Чёрные начала. Том 9.

Глава 261

Честно говоря, я даже растерялся.

Во-первых, слишком уж неожиданно объявился голос в моей голове. А во-вторых…

Дочь? Они думают, что я пришёл забрать их дочь?

Честно говоря, я даже и не знал, что ответить. Просто какой из вариантов хуже: я пришёл забрать их дочь или я пришёл забрать у императора песков его поджелудочные соки?

Как по мне, тут что не выбирай, всё равно звучит слегка не очень. Типа я пришёл забрать вашу дочь и считай против меня ополчатся все, так как раз она так важна, то это как минимум принцесса, будущая королева этого улья. А если я скажу, что пришёл откачать поджелудочный сок императора песков, будет ещё хуже, так как он император.

Но, наверное, самое важное было то, что я слышал голос кого-то, а значит этот кто-то был разумен и с ним можно было договориться.

— Эм… прошу прощения, но мы сюда пришли по другой причине, — начал я издалека.

— Люди приходят сюда только ради одной причины.

— И какой же?

— Украсть мою дочь, — уверенным тоном, будто незваный гость в моей голове проговаривал прописную истину, отчего аж кишочки затряслись внутри.

— Э-э-э… можно в свою защиту я скажу, что пришёл сюда не красть вашу дочь?

Его громогласный голос едва не разорвал мне мозг.

— Ты врёшь!!!

— Да нет же, клянусь! — простонал я, схватившись за виски.

— Всем нужна моя дочь!!! Думаешь, ты достоин её получить?!

— Нет, не достоин. Клянусь, я даже не знал о ней!

— А теперь ты знаешь!

— Но нужнее она мне не стала!

Повисла тишина, пусть и ненадолго, будто мой ответ застал его врасплох.

— А зачем ты сюда пришёл? — прорычал голос, отчего по телу прошли вибрации.

— Ну… за другим, — оправдывающимся тоном ответил я. — За редким ингредиентом.

— А как же тогда моя дочь? — хозяин голоса спросил это таким образом, будто весь его мир перевернулся.

— Я… я не знаю, но я пришёл сюда ради очень редкого ингредиента, и если есть возможность договориться, то я бы с удовольствием это сделал.

— Ладно, раз ты пришёл договориться, я отдам тебе мою дочь при одном условии…

— Да не нужна мне ваша дочь! — воскликнул я.

— А кому она нужна?!

— Ну уж точно не мне! Я даже не знал о её существовании, пока вы об этом мне не сказали! А… кстати говоря, а вы кто?

Я озадачено начал оглядываться. Честно говоря, стоять в круглом туннеле в свете фонарика было такое себе. Скальные породы, которые нависли надо мной, не вызывали никакого доверия, и звучи этот голос не в моей голове, а наяву, боюсь, от такого грохота потолок имел все шансы обвалиться нам на голову.

— Я — хозяин этого места. Я властитель этого мира. Я его закон, и я его приговор… — драматическая тишина, после чего голос прогремел так, что даже земля завибрировала. — Я Император.

— А я Юнксу, — негромко ответил я и почувствовал на себе странный взгляд Люнь. — Чего?

— Мог бы ответить посмелее, — с каким-то разочарованием ответила она.

— Могла бы следить за тылами лучше, — фыркнул я. — А ты его слышишь?

— Да, — кивнула Люнь. — Юнксу, может убежим?

— Ты только что говорила быть мне посмелее!

— Главное быть гибкой в таких вопросах!

— Ты слишком гибкая, я бы даже сказал, хитрожопая. И вообще, нам нужно получить то, зачем мы здесь.

К тому же, раз он разумный, значит мы имеем все шансы решить всё миром.

— А я могу встретиться с Императором? — негромко спросил я. — Отдать дань уважения и почтения тому, кто правит этим местом?

Сначала было тихо, и я уже было подумал, что нас или игнорят, или у меня глюки и никакого голоса не существует, однако мне всё же ответили.

— Мой верный слуга проводит тебя, — прогремел голос, заставив меня вздрогнуть.

И в это же мгновение с другой стороны почти развалившейся кристальной стены негромко постучали. Звук был таким, будто кто-то постучал по стеклу железным молоточком. Осторожный и тихий, я бы даже сказал вежливый и застенчивый, нам будто предлагали следовать за ним.

— А вдруг это ловушка? — тихо спросила Люнь.

— Думаю, если бы они хотели нам зла, это стена не стала бы им препятствием, Люнь.

Хотя признаться честно, мне было слегка ссыкотно разрушать единственный барьер между мной и хрен знает чем с той стороны. С одной стороны понятно, что тут стену пинком можно сломать, а с другой какая-никакая, но защита, пусть и психологическая. Потому что сломай её и нас уже ничего не будет разделять, а в голове уже рисовался образам твари, едва ли не такой же, как Хоудай, если не хуже…

Я заставил стену перед нами рассыпаться в кристаллическую пыль, не видя смысла больше ждать. Драться или договариваться, стену так или иначе надо было разрушить и лишний раз накручивать себя смысла не было.

Она рассыпалась кровавым песком на полу, и передо мной, практически полностью закрывая собой проход, тёмной тенью возвысилось доисторическое чудовище. Его глаза на стебельках, словно большие чёрные жемчужины, выглядывая из-под панциря, поблескивали в свете фонаря.

И первое, что пришло мне на ум, глядя на это чудовище, был…

Рак.

Огромный рак.

Честно говоря, я ожидал даже немного большего, пусть тварь передо мной и сложно было назвать красавчиком. Он смотрело на меня своими бусинками, медленно пережёвывая что-то жвалами, тихо пощёлкивая лапками по скалистой породе и не проявляя агрессии. Если присмотреться, то от рака у него было очень много отличий. По форме да и по строению существо, что оказалось перед нами, напоминало богомола, но куда шире и толще, при этом обшитого хитином, словно краб или… рак.

Да, это была помесь рака и богомола. Если так подумать, то Бао достаточно точно его описал. Разве что я не сразу подумал именно про раков, иначе бы, существо передо мной меня и вовсе не удивило.

Оно смотрело на нас будто с каким-то интересом, словно тоже умело соображать. Хотя учитывая. Что у него был уровень Дух леса, то это и не удивительно. Более того, оно по идее даже имело в себе неплохое демоническое ядро, ради которого можно было бы даже попытаться поохотиться на неё, но…

Будто прочитав мои мысли, тварь сделала шаг назад, после чего поманило меня передними… манипуляторами, если их так можно было назвать. Вместо клешни у неё было лапка из трёх длинных коготков, которые на вид могли поспорить в прочности даже с моим мечом.

— Юнксу, ты уверен, что нам следует идти с ним? — как-то совсем испуганно спросила Люнь.

— Не будь такой кровожадной. У нас всего два выбора и ты прекрасно знаешь, какие, — ответил я.

— Мне неспокойно.

— Тебе не нравятся насекомовидные существа?

— Нет, но мне неуютно под толщей земли в месте, похожем на муравейник, где нас могут порвать на части. Тебя порвать. А я… — она вздохнула. — А я умру следом.

— Всё будет нормально, — доверительным голосом ответил я, хотя мне и самому было неспокойно, глядя на эту тварь. С одной или двумя я-то справлюсь, но если их там сотни…

Но кажется, существо даже и не понимало нас. Оно лишь терпеливо дожидалось, пока мы последуем за ней, после чего с удивительным проворством, издавая едва заметные цок-цок-цок, когтистыми, как у краба, лапками направилось вглубь туннелей. Словно настоящая слуга, тварь шла достаточно медленно, чтобы мы без проблем поспевали за ней, проворно двигаясь по круглому туннелю.

И тем не менее, не смотря на королевский приём, я всё равно не забывал помечать, где и куда мы сворачивали. Быстрым росчерком меча вырезая на стенках метки, я оставлял небольшие метки, которые будет сразу видно, если нам придётся очень быстро покидать это место.

А вообще интересно получается. Что я встречал в этом мире? Говорящие орлы, одного из которых я смог исцелить (хотя Бао говорил, что животные не исцеляются), город обезьян, люди-кошки, медуза, Хоудай, одичавшие люди, большие пауки…

Да много кого я встречал, если так подумать, но быть гостем у огромных насекомовидных тварей, общающихся телепатией в огромном улье — это что-то новенькое. Блин, мне даже немного интересно, что будет дальше, как бы это странно не звучало в данной ситуации. Я бы конечно по хорошему предпочёл бы и вовсе в такую ситуацию не попадать, но раз уж здесь…

Мы спускались всё ниже и ниже по круглым туннелям, постоянно сворачивая то тут, то там. Они ветвились в разные стороны, их становилось всё больше и больше и вскоре встречались уже целые перекрёстки, пока под конец наш туннель не вышел в огромнейший зал…

Кстати, когда я говорю «огромнейший», я имею ввиду реально огромные размеры, которые сложно оценить.

Первое ощущение, которое я словил, было такое, будто мы поднялись обратно на поверхность — настолько огромным он был. Просто бесконечный зал, выдолбленный в скальных породах, где не видно было ни конца, ни края, ни пола, ни потолка. Но зато повсюду были мосты, большие, будто арки, которые соединялись между собой широченные столбы и платформу, с множеством окон из которых лился мягкий синий, зелёный, иногда зеленоватый свет.

Целый город, который помимо всего прочего был обрамлён тусклым светом тысяч люминесцентных грибов и сталагмитов. И это… выглядел волшебно.

Я многое повидал, но тысячи светящихся синим, зелёным, иногда даже жёлтым и розовым сталагмитов и грибов, которые обрамляли собой мосты и «дома», выглядели охренеть как красиво.

На мгновение я даже замер на месте, окидывая эту бесконечную пещеру взглядом.

Хотя, наверное, надо было обеспокоиться в первую очередь тем, что всё это было обитаемым. Да, это всё было обитаемым, сотни ракообразных существ, что и мой проводник, бегали по этим мостам, поднимались по винтовым проходам по столбам наверх, вылазили из окон и залазили обратно. Мельтешили как самые настоящие муравьи, создавая видимость оживлённого города, от которого у меня бежали мурашки по телу, если честно.

Проводник терпеливо ждал, пока я окину взглядом этот «чудесный» подземный город-муравейник, после чего вновь повёл нас дальше.

— Слышала хоть раз о таком месте? — негромко спросил я.

На удивление, здесь было тихо, если не считать сухого гула, который создавался тысячей лапок местных жителей.

— Не-а.

— Но ты же прошла на восьмой уровень, — напомнил я.

— Да, но я не помню, Юнксу, — она с интересом и каким-то волнением оглядывалась по сторонам. — Не забывай, что я могла и просто ингредиенты купить. Такое уж точно, будь уверен, я бы не забыла.

Судя по тому, с каким придыханием она это говорит, Люнь вроде как не обманывала. По крайней мере, я не чувствовал от неё неискренности.

А тем временем мы осторожно шли по мостикам, которые чем-то напоминали таковые в том городе в лесах Шаммо. Разве что здесь они были каменными и куда более широкими, чтобы могли даже двое ракообразных разойтись. От одного столба, который, как я понимал, поддерживали своды пещеры, к другому, после чего на широкие, словно шляпки грибов, площадки и дальше, пока впереди не замаячил огромный шар.

Почему-то я сразу подумал, что это и есть то самое место, где живёт император, если честно. Просто выделялось оно знатно — огромное повязнувшее в чём-то напоминающем паутину светящееся будто изнутри яйцо. Других таких я не видел в округе, что как бы намекало. А ещё к нему сходилось очень много мостов, по которым туда-сюда цепочкой шныряли местные жители.

— Гнездо, — шёпотом сообщила Люнь. — Здесь обитают король и королева улья.

— Я уже догадался.

— Только… — протянула она.

— Что?

— Не хочу показаться пессимисткой, как ты говоришь иногда, но как собираешься взять у него поджелудочные соки?

— Честно признаться, я пока ещё не думал над этим, — ответил я честно. — Но если он разумный, мы, скорее всего сможем с ним договориться.

— Мне уже стыдно.

— Почему?

— Представила, как ты подходишь и просишь одолжить у него немного поджелудочных соков, — спрятала она лицо в ладошках. Даже в призрачной форме я видел, как у неё покраснели щёки.

— Не тебе же позориться.

— Да, но мне стыдно будет за тебя.

А тем временем мы уже вышли на мост, который вёл напрямую к огромному светящемуся изнутри яйцу. Одному богу известно, из чего оно было создано, но вряд ли мы здесь были первыми, раз находились восьмые уровни. Кто-то должен был заслужить эти соки или хотя бы торговать с местными, чтобы их выкупить. Так что у нас шансы имелись, причём очень даже неплохие, учитывая, как много я могу.

А могу я много потому, что очень сильный. Вот!

Хотя сейчас это было и не важно — мы медленно двигались по мосту к яйцу, которое вблизи казалось гораздо больше, чем издали. И ко всему прочему оно было не сплошным, а словно сплетённым из множества светлых волокон, как ниток или паутины, словно клубок, из-за чего то тут, то там виднелись в стенах прорехи. Причём светилось не что-то, а именно эта самая паутина. Видимо, как и грибы, она была люминесцентной.

Когда я вступил на пол местного дворца, то с удивлением обнаружил, что на ощупь оно не сильно отличается от того же кафеля. По крайней мере, гэта щёлкали по ней так же звонко, как и по камню.

Сам дворец внутри выглядел как… клубок нитей. Белоснежно белый, идти здесь можно было куда угодно, так как повсюду виднелись проходы. Целые ленты поднимались спиралью вверх и уходили вниз, проходили мостами над огромными белоснежными залами и уходили в щели стен. Иди куда хочешь, если не боишься заблудиться.

И что самое интересное, я практически не видел здесь охраны: стражников, солдат или кто тут был у этих ракообразных. Мы зашли с немного другой стороны, не по тем мостам, по которым заходили внутрь рабочие, почему я никого внутри не видел, но зато слышал всё тот же гул тысячи лапок, стучащих по твёрдой поверхности.

Нас повели по одной из лент, что уходила по спирали куда-то вверх в глубину яйца. Между делом, пока мы поднимались наверх, мне то и дело на глаза попадались всевозможные комнаты и залы, которые пустовали. Словно огромный богатый дом, который купить купили, а обставить забыли.

Хотя вру, кое-какие комнаты были заполнены, но чем! Какие-то сундуки, мешки, вещи, бочки, ящики, всякая мебель и даже столик с зеркалом — вещи, которые с трудом можно было связать с той тварью, которая сейчас нас вела к императору. Вряд ли тот прямо-таки сильно отличается от неё, а потому, у меня сразу возник вопрос, кому это конкретно было нужно.

Мы с вопросом переглянулись с Люнь, но молча продолжили своё путешествие в центр яйца. Возможно это были дары от тех, кто приходил просить ингредиент для пилюли, иного объяснения я не видел.

Пару раз я видел и комнаты, где кто-то словно был. Мелкие тени, они мелькали на границе зрения и тут же пропадали, едва я поворачивал туда голову. И не все из них выглядели такими же ракообразными тварями, что сейчас нас вела. Люнь тоже их замечала, однако далеко от меня всё равно не отлетала, наоборот, будто стараясь оказаться поближе, чтобы успеть шмыгнуть в меня.

Я, честно говоря, от такого ослепительного однообразия переплетения линий и нитей уже успел даже немного потерять ориентацию в пространстве, не в силах даже сказать, как далеко мы уже поднялись и где примерно в этом огромном яйце находимся, когда наконец наш сопровождающий остановился. Остановился и отошёл в сторону, «рукой» указав на щель между путины.

Это был вход в большой круглый зал с куполообразной крышей, которая уходила далеко вверх. Настолько, что с трудом верилось, что это место вообще смогло уместиться в том яйце, что я видел со стороны.

— Он с нами дальше не пошёл, — заметила Люнь, с опаской оглядываясь по сторонам.

— Наверное, потому что это тронный зал, — одними губами ответил я…

И подпрыгнул от громогласного голоса, который ударил по моему бедному мозгу.

— Потому что ты пришёл встретиться с самим Императором, чужак, — прогремел он. — И пусть возрадуются твои глаза, так как я здесь.

И этот «я здесь» пришёл не от куда-то, а с потолка. И то я его заметил потому, что Люнь испуганно пискнула, выдав «сверху».

Я… я почти угадал в том, как он будет выглядеть. Действительно, помесь богомола и краба, это чудище было размером метров пятнадцать и выползло откуда-то сверху из многочисленных складок, которые образовывались из сплетений паутины. Он двигался медленно, неспеша, спускаясь с потолка по стенам, как хозяин положения, разглядывая меня через щели из глубин своего хитинового панциря, будто из шлема доспехов. Я не видел его глаз, но отлично чувствовал его взгляд на себе.

Медленно спустившись на пол, это чудище показательно вытянулось передо мной верх, слегка выпятив вперёд то, что можно было назвать его грудью (а на деле нагрудный панцирь).

— Вот мы и встретились, чужак, — теперь он негромко рокотал, разглядывая меня и… кажется не только меня, но и Люнь, которая, явно почувствовав на себе внимание, тут же шмыгнула в меня. В теории, если её видел великан, то вполне может видеть и вот это чудо. — Ты пришёл взять то, что не принадлежит тебе по праву, но признаю честно, смелости тебе не занимать.

— Я… прошу прощения, если как-либо вас оскорбил своим поведением, — быстренько ответил я и на всякий случай поклонился. А то мало ли, разводить конфликт на ровном месте не очень хотелось. — И я рад познакомиться с вами.

— Мелковат… — протянул он стрекочущим голосом, медленно и тяжело, словно огромная боевая машина, обойдя меня по кругу. От каждого его шага пол слегка вибрировал, чувствовалась сила от этого чудовища, чей уровень был Зверь Вечности. — Но силён. И быть может я соглашусь с тем, что ты подходишь, чтобы забрать мою дочь.

Опять дочь… Он выглядел, как батя, который не знает, как ещё избавиться от доставшей его дочери и какому бы лоху её сбросить на шею.

— А можно мне вашу дочь не забирать? — жалобно попросил я.

— А кому мне отдать мою дочь?

— Я… я не знаю… Тому, кто достоин?

— Ты прав… — протянул он, разглядывая меня. — Ты должен быть достоин её. И поэтому я испытаю тебя.

— Я не достоин её, — тут же ответил я.

— И это мы проверим. Докажи свою мудрость, и я пойду тебе навстречу. А если не докажешь…

Он наклонился ко мне и из глубин его доспеха раздался щелчок, будто от зубов. Этот звук был красноречивее любых слов.

Глава 262

Вообще, можно было уже хвататься в теории за меч во имя собственной жизни, однако учитывая то, где я оказался и примерный уровень существа передо мной, стоило попытаться всё же сыграть по его правилам. Хотя за то, как он хотел сбагрить кому-либо дочь, этому бате можно выдать премию «отец года». Это же надо так хотеть устроить личную жизнь своей кровинушки, пипец просто.

— Ну… ладно, хорошо… — неуверенно ответил я, исходя из того, что помахать мечом успею в принципе всегда.

— Отлично… — протянуло ракообразное.

Его голос продолжал звучать в моей голове, но уже куда более тихо, будто теперь он не пытался докричаться до меня с другого конца мира. Спокойный, но при этом всё равно пробирающий голос, с хозяином которого лишний раз не очень-то хотелось связываться.

Что-то внутри его панциря застрекотало и откуда-то из складок неплотных стен зала выползло аж целых два работника. По сравнению со своим хозяином они, конечно, выглядели совсем маленькими, пусть на меня и хватит. Один из них в клешнях нёс большую каменную тумбу, в то время как второй — стул.

Его работники осторожно поставили тумбу между мной и Императором, а рядом с ним и стул, после чего, пятясь, как раки, быстро удалились, поглядывая на меня глазками-жемчужинками.

Это… что они собираются делать?

— Это будет битва столетий… — протянул Император отчего у меня всё завибрировало. Он протянул клешню и снял с тумбы верхнюю часть, после чего на свет показались… фигурки?

Не, стоп, погодите-ка, это что, шахматы? Серьёзно?

Вот честно, меньше всего сейчас в такой жопе мира, когда речь идёт о моей жизни я рассчитывал увидеть шахматы. А то, что передо мной оказалось, очень и очень сильно их напоминало. Резанные из драгоценных камней фигурки двух цветов, которые стояли друг на против друга на поле, выкрашенным квадратиками так же двух цветов.

Блин, это точно шахматы, хотя в этом мире, судя по всему их называли…

— Две армии, — торжественно объявил Император, будто представлял мне гордость своей нации.

Да, именно так. Если так подумать, название довольно логическое. Хотя я и не уверен, что это классические шахматы. По крайней мере именно те, которые я знаю.

Но здесь такая огромная проблема: даже бы если это те самые шахматы, легче от этого не станет, так как я играю в шахматы так, что могу выиграть кубок по самой быстрой слитой партии. Короче, шахматы, это не та игра, в которую я действительно хотел бы сыграть на грани жизни и смерти, учитывая, что играю в неё жопой.

— Правила просты. Выигрываешь ты — забираешь мою дочь. Выигрываю я — и твоей судьбе позавидует даже мёртвый…

Последние слова были словно тихое урчание двигателя.

— Я… я прошу прощения, достопочтенный Император, но… я не умею играть в эту игру, — тихо ответил я, чувствуя определённое волнение за свою жопу.

— Это как, не умеешь? — его голос ударил по мозгам так, я схватился за виски.

— Я умею, я умею! — неожиданно оживилась во мне Люнь. — Юнксу, не бойся, я умею! Я очень хорошо играю! Давай, соглашайся, сейчас я его обыграю так, что ему придётся отдать всё, что у него есть!

Я не мог ответить при нём, но моё лицо красноречиво выражало вопрос «ты уверена?».

— Будь уверен во мне, я хоть раз тебя подводила?

Мне бы сейчас начать перечислять, когда она меня подводила, начав с сегодняшнего промаха, когда Люнь прозевала тылы, но… Было бы некрасиво начать наезжать на ту, кто хочет спасти твою задницу из, казалось, безнадёжной ситуации.

— Нет, я умею играть, — быстро поправил себя я. — Просто… просто подзабыл правила.

— Правила просты. Ты или выигрываешь, или проигрываешь, — прогрохотал Император.

Правила объяснил, конечно, от бога…

— Давай, Юнксу, занимай место, — а вот Люнь не терпелось сыграть на мою жизнь. — Сейчас мы быстро его победим, доверься мне.

Собственно, больше мне надеяться было не на что, поэтому я нехотя, я занял место на деревянном, оббитым чем-то мягким стел напротив огромной каменной тумбы с большими шахматными фигурками.

Как оказалось, правила всё же несколько отличались от привычных мне земных. Так коня по судьи здесь не было, и ходила фигура не буквой «Г», а прямо через три клетки. Пешки здесь рубили не только под углом, но и вперёд, и слоны ходили совсем не по диагонали. Короче, от игры, которую я знал, и в которой лажал как бог не осталось и следа.

Сейчас единственным спасением была Люнь, которая со знанием дела осторожно направляла меня, показывая, какой фигуркой походить и кого срубить. При этом мой оппонент, огромное ракообразное существо метров пятнадцать в высоту, чья морда была спрятана под панцирем, осторожно брал фигурки своими огромными клешнями и со знанием дела отвечал на все наши выпады.

Это было даже немного удивительно, как он умудрялся взять такие небольшие фигурки своими манипуляторами, которые могли бы вполне вскрыть машину, как консервную банку. Как он вообще мог разглядеть с такой высоты фигурки.

Но проблема была не в этом. Проблема была в том, что он настолько со знанием дела ходил, что не прошло и половины игры, а нам уже сообщили, что…

— Ты проиграл! — торжественно прогремел он.

— Ой… — тихонечко пискнула Люнь во мне. Лошара блин… играть она умеет…

— Вот она, победа мудрости над разумом, — продолжило ракообразное существо, глядя на меня сверху вниз. — Ты проиграл и теперь твоя жизнь в моей власти, чужак.

В этот момент моя рука опустилась на меч, который висел у меня на поясе.

Я был готов броситься в любую сторону и обрушить ему на черепушку любую атаку, сделай он хоть один неосторожный выпад в мою сторону. Учитывая, что Император сказал про мою жизнь, сейчас было самое время сделать первый шаг. Мои инстинкты кричали о том, что если и есть хотя бы один шанс вырваться из западни, то это сейчас, когда он ещё празднует победу и не ожидает атаки.

Однако…

— А… можно реванш сделать? — негромко спросил я.

— Что сделать?

— Вторую попытку? Великий Император, мне так понравилось с вами играть, что хотелось бы повторить эту партию.

Однако пусть мои инстинкты и кричали атаковать, где-то в глубине души что-то тихо подсказывало, что зла мне здесь желают столько же, сколько и я им. Сделай глупость, и ответ будет симметричным. Поэтому мысль сыграть ещё раз почему-то показалась мне наиболее уместной и безопасной.

— Второй раз?

— Да. Не хотите ли сыграть со мной второй раз? — тихо и смиренно предложил я, всё равно готовый сорваться с места, используя для защиты лампу Аладдина, за которой медленно тянулась моя рука.

Хтоническое чудовище, что возвышалось надо мной, как пятиэтажка, задумчиво защёлкало где-то внутри доспехов, после чего пророкотало у меня в голове.

— Хорошо, чужак. Игра с тобой доставляет мне удовольствие. Если ты хочешь сыграть — сыграем.

Хотя ему, как мне кажется, просто нравится мне разматывать как лоха.

— Я… я не подведу тебя, Юнксу!

И конечно же она подвела. Обосралась так, что даже я бы не смог так разгромно проиграть, даже не зная правил игры. Это было так сокрушительно, что её даже на «ой» не хватило.

— Вторая победа за мной, — прогремел Император песков, после чего с азартом в голосе спросил. — Хочешь попробовать отыграться?

Ну я и попробовал. Наверное, не надо говорить, что меня размотали как нехрен-нахрен и в третий, и в четвёртый раз, да так, что мне было даже стыдно поднимать взгляд. Хотя к своей чести я скажу, что отыграл получше Люнь — мне хотя бы удалось срубить пару фигур, прежде чем бездарно слиться оппоненту. Она же вообще умудрилась просрать вчистую, отчего забилась где-то в глубине моей души, скромненько поглядывая на доску и не показывая носу.

Но игра игрой, а мой счёт уже был…

— Тринадцать побед за мной, — победно вытянулся он над столом.

Сука, как же я ненавижу шахматы. Игра для дебилов…

Я смотрел на позицию на доске, где мне почти удалось победить.

Почти.

Или же это был ещё один план Императора, который сработал на пять с плюсом. Я не знаю, где он научился, но разделывал это ракообразное меня под орех. Словно только и делает, что играет дни напролёт, набивая руку.

Смешно получалось, играю в шахматы с ракообразным, который разделывает меня как лоха. Можно теперь смело мне тыкать, что тебя даже раки побеждают в шахматах. В него там случайно душа Карпова не вселилась?

Как бы то ни было…

— Я победил, чужак. Думаю, это можно считать абсолютной победой, — угрожающе произнёс он, глядя на меня через щели в своём огромном панцире. — А значит ты должен исполнить мою волю.

— Какую же? — негромко спросил я, покосившись на него снизу вверх.

— Забирай мою дочь.

Так… стоп…

— Вы же сказали, что это будет приз.

— Теперь это будет наказание.

Такое чувство, что меня наипали. Этот батя года пытается всучить свою дочь что при победе, что при поражении, выставляя это то как награду, то как наказание. Момент может быть и смешной, но ситуация страшная — когда батя хочет одарить всех таким счастьем, как своя дочь, это повод хорошенько задуматься.

— Стойте, у нас был уговор. Если я проигрываю, то… — эм… я даже не знал, стоит ли озвучивать про смерть или нет, но император опередил меня с ответом.

— Решил легко отделаться?! Не выйдет, чужак.

— Просто я бы предпочёл другой какой-нибудь вариант… — пробормотал я.

— Я держу своё слово, чужак. А теперь забрал дочь и проваливай.

С этими словами он задрал то, что можно было назвать головой, и громко зарокотал. Звук можно было назвать чем-то очень похожим на то, как отрывают листы от капусты. Очень странный хрустящий и слегка раздражающий, он пронёсся по залу и, казалось, пробирал даже сквозь стены.

Я огляделся, слыша, как что-то зашевелилось в глубине залов. Послышались негромкие постукивания лапок по твёрдой поверхности паутины, которые с каждой секундой становились всё громче и громче, пока в зал из щелей в стены не заползло аж… пять существ.

Честно говоря, когда я думал про принцесс, я ожидал немного другого, деток хотя бы отдалённо напоминающих отца. Но то, что я увидел перед собой, заставляло задуматься: а не изменяла ли ему жена с другими существами. Потому что все пять существ были будто помесью совершенно других видов, далёких от Императора песков.

— Выбирай любую и уходи, — угрожающе прогремел он, рукой обведя своё потомство.

— А вариант со смертью есть? — негромко спросил я.

— Есть вещи, что намного хуже, чем смерть, — ответил он.

Ну да, я вижу, прямо батя года — желает устроить жизнь своих дочерей настолько сильно, что даже не стыдится проигрывать их в шахматы. Вернее, выигрывать им билет из родного дома в шахматы.

Но что касается пятерых существ, что вытянулись передо мной, то я мог бы описать их как… разнообразные.

Одна было похожа на… богомола. Прямо-таки смотришь и реальный богомол, которого просто увеличили в размерах. Она была метров семь в высоту, самая высокая из всех пятерых. Забавнее, наверное, было то, что в этом богомоле угадывалось что-то женское, что ли. Глаза, черты… морды, которые были осторожные, округлые, будто говорящие, что перед собой самочка.

Только мне бы не хотелось проснуться и обнаружить, что вот такая самочка пожирает тебя на завтрак.

Две других были больше всего похожи на батю — чистые раки. Поменьше сестры, метров пять вы высоту, они единственные не выглядели как жертвы измены с другим видом.

Четвёртая, что удивительно, действительно имело некоторые общие черты с человеком, чтобы не вызывать отторжения, будучи антропоморфной. Голова, на котором угадывались черты лица, руки… ноги… Ноги у неё были, кстати говоря, словно лапки краба и достаточно сильно выделялись.

Но вот кто был здесь лишним, так это пятая…

Честно говоря, мне пришлось немного протереть глаза, чтобы разглядеть её, так как пятая неведомым образом расплывалась передо мной.

Она… она походила на человека очень сильно. Нет, стоп, не так — она выглядела, как человек, настолько сильно, что на первый взгляд её даже можно было спутать с ним: волосы, лицо, причём достаточно обычное, руки, ноги. Но были и моменты, которые палили её очень сильно, как например, крылышки за спиной, как у таракана…

Я внимательнее пригляделся к пятой особе.

Кожа, строение тела, общие черты, которые не вызывали отторжения. Но при этом некоторые вещи выдавали в ней совсем иное существо. Например, глаза, которые были просто чёрными, как два чёрных шарика, поблёскивающих на свету, ноги, которые в коленных суставах, кажется, сгибались в обратную сторону. Или пальцы, которые не сильно отличались от коготков на лапках её сестёр. Про крылья я вообще молчу — это конкретно палево.

Но если бы мен не оставили выбора, то, наверное, из всех присутствующих, я бы выбрал…

— Она, — тыкнул я пальцем в самую человеческую тварь из пяти представленных.

— Отлично… — мне показалось, что я услышал облегчение в его голосе.

Без церемоний он подтолкнул свою антропоморфную дочурку, жертву преступно связи человека и ракообразного, в мою сторону. Та с каким-то испуганным видом обернулась и начала что-то стрекотать, по жалобному звуку будто, уговаривать о чём-то отца, но тот был неумолим. Схватив её за крылышки, он просто бросил её в мою сторону, как какой-то мешок, после чего прогремел.

— Забирай её и заботься как о себе, чужак. И постарайся больше к нам не возвращаться. Особенно с ней.

— Да вы прямо любящий отец, опора семьи… — пробормотал я.

— Вот будут у тебя дети, особенно дочери, тогда и сможешь меня осуждать. А теперь живи счастливо и подальше от меня, — ответил он. — Не испытывай моё терпение.

Я бы сейчас последовал его совету и по-быстрому свалил бы отсюда, однако стоило сразу прояснить один момент, ради которого я сюда пришёл. Собственно, мне так или иначе нужно было получить ингредиенты, ради которых я сюда сунулся, поэтому чтобы не возвращаться сюда по сто раз, надо было закрыть этот вопрос так или иначе.

— Великий Император, — как можно более вежливо обратился я к нему. — И всё же я хотел бы попросить вас. Я пришёл сюда издалека, держа очень сложный путь, по очень важному делу. Мне нужны…

А вот здесь я немного подвис, так как звучало это пипец как странно. И тем не менее, я выдавил из себя эти слова.

— …поджелудочные соки.

В этот момент Император песков замер, разглядывая меня из глубин своего панциря, и я мог только догадываться, что у него на уме.

— Я знаю, что тебе нужно, — тихо пророкотал он в ответ после повисшей тишины. — Вы, чужаки, с поверхности, приходите сюда только с одной целью.

— Значит, я здесь не первый?

— И вряд ли последний. Каждый пришедший сюда приносит своё дар, чтобы получить то, что хочет. Кто-то приносит мне удивительные вещи, кто-то одаривает меня необычными знаниями, — он посмотрел на стол с шахматами. — Кто-то дарит мне детей.

В этот момент он осторожно провёл рукой, показывая на своих дочерей. Честно говоря, мне оставалось лишь догадываться, что он подразумевает под этим. Хотя… глядя на последних двух, что больше всего смахивали на человека, у меня возникали определённые подозрения. Даже не хочу представлять, как такое чудо мог родить человек, и как он… кхм-кхм… залетел им. Но зная этот мир, удивляться здесь не приходится вообще ничему, особенно после того, как меня рак в шахматы разделал.

— Так какой дар ты преподнесёшь мне, чтобы просить то, чего хочешь получить?

— Я заберу вашу дочь и больше никогда не окажусь рядом с вашим домом.

— Я с благодарностью принимаю твою жертву, — тут же ответил он, будто это был самый желанный его дар. — Можешь взять у старшего, ему уже всё равно.

— Какого старшего?

Мне показалось, что он вздохнул. Взмахнув клешнёй, Император довольно проворно направился из зала через один из многочисленных проходов, показав чудеса юркости и сумев пролезть там, где пролезть по идее он физически бы не смог. Напоследок, прежде чем отправиться за ним, я бросил взгляд на его дочерей. Мне показалось, что все они выдохнули с облегчением.

Все кроме одной — той, что досталась мне.

Блин, ну сорян, ты больше всех была похожа на человека, поэтому я тебя и выбрал. Будет проблематично гулять среди людей с существом, которое похоже на насекомое.

Вообще, я до сих пор не мог избавиться от какого-то странного ощущения, что всё вокруг… какое-то слегка сюрреалистичное. Чем дальше в лес, тем больше дров — так ведь говорят? И теперь, если вспомнить мир, в который я попал изначально, и то, что сейчас наблюдаю… Честно говоря, в такое с трудом верится.

С другой стороны, разве это и не есть реальные приключения по миру, который скрывает свои тайны?

Вот ты смотришь и вроде всё выглядит обычно: обычные города, обычные люди, обычный мир. А копнёшь поглубже, и открываешь тайны и вот такие чудеса, как разумных насекомых, бури, которые переносят тебя в другие места, скрытые от глаз города с удивительными народами, существ, которые не должны существовать в природе…

Или императора, который лично ведёт тебя к какому-то старшему, чтобы ты слил с него поджелудочные соки. С другой стороны, можно сказать, что я ещё легко отделался.

— Можно ли поинтересоваться у вас? — начал я осторожно.

— Интересуйся.

— Я слышу ваш голос в своей голове, да?

— Я чувствую разум других, чужак. Едва ты попал в мои владения, я следил за тобой, как слежу за каждым из тех, кого должен хранить и охранять. Я могу прикоснуться к любому сознанию, чтобы нести свою мысль — такой мой дар.

Да, он точно уровня Зверя Вечности — по уму такой же, как человек, если не мудрее, и живёт гораздо больше, чем мы. Поэтому не удивительно, что его сознание очень похоже на человеческое.

— А много ли таких, как я, приходят к вам?

— Много, чужак. И все они просят одно и то же, отдавая взамен знания или вещи. Поэтому будь уверен, таких, как ты, я повидал на своём веку немало. Кто-то приходил с оружием, и не покидал этого места вовсе, кто-то оказывался более умным, проявляя уважение к тем, кто сильнее и умнее их. Мы давно поняли, что договориться чужаками с поверхности куда лучше, чем бороться с ними.

— Больше пользы?

— Больше спокойствия. И да, пользы больше, чем от вражды, — ответил он, после чего обернулся, насколько может обернуться огромная пятнадцатиметровая туша. — У меня есть выгодное предложение. Тебе вторая дочь не нужна?

Глава 263

— Давай так, если я выиграю, я выбираю дочь, что ты заберёшь. Если выиграешь ты, ты выбираешь дочь. Это беспроигрышный вариант.

Для кого, блин? Что это за маниакальное желание избавиться от дочерей?

— Я воздержусь.

— Но у меня есть предложение, от которого сложно отказаться. Оно выгодно всем. Две дочери вместо одной и третья в подарок.

— Это слишком щедрое предложение, Император песков, и во имя уважения к вам мне придётся отказаться от него, — спокойно ответил я, чтобы лишний раз не разводить тему.

Меня уже развели на одну, не хватало, чтобы развели на остальных. Возможно, это и не такая уж и большая плата за ингредиенты, всё же не убийства и не превозмогания, однако границу тоже надо знать. А то хитрожопый батя года, почувствовав силы в шахматах, теперь предлагал мне сыграть ещё несколько партий на его дочерей или какие-то мутные схемы бизнес-плана, где неведомым образом всё равно фигурировали его дочери. Он даже предлагал приданное за его дочерей в виде того добра, что ему приносят люди, однако я вежливо отказался.

Если батя предлагает за то, чтобы ты забрал его дочь, деньги, это повод задуматься.

Возможно, я где-то и туплю, но не настолько, чтобы не заметить столь громкий звоночек, чтобы задуматься над тем, что происходит.

А вообще Император песков был довольно интересной личностью. И не только благодаря своему характеру торгаша, который был готов сбагрить ненужное ему добро в виде родных дочерей, которые покидать уютное гнездо не спешили. Тут-то как раз всё нормально — хочет процветания своего муравейника, умей крутиться. Просто я заметил, что Император песков говорит на моём языке. Я в том плане, что улавливал в его речи фразы и выражения, которые вряд ли бы стал использовать Император и уж тем более хтоническое чудовище. Возможно благодаря своим телепатическим способностям он считывал с моего мозга язык и на нём разговаривал?

Отсюда мне даже было интересно, а какие способности переняла от него доча, которую он с такой радостью сбагрил мне.

Мы спокойно спускались по многочисленном проходам огромного клубка, который светился изнутри. По лентам, что были здесь чем-то вроде дорожек, которые проходили в неплотные сплетённые стены из какого-то твёрдого, как камень материала. Мне это напоминало паучий домик из паутины, что-то типа кокона, в котором прячется паук.

Не сказать, что я боялся пауков, я вообще теперь мало чего боялся после ночных кошмаров, поэтому вполне мог насладиться очень необычной архитектурой этого дома.

— А те, кто к вам приходят за ингредиентом, они какого уровня? — спросил я.

— Ты говоришь о вибрациях Ци?

— Да.

— Кто-то твоего, кто-то чуть выше, — пророкотал монстр в моей голове.

— А… они представляются? — поинтересовался я.

— Все проявляют почтение перед Императором. Хочешь уважения — прояви уважение.

Золотые слова. Если бы люди все следовали простому правилу «как аукнется, так и откликнется», мир стал бы куда чище и светлее.

— А к вам приходила такая женщина по имени Пань Сянцзян?

На несколько секунд повисла тишина. Только лёгкий цокот лапок огромного крабообразного Императора разносились эхом по сплетённому домику.

— Было много женщин. Все платили кто чем мог. Кто-то приносил дары, кто-то находил другие способы проявить почтение великому Императору.

— Понятно… А может среди гостей вы могли познакомится с таким мужчиной, как Вьисендо? — спросил я логичный вопрос, который, наверное, уже стал обязательным любому, кто мог пересекаться с этим перцем.

Опять Император погрузился в раздумья на несколько секунд, прежде чем прозвучал ответ.

— Первый раз слышу это имя, чужак с поверхности, — ответил он. — Но быть может одна из моих дочерей могла знать этого человека. Можешь спросить их.

А-а-а… ты посмотри, какой хитрый…

— Да нет, он мне не так уж и нужен, если честно, — покачал я головой.

Тем временем мы уже успели спуститься ниже, наверное, на самые последние этажи этого кокона-дворца, где Император с удивительной проворностью проскочил несколько проходов, прошёлся по тонким моста, которые были на тянуты лентой над огромными залами, пока не вышел к одной из комнат. Если это место можно было назвать комнатой, конечно — по мне вполне себе полноценный зал.

И здесь расположился ещё один Император песков или как его назвал мой нынешний знакомый — старший.

Такой же огромный, как и тот, что меня привёл, но как мне показалось, ему было куда больше лет, чем нынешнему Императору. Мал того, что его панцирь выглядел выцветшим, старым, слегка потёртым, так и от существа так и разило древностью. Сейчас он лежал и дремал центре комнаты, даже не дёрнувшись, когда мы вошли.

— Это прежний император песков. Великий правитель и защитник народа, что хранил спокойствие и безопасность нашего мира. То, что ты ищешь, можешь найти у него, — торжественно произнёс Император песков, указав на старика манипулятором.

— А… это его не убьёт? — осторожно спросил я. — Он выглядит очень… мудрым и древним.

Уже не стал оскорблять и говорить, что он выглядит как старик, который сдохнет от любого чиха.

— Его век подходит к концу, и такова жизнь, — ответил Император. — Кто-то приходит, кто-то уходит на покой, а кто-то продолжает работать на благо своего народа даже в старости. А ещё его не жалко.

Я косо посмотрел на действующего Императора песков. Мне кажется, что вот это «его не жалко» надо было вставлять в самом начале таких торжественных слов. Бедного деда на ингредиенты раздаёт, это было слегка перебором даже для меня, хотя сейчас было не время читать нотации и бороться за мораль — дают бери, пытаются сожрать — беги.

Особенно беги, когда тебе пытаются всучить свою дочь, а он это и собирался сделать, я видел.

* * *

Это был удивительный подземный город.

Перед уходом я успел ещё раз пройтись по дворцу Императора песков, который в прямом смысле слова сам светился изнутри мягким белым светом, словно огромное облако. Если честно, мне даже здесь нравилось, и покидать его не очень хотелось. Было во дворце, пусть и таком своеобразном что-то успокаивающее и воздушное, будто небесный замок. Забавно, что он находился под землёй.

Хотя город поражал не меньше.

Подсвечиваемый тысячами люминесцентных грибов и сталагмитов, он выглядел как причудливый мегаполис в неоне. Куда не брось взгляд, повсюду этот мягкий свет от розового до зелёного, который подсвечивал сотни площадок и мостов, перекинутых от одного столба к другому. Особенно интересно дополняли всё это окна в огромных столбах, словно небоскрёбы.

Где-то внизу, насколько я понял, проткала подземная река, которая приносила воду в город. Чем они питались, я так и не понял, но возможно что-то из реки или те же грибы, как знать. В любом случае, жаль, что мне здесь не удалось задержаться, не смотря на пугающее население.

Дорога обратно не заняла много времени. Но она заняла бы гораздо меньше, не тащи я за собой небольшой кокон, которым одарил меня император.

Что за кокон?

А в нём его дочь, блин.

Забавная сцена разыгралась на моих глазах, когда я забрал то, что мне требовалось. Бедного деда пустили явно на поток, так как подобраться к поджелудочным сокам и набрать пару склянок у меня не возникло никаких проблем — кто-то уже проделал дыру к месту, чтобы легче было забрать ингредиенты. Мне было даже жалко этого монстра в каком-то плане.

Но да ладно, забрал я поджелудочные соки императора песков, после чего поднялся вместе с Императором песков обратно в зал, где нас ждала одна из его дочерей, которых я выбрал.

— Здесь наши пути, соприкоснувшиеся на мгновение, расходятся. Забирай мою дочь, и иди своей дорогой, чужак с поверхности. Если найдёшь того, кто захочет скрестить свою судьбу с судьбой моих дочерей, приводи его, мы будем щедры на дары.

— Конечно, Император песков, — поклонился я чудовищу.

Только меня интересовал вопрос — он будет щедр на дары к тому, кого я приведу, или мне, как человеку, который нашёл лоха?

— А теперь иди.

И огромной рукой он подтолкнул в спину свою антропоморфную дочь, которая была больше остальных похожа на человека. Я до сих пор не мог понять, какого чёрта она слегка расплывается перед глазами, однако сейчас это было и не сильно важно.

Да только доча его не сильно и горела желанием уходить. Она что-то застрекотала, жалобно-жалобно, бросилась обратно к бате, который пару раз раздражённо отталкивал её от себя, словно надоедливого щенка. А под конец и вовсе подхватил за руки и обмотал в паутину, после чего протянул мне.

— Прежде, чем выпустить, отнеси её как можно дальше от нашего города.

— Вы не сильно жалуете своих дочерей, да?

— Вот будут у тебя дочери, тогда и осуждать меня будешь, — недовольно, я бы даже сказал, агрессивно, ответил он после чего застрекотал, позвав сюда одного из своих слуг. — Он проведёт тебя на поверхность.

И вот теперь мы медленно двигались за сопровождающим по бесконечным туннелям, которые будто были созданы для того, чтобы любой неприятель, сунувшийся сюда, заблудился.

Вообще, изначально я думал, что будет хуже, если честно. Куда хуже. Что придётся сражаться с тварями, потом выйти один на один против огромного босса и так далее. Но на деле всё получилось куда спокойнее: пришёл, поболтал, обзавёлся девушкой, вернулся. Хотелось бы, конечно, обойтись без третьего пункта, но тут уж как повезло.

Бедняга внутри кокона недовольно и очень грустно стрекотала и дрыгалась, пока наконец не осознала безнадёжность своего положения и не успокоилась. На всё это представление наш сопровождающий реагировал… никак, продолжая уводить нас в глубины бесконечных лабиринтов.

Сначала я не совсем понимал, куда нас ведут, так как мы шли иным путём, но потом туннели начали подниматься вверх, и я выдохнул с облегчением.

— Ты заметила? — негромко спросил я Люнь, когда мы плутали по коридорам.

— Что именно?

— Будто кто-то пытается покопаться в нашей голове.

— Эм… — она задумалась на мгновение, прежде чем ответить. — Нет, ничего не чувствую, а что?

— Похоже, наша подружка умеет немного в телепатию, — подкинул я на плече кокон. — И теперь то ли пытается наладить связь, то ли залезть в голову и понять, что её ждёт.

— Это тебя беспокоит?

— Нет, но… Я вот что подумал, ты видела её?

— Девушку? Ага, видел, — кивнула Люнь. — Приятная и очень похожая на человека.

— Вот, очень похожая на человека, да. А ты заметила, как она расплывается? Словно ты смотришь заспанными глазами на неё.

— Ну да, немножко, — она на мгновение задумалась, прежде чем ухватить суть, к которой я веду. — Ты думаешь, что это тоже иллюзия?

— Что-то типа да. Если у них в семье, если так это можно назвать, есть телепаты, то что им мешает не только разговаривать на расстоянии или читать мысли, но из заставлять других видеть то, что они хотят?

— Как… как картинку, которую они держат в руках?

— Да, нарисовала картинку и повесила на себя. И все, кто в зоне её телепатического действия, будут видеть не её реальную внешность, а то, что она нарисовала, грубо говоря, и теперь транслирует другим. Телепатическая иллюзия, если так можно выразиться.

— Ну… допустим. Ты думаешь, это может стать проблемой?

— Думаю, что это интересно. Но как бы потом боком не вылезло.

Особенно в такой команде, как у меня.

О них я вспомнил как раз в тот момент, когда наш проводник остановился и посторонился в сторону, пропуская нас дальше. Мы были как раз на Т-образном перекрёстке и взмахом клешни он указал на один из туннелей, что вёл дальше наверх. Этот туннель и отличался от другим тем, что там было чуть-чуть светлее, чем везде.

Выход, короче говоря.

— Спасибо, — кивнул я проводнику, прекрасно понимая, что нас слышит не только он, но и император.

Я подозреваю, что император не охватывал всю область муравейника, а просто держал телепатическую связь с работниками, а те в свою очередь были как антенны, через которые он связывался с другими.

— Доброй дороги, чужаки с поверхность, — прогремел его голос в моей голове, после чего рак-рабочий развернулся и быстро удалился обратно в глубь пещер. Цокот его лапок ещё несколько минут эхом доносился из темноты, после чего наступила тишина.

Разве что свёрток на моём плече оживился, начал дёргаться, послышался жалобный стрёкот, который не утихал ни на мгновение, будто девчонка пыталась дозваться батю.

Прости, дорогая, я сам тебя не рад забирать, но как бы не хотелось мне ругаться с твоим папашей. Как только отойдём подальше, отпущу и можешь возвращаться.

Едва я подумал об этом, как она неожиданно перестала дёргаться, будто прочитала мои мысли. Слышался только жалобный стрёкот из кокона.

Да уж, отцы и дети во всём своём проявлении…

Когда мы вышли из пещеры, мир нас встретил утренней прохладой, когда даже солнце ещё не взошло и только-только осветило небо мягкой оранжевой полоской. Это даже было к лучшему — будет время привыкнуть к солнечному свету. А то как выйдешь после долгого пребывания в темноте на улицу, так глаза лучами выжигает.

Это был действительно другой туннель, не тот, через который мы попали в муравейник. Он расположился на склоне одной из гор на небольшой высоте в кладках эрозии, которая изъела почти всё в округе. Сразу её, как в случае и с тем входом, через который мы вошли, было не заметить, особенно, когда пролетаешь сверху. Можно сказать, секретный вход в город под землёй.

— Свобода… — пробормотал я, стоя на краю и вдохнув полной грудью прохладный воздух. Красота красотой, а чувство свободы, когда ты на поверхности, ничего не заменит.

— Признаться честно, не хотелось бы мне возвращаться, — улыбнулась Люнь.

— Ну ещё бы. Особенно когда ты в сухую просрала Императору песков

— Ой, да ладно тебе!

— Что да ладно? Просрала ты, а обтекал я, блин.

— Чем обтекал? — не поняла она моего речевого оборота.

— Всем. И в первую очередь позором, — ответил я недовольно. — Играть она умеет…

— Зато… зато мы получили ингредиент.

— И девку в придачу…

А потом я вспомнил, что мне её ещё обратно в лагерь тащить и объяснять, откуда у меня это чудо на руках появилось. Не знаю, почему, но мне даже стало как-то неловко от мысли, что придётся объяснять, как так получилось, что у нас в команде столь странное пополнение.

И, судя по всему, моё волнение передалось девчонке, так как она негромко застрекотала и завошкалась.

— А ну виси спокойно, — подбросил я её на плече. — Ещё тебя тут не хватало…

После чего оттолкнулся от земли и взмыл в воздух. Теперь надо было каким-то образом найти дорогу обратно, так как мы вышли не в том месте, и я не мог сказать, каким путём возвращаться.

Пришлось действительно немного полетать и порыскать над землёй, поднимаясь достаточно высоко, чтобы окинуть взглядом округу. В голове я пытался восстановить картину того ландшафта, который видел, по пути в муравейник, и наверное, только к обеду, когда солнце стояло в зените и жарило так, что хотелось поскорее укрыться в тени, лишь бы не жариться на лучах, я наконец заметил знакомые очертания гор.

Что-что, а многочисленные путешествия дали о себе знать: многие вещи я теперь подмечал, даже не задумываясь. И сейчас это помогло мне найти дорогу обратно к лагерю, где расположилась остальная часть моей команды.

Разглядел я знакомую скалу издалека, как торчащий из земли коготь, который расположился практически на самом краю великого каньона. Почему-то, когда я подлетал ближе, меня неожиданно охватило беспокойство, что сейчас я там никого не найду, ну типа по классике жанра, что не срачка, то горячка.

Но… нет — едва я приблизился, как от тени отделилось две точки, в которых я практически сразу опознал Джа и Чёрную Лисицу. Так, а где Зу-Зу? Где эта ленивая жопа? Вот же срань пушистая, настолько обленился, что даже встретить не вышел, совсем офигел блин…

Я осторожно приземлился на землю перед девушками, поправив на плече свёрток, в котором тихо и жалобно стрекотала наша новая попутчица.

И первое что я услышал, было…

— Добрый день, господин, — поклонилась Джа.

Нет, не это, вот это…

— Это что? — тут же прищурилась Лисица, пристально вглядываясь в кокон.

— А как же «я рада видеть, что ты цел»? — возмутился я.

— Я рада видеть, что ты цел. Это что?

— О, вам понравится, Чёрная Лисица, будьте уверены, — осторожно положил я свёрток на землю.

— Почему-то после твоих слов меня гложут смутные сомнения по поводу того, что это мне понравится, — ответила она с какой-то прохладой в голосе.

— Вы слишком пессимистичны, — отмахнулся я, после чего взглядом нашёл Бао и… и Совунью, которая ошивалась рядом с ним. — Эти двое глупостей не делали, надеюсь?

— Нет, — Лисица всё никак не могла успокоиться. Она будто нюхом чуяла, что там девушка, с внимательным видом, словно кошка вокруг ведра с рыбой, обходя свёрток. Она даже присела и потыкала в него пальцем, на что гостья тут же смолкла и замерла, будто претворилась мёртвой. — Лунная Сова не сводила с него глаз.

— А вы не сводили глаз с Лунной Совы?

— Я ей полностью доверяю.

— Джа? — посмотрел я на ту, кто всё же не был столь предвзят к своей подруге. В Чёрной Лисице всё хорошо, но её понимание дружбы слишком застилало ей глаза, как по мне.

— Всё было спокойно, господин. Бао получал дозу яда в положенное время, Лунная Сова вела себя подобающе, — тут же отрапортовала она.

Какая милашка… Вот все бы были такими послушными, то тогда… тогда было бы слишком скучно. Не думал, что скажу это, но так оно и есть.

— Отлично, спасибо Джа, — я осторожно подхватил свёрток на руки. — Ну что же, а теперь раз все в сборе, давайте я познакомлю вас с нашим новым другом…

Глава 264

— С другом, значит, — холодновато повторила Лисица, разглядывая гостью, которую я притащил. — Какой у тебя интересный… друг.

— Ну… можно, наверное, корректнее было сразу сказать, что с подругой.

— Да, так было бы корректнее, Юнксу, — согласилась она с не очень довольным лицом. Я бы даже с казал, что с недовольным лицом.

Не только Чёрная Лисица сейчас стояла здесь. Бао с Совуньей тоже разглядывали немного странную девушку, которую я притащил с собой на плече. И даже Зу-Зу с интересом подкрадывался к девушке, принюхиваясь к ней, как к чему-то аппетитному…

Так, надо будет за этим проследить, а то не хватало, чтобы один мой сокомандник сожрал второго сокомандника.

Бедная девчушка разглядывала всех большими чёрными глазами, боясь даже звук лишний издать. Да чего там, она даже пошевелиться боялась, просто сидя на земли и медленно оглядываясь.

Единственная, кому было, судя по всему, пофигу, на всё происходящее, так это Джа. Она лишь скользнула по новому товарищу взглядом, не показав и грамма интереса, после чего вновь обратила своё внимание на горизонт.

— Юнксу, мне очень интересно, как так получилось, что ты уходил один, а вернулся уже с новой девушкой?

— Ну… — я даже не знал, как точнее описать ситуацию, чтобы это прозвучало нормально. — Я её проиграл в шахт… то есть в «Две армии».

— Ты хотел сказать, выиграл? — решила поправить меня Совунья, но я покачал головой.

— Нет, проиграл. Я проиграл, и меня заставили забрать её с собой, — пожал я плечами. — У меня выбора не было.

Лисица и Совунья переглянулись.

— Ты проиграл, и тебя заставили забрать с собой её? — переспросила Лисица.

— Ага. У этой девушки очень интересный отец. Чтобы вы понимали, мастер, были риск притащить с собой не одну, а целых трёх девушек. Так что я ещё легко отделался!

— А, так это ты ещё легко отделался, — кивнула она.

— У меня там особо и выбора, если честно, не было. Или так, или никак.

— Кажется, кто-то собирается окружить себе девушками… — негромко как бы между делом произнёс Бао, от чего Лисица стала ещё более хмурой.

— Как будто это что-то плохое, — возмутился я.

— Да нет, почему, — улыбнулся он, пожав плечами.

— Но я бы не сказала, что это хорошо, — заметила Чёрная Лисица с холодными нотками в голосе.

Возможно, она бы и хотела ещё много чего обсудить со мной, однако при остальных всё же воздержалась от подобного.

— И что это такое? — решила она поинтересоваться у меня.

— Наверное, корректнее спросить, кто такая, Чёрная Лисица, — поправил я её. — Всё же это личность.

— Личность?

— Ага, она нас понимает и тоже всё чувствует.

— Я даже не вижу её уровня. Вернее, у неё нет уровня, Юнксу.

— Почему же, есть, — не согласился я.

— Уровень Древнего зверя, — кивнула мастер. — Это даже не человек.

— Но это не отменяет, что она нас понимает, — я посмотрел на девчонку, но та вообще будто в собственный внутренний мир провалилась. — Ну… я уверен, что она нас понимает, просто сейчас напугана.

— Юнксу, это твоя воля, если ты решил её взять с собой, то пусть. Однако я должна спросить — ты уверен, что это хорошая идея?

— Ну… — я посмотрел на девушку, которая отдёрнула ногу от Зу-Зу, который принюхивался к её ноге. — Вообще, мне не обязательно с ней таскаться. Достаточно просто утащить по договору подальше отсюда, и там уже можно будет отпустить.

Видимо мои слова Лисица восприняла как дальнейший план, так как кивнула и отстала от меня, тем не менее не сводя глаз с новенькой. Зато пристал Бао, которого волновало только одно.

— Ты принёс его?

Я прищурился, внимательно смотря на него недоверчивым взглядом, после чего достал из сумки пузырёк, в котором плескалась золотистая жидкость.

— Вот.

— Отлично… — протянул Бао руку и взял у меня флакон. Взвесил его на руке, после чего открыл и принюхался к содержимому. Пахла жидкость довольно специфично и мне чем-то напоминала моющее средство, если честно. — Значит остался ещё один ингредиент и пилюля у нас в кармане.

— Пустынный тысячелетний цветок расцвета, — сразу как-то на автоматизме сказал я.

— Вижу, ты действительно выучил рецепты со свитка наизусть.

— Нужда заставила. А остальные ингредиенты, они…

— У меня есть, — отмахнулся Бао.

Он взвесил флакон в руке и уже собирался положить его к себе в карман, когда я проворно отобрал у него склянку и демонстративно засунул её к себе. Доверять ему держать у себя ингредиенты я не собирался. Нет, я сомневался, что он попытается убежать с ним или ещё что, однако все ингредиенты всё же предпочёл бы держать у себя — подобные вещи лучше всегда контролировать.

На это Бао лишь усмехнулся.

— Тогда сейчас нам надо двигаться в сторону новолуния (на юг), насколько я знаю, — продолжил я тему разговора. — Он там типа растёт где-то в скалах или что-то в это вроде, да?

— Да, но пустынный тысячелетний цветок расцвета растёт не только там.

— А где ещё?

— На границе пустыни в стороне заката (на западе), — махнул он в ту сторон. — И так как мы всё равно в сторону заката (на запад), можно сразу двигаться туда.

Так, погоди-ка…

— А тебе зачем в сторону заката(на запад)? — прищурился я.

— Ну куда ты, туда и я, — улыбнулся он. — И как я понял, ты хочешь попасть в империю Пьениан, верно?

— А тебе откуда знать, куда мне надо?

— Юнксу, есть не так уж и много мест в этом мире в действительности, куда бы люди хотели попасть, и империя Пьениан как раз одно из них. Или ты хочешь сказать, что двигался в эту сторону лишь для того, чтобы посмотреть на бесконечные мёртвые пески?

— Предположим, что да. А ты там бывал сам? В империи Пьениан?

— Несколько раз, — не стал он отрицать.

— Значит и огненные земли проходил?

— Проходил естественно, — не стал отрицать он. — Так же несколько раз, иначе туда не попасть. Не сказать, что я горю желанием пройти огненные земли ещё раз, если честно, однако выбор у нас не велик.

— Всё настолько там плохо?

— Думаю, ты и сам всё увидишь, когда мы туда доберёмся, — пожал он плечами и недобро улыбнулся. — Поверь, то место стоит увидеть хоть раз в жизни. Не зря его называют краем земли, это уж точно.

— А обойти…

Я уже было хотел спросить про другую дорогу, чтобы не соваться в столь прекрасную огненную жопу, но в этот момент округу огласил очень громкий визгливый стрёкот. Именно визгливый, и именно стрёкот, хотя до этого момента я бы никогда не смог совместить эти два разных странных звука.

Но хуже всего, что его источником была наша новая знакомая…

Которой в ногу вцепился остренькими зубами Зу-Зу, и теперь тащил её за собой по земле, дёргая головой в разные стороны, будто пытался отгрызть бедняжке ногу. Это выглядело даже немного жутко.

Но не так жутко, как то, что все другие просто стояли и смотрели на это!

Ну началось…

— Эй, Зу-Зу! Зу-Зу, блин! Какого хрена?! — я подбежал к пушистому охотнику и, схватив его за задние лапы, начал оттаскивать от бедной стрекочущей девчонки. — Зу-Зу, сука, а ну отпустил её сейчас же!

А остальные просто стоят и смотрят блин!

— Да какого хера?! Мастер, млять, помогите мне! — злобно вскрикнул я, пытаясь оторвать Зу-Зу от ноги бедной девчонки.

И только после моего окрика Лисица оживилась. Она бросилась к девчонке и, схватив её за руки, потянула её на себя.

И получилось у нас перетягивание каната. Я тащу за Зу-Зу, она за гостью, и те аж повисли над землёй. А Зу-Зу тем временем рычал, дёргал черепушкой в разные стороны, пытаясь отгрызть ей ногу и сдаваться не собирался.

— Джа! Джа, блин! — нет, тут нами двумя не обойдётся. — Джа, разожми ему челюсти!

Вот Джа звать сто раз не пришлось — мгновение, и она уже была рядом, пытаясь сначала руками разжать пасть, а потом и мечом, используя его как рычаг. К этому моменту уже и Лунная Сова подключилась, помогая Джа справиться с «капканом», который устроил для наги девчонки Зу-Зу.

И только Бао, говнюк сраный, стоял в стороне и с явным удовольствием наблюдал за кипешем.

Но Зу-Зу не собирался сдаваться, он рычал и упорно продолжал висеть, не поддаваясь на наши ухищрения. Во все стороны от ноги девчонки уже брызгала кровь розоватого оттенка. Слышался довольно отчётливый хруст, будто кто-то мял скорлупу, от её ноги. Девчонка стрекотала, плакала и билась, пытаясь вырваться, но всё был без толку. Даже вчетвером, мы не могли оторвать его от девчонки.

И тогда я рявкнул на всю округу.

— ЗУ-ЗУ, ЕСЛИ ТЫ ЕЁ СЕЙЧАС НЕ ОТПУСТИШЬ, БОГОМ КЛЯНУСЬ, Я ОТРЕЖУ ТЕБЕ ХВОСТ И СДЕЛАЮ ИЗ НЕГО СЕБЕ ШАПКУ!!!

И угроза к моему удивлению подействовала — Зу-Зу наконец разжал челюсти, да так, что мы с Лисицей разлетелись в разные стороны, и я кувыркнулся пару раз через голову с Зу-Зу в руках.

В этот момент я действительно был готов, если не отрезать хвост, то побрить его хорошенько, и пушистый явно почувствовал мои недобрые намерения.

Злой настолько, что был готов отвесить ему пендаль и отправить лететь до самого обрыва, я схватил Зу-Зу подмышки и развернул к себе, едва сдерживаясь, чтобы не претворить желаемое в жизнь.

— Какого хрена, пушистый?! — прорычал я ему в мордочку. — Ты что здесь за херню устроил, ты, пушистая скотина?!

Тот вжал голову в тело, после чего попытался выскользнуть из моих рук и убежать, но я был неумолим. Хорошенько тряхнув пушистую тушу, я взглянул в его глаза бусинки.

— Я жду объяснений, пушистая срань. Ты что здесь устроил сейчас?

Стыдливая рожа попыталась строить мне глазки, но я ещё раз тряхнул его.

— Не пытайся тут мне заигрывать, Зу-Зу. Ты вообще попутал что ли?! Ты какого хера на неё напал, блин?!

Может со стороны это и выглядело странно, что я тут с енотом размером с добротную собаку общаюсь, но мне было прекрасно известно, что эта пушистая жопа всё понимает. Понимает и может отвечать достаточно понятно, чтобы объяснить свой поступок. Только вот сейчас он это делать не сильно-то и стремился, как я погляжу.

Я не считал Зу-Зу плохим, но то что сейчас произошло, заставило меня слегка насторожиться. Если у него действительно есть какие-то проблемы или там желание зубки почесать о добычу, я, конечно винить его не буду — инстинкты и потребности, все дела. Но, млять, не на сокомандниках же это делать! Такую хрень надо сразу пресекать, так как всё начинается с малого.

Но Зу-Зу так ничего и не ответил. Лишь стыдливо прятал морду и строил умилительные глазки, типа: зачем ты на меня ругаешься, посмотри, какой я милый! Только этот «милый» сейчас едва ногу девчонке не отгрыз.

— Ещё раз такая хрень, и я тебя налысо побрею, пушистый, — предупредил я Зу-Зу, после чего поставил его на землю и едва сдержался, чтобы не прописать ему пендаля. — А теперь иди и подумай над своим поведением.

Тот посмотрел на меня жалостливыми глазками и…

— Пошёл, я сказал! — рявкнул я на него.

И Зу-Зу упёрся с понурой головой к месту, где встала на привал наша команда.

Глядя ему вслед, у меня был только один вопрос: что за херь это сейчас была?

Нет, серьёзно, это же… он ей чуть ногу нахрен не отгрыз. Инстинкты? Еноты же насекомыми питаются, может почувствовал в ней огромную добычу? Или просто подумал, что враг? Или ему не нравятся девочки-ракообразные?

Мне даже было слегка неспокойно теперь, вспоминая то, как он вцепился в нашу новую знакомую. Ведь будь это её горло, и девчонке был бы каюк. Я сам видел, как Зу-Зу на раз-два перегрызает глотку пятым уровням. Здесь, конечно, уровень побольше, но девчонка слабая по меркам животных, для неё даже одного укуса будет достаточно.

Сейчас она уползла в сторону, оставив за собой след из розоватой крови, и пялилась в сторону Зу-Зу с выпученными глазами. А когда я подошёл к ней поближе и вовсе попыталась убежать на одной ноге — другая буквально висела на коже в том месте, где её куснул Зу-Зу.

— Да погоди ты… — я ловко схватил её за плечо, после чего тут же повалил на землю. — Стой, блин, не убегай, а то её твой батя потом мне будет мозги компостировать.

Не знаю, поняла ли она меня, но из неё раздался какой-то жалобный стрёкот. Такой грустный, что мне даже стало её жалко. Хотя стоп, мне её и так жалко, просто сейчас стало ещё более жальче. При этом сама гостья то и дело косилась на Зу-Зу, который расположился в стороне и смотрел на нас грустным взглядом.

Я присел перед нашей гостей, после чего вытащил из сумки несколько пилюль лечения. Сейчас, после разграбления как Бао, так и дикарей, всяких пилюль у меня было выше крыши. Начиная от тех, что помогут в развитии, заканчивая для прорыв и для лечения, которые были способны ноги срастить, если сразу их приложить.

Одну из таких я и протянул девчонке, внимательно разглядывая её.

Интересно, что даже сидя перед ней, её черты всё равно были смазанными, будто у меня были проблемы со зрением. Я смотрел на неё, и просто не мог нормально сфокусировать на ней зрение, так как наша новая попутчица была размытой: нечёткие края лица, форма носа, губы, глаза. Это лишь наталкивало меня на мысль, что она действительно покрывает себя иллюзией, чтобы выглядеть перед нами как человек.

И возможно, на Зу-Зу иллюзия не подействовала, из-за чего тот видел её такой, какая она есть, отчего и решил слегка перекусить, раз уж её прямо на дом доставили. Хотя это всё равно ему не оправдание, так как он не мог не знать, что жрать её нельзя.

А ещё, что я заметил, так это состояние её раны, а точнее то, как та сейчас выглядела. Кожа в месте укуса будто растворилась, открывая взгляду поверхность ноги изумрудного цвета. Если быть точнее, её покрывало множество мельчайших чешуек, как у рыбы или змеи, которые поблёскивали изумрудным цветом. Правда в месте укуса они все были изорваны, изломаны и буквально вырваны с корнем, обнажая розоватую плоть.

Иначе говоря, ещё одно подтверждение, что девушка закрывает свою внешность от нас иллюзией. Или же мы, из-за её телепатических способностей, видим то, что хотим видеть.

— Держи, это поможет, — протянул я ей ладонь. — Бери.

— Если она всё же относится по развитию к животным, это не поможет, — сказал за моим плечом Бао.

— Я лечил орлов. Если уж на них подействовало, то и на неё подействует.

— А может и не подействовать.

— Вот не подействует, тогда и будем говорить.

По крайней мере это сразу станет ясно: такой пилюли хватит, чтобы на раз-два заживить подобную рану. Если сразу не будет эффекта, то тогда можно будет уже заручаться поддержкой Лисицы с её исцелением.

— Ну, держи давай, — нетерпеливо потряс я ладонью перед ней. — Ты меня хоть понимаешь?

Девчонка что-то прострекотала, совсем тихо.

— Я не понимаю, но возьми.

Я осторожно взял её за руку. Девушка сначала вздрогнула, однако руку всё же не отняла, позволив мне вложить ей в ладонь пилюлю лечения.

И даже сейчас, когда я касался её, почувствовал, будто трогаю не живого человека из плоти и крови, а что-то холодное, будто манекен из пластмассы или чего-то подобного. Конечно, я виду не подал, что меня это смутило, однако ощущения были так себе, если честно.

— Держи. А теперь глотай. Давай, вот так…

Я продемонстрировал на себе, что надо сделать.

Было бы, конечно, хреново, не пойми она меня, однако на таком уровне животные обладали уже интеллектом человека, и потому проблем с этим не возникло — девушка передо мной всё прекрасно поняла, забросив в рот пилюлю.

Однако проблему это не решило. Я внимательно следил за ногой, и рана, которую прогрыз Зу-Зу, никуда не делась, даже кровоточить не перестала, хотя такой мощности пилюля хоть какой-то эффект да должна была дать.

— Я же говорил… — хмыкнул Бао у меня за спиной.

— У меня она действовала. Действовали даже пилюли слабее этой, — упрямо ответил я.

— Ну… бывает, что могу сказать. А на неё не действует, как видишь.

Но это был, естественно, не конец. Поэтому, ещё раз бросив взгляд на рану, я встал и подошёл к Лисице, которая стояла в стороне. Не помогло одно средство — поможет другое. Оставлять я её с такой раной не собирался.

— Чёрная Лисица…

— Хочешь, чтобы я залечила её рану, — тут же сказала она.

— Да, сможете?

— Я-то смогу, но Юнксу, тебе не кажется странным, что Зу-Зу внезапно набросился на неё? — спросила Лисица, внимательно разглядывая девушку. — Может это повод задуматься?

— Я и задумался, Чёрная Лисица. Но проблема в том, что сам Зу-Зу не показывает своим поведением, что она враг. Обычно он рычит, шипит, шерсть дыбом, не подходит близко. А здесь он скорее выглядит так, будто не знал, что её кусать нельзя.

— И что ты собираешься с ней делать? Оставить её с нами? Не пойми меня неправильно, Юнксу, я просто хочу знать о твоих планах на будущее.

— Вас она смущает?

— Да. Как и смущает то, что ты удивительными образом окружаешь себя девушками.

— Окружаю? Я всего-то двух взял в команду. И то, одну меня заставили с собой забрать, — после чего я задумчиво посмотрел на неё и… мне в голову пришла мысль, от которой я не сдержался от улыбки. — Мастер Чёрная Лисица, вы что, ревнуете?

Правда Чёрная Лисица никак не проявила себя. Она даже бровью не повела, дав мне щелбана по лбу.

— Я беспокоюсь лишь о том, чтобы ты беды на себя не накликал, Юнксу. Много девушек не всегда есть хорошо, уж будь уверен.

— Вы так говорите, будто я специально гарем вокруг себя собираю.

— Вот я не знаю, что об этом думать сейчас, — ответила она. — Так что ты собираешься делать с ней и Зу-Зу?

— Не знаю. Меня попросили забрать её, и если отпускать, то подальше от этого места, чтобы она дорогу обратно не нашла, — в этот момент я услышал, как Чёрная Лисица едва заметно пробормотала: «какие заботливые родители». — Поэтому… я не знаю, сначала надо её исцелить, а потом уже посмотрим, что делать с этими двоими. В любом случае, сейчас мы будем двигаться в сторону заката (на запад), а там уже посмотрим, что да как.

Посмотрим, что там за край земли такой.

Глава 265

По идее, едва девчонка почувствовала свободу, она должна была, сверкая пятками, тут же от нас убежать, однако всё вышло совсем наоборот. Как только мы отлетели достаточно далеко от каньона, и я отпустил девчонку, она… вернулась обратно.

Если быть точнее, едва гостья почувствовала свободу, она довольно резво отошла от нас, но потом замедлилась, неуверенно потопталась на месте, огляделась и столь же неуверенно вернулась обратно. Я ей даже пытался показать, в какую сторону двигаться, но девчонка напрочь отказывалась уходить. Вернее, она отходила в сторонку, и возвращалась, отходила и возвращалась.

И Зу-Зу следил за ней: только она отходилась, он поднимал ушки, только она возвращалась, он со скучающим видом ложился обратно.

Зу-Зу, я одно хочу сказать, ты меня пугаешь, серьёзно.

Но как бы то ни было, от неё избавиться нам не удалось. Более того, девчонка нашла себе даже любимцу, и ей оказалась…

— Вы ей нравитесь, мастер Чёрная Лисица, — заметил я, следя за тем, как девчонка трётся рядом с нами. Ну как трётся: она вроде и пытается подойти ближе, постоянно поглядывая на Лисицу, но в то же время будто боится её. — Кажется, у вас появилась поклонница.

— Вижу, — спокойно ответила она. — Хотя не скажу, что я этому рада.

— Не хотите новой ученицы?

— Скорее, я нахожу это обременительным.

— Ну вас я не сильно обременял. Особенно учитывая тот факт, как что я даже не понимал ваш язык и постоянно изводил вас.

— Тогда и время было другое, и я была немного другой, Юнксу, — ответила она с какой-то отстранённо. — Тогда… тогда я, наверное, была более дерзкой и неуёмной, была готова идти против течения ради своей цели, а сейчас…

— А сейчас что-то изменилось?

— Что-то да, изменилось, — кивнула она, глядя на гостью, чьё имя мы ещё не знали. — Как-никак, с того момента, как мы с тобой познакомились, Юнксу, прошло семь лет. И для меня это большой срок.

— А по мне, вы ни капельки не изменились.

— Даже не знаю, как воспринимать твои слова.

— В положительном ключе.

— Как скажешь, — кивнула она.

— К тому же ещё один уровень, и старость для вас отодвинется ещё дальше. А потом ещё и ещё…

Если я правильно помню, то старение последователя замедляется, едва он достигнет уровня Послушника Вечных, то есть шестого. В тот момент, когда он развил своё тело и сознание достаточно, чтобы перешагнуть человеческую сущность, начинает увеличиваться его внутренняя сила. Та самая, что благодарю которой мы способны крушить камень, срезать леса, рубить горы и мастурбировать сутками на собственную крутость.

Поэтому, едва Лисица достигнет уровня Послушницы Вечных (над чем она тоже сейчас работает), её старение замедлится, а потом замедлится ещё и ещё, пока полностью не остановится. Вспомнить того старика, Поющего Ветра, из секты Восхода — он вон каким старым был, а жил столько благодаря не только правильному питанию и свежему воздуху, но и из-за собственного уровня, так что…

— Но раз мы на привале, предлагаю продолжить, — Лисица протянула ко мне руки, и я рефлекторно дёрнулся назад. Она раздражённо посмотрела на меня. — Юнксу, не надо отыгрывать передо мной маленького ребёнка.

— Вы жжётесь, мастер.

— Это для твоего же блага.

— Да мне мои шрамы в принципе устраивают, — посмотрел я на свои руки. — Шрамы украшают мужчину.

— Если после этого мужчину хотя бы можно узнать под ними. Поэтому довольно показывать свой характер, сейчас не время и не место.

— М-м-м… нет, не хочу, мне щиплет.

Лисица нахмурилась, после чего неожиданно сорвалась с места и… не поймала меня. Я оказался куда более прытким чем она. Прошли те времена, когда Лисица вот так могла меня подловить.

— Я с тобой не собираюсь играть, Юнксу. Подошёл сюда и сел передо мной, — злобно сверкнула Лисичка глазами. Кому-то не нравится, когда поступают не так как он хочет, да?

— Не хочу.

— Иди сюда.

— Не буду.

— Ты… — она вновь сорвалась ко мне и не поймала. — Думаешь, я буду с тобой играть в догонялки?

— Да вы просто не догоняйте меня, вот и всё, — пожал я плечами. И тут же увернулся, когда она попыталась поймать меня рукой. — Мастер, вы же меня не поймаете, я быстрее вас.

— Юнксу, не испытывай моё терпение, — прошипела она. — В гневе я тебе не понравлюсь.

— А по мне, вы очень милы в гневе, мастер.

— Посмотрим, что ты скажешь, когда окажешься в моих милых гневных руках, Юнксу.

Она вновь дёрнулась, и я как нехрен-нахрен увернулся. Раз, другой, третий, че…

А на четвертый раз я со всей дури упоролся в невидимую стену.

Это… это было неожиданно. Я влетел в неё с такой силой, что меня отбросило назад прямо в руки Лисицы. Та отбросила меч в сторону, после чего сделала подсечку и бросила на землю. Не охреней я от такого удара, ничего бы у неё не вышло, но тут я на секунду вылетел из реальности, влепившись в твёрдую стену на полном ходу, из-за чего оказался на земле.

Эта чернявая видимо поставила щит мечом и продублировала своей техникой прямо передо мной. Хрень очень затратная, но Лисица видимо решила потратиться ради победы и утверждения её первенства.

Едва я оказался на земле, как Чёрная Лисица оказалась сверху, схватила меня за грудки и со всей дури прописала мне быка.

Правда…

Правда прописала она его в первую очередь себе.

По идее быка делают лбом в лицо противника, но тут, отойдя от удара, я резко дёрнулся вперёд, и мы стукнулись лбами. Да так что аж у меня всё потемнело. А если потемнело у меня, можно было представить, что было с Лисичкой. Та, бедная, практически сразу обмякла и сползла с меня, не подавая признаков жизни.

— Вот… вот чёрт… — я осторожно положил Лисицу на песок и тряхнул её за плечи. — Мастер? Мастер, вы как? Чёрная Лисица?

Нет, она была жива, но отрубилась конкретно, да так, что даже я не мог привести её в чувство. Ещё и этот говнюк Бао рядом ошивался. Встретившись со мной взглядом, он кивнул мне и сжал кулак, показывая свою солидарность.

— Молодец, Юнксу, заставил убиться своего мастера о себя. Это достойно уважения.

— Иди в задницу, — огрызнулся я, пытаясь привести в чувство Лисицу.

Та с умиротворённым лицом решила явно не возвращаться в ближайшее время обратно в сознание, подумав, что да ну всех в задницу. Косяк, конечно, но ведь она сама убилась об меня, верно? Это же считается за самооборону?

— Как маленькие дети… — вздохнула Люнь, наблюдая за нами. — Вам обоим, мне кажется, надо повзрослеть.

Уж чья бы корова мычала, Люнь, реально.

Короче, неловко получилось и под конец всё равно пришлось предоставить себя любимого ей на исцеление. И сидели мы вдвоём с огромными шишаками на лбу, недовольные и хмурые, как два брата-акробата. Хотя надо признать, у Лисицы запал есть, страшно представить, что будет, когда она докачается до более высоких уровней.

— Как твоя голова? — неожиданно спросила она после, наверное, получасового молчания. Мы просто сидели и хмуро (а может и обиженно) молчали, поэтому её вопрос был довольно внезапным.

— Ну… болит, конечно, — ответил я негромко.

— Я имею ввиду, не то, что ты стукнул меня головой, а твои головные боли, о которых ты говорил до этого, — уточнила Чёрная Лисица.

— А… да болит что-то, — пожал я плечами. — То сильнее, то слабее, то практически незаметно.

— Ясно.

Она уже несколько раз прикладывала свои ладони к моей голове, думая, что это поможет, но головные боли не уходили. То есть даже раны пусть и медленно, но уходили, а головные боли — нет.

— Пододвинься ближе.

— Чёрная Лисица, вы уже несколько раз пробовали, головные боли всё равно не проходят, — заметил я.

— Значит будет пробовать столько, сколько потребуется, пока они не пройдут.

— От вашего лечения они только сильнее становятся. Давайте всё же сосредоточимся на прост лечении, хорошо?

Лисица нахмурилась, что-то себе пробормотала под нос, но к голове всё же не притронулась.

А вообще для неё это стало как своеобразный ритуал, который она повторяла каждый день. Если была возможность, Лисица меня тренировала и пыталась обучить новым приёмам, но исцеляла она каждый день, отчего и шрамов на моём теле заметно поубавилось. Не полностью, но они стали бледнее и менее заметны.

А тем временем мы медленно и верно продвигались на запад к границам пустыни, которой, как казалось на первый взгляд не было ни конца, ни края. Просто представить себе: каждый день, каждый божий день одно и тоже, одни и те же жёлтые бесконечные пески, которым не видно ни конца ни края, всё те же барханы, где один не отличишь от другого, из-за чего ощущение, что ты ходишь кругами.

Пока мы продвигались на запад, пару раз нам встретились бури, но теперь мы от них довольно быстро убегали. Едва завидев песчаные стены, тут же сворачивали в противоположную сторону или вообще двигались обратно, после чего делали большой круг, чтобы их обогнуть. Никому не хотелось вдруг обнаружить себя на восточной границе пустыни.

И всё это время за нами неизменно следовала наша гостья-стрекоза. Она так и не отстала от нас, видимо рассудив, что домой ей путь закрыт, а больше она и не знает куда идти, отчего просто следовала за нами. Причём не просто следовала: стрекоза пыталась держаться как можно ближе к Лисице, которая пусть и не рада была такой компании (подозреваю, что она не доверяла той, кто закрывает себя иллюзиями), но всё же вела себя спокойно и невозмутимо.

Подозреваю, что она следовала простой и понятной логике: никого из нас Стрекоза не знает, на нашем языке не говорит, хотя я подозреваю, что нас прекрасно понимает, а Зу-Зу для неё и вовсе ходячая опасность. И на этом фоне Чёрная Лисица выгодно выделялась для гостьи: исцелила — проявила заботу, а проявила заботу — значит не желает зла. А раз не желает зла, то лучше держаться именно неё.

Всё просто.

Поэтому она и держалась поближе к той, кто её подлатал, считая, что Чёрная Лисица из нас самая добрая. А может Лисица и была из нас самой доброй, как знать.

В любом случае девушка с нами явно задержалась, и потому я её решил назвать Стрекозой. Ну просто у неё крылышки из-за спины торчат, как у стрекозы, которыми она пользуется во время перелётов. И называть же её как-то всё-таки надо, не говорит же про неё постоянно «та девушка» или «гостья». А так как она нам не мешала и даже есть не просила, мы её и не прогоняли.

Так прошло несколько месяцев бесконечного пути через пустыню.

За это время мы успели притереться друг к другу, как-то привыкнуть и смириться с тем, что нам придётся лицезреть друг друга ещё очень долго. Это я про Бао, если что, которого нам приходилось конвоировать.

Лунная Сова, как и говорила нам, неустанно следила за ним, буквально не отступая от него ни на шаг и постоянно держа руку на яде, чтобы не дать ему подняться в уровнях. Придраться тут было не к чему, хотя я глаз с неё не спускал, а когда всё же спускал, с неё не спускала глаз Джа. А одной из ночей я и вовсе стал свидетелем того, о чём говорила Чёрная Лисица: проснулся, чтобы сходить в туалет и застукал их в самом разгаре чрезмерно активного процесса.

Не пойму, чего Совунья нашла в нём. Пусть она и выглядит как не от мира сего, но уродиной её назвать было сложно. Не хватает мужского внимания, отчего уже и разницы нет, с кем? Или же действительно нашла в нём что-то привлекательно для себя? Как бы Совунья меня не бесила, на шлюху она была не похожа, значит оставался второй вариант. И всё равно я не понимал.

Хотя плевать, главное, что с катушек не слетают, дичи не творят, ведут себя тихо, а большего мне не надо. Я вон, вообще с женщиной-обезьяной спал и ничего.

Что касается Джа, то эта вообще не менялась от слова совсем. Как была тихоней, так и оставалась, и даже разговорить её не получалось. Спокойная, уравновешенная, как Лисица, разве что черт личности в отличие от той никаких не показывает. Лисице могло что-то не нравиться, а этой хоть бы хны вообще на всё.

Что касается Зу-Зу, которого я тащил на себе, этот всё никак не мог отвести взгляда от Стрекозы. Сидел и облизывался, словно видел перед собой большой вкусный торт на ножках.

— Нет, Зу-Зу, нельзя от неё откусить кусочек, — сказал я, когда он вновь подошёл ко мне с просящими глазами. Сел такой, посмотрит на девушку, которая прямо в струну вытягивалась, когда чувствовала на себе взгляд, а потом смотрит на меня. И так по кругу. — И нет, никаких чуть-чуть и никаких «немного надкусить». Вообще, я не пойму, чего ты её сожрать пытаешься?

Тот прямо так повесил голову и вздохнул.

— Я понимаю, что аппетитно выглядит, но блин, пойди тогда Бао за жопу укуси.

Тот сморщил мордочку.

— В смысле, гадость. То есть её кусать не гадость, а этого для профилактики — гадость? Ты, конечно, привередливый, Зу-Зу. Но есть её я запрещаю. И кусать тоже!

А то блин не уточнишь и потом будет: а про это речи не было! Плавали, знаем.

Хотя насчёт Стрекозы, она так и не заговорила ни с кем из нас. И пользы от неё было ноль хотя вреда и расходов тоже ноль: она не ела и хрен знает чем питалась, если честно.

Вместе с тем мы постепенно мы приблизились к границе пустыни, о чём нам поспешил сообщить в один прекрасный день Бао.

— Видишь? — негромко спросил он, указав пальцем на горизонт. — Вон там.

— Нет, не вижу.

— Потом что с земли не видно, но если подняться достаточно высоко, то сразу заметишь.

Собственно, я и поднялся высоко. Очень высоко. Настолько, что даже мою команду внизу было практически не рассмотреть, так, точки на жёлтом фоне. И только с такой высоты я понял, о чём говорила Бао.

Нас самой границе вдалеке едва заметно, где небо соприкасалось с землёй, оно словно теряло свою голубизну, проступая в том месте практически неразличимой белесоватой полоской.

— И что это? — спросил я, спустившись обратно вниз.

— Граница пустыни.

— Уже?

— Уже? — усмехнулся он. — А тебе мало того, что мы здесь провели? Столько времени летели каждый день, и это учитывая тот факт, что пару раз нас перебросили бури, иначе бы это заняло времени гораздо больше.

— И всё же... — я задумался. — Что там?

— По большей части, голые скалы и горы без единого намёка на что-то живое.

— Всё настолько плохо?

— Почему же? — усмехнулся он. — На самой границе не так уж и плохо, если так подумать. Уже и не пустыня, но ещё и не край земли. Там даже жить можно. А вот дальше, да, будет сложно. Отравленный воздух, отсутствие воды и еды, высокие температуры, в некоторых местах Ци словно глушится, из-за чего полетать не удастся, множество гиблых мест, пепел, огонь, лава…

— Какая прелесть…

— Ты даже не представляешь, — кивнул он. — Пройти там будет непросто.

— А обойти?

— Обойти? Это или двигаться в сторону старолуния (на север), или в сторону новолуния (на юг), но идти придётся, будь уверен, по таким же недружелюбным места.

— Но всё равно лучше пройти там, чем через этот, как ты говоришь, край земли, верно?

— Вообще, да, если дойти до самого моря и через него обойти, то так будет лучше, — согласился он. — Но сколько это займёт?

— Год?

— Если не больше. Это очень и очень неблизкий путь, Юнксу. К тому же ингредиенты, не забывай.

— Там тоже есть ингредиенты? — ужаснулся я.

— Некоторые, что понадобятся, — кивнул на, подтверждая мои догадки. — Не сейчас и не на девятый уровень, но понадобятся позже. И тогда нам надо будет вернуться.

Короче, что так, что так придётся сунуться в этим места. Класс…

Хотя я уже почти восьмой, сейчас Бао создаст пилюлю и тогда все проблемы вовсе перейдут на второй план. Что там открывается на уровне Мастера Вечных? Вроде возможность телепортироваться на небольшие расстояния с тратой огромной части сил и возможность видеть с закрытыми глазами. Или, проще говоря, спать с открытыми глазами. Потому, думаю, проблем пересечь тот регион у нас не возникнет.

И мы отправились дальше на запад. Полоска, которую раньше было сложно заметить, становилась всё больше и вскоре её можно было увидеть даже с земли. Там, на горизонте будто клубились тучи или туман, который застилал собой землю. И это шло по всему западному горизонту, куда не брось взгляд.

Вскоре, если подняться достаточно высоко, можно было разглядеть даже тоненькую едва заметную неровную полоску — горы. Пару раз я так поднимался, чтобы оценить, как далеко нам оставалось, хотя это можно было понять и по другому признаку, как температура.

Суть была в том, что если в пустыне днём было жарко, а ночь холодно, то чем ближе мы приближались к границе пустыни, тем жарче становились ночи. Причина, скорее всего, была в том, что горячий воздух из-за «огненной земли», как говорил тот охранник, гонит в пустыню, отчего даже ночью от тепла не было спасения.

Постепенно огромные дюны, которые возвышались раньше на десятки метров, становились всё меньше и меньше. Волны сглаживались, будто местность всеми силами пыталась предупредить, что дальше пустыня заканчивается. Это всё ещё была та самая безграничная пустыня, суровая и беспощадная, где куда не глянь, будут бесконечные пески, но чувствовалось, что потихоньку мы покидаем её территории.

А самое интересно было то, что в один прекрасный момент пошёл снег.

В какой-то момент идеально ясное небо просто заволокло облаком и сверху начали падали больше белые хлопья, медленно укрывая собой песок и не спеша при этом таять. Мы завороженно наблюдали за странным зрелищем, задрав голову, и не сразу до нас дошло, что это никакой не снег. Бао-то это сразу понял, судя по его улыбающейся хитрожопой роже, а вот для нас это стало реально сюрпризом.

— Это… это не снег, — наконец поняла Лисица через пару минут, вытянув руку. Ей на ладонь опустилось несколько белых хлопьев, которые она растёрла между пальцами. — Это пепел.

— Иногда его приносит с тех земель, — кивнул Бао на запад. — Поднимает высоко в воздух сильным ветром, после чего она оседает здесь, на границе пустыни. Это значит, что мы уже почти пришли.

— И часто идёт такой снег здесь? — спросил я.

— Здесь — редко, но чем ближе к тем землям, тем чаще такое будет происходить.

Я бросил взгляд в сторону, откуда принесло облако пепла: до границы бесконечных песков и края земли было уже рукой подать. А значит и до пустынного тысячелетнего цветка расцвета, который наконец откроет мне путь на уровень Мастера Вечных. Блин, жду не дождусь, когда наконец смогу телепортироваться…

Глава 266

Конец бескрайней пустыни.

Это довольно забавно звучит, если так подумать, конец чего-то бескрайнего. Для людей эта пустыня… для обычных людей по местным меркам эта пустыня была действительно бескрайней. Той, которая никогда не заканчивается, сколько бы ты ни шёл. Многие и считали её бесконечной, не зная тех мест, что были за её границами.

А вот мы его достигли, края.

И конец пустыни был действительно по своему эпичным, запоминающимся местом. Здесь волны песка будто налетали на прибрежные скалы: огромную стену естественного происхождения высотой метров двадцать из тёмного камня. Мне это место напомнило побережье Британии, где там тоже такой отвесный утёс шёл вдоль всего берега. «Прибрежный» утёс расходился в разные стороны настолько, насколько хватало глаз, и даже когда я взлетал вверх, конца-края ему не было.

Возможно, когда-нибудь волны песка всё же захлестнут это место, но пока что эти стены выглядели для песка неприступными.

— Ну вот и конец пустыни, — произнёс Бао. — Великая граница мёртвых песков.

— Отличается от границы с противоположной стороны, — негромко заметила Совунья.

— Ага, словно океан на прибрежные скалы налетает, да? — усмехнулся он.

— Точно подмечено, — согласился я. — Как далеко до пустынного тысячелетнего цветок расцвета?

— Он растёт на скалах вдоль границы, надо просто поискать его.

— А если всё собрали?

— Ну тогда придётся нам ждать тысячу лет, пока новые не появятся, — усмехнулся он и поймал мой взгляд. — Ну что-нибудь да найдётся. Иначе придётся возвращаться за теми, что растут в пустыне.

И мне бы этого делать не хотелось, уже осточертел этот песок, который был везде, даже на жопе. Хотелось уже почувствовать под собой твёрдую почву, которая не спешит проваливаться под твоими ногами.

А ещё лучше лес.

Да-да, мне хотелось увидеть лес. Не джунгли или поля, и уж тем более не болота, а самый обычный лес, обычные деревья, какие только можно встретить, как те, что росли в империи Дасенлин. Берёзки там, дубы, травка невысокая, свет, который пробивается лучами через кроны, птички поют, ромашки жопу щекочут на привале…

Эх… мечты… Просто вот я взлетел на стену, а тут голый камень. Лучше, конечно, чем песок, но тем не менее хотелось бы более ярких красок, чем серость и уныние. Но даже здесь встречался песок. Видимо нанесённый ветром, он собирался «лужами» в ямах, забивался в щели, лежал вдоль уступов

За то время, что мы сюда летели, пепел, выпавший несколько часов назад, уже успел сойти на нет. Просто налетел ветер, который здесь был довольно частым гостем, и сдул его, оставив за собой жёлтый песок, будто ничего и не было. Кое-где пепел ещё виднелся, но даже так и не скажешь, что шёл настолько странный снег.

Я опустился на голый камень, наслаждаясь твёрдостью под ногами. Сложно объяснить, каково это, ходить по твёрдой поверхности, когда чёрт знает сколько ты ходишь по почве, которая постоянно проваливается под твоими ногами.

Местность, которая нас ждала дальше, тоже особо не отличалась разнообразием. Дальше нас ждали просто каменистые равнины, насколько хватает глаз, разбавленные горами и холмами с ущельями и трещинами. Можно сказать, что поменяли шило на мыло. Только здесь ещё и как-т пасмурно было ко всему прочему: небо будто заволокло туманом.

— Пыль.

— Пыль? — переспросил я Бао.

— Пыль, пепел, который несёт из глубины этих территорий, — кивнул он. — Если углубимся, то осадки из пепла станут обычным для нас явлением, так что привыкайте пока что.

— Успеем привыкнуть. Куда нам теперь?

Бао огляделся.

— Над двигаться вдоль границы, — наконец решил он.

— Что-то неуверенно звучит твоё предложение, — прищурился я.

— Ну нельзя быть уверенным во всём на сто процентов, верно?

— С чего ты решил, что они вообще растут здесь?

— С того, что они предпочитают такие растения предпочитают скалистую местность, но при этом сами растут в песке. А здесь… — он пнул небольшую «лужу» песка перед собой, — есть и то, и другое.

— Окей… — протянул я.

Ну а больше ничего, кроме как довериться Бао, у нас не оставалось. К тому же я не видел причин, по которым он бы захотел нас кинуть. Ему ведь нужны были знания, рецепты, что у меня в голове. Но даже они ему будут бесполезны, если он сам не дорастёт до них.

И мы вновь двинулись в пусть, на этот раз летя над краем отвесного склона, за которым начинался песок. Летели весь день, на вечер становились на привал, где дежурили по очереди. Вообще, была у нас Люнь, но про неё половина команды не знала, поэтому, чтобы другим было спокойнее, мы разбивались на смены, в которые сидели и караулили других. Заодно и Лисица во время этих остановок медленно, но верно исцеляла меня.

И в один из таких дней мы вышли на…

— Деревня, — прищурился я, вглядываясь в постройки, что расположились вдалеке. — Бао, здесь живут люди?

— Ну немного живут, да, — кивнул он. — Люди вообще живут везде, если так подумать.

— Просто немного странно встретить их даже здесь.

— А что удивительного? Деревня как деревня, — пожал он плечами. — Если я не ошибаюсь, где-то вдоль границы песков и края земли есть даже город, который практически высечен в скале, но его найти ещё надо.

— А чем они здесь занимаются?

— Тем же, чем и другие — выживают. Возможно, добывают какую-нибудь руду или собирают пепел, который служит удобрением. Может даже охотятся.

— А здесь что-то водится.

— Везде что-то водится. Вопрос лишь что именно и насколько оно опасно.

— Остановимся там? — негромко спросила Совунья, разглядывая постройки вдалеке.

— Можно, думаю, залететь, посмотреть, что да как, — согласился я. — Заодно может у них есть там гостиный двор, поспим хотя бы нормально.

А не на матрасах под тёплым ветром. Вроде бы терпимо, но как раз-таки проблема в том, что именно терпимо — никакой самый удобный походный матрас не заменит нормальную кровать. А ещё можно было у них спросить по поводу пустынного тысячелетнего цветка расцвета: вдруг они знают, где тот растёт?

Если честно, выглядела она как какая-то доисторическая деревня. Дома здесь были сложены в форме куполообразных домиков, что-то типа иглу, только не из снега, а из камней. Жилища местных располагались вдоль двух дорог, которые шли крест-накрест. И в самом конце одной из двух этих несчастных на вид улиц расположилось уже более-менее нормального вида небольшое двухэтажное здание, напоминающее отдалённо трактир. Он, наверное, был единственным признаком цивилизации в этом захолустье.

И в любом захолустье, нас встретили, точно так же, как встретили любую другую группу лиц, которая неожиданно объявилась на пороге деревни — с подозрением и удивлением.

Женщины, мужчины, даже дети — все, кто был на улице, обернулись на нас, будто не могли поверить в существование других людей, считая себя единственными. Кто-то в этот момент полоскал бельё, кто-то мыл посуду, нёс какие-то камни. И всех их словно поставили на пару секунд на паузу в этот момент.

— Словно мир остановился… — пробормотал я, глядя на них, когда мы вошли в деревню.

Мне не надо было оглядываться, чтобы понять, что нам оборачиваются в след. Люди здесь не превышали четвёртого уровня, поэтому Джа, наверное, была для них настоящим монстром (я снизил свой уровень до пятого, чтобы не выделяться). Потому, наверное, особенно пялились именно на неё, причём многие с самым туповатым видом.

Две женщины, что остановились на обочине дороги с плетёными тазиками, обернулись и проводили нас взглядом, когда мы прошли мимо. Какой-то мужчина сплюнул нам вслед, всё так же держа в руках какой-то булыжник, который нёс куда-то. Дети, сидя в пыли, не стесняясь, разглядывали нас, а некоторые даже преследовали некоторое время, словно дворовые собаки машину.

— Люди здесь не часто появляются, — заметила Совунья.

— Или же они появляются не с этого направления, — предположила сухо Лисица. — Всё же что-то подобное таверне у них есть, а значит и путники встречаются.

Я уже было хотел спросить, как здесь вообще можно выжить в такой дыре, но бросил взгляд на один из участков и всё прояснилось.

Здесь была почва.

Может из звучит это странно, но для места, где с одной стороны голимый песок, а с другой один камень да пепел почва была действительно каким-то исключением. И ведь что-то росло здесь, какие-то кустики, ботва, которую язык не поворачивался назвать чахлыми. Возможно, неплохим удобрением для них служит пепел, который иногда выпадает здесь, а вода…

Взглядом я поискал какой-нибудь источник и увидел подобие колодца где-то в стороне от дороги, откуда набирали в кувшины воду. Кувшины… ну да, это куда практичнее в месте, где нет дерева.

А направлялись мы в таверну. Если ты что-то хочешь узнать, всегда направляйся в таверну, где вместе с людьми собираются и различные слухи.

Забавно, но двери здесь были довольно своеобразным. Не дерево, а какая глина или что-то в этом роде… Скорее всего пепел, смешанный с чем-т, которого здесь было в достатке.

Внутри было тускло, очень тускло. Всего две масляные лампы едва-едва светили, разгоняя мрак на пару со светом из окон. Столов здесь не было, как не было и кухни, и барной стойки, к которым я привык в подобных заведениях. Просто пустой зал и небольшое окошко в противоположной стене, где нас уже ждал хозяин заведения, с интересом разглядывая.

— Приветствую, путники, — с чудовищным, каким-то лающим акцентом поприветствовал он нас… стерев соплю из-под носа… Фу млять, ну чувак! Ну какого хера?!

— Здрасте, — поздоровался я и огляделся. — Пустовато тут у вас.

— Ага, пустовато, — согласился он и… всё. Честно говоря, я ожидал более развёрнутого ответа.

— А бар или где перекусить здесь есть?

— Комнаты есть, — тут же ответил он. — Есть где помыться, есть где поспать. И еда найдётся.

При фразе «есть где помыться» девушки оживились. Даже Джа, обычно безмятежная, проявила толику интереса, слегка склонив голову, чего говорить о Совунье и Лисице. Видимо их не сильно устраивало подмываться из моей фляги. А вот мне Бао норм, ну и Зу-Зу не жалуется. А вот про Стрекозу ничего не скажу, надо ей мыть или нет, чёрт знает, но эмоций по поводу возможности помыться она не проявила.

— И сколько будет стоить? — сразу поинтересовался я.

Взгляд хозяина этого злачного заведения перекочевал на Зу-Зу.

— Мы могли бы…

— Его не торгую, — тут же отреагировал я. И добавил. — Чтобы между нами не было недопонимания, сразу проясню, что его я буду защищать всеми доступными мне способами.

— Понял, понял… — вздохнул тот. — Тогда золото, золотые монеты.

Ну золота у меня было вполне себе достаточно. За время путешествия я успел много где нагрести как золотых монет, так и золотых самородков (это в городе обезьян я их набрал ещё), поэтому я мг позволить снять нам сразу три комнаты. Хотя сразу заметил, что клиентоориентированность здесь точно такая же, как и само заведение, и хозяин этого места с соплёй под носом.

Расплатившись с хозяином забегаловки и получив инструкции, как добраться до наших комнат, я притормозил у окошка, чтобы немного навести справки об этом месте.

— А зачем вам знать? — со скучающим видом пожал он плечами на мой вопрос, чем занимаются в деревне.

— Просто интересно. Вы же на что-то живёте здесь, верно? Я много повидал мест, включая те, что по ту сторону пустыни.

— По ту сторону пустыни? — кажется, это была первая эмоция помимо скуки на его лиц. Что-то вроде удивления и неверия. — Нет никакой той стороны пустыни, она бесконечна.

— Нет.

— Да.

— С чего вы взяли?

— Ты когда-нибудь видел границу с той стороны? — уверенно спросил хозяин трактира.

— Да.

— Пустыня бесконечна. Всё, что у нас есть, рождается из её песков или из земли, на которой мы стоим, — с какими-то фанатичными нотками произнёс он, и я понял, что с этими людьми из глубинки, которые дальше своей деревни не уходили, спорить будет бесполезно, да и бессмысленно.

— Так чем вы занимаетесь? Чем торгуете?

— Всем, что можно здесь достать, — последовал ответ.

— Но посетители у вас бывают, да? Как я погляжу, раз таверна есть, значит и путники ходят.

— Они всегда ходят, — ответил он без интереса.

— Куда именно? — блин, как клещами каждый ответ из него вытаскиваю.

— Дальше, в земли огня. Ищут ингредиенты, собирают руду, ходят за тысячелетним цветком.

О, а вот это уже интереснее.

— А куда ходят? — сразу же поинтересовался я.

— К курганам, — махнул он рукой куда-то в сторону. — Некоторые ходят. Многие не ходят. Ходят в другое место, просто ищут что-то.

По крайней мере я перевёл его слова, как «Курган». Если же дословно брать его слова, то их можно было перевести как захоронения в холме. На нашем языке это вроде как называется курган, и я сейчас совсем не про город.

— А что ищут?

— Всё, что можно найти.

Такое ощущение, что разговариваю с машиной, каким-нибудь ИИ, который вроде бы и отвечает связано на твои вопросы, но делает это как-то рандомно, будто не в силах удержать разговор в одной теме, постоянно уходя в сторону.

— А примерно расскажете, куда именно надо идти, чтобы попасть к курганам?

— Дальше.

— Дальше, это куда? В глубь огненных земель или вдоль пустыни?

— Вдоль песчаных земель. Место нельзя пропустить, там граница размыта, опускается вниз к самому песку. И там курганы. Но туда мы не ходим.

— Почему?

— Опасно.

— Какие-то твари или что? Существа или просто аура?

— Опасно, — повторил он с вновь скучающим видом. — Вот и не ходим.

Мне кажется, такие места влияют умственную деятельность людей. Чем размереннее и спокойнее места, тем они быстрее деградируют, привыкая к однообразной обстановке и рутине настолько, что уже не могут оглядеться и понять, что мир немного шире их грядки и участка. Но осуждать я их не собирался, каждый сам выбирает для себя свою дорогу.

Но на это разговор можно было заканчиваться. Было видно, что из хозяина этого заведения больше ничего особо не вытянешь. Можно будет, возможно, поговорить с жителями в надежде, что они будут более… живыми, чем этот, однако особых надежд я не питал. Если они и будут пободрее, то вряд ли станут рассказывать всё чужакам, один из которых даже рожей на них не похож.

Комнаты, что нам выделили, находились по классике любого жанра на втором этаже. Три небольших комнаты, где кровати представляли собой огромные набитые чем-то вроде травы матрасы на невысоких платформах, которые возвышались над полом. Столь неказистая на первый взгляд мебель оказалась на удивление удобной, и я с удовольствием откинулся на матрас.

Раскидал я по комнатам всех определённым образом: Совунья и Лисица в одной, Джа и Стрекоза в другой, я и Бао с Зу-Зу в третей. Я бы, конечно, предпочёл бы другого к себе в комнату, например Джа, однако выбирать не приходилось, да и за этим ублюдком следить надо, чтобы ничего не выкинул. А то как обычно бывает, только расслабишься, а тебе уже в спину нож вгоняют по саму рукоять.

— Нет, Зу-Зу, ты будешь ночевать со мной, — сразу пресёк я попытку пушистого пробраться в комнату к Стрекозе с Джа. — И не надо на меня смотреть, Стрекоза не провиант для тебя, она член команды. Нет, пальцы отгрызать мы ей не будем.

— Как ты его понимаешь? — поинтересовался Бао, который наблюдал за нашим диалогом. — Он же даже звуков не издаёт.

— Скорее улавливаю по его мимике то, что он хочет, — пожал я плечами.

— Мимике? У него?

— По глазам, по взгляду, по его действиям. Да много каких признаков, не знаю даже… просто вижу, что он хочет и всё. Зу-Зу у нас не самый обычный зверь.

— Я уже заметил. Ты не думал, что из него получатся хорошие ингредиенты?

Зу-Зу тут же недовольно обернулся к бао, типа ты не охерел ли часом?

— А тебе бы лишь бы всех на ингредиенты пустить, да? — спросил я недовольно. Хотя из его хвоста получились бы отличные перчатки, не отрицаю.

Теперь Зу-Зу смотрел уже на меня, молча вопрошая, а я ли часом не охерел?

— Что-нибудь по поводу пустынного тысячелетнего цветка расцвета узнал?

— Только то что их вроде как можно найти дальше, около курганов.

— Курганов?

— Да, по крайней мере она так сказал. Насколько я понял, мы не первые, кто здесь останавливается, чтобы продолжить путь или дальше в огненные земли или к курганам. И хрен с тем, кто идёт вглубь за рудой или всякой ерундой, но вот если много народу ходит к курганам, то боюсь, нам ещё долго придётся искать растение.

— Но это мы увидим. Если там настолько опасно, как описывают, то тогда нам волноваться не о чем. Вряд ли много людей переживут поход туда, а седьмых и восьмых уровней, как ты понял, не так уж и много.

— И всё же мне кажется, что мы нихрена не найдём там. Ты хоть сам знаешь, как выглядит этот цветок?

— Один раз видел. В засушенном виде, — кивнул он. — Поэтому примерно знаю, что он из себя представляет.

Ну хоть мимо не пройдём, уже плюс. Вообще, столько с этими ингредиентами мороки, что аж зубы сводит, если честно. Вот серьёзно, то одно, то другое, то третье… Хочется уже просто спокойно идти дальше, поскорее преодолеть этот долбанный рубеж мёртвых земель, которые будто отделяют один мир от другого, а тут такое…

Ладно, плевать. Сейчас гадать, есть там что, осталось или всё собрали, не имело смысла. Поэтому надо было просто расслабиться и насладиться моментом спокойствия, раз такой шанс выпал. А то ещё когда выпадет возможность вот так выспаться в кровати чистеньким и свежим.

Кстати, насчёт свежести, хозяин трактира говорил, что здесь вроде как помыться можно, да? Что-то типа бани или местного аналога ванной комнаты. Просто раз уж выпал шанс, то почему бы нормально не ополоснуться. Может даже позову Джа себе спинку потереть, а то что-то всё не получается и не получается у меня с ней поближе познакомиться…

Глава 267

Вот что-что, а ванна или как это помещение можно было назвать, было действительно достойным. Это были горячие источники. Настоящие горячие источники, в которых вода постоянно была горячей, но не настолько, чтобы сразу же свариться. И расположились они не где-то, а в подвале трактира.

Это было каменное помещение, словно какая-то темница, где висела одинокая масленая лампа. И в центре этого жизнерадостного места расположился бассейн, от которого аж пар поднимался. Небольшой, метра два на два может, достаточный, чтобы туда могли забраться сразу несколько человек. А ещё здесь был душно, как в бане. Влажность была настолько высокой, что камень, из которого была построена эта комната, блестел в свете единственного источника света.

— Духотень… — пробормотал я, обмахав себя рукой. — Прямо как сауна.

— Сауна? Что это?

— Такое… такое помещение, где моются. Там тоже душно, вот и вспомнил.

Ну теперь ответ, откуда у них здесь вода, отпадал. Геотермальные источники. И ведь так близко от пустыни. С другой стороны, понятно, почему именно здесь они решили построить деревню. Вода есть, возможно какая-никакая почва тоже была здесь изначально, и люди просто основали здесь деревушку.

Я огляделся, огляделся, примерился, после чего поднялся наверх к Джа и Стрекозе.

— Джа, пойдём купаться, — заглянул я к ним в комнату и… застал странную картину.

Джа сидела на кровати с одной стороны, а Стрекоза с другой и… всё. Они просто сидели и смотрели друг на друга, словно загипнотизированные. У меня даже холодок прошёлся по телу от такого странного, скажем прямо, зрелища, на которое я даже не знал, как реагировать. Но эта странная атмосфера разрушилась, едва Джа и Стрекоза обратили на меня внимание.

— Господин? — встала она. Стрекоза просто посмотрела в мою сторону.

— Я… у вас тут всё хорошо? — решил я сразу уточнить.

— Да, господин, всё хорошо, — с готовностью ответила она.

— Просто вы так сидите друг на против друга… — я посмотрел на Стрекозу. — У вас точно всё в порядке. Может ты хочешь в другую комнату, может с Лисицой?

Стрекоза задумалась и покачала головой.

— Значит ты всё-таки меня понимаешь?

Поняв, что «всё пропало», крылатая засранка начала прятать глаза, пытаясь смотреть куда угодно, но только не меня.

— Ладно, всё с тобой понятно… — махнул я рукой. А ведь столько времени просто сидела и делала вид, что нихрена не понимает. Вот как такого человека назвать? — Ладно, Джа, пойдёшь купаться со мной?

— Как вы пожелаете.

— А как ты хочешь?

— Как хотите вы.

Так, началось.

— Ты купаться хочешь? Только не говори, что тебе всё равно, я видел, как ты вперёд подалась, когда внизу заикнулись о том, что можно помыться.

Замолкла. Стоит, молчит, глядит на меня.

— Джа? Ты можешь отказаться, если не хочешь. Можешь согласиться, если хочешь, я тебя трогать не буду, ничего не сделаю плохого, просто хочу знать твоё мнение. И всё.

Молчит, посмотрела куда-то в угол, посмотрела опять на меня и опять куда-то в угол.

— Ну? Хочешь купаться?

— Как вы прикажете, господин.

— А если я ничего приказывать не буду, ты сама бы потом пошла с другими или нет? Ты же бы не стала же спрашивать разрешения у меня попу помыть?

— Спросила.

— Но в туалет ты ходишь без спроса, — заметил я.

Вновь замолчала. Вновь о чём-то думает. Думает, думает, думает, шевелит мозгами и…

— Если вы настаиваете.

О как.

Ну… это можно считать за победу, да? Раз я настаиваю, то я тоже пойду — эдакое завуалированное «я бы хотела». Или нет? Или она думает, что я её заставляю и потому так ответила?

Блин, почему некоторым девушкам так сложно просто сказать да или нет, выразить свои мысли прямо, а не через «я не знаю, а ты догадайся»? Откуда в них так много этой… загадочности?

Бесит.

— Ладно, пошли, раз хочешь, — махнул я рукой. — Стрекоза, я бы на твоём месте заперся, так как Зу-Зу всегда рядом, даже когда ты его не видишь.

Та испуганно закивала головой, и едва мы вышли, дверь за нашими спинами закрылась на зомок с характерным щелчком.

Ух… купаться с девчонкой буду…

Нет, не в том плане, что я голых девушек не видел, но конкретна эта мне очень даже нравилась, по крайней мере по внешности. Смотрю на её личико и аж сердце чуть-чуть, да быстрее бьётся. А какой мужчина откажется увидеть голой и уж тем более помыться с объектом своего обожания? Может даже смогу расколоть этот крепкий орешек на разговор, как знать.

Если Джа и было душно, когда мы вошли, то этого она не показала. Просто начала сразу раздеваться, не сильно церемонясь с тем, как снимать с себя одежду. Никакой сексуальности, лишь практичность: расстегнулась, тут же сбросила на землю свой халат, в котором всё это время ходила, после чего на землю полетела подвязка для груди и подвязка под трусы.

Но честно, у меня даже от такого стриптиза встало. Я с интересом окинул её тело взглядом, голое, с парой шрамов, которые не портили, а скорее добавляли какой-то экзотичности на пару с тонкими линиями татуировок, которые расходились по её телу. От левого колена до пушистенького аккуратного треугольника на лобке по правому боку и там на груди расходились на обе руки. На левой они затрагивали лишь плечо, а на правой спускались до самой кисти.

Кстати, у меня тоже татуха есть, правда выбитая жизнью на грани смерти, но всё же. Вся правая рука покрыта сеткой чёрных сосудов от самых пальцев до правой части шеи. Лисица спросила однажды от чего этого, и я рассказал неприятную историю такой метки. И как бы она не пыталась их стереть исцелением, ничего ен получилось. Думаю, срежь она с меня кожу, и даже это бы не помогло, только ампутация, а на такое я не соглашусь.

Джа тоже заметила мою метку, когда скинул Ханьфу. Её взгляд пробежался по руке, однако она ничего не сказала.

Блин, как же она классно выглядит, и даже грудь есть, такая неплохая, стоячая. И попка есть… Блин, когда у меня девушка в последний раз была вообще? Кажется, ещё в лесах Шаммо несколько лет назад…

А, ну тогда понятно, что меня так аж взбудоражило.

Жаль, что только мы сели не рядом, а друг напротив друга. Конечно, я мог бы ей приказать сесть рядом, но это уже попахивало чем-то вроде насилия и принуждения. Мне нравилось такое, но в чисто ролевой игре, а не по-настоящему.

— Джа, а как ты смотришь на то, что я сниму с тебя ошейник? — спросил я неожиданно. Эта гениальная мысль стукнула меня ни с того, ни с сего. — Прямо сейчас.

— Зачем? — сразу же последовал вопрос. Причём довольно настороженный, словно она дикий зверь, почуявший опасность.

— Просто. Зачем он тебе? Ты ведь почти свободна уже.

— Я вам больше не нужна? — неожиданно влепила она мне странный вопрос. Причём Джа выглядело очень серьёзной. Такой простой вопрос, а смог разрушить её вечную невозмутимость. Я бы сказал, что её эта идея её явно не вдохновила.

— В каком смысле?

— Вы хотите меня бросить? Я сделала что-то не так?

Это был первый раз, когда я видел Джа настороженной. Она была будто сотрудник перед увольнением, который весь напряжён и пытается понять, где накосячил и как это исправить. Почему-то я вспомнил фразу, которую прочитал однажды в интернете, что раб меньше всего хочет свободы. Джа именно такой сейчас и выглядела.

— Что? Нет, просто ты будешь свободна. Захочешь — пойдёшь с нами, захочешь — выберешь свой путь. В чём проблема? Разве плохо быть свободной?

— Какой путь?

— Ну… не знаю, вдруг ты хочешь путешествовать или расти в уровнях дальше, чтобы стать сильной…

— Зачем?

— Что зачем? — совсем уже запутался я.

— Зачем мне становиться сильной? Я слишком слаба для вас? Или причина в том, что я не уделяю внимания своему господину?

Я и сказать ничего не успел, а она на четвереньках проползла через весь бассейн (хотя тут два на два, чего ползти-то) и казалась у меня на коленях. Я прямо-таки почувствовал её мягкую голую заднику, отчего получил логичный эффект. Что-что, а Джа явно знала, что нужно мужчинам и как решать щекотливые вопросы, пользуясь тем, чем одарила её природа. Как говорится, только бизнес, ничего личного.

— Да нет же, я даже и не думал над этим.

— Думал, обманываешь, — тут же заявила Люнь, которая висела рядом. — И вообще, неужели ты не вид ишь, что ей не нужна свобода? Она просто не знает, что с ней делать.

Или человек её просто боится. А почувствует вкус, и сразу свалит в закат. Тем не менее, у меня этот вопрос назревал всё сильнее и сильнее.

Джа подсела поближе. Настолько ближе, что не могла не почувствовать реакцию на её тело, как я не мог не почувствовать, как грудь упёрлась в меня. Смешно сказать, но на её лицо в этот момент вернулась всё та же невозмутимость, будто она испугалась, а потом нашла решение и занялась уже привычным для себя делом типа служению господина, чем бы это не закончилось.

— Это моя вина, господин. Я не уделяю вам достаточно внимания, — ответила она. — Я всё поняла.

— Что-то мне кажется, ты ничего не поняла, Джа, — отодвинул я её обратно на колени.

— Господин? — опять встревоженный взгляд и напряжённость промелькнула на её лице. — Я делаю что-то не так?

— Да нет, ты идеальная рабыня. Послушная, спокойная, терпеливая и исполнительная. Но… я хочу услышать твоё мнение, а ты этого не понимаешь. Я тебя спрашиваю, а ты тупишь, и это меня раздражает.

— Я… я не понимаю… — Джа теперь выглядела совсем растерянной.

— Так пойми, что на мои вопросы надо отвечать прямо, ясно?

— Да, господин, я всегда…

— Чего ты хочешь? Отвечай, как есть, — перебил я её. — Твоё желание.

— Служить вам, мой господин, — тут же последовал ответ.

Во-о-от, мы уже сдвинулись с мёртвой точки. Она хочет, чтобы я её не бросал.

— Но ты сможешь служить мне и так, по собственной воле, я буду всегда рядом, если ты этого захочешь. Просто я тебя отпущу. Ничего плохого ведь не случится с этого, верно? Ты же станешь свободной и сможешь, если захочешь, следовать за нами. Просто теперь я буду тебе не указ. Хочешь — делаешь, не хочешь — не делаешь.

— Но вы меня бросите, господин. Я что-то не так сделала?

Опять двадцать пять. Забираю слова обратно, нихрена не сдвинулось.

— Что плохого в свободе?

— То, что вы меня бросите.

Кажется… кажется, у нас здесь тупик. Я тупо не могу понять логику человека, который так отчаянно хочет носить поводок. На любой вопрос я слышу: «я не хочу, чтобы вы меня бросали» и даже не знаю, что спросить. Не знаю, так как понимаю, что услышу в ответ.

Может ей на мозги ошейник давит, который каким-то образом подавляет волю?

Я посмотрел на её ошейник, который когда-то и сам носил в своё время, после чего просто протянул руки и… расстегнул его.

Он поддался мне, как хозяину без какого-либо сопротивления. Щелчок и он раскрылся. Джа даже моргнуть не успела, как ошейник пружинящее распахнулся и остался у меня в руке освободив её шею.

— А? — глаза Джа от такого округлились.

Её руки медленно поползли к шее, пытаясь нащупать ошейник, но пальцы схватили лишь пустоту. Несколько раз сжались, будто надеялись, что вот-вот, ещё немного и они нащупают знакомый металл, но…

— Г-господин… — её голос внезапно осип, стал тихим и испуганным. Она смотрела мне в глаза и не могла поверить, что это происходит на самом деле. — Господин, ч-что вы наделали?..

— Снял ошейник, — ответил я спокойно.

— Зачем?..

— Чтобы посмотреть, что будет, если снять с тебя ошейник. Всё, ты теперь свободна.

И кажется, это была плохая идея. Джа смотрела на меня такими выпученными глазами, что я даже не узнал ту вечно спокойную рабыню. Её рот открывался и закрывался, будто она была рыбой на суше, после чего…

После чего она вскочила и, громко разревевшись, убежала из комнаты, напоследок сверкнув своей голой мокрой задницей. С лестницы до меня отдалённо доносились её рыдания и что-то отдалённо похожее на «я никому не нужна». Мне только и оставалось, что смотреть ей вслед, немного охреневая.

— Молодец, Юнксу, довёл до слёз ту, кого довести было в принципе невозможно, — уважительно кивнула Люнь. — И надо было тебе снять его с неё.

— Я просто хотел, чтобы девушка была свободной, — как-то оправдываясь ответил я.

— А ей нужна эта свобода? — полюбопытствовала она беззлобно.

— Судя по всему нет…

— Ты просто не можешь принять то, что на ситуацию она смотрит совершенно иначе. Совершенно другое мировоззрение.

— Мне кажется это неправильным, управлять кем-то, заставлять что-то делать…

— Тебе кажется. А она чувствовала себя защищённой и спокойно от того, что кто-то всегда заботится о ней, укажет, что правильно делать и куда двигаться. Ты об этом, видимо, не подумал.

— А ты не сказала.

— А я только догадалась. Вот!

— Какие проблемы у людей… — простонал я, опустившись по самую шею в воду. — Просто с ума сойти.

— Девушка не видела свободы с самого рождения, Юнксу. Она не знает другой жизнь, свобода пугает её.

— Ну как пугает, так и привыкнется. Да и я понимаю, но неужели ей приятно выполнять чьи-то поручения? А если её говно заставят жрать? Она тоже будет счастлива?

— Ну видимо не заставляли ещё, верно? Просто представь, как Джа чувствует себя, когда осталась буквально одна в огромном неизвестном мире. Она не знает, что делать, не знает, как работает мир, никто больше не будет её кормить, никто не скажет, куда двигаться и не защитит…

— Она сама кого угодно защитит.

— Не всё упирается в силу. Иногда достаточно человека, который будет решать всё за тебя, что делать, чтобы быть счастливым.

О-о-о-х… вот и пойми после этого людей. Но Джа свобода явно не нужна, это я выяснил. Для неё вот, служить своему господину верой и правдой важно. Она была из тех, кто верно служит короне, вот! Точно! Это типа верных солдат и слуг, которые ради короны готовы убиться об стену. Им плевать какой король, идиот или нет, плохой или хороший, они подчиняются только ему верой и правдой, потому что считают это смыслом жизни, и какой бы бездарь перед ними не был, они сделают всё ради него.

Корона с той девки перешла ко мне, и Джа, как верная слуга, теперь верно служит новому королю…

Жесть. Я не понимал таких людей, я не понимал их собачей верности. Для меня это всё было очень чуждо. Я, допустим, уважал Лисицу, и поэтому был верен ей, но это была не слепая верность. Я видел её заботу, я видел, как она просто пытается сделать как лучше. Да, своеобразно, иногда грубо, но такой она человек и именно поэтому я уважаю её.

Но здесь же всё просто потому что.

Под такие невесёлые мысли, распаренный и уставший я и уснул прямо в этой каменной яме, наполненной горячей водой. И мне опять снились кошмары, как я убегаю от этого чёрного дыма. Иной раз я думал, что пора бы развернуться и прописать ему звиздюлей, но во сне я исправно убегал, дрожа от страха, как можно дальше.

Я дёргался, пытался вырваться, боролся с настигающим чувством ужаса, который обхватил меня, прижав к себе, словно пытался утащить. И в этот момент, едва я начал тонуть…

Я очнулся.

Иногда мне кажется, что часть моей души осталась там с этой тварью, и теперь вечно скитается там среди других несчастных. А что касается реальности…

То объятия были вполне себе реальны. Меня действительно обнимали, поддерживая наплаву, чтобы я не утонул, да только…

— А?

Я задрал голову и встретился взглядом с чёрными красивыми глазами с длинными ресницами, которые смотрели на меня со всей строгостью закона.

Короче, я смотрел в глаза Чёрной Лисицы, на чей груди лежала моя голова. И, собственно, именно она прижала меня к себе обеими руками, поддерживая над водой.

От такой неожиданной компании я аж шарахнулся в сторону, на мгновение пожалев о том, что не запечатлел тот момент, когда её грудь упиралась мне в спину. Пусть я её и не рассматривал, как возможно партнёра, но сиськи есть сиськи.

Причём Чёрная Лисица сидела довольно вальяжно. Раскинув руки по сторонам и облокотившись на бортик этого небольшого бассейна, она сидела как босс, даже не пытаясь прикрыть грудь, которую был видно через воду. Не знаю, но взгляд сам туда сбежал, а потом я почувствовал, как у меня щёки краснеют, хотя тут и так душно.

— М-мастер? Вы как-то… неожиданно подобрались, — пробормотал я.

— Кто-то слишком крепко спал. Не могу судить тебя, учитывая, как ты оберегаешь нас, однако ванна… — она всплеснула рукой воду, — не самое удачно место для сна. Если бы я тебя не придержала, ты бы утонул.

Или сразу бы проснулся. Но…

— Спасибо, мастер.

Она лишь кивнула. Медленно, расслабленно, слегка откинув голову назад. Её волосы опускались в воду и расходились в разные стороны на поверхности, словно веером. Я вновь пробежал по её телу взглядом, ничего ен смог с собой поделать.

— Всю рассмотрел? — невозмутимо поинтересовалась она.

— Простите, я… — и сам отчего-т прикрылся, когда она посмотрела на меня. Но на такое Лисица лишь фыркнула.

— Я кормила тебя с ложечки, мыла и убиралась, когда ты даже встать с кровати не мог. Скажи, какую часть тела я не видела на этом теле. И кстати говоря, я вижу, ты сумел довести до слёз Джа. Не расскажешь, что случилось?

— Боитесь, что я мог изнасиловать её?

— Будь это так, и я бы тебя наказал, и очень больно, — ответила Чёрная Лисица спокойно. — Но насколько я тебя знаю, ты возможно глуповатый и нагловатый, но человек с моральными принципами и до такого не опустишься.

— Я подарил ей свободу.

— А ей нужна была свобода? — тут же задала она вопрос.

— Да чего вы так заладили с этим, что ей не нужна свобода, — буркнул я.

— Допустим потому, Юнксу, что ты сам несвободен, — невозмутимо заметила Лисица. — И не сильно стремишься избавиться от этих оков.

— Я свободен.

— Да неужели? А как же твоё необъяснимое желание спасти Ки? Девочку, которую ты знал от силы месяцев десять? Желание, которое поработило тебя и заставляет буквально биться со смертью? Разве это свобода? У каждого свои цепи, и не нам осуждать человека.

— Даже у вас?

— Даже у меня, — кивнула она.

Я уже было хотел спросить, что именно её удерживает, однако в этот момент в комнату вошла Совунья. Окинула нас взглядом и кивнула.

— Вижу, тебе не одиноко, Лин.

— Общаюсь со своим учеником. Как оказывается, мудрости ему пока не хватает.

— Вот оно как… — и не сильно заморачиваясь над тем, что я всё вижу, Лунная Сова просто разделась, позволив оценить своё тело: нежное и на вид очень гладкое, с хорошей подтянутой грудью и пушком между ног. Такое ощущение, что она не просто не стеснялась, но ещё и красовалась передо мной, типа смотри что у меня есть. И что-что, а тело у неё было что надо. До сих пор не пойму, что она нашла в Бао, когда вот такая могла охомутать любого.

При этом Лисица была совершенно невозмутима, будто её не смущало, что её подруга вот так светит прелестями перед её учеником.

Медленно опустившись в воду, Совунья посмотрела на меня.

— Вижу, Джа расстроена после разговора с тобой. Пробежала мокрой и голой мимо меня. Не хочу лезть в отношения с твоей рабыней…

— Она не моя рабыня, — тут же ответил я.

— Ты ведь не трогал эту девушку силой?

В этот момент я почувствовал определённую напряжённость в воздухе. Женская солидарность в действии. Но её вопрос меня слегка задел, так и хотелось ответить ей на него грубо. Однако меня слегка опередили.

— Он подарил ей свободу, — вместо меня ответила Лисица, и Совунья медленно кивнула.

— Вот оно как… Мне кажется, это было неверное решение.

— Будто мне надо отчитываться перед кем-то, — ответил я слегка грубо. — С ней я смогу сам решить все вопросы.

Но та даже глазом не повела. Вместо этого Совунья посмотрела сначала на меня, а потом на Лисицу.

И в этот момент я почувствовал неладное. Почувствовал, но сделать ничего не успел, так как не понимал, с какой стороны сейчас придёт беда. А пришла она от вопроса, который задала Совунья с невинным видом.

— Кстати говоря, я всё хотел спросить вас обоих, но ни случая, ни повода не подвернулось, а сейчас никого нет, и вы оба здесь, — она ещё раз обвела нас взглядом, и я почувствовал настоящую опасность от этой сучки. На секунду она выдержала паузу, привлекая к себе внимание, после чего негромко спросила. — Лин, Юнксу мне сказал, что ты влюбилась в него и между вами была связь куда теснее, чем между мастером и учеником. Это… правда?

Ой…

Я с лёгким испугом, не зная, куда бы деться, посмотрел на Лисицу, чьи глаза конкретно так полыхнули огнём. Нет, там взорвалась атомная электростанция. Я почувствовал волны убийственной энергии, которая исходила от неё в мою сторону. И судя по ним, Лисица не рассказывала, при каких обстоятельствах мы расстались и что действительно произошло тогда на горе, где проводились тренировки.

Сука… Совунья, вот ты мстительная сука. Называлась Совой, а оказалась самым настоящим Дятлом, который стучит, блин. Но сейчас надо было думать не о ней, а той, кто готов был меня испепелить одним взглядом.

— Ну-ка, ну-ка, а вот с этого момента по подробнее, если можно, пожалуйста, — негромко произнесла она, не сводя с меня глаз. — Видимо, я что-то упустила во время наших тренировок на той горе.

Пипец, приехали… как-то неловко получилось…

Глава 268

— Эм… я могу всё объяснить, — слегка испуганно ответил я. Не потому, что боялся за своё здоровье, а просто в этот момент Лисица медленно встала. Правда, несмотря на её красивое тело, я не мог оторвать взгляда от её глаз, которые горели дьявольским огнём, будто она собралась топить меня прямо здесь, в бассейне.

— Правильно ли я поняла, что с твоих слов, вместо тренировок, я с тобой только и делала, что кувыркалась? — негромко спросила Лисица.

— Да нет же, я могу всё объяснить!

— О, я вся в нетерпении, — негромко произнесла она, сделав пару шагов ко мне. — Значит тесная связь, да? Вот что ты рассказывал обо мне другим? Что я там с тобой развлекалась? Что я не мастер, а какая-то неуёмная девка?

— Да не рассказывал я ничего!

— Значит Пейжи врёт?

— Нет!

— Получается, хочешь тесной связи со своим мастером? — произнесла она таким голосом, что могла бы вполне заморозить воду. — Я ведь могу это устроить, раз ты об этом все растрезвонил. Прямо здесь, прямо сейчас.

Она подошла и села передо мной настолько близко, что я почувствовал себя дико как неуютно. И если при Джа у меня всё встало, то сейчас наоборот, всё скукожилось. Казалось, что Лисица сейчас готова действительно меня выипать за мои слова. И почему-то мне казалось, что она так и сделает, если я не найду нормальную причину.

— У меня выхода не было!

— Да неужели? Я даже не сомневаюсь в этом.

— Просто…

— Давай, потрудись рассказать, Юнксу, своему мастеру, что ты ещё открыл нового о нас. Иначе я эту связь прямо здесь с тобой сделаю, чтобы тебе это на всю жизнь запомнилось.

— Я… я испугался, Чёрная Лисица.

Наверное, она ожидала от меня чего угодно, но не этого, так как Лисица даже слегка зависла, будто пыталась переварить то, что я сейчас сказал. У неё даже воинственное пламя в глазах слегка приутихло.

— Испугался? — переспросила она.

— Просто… Меня же пытался убить ваш мастер. Они меня почти убили ведь. И вот на пороге появляется Лунная Сова и говорит, почему это я не с вами. И… я испугался, что узнай она всю правду, меня или убьют, или отдадут секте Небесной скалы.

— Зачем им это делать, по-твоему?

— Чёрное начало? Вдруг им не понравится, что у меня чёрное начало? Решат, что таких надо убивать, как скала тот Филин.

— Феникс Ночи, — на автомате поправила она меня.

— Или они решат, что им не нужны проблемы с другой сектой, и они просто избавятся от меня. Блин я тогда едва-едва второй уровень взял, Чёрная Лисица, а тут врываются две тётки четвёртого и спрашивают, почему я здесь, а не с вами? И одна из них только и видит причину, чтобы отправить меня на тот свет! Конечно, нужна была причина, чтобы объяснить, почему вдруг мы разошлись, и я… я… это… подумал, что это многое объяснит.

— И ты не смог ничего лучше придумать, как сказать, что я спала с тобой, — сухо произнесла Лисица. Она даже не спрашивала.

— Я не знал, как объяснить ваше странное поведение, почему вдруг вы меня отпустили, не вдаваясь в подробности. А тут любовь и… люди делают много странных вещей, верно? И тогда мне не придётся рассказывать про гору и то, что произошло.

Чёрная Лисица молча разглядывала меня, не говоря ни слова, будто хотела увидеть что-то в моих глазах. Может понять, говорю ли я правду, а может, стоит ли продолжать этот бессмысленный разговор, когда я уже всё сказал, что мог. Она сидела передо мной, наверное, полминуты, прежде чем негромко вздохнуть.

— Ты идиот, Юнксу, — она отодвинулась наконец от меня и просто села рядом, откинувшись на бортик. — Как тебя мир носит…

— Ну… вы же меня терпите, верно? — негромко ответил я.

— И я поражаюсь собственному терпению. Никогда бы не подумала, что смогу выдержать такого несносного человека, как ты, — вздохнула Лисица, после чего закрыла глаза и просто лежала так, не говоря ни слова.

А Совунья… Совунья, тупая стерва, сидела напротив как ни в чём не бывало. Отомстила за то, что я ей слегка нагрубил и сидит довольная. Неудивительно, что они нашли с Бао общий язык: оба друг друга стоят. Что один урод, что другая стерва, вполне себе уравновешивают друг друга, и не дают друг другу разгуляться.

Так и хотелось мне сказать, что а вот Совунья называла Лисицу дурой и гордилась, что смогла её обмануть, однако боюсь, это будет выглядеть жалко, а потом вряд ли мой мастер не знает об этом. Между ними была довольна странная связь: Чёрная Лисица и Лунная Сова будто ненавидели друг друга, иной раз перекидываясь колкостями, на как что, тут же выступали единым фронтом. Что-то типа закадычных друзей, которые сегодня таскают друг друга на херах, а завтра уже сражаются спина к спине.

Но по крайней мере всё закончилось более-менее спокойно и без всевозможных разборок, а то я думал, меня Лисица бы действительно попыталась изнасиловать собой. Не скажу, что это было бы наказание для меня, однако в плане душевного спокойствия, думаю, я бы чувствовал омерзение. И всё же…

— Вы на меня злитесь, мастер? — тихо спросил я.

— Да.

— У меня…

— Не было выхода, я поняла. Но ты, Юнксу, даже не подозреваешь, как ты сейчас задел и… унизил. Иногда ты меня страшно разочаровываешь. А теперь не тревожь меня, — попросила она. — Я пришла сюда успокоиться и отдохнуть, а не портить себе настроение.

Ну хоть не сильно злится.

Больше здесь смысла находиться я просто-напросто не видел. Слишком стало тесно здесь, да и с ними уже как-то не расслабишься. Чувствуется какая-т скованность и напряжённость. К тому же…

— А с кем оставили Бао?

— С Зу-Зу, — ответила Совунья.

— В смысле, с Зу-Зу?

— С Зу-Зу, — повторила она и добавила. — Бао не убежит, ему нет причин убегать, да и идти некуда, здесь нет мест, где он мог бы от нас спрятаться.

— Что не помещает наделать ему всякой херни.

— Он не будет делать глупостей.

— Да с чего такая уверенность?

— Я знаю его, — ответила она кратко, после чего просто закрыла глаза и откинулась на бортик, последовав примеру Лисицы.

Знает она его…

А вот я был в этом уроде не сильно уверен. С одной стороны, ему действительно не имело смысла дёргаться, так как с нами у него было всё: от рецептов до еды и безопасности. А с другой стороны такие люди не терпят никого выше себя. Для них независимость — это всё, и за неё они готовы сражаться насмерть.

— Я пойду, проверю его…

Я быстро встал и выскочил из комнаты, прикрывая свою голую жопу. Уже на лестнице накинул ханьфу поверх тела, чтобы скрыть свой срам, и поднялся на второй, где вошёл в нашу комнату. Бао всё так же лежал на кровати, как и до этого, глядя в потолок. На моей кровати расположился Зу-Зу, который, едва я зашёл, приподнял голову, но потом вновь положил её обратно.

— Пришёл проведать меня, не сбежал ли я от вас? — хмыкнул Бао, бросив на меня взгляд.

— Верно.

— Да смысл-то убегать от вас? — пожал он плечами, глядя в потолок. — Нельзя же настолько не доверять людям.

— Я не доверяю конкретно тебе, Бао. Ты ещё тот крысёныш.

— Какой есть, однако тебе прекрасно известно, что я бы не стал убегать без рецептов и собственной сумки, в которой все ингредиенты, не так ли?

— Кто тебя знает… — ответил я, быстро вытираясь полотенцем, которое достал из подобия шкафа в комнате. У них даже полотенца для посетителей есть. — Что нас ждёт в огненных землях?

— Знаешь, что такое лава?

— Расплавленный камень.

— Да. Так вот, нас ждут реки лавы, и чем дальше мы зайдём, тем больше. Так же будет всё больше и больше бездонные ущелий, гор, вулканов и мест, где невозможно дышать.

— Газы?

— Да, газовые облака, которые выходят наружу. Проблема в том, что перелететь их очень сложно, так как они поднимаются слишком высоко на землю, образуя иногда едва ли не дожди из кислоты. Но всё это не проблема, так как так или иначе их можно преодолеть. Куда хуже, что именно в этих местах встречаются участки, в которых что-то подавляет нашу Ци.

— Как именно лишает сил?

— На уровне структуры, на уровне ступеней и стадий что-то блокирует наши способности, и ты не будешь отличаться от человека первого уровня. Я не знаю, как это действует, но ты не заметишь разницы, пока не попытаешься воспользоваться силой.

— А моё чёрное начало…

— Боюсь, здесь что-то иное, — покачал он головой. — Ты имеешь иммунитет к воздействию на свою структуру. А там всё просто лишается сил. И вот здесь могут возникнуть определённые трудности.

— Много таких мест?

— Я не знаю, но они встречаются, то тут, то там, но встречаются. И тогда мы будем совсем беззащитны. Переде любыми проблемами, которые смогут возникнуть на нашем пути.

Места, где мы лишаемся сил…

Я почему-то сразу подумал о электро-магнитных аномалиях, где могут сходить с ума компасы. Ну или что-то типа сильного излучения из-под поверхности земли, которые перебивают или глушат другие энергетические потоки. Сразу в голове появился образ солнца, из которого врываются такие петли из-за магнитных аномалий или чего-то подобного.

Вполне возможно, что так оно и есть на самом деле, ведь если есть Ци, которая по сути энергетическая атмосфера земли, которая питает жизнь, то может быть и что-то иное, противовес ей. И в месте, где, грубо говоря, поверхность нарушена, и земля обнажает свои недра, могут возникать вот такие аномалии.

Другой вопрос, насколько большие площади они покрывают, о чём я спросил у Бао.

— Иногда совсем немного, иногда на многие километры.

— А пролететь сверху…

— Сразу упадёшь вниз и разобьёшься.

— А корабли там ходят? Транспорт какой-нибудь из той империи на другой стороне?

— Из империи Пьениан? Когда-то ходили сюда, да, но сейчас не знаю. Если ты о том, как они проходили такие места, то скорее всего, просто обходили как-нибудь стороной. Но здесь я не знаю точно, поэтому и ответить не смогу прямо так сразу, что там да как.

Прямо какой-то естественный барьер между всем миром и этой империей. Будто кто-то наверху решил разделить мир вот таким необычным способом, чтобы и те, и другие могли жить в мире, не мешая друг другу. Сильные с сильными, слабые со слабыми. Кто будет достоин, тот перейдёт на ступень выше через эти земли, а так…

Блин, мне уже хочется пересечь эти земли и узнать, что же всё-таки находится мире сильнейших. Как я понял, с той стороны находится именно что мир сильнейших, тех, кто достиг невиданных высот и где земли пропитаны силой.

Но к тому моменту, как эти мысли пошли мне в голову, я уже вытерся и оделся в чистую ханьфу, готовый к новым приключениям на жопу.

— Кстати, я слышал, как кто-то плачущий пробегал по коридору, — сказал Бао.

— Это Джа. Я снял с неё ошейник

— Решил вышвырнуть её из команды?

— Да не собирался я выбрасывать её на улицу. Просто решил, что так будет лучше.

— Убедился, что не будет? — хмыкнул он. — Надень девчонке этот долбанный ошейник. Осчастливь её.

Вообще, я хотел нацепить этот ошейник на шею Бао, если честно. Но тут прямо дилемма встала, или оставить в строю сильного бойца, или обезопасить себя от этого хитрожопа. Мне бы очень хотелось, чтобы Джа поняла мои намерения, однако, боюсь, выбор был не слишком велик.

Когда я вошёл в комнату Стрекозы и Джа, последняя лежала на кровати, до сих пор хныча в подушку. Стрекоза что-то ошивалась около неё, не зная, подойти или нет к ней, но заметив меня, тут же вернулась обратно на кровать и…

— Куда?! — я едва успел вытолкнуть Зу-Зу обратно в коридор, который уже успел мордочку просунуть в цель между дверью и косяком. — Иди Бао сторожить!

Тот попытался пошкрябать дверь.

— Нет, даже пожевать нельзя. Свой хвост пожуй!

Тот покряхтел за дверь, да затопал обратно в комнату к Бао. Совсем распоясался. Видимо, я его слишком сильно балую в последнее время, раз он так себя ведёт. Но с Зу-Зу я поговорю позже, сейчас надо было утешить одну, как оказалось, ранимую особу.

— Джа, — негромко позвал я девушку. — Твой господин пришёл, встань-ка с кровати.

— Вы пришли меня выбросить? — приподняла она голову, показав мне своё мокрое сопливое лицо.

— Надеть его обратно, — вздохнул я, показав ошейник.

— Правда?! — тут же вскочила она и рухнула передо мной на пол, покорно склонив голову. — Я вся ваша, господин. — Спасибо, господин, спасибо, простите меня. Простите, я не знала, что сделала не так, простите, я буду…

О господи…

Я не понимаю её. Не понимаю маниакальное желание быть рабыней. Вот что значит совершенно другое видение мира, совершенно другой взгляд на жизнь, другое мировоззрение. Мы настолько отличаемся, что я просто даже примерно не могу понять её желания быть несвободной.

— Ты могла бы ходить и без ошейника, при этом будучи моей рабыней.

— Господин, прошу вас, простите, меня. Я была плохой слугой, я… — причитая, она упала лицом в пол и…

Попыталась поцеловать мою ногу.

— А ну стоп! — я дёрнул её за плечи обратно наверх. Я не против, чтобы мне целовали ноги, но в постельных играх. Здесь же это вызывало у меня скорее какое-то неприятное чувство. — Обойдёмся без этого. На, держи.

Ошейник щёлкнул на её шее со звонким щелчком, заставив девушку замереть. Она медленно коснулась металла, уже, наверное, ставшего для неё родным, после чего вскочила, и склонила голову.

— Мой господин, моя жизнь в ваших руках. Моя сила — ваше оружие. Моё тело в вашем распоряжении.

Вашу рука в моих трусах.

Не знаю, к чему я это сейчас вспомнил, но фраза показалась мне забавной, если честно.

— Довольна теперь?

— Я всегда довольна, господин, — я и моргнуть глазом не успел, как она тут же вернула к себе вместе с ошейником и невозмутимость.

— Только давай сразу установим одно важное правило, хорошо?

— Как прикажете, господин.

— Если я говорю отвечать, что ты думаешь, ты говоришь то, что думаешь. Вот прямо что у тебя на уме, ясно?

— Да, господин.

Окей, проверим.

— Кушать хочешь?

— Как вы скажете, господин, — тихо и невозмутимо ответила она.

Я переглянулся с Люнь.

— Это будет непросто…

— Думаю, вряд ли мы что-то сможем изменить, — пожала она плечами. — Единственное, что ты можешь — просто хорошо о ней заботиться.

Если бы это всё так просто решалось…

Ужин принесли к нам прямо в комнаты. Всё тот же хозяин трактира, который встретил нас снизу. И вопреки моим опасениям еда была вполне себе неплохая. Что-то типа бобов с какой-то пряной острой травой и какой-то подливкой. Не то чтобы высшая кухня, но кушать очень даже можно, плюс — это очень сытно.

Мне-то кушать было и не обязательно, однако раз принесли на всех, то зачем отказываться? Единственное, что плохо — на вопрос по поводу мяса, мне сказали, что он здесь появляется очень и очень редко, и вряд ли мы можем рассчитывать на него в ближайшее время. А значит Зу-Зу придётся или есть, что дают, или садиться на диету, так как мяса у меня осталось не так уж и много.

Возможно поэтому он хочет перекусить Стрекозой, боится, что без еды останется.

Завтрак ничем не отличался у нас от ужина. Всё те же бобы с подливкой и травой. После сухого мяса, сухарей и прочей долгосрочной еды, даже такое улетало только так.

Правда думал я совсем не о еде. Мой взгляд то и дело переводился сам по себе на Лисицу, которая будто принципиально не смотрела в мою сторону. Она была не из тех, кто долго держит обиду. Вернее, обиду она может держать долго, но это не мешало ей продолжать контактировать с тобой.

Здесь же она едва ли не игнорировала меня. Или же просто я слишком загрузился этим. Но как бы то ни было, сразу после обеда начались быстрые сборы, так как и собирать нам было особо нечего, после чего мы покинули таверну, выйдя на свежий воздух. Здесь наш путь лежал всё так же вдоль границы пустыни на севере к курганам, где должен был расти тот тысячелетний цветок. Правда…

— Чёрная Лисица, — негромко позвал я мастера.

— Что ты хочешь, Юнксу? — спросила она, даже не глядя на меня.

— Я попросить прощение за сказанное хотел, — виновато ответил я.

— Ты уже попросил, разве нет?

— Но вы до сих пор… — я не стал говорить обиженны, так как чёрт знает, как она воспримет это, — раздосадованы, поэтому мне как-то неловко.

— Я не раздосадована, — ответила Лисица и наконец посмотрела на меня. — Просто мне было неприятно. Ты выставил меня в глазах других, как распутную девку, пусть и не хотел этого.

— Но я только Совунье об этом рассказал.

— Я знаю. Как знаю и то, что дальше неё и Янлин это не ушло. Однако приятнее от этого мне не стало, если честно. А сейчас давай оставим этот разговор, ты скорее сыпешь соль на рану, чем успокаиваешь меня.

Ну, собственно, я и не стал развивать дальше эту тему. Возможно, надо было действительно оставить Лисицу в покое, чтобы она смогла немного отойти от таких интересных новостей.

И, кстати говоря, я что подумал: а между нами могло бы быть что-то? Я имею ввиду, я и Лисица смогли бы сойтись как пара?

Я не знаю, откуда мне в голову пришла такая странная мысль. Я, конечно, думал о том, каков был бы с ней секс, но никогда раньше не задумывался о ней именно в плане отношений. А ведь мы достаточно так долго знакомы. Пусть я и её ученик, туда-сюда, но мне так-то по-настоящему уже далеко не двадцать три. Я, по сути, ровесник Чёрной Лисиц, если брать мой реальный возраст, и потому…

Мы бы могли быть парой.

Я бросил взгляд в сторону Лисицы.

Хотя смог бы я ужиться с ней?

— Ты странно на неё смотришь, — неожиданно шепнула мне на ухо Люнь, из-за чего я даже чуть-чуть вздрогнул, а она захихикала.

— Блин, Люнь, чего тебе? — недовольно посмотрел я на неё.

— Что ты так на Лин смотришь? Влюбился что ли? — хихикнула Люнь.

— С чего ты вязла?

— Не знаю, просто… просто спросила. А что ты так реагируешь?

— Я нормально реагирую, — ответил я. — Да и она не в моём вкусе.

— О как. А то мало ли, вдруг после вчерашнего ты стал иначе на неё смотреть. Смотри у меня, я не могу потерять такого верного последователя, как ты, в руках такой вредной девчонки, — продолжала она подтрунивать надо мной.

— Ой, иди ты, Люнь… — фыркнул я.

Смолк.

Помолчал, после чего не выдержал и спросил:

— А я что, действительно странно на неё смотрел?

Глава 269

— Ух, я прямо как царь горы!

— Юнксу, прошу тебя, слезь с чужой могилы, — недовольно попросила Лисица и тихо добавила. — Кого я воспитала…

Судя по всему, это было то самое место, о котором и говорил тот трактирщик из деревни. И оно действительно заметно выделялось на фоне однообразной границы.

Если везде вдоль песочных земель шла буквально стена из камня, огромная ступенька, которая не позволяла песку заходить дальше, то здесь каменный берег плавно спускался и уходил под песок, который набрасывало сверху ветром, словно волны. И на этом самом берегу расположился не один, не два, а десятки курганов, которые возвышались огромными холмами.

На одном из них я сейчас и стоял.

— Юнксу, слезай, я сказала.

— Да ладно, мастер, им уже всё равно.

— Быть может им и всё равно, но мне — нет.

— Ладно, ладно…

Я взмыл в воздух и огляделся.

Это были точно курганы: вряд ли ни с того, ни с сего здесь бы взялись не меньше полусотни огромных, массивных, выложенных из множества камней, холмов. Из-за того, что здесь не было естественной преграды, песок беспрепятственно задувался сюда и оседал где только мог: в ямах, расщелинах, низинах, просто гулял по камню подгоняемый ветром.

Но что действительно было печально, так это отсутствие хотя бы намёка на то, что здесь растёт тысячелетний цветок, который мы искали.

— Мастер, внимательно обойдите тот участок, пожалуйста, — указал я рукой в сторону, — пока я обойду тот. Вдруг они растут где-нибудь вообще между камней и так сразу их и не заметить. Да и посмотрим, растёт ли здесь вообще хоть что-то.

— Если что-то здесь и росло, то его точно уже давно собрали, — хмыкнул Бао.

— А думаешь, в пустыне не собрали?

— Думаю, нет, так как там опасно, а здесь… а что здесь? Ни тварей, ни опасных аномалий, ни ловушек или какой-то непроходимой местности.

— И всё же мы осмотримся, — ответил я невесело. — Не горю желанием сейчас возвращаться обратно. Особенно после Зу-Зу.

Тот, услышав про себя, стыдливо втянул свою морду в пушистое тело, вися у меня в переноске.

Да-да, чувствуй за собой вину, пушистый засранец, мучайся от совести, срань ты эдакая. Решил он подкрепиться в чужом огороде, понимаете ли, а потом улепётывал со всех четырёх лап от разъярённых жителей. Ему повезло, что те не стали нас трогать, да и я им заплатил, а так бы его точно пустили на рукавички местным женщинам.

Поэтому обратно в деревню нам дорога закрыта, и теперь негде уточнить, есть ли ещё подобные места и вообще правильно ли мы нашли место или нет.

Взмыв в небо, я сразу облетел довольно большое кладбище, зайдя на него с другой стороны.

Курганы всё же были не однотипными. Где-то холмы из камней были больше, где-то холмы, наоборот, были поменьше. Ни табличек, ни каких-либо надписей по поводу того, кто здесь захоронен, однако было понятно, что это были не простые люди. Вряд ли простым людям стали бы возводить вот такие большие могилы.

И вот мне интересно, если здесь есть кладбище, причём вот такое большое, то должно быть и место, откуда привозили как таких знатных покойников, так приезжали и те, кто их хоронил, верно? Что-то типа города или крепости, которая должна располагаться в относительной близости. Не деревенские же здесь хоронили своих людей, верно?

— Видела хоть раз подобное? — спросил я у Люнь.

— Пару раз если только, — ответила она. — Обычно так хоронят великих воинов или тех, кого очень любили и уважали. Но вот прямо таким образом, накидав камней сверху, хоронят совсем уж на краю света в захолустьях.

— Прямо как здесь. Как думаешь, есть шансы отыскать здесь тот цветок?

— Наверное, есть. Ведь он не зря сказал, что здесь опасно и сюда не ходят, верно? Но как бы мы неприятностей вместо цветка не нашли, Юнксу.

Чтобы не пропустить тысячелетний цветок расцвета, мы обходили каждый курган, внимательно оглядывая насыпи камней, между которых он мог затесаться.

Сначала один курган обошли, потом второй, потом третий и так потихоньку мы углублялись всё глубже и глубже, пока курганы не окружили нас полностью. И чем дальше мы углублялись, обходя их, тем становилось пасмурнее.

— Зу-Зу, не отходи далеко, чтобы не потеряться, — попросил я, оглядываясь.

Но Зу-Зу был на своей волне, он медленно семенил передо мной, постоянно оглядываясь, принюхиваясь и прислушиваясь. Он не выглядел настороженным, но определённая напряжённость в пушистом чувствовалась, будто это место его смущало.

— Чёт как-то нежизнерадостно здесь, да?

— Мне кажется или что-то изменилось? — негромко спросила Люнь.

— Разве?

Я прислушался к чувствам, которые пока что молчали, но меня место, кстати, тоже смущало, если уж на то пошло. Слишком здесь было угнетающе. И словно этого было мало, по земле начал стелиться красноватый туман. Он же плавал по воздуху, но уже менее плотный, из-за чего буквально через три-четыре десятка метров видимость сходила на ноль. Мои шаги становились всё глуше и глуше, будто тонули в тумане.

— А знаешь, Зу-Зу, иди-ка сюда, ко мне, — поманил я его рукой. — Что-то тут уж слишком мрачно, давай поднимемся в воздух лучше.

Но вместо того, чтобы обернуться ко мне, Зу-Зу, неожиданно поднял голову, навострив уши, и… неожиданно рванул в туман.

— Зу-Зу, что такое? — бросился я за ним — Зу-Зу, ты что-то заметил? Только не смей это жрать, ты слышишь?!

А то как сожрёт тысячелетний цветок ещё, который тут остался в единственном экземпляре, будет совсем не круто.

Я бросился за пушистым, который помчался между огромных груд камней, что возвышались вокруг. И чем дальше он забегал, тем выше становились курганы по обе стороны от нас. Туман становился всё гуще и гуще, из-за чего Зу-Зу буквально терялся передо мной, и тут до меня дошла одна нехорошая мысль.

А откуда здесь вообще туман? Мы блин в пустыне, здесь не такая уж и высокая влажность, чтобы неожиданно появился туман, особенно такой густой.

И в этот момент меня пронизало чувство опасности.

Несоответствие видимого с реальностью говорило о том, что это не просто какое-то место — это какая-то жопа, недобрый предвестник надвигающегося звиздеца, с которым бы лучше мне не сталкиваться. А если ты не знаешь, что перед тобой, то лучше всегда убежать.

— Зу-Зу, ко мне! Слышишь, а ну ко мне! — рявкнул я и стрелой помчался вперёд, подхватив слегка одичавшего зверька на руки, после чего оттолкнулся и взмыл вверх. — Ты что творишь, пушистый?!

Тот посмотрел на меня большими глазками и начал издавать чирикающие звуки.

— Что значит, почуял что-то знакомое впереди?

Тот посмотрел вниз и вновь зачирикал.

— Там внизу?

А вот тут встала небольшая дилемма.

С одной стороны ингредиент, а с другой — опасность, причём явная. Туман, который имел красноватый оттенок, явно не обещал ничего приятного, однако улететь сейчас, это, возможно, распрощаться с возможностью подняться на восьмой уровень, и вполне вероятно, последней.

Так что, спуститься или нет?

Ответ был очевиден: опасность всегда сопровождает тех, кто станет сильнее. Любое поднятие по уровню — это риск умереть на пути к вершине. И то, что сейчас происходило, одна из таких проблем, с которой надо было решить, готов я рисковать ради силы или нет.

— Ладно, только быстро, лады? — вздохнул я и начал опускаться вниз.

— Юнксу, а может вернёмся? — жалобно спросила Люнь.

— Успеется, — отмахнулся я. — Бояться демонов, в лес не ходить.

Правда… правда, учитывая, насколько высоко я взлетел, спустились мы буквально за секунды, будто или поднялись невысоко, или земля стала выше. И это уже было вторым звоночком, который заставил меня прижать Зу-Зу к себе плотнее, быстро оглядываясь.

— Так, не убегай, ты понял, Зу-Зу? — тихо пробормотал я, опустившись на каменистую землю, после чего набросил пушистому на шею поводок. — Не сопротивляйся, это чтобы не потеряться.

Поводок ему точно не понравился, однако сопротивляться он не стал, смирившись с временным неудобством.

Туман будто размывал округу, в нём теряли чёткость курганы, которые возвышались вокруг нас. Тишина была в буквальном смысле мёртвой, отчего хотелось хотя бы потопать ногами, чтобы как-нибудь разогнать её. Правда я этого не делал, так как далеко не факт, что мы здесь единственные.

— Ищи, Зу-Зу.

И пушистый потянул меня вперёд через туман, который, казалось, стал лишь гуще. Мы шли мимо курганов, и я для интереса начал считать все, которые только мог разглядеть на своём пути. И насчитал их по меньше мере не менее семидесяти.

Семидесяти, мать вашу!

Их всего было около пятидесяти, когда мы прилетели сюда. Откуда так много?!

Хотя я и сам знал, откуда здесь так много курганов. На ум пришёл сразу Хоудай с его подземельем. Однако если то подземелье реально существовало под горами, насколько я понял, то сейчас мы находились…

Хрен знает где.

Не сказать, что меня это пугало, я воспринял это достаточно спокойно, учитывая, сколько говна уже пережил в этом мире. Однако и ничего хорошего это явно не обещало.

Сейчас я был на сто процентов уверен, что я не в реальности. Опыт подсказывал, что это было какое-то пространство или искусственное измерение, в которое я мог случайно забрести. Что-нибудь типа секретного входа в чьё-то логово или ловушки, и вопрос, как отсюда выбраться, завис в воздухе.

Единственное, что успокаивало — я был не один. Тут и Люнь под боком летает, и Зу-Зу продолжает рваться куда-то вперёд, таща меня через туман между курганов, будто точно знает, куда надо.

— Зу-Зу, ты точно знаешь, куда мы идём? — на всякий случай спросил я.

Но пушистый не ответил, он довёл меня до одной из куч камня и начал шкрябать по нему коготками.

— Здесь?

Пушистый кивнул.

— Точно здесь? — нахмурился я, оглядывая курган перед нами. — Тут же ничего не растёт.

Тот вновь пошкрябал по камню коготками.

Значит под курганом. Блин, ну это немного подозрительно. Я не сомневаюсь в нюхе Зу-Зу как и в том, что он пытается помочь мне, однако откуда тысячелетний пустынный цветок будет расти под курганом?

Ладно, выхода у нас немного, поэтому…

Я начал методично вытаскивать и отбрасывать камни в сторону, разгребая завал. Пусть булыжники и были большие, однако достать труда их не составляло. Их глухой стук, когда я их отбрасывал в сторону, таял в воздухе, расходясь негромким эхом по округе.

Блин, боюсь, что это займёт так-то дохера времени, докопаться до середины.

— Зу-Зу, ты точно уверен? — пропыхтел я, откидывая внеочередной булыжник. — Люнь, загляни, что там?

Та нырнула прямо в курган, но через пару секунд вынырнула и покачала головой.

— Не достаю до центра.

— Окей, ну смотри у меня тогда… — пробормотал я, доставая веер.

Отошёл на несколько шагов назад, оттащив за собой пушистого, после чего взмахнул веером и что было сил ударил по кургану.

Эффект был предсказуем. Мощности урагана, сорвавшегося с веера, хватило, чтобы разметать половину кургана. Валуны и булыжники разлетелись в разные стороны, поднявшись в небо, словно огромная стая ворон. Ещё секунд десять то и дело слышался глухой каменный грохот, который разносился по всей округе. Честно говоря, в этот момент я с замиранием сердца слушал этот жутковатый каменный скрежет, боясь услышать помимо всего прочего какой-нибудь посторонний звук.

Но… нет, всё стихло.

Итак, что у нас тут есть, куда так рвался Зу-Зу. Честно говоря, я ожидал увидеть здесь что угодно, от целого огорода редкий растений до какого-нибудь скрытого подземного входа в логово очередного босса, но передо мной ничего не было.

Совсем ничего.

Хотя стоп, пардон, что-то всё же было. В самом центре кургана была вырыта небольшая прямоугольная могила. Она расположилась практически под самым центром, слегка засыпанная камнями, однако это не мешало заглянуть в неё и посмотреть, что там находится. А лежал в этой небольшой могиле…

Я?

Эм-м-м…

…

Стоп, погодите-ка, это что, я?

Я слегка озадачено смотрел на труп, который лежал в неглубокой могиле. И в этом трупе я с каким-то замиранием сердца узнал самого себя. Лицо, одежда, даже рост — труп в могиле был точной копией меня самого вот сейчас. Наверное, в другой ситуации я бы прямо-таки охерел от ужаса и неожиданности, но сейчас…

— Юнксу, он на тебя похож, — тихо сообщила Люнь.

— Да не ужели? А я-то думаю, что рожа знакомая. Хм… а ведь выглядит как настоящий, да? — спросил я, потыкав в тело мечом. Вроде мягкий, почти настоящий, можно сказать. — Пушистый, что скажешь?

Зу-Зу присел над ямой и принюхался к телу, после чего отпрыгнул и чихнул.

— Это ты почуял?

Тот кивнул.

Блин, что-что, а вот никогда бы не подумал, что увижу себя в могиле. Это выглядело довольно странно и как-то сюрреалистично, будто это всё ненастоящее.

— Юнксу, ты в порядке? — спросила тихо Люнь.

— В каком плане?

— Ну… то что… — она кивнула на тело в могиле. На моё тело.

— А, это? Да фигня. Меня уже ничем не проймёшь в этом мире, — отмахнулся я.

Честно, меня мой собственный труп может и удивил, но особо не тронул. Ну тело и тело. Меня другое волновало — пространство было явно не простым, раз подложило такую вот пакость. Ведь что-то же догадалось, что я смогу с помощью Зу-Зу найти тело и сделать его таким похожим на меня, верно? А если здесь есть режиссёр этого места…

— ЮНКСУ!!!

Я резко обернулся, выставив перед собой поперёк меч, на который и пришёлся удар. Удар такой силы, что я встал на одно колено, но тем не менее смог удержать клинок обеими руками. Напрягся и что было сил оттолкнул эту дубину обратно. И едва я собирался дёрнуться вперёд, чтобы нанести контрудар, как со спины на меня набросился… мой собственный труп.

Он зарычал и вцепился мне зубами прямо в шею, из-за чего я вскрикнул, а через мгновение, послышался хруст и зубы твари ослабли. И я тут же ушёл в сторону, когда на том, месте, где я стоял опустилась огромная дубина. А за моей спиной Зу-Зу, с остервенением ещё несколько раз сомкнул на шеи твари свои зубы, окончательно порвав ему всю шею.

От того, что труп имел мою внешность, это выглядело вдвойне жутко. Я даже успел на мгновение подумать о том, что Зу-Зу вполне мог так же сомкнуть челюсти и на моей шее, когда я сплю, взбреди ему что-нибудь в голову.

Правда сейчас надо было позаботиться о совершенно другом.

Передо мной возвышалась огромная человекоподобная туша. Вернее, передо мной возвышался неадерталец, причём такой конкретный ростом метра четыре и азиатом ко всему прочему.

И сейчас он как раз заносил над головой огромную дубину, чтобы опустить мне её прямиком на черепушку.

Я рванул вперёд.

Взмах меча, и огромная туша, что держала эту дубину взревела, когда клинок буквально вспорол ей ноги. Я обернулся и тут же сделал шаг назад. Лёгкий порыв ветра от взмаха дубины обдул мне лицо.

И тут же я прыгнул вперёд.

Замах мечом…

И клинок воткнулся великану прямо в лоб, войдя ему в череп по самую рукоять. Огромный азиатский неадерталец дёрнулся, замер, секунду другую стоял неподвижно, после чего медленно рухнул на колени, а после завалился на бок, уронив дубину.

Так… что-то мы совсем не туда зашли, как я погляжу…

— Спасибо, Зу-Зу, — кивнул я пушистому, который подошёл ко мне. — Не хотелось бы мне быть на месте того бедолаги, конечно.

Тот прямо гордо выпрямился, показывая, какой он молодец-холодец.

— Видели хоть раз такое? — кивнул я на тушу.

Пушистый, естественно, покачал головой, но вот Люнь ответила сразу.

— Мне кажется или это уменьшенная версия великанов из Гор великанов? Просто он очень похож, но размерами явно поменьше, и более быстрый. А ещё глаза поуже. Да, я угадала?

— Ага, я тоже о них подумал. Интересно, откуда здесь такая туша.

И раз уж на то пошло, откуда великан вообще в таком иллюзорном мире, как этот, делает? И что это за иллюзорный мир такой?

Хотят теперь становились понятны слова трактирщика, что здесь опасно. Тогда он сказал, что здесь опасно, потому сюда и не ходят, и я никак не мог понять, о какой именно опасности он говорит. А теперь понял. Понял, что они и сами не знали, что за хрень здесь обитает, но понимали, что раз люди тут пропадают (а я наверняка здесь не первый), то и ходить сюда не стоит.

А пропадают они потому, что проваливаются сюда и вряд ли выбираются обратно.

А ещё здесь водятся маленькие великаны, которые по силе примерно сравнимы со мной. Вон, ещё двое радостно бегут ко мне, готовый вколотить мне в башку свои огромные дубины.

Однако почувствовав на себе охренеть какую силу, встречаться лоб в лоб с ними я не собирался. Вместо этого я выпустил им в лоб технику тысячи клинков, после чего схватился за веер и пять клинков устремились им навстречу.

Техника неслабо так подрала одного из них, но тем не менее не убила. От клинков было чуть больше толку — они начали жалить его, заставив остановиться и начать отмахиваться, когда второй…

Выстрел, и в его башку врезался удар молнии из рогатки-руки Дянь-му. Самый настоящий электрический луч, словно из лазергана, отчего великан дёрнул головой назад, будто получил пулю в голову, сделал пару шагов вперёд, запнулся и упал.

Хэдшот, сука…

Первый тем временем продолжал сражаться с клинками, но ему тоже оставалось недолго. Разогнавшись, я что было сил оттолкнулся от земли, подпрыгнул и набросился на него со спины. Меч вошёл ровно в сочленения между позвонками, из-за чего великан рухнул как кукла с отрезанными нитками. Второй удар, и меч пробил ему затылок, совсем не оставив шансов.

Ещё минус два. Это было даже просто, хотя здесь сыграли роль, скорее всего, артефакты и тупизна великанов, с которыми я встретился. Может по силе они и были мне равны, но вот по умениям даже в подмётки не годились.

Хотя, если так подумать, тоже странно, откуда здесь великаны?

Я бы подумал над этим вопросом, но боюсь, место не сильно располагало к этому сейчас. Надо было определиться куда мне надо сейчас идти, и здесь было два варианта — туда, откуда пришли два великана или в обратную сторону. Если туда, откуда они пришли, то есть вероятность, что я приду к источнику этих бед. Если обратно, то смогу покинуть иллюзию. Наверное.

На зачем уходить, если силы вполне себе позволяют сражаться с противником, а при победе меня может ждать что-нибудь интересное? Верно, незачем.

Поэтому я направился туда, откуда пришли двое друзей, что сейчас валялись под моими ногами, и Зу-Зу тихо засеменил за мной.

— Держись как можно ближе, мне не нравится этот туман, — тихо сказал я, взяв Зу-Зу за поводок.

Великаны были не самой большой странностью ещё. Куда страннее было увидеть собственный труп, который потом ожил и набросился на меня со спины. Здесь я мог сказать лишь то, что кто-то управляет этим местом или оно само так реагирует на гостей. А если так, то ничего не мешает этому невидимому режиссёру попытаться в тумане утащить моего Зу-Зу.

— Зу-Зу, сможешь найти дорогу, откуда они пришли? — негромко спросил я. — Ищи дорогу, давай, надо найти…

Он дёрнул меня обратно.

— Да не выход! Надо найти центр этого места.

Зу-Зу посмотрел на меня как на идиота.

— А что? раз мы здесь, возможно тут припрятаны какие-нибудь артефакты или ещё что-нибудь интересное! Грех не проверить! К тому же мне хватит сил дать им отпор.

Зу-Зу опять дёрнул назад.

— Да ладно тебе! У нас всё получится, мы ведь отличная команда, верно я говорю, Люнь?

— Да как бы тебе сказать… — пробормотала Люнь. — Я, наверное, поддержу всё же Зу-Зу в этом вопросе.

— А где ваш дух авантюризма?

— Наверное, остался в той реальности, откуда нас затащили сюда, — ответила она. — А ещё разве это не странно, что Бао предложил именно это место, чтобы найти тысячелетний пустынный цветок?

— Если быть честным, то странно. Но… — я пытался понять мотивацию Бао кидать меня, и не находил её. — Он же знает, что без меня ему ничего не светит, особенно когда там рядом Чёрная Лисица, которая ему жопу вместе с Джа за меня порвёт. К тому же он сам предлагал вернуться в пустыню.

— И тем не менее он привёл нас сюда. А если это он сделал специально?

— Ну… допустим. И?

— Не логичнее было бы как можно быстрее выбраться отсюда?

Вообще, логично, но…

Все втроём мы неожиданно замерли, задрав головы вверх.

Где-то над нашими голова пронёсся ветер. Самый обычный, казалось бы, ветер, но в нём подозрительно отчётливо угадывались тяжёлые стоны, от которых кровь леденела в жилах.

А ещё тихий шёпот, который, казалось, проклинал нас всех.

Глава 270

— Он что, издевается? — пробормотал Бао, оглядывая курганы с высоты птичьего полёта. — Здесь всего семьдесят два кургана. Как можно было заблудиться и пропасть в семидесяти двух курганах?

Впятером они парили над курганами, которые выглядели с высоты большими каменными куличиками. Это было не просто нагромождение курганов, как могло показаться на первый взгляд. Все они располагались в определённой последовательности, друг за другом в линии, что лишь подтверждало, что за тем, где и как делать захоронения, прошлые жители этих мест следили.

Возможно даже где-то раньше находился город или какое-то поселение, но если таковое и было, то его уже давно прибрали к себе или огненные земли, или пустыня, не оставив никаких следов.

— Быть может его завалили? — предложила Пейжи. — Он начал откапывать один из них, и его придавило камнями?

— С трудом вериться, — хмуро ответила Лин. — Он почти восьмой уровень, ему это завал бы разве что синяки и ссадины оставил. Другое дело, что он мог пропасть не просто так…

Её мертвецки холодный взгляд упёрся в Бао, которого поддерживала Пейжи на руках.

— Не смотри на меня так, — усмехнулся он. — Я тут ни при чём, и это ты знаешь.

— Бао, где они? — тихим голосом, не предвещающими ничего хорошего нотками, спросил Лин.

— Давай спросим это у твоего Юнксу, когда он вернётся? — ответил он спокойно. — Я уверен, он расскажет нам обоим удивительную историю о том, как он умудрился пропасть на ровном месте.

— Это ты привёл нас сюда, хотя изначально мы собирались идти в совершенно другое место.

— И это я сказал, что, скорее всего, здесь всё обобрали и можно двигаться обратно в пустыню. А Юнксу решил всё же проверить.

Лин смолкла. Подумала и негромко произнесла.

— Признаю, был разговор. Но Бао, если это всё же ты с ним то-то сделал…

— Зачем мне что-то с ним делать? — посмотрел он на неё с улыбкой. — Лин, если бы я хотел что-либо сделать, я бы подождал более подходящего момента. И если ты не заметила, он мне нужен был абсолютно живым и желательно здоровым. Причин его убивать у меня просто нет. Пока нет, по крайней мере. А тут он даже не мёртвый — он пропал.

Бао демонстративно огляделся.

— И меня гложет один вопрос: здесь семьдесят два кургана. Как он мог заблудиться и пропасть в семидесяти двух курганах?

И действительно, не сквозь землю же он провалился, верно? Лин при всей своей антипатии к Бао была вынуждена признать, что вряд ли тот ставил целью причинить вред Юнксу. Каким бы подонком он ни был, в первую очередь Бао преследовал выгоду — это она уже поняла. И вряд ли бы он допустил, чтобы человек, столь ценный для него просто… пропал.

— Ты можешь проверить, жив ли он? — спросила она хмуро.

— Могу, но надо спуститься на землю.

И едва они спустились на землю, Бао подошёл и дёрнул Джа за ошейник. Та практически сразу дёрнулась, её рука легла на рукоять меча, а глаза сверкнули металлом, но тот даже не обратил на это внимания. А на вопросительный взгляд Лин он лишь пожал плечами.

— Будь твой дорогой ученик мёртв, ошейник бы уже открылся, освободив Джа. Дайте-ка мне… пять… да, пять духовных камней, проверю кое-что.

— Что именно? — спросила Лин.

— Это место. Проверю, всё ли с ним чисто… — ответил он и огляделся, — или не чисто.

— Разве ты не бывал здесь?

— Бывал, но извини меня, я не пропадал в семидесяти двух курганах. Ужа как-то смог не заблудиться, — ответил он с ехидными нотками и взял из рук Пейжи кристаллы. — Спасибо.

Он сел на колени и начал медленно выводить кристаллом какие-то символы. Один, второй, третий, друг за другом, расставляя при этом другие в определённой последовательности. Все остальные молча ждали, понимая, что в такой момент лучше человека не отвлекать. Нет, никто не проникся доверием к Бао, однако всем было понятно, что в данный момент он должен был быть больше всех заинтересован в том, чтобы найти Юнксу.

Ведь если тот не найдётся, спросят именно с него.

Закончив с пентаграммой и расставив все четыре кристалла по кругу, Бао отошёл в сторону, окинув творение довольным взглядом.

— Что это? — спросила Пейжи.

— Что-то типа печати, которая концентрирует энергию, — ответил он. — Обычно Ци существует в нашем мире в определённом количестве, практически везде и всегда одинаково, не беря в расчёт источники Ци. Но есть места, где её ток нарушен, и там…

Она подкинул в руке пятый кристалл и бросил его в круг.

Раздался хлопок и кристалл разлетелся на осколки. На месте пентаграммы оказалась совсем небольшая воронка, которая стёрла начерченные линии. Остальные четыре кристалла просто потухли.

— И там происходит это.

— А что это? — спросила Лин.

— Нарушение тока Ци. Будь здесь всё нормально, ничего бы не произошло. А так… — он развёл руками, говоря, что вы и сами всё видите.

— И что это значит?

— Это значит, что нам бы, по-хорошему, самим стоил бы уйти отсюда, если мы не хотим проблем на свою голову, — ответил он негромко. — Уйти и ждать на границе этого могильника, пока Юнксу сам не найдёт выход оттуда, куда попал.

* * *

— Так… мне же это не показалось, да? — наконец опустил я голову.

— Тихий стон? — робко предложила Люнь.

— И голос, который проклинал всех, — добавил я. — Зу-Зу, нам же не показалось?

Тот быстро покачал головой.

— Во-о-от. Люнь, давай, ты умная, куда мы попали?

— Юнксу, если бы я знала, я бы тебе уже бы сказала. Может развернёмся и пойдём к выходу?

— Меня гложут определённые сомнения, что отсюда есть выход, если честно. Иначе толку от этого места не было бы, раз можно просто взять и уйти, не сильно запариваясь.

— Может всё же попробуем?

— Да ладно вам. Если не рисковать, так мы вообще ничего не добьёмся! — попытался я воодушевить их. — Это же и есть путь Вечных, нет?

— Ну… может ты слишком буквально воспринимаешь это? — неуверенно спросила Люнь. — Риск риском, но надо и меру знать.

— И я знаю меру. Пока что сила на нашей стороне, а значит надо продвигаться вперёд.

В любой другой ситуацию я бы поддержал Люнь всеми руками и ногами, но сейчас я… изменился может, стал сильнее и смотрел на ситуацию не как жертва, но как охотник. К тому же я уяснил для себя, что если есть такое опасное место, то есть и то, что здесь охраняется. Что-что, а местные культиваторы были отбитыми напрочь, раз любили не просто уничтожать свои знания, чтобы они никому не достались, а именно прятать вот такими извращёнными способами.

Но не мне их судить, конечно. Моё дело простое: прийти, увидеть и забрать.

Зу-Зу нехотя повёл нас дальше вглубь кровавого тумана, который был как в каком-нибудь Сайлент Хилле. Прогулка оказалась… потненькой, если быть честным. Несколько раз нас нападали великаны, который пытались размазать меня дубинкой по земле, но каждый раз я оказывался сильнее. Нескольких я зарубил прямо на подступах, несколько нападали на меня из засады, пытаясь заставь врасплох.

И срубая ещё одному великану голову я с отдышкой спросил:

— Почему именно великаны?

— Что? — переспросила Люнь.

— Я говорю, почему здесь именно великаны? Не твари, не какая-нибудь ещё хрень, а именно великаны? Ну ещё и мой труп?

— Я… я не знаю, может это и земли?

— Великанов? — я бросил взгляд на приближающихся на меня ещё двух переростков. — Мы же прошли уже те земли, нет?

— Ну… я не знаю, если честно, — Люнь задумалась.

Пока двое великанов бежали мне на встречу, всё чётче проступая из кровавого тумана, со спины на меня выскочил ещё один, попытавшись внезапно приземлиться прямо на меня. Но великан даже не долетел: печать придавила его к земле, а в следующее мгновение клинок без какого-либо сопротивления пробил его череп, войдя по рукоять как нож в масло.

Минус один.

Обернулся и тут же выпустил несколько ударов, от которых те ожидаемо увернулись. Но не увернулись от защитницы снегов, которая заставила одного из них замедлиться и взреветь. И тут же второй получил прямой хэдшот из рогатки-руки Дянь-му.

Беру небольшой разгон и прямо перед великаном резко приседаю, проскальзывая у него прямо между ног. Тот попытался меня схватить, но оказался слишком нерасторопным, и я оказался у него за спиной. Взмах что есть силы, и удар сносит его огромную голову, которая отлетает, с глухим стуком ударяется об землю и откатывается в сторону.

— Просто тогда, когда мы встретили Хоудай, там было ещё понятно, люди, которые сами стали демонами или кем там, неведанный сгусток злобы и ненависти, стражники… всё как бы укладывалось в общую жуткую картину, а тут…

— Великаны. Неожиданно.

— Ага. Эй, Зу-Зу, ты чего рвёшься? — обратил я внимание на то, как тот натянул свой поводок, пытаясь утянуть меня за собой вперёд. — Что там?

Правда через кровавый туман я не мог разглядеть ровным счётом ничего.

— Что-то учуял?

— И что-то хорошее, раз не шипит, — кивнул я.

Может выход или что-то получше, типа сразу пустынного тысячелетнего цветка расцвета? Я, конечно, не грел надежду, что тот просто так нам достанется, однако почему бы и нет, верно?

Правда реальность оказалась куда более… удивительной.

Когда мы двинулись перёд, каменные курганы наконец отступили, будто отпустив нас и оставшись позади. На мгновение мы погрузились в кровавый туман, который окутал нас плотным облаком. Но лишь на мгновение: буквально пару шагов, и он начал отступать, пропуская нас вперёд к лесу.

К лесу?

Здесь есть лес?

Я замер, глядя на деревья, которые возвышались перед нами. Высокие деревья с густыми широкими кронами и кроваво-красной листвой, которая покачивалась на ветру. На жутком ветру, пробирающем своими стонами даже меня до костей. Он будто жаловался на несчастную судьбы, ненавидя всё и вся, что только видел и знал.

— Лес? — негромко спросила Люнь.

— Ну, видимо, да, — кивнул я. — Прямо кровавый лес

— Не нравится мне это…

— А вот Зу-Зу, судя по всему, нравится, — заметил я по тому, как тот прямо ожил и распушился, не показывая страха. — Может… может не всё так плохо, как выглядит?

— А выглядит плохо, — как-то капризно ответила Люнь.

Мы подошли ближе к этой странной роще, которая выросла перед нами ни с того, ни с сего.

Здесь было даже уютно, если не брать в расчёт жутковатый ветер. Кроны медленно покачивались, на землю опадали красные листья, словно снег, да и я не чувствовал больше угрожающих источников. А ещё здесь была почва, самая настоящая почва, на которой росла мелкая красная трава, словно свежая кровь.

Но блин, выглядит подозрительно!

Я отправил вперёд кинжалы веера, воткнул их в стволы деревьев, немного покружил ими по округе, но так ничего и не увидел. Подумал, подумал, достал пергаменты с призывом животных и после недолгого выбора активировал тот, на котором был тигр.

Меня вновь пробрало током при активации, и пергамент вспыхнул руках, сгорев за мгновения в яркой вспышке. Минус ещё один пергамент, но зато перед нами появился не кто-то, а самый настоящий большой белый тигр, с чьей шерсти падали, как снег, искры.

Красивый… жаль будет его потерять, но потерять Зу-Зу или самого себя будет во сто крат хуже.

Поэтому, я без раздумий направил тигра вперёд на проверку местности, если это всё же сраная ловушка.

Но куда бы я его не посылал, что бы не приказывал сделать, ничего не происходило. Тигр выглядел как настоящий, но местность на него никак не реагировала, будто всё было в порядке. А возможно всё и было в полном порядке.

— Ну, раз испытания на животных прошли успешно, можно перейти и к людям, да? — улыбнулся я нервно и сделал пару шагов перёд.

Остановился у самой кромки, где начиналась трава, присел и осторожно пощупал зелень… или кровавень, тут смотря от чего отталкиваться. Но так или иначе, на ощупь это была самая обычная трава. Не острая, не твёрдая, не пульсирующая или ещё какая-нибудь.

— Нормально вроде, — я посмотрел на Зу-Зу, который выглядел вполне спокойно. — Наверное всё же просто роща.

— В каком-то другом измерении и просто роща, — недоверчиво проворчала Люнь. — Ух и не нравится мне это, Юнксу.

— Мне тоже, но выхода особого нет.

Нет, лес действительно оказался обычным лесом. Что на вид, что на ощупь: деревья как обычные деревья, трава как трава, листья как листья. Причём я даже смог сразу сказать, что это за деревья такие, едва присел и взял в руки один из листиков.

— Клён, — негромко произнёс я.

— Клён?

— Да, клён.

По крайней мере у них в мире был клён, и я мог произнести его название, чтобы Люнь меня поняла.

Призрачная подружка облетела округу, и вернулась ко мне с каким-то задумчивым видом.

— Что-то вспомнила?

— Нет, но… что-то мне это всё напоминает… — негромко произнесла она, оглядываясь.

— Что именно?

— Не знаю. Давай лучше пойдём дальше.

Роща была самой обыкновенной рощей с самыми обыкновенными клёнами. Теперь даже цвет листвы не казался мне столь странным, когда я знал, что это за деревья. Я действительно видел клёны, которые были именно вот такими красными. Хотя трава всё же смущала.

Здесь красноватый туман значительно, пусть и не полностью отступал, открывая обзор. Он клубился теперь в десятках метрах от нас лёгкой красноватой дымкой между стволов деревьев, пугая тенями, которые переливались в нём, заставляя настораживаться при каждом подозрительно очертании внутри него.

И ни одного великана.

Мы шли всё дальше и дальше, но лес не становился гуще. В какой-то момент мне даже показалось, что мы тупо бродим кругами, и я оставил пару меток на деревьях, но повторно мы их так и не встретили. Я уже несколько раз подумывал над тем, чтобы просто полететь, но в воздухе мы были слишком уязвимы для любой атаки.

А вот Зу-Зу был спокоен, пару раз поднимал уши, но в принципе никакой опасности он не чуял.

— Знаешь, это прямо как в старые добрые времена, — неожиданно произнесла Люнь.

— Как в старые добрые?

— Когда мы были только втроём, — пояснила она, улыбнувшись. — Так же ходили, бродили, открывали что-то новое. Ты был только мой.

— Только твой? Это в каком плане?

— Ну, мы вдвоём только и общались, только друг о друге и заботились, — пояснила она. — Было же хорошо тогда, да?

— А сейчас плохо?

— А сейчас… не знаю, стал может немного веселее, но того духа приключений уже нет, — вздохнула она с какой-то грустной улыбкой.

— Возможно… — кивнул я поднял взгляд. — О, мы к чему-то вышли, гляди.

Впереди, на небольшой полянке среди деревьев, будто находясь в кругу света, который особенно выделял это место лежала какая-то громоздкая деревянная конструкция с металлическими цепями и заклёпками. Такая большая неизвестно для чего созданная махина, она лежала, судя по всему, здесь уже не один век.

Но едва я подошёл к ней, как Зу-Зу буквально взвился на месте, подпрыгнув по направлению куда-то в бок. Но скорость того, что выскочило из леса было такой большой. Что даже я со свей хвалённой реакцией не успел, в отличие от Зу-Зу, среагировать. Тень, пулей промчалась к нам и врезалась в…

Тигра. Тот не успел ничего сделать, как его сразу же повалили на землю и огромные челюсти сомкнулись на его шее.

Вспышка…

И тигр исчез, оставив тварь, что показалась перед нами, слегка удивлённо оглядывающуюся и пытающуюся понять, куда делась её добыча. И этого хватило для меня, чтобы нанести ответный удар. Взмах, и с клинков сорвалась техника тысячи клинков, которая…

Прошла мимо.

Она ушла в лес, с треском срубая листья и ветви, которые осыпались дождём на землю. А тварь молниеносно ушла в бок, даже не оставив мне шансов поспеть за ней. Оттолкнулась и бросилась на Зу-Зу, который…

Ушёл в сторону, хищно тяпнув ту за лапу. Тварь запнулась, пролетев дальше, и кубарем накололась прямо на…

— Касание лозы!

…кол, который с хрустом вошёл ей в бок. Но даже это её не остановило. Взревев, тварь вскочила, обломав кол, которые теперь торчал у неё из бока и прямо под тысячи клинков, которые выбили из неё множество лоскутов и шерсти. И следом тут же Защитницу снегов, которая и вовсе отбросила тварь, покрыв инеем всю округу. Росчерк ударов и…

Существо скрылось в лесу, оставляя за собой недовольный рёв, который ещё некоторое время витал в воздухе, заставляя меня покрываться мурашками.

— Это млять что? — сипло спросил я, глядя ей в след.

— Яогуай, — ответила негромко Люнь, пристально всматриваясь в лес.

Что-то он не похож на яогуая, которого я знал. А знал я его из игры: там был такой большой облезлый медведь, который мог тебе навалять на первых лвлах. А здесь…

А здесь была помесь лошади и кошки, которые успели сгнить за это время. Облезлые бока с торчащими клочками шерстью, которые обтягивали рёбра. Голова как вытянутый зубастый череп с огромными клыками. Лапы с огромными когтями на передние и копыта на задних лапах и… какой-то дух смерти. Не запах, а именно дух.

— Ты знаешь, что такое яогуай? — спросила Люнь.

— Судя по всему, нет, — покачал я головой.

— Это чудовище, нечистая сила, которое ищет крови людей и бессмертия. Чаще всего это злые духи умерших животных, с которым при жизни плохо обращались, но иногда это и совершенно немыслимые твари. Пусть судьба будет благосклонная, чтобы мы больше их не встретили.

Это уж точно, иначе такая херь меня как нехрен-нахрен на ремни пустит. Особенно когда я ни почувствовал её источника, ни успел среагировать, а под конец мне даже не хватило техник, чтобы её значительно ранить (то, как она ускакала, я её не сильно-то и ранил) .

— Откуда она здесь? — спросил я негромко, но вместо ответа Люнь указала на деревянную конструкцию.

— Подойди к ней.

Честно сказать, после встречи с тварью и того, как Люнь указала на деревянный агрегат, приближаться к нему мне совсем не хотелось, так как я ожидал конкретного подвоха. И тем не менее я подошёл, бросив Зу-Зу: «сторожи». И первое, что я заметил, оказавшись рядом, было что-то тёмно-красное типа крови, что пропитало что часть деревянных балок. Да и сама деревянная конструкция была отдалённо похожа на…

— Юнксу, ты знаешь, что это? — тихо спросила Люнь, облетая деревянную хрень.

— Честно? Даже не представляю, — признался я. — Хотя на что-то она мне всё же напоминает, если честно.

— Юнксу, это колодки.

— Колодки? — переспросил я удивлённо.

— Большие колодки, да, — кивнула она, разглядывая их.

Я обошёл конструкцию и даже забрался на неё, чтобы получше оглядеть. Плоская, состоящая из двух балок, скрепленных между собой двумя мощными железным пластинами и с цепями по краям. Судя по всему, эти две балки когда-то открывались, и тут же были круглы прорези. Действительно, если так посмотреть, то этот агрегат был похож на колодки для какого-нибудь великана, но с одним таким большим «но». Даже не так.

«НО».

— Люнь, я не эксперт, но это не сильно похоже на колодки, — заметил я. — В них обычно три прорези, одна для головы и две для рук, если мне не изменяет память.

— Да, если это колодки для людей, — кивнула Люнь.

— Да, если это колодки для лю… так, погоди-ка, а это чьи колодки? — нахмурился я.

— Юнксу, как много было курганов, когда мы пришли к тому месту, где нас перенесло? Ты считал?

— Ну… — я порылся в памяти. Сначала мне показалось их около пятидесяти, но потом я так посчитал и их оказалось что-то около… — Около семидесяти.

— Семьдесят два, если быть точным, — подсказал Люнь.

— Так ты считала?

— Догадалась, — ответила она. — А потом, как мы попали сюда, на нас начали нападать великаны, один за другим, верно?

— Ну да, ты сама видела. К чему ты клонишь, Люнь?

— А дальше мы встретили вот этот большой кленовый лес с листьями цвета крови, где гуляет ветер, который стонет и будто жалуется на что-то, верно?

— Да, — я весь напрягся, уже предчувствуя что-то нехорошее. — Люнь, мы где оказались?

— Мы? — огляделась она и тихо ответила. — Юнксу, кажется мы в чертогах, где заперт Чи Ю.

Эм…

— А это хорошо или плохо?

— Насколько может быть хорошим оказаться в призрачных землях сильного божества, которого казнили за его злодеяния? — посмотрела она на меня.

— Ни насколько. Это очень плохо, — ответил я хмуро.

Глава 271

— По легендам, Чи Ю жил очень давно, ещё до того, как люди научились выковывать даже самые простые мечи из металла, когда не было ни чёрных, ни белых начал, и поднятие по ступеням было секретом для всех.

— У него было шесть рук? — спросил я, оглядывая колодки.

— Да. Говорят, на вид он был настолько страшен, что обычный человек мог сойти с ума, едва взглянув на него. Пусть его тело было человеческим, но у него было действительно шесть рук, на спине были крылья, а вместо ступней он носил копыта. Но самым страшным была его голова. Легенды рассказывают, что его голова была из меди.

— Из меди? — переспросил я.

— Легенды так говорят, — пожала она плечами. — На его лбу рос большой рог, и у него было четыре глаза…

— Он был похож на водолаза…

— А?

— Не-не, ничего, продолжай, — махнул я рукой.

Люнь прищурилась, пытаясь понять, не над ней ли я подшучиваю, но продолжила.

— Говорят, он был хорошим колдуном, и был очень искусен в ковке оружия. Это он научил людей ковать оружия и иногда он лично ковал мечи тому или иному человеку, наделяя их по истине удивительными способностями. А ещё он был очень тщеславен и жаден до власти.

— Да догадаюсь, это его и сгубило, да?

— Да. Он боролся за власть над миром с Небесным владыкой, но потерпел поражение в этой войне. Ты спросишь, как я поняла, что это его чертоги? Дело в том, что у него было семьдесят два брата, и мы как раз нашли семьдесят два кургана. Помимо них у него на службе были и другие великаны. Сильные большие люди, которые воевали за него, пока он не проиграл.

Иначе говоря, те, кого я убивал.

— Чи Ю был колдуном и в битве за власть, он напускал очень густой туман, на противника, чтобы тот заблудился, — она развела руками. — Вокруг нас густой туман.

— Кровавый.

— Ещё говорят, кровавый туман был знамением того, что Чи Ю до сих пор злится за поражение, поэтому, боюсь, всего лишь два варианта.

— Мне нравится первый вариант, — сказал я.

— Мне тоже, — призналась Люнь. — Про колодки ты, наверное, уже понял. Шесть рук и одна голова — это семь отверстий. После того, как Чи Ю проиграл, его казнили в этих колодках, из-за чего они пропитались кровью, после чего выбросили, и на этом месте вырос кленовый лес. А ещё за него воевали злые духи, демоны и прочая нечисть. Отсюда Яогуай, которого мы встретили, и твой собственный труп, что на нас напал. И, возможно, мы увидим ещё немало подобного, учитывая, как много зла было на его стороне.

Очень хотелось бы, чтобы это было просто легендой, страшилкой для детей, однако оглядываясь вокруг, даже такой оптимист как я не верил в это.

— Ты умеешь, обнадёжить, — почесал я затылок.

— Лучше знать сразу, с чем мы столкнёмся, не так ли?

— Тоже верно. Тогда я на твоём бы месте держался рядом, чтобы нырнуть в меня, — предложил я. — Зу-Зу, тоже никуда далеко не отходи, понял?

Тот с ответственной мордочкой кивнул.

— Так, и куда нам теперь? — огляделся я.

— Думается мне, нам лучше двигаться сейчас дальше, как и шли, — предложила она. — Единственный выход, как мне видится, это если нас отсюда отпустят.

— Чи Ю, — заключил я невесело. — Мне казалось, лучше от этого парня держаться подальше.

— А у нас есть выход?

— Ну Зу-Зу куда-то рвался же, верно?

— Можем попробовать, однако мне кажется, отсюда нет выхода. Это другой мир, непохожий ни на наш, ни на искусственную реальность.

И всё же я решил попробовать и вернуться назад. Было бы странно рваться хрен знает куда, даже не попытавшись вернуться той же дорогой, которой мы пришли в это удивительное место. К тому же дорога обратно была уже проверена. По крайней мере я так думал, пока на своём пути не встретил ещё нескольких великанов, что попытались взять меня уже впятером.

Мне было интересно, они сражаются, потому что до сих верны своему хозяину и даже сейчас готовы биться за него, или просто потому, что здесь больше нечего делать? Или хотят умереть и освободиться? Не то, чтобы это решило что-то, я бы стал более милосердным или наоборот убивал бы всех подряд, нет, просто интересно было.

Неинтересно мне стало, когда мы прошли через курганы и углубились в густой кровавый туман, где мне пришлось привязать Зу-Зу к себе, чтобы освободить руки. Здесь гуляли тени, мелькали силуэты, и стоны не прекращались ни на секунду. Да и пушистый уже не рвался так уверенно, крадясь рядом со мной, испуганно крутя репкой влево-вправо.

— Кажется, выхода отсюда действительно нет, — пробормотал я тихо, боясь, что нас могут услышать.

Где-то в метрах двадцати от нас пролетела медленно тень, издавая тяжёлые вздохи. От такого у меня мурашки по заднице пробежали. Я пытался себе напомнить, что это происки злых духов и прочей дряни, что это всё скорее всего иллюзия, но это помогало не очень.

— Я говорила.

— Помню. Ладно, давай закругляться и возвращаться, — пробормотал я. — Так недолго и воо…

Я жив лишь благодаря тому, что со мной всегда есть верные друзья, которые всегда предупреждают меня об опасности. Если бы не они, я думаю, меня бы уже со спины раз триста порвали.

Вот и сейчас Зу-Зу успел лишь испуганно тявкнуть, как я обернулся и увидел приближающуюся к нам огромную растущую тень.

Мгновение, и я упал на спину, ногами подопнув прыгнувшую на меня тварь в грудь, перекинув её дальше в туман. Сальто назад, пара ударов…

И тихо.

— Это…

— Яогуай. Он никак нас не оставит в покое, — зло произнесла Люнь.

— Надо уходить, здесь нам долго не продержаться, — я напряжённо огляделся. — Зу-Зу, веди, быстрее!

И мы бросились бежать через туман. И вслед, нам казалось, смеялись.

Пару раз на границе видимости возникала тень, и я без зазрения совести тут же использовал веер. Её как ветром каждый раз сдувало, но вот туман будто полностью игнорировал сильные порывы ветра. Как, собственно, возвращалась каждый раз и тень, продолжая вокруг нас кружить. Отстала она лишь когда мы вышли обратно к курганам.

А выдохнули, когда достигли кленовой рощи. Здесь туман был максимально разряженным, что позволяло держать округу под контролем.

— Значит пусть только через этого Чи Ю, — поморщился я. — Почему-то мне не хочется встречать того, кто имеет башку из стали.

— Из меди.

— Без разницы. Ты знаешь дорогу?

— Да откуда же? Я здесь сама первый раз, — пожала она плечами. — Это тебе везёт на подобное, Юнксу.

— Окей… Зу-Зу, сможешь найти дорогу к этому Чи Ю?

Тот как-то неуверенно кивнул и напугано огляделся, когда налетел стонущий ветер, в котором отчётливо слышался голос, проклинающий всё и вся.

— Отлично, тогда в дорогу, найти выход отсюда.

Через кленовый лес не было ни дороги, ни тропинки, по которой можно было бы пройти. С одной стороны, приходилось надеяться только на Зу-Зу, с другой, здесь было отлично видно любые следы кои на удивление было крайне мало, и то, те, что я находил, принадлежали, скорее всего, яогуаю, который пытался нас сожрать.

Вспомнив его, я огляделся.

Нет, никого. Хотя тени и силуэты продолжали мелькать между стволов деревьев вдалеке, создавая ощущение, будто мы здесь не одни.

— Как думаешь, когда встретим демонов и прочую нечистую силу?

— Мне кажется, мы уже её встретили. Этот туман, эти тени — все они пытаются сбить нас с пути, чтобы… чтобы сделать что-то плохое.

— А что может сделать нечисть?

— Сломать разум, сделать безумным. А вот демоны, если верить истории, могли вполне себе съесть тебя.

— Мы уже выяснили, что демоны были обычные люди, по сути.

— Ну то что людей называли демонами, не говорит о то, что не существовало реальных демонов, — возразила она.

Тем временем Зу-Зу продолжал нас вести через кленовый лес заводя в какую-то совсем уж чащу. В другой ситуации я бы усомнился в решении, однако сейчас такое было вполне логично — главный босс всегда прячется в глубине самых злачных мест. Но это длилось недолго, уже минут через десять начало вновь светлеть, и мы вышли к небольшому откосу, который выходил на достаточно большую поляну.

Непростую поляну.

— Говоришь, он бы искусен в кузнечном деле? — негромко спросил я, глядя на открывшийся мне вид огромной кузни.

— Ага, — тихо ответила Люнь. — Здесь он, по-видимому, и ковал всё своё оружие, которое потом отдал людям.

Это была самая настоящая кузня, и даже я, далёкий от этого человек мог сразу понять это. Вон наковальня, вон молоты стоят, печь огромная и потухшая, меха, всякий инструментарий и даже формы.

Каждый из предметов был раз в десять больше обычного размера. Та же наковальня была банально выше меня, чего говорить о других предметах.

Но глядя на весь инструментарий, который только мог пригодиться кузнецу, можно было однозначно сказать, что им давно не пользовались. На наковальне и молотах уже давно царила ржавчина, а в печи виднелась паутина. Повсюду разрослась трава, а в некоторых местах уже давно росли деревья.

Видимо, Чи Ю давненько здесь не кузнечил.

За кузней виднелся самый обычный деревянный домик, совсем непримечательный на вид и выглядящий каким-то старым и заброшенным.

— А вон и его дом, — произнесла Люнь негромко. — Мне жутко от этого места.

— А тебе-то чего жутко? Ты же мертва. Вот нам с Зу-Зу жутко, да, пушистый?

Тот кивнул.

— Мне за тебя жутко, — ответила она поёжившись. — Давай побыстрее проскочим это место.

Я ещё раз окинул взглядом то заброшенное место.

— А с чего мы вообще взяли, что Чи Ю жив? Его же казнили, не так ли?

— Да, но его дух бессмертен, и наверняка живёт здесь, не имея возможности вернуться обратно.

— Дух жив без головы?

— Ты знаешь, что на поздних ступенях Вечных даже смерть тела не заставит тебя умереть?

— Ну… я что-то слышал об этом.

— Дух останется, и он, поверь мне, может быть не менее опасным, чем живой человек. А здесь, в этом мире, его чертогах мы вряд ли почувствуем разницу между живым и мёртвым божеством, — прояснила невесело Люнь. Где-то позади зашуршала листва, и Люнь обернулась. — Давай не будем задерживаться на одном месте. Мне здесь не нравится.

Я осторожно проскользил вниз с крутого склона, взяв Зу-Зу на руки и опусти, когда мы достигли низины, после чего быстро добрался до каменных больших булыжников, которые когда-то представляли из себя забор. Огляделся, прислушался и быстро перемахнул руины, запрыгнув на территорию кузни.

И в этот момент меня так неслабо пробрало.

Я аж вздрогнул, испуганно оглядевшись. Зу-Зу тоже пробрало, судя по его вставшей дыбом шерсть.

— Ты это почувствовала? — тихо спросил я.

— Мы на территории Чи Ю, — совсем шёпотом ответила она. — Буд осторожен теперь.

Будто я до этого как дома здесь разгуливал.

Быстрыми перебежками я направился сначала к огромной деревянной бадье и наковальне, которые были ближе всего к нам, где и затаился, оглядываясь по сторонам.

Тихо. Но ощущения такие, что за нами уже наблюдают, и это чувство просто убивало нервную систему. Может он нас чувствует уже? Или нас заметил кто-то другой? Чёрт знает.

Выглянув из-за наковальни, быстрой перебежкой добрался до ножки стола, где, спрятавшись за неё вновь огляделся. На мгновение мне показалось, что в окне что-то мелькнуло, но за этим ничего не последовало, а потому хрен с ним.

Ещё одна перебежка и я добрался до доски-подставки, на которой висели инструменты, от клещей до молотов самой разно величины, некоторые из которых были и вовсе с обычный молот. А вот здесь нас всё же постигла неудача, и пришла она совсем не от Чи Ю, а от твари яогуая, которая продолжала нас преследовать.

— Ты посмотри-ка, — зло пробормотал я, глядя на эту херотень, которая выглянула из-за бадьи, продемонстрировав нам свой скал. — Всё никак не отвяжется…

— Не самое удачное место для битвы, — заметила Люнь нервно.

— Да это место вообще не самое удачное, если уж на то пошло, — фыркнул я и отвязывая от себя Зу-Зу. Тот уже присел и издал тихий угрожающий звук, который шёл из него, будто там завёлся маленький моторчик.

Чувство, будто за нами следят, не прошло, однако, теперь его заглушило чувство опасности, поэтому здраво рассудив, что в приоритете, я достал меч.

И только я хотел кинуть пафосную фразочку типа «ну иди сюда, нашинкую на колбасу», как тварь сорвалась с жуткой скоростью в мою сторону. Я-то успел среагировать, учитывая расстояние, но на меткости это никак не отразилось — удар ушёл в молоко, попав в бадью и выбив из неё щепки.

Как-то было совсем уж необычно встретить тварь, которая оказалась сильнее меня. Необычно и очково, если уж быть честным, так как я впервые за долгое время подумал, что сейчас вероятно моей шинковки необычайно высока, словно я оказался вновь в демонических лесах Дасенлина с первым уровнем.

Ещё пара ударов, и тут же следом в тварь полетели маленькие клинки, но на них она и вовсе не обратила внимание, даже когда те проткнули её насквозь. А потом вообще было поздно что-либо предпринимать.

Печать придавила тварь в самый последний момент, что дало мне время уклонился от острых зубов, щёлкнувших совсем близко. Зу-Зу тут же с остервенением набросился на хрень, вцепившись зубами в шею, но даже его острые клыки не могли перегрызть ей позвоночник. Не могли, но это дало мне время перегруппироваться.

Удары пошли прямо ногам твари, но те были сделаны будто из небесного металла — ни один из ударов, что рубили как фанеру металл, не смогли перерубить лапы.

— Зу-Зу, в сторону! — рявкнул я, и едва пушистый слетел с твари, как в неё ещё раз врезалась техника тысячи клинков. Я не строил теперь иллюзий, просто хотел посмотреть, насколько сильно ранит её эта техника.

И надо сказать… что как-то слабо. И так редкая шерсть, да вонючая кровь полетели из располосованных боков твари, однако та всё так же продолжала стоять на ногах, будто её рубящие удары были хоть бы хны.

Ладно, меняем тактику, что у нас ещё тут есть…

Тварь вновь бросилась в атаку, и вновь Зу-Зу спас мою задницу, показав, насколько его реакция быстрее моей, бросившись наперерез и вцепившись в тварь, заставив ту отвлечься от меня. А через пару секунд Зу-Зу убежал, сверкая пятками, когда я сломал одну из табличек Бао.

— Гори, сука…

Огненный шторм, словно дыхание дракона, ударила столбом пламени прямо в тварь. Это выглядело, будто я выстрелил из охренеть какого большого и мощного огнемёта. Напор был настолько сильным, что он ушёл дальше и ударил прямо в горнило позади стоящей печи.

Эффект был моментальным.

Огромнейшая печь позади твари вспыхнула ослепительно белым светом, будто внутри вспыхнули особо горючие материалы. Рёв пламени слегка оглушил меня, когда оно даже выстрелило наружу. На секунду округу осветил яркий свет, который разогнал даже туман, после чего печь позади мирно загорела, источая кроваво-красный свет.

И всё бы хорошо, да только тварь до сих пор была на ногах. Обугленная, с кусками кожи, которые отваливались от рёбер, но она была живее всех живых, будто лошадь из ада для одного из всадников апокалипсиса.

Что же ты будешь делать…

Колющие её не берут, огонь не жжёт, тогда…

Я выпустил в тварь пару ударов, привлекая к себе внимание, после чего отошёл назад к стойке, на которой висели молоты. Существо, каким бы быстрым оно ни было разумностью явно не страдало и тут же бросилось за мной.

— Дрожь земли, дрожь земли… — воспользовался я техникой, которой обучила меня Чёрная Лисица, и землю между нами прорезало две трещины, которые выстрелили в разные стороны шипами.

Это затормозило тварь, подарив мне те самые мгновение, что она замешкалась, пытаясь перепрыгнуть преграду. В руке появилась лампа Аладдина, я и пробежал ещё дальше, выманивая тварь на себя.

Перемахнув наконец преграду, яогуай стрелой бросился ко мне, и его не остановили даже удары.

— Зу-Зу!

Я знал, что пушистый обожжётся об уже горящую тварь, но иного выхода не было. И меховой мешок не подвёл, бросившимся к ней наперерез. Врезался, заставив тварь притормозить, и тут уже был я тут как тут. Взмах и в её сторону вылетел небольшой алый кристалл.

А через мгновение он, словно росток, разросся вверх, нанизав на себя тварь, и буквально пригвоздив её к тому месту, где она остановилась. Кристалл нарастал и нарастал, треща и не давая яогуаю, что теперь хищно щёлкала зубами и рвалась в разные стороны, сойти с места.

Я же замахнулся и выпустил несколько сильнейших ударов, но уже не в тварь, а в молот, который висел прямо над ней на той самой доске-подставке, срубив нахрен деревянную рукоять. Метнул вперёд клинки, воткнув их в доску и уже по ним как по ступенькам в несколько прыжков оказался около головки молота. Залез сверху и кое-как, упершись в доску, с металлическим скрежетом сдёрнул его со штырей. На который он висел вниз.

Прямо на тварь.

Хруст долетел аж до сюда.

Я видел, как в разные стороны разлетелись осколки кровавого кристалла.

— Готов кондитер… — пробормотал я и спрыгнул вниз, позвав за собой клинки.

Головка огромного тяжёлого молота вошла в землю где-то на одну четвёртую, не оставив твари не единого шанса на спасение. Я даже прислушался, чтобы убедиться в том, что она не дышит.

И сейчас бы радоваться, но тот шум, что мы здесь устроили, просто не мог пройти бесследно. И едва я выдохнул с облегчением, как раздался душераздирающий скрежет металлических петель, который разнёсся по округе со стороны деревянной избушки. Громкий, словно визг тысячи глоток людей, которые горят в аду, мне от него совсем как-то поплохело.

— Юнксу! Юнксу! Убегай! — запищала перепугано Люнь не своим голосом. Зу-Зу уменьшился едва ли не в полтора раза, прижавшись к земле глядя в сторону избушки.

Да чего там, мне самому стало так же не по себе. И стало ещё хуже, когда раздался голос, который просто не мог принадлежать этому миру. Не мог принадлежать чему-либо живому или неживому.

— Не прячься, я знаю, что ты здесь…

Глава 272

Меня пробрало. Пробрало не сильно слабее, чем когда-то давно при встрече с Хоудаем, однако достаточно, чтобы тряхнуло. Сердце испуганно забилось, и всё внутри закричало.

Беги нахрен отсюда, оно тебя сожрёт!

И я побежал. Бросился бежать, чтобы спасти не только свою шкуру, но и шкуру Зу-Зу, который совсем уж потерялся от страха, не понимая, куда драть когти. Подхватил его под мышку, добежал до каких-то ящиков и агрегатов, где и нырнул сразу за угол, даже не дыша.

— Тс-с-с… — одними губами прошептал я, прижимая к себе достаточно большую тушу енота и глада его по голове. — Ни звука, Зу-Зу.

Тем временем послышался шаг. Сначала один, потом второй, и вот он вышел на улицу. Но что пугало гораздо больше, это то, как он ходил. Они были чудовищно неравномерны, будто сначала он шагал быстро, потом медленно, вообще как-то дёргано, словно зомби или что похуже. Одного этого хватало, чтобы сердце билось самой глотки от ужаса.

Вокруг стало будто темнее.

— Я чувствую твой страх… — проговорил Чи Ю.

Ага, рассказывай, мне что ты чувствуешь мой…

Так.

Стоп.

Я тоже чувствую чей-то страх, причём довольно вонючий. Я не понял…

Ну Люнь физически не могла так испугаться. Что аж глаза слезятся, а про себя я точно знал, что это не я. Поэтому оставался только один подозреваемый, кто мог так фунькнуть.

— Зу-Зу, блин, какого хрена? — едва слышно спросил я. — Какого ты… фу, мать твою, ну и вонь, Зу-Зу! Мы же задохнёмся быстрее, чем он нас найдёт!

Тот посмотрел на меня своими виноватыми испуганным бусинками глазами и на сердце как-то потеплело сразу. Стало жалкого пушистую вонючку, и уже язык не поднимался на него ругаться.

Ладно, пушистый, бывает, но теперь нам надо убегать отсюда подальше.

— Твой страх воняет…

Ещё как, у меня чуть ли не глаза слезятся после такой химатаки, блин.

Но меня вновь накрыло ужасом. Топот стал громче, нечто под именем Чи Ю приближалось к нам очень быстро. Я бросился оббегать инструментарий, нырнув под какую-то тумбочку с полочками, которая была низкой даже для меня и тут же замер, боясь даже выдохнуть.

И совсем рядом с нами промчался он.

Мы разошлись буквально на какие-то мгновения и от этой мысли сердце пропустило удар. Чувство, что меня вот-вот схватят начало душить.

Я не видел божества полностью, лишь копыта, но те двигались так, будто он не мог идти ровно. То стремительные рывки, то очень медленно и дёргано, то едва шаг делает, а то вообще будто пробегает. Он прошёл совсем рядом с нами, и я почувствовал чудовищную ауру, от которой хотелось выть, настолько она давила, вызывала онемение кожи, словно ты напился, и жуткий зуд в суставах и костях. От каждого его шага земля слегка вибрировала.

Я стоял, наблюдая за тем, как Чи Ю прошёл мимо нас туда, где мы были секундами ранее настолько близко, что я мог рассмотреть мелкие трещины на его копытах, а сам двинулся в обратном от него направлении, чувствуя себя мышью, убегающей от кошки.

Казалось, что вот-вот и тот обернётся и увидит нас. Чувство скорой поимки давило на плечи, и сразу вспомнились сны, где ты пытаешься убежать, а не можешь, ноги отказываются идти, тебя будто затягивает обратно, а сердце душит чувство, что тебя через мгновение вот-вот поймают.

Примерно то же самое я испытывал и сейчас. И, наверное, только иммунитет после Хоудая давал мне возможность мыслить более-менее здраво.

— Где ты спрятался?.. Хочешь поиграть в прядки?.. — рассмеялся он таким смехом, что хотелось взвыть. — Я найду тебя…

Здесь я не мог долго оставаться, как пить дать, он найдёт нас. Поэтому мой взгляд перекочевал на целую груду кусков железной руды, что валялась в стороне. Всё так же с пушистым на руках я быстро бросился к куче и протолкнул в щель между кусками руды сначала Зу-Зу, а после уже сам следом. И тут же прямо около места, где мы спрятались, остановился дёрганный Чи Ю, будто только и ждавший момента, чтобы нас подловить.

— Я знаю, что ты здесь… — просмеялся он, как сумасшедший. — Выходи…

Свет, который падал через щель закрыло, и я нырнул в сторону, спрятавшись в глубине кучи. Мне даже не надо было выглядывать, чтобы понять — божество сейчас заглядывало в щель, куда мы прошмыгнули, пытаясь нас разглядеть. Я чувствовал его, слышал это дыхание, давление от его внимания, будто он мог видеть через стены. Ощущение было таким, будто я загнанная кошкой в угол мышь.

Эти секунды длились как минуты, после чего свет вновь начал поступать между кусков железной руды. Но он не ушёл — этот чёрт стал разгребать наше убежище, продолжая неестественно хихикать.

— Зу-Зу, быстрее… — прошептал я, проталкивая его между кусками руды на другой конец кучи, пока над нашими головами всё скрежетало.

— Я найду вас, я найду вас, слышите?.. — задорно и безумно произнёс Чи Ю, будто подгоняя сам себя.

Но к тому моменту, как он дошёл до середины кучи, мы уже выбрались с другой стороны, и здесь я стремглав бросился к полуразрушенному забору из огромных каменных блоков, за которыми и спрятался, прижавшись к камню спиной.

Выдохнул, тяжело дыша, поставил Зу-Зу на пол и огляделся.

— Это жесть.

— Это Чи Ю.

— Я о другом. Я там обделаюсь от ужаса. Нам точно туда?

— Я не знаю, но… ты видел его огород?

— Нет, а что? — нахмурился я и краем глаза выглянул из-за укрытия.

Чи Ю около кучи железной руды и след простыл, будто его здесь никогда и не было, что заставило меня похолодеть. Но тем не менее я внимательно присмотрелся к огороду за домом, о котором говорила Люнь. Давно поросший зеленью размером с дерево, неухоженный, с покосившимся забором, который строили от скота, но ничем совсем не примечательный.

— Огород и?

— В нём, кажется, растут пустынные тысячелетние цветки расцвета.

— Да? А как ты увидела их аж отсюда? И как ты поняла, что им именно тысяча лет?

— Глазами! Юнксу, я…

И она зажала рот обеими руками, нырнув в меня.

Я же… я просто стоял, не шевелясь, даже не задирая голову, претворившись камнем. Мне и не надо было ничего понимать, глядя на то, как Зу-Зу, сжался в пушистый комок рядом со стеной мимикрировав под камень.

— Я знаю, что ты здесь… — произнесло божество надо мной. Подними голову, и я бы мог увидеть его, но… — Я чую тебя…

Знал бы точно и чуял, меня бы уже схватили, а значит он не такой уж и чуткий охотник. Сейчас главное не шелохнуться.

И эти пять секунд, что я стоял, растянулись на столько, что уже хотелось самому выйти и сказать, что вот он, я здесь, закончи уже только это поскорее, эту иргу в прядки. Но я не вышел.

Я не вышел, а он ушёл, всё так же неравномерно топая куда-то в сторону. Мы просидели ещё минуты две так, прежде чем я тихенько выдохнул.

— С чего ты взяла, что цветок в огороде?

— Увидела лёгкое свечение. Такое свечение видно при тысячелетнем пустынном цветке. А ещё я их видела около огорода.

— Может тогда оттуда и сорвём?

— Они не доспели, — разочаровала она меня.

— С чего ты взяла?

— Они не светились.

Окей, это довод.

Но лезть сейчас к огороду, когда здесь шастает грёбанное божество…

Мой взгляд перекочевал на Зу-Зу.

— Пушистый, настал твой час, — тихо произнёс я. — Ты слышал, что Люнь сказала?

Тот испуганно кивнул.

— Отлично. Значит план таков. Я отвлекаю этого Чи Ю, а ты к огороду и сорви нам тысячелетний пустынный цветок. Сорви и принеси, а не сожри, ты понял? — где-то рядом послышался топот, и я присел на корточки, уже едва слышно спросив. — Ты понял?

— Юнксу, а как мы его отвлечём? — тихо поинтересовалась моя призрачная любознательная девчонка.

— Тем, что осталось. Зу-Зу, вперёд, — скомандовал я и достал последний пергамент. Жалко прощаться с ним, но потерять Зу-Зу ещё жальче.

Как и в прошлый раз пергамент вспыхнул в моих руках со вспышкой и передо мной появилась змея. Даже не змея, а змеище, сраная Анаконда: тут все десять, а то и двенадцать метров длины было. Чёрная, как уголь, она блеснула языком и, получив приказ, помчалась вперёд. Я же двинулся в другую сторону, чтобы сыграть в жмурки.

И не стать жмуриком.

Я бросился прямо к дому, оглядываясь по сторонам. Добежал до какого-то ведра и прижался к нему, после чего напрягся и… змея что-то уронила. Это было достаточно громко, чтобы услышать даже с другого конца двора. Посыпалось что-то металлическое, захрустело дерево, и грохот ещё несколько секунд расходился в тишине…

После чего послышался топот того, что назвалось божеством. Оно не просто спешило, оно бежало на звук, неслось в свойственной ему неровной манере, промчавшись мимо ведра, за которым я прятался.

Бочком-бочком и я обошёл ведро по кругу, держась с обратной от Чи Ю стороны. И едва он убежал к своей мастерской, тут же рванул к двери его маленького домика.

— Юнксу, Юнксу, ты куда?! — запищала перепугано Люнь.

— В дом.

— Это я поняла, но зачем?!

— Заглянуть, что внутри, естественно, пока есть время, — ответил я, добежав до ступенек и тут же приказал змее перебазироваться в другое место, где она могла бы пошуметь ещё. — Если там есть выход, чтобы знать, куда валить в спешке, пока его отвлекают!

— Играешь со мной?!.. Я люблю играть… — правда теперь его голос был пропитан какой-то потаённой злостью. — Давай сыграем иначе…

И с этими словами всё вокруг взвыло.

Все хоть раз слышали вой животного, например собаки или волка. А теперь представить этот же вой, но ночью. А теперь прибавить у нему каких-то жутких хрипящих и сумасшедших ноток, похожих на смех безумцев в психушке. И на бис увеличить громкость раз в десять, чтобы пробирало до костей.

Мне поплохело.

Не просто поплохело, а стало херово до такой степени, что хотелось прямо сейчас упасть и не двигаться.

Этот… вой не просто сводил с ума, он выворачивал на изнанку мозги, будто пытался сломать сознание. Весь мир в одночасье стал нереальным, будто во сне, ломающимся и далёким, из-за чего хотелось свернуть себе голову. Казалось, что я даже не понимаю, кажется мне это или нет, реально всё вокруг или я где-нибудь валяюсь со сломанной башкой?

А я вообще жив? Я вообще в другом мире или в коме где-нибудь в больнице после крушения? Ведь нет гарантии…

Я прикусил в кровь язык, пытаясь удержать рассудок, который уходил с нарастанием воя, который доносился из всех щелей, будто вокруг меня кружил кто-то и выл в уши, и с трудом раскрыл слезящиеся глаза…

Вокруг летали тени, много теней, будто хлопья чёрного снега в пургу. И первая глупая мысль был: «Это дементоры, они высосут мою душу».

— Юнксу, это злые духи, слышишь, они пытаются…

— Свести меня с ума и вывести на чистую воду… — прокряхтел я и медленно двинулся к двери.

По ступенькам забрался, заставив змею шерстить рядом, привлекая к себе внимание проделками, после чего подошёл к двери. Да, я держался против духов, плохо, но держался, наверное, потому…

Потому что я уже сам был поехавшим отчасти. Чёрное начало, Хоудай — это была моя защита, мой иммунитет, который держал рассудок в пределах черепушки. Правда выдержит ли он, когда я увижу божество, вот это хороший вопрос.

В любом случае…

Я потерял только что змею.

— Ты думал меня обмануть?.. — его голос был весёлым и злым, сводящим сума и умиротворяющим, будто пытающийся заставить меня зазеваться, успокоиться. — А ты очень даже неплох… очень даже… Но я всё равно найду тебя…

Потому что духи просто не могли не сообщить ему, где я, не так ли? Я даже слышу далёкий топот, который приближался ко мне. Он был ещё за домом, но с каждой секундой он приближался. Вот уже Чи Ю был настолько близко, что выскочит из-за угла и…

Я наконец отодвинул дверь и юркнул вовнутрь.

И то, что снаружи казалось небольшим грязным домиком внутри оказалось огромным, чуть ли не бесконечным дворцом. Длинный коридор, убегающий по ступенькам выше и дальше, балконы сверху, нефритовые колонны, красные ковры, золотые двери, серебряные лестницы…

Я на мгновение даже застыл от удивления, но опомнился и бросился бежать к лестнице, что вела наверх. Но подниматься не стал, нырнул за предпоследнюю колонну, даже не дыша.

Здесь не было злых духов, здесь никто не выл, но теперь я чувствовал себя человеком, который шагнул в пасть зверю добровольно, и тот вот-вот закроет её. Когда тебя уже видят, уже знают, где ты и осталось теперь до тебя дойти.

— Спрятался у меня в доме?.. — тихо провыл Чи Ю. Его неровный цокот отдавался ужасом в моём сердце. — Я люблю искать…

Его шаги приближались, медленно, криво, неровно, они двигались ко мне, и вот он уже был рядом, совсем рядом, у столба…

Остановился.

Подошёл к столбу. Начал его обходить, и я на одних цыпочках босыми ногами начал идти по кругу от него, когда…

— Стой!!! — пропищала Люнь у меня в голове. — Не двигайся!!! Стой на месте!!! Просто стой, умоляю!!!

И я замер.

Замер несмотря на то, что шаги приближались. Нет, надо идти по кругу от него, чтобы находиться с противоположной стороны столба, но… Люнь никогда не влезала, если только речь не шла о смертельной опасности, о которой надо предупредить.

В этот момент я почувствовал противоречие между доверием к Люнь и своим инстинктам…

И остался на месте, доверившись ей.

Прижался к столбу, не дыша и слушай, как приближается криво Чи Ю. Всё ближе и ближе вокруг столба и…

Я увидел его.

Увидел это тело.

Дёрганное, как из фильмов ужасов с шестю большими перекаченными руками в порванном ханьфу, которое висело тряпьём на теле. За его спиной были огромные чёрные вороньи крылья, а на человеческих ногах действительно цокали копыта.

И всё бы ничего, но у него не было головы.

Тело слепо двигалось вокруг столба, и наконец до меня дошло, почему Люнь меня остановила. Ведь иди он по кругу, я бы смог просто уходить от него так же по кругу, так как слышу его цокот. А так возможно, голова Чи Ю отделена от тела, и он просто поставил её в стороне, а телом решил взять на испуг и выгнать меня. Типа проверить так, есть кто или нет.

— Он оставил голову за столбом, — подтвердила мои догадки Люнь в голове. — Специально, чтобы проверить.

Я дождался, пока тело пройдёт мимо.

Цокот стал удаляться и послышался его диковатый голос.

— Ищу-ищу-ищу… — подвывал он. — Куда ты убежал?..

Судя по стуку, он начал подниматься куда-то наверх по огромной лестнице, и у меня наконец отпустило от ужаса сердце.

Это было близко. Очень близко.

Я дождался, пока его шаги не стихнут и негромко спросил:

— Как думаешь, что там наверху?

— Выход? Или его сокровищница? Или покои? Или ещё порция чудесных испытаний для тебя? Я не знаю, Юнксу, — ответила она, не вылезая из меня. — Но выхода отсюда нет, и проверить так или иначе, что там, придётся.

— Тогда вернёмся за Зу-Зу, а то он там бедолага, наверное, уже весь измотался от страха.

И я быстро двинулся в обратную сторону.

На улице все злые духи исчезли, видимо уйдя за свои хозяином. Стояла тихая туманная пасмурная погода, и не было даже намёка на то, что здесь обитает представитель редкого вида: божество. Возможно, он бы и смог пролить свет на то, что происходило давным-давно на этой земле, но спрашивать у него я это конечно же не буду.

Я обошёл дом и вышел к огороду.

— Зу-Зу? Зу-Зу, ты где? — негромко позвал я, но так и не услышал ответа.

Окей…

Осторожно, оглядывая огромную ботву, что росла над головой, как папоротник, я вошёл под в огород.

— Где ты видела свечение?

— Дальше, — негромко ответила Люнь.

Я углубился в листву и вскоре тоже увидел свечение. А через несколько секунд и вовсе вышел к цветкам, которые росли между огромной ботвы. Выглядели они как обычные колокольчики с листьями у основания, за исключением того, что сами бутоны светились мягким голубоватым светом, испуская какую-то светящуюся пыльцу.

— Это он, ради чего мы пришли? — негромко спросил я.

— Да, это оно.

— Срывать цветок или вырывать с корнем?

— С корнем рви, чтобы на всякий случай. И сразу несколько.

Я быстро выкорчевал несколько штук, забросив их в сумку, после чего огляделся.

— Зу-Зу, был здесь, — бросил я взгляд на лунки среди цветов, откуда недавно вырвали несколько цветков.

— Это значит…

Это значит, то он пошёл обратно, и мы разминулись с ним.

Я бросился назад, пытаясь разглядеть его следы. Меня сейчас напрягало то, что он мог пойти по моим следам и войти во дворец, где живёт…

Его громкий визг было сложно не услышать в такой тишине. И я как раз выскочил из огорода к забору в тот момент, когда дверного проёма пулей выскочил Зу-Зу. Он пролетел несколько метров со ступенек, упал, кубарем прокатился по земле, вскочил и бросился дальше бежать. Бежать от преследователя, который выскочил за ним следом.

— Ох мать…

И как же его угораздило…

Из дверного проёма следом за ним выскочил Чи Ю во всей своей красе. Но теперь в одной из его рук болталась его голова, та самая, которую я больше всего боялся увидеть.

— Куда ты бежишь?!.. Тебе не уйти!.. Я нашёл тебя!.. — проскрежетало чудовище, и Зу-Зу на полной скорости запнулся, будто что-то невидимое подставило ему подножку. Запнулся с перепуганным визгом животного, которое уже пытают и попытался сразу вскочить в тот момент, когда великан протянул одну из шести рук.

Но так и не дотянулся.

Замер, когда пара ударов ударили ему по голове. Таких, что могли срубить с десяток деревьев без какого-либо напряга, но на его коже не оставили даже пореза. Но и этого хватило, чтобы заставит его забыть о Зу-Зу и обратить внимание на меня. Его рука, держащая голову за волосы, медленно повернула её лицом ко мне, заставив меня побледнеть.

— Ты не того нашёл, дружище, — произнёс я негромко, стараясь напустить на себя злобный вид.

Но сложно это сделать, когда на тебя смотрит такое. Смотрит и скалится частоколом зубов, которые способны перемолоть тебя в кашу.

Он развернулся, сделал шаг в мою сторону, и я встал в стойку, слегка присев и схватившись за меч, который вернул обратно в ножны.

— Вот я тебя и нашёл, незваный гость… Хочешь сразиться со мной?..

Глава 273

Хочу ли я сразиться с ним?

Да чёт как-то не очень, если честно.

Сложно описать то, что описать нечем. Существ, от которого казался сюрреалистичным весь окружающий мир, от которого в голове будто что-то трещало и хотелось почему-то смеяться и кричать. Но Люнь была права, у него голова действительно была из меди, по крайней мере она выглядела металлической, словно маска, и по форме напоминала помесь человека и быка. Из неё торчал один единственный, но длинный, как у единорога, рог, который поблескивал полированной слоновьей костью.

И глаза. Четыре человеческих глаза, налитых кровью, в которых виднелись чёрные веретена-зрачки. Они не предвещали ничего хорошего, испуская какую-то животную безбашенную ауру холодного голода и жестокости.

Оттого, оказавшись под его взглядом, я невольно почувствовал, как затряслись мои коленки. Хорошо, что вообще только коленки.

— Хочешь сразиться со мной?.. — повторил Чи Ю, и мне пришлось ответить, буквально выдавить из себя.

— Как-то н-не очень…

— Я чувствую запах твоей плоти…

Он сделал шаг, другой, третий, и я выхватил веер, который ударил что было сил. Ураган сорвал верхний слой земли до самых камней, оставив за собой ров едва ли не в метр глубиной, который заканчивался на божестве, но… сам Чи Ю выглядел живым и здоровым.

— Ты думаешь, меня взять этим?.. Этими жалкими артефактами?.. — проскрипел он и сделал шаг вперёд.

А через мгновение уже в меня ударила его атака. Я даже рисковать не стал, сразу создав щит Люнь, но и он меня не спас — удар был такой силы, что его разнесло, и меня отбросило назад, протащив по земле несколько метров. А это он ещё вальяжно и рукой атаку нанёс.

Я оттолкнулся, сделал сальто и встал на ноги, готовый к ещё одной атаке, выпустив в воздух клинки веера, но те лишь бились об его кожу, как о камень без видимого эффекта. Даже царапины не оставили. И даже выстрел из рогатки-руки Дянь-му не принесло эффекта, разве что в воздухе запахло озоном.

— Ты хорошо вооружён, и быть может ты опасен… Но для других… А я Чи Ю, величайший кузнец и колдун, я тот, кто должен повелевать небом… Что ты сделаешь мне?.. Я вижу тебя насквозь… Я знаю твою боль, я знаю твою радость…

Его голова покачивалась, словно часы амулет для гипноза, в одной из рук, остальные пять были растопырены в разные стороны, будто собирались схватить меня. Но щелчок…

И я оказался лицом к лицу с Чёрной Лисицей.

В смысле, она просто появилась прямо передо мной, выглядя не менее растерянной, чем я сам.

— Юнксу, что здесь происходит?

Честно признаться, я даже отшатнулся назад в этот момент, подумав, что он смог перенести Лисицу сюда. От неё даже аромат исходи тот же, что и от неё.

— Зачем ты держишь…

Её голова улетела быстрее, чем женщина успела закончить предложение. Быстрее, чем я успел поверить в эту иллюзию. Почему я так решил? Да потому что Чёрная Лисица, увидев у меня с мечом в руках, никогда бы не стала задавать тупых вопросов, типа «зачем?». Она бы достала свой меч или хотя бы сама огляделась убедилась в безопасности, а потом бы уже спрашивала. Лисица не тупила в такие моменты, и я отлично помнил свою копию, которая меня погрызла тогда у курганов.

Труп упал к моим ногам, заливая траву кровью и тут же рядом со мной возник другой человек. Точно такая же, какой я её запомнил, Цурико… которая лишилась головы в сразу же следом за Лисицей. А потом и Сянцзян, и её дочь Шан, и Джа, и… моя мать…

А потом появилась Ки. Точная копия той девочки, которую я искал.

И в этот момент у меня ёкнуло сердце. Ёкнуло сердце и дрогнул в руке меч, на мгновение замерев в воздухе и не успев обрубить фразу, которая резанула по живому.

— Кто ты такой?

Её голова улетела дальше всех, а я отпрыгнул назад, подальше от приближающегося ко мне Чи Ю. Его голова в руке выглядела до ужаса самодовольной, даже не смотря на такую внешность, где мимики не было практически видно.

— Я вижу твои страхи и желания, вижу вторую душу в тебе и её желание спрятаться от моего взора… Я вижу, что ты чужд этому миру, и твоя чёрная суть не спасёт тебя, обделённый… Тебе не одолеть меня…

— Ну а хоть убежать-то смогу-то?.. — брякнул я и заставил Чи Ю остановиться, после чего он неожиданно разразился хриплым громогласным смехом. Причём я не совсем понимал, откуда идёт смех: из шеи или от головы.

— Человек, оттягивающий смерть всегда жалкое зрелище…

— Я не оттягиваю, — сглотнул я. — Я в принципе как-то умирать-то и не хотел, признаться честно.

— Не хочешь?.. А зачем ты пришёл ко мне?..

— Случайно попал.

— И случайно твой хорёк ворует мои растения?..

— Ну… мы их и искали, собственно, но попали к тебе случайно, — пояснил я ситуацию. — И ушли бы мы тоже обратно с огромным удовольствием, если честно.

Он сделал резкий шаг вперёд. Это было настолько быстро, что я даже шелохнуться не успел, как передо мной нос к носу оказалась его голова, покачивающаяся на вытянутой руке.

— Я чувствую твою кровь…

— Я… я тоже её чувствую, — ответил я невпопад.

— Я знаю, какой ты есть…

Мне казалось, что даже эти четыре глаза могут меня сожрать, будто у них были рты. Мне пришлось отвести взгляд. Возникало неприятное ощущение, что если смотреть в них слишком долго, то можно словить безумие, чего бы мне не хотелось.

— Я сожру тебя… — показало божество зубы.

— Н-не надо, — сделал я шаг назад, выхватив меч.

— Борешься… Как рыба, выброшенная на сушу… — прошептал Чи Ю, опять оскалившись во все свои жуткие зубы, прежде чем он неожиданно замер.

Его взгляд навёл резкость на меч.

Я не знаю, что его остановило, но глядя на клинок, отрубленная голова Чи Ю прищурилась, будто пыталась что-то вспомнить. Или уже вспомнила, но пыталась понять, то ли это или нет.

— Этот клинок… — наконец произнёс он. — Я узнаю эти изгибы меча, человек… Я узнаю этот рисунок и орнамент на клинке… Это изящные линии, хранящие в себе ответ… Я знаю этот меч, ведь я ковал его… Но выкован он не для тебя…

Этот меч? Его? То есть он его выковал? Божество?

Честно говоря, я даже слегка удивился. Даже в такой ситуации, посмотрев на клинок, который был весь исписан непонятными иероглифами. Можно сказать, что у меня был меч, выкованный самим божеством, и как знать, какой его реальный уровень.

— Редкий клинок содержит в себе такую начинку…

— Какую начинку? — спросил я, но он проигнорировал мой вопрос.

— Смешно наблюдать, что не сделают люди ради силы… — проворковал с издёвкой. — Что они только не отдадут ради неё… И я знаю этот клинок, ведь им был убит дракон Инлун… Та летающая тварь, что нанесла мне окончательное поражение… Я лично выковал его для девушки, кто согласилась вернуть его на землю, получив взамен этот меч…

Дракон Инлун? Это получается… не тот ли дракон, что валяется в горах?

Я очень быстро вернулся памятью в прошлое, когда по позвоночнику огромного дракона с караваном преодолевал расщелину. Получается, тот огромный скелет и принадлежал дракону… как его там… Инлуну, который помог низвергнуть Чи Ю? А тот в отместку заказал его девушке, в оплату выковав меч? И девушка та — Снежная Королева, чьё тело теперь покоится в подземелье, как я понимаю, да?

Блин, а забавно получается ведь.

— Где ты его взял, человек?.. — спросил Чи Ю.

— Вытащил из гробницы той самой девушки, которой ты его выковал, — ответил я.

— Значит она уже мертва… Как долго?..

— Очень долго. Теперь в её гробнице обитает злой дух, а её замок стал её склепом и покоится подо льдом.

— Да, я знаю… Инлун постарался на славу, уничтожив её родину и нажив себе врага… Этот дурак никогда не сдерживался, когда дрался… Считал людей слабыми… Его тщеславие и высокомерие сгубили его… — рассмеялся Чи Ю, от чего голова слегка запрыгала, как попрыгунчик на верёвочке.

Значит, когда-то давно Инлун уничтожил её родину, и она обратилась к Чи Ю, воспользовавшись его мечом, чтобы отомстить? Вот это страсти тут кипят, однако. Но у меня созрел другой вопрос.

— А как давно тебя низвергли сюда, Чи Ю? При тебе были люди с… белым началом и чёрным началом?

Почему я спросил про них? Просто он сказал, что у меня чёрная суть, и я обделённый. Возможно, он и не знает, что теперь нормы совсем другие у людей.

— Чёрные и белые начала?.. Что за чушь ты мне несёшь, человек?.. — прищурился он. — Что ты сказать хочешь этим?..

Очень многое.

— А то, что без тебя мир заметно изменился, — ответил я.

И я начал рассказывать всё, что известно мне. Зачем? Ну во-первых, я считал, что лучший способ сейчас выжить — это с ним подружиться. Я точно не потяну такого противника, который как нечего делать ломает даже щит Люнь. И долгий рассказ про то, каким мир стал во время его отсутствия, мне показался неплохим способом наладить контакт. Причём его это явно интересовало.

А второе, я просто оттягивал время. Того глядишь, и что-то подвернётся, пока он с интересом меня слушает.

И я был прав, он многого не знал, отчего и впитывал с интересом каждое моё слово. А тем временем перепуганный Зу-Зу, бочком-бочком крался ко мне, поглядывая на великана, который застыл как статуя. Спрятался за моей спиной, будто это могло его спасти и затих, не показывая носу.

У меня заняло рассказать всё около получаса. Чи Ю за это время даже успел сесть на землю в позе лотоса, положив голову между ног и внимательно слушая меня, ни разу не перебив. Даже после того, как я закончил, он ещё минуту где-то просто сидел и задумчиво смотрел куда-то сквозь меня. Я даже было подумал, что он меня и не слушал, заснув с открытыми глазами, когда великан неожиданно спросил.

— И ты не знаешь, какие сейчас боги?..

Я покачал головой.

— Как интересно пролетела жизнь… — протянул он. — Как много я упустил…

Я до сих пор не мог привыкнуть, что на плечах у него всего лишь обрубок шеи, а голова лежит где-то рядом на ногах. Да, Люнь рассказывала, что он колдун, и что душу так просто не убить, но чтобы прямо-таки настолько…

— Ты хочешь выбраться?.. спросил Чи Ю.

— Хотелось бы, — кивнул я с готовность.

— Я тоже хочу выбраться… И ты поможешь мне в этом…

Я… собственно, я был и не против помочь ему, если он поможет мне. Какая разница, что он будет делать, когда выберется? Мне было главное спасти Ки, а этим кадром пусть занимается Вьисендо, раз он такой у нас умный и хранит, как сказал тот наёмник, равновесие. Другой вопрос…

— Как именно?

Чи Ю оскалился, но не ответил, развернувшись и направившись к своему домику. Я двинулся за ним, а Люнь тихонечко зашептала мне на ухо.

— Это плохая идея, Юнксу. Быть может, мы освободим ещё большее зло, чем есть в нашем мире на данный момент. Я знаю, что выхода нет, но он коварен и зол, и неизвестно, чего нам будет потом стоить его освобождение.

Нашего освобождения — вот чего это будет стоить. Провести вечность с этим безголовым шестируким чупакаброй мне как-то не хотелось, да и сдохнуть от его рук я не горел желанием. Как и провести остаток своих дней, охотясь на великанов или яогуаев, чтобы не сдохнуть с голоду. В словах Люнь было рациональное зерно, я тоже не сильно-то и доверял ему, но проблема в том, что выхода у нас другого не было.

Я вошёл за великанов в его огромный дворец и поднялся по лестнице на второй этаж. По большой массивной лестнице, будто созданной для того, чтобы с неё сходили представители королевских семей. Следующий коридор был не менее пафосным и украшенным, правда теперь расходился перекрёстком в разные стороны. Чи Ю повёл меня налево и вывел в большую, очень старую на вид библиотеку.

Здесь до самого потолка возвышались огромные стеллажи, забитые до отказа древними книгами. Столы (естественно под размер Чи Ю) были завалены старыми скрученными в рулон пергаментами. Некоторые листы валялись на полу, и я даже не мог прочитать, что там написано — не на этом языке.

— Если ты выковал меч, Чи Ю, что в нём такого особенного? — спросил я.

— Кроме его крепкости и силы?.. — проскрежетал он, не оборачиваясь и роясь на одном из столов, после чего перешёл к шкафу.

— Я не знаю, какие у него силы.

— О… он сам тебе расскажет о своих силах… Но меч должен быть продолжением тебя… Частью тебя, чтобы раскрыть его потенциал… А мои мечи всегда имеют потенциал…

— И как его раскрыть?

— Сделать частью себя… А теперь не отвлекай, покуда я не оборвал твою жизнь…

Вряд ли он убьёт того, кто способен его выпустить из этой темницы, однако рисковать я не стал, а то вдруг он очень нервный и сначала сделает, а потом подумает?

Найдя наконец какую-то книгу, он повёл меня в другую сторону по коридорам своего необъятного дворца, которому было не видно, ни конца, ни края. И вывел нас в алхимическую лабораторию. По крайней мере, на таковую она была похожа на первый взгляд: склянки, банки, порошки, сушёная дрянь, перегонные аппараты пресс и прочая ерунда.

— Чи Ю, за что ты боролся, когда воевал с небесным владыкой? Просто власть?

— Тебе не ведомы мысли таких, как я… Но за что ты борешься, человек?.. Просто власть?..

— Желание спасти человека.

— Под благородством да скроется грязь… — то ли засмеялся, то ли закаркал он, положив голову на стол, после чего начал что-то химичить. — Ты можешь не беспокоиться… Пока… Ты мне нужен, человек…

— Нести твою волю в люди?..

— Мою свободу наружу… Я убит, и труп мой иссечён, и дух уже не тот… И я не смогу покинуть этот мир, но сможешь ты…

— Ты ведь божество, — напомнил я.

— И потому не могу покинуть своей тюрьмы… — ответил он, продолжая что-то там химичить.

Такой лаборатории, наверное, мог бы позавидовать любой человек, будь она поменьше. Находящаяся в зале с нефритовым потолком и золотыми узорами на белом плинтусе и стенах, его лаборатория была огромна. Сначала я не понимал, зачем кузнецу такая лаборатория, но потом вспомнил, что он, собственно, колдун. Да и для создания меча, особого меча нужна алхимии, чтобы придать ему те свойств, которых нет в обычных железных мечах.

И сейчас, глядя на то, как он работает, я бродил по ней, оглядываясь и пытаясь узнать тот или иной агрегат, настолько и было много. Я не видел, но чувствовал, что Чи Ю следит за мной, чтобы я ничего не украл у него. Хотя это надо быть сумасшедшим, чтобы красть у божества в его же мире что-то без возможности сбежать.

Я обошёл всю лабораторию, поражаясь тому, нахрен божеству такое место, если оно по идее должно быть всесильно. Или же именно потому оно и всесильно, что имеет у себя в распоряжении целую лабораторию? Как бы то ни было, я ждал, ждал и ждал, пока Чи Ю закончит, после чего и вовсе пристроился где-то в углу, дождавшись, пока меня не разбудит Люнь.

К этому момент Чи Ю уже закончил.

— Ты, человек, знаешь, что бывает, когда обманывают божество?..

— Наказание?

— Смерть… — ответил он, посмеиваясь своим жутким ртом и показывая зубы, свободной рукой протянув мне какую-то грязно-красную пилюлю. — Глотай.

— Зачем? — с подозрением спросил я.

— Ты можешь вернуться, а можешь веки мучиться в моих руках, — он растопырил остальные пять рук. — Во всех моих руках. А в твоих лишь определить, буду я это делать или нет с тобой.

Вопрос стоял довольно просто, или соглашаюсь самому, или мне её затолкнут. А что ещё вероятнее, могут просто убить. Ведь зачем я нужен, если уже противоречу им, и не могу выполнить то, что меня просят.

— Я… я предпочёл бы вернуться, — согласился я и взял пилюлю в руку.

— Глотай…

И я её забросил в рот. Уже было подумал, что не буду глотать, а просто под языком спрячу, как она прямо во рту и растворилась, будто её и не было. Зато божество выглядело довольным.

— Если ты нарушишь наш договор, смерть будет ждать тебя…

— Эта пилюля…

— Заставит тебя выполнить наш договор и не обмануть… — проскрежетал он. — Едва ты выполнишь своё слово, как её эффект спадёт. Но обманешь, и твоя смерть будет быстрой и мучительной. Ты проклянёшь тот день, когда обманул Чи Ю.

— И что за договор?

— Я дам тебе вещь, что освободит меня от вечной тюрьмы, и ты бросишь её туда, где земля пускает жёлтую раскалённую кровь, проливая её наружу… Брось её в пламя, в самое горячее, что найдёшь, и наш договор разрушен…

— Откуда мне узнать, что разрушен?

— Ты сомневаешься в моей честности? — вытянулся он в полный рост.

Тут бы ответить по-честному, однако слишком не хотелось мне получить звездюлей, которые обязательно прилетят по голове. К тому же из всех предложенных вариантов этот был пока что единственным, который обещал мне выбраться из этого места. Собственно, других вариантов мне и не предлагали.

Поэтому и ответ был очевиден.

— Нет, не сомневаюсь.

— Тогда внимательно слушай… — проскрежетал Чи Ю, протянув голову вперёд поближе ко мне, будто так великан с отрубленной головой хотел лучше всмотреться мои бесстыжие глаза.

Глава 274

— Сука… — пытался я отдышаться, упав на колени. — Ох ты ж блин… Мне… мне кажется, или туда переход был слегка так… полегче?

— Попасть в ловушку всегда легче, чем из неё выбраться, — ответила Люнь.

— Это понятно, но… ох… меня мутит…

И не только меня.

Зу-Зу валялся передо мной на спине, подняв лапки к верху и вытащив наружу свой длинный язык, будто пытался претвориться мёртвым. Выдавало его только то, что у бедняги грудь часто-часто вздымалась вверх.

Может это и прозвучит по говнистому, но хоть не одному мне хреново, а то было бы обидно.

Вообще ощущения были такими, что я сейчас проблююсь так конкретно. Кишки аж в узел выворачивались и лезли через глотку, отчего хотелось лечь и лежать примерно в той же позе, что и Зу-Зу.

— Где мы, Люнь? — негромко спросил я.

— Эм… где-то…

— Точнее?

— В каком-то помещении из камня, — пояснила она.

Ну конечно, зачем облегчать мне жизнь, да? Давай выбросим его в какой-нибудь жопе, подальше от того места, откуда он попал в тот мир. А ещё лучше давай сразу мен прямо в какой-нибудь Ородруин закинем, чтобы наверняка. А фигли, это же Инал, он всё блин стерпит. Козёл…

Я раскрыл с трудом глаза и огляделся.

Да, действительно, помещение, которое было выложено из тёмного, почти чёрного камня, покрытое слоем пыли и паутины. И достаточно большое, размером с какой-нибудь бальный зал может или чего подобное. Его освещал свет, который пробивался через бойницы, тусклый, какой-то грязный.

Подвал какой-то или темница?

Я, борясь с тошнотой, медленно встал и первым делом прислушался к себе. Источников, которые могли бы отметить жизнь, я не заметил, как и не заметил каких-либо врагов или подозрительных всплесков Ци. Всё чисто, всё тихо, но очень жарко, словно оказался в духовке.

— Ну и духота, прямо как на уроках моей математички…

— Кого?

— Не важно, — покачал я головой и огляделся. — Куда этот засранец нас забросил?

— Возможно, его замок или дворец, с которым он как-либо связан, — предположила она. — Его дом, его место. Он же не может выбросить тебя в любое место, верно?

— Но забрать он меня из курганов смог. Хотя это и не он забрал… — закончил я невесело. Кстати, а ты не ощущаешь странного… чувства?

— Какого?

— Будто чего-то не хватает?

— Я чувствую слабость, если ты об этом, Юнксу, — ответила она. — Будто хочется спать, хотя это странно.

— Да, странно…

Сейчас дело по сути осталось за малым: надо было принести кое-что к лаве и бросить это туда. Но не к любой, что встретится у нас на пути, а именно к определённому месту, где температура будет тоже определённой. Короче, всё чтобы по Фен Шую было. А кинуть надо было…

Я достал из сумки амулет. Не из золота, не из серебра или нефрита, а из обычного железа, на котором был отпечатан сам Чи Ю. Правда схематически и не так жутко, каким он был на самом деле, однако спутать с кем-то другим его было сложно. Это и надо было бросить в лаву, чтобы отпустить божество на свободу, а у меня пропала метка, которая сейчас красовалась на левой руке. Самый обычный крестик, будто вытатуированный, который грозится отнять у меня жизнь, если я не выполню своё слово.

Эх… Ну хоть цветки раздобыл, и на том спасибо. Причём раздобыл достаточно много, чтобы не бояться, что если Бао закосячит с одним, нам придётся искать другие. Всегда бери про запас, как говорила моя мать, набирая из магазина водяры на субботу.

— Зу-Зу, идём, не будем здесь валяться целый день, — поморщился я, борясь желанием выплюнуть желудок. — Давай, пушистый, двигаемся…

То с титаническим трудом перевернулся и встал на лапки, после чего посмотрел на меня полным боли взглядом.

— Знаю, мне тоже херово, но надо двигаться, а то тут дышать нечем. Будто в печи.

Из нижнего зала по лестнице мы попали в коридор, откуда по небольшому лабиринту, где царили завалы смогли всё же выйти в главный зал, как выяснилось дворца Чи Ю в прошлом. Это было понятно по размерам всего, которые царили здесь. От трона до главных дверей, через которые можно было выйти из зала. Но судя по коридору, через который я пришёл, ему прислуживали люди.

Короче, Люнь была права, он переместил нас в своё логово на земле. Правда без своего хозяина, дворец, который обладал китайским колоритом, пришёл в полный упадок. Повсюду была пыль, пепел и камни. Часть потолка, особенно в центре, просто обвалилась, по полу бежали достаточно широкие и глубокие трещины, часть столбов, что поддерживали потолок, рухнули поперёк зала, развалившись на части, а одна из стен и вовсе рухнула.

Через разрушенный потолок и стены было видно округу и не сказать, что она меня радовала. Судя по всему, мы были уже достаточно глубоко в огненных землях. Здесь небо было не просто пасмурным, оно было пепельным, будто опускались сумерки, немного подсвеченное красным. Через разрушенную стену я видел противоположную гору, с которой стекала красно-жёлтая река лавы.

— Далеко же нас забросило…

— Нам надо вернуться.

— Да понятно, что вернуться, но как же здесь блин жарко… — я расстегнул ханьфу и немного потряс его, пытаясь обдуть себя воздухом. — А я предположу, что мы ещё не сильно углубились.

— Ага, но… — она обернулась. — У нас гости.

— Да я уже заметил…

Вернее, услышал.

Услышал, как к нам, шлёпая по полу ногами приближались каких-то горбуна из Нотр-Дама с мечами, который явно уже отжили свой век. Один из них раскручивал цепь в свободной руке. Покрытые коростой и чем-то вроде волдырей, они даже и не пытались скрыться своё присутствие, видимо привыкнув быть самым сильным видом в округе.

Но это мы сейчас исправим.

Вальяжно, даже не почувствовав и капли беспокойства, я взмахнул мечом, отправив удар в их сторону и… ничего не произошло.

Не понял.

Я взмахнул второй раз, а потом третий, пытаясь отправить в них удар, но каждый раз лишь воздух и свистел от взмаха меча.

— Юнксу, они подходят, — предупредила настороженно Люнь. — Ты чего возишься.

— Кажется… кажется у нас проблемы, Люнь, — пробормотал я, выхватив веер и… ничего.

И, кажется, я знал, в чём дело. Мне же рассказывали о местах, где Ци не работает, будто блокируется? Вот, кажется, это одно из таких мест. И сейчас я бы самым обычным человеком, который только мог быть у меня в родном мире. Дин против двух горбунов, которые не выглядели простой целью, когда у тебя сил особо и нет.

Вот тебе и «ой».

— Юнксу? — встревоженно посмотрела на меня Люнь.

А что Юнксу? На этом полномочия Юнксу всё!

Я бросился к разрушенной стене, но остановился прямо у самого края. Раньше меня высота не пугала, а тут аж дух захватило, когда я увидел, сколько лететь вниз в расщелину, на дне которой плескалась лава. И… нет, я не перепрыгну на другую сторону.

Забавно, но если бы не эти горбуны, то я бы обнаружил себя на дне этой расщелины в лаве. Не забавно, что я теперь заперт на этой стороне с двум горбунами без сил, а единственный выход, который я вижу, находится за их спиной.

Так, ладно… не ссать, я ведь умею драться на мечах, верно? Я же не зря учился у Чёрной Лисицы фехтованию?

Только что-то я не уверен в своих силах, ещё и против двоих…

Первый шаг сделал один из горбунов, запустив меня чем-то, что было привязано на конце цепи. И я полностью испытал на себе, что такое быть без сил. Скорость была такая, будто он сам был не меньше моего уровня. Мне едва хватило реакции отбить снаряд, после чего…

Я по привычке запустил в них технику и ничего не произошло.

Тц…

Да, это была ошибка, но блин, по привычке же! Это как гонят на леворульной машине, а потом резко пересесть на праворульную, где всё вообще зеркально. И это дало время одному из горбунов меня атаковать.

Всё остальное произошло за какие-то секунды.

Один из них тут же кинулся навстречу, подняв над собой кусок металла, который наверняка гордо именовался мечом. И попытался опустить мне его на голову.

Это было быстро, но настолько не умело, что я без каких-то особых проблем парировал удар, приняв его мечом поперёк, и пнул урода в живот. И тут же едва увернулся от меча, который едва не проткнул мне живот. Я чудом извернулся и оказался так близко к горбуну, что почувствовал от него вонь гниющей плоти и засохшего многолетнего пота. Удар ему в рыло с кулака, и тут же парирую первого, отведя его удар в сторону и отпрыгнув назад.

Второй бросился следом, целясь в живот, но я парирую и его ржавый клинок с лязгом скользит по моему. Он вновь настолько близко, что я чувствую весь спектр его прекрасных запахов, а следом мой веер проходит ему прямо по горлу. Острые клинки, торчащие из веера, без проблем вспороли ему глотку, и кровь ударила наружу, заливая его грудь.

Я вновь сделал шаг назад, постоянно отступая и тут же принял атаку последнего. Но здесь уже можно было куда лучше сосредоточиться на цели, не разрываясь на двоих. Его взмах мечом прошёл мимо, пусть и близко у моего лица, зато мой тычок спокойно настиг его грудь. Тот издал странный животный вскрик, отступив, что выкрало ему ещё пару секунд жизни перед тем, как мой меч описал дугу и срубил его башку.

Бой шёл меньше минуты, а уже два трупа и живой я. Лисичка моя, дорогая, хорошо, что ты так гоняла меня с фехтованием, как же я тебя люблю за это.

— Так, все живы, никого не задело? — огляделся я. — Надо сваливать, пока ещё не подошли.

А то я знаю — там, где два, там их двадцать два потом будет.

— Ты совсем не можешь ничего использовать?

— Нет, — я похлопал по сумке. — Даже сумку открыть не могу, а значит у нас ещё и по времени ограничено. Без воды и еды мы тут не долго протянем, при такой жаре. Зу-Зу, ты как?

Тот кивнул.

— Отлично, теперь уходим.

Мы обошли трупы, которые мне даже обыскивать было мерзко. Эти горбуны напоминали людей, да, но именно что напоминали. Их горб переходил сразу в затылок, а руки были на удивление длинными. Морда… её словно выдавили из черепа наружу. Глаза на выкате, зубы торчат, носа нет. Одним словом, красавцы.

Мы сразу шмыгнули в открытые двухстворчатые двери, которые вывели нас в длинный коридор. Здесь так же шли рядами нефритовые колонны, а потолок уже давно обрушился, завалив собой пол. А ещё, пройдя чуть дальше, мы наткнулись на огромную расщелину, на дне которой плескалась лава.

— Скорее всего, они прошли вон там, — указала Люнь на стену, которая, словно мост, соединяла этот край и тот.

— Скорее всего… Ты видела таких чудиков раньше?

— Нет. Но могу заверить, что этот мир хранит в себе много неизведанного, что даже я могу этого не знать.

Предположу, что раньше этот край, ещё в бытность Чи Ю, был совершенно другим. Не таким… огнеопасным. Возможно здесь цвели леса и текли реки, а потом что-то случилось. Например, война Чи Ю и небесным владыкой.

Осторожно перебравшись по «мосту» над ругой край не без остреньких ощущений, мы дошли до лестницы до главных дверей, которые вели наружу. Правда сами двери уже отсутствовали: одна огромная створка валялась в коридоре, а другая выпала наружу и скатилась по ступенькам к подножью огромной лестницы, которая заканчивалась большой, окружённой забором, квадратной площадью.

Когда-то давно, я прямо могу представить себе, вот так здесь стоял Чи Ю и окидывал с верхушки лестницы свои войска, что выстраивались перед ним рядами на площади. Как поднимались знамёна его армии, как пели птицы, а за стеной цвела природа.

А сейчас за стеной были голые скальные породы, а вся площадь была буквально испещрена трещинами. Правая часть так и вовсе обвалилась вниз, словно этот кусок земли, где стоял дворец стоял, приподнялся.

Хотя я рассматривал отнюдь не пейзажи, а искал этих горбунов, коих убил в зале. И даже нашёл, надо сказать. Трое собрались у подножья, и ещё двое стояли у обрушенной стены справа. Расстояние между ними было существенным, однако не уверен, что я заборю всех троих до того, как подоспеют двое.

Или заборю?

— Зу-Зу, ты как там, готов к труду и перегрызанию глоток?

Он посмотрел на меня и кивнул.

— Надо, чтобы ты взял на себя нескольких. Ты тоже лишился сил?

Кивнул.

— Тогда возьми на себя одного, чтобы я мог заняться теми двумя, а после встретим ещё двух. Ты понял? Бери левого, а я возьму правого. Всё, погнали…

И я выскочил из укрытия, с Зу-Зу наперегонки бросившись вниз по лестнице.

Заметили нас практически сразу, сложно было не заметить две фигуры, что бегут вниз по пустой, потрескавшейся и местами обвалившейся лестнице из дворца. И те трое бросились к нам навстречу, двое с копьями, и один с мечом наперевес.

Но…

Надо было с самого начала им подумать, что бежать к нам придётся по лестнице вверх. То мы спускаемся, а они…

А их трое, когда нас один блин. Я один, потому что Зу-Зу отстал конкретно так. Он осторожно спускался со ступенек жопой вперёд, боясь сверетениться кубарем вниз.

Ну круто, встретились две команды мечты.

Но преимущество всё равно было на моей стороне даже при численном их преимуществе. Набегу, подхватив булыжник, я приблизился к ним на расстояние досягаемости. И первым делом кинул в одного булыжник. Того, что был с копьём, попав очень даже удачно — по голове. Горбун охнул, один из пузырей на голове лопнул, заливая его лицо кровью и гноем, и он отшатнулся, выйдя на время из игры.

Второй попытался ткнуть в меня копьём, подцепив ногу крючком на конце, когда третий бросился ко мне. И здесь получилось забавно: я поднял ногу, на которую он нацелился, и просто наступил на наконечник копья, придавив его к ступени, и тут же схлестнулся с третьим.

Его меч целился мне в грудь, но быстрое круговое движение и его меч ушёл куда-то в сторону, а он сам получил удар мечом прямо в шею и хрипя покатился по ступенькам вниз. Второй к тому моменту наконец вытащил копьё, но не сказать, что ему прямо-таки то сильно помогло, так как вблизи оно было бесполезно.

Всего один удар и он покатился следом, но уже мёртвым. Третий всё пытался прийти в себя, когда отправился к друзьям вниз без головы.

Минус три, но здесь заслуга их тупости и лестнице, из-за которой они поднялись ко мне запыхавшимися. Хотя и их уровень фехтования такой себе, если уже так брать.

— Зу-Зу, догоняй! — крикнул я и бросился вниз к оставшимся двум.

— Юнксу, только не увлекайся, помни, что пилюли лечения тоже могут не работать.

— Помню.

Я спустился как раз к тому моменту, когда два оставшиеся подошли к лестнице, и тут же с пинка отправил в одного из них камень. Но мимо — тот ловко увернулся, и они вдвоём набросились на меня с мечами.

Здесь пришлось посложнее, так как эти не пытались делиться или тупить, нападая дружной кучей. Я парирую и пытаюсь контратаковать одного и тут же отступаю, так как второй бьёт по мне. Нападаю на второго, и уже первый атакует. И так вот кроют друг друга.

Вообще, у одного против двух всегда мало шансов, однако здесь я полагался всё же на свой опыт и умения, которые приобрёл во время практики.

Ну и трусливо отступал, едва чуя, что может прилететь. Не уверен — лезь. Я и не лез, поднимаясь задом наперёд обратно на лестницу, всячески отбиваясь и не давая возможности им сделать стремительное наступление.

Но момент всё же подвернулся.

В какой-то момент один из горбунов слишком подался вперёд, и я с ноги ударил ему в кисть, заставив выронить меч. Слишком плохо увернулся от удара второго, который резанул по боку, но шагнул ближе и небольшой гардой влепил ему в челюсть, заставив укатиться вниз. И тут же напрыгнул на первого, вогнав ему в спину (тот пытался поднять меч) меч по самую рукоять. Хруст костей и оседающий труп прилагался.

Что касается того, кто скатился… Когда я спустился, он уже не двигался: у бедолаги шея согнулась под каким-то нереальным углом, из-за чего даже лопнул горб, откуда вылилась какая-то мутная вонючая кровавая жижа с чем-то белым вперемешку.

Фу, ну и вонь…

— Привет Зу-Зу, мы неплохо с тобой справились с ними, да? — спросил я, не оборачиваясь, когда пушистый наконец спустил свою хвостатую жопку с последней лестницы. — Мы прямо настоящая команда с тобой, такая взаимопомощь.

Тот устало кивнул.

— Ну вот и отлично, идём, осмотримся, что-как и куда двигаться.

Было интересно пройтись по растрескавшейся площади. Идти по брусчатке, которая видел другие времена, по которой когда-то ходили совершенно другие люди из другого времени. А сейчас… руины, одним словом.

Обойдя площадь, мы выяснили и не самый приятный факт — дворец находился не где-то, а на вершине горы, с которой надо было спуститься. А хорошей новостью было то, что если я правильно определил стороны света, наш путь лежал не через горы, которые возвышались по бокам, а через холмистую равнину. По сути, там встречались только широкие трещины в земле, торчащие куски скал и, кажется, в некоторых местах лава. Не самый сложный путь, но нам главное выбраться из зоны, где Ци подавляется.

Спуск с горы обнаружился у стены, где тусовались те двое горбунов. Небольшая тропинка, которая шла зигзагом вниз по едва ли не отвесной стене, где любой шаг означал полёт.

— Что-то ко мне вернулся страх высоты, — пожаловался я. — Люнь, ты как там?

— Более-менее, — ответила она. — Слабость есть, но я держусь. Ты, главное, сам будь внимательнее. Как бы не попасться тебе сейчас случайно тем полулюдям. Они ведь откуда-то пришли сюда, верно?

— Да, но не думаю, что они будут проблемой.

— До тех пор, пока их не станет много, — ответила она. — Не будь самоуверенным таким.

— Вот что-что, а от меня самоуверенностью и не пахнет. Страхом — да, осторожностью, но никак не самоуверенностью. И меня знаешь, что напрягает?

— Сумка?

— Да. Вода, еда, да даже плед и оружие — всё внутри. Может врагов мы и немного встретим, но без провизии далеко не уйдём, а я даже с горы не вижу конца и края этому месту. Учитывая, сколько вокруг лавы и какого цвета небо, — я поднял взгляд к пепельным низким облакам, которые плотным грязным слоем покрывали небо, — мы достаточно глубоко в территориях огненных земель.

Хотя и не так далеко, как могли. Если верить тому, что я слышал, в центре земель вообще будет не продохнуть от лавы, ядовитых испарений, ущелий и высоких температур, а тут ещё пока что терпимо.

Спуститься вниз у нас заняло около получаса.

И за время спуска мы не встретили ни единого горбуна на наше счастье. С одной стороны, то хорошо, а с другой всё омрачает тот факт, что нам сейчас топать и топать.

— Прямо как в старые добрые времена, когда ты летать не умел, — улыбнулась ностальгически Люнь.

— Надеюсь, мы выйдем из этой зоны как можно быстрее. Иначе добираться обратно к границе мы будем вечности.

— Ну не вечность…

— Но около того. Зу-Зу, ты как там?

Тот кивнул, но как-то не сильно бодро. Подозреваю, что ему придётся хуже всех из-за своего меха. У меня даже возникла идея обрить его, чтобы страдал меньше, но вряд ли сам пушистый обрадуется.

Я бросил взгляд на раскинувшиеся земли, где не было ничего кроме камня. Голого камня. Я просто смотрю на этот пейзаж, по которому нам топать, а уже устал.

— Ну что ж, пошлите обратно…

Глава 275

Путь из богами проклятой области, где подавляется Ци, оказался охренеть каким не близким и тяжёлым. Это я понял уже на половине того дня, когда мы спустились с горы, на котором стоял дворец Чи Ю.

Вроде особых проблем я и не испытывал, по крайней мере тело переносило при такой жаре нагрузки нормально и усталости не было, но вот пить к тому моменту хотелось уже неимоверно. Горло пересохло, как и губы, а во рту не было даже слюны. Я словно песка пожевал.

Блин, как же давно я не мучился от жажды…

Про еду пока не вспоминал, однако к вечеру, думаю, живот уже начнёт сводить.

Зу-Зу приходилось даже хуже. Высунув язык и тяжело дыша, он понуро шлёпал за мной по камням лапками, волоча за собой хвост. Его меховая шубка, которая столько раз спасала его пушистую жопу от холодов, теперь сыграла с ним злую шутку.

— Пушистый, я могу тебя побрить, если хочешь, — предложил я и, увидев его взгляд, добавил. — Без шуток. Возможно, тебе стане легче.

Тот не согласился, но высунул язык.

— Прости, пушистый, нет воды. Мы до сих пор в зоне и я не могу открыть сумку, — похлопал я по ней. — Но я тоже помираю от жажды, если тебя это успокоит.

А если так продлится достаточно долго, помирать я буду уже в прямом смысле этого слова.

Мы шли холмистой равнине, полностью состоящей из камня. Просто голющий камень, как на каком-нибудь астероиде и ни единого цветка, ни единого клочка земли, никаких намёков на то, что здесь вообще есть жизнь. Про воду я уже и не упоминаю, так как единственная вода, которая была — мой пот, который стекал с меня градом, особенно когда мы проходили около лавы или особо горячих участков.

— Я вижу впереди горы, — сообщила к концу дня Люнь. — Возможно, за ними уже будут пограничьи земли и станет полегче.

— Мы с Зу-Зу очень на это надеемся, — присел я на камень. — Ну или хотя бы на конец места, где не работает Ци.

Я бросил взгляд на гору, с который мы слезли.

Теперь она возвышалась вдали и не сказать, что как-то сильно выделялась. Выглядела как огромный кусок скалы, торчащий из земли, коих здесь было немерено. Да даже если и заметишь дворец на вершине, грабить там было нечего — всё, что можно, уже вынесли те горбуны.

Я, кстати говоря, видел издали несколько групп этих уродцев горбунов, но близко не подходил. Они ходили группами по три человека, будто патрулировали территорию или охотились. Каждый раз мне приходилось прятаться, чтобы не попадаться им на глаза. Мы забивались в трещины и овраги, шкерились за камнями или просто убегали, лишь бы избежать встречи — меньше всего мне хотелось, чтобы они забеспокоились из-за пропажи своих товарищей и начали шерстить местность. Тогда не останется ничего другого, как бежать, а бежать мне ой как не хотелось.

Первая ночь прошла у какого-то валуна, где мы расположились прямо на голом камне. И это, наверное, был единственный плюс этого места: камень здесь везде был таким тёплым, что можно было спокойно спять на голой земле и не бояться застудить себе почки. Другое дело, что на камне спать неудобно.

И это я особенно ощутил на утро, когда проснулся и понял, что вся спина и поясница болит так, что аж ух!

— Ух… — сел я и поморщился, почувствовав, как стрельнуло в спине.

— С добрым утром, — прощебетала Люнь с улыбкой.

— Да было бы оно добрым только… — простонал я. — Давно так не просыпался…

— Как именно?

— На голой земле. Моя спина проклинает меня, я прямо чувствую, — я бросил взгляд на Зу-Зу который растянулся точно так же пузом кверху и лапками в стороны, как звезда. — Пушистый, подъём, идём дальше.

Тот приоткрыл один глаз, посмотрел на Люнь, потом опять на меня и лениво перевернулся на живот, медленно поднявшись на лапки.

— Давай, как выберемся, напою тебя, — подбодрил я его. — И накормлю. А сейчас надо выбираться, и чем быстрее, тем лучше для нас.

А то это место без Ци действовало на меня как-то уж слишком угнетающе. Даже кошмары, и те не снились, по крайней мере я их не помню.

В второй день мы прошли половину пути до гор, о которых говорила Люнь, но Ци так и не вернулась. Я предположил, что она покрывала всю долину, где торчали куски скал. Возможно, как только пересечём горы или хотя бы пройдём их наполовину, всё вернётся обратно на круги своя. Не может все же быть таким огромным участок без Ци, верно?

Правда вторая ночь на камне выдалась ничуть не лучше первой, и я проснулся опять с больной спиной, пусть и каким-то спокойным.

— С добрым утром, Юнксу — зато Люнь прямо светилась. Ну ей-то спать на голой земле не приходится.

— Засыпаю, как убитый… — пробормотал я.

— Это может так действовать это место, — огляделся она. — Зу-Зу тоже очень крепко спит. Возможно, нарушаются внутренние ритмы или подавление так же влияет на восприятие мира, подавляя Ци и тем самым как бы отсекая одно из ваших чувств, что через Ци, от мира. Вообще, я бы посоветовала вам дежурить, Юнксу.

— Да, здравая идея, раз всё так обстоит, — почесал я репу. — Ладно, идёмте дальше, надо добраться до гор как можно быстрее.

Но не только о воде мне стоило беспокоиться. Здесь патрулей горбунов становилось всё больше и больше. И один раз мы наткнулись на них прямо лоб в лоб. Это было настолько неожиданно, что на мгновение мы замерли друг напротив друга в удивлении, будто не могли поверить в то, что встретили здесь кого-то другого.

Дело было в том, что мы как раз подошли к расщелине, через которую надо было перебраться на другую сторону. Я бы даже сказал, что через неё можно перепрыгнуть, тут метра два было. Но когда мы подошли ближе, поняли ещё и то, что она нихрена не глубокая. Тут всего ничего глубины, метра два и по дну этой трещины как раз проходили эти гремлины блин.

Как я уже и говорил, группы состояли из трёх горбунов. И как оказалось, они очень и очень неплохо умеют лазить. Но это даже и к лучшему: я не мог отпустить свидетелей, которые нас видели, а лезть в эту расщелину не хотелось. Поэтому я позволил им вылезти, где мы их и встретили. Зу-Зу, который до этого плёлся за мной и помирал, неожиданно сорвался с места и сделал полукруг, отвлекая на себя одно, пока я занимался двумя другими.

Как я и говорил, драться они не умели, однако теперь против нас играла определённая усталость, когда они сами казались мне вполне бодрыми. Однако даже это не помогло пусть и быстрым, но неуклюжим горбунам одолеть нас. Всё так же отступая и утягивая их за собой, я сначала подловил одного, а потом уже бросился в атаку и добил второго.

— Стой! — крикнул я, когда Зу-Зу уже хотел перегрызть глотку третьем, повалив его на землю. — Нельзя!

Вместо этого я подскочил и одним ударом в сердце убил супостата. Его хруст рёбер отдался в меч, когда тот ломал их.

— Нельзя, Зу-Зу, нельзя, — посмотрел я на него. — Неизвестно, каким дерьмом они болеют. Посмотри, как он выглядит.

Тот вздохнул.

— Не бойся, скоро мы выберемся из зоны поражения этого дерьма, я отвечаю, и тогда я тебя и напою, и накормлю. А пока… — я огляделся. — Пока нам надо убираться.

— Я подозреваю, что где-то у них рядом лагерь, — поделилась соображениями Люнь.

— Тоже так думаю. И мне бы не хотелось наткнуться на него, если честно.

А то я себя сильным не чувствую. Двоих — ещё да, если есть время, троих с трудом, а вот четверых точно не потяну. Не говоря уже о десятке и больше.

Мы вновь двинулись в дорогу.

Кстати, я пока шёл по голому камню и жаре, меня не покидал вопрос, чем же всё-тки они здесь питаются. Не камнем же (но это не точно). Неужели здесь что-то да водится или у них тут каннибализм? И вода, откуда они берут пить? При такой температуре это один из первых вопросов который у меня возникает. Я тут ни единого даже самого далёкого намёка на водоём не увидел.

Третий день ночёвки, и мы остановились у гор. Здесь же мы обнаружили лагерь горбунов.

— Вон, — указал я на лёгкое зарево, — видишь?

— Может лава?

— А какие-то ритмичные звуки тоже лава?

Люнь прислушалась.

— Слушай, и точно…

— Видимо нашли здесь укрытие, а в горах что-то или кто-то может водиться, кем можно попитаться. Например, путники, которые зашли слишком далеко.

— Или какое-нибудь животное.

— Надеюсь, что всё же путники.

— Ты злой, — недовольно посмотрела на меня Люнь. — Откуда такой цинизм.

— Просто я забочусь о нас. Если это всё же животные, то они сто процентов будут опасны, а я слишком слаб, чтобы выстоять против того же медведя. Он меня задерёт нахрен. И задерёт вас. Поэтому лучше это будет всё же просто путники.

— Ужасно…

Но при этом нам во благо. Меньше всего мне хотелось сейчас сражаться: с пересохшей глоткой и дикой усталостью из-за жары и голода. Да и Зу-Зу ряд ли здесь поможет, вон как ему хреново.

— Тебя точно не подстричь? — предложил я ему, и он вновь покачал головой. — Ну смотри.

В этот раз мы забились под булыжник в небольшую яму, в которой и провели ночь, но на этот раз уже дежуря. Сначала сидел я полночи, оглядывая округу, потом Зу-Зу.

И это был первый раз, когда я заподозрил что-то неладное.

Что именно?

Я лёг спать калачиком, а проснулся опять лёжа. Это было первое, что меня насторожило. Вторым звоночком послужило то, что Люнь была вновь бодра. Когда вокруг глушит Ци и должно быть наоборот.

— Доброе утро, — кивнула она всё так же приветливо… как и последние две ночёвки…

— Доброе… — с подозрением кивнул я, не сводя с неё взгляда. — Мы уже выбрались из зоны подавления Ци?

— Что? Нет, ты же вчера сам проверял, помнишь? Или уже забыл? — хихикнула она.

— Да нет, не забыл. Но ты больно энергичная, словно тебе это и нипочём, хотя сама говорила, что тебя это тоже угнетает. Люнь, что случилось?

— Ничего не случилось, — улыбнулась Люнь. — Всё хорошо. Всё куда лучше, чем могло быть, верно? Мы живы, мы идём вперёд, одни, как в старые добрые времена.

— Точно?

— Точно-точно.

И выдохнула. Ей млять сигареты ещё нахрен не хватало для полноты картины, которую закуриваю в постели после секса.

Так, погодите-ка…

— Так. Люнь, — уже строго и с нажимом начал я. — Скажи мне, что происходит?

— А что происходит? Ничего не происходит. Разве что-то происходит? Я ничего не заметила, — начала она оглядываться.

— Вот! Вот оно! Ты бы никогда не стала вот так реагировать! Не стала бы тут тараторить и оправдываться! Люнь, ты что со мной делаешь ночью?!

— Что? Ничего! Сдался ты мне! — обиженно и полным возмущения голосом ответила она. — Юнксу, ну вот как брякнешь иногда, стыдно за тебя становится!

И я бы поверил, не покрасней она настолько сильно, что едва не светилась в воздухе.

— Люнь, ты охренела? — прошипел я злобно. — Ты что, меня ночью тут во сне насилуешь?!

— Да с чего ты взял?!

— Да с того, что я засыпал калачиком, а проснулся солдатиком! И что ты прямо светишься от счастья, когда должна затухать от подавления Ци! А сейчас ты и вовсе вся красная!

— Я рада, что мы вновь путешествуем без всяких Бао и Джа, которые нарушают нашу уютную компанию! Как в старые добрые времена, только я, ты и Зу-Зу. Красная, потому что ты говоришь пошлые вещи, и мне становится стыдно! А вытянула я тебя, так как ты вздрагивал во сне и чуть не ударился головой о камень!

— Да неужели?!

— Да! Честно-пречестно!

— Но сейчас ты, видимо, очень рада. Особенно, когда никого рядом нет и нас никто кроме Зу-Зу не видит. Кстати о Зу-Зу… — я посмотрел на пушистого. — Ты ведь караулил, да? Она что-то со мной делала?

Зу-Зу, посмотрел на меня, потом на Люнь, потом опять на меня, и потом опять на Люнь, после чего замахал головой.

— Понятно…

— Вот видишь! Он тоже ничего не видел! — возмущённо ответила она.

— Понятно, что эта пушистая жопа тебя покрывает! Я что, по-твоему совсем тупой, что не вижу, как он смотрел сначала на тебя, а потом на меня?

— А получается, что если кто-то тебя не поддерживает, то он обязательно обманывает?!

— Люнь, ты призрачная зараза…

— Твои объяснения голословны и без доказательств! — обиженно взлетела она вверх. — Я тебя защищаю тут, стараюсь, заботиться о тебе, а ты такое обо мне говоришь! И вот тебе уже двое говорят, что ничего не было, а ты продолжаешь на меня вываливать обвинения! Где твоя справедливость?!

— Значит хочешь, чтобы я тебя за руку поймал?! Ну ладно, я тебя поймаю!

— Не удастся тебе меня поймать, так как я ничего не делала! Вот! А теперь я жду извинений за такие обвинения!

И с этими словами отлетела от меня на границу, которую позволяла наша привязка и целый день ко мне, что мы карабкались на гору, не приближалась. Молчала, дулась и зыркала на меня исподлобья. Под вечер подлетела поближе, но тоже нос к верху аля «я обиженна».

Лишь на утро она устало улыбнулась, словно решив отбросить все обиды.

— С добрым утром.

— Сегодня ты какая-то не бодрая, — заметил я.

— Будешь с тобой бодрым… — вздохнула Люнь.

— Да что-то подозрительно…

— Ты опять начинаешь? — нахмурилась она. — Ты сам-то выглядишь не лучше!

Это потому что я не спал и караулил её. Но блин, было логично, что она не подлетит сегодня. Хотя Люнь могла подумать, что это будет логично не подлететь, и подлетела бы. Короче, я тоже устал. И, к сожалению, доказательств против неё у меня не было. Вообще никаких.

Сегодня мы опять карабкались по горам, но на этот раз Люнь уже была рядом и вела себя как обычно, пусть и менее бодро. Хотя в тот момент я всё меньше и меньше думал о ней, так как гора в некоторых местах становилась настолько крутой, что даже Зу-Зу скользил.

Хуже было то, что мы умирали. В прямом смысле этого слова умирали. Без воды человек протянет максимум неделю. А мы двигались в жару и этот срок можно было делить вообще на два смело. То, что мы тянули уже пять дней, было просто краем и шестой конкретно для меня уже мог и не настать, так как у Зу-Зу был ещё его жир. Хотя здесь пушистый предложил мне странный выход.

— Твою кровь? — удивился я. Вернее, я сначала даже не поверил, подумав, что неправильно понял его.

— А ведь это выход… — задумалась Люнь.

— Это хреновый выход, — тут же отверг я этот вариант. — Если я выпью кровь Зу-Зу, то сдохнет уже он.

— Но ты сам сказал, что у него жир ещё есть, — заметила она и Зу-Зу кивком подтвердил её слова. — Да и ты же не всю кровь выпьешь, а чуть-чуть, чтобы жизнь поддержать свою.

— Во-первых, пить у Зу-Зу кровь, это значит лишать его сил. Он пусть и большой, но не огромный, в нём крови литр два, три, ну три с половиной от силы. Даже потеря полулитра на нём очень сильно скажется, особенно при обезвоживании, а мне не хватит напиться. Сейчас мы ещё карабкаемся, но вот если он потеряет силы и не сможет двигаться, тогда уже я его физически не затащу на эту гору. Это первое. Второе, это только разыграет жажду. Так что не дурите, это плохой вариант.

Это у меня Зу-Зу мог кровь выпить, чтобы так как во мне её явно побольше, но точно не наоборот. Хотя я действительно слышал, что люди так делали и типа был даже чувак, которого унесло в море и он несколько месяцев на лодке выживал, в том числе выпивая кровь из чаек. Хрен знает, правда или нет, но проверять я не собирался.

Поэтому, когда мы встретили какую-то лужу, вопросов, стоит ли её пить или нет, не стояло. Даже несмотря на желтоваты разводы в ней. Когда завтра может не настать, такие мелочи уже не играют большой роли.

— Юнксу, плохая идея, — попыталась меня остановить Люнь.

— Жить плохая идея, а я умираю, Люнь. И что смешно, от жажды.

Как в первые дни пребывания в этом мире. Только сейчас я бы гораздо сильнее и выносливее, чем тогда, но и протянул я сейчас в жару под нагрузками полных четыре дня и немного пятого. Я даже уже не потел. Будь у меня другой выбор…

Но его не было.

Вода просачивалась из горы и была на вкус очень кислой, даже немного обжигающей рот, словно кислота. Возможно, очень возможно, это и была кислота, однако я надеялся, что немного, но она выиграет мне времени ценой потерянного желудка. Если не растворила язык сразу в кровь, значит всё не так уж и плохо.

Я так думал. Это ещё до того, как потом мне стало очень херово, отчего у меня глаза на лоб вылезли, а ко всему прочему началась рвота чем-то коричневым, возможно, кровью. Мне приходилось останавливаться каждые десять минут, чтобы справиться с спазмами, которые накручивали мои кишки на колючую проволоку, иногда позволяя себе чуть-чуть покряхтеть, постонать и поматериться от боли.

Короче, целый день мы штурмовали сопки, а на следующий спускались, но уже с другой стороны к такой же горе под мои стоны, слёзы, боль и рвоту. Разве что пить не так хотелось теперь, да и потеть начал, но это ненадолго, если у меня действительно кровотечение. Одно я мог сказать точно…

— Если Ци скоро не вернётся… — прохрипел я.

— Я уверена, что осталось совсем немного, — Люнь забралась в меня, холодными ладошками пытаясь уменьшить боль, что у неё частично получалось. — Давай, Юнксу, дорогой мой, терпи, крепись…

— Нам осталось совсем немного, — огляделся я. Вокруг был сплошной камень. — Особенно мне.

— Давай, крепись, мы сможешь. Ты сможешь, — я почувствовал, будто меня поцеловали в щёку. — Ты сильный, ты справишься.

— Короче, если я сдохну, пусть Зу-Зу, выпьет уже мою кровь, поесть меня немного, заберёт сумку и утащит её к нашим, ты поняла? Зу-Зу, ты понял?

— Ты сгущаешь…

— Люнь, я бледный, а значит истекаю кровью, плюс помираю от жажды. Сгущать уже нечего.

Хотя, признаться честно, такая смерть меня не пугала. Ну отрублюсь, скорее всего, да и всё. Будто уснул. Что в этом страшного? Всё лучше, чем тебя кто-то сожрёт или какой-нибудь мудаковатый Чи Ю грохнет.

Правда моё бесстрашие перед смертью не уберегло меня от того, что при спуске я запнулся и кубарем скатился вниз.

Очень весело катиться по скалистому склону, ломая себе кости, скажу я так. И ведь, оказавшись внизу, я даже не отключился, чувствуя не только сломанные рёбра, но и сломанную ногу, из которой торчала кость. Беленькая, блестящая на свету кость, которая выглядела прямо «вау».

— Приехали… — пробормотал я, скривившись от боли, когда Люнь вылетела из меня.

— Боги, это что?!

— Это сломанный я.

— Как?!

Я лишь кивнул на гору, с которой скатился и достал одну из пилюль. Закинул её в рот и понял, что она не рассасывается. Как и в прошлый раз, когда я пытался подлечить свой порез на животе. Законы этого мира здесь не действовали от слова совсем. Короче, мы так и не вышли из зоны подавления Ци.

Круто, чего сказать.

— Может быть ты мало съел?! — Люнь схватила все пилюли из моего кармана… и начала запихивать мне в рот. Просто проталкивать ладонями в пасть целую горсть! — Давай же, ешь больше, вдруг поможет!

Я аж умирать перестал, закашлявшись и расплевав все пилюли.

— Да я подавлюсь быстрее! К тому же…

Я посмотрел вдоль подножья горы, с которой скатился, и горестно вздохнул. Везёт как утопленнику.

— У нас гости…

Глава 276

Что может быть хуже сломанной ноги и рёбер, внутреннего кровотечения и обезвоживания? Конечно же, если к этому прибавится ещё какая-нибудь хтоническая тварь размером с добротного волка, которая похожа на помесь кабана и льва.

Тварь стояла на большим валуне посреди лощины между горами и смотрела на нас сверху вниз, типа эдакого царя зверей. Огромные бивни дополняли не менее внушительные рога. На холке развивалась огромная грива при том, что всё остальное тело было напрочь лишено меха. Вместо копыт у твари были вовсе лапы с длиннющими когтями.

И почему-то выглядела она совсем недружелюбно.

— Ну да, давайте меня ещё и сожрут под конец… — простонал я. — Не, хули останавливаться…

Я с трудом и желанием уже бы поскорее сдохнуть и не мучиться медленно сел. В такие моменты, когда усталость опускается на плечи, а боль парализует волю, пропадает вообще какое-либо желание сопротивляться даже смерти.

Будто восприняв мою попытку подняться на ноги, как вызов, тварь медленно и грациозно, несмотря на свой несуразный вид спрыгнула на землю.

— Юнксу, вставай! — пропищала Люнь.

— Да встаю я…

— Юнксу, быстрее! Давай, дорогой, вставай на ноги, нам надо дать ему отпор!

— Ага, знаю…

Её холодные ладошки пытались усмирить боль, однако та всё равно скручивала сознание в узел, не давая продохнуть. Теперь уже даже и не понять, что осталось целым, так как тело поглотила какофония боли.

Ох… такое ощущение, что сейчас из жопы кишки вывалятся…

Пару раз меня скрутило совсем не по-детски, но на одну ногу я всё же встал, вытащив меч.

— Может пусть он меня сожрёт и дело с концом? — спросил я, почувствовав, что едва не отключился.

— Юнксу! Даже не смей об этом думать! — взвизгнула гневно и испуганно Люнь.

— Да шучу я…

Не, может у меня и пропала всякая воля сражаться, но это не значит, что я дам себя просто так убить.

А тварь медленно и крадучись уже приближалась к нам. Она была даже чем-то отдалённо похожа на горбунов: такая же подранная, гниющая и уродская, словно это место было чем-то отравлено. Она не спускало с меня глаз, как и любой хищник, медленно бочком-бочком обходя меня сбоку и…

Резко бросилась вперёд. Стремительно сорвалась с места, что я отшатнулся, запнулся и, не удержавшись на ослабленной ноге, упал на жопу, выставив перед собой меч.

Но тварь так и не достигла меня.

Прямо в прыжке, когда она бросилась на меня… в неё откуда-то сбоку врезался Зу-Зу.

Я совсем потерял пушистого из виду, и что более важно, забыл о нём, пока валялся и помирал здесь, поэтому его появление было довольно неожиданным.

Ах ты мой маленький пушистый спаситель…

Если тварь и была размером с волка, то Зу-Зу был с добротную собаку и не сильно уступал ей. Он сбил эту херотень прямо в воздухе, повалив на землю. Кубарем, они прокатились по земле, после чего пушистый сразу же бросился на тварь, вцепившись ей в холку и обхватив лапками со спины, рыча и не отпуская её.

Тварь взревела.

Я насколько это было возможно быстро встал, но сделать уже ничего не успел.

Зу-Зу, удерживаясь на твари, как на беснующемся быке несколько секунд, неожиданно спрыгнул на землю, и дёрнув зубами за холку, увлёк её за собой, повалив на бок. И едва та раскрылась, тут же стремительно бросился вперёд. Вгрызся существу зубами в горло с остервенением, разрывая ей мышцы и сухожилия, после чего резко дёрнул в сторону, вырвав из глотки твари целый кусок.

Тварь захлёбывалась собственной кровью, издавая булькающие звуки. Ещё несколько секунд она пыталась встать, заливая горячую землю кровью, но под конец запнулась и упала, поддёргивая лапами.

Один-ноль в пользу Зу-Зу.

— Зу-Зу, мальчик мой, ты мой умничка… Юнксу, давай, вставай, надо уходить, пока здесь другие не появились.

Если они есть.

А они есть.

— Поздно, — просипел я, покачиваясь.

С той стороны, откуда пришло эта непонятная хрень, начали медленно выползать его собратья. Полугнилые и омерзительные на вид, кто-то больше, кто-то меньше, она запрыгивали на большой валун, обходили его со стороны, появлялись со склонов, выглядывая, словно зайцы из нор. Меньше, чем за пару секунд я насчитал уже около десяти тварей, и они продолжали появляться.

Или у них охота, или мы вышли прямиком к логову этих существ.

— Зу-Зу, отходи, — позвал я пушистого, который выгнул спины и вздыбил шерсть, став похожим на большой пушистый шар, увеличившись в размерах. — Давай, назад.

И сам стал осторожно…

Не вышло осторожно, я просто упал опять на жопу. Ноги и так подгибались, а тут ещё и прыгать на одной — это было нереально. К тому же силы под конец окончательно покинули меня, не оставив вообще никаких шансов убраться отсюда подальше.

— Юнксу, надо уходить! — пыталась подгонять меня Люнь, но с тем же успехом она могла подгонять булыжник напротив.

— Что «надо уходить»? Я встать не могу Люнь, — ответил я слабеющим голосом, глядя на существа, что начали медленно к нам приближаться.

Удивительно, но страха я не чувствовал. Да если уж честно, то мне в принципе было как-то удивительно пофигу на всё происходящее. После суток мучений и боли смерть выглядела как избавление, не вызывая страха. Мой мир потихоньку затухал перед глазами вместе с эмоциями, и даже смерть в чьих-то зубах не выглядела для меня чем-то страшным, пусть я и собирался посопротивляться ещё перед смертью немного.

Кто-то схватил меня за шкирку и потащил к горе, и судя по пыхтению, я даже нал, кто это.

— Зу-Зу, брось меня уже… слышишь?

В глазах темнело.

— Только сумку не забудь забрать…

Все звуки, все волнения постепенно уходили на нет и последнее, что я почувствовал, было то, как меня тащат по голому камню в гору.

* * *

Ох… как же я люблю просыпаться живым…

И как же не люблю просыпаться с болью во всём теле, когда кажется, что тебе позвоночник из жопы достают.

Вот как сейчас.

И пусть мне позвоночник из жопы не доставали, но ощущения были примерно схожими, отчего хотелось выть.

— Люнь? Люнь, ты здесь?

Глаза не открывались. Слиплись так, что даже сил распахнуть их не было, настолько всё плохо. В нос бил запах чего-то до ужаса противного и солёного.

Тело, особенно спину ломило так, будто её защемило при работе. Хотелось немного подвигаться, разогнуться-согнуться, чтобы хоть как-то размять её. Руки и ноги тоже не отставали: я чувствовал боль и странное, словно они находились в очень неудобном заломанном положении, но даже не мог ими подвигать.

— Люнь? — ещё раз хрипло позвал я в темноту. — Я сдох или ты не отвечаешь?

— Я здесь, я здесь, — раздался её ласковый голос у меня в голове.

— Я не сдох, да?

— Нет, Юнксу, ты ещё жив, — как-то слишком печально ответила она.

И мне очень не понравилось её «ещё».

— Можешь помочь мне открыть глаза? Они слиплись немного…

— Юнксу, я…

— Силы?

— Да, я не могу обращаться в физическую форму. Я сейчас внутри тебя прячусь.

Чудно…

Потихоньку я начал различать и другие звуки помимо своего хриплого дыхания. Ритмичные звуки барабанов, какие-то вопли, крики и всё это где-то вдалеке, словно я находился… под главным торжеством.

— Люнь, что случилось, где мы?

— Эм… ну ты жив, это хорошая новость, — сказала она как-то виновато.

— Нет-нет, давай сразу с плохой, я готов, — попросил я. — Меня взяли в плен, да?

Люнь не стала юлить, выложив всё сразу.

— Тех горбунов помнишь? Когда те твари повылазили наружу, те странные как кабаны с гривой, с другой стороны пришли эти горбуны. Скорее всего, они охотились на этих существ в этих местах, ну и… спасли тебя. В каком-то плане.

— Говорю же, лучше бы они на путешественников охотились… А Зу-Зу? Он…

— Он убежал, да. С сумкой и мечом, как ты и просил, — успокоила она меня. — А вот тебя они забрали с собой.

Я прислушался к телу. Да, оно болело, руки, ноги, спина, мышцы, всё жутко ныло, онемело и было обездвижено. Но тем не менее я не чувствовал, что вот-вот откину копыта, а значит я более-менее цел. Вернее, я вполне себе цел и смерть в ближайшее время мне не угрожает.

— Я не чувствую, что подыхаю. Они меня… вылечили?

— Эм… ну… они… попытались тебя вылечит, давай скажем так, и у них это в какой-то степени вышло, но… своеобразно.

К этому момент я уже кое-как смог разлепить глаза, чтобы посмотреть, что же со мной всё-таки сделали эти ублюдки и… результат мне не очень понравился.

— Сука… — пробормотал я. — Я сейчас блевану, что это за медицина у них такая?

— Юнксу, я…

— Да ты-то тут причём… — поморщился, разглядывая свою ногу и место в районе желудка. Вернее, то месиво, которое там было. — Это чем они меня лечили?

Это даже раной язык не поворачивался назвать. Просто кровавое месиво, покрытое волдырями и гнойниками, которое как раз и смердело солью. Выглядело так, будто это место вскрыли и быстренько зашили, даже не потрудившись сделать всё аккуратно. Или того хуже, пришили от какого-нибудь горбуна кусочек, чтобы подлатать.

Я смотрю на это, а мне уже плохо.

— Они… они пришивали к рана какое-то куски… чего-то. Словно живое или часть плоти кого-то. И потом резали, сшивали нитями…

— Я понял, я понял, хватит, а то мне себя жалко станет.

Ладно, жив и хрен с ним. Всё можно потом вырезать, а Лисица подлечит, если что. К тому же, грех жаловаться, когда я уже подыхал и был готов склеить покорно ласты. Вон, например, я сейчас и вовсе чувствую присутствие духа и желание бороться дальше за свою жалкую жизнь, оттого можно сказать, что я ещё и выиграл.

Хотя по сути мне тупо очень и очень сильно повезло, но не будем об этом.

Поморщившись, я огляделся.

Место, где я оказался, представляло из себя очень душную, словно печка пещеру. Она убегала влево и вправо, скрываясь за поворотом. То тут, то там в потолке виднелись дыры, через которые я мог разглядеть пепельное небо. А вот пол выглядел не очень надёжно: он был покрыт светящимися трещинами, которые и подсвечивали это место красноват-жёлтым светом.

И здесь я висел, привязанный верёвками к кольцам, торчащим из стены. Такие кольца были повсюду не только на этой стороне, но и на противоположной стене. Видимо, место было подготовлено именно для гостей типа меня. Попробовал прочувствовать Ци и понял, что ей здесь и не пахнет.

— Они вернули нас в свой лагерь, который мы видели у подножья?

— Да.

— А зачем?

— Мне… мне кажется, тебя вряд ли что-то ждёт хорошее здесь, — негромко ответила она.

— Но они меня спасли, нет?

— Для какой-нибудь жертвы. У них там есть большой колодец с лавой и каменной плитой, а вокруг много-много костей. Человеческих костей.

А мясо самое вкусное, когда живое. Да и в принципе привносят в жертву живых людей на кровавых обрядах, а не мёртвых.

— А говорили, что здесь ничего не живёт… — проворчал я.

Я, конечно, искренне благодарен, что меня не убили и даже спасли, но за это становиться жертвой мне как-то ну вот прямо не очень хотелось. Я тут неожиданно почувствовал новую волю к жизни.

Правда легче сказать, чем сделать, так как мою волю к жизни сдерживали верёвки на обоих руках. Что на левой, что на правой, что на обоих ногах, они меня растянули звёздочкой, что даже и не пошевелишься. От такой растяжки всё ныло, болело и онемевало.

Я несколько раз попробовал вырвать их, но хрен там плавал, верёвки без тех сил, что мне давала Ци, я порвать не мог. Да и выдернуть кольца, что логично, тоже. Та-а-ак…

— Люнь, ты можешь мне помочь? Вылететь там и как-нибудь хотя бы одну верёвку перерезать?

— Юнксу, прости…

— Возьми силы… у меня, я не знаю.

— Это не так работает. Я не могу забрать твою силу вот так просто, как ты впитываешь их из кристалла.

— А… другим способом? — предложил я.

— Ты опять? — устало вздохнула она.

— Прости, лишь предложил. Просто, если мы отсюда не выберемся, то боюсь, у нас большие проблемы. Вернее, у меня большие проблемы.

— Нам надо лишь дождаться Зу-Зу. Он тебя не бросит, это мы оба знаем. Наверняка он уже ищет сюда дорогу, чтобы спасти тебя, — попыталась она меня ободрить.

Но у меня был логичный вопрос.

— А он успеет? Он вообще знает, где нас искать?

— Ну-у-у… он же умный, да? Догадается, наверное.

— Неуверенное «Ну» у тебя получилась, Люнь, — заметил я. — Ты точно знаешь, что он вернётся?

— Ты же веришь ему, да?

— Я-то верю ему, но…

Я смолк, услышав тихие шлепки босых ног по камню. Повис на руках, свесив головы и прикрыв глаза, теперь притворяясь мёртвым и оглядывая мир через тоненькие щёлки. Буквально через несколько секунд справа вышли три (любят они ходить по три) горбуна с подобием мечей и копий. Они были похожи на обычный патруль, и лишь проходя мимо один не сильно тыкнул в меня древком, проверяя, очнулся я или нет.

Я даже пальцем не пошевелил.

Видимо удовлетворённые такой реакцией, они двинулись дальше, и вскоре их шаги затихли в глубине коридоров.

— Доверься ему, — шепнула Люнь. — Ты столько раз спасал Зу-Зу, рискуя собой ради него. Уверена, что он не бросит тебя.

— Я-то верю, просто боюсь, что не справится.

* * *

Зу-Зу наблюдал за деревней странных людей из-под большого валуна, скрывшись в его тени. Каменные дома странных людей были похожи на раковины и норы в земле, которых понатыкали вокруг жёлтого озера.

— Нади нас, Зу-Зу, слышишь?! Найди нас!

Её звонкий, девушки без тела, разрезал тишину ущелья между горами, когда разыгралась битва, но только он мог его услышать. Мог услышать и понять, что от него требуется. Преследовать, найти, спасти — всё было просто, именно такой посыл он уловил в её словах, когда всё началось.

Схватив сумку и меч, Зу-Зу бросился в горы между камней, как и попросил его бестолковый друг, прячась от взглядов странных людей и злобных зверей. Он наблюдал с высокого склона за тем, как разыгралось сражение, затаившись среди камней. Смотрел за тем, как странные люди атаковали злобных животных и смогли их прогнать, как бы те не сопротивлялись. А потом забрали тела злобных зверей, его друга и ушли, оставив после себя лишь кровь и смерть.

И Зу-Зу вновь остался один. Как когда-то давно, когда его первая хозяйка, добрая подруга умерла, оставив его одного.

Теперь он тоже был один, потерянный и одинокий, никому не нужный…

В маленьком сердечке появилась тоска, но Зу-Зу не собирался складывать лапки. Он должен найти своих друзей, как однажды его друзья нашли его в густых лесах на деревьях и отобрали у глупых людей. Как однажды его друзья спасли его от злого бога, что хотел сделать из него рукавички.

Да-да, он найдёт их!

Зу-Зу мыслил совершенно иначе, и мысли у него протекали по-другому, но если их перевести, то именно так бы их и понял человек. И преисполненный праведным желанием спасти друзей, Зу-Зу бросился вниз по клону.

Бросился… и замер. Задумчиво обернулся и вернулся к камням, в которых спрятал сумку, хорошенько пошкрябав по ним когтями, а заодно и пометив тем, чем было. Теперь он найдёт это место. А ещё…

Он поднял в зубы мечи затрусил вниз по склону.

Глупые люди так и не научились пользоваться зубами и когтями, без своей железной палки становясь совсем беспомощными. Придётся и здесь ему помочь другу, ведь тот сильный лишь с железной палкой.

Спустившись в ущелье, Зу-Зу задумчиво оглядел поле боя и, в конце концов, подошёл к одному из тел злобных животных, которых оставили здесь. Он пах отвратительно, и выглядел отвратительно, совсем не похож на птиц, зайцев или поросят кабанов. Однако выбор был не велик, а Зу-Зу требовались силы, чтобы дойти до друга, поэтому…

Было противно и невкусно, но всё же через некоторое время силы вновь наполнили его тело, и жажда отступила. Теперь Зу-Зу был готов следовать за странными людьми.

Так он и оказался здесь, наблюдая за деревней, как партизан. И лишь когда опустилась ночь, закрыв тьмой всю округу, выдвинулся в путь. Его друг был здесь, он точно мог это прочирикать на своём енотьем. Именно сюда вёл запах крови злых животных и странных людей. Зу-Зу понимал, что если его заметят, то, скорее всего, ему отрежут хвост, но друг стоил такого риска.

Поднял в зубы меч и задрав голову, чтобы не касаться им земли, Зу-Зу начал быстро спускаться по камням мягкими лапками абсолютно бесшумно. Его чувства были куда острее, чем у людей, и Зу-Зу видел и слышал гораздо больше, чем обычные люди.

Здесь не было высокого забора, лишь не больше, метр в высоту, который лишь огораживал периметр деревни, не больше. Но Зу-Зу уже разглядел несколько ловушек, попади в которые он вряд ли бы дожил до рассвета. Остановившись у забора, он осторожно положил меч на камень, встал на задние лапки и выглянул.

Внутри было оживлённо. Зу-Зу даже представить не мог, кто из них самка, а кто самец, слишком выглядели они одинаково некрасиво. Но вот детей, маленьких, словно какие-то хрюшки, он опознал сразу. Они бегали друг за другом, что-то кричали и игрались с костями, стукая друг друга по голове на манер железных палок.

Жизнь кипела несмотря на поздний час, и насколько он мог видеть, люди готовились кушать. Они готовились к празднику. По крайней мере, его нюх ласкал аромат жаренного мяса, от которого у него текли слюнки. Зу-Зу с удовольствием бы покушал, но надо было спасать друга.

И дождавшись удобного момента, он быстро забросил лапками на стену меч, а потом запрыгнул сам. Сейчас он был слаб, странное место забрало его силы, но он всё равно был сильным. Достаточно сильным, чтобы…

Чтобы…

Зу-Зу отчаянно пытался залезть на забор, но гравитация была сильнее.

Не проблема, Зу-Зу взял разбег и… гравитация всё равно была сильнее.

Зу-Зу попытался подпрыгнуть, но тут гравитация совсем была беспощадна, и его пятая точка даже не оторвалась от земли.

Лишь с девятого раза он преодолел непосильную преграду, тяжело дышащий и уставший, столкнув меч вниз, а после свалившись на камень и сам, после чего претворился частью стены, наблюдая за округой. Один раз несколько маленьких детей и вовсе пробежали совсем рядом с ним, но были так увлечены игрой, что его и не заметили.

Перебравшись поближе к одному из домов в тень, он начал быстро оглядываться. Где-то здесь был его друг. Большой друг, не такой странный как эти люди, что играли с костями таких же, как они, людей и строя из них странные фигурки. Но как найти его? Он в доме? Он среди них? Где он? Особенно таская во рту огромную железку?

Нелёгкая задача. Очень нелёгкая.

Но куда бы спрятал он свою добычу?

Точно! Куда бы он спрятал свою добычу?!

Зу-Зу плюхнулся на пятую точку и начал думать.

В логово к себе? Нет, там бы всё пропахло кровью, да и грязно было бы там. Нет, в логове своём бы он не спрятал еду, а выбрал какое-нибудь укромное место, как щель между корнями, дупло или нора…

Нора!

Уж что-что, а Зу-Зу мог понять, что из всего перечисленного здесь были лишь домики странных людей да норы, и если искать его друга, то не в домиках людей, а в норах, куда те могли его спрятать!

Вновь подхватив меч, он засеменил между больших домов. В тени камней, то сливаясь с округой, то пулей пробегая от одного укрытия к другому, он пытался найти нору странных людей. Пару раз странные люди проходили совсем рядом, чудом не замечая его. Ему даже пришлось один раз спрятаться в дом, грязное вонючее логово этих странных людей, и выскочить оттуда, едва туда зашёл один из них.

Совсем бесшумно, словно призрак он крался по лагерю, стараясь держаться подальше от центра, пока наконец не нашёл вход.

Или не вход.

В любом случае, это была дыра вниз, туда, в нору, всё как он и рассчитал. Поэтому сбросив туда сначала железную палку и замерев, прислушиваясь, откликнется ли кто на звук, Зу-Зу спустился туда и сам. Сначала свесил туда свой хвост и пятую точку, после чего сполз, повис на передних лапка туда и спрыгнул. Высота в четыре метра для него была не страшна, он падал и с более высоких мест, однако попу всё равно отбил. Обиженно потёр ушибленное место, подхватил меч в зубы и побрёл, принюхиваясь к запахам.

Где-то здесь, где-то здесь, где-то здесь… Зу-Зу с интересом оглядывался по сторонам, пока брёл по туннелям. Запахи здесь были перемешаны: кровь, пот, всякая гадость, смерть… И чем дальше он заходил, тем сильнее сжималось его сердце, что найти друга он просто не сможет. Пока…

Пока он его не нашёл.

Глава 277

Больше всего я доверял себе. Нет, я не был мамкиным циником или каким-нибудь ещё мудаком, который с пафосным видом заявляет, что верить можно только себе. Просто я знал, на что был способен и с чем смогу справиться, а насчёт остальных…

Насчёт того же Зу-Зу, например, я был не уверен. И чем больше я висел, тем больше сомневался, что за мной вернутся, а если и вернутся, то смогут пробраться аж сюда. В конце концов, как он, большой и пушистый сможет пробраться сюда, в охраняемое место, где повсюду шастают эти скрученные дегенераты, а наверху и вовсе праздник, что усложняет всё в несколько раз? Да там…

Что там именно, я так и не закончил в своей голове, так как прямо в этот момент из-за поворота с мечом в зубах выскочил Зу-Зу.

— З… Зу-Зу! — я чуть было не закричал на весь туннель, но прикусил вовремя язык и уже шёпотом позвал его. — Зу-Зу, я здесь!

Я думаю, хоть раз у каждого случалось так, что беда проходила у веска, и вы не могли поверить в своё счастье. Вот сейчас у меня было то же самое. Казалось, в душе разлилась бочка с воодушевлением и верой, что всё может кончиться очень даже хорошо. У меня аж как-то отлегло от сердца. Было бы чем, может ещё бы и описался от радости.

Я даже не слышал, что там Люнь воодушевлённо говорила, настолько был поглощён сейчас пушистым, который явился из неоткуда.

— Зу-Зу! Сюда!

Пушистый, едва заметив меня, в припрыжку засеменил в мою сторону, старясь как можно меньше касаться пола.

— Зу-Зу, дружок, давай быстрее, здесь охрана ползает везде. Бросай меч, заберись по мне и перегрызи верёвки на правой руке. Давай, быстрее! — сам я лихорадочно оглядывался, прислушиваясь к звукам. — Ну же! Бы…

Его сто раз звать не пришлось. Выплюнув меч, пушистый подпрыгнул… и едва смог дотянуться до моей ноги, настолько он был… полненьким. Его когти воткнулись мне сквозь кожу прямо в мышцы, и я едва не разорался от боли. Стиснул зубы, чувствуя, как он подтягивается на мне, раз за разом втыкая в мою тушку когти.

Сначала по ноге, потом по торсу, и я аж чуть не взвыл, когда он забрался мне на плечо. Мало приятного, когда тебе кожу когтями дербанят, особенно там, где она тонкая и чувствительная. Так мало этого, из-за того, что я висел на руках, а эта тушка весила все пятьдесят кило, мне казалось, что сейчас мои бедные руки из суставов выдернет. Боль была охрененной.

— Зу-Зу, быстрее, мне ща руку оторвёт! — просипел я.

Тот, прополз по моей руке и начал быстро-быстро стачивать зубами верёвку. Всего каких-то несколько секунд, и моя рука повисла, стрельнув болью, а он упал обратно на пол.

— Зу-Зу, дай меч, давай, быстрее.

Чувство воодушевления довольно быстро сменилось паранойей и чувством преследования, будто вот-вот, ещё немного и нас схватят. Я с замиранием сердца прислушивался к шуму на улице и шагам в коридоре, но пока что нам везло. Когда там был последний патруль? Полчаса назад? Час?

Подхватив в зубы меч, Зу-Зу, вновь пополз по мне, втыкая в моё бедное тело когти. По кому хоть раз вот так ползали кошки, сразу меня поймёт. А тут ещё и тушка весит гораздо больше, и втыкает глубже.

— Давай… ещё чуть-чуть… есть!

Я ухватился за родную рукоять меча, после чего резко взмахнул им, освободив от ножен. Тут же наклонился и срубил верёвки сначала на одной ноге, а как встал на пол тут же на руке и уже второй ноге. Кстати, пол действительно был охренеть каким горячим, хотя это не удивительно, учитывая, что сквозь трещины кажется видна лава.

— Зу-Зу, малыш, ты как сюда пришёл? Показывай.

Зу-Зу тут же рванул по туннелю дальше, выведя меня практически сразу через несколько поворотов к дырке в потолке. И всё бы ничего, но ни я, ни он здесь не поднимемся. Была бы Ци, тогда вопросов не было бы: тут даже лететь не обязательно, я бы запрыгнул вместе с пушистым, но сейчас…

— Твою мать…

— Всё плохо? — спросила Люнь.

— Относительно. Мы на свободе, но выхода пока найти не можем, — ответил я тихо. — Ладно, Зу-Зу, надо идти в обратную сторону. Туда ушла охрана, она курсирует туда-сюда и чем на дольше мы оттянем время встречи с ними, тем лучше.

Ну а если что, придётся прорываться и тупо бежать.

Сейчас я был полностью голый, и меня это не сильно смущало. Больше напрягало то, что босиком придётся бежать по камню и не дай бог там какой-нибудь очень острый попадётся, сразу плюс хромота, так что надо было раздобыть ещё и ботинки.

Кстати, насчёт того, для кого предназначалось это место. Пока мы шли, я несколько раз увидел всякие черепа людей, которые аккуратно лежали вдоль стен или в выемках, изрисованные или с вырезанными на кости символами. И что-то мне подсказывало, что когда-то это были пленники. К тому же верёвки, которыми меня привязали, больно уж были похожи на длинные чёрные волосы.

Правда я старался об этом не думать. Не думать о том, сколько последователей, да и просто людей попали в лапы горбатых. Про простых я уже молчу, но вот отбери у многих последователей силу, и останется ровным счётом ничего. Многие так полагались на уровень, что не умели ни пользоваться техниками, ни драться на мечах и могли вполне стать лёгкой добычей для местных, едва оказались без сил.

За следующим поворотом я поднял ладонь.

— Охрана.

У входа стояла целых двое человек. Как раз на меня и на Зу-Зу. Пальцем я указал ему на правого, когда сам пошёл на левого. Практически одновременно мы ринулись на них, когда…

Позади, где-то в туннелях раздался встревоженный предупредительный крик — это обнаружили мою пропажу.

И именно на этот крик это двое горбунов и обернулись, но было уже поздно. Зу-Зу своей массивной тушей повалил одного на землю в тот момент, когда я одним взмахом перерезал горло второму. Подпрыгнул к тому, кого повалил Зу-Зу и ударом снёс голову нахрен.

Крики из туннеля продолжали звучать и становились с каждой секундой всё громче и громче, однако теперь нас было не остановить. Разве что…

— Веер… — выдохнул я.

— Что, веер?

— Мой веер был в кармане ханьфу! Твою мать! Люнь, Люнь! Куда они дели мою одежду?

— Сняли.

— Они её сюда притащили?!

— Да, они тебя здесь раздели и…

— Где раздели? — голоса приближались. Довольно скоро засранцы будут здесь, а значит надо очень поторапливаться. Преодолевая рвотные позывы, я сорвал с одного из горбунов тряпьё и обмотал их вокруг ступней. Воняет, конечно, но всё лучше, чем босиком бегать. — Какое здание?

— Такое большое круглое здание. Оно всё изрисовано символами было…

— Зу-Зу, задача номер один для тебя. Большой круглый изрисованный домик. Ищи мой веер, слышишь? Он должен быть в одежде, ты её найдёшь по запаху моей крови, понял? — И дождавшись, когда он кивнёт, махнул рукой. — Беги за ним, а я отвлек их пока. Встретимся или на горе, или где мы дрались с тварью.

С этими словами я довольно резво выскочил из пещеры и огляделся. Выход был не прямо что в самом центре, но и не на окраине. Однако из-за праздника большинство горбунов всё же было сконцентрировано там, на площади, и здесь были лишь единицы.

Которые посмотрели на меня странным взглядом.

Я же просто побежал, не оборачиваясь и не пытаясь сильно скрываться. Усталость… она была, да, хорошая такая, однако я всё же успел отдохнуть в отключке, да и пока висел, поэтому побороться за свою жизнь ещё смогу.

Раздались крики горбунов. Пока жители шарахались от меня, воины, наоборот, бросились вдогонку за мной. Какой-то безоружный горбун попытался преградить мне дорогу, но я с пинка отшвырнул его в сторону и продолжил бежать. Ещё один с копьём попытался меня насадить, но я резко дёрнулся в сторону и вниз, ударом меча, отведя древко в сторону, после чего ударом вспорол ему живот.

Не оборачиваясь, добежал до забора, прошмыгнув ровно между ещё двумя горбунами, перепрыгнул его и бегом к горе.

Лишь раз я бросил взгляд назад, чтобы узреть, как за мной стягиваются горбуны со всей деревни. А Зу-Зу уже затерялся где-то между домов в суматохе, которую я поднял своим побегом. Большая охота на маленького Инала началась.

Я бросился в горы.

Надо отдать должное, как бы отвратно не выглядели эти горбуны, и как бы отвратно не выглядело их лечение, сделали они всё на славу. Начиная от моей ноги и рёбер, заканчивая общим состоянием. И сейчас благодаря им я так резво взбирался на гору.

Хотя можно было бы это назвать резво?

Запыхавшийся, голый, в обмотках на ногах и с мечом за плечом, я карабкался наверх медленно и неумолимо, обцарапывая об камень руки и ноги. Пару раз я едва не сорвался на крутых склонах и едва не улетел им в руки, но в последний момент всё же успевал удержаться, глядя на то, как те с потаённой надеждой смотрят на меня и ждут, пока я не свалюсь к ним в руки.

— Да хрен вам! — крикнул я.

В ответ получил неразборчивые крики, явно несущие оскорбительный характер.

— Сами такие!

— Вряд ли они тебя понимают, — вздохну Люнь.

— Да, но общий посыл точно улавливают, — вздохнул я. — Интересно, насколько они выносливы и как долго будут меня вот так преследовать?

— По тому, что я вижу, они не сильно тебя-то и сильнее, да и устают так же. Так что у нас есть все шансы уйти, — её холодные ручки словно обняли меня. — Давай, мы сможем.

— Ну во-второй раз-то уж точно, — вздохнул я.

Но Люнь была права, собственно. Может они и приспособились к таким тяжким условиям, однако по выносливости далеко от меня не ушли, и плелись в метрах ста от меня все уставшие и запыхавшиеся.

И выглядит картина так вот ползу наверх один я, а вот через сто метров огромная толпа, словно последователи великого шествия в гору.

Эх, говорила мне мама, что я у меня великое будущее и в будущем будут следовать люди. Не соврала же, вон сколько людей за мной идёт. Жаль что они сожрать меня хотят.

Такой скоростной подъём не мог не сказаться на мне, и вскоре я сел на привал на одном из валунов, глядя на толпу снизу. Смешно сказать, но они тоже настолько выбились из сил, что, едва увидев, как я остановился, тоже остановились на привал. Смешно и страшно.

— Интересно, у них есть попить?

— Хочешь спуститься и спросить? — хихикнула слабо Люнь.

Я представил, как я спускаюсь к ним и так: «Эй, по-братски, попить нет, а то чёт устал от вас бегать», а они такие: «да, конечно, держи. Только беги помедленнее, а то мы не поспеваем за тобой».

— Думаю, это была бы отличная идея, — хмыкнул я. — Мы бы обнялись, помирились, спустились вниз, и отведали других бы неудавшихся последователей Вечных.

— Звучит прекрасно, а на деле жуть жуткая.

Но как это не странно, я так и не увидел, чтобы кто-то из них пил. Они ели что-то, подтягивали снаряжение, но не пили. Да и что-то хотя бы отдалённо похожее на бурдюки я у них не видел. Не уж то, как верблюды без воды могут обходиться со своим горбом? Но вспомнив, что там вытекало, когда я одному такой горб разрубил, я поморщился, сдерживая подкатившую к горлу тошноту.

Долго мы не седели, минут десять или пятнадцать, после чего эта абсурдная погоня продолжилась. Они зашевелились, быстро собравшись, после чего начали медленно карабкаться за мной. Ну а я в свою очередь, лениво бросив взгляд вниз, пополз наверх. И так до самого рассвета, пока пепельное небо не стал светлее.

Сейчас бы, конечно, устроить привал, да только времени не было. Несколько раз засранцы делали броски вперёд: видимо несколько самых сильных бойцов бросались вперёд в атаку. И я как идиот делал кросс из последних сил вверх по склону. Пару раз они даже почти настигали на меня, и вот такой один преследователь укатился вниз к братьям, но уже без головы.

Веселее пошло, когда мы начали спускаться с горы. Уже к этому моменту я почувствовал, как жажда режет горло, а во рту словно песок, однако силы ещё были, а значит погоня пока продолжалась. На спуске самым главным было поспевать переставлять ноги, чтобы не запнуться и не убиться, укатившись вниз. Спрыгивая с камня на камень, скользя по склону, а иногда пробегая по гальке, я то и дело ловил себя на мысли, что запнись и для меня всё будет кончено во всех смыслах. Уже не будет ни волнений, ни страданий, ни каких-либо целей. Всего одно неправильное движение, и я буду свободен от этих вечных испытаний, где не срачка, то горячка…

— Осторожно! — взвизгнула Люнь, когда я запнулся.

Тело накренилось вперёд, и ноги перестали поспевать за телом.

Я даже испугаться не успел как уже полетел вперёд, выставив перед собой руки. Какие-то доли секунд и я приземляюсь прямо на руки, после чего хруст, и я кувыркнулся прямо через голову. На несколько секунд мир вокруг замелькал вспышками, и всё слилось в одну мешанину, пока я не ударился спиной о камень.

Удар был таким, что из меня выбило знатно дух. Было в первое мгновение даже сложно втянуть, словно лёгкие отказались работать, но пара секунд первый неуверенный вдох, и грудь заработала.

Мой взгляд сразу же отыскал преследователей, от которых мне удалось оторваться-таки экстравагантным способом, скатившись по практически идеально ровному склону, состоящему из одной каменной литы, вниз. Они что-то кричали, торопились, явно не спеша отставать. Возможно, я ничего себе и не сломал именно потому, что каменный склон были идеально ровной плитой?

Хотя вру, я всё же сломал себе кое-что — руку, пусть и левую Сейчас она была изогнута под неестественным углом и кровоточила в нескольких местах, но из-за прилива адреналина я этого даже и не чувствовал. Даже пальчиками мог подвигать, вот!

— Ты как? — встревоженно спросила Люнь.

— Руку сломал.

— Ну хоть не ногу… — выдохнула она. — Идти можешь?

— Вроде как…

Я медленно встал и охнул от того, как скрутило спину, но в принципе было терпимо. Про ссадины и царапины, которые сейчас кровоточили, я даже и не вспоминал — это была малая плата за то, чтобы не убиться. А ведь я прилетел спиной прямо на камень, не будь у меня за спиной меча, мог бы вполне сломать себе позвоночник. Вот уж тогда точно было бы весело. Меня бы Зу-Зу нахрен послал с моим спасением.

Но спускать было однозначно быстрее, чем подниматься, а может причина была в том, что этот склон был банально короче, чем тот. Но при любом раскладе, уже ко второй половине дня я добрался до небольшой долины, в которой в прошлый раз меня и «спасли».

— Надо найти, где мы дрались, — быстро огляделся я. Сверху уже радостно спускались горбуны и они довольно быстро сокращали выигранное моей сломанной рукой расстояние.

— Тогда нам налево, — тут же ответила Люнь.

Налево?

Так, когда мы поднимались в первый раз… да, деревня была справа от нас, значит нам налево. Хотя вопрос, что делать дальше всё же оставался открытым. Мы были должны встретиться с Зу-Зу или на горе, или здесь, но то, как они меня гонят, боюсь, что мне придётся уходить дальше. Я просто не могу остаться здесь и ждать Зу-Зу. Очень хочется надеяться, что он догадается пойти следом по запаху.

Я бросился по ущелью от толпы, которая только, казалось, прибавила в силах. Они не отставали, пусть и не нагоняли. Их рассерженные и боевые выкрики расходились эхом между двух огромных скалистых гор.

Здесь опять была патовая ситуация — ни я убежать не мог, ни они нагнать не могли.

— Вижу этот булыжник… — пробормотал я, запыхавшись. — Тот, на котором тварь мы встретили…

— Зачем нам к нему?

— След оставить для Зу-Зу, чтобы он смог нас найти.

Но столько шуму просто не могло не привлечь внимание кого-либо ещё.

К тому моменту, как я оббежал валун и вышел к месту, где в прошлый раз отключился, на нас начали обращать внимание. Твари, те же самые, будто помесь кабана и льва с клыками и рогами, они стояли на склонах гор, словно стражники, наблюдая за нашей погоней. Пока никто не спешил к нам спускаться, однако они вылазили буквально отовсюду и с каждой секундой их становилось всё больше и больше.

Они мне напомнили зрителей, которые вышли посмотреть на охрененное шоу.

И не только я заметил это — горбуны, которые за мной гнались (а их было не так уж и мало), тоже притормозили, а потом и вовсе остановились, ощетинившись копьями и мечами. Сбившись в кучу, словно отряд рыцарей, готовящихся к круговой обороне. И что-то в их реакции мне очень не нравилось.

Сейчас, пока они готовятся сражаться, самое время убежать, конечно, но… убежать куда? Да и далеко ли? Вокруг твари, и у меня ощущение, что уйди я от «своих» достаточно далеко, они набросятся и порвут меня в клочья. Один я просто не справлюсь с ними, особенно в таком состоянии, а тут нас как бы много, и они всё же остерегаются пока приближаться.

Почему-то, выбирая из двух зол, я предпочёл остановиться неподалёку от горбунов — пусть даже и опасные, но они по духу были как-то неожиданно ближе ко мне, чем вот эти кабанольвы, да и шансов выжить это с горбунами было больше.

Но не долго мне оставалось сохранять свой нейтралитет между двумя группами.

Тварей становилось всё больше и больше, однако всё равно силы были пока на стороне горбунов, как более разумных, сплочённых и с оружием. Не факт, что они не понесут потери, но вполне смогут выстоять, если все твари бросятся на них разом.

Но так было ровно до того момента, пока не вышел главный босс этой катки.

— Мля…

Моё красноречие, в принципе, достаточно точно описало то, что начало происходить дальше.

Когда зрителей был уже целый стадион, к нам в долину спустился, видимо, вожак этой стаи. Его приход ознаменовал громогласный рык, от которого всё сжалось, и все взгляды, что мои, что горбунов сразу же устремились в сторону нового гостя.

Если все твари, коих мы видели до этого представляли из себя кабановолков размером с волка, то хренотень, что обрадовала нас своим визитом, была размером со слона. Крупное животное, с такой же дикой помесью кабана и льва, оно имело помимо действительно царской гривы ещё и кожаный хвост, на конце которого покачивалось два жала. Про когти, которые обрамляли лапы этой твари я вообще молчу — там один удар и ты лапша.

Что там говорил Бао, здесь, млять, никто не водится?

В этот момент я вдруг почувствовал какие-то родственные, я бы даже сказал, братские души в этих горбунах. Прямо-таки искра проскочила между нами. Вот прямо смотрю и думаю — ну ведь у нас есть что-то общее. Пусть мы и разные, но всё же похожи, дух у нас вот один, отчего я был готов влить в их ряды…

И пятясь, направился к ним, не спуская глаз с хренотени, что пришла на наш шум. Она провожала меня голодным взглядом, покачивая своим хвостом, как плёткой влево-вправо. Явно не боялась, что её добыча скользнёт, что меня очень так напрягало.

Видимо, горбуны почувствовали примерно то же самое, что и я, так как бочком-бочком и расступились в стороны, впустив меня в свои вонючие грязные ряды.

Братья…

По крайней мере до того момента, пока этот звиздец не закончится.

Глава 278

Мой взгляд то и дело переходил на гору, справа от нас. Если подняться достаточно высоко, то возможно я выйду за пределы этой аномалии, но…

Всё упирало в «возможно». Возможно да, но возможно и нет. Не было никакой гарантии, что пройди я ещё километров, а то и десять, выйду за границы этого странного проклятого места. Но вот если я отделюсь от остальных, то уже точно не вызову.

Наша необычная компания, неожиданно объединившаяся перед общей угрозой, медленно пятилась назад. Вряд ли мы на что-то рассчитывали, скорее просто рефлексы и банальный инстинкт самосохранения: видишь опасность — отступай. Это мы и делали.

Твари, вылезшие уже со всей округи, тоже пришли в движение, начав медленно стягиваться к нам со всех сторон, будто получив приказ. Осторожно, будто по минному полю, кабанольвы спускались в долину, медленно перепрыгивали с камня на камень, крались по склону вниз, постепенно стягивая кольцо.

И всё это под тяжёлым взглядом огромного вожака, который продолжал раскачивать хвостом, будто намереваясь им хлестануть по нам, как плетью. Но глядя на него, я видел не тупое животное, а вполне разумную и умную сволочь, чьи глаза блестели умом, достаточным, чтобы, как минимум, быть не тупее человека.

Возможно… я смогу поговорить с ним?

Правда эта мысль ушла так же быстро, как и пришла, когда всё завертелось в кровавом урагане.

Будто сговорившись, твари неожиданно бросились вперёд, беря нас в плотное кольцо. Только на этот раз они не пытались просто окружить нас. Кабанольвы закружились вокруг нашей группы плотным строем, словно торнадо, заставляя нас плотнее прижаться друг у другу и будто выжидая чего-то. Чей-то команды…

С которой они неожиданно ринулись в атаку.

Плотный строй врезался в первые ряды, что прикрывали тыл, пытаясь смять защитников. Они не брали нас умением или зубами, а тупо пытались завалить собой. Плотный строй моих новых друзей выдержал атаку, и круговорот тварей, едва они почувствовали сопротивление, тут же вернулся в движение и ударил, но уже с моей стороны.

Сказать честно, сложно стоять на месте, когда на тебя мчится толпа разъярённых тварей, клыкастых, зубастых и просто нехороших. В этом и была фишка копейщиков — дисциплинированность и смелость держать строй, когда на тебя несётся такое.

И горбуны показали действительно удивительную стойкость.

Выступив вперёд те, кто был с копьями, между них оказались мы, что с мечами, когда твари врезались в нас. Волна наткнулась прямо на копья, твари напарывались на них, висли, продолжали насаживаться, пытаясь продвинуться дальше. А те, кто всё же просочился дальше, встретились с мечами.

Одна из тварей сама напоролась на мой клинок, даже не пытаясь увернуться, пока другая, будто не обращая на меня внимания, с остервенением пыталась прорваться дальше, глубже в группу. Утихомирилась лишь когда я снёс ей голову.

Волна отступила, но лишь для того, чтобы напасть с другой стороны. Удары становились всё сильнее и сильнее, и это выглядело, будто нас просто проверяли на прочность, можно ли будет нашу группу взять просто мясом. Это стало ещё более очевидно, когда они неожиданно ни с того, ни с сего отступили назад.

Атаки прекратились, но и отступать кабанольвы не собирались.

И в это же время мы сами, не сговариваясь, начали дружной гурьбой отступать к склонам, медленно и верно, ощетинившись мечами и копьями, чтоб закрыть тыл крутой горой. Я даже не замечал, как рядом со мной плечом к плечу вышагивают вонючие прогнившие горбуны, которые только недавно хотели меня поднять на пики. И я невольно возвращался к мысли, что едва это кончится, мне придётся вновь от них убегать и лучше это сделать, когда все будут отходить от победы.

Если таковая настанет.

Я скользнул глазами по вожаку. Он стоял от всей этой вакханалии в стороне, большой и преисполненный достоинства, словно король, который с гордостью оглядывает свою сражающуюся армию.

И в этот самый момент мы встретились глазами.

Я и он, мы на секунду задержали друг на друге взгляды, и он оскалился. Одарил меня кровожадной усмешкой, будто говоря: да, я разумен, и я знаю, что ты это понимаешь.

Мне бы хотелось, чтобы это была паранойя, однако в мире, где животные способны дорасти до божественных бессмертных существ, такое было слишком реально, чтобы оказаться всего лишь происками моего страха.

На этот раз атака была куда более продуманной и стремительной, похожей на реальный план. Видимо прощупав нашу силу, твари прикинули свои возможности и сбились в одну кучу, после чего рванули вперёд. Но рванули не плотной толпой, а клином и прямо в центр нашей обороны. То, что они пытались сделать стало ясно буквально через несколько мгновений.

Их клин просто воткнулся в наши первые ряды горбунов, левее меня. Они не кусали, не пытались огрызаться на удары, просто самопожертвенно идя на прорыв. Первые твари буквально завалили собой горбунов, а следом за ними в брешь тут же ринулись другие твари, ринулись в глубь группы, под конец просто рассекая нашу маленькую армию пополам.

И всё, наша оборона прост рухнула с одной такой атаки.

Да, мы много тварей положили, когда они прорывались, но какая разница, когда они добились своего и всё сыпется? В такой ситуации цель действительно оправдывала средства, и количество убитых тварей полностью окупало то, что наша оборона посыпалась.

Когда твари прорвались в самый центр нашей группы, они ринулись в разные стороны, теперь уже не сдерживаясь и разрывая всех на своём пути.

Началась самая настоящая бойня. В такой толкучке, когда все сбились в кучу и нормально не развернёшься, не ударишь, это было подобно аду. Твари рвали горбунов, а их товарищи, стоя рядом, не могли толком ничего сделать, мешая друг другу.

В этот момент конкретно меня спасало то, что я находился в первых рядах, и у меня была хоть какая-то свобода действий. Тут главное было успевать поднимать перед собой клинок, насаживая на него тварей, что бросались на меня, сбрасывать на землю и вновь поднимать его. Они били по мне когтями, нарезая кожу на лоскуты, пытались цапнуть за зубами за конечность, но сдыхали раньше, чем смогли действительно смертельно меня ранить.

Дело была реальная труба, и я начал отступать. Теперь выживет тот, кто успеет покинуть судно — выберется из толкучки, где у горбунов не было никаких шансов, перегруппируется и вновь даст бой, но уже выше.

Не только я отступал, многие, уличив момент, тут же перебирались выше. И не только мы были такими умными — твари шли на перерез, атакуя отступающих.

Я только и успевал, что оборачиваться и наносить удары. Вот тварь ринулась на меня расставив лапы и открыв пасть, и я дёрнулся вперёд, выбросив руку с мечом вперёд. Кабанолев сделал большую часть работы за меня, по инерции сам и насадившись на меч. Сбросив его, я резко развернулся, поставив меч поперёк, и на меня набросилась со спины другая срань. В тот момент, когда существо уже было навалилась на меня, я резко крутанулся, сбросив её нахрен, и махнул по склону вверх. А где-то позади прямо у моей лодыжки щёлкнули зубы, едва не лишив меня ноги.

Потихоньку я начал выдыхаться, но тем не мене взбирался всё выше и выше. Рядом со мной оставалось не так уж и много горбунов, которые смогли вырваться из смертельной ловушки.

Мы оборачивались, отбивались от тех тварей, что нас нагоняли и вновь взбирались выше. Измотанные длинной погоней, подыхая от жары, да и ещё борясь с тварями, мы продолжали сопротивляться в то время, как внизу от той большой группы моих преследователей не осталось никого.

— Юнксу, как дела?

— Люнь, не отвлекай, — бросил я, успев подпрыгнуть, когда снизу щёлкнули зубы. И тут же воткнул в череп кабанольва меч. — Не сейчас…

Правда даже такая безнадёжная ситуация, где остатки нас, людей разумных гнали вверх, умудрилась перевернуться с головы на ноги. И я имею ввиду в худшую сторону, хотя казалось бы, куда ещё хуже.

К охоте присоединился огромный босс-вожак.

— Да чтоб тебя… — выдохнул я, глядя на то, как огромная туша грациозным прыжком рванула вверх за нами, показывая чудовищную прыть. Его рык заставил замедлиться остальных, практически отступиться от нас.

Решил, видимо принять участие в охоте, когда всё уже решено, сука.

И в этот момент то ли от злости на такую хитрожопость, то ли просто из-за того, что опасность за задницу укусила, у меня в голове стрельнула просто безумная идея. Я не считаю себя самым умными, да и не считал никогда до этого, но нас эта тварь всё равно догонит, и нам так или иначе каюк, почему бы не рискнуть?

Каюк раньше, каюк позже, какая разница в этой ситуации?

Бывают у меня такие озарения, да… безумные…

Я бросился к вышившим горбунам, прямо на бегу отобрав у них два копья. Ломанная-переломанная рука отозвалась дикой болью, но тем не менее, копьё удержала, а большего и не нужно. Не сказать, что горбуны сопротивлялись, однако по их взгляду я мог понять, что они думали — не рехнулся ли я часом в такой момент тут такое устраивать?

Нет, не рехнулся.

Вооружившись копьями на каждую руку, вместо того чтобы подниматься, я ринулся навстречу твари.

Ещё в джунглях Шаммо меня между делом Цурико учила, как охотиться с копьём в одиночку на очень крупную дичь. Я не был против чего-нибудь изучить, если это помогало отнимать у других жизнь, и здесь тоже с интересом послушал её рассказы.

Рассказы о том, как правильно расположиться, если на тебя готово прыгнуть огромное чудо.

Естественно, навались на меня кабанолев размером со слоника, я просто не удержу копьё, особенно сейчас, без своих сил, но вот если…

Тварь словно почуяла мой вызов, резко сменив направление на меня. Я мог разглядеть в этой звериной роже безумную радость и желание крови. Насмешку над таким слабым противником, как я.

Да только и сама тварь не была без Ци так сильна.

Я, спустившись ниже, присел на одно колено и выбрал позицию поудобнее, положив копья на землю так, чтобы древки упёрлись в камень. Смотрел, как приближается ко мне это хтоническое нечто, готовое меня разорвать, и ждал момента. Того самого, когда всё решится. Когда…

Тварь прыгнула.

Умное или нет, возможно запах крови вскружил голову или же опыта мало, но это была её ошибка. Тварь прыгнула на меня, как это делали раз от раза её собраться, словно на одних инстинктах, даже не попытавшись боднуть, что было логичнее.

И я поднял оба копья.

Здесь мне не требовалось усилий, лишь направить копья на тварь, а дальше всё сделала физика. Наконечники вошли в неё как в масло. Упёршись в камень, лишь в начале древко согнулось под тяжестью твари, и в тот момент, когда я уже думал, что они не выдержат, неожиданно просто вошли в тело вожака. Вошли чуть ли не полностью, отчего хренотень взвыла и отпрыгнула назад.

Не такая уж и умная она оказалась. Но вот чего ей было не отказать, так это в живучести. Копья её не убили, доставили дискомфорт, но не убили, не нанесли фатальных повреждений, даже почти полностью увязнув в её теле. Кабанолев отпрыгнув, ревя на всю округу, но тут же бросился в атаку, теперь уже пытаясь насадить меня на рога.

И здесь я едва проскочил справа от него. Разошёлся с рогом, который резанул по ноге… и не забыл о хвосте, которым, пробегая мимо, тварь попыталась меня ткнуть. Наклонился телом в бок, взмах меча и тварь лишилась двойного жала, взревев ещё громче. Прыгнула вперёд на меня, ударив когтями, которые могли посоревноваться в длине с кинжалами. Но если от одной лапы я увернулся, то вот другую пришлось парировать мечом.

Удар был как от столкновения с поездом — я и охнуть не успел как отлетел и кубарем, отбивая себе всё, что можно отбить, прокатился по камням. Остановился, упав на спину и даже не успел встать, когда кабанолев оказался сверху.

Мне в лицо ударила вонь гниющего мяса, когда он раскрыл пасть, чтобы сделать контрольный кусь. В этот момент даже время, казалось, замедлилось, будто давая мне возможность прочувствовать свои последний мгновения жизни. Рассмотреть его зубы, разглядеть язык и черноту в глотке, когда его пасть уже была готова сомкнуться прямо на мне.

Но она не сомкнулась.

Вместо того, чтобы сделать контрольный кусь, кабанолев неожиданно подпрыгнул, задрав голову, и взвыл таким воем боли, что у меня аж всё скрутило внутри.

Смешно сказать, но всё потому, что в этот самый момент кусь сделали уже ему прямо за яйца.

Этого самого мгновения было достаточно, чтобы перевернуть весь бой, закончив всё одним ударом.

Я резко вскочил, подпрыгнул и что было сил взмахнул мечом. Взмахнул так, что заныла рука, а сустав неприятно щёлкнул от напряжения. Кончик меча без какого-либо сопротивления полоснул по шее и вскрыл глотку задравшей голову твари, судя по всему, перерезав ей все основные вены и артерии в шее.

И меня окатило настоящим душем горячей крови.

Мерзко, но я мог смириться с этим, учитывая, что на моих глазах сдыхал сам вожак, дёргаясь влево-вправо и будто пытаясь как-нибудь передавить рану на шее. На камень, как из брандспойта била кровь, стекала вниз, образовывала ручьи, пока огромный кабанолев бился из стороны в сторону. Бился до тех пор, пока его лапы не подогнулись, и он не упал, пока силы окончательно не покинули. Пока он в последний раз не ударил своим обрубленным хвостом о землю.

Я, наверное, секунд десять молча смотрел на тушу, прежде чем выдавить из себя хотя бы слово.

— Блин, Зу-Зу, ты, конечно, как чёрт из табакерки… — выдохнул я, глядя на поверженного вожака, который сейчас активно истекал кровью. Но не выдержал и улыбнулся. — Третий раз мою жопу спасаешь за последнее время.

Тот лишь сел на попу и протяжно зевнул, показав целый набор острых зубов.

Что касается остальных кабанольвов, то те удивительным образом сейчас быстро разбегались, будто потеряв всякую волю к сопротивлению. Словно почувствовали смерть своего босса и теперь спешили убраться подальше, чтобы их тоже не убили. Или же, что тоже вероятно, их больше никто не контролировал и не заставлял бросаться на мечи и копья.

Меньше, чем за пять минут в округе кроме меня, нескольких горбунов да Зу-Зу не осталось ни единой живой души. Лишь последствия бойни, что были ниже по склону, да разбросанные повсюду тела как зверей, так и горбунов.

А что касается живых…

— Смотрю, они не сильно-то и горят желанием подходить ко мне, — пробормотал я, глядя на этих чудиков, что косились на меня с безопасного расстояния. Теперь это выглядело так, будто я их преследую, а они убегают.

— Ну это же хорошо, да?

— Против ничего не имею, но чтобы глупостей не наделали сейчас…

А именно не напали.

Мне бы, по-хорошему, и самому бы пора убегать, пока никто ещё не отошёл от бойни, но бросить трупак такой огромной твари, не вскрыв её? Нет-нет, фигли я тут мучился всё это время? Убегал, дрался, опять убегал, опять дрался? Хоть какая-то плата за мои страдания должна быть, верно?

К тому же с таким-то количеством горбунов я справлюсь уж как-нибудь, если они действительно рискнут на меня напасть. Пусть я и устал, очень сильно устал, а горло драло от жажды, однако силы у меня ещё оставались. На них, по крайней мере, точно хватит.

— Зу-Зу, дружок, сторожи эти уродов, чтобы близко не подходили, хорошо? — кивнул я на них. — Я тут пока в кишках этой твари поковыряюсь.

— Может лучше уйти, пока есть возможность? — предложила Люнь.

— Я хочу получить хотя бы что-то за свои страдания.

— Это того стоит?

— Риска? Да уж куда хуже-то? К тому же эта тварь… Мне показалась она разумной, а значит у неё если и есть ядро, то как минимум Хранителя или Древнего зверя, то есть восьмого или девятого уровня. Ты прикинь, что это значит?

— Пилюли?

— Именно! Пилюли. Ну или просто сожрать ядро, чтобы бустануло в развитии дальше.

— А если нет ядра?

— Вот это мы сейчас и проверим.

Мне было действительно интересно посмотреть, что будет находиться у твари в этом мире, если она не обладает возможностью управления Ци, но, по сути, имеет высокий уровень.

Поэтому, уже будучи весь в крови, я достал меч и начал методично вскрывать существо, не забывая бросать взгляд через плечо на горбунов, которые топтались рядом. Осторожно, шаг за шагом, уже наученный разделке животных, я осторожно вскрывал кабанольва, пробиваясь через его достаточно прочную и плотную шкуру, а потом и кости.

Такая разделка заняла у меня не больше десяти минут, что было достаточно много для таких простых манипуляций, но мало со сломанной рукой, которая дико ныла. Однако я даже об этом и не думал, добравшись до святая святых, где у любого демонического животного обычно находилось демоническое ядро.

Здесь демонического ядра не было.

Но было кое-что другое…

— Люнь? — негромко позвал я призрачную, достав странную хрень из твари. — Можешь выглянуть?

— Что такое?

— Просто выгляни на секунду, пожалуйста, — нетерпеливо попросил я, весь уделанный в крови.

— Что? — высунулась Люнь из меня.

— Что это?

Я приподнял на руках небольшой белый шар размером, наверное, в два кулака, который нашёл в существе. И всё бы ничего, но…

Но он был белым.

Белый, словно огромный жемчуг, который источал тепло, я бы даже сказал, жгучее тепло. Но от него не сходило ни силы, ни каких-то всполохов Ци, вообще ничего. Можно сказать, самый обычный перламутровый шар, если бы только не то, что я достал его из животного, предположительно восьмого или девятого уровня по меркам Ци.

— Ты хоть раз такое видела? — тихо спросил я.

— Я… это было внутри?

— Да, на месте, где обычно располагаются демонические ядра.

— Я не знаю, в первый раз такое вижу, — пробормотала она и даже докоснулась до него рукой. — Он тёплый.

— Обжигающе тёплый… ш-ш-ш… — мне пришлось положить его на землю, так как шар уже начал обжигать ладони. — Это… небесное ядро или что?

— Небесное ядро?

— Ну если есть демоническое, то есть чёрное, то может есть и противоположное, небесное? — логично предложил я, глядя на него. — Слушай, а его съесть можно?

— А тебе бы лишь бы что-нибудь сожрать, — фыркнула она, спрятавшись в меня. — Лучше давай покажем Бао, он-то наверняка узнает, что это такое.

— Просто…

Просто если здесь нет Ци, то тогда это какая-то аномалия, да? А раз аномалия, то возможно что-то очень ценное, редкое, что можно будет использовать в будущем. Ну или это бесполезная хрень, которая обжигает руки, тут уж как знать.

Позади меня недовольно зарычал Зу-Зу.

Горбачи, те, что остались после этой бойни, медленно и осторожно сейчас спускались вниз к павшим собратьям и лишь один направился в мою сторону, на кого и рычал Зу-Зу.

— Зу-Зу, отставить, — отошёл я от распотрошённого трупа и вышел навстречу горбачу, окинув его взглядом.

Всё такая же пучеглазая рожа с торчащими вперёд глазами и без носа, как и остальные — в этом плане он ничем не отличался от своих сородичей. Да и в принципе, один был похож на другого и, если честно, я даже не отличал их друг от друга. Но конкретно этот сейчас не выглядел враждебным, по крайней мере, не пытался тыкнуть в меня мечом, что выгодно выделяло горбуна на фоне других.

— Ты хотел что-то? — спокойно, даже мягко спросил я. Знаю, что он меня не понял, но в интонации я постарался вложить миролюбие. Всё же после такой бойни, даже будь мы сто раз врагами, я рассчитывал, что мой подвиг оценят.

Ну или хотя бы будут меня бояться и не тронут.

Горбун молча протянул свою ладонь, длинную, с пальцами, которые были похожи на червяков, на вид настолько грубую, что её можно было использовать как наждачную бумагу. Жест тяжело было интерпретировать как-то иначе, как дать ему свою руку.

Честно, у меня были определённые сомнения на этот счёт, однако мне было и интересно, что он сделает, если я протяну ему руку. Ну не отрежет же он её, верно?

Правда, когда он схватил протянутую левую руку, которую всё равно не жалко, так как сломана, и достал чёрный нож, сделанный из вулканического стекла, моя уверенность разом испарилась. Правая рука тут же легла на клинок, готовая срезать его в мгновение ока, но… я всё же медлил. Медлили, потому что он не выглядел агрессивным или тем, кто хочет немного почленовредительствовать.

Горбун тем временем спокойно развернул мою конечность ладонью вниз и начал на тыльной стороне кисти выводить какой-то символ. Это был… круг с квадратом и какими-то символами внутри. Почему-то он мне напомнил пентаграмму для вызова духов. Осторожно, будто какой-то татуировщик, лишь закончив рисунок, он отпустил мою руку, после чего показал свою тыльную сторону ладони, на которой красовался такой же символ. Он держал её так, пока я не повторил его жест, после чего просто развернулся и ушёл.

— Он мне вырезал картинку на тыльной стороне руки, — пожаловался я. — Такую же, как и у него на руке.

— Признал своим?

— Вот хрен знает, но… Как думаешь, мне простили убийства его братьев? Я ведь много убил их людей.

Хотя это будет странно, если меня простили. Я там же столько учудил, стольких ребят их перебил, а тут типа помог им сражаться и всё? Амнистия, тут же простили? Я, конечно, верю в людскую доброту, но это выглядело неправдоподобно даже для меня.

— Наверное, раз пометил тебя своей меткой, — она осторожно выглянула из меня и взглянула на руку, по которой из свежих порезов медленно капала кровь. — Видел хоть раз такую?

— Да, — кивнул я, рассматривая кисть. — У Чи Ю в доме.

Глава 279

Да-Да, я видел уже этот знак, и видел его не где-то а в доме самого Чи Ю на одном из этих флагов, что свешивались внутри его замка. Я сильно не присматривался, но символ очень похож на то, что там было изображено.

Меня что, вписали в клуб поклонников Чи Ю?

Или пометили, что типа опасайтесь его?

Или бейте и насмехайтесь над ним?

Ладно, потом погадаю, а сейчас надо было сваливать, пока добрый горбуны не стали злыми горбунами, а у меня ещё есть силы двигаться дальше.

— Зу-Зу, ты принёс веер?

Тот устало взглянул на меня и кивнул.

Здесь я пушистого понимал. Представляю, сколько ему пришлось топать, чтобы нагнать меня, но сейчас надо было двигаться дальше, и как можно быстрее, пока ещё чего не случилось. А то мне прямо везёт в последнее время, словно вытащил счастливый билет.

— Давай, идём. Где ты спрятал веер?

Сейчас я словил такой хороший флэшбэк, однако чувство опасности оказалось ложным. Мой драгоценный веер нашёлся под одним из камней, если идти налево по склону, в стороне от бойни, которая здесь развязалась. Целый и невредимый, если не обращать внимание на последствия, когда Зу-Зу его в прошлом проглотил.

Что касается сумки, то её Зу-Зу нашёл на противоположной стороне под камнем. Она лежала в целости и сохранности. Я оглядел её с разных сторон, после чего решил открыть и посмотреть, что там внутри, но… вспомнил, что без Ци её и не открыть так-то.

Ну тогда и волнений по поводу возможного грабежа нет.

— Ладно, Зу-Зу, идём отсюда, да? Хватит с нас этих земель?

Я думаю, если наш путь будет лежать через них, стоит лучше сделать большой крюк, чем идти напрямик. Мне с головой хватило всего этого дерьма. Нет, я в какой-то степени и выиграл может, получил большую жемчужину и классную метку, но по большей части я всё же огрёб. Хожу тут голый, весь в крови с какими-то наростами на теле, словно один из этих горбатых блин…

А ведь если им знаком этот знак, можно предположить, что когда-то они или, куда вероятнее их предки были слугами Чи Ю и остались на землях даже после того, как хозяина казнили, а земли превратили в безжизненные скалы. А потом века мутации и вот горбуны, которые верой и правдой живут там, где им велено.

Интересная теория. Но не настолько, чтобы я углублялся в неё и пропустил тот самый момент, когда мы вышли из этой богом проклятой зоны подавления. На следующий день, когда мы дошли до вершины этой горы, что я, что Зу-Зу, что даже Люнь ощутили этот переход.

Ощущения при этом… были довольно странные. Словно тело обдуло прохладным ласковым ветерком и одновременно его пробрало таким расслабляющим током. Ощущения были настолько необычными, что я ни на секунду не засомневался, что мы вернули свои силы. А чтобы подтвердить это…

— Наконец-то… — выдохнул я, поднявшись в воздух.

— Всё, да? — воодушевилась Люнь.

— Да, мы вышли, — кивнул я, не в силах скрыть улыбки, после чего посмотрел на Зу-Зу. — Живём, да?

Тот, пусть и был уставшим, тоже не мог скрыть своей радости.

И первым делом я достал флягу с глубокой чашкой. Налил сначала Зу-Зу, а потом сам буквально обпился, наслаждаясь тем, как проходит это гнусное ощущение, будто нажрался песка. Следом сразу пошла и еда для Зу-Зу (у и я в честь хорошего исхода поел), после чего я начал мыться из бесконечной фляги.

Это было нелегко, особенно со сломанной рукой, стирать с себя всю эту кровь, которая уже успела превратиться в корку, прилипнув к телу намертво. Хуже было отмывать те части, куда мне пришили… какую-то мерзость. Меня аж передёргивало, когда я касался этих мест, словно оголённое пульсирующее на ощупь мясо.

И именно по этой причине я не съел пилюль лечения — боялся, что если съем и, то это дерьмо и вовсе врастёт в меня. Нет, лучше пуст остаётся так, а потом я просто вырежу это, а Лисица исцелит.

Мы переночевали здесь же, после чего с новыми силами уже полетели дальше. Перед отлётом я даже оделся в чистое ханьфу.

— Ну вот, совсем другой человек, — улыбнулась Люнь, оглядывая меня.

— Я уже и забыл, что такое ходить в одежде, — усмехнулся я, натягивая гэта. А то ходить голым в одних обвязках на ногах такое себе, конечно.

Больше таких гор на нашем пути не было. Последняя, на той, что мы переночевали, спускалась вниз, после чего начинались равнины из чистого камня. Ну кое-где были, конечно, горы, но они уже не шли ни в какое сравнение с теми, по которым нам приходилось лазить. Да и трещин с лавой больше нам не встречалось.

Мы просто летели и летели через горные равнины, что заняло у нас порядка шести дней. Пока мы возвращались, я даже решил измерить скорость, с которой мы двигаемся в полёте. Во время одного из привалов, я час топал просто прямо, после чего вернулся обратно, но уже по воздуху.

Если исходить, что средняя скорость человека пешком на прямой около пяти километров, то я прошёл как раз пять километров за час, а обратно такой же путь преодолел минут за пять, то скорость полёта составляла плюс-минус около шестидесяти километров в час.

— Зачем тебе это? — полюбопытствовала Люнь, с интересом следя за мной.

— А тебе разве не интересно, с какой скоростью летит человек?

— Так у меня бы спросил.

— Я уже спросил один раз, ты ответила, что быстро.

— И хочу заметить, что не соврала, — важно подняла она палец в воздух.

Вот уж точно человек, который никогда не соврёт. Прямо как моя мать, которую спрашиваешь любой вопрос, а она отвечает: «хрен его знает», но при этом говорила, чтобы я не стеснялся спрашивать, ведь кто ещё мне всё расскажет.

А вообще забавно, да? Получается, если я лечу десять часов, то преодолеваю шесть сотен километров. А если я лечу так на протяжении месяца, то преодолеваю около восемнадцати тысяч километров.

Конечно, надо учитывать, что долго лететь я не могу, часто делаю привалы и так далее, но масштабы преодолённых территорий всё же впечатляют.

Получается, даже если взять, что мы проходили каждый день по пятьсот километров, расстояние от тех гор до границы составило по меньшей мере около трёх тысяч тысяч километров. Это, блин, расстояние от Москвы до… до… до Новосибирска, если я не ошибаюсь. Я не карта, но плюс минус примерно так будет, наверное. А это лишь малая часть территорий.

Этот мир аномально огромен, и мне интересно, насколько тогда огромна планета. А если она огромна, почему притяжение такое слабое. А если оно слабое, что это вообще за планета.

Я чем больше думал, тем больше становилось вопросов, на которые не было ответа. И тогда становилось ну совсем как-то не по себе от этого, если честно, так как начинаешь задумываться вообще о вселенной и о её границах.

Короче, к границе пустыни и огненных земель я прилетел с мыслями о вечном. И переключился на мысли о практическом: куда топать, налево или направо.

— Я ставлю… направо!

Зу-Зу кивнул налево.

Я молча посмотрел на этих двух… верных товарищей.

— У нас здесь не казино. Это значит, что не надо сейчас сидеть и гадать, в какую сторону идти.

Налево или направо? Тут куда не глянь, повсюду эта прибрежная зона с песками. И чёрт поймёшь, куда двигаться. То есть, я могу определить стороны света, где запад, где восток, но где конкретное место, хрен знает.

Я взлетел в воздух настолько высоко, насколько мог, и огляделся, но даже так сказать, куда двигаться, не смог. Повсюду один пейзаж.

— Определился? — спросила Люнь. — В сторону старолуния (на север), или в сторону новолуния (на юг)?

Блин, вопрос прямо-таки на миллион… Учитывая размеры границы пустыни, я могу двигаться сутками, при этом так и не узнать, правильную сторону ли выбрал или ошибся.

— Сейчас бы печать Бао, чтобы по метке их найти… — вздохнул я.

— Предлагаю идти в сторону новолуния (на юг). Это хороший выбор.

— Но ты не знаешь точно.

— Не-а, — беззаботно махнула она головой.

— Пойду налево.

— Вот лишь бы не поступать, как я предложила… — пробурчала она недовольно.

Нет, дело было не в том, чтобы сделать с точностью да наоборот. Просто… не знаю… душа у меня лежала двигаться налево. Чёрная Лисица говорила всегда прислушиваться к себе, прислушиваться к миру, так как большинство ответов лежит именно в нём.

Поэтому мы полетели налево, на север.

Люнь ещё некоторое время бурчала, что я не послушал её, но в конце концов, всё равно смолкла, оставшись при своём мнении. Правда, когда через несколько дней мы так ничего и не обнаружили, кроме как голый камень слева, и песок справа, она вновь начал гундеть, что вот, я же говорила тебе и так далее.

Но я не обращал внимание. Если ошибусь, полечу в другую сторону и буду искать до посинения, пока не отыщу. Как-нибудь мы уж точно пересечёмся.

Но этого делать не пришлось. Примерно через неделю после того, как мы направились на север среди однотипных пейзажей, я наконец увидел деревню. Ту самую деревню, в которой похозяйничал Зу-Зу и где купались в источниках.

— Во-о-от… — не удержался я от улыбки, посмотрев на Люнь. — А мне кто-то не верил.

— Ой, да ну тебя… ты просто угадал, — отмахнулась Люнь. —К тому же не факт, что они до сих пор здесь.

— Ты так не хочешь, чтобы мы вновь воссоединились?

— Я этого не говорил, — тут же ответила она.

— Но по поведению именно так оно и выглядит, — заметил я.

— А вот и не правда.

— А вот и правда.

— А вот и нет.

— А вот и да.

— Нет.

— Да ну тебя, — отмахнулся я и окинул деревню взглядом.

Немного подумал и решил, что сначала стоит слетать к курганам, из-за которых я и влип. Главное, сейчас заново не вернуться к Чи Ю, а то вот он обрадуется мне, на рог себе натянет жопой.

Благо лететь к курганам было не так что уж прямо далеко. Всего сутки, не более. Я переночевал где-то у самой скалы под присмотром Люнь, после чего на утро взмыл в воздух и продолжил своё путешествие.

Ровно до того момента, пока не заметил вдалеке пятерых человек.

Было сложно не заметить пять фигур, которые ошивались вокруг курганов. На абсолютно ровном без камней каменном плато они выделялись так сильно, что даже без хорошего зрения их было не заметить очень сложно.

— Вот они… — выдохнул я, почувствовав, как внутри приятно дрогнуло сердце. С такого расстояния я мог разглядеть, кто есть кто, но всё же мой взгляд остановился первым делом на Чёрной Лисице. — Интересно, я смогу к ней подлететь незаметно?

— Юнксу, она уже тебя заметила, — обнадёжила меня Люнь. — Вон, остановилась и смотрит, судя по всему, в нашу сторону.

— Тц…

— Не думай, что она глупая. Нет, она глупая, но не настолько, чтобы не заметить тебя.

А я рассчитывал, что они будут заняты своими делами и не обратят на меня внимания. А тут я такой хоп с неба и сюрприз!

Но да, Лисица всегда умела испортить сюрприз и теперь моё появление не будет чем-то неожиданным. Поэтому пришлось лететь открыто, наблюдая за тем, как и другие из моей команды останавливаются и смотрят в мою сторону.

Чёрная Лисица стояла ровно, с достоинством, ожидая, когда я приземлюсь перед ней. Нет, я не ожидал, что она бросится в соплях и слезах встречать своего ненаглядного ученика, однако её спокойствие, будто я и не исчезал меня всё же слегка расстроило. Может её пнуть в коленку, чтобы она хотя бы слезу пустила?

Позади неё стояла Совунья, Джа, Стрекоза и… Бао. И вот Бао выделялся из них больше всех, так как помимо того, что единственный мужик, так ещё и лицо у него было знатно так раскрашено, предположу, тяжёлой рукой Лисицы. И даже подозреваю, с какой целью.

— Я вернулся, — приземлился я перед ней.

Реакция была довольно предсказуемой: Лисица даже слова не вымолвила и глазом не повезла, будто я и не пропадал. Просто стояла, окидывая меня внимательный взглядом строгого учителя, который ищет, к чему бы прикопаться. Не сказать, что я рассчитывал на большее, но улыбнись она хотя бы краешком рта, мне было бы приятно. И лишь рассмотрев меня получше, она негромко произнесла:

— Мы тебя уже потеряли, Юнксу. Я рада, что ты вернулся.

Ну… ладно, её слова, пусть и сказанные невозмутимо, всё равно тронули меня.

— Да мне деваться некуда, — улыбнулся я. — И вы не поверите, но…

В этот момент Лисица неожиданно прищурилась. Она сделал шаг вперёд, отчего я едва не отпрыгнул от неё, схватила меня за грудки и…

Нет, не засосала… хотя странно, что я вообще подумал об этом. Чёрная Лисица принюхалась ко мне. Наклонилась так близко, что я сам мог почувствовать её лёгкий приятный аромат женщины. Её маленькие ноздри забавно задёргались, расширяясь и уменьшаясь, когда она пыталась уловить какой-то аромат.

— Юнксу, чем от тебя пахнет? — наконец спросила она с недовольным видом.

— Э-э-э… потом? — предположил я.

— Чем-то гниющим, — поморщилась Лисица.

— А-а-а… — до меня дошло, что это могло быть и, осторожно освободившись от рук Чёрной Лисицы, я сделал пару шагов назад. — Наверное, причина в этом.

И с этими словами я задрал ханьфу и спустил штаны, показывая свои… новообразования, которые поблёскивали даже при такой пасмурной погоде гладкими, словно влажными мясистыми поверхностями. Мне самому было неприятно на них смотреть, что говорить о других.

— Это… — начала было Совунья, но Лисица её уже опередила.

— Юнксу, это что такое? — её голос был таким, будто она отчитывает ученика, который разбил коленку. Не ругается, потому что понимает, что тому тоже невесело, но явно выражает своё недовольство ситуацией.

Хотя так просто проявлялась её забота. Чёрная Лисица была не из тех, кто сюсюкается или проявляет чувства. Все её проявления заботы были чопорными и жёсткими, будто она пыталась не позаботиться о тебе, а накидать тебе ещё больше проблем. Иногда мне казалось, что Лисица просто стесняется показать эмоции и доброту: то ли не хотела, чтобы это приняли за слабость, то ли её саму это очень сильно смущало.

— О-о-о… Чёрная Лисица, это очень интересная история…

И очень долгая, как выяснилось.

Мы расположились около их временного лагеря, где я с самого начала начал рассказывать о своих охренительных приключениях. Начал прямо с того, как разделился с ними, после чего рассказал о курганах, о том, как я попал в тот мир, о клиновых рощах и Чи Ю, о нашем договоре и том, как я вернулся и топал обратно.

Пусть все и пытались сохранять каменное выражение лица, когда слушали меня, однако, что у Совуньи, что у Лисицы то и дело мелькало удивление и даже неверие. Джа просто не показывала эмоции, а Стрекоза косилась на Зу-Зу, который сидел на против неё, сверлил взглядом и облизывался.

А вот Бао удивлённым не выглядел. Нет, он выглядел заинтересованным, но никак не удивлённым, словно новость о богах для него была не нова.

Я рассказал и о зоне подавления Ци, и о горбунах, которые меня пытались съесть, о том, как сбежал, а потом сражался с ними бок о бок против какой-то твари, из которой выпал…

— Вот это, — вытащил я на свет жемчужину. Все взгляды, даже Джа обратились к ней. Все, кроме Зу-Зу — у него здесь было только одно самое желанное на свете, и оно сидело напротив него. — Вы хоть раз видели что-нибудь подобное?

Вопрос был адресован всем, однако смотрел я на Бао, который задумчиво чесал свою бороду. Почему-то я даже не сомневался, что Лисица и Совунья не знают, не в обиду им, но вот Бао вполне мог встречать нечто подобное, учитывая его опыт и профессию алхимика. Но и он не смог дать мне вразумительного ответа.

— Похоже на ядро… — протянул он медленно, — только не демоническое. Говоришь, нашёл в вожаке?

— Да, на территории, где подавляется Ци, если это важно.

— Дай-ка мне… — протянул он руку, и я переложил ему шар в ладонь.

Тот минуту или две крутил его в руках, прислушивался, постукивал, принюхивался и даже пытался пальцем корябнуть, но эффекта не было. Если честно, я тоже думал, что может что-то изменится, когда мы выйдем из зоны подавления Ци, однако шар оставался шаром, словно большая жемчужина.

— Ладно, отдавай сюда, — поманил я его пальцем. — Потом посмотришь.

Тот молча отдал мне шарик, который я спрятал в сумку.

— Ну… вот, собственно, и всё. Мы покинули зону и полетели к границе, где уже определились, куда двигаться дальше. Ну и вышли на вас, — закончил я. — Так что… можно сказать, что мы уже проверили, что нас будет ждать дальше. Главное соблюдать осторожность и держаться друг друга. Возможно, горбуны даже пропустят нас с этой меткой.

Все молчали, никто даже звука не издал. Ну не знаю, похлопали хотя бы в ладоши, на бис вызвали. Я им такую тут удивительную историю задвинул, а реакции ноль. Хотя нет, реакция был, и была она у Лисицы.

— Вырезать.

— Что, простите? — просто ни с того, ни с сего.

— Надо вырезать то, что они пришили к тебе, — холодно произнесла Чёрная Лисица. — Я смогу вырезать и потом исцелить тебя.

— А мне, кажется, они прикольно выглядят, поддразнил я её, потрогав свои наросты.

Но Лисица уже достала кинжал.

— Раздевайся, сделаем это быстро.

Нравится, мне когда Лисица проявляет заботу. Не нравится, каким образом она её проявляет.

— Прямо здесь что ли?

— Завтра мы выдвинемся, как я понимаю дальше в земли, поэтому лучше решить этот вопрос здесь и сейчас, — произнесла она невозмутимо. — Не тяни, Юнксу, я вырежу из тебя всё лишнее.

Звучит так, будто меня кастрировать собираются.

— Ну хоть отдохнуть мне перед этим можно-то? — предложил я. — Я рад вашей заботе. Чёрная Лисица, но не слишком ли круто? Вот так прямо сразу взять и вырезать?

— Я не вижу смысла тянуть с тем, что придётся делать так или иначе. Ты принимал пилюли лечения?

— Нет, — покачал я головой. Не стал говорить, что большую часть самых мощных пилюль я растерял в ущелье, когда Люнь пыталась меня ими накормить, проталкивая в самую глотку.

— Мне бы не хотелось, чтобы вот это стало частью тебя, — кивнула она на мой торс. — Неизвестно, как они отразятся на твоём здоровье и культивации.

— Не думаю, что как-то критично. По крайней мере, это спасло мне жизнь, и что мы сюда летели, ни боли, ни каких-либо странных вещей не происходило. Они словно… заплатки.

Да, заплатки на тело из тканей, которые тут же прирастают и поддерживают твой организм. Но да, оставлять их на себе мне очень не хотелось. Но как посмотрю на Лисицу с ножом в руках и подумаю, что она будет из меня их вырезать, так становится немного жутко.

Какая радикальная и убийственная забота, я аж не знаю, прослезиться или испугаться. Но тем не менее я был рад, что мы вновь вместе.

Глава 280

От курганов мы улетели в этот же день. Углубились в огненные земли, или как их называли, край земли, расположившись подальше от чужих глаз в небольшой складке местности. Никто не хотел оставаться рядом с местом, где тебя может спокойно перенести в мир божества, что не отличается добротой и радушием.

Конечно, будь возможность, я бы предпочёл вернутся в трактир, однако после Зу-Зу, который славно подкрепился на огородах местных жителей, которые их кормили, этот вариант сходил на нет. Возможно поторговать с нами ещё и согласятся, но точно не примут пожить. Это нам дали понять ещё там.

Сейчас у нас по плану было вырезать из меня заплатки, поставленные горбунами, так как из-за этого я не мог пользоваться пилюлями лечения, а после решить вопрос с пилюлями для прорыва на следующий уровень. Ну и дальше уже по плану, которого у нас не было.

— Ты всё же достал их… — усмехнулся Бао, взяв тысячелетний цветок пустыни.

Я решил на всякий случай всё же показать цветок Бао, как эксперту. Он хоть и человек-говно, но в моих глазах он был мастером своего дела.

— Я надеюсь, это то, что нужно, да?

— Ага, сойдёт, — кивнул он. — И сколько ты их нарвал?

— Достаточно. Достаточно на нас всех.

— И я так понимаю, ты набрал очень много, где хватит с головой не только на нас, но и на ещё кучу человек. Похвально, — усмехнулся он. — И ведь обобрал бога… Юнксу, ты один из самых странных людей, которых я видел.

— Один из самых?

— Ты не представляешь, как много странных людей топчут земли, и ты один из них, уж поверь мне, — оскалился он, но тут же поморщился и потёр лицо, на котором красовались синяки.

— Вижу, Чёрная Лисица поболтала с тобой, — окинул я его одноглазую рожу взглядом. Всё в синяках и шишках, губа разбита, а нос и вовсе сломан, как погляжу.

— Да, она подумала, что это я могу быть причастен к твоей пропаже, — улыбнулся Бао беззлобно, будто и не злился на неё вовсе. — Особенно после того, как обнаружилось, что связь ошейника с тобой разорвалась. Джа ходила здесь, как потерянная, будто не знала, куда можно податься, а Лисица сразу же обвинила меня в твоей смерти, и решила устроить допрос с пристрастием.

— Ошейник потерял со мной связь? Надолго?

— Не знаю, как и не знаю, из-за чего: из-за тюрьмы Чи Ю или из-за зоны, где подавляется Ци. Но тем не менее все подумали о худшем, а Лисица, как выяснилось, очень дрожит тобой, — потёр он ушибы на лице.

— Но тем не менее ты жив.

— Конечно жив, — ответил он. — К тому же твой мастер, она лишь… милая девушка с горячим характером. Помашет ручками и успокоится. Куда хуже Лин её верная подруга.

Он кивнул на Совунью, которая в это время сидела в стороне и рылась в сумке. Будто почувствовав внимание к своей персоне, она подняла голову, огляделась и остановила взгляд на нас.

— Верная подруга? Я бы не назвал её верной подругой, — покачал я головой в сомнении, вспомнив, как Совунья в своё время отзывалась о Лисице. — Они скорее соперницы.

— Не верь всему, что видишь. Они подруги, причём лучшие, как бы это не выглядело наоборот со стороны. И из этих двух воплощение зла — Пейжи. Маленькая скользкая стерва, которая не будет столь прямолинейной и не станет махать кулаками, как Лин, а медленно истреплет все твои нервы и высосет мозги через трубочку. Как ты смотришь на то, чтобы Пейжи случайно запнулась на краю ущелья и упала в лаву, связанная по рукам и ногам, а мы скажем, что это она сама?

— Я всё слышала, Бао, — негромко сказала Совунья со своего места, и даже виду не подала, что её это как-то насторожило.

— А я думал, тебе нравятся такие девушки.

— Это как дурманящие травы, Юнксу. То, что они нравятся, не отменяет того, что они убивают тебя, — ответил он, скользнув по Совунье взглядом. — А я не люблю всё, что делает меня слабее.

— Ла-адно… а что насчёт пилюли на прорыв к восьмому уровню?

— Помнишь наш уговор?

— Я тебя не убиваю, а ты делаешь пилюли?

— Я делаю на нас двоих или четверых, если понадобится, — пояснил он.

Тут, собственно, и думать нечего. Если откажусь, то он тоже откажется помогать, поэтому мой ответ был очевиден.

Но если с Бао было всё понятно, то вот с заплатками на моём теле всё только начиналось.

— Юнксу, ложись, я вырежу из тебя всё лишнее, — Лисица всё никак не могла успокоиться, кровожадно глядя на меня, что несколько пугало. — Я сделаю всё быстро.

— Чёрная Лисица, вы знали, что с кухонным ножом вы выглядите ещё более угрожающе, чем обычно? — тихо спросил я, испуганно глядя на неё.

— Это кинжал. Ложись, не будем тянут. Чем раньше мы с этим покончим, тем быстрее ты придёшь в норму.

Вот уже не терпится вскрыть ученика, блин.

Вообще, мы уже подготовились ко всему: нашли место, где будем вскрывать, взяли у Бао обезболивающее, я помылся, туда-сюда, но блин, взглянув на Лисицу с ножом, мне стало как-то не по себе. Особенно от того, как она с энтузиазмом была готова взяться за работу.

— Может доверим это… Джа? — предложил я.

— Я твой мастер, Юнксу, я несу за тебя ответственность и сделаю всё, чтобы ты выжил в отличие от какой-то там рабыни. А теперь раздевайся и ложись.

Вообще, это, конечно, антисанитария, вот так проводить операции на голой земле под открытым небом, однако с тёмной Ци для меня особых проблем с заражением быть не должно. К тому же со склянкой спирта, которую мы взяли всё у того же верного и доброго Бао, который всегда был готов нам помочь.

Но самое интересное начало, когда Лисица начала меня вскрывать.

— Ты можешь почувствовать небольшое давлении, Юнксу, — предупредила она…

После чего с огромного размаха воткнула в меня этот сраный нож!!!

Я аж охренел на мгновение! Это млять ты называешь аккуратно?! Но ещё хуже было то, что после этого она резко дёрнула вниз, будто брюхо свинье вскрывала! Мля, ты операцию проводишь, а не тушу разделываешь!

— Мастер!!! — пискнул я перепугано. — Осторожнее!!!

— Я сама осторожность, Юнксу, — ответила Лисица невозмутимо, забрызганная моей кровью, после чего начала… просто нахер ножом орудовать как заправский мясник. Наотмашь влево, вправо, влево, вправо!!!

— Мастер!!!

— Терпи.

— Да осторожнее!!! Вы же не тушу разделываете!!!

— Я сказала, успокойся, — раздражённо подняла она голову. — Хватит истерить, Юнксу, не отвлекай меня.

И давай что-то резать во мне.

Рядом, с интересом наблюдая за операцией, летала Люнь, которая служила здесь чем-то вроде ассистента, который более-менее что-то понимал в анатомии человека.

— Вот здесь надо чуть-чуть подрезать… — советовала она, вися за плечом Лисицы и показывая пальцем. — Вот тут, да, осторожно… Нет, ты немного перестаралась. Ну ладно, человек может и с одной почкой жить, не страшно. Главное, перетяни, чтобы кровь не шла так сильно.

Чего млять?!

На моих глазах Лисица, недовольно цыкнув, через плечо выбросила мою почку!

— Вот здесь, я вижу, надо отрезать… — она вновь начала орудовать ножом, после чего достала с каким-то сомнением… кусок чего-то. — Это что?

Мне аж поплохело от её вопроса.

— Не знаю, но ты что-то не то отрезала, — заметила Люнь. — Это не похоже на мясо.

— Это явно что-то ненужное, раз он жив, — пожала Лисица плечами и.. выбросила из меня... Погодите-ка, это не кусок моей печени был сейчас?!

— Вы что творите?!

— Юнксу, я сказала хватит! — подняла Лисица голос, продолжая что-то из меня вырезать. — Да чтоб тебя… не режется…

И с остервенением начала чуть ли не рубить что-то во мне!

— Лин, осторожно, это его… ай, ладно, и так сойдёт, — отмахнулась Люнь. — Вон ещё кусочек надо отрезать.

Господи, кому я доверился…

Я молча и с ужасом наблюдал, как из меня вырезают всё «лишнее», пока наконец не избавили моё тело от заплатки. И то же самое происходило примерно с ногой, которая похудела в половину, прежде чем они справились. В этот момент я искренне пожалел, что доверился им, а не, скажем, Бао или той же Совунье, которые были поспокойнее и не резали сгоряча.

Мастер Чёрная Лисица, вы настоящий херург.

— Так, — вытерла она лоб кровавой рукой, — что ещё им можно отрезать?

Можно отрезать?! Не надо, а можно?! Вы что там из меня вырезали?!

Её взгляд пробежался по моему голому телу и, как мне показалось, остановился на пахе, который я быстренько прикрыл руками.

— Достаточно, мастер, вы сделали всё, что смогли. Пощадите меня, — жалобно попросил я.

Она недовольно посмотрела на меня, но ничего не ответила, нитками грубо сшив обратно моё брюхо.

И первое, что я сделал, нажрался пилюль лечения, чтобы остановить кровотечение, которое несомненно было после такого херургического вмешательства. Тут ещё и Лисица с исцелением сидела рядом, восстанавливая всё, что она там наотрезала лишнего. Сидела недовольная такая, хмурящаяся, всем видом показывающая, что она обижена.

Вот кстати ещё одна черта Лисицы, которая хоть как-то доказывала, что в глубине её черноволосой души она ещё девушка — она дулась, как девчонка.

— Вы злитесь, Чёрная Лисица? — спросил я негромко, не в силах больше наблюдать за её обиженным лицом. Мне отчего-то смеяться хотелось, когда она слегка надувала щёки и хмурилась.

— Ты мне доверяешь, Юнксу? — спросила она прямо, не отнимая ладоней от тела.

— Естественно, доверяю, — кивнул я.

— Я не заметила этого, — отозвалась Лисица.

— Блин, так конечно! Вы отрезали мою почку и выбросили её, будто она мне не нужна! Тут любой бы насторожился!

— Я бы никогда не причинила тебе вреда. Твоё недоверие обижает меня, как мастера, — ответила она раздражённо.

Ути какая обиженная. Эдакая отличница, которая воспринимает любое сказанное в свой адрес слово, как сто процентное обвинение в глупости. Или же она прекрасно осознавала свой прокол и чувствовала себя дурой в моих глазах.

Знавал я таких, тяжело им живётся из-за подобного. Боюсь, здесь придётся лишь ждать, пока она сама отойдёт, так как что сейчас не скажи, всё будет воспринято в штыки.

Встал я на ноги после херургического вмешательства лишь через сутки. Не потому, что операция прошла неудачно, просто Лисица всё это время практически не отнимала от меня ладоней медленно и верно исцеляя тело. Лишь когда сказала, что пока достаточно, я смог наконец размять ноги. Возможно, этим самым она пыталась показать передо мной, что прекрасно знает, что делает.

Возможно, это так и есть, но под нож я к ней больше не лягу.

Наша группа вновь выдвинулась в путь.

Мы решили углубиться дальше огненные земли, чтобы не оставаться на столь открытом пространстве. Двигались до тех пор, пока не достигли гор и торчащих скал, среди которых и спрятались. И здесь уже все занялись своими делами на фоне безделья: Лисица и Совунья пытались качаться дальше, медитируя, Бао пыхтел и варил пилюли на следующий уровень, Джа просто сидела в позе лотоса, как в режиме ожидания, а Стрекоза…

Она грызла камень.

Нет, реально, Стрекоза сидела и грызла камень. Я застал её за этим странным занятием случайно, когда отлучился в туалет. Она сидела за одним из кусков скал, словно воришка, и медленно точила какой-то камень размером с кулак. Да ещё с таким ответственным лицом, будто занималась очень важным и полезным делом.

— Стрекоза?

Она вся вздрогнула, тут же быстро спрятав камень за спину, и посмотрела на меня испуганными виноватыми глазами, будто делала что-то запрещённое.

— Ты чего здесь делаешь?

Девушка быстро закрутила головой, типа ничего не делает, просто сидит.

Ага, как же…

— Ну-ка, дай-ка мне камень, — протянул я руку. — Давай-давай, я всё видел…

Она выглядела, как нашкодивший ребёнок, которого застали за непристойным делом. Медленно и стыдливо девчонка протянула руку, положив мне в ладонь уже подточенный камень, на которой отчётливо была видна стёсанная сторона.

Я покрутил его в руке.

— Это… странно? Она чешет о него зубы?

— Или ест его, — предположила Люнь.

— Ест… камень? — я с сомнением покрутил кусок камня, после чего попробовал его сам укусить.

И едва не сломал зубы. Стрекоза же тихо зачирикала, и пусть мимика у неё явно хромала, но было понятно, что девушка смеётся.

— Для нас это несъедобно… — вздохнул я. — Хотя можно попробовать накормить Джа и посмотреть, что с ней будет.

— Умрёт, — тут же ответила Люнь с лёгким осуждением в голосе.

— Да я пошутил. Понятно, что умрёт. Но согласись, было бы удобно, будь он съедобен. Еды бы тратилось меньше… — я протянул его обратно, и Стрекоза с неуверенным и пуганным видом выхватила его из моей ладони. — Ладно, грызи дальше, чего уж…

Короче, все были заняты делом.

Даже Зу-Зу нашёл себе занятие: сидел и смотрел на Стрекозу пристальным взглядом, облизываясь. Он меня беспокоил больше всех, так как я боялся случайно увидеть его сытым и довольным и не обнаружить Стрекозу. Поэтому пришлось приставить к пушистому Джа, пока я сам разведывал обстановку впереди.

Если верить тому, что я видел, то дальше нас так же ожидали горы, и в нашем случае главным вопросом было, нет ли за ними зоны, где не работает Ци? Я знаю, что мы ушли на север километров тысячи на четыре, однако насколько была большой зона подавления Ци?

— Ты же бывал там, верно? — насел тогда я на уши Бао. — Ты знаешь, что это за зоны.

— Откуда? — ответил он, сосредоточенно наблюдая за своей миниатюрной печкой, попутно что-то взвешивая на моих весах и смешивая полученные ингредиенты в миске. Пока что, если ему верить, это была лишь заготовка под пилюли без основных компонентов. То есть основа, на которую лягут другие. Я это, кстати говоря, тоже знал, так как так пытался в прошлом сам овладеть алхимией.

— Ты сам мне рассказывал, что нас там ждёт.

— Да, я знаю, что Ци глушится в некоторых местах, потому что сам попадал в них. Не работает ничего, ни артефакты, ни полёт, ни даже техники. Но если ты думаешь, что я тебе раскрою сейчас все тайны мироздания просто потому, что там бывал, то я буду вынужден тебя огорчить.

— Насколько они большие?

— Ты и сам уже знаешь, нет? Говорил, что шёл пять суток, прежде чем выбрался из зоны действия.

— Да, но от края до края это сколько? Примерно? Я хочу понять, попадём мы в зону подавления Ци, где я был или же сможем обойти её стороной.

— Ну… некоторые зоны у меня занимало пройти всего сутки, некоторые по три или четыре дня. Самый большой период, когда я не мог пользоваться Ци, был около десяти дней плюс-минус. Это уже совсем глубоко в огненных землях.

Иначе говоря, мы по идее должны были обогнуть зону подавления Ци. Если прикинуть, с какой скоростью двигался Бао и сколько времени у него это заняло, зоны были не больше семисот километров плюс-минус в диаметре. Такое расстояние можно было спокойно пролететь за сутки, но вот идти придётся достаточно долго. Это значило, что нам придётся запастись водой и вытащить всё, что может понадобиться из сумок.

И если фляг и бурдюков у нас вроде бы хватало, то вот с едой мог выйти напряг. Сейчас у нас было, чем перекусить, однако там будет целых шесть голодных ртов (Стрекоза по тихой камнем питается, оттого она ни разу не просила есть).

— А животные? Ты говорил, что там ничего не водится, но мы сами видели животных, которые нас едва не задрали.

— Ну так это практически на самом краю всё, верно?

— Да как бы я не назвал это краем, шесть дней, как-никак…

— Ты видел целые моря лавы? Или водопады из лавы? Огромные вулканы, чьи кратеры могут достигать нескольких десятков километров? Ущелья, у коих нет дна и что десятки километров в ширину?

— М-м-м… нет, не видел, — покачал я головой.

— Ну тогда это была местность на самом краю. Уверяю тебя, туда даже обычные люди заходят, иначе бы ты не увидел следов их присутствия у тех горбунов. Там, куда мы двинемся. Находиться будет очень сложно, Юнксу, поверь мне. ты сразу поймёшь, почему те земли называют огненными или краем земли.

Короче, будет тяжко и весело. А значит запасы провианта нам всё равно придётся пополнять перед этим.

Поэтому, взяв с собой Джа, мне пришлось вернуться в деревню на краю пустыни и огненных земель, чтобы закупить.

Как я и предполагал, нам там не сильно были рады, но деньги оставались деньгами даже при таком отношении. Неприятно, когда с тобой разговаривают сквозь зубы, но могли бы и вовсе не разговаривать, поэтому приходилось терпеть такое отношение.

Здесь я набрал всего, что могло бы потребоваться в будущем: верёвки, дополнительные бурдюки, которые вешались через плечо на шею, как колбасы, крюки-кошки и другая мелочь, включая одежду. А из еды мы закупились вездесущими бобами. Это будет основным рационом на ближайшее время. Их было так много, что как бы мы ими потом не проросли.

Мясо тоже было, и я его тоже купил, но вылетело это нам в копеечку. Я буквально чувствовал, как на нас наживаются, обирая до нитки, однако рассудив, что деньги в отличие от провианта нам в огненных землях не понадобятся, с ними я расстался довольно спокойно, больше следя за тем, чтобы нас не обманули.

А нас пытались. Пару раз пытались обсчитать и не доложить, и когда я указал им на это, попытались и вовсе прогнать, типа что мы тут о себе возомнили.

Было несколько странно подобное поведение наблюдать, особенно когда перед ними стоит Джа с шестым уровнем (я-то, понятное дело, скрыл свой), но видимо люди решили, что если мы ведём себя как положено, а не со стороны силы, то значит с нами можно обращаться как вздумается.

Поэтому разбитое об стол лицо и сломанная нога были достаточным аргументом, чтобы утихомирить слишком зарвавшихся продавцов. Нам даже угрожали, что ничего не будут продавать, однако я просто напомнил, что с Джа в таком случае мы вполне можем забрать всё силой, даже не заплатив.

Надо ли говорить, что нам всё продали?

— Вы могли не останавливать меня, и я бы забрала вся силой, господин. Нам бы не пришлось тратиться.

Я удивлённо посмотрел на Джа, которая от моего взгляда как-то смутилась. Вот просто ни с того, ни с сего она заговорила, высказав своё мнение. Не уж то после нашего разговора в таверне в её голове что-то да отложилось?

— Прошу прощения, господин, я не должна…

— Да нет, просто я удивлён услышать твоё мнение, — мягко ответил я. — Мне даже очень интересно его услышать, скажу так. Хорошо, что ты его высказала. А насчёт этого: нет, мы могли всё забрать силой, ты права, но… есть всё же определённые границы, которые отличают нас от тех же разбойников и прочей грязи. И я бы не хотел себя чувствовать одним из них.

— Да, господин, — ответила та кратко.

Но в её да я всё равно чувствовал, что она бы предпочла забрать всё силой, чем платить за вещи.

Глава 281

— Скоро снег пойдёт, — сказал я негромко, глядя на небо, которое и без того пасмурное заволакивало густыми тучами.

— Здесь не идёт снега, — ответил невозмутимо Бао.

— Ой блин, извините меня пожалуйста, выразился неправильно. Скоро посыплет с неба пепел. Так сойдёт?

— Да, более чем, — кивнул он.

— Рад, что тебя это удовлетворило. Что насчёт пилюль, они готовы?

— Да, думаю они сработают.

— Если ты намешал туда какую-то гадость, я тебе сам их скормлю, Бао, обещаю. Без обид.

— О, какие обиды, ты что, — поднял он в руки. — Я же знаю, что тогда прибежит Лисица и заблюёт меня сверху до низу. К тому же кто из нас не бывал в ситуации, когда приходится брать на себя ответственность за содеянное.

— Иди в задницу, Бао, — фыркнул я.

Да, я пришёл не за пилюлями для повышения уровня, а за пилюлями против тошноты и успокоительным. Так уж получилось.

Совунья тоже между делом поинтересовалась, не сделал ли я что-то, из-за чего Лисица блюёт теперь дальше, чем видит. Эти двое даже думали в одну сторону. Но тут дело было не в интоксикации, свойственной для интересного положения, а в том, что Лисица брала ступеньку за ступенькой и дошла до того, что её начало рвать от увиденного.

Да-да, тот самый момент, когда мир становится по не детски отвратительным. И если у меня это вызвало просто омерзение, то Лисицу такое зрелище заставило проблеваться. Видимо она перешла на третью ступень, раз её так накрыло. Смотрит на подругу и блюёт, смотрит на меня и блюёт, облевала бедного Зу-Зу. Разве что только со Стрекозой нормально себя ведёт — страшно представить, что она видит.

Поэтому успокоительное и противорвотные были здесь самое то, как мне казалось.

— Спасибо, Юнксу, — посмотрела она на меня с отвращением, после чего быстро отвела взгляд.

— А землю как вы видите?

— Камнем.

— Это я понял, но она у вас отвращения не вызывает?

— Если немного…

— Дальше будет хуже, — кивнул я.

— Даже не представляю, как тебе пришлось на этой стадии, — выдохнула она. — Хорошо, что мы из тебя вырезали всё до того, как я переступила границу второй и третей ступени.

А то бы и вовсе зарезала прямо там от отвращения. Хотя может и наоборот, для неё подобное пришлось бы по вкусу. Я из разряда, что минус на минус равняется плюс. Но как бы то ни было, теперь я хотя бы знал на каком она уровне — пятый на первой стадии третей ступени.

Что касается меня самого и дорогого Бао, то наши пилюли тоже были готовы, но на следующий день. Пилюля, вот если так на неё поглядеть, вообще ничем особенным не отличалась. Обычная болотного цвета, которая привлекала внимания даже меньше, чем самые слабые пилюли лечения. Смотришь на неё и думаешь: не из говна ли она сделана.

— Поджелудочный сок императора песков даёт такой цвет, — сказал Бао, заметив мой взгляд.

— Что-то уж слишком непрезентабельно выглядит, — покрутил я её между пальцев.

— Если хочешь презентабельности, то тебе надо в богатые районы, где каждую пилюлю красят в особенный красивый цвет, расписывают её красивыми узорами, делают ей вкус и берут за это в два раз больше. А у нас всё сурово, по-походному.

— Надеюсь, ты туда не крысиный яд замешал.

— Было бы из чего его замешать.

— А если не подействует? Если я не смогу прорваться через барьер?

— Ну… пилюля должна долго действовать, но даже если так, мы просто сварим другую. Благо, что ингредиентов теперь у нас хоть подтирайся.

Ну это хоть радует. Значит у меня есть куча попыток, и не страшно, если я обосрусь на первой. Всё же здесь источника грязной Ци нет, а значит это может занять куда больше времени, чем кажется на первый взгляд, особенно с моим культивационным кретинизмом.

И как раз к созданию пилюли нам на голову посыпался снег из пепла. Прямо как знак, правда чего, плохого или хорошего, непонятно. Мы обустроились прямо там же, где остановились, натянув над головой тент, чтобы не сидеть под хлопьями, что, касаясь тела, сразу же превращались в грязь. За какие-то мгновения вся округа стала как во время снега с одним лишь отличием — здесь было не холодно, а наоборот жарко.

— Скидывайте с тента хлопья, чтобы он не провис и не упал нам на головы, — постучал по тенту и посмотрел на пушистого. — И да, следите за Зу-Зу, иначе одной не досчитаетесь.

— Да, господин, — просто кивнула Джа.

— И за Бао тоже. Если не очнусь или он попытается сбежать, отрежьте ему лодыжку. Или член.

Вот здесь уже сверкнули недобро глаза у Чёрной Лисицы. Теперь я мог быть уверен, что ему, если что, отрежут всё что надо.

Окинув напоследок все взглядом, я задумчиво бросил взгляд на хлопья, после чего закинул пилюлю в рот и начал медитировать. Прорыв на следующий уровень обещал быть сложным…

* * *

— Могло быть и хуже, ты мог, например, умереть, при подъёме на следующий уровень. У тебя бы твоя единственная оставшаяся почка отказала. Да ты мог заблудиться и оставить на лишь своё пустое бездушное тело! А так вон, цел и здоров! А уровень ещё возьмётся!

— Господи, Люнь, до отстань ты уже, я не расстроен… — пробормотал я одними губами.

— Да ладно тебе, все бы расстроились. Я тебя понимаю…

Хуже всего в моём провале было то, что Люнь присела мне на уши.

То есть я и не был сильно уверен в успехе, понимая, что вряд ли с первого раза получится, поэтому и не расстроился. К тому же, когда у нас можно наделать ещё десятки этих пилюль, попыток у меня было выше крыши.

Главной проблемой стала Люнь, которая всё гундела, и гундела, и гундела под ухо, чтобы я не расстраивался. Вот, кто сейчас больше всего мне трепал нервы.

— …и я бы тоже, наверное, не смогла, ведь это не всем дано. Так что ты…

— Да умолкни ты, Люнь. Просто не говори ничего, — прошипел я так, чтобы меня не сильно было слышно.

Она смолкал, захлопав глазками, после чего мягко улыбнулась.

— Хорошо-хорошо, я поняла, но ты всё равно не принимай близко к сердцу, ведь…

— Да господи Иисусе…

Всё оказалось сложнее чем я думал, примерно так же, как в том подвале с кристаллами грязной Ци. Только если там у меня было предостаточно энергии, чтобы продавить барьер, то здесь надо было брать уже не грубой силой, умением и чутьём.

Вообще, одним из вариантов было вернуться в ту базу, где хранятся кристаллы грязной Ци. Уже где-где, а там у меня наверняка получится прорваться. Однако здесь было такое крупное «НО». И одно «но» красовалось у меня в виде метки на руке, а другое лежало в сумке, которое надо было выбросить в строго определённом месте.

Иначе говоря, у меня не было времени возвращаться.

Это ведь не просто вернуться домой — надо переться через пустыню хрен знает сколько. Это мы с бурями удачно путешествовали, а без них сколько может занять путешествие, даже если лететь? Там три месяца летели, там три… Ну дохрена точно выйдет. А после ещё и надо преодолеть Горы великанов, огромные и такие же бесконечные золотые холмы и найти тот склад…

Боюсь, моё время к тому моменту истечёт, и я благополучно сдохну.

Так что пока что только вперёд и пробовать по ходу дела прорваться. Всё же пилюля ещё будет действовать некоторое время и глядишь, как-нибудь да прорвусь…

Сейчас наша команда летела в сторону огненных земель. Снег из пепла, который прошёл недавно, уже успел унести ветер, раскидав его по ямам и щелям. Теперь под нами были серые бесконечные и неровные каменные поля то и дело нарушались кусками скал, которые торчали то тут, то там холмами или даже невысокими горами.

Первый день, второй, третий… чем дальше мы отлетали, тем становилось жарче, и уже через дней шесть мы прилетели к горной гряде, за которой у меня в прошлый раз пропала Ци, правда уже севернее. Высокие тёмно-серые горы, которые тянулись к низким тёмным облакам, словно настоящие стражники земель, что дальше. С земли они вызывали реальное уважение.

Вроде бы огромные горы из камня да пасмурное небо, но всё равно выглядит как-то… прямо дух захватывает, скажем так.

— Здесь стоит быть поосторожнее… — предупредил я, глядя на горы, которые перед нами возвышались. — Мы, конечно, далеко от той области, где я потерял свою Ци, но тем не менее.

— Насколько далеко? — тут же спросила Лисица.

— На четыре тысячи плюс-минус в сторону старолуния, — примерно прикинул я наше местоположение.

— Как нам узнать, что началась область подавления Ци? Спросила с каким-то отстранённым видом Совунья.

— Мы упадём с неба.

— Хотелось бы более надёжный способ, до того, как мы упадём с неба.

— Думаю, что впереди может кто-нибудь лететь на маленькой высоте и если вдруг что, по нему сразу и будет видно, началась область или нет, — предложил я.

— Да, тоже как вариант… — начал было Бао.

— Естественно, Бао летит только под присмотром, — сразу предупредил я, бросив на него полный подозрений взгляд.

— А если нас застанет эта зона над рекой лавы? — поинтересовалась Совунья опять.

— Будем думать на месте, — я окинул вершины гор взглядом. — Вообще, я очень сомневаюсь, что там будет зона подавления Ци, если честно. Просто надо быть начеку, чтобы ничего не произошло. Поэтому ведём себя осторожно.

Я знаю, что многих достаёт, когда ты по сто раз повторяешь, что надо быть осторожным, но как показала практика, если людям не повторять, что надо быть осторожными… они не будут осторожными!

Я не знаю, как это работает. Например, когда мы ржавчину счищали на судне, нам старпом мозги имел, чтобы мы очки носили, иначе какое-нибудь говно в глаз попадёт, и его не станет. Ну и что? Находился тот, кто не надевал очки и лишался глаза.

Так что толдычить, толдычить и ещё раз толдычить, что надо быть острожным.

Мы взлетели, стараясь двигаться поближе к земле, если вдруг что. Первой летела Джа, практически над самой землёй, чтобы в случае попадания в область, падать было невысоко. Что касается нас, мы летели в метрах пятидесяти от неё, внимательно оглядываясь по сторонам. Достигнув вершины, мы остановились прямо на ней, глядя на соседнюю гору, ещё более высокую

— В прошлый раз у нас отказало всё где-то у подножья этой, — потопал я ногой по камню.

— А твари здесь напали на вас? — спросила Лисица, окидывая всё зорким взглядом.

— Да, между ущелий.

— Никого не видно, — беззаботно сообщила Совунья. — Я могу полететь первой, чтобы в строю, если что, оставалась Джа.

— Нет, на тебе Бао, — покачал я головой.

Однако наши волнения оказались напрасны.

Мы успели спуститься в ущелье, но так ничего и не произошло. Не сильно отличимое от того, что было на месте той резни, здесь до сих пор лежал пепел, что выпал с неба. И никаких следов на наше счастье на нём видно не было.

Всё тем же строем мы поднялись уже на вершину следующей горы. То и дело на глаза попадались лужи с желтоватым оттенком. Около одной из таких и приземлился Бао.

— Дай-ка мне склянку какую-нибудь, — протянул он Совунье ладонь, и та беспрекословно протянула ему небольшой бутылёк.

Вот это у них идиллия.

— Зачем тебе она? — спросил я.

— Вода? — спросил он, не глядя. — Нужна. Может потребоваться в алхимии.

Один за другим она заполнил парочку бутыльков. А я тем временем оглядывался и… украдкой заметил, что Стрекоза, пока все отвернулись между делом жуёт хлопья пепла с земли, запивая их из ладошки водой из соседней лужи.

Она так аппетитно их ела, что даже мне захотелось немного похрумкать.

Только, боюсь, я от такого рациона сдохну.

Заночевали мы на вершине второй горы, которая, будто стена, огораживала огненные земли от внешнего мира. Даже отсюда, бросая взгляд вниз я видел лёгкие свечения, линии или точки лавы, что были раскиданы впереди. В ночи такая россыпь ярких жёлто-красных точек и рисунки из линий выглядели очень даже красиво. Хотелось вот просто так сидеть и смотреть на них…

Правда своё свободное время я теперь тратил на попытку пробиться на восьмой уровень. Сейчас вообще многие из нашей команды тратили время на подъём по ступням Вечных. Даже Чёрная Лисица, как бы ей тяжело не было и как бы её не мутило, продолжала упорно пробиваться дальше через стадию Познания жизни, когда ты смотришь на людей, а видишь куски мяса, обтянутые кожей. По идее пилюли Бао должны были сгладить эффект, но давалось ей это всё очень тяжело.

Куда проще выходило подобное у Совуньи, которая была уже на ступень выше своей подруги. Честно говоря, я думал, что в этом плане Лисица уделает свою подружку, однако всё было с точностью наоборот.

На следующий день мы спустились с горы вниз. Двигаясь всё тем же способом, что и до этого, чтобы не влететь всем дружно в какую-нибудь зону и не убиться, мы оказались на среди небольших холмов и гор.

Местность явно отличалась от той, где были мы с Зу-Зу и Люнь в прошлый раз. Если там повсюду торчали куски скал, словно столбы, на одном из которых и был дворец, но по большей части это была тупо равнина, то здесь преобладали горы и холмы. Пусть и не так много, но между ними изредка протекала лава, а некоторых местах виднелись щели, настолько чёрные, что казалось, они уходят в самый центр земли.

И первым делом Лисица и Совунья остановились около небольшой речушки лавы, которая текла между двух холмов.

— Как же от неё сильно идёт жар… — пробормотала Лисица, разглядывая жёлто-красные потоки, которые собирались в небольшом озерце дальше. — Но выглядит удивительно.

— Я взмокала, — тихо кивнула Совунья.

Они выглядели сейчас как дети, которые в первый раз увидели море или снег. Стояли и завороженно глядели, как перед ними протекает расплавленный камень. Она даже достала меч и потрогала его самым кончиком, будто хотела убедиться, что это всё перед неё настоящее.

— Плотный. Достаточно плотный, чтобы пробежаться по нему очень быстро на другой конец.

— И я бы не стал на твоём месте так делать, а то пяток у тебя не станет, — усмехнулся Бао.

— Я не собиралась.

— На всякий случай предупреждаю. Там такая температура, что что вы просто поджарите себе всё. И это ещё только начало. Дальше будет ещё жарче и хуже. Скоро нам придётся думать, как их преодолевать, чтобы случайно не поджариться.

— Мы перелетим, в чём проблема? — тут же ответила она слегка агрессивно. — Первый летит в метрах двадцати впереди, привязанный на верёвке. Если появится зона подавления Ци, то он не упадёт вниз, а его маятником вернёт ко второму, что позади него и ещё не успел попасть под зону подавления…

— Гениальный план, — похлопал он в ладоши. — Но я говорю то том, что часто над этими чудесными жёлтыми реками поднимается газ, особенно там, где лавы много. Газ, который отравляет и убивает достаточно быстро даже сильных последователей. Уже не говоря о сильном жаре, который будет подниматься вверх.

— Думаю, мы разберёмся по ходу дела, — прервал я спор, украдкой наблюдая за тем, как Стрекоза поглядывает на лаву с видом «а не сожрать ли мне её»? — Идёмте, чем дальше за сегодня долетим, тем будет лучше для нас.

Я не ожидал, что пейзажи сильно изменятся, однако, чем дальше мы углублялись в холмы и горы, тем круче они становились и тем больше становилось огненных речушек. А в некоторых местах действительно были самый настоящие водопады. Они падали вниз, бурлили, брызгались жёлтыми каплями, разбиваясь в низу об озёра, что скапливались у подножья отвесных уступов.

Пару раз мы видел даже гейзеры, которые били метров на сто пятьдесят-двести вверх, орошая всё смертельным дождём. Просто огромные земли, где вместо воды лава.

На какое-то мгновение я даже представил, как это всё выглядело до смерти этого места. Огромные густые хвойные леса, которые полностью покрывали все эти склоны, а заместо лавы были реки, чистые и холодные. Сейчас же лишь голый камень и огонь.

Неужели война Чи Ю с кем-то там из неба привела к такому?

Но пейзаж с каждым разом становился всё круче и круче. Уже через неделю полёта, когда мои успехи в попытке прорваться через барьер седьмого и восьмого уровня были равны нулю, а Совунья с Лисицей продолжали штурмовать ступени, пейзаж начал потихоньку меняться.

Помимо того, что лавы с каждым разом становилось всё больше, воздух становился всё горячее, а дышать становилось всё труднее, холмы сменились на огромные горы, между которому нередко открывались не менее огромные трещины, на дне которых протекала лава.

Мы тоже потихоньку менялись, постепенно расшнуровываясь, распахивая ханьфу и раздеваясь, чтобы хот как-то спастись от безбожной жары и духоты, будто мы оказались в печи. Вся одежда, даже чистая за какие-то минуты становилась мокрой от пота, а мы все были неведомым образом перепачканы, будто не знали слова «мыться». Но пока что спасала только фляга, где воды было немыслимое количество.

Иногда горы резко сходили на нет, открывая взор на долины, полностью испещрённые речками лавы. Пару раз мы даже пролетали мимо озёр, в диаметре достигающих до километра. Они скапливались между гор, а одно, почти идеально круглое мы обнаружили и вовсе на вершине одной из гор. А вернее…

— Вулкан, — сказал Бао, глядя на жёлтое озеро, окружённое довольно крутым спуском вниз.

— Надеюсь, потухший? — на всякий случай уточнил я.

— Ну в ближайшее время он точно не проснётся, — усмехнулся он. — Красиво место, да?

— Ты конкретно про это место или эти земли?

— Эти земли, — окинул он округу взглядом.

Отсюда с горы земли выглядели действительно пугающе, будто планета начала разрушаться. Повсюду красно-жёлтая лава, голый камень, горы, с которых стекают огненные горные ручьи, и равнины, где всё изрезано жёлтыми линиями, словно мозаика на стекле.

— Меня это место больше пугает, — честно признался я.

— Пугает неподконтрольное.

— Да нет, пугает количество потенциальных опасностей на квадратный метр. Кстати, мы не задохнёмся здесь в газу? Который поднимается от лавы?

— Вряд ли здесь поднимается газ, который действительно опасен, но даже если и так, он же поднимается вверх. Да и вряд ли дальше останется место, где будет хоть как-то безопасно, поверь мне, — недобро улыбнулся он. — Дальше будет только больше…

Глава 282

Жара-жара, жаренный Инал в больших горах…

А если без шуток, здесь ещё было терпимо. Несмотря на ужасно высокие температуры, которые грозились высушит тебя до состояния мумии, влажности здесь практически не было, из-за чего даже плюс пятьдесят переносилось относительно терпимо.

Но это до поры до времени — чем дальше мы продвигались, тем становилось душнее. Иной раз было совсем тяжко, и казалось, что горячий обжигает нос и лёгкие. Вокруг теперь постоянно бушевала лава: взрывалась, сходила быстрыми потоками, волновалась в огромных озёрах, иной раз которые приходилось обходить.

Хуже было, когда нам приходилось проходить вулканы, которых здесь было великое множество. Одни стекали спокойными потоками, другие взрывались, разбрасывая лаву по округе. Нередко горы впереди сплошь представляли из себя вулканы, которые только и делали, что извергались.

Мир из серого стал красно-жёлтым.

Но даже среди такого можно было найти пусть и маленький, но плюс — девушки начали постепенно раздеваться.

Не то чтобы я был озабоченным, однако это хотя бы немного радовало глаз, особенно в таких условиях. Совунья, Лисица и Джа достаточно долго держались, прежде чем сдаться. Сначала распоясались, позволив ханьфу свободно хлопать при полёте. После этого сбросили штаны, оставшись в носках и гэта, а следом избавились и от ханьфу. А на бис они избавились от нагрудных повязок, представ перед нами вовсе топлес.

И вот, теперь они щеголяли перед нами мокрые и разгорячённые, поблёскивающие в свете лавы влажными телами они привлекали к себе достаточно много внимания. И как бы я не отчуждался, взгляд то и дело останавливался на голых девушках, которые не особо-то и стеснялись. Останавливался на их груди, на их попах, удивительно гладких и круглых, на хорошо высеченной талии, на ровных спинах, по которым были разбросаны растрёпанные волосы.

Мне бы смотреть на Джа, которая, наверное, была самой из этой троицы по фигуре, но взгляд почему-то каждый раз возвращался к Лисице. Не знаю, может причина была в том, что я привык видеть своего мастера одетой и строгой, а здесь, с красными щёчками и голая она представала в совершенно другом свете? И тем не менее, поглядывая на неё, я испытывал смесь какого-то стеснения и лёгкого возбуждения, словно пялился на что-то запретное.

— Радует взгляд, да? — пробормотал Бао, присев рядом и разглядывая троицу, что что-то там общебетывала между собой. Из них только Стрекоза была одета, но здесь я сомневаюсь, что ей вообще требовалось раздеваться, учитывая её способности к иллюзии.

— Радовало бы ещё больше, не будь тут так жарко… — пробормотал я. — Долго ещё?

— О-о-о… мы ещё даже не дошли до морей лавы, огромных вулканов до самых небес и бездонных трещин. Кстати, как там твой амулет, что тебе дало божество?

— Лежит, а что?

— Помнишь, куда надо выбросить? — спросил он.

Я помнил, Чи Ю этот великан с шестью руками дал достаточно точные инструкции. В тот момент, когда мы достигнем огромной реки лавы, что пересекает почти все огненные земли, нам надо будет двигаться на юг к огромному вулкану и выбросить в его жерло амулет.

Я прямо как Фродо, а Бао как Голум. Надо его тоже в жерло столкнуть будет.

— Да, даже если мы не выйдем, то ориентиры достаточно крупные, чтобы пройти мимо них.

— Это плохая идея, его освобождать, знаешь ведь?

— А у меня есть выбор? — показал я метку на руке.

— Не мне тебе рассказывать, что получив желаемое, зачастую все имеют плохую привычку избавляться от исполнителей.

— По себе судишь? — спросил я его невесело.

— Не только.

— Смысл ему убивать меня? У тебя была причина какая-никакая, а у него… да я для него букашка, не более. Вреда не причиню, больше забот убить.

— Не недооценивай божество, Юнксу. У них свой взгляд на мир. К тому же… — он многозначительно замолчал.

— Что?

— Как знать, может ему придётся тебя убить, — пожал он плечами.

Я бы спросил «зачем?», но и так было понятно, что он мне не ответит. Вместо этого Бао опять начал разглядывать девушек, который разбрелись по округе. И больше всего его взгляд останавливался на Совунье, которую он рассматривал с особым вниманием. Та, будто почуяв его взгляд, стрельнула в его сторону глазами, и как бы невзначай скользнула рукой по груди.

Соблазнительно, блин…

— Мне казалось, вы друг друга ненавидите и остерегаетесь, — сказал я.

— Скорее, я вижу в ней опасную соперницу, и именно это меня и привлекает в ней. Знаешь, как игра со смертью, никогда не знаешь, что от неё ждать. Такая стервозная хитрожопая сука, что хочется придушить.

— И это тебя в ней привлекает.

— Да.

— Что же в этом привлекательного?

— То, что это не скучно, — ответил Бао, усмехнувшись. — Вот тебя привлекает Лин?

— Чёрная Лисица? Нет.

— Да ладно, — усмехнулся он. — Твой мастер ещё тот огонёк ведь. Что ты на голову ударенный, что она ещё та заноза, друг друга стоите.

Почему-то я сразу вспомнил первые наши дни вместе, как я упёрто противостоял ей, втыкая палки в колёса при любом удачном случае, а она, наоборот, пытала побороть меня своим упорством и безразличием к выходкам. Кто победил? Мне кажется, что это был пат — в конце концов, я признал её, а она стала ко мне боле терпимой.

— Может и стоим, — не стал отрицать я. — Но она меня не привлекает.

— Ага, конечно… — усмехнулся он.

— Нет, для меня Чёрная Лисица не женщина…

— О как, — раздался холодный голос за моей спиной, чуть ли не надо мной, заставив меня сжаться. — Стесняюсь поинтересоваться, кто же я тогда?

Так, я не понял, а как она так подкралась ко мне?

Я напряжённо обернулся и увидел прямо за своей спиной не слишком довольную Лисицу, которая обдавала холодом даже в такую жару.

— Вы? Мастер, — ответил я как-то смущённо. — Ну в смысле, вы очень привлекательная и красивая, но я вас как женщину не воспринимаю.

— Я… я даже не знаю, как на это реагировать, — покачала она головой. — Как скажешь глупость, так хоть взлетай, хоть падай, Юнксу.

— Как женщину не воспринимаешь, — негромко произнёс Бао, когда она отошла от нас. — Но при этом заглядываться на её тело тебе это не мешает, да?

— Это другое, — отозвался я.

Как и другое, что у меня нехило так привставало на неё.

— О, ну конечно, это другое. Вот и у нас с Пейжи… другое. Подумай, Юнксу, зачем тебе бесцветная Джа, когда рядом есть такой огонёк.

Я знаю, нахрена он это делает. Ему просто нравится на мозги кпать, ставить в неловкое положение и подстёбывать людей.

— А ты что, в сваты записался? — бросил я на него недовольный взгляд.

— Да нет, посмеяться хочу с того, как у вас всё будет крутиться, — усмехнулся он, встал и подошёл к Совунья, что стояла в стороне. Вдвоём они о чём-то зашушукались, после чего та наклонилась… и чмокнула его в щёку.

Какая мерзкая пара. Но ещё больше меня бесит, что у них прямо какая-то идиллия. Так и хочется обоих в лаву столкнуть. Ненавижу обоих. Хотя у Совуньи тело хорошее и грудь имеется. И почему-то на неё мне не так стыдно смотреть, как на Лисицу.

Но все подобные мысли довольно быстро вышибало, когда мы двигались дальше. Теперь здесь не было ни единого участка, где мы бы могли оказаться подальше от вездесущей лавы. Куда не брось взгляд, где не остановись, она обязательно была рядом.

Ну а если лавы не было, то были бездонные ущелья, которые испещряли некоторые районы. Иной раз лава большими ниагарскими водопадами падала в подобные ущелья и скрывалась во тьме. Находиться рядом с такими местами было не просто страхово, но ещё и небезопасно, так как края на моих глазах безбожно обваливались вниз. Мне было интересно узнать, что же там обитает на дне, но никто мне ответить на этот вопрос не смог, и только Бао предположил, что там, скорее всего, скрывается всякая титаническая хтоническая дрянь, которым противен дневной свет.

К ещё одному неприятному моменту можно было отнести выпадение пепла, а пару раз и вовсе кислотных дождей. И если при пепле ещё можно было продвигаться дальше, то вот от кислотных дождей приходилось прятаться.

В такие дни мы старались никуда не идти, просто прячась под навесами из тентов. Разве что Стрекоза радовалась подобной непогоде и улетала куда-то. Я даже не пытался её остановить, надеясь, что она знает, что делает. К тому же каждый раз она возвращалась обратно целой и невредимой.

И вот во время одной из таких стоянок, когда кислотный дождик обрушился на наши головы, и нам пришлось спрятаться под тентами, я ненароком и уснул.

Суть была в том, что температура здесь совсем уж зашкаливала, а при дождике становилось настолько жарко и влажно, что об одежде не могло идти и речи. Ты становился настолько мокрым через несколько минут, что хоть выжимай, не говоря уже о духоте. И теперь уже и мы с Бао раздевались до гола.

И вот лёг я голый спать, уже в сон погрузился, в свои родные кошмары, бегаю от чёрного тумана, как угорелый, который никак не отстанет…

Пока не понимаю, что варюсь. Варюсь в огромном котле, где плавают тела, мёртвые тела девушек.

Меня аж парализовала в этот момент.

Я попытался выплыть из него, добраться до бортика, но чем сильнее грёб, тем дальше становился этот самый бортик и тем медленнее я двигался. Увязал в этой воде, наполненной телами. А через мгновение эти мёртвые тела сами начали касаться меня.

В этот момент какое-то жуткое похотливое желание проснулось в душе даже несмотря на то, что они утаскивали меня под воду …

Да, кошмар вместе с эротическим сном превратился в радость некрофила, и здесь я, к сожалению, не выбирал, куда забросит сознание. Но хуже стало то, что когда меня неожиданно выдернуло из сна, напротив себя я обнаружил…

— Ох…

Мой вдох был словно тихий ветер.

Я точно помню, что засыпал один. И максимум кто, со мной должны были быть, так это Стрекоза и Совунья, но вместо них я обнаружил…

Лисицу.

Чёрную Лисицу.

Так близко, что когда я вздрогнул всем телом от неожиданности, почувствовал, как ниже пояса слегка поелозило ней, отчего мою рожу тут же залило краской и мне стало совсем уж неуютно. Неуютно, но я бы не сказал, что неприятно.

Наши лица были настолько близок, что я мог почувствовать её тихое дыхание на себе. Настолько плотно друг к другу, что я чувствовал её мокрое тело, её маленькую мягкую грудь, что упёрлась в меня. Мы словно новобрачные, прижались друг другу, оба мокрые и голые, из-за чего сейчас всё, что ниже пояса в буквальном смысле тукалось в неё. Да мы носами практически касались, и я мог прямо сейчас поцеловать её в губы…

На мгновение эта мысль действительно посетила мою голову в приступе возбуждения, но была отправлена нахер подальше.

И вообще, а что так места мало?

Я слегка приподнял голову.

Теперь под тентом помимо меня, Совуньи и Джа был какого-то хрена Бао и Лисица, причём к спине ко мне прижалась именно Совунья.

Это вы чего ко мне все перебрались?!

И пока я оглядывался…

Лисица проснулась.

Она смотрела на меня ясными невозмутимыми глазами, пусть и не могла не понять, что в неё упирается. Её выдержке можно было позавидовать.

— Ты можешь спать и не дёргаясь, Юнксу?

— Я… я не могу. Вы мне мешаете, — тихо, чтобы не разбудить никого ответил я, опустив красноречиво взгляд ниже.

Но Лисицу, кажется, это даже не тронуло.

— Мне тоже не совсем удобно, Юнксу, но нам придётся мириться с теснотой, — негромко сказала она. — Второй тент прохудился и порвался. Или ты предлагаешь нам спать под кислотным дождём?

— Нет, но…

— Просто не думай и спи.

— Да как не думать-то? Вы ко мне грудью прижались и… и… я чувствую…

— Ох, прости пожалуйста, что я не сплю под дождём, Юнксу.

— Да не в этом дело, просто… вы же женщина, голая… рядом, конечно, у меня реакция…

— О, так я стала для тебя всё-таки женщиной?

— Блин, да вы и были ею, только раньше у меня на вас как-то реакции такой не было…

— Я даже не знаю, быть польщенной или насторожиться, — ответила Лисица глухо. — А теперь просто закрой глаза и спи.

Голая Лисица. Вот прямо голая и так близко, что при желании я мог бы…

А чёрт…

Пришлось отвернуться и заграбастать к себе в объятия Джа, которая была рядом. Обнял её руками и ногами, прижавшись к мокрому горячему телу, чтобы немного отвлечься от… Короче, чтобы не поиметь мастера.

— М-м-м? — сонно повернула она голову ко мне.

— Ничего, спи.

— М-м-м… — та умиротворённо уснула.

Вообще, эта жара действовала на нас удручающе. Мы тут все как сонные мухи, которые даже спят нечутко. Раньше я, да и любой другой от одного касания бы тут же проснулся, а сейчас я даже не заметил, как ко мне подкралась такая красивая напасть. С одной стороны, ничего страшного, всё равно рядом нет, да и Люнь сторожит, а с другой…

С другой стороны в этом мире я давно понял, что надо быть всегда начеку.

Вот особенно в такие моменты, так как проснулся я, обнимая Джа (та успела лицом ко мне развернуться), а со спины обнимает меня Лисица.

И ведь на утро только мне неловко было. Чёрная Лисица вообще была невозмутима, а Джа пофиг. Только я возвращался мысленно к тому, что происходило ночью, каждый раз задумываясь над тем, а что бы было, поцелуй я её, прояви настойчивость? Дала бы или нет? Не то, чтобы я собирался поиметь мастера своего, просто интерес… гипотетический, вот! Особенно когда они передо мной в одних трусах и деревянных сандалах с носками разгуливают.

Это Бао хорошо, у него там с Совуньей всё на поток поставлено: незаметно исчезают, незаметно появляются. А мне… Джа принудить как-то неловко, да и гнильцой попахивает, с Лисицой даже не рассматриваю. Может к Стрекозе подкатить?

Хорошо, что во время путешествий все эти мысли уходят на второй план. Особенно, когда перед тобой поднимаются ядовитые зеленоватые и жёлтые облака, которые не облетишь (ну и рисковать не хочется лететь через них), и приходится обходить. А таких мест, как и лавовых преград становилось всё больше и больше день ото дня. Вскоре самой земли было меньше, чем лавы вокруг. И казалось бы, что здесь можно встретить, но… даже в такой жопе находятся свои тайны.

— Область подавления, — негромко сообщил Бао, глядя на то, как падает в лаву Джа.

Ну не в саму лаву, конечно, мы решили поступить, как предложила Лисица: первый идёт на расстоянии двадцати метров впереди, привязанный верёвкой ко второму. Только полёт сходит на нет, он не падает, а виснет на верёвке, привязанный к тому, кто ещё не попал в зону подавления.

— Здесь не пройти, — тихо произнесла Совунья. — Надо искать наземный путь.

— Это будет непросто… — пробормотал я, оглядываясь. — Интересно, насколько большая зона, которую нам предстоит пройти?

Естественно, мне никто не ответил на этот вопрос.

Нам пришлось чуть ли не методом тыка определять границы, чтобы случайно не упасть в лаву, пока наконец не попался участок суши, который выглядел более-менее продолжительным и по которому можно было двигаться дальше.

Здесь и началась основная подготовка к одному из самых сложных переходов.

На свет появились все бурдюки и фляги, что у меня только были, вытащил сумки на каждого кроме Зу-Зу, еду из сплошных бобов, верёвки, одежду и многое другое, что могло бы понадобиться обычным людям без суперсилы. Не нравилось мне лишаться того, что давало возможность выживать в этом мире без особых проблем, но выбора не было.

Вернее, выбор был — облететь. Но по нашей проверке, область оказалась достаточно большой, и проще было попробовать пройти её насквозь. Если уже не получится, то тогда да, облетать.

— Нам надо будет туда, — указал пальцем Бао на одну из гор, что возвышались впереди.

— А чего не та гора, или не та? — тыкнул я наугад пальцем в другие.

— Это самый большой остров земли среди лавы. Больше вероятность, что от него мы сможем найти проход дальше, если Ци не вернётся.

— А если там что-то водится? Ты об этом не подумал? В прошлый раз у нас водились сразу два отличных вида существ, которые едва не пустили нас на корм. И местный вожак в придачу.

— Подумал, конечно, но двигаться-то дальше надо, верно? — он стёр со лба пот, бросив взгляд на волнующуюся в паре метров от нас лаву. — Хотя здесь нам может помочь Стрекоза. Она же с крылышками, верно? Летает без использования Ци. Пусть летает над нашими головами и предупредит, если что-то впереди будет не так. Или пусть сейчас слетает, заранее, и осмотрится.

Кстати да, я что-то о ней и не подумал.

Она же может нас, в крайнем случае, по одному и перенести ведь. А ну-ка, проверим…

— Стрекоза! Стрекоза, иди сюда, — махнул я её рукой.

Девчонка уже привыкла к своему имени, и сразу же отзывалась на него, теперь уже не сильно скрывая тот факт, что нас она прекрасно понимает. Довольно милая на вид, в ней всё равно угадывалось что-то чуждое человеку.

— Стрекоза, сможешь меня поднять в воздух? Ну то есть взять и поднять?

Она задумчиво окинула меня взглядом, после чего обняла со спины и просто взмыла вверх. Не быстро, но тем не менее поднять нас Стрекоза сможет, что уже хорошо. Значит один плюс в копилку наших возможностей — значит большие препятствия мы преодолеть сможем.

— Отлично… а ну-ка, Стрекоза, встань туда, — указал я пальцем на место, откуда уже начиналась зона подавления Ци. Теперь мне было интересно глянуть, раз уж пошла такая пляска, как подействует на неё подавление Ци, спадёт ли маскировка или нет.

Та с сомнением посмотрела в указанную сторону, но с места не сдвинулась.

— Давай-давай, рано или поздно придётся разрушить свой милый облик, и сейчас самое время.

Она вновь посмотрела на меня жалостливо.

— Ну же, мы и так узнаем, как ты выглядишь. И лучше это сделаем раньше, чтобы потом неожиданностью не было. Обещаю, никто слова не скажет.

Я видел, насколько она хотела избежать показывать свою внешность и всё равно ломалась.

— Ну давай. Не бойся, страшнее Бао я уже вряд ли кого-то увижу, а нам всё равно придётся идти через эту зону…

Видимо понимая, что рано или поздно этот момент всё равно наступит, Стрекоза нехотя, но прошагал к тому месту, куда я указывал, войдя в зону подавления Ци.

И…

Ничего особенного.

Наверное, у меня были завышенные ожидания после Чи Ю и прочих существ этого мира, поэтому я и ожидал, что будет прямо вау, охренеть, какой-нибудь таракан или что-то жуткое. Но на деле передо мной оказалась обычная… хрен знает что.

Нет, я удивился немного, но не настолько, насколько мог бы. Стрекоза не выглядела ни пугающе, ни как-либо отталкивающе, чтобы прямо охренеть. Меня Чи Ю больше заставил охренеть. В разы больше. И на фоне него она была просто очень милой красоткой.

Все её пропорции сохранились, крылья остались на месте, но теперь вместо кожи её покрывало что-то типа чешуи, как у рыб изумрудного цвета. Груди не было, а там, где у девушек находилось всем известно место, было обычная почти незаметная дырочка. Руки и ноги почти не изменились, оставшись с такими же острыми коготками вместо пальцев, разве что за спиной появилась лишняя пара.

Если так брать, больше всего изменилось лицо.

Теперь вместо густой шевелюры у неё было что-то типа длинных жгутиков, из которых состоят плавники, которые так же спускались с её головы, точно волосы. Глаза оставались всё такими же чёрными, а вот вместо носа у неё были две дырочки, прямо как у того, чьё имя нельзя называть. Рот… рот вроде был обычным, но я отсюда видел по бокам по жвалу, а ещё очень острые резцы, которыми, видимо, она и сгрызала камень.

Слишком сильно она походила на человека в отличие от бати и в который раз я задался вопросом: а мать кем была? Точно одной из этих жителей улья? Или они там имеют и альтернативные способы размножения с… другими видами?

— А ты боялась, — улыбнулся я дружелюбно. — На деле вполне милая девушка.

Не знаю, произвели мои слова хоть какой-то эффект, но сейчас меня, если честно занимало немного другое.

— Стрекоза, у меня есть одна важная просьба, — сразу перешёл я к делу. — Ты бы не могла слетать дальше и посмотреть, что нас ждёт вон на том острове? Осторожно, как можно выше от земли, просто посмотреть и тут же вернуться?

Я не заставлял её этого делать, пусть и настаивал, однако мне показалось, что Стрекоза улетела выполнять просьбу с лицом того, кому не оставили других вариантов. Но я даже заволноваться не успел, занимаясь сборами, как она вернулась уже через час, спустившись прямо ко мне и тут же начав быстро рассказывать.

Хотя, по сути, всё можно было уместить в одно слово.

— И что там? — спросил Бао, с интересом глядя на неё.

— Трупы, — кратко ответил я, бросив взгляд на гору. — Много трупов.

Глава 283

Трупы были не самой страшной находкой, особенно в месте, где нет Ци. Можно было не беспокоиться по поводу того, что там появится цзянши или ещё какая-либо мерзость. Однако всё же кое-что меня смущало.

А именно само их наличие.

Если есть трупы, то значит должно быть и то, что их убило, а заодно и те, кто туда их направил. Пусть Стрекоза сказала, что там никого нет, это не отменяло того факта, что там может быть опасно. По-хорошему бы обойти то место, но…

Конечно же мы посмотрим! Какое приключение без загадок, интриг и расследований, когда ты уносишь свою голую жопу в самый последний момент? Но прежде, чем туда соваться, на разведку отправился я со Стрекозой по воздуху. Что-что, а себе в этом плане я доверял больше всего.

Братская могила расположилась на небольшой площадке перед ущельем, которое уходило вглубь горы.

— Дальше проверяла? — кивнула я на ущелье, и Стрекоза кивнуло. — Никого? — тоже кивнула. — Хорошо…

Я насчитал семнадцать тел — двенадцать здесь и ещё пять там, в ущелье. Каждый из трупов был одет в полный комплект брони, в которой прямо кричал китайский колорит. Нагрудная цельная броня, юбка, созданная из крупных, соединённых между собой пластин, массивные наплечники и рукава со штанинами, сделанные из множества железных пластин по принципу чешуи. И шлем, большой красивый шлем, на котором был изображён дракон.

Доспехи можно было назвать произведением искусства, учитывая, как они были выполнены. С гравировкой, всевозможными выкованными узорами и изображениями, где преобладал дракон. Когда-то раньше они блистали золотом и полированной сталью (или какой тут металл), но под гнётом довольно агрессивных условий они уже потеряли свой было блеск.

Внутри брони покоились останки тел, которых не пощадили местные жёсткие условия. Высушенные высокой температурой и изъеденные кислотными дождями, кои пусть и редко, но бывали здесь. По ним уже ничего и не скажешь: ни возраста, ни внешности.

Даже быстрого взгляда было достаточно, чтобы понять — эти парни были из какой-то империи. Явно солдаты, одетые все, как один, в хорошие дорогие латы. Чтобы попасть сюда, им точно пришлось проделать немаленький путь с нашей или противоположной стороны, но только зачем?

Вот здесь хрен знает, но причина смерти виднелась на телах у каждого. У кого-то броня была вскрыта, как консервная банка. У некоторых трупов отсутствовали руки, ноги, кто-то и вовсе лишился головы или половины туловища. С чем бы они не встретились, оно точно дало им просраться.

Мы со Стрекозой ещё немного полетали над этим местом, прежде чем я дал добро прийти сюда остальным. И уже вместе мы с интересом оглядывали поле брани: бродили, разглядывали трупы, обыскивали их.

— Бао, попытаешься прикарманить чьё-нибудь оружие, и я тебе что-нибудь отрежу, — предупредил я, наклонившись и подняв у одного из трупов меч. Оглядел его и бросил Бао. — Видишь знак у основания клинка?

— Да, — кивнул он, разглядев гравировку в форме круга, внутри которого была изображена рожа дракона.

— У каждого меча есть такая гравировка, да и на броне изображён дракон, словно символ этого отряда. Встречал когда-нибудь такое?

Он внимательно осмотрел меч, после чего положил его на землю.

— Похоже на символ кузни, где ковали меч, или империи, которой они принадлежат.

— Так ты встречал такое или нет?

— Было дело… — Бао огляделся и подошёл к одному из трупов. Присел перед ним, осмотрел и выудил с шеи покойника круглый знак на цепочке, на котором был также изображён дракон. — Судя по всему, это солдаты одной из империй с той стороны края земли. И очень вероятно, что они все были из империи Пьениан.

Название империи заставило меня почувствовать тревогу слишком многое было связанно именно с этой империей.

— Солдаты из империи Пьениан? Здесь?

— Не просто солдаты, — покачал он головой. — Это не простые болванчики, которые бегут, куда прикажут. Как я понимаю, это самая элита армии.

— В каком плане? Типа специальные войска или что?

— Да, типа специальные отряды, которые обычно не участвую, как массовка, в сражениях. Такие люди обучены действовать в самых сложных условиях как самостоятельные единицы. Они верны, дисциплинированы, стойки и смелы. Это лучшие из лучших, коим доверяют то, что нельзя доверить остальным. И когда возникает необходимость, их отправляют туда, куда остальные не смогут сунуться.

То есть, сюда.

— Но видимо, погибли не все, — подвёл он итог.

— С чего ты так решил?

— Трупы есть, но личных вещей не вижу. Ни сумок, ни походной утвари, которая должна была им понадобиться в таком недружелюбном месте, — огляделся он. — Кто-то всё забрал, и вряд ли это был тот, кто оставил на них такие раны. Скорее всего, те, кто выжил, забрали всё самое нужное, оставив тела, и продолжили путь.

— И куда?

— Я так предположу, они вернулись домой, — неожиданно раздался издали голос Совуньи. — И, кажется, я нашла, зачем они пришли.

Она стояла в ущелье с интересом что-то там разглядывая. Лишь когда я сам подошёл ближе. Стало понятно, что привлекло её внимание.

Ущелье заканчивалось ещё одной круглой площадкой, окружной практически отвесными склонами, будто кто-то специально в горе вырезал это место. Здесь обнаружилось ещё четырнадцать тел, валявшихся у самых стен примерно в том же состоянии, что и те, что снаружи. А в центре лежала огромная туша животного.

— Подозреваю, они пришли за этим, — спокойно, будто ничего удивительного не происходило, сказала Совунья и медленно пошла к животному. — Пришли, забрали и ушли, оставив трупы своих товарищей.

Существо было отдалённо похоже на коня с головой дракона, на которых красовались огромные рога оленя. Как в случае и с тем кабанольвом, суровая местность не пощадило существо, оставив на нём своё отпечаток, уродский и отталкивающий, словно её вытащили из могилы: шерсть клочками, нарывы и гнойники, облезлые бока, торчащие рёбра…

Но что самое главное, у него было вскрыта грудная клетка. Ровно в том месте, где обычно у других находится демоническое ядро.

Или жемчужина, которую вырезал не так уж и давно я сам.

— Кажется, мы нашли, зачем они приходили, — негромко произнёс Бао, остановившись рядом.

— Думаешь?

— Лишь предполагаю. Но согласись, совпадение странное. Такие солдаты и в таком богами забытом месте, в землях настолько опасных, что сюда никто в здравом уме не сунется, так ещё и где нет даже Ци. А перед нами огромное существо и явно сильное, сильно отличающееся о тех, что можно обычно встретить. И ко всему прочему вскрытая грудная клетка и отсутствие ядра, каким бы оно ни было. Мне кажется, намёков более, чем достаточно.

Мы подошли поближе и заглянули внутрь.

Местные условия и время уже успели сделать с тушей то же самое, что и с телами людей. Даже гниющей вони не было, всё тупо завялило. Было видно, что грудную клетку вскрывали со знанием дела, ровно и осторожно, что тоже намекало на то, что они примерно знали, что искать.

И мне это не нравилось.

Империя Пьениан, где прячется Вьисендо, солдаты, которые забрались так далеко, странное ядро, хотя ещё не было доказано, что это именно та жемчужина, что у меня. И тем не менее, подобное заставляло задуматься, а что, собственно, происходит.

— Если так подумать, если так подумать… — начал задумчиво и медленно Бао. — А если предположить, что это место возникло ещё до разделения на чёрные начала и белые, во времена войны Чи Ю с остальными, когда здесь правили божества, как знать, что здесь могло сохраниться ещё с тех времён?

— Ты к чему это?

— Раньше во времена великого предела ведь существовало много божеств типа того же Чи Ю. Кто-то хранил деньги, кто-то хранил детей, кто-то был злым, а кто-то хорошим. Но с приходом разделения на белых и чёрных это всё… исчезло. Божества перестали существовать.

— Почему?

— Кто знает? Может не смогли приспособиться. А может все они и были своеобразным воплощением великого передела в лице множества божеств. Все они были частью единого целого. А когда единое целое разделили, то и они уже не могли выжить без него.

— Нигде, кроме места, где эти законы нарушаются… — я понял, к чему он клонит. — Хочешь сказать, что здесь могли выжить божества и что это ядро великого предела? Ядро до того, как его разделили?

— Как знать, точно никто не скажет тебе. По крайней мере никто кроме тех, кто послал этих солдат, — кивнул он на трупы. — Но если они пришли за ядром, то оно точно не демоническое, и это точно не демоническое животное. И это точно было сделано в интересах одной из величайших империй этого мира.

Я бросил взгляд на разделанный и высушенный труп драконолошади, после чего пробежался взглядом по трупам, что лежали по кругу. Лучших бойцов отправили за ядром, которое возможно не было поделено. Из империи Пьениан.

Совпадение?

— Зачем может понадобиться такое ядро? И кому?

— Я не знаю. Если это то, о чём я думаю, то оно могло понадобиться всем. И с ним могут сделать всё, что угодно. Надо изучить этот вопрос подробнее.

— Как?

— Когда мы доберёмся до Пьениан, надо будет зайти в библиотеку или великие имперские архивы. Главное, не встретиться с этими ребятами. И пусть тебя не обманывают эти трупы — на нас им силёнок хватит.

— Как давно они здесь были, можешь сказать?

— Да кто же знает? Трупы завялены и обиженно кислотным дождём. Но что хорошо, их никто не обгладывал, а значит существо было одно в своём роде. Хотя возможно, это далёкий потомок божества, который сохранил в себе частичку божественного великого предела, тут как знать.

Никак не знать.

Но на одну гипотетическую проблему стало больше. Почему-то, возвращаясь мыслями к тому, что здесь происходит, мне сразу становилось как-то… неспокойно. Сразу вспомнилось, когда меня преследовал восьмой уровень, только сейчас это было как-то иначе, будто находишься в преддверии чего-то.

Ну а в моей жизнь что-то могло быть только нехорошим, всё как обычно.

Мы ещё немного потусовались здесь, оглядывая и обыскивая трупы, но ничего так и не взяли. Их действительно обыскали, оставив только оружие. Мечи были хорошими, здесь бесспорно, однако Бао мы давать оружие не собирались, у Совуньи был свой клинок, который он считала лучше, Стрекоза и вовсе без оружия была, а для Джа я припас тот, что забрал с трупа женщины из пустыни.

Кстати, забываю всё время его отдать, он как лежит в сумке, так и лежит. Надо будет пометку что ли сделать не забыть его подарить ей.

Переход без Ци был довольно жёстким. Ещё более жёстким, чем в прошлый раз у меня из-за горячего воздуха, который испарял всё, даже влагу в носу, из-за чего казалось, что ты дышишь чуть ли не песком. Полегче становилось, когда отходили от неё, но здесь, где, по сути, просто негде от неё спрятаться, такой радости было немного.

И если мне ещё хватало как-то сил, то вот женский состав совсем уж изнывал. Девушки одна за другой оседали на землю от усталости и жары. Мокрые, какие-то потерянные, они брели, словно зомби.

А вот я не жаловался. Нет, было тяжко, но я не жаловался, а просто медитировал… глядя на их жопы. Нет, а на что ещё смотреть? Надо же чем-то отвлечь себя, верно? А тут такая красотень перед тобой повиливает, блестящая в свете лавы. Идёшь, смотришь и душа радуется, особенно учитывая тот факт, что они все вполне себе подкачанные и круглые.

Наверное, единственный, кому было похрен на такие температуры — Стрекоза. Вот уж точно кому всё ни по чём. Вполне себе бодрая чешуйчатая подруга шла, стрекотала что-то сама себе, иногда летала вокруг, грызла камни и помогала другим идти.

А вот кому было хуже всех, так это Зу-Зу. Бедолагу я всё же хорошенько так подстриг несмотря на его протесты. Не налысо, естественно, но шёрстка стала знатно короче. Пушистый… плюшевый не признавался, что ему полегчало, но шагал после этого явно бодрее, чем раньше.

— Долго ещё так? — тихо спросила Совунья, смахивая пот со лба. — Меня будто мучают за все мои грехи в прошлом…

— Ну… дней десять, наверное, — пожал я плечами.

— Ужасно… — простонала та. — Лин, ты хоть раз так себя чувствовала?

— Как куропатка в печке? — тихо ответила она. — Нет. Я, конечно, открыта для всего нового, но… это слишком даже для меня.

— С другой стороны, такая жара помогает избавиться от лишнего жира — подбодрил я их.

— Юнксу, ты видишь на нас жир? — посмотрела на меня устало Лисица.

— Эм… — ну да, что-что, а жира на них не было. Стройненькие и обтянуты. — Нет вроде.

Она молча кивнула, будто говоря: «вот я о том же» и поплелась дальше.

Но могло быть, как мне кажется, и хуже. В конце концов, у нас была вода и еда, и мы знали, куда надо идти. Оставалось просто терпеть, как бы это сложно ни было. Гораздо хреновее стало бы, встреть мы какую-нибудь тварь. А так…

— О, смотри, — позвал Бао во время одного из привалов меня к себе.

То, что он обнаружил оказалось кучей сумок, припорошённых пеплом, которые сбросили в кучу между камнями. А если присмотреться получше, то можно было увидеть и следы, которые могли оставить после себя только…

— Те самые элитные солдаты? Это они туда шли или оттуда?

— Это ты мне скажи, ты же охотник, не я, — ответил он.

Да только я тоже не мог сказать точно. Следы были только там, где было припорошено золой да пеплом, на дальше шёл голый камень, по которому ничего и не скажешь. Что касается сумок, то внутри мы не обнаружили прямо-таки чего-то интересного. У меня даже мелькнула детская наивная мысль, что быть может мы найдём ядро, но кроме грязной одежды и пустых фляг с посудой ничего полезного внутри не было.

— Если фляги пусты, то они шли явно обратно, — слегка задумчиво сказал я и бросил флягу в лаву, где та почти сразу загорелась и оплавилась. — Да и сумки вряд ли бы стали выбрасывать, если такие дисциплинированные. Разве что, если те были не лишними. Но они явно подготовились к походу сюда.

— Предположу, что и тварь, которую мы нашли, они тоже встретили не на краю зоны подавления, а загнали её туда.

— Думаешь?

— А ты бы стал обитать в центре владений или где-нибудь с краю? — спросил он с усмешкой.

— Может она за край тоже может выйти. Чем-то же существо питалось, верно?

— Может да, а может питалось, как наша Стрекоза, как знать. Я не имел дел с божественными животными до сих пор, — пожал он плечами. — Но вряд ли ей было по вкусу снаружи, там, где властвует Ци. Хотя и здесь ей вряд ли очень нравилось.

— С чего ты взял?

— Дай мне кристалл, — протянул Бао руку.

— Откуда у меня кристалл? Они все внутри бездонной сумки, — похлопал я по ней.

— Тц… ладно, тогда наглядный пример отменяется. Покажу, когда выберемся из этого места, но я сомневаюсь, что здесь отсутствует Ци полностью. Иначе бы мы сами были бы уже мертвы.

За всё время путешествия мы лишь изредка встречали следы пребывания солдат, и у меня возникло ощущение, что мы тупо шли по их следам сейчас. И в принципе, это было даже к лучшему, так как можно было сказать, что путь уже был проверен. Плюс я всё больше и больше думал о том, что были они здесь достаточно давно, иначе бы даже те следы, что мы находили на своём пути, выгладил бы куда более свежими.

Диаметр этого места с отсутствием Ци оказался не таким уж и большим, где-то километров пятьсот пятьдесят плюс-минус. И прошли мы его всего за двенадцать дней. У нас даже заготовленной провизии на такой переход с водой ещё осталось нормально, что не могло не радовать. А вообще, я ожидал куда большего, учитывая обстоятельства.

Пропустить этот самый момент перехода было сложно по двум причинам. Первый — мы все почувствовали что-то типа облегчения и будто прохладного ветерка, который обдул нас, попутно, пробрав приятным током. Выдохнули все, но особенно громко Лисица, будто аж кончила.

В этот момент повисло неловкое молчание, и она просто не могла не почувствовать, что все взгляды обратились на неё. Она огляделась и пытаясь скрыть под маской невозмутимости смущение, быстро отвернулась, не обронив ни слова.

Так, теперь мы все знаем, как будет выглядеть оргазм у Чёрной Лисицы.

Ну а второе — о границах зон немягко так намекал конкретно так разрушенный остов судна, который валялся где-то в километрах десяти от нас, одной частью лёжа на склоне горы, а другой валяясь у самого подножья прямо у берега лавы. В том, что от него осталось, было тяжело узнать судно, если честно, особенно издали. Целыми осталась мало чего, по сути, разве что мачты и остались самой узнаваемой частью, которые развевались подранными парусами, которые были словно флаги павших армий над полем брани.

Собственно, по мачтам мы и заметили его, а иначе прошли бы мимо.

— А вот и судно, на котором они смогли забраться так далеко. Видимо они не успели вовремя понять, что начинается зона подавления Ци, — высказал догадку Бао. — Летели, влетели в зону и врезались в гору, по инерции прокатившись по склону.

— Но другие зоны они обходили, — ответил я

— Если они на них вообще натыкались.

— Надо проверить, — тут же высказалась Лисица. — Возможно, там остались припасы, которые нам бы пригодились.

Я слегка удивлённо посмотрел на Лисицу. Вот от кого азарта исследования я бы не ожидал, так от это от неё. От той, кто проделал огромный путь… за учеником… через полмира… Нет, беру свои слова обратно, что-что, а у моего мастера шило явно было припасено в одном месте. И как бы она не строила из себя строгого невозмутимого мастера, авантюризм её явно был знаком и по вкусу.

— Или какие-нибудь документы, которые могут пролить свет на то, что они здесь делали, — дополнила Совунья.

— Жаль, что его в воздух нельзя будет поднять уже, — вздохнул я.

А то бы мы тут с ветерком и да границы этих земель… Вернее, сначала до вулкана, а потом уже до границы земель прямо к империи. Но и так, в принципе, тоже не плохо: место выглядело вполне себе допустимо для временного пристанища, чтобы посидеть немного, отдохнуть, набраться сил и двинуться дальше. Может даже что-нибудь забрать с него удастся, как знать.

Глава 284

До того, как мы добрались до корабля, Бао даже успел выдать довольно интересную теорию.

— Видишь кристалл? — поднял он на руке духовный кристалл, что светился внутри мягким светом.

— Ну да, вижу, — кивнул я. — Я только что тебе его дал.

— Внутри заключена Ци, её можно увидеть прямо сейчас в виде лёгкого свечения без всякого погружения и концентрации Источник, который разглядит каждый невооружённым взглядом. А теперь смотри… — он прошло метров двадцать в сторону подавления Ци и вновь показал мне кристалл. — Видишь, теперь он потух, не светится.

— Ну это и без тебя я уже понял. Так в чём прикол, ты объяснишь?

— Приглядись Лучше, Юнксу, — поднёс он чуть ли не к самому носу духовный кристалл. — Видишь?

Признаться честно, сначала я вообще ничего не видел. Ну потухший кусок кристалла, который смахивал на стекло, не более. Но потом… будто что-то мелькнуло в нём.

Я взял кристалл из рук Бао и несколько секунд внимательно всматривался в тёмное стекло, пытаясь понять, что вижу, прежде чем наконец ответил.

— В нём есть Ци, да?

— Естественно, есть, она никуда и не девается, — усмехнулся он.

И в подтверждение слов он вышел за пределы подавления Ци. И едва он её покинул, кристалл вновь засветился мягким успокаивающим светом.

— Если бы Ци куда-то девалась, то кристалл бы сейчас не отличался от куска стекала.

— Ну зона подавляет Ци, да, это уже понятно.

— Не просто подавляет, — покачал он головой. — Подавляй эта зона Ци, мы бы оттуда не выбрались. Померли бы, едва вступив в зону действия.

— Она не подавляет Ци и она не исчезает, я понял. Тогда в чём прикол?

— В самой Ци, в её поведении в этой зоне, — пояснил он.— Что если Ци выдавливает оттуда?

— В каком плане?

— В том, что весь переизбыток Ци выдавливается из этой зоны какой-нибудь аурой, а то, что не может выдавиться, как Ци в кристаллах или некоторых артефактах, ведёт себя настолько хаотично, что ею нельзя пользоваться?

— Допустим… — протянул я.

— Ну смотри, ты хоть раз видел пруд? Грязный пруд, заросший уже всякой травой, тиной? Настолько грязный, что вся поверхность зелёная?

— Ну?

— А теперь представь, что… что в одном из мест вода будет бурлить. Будут подниматься пузыри, лопаться, потоки воды создавать такие водяные холмики. Тина, густая, зелёная будет расходиться в разные стороны и образуется круг чистой воды. Она всё равно будет загрязнённой в какой-то мере, но куда чище и прозрачнее, чем всё вокруг.

— Хочешь сказать, здесь из земли выходят такие же потоки?

— Я не хочу сказать, и даже не скажу, из земли или из неба, но суть, думаю тебе понятна.

Думаю, понятна.

Я задумчиво бросил взгляд на территорию, где властвовала зона подавления Ци.

А что если… что если именно из-за того, что здесь земная поверхность так сильно разрушена, и появляются такие зоны? Все эти вулканы, моря и реки лавы, бездонные трещины — здесь будто сняли верхний слой планеты, обнажив её нутро. Могло это привести к чему-то подобному, к какой-нибудь… электромагнитной аномалии?

Кстати да, а ведь вполне себе может быть. Электромагнитные аномалии вызывают помехи же всякие и так далее. А тут Ци, энергия, и из-за чего тоже возникают всякие помехи или, как сказал, Бао, её выдавливает оттуда. Я не физик, но, скорее всего, это всё связанно именно с тем, что земля здесь слегка порушена.

К судну мы добрались довольно быстро. Сначала вышли из зоны подавления, после чего эти десять километров, что нас разделяли, преодолели по воздуху и, лишь оказавшись практически напротив судна, вошли обратно в зону и направились к нему.

От судна мало что осталось. Судя по всему, оно на полном ходу влетело в зону подавления, после чего рухнуло на склон горы, где его ещё знатно так протащило вниз. Повсюду валялись доски, балки, какие-то поломанные вещи — все нижние палубы, где находились трюмы, стёрло об землю.

Носовая часть так и вовсе оторвалась и спустилась по склону вниз к берегу лавы, где, судя по всему, вспыхнула и знатно так обгорела. Теперь, что это было когда-то судно, угадывалось с трудом.

Хотя вроде верхние палубы сохранились…

Не без труда, но я с Джа забрался наверх. Конечно, последствия падения чувствовались и здесь. Доски верхней палубы в некоторых местах полопались, в некоторых местах виднелись трещины, через которые можно было спокойно увидеть палубы ниже. Пристройка на корма частично обвалилась.

А вот мачты стояли, что удивительно.

— Нашли что-нибудь? — крикнул я тем, кто остался внизу.

— Здесь можно попасть внутрь в трюмы, — ответила Лисица.

— Только осторожнее, мало ли что здесь могло завестись. Идём Джа, посмотрим, что здесь осталось от прошлых гостей.

Как я и предполагала, капитанская каюта находилась в кормовой надстройке. Из-за удара, стены конкретно так покосило, из-за чего дверь просто-напросто вылетела. Внутри была большая комната, больше похожая на зал совещаний офицерского состава: прямоугольный стол, который съехал к одной из стен, с десяток стульев и шкафы, которые когда-то стояли у стен. Сейчас же всё здесь было верх дном, а с одной из стороны крыша и вовсе обвалилась.

— Мда… — окинул я взглядом зал. — Джа, ищи какой-нибудь сейф или шкаф с личными вещами капитана.

— Да, господин.

— И называй меня Юнксу, это приказ, а то я себя неловко чувствую.

— Да, Юнксу.

На полу валялись книги, какие-то бумаги, всякие канцелярские принадлежности, битое стекло и всевозможная всячина от каких-то агрегатов, похожих на сектант, до золотых фигурок, будто из сувенирной лавки. Раньше я бы без раздумья начал ими набивать карманы, однако теперь золото было для меня не обычнее, чем какой-либо чугун.

Я искоса наблюдал, как Джа мимоходом тихо-тихо подняла какую-то куклу, после чего отвернулся, чтобы не палить её. А когда обернулся обратно, та всё так же невозмутимо оглядывалась по сторонам, но куклы уже не было.

Я тоже поднял с пола некоторые вещи типа книги, на которой были написаны… философские трактаты на тему того, насколько правильно следовать тому, что тебе предначертано… Короче книга, как быть идеальным рабом и делать рабом других. На других бумагах были записаны всякие ничего незначащие для меня инструкции, графики, однотипные доклады по типу «передаю капитану, сегодня увидел таракана», отчёты, просто повседневная бумажная волокита.

Я вздохнул и огляделся, когда мне на глаза случайно попася огромный рулон. Придавленный шкафом, его сразу было и не разглядеть. А когда я приподнял шкаф не без помощи Джа, оказалось, что он в принципе был забит всевозможными картами!

Так-так-так, мне они расскажут, куда и зачем или хотя бы откуда летели эти товарищи?

Я сразу же разложил на полу одну из наиболее заметных карт, но к моему сожалению… они были больше географическими, чем… наглядными скажем так. Рельеф, обозначенный линиями, высоты, ветра, какие-то метки и так далее. Даже примерно представить местность, которую они показывали мне просто не хватало воображения.

Я разочарованным взглядом пробежался по ним, после чего открыл другую, третью, четвёртую…

— Тц… нам нужен эксперт по картам… — пробормотал я, поднял взгляд…

И увидел, как напротив меня висит огромная карта.

Слона-то я и не заметил…

Не сказать, что она была подробной и понятной. Карта носила скорее декоративный характер, выглядела реально дорого, вышитая на поблёскивающей материи и обрамлённая золотой каёмкой. Тёмно-синие и светло-синие цвета, как я полагаю, означали высоты…

— Люнь, на картах высоты как отличаются?

— Что-что? — пока мы были в зоне подавления Ци, Люнь старалась не вылезать наружу.

— Передо мной карта с тёмно-синими и светло-синими цветами. Это высоты. Только что выше, а что ниже цвет обозначает?

— Что темнее, это низ, что светлее, это вверх.

— Ага, понятно, спасибо, — кивнул я, разглядывая карту.

Насколько я понял, это была карта, судя по надписи внизу, области, где располагалась империя Пьениан. Она и соседние к ней империи практически от огненных земель до… побережья моря, как я понимая, да?

Оценить реальные размеры той местности было практически невозможно, не на что было ориентироваться, да и каких-то пометок в расстоянии я не видел. Но вряд ли он была на это рассчитана. Но тем не менее, теперь я представлял, куда мы двигаемся.

А потом глянул правее… и встретился взглядом с самым ненавистным человеком на этом свете. Даже через десятки лет я бы узнал это сраную рожу, эти прилизанные черты бабы, хотя на самом деле это мужик, чёрные губы и взгляд… только здесь у него были нормальные глаза.

Я медленно подошёл к портрету, разглядывая его с каким-то скованным сердцем.

Вьисендо…

Но под портретом значилось другое имя.

Чэнсян ПьенианСяо Хуци

— Чэнсян Сяо Хуци… — тихо повторил я, глядя на ненавистную рожу, которой был готов перегрызть глотку.

— Чэнсян Сяо Хуци? — переспросила Люнь.

— Настоящее имя Вьисендо.

— Ну чэнсян не имя, это государственная должность, — правила она меня.

— Какая? — нахмурился я.

— Личный советник императора. А вот Сяо Хуци уже его фамилия имя, да.

Сяо Хуци, личный советник императора, грубо говоря, вторая после него по величине фигура…

М-м-м… класс… идти против второй фигуры если не в самой, то одной из самых великих империй в этом мире. Мечта любого человека…

Я молча разглядывал картину, когда услышал, что меня зовут.

— Я здесь! — крикнул я на голос Лисицы. — Всё нормально, мы каюте капитана, обыскиваем её!

— Мы на нижней палубе, — ответила она практически подо мной.

— Хорошо!

Ладно, потом ублюдком полюбуюсь.

Я пробежался взглядом по другим портретам, императора, главного военачальника империи, каких-то ещё ключевых деятелей, после чего отвернулся и двинулся шерстить это место дальше.

Каюта капитана находилась в соседней комнате за стенкой. Я бы даже и не сказал, что это каюта капитана, если честно, не знай, как где они раньше располагались. Небольшая коморка, которая была достаточна буквально для кровати (вряд ли их тут мучает качка), тумбочки и небольшого столика. Но и здесь я, перевернув всё верх дном, не нашёл ничего интересного, только личные вещи типа одежды да столовые приборы с бутылкой, как я понимаю, алкоголя.

Нет, вру, здесь было что-то вроде сейфа, за комодом, но правда сейчас уже открытого. Значит капитан, как минимум, выжил и забрал с собой все документы. Плохо… возможно, именно так мы бы могли узнать, что они здесь искали, а так…

Я обернулся…

И слегка вздрогнул, когда увидел Джа, которая молча стояла в дверном проёме и смотрела на меня.

— Что случилось, Джа?

— Всё обыскано, господин.

— Да, и они всё унесли.

Хотя что, собственно, можно было ожидать от профи? Забрать всё важное и ценное, чтобы не дай бог даже в таком богом проклятом месте кто-нибудь когда-нибудь да наткнётся на тайны империи. Всё забрали, встали и ушли, а если…

— Нашли что-нибудь, — глянула на нас Лисица, остановившись в дверном проёме каюты капитана.

— Нет, только карты и рожу Вьисендо, — махнул я на портрет.

Она бросила взгляд на лицо урода.

— Мерзкая рожа.

— Точнее и не скажешь.

Лисица перевела взгляд на карту империи Пьениан. Посмотрела несколько секунд на неё, после чего взглянула на меня.

— В трюмах мало чего осталось.

— Мало чего осталось? — слегка удивился я.

— Бао, — она поморщилась, упомянув его имя, — предположил, что кораблей было как минимум два. И как только первое судно упало, они перегрузили всё самое важно на второе и уже пешком двинулись в путь. Даже тел нет — видимо забрали погибших.

В принципе, логично. Если им было настолько важно достать то ядро, что они отправили элиту элит, то вряд ли они стали бы мелочиться в остальном. Поэтому логично предположить, что будет ещё одно судно, страхующее, если вдруг что-то случится с первым. А может было и третье, чтобы наверняка, как знать.

— А хоть что-то осталось?

— Что-то осталось, — кивнула она.

Вообще, осталось не так уж и много. Здесь была бочка с маринованными овощами, целая, но уже открытая. Там же нашли бочку с завяленным мясом, которое было полностью засыпано солью, но правда с разбитой стенкой, откуда половина и вывалилась. А ещё полупустая бочка с водой и всякие вещи, которые необходимы для долгого путешествия.

Бочек было здесь явно больше, но всё остальное в дребезги разбилось при падении, а что осталось было забрано другим судном. Короче, оставили то, что смысла брать особого не было, а нам здесь с головой хватит.

Ну что ж…

— Фу, какая гадость… — пробормотал я, попробовав какое-то зелёное чудо, по виду похожее на грушу, вкусу консистенции на картошку, а по вкусу кисло-солёное.

Совунья тоже попробовала содержимое бочки, но лишь поморщилась.

— Это не едят отдельно, — усмехнулся он, глядя на нас, двух остолопов. — Это заедают. Кстати, смотрю они хлеб забрали.

— Зачем им провиант, если они могут не есть? — поинтересовался я.

— Ну наверное, потому что здесь им кушать придётся, — пожал он плечами. — Может они здесь не один месяц провели. Да и к тому же даже если кушать не хочется, разве плохо иногда перекусить? Настроение там поднять вкусом, туда-сюда?

Ну… тут я соглашусь. Я помню, как с удовольствием иногда ел вполне себе обычные продукты, наслаждаясь тем, насколько яркий вкус у них, когда ты не ел долго. А здесь… да, наверное, они долго выслеживали животное, долго загоняли его, пока не поймали.

— Наверное… наверное, мы можем здесь остаться на немного, чтобы перевести дух, а потом двинуться дальше, я так думаю? — предложил я.

— Хочешь остаться здесь? — Лисица огляделась, после чего поморщилась, как она это любит и промолчала.

— Ну нам нужен отдых. Мы и так ходим, и ходим, а тут хотя бы выспимся, отдохнём немного. Всё есть, еда, даже кровати. Чем не небольшой отдых?

Собственно, никто против и не высказался.

Расположились мы на второй палубе, в камбузе, где было более-менее всё цело, плюс стол и кровати в соседнем отсеке. Женская часть нашей команды занялась едой, мы же с Бао растопили печку, которая была здесь встроена, и пошли обыскивать нос. Зу-Зу неустанно двигался за нами, чтобы в случае необходимости откусить яйца Бао, если тот замыслит глупость.

Нос можно было назвать носом лишь потому, что мы точно знали это.

Здесь был склад всякой всячины типа сеток, канатов, блоков для подъёма грузов, цепей и даже что-то типа смолы для заделки дыр в судне.

А ещё я здесь нашёл ракету.

Нет, серьёзно, ракету. Сделанную из чего-то плотнее упаковочного картона с фитилём.

— Военное же судно, — пожал Бао плечами. — Стрелять там по другим судам, по врагам, по бастующим. Про фейерверки не слышал?

— Слышал, но…

— Видимо, они перегрузили снаряды, раз мы их не нашли, но что-то вот осталось.

Ну прямо настоящий боевой корабль.

— А они запускаются из пушек или как?

— Пушек? Ты имеешь ввиду установки?

— Ну… не знаю, — признался я. — С чего они запускаются?

— Установки, — повторил он. — Такая бандура на ножке, на которое две направляющих жерди. Она туда ставится, нацеливается, поджигается и запускается.

Короче, две направляющие рельсы, на которые ложится ракета и выстреливается.

Бао взвесил в руках ракету, и положил её в сторону, после чего продолжил рыться в обломках. В какой-то момент запахло чем-то… спиртовым и Бао начал копаться ещё активнее, пока не вытащил на свет, звеня стеклом ящик с бутылками.

— Отлично! Нам прямо-таки сама судьба улыбается сегодня! — улыбнулся он приподняв перед собой ящик. — Алкоголь!

— Пить?

— Ну не обмазываться же им, — усмехнулся Бао, разглядывая бутылки.

— На военном корабле? Спирт?

— Вино, судя по всему, но да, на военном корабле. Не знаешь разве, что там чтобы расслабиться, отпраздновать, снять стресс или перед очень напряжённым боем буквально чуть-чуть, нет?

— Знаю, но ты их как профи описывал.

— И что? Профи не пьют?

— А то, что они последователи уже чёрт знает какой ступени…

— Восьмой, скорее всего, — подсказал он.

— Да, восьмой, на них он вообще действует? У них там иммунитет ко всему, что можно не развился?

— Ты хоть раз напивался уже имея уровень там… с четвёртого примерно?

Я с ужасом вспомнил, как меня спивал Гой, а потом отправлял на арену сражаться. Тогда у меня был… пятый уровень, и да, мне нехило било градусом по голове, пусть я и мог двигаться более-менее осознанно. Возможно, это и было сопротивление алкоголю, что я вообще был в состоянии драться.

— Было дело… — медленно протянул я.

— Ну вот! Да, чем выше уровень, тем слабее действует алкоголь, и опьянения такого уже не будет конечно... Потому его делают всё сильнее и сильнее, но того эффекта уже нет. Однако у нас есть возможность выпить его, будучи обычными людьми первого уровня, как когда-то был каждый из нас был! Ощутить вновь во всей красе это чувство опьянения! К тому же тут вряд ли обычный спирт…

— В смысле сейчас? — уточнил я.

— А когда ещё?! Мы сейчас обычные, без сил, ничего не будет мешать напиться, ничего не будет ему сопротивляться! К тому же мы… — он приподнял ящик и бутылки весело загремели, — сейчас на привале на несколько дней, ты сам сказал. Чем ещё заниматься, как не напиваться?

— Не знаю… просто спать?

— Успеется.

— Ты случайно алкоголизмом не страдал раньше? — прищурисля я.

— Раньше было дело и был повод, — не стал скрывать он. — Но я шагнул дальше, и теперь разве что ради удовольствия. Там ещё несколько бутылок лежит целых, забери их тоже, пожалуйста. Сегодня мы отдыхаем, как взрослые люди.

Ага, как взрослые люди… А другие были согласны так отдыхать? Я сразу скажу…

— Нет, — категорично ответила Лисица. — Я не буду пить.

— Я тоже воздержусь, — покачала головой Совунья.

— Зря, — пожал он плечами. — А вот я с удовольствием.

Он положил на стол ящик с бутылками и откупорил одну из них. По помещению разнёсся мягкий аромат роз.

— Вау, да тут у них целый клад. Видно, элитным солдатам ерунду не подкидывают, — улыбнулся он, налил себе в стакан, немного сболтал его по кругу, после чего слегка пригубил, причмокивая. — Да, они не скупятся, чтобы обеспечить лучших лучшим… ну так что, никто не хочет?

Никто не хочет.

Но это не помешало тому, что вскоре мы все сидели и пробовали вино. Я хрен знает, как он нас уговорил, но видимо каждому из нас хотелось немного забыться и отвлечься от насущных проблем. И благодаря этому попробовать быстро начало перерастать в напиться со всеми вытекающими.

Глава 285

— Отвратительно, — поморщилась Совунья, и тем не менее ещё немного она, но пригубила.

А вот что касается Лисицы, то та отхлебнула, даже не моргнув глазом. Пригубила, ещё немного пригубила, ещё немного и… поставила пустой стакан на стол.

— Сносно, — кратко прокомментировала она.

— Сносно? Я бы назвал это очень даже сносно! — воскликнул Бао с азартом алкоголика. — А ты чего сидишь, Юнксу?

— Смотрю, как ты спиваешь моего мастера.

— Скажешь тоже… — отмахнулся он.

— Я не спиваюсь, я попробовала за компанию, Юнксу, — тут же отреагировала Лисица, стрельнув в меня недовольным взглядом. — На меня почти не действует алкоголь.

— А вот это мы сейчас проверим, — долил он Лисице, после чего огляделся. — Так, а где Джа? Джа, где ты, молчаливое создание. Хочешь попробовать?

Естественно, Джа сначала посмотрела на меня и, лишь дождавшись кивка, заняла одно из мест вокруг стола, что стоял в камбузе. Мы уютно расположились внутри полуразрушенного корабля, разложили все имеющиеся деликатесы на столе типа засоленного мяса, бобов и маринованных овощей и теперь и теперь мирно пробовали то, что Бао называл высшим сортом. Даже Стрекоза и та присоединилась к нам.

— Итак, чтоб никто не сдох в ближайшее время, — произнёс Бао, долив себе, после чего залпом осушил стакан. Остальные следом медленно отпили кто сколько, не сильно ударяясь в алкоголизм.

— Ты только сильно не напивайся, Юнксу, — предупредила Люнь. — А то вдруг что.

Да я знаю, тоже думал уже об этом, что Бао может попытаться споить нас, а потом провернуть свои тёмненькие делишки. Именно поэтому я не сильно и налегал на алкоголь.

Чего не скажешь о той же Лисице, которая с каменным лицом, будто ничего не происходило, осушила уже второй стакан. Даже Совунья не сильно-то и налегала на алкоголь, хотя несмотря на своё «фи» первый стакан всё же осушила.

— Такое ощущение, что разбавлено, — негромко поделилась своим мнением Чёрная Лисица.

— Это потому, что оно очень мягкое. Не та дешёвая дрянь, которая перебивает спиртом весь вкус, а самый сок!

Ну да, я пробовал вино и мне не сильно понравилось, так как весь вкус перебивал именно спирт. А здесь ничего так, я даже розы чувствую на вкус, такие мягкие и ароматные. И тем не менее как бы вкусно не было, я даже половину первого стакана не отпил.

Вот так мы и сидели, медленно выпивая (все, кроме разве что меня), пока бутылка не сошла на нет и не пошла вторая. А потом и третья, четвёртая. Могло показаться, что мы тут пьянку устроили, однако одна бутылка на шестерых — это было совсем немного.

— Хорошо… — Бао решил не мелочиться и начал хлестать прямо из горла. — Да, что-что, а вино они делать умеют, этого не отнять.

— Я бы не налегала на твоём месте так сильно, Бао, — так, будто её это и не волновало, посоветовала Совунья.

— Всё в порядке, я крепкий. И да, заедать не забывайте, а то вмиг улетите по неопытности. Хотя кто-то, смотрю, уже набил глотку на этом.

Бао ни к кому конкретно не обращался, но я сразу подумал, что он имеет ввиду Лисицу. На удивление она не сильно отставала от Бао, пусть пока что ещё и не хлестала вино из горла, но коварный градус вина, который пился легко, делал своё дело. Следом по количеству выпитого шла Джа и Совунья, потом Стрекоза и под конец я, как бдящий. А вот Зу-Зу был у нас трезвенником и спокойно жевал мясо, поглядывая за нами.

— А знаете, мы что-то скучно так сидим, — начал Бао, лениво потягиваясь.

— А ты хочешь, чтобы мы тебя развлекали? — холодно глянула на него Лисица.

— Не будь такой злыдней, — отмахнулся он. — Вот из-за того, что ты такая злая, у тебя и нет мужика.

— А мне это надо? — холодно осведомилась она.

— Да вот, судя по всему, нет, — покачал он головой и хитро улыбнулся. — Тебя кто-то сильно обижал в детстве, что ты такая злыдня?

— Такие мудаки, как ты, — отрезала она.

— О-о-о… детские обиды на всех, — кивнул он будто с пониманием. — И чем же тебя так обидели?

— Бао, отстань от неё, — осадила его Совунья, и что удивительно, он послушался.

— Да я ничего, — поднял он руки вверх, — просто интересуюсь. Вот я, например, решил стать последователем Вечных из добрых побуждений как раз, чтобы защищать слабеньких девочек, — глянул Бао на Лисицу, — от плохих мальчиков.

— По тебе видно, — хмыкнул я.

— Нет, серьёзно. Кто из нас не мечтал в детстве воздавать злым по справедливости, защищать слабых и бла-бла-бла? Да все.

— Я не мечтал.

— Да ладно, не хотел быть стражником, чтобы гоняться за плохими людьми?

— Нет, я всегда был тем, за кем гонялись стражники, — пожал я плечами. — И я мечтал стать тем, кого все будут бояться, уважать и любить.

Лисица странно на меня посмотрела, но ничего не сказала.

— Я тоже не хотела быть стражницей, — вставила пять копеек Совунья, говоря отстранённо. — Но я хотела быть учителем в своей деревне.

Мне тяжело было судить, но кажется её слегка так торкнуло. А может не слегка. Язык не заплетался, но выглядела Совунья будто слегка иначе. Как-то не отстранённо, а умиротворённо что ли, расслабленно. Сколько она там выпила, пока мы сидели?

— Учитель? — хмыкнул Бао.

— Да, учитель. А Лин всегда хотела быть той, кто исследует и открывает что-то новое.

— Авантюристка, — подсказал я.

— Да, наверное…

— Не видела смысла наблюдать четыре дома и лес по кругу на протяжении всей своей жизни, — уже вставила Чёрная Лисица. — Я хотела знать, что находится по ту сторону речки.

— И как, узнала? — спросил Бао.

Вопрос был простым, да и Бао вроде спросил без подковырки, но Лисица потемнела прямо на глазах. Я не знаю, почему, но это оказалось явно её больной темой. Совунья тоже будто осунулась. Значит они обе «узнали», что находится по ту сторону речки, из-за чего Лисица не сильно жалует людей.

— Похоже, что да… — почесал он затылок. — Болезненный опыт?

— Да, болезненный опыт, — хмуро ответила Лисица, но в её голосе не было злобы. Скорее обида и боль, которую она тут же попыталась залпом запить. Налила ещё и ещё раз осушила. Поморщилась. — И тем не менее я здесь. Я жива. Я на краю земли. Можно сказать, я стала кем хотела, пусть и не так, как мечтала.

— И я, пусть и на короткое время. Мечты сбываются, — негромко подтвердила Совунья, отпила, поморщилась, посмотрела в стакан и негромко вздохнула. — Никогда в отличие от Лин я не переносила алкоголь хорошо.

— Звучит так, будто ты меня обвиняешь в алкоголизме, — фыркнула та.

— Ну, тебе удалось опустошить половину бутылки, которую твой дед прятал у себя, — по-пьяному улыбнулась Совунья, уже явно половиной мозга пребывая не с нами.

— Так вот чего тебя так плохо алкоголь берёт. С детства тренировалась, — просиял от понимания Бао.

— Это была большая ошибка, — поморщилась Лисица. — Оно пахло яблоками, и я со всей детской глупостью отпила оттуда, и не половину, как любит приукрашивать Пейжи, а пару глотков.

— Как… как можно сделать пару глотков ребёнку даже случайно и не заметить, что это алкоголь? Он же невкусный.

— Я посчитала, что достаточно взрослая, чтобы быть похожей на деда, — ответила та. — Хотела стать старше, стать таким же мастером меча, как он.

— И чем закончилось это?

— Ничем хорошим, — буркнула Лисица, а вот Совунья была более многословной.

— Она перелезала забор, но повисла на нём на ханьфу, да так и уснула, вися до утра, пока её дед не нашёл.

Я на мгновение попытался представить себе Лисицу. В детстве. Пьяную в стельку. Висящую на заборе. То, что я видел сейчас перед собой, и то, что мне рассказали, никак не укладывалось в моей голове в одного человека. От увиденной картины у меня на лице растянулась улыбка. Да и не только у меня. А вот Лисица и глазом не повела.

— Это был урок, — негромко прокомментировала она. — Ничем не хуже, чем тот, где меня высекли прутьями. Но это всё лучше, чем застрять в заборе, чтобы тебя покусала за заднюю часть собака. Жаль, я шрамы ей убрала, надо было на память оставить.

— Я смотрю, вы были непоседами, да? — посмотрела я на Совунью и Лисицу.

— Скорее Лин была непоседой. Не было ни единого сарая, который бы она не облазила, ни единой крыши, на которой она бы не побывала, и не единого мальчишки, с которым она бы не подралась. А вот мне нравились больше читать книжки.

— А Янлин любила и то, и другое, — кивнула Лисица.

— Да, словно звено между нами.

Это было… что-то новое в её биографии. Мне было сложно представить Лисицу непоседой, которая носилась со смехом по улице и получала нагоняи от взрослых. Хотя что что я действительно знал о ней? Да ничего, по сути. В этом плане Чёрная Лисица всегда была скрытной и держала рот на замке. Разве что она раньше дружила с Совуньей, а ещё с ними дружила Янлин, и все они были из одного места родом, а потом что-то произошло, и они конкретно так разосрались.

Но даже это, я узнал это от Совуньи, а не от неё.

Это сейчас она разговорилась — алкоголь явно неплохо развязывал ей язык, а так поведение Лисицы будто специально создавало стену между ней и другим миром, словно она боялась показать лишний раз чувства и открыться другому человеку. Будто таким образом огораживалась от людей вокруг.

У нас во дворе были такие кадры: хочешь, чтобы тебя никто не трогал, выгляди тем, кого лучше не трогать. И Бао был прав, такое поведение было характерно для тех, кто уже обжёгся на этом, причём очень сильно — после болезненного опыта люди уходили в крайности

В этот момент Джа неожиданно вытянулась. Вытянулась и…

— Её сейчас вырвет... — сразу понял Бао.

Мда…

А ведь она выпила не так уж и много.

Вскочив с места, я подхватил Джа на руки и бросился на верхнюю палубу. Едва мы добрались до фальшборта, как та тут же перегнулась через него и выпустила из себя все излишки выпитого и съеденного. Один раз, второй, третий… Я протянул ей флягу с водой, и её прополоскало ещё раз, после чего Джа всё же нашла в себе силы встать ровно.

— Ну как? — спросил я заботливо.

— Мне… мне плохо, господин… — пробормотала она. — Я извиняюсь за своё поведение…

— Это нормально, ты же выпила.

— Да, — тряхнула Джа головой. — Мне так жаль…

— Видимо, она ещё ни разу не пила, — сказала Люнь. — А тут за раз и сразу так много.

— Да, видимо с неё уже достаточно, — согласился я, и в этот момент поймал на себе жалостливый взгляд Джа, которая смотрела на меня, как на котёнка под дождём. — Что такое, Джа?

— Господин, если вам не с кем поговорить… — неуверенно начала она, — вы можете поговорить со мной. Я выслушаю вас.

Я даже не знал, что ответить на это, если честно. Было непривычно видеть Джа с эмоциями на лице предлагающую свою помощь. Обычно она просто стоит и молчит, а тут такая забота.

— Да нет, не надо.

— Я умею слушать… — она сделала несколько шагов вперёд и обняла меня, практически повиснув на шее. — Господин, я хорошая слуга, я помогу вам от одиночества.

— Да я не сказать, что одинок…

— Я вижу, как вы сам с собой общаетесь один… это грустно… Я всегда рядом, чтобы поговорить.

— Давай ты сначала проспишься, хорошо? — предложил я.

— Моя цель — служить вам. А без цели жизнь становится серой… — промямлила она с трудом. — Мир сер и безжалостен, господин добр и заботлив. Поговорите со мной, господин…

— Ты в первый раз пьёшь алкоголь? — тогда спросил я.

— Да… — и Джа, растянув последнюю букву, мирно уснула, повиснув у меня на руках.

Пришлось её тащить вниз на койку, и укладывать так, чтобы было видно, что она там делает. А то у некоторых неожиданно просыпается желание побродить немного или проблеваться во сне. И самое забавное, что едва я вернулся за стол, оставшаяся четверка уже вовсю играла в карты.

Нет, серьёзно, когда я сел, Лисица по-заправски тасовала колоду, будто родилась с картами в руках, и лишь скользнув по мне взглядом, спросила:

— Ты снами, Юнксу?

Чувствовалось в её движениях что-то пугающе отточенное.

— Да нет, если честно, я не умею в карты, — пожал я плечами.

— Слабак, — фыркнула она негромко, и быстро раскидала их на четверых.

Оглянуться не успел, как они уже начали ходить, а через пару минут Стрекоза раскрыла карты. Совунья продержалась не сильно больше, через пару минут после Стрекозы раздосадовано последовав её примеру. А вот Лисица и Бао, что удивительно держались достаточно долго, явно борясь до последнего.

Насколько я понял по тому, что видел, принцип был схож с дураком, только если там надо было как можно быстрее выйти из игры, здесь требовалось пересидеть у стола всех, оставшись последним игроком.

И победителем вышел…

— Подчистую… — выдохнула Лисица.

Победно.

Бао, не с самой радостной физиономией раскрыл свои карты, глядя на Лисицу недоверчиво.

— Ты там не мухлюешь случаем?

— Не поймана… ик… не обманщица, — спокойно ответила она.

— Значит мухлюешь.

— Нет, не мухлюю. Проигрывай… ик… с достоинством, Бао, — Лисица не сильно скрывала в голосе победных ноток, поглядывая на Бао сверху вниз и тасуя колоду с профессионализмом настоящего шулера. Теперь она вообще с трудом что-либо скрывала и судя по стойкому запаху роз от неё, выпила едва ли не больше самого Бао.

— Поверь, она ещё тот игрок, — подсела обратно за стол Совунья, что наблюдала со спины за игрой Бао. — Как разойдётся, её будет сложно остановить.

— Сыграем на… ик… что-то, — предложила Лисица, окидывая взглядом других, включая меня.

— На что же? У меня ничего нет, а что есть, на то играть не буду, — ответил Бао. — Меня учили играть лишь на то, что я готов потерять.

— Сыграем на раздевание.

— Я уже голый. Одни трусы и остались. Ты хочешь посмотреть мой хрен?

— Тогда на твои… ик… гэта.

— Зачем тебе мои гэта? — схватился Бао за свои деревянные сандали. — Вон, раздевай кого-нибудь другого. Да и с меня, честно говоря, игры с тобой хватит. Уж как-то слишком ты хорошо играешь для обычного последователя.

Лисица недовольно посмотрела на него, после чего перевела взгляд на Совунью, но та лишь покачала с улыбкой головой.

— Нет-нет, Лин, я пас с тобой играть, — подняла она руки.

Тогда Лин посмотрела на Стрекозу, но от той и след простыл, умчалась куда-то. Остался только я.

— Юнксу… ик… сыграй со мной, — предложила Лисица уже мне. Её голос, он изменился слегка. Всегда ровный и спокойный, теперь в нём гуляли всевозможные интонации, и сейчас у неё он был жалостливонастойчивым.

— Я не умею, Чёрная Лисица.

— Это… ик… не проблема, я тебя научу, — тут же ответила она. — Ты должен уметь играть в карты… ик…, это важно.

— И чем же? — улыбнулся я. Мне даже был интересно послушать причину. Но ей особой причины и не нужно было, по-видимому.

— Ты будешь… ик… уметь играть в карты, — был её железобетонный аргумент. — Будешь раздевать таких вот олухов.

И не смотря на то, что её голос был сейчас слегка прыгающим, а язык немного заплетающимся, тасовала она карты совсем уже без проблем, будто её кисти жили своей жизни, перекидывая карты туда-сюда. Одного этого мне хватило, чтобы отказаться от затеи попробовать с Чёрной Лисицей поиграть. Разденет как пить дать.

Мой мастер, как оказалось, не только умеет хорошенько выпить, так ещё и сыграть в карты, раздев кого-нибудь, не против.

— Я пас. Вы сами учили меня, что надо знать когда остановиться.

— Слишком… ик… хорошо я тебя выучила, — проворчала Лисица, после чего медленно встала, положив карты на стол, и, слегка покачнувшись, направилась на верхнюю палубу, прихватив с собой несколько бутылок.

Я бросил ей в след взгляд, оставшись с пьяной парочкой.

Да, алкоголь действительно сближает людей, всегда немного не от мира сего Совунья сейчас о чём-то шепталась с Бао и даже едва заметно хихикала, когда он что-то нашёптывал ей на ухо. И пока я ел то, что осталось на столе, оба медленно перешли от разговоров к действию, перебазировавшись в соседний отсек на кровати, которые они сдвинули.

Не сильно желая наблюдать за их соитием, я решил последовать за Лисицей и дождаться, пока эти не закончат, наказав попутно Зу-Зу следить за обоими, особенно за Бао. Он вроде выпил, я сам видел, но чёрт знает, что он там может удумать.

Едва я вышел, как практически сразу встретил Лисицу, которая сидела на фальшборте и хлестала вино прямо из горла. Я всё больше убеждался, что если она бухает, то бухает по-чёрному, не размениваясь по мелочам. А ещё забавнее было то, что когда она запрокинула голову, осушая до дна бутылку, то накренилась и просто начала падать спиной назад.

Она бы могла вполне приземлиться затылком на палубу, но приземлилась ко мне на руки — я едва успел поймать эту черноволосую пьянь.

— Хорошо иметь ученика… ик… всегда есть, кто подстрахует тебя… — пробормотала Лисица, глядя куда-то в небо сквозь меня, после чего подняла бутылку, разлив часть на палубу. — Хочешь?

— Я откажусь.

— Выпей со мной. Со своим… ик… мастером…

— Я уже достаточно выпил, Чёрная Лисица. Да и вам будет достаточно, наверное.

Сейчас у неё был немного другой голос, более мягкий, лишённых этих стальных ноток, пусть они и пробивались кое-где так или иначе. Когда человек носит какую-то маску, он так или иначе привыкает к ней.

Лисица медленно выбралась из моих рук и, выбросив за борт пустую бутылку, подхватила новую. Выдернула зубами пробку, выплюнула следом за пустой бутылкой и приложилась, медленно направившись к месту, где обломился нос. Там Лисица и села, свесив ноги вниз и выглядя так, будто запивала горе.

— Вы себя хорошо чувствуете? — подошёл я сзади.

— Лучше не бывает, — ответила она. А через несколько секунд добавила. — Ужасно… ик…

— Ну, вестимо, вы столько выпили, — присел я рядом с ней на край.

— Дело… ик… не в выпивке… — пробормотала она. — Я просто ужасно себя… ик… чувствую… Бесполезной и ненужной никому…

— Ну… вы полезны и нужны нам, почему же.

— И чем же я… ик… полезна, Юнксу? — посмотрела она на меня глазами, которые гуляли, будто не могли навести резкость.

— Я думаю, вы знаете.

— Я хочу… ик… услышать.

— Ну вы нас, как минимум, всех лечите.

Она положила мне голову на плечо, что-то невнятно пробормотав, и так сидела минут десять, иногда прикладываясь к бутылке, которую, допив, сбросила вниз на обломки корабля. По округе пролетело эхо битого стекла. А она спустила голову с моего плеча на колени, вытянувшись вдоль края. Лежала минут десять или двадцать так, но явно не спеша засыпать.

— А… что было за рекой, которую вы в конце концов пересекли, Чёрная Лисица? — не удержался я от вопроса. Но ответ получил совсем не в тему.

— Дед… ик… всегда звал меня великой воительницей Лин и пророчил мне великое будущее, — пробормотала она. — Говорил, что в нашем роду… ик… издревле… ик… были мечники, которые славились своим мастерством, и в моих руках вернуть былую славу. А теперь я валяюсь пьяной на коленях собственного… ик… ученика…

— Будто что-то плохое…

— Будто что-то плохое… — пробормотала Лисица, глядя куда-то вдаль огненных земель, которые всегда светились. — Мы никогда… ик… не хотели поступать в секту, ни я, ни Янлин, ни Пейжи. Но Пейжи была слишком любознательной до знаний, всегда хотела узнать что-то новое. А я… ик… не была такой безвольной и наивной.

Лисица выдохнула каким-то дрожащим голосом.

— Ничего хорошего не произошло за рекой, Юнксу. Ни для меня, ни для неё.

Она медленно села, после чего схватила меня за грудки и притянула к себе так, что мы коснулись носами. И глядя в её глаза, я наконец понял, что Чёрная Лисица не пьяна — она просто уделана в хламину, и даже не понимает, что и кому рассказывает. Наверное, не понимает.

— Бао не имеет права насмехаться надо… ик… надо мной. Прошёл бы он через тоже, сам бы стал таким. Хотя… ик… он и стал таким…

— Никто над вами не надсмехается, Чёрная Лисица.

— Ага… как же…

Где-то снизу раздался вскрик, но мы даже глазом не повезли. Всем было уже давно пофигу.

Лисица медленно попыталась встать, но чуть не свалилась вниз на обломки, которые торчали как колья. Её качало как тростник на ветру. Вот сейчас, кажется, её конкретно так накрыло, так как даже ноги перестали её держать, она просто повисла в моих руках.

— Я донесу вас.

— До чего я… ик… докатилась…

Мне кажется, она уже спала с открытыми глазами. Мне самому пришлось поднять её на руки и отнести в кровать, оставив её отсыпаться до завтрашнего утра. Надеюсь, она завтра ничего не вспомнит, иначе охренеть как стыдно ей будет после этого.

Глава 286

По понятным причинам проснулся я раньше всех.

Медленно пришёл в себя, с удовольствие потянулся, похрустел шеей, наслаждаясь пусть и не самой мягкой и чистой, но всё же кроватью.

В это время ещё все спали: Зу-Зу, как царь, расположился на отдельной кровати брюхом кверху, раскинув лапки в стороны, Бао и Совунья вместе, сдвинув две кровати, Джа на соседней от меня. Стрекоза вообще забралась под потолок в сетку, откуда свисали е ручки и ножки (подозрительно, что Зу-Зу лёг прямо под ней).

А вот Лисица…

— Мда…

Кажется, вчера день для неё не закончился на моих руках. Судя по тому, как мой мастер валялась на одной из кроватей в окружении бутылок, банкет для неё продолжался ещё не один час и, скорее всего, в гордом одиночестве. Причём, насколько я видел, она даже умудрилась где-то трусы потерять ко всему прочему.

Медленно встав и потянувшись, я подошёл к ней и натянул одеяло до шеи, чтобы не светила самым сокровенным, после чего задумчиво окинул бутылки взглядом. Парочка из них была даже недопита. Это же насколько надо было так хотеть забыться, чтобы нажраться до такой степени?

— С добрым утром, Джа, — поприветствовал я ещё одну пьяную душу, что подкралась ко мне сзади, скрипя половицами.

— Доброе утро, господин…

— Юнксу, говорил же об этом.

— Юнксу, — быстро поправила она себя.

— Проследи-ка, чтобы, когда она встанет, — кивнул я на Лисицу, — чтобы не потянулась к бутылке, хорошо?

Не то, что бы я думал, что Лисица алкоголик, однако что-то она совсем меры не знает. К тому же, когда я проходил мимо ящика, там действительно оставалось меньше половины.

— Какое чудесное утро… — пробормотал я, глядя на кроваво-жёлтые облака, которые нависли над жёлтыми реками лавы, которые булькали и взрывали вокруг. — Ты как там, Люнь?

— Скучно, — пожаловалась она.

— Не грусти.

— Вы там пьёте, а я — нет.

Ещё одна пьянчужная душа на горизонте.

— Ну ты бы могла присоединиться ведь, нет?

— Мы так долго в этой зоне пробыли, что я сейчас сама себя чувствую, как с похмелья, — пожаловалась Люнь. — Боюсь, что я даже и бутылку-то не удержу.

— Ладно, я прихвачу для тебя бутылочку.

— Спасибо… — вздохнула она. — Как там отпраздновали? Я слышала, Лин напилась и испортила всем праздник?

— Не-не, они мило общались и даже играли в карты. Я удивился, что они с Бао друг друга не убили. Просто Чёрная Лисица, она… она бухает не в меру, и это меня беспокоит.

— Что она пьёт не в меру?

— Ага, она уже с утра валяется пьяной, а вокруг одни пустые бутылки.

— Может ей надо просто немного расслабиться? Отойти?

— От чего?

— Ты ведь не знаешь, что у неё на душе твориться, верно? Что её мучает, чего она стыдится и что не хочет вспоминать? Или ты думаешь, она от хорошей жизни держит такую дистанцию ото всех?

— Ты что-то знаешь? — нахмурился я.

— Я… я догадываюсь. Чуть-чуть догадываюсь по вчерашним разговорам и её поведению, — начала вилять Люнь.

— Если ты поняла, то скажи уж прямо, чего таить.

— А ты бы хотел, чтобы я о тебе что-то рассказала, что ты хотел бы сохранить в тайне?

— М-м-м… нет, наверное… — вздохнул я. — Ладно, я понял тебя. Просто не хотелось, чтобы это потом поперёк горла нам всем встало.

— Вряд ли это помешает нам, просто…

— Просто что?

— Тебе было бы жалко человека, который не может найти внутри себя покой?

— Наверное, да, — вспомнил я самого себя.

Когда я вернулся обратно в корабль, надышавшись «чистым» воздухом с ароматом серы, пыли, гори и многих других ноток, то застал очень интересную картину.

Сидит Лисица на кровати. Сидит Джа на кровати. И смотрят на меня большими круглыми глазами.

— Чёрная Лисица, вы что, уже напились?! — ужаснулся я.

— Ик… — последовал ответ.

— Блин, серьёзно? Джа, я же сказала тебе… так, погоди, Джа, ты что, тоже пьяна?!

— Ик…

— Вы серьёзно?!

— Ик…

Нет, не то чтобы я им сейчас ещё что-то запрещал — мы тут ещё денёк другой пробудем и двинемся дальше. Но просто чтобы не получилось так, что они пьяными в дорогу отправятся. Хотя, наверное, здесь просто алкоголя не хватит столько, чтобы они так беспросветно бухали.

Немного подумав, я всё же махнул на это рукой. Пусть пьёт, если хочет, главное, чтобы не буянила.

А лисица не буянила, она начала вновь тащить всех играть в карты, включая меня, а когда все вежливо разбежались, она потащила меня под руку за собой к кровати… учить играть.

— Всё просто… ик… просто всё… ик…

— Вы нормально себя чувствуете, Чёрная Лисица?

— Я трезва…

— Я вижу.

— Мой разум трезв, а тело пьяное… ик… Ты слушай мастера, кто тебя научит ещё играть… ик…

— Я слушаю, внимательно, — кивнул я.

— Значит так…

И пошла рассказывать, попутно хлестая прямо из горла. Но учила она меня даже не играть, а мухлевать, причём конкретно так, от совсем палевных моментом, где надо взять две карты, до того, как помечать их прямо в игре, чтобы потом можно было понять, что у человека на руках. Интересные, конечно, у неё познания, и мне даже стало любопытно, откуда они у неё, на что та довольно спокойно ответила:

— Дед научил.

— У вас был хороший дед, Чёрная Лисица.

— Очень… — вздохнула она. — Ты бы его видел…

— Это он вас научил пользоваться мечом?

— С детства тренировал, пусть… ик… Танцу морозного огня меня научил Феникс Ночи, когда этот вшивый урод сам переходил… ик… во внешний круг, — выплюнула она слова, после чего тут же из горла и выпила. Посмотрела на бутылку, посмотрела на меня, молча протянула.

— Нет, я пас, Чёрная Лисица.

— Не хочешь выпить со своим мастером? — прищурилась она.

— Нет, не хочу, — честно ответил я, на что она лишь пожала плечами и ещё раз приложилась. — Так почему вы ненавидите Феникса Ночи, если он помог вам выучить технику?

— Потому что он… ик… он был подонком, если ты не понял. Лицемерный грязный лживый подонок, которому было плевать на других. Прогнивший… ик… до мозга и костей без чести и совести.

— Вы бы сейчас могли прийти и убить его, — предложил я.

— Да, могла бы… — вздохнула она и раскрыла свои карты, с грустью разглядывая их. — Был бы жив мой дед, он бы его голыми руками… ик… задушил. Но произошедшее его убило… ик… Он, наверное, мечтал, что я стану великим мастером… ик… мастером меча, как наши великие предки… Говорил, что… ик… я особенная…

— Но вы действительно особенная, Чёрная Лисица.

— Ага, скажешь тоже… Вот… ик… ты особенный, Юнксу. Тебе нет равных, ты быстро берёшь уровни и… ик… ой… и быть может к тридцати ты сможешь уже достигнуть одиннадцатого или даже двенадцатого, как знать. Тебя… ик… ждёт совершенно другое будущее, нежели… ик… меня…

— Ну когда у нас есть Бао, вы тоже можете подняться до невиданных высот, а потом вернуться в Ёхендхай к тому клану Розового Знамения и создать свою школу исцеления. Учить других, стать великой целительницей, к которой будут прилетать даже быть может из-за края земли. Там даже восьмой уровень будет…

— Я не поднимусь… ик… выше восьмого уровня уже.

— Да откуда…

— Я сказала, что уже не поднимусь до восьмого уровня, — подняла она голос, зло взглянув на меня. И уже Люнь тихо зашептала внутри меня.

— Не спорь, не раззадоривай её.

Мне оставалось лишь промолчать, а Лисица, будто чувствуя, что переборщила (хотя она всегда такая) отвела взгляд куда-то в сторону.

— Ты прав, я могу всегда вернуться в… ик… Ёхендхай, создать там свою школу целительства, купаться в роскоши и прозябать, сколько мне отвела судьба, пока… ик… меня не захоронят под красивым памятником.

— Но вы этого не хотите, — понял я по её тону.

— Всем быть должна и вновь окунуться в эту грязную паутину… ик… лжи и лицемерия, подковёрных игр и предательств с подставами? Мне хватило десятка лет в секте… ик… Юнксу. Не так я себя видела через много лет.

— А как видели? Сильной и вольной мечницей, что бродит по миру в поисках силы или достойного соперника?

— Именно такой себя и видела. Но не той, кто сидит и копошится в этих интригах, совсем позабыв, что такое быть последователем пути Вечных.

Пусть она прямо и не сказала, но было и без этого понятно, что Лисице было больше по душе на свободе, даже в таких условиях, здесь и сейчас пересекать неизведанные земли, чем томиться хрен знает где, но в комфорте и богатствах, когда любое твоё желание исполняется щелчком.

Интересно, а она здесь всё же ради меня путешествует или же просто совмещается приятное с полезным?

— Так… что произошло, что вы старательно обходите стороной? — спросил я напрямую.

— А что происходит с маленькими детьми, Юнксу, которые не слушаются взрослых?

— Они попадают в беду?

— Именно это и произошло, — кивнула она хмуро, всем видом показывая, что больше не хочет говорить на эту тему. — Мы попали в беду.

Лисица отобрала у меня карты и вновь перетасовала их, после чего раскидала на двоих. Больше она не поднимала тему ни насчёт деда, ни насчёт того, чего она действительно хочет. Возможно решила, что и так разоткровенничалась. А может была не готова открыться кому-то кроме себя самой.

За этот день она ещё несколько раз напивалась до беспамятства, заставляя Бао страдать от того, насколько быстро такая хрупкая девушка опустошает ящик. У неё, наверное, уже кровь на чистый алкоголь заменилась. Однако на третьи сутки, по сути, последние, что мы здесь проводили Лисица была чиста как стёклышко.

Когда я проснулся, она уже бодрствовала, завтракая в гордом одиночестве вместе с Зу-Зу, пока все спали. Пушистый сидел напротив и грыз засоленное мясо, лишь скользнув по мне взглядом.

— Вы сегодня бодры как никогда, — глянул я на эту компанию, присев рядом.

— Доброе утро, Юнксу. Хорошо знать меру во всём, — ответила она невозмутимо, даже не поведя глазом будто ничего вчера и не было.

— Это точно…

И не понятно, это она себя упрекает или наоборот считает, что имеет стальную волю, раз удержалась от соблазна продолжить банкет.

— Как ты себя чувствуешь? — неожиданно спросила она.

— Ну, нормально, а вы как?

Вообще, это я должен был задавать этот вопрос.

— Достаточно хорошо. Хотела тебе предложить потренироваться. Провести спарринг

— Предложить потренироваться? Сейчас? — удивился я. Хотя даже не знаю, что меня удивило больше, то что она хочет предложить, а не приказать, или что хочет предложить именно спарринг, а не стандартную тренировку. — Нет, я, конечно, не против, но вы после вчерашнего…

— Обо мне можешь не беспокоиться. Я буду ждать тебя снаружи, — ответила Чёрная Лисица невозмутимо, встала из-за стола и покинула палубу корабля. Лишь дождавшись, когда стук её обуви стихнет, я тихо спросил, глядя ей вслед.

— Это чего она?

— Может ей скучно? Или хочет посмотреть, есть ли толк от её обучения? — предложила Люнь.

Скучно? Да что-то непохоже. А вот посмотреть толк от своего обучения вполне возможно.

Ждала она меня у подножья горы где площадка была более менее ровно. Драться на настоящих мечах она, естественно, со мной не собиралась — на земле лежала длинная такая палка, по длине похожая на меч, правда непривычно легче.

— Честно говоря, это было неожиданное предложение, Чёрная Лисица. Так рано утром…

— Просто сидя сегодня с Зу-Зу, мне стало интересно посмотреть, на что ты способен, — ответила она спокойно. — Всё же бессмысленно сравнивать наше мастерство в фехтовании, когда ты по уровню намного выше меня, и моё мастерство с головой нивелируется твоей силой. А здесь я могу увидеть, чему всё-таки ты научился.

Я взвесил в руке меч.

— Правила какие-нибудь есть?

— Мы дерёмся только на мечах, — ответила Лисица и шагнула вперёд.

Вообще, деревянные мечи, которая она то ли сама выстругала, то ли нашла на корабле, были таким себе оружием. Слишком лёгкие, слишком несбалансированные и неудобные, чтобы на них сражаться. Сомневаюсь, что я смог бы открыть на них весь свой потенциал. Другое дело, что Лисица была вооружена точно таким же, как и у меня, так что в этом плане мы были на равных.

Если честно, я действительно рассчитывал на то, что смогу если не одолеть её, то показать класс. В конце концов, я прошёл не одну драку, не один бой и мой опыт принципиально отличался от её тем, что он был получен на практике. Но на деле оказалось всё несколько иначе.

Едва мы сблизились, как Лисица бросилась вперёд. Я сделал шаг вперёд, выпад в её сторону, но она лёгким движением отвела клинок в сторону, и мне тут же пришлось отступить. Лисица уже сама провела атаку, попытавшись дотянуться до меня, и я выбросил руку вперёд…

Когда она неожиданно подалась вперёд, схватила меня за неё, крутанулась и сбила мою несчастную тушку с ног на твёрдый камень. Я опомниться не успел, как её деревянный меч уже касался моей шеи.

— Эй! Вы же сказали, что только на мечах! — возмутился я.

— А я и сражаюсь на мечах, — невозмутимо ответила она. — Этот один из приёмов фехтования.

— То есть я могу тоже использовать грязные приёмы, да? — поморщился я, вставая с земли.

— Попробуй, Юнксу, победителей не судят, — она даже глазом не повела.

Победителей не судят, значит?

Следующий раунд уже я бросился в атаку и начал её давить. Быстрыми колющими ударами я начал заставлять её отступать, постоянно делая рывки вбок, чтобы дотянуться до неё с незащищённых мест, когда…

Когда мне прилетело прямо по хлебалу мечом.

Я так и не понял, как она успела, но теперь у меня под глазом светился фингал. Именно, что светился, так как не заметить его было сложно.

— Спешишь, Юнксу.

— Будь это кто-то другой, я бы его уже достал… — буркнул я.

— А будь это человек, как я? — спросила она невозмутимо.

— Тогда бы я нашёл другой способ сразиться с ним. Не обязательно идти на сближение, можно подраться и на расстоянии. Плюс у меня есть артефакты.

— А если их не будет? — спросила она.

— Что значит, если их не будет? — нахмурился я. — Они всегда со мной.

— А если их не будет в тот момент, когда ты будешь нуждаться в них. Только ты, и твой верный меч, что тогда? — склонила голову в бок Лисица, будто ей было интересно.

— Я бы придумал что-нибудь.

— Иметь много сил хорошо, Юнксу, но я поделюсь с тобой одной маленькой мудростью. Никогда не полагайся на силы, которые не принадлежат тебе. Только твой меч, только твоя сила и твой опыт — это единственное, что никогда не предаст тебя.

— А если меч сломается

— Значит ты идиот, Юнксу, раз не смог найти себе хороший меч, и мне будет очень тебя жаль. А теперь вставай.

Ещё один раунд был не сильно лучше, чем прошлый. Мы сошлись вместе, застучало дерево о дерево, неприятно отдаваясь руки и навеваю воспоминания о наших тренировках на той горе.

А потом Лисица пошла в атаку. Удар слева, удар справа, вот прямо в лицо, после чего наши мечи скрещиваются, она резко делает шаг вперёд и бьёт меня с ноги прямо в живот. Я отшатнулся, но тем не менее смог отбить первый удар.

Второй удар прошёлся мне по хребту, когда она тень скользнула вперёд прямо мимо меня, взмахом херанув мне по хребту своей сраной дубинкой. Пришлось немного перетерпеть боль от того, что она мне по позвоночнику деревянной палкой огрела.

— Вы сегодня какая-то не такая, мастер, — прищурился я.

— И в чём же я не такая? — поинтересовалась она невозмутимо.

— Вы будто стали… мягче.

— Мягче? — внимательно посмотрела Лисица на меня.

— Ага. Раньше вы бы меня били этой палкой до потери пульса, приговаривая, что я не могу быть слабым и так далее, что или я, или меня и так далее. Вот серьёзно, лупили бы без какой-либо пощады с холодным лицом, а тут…

— О, так позволь мне исправить всё и бить тебя с холодным лицом без пощады, — сразу ощетинилась она.

— Да нет, нет, если честно, мне так нравится даже больше.

— Юнксу, если сейчас не будет результата, я буду бить тебя долго, больно и без пощады, как ты и хочешь. А теперь бери меч.

Мы вновь разошлись по разным сторонам, перехватив поудобнее мечи.

— Значит я могу сражаться любым способом, если это принесёт победу? — уточнил я.

— Я лишь напомню воодушевлённому тебе, что мы дерёмся на мечах.

— Да-да, фехтования, я помню.

— Тогда удиви меня, Юнксу, — произнесла Лисица невозмутимо и сделала шаг вперёд.

Как там говорят? Победителей не судят, да?

Я тут же двинулся на сближение, внимательно следя за ней, как меня сама лисица и учила. Сейчас мы были практически на равных: реакция, скорость, сила — почти всё у нас было примерно плюс-минус на одном уровне, и здесь решало чисто мастерство и хитрость.

Я уже понял, что в драке на мечах она меня забьёт как нехрен-нахрен. Да Чёрная Лисица даже сильно и не парится. Если это всё правда, что у неё там мечники в десятом поколении, то неудивительно, откуда у неё столько таланта и идти против неё вот так в открытую было достаточно глупо.

Вон, я делаю выпад, а она играючи отбивается и переходит в атаку.

Но, собственно, именно этого мне и надо было.

Выбросил руку вперёд, когда она вновь наступает, парируя мою контратаку…

И весь песок в кулаке полетел ей прямо в лицо.

Лисица шарахнулась назад — это стало для неё полной неожиданностью. Однако это не спасло её глаза от пыли. Слепо взмахнув мечом, она попыталась достать меня, отступая, но я уже был тут как тут.

Шаг вперёд, ловко уворачиваюсь от меча, после чего кружусь на месте и со всей дури бью её по лицу с ноги вертушкой.

Это была красивая вертушка.

Это была прямо образцово показательная вертушка.

Это был очень громкий хруст её костей.

Чёрная Лисица дёрнула головой по направлению удара и, кажется, я даже увидел, как сверкнули её вылетевшие белые зубы на свету, прежде чем защёлкать по камню. Лисица сделала пару неуверенных шагов, будто двигаясь во сне, слепо глядя куда-то сквозь меня, пока у неё из рта начал бежать кровь, после чего обмякла и упала на землю.

Эм… это ведь победа, да? Ну, то есть я, конечно, завалил её не мечом, но своими же силами, верно? Почти фехтование…

Блин, что-то я, глядя на то, как безвольно валяется её тело на земле, и из рта льётся кровь, не чувствую запаха победы. Зато она, думаю, очень хорошо прочувствовала на себя вкус поражения.

Глава 287

— Вы это… извините, Чёрная Лисица, что я вас… так ударил.

— Всё в порядке, — покачала Лисица головой, медленно восстанавливая себе зубы. Всё её лицо было в крови и опухшим после моего удара, но держалась она с достоинством. — Ты сделал всё, что мог.

Сейчас она немного шепелявила.

— Просто вы… какой-то вдруг замкнутой и неразговорчивой стали.

— Юнксу, у меня не хватает передних зубов. Как ты думаешь, мне сейчас до разговоров?

— Ну… вряд ли.

— Вот и мне так кажется, — вздохнула она, поморщившись. — Но я признаюсь, что всё же предполагала, что мы сразимся на мечах. И тем не менее, победителей не судя, и ты сделал всё, что было в твоих силах и это уже радует. Лучше так, чем совсем никак, и в настоящем бою не будет правильно-неправильно, ты и сам знаешь.

Но вообще, конечно, неловко получилось. С одной стороны, мы же сражались и это можно было назвать частью фехтования, да? А с другой, я думал, что блин, всё-таки то, как я ей с вертушки ударил, мало походило на умение обращаться с мечом.

Как и предполагалось, мы выдвинулись сразу же на следующий день, едва встав и позавтракав. Лишь напоследок обошли корабль ещё раз, вытащив всё, что могло пригодиться нам в походе, включая съестные припасы. Нет, бочки мне и Бао в сумку не влезли, однако мы вытащили оттуда всё мясо и осторожно запаковали каждый кусок в парусину, после чего сложили в бездонные сумки. С овощами было сложнее: пришлось их складывать в маленькие сосуды, и так же засовывать в сумки.

И это всё, предварительно, отнеся их за пределы подавления Ци. За то время, что мы тащили всё с корабля, Бао даже успел посмотреть на главгада, которому я жаждал перерезать глотку.

— Этот что ли? — ткнул он пальцем в портрет. — Это тот самый наш женоподобный друг, к которому мы идём?

— Да.

— Вижу, ты умеешь выбирать себе врагов, — кивнул Бао уважительно. — Ещё и личный советник императора империи Пьениан…

— Я не виноват, что засранец оказался крупной шишкой.

— Ага, я понял. Только имей ввиду, вот все эти, — он обвёл пальцем портреты, — тоже выступят на его стороне. Считай, это твой список целей сейчас висит на стене. Особенно вот эти два хрена.

Он постучал по портреты военачальника и главы дворцовой стражи императора.

— Хочешь сказать, что военачальник и глава дворцовой стражи — не одно и то же?

— Один воюет, другой охраняет. Разные цели, разные задачи, разные должности. Это будет непросто, Юнксу, имей ввиду. Хотя если есть сила, то многие вопросы решатся сами собой.

Хотелось бы мне, чтобы они решились сами собой, но боюсь, что на такую радость нам надеяться не стоит.

Мы выдвинулись в глубь огненных земель, которые шли до самого горизонта, и очень скоро останки корабля скрылись из виду.

— Интересно, в это место когда-нибудь вернётся жизнь? — спросил я скорее самого себя, оглядывая бесконечные горы и потоки лавы.

— Мне кажется, жизнь всегда найдёт себе путь, — ответила Люнь. — Другое дело…

— Другое дело, что прошло так много времени, а здесь ничего не изменилось. Словно здесь действительно всё безжизненно.

Пару раз за всё путешествие мы даже пытались подняться выше через тучи, где было бы не так душно, но как выяснилось сами тучи были, по сути, из пыли и пепла, наполненные едким газом, от которого слезились глаза.

Но даже прорвавшись через него наверх, ничего хорошего нас здесь не ждало.

Было красиво, да: солнце заливало тучи, которые стелились ватным одеялом, над головой небо уже было не чисто голубое, а уже тёмно-синее… И помимо этого было холодно и не хватало воздуха. Я-то терпимо переносил это, а вот кто поменьше уровнем, как Совунья и Лисица уже начинали слегка, но задыхаться: их постоянно клонило в сон, да и выглядели они вялыми.

А ещё было сложно ориентироваться на местности, куда и откуда двигаться. Если на земле ещё были какие-то ориентиры, то вот здесь всё было абсолютно одинаково. Разве что по солнцу направление и определяй. Возможно, я бы так и сделал, но не все могли так долго находиться на высоте. А ещё каждый раз пролетай через эти токсичные облака…

Короче, мы не выпендривались и летели вдоль земли, а на привалах я тщетно пытался прорваться на восьмой уровень.

— Может Бао мне какие-то не те пилюли подкинул? — вздохнул я, бросив взгляд на фигуру у подножья склона, на котором я медитировал.

— Думаю, он бы не стал так глупо подставлять… — пробормотала Люнь, которая наконец смогла тоже выпить. А бутылку я достал для неё не откуда-то, а из личных запасов капитана. — Ух… хорошо, когда ты пьёшь не в одиночестве…

Она выглядела слегка… да не слегка, поддатой. Улыбалась, что-то всё болтала и болтала себе под нос, летала вокруг меня и даже лезла целоваться. Хорошо, что нас было снизу не видно, иначе не представляю, как бы это выглядело, что Люнь буквально наваливалась на меня своей грудью, дразня и иной раз чмокая в губы, а потом со смехом становясь неосязаемой.

Короче, веселилась как могла.

— Тогда почему я не могу прорваться?

— Ну… в прошлый раз ты прорвался из-за избытка энергии.

— Нет, почему я не могу прорваться, как обычный человек?

— Потому что… э-э-э… у тебя… э-э-э… кретинизм? — предположила она и, встретившись со мной взглядом, расхохоталась. — Ну ты же сам говорил, нет?

— Ну не настолько же.

— Ну не знаю, не знаю… — покачала Люнь головой. — У тебя с переходом на следующий уровень всегда были какие-то проблемы, сколько я тебя знаю. Ах ты мой дурачок…

И начала гладить по голове. А когда я попытался её сцапать, вновь со смехом растворилась в воздухе.

— Попроси пилюльку у Бао.

— Да я просил, и даже пробовал, но эффекта вообще не было, — пожаловался я. — То есть что так, что так, вообще без разницы, будто ничего и не принимал.

Да, вот уж действительно застопорились так застопорились. А Люнь под конец так налакалась, что вся раскраснелась, влетела в меня и мирно уснула аж до следующего утра. Ну а мы тем временем продолжали свой путь на запад.

Прошло около недели, прежде чем мы вышли к огромному, я бы сказал, бездонному обрыву. Несколько километров шириной, с земли он и вовсе выглядел бесконечным. Глядя на него, сразу становилось понятно, почему эти земли называют краем земли и откуда берутся такие слухи. Если человек до этого и мог добраться до сюда без полёта, то дальше ему путь был заказан.

— Охренеть, конечно… — подошёл я к краю. — Как будто реально край земли. Я даже другой стороны отсюда не вижу.

Ещё интереснее было то, что тьма, сама бездна будто гипнотизировала. Я смотрел вниз, и ощущал… какое-то желание, очень странное и заманчивое спрыгнуть вниз и раствориться во тьме, чтобы больше никакие невзгоды мира меня не тревожили.

Более того, мне казалось, что я слышу голоса. Чем больше я смотрел вниз, тем отчётливее они становились, один, другой вот их уже не меньше пяти, а вот целый хор зовёт меня к себе вниз. Просят, ласково, заманчиво сделать шажок вперёд и отправиться прямиком в их тёплые и дружественные объятия.

— Завораживает, не правда ли? — тихо спросил Бао. — Чем больше смотришь, тем больше хочется нырнуть туда.

— Ты тоже их слышишь? Голоса? — спросил я.

— Да, их слышат все. Более слабые последователи не могут им сопротивляться и прыгают вниз, в объятия смерти. И одним богам известно, что их там ждёт.

— Тварь. Какая-нибудь тварь, которая и компостирует всем мозги, приманивая к себе. Странно, что раньше такого не было, хоть мы и пересекали другие трещины.

— Раньше они и не были такими огромными, — заметил Бао.

Я не исключал наличие внизу какого-нибудь древнего мифического зла, которое забирает души к себе, особенно после Хоудая, однако почему-то склонялся всё же в пользу тварей, которые наверняка обитали на дне.

Почему-то в этот момент я вспомнил, как работала песчаная медуза и содрогнулся, сделав пару шагов назад. В этот самый момент я был уверен, что вылетит какое-нибудь щупальце из тьмы и утащит меня вниз, под мои истошные крики, но… нет, фантазия осталась фантазией.

А Бао и не думал отходить. Мне даже показалось, что он вот-вот сейчас прыгнет, но…

— Ладно, надо перелететь это место.

— Это самая широкая трещина?

— Нет, есть ещё шире, куда шире из-за которой это место и назвали краем мира. Вот там надо быть осторожным. А здесь… — он покосился в сторону Лисицы и Совуньи. — Я беру Пейжи, на тебе Лин. Я верю в их благоразумие, но бездна сводит с ума, ты и сам это видишь.

— Ещё же Джа есть.

— Я надеюсь, что она сможет сопротивляться. Всё же уровень у неё не самый маленький.

Тем временем Зу-Зу осторожно подкрался к краю, бросил взгляд вниз, принюхался, при слушался, издал очень злобный звук, похожий на шипение со вздыбленной шерстью бросился от края.

Мы мелочиться не стал, привязали к себе за верёвки Лисицу и Совунью, чтобы, если что, удержать их. Зу-Зу тоже всего привязал к себе, чтобы не дай бог вниз не сиганул. А что касается Джа, то она так и оставалась с верёвкой на талии, чтобы, если спереди будет зона, не упала вниз.

Хотя если они обе потянут меня вниз, я не уверен, что смогу обоих удержать.

Честно, пересекать конкретно это ущелье было как-то очково. Если те трещины, что были впереди, в основном н превышали ширины в десяток метров, ну иногда в сотню или две, то здесь было не меньше десятка километров.

Десяток клинометров над бесконечной пропастью, которая скрывала в себе чёрт знает что.

Даже поднявшись над тучами, чтобы её не было видно, мы будто всё равно ощущали на себе её действие. Такое странное маниакальное желание спуститься и взглянуть вниз, взглянуть в ту бесконечную темноту, что раскрывалась под нами, словно пасть. Чёрная Лисица то и дело вместе с Джа смотрели в низ, и иногда вздрагивали, хотя под нами были густые тучи, которые всё скрывали.

— Сумасшедший мир… — пробормотала Лисица, летя со мной рядом на привязи.

— Я не слышу в вашем голосе ужаса. Скорее какой-то благоговейный трепет.

— Это… пугающее место, не тем не менее, оно захватывающее. Такое стоило хоть раз в жизни увидеть…

— Не думаю, что вы действительно хотели бы встретиться с тем, что там обитает.

Лисица взглянула на меня.

— Тебя до сих пор мучают кошмары?

— Они никогда и не переставали. На протяжении этих пяти лет.

— Ни микстуры, ни пилюли, ничего не помогало?

Я лишь покачал на это головой.

— А твоя головная боль?

— Разве что стало хуже. Не критично, но неприятно, — поморщился я. Иногда прямо налетает, а иногда будто её и не было.

— Странно это… ах!!!

Нас внезапно дёрнуло вниз.

Причём дёрнуло так сильно, что мы улетели на десятки метров прямо через токсичные густые тучи вниз.

В это мгновение у меня даже замерло сердце.

Мелькнула пугающая мысль, что мы влетели на полном ходу в какую-то зону подавления Ци, которая так неудачно здесь расположилось.

Но правда была немного другой — нас со страшной силой утягивала вниз Джа. Хотя не просто утягивала, а тащила вниз. Тащила словно бульдозер меня, а следом и привязанную ко мне Лисицу.

— Джа! — крикнул я. — Джа, остановись!!! Твою мать…

Это было слишком внезапно, но я всё равно успел среагировать и дёрнуться вверх, пытаясь нас вытащить, но даже этого не хватало, чтобы бороться с пугающей тягой вниз. Лишь мгновение спустя, когда мы вывалились с другой стороны облаков, нам с Лисицей на пару удалось вытащить за собой и утягивающую вниз Джа выше.

Верёвка между нами натянулась.

У меня мелькнула нехорошая мысль что Джа может попытаться в приступе помутнения рассудка перерубить её. Я лихорадочно начал сам подтягивать к Джа к себе за верёвку, чтобы одним ударом вырубить, но когда она оказалась рядом, на меня смотрели два больших испуганных глаза человека, который сам охренел от происходящего.

— Что у вас?! — спустился к нам Бао.

— Ничего хорошего. Надо быстро двигаться дальше. Джа, ты лететь можешь? — та замотала головой. — Бао лети первым!

Я исходил из того, что он слабее Совуньи и в случае необходимости она сможет его вытащить, а вот наоборот — нет.

К тому моменту, как мы продолжили путь над пропастью, тяга внезапно пропала, будто её и не было. Осталось лишь гулко стучащее сердце, а неподдельный ужас, что нас вполне могло и вовсе утащить вниз.

Оставшееся время мы летели над бездной с замиранием сердца. Я ждал, что вот-вот нас сейчас что-нибудь схватит или вновь начнёт утаскивать на дно. Ждал, что вылетит какая-нибудь хренотень из тьмы и утащить кого-нибудь вниз. Всё ждал и ждал…

До тех пор, пока под ногами не показалась земля. И я смог перевести дух лишь когда мы отлетели от пропасти на добрую сотню метров, где уже её влияние не могло нас достать.

— Матерь божья… — пробормотал я, упав на спину и тяжело дыша. Пот, которым я покрылся, был совсем не от жары. — Сука, я аж чуть не сдох от испугу…

— Это что у вас было? — негромко спросил Бао, подойдя ближе.

— Что-то пыталось нас утянуть на дно, — ответил я, бросив взгляд на Джа, которую трясло. Всегда невозмутимая, её пробрало довольно сильно. Медленно, я подполз к ней и обнял, за что получил искренние и благодарные крепкие объятия. Она вся дрожала в моих руках, пусть и не издавала ни звука. — У тебя такое?

— Нет, — покачал он головой, глядя ка рядом с Лисицей пристроилась Совунья. — Но я говорил…

— Эти земли скрывают всякое дерьмо, — кивнул я.

Думаю, будь мы на корабле, то вряд ли бы нам было подобное страшно. Учитывая его грузоподъёмность, максимум, что бы мы почувствовали — толчок, будто влетели в яму. Но вот для последователя даже шестого уровня это могло оказаться смертельной ловушкой. Я даже мог себе представить, как последователя утягивает вниз, как он паникует, словно тонущий, начинает неправильно реагировать и под конец скрывается во тьме…

Это место было словно фильтр для сильных и слабых последователей.

— Вы… вы слышите? — неожиданно спросила Совунья. — Слышите эти голоса?

Наши взгляды устремились к краю пропасти, откуда действительно доносились голоса. Но с каждой секундой их становилось всё больше и больше, они начинали перебивать друг друга, становились безумнее и громче, будто что-то поднималось из глубин…

— Уходим, живо, — рявкнул я, выхватив меч.

Чтобы это ни было, вряд ли оно было миролюбивым.

Мы тут же взмыли в воздух и помчались как можно дальше от края без оглядки. Лишь один раз я бросил взгляд назад, но ничего не увидел… кажется…

Наша группа летела как пуганная минут двадцать во весь опор, словно на соревнованиях. Причём Джа мы в буквально смысле тащили за собой: она просто болталась на верёвке, пытаясь что-то там лететь, но то ли от шока, то ли ещё от чего у неё это получалось не очень. И лишь достигнув земли, где вовсю бушевала лава, мы наконец смогли успокоиться.

— Вроде бы… вроде бы оторвались, — выдохнул я.

— А мы хоть от чего отрывались?

— Знаешь, что такое Хоудай?

Он молча покачал головой.

— Короче, сгусток зла и ужаса. Встретишь его — считай, что встретил всё самое страшное на этой земле.

— Звучит не впечатляюще.

— Зато очень впечатлишься, когда встретишься с ним. После этого любой другой ужас тебе будет казаться лишь детским лепетом. Так вот, вон та тварь, как мне показалось, имела что-то с ней общее. И мне очень и очень не хотелось бы уточнять, так оно или нет. Да и куда больше теперь меня волнует… — я посмотрел на огромные пространства лавы, где земля теперь была чем-то вроде островов, — такое будет до самого горизонта идти?

— То, что ты видишь, ещё нормально. Вот дальше даже островков не будет, и тогда нам придётся действительно сложно.

— Просто моря лавы?

— Да, моря лавы, а потом огромная пропасть. И уже после всё пойдёт, но уже в обратную сторону, пока территория края земли не сойдёт на нет.

— Нам придётся ночевать в воздухе.

— Видимо, да, — кивнул Бао. — Но сейчас меня беспокоит пропасть, та, что будет дальше, когда мы наконец дойдём до того самого знаменитого края земли, где всё объято пламенем, а дальше просто пустота.

— Звучит красиво, только вот перед этим… — я невольно потёр метку, которую оставил мне Чи Ю. — Если верить ему, то место, где мне надо выбросить его амулет, находится где-то за небольшой пропастью, то есть в этом районе.

— Огромный вулкан, извергающий лаву? Да, это будет просто в землях, где этих вулканов столько же, сколько насекомых в лесу.

— Он сказал, что мы не промахнёмся мимо, если будет следовать прямо.

Взгляд переместился не бесконечные моря лавы.

Да, это было тяжко.

Теперь было так жарко, что даже у меня голова кружилась от такого пекла. Казалось, подкипает даже кровь и этому нет ни конца ни края. Мы останавливались чуть ли не каждый час, обпиваясь водой, так как это было единственное, что хоть как-то облегчало страдания. В этой ситуации фляга бесконечной воды была как нельзя кстати.

Спали мы так же на островках, но обязательно на матрасах, так как на камне можно было вполне себе обжечься, особенно тем, кто был уровнем поменьше нашего. Иногда и вовсе приходилось спать гурьбой, так как места разместиться нормально не было. И так жарко, а мы ещё все мокрые в кучу сбивались, отчего было совсем тяжко.

Тут и нос жгло высокой температурой, и губы пересыхали за мгновения. Раньше мы шутили, что на улице так холодно, что струя замерзает, не долетая, а сейчас она чуть ли не в прямом смысле слова испарялась прямо в воздухе. И так целую недельку, пока мы не вышли к реке лавы.

Если это было можно назвать рекой.

— Это оно? — спросил Бао.

— Судя по всему. Больше я ничего подобного не вижу, — отозвался я.

Река лавы среди лавы — как это можно представить?

А очень просто.

Посреди этих бесконечных морей проходило ущелье, в которое лава сливалась бесконечными водопадами и уходила куда-то потоком. Вот просто огромная расщелина, что-то типа каньона среди лавы шириной метров двести, куда та падала, как ниагарский водопад на всём протяжении и уходила вниз по течению. Всё примерно так, как описывал Чи Ю. Такое действительно сложно пропустить.

— И нам надо…

— Вверх по течению в сторону новолуния (на юг) к вулкану, в чьё жерло надо будет сбросить амулет. Вряд ли это будет долго, — вздохнул я и закашлялся.

Здесь по всюду были ядовитые испарения, из-за чего медленно и верно они нас отравляли. Уровень, конечно, спасает, но эффект определённый всё же наблюдался.

— Меня больше беспокоит, что будет, когда ты его выпустишь.

— Поверь, меня это тоже беспокоит, — вздохнул я.

Глава 288

— Ты пробовал стереть метку своей Ци? — этот вопрос Бао уже задал второй раз.

— Естественно, ещё в самом начале. Я вот думал его амулет напитать грязной Ци, — покрутил я в руках амулет, который мне отдал Чи Ю. — Но боюсь сломать его и сдохнуть.

Мы сидели на небольшом острове среди лавы, медленно и верно помирая от жары. Ну и, собственно, только Стрекоза и чувствовала себя нормально при таких температурах, летая по округе и радуясь жизни.

А перед нами возвышался вулкан. Такой огромный, что вполне мог дотянуться до нижних слоёв туч, которые нависли над нами. Я не был вулканологом и не мог сказать, потухший вулкан или нет, по одному из его склонов мощным взрывающимся и бурлящим потоком стекала та самая лава, которая и создала «реку».

И вон туда мне надо было подняться.

Одного взгляда хватало, чтобы появилось желание обойти это место за тридевять земель. Мрачная, как кладбище гора с тёмно-серыми, чёрными склонами напоминала до боли Ородруин. Даже было что в жерло бросить.

— Интересно, откуда оно знало про вулкан, если весь этот хаос появился после него?

— Да, наверное, у него всё-таки есть в этом мире глаза и уши, которые ему всё передают, — пожал плечами Бао. — Да те же горбуны, если уж на то пошло. Или, наоборот, вулкан был ещё в его времена, вот он и подготовился.

— И каковы шансы, что меня на этом самом вулкане попытаются прихлопнуть? — посмотрел я на команду.

— Это божества, от них всего можно ожидать, — пожал плечами он.

— Я бы сказала, что больше половины, учитывая то, что ты мне описал, — подумав, ответил Лисица. — Он слегка безумен, своенравен и самовлюблён. Для него это может быть как прихлопнуть насекомое ради забавы.

— Соглашусь с Лин, — кивнула Совунья.

— Чи Ю какой-то злой, да и до этого не отличался складным характером, поэтому да, он может выкинуть любую глупость, Юнксу, — поддержала их Люнь. — Поэтому с ним всё возможно.

Джа и Стрекоза по обычаю промолчали.

Плохо… я не хочу умирать, это пока что не входило в мои планы, если честно. И тем не менее, я так или иначе умру, если не попытаюсь ничего сделать. Надо ведь просто бросить амулет в лаву, верно? А потом просто свалить? А если он бросится в погоню, если окажется ещё тем говном?

— Насколько сложно убить божество?

Мой вопрос посеял тишину среди моих товарищей (Бао не товарищ, он говнюк, но тоже молчал). Все смотрели на меня довольно странно, будто на рехнувшегося. И только Бао первым смог что-то внятное ответить:

— Я бы сказал, что это будет сложно, но невозможно. Он ведь заперт у себя, а здесь должен как бы переродиться, верно? Значит в начале он должен быть очень слаб. В теории. Но я бы это не проверял.

Значит, если он захочет меня убить, то надо валить его прямо там, а не убегать, иначе он успеет окрепнуть.

— Юнксу, если что, просто сразу уходи, — попросила Лисица.

— Только если он не бросится за нами.

— Просто не делай глупостей.

Какая забота, мне аж потеплело на душе, что хоть кому-то не плевать. Вообще, я намеривался получить какую-то награду, но помня, каким Чи Ю был, не удивлюсь, если он захочет меня угрохать, а заодно и других.

Но у меня было чем ему ответить, и это самое он, мягко говоря, предоставил мне сам на блюдечке. А именно…

Я посмотрел на меч, выкованный когда-то самим Чи Ю, в который он вложил что-то особенное. Как он сказал, меч должен быть продолжением тебя? Я уже нечто подобное слышал, и примерно представлял, что нужно делать, а времени в походе, особенно на привалах достаточно много. И если меч справился Хоудаем, то, думаю, справится и с божеством.

То, что он его выковал, не делает для меч для него безопасным, в конце концов.

— Ладно, поступим так. Вы ждёте здесь, я же полечу туда и сделаю всё как надо. Стрекоза полетит со мной, если вдруг там я не смогу улететь своими силами или ещё какая-нибудь хрень. Стрекоза, слышишь? Ты со мной.

Та как-то безрадостно совсем вздохнула и кивнула. Просто реально, вдруг там подавление или ещё какая-либо хрень будет, и я не смогу лететь? А так Стрекоза сразу подхватит и дело с концом. К тому же она не человек, видела своих… собратьев, так что вид Чи Ю не должен на неё подействовать так же, как на других.

— Юнксу, я могу пойти с тобой, — предложила Лисица.

И ведь не сказала, что я пойду с тобой и точка, а именно предложила, что удивительно и не похоже на неё.

— Нет, лучше останьтесь здесь, Чёрная Лисица. У вас… — слишком маленькая грудь, — слишком маленький уровень, там вы ничем мне не поможете, но вот есть вероятность, что мне придётся вам помогать и спасть.

Не сказать, что она обрадовалась моим словам, но тем не менее кивнула.

Ну вот и отлично.

— Тогда по коням, — кивнул я. — Не прощаюсь.

И, оттолкнувшись от земли, взмыл в небо.

Я действительно считал, что правильно поступаю, оставив их. Если вдруг что случиться. Мне придётся их спасать и так далее, а это время, а это риск и опасность моей жопе. Стрекозы, которая умеет летать в любой ситуации, будет вполне себе достаточно.

Гора по истине пугала.

Чем ближе мы к ней подлетали, чем больше она становилась, и тем сильнее пахло серой, чем-то кислым и тухлыми яйцами. Мне даже пришлось надеть небольшую маску, которую мы сварганили из тряпья, чтобы легче было дышать. И едва подлетев, я осторожно опустился на его склон.

И первое, что почувствовал — он был мягким. Вот просто очень мягкий, словно я стоял на снегу. Да только это был не снег, а чёрный пепел, который неравномерно укрывал его склоны. И да, для меня не стало секретом, как Стрекоза украдкой зачерпнула немного пепла и съела его.

Чем она питается? Реально камнями? Типа тех червей из Дюны или что? Я вижу, что она пьёт, но вот по питанию… сколько не пытался понять, её особенности пищеварения оставались для меня тайной.

Вверх мы поднимались, естественно, не на своих двоих, а полётом. Здесь проблем не возникло: трещины, ручейки лавы и прочие препятствия мы просто пролетали, не задерживаясь, и так до самой вершины. Даже зоны подавления Ци не встретили, что уже радовало.

Вершина вулкана представляла из себя огромное истрескавшееся плато из засохшей лавы, настолько идеально ровной, что казалось, будто её кто-то специально обтесал до площадки. Правда её всю испещряли трещины, через которые виднелся свет от лавы, но это лишь добавляло месту какой-то эпичности, словно предвещало беду на наши жопы.

В самом центре этого интересного места виднелась чуть ли не идеально круглая дыра, в которой плескалась и булькала лава.

Едва я встал на землю, мои бедные деревянные гэта начали слегка дымиться и обугливаться.

— Вот мы и на месте… — тихо пробормотал я. — Стрекоза, отлети подальше, чтобы тебя было не сильно заметно, и следи за нами, хорошо? Если что, подберёшь меня.

— (Стрекочущие подтверждающие звуки), — слегка напряжённо ответила она, и взмыла в воздух, оставив меня одного.

Я знаю, что Чи Ю её, скорее всего, заметит, но это было и не важно. Если он попытается сделать глупость, я его здесь же сразу и похороню.

Попытаюсь похоронить, по крайней мере.

Я осторожно подошёл к проруби в центре. Под ногами прямо чувствовалось, как бурлит огромная чудовищно разрушительная энергия, готовая в любую секунду взорваться и вырваться на свободу. Дай ей пинок, и всё здесь взлетит на воздух.

Если честно, я чувствовал определённое беспокойство, пока направлялся к проруби, словно перед экзаменом — повезёт с билетом, не повезёт, что-то подобное играло у меня сейчас на душе. Очень хотелось, чтобы всё обошлось, но опыт подсказывал, что никогда ничего так просто не бывает. Вот вообще никогда.

— Так… ну вот мы и на месте, да? — тихо спросил я, достав железный амулет из сумки, на котором был изображён Чи Ю.

— Может сразу бросить и бежать? — предложила Люнь.

— Я бы так и сделал, но боюсь, что если он реально упоротый, то может броситься за нами. И пока будет гнаться, успеет окрепнуть и тогда его хрен завалишь. Поэтому надо сразу решить этот вопрос здесь и сейчас.

Немного покрутив его в руке, я вздохнул и бросил его в лаву, после чего сделал несколько шагов назад.

Я не знал, что должно произойти. Всё же Чи Ю был мёртв, был заперт в своём мире и потому не мог возродиться. А значит вариант с порталом вряд ли сработает. Значит здесь скорее всего будет что-то другое, типа его перерождения из лавы или там… даже не знаю, что предположить, фантазии не хватает.

В первые мгновение амулет совсем не тонул. Сделанный из самого обычного железа, он плавал на поверхности, как пробка от бутылки. И лишь по прошествии секунд двадцати начал постепенно таять. Таять, как тает масло на горячей сковороде — растекаясь серебристой краской по всей поверхности проруби и превращая лаву из жёлтой в серебряную. Это же серебро теперь расходилось по трещинам, из-за чего земля под моими ногами начала светиться чуть ли не лунным светом.

— Ты понимаешь, что происходит, отступал я, оглядывая под под ногами.

— Что-то… странное?

— А поточнее?

— Что-то… очень странное?

Люнь, ах ты моя умница, что бы я без тебя делал, маленький ты мой тролль. Нахваталась у меня всего самого худшего, и мне теперь пожинать эти плоды.

Серебриста краска расползалась под моими ногами… пока в один момент просто не исчезла и на место не вернулась самая обычная лава. Это выглядело через трещины так, будто серебро, которое там растекалось просто внезапно утонуло.

— И… что это за хрень? Что происходит?

Я не рассчитывал, что мне кто-то ответит, но понимал, что ответ сейчас явит сам себя.

И он действительно не заставил себя долго ждать.

Плато под моими ногами вздрогнуло. Вздрогнуло так, что у меня сердце едва не остановилось, и я тут же взмыл в небо. Однако вулкан не спешил просыпаться — самом его центре, где находилось прорубь лава неожиданно начала бурлить, плескаться, часть плато приподнялось в том месте и…

Взорвалось.

Взорвалось, будто там рванула граната.

Осколки застывшей и ещё жидкой лавы разлетелись во все стороны, застучав по щиту Люнь, который нас спас от этой хрени. В самом центре поднялся огромный всплеск, после чего… на берег вынырнул он.

Чи Ю с собственной персоной.

Он был похож на пловца, который долго не мог найти выход из-под льда, но вот наконец вынырнул из проруби, жадно глотая воздух и держась за край всеми шестью руками. Лава стекала по его телу, будто не в силах прожечь плоть.

Его медная голова человека и быка сверкала в её всплесках, идеально отполированная и более того, будучи на месте. Рог, единственный торчащий из головы чуть ли не светился белым цветом. А четыре налитых кровью глаза с чёрными веретенами-зрачками были выпучены в каком-то радостном безумии.

— Свобода… Свобода!.. СВОБОДА!!!..

Его крик пробирал до самых кишок. Он вызывал какое-то чувство страха, ужаса и желания развернутся и тут же убежать.

Но что меня радовало, так это его размеры — кажется он конкретно так убавил по сравнению с тем, что я видел тогда в его собственном мире. Метра четыре или пять, он теперь не выглядел настолько пугающе, будто способный достать до самых небес.

И я медленно спустился перед ним на землю.

А Чи Ю тем временем уже выбрался из лавы, которая продолжала медленно стекать с него, засыхать, отпадать кусками. Раскинув руки в стороны, будто желая обнять весь мир, он открыл рот и…

— Ха-ха-ха… ахахахаха… АХАХАХАХАХАХАХА… — смех был не сильно лучше его радостных криков, пробирая ничуть не меньше, а ужаса, наверное, вызывая ещё и гораздо больше, пропитывая округу безумием.

Сейчас надо было сбежать, конечно, но… вдруг вспомнит? Стоило сразу поставить точку в наших отношениях, чтобы потом не жалеть о поспешных действиях.

— Я, Гуань Юнксу, приветствую тебя, великий Чи Ю, — громко произнёс я, стоя перед ним.

Его смех оборвался. Оборвался так внезапно, будто ему пнули по яйцам, и он заткнулся. Голова медленно повернулась на меня, заставив всё внутри сжаться, а сердце пропустить удар. Его глаза уже будто пожирали меня.

— Маленький человек, пробравшийся ко мне… — прогрохотал он. — Вот мы и встретились снова…

— Да, великий Чи Ю, — кивнул я, глядя на него. — Ты рад свободе?

— О-о-о… более чем рад, Юнксу… Ведь так тебя звать здесь, верно?..

— Да, Юнксу, — кивнул я.

— Да, я рад, что ты смог вызволить меня… Столько веков прошло, и вот я вновь на свободе… — он стряхнул с себя застывшие куски лавы и огляделся. — Мир преобразился, стал похож на печь в моей кузне… Но это ведь не весь мир…

Чи Ю вздохнул полной грудь, будто пытаясь попробовать свободу на вкус или на запах.

Я терпеливо ждал, пока он насладиться первыми минутами свободы. Терпеливо ждал, испытывая внутри себя тревогу на грани со страхом. Рука то и дело тянулась к мечу, верному мечу, на который и оставалось рассчитывать в трудную минуту.

— Итак… — посмотрел он на меня. — Ты всё ещё здесь…

— Да, великий Чи Ю, я всё ещё здесь.

— И чего же ты ждёшь?.. — он присел передо мной на одно колену, будто желая получше разглядеть меня. — Наверное, ты ждёшь награду?..

Он оскалился частоколом идеально ровных клыков, которые обрамляли его пасть.

— А она будет? — слегка успокоился я.

Хотя тут, наверное, правильно сказать, что не успокоился, и испытал какое-то воодушевление одновременно со страхом.

— Наград?.. Награда всегда должна быть, верно?.. Я всегда награждаю тех, кто мне помог… Отдаю им самое ценное, что есть в знак моей признательности…

И если в первое мгновение я почувствовал воодушевление, то сейчас испытал ещё большее беспокойство, сделав шаг назад.

— Куда ты уходишь?.. Не хочешь получить свою награду?.. — улыбнулся он. — Хочешь обидеть меня?..

— Да нет, просто мне было честью помочь вам, великий Чи Ю. Но я не хочу обременять вас своим присутствием.

— Подойди ближе, человек… — пророкотал он, ив я почувствовал что-то сродни пролетевшей у виска пули.

Мне его не сильно хотелось нервировать, потому и выхода особого не было. Убегу точно разведу на проблемы. А так, возможно даже получу награду и потому уже с его разрешения тут же свалю подальше. Пусть сам уже делает, что захочет.

Я сделал пару шагов в его сторону.

— Ближе…

О-о-окей…

Я подошёл ещё ближе, практически вплотную к нему, из-за чего его голова сейчас смотрела на меня практически сверху и…

Я ушёл в сторону.

Просто каким-то чудом успел увернуться от его пасти, которая щёлкнула с металлическим звуком в паре сантиметров от меня. Она захлопнулась настолько близко, что меня даже обдало ветерком и… аурой силы. Совершенно другой силы, другого рода…

Божественной.

— АХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХА…

И я едва успел лечь на спину, как надо мной пролетел аж две руки, попытавшись схватить, одна ниже, другая выше — подпрыгни я и точно бы попался. Сделав сальто назад, я приземлился на ноги, выхватив меч и тут же нанеся парочку ударов, которые разбились о его рожу.

— Мой тебе подарок… Смерть… — пророкотал он весёлым голосом. — Будешь свободен, как ветер весной, который ничто не сдерживает…

— Я думал, мы договорились, — злобно (надеюсь, что не испуганно) выкрикнул я.

— Ты не ценишь мой подарок?!.. — оскалился он. — Я щедр!.. Я силён!.. Я дарю тебе избавление от мучений!.. Высший дар — стать частью великого божества… Стать частью мира… Наконец сбросить оковы бренного тела…

В каждом его слове кипело безумие. Совершенно нелогичные мысли, наверное, в его голове были чуть ли не гениальными, и мне стало понятно, что ни о каком подарке речи идти не может. Он меня убьёт просто потому…

Просто, потому что он Божество, он просто может, он другой и бессмысленно пытаться понять, как он мыслит. И для него мы не более, чем насекомые.

А он хочет посмотреть, как человек умирает от укуса ядовитого насекомого?!

— Я дал тебе шанс, жертва соития медного единорога и человека, — громко произнёс я, выпрямившись. — Дал тебе шанс жить, но ты всё равно его просрал.

— КАК ТЫ МЕНЯ НАЗВАЛ?!.. — взревел он, и вот здесь Чи Ю было уже не до смеха. Теперь всё вокруг пропитала ярость и кровожадность. — ЖАЛКИЙ ЧЕЛОВЕК!!!.. Я ВЕЛИКИЙ ЧИ Ю!!!..

— Меньше пафоса, медный больной ублюдок, — выкрикнул я. — Хочешь меня кинуть?! Так давай, попробуй это сделать!

И в подтверждение своих слов я достал…

Свечу Бао.

Она вспыхнула в моих руках, едва я подал на неё Ци и в то же мгновение огонь со всех сторон обрушился на Чи Ю.

— Я БЫЛ ВРОЖДЁН В ОГНЕ!!!.. МНЕ ОН НЕ СТРАШЕН!!!..

Да я уже заметил. А как насчёт этого?!

И в него ударила молния и рогатки руки Дянь-му.

Разряд был таким, что осветил вспышкой округу, из-за чего мне пришлось даже закрыть глаза одной рукой. Разряд знатно подъел мои силы, но всё, чего я смог добиться, это небольшой дымящегося ожога на его теле в виде чёрной точки.

Зато эта скотина взревела и бросилась ко мне, широко расставив руки, готовая меня поймать и растерзать. Эдакие любовные объятия от божества Чи Ю.

Я ловко ушёл от одной руки, и едва увернулся от другой, проскользнул у него между ног и со всей дури махнул веером уроду в спину.

Но с тем же успехом я мог пытаться сдуть гору и то бы было больше эффекта. Ураган, который срывал с плато застывшую лаву и разбрызгивал свежую золотым дождём по округе Чи Ю лишь отбросил на десяток метров, будто ему это ничего и не стоило. Тот даже повреждений видимых не получил.

Клинки я и пробовать не стал, понимая, что просто не пробью кожу.

Чи Ю медленно встал. С его медного пугающего лица спала улыбка и теперь он на удивление выглядел серьёзным, пусть до сих пор и безумным.

— Хочешь сразиться со мной, человек?.. С божеством?..

Ну что я мог ответить после всего этого? Ну что-нибудь, после чего будет не стыдно как выиграть, так и умереть. К тому же, как говорил Бао, только что рождённое божество наверняка будет слабо, а значит надо было как можно быстрее от него избавиться, пока тот не окреп.

— Твоё время прошло, Чи Ю. Позволь тебя отправить туда, где тебе самое место, — вытащил я из ножен меч, на что он лишь негромко ответил:

— Ну что же, давай посмотрим, на что ты способен, человечишко…

Да уж, эта битва будет точно легендарной.

Глава 289

Гигантская шестирукая туша, присев на одно колено и упёршись руками в земли, оттолкнулась так, что разрушила под собой плато. Чи Ю взмыл в воздух и, словно огромный метеорит, приземлился на меня.

Я сразу ушёл назад, увернувшись от удара его огромной туши, кулаки которой вошли в землю по локоть. И даже выдохнуть не успел, как он сорвался с места, пытаясь попасть по мне своими ручищами.

Он явно не был боксёром, маша руками как попадя и гогоча, но с шестью руками точности и не требовалось, когда было количество. И мне не оставалось ничего кроме как отступать.

Такие удары было бессмысленно пытаться парировать — меня бы размазало по всему полу, попробуй я принять их вот так в лоб. Вместо этого я сделал шаг назад, уклонившись о одного кулака, повёл корпусом в сторону, увернувшись от другого, и тут же поднырнул под третий. Ринулся вперёд и оттолкнулся, скользнув между ног у Чи Ю за спину и резанув ему по икрам мечом.

Что я мог сделать против твари с шестью руками, которую даже не берёт полностью заряженная рогатка-рука Дянь-му? Разве что чихнуть и не помереть.

Но вот легендарный богоподобный клинок Снежной Королевы мог вполне справиться с задачей. Как по мне, он должен был быть посильнее, чем выстрел артефакта даже просто потому, что он, как выразился Чи Ю, был с особой начинкой. К тому же если он уровня богоподобного, то значит против божеств тоже должен работать, верно?

Но правда эффекта от удара никакого не было, я даже его не поцарапал. А через мгновение и вовсе уже сам был вынужден убегать, так как эта машина бросилась за мной молотя всеми шестью кулаками, словно отбойными кулаками.

— Осторожно!

Удар.

Он показал пугающую прыть, бросившись вперёд, и я в последний момент ушёл в сторону от его выпада, прикрывшись мечом, но меня всё равно задело.

Ощущения даже на моём уровне были такие, будто я врезался в грёбанный КАМАЗ. Наверное так и чувствую себя те, кто попал в лобовую аварию — никак. Меня отбросило на десятки метров назад, и я кубарем прокатился по земле, пока не смог приземлиться на одно колено, проскользив к самому краю плато, за которым начиналась лава.

И отпрыгнул, когда на том месте, где сам был мгновение назад, приземлился Чи Ю…

От такого приземления просто-напросто провалившись прямо в лаву. И как бы мне хотелось, чтобы это был конец, но…

Я стоял и прислушивался, понимая, что нихрена ещё не кончено и вряд ли вообще начиналось, когда почувствовал едва заметную вибрацию и тут же взмыл в воздух.

Подо мной появилась рука, которая сдёрнула с меня краем ногтя сандаль, забрызгав и обжигая каплями лавы, которые плавили кожу, но так и не успев уцепиться. А через секунду и сам Чи Ю просто выпрыгнул наружу, проломив застывшую лаву.

— Куда ты улетел?!.. Тебе больше не нравится моя компания?!..

— Защитница снегов! — выкрикнул я, выпустив самый мощный из своих ударов.

— Мне она ничего не сделает! — рассмеялся Чи Ю.

Но суть была и не в том, чтобы причинить ему вред — я сам боялся обжечься об него в этот момент. Меня и так обрызгало знатно, и добавило на тело болючих ожогов. Поэтому я просто остудил на нём лаву, заставив её застынуть, после чего камнем обрушился ему прямо на голову.

— ДАВАЙ!!!.. — расхохотался он, в лоб приняв мою атаку.

Я врезался в него с такой силой, что у меня всё отдалось в кишках, и у него даже подогнулись слегка колени, но после такого захода на нём осталась лишь царапина.

— Это всё, на что ты способен?.. — рассмеялся Чи Ю. — Человек никогда не устанет пытаться свергнуть божеств, и никогда у него этого не получится…

— Если только божество само не вложит ему в руки оружие, способное его убить, — ответил я и сорвался в атаку.

Ловко увернулся от его ударов, которые посыпались на меня. Пригнул голову, пропустив кулак над собой, ушёл правее, едва уйдя от другого удара, и резко упал на колени, проскользив вперёд, когда он попытался меня пнуть. И оказавшись рядом с его тушей нанёс несколько самых сильных ударов, на которые был способен, отчего моё тело неприятно застонало от перегрузок.

Отпрыгнул от града ответных ударов, увернулся влево от пинка, и быстро начал обходить Чи Ю по кругу, не прерывая поток ударов. Я просто кружился вокруг него, засыпая ударами на расстоянии. И едва успел остановиться прямо перед кулаком, который врезался передо мной в землю. Промедли чуть-чуть, и я бы оказался под ним.

Я сразу же отскочил в сторону…

И в этот момент не успел уйти от руки, которая схватила меня. Просто физически не успел уклониться, пусть уже и оттолкнулся от земли ногами в сторону спасительного расстояния.

— ПОПАЛСЯ!!!.. — заревел он радостно.

Пальцы сжались, кости захрустели и…

Клинок вошёл ему прямо под ноготь по самую рукоять, после чего я как рычаг дёрнул его вверх. Попытался дёрнуть — ноготь я ему не оторвал, но Чи Ю взревел, отпустив меня и отшагнув назад.

И в этот самый момент наконец всё случилось.

Я подскочил к нему, пока он держал свою раненую руку, замахнулся и ударом снизу вверх и…

Осветил всю округу голубоватым светом.

Клинок Снежной Королевы наконец вспыхнул голубоватым светом, как когда-то в подземелье с Хоудаем. Он будто ожил в моих руках, отозвавшись на мои попытки его оживить, став больше чем мечом, и почувствовал энергию, был готов бросить ещё один вызов в этом мире противникам.

С раза десятого у меня получилось его активировать, и вместе с мощью в руках я почувствовал какое-то опустошение сил, отчего аж сердце ёкнуло.

Взмах, удар…

И Чи Ю увернулся.

В первый раз увернулся, пусть удар его немного и задел, оставив на его ноге не очень глубокий порез. Уверен, что будь тот более внимателен, вряд ли бы допустил это

— Вижу, кое-что ты умеешь, человек… — оскалил он свои зубы. — Вижу, хочешь убить меня, пока я не окреп, но хватит ли тебе на это сил?..

— Не я начал это, Чи Ю.

— Но и не ты закончишь, ЭТО Я ТЕБЕ ГАРАНТИРУЮ!.. — взревел он, взмахнул руками и весь пол затрещал.

Я взмыл в небо за мгновение до того, как из-под него выскочили сотни клинков, которые, как колья, едва не надели меня на себя.

— Думаешь тебе это поможет?!..

Взмах рукой и в мою сторону устремились десятки мечей, просто взявшихся из неоткуда. А рук у этого ублюдка было целых шесть.

Я отлетел в сторону, пропустив одну партию мечей, после чего извернулся, уклонившись и пройдя между другой партией, после чего ринулся вниз со светящимся мечом на изготовку. Прямо на лету отбил пару летящих на меня мечей и…

Взмахом веера отбросил его вместе с всеми его железками назад, приземлившись на землю на одно колено. И тут же сорвался с места, готовый насадить урода на им же выкованный меч. Но Чи Ю успел подняться куда раньше, чем я его настиг, и встретил мой удар всеми шестью руками, выставленными крест-накрест. Меня от такого блока слегка откинуло, но теперь уже я вёл этот бой.

Мы вновь разошлись в стороны метров на пятьдесят, после чего бросились друг другу навстречу. Мчались навстречу друг другу как два бронепоезда, готовые столкнуться в центре.

И столкнулись.

Свет осветил плато на жерле вулкана, вырвавшийся из моего меча. Божественная кровь оросила раскалённый камень, зашипев на нём.

Теперь мои удары оставляли порезы на его теле, что было лучше, чем ничего, но всё равно недостаточно. Пропуская его кулаки мимо, я сразу бил по ним мечом, оставляя порезы, и не забывая про его выпады, которые сыпались на меня со всех сторон. Пару раз он почти меня достал, но мне удавалось уходить в последний момент.

Плато трещало под нами, из всех щелей била брызгами лава. Пахло тухлятиной и серой, отчего слезились глаза. Тучи над нами, словно чувствуя битву, начинали кружиться, образовывая в небесах огромную пугающую размером воронку. Весь мир будто замер, наблюдая за тем, как человек бросил божеству вызов.

Это была схватка будто в самом аду.

Я носился пулей по ещё целым участкам плато, нанося удары и тут же отступая, а Чи Ю крутился на месте, пытаясь меня достать. То и дело землю взрывали клинки, которые выскакивали под ногами, а на меня обрушивался дождь из мечей, которые ломались от ударов о застывшую лаву. Я был как огромная оса, которая его жалила со всех сторон, но это не могло его убить.

Он ударил по мне мечами, который посыпались дождём, но я уже проскользнул у него между ног. Чи Ю успел развернуться, приняв мою атаку руками, из которых брызнула кровь, и сразу сам ударил по мне свободными руками, от которых я ушёл, в ответ выпустив его наглую рожу врезалась защитница снегов.

Чи Ю зажмурился, а я просто перепрыгнул ублюдка, оказавшись у него за спиной. Приземлился на плечи, замахнулся и...

Меня отбросило назад как взрывной волной, не дав завершить начатое.

— Юнксу, он становится сильнее! — крикнула у меня в голове Люнь. — Ты скоро совсем ничего ему не сможешь сделать!

— Да вижу я… — пробормотал я, глядя на то, как на этом ублюдке зарастают все раны.

Меч Снежной Королевы, конечно, хорош, но его сила жрала мою Ци и не давилась, да так, что я чувствовал, как опустошаются мои запасы. И я боялся его отключить, потерять эту связь, так как не знал, получится ли во второй раз у меня его «запустить».

А Чи Ю смотрел на свои руки и хохотал.

— Я Божество, человек... Я тот, кто будет править миром… Ты же… ты же просто человек, что ты можешь мне сделать?!..

— Больно!

Я ринулся ему на встречу, готовый сделать новую попытку насадить его, но в этот момент Чи Ю хлопнул всеми шестью ладонями…

И из-под плато, разрушая его окончательно, появились руки, десятки огромных лавовых рук, которые кулаками проламывали плато, разбрасывая во все стороны камни, после чего они потянулись ко мне.

Да хрен вам!

Я бросился вперёд, рывками смещаясь то в одну сторону, то в другую, не давая им меня поймать. Если меч зависит от моих сил, то возможно, подав на него ещё больше Ци, он станет ещё сильнее и сможет сделать что-нибудь более серьёзное, чем простая царапина.

И меч вспыхнул голубым светом так, будто сам стал солнцем. На него было больно смотреть, но этого и не требовалось. Мечась между рук, которые вырывались из-под плато и пытались меня поймать, я мчался на Чи Ю, готовый его насадить на меч…

Когда он улыбнулся, взмахнул рукой…

И исчез.

А я едва не растянулся на земле, готовый воткнуть в него меч, пройдя мимо того места, где Чи Ю был мгновением назад. Огляделся и парой взмахов обрубил все руки, которые тянулись ко мне со всех сторон. Справиться с ними оказалось не так уж и сложно, особенно с таким мечом, однако…

— Я ЗДЕСЬ!!!..

Его огромный меч едва не разрезал меня пополам.

Или это был не меч…

— Я ЗДЕСЬ!!!..

Уже с другой стороны он обрушил на меня ещё один меч, который… просто исчез.

— Я ЗДЕСЬ!!!..

И опять удар, от которого я еле увернулся.

— Я ЗДЕСЬ!!!..

— Да где именно?!

Конечно, он мне не ответил.

Но зато на меня со всех сторон посыпались огромные мечи, которые то и дело пытались сделать из меня одного меня два. Я уворачивался, пытаясь понять, откуда бьёт ублюдок, но тот появлялся лишь на мгновение, чтобы исчезнуть.

— Юнксу, он ещё слаб, и не может пока пользоваться всеми своими силами. Ты должен покончить с ним! — пропищала Люнь, оглядываясь.

— А ты его видишь?!

— Это иллюзия. Он колдун, он прячется, он способен обманывать твой взгляд. Положись на свою интуицию!

Блин, как удобно давать советы, которые вроде и объясняют, но ничего не объясняют. Два в одном: это как инструкция, которая говорит, что тебе делать, но при этом умалчивает, как это делается.

Но с другой стороны…

Положиться на свою интуицию?

Ну моя интуиция придерживается того же мнения, что и я сам: не можешь найти — круши. Поэтому, выхватив меч и вложив до него усраться сколько силы, я резко крутанулся вокруг своей оси, выпуская чудовищный ураган и…

Мир вокруг треснул, словно стекло. Треснул и рассыпался, показав своего создателя, который…

Шаг влево и его огромный меч приземлился в сантиметрах трёх от меня.

Я сорвался с места, но как бы о фехтовании речи идти здесь не могло, так как мы оба немного разных размеров — он и я. Он меня щелбаном может укакошить, а поэтому оставалось лишь бить и забивать как мамонта всеми возможными способами, которые у меня были. Но едва я сорвался в его сторону с мечом, как Чи Ю просто хлопнул в ладоши, и мир поглотила кричащая тьма.

В мире будто выключили свет. Стало темно, будто никогда и не было никакого вулкана и огненных земель. Лишь непроглядная кричащая ожившая тьма, которая шевелилась вокруг меня тысячами теней. Это как если бы тебе под ухо кричали сотни женщин, детей, мужчин, безумно, смеясь или плача в ужасе.

Хотелось кричать в ответ от ужаса, которым они пропитывали тело.

А ещё твари кусались. Вырывали из меня куски, но отнюдь не плоти, а чего-то… внутри. Словно разрывали душу на части, заставляя скукоживаться само сознания и кричать, кричать, кричать. Я понимал, что это всё колдовство, это силы Чи Ю которыми он пользуется, чтобы избежать прямой битвы со мной, но легче от этого не становилось. И последней мыслью, прежде чем даже сознание заполнил бесконечный крик, было...

А ведь свет разгоняет тьму.

Такая простая мысль, совершенно неожиданная, она оказалась как лучиком света в этом каком-то безумии, так как единственным источником света в моих руках был…

Меч.

Все силы ударили в меч.

Ушли, откачивались, утекали — можно называть этот как угодно, но я физически чувствовал опустошение самого себя, то, как моя тёмная Ци запитывает клинок, заставляя его становиться всё ярче и ярче, пока он не начинает светиться подобно грёбанному солнцу. Такому яркому, что на него не просто больно смотреть — банально опасно.

Тьма расступилась, продолжала кричать, но уже не так громко и не так близко, грозясь порвать сознание на части. Его демоны, его злые духи и прочая шваль не спешила приближаться, пусть и пыталась заставить меня свихнуться и присоединиться к этому безумному хороводу. Но теперь, в свете меча их силы сходили на нет.

На «нет» до тех пор, пока светит меч, пока у меня есть силы поддерживать его, отгоняя тварей от моего сознания. И всё это на фоне того, что в моей голове проскользнули неожиданно мысли. Мои и в то же время совсем чужие. Будто… думал и я и не я одновременно.

Он хочет тьмы? Да будет свет.

И в тот момент, когда коленки от напряжения задрожали, руки перехватили меч, остриём вниз, и я что было сил воткнул его в землю по собой, упав на колени и навалившись всем телом, будто пытался вогнать его как можно глубже, почувствовав, как чудовищная энергия вырывается из меча, будто обретя волю и желая только одного — отчистить весь мир святой белизной.

Да очистится мир…

* * *

То, что происходило на вулкане, мало походило на обычную битву. Сам вулкан будто бесновался, оживал, готовый разразиться жутким извержением. Из всех его трещин и дыр обильно вырывалась лава, прорывалась наружу, обрушая его вековые склоны, будто отчаянно ища выход. Тёмные тучи закручивались по спирали, словно огромная воронка, желающая всосать всё, что под неё находится.

Со стороны казалось, что там вот-вот откроются врата в сам Диюй.

— Видимо договориться с божком у Юнксу не получилось, — вздохнул Бао. — В принципе, дипломат из него так себе.

— Заткнись, Бао, — напряжённо ответила Лин. Она смотрела на вершину вулкана, борясь с самой собой. Одна её часть просто кричала сорваться на помощь к Юнксу, а другая требовала придерживаться плана и не быть истеричной дурой.

Но глядя на светопреставление на вершине вулкана, сдерживаться было всё сложнее и сложнее. К тому моменту над ним уже начали сверкать молнии, пока тьма, как густой смог, заволакивала его вершину. До них доносилось что-то очень отдалённо похожее на крики. Казалось, что хуже быть уже не может, когда…

Верхушка вулкана взорвалась.

Взорвалась ослепительно белым светом.

Будь здесь Инал, он бы сравнил этот взрыв с атомным, где вместо огненного ярко-жёлтого было белое взрывное облако и гриб, который поднялся после этого. Даже до них долетела взрывная волна, заставив все четверых и Зу-Зу покачнуться.

— Что бы там не происходило, тем двоим вместе очень весело… — пробормотал Бао.

Лисица же поджав губы, сдалась и сделала пару шагов перёд, когда её за локоть поймала Пейжи.

— Не надо, он не просил твоей помощи.

— Может уже и не попросит. Ты не видишь…

— Не вмешивайся, — мягко и настойчиво попросила Пейжи. — Я знаю, что ты хочешь помочь, но ты можешь спутать все карты. Доверься ему.

Лисица с сомнением посмотрела на вершину, над которой медленно развеивалось белое облако, поблёскивающее в свете огненных земель. Лин знала, что у них был план, но сейчас у неё возникло такое чувство, будто она бросила Юнксу на произвол судьбы.

* * *

Это был… взрыв.

Большой ослепительный взрыв, который поглотил всю тьму.

Несколько секунд я просто ничего не видел и даже успел подумать, что вот как выглядит загробная жизнь. Просто бесконечная белизна, которая мягко тебя окутывает со всех сторон. И лишь потом, когда глаза начали привыкать, я увидел, во что превратилась округа.

Снег.

Вокруг меня шёл снег. Ослепительно белый и холодный особенно после бесконечно серости, копоти, жары и яркой лавы. Что касается округи, то вокруг было будто настал ледниковый период. Небо заволокло белыми тучами, весь мир начал замерзать и даже лава под ногами остыла, затвердела и покрылась инеем, превратившись обратно в плато.

Ни тьмы, ни злых духов, ничего…

Только я и Чи Ю на другом конце, и в отличие от меня покрытый инеем с головы до ног. Его-то ледяной дух не пожалел.

И едва я его разглядел ублюдка, сразу сорвался с места, вновь вгоняя в меч столько энергии, сколько только было можно, свои последние силы, чтобы раз и навсегда покончить с этим ним. Поставить точку в существовании сраного божества.

Всё или мёртвый Инал.

Чи Ю будто почувствовал опасность, исходившую от меня. Он ринулся в сторону, показывая всю свою прыть, и вновь развёл руки, чтобы хлопнуть в свои сраные ладоши и натравить на меня своих духов…

— Не дай ему это сделать! — взвизгнула Люнь и, я, оттолкнувшись от земли, пулей полетел к нему.

Чи Ю попытался сбить меня рукой, но я даже не долетел до урода, приземлившись прямо перед ним и его атака ушла в молоко. Сразу отпрыгнул в сторону от ещё одного удара, увернулся от другого, словно танцор крутанувшись на месте, а когда Чи Ю обрушился на меня всеми шестью руками, резко подпрыгнул и просто перепрыгнул ублюдка, оказавшись со спины.

Движение губ, взмах мечом и удар, отняв вторую половину моих сил, яркий, как вспышка молнии, унёсся прямо в Чи Ю. Божество прыгнуло от него в сторону, уже усмехнувшись…

Для того, чтобы попасть прямо под второй удар. Яркая вспышка возникла из неоткуда не в поле зрения засрнаца, и через мгновение…

Голова божества Чи Ю с металлическим звуком упала на землю.

Техника «Тень моя», которой обучила меня Лисица, сработала на удивление ровно, правда в купе со странной и мощной атакой клинка отняв столько сил, что я просто упал на колени, едва удерживая меч. Дыхание сбивалось, будто мне пришлось пробежать не один километр, пока я смотрел на то, как медленно падает на колени обезглавленное тело с бьющей фонтаном кровью, перед тем как завалиться на бок.

Сомневаюсь, что верни Чи Ю полностью свои силы, у меня бы это вышло так… просто… если это можно назвать просто, конечно…

Но… у меня получилось? Получилось убить божество, верно?

Я…

— Убийца божества…

Голос заставил меня вздрогнуть и похолодеть. Не в силах пошевелиться, я наблюдал за тем, как передо мной из тела урода поднимается тёмное облако, словно грозовая туча, принимая форму Чи Ю. Даже глаза были видно — светящиеся, как угольки четыре точки, которые неотрывно смотрели на меня.

Мля, у босса-то вторая фаза есть…

— Ты же не думал, что всё будет так просто?.. — просипел его… дух, призрак или хрен знает что.

— Честно признаться, думал… — пробормотал я, медленно вставая на трясущихся ногах.

А потом дух Чи Ю неожиданно материализовался прямо у меня перед носом, прошептав мёртвым голосом:

— Тогда позволь забрать тебя…

Глава 290

Я смотрел в эти красные, как угольки, глаза в тёмном облаке, как внезапно тень протянула руки и схватила меня за шею, подняв над землёй.

— Я божество, я Чи Ю, я бессмертен… Меня нельзя убить… Это мой мир, и я заберу из него всё, что захочу…

Я попытался из последних сил пнуть ублюдка прямо в лицо, но моя нога просто прошла сквозь его рожу. А через мгновение я летел через всё плато, брошенный им, как тряпичная кукла. Приземлился, и кубарем прокатился по холодному камню, даже не в силах после такого сразу встать.

— Я бессмертен… — поднял он все шесть рук, медленно направляясь ко мне. — Я видел, как проходят целые поколения, как рушатся империи и создаются вновь, как мир меняется и вновь возвращается к своим истокам… Ты силён, человек, но я божество… И для меня ты не страшнее самого сильного насекомого…

Я медленно встал на ноги и побрёл к потерянному по пути мечу. Чи Ю, его дух в виде чёрного облака стал явно поменьше, размером примерно с меня самого. Он вальяжно плыл на землёй, когда его ноги превратились в хвост, как у джина.

— Я тот, кто будет теперь править миром, когда все остальные сгинули... И ты можешь возрадоваться, смертный, мне придётся использовать тебя теперь, после потери тела…

Мля, звучит как новый сюжет для гачимучи.

Я с кряхтением, как старый дед, наклонился и поднял меч.

— Просто смирись… Прими мой величайший дар, стань моим вместилищем…

— Как мерзко звучит… Засунь своё предложение себе в задницу, если она у тебя ещё есть, — выругался я, с трудом закинув меч себе на плечо. Речи о том, чтобы его запустить даже не шло, тут бы на ногах устоять.

— Я не спрашиваю твоего мнения… — ответил он и неожиданно метнулся прямо на меня.

Я покачнулся, сделав неуверенный шаг назад перед тем, как почувствовал, как в грудь будто врезался поток воздуха, который обжёг собой всё внутри. И мир вместе с этим погрузился окончательно во тьму. Бесконечную и безграничную, непроницаемую, как чёрное полотно, где нет ни верха, ни низа, ни даже такого понятия, как жизнь.

Где нет даже меня…

Это был как сон, где ты хочешь что-то сделать, хочешь двигаться, бежать, ударить, но не можешь, так как сам воздух будто сопротивляется тебе. И из этой тьмы на меня смотрели четыре древних, повидавших сотни веков глаза, что горели пламенем и наполнялись кровью.

В них был желание.

Желание захватить то, что будет ключом ко всему миру.

Моё тело.

И я не успел моргнуть глазом, как эта тьма вокруг закружилась и неожиданно начала меня засасывать в бездну. Туда, где не было ничего кроме… ничего. Будто я провалился в трясину в собственном сне и не мог сопротивляться. Пытался ухватиться, но было уже на за что и меня без каких-либо шансов утаскивало в никуда.

* * *

Тело было настолько слабым, что покачнулось от удара, сравнимого с дуновением ветра. И словно потеряв последнюю опору, рухнуло на колени, свесив голову.

Казалось, что всё кончено, нет больше не божества, ни человека, который с ним боролся. Но прошло меньше минуты, и голова медленно приподнялась, и на мир уже смотрели два красных, наполненных кровью глаза со зрачками веретенами. Глаза не человека, но божества, что пришёл в этот мир в новом теле. Оно огляделось, будто пытаясь удостовериться в том, что всё получилось, после чего губы исказились в жутком зверином оскале уже не человека.

— Я победил… Теперь я есть новое божество! — проскрежетало то, что было когда-то человеком. — Теперь я новый властелин неба!

И в тот момент, когда радость победы заполнило Чи Ю, на его лицо опустилась гримаса боли. Он скривился, схватившись за голову, и это выглядело так, будто она с секунды на секунду была готова взорваться, о Чи Ю пытался её сдержать.

— Пошёл вон из этого тела!!! — разъярённый визг резанул по ушам некогда человека, только ухудшив его состояние. — Убирайся!!!

И он получил ментальный пинок под зад.

— Пошёл прочь!!!

— Хватит визжать, — прошипело нечеловеческим голосом существо, держась за голову. — Заткнись. Теперь я…

— А ну-ка вернулся туда, где тебе и место!!!

— В какое же это место? — прошипел он злобно. Голова раскалывалась, так ещё и эта писклявая дрянь кричала прямо под ухо.

— В задницу! Проваливай!!!

Было видно, что она вобрала самое лучшее от своего прошлого хозяина.

И ведь никто, кроме него этот визг, как железо по стеклу, не слышал. Чи Ю был готов проломить самому себе череп, лишь бы заткнуть это визжащую дрянь, но убить это тело он просто не мог. Не мог всё разрушить вот так.

— Вон! Вон! Вон!!! — визжала она, Чи Ю чувствовал, как призрачные ледяные пальцы будто вцепились в него самого, начали тянут, рвать, терзать, доставляя ещё больше боли и страданий.

И как бы он не пытался ей противостоять, ничего сделать с неожиданным гостем в этом теле не мог. Он знал про призрака, но даже не думал, что тот будет привязан к нему. И теперь Чи Ю был вынужден признать, что избавиться от призрака уже не получится, не в ближайшее время.

— Чего ты хочешь? — прохрипел он, пытаясь хотя как-то противостоять призраку.

— Чтобы ты проваливал и вернул моего Юнксу!

— Зачем тебе он, когда есть я? — оскалился Чи Ю. — Я ведь лучше него…

— А ну вошёл вон! — ещё один ментальный пинок под зад. — Лучше него…

— Его не спасти. Я поглотил его душу, и теперь она медленно разрушается внутри меня, в моей божественности. Ничто не способно мне сопротивляться.

— Ложь!

— Но именно я могу исполнить любое твоё желание, — продолжало давить божество. — Я божество, я всемогущ, и только верну свою силу, как любое твоё желание сможет стать реальностью!

— Да конечно!

— Конечно! Я могу дать тебе силы, что будут уничтожать целые империи! Могу дать тебе власть дарить и отбирать в других жизнь! Я могу сделать тебя живой! Подумай, живая и полная сил, что смогут изменить мир! Сделать его таким, каким ты хочешь его видеть!

— Никто не может изменить мир!

— Но я могу, — давил он, чувствуя мимолётные сомнения в голове призрачной гостьи. — Я бессмертен, я способен восстать из мёртвых, захватить тело, создать новое. Я могу всё, ведь я само божество Чи Ю!

— У меня только один друг…

— И его больше нет, теперь я твой новый друг и я дам тебе куда больше, чем мальчишка, запревший тебя в собственном теле!

— Я не верю ни единому твоему лживому слову.

— Новое тело, новая жизнь и бесконечная слава, что впишется в века, разве ты этого не хочешь?

— Мне это не нужно.

— А так ли это на самом деле? — оскалился Чи Ю.

* * *

Меня душило.

Тяжесть в груди была такой, будто я попал на дно Марианской впадины. Тьма, густая, обволакивающая тьма. Здесь не было Ци, здесь не было времени, здесь не было ничего, кроме меня. И даже я был здесь временно, потому что чувствовал, как тьма пытается меня растворить, как в кислоте.

Странное чувство, будто ты теряешься частичку… личности: перестаёшь замечать что-либо, перестаёшь думать, перестаёшь бороться, перестаёшь испытывать эмоции и помнить — перестаёшь существовать.

Это и есть… исчезнуть?

И всё потому, что Чи Ю занял моё тело и поглотил душу?

Возможно, в какой-то другой ситуации я бы и исчез уже давно, растворился бесследно во тьме, став ничем, однако сейчас во мне, словно маленький факел, горело чувство, которое заставляло личность оставаться целой…

Злость, пробирающая до кончиков пальцев.

Какой-то божественный ублюдок просто пришёл и занял моё тело, то, что принадлежит мне, то, за что я боролся, что хранил и оберегал всё это время. Пришёл, сука, на готовенькое, и забрал без спросу. Словно какой-то гопник, который отобрал велосипед лишь потому, что считает, что ему всё можно.

Несправедливо…

Несправедливо, млять…

Если он думает, что ему всё можно, то пусть оно не достанется вообще никому. И потому я сопротивлялся, боролся, тянулся, лягался, толкался, пытаясь выплыть из этой гущи. Я горел изнутри ненавистью, которая не собиралась затухать, дрался, боролся с неизвестностью, которая хотела меня уничтожить.

Несправедливо, несправедливо…

— Юнксу…

И в этой тьме я слышал один единственный голос того, кого мог назвать другом. Мягкий, надёжный, ласковый, которому я доверял жизнь не раз.

— Юнксу, хватайся за мою руку…

Знать бы, где здесь рука ещё…

— Руку…

И в этот момент, едва я потянулся на голос, почувствовал, как меня вырывает из тьмы, вырывает из цепкой гадости того, что меня едва не свело на нет.

Мир вновь вспыхнул красками, однако теперь я был…

Опять в своей реальности.

В той нормальной реальности, где должен быть.

На плато на вершине вулкана среди инея и снега, которые теперь быстро таяли из-за высокой температуры. А передо мной была та самая спасительная девчонка, которая парила над землёй, глядя на меня встревоженным взглядом.

— Юнксу, ты как?!

— Я…

И в этот момент мой голос неожиданно сорвался на хрип сам по себе, и мою глотку покинул совсем нечеловеческий звук.

— Маленькая дрянь… — раздался шёпот из меня. — Как ты посмела идти против меня?!

Весь мир... стал неожиданно красным. Голову скрутила боль, и я почувствовал нечто схожее с тем, когда ты теряешь сознание или засыпаешь. На смену мне будто пришло что-то иноя, перехватывая бразды правления телом.

— Так почему бы тебе не пойти и не поплакать? — язвительно с усмешкой ответила призрак. — Можешь пойти и поплакать в платочек к своей мамочке, маленький бедненький и беспомощный Чи Ю. Ой, прости, я совсем забыла, у тебя же её нет.

Умничка, моя школа.

— Я сотру тебя в порошок! — прошипел я (он) и…

— НЕТ!!! — рявкнул я, упав на колени и не дав ему дотянуться до Люнь.

Меня трясло, я не чувствовал тела, будто словил сонный паралич, руки и ноги двигались сами собой и… я всё равно пытался бороться. Пытался не дать ему управлять моим телом, отчего оно дёргалось, как при судорогах, а иногда мышцы и вовсе простреливала боль. Но даже так в этой борьбе победителем при всё при том был совсем не я.

— Думаешь, ты меня остановишь? — прошипел он мне моим же ртом. — Я хозяин небес, я могу сделать всё, что захочу и с кем захочу.

И словно в подтверждение его слов мои руки потянулись к моим глазам. Мои собственные пальцы на мгновение застыли прямо перед моим взглядом, будто давая понять, что они хотят сделать. А после коснулись глаз, надавили, пытаясь пролезть дальше в глазницы. Всё вокруг исказилось, мир поплыл, пока не погрузился во тьму, а следом не стал красным, с чем пришла и боль.

— Не сопротивляйся мне, великому Чи Ю, человек, и возможно я оставлю тебя…

— Иди в задницу, сука!!!

— Я великодушно дал тебе выбор…

И пальцы погрузились в мои глаза.

Было больно. Было до жути больно…

Да господи, было так больно, о чём я говорю что?! Я орал благим матом. Мне вырывали, млять, глаза на живую! А вместе с тем, будто и частичку мозга, который сходил от такого с ума. Я орал благим матом, пытаясь хоть что-то сделать, но мои собственные пальцы предательски лишали меня зрения.

— Мне не нужно зрение, жалкое подобие жизни. Я ведь говорил, что ты не более…

И его голос стих вместе с моим сознанием, когда раздалась вспышка у меня в затылке и какой-то металлический звук. Словно…

Словно меня оглушили чем-то железным по голове.

Но это был не конец, не для нас двоих, так как ни я, ни он не собирались оставлять единственное тело в округе. И вместо кровавой темноты и боли пришёл другой мир, где-то…

Просто где-то…

Серые равнины, серое небо, серый горизонт без края и конца. Бесцветный мир на задворках то ли моего мозга, то ли моей души.

Но я был здесь совсем не один.

В метрах десяти от меня, повернувшись ко мне спиной стояла массивная фигура, по габаритами примерно такая же, что и я, но с одним исключением — у меня не было шести рук. И я не воровал чужих тел.

— Вижу, ты очень настойчив… — произнёс Чи Ю зло. — Никак не оставишь меня в покое…

Я аж задохнулся от такой наглости.

— Я тебя не оставлю?! Ты, кусок тупого дерьма, попытался отобрать МОЁ тело! Попытался убить МЕНЯ! И это Я тебя достаю?!

— И что?.. — развернулся он ко мне. — Какое ты имеешь право указывать мне, божеству Чи Ю, что мне делать?..

Это была не просто другая логика — эта гнида просто считала себя венцом творения, тем, кто имеет право что-то диктовать, потому что он божество. Потому что он грёбаный ублюдок, который считает, что весь мир крутится вокруг него. Но стоит ему прищемить яйца, как тот будет первым жаловаться на несправедливость.

Так я ему эту несправедливость сейчас устрою.

Я метнулся к ублюдку на встречу, метнулся к этому чванливом уроду, даже несмотря на то, что он был божеством и сильнее меня. Я собирался вбить этому Чи Ю его самодовольную рожу в затылок. И…

Мы схлестнулись в центре бескрайнего серого мира.

Божество встретило мою атаку в лоб чванливо и самоуверенно, считая себя действительно бессмертным. И даже не попытался прикрыться, когда я подпрыгнул и с двух ног врезался ему в грудь.

Чтобы через мгновение отлететь от меня на метр.

— Не нравится боль, да, сука?! — прошипел я, глядя на то, как он, кряхтя и задыхаясь, с болью на роже пытался подняться.

Если Чи Ю и был сильным, то видимо не здесь, не в моём теле.

Едва тварь оказалась на ногах, я уже был тут как тут, не дав ему опомниться. Подскочил вплотную, развернувшись к нему спиной, после чего схватил ублюдка за рог и перебросил через себя как мешок с цементом обратно на землю. И начал топтать его уродливую рожу сверху. Пяткой ему в хлебало раз, другой, третий… отпрыгнув, когда Чи Ю попытался меня поймать руками.

На этот раз он вскочил куда быстрее.

Мы разошлись в разные стороны, чтобы через мгновение вновь броситься бить друг другу морды. Здесь не было крови, не было сломанных костей, но каждый удар будто ослаблял тебя, заставлял чувствовать усталость, которая копилась и копилась.

Мой кулак встретился с его кулаком, и я тут же отошёл назад, чтобы не попасть в захват его нижних рук. И бросился в сторону, в прыжке просадив ему прямо по роже, когда он промахнулся.

Чи Ю взревел, бросился в атаку, но я ловко уклонился от взмаха сразу тройки правых кулаков, поднырнув влево, и тут же всадил ему туда, где должны располагаться точки. Отступил, наклонившись назад и пропустив взмах сразу трёх, но уже левых кулаков, и тут же подался вперёд, чтобы ударить в горло.

Чи Ю закряхтел, но продолжал напирать, как танк, обрушив на меня все шесть кулаков. И ему даже удалось по мне попасть, но я почувствовал лишь боль. Почувствовал боль, как от обычных ударов, но не умер, не отключился и не сломался. Вместо этого со всей дури вломил ему с ноги по колену и отступил. Шагнул вперёд и уклонился от одного удара, от другого…

Подглодав момент, когда он уже отвёл остальные руки, схватил его за кулак, летящий в меня, с ноги ударил в кисть, которую Чи Ю только занёс, и вломил ему в прямо в клыкастую рожу, да так, что ублюдок накренился. И тут же ещё тройку туда же, после чего отступил назад.

Недобожество пошатнулось, но сразу бросилось на меня, пытаясь насадить на рог. Однако шаг в сторону, и ублюдок получает с ноги прямо по зубам. И не давая ему времени опомниться, я тут же бросился сзади, и как в лучших фильмах гачимучи, обнял его за торс…

Чтобы перекинуть через себя на землю вперёд головой. Бросился сверху и начал лупить по затылку, по вискам. Отскочил, когда урод попытался меня сграбастать, и набросился вновь, лупя его кулаками.

— Я УБЬЮ ТЕБЯ!!!.. — взревел Чи Ю, вскочив, и мы сошлись прямо на кулаках, лупася друг друга что есть сил.

Удар на удар, пинок на пинок. Наши кулаки только и мелькали, пока мы стояли друг на против друга и избивали, даже не пытаясь уже уклониться. Это тело было слишком мало для нас троих, мне и Люнь за глаза хватало. И именно поэтому я чувствовал ярость, которая поддерживала меня. За мной было то, что я был готов защищать, а в отличие от этого чванливого ублюдка.

— Что, количество ручек не спасает?! — выкрикнул я.

И когда после очередного удара он пошатнулся, я пинком в грудь отправил его на землю. Урод упал на спину, стукнувшись затылком, а я уже прыгнул сверху, после чего начал измолачивать его череп в мясо, пока…

Серый мир не треснул.

Не погас, чтобы вспыхнуть тьмой и болью…

— Юнксу!!! — крикнула Люнь. — Борись, Юнксу, борись!!!

— Заткнись, дрянь!!! Я бессмертен я бессмертен, человек!!! — ревел я (он), будто пытаясь убедить уже самого себя, но я его не слушал. — Я САМ БОЖЕСТВО!!!

Тело дрожало только так, но теперь я кое-что да контролировал, словно, набив ему внутри себя хлебало, лишил его части контроля.

Рука, словно преодолевая судороги и давление, полезла в сумку и выудила оттуда лист для печатей. Я сразу обмакнул палец в кровь в глазнице и наслепую начал быстро вырисовывать печать, которой обучила меня Лисица, однажды применив её к Люнь в секте Восхода. Если он не хочет исчезнуть сам, то я ему, сука, сейчас помогу…

Надеюсь, собственную душу из меня не выбьет.

— Закуси, говножор обоссанный… — прошипел я и приложил к своей груди лист.

Ощущение было таким, будто мне ударили под дых, и в то же время вся вата и давление будто покинули меня, вернув полный контроль над телом. С меня будто сбросили несколько килограмм веса, позволив наконец вздохнуть спокойно.

Но дело было недоделано пока ещё.

— Что замолчал?! — рявкнул я, чувствуя и опустошение, и прилив сил одновременно. — Где эта сука?!

А вот Чи Ю, почувствовав опасность на задницу, наоборот, даже пасти не раскрыл. Затаился, пользуясь тем, что его я не вижу. Но зато его видит Люнь.

— Перед тобой!

Я быстро нащупал рядом меч и ринулся вперёд, держа его остриём вперёд, готовый наколоть ублюдка. На этот раз я покончу с этим херососом раз и навсегда, избавив мир от чванливого убожества.

— Он резко справа! — крикнула она вновь, и я резко свернул…

Почувствовав перед собой будто облако, которое было плотнее воздуха. Почувствовал, как меч будто встретил сопротивление впереди, и как по нему прошла дрожь, после чего он застрял, хотя мои руки спокойно проходили дальше.

— НЕ-Е-Е-Е-ЕТ, Я ЧИ Ю, МЕНЯ НЕВОЗМОЖНО УБИТЬ!!!.. Я БОЖЕСТВО, ЖАЛКОЕ ТЫ ОТРОДИЕ!!!..

— А я всего лишь человек… — прохрипел я.

На меня будто обрушился весь мир, пытаясь меня остановить. Боль пронзила от макушки до самых пяток, от чего из глаз, которых не было, хлынула кровь и слёзы… или просто кровь.

Но я всё равно держал рукоять меча, понимая, что надо закончить всё здесь и сейчас, пока он ослаблен после борьбы со мной. Если не сейчас, то уже никогда и кровью расплатятся все остальные. Мои последние силы пошли в меч, и прежде, чем окончательно отключиться, я будто услышал чей-то голос, который спрашивал, на что я готов ради того, чтобы одержать вверх.

— На всё…

Всё или ничего — такова жизни культиваторов.

И я был одним из них.

Глава 291

Было темно.

Странно слышать от человека, который пережил Хоудая и Чи Ю, но в этот момент я всё же почувствовал лёгкий страх — всё-таки после произошедшего было не совсем ясно, выжил я или нет. Последнее, что осталось в памяти, это как меня пытаются раздавить, как таракана, тяжестью всего мира, а я в лучших традициях весёлых людей в белых халатах подрываю себя вместе с Чи Ю. И если я помер…

То в аду явно очень хорошие подушки под голову подкалывают в виде чьих-то коленок.

— Лин, Лин, он очнулся, — раздался будто в другом мире голос Люнь.

И практически сразу моего лба коснулась ладонь, прижимая голову обратно к коленкам.

— Спокойнее, Юнксу, не двигайся, — раздался успокаивающий и уже хорошо знакомый голос моей Лисицы. — Попей.

Губ коснулся металл фляги, позволяя мне смыть неприятно чувство, будто я нажрался битого стекла и песка, от которого даже глотать было больно.

— Я жив? — отодвинул я рукой флягу, немного отпив.

Это был глупый вопрос, наверное, но тем не менее его требовалось задать. Не знаю, наверное, для внутреннего спокойствия что ли, что это не сраная галлюцинация, навеянная Чи Ю или бредом умирающего мозга.

И я почувствовал, как меня ущипнули за ухо. Больно ущипнули, отчего я поморщился.

— Да, жив, чувству… — прохрипел я, и слегка поднялся, но ладонь вновь настойчиво вернула меня обратно на колени.

— Лежи, Юнксу, не стоит тебе двигаться.

— Всё настолько плохо? — криво усмехнулся я.

— Нет, я бы сказала всё хорошо, не считая твоих глаз.

Ах да, мне же их вырвали…

Мои руки медленно потянулись к глазам и нащупали… только повязку, пропитанную чем-то влажным, судя по всему, кровью. Боли не было, да и дискомфорта я какого-либо не испытывал, но отсутствие глаз меня слегка напрягало. Всё-таки их мне не выкололи, а именно вырвали, что значит пилюли лечения мне уже не помогут.

— Это решаемый вопрос, Юнксу, — успокоила меня Лисица, убрав мне волосы со лба. — Главное, что Стрекоза смогла тебя вытащить оттуда, а всё остальное уже неважно.

— С ним покончено?

— Судя по всему, — ответила Люнь. — После того, как ты его насадил на меч и взорвал яркой вспышкой, никого больше не осталось, а вулкан и вовсе начал извергаться, будто силы Чи Ю всё это время сдерживали его. Ты молодец, победил божество. Такое только в сказках и можно услышать, а так…

— А так перед нами живая легенда, — закончила за неё Лисица, как мне показалось, с толикой гордости в голосе.

Было приятно, что до тебя и твоих успехов. Собственно, Лисица и Люнь, наверное, были единственными, кому было хоть какое-то дело до меня. Ну ещё Джа. И Зу-Зу. Блин, а не так уж и мало людей набралось, которым есть до меня есть дело. Приятно…

— Блин, я до сих пор жив… — пробормотал я, словно в это было тяжело поверить.

— Да, и теперь ты в надёжных руках, — ответила Люнь. — Лин позаботится о тебе.

— В надёжных руках? О нет… Кто-нибудь, помогите… — прохрипел я, потянувшись рукой в сторону.

— Юнксу, прекращай, — Лисица вновь вернула мою голову обратно на колени, предположу, свои.

— Люнь, на помощь…

Свежи ещё воспоминания херурга Лисицы на моей памяти, не залечились душевные раны…

— Очень остроумно, Юнксу. Вижу, чувствуешь себя ты прекрасно, — раздались недовольные нотки и меня вновь придавили к кровати, но уже боле жёстко.

— А вот я ничего не вижу.

— Это потому что у тебя нет глаз, — ответила она невозмутимо. — И твоё недоверие заставляет меня задуматься, стоит ли мне браться за твоё исцеление или оставить так.

— Ну вы же не бросите своего ученика? — жалобно спросил я.

— Учитывая, как ты хочешь от меня спастись, думаю, мне стоит хорошенько обдумать этот вариант, — ответила Лисица.

Я уверен, если бы у неё не отмерли мышцы, отвечающие за мимику, Лисица бы сейчас улыбнулась.

— И да, наверное, мне стоит тебя поздравить, ты значительно поднялся по ступеням Вечных, — добавила она невзначай.

— Ну слава богу, хоть какое-то утешение, а то я уже думал, мне зря глаза вырвали, — пробормотал я, заглядывая в самого себя…

* * *

Лисица явно поскромничала, говоря, что я значительно поднялся по ступеням Вечных, так как мне удалось полностью проскочить восьмой и перешагнул сразу на девятый, что было, мягко говоря, охренеть как мощно. Уверен, что ни Лисица, ни Бао, да никто в этом мире не видел столь стремительных взлётов, и не где-то, а уже на поздних уровнях.

За какой-то час на грани жизни и смерти я стал из Адепта Вечных стал Грандмастером Вечных, и скорее всего, это связанно с убийством божества Чи Ю. Можно сказать, что я убил одного из древнейших богов этого мира, за что и получил такую награду. И, если честно…

Я не знал, что испытывать по этому поводу.

Радость? Чувство удовлетворения? Облегчение? Наверное, внутри себя я должен был думать «ОХРЕНЕТЬ, Я С СЕДЬМОГО ПЕРЕСКОЧИЛ НА ДЕВЯТЫЙ!!!», но на деле удивительным образом не испытывал ни единого из этих чувств. Скорее я чувствовал себя уставшим, совсем без сил и с одной единственной мыслью — когда это закончится, я буду… буду…

Буду путешествовать, вот. Вон, отправлюсь бродить по землям этого мира, посещать города, разные районы, перелечу море и гляну что находится по ту сторону воды, а после составлю всемирную карту, увековечив своё имя. А потом может вернусь к тому, чтобы найти дорогу свой мир и там уже вообще можно придумать много чего.

И всё это я буду делать как можно дальше от этих сражений, потому что, прокатившись сейчас на краю смерти и едва не исчезнув в прямом смысле слова, когда даже души не останется, я неожиданно понял, насколько устал от этого и насколько станет опаснее дальше. Ведь чем выше поднимаешься, тем выше ставки, и тем больнее падать с вершины. Там твоя жизнь всегда будет на самой грани, потому что всегда будет кто-то, кто захочет оспорить твою силу и сам стать самым-самым. Всегда будет вечная борьба за право сильнейшего…

Херовый из меня культиватор, не в крови у меня гореть желанием вечно сражаться за силу с другими и удерживать первенство. Мне больше по душе что-то открывать, рисковать, но с толком, а не как недавно.

Ну а так да, классно что у меня девятый уровень, классно, что я стал таким сильным и сразу так вырос. Значит, остался мне всего один уровень до десятого, на котором предположительно и находится Вьисендо. Я даже теперь знал, как этот скот точно выглядит, что не могло не радовать.

А наше путешествие тем временем продолжалось, даже не смотря на мою слепоту. И мы, как я понимал, только-только подошли к середине огненных земель, которые не радовали разнообразием. Иногда мы двигались и не видели вообще ничего кроме лавы, будто весь мир в одночасье превратился необитаемую лавовую планету. Иногда нам попадались самые настоящие горные гряды едва ли не до небес, где мы вставали на привал. А пару раз мы и вовсе попадали в газовые облака, в которых было выжить просто невозможно, и нам приходилось облетать.

Правда сам я этого не видел — без глаз мне оставалось ориентироваться исключительно на рассказы Люнь и Лисицы, которые меня вели чуть ли не под ругу. На их счастье я мог лететь сам и не быть грузом на их шее в долгих переходах, где было невозможно встать на привал.

А ещё при каждом привале Лисица исправно исцеляла мне мои зеньки. Не было ни раза, чтобы она не подошла и не сказала…

— Ложись, голову на колени, приступим.

— Как же я устал… Чёрная Лисица, вы не устали меня исцелять?

— Нет, — спокойно ответила она и, как мне показалось, пожала плечами. — А почему должна?

— Ну не знаю, тратить силы на одно и тоже занятие. Это должно быть утомительно, нет?

— Я поняла тебя, но нет, не устала. В конце концов, я исцеляю не чужого человека.

— А родного? — усмехнулся я.

— В каком-то плане мы действительно родные, Юнксу, — ответила она вполне серьёзно. — Ты, я — нас связывает куда больше, чем тебя и, допустим, Люнь или Джа.

— Эй, я так-то практически часть его души! — возмутилась призрачная.

Но Лисица её проигнорировала.

— Ты мой ученик, я твой мастер, мы оба решили держаться вместе, хотя судьба дала нам возможность пойти своими путями.

Возможно, она имела ввиду тот случай в секте Восхода, когда я сказал, что при любом раскладе она будет моим мастером. А она… она не отказалась и попыталась мне помочь.

— А чем вы займётесь, когда всё закончится? — поинтересовался я.

— Не знаю, я не думала. Наверное, я отправлюсь куда-нибудь… куда-нибудь отправлюсь. Мир большой, ещё полно удивительных мест и потрясающих городов, которые стоит посетить на моём веку, — ответила она отстранённо, а может и слегка мечтательно. — А чем ты займёшься, Юнксу, раз уж ты расспрашиваешь о моих планах?

— Тоже путешествовать подумываю, — ответил я, немного подумав.

Стало как-то тихо, будто она обдумывала мои слова. Жаль, я не мог увидеть её лица в данный момент.

— Вы замолчали. Удивлены?

— Частично да. Ты не тот, кто похож на любителя познавать мир.

— А на кого я похож?

— Как твой мастер, я бы сказала, что ты охотен до силы, и будешь биться до самого конца, пока не ляжешь или же пока не станешь сильнейшим.

— Сильнейшим где?

— Сильнейшим в этом мире, — ответила Лисица невозмутимо.

Это прозвучало… сильно. Я вообще никогда не задумывался о том, чтобы стать самым-самым в мире ещё у себя на родине. А здесь, где мир настолько громаден, что даже самолётом не облетишь, такое звучит и вовсе фантастически. Особенно, если речь идёт о том, чтобы стать самым сильным в мире.

Сколько ещё вот таких кадров, как я, бродит по нему, но куда более талантливых и охотчивых до силы? А сколько сидит по местам, каченых-перекаченных, готовых зубами рвать любого, кто посягнёт стать сильнее их? Где они и где… я, человек, который вылазит из любой ситуации на немыслимой удаче?

— И вы верите в то, что я доберусь до вершины этого? — усмехнулся я кисло.

— Проблема, мой дорогой Юнксу, в том, что иногда сильнейшим становится именно тот, кто этого совсем не желает. Это называют проклятием сильнейших.

— Красивое название.

— Ты хочешь знать моего мнения? Ты поднялся за семь лет с самого нуля, когда у тебя даже не было структуры, и ты не мог культивировать, до девятого, до человека, который убил божество и выступил против второго человека одной из самых загадочных и сильнейших империй. Верю ли я, что ты сможешь достигнуть вершины? Да, я верю, что тебе хватает на это дерзости, уверенности и стойкости духа. Верю ли я, что ты займёшь её? Что ж… глядя на то, как всё складывается, я бы сказала, что у тебя есть все шансы.

— Вы слишком хорошего обо мне мнения.

— Скорее, я тебя плохо знаю, и сейчас узнаю много удивительного и нового. Юнксу хочет путешествовать… — мне показалось, что она едва заметно усмехнулась этой идее и покачала головой. — Мир продолжает меня удивлять.

— Вот не надо, я очень миролюбивый парень.

— О да, я вижу. Знаешь, мне даже стало немного жаль Чи Ю. Бедное божество даже не понимало, под чью горячую руку случайно попало… — похлопала она меня по лбу.

— Вот не надо, это он виноват.

— Конечно. И я горжусь тобой.

И непонятно по голосу, сказала Лисица в шутку или на полном серьёзе. Но тем не менее…

— А когда я перестану быть вашим учеником?

— А когда ты не захочешь видеть во мне мастера?

— Ну… мастером я вас называю потому, что уважаю вас, — пожал я плечами, глядя… я бы сказал, что глядя на неё, но по сути я видел лишь черноту. — Просто интересно, когда заканчивается обучение в принципе. Ведь рано или поздно оно заканчивается, верно?

— Я думаю, когда мне нечему будет тебя научить. Собственно, даже мои техники, и те ты уже знаешь, не так ли? Фехтование… вряд ли в чистом фехтовании ты сможешь меня одолеть, но здесь нет твоей вины.

— С чего это вдруг? — возмутился я. — Я вас тогда так-то уделал.

— Да, твой опыт схваток куда шире моего, ты гибок в подходах, и там, где не берёшь одним, ты возьмёшь другим. Прийдись нам сражаться один на один, то, скорее всего, ты сможешь меня одолеть. Да не скорее всего, а так оно и будет. Однако если мы будем драться исключительно на мечах, используя техники и приёмы фехтования… боюсь, тебе верх не одержать.

— Вы удивительно самоуверенны в своём мастерстве.

— Я не самоуверенна, просто я знаю, как оно будет, Юнксу, вот и всё.

— Это всё из-за вашего… как вы сказали, таланта?

— Талант, дар, называй это как хочешь. Меч будто всегда был продолжением меня самой. Это передавалось из поколения в поколение от самых наших предков, который когда-то владели мечом на невиданных высотах.

— А когда вы коснулись… ну вот этого, тени в потоке, что-нибудь изменилось?

— Нет, ничего.

Блин, это… я бы сказал, что странно, но здесь скорее удивительно.

— И это всё из-за таланта, который передавался вам по наследию, да?

— Да. Чтобы ты понимал, насколько он силён, даже с моими ступенями и уровнями я владею мечом лучше, чем Пейжи, хотя должно быть наоборот.

— Даже с вашими ступенями? — не понял я.

Лисица вздохнула. Совсем негромко, скорее мучительно выдохнула, пытаясь взять себя в руки или решить какую-то очень сложную для себя задачу. Хотелось бы мне знать, с чем она действительно внутри себя борется, но… как понять человека, который ничего о себе не рассказывает?

— Моя структура повреждена, — наконец произнесла совсем негромко она. — Не так сильно, чтобы полностью лишить меня возможности подниматься по ступеням, но вполне достаточно, чтобы обычному человеку это было невозможно.

— А вы… необычный человек? Из-за таланта?

— На каких ступенях можно перейти со стадии Закаливание Меридиан на следующий уровень? — спросила Лисица меня, словно проверяя мои знания.

— Там их… десять вроде. И переход на второй уровень с третей стадии первого уровня, кажется, происходит… с шестой по десятую, да?

— Я перешла на уровень Становления будучи на четвёртой ступени, — ответила она совсем невесело.

Люнь тихонько присвистнула, а вот я не совсем допёр.

— Это… нехорошо, да?

— А Окрепление Ядра закончила на пятом, хотя там минимальной считается шестым. У меня наполнение сосуда всего лишь десять ступеней, хотя считается, что невозможно его закончить, пока не достигнешь двенадцати. Я практически не очистилась, всего две ступени. Ты понимаешь, насколько разрушена моя структура? Настолько, что она не способна подниматься по ступеням, пусть до сих пор и существует во мне.

— То есть, вас буквально тащит ваш дар? — уточнил я.

— Дар, сила моего рода, наследие предков — да, Юнксу, именно он позволяет мне подниматься. Настолько силён мой дар, сила которого накоплена поколениями, что даже я с повреждённой структурой смогла подняться аж до уровня Священного роста Познания Жизни.

И именно поэтому она считает, что не сможет уже пройти восьмой уровень — из-за повреждённой структуры, которая не сможет выдержать дальше. Как она говорила? Это как каркас, да? Что-то типа фундамента, и чем фундамент крепче, тем больше на него можно настроить. И если это переводить на Лисицу, то там дом едва ли не верх дном построен.

— А как так получилось, что у вас структура повреждена?

— Я думаю, что этот вопрос можно оставить на потом, — заместо Лисицы ответила Люнь. — Не отвлекай ей, пусть она займётся лучше твоими глазами.

Окей, принял-понял, молчу.

Прошло, наверное, полчаса, когда Лисица вновь подала голос.

— Когда обучение закончится, я смогу дать тебе твоё второе имя.

— Как ваше?

— Как моё, Чёрная Лисица, да.

— Да у меня уже есть. Кровавый Упырь, вроде как, — усмехнулся я криво.

— Да, я наслышана Кровавый Упырь или Тёмный Жнец. В Ёхендхае тебе поспешили дать довольно занимательные имена.

— Мне нравится Тёмный Жнец. Звучит угрожающе.

— Слишком мрачно. Я бы дала тебе имя Ласточкин Хвост.

— Э?! В смысле, Ласточкин хвост?! Может вы имели ввиду Ласточка Бури?

— Нет, Ласточкин Хвост.

Я вот чувствую, что Лисица подстёбывает меня, слишком уж серьёзным тоном она это произносит.

— Нет, я предпочту быть Тёмным Жнецом. Мне бы ещё меч, как у вас, такой же чёрный и вообще было бы идеально. Кстати, а меч у вас тоже передавался по наследию?

— Нет, я его добыла. Сама, — ух сколько гордости в голосе. — Когда я была ещё молода и только поступила в секту, мне разрешили посетить библиотеку во внешнем круге, где я нашла старые легенды об одном мече, что был захоронен в землях Дасенлина под взором ядовитых стражей, что день и ночь бдят, чтобы никто его не вынес.

— И вы его забрали.

— Да, я его забрала. Было сложно, было неприятно, было местами опасно и больно, но даже встреть я полчища ядовитых тварей, не остановилась бы.

Ядовитых тварей… что-то знакомое…

— А ядовитые твари были не пауками случайно? — поинтересовался я с подозрением.

— Пауками, — невозмутимо подтвердила она.

Блин, серьёзно? Из того места, где я провалился в пещеру с пауками, меч утащила Лисица?! Так вот кто мой меч украл!

— Вижу недовольство на твоём лице, — заметила Лисица.

— Это был мой меч, — буркнул я.

— О как, значит твой меч? И с чего это вдруг?

— Потому что я провалился в ту пещеру, а его там не оказалось. Он должен был достаться мне как вознаграждение.

— Значит тот факт, что я унесла его ещё задолго до твоего появления там, тебя не смущает, верно понимаю?

— Ни капельки.

И меня ущипнули больно за нос.

Эх, несправедливость и боль…

А тем временем мы продолжали двигаться на запад всё дальше и дальше. Привалов становилось всё меньше при том, что сами привалы становились всё дольше и дольше, чтобы все могли нормально отдохнуть между долгими переходами. И так ровно до самого момента, пока мы не остановились на несколько дней. И на мой вопрос, почему мы не двигаемся дальше, ответил, как не странно, Бао.

— Лисица решила, что она должна поставить тебя на ноги, — поделился со мной он. — Собственно, думаю, мы все так думаем. Уж больно неудобно с тобой, слепым, двигаться в перёд.

— Что-то произошло?

— Произошло? Нет. Просто самый сильный из нас должен быть всегда дееспособен, верно? Особенно, когда нам предстоит очень нелёгкий переход, как мне кажется.

Сначала я не понял, о чём он, а потом как сообразил… Но Бао озвучил мои мысли быстрее.

— Думаю, ты захочешь на это взглянуть, Юнксу, своими глазами. Мы у самого края земли.

Глава 292

— Получается, мы подошли к середины огненных земель? — спросил я.

— Да можно и так сказать, — ответил Бао. — Насколько мне известно, трещина пересекает эти земли от и до, обойти её можно будет только по самому краю, однако тогда ты можешь смело накидывать ещё несколько лет пути, пока мы его обогнём и вернёмся обратно.

— Быстро как-то… Сколько прошло, месяца два пути до сюда?

— Эти земли не настолько огромны, как пустыня или те же леса Шаммо, однако малое расстояние нивелируется сложностью их прохождения. И, думается мне, самое сложное у нас впереди. Как только пройдём это место, станет проще. Но это когда мы пересечём это место.

Вообще, мы в этих землях были даже больше, три месяца, если я правильно считаю. Два месяца плюс-минус мы двигались сюда, и один мы сидели здесь, помирали от жары на маленьком клочке земли благодаря мне — Лисица всё это время неустанно исцеляла мне глаза, каждый день упорно сидя рядом со мной и прикладывая свои ладошки к моим глазам.

Ощущение вернуть глаза были… сложно описуемыми. Такое ощущение, будто я первый раз в жизни взглянул на мир своими глазами, а все мои прошлые воспоминания не более чем собственная фантазия.

Мир был… ярким. Мрачным и ярким, какими бы антонимами эти слова не были.

В серости и копоти, где потихоньку, словно снег, опускалась зола и пепел, а небо было тёмным, как перед грозой, лёгкий снег, земля горела ярко-жёлтым лава до самого горизонта. Конечно, я видел этот пейзаж и до этого, однако сейчас, после того как я провёл в слепоте около месяца или полтора, он выглядел особенно ярко, прямо насыщенно до мурашек по коже

— Не смотрю долго на свет, — предупредила Лисица. — Твои глаза должны привыкнуть.

— Да они уже привыкли.

Лисица вдохнула, после чего взяла мою голову между ладоней и повернула к себе, заставив встретиться взглядом. Её немного тёмные уставшие глаза вызвали у меня жалость.

— Вот так-то лучше, Юнксу. Не порть зрение, которое я с таким трудом тебе вернула, будь так добр.

— Вам стоит выспаться, Чёрная Лисица перед тем, как мы двинемся дальше, — предупредил я.

— Знаю. И обязательно этим займусь.

Хотя выспаться в такой жаре было очень сложно. Мы как какие-то индейцы до сих пор ходили в одних трусах (а Джа и вовсе голой), благодаря чему я успел привыкнуть к такому зрелищу, насмотревшись на их груд настолько, что она уже не вызывала у меня никакой реакции. Ну сиськи и сиськи, даже Лисицы.

Пара дней у нас ушла на отдых, когда мы все то и делали, что просто лежали, отдыхали и высыпались, готовясь к достаточно долгому и трудоёмкому переходу. А был он таковым потому, что дальше не было видно ни единого намёка на то, что нам среди этой лавы встретится земля.

Собственно, так оно и было.

Когда мы выдвинулись вперёд, первые сутки нам пришлось провести в воздухе, так и не встретив ни единого намёка на сушу. Летели без остановок целый день, а так и не встретили даже самого маленького участка земли. Повсюду от горизонта до горизонта нас окружала ярко-жёлтая лава. И спать нам пришлось в буквальном смысле над лавой поочерёдно.

Но, в принципе, мы были готовы к чему-то подобному. И вооружившись пилюлями Бао, которые восстанавливали силы, мы поделились на смены, где сначала Лисица спала у меня на руках, привязанная ко мне на верёвке, а потом я у неё. Выглядит со стороны, наверное, смешно, но выхода не было — приземлиться-то негде.

— Словно мы на поверхности солнца… — пробормотал я, держа на руках сопящую Лисичку. Она спала на удивление мило и мирно в моих руках, такая безмятежная и спокойная, что прямо не узнать. — Куда не глянь, повсюду ярко-жёлтая горящая поверхность.

— Да уж, точное сравнение… — согласилась Люнь.

— Если бы я умел телепортироваться, то проблем бы не возникло.

— Но ты не умеешь, поэтому не имеет смысла об этом думать.

Да, на этом уровне я уже должен уметь телепортироваться, однако этому надо учиться, упорно учиться. Может у кого-то подобное и не вызовет проблем, но стоило вспомнить мой первый полёт, и станет понятно, почему я не рискнул здесь учиться телепортироваться. Меньше всего мне бы хотелось случайно обнаружить самого себя где-нибудь на дне моря лавы, если честно.

А ведь телепортация была не единственной фишкой этого уровня. Я мог… искривлять реальность, насколько мне известно, и даже замедлять время. Не останавливать, а именно замедлять, что могло быть очень полезно в бою. А вот что значило искривлять реальность, для меня было загадкой.

Представляю, как мы выглядели со стороны: три висящих человека на бескрайними просторами лавы — я, Совунья и Джа, которые держали на своих руках трёх человек и Зу-Зу. Проблема была разве что с Бао, который был слишком слаб, чтобы держать кого-то.

Но здесь уже проблема решалась мной — девятый уровень давал свои бонусы, включая большую выносливость, и я мог достаточно долго не спать и висеть вот так в воздухе с человеком на руках. Так что первая ночёвка прошла вполне спокойно и удачно. И ко второму дню мы добрались до того самого знаменитого края земли, о котором складывали легенды.

Честно признаться, он меня впечатлил гораздо больше, чем прошлая трещина. Огромная бесконечная пропасть, в которую по всей её длине насколько хватало глаз срывались водопадом тонны лавы. Огромный бескрайний ниагарский водопад лавы в бездну, где бесследно исчезала во тьме. В черноте, куда не проникал луч солнца, и которая уходила к самому горизонту впереди нас, сливаясь там с тёмным мрачным небом.

Край земли…

И ведь легенды не врали. Здесь, можно сказать, действительно горели земли до самого горизонта, а потом был край, за которым ничего не было. Уверен, что именно таким его представляли люди нашего мира — бездна до бесконечности, пока она не встретиться с горизонтом.

И, если честно, пугала она меня куда больше, чем лава подо мной, потому что лаву я-то видел, а вот что находится там во тьме — нет. Но почему-то уверен, что ничего хорошего.

— Красиво, да? — спросила, Бао.

— Могу представить, как было весело преодолевать это тем солдатам. Хотя они, наверное, летели над тучами, — ответил я. — Как долго его преодолевать?

— Да примерно столько же, сколько и лаву — чуть больше суток. Заночевать, скорее всего, придётся прямо в воздухе.

От меня не утаилось, как в этот момент поморщилась Лисица. Кажется, ей ночёвка в воздухе пришлась совсем не по вкусу.

Но ни у неё, ни у нас выбора просто-напросто не было. Никто не собирался тратить несколько лет, чтобы обойти этот барьер, а потом ещё несколько лет, чтобы вернуться сюда же, но уже с другой стороны. Куда проще было потратить месяца четыре на переход и напрямую добраться до той стороны. Да и куда быстрее, а риски примерно те же.

Лететь над бездной оказалось тем ещё удовольствием.

— Мне кажется, будто из тьмы на нас кто-то смотрит… — пробормотал я, глядя вниз.

— Не смотри вниз, чтобы не испытывать этого чувства, — посоветовала Чёрная Лисица.

— Не могу, я уже посмотрел, — пробормотал я. — Как вы думаете, нас попытаются утащить вниз как и в прошлый раз?

— Юнксу, прекращай, — поморщилась моя мастер.

— Блин, мне даже интересно, что там обитает…

— Мне кажется, что только тебе, — ответила Люнь. — Вот мне — ни капельки. Я бы обошлась без таких знаний, честно.

— Нет в тебе авантюризма, Люнь, — вздохнул я.

— В ней нет глупости, свойственной слишком любопытным, — ответила Лисица. — Я бы предпочла пересечь эту бездну за раз, будь это возможным, но нам придётся остановиться всё же на ночлег. Юнксу…

Лисица поманила меня к себе пальцем.

— Что?

— Ложись сейчас спать. Сегодня ты опять не будешь спать всю ночь.

Спать в объятьях Лисицы… Хотя и не только в её, меня ещё и Джа несла на руках, и Совунья. Короче, я обо все сиськи успел потереться на радость моему мальчишечьему сердцу. И первенство, как это не прискорбно, вынужден был отдать Совунье. Эту аутистку бог одарил самыми мягкими и полненькими грудями из всего женского состава.

Как говорится, дуракам везёт.

Спасли мы, как и в прошлый раз, по очереди. Вернее, я совсем не спал, а другие были вынуждены тасоваться между собой из-за Бао, который никого удержать не мог. И я хочу сказать, что в моральном плане висеть над лавой было куда легче, чем… здесь. Да, жарко, но там я видел замелю, а здесь…

А здесь мы просто висели во тьме, которая нас окружала повсюду, будто я вновь оказался в чарах Чи Ю, который пытался разрушить мою душу. Сверху, снизу, слева, справа — повсюду непроглядная тьма.

— Люнь, что-то мне неуютно здесь, — пожаловался я, поглядывая вниз.

— Вряд ли я смогу тебе чем-то помочь, Юнксу, — вздохнула она.

— Нас кто-нибудь сожрёт, как пить дать.

— Да ну тебя и твой язык, вот скажешь тоже, и сразу беду на нас накликаешь, — фыркнула она.

Но беда не могла накликаться, если она и так всегда была рядом. Под нами. Собственно, сама бездна и была одной большой бедой, над которой мы зависли, словно планктон над китом, просто мы этого не понимали до поры до времени. В конце концов, этот мир не зря был полон тайн, некоторые из которых не было суждено раскрыть.

Как, например, тайна летающих светящихся огоньков, которые возникли где-то на границе видимости, едва различимые в абсолютном мраке, где мы зависли.

— Люнь, а Люнь, скажи-ка мне пожалуйста…

— Что?

— Вон там огоньки, ты их видишь? Во тьме?

— Где именно?

— Там, — я поднял ногу по направлению странной хрени, которая у меня вызывала вопросы, сейчас сбилась вдали от нас в стайку. — Вон, видишь?

— Кажется… вижу… — напряжённо ответила Люнь.

— Значит это не мои глюки, — выдохнул я облегчённо, но лишь для того, чтобы напрячься вновь. — Если это не мои глюки, то это не значит, что нам надо бы сваливать по-хорошему прямо сейчас?

— Я… мне кажется, что значит… — тихо ответила она, будто став меньше.

Видимо у неё желания узнавать, что там за тварь такая было ровно столько же, сколько и у меня.

— Чёрная Лисица, Чёрная Лисица, просыпайтесь, слышите, у нас проблема, Чёрная Лисица… — начал я трясти её, поглядывая на огоньки, после чего позвал других. — Джа! Стрекоза!

Даже парить вот так было достаточно сложно долгое время, поэтому не удивительно, что они были слегка сонными и вымотанными. Но тем не менее их реакция их была довольно странной — они повернулись ко мне практически синхронно, но при этом смотрели в мою сторону пустыми, совсем пустыми глазами.

— Э-э-э… вы же меня слышите, да? — неуверенно спросил я. — Джа? Стрекоза?

Ноль ответа.

Так, окей, я понял, всё очень плохо. Сейчас бы время испугаться (собственно, я уже боюсь), однако я же девятый уровень, верно, а значит мне всё ни по чём.

— Чёрная Лисица, Чёрная Лисица, вы меня слышите? Лисица?! Лин! — я тряс тушку в своих руках, пытаясь понять, почему она нихрена не просыпается. — Бао! Млять, да хоть кто-то здесь кроме меня ещё не спит?!

— Я не сплю, — ответила Люнь, заставив обратить на себя внимание.

— Да я вижу, что ты не… — мои собственные слова застряли у меня в глотке на полуслове, когда я посмотрел на неё. — Люнь, а… что с твоими глазами?

— А что с моими глазами? — удивлённо спросила она.

— Твои глаза они…

Абсолютно чёрные, словно у какого-то демона из библии.

А потом до меня дошло. Даже не дошло, а я кое-что почувствовал от Люнь, чего чувствовать от родной подружки не должен был.

Опасность. Смертельную опасность.

— Ты не Люнь, — слегка отдалился я от хрен знает что назад.

— Юнксу, о чём ты таком говоришь? — пробормотала она, глядя на меня испуганными глазами, но…

— Херотень, я на уровне Грандмастера Вечных, думаешь, я не смогу отличить свою подругу от твари вроде тебя? — спросил я негромко.

Псевдо-Люнь смотрела на меня, будто пытаясь понять, что за бред я сейчас несу, после чего… растянулась в жутковатой улыбке как в одном фильме про правду или действие.

— Юнксу, а чего ты боишься больше всего? — негромко спросило меня подобие чего-то живого.

Не думаю, что ответ этому вообще требовался, так как я рта не успел раскрыть, как оно оказалось прямо передо мной. И может в любой другой ситуации я бы испугался, но в этой сделал как повелело моё доброе сердце.

Я порвал твари пасть.

В прямом смысле этого слова.

Не думаю, что оно этого ожидало, однако едва оно оказалось передо мной, что как мои пальцы уже воткнулись твари в пасть, выбив передние зубы, после чего резкий рывок, и оторвал ей башку с корнем. Отбросил в сторону и огляделся: ни Лисица, ни Джа, ни вообще кто-либо не проснулся, на что можно было предположить только одно — они все под воздействием чего-то, какой-то техники или способности. А значит…

— Да будет тьма… — пробормотал я, после чего от души выпустил из себя ауру тёмной Ци.

…

… …

Я очнулся довольно быстро не в последнюю очередь от свиста ветра в ушах и потока воздуха, который бил мне в спину. Слегка повернул голову в бок и увидел, как рядом, буквально в метре с растрёпанными на ветру волосами летит Лисица.

Летит вместе со мной.

Вниз.

В бездну, которая скрывала в себе что-то нехорошее, что-то голодное и жуткое, но при этом достаточно умное и сильное, чтобы умудриться усыпить на всех, включая меня, сраный девятый уровень. Зу-Зу, и тот спал как убитый. Одним словом, твою мать, вот тебе сука и поспали…

— Джа! Твою мать, Сова, Стрекоза!!! — крикнул я пытаясь перекричать свист ветра и разглядеть остальных.

Мы летели всё ниже и ниже, и что-то гложут меня сомнения, что нам ещё долго лететь.

— Стрекоза! Джа! Да твою мать… — выругался я, не в силах рассмотреть их. Выхватили из ножен меч, и с первого раза заставил его вспыхнуть ярким светом, который откачал из меня заметно много энергии, но тем не менее позволив разглядеть в метрах тридцати от себя ещё несколько человек.

Развернувшись в воздухе, предчувствуя опасность где-то совсем близко, я нырнул прямо туда, где они были, выловив сцепку сначала Джа и Стрекозы, а потом Совуньи и Бао, после чего резко дёрнул вверх.

Буквально в метрах ста от… десятков огоньков ниже, которые висели во тьме, будто собравшись на пир.

Не в этот раз, суки…

И с этой мыслью резко пошёл наверх.

Я даже не представлял, как понять, что мы поднялись достаточно, поэтому просто поднимался вверх, чувствуя, что опасность нихрена от нас не отставала. Красные огоньки, чем бы они ни были бросились в погоню, поднимаясь не медленнее, чем мы сами. Голод, голод-голод-голод — я чувствовал это в мозгу, пульсирующее чувство, которое источало что-то снизу. Недовольное, что его добыча уходит и готовое за него пободаться. Я бы мог отдать ему Бао, но вряд ли он на этом остановится…

Сука… всё через жопу…

Хуже было то, что в этой гонке огоньки оказались на редкость быстрыми, и медленно, но верно нагоняли нас по вертикали, как бы я сейчас не топил вверх.

— Да чтоб тебя… — выругался я, переложив все связки своих товарищей в одну руку, другой вытащив меч. — Чтобы ты млять там ни было, я предупреждаю! Грохну, даже не задумываясь!

Вряд ли мои слова испугали тварей снизу, но скорости они однозначно добавили. Сейчас я мог жахнуть по ним со всей дури тем же ударом, что убил Чи Ю, но боюсь, тогда мы можем и не вылететь отсюда — неизвестно, сколько нам придётся провести в воздухе и насколько хватит после такого меня.

Да только…

Только поздно было об этом думать.

Я замахнулся мечом, тихо пробормотав:

— Пожалуйста, сработай, иначе мы здесь все поляжем…

И с этими словами взмахнул мечом наотмашь.

Вспышка была как при сраном ядерном взрыве, который, к слову, выжрал у меня энергии не меньше. Но удар, сорвавшийся с моего меча того стоил. Осветив округу, насколько это было возможно, он ушёл вниз, врезавшись в…

Что-то.

Что-то огромное, что-то, что невозможно описать, так как просто не с чем сравнить. Это… просто есть. И оно под ударом меча отступило, тем самым дав нам возможность немного оторваться.

Выше, ещё выше, я мчался, как ужаленный в жопу, пытаясь оторваться от, как оказалось, одного единственного преследователя, и… к своему удивлению, буквально почувствовал, как неожиданно вылетел из бездны на поверхность.

Вокруг пусть и было темно, но совсем не так, как там, в бездне, куда не проникает свет от слова совсем. Здесь чувствовалось, что мы находимся над бездной, а не в ней. А значит самое время было удирать дальше…

Да только даже втапливая полный газ, несясь к горизонту, я не мог удрать от того, что выросло позади. От того, что сидело всё это время внизу и выскочило во всей своей красе прямо перед нами, настолько огромное, насколько это было возможно.

И сейчас, глядя на неё, единственное, что я мог сказать о существе — у неё были щупальца, громадные, размером с поезд, щупальца, которые колыхались повсюду, словно волны.

Везёт мне на кракозябры, ничего не скажешь.

Резко остановившись, я вновь выхватил меч, направив его на существо, на фоне которого я был не больше мушки. Знаю, висящий чел со связкой людей в одной руке и вытянутым мечом в другой должен выглядеть смешно против огромной твари, которая заслоняла собой одну из сторон света, горя десятками глаз, словно фонариков, да только и я не очень хотел становиться простой закуской для этой хрени.

— Хочешь испытать мою силу, тварь? — негромко прохрипел запыхавшийся я, указывая на неё кончиком меча. — Готова поиграть с судьбой?

Я… я боялся, честно признаюсь, да и кто бы не боялся? Но тут было понятно, что лети — не лети, а всё равно тебя нагонят. А раз другого выбора нет, я был готов бахнуть от души, если это понадобится. Не собираюсь сдохнуть здесь в пасти какой-то твари, которая неожиданно вылезла изнеоткуда.

Хотя… собственно, почему бы и не бахнуть?

С этой мыслью я направил все свои силы в меч, запитывая его до состояния солнца, пока он не начал светиться так ослепительно, что глазам больно было на него смотреть, после чего…

— Бах… — шёпот покинул мои губы, и всю округу залило ослепительным светом.

…

… …

…

— Юнксу… Юнксу, ты чего, уснул что ли? Юнксу… — кто-то тормошил меня за плечо, и я, вздрогнул, распахнув глаза.

Передо мной висела Люнь. Нормальная Люнь, с нормальными глазами и нормальной аурой доброй подруги, которую я практически сразу узнал. Он смотрела на меня встревоженно и слегка настороженно, будто пытаясь понять, что со мной не так.

— Юнксу, что-то лучилось?

Случилось?

Я быстро огляделся по сторонам, но Джа и Совунья висели рядом, на своих местах, при этом тоже поглядывая на меня. Встретившись со мной взглядом с Бао на руках, Совунья негромко произнесла.

— Если ты засыпаешь, разбуди Лисицу. Лучше не рискуй.

Засыпаю?

Наверное, я сейчас выглядел как идиот, который пытается понять, что вокруг происходит, но… я, собственно, и пытался понять, что вокруг происходит. Потому что то, что я видел до боли было похоже на реальность, и… я даже чувствовал, как мои силы конкретно так убавились. Словно я действительно жахнул два раза из меча в кого-то.

Значит всё-таки не снилось…

— Юнксу, что-то не так? — Люнь проследила за моим взглядом вниз.

— Надо сваливать, у нас незваные гости, — хрипло ответил я и повернулся к другим. — Лунная Сова, Джа, снимаемся с якоря, нам надо двигаться дальше.

— Сейчас? — уточнила Сова. Что-то…

— Происходит, надо уходить, сейчас. Мы должны как можно быстрее перебраться через пропасть. Выспимся на другой стороне…

Как же заипал меня этот край земли, если честно, поскорее уже бы выбраться из него в нормальные земли.

Я бросил взгляд вниз.

Там, во тьме, будто подмигнув напоследок, мигнули десятки огоньков, прежде чем скрыться во тьме. Но даже так, я чувствовал, что за нами продолжают наблюдать. Пристально наблюдать.

Глава 293

Горы Чичи шли поперёк всего огромного континента, будто деля его специально пополам. Они, будто надёжная стена, закрывали эти края от того, что находилось по ту сторону. Возвышаясь под голубым небом, высоченные, их вершины покрывали снежные шапки, которые, казалось, касались самого небосвода. Даже само название в переводе что значило «опора» говорило само за себя.

Мало кто из людей, кто видел горы издалека, задумывались, что находится за ними. А те смельчаки или охотники за ингредиентами, кто пересекал их вершины, рассказывали о бескрайних каменных полях, что заканчивались реками и морями огня.

Их высоченные заснеженные пики переходили в крутые каменные склоны, которые ниже плавно перетекали в предгорные луга. Широкие и зелёные, колыхающиеся и переливающиеся волнами на ветру те заканчивались лесом, чьи кроны мирно покачивались. И этот лес убегал до самого горизонта, иногда рушимий лишь лугами да реками.

И сейчас по их каменистым склонам гор Чичи спускалась небольшая цепочка из шести человек и одной собаки. Друг за другом не спеша, пока вокруг них, ловя бабочек носилась собака. По крайней мере именно так могло показаться со стороны для обычного обывателя, увидеть он случайно в такой глуши их.

Но таких здесь не было. Семёрка была один на один со спокойной и приветливой природой.

* * *

— Быстрее было бы спуститься пешком, — вздохнула Лисица, рукой проведя по верхушкам зелёной травы.

— И пропустить всё это? — не сдержал я улыбки. — Блин, Чёрная Лисица, когда в последний раз вы видели зелень? Я имею ввиду не эти золотые луга и густые джунгли, где тебя пытаются изнасиловать насекомые и отложить в тебе яйца, а именно зелень? Обычную зелень, луга, лес?

— Ты романтик, — вынесла она вердикт.

— Как и ты, — негромко вставила Совунья.

Я просто хотел насладиться моментом. Хотел не пролететь, пропустив мимо, а именно пройти его. Почувствовать этот плавный переход между безжизненными землями и цветущим миром, где мы с каменных склонов ступаем сначала на луга вдоль гор, а потом входим в лес.

Да и вообще, сколько я не видел нормальный лес? Много, очень много. Ладно джунгли, но потом эти гористые степи, а следом пустыня, после которой шёл вообще голый камень, лава и бездна. Мне кажется, здесь вообще каждый бы соскучился по чему-то зелёному.

А тут…

— Пахнет зеленью…

— Здесь везде пахнет зеленью, — ответила Лисица.

— В команде всегда найдётся тот, кто разрушит всю атмосферу, — буркнул я.

А тем временем мы медленно вошли в лес. Над головой миролюбиво запели птицы, зашелестела листва приветливо, и лес встретил нас тенью и приятной прохладой леса. Трава здесь была заметно короче, чем на лугу. Повсюду виднелись цветы и даже грибы. То тут, то там пробивались сквозь кроны лучи света.

Ярко, солнечно, зелено, практически сказочно. Но ещё лучше, если бы…

Бинго!

Инал, сегодня твой день.

Едва мы немного углубились, как наткнулись на небольшой такой ручей, который журчал на всю округу по камням.

— Каеф… — выдохнул я, скинул вещи на землю, после чего просто лёг на траву, прямо рядом с ручьём, закинув за голову руки.

— Что-то ты рано разлёгся, — сказал Бао, пройдя мимо к ручью. — Ещё солнце в зените, а нам идти и идти.

— Хрен с ним, с солнцем, у нас привал до самого вечера, — отмахнулся я. — Заслуженный привал после всего, что мы там, на краю земли натерпелись.

— Да я бы не сказал, что мы там натерпелись.

Не сказал бы он… Ну конечно, не ему же пришлось тогда сражаться над бездной за жизнь всех. Я так и не понял, что это было, глюки или одна из реальностей, или ещё что-то, но это точно было наяву и никто почему-то не помнил. Тайна мира, которую я бы тоже предпочёл забыть.

А вообще да, наше путешествие было не таким уж и сложным после той расщелины. Мы долетели до другого края, где лава так же ниагарским водопадом спадала вниз и летели ещё достаточно долго, прежде чем в этом жёлтом море начали появляться островки суши. Ну а дальше всё точно так же, только в обратную сторону: меньше лавы — больше земли, парочку раз мы попали в зону подавления Ци, пока в конце концов не вышли к равнинам, где кроме камня ничего не было.

А там уже и подошли к эти охрененно высоким горам, где я не поленился остановиться на самой вершине и окинуть округу взглядом, стоя по колено в снегу.

Вид на бесконечные леса с речками и лугами, которые выглядели как зелёный мягкий ковёр, который моль поела, захватывали дух. Вот реально, после всей этой серости, желтизны, песка, пыли и прочей ерунды это было глотком свежего воздуха.

И именно в тот момент я понял, что хочу просто спуститься на своих двоих с горы и пройти до самого леса. Почувствовать этот переход будто в мир живых, почувствовать себя, в конце концов, простым человеком, а не монстром, способным резать сами горы.

Поэтому…

Поэтому каеф…

Лежишь, камень острым концом тебе в спину упирается, над головой листва двигается, через прорехи которой видно голубое небо, птицы поют, ветер гуляет — что ещё нужно для счастья? Блин, я скучал по такой природе…

Лисица смотрела на меня, смотрела, после чего взяла и тоже легла рядом, сложив руки на животе, а под голову положив сумку. Так молча мы и смотрели на небо через листву, пока другие медленно расходились по округе.

Зу-Зу помчался кого-нибудь жрать. Стрекоза забралась на дерево, чтобы не сто кем-нибудь, кого он сожрёт. Джа, немного подумав, легла около меня с другой стороны на манер Лисицы. Совунья так и вовсе пошла к ручью, села на берег и опустила в воду ноги, тихо выдохнув. Ну а Бао…

— Смотрю, вы решили все стать едиными с природой.

— Да, — просто ответил я.

— Ну что ж… пойду, осмо…

— Никуда не отходишь, — сразу обрубил я его.

Если кто-то подумает, что Бао вот так просто успокоится, то он ошибается. Такие как Бао никогда не успокоятся и опускают они руки лишь когда этих самых рук у него нет. Оглянуться не успеешь, а он уже седлает какую-нибудь пакость. Как пример, отравит нас и попытается взять право голоса на решение вопросов. Да способов вообще много, а он не из тех, кто будет долго терпеть ошейник, так зачем давать возможность?

— Да куда я денусь… — начал было он с усмешкой, но я был непреклонен.

— Здесь, в зоне видимости, Бао, иначе я тебе ещё и ногу отрежу, чтобы далеко не убегал.

Тот что-то проворчал, да и смолк. Понимал, что его мнение здесь вообще никого не волнует.

Так мы и пролежали около получаса, за которые Зу-Зу успел притащить к нам какого-то зайчонка и на наших глазах его сожрать, после чего сесть под деревом и глядеть на Стрекозу, изредка облизываясь.

А Лисица, явно устав вот так валяться, присоединилась к Совунье, которая сейчас разделась и полностью легла в ручей. Я проводил её взглядом, ещё раз отметив про себя, что смотреть на раздевающихся девушек интереснее, чем просто на голых. К тому же за время нашего путешествия я там вообще у всех всё успел рассмотреть. А сейчас они оделись, едва мы вышли из земель, нацепив на себя то, что было.

Надо бы постираться, кстати говоря…

— Наверное, здесь и разобьём лагерь, — зевнул я, вставая. — Подготовимся к путешествию дальше. Бао, какой здесь у людей средний уровень? Сойти за них сможем?

— Простых? — уточнил он.

— Да всех, наверное. Начнём с простых, а там потом солдаты и так по возрастающей.

— Ну если с простых начать, то думаю, что около… пятого. Было, по крайней мере.

— То есть почти все при талантах? — уточнил я.

— Ну да, правда сразу скажу, что многие выбирают ремесленные таланты.

— И такие бывают? — удивился я.

— Конечно. А талант сделать меч? Или талант построить крепкий дом? Хотя опять же, не все за ним ныряют, так как не всем он просто нужен, а риски, если ты помнишь, так или иначе имеются.

— Не вернуться, — ответил я.

— Верно, — кивнул он. — Солдаты уже идут от седьмого до девятого, я точно не скажу, но примерно так. А десятого уже личные телохранители императора и всякие важные шишки, которые добились статуса своими силами. Одиннадцатый… я не знаю, если честно, есть или нет их сейчас. Раньше изредка встречались, поэтому, наверное, есть.

В этот момент я покосился на Люнь.

Я помню, как она говорила, что застряла на десятом уровне Повелителя Духов и видела всего одного одиннадцатого в то время, как Бао говорил уже о нескольких. Видимо, за то время, что её не было, люди всё-таки смогли найти дорогу к уровню Повелителя Мира. Это и хорошо, и плохо. Хорошо — можно найти ингредиенты, скорее всего. Плохо — у сильных мира сего точно есть одиннадцатые, и учитывая, против кого я иду, они обязательно должны встретиться и мне.

Возможно, встретятся даже двенадцатые…

— Надо будет поднять девушек хотя бы до шестого уровня, — посмотрел я на Лисицу и Совунью. — Накачать их, чтобы быстрее выросли, иначе потом проблем не оберёшься.

— Зачем, если у нас есть ты?

— За тем, чтобы поднять общий уровень группы.

— Ну если так, то это можно сделать, достаточно просто найти место силы и пичкать их пилюлями.

Насколько я знаю, Совунья и Лисица за время нашего путешествия уже успели взять третью, и на подходе как раз была четвёртая ступень. Если где-нибудь остановиться, то думаю, Бао с пилюлями сможет их быстренько поднять до шестого. Быстренько, в нашем случае, могло значить что-то около от полугода до года или даже больше. Сколько там, неделя на прокачку и месяц на отдых? А ступеней у нас тридцать? Ну… два с половиной года?

Мля, это много. Многие для сохранности или из-за отсутствия денег идут именно таким путём, но может с Бао мы как-нибудь ускоримся, я не знаю. Там всяких успокоительных наделаем или ещё чего.

Было неописуемо приятно делать лагерь в лесу. Сразу вспомнились старые добрые деньки семь лет назад, когда я вот точно так же делал себе лагерь (только долговременный) и жил в нём. Можно сказать, возвращаюсь к истокам, ёптить.

Сделал навес, набрал хвоста, выложил камнями из реки костровище, после чего отправился на охоту.

— Зу-Зу, за мной, будем искать жрать.

А то хочется свежего сочного мяса на огне и думаю, что другие будут со мной солидарны. А то одно лишь мясо с солью, да маринованные овощи. И то, под конец мяса не было и остались лишь противные кислые овощи. Слава богу, что я могу обходиться без еды, потому что судя по кислому лицу Совуньи и Лисицы, которые жевали их, питаться ими было не очень.

Охота тоже была достаточно доброй. Буквально час, и мы наткнулись на обычного кабана, которого Зу-Зу с разгона и повалил, вцепившись ему в холку. Через мгновение появился я, одним ударом в череп добив наш обед.

Поэтому на этот день, да и на все последующие мы были обеспеченны едой. Оставалось лишь найти место, чтобы подтянуть Лисицу и Совунью повыше. Правда сказать было куда сложнее, чем это сделать, так как никто не поставит табличку с надписью «здесь есть источник Ци», а все известные давно уже были заняты сильными сектами. А значит или ищи какой-нибудь, или отжимай, или договаривайся.

— Для начала надо бы найти такой источник, если мы собираемся подбиться к уже занятому кем-то, и я не говорю про секты, так как они сами тебя пододвинут, если понадобится, — прояснил Бао ситуацию.

— Знаешь такие?

— М-м-м… нет. Вернее, знаю, но они все заняты.

— Ты точно пилюлями поднять их не сможешь? — указал я взглядом на наших дам.

Лисица, Совунья и Джа со Стрекозой как раз занимались стиркой. По крайней мере Стрекоза пыталась стирать, повторяя всё за другими, но выглядело похоже на то, как Зу-Зу ручки моет. Заставили нас тоже раздеться, сказав, что выглядим и воняем как бездомные. Вот не знаю, мы с Бао себя понюхали и вроде ни чего так ещё, ходить можно, да и выглядим мы вполне себе нормально, но разве их переубедишь? Нет, вы воняете, раздевайтесь.

Пришлось раздеться и наблюдать, как они стирают наши пожитки, обсуждая планы.

— Может Пейжи и смог, — задумчиво пробормотал он, — но с Лин отдельная ситуация.

— Сломанная структура, — кивнул я.

— Повреждённая, но легче от этого не становится. Ей будет сложнее подниматься по ступеням, чем её подруге, поэтому нам критически важно найти источник. Или просто оставим их такими. Пятый уровень должен быть здесь нормальным для обычных людей, а значит и они не будут выделяться.

— Но если потребуется помощь…

— Если потребуется помощь, ты думаешь, они нам помогут? — улыбнулся скептически Бао. — На этих землях, где даже захудалый бандит будет пятого или шестого, а может и седьмого или даже восьмого?

— Всё лучше, чем ничего, — пожал я плечами.

Да здесь, если уж по правде говорить, и мне надо бы подкачаться до десятого, а заодно набить руку. До этого с кем я сражался? С бандитами, с мелкими последователями и так далее. Ну окей, я дрался с наёмным убийцей, хорошим наёмным убийцей и смог его одолеть после продолжительной битвы.

Но здесь таких, как тот убийца, будут десятки: хорошо обученные солдаты, элита, лучшие из лучших, которые встанут на стражу второго человека империи без сомнений и трусости. И мне никто не даст столько времени сражаться с ними.

А ведь есть ещё и сам Вьисендо. Полностью останавливать время как раз могут последователи с Повелителя Духов, а значит он как минимум не меньше десятого. Минимум. Так что по-хорошему, мне надо подниматься до одиннадцатого, чтобы рвать им жопы.

А это значит, что надо так же искать какой-либо источник, даже пусть с нормальной Ци, но всё же, чтобы подниматься и качаться чуть быстрее, чем никак.

Короче, мы в одной лодке и нам надо качаться. Мне, в первую очередь.

На следующий день мы выдвинулись с первыми лучами солнца… которые смогли пробиться через кроны деревьев, а это уже было часов двенадцать. Никто не спешил вставать, никто не спешил куда-то идти, да и зачем, когда еда есть, вода есть, хорошая погода есть.

Я просто бросил взгляд в сторону, чтобы увидеть, как Совунья сладко зевает, почёсывая грудь, или Лисица нежится у себя под пледом на матрасе или Джа… которая калачиком дрыхнет у меня под боком… Странно, она же вроде на другом конце дрыхла, нет?

В любом случае, мы медленно и размеренно встали, неспеша, лениво, помывшись и покушав, после чего собрались в путь. В такую солнечную погоду в чудном ярком зелёном лесу было грех торопиться, не наслаждаясь округой.

Собственно, мы никуда и не спешили, вылетев тогда, когда захотели. Уже в дороге встал вопрос, куда именно двигаться, с которым мы обратились, естественно, к Бао.

— Даже не знаю, в какой части мы вышли, — честно признался он. — Нужен хотя бы какой-то ориентир, чтобы понять, куда двигаться.

— А по звёздам там не понять? — предложил я.

— Ну так попробуй, — усмехнулся Бао. — Потом скажешь, насколько удачно. К тому же направление я тебе и сам могу сказать — правее от стороны новолуния (на юго-запад), но ты-то то интересуешься, наверное, где именно мы конкретно сейчас находимся. Южнее империи Пьениан, севернее, как далеко до неё и не в соседней ли мы вообще империи сейчас.

— Ну хотя бы примерно-то ты сказать можешь?

— Примерно? Мы по ту сторону края земли. Тебе такое примерно устроит? А дальше уже нужно какой-нибудь ориентир искать, реку крупную, город или что-нибудь в этом духе.

Короче, надо двигаться в глубь территорий. У меня были определённые карты с военного корабля, которые я прихватил, но они все были бесполезны без понимания, где мы сейчас вообще находимся.

Но с другой стороны это был повод путешествовать дальше. Я даже почувствовал какое-то чувство, будто вновь открываю для себя неизведанный мир. Ты не знаешь где находишься, не знаешь, куда идти, что делать — словно в первые дни моего пребывания в это мире. Только на этот раз я подготовлен и готов к приключениям и открытиям.

К тому же здесь мы день за днём продвигались по девственно чистым, нетронутым людьми лесам, смахивающим на сказочные, неспеша вставая на привал и снимаясь, будто остались одни в мире. Да, может с одной стороны и скучно, однако с другой — это и есть путешествие ведь! Ни жаркой погоды, ни отравленного воздуха, ни жутких насекомых или песка в самых интересных местах! Поели, поговорили, разошлись по делам, а потом собрались и двинулись дальше.

Так мы преодолели пару речушек, прошлись через луг, где Бао собирал всякие ингредиенты, а Зу-Зу гонял кроликов, побывали в роще, где Совунья и Лисица на пару набирали со стволов деревьев сок, а потом нажрались и просрались от ягод, которые я нашёл.

А Стрекоза и Джа вовсе, судя по всему, первый раз лес видели, с огромным интересом исследуя его. Вот уж точно для кого это был совершенно другой мир, так это для них, тех, кто кроме песка и камня ничего другого никогда до этого не видел. Особенно выделялась Джа — если Стрекоза пробовала на зуб всё сама, но вторая больше предпочитала подойти и спросить, типа:

— Что такое? — бросил я взгляд на гриб, который она протягивала мне на ладони. — Не знаешь, что это?

— Нет, Юнксу.

— Это гриб. Что-то типа… растения, которое можно кушать иногда.

— Это растение можно кушать, Юнксу? — спросила Джа сразу.

— Это… надо спросить у Бао. Он вроде эксперт по подобному, — огляделся я в поисках упомянутой личности.

Джа так и поступила: пошла к Бао, чтобы вернуться через несколько минут с ответом.

— Он сказал, что если я хочу ближайший день провести на корточках, могу смело есть их горстями.

И так с каждым интересующим её предметом. Подходила, скромненько спрашивала, что это, уходила, чтобы вернуться вскоре с новым вопросом, словно ребёнок, который познаёт мир. При этом она выглядела действительно как любознательная школьница, готовая впитывать всё новое, что выглядело… довольно мило. Даже Бао ей не отказывал, пусть иногда и предлагал нажраться чего-нибудь, что было по свойствам как слабительное.

Так мы и двигались где-то полторы недели в неспешном темпе до этого дня.

— Нормально, — огляделся я, когда мы нашли место для привала. — Ладно, сильно не разбредаемся, всё как обычно. Зу-Зу, точи когти, скоро пойдём на охоту.

У нас уже все дела были давно распределены между друг другом. Кто-то готовит хворост, кто-то охотится, кто-то обустраивает лагерь или следит за местностью. Главное было не расходиться далеко, чтобы в случае необходимости можно было за секунды добраться до любого. Это было главным правилом, которое я установил. На меня оно тоже распространялось, но лишь потому, что я должен был успеть протянуть ногу помощи в случае необходимости.

Разве что во время охоты мне приходилось нередко уходить подальше, но там уже все держались в куче.

— Я за хворостом, — сразу предупредила Чёрная Лисица.

— Если что, кричите, — сказал я, шутя, но в каждой шутке…

— Обязательно, — ответила она невозмутимо и удалилась, скрывшись за стволами. Лисица вообще любила одна побродить, как я заметил.

Совунья тоже не сидела без дела. Оглядевшись, она сбросила сумку и принялась раскладываться.

— Бао… — кивнула она нашему пленнику, расстилая спальники и натягивать тент, если вдруг пойдёт дождь.

— Да-да… — вздохнул тот, начав помогать к ней.

Джа тоже присоединилась к ним, усевшись подготавливать костёр в то время, как Стрекоза, как девушка с довольно специфическими особенностями бдела, чтобы никто не подкрался близко. И всё, все заняты делом. Здесь самым главным правилом было погромче закричать при любой маломальской опасности, чтобы я услышал, а я услышу, уж путь будут уверены.

Ну вот и отличненько.

Я, словно довольный отец, который нашёл всем своим деткам занятия, кивнул пушистому и направился в лес, окинуть взглядом округу на наличие следов местной живности. Сейчас, когда вокруг всё дышало жизнь, можно было позволить себе кушать каждый день свежее мясо. Правда…

Правда в этот раз что-то было пустовато вокруг.

Нет, реально, на этот раз было как-то скудно на следы, да и на животных. Обычно сразу кто-то найдётся, кого-то заметим или увидим следы, а тут мы обошли вокруг лагеря, и ни я, ни Зу-Зу не обнаружили чего-нибудь подходящего для охоты. И это было не так странно, как подозрительно.

— Зу-Зу, знаешь, о чём я думаю сейчас? — спросил я негромко, прислушиваясь к себе, чтобы обнаружить источники жизни. — У меня два варианта.

Судя по его мордочке, Зу-Зу прекрасно понимал, какие именно. Потому что, если диких животных мало, то это значит что или тварь где-то рядом, голодная и опасная, или люди недалеко, что всех выловили в округе. Обычно тварь хуже, но это правило работает далеко не всегда.

— Надо бы, наверное, немного поменять наше место, отлететь подальше на всякий, а то мало ли…

Мало ли что.

Только договорить я этого не успел, так как тишину леса разрезал женский визг, заставив смолкнуть птиц. Настолько громкий, что не услышать его было очень сложно. Но что ещё хуже, я даже знал, кто его издал, пусть и первый раз слышал, чтобы она так визжала.

Чёрная Лисица…

— Зу-Зу, лагерь сторожить! — крикнул я, тут же сорвавшись с места и пулей помчавшись на визг.

А тем временем к первому визгу добавился второй, более тонкий, но не менее громкий, однако на него уже я не обратил никого внимания. Теперь я был полностью сконцентрирован лишь на одном.

Я шёл убивать, и осталось понять, кого именно.

Следующая книга выйдет предположительно в среду 1 февраля в 1:15 по МСК!

https://author.today/work/241335

(Понравилась книга? Не забудьте поставить лайк =D Вам всего один клик, а мне это очень приятно и поможет в продвижении книги)))

Content

Чёрные начала. Том 9.

Глава 261

Глава 262

Глава 263

Глава 264

Глава 265

Глава 266

Глава 267

Глава 268

Глава 269

Глава 270

Глава 271

Глава 272

Глава 273

Глава 274

Глава 275

Глава 276

Глава 277

Глава 278

Глава 279

Глава 280

Глава 281

Глава 282

Глава 283

Глава 284

Глава 285

Глава 286

Глава 287

Глава 288

Глава 289

Глава 290

Глава 291

Глава 292

Глава 293