. – К настоящему времени он уже полностью скрылся за прилавком, что было неудивительно, учитывая его небольшой рост. – Я вернулся из Агдалона два дня назад.

Его лицо было ярко-красным, когда он снова показался из-за прилавка, размахивая пергаментным свитком в руке.

– Подойдите ближе!

Ориана и Каая приблизились к столу, на котором он раскладывал свиток.

– Просто произведение искусства, – выдохнула Каая. Она провела пальцами вдоль побережья Редона, затем остановилась на точке, где над изогнутыми маленькими буквами было выведено «Кальтеннест».

Прошло семь лет с тех пор, как она покинула родную деревню. У нее было всего несколько мимолетных воспоминаний об этом месте, и она даже не помнила, любил ли ее когда-то отец. Если она что и помнила о нем, так это то, что он был запойным неудачником, сломленным человеком, который выставил ее за дверь, заявив, что она ему больше не дочь.

– Сколько ты за нее хочешь? – Голос Орианы выдернул ее из размышлений. Эльф указал на карту, к которой был прикован взгляд Кааи.

– Со скидкой для гостей я отдам ее твоей подруге за десять серебряных монет.

Каая сторговалась с ним до восьми и засунула свое новое приобретение в сумку, когда они вышли из магазина.

– Каая. – Ориана остановилась и нежно взяла Кааю за руку, чтобы ненадолго ее задержать. Нахмурившись, она повернулась к эльфийке. – Мы справимся.

– Я знаю. – Каая уверенно посмотрела ей в глаза и кивнула. – У нас нет другого выбора.

С другим она просто никогда не смирится.

Глава 5

Каая

Каая добралась до Обернштайга к раннему утру следующего дня. Маленький городок находился прямо на берегу моря, и соленый воздух, влажно оседавший на коже, напомнил ей о годах, что она провела на улицах Сильверштурма.

Она спешилась со своей лошади и зашагала рядом с ней. Мужчины и женщины, встречавшиеся ей на пути, беззастенчиво разглядывали ее, а некоторые даже смотрели с презрением. Вероятно, она выглядела хуже, чем думала. Вчера, когда она прощалась с Орианой под Айхенштадтом, погода еще стояла хорошая, но ночью на нее обрушился сильный дождь, и из-за громких раскатов грома она почти не сомкнула глаз.

Каая оглядела себя и поморщилась, заметив остатки засохшей грязи на своих ботинках и брюках. Шерсть ее лошади тоже была испачкана и забрызгана ошметками земли.

Добравшись до центра города, она начала взглядом блуждать по окрестностям. Неподалеку она заметила колодец, где смогла умыть хотя бы руки и лицо. Лучше ей выглядеть прилично, когда она будет расспрашивать кого-нибудь из жителей об Ароне.

Ариан нечасто говорил о своем единоутробном брате, даже несмотря на то что у них были хорошие отношения до того, как он сбежал из дома. С тех пор, однако, он больше ничего не слышал об Ароне. В последний раз братья, должно быть, контактировали лет восемь или девять назад.

Каая снова огляделась и пересекла еще несколько улиц, прежде чем заметила деревянную табличку, на которой была нарисована стрелка, указывающая на дом. Там было написано «Орлиный двор».

– Трактир, отлично, – пробормотала Каая. – Жди здесь. – Она пристально посмотрела на свою лошадь, но решила все-таки привязать ее в качестве меры предосторожности. Каая подошла к строению, открыла дверь и вошла.

У прилавка сидела пара мужчин и пила вино или пиво. Еще один мужчина сидел на коленях за столом в углу маленькой комнатушки. В то время как двое других продолжали потягивать напитки из своих кружек, третий беззастенчиво уставился на Кааю.

– Ты кто такая? – спросил он, и остальные немногочисленные гости тут же обернулись. Запах перегара ударил ей в нос, пробуждая грустные воспоминания.

– Я ищу кое-кого.

Не успел он ответить, как из-за прилавка вышел еще один коренастый мужчина. Он был похож на старика. Его седая борода, заплетенная в косичку, свисала до толстого живота, густые брови почти закрывали глаза, а лицо было изрезано глубокими шрамами и морщинами. Когда он улыбнулся, Каая заметила, что у него во рту практически не осталось зубов.

– Кого ты ищешь, девочка? – Его голос прозвучал неожиданно мягко. Он мельком бросил взгляд на меч за ее спиной.

– Старого друга. Его зовут Арон. Арон Бронвен.

– Сын Сеораса? – спросил он, не задумываясь.

– Точно.

Мужчина в задней части комнаты разразился громким, лающим смехом.

Каая посмотрела на него сверху вниз.

– Что смешного?

– Что смешного, хочет она знать. – Мужчина рассмеялся еще громче. – Сукин сын свалил!

Каая непонимающе взглянула на него и снова повернулась к хозяину.

– К сожалению, это правда. После ужасного несчастного случая с его матерью он ушел, не сказав никому ни слова.

– Несчастный случай? – сердито буркнула она. Все-таки она знала, что тот случай не был несчастным.

Хозяин трактира поднял руки, пытаясь успокоить Кааю.

– Я знаю, что люди рассказывают друг другу о ее смерти. Но я слишком давно знаю Сеораса. Он любил свою жену, а теперь страдает, как побитый пес.

Каая пренебрежительно фыркнула. Ей так сильно хотелось рассказать старику о том, каким на самом деле человеком был Сеорас. Каким был отцом. Он не только забил свою жену до смерти, но и пытался убить Ариана, когда тот был еще ребенком. Он бил его снова и снова, пока, в конце концов, не выгнал из дома с одним ножом в руках. Она сжала руки в кулаки, а внутри нее все закипело.

Нет, она не станет рассказывать этим людям о Сеорасе.

Ей нужна была информация, а они, казалось, знали и Арона, и его отца.

– Куда делся Арон?

Мужчина пожал плечами, и у Кааи свело живот. Она еще сильнее сжала кулаки, так, что ногти впились в ладони.

– Кто может это знать? – выдавила она сквозь стиснутые зубы.

И снова хозяин пожал плечами в ответ.

– Я могу подсказать, где живет его отец.

Каая потерла лоб, а затем глаза. Возможно, это один из ее вариантов. Не самый приятный, но все же вариант. Когда ничего другого не останется.

– Ты устала? – спросил старик, когда она не ответила. – У меня есть пара свободных комнат.

Она покачала головой:

– Нет, спасибо. Думаю, мне надо двигаться дальше. Но вы не могли бы подсказать, где мне найти дом Сеораса?

После того как у нее появилось приблизительное представление о том, где находится бывший дом Ариана, Каая снова отправилась в путь. Она отвела свою лошадь в конюшню трактира, а после часами бродила по улицам Обернштайга, останавливая прохожих тут и там, чтобы порасспрашивать их об Ароне. Большинство из них немного знали его, но никто не смог подсказать, куда он мог пойти.

К полудню она наконец-таки приняла решение, которое больше нельзя было откладывать: ей надо идти к Сеорасу. При мысли о том, что она впервые увидит его, у нее скрутило живот.

Каая свернула на узкую улочку. Здесь было грязно и кишело крысами. Вонь отбросов и экскрементов ударила ей в нос, и она от отвращения скривилась.

– Из какого дворца ты сбежала, принцесса?

Только сейчас она заметила мужчину, сидящего на земле между мусорными баками. Он посмотрел на нее снизу вверх и мерзко ухмыльнулся, обнажая свои гнилые зубы. Его лицо было серым от пыли и грязи, а спутанные белые волосы падали на костлявые плечи.

Не сильно впечатлившись, Каая прошла мимо, но он вдруг вскочил на ноги и схватил ее за запястье.

– Эй, куда собралась, красавица?

Ее обдало неприятным запахом, исходившим из его рта, и ей стало тошно.

– Отпусти меня немедленно! – прошипела она и уставилась на него, прищурив глаза.

Мужчина ухмыльнулся еще шире и попытался притянуть ее к себе.

– Я просто хочу немного побеседовать…

Одним рывком Каая оттолкнула его. Не ожидая такого противостояния, он с грохотом врезался в один из баков. И прежде, чем он снова успел ее схватить, Каая взмахнула Стальным Крылом.

Удивление его на лице сменилось гневом.

– Думаешь, это впечатлит меня, ты, маленькая шлюшка? – прорычал он, снова набрасываясь на нее.

Каая с легкостью ускользнула от его удара одним плавным движением. Если бы он только знал, что она мастерски освоила владение мечом и искусство драки на улицах. Мужчина пошатнулся и оперся о стену, прежде чем свалиться наземь. Когда он снова собрался к ней повернуться, она ткнула острием в его спину.

– Впечатлен? – выдохнула она ему в ухо, немного вдавливая лезвие в плоть.

– Позволь мне жить, – вдруг негромко захныкал мужчина. Когда вокруг распространился запах мочи, Каая отодвинулась от него.

– Ты не стоишь того, чтобы марать о тебя руки.

Она отвернулась и в то же мгновение почувствовала руку на своем плече. Крепче обхватив Стальное Крыло руками, она уже готова была обернуться, но замерла.

Рядом с ней стояла женщина и смотрела на нее округлившимися глазами.

– С вами все в порядке?

Каая нахмурилась и отступила в сторону, и мужчина, не говоря ни слова, протиснулся мимо нее.

– Да, я в порядке. Что вы здесь делаете? Место тут опасное. – Каая бросила беглый взгляд на одеяние женщины, понимая, что она, вероятно, крайне редко гуляла в одиночестве по темным переулкам. Ее светлые волосы, пронизанные спутанными седыми прядями, были убраны в аккуратную прическу.

– Это я поняла, – прошептала она, уставившись вслед мужчине, который, пошатываясь, двинулся прочь. – Но я слышала, вы ищете Арона.

Адреналин, мгновением раньше выплеснувшийся наружу, снова обжигающе разлился по конечностям Кааи.

– Вы его знаете?

– Он простился со мной, прежде чем уехать в соседнюю деревню. В Элленхайн.

Это же…

– Эльфийская деревня?

Женщина кивнула.

– Его спутница – эльфийка.

Каая открыла рот, не зная, что ответить. Арон был жив.

– Так вы, получается, его знаете?

– Да. Я… была подругой его матери… – Ее глаза блеснули.

– Я благодарю вас, – выдохнула Каая, одарив женщину улыбкой. – И искренне сожалею о вашей потере.

Она проводила женщину из темного переулка до главной улицы, прежде чем попрощаться с ней и отправиться обратно в Адлерсхоф.

Каая провела ночь на постоялом дворе, чтобы немного отдохнуть не только самой, но и дать перевести дух своей лошади, прежде чем снова отправиться в путь. Благодаря карте она без проблем отыскала небольшое поселение в самом сердце леса. Ей было любопытно, будет ли Элленхайн похож на Аргонсфельд, но вскоре убедилась в обратном.

Вместо деревянных хижин в этой деревушке были толстые крепкие деревья, которые, по-видимому, и служили жителям жильем. В их стволах были вырублены норы, а вокруг некоторых деревьев даже проложены узкие деревянные ступени, ведущие к зеленым кронам, в которых были установлены небольшие навесы. То и дело виднелись мостики, протянутые от одного «дома» к другому, что создавало невероятно захватывающее зрелище. В некоторых деревьях Каая даже разглядела окна, в которых горел свет.

Недолго думая, она спешилась с лошади и постучала в первую попавшуюся дверь. Та немного приоткрылась, и оттуда выглянула девочка с золотистыми волосами и уставилась на нее своими большими глазами.

– Вы кто?

Каая улыбнулась маленькой эльфийке.

– Меня зовут Каая. Твои родители, случаем, не дома?

Малышка еще мгновение смотрела на нее. Ее взгляд задержался на рукояти Стального Крыла, перекинутого за плечо. Затем она кивнула, округлив глаза.

– Но моя мама сейчас спит.

– Все в порядке. Я тогда вернусь позже, ладно?

Девочка снова кивнула, и ее золотистые локоны подпрыгнули вверх и вниз.

Каая склонила голову на прощание и собиралась было повернуться, когда позади девочки раздался женский голос:

– Чем я могу вам помочь? – Женщина, должно быть, была матерью девочки. У нее были такие же золотистые локоны, обрамлявшие ее нежное личико.

– Пожалуйста, извините, что беспокою вас в обеденное время, – начала Каая. – Я ищу своего друга.

– Он тоже человек? – спросила эльфийка, мимолетно бросив взгляд на уши Кааи.

Она кивнула:

– Его зовут Арон Бронвен.

– Здесь не так много людей, – пояснила женщина. – Думаю, я знаю, о ком ты говоришь.

Услышав эти слова, Каая ощутила покалывание в венах.

– Он живет где-то поблизости? – Она огляделась.

Женщина кивнула:

– Не очень далеко. Слухи здесь разносятся быстро. Особенно когда дело касается людей. – Она робко улыбнулась. – Мы с ними нечасто сталкиваемся.

– Не могли бы вы подсказать, где я могу найти его дом?

– Конечно, – ответила эльфийка, указывая на узкую тропинку, ведущую, казалось, в самое сердце поселения. – Держитесь левой стороны. Там вы увидите небольшой домик на вершине самого высокого дерева.

– Большое вам спасибо! И, хм… могу ли я оставить свою лошадь здесь, у вас? Всего на пару часов.

На лице эльфийки отразилось удивление, затем она кивнула.

Каая попрощалась и направилась по маленькой тропинке, что петляла между множеством высоких деревьев.

Незадолго до того, как достигла конца узкой тропинки, она увидела дерево, которое эльфийка, вероятно, и имела в виду. Ей пришлось сильно запрокинуть голову, чтобы рассмотреть его. Небольшая деревянная лестница, огибающая ствол дерева, вела к дому брата Ариана. Осторожно, собрав всю свою волю в кулак и стараясь не смотреть вниз, Каая принялась подниматься по ступеням. Прошла, как ей показалось, целая вечность, прежде чем она оказалась перед деревянной дверью.

Каая сделала глубокий вдох и стукнула по ней один раз.

Ее сжатый кулак все еще висел в воздухе, когда дверь распахнулась, и на пороге показалась молодая женщина, сердито сверкнувшая глазами. Ее лицо было бледноватым даже для эльфийки, а под небесно-голубыми глазами виднелись темные круги, что, однако, вовсе не умаляло ее красоты.

– Чего ты хочешь? – прошипела она, перекидывая свои светло-серебристые волосы через плечо. Ее тело идеальных форм было облачено в шелковую ночную рубашку, которая только лучше подчеркивала ее изгибы и обнажала руны цвета огня и крови, переплетавшиеся на декольте замысловатым узором.

Каая виновато посмотрела на эльфийку.

– Э-э… Прошу прощения, если мешаю, я…

– Да, вы мешаете, – ответила та и попыталась закрыть дверь.

Однако Каая успела просунуть ногу в дверную щель.

– Это, – сказала блондинка, указывая на ногу Кааи, – действительно грубо.

Каая виновато подняла руки.

– Знаю, и мне очень жаль. Я обычно не такая наглая, но мне срочно надо поговорить с Ароном. Я ищу его уже несколько дней.

Эльфийка приподняла идеальную бровь.

– А там, откуда вы пришли, не существует ванных комнат? – Она поморщила нос.

Как только Каая открыла рот, эльфийка одним жестом заставила ее замолчать.

– Чего вы хотите от моего партнера?

– Если бы это было не важно, меня бы здесь не было.

Девушка пристально посмотрела на нее, а затем шагнула в сторону и неохотно пустила Кааю в дом. Она не упустила возможности и последовала за блондинкой в домик на дереве.

Внутри оказалось просторнее, чем можно было бы предположить, увидев дом снаружи. В центре комнаты находился низкий деревянный столик, вокруг которого были разложены подушки для сидения. На стенах висели картины, а толстые шторы закрывали часть маленького круглого окна напротив. Повсюду стояли свечи, и некоторые из них были даже зажжены, хотя солнце только достигло зенита.

– Я вас разбудила?

Эльфийка закатила глаза.

– Некоторым из нас приходится работать до ночи.

Каая кивнула и виновато посмотрела на нее. Вряд ли эльфийка хотела, чтобы это прозвучало как упрек.

– Арон еще не вернулся. Если хотите, можете подождать его здесь. – Она указала на подушку. – Он должен скоро вернуться.

– Спасибо, – сказала Каая и села. – А вы? Вы составите мне компанию?

Эльфийка скривила лицо.

– Что вы хотите от Арона? – спросила она, вместо того чтобы ответить или сесть.

– Я подруга… подруга его брата, и ему нужна помощь.

Блондинка нахмурилась.

– У Арона нет брата.

Теперь уже Каая посмотрела на нее в замешательстве.

– У него есть единоутробный брат, Ариан.

– Я знаю Арона уже несколько лет и не слышала ни о каком Ариане.

– О, – выдохнула Каая и уставилась в пол.

Если Арон не говорил своей партнерше о собственном брате, это, вероятно, было не очень хорошим знаком. Неужели он стер всю семью не только из жизни, но и из своей памяти?

Каая снова подняла на эльфийку глаза, заметив, что черты ее лица немного смягчились. Неужели она жалела ее?

– Почему вашему другу нужна помощь? – спросила она, сев на пол рядом.

– С ним кое-что произошло. – Каая прикусила нижнюю губу.

– Что с ним произошло?

– Я даже не знаю вашего имени. – Каая недоверчиво взглянула на вторую половинку Арона.

– И все же вы находитесь в моем доме. – Эльфийка приподняла светло-русую бровь. – Луана Фенхорн, – добавила она, закатив глаза.

Каая с трудом подавила смех, увидев отвращение на лице Луаны.

– Каая Данелл.

– Какое отношение Арон имеет к этому происшествию?

– Он может помочь нам с ритуалом.

Эльфийка пристально и пытливо посмотрела на Кааю.

– Чтобы провести ритуал, нужна магия.

Каая кивнула.

– Тетя Ариана – эльфийка.

Только Луана собралась что-то сказать, как дверь открылась.

Каая повернула голову, а ее рот так и остался открытым. Вошедший мужчина был очень похож на Ариана. И только волосы его были на тон светлее, а цвет глаз – более теплым.

Он сбросил плащ, а затем перевел взгляд с Кааи на Луану, которая елейно ему улыбнулась.

– И когда ты планировал рассказать мне о том, что у тебя есть брат?

Арон приготовил чай и сел рядом с Луаной. Ему пришлось пообещать ей рассказать обо всем, чтобы она перестала его обвинять. Он с интересом наблюдал за Кааей, которая все никак не могла собраться с духом, чтобы поделиться с тем, что сталось с Арианом.

– У нас было тяжелое детство, – в конце концов заговорил Арон, уставившись в свою чашку, из которой поднимался горячий дым. – Наш отец всегда был человеком, преисполненным гнева. Он не мог контролировать свои приступы, особенно когда выпивал. Но потом он стал пить каждый вечер. – Арон покачал головой. – Он избивал нашу маму. Я говорил тебе об этом, – сказал он, обращаясь к Луане, которая кивнула и взяла его за руку. – Мы оба не могли вынести этого, Ариан и я. Но я был слишком труслив, а мой младший брат бросился ей на помощь. Наш отец хотел столкнуть ее с лестницы, после того как до крови исколотил ее лицо.

Арон сжал кулак на столе.

– Ариан схватил лопату и ударил отца, но это не возымело никакого эффекта. Отец все равно столкнул маму с лестницы, а после впервые ударил брата. Ему тогда было восемь. – Его голос задрожал.

Каая с трудом сглотнула и перевела взгляд с Арона на Луану. Выражение ее лица было почти невозмутимым, но ее ноздри широко раздувались.

– Тебя он тоже бил?

Арон едва заметно кивнул.

– С того дня он начал избивать всех нас. В зависимости от того, кто первым попадется под руку. Когда мне было тринадцать, он чуть меня не задушил. – Голос Арона сорвался, и он поджал губы. Луана придвинулась к нему ближе и крепче сжала его ладонь. – Он прижал меня к стене и так крепко обхватил руками шею, что у меня перед глазами заплясали черные пятна. Я бился, пытался вырваться из его хватки, хотя и чувствовал, что мои силы на исходе. И снова мой младший брат оказался достаточно храбрым, чтобы выступить против отца. Он схватил кинжал и так сильно порезал его, что отцу пришлось меня отпустить. «Я убью тебя, ублюдок», кричал отец, а потом выхватил кинжал, выскользнувший из окровавленных рук брата. Тогда-то Ариан и сбежал. Просто вышел за дверь и побежал так быстро, как только могли нести ноги. Он так и не вернулся. – Арон остановился и сделал глоток чая.

В комнате повисла тишина. Хоть Каая и знала эту историю, но теперь она услышала ее с точки зрения другого человека. Кровь в ее жилах застыла.

– Отец вернулся и бросил окровавленный нож мне под ноги. Он тогда сказал, что мы больше никогда его не увидим.

Каая резко втянула воздух. Эта часть истории была для нее в новинку.

– Вы думали, он мертв?

Арон кивнул.

– Наша мать денно и нощно оплакивала сына. По крайней мере, когда отца не было дома. Он стал спокойнее, перестал бить нас. А я был слишком труслив, чтобы упомянуть об Ариане, не говоря уже о том, чтобы искать его. Вместо этого я ушел и бросил свою мать. С ним. – Арон дрожал. – Я должен был догадаться, что это лишь затишье перед бурей. Он убил ее. Этот чертов ублюдок просто убил ее. – Его голос оборвался на полуслове.

По ее телу прокатилась дрожь, и прежде чем Каая опустила взгляд на свои руки, сложенные на коленях, она увидела, как Луана обнимает Арона, а он зарывается лицом в ее волосы. Он взял на себя ответственность за смерть своей матери. И все эти годы считал, что Ариан тоже мертв…

– Значит, ты говоришь, что мой брат жив? – в какой-то момент спросил Арон, прерывая тишину.

– Он жив, – прошептала она. – Но с ним произошло кое-что ужасное.

Глава 6

Каая

– И как ты собираешься попасть в Туманность? – спросила Луана после того, как Каая рассказала о том, что именно произошло в ольховом лесу.

– Еще не знаю, – тихо призналась Каая. – Но сначала я должна была убедиться, что у нас есть все необходимое для ритуала.

– Значит, пары капель моей крови будет достаточно, чтобы помочь брату?

Каая кивнула.

– Я возьму на себя роль сердца, бьющегося для него. – Ее щеки покраснели, и она отвернулась от них двоих. – Кроме того, у нас есть его цепочка.

– Звучит слишком просто, – пробормотала Луана. – На самом деле в ритуалах возрождения всегда говорится «жизнь за жизнь».

– Но он не мертв, – резко запротестовала Каая.

– Эти переселения душ, по правде говоря, не являются чем-то обыденным. На протяжении многих веков не случалось чего-то подобного. Никто не может знать наверняка, действительно ли этот ритуал работает.

– Он сработает.

Что-то в глубине души подсказывало Каае, что она права.

– Ты сможешь мне помочь или нет? – спросила она у Арона.

– Конечно, – без колебаний ответил тот. – Давай отправимся прямо сейчас.

– Отправимся? – с недоумением переспросила Луана.

Каая тоже удивилась, ведь она была уверена, что он просто даст ей немного своей крови, чтобы они с Орианой могли провести ритуал. А теперь он собирался сопровождать ее?

– Да. Я хочу его видеть. Хочу увидеть своего младшего брата. – Взгляд Арона был полон решимости. – Ты не можешь подвергать себя опасностям, которые встретятся на этом пути.

Каая открыла было рот, чтобы возразить ему, но он опередил ее:

– Точнее, я не хочу, чтобы подруга моего брата взваливала на себя это бремя в одиночку.

Каая почувствовала, как внутри разливается тепло и скользит по ее венам к кончикам пальцев. Она прикусила нижнюю губу, чтобы сдержать подступившие слезы, и перевела взгляд на Луану. Та пристально смотрела на нее своими небесно-голубыми глазами. Сперва ее лицо казалось бесстрастным, но затем уголки ее рта очень медленно приподнялись.

– Если все в деле, то я не могу не присоединиться!

– Ты тоже пойдешь с нами? – Каая с трудом скрыла сквозившее в своем голосе недоверие.

Арон уставился на эльфийку.

– Ты в этом уверена?

– Как, думаете, вы далеко продвинетесь без меня? – Она приподняла одну бровь, и ее улыбка стала шире. – Или ты против? – спросила она у Кааи, которая в ответ покачала головой.

Вероятно, Луана – та еще заноза, но Каая была рада любой помощи, что ей предложат. Главное, она не будет одна.

Она почувствовала облегчение.

– Отлично, – сказала Луана и первой поднялась из-за стола. – Как нам попасть в Туманность?

– Я, хм… Может, обсудим этот вопрос с Орианой, тетей Ариана?

– Ты говорила, что она знает ритуал?

– Частично. Она сейчас в пути, чтобы узнать оставшиеся детали. Если мы выйдем сейчас…

– Тебе следует принять ванну, – сказала Луана. – Ориана никуда не денется.

Каая ощутила укол в груди.

– Но тело Ариана…

– Не распадется так быстро. Он полуэльф.

В поисках поддержки Луана взглянула на Арона, но тот лишь пожал плечами и сказал:

– Я соберу провизию в дорогу.

Каая покорно кивнула и позволила Луане проводить ее до уборной. И хотя ей хотелось как можно скорее вернуться к Ариану, она была вынуждена признать, что ванна расслабила ее уставшие мышцы и подействовала успокаивающе. Тем не менее, она была невероятно рада отправиться в путь часом позже. Втроем они забрали лошадь Кааи у золотоволосой эльфийки, а Луана с Ароном сели на лупиру, битком навьюченную провизией.

Обратный путь в Аргонсфельд оказался не таким долгим и насыщенным на события, а потому им потребовалось чуть больше суток, чтобы добраться до гор Доллен.

Когда ранним вечером они подошли к хижине Орианы, им навстречу вышла Вира. К тому времени они уже шли пешком, потому что Каая оставила лошадь внизу в конюшнях, а Арон и Луана не хотели слишком сильно изматывать свою лупиру.

– Привет, Вира, – поприветствовала ее Каая, погладив животное по темно-зеленому меху между ушей.

Вира с любопытством заглянула ей за спину, наблюдая за другой лупирой, идущей между Ароном и Луаной. Они осторожно приблизились и начали обнюхивать друг друга.

– Ну не при людях же! – выкрикнула Луана, приподняв брови, хотя самодовольная улыбка на ее губах шла вразрез со строгим тоном.

Каая тихо рассмеялась и пригласила Луану и Арона следовать за ней. Путь наверх был утомительным и отнял немало сил, да и к тому же было сложно что-то разглядеть в темноте. Когда концентрация Кааи начала ослабевать, а усталость разом навалилась на тело, ее нога зацепилась за какой-то корень.

– Ай! – воскликнула Каая, тихо ругаясь себе под нос, но смогла удержаться и не рухнуть на землю.

Луана подняла руку ладонью вверх, и в воздухе загорелся небольшой огонек.

– Так лучше? – спросила она, когда огонь осветил тропу перед ними.

– Значит, ты и вправду маг огня, – сказала Каая, и Луана заставила пламя разгореться еще сильнее.

– Очень даже умелый, – ответила она с кривой усмешкой.

Каая одарила эльфийку улыбкой и в тот же миг поняла, что они наконец-то добрались до места назначения. Не успели они постучать, как Ориана уже открыла им дверь.

– Ты, должно быть, Арон, – сказала она, посмотрев на высокого темноволосого парня, когда они все вместе вошли в хижину.

Арон кивнул:

– А это моя спутница, Луана.

Та почтительно склонила голову, и Ориана ответила ей тем же.

– Вы наверняка хотите к Ариану. Мы быстрее доберемся до амбара через черный ход, – сказала Ориана, указывая на дверь в другой части комнаты.

Они подошли к амбару и зашли внутрь. Пульс Кааи учащенно забился: она не была здесь раньше – попросту не осмеливалась. Помещение оказалось больше, чем она себе представляла. Ее взгляд медленно скользнул к другу, лежащему на кушетке, и она почувствовала острую боль в груди. Каая не видела его вот уже четыре дня, а это – самое долгое время, что они проводили порознь с тех пор, как встретились в переулке три года назад. Даже когда Ариан с Прайором ездили на плантации, он возвращался к ней не позднее, чем через два дня.

Ком в горле буквально душил ее. За последние дни Каае удалось забыть о том, что произошло с Арианом, но сейчас, снова увидев его, безжизненного и бледного, ее сердце разрывалось на части.

– Каая! – крикнула Луана и за несколько шагов оказалась рядом, чтобы подхватить ее. Эльфийка опустилась вместе с ней на колени и заключила Кааю в объятия, пока ее тело сотрясалось от рыданий. Она отчаянно цеплялась за Луану, а затем встретилась взглядом с Ароном, в лице которого увидела то же отчаяние.

Но в его глазах мелькнуло что-то еще.

Надежда.

– Я думал, что потерял его девять лет назад, – прохрипел он. Все взгляды устремились к нему. – Но мой брат жив. Мой младший брат жив, и я не позволю снова отнять его у меня. – Арон подошел ближе к кушетке и погладил Ариана по густым черным кудрям.

Печальная картина, представшая перед Кааей, в очередной раз чуть не выбила почву у нее из-под ног. В карих глазах Арона блестели слезы. Когда их взгляды снова столкнулись, она заметила в них решимость.

Она знала, что скажет Арон, еще до того, как тот открыл рот.

– Мы найдем способ добраться до Туманности, чего бы нам это ни стоило. Мы найдем этого эльфа теней и вернем душу Ариана.

– Разрыв между мирами возникает, когда мощный источник энергии оказывает на сферу большое давление, – прочитала Луана вслух, когда они втроем удобно устроились на диване перед камином.

Ориана получила от своей подруги не только травы для приготовления бальзама для сохранения тела Ариана, но еще и привезла с собой писания и справочники, в которых надеялась отыскать ответы. И сейчас, когда она отправилась спать, Каая, Арон и Луана вместе изучали записи.

– Это недопустимо, – пробормотала светловолосая эльфийка и поймала на себе вопросительные взгляды. – Если бы Совет Высших эльфов знал, что между мирами есть разлом… они бы немедленно его запечатали.

Подушки сдвинулись, когда Каая, до сих пор лежавшая на диване, рывком поднялась.

– Именно поэтому они не должны узнать об этом, пока мы не найдем душу Ариана, – сказала она, настойчиво глядя Луане в глаза.

– Знаю, – ответила эльфийка и, закрыв книгу, достала другую. – Они все равно меня изгнали.

– Из-за Арона?

– Да, из-за меня, – сказал Арон, когда Луана не ответила. – Ее бабушка председательствует в Высшем Совете, и она хотела дистанцироваться от «позора» – так она назвала свою внучку. Буквально.

Каая перевела взгляд с Арона на Луану. Должно быть, он ей очень дорог, раз она отказалась от своего высокого положения в обществе и своей семьи ради него.

Эльфы должны заключать союзы только с себе подобными, а не с людьми. И поэтому такие союзы не одобрялись высокопоставленными, жаждущими власти эльфами и считались грязными. Союз душ был не только символом вечной связи двух влюбленных, он еще объединял их души на физическом уровне. Случалось, что после церемонии родственные души получали часть дара своего партнера, что приводило к увеличению их общей силы.

С другой стороны, скрепленные союзом души сливали свои жизни воедино, а это означало, что если умирал один, то вскоре после умирал и другой.

Поэтому Луана никогда не познает, что значит иметь вторую половинку – она отказалась от самой сокровенной связи, которую могут иметь два существа, чтобы быть с Ароном.

– Разломы не видны невооруженным глазом. У них нет ни физического воплощения, ни формы, – продолжила читать Луана. – Они также могут выступать в качестве своеобразных туннелей, соединяющих два источника энергии.

– Источники энергии, – повторила Каая, массируя виски. – Есть ли какие-то примеры этих источников?

Луана перевернула несколько страниц книги.

– Источники энергии, – прочитала она вслух. Она бубнила что-то себе под нос, прежде чем более четко прочесть: – Таким образом, любое живое существо можно считать источником энергии. В основе каждого живого организма заложена сущность – душа. Это совокупность всего того, что представляет собой все живое. Энергия, заключенная в каждой душе, и есть то, что вдыхает жизнь в природный организм. – Луана вздохнула. – И что нам это дает?

Каая и Арон недоуменно переглянулись.

– Душа означает энергию, – резюмировала Каая.

Луана и Арон синхронно кивнули. Каая прикусила нижнюю губу, не зная, как продолжить свою мысль.

– Как душа может оказать давление на атмосферу? – в отчаянии спросила она, прежде чем снова завалиться на подушки.

– Может быть, к нам придет озарение, когда мы будем спать, – проворчала Луана.

Арон

Каая ушла в комнату, которую ей выделила Ориана, и Луана с Ароном остались на диване одни.

Арон взглянул на свою любимую, которая скрестила свои длинные ноги у него на коленях и уткнулась носом в книгу.

– Нашла что-то интересное?

Луана, не поднимая взгляда, покачала головой. Еще некоторое время в воздухе царила тишина, после чего эльфийка шумно захлопнула книгу и села.

– Арон.

– Да, дорогая? – Он посмотрел на нее, нахмурив брови. Ее голос прозвучал мягко, но очень настойчиво.

Не сказав больше ни слова, Луана подобралась поближе и посмотрела на него.

– Что такое? – с беспокойством спросил Арон, обхватывая своими ладонями ее маленькие ручки. Они были ледяными.

Она молча наклонилась к его лицу и нежно прикоснулась губами к щеке, а затем и к его рту. Ее дыхание, ласкавшее его, участилось.

Арон слегка отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза, выражавшие теперь то, что он так редко видел в них – страх.

– Луана, что…

– Как далеко ты готов зайти? – Теплое дыхание коснулось его уха.

Он снова нахмурился.

– Я не по…

– Как далеко ты готов зайти, чтобы спасти его?

Она говорила об Ариане. О его брате.

– Ты нашла зацепку?

Луана покачала головой:

– Нет, я… Я просто беспокоюсь о тебе. Боюсь за тебя.

Улыбнувшись, Арон притянул ее к себе и поцеловал в макушку.

– Не стоит беспокоиться!

Он почувствовал, как она вцепилась пальцами в его рубашку и крепче прижалась к груди.

– Мы вместе. Ты заботишься обо мне, я забочусь о тебе. Все будет хорошо, как и всегда.

Натиск ее пальцев ослаб, и она высвободилась из его объятий. Взгляд ее небесно-голубых глаз остановился на нем, прежде чем она заговорила:

– Ты бы умер за него?

Сердце Арона на мгновение замерло, а лицо застыло, словно маска.

– Почему ты спрашиваешь об этом?

– Мне нужно знать. Ты бы умер за него?

Он увидел, как она затаила дыхание в ожидании его ответа.

Арон медленно кивнул, наблюдая за тем, как меняется выражение ее лица. Он инстинктивно схватил Луану за руку, но она отпрянула от него.

– Ты бы поступил так со мной? – дрогнувшим голосом спросила она.

Арон открыл рот, потом снова закрыл его. Он видел, что Луана борется со слезами, а потому следующие слова подбирал осторожно.

– Ты знаешь, что я люблю тебя больше, чем собственную жизнь. Но разве я буду достоин твоей любви, если позволю брату умереть? Что это скажет обо мне? Кем я буду, Луана, если позволю своему брату погибнуть, чтобы жить дальше самому? Как смогу смотреть на себя в зеркало? Как смогу смотреть в глаза тебе, любить тебя, если буду себя ненавидеть?

Луана с недоверием смотрела на него, пытаясь сдерживать слезы.

– Так ты бы хоть как-то смотрел на меня.

Арон покачал головой. Она не понимала. Видимо, просто не хотела понимать. Она знала, что он был прав, да и он сам это прекрасно знал.

В течение нескольких мгновений никто из них не произносил и слова.

– Луана, – прошептал он ее имя, протягивая руку.

Она колебалась долю секунды, прежде чем схватить ее. Он снова притянул ее к себе, обняв одной рукой за талию, и они вместе легли на диван, тесно прижавшись друг к другу. Он почувствовал, как дрожит ее тело рядом с ним, пока она тихо плакала, и прижал ее к себе еще крепче.

Как бы сильно ни болела душа Луаны, Арон уже принял решение. Спустя столько лет он нашел своего младшего брата и больше никогда его не отпустит. Он вернет его, потому что был в долгу перед ним. Перед собой тринадцатилетним. И в долгу перед матерью, которая умерла, думая, что ее младший сын мертв. Он должен спасти Ариана, обязан, хотя его мысли постоянно крутились вокруг Луаны.

Каая

Небо все еще было черным, когда Каая проснулась.

Ей снился Ариан.

Он держал ее за руку и вел к озеру, что находилось позади их домика в ольховом лесу. Он говорил, что нет более прекрасного зрелища, чем озеро, освещенное тусклыми лучами луны. «Его поверхность так блестит, будто ее покрывает алмазная пыль», – говорил он, сверкая глазами, а звезды в ночном небе мерцали в унисон с ними. Они столько раз сидели вместе у этого озера. Невыносимая тоска щемила душу, и Каая устало села и потерла лицо, затем свесила ноги с края кровати.

Она тихо вышла из комнаты и увидела Луану и Арона, спящих на диване, тесно прижавшись друг к другу. Она проскользнула мимо них к черному ходу и, постаравшись открыть дверь без единого скрипа, вошла в амбар. Ариан лежал на кушетке, его поза ничуть не изменилась. Каая осторожно подошла к нему, как делала всегда, когда не могла уснуть по ночам. Бледная, безупречная кожа, прямой нос, выдающийся подбородок, темные брови и густые темные ресницы, обрамлявшие его серые глаза. На секунду ей показалось, что что-то в нем все-таки переменилось, но эта мысль исчезла в следующее же мгновение.

Каая опустила взгляд на его красиво очерченные губы и подумала о том, как было бы прекрасно, если бы он сейчас поцеловал ее.

Ее губы сложились в робкую улыбку.

Она так нежно опустилась руку на его щеку, будто от ее прикосновения он вот-вот сломается. Щека была холодной, а взгляд – устремлен вперед: будто Ариан глядел сквозь нее. А сияние, которое всегда появлялось в его глазах, когда он смотрел на Кааю, исчезло.

Слеза скатилась по ее щеке, когда она убрала с его лба черную прядь.

– Я верну тебя, – прошептала она, и еще несколько прозрачных капель стекли по ее лицу, упав на подушку. Она взяла его руку в свою и в последний раз уснула рядом с ним.

Глава 7

Каая

– Ну и как, пришло озарение? – спросила Каая у Луаны, когда следующим утром они все вместе сидели за столом Орианы. После беспокойной ночи у Ариана она остро нуждалась в подкреплении.

Эльфийка запихнула в рот кусочек сыра.

– Не то чтобы гениальное… – пробормотала она.

– Но?

Луана кивнула, а затем, пережевав и проглотив еду, указала своей вилкой на Кааю и начала говорить:

– Мы отправимся туда, где ты видела эльфа теней. Там он забрал душу Ариана, и, возможно, именно это и создало разлом.

Каая нахмурилась.

– Он захватил его душу. К тому же, чтобы он вообще смог попасть в Эсерию, разлом уже должен был быть там.

– Твой план ужасен, дорогая, – сказал Арон, и они с Луаной обменялись взглядами, которые Каая не могла истолковать.

– Я так не считаю.

Все взоры устремились на Ориану, которая все утро хранила молчание.

– У нас нет ни одной подсказки. Копание в книгах не продвигает нас вперед ни на сантиметр. Я могу продолжить изучать книги, но вы должны вернуться в ольховый лес.

Ошеломленные, Каая и Арон посмотрели на Ориану, но та лишь пожала плечами и принялась за еду.

Луана торжествующе усмехнулась.

– Я же сказала!

Все-таки это было возможно. Если обе эльфийки верили, что в ольховом лесу можно наткнуться на что-то важное, значит, у них были на то причины. Надежда разгоралась в ней все больше, но Каая старалась не поддаваться ей. Слишком уж глубоко в ней сидел страх разочарования.

Следующие полчаса они посвятили завтраку, погрузившись в свои собственные мысли. Перед отъездом они убрали со стола, а Ориана упаковала им с собой немного провизии. Путешествие в ольховый лес займет почти два дня. В тот раз дорога не казалась такой длинной. Они с Орианой скакали день и ночь напролет. А Каая держала своего друга в объятиях…

– Берегите себя, – сказала Ориана, возвращая Кааю в реальность.

– Договорились, – ответила Каая, но в глубине души боялась, что они не смогут сдержать обещание. В животе зародилось какое-то странное ощущение, сохранявшееся до тех пор, пока они не добрались до ольхового леса.

Каая знала каждое дерево, что росло здесь. Знала каждый камень и каждую тропинку, знала этот запах.

Запах дома.

– И что нам искать? – спросила она, обращаясь к Луане и Арону, после того как те оставили своих лошадей.

– Он был прямо здесь? – спросил Арон.

Каая кивнула. Ужасная трагедия снова и снова разворачивалась перед ее внутренним взором. Она будто снова и снова видела неподвижного и беспомощного Ариана перед собой. Слышала его крики, надломленный голос, который пытался что-то сказать ей в последнее мгновение.

«Каая, я… я…»

– Да, он стоял прямо здесь.

Луана огляделась.

– Давайте разделимся. Каждый идет в своем направлении и ищет что-нибудь… что-то…

– Об этом не может быть и речи, – вмешался Арон. – Я тебя одну не оставлю.

Луана прижала руку ему к щеке.

– Я уже большая девочка, любимый. Я могу о себе позаботиться.

Арон снова хотел ей возразить, но она уже прижалась своими губами к его рту. Они снова посмотрели друг на друга, как будто общались одними лишь взглядами. Каая задумалась, не упустила ли она что за последние несколько дней, но Луана уже развернулась и побежала на север.

– Кричите, если что-нибудь найдете! – обернувшись через плечо, выкрикнула она.

Каая заметила, как Арон сжал руки в кулаки.

– Я тогда пойду на юг, к озеру, – пробормотала она.

Арон кивнул и отправился на восток.

Луана

Настороженная, Луана шагала между деревьями. Чувства были обострены до предела, и она старалась лишний раз не шуметь, чтобы лучше слышать различные звуки. И тем не менее она не могла выкинуть из головы пережитое за предыдущие дни.

У Арона есть брат, и за четыре года их отношений он ни разу о нем не упоминал. Он почти не рассказывал о своей семье и о том, что они пережили. Неужели ему было стыдно? Неужели он думал, что она будет меньше его любить, узнав, что он не мог защитить себя в детстве?

«Что за идиот», – подумала она. В конце концов, он должен был понимать, что она никогда его не разлюбит. Ее любовь к нему росла с каждым днем, и она никогда не иссякнет. Даже после того, как она неизбежно потеряет его…

«Кем я буду, Луана, если позволю своему брату погибнуть, чтобы жить дальше самому?»

Дрожь пробежалась по ее спине, когда его слова эхом отозвались в голове.

«Как я смогу смотреть на себя в зеркало? Как смогу смотреть в глаза тебе, любить тебя, если буду себя ненавидеть?»

Хуже всего то, что его слова были правдивы. Арон был прав, и как бы она ни пыталась возмущаться, это ничего не изменит. Ее пальцы сомкнулись вокруг прохладного металла цепочки в кармане брюк. Ей надо взять себя в руки. Она не позволит Арону пойти на смерть.

Луана на мгновение замерла. Это что, был какой-то звук? Она огляделась, но ничего не обнаружила. Она, растопырив пальцы, создала огненный шар на ладони. Только ее сердцебиение пришло в норму, как она услышала чей-то отчетливый крик.

Каая

Каая схватилась за голову обеими руками, будто могла таким образом сдержать боль. Тяжело дыша, она рухнула на колени, и из ее горла вырвался стон, который снова превратился в крик, когда грохот в ее голове усилился.

Она зажмурилась и, потирая пальцами виски, поняла, что эта боль ей напомнила. Каая ощущала ее раньше – в тот самый вечер, когда здесь был эльф теней. Когда она услышала крик Ариана и бросилась вперед. Головная боль никуда не делась, но тогда Каая игнорировала ее, потому что не могла думать ни о чем другом, кроме Ариана.

Когда острая боль снова охватила ее, она вонзилась пальцами в землю. Затем, открыв глаза, она увидела свои мерцающие руки.

– О, великие, – прошептала она, поднеся руки к лицу. Да, они в самом деле мерцали. Каая осмотрела себя, увидев, как воздух вокруг нее начал расплываться.

Что происходит? Ей показалось, или кто-то подбежал к ней?

Через несколько ударов сердца она поняла, что перед ней стоял Арон. Затаив дыхание, он опустился рядом, и меньше чем через секунду она почувствовала, как он схватил ее за руку. Голова все еще кружилась, и ей чудилось, что все вокруг нее вертится тоже, но вскоре зрение прояснилось. Она даже смогла различить вдалеке еще одну фигуру.

Луана.

Она подбежала к ним, в панике переводя взгляд с нее на Арона.

– Что произошло?

– Я… я не знаю. Она кричала, мерцала и…

– Мерцала? – прервала его Луана, смотря на Кааю сверху вниз. – Каая, ты в порядке?

Каая покачала головой:

– Я так не думаю.

Луана с Ароном обменялись взглядами, после чего эльфийка наклонилась и коснулась лба Кааи.

– Ты совсем холодная, – заметила она, а затем приложила обе ладони к ее щекам. Каая ощутила, как в нее вливается тепло, исходившее из кончиков пальцев Луаны. Она и не заметила, что ей холодно и что она дрожала.

– Что это было? – спросила Каая, скорее, у себя, чем у ребят, что с тревогой наблюдали за ней.

Арон медленно поднялся.

– Я не знаю.

Луана тоже выпрямилась и огляделась, будто что-то высматривала в лесу.

– Я чувствую магию.

– Разлом? – Каая встала на дрожащие ноги, выжидающе уставившись на Луану.

– Не могу сказать точно. Я не знаю, как выглядит разлом между мирами и на что он похож. Но он может находиться здесь.

Сердцебиение Кааи участилось, и она теперь тоже беспокойно озиралась по сторонам.

– Что нам тогда искать?

Луана покачала головой.

– Хотелось бы мне знать. В книге упоминалось, что у разлома нет физического воплощения. И я не думаю, что его можно увидеть невооруженным глазом.

Каая протянула руки, будто хотела схватить что-то в воздухе.

– Сначала нам нужно выяснить, как воспользоваться разломом, – сказала Луана.

– Я, наверное, как раз собиралась пройти через него, – вдруг поняла Каая, и ее голос задрожал. – А ты помешал мне! – Охваченная гневом, она посмотрела на Арона.

Он поднял руки, безмолвно соглашаясь с ней, и хотел было что-то ответить, но Луана вмешалась в их разговор:

– Ну, прошла бы ты через разлом, а что дальше? – Голос эльфийки был таким же расстроенным. Когда Каая, тяжело сглотнув, промолчала, это дало Луане возможность продолжить свою речь: – Теперь мы должны держаться вместе, Каая. Мы все хотим спасти Ариана, но нельзя так безответственно подходить к делу! Нам нужен план, и мы должны примерно представлять, что ждет нас по ту сторону в чертовой Туманности. Это тебе не райское местечко, а проклятый богиней тюремный мир!

– Да, я… – Каая продолжать не стала, боясь нарваться на ярость Луаны.

– Думаешь, Эльдан – наша единственная проблема? А как насчет тысяч эльфов теней, которые там живут? Ты когда-нибудь слышала об умбрах?

– Лу. – Арон подошел к эльфийке и нежно взял ее за руку. Поза Луаны стала более расслабленной, будто одно его прикосновение оказало на нее успокаивающее воздействие.

Каая кивнула:

– Ты права.

Луана фыркнула.

Теперь настала очередь Арона говорить:

– Да, она права. – Его голос прозвучал значительно мягче, чем у его второй половинки. – Ариан – мой брат. Мой младший брат, которому я обязан жизнью. Я сделаю все, чтобы спасти его, и, я знаю, ты тоже готова пойти на все. Но мы должны довериться друг другу и идти по этому пути вместе.

– Вы правы. Извините меня.

Арон улыбнулся:

– Все в порядке.

Каая улыбнулась в ответ, а затем перевела взгляд на Луану, которая, прищурив глаза, сосредоточенно смотрела в одну точку внизу. Нахмурившись, Каая проследила за ее взором, но ничего не увидела, кроме взрыхленной почвы и нескольких травинок.

– Что там?

Луана подошла к тому месту и пригнулась. Она провела по земле кончиками пальцев.

– Это ты сделала?

– Что сделала? – спросила Каая, через плечо посмотрев на эльфийку.

– Похоже, кто-то ногой начертил символы.

Теперь Каая поняла, что имела в виду Луана. На земле было нарисовано что-то вроде полукруга, а над ним – две точки. Остальное было размазано.

– И что это значит?

– В книгах не упоминались никакие символы. Возможно, это руны, но я не читала ничего о рунах, связанных с разломами, – сказала Луана. – А вы?

– Нет, – ответила Каая, и Арон тоже покачал головой. – А если я снова встану сюда?

Вместо ответа Луана выпрямилась и встала в полукруг, где еще несколько минут назад Каая корчилась от боли. Каая, не прождав и секунды, встала рядом с ней. Но в этот раз ничего не произошло. Ни боли, ни мерцания, ни размытого воздуха.

– Это не руны, – сказала Луана.

– Возможно, это вовсе не разлом. Луана? – Каая проследила за взглядом эльфийки, которая, казалось, застыла, однако ничего необычного вдалеке не увидела.

– Кто-то идет.

Глава 8

Принц

– Мой принц? – Стражник низко поклонился. – Лорд Киан Эртира хочет вас видеть.

– Можете впустить лорда, – ответил принц.

Стражник отвесил поклон.

– Так точно, мой принц.

Он вышел, а спустя несколько мгновений отворилась дверь. Эльф с пепельно-серой кожей вошел в комнату.

– Мой принц. – Взгляд пурпурно-красных глаз встретился со взглядом принца, и губы эльфа искривились в озорной усмешке.

– Милорд.

Принц поднялся со своего кресла и подошел к Киану. Затем тоже усмехнулся и обнял эльфа, который был почти на голову выше, что, однако, не означало, что сам принц был маленького роста.

– Как ты, Илиас? – спросил Киан, когда они расцепили объятия.

Илиас опустил взгляд, прежде чем ответить:

– Хорошо.

– Врешь.

Илиас снова посмотрел в лицо своего друга и вздохнул.

– Почему ты каждый день спрашиваешь меня об этом? Ответ всегда один и тот же.

– Потому что я уверен, что однажды настанет день, когда ответ изменится.

Илиас едва заметно покачал головой.

– Только когда небо над нами посветлеет, а мертвые оживут.

– Прошло уже столько лет, – тихо сказал Киан, но Илиас уже отвернулся. Слишком много воспоминаний одолело его в то мгновение.

– Как продвигается подготовка к церемонии? – не обратив внимание на замечание Киана, спросил он.

– Моя сестра – та еще заноза, – вздохнув, ответил Киан.

Эртиры входили в ближайший круг друзей королевской семьи, а потому церемония союза душ будет отпразднована с размахом. Эльф, с которым Сирайя вскоре заключит брачный союз, тоже происходил из высокопоставленной семьи.

– Рувен то, Рувен се. Она говорит либо о нем, либо о том, какое у нее будет платье.

Илиас едва заметно вздрогнул, когда в голове всплыл образ Неа в белом платье. Он вспомнил, как нежное кружево, облегавшее ее живот, внезапно окрасилось в темно-красный.

– Илиас? – с беспокойством позвал Киан, положив руку ему на плечо.

– Я в порядке, – заверил принц, но ему казалось, будто его заживо пожирает пламя.

Они немного поговорили о предстоящей церемонии и других вещах, о которых он почти сразу забыл, стоило Киану уйти.

Илиас почувствовал облегчение оттого, что его друг не задержался надолго, поскольку у него еще были планы. Он отослал своих охранников и покинул дворец без сопровождения.

Нервничая, он опустился по тропинке в склеп. Он находился рядом с храмом, который его отец возвел в память об Эльдане Уларене, последнем короле Туманности.

Он не приходил к ней уже три дня. Раньше он не отходил от нее ни на шаг, даже проводил ночи на холодном каменном полу у ее гроба. Однако в какой-то момент горе начало сводить его с ума. Он слышал ее шепот, видел, как шевелятся ее пальцы, а грудная клетка вздымается и опускается. Ему казалось, что ее веки открываются, и она смотрит на него пустыми глазами, будто спрашивая, почему он не смог ее спасти…

Эти глаза когда-то сверкали, точно аметисты. Ее теплый взгляд вдыхал в него жизнь. В эти глаза он мечтал погрузиться навек.

Илиас подошел к гробу и дрожащими пальцами откинул тяжелую крышку.

Ее красота ошеломляла. Блестящие черные как ночь волосы обрамляли нежное тело и лицо цвета слоновой кости, безмятежные черты которого ударили его в самое сердце.

Даже после смерти время было почти бессильно в отношении эльфийских тел. Она выглядела так, будто просто спала.

Илиас стиснул челюсти, сжал руки в кулаки, чтобы не поддаться искушению и не прикоснуться к ней.

Ее забрали у него. Они отняли у него Неа.

Он не знал, что было больнее: мысль о том, что уже произошло, или о том, чего больше никогда не случится. Их совместные мечты затерялись в ночах, которые они никогда не проведут вместе.

Принц не знал света, пока Неа не привнесла его в жизнь – только для того чтобы забрать потом с собой после ухода. Илиас почувствовал, как душу пронзила боль. Боль, что стала его неотъемлемой частью. Неа ушла, но его разбитое сердце продолжало биться. И будет биться до тех пор, пока он не выяснит, кто это сделал с ней.

С ними.

Потому что вместе с Неа и их нерожденным ребенком умерла и часть его души.

Глава 9

Каая

Каая заметила вдали черную точку, которая постепенно приближалась.

– Это наездник?

– Наездница, – поправила Луана. Как эльфийка, она обладала более обостренными органами чувств. – Ориана.

Каая снова уставилась туда, куда смотрела Луана. Теперь и она узнала Ориану по ее огненно-рыжим волосам, взлохмаченным ветром.

– Что-то с Арианом? – Голос Арона прозвучал беспокойно, и, взглянув на него, Каая заметила, что его руки сжаты в кулаки.

– Думаю, скоро все узнаем, – сухо ответила Луана.

Сердце Кааи бешено билось в груди, ускоряясь по мере приближения Орианы.

С Арианом все в порядке. С ним все должно быть в порядке.

Когда Ориана оказалась в нескольких метрах от них, Каая побежала к ней навстречу.

– Что случилось?

Ее сердце колотилось все быстрее, быстрее и быстрее.

– С Арианом все в порядке, – с трудом вымолвила Ориана. Она выглядела измученной, когда спешилась с лошади и встала на землю.

– В чем тогда дело? Почему ты здесь?

Каае с трудом удавалось подавлять беспокойство, нараставшее в ее голове.

Ориана посмотрела на нее, и к тому моменту к ним уже подошли Луана с Ароном.

– Дело в цепочке Ариана. – Она сделала глубокий вдох. – Она пропала.

И хотя Арон, стоящий рядом с ней, резко втянул носом воздух, Каая не сразу поняла, о чем идет речь. Прошло еще несколько мгновений, прежде чем осознание обрушилось на нее, словно ведро холодной воды.

– Нет, – задыхаясь, прошептала Каая. – Как такое может быть? Где она?

Их третий компонент для ритуала. Без цепочки они не справятся.

Мурашки пронеслись по ее телу, когда она вспомнила последний вечер, проведенный с безжизненным Арианом. Она тогда заметила, что в нем что-то изменилось.

Цепь.

На нем не было чертовой цепи.

– Не знаю. Я хотела намазать его бальзамом и вдруг поняла, что она пропала.

– Нам нужен другой предмет, который много значил для Ариана, – сказал Арон.

– Что за другой предмет? – Каая посмотрела на него, округлив глаза. – И где нам его взять?

– Может быть, я что-нибудь придумаю.

– Тогда, пожалуйста, подумай, Арон, – умоляла Каая, перебирая в мыслях все вещи, что имелись у Ариана. Это должно было быть нечто такое, чем он сильно дорожил.

Она даже думать не хотела о том, что будет, если они ничего не придумают и не найдут.

– Я сбежал из дома два года назад и ничего с собой не взял. Последние девять лет мы считали Ариана мертвым. Наша мама никогда никому не отдавала его детскую одежду, но других личных вещей у нас не было. Мы жили в бедности, у нас даже игрушек не было, мы… – Он замолчал, словно ему что-то пришло в голову. – У нас не было игрушек, поэтому я вырезал их из дерева. У него была любимая игрушка! Лошадка! Ариан любил эту лошадку.

– И где эта лошадка? – с надеждой поинтересовалась Каая.

– Если этот ублюдок не выбросил ее, то, надеюсь, еще в старом доме.

Каая поняла, что он имел в виду своего отца, Сеораса.

– Тогда мы должны забрать ее.

– Наверно, мне стоит сказать вам, прежде чем вы начнете строить новые планы, – осторожно начала Ориана, и все взгляды снова обратились к ней. Она немного отдышалась после долгого путешествия и сказала: – Я кое-что нашла. – Она отбросила плащ в сторону и достала из сумки сложенный пергаментный лист. Ее взгляд скользнул к Луане, которая не произнесла ни слова с момента прибытия Орианы. – Не хочешь объясниться?

Каая и Арон тоже посмотрели на Луану, чье загорелое лицо вдруг стало пепельно-серым.

– Лу? – спросил Арон, но эльфийка продолжила молчать.

– Я нашла это в твоих вещах, Луана. – Ориана неспешно выпрямилась, держа в руках кусок пергамента.

– Ты копалась в моих вещах? – Голос Луаны был опасно спокойным.

– Разумеется. А еще в вещах Арона и Кааи. Я искала цепочку.

Слова поразили Кааю, будто кто-то пнул ее в живот. Ориана ей не доверяла? Правда, если подумать, то она бы тоже заподозрила кого угодно и в чем угодно, когда речь шла об Ариане и его жизни.

– И что это такое? – спросил Арон, смотря то на Ориану, то на Луану, которые устроили дуэль взглядов.

– Сам почитай. – Ориана протянула ему сложенный лист, но Луана схватила его первой.

– Это страница из книги, которую я прочла.

Арон непонимающе взглянул на нее.

– О чем ты говоришь?

– Она нашла книгу, в которой было полное заклинание, необходимое для ритуала, – вместо нее пояснила Ориана.

– Кровь от его крови, – фыркнула Луана. – То, что связывает два сердца для ритуала. Сердце, которое бьется за душу Ариана, – она указала на Кааю, – и сердце, которое перестанет биться ради него. – Взгляд, которым она смерила Арона, говорил сам за себя. – Ты должен умереть, Арон. Ты должен умереть, чтобы вернуть Ариана.

Воцарилась оглушающая тишина. Никто, казалось, не осмеливался ни говорить, ни дышать.

Арон первым обрел дар речи:

– Значит, ты мне солгала?

Луана ошеломленно посмотрела на него.

– Это все, что ты можешь сказать?

– Я спрашивал тебя, и ты сказала, что ничего не нашла. Ты солгала мне, а потом замела следы и украла улику? – Он указал на пергамент в ее руке. Каая заметила, как внезапно изменилось выражение его лица. Как в его чертах отразилось понимание. – Ты ведь не только улику украла, не так ли?

С глаз Кааи будто бы тоже спала пелена. Значит, это Луана украла…

Вместо ответа Луана полезла в карман брюк. Она сжала кулак, а затем вытащила руку. Сердце Кааи на мгновение остановилось, когда она увидела, что спрятано в руке.

Цепочка Ариана.

– Я должна была просто позволить тебе пойти на верную смерть? – прошептала она со слезами на глазах.

– Как ты могла так поступить?

– Я не могу тебя потерять!

– Мы же говорили обо этом, в конце-то концов! – Его голос становился все громче, все отчаяннее.

– Ты решил умереть!

– А ты решила убить моего брата, украв его цепочку! У тебя не было на это никакого права!

– А ты не имеешь права меня бросать! – Ее голос был таким пронзительным, что Каая с трудом узнавала его.

– О да, я понял, – расстроенно воскликнул Арон. – Это я забираю. – Он вырвал цепочку из рук Луаны, и она испуганно вздрогнула.

Каая вдруг увидела, как ее ярко-голубые глаза вспыхнули оранжевым, и она поняла, что происходит. Всего за несколько секунд цепочка в руке Арона превратилась в обжигающий пепел.

Не веря своим глазам, Арон посмотрел на свою теперь уже пустую ладонь, покрытую копотью.

– Поверить не могу, – выдохнул он.

– Я должна была это сделать, – прошептала Луана, и ее глаза снова наполнились слезами.

– Арон, – пробормотала Каая. – Ариан не стал бы… он бы не хотел, чтобы ты приносил себя в жертву.

– В том-то и дело! Ариану никто не дал права выбора, когда его душу украли! Он погибнет, если мы ничего не предпримем.

– Мы найдем другое решение, – вмешалась Луана.

– Мы могли бы обсудить это до того, как ты предала нас! – выпалил Арон и собрался уходить.

– Куда ты идешь? – спросила Каая.

Арон недоверчиво покачал головой, и его лицо скривилось от боли.

– Искать долбаную лошадь!

– Вы совсем с ума сошли? Ты уже забыл о том, что говорил нам несколько дней назад, Арон? Как опасен этот человек! – взорвалась Луана.

– Отец был опасен, когда я был ребенком. Сейчас я ему и косо на себя взглянуть не позволю. В противном случае, бог ему в помощь.

– Сколько времени прошло с тех пор, как он убил твою мать?

Вопрос Луаны поразил его, и Арон в ужасе отшатнулся от нее, будто она его ударила.

– Останься я там, он бы ее и пальцем не тронул.

– Я знаю, я… Прости, пожалуйста.

– В крайнем случае, ты могла бы меня защитить, – практически выплюнул он ей под ноги. – На случай, если я снова окажусь слишком труслив. Такого же ты обо мне мнения.

– Нет, я… все не так… – Луана запнулась и шагнула к нему, но от отступил назад. – Мне очень жаль, Арон, – прошептала она.

– Успокойся и лучше не говори ничего, о чем потом пожалеешь. – Ориана опустила руку ему на плечо, но Арон и от нее отстранился.

– Я принесу деревянную лошадь. И когда вернусь, я не хочу тебя видеть. – Он окинул взглядом Луану, лицо которой от его последних слов совсем лишилось красок. Разрыдавшись, она упала на землю.

Арон резко повернулся и направился к своей лошади. Каая пыталась успокоить Луану, но у нее ничего не получалось. Возможно потому, что ее мысли были заняты другим вопросом.

«Теперь мы должны держаться вместе, Каая. Мы все хотим спасти Ариана».

Слова Луаны прокручивались в ее голове снова и снова. Да, Каая понимала, почему эльфийка так поступила – не хотела терять любимого. Но она солгала. Смотрела им обоим в глаза и говорила о сплоченности и доверии. Отправилась с ними в путь, зная, что любые зацепки, которые они найдут, будут бесполезны, потому что цепочки у них больше не было. Она их предала.

– Прошу, иди с ним. – Голос Луаны звучал глухо и хрипло. Казалось, у нее даже не осталось сил, чтобы посмотреть на Кааю. Возможно, ей было стыдно за свои действия. – Пожалуйста, Каая.

Каая пожевала нижнюю губу, затем медленно кивнула. Она злилась на Луану. Чертовски сильно злилась. Но сейчас ей и так было достаточно паршиво.

– Спасибо, – прошептала эльфийка.

Каая сглотнула и тихо сказала:

– Я делаю это не ради тебя.

Луана подавила очередной всхлип, но больше ничего не ответила.

– Я останусь с ней, – пробормотала Ориана.

Каая кивнула и, попрощавшись с ними, побежала за Ароном, который уже скрылся между деревьями по дороге к лошадям.

– Подожди!

Арон повернулся к Каае и вопросительно взглянул на нее.

– Что ты здесь делаешь?

– Иду с тобой.

Уголки его рта опустились.

– Это она тебя попросила?

– Да, – честно ответила Каая. – Но я здесь не из-за нее. Ариан – все, что у меня осталось. И я не собираюсь сидеть сложа руки в хижине Орианы, пока его душа блуждает в Туманности. Просто не могу. Я должна что-то делать.

Арон, должно быть, лучше кого бы то ни было понимал, что она чувствует.

Он едва заметно кивнул.

– Давай нанесем визит твоему приемному свекру.

Глава 10

Каая

Пока они часами молча ехали бок о бок, пейзаж постепенно менялся. Солнце медленно опускалось за холмы, заливая окружающую местность золотистым светом. Растущие густые деревья отбрасывали тени на лесную подстилку, взрыхленную и взрытую копытами лошадей.

Деревья становились все выше и толще, и у Кааи по спине пронеслась дрожь – тропка напомнила ей о последнем путешествии в Обернштайг. Отвлекшись от дороги, она чуть не ударилась головой о низко нависшую ветку. Время от времени из земли вздымались огромные, покрытые мхом камни, и им приходилось следить за тем, чтобы лошади не повредили себе ноги.

Еще до наступления темноты они подошли к небольшому приморскому городку, чтобы закупиться провизией. Все, что Ориана собрала им в дорогу, осталось у Луаны, а желудок Кааи начал урчать так громко, будто она вовсе не ела несколько дней.

– Зонненбург, – прочитала она вслух, водя пальцем по месту на карте. Пока Арон привязывал их лошадей, она свернула карту и спрятала ее в одной из седельных сумок.

Она подняла взгляд и посмотрела на горизонт. Было что-то волшебное в том, как солнце утопает в море. Эти нежные сочетания красного, оранжевого и фиолетового, а затем и темно-синего океана, который заставлял ее сердце биться… Мягкая улыбка скользнула по ее губам, когда она поняла, почему это место было названо именно так[1].

– Ты идешь? – Арон обернулся к ней и, нахмурившись, посмотрел на нее. – Вдруг торговцы начнут разбирать свои киоски.

Все еще улыбаясь, Каая кивнула ему и пошла следом за ним.

К счастью, после непродолжительных поисков им удалось найти немного бекона и фруктов. Торговец разъяснил им, что Зонненбург славится своими мандаринами. Каая как раз убирала их в свою сумку, когда заметила, что за ними наблюдают. Она едва заметно повернула голову в сторону, где краем глаза заприметила мужчину, и мельком взглянула на него. В этот момент мимо него прошли другие гости рыночной площади, и поэтому ей не удалось как следует его рассмотреть.

– Ты знаешь этого человека? – спросил Арон, чистивший один из мандаринов.

Она пожала плечами.

– Наверное, он считает нас ворами.

– Он идет к нам.

Каая тихо вздохнула.

Мужчина, видимо, считал себя очень храбрым, раз хотел повздорить с ними, невзирая на огромный меч, торчащий из-за ее спины. Но когда Каая повернулась, то поняла, насколько была неправа.

Удивленный вздох сорвался с ее губ, когда она увидела человека, на которого Ариан работает уже много лет. Работал.

– Прайор!

– Сперва я подумал, что спутал тебя с кем-то. Но это правда ты, Каая! – Он улыбнулся, и морщины на его лице углубились. Однако, стоило ему только моргнуть, как выражение его лица вновь помрачнело. – С Арианом все в порядке? Его нет на работе уже несколько дней, а он ведь такой надежный парень.

Каая изо всех сил пыталась сохранить самообладание и уже прочистила горло, чтобы ответить на вопрос, как взгляд Прайора переместился на Арона.

– Это брат Ариана, Арон. Единоутробный брат.

Пока мужчины пожимали друг другу руки, Каая переминалась с одной ноги на другую. Что она должна была ему сказать?

– Моему брату пришлось срочно уехать к нашей тете в Аргонсфельд, – сообщил Арон, и у нее с души будто упал камень. Это он хорошо придумал.

Старик кивнул, хотя, казалось, не до конца поверил в его россказни.

– Это очень срочно, Прайор. Ариан сразу же умчался туда. Но он должен скоро вернуться, – добавила она. – Что ты делаешь здесь, так далеко от Сильверштурма?

Морщины на лбу торговца разгладились, а скептическое выражение исчезло с его лица.

Каая с облегчением вздохнула:

– Я вожу отсюда мандарины, чтобы продавать их в столице.

Они еще немного поболтали о фруктовом киоске Прайора, а затем распрощались.

Арон и Каая сели на одну из многочисленных скамеек с видом на море.

– Как ты познакомилась с моим братом? – поинтересовался Арон, откусывая от копченого бекона и не поднимая глаз.

Каая невольно улыбнулась при мысли о том дне.

– На улице. Я тогда ночевала в переулках и перебивалась попрошайничеством и воровством. – Она опустила взгляд, когда Арон все-таки посмотрел на нее. – Я этим не горжусь. Но у меня не было выбора. Я сирота. Была, пока не появился Ариан. Он приютил меня у себя и стал моей семьей. – Ее голос в конце сорвался, и Каая смущенно прочистила горло.

Арон больше ничего не сказал и снова откусил кусочек бекона.

– А вы с Луаной? – тихо спросила она, на что он лишь покачал головой.

– Я не хочу сейчас думать о ней.

– Но ты все равно о ней думаешь, – мягко заметила она.

Арон вздохнул.

– Маркос, портной, у которого я работаю, должен был доставить ткани в Эрловен, – заговорил он спустя некоторое время. – Я отправился вместе с ним, и уже на месте выяснилось, что это леди Исаноа дала ему поручение. Мать Луаны. С их придворной портнихой случилась какая-то беда, а их семье срочно требовались бальные платья – для самой леди Исаноа и ее дочерей.

– Тогда ты впервые встретил ее?

– Не в тот день. Мы должны были просто доставить ткани и уехать, но Маркос привез с собой пару своих творений в надежде, что ему позволят сшить им платья. Когда леди Исаноа увидела их, она была просто потрясена. Нам предстояло снять с них мерки и сшить платья по размеру. Я должен был снять мерки со средней дочери. – Арон на мгновение сделал паузу и тяжело сглотнул, прежде чем продолжить: – Я немного нервничал, когда впервые постучал в дверь ее комнаты. И она предстала передо мной – самое прекрасное создание, что я когда-либо видел.

Арон потянулся к бутылке с водой и сделал глоток.

– Продолжай, – попросила Каая, когда он замолчал. И он, улыбаясь, выполнил ее просьбу.

– Она была в легком утреннем уборе и смотрела на меня своими большими удивленными глазами. Ей никто не сказал о том, что снимать с нее мерки будет мужчина. Она в этом никогда не сознается, но тогда она была явно смущена. – Его улыбка стала шире.

– Луана умеет смущаться? – в ужасе переспросила Каая.

– Она может быть разной. Обычно она всем показывает жесткую сторону, чтобы скрыть свое мягкое сердце. – Улыбка на губах Арона погасла. – Думаешь, я был с ней слишком суров?

Каая не знала, что ответить. Затем задумчиво покачала головой:

– Она поступила неправильно. Ты был обижен и разочарован. Конечно, она должна понять, что ты не хотел сильно ее обидеть.

– Она предала меня и злоупотребила моим доверием.

Каая снова покачала головой:

– Она сделала это, потому что хотела тебя защитить. Ей казалось, что это единственный выход.

– Она могла просто со мной поговорить!

– Иногда люди делают что-то, не задумываясь о последствиях.

– А иногда они ломают то, что потом не исправить.

Луана

Луана сидела за столом в хижине Орианы и помешивала суп, который к тому моменту уже наверняка остыл. Прошло два дня с тех пор, как Арон и Каая оставили их в ольховом лесу. Они с Орианой совсем недавно вернулись назад, и Луана по-прежнему пребывала в смятении и не могла справиться со своими чувствами. Она сделала нечто ужасное. Она не просто украла цепочку – она ее сожгла. Цепочка исчезла, и этого не изменить. Это было эгоистично с ее стороны. Ужасно эгоистично.

И все-таки Луана не сожалела о содеянном. Она сделала бы это снова, если бы так она могла защитить Арона. Даже если он больше не хочет ее видеть. Но она хотя бы знала, что он жив.

Все еще.

Теперь они с Кааей собирались найти эту деревянную лошадку, и, если им это удастся, Арон пожертвует собой. Распрощается и с собственной жизнью, и с Луаной. В груди болело, глаза горели, ведь за последние дни она пролила тысячи слез.

Она медленно перевела взгляд на Ориану, сидевшую напротив и внимательно изучавшую книгу, из которой Луана вырвала страницу. Тетя Ариана искала дополнительную информацию, хоть что-нибудь, что указывало бы на то, что Луана ошибалась. Что Арону не придется жертвовать собой ради сохранения жизни брата. Но она по-прежнему молчала. Видимо, так ничего и не нашла.

Луана вздохнула и закрыла лицо руками в изнеможении.

Ориана перелистывала страницу за страницей.

– Сердце, которое перестанет биться ради него, – в какой-то момент пробормотала она, и Луана подняла глаза.

– Что? – затаив дыхание, спросила она. – Ты что-то нашла?

Ориана лишь тряхнула своей рыжей гривой.

– Я постоянно запинаюсь об эту формулировку.

Луана нахмурила лоб:

– Почему?

– Сердце, что бьется за него. Сердце, которое перестает биться ради него. – Ориана прикусила нижнюю губу. – Теоретически, здесь и речи о смерти не идет.

Луана наклонилась и скрестила руки на столе. Сдвинув брови, она пристально посмотрела на Ориану.

– О чем думаешь?

– Не знаю, – ответила она. – Но что, если… – Ориана барабанила пальцами по столу, прикусив нижнюю губу.

– Если мы остановим его сердце только на время, – шепотом закончила Луана. Они посмотрели друг на друга со скептицизмом во взглядах, будто ожидали, что одна из них что-то внезапно поймет, и их план разрушится, так не успев и сложиться.

– Может, это и есть та лазейка, которую мы искали. – Луана встала, не в силах больше сохранять спокойствие. – Да, это так! Так и должно быть!

– Ты маг крови, верно? – спросила Ориана, бросив взгляд на огненные и кроваво-красные руны Луаны.

Та робко кивнула.

– Но мои способности в магии крови очень слабо выражены. Я так и не научилась ею пользоваться. Тебе наверняка известно, как все обстоит с магией крови.

Она была невероятно сложной, а способность к магии крови вовсе не означала, что обладатель сможет ее применять.

– А сердце… Я даже не знаю, как к нему подступиться.

– Остановить сердце, не нанося вреда организму, – это умение, которым могут овладеть лишь немногие эльфы. Это рискованно, – добавила Ориана. – Что, если сердце перестанет биться навсегда после этого? Что, если магия не сработает?

По телу Луаны побежали мурашки.

– Так вышло, что я знаю одного сильного мага крови, благодаря которой я и получила этот дар. – Она сглотнула.

– Леди Исаноа Фенхорн, – беззвучно произнесла Ориана, и Луана кивнула.

Луана лежала на диване и не могла сомкнуть глаз от волнения. Ориана давно отправилась спать, и Луана теперь осталась наедине со своими мыслями.

В камине тихо потрескивал огонь.

С одной стороны, она была счастлива, что они нашли лазейку, которая могла сохранить жизнь Арона. С другой стороны, для начала она должна была научиться правильно применять заклинание. А для этого ей придется вернуться в Эрловен – место, откуда она была изгнана четыре года назад. Родная бабушка отослала ее прочь, приказав не возвращаться, если она хочет быть с Ароном.

И Луана выбрала Арона. Она бы в любом случае выбрала его.

Ее желудок сжался от боли.

Арон с Кааей уже должны были прибыть в Обернштайг и скоро встретятся с Сеорасом. Только из-за нее Арон собирается встретиться с этим мужчиной, подвергая себя тем самым опасности. Потому что она не доверяла ему и уничтожила цепочку, как маленькая девочка, не способная контролировать свои чувства.

Грустно вздохнув, Луана повернулась набок и взглянула на пламя.

Она исправит свою ошибку. Сразу после восхода солнца отправится в Сильверштурм, а оттуда сядет на корабль и поплывет в Эрловен, на парящий остров. Ее сердце сжалось от этой мысли. Ей придется приложить немало усилий, чтобы подавить свою гордость и вернуться туда. И все же она немного радовалась, что скоро снова увидит свой дом. Сестер. Мать.

С ними у Луаны были хорошие отношения. Мама советовала ей следовать зову сердца и отстаивать свое счастье, но в то же время не могла подвергать сомнению решение Верховной Леди, которая заседала во главе Совета.

Леди Элора, бабушка Луаны, была строгой женщиной, придававшей большое значение традициям, власти и дисциплине. Она отослала Луану, не моргнув и глазом, и так же быстро отвергла бы и свою дочь, узнав, что та не соблюдает правила. Поэтому Луана не знала, как отреагирует ее мать, если она заявится на порог дома.

Видимо, через несколько дней она это выяснит.

Глава 11

Каая

Когда они добрались до Обернштайга, уже наступили сумерки. Но Арона не остановила сгущающаяся темнота, и он повел Кааю прямо к дому, в котором провел свое детство. После того как они привязали своих лошадей, он осторожно заглянул в дом через окно. Оставшись стоять у двери, Каая прислушивалась с звукам по ту сторону. Напрасно. Казалось, в доме никого не было. Напрягшись, Арон достал ключ от входной двери из кармана брюк. Каая была почти уверена, что его руки дрожали, когда он вставлял ключ в замок и поворачивал его вправо. Дверь со щелчком открылась, и Арон толкнул ее вовнутрь. Каая инстинктивно схватилась за Стальное Крыло, входя в дом вслед за Ароном.

Внутри было темно, а в воздухе стоял затхлый запах. Из дверного проема они сразу же попали на кухню, и взгляд Кааи упал на разбросанную повсюду использованную грязную посуду. И, судя по исходившей от нее вони, в кастрюлях еще оставались остатки пищи, которые, вероятно, были приготовлены несколько дней назад.

Она шагнула в гостиную, и позади нее внезапно раздался оглушительный грохот.

Из ее горла сорвался крик, и держа руку на рукояти Стального Крыла, она снова обернулась и увидела на полу тарелку, разбитую вдребезги. С округлившимися глазами и бешено колотящимся сердцем Каая посмотрела на Арона, который, покраснев от злости, смотрел на свою работу. Он уже собирался взять следующую тарелку, но Каая удержала его.

– Ты сошел с ума? Зачем ты это делаешь?

В глазах Арона застыли слезы, когда он посмотрел на нее.

– Он разрушил их жизни! – воскликнул он. – Жизнь Ариана и матери! Они этого не заслужили!

– Я знаю, – успокоила его Каая. – Знаю, Арон, и ты совершенно прав! Но у нас еще есть возможность изменить жизнь Ариана к лучшему и спасти его.

Арон кивнул.

– Извини, – сказал он, и его голос зазвучал тверже.

– Зато теперь мы знаем, что Сеораса здесь нет. – Каая попыталась ободряюще улыбнуться ему. Каким бы злым ни выглядел Арон, она почувствовала облегчение, осознав это.

– Останься здесь, – вздохнул Арон. – Я пойду наверх и поищу там деревянную лошадку.

– Хорошо. Тогда я осмотрюсь здесь, внизу.

Арон кивнул и, пробежав мимо нее, направился к лестнице, что вела на второй этаж. Она тем временем открыла дверцы шкафов, какие только смогла найти на кухне, мельком заглянула внутрь и снова огляделась. Здесь она точно не найдет никаких игрушек. Поэтому она вошла в гостиную и уже начала открывать небольшой шкаф, как вдруг раздались голоса. Мужские голоса – как минимум три. Ее пульс участился, и она хотела было направиться к лестнице, когда услышала, как открывается входная дверь.

Она в ужасе обернулась и посмотрела в лицо человека, которого никогда раньше не видела, но не узнать не могла. Она знала историю о тонком шраме, что пересекал бороду по левой щеке и заканчивался у его уха. Ариан рассказал, как приставил кинжал к лицу отчима, когда тот собирался задушить Арона.

– Сеорас. – Это было скорее утверждение, чем вопрос.

Мужчина, который еще секунду назад смотрел на нее с недоумением, широко улыбнулся.

– У нас тут дама в гостях. – Его голос звучал низко и хрипло, и даже по походке было понятно, что он слишком часто находил утешение на дне бокала.

Когда он оказался в нескольких шагах от нее, Каая инстинктивно отпрянула назад. Ее рука потянулась к мечу, но она не хотела настраивать этого человека против себя.

– Меня зовут Каая. Я подруга вашего сына. – Она осторожно перевела взгляд на двух других мужчин, тоже вошедших в дом.

– Ром закончился, – сказал один из них, поднимая бутылку.

Другой уставился на Кааю округлившимися глазами.

– Что это за конфетка?

– Это Каая. – Сеорас по-прежнему ухмылялся и выглядел при этом точно хищник. Но она не станет его добычей. – Подруга Арона.

– Я здесь не из-за Арона, – спокойно возразила она. – А из-за Ариана.

Сделав два больших шага, Сеорас остановился рядом с ней. Сдвинув брови, он посмотрел на нее сверху вниз, его ноздри раздувались.

– Этот ублюдок не мой сын!

– Поэтому вы пытались его убить?

– Эльфийский выродок другого и не заслуживал!

– У тебя все в порядке? – крикнул Арон, и все головы повернулись в сторону лестницы.

Воспользовавшись моментом, Каая взмахнула Стальным Крылом.

– Каая, что происходит? – Арон бросился вниз по лестнице, но один из двух мужчин встал у него на пути.

– Куда собрался, парень? – спросил лысый мужчина примерно той же комплекции, что и Арон.

– Хватай его, Олли! – выпалил Сеорас и снова повернулся к Каае.

Она увидела, как Арон ударил Олли, прежде чем Сеорас загородил ей обзор. Она попыталась отойти назад, чтобы замахнуться Стальным Крылом, но почувствовала холодную стену у себя за спиной. Сеорас, казалось, заметил ее положение и ударил кулаком в живот, заставив ее согнуться и выронить меч.

Закашлявшись, Каая схватилась за живот, но у нее не было времени прийти в себя, поскольку Сеорас уже занес руку, готовясь к очередному удару. Она поспешно опустилась на колени, чтобы избежать удара по подбородку. Вместо ее лица кулак Сеораса угодил в стену. Он закричал и схватился за раненую руку. Воспользовавшись заминкой, Каая схватила валявшийся рядом меч и, не задумываясь, ударила рукоятью по затылку Сеораса. На этот раз уже он упал на колени.

Каая в панике обернулась, глазами выискивая Арона. Олли лежал на полу, но от третьего мужчины и Арона не осталось и следа. Она еще раз взглянула на Сеораса, но тот, казалось, потерял сознание.

– Арон! – выкрикнула Каая и побежала через комнату в уборную. Ярко-красные брызги крови усеивали стены. Каая проследила за ними глазами и заметила наконец-то массивное тело, лежащее в ушате вверх ногами.

Оно не двигалось.

– Арон! – Ее руки дрожали, когда она дотронулась до его спины.

Она поняла, что это не Арон. У мужчины было сильное кровотечение из-за ножевого ранения в плечо.

«Он же не…»

– Он мертв?

Когда позади нее раздался голос, Каая вздрогнула. Ее сердце учащенно забилось от облегчения, и она, задыхаясь, бросилась на шею Арону.

– Ты в порядке?

Арон на краткий миг крепко сжал ее, а затем отстранил от себя, чтобы внимательно осмотреть ее.

– А ты сама-то в порядке?

Она отрывисто кивнула:

– Уже да. Парень в ушате еще дышит. Что ты с ним сделал?

В руке Арона сверкнул окровавленный кинжал.

– Он лежал под кроватью матери. Я подарил его ей, чтобы она могла защитить себя в случае крайней необходимости.

– А лошадку Ариана ты нашел? – с надеждой спросила Каая, но Арон покачал головой. – Надо продолжить поиски.

– Знаю. – Он нетерпеливо потер свое лицо. – У нас есть, я бы сказал, полчаса, прежде чем эти подонки очухаются. Давай пойдем наверх.

Каая кивнула, одобряя эту идею, и они поспешно поднялись по лестнице и вошли в первую комнату слева по коридору.

– Это была комната Ариана, – пояснил Арон.

Сердце Кааи бешено заколотилось.

Значит, именно здесь вырос человек, который значил для нее больше всего на свете.

В углу находилась кровать, на которой лежали подушка и одеяло, покрытые пятнами цвета ржавчины. Рядом с кроватью стояла тумбочка, а у стены напротив – небольшой платяной шкаф, в дверце которой красовалась дыра размером с кулак.

– Там мы вдвоем прятались, когда в комнате родителей становилось слишком шумно, – сказал Арон, стоявший рядом.

Она медленно подошла к шкафу и открыла дверцу, едва не сорвав ее с петель. Перед мысленным взором она будто увидела двух мальчишек, съежившихся и дрожавших в шкафу.

– Нам следует поторопиться. – Голос Арона вырвал ее из раздумий.

– Да, – согласилась Каая, отбрасывая старую одежду Ариана в сторону.

В верхнем отсеке деревянной лошадки не нашлось.

– Я пойду проверю в своей комнате, – сказал Арон.

Каая кивнула в знак подтверждения, продолжая рыться в шкафу. Затем она закрыла дверцу и подошла к прикроватной тумбочке. И там ничего. Каая разочарованно вздохнула. Когда она повернулась к кровати, у нее внутри все неприятно всколыхнулось. Пятна явно были застарелыми – пятна засохшей крови. Дрожащими пальцами она приподняла одеяло. Матрас был вдоль и поперек испещрен дырами, и ей даже показалось, что она даже увидела следы от подпалин. Но и здесь не нашлось ни одной деревянной игрушки. Каая переползла по матрасу и просунула руку в щель между кроватью и стеной. Она уже собиралась вытащить руку, когда что-то нащупала. Она сомкнула пальцы вокруг этого предмета и подняла его, и внутри нее разлилось разочарование.

– Старая туфля, – пробормотала она. Матрас заскрипел, когда она поднялась, чтобы направиться за Ароном. Других тайников в комнате не было.

Вдруг Каая услышала грохот.

За несколько размашистых шагов она выскочила из комнаты и пересекла коридор, ведущий в комнату, из которой доносились звуки. Раздался глухой удар, будто кто-то врезался в стену. Она толкнула дверь и увидела лежавшего на полу Арона и Сеораса, склонившегося над ним.

– А ну отойди от него, – прорычала Каая, выхватывая свой меч, но Сеорас никак не отреагировал на ее слова. Тогда она занесла меч над головой и резко вонзила его в плечо мужчины. Из горла Сеораса вырвался крик боли, и Арон воспользовался моментом, чтобы оттолкнуть от себя отца. На шее Арона виднелись отметины от удушения, а он сам хрипло кашлял. Каая протянула ему руку и помогла подняться, другой рукой крепко сжимая рукоять Стального Крыла, острие которого было направлено на Сеораса, скорчившегося на полу.

– Мы уходим прямо сейчас, – сказала она, сверкнув глазами, сузившимися до щелочек.

– Валите и никогда больше здесь не появляйтесь, – бросил Сеорас, и его лицо исказилось от боли. – Ты только и умеешь, что сбегать.

– Все в порядке? – спросила она у Арона, который с трудом мог оторвать взгляд от отца.

– Да, – выдавил он.

Каая помогла ему дойти до лестницы, где он ухватился за перила, пока она засовывала свой клинок обратно в ножны, закрепленные на спине. Краем глаза она увидела, как к ним подобрался Сеорас, но все произошло так быстро, что она не успела среагировать.

В мгновение ока он шагнул к ней и толкнул с такой силой, словно рана на его плече уже зажила. Каая пыталась ухватиться за перила, но было уже поздно.

Арон

Арон протянул к Каае руку, но Сеорас ударил по ней. Ему осталось только с ужасом наблюдать, как подруга его брата летит с лестницы. Она замерла между лестничными маршами. Настоящее и прошлое слились воедино, и он увидел перед собой мертвую мать, лежащую на полу. В его голове что-то щелкнуло, и он с криком ярости впечатал кулак в лицо своего отца, который, пошатываясь, попятился назад.

– Ты чертов ублюдок! – рявкнул Сеорас, схватившись за кровоточащий нос.

Арон этой репликой не впечатлился и толкнул своего отца в стену. Боль в шее была забыта. Арон хотел заставить его заплатить за все, что тот совершил. Он снова поднял кулак, но Сеорасу на этот раз удалось увернуться, и он на пошатывающихся ногах направился к лестнице, намереваясь сбежать. Арон бросился следом и так сильно ударил его ногой в спину, что тот не покатился по лестничным ступеням, а полетел. Он приземлился позади скрюченного тела Кааи и остался неподвижно лежать.

Арон спрыгнул с лестницы и склонился над Кааей. Ее грудная клетка поднималась и опускалась, а теплое дыхание коснулось его руки, когда он прикоснулся к ее щеке. Он почти почувствовал облегчение, как вдруг услышал за своей спиной стон.

Сеорас вполз на кухню и двигался ко входной двери.

– Ты остаешься здесь! – прорычал Арон, схватив отца за лодыжку. Тот вскочил на ноги, крутанулся на месте, и Арон увидел, как в его руке блеснул нож, после чего он почувствовал жгучую боль в боку. Мерзавец схватил один из кухонных ножей и ухмыльнулся, оскалив свои окровавленные зубы.

– Я тебя уничтожу, ты, маленький сукин сын, – прошипел он. – Так же, как твоих шлюху-мать и выродка-брата!

– Он не мертв, – выдавил Арон. – Ты не смог довести дело до конца, да? Снова с ним не справился, да, отец? – В последнем слове прозвучало все презрение, какое он испытывал к этому человеку.

Лицо Сеораса покраснело еще сильнее, а глаза практически вылезли из орбит. В его чертах отражалась неприкрытая ярость.

– Он сбежал! – выпалил он. – Он сбежал, как маленький чертов трус!

– ОН БЫЛ РЕБЕНКОМ!

– Он был мерзким ублюдком! Грязное эльфийское отродье! Им недостаточно было захватить наш мир, так они еще и на наших женщин посягнули!

– Плевать ты хотел на свою женщину, мерзавец! Ты убил мою мать!

– Ничего другого эта потаскуха не заслуживала, – сплюнул Сеорас.

Отвратительная ухмылка, появившаяся на его лице следом, стала последней каплей. Арон отнял руку от кровоточащей раны и набросился на отца, со всей силы ударив того по лицу.

– У тебя таки выросли яйца? – выпалил Сеорас, прежде чем снова вонзить в сына нож. Арон вскрикнул, когда лезвие вошло в ту же рану между ребрами. – ЗАЩИЩАЙСЯ! – прорычал отец, отталкивая его от себя. – Ну давай, что ты затих? – продолжал кричать он, вскакивая и бросаясь на сына, все так же держа в руках окровавленный нож.

Арон не предпринимал никаких попыток сдвинуться с места. Ножевое ранение саднило, он потерял слишком много крови. Все в нем отчаянно желало сбежать, но он не собирался этого делать.

Он столкнется с этим монстром, который разрушил его жизнь, даже если это значит умереть здесь и сейчас. Он не убежит.

Сеорас наконец оказался в пределах досягаемости и замахнулся ножом, готовый оборвать жизнь своего сына. Арону удалось откатиться в сторону и обхватить своей ногой ногу Сеораса, повалив того на пол. Мужчина тяжело упал на копчик, и нож со скрипом заскользил по полу. Не успел Сеорас вскрикнуть, как Арон склонился над ним и сомкнул пальцы на его шее. Сильно сдавил ее.

Отец отчаянно пытался разомкнуть пальцы и оторвать их от горла, но все было бесполезно. Тогда он потянулся за ножом, пытаясь вслепую его нащупать, но прежде, чем он успел схватить лезвие, Арон так сильно ударил его головой об пол, что раздался треск. Откуда исходил звук – от пола или от черепа Сеораса, – Арон не знал. Но, возможно, ему следовало убедиться в этом. Он снова ударил отца головой об пол, и снова, и снова.

Арон не обращал внимания на то, что под его пальцами постепенно слабел пульс, что отец в какой-то момент перестал сопротивляться, что лужа крови на полу становилась все больше и больше. Он не останавливался. Не мог. Слишком много гнева скопилось внутри него, слишком много ненависти к этому человеку и к самому себе. Ненависти к маленькому, слабому мальчику, которым он когда-то был. Мальчику, который не смог защитить ни своего младшего брата, ни свою мать. Такому беспомощному и испуганному.

Теперь он больше никогда не будет беспомощным. Никогда больше не будет бояться. Он победит своего отца, а вместе с ним и демонов, что правили его сознанием. Он одолеет их всех и станет наконец-то свободным.

Каая

– Арон? – прохрипела Каая, приходя в себя. – Арон, ты как?

Она приподнялась и увидела Арона, сидящего на полу неподалеку от нее, а рядом с ним расплывалась лужа крови и…

– Арон, что…

– Все хорошо, – ответил он.

Каая снова посмотрела на человека, лежавшего в своей собственной крови.

В ее горле поднялась желчь, и она прижала руку ко рту, сдерживая рвотный позыв.

– Это мой отец, – сообщил Арон безо всякого эмоционального накала в голосе. Холод пробежал по ее жилам, а волосы на затылке встали дыбом. Когда она промолчала, он добавил тем же тоном: – Он мертв.

– Да, я это поняла, – сказала она, медленно вставая.

Каая подошла ближе, и только тогда она заметила, что лицо, шея и грудь Арона были заляпаны брызгами крови. Он снял с себя рубашку и прижал к ребрам. Рубашка почти полностью стала красной.

– Что случилось?

Арон уверенно посмотрел ей в глаза.

– Он напал на тебя, потом хотел меня ударить. Я его толкнул, одно повлекло другое…

Каая невольно кивнула.

– Так ты защищался?

– Да, сначала я просто защищался, – ответил он. – А потом отомстил.

Она взглянула на мертвое тело Сеораса, не зная, что еще сказать. Этот человек был негодяем, он избивал своих маленьких детей и убил жену, а теперь еще и ранил ее. Он не заслуживал ничего другого. Или…

Каая протянула руку Арону. Он с подозрением посмотрел на нее.

– Разве ты не должна сейчас взбеситься и назвать меня убийцей?

Каая фыркнула и попыталась изобразить улыбку, которая, вероятно, выглядела гротескно.

– Он был отвратительным человеком. Он причинил тебе боль и получил по заслугам.

Арон недоверчиво смотрел на нее, но затем наконец схватился за ее руку и позволил ей помочь подняться на ноги.

– Спасибо, – сказал он, и его лицо исказилось от боли.

Она потянулась к рубашке, которую он прижимал к кровоточащей ране.

– Мы должны обработать ее.

– Там просто царапина, – сказал он.

– Сейчас не время для гордости. Это может быть чревато…

Их диалог прервал стон. Это был Олли, собутыльник Сеораса, который, казалось, только что пришел в себя.

– Я позабочусь о нем. А потом о тебе. – Каая угрожающе указала пальцем в сторону Арона, который поднял руки, будто бы защищаясь.

– Как скажешь. – Он криво усмехнулся.

Каая кивнула, прежде чем ударить Олли по виску и снова отправить в нокаут.

– Нужно убраться отсюда как можно скорее.

Глава 12

Луана

Было не так много вещей, с которыми Луана никак не могла справиться, и морские прогулки входили в их число. Она уже полдня провела на корабле в море, и все то время она крепко сжимала в руках ведро и выплескивала содержимое своего желудка.

– Подойдите к перилам! – приказал пожилой мужчина с круглым животом уже в десятый раз. Но Луана была не в состоянии двигаться. – Вот увидите, там вам станет лучше.

Он протянул ей руку, но она и не подумала протянуть свою в ответ. Луана попыталась жестом ему показать, что он должен уйти и оставить ее в покое. Мужчина в отчаянии встряхнул руками и, покачав головой, снова отвернулся. Ее взгляд на мгновение упал на синие руны, образовывавшие узор на его шее. Узор, который напоминал змею. Но она не могла и дальше думать об этом, потому что желудок снова начал издавать не предвещавшие ничего хорошего звуки.

Возможно, богиня Эйюне наказывала ее так за то, что она предала своего любимого. Придется терпеть – она это заслужила. Однако переправа на корабле, пожалуй, была самой легкой частью путешествия. При мысли об Эрловене, родном доме Луаны, ее желудок сжался. И хотя предвкушение встречи с матерью наполняло ее грудь теплом, это чувство было омрачено тьмой. В конце концов, она совершенно не знала, как отреагирует на ее приезд мать. А сестры… Жили ли они еще дома? Что, если они уже заключили союзы и обзавелись собственными домами?

Луана снова почувствовала пульсацию в животе, но это уже не имело никакого отношения к морской болезни. Она снова наклонилась к ведру, и ее шумно вырвало.

Оставшаяся часть пути прошла как в тумане. Луана не видела ничего вокруг себя. В какой-то момент, спасибо Богине, она разглядела парящий вдалеке остров. Остров, на котором она не была четыре года. Который на протяжении почти всей жизни был ей домом.

Она родилась на Эрловене сто сорок четыре года назад и никогда не знала мира, в котором живет ее народ. То есть Эсерия всегда была ее домом, но до того, как бабушка изгнала ее, Луана никогда не бывала на людских землях. Арон стал первым человеком, с которым она говорила больше пяти минут. Конечно, у нее и семьи имелись слуги-люди, которые изо дня в день выполняли разные приказы, но ни один из них никогда не привлекал ее внимания.

И вот однажды, когда этот парень оказался перед ее дверью, разум отключился. Она видела, как двигались его губы, слышала его глубокий голос, совсем не понимая, что он говорит, потому что тонула в его глазах. Они, словно темная жидкая карамель, завладели ею и никогда больше не отпускали. Даже его восхитительное тело она заметила не сразу.

Арон был таким высоким, возвышался над ней как минимум на две головы, а его большие, сильные руки… Луана не могла не думать, на что они были способны. Но мысли эти оставили ее, когда она заметила его кривую усмешку.

«Вы пялитесь на меня», – сказал тогда он. Никогда в жизни она не чувствовала себя так неловко, как в тот момент.

Когда воспоминания нахлынули на нее, у Луаны снова загорели щеки, а по груди разлилось тепло, которое исчезло, стоило кораблю взлететь.

Ведро выскользнуло из рук, и Луана инстинктивно вскочила на ноги, чтобы ухватиться за поручень. На борту корабля, должно быть, находились маг воды и маг воздуха, потому что иначе до парящего острова добраться невозможно. Большая струя воды подняла корабль над уровнем моря, а маг воздуха сделал все остальное с помощью ветра.

Корабль качался и болтался во все стороны, поднимаясь метр за метром и направляясь к Эрловену. Луана смогла разглядеть пристань, и ее охватило безмерное облегчение.

В последние секунды полета она задержала дыхание и первой спрыгнула с летающего корабля, который наконец пристыковался к порту. Ощущение твердой почвы под ногами ошеломило ее, но еще более ошеломляющим было то, что она вернулась домой.

Луана благоговейно осматривалась, убеждаясь в том, что ничего не изменилось. Цитадель, в которой располагался Верховный Совет, возвышалась над всеми остальными зданиями в центре города и уходила далеко в небо. Луане пришлось запрокинуть голову, чтобы увидеть исчезнувший в облаках шпиль. Все здесь было построено из цельного белого камня, а крыши домов глубокого синего оттенка придавали городу какое-то благородство, захватывающее дух. И если присмотреться поближе, то можно увидеть, что синие кирпичи на крышах были чистыми сапфирами, в которых отражались солнечные лучи.

Эльфы тут жили богатые, и им нравилось демонстрировать свой достаток, потому что они много работали ради процветания города. Когда они прибыли в Эсерию тысячу лет назад, этот участок земли был грудой обломков. Они отстроили все с нуля и использовали настолько прочные материалы, чтобы Эрловен смог пережить любую катастрофу.

Луана в последний раз оглянулась на корабль, доставивший ее домой, и встретилась со взглядом старика со змеиными рунами. Он невозмутимо смотрел на нее, а затем приподнял руку, чтобы помахать ей. Увидев это, Луана снова нахмурилась и повернулась к городу. Широкая вымощенная светлыми камнями дорога простиралась перед ней, и Луана продолжила путь, надвинув капюшон своего плаща на лицо, чтобы ее никто не узнал. Лишь немногие знали причину, по которой она покинула столицу эльфов и отказалась от будущего в Совете.

Леди Элора между тем возглавляла Совет из семи эльфов в течение почти половины тысячелетия, а ее старшая дочь Исаноа, мать Луаны, тоже занимала высокий пост.

Луана получала престижное образование, и если бы закончила обучение, то была бы сейчас правой рукой своей бабушки. Но когда она в один миг покинула Эрловен, ей пришлось оставить позади и учебу. К тому времени она успешно сдала экзамен по стрельбе, но только приступала к Учению Крови. А теперь, хоть она и была мастером огня (лишь немногие могли похвастаться такими выдающимися умениями), доступ к ее второй и уже менее выраженной способности – магии крови – остался для нее практически закрытым. Именно поэтому она приехала сюда.

Луана шагала мимо всевозможных лавок, где продавались новые платья и халаты, сумки и мантии, мимо постоялых дворов, из которых доносился беззаботный смех, а также мимо Большой библиотеки, вход в которую охраняли два эльфа в блестящих бриллиантовых рубашках.

В конце концов, она добралась до короткой дорожки, ведущей прямо к поместью, где она выросла. Она тяжело сглотнула, а затем откинула капюшон плаща и подошла к стражникам.

– Леди Луана. – Темно русый эльф слева от нее низко поклонился, а другой, с более темными волосами, тоже перестал стоять, как истукан, и повторил за коллегой.

– Адамар, – склонив голову, ответила она, затем выжидающе посмотрела на темноволосого эльфа.

– Лизантир, миледи, – представился тот.

– Очень приятно, – сказала Луана. – Я хочу навестить свою маму.

Охранники нервно обменялись взглядами.

– Что? – спросила она, когда ни один из мужчин не отошел от ворот.

– Знаете, миледи… – пробормотал Адамар. – Мы… у нас есть распоряжение… от Верховной Леди Элоры, что… что вам не позволено входить в поместье.

Луана подняла брови и скрестила руки на груди.

– И что это должно значить?

– Мы… мы просто следуем инструкциям, леди Луана.

– Вы должны следовать моим инструкциям, – ответила она; гнев постепенно закипал внутри нее.

– Миледи, – пытался было возразить Лизантир, но внезапно замолчал, когда его взгляд встретился с глазами Луаны, которые, видимо, окрасились в ярко-оранжевый оттенок.

– Ты правда хочешь испытать на себе мой гнев? – прошипела Луана, чувствуя, как разливается тепло по ее пальцам.

Она не позволит этим охранникам остановить ее, попасть в поместье было слишком важно для нее.

– Я… ничего страшного, если я… если пойду наверх и поговорю с леди Исаноа?

Луана не смогла удержаться и издала короткий и громкий нервный смешок.

– Как давно ты меня знаешь, Адамар? – спросила она у блондина. – Мне бы не хотелось превращать твою симпатичную задницу в пепел.

Адамар сглотнул.

Она знала, что он был магом воздуха, а синие руны, украшавшие лицо Лизантира, указывали на то, что тот – маг воды. Она невольно вспомнила старика с корабля и его руну интересной формы, такую же синюю.

Луана тряхнула головой, чтобы выбросить эти мысли из головы.

На самом деле ее совершенно не волновало, какими способностями обладали эти два стража. Все, что ей нужно было сделать, – это щелкнуть пальцами, и они бы сгорели в огне, как и все остальные. Но она понимала, что мужчины этого не заслуживают, ведь они просто выполняли приказ ее бабушки. Хотя им не повредит, если она немного пригрозит им своей магией. Они в любом случае бы не причинили вреда внучке Верховной леди.

Только Луана собралась превратить раскаленный жар на кончиках пальцев в пылающее пламя, как ей навстречу бросилась высокая и стройная фигура.

– Кейлин! – выдохнула Луана и сделала большой шаг к сестре, которая тут же обняла ее.

– Что ты здесь делаешь?

– Захотела навестить маму, – ответила Луана, выдергивая сухой листок из спутанных волос сестры. – Что ты делаешь в лесу посреди ночи?

Округлив глаза, Кейлин взглянула на куст, из которого только что вылезла.

– Хм, я…

– Кейлин? – Из леса вышла еще одна эльфийка. Ее короткие волосы цвета меди были в таком же беспорядке, что и волосы Кейлин. А цвет лица сравнялся с цветом волос, когда она поняла, что ее подруга не одна.

– Зелфи, – пискнула Кейлин.

– Хм, – протянула Луана, глядя на двух девушек и поджав губы.

Кейлин бросила взгляд на двух охранников, которые о чем-то горячо дискутировали, а затем протянула руку Зелфи, которая схватилась за нее, будто та была спасательным кругом.

– Зелфи, это моя сестра Лу. Луана.

Эльфийка удивленно подняла брови и снова покраснела.

– Добро пожаловать обратно. Рада, что вы вернулись.

– Спасибо, – ответила Луана, хотя прозвучало, скорее, как вопрос.

– Я тебе все объясню, хорошо? – Кейлин смущенно прикусила нижнюю губу. Привычка, которая проявлялась и у Луаны, когда та нервничала.

– Хорошо, – сказала Луана. – Это если эти двое меня впустят. – Наклонив голову, она указала на Адамара и Лизантира позади себя.

Кейлин фыркнула.

– Они могут никому ни о чем не сообщать. Мама будет так рада видеть тебя!

Луана выдохнула.

– Надеюсь, ты права, Кей. Адамар, Лизантир, – обращаясь к двум охранникам, сказала она. – Мы идем наверх. – Луана с удовлетворением посмотрела на них, прежде чем вместе с двумя другими эльфийками отправиться в поместье.

Войдя в дом, Луана обнаружила, что и здесь тоже ничего не изменилось. Пол, как и всегда, был идеально отполирован, и она даже смогла разглядеть в нем свое отражение. Темные круги под ее глазами выдавали, как мало она спала. К тому же последние несколько часов она еще и опустошала свой желудок. При воспоминании о поездке на корабле она еще сильнее побледнела.

– Где моя мать? – услышала Луана голос Кейлин, расспрашивающей служанку.

– Леди Исаноа в своих покоях, – склонив голову, ответила пожилая женщина.

Она была не единственным человеком, служившим в их семье. Персонал кухни, все садовники и конюхи тоже были людьми. Эльфы были слишком гордыми, чтобы кому-то прислуживать. По крайней мере, большинство из них.

Сама Луана работала в таверне с тех пор, как поселилась в Элленхайне, чтобы содержать себя и Арона, пока тот обучался портновскому мастерству.

Невыносимая грусть охватила ее при мысли об Ароне.

– Лу? – позвала Кейлин, прерывая поток ее мыслей.

– М-м?

– Идем наверх.

Луана кивнула в ответ:

– Хорошо.

– Может, ты хочешь пойти одна? – Кейлин с беспокойством посмотрела на сестру, когда они подошли к двери ее матери.

Она коротко кивнула:

– Думаю, так будет лучше. А после ты расскажешь мне про Зелфи! Что с Деленой? Она вообще выходила на связь?

Кейлин скривила лицо.

– Да. Она влюбилась в другого.

Луана удивленно сложила губы в трубочку, прежде чем осторожно погладить сестру по руке.

– Все в порядке, честно. Зато я познакомилась с Зелфи. – Глаза Кейлин мечтательно засияли, а на лице Луаны появилась теплая улыбка. – А теперь заходи! – добавила она, совсем раскрасневшаяся к тому моменту. – Все будет хорошо, вот увидишь. Мама скучала по тебе.

Луана молча кивнула.

– Увидимся позже. – Кейлин еще раз ободряюще улыбнулась, а затем спустилась по лестнице к Зелфи, которая ждала ее внизу.

– Я справлюсь, – тихо пробормотала Луана себе под нос и постучала в дверь, прежде чем войти.

Леди Исаноа Фенхорн стояла у панорамного окна спиной к Луане. Она была одета в бордовое платье, а ее светло-русые волосы были заплетены в косу, свисавшую набок через плечо, открывая вид на едва прикрытую вырезом платья спину.

Руны цвета свежей крови змейкой струились по ее позвоночнику. Она выглядела благородно.

Когда Луана осмотрела себя, у нее снова заныло в животе. Еще несколько лет назад она ходила в самых дорогих платьях, а сегодня на свое жалованье служанки она не могла позволить себе ничего другого, кроме поношенных брюк и блузок свободного кроя, которые всегда и носила. В конце концов, иногда ей доставалось несколько монеток чаевых.

– Мама? – Ее голос стал совсем тонким.

Тело эльфийки напряглось, прежде чем она повернулась.

– Луана. – Имя дочери шепотом слетело с ее губ. – Ты здесь.

Луана кивнула, борясь с желанием зарыдать.

– Да, мама, я здесь.

– Твоя бабушка знает?

В этот раз она покачала головой:

– Нет. Нет, она не в курсе. Только охранники знают, что я здесь. И Кейлин.

– Ты встретила Кейлин? – Голос Исаноа еще не окреп.

– Да. – Луана улыбнулась. – Она выглядит счастливой.

Исаноа кивнула.

– Почему ты здесь?

– Я… – Она не знала, что сказать ей и как описать свою дилемму. С чего начать и как много можно рассказать матери. – Мама, я… – Луана не успела закончить предложение, потому что ее мать за несколько шагов преодолела расстояние и крепко обняла ее.

Она больше не могла сдерживать слез, которые все это время готовы были вырваться из груди. Луана тоже обняла свою худенькую мать и уткнулась лицом в изгиб ее шеи. Она по-прежнему пахла лавандой – ароматом дома.

Глава 13

Илиас

– Надеюсь, олень, которого мы убили, будет нежнее, чем эта… – Киан ковырял вилкой в кровавом куске мяса, – домашняя свинина, – добавил он, поморщив нос.

Илиас тихо рассмеялся.

– У тебя высокие стандарты.

Киан приподнял брови.

– Разумеется. Я ведь лорд. И, как оказалось, лучший друг наследного принца. – Он усмехнулся и, отрезав кусок от поросенка, сунул его себе в рот. – На вкус лучше, чем кажется.

– Разумеется. Ты ведь обедаешь во дворце короля, – заметил Илиас и тоже откусил от пряного мяса.

– Что думаешь о Рувене как о главаре охотников? – поинтересовался Киан, пережевав еду.

Илиас пожал плечами:

– Он в любом случае займет этот пост.

– Но мы не позволим ему победить, верно? – Киан потянулся за кувшином с вином и наполнил свой кубок.

– Это было бы весьма вежливо с нашей стороны.

– С его стороны было бы вежливо не прикасаться к моей сестре, пока я с ними в одной комнате, – сказал Киан и опустошил кубок одним махом, чтобы спустя мгновение снова налить себе вина. Затем он покачал головой. – Я не позволю ему победить.

Илиас протянул кубок своему другу, и тот наполнил его.

– Он хороший.

– Хороший? – выдохнул Киан, едва не выплюнув вино на стол. – В чем он хорош? В пускании пыли в глаза Сирайи и вытаскивании золота из карманов моего отца?

– В охоте.

По традиции, перед каждой церемонией заключения союза устраивалась охота, а добычу подавали на стол во время торжества. Охотничью компанию возглавлял один из эльфов, собирающийся вступить в союз, – в большинстве случаев эту роль брал на себя эльф-мужчина. А если свои души связывали две эльфийки, должность главаря охотников занимал один из отцов.

Последней женщиной, возглавлявшей охоту, была Неа. Илиасу трудно было поверить, что с тех пор прошло уже несколько лет. Что она осталась в прошлом и больше не была частью его души. На самом деле она никогда ею не была, потому что незадолго до того, как должно было произойти слияние душ, Неа вскрикнула. Его сильная и непобедимая Неа закричала, и этот крик по-прежнему преследовал его в ночных кошмарах.

Она кричала не от боли. Она кричала из-за ребенка в своей утробе. Зная, что он умрет вместе с ней. Неа посмотрела в его глаза, будто безмолвно умоляла о прощении. Ей было больно оставлять суженого и уходить в другой мир. В никуда.

Он попытался вытеснить эти воспоминания. Пытался отпустить Нею. Пытался снова и снова, но в то же время хотел сохранить воспоминания о ней. Хотел иметь возможность думать о ней, и чтобы при этом все внутри него не разрывалось на части.

– И в каких облаках ты витаешь? – прервал его мысли Киан.

Илиас вздохнул и сделал глоток из кубка.

– Тут и там.

– Ты должен смотреть вперед, Илиас, – сказал Киан. Он склонился над столом и смерил его взглядом своих красных глаз.

– Я не могу, – прошептал Илиас.

Не так уж часто он признавался в этом себе или проявлял слабость, особенно в присутствии кого-то другого. Но воспоминания грозились захлестнуть его с головой.

– Я чувствую ее повсюду. Даже сейчас, если посмотрю на дверь, сперва подумаю, что она вот-вот войдет. И когда поверну голову обратно, я увижу перед собой ее вместо тебя. Она повсюду и нигде одновременно.

Лицо Киана выражало страдания.

– Горе убьет тебя.

– Горе – это все, что у меня осталось. Как только отпущу ее, больше ничего не буду чувствовать. Зачем существовать, когда ты больше не живешь?

Киан, вероятно, мог бы поставить себя на его место, но он не сможет испытать эти чувства на себе. По крайней мере, пока не найдет свою вторую половинку. Он менял женщин как перчатки, так что это лишь вопрос времени. Возможно, в одной из них он однажды увидит нечто большее.

Илиас желал счастья своему самому близкому другу. Киан был первым, кто бросился к нему, когда его любимая испустила последний вдох в его объятиях. Киан был первым, кто перестал обходиться с ним, как с хрустальной вазой, когда его вторую половинку положили в гроб. И Киан был единственным, кому он мог доверить свои самые сокровенные мысли.

– Я верю, что она не мертва. – Илиас вздрогнул, едва слова, произнесенные шепотом, слетели с губ.

Киан нахмурился.

– Что ты имеешь в виду?

– Знаю, это звучит безумно. Но говорю же, я вижу ее.

– Илиас, – напряженно начал Киан. – Она лежит в склепе в каменном гробу. Она… мертва.

Когда Илиас промолчал, Киан продолжил:

– Ее кровь текла из нее…

– Я знаю! – выкрикнул Илиас. – Знаю! Я видел это собственными глазами. Наблюдал за тем, как кровь с каждым ее вдохом перестает вытекать из тела. – И добавил более спокойно: – Я говорю не о ее теле.

– Ее душа вознеслась на небеса, Илиас.

– Ты это видел? – настойчиво спросил тот. – Я видел только то, что ее душа покинула тело, а затем поднялась из-за светового взрыва.

– Да, потому что она была могущественной. Маги разума невероятно сильны, и ни один из них никогда не умирал у нас на глазах, верно? Может быть, так они и уходят.

Илиас медленно кивнул.

– Да, возможно, – ответил он, ни на секунду не веря в это.

– Поговаривали, что она была потомком Эльдана, не так ли?

Илиас снова кивнул.

Маленькую Неа нашли в лесу и поместили в детский приют. Никто не знал, от кого она произошла, пока в ней не проявилась магия разума, а черные руны не распространились по всей спине. Если изучить родословную магов разума, то все они были связаны с семьей Уларен, самым известным представителем которых был Эльдан Уларен – эльф, обладавший близостью к душам и их помыслам. Он представлял собой чистейшую первозданную силу. Он был королем Туманности, пока в одно ужасное время не убили его вторую половинку. Обессиленный, он больше не представлял опасности для того, кто и убил его, и кого после этого прозвали цареубийцей.

Но его так и не нашли.

И, поскольку у Эльдана не было прямых наследников, после к власти пришел его приближенный и бывший ученик – Пертеас.

– Ты не говорил об этом с отцом? О том, что ты считаешь, что… – спросил Киан.

Илиас покачал головой:

– Нет, я не говорил ни с кем, кроме тебя.

– Может быть, стоит. Если кто-то и разбирается в душах, так это король Пертеас.

– Да, возможно, – ответил он, но передумал.

Это было безумием. Он не мог рассказывать всем подряд о том, что ему кажется, будто его мертвая любимая жива. Если даже Киан не верил ему…

– Я тебе верю, – внезапно сказал Киан, словно прочитал его мысли. Однако он, как истинный маг крови, не обладал такой способностью.

– Что? – недоверчиво переспросил Илиас.

Киан кивнул, чтобы придать убедительности своим словам.

– Помнишь, как твой отец отругал меня, когда я подложил ему под одеяло мертвую жабу? – спросил он.

Илиас невольно рассмеялся.

– Да.

– Я сказал тебе, что это был не я, и ты поверил мне, не моргнув и глазом. Ты защищал меня. Ты так долго убеждал в этом короля Пертеаса, что он сам извинился передо мной.

– Мы были детьми, Киан. – Он все еще улыбался.

– Но с того дня наши отношения изменились. Мы стали слепо доверять друг другу. И если ты говоришь, что все еще ощущаешь присутствие Неа, я тебе верю.

Когда Киан произнес ее имя, Илиас почувствовал укол в сердце. Но в то же время в его груди разлилось тепло, ведь друг поверил ему. Значит, он не сошел с ума.

В тот день Илиас спал беспокойно. Проснувшись в третий раз, он открыл окно легким движением пальца и впустил свежий воздух в комнату. В мгновение ока пот на его лбу высох, оставив после себя ощущение прохлады.

Луна, как и всегда, красовалась на черном небе. Каждый день, каждое мгновение. Илиас не знал ничего, кроме этой темноты.

Мать родила его здесь.

Мать, которую он никогда не встречал… Она умерла при его рождении. Могущественная эльфийка, владевшая магией воздуха, никогда не вступала в союз душ с его отцом. Пертеас остерегался связывать свою душу с душой другого существа. Он не хотел кончить как Эльдан. И хотя народ Туманности любил Пертеаса, всегда находились и его противники – эльфы, которые поднимали восстания, сеяли ненависть и пытались разделить народ, потому что не принимали его в качестве своего правителя. Однако Пертеас знал, как заставить нарушителей спокойствия замолчать навек. Ему слишком нравилось сидеть на троне теней, чтобы позволить кому-то его отнять у себя. И Илиас очень надеялся, что отец останется на нем вечно. Ведь если он однажды умрет…

Илиас запретил себе думать о том, что он, возможно, когда-нибудь займет трон своего отца. Нет, он не желал этого. Он всегда хотел лишь простой жизни, наполненной счастьем и любовью.

Илиас вздохнул и сел, а затем схватил подушку и положил ее на другую сторону кровати. Может быть, там ему лучше удастся уснуть.

Не удалось.

Смирившись, Илиас встал и подошел к открытому окну. Его спальня находилась в одной из самых высоких башен дворца, откуда открывался прекрасный вид на горы, простиравшиеся далеко за пределами страны. На стенах повсюду горели факелы, и, как и каждый раз, когда он видел огонь, Илиасу приходилось напоминать себе, что он никогда не узнает, каково это – чувствовать солнечные лучи на своей коже. Лишь нескольким эльфам теней когда-то выдалось жить под солнцем. Но чем больше времени проходило, тем стремительней эти эльфы забывали о том, что значит, когда в небе восходит солнце, возвещающее о новом дне. Они записывали свои воспоминания на пергаменте, но в какой-то момент не останется никого, кто мог бы поделиться с Илиасом историями. Историями о зеленых лугах, ярких цветах и голубом небе, о том, как черпать магию из света. Без каких-либо ограничений.

Илиас оперся предплечьями на подоконник, позволив взгляду блуждать по темной земле. Он продолжал думать о том, какие возможности открывал свет. Бесконечный источник магии. Чистая власть. Нечто совершенно отличное от того, к чему эльфы привыкли здесь, в Туманности. Чтобы творить магию здесь, нужно было использовать другой источник энергии, который они изучали веками. Источник, который не был неиссякаемым, – сущность собственной жизни, свою душу.

Глава 14

Луана

– Луана, это безумие, – сказала Исаноа, когда следующим днем Луана объяснила им с Кейлин причину своего визита. Ей нужно было научиться на время останавливать сердце.

– Я знаю, – выдохнула она. – Но у нас нет другого выбора. Ритуал требует участия сердца.

Исаноа молча расхаживала взад и вперед по своим покоям.

– Я могу научить тебя останавливать сердцебиение, – сказала она. – Но знай, ты никогда не сможешь быть уверена в том, что оно продолжит биться после. Никто не может дать тебе такой гарантии, в том числе и я.

Луана кивнула, даже несмотря на то что от этой мысли у нее скрутило живот.

– Остановка сердца не должна длиться слишком долго, потому что в противном случае организм погибнет. Тебе придется считать минуты, Луана, даже секунды.

Она снова кивнула:

– Хорошо.

– И никто не должен знать, что ты здесь. Если твоя бабушка это выяснит, я буду следующей, кого изгонят отсюда.

– Я знаю, мама. Я ничего не скажу и буду сидеть здесь, в поместье.

– Тебе лучше вообще не выходить из своих покоев.

– Мама, ты преувеличиваешь, – вмешалась Кейлин.

Исаноа смерила ее строгим взглядом.

– Что, ты будешь в одиночку заботиться о поместье, когда меня здесь не будет? Хочешь занять мое место в Совете?

Кейлин молча опустила взгляд на свои руки, сложенные на коленях, а затем едва заметно покачала головой. Она была младшей из трех сестер, и власть и политика не входили в круг ее интересов. Мара, с другой стороны, была будто создана для того, чтобы однажды занять высокий пост в Высшем Совете. При мысли о старшей сестре Луану охватила тоска.

– Все в порядке, мама. Я останусь здесь.

Исаноа кивнула.

– На уроки будешь приходить ко мне. Слугам тоже лучше не видеть тебя слишком часто. Это в любом случае достаточно рискованно. А твой замысел… Что за ритуал, о котором ты говорила?

– Он… сложный.

– Луана. – Голос ее матери звучал предостерегающе.

– Ты должна довериться мне в этом вопросе, мама. Я больше ничего не скажу по этому поводу.

Исаноа некоторое время смотрела на свою дочь, прежде чем отвернуться.

– Что ж, давайте тогда обедать, а потом начнется твой первый урок.

Покои матери Луаны были просторными и безупречно прибранными. Луана бывала здесь нечасто, а вчера усталость так сильно въелась в ее кости, что она не успела осмотреться. Темно-красный ковер покрывал весь пол, у стены стояла внушительных размеров кровать с балдахином под цвет ковра, а шторы, которые Исаноа задернула на окнах, были еще более глубокого красного оттенка. Она развязывала один шнурок за другим, пока дневной свет полностью не исчез. Комнату теперь освещали лишь сотни маленьких свечей, и их теплое мерцание дарило Луане спокойствие. Она не знала, чего ждать, и боялась потерпеть неудачу.

– Кровь объединяет всех нас, – начала ее мать. – Волшебная жидкость, что течет по венам всех эльфов, людей и животных. Она обеспечивает насыщение наших тел кислородом. Кровь – наш жизненный эликсир, жизненная сила, пульсирующая внутри нас. – Она сделала паузу и указала на пол. – Садись.

Луана сделала как велено, и всего через мгновение Исаноа заняла место напротив нее. Она протянула руки к Луане, которая, не раздумывая, тут же схватила их.

– Закрой глаза. – Луана повиновалась. – Прислушайся к себе. Почувствуй силу бурлящего потока. Это река жизни. Это наше спасение и наше исцеление.

Луана сосредоточилась на тихих словах, слетавших с уст матери. Сосредоточилась на своем внутреннем мире, затем сделала глубокий вдох и выдохнула. Она слышала, как кровь шумит в ушах и как она струится по телу, устремляясь в самые отдаленные уголки своего существования, поддерживая в нем жизнь.

У нее на лбу проступил пот.

– Мне так тепло.

Едва Луана закончила фразу, ей стало еще теплее, и она испуганно распахнула глаза. Ее тело пылало, а шум в ушах стал таким оглушительным, что она перестала что-либо слышать.

– Мама! – в панике воскликнула она. – Мама, что это? Мне жарко, я горю!

– Я нагреваю твою кровь, – спокойно ответила Исаноа.

К шуму в ушах присоединился пронзительный писк, нарушивший концентрацию Луаны.

– Ты делаешь что?!

– Сопротивляйся. Это твой дар. Ты можешь контролировать свою кровь, – сказала Исаноа немного громче, потому что Луана прижала руки к ушам. Пот заливал глаза, а его соленый привкус проникал в рот.

Дверь в спальню распахнулась с таким громким грохотом, что Исаноа вскочила и в ужасе обернулась. В дверном проеме стояла Кейлин, тяжело дыша, пытаясь понять, что за картина разворачивается прямо перед ней.

– Что здесь происходит? Я слышала, как Луана кричала.

Даже сама Луана не слышала, как кричала. По крайней мере, сейчас ей стало немного лучше, потому что, после того как Кейлин лишила мать концентрации, действие магии резко ослабло.

– Луана! – Сделав несколько шагов, сестра оказалась рядом с ней и опустилась на колени.

– Ничего не произошло, – сказала Исаноа, вернувшись к своему будничному тону. – Это просто упражнение.

– Просто упражнение, – возмутилась Кейлин. – У Луаны еще нет связи со своей способностью, а ты уже берешься за тяжелую артиллерию!

– Так она научится быстрее, поверь мне.

Кейлин покачала головой.

– Ты причинила ей боль! Она твоя дочь, черт возьми!

– Следи за своим тоном, Кейлин. – Спокойствие и сдержанность испарились из голоса Исаноа.

– Все… все хорошо, – пробормотала Луана. – Я здесь, чтобы учиться. – Она с трудом выпрямилась. – Давай еще раз. На этот раз я… буду готова.

Глаза Кейлин округлились, но она едва успела возмутиться, потому что Луана рухнула в ее объятия. Луана корчилась от боли, но в этот раз она знала, чего ожидать, и подавила крик, рвущийся из ее горла. Вместо этого она зарычала. Это был сердитый, напряженный звук, исходивший прямо из недр души. Она звучала как раненое животное, которое еще не готово расстаться со своей жизнью.

Она медленно, очень медленно выпрямилась и вцепилась в руки Кейлин. Пот заливал глаза, но больше ничего внутри не горело. Она остыла. Тяжело дыша, Луана схватилась за грудь, желая убедиться в том, что ее сердце по-прежнему бьется. Затем подняла глаза на свою мать, которая смотрела на нее со смесью ужаса и восхищения.

– Ты ведь знаешь, что мне было больнее, чем тебе, верно?

Луана кивнула, продолжая задыхаться:

– Да.

– Вы с ума сошли! – воскликнула Кейлин, вскакивая на ноги. Она протянула руку сестре, которая с благодарностью ухватилась за нее.

– Твои руки! – испуганно воскликнула Луана.

Кейлин посмотрела на себя. По ее предплечьям из маленьких серповидных ран стекала кровь прямо на ковер. Внезапно весь красный цвет в комнате приобрел для Луаны совершенно новое значение.

– Ничего страшного, – пробормотала Кейлин.

Луана подошла ближе и осторожно взяла кровоточащие руки своей сестры.

– Пожалуйста, прости меня.

Кейлин резко покачала головой.

– Все в порядке, Лу, ничего не случилось, я… – Она резко замолчала, когда кончики пальцев Луаны засветились кроваво-красным и заскользили по ранам, которые постепенно затягивались.

– Святая Эйюне… – благоговейно прошептала Кейлин, когда отметины полностью зажили. – Вот ты и начала учиться, не так ли?

– Очень даже неплохое начало, – рассудила Исаноа, и Луана услышала в ее голосе гордость.

– Отдохни, мама. Я провожу Луану в ее покои.

Как только за ними закрылась дверь, Луана и Кейлин пошли по коридорам поместья.

– Где Зелфи? – спросила она, и щеки Кейлин покраснели.

– Она дома. Ну, у себя дома.

Луана подавила смешок. Ей показалось милым то, как смущалась Кейлин, когда ее расспрашивали о ее последнем завоевании.

– Она… она нечто большее, понимаешь? – тихо добавила Кейлин, будто угадывая мысли сестры. – Это не просто какое-то развлечение и замена Делене.

– Я вижу.

Луана широко улыбнулась, и румянец на щеках Кейлин стал только ярче.

До того как Луана покинула Эрловен, Кейлин пережила болезненный разрыв, и она помогала своей младшей сестре справиться с горем. Их старшая сестра, Мара, редко бывала дома, потому что очень серьезно относилась к своим обязанностям в Высшем Совете. Должно быть, Кейлин чувствовала себя одиноко, когда потеряла и Луану…

Она вздрогнула, когда Кейлин тихо прочистила горло:

– Каково это, когда находишь свою вторую половинку? – Она робко улыбнулась.

Луана сглотнула. Своим вопросом Кейлин признала Арона ее второй половинкой, отчего в горле образовался ком.

– Это приятно.

Кейлин приподняла брови.

– Звучит очень романтично. – Она коротко рассмеялась.

– Это трудно описать. Ты будто находишь часть себя, о которой раньше не подозревал и которой тебе не хватало. Он появился передо мной так внезапно, хотя я никогда его не искала и не просила о нем. Он появился, а теперь всегда находится рядом, и я больше не хочу его никуда отпускать. Потому что он – часть меня, как воздух, которым я дышу. Как будто я умру без него.

Прошло еще несколько секунд, прежде чем Луана поняла, что ее сестра замолчала. Она повернулась к Кейлин, заметив, что в ее голубых глазах блестят слезы.

– Я сказала что-то не то? – испуганно спросила Луана.

Кейлин покачала головой.

– Это было прекрасно. Я счастлива, что ты испытываешь такие чувства.

В груди Луаны поселилась тяжесть, когда она вспомнила последние моменты, проведенные с Ароном.

– А ты? – хотела знать она. – Ты тоже их испытываешь?

– Да, – выдохнула Кейлин сдавленным от слез голосом. – Да, и я сейчас расскажу об этом Зелфи.

Луана рассмеялась.

– Я рада за тебя, Кей. Кажется, любовь делает тебя счастливой.

– Это точно. Спасибо, Лу. Увидимся позже! Или до завтра! Или… послезавтра?

Луана снова рассмеялась.

– Иди уже!

Луана практически не замечала, как стремительно летели дни, пока она находилась в поместье своей семьи. И все же она постоянно думала об Ароне и их ссоре. Как он отреагирует, когда она вернется? Как отреагирует Каая? Позволят ли они вообще помогать им с ритуалом? Одна Ориана вряд ли сможет произнести все заклинания. Силы Луаны, с другой стороны, с каждым днем крепли, с каждым днем она все лучше управлялась со своим даром. Она добилась определенных успехов в магии крови, хотя упражнения ее матери до этих пор были направлены скорее на то, чтобы дать Луане прочувствовать силы. Когда она залечила раны Кейлин, это было единственным случаем применения ее сил по отношению к кому-то другому.

Сегодня все должно измениться. Сегодня Исаноа хочет показать ей, как использовать магию крови, чтобы проникать в организм другого живого существа, причем не для того, чтобы исцелить его, а чтобы причинить вред. Ведь остановкой сердца занимаются вовсе не те, кто исцеляет других с помощью магии крови.

– Ты хочешь, чтобы я… вскипятила твою кровь? – переспросила она, когда мать дала ей это указание.

– Да. Сосредоточься. Делай в точности то, чему я тебя учила, – спокойным тоном ответила Исаноа.

Луана тяжело сглотнула, затем кивнула.

– Ты готова?

– Я готова.

Исаноа закрыла глаза.

– Хорошо, – пробормотала Луана и сделала глубокий вдох. – Я, – она выдохнула, – начинаю.

Ее голос прозвучал решительно. Она подняла руки и повернула их ладонями вверх. Прищурив глаза, она посмотрела, как пульсирует сонная артерия ее матери, и сосредоточилась на ней, пока ее собственное сердце не забилось в том же ритме. Луана услышала шум крови, но, как она поняла, это была уже не ее кровь. Это была кровь Исаноа.

Луана скрестила пальцы, когда услышала это. Услышала, как кровь ее матери течет быстрее, а сердце бьется все чаще, чтобы обеспечить организм достаточным количеством. Все быстрее и быстрее, быстрее и быстрее. Дыхание Луаны тоже участилось, пока она наблюдала, как капля пота стекает по шее матери. Это ее заслуга.

Она сильнее сжала пальцы, изогнула их немного, призвав еще больше магии. Будто издалека до нее донеслось тяжелое дыхание Исаноа, но она едва ли осознавала это. Она была в непрерываемом потоке магии.

Луана забыла обо всем вокруг, чувствуя энергию, текущую по венам. Это совершенно отличалось от сил огня и сил элементов в целом. Она овладела другим телом, могла бы медленно терзать его, по частям, если бы захотела. Могла прекратить истязать или вылечить тело. Она властвовала над ним, властвовала над самой жизнью.

Вздохнув, Исаноа опустилась на колени и прижала руки к ушам так же, как сама Луана делала несколько дней назад.

«Слабая, – подумала она. – Ты такая слабая, Исаноа».

Однако она ощущала что-то еще. Защиту. Ее мать использовала свою собственную магию крови, чтобы регулировать процессы в организме и снова остудить кровь. Луана глубже погрузилась внутрь себя, усиливая магию. Все свечи в комнате потухли, служа ей дополнительным источником энергии. Она чувствовала, как пламя охватило ее, делая сильнее и становясь частью ее самой.

– Лу… Луана. Луана, прекрати… – Исаноа подползла к дочери, ее голос дрожал. Еще немного, и она умрет. Сгорит изнутри. – Луана… Луана, пожалуйста.

Прошло еще некоторое время, прежде чем Луана заметила, что защита ослабла. Ее взгляд прояснился, и она увидела, что кто-то лежит на полу прямо у ее ног. Мокрые серебристые волосы прилипли к бледным щекам женщины. Волосы такого же цвета, как и у нее…

– Мама! – выдохнула она, опускаясь на колени рядом с ней. – Мама! – Она перевернула мать на спину, убрала с ее лица влажные от пота пряди. – Мама, очнись, пожалуйста!

Но Исаноа не пошевелилась. Ее тело было таким горячим, что Луана наверняка обожглась бы, если бы не силы огня.

– Кейлин! – закричала она. – Кейлин! Помоги!

Через мгновение дверь в спальню распахнулась, и Кейлин в ужасе перевела взгляд с Луаны на маму.

– Зелфи, пожалуйста, скорее поднимайся наверх, – выкрикнула она, не отрывая взгляда от матери. – Зелфи – маг воды, – пояснила Кейлин, прежде чем опуститься на колени. – Она слишком горячая! – Она отдернула руку, после того как едва прикоснулась к лицу матери. – Лу, что ты наделала?

– Я не хотела этого делать! Кейлин, ты должна мне поверить! Я не хотела, чтобы так получилось!

– Что в конце концов происходит? – Тяжело дыша, Зелфи стояла в дверном проеме. Осознав серьезность ситуации, она вошла в спальню. – Святая Эйюне! – прошептала она, прижимая руку ко рту.

– Пожалуйста, сделай что-нибудь! – умоляла Кейлин. По ее загорелым щекам ручьями текли слезы, а Луана застыла, не в силах ничего ответить.

Зелфи вытянула указательный палец правой руки и несколько раз провела им по кругу, отчего образовалась прохладная дымка, покрывшая присутствующих, словно вторая кожа. Затем она вытянула обе руки, на кончиках пальцев которых образовались кристаллики льда. Своими ледяными руками она сначала коснулась щек Исаноа, ее шеи, и, наконец, внутренней стороны запястий, где в артериях собралась кровь.

– Мама! – воскликнула Кейлин, и надежда, прозвучавшая в ее голосе, заставила Луану поднять глаза. Веки их матери дрогнули, и из ее тела вырвались тихие звуки. Она стонала и тяжело дышала.

– Мне так жаль, – прошептала Луана сдавленным от слез голосом.

Исаноа медленно подняла руку и поднесла ее к щеке Луаны.

– Ты… такая сильная.

Луана тут же зарыдала.

– Я чуть тебя не убила!

– Я все еще здесь, – тихо пробормотала Исаноа. – И мы будем… – Она прервалась, сильно закашлявшись и скривившись от боли.

– Ох, Эйюне, прошу, сделай так, чтобы она выздоровела, – захныкала Кейлин.

– Все в порядке, – хрипло произнесла Исаноа. – Мне просто надо немного отдохнуть. Мы продолжим тренировки завтра, – добавила она, сжимая руку Луаны.

И хотя Луана пыталась поверить в это, но она понимала, что ее мать будет слишком слаба, чтобы продолжать.

Новый день уже наступил, а Исаноа по-прежнему лежала в кровати, восстанавливая силы. Она была сильнейшим магом и контролировала свое кровообращение, но минуты, когда ее тело подвергалось воздействию слишком высоких температур, нанесли такой ущерб, какой невозможно было исправить с помощью магии.

Чувство вины не давало ей покоя. Луана постоянно вспоминала тот момент, когда все изменилось. Она ощущала такой прилив сил, что забыла обо всем вокруг. Забыла, кем она была и кем была женщина, чью жизнь она держала в своих руках. По ее телу пробежали мурашки. Еще нескольких мгновений – и ее мать не дожила бы до нового дня.

Луана вздохнула и посмотрела на сияющее небо, осознав, что ее глаза застилали слезы. Но она проглотила их. Ее мать выжила и скоро поправится.

И все же выздоровление Исаноа пока что затягивалось, а Луане приходилось проводить время в другом месте. Вопреки указаниям матери, она все-таки покинула свои покои и прогулялась по внутреннему саду, где цвели многокрасочные растения и цветы, источавшие приятный аромат, который проникал глубоко в ее легкие. С тех пор как в Луане пробудилась магия крови, ее тело ощущалось совершенно иначе. Она улавливала запахи с большей интенсивностью, совсем иначе чувствовала вкус, даже ее зрение обострилось, и она стала лучше слышать. В первую очередь она научилась прислушиваться к себе. Луана осознавала потребности своего тела. И самая главная ее потребность – спасти Арона.

Однако, судя по всему, следующие несколько дней матери все равно придется провести в постели.

Луана взвесила все возможные варианты, хотя на самом-то деле давно приняла решение, прежде чем полностью обозначить эту мысль в голове: ей нужно попасть в Большую Библиотеку.

Преисполненная решимости, Луана поспешила в свои покои за сумкой и направилась в город. Она надвинула капюшон своей темно-синей мантии на голову и не отрывала взгляда от земли.

Луана миновала центр Эрловена и уверенным шагом двинулась к библиотеке, где, как она надеялась, сможет найти нечто большее, чем ответ на один из своих вопросов. Ведь ни она, ни кто-либо другой до сих пор не знали, как использовать разлом между мирами.

Интересно, как поживали те двое? Нашли ли они деревянную лошадку, которую Арон смастерил для своего младшего брата Ариана много лет назад? Как только они заполучат игрушку, тут же, вероятно, начнут искать путь в Туманность. А если они уже его нашли? Неужели они уйдут туда без нее?

Вопросы роились в ее голове, и она невольно ускорила шаг.

Перед ней наконец-то предстала Большая Библиотека. Как и все остальные строения в городе, она была возведена из белого камня, – только больше и внушительнее, чем другие здания Эрловена, за исключением лишь Цитадели. Массивные двери были заперты, а перед ними, как и в тот раз, когда она прибыла сюда пять дней назад, стояли двое охранников.

Луана тщательно обдумала свои действия. Она выведет их обоих из строя, а затем бросится через двор к заднему входу. Именно так она попадала в библиотеку, в которую позволялось входить только избранным эльфам, бесчисленное количество раз. Как внучка леди Элоры, она, разумеется, тоже принадлежала к кругу избранных. Но если она раскроет себя, бабушка тут же об этом узнает, а этого Луана хотела избежать любой ценой.

Эльфийка украдкой осмотрелась. В столь ранний час улицы были безлюдны, и тем не менее она не хотела, чтобы двое мужчин просто упали на землю. Поднимется слишком много шума.

Поэтому Луана решила их парализовать. Так, чтобы они стояли, но не могли ни двигаться, ни говорить. Иначе при виде нее мужчины тотчас бы забили тревогу, и это бы нарушило все ее планы проникновения во двор библиотеки.

Сердце колотилось в грудной клетке, будто она бежала все это время. Она была взволнована и не знала, сможет ли с этим справиться. А если ей это удастся… сможет ли она остановиться? Луана уже чувствовала вкус своей силы на языке. Она и пугала и воодушевляла одновременно.

Она снова быстро оглянулась, а после ощутила, как сила потекла по венам.

Глава 15

Луана

Едва она проникла в тела двух мужчин, как почувствовала поток силы, струящийся по ее венам, подобно абсолютному счастью. Ей хватило всего несколько мгновений, чтобы вывести их из строя. Они застыли на месте, и никто не догадается, что с ними что-то не так. По крайней мере до тех пор, пока кто-нибудь не обратится к ним или не посмотрит им в глаза, которые округлились и уставились на то место, где только что стояла Луана.

Она поспешно подошла к соседнему зданию и прижалась спиной к его холодному фасаду, едва заметив на другой стороне улицы двух эльфов. Ее сердце бешено колотилось, разгоняя адреналин по всему телу.

Они что-то заметили?

Ее страх испарился, когда эльфы свернули за угол. Она вздохнула с облегчением и снова повернулась к охранникам, только чтобы с ужасом обнаружить, что один из них освободился от ее чар. Он смотрел ей прямо в глаза и поднял руки для ответного заклинания, которое отразилось от ее огненной стены. Щит отнял у нее немало энергии, поэтому она, тяжело дыша, начала отступать к дороге, по которой сюда пришла.

«Проклятие. Что за чертов…»

– Ни с места! – крикнул мужчина.

Луана слышала, как он подходит ближе, и закрыла глаза, лихорадочно размышляя, что ей с ним делать. Она боялась убить его, если снова проникнет в его тело. Но был ли у нее выбор? Она, конечно, не станет объяснять ему, что намеревалась проникнуть в Большую Библиотеку, после того как вернулась в Эрловен вопреки запрету.

Его шаги стихли. Она открыла глаза и испугалась. Перед ней стоял старик со змеиной руной.

– Чего вам надо? – спросила она у мужчины.

Он внимательно изучил ее и спросил:

– Вы Луана Фенхорн, не так ли? – Она сглотнула и огляделась, но они были одни. – Здесь никого нет. Вам не нужно меня бояться.

Луана расхохоталась.

– Я никого не боюсь.

– И бабушку тоже?

– Кто вы такой? – буквально прорычала она.

– Я знал вашего отца.

Она задрожала всем телом. «Дыши, дыши, дыши».

В нескольких шагах от нее тихо застонал охранник.

– Я позабочусь о страже. Делайте то, для чего сюда пришли. Вперед!

Луана взволнованно кивнула и побежала вперед. Ее сердце учащенно заколотилось, когда она, словно тень, проскользнула в двери Большой Библиотеки. Она знала, что задний вход не охранялся, потому что никто обычно не смел врываться в библиотеку.

Преодолевая этаж за этажом по лестнице, она пыталась успокоиться. Даже если старик и сбил ее с толку, сейчас ей следовало быть осторожнее. Она поспешно натянула капюшон еще ниже. Луана пока никого не встретила, но если кто-нибудь встретится ей на пути, то он, скорее всего, не узнает ее. По крайней мере до тех пор, пока избегает зрительного контакта. Яркий, чистый синий цвет глаз, цвет безоблачного неба, был характерной чертой Фенхорнов, и благодаря бабушке их семью знал весь Эрловен. Фактически, вся Эсерия. Вероятно, именно поэтому человек со змеиной руной знал, кто она такая.

«Я знал вашего отца».

Луана ускорила шаг, не зная, как долго его магия сможет удерживать двух мужчин у входа. Как только придут в сознание, они тут же расскажут всем, что произошло. Что на них кто-то напал, а затем незаконно проник в Большую Библиотеку – место, где были собраны накопленные годами знания всех эльфов. Знания, которые могли быть опасны.

Как же использовать разлом между мирами?

Как остановить сердце?

Она поднялась по последним ступенькам на четвертый этаж и позволила себе остановиться на несколько секунд. Тяжело дыша, Луана оперлась на перила лестницы. В воздухе витал запах старых книг и древнего дерева. Снаружи библиотека выглядела новой и современной, как и весь остальной город, но интерьер остался таким же, как и тысячи лет назад. Не то чтобы она жила так долго – бабушка рассказывала ей об этом.

«Эйюне держит свою покровительственную руку над этим священным местом», – говорила бабушка.

Эйюне, священная богиня и прародительница расы эльфов.

– Пожалуйста, Эйюне, – прошептала Луана, прижимаясь к стене, заставленной полками высотой до самого потолка. – Прошу, дай мне ответы.

Ее взгляд скользил по обложкам книг, и первым делом она вытащила том под названием «Порталы души». Осторожно перелистав его, она остановилась на отрывке, который внезапно привлек ее внимание:

Когда душа покидает тело после насильственного акта, то на месте этого деяния высвобождается мощная энергия, которая оказывает сильное давление на сферу.

– Разлом между мирами возникает, когда мощный источник энергии оказывает на сферу сильное давление, – прошептала Луара. Они обнаружили это высказывание несколько дней назад в одной из книг Орианы, и Каая тогда спросила, какие виды энергии существуют. «Любое живое существо можно считать источником энергии. В основе каждого живого организма заложена сущность – душа, – вспомнила она. – Душа и есть энергия».

И теперь, соединив оба утверждения вместе, перед ней сложилась цельная картина.

– Эльф теней силой забрал душу Ариана из тела, – продолжила она тихо говорить сама с собой. – И это породило силу, которая образовала между мирами брешь. – Ее сердцебиение ускорилось. Она чувствовала, что находится на верном пути.

Да, это имело смысл. Получается, разлом находится в том самом месте, где маг души украл душу Ариана. Кроме того, где-то должен существовать по крайней мере еще один проход, иначе эльф теней не смог бы появиться в их мире.

– Но как мы сможем это использовать? – спросила она у себя.

Луана закрыла «Порталы души» и поспешно сунула книгу в сумку. Она потянулась за другой книгой, темно-коричневый переплет которой был изготовлен из кожи и выглядел немного потрепанным. Узкая книга без названия располагалась между «Порталами души» и «Магией душ». Луана покусывала нижнюю губу, как и всегда, когда нервничала, пока перелистывала страницу за страницей и пыталась найти ключевые слова. У нее не было достаточно времени, чтобы прочесть все от корки до корки. И у нее не было в сумке столько места, чтобы забрать с собой все книги.

Дрожащим пальцем она водила по строчкам, пока в одном предложении не наткнулась на словосочетание «параллельный мир». Ее сердце теперь не просто быстро билось, оно норовило вырваться из груди.

Тот, кто это читает, приди мне на помощь! Меня взяли в плен!

Прошлой ночью я гулял в лесу за своим домом, вблизи Белой часовни, как вдруг почувствовал магию. Она притягивала меня, как колодец с водой жаждущего. Я последовал за ней и заблудился в каком-то пространственном тоннеле. Когда я вышел, небо уже посветлело. Часовня была полностью разрушена. Я огляделся в поисках своей хижины, но ее там уже не было. Это был огромный дом с прилегающим двором и множеством животных. Местные смотрели на меня так, будто я внеземное существо, и только тогда я понял, что и сами они были чужеземцами. Они не были эльфами! Будто я оказался в параллельном мире. Они назвали меня эльфом теней, и…

Когда Луана собиралась перевернуть страницу, она услышала какой-то шум. От напряжения в ее ушах загудела кровь, и она запихнула дневник в сумку, взяла с собой еще один том под названием «Магия крови – убить или исцелить» и сунула его под мышку. Она поспешно огляделась, прежде чем броситься к лестнице, и с быстро колотящимся сердцем спустилась по ступенькам, стараясь ступать как можно тише.

Капельки пота блестели на ее лбу, когда она вышла из библиотеки через заднюю дверь. Свежий утренний воздух немного охладил ее пыл. Убедившись, что поблизости никого не было видно, Луана быстрым шагом пересекла внутренний двор и выглянула за угол.

Охранников на своих постах не оказалось, как и того старика. Еще раз оглядевшись, она выскочила на дорогу и, не оборачиваясь, побежала обратно тем же путем, каким добиралась до поместья своей семьи.

Киан

– Пожалуйста, Киан, – промурлыкала Милея, похотливо водя своими длинными красными ногтями по его прессу.

Или ее звали Марея?

Он убрал ее руку и отодвинулся от нее.

– Ты уже получила то, что хотела, милая.

«Хорошо сказал», – мысленно похлопал он себя по плечу.

– Но я хочу еще, – выдохнула она, хихикая.

– Милея, я хочу побыть один.

«Пожалуйста, пусть «Милея» будет правильным именем».

Эльфийка резко села, перекинув каштановые волосы через плечо.

– Меня зовут Андра!

«Почти угадал».

– Андра, послушай, – он вздохнул, – мне надо готовиться к охоте, отдохнуть и выспаться, наконец. Я устал, ты высосала из меня всю энергию. – Он интонацией выделил последние слова и подмигнул ей, чтобы успокоить, но это, судя по всему, не возымело никакого эффекта.

– Так вот кто я для тебя. – Ее голос приобрел опасно высокое звучание. – Игрушка, с которой тебе всегда было весело и которая внезапно надоела? – Она поднялась и укуталась в простыню, плотно облегавшую ее пышное тело.

Посмотрев на нее сейчас, он, возможно, пересмотрит свое мнение…

– Мне казалось, у нас с тобой что-то особенное! – воскликнула она.

Нет, он не пересмотрит.

– Мне жаль, Ан-на? – Он виновато взглянул на нее.

– Пошел ты, Киан Эртира! – вскричала она и подобрала с пола свою одежду. А после исчезла, с грохотом захлопнув за собой дверь.

Киан только завалился на подушку и закрыл наконец-то глаза, как дверь снова распахнулась.

– Андра, пожалуйста…

– Так вот как ее зовут.

Голос определенно принадлежал не Андре.

– Илиас, что за…

– Андра была очень сердитой. И довольно голой, – одобрительно добавил друг.

Киан раздраженно застонал:

– Мне плевать на Андру, что ты от меня хочешь? Я чертовски устал.

– Мне жаль, но я вынужден сообщить, что тебе придется отложить свой сон на несколько часов, – сказал Илиас, бросая Киану рубашку, которую он ранее небрежно повесил на спинку стула.

– Ничего мне не придется, – ответил он и, зевая, перевернулся на другой бок.

– Тогда скажи это своему отцу сам, – возразил Илиас.

Киан тут же сел на кровати.

– Моему отцу?

Илиас кивнул, сжав губы.

– И не только ему. С ним Пирия.

– Что? Почему?

У Киана и Пирии было общее прошлое. Он любил ее и думал, что она тоже полюбит его. Как же он все-таки ошибался…

– Думаю, лучше она сама тебе все расскажет.

– Илиас, – прорычал он. – Скажи мне, что она здесь делает. Сейчас же.

Никто не позволял себе разговаривать с принцем в таком тоне, кроме Киана. Но его нервы были натянуты до предела.

Илиас посмотрел на него уверенным взглядом.

– Она ждет ребенка.

Каая

– Нам надо бы сделать привал, – сказал Арон, когда они с Кааей ехали на своих лошадях по темному лесу. Деревья мелькали мимо них, но Каая практически ничего не замечала вокруг себя.

Они не нашли лошадку. И лишились цепочки. Каая сильнее обхватила поводья. Они решили предпринять последнюю попытку и поискать что-нибудь пригодное для использования в ритуале в их с Арианом доме. Хотя она не могла вспомнить ни одного предмета в их доме, который бы хоть что-то значил для Ариана.

– Каая? – услышала она голос Арона.

– Да? – отозвалась она, вернувшись в настоящее.

– Мы должны отдохнуть. До Сильверштурма наверняка еще день езды. Лошади не справятся.

Она посмотрела на черное ночное небо.

– Да, ты прав, – вздохнув, согласилась она и пришпорила лошадь.

Они разбили палатки на поляне и разожгли небольшой костер, рядом с которым удобно устроились. Арон откусил кусок вяленого мяса, а Каая положила в рот кусочек сыра, а затем отломила немного хлеба. Стальное Крыло с ножнами лежал на лугу рядом с ней.

Каая заметила, как Арон разглядывает меч.

– Что? – спросила она после того, как прожевала и проглотила еду.

– Мне интересно, где ты научилась с ним управляться.

Она сделала глоток воды из бутылки, прежде чем ответить:

– У себя дома в Кальтеннесте. Сын местного кузнеца обучил меня, когда я была ребенком, – ответила она.

– Ты… ты это помнишь? – уточнил Арон. Она рассказывала ему и Луане о том, что потеряла память в одиннадцать лет.

Каая грустно покачала головой:

– О том, как мы начинали, не помню. Мы с Тристаном дружили, наверное, с тех пор, как мне исполнилось три. Он был единственным, кто не относился ко мне как с незнакомке после… того, что случилось с моей памятью. Он хотел продолжать видеться со мной, подумал, что если мы снова начнем упражняться с мечом, то мои воспоминания вернутся.

– Но они не вернулись, – сухо заметил Арон.

– Нет, но я научилась всему заново. Обучилась держать меч в руке, балансируя всем своим весом. Научилась стоять в стойке и бороться с ним. Тристан не бросил меня, в отличие от остальных.

– Он все еще живет в Кальтеннесте?

Каая на мгновение замолчала.

– Нет, – выдохнула она. – Он больше нигде не живет.

Она увидела, как Арон тяжело сглотнул и отвел взгляд.

– Мне очень жаль.

– Спасибо, – пробормотала Каая. – Но он всегда со мной. Мой единственный друг. – Она задумчиво провела пальцем по потертой золотой рукояти. – Его Тристан сделал. И дал ему имя. Стальное Крыло.

Она тихо рассмеялась.

– Почему именно Стальное Крыло? – спросил Арон.

– Он любил птиц. И всегда хотел научиться летать… Как твоя рана? – спросила она, чтобы сменить тему. И потому, что это действительно ее интересовало.

Он потянулся к полам своей рубашки и задрал ее так, чтобы она могла разглядеть повязку под ней. Каая нанесла на его рану акантовую мазь, что состояла из целебной травы, которая росла в Эсерии с тех пор, как сюда прибыли эльфы. И затем наложила повязку, чтобы он не истек кровью. Ориана в самом деле обо всем позаботилась, когда упаковывала им сумку в дорогу.

На белой повязке показалось маленькое красное пятнышко.

– Надо сменить ее, как только взойдет солнце, – сказала Каая.

Арон кивнул и снова осторожно натянул рубашку поверх повязки.

Еще какое-то время они просидели в тишине.

– Каая? – спросил Арон. Она в упор посмотрела на него. – Ты ведь знаешь, что теперь у тебя есть и другие друзья, верно?

Она громко рассмеялась.

– О, Арон, – выдохнула она, и он озадаченно взглянул на нее. – Поверь мне, лучше не называть себя моим другом. Все, кто мне близок, рано или поздно умирают.

Арон открыл было рот, чтобы что-то сказать в ответ, но снова закрыл.

– Все рано или поздно умирают.

Каая снова стала серьезной.

– Да, – ответила она. – Ты прав.

Они еще немного посидели у костра в тишине, пока Каая не отошла в сторону. С тех пор как всплыло ее прошлое, она чувствовала внутри себя какое-то беспокойство. Не потому, что не доверяла Арону или ей было неудобно рассказывать о себе. Скорее потому, что существовала некая темнота, которая не отпускала ее. Пробелы. Так много пробелов в ее мыслях, в жизни.

Разочарованная, она зажмурила глаза и заставила себя вспомнить хоть что-нибудь, но ничего не получалось. Как всегда. Та ее часть исчезла. И не вернулась, даже когда следующим утром на горизонте наконец показались крыши Сильверштурма. И хотя Каая никогда не любила этот город, ей было приятно снова вдыхать такой знакомый портовый воздух.

Когда они добрались до хижины в ольховом лесу, Каая почувствовала укол в сердце. Возвращаться сюда без Ариана казалось каким-то неправильным.

Она сглотнула ком в горле и пошла вперед.

Арон последовал за ней.

– Осмотрись пока здесь, в гостиной, а я схожу в спальню.

Арон кивнул и ободряюще улыбнулся, но она, как ни пыталась улыбнуться в ответ, так и не смогла этого сделать – губы попросту ей не подчинялись.

Первым делом Каая подошла к шкафу в поисках какого-нибудь двойного дна. Не найдя ничего схожего, она повернулась к небольшому столику, стоявшему рядом с кроватью Ариана. Но и здесь не нашла ничего, кроме нескольких монет и пустой записной книжки. Вздохнув, Каая опустилась на кровать, повернулась набок и посмотрела в сад через окно. Задумчиво протянула руку и погладила одеяло, которое выглядело так, будто Ариан ненадолго поднялся с постели и вот-вот вернется. Сколько раз она ложилась с ним, потому что не могла заснуть? Они провели здесь столько прекрасных мгновений. Счастливых и беззаботных минут, которые она навсегда сохранит в своем сердце как память.

В животе появилось странное чувство, и она придвинулась к подушке Ариана ближе и слегка коснулась ее. Как приятно было бы почувствовать на ней его тепло. Она проглотила комок в горле, опустила голову на подушку и сделала глубокий вдох. Вместе с ароматом Ариана ее легкие пронзила резкая боль, а все тело онемело. В груди сдавило, а сердце забилось о ребра, будто хотело вырваться наружу, прочь от ее истерзанной души.

– Каая?

Услышав голос Арона позади себя, она резко села.

– Ты что-нибудь нашел? – спросила она, не в силах скрыть дрожь в голосе.

Арон покачал головой.

– А ты?

– Нет.

Она наблюдала, как он осторожно подошел к кровати и сел у изножья. Он избегал ее взгляда.

– Как у тебя дела? – спросила Каая.

Арон пожал плечами.

– Лучше. – И посмотрел на нее: – А у тебя?

– Не очень, – призналась Каая.

Некоторое время никто из них ничего не говорил, пока тишину не нарушило урчание живота Арона.

– Ты должен поесть, – сказала Каая с улыбкой на губах.

– Да, возможно, – ответил Арон, тоже улыбаясь. Он встал с кровати и направился к двери, как вдруг Каая кое-что заметила.

– Вернись, – взволнованным голосом попросила она.

Арон озадаченно посмотрел на нее и сделал шаг в ее сторону.

– Смотри! – выкрикнула она и спрыгнула с кровати, опускаясь на колени у ног Арона. Она постучала костяшками пальцев по половицам, пока Арон с подозрением следил за ней.

Каая посмотрела на него с искрящимися глазами, а затем снова опустила взгляд.

– Помоги мне.

Арон, казалось, все понял. Он тоже опустился на колени, скривив на мгновение лицо и зажимая рану.

– Все нормально, – увидев ее обеспокоенное выражение лица, сказал он.

Они вместе оторвали кусок доски от пола.

– О боги, – выдохнула Каая и зажала рот рукой. В дыре в полу лежала небольшая деревянная коробка.

– Вытаскивай ее, – взволнованно сказал Арон.

Дрожащими пальцами Каая потянулась к коробочке, что была ненамного больше ее ладони. Она открыла крышку, и у нее перехватило дыхание. Из горла вырвался всхлип, а на глаза навернулись слезы.

В маленькой деревянной шкатулке лежало тонкое золотое кольцо с бриллиантом.

– Каая, – услышала она Арона, но его голос доносился до нее будто сквозь вату. – Что это? Что в коробке?

Да, что это? Это было кольцо, конечно, но что оно могло значить? Откуда взялось? Лежало ли оно здесь всегда, или это он спрятал его здесь? Ариан…

Она медленно повернула коробочку. Когда Арон увидел кольцо, на его лице отразилось удивление. Из уголка глаза Кааи выкатилась слеза, но она не стала смахивать ее. Она понимала, что Ариан испытывает к ней чувства, но…

«Каая, я… я…»

Неужели именно это он хотел сказать ей, перед тем как…

Арон робко протянул руку. Его движение оборвало ее мысли, и она встретила его взгляд, который будто бы безмолвно просил у нее разрешения. Каая протянула ему деревянную шкатулку, и он достал кольцо. Посмотрел на маленький бриллиант, повертел в руках, а затем снова поднял взгляд на нее.

– И что это значит? – задыхаясь, прошептала она.

– Вы были… я не знал, что вы были вместе. – Слова медленно слетали с его губ, как будто он боялся, что она может сломаться в любой момент.

– Может быть, это не то… Может, это не для меня… Я не знаю.

– А была ли у него другая?

Каая вздрогнула, а затем покачала головой.

– У него были только я, Ориана и Прайор, – сообщила она.

– Это точно не кольцо нашей матери. – Арон, казалось, задумался. – Можно?

Глаза Кааи округлились.

– Я не знаю.

– Я просто хочу посмотреть, подойдет ли оно.

Каая нерешительно протянула руку и вложила дрожащую ладонь в его.

– Ариан – мой брат, – сказал он. – И ты – часть нашей семьи. Не важно, подойдет оно или нет. – С этими словами он надел кольцо с бриллиантом на безымянный палец ее левой руки.

Ее сердце грозило разорваться на части.

Оно село идеально.

Глава 16

Каая

Каая нашла в кладовом шкафу немного риса и собрала несколько помидоров с куста в саду. И теперь они с Ароном сидели на диване перед камином с набитыми животами. Перед ними потрескивал огонь, а небо снаружи темнело.

– Когда ты сделаешь предложение Луане? – прервала тишину Каая, играя с кольцом на пальце. Она украдкой взглянула на Арона, но тот не отрывал глаз от пламени.

– Я ее не заслужил, – спустя некоторое время сказал он.

Каая непонимающе посмотрела на него.

– И как ты пришел к такому выводу?

– Она… великолепна. Красивая, сильная, смелая и полная жизни. Она хорошая. А я… это я.

– И все же она выбрала тебя.

– Она еще не знает, что я сделал в Обернштайге.

Каая сглотнула. Они еще не говорили о том, что произошло. Но она сразу подумала, что поступок Арона ничего между ними не изменит.

– Она поймет.

Арон продолжал наблюдать за танцем пламени в камине.

– Она потеряла отца в результате несчастного случая, когда была ребенком. Ей трудно даже говорить о нем, не заплакав. А я своими собственными руками убил отца.

– Он не был отцом, – сказал Каая. – Арон, посмотри на меня!

Он повернул к ней голову. В темноте комнаты его глаза казались практически черными.

– Он бы убил тебя, если бы это не сделал ты!

– Он хотел сбежать, – холодно ответил Арон.

– Без разницы, Арон. Сеорас и раньше пытался тебя убить. Он хотел убить Ариана, а ваша мать погибла! Она умерла от его рук! Если бы ты отпустил его, он нашел бы другую женщину, которая рано или поздно разделила бы судьбу твоей матери. – Каая пристально посмотрела ему в глаза, в которых снова появился теплый карий огонек. – У него было так много друзей в городе. Его нельзя было привлечь к ответственности за эти деяния, и ты это знаешь.

Арон снова перевел взгляд на камин и нерешительно кивнул.

– Я не жалею об этом. И это пугает меня.

– Он был монстром, – невозмутимо продолжила Каая.

– Как можно убить монстра, не превратившись в него самому?

Уверенность в голосе Арона пустила дрожь по спине Кааи.

Луана

Только когда Луана закрыла за собой дверь в комнату, напряжение внутри нее спало. Она бросила тяжелую сумку на кровать и легла рядом с ней, раскинув руки. Она рассмеялась. Она смогла! Смогла пробраться в Большую Библиотеку так, что ее не поймали.

Отсмеявшись, она села на кровати и высыпала содержимое сумки на одеяло. Помимо двух книг о разломах и душах перед ней лежал и том, который она схватила в последний момент под названием «Магия крови – убить или исцелить». Вопрос, которым, безусловно, задавался каждый эльф, имеющий способности к магии.

Луана с благоговением открыла первую страницу. На ней был изображен обнаженный эльф с четко прорисованными органами, рядом располагались обозначения, а над головой эльфа значилось «Жизнь». Луана перелистнула страницу. В начале книги рассказывалось о теле эльфа, о том, как оно устроено и каковы его особенности. Насколько важна кровь для поддержания жизни организма и какую огромную ответственность несут маги крови, когда речь идет о спасении жизней.

К тому моменту, как она добралась до середины книги, рисунки стали более мрачными. На одном из них была изображена эльфийка на ложе из костей. Ее живот был разрезан, и из него торчали кишки.

Луана скривилась.

«Деяние мага крови» – гласило название над изображением.

«Он убил женщину, не прикасаясь к ней» – пояснялось на следующей странице.

Луана вздрогнула, когда в дверь постучали.

– Секунду! – воскликнула она, поспешно захлопывая книгу. Она набросила на нее одеяло, встала с кровати и как раз расправляла складки на своей одежде, когда дверь отворилась и Кейлин просунула в щель свою белокурую голову.

– Можно войти?

– Да, – ответила Луана, затаив дыхание.

Кейлин вошла и закрыла дверь.

– Бабушка здесь.

Сердце Луаны замерло.

– Зачем?

– Кто-то вломился в Большую Библиотеку, – прошептала сестра.

– А какое отношение это имеет к нам? – Луана приподняла бровь, всеми силами пытаясь скрыть от Кейлин бушевавшую внутри нее бурю.

– Я не все услышала, но… Охранники сообщили, что на них напала девушка, маг крови. Бабушка здесь, чтобы поговорить с мамой. Она еще в постели.

– В городе ведь живут и другие маги крови.

Она не была уверена, что справилась с дрожью в своем голосе.

– Да, но им всем официально разрешено входить в библиотеку, когда вздумается. С чего бы им туда врываться?

Сердце Луаны застучало так громко, что Кейлин наверняка услышала его биение. Сможет ли она скрыть это преступление от своей сестры?

– Прямо-таки всем?

Кейлин кивнула:

– Их не так уж много. И все они недостаточно сильны, чтобы вывести из строя двух взрослых эльфов.

– Понимаю.

– Где ты вообще была? – Кейлин взглянула на сестру, на ногах которой все еще были одеты сапоги.

– В саду. Гуляла.

– Тебе все-таки не следует покидать покои, – нахмурившись, сказала Кейлин. – Если бы мама только видела тебя…

– Мама слаба и лежит в постели. А я здесь ради того, чтобы кое-чему научиться! Я не могу сидеть сложа руки и ждать, пока она почувствует себя лучше!

Сестра с подозрением посмотрела на нее.

– Почему это так срочно, Лу?

Она прикусила нижнюю губу.

– Речь об Ароне. Я должна сделать хоть что-то, чтобы спасти ему жизнь.

– А что с ним? – спросила Кейлин, и на ее лице отразилось беспокойство.

– Пока ничего. Но у меня осталось не так много времени.

В этот момент Кейлин, казалось, все поняла.

– Это была ты, – выдохнула она. – Ты ворвалась в Большую Библиотеку!

Луана отвернулась и провела пальцами по серебристым волосам.

– У меня не было другого выбора. Речь идет об Ароне! – Она снова повернулась к сестре. – Не смей ей рассказывать!

– Она все равно узнает, – воскликнула Кейлин, раскинув руки. – Ты ненормальная, Лу! Могла бы и меня попросить!

– Это… сложно. Случилось кое-что, о чем никто не должен знать. И уж точно ни один из Высшего Совета.

– Ты правда думала, что я побегу к маме или бабушке и расскажу им твой секрет? – Голос Кейлин прозвучал расстроенно.

– Нет! Но Кей… Это серьезно. Слишком серьезно и опасно. Мы собираемся сделать кое-что очень запрещенное.

– Кто мы?

Луана погладила лоб и шумно выдохнула.

– Мы с Ароном и… подругой брата Арона. Кааей.

– У Арона есть брат? – удивилась Кей. – И что такого плохого вы собираетесь сотворить? – спросила она следом.

– Кей, я не могу. Это… – Стук в дверь прервал их разговор. – Что? – раздраженно крикнула Луана.

– Леди Луана? – Это была их экономка. – Леди Элора здесь и желает с вам поговорить.

Луана и Кейлин обменялись взглядами.

– Спасибо. Скажи ей, что я скоро приду.

Пожилая женщина склонила голову, а затем закрыла за собой дверь.

– Черт подери! – выругалась Луана, кусая свой кулак.

– Кто-нибудь тебя видел? – спросила Кейлин.

– Я так не думаю.

– Не думаешь? – вырвалось у сестры. – Она сдаст тебя Верховному Совету!

Луана почувствовала укол в груди. Да, она нарушила все правила, когда проникла в Большую Библиотеку. Но гораздо хуже было то, что она вообще находилась в Эрловене. Ее бабушка – Верховная Леди – изгнала ее из города. Возвращение в Эрловен означало, что ей придется столкнуться с последствиями своих поступков.

– Я… не знаю, – пробормотала она. – Я держалась в тени. И не подходила слишком близко к охранникам.

– Черт подери, Луана! Я скажу, что это была я.

– Не будь дурой, Кей! Она знает, что я здесь. Она послала за мной. Все кончено.

Она увидела беспомощность в глазах своей младшей сестры, которые, вероятно, были сейчас точь-в-точь как у нее самой.

– Они посадят тебя в тюрьму. – Голос Кейлин дрожал.

Да, эти так и поступят.

Луана пыталась придумать хоть какой-нибудь план, но все, о чем она могла сейчас думать, – это Арон. Если она не вернется и не поможет с ритуалом, он умрет. Если ее здесь запрут, Арон пожертвует собой.

Дверь распахнулась.

– Я же сказала, что скоро приду! – прорычала Луана, думая, что снова пришла экономка. Она поняла, как сильно ошиблась, только когда подняла голову и встретилась с парой небесно-голубых глаз, устремленных на нее.

– Кейлин, оставь нас, – сказала леди Элора, не отводя взгляда от Луаны. И после того как Кейлин, не сказав ни слова, покинула покои, спросила: – Сколько времени прошло, как мы виделись в последний раз?

– Четыре года, – ответила Луана. Она нервничала, хотя и старалась не показывать своих чувств перед своей бабушкой.

Уголок губ Элоры дернулся, будто они собирались расползтись в усмешке.

– И почему?

– Потому что ты выгнала меня из моего же дома, – ответила Луана, не моргнув и глазом.

Элора кивнула.

– Тогда у меня возникает закономерный вопрос. Что ты здесь делаешь, Луана? – Она буквально выплюнула имя своей внучки, будто оно было грязью у нее во рту.

– Мама больна, – сказала она, не вдаваясь в подробности. – Я хотела навестить ее.

Верховная Леди приподняла бровь, как всегда делала.

– Тебя изгнали. Ты не можешь навещать свою мать. Тебе запрещено ступать на территорию Эрловена! Какая же ты упрямая!

Луана втянула воздух и сжала руки в кулаки.

– Здесь мой дом. Моя семья. Ты не можешь выгнать меня отсюда!

Элора безрадостно усмехнулась.

– Выгнать? Ты умерла для нас, – выплюнула она. – Это было только твое решение.

– Мое решение? – Луана повысила голос и шагнула ближе к бабушке. – Ты меня шантажировала!

– Я поставила тебя перед выбором, глупая ты девчонка. Твоя семья или тот человек, – сказала она, скривив лицо. – И ты приняла решение, так что придерживайся его.

Луана фыркнула.

– Как можно выбрать одну половину сердца? В независимости от того, каким бы был мой выбор, я бы потеряла частичку себя.

– Он человек! Он не может быть частью тебя, неужели ты этого не понимаешь?

– Только потому, что ты не знаешь, что такое любовь, ты не можешь… – Голова Луаны дернулась в сторону, когда бабушка влепила ей звонкую пощечину.

На глаза Луаны навернулись слезы, и она инстинктивно поднесла ладонь к пылающей щеке.

– Следи за словами! – прошипела Элора. – Тебя с пеленок готовили к прекрасному будущему. В твоих жилах течет чистая сила. Ты могла достичь таких высот! Но ты оставила все это позади.

Будто сквозь туманную дымку Луана смотрела на Верховную Леди и не позволяла слезам выплеснуться наружу. Она не станет проявлять слабость перед этой женщиной.

– Мне совершенно не интересны ни власть, ни сила, – сказала она, тут же понимая, что эти слова не соответствуют истине. Ее сила была единственным, что могло спасти Арона.

– Ты не оставляешь мне выбора, Луана. Мы идем в Цитадель.

Мысли беспорядочно роились в голове, сердце колотилось, а кровь бешено неслась по венам. Она не позволит себя запереть. Не сейчас.

– Я не могу. – Все, что она смогла вымолвить.

Бабушка, которая уже стояла в дверях, обернулась.

– Это еще что за новости?

– Мне надо уйти отсюда, – умоляла она. – Я вернусь в Редон и больше никогда сюда не приду, клянусь Эйюне.

Верховная Леди приподняла одну из своих серебристых бровей.

– Для этого уже слишком поздно.

– Пожалуйста, – выдавила она. – От этого зависит его жизнь.

Элора внимательно посмотрела на нее, казалось, понимая, как серьезна была ее ситуация. Она немного помолчала, прежде чем заговорить:

– Ты сделаешь то, что должна, а потом вернешься, – медленно произнесла она.

Луана посмотрела на нее с недоверием.

– Я не понимаю.

– Это значит, – начала Элора, – что ты забудешь того человека, вернешься в лоно семьи, подчинишься моей воле и пойдешь навстречу своему будущему здесь.

Луана отступила на шаг назад, будто бабушка снова ее ударила.

– Ты не можешь требовать этого от меня.

– Тогда и ты не проси отпустить тебя. Либо ты принимаешь мое предложение, либо мы идем в Верховный Совет, и ты получаешь наказание за свои проступки. В таком случае, боюсь, ты не сможешь вернуться к своему другу-человеку еще очень долго.

Едва леди Элора закончила говорить, сердце Луаны разбилось на тысячу осколков.

Каая

Когда почти спустя два дня Каая и Арон прибыл в Аргонсфельд, их встретила Ориана. Последние несколько метров пути она бежала к ним навстречу, оставив дверь дома раскрытой нараспашку.

Они вошли в дом.

– Ну что, нашли? – спросила Ориана, взяв Кааю за руку.

Каая покачала головой.

– Деревянной лошадки в доме не было, но… – Она высвободилась из объятий эльфийки и протянула ей руку.

Глаза Орианы расширились, когда она увидела кольцо с бриллиантом на ее пальце.

– Что это значит?

Каая быстро обменялась взглядом с Ароном, а затем снова посмотрела на Ориану.

– Когда мы не нашли лошадку, мы отправились в наш дом в ольховом лесу. Там мы и нашли кольцо.

Ориана открыла было рот, чтобы что-то сказать, но не издала ни звука.

– Ариан, видимо, купил его для Кааи, – разъяснил Арон. – Он очень хорошо его спрятал, и к тому же оно сидит на ее пальце как влитое. Вероятно, этим он хотел показать ей, как много она для него значит.

На глазах Орианы навернулись слезы, пока она переводила взгляд с кольца на Кааю.

– Я так рада, что ты есть у Ариана. Спасибо тебе.

Каая почувствовала подступивший к горлу ком и смогла только кивнуть в ответ. Затем посмотрела на Арона и заметила, что он отвлекся. Его взгляд был устремлен поверх плеча Орианы на дом. Она знала, что он искал. Вернее, кого.

– Луана спит? – спросила Каая вместо него.

Ориана покачала головой:

– Ее здесь нет.

– Что это значит? – воскликнул Арон. – Где она?

– Давайте сначала зайдем в дом. Я все объясню.

Арон

– И ты позволила ей уйти? – сердито спросил Арон. – Ей нельзя возвращаться в Эрловен! Если ее семья узнает…

– Она знает, – ответила Ориана. – И будет осторожна.

– Когда она ушла?

– Сразу после возвращения.

Арон провел рукой по волосам.

– Так давно? – мучительно выдавил он. – Шесть дней? Семь? Почему ты ее не остановила?

– Луана никогда никому не позволила бы себя остановить, – ответила она. – Она полна решимости спасти тебе жизнь. И это было для нее единственным вариантом.

«И когда вернусь, я не хочу тебя видеть!» Арону стало плохо, когда он вспомнил последние слова, брошенные ей в лицо. Он сердито зарычал, прежде чем ударить кулаком по столу.

– Успокойся, – утешила его Каая. – Луана умная и сильная, ты сам так сказал. Она вернется.

– Я приготовлю нам чай, – пробормотала Ориана, и только она поднялась с дивана, как раздался стук в дверь. Прежде чем она отошла в сторону, Арон вскочил со своего места и в два шага оказался у двери. Он распахнул ее, и когда увидел за ней Луану, его колени подкосились, а сердце чуть не выскочило из груди. Его вторая половинка даже не успела среагировать, как он уже крепко обхватил руками ее изящное тело. Он прижал Луану к себе и зарылся лицом в ее волосы, от которых пахло солью и свежим воздухом.

Арон не знал, сколько времени прошло, прежде чем он почувствовал ее руки на своей спине. Она ответила на его объятие. Она не злилась на него. Она была здесь и была жива. И только это имело значение в тот момент.

Глава 17

Каая

– Перед отъездом я вырвала несколько страниц, – сказала Луана. Она разложила краденые страницы на столе, за которым они сидели. – Разлом работает как тоннель, а на другой стороне нас ждет параллельный мир. Еще одна Эсерия, – пояснила она. – Тоннель появляется там, где высвобождается мощная энергия, и даже после того, как душа выходит из тела после применения к нему насильственных действий.

– Значит, – заговорила Каая, – разлом должен находиться там, где стоял Ариан, когда появился эльф теней. Как мы и думали.

– Нам не хватало ключа, – добавила Луана. – Мы не сможем воспользоваться разломом, пока не принесем жертву. Разлом открылся в результате жертвоприношения, и использовать его может только тот, кто тоже чем-то жертвует. – Она указала на одну из страниц книги, но Каая не смогла расшифровать эльфийские буквы и нахмурилась.

– Поэтому я не смогла пройти?

– Ты не смогла пройти, потому что Арон к тебе прикоснулся. На самом деле ты почти попала на ту сторону. Мерцание означает, что тело уже материализуется на другой стороне тоннеля. Поскольку Арон не принес жертву, ты вернулась.

– Я не понимаю… – прошептала Каая. – Я тоже не приносила жертву.

– А что, если… жертва Ариана засчиталась за вас обоих? В конце концов, ты была там, когда с ним это произошло.

– Да, возможно, – высказалась Ориана.

– А на другой стороне нас ждет… еще одна Эсерия? – поинтересовался Арон.

Луана кивнула.

– Туманность, вероятно, представляет собой параллельный мир, созданный по образу и подобию Эсерии. Ты что-нибудь знаешь об этом? – спросила она, обратившись к Ориане.

Та лишь покачала головой в ответ.

– Невозможно создать мир, которого не знаешь, – продолжила Луана. – У него всегда должен существовать какой-то аналог. Подлинник. Маги Высшего Совета создали мир, подобный тому, в котором сами когда-то находились. – На этот раз она сунула одну из вырванных страниц под нос Ориане, которая взглянула на текст, а затем кивнула.

– Это означает, что если мы пройдем сквозь разлом в ольховом лесу, то окажемся в ольховом лесу Туманности? – спросила Каая.

– Да. В ольховый лес без солнца, если верить Совету. Бабушка когда-то рассказывала, что изгнанных эльфов нужно было как-то ослабить, чтобы они никогда оттуда не выбрались. А поскольку для сотворения магии эльфам необходим солнечный свет, они создали Туманность – место, далекое от солнца.

Каая выдохнула.

– А как насчет… решения другой проблемы? – осторожно спросила она.

Еще до прибытия Луаны Ориана рассказала им, что они вместе нашли лазейку, благодаря которой достаточно будет просто временно остановить сердце Арона.

Луана перевела взгляд с нее на Арона, прежде чем на ее губах появилась легкая улыбка.

– Я ее выяснила, – сказала она. – Я знаю, что мне надо сделать, чтобы выполнить эту часть ритуала. С тобой ничего не случится.

Каая заметила, как Арон потянулся к руке Луаны под столом и крепко сжал ее.

– Тогда давайте поговорим о жертве, которую надо принести для прохода в разлом.

Луана глубоко вздохнула.

– Кровь.

– Кровь? – В голосе Орианы звучало удивление.

– Нужно ослабить себя, прежде чем войти в другой мир.

– Значит… – начала Каая, – давайте отправляться туда, где… где это произошло с Арианом, и…

– И причиним себе боль, – заключила Луана, подвинув к Ориане книгу и указав на страницу. – Наша кровь откроет разлом, наши тела дематериализуются здесь и появятся на другой стороне.

– В Туманности?

– В Туманности.

– Вы правда уверены, что хотите это сделать? – спросила Ориана. Она нахмурилась, а в ее взгляде читалось беспокойство.

– Да, – не колеблясь ни секунды, одновременно сказали они, и тут же рассмеялись.

Каая взглянула на своих друзей, и по их лицам поняла, что они решительно настроены не отступать.

– Тогда пойдем?

– Сейчас же ночь! – возразила Ориана. – До разлома добираться два дня. Отдохните, вы же только вернулись. Прошу вас.

Они понимали, что Ориана права. Последние несколько дней выдались для каждого их них очень напряженными, полными трудностей и волнующих моментов. Так что они остались переночевать.

– Мне жаль, что я так поступила, – прошептала Луана, когда они остались в гостиной втроем. Они с Ароном сидели на большом диване, а Каая – в кресле напротив них. – Это было глупо с моей стороны.

Снаружи по окнам барабанил дождь, а в камине перед ними тихо потрескивал огонь.

– Главное, что ты в порядке, – сказала Каая, улыбнувшись. Луана улыбнулась в ответ. – Как твоя вылазка в Эрловен?

Уголки губ Луаны снова опустились.

– Было странно прятаться в собственном доме. – Она пожала плечами. – Но я была рада повидаться с Кейлин, моей младшей сестрой.

– А твоя бабушка? – осторожно поинтересовалась Каая.

– Я с ней не встречалась. – В ее взгляде мелькнуло что-то, чего Каая не смогла истолковать. – А у вас как все прошло?

Каая хотела рассказать ей обо всем, но не знала, с чего начать.

– Я убил своего отца. – Голос Арона грубо разрезал тишину, и Луана, лежавшая в его объятиях, тут же вздрогнула. Округлив глаза, она уставилась на Кааю.

– Сеорас напал на нас. У Арона не было другого…

– Нет. Нет, у меня был выбор. Но я решил поступить именно так.

Луана выпрямилась и внимательно посмотрела на него.

– С тобой все в порядке?

Он медленно кивнул:

– Сейчас уже да.

Увидев, как Луана прижимает ладонь ему к щеке и наклоняется ближе, Каая перевела взгляд на камин и смотрела за горящим пламенем, пока ее веки становились все тяжелее и тяжелее. На самом деле она планировала спать в кровати, которую Ориана приготовила для нее, но усталость взяла верх, и ей пришлось сдаться на ее волю.

Когда Каая проснулась следующим утром, она тотчас пожалела, что проиграла в битве с усталостью. Ее мышцы были напряжены, а шея болела. Ей срочно требовалась теплая ванна. Она сходила в умывальную комнату, прежде чем они вместе с Орианой собрали провизию и, наконец, отправились в путь.

Два дня.

Через два дня они будут в Туманности, в королевстве эльфов теней.

– Хорошо, что дождь закончился, – заметила Луана, когда они вышли из хижины и спустились в долину. Они взяли трех лошадей и нагрузили их сумками, прежде чем залезть на них.

– Тебе не следовало говорить о дожде вслух, Лу. – Арон посмотрел на небо, на котором сгущались темные тучи.

В этот момент Каая почувствовала первую каплю дождя на кончике своего носа. Ее лицо скривилось.

– Надо поторопиться.

Все время, что они двигались через лес, небо продолжало темнеть. Весь их путь сопровождался раскатами грома и ливнем, который хлестал по кронам деревьев над их головами. Даже ночью погода не пощадила их, и на следующее утро они выползли из палатки совершенно продрогшими.

Когда небо прояснилось и Каая наконец-то смогла увидеть вдали озеро и очертания своего дома, ее дыхание участилось. У нее на сердце тяжелело, но она продолжила гнать свою лошадь вперед.

– Вот мы и на месте, – сказал Арон и, спешившись с лошади, помог спуститься Луане.

Каая подошла к тому месту, где все изменилось навсегда. Она взмахнула Стальным Крылом и посмотрела в глаза ребятам.

– Мне сделать это или вы сами?

Она обхватила рукоять меча.

Арон взялся за лезвие, а мгновение спустя и Луана обхватила холодную сталь. Каая убрала одну руку от рукояти и положила ее рядом с ладонью Луаны. Затем кивнула друзьям и одним рывком выдернула лезвие из их рук.

Темно-красная кровь закапала на луг, просачиваясь в землю. Пульс Кааи участился, и все вместе напряженно посмотрели вниз.

– Вы что-нибудь чувствуете? – спросила она, затаив дыхание.

В то же мгновение она заметила, как все они начали мерцать. Каая ожидала, что почувствует невыразимую боль, как в прошлый раз, но ничего не было. Лишь какое-то давление, будто ее куда-то тянуло.

А потом все почернело.

Когда Каая открыла глаза, вокруг нее царила тьма. Она моргнула несколько раз, прежде чем поняла, что смотрит в беззвездное ночное небо, а вдали виднеется круглая луна.

«Где я?»

Только Каая собралась выпрямиться, как почувствовала острую боль в левой ладони. Внезапно рядом с ней что-то шевельнулось. Сначала она было вздрогнула от испуга, но затем в ее голове начали всплывать обрывки воспоминаний. Она стояла на берегу озера, и кто-то был с ней… Ариан? За этой мыслью последовал укол в груди.

«Нет, не Ариан… С Арианом произошло…»

– Во имя Эйюне, – услышала она хриплый голос рядом с собой.

– Луана, – пробормотала Каая, звучащая не менее хрипло.

«Луана и Арон. Они втроем были в ольховом лесу…»

– Арон? – Голос Луаны прозвучал немного бодрее, но в этот раз в него прокралась легкая паника. – Арон? – выкрикнула она снова, и Каая увидела, как та выпрямилась. Ее серебристые волосы блестели в слабом свете луны, пока она мотала головой из стороны в сторону, высматривая своего любимого. Луана, казалось, заметила его и целеустремленно поползла на четвереньках к какой-то точке.

Каая наконец-то села и посмотрела в том направлении, куда двигалась Луана. Там кто-то лежал, не шевелясь.

– Арон? – Луана встряхнула неподвижное тело, и в ее голосе отчетливо слышался страх.

Раздался треск, и в руке эльфийки появилось слабое пламя, которое она поднесла к лицу Арона. Другую руку она приложила к его груди.

– Он дышит? – Каая задержала дыхание.

Спустя несколько мгновений тишины Луана ответила:

– Да.

Пламя погасло, и она положила вторую руку ему на грудь. Ее ладонь засветилась красным, а спустя секунду кашель Арона прервал зловещую тишину. Луана обняла его за шею, и Кааи показалась, что она плачет.

– Что случилось? – через некоторое время спросил Арон, все еще кашляя. – Разве мы не днем сюда пришли?

– Думаю, мы прошли через разлом, – сказала Каая, указывая на луну. – Луна полная. В Эсерии прошлой ночью она была серповидной.

– Нам следует как можно скорее выяснить, где мы, – сказал Арон, когда его кашель утих. – Если нас кто-нибудь заметит, то нам крышка.

Каая не думала об этом раньше, но Арон прав. В Туманности не было людей, только эльфы теней. И даже по Луане было видно, что она не отсюда. Ее светлые волосы и ярко-голубые волосы выдавали ее, да и безупречный загар на лице указывал на то, что ей не приходилось всю жизнь существовать без солнечного света, как эльфам в этом параллельном мире.

Луана помогла Арону подняться на ноги, пока Каая осматривался. Они находились на лесной поляне, неподалеку от них в лунном свете сверкало озеро, легкие волны которого бились о берег. И хотя было темно, Каая смогла разглядеть вырисовывавшиеся на горизонте крыши домов.

– Сильверштурм, – выдохнула она.

Луана кивнула.

– Мы в ольховом лесу. Но в Туманности. С этого момента мы должны быть осторожны на каждом шагу, – подчеркнула Луана.

– Тут так темно, – сказала Каая. – Вряд ли мы сразу бросимся в глаза.

– Если даже цвет их глаз адаптируется под цвет окружения, неужели ты думаешь, что они не сумели приспособиться к извечной темноте? – спросила Луана с ноткой раздражения в голосе. Да, это была прежняя Луана. – Тысяча лет – довольно долгий срок, все-таки существует такая вещь, как эволю… – Она замерла на полуслове, когда что-то острое пронеслось мимо них. – Это что, чертова стрела?! – спросила она, задыхаясь.

– Эльфы теней используют лук и стрелы, ты права, эволюция прямо во всей своей красе, – отметила Каая, приподняв брови.

– Я не понимаю, о чем вы там говорите, но, думаю, нам пора убираться отсюда, – вмешался Арон.

– И куда же? – одновременно спросили Каая и Луана.

– Может быть, не в том направлении, откуда вылетела стрела?

– Звучит как отличный пла… – Луану снова прервали, но в этот раз ее собственный крик. Еще одна стрела просвистела между деревьями в их сторону. Когда она нашла свою цель, Луана с криком закрыла лицо ладонями. Между ее пальцами сочилась кровь.

– Луана, осторожно! – выкрикнул Арон, бросаясь к любимой, когда мимо них в миллиметре пролетела другая стрела.

– Бегите! – крикнула Каая, когда количество летящих в них стрел увеличилось вдвое. К своему ужасу, она обнаружила, что Луана упала без сознания. Арон молниеносно среагировал, подхватил эльфийку на руки и, перекинув ее через плечо, побежал вперед. Каая поспешила за ними. Адреналин бурлил в жилах, а в ее голове проносились миллионы мыслей. Однако она не обращала на них никакого внимания, ведь ею овладело нечто гораздо серьезное: паника.

– Я больше не могу, – выдохнул Арон где-то позади Кааи. Он опустился на колени и аккуратно опустил Луану на холодную землю. На его лице отразился безмерный страх, когда он посмотрел на свою половинку. По правой половине лица тянулся глубокий порез, рассекший ее светло-русую бровь. Ее глаз тоже пострадал.

– Луана, – прошептал он, пригнувшись к ней. Теплая красная кровь хлынула из его раны на животе, и Каая заметила, как сильно он дрожит.

– Надо двигаться дальше. Если ты больше не можешь, я ее понесу, – сказала она, стараясь звучать как можно спокойнее. – Кто бы или что в нас ни целилось, может преследовать нас.

– Ты… у тебя в сумке есть акантовая мазь. Я могу… я должен… – пробормотал Арон, не отводя взгляда от Луаны.

– Сейчас не подходящее время, – возразила Каая, стиснув зубы и посмотрев туда, откуда они только что прибежали. Но было слишком темно, чтобы ей удалось хоть что-то разглядеть.

– Арон, пожалуйста.

– Она теряет слишком много крови, – сказал Арон, дрожа. Его пальцы едва касались лица Луаны, будто он не знал, может ли к ней прикасаться.

– Арон, – настаивала Каая, – давай пройдем еще немного. – Она оглядела ольховый лес. – Где-то здесь должна быть пещера.

Вокруг стояла кромешная тьма. Они сломя голову бежали по лесу, хотя она даже не знала, где именно они находятся. Но если озеро было к востоку от них, то…

– Вон там, – указала она на тропинку слева от них.

– Что это было? – внезапно спросил Арон, и Каая тоже это слышала. Будто кто-то звал их.

– Пора уходить отсюда, – сказала Каая, и Арон снова поднял Луану на руку.

К их облегчению, им не потребовалось много времени, чтобы добраться до входа в пещеру. Арон прислонил неподвижное тело Луаны к одному из сталагмитов в глубине пещеры. Там было темно, душно и пахло затхлостью и разложением. Каая была рада темноте, потому что не могла видеть, от чего исходит столь омерзительный запах. Но если они собирались излечить Луану, то рано или поздно им придется разжечь огонь.

Каая снова выбралась на улицу, чтобы собрать несколько веток. Когда она вернулась, Арон как раз собирался вытереть рукавом капельки пота, блестевшие на мертвенно-бледном лице Луаны.

Он резко втянул воздух, когда Каая разожгла огонь.

– Что-то не так. – В его голосе прозвучал страх.

– Что… – начала Каая, а затем прикрыла рот ладонью. – Великие боги, что это такое?

Ободок вокруг ее раны стал голубоватым.

– Яд. – Голос Арона звучал странно глухо.

Недолго думая, Каая потянулась к своей сумке и достала акантовую мазь, которой уже обрабатывала рану Арона.

– Быстрее намажь ее.

Арон схватил тюбик и поспешно открутил крышку.

Каая не могла не отметить того, что он оставался удивительно спокойным, учитывая обстоятельства. Паника все равно не принесла бы им никакой пользы.

– Она может исцелить себя? – спросила Каая, хоть и знала ответ.

Арон покачал головой.

– Для этого она должна быть в сознании. И достаточно сильной.

Луана лежала без сознания. Они ничего не могли делать, кроме как ждать.

Киан

Киан прервал погоню и опустил лук, когда заметил три фигуры на берегу озера. Он не знал, откуда они взялись, но они точно были не отсюда.

Остальные охотники из отряда Рувена, вероятно, тоже заметили незнакомцев, потому что в их сторону полетели стрелы. Они были слишком далеко, чтобы понять, что это были не дикие животные, а… люди?

И эльфийка света?

Он слышал, что они прекрасны, но не ожидал, что она будет самой прекрасной девушкой из всех, кого когда-либо видел. Должно быть, ее сердце было сотворено из света – так ярко оно сияло. Ее глаза были цвета неба, которого он никогда не знал, а волосы будто переливались золотом и серебром одновременно. Он ощущал тепло ее ауры и не мог не чувствовать влечения к ней.

И все же Киан ненавидел девушку каждой клеточкой своего тела. Ненавидел ее свет и ненавидел ее тепло. Должен был ненавидеть. Она и ее люди были виноваты в том, что он не знал ничего, кроме холода и тьмы.

Дрожь прокатилась по его телу, когда он увидел, что одна из стрел задела ее лицо. Он инстинктивно выскочил из своего укрытия, однако, когда человек мгновенно бросился к эльфийке, Киан снова отступил назад и слился с тенями.

Трое незнакомцев побежали в лес, и Киан погнался за ними, будто свет эльфийки волшебным образом притягивал его. Когда они остановились, он тоже замер. Он видел, что из раны на ее лице текла кровь, и это больно укололо его в самое сердце.

– Давай пройдем еще немного. Где-то здесь должна быть пещера, – услышал он человеческую женщину.

Она что, ориентировалась здесь? Как такое возможно?

– Киан! – внезапно крикнул кто-то позади него. Рувен.

– Ш-ш-ш! – шикнул на него Киан и подбежал к эльфу, который с недоумением смотрел на него.

– Что ты здесь делаешь? – спросил Рувен чуть тише и осмотрелся по сторонам.

«Он не должен ее найти», – промелькнуло в его голове.

– Я ищу Андру, – ответил он.

На лице Рувена мелькнуло понимание, и он озорно ухмыльнулся.

– Эта малышка, видимо, очень тебе приглянулась, а?

Киан заставил себя улыбнуться в ответ.

– Я от нее без ума.

– Тогда хватай ее, брат! – сказал Рувен, похлопав его по плечу. Он повернулся и пошел в том направлении, откуда пришел.

Киан с облегчением вздохнул, прежде чем с отвращением вытереть плечо, к которому прикасался Рувен.

– Брат, – сказал он, скривив лицо.

Он снова посмотрел на поляну, где только что стояли люди и эльфийка, но они уже ушли. Возможно, они в самом деле направлялись к пещере неподалеку отсюда.

Он должен был найти ее.

Глава 18

Каая

Каая вышла из пещеры, чтобы подышать свежим воздухом. Внутри было слишком душно, и она не могла наблюдать, как страдает Луана. При мысли о подруге у Кааи напряглись мышцы живота. Дела у нее шли неважно. Синие пятна распространились дальше и уже спускались по шее к сердцу. Каая не была лекарем, но это, безусловно, не сулило ничего хорошего.

Они с Ароном решили выждать еще час в надежде, что к тому времени нападавшие уйдут. После им придется вернуться в Эсерию через разлом. Как бы Каая ни хотела вернуть душу Ариана, она не станет рисковать жизнью Луаны.

Шорох среди деревьев вырвал ее из размышлений. Она без колебаний подняла Стальное Крыло и внимательно посмотрела в сторону, откуда исходил звук. Она была уверена, что там кто-то стоит и наблюдает за ней. По ее телу пробежали мурашки.

– Арон, – прошептала она, но он был слишком далеко, чтобы услышать. Стоит ли ей вернуться в пещеру или лучше подождать здесь, пока наблюдатель не выйдет к ней?

Возможно, она смогла бы точнее оценить ситуацию, если бы знала, чего ожидать. Она сделала несколько шагов по направлению к огромной фигуре. В тени вспыхнула пара красных глаз. Сердцебиение Кааи участилось, становясь все быстрее и быстрее, пока она наблюдала за тем, как кто-то выходит из тени и следует к ней.

Не колеблясь, Каая направила острие Стального Крыла в незваного гостя.

– Ни шагу дальше, – сказала она с опасным спокойствием в голосе. – Или я проткну тебя насквозь.

Силуэт поднял руки. Лунный свет упал на его лицо и подчеркнул пепельно-серую кожу.

– Эльф теней, – выдохнула она и немного опустила свой меч.

– Я просто хочу помочь, – первое, что сказал он.

– Каая! – выкрикнул Арон позади нее, но она не сдвинулась с места. Вид этого странного существа заворожил ее.

Арон встал рядом, и она краем глаза заметила, как тот уставился на незнакомца. Его лицо исказилось от ярости, прежде чем он схватил свой кинжал, чтобы метнуть его в цель со смертельной точностью. Но еще до того, как острое лезвие успело вонзиться в сердце мужчины, оно было схвачено тенью и упало на землю. Это была… магия?

– Я просто хочу помочь, – повторил эльф с красными глазами и темно-каштановыми волосами. – Я видел, что случилось с вашей подругой. – Кивком головы он указал в сторону пещеры, где лежала Луана.

– Она наверняка там из-за тебя и лежит! – прорычал Арон.

– Нет, – спокойно ответил эльф теней. – Нет, это был не я… – Он снова посмотрел в сторону пещеры.

Каая никак не могла это объяснить, но она заметила в его глазах глубокую печаль.

– Я бы никогда не навредил ей. – Он опустил руки и сжал ладони в кулаки, после чего посмотрел Арону прямо в глаза. – Я могу ее вылечить.

– Я не позволю тебе прикасаться к ней.

– Арон, – вмешалась Каая. – Думаю, он говорит правду.

Арон резко обернулся и посмотрел на нее так, будто она сошла с ума.

– Ты с ума сошла? – все же спросил он, просто чтобы убедиться.

– Зачем ему приходить сюда после того, как он напал на нас?

Арон молчал, будто бы внутренне сражаясь сам с собой. Его взгляд беспокойно метался от эльфа теней к Каае и обратно. Но прежде, чем он успел что-либо ответить, Каая решила все за него.

– Идем со мной, – обратилась она к эльфу.

Тот кивнул и последовал за ней.

Луана еще не пришла в сознание, а кровь безостановочно текла из пореза, пересекавшего ее глаз. Пятна крови полностью пропитали блузку.

Каая приложила руку к здоровой холодной щеке своей подруги, а затем подняла взгляд на эльфа теней.

– Как тебя зовут?

– Киан, – ответил он, не отрывая взгляда от Луаны.

– Киан, – начала она, – не знаю, что ты здесь делаешь и почему ты вообще здесь, но… – Она запнулась. – Если ты правда можешь ей помочь, то, пожалуйста, – Каая, измучившись, прикрыла глаза, – пожалуйста, помоги ей.

Арон фыркнул.

– Это нелепо.

– У тебя есть идея получше? – осведомилась Каая и, поднявшись на ноги, подошла к нему. – Я, может, и не ученый, но не думаю, что мазь замедлит действие яда, не говоря уже о том, чтобы вывести его из организма. Она погибнет, Арон! – Эта мысль причинила ей боли больше, чем она могла себе представить.

Луана издала какой-то вымученный звук.

– Не так громко, – прошипела она.

Три пары округлившихся глаз воззрились на светловолосую эльфийку. Ее глаза по-прежнему были закрыты, но лицо исказилось от боли.

– Сделай это, – хрипло произнесла она.

– Что? – спросил Арон и, сделав несколько шагов, оказался рядом с ней. Он схватил ее за руку.

– Киан, – тихо позвала она. – Исцели меня. Пожалуйста, – добавила тише.

Киан тоже подошел к Луане и опустился на колени.

Каая видела, как он тяжело сглотнул, затем кивнул. Арон тоже внимательно наблюдал за эльфом теней, когда тот поднял руки и осторожно положил их на бледное лицо Луаны, будто она была самой драгоценной вещью, к которой он когда-либо прикасался. Он закрыл глаза и тихо бормотал себе под нос слова на неизвестном языке. Каая думала, что кончики его пальцев в любое мгновение загорятся красным, но этого не случилось. Вместо этого из кончиков пальцев потекли темные тени, и Луана измученно застонала.

– Что ты делаешь? – Арон вскочил на ноги, но Каая удержала его.

– Мы должны ему довериться, – прошептала она. – У нас нет другого выбора.

Тени тем временем скользили по лицу Луаны и стекали по ране. Каая, не веря своим глазам, следила за тем, как яд отступает, а порез, оставленный на правой половине лице, затягивается. Рана заживала.

Киан тяжело дышал. Казалось, магия выжала из него все силы. Он покачнулся и успел только облокотиться на сталагмит, чтобы не упасть.

– Ее глаз, – выдавил он сквозь стиснутые зубы, – я не могу.

– Чего не можешь? – спросил Арон. Гнев сменился страхом, и даже сердце Кааи бешено забилось.

Киан не ответил. Он, казалось, всеми силами старался удержать себя в сознании.

– Лу, – выдохнул Арон, опускаясь на колени рядом со своей половинкой. Глубокий порез исчез, оставив лишь бледный шрам, который слегка выделялся на ее бронзовой коже. – Ты в порядке?

Луана сдвинула брови, и ее веки задергались, будто она пыталась их открыть.

– Все хорошо, – прошептал Арон. – Не открывай глаза. Но, прошу, скажи мне, что с тобой все в порядке. – Он взял ее за руку и поцеловал костяшки ее пальцев.

– В порядке, – пробормотала она. Ее веки дрогнули, после чего она открыла глаза.

Луана

Что-то было не так. Ей казалось, что она открыла глаза, но видела уже не так, как раньше.

Луана несколько раз моргнула, и ее сердцебиение ускорилось.

– Что происходит? – Ее голос прозвучал слишком пронзительно даже в ее собственной голове.

– Что ты имеешь в виду? – спросил сбитый с толку Арон.

– Тебе надо успокоиться, – произнес голос, который она ни с кем не могла соотнести.

«Киан», – вспомнила она.

Луана позволила себя вылечить ему. Эльфу теней. Как он это сделал?

– Твой глаз, – он сделал короткую паузу, – был слишком сильно поврежден.

– Что это значит? – Ее голос дрогнул, когда она перевела взгляд на Киана. По крайней мере, попыталась. Ее зрение затуманилось, правый глаз жгло. «Что, во имя Эйюне…» Она невольно поднесла руку к глазу, а затем из ее горла вырвался тихий всхлип.

Луана почувствовала, как Арон обнял ее, но не могла ответить на объятия взаимностью.

– Мой глаз… – в отчаянии выдохнула она.

– …вероятно, навсегда останется слепым, – закончил Киан ее фразу, погружая ее мир в кромешную тьму.

Киан

Вопреки его ожиданиям, она сохраняла спокойствие.

Эльфийка света.

Луана.

Он прикоснулся к ней. Киан сжал руки в кулаки и тяжело сглотнул. Он сказал правду, он действительно хотел ей помочь. Это было желание, исходившее откуда-то из глубин его души, почти инстинктивное.

Но он не смог спасти ее глаз, повреждение от стрелы было слишком глубоким. Если это была стрела Рувена, Киан его освежует.

Он снова посмотрел на Луану, которая по-прежнему выглядела скованно. Человеческий мужчина крепко обнял ее и прошептал что-то ей на ухо, и Киан почувствовал укол в груди. Он хотел было отвернуться, но внезапно заметил, что она смотрит на него исподлобья. Неужели он увидел благодарность в ее голубых глазах? По крайней мере, один из них был голубым. Правый теперь помутнел, радужная оболочка практически полностью обесцветилась, и все же ее взгляд был устремлен на него. Киан опустил голову, слегка кивнул ей, давая тем самым понять, что он принял ее благодарность. Он сжал кулаки еще крепче, и его ногти еще сильнее вонзились в ладони. Ему пришлось приказать своим внутренним демонам сохранять спокойствие. Невзирая на то, что она и ее Совет изгнали его предков сюда. Но что ему теперь делать? Почему он ей помог?

– Почему ты помог нам? – Человеческая женщина с золотисто-каштановыми волосами подошла к нему так, что он даже не заметил. Эльфийка слишком сильно сбивала его с толку.

– Я и сам не знаю, – пробормотал он, наблюдая за тем, как она хмурится. Он и правда не знал. – Что вам здесь нужно? Как вы сюда попали? – начал он сыпать вопросами.

– Не думаю, что могу рассказать тебе об этом, – ответила девушка.

Он пристально посмотрел на нее.

– Если бы не я, ваша эльфийка была бы мертва. Вы с человеческим мужчиной, несомненно, стали бы следующими.

Он видел, как меняется выражение лица девушки. Ее серьезное лицо вдруг осветилось улыбкой, и она громко расхохоталась.

Двое других с любопытством взглянули на нее.

– Почему ты смеешься? – раздраженно спросил Киан.

– Ты сказал «человеческий мужчина», – продолжала смеяться она, смахивая слезинку с уголка глаза.

Теперь Киан пребывал в полнейшей растерянности.

– Все-таки он и есть человеческий мужчина.

И только девушка успокоилась, как снова начала смеяться.

– Каая, ты в порядке? – спросил человеческий мужчина. Он ведь человек, не так ли?

– Да! – воскликнула она, подкрепив это невозмутимым взмахом руки. Ее смех стих. – Хорошо, Киан, – начала она, Каая. – Допустим, я расскажу тебе, что мы затеяли, тогда ты нам поможешь?

– Мы ничего ему не скажем! – вмешался человеческий мужчина. – Что, если он заодно с ним?

О чем они говорили?

– С кем я должен быть заодно?

– Я не с тобой говорю!

– Арон! – предостерегла его Каая, и Киан наконец-то узнал имя этого вспыльчивого человеческого мужчины.

– Лу стало лучше, мы продолжим наше дело без него, – сказал Арон, обращаясь к Каае.

– Подожди минутку, – вмешался Киан. – Кто сказал, что я просто так вас отпущу?

– Что и требовалось доказать! – Арон развел руками. – Теперь он нам угрожает. Как будто у него есть какие-то шансы против нас.

Каая переводила взгляд с Арона на Киана, пока Луана не встала и не подошла к ним. Его сердце с каждым разом билось все быстрее.

Почему она оказывала на него такое влияние?

– Боюсь, мы в его власти, – прошептала она. Арон с беспокойством посмотрел на нее.

– Тебе хуже?

Луана покачала головой. Она подняла руку и сжала пальцы, из которых выпорхнули маленькие искорки, но тут же погасли.

– Моя магия здесь не работает.

– Но как… – начал Арон, а затем, видимо, начал все осознавать. – Черт возьми! – Он обхватил голову руками.

– Что такое? – спросила Каая.

Киан заставил себя усмехнуться.

– Предполагаю, вашей эльфийке нужна солнечная энергия, чтобы творить магию.

Луана нерешительно кивнула.

– Он прав. Когда мы прибыли, у меня оставалось еще немного энергии, но теперь она полностью израсходована.

– И что это значит? – Голос Кааи звучал выше, чем раньше.

Луана прикусила нижнюю губу, не решаясь ответить.

Киан с трудом оторвал взгляд от ее губ и, в конце концов, повернулся к Каае.

– Это значит, что вы должны рассказать мне, что вам здесь нужно, или я доставлю вас прямиком к королю.

Каая

Они с Луаной обменялись взглядами и, видимо, подумали об одном и том же: у них нет другого выбора.

Каая знала, что Арон никогда не признается в том, что им требуется помощь Киана, поэтому даже не стала узнавать его мнение.

– Мы… мы ищем душу, – наконец-то заговорила она. – Один из ваших магов душ отправился в Эсерию, чтобы украсть душу кое-кого, кого я… кого мы любим.

Киан посмотрел на них по очереди.

– Вы ведь знаете, где находитесь, не так ли?

Она кивнула.

– Тогда вам, разумеется, известно, что отсюда невозможно выбраться.

– Мы тоже так думали. Но посмотри на нас. Мы здесь.

Киан со скептицизмом во взгляде уставился на нее.

– То, что вы смогли сюда войти, не значит, что сможете выйти. А что за маг душ? Они практически вымерли.

Луана сделала шаг вперед.

– Она говорит правду. Она видела эльфа теней с фиолетовыми рунами на пальцах.

Киан отшатнулся.

– Вы все-таки сошли с ума, – сказал он, но его голос звучал неуверенно. – Такого не может быть.

– Он парализовал меня. И Ариана тоже. – Голос Кааи сорвался, когда воспоминания снова настигли ее. – А потом призвал черные тени и украл душу Ариана. Он заключил ее в стеклянный шар и исчез.

Она практически видела, как в голове Киана работают шестеренки. Он выглядел удивленным, – нет, скорее испуганным. Как будто во всем этом не было никакого смысла. Как будто он и в самом деле не знал, что между Туманностью и Эсерией есть проход.

– Как вы сюда попали?

– Тем же путем, что и маг душ. Мы воспользовались разломом между мирами, – нерешительно объяснила Каая.

Киан фыркнул, что звучало скорее удивленно, чем сердито.

– Что еще за разлом?

– Он появился, когда душа Ариана была оторвана от его тела, – сообщила Луана.

Казалось, что на долю секунды в чертах Киана отразилось понимание, но затем он вопросительно поднял брови.

– Значит, вы здесь, чтобы найти этот стеклянный шар?

– Да, – подтвердила Луана. – Но мы не знаем, с чего начать поиски. И без моей магии…

– Вы оставлены на произвол судьбы, – закончил за нее Киан.

Арон

Он был чертовски зол. Как будто мало было того, что этот незнакомец прикасался к Луане, так теперь он еще и украдкой пялился на нее, пока они бежали за ним, как ягнята на заклание.

Арон сжал руки в кулаки. Что, если он заманит их прямо в объятия похитителя душ? Почему Каая и Луана так слепо верили ему?

Этот эльф сказал, что может отвести их к другу, который, возможно, поможет им.

Арон фыркнул.

– Что такое, дорогой? – Луана склонилась и заглянула ему в глаза. – Ты волнуешься?

– Ты ведь знаешь, что мы не в самом лучшем положении, потому что ты не в силах творить магию, верно?

Она раздула ноздри.

– Да.

– Я не хотел тебя обидеть, – поспешно сказал он. – Но если он приведет нас в ловушку, то у нас будут проблемы.

– Если бы я хотел вас убить, то давно бы это сделал, – раздался голос Киана.

Арон уже приметил кроваво-красные руны вдоль его шеи. Как магу крови, этому Киану достаточно было согнуть палец, чтобы их органы расплавились.

– Как так вышло, что его магия здесь работает? – спросил Арон чуть тише.

Луана задумалась.

– Понятия не имею.

– Существуют и другие источники энергии, кроме вашего обожаемого солнечного света, – снова перебил их Киан.

– Ну да, – усмехнулась Луана. – Неужели вы черпаете свою магию из тусклых солнечных лучей, что освещают вас здесь круглые сутки? Значит, ты не можешь быть особенно сильным.

Киан повернулся и улыбнулся ей.

– А я произвожу впечатление слабого? – выдохнул он в нескольких сантиметрах от ее лица.

Арон заметил, как взгляд Луаны невольно скользнул по рунам, исчезающим под воротником его рубашки, где они, видимо, украшали всю его грудь.

Арон схватил ее за руку и оттащил от него.

– Будь осторожен, эльф теней, – прорычал он.

– А то что, человек? – В глазах Киана сверкнула опасная ярость, когда он посмотрел на Арона.

Каая протиснулась между ними.

– Может, вы не будете вести себя как два мальчишки, которые ссорятся из-за игрушки? – Она переводила взгляд с одного на другого, но они продолжали свою безмолвную дуэль взглядами. – У нас есть дела поважнее.

– Арон! – Луана схватила его за руку. – Каая права!

Он медленно отвернулся от Киана и обратился к Луане:

– Ты больше с ним не разговариваешь.

Луана прищурилась.

– Это приказ?

– Лу, – сказал он более мягко. – Я ему не доверяю.

– Ты не доверяешь мне или тому, какое я на нее оказываю воздействие? – Киана звучал опасно спокойно, на его губах играла самодовольная кривая усмешка, которую Арон предпочел бы стереть с лица.

Арон оскалился, и Луана вмешалась:

– Кем ты себя возомнил? – Ее сердитый взгляд буравил Киана. – Да, ты спас меня, но не более. А теперь отведи нас к своему прекрасному другу, чтобы мы покончили со всем этим раз и навсегда!

Киан посмотрел на нее и, казалось, с большой неохотой оторвал от нее взгляд, прежде чем молча отвернулся и пошел вперед.

Каая

Каая сразу обратила внимание, что Киан очень хорошо разбирается в ольховом лесу Туманности. Он уверенно вел их между деревьями по узким тропкам и их ответвлениям. Лес здесь был гуще, чем в Эсерии, да и деревья выглядели несколько иначе. Росла ли здесь вообще ольха? Ольховым деревьям, как правило, для роста требовался солнечный свет.

Каая с любопытством осмотрела кору на деревьях, обнаружив, что та была почти черной. Листья тоже имели более темный оттенок, который напоминал больше петролевый, чем зеленый.

Растительность здесь наверняка сильно отличалась от природной среды в Эсерии, если растения вообще могли выжить без света.

«Не только растения», – подумала она, наблюдая за Кианом, который продолжал сновать между деревьями, будто лес был его вторым домом.

– Ты родился в Туманности? – Слова сорвались с губ Кааи еще до того, как она успела решить, хочет ли вообще задавать этот вопрос.

– Да, – ответил он.

Выходит, он не был одним из тех эльфов, которых Верховный Совет изгнал в Туманность. Он родился в этой тюрьме.

– Сколько… – она покачала головой, – сколько эльфов здесь живет?

Киан оглянулся через плечо.

– Несколько тысяч.

Луана нахмурилась.

– Несколько – это четыре-пять или десять-двадцать тысяч?

Киан громко рассмеялся.

– Несколько тысяч – значит шестьдесят четыре тысячи семьсот одиннадцать эльфов. По крайней мере, так было несколько дней назад. – Он снова повернулся к дороге. – По крайней мере, скоро появится еще один, – услышала Каая его бормотание, но он не стал ничего пояснять.

Прежде чем Каая успела что-то спросить, вмешалась Луана:

– Вам тут больше делать нечего, кроме как размножаться, что ли? – Она ужаснулась.

Киан нахмурился.

– Ты ведь знаешь, как размножаться, не так ли? – Луана фыркнула, и он добавил: – В конце концов, что может быть приятнее, чем это?

– Смотри за дорогой, – выпалил Арон, когда Киан снова обернулся к ним с лукавой усмешкой.

Тот поднял руки и снова повернулся к тропе.

Следующие несколько метров они прошли молча, и Каае было сложно сказать, как долго они следовали за ним, прежде чем увидели вдали что-то напоминавшее дворец. Он стоял на вершине горы, будто желал видеть всю страну. Его башни упирались в темное небо, а их шпили были затянуты облаками. Выглядело жутковато.

– Ты ведешь нас туда, да?

Киан снова повернулся к ней.

– Да.

– И что потом?

– Я спрошу у своего друга, сможет ли он нам помочь.

Луана с презрением фыркнула.

– И что это за друг такой? Кухонная прислуга?

Губы Киана искривились в усмешке, и он снова вернул взгляд к дороге.

– Увидите, когда доберемся до дворца.

– Там, наверное, очень уютно, – пробормотала она, пока они продолжали идти к цели.

Киан внезапно ускорил свой шаг и приказал охране разойтись, прежде чем впустить Кааю, Луану и Арона внутрь величественного здания. И хотя снаружи было серо и холодно, большой зал, в который они попали, оказался теплым и светлым. Толстые поленья подпитывали огонь, полыхающий в камине и отбрасывающий танцующие тени на стены. Повсюду висели картины, а над каминной полкой красовался огромные оленьи рога. Массивные балки поддерживали потолок, а множество свечей освещали комнату. На полу лежали звериные шкуры и толстые меха.

– И это дворец вашего великого правителя? – спросила Луана, шмыгнув носом.

– Всего лишь вестибюль, – усмехнулся в ответ Киан. – Я проведу вас в покои принца. Вам не помешает немного отдохнуть, пока он не вернулся.

– Принц?! – воскликнула Луана.

– Вернется?! – вторила ей Каая.

– Кажется, он еще на охоте.

Арон поднял брови.

– Охота?

– Эти рога, – сказал Киан, указав на каминную полку, – не на стене выросли.

Они направились вслед за Кианом по секретным коридорам, и даже если бы Каая попыталась запомнить путь, ей бы это не удалось. Мысли путались, с тех пор как эльф теней объявил, что его другом был не кто иной, как принц Туманности. И в то время как в лесу он практически не затыкался, здесь, во дворце, он был чрезвычайно молчалив, и вытащить из него еще какую-то информацию было практически невозможно.

Глава 19

Илиас

– Хотя бы выслушай меня! – крикнул Киан. Он перехватил его у входа во дворец и рассказал такие невероятные вещи, что Илиас захотел сам убедиться в них и увидеть все собственными глазами.

Киан схватил его за руку, когда Илиас уже собирался ворваться во дворец.

– Ты вообще себя слышишь?! Ты только что сказал, что к нам пришли люди и чертова эльфийка света! – Он вырвался из хватки Киана и, вытянув руку, указал на парадный вход.

– Они кое-что видели, Илиас! И тебе это не понравится.

Илиас шумно выдохнул и смерил своего друга сердитым взглядом.

– И что же они видели?

Киан вздохнул.

– Они сказали, что в их мире побывал маг душ.

– В Эсерии нет магов душ, – хрипло ответил он. – К чему все это? Немедленно отведи меня к…

– Они видели руны на его пальцах, – выпалил Киан, хотя его лицо ничего не выражало.

Эти слова поразили его, и Илиас нахмурил брови.

– Продолжай, – процедил он сквозь стиснутые зубы.

– Они сказали, что между мирами существует разлом. Он воспользовался им, чтобы добраться до Эсерии и забрать душу у человека. Получеловека-полуэльфа.

Илиас вопросительно приподнял бровь.

– Да, согласен, это отвратительно. Люди и эльфы спариваются. – Лицо Киана скривилось.

– Я не об этом. Зачем ему потребовалась душа человека или получеловека-полуэльфа? Что еще они рассказывали о маге душ?

– Он забрал душу полукровки, а потом исчез. Вернулся сюда через портал.

– Это вовсе не значит, что к этому причастен он, – спокойно ответил принц.

– Как ты и сказал, Илиас, – вступил Киан. – В Эсерии нет магов душ. Они оба были изгнаны, и один из них мертв.

– А второй мой отец. Он не смог бы отсюда выбраться. Это невозможно. – Он услышал сомнение в своем голосе.

– Он – последний маг душ, а его руны находятся на пальцах. Это не может быть совпадением.

Илиас потер лоб, а затем снова повернулся к дворцу.

– Мне надо с ними поговорить.

Каая

Покои принца были великолепны. На потолке висела золотая люстра, заливавшая огромную комнату теплым светом. Две высокие стены были полностью заставлены книжными полками, на которых находилось больше десяти тысяч книг. Каая благоговейно провела кончиками пальцев по корешкам и скользнула взглядом по названиям. Она вытащила одну из книг, открыла ее и понюхала пергамент. Аромат напомнил ей о том времени, когда все было хорошо. Она меланхолично закрыла книгу и вернула ее на место.

Интересно, каким человеком был принц Туманности? С первого взгляда, он любил читать. Если так, то он, вероятно, хороший, да? Взгляд Кааи упал на деревянную коробочку размером с ладонь, стоявшую на столе под окном.

– Разбудите меня, когда начнется все веселье, – сказала Луана, привлекая к себе внимание.

Эльфийка уютно устроилась на кожаном кресле. Она выглядела так, будто была в своей тарелке. Одежда на ней была изодрана, сапоги продырявились, но в том, как она зевала и потягивалась, было столько грации, что Каая с трудом оторвала от нее взгляд. Сама она, наверное, выглядела сейчас как бедная нищенка с улицы.

Каая тихо рассмеялась, осознав ироничность ситуации. Прошло всего три года с тех пор, как она действительно была нищенкой с улицы. Нищенкой и воровкой. Она уставилась на свои руки, на шрамы, которые напоминали ей о том времени, – о том, откуда она пришла и через что уже прошла.

И вот теперь она стоит здесь, перед кроватью из золота и рядом с занавесками из тяжелого бархата. Чем дольше она смотрела на кучу подушек, тем более уставшей себя чувствовала.

– Я бы не стал этого делать, – сказал Арон, который сидел с Луаной и смотрел на Кааю с удивлением.

– Я присяду ненадолго. Обещаю. – Как только слова слетели с ее губ, она опустилась на мягкие подушки. Арон смиренно вздохнул.

– Не думаю, что мы произведем на принца хорошее впечатление, – пробормотала Луана, не открывая глаз.

– Мы можем сбежать, – внезапно сказал Арон.

– И что потом? – Каая непонимающе посмотрела на него.

Он пожал плечами:

– Не знаю. Но я не уверен, что мы можем доверять этому Киану и его принцу.

– Я тоже не уверена. Но это наш единственный шанс. У нас нет другого выхода.

– А снаружи ждет охрана, – сообщила Луана.

– Да что с нами может случиться? – спросила Каая, обратившись к Арону. – Мы ничего им не сделали, у них нет причин причинять нам вред.

– Ты лежишь в постели принца, – заметила Луана, прежде чем Арон успел среагировать.

Будто слова Луаны были неким паролем, двери распахнулись, и в покои ворвался высокий эльф. В свои покои. Все в нем буквально кричало о том, что он и есть тот самый принц, о котором говорил Киан.

И если недавно Каая думала о том, насколько грациозна Луана, то теперь она поняла, что такое истинная грация. Появление принца затмевало все вокруг. Арон и Луана замерли на диване, не в силах оторвать глаз от вошедшего эльфа. Каая тоже не могла пошевелиться.

Красота принца околдовала ее, лишив возможности здраво мыслить.

Длинные черные волосы обрамляли светлое лицо, на котором сверкали темно-синие глаза точно сапфиры. Острые скулы подчеркивали его благородный вид, а широкие плечи свидетельствовали о его невероятной силе. Взгляд Кааи замер на его полных губах, когда он открыл рот.

– Вон с моей кровати, – спокойно сказал он. Его голос оказался более хриплым и низким, чем она ожидала.

– Я, эм, да, извиняюсь, – пробормотала она, неловко поднимаясь с постели. Арон и Луана тоже поднялись. Краем глаза Каая заметила, что Луана пытается разгладить брюки, хотя это было безнадежным мероприятием.

– Как вы сюда попали?

Луана привстала на цыпочки и, когда заметила позади принца Киана, указала на него пальцем.

– Он привел нас сюда и сказал, что мы можем отдох…

– В Туманность! – резко оборвал он, даже не взглянув на нее. Его взгляд по-прежнему был устремлен на Кааю.

– Через разлом между мирами. Мы все объяснили вашему слуге, – ответила Луана.

Раздалось презрительное фырканье.

– Слуге?! – воскликнул Киан и шагнул в сторону принца, но тот поднял руку, заставляя его замолчать.

– Кто рассказал вам о разломе? – спросил принц.

– О, это чертовски длинная история. Но, быть может, вы сперва расскажете нам, что делает ваш народ в нашем мире?

Принц медленно оторвал взгляд от Кааи и повернулся наконец к Луане. Он посмотрел на нее и на мгновение прищурился, прежде чем нахмуриться вновь.

– Какую бы ложь вы здесь ни распространяли…

– Мы не лжем! – выпалил Арон. – Один из ваших магов душ украл душу моего брата! Верните ее нам, и мы уйдем.

Принц посмотрел на него.

– Я не знаю, что вы там видели, но вы никуда не пойдете, пока мы все не проясним.

– Значит, мы ваши пленники? – Голос Кааи был не менее холодным, чем у принца, который снова уставился ей в глаза. Она не могла ничего с собой поделать, чувствуя, как волоски на ее шее встают дыбом.

– Да. Я поговорю с отцом, а там посмотрим.

– Это, верно, какая-то шутка? – громко возразила Луана. Она подняла руку, как и всякий раз, когда призывала свое пламя. Но в ее ладони не образовалось ничего, кроме струйки дыма.

– Как ты смеешь! – прорычал Киан, встав перед ней.

– Ты загнал нас в ловушку! – прорычала она в ответ.

– Ничего подобного! Ваши обвинения слишком сомнительны, и посоветоваться с королем – самая разумная вещь, которую принц может сделать!

– Отведи эту троицу в подземелье, Киан. – Голос принца пронесся по комнате, как порыв ледяного ветра.

Киан обернулся.

– Илиас, я… Ты уверен?

Принц Илиас кивнул.

– Пока мы не выясним, почему они здесь на самом деле, они могут быть опасны.

Каая видела, что Киан боролся с собой, несколько раз открывая и закрывая рот, но прежде чем успел что-то сказать, Илиас продолжил:

– Убедись, что их никто не увидит. О них ведь никто не знает, кроме нас, верно?

Киан тряхнул своей темно-каштановой шевелюрой.

– Я провел их по секретным проходам.

– Хорошо.

– Хорошо?! – воскликнула Каая, перебивая их. – Вы не можете так с нами поступить! Она инстинктивно вытащила свой меч.

Глаза Илиаса сердито вспыхнули, и он поднял указательный палец. В тот же миг Стальное Крыло вылетело из ее руки и со звоном приземлилось на пол. Поднявшийся ледяной ветер чуть не сбил Кааю с ног.

– Ты не забрал у них оружие? – Он повернулся к Киану, который в недоумении расхаживал между Стальным Крылом и своим принцем.

– Я не думал, что она окажется настолько глупа, чтобы использовать его против тебя! – возразил он.

Каая молча наблюдала за тем, как Илиас рассматривает Стальное Крыло. В его глазах было что-то тоскливое.

– Засунь их в самую грязную камеру, какую только сможешь найти, – сказал он, прежде чем повернуться и выйти из комнаты, даже не взглянув на них.

Замок двери громко лязгнул, и Киан прочистил горло:

– Пойдем тем же путем. – Он указал на гобелен. – Правда, в этот раз мы повернем в другом месте.

Он пошел первым, и когда они последовали за ним по каменной лестнице в подвальные помещения, Каая поняла, почему его так шокировал приказ Илиаса запереть их в подземелье. Воздух внизу был сырым и затхлым. Они свернули в узкий проход, освещенный несколькими факелами. Несмотря на горящий всюду огонь, Каая замерзла, хотя пробегающая по ее телу дрожь была вызвана отнюдь не холодом. Она обнаружила тюремные камеры, и ей пришлось поднести руку к носу. Если сначала тут пахло затхлостью, то теперь в воздухе витал мерзостный запах смерти.

За некоторыми из тяжелых дверей камер она увидела причину этого запаха. Истощенные эльфы лежали, не шевелясь, в собственных испражнениях. Они уставились в потолок широко раскрытыми глазами, будто в свои последние минуты жизни они молились богине, которая им не отвечала.

– Святая Эйюне, – прошептала Луана. Она тоже зажала рот и нос рукой.

Арон оставался спокойным, но Каая видела, как он был напряжен.

– Они все преступники, – спустя какое-то время произнес Киан. В его голосе слышалось беспокойство.

– Как и мы? – спросила Каая.

– Это другое, – возразил он. – Вы покинете это место, как только мы узнаем об этом разломе больше.

– А ты ведь говорил, что твой друг хороший и не причинит нам вреда, – прошипела Луана.

Киан бросил на нее через плечо взгляд.

– А еще я думал, что ты достаточно умна, чтобы не нападать на него, на чертового наследного принца!

– Нападать? – воскликнула она. – Я не могу напасть на него! У меня нет магии!

– Есть. Просто надо уметь ею пользоваться.

– Покажи мне.

Киан так резко остановился, что Каая едва не врезалась в его спину. Он с озадаченным выражением лица посмотрел на Луану, как будто хотел убедиться, что она в здравом уме.

– Я не буду этого делать.

– Значит, ты прислуживаешь только принцу? – Ее голос задрожал от отвращения, и Каая отлично знала, чего Луана пыталась добиться.

– Он мой принц!

– Но не король.

Киан шумно выдохнул и подошел опасно близко к Луане.

– Не создавайте лишних проблем и быстро выберетесь отсюда.

Луана посмотрела на него.

– Если бы твоим словам вообще можно было верить!

– Иди в камеру, – вырвалось из груди Киана, словно гром. Протянув руку, он указал на дверь в нескольких шагах от них.

Каая задержала дыхание, но Луана ничего не ответила. Она лишь продолжала гневно сверкать глазами в сторону Киана, прежде чем фыркнуть и отвернуться. Гордо вздернув подбородок, она прошла к камере, на которую по-прежнему указывал Киан. С оглушительным грохотом Луана открыла дверь, протиснулась через маленькую щель и так же шумно закрыла ее за собой.

– Давай, запирай меня.

Киан сделал несколько шагов вперед и снова открыл дверь камеры. На мгновение в глазах Луаны вспыхнула надежда, но затем эльф резко склонил голову к Каае и Арону.

– Вам тоже сюда.

Если бы Каая не знала, что Луана не может пользоваться здесь своей магией, она бы могла поклясться, что ее подруга готова была воспламениться, чтобы унестись в ад и утащить Киана с собой.

Илиас

Настроение Илиаса испортилось еще во время охоты. Он не мог не вспоминать о том, как Неа руководила охотниками перед их церемонией. С мечом и щитом вместо лука и стрел. Она была жестокой и решительной, смелой и сильной. Такой же, как и перед лицом своей смерти.

И как будто ему было недостаточно забот, спустя тысячи лет изоляции здесь появились люди и эльфийка света. Горький смех вырвался из его рта. Не то чтобы он прожил так долго, но он не знал ничего, кроме Туманности и здешних эльфов. О людях и эльфах света ему было известно только из рассказов и писаний, но некоторые их распространители сидели теперь внизу, в подземелье.

Он разрывался между неудержимым гневом и абсолютным любопытством. Эльфийка с поврежденным глазом проявила невероятное мужество, когда попыталась атаковать его своей магией, хоть и потерпела неудачу. А человеческая женщина с мечом… Она заинтересовала его. Она выдержала его взгляд и не позволила ему себя запугать. А хотел ли он вообще пугать ее? Хотел ли, чтобы она боялась? Расстроенный, Илиас провел рукой по волосам. Это не имело значения. Сейчас она вместе со своими товарищами сидела в тюремной камере, зная, кто здесь главный.

Он сжал руки в кулаки. Ему не нравилось ставить себя выше других, но и угрожать ему никому не позволено. Он ведь принц, черт возьми. Наследный принц. Единственный ребенок Пертеаса Иннелиса, самого могущественного эльфа во всей Туманности.

Вздохнув, Илиас сбросил свою охотничью одежду и принял ванну. Он отослал слуг заранее, чтобы его никто не беспокоил. Илиас положил голову на край ванны, наслаждаясь приятным теплом воды. Он предпочел бы провести следующие несколько часов в одиночестве, но вскоре состоится грандиозный пир, на котором наследный принц, разумеется, не может не присутствовать.

Он наконец заставил себя выбраться из ванны. Струйки теплой воды стекали по его телу и собиралась в лужу на полу, прежде чем он обернул одно из льняных полотенец с вышивкой вокруг бедер и вернулся в спальню.

Илиас переоделся в свой церемониальный наряд, что было не так просто сделать без помощи слуг. Брюки были тесны, а пуговицы на длинном мундире лишили его последних сил. Он поправил воротник, украшенный золотыми орнаментами, после чего залез в сапоги и в сопровождении своих личных стражников направился в зал.

Добравшись до места назначения, он обнаружил, что зал практически заполнен. Он обвел присутствующих взглядом и заметил Сираю и Рувена, в честь которых и был устроен праздничный ужин. С улыбками на лице они сидели во главе большого стола, где также находился и его отец. Тот поприветствовал Илиаса, наклонив голову. Принц быстро ответил на этот жест, а затем отправился на поиски Киана. И наконец нашел его.

Его лучший друг был поглощен разговором с женщиной, которую Илиас никогда прежде не видел.

– Добрый вечер, друг мой. – Он похлопал Киана по плечу и занял стул рядом с ними.

– Илиас, ты все-таки успел прийти вовремя! – Киан сверкнул зубами, когда он тихо рассмеялся.

– Кто эта прекрасная леди? – поинтересовался Илиас, указав на эльфийку, щеки которой под его взглядом сразу покраснели.

– Это…

– Милеа, мой принц, – перебила она Киана.

– Милеа, – начал Илиас и сделал глоток вина, которое ему только что поднесли. – Прошу меня простить, могу ли я занять моего друга на минуту?

– О да, конечно. – Милеа прочистила горло и неловко улыбнулась, прежде чем отвернуться.

– Что это значит? – прошипел Киан.

– Что там с Пирией? – вопросом на вопрос ответил Илиас. У них еще не было возможности поговорить о том, что бывшая любовница Киана ждет от него ребенка.

Киан закатил глаза.

– Это что, единственная твоя забота прямо сейчас?

Мысли Илиаса переключились на человеческую женщину с решительным взглядом. Он потряс головой, чтобы прогнать ее из своей головы.

– Поговори со мной, Киан.

– В чем дело? – Он одним глотком опустошил свой кубок. – Я стану отцом. Твой, кстати, все время мрачно смотрит на тебя.

Илиас повернул голову в ту сторону, куда указал Киан, и встретился взглядом с отцом.

– Мне нужно поговорить с ним о… Ну, ты знаешь.

– Да, тогда иди к нему. Поговорим позже.

И хотя Илиас понимал, что его друг только что искусно перевел тему, чтобы не обсуждать собственные проблемы, но решил с этим смириться. Его отец не любил ждать. Илиас сделал последний глоток из кубка, бросил на Киана взгляд, давая ему понять, что он видит его насквозь, и встал, чтобы подойди к отцу. Остальные гости уже ели, и их разговоры доносились до его ушей несвязным шумом.

– Ты неправильно застегнул мундир, – первое, что сказал Пертеас, когда Илиас подошел к нему. Он едва обратил на него внимание, пока запихивал в рот очередной кусок убитого животного.

– Должно быть, я отвлекся.

– Почему бы тебе не позволить слугам позаботиться об этом, раз уж ты сам не можешь? – Король поднял свою окованную кольцами руку, чтобы дотянуться до вина.

Илиас снова вздохнул, пытаясь сохранять спокойствие.

– Мне надо с тобой поговорить, отец.

Пертеас наконец-то поднял глаза.

– Это наверняка можно отложить…

– Нет, отец, это не терпит отлагательств.

Пертеас прищурился и через мгновение наклонил голову. Серебряный драгоценный камень на его короне отразил свет свечей.

– Надеюсь, что действительно что-то важное, мальчик. – Он подозвал одного из слуг, который поспешно поставил кувшин с вином на стол, чтобы помочь королю подняться с кресла. Не потому, что тот не мог встать самостоятельно. Он просто наслаждался дарованной ему властью.

Бросив уничтожающий взгляд на молодого слугу, который неловко отошел от него, Пертеас двинулся вперед, и его темная мантия развевалась за ним.

Илиас последовал за отцом в зал Совета, в то время как двое стражников остались у двери снаружи.

И только сейчас Илиас заметил, каким измученным выглядел его отец. Его и без того светлая кожа казалась почти прозрачной, а под черными глазами залегли такие же темные тени. Глубокие морщины избороздили его лицо. Типичные признаки того, что он слишком часто использовал свою внутреннюю энергию, чтобы творить мощную магию. Этот источник сил требовал жертв, а отец Илиаса и так пожертвовал слишком многим.

– Что ты знаешь о разломе между мирами? – прямо спросил принц.

– О чем? – Пертеас свел брови.

– Разрыв между нашим миром и Эсерией. – Илиас развел руками. – Врата. Портал. Один из способов выбраться отсюда.

– Ты что-то съел, мальчик? – спросил Пертеас и уже собирался покинуть комнату, но рычание Илиаса заставило его замереть.

– Отец!

– Следи за тоном, мальчик! – Пертеас вплотную подошел к Илиасу. Он был выше ростом, но значительно худее.

Его предупреждение никак не впечатлило Илиаса.

– Я уже не мальчик, и тебе следует перестать относиться ко мне как к ребенку.

За сотни лет он неоднократно помогал королю и своим советом, и действиями, когда дело касалось государственных вопросов. Он был тем, кто заступался за Пертеаса, когда о нем плохо отзывались, что происходило не так уж редко. Но отец по-прежнему не воспринимал его всерьез.

Пертеас тяжело сглотнул.

– Как ты выдумал такую чушь? Что это, по-твоему, за врата?

– У меня есть свои источники, – коротко ответил он. – И они видели, как ты вошел в портал и отправился в Эсерию.

Раздался лающий смех.

– Я? – спросил отец, прижав одну руку к груди. Его фиолетовые руны на пальцах было сложно не заметить.

– Ты украл чью-то душу?

– Что у тебя за источники? Дурманящие вещества?

Илиас фыркнул.

– Если ты мне не расскажешь, то я как-нибудь навещу твою любимую кузницу.

– Если сделаешь это, – прошипел Пертеас прямо в лицо Илиасу, – то ты мне больше не сын.

Кузница была пристанищем его отца. Никто, кроме Илиаса, не знал о существовании этого места. Но то, как именно он проводил там свободное время, было для принца загадкой. Однажды, будучи любопытным подростком, он отправился туда на прогулку верхом и обнаружил там гнездо умбр. Десятки темных демонов разом напали на него и серьезно ранили.

– Ты угрожаешь мне, отец?

– Ты обвиняешь меня в серьезном преступлении!

– Тебя видели! Даже описали руны на твоих пальцах!

– Кто? – опасно тихо прорычал Пертеас.

Илиас отвел взгляд, прежде чем продолжить:

– Я не стану говорить. Но они помогут мне доказать, что ты ничтожный лжец, который не позволяет своему народу выйти отсюда!

От этой мысли его желудок сжался. Как же долго он мечтал о солнечном тепле!

– Что на тебя нашло? Что настроило тебя против собственного отца, мальчик?

Мальчик. Снова.

– Ты знаешь, как сильно я хочу посмотреть в голубое небо и почувствовать солнце на своей коже!

– Илиас, – заговорил отец, – все не так, как кажется. Эльфы Эсерии не желают видеть нас. Они построили там свою жизнь, жизнь среди людей. Думаешь, они поведали тем смертным существам, как поступили с нами и почему изгнали нас? Я так не думаю. Мы бы поставили под угрозу все их старания, их жизни и целый мир. Мы им не нужны. – В его голосе практически слышалась мольба.

– Значит, это правда, – выдохнул Илиас, когда осознание лютым холодом обрушилось на него. – Разлом существует.

Пертеас удрученно вздохнул.

– Да.

Истина расползалась по его конечностям, словно лед.

– И ты просто ходишь туда-сюда между мирами, когда на то есть настроение?

– Нет. Нет, это не так. Я… Да, я забрал с собой душу. Я сделал это ради нас. Ради нашего народа! Если бы ты знал, для чего…

– Для чего?

– Скоро сам все узнаешь. – В глазах отца сверкнуло что-то дикое, и по спине Илиаса пробежали мурашки.

– Я собираюсь это выяснить и…

Рука Пертеаса сомкнулась на его плече, заставив его застыть на месте.

– Ты хочешь увидеть голубое небо? Тогда доверься мне.

– И часто ты так делаешь? Крадешь души?

Безусловно, Илиас знал, почему Высшие эльфы сослали отца и его учителя Эльдана в Туманность. Знал, что те ставили эксперименты на душах людей. Но то было тысячи лет назад. С другой стороны, вероятно, существовало и другое объяснение тому, почему его отец был таким замкнутым в последние годы. Почему каждый раз, когда Илиас видел его, он казался таким беспомощным.

– Редко.

Он посмотрел в безучастные глаза Пертеаса. Они никогда не были по-настоящему близки, но в тот момент отец казался ему как никогда чужим.

Глава 20

Илиас

Илиас вернулся в банкетный зал, скрестив руки за спиной и нахмурив лоб. Мысли крутились в его голове.

«Ты хочешь увидеть голубое небо? Тогда доверься мне».

Что это должно значить? Чем занимался отец? Его король-отец. Он что, хотел вернуть свой народ в Эсерию? В мир, где существовала не только ночь, но день с солнцем. Где магия была безграничной.

Но какое отношение к этому имели души? Как это должно работать? В конце концов, в Эсерии, помимо эльфов, жили и люди, которые не хотели, чтобы эльфы беспрепятственно использовали свою магию. Но если бы эльфийский народ воссоединился… если бы все эльфы Туманности вернулись в Эсерию… тогда они, возможно, превзошли бы их числом. По крайней мере, были бы достаточно сильны, чтобы противостоять угнетению со стороны людей.

Если вообще в том, что люди подавляют магию эльфов, была хоть доля правды. Мог ли он и дальше верить словам своего отца? Люди, что сейчас сидели в подземелье, отправились в опасное путешествие, только чтобы спасти полукровку. Зачем им так поступать, если они ненавидят эльфов? И почему они взяли с собой эльфийку?

Его мозг плавился. Что ему делать? Он не мог вечно держать эту троицу взаперти, в конце концов, кто-нибудь обнаружит их.

Надо поговорить с Кианом. Он был единственным, кому Илиас доверял. Единственным, кто знал о гостях.

Как только Илиас увидел Киана за огромным столом, жестом указал ему следовать за ним. Его друг нахмурился, но встал, чтобы присоединиться к принцу.

Их шаги эхом отдавались в пустых коридорах, пока они шли к покоям Киана. До церемонии Киан, его сестра и все гости жили во дворце, поскольку их поместье было в нескольких днях пути отсюда. Здесь отец Илиаса не найдет его, по крайней мере, не сразу.

– Что произошло? – спросил Киан сразу, как закрылась дверь. – Что он сказал?

Илиас сел на стул, затем снова поднялся. Он был слишком взволнован.

– Он сделал это.

– Мне что, из тебя клещами все вытягивать? – Киан раскинул руки и уверенно посмотрел в глаза другу.

– Он был в Эсерии и забрал с собой душу эльфийского полукровки. Он правда это сделал.

Киан шумно выдохнул и провел рукой по волосам.

– То есть… – Казалось, он не знал, как закончить фразу.

– Это предательство, – заключил Илиас. – Он умолчал об этом и предал всех нас.

– Как? – хотел знать Киан. – И почему?

– Он подтвердил, что разлом существует. Сказал, что через него действительно можно перемещаться между мирами. Он использовал его в своих интересах. А зачем… – Илиас сокрушенно вздохнул. – Я не знаю зачем.

Принц все-таки сел и потер лоб.

– Король Туманности наведывается в Эсерию, чтобы красть людские души. Он приносит их сюда, но что он с ними делает?

Его друг открыл было рот, но снова закрыл. Замолчал. Это вполне удовлетворяло Илиаса, потому что в этих словах, произнесенных вслух, было что-то фатальное, – то, что сначала нужно было переварить.

– Вероятно, его кузница имеет к этому какое-то отношение.

– Кузница?

Услышав недовольный тон Киана, он понял, что сказал это вслух.

– Помнишь тот день, когда на меня напали умбры? – Его друг кивнул, он продолжил: – Я тогда направлялся в кузницу моего отца. Это его убежище в лесу. Я не знаю, чем он там занимается, но собираюсь это выяснить.

– Ты ведь знаешь, что можешь рассчитывать на меня, да?

– Знаю. Спасибо. – Он испытующе посмотрел на Киана. – Как бы ты поступил, если бы он планировал вернуть нас в Эсерию?

– О чем ты говоришь?

– Теоретически. Он говорил о голубом небе.

– А как же люди и эльфы света? Они точно не хотели бы, чтобы мы находились там. – Глаза Киана округлились. – Он же не собирается применять к ним насилие?

– Я же говорю, что не знаю. Не знаю, чем он там занимается. Он мне ничего не рассказывает.

– Мы не можем этого допустить… правда?

– Разве они сделали для нас хоть что-то хорошее?

– Ты это серьезно? – Голос Киана звучал расстроенно. – Я знаю, как сильно ты хочешь увидеть солнце. Но… война? На войне гибнут не только виновные, Илиас.

Принц тяжело сглотнул и поднялся со стула.

– Знаю, – ответил он. – Я не желаю войны. Не хочу никого уничтожать, чтобы иметь возможность жить там. Не хочу строить дом на мертвых телах и пропитанной кровью земле. Но я также не хочу прожить всю свою жизнь в Туманности. Тем более, если есть какой-то выход.

– Что ты собираешься делать?

– Я думаю, мне нужно больше информации.

– Тогда поговори со своим отцом еще раз.

Илиас покачал головой.

– Он уже все сказал. Теперь я должен услышать другую сторону.

Каая

Каая вздрогнула, когда Арон в очередной раз набросился на решетку, отделявшую их от свободы. Та не поддавалась, и он издал яростный вопль, затем в последний раз пнул дверь камеры и снова упал на пол к ней и Луане.

– Я же говорил, что нам надо было бежать от него, когда мы еще могли! – Он ударил кулаком по каменному полу.

– Перестань себя травмировать, – попросила Каая. – Ни к чему хорошему это не приведет.

– И что нам делать? Умереть здесь, внутри?

Дыра, в которой они сидели, была вдвое меньше ее детской комнаты.

– Они вытащат нас отсюда, – вмешалась Луана. – Мы им нужны. Этот принц наверняка никогда не слышал о разломе. Без нас он никогда его не найдет.

– Ты забываешь о маге душ, – ответила Каая. – Он-то точно знает, где разлом.

– И до сих пор не рассказал принцу. У него свои причины скрывать свои странные махинации.

Каая обдумала слова подруги и промолчала. Они тоже молчали. Луана прислонилась головой к стене и закрыла глаза, в то время как Арон, нервно покачивая ногой, наблюдал за дверью камеры. Скоро должен был наступить вечер, если его вообще можно было так называть здесь, в Туманности. Каая даже представить не могла, каково это – круглосуточно видеть темное небо. Небо, на котором не было ничего, что могло бы рассеять мрак ночи перед новым днем.

Погрузившись в свои мысли, она оглядела комнату, но не смогла обнаружить ничего интересного и мысленно вернулась к принцу. Каая в нем ошиблась. Он не был хорошим. Он был высокомерным и властном. Интересно, что он сделал со Стальным Крылом?

Разочарованная, она следила за тем, как огонь факелов отбрасывает на стены тени.

– Луана, – вдруг выдохнула она, затаив дыхание.

Эльфийка открыла глаза и с недоумением посмотрела на нее.

Каая указала на факелы.

– Разве ты не можешь ими управлять?

Луана издала короткий и громкий смешок.

– Нет. Я ничего не могу без солнечного света.

– Но Киан сказал, что есть другой способ использовать магию!

– Но я не знаю этого способа, – возразила Луана. – Кроме того, – продолжила она, – ты серьезно думаешь, что здесь можно что-то сделать? До сегодняшнего дня здесь существовали только эльфы. Эльфы-маги. Если бы тут можно было применять свои силы, тюрьма была бы бесполезной.

Их разговор был прерван отдаленным громом шагов.

– Кто-то идет.

Арон, казалось, тоже услышал.

Они поднялись на ноги, и Луана схватила Арона за руку.

– Они вдвоем, – отметила она.

Вскоре в конце коридора, пролегающего между камерами, они разглядели две тени, которые подходили все ближе и ближе. Луана сжала пальцы, хотя между ними все равно не могло вспыхнуть пламя. Каая подошла ближе к решетке и обхватила прутья руками.

Перед ней появилось лицо Илиаса. Киан стоял рядом.

– Как вам ваши покои? – спросил принц. Его тон был обманчиво мягким, и холодное выражение лица только подтверждало это.

– Не так уютно, как в вашей постели, – отозвалась Каая, даже не испугавшись последствий. Ей показалось, что она увидела темный блеск в его глазах.

Арон встал рядом с ней.

– Вы вернулись. – Он с презрением переводил взгляд с Илиаса на Киана и обратно.

Каая не понимала, кого из них двоих он ненавидел больше.

– Я вас отпускаю, – сообщил Илиас, и Каая фыркнула в ответ.

– Вы так великодушны.

Его крылья носа раздулись, когда он так пристально посмотрел на нее, будто хотел прочесть ее самые сокровенные тайны.

– Я справедлив.

– Жаль, что вы не вспомнили об этом прежде, чем заперли нас, как преступников, – прорычала Луана позади.

– У меня не было другого выбора. К тому же тогда я не знал, что вы говорите правду.

Сердце Кааи на мгновение замерло. Он им поверил? Что заставило его поменять свое мнение?

Прежде чем она успела спросить, знает ли он что-то о душе Ариана, принц отступил на шаг в сторону, чтобы пропустить Киана к двери камеры. Тот вставил в замок ключ и с тихим щелчком прокрутил его.

– И что дальше? – спросил Арон. – Можем ли мы выйти отсюда? Ваши охранники не станут нападать на нас или останавливать?

Мурашки пробежали по коже Кааи, когда она посмотрела на каменное выражение лица Илиаса.

– Нет.

– Что это значит? – Арон протиснулся в дверь мимо Кааи и встал перед принцем.

– Это означает, – заговорил Киан, – что мы вместе выясним, что за история с этой душой.

– Это какая-то ужасная шутка! – воскликнула Луана.

Каая обменялась взглядом с Ароном. Она знала, что он не будет возражать, хоть эти двое ему и не нравились. Их присутствие могло стать огромным преимуществом в их поисках души Ариана.

– Это не так, – обратившись к Луане, сказал Илиас. – Я не собираюсь поддерживать планы моего отца.

– Вашего отца? – Каая запрокинула голову, чтобы посмотреть на него. Ее сердце бешено колотилось где-то в горле.

Илиас сжал челюсти и бросил быстрый взгляд через плечо.

– Здесь не самое подходящее место для разговоров. – Он отошел в сторону и сделал жест рукой, приглашая их покинуть камеру.

– И опять мы куда-то за ними идем, – пробормотал Арон. – Да, знаю, – добавил тише, – у нас нет другого выбора.

– Совершенно верно, – выкрикнул в ответ Киан.

Каая пыталась игнорировать мертвых и изголодавшихся эльфов, сидящих в камерах, пока они не вошли в секретные коридоры. Вскоре они наконец-то покинули дворец и вышли на улицу, где было холодно и промозгло, а темнота окутывала их невидимой завесой. Возможно, этой завесой была магия Илиаса, которая защищала их от чужих глаз. Он манипулировал воздухом вокруг них, чтобы никто их не заметил.

«Что здесь происходит?» – подумала Каая. Илиас предостерег их, чтобы они не произносили ни слова, пока не окажутся вне поля зрения и слышимости двора.

Они добрались до конюшен, где, казалось, в такое время никого уже не было.

– Вон там, – сказал Илиас, указывая на трех лошадей. Сам он сделал еще несколько шагов и взобрался на лошадь, которая стояла одна и с любопытством разглядывала вновь прибывших. Лошадь будто признала Илиаса, когда тот осторожно похлопал ее по боку, прежде чем подняться в седло. – Поторопитесь!

Одним грациозным движением Луана села на самого большого коня, белоснежного как снег. Каая выбрала черную лошадь, стоявшую рядом, а Арон неохотно взобрался на черную лошадь поменьше. Киан залез на жеребца и жестом дал им понять, что они должны следовать за ним. Они выдвинулись в путь, вместе пересекая окружавший дворец лес. Вокруг было тихо, и только топот лошадиных копыт, взрыхлявших землю, нарушали тишину. Больше не было слышно ни шорохов из кустов, ни треска веток, ни щебета птиц, ни криков сов.

– Скоро будем на месте, – наконец сказал Илиас, когда деревья начали редеть, и они начали выезжать из леса.

– Куда мы вообще едем? – осмелилась спросить Каая. Ее голос прозвучал хрипло, потому что в горле пересохло. И еще она замерзла.

– К одному моему другу. Он будет сопровождать нас в течение нескольких дней, пока мы… не выясним, что делать.

Она повернула лошадь ближе к нему и схватила за руку. Он внезапно повернулся к ней со смесью гнева и отчаяния на лице. Смертельной смесью.

– Что?! – рыкнул принц. Его глаза вонзились в ее. Словно отчаяние только что взяло верх над гневом.

– От кого мы сбегаем? И почему?

– Мы не сбегаем. Мне просто нужно дистанцироваться.

– От вашего отца?

Илиас вырвал свою руку, в его взгляде определенно было больше гнева, чем отчаяния.

– Да.

– Разве он не станет вас искать?

– Вы задаете очень много вопросов.

– Значит, мы попали в разгар вашей личной вражды с отцом, дорогой принц? – вмешалась Луана, которая подслушивала разговор. – Если мы вынуждены играть на вашей стороне, объясните нам правила.

– Охота продлится больше недели, – прорычал Илиас. – Мой отец сочтет, что мы с Кианом продолжаем в ней участвовать.

– Опять охота, – фыркнула Луана.

– Это ритуал, – сказал Киан позади них, – с поистине романтичным прошлым. – Он лукаво усмехнулся.

Луана с отвращением сморщила нос.

– Больше ничего не хочу знать про это.

Через несколько километров они спешились и подошли к двери, в которую Илиас постучал дважды.

– И что дальше? – раздраженно спросила Луана, когда никто не открыл дверь и после третьего стука.

Перед ними стоял маленький домик, который вписывался в ряды других домов, выглядевших совершенно одинаково.

Они находились в пригороде Сильверштурма, Кляйнбрухе. Деревня находилась неподалеку от Кальтеннеста, отчего по телу Кааи пробежала дрожь.

Интересно, как бы выглядел их дом в Туманности? Стала бы она счастливее, если бы выросла там? Здесь, где, возможно, не было никакой чумы, ее семья бы выжила…

Каая покачала головой, отгоняя эту мысль.

– Дальше мы стоим перед дверью и не входим, – сухо ответил принц.

– Вы же принц, просто войдите туда!

– Лу, успокойся. – Каая мягко положила руку на плечо эльфийки, и ее напряженное тело слегка расслабилось от этого прикосновения.

– Если мы продолжим тратить время, то потеряем Ариана навсегда. – В голосе Луаны не слышалось упрека, но слова все же причиняли боль.

– Откуда вы знаете?

Луана нахмурилась.

– У нас достаточно информации о вас и ваших обрядах.

– Значит, вам известно и то, что происходит с душами?

– Киан! – прервал его Илиас. – Не сейчас!

– О чем он говорит? – спросила Каая.

– О чем вы говорите? – Киан указал пальцем на нее, а затем на Луану.

– Может, всем нам не стоит так много говорить посреди улицы, – прошипел Арон.

Илиас едва заметно кивнул.

– Он прав. И поскольку я не знаю, когда вернется мой друг, нам стоит остановиться на постоялом дворе.

– Постоялый двор? – повторил Киан. – Хочешь, чтобы завтра вся деревня говорила о том, что наследный принц здесь?

Илиас поджал губы.

– Возможно, это не самая лучшая идея.

Арон повернулся и пошел к своей лошади.

– Ты куда? – крикнул Киан ему вслед.

– Мы останемся на ночь в лесу, – не поворачиваясь, ответил Арон.

Глава 21

Каая

Они напоили лошадей водой у ручья и привязали их, прежде чем разбить небольшой лагерь. Злосчастный друг Илиаса так и не открыл им дверь, и поэтому они последовали за Ароном.

Поскольку Луана не знала, как пользоваться здесь своей магией, им пришлось собрать ветки и камни, чтобы разжечь костер, обеспечивший немного света и тепла. Киан не преминул воспользовался шансом подразнить Луану, отчего та пришла в ярость, в то время как Арон молча и угрюмо наблюдал за их перепалками. Каая не думала, что его беспокоят попытки Киана сблизиться с Луаной. Возможно, прежнего Арона и беспокоили бы, но тот Арон, который сидел рядом с телом собственного отца и смотрел на него так, будто отныне его мир стал лучше, точно не стал бы переживать на этот счет.

Когда все они расселись у огня, взгляд Кааи остановился на принце, который погрузился в свои мысли.

– Когда вы расскажете нам, где душа Ариана? – прямо спросила Каая.

Киан с Луаной умолкли, а Арон уставился на Илиаса.

– С чего вы взяли, что я знаю, где она? – Он наблюдал за пламенем, вместо того чтобы поднять взгляд на Кааю.

– Ну, что-то вы все-таки знаете, раз уж вытащили нас из подземелья. Что мы будем делать дальше?

– Поедем в кузницу моего отца.

Каая нахмурилась, посмотрев на него.

– И что это должно нам сказать? – Когда он не ответил, она фыркнула. – Где мой меч?

– Вы все еще задаете слишком много вопросов.

Каая хотела было колко ответить ему, но тут он наконец-то поднял взгляд. В нем таилось что-то мрачное, нечто такое, что заставило ее замереть.

– Что бы мы ни планировали, – вмешалась Луана, – я должна рано или поздно научиться использовать свою магию здесь. Я никогда ни от кого не зависела, и сейчас это не изменится.

– Мы позаботимся об этом завтра, – сказал Илиас. – Мы ехали на лошадях половину ночи, и нам всем нужно набраться сил. Это был тяжелый день, – тихо пробормотал он себе под нос, прежде чем подняться и, не сказав больше ни слова, исчезнуть в лесу.

Каая смотрела ему вслед, и у нее внутри все кипело. Время все быстрее ускользало от них, а тело Ариана слабело. А теперь они сидели здесь, в глуши, и собирались спать вместо того, чтобы искать его душу?

В расстроенных чувствах она схватила одно из покрывал и завернулась в него. Пока у Кааи не было меча, а у Луаны – ее магии, они не смогут далеко продвинуться без помощи двух эльфов теней.

– Он хороший парень, – сказал Киан в наступившей тишине. – И ему не хотелось бросать вас в подземелье. Мне кажется… – он колебался, – думаю, ты ему кое-кого напоминаешь.

Каая вопросительно приподняла брови, но ничего не сказала. В любом случае, Киан тоже решил не продолжать этот разговор.

– Я пойду. – Он указал на палатку, которую купил в одной из деревень по пути наряду с несколькими другими вещами. – Там еще достаточно места для еще одного человека. Или двоих. – Киан перевел взгляд с нее на Луану, которая в ответ ударила его по руке.

– Я бы предпочла замерзнуть.

– Сукин сын, – пробормотал Арон, когда Киан, громко рассмеявшись, отступил назад. Арон накинул еще одно покрывало Луане на плечи и поцеловал ее в макушку. – Ты не замерзнешь.

Каая отвернулась от них, стараясь не обращать внимания на боль в своем сердце. Она скучала по Ариану. Так сильно скучала! Незаметно смахнув слезинку, скатившуюся с уголка глаза, она свернулась калачиком у огня. Но что бы она ни делала, не могла не думать о нем. О его лице, голосе и смехе. О том, как он смотрел на нее… особенно на Мемориане, после того как подарил ей алую розу. Как жаль, что цветка у нее не осталось. Ей бы хотелось иметь хоть что-нибудь, к чему он прикасался. Ее сердце заколотилось, когда она вспомнила о кольце на пальце. Каая посмотрела на него сквозь пелену слез, но вместо того чтобы успокоить, кольцо причинило невыносимую боль. Напомнило ей обо всем, чего у них никогда не было.

Каая закрыла глаза и позволила слезам течь, пока не высохли глаза.

Она уже почти уснула, когда услышала тихую мелодию. Должно быть, была уже поздняя ночь. На мгновение ей даже показалось, что она уже видит сон. Но, снова открыв глаза, она по-прежнему слышала мелодию.

Каая приподняла голову и увидела силуэт эльфа, сидящего среди деревьев поодаль от костра. Луана и Арон уже спали, а из палатки доносился тихий храп Киана. Она остановила взгляд на фигуре в лесу и прищурилась. Это принц? Он держал что-то в руке и рассматривал предмет, из которого, казалось, и исходила эта мелодия. Снедаемая любопытством, Каая поднялась и подошла к нему. И остановилась, заметив, что его плечи дрожат. Ее дыхание неотвратимо участилось. Он плакал. Как бы она ни злилась на него, но это зрелище ее тронуло.

– Это музыкальная шкатулка, которая стояла на вашем столе?

Илиас съежился и поспешно отвернулся от нее.

– Почему вы не спите?

Каая пожала плечами, хотя он и не мог этого видеть.

– Я услышала мелодию и увидела, что вы сидите здесь один. Мне уйти?

– Да.

– Простите, – тихо пробормотала она, желая оставить его в покое, но ноги не подчинялись ей.

– Почему вы все еще здесь? – В его голосе послышалась тоска.

– Мелодия правда очень красивая.

– Да.

– Она что-то значит для вас, не так ли?

Он все-таки посмотрел на нее. В его глазах, которые на фоне ночного неба казались такими же черными, как сама ночь, скрывалась печаль. Нет, не печаль – боль. Глубокая боль, скрытая за непроницаемой стеной, но такая же открытая и ясная. Почему она не заметила этого раньше?

– Да, – повторил он.

– Кто подарил вам ее?

Он медленно выдохнул, прежде чем сделать глубокий вдох.

– Моя вторая половинка. – И он закрыл музыкальную шкатулку.

Смирение, с которым он захлопнул крышку, то, как произносил эти слова, заставило волосы на затылке Кааи встать дыбом. Ему вообще не нужно было ничего говорить. Его глаза и голос дали ей понять, что его второй половинки больше нет рядом.

– Я понимаю, что вы чувствуете, – прошептала она спустя некоторое время, которое показалось ей вечностью.

Илиас

Он промолчал. Да и что он мог сказать? Может, она и знала, что такое потеря, но даже не представляла, каково это – когда душа разрывается на части. Когда ты навсегда потерял часть своего сердца и больше никогда ее не вернешь.

Илиас с трудом заставил свои мысли вернуться в настоящее, наблюдая за тем, как Каая отворачивается и уходит прочь. Она схватила свое одеяло и села у костра. С его стороны было крайне невежливо промолчать, когда она пыталась поддержать его, и ему почему-то стало ее жаль. Тихо вздохнув, он поднялся с земли и стряхнул грязь со своей одежды, чтобы пойти за Кааей. Не сказав ни слова, он устроился у костра рядом с ней.

– Мы найдем душу твоего парня, – в какой-то момент сказал Илиас. И он правда в это верил. Его отец не имел права разрушать жизнь этой девушки. Ни ее, ни ее парня, ни других людей, кого он уже лишил жизни.

– Спасибо, – прошептала Каая. Он чувствовал, как сильно она этого хочет. – Но он… мне не парень.

Илиас посмотрел ей в глаза и в свете пламени смог разглядеть, как порозовели ее щеки. Он невольно усмехнулся.

– Но ты бы этого хотела, не так ли?

Румянец на ее щеках стал ярче, и она прикусила нижнюю губу, а затем просто пожала плечами.

– Я принес твой меч, – сказал он, наблюдая за тем, как загораются ее глаза. Он догадывался, что меч что-то значит для нее. Он выглядел старым и изношенным, и она наверняка могла купить себе что-нибудь получше, если бы захотела.

– Может быть, ты все-таки хороший.

Когда она снова взглянула на него, Илиас порадовался, что сохранил этот меч. Даже несмотря на то что ему становилось не по себе, когда он видел эту девушку с ее мечом.

Каая

Было странно просыпаться и видеть перед собой черное небо. Ей удалось поспать несколько часов, да и остальные тоже выглядели слегка отдохнувшими. Арон как раз делал глоток из своей бутылки с водой, а в нескольких метрах от него стояли Луана и Киан и что-то бурно обсуждали.

Луана скрестила руки на груди, когда Киан развел свои, о чем-то ей рассказывая.

– Он хочет показать ей, как получить доступ к магии без солнечного света, – сообщил Арон и убрал бутылку в свою сумку.

– О, – выдохнула Каая и села, потягиваясь. – Но это же хорошо, да?

Арон пожал плечами.

– Если из этого что-то выйдет, то конечно.

– Ты должен доверять ей, Арон.

– Я доверяю. Однако я не уверен, что он – подходящий учитель.

Они одновременно перевели взгляд на них, увидев, как Киан сердито топает ногой, а Луана театрально зевает.

– Понимаю, что ты имеешь в виду, – рассмеявшись, сказала Каая и встала. – Где Илиас?

Арон тоже поднялся и огляделся.

– Он хотел проверить лошадей. А ты что, теперь к нему по имени обращаешься? – с любопытством спросил он.

– Похоже, нам придется провести с ним немного времени. Принц, как мне кажется, звучит слишком претенциозно.

– Обо мне говорите?

Ее сердце замерло, когда она услышала его голос прямо над своим ухом. Она прижала руку к груди и обернулась, но позади нее никого не было. По крайней мере, сначала. Вдруг замерцал воздух – и показался Илиас. Она хотела что-то ему ответить, но слова застряли в горле, когда она увидела на его лице маску бездушного принца. В его взгляде не осталось и следа от боли, о которой прошлой ночью кричали его глаза.

Вдруг ее внимание привлекло кое-что другое. Рядом с ними появился новый источник света: пламя. Прямо из руки Луаны.

Оно было небольшим, но этого хватило, чтобы все с восхищением уставились на его сияние в ладони Луаны. Эльфийка согнула пальцы, и пламя немного подросло.

– Не надо так сразу… – пробормотал Киан, чье удивленное выражение лица сменилось скептицизмом.

– У меня… все… под контролем. – Луана скорее задыхалась, чем говорила. Едва закончив фразу, она упала на колени и продолжала вытягивать ладонь к небу. Она судорожно пыталась удерживать свою магию, но уже через несколько секунд пламя погасло, не оставив ничего после себя, лишь кромешную тьму. Кроме тяжелого дыхания Луаны, ничего не было слышно, пока эту тишину не разорвал крик. Разочарованный, наполненный гневом крик, в котором звучала боль. Луана прижалась лбом к земле и ударила по ней кулаком.

– Ты потратила все свои силы, – сказал Киан. – Но это было неплохим началом!

И только когда Арон опустился рядом с ней на колени и нежно погладил по волосам, Луана отреагировала. Из ее рта вырвался подавленный вздох, а затем она подняла глаза на Киана.

– Еще разок.

– Ты убьешь себя, – сказал он. – Я ведь сказал тебе, что ты используешь свою жизненную энергию, когда…

– Еще разок, – только и повторила Луана, вставая на дрожащие ноги.

Арон хотел поддержать ее, но она вырвалась из его рук.

– Что значит «использовать жизненную энергию»?

Киан продолжил смотреть Луане в глаза, отвечая на вопрос Арона:

– Это значит, что если она сотворит магии больше, чем ее тело может выдержать в конкретный период времени, то она умрет.

– Еще раз! – прорычала Луана, и Каая готова была поклясться, что из ее носа вырвались струйки дыма. Она походила на разгневанного дракона, намеревавшегося сжечь все дотла.

Киан повернулся к Арону, будто хотел спросить у него разрешения.

Арон кивнул:

– Она справится.

Луана вздернула подбородок, посмотрев на Киана так, будто хотела бросить ему вызов, и он сдался.

– Ладно. Еще раз.

Луана

Она закрыла глаза и прислушалась к своему размеренному дыханию, к текущей по венам крови. Так, как показывал Киан. Соприкосновение со своей жизненной энергией было похоже на действие магии крови.

«Прислушайся к себе. Почувствуй силу бурлящего потока. Это река жизни. – Слова матери эхом отдавались в ее голове. – Кровь – наш жизненный эликсир, жизненная сила, пульсирующая внутри нас».

Именно эту силу она должна была обрести. Именно ее должна превратить магию – в огонь. В потрескивающий, обжигающий, пылающий огонь.

Луана вытянула руки, повернула ладони вверх и подняла голову к черному ночному небу, на котором никогда не было солнечных лучей. Она почувствовала, как знакомое тепло разливается по телу и собирается в руках. И только когда услышала шепот остальных, она открыла глаза.

Черный дым окутал ее защитной оболочкой, а из ее ладоней вырывались в небо столпы огня в метр высотой. Она считала, что ей дает силу солнечный свет, но теперь она понимала, как ошибалась. Сила – это она сама.

Каая

Каае пришлось мысленно исправить себя. Луана была не разгневанным драконом, жаждущим разрушений. Она была богиней огня, которая пришла, чтобы узурпировать всю власть.

Пламя охватывало ее руки, а черный дым продолжал изливаться дальше, будто желал поглотить все, что попадалось ему на пути. Ее глаза были того же цвета, что и огонь, который она призвала. Оба глаза.

– Это… – услышала она вздох Арона.

– Невероятно, – добавил Киан.

Луана шагнула вперед, и Каая увидела, как земля проседает под ее ногами. Травинки с шипением рассыпаются в прах. Это было поистине невероятное зрелище. Они начали практиковаться всего несколько часов назад, а Луана уже освоила новый способ черпать силы почти в совершенстве.

Еще до того, как Каая до конца сформулировала свою мысль, она увидела, как колени Луаны подкосились при следующем шаге. Огонь погас так же быстро, как и появился, и эльфийка снова опустилась на колени, но в этот раз без сознания. Верхняя часть тела подалась вперед, и прежде, чем кто-либо успел среагировать, ее голова ударилась о землю.

Луана

Теплые солнечные лучи, проникавшие сквозь окна, разбудили Луану. Она зевнула и потянулась. Перед тем как открыть глаза, она ощутила, что все ее тело покрылось мурашками. Луана вспомнила прошлую ночь и все то, что она делала и чувствовала. Она открыла глаза, и ей пришлось несколько раз моргнуть, потому что солнце светило прямо в лицо. Затем она увидела рядом с собой его. Его примечательные черты лица, которые выглядели такими безмятежными во сне, умиротворяли ее. Его обнаженная грудь равномерно поднималась и опускалась. А при виде обнаженного торса по ее телу вновь пробежала теплая дрожь. Его рука лежала на подушке рядом с ее головой. Рука, которой он всю ночь ласкал ее, заставляла испытывать то, чего она никогда раньше не чувствовала.

Она придвинулась к нему ближе и поцеловала его ладонь. Каждый кончик пальцев. А когда его палец предательски дернулся, она посмотрела на его лицо. Губы Арона искривились в лукавой улыбке, хотя глаза были по-прежнему закрыты. Луана тоже усмехнулась, а потом и вовсе рассмеялась, когда он резко открыл веки и притянул ее к себе. Он все еще улыбался, но в его взгляде было что-то еще. Желание? Привязанность.

Он опустил голову и поцеловал ее в кончик носа. Она невольно зажмурилась и хихикнула.

– Тебе хорошо спалось? – Его голос звучал грубо и заспанно, что заставило бабочек запорхать в ее животе.

– Да, – прошептала она. Из-за солнца его карие глаза казались более теплыми, чем обычно, и она видела в них золотые крапинки и бесконечную доброту. Ее сердце тут же забилось быстрее.

«Глупое сердце», – подумала она, прежде чем он смел все ее мысли, прикоснувшись своими мягкими губами к ее.

Каая

– Мы ее теряем, – выдохнул Киан, который, склонившись над бездыханным телом Луаны, уже несколько минут пытался вдохнуть в нее жизнь.

– Не бывать этому, – сказал Арон. Он сидел на полу рядом с любимой, а его лицо было искажено от боли. Его глаза блестели, а челюсть подергивалась, пока он пытался подавить слезы. Каая знала, почему он сдерживает их. Если он сейчас заплачет, это станет признанием. Признанием того, что они в самом деле потеряли Луану.

Когда Киан ничего не сказал, Арон ударил кулаком по земле.

– Сделай уже что-нибудь! – крикнул он.

– Он делает все, что в его силах, – вмешался Илиас, расхаживая взад и вперед.

– В конце концов, он уже спасал ее!

– Вытягивание яда из организма несколько отличается от возвращения в него энергии, – объяснил Киан.

Каая безмерно уважала его за спокойствие, хотя за последние минуты Арон обрушил на его голову самые бессвязные ругательства.

– Просто сделай что-нибудь, – повторил Арон, на этот раз отчаянно.

Каая увидела, как из уголка его глаза выскользнула слеза и скатилась по бледной щеке.

Луана

– Ты сделаешь то, что должна, а потом вернешься сюда, – медленно сказала она.

Луана посмотрела на нее с недоверием.

– Я не понимаю.

– Это значит, – начала Элора, – что ты забудешь того человека, вернешься в лоно семьи, подчинишься моей воле и пойдешь навстречу своему будущему здесь.

Луана отступила на шаг назад, будто бабушка снова ее ударила.

– Ты не можешь требовать этого от меня.

– Тогда и ты не проси отпустить тебя. Либо ты принимаешь мое предложение, либо мы идем в Верховный Совет, и ты получаешь наказание за свои проступки. В таком случае, боюсь, ты не сможешь вернуться к своему другу-человеку еще очень долго.

Ее сердце колотилось в груди, а кровь так громко стучала в ушах, что она не была уверена, правильно ли поняла свою бабушку.

– Что за предложение? – Она затаила дыхание.

– Я знаю кое-кого, кто принял бы тебя, несмотря на предательство.

Мысли в голове Луаны путались, и, когда она не ответила, Элора продолжила:

– Норвинды занимают высокие посты в Цитадели. Как тебе известно, оба брата входят в мой Совет и вскоре соединятся со своими половинками. Их отец по секрету сообщил мне, что после смерти жены ищет для себя новую спутницу жизни.

– Какое отношение это имеет ко мне? – прошептала Луана, в глубине души прекрасно понимая, к чему ведет бабушка.

– Ты возвращаешься в Редон, спасаешь своего друга, а затем приезжаешь сюда и платишь цену за его жизнь.

– Мне придется заключить союз к Наэлем Норвиндом, если я хочу спасти Арона?

– Верно.

– Это ваше последнее слово, Верховная Леди? – Ее голос дрожал.

– Это мое последнее слово.

– Тогда я согласна.

Глава 22

Арон

Из горла Арона вырвался громкий всхлип. Любовь его жизни лежала перед ним, и с каждой минутой она, казалось, становилась все холоднее и прозрачнее. Но он не собирался сдаваться. Просто не мог. Это не могло так закончиться. Это не могло стать концом для нее. Арон в агонии поднял взгляд к небу, а затем закричал. Выплеснул всю свою боль, отчаяние, гнев оттого, что не мог ей помочь. Потому что был человеком. Простым, слабым, ничтожным человеком. И она выбрала его, обрекая себя на погибель. Арон прижал голову к изгибу ее шеи и забыл о Каае и двух эльфах теней, которые были не в состоянии помочь эльфийке. Его тело сотрясалось от безудержных рыданий. Она больше не просыпалась.

– Не оставляй меня, – повторял он снова и снова, прижимая ее тело к своей груди.

– Невозможно, – услышал он бормотание Киана, стоящего рядом. Его голос звучал удивленно, но у Арона не осталось сил обращать на него внимание. Каждая слезинка, покидавшая тело, уносила вместе с собой частичку его души.

И тогда он почувствовал это. Там, где его грудь разрывала невыносимая боль, внезапно разлилось тепло. Арон поднял голову и сквозь пелену слез увидел, что светится.

– Что со мной происходит? – Он пощупал свой торс и посмотрел на эльфов теней затуманенными от слез глазами.

Киан поднял брови, собираясь что-то сказать, когда из груди Луаны тоже вырвался яркий луч света.

– Невозможно, – повторил Киан.

Но ему не пришлось ничего объяснять.

Арон и сам почувствовал, что происходит. Почувствовал, как его душа растягивается и ищет Луану. В тот момент, когда их души встретились, в нем будто что-то взорвалось. Он испытал чистейшее блаженство и ощутил, как исцеляется его душа. Как исцеляется душа Луаны. Как их души сливаются, образуя единое целое. Его сердце стучало все быстрее и быстрее, а кровь, текущая по венам, отдавалась приятным покалыванием во всем теле.

– Союз душ, – прошептал Илиас, обращаясь к Каае, и та прикрыла рот рукой.

– Но как… – Она не договорила. Или Арон не расслышал продолжения. Вместо этого он смотрел на то, как щеки Луаны заливаются румянцем.

– Она исцеляется, – сказал Киан. – Исцеляет саму себя.

– Как такое возможно? – спросила Каая. – Я думала, ей нужны силы, чтобы творить магию.

– Это союз душ, – напомнил Илиас. – Он усиливает магию души. Иногда при заключении союза душ спутник получает способности другого. Однако, поскольку у Арона нет способностей, его душа, кажется, подпитывает ее магию.

При этих словах его сердце забилось еще быстрее. Он чувствовал, что это правда. Чувствовал ее свет внутри. Луана была с ним, она его не покинула.

Слезы облегчения навернулись на его глазах еще до того, как она подняла веки.

Каая

Луана моргнула несколько раз, словно очнувшись от сна и осознав, что вернулась в реальность. Она осмотрела себя, а в следующее мгновение нашла взглядом своего любимого, все еще стоящего на коленях рядом с ней.

Свою вторую половинку.

Она сразу же обхватила руками шею Арона.

– Мне так жаль, – прошептала она. – Я себя переоценила, я не хотела, чтобы…

Арон заставил ее замолчать поцелуем и крепко обнял за талию, притягивая к себе ближе. Каая отвернулась, чтобы дать этим двоим немного уединения.

Возможно, это был один из самых интимных моментов, который могли разделить два существа. Ее друзья в самом деле заключили союз душ. Она не могла не улыбнуться этому и вытерла последние слезы с глаз.

– Я никогда раньше не видел ничего подобного, – сказал Илиас, сидевший рядом с ней. – Чтобы эльф и человек… Никогда о таком не слышал.

В ее голове невольно промелькнул вопрос, кем была его возлюбленная. Конечно, она была эльфийкой, но как она выглядела? Какой у нее был характер? Каая никак не могла поняла, что за человек Илиас, но если он способен любить так же, как любили друг друга Арон и Луана, то у него, должно быть, большое сердце. Возможно, это означало, что она может доверять ему. Что они спасут Ариана. Разве были у нее другие варианты? Нет. Нет, она не будет думать об этом сейчас. Пусть Луана сперва научится правильно использовать свою магию, а после они отправятся в кузницу.

И все же ей сначала нужно было отдохнуть.

Они расселись у костра все вместе. Илиас воспользовался моментом затишья и наконец рассказал им обо всем, что знал. Хотя информации было немного. У него не было ни малейшего представления о том, что именно они обнаружат в кузнице. Единственное, в чем он был уверен, – его отец проводил там много времени. Чертовски много времени. К тому же он сильно разозлился, когда Илиас пригрозил сходить туда.

– И ты не знаешь, для чего он крадет души? – спросила Каая, почувствовав, как сжался ее живот.

– Нет. Я… думаю, он что-то замышляет, чтобы вернуться в Эсерию. Навсегда.

Каая резко втянула воздух.

– Это может вызвать беспорядки. Верховный Совет, безусловно, с этим бы не согласился.

– Мой отец – не тот человек, который станет подчиняться Совету. Если он правда планирует вернуться в Эсерию, то позаботится о том, чтобы правил именно он. – Он шумно выдохнул. – Я не могу сказать, какую роль во всем этом играет душа вашего друга, но точно уверен, что в кузнице мы получим все ответы на вопросы.

По рукам Кааи пробежали мурашки.

– Значит, кузницу защищают умбры? – поинтересовался Арон.

Илиас рассказал им, что его первое посещение кузницы много лет назад едва не закончилось летальным исходом, после того как он наткнулся на их гнездо.

– Что вообще представляют из себя эти умбры? – поинтересовалась Каая.

Илиас напрягся.

– Что-то вроде демонов теней. Мы не знаем, жили ли они здесь до нас или же развивались параллельно с нами. Мы не знаем, откуда они произошли.

– И они живут в лесу? – Каая невольно оглянулась, но, если зрение ее не обманывало, они были здесь одни.

– Да, – ответил Илиас. – Обычно там и остаются. Но в последнее время их все чаще стали замечать в городах.

Арон застонал.

– Они нападают на вас?

Илиас на мгновение заколебался, но затем согласно кивнул.

– Случается. Они питаются кровью.

Каая обменялась обеспокоенным взглядом с Ароном.

– Не волнуйтесь, у нас неплохие шансы. Как только Луана научится использовать свою магию, мы сможем побороть умбр. Огонь – их слабость, к тому же они полагаются на инстинкт, в то время как мы можем тщательно обдумывать свои действия и подойти к делу стратегически.

– Сколько умбр живет в гнезде?

– Я уже и не помню.

Илиас уставился в землю. Он не смог защитить себя тогда, и тот факт, судя по всему, доставлял ему дискомфорт. Хотя ему стоило бы радоваться, что вообще остался в живых. Каая не хотела представлять, каково это – когда на тебя нападает стая кровожадных демонов теней. А ты совершенно один.

– Больше десятка, наверное. Но в то время со мной никого не было. А теперь со мной вы!

Илиас снова поднял взгляд и посмотрел на Кааю. Его взгляд был таким интенсивным, что ей пришлось отвернуться, чтобы не покраснеть. Она ненавидела то, что он выглядел так возмутительно красиво.

Когда она снова осторожно взглянула на него, то смогла уловить лишь тень его легкой усмешки. Больше всего на свете ей захотелось провалиться сквозь землю.

Следующие несколько дней они провели в лесу. Луана удивительно быстро оправилась от травмы и полностью сосредоточилась на использовании нового источника энергии для магии. Медленно, но верно она продвигалась вперед, хотя ей не терпелось применять все больше и больше сил.

Каая вполне понимала стремления своей подруги. Она и сама с каждым днем все сильнее беспокоилась о том, что Пертеас тоже может отправиться в свою кузницу, – проверить, как там обстоят дела, – ведь Илиас предупредил его. Но, возможно, разумнее все-таки было подождать. В этом случае Пертеас не заметит ничего необычного и спокойно вернется во дворец. Охота еще несколько дней сможет служить им прикрытием, а затем им придется продолжить путь.

То время, что они торчали здесь, Каая использовала, чтобы подготовиться к возможной битве. И пока Арон отрабатывал технику метания, вонзая кинжалы в стволы деревьев, она боролась с воздухом. Снова и снова кружила со Стальным Крылом, поворачиваясь и пригибаясь. По крайней мере до тех пор, пока воображаемый противник не вскрикнул. Воздух начал мерцать, и перед ней показался Илиас, который держался за левое плечо и смотрел на нее своими темными глазами. Между его пальцами сочилась кровь.

– Ты так сильно ненавидишь меня?

– Если бы я тебя ненавидела, то целилась бы куда лучше. – Она усмехнулась, но уголки ее рта быстро опустились, когда он побежал мимо нее к лагерю, ничего больше не сказав. – Что ты вообще там делал? – крикнула она вслед. – Ты же видел, что я упражняюсь с мечом!

Снова никакого ответа. Илиас исчез в палатке, и Каая разочарованно вздохнула.

– Сражаться в гневе все равно эффективнее, – пробурчала она, прежде чем снова поднять Стальное Крыло и продолжить тренироваться, пока вес меча не начал оттягивать руку.

Измученная, Каая завалилась на прохладную траву. Она наслаждалась видом звезд, сверкающих на небе, пока над ней не замер силуэт.

– Я хочу взять реванш.

Она нахмурилась.

– Илиас?

– Вставай, – просто сказал он и отступил на несколько шагов назад.

Каая выпрямилась.

– Какой же это реванш? Я не причиняла тебе боль намеренно.

Ее взгляд скользнул к его плечу, который он обмотал повязкой.

– К тому же ты не вооружен.

– О, я вооружен, – тихо ответил он, и в это же мгновение поднялся ветер.

– Ладно, – пробормотала Каая, поднимаясь с земли со Стальным Крылом в руке. Она обхватила рукоять тяжелого меча обеими руками и слегка подалась вперед.

– Ты первая. Я не собираюсь защищаться.

Как только он закончил говорить, Каая занесла меч и бросилась на него. Илиас с легкостью увернулся от удара, но она не позволила себе растеряться. Ее следующий удар был быстрым, а последующий – еще быстрее. Усмешка на губах Илиаса тем временем стала натянутой, что еще больше подстегивало ее. Принц вытянул руку, и в следующее мгновение толстая ветка полетела в его сторону. Каая успела увернуться от нее только потому, что вовремя заметила ее приближение. Илиас схватил ветку и парировал ею следующую атаку. Из его горла вырвался удивленный вздох, когда от ее следующего удара ветка переломилась надвое. Каая подняла меч и приставила острие к горлу Илиаса, но тот щелкнул пальцами, и меч вылетел из ее рук – совсем как при их первой встрече несколько дней назад.

– Это нечестно! – воскликнула она в отчаянии.

– У меня все-таки хорошая репутация, и я не хочу ее терять! – Его голос звучал прерывисто, а грудь тяжело вздымалась и опускалась.

Каая как раз собиралась смерить его злобным взглядом, как вдруг увидела, что он улыбается. Обычно он этого не делал. Она поспешно увернулась, чтобы поднять свой меч, но он уже летел ей навстречу.

– На здоровье! – услышала она голос Илиаса позади себя.

Каая оставила его высказывание без ответа и вернулась в лагерь.

Прежде чем она добралась до него, кое-что привлекло ее внимание. Каая остановилась, увидев, как Луана запускает в воздух огненные кольца. Киан объяснил ей, что она может использовать не только собственную энергию. Она может использовать любую душу, которая находилась в ее непосредственном окружении. По крайней мере, если ее обладатель на это согласен.

После того как Илиас предложил себя в качестве подопытного кролика, Луане в самом деле удалось получить доступ к его энергии. Принц выглядел встревоженно, когда она использовала его энергию, но не издал ни единого звука. Каая преисполнилась к нему уважением, ведь даже она почувствовала боль, когда магия Луаны усилилась. Она могла вызывать любое пламя, не ослабляя при этом себя.

Луана прервала эксперимент прежде, чем Илиас рухнул на землю. Казалось, он предпочел бы дать ей высосать из себя всю энергию, чем самому признать, что она у него кончилась.

Применять магию крови Луана не решилась, опасаясь, что снова может потерять контроль. По дороге в ольховый лес она поведала им о том, что в Эрловене едва не убила собственную мать – одну из сильнейших магов Эсерии. В жилах Луаны кипела сила. Непредсказуемая, чистая сила.

Каая была рада, что Луана на их стороне. Приятно иметь возможность называть ее своей союзницей и подругой. До этих пор Каая не имела столько друзей. С улыбкой она забралась в палатку и, поскольку была измучена тренировочным боем с Илиасом, быстро заснула.

Следующим утром, после очередного раунда тренировок, к ней, Арону и Илиасу у костра присоединился Киан.

– Луана готова, – сообщил он, опускаясь на землю.

Каая с ужасом увидела, что кожа на его левой руке обгорела почти до кости.

– Это, должно быть, очень больно. – Арон с некоторым удовлетворением посмотрел на руку Киана. Даже его голос не звучал так, будто он испытывает к нему жалость.

Киан усмехнулся.

– Я переживал и худшее. – Здоровой рукой он провел по открытой ране и пробормотал несколько слов. Из его ладони вырвались тени, которые обвились вокруг раны и проникли в нее. Сгоревшая плоть восстановилась. – Как новенькая!

– Почему твоя магия – черная? – спросила Каая. Этот вопрос волновал ее с тех пор, как он вылечил Луану в пещере.

– Потому что я управляю не чистой магией крови. – Киан поднял руку, окутанную черными тенями.

– Магия теней, – заключила Каая, чтобы ему не пришлось объяснять.

– Каждый из нас владеет ею, – сказал Илиас, и вокруг его тела закружились черные тени.

Каая отшатнулась, но ее это не впечатлило.

– Не волнуйся, они не причинят тебе вреда. Пока я не захочу.

Каая злобно сверкнула на него глазами.

– Могу я тоже этому научиться? – Луана села рядом с ними и с интересом смотрела на Киана и Илиаса.

– Если ты слишком часто будешь дергать свою душу, внутри тебя не останется ничего, кроме тьмы, – ответил Киан, пожав плечами.

– Ты это серьезно? – Она приподняла бровь.

Киан нахмурился.

– Кто знает. В любом случае, будет очень грустно, если ты утратишь свой свет. Он ярко сияет.

Каая наблюдала за тем, как Луана открывает и закрывает рот. Она потеряла дар речи, а такое происходило уж очень редко.

– Хватит болтать. – Арон поднялся и подал руку Луане. – Думаю, нам следует уже выдвинуться в путь.

Луана поднялась с земли и взглянула на свою вторую половинку. Каая заметила, что ее глаза сияют даже больше обычного. Она не думала, что такое вообще возможно, но с тех пор как их связали узы, отношения этих двоих стали более интимными. Пока Каая наблюдала за своими друзьями, ее губы растянулись в улыбке.

– Союз душ – это нечто волшебное, – услышала она голос Илиаса.

Она резко повернула к нему голову, но он уже ушел. Нахмурившись, она поднялась на ноги и вместе с остальными последовала за принцем к лошадям.

Глава 23

Каая

Прежде чем добраться до долины, где находилась кузница Пертеаса, им предстояло преодолеть горы. Их лошади, к счастью, оказались весьма выносливыми и послушными. Они несли своих всадников через леса и долины с ангельским терпением, а теперь, как им хотелось надеяться, пронесут и через горный хребет, простиравшийся перед ними.

Было удивительно, что лошади даже не обращали внимания на темноту и с легкостью обходили встречавшиеся на пути палки и камни. Бесплодный горный ландшафт оставался мрачным, сколько бы километров они ни проходили. Каая снова и снова погружалась в свои мысли, остальные тоже практически молчали. Луана постоянно озиралась по сторонам, но Каая не могла истолковать выражение ее лица. Она казалась любопытной, заинтригованной и в то же время подавленной. Чувствовала ли она частичную ответственность за то, что эльфам вроде Илиаса и Киана приходилось жить здесь, в вечной тьме? Они не сделали ничего ужасного, просто родились здесь. Чем дольше Каая размышляла об этом, тем грустнее ей становилось. Потому что она отлично знала, каково это – никогда не чувствовать себя как дома…

– Что с тобой?

Каая удивленно перевела взгляд на Илиаса, который подобрался к ней и наблюдал за ней. В его взгляде светилось что-то неясное.

– Тебе нравится здесь жить?

Если этот вопрос и застал его врасплох, то виду он не подал.

– У меня нет другого выбора.

– Он бы у тебя был, если бы ты присоединился к отцу вместо того, чтобы пойти против него. – Каая поспешно отвернулась, чтобы он не заметил, что эта мысль заставила ее нервничать.

Он был нужен ей. Он должен быть на ее стороне, если она хочет спасти Ариана.

– Я не пойду туда, где меня не хотят видеть.

И когда на губах Кааи появилась легкая улыбка, Каая порадовалась, что он не видит ее.

Только она хотела ответить ему, как вдруг на дорогу перед ней что-то выскочило. Лошади в панике заржали, поднимаясь на дыбы и стремясь убежать. Каая с трудом успокоила своего зверя, но, когда заметила, что находится прямо перед ними, ей тоже захотелось сбежать.

Большое и черное существо перегораживало им дорогу, а его лицо внушало ужас. Прорези, которые явно были глазами, светились кроваво-красным. Черный дым окутывал фигуру, смутно напоминавшую тень человека. Существо сгорбилось, готовясь к нападению.

– Умбры! – выкрикнул Илиас рядом с ней.

И хотя он рассказывал ей о демонах теней всего несколько дней назад, видеть их сейчас стало для Кааи потрясением. Она не могла даже пошевелиться.

Илиас прыгнул между ней и умброй, призывая такой мощный поток воздуха, что тварь отбросило на значительно расстояние.

– Ты в порядке? – спросил он, задержав дыхание.

– Д-да, в порядке. Спасибо.

Она тоже спешилась с лошади и выхватила меч. Умбра пришла не одна.

– Не за что, – коротко ответил Илиас.

– Они повсюду! – воскликнула Луана, отвлекая внимание Кааи от Илиаса.

Каая в ужасе наблюдала, как умбры выходят из тени и несутся к ней.

– Их по меньшей мере дюжина! – сказал Арон, который уже схватил свои кинжалы.

Луана элегантно соскользнула со спины своей кобылы, и искры в ее руках тут же превратились в огненные шары.

– Значит, пусть подходят! – В идеально отточенных движениях Луаны отражалась жажда борьбы, а огненные шары становились все больше.

Киан присоединился к ним, его руки были окутаны тенями. Как целитель, он не мог нанести слишком сильного урона. Не мог парализовать или иным образом вывести своих противников из строя с помощью своей магии.

Еще несколько дней назад они не знали друг друга, а теперь стояли спина к спине, готовые обречь этих демонов на погибель. Когда три умбры подошли достаточно близко, Луана атаковала первой, швырнув один из своих огненных шаров прямо между ними. Огонь распространился за считаные секунды, превратив всех трех умбр в пепел. Все это сопровождалось их истошными криками.

– Только подойдите! – крикнула Луана демонам, создавая еще один огненный шар в ладони и уничтожая им еще несколько умбр.

– Луана, не перенапрягайся, – пробормотал Киан, на что она смущенно усмехнулась, и из ее пальцев вырвались очередные языки пламени.

Однако, прежде чем Луана успела сотворить еще один огненный шар, Каая шагнула в сторону умбры и набросилась на существо со своим мечом. Осознав, что его атакуют, демон ухватился за лезвие обеими руками, из которых потекла черная жидкость. После такая же темная масса полилась из его лба. Когда умбра безжизненно осела на землю, Арон, оказавшийся рядом, вытащил свой кинжал из ее черепа. Каая благодарно кивнула ему и огляделась в поисках новых жертв.

Хотя они по-прежнему были в меньшинстве, у них были все шансы победить. Луана превратила половину противников в пепел, Киан своей магией крови сдерживал двоих из них, что стояли на коленях и держались за голову так, будто он причинял им ментальную боль.

Арон только что уклонился от удара демона и запустил кинжал ему прямо в сердце. Каая вонзила клинок в спину другой умбры, которая в тот момент направлялась к Илиасу.

– Теперь мы квиты, – прохрипела она, одним движением руки вытирая черную кровь противника со своего лица.

Илиас как раз собирался ответить, когда Луана, задыхаясь, вскрикнула. Один из демонов повалил ее на землю и впился зубами в изгиб ее шеи.

Киан с громким хрипом развернулся и парализовал нападавшего Луаны. Но ему пришлось отпустить одну из умбр, которую все то время держал под контролем и которая теперь вцепилась ему в горло. Илиас вытянул руку и схватил умбру, несколько раз провернув ту в воздухе вокруг своей оси и с грохотом опустив на землю.

Каая еще не успела отойти от этого зрелища, когда краем глаза заметила, что шея Киана кровоточит. Поспешно оглянувшись, она посмотрела на Луану. Ее нападавший все еще был парализован его магией. Эльф теней продолжал удерживать его, но его лицо исказилось от боли.

Луана пришла в себя и резко прижала свою пылающую руку к лицу демона. Его красные глаза расширились, а рот открылся в немом крике, пока его череп горел.

Арон подошел к Луане и наклонился к ней.

Киан тем временем рухнул на землю. Последний оставшийся демон, казалось, освободился от боли и выпрямился, устремив взгляд на горло Киана, из которого продолжала литься кровь. Еще до того, как умбра успела на него наброситься, Каая атаковала. Она занесла свой меч и обрушила его на голову демона, расколов череп пополам. Киан отполз на четвереньках в сторону, прежде чем мертвое тело успело погрести его под собой.

– Ты в порядке? – спросила у него Каая.

Он кивнул, продолжая держаться за горло. Его руки были испачканы кровью, но, насколько она могла судить, он уже затянул рану своей магией.

Илиас подал руку своему другу и помог ему подняться.

– Это все, не так ли? – поспешил спросить Арон.

Илиас кивнул:

– Думаю, да.

– Эту отвратительную черную кровь никак не оттереть, – буркнула Луана, которая терла шею Арона куском ткани в одном и том же месте.

– Чуть дальше есть озеро. Там мы сможем помыться.

– У нас нет на это времени.

– Но нам придется волей-неволей с этим смириться, – сказал Илиас. – Вас с Кианом ранили, и вашу кровь, вероятно, можно почувствовать за много километров. Это привлечет новых умбр.

– Звучит разумно, – ответил Арон. – Мы точно не сможем отразить еще одно нападение. Луана и так ослабла.

Каая не могла не заметить, как Луана вздрогнула от этого замечания. Даже если она никому об этом не говорила, но Каая знала, что это ее задело. Не только напомнило ей о проблеме с глазом, но еще и нанесло огромный удар по ее самолюбию.

– Луана уничтожила большую часть умбр, – сказала Каая. – Но вы правы, нам нельзя подвергать себя опасности.

Остальные с этим согласились, затем успокоили своих лошадей и привязали их к деревьям. После этого они молча спустились по склону к озеру. Арон и Луана держались за руки, а Каая шла рядом с ними. Илиас с Кианом возглавляли их небольшой отряд, ведь они были единственными, кто ориентировался здесь.

Глаза Кааи уже привыкли к темноте, но она так погрузилась в свои мысли, что слишком поздно заметила небольшую яму, появившуюся на тропе перед ней. Ее нога застряла, и она бы рухнула на землю, если бы Илиас не поймал ее в последний момент. Его прикосновение было таким неожиданным, что по ее телу пробежала дрожь.

– Это теперь станет моей привычкой?

– Что? – запыхавшись, спросила Каая. Ее сердце бешено колотилось.

– Спасать тебя. – Дыхание Илиаса нежно коснулось ее уха, и она чувствовала бегущие по телу мурашки.

– Ты не обязан это делать, – с вызовом сказала она. – Со мной бы ничего не случилось.

Ей показалось или в его глазах промелькнул озорной блеск, когда он, не сказав ни слова, повернулся и пошел дальше?

Луана бросила на нее косой взгляд.

– Все хорошо?

Каая кивнула в ответ, сосредоточившись на озере, которого они наконец-то достигли. При свете луны оно казалось черным как смоль.

– Спасибо за то… за твою помощь, – сказала Луана, когда они вошли в воду.

Арон, Киан и Илиас стояли на берегу.

Каая отвела взгляд, когда Илиас начал расстегивать свою рубашку. Он не должен был ее ловить. Она не хотела быть ему обязанной. Почему он не позволил ей упасть?

– За что? – поинтересовалась Каая, осознав, что Луана что-то сказала. Ей пришлось прочистить горло, потому что ее голос звучал как хриплое карканье.

Луана удрученно пожала плечами, что вызвало небольшую рябь на поверхности озера.

– За то, что веришь в меня, несмотря на… несмотря на то что произошло с моим глазом.

Она посмотрела Луане прямо в лицо.

– Я не вижу причин не верить в тебя.

Луана отвернулась.

– Арон больше не верит. Не верит в меня, я имею в виду.

– Конечно, верит, Лу! – Каая схватила ее за руку и нежно сжала под водой. – Он просто беспокоится.

Луана снова пожала плечами:

– Да, может быть.

Она вырвала свою руку и нырнула с головой, только чтобы через несколько секунд вынырнуть и вытереть мокрые лицо и шею.

– Кровь смылась, – сказала Каая.

– Хорошо, – ответила Луана и поплыла обратно к берегу, где накинула мантию на голое тело.

Каая снова посмотрела на место, где стояли остальные, но их там больше не было. Они тоже сбросили с себя одежды и вошли в озеро, но на расстоянии десятков метров от нее.

Встретив взгляд Илиаса, она нырнула.

Прохладная вода окутала ее и оградила ото всех окружающих звуков. Тишина была приятной, а ощущение невесомости дарило чувство свободы. Каая закрыла глаза, чтобы не видеть ничего, кроме бесконечной темноты. Темноты, которая наконец-то изгнала из ее головы все мысли. Она широко расправила руки и поддалась течению, полностью отдавшись этому ощущению пустоты. Забыв о том, где она и кто такая.

Но чернота вокруг нее вдруг окрасилась в темно-красный. Тишину разорвал крик, пробравший ее до самых костей. Она в отчаянии распахнула глаза, но обстановка не изменилась. Перед ней медленно вырисовывался силуэт, но у него не было лица. Каая пыталась кричать, барахтаться, выбраться каким-то образом обратно на поверхность, но у нее не получалось. Ее словно парализовало. До ее ушей донесся голос. Силуэт говорил с ней. Это был мужчина. Его голос казался Каае до боли знакомым. Он звучал отчаянно, и она чувствовала себя так же. Но страх уступил место другому чувству – любви. Бесконечной и безусловной любви, наполнившей ее грудь.

Каая вырвалась из оцепенения, когда чья-то рука железной хваткой схватила ее за плечо.

Краснота вокруг снова сменилось темнотой, а прямо над ней вспыхнул шар света. В ее легкие снова поступал воздух. Чистый, свежий ночной воздух. Каая жадно вдохнула и сильно закашлялась.

– Что случилось? – крикнул кто-то издалека. Арон.

– Она не выныривала, и тогда я вытащила ее из воды.

Луана. Она сидела рядом с ней.

– Каая, что произошло? – спросила Луана.

Каая не издала ни звука. Ее горло горело, а грудь болела из-за кашля. Видимо, она наглоталась воды.

Мгновение спустя Арон склонился над ней.

– Что ты увидела в воде? – спросил он.

– Она не может говорить, – ответила Луана, которая, казалось, это заметила. – Киан!

– Я здесь, – отозвался Киан, и рядом с ним появился Илиас.

Каая посмотрела на принца.

«На этот раз тебе не удалось меня спасти», – подумала она.

Его лицо исказилось, будто он подумал о том же.

Каая в изнеможении закрыла глаза. Она почувствовала руки на своем лице, затем тепло, медленно растекавшееся по телу.

– Все будет хорошо, – пробормотал Киан в ее ухо.

– Где он? – хрипло и прерывисто спросила она.

– Что? – спросил Киан.

– Она что-то сказала? – спросила Луана.

– Где он?

– Кто? – одновременно спросили Луана и Киан, и Каае захотелось открыть глаза, только чтобы увидеть, как Луана бросает на него ядовитый взгляд.

– Ариан, – ответила она.

Потому что это был он. Он был с ней в воде. И хотя она не сразу распознала его голос, но узнала чувство, которое овладело ею. Любовь, такая глубокая и чистая, что она полностью захватила ее.

Слезы жгли ее глаза, и она открыла их.

Ее друзья смотрели на нее с беспокойством и жалостью, но она и так все понимала.

Ариана там не было.

Глава 24

Каая

Каае потребовалось несколько часов, чтобы оправиться после инцидента на озере. Воспоминания по-прежнему оставались в ее памяти, и теперь она скучала по Ариану еще больше, чем прежде. К счастью, остаток дня прошел без дальнейших нападений. В этом состоянии она, вероятно, не смогла бы никому помочь. По крайней мере, их путь до кузницы постепенно подходил к концу.

Добравшись до горной вершины, они остановили лошадей и посмотрели вниз на долину. На горизонте Каая смогла различить очертания отдельно стоящего здания.

– В прошлый раз я добрался досюда, – сказал Илиас.

– Это она? – спросила Каая.

– Да, это, должно быть, кузница моего отца. – Он огляделся. – Будьте осторожны, здесь повсюду могут скрываться умбры.

– Без проблем, – ответила Луана, и Каая уже слышала потрескивание ее пламени.

Киан нежно схватил эльфийку за руку.

– Ты знаешь, что происходит, когда ты себя не бережешь.

Луана посмотрела на Арона. Ее взгляд дал понять, что она не хочет снова причинять ему такую боль. К счастью, ей и не пришлось, потому что на пути к кузнице демонов теней в поле их зрения не оказалось.

Наконец они предстали перед зданием, которое занимало немалую площадь. Могло ли быть такое, что душа Ариана правда находилась там, внутри?

«Каким бы мизерным ни был шанс, – подумала Каая, – я не собираюсь сдаваться».

Снаружи кузница выглядела совсем не примечательной. Обычное темное здание в темном месте. Задняя его часть выступала и возвышалась над ними. На другой стороне находился какой-то двор, откуда взвивался дым. Парадный вход украшали небольшие деревца и заросли кустарника, тянувшиеся вдоль арочных дверей, низких, но очень массивных. Из чего бы ни были сделаны эти ворота, Кааю они не остановят. Не сейчас, когда они продвинулись так далеко. Каая сжала руки в кулаки. Возможно, это был очередной тупик.

И только она собралась слезть с лошади, чтобы подойти к двери, как та распахнулась. Илиас, стоявший рядом, вытянул руку и позволил воздуху сделать остальную работу.

– После тебя, – сказал он подчеркнуто спокойным тоном, хотя по нему было видно, что он напряжен.

Все они спешились, и Каая пошла первой. Едва она шагнула внутрь здания, как почувствовала неестественный холод.

– Здесь холодно, – заметила Луана. Не прошло и секунды, как факелы на стенах загорелись. – Так мы хоть что-то увидим. – Дыхание Луаны срывалось с губ облачками воздуха.

– Я не уверен, что мы хотим это видеть. – Арон взял один из факелов и осветил коридор, который тянулся перед ними бесконечно далеко. Каменные стены были разрушены, а то, что от них осталось, было испещрено трещинами. К низкому потолку вели трубы, которые казались не очень-то прочными.

– Кузница, да? – спросила Луана, обратившись к Илиасу.

На самом деле Каая тоже не видела здесь ничего, что напоминало бы ей кузницу. Вместе с Тристаном они часто наблюдали за тем, как его отец ковал оружие. Звук удара молота о наковальню все еще звучал в ее ушах. А жара, исходившая от раскаленных печей, заставляла ее недолюбливать летние месяцы очень продолжительное время. Но это место… в нем не было ничего, что пробудило бы в ней те воспоминания. Это место больше походило на древнюю канализацию.

После того как каждый из них снял со стены по факелу, они направились по коридору. В этом морозном воздухе дыхание Кааи было тяжелым, а тишина вокруг казалась почти удушающей. Где-то капала вода, и время от времени слышались стоны, доносившиеся из-за старых дверей, которых в коридоре было немало, но ни одна из них не открывалась. Наконец они достигли развилки. Левый коридор вел в тупик, а правый казался таким же длинным, как и тот, что привел их сюда. Они прошли под аркой, через бесчисленное количество шагов предстали перед металлической винтовой лестницей, которая, казалось, вела в какое-то подвальное помещение.

Илиас подошел ближе, вытянув факел перед собой.

Внезапно он остановился.

– Подождите, – прошептал он, жестом останавливая их.

И когда Каая собиралась спросить, что случилось, она услышала это. Голоса. Шепот. Тихий и суматошный. Ее сердцебиение ускорилось. Луана, Арон и Киан тоже остановились и прислушались к шуму.

Когда Илиас поставил ногу на ступеньку, та скрипнула. Каая затаила дыхание, но ничего не произошло – голоса продолжали безостановочно шептаться. Илиас повернулся к друзьям, на его лице была написана решимость, которая разом стерла все страхи Кааи. Она медленно кивнула ему, и он начал спускаться, остальные сразу последовали за ним.

Они оглядели комнату, в которую попали. По-прежнему откуда-то доносился шепот, хотя здесь никого не было. Зато было холодно и промозгло, и пламя факелов потрескивало во влажном воздухе. В центре большой комнаты стояла кровать. Нет, скорее нечто, похожее на стол. Металлический стол, на который укладывали трупы для осмотра. Каая прижала ко рту тыльную сторону ладони, чтобы подавить рвотный позыв. Факелы давали достаточно света, чтобы видеть. Разглядеть, что весь стол испачкан засохшей кровью.

– Эйюне, – прошептала Луана. – Что за ужасное место?

В воздухе висел металлический запах, смешанный с вонью затхлости и смерти.

– Илиас, – позвал Киан, указывая головой на пол. На следы ног, тянувшиеся повсюду.

– Да, он приходит сюда регулярно. – Илиас поджал губы так, что они превратились в жесткую линию.

Арон шагнул в комнату и осветил ее своим факелом. На противоположной стене находилось несколько арочных дверей, одна из которых была широко открыта.

– Голоса доносятся оттуда.

Илиас и Киан двинулись первыми. С каждым шагом, что делала Каая, ее сердце билось быстрее. Может быть, он правда здесь. Может быть, Ариан был здесь.

Шум голосов становился все громче. Когда они попали в соседнее помещение, у Кааи перехватило дыхание. Оно было огромным. Своего рода машинное отделение с бессчетными лестницами, ведущими верх и вниз на разные этажи. Как и в коридорах, повсюду тянулись трубы, только здесь они заканчивались и расширялись, образуя массивные емкости, приделанные к стенам. Шепот голосов не смолкал.

– Шум исходит от стен, – пробормотала Луана, указывая на одну из огромных емкостей.

– Там есть камни души? – спросил Киан.

– Камни души? – Каая прислушалась.

Киан отвел взгляд.

– Стеклянные шары, в которых хранятся души.

– Ты говоришь так, будто захват душ – это обычное дело. – Луана с недоверием посмотрела на Киана.

– Не притворяйся, будто не знаешь, почему часть нашего народа была изгнана сюда, Луана. – Он отшатнулся, словно только что нанес ей удар.

– Они экспериментировали с душами, – сухо заметила Каая, хотя эта мысль вызвала у нее прилив желчи в горло.

– Знаю, – ответила Луана. – Но я не думала, что это… происходит так систематично. И что все еще практикуется. – Она оглядела огромную комнату.

Взгляд Киана последовал за ее взглядом.

– Я тоже не знал.

И тогда Каая услышала это. Или даже почувствовала.

– Ариан! – прошептала она и бросилась к лестнице, ведущей наверх.

– Каая! – выкрикнул Арон ей вслед, но она не обратила на него внимания. Она перепрыгивала через ступеньку, чтобы быстрее подняться наверх. Туда, откуда он ее звал. Звал к себе. Звал на помощь.

– Каая, стой на месте! – Но за руку ее схватил не Арон. Повернувшись, она оказалась лицом к лицу с Илиасом. – Куда ты собралась? – Его теплое дыхание коснулось ее лица.

– К Ариану. – Она указала на одну из емкостей. – Он там!

Илиас нахмурился.

– Я пойду с тобой. Киан, осмотрись внизу с Ароном. Не хочу, чтобы мы что-то упустили.

– А как насчет меня? – спросила Луана.

– Ты пойдешь со мной, – коротко ответил Арон. – Каая, ты в порядке?

– Да. Я просто хочу подняться наверх. Сейчас же. – Затем она повернулась и продолжила подниматься по лестнице, едва замечая принца, который следовал за ней по пятам, как тень.

Киан

Вместе с Ароном и Луаной они направились к одной из лестниц, что уходила вниз. Киан наблюдал, как легкий ветерок развевает волосы Луаны. Он нахмурился, глядя на нее. Откуда-то дул поток воздуха.

– Позвольте мне пойти первым, – сказал Киан, проталкиваясь вперед.

– Что случилось? – спросила Луана.

Киан не ответил и вместо этого сосредоточился, пытаясь понять, откуда дует воздух. Кто-то зашел в кузницу? Хотя входная дверь была слишком далеко, чтобы ветер мог добраться до них. Он посмотрел наверх, туда, откуда они пришли.

– Возможно, здесь есть еще один вход. – Он краем глаза заметил, как Луана и Арон переглянулись. Они, должно быть, очень хорошо знали друг друга, раз понимали друг друга без слов. А теперь еще и заключили союз душ…

От этой мысли глубоко в его груди что-то заныло. Это что, его сердце? Он фыркнул и покачал головой. Она была чертовой эльфийкой света из Эсерии. Как она могла вызывать в нем подобные чувства? Пока он заставлял себя сконцентрироваться на здесь и сейчас, они спускались все ниже и ниже. Они прошли через дверь, которая снова привела их в темные коридоры кузницы.

Киан услышал свист ветра.

– Вход должен быть где-то здесь.

В левой руке Луана создала небольшое пламя, а в правой по-прежнему держала факел. Она усилила пламя, и в стене напротив они увидели дверь. Она была слегка приоткрыта, что объясняло, откуда поступает свежий воздух.

– Ждите здесь.

– Чего нам ждать? – с вызовом спросила Луана.

Киан бросил взгляд на нее через плечо.

– Моего знака, если все будет чисто.

Луана прищурилась.

– Ты не должен изображать из себя нашего защитника.

– Он прав, – вдруг сказал Арон. – Мы не знаем, какие опасности могут таиться в этом мире. Мы подождем.

Киан видел, что Луана уже собиралась перейти в наступление, но ее спутник заставил ее замолчать одним лишь взглядом. Арон кивнул Киану, и тот кивнул ему в ответ.

Киан вышел за дверь и обнаружил большой внутренний двор. Слева от него находился небольшой амбар, рядом с ним располагались каменные скамьи и столы, которыми, по-видимому, давно никто не пользовался. Но его внимание привлек огромный колодец по центру двора. Он лишь смутно различал призрачные фигуры, которые… лежали вокруг колодца?

Он сделал несколько шагов вперед и впервые услышал это. Мучительный стон. Что здесь происходит?

– Милорд?

Одна из фигур на земле извивалась и пыталась подняться.

Киан подошел к колодцу и ясно увидел, что вокруг него на каменном настиле лежали десятки эльфов. Некоторые из них стонали, другие лишь подергивали пальцами рук и ног, а некоторые и вовсе не подавали признаков жизни.

– Что происходит? – выдохнул он.

– Милорд? – снова обратился эльф у его ног.

Киану было трудно перестать смотреть на неподвижные тела, но он присел на корточки рядом с мужчиной.

– Что здесь произошло?

– Это вы, принц Илиас? – Глаза эльфа не могли сфокусироваться на Киане и продолжали закатываться.

Лихорадочно размышляя, стоит ли выдать себя за Илиаса, чтобы получить больше информации, Киан услышал продолжение:

– У меня больше нет сил, мой принц. Прошу… пожалуйста, позвольте мне вернуться к семье. В конце концов, я нужен им.

– Я отпускаю вас, – сказал Киан, не задумываясь. – Но сперва скажите мне, кто сделал это с вами.

Глаза мужчины то закатывались, то устремлялись к Киану, отчаянно пытаясь сфокусироваться.

– Я пришел сюда добровольно, мой принц. Я хотел помочь нашей империи. Нашему народу. Но моя магия… разрушена. А вскоре разрушится и моя жизнь. Пожалуйста, мой принц. Пожалуйста, позвольте мне… мне…

– Оставайся со мной! – крикнул Киан, притянув голову эльфа к себе на колени.

– Киан! – Луана и Арон оказались рядом с ним. Он встряхнул безжизненное тело мужчины, но его глаза теперь были устремлены в небо. – Киан, он мертв!

«Мама! Мама, проснись! Пожалуйста, мама!»

«Отпусти ее, Киан. Она больше не вернется. Отпусти».

– Киан! – Голос Луаны вернул его в реальность, и он медленно положил голову мертвеца на землю, чтобы подняться на ноги.

– Что случилось?

– Он мертв.

– Да, я вижу. Но что с ним случилось? Со всеми этими эльфами. – Она развела руки в стороны. В ее глазах читался страх. Хорошо скрытый и едва заметный.

– Это колодец душ, – сухо ответил Киан. – Эльфы, видимо, подпитывали его своей магией. Они жертвовали свои жизненные силы, пока… пока их души…

– Пока их души не разрывались на части. Как моя, – выдохнула Луана.

– Да.

Они молча посмотрели на зеркально гладкую поверхность темной жидкости, которой был наполнен колодец.

– И для чего все это? – спросил Арон.

– Чтобы кто-нибудь мог воспользоваться их магией. Как неким источником власти.

– Кто способен на подобное? – прошептала Луана.

– Здесь есть только один человек, обладающий такой силой. Единственный, кто до сегодняшнего дня бывал в этой кузнице, и единственный, кому подчиняются умбры, будто его ручные собачонки.

Каая

Емкость, похожая на громадную чашу, висела на стене. Когда Каая подошла ближе, она смогла разглядеть, что она наполнена прозрачной жидкостью, в которой плавает горсть стеклянных шариков. В горле у нее пересохло, и когда она протянула руку к чаше, та задрожала. В емкости находилась лишь одна сфера, в которой переливалась серебристая жидкость. Остальные были пусты. В ее голове возникла картина, как серебряный шар вылетает из его рта и он окончательно теряет сознание. Как серебряный шар улетает в стеклянную…

«Каая, я… я…»

– Ариан, – хрипло выкрикнула она.

– Стой! – Чья-то рука крепко обхватила ее предплечье.

Когда она подняла глаза, увидела, что на лице Илиаса застыло беспокойство.

– Это она! Душа Ариана!

– Мы не знаем, что это за жидкость.

Каая снова заглянула в чашу. И правда. Она об этом не подумала.

– Я бы на вашем месте тоже не стал это выяснять. – Голос был таким холодным и резким, что резанул ее по ушам. Мгновением спустя из тени появился силуэт. Силуэт, который она уже видела раньше и который никогда больше не забудет.

– Отец, – сказал Илиас рядом с ней. Его хватка на ее руке ослабла.

– Сынок, ты ведь понимаешь, что теперь мне придется тебя убить?

Илиас нахмурил брови.

– Что это за место? Кузница?

– Кузница душ. – Не вдаваясь в подробности, эльф кивнул в сторону Кааи. – Кто твоя милая спутница?

Каая сверкнула на него прищуренными глазами.

– Не притворяйтесь, что не знаете меня.

Какой бы сердитой она ни выглядела внешне, но голос ее был спокойным.

– Я смутно помню, – ответил он. Его тонкие губы искривились в усмешке.

Пертеас выглядел довольно бодрее, чем в ольховом лесу. Он больше не горбился, его темные волосы блестели в свете факелов. На этот раз его голову даже венчала корона, два зубца которой выступали по бокам, точно рога. На лбу две железные нити соединялись в некое подобие обруча, в центре которого сверкал серебром камень. Черные глаза короля пронзали Кааю насквозь, как будто он заглядывал ей прямо в душу.

– Я убью тебя, – прорычала она, снимая со спины Стальное Крыло.

Пертеас захохотал. Это был ужасный звук, пробиравший до костей. Он подошел ближе, и только сейчас Каая заметила, что его лицо испещрено тонкими черными линиями.

– Отец, – повторил Илиас, широко раскинув руки. – Что значит «кузница душ»? Чем ты здесь занимаешься?

Ухмылка Пертеаса стала еще шире.

– Как и следует из названия, – начал он, – здесь я создаю новые оболочки для своих душ.

– Своих душ?

– Душ, которые я приношу из Эсерии, мальчик. В конце концов, им нужен новый дом. Новые тела. Я думал, ты уже ознакомился с некоторыми моими творениями.

До Кааи не сразу дошел смысл его слов, но Илиас, казалось, все понял сразу.

– Умбры, – заключил он.

Пертеас громко рассмеялся.

– Они помогут нам вернуться в Эсерию!

– И что это должно значить?

– Я создаю для нас армию, сын мой. – Он развел руки в стороны и обвел зал свирепым взглядом. – Еще несколько дней, и твой маленький друг тоже обрел бы новое тело, – сказал он затем, обращаясь к Каае.

– У него уже было тело, – сплюнула она.

– Его тело было настолько слабым, что он едва мог сопротивляться мне.

Она испустила крик ярости и бросилась на Пертеаса, выставив вперед меч. Тот щелкнул пальцами, словно пытался отогнать назойливую муху, и Каая отлетела назад. Окутанная черными тенями, она взлетела на несколько метров в воздух, проносясь через всю комнату, в которой они находились.

Однако, прежде чем рухнула на землю, она почувствовала легкий толчок, и ее падение замедлилось.

Каая на мгновение замерла над решеткой в полу, через которую могла видеть этажи под ней. Ее сердце заколотилось сильнее, и она все-таки упала. Должно быть, магия Илиаса смягчила падение.

Пертеас удивленно поднял брови.

– Она тебе нравится, – заметил он. Каая заметила, как напрягся Илиас. – Я рад, что ты наконец-то забыл Неа, но… человек?

– Это не так, – ответил Илиас сквозь стиснутые зубы.

Его отец поднял руки, будто бы защищаясь.

– Сколько времени прошло с тех пор, как она ушла? Шесть, семь лет? Пора бы тебе найти кого-то еще.

– Она не просто ушла. Она мертва. Ее убили на собственной церемонии, и ты в этом замешан. Ты ничего не сделал! Даже не стал искать ее убийцу. – Голос Илиаса дрожал.

Эти слова поразили Кааю, будто пощечина. Вонзились болью в ее грудь и лишили возможности дышать.

– Ты такой наивный, мальчик. – Пертеас встал перед своим сыном и посмотрел на него полным презрения взглядом. – Эта маленькая шлюха просто использовала тебя. Все, чего она хотела – мой трон!

– Прекрати нести чушь!

Глаза короля весело сверкнули.

– Ты не знаешь, кем она была, верно?

– О чем ты, черт возьми? А ну говори!

– Несчастная маленькая девочка-сирота случайно встречает наследного принца, и они безумно влюбляются друг в друга. Как в сказке, не так ли? – Пертеас сделал театральную паузу, не отрывая глаз от своего сына. – Раз я все равно тебя убью, значит, могу рассказать тебе всю историю. – Он сделал паузу. – Ее звали Неа Уларен. Она была дочерью Эльдана. Настоящей наследницей престола нашей империи.

Илиас вздрогнул.

Воцарилась тишина.

– Когда ты узнал об этом? Как? – спустя мгновение спросил принц.

– Прямо перед вашей церемонией. Я знал, что у Эльдана была дочь. Но после его смерти ее было невозможно найти. Люди говорили, что цареубийца лишил жизни и ее.

– Почему… Почему ты не сказал мне об этом?

– Было уже слишком поздно. Вы почти заключили союз душ. Она бы стала самой могущественной эльфийкой Туманности. И потребовала бы свой трон назад, а меня бы осудили как захватчика престола.

Снова тишина.

Пульс так громко гудел в ее ушах, что она едва могла разобрать, о чем они говорят.

– То есть… – начал Илиас.

Даже Каая догадалась, что это значит. Это было жестоко и в то же время…

– Я убил ее. У меня не было другого выбора.

Илиас уронил факел на землю, едва успев опереться на стену, прежде чем ноги под ним подкосились.

– Неправда. – Его голос звучал так, будто он задыхался.

– Я бы хотел, чтобы это было ложью, мальчик, но…

– Не называй меня мальчиком, – выпалил Илиас. – Я больше не твой мальчик. Ты чудовище!

Он отстранился от стены и вытянул руки. Порывы ветра пронеслись по залу, перерастая в ураганы и сбивая Пертеаса с ног.

Каая встала рядом с Илиасом, но он оттолкнул ее назад.

– Беги.

Она посмотрела на него, затем на чашу, в которой плавала стеклянная сфера с серебристой жидкостью. Ариан. Она ни секунды не колебалась и сунула руку в чашу, чтобы достать шар. Рука проскользнула туда так, будто это была обычная вода. Она обхватила стеклянный шар, камень души. Ее сердце забилось еще быстрее, когда она заметила, что Пертеас выпрямился и с недоверием смотрит на нее.

– Этого… не может… – И в это мгновение он снова врезался в стену.

Илиас тяжело вздохнул и повернулся к ней.

Каая сглотнула, а затем помчалась прочь, крепко держа стеклянный шар и прижав его к груди. Ей пришлось убежать. Это была не ее война.

Она была уже на полпути, когда позади нее раздался громкий хлопок. Она оглянулась через плечо и увидела, как Илиас летит вниз по лестнице и приземляется на этаже ниже. Дыхание Кааи участилось, сердце остановилось, а мысли в голове спутались.

«Это не моя война», – повторяла она себе снова и снова, но это не помогало. Илиас был их союзником. Без него они, вероятно, никогда бы сюда не добрались. И умбры бы убили их. Полный боли крик эхом пронесся по огромному помещению, отчего по телу Кааи пробежали мурашки.

Илиас.

Она крепко зажмурилась, сделала глубокий вдох, а затем развернулась.

Глава 25

Илиас

Илиас, стоя на четвереньках, сплевывал кровь. Острая боль пронзила его, когда кто-то одним рывком схватил его за волосы и резко поставил на ноги. Он посмотрел в искаженное ненавистью лицо своего отца, и ему показалось, что он увидел его настоящего только сейчас. Таким, какой он был на самом деле.

– Ты закончил вынюхивать и донимать меня, мальчик?

Илиас выругался и плюнул Пертеасу прямо в лицо. Затем изо всех сил пнул его по колену, чтобы освободиться. Пертеас отшатнулся и вытер плевок со своего лица. Его глаза дернулись от ярости, и когда он снова обрел самообладание, согнул пальцы и выпустил черные лучи в его сторону. Один из них попал в Илиаса, прежде чем тот успел увернуться, и опалил ему левое плечо. Илиас тяжело дышал, пытаясь сохранять дистанцию с отцом. Но далеко ему уйти не удалось. Пертеас с помощью своей магии поднял его в воздух и швырнул в одну из емкостей с прозрачной жидкостью. Когда она коснулась его кожи, из него вырвался крик боли.

– Что это? – прохрипел он, его горло будто горело огнем.

Пертеас посмотрел на него сверху вниз.

– Анимарий. – Он опустил руку в жидкость и плеснул немного в лицо Илиаса, заставив того громко застонать.

Анимарий был кислотой, которую маги душ получали из эссенции душ, чтобы хранить в ней другие души. Он мог разъесть насквозь кого угодно, за исключением самих душ и магов, обладающих способностями к магии душ.

– Если бы ты унаследовал хотя бы долю моих сил, это не стало бы…

Закончить он не успел. Раздался треск, и из его груди показалось острие меча. Илиас смог различить чей-то силуэт за ним. Хрупкая фигура сжимала рукоять меча, воткнутого в тело Пертеаса.

Отец посмотрел вниз, скривив лицо и не веря своим глазам.

– Кто осмелился… – начал он, поворачиваясь к Каае. Она вернулась. – Ты, маленькое чудовище!

Каае пришлось выпустить меч из рук, потому что он вошел слишком глубоко. Она с невозмутимым видом уставилась на Пертеаса.

Теперь он стоял прямо напротив нее.

Илиас корчился в анимарии. Все его тело болело и не давало выбраться из чаши.

– Ты рассчитывала, что кусок металла может причинить мне боль?

Илиас заметил, как черты Кааи исказились: он сбил ее с толку. Она отступила на шаг, пока не оказалась у лестницы. Еще шаг – и она бы упала вниз, разбившись насмерть. Илиас попытался пошевелиться, но все было бесполезно.

– Ты все не сдаешься, да? – усмехнулся Пертеас. – Но твой последний час пробил.

– Нет! – воскликнул Илиас, когда его отец обхватил шею Кааи руками и приподнял ее над полом, прижимая спиной к стене. Она вцепилась в его руки, силясь освободиться и издавая булькающие звуки. Ее лицо покраснело, и Илиас ничего не мог поделать, кроме как смотреть на нее.

– Какой-то проклятый человек осмелился напасть на меня, – сплюнул Пертеас. – Боюсь, мне придется убить и тебя. Какая пустая трата души. Из нее вышла бы одна верная умбра.

Илиас наблюдал, как лезвие, все еще торчащее из груди Пертеаса, приближалось к Каае.

– Какая ирония. Проткнута собственным мечом, – рассмеялся король.

Илиас почему-то не мог пошевелиться. Ему придется безучастно смотреть на то, как его отец убивает Кааю. Но она не уйдет без боя, и он знал это.

Словно услышав его мысли, она вцепилась в лезвие обеими руками и провернула так, что грудная клетка Пертеаса разверзлась еще больше. Между ее пальцами потекла кровь, в то время как Пертеас лишь сердито скривил лицо.

Как такое возможно? Да, его отец был могущественным, но… разве он мог быть бессмертным?

Илиас с ужасом заметил, как ее губы посинели, а в глазах появлялись все новые и новые алые прожилки. Каая отпустила лезвие, и ее руки снова безвольно повисли вдоль тела. Илиас хотел крикнуть ей, что она не должна сдаваться, что ей нужно держаться, но голос ему не повиновался. Он не смог спасти Неа, а теперь подведет и Кааю. Ее веки затрепетали. Еще немного, и она…

Оглушительный грохот прокатился по залу и заставил пол задрожать. Анимарий в чаше так сильно раскачался, что Илиаса выбросило наружу. Тело Пертеаса безжизненно обмякло, а Каая упала на колени рядом. Она потерла шею и закашлялась. Илиас подполз к ней. Кожа на его руках была покрыта мелкими волдырями, а в некоторых местах и вовсе потрескалась.

– Каая, ты… в порядке?

Вместо того чтобы ответить, она сдавленно закричала, когда кузница душ в очередной раз содрогнулась. Куски потолка отрывались и сыпались на них дождем. Из последних сил Илиас создал вокруг них с Кааей щит. Воздух сгустился так сильно, что камни не могли упасть на них.

– Илиас, ты слишком слаб, остановись! Нам нужно убираться отсюда. – Она с беспокойством посмотрела на него.

Если бы она только знала, насколько была права. У них было две, может быть, три минуты, пока магия не поглотит его целиком. Что тогда будет с Кааей? Без его щита камень попадет на нее, и она будет ранена – или того хуже.

– Я хочу, чтобы ты убежала отсюда, – выдохнул он, и ее глаза округлились.

– Я тебя не оставлю!

Ее слова наполнили его грудь теплом, но он уже собирался снова попросить ее уходить, как вдруг услышал быстрые шаги, приближавшиеся к ним, а затем кто-то выкрикнул его имя.

Киан.

– Мы должны выбираться! – взревел он. Эльф взбежал по лестнице и помог Илиасу подняться на ноги.

Луана и Арон подняли Кааю, которая тут же отстранилась от них.

– Стальное Крыло! – крикнула она, взглянув на неподвижное тело Пертеаса.

Луана кивнула и вытащила меч из отца Илиаса. Она мрачно посмотрела на короля.

– А теперь бежим отсюда! – крикнула она.

Они бросились бежать так быстро, как только могли, и, преодолев расстояние, показавшееся вечностью, добрались до выхода. Илиас вздохнул с облегчением, когда почувствовал свежий воздух и смог убрать щит. Ему стало немного лучше, когда Киан послал в него целительные потоки, пока они шли к своим лошадям. Илиас ощущал, как раны на его теле, нанесенные анимарием, затягиваются.

– Что произошло? – спросила Каая, обратившись к Арону, когда он помог ей взобраться на лошадь.

– Мы разрушили его колодец душ.

Каая нахмурилась.

– Его что?

– Источник его магии, – ответил Киан. – Позже расскажем. Сейчас надо убираться отсюда как можно скорее.

Каая

Они отошли на приличное расстояние от жуткой кузницы, когда та с оглушительным грохотом взорвалась. Каая оглянулась и увидела яркие языки пламени там, где она только что находилась. При мысли о последних минутах, проведенных в том здании, у нее скрутило живот. Она невольно схватилась одной рукой за горло.

– С тобой все в порядке? – спросил Илиас, подойдя к ней на лошади.

Она покачала головой. На глазах выступили слезы, которые тут же унес ветер. Каая опустила взгляд на свой пояс, к которому была прицеплена сумка. Сумка, в которой находился камень души Ариана. Затем она кивнула:

– Да, да, все в порядке.

Илиас улыбнулся, но улыбка выглядела вымученной. Если бы остальные не разрушили колодец… Илиас бы погиб от руки собственного отца. Так же, как когда-то его вторая половинка. Сможет ли он когда-нибудь пережить ее потерю? Сможет ли пережить предательство отца?

– А с тобой?

Улыбка застыла на его губах, и затем он тоже едва заметно покачал головой.

– Пертеас… он мертв? – спросила она, когда он промолчал.

Илиас снова краем глаза посмотрел на нее, будто хотел убедиться, что она в порядке.

– Нет. Рана, которую ты нанесла ему, затянулась сразу после того, как Луана вытащила меч. Его магия крови почти такая же мощная, как и магия душ. Смертельная комбинация.

От этих слов по спине Кааи пробежал ледяной холодок.

– Восстановится ли он после разрушения колодца души?

– Возможно, сила будет продолжать течь по его венам еще некоторое время и поможет ему пережить взрыв. Но после… Я не знаю. Я никогда не видел, чтобы эльф задействовал столько душ одновременно, причем в течение такого длительного периода времени.

Смирение в голосе Илиаса помешало ей задавать следующие вопросы. Каая снова перевела взгляд на дорогу перед ними и погрузилась в свои мысли.

Когда наконец на горизонте показалась ближайшая деревня, они остановились.

– Нам не следует появляться там всем вместе, – постановил Киан. – В любом случае, Илиаса сразу узнают.

– Тогда мы с тобой пойдем туда вдвоем, – сказал Арон, натягивая капюшон плаща на голову.

Киан кивнул. Им нужно раздобыть что-нибудь поесть.

Илиас посмотрел на восток.

– Здесь неподалеку есть часовня.

Киан проследил за его взглядом.

– Да, – согласился он. – Она могла бы стать нашим убежищем на несколько дней. Ждите нас там.

– Вы ведь разругаетесь, если пойдете вместе, – вмешалась Луана. – Позвольте мне пойти с вами.

Киан махнул рукой.

– А может, это и хорошо, что мы проведем немного времени вдвоем. Мы с Ароном могли бы сблизиться.

Арон вздернул бровь.

– Я так не думаю.

Удивленное выражение лица Луаны заставило Киана рассмеяться.

– Оставайся со своей с подругой. Думаю, она нуждается в тебе больше, чем эта человеческая игрушка.

При этих словах Каая вздрогнула.

Неужели она производит впечатление беспомощной?

– Он не игру…

– Все в порядке, Лу. – Арон поцеловал ее, а затем повернулся к Киану. – Нам пора.

Путь к часовне оказался длиннее, чем они предполагали изначально, и Каая заметила, что начинает уставать. Лошадь тоже несла ее по лугу довольно неторопливым шагом. Интересно, осталось ли у нее что-то от сборов Орианы? Тетя Ариана упоминала, что положила им с собой какое-то средство от усталости. Когда Каая потянулась за своей сумкой, все вокруг нее вдруг закружилось. Перед глазами все потемнело, и ей становилось все труднее удерживаться на спине лошади.

– Каая! – Голос Луаны донесся до ее ушей, будто сквозь вату, и она почувствовала, как две сильные руки подхватывают ее, прежде чем все вокруг окончательно исчезло.

В какое-то мгновение она услышала громкий звук – шум в ее ушах. Каая с трудом разлепила глаза, а ее голова была совсем неподъемной. Где она? Моргнув несколько раз, она увидела деревянный потолок. Она осторожно села, и перед глазами заплясали звездочки.

– Осторожнее. Ты потеряла сознание. Твое кровообращение еще не стабилизировалось. – Луана сидела у ее кровати и обеспокоенно смотрела на нее.

Кровать?

Каая огляделась. Они находились в небольшой комнате, в которой практически ничего не было, кроме кровати и стола с двумя стульями. В другом углу она обнаружила камин, а рядом с ним – место для приготовления пищи, но больше ничего.

Она приподняла брови.

– Где Илиас?

– Собирает дрова для камина. Как ты себя чувствуешь?

Каая на мгновение задумалась.

– Думаю, хорошо. Что со мной случилось? Где мы?

– Ты чуть не свалилась с лошади. Наверное, тяготы последних дней сильно на тебе сказались. – Луана потянулась к ней и положила руку ей на плечо. – На нашем пути встретилась хижина, и здесь никого не было. Мы подумали, что можем немного отдохнуть, прежде чем отправиться в часовню.

– Мы могли бы остаться. Здесь уютно.

Луана пожала плечами.

– Арон и Киан не знают, что мы тут. Кроме того, хозяева могут вернуться в любой момент. Думаю, мы немного погреемся у огня, а затем продолжим путь. – Она зевнула. – Я бы немного поспала, можно? – Она указала на постель, и Каая, улыбнувшись, немного отодвинулась, чтобы освободить ей место. И буквально через несколько минут ее подруга заснула.

Дверь со скрипом отворилась, и вошел Илиас с кучей поленьев в руках. Каая приложила палец к губам, призывая его к молчанию. Она указала на Луану, а затем поднялась так медленно, как только могла.

– Где ты их нашел? – шепотом поинтересовалась она, когда Илиас подбросил поленьев в камин.

– В лесу.

Каая нахмурилась.

– Они просто вот так лежали?

Серьезное выражение на его лице сменилось озорной усмешкой.

– Моим помощником был воздух. Он может очень хорошо рубить, если знать, как это делать.

Каая поджала губы и кивнула. Да, могла бы и догадаться. Ну хоть он не использовал эту технику против нее в тренировочном бою.

– У тебя есть какие-то другие способности?

Илиас покачал головой, и прядь волос упала на его лицо. Каая ощутила странное желание протянуть пальцы и вернуть прядь на ее место за ухом, но Илиас опередил ее.

Их взгляды на мгновение встретились, и в его глазах сверкнуло что-то незнакомое.

«Она тебе нравится». – Слова Пертеаса эхом прокатились в ее голове, и сердце забилось быстрее.

– Мне жаль, что с твоей второй половинкой так вышло, – прошептала она и тут же прикусила нижнюю губу. На самом деле она хотела сказать что-то, что разрушило бы странное напряжение между ними, но как только произнесла эти слова вслух, ей захотелось взять их обратно.

Лицо Илиаса потемнело, и он снова повернулся к очагу.

– Спасибо.

Пока он пытался разжечь огонь, Каая играла со своими пальцами, лихорадочно пытаясь придумать, о чем им поговорить. Обстановка накалилась, и Каая сожалела о том, что заставила его думать о своей погибшей второй половинке.

– Я люблю эльфийские фрукты.

Тело Илиаса напряглось, а затем его плечи вздрогнули. Прошло всего мгновение, прежде чем она поняла, что он отчаянно пытается подавить смех.

Боже, ей хотелось провалиться сквозь землю!

– Какой из них тебе нравится больше всего? – Он снова обернулся к ней, и в уголках его глаз блеснули слезы от смеха.

Он выглядел еще красивее, когда был счастлив. Каая покачала головой и уже собиралась ответить, но слова «мареновые ягоды» никак не хотели срываться с ее губ. В горле встал ком, и она опустила взгляд. Ее дыхание участилось, когда деревянные половицы скрипнули, потому что Илиас медленно двинулся к ней, пока не оказался совсем рядом.

– Все хорошо?

Она кивнула, не в силах что-то ответить. Он находился так близко, что она уловила терпкий аромат, окружавший его. Ее мысли снова устремились к Ариану, сковывая ей горло. Илиас протянул руку, взял ее за подбородок и смахнул большим пальцем слезу, которая, должно быть, скатилась из уголка глаза. Она затаила дыхание, ища его взгляд.

– Я люблю яблоки. – Его голос прозвучал грубо и хрипло. Каая пыталась осмыслить сказанное, прежде чем тихо рассмеялась.

– Яблоки? – с недоверием переспросила она. – У вас столько всяких фруктов, а тебе нравятся яблоки?

Он расхохотался, и она не могла не рассмеяться вместе с ним.

– Вы, черт возьми, серьезно? – проворчала Луана, сонно бросая в них подушку. Они только громче рассмеялись, хотя Каае было немного жаль Луану.

Наконец, они заложили последние поленья в очаг, и Луана разожгла огонь. К счастью, ее настроение улучшилось. Они все вместе уселись перед огнем, наслаждаясь его теплым пламенем. Каая предпочла бы навечно остаться в этом мирном месте, но жизнь быстро вернула ее в реальность. Вздохнув, она последовала за Илиасом и Луаной на улицу. Они вскочили на своих лошадей и поехали к часовне. При виде нее сердце Кааи растаяло. Она была отделана красивой белой кирпичной кладкой, а высокие башни и окна дополняли произведение искусства. Луна висела высоко над их головами, окружая это место волшебной аурой.

– Она красивая, не так ли? – благоговейно спросил Илиас.

Каая кивнула, не в силах отвести взгляд.

– Потрясающе красивая.

Когда они вошли в часовню, приятный теплый воздух подул им навстречу. Внутри было так же темно, как и снаружи, пока Луана не зажгла свечи. Их было несколько сотен, и они осветили весь зал. Не прошло и десяти секунд, как голову Кааи опалила боль, заставившая ее рухнуть на колени.

– Каая! – Луана опустилась рядом с ней. – Что с тобой?

– Моя голова… – Она застонала.

Луана огляделась, и ее взгляд остановился на алтаре.

– Что это за место?

– Что ты имеешь в виду? – спросил Илиас, явно сбитый с толку. – Это часовня. Здесь проводятся церемонии.

– Оставайся с ней, – сказала Луана, указывая на Кааю, а затем прошла к помосту по проходу.

Илиас протянул руку Каае.

– Ты можешь встать?

Каая со стоном покачала головой.

– Так больно.

– Луана? – внезапно позвал Илиас. – Ты что там делаешь?

Каая услышала тон его голоса и заставила себя поднять глаза. Луана стояла у алтаря с закрытыми глазами, а из-за сияния свечей она была похожа на святую. Она раскинула руки в стороны, и только сейчас Каая заметила, что по ним стекает кровь.

– Это разрыв между мирами! – воскликнула Луана.

– О боги, – прошептала Каая. Боль сменилась тупой пульсацией. Она посмотрела на Илиаса, лицо которого стало белым, как мел. Он не моргал, и она готова была поклясться, что он даже перестал дышать.

Илиас опустился на пол рядом с ней.

– Илиас! – Киан с Ароном вернулись.

– Луана! – Арон подбежал к алтарю и схватил свою вторую половинку за руку. Она перестала мерцать и вернулась. – Что ты делаешь?

– Илиас, – выдохнул Киан. – Илиас, это… то есть…

Принц кивнул, но Каая уже ничего не понимала. Она переводила взгляд с него на пьедестал и обратно.

– Ваша… ваша церемония должна была проходить здесь?

Илиас снова кивнул, и тут ее осенило. Его вторая половинка, которую Пертеас называл Неа, была убита во время церемонии. В этом самом месте. У этого алтаря. И тут четкая мысль вцепилась в ее сердце уверенными ледяными когтями.

«Разрыв между мирами возникает в месте, где высвобождается мощная энергия, даже после того, как душа выходит из тела после применения к нему насильственных действий».

– Ее душа, – она едва узнавала свой собственный голос, – ее душа образовала разлом, когда…

– Когда покинула тело после смерти, – завершил Киан.

– О ком вы говорите?

– Это была сильная волшебница, способная к магии душ, – ответила Луана, и все головы повернулись к ней. – Я чувствую ее. Ее душа не просто создала разлом. Она прошла через него.

Илиас с недоверием посмотрел на Луану, а затем перевел взгляд на место, на которое она указывала.

– Неа не владела магией душ, – вырвалось у него. – Она была магом разума, одной из последних в своем роде. – Его слова прозвучали неуверенно.

– Возможно, ее способность к магии душ тогда еще не проявилась, – ответила Луана. – Но в день смерти, – или в день, когда она должна была умереть, – ее магия пробудилась. Ты почувствуешь это, когда окажешься там.

– Окажусь там? – переспросил Илиас. – В Эсерии?

Каая заметила, что его глаза блестели. Смесь невыразимой печали и тихой надежды отражались в них, и у Кааи что-то шевельнулось глубоко внутри.

– Вот наше решение, – сказала Луана. – Вместо того чтобы сидеть здесь и думать, что делать дальше, давайте вернемся. Вернемся в Эсерию все вместе. Твой отец может приказать тебя искать, но не в Эсерии. Он не подумает, что ты будешь там. И подумай о Неа!

– Если это какая-то жестокая шутка… – начал Илиас, прежде чем его голос сорвался.

Луана покачала головой.

– Это не шутка. Теперь я знаю, что значит отдать душу другому, – она с теплотой посмотрела на Арона, – и не стала бы утверждать, если бы не знала наверняка. Душа Неа в Эсерии. Идем же.

Илиас поднялся и, поддерживаемый Кианом, забрался на пьедестал.

– Вам придется порезать себя, – сообщила Луана, – чтобы пройти туда.

Илиас взглянул на Киана, который едва заметно кивнул.

– Она права. Пертеас не успокоится, пока не найдет тебя. Ты слишком много знаешь.

– А если Неа правда там…

– Тогда мы ее найдем.

Илиас повернулся к Каае, и ее сердце замерло, когда она увидела его решительное выражение лица. Она невольно потянулась к камню души Ариана. Все, что сейчас имело значение, – это вернуть его в свое тело и выполнить ритуал. Поэтому Каая кивнула.

Илиас первым порезал ладонь своим ногтем. Его кровь капнула на пол, оставляя после себя влажный горячий след. Наблюдая за ним, Каая почувствовала, что ее душа переместилась в другое место. Но не только. Она почувствовала что-то другое. Это что, Неа? Краем глаза Каая смотрела на то, как их тела мерцают. А потом все погрузилось в темноту.

Неа

Когда створчатые двери спустя, казалось, целую вечность распахнулись, ее сердцебиение на мгновение остановилось. Она вошла и тут же встретилась с его взглядом, почувствовав, что с этого момента все будет хорошо. Что отныне они будут неразлучны.

Он, она и чудо, что она носила под сердцем.

Она мимолетно коснулась живота, слегка округлившегося под облегающим белым платьем из нежного кружева.

Ее губы растянулись в нервной улыбке. С каждым шагом, что делала в его сторону, она все отчетливее видела их совместное будущее. Он улыбнулся ей, чтобы разделить с ней волнительный трепет, и протянул руку, когда она подошла к помосту. Она вложила свою ладонь в его, будто говоря ему «я твоя». Они поднялись по ступенькам, и теперь принц и принцесса стояли лицом к лицу. Все еще держась за руки, они слушали, как священник произносит свою речь.

Его молитва была прервана пронзительным криком. И только когда Илиас окликнул ее по имени, она поняла, что была той, кто кричит. Колющая боль пронеслась от груди через все тело. Как будто невидимая рука схватила ее сердце и сжала его. Как будто органы горели в огне. Магия крови? Но кто бы…

Округлив глаза, она осмотрела себя и увидела это. Она была вся в крови, окрасившей ее белое одеяние в темно-красный цвет.

– Наш ребенок, – прошептала она. По крайней мере, ей показалось, что она произнесла именно это. Слова больше напоминали бульканье, вырывающееся из ее горла. Все вокруг нее кружилось и вертелось. Она упала. Две сильные руки подхватили ее.

Илиас.

«Мне очень жаль, – хотела она сказать. – Спаси нашего ребенка».

В его глазах горело отчаяние. Глубокое отчаяние и невыразимая боль. Беспомощность.

«Мне очень жаль».

Ее зрение затуманилось. Она могла видеть только сапфировую синеву его сверкающих глаз. Темнота угрожала поглотить ее, когда она внезапно ощутила что-то еще, кроме боли. Что-то глубоко внутри отделилось от тела, а вместе с ним ушла и боль. Она чувствовала, как это нечто покидает ее тело, а затем увидела свет. В то же мгновение жгучая боль прокатилась вдоль позвоночника, и она поняла, что на ее спине проступают фиолетовые руны. Она знала, как спастись.

Как спасти себя и ребенка.

Глава 26

Каая

Каая открыла глаза, но тут же зажмурилась. На ее лицо падал яркий теплый свет.

Свет?

Тепло?

Она моргнула несколько раз, пока не привыкла к окружавшей их яркости. Она лежала на полу. Из одного из множества высоких окон вокруг нее пробивался свет. Присмотревшись, Каая заметила, что стекла треснули, а древесина на их рамах рассохлась.

– Уф-ф, – выдохнул кто-то рядом с ней. Луана выпрямилась и тоже огляделась, не веря своим глазам. – Мы вернулись, верно?

Каая ненадолго задумалась.

– Да. Думаю, да.

Рядом с ней лежали Илиас и Киан.

– Где Арон?

– Я здесь, – отозвался Арон, войдя в комнату. – Я немного осмотрелся снаружи.

– Это место кажется мне знакомым, – сказала Каая, рассматривая свое окружение.

Арон нервно потер лоб.

– Может быть потому, что ты жила здесь.

Каая встала на ноги.

– Что ты имеешь в виду?

Но она не дала Арону возможности ответить.

Она поспешно протиснулась мимо него и выскочила на улицу. Небо было ярко-голубого цвета, а солнце, висевшее высоко над ними, освещало деревню.

Рыночную площадь, кузницу, дом Тристана и ее собственный дом.

– Нет, – прошептала она, прижимая руку ко рту.

На нее разом нахлынули воспоминания. Не те воспоминания, которые она утратила еще в детстве. Нет, они ушли насовсем. Но она помнила все, что произошло после. Смерть ее матери. Смерть брата. Пьяный отец. Ее жизнь на улицах. Голод. Грязь. Холодный камень. Серые глаза. Теплые серые глаза. Глаза, что были закрыты.

Она вдруг зарыдала. Ее дрожащее тело кто-то нежно обнял.

– Лу, – прошептала Каая. – Я не могу. Я не хотела… никогда не хотела…

– Знаю, – тихо пробормотала Луана, опустив подбородок ей на плечо. – Но ты больше не та маленькая испуганная девочка. Ты храбрая.

– Я не такая.

Каая понимала, что если Луана бы не обнимала ее, то она рухнула бы на колени.

– И все же, – прошептала Луана ей на ухо. – Из боли родилась женщина-воин, Каая. Да, у тебя есть шрамы, – продолжила она, – они есть у всех нас. Надо просто превратить их в наши достоинства.

Каая закрыла глаза, пока по ее щекам катились горячие слезы.

– Возможно, тебя и сформировала боль, но она не определяет того, кто ты.

Каая молча схватила руку Луаны и крепко сжала.

Она надеялась, что ее подруга поняла, как она благодарна за эти слова.

– Они просыпаются! – внезапно крикнул Арон позади них.

Каая почувствовала, как тело Луаны напряглось.

Илиас и Киан впервые в своей жизни увидят солнечный свет.

Илиас

Первое, что он почувствовал, когда пришел в сознание, – это тепло. Его лицо, руки, ноги, все его тело было наполнено теплом, не похожим на то, что он когда-либо знал. Чернота за его веками внезапно уступила место глубокому темно-красному свету.

– Мы в Эсерии, – прошептал кто-то рядом с его ухом.

Эсерия? Эсерия…

– Это сон? – Илиас по-прежнему не хотел открывать глаза. Все казалось таким реально. Это не может так просто пройти.

Раздался тихий смех, и Илиас почувствовал приятное покалывание на своей коже.

Медленно, очень медленно он открыл один глаз, затем другой. Перед ним предстал черный силуэт, который окружал яркий свет, словно ореол.

– Неа.

Фигура покачала головой:

– Это я, Каая.

Зрение Илиаса постепенно обострялось.

Каая. Это была просто Каая. Каая, которая спасла его.

Она помогла ему подняться, и, когда отошла в сторону, его взгляд упал на панорамное окно, из которого лился яркий свет.

Он ахнул.

– Это…

– Солнечный свет, – продолжила Каая, когда он замолчал.

Илиас слегка пошатывался, но это не помешало ему подойти к окну поближе. Он облокотился на оконную раму и едва заметил, что в его руку впиваются деревянные щепки. Перед ним простиралось небо такого голубого оттенка, которого он никогда раньше не видел. Зеленая трава, усыпанная желтыми, красными и еще какими-то неведомыми ему цветами. Илиас краем глаза заметил, что к нему кто-то подошел. И когда раздался смех, он повернулся и увидел того, кто стоит рядом.

– Почему ты смеешься? – спросил он у Киана.

– Ты ведь тоже смеешься, – ответил тот.

Только сейчас Илиас заметил, что и сам широко улыбается. Ему удалось даже забыть о том, что произошло за последние несколько дней.

Каая

– Это деревенская церковь, – пояснила Каая, когда они вышли на улицу и посмотрели на здание, в которое их привел разлом. Аналог часовни в Туманности. – У меня было такое странное чувство, когда мы вошли в часовню, – продолжила она. – Как будто я была там раньше.

– И там, внизу, твой дом? – Илиас указал на деревню внизу холма, на котором стояла старая церковь.

– Да, – ответила она. – Место, где я родилась, выросла, пока не…

– Пока что?

– Я потеряла память, когда мне было одиннадцать. Мой отец не хотел меня больше видеть и выгнал на улицу. Он сказал, что я ему больше не дочь… С тех пор прошло семь лет.

Слова слетали с ее губ машинально, словно она ничего не чувствовала, пока произносила их. К настоящему моменту она уже привыкла рассказывать о своей трагической истории и знала, как люди на нее реагируют. Глаза Илиаса расширились, а сейчас он скажет, как это ужасно.

– Это кое-что объясняет, – ответил он, пристально посмотрев на нее. Это сбило Кааю с толку.

– Я… эм, что ты имеешь в виду?

– Ты бесстрашная и смелая. Ты взяла двух своих друзей и отправилась в Туманность, чтобы предстать перед магом душ и спасти своего друга.

Каая смотрела на Илиаса, округлив глаза.

– И ты спасла меня, – добавил он чуть тише.

Арон прочистил горло, встав рядом с ними.

– И что нам теперь делать? Не хочу показаться невежливым, но… – он указал на Илиаса и Киана, – по вам видно, что вы не местные. Это породит немало вопросов, когда мы вернемся в Аргонсфельд.

Каая поняла, о чем он говорит, когда перевела взгляд с одного эльфа теней на другого. В то время как кожа Киана была светло-серой, кожа Илиаса была настолько белой, что казалась практически прозрачной. Его глаза были темно-синими – сапфировыми. Этот цвет затронул что-то в глубине ее души. Она быстро отвернулась и посмотрела в темно-красные глаза Киана, которые казались почти пурпурными.

– Да, – сказала Каая после этого. – Это вызовет вопросы.

– Давайте подождем, пока не сядет солнце, – предложила Луана, и все с ней согласились.

Арон собрал несколько веток, и они разожгли костер, вокруг которого расположились.

– Дашь мне немного хлеба? – Луана взглянула на своего любимого, и он протянул ей горбушку. Она поджарила ее на огне, прежде чем отломить кусочек.

– Я не знаю, что нам делать, – сказал Илиас, указывая на себя и Киана. – Отец хочет убить меня. Так же, как убил мою вторую половинку.

Всеобщее настроение изменилось. Луана тихо кашлянула и похлопала себя по груди, когда кусок хлеба застрял у нее в горле.

– Он ее не убил, – ответила Каая. – Мы узнали, что ей удалось спасти свою душу в последний момент. И душу вашего ребенка…

– Что? – прервал ее Илиас. Он сдвинул брови и искоса посмотрел на нее. – Откуда ты знаешь о ребенке?

Каая раздраженно переводила взгляд то на него, то на Луану с Ароном.

– Видение, – пробормотала она. – Когда мы вошли в разлом.

– Видение? – переспросила Луана. – Хочешь сказать, ты почувствовала не только присутствие Неа, но и ребенка?

– Нет, не так, – ответила Каая, и ее дыхание вдруг стало таким прерывистым, что она услышала, как кровь несется по ее жилам. – Я… вы… разве вы этого не видели? Часовню, церемонию, кровь.

– Что это за шутки такие? – Илиас вскочил, и его взгляд метался в разные стороны.

Каая в замешательстве посмотрела на него.

– Я видела все ее глазами. День церемонии. Я думала, и вы тоже…

– Что стало с ребенком? – выдавил Илиас, и Каая вздрогнула под его взглядом, в котором промелькнуло что-то дикое.

– Подожди! – крикнула Луана, вскочив с места и встав перед Илиасом. – Ты должен успокоиться.

– Все в порядке, – сказала Каая. – Я могу рассказать ему.

И Каая поведала ему обо всем. О том, как нервничала Неа, когда шла по проходу к алтарю. Какое счастье она испытывала и как сильно любила Илиаса и ребенка. Рассказала, как Неа отделила свою душу от тела, когда оно умерло. И о том, что ей удалось сохранить душу ребенка в анимарии. Все это произошло на последнем издыхании, совершенно интуитивно. Способность к магии душ пробудилась в ней тогда, и она мирно уснула, зная, что смогла защитить ребенка.

Илиас снова сел, завороженно слушая Кааю.

– То есть наш ребенок жив?

– Если анимарий способен хранить душу в течение нескольких лет, то да. Я почувствовала, что Неа была в этом уверена.

– И как… – Голос Илиаса сорвался, и Киан положил руку ему на плечо.

Каая ощутила укол в сердце, увидев, как он страдает.

Луана села рядом с ними.

– Разве вы не говорили, что душам нужна оболочка? Тело?

– Да, – ответил Илиас. – Мой отец говорил об этом. Так что душа Неа, возможно, обрела новое тело.

Все удивленно посмотрели на эльфа.

– Я прочел об этом, когда искал информацию в Большой Библиотеке. Это были тезисы, мифы – все неподтвержденные. Одна эльфийка писала, что на следующий день после смерти второй половинки у ее двери появился незнакомец. У него было помутнение рассудка, и он нес какие-то бессвязные вещи. И поскольку эльфийка чувствовала себя одинокой в своем горе, она пригласила его пожить у себя. Оказалось, что он любил ту же еду, что ее суженый. Там были перечислены и другие вещи, но я не обратил внимания. Во всяком случае, она была твердо убеждена в том, что к ней вернулась ее вторая половинка.

Мгновение шло за мгновением, пока все молчали.

– Я… – заговорил Илиас, – всегда чувствовал, что она не умерла. Я думал, что схожу с ума.

В этот момент Илиаса охватила боль, которую Каая ощутила глубоко в своей душе. У нее едва не перехватило дыхание. Она посмотрела на него, в его глаза, которые в отблесках пламени сияли, как драгоценные сапфиры. Это было… стало последним, что видела Неа, когда ушла из этой жизни навечно. И это отпечаталось в воспоминаниях Кааи. Теперь, глядя в его глаза, она чувствовала тоску, которая грозила поглотить ее. Старая, извечная тоска, что была ее частью, сколько она себя помнила.

Каая не знала, что с ней случилось. Как будто какая-то внеземная сила направляла ее и заставила робко протянуть руку и коснуться лица Илиаса. Она ощутила покалывание в кончиках пальцев, когда дотронулась до его теплой кожи.

– Каая, – услышала она Луану. – Каая, что…

Взгляд сапфировых глаз Илиаса вонзился в ее. Эти глаза сводили ее с ума. Столько всего в ней пробудили.

Он опустил руку поверх ее ладони и прижал к своей щеке, отзываясь на прикосновение. Интенсивность этого чувства была опьяняющей, странно знакомой.

– Неа! – В этот раз голос Луаны был таким настойчивым, что Каая вышла из транса. В ужасе она отдернула руку, а затем перевела взгляд с Илиаса на Луану.

– Как ты только что назвала меня?

Луана округлила глаза.

– Видимо, так все и случилось, – прошептала она.

– О чем ты говоришь? У меня нет… я не хотела. – Она указала на Илиаса. – Не знаю, почему я это сделала.

– Ты ее тело, – сказала Луана.

– Что? – едва слышно спросила Каая. Она посмотрела на Илиаса, на лице которого застыла смесь недоверия и замешательства. – Что?

Луана потерла глаза.

– Ты умерла, Каая. Ты не выжила после чумы. Понимаешь?

Перед глазами все пошло кругом. Ее прошиб холодный пот, и она задрожала.

– Нет. Нет, я… ничего не понимаю. Больше ничего не понимаю.

– Душа Неа вышла из разлома здесь, в Кальтеннесте. И видимо, вцепилась в первое пустое тело, которое смогла найти.

– Пустое… тело?

Слова Киана пронеслись в ее голове: «Я думаю, ты ему кое-кого напоминаешь».

Луана схватила ее за руку, но Каая вырвалась.

– Тело без души. Мертвое тело, Каая. Так, должно быть, все и было. Как давно это случилось с Неа? – спросила она, обращаясь к Илиасу.

– Семь лет назад, – ответил вместо него Киан.

Илиас словно окаменел.

– Значит, я права, – сухо сказала Луана и повернулась к Каае.

– Нет! Не смей говорить мне, что вся моя чертова жизнь – ложь!

Ариан…

Луана посмотрела на Арона в поисках помощи, но тот не предпринимал никаких попыток вмешаться.

– Луана, возможно, права, – сказал Киан. – Илиас, ты ведь сам говорил, что Неа где-то здесь.

– Но не во мне! – истерично закричала Каая. – Я это я! Я – Каая! Каая Данелл, дочь Романа Данелла и Мадьи Данелл, урожденной Хоэн!

Луана схватила ее за плечи и настойчиво заглянула в глаза

– Ты была ею. Прежняя ты. Твоя старая душа. Но она покинула тело, когда ты умерла от чумы вместе со своими матерью и братом. Пойми! Той ночью Каая умерла, а душа Неа нашла новый дом в еще теплом теле. Должно быть, она утратила свои воспоминания, когда прошла через разлом. Поэтому ты и очнулась без памяти. И начала жизнь с нуля. Ты просто думала, что ты – Каая, потому что проснулась в ее прежней жизни. Все указывает на это.

Голова Кааи гудела. Застонав, она стряхнула с себя руки Луаны и помассировала виски.

– Это все слишком…

Ариан…

– Анимариум никак тебе не навредил. – Каая подняла глаза, услышав знакомый голос Илиаса. Он выглядел таким же растерянным, какой она себя чувствовала. – И ты чуть не потеряла сознание от боли в часовне, когда мы подошли к разлому. К разлому, в который Неа… – Его голос сорвался, и Луана снова взяла слово:

– Помнишь головную боль в ольховом лесу? Когда ты чуть не провалилась в разлом без нас?

Каая невольно кивнула.

– Потому что я… потому что моя душа…

– Да, – прошептала Луана.

В который раз Каая вспомнила тот вечер, когда Пертеас забрал с собой душу Ариана. В течение нескольких часов у нее болела голова. Возможно потому, что Пертеас воспользовался разломом в часовне и вышел в Кальтеннесте. Оттуда до их с Арианом дома в ольховом лесу было всего несколько километров. Пути Пертеаса и Ариана пересеклись только потому, что они жили так близко к проклятому разлому.

Илиас вышел из оцепенения и нежно взял Кааю за плечи.

– Мы вместе выясним, что произошло, Каая.

Когда она услышала свое имя из его уст, все возведенные внутри нее стены разом рухнули.

– Мне очень жаль, – задыхаясь, пробормотала она. Она даже не понимала, за что именно ей жаль. – Мне очень жаль, мне очень жаль, – тем не менее повторяла она снова и снова, закрыв лицо руками.

Илиас неуверенно потянулся к ее пальцам. Каая смотрела затуманенными слезами глазами в землю, пока он не коснулся ее подбородка и нежно не приподнял лицо. Затем сделал нечто такое, отчего ее сердце пустилось вскачь. Он притянул ее к себе и обнял. Эти объятия сказали столько всего, что никогда не передать словами. Каая тоже обняла его, и ей показалось, что она делала так уже тысячи раз. Тепло его тела передалось ей, когда он зарылся лицом в изгиб ее шеи, а она прижалась к его груди. Его сердце билось так же быстро, как и ее собственное. В этот момент она чувствовала, как что-то внутри нее заживает, а что-то разрушается навсегда.

Ариан…

Глава 27

Илиас

Эти чувства были ему так знакомы, но в то же время ощущались иначе. Будто их души могли видеть друг друга. Хотя его глаза видели только Кааю. Кааю, которая рисковала своей жизнью, чтобы спасти своего друга. Девушку, что боролась на протяжении всей своей жизни. Девушку со шрамами на руках и шрамами в душе. Он вдохнул ее аромат. Это был не аромат дождя или вспаханной земли. Больше похоже на аромат роз и мыла. А когда Каая наконец-то подняла на него свои глаза, они были теплого медового оттенка. Не аметистового.

Это вовсе не Неа. И все-таки… Каая пробудила в нем что-то, когда впервые подняла свой меч, чтобы напасть на него. То, как держала его, как обращалась с ним… Всю последнюю неделю он пытался не подпускать ее к себе близко, но у него не очень-то хорошо получалось. Все в нем отзывалось на нее. И теперь он знал почему.

Илиас не хотел думать об этом, когда они спускались по склону к маленькой деревушке у подножия горы. Кальтеннест, как назвала ее Каая. Ее родина. Илиас чувствовал, что она напряжена: ее взгляд был устремлен вперед, а руки сжаты в кулаки. Они не разговаривали с тех пор, как потонули в объятиях друг друга. И он в любом случае не знал, что сказать. Не стала ли его близость слишком внезапной? Он должен был спросить у нее прежде, чем рваться ее обнимать, но чувства просто захлестнули его… Его спутанные чувства, которые так и не распутались.

Илиас блуждал взглядом по близлежащим окрестностям, в то время как в его голове крутились одни и те же вопросы. Вопросы, на которые он не знал ответа. Хотя это были самые важные вопросы в его жизни. Вернет ли он Неа? Такую, какой она когда-то была. Ту, которая узнала и полюбила его всем сердцем.

И их ребенка…

– Идите вперед, – сказала Каая, прерывая полет его мыслей.

Тем временем они незаметно прокрались в одну из деревенских конюшен, потому что пешком они далеко не уйдут: скоро взойдет солнце и раскроет их с Кианом тайну.

Солнце… Оно было еще более невероятным, чем он мог себе представить.

– Почему? – спросил Арон, снова выдергивая Илиаса из размышлений.

– Я… – Каая опустила взгляд и пожала плечами. – Наверное, я хочу его увидеть.

– Твоего отца?

Каая кивнула.

– Мы подождем тут, – бросил Илиас. – Наши пути пересеклись не для того, чтобы мы снова друг друга потеряли.

«Я не могу снова тебя потерять».

Каая, казалось, задумалась, затем кивнула.

– Я постараюсь побыстрее.

Каая

Чем ближе она подходила к дому, тем чаще бился ее пульс. Вот и он. Покрашенный красным фасад выцвел, а краска местами облупилась. Белые оконные рамы пожелтели, а деревянная дверь совсем рассохлась.

Но даже этот вид заставил ее сердце колотиться быстрее. Сколько раз она приходила сюда по вечерам? Она сосредоточилась и смогла расслышать голос своего старого отца, хриплый от постоянного распития алкоголя.

Она осторожно подошла ближе, следя за тем, чтобы не издавать лишних звуков. Встала у одного из окон и заглянула внутрь. На столе горела свеча, тускло освещавшая комнату, но ее света хватило, чтобы Каая смогла разглядеть фигуру на диване. Он обернул одеяло вокруг верхней части тела, которая размеренно поднималась и опускалась. Казалось, отец крепко спал.

Очевидно, он все еще не мог заставить себя лечь в кровать, которую когда-то делил с матерью.

С матерью Кааи. Кааи, которая и сама умерла. Чувствовал ли это отец? Поэтому не мог смотреть в лицо не той дочери?

Каая прижала руку ко рту, чтобы подавить рыдание, когда слезы начали подступать к ее глазам. Она с трудом оторвала взгляд от своего спящего отца.

Этот дом, эта деревня – все это было частью другой жизни. Ей так часто хотелось вернуть свои воспоминания назад. Хотелось вспомнить теплые объятия матери, смех брата. Счастливого отца. Она цеплялась за эти мысли, как за какой-то якорь. Пронесла с собой надежду, что однажды вспомнит то время – время без боли. Но в этот момент она вдруг поняла, что больше никогда ничего не вспомнит. Потому что это были не ее воспоминания. Это были воспоминания другой девушки, той, что заболела и умерла от чумы. А спящий мужчина не был ее отцом.

Из уголка ее глаза выкатилась слеза, когда она осознала, что только что потеряла свой дом. Опять.

Каая вытерла глаза и вернулась к остальным, что ждали ее неподалеку. Они наверняка видели, что она плачет, но ей было все равно, пока никто не поднимал эту тему. Никто почти не обращал внимания на Кааю, и она была благодарна им за то, что до следующего привала они ехали молча.

Они добрались до хижины Орианы в Аргонсфельде незадолго до восхода солнца. Некоторые деревенские жители оборачивались, смотря на прибывших, но Каая не верила, что кто-то заметит, что с ними были два эльфа из другого мира. Илиас и Киан держались в тени, низко надвинув капюшоны на лица. Лошадей они оставили в конюшнях и последние метры прошли пешком.

К ней тихо подошла Вира, и Каая погладила ее по мягкому темно-зеленому меху. Вскоре объявилась и лупира Луаны, Виндур. Он с любопытством повернул морду в сторону Илиаса, а затем прижался к его ногам. Каая заметила, как в этот момент с него спала часть напряжения.

И хотя Луана заверила его и Киана, что Ориана была другом, в них все равно оставалась толика скептицизма. Они вот-вот войдут в дом, в котором жила незнакомая эльфийка. Эльфийка, которая присутствовала при создании Верховным Советом Туманности, что обрекла их предков на заключение.

Когда дверь с тихим скрипом отворилась, все пятеро подняли взгляд. В дверном проеме показалась Ориана.

– О, Каая, – выдохнула тетя Ариана и за несколько шагов преодолела расстояние между ними. Она заключила Кааю в крепкие объятия. – Слава Эйюне, ты жива.

Каая обняла ее в ответ, осознав, как сильно в этом нуждалась.

– Мы нашли ее. Мы нашли его душу.

Ориана высвободилась из объятий и посмотрела на нее глазами, в которых блестели слезы.

– Я в этом и не сомневалась. – Ее взгляд скользнул к Илиасу и Киану, и если Ориану и удивило их присутствие, она не подала виду.

Они вошли в дом, и Каая с нетерпением наблюдала, как два эльфа теней осматриваются. Ориана подошла к плите, чтобы приготовить чай, а затем подала всем по чашке.

– Да, я слышала о принцессе Неа, – сказала она, сделав глоток из чашки. – Она была совсем маленькой, когда Верховный Совет изгнал Эльдана, Пертеаса и остальных. В то время на Медазаре бурно отмечали ее рождение, ведь она должна была унаследовать и магию душ, и магию разума.

– Но как так вышло, что ее никогда не искали после убийства родителей? – спросил Илиас.

Когда Каая, Луана и Арон рассказали, что произошло за последние несколько дней, Ориана отреагировала на все с пониманием, и Илиас слегка расслабился. Эльфийка также узнала и о том, что душа Неа, по-видимому, все это время жила в Каае. Что Каая каким-то образом стала Неа.

– Ее мать была могущественной волшебницей. Могу себе представить, что она стерла информацию о существовании Неа из памяти остальных. Она была на это способна.

– Вы имеете в виду, что она сделала это, когда ее убили?

– Да, возможно. Вероятно, это был ее способ защитить ребенка после своей смерти и убедиться, что их род будет продолжен. Думаю, так бы поступила любая мать.

«Так поступила и сама Неа. Она защитила своего ребенка».

Илиас, казалось, подумал о том же и просто кивнул.

– Ориана, – вступила Каая. Она тяжело сглотнула и опустила взгляд на свои руки, сложенные на коленях. – Что это значит для… меня?

– Я думаю, что Луана права, Каая. В ваше отсутствие я нашла много исследований и пообщалась с друзьями-эльфами, знатоками в душеведении. Вполне возможно, что душа перенеслась в новое тело. В мертвое тело. Если я правильно вас понимаю, именно это и происходило в Туманности в течение последних семи лет.

Каая снова подняла на нее взгляд.

– Но… тела, в которые Пертеас вселяет чужие души, превращаются в умбр. В демонов.

– Мой отец помещает человеческие души в тела эльфов. В твоем случае все наоборот.

– Кто знает, какую еще магию использует Пертеас, – отозвалась Ориана. – Он мог манипулировать душами по своему усмотрению.

И пока остальные продолжили обсуждать эту тему, Каая заметила, как Луана изучает свиток о ритуале.

– Мы должны дождаться, когда солнце достигнет своей наивысшей точки. И тогда сможем приступить к ритуалу, – сказала она после того, как все затихли.

Каая поднялась.

– Могу ли я увидеться с ним?

– Конечно. – Ориана встала и проводила ее до амбара. Открыла ей дверь и позволила войти туда одной.

Когда Каая увидела лежавшего там Ариана, ее сердце, казалось, подскочило прямо к горлу. Она слышала, как в ушах ревет кровь. Чувствовала, как слезы подступают к глазам. Проглотив их, она медленно подошла к кушетке.

– Я снова здесь, – прошептала она.

Как она и ожидала, Ариан ей не ответил. Он лежал там точно так же, как она его оставила. Его светло-серые глаза смотрели в потолок, ничего не выражая, а лицо было таким бледным, но по-прежнему красивым. Его взгляд все еще заставлял ее сердце биться быстрее. Она стояла и смотрела на него, забыв обо всем на свете. Теперь значение имел только он. Только Ариан. Ариан и Каая. Она забыла и об Илиасе, и Неа.

Только Ариан и Каая.

В какой-то момент в дверь постучали.

– Могу ли я поговорить с тобой?

Илиас.

Она позволила ему войти.

– Это Ариан?

– Да. В чем дело?

Илиас выглядел взволнованным, когда оторвал взгляд от Ариана и посмотрел на нее.

– Мы с Кианом уезжаем после захода солнца.

– Что? Почему? Куда? – Кааю охватил ужас.

– Мы должны доставить тело Неа – твое тело – в безопасное место.

Каая нахмурилась.

– Почему?

– Мой отец пока не знает, что она смогла спасти свою душу… Но если у него возникнет хоть малейшее подозрение, то он уничтожит тело.

– Я… не хочу показаться бестактной, Илиас, правда, но неужели вы хотите рисковать своими жизнями ради мертвого человека? Отец наверняка тебя ищет. Вы можете остаться здесь, и мы найдем другое решение.

– Это не… – Он запнулся и, взглянув на нее, продолжил: – Ориана разговаривала с эльфом по имени Мираэль, и у нее есть справочник, который…

– Ближе к делу, Илиас! – Каая начинала терять терпение, а ее нервы были натянуты до предела. К чему приведет этот разговор?

Из его рта вырвался нервный вздох, а затем он твердо посмотрел ей в глаза.

– Ты можешь вернуться в свое тело.

Каая невольно отступила на шаг и воззрилась на него, не веря своим глазам. О чем он говорит?

– Разве ты не хочешь этого? – спросил он, но она снова промолчала.

– Как я должна на это ответить? Я… нет, я… Почему я должна этого хотеть?

– Ты была эльфийкой, Каая. К тому же очень могущественной. Возможно, самой могущественной из всех нас. И ты… мы… – Илиас протянул к ней руку, и тогда она поняла, к чему он клонит. Она должна была снова стать Неа, должна была быть с ним. Как будто ничего никогда не случалось, и она никогда не была Кааей.

Ей вдруг стало плохо.

– Нет, Каая, пожалуйста! – Он схватил ее за запястье, но она вырвала свою руку. – Ты вернешь свои воспоминания!

В этот момент ее стошнило.

– Уходи! – прохрипела она, когда он попытался к ней приблизиться.

Как он смел говорить ей такие вещи, как смел даже думать о них, когда Ариан лежал прямо здесь? Если бы он только знал, какие чувства Каая к нему испытывает. Это было неправильно. Так неправильно!

– Мне очень жаль. Знаю, это звучит безумно. Я…

– Убирайся!

– Каая, пожалуйста, я…

– УБИРАЙСЯ!

– Что здесь происходит? – Ориана ворвалась в амбар и с недоумением переводила взгляд то на Кааю, то на Илиаса.

– Ты знаешь, что он планировал сделать? – напрямую спросила она у Орианы.

Ориана подняла руки, пытаясь ее успокоить.

– Каая, это только один из вариантов. Мы должны сначала забрать тело, а уже потом поглядим, что делать дальше.

Каая почувствовала, как сдавило ее горло. Она это серьезно?

– Выйди отсюда, – обратившись к Илиасу, сказала Ориана.

Напоследок он бросил на Кааю печальный взгляд, которым, видимо, хотел перед ней извиниться, и вышел из амбара.

– Значит, вы все спланировали? – всхлипнула Каая после того, как дверь снова закрылась.

Ориана села к ней на пол.

– Это решение можешь принять только ты. Никто не собирается заставлять тебя.

– Почему я должна быть в… теле Неа? Мне нравится мое тело. Нравится моя жизнь такой, какая она есть. Я люблю Ариана и не хочу прекращать любить. Никогда!

Каая прикусила нижнюю губу сразу, как произнесла эти слова. Она впервые заявила об этом вслух. Сказала о том, что любит Ариана, и сделала это от всего сердца.

Ориана тепло улыбнулась ей.

– Ты и не должна. Согласно информации, которую мы собрали, ты сохранишь воспоминания, которые были у тебя, как у Кааи. Ты сохранишь свои чувства и мысли, но также получишь и воспоминания Неа.

– Почему я должна хотеть этого? – шепотом спросила она.

– Что, если Пертеас осуществит свои планы и… начнется война? Если он действительно вторгнется сюда со своей армией эльфов теней и демонов?

Каая закрыла глаза ладонями. На нее свалилось слишком многое. Слишком много всего.

– Пусть, значит, чья-то чужая душа вселяется в ее проклятое тело.

– Мы могли бы использовать для этого душу другой эльфийки, но никто из нас не знает, как тело отреагирует на это. Все не так просто. Но мы найдем решение вместе, Каая. Мы не станем делать ничего против твоей воли. Я тебе это обещаю.

Воцарилось молчание, а затем Каая встала и помогла Ориане подняться на ноги.

– А что насчет ее… моего ребенка?

Ориана потерла руки.

– Нам кажется, он все еще в ее теле. Как только Неа очнется, она сможет направить сохраненную душу обратно в эмбрион.

– И он будет жить?

– Да, он будет жить.

– Илиас.

Закрыв за собой дверь в дом, Каая вышла в сад.

Он стоял к ней спиной, засунув руки в карманы брюк, и смотрел на небо. Когда он услышал ее голос, мышцы его спины напряглись, а затем он повернулся.

– Каая…

– Мне очень жаль, – поспешно сказала она. – Я не хотела кричать на тебя.

Он грустно улыбнулся.

– Все в порядке. Должно быть, это шокировало тебя. Еще и в присутствии Ариана. Мне искренне жаль.

Она прикусила губу и кивнула.

– Я хотела попрощаться.

– Вы будете проводить ритуал, когда мы уедем?

Каая кивнула.

– Тогда я желаю вам удачи. Я буду молиться, чтобы у вас все получилось. Чтобы Ариан проснулся.

Каая увидела вспыхнувшую в его глазах боль.

– Спасибо. – В ее горле вдруг все пересохло. – Пожалуйста, будьте осторожны.

– Хорошо.

Несколько секунд стояла тишина, пока Илиас смотрел на Кааю с тоской, пронизывающей ее насквозь. В его глазах бушевал целый океан эмоций. Глубокий, непостижимый, дикий океан, который поглотил бы ее, если бы она сделала хотя бы шаг в его сторону.

– Потом вы вернетесь сюда с телом? – спросила она, чтобы не поддаваться соблазну океана.

– По крайней мере, таков план.

Она шагнула навстречу Илиасу. От его терпкого аромата по ее спине пробежал холодок, и она заставила себя остановиться.

Одним резким шагом он преодолел оставшееся между ними расстояние и притянул ее в свои объятия.

У Кааи перехватило дыхание.

– У каждой души есть вторая половинка, отражение ее самой, – прошептал он ей на ухо. – И независимо от того, как далеко находятся две души… они всегда найдут путь к друг другу.

Волосы на затылке Кааи встали дыбом.

– А если они не могут быть вместе? – прошептала она, затаив дыхание.

Он высвободился из объятий и обхватил ее лицо обеими руками. Его грудь тяжело поднималась и опускалась.

– Я все равно буду любить тебя, Неа. Еще более крепкой любовью, сильнее, чем та, что когда-либо испытывало человеческое сердце. Я буду любить твою душу своей душой, что веками ждала только тебя.

Его слова проникли ей прямо в сердце, и Каая закрыла глаза, когда он прислонился своим лбом к ее. Его теплое дыхание коснулось ее лица, и она всеми силами удерживала себя от того, чтобы взглянуть на него. Потому что, если она это сделает…

– Илиас…

– Прости меня, – прошептал он, скользнув своими губами по ее рту. Это было почти невесомое касание, но она все равно вздрогнула.

– Илиас, – выдохнула Каая.

Он замер.

Она хотела, чтобы он поцеловал ее. И хотела, чтобы отпустил. Она хотела…

Но когда Каая снова открыла глаза, Илиас уже исчез.

Глава 28

Каая

Наконец наступил полдень. Солнце почти достигло зенита – лучшее время для того, чтобы творить эльфийскую магию. По крайней мере, ту магию, что получает энергию из солнечного света.

Каая, Луана, Арон и Ориана выстроились вокруг тела Ариана. Все они были напряжены. Ориана разложила на небольшом столике свиток и поставила рядом чашу, в которую Каая опустила свое кольцо. Кольцо Ариана.

– Готов? – спросила она у Арона. Чтобы связать его сердце и сердце Кааи для ритуала, им нужна была его кровь. Кровь от крови.

Когда Арон кивнул, Ориана протянула ему золотой кинжал, на рукояти которого сверкало несколько драгоценных камней. Арон порезал свою ладонь и сжал руку в кулак над чашей для жертвоприношения. Несколько капель темно-алой крови упали на кольцо.

Ориана кивнула ему, затем Каае. Они встали слева и справа от Ариана – на уровне его сердца. Оба положили по одной руке на его грудь, а Ориана поставила у его ног чашу.

– Луана, ты знаешь, что делать?

Луана поджала губы и кивнула. Ритуал займет несколько часов и многого потребует от них. Особенно от ее любимого.

Разнервничавшись, Каая посмотрела на эльфийку, лицо которой потеряло всякий цвет.

Жизнь Ариана была в ее руках.

Арон

Вскоре после того как Ориана начала произносить заклинание, шар души Ариана поднялся в воздух. Он завис над его ртом, и серебристая жидкость в нем суетливо заколыхалась взад и вперед. Как будто чувствовала, что вот-вот вернется в свое тело.

Арон заметил, что на лбу Орианы образовались капельки пота, одна за другой стекая по ее щекам. Повсюду горели сотни свечей, из которых обе эльфийки черпали магию огня.

Как только первая часть заклинания Орианы закончится, у ритуалу приступит Луана. И остановит его сердце.

«Сердце, которое перестанет биться ради него».

Жертва, которую надо принести, чтобы вернуть к жизни другую душу. Он был готов. И хотя его сердце колотилось так сильно, что чуть не разрывало грудную клетку, он был готов. Даже если ему придется умереть. Он был готов исправить ошибку, которую совершил в далеком детстве. В этот раз он поможет своему брату. В этот раз он спасет Ариана.

Он не знал, сколько прошло часов, прежде чем голос Орианы затих, и слово взяла Луана. Ее голос, несмотря на дрожь, был уверенней, чем у Орианы. Арон посмотрел на нее и улыбнулся, чтобы придать ей сил. Но она выглядела такой сильной, что ей не нужна была никакая помощь. В отличие от Орианы, Луана даже не вспотела. Она подняла голову, раскинула руки в стороны и забыла обо всем вокруг. В какой-то момент, когда ее взгляд медленно вонзился в его, он почувствовал первый укол в сердце. Он подавил крик боли, когда в его сердце будто что-то ворвалось во второй раз.

– Ты с этим справишься, – прошептала Каая напротив него. И боль прошла. На ее место пришла чудовищная усталость.

Его конечности будто налились свинцом и тяжелели с каждой секундой. Перед глазами появились черные пятна, и все вокруг закружилось.

Арон понял, что падает.

Луана

Там, где она ощущала пульс, который только что остановила с помощью своей магии крови, теперь была гнетущая тишина. Ей пришлось сильно сосредоточиться, чтобы не потерять себя в этой власти. В этот раз она не может себе этого позволить. Жизнь Арона была в ее руках.

И когда ее любимый больше не смог держаться на ногах, Луана тоже едва не упала. Она отчетливо чувствовала, как ее магия ослабевает. И словно издалека услышала певучее заклинание Орианы. Зрение Луаны затуманилось, когда Арон испустил свой последний вздох. В это мгновение пламя свечей увеличилось, в комнате стало жарче, и стены будто начали сжиматься вокруг них. Нет, на самом деле сжималось горло Луаны. Ей становилось все сложнее дышать, но она не прерывала поток заклинания. Она произносила слова себе под нос, продолжая поднимать руки вверх, хотя они дрожали. Она вот-вот отпустит сердце Арона. Скоро. Скоро он снова будет дышать и жить.

Пока Луана творила свою магию, она отсчитывала секунды.

Сто сорок четыре, сто сорок три, сто сорок две, сто сорок одна…

Если она задержится всего лишь на секунду, Арон рискует получить непоправимые повреждения. Луана глубоко вдохнула, затем выдохнула. Вдохнула и снова выдохнула.

Девяносто восемь, девяносто семь, девяносто шесть…

– Сколько еще? – спросила она у Орианы.

– Держись. Всего несколько минут.

Луана посмотрела на камень души, в котором по-прежнему плескалась душа Ариана.

– Я-то продержусь, но Арон – нет. У него есть минута.

– Луана, – выдавила Ориана. Она тяжело дышала. – Он это переживет. Ты вылечишь его сразу после этого. Держись.

Сорок три, сорок две, сорок одна…

И вот наконец-то серебряная жидкость – душа Ариана – выскользнула из камня души. Едва соприкоснувшись с воздухом, она превратилась в маленький шарик света. Луана наблюдала, как он приближается ко рту Ариана, но все еще был недостаточно близко. Луана перевела взгляд на Арона, лежавшего у ее ног, бледного и с закрытыми глазами.

Семнадцать, шестнадцать, пятнадцать…

Серебристый световой шар парил над губами Ариана.

«Давай уже, возвращайся», – мысленно умоляла она.

Три, две, одна…

Она не станет смотреть, как умирает Арон. Она глядела то на световой шар, то на любимого, а потом все произошло так быстро.

Луана мгновенно отпустила пульс Арона и ускорила кровоток. Сосредоточилась на его сердцебиении, позволяя своей энергии влиться в него, пока сфера продолжала парить в воздухе.

– Мне очень жаль, – прошептала она. Сердце Арона снова начало биться. – Мне очень жаль.

Каая

– Луана, нет! – в ужасе воскликнула Каая. Ее рука лежала на сердце Ариана. Ее сердце билось за него.

«Сердце, которое бьется за него».

«И сердце, которое перестанет биться ради него».

И все же оба сердца по-прежнему бились, а душа Ариана не вернулась в его тело.

– Луана, мы не закончили, мы…

– Нет, закончили, – прохрипела Луана, опустившись на колени и положив голову Арона себе на колени. – Иначе он бы умер!

«Напрасно. Все было напрасно».

– Давайте еще раз! – громко сказала Каая. – Мы начнем все сначала!

Луана сердито сверкнула глазами.

– Ты умом тронулась? Я не собираюсь снова подвергать Арона опасности.

Кто-то вдруг резко вдохнул, и этот звук эхом разнесся по комнате.

Луана, Ориана и Каая повернулись к источнику звука.

Это был Ариан.

Ариан

Каждый вдох обжигал горло. У него во рту все пересохло, и ему было невыразимо жарко. Он хотел закричать, но голос не подчинялся ему. Он хотел закричать, потому что все, что он помнил – это боль.

Эльф, черный луч, всепоглощающая боль.

Кто-то что-то говорил ему, но он не слышал. Ему хотелось моргать и двигаться, но тело тоже не повиновалось ему.

– Ариан!

Ариан?

Это… Да, это его имя. Его звали Ариан. А этот голос… Он что-то пробудил в нем. Устремился прямо к какому-то месту глубоко в его груди. Туда, где он давно ничего не чувствовал. Его взгляд затуманился. Он снова теряет сознание? Нет. Просто кто-то оказался в поле его зрения. Чей-то темный силуэт. Его дыхание участилось. Это что, злобный эльф?

– Ариан, – снова прозвучал голос. Теперь он был значительно ближе. Это не эльф. – Ариан, это я, Каая.

«Ты следил за мной?»

«Нет нужды убегать».

«Я и не хочу убегать».

– Ка…

«Как долго ты жила на улице? Что случилось с твоим домом?»

– …ая

«Теперь ты мой дом».

«И ты мой».

– Каая.

Каая

Ее рыдания постепенно стихли. Она сидела рядом с кушеткой Ариана уже несколько часов, пока тот крепко спал. Луана стабилизировала его состояние с помощью своей магии крови, и он заснул. Он почти ничего не сказал, только ее имя.

«Ка… ая».

Прежде чем рыдания снова захлестнули ее, Каая поднялась. Она как раз собиралась подойти к двери, когда почувствовала, что кто-то обхватил ее запястье. Теплая, слабая рука.

– Останься.

Ариан.

Когда она повернулась, он уже сидел на кушетке. Он нежно притянул ее к себе, и она позволила ему, не став возмущаться. Ориана, Арон и Луана ушли некоторое время назад, и теперь они остались наедине.

– Каая? – повторил он, его голос был таким тихим и осторожным.

– Как дела? – выдавила она.

– Хорошо… наверное.

И вот она! Его озорная улыбка, от которой у нее забилось сердце. Не в силах больше сдерживать слезы, Каая порывисто обхватила руками его торс. Ариан притянул ее к себе на колени, ближе к своему сердцу. Она почувствовала себя как дома.

– Я так скучала по тебе! – всхлипнула она ему на ухо, прижимаясь еще крепче.

– Что со мной случилось?

– О, Ариан.

И она рассказала ему, как Пертеас украл его душу. Как они втроем отправились в Туманность и встретили там наследного принца и его друга. Но не стала упоминать о том, как сильно они сблизились с Илиасом. И умолчала, что она, вероятно, хранит в себе душу Неа. Это могло подождать. Все могло подождать. Сейчас значение имело только это мгновение. Мгновение, когда она была просто Кааей, а он – мальчиком, который ее спас.

В тот момент, когда она замолчала, Ариан перевел взгляд на ее губы, будто ожидая, что она скажет что-то еще. Он приоткрыл рот, не выпуская ее из виду, и она не смогла сдержать внезапно возникший в груди жар, распространившийся по ее груди и медленно переместившийся к животу и ниже. Туда, где она чувствовала тело Ариана под собой. Смутившись, она отвела взгляд в сторону и попыталась подняться с его колен. Но он положил руку ей на щеку и снова повернул ее лицом к себе.

– Поверить не могу, сколько ты сделала для меня. – Его голос звучал грубо и хрипло.

– Ты бы сделал для меня то же самое, – тихо отозвалась она.

– Да, – ни секунды не мешкая, ответил Ариан.

Он нежно обхватил ее лицо обеими руками. Каая чувствовала покалывание на коже под его пальцами и не могла здраво мыслить. Она видела, как его грудь быстро поднимается и опускается, будто близость вызвала в нем то же, что и в ней.

Ариан снова прошептал ее имя, и ее сердце едва не выпрыгнуло из груди.

– Я умру, если не сделаю этого, – выдохнул он перед тем, как соприкоснулись кончики их носов, а затем слились и губы. Его поцелуй был медленным, почти бережным, и все же он вызвал в ее душе взрыв. Жар волна за волной овладевал ею и уносил прочь. Твердое тело Ариана сильнее прижалось к ней, и он углубил поцелуй. Кончик его языка неуверенно попросился внутрь, и Ариан тихо застонал, когда она приоткрыла рот, встречая его язык своим. Она зарылась пальцами в темные волосы, нащупывая опору, когда ощущение невесомости охватило ее. Она желала больше этого, больше его, еще больше…

Ариан оторвался от нее, и все ее тело задрожало. Вопросительно взглянув на него, она заметила, как его глаза вспыхнули темным огнем. И прежде, чем Каая успела подумать об этом, он снова поцеловал ее, на этот раз крепко, жадно. Его руки скользнули по ее спине вниз, к ягодицам, и он приподнял ее, склонившись ближе. Его губы проложили дорожку поцелуев по ее челюсти к шее, отчего она тихо застонала. Он лизал и кусал ее шею, вызывая в ней то, чего она никогда раньше не чувствовала.

– Ариан, – простонала Каая. Казалось, его возбуждало это, и он становился только настойчивее. – Ариан…

«Что… что он делает?»

– Ариан! – Резкая боль запульсировала в изгибе ее шеи. Сначала она попыталась мягко оттолкнуть его от себя, а когда он никак не отреагировал, ей пришлось приложить больше усилий. – Ариан, мне больно!

Он оторвался от нее и посмотрел на нее округлившимися глазами. Его глаз были испещрены темными полосами.

– Что за…

Осмотрев Ариана снова, она заметила, что его губы были испачканы кровью.

– Каая, я…

Она поспешно схватилась за свою шею, а затем посмотрела на свои пальцы. Кровь.

– Ты укусил меня. – В ее голосе звучало недоверие.

– Я… я не знаю, почему это сделал… Прости меня, прости, пожалуйста…

Словно завороженный, Ариан уставился на кровоточащий укус у нее на шее. В его черных глазах горела жадность.

– Ариан, – сказала она. – Оставайся на месте. Прошу тебя.

Острые клыки блеснули в свете свечей.

– Я… Каая, я… Мне очень жаль. Мне так жаль.

И с этими словами он вцепился ей в горло.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ

Благодарности

Итак, вот она – первая часть моей дилогии «Трон теней». Первая часть истории, которую я начала придумывать еще в далеком 2014 году. Я теряю дар речи, когда думаю о том, что вы наконец-то узнаете ее и, надеюсь, полюбите.

Дорогие читатели, я от всего сердца благодарю вас за то, что вы дали шанс моему дебюту. Если бы только могла выразить словами свои чувства, я бы обязательно это сделала.

(Интересно, если я не могу этого сделать, то что это говорит обо мне как о писателе? Боже мой, я писатель!!!!)

Я хочу еще раз вернуться к своему сообществу – тысячам милых людей, с которыми мне удалось познакомиться и которые за последние несколько лет проникли в мое сердце благодаря Instagram[2]. Серьезно, только благодаря вам я нашла в себе смелость осуществить детскую мечту. Хотелось бы мне повидаться с пятнадцатилетней собой и сообщить ей, что мы это сделали!

Она сидела за столом и упорно, вместо домашней работы, писала рассказы, чтобы справиться с глубоко засевшей пустотой внутри. Но она никогда не смела надеяться, что эти истории когда-нибудь станут книгами.

Разве я смогу хоть когда-нибудь описать то, насколько благодарна?

В частности, мне хотелось бы поблагодарить Сину, которая прочитала первую черновую версию книги «Наследница тьмы». Благодарю тебя за поддержку и за то, что ты переживала вместе со мной, когда мы искали дом для моего книжного первенца. С ним мы пошли к Жюстин Паст, которая в конечном итоге и заложила фундамент и наладила контакт с «Impress». Спасибо, что с самого начала верили в меня и всегда поддерживали (причем блестяще), когда я тонула в неуверенности в себе.

«Impress», спасибо вашей замечательной команде! В первую очередь Пии. У меня до сих пор мурашки по коже, когда я вспоминаю твое электронное письмо, изменившее мою жизнь навсегда. Да, звучит драматично, но именно так все и случилось. Эта книга так дорога для меня, и то, что ты поверила в ее успех, значит для меня очень много.

От этого письма я перейду непосредственно к Дине, которая получила от меня невероятно тревожное голосовое сообщение, где я попеременно смеялась, плакала и кричала: «Боже мой!» Я благодарю тебя за то, что ты позвонила мне и успокоила. Но до этого ты тоже много смеялась, плакала и кричала вместе со мной. Я надеюсь, что смогу так же поддержать тебя, когда и ты однажды получишь такое письмо.

Спасибо и тебе, Джули. И хотя мы не так давно знакомы, но мне кажется, что ты всегда была рядом. Не знаю, как бы я пережила месяцы, предшествующие релизу книги, без тебя и Дины. Спасибо вам за вашу дружбу, которая на самом деле значит намного больше, чем может описать это слово.

Я также хочу выразить благодарность своей лучшей подруге, не имеющей отношения к книгам. Гизем, спасибо тебе за то, что ты постоянно меня вылавливаешь и всегда рядом – вот уже восемнадцать лет.

Спасибо Лене Кифер и Айви Ли, которые помогали мне в процессе написания и публикации книги. Спасибо, что я могу поболтать с вами о том, каково быть писательницей, и в любое время получить совет!

Особая благодарность моему агенту Франциске. Только после нашего телефонного разговора я поняла, что все это происходит на самом деле. Надеюсь, нас ждет еще очень много других совместных проектов!

И, конечно же, спасибо большое тебе за все, Ивонн. Благодаря тебе мой первый опыт работы с редактором был по-настоящему приятным, и мне очень понравилось с тобой работать! Спасибо, что помогла вытянуть из меня лучшую версию моей дебютной книги. С ангельским терпением («смягчи переход» теперь мне будет сниться).

И наконец, мне хотелось бы поблагодарить мою семью. Маму, папу, Мелинду, Элу, Энниэн и Армина. Вы – моя жизнь. Спасибо огромное вам за то, что вы есть. Эти слова говорят слишком редко, и, если честно, я плачу, когда пишу эти строки. Не знаю, кем бы я была без вас и что бы делала.

Спасибо, спасибо, спасибо, даже если благодарности никогда не будет достаточно.

Ваша Берил

Примечания

1

В переводе с немецкого «Зонненбург» буквально означает «Солнечный город».

2

Деятельность социальной сети Instagram запрещена на территории РФ по основаниям осуществления экстремистской деятельности (согласно ст. 4 закона РФ «О средствах массовой информации»).

Content

Берил Керибар
Наследница тьмы

Плей-лист

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Благодарности

Примечания