Галина Очеретяная

Нереальная реальность, или Смерть не повод для расстройства

Пролог

Я в пустоте, в невесомости. Я одна и меня несколько. Я распадаюсь на части и воссоединяюсь вновь и так до бесконечности. Но мне не страшно. Нет. Сейчас уже не страшно, лишь сердце кровоточит от боли и предательства.

Я умерла. Меня убили. Я помню эти лживые и мерзкие глаза перед падением с небоскреба.

— Вив ты такая жалкая, — усмехнулся Влад, закрывая ладонью мой рот, чтобы не кричала.

Я вяло попыталась дернуть головой, но не получилось. Не было сил даже на это. Комната расплывалась перед глазами.

Я не могла кричать. Тело не слушалось, не смогла сопротивляться и позвать на помощь. Он, чем-то опоил меня.

— Вив пойми, но ты лишняя в нашей семье, — продолжал издеваться сводный братец, сын моей мачехи и мой теперь уже бывший любимый.

Сейчас я понимала, о чем он. Вот только чем медленнее я соображала, тем четче шестеренки работали в моей голове. Неспроста отец погиб год назад в автокатастрофе, когда я была в свадебном путешествии. Пять лет эта мерзкая семейка грелась на груди моей семьи. Сначала отец попал под чары мачехи, а потом и Влад очаровал меня так, что я как кошка влюбилась в эту сволочь и, не раздумывая, шагнула под венец.

Содрогнулась от омерзения. Я была слепа.

— Ты не нужна мне, — довольно улыбнулся он. — Теперь не нужна. О наследстве не переживай. Я о нем позабочусь.

Какая же он мразь!

— Приятного полета моя птичка, — Влад, не раздумывая, просто выбросил меня из окна, толкнув в спину.

* * *

Девушка стояла босыми ногами на пепелище из человеческих жертв. Подсознательно она знала, что это сожженные люди. Чувствовала невыносимую боль каждой жертвы. Пропускала через себя каждую смерть. Это было невыносимо. Ее сердце кровоточило от этой боли, разрываясь на части, а с тела, будто заживо сдирали кусочки плоти. Вечная агония и мука. Это и есть АД? Это ее наказание? За что?

Вот только девушка не знала, что страшное еще впереди. Ее ноги ослабли, она упала на колени, упираясь ладонями в человеческий пепел. Невероятным образом из пепелища потянулись тысячи рук. Все они устремились к ней, словно призывая. Не дождавшись ответа, эти руки схватили девушку и потянули вниз, вглубь пепелища, где она стала задыхаться пеплом. Она снова и снова умирала и слышала на периферии сознания странную песнь:

Пройдет немало лет со времени последней битвы,

Война уйдет, мир встанет на ноги, поднимется с колен.

Стряхнет с себя груз боли, ненависти этой битвы,

И превратит все это в лишний тлен.

Откроются врата, впуская пламя,

Перевернув законы мироздания.

Привычное, понятное — исчезнет, пропадет,

И твой личный свет придет, рассеяв тьму, мой Император,

Но не узнаешь ты его и не поймешь,

Ведь будет свет иным и чуждым миру.

Очистит наши души от войны.

Ты будешь слеп и слаб пред этим светом,

Не будешь видеть истинной своей,

Не отступай, омойся этим светом,

Признай всей сущностью своей,

Другую душу, плененную рассветом.

Последнее слово теряется в ее истошном крике. У нее не получилось вырваться из кошмара. Девушка провалилась сквозь толщу незримой липкой давящей массы, теряя сознание.

* * *

Сознание Вивьен перенеслось уже в другое место. В мрачную пещеру, где над телом неподвижной девушки стояло омерзительного вида существо. Нет не внешне, но девушка словно видела суть этого человека. Гадкая суть, липкая, гнилая, разлагающаяся.

— Оживай тварь! — раздраженно орал крепкий красноволосый высокий мужчина, устремив потоки тьмы из своих ладоней прямо в грудь хрупкой девушки. Все ее тело было испещрено странными символами.

Магия?

Вивьен не понимала, как тут оказалась. Это ведь не фокусы. Она же умерла, но тогда, что происходит и почему она тут?

Незнакомка лежала на холодном камне без признаков жизни. Изо рта медленной струйкой застыла кровь, а из сердца торчал ритуальный атаме. Он светился тьмой. Не такой, какая шла от незнакомца, а жуткой, заставляющей замирать на месте все живое и неживое. Вивьен это отчетливо ощутила. Ей показалось, что эта тьма прошла сквозь нее. Разве душа может заледенеть? Но тогда откуда этот вымораживающий холод? Это не просто темная магия, а черное смертельное колдовство. И оно уже получило свою жертву. Жертву в лице юной, черноволосой девушки, которая не успела пожить в этом жестоком мире, пропитанном ненавистью, болью и горем. Почему Вивьен это почувствовала? Она не знала.

— Учитель, — взволнованно прохрипел голос.

Вивьен резко обернулась, чтобы увидеть молодого мужчину еле стоявшего на ногах. Бледный, словно готовился сейчас уйти в мир иной.

Руки колдуна дернулись, а тьма всколыхнулась и мощной лавиной обрушилась на девушку. Сейчас на алтаре, скрытая в облаке тьмы, лежала несчастная жертва.

— Патрик, сколько раз тебе повторять, чтобы не лез ко мне во время ритуалов? — взъярился учитель.

— Я понимаю, но граница нарушена. Паладины будут здесь через пару часов, — ученик хоть и опасался своего учителя, но прекрасно понимал, что никто его убивать не будет. Он был бесценным. Шутка ли, уничтожать мага с даром умеющим растягивать время.

Почему Вивьен это все знала? Почему видела внутреннюю силу этих магов? Она темная, мрачная, губительная, но на миг усомнилась в последнем. Разве тьма и свет не идут рука об руку? Разве одно, может существовать без другого? Они ведь неразделимые.

— Ты не мог потянуть время? — учитель прервал ритуал, но облако тьмы никуда не делось. В нем, как в коконе, продолжало лежать неподвижно тело.

— Я сутки сдерживал, — оправдывался мужчина. — Сил не осталось. Я полностью истощен.

— Как эти твари нас выследили? — учитель так и брюзжал ядом. Он ненавидел этот мир, слабых людей, да вообще всех ненавидел.

Пещера, где находился алтарь, был в самом отдаленном углу их мира. Столько сил и времени он вложил, обустраивая это место, а эти щенки напали на след. Придется все зачищать, затирать следы и снова ложиться на дно, пока все не утихомирится. Подумаешь, сотни жертв. Одной больше, одной меньше — в чем проблема? Эти людишки просто расходный материал. Ему плевать на все эти жертвы, ведь главное результат. Но пока он не увенчался успехом. Тьму в первозданном виде ему так и не удалось возродить.

Двести лет назад, когда бездна проиграла Архарону, он поклялся, что восстановит тьму. Слишком сладкой и манящей она была. Ощущать в крови, в своей сущности эту силу, было таким наркотиком, что он не готов отказаться от него. Многие собратья тогда погибли, не выдержав силы бездны, но не он, не тот еще юный прислужник Смерти. Чудом, но мужчина выжил и даже умудрился аккумулировать те крохи тьмы, что в нем остались. И сейчас этими крохами он пытался дать второй шанс тьме, дать ей второе рождение. У бывшего жнеца почти все это было. Да, сначала он тыкался, как слепой котенок. Сейчас же, когда победа была так близко, он снова проиграл.

Рука бывшего жнеца беспрепятственно проникла сквозь темное облако, и безжалостно вырвала атаме из груди жертвы. На секунду он окунулся в ласковые объятия тьмы и даже улыбнулся. Скоро, совсем скоро у него все получится. Скроются от паладинов, и он начнет все заново. Какие его годы. Он еще так молод.

Вивьен же больше не обращала внимания на убийц несчастной. Она парила над облаком тьмы и даже осторожно касалась ее. Теплая, мягкая и такая чуждая. Почему ее притянуло сюда? Этот вопрос так и не отпускал Вивьен.

Спустя час в пещере и жилище магов не осталось никаких упоминаний о присутствии, кого-либо. Они все зачистили идеально. Пора было уходить. Вот только что делать с жертвой? Тело девушки все еще лежало в темном облаке, что было очень странным. Только брать с собой такой балласт для выяснения, не имело смысла. Им нужно успеть скрыться до прибытия паладинов.

— Сбрось ее с утеса, — приказал учитель. — Пусть море тоже получит свою жертву.

Такой приказ не понравился Вивьен. За этот час мертвая незнакомка почувствовалась ей родной, что ли. Вивьен была против. Она всей своей душой потянулась к девушке, пытаясь ее защитить.

Мгновение, и перед парочкой магов резко села черноволосая красавица. Она была белее мела, в ужасном состоянии, но живая, а в глазах клубилась сама тьма.

— Получилось! — благоговейно прошептал колдун. — Патрик, у меня все получилось! — и бросился к девушке.

Он не успел сделать и пары шагов, как увидел, что от девушки отделились пять теней.

Тени стремительно метнулись к колдунам и, в одночасье, разорвали на тонкие ленточки магов. Те даже понять ничего не успели, как были мертвы. Тени вытянули тьму из этих магов и впитали ее в себя, как родную. Словно вернули себе свое.

Девушка резво соскочила с алтаря, кровожадно улыбаясь. Тени всколыхнулись за спиной, повторяя за своей хозяйкой ее мимику.

Жуткое зрелище.

Пещера вся была в крови, но девушку это не заботило. Она отомстила, она была жива, а тени сыты.

Вивьен была в ужасе от происходящего. Каким-то образом она оказалась в теле недавней жертвы и сейчас вместе с тенями упивалась собственной силой и могуществом. Вернее, сама Вивьен этого не хотела. Но пять личностей — ее тени, передавали эти сладкие эмоции. Она ими не управляла. Она была сосудом для этих тварей, которые не просто разорвали в клочья живых существ, а и выпили их темную энергию.

Девушка не контролировала себя. Сознание разрывалось на части. Тени больше не кружили, а как один, вошли в ее тело.

Слабость в организме, мерзкая тошнота от убийства, дыра в груди от атаме и вытекающая тонкой струйкой кровь из сердца. Все это отошло на второй план. Жаль, что она не умерла повторно. Вивьен ненавидела себя в этот миг.

Она смерть. Она тварь. Она ЧУДОВИЩЕ!

Ноги сами несли ее к обрыву. Она не хотела быть убийцей. Вся ее сущность противилась этому. Лучше смерть, чем такая жизнь.

Ненавижу! И Вивьен бросилась с утеса. Второй раз в свободном полете. Это, какая-то насмешка судьбы.

Белые пенистые волны с огромным удовольствием приняли в свои объятия девушку. Вот только тьма, она все еще не отпускала ее.

Удар был слишком болезненным. Сознание отключилось. Девушка уже не увидела, как тени облепили ее со всех сторон, не позволяя погибнуть, утонуть, затягивая дыру в груди, растворяя раны от символов на слабом теле. Волна относила ее от берегов этого мрачного места все дальше и дальше.

Прибывшие через час паладины, кроме окровавленной пещеры и ошметков плоти, больше ничего не нашли. Они не представляли, кто мог сотворить такое. Да, паладины не один десяток лет выслеживали этого отступника. Ему всегда удавалось скрываться, но не в этот раз. В этот раз все кончено. Их кто-то опередил.

— Зачистить здесь все, — устало приказал верховный паладин, растирая переносицу.

Кажется, в этом мире появился кто-то, кто хуже этой мертвой твари. Что же отступник выпустил на волю? А то, что это было творение сумасшедшего жнеца, верховный паладин не сомневался. Но никаких следов не осталось. Ничего, паладины и не таких выслеживали. Оступится тварь, и они найдут ее. В этом мужчина не сомневался.

Часть 1

Глава 1

— Ну же девочка, давай, очнись, — на периферии сознания шептал старческий взволнованный голос.

Тело болело и ныло, но я была жива. Это точно. Такого кошмарного сна и врагу не пожелаешь. Но почему так болит тело? Словно каток по нему проехался. И где Влад?

От имени мужа меня всю передернуло от отвращения, а воспоминания обрушились потоком грязи.

Проклятье! Влад — тварь! Как он посмел? Гореть бы в аду этому лживому, лицемерному предателю.

— Холодная вся, — ворчал голос.

Меня во что-то укутали, подняли на руки и понесли в неизвестном направлении.

Я точно умерла. Лететь с двадцать пятого этажа и остаться в живых невозможно. А потом те маги, алтарь и мертвая девушка. Вот тут мне повторно стало плохо. Паника резанула по горлу острой бритвой, сдавила тело, оплетая кольцами, душила как самая ядовитая змея в мире. Необратимость осознания всего того кошмара, легла бетонной плитой, вдавливая в землю. Это же все я. Я убила тех магов. Мои руки в крови. Я вся искупалась в ней, не отмыться. Лучше бы память отбила себе при падении с утеса, если умереть спокойно не смогла. В груди невыносимо заныло. Я же не убийца. Я не Влад, не те маги, что уничтожили жизнь девушки и сотворили из нее чудовище. Почему я? Почему тело приняло мою душу?

Нет, все-таки я умерла. Умерло мое прошлое, а в настоящем родилось поистине жуткое неуправляемое чудовище.

— Сейчас старый Вард приведет тебя в чувство, — продолжал говорить голос. — Ох, и откуда же тебя принесло море?

Под ногами старика трещали ветки. Слух уловил звонкий щебет птиц. Кажется, я даже слышала, как кузнечики стрекочут. Давящее ощущение жизни мне не приносило радости. Я ненавидела ту, кем стала. Моя душа в теле той девчонки. Как освободиться от этого невыносимого бремени, не представляла.

Дыхание старика было шумным, сердце быстро колотилось в груди. Слышались хрипы. Ему тяжело, но помочь я ничем не могла. Боялась пошевелиться, чтобы не спровоцировать теней.

Прислушалась к себе. Они были во мне. Я чувствовала каждую из теней, но они странно затаились, словно впали в спячку. Хотя, кажется, одна из них была настороже. Благодаря ей я так чутко все слышала.

Не понимала, как я выжила? Высота была огромной, твердь воды я тоже очень остро ощутила, но тогда почему жива до сих пор? Я не самоубийца. Я люблю жизнь, но то, что со мной произошло, выше привычного понимания.

Я все еще находилась в шоковом состоянии от всего произошедшего. Не понимала, ни куда меня занесло, ни кто я в этом мире, ни что со мной происходит. Это точно не Земля. Магии в моем мире нет. Но магия была во мне. Темная, мрачная, голодная, ненасытная. Тьма — это я. Не понимала, почему физическое тело не расщепилось, превращаясь в сплошной сгусток тьмы, а лишь родились тени-убийцы. Жуткие твари. И эта тварь — я.

Застонала от мерзости и ненависти к себе. Было так тошно от самой себя, но понимала, смерть не выход из ситуации. Подсознание показывало странные эпизоды того, как я дрейфовала в море. От этой картинки, кровь стыла в жилах, перехватывало дыхание. Мне просто не позволят умереть. Считай, что я обзавелась пятью телохранителями, чтоб они сгорели в огне!

— Вот так девочка, ложись, — меня заботливо уложили на твердую, неровную, жесткую поверхность. Неудобно, но тело мне не принадлежало, словно замерло в своей позе.

На какой-то момент я осталась одна. Слышала, как в стороне стучат склянки, льется жидкость, а еще запахло травами.

Меня знобило и лихорадило, бросая то в жар, то в холод. Недовольно заворочались внутри тени. Проснулись твари, но пока не высовывались.

Ощутила легкое прикосновение к губам шершавых пальцев.

— Девочка, я простой рыбак, не целитель, но кое-что и я умею, — продолжал говорить старик. — Нужно выпить этот сбор. Он собьет жар и поможет восстановиться телу, — меня приподняли и попытались напоить, но я не смогла разомкнуть губы. Тело все еще не слушалось.

Какая польза от этих тварей? Они только убивать умеют. Но радовало, что они затаились. До одури страшные монстры.

Старик все-таки смог разжать мои губы и влил содержимое склянки. В горло полилась противная горькая вязкая жидкость. Гадость.

— Молодец! — похвалил старик, ласково пройдясь ладонью по спутанным и грязным волосам. От этого тепла в груди стало нестерпимо горько. Могла бы, разревелась, так невыносимо и тошно мне было. Эта горечь разливалась по всему телу, угрожая утопить меня в ней. — А теперь спи и набирайся сил.

Вот только мне не спалось. Мысли были разными и ни одной хорошей.

Первое. Я в другом мире — это неоспоримый факт.

Второе. Я в мире магии и тварей. Я такая тварь — это тоже факт.

Третье. Я не представляла, как жить чудовищем.

Душу разъедала вина. Она сдирала с меня ошметки плоти, бросая в жерло вулкана, оплавляя до состояния ничто. И так по бесконечному замкнутому кругу. Хотелось орать, кричать от невыносимой муки, но голос мне тоже не подвластен. Чувство, что душа вселилась в тело, но управлять им я не умела. В той пещере мое тело было одержимым и мне не принадлежало. Сейчас пока тени затихли, тело тоже не двигалось. Меня убивала собственная беспомощность.

В голове кувалдой стучал вопрос — зачем? Зачем меня притянуло в этот страшный мрачный жестокий мир? Не понимала, а подсказок не было. Я здесь, как новорожденный ребенок. Удивительно, что язык старика поняла, а ведь он общался со мной на какой-то «абракадабре».

Будущее пугало до жути. Осознание необратимости происходящего выжигало в груди клеймо убийцы. Его ни стереть, ни уничтожить. Оно под корку вживлено в мое сознание.

Можно сойти с ума. Хотя, я и так безумна.

— Так, ну что тут у нас? — голос старика словно выдернул меня из пучины отчаяния. Непроизвольно, но он стал той тонкой ниточкой, что держало мое сознание ясным. Мне нужно чувствовать живое тепло. Знать, что в этом мире есть не только монстры. — Все еще слаба, — проворчал он обеспокоенно. Шершавая ладонь прикоснулась ко лбу. Затем пальцы сдавили виски, медленно растирая. Острая боль прострелила голову. Кажется, из глаз покатились слезы, но я этого не чувствовала. Зато заметил старик и осторожно их вытер. — Девочка, что же с тобой случилось? — меня также сильно тревожил данный вопрос. Сама бы хотела знать, но ответа не было. В висках продолжало пульсировать острой болью. Почему я чувствую боль, но не чувствую это тело? — Твое состояние удовлетворительное, но почему ты не приходишь в сознание? Лихорадка прошла, внешних повреждений не вижу, — я давно пришла в себя, но не в состоянии управлять этим новым телом.

— Старый пройдоха, где ты? — услышала в отдалении задорный женский голос.

— Латойя, наконец-то, — выдохнул старик, с каким-то облегчением. — Иди в дом. Посмотри, что с девушкой. Я не понимаю.

— Вард вечно ты тянешь в свой дом, не пойми кого, — проворчала недовольно женщина.

— Ее принесло море, — словно оправдываясь, буркнул старик. — Не бросать же ее было.

— В этом весь ты, — вздохнула женщина. Она была рядом. Я остро ощутила тонкий аромат яблок. Такой домашний запах. — Что тут у нас?

Я не знала, что делала эта женщина, но спустя какое-то время, по телу прошла болезненная судорога, а в груди нестерпимо запекло огнем. Тени разом встрепенулись и насторожились. Только бы не высовывались. Я мысленно взывала к ним, умоляя никого не убивать, не показываться этим добрым людям.

— Впервые вижу подобное, — задумчиво протянула женщина. — Двойная аура. Как это возможно?

— Что это значит? — напряженно спросил старик.

— Они отдельные друг от друга. Возможно, поэтому девушка не приходит в себя. Я такого никогда не видела и не встречала.

— Что-то можно сделать? — Вард искренне волновался за незнакомую девчонку. Это было странным. Обычно все люди ищут выгоду и корысть, а здесь ничего.

— Я попыталась их сплести, но все что мне удалось — это связать концы, задать направление. Дальше все зависит от девочки. Либо соединение продолжится и аура восстановится, объединится в одну, либо девушка в итоге погибнет. Я сделала все, что в моих силах. Прости Вард, но больше ничем не могу помочь.

— Спасибо Латойя, — поблагодарил старик.

— Не хочешь вернуться? — спросила женщина.

— Нет, я больше никто, — с горечью и обреченностью прошептал старик. — Не хочу видеть жалость.

— Ты не виноват, — участливо проговорила Латойя.

— Я доживу свой век здесь. Больше мне ничего не нужно.

— Но девочку ты спас.

Старик промолчал.

— Ладно, — проговорила Латойя. — Нужна будет помощь, ты знаешь, как со мной связаться, но ты не прав.

— Это моя жизнь, — вот и все что ответил Вард.

— Ты нам нужен.

— Я древняя развалина, — раздосадовано хмыкнул он. — Я никчемный бывший маг. Посмотри на меня.

— Ты это ты. Без магии ты не перестал быть собой. Не твоя вина, — в голосе Латойи остро чувствовалось искреннее сочувствие.

— Не начинай, — раздраженно выпалил старик. — Своего решения я не изменю.

— Как знаешь, — проворчала Латойя, смирившись с упрямым характером старика. — Я оставила зелья. Давай ей пить каждые три часа. Они должны помочь.

Парочка ушла, а я снова осталась одна.

Последующие дни слились в один бесконечный день. Старик поил меня зельем, но мне казалось, что толку никакого не будет. Сознание плакало, душа ревела от безысходности, но улучшений ни я, ни старик не видели. Лишь тени. Они набирались сил. И я остро это чувствовала. Чем сильнее они становились, тем большая паника накрывала меня с головой.

Я овощ. Лишь сознание бьется в истерике от безысходности и беспомощности. Какая аура? Я ничего не вижу, кроме своих теней. Мне кажется, они затягивают меня в беспросветную бездну, опутывают своей паутиной. Я словно муха, попавшая в их ловушку. Не выбраться, не найти спасения. И чем сильнее я барахтаюсь, тем сильнее вязну в этой липкой, мерзкой, гадкой паутине.

А потом меня не стало. Я растворилась во тьме, слилась с нею в единое целое.

Мрак. Но в нем столько оттенков, что можно захлебнуться.

Не хочу здесь быть. Не могу. Противно. Тени кружат и хохочут. Они довольны своей пленницей. Но я ведь свободная сущность! Никто не имеет права, кого-либо пленить. Это неправильно. Это страшно.

Жалко себя, жалко девочку, что по воле судьбы оказалась в руках сумасшедших фанатиков. Жалко до одури несчастных людей, попавших в ловушку несправедливости и жестокости.

Глава 2

В какой-то момент паутины не стало. Она растворилась, а тени притихли. Пляски с бубном вокруг жертвы они больше не устраивали.

Я очнулась. Как это поняла?

Я смогла самостоятельно открыть глаза и сделать глубокий шумный вдох-выдох. Было непривычно и даже дико от нереальности происходящего.

Попыталась поднять руку. С трудом, но тело мне подчинилось. Смуглая кожа пальцев, с короткими обломанными ноготками, смотрелась непривычно. В жизни я светлокожая и ногти мои всегда были в идеальном состоянии. Та прошлая я следила за собой. Но видимо моей идеальной внешности мужу было недостаточно.

Горечь предательства неприятным сгустком разлилась по телу. Обида и непонимание острым кинжалом проворачивались в груди. Не думать, не вспоминать. Это прошлое. Я уже ничего не смогу изменить. Время не повернуть вспять. На Земле я мертва.

Рука безжизненно упала на грудь, а я горько, навзрыд заревела. Слезы душили не хуже удавки на шее. Я захлебывалась в этой агонии беспомощности. За что так со мной? Почему?

— Ну-ну девочка, — внезапно рядом оказался старик, но из-за пелены слез я не смогла его рассмотреть.

Он бережно обнял меня, поглаживая по голове, как ребенка. Не стал больше ничего говорить. Остался рядом, даря душевное тепло и заботу.

— Все закончилось, — через некоторое время моей истерики, пробормотал он. — Ты в безопасности. Старый Вард тебя не даст в обиду. Ты пришла в себя, а значит, и с остальным справишься. Ты молодец!

— Спасибо, спасибо вам, — голос был другим. Глубоким, хриплым и все еще всхлипывающим. Не мой родной голос. Другой. Все другое. И я другая.

— Не нужно говорить. Ты долго была без сознания. Организм ослаблен. Тебе необходимо поесть и поспать здоровым сном, — проговорил старик и оставил меня одну на некоторое время.

Истерика так же внезапно улеглась, как и началась. Предательство мужа, моя смерть, убийство тех магов подкосили меня очень сильно. Весь мир перевернулся с ног на голову в один миг. Это не может пройти без последствий. Мне было тошно и горько от собственной судьбы.

Несправедливо. Я не хотела умирать.

Крепко зажмурилась. До самых звездочек в глазах сомкнула веки, лишь бы не видеть ни этот мир, ни этот дом, ни это чужое тело. Я хотела жить, но дома, в мире, в котором родилась. Под коркой сознания засело предательство любимого мужа.

Вот только от реальности никуда не убежать. Я здесь. Изменить ничего невозможно. Девочка, в теле которой я оказалась, тоже не заслужила смерти. Она мертва, а теперь я вместо нее. И это тоже гадко. По сути, я украла ее тело. Я не только убийца, но и воровка. Чудовище.

Как жить с этими сущностями во мне, не представляла. Но и бездействовать не в моих интересах. Нужно понять, что это за мир и люди. Хотя одно я уяснила точно — этот мир полон неприятных сюрпризов.

Сглотнув подступившую к горлу горечь, осмотрелась.

Помещение, где я лежала на жесткой кровати, было небольшим, но достаточно уютным. Такой «бабушкин» домик в деревне.

Деревянная добротная мебель с массивным сундуком в углу, белоснежные занавески на окнах и серая шкура на полу. Видимо был вечер, так как на стенах в специальных округлых металлических емкостях находились светящиеся сферы. И это явно не электричество. Та самая магия? Вроде и понимаю, что мир иной, но сознание с огромным трудом принимает новую действительность. Будет не просто трудно. Я не представляла, как жить в этом незнакомом жутком мире.

— А вот и я, — в комнату зашел старик с улыбкой на губах, держа в руках поднос.

Высокий, седой, худой, весь в морщинах, но жизнерадостный. Хотя в глазах заметила такую тоску и безнадегу, что мне стало не по себе. Лет восемьдесят я бы ему дала. Как он меня только на этих тонких руках донес до дома?

— Пока только бульон, — проговорил он, помогая сесть в кровати.

Старик поставил мне на колени поднос с ароматной похлебкой.

— Спасибо, — в этот раз голос подчинился охотнее. — Я сама, — воспротивилась, когда старик решил меня покормить. — Расскажите, кто вы и где я оказалась?

Руки дрожали. Ложка так и норовила выпасть из пальцев. С огромным трудом я приступила к ужину.

— Я Вард, — представился старик. — Последние двести лет живу возле моря, занимаюсь рыбалкой, на что и живу.

Я чуть не подавилась. Не от горячей пищи, а от шока количества озвученных лет. Опасалась спрашивать, какая продолжительность жизни в этом мире. Я же вроде как житель этого мира и должна знать элементарные вещи, но пока эту информацию отложила в памяти.

— Тебя мне вынесло море. Прямо на берегу и нашел. Ты дышала, но была без сознания. И как ты выжила в море, до сих пор не понимаю. Магии в тебе нет. Латойя ничего не обнаружила, а она целитель и эти вещи хорошо видит, — задумчиво проговорил Вард. — Может, ты прольешь немного света на то, что с тобой случилось?

— Простите, но я не помню, — расстроенно ответила я. — Последнее, что всплывает в голове, это как я падаю с утеса в воду.

— Но в этой части материка нет скал, — воскликнул старик. — Откуда же тебя принесло?

— Я не знаю, — растерянно пожала плечами, продолжая есть невероятно сытный бульон. География этого мира мне незнакома. Вообще все чужое.

Пальцы уже более уверенно держали ложку. Я даже не проносила мимо рта. Ужасно контролировать чужое тело. Это как носить одежду с чужого плеча. У меня той прежней, высокий модельный рост. Была блондинкой с голубыми глазами. А тело, в которое я попала, было точно ниже ростом и объемнее в груди и ягодицах. Стала брюнеткой. Чувствовала себя жутко неуклюжей. Вард не замечал моей чуждости.

— Откуда ты? Где родственники? Я могу помочь связаться с ними, — какой же он добрый и чуткий. Вот только нет родственников. Отец погиб, а собственный муж меня убил. Как же гадко осознавать, что меня использовали.

— Нет никого, — угрюмо протянула я. — Никого нет.

— Ох, бедняжка, — вздохнул Вард. — Со времен войны многие погибли, а дети остались сиротами, — пожала плечами, так как понятия не имела, о какой войне идет речь.

Но то, что он сам додумал мое прошлое, в некотором роде, облегчило мне задачу объяснений. В голове зудела мысль, что упоминать кто я настоящая, не стоит. Сначала разберусь, что к чему. Да, старик меня спас, но вот так слепо доверять, что я и делала в прошлой жизни, в этом мире поостерегусь. Авось, проживу дольше. На ошибках учатся, не так ли? Жаль, что моя ошибка лишила меня жизни и уже ничего не исправить.

Снова к горлу подкатил удушающий ком. Как же тошно от предательства любимого. Меня не смерть так подкосила, а поступок мужа. Что ему не хватало? Он ведь практически взял управление компанией на себя. Я занималась благотворительностью. Мне физически не хватало времени на все остальное. Почти все финансы шли через него. Да, я главный акционер компании, но весь бизнес после смерти отца, вел Влад. Не понимаю. И никогда, наверное, не пойму. Деньги развращают людей, вытаскивая наружу все темные пороки.

Вард больше не стал засыпать вопросами. Едва я доела, отобрал поднос с едой, заставив выпить зелье. Я провалилась в обычный сон без теней, мрака и беспросветной бездны.

Последующие дни были напряженными для меня. Я понемногу приходила в себя и даже вставала с постели. Тело плохо мне подчинялось. Меня шатало, ноги заплетались, я падала и поднималась. Вард смотрел на меня недоуменно, помогал вставать, но вопросов не задавал. Наверное, списывал мою немощность и дезориентацию на последствия неизвестной хвори. Я точно знала причину этой «хвори», но молчала. Просто душа пытается окончательно срастись с новым телом.

Чем лучше я себя чувствовала физически, тем активнее под кожей шевелились тени. Они пугали меня до чертиков.

С Вардом мы говорили много. Вернее, говорил он, а я по большей части слушала. Истосковался он по обычному общению. Это очень хорошо видно.

Но он не всегда был одинок. У него была семья, магия и счастливая жизнь. Так из рассказов я узнала о других расах, магии и о войне с демонами. Жуткое и страшное то было время. Многие погибли, мир изменился после закрытия прорывов.

Мне так было жаль их всех. Тогда виной всему был жнец. И сейчас тоже виноват жнец. И я его убила. Но что он сделал со мной? Что грозит миру из-за меня? Он же возродил монстра.

Так незаметно прошел месяц. Месяц покоя, тишины и восстановления. Даже тени не беспокоили. Вот они меня и настораживали. Это затишье нервировало.

Я пыталась внутренне связаться с сущностями, живущими во мне. Пыталась понять, как их контролировать, но они были глухи.

Ненавязчиво выпытывала у Варда информацию о мире. Некоторым вопросам он искренне удивлялся, но с удовольствием отвечал. Из него получился бы отличный учитель по теории.

Выяснила, что магию можно контролировать, можно ею управлять. Но я магией не обладала, а спросить о тенях побоялась. Ведь они — это несколько иное. Вот и пыталась вслепую понять, как обуздать этих монстров. Ничего не получалось. Они не реагировали на мой внутренний зов. Полное игнорирование, словно издевались.

К Варду не ходили гости. Он был отшельником. Жил в небольшом домике в двадцати минутах ходьбы от моря. Даже та женщина, Латойя, которая связывала мою ауру с телом, не приходила больше.

Старик нашел для меня вещи из грубой темной ткани, состоящие из плотных брюк, рубашки и кожаного жилета. Также мне нашли платье. Длинное, неудобное, натирающие в нежных местах, но, несомненно, нужное в гардеробе каждой женщины. Особенно сильно мне нравились мягкие кожаные сапожки. Обувь у этого мира безумно удобная.

Нижнее белье в виде панталон и нательной рубашки первое время вызывали у меня недоумение. Как в этом можно ходить? Но я ни словом, ни жестом не показала, что мне, что-то не нравится. Я умела быть благодарной.

Вард слишком много сделал для меня. Я старалась быть полезной и всячески помогала старику по дому.

Сумерки. Я сидела возле берега моря, на остывшем после теплого дня, песке. Шумные волны мягкой пеной накатывали на берег, словно пытались до меня добраться. Я обожала запах моря. Кажется, в новом мире эта страсть никуда не исчезла.

Я всегда балдела от аромата соли, вперемешку с йодом. Прохладный, освежающий и чистый воздух без примесей земли, асфальта и растений приятно щекотал нос. Даже горячий песок пах для меня по-особенному. А эти брызги от прибоя, замирающие солеными каплями на губах, делали запах каким-то живым, объемным. Невозможно не любить такие мгновения. Мгновения жизни и свободы.

Впервые, за долгое время, тени предвкушающее заворочались в груди, а я насторожилась. Ох, не к добру это. Напряжение висело в воздухе топором, разрушая то спокойствие и идиллию, что были секунду назад.

Я чувствовала, что тени сами по себе, а я лишь удобный для них сосуд. И это было хуже всего. Я как граната без чеки. Не знаешь, когда рванет.

Темень вокруг, но я видела отчетливо ясно, как днем. И это не заслуга организма.

Тени. Они снова дали о себе знать и нетерпеливо гнали меня обратно к дому Варда. И чем ближе я была к цели, тем сильнее росла в груди тревога.

Яркое зарево увидела издалека. Со стороны моря его не было видно. Но сейчас, когда часть леса преодолена, я поняла, произошла беда.

Дом полыхал как спичка. Языки пламени жрали свою добычу.

Старик лежал сломанной, изломленной, кровавой куклой возле колодца дома.

— Вард! НЕЕЕЕЕТ! — заорала я обезумевшим от горя голосом, рванув в сторону старика и даже тени на миг притихли.

Он стал для меня самым близким и родным человеком в этом мире. Он же и мухи не обидит. За что этого добряка убили? Мне кажется, что и тени полюбили Варда по-своему.

А убийцы были здесь.

Человек десять, не меньше. Они с довольством рассматривали тело Варда, а меня обвели похотливым, липким взглядом.

— Какая птичка залетела к нам, — довольно протянул главарь, плавно перетекая в мою сторону.

В руках мага вспыхнула яркая серебристая сфера. Он подкидывал на ладони этот шар и удовлетворенно жмурился.

Запах магии будоражил кровь в венах. Вот только для меня этот запах был протухлым, смердящим и ненавистным, но не для теней.

Они жадно облизнулись, предвкушая удачную охоту. И в этот раз я не стала даже пытаться их останавливать. Во мне кипело столько ненависти, злобы и боли, что я не контролировала не только теней, но и саму себя.

Десять убийц на одного немощного человека, лишенного не только магии, но теперь и бесценной жизни.

Маги обступили меня со всех сторон, замыкая в узкое кольцо. Им доставляло наслаждение играть со своей жертвой. Не нужно быть шибко умной, чтобы понять, меня не оставят в живых, как свидетеля. Вот только перед смертью эти бездушные твари вдоволь наиграются.

Тени словно ждали первого мерзкого прикосновения.

— Что ты такое? — с ужасом заорал главарь, бросая в меня ту самую сферу, что должна была обездвижить. Но тени просто поглотили этот шар и разом хлынули из меня, набрасываясь на убийц.

Тени жадно жрали магию, выпивая досуха этих наемников, разрывая тела на кровавые ошметки. Все происходило, как и тогда в пещере. Только в этот раз, почему-то я не чувствовала своей вины. Ни капельки. Я проклятое возмездие? Немезида? Но нет, я не богиня и у меня нет такой власти. Но я счастлива, что смогу отомстить за смерть дорогого мне человека.

Ко мне не могли приблизиться. Я точно была в безопасности, а тени с удовольствием уничтожали врага. Я лишь прикрыла глаза, чтобы не видеть всего этого ужаса.

Сейчас я упивалась собственным могуществом и силой, что переполняли тело. Оказывается, все это время, как очнулась, я была жутко голодна. Но в этот миг, сытость буквально заполняла меня до краев.

Вот только осознание, что я не лучше этих тварей портило весь вкус. Я ведь, по сути, такое же чудовище. И мимолетное счастье от убийства, растворилось как дымка в тумане.

Маги не могли сопротивляться. Тени были иными сущностями этого мира. Справиться с ними обычным магам было не под силу.

Именно это осознание отрезвило меня. Вся эйфория сытости схлынула, как не бывало. Я не просто чудовище. Меня не убить и мне не навредить. Тени не позволят. Никто не сможет их уничтожить. К сосуду не подобраться незаметно.

— Хватит! — заорала я, дрожащими пальцами сжимая голову, обессиленно падая на колени. Не знаю, как мне удалось вернуть контроль телу, но я это сделала. Тени недовольно дернулись и потекли в мою сторону.

— Хватит убивать, — прорыдала я, с ужасом рассматривая залитую кровью поляну с кусками некогда живой плоти.

Вокруг кровавое месиво. Чудовище.

Тошнота подступила слишком близко. Выворачивало меня долго, а тени все так же замерли вокруг, ничего не делая. Хотя, дел они натворили не на одно пожизненное заключение или казнь.

Опустошив желудок, поползла к Варду.

Изо рта тонкой струйкой застыла кровь. Твари. За что?

Я вроде, как и отомстила за смерть дорогого мне человека, но удовлетворения это не принесло. Лишь тени довольны и сыты.

Чувство собственной гадливости и грязи топили меня в этой смердящей массе. Ненавижу себя. Ненавижу их.

Тени не двигались, но были рядом, не пытаясь вернуться в тело.

Что происходит? Чего они ждут?

Тут одна из теней полностью накрыла Варда тьмой. Четыре остальных последовали примеру первой.

Догорающий дом великолепно освещал теней. Они плотным коконом облепили мужчину и засветились.

Я от шока вытаращила глаза на это непонятное для меня действие. Сначала ничего не происходило, а потом тени вспыхнули, растворились в теле и снова возникли рядом. Кажется, они стали меньше в размерах и совсем еле заметными.

Я впервые так остро ощутила между нами связь. Не то довольство и удовлетворение от сожранной магии убийц, а другое. Вард тоже был для них дорог. Кажется, они пропитались моими чувствами, настолько моя привязанность к этому старику и боль от потери была сильной. Тени сожалели, что не смогли помочь, не успели предотвратить эту смерть, не смогли оживить. Именно это и пытались они сделать, когда облепили Варда тьмой. Как тогда со мной в той пещере. Но тьма и тогда не смогла вернуть душу в тело. Ведь душа девушки так и не вернулась. По неизвестной причине я заняла ее место.

Кажется, я начинала обретать над ними контроль. Именно мои эмоции начали выжигать из теней ту дикость и жажду убивать.

В последний раз тени колыхнулись и мягким потоком вернулись ко мне. Улеглись в спячку. Это я тоже ощутила. Они почти все силы отдали на то, чтобы вернуть душу Варда, но не получилось.

Стараясь не смотреть по сторонам, пошла за дом, к небольшому палисаднику. Там в углу стоял садовый инвентарь.

До самого утра копала могилу для дорогого друга. Это малое, что я могла сделать для него. Вард заслужил элементарного погребения.

Глотая слезы, стирая ладони в кровь от лопнувших мозолей, я ни на минуту не останавливалась. Боль от потери этого душевного человека была невыносимой.

Что за жестокий мир? Я уже его ненавижу. Не знаю, зачем я здесь, но все, что происходит вокруг, выше моих сил и понимания. Смерть просто ходит рядом, а иногда и на шаг впереди.

Рассвет. Новый день не принес облегчения, лишь больше я чувствовала в груди невыносимое давление от потери старика.

Дом превратился в кучку пепла. Кровь и плоть убийц потемнела и местами засохла.

Положив последний камень на могилу Варда, замерла.

— Мой добрый друг покойся с миром, — прошептала сквозь слезы, зарываясь пальцами в мягкую землю могилы. — Ты не заслужил подобной участи, но заслужил покой. Пусть твоя душа станет свободной и уйдет на перерождение, где следующая жизнь принесет тебе больше счастья.

Я всем сердцем желала этому достойному человеку лучшей судьбы. В груди разлилось тепло, а тени очнулись. Они тоже пришли попрощаться с Вардом.

Вот только тени были, словно, другие. Они светились светом — ярким, мощным, но не обжигающим. Тени зависли над могилой, а в следующий миг над землей поднялся легкий туман. Он сгущался, уплотнялся белой пеной, а потом принял очертания Варда. Это точно был он. Я не понимала, что происходит. Туман в облике Варда склонил голову передо мной, а затем метнулся в небо, словно стремясь вырваться к той самой свободе, что я пожелала, разрывая душу с телом навсегда. Я не жнец, но душу мои тени точно отправили на перерождение.

Мне нравилось жить здесь, но оставаться выше моих сил. Не смогу. И причина не в том, что нет крыши над головой, а в том, что место, в котором я была счастлива это недолгое время в новом мире Архарон, навсегда осквернено жутким убийством.

Просто не смогу здесь быть. Невыносимо больно.

Место беды, смерти и скорби я покидала с тяжелым камнем на сердце.

Вина. Меня съедала вина, что не успела. Вард потерял магию и даже не смог сопротивляться. Я же во время его убийства наслаждалась морем, сидя на берегу, жалела себя и свою жизнь. Дура!

Не знала, куда приведет меня дорога, но пути назад точно нет.

Глава 3

У меня ничего не было. Лишь одежда, которую я застирала в ближайшей реке, когда на нее наткнулась. Сидела обнаженной на камне после купания и ждала, когда солнце высушит нижнее белье, брюки, рубашку и жилет. Сапожки с помощью мха тоже, кое-как очистила.

Желудок голодно бурчал, требуя еды. Я жутко устала. Почти день в пути, а во рту не было и маковой росинки. Безумно хотелось пить. Но из реки поостереглась утолять жажду. Я дитя двадцать первого века и о кишечной палочке и других болезнях знаю не понаслышке.

Одежда недостаточно высохла, но солнце садится за горизонт, а температура воздуха понижается.

Мне бы костерок какой, чтобы согреться, но увы, с помощью двух палочек искру не получить. Я не умею выживать в лесу. Я ничего не умею. Сдохну от голода и жажды.

Зло бросила камень в воду. Бульк получился маленьким, но он разрушил эту мертвую тишину. Как же я ненавижу этот мир.

Влажная одежда неприятно холодила кожу, но больше она не высохнет, а на ночь оставаться обнаженной и ждать завтрашнего солнца, тоже не вариант.

Натаскала каких-то веток под огромное раскидистое дерево. Не на земле же спать. Свернулась «калачиком» и провалилась в сон. И плевать, что ветки больно упираются в тело, а от не досохшей одежды пробирает холод. Организм настолько устал и истощился, что ему было все равно, где и на чем спать.

Следующие дни слились в один. Я натыкалась на незнакомые ягоды и фрукты. И мысль о том, что они могут быть ядовитыми, в те голодные до обморока моменты, меня не волновала. Воду пила из реки. И не беспокоили больше ни кишечная палочка, ни какие-то другие опасные бактерии. Не думала, что смогу выжить, но вот уже две недели я иду по лесу, стараясь не менять направление. Наверняка, куда-нибудь да выйду. Главное не сбиться с этой тропы, на которую я наткнулась сутки назад.

Ноги отваливались. Поняла, что тело бывшей хозяйки на такие марш-броски совершенно не подготовлено. Девочка была слишком хилой и физически слабой.

Превозмогая боль и усталость в мышцах, я потихоньку двигалась вперед. Этот поход лучше всяких фитнесс центров, которые я в прошлой жизни посещала три раза в неделю.

Хищники меня обходили десятой дорогой. Они чувствовали теней и исходящую от них опасность. Так что мой путь был безопасен. Не представляла, когда я смогу добраться к цивилизации.

Но моя беспечность сыграла со мной злую шутку. Слишком расслабилась и не увидела опасности, поджидающую меня в реке.

Едва зашла в воду, чтобы помыться, как на меня напали кровожадные, в буквальном смысле этого слова, местные рыбки.

Опомниться не успела, как меня больно укусили за ноги и утянули на дно. Чувство, что с меня сдирали заживо кожу. Заорала, захлебываясь грязной водой. Воздуха не хватало, лишь глаза в ужасе широко распахнула. Это не маленькие земные рыбки, а размер тварей не меньше локтя. Местных пираний была тьма.

Вода окрасилась в красный цвет. И чем больше я теряла крови, тем больше присоединялись к добыче другие виды рыб. От меня отрывали мясо по кусочкам.

Тьма! Где же эти тени, когда так нужны! Или они только людей готовы убивать, отбирая магию?

От этих мыслей стало жутко. А если я ошиблась? Если все действительно так и есть? Мне конец. Предполагала, что научилась их контролировать, но это не так. Они не отзывались.

Кружилась голова. Начала терять сознание от боли и нехватки воздуха.

Какая жуткая, страшная смерть.

Прежде чем полностью отключиться, тени все-таки соизволили явиться.

Приходила в себя долго. Знала наверняка, что выжила. Тело горело в агонии. Кажется, я орала в беспамятстве от невыносимой боли, умоляя о смерти.

Болело все — ноги, руки, живот, спина, шея, лицо.

В какой-то момент все прекратилось. Чувствовала, что в крови течет лава, но боль отступила, а я резко распахнула глаза. Солнце больно ударило по зрачкам. Пришлось ненадолго прикрыть веки.

Когда же более-менее придя в себя, я снова посмотрела на синее небо, мимо воли улыбнулась. Жива! Невероятно, но жива!

Я лежала у самого берега. Видимо тени вытащили. А вот поверхность реки была вся усыпана рыбными трупами. Жутко воняло тухлятиной. Сколько же я была без сознания?

Хрипло, истерично рассмеялась. Я снова вырвалась из лап смерти.

Голос пропал, осип. Наверное, сорвала, когда кричала. Поморщилась. Щеку неприятно стянуло. Пальцы потянулись к лицу, растирая кожу. Только вместо гладкого и нежного лица, подушечки пальцев наткнулись на огрубевшую, бугристую кожу.

Метнулась к воде. У самого берега был небольшой участок, где трупы не плавали. Вода была прозрачной.

Нет, нет, нет!

Широко распахнутые глаза следили за каждым движением пальцев, которые очерчивали толстые и тонкие шрамы. Из глаз хлынули слезы. Некогда симпатичное миловидное лицо этого тела напоминало сейчас Франкенштейна.

Все мое тело. Оно было покрыто загрубевшими шрамами.

Я не просто чудовище! Я уродливое чудовище!

Внешность — не главное, скажете вы? Но как с такой внешностью показываться на глаза народу? Да моим видом детишек страшно пугать.

Истерика прошла, но шрамы никуда не исчезли. Зло усмехнулась. Отражение в реке показало жуткую усмешку.

Жизнь сделала очередной для меня кульбит. Ведь судьба дает человеку столько испытаний, сколько он может выдержать. И видимо это не весь мой предел.

Что-то сломалось внутри, перевернулось, ожесточилось. И если до происшествия в реке я надеялась на положительную динамику пребывания в этом мире, то сейчас осознала — мне будет невероятно трудно выжить в Архароне. Дело даже не в изуродованной внешности, а в том, что я просто не смогу приспособиться к этому жуткому миру. Когда на каждом шагу тебя подстерегает смертельная опасность, сложно радоваться жизни. Невозможно забыться и расслабиться. Постоянное напряжение в конечном итоге просто сведет меня с ума.

Но пока я в здравом уме и твердой памяти, пора научить кое-кого послушанию. С места не сдвинусь, пока не разберусь с этими тварями, заселившимися в мое тело.

Я понимала, что они могли не допустить всего этого, но тянули до последнего. Лишь когда я была на грани, они уничтожили рыб и спасли меня.

В груди горел огонь. Не знаю, что это, но мысленно приказала ему выжечь из меня теней. Они протестовали, упирались, но моя воля была непоколебима. Это они во всем виноваты.

Спустя какое-то время тени замерли напротив меня.

— Вы, наверное, не до конца понимаете, что со мной нельзя так, — заявила этим тварям. Боже, не голос, а сиплое хрипение, как у пропойцы с огромным стажем. — Я хоть и сосуд для вас, но знаю, что очень ценный, — тени лишь недовольно колыхнулись, но мне было плевать на их несогласие. — Я не просила всего этого, — развела руками в стороны. Шрамы так и мелькали перед глазами. Ни одного живого места на мне нет. Я разозлилась. Моя ненависть к этому миру и существам увеличивалась. — Вы могли меня не спасать, но вытащили из реки, а значит, делаем выводы, что моя смерть не входит в ваши планы. Скорее всего, если погибну я, не станет и вас, — тени недовольно колебались в воздухе. — Вы можете меня спасать от всего, но если мы не придем к взаимному согласию, то я убью себя, — без сожаления резанула себя по запястью, зажатым в руке острым камнем, перерезая вену. Грубая кожа нехотя поддалась и из раны потекла кровь. Даже не скривилась от боли. Тени дернулись в мою сторону, но я выставила в предупредительном жесте руку, чтобы не приближались. — Мне плевать на вас, но жизнь, которую вы мне подготовили хуже смерти, — тени возмущенно вспыхнули, а я продолжила. — Я могу убить себя по-разному. Даже голодом, — так себе конечно угроза, но если подумать, то это единственное, что им неподвластно. От голода они не спасут. Физическому телу нужны силы. — Я не буду кормить это физическое тело. Через некоторое время оно умрет от истощения, а следом за мной и вы. Мне терять нечего. Либо вы подчиняетесь и мы учимся сосуществовать вместе, либо будущего ни у кого не будет, — тени замерли. Кажется, не ожидали от сосуда подобной речи. — Самодеятельностью вы больше не занимаетесь и никого не убиваете, не выпиваете магию до смерти. Либо подчиняетесь мне, либо сосуд самоликвидируется и сделать вы ничего не сможете. И да, благодарить за такое спасение не буду, — ядовито заметила я. — А теперь раз мы пришли к согласию, показывайте короткий путь к ближайшему поселению. Нам нужна одежда, еда и работа.

Кажется, я знаю, чем заняться в этом мире. Жалеть себя, не имеет смысла. Нужно учиться выживать. Хватит плыть по течению. Это моя жизнь и только от меня зависит, какое будущее у нас будет с тенями.

Еле волоча уставшие ноги, я медленно двигалась вдоль реки, где чуть не погибла. Шрамы неприятно стягивало, что вызывало огромный дискомфорт. Приходилось часто останавливаться и смачивать водой загрубевшие рубцы. Как тени заживили мое тело, не представляю, но шрамы очень мешали в движении. Натирали, а местами даже кровоточили. Как бы мне не хотелось скорее выбраться из этой неприветливой глуши, быстрее двигаться не получалось.

Тени затаились. Не мешали, не вмешивались и не отсвечивали, как я и приказала им. Конечно, мало верилось, что мои угрозы возымели к послушанию, но когда наступала ночь и я падала от бессилия на землю, мысленно просила согревать. Кажется, мы с тенями все-таки смогли найти общий язык.

Глава 4

Я представляла собой жалкое зрелище. Одежда давно пришла в негодность. Внешность жуткая, мешки под глазами, серый цвет лица, истощение до предела — все это не внушало оптимизма.

Как же я мечтала о горячей ванне, сытной еде, мягкой кровати с хрустящими белоснежными простынями и недельном сне. Но все это мне было недоступно.

Дорога была опасной, но с тенями мы работали слаженно.

Нам удалось уничтожить туманную нежить. Хотя не нам, а теням. Я ничего не знала об опасностях мира и не понимала, как с ней бороться. То, что Вард мне рассказывал, совершенно не вязалось у меня с действительностью. Всю информацию от Варда я воспринимала, скорее, как страшную сказку, а в итоге все оказалось правдой. Было жутко, но когда мне грозила опасность, то тени больше не выжидали, когда я буду на грани, а сразу же ликвидировали тварей.

Эта туманная нежить представляла собой множество длинных, липких щупалец. Они обматывали тело во сне и присасывались к жертве, выпивая ее. Со мной у них ничего не вышло. Я хоть и уснула в тумане на влажной земле, но теням, в отличие от человека, сон не нужен. Поэтому, когда я едва не начала задыхаться, тени пошли в атаку. Я даже не поняла, что произошло. Проснулась от противного визжащего крика. Тумана больше не было, а повсюду ошметками валялись длинные «шнурки». От них исходила мерзкая гнилостная вонь. Я поспешила убраться от этого места подальше. Мой желудок и так не часто видел пропитание, а расстаться с последними крохами не хотелось.

Оказавшись в безопасности, тени показали мне, что происходило, когда я спала. Да, мы научились немного общаться. Криво, косо, но я их понимала. Мыслеобразы были нечеткими, но и этого хватило, чтобы в очередной раз убедиться, в каком ужасном и жутком мире мне предстояло жить. И положив руку на сердце, призналась себе, что как бы я не ненавидела теней, они не один раз спасали мне жизнь. Да, я для них всего лишь сосуд, но жить я хотела безумно.

А еще я отметила один немаловажный факт. Там, куда протягивали свои лапки тени, становилось легче дышать. Не знаю, что они делали, но чувство, что забирали всю плохую энергетику, а ее было очень много. В таких местах мне было особенно тяжело. Иногда я ревела белугой, скатываясь в банальную истерику. Иногда впадала в депрессию. Иногда просто валилась кулем на землю и отказывалась, куда-либо идти. Накатывала такая апатия и хандра, что самой было страшно.

Тени чувствовали меня, мои эмоции, общее состояние. Они словно настраивались на мою волну и пытались избавить от всего плохого, что мне причиняло дискомфорт и негатив. Тени поглощали в себя все чуждое для этого мира, очищая его.

Например, как с туманной нежитью. Мало было от нее избавиться. Там, где она поселилась, сама земля погибала. Теперь там все хорошо. Тени позаботились о том, чтобы эта часть земли Архарона исцелилась до конца и продолжила жить.

Не понимала, как это работает, но то, что тени изменились — неоспоримый факт.

По пути нам не встречались люди. Чувство, что на Архароне вообще никого нет кроме меня. Я одичала. Мне не хватало банального человеческого общения. Я так хотела видеть живых обычных людей, что часто срывалась на теней, заставляя их показывать самые кратчайшие пути к цивилизации. Пару раз им пришлось окунуть меня в ледяную воду, дабы я пришла в себя. И в такие моменты мне было стыдно. Тени намного разумнее меня. Но и я всего этого не просила. Иногда мне казалось, что смерть в моем родном мире от рук мужа лучше, чем все эти испытания в Архароне.

Я жалкая неудачница.

Больше месяца я добиралась до цивилизации, но первое поселение, куда привели меня тени, выглядело еще хуже, чем я.

Обветшалые, покосившиеся дома, подпертые балками крыши, грунтовая дорога с многочисленными ямами — кричали о том, что жизнь здесь далеко не сахар. Бедность, унылость и безнадега — вот, что я почувствовала, когда ступила в это поселение.

И люди. Их не было, но энергия этого места просто замораживала на месте. Кровь стыла в жилах.

Я осторожно зашла в первый дом, но и там меня встретила замогильная тишина.

Скрип под ногами разрывал эту тишину. Было жутко.

На открытой плите стоял котелок, затянутый паутиной, а на столе выставлена посуда для будущей трапезы. Некогда белоснежная скатерть превратилась в тряпку. То тут, то там лежали вещи, какие-то бытовые принадлежности.

Тронь и рассыплется. Здесь время словно замерло. Чувство, что отсюда разом, в одно мгновение, исчезла жизнь.

Походив по дому, отметила, что все-таки он был жилым. Нет той пустоты, которая образуется при переезде. Это было странным.

Вечерело, а я так надеялась на мягкую кровать и еду, но мне видимо не грозит утолить голод.

Я обошла еще пяток домов, но картина везде повторилась. Вот, кто-то готовился к стирке, кто-то заготавливал дрова и много других мелочей, что наводили на очень нехорошие мысли.

И этот потусторонний холод. Он проникал всюду, в каждую клеточку тела.

Я отпустила теней. Кажется, это по их части. Они не отлетали от меня далеко, а даже взяли в кокон. Спустя минуту я поняла, почему.

Со стороны пригорка в мою сторону шла толпа. Но едва я смогла ее рассмотреть, как нервно сглотнула. От страха сердце ушло в пятки.

Не живые. В лохмотьях мужчины и женщины, старики и дети — все они были мертвыми с впалыми глазницами, искривленным ртом и отваливающейся плотью.

Медленно начала отступать. Такая цивилизация в мои планы не входила. Я же никогда такого не видела. Только в кино, но в этом мире, кажется, все земные страшилки ожили.

— И что будем делать? — мысленно спросила у теней. Те лишь покачнулись и выстроились передо мной в линию.

Ладно. Не буду мешать. А, что я собственно могу сама? Ничего. Без теней я совершенно беспомощна и не приспособлена к жизни в этом мире.

Тени расплылись, увеличиваясь в размерах. Они потянули свои многочисленные темные нити в стороны мертвяков.

В этот раз не было ни криков, ни визга, а тела рассыпались на глазах, стоило теням их коснуться. Вместо бывших зомби в небо устремились десятки белых светящихся шаров, а энергия этого места стала чище. Кажется, вечернее небо даже посветлело.

Что это было, мне неведомо, но то, что тени снова сделали всю грязную работу — это факт. Главное, чтобы на живых не нападали, а эти уничтожения я переживу.

Сколько времени души были заперты в мертвых телах? Что они испытывали, умирая? И как теням удалось разорвать этот замкнутый круг? Мне не понятно.

Чем больше проходило дней нашего с ними сосуществования, тем больше копилось вопросов ко всему происходящему.

Но тени, словно, знали, что делать.

Сейчас данный поселок был полностью безопасным. Тени свернулись в груди, впадая в спячку, аккумулируя съеденную чуждую энергетику.

Кажется, теперь можно и мне отдохнуть.

Зашла в ближайший дом и рухнула на постель. Пыльно, грязно, но мягко, а этого мне и не хватало. Желудок жалобно завыл, но я была не в состоянии искать еду. Завтра. Все завтра.

К цивилизации я добралась еще через месяц.

В том поселении мне удалось найти немного денег. Я не воровка и успокаивала себя тем, что это своеобразная плата за освобождение от участи зомби.

Также нашла более-менее целые вещи, не рассыпающиеся от времени, но сохраненные магией. Сейчас я выглядела мальчишкой-подростком. Широкие прочные штаны из плотной ткани, серая рубаха, кожаный жилет до середины бедра, черный плащ и грубо сшитые сапоги из неизвестного мне материала. Местным эта одежда уже ни к чему. Они отошли в мир иной на перерождение. Об этом мне тоже мысленно поведали тени. Я ничего в этом не понимала, но те светлые шары — не упокоенные души. Сколько умений скрывали тени, мне тоже неизвестно.

Вспомнился рассказ Варда о жнецах. Ведь из его слов я поняла, что только жнецы имеют необходимые силы, чтобы отправить души на перерождение. И тут возникает закономерный вопрос: кто мои тени? И откуда у них сила, подобная жнецам?

Ответов не было.

Девичьи формы не разглядеть в одежде с чужого плеча, а с учетом того, как я питалась, то мой вес оставлял желать лучшего. Палка и та красивее, изящнее.

Но красоты мне не видать. Шрамы никуда не делись. Больше я себя не заставляла смотреться в отражающиеся поверхности, дабы не расстраиваться лишний раз. Шрамы и рубцы всегда были со мной, как и тени. Я ненавидела свое отражение, поэтому больше не желала его видеть.

Смирилась? Скорее всего, да. Мне было легче не видеть себя.

Цивилизация встретила меня высоким частоколом и грозными стражами на воротах.

— Цель посещения? — ледяным тоном поинтересовался страж, пытаясь рассмотреть мое лицо под капюшоном.

— Туризм, — соврала я, прячась под спасительным капюшоном от местного стража правопорядка.

Противный у меня голос. Самой жутко от звучания, но хрип тоже не прошел. Видимо хорошо я повредила тогда связки.

Туризм хорош, когда у тебя есть за что отдыхать, а моих средств хватит, едва ли на неделю.

Страж не стал больше задерживать. Взял за вход серебрушку, пропуская в город.

Город был достаточно большим и шумным. Широкие улицы с каменной брусчаткой, повозки со странными животными в упряжи. Модифицированные лошади? Острые клыки с кровожадными красными глазами и хвост, как жало у скорпионов. Лошади из Ада. Вот кого они мне напоминали из мифологии.

Передернула плечами. Как их вообще можно приручить? Но эти милые зверушки слушались извозчика и не собирались бунтовать. Одомашнили хищников? А то, что это хищники, у меня не было сомнений.

Аккуратные дома были приятны моему глазу.

Спешащие по делам люди в старомодных одеждах вызывали удивление. Я старалась так открыто не смотреть на горожан. Не нужно привлекать лишнее внимание. Средневековое Средневековье!

Все-таки, я скучала по городской суете. Мне этого очень сильно не хватало.

Женщины одеты в длинные разноцветные платья, а мужчины обязательно в плащах. Хорошо, что я сливалась с местной модой.

Так странно. Будто в прошлое попала.

Я прибыла сюда, когда солнце еще находилось на своем максимальном пике. Нужно найти местный аналог гостиницы и пройтись по улицам.

Но разве можно пройти мимо аромата горячей выпечки? Я безумно проголодалась, поэтому, не раздумывая, купила несколько ароматных пирожков, с наслаждением впиваясь зубами в мягкое вкусное тесто. Невероятно! Кажется, я ела подобную пищу в прошлой жизни на Земле.

Стало так грустно и обидно, что пирожки приобрели солоноватый привкус.

По щекам катились слезы. Почему жизнь так несправедлива? Что я сделала не так? Разве заслужила все это?

Пальцы дрожали, меня всю потряхивало от накатывающей истерики. Бессильно прислонилась к стене пекарни и медленно сползла по ней на землю. Как же гадко.

Размазывая по щекам слезы, стиснула зубы. Нельзя мне расслабляться. Нельзя впадать в безнадежное уныние, иначе сдохну.

Пирожки были благополучно забыты на земле, а я, поднявшись, поспешила убраться подальше от этого места.

Дела не ждут. Сначала жилье, а после ищем работу. Уж нам с тенями есть чем заняться в этом мире. Главное их не показывать, иначе нас ждет незавидная участь. Крепла уверенность, что такой силы в Архароне не существовало.

Часть 2

Глава 5

Один год спустя.

— Малик, гнида ты подзаборная, — шипела я на своего нечаянного работодателя, ухватив его за шею руками.

За этот год тени стали продолжением меня. Им не нужно было показываться, если на то не было необходимости. Они разделили со мной тьму. Мое тело стало тьмой. Я могла сливаться в ночи с мглой. Невероятное ощущение легкости возникало в такие моменты.

А вот Малик предал. Именно он стал подбрасывать мне подработки год назад. Человеческий маг состоял в гильдии наемников и просто обожал деньги и неплохо на мне заработал, ведь всю грязную и сложную работу выполняла я.

— Йен, ты все не так понял, — попытался оправдаться маг, пытаясь разжать мою стальную хватку. Но тени не были бы собой, если бы позволили это.

И да, меня воспринимали мужчиной. Обезображенная внешность, хриплый голос, мрачный жесткий взгляд. От девушки Вивьен остались только половые признаки, но их естественно никто не видел. Я всегда ходила в плаще и никогда не показывала лицо. Только Малик знал меня, видел, брезгливо кривился, но продолжал нанимать на самые сложные заказы.

— Ты знал о ловушке, — знал. Видела это по его бегающим хитрым глазам. Решил меня подставить.

— Йен клянусь, я не знал, что там будут императорские ищейки, — продолжал трусливо лепетать этот моральный урод.

Императорские ищейки и все, что связано с законом, мне категорически не подходило в силу моей теневой особенности. Именно на них я наткнулась, когда выполняла последний заказ. Меня почти сутки гнали, как дичь. Только с наступлением следующей темноты мне удалось скрыться. Ночь — мое время.

— Ты подставил меня, слил властям, — хрипло сипела я. Я жутко устала и последнее, что хотелось, так это устраивать разборки с работодателем. — Я разрываю наше соглашение.

— Нет, нет, ты не можешь, — с ужасом проблеял Малик.

Тварь! Понравилось за этот год бока отлеживать, пока всю основную работу он бросил на мои плечи. Нет, я не жаловалась. Мне нравилось то, чем я занималась.

Именно год назад мы случайно встретились за городом, когда он был окружен тварями. Если бы не я, то от него и косточки бы не осталось. Так мы и заключили магический контракт. Он мне дает работу и платит за нее более чем щедро, а я выполняю все самые сложные заказы. И хочу сказать, что за этот год я сколотила себе небольшое состояние. Не очень много, но мне хватит на пару лет безбедной жизни.

— Еще как могу, — прорычала я, призывая теней.

Они давно поняли, как разорвать контракт без ущерба для здоровья, но мне это было не нужно. Меня все устраивало, но не теперь.

— Ты умрешь, если попытаешься разорвать договор. Еще четыре года ты мне должен, — как-то самоуверенно проблеял этот недомаг.

Да, моя оплошность, что контракт заключила на пять лет, но тогда мне казалось, что это небольшой срок. Вот только ошиблась. Мой год шел за все десять лет.

— Малик ты в этом так уверен? — я откинула капюшон и взглянула на него взглядом полным тьмы. Маг побледнел, икнул и попытался меня ударить магически.

Наивный. Неужели забыл, что по мне их магия стекает, как вода по маслу? Тени лишь встряхнулись и дернули за ниточки контракта. Я лишь поморщилась, а вот Малик потерял сознание от боли. Все. Нет больше договора. Даже дышать стало легче, а то эта невидимая договорная удавка на шее, причиняла дискомфорт. Отшвырнула в сторону этого ушлого мага, развернулась и направилась к выходу.

Хотя нет. Вторая часть оплаты за заказ мне положена. С трудом, но я его выполнила. Я знала, где у него сейф, а взломы для меня проще простого. Тень просочится куда угодно.

Нет, я не воровка и не убийца, но иногда моя работа состояла в том, чтобы вернуть украденное или подставить, какого-нибудь ушлого богатея. Они друг друга стоили. И нет, совесть меня не грызла. Властьимущие слишком много себе позволяли. Именно из-за такого богатея я чуть не попала в лапы закона. Кто же знал, что мой заказ был одним из приближенных императора. Я не знала. Малик скрыл от меня эту информацию. Впредь буду умнее. Доверяй, но проверяй. А я в последние полгода игнорировала этот девиз. Раньше осечек не было. Малик предоставлял мне все необходимое, но не в этот раз.

Малик такие заказы отдавал мне, а работа с богатеями была редкая, но хорошо оплачиваемая.

С политическим устоем и первыми лицами королевства я не до конца ознакомилась, ибо времени не хватало. Когда не было работы, я отсыпалась и набиралась сил.

Конечно, я сейчас не тот желторотый юнец, который пришел из другого мира, но знаний, что я получала, не хватало.

Все-таки, основная моя задача заключалась в зачистках от тварей, которые после войны разбрелись по всему Архарону. Их вылавливали, уничтожали, но они плодились, как тараканы.

Дом наемника встретил меня ночной тишиной и магической охранкой. Я видела ловушки магическим зрением, но для меня не существовало закрытых дверей, ибо слитую с тьмой сущность, ничто не могло засечь.

Мгновение и я перетекла в саму тьму. Следующий миг и мое тело просочилось в щель под порогом.

Прильнула к стене, прислушиваясь. Дом спал. У Малика не было семьи. Лишь постоянная служанка.

Я была всего однажды в его доме. Тогда, когда впервые с ним встретилась и спасла. Я тащила его на себе. Вернее тени облегчали ношу. Помню обстановку и кабинет. Даже знаю, где сейф, опечатанный всеми видами защитной магии.

Нет, я не знала, как снять защиту, но я знала, как от нее навсегда избавиться. Обрела плотность, а тени жадно прильнули к сейфу. Не прошло и пяти минут, как защита была полностью поглощена тенями, а дверца сейфа, скрипнув, отвалилась.

Меня интересовала сейчас не только вторая часть оплаты за сделанную работу, но и моральная компенсация. Я этой ночью попрощалась не только со свободой, но и с жизнью. Поэтому, пусть Малик не обижается, когда обнаружит почти пустой сейф. Финансы нужно держать в банке.

Сумма плавно перекочевала ко мне, но когда тянула кошель с деньгами, то нечаянно зацепила, какие-то бумаги. Послышался глухой шелест, разлетевшихся по полу листков.

Это были документы и не только. Повсюду была я. Невозможно не узнать это испещренное шрамами лицо на клочке бумаги. Магическое художество? Эта сволочь собирал на меня досье? Документы тоже были обо мне.

Каждый выполненный заказ и дело документально фиксировалось с приложенным моим портретом. В конце каждого такого документа написано: «Кто он» и стоял жирный вопрос.

Вот гнида!

Даже дубликат своих документов нашла. Именно Малик помог мне с идентификацией личности.

Я была невероятна зла. Ярость от предательства полыхала огнем. Как он посмел?

Но помимо моего досье, я обнаружила тонну компромата и на других, сильных мира сего, личностей.

Сволочь не гнушался шантажом.

Ненависть к этому ушлому магу застила глаза.

Приказала теням собрать все до листика. Через пять минут в огне горело не только мое прошлое. Оставаться в этом городе больше нельзя. Неизвестно что эта подлая тварь еще имеет на меня. Возможно, этот сейф не единственный схрон. Мне нельзя привлекать внимания. Никак нельзя, иначе пустят на опыты и убьют. Мои тени — это явная угроза и смерть всем, кто встанет на их пути. И сейчас тени жаждали крови Малика. Неимоверных усилий мне стоило их сдерживать.

Едва догорел последний листок компромата, я бесшумно покинула этот негостеприимный дом. Даже если, что-то и осталось, то мне не угроза. Да, придется лучше зачищать за собой и быть более осмотрительной. Теперь я сама за себя.

Как хорошо, что съемное жилье практически на окраине города. Собрав пропитание на первое время, оседлав Бурю, пепельную кобылу с клыками и крыльями, поспешила подальше убраться из этого города, который стал мне домом за этот год.

Первое наше знакомство с Бурей было случайным и болезненным для нее. Это случилось пять месяцев назад на одном из моих заданий в городе, в трех днях пути от моего нового дома.

Рынок животных и металлическая решетка с кобылой, похожей на мифических пегасов. Ее спеленали путами и веревками, больно врезающимися в бока, разрезая плоть до крови. Крылья были буквально распяты и тоже зафиксированы веревками, привязанные к металлической решетке. Изо рта вырывалась пена, словно кобыла бешеная. Но, тем не менее, столько огня, жизни и борьбы за свободу я никогда не встречала. Непокорная, свободолюбивая и отчаянная.

Кобылу пытались усмирить, но ничего не выходило. Ненавижу таких торговцев и хозяев. Как можно так жестоко обращаться с живым существом?

Мы встретились взглядами. Мой — полный сострадания и сочувствия. Ее — полный безысходности, боли с жаждой жизни и свободы.

— Сколько? — прохрипела я, не отрывая взгляда от кобылы.

— Не продается, — рявкнули мне в ответ, продолжая измываться над несчастной лошадью. Еще и плетьми прошлись по спине и крыльям.

Уроды!

Невыносимо смотреть на истязание беззащитной жертвы. Резко отвернулась и быстро зашагала прочь. Потерпи милая.

Я понимала, что сейчас, среди белого дня я ничем не смогу помочь. Мое время — это всегда ночь. И едва солнце скрылось за горизонт, а сумерки поглотили город, я предвкушающее улыбнулась.

Поиграем тени?

Кобылу охраняли. Помимо магов, вся решетка была оплетена защитными чарами. Не проблема для меня, но нельзя наделать шума.

Для теней нет преград. Проверено опытным путем.

Кобыла пластом лежала на скомканной, мокрой от крови соломе. Глаза полностью закрыты, брюхо едва вздымалось. Ее истошные полуживые хрипы разрывали сердце на части. До чего довели бедное животное? Твари.

Мой разум затуманила неприкрытая ярость.

Тени метнулись к магам. Те ничего не успели понять, как кулем свалились на землю. Они живы. Тени научились пить магию без убийств. Эти бездушные палачи не одни сутки будут валяться овощем от истощения.

Кобыла была напугана тенями, но у нее просто не осталось сил, чтобы продолжать бояться.

Клетка ярко вспыхнула и погасла, больше не представляя угрозы.

Кажется, я могла все, но вот открыть замок без ключа — это проблема. Странно, но тени голыми руками разрывали врагов на ошметки, а справиться с металлом им не под силу.

Пока я обыскивала карманы магов, мои помощники создали плотный кокон, поместив в него перепуганную лошадь.

Вдали послышались голоса.

Проклятье! Только этого не хватало. Нужно торопиться.

Найденные у магов ключи с громким грохотом упали на землю.

— Да, что ж такое? — я нервничала.

Вдох — выдох. Нужно успокоиться и взять себя в руки.

Пальцы подрагивали, когда я вставляла ключ в массивный навесной замок. Пару секунд и я уже в клетке.

— Как она? — обеспокоенно протянула я, пытаясь рассмотреть в коконе кобылу.

Тени колыхнулись и подались мне на встречу, передавая мыслеобразами все повреждения, что нанесли несчастному животному.

Кинжал пел в моих руках, разрезая веревки.

Минута и все было кончено. Тени поддерживали своим весом кобылу, помогая той подняться. Морда лошади предусмотрительно сцеплена тенью, чтобы ни звука не издало несчастное животное.

— Не бойся, — прошептала я, поглаживая морду. — Потерпи немного и ты будешь на свободе, — главное, чтобы не поймали снова.

На удивление животное замерло, принюхалось к ладони и кажется, облегченно выдохнуло, едва царапнув клыком кожу. Боли не ощутила, так как животное сразу зализало небольшую ранку. Как ей удалось провернуть все это при спеленатой пасти, я не знала. Прошлась ладонью о ткань брюк, стирая липкую слюну.

Побег из города не составил труда. Мы незаметно покинули базарную площадь, улицы и городские ворота.

Копыта пегаса спотыкались, но путь к свободе еще был слишком призрачным, чтобы сдаться и передохнуть. Единственной проблемой было то, что я не знала, как вылечить животное.

— Прости, но я не знаю, как дальше помочь тебе, — мы оказались в лесу на опушке, освещенной яркой луной. — Беги подальше от этих мест и больше не попадайся, — я легонько хлопнула кобылу по крупу, пытаясь придать ей резвость, но животное упрямо сопело и недовольно смотрело на меня, не сдвинувшись с места.

— Ну, чего ты хочешь? — вытащить вытащила животное, а вот что дальше с ним делать, не представляла. Так далеко я не заглядывала.

Кобыла фыркнула, еще раз лизнула ладонь и, развернувшись, потрусила прочь.

Выдохнула с облегчением. Кажется, само животное не знало, что делать со своей свободой.

В общем, расстались мы довольные друг другом. Я с чистым сердцем вернулась домой, а кобыла ускакала в неизвестном направлении.

Жизнь потекла своим чередом. Заказов было много. Некогда было жалеть себя, а тем более, унывать.

Второе знакомство состоялось месяц спустя. Я стояла на поляне, выполняя роль наживки. Но не успела нежить ко мне приблизиться, как на ту самую поляну, прямо с неба, спикировало великолепное и первозданное в своей красоте, животное.

Пегас. Пепельный. С мощными огромными крыльями и прищуром знакомых глаз.

Я своим глазам не поверила, когда это чудо-животное мордой ткнулось в мое плечо.

— Как ты здесь оказалась? — мое ошеломление было не передать словами.

Как она меня нашла? Я машинально зарылась пальцами в мягкую лоснящуюся гриву и прислонилась лбом ко лбу животного.

Кобыла радостно заржала и затопала копытами, буквально вспарывая под ногами землю.

— Я очень рада, что ты в полном порядке и полностью здорова, но ты очень не вовремя, — хмуро произнесла я, вспоминая, зачем я все-таки изображаю истукана на этой полянке. — Давай улетай, — я отошла в сторону, разрывая тактильный контакт. Это мимолетное живое тепло приятно разлилось в груди. Мне не хватало этого. — Здесь небезопасно.

Но кто бы меня слушал, а времени на уговоры больше не осталось. Приманка в виде меня сработала. С деревьев со всех сторон на нас посыпались мелкие зубастые твари. Казалось, их были тысячи. Они пытались разорвать на месте двух несчастных. Тени не дремали. Они споро окинули меня плотным туманом и принялись рвать на части местную нечисть. И я совершенно выпустила из вида кобылу, а зря.

Сверху полился яростный огонь, сжигая до пепла этих монстров.

Кажется, прошла целая вечность, прежде чем с тварями было покончено. Я еще плохо владела своими клинками, но мне удавалось разрубать надвое монстров. Надо брать больше уроков и добавить еще физические нагрузки.

Я устала. Кажется, эта битва была самой выматывающей за все время, что я живу в новом мире. Меня успели поцарапать и покусать. Тени хоть и защищали, но все равно пропустили ко мне несколько особо резвых тварей.

Раны жгло, словно в кровь добавили кислоту. И теряя сознание, я не видела, как с неба спикировало животное и стало зализывать каждый порез и укус.

Тени тоже принялись лечить, но как выяснилось спустя пару часов, то помощь этого животного была неоценимой.

Об этом мне поведали тени, когда я пришла в себя. Эти монстры были ядовиты и если бы не слюна кобылы, то теням бы понадобилось намного больше времени, чтобы вывести этот яд. Слишком быстро он растекался по организму и убивал внутренние ткани.

А так, к вечеру я уже была в порядке. После изматывающей битвы осталось отдохнуть и выспаться.

Буря. Именно на такое имя согласилось животное. И сколько бы я не пыталась ее прогнать, она шла за мной по пятам.

Конь, на котором я сюда добралась, спокойно жевал траву в поле, где я его и оставила. Он был обычным клыкастым и на вид грозным, но без крыльев.

В общем, Буря конкурентов не терпела и стала единственным моим не только транспортным средством, но и боевым другом.

— Буря, вот и закончилось наше проживание в этом городе, — вынырнув из воспоминаний, прошептала я, потрепав по холке кобылу, запрыгивая в седло.

Вещей у меня немного, поэтому все поместилось в две седельные сумки.

Я хоть и разорвала договор с Маликом, но понимала, что жизнь он мне еще испортит. Я не боялась его, нет. Но и конфликтовать на одной территории не имело смысла. Мир большой. Я еще толком нигде и не была, поэтому даже хорошо, что все так сложилось. Пора переезжать в другую империю.

Меня не ждала империя Вайкарос, но я надолго планировала затеряться на ее просторах. Столица Реймар отлично подойдет, чтобы потеряться среди горожан и не привлекать внимания. Хотя, с моей внешностью, не привлекать — это спорное утверждение.

Испещренное шрамами тело больше не вызывало отвращения и отторжения. Я приняла его таким, какое оно есть. Единственное, что до сих пор вызывало дискомфорт — это постоянное использование кремов, чтобы рубцы не высыхали, не трескались, не зудели и не кровоточили. К сожалению, избавиться от шрамов нет никакой возможности. Магические маски лишь сглаживали все шероховатости, но не убирали полностью. Я смирилась.

С Бурей мы расстались в ближайшем сквиргпорте. Она наотрез отказалась ехать в багажном отделении для животных. Ее можно понять. Тень клетки никогда ее не отпустит. Буря просто ненавидит закрытые пространства. Но она найдет меня, где бы я ни была. Капля моей крови, слизанная наглым языком после спасения, навсегда нас связала. Благодаря этой связи она и нашла меня на той поляне.

Хотя, я боялась за свою подругу. Не хотелось, чтобы ее снова пленили. Надеюсь, Буря будет умницей и не влипнет в неприятности без меня.

Местный аналог живого самолета меня настораживал. Я впервые пользовалась данным средством передвижения. Шутка ли, нестись сквозь облака на животном без использования технического прогресса и умелых опытных пилотов.

Но это единственное быстрое летное средство. А летать, скакать по полям, болотам и лесам я устала. Хотелось передышки в пути, а не постоянно оглядываться, ожидая нападения тварей или разбойников.

Скрывая свое лицо под капюшоном, уселась на свое место. Благо, что тут усыпляли на время полета, погружая организм в стазис. Не знаю, как это работало, но очень удобно. Полет для меня пройдет совершенно незаметно. Ни есть, ни пить во время такого полета, совершенно не хотелось. Две недели пути и я буду в новой империи.

Для меня оставался вопрос, как сквирги могут быть в воздухе так долго? Задавать вопросы об очевидных для всех вещах, я поостереглась.

Глава 6

Империя Вайкарос

Я неслась по ночным улицам Реймара, скрываясь от погони. Чтобы избежать лишней крови, приходилось бежать очень быстро. Буря еще не нашла меня, поэтому частично я передвигалась либо экипажем, либо на ногах.

Не так я себе представляла жизнь в столице. Совсем не так.

А все началось до банального просто.

Реймар встретил меня прохладной осенней погодой, моросью и пасмурным небом. Не люблю сырость, но билет у меня был в один конец. Недовольно поджав губы, поспешила добраться до близлежащей таверны. Там можно снять комнату на пару дней. Конечно, я планировала купить свое жилье, но если не хватит заработанных средств, придется снимать дом. В расценках мира я пока путалась.

Тени блаженно растеклись по телу и не высовывались, замерли, впали в дополнительную спячку. Нельзя и намека дать, что со мной, что-то не так.

В последние двести лет все крупные и средние города мира имели свой пропускной контроль с защитным куполом над поселениями. В Вайкаросе даже деревни были оплетены этими купольными защитами и арками на выявления демонической сути. Никто не хотел оказаться рядом с замаскированным под местный люд, монстром.

Вот только в Кираносе безопасностью и не пахло. Лишь с десяток крупных городов были защищены. Совершенное попустительское отношение к безопасности народа. Но если бы я попала сразу в Вайкарос, то уже была бы мертва. Тени были неконтролируемые. Киранос стал моей перевалочной базой. Этой империи я была благодарна, что до сих пор жива и никакая арка выявления темной сути меня не пленила.

Арка прохода светилась ярко. Если монстр пытался проскользнуть, то его тут же ловила магическая сеть. Дальше судьба монстра предрешена.

Я нервничала. Очень сильно нервничала. Ладони вспотели, а в висках пульсировало. Плохой признак.

— Снимите капюшон, — приказал стражник возле арки.

Не хотела светиться, но чего уж теперь. Нужно попасть в город.

Рука медленно стянула с головы капюшон. Упрямо уставилась на стражника. Кажется, он не ожидал такой картины перед собой. Нервно дернул кадыком, но остался к увиденному безучастным. Вокруг послышались крики. Кто-то хлопнулся в обморок.

Скривилась. Поэтому я и не открывала лица. Вокруг слишком много неврастеников.

— Проходите, — ни один мускул не дрогнул на лице стражника. Вот это выдержка.

Капюшон был водружен на место и я, выдохнув, прошла через арку. Даже колебания не было. У нас все получилось.

— Где он? — услышала недалеко от себя раздраженный голос, вырвавший меня из воспоминаний.

Погоня не отставала. Я не понимала, как они все еще держат мой след? Тени покачнулись и сильнее вдавили меня в стену в темном переулке. Замерла, дыша через раз.

И зачем я влезла, куда не просили? Все равно помочь не могла, а теперь меня ищут.

А я всего лишь возвращалась домой.

Две недели назад мне удалось подыскать себе жилье на окраине города. К лесу недалеко, но жаль, что попасть в город можно лишь с четырех сторон. Купол не оставил ни одной лазейки. Я не подумала о том, что из Реймара будет проблематично уйти по-английски.

С работой было туго. Тоже моя вина. Совершенно не подумала о том, что если в империи повышенный уровень безопасности, то и столица и близлежащие территории давно вычищены от тварей. Заняться мне откровенно было нечем, вот и бродила я по ночным улицам в поисках приключений, которые и нашли меня сегодня.

— Я его чувствую, — довольным тоном протянул глубокий бас. Мурашки прокатились по телу от этого голоса. Что за чертовщина?

Голоса приближались. Я не знала, что делать. Выпивать магию у преследователей — это подписать себе смертный приговор. Они же тоже монстры! А мои тени слишком истощены, чтобы вступать в еще один бой. Не знаю, что сделал василиск, но такого упадка сил я за все время еще не ощущала. Я очень сырой боец, а сейчас просто никудышный.

Ну, зачем я полезла в тот злосчастный переулок с василиском? Когда в одной из подворотен я услышала стоны и крик полный боли, не смогла пройти мимо.

Не успела. Девушка на моих глазах превращалась в камень. Руки от страха прижаты к груди, а рот замер в вечном крике. Ужасное зрелище. Жуткая скульптура получилась. Но ужаснее было то, что над ней склонился огромный змей со светящимся взглядом и крыльями за спиной.

Тени не стали ждать, пока нас заметят, а рванули в атаку. Это очень опасное существо. Я понимаю, что мир другой, но по мифологии именно взгляд василиска превращал все живое в вечный камень. Что здесь делает василиск? Как он смог попасть через арку?

Боже! В груди забилась тревога. Все мифы оживают? Я на такое не подписывалась.

Василиск не ожидал нападения, поэтому сначала не понял, кто его оплел, а когда до него дошло, то моих теней разорвали безжалостные когти монстра. Тени впервые потерпели поражение. Их ведь нельзя убить? Да? Они метнулись ко мне.

Василиск заметил меня и тоже так глянул, что сердце остановилось. Я не хочу быть камнем. Плотно зажмурила глаза и рвано задышала, пока не услышала топот ног.

— Вот тварь! — закричал кто-то сверху. Вниз спикировала другая крылатая туша. Черная, мощная и похожая на демонов из той же мифологии. — Полог невидимости пал! — воодушевленно прорычал демон. Красные глазища сверкали в ночи, огромные кожистые крылья сверкали молниями, а из пасти вырывался огонь. — Опоздали. Он нашел очередную жертву.

— Не смотрите в глаза! — хрипло проорала я, определяя свое местонахождение. Эти крылатые монстры были разумны и умели разговаривать. И видимо, сами искали василиска. Возможно, мои тени сняли этот полог невидимости? — Эта тварь взглядом превращает в камень!

— А это у нас кто? — проклятье! Меня заметили. Еще бы не заметили, когда я сама себя обнаружила. Ну, чего тихонечко не стоялось в темном углу?

Что я умею делать отлично? Правильно — бегать!

Дожидаться, когда меня схватят и разберут на ленточки, не стала. Ясно одно, с василиском мне не справиться, поэтому уносим ноги. Страх быть пойманной, гнал вперед с неимоверной силой. Демоны тоже не внушали доверия. Интересно кто кого одолеет? И зачем я вылезла из темного угла?

Битва с василиском дала мне несколько минут форы, но я была слишком быстро обнаружена.

— Тебе лучше выйти, — голос совсем рядом.

Как так-то? Я же невидима. Я сама тень. Я слилась со своими телохранителями в единое целое и буквально распласталась по стене. Меня невозможно обнаружить. Ночь — мое время!

Этот демон с глубокими рычащими нотками в голосе был еще больше того первого, которого мне удалось рассмотреть. Страшная большая морда с пытливым умным, разумным взглядом, огромные когтистые лапы, просто гигантских размеров грудная клетка и по метров шесть крылья, раскинутые в стороны.

Я не дышала, а вот демон наоборот, очень сильно вдыхал воздух. Чем шире раздувались его ноздри, тем ближе он подходил. Я не понимала, как он меня чувствует?

— Карамель и корица, — довольно протянул демон и бесцеремонно положил лапищу на мою грудь. Нет, груди не было в физической форме, но если бы я сейчас имела тело, то эта лапа точно бы ощутила женскую грудь. Какая наглость! — Теплая, вкусная.

— Ар ты чего стену гладишь? — недоуменно спросил еще один демон.

— Вдохни, — приказал неизвестный мне Ар. — Чувствуешь?

— Кроме мусора и выпивки на втором этаже в угловой комнате, я ничего не чувствую.

— Любопытно, — лапа продолжала гладить стену, где я растеклась вертикальной лужицей.

Мне до одури было страшно. Кажется, мой страх ощутили все присутствующие. Пятеро демонов плотной стеной встали за Аром.

— Как это можно объяснить? — прогрохотал еще один демон и попытался положить лапу рядом с конечностью Ара.

Демон взъярился и буквально отшвырнул своего напарника прочь.

— НЕ ТРОГАТЬ! — жестко прорычал демон. — Руки вырву.

— Ар, что с тобой? — больше никто не пытался подойти, а наоборот демоны синхронно сделали пару шагов назад.

Я чувствовала, как силы меня покидают. Мне нельзя надолго оставаться в слиянии, иначе я не смогу вернуться и навсегда останусь лишь сгустком тьмы. А если не станет сосуда, то и тени со временем погибнут, исчезнут. Хотя, может и не совсем плохой вариант? За этот год я очень сильно устала выживать. А без теней я погибла бы в первые часы появления в этом мире.

— Ничего не понимаю, — недоуменно и даже растерянно прорычал демон. — Это мое.

— Что твое? — не поняли соратники.

— ЭТО МОЕ! — снова припечатал Ар, жадно обнюхивая стену.

Я не знаю, как пахну, но то, что меня обнаружили по запаху, пугает еще больше. Раньше я с таким тонким и чутким обонянием не сталкивалась. Это проблема и решать ее нужно как можно скорее. Сейчас этот демон нашел, а завтра кто-то другой с таким же обонянием меня начнет нюхать и кто знает, что эти носатые смогут еще унюхать. Нельзя, чтобы меня раскрыли. Я жить хочу.

— Арравел, это всего лишь стена, — попытался привести соратника в чувства другой демон.

— Не знаю, не понимаю, — тряхнул головой злобный демон, но руки от стены так и не убрал. Нос, кажется, уткнулся в область, где могла бы быть моя шея. Это совсем не смешно.

— Нам забирать домой этот кусок стены? — скучающим тоном поинтересовался пятый демон.

— Ар нам пора уходить. Гарлоса мы уничтожили, но его кладку нужно еще найти, — что? Кладка? У василиска ожидается пополнение? Это плохо. Это очень, очень плохо.

— Да, нужно найти, — снова тряхнул головой Арравел. — Но кладка тоже неощутима. Гарлос позаботился о своем потомстве и скрыл его мастерски, — тоже полог невидимости? И как тогда найти эту кладку? Город огромен.

— Мы два месяца искали эту тварь. Кроме каменных жертв ничего не находили. Почему именно сейчас исчез полог? Почему гарлос себя обнаружил? — хотелось бы мне ответить, но промолчала. Риск — благородное дело, но жить мне хотелось до смерти.

— Понятия не имею, — отмахнулся демон. — Но у нас есть единственный живой свидетель.

— Который сбежал, — фыркнул за спиной демон. — Хотя, тот тщедушный мужичок мне показался подозрительным. Откуда он узнал, что гарлос именно взглядом превращает в камень? Он был осведомлен о возможностях твари. И стоял в стороне. Наблюдал.

— Ты хочешь сказать, что они заодно?

— Но кто-то же поставил сильнейшую невидимую защиту на гарлоса? — вопросом на вопрос сказал демон.

— Его надо найти, — твердо заявил Ар. — И тогда мы узнаем все ответы.

Чего? На меня дело шьют? Да я мимо проходила! Так же нельзя!

Меня насторожило то, что, скорее всего, демоны правы. У василиска, вернее гарлоса, как называют эту тварь в мире, есть хозяин. И этот хозяин скрывает кладку.

Но зачем? Какой смысл? Неужели не хватило пролитой крови и смертей в той войне?

— И как его найти? — задумчиво протянул демон. — На стене только запах, а следов подозреваемого нет.

— Ничего, — злорадно усмехнулся Ар. — Я очень хорошо запомнил этот запах, — и в который раз, нос демона прошелся от ложбинки груди до самого виска. Меня бросило в непонятную дрожь. Не хватало, чтобы я сейчас сама себя обнаружила.

Ну, уж нет, я не позволю на себя навешать чужие преступные заслуги. Сама найду хозяина, чего бы мне это не стоило. И брошу к лапам этим наглых носатых демонов.

Демоны больше не стали задерживаться, а взмахнули крыльями и устремились в лунное небо.

Красиво. Я завороженно наблюдала за этим потрясающим полетом на фоне луны.

Только Арравел не спешил догонять своих сородичей. В последний раз он прошелся когтистой лапой по стене и с каким-то сожалением отступил.

Взмахнув крыльями, догнал своих соплеменников и устремился прочь, разрезая воздух мощными кожистыми крыльями.

Едва последний демон скрылся из вида, я отлепилась от стены и плашмя упала на холодную землю.

Ох, не так я себе представляла мирную и спокойную жизнь.

Сердце бешено колотилось в груди. Ноги еле держали мой маленький вес, а усталость такая, что я боялась не добраться до дома. Тени впали в спячку. Они мне сейчас не помощники. Они тоже имеют свойство уставать. Тени потратили много энергии, а быстро восполнить ее сейчас нечем. Не убивать же мне живых разумных существ, чтобы напитать теней. У нас договор, что без причины мы не трогаем расы. Сон. Он тоже дает силы, хоть и медленно восполняет утраченные потоки магии.

Нужно очень хорошо выспаться, а после подумать, как обелить свое честное имя.

За два месяца до вышеописанных событий.

Велейна давно не вызывал к себе император. Обычно мужчина сам приходил с докладом, но не в этот раз.

В это летнее утро высший маг и все еще генерал вайкаросской армии ни единым жестом не выказал своего удивления, находясь перед своим императором.

Эх, где то время, когда мужчина был обычным начальником городской стражи Реймара. Столько воды утекло с тех пор.

— Ты знаешь, как сильно нам помогли дэмонийцы, — начал император Деянор. Хотелось бы Велейну послать эту подлую расу, но не мог. Все-таки в последний момент они ввязались в войну. Как ни крути, а помогли. Без них, Архарона бы не было. Но осадок от их отношения к происходящему тогда, у Велейна остался. Он их не любил. Найрис не в счет. У того своя история и он так и не вернулся на родину. А дэмонийцев, проживающих в Вайкаросе, по пальцам можно пересчитать. — Они попросили приехать с неофициальным визитом. Инкогнито, — вот теперь Велейн не смог скрыть своего удивления, но продолжал молчать. За двести лет он научился неимоверной выдержке. — Шестеро дэмонийцев из верхушки власти. И ты понимаешь, что если с ними, что-то случится, то новая война обеспечена.

— Почему инкогнито? — все-таки не сдержался Велейн.

— Причины не раскрывают, но император Фергюсар настоятельно просил им не мешать, — вот это наглость!

— Если они не переступят закон, — недовольно процедил Велейн. — Что требуется от меня?

— Я хочу, чтобы ты лично занялся дэмонийцами и обеспечил дополнительную безопасность, — сообщил император Вайкароса.

— Сделаю все невозможное, — и Велейн не кривил душой.

Если с высшими отпрысками дэмонийцев, что-то произойдет на их территории, то можно смело класть голову на плаху. Император Фергюсар та еще безэмоциональная жестокая сволочь. Из-за него тогда погибло столько разумных рас. Если бы он вовремя предоставил помощь, стольких жертв удалось бы избежать.

Но дэмонийцы не проблема. Они не будут специально провоцировать конфликты. Им это тоже не нужно. Остается огромный вопрос, что им нужно в Реймаре?

Проблема была в другом. Велейн не понимал, откуда в защищенном со всех сторон городе, объявилась неизвестная тварь, превращающая все в камень. И сейчас все силы брошены на поиски этого преступника. Тварь ли это или разумное существо, выяснить не удалось. Такой магии Велейн за долгие века своей жизни еще не встречал.

— Они прибывают через неделю, — закончил Деянор.

— Понял, — кивнул Велейн, просчитывая в голове, как организовать безболезненное для всех пребывание дэмонийцев.

А то, что проблемы будут, он почему-то не сомневался. Может Найриса попросить о помощи? Нет, не вариант. Тот от Ядвиги ни на шаг не отходит. А его бывшая подчиненная, то еще шило в одном месте. Феникс и жнец в одном лице. Шутка ли? Как она все это совмещает, Велейну до сих пор непонятно. Но он точно возьмет себе отпуск и посетит друзей. Только с проблемами и дэмонийцами разберется и точно съездит к семье Делийских.

Глава 7

Можно спать до бесконечности, но проблемы сном, к сожалению, не решаются.

Трое суток я провалялась в постели. Силы были лишь на то, чтобы съесть кусок уже зачерствелого хлеба и выпить крынку кваса. Я не понимала, почему такое истощение? Хотя мысли были о том, что когда василиск-гарлос рвал моих теней, то что-то им точно повредил.

Тени были вялыми, но они были в каждой клеточке моего тела. Я очень остро чувствовала их усталость. Теней нужно накормить. Накормить магией, тварями и всем потусторонним, что можно найти. Сна оказалось недостаточно.

Я теперь понимала, что приехать в Реймар было большой ошибкой. Здесь очень трудно найти пропитание для теней. Срываться сейчас в опасный мир, тоже не вариант. Я слишком слаба.

Вспомнила о демонах. Вернее дэмонийцах. Именно такую вторую ипостась мне описывал Вард. Только придя в себя дома, я поняла, с кем столкнулась на улицах Реймара. Они пугали до чертиков, но в то же время мне стало любопытно увидеть их человеческую сторону. Что они забыли в чужой империи, оставалось загадкой.

А еще у меня очень сильно чесалось запястье. Там были какие-то непонятные черные точки. Они словно зараза приклеились ко мне. Мне точно нужна лекарская лавка.

Во-первых, найти средство, отбивающее запах. О том, что меня все-таки попытаются найти, я не сомневалась.

Во-вторых, найти средство от аллергии. Чувствую, что скоро сотру все рубцы и шрамы на запястье. Что и где я успела подхватить? Почему тени не уничтожили эту чесотку? Хотя от них сейчас помощи никакой. Кто бы им помог и накормил.

Я проснулась в сумерках. Спать больше не хотелось. Лежи, не лежи, а нужно вставать.

Собрав себя по крупицам, пошла в душ. Холодная вода бодрила. То, что мне сейчас очень нужно.

Чистая одежда приятно льнула к телу. Куцые остриженные волосы свободными прядями падали на лицо, немного скрывая шрамы. Но без капюшона на улицу лучше не высовываться. Немногочисленные соседи итак подозрительно на меня косились, обходя стороной.

После бодрящего душа, приготовив ужин на скорую руку, с удовольствием его съела. Чувство, что мой желудок никогда не видел еды. Настолько сильно я была голодна.

Сытой, довольной и разомлевшей — мне уже ничего не хотелось. Но физический голод утолить легко, а что делать с энергетическим? Теней тоже нужно накормить, а значит, пора собираться на охоту. Если их голод выйдет из-под контроля, я ничего не смогу сделать. Они начнут убивать.

Поздний вечер был холодным и промозглым. Тучи заволокли небо. Не видно ни луны, ни звезд. Пахло влажностью и озоном, как перед дождем. Не люблю дождливую осень.

Ночной Реймар жил своей жизнью. Обняв себя руками за плечи, шла пошатываясь по улице, напоминая пьяницу. Принюхиваясь к окружающему пространству, пыталась учуять, какие-нибудь крохи магии. Слабость никуда не делась. Я обессилена, невнимательна и рассеяна, отчего несколько раз ощутила болезненные удары в плечо. Поморщилась. Наверняка очередные синяки будут, но они затеряются среди жутких шрамов.

— Смотри, куда прешь! — возмутился парень, буквально отталкивая меня к стене. — Пьянь.

Не удержала равновесия и неуклюже стекла по стенке, зажмуривая глаза, прогоняя темные мушки. Что-то мне совсем нехорошо.

Вдох-выдох.

Вдох-выдох.

Нет, дыхательная гимнастика не поможет.

Магия. Мне нужна магия.

Отдала свое тело в полное пользование теням. Они быстрее сориентируются, где найти нужную пищу.

Поднялась, покрутилась вокруг своей оси и буквально побежала среди узких улочек.

Неужели тени, что-то нашли? Так даже лучше.

Ноги привели меня в неблагополучный район. Однозначно, завтра тело будет болеть. Так я никогда не бегала.

Остановилась за оградой заброшенного покосившегося дома. Тени замерли, прислушиваясь. Защиты не видно, но тени не торопились врываться в дом. Они словно, что-то выжидали.

А меня насторожил запах. Тут точно была магия, но она воняла гнилью.

Тени потянули вперед, но перед этим, расползлись по невидимому куполу. Через секунду я наблюдала, как невидимая все-таки защита, обрела краски. Желто-зеленая сеть искрилась, но тени ее пожирали очень ловко и быстро.

Хлопок и путь свободен, а мне стало не по себе. Меня охватил потусторонний ужас.

Чем ближе я подходила к дому, тем сильнее волосы на затылке вставали дыбом. Но кажется, страшно только мне, а тени в предвкушении шагнули в неизвестность, чтобы тут же отбить нападение.

— Какого хорка? — прорычал возмущенно мужчина, швыряя в меня огромный сферический шар.

Тени облизнулись и просто его поглотили. Чем мощнее атаковал маг, тем сильнее становились тени.

— Что ты такое? — маг не собирался сдаваться, но вся уверенность в собственных силах, его покинула. Магия меня обтекала, вернее ее пожирали тени.

А я ощутила такой прилив сил, что готова горы свернуть. Тени возвышались над магом мощной тушей. Они буквально его облепили со всех сторон.

— Хватит! — на убийство мы не договаривались. — Хватит, я сказала! — прорычала я, протянув к теням руки.

Мгновение и они впитались в меня, слились с каждой клеточкой тела. Сытые и довольные.

Маг безвольной куклой лежал на полу, но кажется, дышал. Пора уходить. Это я так думала, но не тени. Они насторожились.

Я отлично видела в темноте, благодаря теням.

Дом был пустым. Крыша прохудилась, а где-то даже продырявилась, стала как решето. Внутри было мокро и сыро. Бросила беглый взгляд на бессознательного мага. Что он здесь делал? Зачем такая мощная, невидимая защита вокруг? Что он прятал? Или прятался сам? Этот вопрос не давал мне покоя.

Холодно, неприятно, а по спине прошелся непонятный озноб. Что еще?

Лестница, ведущая на второй этаж, частично проломлена.

Первый этаж заинтересовал не только меня, но и теней. Они расползлись по дому, неизвестно что вынюхивая. Минут пять мы крутились по кругу, пока одна из теней не просочилась вниз через рваный половик. Это было странным. Весь дом пуст, но рваная тряпка на полу имелась.

Поддев носком сапога прохудившуюся ткань, отшвырнула ее в сторону.

— Кто бы сомневался, — прохрипела эхом по дому. — И что же у нас под полом?

Тени уже давно были внизу, пока я открывала, спрятанный под тряпкой неприметный люк.

А под полом была огромная земляная яма. В ней лежали десятки яиц, размером со страусинные. Может даже чуточку больше.

Что? Кладка?

Внутри все похолодело от безумного предположения. Нет, ну какая кладка? Серьезно? Здесь? Практически на глазах у всего города?

Тени буквально облепили яйця и с наслаждением поглощали все то, что находилось внутри. Какая гадость. Вот, что за гнилостный запах я ощутила перед домом. Это точно магия из яиц.

Нет, нет, нет. Я в этом точно не участвую. Вспомнив, как тот василиск-гарлос разорвал моих теней, обмерла.

Что же делать? Разбивать яйца не вариант. Неизвестно в какой стадии детеныши. Пока они в яйце, то не представляют угрозы.

Быстро закрыв люк, бросив на него тряпку, поспешила убраться из дома.

Не успела.

В какой-то момент поняла, что-то изменилось вокруг.

Напряжение и опасность витали в воздухе.

Я больше не была одна. Тени, почувствовав неладное, затаились, готовые в любую секунду броситься в атаку.

Уйти не успеем. Мы окружены. Растворяться в тени сейчас рискованно. Меня брали в кольцо. И с каждым приближающимся шагом — это кольцо сужалось, превращаясь в удавку.

Убивать не хотелось, но своя шкура ценнее. Я приготовилась к атаке. Как вовремя тени набрались сил.

Миг и на меня напало оцепенение. Я не смогла сделать ни шагу. Так и стояла в центре разрушенного дома. Ноги на ширине плеч. Руки чуть в стороны. Голова опущена вниз.

Это не ступор. Это магия обездвиживания. Я с ней не встречалась раньше, но то, что я неподвижна — это факт. Отдав мысленный приказ теням нас освободить, приготовилась отбивать атаку.

Стояла мертвая тишина. Время словно остановилось, а в следующую секунду в дом ворвались маги.

В ладонях огненные пульсары, отчего этот свет на миг ослепил глаза.

— Вот и встретились, — ледяным тоном произнес голос.

Пол скрипел под каждым шагом, приближающихся ко мне магов.

Мужчины были огромными. Рост чуть больше двух метров. Хотя, на глаз определить сложно, но они возвышались надо мной высокими скалами.

Шестеро магов и все, как один. Хотя нет, не все. Один маг возвышался над другими, как вершина горы. От него исходила такая аура мощи и властности, что хотелось упасть ниц и больше не вставать.

Побледнела. Нутром чувствовала, что так просто мне с ними не справиться. Они раздавят и меня, и моих теней, как букашку.

— Тут еще один, — хорошо, что переключили внимание на мага. Он все еще был без сознания. — Ар, кажется, мы нашли нужного мага.

Ар? Какое знакомое и видимо распространенное имя в этой империи.

— Его магией пропитан весь дом, — продолжал говорить мужчина. — Сильная тварь, — послышался глухой удар. Я бы тоже, кого-нибудь попинала, но не могу. Меня же обездвижили. Хотя тени уже сняли путы.

— Хм, — хмыкнул Ар. — А вот от тебя я магии совершенно не чувствую, — и такое недоумение проскользнуло на красивом смуглом лице, что захотелось усмехнуться, но этот порыв я сдержала.

Рано я радовалась. С меня бесцеремонно сорвали капюшон. Наступила просто оглушительная тишина.

Зажмурилась. Нет. Не смотрите. Не смотрите на меня.

— Мальчишка? — и столько удивления в голосе, что пришлось посмотреть в глаза неизвестному Ару.

Черная бездна глаз буквально затягивала в свои пучины. Резко очерченные скулы, квадратный подбородок на небритом лице — выдавали в нем уверенного в себе человека. Такого, который сметает все на своем пути, достигая поставленных целей. Четко очерченные губы недовольно сжаты. Прямой нос подозрительно водит вокруг моего лица. Слишком близко. Неправильно.

Красив. Не той слащавой отфотошопленной красотой с обложек журнала или социальных сетей, а чисто мужской красотой — необъяснимой, таинственной и завораживающей.

Сильные руки сжаты в кулаки. Его тело напряжено до предела.

— Ар? — позвал мужчину другой маг.

Все остальные напарники Ара просто терялись на его фоне.

— Ты не маг, — уверенно произнес Ар, вглядываясь в меня.

Удивительно, но я не заметила ни единой эмоции брезгливости или отторжения. Наоборот. Ар словно не замечал моих шрамов. Но, как их можно игнорировать, когда они есть. Я сама не смотрюсь больше в зеркала. Мне противно видеть себя такой.

— Ар! — кажется, терпение у его напарников на исходе. — Какого демона? Мальчишка не сбежит. Иди сюда.

Кажется, кто-то нашел погреб с яйцами.

Стоило Ару от меня отойти, как я облегченно выдохнула. Ну и аура у мужчины.

— Не понимаю, — протянул маг. — Мы ведь не могли найти это место из-за скрывающей магии. Как тогда с гарлосом. Но теперь ничего этого нет. Магия, словно исчезла в одну секунду, не оставив и следа.

Сглотнула. Ой, не в ту сторону копаете. Ну, поели мои тени магию, что уж теперь, расследование вести?

— Как ты здесь оказался? — кажется, Ару совсем не интересны яйца.

Заметив мое молчание, мужчина махнул рукой. Видимо снял оцепенение. Но он не заметил, что его давно нет. Пришлось открывать рот.

— Мимо проходил, — прохрипела я.

— Что видел? — видимо они не воспринимали меня всерьез.

Если я не обладала магией, значит, от меня не будет угрозы? Наивные, но свой козырь я оставлю в рукаве.

— Ничего, — пожала плечами. — Я вошел, а этот уже валялся без сознания, — кивнула я на мага. — Решил уйти, а тут вы.

— А зачем ты сюда вообще вошел? — подозрительность в голосе меня насторожила.

— Я бродяга, — сглотнула я. — Искал очередной ночлег.

Мужчины переглянулись, а Ар усмехнулся.

— Ложь в каждом слове, — припечатал Ар. — До выяснения всех обстоятельств, ты задержан, — и меня снова обездвижили. Ладно, угрозы пока нет, а по дороге я могу и потеряться.

— Яйца гарлоса! — воскликнул маг.

— Аллер аккуратнее, — процедил Ар. — Не забывай, что детеныши опаснее взрослых особей, — что? Побледнела. Я залезла в пасть смерти?

Бестолковая. Какая же ты бестолковая Вивьен.

Послышался противный треск. Яйцо раскололось?

— Мертвый детеныш, — растерянно пробормотал Аллер. Послышался очередной треск. — Этот тоже мертв. Кажется, кто-то их убил до нас.

— Как это возможно? — шокировано произнес маг. — Яйца гарлоса всегда под защитой. Твари знают, как защитить свое потомство.

— Валдер тут явное постороннее вмешательство, — уверенно произнес Ар. — И с этим тоже нужно разобраться и найти того, кто умудрился уничтожить кладку. Это либо самоубийца, либо глупец! — согласна на второе — я точно непроходимо глупа. — Узнать бы, как ему это удалось. Гарлоса и их потомство могут уничтожить лишь две расы.

— Дэмонийцы или наги, — ошеломленно закончил Валдер.

— Кладка уничтожена не дэмонийцами. Наги же, после последней битвы, не высовываются, — ровным голосом рассуждал Ар. — Их слишком мало осталось, чтобы рисковать.

— Тогда кто?

— Тот, кто рассеял магию и снял полог невидимости с гарлоса в том переулке, — раздраженно заявил Ар. — Тот, кто снял полог невидимости с этого дома, — и все разом посмотрели в мою сторону. Я стояла, ни жива, ни мертва. Сложно совладать с эмоциями, когда на тебя смотрят убийственным взглядом. — Тот, кто уничтожил кладку, не приложив никаких усилий.

— Тот, кого мы упустили в том переулке, — подытожил Аллер.

Ар стоял возле меня и жадно дышал.

— Карамель и корица, — мотнул головой Ар. — Неожиданная неприятность.

— Что? — просипела я.

Только не это.

Он запомнил мой запах. И если раньше я могла сойти за любого другого жителя города, то запахи индивидуальны, а меня точно запомнили.

Проклятье. Ну, зачем я сунулась на улицы города, если так и не добралась до лекарской лавки. Кажется, маскирующее запах зелье, мне уже не понадобится.

А потом до меня дошло. Это же…, это же дэмонийцы! Это они в своей человеческой ипостаси! Именно этот демон меня разнюхивал и лапал в том переулке, когда я была тенью. Я не просто попала, а меня, неверное, вздернут на виселице.

Ноги подкосились. Если бы Ар не поддержал меня за локоть, то я бы упала. Он буквально впечатал меня в свой торс, а я от ужаса и страха обмерла. Тени забились в дальний угол сознания и не отсвечивали.

Запястье с новой силой начало пульсировать и гореть огнем. Словно, жидкую лаву на него плеснули. Стиснула зубы, лишь бы не заорать от боли.

— Ар, какого демона ты творишь? — услышала возмущенный голос. — Отпусти мальчишку. Разве ты не видишь, что он сейчас умрет от страха? Приглуши свою силу.

— Что? — пробормотал Ар и растерянно посмотрел на меня.

Что же он увидел в моих глазах, что отшатнулся, как от прокаженной. Хотя, я и есть прокаженная, проклятая, обреченная на вечное одиночество.

— Пора заканчивать с этим, — резко проговорил Валдер и из его пальцев полился жидкий огонь.

Яйца горели. Кажется, я даже слышала слабый писк. Может, не всех убили тени, но дэмонийцы закончат зачистку.

На валяющегося мага надели белые кандалы, а меня за шкирку выволокли из дома.

— Пойдешь с нами, — приказным тоном заявил Ар.

— Но…

— До выяснения всех обстоятельств, побудешь в участке, — в тюрьме я еще не сидела.

— Оргюс мальчишку я заберу с собой, — безапелляционно заявил Ар. С ним никто не стал спорить. Скорее всего, Ар их лидер. И этот лидер прицепился ко мне. — Мага привести в сознание и допросить. Возможно, а я в этом уверен, что это логово не единственное, да и наверняка, помощники у него были. Невозможно незаметно протащить в защищенный город тварь из бездны. Привлеки Велейна. Пусть встряхнет своих подчиненных и проверит на преданность императору. Без крыс среди стражей не обошлось. Иначе бы в город гарлоса никто не протащил. Пусть займется чистками. Бригс на тебе проверки. Ты, как ментальный маг, очень поможешь Велейну, ну и разговоришь нашего мага.

— Будет сделано, — о, нет. В этом мире еще и мозгоковырятели есть?

Проклятье. Я ведь совсем не подумала, что от мага захотят показания. Лучше бы тени его добили. Он сдаст меня с потрохами. Тогда мне точно крышка.

— Ненавижу вмешиваться в человеческие проблемы, — брезгливо скривился Ар. — От людишек сплошные неприятности, — мне стало обидно. Я тоже человек. Не совсем нормальный, но человек. И я хочу жить.

Где носит Бурю? Скорее бы она нашла меня. Нужно уезжать из города. Уезжать так далеко, чтобы никто не нашел.

— Диего мне понадобится твоя помощь, — мужчина подошел к нам и кивнул. — Не знаю, откуда ты заработал такие шрамы, но уверен, что они доставляют тебе неудобства, — чего? Кажется, от удивления у меня отвисла челюсть.

— Благодарю, но не нужно, — прохрипела я, отказавшись от помощи. Не хочу разочаровываться в очередном провале. Я пробовала свести шрамы. Нашла мага, но он помочь не смог. Да и подпускать к себе дэмонийца — это подписать себе смертный приговор. — Шрамы не свести. Я пробовал. Мне никто не поможет.

— Посмотрим, — неоднозначно ответил Ар и потянул меня за локоть в сторону огромного черного жеребца.

На миг мне показалось, что конь очень похож на Бурю, но она была меньшей комплекции. Хотя, нет. Похожи. И когда жеребец Ара расправил свои огромные крылья, я изумленно вытаращилась на этого красавца. Буря не одна в своем виде. Значит, клыкастые пегасы в этом мире не редкое явление?

Мы разделились. Ар, я, Диего и Оргюс в одну сторону. Аллер, Валдер и Бригс в другую сторону поволокли мага.

— Знакомься — это Вихрь, — меня представили жеребцу? Замерла. Конь уткнулся в волосы, а затем громко заржал, пританцовывая на месте. — Очень странная реакция, — задумчиво произнес Ар. — Бродяга, а у тебя имя есть?

— Йен, — я не стала придумывать ничего нового.

— Йен значит? — протянул мужчина и, схватив за талию, забросил на коня. Чуть не свалилась, но не успела. В следующую секунду Ар вскочил в седло позади, придерживая меня рукой. — Не дергайся. Не пытайся сбежать. Найду, где бы ты ни был, — предупреждающе заявил мужчина. — Я запомнил твой запах, — раздраженно выпалил Ар.

А я, кажется, запомнила твой. Так кажется, пахнет хвоя в зимнем лесу? И чем сильнее я вдыхала аромат мужчины, тем страшнее мне становилось. Он мне понравился. Этим запахом невозможно надышаться. Он освежает, наполняет легкие свободой и легкостью.

Мы мчались по ночным улицам города. На такой скорости в моем мире мы бы уже штраф отхватили, но в Реймаре иные правила.

Огромный трехэтажный особняк вырос перед нами внезапно.

Спешившись с коня, мужчина сам отвел в стойло Вихря. Расседлал его, но не привязывал. Я тоже Бурю не привязывала никогда. Слишком умной была моя лошадь.

Остальные дэмонийцы последовали за своим лидером в конюшню, но мы их не стали дожидаться. Меня потянули к дому.

В окнах было темно, да и сам дом показался слишком мрачным.

Быстрее бы меня оставили одну. Тогда мне никто не сможет помешать уйти по-английски.

Внимание Ара напрягало и пугало. Что он хочет от простого мальчишки?

— Голоден? — неожиданная забота напугала еще сильнее.

— Нет, — прохрипела я.

— Отлично, — усмехнулся мужчина. — Значит, Диего может приступить к твоему осмотру немедленно.

— Я устал, — не нужно меня осматривать и обнаруживать настоящий пол. — Слишком насыщенным для меня был этот вечер, — Ар прищурился и поджал губы.

— Я предположил, ты захочешь попробовать.

— Нет, я же сказал, что мне никто не поможет, — голос дрожал. Я попятилась от мужчин.

Моя внешность меня заботила, но сейчас было жестокостью давать надежду, что все можно исправить, а потом развести руками и сообщить, что ничего нельзя сделать. Я не хочу проходить через это снова.

— Арравел, не дави на мальчишку, — а вот и лекарь, как я понимаю. — Пусть отдохнет, а завтра утром я с ним поработаю.

— Да, — кивнула я, забыв добавить, что утром меня уже здесь не будет.

— Ладно Диего, — махнул рукой мужчина. — Тебе виднее. Все-таки это твоя область магии.

Мне выделили отдельную комнату.

— Будешь спать здесь, — Ар открыл дверь в смежную комнату, показывая мое спальное место.

Хорошее место, с чистым белоснежным бельем и мягким матрацем. Кажется, удобства были в моей прошлой жизни. Хороший, добротный интерьер позволял расслабиться.

— Благодарю, — искренне сказала я, рассматривая убранство богатого дома.

В скольких таких домах я была на заданиях? Много или мало? Но оказаться хозяйкой, пусть и небольшой комнатки, было мне в радость. Пусть ненадолго, но на данную минуту, эта комната моя.

— Не пытайся сбежать, — предупредил мужчина. — На окнах стоят охранные и сигнальные заклинания. И если не хочешь до утра висеть в ловушке, лучше даже не пытайся, — кивнула. Мне охранки нипочем, но об этом я не скажу дэмонийцу. — Завтра тебе не уйти ни от разговоров, ни от Диего. Хотя, думаю, Бригс нам тоже не помешает. Я не хочу слушать очередную ложь. Поэтому придется сковырнуть твою память.

Что? Нет! Как это сковырнуть? В моей голове нельзя ковыряться! Не позволю.

Не знаю, что на меня нашло, но этот высокомерный взгляд просто сносил всю мою сдержанность.

Я напала.

Нет, тени не высовывались, но достав клинки из ножен, я набросилась на мужчину, который в сотни раз сильнее меня.

Ар не ожидал от меня нападения, но вместо того, чтобы прикончить на месте, он с легкостью отшвырнул меня на кровать.

— Ты видимо самоубийца, — лениво протянул мужчина, ни капельки не разозлившись на мою выходку. Он навис надо мной, фиксируя руки, отбирая клинки. — Пока они тебе не пригодятся. Порежешься еще, — и столько превосходства, что хотелось расцарапать эту довольную физиономию.

Замерла. Не пыталась сопротивляться или снова нападать. Бесполезно. Схлынули и одержимость и гнев. Этот враг мне не по зубам, а натравить на него теней еще большая глупость, нежели мое вялое бессмысленное нападение. Но я так устала выживать.

Невидящим взглядом уставилась в потолок.

— Ванная за той дверью, одежду я тебе сейчас принесу, — как ни в чем не бывало, продолжил он.

— Зачем вам это? — наконец озвучила свой вопрос.

— Что именно? — какой непонятливый.

— Почему не участок, камера, тюрьма? Почему вы притащили в свой дом незнакомого человека, пойманного на месте преступления? Почему после моего нападения вы так спокойны? — я этого не понимала.

— Сам бы хотел знать, — задумчиво протянул мужчина. — Но ты здесь, так что пользуйся. На сегодняшнюю ночь, Йен, тебе есть, где переночевать. Это я заберу, — меня вытряхнули из плаща, как мусор. Ар смотрел на меня и даже не моргал.

— Что? — его взгляд напрягал.

Не нужно ничего рассматривать. Грудь я плотно перетянула. За мешковатой одеждой не разглядеть женскую фигуру.

— Ты такой тощий, — раздосадовано произнес Ар. — Тонкие запястья, — я натянула ниже рукава безразмерной кофты. — Длинные пальцы. Тонкая шея и полное отсутствие мышечной мужской массы. Плечи узкие, а изгибы тела плавные, — о нет. Не нужно во мне видеть женщину. Я же сдохну со стыда. Не такая жуткая внешность должна быть у девушки. Поэтому я с легкостью отказалась от себя, полностью приняв мужской облик. Думала, что получилось. — Твои шрамы добавляют тебе возраст, но думаю, что ты совсем еще юнец. Сколько тебе лет?

Этот вопрос ввел меня в ступор. Действительно, а сколько мне лет? Душе уже тридцать, а вот моему новому телу не больше двадцати.

— Двадцать, — еле слышно буркнула я.

— Двадцать, — повторил он за мной. — И уже столько испытаний, — покачал головой мужчина. — Как давно ты получил эти шрамы?

— Год назад, — прохрипела я. — Я хочу отдохнуть, — хватит допроса. Нужно выпроваживать его отсюда.

Ар кивнул, развернулся и вышел в соседнюю дверь. Вернулся буквально через минуту со стопкой чистого и вкусно пахнущего белья.

— Отдыхай, — произнес Ар и полностью оставил меня в одиночестве.

Жаль, что плащ отобрал, но ничего. И без плаща справлюсь. Дома есть запасной.

Арравел. Империя Вайкарос. Столица — Реймар.

Это была безумная затея, но Бестиара настояла на том, чтобы я немедленно отправлялся в империю Вайкарос. Зачем? Не сказала. Лишь сообщила, что именно там я найду то, что так долго искал.

И мои речи, что я ничего не искал, не вняли голосу разума Оракула. Конечно, я мог отказать, но понимал, если сама Оракул говорит о моем участии, в каком-либо деле, игнорировать нельзя. Хватит. Уже наигнорировался двести лет назад. Если бы я сразу ее послушал, то стольких смертей можно было бы избежать. Просто так Бестиара никогда ничего не делает. Раздражают ее постоянные загадки.

И вот целых два месяца мы шляемся по городу в поисках неизвестно чего. Да я лучше бы полезным делом занялся, чем прозябать в Реймаре.

Мы целый год не можем напасть на след того мага, что растерзал отступников в пещере. Ничего. Никаких зацепок, кроме дороги из трупов. Но даже трупы закончились. Следы потеряны в Империи Киранос. Сколько бы мы не искали, ничего. Пусто, словно и не было никаких убийств. Видимо тварь, что притянули в этот мир отступники, приспособилась и научилась заметать следы. Твари из бездны очень хорошо умеют прятаться среди населения. И теперь даже полноценная защита населенных пунктов не спасала.

Гарлос. Надо же? Откуда взялся и кто притащил? Да еще и кладка. Там, где есть взрослая особь твари, всегда есть потомство. Нам оставалось только найти.

Мы не понимали, почему до сих пор не могли обнаружить гарлоса. Вот только и представить не могли, что эта тварь скрывалась под пеленой невидимости. Но у всех гарлосов есть хозяин и его тоже нужно было найти. Гарлос питался жизнью живых существ, превращая тех в каменные статуи. Жуткая тварь.

И этот мальчишка. Он был в том переулке. Его запах, кажется, проник в каждую клеточку моего тела. Сколько бы я не пытался отмыться, не помогало.

И сегодня в доме. Еще на улице я ощутил знакомый аромат и не мог поверить, что пропажа нашлась.

Йен.

Почему же ты Йен связан со всем этим? Ты не просто оказался в том переулке. И в этом доме с кладкой, тоже не просто так находился. Можно подумать, что этот изуродованный мальчишка и есть хозяин, но это исключено. Йен не маг. Даже близко не маг. А хозяина мы, кажется, взяли. Бригс все выяснит. Вот только кто довел этого проклятого мага до бессознательного состояния, тоже вопрос.

Остановился возле смежной комнаты. Руки так и чесались провернуть ручку и войти к мальчишке. Но я себя сдерживал. Что за непонятная тяга? Откуда она взялась? На меня не действуют привороты, а тут просто надышаться не могу. Мне хотелось защитить Йена, окружить безопасностью и научить защищаться самому.

Усмехнулся, вспомнив, как мальчишка неуклюже бросился на меня с клинками. Хорошими клинками, явно ручной работы отличного мастера. Балансировка клинков превосходная. Йен знает толк в оружии, но не умеет с ним обращаться. И это нужно исправить.

И шрамы. Скорее всего, все его тело в них. Каждый участок кожи, что мне удалось рассмотреть, был в этих жутких бугристых рубцах. Кто нанес ему столько ран и как он справился со всем этим, не представляю, но обязательно выясню и помогу. Почему-то чувствовал жуткую ответственность за Йена. То, что не смогли сделать человеческие маги-целители, у Диего обязательно получится. Он лучший, а наша магия уникальна.

Тряхнул головой, вспоминая перепуганный взгляд мальчишки. Мне совсем не понравилось, что меня боятся до смерти. Нужно это исправлять. Возьму его под опеку и научу всему, чему только возможно. Жаль, что мой подопечный не маг и жизненный век его скоротечен. Но то, что Йен доживет до старости, я не сомневался. Уж я об этом позабочусь.

Почему-то мысли о смерти мальчишки даже от старости, острым клинком резанули по сердцу. Стало так больно, что на миг в глазах потемнело. Я обессиленно прислонился к стене и сполз по ней на пол.

Почему он не маг? Так бы в запасе было несколько веков, но Йен обычный человек. Он, как мимолетная пыль в этом мире. И я ничего не мог сделать. Против смерти я бессилен.

От невеселых мыслей меня отвлекло зудящее запястье. Посмотрел на точки. Я прекрасно знал, при каких обстоятельствах они появляются. Это формирование истинной связи. Три дня назад кожа была чистой. Я рассматривал пока непонятный, только зарождающийся узор.

Моя истинная пара. Я пытался вспомнить всех особей женского пола, с кем общался за последние три дня в Реймаре. И пришел к выводу, что моя истинная была среди случайных столкновений на улицах города. Если бы не коснулись друг друга, то связь бы не начала формироваться. Значит, у моей истинной тоже началось формирование связи. Осталось ее найти. Вернее, мне нужно сосредоточиться и настроить связующую нить. Пусть она еще слишком тонкая и хрупкая, но направление, где начать поиски, нить покажет.

Прикрыл глаза, пытаясь представить тонкую ниточку.

Ничего.

Сколько бы я не пытался, но лишь натыкался на непонятный барьер. Словно туманная стена вырастала и растворяла эту нить в небытие. Я не понимал. Обычно все происходит по-другому. Может, я что-то делаю не так? Но поиски истинной у других пар проходили именно так.

Ладно. Связь все равно медленно продолжит формироваться. Когда нить станет чуть толще и крепче, попытаюсь снова. Сейчас бесполезно. Главное, чтобы моя пара была в безопасности. Сейчас не было возможности ее найти. Нужно разобраться, что это за туманный барьер, который не позволяет отыскать истинную.

Глава 8

Я лежала в ванной. Рискованно конечно так долго принимать водные процедуры, но я так давно не расслаблялась.

Дверь заперта, глаза прикрыты, а шрамы немного смягчились от воды. Жаль, что все мази остались дома. Возможно, поэтому я и не спешила покидать воду. Знала, что стоит мне обсохнуть, как кожа стянется, а рубцы начнут доставлять дискомфорт. Мази смягчали.

Сбегать сейчас не имело смысла. Уверена, мое отсутствие обнаружат быстро. Нужно уходить под утро, когда дом будет спать, а до рассвета останется не больше часа. Идеальное время.

Проспать не боялась. Тени разбудят. Они всегда стерегут мой сон.

— Что же это такое?

Я рассматривала запястье со странными черными рваными точками и хмурилась. Какую заразу я подцепила в этом мире? Три дня назад ничего этого не было. Но присмотревшись, поняла, что точек стало больше.

Резко закружилась голова. Я чуть не ушла макушкой под воду, успев удержаться ослабевшими пальцами за бортик ванной.

Шумно дыша, зажмурила веки, пытаясь привести себя в чувства. Откуда появилась резкая слабость?

Состояние было отвратительным. Чувство, что все внутренности встряхнули.

Проклятье! Что со мной? Непонятная тревога поселилась в груди, а еще мне хотелось куда-то бежать. Запястье снова зачесалось с неимоверной силой. Я чуть до крови не растерла кожу на руке, но точки не исчезали. Казалось, если снять кожу, то они все равно останутся.

Что за чертовщина? Тряхнула головой, давая волю теням. Не знаю, что они сделали, но через минуту сердцебиение успокоилось, и даже зуд прошел.

По мыслеобразу поняла, что тени перекрыли доступ к какой-то неизвестной магии, которая хотела ко мне присосаться. Что-то связано с энергетическими потоками, но я не поняла, что это было.

Поблагодарила своих телохранителей и успокоилась. Они не дадут меня в обиду. Мы слишком зависимы друг от друга.

Нужно выбираться, а то подобный неизвестный энергетический всплеск может меня утопить. Я же стала абсолютно беспомощной. Внутри все похолодело.

Я вроде и привыкла к магии мира и уже больше ничему не удивляюсь, но такие моменты реально пугали и настораживали.

Принесенная Аром одежда, была огромной. Я утонула в ней. Но и без рубашки спать поостереглась.

Уже глубокой ночью, находясь между сном и явью, ощутила постороннее присутствие.

На меня смотрели. О том, что я обнаружила мужчину, вида не подала.

Как же хорошо, что я практически замоталась в одеяло. Женщину во мне не рассмотреть. Тени были настороже, но себя не обнаруживали.

Ар.

Он присел на корточки и просто смотрел. Сколько времени прошло, не знаю, но если он не уйдет, мы не сможем сбежать.

Какого демона он пришел? В груди разрасталось глухое раздражение. Хвоя в зимнем лесу не отпускала. Что за парфюм? Нужно обязательно купить себе такой. Уж очень заманчивым был аромат.

Я честно планировала выспаться хоть немного на мягкой постели, но под пристальным взглядом, не получалось.

В какой-то момент я все-таки задремала.

Казалось, я только прикрыла глаза, но тени настойчиво приволокли меня в реальность. Мир сновидений подождет. Пора уходить.

Комната была пустой. К лучшему.

Ушел. В груди разлилось разочарование вперемешку с грустью и тоской.

Странная эмоция. Непонятная, но подумаю об этом позже.

Повязка на груди съехала ото сна. Пришлось перематывать, а это дополнительное время, которого у нас нет.

Вещи лежали там, где я их оставила с вечера. Сбросив одолженную одежду, поспешила облачиться в свою собственную.

Ну, вот и все.

Обвела комнату прощальным взглядом и подошла к окну.

Глухо щелкнула задвижка. Мне достаточно небольшого проема в окне, щели, чтобы тьмой просочиться наружу.

Мгновение и в комнате плотный темный туман.

Пора.

Охранка даже не пискнула. Правильно, ловить нечего. Я всего лишь туманная энергия без физического тела. Я сама тьма, а ночь — мое время.

Плотная субстанция стелилась по сырой земле к выходу со двора. Уверена, периметр дома тоже весь в защите.

Кажется, я вовремя покинула территорию.

К дому подъезжали дэмонийцы. Наверное, допрос прошел удачно, иначе чего Бригс довольно улыбается?

Хватит рефлексировать, и тосковать по Ару. Не нашего полета эта птица. Нужно убираться отсюда и из города. Здесь стало слишком опасно.

Ошибка. Просто гигантская ошибка была с моей стороны. Нельзя было соваться в Реймар. Да и в империи делать нечего.

В моем временном жилище остались деньги, немногочисленная одежда и спасительные для тела мази.

Решено. Собираю вещи, запасаюсь пропитанием и исчезаю из Реймара.

Надеюсь, Буря меня отыщет очень скоро, а пока ее нет, придется выбираться самой.

Через пару кварталов приняла физическую оболочку и, тормознув ближайшую повозку, поспешила домой. Извозчику пришлось приплатить сверх цены. Он отказывался везти такую «красавицу». Сначала он даже испугался, но вес динаров пересилил страх.

Мне срочно нужно в лекарскую лавку. Да, сейчас я сбежала, но теперь необходимо остаться неузнанной по запаху.

— Уважаемый, — обратилась я к извозчику. — А есть ли поблизости круглосуточные лекарские лавки?

Как оказалось, есть. Попросила меня подождать. Опять же за дополнительную плату.

Лекарская лавка встретила меня сухой теплой атмосферой. Травы приятно щекотали нос. Облегченно выдохнула.

Сонный аптекарь сначала не сообразил, что от него хотят, но потом видимо проснулся и выставил передо мной тары с зельем.

— Вот это от зуда, — про чесотку я тоже не забыла. Не нужны мне эти зудящие пятна. — Здесь зелье, — он кивнул на стеклянный пузырек. — Принимать дважды в сутки по пять капель, — я кивнула, запоминая. — А это мазь, — кивнул на вторую тару. — Мазь хорошо действует под повязкой. Поэтому вот вам фиксатор на руку, — передо мной положили серого цвета квадратик, упакованный в бумагу. Разберусь.

— Благодарю, — кивнула я.

— А это меняющее запах зелье, — кивнул на третью баночку. То, что мне нужно. Было бы подозрительным, что от человека ничем не пахнет, а так я запах изменю, а потом ищите ветра в поле. — Но у него есть побочный эффект, — предупредил меня аптекарь. Я вопросительно на него посмотрела. — Чем дольше пользоваться, тем меньший эффект он выдает и однажды просто перестанет действовать, а естественный запах увеличится в несколько десятков раз, — ладно, с этим тоже разберусь. Надеюсь, к тому времени я уже буду слишком далеко.

— Какие точные сроки, если постоянно? — уточнила я.

— Две недели, — недовольно покачал головой мужчина. — Потом никакие зелья не помогут снизить естественный запах.

Две недели тоже неплохо. У меня будет время, чтобы уехать из Реймара и затеряться на просторах империи.

Расплатившись с аптекарем, выдержав его любопытный взгляд, поспешила убраться подальше.

Извозчик меня дождался, что тоже радовало.

Через полчаса я добралась до дома и начала собирать немногочисленные вещи.

Жаль, что аренду я оплатила на полгода вперед. Денег мне никто не вернет, но оставаться в этом месте больше не безопасно.

Натерев мазью тело, шрамы смягчились. Капнув пять капель в рот от чесотки, я полностью выполнила рекомендации аптекаря. Фиксирующая повязка легла белым бинтом на запястье.

Так, хорошо. Надеюсь, поможет.

Разбавив часть зелья, меняющее запах, залпом его выпила. Горьковатая, вязкая субстанция неприятно потекла в гортань. Скривилась. Перетерплю. Главное, чтобы помогло.

Еще бы, что-то с внешностью сделать. Меня знают в лицо. Наверное, я одна такая «красавица» в этом мире. Меня легко можно найти, если хорошо расспросить окружающих, или того хуже, подать в розыск.

Нервно икнула. Розыска мне и не хватало для полного счастья. Почему-то я не сомневалась, что дэмонийцы будут искать. Весь город перетрясут, но найдут.

Только занимался рассвет. Возможно, мою пропажу уже обнаружили. Возможно, Бригс уже готовится взорвать мой мозг, достав оттуда все тайны. А это не просто плохо, это катастрофически ужасно.

Запасной теплый плащ тяжелым камнем упал на плечи. Капюшон на голову и пора уходить.

Сожаления от побега не было. Обидно было, что мне придется искать тихое безопасное место, чтобы перезимовать зиму и первые весенние холода. Таким местом был Реймар, но от этого города придется отказаться.

Ну, зачем мы встретились с дэмонийцами? Столько рас в мире, но мне удалось нарваться на самую скрытную и постоянно сидящую в своей империи. Но тогда возникает вопрос, а что они тут делают?

Так, хватит пустых размышлений. Нужно перестроить маршрут.

Карта мира, которую я приобрела год назад, мне сейчас очень пригодилась.

Возможно, нужно отправиться на побережье? Хотя нет, не вариант. Курортный сезон окончен, и новое лицо будет очень примечательным.

Тогда может тайга? К лесному народу податься? Но там чужаков не любят. Отпадает.

Горы? Там оборотни и вечная зима. А учитывая, что некоторые двуипостасные остро реагируют на мой запах, то рисковать не буду.

Остается жаркая пустыня. И кажется, это самый удачный вариант. Там все мужчины на улицах носят куфию. Мои шрамы никто не увидит. Да и перезимовать в пустыне зиму, тоже неплохой вариант.

Решено.

Когда примерный план был создан, поторопилась на рынок.

Мне нужны долгохранящиеся продукты и лошадь. Без нее, я далеко не убегу.

— Ох, Буря, где тебя так долго носит? Быстрее бы ты нашла меня.

Рынок просыпался, но людей было немного.

Первым делом я поспешила в оружейный отдел. Мои клинки так и остались у Ара. Жалко. Хорошее было оружие.

Новые клинки были недорогими и самыми простыми. Тратиться на что-то стоящее не могла. Бюджет не резиновый и все заработанное утекало, как вода сквозь пальцы.

С едой не мудрила. Взяла самое необходимое: вяленое мясо, постные лепешки, сухари, копченый сыр, яблоки, орехи и сухофрукты. Фляга для воды у меня была и сейчас в ней плескалась простая вода.

Лошадь купила тоже самую обычную и непримечательную. Таких на трактах полно.

Раннее утро, а я уже двигалась к восточным воротам. Теперь пройти пропуск и свобода.

Тени затаились и не высовывались. Сейчас самое тревожное — пройти арку.

Можно было улететь на сквиргах, но мне почему-то казалось, что дэмонийцам не составит труда узнать, по какому маршруту я отправилась и там связаться с местной властью, чтобы меня взяли, едва я сойду со сквирга.

Поэтому и пришла идея обычного путешествия верхом.

Буря. Где ты моя красотка? С тобой мы бы преодолели все расстояния без проблем.

Часа четыре я гнала лошадь, удаляясь все дальше и дальше от Реймара. Когда мы оказались в лесу у небольшой речушки, решила сделать небольшой привал. Напоить коня и дать ему пару часов на отдых.

Сама же села перекусить. И так невыносимо стало себя жалко. Никто не видит и можно позволить небольшую женскую слабость.

Слезы текли по щекам, а я молча жевала поздний завтрак. Я так устала за этот год. Постоянное выживание выматывало. Хотелось к Варду. Только с ним я ощущала покой. Только с ним мне было уютно и безопасно.

Уже год прошел с момента его убийства теми тварями, а боль от потери не отпускала. Несправедливо его у меня забрали. И только чувство отмщения грело душу. Мне не было жаль тех магов. Они заслужили ту жуткую смерть от теней.

Солнце поднималось к своему пику.

Пора. Коня накормила спустя полчаса привала. И сейчас он готов в путь.

В груди было неспокойно. Словно натянутая нить вот-вот лопнет и ударит меня отдачей, как резинка. Странное чувство, щемящее. Кажется, я ощутила отголоски грусти.

— Что за чертовщина? — растерла область груди, пытаясь убрать эту непонятную тоску.

И снова нестерпимый зуд. Не помогает лекарство от чесотки.

Сдернула повязку и уставилась на бледные, но уже отчетливо виднеющиеся странные линии и завитушки.

Моему изумлению не было предела. Вызвала теней, но те лишь развели туманными руками. Зато объяснили, что за тоску я ощутила. Как и вчера в ванной, ко мне тянется тонкая энергетическая нить. Что бы это ни было, мне оно не нравилось.

Тени повторили вчерашний ритуал и отрезали эту нить от меня. Странно, но через несколько минут пропало щемящее чувство в груди. Даже зуд ослаб. Щедро намазав запястье, вернула повязку на место.

Как хорошо, что не все деревья сбросили листву. Звук непонятного гула в небе, я услышала внезапно. Тени буквально повели меня в сторону, уводя с лесного тракта. Лапы сосны меня хорошо скрыли. И только спустя минуту, задрав вверх голову, увидела шестерых пегасов в небе.

Дэмонийцы? Какого черта они тут делают? Размах мощных крыльев разрезал воздух, а дэмонийцы летели невысоко и высматривали кого-то внизу.

Сердце ухнуло в пятки. Я не сомневалась, кого они искали. Как они так быстро определили мое направление? Как они так быстро меня нашли?

Черт. И тут до меня дошло. Ведь у них мои личные вещи. А маги из дэмонийцев самые лучшие в мире. Заклятие поиска им помогло.

Хотелось биться головой о дерево. Какая я дурочка. Но и забрать вещи не представлялось возможным.

Убежала Вивьен? Твой гениальный план «Зимовье в пустыне» с треском провалился. Найдут. Как бы я не пряталась, чтобы не использовала, они меня всегда найдут.

Вон, уже снижаются.

Лошадь заржала, выдавая меня с головой. Бестолковая животинка.

У меня опустились руки. Напала такая жуткая хандра, что хотелось разрыдаться.

Тени готовы были броситься в атаку, но я отмахнула эту идею. Сожрать их магию всегда успеем. Хотя, сомневалась, что это будет так просто. Раньше мне попадались обычные человеческие маги, поэтому и проблем не было. Сейчас же передо мной долгоживущая раса. Да и не хотелось мне им причинять вред. Даже во имя собственного спасения не собиралась этого делать.

Прятаться не имело смысла. Хотела выйти к дэмонийцам, но тени не дали.

Они облепили меня плотным коконом со всех сторон. Я ощутила, как по телу прошла странная дрожь. Магия тьмы ласково целовала и обнимала свое дитя.

Я ощутила эмоции теней. Они сожалели, что я стала такой, но теперь все исправят.

Что исправят, я так и не поняла. Не успела понять. Тени юркнули в безопасное место и притаились, а в следующую минуту, под лапами сосны было не протолкнуться.

Испуганно посмотрела на хмурых мужчин.

— Что? — ЧТО? Это разве мой голос?

Где вечные хрипы и сип?

Я потянулась к горлу, не понимая, откуда появился голос. Голос этого тела.

Но вот рука мелькнула перед глазами и я на миг потерялась в реальности.

Абсолютно чистая, гладкая смуглая кожа без единого шрама. Длинные тонкие пальцы без рубцов потянулись к лицу.

Ошеломленно застыла. Как так? Тени? Они?

Почему не раньше? Почему сейчас? Не сдержалась и разрыдалась как девчонка. Хотя, я и есть девчонка.

Сколько раз за этот год я ощущала на себе омерзение, презрение, гадливость? Сколько раз меня хотели убить за внешность?

Вот, что хотели исправить тени.

Невероятно, какие способности они скрывали. Наверное, это не конец. Что еще они умеют?

Слезы текли ручьем, а я мысленно благодарила теней. Они мне жизнь вернули. Полноценную жизнь!

— С вами все в порядке? — настороженно спросил Аллер.

Я вскинула взгляд на мужчину и увидела, сквозь пелену слез, полное отсутствие эмоций.

Им все равно, что со мной, но благородство не позволяло пройти мимо.

А еще я поняла — они меня НЕ УЗНАЛИ!

Капюшон я не надевала в лесу, поэтому ощутила на себе шесть пар недоуменных взглядов.

А Ар так вообще скис и только носом водил вокруг меня и хмурился.

Запах! У меня получилось! Спасибо теням!

Сейчас перед дэмонийцами совершенно новая личность.

— Не понимаю, — раздосадовано произнес Ар.

— Арравел мы ошиблись? — предположил Бригс.

Я не понимала, о чем они.

— Кто ты и куда держишь путь? — спросил Арравел ледяным тоном, не терпящим возражения.

Поежилась, но маску невозмутимости на лице, мне удалось удержать, хотя аура мужчины давила не хуже бетонной плиты.

— Я путешественник, — ровно ответила я. Даже голос не дрогнул.

— Почему ты под сосной? От кого прятался? — кто-то зол и сейчас эту злость на мне будет срывать?

— Разве в свободной империи запрещено стоять под соснами? — дерзко ответила я. Вскинув голову, упрямо посмотрела в черную бездну глаз. — Где хочу там и стою.

— Поедешь с нами, — безапелляционно заявила эта наглая физиономия.

— Вот еще! — надменно фыркнула я. Как же я была рада, снова услышать нормальный голос. Настроение было на высоте и даже дэмонийцы не смогут его испортить своими кислыми минами. — У меня свой путь. И я спешу, — тряхнула головой и только сейчас заметила, что мои волосы стали длиннее и доставали до плеч.

Тени. Они и волосы отрастили, чтобы я совсем была неузнанной. Улыбнулась. Жизнь налаживается.

— С нами попутешествуешь, — заявил Арравел, замораживающим голосом.

— Ладно, — спорить сейчас бессмысленно. Меня не узнали. Запах изменился. Страха не было. Наоборот, в крови бурлил азарт. — Хотя не понимаю, зачем я вам? Вы летаете, а моя лошадка крыльев не имеет. Буду вас только тормозить в пути.

Мое замечание проигнорировали.

— Ты здесь паренька в шрамах не видел? — неожиданно спросил Диего.

— Нет, — мотнула головой. — На тракте встретил обоз и все. Но пассажиров я не рассматривал. В лесу никого не встретил.

— И все-таки ты, что-то скрываешь, — недоверчиво прищурившись, протянул Арравел.

— Лерой, у всех есть свои секреты, — хмыкнула я. — Но я же не пытаюсь узнать ваши.

— Звать тебя как? — поинтересовался Бригс и так на меня глянул, что я напряглась.

Интересно, а он в головы на расстоянии тоже может залезать? Побледнела. Больше всех меня пугал именно ментальный маг.

— Вив, — сократила свое имя. И пойми, мужское это имя, или женское.

Так меня называли в прошлой жизни, поэтому тут я не соврала и Бригс даже расслабился. Все-таки пытался поймать на лжи. Нужно быть осторожной в высказываниях.

— Ты странный, — заметил Арравел, продолжая меня нюхать. — И если бы не одно обстоятельство, то я подумал бы, что нашел то, что искал, — а вот не надо меня искать. И запугивать тоже не надо.

— А что это вы постоянно свой нос суете в мое личное пространство? — упрекнула я дэмонийца. Мужчина опешил от моей наглости и отшатнулся. Словно его поймали с поличным, за какой-нибудь шалостью. Лучшая защита — это нападение. Зелье хоть и действует, но по словам аптекаря, с каждым днем свойства будут ослабевать. Поэтому нужно уже сейчас оттолкнуть от себя дэмонийцев. — Не поймите неправильно, но это выглядит странно. Понимаю, что от меня не ромашками пахнет, — четыре часа в седле и от меня тот еще аромат стоит. — Но не нужно это так явно демонстрировать.

— Ты нас не боишься, — скривился Арравел.

— А должен? — изумленно изогнула бровь. Кажется, со шрамами ушло и чувство страха. — Вы не производите впечатления отъявленных отморозков.

— Внешность обманчива, — усмехнулся Оргюс.

— Даже спорить с вами не буду, — как не мне знать об этом утверждении? Я — прямое тому доказательство. — Ладно, — хлопнула себя по бедру, взяла под уздцы лошадь и повела в сторону лесного тракта. — Мне пора отправляться дальше. Счастливо оставаться и завершить свои поиски, — не думали же они, что я действительно поеду с ними туда, куда они мне скажут?

Ловко запрыгнув в седло, пустила коня рысью, оставляя за спиной растерянных дэмонийцев.

Кажется, пронесло. Они не поехали за мной. Одновременно я ощутила грусть и разочарование. Мне хотелось, чтобы Арравел был рядом. Откуда взялось это чувство потребности, так и не поняла, а тени не смогли помочь в человеческих эмоциях.

И чем дальше я отдалялась, тем сильнее в груди грызло чувство тоски. Что за напасть?

Дорога до пустынников длинная, но ее можно было сократить, сойдя с основного тракта.

Теми дорогами давно никто не пользовался, так как они были опасными, но со мной тени, а значит, прорвемся.

Можно сказать, что я глупая, раз лезу добровольно в пасть льва, но моим теням нужно пропитание и если мы нарвемся на тварей, им будет, что есть. Прожив в Реймаре немного времени, убедилась, что такая безопасная жизнь не для нас. Моим теням просто нечего есть, а воровать энергию у магов — это привлечь к себе ненужное внимание.

Вайкарос самая большая империя материка и пока мы ее пересечем, то тени с голоду начнут убивать.

Поэтому добравшись до переправы, я свернула направо. В сторону, куда давно не ступала нога человека.

Вернее она не могла ступить, так как вся опасная зона Вайкароса была ограждена защитным барьером. Ни твари не прорвутся наружу, ни люди не попадут сюда. Защита сильная и простоит не одно столетие.

Вард рассказывал, когда закрыли брешь и твари перестали попадать в Архарон, но расползлись по всему миру, был придуман дэмонийцами план, пожертвовать куски земли и запечатать навсегда тварей в подобных зонах, ибо отлавливать всех, не представлялось возможным. Феникс-жнец проредила ряды тварей при прорыве, но даже ее сил оказалось недостаточно.

Как дэмонийцам удалось согнать значительную часть опасных монстров в одно место, история умалчивает. Эта крылатая раса не раскрывает своих секретов. Почему не уничтожили? Тоже остается вопрос. На сегодняшний день каждая империя имела подобные зоны.

Хотя уже не каждая. В Кираносе я по незнанию угодила в такую зону. Защита меня пропустила. Знать бы еще, почему?

Мне понадобилось около трех недель на то, чтобы буквально оживить мертвую землю и уничтожить тварей. Какой это был пир для теней! Я плохо помню тот период. Тени полностью взяли тело под контроль, но то, что земля очищена и должна будет возродиться, я не сомневалась. Тени выпили всю боль, всю муку, что царила все это время. Земля умирала. После очищения от тварей этой зоны, барьер исчез.

Поэтому и сейчас я уверенно двигалась к запретному месту. На карте эти зоны показаны темными пятнами. В Вайкаросе это пятно было в два раза меньше, чем в Кираносе. Справимся.

Чем ближе я подъезжала к этому барьеру, тем беспокойнее становились тени. Вернее они предвкушающе замерли, готовые к новому пиру.

Арравел. Империя Вайкарос.

Я не понимал, как сбежал этот странный мальчишка, даже не задев защиту.

— Ар, нам всем утер нос человеческий мальчишка без капли магии, — хохотнул Аллер, расслабленно развалившись в кресле. — Давно я так не развлекался. Как нас ловко провели вокруг пальца.

Слишком поздно мы заметили пропажу. Думал, пусть Йен поспит, отдохнет, но я и представить не мог, что его нет в комнате, а постель давно остыла. Когда и как он ушел, оставалось загадкой.

Я был ночью в его комнате. Смотрел, как он сопит. Мне стоило неимоверных усилий, чтобы заставить себя убраться подальше.

Ненормальная тяга к этому мальчишке пугала и настораживала.

Под утро вернулся Бригс и сообщил о результатах ментальной проверки. Успокаивало то, что этот маг был единственным, кто прикармливал гарлоса и заботился о потомстве. Как-то магу удалось приручить тварь, сделав ее послушной. Но, как мы и предполагали, без предательства среди стражей не обошлось. У нас были имена. Дальше Велейн займется наказанием и приговором. Мы свое дело сделали.

И Йен действительно был не при чем. Мальчишки в воспоминаниях мага не было. И тут снова вставал вопрос, кто опередил нас и отправил в беспамятство сильного темного мага, выпив его силу практически до нуля.

— Не язви, — отмахнулся я, задумчиво потирая запястье. Точек стало больше. Связь продолжала формироваться. — Мы должны найти Йена.

— Но зачем? — на меня недоуменно посмотрела моя пятерка паладинов. — Мальчик не связан с магом. Он действительно, как и утверждал, пришел, когда отступник валялся без сознания.

— Как он обошел дэмонийскую защиту всего особняка? Много ли таких умельцев наберется в мире? — нахмурился я. — У него не было артефактов, амулетов и других вспомогательных предметов для вскрытия подобного рода охранок. Йен не обладает магией, но он мастерски обходит любые ловушки и защиты. Парень не так прост, как хочет казаться. Что-то с ним явно не так.

— Согласен с тобой, — кивнул Диего. — Он очень заволновался, когда ты предложил помощь и буквально погряз в ужасе при упоминании Бригса.

— А я что? — пожал плечами менталист. — Я хоть и не люблю ковыряться в чужих мозгах, но для дела все сделаю.

— Ты прав, — согласился с побратимом. — Его испугало упоминание о том, что Бригс его посмотрит.

— То есть Йена надо найти? — подвел итог Оргюс.

— И как можно скорее, — кивнул я.

Чувствовал себя настоящим дураком. Такого со мной давно не было.

Нам удалось восстановить перемещения Йена по городу. Мы отыскали его жилье и поняли, что ловить здесь нечего. Ушел.

Соседи ничего толком не рассказали о замкнутом соседе в капюшоне, а хозяйка дома только руками развела. Ей платят за аренду, а она не задает вопросов и не лезет в чужую жизнь.

Сразу стало понятно, мальчик в городе не задержится.

— Я могу понять, зачем Йену средство, изменяющее запах, но разве он страдал чесоткой? — даже к аптекарю мы попали. Хорошо, что извозчик попался говорливый, а такого приметного пассажира он до конца жизни не забудет.

— Скорее всего, он понимал, что мы его будем искать, — сделал предположение Диего. — Но как не меняй запах, а шрамы никуда не денутся. Он слишком приметный. Я вчера его немного просканировал и скажу, что эти шрамы нанесены зубами ядовитой твари из прорыва. Как он остался жив после этих укусов, тоже вопрос. И Йен не врал, когда говорил, что человеческие маги не смогли их убрать. Сам знаешь, что не все монстры изучены и отловлены, а бороться с таким редким ядом, не каждому умельцу по зубам. Даже мне нужно было бы время на изучение. Обычной нашей исцеляющей магии было бы недостаточно.

— Чем больше я узнаю о нем, тем больше накапливается вопросов, — раздраженно выплюнул я. — Думаю, наша командировка закончилась.

— А как же Оракул? Она ведь сказала, что именно здесь твое искомое, — напомнил Бригс.

— А вам не кажется, что после встречи с мальчишкой, именно его мы постоянно ищем? — а еще свою суженую, но о ней я ничего не сказал. Она из Реймара, но пока мне не удалось настроить поисковую нить.

Мы уже были у восточных ворот, когда стражники подтвердили, что видели парня, покидающего город. И даже показали нам направление.

Взмыв в воздух, ми стремительно полетели вперед. И я снова попытался настроиться на суженую. Одно другому не мешало. Главное установить хоть мизерную связь. Тогда я смогу без проблем отыскать свою пару. Но поиски постоянно давали сбой. Я не понимал, почему?

Каково же было мое удивление, когда я понял, что суженой в Реймаре больше нет.

ЧТО?

И чем сильнее я тянулся к ней, тем отчетливее понимал, моя пара сейчас движется в том же направлении, что и Йен.

А потом все словно отрезало. Ощущение пустоты и разочарования накрыло меня с головой.

— Снижаемся, — приказал я.

Плевать, что лес, но именно тут оборвалась поисковая связующая нить.

Прикрыв глаза, сосредоточился, выпуская наружу вторую ипостась. Так ярче и тоньше ощущается этот мир.

Паладины не мешали, а моя крылатая ипостась нашла направление и двинулась в сторону огромной сосны. Хотя, ржание коня, выдало прятавшегося с головой.

Опасности не чувствовалось, поэтому под сосну я шагнул в человеческом облике.

Перед нами стоял растерянный и напуганный подросток. Скорее всего, прятался от нас. Видимо заметил нас через кроны деревьев.

Красивый черноволосый мальчишка с огромными глазами смотрел на нас как на врагов.

Совсем юный. Даже голос еще не ломается. Лет тринадцать, или четырнадцать? Не больше. Один и в лесу. Нахмурился. И кто отпустил этого ребенка путешествовать?

Смуглая кожа, нагло вздернутый нос и полные губы выказывали нам полное пренебрежение.

На миг мне показался знакомый взгляд, но спустя секунду, сомнения развеялись. Это точно не Йен.

Не та внешность, не тот голос, другой запах. Йен не дерзил, а боялся нас до смерти. Вив оказался слишком дерзким, самоуверенным и наглым.

— Что это было? — кажется, паладины тоже в шоке.

— Понятия не имею, — пожал плечами, провожая ровную маленькую спину.

— Так что, куда дальше? — нетерпеливо спросил Аллер.

— Думаю, нужно присмотреть за ребенком, — неожиданно даже для себя, выпалил я.

Что-то не давало покоя. Внутренний голос шептал, что ребенка лучше не оставлять одного. Меня тянуло в сторону этого юноши.

Запястье снова о себе напомнило. Я бросил беглый взгляд на точки, которые уже формировались в небольшие линии. Интересно, какой у меня будет узор?

— Арравел, ты всех сирых и убогих собрался защищать? — покачал головой Оргюс. — О Йене не забыл?

— Помню, но сначала разберемся с Вивом, — кстати, он тоже не маг. Совпадение? — Будем держаться на расстоянии, чтобы не спугнуть. Тут одна дорога.

Мы не торопились, а медленно двигались к реке.

— Он не проходил переправу, — зло выдохнул я. — Этот ребенок самоубийца?

Моему раздражению и злости не было предела. Мы шли по запаху. И когда направление резко сменилось вправо, я даже сначала не поверил. Абсурд.

— Ар даже, если он и свернул направо, — лениво сказал Оргюс. — Ты сам накладывал защитный барьер. Он не пропустит. Предлагаю немного отъехать от переправы и дождаться, когда ребенок вернется.

— Нет, едем скорее за ним, — предложение Оргюса подождать, мне не понравилось. До барьера день пути, но внутренний голос шептал, что я должен быть рядом с Вивом.

— Ты сам на себя не похож, — вздохнул Аллер. — Тогда поторопимся и расскажем этому мальчику, куда не стоит сворачивать.

— Кстати, а почему мы все еще не зачищаем эти земли? Барьер хорошо, но жить рядом с тварями такое себе удовольствие.

— Бестиара, — только и ответил я.

Именно Оракул сказала, что делать. Если бы не Бестиара, то все земли сейчас были бы мертвы, как зоны под барьером. Как твари выпивали саму жизнь с земли, нам понять не удалось. На что хватило сил, так это на то, чтобы согнать как можно больше монстров на один участок и запечатать его дэмонийской магией. Феникс все зафиксировала, поэтому зараза не расползалась. В каждой империи была такая зона.

— Она сказала ждать и не трогать, — ответил я.

— Но в Кираносе барьер пал и монстров нет.

— Это тоже странно, — кивнул я.

Когда пал барьер в Кираносе, я это почувствовал и мы сразу телепортировались на место, но ничего не нашли. Ни монстров, ни самого барьера больше не было. Словно все растворилось, а земля проснулась после долгой спячки и буквально на глазах ожила и расцвела.

— Началось, — с довольным видом сообщила тогда Бестиара. — Все идет так, как и предначертано. Фергюсар настает светлая эпоха нашего мира. И ты не упусти, не прозевай и не руби сгоряча, — туманное такое предостережение. Сколько бы я не пытался узнать, Оракул молчала и лишь загадочно улыбалась.

Порой я ее ненавидел.

Из воспоминаний меня вырвал растерянный голос паладинов.

— Как такое может быть? — ошарашенно воскликнули они.

И я понял, в чем дело.

— Вот же демоны!

День пути до барьера? Нет, мы добрались к нему намного быстрее. Два часа и перед нами защитная завеса.

— Арравел, что происходит? Почему граница сдвинулась? — Оргюс опустился на корточки и прислонил ладони к земле. Будто это поможет.

— Она не сдвинулась, — напряженно заметил я, подключаясь на энергетическом уровне к барьеру. Зона увеличилась. — Она расширилась.

И это было не просто плохо. Это была катастрофа.

— Но почему?

— Я не знаю, а Бестиара молчала, — разочаровано прошипел я.

— Может, она тоже не знала? — попытался встать на защиту Оракула Диего.

— Бестиара знает все, но почему-то ни слова не сказала о том, что границы расширяются и поглощают все живые земли.

Нужно проверить остальные зоны и понять, что делать.

Проклятье, как все не вовремя.

— И что тогда делать? — спросил Аллер. — Нужно это остановить.

— Нам нужна Ядвига, — без феникса мы сами не справимся.

— Думаешь, Марбасиан ее отпустит? — с сомнением в голосе заявил Бригс.

— А деваться некуда, — хмыкнул я.

Бывший друг так и не вернулся в Карнашил. Он остался на материке со своей парой.

— Он помешан на ее безопасности.

— Они не дураки, — фыркнул я. — Если зараза растет, то через несколько веков земли не останется. Архарон будет уничтожен.

— Двести лет прошло, а мы все выгребаем последствия, — выплюнул брезгливо Валдер.

— В любом случае, сначала найдем Вива, а потом будем вести диалог с Ядвигой и Марбасом, — упрямо заявил я.

— Следы мальчишки обрываются здесь, — задумчиво протянул Бригс. — Но барьер не потревожен. Как это может быть?

— Понятия не имею, но каким-то невероятным образом этот не маг проник через защитный барьер, — маленький идиот. След привел к барьеру и терялся именно тут.

— Мы, что-то упустили, — задумчиво протянул Бригс. — С Вивом явно, что-то не так.

— Догоню и выпорю, — а у самого волосы на затылке встали дыбом.

Я ведь могу и не успеть. Он может погибнуть. Там каждый сантиметр земли таит в себе смертельную опасность.

— Арравел ты не можешь рисковать своей жизнью, — паладины поняли, что я задумал. — Нужно все-таки заняться барьерами и понять, как остановить рост этих границ.

— Время уже не имеет значения, — отмахнулся я. — Сначала вытащим этого глупца, а после будем думать, что делать. И не из таких передряг выбирались, — прикоснувшись к барьеру, я позволил, чтобы магия меня узнала и пропустила внутрь.

Паладины не отставали, а лишь раздосадовано вздохнули.

— Мы лезем в самое пекло.

— А мальчишка так не думает, — выпалил я, переступая черту невозврата.

Ненавижу эти места. Дышать тяжело, а силы словно утекают сквозь пальцы. Мертвое место, гиблая территория.

Точно найду и выпорю. Мысли о Йене и суженой больше не посещали. Сейчас меня занимал только Вив.

Глава 9

Я словно попала в непробиваемый пузырь. Местность давила со всех сторон и если бы не тени, я и шагу не смогла бы сделать.

Гиблое место, мертвое.

Тишина. Она тоже давила. Нет ни ветра, ни шума ветвей, ни клекота птиц. Деревья стояли сухими огромными бревнами. Земля голая без единой травинки.

История повторялась. Все было, как в Кираносе. Знала, что нападение тварей может быть в любой момент, но вот уже пару часов я двигалась вперед, а тварей не было. Монстры явно, что-то выжидали.

Ох, может и глупая была затея соваться сюда? Не совершила ли я ошибку, сократив свой путь именно через это место?

Сомнения грызли изнутри, но я упрямо двигалась вперед. Лошадь настороженно дергала ушами, а иногда отказывалась идти. Чувствует, что не простая будет дорога. Опасная.

И снова знакомое ощущение давления в груди. И я, словно не я вовсе, а сгусток нескончаемой огромной энергии.

Жжение в груди было настолько сильным, что мне казалось, я сгорю в этом огне. Я словно горела, настолько сильным было жжение в груди. Как тогда в Кираносе, или даже сильнее.

Я не была светом в том его понимании, в котором мы привыкли этот свет видеть. Мой свет был темным, беспощадным, уничтожающим все на своем пути. Я была самой светлой тьмой в полном ее проявлении. Проникая в каждый кусочек этой зоны, я ощущала все то, через что пришлось пройти этой земле. Я не понимала, откуда эта странная связь с Архароном, но то, что я повторно ощущала сейчас, не укладывалось в голове.

И видения не заставили себя долго ждать. Пришлось буквально сползти с коня и, прислонившись к дереву, устало опуститься на землю.

Честно, я думала, что больше повторения не будет. В Кираносе я подумала, что сошла с ума, но теперь понимаю, нет. И эта часть земли делилась со мной своим прошлым.

Завертелся калейдоскоп событий: войны, распри, душевная и физическая боль живых существ. Эмоции пронзали меня насквозь, будто я сама была участником тех событий. Словно, давно забытое, вновь заставило о себе вспомнить. И это точно не бред моего воображения. Все происходило на самом деле.

Страдания, мучения, смирение и беспомощность — все обрушилось на меня снежной лавиной. Если бы могла кричать, непременно бы это сделала, но я была лишь тьмой. Той самой тьмой, которая уничтожала все инородное и чужое.

Тени буквально захлебывались энергией этого места, но продолжали извлекать из самых недр земли чужеродную, убивающую эту местность, проклятую магию.

Меня не отпускали. Нет не тени, а мир. Я ощущала такую непроходимую боль, что готова была снова умереть, лишь бы не чувствовать ее.

Не понимала, почему я это все ощущала и видела.

Ад на земле. Мир истощен. Война изменила его, ранила, заразила скорбью, болью, горем, ненавистью и безразличием. И вместе с землей я чувствовала себя калекой, овощем, который бросают в комбайн и перемалывают со всеми потрохами, оставляя после себя только высушенный жмых.

Видения оборвались так же внезапно, как и появились. Схлынула боль, оставляя после себя чувство опустошения.

Тени вернулись, сыто потянувшись. Они стали еще больше. Тьма растет? Но страха не было.

Резко выдохнула. Ну и путешествие.

Я никогда не занималась экстремальными видами спорта, но сейчас, будто нырнула с головой в жерло вулкана, в бурлящую лаву.

Тени полны энергии, а я, словно выжатый лимон. Настолько уставшей и истощенной я себя чувствовала в такой же зоне в Кираносе. Словно все силы из меня вытянули и оставили жалкую физическую оболочку.

Дышать было тяжело, но я не могла позволить себе грохнуться в обморок.

Могильная тишина так и зависла. Только мое шумное дыхание и нервное фырканье коня, разбавляли это безмолвие.

Кажется, путешествие в этот раз не будет простым и легким. В Кираносе я ничего практически не соображала. Все за меня делали тени. Возможно, сейчас будет хорошей идеей полностью отдаться во власть тьмы?

Нет, это лишнее. Я сама должна справиться со всем этим. Я ведь готова была, когда проходила сквозь защитный барьер. Но почему сейчас сердце бьется от страха испуганной птицей?

Ужасное состояние и не только у меня.

Плохая идея была брать с собой коня, но верхом ведь быстрее. Нужно было отпустить лошадь у барьера, но чего уж теперь распинаться? Да и ношу в руках я бы далеко не унесла. Еда, одежда. Все это висело поклажей на моей лошадке. Теперь я ответственна за это животное.

Все мои рецепторы обострились. Тени не спали. Они были настороже и готовы в любую секунду отразить атаку.

Солнце сюда не проникало. Эта зона, как и в Кираносе, была в постоянных сумерках. Нет дня и ночи.

Невдалеке послышался детский надрывный плач. Словно ребенка подвергли пыткам, настолько сильным был крик малыша.

И чем глубже я продвигалась в лес, тем ближе было рыдание.

Нахмурилась, задумываясь, откуда здесь малыш? Сюда ведь не попасть?

Все эти мысли пронеслись в одно мгновение, когда я увидела сидящего на дороге годовалого ребенка.

Круглолицый, темнокожий и невероятно несчастный. Он захлебывался слезами и тянул в мою сторону свои маленькие пухлые ручки.

Стало нестерпимо больно за этого малыша. Словно, это мое собственное дитя. Тяга к нему была очень сильной. Я даже отмахнулась от запястья, которое почему-то стало не зудеть, а печь огнем, словно к коже прислонили раскаленное клеймо.

Спрыгнув с лошади, не задумываясь, кинулась к ребенку.

— Тише, тише малыш, — успокаивающе прошептала я. — Мамочка тебе поможет. Ты больше не будешь один.

Я не успела прикоснуться к этому карапузу. Мои тени ощерились и буквально напали на него.

— Вы что творите? — зашипела я, молясь, чтобы ребенка не трогали.

Вот только зря я грешила на своих теней.

Ребенок и не ребенок вовсе.

Ошеломленно, раскрыв от шока рот, я испуганно смотрела, как карапуз буквально вырос на моих глазах.

Больше двух метров.

Передо мной больше не было ребенка. Это был огромный крупный, как медведь, монстр. И я сама к нему полезла в когтистые лапы.

Идиотка! Ведь были сомнения в неправильности происходящего. Откуда здесь ребенок? Но я и представить не могла, что твари умеют не только менять облик, а еще правдоподобно издавать звуки. С таким я раньше не встречалась.

Я не была готова к такому. Нет. Я же видела этот взгляд. Монстры ведь на такое не способны. У них нет души. А этот малыш был таким беспомощным.

Мне не верилось в происходящее. Глаза все видели, а вот сердце отрицало очевидное.

Но реальность была самой настоящей. Меня не подводило зрение.

На землю капала ядовито-зеленая вязкая слюна. Она буквально разъедала землю.

Лошадь за спиной взбесилась, но одна из теней буквально окутала нас, защищая от твари. Плохо будет, если лошадь сбежит со всем моим пропитанием. Я вцепилась в удила и смотрела, как некогда милый малыш, пытается разорвать моих теней когтями.

Схватка была очень короткой.

Тени не стали играть с едой, а сами разорвали на мелкие ошметки эту тварь, поглощая темную энергию. Любят они кровь.

Разорванная плоть валялась мусором на дороге, повисла на деревьях и сухих кустарниках. Оторванная голова чудовища замерла в своей искаженной яростью морде, прямо передо мной. Словно, тени преподнесли мне свой трофей. Черная кровь грязными пятнами испачкала исстрадавшуюся землю. Вонь стояла жуткая.

К горлу подступила тошнота.

Нет, нет, нет. Мне нельзя избавляться от еды.

Тени толкали меня вперед.

С трудом подавив в себе рвотные позывы, вскочила в седло и поспешила убраться подальше от этого места.

И сейчас я очень, очень жалела, что сунулась в самое пекло.

Эта зона отличалась от той, что была в Кираносе.

Здесь все иначе. Тяжелее, мрачнее, ужаснее. Мне было страшно. Я понимала, что это не мои эмоции, а этого места. Ужас скручивал внутренности. Если бы не тени, то от страха мы бы с конем тут и умерли от сердечного приступа. Каждый новый вдох-выдох давался с огромным трудом.

Тени плотной сферой окутали нас и направляли вперед.

Они буквально сжирали чужеродную энергию. И плевать, что это были монстры под кустом, или просто мертвая сила земли.

Тварей было много. Пару раз мне пришлось применить свои клинки. Такое себе оружие, но когда в твою сторону тянется лапа, то думаешь недолго. Тени и меня защищали с конем, и монстров уничтожали.

Обнадеживало то, где бы мы ни проходили, земля оживала. Тени убирали все инородное, освобождая, исцеляя землю. И я знала, что цепная реакция уже запущена. Там, где нет монстров, земля сама себя излечит. Честно, я до сих пор не разобралась, как это работало. Хотя тени и объясняли, что им хватает темной энергии, а излишки этой чужеродной монструозной магии перерабатывают и выпускают в мир чистой силой. И она умеет размножаться и расти. Эта сила и оживляет, исцеляет все на своем пути. Будь то просто земля, или души существ, которые после войны практически мертвы. Жуткая война с потусторонними тварями искалечила Архарон.

Киранос уже исцеляется. Да пройдет не одно десятилетие, прежде чем завершится «лечение», но уверена, Архарон будет жить.

Добавляло оптимизма то, что твари, почему-то не могли ступить на очищенную землю. Я видела это в Кираносе. Они буквально сгорали на месте, стоило когтистым лапам туда шагнуть. Так, что скоро эти монстры будут бежать. Чем сильнее будет сужаться очищенный круг, тем легче их всех будет выловить и уничтожить. Они будут бежать в мышеловку. И тогда мир полностью очистится от скверны, закрываясь, запечатываясь в обновленной энергии.

И когда не станет тварей, не будет и пищи для теней. И если погибнут они, то сосуд тоже долго не проживет. Мы связаны слишком сильно. Наши энергии очень плотно переплелись. Разорвать такую связь невозможно. Но это еще будет не скоро.

Да и о чем волноваться? На земле жизненный цикл вообще семьдесят лет, а то и меньше, редко — больше. А в Архароне я проживу еще не один век. Так что нечего жаловаться. Я свое поживу еще! Главное не попасться в лапы стражам. Нельзя быть пойманной. Жители мира не поймут и не примут моих теней. Слишком чужая магия. Слишком непонятная, а от того и смертельно пугающая для них.

Архарону нужен не один век, чтобы полностью избавиться от тварей. Им не спастись. Но это в далеком будущем, а сейчас нужно двигаться вперед и делать то, что больше всего умеют мои тени.

Арравел. Закрытая зона.

— Ты что-нибудь понимаешь? — спросил Диего, едва мы оказались за барьером.

Мои паладины недоуменно переглядывались и прислушивались к окружающей среде.

Я ничего не понимал. Где чувство давления в груди? Где опасность? Где твари, которые должны были атаковать, едва мы ступили на эту землю. Этого ничего не было. Пусто. Вообще все пусто, но энергия этого места была легкой и вкусной. Даже вечные сумерки этих зон посветлели. Не сильно, но заметно. Как такое может быть?

Это ведь не Киранос? Там мы тоже ощутили подобный флер. Найти объяснения подобному феномену мы так и не смогли.

Я готов был найти бездыханное тело Вива, но ни крови, ни следов борьбы не было.

Ничего.

Я растерянно рассматривал местность, а потом дернул Вихря, пуская того в галоп.

— Мы с этим разберемся, — выдохнул я. — Но сначала нужно найти мальчишку. Пока его запах не развеялся, нам нужно поторопиться.

— Знать бы еще, с чем нам разбираться, — пробормотал Валдер, но я услышал. У нас великолепный слух.

Пятерка не отставала. Мы гнали своих боевых друзей все дальше и дальше, углубляясь в мертвый лес.

Остановились резко.

— Твари, — выплюнул брезгливо Аллер, а у меня сердце чуть не умерло.

Я пока не задумывался о ненормальной тяге к мальчишке, но то, что Вив здесь проезжал — это факт. Внутри все похолодело.

Разорванная плоть монстра, его голова и черная кровь не оставляли сомнений, что здесь была битва.

— Я, конечно, не нагнетаю, но сомневаюсь, что мальчишка жив, — заметил Бригс и носком ботинка отшвырнул голову монстра в сторону. — Может его уже съели, что и косточек не осталось, — продолжал он, а я понимал, если Бригс не заткнется, то убью его.

Гнал подобные мысли прочь, но вот Бригс озвучил все то, что я прокручивал в голове. Я не мог просто принять факт о смерти Вива. Отрицал саму смерть мальчишки, хотя понимал, что в этом месте практически невозможно выжить.

— Я чувствую его запах, — упрямо поджав губы, твердо заявил я.

— А я чувствую невозможную вонь, — фыркнул Бригс. — Арравел пойми, но Вив не жилец, — если бы взглядом можно было убивать, то мой паладин уже бы скончался. — Серьезно. Подумай сам, что человеческий ребенок без капли магии — это просто физическая пища для тварей. Он слаб и немощен. И судя по всему еще и глуп.

— Вопрос остается открытым, — заметил Диего. — Как Вив смог преодолеть барьер даже не потревожив его. Это просто невозможно.

— Но Вив точно здесь и это факт, — да, вопрос на который нет ответа.

— Но ты ведь не успокоишься, пока не отыщешь мальца? — прищурился Оргюс, а я отрицательно покачал головой. Не понимал себя, но меня тянуло к Виву.

Сначала меня пугала тяга к Йену, теперь к Виву. Что со мной происходит?

— Тогда следуем по запаху, — проговорил Валдер и поспешил вперед.

Мы держались близко друг к другу, чтобы быть наготове в любой момент. Твари любят нападать неожиданно. Защита была наброшена еще тогда, когда мы переступали барьер.

Вот только защищаться было не от кого.

Чистая энергия сквозила везде, а разорванные по пути твари вызывали уже недоумение и копили в себе множество вопросов. Кто их так пошматовал? Жестоко, с каким-то садистским удовлетворением.

Мы следовали по пути Вива, но его самого так нагнать и не смогли.

Нам приходилось останавливаться возле очередных ошметков и тщательно их изучать, теряя драгоценное время.

Мы пытались понять, кто их так, но в голову ничего не приходило.

Твари были разными: большими и маленьким, высокими и низкими, клыкастыми и с ядовитой кожей. Но все как один — смертоносными убийцами.

— Арравел, я могу ошибаться, но тебе не кажется все это знакомым? — на очередном вынужденном привале, ко мне обратился Диего. Я изучал плоть твари, искромсанной на ленточки. — Мы ведь это все уже видели, — продолжал говорить он, присев возле очередной оторванной головы.

— Пещера? — ошеломленно выдохнул я, вспоминая события годичной давности с отступниками. Магов тоже изрезали на тонкие ленточки. — Точно. Почерк очень похож. Да и потом, мы позже встречали подобного рода убийства людей. А здесь получается, что неизвестное существо уничтожает своих же? — задумчиво протянул я.

— Очень странная тварь, — брезгливо выплюнул Оргюс. — Опасная.

— И каким-то образом, даже не надеясь на удачу, мы напали на след этой твари, что сотворил маг, — закончил за Оргюса Валдер. — Мы целый год пытались найти хоть какой-то след и ничего. Значит, тварь примкнула к своим и спряталась в этой зоне.

— Но как же она сюда проникла? — растерянно протянул Аллер. — Барьер не потревожен. Она не могла незаметно сюда попасть. Защита бы уничтожила, едва тварь прикоснулась к барьеру.

— Я понятия не имею, как найти этому всему объяснение, — хмуро проговорил я, окидывая своих паладинов задумчивым взглядом. — Я не представляю, что произошло. Барьеры напитаны той же силой, что и при создании, но почему тварь и человеческий ребенок смогли сюда попасть? — смутные подозрения начали закрадываться в голову, но я гнал их прочь. Невозможно.

Вив обычный немаг. Он не обладал совершенно никакой силой.

— Думаю, ответ нам сможет дать только Вив, — проворчал Бригс. — Если мы его найдем живым.

— Запах сильный, — мотнул я головой. — Мы близко.

— Ар, а почему ты так остро на него реагируешь? — а я думал, когда они прижмут меня к стенке этим вопросом. Уже не юлят, а спрашивают прямо.

— Я чувствую огромную потребность в его защите, — скривился я, озвучивая свои мысли.

— Это очень странно, друг, — Диего нахмурился.

— Нашей расе абсолютно плевать на других, — хмыкнул Оргюс. — Но ты почему-то упорно привязываешься к жалким человечкам. Сначала Йен, а теперь Вив.

— Я не знаю, — раздраженно ответил я, нервно зарываясь пальцами в волосы. — Со мной, что-то происходит, — и я вытянул перед собой запястье. Наступила оглушительная тишина, а потом паладины начали меня поздравлять, жадно рассматривая вырисовывающиеся линии.

Огромный дар получить свою истинную. Я недавно перешагнул второе тысячелетие и уже не верил, что моя пара существует. Но связь продолжала формироваться.

— Ар! Это же отлично! Поздравляю! — хлопнул по плечу Аллер.

— И где она? — спустя минуту всеобщей радости, спросил Диего. — Почему, вместо того, чтобы найти истинную и завершить привязку, ты болтаешься в этом гиблом месте?

— Хотел бы я знать, — устало ответил я, потирая переносицу. — Каким-то образом, едва я пытаюсь настроиться на пару, связующая нить обрывается. Я не знаю, где она? Как найти ее, тоже не знаю. Туман скрывает ее от меня. Он рассеивает связь.

— И, что ты думаешь по этому поводу? — спросил Оргюс.

— У меня сейчас нет возможности найти пару, — проворчал я. — Жду, когда начнет формироваться полноценный узор. Возможно, тогда я смогу ее отыскать. Сейчас все бесполезно.

И это меня тоже раздражало. Я беспомощен в своих поисках.

— Ладно, — сдались паладины и больше не напирали. — Тогда ищем Вива и сваливаем отсюда.

— Ар я думаю тебе нужно обратиться к Оракулу, — об этом я тоже думал. — Она же все знает и видит.

— Посмотрим, — неоднозначно ответил я.

Бестиара — сложная женщина и просто указывать на мою суженую она не станет. Но если сформировавшаяся связь не позволит мне найти пару, тогда придется обратиться к Оракулу. Почему-то же она отправила нас в Реймар два месяца назад? И мне теперь кажется, что наше почти бесполезное времяпровождение в столице, связано именно с моей суженой. Поиск. Вот, что мне напророчила Бестиара. Я буду в поиске.

И сейчас просто схожу с ума от непонимания происходящего.

Глава 10

Высыпав прямо на землю корм для лошади, я устало упала на сухой лапник. Эти несколько часов сильно меня вымотали.

Нам нужна передышка.

Пока я лежала, тени вычищали реку. Повторения, как в Кираносе, я не хотела. Мне моя безрубцовая внешность очень нравится. Прежде, чем лезть в воду, ее нужно сделать безопасной. Мне коня необходимо напоить. Надеюсь, что не отравится. Земля мертвая, вода тоже может быть мертвой и непригодной для питья. У меня во фляжке осталось чуть больше половины воды. Насколько ее хватит, не знаю. Слишком горячие и изнуряющие битвы.

Посмотрев на затуманенную поверхность, увидела, что вода в реке бурлит. Видимо тварей там тоже достаточно.

Я бы не сунулась в реку, но открытые участки кожи сильно щипало от попавшей на меня крови монстров. Да и одежду нужно почистить. Сейчас я похожа на зомби.

Через полчаса река была пригодной для омовения. Тени высосали всю темную энергию из этого участка реки. Значит, уже безопасно.

Напоив коня, я кровожадно ухмыльнулась тварям, мстительно показав им средний палец. Они не поняли, но мне от этого жеста стало легче. Будто, я вернулась на Землю. Конечно, неприличными жестами я не грешила дома, но в нынешней ситуации просто невозможно отказаться. Я жива, здорова и даже счастлива! И плевать, что нахожусь у черта на Куличках. Я свободна!

Монстры застыли на той территории, где они еще могли быть, куда мы с тенями не добрались. Но сегодня я уже физически не могла ни с кем сражаться.

Последняя битва была выматывающей. Тени руководили моим телом, кромсая моими клинками тварей на ленточки. Будто их длинных острых когтей было мало.

Каждое движение, каждый взмах руки с оружием контролировали тени. Будто это я сама, а не они уничтожали монстров.

Опыт любопытный, но очень утомительный. Мне проще было стать тенью, чем сражаться в физической оболочке, но почему-то тени этого сделать не позволили. Словно, учили меня защищаться.

За этот год тени, как-то слишком быстро адаптировались и выросли ментально.

И если год назад они старались уничтожить все на своем пути и напоминали кровожадных безумцев, то сейчас тени научились ценить чужие жизни.

И это невероятно удивительно. И ведь думала, что я чудовище, но именно в этот момент осознала, что просто другая и бездумно не смогу отнять жизнь у живого существа.

Но нам все равно нужно быть осторожными.

Мир не поймет и не примет меня.

Тени улеглись в сознании и переваривали свой монструозный пир, а я поспешила к реке.

Привести себя в порядок не успела. Ко мне пожаловали незваные гости.

От удивления у меня вытянулось лицо. Замерла на самом берегу и настороженно смотрела на приближающихся всадников.

Они окружали меня дугой.

Молчали.

Напряженно рассматривали.

Не спешили заводить разговор.

Дэмонийцы.

Нахмурилась, пытаясь пронзить мужчин взглядом.

Какого демона они тут забыли?

Я знала, что никто не может пройти сквозь барьер. Это знали все в мире. Не понятно, почему очищенный от темной магии участок, не испепелил их.

Быстрый взгляд в сторону. Твари на месте и кровожадно облизывались, почувствовав увеличение количества еды.

В голове, что-то щелкнуло. Нет. Это не дэмонийцы, а твари, как тот ребенок! Не знаю, почему они на этой стороне, но с дэмонийцами я рассталась несколько часов назад. Они бы не нашли меня.

Мысленно позвала теней, но через несколько секунд поняла, они мне не помогут. Тени не отзывались. Что за чертовщина?

Ужас сковал легкие. Горло перехватил колючий спазм. Я одна. Сейчас я совершенно одна.

Медленно потянула руки к клинкам. Пусть и плохое оружие, но просто так я не дамся этим монструозным оборотням, умеющим принимать облики разумных существ.

Запястье снова обожгло, но сцепив зубы, я не дергалась, приняв боевую стойку.

Все-таки, не зря тени руководили мной. Память тела сработала.

Не двигалась, ожидая нападения и возможность отбить атаку.

Вот только никто пока не пытался на меня нападать. Наоборот, мужчины хмуро переглянулись между собой.

Напряжение росло с каждой секундой. Кажется, даже воздух заискрился.

— Ты жив, — нарушил тишину хриплый голос Арравела.

Молчала.

Твари и не такое могут. Вон как монстр разыграл детский плач передо мной.

— Ты ранен? — беспокойство в голосе мне не привиделось.

Арравел с жадностью рассматривал меня. Взгляд блуждал по моей испачканной в крови одежде, по рукам с клинками, по лицу, задержавшись на волосах-пакле.

Поджав губы, нахмурилась, пытаясь понять, кто действительно передо мной: реальность или очередная смертельная иллюзия? Могут ли монстры изображать волнение?

Арравел спрыгнул с пегаса и сделал шаг в мою сторону. Я отступила к реке.

— Не подходите, — зло бросила я, фиксируя взглядом всех гостей.

Сейчас отвлекусь на одного, а остальные меня сожрут. Нет. Не выйдет.

Я звала и звала теней, но в ответ тишина. Словно, и нет их.

— Вив, все хорошо, — успокаивающе прошептал Арравел, подняв вверх руки, ладонями ко мне. — Теперь ты будешь в безопасности. Мы поможем выбраться, — я изогнула вопросительно бровь. Да я и сама справлюсь.

Кажется, это все-таки не монстры. Дэмонийцы действительно здесь. Твари не могли знать мое имя.

Облегченно выдохнула, пряча клинки в ножнах.

Может, поэтому тени не торопились мне помогать? Они знали, что мужчины не причинят вреда. По крайней мере, сейчас.

— Как вы здесь оказались? — спросила я, не сумев убрать ледяные нотки из голоса.

Хотя, ответ я знала. Если дэмонийцы устанавливали барьер, то наверняка, оставили себе лазейку.

Я была зла на дэмонийцев. Перепугали меня до смерти. Я еще не отошла от осознания того, что монстры могут менять внешность.

— У нас к тебе встречный вопрос, — меня насторожила подозрительность в голосе Бригса.

— Я просто прошел, — лениво ответила я.

И это правда. То, что тени помогли, уточнять не стала. Это лишнее.

— Ты не маг, — воскликнул возмущенно Аллер. — Никто не может пересечь барьер.

— Но видимо, вы тоже смогли, — фыркнула я.

— Да, потому что мы его и ставили! — мои догадки оправдались.

— Серьезно, я не знаю, почему ваш барьер сбоил, — пряча волнение, безразлично проговорила я. — Но для меня не было препятствий.

— Невероятно наглый юноша! — возмутился Оргюс.

— Успокоились, — раздраженно выпалил Арравел. — Думаю, всему есть объяснение. Хорошо, что ты в порядке, — это уже мне.

— И мне интересно, как он выжил? — Валдер сканировал меня пронзительным взглядом. — Даже лошадь жива и невредима, — я лишь плечами пожала. Ответов все равно не будет. — Ты явно сражался. Твоя боевая стойка и испачканная в крови одежда, говорят, что в стороне ты не остался. Но в то же время, твоя лошадь чиста, — даже спорить не буду. Тень защищала мои дополнительные ноги. — Но тварей без магии и в таком количестве, что нам попалось на пути, уничтожить обычному юноше невозможно, а ты НЕ МАГ!

— У меня просто очень быстрые клинки и хорошая реакция, — язвительно фыркнула я, передернув плечом.

— Ладно, — выдохнул Валдер. — Разберемся.

Мужчины спешились и начали размещаться на МОЕЙ территории.

— А, что вы собственно делаете? — не удержалась от вопроса.

— Лагерь разбиваем, — отмахнулся Оргюс.

— Здесь? — уточнила я.

— Вив, мы шли по твоему следу, — нехотя признался Арравел. Все это время он не сводил с меня взгляд. — Мы искали тебя. И то, что ты жив и не ранен, огромное чудо, — я лишь фыркнула. Чудо отлеживается во мне.

— Зачем? — я не понимала.

Случайная встреча в лесу и они следуют за мной? Что за ерунда?

Ладно, я их знаю, но они видели меня впервые в жизни. Шрамов нет, запах замаскирован. Я теперь другой человек.

Арравел нахмурился и не торопился отвечать.

— Чтобы спасти твою шкурку, — хохотнул Бригс. — Как чувствовали, что ты влезешь туда, куда не следует.

— Но зачем? Вы всем первым встречным так помогаете, что пускаетесь в погоню? — покачала головой. — Абсурд!

— В любом случае мы уже здесь, — хмуро припечатал Арравел. — Дальше будем выбираться вместе.

— Предлагаю повернуть назад, — предложил Аллер. — Впереди не радостная встреча, — и махнул в сторону улегшихся на землю тварей.

— Тоже вопрос, почему они не пересекают определенную черту? — подозрительно заметил Бригс. — Словно их сдерживает невидимая преграда, но я ничего не вижу и не чувствую.

— Весь путь, что мы за тобой следовали, Вив, нам не повстречалось ни одного живого монстра, а территория словно ожила, — закончил Диего.

Пять пар пытливых глаз пытались просверлить во мне огромную дырку. И только Арравел неодобрительно качал головой и хмурился.

— Ты темная лошадка, Вив, — заметил Бригс. — И я узнаю твою тайну, — пообещал он мне, а я нервно сглотнула. Проклятый менталист на мою голову.

— Но пока ты этого не сделал, я все-таки приведу себя в порядок, — надменно отбрила его заявление. — Именно этим я собирался заняться, пока вы не появились на горизонте.

Я отошла чуть в сторону и скрылась за высоким кустарником. Я не собиралась оголяться, но штаны с кофтой нужно очистить от прилипшей плоти и крови. Да и волосы нужно как-то вымыть. На них тоже попали ошметки тварей.

Вода была очень холодной. Пальцы леденели, но я продолжала счищать с одежды кровь.

И как в этой холодине отмыть себя?

Закатав штаны по колено, вошла в воду. Острые камешки царапали ступни ног. Но мне нужно немного пройти вперед, чтобы была возможность помыть голову.

Кажется, к коже намертво прилипли остатки тварей. Я с остервенением скребла лицо обломанными ногтями. Прочесывала пальцами мокрые пряди, вытаскивая из волос липкие, смрадные кишки. Кажется, даже чей-то коготь вытянула.

Снова начало тошнить. Мерзко и гадко. Я словно, пропиталась тварями.

Стучала от холода зубами, но из воды не выходила. Пока не отмоюсь, не вылезу отсюда.

Пальцы ног начало сводить судорогой. Плохо.

Запястье снова начало жечь. Проклятье! Что за напасть?

— Вив тебе помочь? — чуть в стороне услышала обеспокоенный голос Арравела.

— Нет, — пискнула я совсем не юношеским голосом.

Черт, так и проколоться можно. Все это недолгое время в образе Вива, я намеренно говорила более грубым басом.

— Хорошо, — как-то быстро согласился Арравел.

Ушел или нет, не знала, но нужно поторопиться.

Кое-как, сцепив зубы от холода, я отмылась.

Сырая одежда неприятно льнула к телу. Я ее не стирала, а лишь мокрой ладонью очищала. Но и этого оказалось достаточно, чтобы еще сильнее замерзнуть.

Нужно достать из седельной сумки теплый плащ. Его я убрала после встречи с первым монстром. Хотела в него укутать малыша. Сняла, но так и не одела потом. Слишком была ошеломлена представшей картиной. До сих пор не по себе от этих воспоминаний.

А ведь в мире, что-то подобное наверняка есть. Твари научились скрываться среди людей. Вон как василиск-гарлос припеваючи жил в Реймаре.

Пока я частично отмывалась, мужчины развели костер. Огонь ярко полыхал, даря тепло. Хорошо, что в этом месте хватает сухостоя.

Дэмонийцы тихо беседовали, но едва заметили меня, замолчали.

— Похож на человека, — хмыкнул Бригс.

Комментировать его замечание не стала, а прошла к костру и нагло уселась на притащенное бревно. Протянула руки к огню, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло.

Надеюсь немного просохнуть. Плащ достану после. Раз есть тепло, то грех им не воспользоваться.

— Держи, — мне протянули лепешку с вяленым мясом.

Запах ароматной еды тут же ударил в нос. Я жутко проголодалась, поэтому от дармовой еды не отказалась, а с аппетитом вонзила зубы в нехитрый ужин. Мясо было жестким и жевалось с трудом. Но до коня за своей едой идти было откровенно лень.

— Благодарю, — искренне поблагодарила мужчин еще и за протянутое питье.

Утолив голод, все запила терпким напитком. Наверняка, из трав. По телу разлилось приятная нега, но алкоголя я не почувствовала.

Когда я возвращала кружку Аллеру, моя рука была перехвачена жесткой хваткой Арравела.

— Что это? — мужчина подозрительно рассматривал грязную повязку на запястье.

— Ничего особенного, — лениво пожала плечами, пытаясь вырвать свою конечность из цепких лап дэмонийца. — Небольшая рана, — признаваться о странных точках-линиях не стала. Но вот от прикосновения Арравела, по телу прокатился озноб, а запястье очень сильно зачесалось.

Проклятье. Нужно выпить зелье.

— Диего целитель, — тут же выпалил Арравел. — Он тебя вылечит, — на что упомянутый Диего вопросительно посмотрел на Арравела.

— Не нужно, — отказалась я. — Само заживет. У меня есть исцеляющая мазь. Так что скоро буду как огурчик.

— Кто? — не поняли мужчины.

Прокололась. Здесь нет такого овоща. Прикусила губу.

— Говорю, до свадьбы заживет, — поправила себя.

— До чьей?

— До моей конечно! — хохотнула я.

Хотя я сомневалась, что найдется рыцарь, способный принять меня целиком. Хоть бы не удавил в постели.

— Ты женишься? — недовольно прорычал Арравел и сильнее дернул за руку. Вскрикнула от боли и меня отпустили. — Прости.

Наступила оглушительная тишина.

— Ар, может, пойдем к реке прогуляемся? — неожиданно предложил Бригс, сканируя Арравела обеспокоенным взглядом.

— Я в порядке, — рыкнул он, хмуро уставившись на костер.

— А ты не слишком юн для женитьбы? — спросил Валдер.

— Для любви все возрасты покорны! — процитировала я известную фразу из моего прошлого.

— У тебя еще усы не выросли, а все туда же, — фыркнул Оргюс. — И кадыка нет. Голос странный и разный. Возможно, еще ломается. Телосложение хрупкое. Слишком смазливая мордашка с огромными глазами и пухлыми губами. И вообще, не пойми меня неправильно, — скривился дэмониец. — Откровенно говоря, ты выглядишь, как девчонка!

ЧТО? Неужели так заметно? Побледнела. Внутри заворочалось беспокойство. Чтобы больше не развивать эту тему, я обиженно процедила:

— Не всем же быть огромными рычащими на все подряд мужланами! — вся моя маскировка летела коту под хвост.

Когда были шрамы, с принадлежностью к мужскому полу не возникало проблем, но сейчас мне захотелось все вернуть, как было.

Я резво соскочила с бревна и пошла к своей лошади. Она спала и, кажется, плевать ей было на наши перебранки.

Достав зелье, незаметно выпила и от чесотки и меняющее запах. Нервно мне с дэмонийцами. Лучше перестраховаться. Хотя аптекарь говорил, что нельзя часто употреблять зелье запаха. Чем чаще я его принимаю, тем меньший эффект он дает. Но сейчас меня это не волновало.

Расстелила на сухом лапнике плащ. Улегшись спиной к дэмонийцам, замоталась в него с головой.

На душе было беспокойно. Бежать бесполезно. Словно, я на коротком поводке у дэмонийцев.

Это настораживало. Их магия сильна и что они могут предпринять, когда узнают о том, кто я, страшно представить.

А они могут узнать. Очень правильные вопросы задают. И как долго я смогу обтекаемо отвечать, не знаю. Дэмонийцы сопоставят факты и все странности, а потом прихлопнут меня как муху.

На этой нерадостной ноте я провалилась в сон.

Арравел. Закрытая зона.

— Вы что-нибудь понимаете? — озвучил всех интересующий вопрос Бригс.

Я молчал. На душе было дерьмово.

Когда мы добрались до Вива, облегчение, что он жив и здоров, накрыло меня с головой. Но ровно до тех пор, пока я не захлебнулся его страхом. Я тонул в его ужасе и не понимал, почему этот мальчишка так нас испугался.

Боевая стойка, жалкое подобие клинков и ужасный вид парня вызвали чувство вины. Я не успел его остановить до барьера, не защитил, когда он в этом так нуждался. Что он здесь пережил, я прекрасно представлял. Но для юного разума все это было слишком.

Его безумие и жуткий ужас в глазах разбивали всю мою двухтысячелетнюю выдержку.

Я хотел его успокоить, но понимал, Вив никого не подпустит к себе. Слишком насторожен, слишком боялся нас. Я чувствовал собственную беспомощность.

— Как Вив смог пройти так много пути и остаться в живых?

Мы все смотрели на замотанного в кокон мальчишку. Действительно маленький и хрупкий.

Замечание Оргюса очень сильно уязвило парня. Если бы мне такое заявили в юношеском возрасте, то я бы давно убил этого смельчака, посмевшего меня оскорбить. Вив сдержался. Я видел, как ему невыносимо это замечание, но он просто ушел.

А ведь Оргюс не просто так это сказал. Я видел много человеческих детей возраста Вива. Все они были разными, но никто не выглядел настолько немощно и хило, как Вив. Да и у человеческих парней все признаки взросления были на лицо.

С Вивом время будто замерло. И пораскинув мозгами, я пришел к выводу, что у замечания Оргюса есть основания.

Небольшой размер ноги, тонкие запястья, ровные длинные пальцы, утонченное и, несомненно, симпатичное лицо без щетины вызывали у меня тоже вопросы. Растительности на лице у Вива никогда не было. Да и все, что мне удалось рассмотреть без этого жуткого объемного плаща, наводили на мысли, что перед нами не юноша.

Нервно сглотнул, потирая запястье. Линий стало больше. Снова бросил взгляд на уснувшего мальчишку, вспоминая повязку на руке, где у меня начала образовываться связь с истинной. Совпадение? Не знаю.

Мне в пару не мог достаться мужчина, а значит, возможно, мои поиски завершились? И если Вив действительно женщина, то я нашел свою истинную!

Осознание обухом ударило меня по голове. Ведь это все объясняет. Моя ненормальная тяга к Виву была с первой нашей встречи.

Все может быть. Он, или скорее всего, ОНА, тоже должна ощущать эту связь. Притяжение будет расти.

Но я понимал, с Вивом не будет просто. Да, я мог насильно узнать, кто скрывается под этими тряпками, но делать этого не стану.

Вив нас боялся. А я не хочу, чтобы моя пара ощущала животный ужас передо мной.

Как узнать, что именно спрятано под повязкой? Мне нужно убедиться, удостовериться в собственной правоте, что я не сошел с ума, тяготея чувствами к человеческому парню.

Может, я ошибся?

Для меня признаком связи должен быть еще и запах пары, сводящий с ума.

Вспомнился Йен. Карамель и корица. Крышесносная смесь. Я не мог им надышаться.

С Вивом все иначе. Он пах для меня обычно, как и миллионы других существ в Архароне. Но эта необъяснимая к нему тяга, настораживала.

Что-то не сходилось. Если это парность, то она очень странная.

Сомнения грызли изнутри.

Как приручить ту, что мне предначертана миром?

Если это Вив, то мне понадобится огромная выдержка и сила воли, чтобы не наломать дров.

Конечно, можно было бы признаться, что она моя истинная. Обрадовать, что бери меня с потрохами, но что-то мне подсказывало, что это признание испугает Вива больше, чем сами монстры. Еще признаться во всем, меня тормозило отсутствие пленяющего запаха пары.

Время. Мне нужно время, чтобы во всем окончательно разобраться и понять: парность или нет?

И теперь возникает вопрос, если Вив — женщина, то как она смогла буквально усеять дорогу трупами тварей? В том, что это она, не было сомнений. Но как ей это удалось, никто не понимал. На пути Арравела встречались женщины — боевые маги, но Вив не боевой маг, от слова совсем.

— Не задавайте больше этих вопросов мальчишке, — приказал я, надавив силой. Паладины склонили головы, но вопросительно посмотрели на меня. — Оргюс твое замечание имеет место быть. Но, если мы будем давить, то Вив сбежит.

— Нам же не проблема найти человека, — фыркнул Бригс.

— Обычный человек ни секунды бы не продержался в этом месте, — и это мне не давало покоя. Какую еще тайну скрывал Вив? — Мы не знаем ничего о нем и его не магических способностях, — Вив — сплошная загадка. — И если я прав, то нашел то, что искал, — и хмуро посмотрел на замотанную в плащ пару.

— Ты сейчас серьезно? — удивились все.

— Нужно проверить, но аккуратно, чтобы не спугнуть, — кивнул я.

— Я попробую настоять на осмотре, — почесал затылок Диего. — Но Вив упрям.

— Спасибо Диего, — поблагодарил его. — И о том, что мы знаем его половую принадлежность, тоже молчим, — еще раз напомнил я.

— Может мы ошиблись и это все-таки парень? — Оргюс пошел на попятную.

— Оргюс все может быть, — растерянно вздохнул я. — Но меня тянет к нему с неимоверной силой. И если Вив моя пара, то она не может быть мужчиной. Прецедентов за всю историю мира не было.

Отдыхать под пристальным взглядом монстров было напряженно. Но мы все равно поставили защитный контур вокруг лагеря. Не знаю, что сдерживает сейчас тварей, но рисковать нельзя.

И все-таки, как отдохнем, повернем назад. Идти вперед — это самоубийство, а я не могу рисковать своей парой.

Если бы нас было больше, то можно и вперед двинуться, но сейчас нас просто задавят количеством.

Глава 11

Проснулась резко, как от толчка. Тени не позволили спать. Я их остро чувствовала. Они были напряжены и насторожены.

Что-то было не так. К тишине я привыкла. К клацанью зубов, к рычанию тварей тоже за вчерашний день привыкла и так остро уже не реагировала на звуки монстров.

Села, обвела сонным взглядом поляну и замерла.

Дэмонийцы, пегасы, моя лошадь — все они неподвижно лежали, кто где. По земле стелилась зеленая дымка. Дышать было трудно, но тени для меня очищали воздух. Я не понимала, что это и почему этот странный дым на очищенном участке.

Я видела охранный магический круг, выставленный дэмонийцами, но почему-то он не защитил от неизвестной хвори.

Резко вскочила и бросилась к самому первому на моем пути демонийцу.

Диего.

Глаза закрыты и практически отсутствует дыхание.

Приложив два пальца к шее, едва уловила слабый пульс. Жив.

Проклятье! Что за напасть такая?

Стало жутко от осознания, что если бы не тени, то и я бы сейчас валялась, как мужчины и не смогла бы помочь.

Сначала нужно избавиться от непонятного тумана, а потом приводить в чувство мужчин.

Зеленый дым змейками тянулся со стороны реки. Вот значит, откуда все это. Тени очистили небольшой участок реки, чтобы вода была пригодна для употребления. Но видимо этого было недостаточно, раз течение принесло эту дымку. И очищенный тенями участок не уничтожил туман.

Почему? Ответа не было.

Опустилась на колени возле берега и коснулась пальцами воды.

Проклятье! Жжется, как раскаленные угли. Тени притупили немного боль, но я ее все равно чувствовала.

Почему-то теням нужен был физический контакт с рекой. Понемногу, по сантиметру, медленно они поглощали зеленое нечто, расползаясь по глади воды. Я чувствовала их напряжение. Они с легкостью уничтожали тварей, но с этой напастью даже тьме было сложно справиться.

Спустя, наверное, вечность дымка начала отступать, вернее развеиваться под натиском теней.

Глаза слезились, а пальцы болели. Посмотрела на руки и ахнула.

Жуткие волдыри и ожоги. Снова посмотрела на воду, но никакого признака о зеленом тумане больше не было. Словно мне все приснилось, но боль на руках говорила — все по-настоящему.

Отпустила теней к мужчинам. Нужно вытянуть из них эту дрянь и уничтожить.

Аллер, Бригс, Валдер, Оргюс, Диего. Все они беспомощно лежали на земле. Скорее всего, они даже не поняли, что произошло.

И только Арравела я не увидела.

Где он? Сердце обеспокоенно забилось в груди, а страх подлой змеей подкатывал к горлу.

Почему мне жизненно необходимо удостовериться, что именно этот мужчина жив? Непонятные чувства захлестнули меня с головой. Мне было плохо.

Одна из теней дернула меня в сторону моего спального места.

Как я не заметила рядом Арравела?

Он лежал чуть в стороне, закрывая меня собой от леса, от возможной опасности. Страх за жизнь этого конкретного мужчины, сдавил грудную клетку. Мне было плохо и больно. Слезы текли по щекам.

Он также был неподвижен и не подавал признаков жизни.

Демоны! Проклятый больной мир!

Упав на колени рядом с Арравелом, положила ладони ему на грудь. Сердцебиение очень слабое. Плохо. Я не обращала внимания на то, что на руках нет живого места и мне безумно больно. Только физическая боль ничто по сравнению с тем, что сейчас творится в моем сердце. Он не может умереть. Не имеет права.

О своем безумном состоянии задумаюсь позже, а сейчас нужно привести в чувство Арравела.

Мысленно призвала теней, заставляя буквально с того света достать душу этого мужчины. Он был совсем плох.

Краем уха услышала, как кряхтят остальные мужчины. Приходят в себя и хорошо.

Сконцентрировалась на Арравеле, полностью вливая тьму в его тело, впитываясь, растворяясь в каждой клеточке. Она очистит и поможет.

И я сейчас совершенно не думала о том, что вся моя конспирация летит к чертям, что дэмонийцы застыли за моей спиной и не сводят глаз с моего колдовства. Не мешают и хорошо.

Все мои рецепторы обострены до предела. Я остро чувствовала напряжение и опасность со стороны дэмонийцев. В любой момент они атакуют меня. Теням это не нравилось. Они нервничали и хотели наказать тех, кто так бездумно смеет нам угрожать. Вот только я не позволила. Не до них сейчас. Мне просто жизненно необходимо помочь Арравелу. Тени не были согласны со мной, но уступили и продолжили извлекать чужеродную дымку из организма мужчины. Но одна тень так и осталась за моей спиной, не позволяя приблизиться.

Мне не хотелось умирать, но я себя полностью раскрыла. Жалела ли я? Не знаю, но я не могла позволить им погибнуть.

Когда я услышала первый жадный вдох Арравела, буквально упала ему на грудь, слушая такое долгожданное нормальное сердцебиение мужчины. Он еще не открыл глаза, но его руки меня обняли так крепко, что не выдохнуть. И вырываться из объятий совсем не хотелось, но придется. Странно смотрятся два сплетенных в объятиях мужских тела.

Арравел был слишком слаб, поэтому мне без проблем удалось высвободиться из цепких лап дэмонийца.

Тени отлепились и темными силуэтами потекли в сторону животных. Мужчины были очень удивлены.

— Предупреждаю, — устало выдохнула я, скривившись от боли в руках, поднимаясь на ноги. — Мою жизнь вы просто так не получите, — я не буду их убивать, а вот оглушить придется.

Наши пути пересекались слишком мало, но мне не хотелось уходить от них. Вернее не хотелось уходить от Арравела.

— Дай свои руки, — неожиданно мягко попросил Диего.

— Зачем? — мне они слишком дороги, чтобы их отрубали.

Черт, кажется, зараза проникла и в меня через воду. Иначе, почему я чувствую жуткую слабость, недомогание и тошноту? Что-то часто меня тошнит в этом мире. Или тошнит от мира?

Тени вернулись, но порадовать меня было нечем. Пегасов они спасли и те сейчас дезориентировано перетаптывались на месте. Моя же лошадь задохнулась насмерть. Животное жалко. Я виновата в ее смерти.

Грустно усмехнулась. Вот и добралась до песков. Но внутри я радовалась. Буря, хоть и породы пегасов, но она тоже могла погибнуть, а ее смерть была бы для меня настоящим ударом. Я не могла потерять свою единственную подругу в этом мире. Пусть она и животное, но умнее многих людей. Она меня, по крайней мере, не предаст.

— Ваши животные в порядке, — кивнула я на крылатых красавцев. — А я вот осталась без коня.

— И обо всем, ты еще нам поведаешь, — безапелляционно приказал Бригс.

Тени обтекли меня, а потом, дернувшись издевательски в сторону дэмонийцев, растеклись по моему телу. Кажется, они тоже устали.

Пешком с вещами я далеко не уйду. Можно тенью, но долго в таком состоянии мне быть нельзя. Могу не вернуться в человеческую оболочку. А еще нужно похоронить коня.

— Прежде, чем вы начнете задавать вопросы, или убивать, похороните мою лошадь, — я кивнула на несчастное животное. — Не хочу, чтобы она разлагалась здесь.

— Лучше ее сжечь, — предложил Оргюс. — Так точно никто не доберется до тела. Ни твари, ни разложение.

— Ладно, — согласилась я. Внутри образовались отупение и пустота. Правда раскрыта, а я даже не нервничаю. Странно. Но мужчины не двигаются в мою сторону, лишь наблюдают. Может, убиение меня откладывается? — Только вещи все снимите. Я потом выберу, что смогу забрать с собой.

— Может, вы мне руки залечите? — мысленно спросила я теней. — Опыт у вас имеется, — они же меня лечили, когда год назад чуть не скормили рыбам. Вернее безучастно наблюдали за тем, как меня жрали твари.

Передернулась от воспоминаний, отчего руки прострелило острой болью.

Одна из теней потянулась к ладоням, но лишь обдала их холодом и вернулась к своим.

Вредины.

Почему они отказываются?

— Давай свои руки. Я их вылечу, — напомнил о себе Диего. — Наша раса не только сильна магически, но у нас лучшие целители в этом мире, — только хвастовства мне не хватает.

— Ладно, — сдалась я. Тени не помогут. Это я тоже поняла. И спокойствие мужчин, хоть и насторожило, но мне терять нечего.

— Повязку придется разрезать, — сообщил он, а я вопросительно на него посмотрела, ожидая объяснений. Повреждены пальцы и половина ладоней. Чем мешает фиксирующая повязка? Да и не хочется, чтобы посторонние видели те странные линии. — Мне нужно пустить целительскую магию по тканям и капиллярам рук, но сделать это нужно через здоровую кожу. Чтобы запустилось заживление и регенерация в зоне поражения, необходим полный контакт с моими руками, а остаток здоровых ладоней, увы, не подходит. Слишком маленькая площадь.

Чувствуется, где-то есть подвох.

Нахмурилась. Вроде логично все объяснил. Проклятье! Почему я не знаю, как лечат в этом мире? С моей стороны огромное упущение, но я всегда обходилась тенями. Почему сейчас они отступили и отказываются помогать — загадка.

Мысленно потянулась к этим недолекарям, приказывая скрыть линии на запястье. Они поворчали, но просьбу выполнили.

Зуд не ушел, а вот получилось ли действительно спрятать непонятные линии, сейчас узнаем.

Мужчины замерли, а рядом со мной встал Арравел с ножом. Отлично. Он полностью пришел в себя и даже готов зарезать меня. Вернее разрезать повязку.

Как в замедленной съемке я наблюдала за слегка подрагивающими пальцами мужчины. Арравел еще слаб. Куда ему холодное оружие в руки? Но кажется, о его слабости думала только я. Остальные застыли в напряжении.

Я точно, чего-то не понимаю в лечении. Не нужно гипнотизировать мою руку. Она и так ужасно чешется.

Едва грязная повязка упала на землю, Арравел разочарованно и, как-то обреченно выдохнул. Демонийцы непонимающе переглянулись, а Диего задумчиво нахмурился.

Арравел не сводил взгляда с чистой и гладкой кожи запястья. А когда едва прикоснулся к месту, где были спрятаны линии и вовсе раздраженно зарычал. Руки начали трансформироваться в когти, а я вскрикнула. Какого демона происходит?

— Ар, пошли, — окликнул взбешенного мужчину Аллер. — Все мы ошибаемся.

— Я был уверен, — зло прорычал Арравел. — Я не мог ошибиться, — а потом неожиданно замер и разом сдулся. Когти втянулись, а мужчина, развернувшись, широким шагом со сгорбленной, как у старика спиной, пошел в безопасную чащу леса.

Я ничего не понимала.

— Что происходит? — не все же им заваливать меня вопросами.

— Не бери в голову, — расстроенно ответил Диего. — Давай руки.

Мои запястья обхватили горячие пальцы целителя. Кожу сильно покалывало, но чем больше и интенсивнее было это ощущение, тем легче мне становилось.

Я чувствовала безумно вкусную магию. Я такой никогда не пробовала. Вернее тени не подозревали, что для них есть настоящая амброзия. Мне стало дико страшно. Да, я управляли ими, но это тени позволяли мне быть уверенной в том, что они в моих руках.

Тени жадно облизнулись, готовые напасть на Диего и выпить его до суха.

Резко дернулась, пытаясь оборвать контакт. Я уже ощущала, как глаза начала заполнять тьма.

Нет, нет, нет. Только не срыв! Мы же разумные. Мы не можем просто взять и убить, но тени были со мной не согласны. Слишком манящей была магия дэмонийцев. А их здесь шестеро. Сладкий пир!

Откуда во мне взялись силы, не знаю.

Я буквально отшвырнула от себя ничего не подозревающего Диего, прерывая незаконченное лечение, и бросилась прямо в пасть к тварям.

Никто ничего не успел понять, а я самоубийственно бросилась в самую гущу монстров с клинками в руках. Ладони болели, но не было волдырей. Диего наращивал молодую кожицу, вот только после клинков мои руки опять будут, как кровавое месиво. Диего отличный целитель, и точно не я буду причиной его смерти.

Нет, я не безумна, но нам нужно отвлечься, переключиться на что-то другое, чтобы не натворить беды. Не прощу себе, если причиню дэмонийцам вред.

Я не знала, чем заняты мужчины, но видеть их на этой стороне не желала.

Тени обиделись на меня, поэтому позволили когтям тварей вспороть мне бок и зацепить бедро. Больно, но теням было плевать на мою боль. Они, словно издевались и наказывали за то, что я не дала им лакомый кусок магии.

Твари буквально взбесились от манящего запаха крови. Они бесновались и нападали снова и снова.

Тени управляли моим телом. Они танцевали смертельный танец с тварями. Клинки пели в моих руках. Я крутилась юлой среди монстров. Выпускала плети тьмы, разрубая на ошметки тех, кого не должно быть в этом мире. Хоть в этом мы с тенями нашли согласие.

Тени собирали свою персональную жатву. И в данном случае, я не стала им препятствовать.

Я не чувствовала рук и собственного тела. Была тряпичной куклой в руках кукловодов-теней. Открытые раны кровоточили и болели, но мне не позволили сделать ни малейшей передышки и прийти в себя.

Тени наказывали меня за то, что посмела им перечить.

Надо же, а я ведь думала, что все под контролем. Что год назад смогла их приручить. Они позволяли так думать, но все оказалось напрасным и бесполезным. Я действительно лишь удобный для них сосуд и никогда не то, что не смогу их контролировать, но и равной мне не быть. Я глупая марионетка, позволившая себе мечтать о том, что моя жизнь налаживается в новом мире.

Так обидно и жалко стало себя. У меня просто опустились руки. Я ничего не хотела. Апатия накрыла с головой.

Все бесполезно. Моя жизнь мне не принадлежит. Так стоит ли бороться за нее зубами и когтями? Маленькие просветы нормальности не заменят мне полноценного существования. В любой момент тени посчитают нужным убить того или иного мага, а я не смогу ничего сделать. Постоянная жизнь в страхе и напряжении постепенно сведет меня с ума.

Я всего лишь душа, которая не ушла на перерождение, а немыслимым образом ворвалась в этот мир, украв чужое тело.

Тени убивали, тени всегда ненасытные и в этой зоне они развлекались на всю катушку.

В какой-то момент перед глазами мелькнули шрамы на руках. Кажется, вся благотворительность от теней завершилась. Скорее всего, они не убрали шрамы, а лишь скрыли, как сделали это с линиями на запястье. И сейчас все решили вернуть, как было. Порадовалась и хватит.

На душе было паршиво и горько. Меня использовали и предали.

Прикрыла глаза, отдавая свое тело в полное подчинение теням. Бессмысленно сопротивляться. Хотелось, чтобы твари меня убили и тогда тени без своего сосуда погибнут и больше никому не смогут причинить вреда.

Наверное, меня услышали. В какой-то момент мне удалось ненадолго взять под контроль тело и, не придумав ничего лучше, я буквально грудью упала на длинный коготь монстра. Пальцы разжались, а клинки с глухим стуком упали на землю.

Вот и все. Так будет лучше. Я умру, но и их заберу с собой.

Теням не нравилось, но они сделали свой выбор.

Вот только с моим решением предатели были не согласны.

Кажется, до этого момента я не видела их настоящую ярость. Мое тело сорвали с когтя и буквально вышвырнули на безопасную сторону, а сами тени молниеносно добивали тварей, выпивая всю их суть и энергию.

Я сломанной куклой упала прямо к ногам демонийцев и отключилась с улыбкой на губах. Кажется, мой безумный план удался.

Я умерла и совсем упустила из виду, что одна из теней присосалась к ране и вытягивала из нее яд.

Арравел. Закрытая зона.

Проклятое место. Мы в этом убедились, едва пришли в себя. И как позже выяснилось, если бы не Вив, мы бы все тут уснули вечным сном. Коню Вива не повезло.

Давно я не попадал в подобные ловушки. Расслабился, упустил из вида, что в этом гиблом месте нужно быть всегда начеку.

Жуткая слабость и дезориентация мешали соображать, но руки помнили желанное тело в объятиях. Пусть и ненадолго, но я получил украденное тепло Вива.

Каким же было мое разочарование, когда увидел абсолютно чистую кожу на запястье без единого пятнышка.

Я ведь был уверен, что Вив моя пара.

Реальность была слишком жестокой.

Поэтому я и не ощущал от Вива желанного и манящего аромата. Не было метки, не было запаха. Вив не моя пара. То, что меня к нему тянет с неимоверной силой, нужно еще разобраться в причине.

Вот только предаваться разочарованию у меня не получилось.

Я не знал, что произошло на поляне, но увидел, что творилось там, где было огромное скопление тварей.

Это был Вив и не Вив одновременно.

Что-то другое. Злое, яростное, убийственное и мало похожее на человека.

Вив был похож на тварей из прорыва.

Как я мог так ошибаться? Как мы могли не понять, что простой человек не сможет пройти барьер и так долго оставаться в живых. Не смогли увидеть в нем демона, не распознали в человеческой оболочке настоящее чудовище.

Вчерашняя дорога из трупов теперь объяснима. Еще, когда мы зачищали территорию, сжигая останки тварей, не могли понять, кто и как умудрился расправиться с кровожадными монстрами.

Вив не человек. И он точно может за себя постоять.

Я думал, что видел в своей долгой жизни все. Нет, я ошибался. Я во всем ошибался.

Молниеносные движения, черные смертельные ленты, выползающие из самого тела, мелькающие клинки с черной кровью на острие — создавали сметающий все на своем пути смерч, ураган, бурю. Сейчас Вив не был человеком. Он был самой Смертью во плоти. Вив был ранен. Мы видели красную, вполне обычную кровь. Кажется, монстр не чувствовал боли.

Никто не мог произнести ни слова. Паладины, словно в трансе, широко распахнутыми глазами, наблюдали за уничтожением тварей, не вмешиваясь в битву.

Мы не могли отвести взгляд от Вива.

Впечатляющее убийственное зрелище.

— Как нам уничтожить ЭТО? — озвучил всех мучающий вопрос Оргюс.

Как? Вопрос очень актуальный. Это существо опасно для нашего мира. Иных вариантов, кроме уничтожения замаскированного под человека чудовища, не было. Это наша работа. Мы до сих пор исправляем то, что я натворил двести лет назад. Отмахнулся от предсказаний Оракула. Не предоставил вовремя помощь. И теперь мы вынуждены вылавливать и вырезать под корень таких тварей.

Было несколько отрядов паладинов. Я тоже иногда ходил в рейды. Редко, но всегда продуктивно. Дела империи не позволяли надолго отлучаться. И два месяца нахождения в Вайкаросе меня напрягали. Я хотел домой.

— Поверить не могу, что мы находились рядом с тварью и не смогли понять этого, — прошипел раздраженно Валдер. — Ведь на вид тощий и слабый мальчишка.

— Все мы ошибались, — проворчал недовольно Аллер. — Ар, так какую именно тягу ты испытывал к нему? Он не твоя пара — это факт. Магия тварей сработала? Может приворот?

— Исключено, — уверенно заявил я. — Я не подвержен приворотам.

— Приворотам этого мира может и не подвержен, — бросил Аллер. — А вот, что мы знаем о тварях из прорыва? Они до сих пор до конца не изучены. Постоянные сражения с ними — это жизненные риски нашей расы. Сейчас мы можем наблюдать очередной вид монстра. И хочу сказать, он отлично научился выдавать себя за простого человека. Надеюсь, ни у кого больше не осталось сомнений, что именно год назад сотворили отступники в пещере? Поздравляю! — зло выплюнул Аллер. — Мы нашли то, что так долго искали.

ИСКАЛИ! Бестиара была права, когда отправила нас в Вайкарос. Мы действительно нашли то, что искали последний год.

Почерк убийства один в один, как сейчас.

— Вив нас спас, — задумчиво протянул Бригс. — Он мог оставить нас умирать, а сам продолжить дальше свой путь, но Вив не остался равнодушным. Он реально вытащил нас из лап смерти. Даже животных не оставил без помощи, — я тоже об этом думал и картинка в голове совершенно не складывалась. Зачем хладнокровному чудовищу спасать наши жалкие жизни? — Но и это не все странности, связанные с ним. Почему очищается земля после того, как Вив уничтожает своих «братьев» по миру? Вы, что-то подобное наблюдали, когда-нибудь? Я нет. То есть, можно с уверенностью утверждать, что Вив такой же, как они, — кивнул в сторону тварей. — Но тогда, почему он возрождает землю? В Кираносе, скорее всего, тоже был Вив. В закрытой зоне не осталось тварей, а барьер пал. Да и в самой империи стало меньше монстров. И сейчас вместо того, чтобы нас убить, он уничтожает их, — снова кивок в сторону тварей.

— Я соглашусь с Бригсом, — сказал Диего. — Когда я начал лечение, то кроме теплоты и яркости души, ничего больше не увидел. Но в какой-то момент все изменилось. Вив был до смерти, чем-то напуган.

— Он отшвырнул тебя нечеловеческой силой, — покачал головой Валдер.

— Может на это у него была причина? — встал на защиту мальчишки Диего. — Что-то точно произошло во время лечения. Эти сущности, что вытягивали неизвестную из нас хворь не вызывали опасности. И вы не можете отрицать очевидное — странные и никогда ранее не виданные нами существа, не причинили нам вред.

Столько противоречий, что в голове не укладывается.

Мы слишком отвлеклись на разговоры и пропустили момент, который навсегда отпечатается в моей памяти.

Вив бросился на коготь монстра сам. Это не была случайность.

Кажется, его сущности тоже такого не ожидали. Пока одни в небывалой ярости накинулись на тварей с новой силой, другие буквально сорвали с когтя маленькое бессознательное тело и швырнули нам под ноги.

— Йен? — ошеломленно замер я, рассматривая руки и лицо в знакомых шрамах.

Но как такое возможно? И ведь тогда в лесу мне его взгляд показался знакомым, но разве за несколько часов можно было избавиться от шрамов и излечить голос? Я не чувствовал магии от него. И сейчас тоже.

Я действительно верно шел по следу Йена. Я просто не ожидал, что встречу другого человека, поэтому сначала растерялся.

Я буквально упал на колени, бережно, трясущимися руками беря в ладони бледное лицо.

Чудовище он или нет, но моя тяга к нему просто невыносима.

Дыхания не было.

Одна из сущностей присосалась к груди и не позволяла литься крови.

— Диего! — заорал я, зовя целителя.

— Сейчас, сейчас, погоди, — Диего упал рядом со мной на колени и прислонил поверх существа свои ладони, делясь целительской магией. Существо дернулось, но не отлепилось от Йена или Вива? Как его зовут на самом деле? — Я погружу тело в стазис, чтобы у нас было время. Он одной ногой в могиле.

— А разве не этого мы хотели? — скучающе спросил Валдер. — Вот он шанс избавиться от твари. Если вылечим, то он продолжит убивать. Напомнить сколько частей тел магов мы нашли год назад в Кираносе? И то были люди, не твари.

— Вал закрой рот, — прорычал я зло. — Он нас СПАС! Будь благодарен.

— Как хотите, — сплюнул паладин. — Потом не говорите, что я не предупреждал, — и размашистым шагом пошел к воде.

— Так-то Валдер прав, — проворчал Оргюс и, заметив мою начавшуюся трансформацию, продолжил. — И ты тоже прав Арравел. Пойду, присмотрю за ним, — и Оргюс ушел следом за Валдером.

— Диего, что мне делать? — прорычал я.

У меня не получалось взять себя в руки и я сидел уже во втором облике. Душа рвалась на части.

— Не мешай, — отмахнулся он, но я так и сидел возле тела, только голову Йена положил на землю. Ему нужно полное обездвиживание, а мои нервные руки то и дело трясли мальчишку.

В груди пекло так сильно, словно кто-то с особой жестокостью проворачивал в ней раскаленный кинжал. Метка на руке пылала, а линии на глазах стали удлиняться. Срединная стадия формирования узора. Полноценное завершение связи и полный узор я смогу увидеть только после совместно проведенной ночи с суженой. Так она станет моей женой.

Диего вытащив нож, стал резать одежду на мальчишке. Я не лез, боясь помешать своему личному императорскому целителю.

Помимо пробитой груди, у Йена имелись и другие ранения. Бок и бедро из которых сейчас хлестала кровь.

— Кровь заражена несколькими видами ядов, — хмуро пробормотал Диего. — Ар я не уверен, что смогу помочь, — что? Как это не уверен?

— Вытащи его, — я не мог смириться с потерей, словно уже сейчас от меня отдирали целыми кровавыми кусками плоть.

— Я делаю, все, что в моих силах, — неуверенно пробормотал целитель. И эта его неуверенность просто подкосили меня.

Я не могу потерять мальчишку. Это убьет меня.

— Сделай НЕВОЗМОЖНОЕ! — заорал я на друга. — Мы стольких спасли, стольких уничтожили, а ты не можешь использовать свою силу по назначению? Да какой ты целитель? — я был не прав, обвиняя друга, но ничего не мог поделать со своим отчаянием.

— Ар я просто забуду твои обвинения. Спишу на твое нестабильное эмоциональное состояние, — Диего устало вздохнул и покачал головой. — Ты прекрасно знаешь, КАК я работаю.

— Прости, — прорычал я. — Не понимаю, что со мной.

В месте, где была битва, стало очень тихо. Я бросил мимолетный взгляд в ту сторону и заметил, что темные существа закончили уничтожать монстров и метнулись к Йену, буквально его облепив, отталкивая Диего.

— Какого демона? — яростно выпалил я, пытаясь оторвать этих присосавшихся тварей к мальчишке, но мои руки проходили сквозь холод. Я их не боялся. Я до жути боялся за мальчишку, что они могут причинить ему вред.

— Ар, подожди, — Бригс стоял рядом и, прикрыв глаза, ошеломленно заявил. — Они симбионты! Мальчишка и эти существа связаны. Их ауры переплетены настолько искусно и виртуозно, что их никто не сможет разделить.

— Что? — не понял я.

— Мы все ошибались, — потрясенно выпалил Бригс. — Пока он без сознания, то я смог немного пробиться к нему. Йен или Вив не такая же тварь, каких мы привыкли видеть и уничтожать. Он, что-то совершенное другое. И эти существа они сейчас очень сильно нервничают и переживают. Я чувствую их живые настоящие эмоции! Ни одна тварь не может проявлять чувства. А здесь и сожаление, и обида, и раскаяние, и обещание. Ох, я сейчас просто захлебнусь в том водовороте чувств, что исходят от существ.

— Да, что мне их чувства! — раздраженно прорычал я. — Йен умирает.

— Нет, — качнул головой Бригс. — Пока бьется сердце, существа не позволят ему погибнуть.

— Ты уверен, что все так, как ты утверждаешь? — слова Бригса вселили в меня надежду.

— Нет, — растерянно пробормотал Бригс. — Но они, явно что-то с ним делают. В любом случае, Диего они не позволили лечить.

В темном коконе было не разобрать ничего. Мы не видели тела, но если Бригс еще чувствует Йена, значит, он пока жив.

— Если бы я не видел своими глазами все, что произошло, никогда бы не поверил, — проворчал Аллер. — Пойду, разберу вещи Вива и сожгу труп лошади, — утро было жутким, ужасным, опасным.

Напряжение витало в воздухе. Я, не двигаясь, следил за малейшими колебаниями в коконе.

Бригс и Диего молчали и не отходили от меня ни на шаг.

И кажется, никто больше не обращал внимания на то, что существа жестокие убийцы.

Сколько прошло времени, никто не считал. В какой-то момент, кокон стал прозрачным, а существа буквально растворились в теле.

Йен лежал неподвижно и кажется, не дышал.

— Диего, — обеспокоенно позвал я друга, не сводя взгляда с хрупкого тела мальчишки.

— Сейчас, — отозвался целитель и, присев на корточки, продолжил осмотр. — Вив жив, но пока без сознания. Яда нет, — вынес вердикт Диего. — Яд просто испарился, — изумленно выпалил целитель.

— И я больше не чувствую никаких эмоций, — растерянно пробормотал Бригс. — Вообще пусто. Будто и не было ничего. Как такое возможно? — я лишь плечами пожал. Понятно, что перед нами одна сплошная загадка.

— Ар помоги, нужно избавить его от одежды, — попросил Диего, а я даже не думал отказываться. — Раны кровоточить перестали, но их нужно до конца залечить. Да и осмотреть нужно тело. Может там еще какие-то повреждения есть.

Я был полностью согласен с Диего.

— Я один это вижу? — растерянно пробормотал Диего, когда мальчишка остался в одном нижнем белье. Женском нижнем белье.

Я ошеломленно замер, с жадностью рассматривая обезображенное явно женское тело.

Длинные ровные ноги с маленькими ступнями и покатые бедра приковывали взгляд. Узкая талия и твердый пресс говорили о том, что девушка, а это несомненно особь женского пола, не брезговала физическими тренировками. Да и все тело подтянутое и с мышцами. Лицо тоже в шрамах, но уродства я не видел ни тогда, ни сейчас. Как ей удалось тогда скрыть шрамы? Область груди была перемотана плотной темной тканью. Она выдавала себя за мужчину и лезла прямо в самое пекло.

Но кто ее так изувечил?

— Ар смотри, — Диего трясущимися руками ткнул пальцем в запястье девушки.

Я потрясенно замер, рассматривая четкие линии. Метка. Все это время я искал ЕЕ!

Моя пара!

— Это какой-то бред, — дернул головой Бригс, уставившись на рисунок. Узор уже принимал четкие очертания моей сущности. Что же будет у меня? Пока не понятно. — Метку же не спрятать. Да как такое вообще возможно?

— Все, что касается этой девушки, видимо, возможно все, — растерянно пробормотал я.

Вот откуда эта ненормальная тяга. Моя вторая ипостась всегда знала, кто нам нужен. И пусть я не видел метку, но наши души связаны. Мое чутье не ошиблось.

Я не хотел, чтобы на мою пару смотрели другие мужчины, но ей нужна помощь.

— Диего не тормози, лечи давай, — ворчливо приказал я, держа за руку свою пару. — Бригс посмотри в ее вещах зелья. Там должно быть то, что она купила в лекарской.

Кажется, я знаю, почему от девушки другой запах. Йен купил зелье и активно им пользовался… пользовалась.

У меня ведь сносило крышу от ее настоящего запаха. Карамель и корица лично для меня — сводящая с ума смесь. Я отрицал это. Не могло же меня тянуть к парню. Но ведь и парня не было. Всегда была она. Во всех обликах, я всегда находил ее.

— Есть, — довольно произнес Бригс, протягивая несколько склянок.

— Зелье и мазь от чесотки, — хмыкнул я. — Видимо метка доставляла неудобства и она хотела облегчить и зуд, и боль, — все оказалось так просто, стоило упасть всем маскам. — Напрасно. Это точно не поможет, — я отшвырнул в сторону ненужные склянки. — А вот и пакостная вещь, которая сбила меня с толку, — открыв зелье, принюхался. Ужас какой. Ну и вонь. — Это тебе больше не понадобится, дорогая, — и без сожаления все вылил на землю. Туда же отправилась и неизвестная мазь. Виву больше не нужно прятаться от меня.

— Кажется, все, — довольно произнес Диего. — Свежие раны я убрал. Шрамов не будет.

— Спасибо тебе, — искренне поблагодарил я.

— Да, чего уж мне, — отмахнулся друг. — Это ее сущности нужно благодарить. Я лишь закончил.

Сняв с себя рубашку, укутал в нее девушку, скрывая от любопытных глаз. Нечего другим мужчинам смотреть на мою пару.

Аллер, Валдер, Оргюс тоже пребывали в шоке от новости. Они молчали и недоуменно переглядывались, но кажется, враждебности от них я больше не ощущал. Еще бы. Это моя пара, а пара не может быть тварью из прорыва. Тут просто каменное утверждение. Моя истинная, кто угодно, но не чудовище.

Ревность угрожающе подняла голову.

Передернул плечами, беря эмоции под контроль. Нет. Так дело не пойдет. Никто не посягнет на мою женщину. Никто не пойдет против меня. Главное — ее нужно приручить, не оттолкнуть, не спугнуть. Видимо, моя безумная тяга к ней, распространялась лишь на меня. За все это время я ни разу не видел, чтобы она, как-то меня выделяла. Отношение ко всем нам одинаковое. Это бесило. Если бы она была моей расы, то ощущала бы тоже, что и я, но с другими расами путь привязки долгий и кропотливый. Радует, что она уже на крючке. Осталось набраться выдержки и влюбить в себя.

Подняв на руки бесценную ношу, пошел к ее спальному месту. Мягкий, теплый меховой плащ служил отличной подстилкой и одеялом.

Всю прошедшую ночь я сторожил ее сон, а потом в какой-то момент отключился от той неизвестной напасти.

— Твоя пара оказалось с большим сюрпризом, — Валдер подошел почти тихо. Я напрягся. Он больше всех был за то, чтобы уничтожить девушку. — Прости, я погорячился, — выпалил на одном дыхании друг. — Просто все это странно и неожиданно.

— Принимается, — глухо ответил я, осторожно укладывая девушку на плащ, буквально закутывая в него. — Я был прав и она моя пара, но мы придерживаемся предыдущего плана. Пусть пока не знает, что она моя истинная.

— Но почему? — недоуменно посмотрел на меня Валдер. — Пара — это бесценный дар! Да каждый был бы счастлив обладать этим даром.

— Если вы не заметили, то она ко мне совершенно равнодушна, — скривился я. Это мне очень не нравилось. — Она не дэмонийка, не оборотень и не чувствует такой сильной тяги, как мы. Взять и сказать ей, что я твоя единственная пара, бери и люби меня со всеми потрохами, не пройдет. Девушка другая. Совсем другая. Мне нужно время, чтобы она сама захотела быть со мной.

— Терпения тебе мой император, — сочувственно прошептал Валдер. — Оно тебе точно понадобится.

— Это точно, — тоскливо усмехнулся я.

— Ар, — ко мне подошел целитель.

— Диего? — я напряженно посмотрел на друга. Что случилось? Он, что-то пропустил? Не долечил?

— Я знаю, как убрать ее шрамы, но мы должны вернуться в империю, — хмуро заявил он.

— А сейчас ты этого сделать не сможешь, — констатировал я очевидный факт.

— Просто моей магии мало, — отрицательно покачал головой Диего. — Как я тебе и говорил, нужна специальная мазь, а травы для нее растут только в Карнашиле. И готовить мазь нужно сразу после сбора трав, пока стебли не завяли и не потемнели.

— Я тебя понял, но не уверен, что девушка сейчас согласится отправиться в нашу империю, — я в этом даже не сомневался.

Слишком самостоятельная и строптивая пара мне досталась. Я не жаловался, нет. Просто мне нужно будет больше терпения и выдержки, чтобы расположить ее к себе.

— То есть домой мы не возвращаемся? — усмехнулся Валдер, который слышал весь разговор.

— Нет, — не возвращаемся. — Она должна прийти в наш дом по своей воле. Заставлять я ее не буду. Да и нужно понять, что это за сущности в ней находятся. Рисковать своим малочисленным народом я не собираюсь, — как бы цинично это не звучало, но я ответственен за каждого своего подданного.

— А материк тебе не жалко? — фыркнул Валдер.

— За целый год, что мы за ней гонялись, подобные убийства были только тогда, когда отступники ее создали, — и об этом тоже нужно узнать. Почему-то я был уверен, что всему было разумное объяснение. — Сейчас ничего подобного не происходит. Как вы сами могли наблюдать, то девушка так же уничтожает тварей, как и мы.

— То есть в принципе безопасна, но домой увезти ты ее не торопишься, — издевательски протянул Валдер.

— Я уже объяснил причины и повторять не намерен, — раздраженно бросил я.

— Понял, понял, не злись, — усмехнулся друг. — Уточняю, чтобы понимать, что нам всем делать дальше.

— То, что и до этого делали, — пожал я плечами. — Следим за порядком, уничтожаем тварей, а родителям придется еще некоторое время присмотреть за империей, — отец хоть и будет ворчать, но они с мамой будут рады познакомиться со своей невесткой. — Да и думаю, Бестиара все им объяснит.

Я растянулся возле девушки, обнимая ее со спины. Полежу так немного, удостоверюсь, что она настоящая, а не мираж, а потом пойду заниматься делами.

Ненастоящий запах очень сильно раздражал. Я злился на эту упрямицу, посмевшую так ювелирно обвести меня вокруг пальца.

Или усталость, или нервное перенапряжение, но я бессовестно уснул, так и не выпустив бесценный дар из объятий.

Моя.

Глава 12

Рано я радовалась собственной кончине. Значит, спасли тени.

Болело все тело. Чувство, что меня переехал асфальтоукладчик.

Колебание воздуха я услышала на периферии бредового сознания. Ну, скажите, кто может меня обнимать? Вот только теплый кокон был слишком цепким. Приснилось, что меня спеленали в крылья. Точно бред, но я расслабилась и уткнулась носом в живительное тепло мужской твердой груди, с какой-то жадностью вдыхая запах мороза и хвои. Мужчина замер и, кажется, не дышал. В этих объятьях было тепло, уютно и спокойно.

И совсем не хотелось вспоминать, из-за чего я оказалась в таком состоянии.

Но реальность была слишком жестокой. И теплые объятия не спасали.

Или не было объятий и мне все действительно померещилось?

Просыпалась с трудом. Одна. Кто-то услужливо замотал меня в теплый плащ. Вот и крылья, и объяснимый кокон. Про себя усмехнулась. Многого хочешь Вивьен. Никому ты не нужна, кроме гадких теней.

Я не подавала признаков, что пришла в себя.

Жива. Плохо.

Бормотание дэмонийцев меня не радовало. Не ушли, не бросили.

Их жизни остаются под угрозой.

Я надеялась сдохнуть, но не причинить им вреда. Видимо мужчины решили иначе. Даже, после всего увиденного, они меня не добили, а позаботились.

Почему?

Меня подлатали. Раны не болели.

Честно, я не понимала их безрассудного решения.

Я же полностью раскрылась перед ними. Прекрасно видела их ошеломление, когда они, выстроившись в линию, широко распахнутыми глазами смотрели на то, что я вытворяла с тварями.

Но помимо удивления, от меня не укрылось презрение, брезгливость, разочарование, ярость и ненависть. Очень много негативных эмоций и теням это нравилось. Нравилось злить, показывать, кто владеет ситуацией.

Ненавижу их! Ненавижу себя за слабость и живучесть. Я не могла выжить. Рана была смертельной, но тени успели вовремя. Они вытащили меня с того света, не позволили убиться.

Мне было плохо как физически, так и морально. Что-то сломалось внутри после предательства теней.

Так гадко стало. Я никогда не принадлежала себе в этом мире. Я кукла.

Было все безразлично — этот мир, народ, я.

Зачем я барахтаюсь в этом мире? Для чего? Смысла не было.

Всегда будут ОНИ!

А я не хочу быть марионеткой в чужих руках. Я всегда проигрываю. Тени позволяли мне заблуждаться в том, что именно я выбираю свой путь. Моя мнимая свобода веселила теней. Наивная и глупая дурочка. Нет у меня своего пути. Свободы тоже нет. Я простая дешевая игрушка на пульте управления. Надеюсь, что батарейки скоро сдохнут и меня оставят в покое.

— Я принес тебе поесть, — услышала над головой участливый голос Арравела.

Зачем он пришел? Зачем вот это все? Я так устала. Оставьте все меня в покое!

— Я знаю, что ты пришла в себя, — не унимался дэмониец. Послышался шорох и следующая фраза прозвучала слишком близко. Он присел рядом. — Твое дыхание изменилось, — мне все равно, что он там заметил. — Ты потеряла слишком много крови и жизненных сил. Тебе нужно поесть, — да уйди ты отсюда! Мне не нужна эта забота. Мне никто не нужен!

Стоп! Что?

Арравел обращается ко мне, как к ДЕВУШКЕ?

Проклятье! Вся моя маскировка псу под хвост. Ненавижу. А хотя чего мне переживать? Ну, узнали, а дальше что? В тюрьму за переодевание не посадят.

— Вив или Йен, — я сегодня выиграла в лотерею по конфузным ситуациям? Он знает все мои облики? Просто прекрасно! Просто изощренное издевательство! — Ты двое суток не приходила в себя. Мы беспокоились, — лучше бы вообще не пришла в сознание. — Я оставлю завтрак рядом. Поешь, прошу тебя, — мужчина вздохнул, погладил меня по голове своей огромной лапищей и ушел.

От собственной беспомощности, злости и заботы Арравела, хотелось швырнуть едой вслед мужчине. Хотела, чтобы всем было плохо, как и мне. Вот только, не поднялась рука убить проявленную заботу.

Медленно, выбралась из плаща и тут же замоталась в него обратно.

Я голая? Проклятье! Нижнее белье же не считается. Они меня раздели и видели весь этот жуткий кошмар?

Тело вернуло привычный вид. Шрамы ослепляли своей «красотой». От стыда хотелось провалиться сквозь землю.

Ненавижу теней.

Завтрак стоял чуть в стороне. Где они горячую кашу раздобыли? От нее шел приятный аромат, а во рту от голода появилась вязкая слюна. Я оказалась жутко голодной.

Но сначала нужно привести себя в порядок и одеться.

Котомка с моими вещами была тоже рядом.

Брюки, футболку с рукавами, плотную кофту нашла сразу, а вот моих зелий и мази не было.

Вытряхнула все из сумки, но ничего не нашла. Какого черта? Деньги не тронуты, а зелья исчезли?

— Не ищи то, что ты купила в лекарской лавке, — улыбнулся Арравел. Он все это время наблюдал за мной? — Зелья тебе больше не понадобятся.

— Где они? — зло прохрипела я.

Ужасный голос тоже вернулся. Все входило в свою привычную колею. Горько усмехнулась. Ничего не меняется.

— Я их уничтожил, — и ни капли раскаяния в голосе. — Они тебе больше не понадобятся, — мое раздражение росло с каждой минутой веселья Арравела.

Хотелось кричать, доказывать, как он не прав, но не стала. Бессмысленно. Дэмонийцы слишком упрямы и никогда не берут в расчет чужое мнение и привычки.

Хотя он и прав. Они меня нашли в любом облике.

Почесала запястье. Линий стало больше. Вырисовывался какой-то странный рисунок. Вроде крыло? Или нет. Не разобрать.

Подхватив чистые вещи, набросив на плечи плащ, на подрагивающих от слабости ногах, двинулась к реке. Мой путь проходил мимо тихо поскрипывающего костра и замерших дэмонийцев.

Они с огромным любопытством рассматривали меня. Даже есть перестали. Эка невидаль, идет почти жуткое умертвие.

Хотелось плакать от собственного уродства.

Ускорила шаг, но ноги заплетались, отчего дорога к реке показалась длинной. Скольких сил мне стоило не расплакаться от жалости к себе, но я держала на лице невозмутимую, равнодушную маску. Уж чего они не увидят, так это слабости. Потом себя пожалею, когда избавлюсь от дэмонийцев.

Проклятые тени! И сидят ведь, даже не высовываются твари. Не отсвечивают.

Я ведь думала, они действительно избавили меня от шрамов. Они мне не приносили дискомфорт. Рубцы не нужно было смазывать мазью. Голос был прежним — здоровым. Это не поддавалось объяснению. Слишком правдоподобная получилась иллюзия. Сволочи! Поманили меня желанной конфетой и отобрали ее без сожаления. А я ведь даже не успела толком распробовать и насладиться сладостью. Теперь я снова шрамированное чудовище.

Привычные кусты встретили меня равнодушно.

Нужно помыться, но вспомнила, что вода в реке очень холодная. Скривилась, ощутив, как неприятно стягивает кожу лица.

Арравел все мои мази выкинул. Козел!

Чем мне теперь смазывать кожу? Я осталась без коня, а пешком без мази далеко не уйду. Я слишком хорошо помню то чувство, когда шрамы натирали складки и кровоточили.

От дэмонийцев сплошные проблемы.

Ладно, потом с ними разберусь. Сначала нужно отмыть засохшую кровь с тела.

Повязка с дыркой на груди выглядела жалко. Хорошо, что в сумке всегда была запасная. Эту без сожаления можно выбрасывать.

Я не знала, сколько занял мой утренний туалет, но когда вернулась в лагерь, отмытая в ледяной воде и в чистой одежде, то ощутила просто зверский голод.

— Садись к костру, — пригласил Арравел к компании мужчин. — Тебе нужно согреться и обсохнуть, — и мне снова протянули кашу.

К черту эту заботу, но руки потянулись к еде, обхватывая ледяными ладонями теплую тарелку.

Ничего не сказала. Не хочу вообще ни с кем разговаривать.

Села максимально близко к костру, сбрасывая капюшон. Нужно, чтобы волосы высохли. Мокрая голова вызывала дискомфорт. Но не только высыхали волосы, а еще и кожа.

Честно, мне было больно открывать рот. Шрамы жутко стягивали кожу. Приходилось есть очень маленькими порциями.

А потом, в какой-то момент, забывшись в собственных мыслях, я слишком широко распахнула рот, проталкивая в него полную ложку каши.

Уголки губ слишком сильно натянулись и лопнули. Ощутила, как по подбородку потекли две струйки теплой крови.

Хотелось удавиться от собственной беспомощности и никчемности.

И у моей никчемности были свидетели.

Злые слезы скопились в глазах. Опустила голову. Не хочу, чтобы они смотрели.

Отшвырнула от себя ненавистную еду и попыталась уйти, но мне не позволили.

— Диего помоги, — обеспокоенно позвал Арравел целителя, а сам держал твердыми пальцами мой подбородок, не давая даже дернуть головой.

— Сейчас девочка, потерпи, — запричитал Диего.

Мне на рот легла горячая ладонь. Ощутила легкое покалывание, а спустя минуту и боль отступила.

— И часто у тебя так? — не сдерживая злости, спросил Арравел, даже не думая меня отпускать.

Дернулась. Ничего. Как в капкан угодила. Вторая рука крепко держала за талию.

Что за странные прикосновения? Разве им всем не противно? Разве ЕМУ не противно прикасаться к такому уроду, как я?

— Спасибо Диего, — прохрипела сипло я.

Я тоже умела быть благодарной, а целитель отлично знал свое дело.

— Я спросил, — с нажимом процедил Арравел, буквально впиваясь пальцами в мой живот. Больно, но я даже не дернулась. Не дождется, что я буду умолять отпустить меня. Сам скоро захочет избавиться. — Часто ты не можешь есть без ран?

— Вашими стараниями я осталась без увлажняющей мази, — хлестко ответила ледяным тоном, обливая презрением и ненавистью этого козла. И пусть в глазах стояла влага, но ни одна слезинка не упала.

Не знаю, что увидел в моих глазах Арравел, но его руки плетьми упали вдоль тела, выпуская меня из мертвой хватки. Он буквально отшатнулся от меня.

Я не стала ждать новых расспросов, а вернулась к своим сумкам. Нужно перебрать вещи и взять только то, что смогу унести на плечах.

На дно сумки сложила одну пару нижнего белья и брюки в единственном экземпляре. Монеты тоже нашли свое место. Сверху сложила всю еду, которая у меня была. Если без запасных вещей я смогу обойтись, то без воды и еды я долго не продержусь.

Повесила сумку на плечо. Скривилась. Натирает. Будут сплошные кровавые раны на плечах. Еще даже не сделав ни единого шага, я уже ощущала всю прелесть пешего похода без мази.

Осмотрела лагерь. Кажется все. Мою лошадь видимо они сожгли, как и обещали. Пора уходить.

Встретилась с недоумевающим взглядом дэмонийцев.

— А куда ты собралась? — передо мной встал Арравел, закрывая дорогу.

Его глаза излучали непонятные мне эмоции, но мне было плевать. Я не ответственна за настроение каждого.

— На этом этапе наши пути расходятся, — горло саднило, поэтому голос вышел, каким-то жалобным.

— Я так не думаю, — отрицательно качнул головой Арравел.

— Вам стоит вернуться назад безопасной дорогой, — ну, неужели они не понимают, что мне проще быть одной.

— То есть, ты решила идти в пасть к тварям, а нас, как трусливых щенков, отправляешь назад? — зло выплюнул Арравел.

— Девушка, — вклинился Валдер. Он не назвал меня по имени. Почему? — Мы, наверное, не правильно друг друга поняли. Но мы идем с тобой. Это даже не обсуждается.

— Но зачем? — я не понимала.

— Просто прими, как данность, — лениво пожал плечами Валдер и нагло стянул сумку с моего плеча. — Это пока побудет у меня, чтобы не вздумала чудить. Чуть позже Арравел объяснит наше поведение, а сейчас посиди в сторонке и не мешай, пока мы будем сворачивать лагерь.

— А не много ли вы на себя берете? — у меня просто не находилось слов. Таких беспардонных особей я еще не встречала в этом мире.

— Это точно не твоя забота, — хохотнул подошедший Аллер и собрал остальные мои сумки, что я оставила на поляне.

— И раз все уже решили, — Оргюс растерянно почесал затылок. — Может, ты скажешь нам свое имя? А то, как-то неловко выходит.

— Вив, — недовольно прохрипела я.

— Нет, — мотнул головой Бригс. — Свое настоящее имя.

— Это оно и есть, только сокращенное от Вивьен, — проворчала я, а потом задала мучающий меня вопрос. — Вы меня совсем не боитесь? И не собираетесь убивать?

— С ума сошла? — возмутился Диего. — Тут тебя твои сущности латали, да и я силой делился. Что все зря? — а я побледнела.

— Я могла всех вас убить, — пролепетала еле слышно.

Тени были не контролируемы.

— И кстати, хотелось бы узнать поподробнее, кто ты такая, — совершенно серьезным тоном спросил Бригс. — И чего от тебя ожидать в будущем.

— Вот поэтому мне и не нужна компания, — проворчала я. — Целее будете.

— Все настолько серьезно? — хмуро спросил Арравел.

— Я убиваю, — но это они и так видели. — Иногда я не могу их контролировать. Тогда они уничтожают все живое, что им попадается на пути, — мужчины странно переглянулись. — Некоторое время назад мне удалось с ними совладать, но оказалось, что я ошибалась. Когда им удобно, они ведут себя как паиньки. А когда Диего пытался залечить мне руки, для теней…

— Теней? — переспросил Арравел.

— Так я их называю, — проворчала я, сдавая с потрохами этих тварей. Если бы они хотели убить дэмонийцев, то сделали бы это, пока я была без сознания. Значит, они смогли побороть свою жажду. Надолго ли? Или это их странная многоходовка? — Теням очень сильно понравилась магия Диего. Они хотели его выпить до суха, — сделала я чистосердечное признание. Мужчины напряглись, а Диего нахмурился. Правильно, не слишком приятно узнать, что для кого-то, ты всего лишь вкусная еда. — Их нужно периодически кормить и твари хорошо для этого подходят, но тени особенно любят магию. Огромных усилий мне стоило оттолкнуть Диего и переключить внимание теней на тварей. Если бы не монстры, то вы все были бы мертвы.

— Так в себе уверена? — ухмыльнулся Аллер.

— Нет, — покачала головой. — Я уверена в них. Они не контролируемы и очень сильны.

— Как давно они с тобой? — неожиданно спросил Арравел, а я насторожилась. К чему вопрос? Обычно магия дается с рождения, но могу ли я отвечать правду?

— Я опасна, — вместо ответа просипела я, а Арравел недовольно покачал головой. — Поэтому нам лучше разойтись сейчас.

— Исключено, — отмахнулся Арравел. — Либо мы все возвращаемся назад, либо продолжаем путь вместе. Выбирай.

— Как бы вам не пожалеть о своем решении, — проворчала я, отказываясь возвращаться.

Нет, только вперед. Место больное, зараженное, умирающее. Если я могу принести хоть какую-нибудь пользу земле, то сделаю это, не задумываясь. Не все же мне убивать.

— Держи, это твое, — мне вернули мои клинки. Те, что Арравел отобрал у меня в Реймаре.

— Все-таки, вы пожалеете, — покачала головой, забирая оружие, пряча его в ножны. Все взрослые люди. Они должны понимать, во что ввязываются. О последствиях тоже должны задуматься. — Но раз уж вы решили так бесславно погибнуть, то держитесь позади меня. И если я вступаю в схватку, не мешаете. Не хочу вас покалечить или убить за компанию.

— Вивьен, — медленно протянул Арравел мое имя, будто пробуя на вкус. — Мы не беспомощные человечки. Мы воины и не девчонке, пусть и с неизвестными сущностями внутри, нас защищать. Ты едешь с Диего в центре отряда.

— Но…

— И это даже не обсуждается, — рыкнул Арравел, недовольно сверля меня взглядом. — Либо так, либо никто никуда не едет.

— Ар, может, усыпим ее и вернемся назад? — предложил Валдер, весьма заманчивое для всех мужчин, предложение.

Я ощерилась, отскочила и чуть кошкой не зашипела на них.

— Только посссмейте, — прошипела я, вызывая теней. В этот раз они с удовольствием откликнулись и предвкушающе замерли. Им это предложение тоже не понравилось. — Я за себя не ручаюсь, если вы сделаете это!

— Вал угомонись, — с нажимом в голосе процедил Арравел. — Мы едем с Вивьен.

— Мы не можем рисковать тобой, — не согласился Аллер с Арравелом. — Нам нужно подкрепление. Мы не справимся. Этой беспечной девчонке взбрело в голову сдохнуть и нас потянуть за собой.

— Вы прекрасно понимаете, почему я это делаю, — недовольно рыкнул Арравел.

— Так расскажи ей! — Бригс тоже не горел желанием идти в пасть к тварям.

— Не время, — резко отбрил странное предложение Ар.

— Рассказать мне ЧТО? — о чем они все молчат? — Что за тайны?

— Все потом, — отмахнулся Ар и, схватив меня за талию, усадил на пегаса Диего. Целитель уселся позади, крепко придерживая за живот. — Отвечаешь за нее головой, — приказал Арравел и вскочил в свое седло.

— Тише, не ерзай, — попросил Диего.

— Идиотизм, — просипела недовольно я, но замерла, ухватившись руками в гриву жеребца.

Мы взлетели.

Да я прекрасно помнила собственный полет на Буре, но кажется, к этому никогда нельзя привыкнуть.

Арравел летел во главе нашего маленького отряда. Прямая, как натянутая струна спина, была напряжена. Он то и дело дергал головой, словно пытался сбросить с себя невидимый груз или отмахнуться от назойливой мухи. Я понимала его очень хорошо. Чувство, что за тобой следят, не отпускало меня все то время, что я находилась в этой зоне.

Невидимый зритель.

Внизу осталась местность, зачищенная от монстров. Видимо останки сожгли дэмонийцы, иначе откуда столько пепла на земле?

Ого, а я тогда очень много проредила тварей. Вычищенная зона была объемной. Я прекрасно видела границы, где снова начиналась зараженная территория, где земля умирала.

В небе воздух казался еще тяжелее и смраднее, нежели на земле. Пегасам было сложно парить над кронами деревьев. Их то и дело швыряло из стороны в сторону.

Полета хватило буквально на пару километров. Пегасы начали терять силу.

Шум каменных крыльев я услышала совсем рядом. Следом послышался мягкий хлопок.

На нас летели каменные твари и издавали душераздирающие крики.

Горгульи.

Мужчины преобразились на глазах, принимая боевую знакомую ипостась.

Арравел был крупнее остальных своих побратимов. И я прекрасно помнила его когтистые лапы на своей груди в том переулке.

Пегасы избавившись от седоков, клацали зубами, готовые тоже вступить в неравную схватку.

Горгулий было много.

— Диего отпусти меня, — он единственный, кто не собирался помогать своим друзьям. И он мне мешал.

Тени были уже под кожей, готовые в любую секунду вырваться наружу. Но я и сама понимала, что мне придется стать тьмой. Она сильнее в чистом виде. Да и физическая оболочка летать не умела. И если тени вступят в схватку, я просто упаду вниз и разобьюсь. Хм, а может это неплохая идея? Пока тени будут заняты, я самоустранюсь. Видимо теням мои мысли не пришлись по душе, да и не могла я бросить дэмонийцев наедине с горгульями. Не знаю, почему они мне так дороги. Особенно Арравел. Меня очень сильно к нему тянуло. Эту тягу объяснить я не могла, а спросить не у кого.

— Вивьен не мешай, — напряженно протянул Диего. — Мы знаем, как справляться с горгульями. Наш огонь их просто расплавит.

И точно. Диего не обманул. Дэмонийцы уничтожали тварей своим огнем. Те верещали от магического пламени, отчего у меня очень сильно заболели уши.

Каменные монстры горели, вспыхивали и буквально огненной лавой падали вниз. А внизу тоже было неспокойно. Твари словно ждали свой пир. Вот только пылающие огнем горгульи цепляли мертвые деревья. Те мигом загорались и осыпались пеплом.

Монстрам внизу тоже досталось. Кажется, дэмонийский огонь заполнил собой каждый уголок этой местности. Ничто от него не укрылось.

Горгульи верещали и плавились. Твари на земле пытались укрыться от смертельного пламени, но все было тщетно. От него не спрятаться.

Я сомневалась в способностях дэмонийцев? Напрасно. Но и до сегодняшнего дня я не видела такой мощи и силы живых существ этого мира.

Кажется, в этот момент я поняла, что напрасно считала их балластом. Они воины. Арравел не обманул и не красовался передо мной, хвастаясь своими способностями. Они действительно великая могущественная раса! Непобедимые воины!

В какой-то миг все резко закончилось. Не осталось ни единого каменного монстра, а внизу догорал лес вместе с тварями.

— Вот и все, — довольно протянул Диего. — Теперь все будет хорошо.

— Не хорошо, — покачала я головой.

Мои тени были голодными. Им необходимо восполнить силы. Они слишком много потратили на мое лечение, когда расщепляли яд из организма и залечивали смертельные раны. И сейчас они были недовольны и даже обижены. Их лишили своего пира.

Я не стала сопротивляться теням. Если их не накормить, они убьют дэмонийцев, а я этого не хотела.

— Что ты… — ошеломленно начал Диего, с ужасом смотря на то, как мое тело теряет физическую плотность. — АРРАВЕЛ! — заорал целитель, пытаясь ухватить руками саму тьму.

Наивный.

Я не стала слушать возмущение Диего и других мужчин, спешащих к нам, а темным сгустком бросилась камнем вниз, в тот самый огонь, который был слишком вкусным для тьмы. Да и смертельная энергия этого места тоже должна была меня хорошо подпитать.

Краем сознания уловила, как за мной бросился Арравел, но не успел сделать и пары взмахов крыльев, как на него напали свои же, скручивая на месте, не позволяя сгореть в их же пламени. Странные. Сначала убивают монстров, а потом пытаются самоубиться.

Арравел надсадно кричал, словно терял самое дорогое, что было в его жизни — саму эту жизнь. Странное поведение мужчины меня обеспокоило. В груди ощутила невыносимую боль и муку, словно с меня заживо сдирали кожу. Но тьма не горела. Огонь мне не причинил вреда.

Я не обращала внимания на мечущегося в небе Арравела, сражающегося со своими друзьями, а пила пламя. Металась среди деревьев и с жадностью поглощала выпущенную дэмонийскую магию вперемешку с темной энергией этого места. Темная энергия горчила и не была такой вкусной, как дэмонийская.

Ох, и вкусно получилось. Даже исчезла злость, что мне не позволили принять непосредственное участие в воздушном сражении. Зато последствиями я была очень довольна и сыта.

Весь огонь, что разрастался в мертвом лесу, я поглотила с особым удовольствием, смакуя каждую искринку.

Осталась только неприятная гарь и тишина. Черная выжженная земля была жуткой, но здоровой. Тени не оставили ни единого местечка, откуда бы мы не вытянули темную энергию.

Тьма постепенно отступала, отдавая мне мое физическое тело. Слабость после этого пира была ужасной. Я «переела» и снова потеряла сознание, падая на горячую, еще не остывшую землю. Будут ожоги. Шрамом больше или меньше, мне уже было все равно.

Арравел. Закрытая зона.

Вивьен просто упрямая ослица! Невыносимая в своей настойчивости. Это и бесило и восхищало. Достойная получится императрица. Такая не прогнется под гнетом ситуаций, а всегда будет иметь свое мнение. Такая женщина не станет заискивать и лицемерить. И она точно никогда не предаст. В этом я был абсолютно уверен.

Взять случай с Диего, когда он ее лечил. Да, кто откажется от дармовой магии, когда ее можно отнять насильно? Никто. Слишком манящая наша магия. Этому притяжению невозможно сопротивляться, но девушка смогла. Даже этот ее поступок сказал о многом. Она готова была убить себя, но только не причинять нам вред.

Мы нашли объяснения и тем убийствам годичной давности. Да, Вивьен опасна. Вернее не она сама, а ее тени. Имея такую огромную силу, девушка не стала ею пользоваться во вред. Это поистине восхищало в ней и привлекало еще сильнее. Не было сомнений, девушка действительно сожалела обо всех совершенных убийствах. Конечно, это не оправдывает смертей, но Вивьен оказалась заложницей ситуации. Кто во всем виноват, так это отступники и то, что они привели в этот мир, привязав навсегда к хрупкому девичьему телу.

Вивьен сильная личность, но ей, несомненно, нужна помощь и поддержка. Я дам ей это, чего бы мне это не стоило. Одно то, что девушка не сошла с ума и не захлебнулась в своей могущественности, вызывало уважение и восторг. Достойная у меня пара!

Вот только как бороться с ее глупостью идти дальше самой, не представлялось возможным. Я злился на ее упрямство, но то, что девушка больше не останется одна — это было решенным вопросом.

Диего присмотрит и при надобности даже усыпит. Но ничего из этого не понадобилось. И кажется, имея в пару эту девушку, я точно стану седым раньше времени.

Мы думали, что все закончилось. Горгульи уничтожены, все живы и даже не ранены. Я не успел насладиться маленькой победой, когда понял, произошло нечто ужасное. То, что перечеркнуло мою жизнь на до и после.

Я не смог сдержать душераздирающий, беспомощный крик боли от неминуемой потери истинной. Я видел, как эта идиотка бросилась вниз, в самое уничтожающее все на своем пути, наше пламя. Я понимал, что не успевал ее спасти, но все равно камнем рухнул вниз за парой. Погибнуть, так вместе. Да, у нас не завершена привязка, но то, что я не смогу жить без Вивьен, осознал точно.

Мне не позволили. Паладины накинулись разом, оплетая магией, не позволяя рухнуть вслед за парой. Я бился раненым зверем, заточенный в магическую клетку. Я бился снова и снова, раздирая крылья на ошметки, буквально выгрызая себе дорогу. Я чувствовал кровь своих побратимов. Я причинил им эту боль, но моя боль была в разы сильнее и мучительнее.

— Ар прошу, успокойся, — Бригс пытался достучаться до моего сознания, но все было тщетно. Я уже сошел с ума.

Я до сих пор не понимал, как Марбас смог справиться с потерей своей пары? Как он смог пережить смерть Ашаи? Сейчас у него все хорошо и жизнь дала ему второй шанс, подарив Ядвигу. И он с нее пылинки сдувает и никогда не оставляет одну. Только вместе и навсегда.

Я не хочу быть без Вивьен. Я просто не смогу. Зачем мне эта бесконечная жизнь без нее? Все утратило свой смысл. Я даже не успел насладиться обретением пары, как потерял ее.

Крылья поникли, сердце умерло вместе с Вивьен. Я умер. Боль заполонила каждую клеточку тела, а запястье пульсировало.

Стоп. Разве связь не оборвалась? Я с какой-то дикой надеждой потянул руку к глазам.

Линии пульсировали, а узор становился четче и полыхал тьмой.

А потом на меня хлынул поток чужих эмоций. Наслаждение, радость, удовольствие, восторг, счастье и дикая усталость.

— Ар смотри, — паладины перестали меня удерживать.

Посмотрел вниз.

Ни тварей, ни огня, ни дыма не было. Только выжженная черная земля и бессознательное тело на ней. Тело без ожогов.

— Чтоб мне провалиться на месте! — ошеломленно воскликнул мне в спину Аллер.

Я летел к своей паре, не обращая внимания на переругивания друзей.

Камнем свалился на землю рядом с Вивьен. Хотелось сграбастать ее в охапку и больше не отпускать. Сейчас я, как никогда, понял Марбаса, отказавшегося вернуться. Его жизнь там, где его пара. Мне было жаль дэмонийцев, потерявших свои пары в той битве. Это невосполнимая потеря. И никто не выжил тогда из пар. Единственный, кто смог пережить смерть истинной — это Марбасиан. И это был единственный случай, когда потерявшему пару, выпал второй шанс на счастье.

Вивьен я терять не хотел. Мне не нужен второй шанс. Мне нужна ОНА!

Прикоснулся к шее, проверяя пульс.

Все напряжение и боль, что настигли меня в небе ураганом, вмиг исчезли.

Живая, но без сознания.

— Диего, — нетерпеливо позвал целителя. — Она жива!

— Сейчас, — Диего опустился рядом, и все повторилось, как тогда на поляне. Только теперь не было открытых ран.

Целительская магия дэмонийцев и мертвого на ноги поставит, главное, чтобы сердце билось и был шанс спасти.

— Внутренних повреждений нет, — проговорил Диего через минуту. — Она просто спит.

— Спит? — не поверил я.

— Я не знаю, как объяснить, — растерянно пробормотал Диего и почесал затылок. — Она в полном порядке, но сильно истощена физически. Насколько я понял, то ее сущности погрузили тело в сон. Так она быстрее придет в себя. Я влил в нее свою силу. Это ускорит восстановительный процесс. Нам остается ждать.

— Почему она не сгорела и не погибла при падении с такой высоты? — нахмурился Оргюс.

— Меня тоже интересует этот вопрос, — согласился Аллер. — Наш огонь уничтожает все на своем пути, но почему он не тронул ее?

— Ее не было, — задумчиво проговорил Диего. — Я ее и выпустил, потому что перестал чувствовать физическое тело. Она словно растворилась и стала лишь тем темным сгустком, что все мы видели, когда она падала. Плотность ее тела полностью отсутствовала. И этому феномену я не могу дать объяснение. Да, в ней живут тени, но разве они могут сначала растворять полностью физическое тело, а потом собирать его до кусочка? Я никогда о подобном не слышал и не читал. Это, что-то новое и необъяснимое.

— Мы о тенях ничего не знаем, — нахмурился я. — И Вивьен тоже не знает, но она не была удивлена. Я ощутил ее эмоции. И там не было страха. Наконец, связь окрепла и связующая нить закрепилась, — это я тоже чувствовал. И вспомнил, как не мог зафиксировать поисковую нить. Тени. Видимо, они что-то делали со связью.

— Арравел ну и императрицу ты выбрал, — устало вздохнул Валдер. — С ней не соскучишься. Я очень рад за тебя. Пара — это бесценный дар, но нервы тебе понадобятся.

— И охрана, — согласился я, возвращая человеческий вид. — Ни один волосок не должен упасть с ее головы.

— Это понятно, — кивнул Бригс. — Ты нам дорог и повторения я не хочу. Ты меня своей болью чуть за собой не потянул. Думал, зажаришь мои мозги в своем сознании.

Я осторожно поднял девушку на руки, прижимая к себе. Зарылся носом в волосы. Хотелось урчать от удовольствия. Ее запах вернулся и стал более насыщенным и сильным. Карамель и корица заполонили каждую клеточку моего тела. Убийственная смесь!

Пока я наслаждался одуряющем ароматом пары, Диего подлатал мои крылья, а раны сами затянулись. Паладины от меня пострадали сильнее, чем от битвы с горгульями. Диего занялся и ими.

— Здесь делать нечего, — обведя взглядом, выжженную землю, заметил Оргюс, стряхивая невидимую пыль с брюк. — Гарь стоит ужасная. Хоть бы не задохнулась во сне.

— Но помимо гари вы чувствуете энергию этого места? — спросил растерянно Диего. — Снова чувствуется жизнь.

— Это точно сделала она, — кивок в сторону Вивьен. — Арравел в твоих руках загадка на всю вашу бессмертную жизнь.

— Пора нам возвращаться домой, — я честно хотел постепенно приручать Вивьен, но после ее выходки, нужно брать все в свои руки. Дома приручу. — О связи ни слова, но мы возвращаемся. Больше никаких смертельных опасностей.

Вскочив в седло, магией закрепив бессознательное тело в своих объятиях, потянул в небо Вихря.

Паладины не отставали.

Прежде чем сможем телепортироваться домой, нужно выбраться из закрытой зоны. Здесь телепортационная магия сбоила. Был шанс не выйти в точке выхода или выбраться по кусочкам. Поэтому рисковать в закрытой зоне мы не будем.

Меня все еще потряхивало от пережитого ужаса.

Вивьен несомненно моя жизнь и моя сила, но в то же время — эта девушка моя слабость и погибель.

Мне не будет жизни без нее.

Вивьен — мое сердце. И если оно перестанет биться, я погибну, уйду следом без сожаления.

Меня передернуло от воспоминаний. И ведь мои глаза видели явную смерть истинной. Что же тогда ощущает пара, когда магическая связь рвется из-за смерти одного из истинных?

Эта боль невыносима. И я боюсь ее даже представлять.

Впервые в жизни мне было страшно до колик в животе.

Связь истинных — это и бесценный дар, и самое сильное, мощное проклятье.

Глава 13

Я качалась на теплых волнах. Вспомнилось море на Земле. Я обожала морские прогулки — дайвинг, купание, солнце. Море, как глоток свежего воздуха. Но мой воздух был слишком свеж — морозный, хвойный.

Нахмурилась. Не может море ассоциироваться с хвоей и морозом. Что-то было не так.

Да и море расслабляет, а я сейчас словно в тиски зажата. Ни выдохнуть, ни повернуться. А теплые волны слишком сильно покачивались — рвано, резко, быстро.

На голову периодически давило что-то твердое. Тело затекло. Больше не было той иллюзорной расслабленности, о чем мне привиделось.

В ребра впивались твердые палки, а спина болела от неудобной позы.

Дернулась, но тело плохо слушалось.

— Вивьен, — услышала сверху хриплый голос Арравела. На мою макушку снова упало, что-то твердое.

Лицо.

Это было лицо мужчины, нагло зарывающееся в мои волосы. Он шумно дышал и чувство, что не мог надышаться.

А твердые палки — пальцы Арравела.

Неудобная поза — сиденье на пегасе впереди всадника.

Покачивающиеся волны — дыхание дэмонийца.

Мы летели неизвестно куда и скорее всего, сбились с курса.

Проклятье! Сколько я была без сознания? Тени снова играют в свои игры?

— Приземляйтесь, — хрипло приказала я.

— Нам осталось немного, — недовольно проворчал Арравел.

— Вам осталось, вы и летите, — откуда в голосе эта капризность? Сама себя не узнаю. Эта черта характера никогда не была мне присуща. — Спустите меня на землю. Мне нужна твердая почва под ногами, — и кусты. Этого вслух я не произнесла.

— Ладно, — проскрипел зубами Арравел. — Думаю, нам всем не помешает отдых.

— Сколько мы в небе?

Я осматривала внизу землю.

Лес пропал. Сейчас под нами был пустырь с сухостоем вместо травы.

— Часов шесть, — нехотя ответил Арравел. — Через полчаса будет река. Там и сделаем привал. Потерпишь?

— Ладно, — согласилась я. Полчаса потерплю.

Прислушалась к теням. Они были настороже и внимательно следили за окружающей обстановкой.

Тишина напрягала.

— Как ты себя чувствуешь? — обеспокоенность так и сквозила в голосе.

— Тело ломит, — честно ответила я. — Но это больше из-за неудобной позы.

— Понятно. Потерпи немного, — попросил Арравел. — Обещаю, что все скоро закончится и тебе больше не придется терпеть неудобства.

— Неудобства — это составляющая часть моей жизни, — хмыкнула я.

— В Карне — нашей столице, у тебя будет все, что ты пожелаешь, — пообещал дэмониец, а я от изумления открыла рот. Это он о чем?

— Острова Карнашил? — переспросила я. Может не так поняла?

На территорию дэмонийцев не попасть. Это я знала точно. Нет, больше не было экранирующего купола, что невозможно было связаться с ними, а тем более попасть. Но и кого попало, на острова не пускали. Только по личному разрешению императора Фергюсара. И заявки на проживание на их территории рассматривались по несколько лет.

Говорили, что там жилось очень хорошо. Чуть ли не рай. Но всем этим сказкам я не сильно верила. Люди мастерски умеют придумывать то, чего нет на самом деле.

Не понимала, зачем кого-то идеализировать? Если бы был рай и все там такие хорошие, то двести лет назад той страшной битвы можно было бы избежать.

Честно. Я считала дэмонийцев зарвавшимися, надменными, напыщенными снобами, которым абсолютно нет никакого дела до простых смертных. Они считали себя высшей расой.

Взять к примеру эту шестерку дэмонийцев. Как бы они не пытались выглядеть просто и затеряться среди местного населения, но увы, это не получалось.

Тот самый пренебрежительный взгляд ко всему окружающему им замаскировать не удалось. Высокомерие течет в жилах каждого дэмонийца.

— Тебе там понравится, — я не видела лица Арравела, но уверена, что он улыбался.

Я ничего не ответила, ибо ни на какие острова не собиралась. Делать там мне нечего. Да и сомневалась, что воякам, пусть даже лучшим, император даст разрешение. Я же, как обезьяна с гранатой. Не знаешь, когда рванет. Тени не изучены, а значит, опасны для окружающих. Да и ежедневно видеть напыщенные лица, увольте.

Я привыкла к людям. Другие расы меня напрягали. И дэмонийцы не исключение.

До сих пор не понимаю, зачем мужчины увязались за мной хвостом? Нет, понятно, что сейчас их заинтересовали тени, но до того, как они вылезли наружу, дэмонийцы искали меня — обычного человека без магии.

И этот вопрос меня тоже нервировал и напрягал. Хотелось конкретики, а ее не было.

— Как ты становишься чистой энергией? — нарушил тишину Арравел. — Почему ты не сгорела в нашем пламени? Я волновался за тебя, — чуть тише добавил он, снова зарываясь носом в макушку, шумно дыша.

— Это все тени, — скрывать эту тайну не было смысла. Да и тайн почти не осталось. Все, что можно, дэмонийцы увидели и узнали. — Я просто становлюсь тьмой. Она питается энергией. Тьма умеет уничтожать тварей и высасывать смерть отовсюду, — взять, хотя бы, такие зоны, как на Кираносе и здесь. — Тьма и тени делают всю грязную работу, очищают этот мир от чужеродной энергии. Я все чувствую, вижу, но для меня нет опасности от окружающих, когда я в таком облике. Можно сказать, что у человека без магии тоже есть вторая ипостась, — фыркнула я. — Единственная опасность для меня от облика — это невозможность вернуть физическую оболочку. Мне нельзя надолго быть тьмой. Я рискую не вернуться, — горько ухмыльнулась я, а Арравел напряженно замер за спиной, еще сильнее впиваясь пальцами в талию. — Возвращая себе тело, я становлюсь очень слабой. Тьма сильна и обычная человеческая физическая оболочка для нее мала. Она словно заперта в клетке. Поэтому я очень редко пользуюсь своей второй ипостасью. Хватает теней.

— Я прошу тебя больше не прибегать к тьме, — напряженно выдавил Арравел, прижимая меня к своей груди так сильно, что не хватало воздуха. — Тебе больше не нужно так рисковать. Я позабочусь о твоей безопасности, — упрямо пообещал мужчина. — Еще нужно разобраться, как управлять твоими сущностями. Не хочу, чтобы с тобой, что-то случилось.

— Зачем вам это? — я упрямо не переходила на «ты», хотя дэмонийцы давно стерли эту грань. Но они мне не друзья. Они никто для меня. Случайные назойливые попутчики. — Я чудовище для этого мира! Я смерть! Я слишком опасна и непредсказуема, — про чудовищную внешность умолчала. Это только моя проблема. — Я в любой момент могу выпить каждого из вас до суха, — продолжала нагнетать обстановку, но кажется, Арравела не заботило мое самобичевание.

— Ты добрая душа, — не согласился со мной мужчина. — Как выяснилось, ты очень помогаешь этому миру. Мы не могли не заметить, как ожили земли в закрытой зоне, — как они это ощутили? Не слышала, чтобы дэмонийцы могли чувствовать так тонко энергию мира. — В Кираносе ведь тоже ты отметилась?

— Я не знала тогда, куда меня занесло, а сидеть и ждать смерти не в моих интересах, — недовольно прохрипела я. Какие наблюдательные, прямо зубы сводит от идеальности этой расы.

— Ты была одна. Была напугана и дезориентирована, но теперь все иначе. Мы поможем с контролем. Ты больше не останешься одна с неизвестностью, — как сладко поет.

— Мне не нужна помощь, — слишком резко бросила я, а в глазах защипало от слез. Не нужно мне этих подачек. Сама разберусь. Не в первый раз.

Где вы все, помощники, были год назад? Где были, когда я с ума сходила, наблюдая изо дня в день, во что превращалась? Каким жутким чудовищем стала? Когда мне жить не хотелось.

Меня до сих пор грызла обида на мир. Мою душу украли, впихнули в тело погибшей девчонки, а как всем этим пользоваться, инструкцию не приложили.

И сейчас, когда я косо-криво научилась жить с тенями, мне обещают помощь?

Смешно и нелепо, а еще очень обидно. До глубины души горько.

— Вивьен послушай, ты сейчас на эмоциях, — тихим размеренным голосом проговорил Арравел. Как с душевнобольной разговаривал и это взбесило. Я не сумасшедшая, и не нужно общаться со мной, как с психопаткой. — Есть отличные методики по контролю и усмирению второй ипостаси. И если тьму и теней ты считаешь таковыми, то мы можем попробовать. Если не получится, будем искать другие методы. Мы изучим данную проблему. У нас лучшие специалисты в Карнашиле. Я буду рядом. Мы справимся с проблемой вместе. Тебе больше не нужно опасаться, что ты сможешь неконтролируемо, спонтанно выпить чужую магию.

Я буквально взвыла, представив какое будущее меня ждет. Хорошо расписывает, грамотно. Видно, что искусно умеет играть словами, но я не та наивная дура, какой была год назад. Увы, в этом мире я верила только одному человеку. Варду. Но его больше нет, а дэмонийцы всегда сами себе на уме. Их, несомненно, заинтересовали тени. Работы над способностями неизвестных сущностей непочатый край, но я не буду лабораторной крысой. Методики он предлагает! Тьфу! Лучше сразу распотрошить череп и внутренности, чтобы понять, как работает тьма.

Призвала теней. Как бы уютно мне не было в объятиях дэмонийца, но последнее обещание было настолько неосуществимым, что внутри сделалось мерзко. Я в единственном экземпляре в этом мире. И аналогов не было. Нет методик. Ничего нет. Да и с тенями я справлялась. Это тоже осознала сейчас. Мне же удалось не выпить магию Диего. То есть тени позволили мне отпихнуть мага и увести их к тварям. Тени были слабы перед жаждой, но именно мой контроль и твердая воля не позволили убивать направо и налево.

Тени, несомненно, сокрушительная, смертоносная и безумная сила. Я сама — это их мозг и эмоции. Именно я торможу кровожадность теней. И то, что мне вернули шрамы — это тоже было предсказуемо. Они тогда действительно потеряли контроль. Поддерживать мою целостность просто не смогли. Слетели все иллюзии.

А сейчас мне не нужна прежняя внешность таким способом. Я ведь думала, что меня вылечили, но все было картинкой, правдоподобной иллюзией, где дополнительно исчезала сиплость в горле и боль от сухости кожи. Это, как под тонной косметики, скрыть себя настоящую. Вроде и нарисовал лицо, убрал все неровности, придал блеска и яркости, но стоит коснуться воды и вся маска сползает целиком, оставляя под собой тебя прежнюю.

Не хочу. Шрамы — это уже часть меня и если их не вылечить, то никакая кратковременная иллюзия не поможет. По факту они никуда не денутся. Я ведь буду об этом точно знать.

Тени встрепенулись по моему зову и выпустили темные крылья. На этих крыльях я умела летать, хотя энергии съедалось очень много.

Крылья буквально вырвали меня из цепких лап дэмонийца. Арравел толком не смог ничего понять, а тем более сделать. Лишь наблюдал, как я птицей бросилась вниз.

Я парила над землей в поисках тварей. Клинки зажаты в руках. Тени готовы рвать на части монстров.

Твари здесь точно были. Тени чувствовали их энергию.

— Вивьен, — прорычал надо мной злой голос дэмонийца. — Какого демона ты творишь?

— А вот такого, — и разразившись сумасшедшим смехом, отрубила голову огромному земляному червяку, внезапно выскочившему из-под земли. Тварь и понять ничего не успела, а уже отрубленную клыкастую морду поедали его собратья. — Не лезьте, — прохрипела я, заметив, как дэмонийцы ринулись в бой. — Теням нужно поесть, — зачем-то сообщила я. Тени не были голодны, но сколько им не дай, все сожрут и попросят добавки.

— Ар, — возмутился Оргюс, плюясь огнем в червей.

— Отступить, — приказал Арравел. — Ешь, — любезно бросил мне дэмониец. — Но мы будем рядом. Если ты не справишься, вмешаемся.

И на том спасибо.

— Не мешайте, — сипло крикнула я.

Убрав крылья, бросилась в гущу тварей.

Арравел. Закрытая зона.

Я должен смириться. Должен научиться доверять ей. Понял, что не смогу удержать Вивьен, если она этого не захочет. Поэтому сейчас мне пришлось уступить. Дать ей ощутить ту свободу, к которой она привыкла. Хотя, я все бы отдал на свете, чтобы девушка так не рисковала. Невыносимо больно смотреть на то, как моя пара в лапах тварей. И хоть летят по сторонам оторванные части тел монстров, меня это не успокаивало.

Паладины меня не понимали и недоуменно смотрели на мое отступление. Но им не понять того, что я чувствовал.

Я видел, на что способна эта девушка. И по нашей связи я ощущал все ее эмоции.

В полете, что-то произошло. Я прекрасно ощутил ее горечь, внутреннюю боль и метания. Я не знал, что с Вивьен. Пытался успокоить, пообещал, что все будет хорошо и мы со всем справимся. Вот только, чем больше я говорил, тем горше становились ее эмоции. Вивьен была раздражена, зла, расстроена. И такая огромная обида на меня свалилась, что я упустил тот момент, когда она исчезла из моих объятий, бросившись в низину.

А сейчас я ощутил радость, восторг, азарт и жажду крови. Вивьен нравилось уничтожать тварей. Никогда не видел, чтобы смерть монстров приносила столько удовольствия. Но я буквально захлебывался ее чувствами. Я знал, с ней все хорошо.

Внутреннее удовлетворение растеклось по телу приятной патокой. Я гордился своей парой. Да, Вивьен совершает необдуманные, порой глупые поступки, но она знает, на что способна. Это я в ней сомневаюсь, а она в себе нет. Вот и вся разница.

Нет, я не смогу постоянно разрешать ей лезть в лапы смерти. Но именно в этот момент я знал, Вивьен это очень нужно. И еще необходимо разобраться, что ей не понравилось в моих словах. Почему она так странно отреагировала?

— Что за дебильная улыбка? — недовольно проворчал Аллер.

Перевел взгляд на паладинов. Они с настороженностью смотрели на меня, ожидая объяснений.

Мы были в пяти метрах от земли. Не слишком высоко, но и не слишком низко. В случае необходимости, успеем помочь.

— Я ее чувствую, — улыбнулся я. Идиотская ситуация. Моя пара там крошит монстров, а я смотрю на нее и радуюсь. — Вивьен в порядке и сейчас очень счастлива, — друзья недоверчиво перевели взгляд на мою кровожадную пару.

— Просто нет слов, — хмыкнул Бригс. — Никогда бы не подумал, что у нас будет такая императрица!

— Какая? — раздраженно рыкнул я, ощутив настороженность паладинов. — Вивьен просто другая, но она невероятный, добрый души человек.

— Настолько крепкая связь? — удивленно присвистнул Валдер. — Ты так тонко ее чувствуешь?

— Я привязан к ней намертво, — они это и так знали. — Связь формируется очень быстро и без физической близости. Моя вязь практически завершена, — и я протянул запястье мужчинам, где вырисовывался силуэт человеческой девушки с огромной тенью за спиной. Она словно укрывала ее, защищала.

— Красиво, — восхищенно заметили друзья. — А у нее?

— Только крыло, — недовольно скривился я.

— Но как так? — нахмурился Диего. — Связь развивается одновременно у пар. И если у тебя уже практически завершен узор, то и у нее должно быть так же.

— Я не знаю, — расстроенно проворчал я. — Но уверен, Вивьен меня не ощущает.

— Почему ты так решил?

— Если бы она хоть на миг прочувствовала весь спектр моих эмоций, то не была бы холодной и равнодушной. Я не ощущаю от нее ни малейшей симпатии, тепла. Я уже молчу о любви. Я для нее, как пустое место, — и это меня тоже раздражало. Почему связь цепляет только меня? Я буквально плавлюсь рядом с ней, но Вивьен этого не чувствует.

— Не думал, что доживу до момента, когда нашего императора будут игнорировать женщины, — хохотнул Аллер.

— А мне совершенно не смешно, — нахмурился я, не выпуская Вивьен из поля своего зрения. Земля, заляпанная желто-зеленой жижей, выглядела ужасно. Придется огнем зачищать останки тварей. Сама же девушка выглядела уставшей, но довольной. Она танцевала с клинками в руках. Красивая! И плевать на шрамы. — Как ее влюбить в себя, если она, как мужчину, меня не воспринимает? Я для нее просто особь дэмонийской расы. Если бы она была двуликой, то связь бы ощутила намного острее. Мне же остается приручать ее постепенно, как обычную человеческую женщину.

— Может, рассказать ей о парности? — предложил Бригс.

— Не поможет, — покачал головой. — Правда ее испугает. Она не готова к ней. Не сейчас.

— Кажется, пора и нам браться за дело, — кивнул Оргюс, переведя взгляд на Вивьен.

И правда, девушка устало сидела на испачканной земле. Она, что-то тихо бормотала себе под нос.

— Подождите, — придержал паладинов. — Чувствуете? — прикрыв глаза, я впитывал в себя чистейшую энергию этого места.

— Невероятно! — благоговейно прошептал Бригс. — Не знаю, как она это делает, но впечатляет!

Спустя, кажется, вечность, Вивьен поднялась на ноги и задрала вверх голову, рассматривая каждого из паладинов. В ее взгляде отражалось, что-то потустороннее, темное, но не опасное для нас. Она, словно, заново нас изучала, запоминала, а спустя минуту, широко улыбнулась. Я выдохнул облегченно.

Она моя пара. Я любил девушку безумно, но мне еще нужно время, чтобы привыкнуть к ее обликам и метаморфозам. Порой Вивьен выглядела жутко и устрашающе.

Раньше в империи боялись только меня и моего отца. Сейчас роли точно поменяются. Осталось только пожалеть моих подданных, но зато может, перестанут наглеть и периодически устраивать перевороты? Часть населения считает, что наша ветвь слишком долго находится у власти, но восстания быстро подавляются и мы продолжаем жить в скуке. Скучно теперь точно не будет.

— Знаешь, что меня волнует? — напряженность в голосе Диего не укрылась ни от кого.

— Что?

— У нее великолепный аппетит, — продолжил развивать свою мысль Диего. — Она твоя пара, а значит, уже бессмертна, — я не понимал, к чему он клонит. — С такими темпами, скоро тварей и закрытых мертвых зон на Архароне не останется. Чем мы будем кормить свою императрицу, когда они закончатся? — Диего кивнул в сторону монстров.

Замер. Эти мысли меня не посещали, а зря. Это был глобальный вопрос и проблема в будущем.

Чем кормить теней, когда монстров не останется?

— Этим вопросом мы займемся позже, — ответа у меня не было. — Сейчас нужно обезопасить Вивьен от нее самой же. Тени непредсказуемы и боюсь, что могут навредить.

— Не было бы беды, — вздохнул Бригс. — Мы не знаем, что эта за сила. Не знаем, как с ней бороться и как остановить. И я сомневаюсь, что антимагические браслеты помогут сдерживать теней.

— Я, что-нибудь придумаю, — растерянно пробормотал я, потирая переносицу.

Должен быть выход. Не может не быть. Если такая девушка досталась в пару, значит, не может все плохо закончиться. Я обязательно найду решение для этой проблемы.

Едва ноги коснулись твердой земли, поспешил к Вивьен.

— Как ты? — обеспокоенно спросил я, рассматривая одежду Вивьен, заляпанную кровью тварей.

Жуткое зрелище. Тени растеклись по земле, что-то выискивая. Они смело подпустили меня к девушке.

— Не знаю, — устало ответила Вивьен. — Дико устала, но они довольны, — кивок в сторону теней. — Еще нужно немного времени для зачистки. Слишком глубоко твари наследили на этой земле. Я боюсь, что и тени не помогут, — расстроенно прохрипела Вивьен.

— Энергия этого места очищается, — успокоил девушку, делая шаг вперед. Главное, чтобы не оттолкнула. — У твоих сущностей все получится. Если не возражаешь, то посиди на Вихре, пока мы уничтожим останки тварей.

— Плохая идея, — фыркнула девушка. — Не хочу испачкать твоего коня. Меня словно выкупали в кишках монстров, — хрипло рассмеялась Вивьен. Ее голос резал меня по живому. Наверняка, горло тоже болит при каждом звуке.

— Прости меня за мазь, — я виноват. Не нужно было уничтожать все. Но я тогда был так зол на девушку. — Мы, что-нибудь придумаем.

— Я привыкла к боли и неудобствам, — как само собой разумеющееся просипела Вивьен, стирая струйку крови из уголка треснувшего рта. В этот раз я не стал звать Диего. Как бы мне не хотелось помочь, но Вивьен даже не заметила, что рассмеявшись, ее кожа треснула. Сейчас она точно откажется от любой помощи. — Доберусь до ближайшего города и куплю новую. Потерплю. Немного осталось. Я чувствую, что к завтрашнему вечеру с этим местом будет покончено. Мои тени хорошо потрудились. Цепная реакция завершит зачистку, излечит полностью зараженную территорию и барьер падет.

— Значит, так это работает? — вот почему мы ни одного следа Вивьен не обнаружили, когда ощутили, что барьер пал. Прошло некоторое время и, естественно, девушки в той зоне уже не было. И тварей тогда тоже не было.

— Сама не знаю, как это работает, — пожала плечами Вивьен. Я приобнял ее за плечи и повел в сторону. Паладины сжигали останки, а я немного побуду рядом с парой. Мне катастрофически не хватало тактильных ощущений. — Но тени, каким-то образом, высасывают чужую для этого мира энергию.

— И все это ты узнала сама?

Как же ей сложно было знакомиться с силой сущностей. Как девушка не сошла с ума? Ее выдержке, здравому рассудку и силе воли можно позавидовать. Невероятное самообладание и рассудительность! Вивьен очень сильна духом. Не каждый, даже из мужчин, мог бы справиться с такой нагрузкой.

— Методом проб и ошибок, — горько усмехнулась она. — И врагу не пожелаю такого. Сама удивляюсь, как не поехала крышей.

— Чем? — не понял я.

— Не важно, — отмахнулась она, о чем-то задумавшись.

— Как часто тебе нужно кормить сущностей, чтобы они не обезумели от голода? — этот вопрос я не мог не озвучить. Мне нужно понимать всю ситуацию целиком.

— По-разному, — хмыкнула она. — Иногда неделями им ничего не нужно. Они могут питаться столько, сколько им дают. Здесь я их не сдерживаю. Возможно, они как-то копят полученную энергию? Не знаю, — задумчиво пробормотала Вивьен. — С питанием я сама до конца не разобралась.

— Это плохо, — это катастрофа.

Я думал, Вивьен хоть немного уже поняла свои сущности, а она реально вслепую их изучает.

Паладины уже закончили зачистку и шли к нам, но я знал, что они прекрасно слышали наш диалог. Наш слух очень чуткий.

— Меня волнует другое, — нахмурилась девушка и замерла.

— Что?

— Архарон большой и еды пока для нас достаточно, но что будет, когда никого чужого не останется, а энергия мира очистится? — она тоже об этом думала. Она задавалась этим вопросом, как и мы несколько минут назад.

— Мы, что-нибудь придумаем, — попытался успокоить пару. — В любом случае я смогу организовать питомник и выращивать в нем для тебя тварей, — идея была внезапной и звучала до того безумной, что даже паладины опешили от моего предложения. Но сейчас в этом я видел выход. Вот он!

— Ты с ума сошел? — Аллер только у виска не покрутил. — Мы уничтожаем скверну, а не разводим ее!

А Вивьен хрипло засмеялась.

— Аллер прав, — отсмеявшись, просипела девушка. — Тварей не должно быть здесь, ни на воле, ни в питомниках. Я не знаю, как, но их энергия по крупицам уничтожает Архарон. Они, словно вампиры.

— Кто? — это еще, что за твари? Никогда о них не слышал.

— Сущности, что питаются кровью и энергией, — пояснила Вивьен. Иногда она высказывалась очень странно и употребляла не понятные для меня термины. — Но вампиры не страшны Архарону, — почему? Если они есть, то их тоже нужно уничтожить. — Другое дело — питомники. Вы серьезно думаете, что вам кто-то разрешит их строить для жалкой человечки? Вы в своем уме? Это даже звучит абсурдно! — и столько неподдельного удивления было в голосе, что я засомневался в собственном предложении. А кто мне может запретить? Паладины переглянулись, а Бригс выругался под нос. И нет, идея не абсурдна. — Как я поняла, то ваша раса чувствует энергию, — я кивнул. — Значит, и ваш император это тоже ощутит. Возможно не сразу, а через время, но сам факт, что кто-то посмел пойти против владыки, навлечет на вас беду, — я отрицательно покачал головой, а паладины заулыбались. Проклятье, им весело, а мне не очень. — Конечно, вы можете создать питомник у черта на Куличках, — и снова незнакомые термины. Вивьен странная не только своими сущностями, но и сама. — И некоторое время все будет в ажуре, — я не понимал. Вот честно, не понимал, куда клонит девушка. — Но могу с уверенностью сообщить, что все тайное рано или поздно становится явным. И ваш император убьет и тварей и вас.

— Мне, кажется, с нашим императором можно договориться, — неуверенно протянул я, а паладины уже ржали в голос.

— Так хорошо его знаете? — нахмурилась девушка.

— Лучше, чем нам бы того хотелось, — весело ответил Бригс и подмигнул мне. Убью. — Скажу даже больше, — заговорщицки, почти шепотом, прошептал он. — Мы его лучшие друзья!

— Да? — недоверчиво протянула Вивьен, не поверив ни единому слову Бригса. — Не думала, что у этого властолюбивого, надменного, черствого, жестокого дэмонийца есть друзья, — а мне характеристика меня самого не понравилась. Не думал, что моя пара такого низкого мнения обо мне. — Этот старик на троне сидит уйму времени, — продолжала откровенничать девушка. Чего? Какой я старик? Друзья веселились, а мне совсем не смешно. За старика точно получит, но пока не буду перебивать. Послушаем еще о себе. — Вцепился во власть клещами и ничего не делает. С трона не сдвинется. Скажите, какая польза от владыки, если он не исполняет свои должностные обязанности?

— Аккуратнее с нашим императором, — Оргюса это задело, а мне неприятно было слушать от пары такие нелицеприятные вещи о себе. Правильно, меня же весь мир ненавидел. И сколько бы я не пытался исправить прошлое, оно не отпускало. Моя вина, мой провал. — Фергюсар справедливый правитель. Кто не может оступиться? Главное, осознать свою ошибку, пусть и немного с опозданием.

— Лучше поздно, чем никогда, — хмыкнула Вивьен. — Я не осуждаю его. У меня нет на это никаких прав. Я лишь пытаюсь вам донести, что ему нет никакого дела до нас, людей. Его не волнуют проблемы простых смертных. Он ведь ввязался в ту войну только тогда, когда запахло жареным, а его власти угрожала опасность. Так бы он и пальцем не пошевелил.

— Ты не права, — покачал я головой. — Он сделал все возможное.

— Пусть так, — кивнула Вивьен. — Ваш император действительно сейчас делает все возможное, исправляя ошибки прошлого. Взять даже эти закрытые зоны. Если бы не они, то Архарон давно бы поглотила смертельная энергия. Может, он не до конца и свихнулся в своей власти.

— Фергюсар более разумен, чем многие в этом мире, — улыбнулся Бригс. — Но думаю, при личной встрече ты изменишь о нем свое мнение, — я скрипнул зубами.

Чего они добиваются? Понятно, что я девушке поперек горла встал, хоть и не знала она меня настоящего.

— Что? — изумленно воскликнула Вивьен. — Нет уж, увольте от личных встреч. Мне такие знакомства выйдут боком.

— Почему? — хрипло спросил я, не понимая, почему она противится. Как ей теперь признаться, что императора она уже знает?

— Не хочу привлекать внимание властьимущих. Пусть ваш император занимается глобальными проблемами, а не одной не слишком умной человечки, — буркнула девушка. Поздно. Ты уже от меня не сбежишь. Ты моя! — И возвращаясь к вопросу о моем пропитании, — проворчала Вивьен. — Мне придется придумать способ умереть, ибо убивать людей этого мира я не хочу, — а у меня сердце остановилось от ее прагматичного решения. Она действительно готова положить свою жизнь ради других.

— Даже думать не смей о смерти, — недовольно прорычал я, встряхивая девушку. Голова Вивьен задралась вверх, а я утонул в ее печальном взгляде. Ее идеи порой бывают слишком безумными. — Я найду выход из ситуации. И если нужны будут такие питомники, то они будут, — я смотрел на нее, не мигая. Неужели она не понимает, как дорога мне? Неужели не видит моих чувств? Проклятье! Почему связь работает так криво?

— Ладно, — отмахнулась она и ловко вывернулась из моих объятий. Без Вивьен стало, как-то холодно на душе. — Бессмысленный разговор. Я для себя все решила. Ведите к реке, — Вивьен развернулась, рассматривая пустырь. — Ее еще нужно очистить.

Глава 14

Странные дэмонийцы. Вот сразу видно, что долгожителям живется очень скучно. Иначе, зачем им проблемы человечки?

Интересно, сколько им всем лет? На вид, мужчины все одного возраста, примерно тридцати шести — сорока лет, но на самом деле, уверена, намного больше.

Питомники! До такого абсурда даже я не додумалась, а у меня великолепно работала фантазия. Мне их император голову оторвет за это. Друзья — это хорошо. Но когда просьбы идут в разрез с безопасностью мира, то очевидно, что император отдаст предпочтение именно безопасности, а не безумным идеям своих друзей.

Пока глобальной проблемы не было. Я не представляла угрозы населению Архарона. Значит, меня точно никто не будет трогать. Главное не нарушать закон. Итак наследила год назад.

Вихря было жалко. Такой красавец вез на себе помойную кошку.

Арравел не внял моему нытью, а молча усадил перед собой на коня. Чувство, что он даже не замечал моего внешнего вида. Я грязная, испачканная в тварях, но Арравел все равно прижал меня к себе слишком крепко. И близость мужчины, чего кривить душой, меня остро волновала.

Арравел мне нравился. Скажу больше, меня тянуло к нему магнитом с неимоверной силой. Я сдерживала свои чувства, как могла, но было безумно сложно сопротивляться притяжению.

Я украдкой бросала взгляды на мужчину, любуясь великолепным образчиком мужской красоты и силы. Я прекрасно понимала — глупо мечтать о нереальном. Кто даже мимолетно посмотрит на такую уродину, как я? Я прекрасно видела брезгливое отношение ко мне людей. Это угнетало.

В прежней жизни я видела много разных людей. Порой, самые красивые — были моральными уродами. А люди с непримечательной внешностью — чаще всего были добрейшими существами.

Кто вообще установил стандарты красоты? Почему, кто-то может считать, что лучше или красивее другого? Наши миры совершенно разные, но отношение к таким, как я — одинаковое.

Я ведь ничего плохого никому не делала, но люди меня сторонились и брезгливо морщили носы. Моя внешняя исключительность служила отталкивающим маневром, но я привыкла. Со временем ко всему привыкаешь, как бы печально это не звучало.

От дэмонийцев я не заметила брезгливости, но они отлично умели держать лицо. Да и уверена, у Арравела нет недостатка в женском внимании. Сильный, храбрый, красивый воин — мечта любой женщины. Ему есть из чего выбирать. Я же очень надеюсь, что наши пути вскоре разойдутся, и он не будет бередить мою душу, которая так рвется к нему. С глаз долой, из сердца вон.

Сейчас мне оставалось выглядеть максимально равнодушной. Не хочу, чтобы меня жалели. Не хочу слышать, как мне тактично отказывают. Я бы даже на одну ночь согласилась, чтобы ощутить, попробовать, почувствовать, каково оно быть с таким мужчиной, как Арравел.

Тени чувствовали мои метания и, как могли, приглушали эмоции в сторону Арравела. Становилось чуточку легче, но тяга не проходила. Нам нужно скорее расстаться, иначе я рискую наброситься на дэмонийца.

Иногда мне казалось, что я чувствую эмоции Арравела. Но они были странными. Непроходимая тоска, желание на грани безумия, сумасшедшая жажда обладания, всепоглощающая любовь и огромное сожаление.

Я не понимала. Я не эмпат. Я чувствую только мир, но не эмоции живых существ. Но кроме Арравела, я эмоции других дэмонийцев не улавливала.

И порой мужчина так смотрел на меня, что мурашки бежали по коже от этого пронизывающего взгляда. Я очень надеялась, что мужчина не догадывался о моей глубокой симпатии. Мои чувства, только мои. Я справлюсь с ними сама, хотя и будет сложно.

Я же не могла влюбиться в практически бессмертного мужчину?

Вивьен, неужели старых шишек из прошлой жизни тебе мало? Мужчины не умеют любить, не могут быть верными.

Отношений я наелась на десять жизней вперед. Что на Земле, что в Архароне я встречала достаточно неверных пар, а мне это не подходит. Разве только одноразовые встречи, но кто на меня посмотрит? Только слепой. Да и не хочу я любви на одну ночь. Не мое это. Я максималистка. Или все, или ничего. Поэтому все свои желания запираем под огромным крепким замком, а тени помогут. Я не для Арравела. Он слишком хорош и идеален для меня.

— Ты задумалась, — прохрипел мужчина моих грез.

— Не важно, — лениво отмахнулась я, беря себя в руки. Что-то я совсем раскисла рядом с ним. Только лужицей не растеклась у ног.

Мы двигались в центре отряда. Возглавлял нашу процессию Валдер. Но территория была чистой. Поэтому я могла позволить себе немного расслабиться.

Чем ближе мы были к выходу из зоны, тем меньше встречалось на пути тварей. Основную опасность мы прошли и частично уничтожили. Зачистка завершится без моей помощи. Осталось выждать.

Тени сыты и довольны. Кажется, они млели от эмоций Арравела. Но опасности для дэмонийцев сейчас не было, словно тени перегорели в своей жажде, смогли обуздать ее. Хоть с этой стороны мне не нужно переживать.

— Почти приехали, — прошептал на ушко Арравел, отчего у меня по коже пробежал очередной табун мурашек. Интимный шепот, на грани соблазна.

Проклятье! Как же остро я реагирую на этого мужчину. Балбеска! Ну, какой интим и соблазнение от дэмонийца к жалкой уродливой человечке? Безумие.

Вот только приехали мы не совсем к реке, а к разрушенному поселению.

Одноэтажные дома все были из камня, но территория явно заброшена. Тут точно никто не жил. Скорее всего, люди покинули это место после войны с тварями, а может, монстры уничтожили целую деревню? Все может быть.

Крыши прохудились, а местами отсутствовали. Время их уничтожило. Камень местами облупился, а местами и стен не было, словно их выбило неизвестной силой.

Мне до отчаяния было плохо. Я ощущала боль и горе этого места и не могла ничего сделать.

Деревня погибла. Они все здесь погибли. В этом не было сомнений. Иначе я бы не чувствовала такую всепоглощающую боль.

Души были здесь. Запертые в этом страшном месте. Их не отправили на перерождение, они не развоплотились, а неприкаянными блуждали по земле.

Мне было плохо.

— Отпустите меня, — еле сдерживая слезы, взмолилась я.

— Что с тобой? — обеспокоенно спросил Арравел, подавая знак отряду остановиться. Никто больше не двигался.

— Просто пустите, — сквозь зубы процедила я, буквально сползая с Вихря. Арравел не оставил меня одну, а встал рядом, осторожно придерживая за талию. Теплота его тела немного облегчала мое состояние, но сейчас мне нужно было другое. — Мне надо, — просипела я. Говорить трудно, словно само это место вызывало немоту. Словно своими голосами мы оскверняем и так исстрадавшуюся землю. — Отойдите.

Кажется, до мужчин дошло, что у меня не обычная женская блажь, а действительно, что-то со мной происходит.

Мужчины отошли, а в следующую секунду меня просто повело в сторону. Я упала на колени, упираясь ладонями в землю, шумно дыша. В груди взорвался целый вулкан, а тени хлынули из меня, стелясь по земле. Из моих пальцев, носа, рта, глаз текла сама тьма, впитываясь в это гиблое место.

Наверное, я была ужасна в своем виде, но меня не это сейчас заботило.

Я чувствовала это место, словно сама была им. Мертвое, без жизни, без надежды на воскрешение. Деревню выпили до суха, не оставив ничего. Осталась только блеклая, рваная оболочка.

Я знала, когда тьма овладевала моим взглядом. И это снова произошло.

В Кираносе я тогда тоже впала в этот жуткий транс. Провалялась на земле пару суток, буквально трупом, приходя в себя.

Не хочу! Слишком больно все пропускать через душу, но я не принадлежала себе в эту минуту.

Я видела это место другими глазами. Глазами самой Смерти. Смерть живет в этой агонии вечность.

И снова история повторялась.

Война. Это страшное слово во всех мирах. Смерть не была готова к этому и теперь не в силах совладать с последствиями. Миллионы жизней погублено, земля уничтожена, мир медленно погибал, несмотря на то, что в войне Архарон выстоял. Раны кровоточили и не заживали до сих пор.

Смерть тысячелетиями трепетно создавала этот мир, собирая ненужные души чужих миров. Она их очищала и давала новый шанс на жизнь, оставляя на перерождение в Архароне. Смерть отдала часть себя своим последователям — жнецам, чтобы те поддерживали баланс мира. Она просто хотела, чтобы Архарон жил, а в итоге практически потеряла весь свой мир.

Архарон буквально погибал, терял души без права на перерождение, а Смерть ничего не могла с этим сделать. Единственное, что ей удалось — это возродить феникса, который залатал дыры мира, обновил щиты. Оставшиеся же души были наполнены такой болью, что у них не осталось желания снова идти на новый виток жизни. Они уходили навсегда, растворяясь в пространстве мироздания. Новых душ не было. Была пройдена та грань, которая нарушила равновесие.

И сейчас у Смерти ничего не выходило, не получалось. Она не могла восстановить баланс и возродить свой мир. С каждым годом становилось все хуже и хуже.

Бессилие разрывало не только Смерть на части, но и меня. Ведь я все это остро ощущала.

Услышала сдавленный хрип Арравела. Я не обращала внимания на голоса, не вникала в суть происходящего вокруг. Я была этим местом. Но в какой-то момент, я ощутила рядом живительное родное тепло. На миг меня накрыло облегчение. Всего секунда передышки и новая порция агонии.

Земля рыдала, стонала, умоляла об освобождении. Тьма проникала в каждый кусочек этого места, закольцовывала его, чтобы одним рывком вырвать с корнем чужеродную губительную энергию и освободить привязанные к этой земле невинные души.

Не знаю, сколько все это длилось, но по мне так прошла целая вечность. Чем глубже тьма проникала в недра земли, тем легче мне становилось, а потом резкий рывок и блаженное освобождение.

Услышала восхищенное восклицание, но мне было не до дэмонийцев. Сейчас я ощущала небывалое удовлетворение, эйфорию и легкую величайшую душевную радость. Теперь все правильно.

Я всем своим нутром чувствовала, что у тьмы все получилось. Мы исцелили эту зону. Поняла, что именно это место было эпицентром горя и боли. Теперь исцеление пойдет намного быстрее.

И с чувством полного внутреннего удовлетворения, с сумасшедшей улыбкой на губах, меня накрыла спасительная темнота. Кажется, сегодня я достигла своего предела.

Слишком часто я падаю в обмороки, но по-другому не будет. Теням нужно время, чтобы правильно аккумулировать чужеродную энергию, не навредив сосуду, то есть мне.

Арравел. Закрытая зона.

Я снова был в ярости, но ничего сделать не мог. Когда понял, что, что-то происходит, то не смел препятствовать. Понимал, я мог навредить. Отступил, хотя это стоило мне огромных усилий.

Я чувствовал, как резко изменились эмоции Вивьен. От жуткого ужаса, паники до такой кошмарной боли, что меня скрутило на месте. Я повалился кулем на землю.

Паладины не понимали, что со мной, но я отлично чувствовал, как Диего вливал в меня силу. Хотел остановить его, но не смог. Ничего не смог.

— Ар, что происходит? — Бригс положил на голову свои ладони, пытаясь уменьшить мою ментальную боль. — Только не говори, что это ее эмоции, — ошарашенно выдохнул Бригс. Да, он тоже ощутил отголоски.

Я молчал. Сцепив зубы, стонал от внутренней агонии. Если до меня дошла такая отдача, что же тогда чувствует моя пара? Хотелось крушить этот мир, лишь бы прекратить агонию истинной. Я бессилен. Я ничего не мог сделать, кроме как попытаться перетянуть на себя часть ее эмоций. Располовинить чувства, уменьшить ее боль, но ничего не получилось. Меня резко отрезало от девушки и я шумно задышал, приходя в себя, восстанавливая дыхание.

— Ар, какого черта тебя так ломало? — Аллер сел рядом, помогая принять вертикальное положение.

Отвечать не собирался, а с болью в мышцах пополз к Вивьен, но не успел преодолеть и метра, как меня остановили паладины.

— Нельзя, — нахмурился Бригс, потирая виски. Ему тоже досталась часть боли. — То, что происходит здесь — это за гранью понимания.

Вивьен лежала неподвижно на спине в форме звезды. Только тени и тьма вытекали из нее, расползаясь по земле.

— Я должен разделить с ней все, через что она сейчас проходит, — процедил сквозь зубы. Я должен помочь ей хоть чем-нибудь.

Больше никто не посмел меня останавливать.

Подполз к своей паре, лег рядом на землю и осторожно обнял, боясь нарушить ее транс. На миг дыхание Вивьен выровнялось, а через секунду ее снова выгнуло от боли. Тьма хлестала из девушки настоящим фонтаном. Это было жутко. Но я не боялся ее. Я боялся потерять свою единственную.

Я не сомневался, что от боли меня отрезали ее тени. Они, как-то умело могли работать с нашей связью. Внутри все похолодело. Если тени способны все это проделывать, то они могут и разорвать связь.

Нет. Не позволю. Вивьен только моя и мы выдержим все вместе.

Сейчас нам оставалось только ждать, когда это безумие закончится. Скорее бы выбраться отсюда и никогда не возвращаться. Гиблые зоны.

А после был энергетический взрыв, от которого буквально заложило уши. Хорошо, что наши щиты сработали, иначе нас могло разорвать от такого мощного выброса силы.

— Это души? — шокировано выдохнул Диего.

Мы ошарашенно наблюдали, как от земли отрываются сотни маленьких белых сгустков. Чем выше они поднимались в небо, тем более четкие человеческие очертания приобретали.

Моя вина, моя боль, мое наказание. Если бы я тогда не сглупил, а дал вовремя помощь, стольких смертей можно было бы избежать.

И мне жить с этой виной вечность.

— Я думал, все души развоплотились, — задумчиво протянул Диего. — Жнецов на всех не хватало. Но получается, что каким-то образом души оказались привязаны к этому месту.

— Вивьен не жнец, — резонно заметил Бригс. — Каким образом ей удалось разорвать привязку?

— Наверное, таким же, как она очищает землю? — прохрипел я, наблюдая, как тени и тьма всасываются в тело девушки. Привыкну ли я, когда-нибудь к этому зрелищу? Жутко.

— Глобальное очищение получается, — проговорил Валдер.

— Диего посмотри, что с ней? — я понял, что все закончилось, но девушка была неподвижна. Лишь еле слышное дыхание говорило о том, что она жива.

Убрал с лица Вивьен спутавшиеся грязные пряди. Для меня она идеальная. Красивая! Единственная! Любимая!

Я не видел ее шрамов. Не замечал. Раньше в женщинах я предпочитал идеальную внешность, а теперь это стало таким не важным и блеклым. Никто не сравнится с моей парой. Все остальные остались смазанным туманом. С Вивьен я прозрел.

— Истощение, — проворчал целитель, вливая в девушку силу. — Ох, и проблемная у нас императрица. Но признаю, что она великолепна! — и восхищение в голосе не было наигранным. — Она может то, что другим не под силу. И если для питания нужны будут питомники, то я сам пойду отлавливать для нее самых лучших и вкусных тварей.

— Согласен, — поддержал Диего Оргюс. — Нам Вивьен нужно беречь, как зеницу ока. Она незаменима. Других нет и не будет.

— Не каждый готов терпеть такую боль ради мира, — Бригс до сих пор отходил от отката эмоций Вивьен. — Арравел она достойна тебя, — я и без тебя знаю, что Вивьен идеальна.

— Я искренне сочувствую вам, — прошептал Аллер, рассматривая, как-то по-новому девушку. — Но я буду верен ей до последнего вздоха.

— Без комментариев, — Валдер тоже был под впечатлением. — И если Вивьен, кого-то прибьет по ошибке или нет, то я самолично помогу ей скрыть следы преступления.

Я облегченно выдохнул. Паладины окончательно приняли мою женщину. Они бы никогда не пошли против пары императора, но сейчас друзья говорили о другом. Она стала для нас своей. Не просто пара императора, которую по приказу и по долгу, должны уважать и охранять, а равная для них девушка! Девушка, за которую они жизни отдадут.

Я понимал, будет не просто, но мы справимся. Когда за спиной есть такая мощная поддержка, нам любые проблемы не страшны.

Подхватив на руки бесценную ношу, призвал Вихря.

Конь фыркнув, опустился на копыта, принимая лежачее положение. Умный боевой жеребец!

Без труда взобрался в седло, не выпуская из рук девушку.

Не отпущу.

Моя.

— Река это хорошо, но выглядит она жутко, — проворчал Оргюс.

К реке мы добрались через полчаса.

Красная, ржавая вода совершенно не привлекала.

Вздохнул. Воды нам не видать. Соваться в неизвестно, чем кишащую тварями реку — полное самоубийство.

Но нам нужен привал и небольшая передышка. Мы жутко устали. Давно так не выматывались.

Сумерки стали намного светлее. Значит, зона очищается достаточно быстро.

Местность была открытой. Река полноводной, но бесполезной.

Расстелив плащ, уложил на него девушку. Сейчас Вивьен точно спала. Дыхание ровное, сопение шумное. Иногда она морщила носик и кривила губы. Хоть бы снова не кровоточили ее шрамы.

— Диего ты можешь хоть немного сгладить шрамы, чтобы при каждом движении, девушке было не больно и не образовывались ранки? — я позвал друга, который нахмурив брови, некоторое время сканировал ее.

— Я попробую, но не обещаю, — неуверенно ответил целитель. — Все же шрамы не простые.

Я вздохнул. Почему я не нашел ее раньше? Всего этого можно было бы избежать?

Почему Оракул только сейчас отправила меня на поиски Вивьен? Я ведь не знал, что искать. Но теперь я точно уверен, Бестиара говорила о Вивьен.

Диего долго возился с лицом. Свет, исходящий от рук целителя, мягко касался кожи, проникая в каждый рубец.

Шрамы не ушли, но они действительно немного сгладились и не были такими грубыми и выпуклыми.

— Ее нужно раздеть, — устало выдохнул Диего, стирая рукавом испарину со лба. Видимо тяжело дался ему лечебный сеанс.

Я ревновал свою пару, но скрипя зубами, сам начал стягивать с Вивьен одежду.

Остальные паладины стояли к нам спиной и гипнотизировали реку, не смея и взгляд бросить в нашу сторону.

Пока я убирал повязку с груди Вивьен, от нее отделилось трое теней. Мы с Диего напряглись, не зная, чего ожидать от этих сущностей. По сути, мы сейчас вторглись в личное пространство Вивьен. Это теням точно не нравится.

Но сущности лишь мелькнули перед глазами и медленно потекли в сторону реки.

— Жуткое зрелище, — растерянно прохрипел Диего.

Жутким было все. И то, как тени вели себя с нами. И то, как бросились в реку. Паладины опешили и отступили, так же в шоке наблюдая за действом.

Всплески были громкими, а звуки, исходящие из воды, напоминали визг горгулий.

Вода в реке бурлила и то и дело выплевывала в воздух огромные туши рыбин. Они взвивались над водой, а затем с громким всплеском падали обратно.

На уничтожение тварей можно смотреть вечно, но меня заботила только Вивьен.

Бедная девушка. Ни одного живого места нет на теле. Схватившись за бесполезную тряпку, я начал часто-часто моргать. Невыносимо видеть свою пару в таком состоянии. Ее потрошили долго и со вкусом. И как только выжила?

— Ар успокойся, — услышал голос Диего. — Мы ее вылечим. Я всю целительскую гильдию подниму, но мы уберем все это. Потерпи.

— Что шрамы на коже? — глухо простонал я, с болью рассматривая изуродованное тело. — Душу чем вылечить? Я не представляю, как она все это выдержала и не сошла с ума. Как смогла жить дальше? Диего она была одна! — обессиленно заорал я. — Совсем одна! Без поддержки, без помощи, без знаний! — что ж я за пара, что не смог ее защитить? Почему Бестиара не указала мне путь к моей истинной раньше? Почему Оракул так долго тянула? Почему позволила всему этому случиться с ней?

— Но ты не повернешь время вспять, — покачал головой Диего. — Ты есть у нее сейчас и мы все исправим.

Я видел, как у Диего дрожали пальцы. Зрелище не для слабонервных.

Целительская магия проникала в шрамы, но этого было недостаточно, чтобы убрать все. Если получится облегчить общее состояние, то это будет маленькая, но победа.

— Что они творят? — услышал раздраженный голос Аллера.

Повернув голову в сторону реки, увидел, как тени выбрасывают на берег туши тварей. Они были разными, но определенно мерзкими.

— Ничего не понимаю, — проворчал Валдер, наблюдая, как тени тянут туши в нашу сторону.

Диего закончил вливать силу. Я укутал девушку в плащ и прижал к себе хрупкое, худое тело. Откормить бы ее.

Дальше вообще произошло нечто из рода вон выходящее.

Тени облепили Диего и настойчиво повели к зубастым рыбинам.

— Чего вы хотите? — у Диего даже голос не дрогнул. — Я не понимаю.

Тогда тени вырастив туманные когти, сделали надрез в области хвоста и ближе толкнули Диего к мертвой рыбине.

Кровь текла ядовито желтой струйкой. И тени снова толкнули Диего к твари.

Я был в шоке. Они настолько разумны, что могут общаться жестами? Почему раньше тени вели себя иначе? Почему именно сейчас пошли на открытый контакт?

— Кажется, я знаю, чего хотят сущности, — неуверенно пробормотал Бригс. Он же менталист. Возможно, такой навык есть и у теней? Общаться мысленно? — Я не знаю, как это у них получилось, — кивок в сторону замерших в стороне сущностей. — Но мне только что показали мельком картинку с участием Вивьен. Эти шрамы она получила в реке, — я нервно сглотнул. Ее чуть живьем не сожрали? Убью Бестиару! Как она могла позволить девушке пройти через такое? — Кажется, такой вид рыб тогда ее потрепал. Диего, — обратился Бригс к целителю. — Собери кровь у каждой особи. Кажется, без их крови ты не сможешь приготовить нужное зелье.

Я ошарашенно вытаращился на теней. Кажется, не только я в шоке.

— Мне нужно взять тару, — Диего говорил теням, смотря на них растерянно.

Сущности расступились, позволяя целителю пройти к коню.

В небольшом целительском саквояже были самые необходимые в походе зелья, но ни одной пустой тары.

Я знаю, как каждый целитель трепетно относится к своим зельям, но Диего удивил.

Взяв столько колб, сколько было рыбин, Диего пошел к реке. Сейчас она не была красной и мертвые твари не плавали. Тени очистили водоем.

Без сожаления Диего вылил зелья и принялся мыть тару в воде.

— Сейчас еще огнем очищу и будет готово, — пробормотал Диего.

Очистка огнем — тонкое дело, но Диего был отличным алхимиком и знал все тонкости работы с материалом.

Тени пристально следили за действиями Диего, но не вмешивались.

Не вмешивались и тогда, когда Диего начал сцеживать ядовитую кровь. И только когда вся тара была заполнена и бережно упакована в целительский саквояж, сущности вернулись к Вивьен, полностью в ней растворившись.

— Вот дела, — ошеломленно протянул Валдер, почесывая затылок. — Оказывается, они очень даже разумны.

— И надо быть с ними осторожнее, — проворчал Оргюс.

— А Вивьен говорила, что тени не поддаются контролю, — задумчиво протянул Бригс.

— Они и не поддаются, — проворчал я. — Они сами себе на уме. И нам с ними тоже придется научиться жить.

— И начать строить питомники, — хохотнул Аллер. — Думаю, сущности еще и тварями будут перебирать. Видно, что есть характер.

Ничего. Справимся и с сущностями. Нужно просто понять, разобраться, как нам всем вместе уживаться. Думаю, у Бестиары должен быть ответ. У меня его на данный момент не было.

А я еще сочувствовал Марбасиану, когда ему досталась Ядвига. Думал, жнец-феникс проблемная. Моя Вивьен переплюнула всех.

Теперь можно и вымыться.

Подхватив на руки девушку, пошел чуть вниз по реке. Не хочу, чтобы друзья смотрели на Вивьен. Она только моя.

Нагрел возле берега воду.

Дурак. Вспомнил, как она в прошлый раз мылась и дрожала от холода. Почему не додумался побеспокоиться об ее удобствах? Идиот.

Мыльные принадлежности тоже прихватил. Пусть пахнет мной. Получится просто одуряющее сочетание!

Я и так сходил с ума от запаха Вивьен. Дышал и не мог надышаться. Тяга была безумной.

Я очень надеялся, что у Диего получилось смягчить шрамы. Не мог смотреть на то, как они болят и кровоточат.

Ее вязь дополнилась еще одним крылом. Радует, что медленно, но уверенно связь устанавливается. Линии начали рисовать тело моей второй ипостаси. Не человеческий облик, а именно боевую трансформацию. Мы соединяемся душами, переплетаемся энергиями. И это меня безумно радует.

Искупав свою драгоценность, замотал обратно в плащ. Потом одену ее. Нужно самому искупаться и привести мысли в порядок. Сейчас думал об одном, как закрепить связь полностью.

Идиот. Ей плохо, а я думаю об одном. Выдержка мне точно не помешает.

Паладины сидели на берегу реки, жевали сухой обед и тихо разговаривали. Я прошел мимо, но они и головы не повернули в нашу сторону. Тактично продолжили гипнотизировать реку.

Порывшись в сумке, понял, что одежды у истинной очень мало.

Достал последнюю пару брюк и рубашку. Грудь перематывать не стал. Повязка ей больше не нужна. Когда мыл Вивьен в реке, старался не касаться кожи пальцами. Иначе моей выдержке пришел бы конец. Слишком желанной была для меня пара. Поэтому тряпка, кусок ароматного мыла и я, с горем пополам, привел Вивьен в порядок.

Оставив девушку отдыхать, отправился к друзьям.

Мне протянули бутерброд. От еды отказываться не стал. Силы нам понадобятся.

— Как она? — спросил Бригс.

— Спит, — ответил я. — Еще десять минут и выдвигаемся. Нужно постараться к вечеру выбраться из этого проклятого места.

— Лучше лететь, — серьезно проговорил Валдер. — Так быстрее будем в безопасности. Я не помню, когда в последний раз нам встречалось столько тварей на пути. Конечно, понятно, что в этой зоне на один километр множество видов монстров, но я честно, отвык от такой встряски. Хочу отдых. И он нам всем не помешает.

Чтобы в полете Вивьен могла немного подкрепиться, я положил бутерброд в верхнюю сумку. Там же висела и фляжка с водой. Все под рукой.

Пора.

Взмыв в воздух, мы клином полетели к границе барьера. Еще несколько часов и выберемся к людям.

Часть 3

Глава 15

Дежа вю.

Я снова была в объятиях Арравела. Он крепко оплел меня собой, беря в плен из рук и ног. Не повернуться.

На этот раз мы не лежали на земле, а отдыхали на узкой кровати. Как только смогли поместиться?

Комната была просторной, чистой и светлой. За окном был день и слышались голоса.

Вздохнула, утыкаясь носом в шею мужчины. Хотелось лизнуть, куснуть, почувствовать вкус его кожи. Какой же все-таки у него манящий запах.

Прислушалась к себе. Чувствовала бодрость и легкость. Давления в груди больше не было. Тени показали мыслеообраз, что мы сутки назад покинули барьер и сейчас были в небольшом городке.

Ничего себе я поспала. Хотя думала, что снова на пару суток отключусь, как в Кираносе. Радует, что в этот раз я пришла в себя быстрее.

Тени показали, как Диего вливал в меня силу. Теперь понятно, почему я так быстро оклемалась. Спасибо дэмонийцам. Не бросили там, а даже силой поделились.

Странно, но меня не беспокоили шрамы. Не зудели, не вызывали дискомфорт.

И снова рваная картинка, как я лежу обнаженная, а целитель водит над телом руками, делясь своим светом.

Мне бы покраснеть и устыдиться наготы, но кроме жалости к себе я больше ничего не испытывала. И Арравел. Его мне тоже показали тени. Такая мука и боль стояли в глазах, когда он ошарашенно рассматривал мои жуткие шрамы.

Вздохнула. Знаю, что ужасна, но ничего сделать со своей внешностью не могла.

В глазах защипало. Не нужна мне жалость от мужчины, который безумно нравился. И быть рядом с Арравелом, но не касаться его — невыносимо. Сердце разрывалось на куски от невозможности быть с ним. Между нами бесконечная пропасть. И я не говорю только о внешности. Я смертная. Этого достаточно, чтобы оборвать свои мечты.

Попыталась выбраться из цепких объятий.

— Полежи со мной немного, — сонно прошептал Арравел, прижимая меня к себе еще крепче.

Ощутила, как в бедро упирается внушительный бугор, а по телу прошла горячая волна. Что за черт?

Длинные пальцы вырисовывали на спине, понятные для мужчины узоры. Носом Арравел зарылся в мои волосы и жадно дышал.

— Арравел, вы меня, наверное, с кем-то перепутали, — прохрипела я, пытаясь отстраниться. Нельзя мне привыкать к нему. Потом будет слишком больно. — Не нужно так прижиматься ко мне, — жалобно просипела я. Это пытка такая?

— Какая же ты упрямая Ви, — пробурчал Арравел и расцепил руки-ноги, давая мне долгожданную свободу. Я резво соскочила с кровати.

— Ой! — воскликнула я, когда поняла, что на мне кроме серой рубашки до колен, ничего больше не было.

Длинные ровные ноги в шрамах больно резанули по глазам. Ну, зачем? Уверена, это Арравел меня переодевал.

Вот только во взгляде мужчины не было омерзения. Наоборот, он явно наслаждался увиденным, а я покраснела.

Проклятье! Давно меня не вгоняли в краску.

— Ты очень красива, — с хрипотцой в голосе, прошептал Арравел.

— Очень смешно, — раздраженно фыркнула я. — Я знаю, как выгляжу, поэтому не нужно этого всего лицемерия.

— Как же с тобой будет сложно, — вздохнул мужчина и откинулся на подушки спиной, прикрывая глаза. — Ванная комната справа. Чистая одежда сложена на стуле. Приводи себя в порядок и пойдем обедать. Потом обо всем поговорим.

— Спасибо, что не бросили, — искренне поблагодарила мужчину. — Спасибо, что позаботились обо мне.

— По-другому и быть не могло, — улыбнулся Арравел и снова бросил на меня обжигающий взгляд. — Иди, — кивнул в сторону ванны и сел на кровати. Одеяло соскользнуло на бедра, оголяя обнаженный великолепный мужской торс. Смуглая кожа груди покрыта черными волосками, а сильные руки зарылись в волосы, слегка их растрепав.

Проклятье! Нервно сглотнула, подхватила одежду со стула и трусливо сбежала в ванную. Ну, разве можно быть таким потрясающим, домашним, уютным, сексуальным?

Сказывается физическое воздержание. Точно! У меня же в этом мире ни одного мужчины не было. А другого я теперь и не захочу. Тянет к Арравелу, что сил нет. Наваждение, безумие, сумасшествие!

Пока натирала кожу мягкой губкой, думала, как мне совладать с собственными чувствами?

И рука снова печет и безумно чешется.

Бросила взгляд на рисунок и обомлела. Сейчас на запястье четко вырисовывалось тату дэмонийца в боевой трансформации. Тот облик, что я встретила в Реймаре в темном переулке. Один в один рисунок.

Что это такое?

Призвала теней, пытаясь добиться ответов, но эти предатели молчали и лишь послали успокаивающий импульс, что все хорошо.

Так, от них ответов не добьюсь, но и у дэмонийцев спрашивать стыдно. Подумают, что я сталкер какой-то и решила на своей коже увековечить их расу.

Позор! У меня даже в прошлой жизни не было ни единого тату. Я обожала свою чистую кожу, а теперь это.

Застонав, с головой нырнула под воду.

Дожилась. Поздравляю Вивьен с первым тату.

Красиво, чего скрывать. Четкие линии, резкие переходы и изгибы, ювелирная роспись. Это магическое тату. Даже в бреду я бы не пошла искать мастера, чтобы мне его набили.

И если сутки назад было всего два крыла, то сегодня рисунок завершен полностью. И сомневаюсь, что его можно вывести. Только спрятать.

Хорошо, что осень и рукава одежды длинные. Хоть так скрою дэмонийца на своей коже.

Вещи оказались новыми. В моем гардеробе их точно раньше не было. Даже нижнее белье нашла. Красивое, черное, кружевное. Оно приятно льнуло к телу и не раздражало кожу. Да, и шрамы заметно сгладились. Не было привычного покраснения и зуда.

Диего — невероятно талантливый целитель! Я ведь обращалась к магам, обещала любые деньги и некоторые даже брались за работу, но у них ничего не получалось. Последний целитель посоветовал мазь. Вот ею я и пользовалась до недавнего времени. Сейчас же мне больше не нужно мучиться.

На душе стало так радостно и спокойно, что я улыбнулась в зеркало. Даже лицо перестало быть настолько ужасным и отталкивающим. Шрамы никуда не делись, но они реально стали менее выпуклыми. Воспаление ушло полностью.

Плотные утепленные брюки и рубашка оказались впору. Вообще вся одежда куплена по моему размеру. Удивительно.

Даже с обувью угадали.

Кожаные сапожки сели, как влитые.

У кого-то очень точный глаз. Догадываюсь, у кого.

Когда вышла из ванной, Арравел уже был полностью одет и ждал меня.

— Как ты себя чувствуешь? — он обеспокоенно вглядывался в мое лицо.

— Благодарю за заботу, — улыбнулась мужчине и подошла к нему слишком близко. Задрала голову, посмотрев прямо в глаза Арравела. — Вы очень мне помогли. Спасибо за обновки. Я верну вам динары. Только осталось найти мои сумки.

— Нам ничего не нужно, — нахмурился он. Раздражение так и пылало во взгляде. — Считай, что это часть оплаты за работу, которую ты проделала.

— Работу? — не поняла я.

— Ты уничтожила тварей, вылечила землю, — начал перечислять мои заслуги Арравел. — И уверен, что еще много чего ты сделала для этого мира. Пора принимать благодарности. И эти вещи — лишь капля в море за то, что ты сделала для всех нас.

— Хм, — хмыкнула я, задумавшись. С этой стороны я свои дела не рассматривала. — Ну, ладно, — протянула я, соглашаясь. — И сколько же мне причитается? — я не меркантильная, но когда твой труд оплачивают, зачем отказываться? Мне еще в этом мире жить и жить.

— Достаточно для того, чтобы купить себе маленький остров, — довольно ухмыльнулся Арравел, а в глазах заискрили игривые искорки. — Но для этого тебе нужно отправиться с нами в Карнашил. Император очень щедр.

— Есть банковская система, — нахмурилась я. Мне совсем не хотелось встречаться с их маразматическим управленцем.

— Исключено, — резко отрезал Арравел. — Фергюсар захочет лично с тобой познакомиться, — при имени императора, Арравел неожиданно скривился. Не поняла. Они же все вроде друзья? — Да и сущности его заинтересуют. Тем более, только в Карне Диего сможет создать необходимое зелье от шрамов.

— Не надо, не поможет, — расстроенно буркнула я.

— Твои тени выловили из реки туши тварей, — Арравел не обращал внимания на мои отговорки. — Заставили Диего сделать забор крови каждого вида.

— Заставили? — это как? Призвала этих паршивцев, но они молчали. Ладно, потом с ними разберусь.

— Именно, — кивнул Арравел. — Как оказалось, твои сущности очень разумны. И насколько мы поняли, то без крови рыб, которые тебя потрепали в прошлом, нужное зелье не получится, — Арравел буквально выдавил из себя последнее предложение. Настолько ненавистно ему было говорить об этом. — С твоим голосом тоже поработаем, но на материке нет необходимого оборудования и зелий.

— Это проигрышная идея, — я сомневалась, а тешить себя надеждой на выздоровление, слишком жестоко.

— Не попробуем, не узнаем, — лениво ответил Арравел. — Ты ничего не теряешь. Наоборот, я уверен, все получится и ты сможешь жить обычной жизнью, не шарахаясь от людей, — последнее он добавил еле слышно.

— Я и обычная жизнь? — изумленно выгнула бровь. — Серьезно считаете, что я смогу жить обычной жизнью? Вы же видели меня, моих теней.

— Именно, обычная жизнь, — покачал головой Арравел. — Где у тебя есть семья: муж, дети, дом, — я скептически на него посмотрела.

— Красиво поете, — фыркнула я. — Но замуж я точно не собираюсь. Хватит. Наелась семейной жизни по самое горло, — уже год прошел, но воспоминания о муже периодически накатывали. И полет с высотки мне очень часто снился.

— Ты была замужем? — рыкнул недовольно Арравел, хватая меня за плечи и снова нюхая.

— Была и очень неудачно, — горькие воспоминания бередили душу. — Муж убил меня, чтобы завладеть имуществом моей семьи, — приоткрыла завесу своего прошлого.

— Но ты жива! — воскликнул Арравел.

— Но какой ценой, — я мертва в своем мире и этого не изменить. Как бы мне хотелось уничтожить тварь в человеческом обличье. Вот, где скрывается настоящий расчетливый, жестокий монстр.

— Кто он? — Арравел был в бешенстве. Его буквально трусило от ярости. Я не боялась этого мужчину, но мне захотелось его успокоить. Положив руки на грудь, слегка ее погладила. Арравел шумно задышал, а его зрачки расширились. — Я найду и оторву ему голову, — прошипел разъяренный демониец.

— Он в прошлом и больше не сможет навредить, — мне не сможет, а вот другим запросто.

— Скажи, кто он и я отомщу за тебя, — Арравел сжал меня в стальных объятиях и зарылся лицом в волосы. Странная привычка у него. Неуверенно обняла в ответ, положив голову на грудь.

— Нет, — упрямо ответила я. — Он больше не существует в моей жизни.

— Не врешь, — выдохнул мужчина.

— Поймите, — вздохнула я. — Мое прошлое больше мне не принадлежит, а я живу настоящим.

— И все равно не понимаю, — спустя долгую паузу, прошептал Арравел. Мы так и стояли, обнявшись. Мне хотелось, чтобы этот миг никогда не заканчивался. — Как ты могла быть замужем, если от тебя вообще не пахнет другими мужчинами?

— Чего? — ошарашенно воззрилась на этого нюхача.

— Ты говоришь чистую правду, но она какая-то неправильная. Ты точно не была с мужчиной, — выдохнул Арравел и тряхнул головой.

Этот вопрос я тоже себе задавала. Что за тело мне досталось. Какое прошлое было у девушки? Возможно, где-то ее семья переживает. Родители, муж, дети? Нет, я не собиралась заменять пропавшую дочь-жену-мать родственникам, но внутри чувствовала потребность отыскать семью девушки. Естественно меня в шрамах никто не узнает, но я даже имени ее не знаю. Не видела ни объявлений о пропаже, ни в газетных вырезках — ничего не было. Как найти кого-то, если нет ни единой зацепки.

Возможно мое тело не с той местности, где я жила последний год?

Но зато теперь отпадает вопрос о муже и детях. Тело не тронуто. Возможно, искать кровных родственников этого тела и не нужно? Все равно они будут для меня чужими. Я не смогу играть роль заботливой дочери. Это слишком даже для меня. Ненавижу притворство и фальшь. Играть на чувствах, убитых горем родителей, на мой взгляд, очень жестоко. Для них однозначно дочь умерла. Душа в этом теле чужая.

— Мне не нравится, что вы столько обо мне унюхали, — недовольно проворчала я, отстраняясь. Нехотя, но Арравел меня отпустил.

— Ты, — проскрипел зубами Арравел.

— Что?

— Хватит мне «выкать»!

— Эм, — растерялась я. — Это неуместно.

— Почему?

— Вы мне никто, — попыталась объяснить мужчине. Это замечание ему не понравилось. — Наши пути скоро разойдутся. Зачем мне к вам привыкать?

— Но мы же отправляемся в Карнашил, — видимо он совсем меня не понимает.

— Мне нечего там делать, — улыбнулась, покачав головой.

— Но вознаграждение…

— Специально за ним не поеду, а на жизнь и сама заработаю, — за этот год я привыкла к независимости и ничего менять не собиралась.

Если на материке у меня множество дорог, то с дэмонийских островов никуда не деться. Я буду там заперта, словно в клетке. Ни въехать без разрешения императора, ни выехать. Такой контроль не по мне. Я привыкла к свободе.

— Почему ты такая упрямая? — обреченно вздохнул Арравел.

— Потому я до сих пор жива, — если бы я прогибалась под каждого, то меня бы уже не было. — Я голодна, — напомнила ему, сворачивая неприятную тему.

— Пойдем, — вздохнул он и открыл дверь, выпуская меня из комнаты.

Мы шли по пустым коридорам, вдоль которых я насчитала десять дверей. Нахмурилась. Если это все спальни, а я, наверное, права, то почему Арравел ютился на моей полуторной постели?

Скосила взгляд на мужчину, но он твердой походкой шагал в сторону лестницы.

Оказывается, мы были в просторном двухэтажном особняке.

В столовой молодая симпатичная полноватая девушка накрывала на стол, а с улицы заходили остальные дэмонийцы. Вот значит, кто за окном говорил.

— Лерой, обед подан, — тоненьким голоском пропело это воздушное создание. — Могу я еще, чем-то быть вам полезна? — девушка скромно потупила взгляд в пол. Представляю, как у нее дрожат поджилки. Давящая аура дэмонийцев очень тяжелая для людей. Это я, почему-то не реагирую, хотя мои тени ничего не боятся.

— Благодарю Рене, — ровным голосом ответил Арравел, подталкивая меня горячей ладонью в спину к столу. — Можешь быть свободна.

Девушка все так же, не поднимая глаз, попятилась в сторону дверей, за которой очень шустро скрылась.

— Вивьен! Неужели ты проснулась? — воскликнул Аллер.

— Как видите, — растерянно буркнула я.

Арравел отодвинул стул, предлагая присесть.

Такая галантность была в прошлой жизни. Здесь я отвыкла от этого. Было непривычно наблюдать за манерами мужчин за столом. Они вели себя, как аристократы, хотя у дэмонийцев других слоев населения и не было. Долго живут. Естественно можно всему научиться. И правильно есть, и правильно убивать. Все делать правильно и идеально. Ювелирно.

За мной ухаживали. Мне подливали травяной сбор, накладывали в тарелку ароматную еду и вели непринужденную беседу. Словно мы одна большая дружная семья. Вернее они все друзья, а я так с боку припеку.

— Диего спасибо вам огромное за ваше лечение, — поблагодарила целителя.

— Надеюсь, помогло? — улыбнулся он.

— Еще как! — радостно просипела я.

— Ничего, вот доберемся домой и я возьмусь за зелье, — пообещал Диего, а я напряглась. То есть они действительно собрались делать это для меня? — Мы и от шрамов тебя избавим и голос вернем. Я уже примерно знаю, что мне нужно. Осталось добраться до лаборатории, — предвкушение в голосе скрыть не удалось. Диего, словно нащупал для себя неизвестную жилу и пытался ее изучить. В смысле, изучить и излечить мой недуг.

— Спасибо, — в этот раз я не стала говорить «нет». Бесполезно. Дэмонийцы, если вбили себе, что-то в голову, то пока не добьются своего, не отступят.

Мужчины общались больше между собой на разные темы, но без какой-либо конкретики. У них хорошо подвешены языки. Сказано много, а по факту ничего толком не узнать.

Единственное, что я поняла — дэмониийцы личная охрана императора.

— И как император отпустил вас от себя? — обычно такие проверенные лица всегда должны быть рядом с повелителем и охранять.

— У нас отпуск, — улыбнулся Аллер и бросил быстрый взгляд в сторону Арравела.

— Ясно, — что-то было не так. Мне эти намеки, загадки и тайны не нравились.

— Не бери в голову, — протянул Бригс. — У нас тут задание и оно уже завершилось. Но домой хочется очень сильно. И так два месяца без дела болтались.

Как может быть завершено задание, если они ничего не делали?

— У тебя отличные манеры, — заметил Валдер, кивнув на нож в моей правой руке, а вилку в левой.

Я умела пользоваться всеми столовыми приборами еще из прошлой жизни. Но это замечание застало меня врасплох.

Я как раз подносила к губам маленький кусочек мяса, нанизанный на вилку.

— Вы считаете это странным? — лениво спросила я.

— Нет, но обычно только человеческие аристократы заморачиваются манерами, — проговорил Оргюс.

— Я вас удивлю, — ухмыльнулась я. — Но обычные люди тоже умеют пользоваться ножами и вилками. Это удобно и практично.

— Согласен, — поддержал меня Арравел. — Не думаю, что сейчас стоит обсуждать манеры. Всему свое время, — и снова эти загадки.

— В каком мы поселении? — и почему я раньше не узнала? Я двигалась в пески, где тепло и можно отлично перезимовать приближающуюся зиму.

— Это Красный Яр, — ответил Арравел. — Небольшой городок на границе империи Вайкарос.

Значит, эту империю я уже почти покинула. Вот только на карте я этого городка не видела.

— Я двигалась в сторону Жеглобов, — и это была деревня, а не город.

— Нам пришлось немного изменить направление, чтобы быстрее убраться из закрытой зоны, — ответил Арравел. — Ты долго не приходила в себя. Я волновался, а Красный Яр был ближе всех.

— Ясно, — что ничего не ясно.

Предполагаю, мне придется делать огромный крюк, чтобы вернуться к своему пути.

Вот и сократила дорогу. Хотелось и плакать и смеяться.

Хотя, я же собиралась в пески, скрываясь от дэмонийцев. Они нашли меня. Так стоит ли снова отправляться в дорогу?

Может, я и здесь осяду на зиму? Дом хороший, хоть и большой для меня. Нужно узнать, чей он. Или найти в аренду, что-то меньше.

Нет. Никогда не изменяла своим планам. Но сама я не поеду в пески. Нужно дождаться Бурю и лететь на ней. Хватит приключений. Что-то устала я от них.

— Благодарю за заботу, — прохрипела я, вставая из-за стола. Все уже давно перестали есть и лишь тихо общались. — Мне нужно осмотреть город.

— Зачем? — нахмурился Арравел. — Мы здесь не задержимся. Ты пришла в себя и можно открывать портал в Карну.

— Портал? — да, я слышала, что у дэмонийцев нет проблем с перемещениями, но они на пегасах. Зачем им животные, если по щелчку пальцев эта раса может оказаться в любой точке мира?

— Ты была без сознания. Я не знал, как отреагируют тени на перемещение, — объяснил Арравел. — Тобой я не намерен рисковать, поэтому мы ждали.

— Но я же сказала, что не хочу на ваши острова! — они за меня все уже решили?

— Вивьен, послушай, — устало проговорил Арравел, откидываясь на спинку стула. — Тебе здесь делать нечего. Ты переезжаешь с места на место, — кивнула. Это не было секретом. — А мы предлагаем тебе дом и лечение. Что тебя не устраивает?

— Ваше подозрительное участие в моей жизни, — ответила я, обводя каждого мужчину прищуренным взглядом.

Но дэмонийцы были серьезны и явно поддерживали своего лидера.

— Ты удивительная девушка, — улыбнулся целитель. — И я хочу тебе помочь, но без твоего присутствия сделать это будет невозможно. Ты будешь в безопасности. Гости императора ни в чем не нуждаются. Ты сделала огромную работу с закрытыми зонами, — повторил он слова Арравела, хотя не мог их слышать раньше.

А, что я собственно теряю? Не каждый раз меня приглашают на закрытую территорию легендарной расы. Да, и вдруг у Диего получится то, что не смогли сделать маги материка?

— Если я захочу уйти, то меня выпустят? — этот вопрос меня очень сильно волновал.

Мужчины снова странно переглянулись, а Арравел ответил.

— Ты свободна в своих решениях, — вздохнул он. — И вольна поступать, как захочешь, — хоть это радует.

— Сколько нужно времени на приготовление зелья? — спросила прямо у Диего.

— Сложно сказать, — задумчиво ответил целитель. — Мне нужно пробовать экспериментировать, смешивая кровь тех рыбин, что тебя чуть не сожрали, — вздрогнула от кошмарных воспоминаний. — Могу сказать, что процесс не быстрый. Нужно сделать все правильно.

— Ясно, — кивнула я. Никто и не обещал, что все будет по щелчку пальцев. — Я готова отправиться с вами в Карнашил, но здесь мне нужно дождаться кое-кого, — про Бурю не стала рассказывать. Потом увидят.

— Кого? — напрягся Арравел, а в глазах бушевал яростный ураган.

— Самое дорогое существо в этом мире, — улыбнулась я, вспоминая свою боевую подругу. Хоть бы с ней все было хорошо.

— Ар, с твоего позволения я бы вернулся домой и начал разрабатывать зелье, — Диего вопросительно смотрел на своего друга.

— Вивьен может понадобиться помощь, — идея Диего не понравилась Арравелу.

— Ее отлично защищают и лечат тени, — покачал головой целитель. — Все, что мог, я сделал. Не вижу смысла здесь оставаться. Я лучше делом займусь.

— Не нужно из-за меня задерживаться, — я посмотрела на дэмонийцев, которые очень хотели домой.

— Мы дождемся того, кого ты ждешь и сразу телепортируемся в Карну, — безапелляционно заявил Арравел.

Дэмонийцы скривились, но ни слова не сказали. Удивительное послушание.

— Диего не болтай там лишнего.

— Арравел ты за кого меня принимаешь? — улыбнулся целитель. — Пойду, соберу вещи. Провожать меня не надо. Надеюсь, что скоро увижусь с тобой Вивьен, — кивнула. — Нужно же будет опробовать зелье.

— Пойдем, покажу тебе город, раз ты так хотела погулять, — Арравел встал из-за стола и протянул мне руку.

— Мне нужен мой плащ.

Нужное принес Аллер.

И если я думала, что гулять отправлюсь только с Арравелом, то глубоко ошибалась. С нами отправился Бригс и Аллер.

Валдер с Оргюсом сообщили, что им нужно наведаться к местным стражам, решить кое-какие дела.

Арравел. Красный Яр. Граница империи Вайкарос.

В Красном Яру мы находимся почти две недели. Вивьен стала отстраненной и задумчивой. Она практически целыми днями выбиралась за город и подолгу смотрела в небо, что-то выискивая. На все заданные вопросы, девушка ловко уходила от ответов. Но чем больше проходило времени, тем сильнее Вивьен нервничала и переживала.

Я так остро чувствовал ее эмоции, что было невыносимо.

Сейчас у нас действительно был отпуск. Мы совершенно ничего не делали. Я постоянно был рядом с Вивьен. Паладины в последние дни больше не отправлялись с нами за город. Опасности не было, а местное население не представляло угрозы. Мы не афишировали свою расовою принадлежность. Здесь мы были обычными магами.

Я с большим любопытством наблюдал за девушкой в привычной городской суете.

На улице она никогда не снимала капюшон. Всегда закрыта и отстранена. Но стоило ей увидеть бродяжку, как девушка шла в лавки, скупала там продукты, или вещи и отдавала нуждающимся.

Она несомненна добра и сострадательна, но в тоже время жестока и равнодушна.

Ее точно не обмануть. И чем больше я узнавал Вивьен, тем мрачнее становился.

Я до сих пор не смог ей признаться. Я банально струсил перед этой сильной девушкой.

Вивьен терпеть не может императора, хотя знает его только по слухам, что гуляют на материке. Конечно, проще запомнить один плохой проступок, нежели быть благодарным за помощь, которую я выделяю.

Мои паладины по всему миру рыщут в поисках спрятавшихся тварей. Дополнительно я помогаю финансово. Делаю все возможное для Архарона, но людишки этого не замечают, а принимают как должное.

Почему-то виноватым действительно считают меня, а не человеческого свихнувшегося жнеца, прорвавшего грань миров, призвавшего сюда демонов, сделавших из своих собратьев чудовищ.

Нет, не жнец виноват в той войне, а я. Так все считали. Вина моя была, но не такая, как привыкли думать люди. Человечки никогда не отличались особым умом.

И Вивьен тоже солидарна во мнении с большинством. И я не знал, что делать? Как поступить?

В Карнашиле конечно, я не спрячу себя, но надеюсь, Вивьен не оторвет мне голову за ложь. Очень на это надеюсь.

Еще я не мог сопоставить факты о ее туманном прошлом. Был муж, который ее убил, но девушка точно жива и абсолютно чиста. И это не вязалось у меня в голове. Логики не было. Добраться бы до того муженька и свернуть ему шею.

И порой Вивьен реально ведет себя странно. Она точно образована, умна, с хорошими манерами, но в то же время, иногда ее речь кажется дикой и непонятной. И сколько бы я не пытался узнать, откуда девушка родом, всегда в ответ получал молчание.

Я ничего не смог о ней узнать. Есть только голое имя без рода. Отдел Оргюса держит лучших сыщиков, но и они оказались бессильны.

Все, что смогли найти, так это то, что девушка впервые объявилась в Кираносе почти год назад. До этого, будто и прошлого у нее не было. И ее самой не было. Но так не бывает. Всегда, есть за что зацепиться, но тут пусто. Она возникла из ниоткуда. Вернее возникла в той пещере, где убила отступников. Жаль, что некому задать вопросы.

Вивьен всегда старалась держаться от меня подальше. Это бесило. Я пытался ее приручить. Видел, что наша связь сформировалась, но это не помогло. Она все так же была равнодушной ко мне.

Мы спали в разных спальнях. Вивьен выгнала меня из комнаты еще в первый день. Лишь ночами я позволял себе слабость быть с ней рядом, но уходил под утро, чтобы девушка не заметила моего присутствия.

Друзья меня не понимали. Не понимали, почему я медлю и не завершу нашу связь. Но я не мог поступить так подло с Вивьен. Она этого не заслужила. И связь я буду завершать только с полного ее согласия.

Я метался и запутался. Впервые за две тысячи лет, я был в растерянности.

— Вивьен, кого мы все-таки ждем? — я часто задавал ей этот вопрос, но никогда не получал ответа.

— Я уже не уверена, что мы дождемся, — расстроенно прошептала она, кутаясь в теплый плащ, смотря в небо. — Столько времени прошло. Возможно, что-то случилось или наша связь на таком расстоянии не работает?

— Связь? — этого еще не хватало! Вивьен точно связана только со мной. О чем тогда говорит девушка?

— Почему я раньше не проверила действие дальности этой связи? — Вивьен продолжала рассуждать вслух. — Возможно, у нее есть определенное расстояние?

— Вивьен, кого мы ждем? — повысив голос, рыкнул я. Меня начала раздражать ее секретность.

— Я не держу никого рядом, — в который раз, хлестко ответила мне.

Такие перепалки у нас не часто, но я чувствую, как ей плохо и тоскливо и это тоже не добавляет мне радости.

Резко развернул Вивьен к себе, буквально впечатывая в тело. И плевать, что от рывка с головы сорвало капюшон. Зато я теперь могу видеть ее манящие глаза.

Вивьен была растеряна и я этим нагло воспользовался. Не могу больше терпеть. Это выше моих сил. Каждую ночь я борюсь с собой до выворачивания суставов. Вязь требует закрепления, но почему только меня так испытывает? Вивьен всегда спокойна и равнодушна ко мне.

Проклятая девчонка!

Я буквально смял Вивьен в тисках, припадая в жадном поцелуе к губам, насильно раскрывая их языком.

Удивительно, но я не ощутил сопротивления, но уловил в ее эмоциях удивление и непонимание происходящего.

Глупая! Ты же все для меня! Ты — мое сердце! Ты — моя жизнь! Без тебя я никто!

Что я творю? Эта мысль, как внезапно появилась, так же и пропала. Я подавлял в себе благоразумие, которое кричало «остановись»! Но Вивьен отдалась сама, по собственной воле под мой властный, горячий, жесткий напор.

Меня реально накрыло, едва я коснулся губ истинной.

Я с жадностью пил дыхание своей пары, углубляя такой желанный поцелуй.

Меня коротило от близости. Кажется, мой голод только усиливался. Связь требовала завершения, но и на нее сейчас плевать. В моих объятиях желанная девушка, которая отвечала мне со всей страстью.

И пусть мы в поле, холодный ветер бьет в лицо, а под ногами первый снег — меня это не заботило.

Она МОЯ!

И этот поцелуй правильный. В этом не было сомнений. Почему я так долго тянул? Почему раньше не пробовал сделать первый шаг? Я словно неуверенный юнец.

А сейчас Вивьен прижималась сама, зарываясь пальцами в мои волосы, притягивая мое лицо еще ближе, обвивая талию ногами. Когда успела? Но я очень хорошо чувствовал ладонями ягодицы девушки. Мой пах разрывало от неудовлетворенного желания, а эта соблазнительница, как специально ерзала по члену и тихонько стонала.

Пытка!

Она мой персональный палач!

Я ощутил ее страсть, желание и глубокую привязанность.

Она точно неравнодушна ко мне. Связь работает, как нужно.

Значит, все-таки тени экранировали ее эмоции. И как мне с ними договариваться? И почему сейчас позволили прочитать Вивьен?

— Забери меня отсюда, — прохрипела девушка в губы.

Кто я такой, чтобы сопротивляться своей паре? Слабак.

Мы телепортировались в мою комнату, где вот уже вторую неделю, стояла огромных размеров кровать.

Я хотел прервать наш поцелуй, но Вивьен не позволила.

Она ловко скинула с нас плащи и буквально повалила на кровать.

— Ви, — простонал я, не в силах сопротивляться, сжимая ее в горячих объятиях.

Я сдерживал свои захватнические порывы, но не Вивьен.

— Просто молчи, — прохрипела она, оседлав меня сверху, жадно рассматривая. В ее глазах полыхала сама тьма. Вивьен ли это? Или сущности, которые ее захватили?

Это мне не понравилось.

— Ви приди в себя, — простонал я, чувствуя, как девушка промежностью ерзает по моему паху. Невыносимо сладко ощущать желанную пару в своих руках.

Мешала одежда, но сейчас она нас спасала от необдуманных действий. Я не хотел, чтобы все было так. Она под воздействием сущностей. Я чувствовал удовольствие тьмы. Все неправильно.

Вивьен и не думала останавливаться, но это сделал я.

Резко перекатился на кровати, подминая под себя девушку, фиксируя руки над головой.

— Ви это не ты, — пытался достучаться до Вивьен. — Тьма отпусти ее, — обратился я к сущностям, упрямо смотря в черные провалы глаз. Жуткое зрелище. — Позволь ей самой принимать решения. Вы же одно целое, так зачем ты разделяешь вас? — Вивьен замерла и больше не пыталась вырваться, а тьма буквально полыхала. — Зачем ты контролируешь каждый ее шаг? Она ведь никуда не денется от тебя. Вы неразделимы! — и это жуткая правда. Ауры сплелись настолько крепко, что попробуй вмешаться, и девушка просто погибнет. Вивьен моргнула и мотнула головой, шумно дыша. — Тьма не делай этого, — и я понял, что нас всегда будет трое. Как бы не была крепка истинная связь, но хвостом всегда будут болтаться сущности.

— Ар, — проскрипела девушка, широко распахивая глаза.

Я утонул в ее шоколадном взгляде. Вернулась. Мысленно взмолился, посылая по связи огромный поток благодарности. Тьма отступила. Я был безмерно счастлив, что сумел сейчас отстоять интересы пары.

— Ты в порядке? — я всматривался в ее лицо, пытаясь отыскать сожаление или ярость от моей наглости.

— Нет, — мотнула она головой и широко улыбнулась. — Кажется, мы не закончили, — и, высвободив руки из плена, она обхватила мой затылок, притягивая к себе.

Опешил. Я не ожидал, что девушка не передумает.

В груди разлилась сладкая патока от принятого Вивьен решения.

С радостью откликнулся на ее поцелуй, зарываясь в короткие волосы, шелком обвившие мои пальцы.

Ви несмело коснулась языком моего, словно еще раздумывая, а правильно ли она поступает, но всю ее робость я смел своим горячим ответом.

Ви прижалась ко мне еще теснее, обхватывая бедра ногами. Пах разрывало, но я не торопился. Тонкие пальцы не отпускали мой затылок, словно девушка боялась, что я отстранюсь и сам передумаю. Ни за что на свете!

Так тяжело контролировать свои желания и инстинкты. Я так долго ждал ее, но понимал, не стоит торопиться. Нельзя.

Рядом с Вивьен я становился юным, нерешительным в себе мальчишкой — порывистым, горячим и неуверенным в себе. Ни одна женщина не отзывалась на мои поцелуи с такой горячностью и страстью. Это сводило с ума и срывало все барьеры, что я поставил на свои чувства! Меня закручивало в вихре невероятных эмоций и желаний.

Прикосновения Вивьен — невинные, но в то же время такие порочные и греховные. Шоколадный взгляд, пронзающий саму душу, клеймил ее всеми возможными способами, оставляя печать принадлежности. Я пьянел от своей женщины, как от самого изысканного алкоголя, лишаясь разума.

Но не я один был пьян нашей страстью. Вивьен ощущала те же эмоции. Я чувствовал это так остро, как никогда до этого. Словно не только с меня слетели барьеры, но и с нее. Или это тьма позволила урвать кусочек ее эмоций? Не важно. Сейчас я знал, девушка так же, как и я, тонула в водовороте страсти.

Ее желание будило во мне дикие, первобытные инстинкты, камнем оседающие в паху, лишая остатков рассудка и последней выдержки.

Скользнув по плечам девушки, стянул так мешавшую мне рубашку. Моя давно улетела к демонам. Вивьен не сдерживалась, когда срывала ее. И теплые пальчики сейчас активно гладили волоски на моей груди, запутываясь в них.

Наши сердца бились в унисон в бешеном ритме. Не удержался и приник губами к пульсирующей жилке на шее, покрывая прерывистыми поцелуями кожу.

Вивьен дернулась и попыталась оттолкнуть мою голову.

— Не надо, там шрамы, — прохрипела она, мгновенно закрываясь от меня.

— Ты прекрасна, — я с любовью смотрел в омут ее глаз. — Никогда не сомневайся в своей привлекательности, — опустив голову вниз, прошелся языком по бугристой коже груди. Рубцов было много: длинные и короткие, тонкие и широкие. Они словно незнакомые письмена, разбросанные на коже девушки.

Ничего. Мы ее вылечим. Больше Вивьен не будет себя стесняться.

Я демонов алкоголик, который не мог насытиться вкусом, запахом, близостью желанной женщины. Желанная до темноты в глазах, до выбивающего из груди воздух дыхания.

Великолепная! Красивая! Не насмотреться на нее.

Одежды не осталось. Я больше не мог сдерживаться. Едва Вив подалась навстречу бедрами, одним ударом соединил наши тела, наполнив ее собой до отказа, выпивая поцелуем крик боли. Так нужно. Потерпи милая. Потом будет хорошо.

Моя!

Метка горела, плавилась, завершая брачный ритуал. Не нужны храмы или священники. Только наши энергии, тела и ауры связывали наши души навеки.

Я улыбался безумной улыбкой, не зная, как сообщить девушке, что она замужем. Нет, повременю с очередным признанием. Столько вранья от меня. Чувствую, мне еще прилетит от Вивьен за ложь и недомолвки.

Но это будет после, а сейчас…

Сейчас я осторожно подался вперед, делая первый плавный толчок.

Только, кажется, Вивьен не нужна моя нежность. Она, как дикая кошка, вцепилась в спину, прижимаясь ко мне грудью, прикусывая шею.

— Не смей останавливаться, — прохрипела она, сжимая мышцами мою плоть.

Да к демонам все!

Я рычал от нахлынувшей страсти и дикой эйфории. Двигался быстрее, не позволяя даже на миг остановиться. Терял голову от того, как Ви выгибалась подо мной, отвечая на каждое мое движение, ответным рывком бедер.

Сумасшествие!

Страстная! Невероятна! Моя!

— Ви, — со стоном выдохнул в губы, закрывая глаза, сплетая пальцы наших рук, разделяя на двоих острое, на грани гибели наслаждение, вскрывающее тело жаркой, яркой судорогой.

Больше не было слов. Не было зажатости. Ви открылась передо мной во всей своей красе.

И я любил ее до самого рассвета, истязая нас сладостной пыткой, балансируя на грани одержимости.

И только под утро, уставшие, утомленные страстью, переплетенные телами, ми провалились в счастливый сон.

Глава 16

Я самый настоящий трус!

Эта ночь была потрясающей. Я никогда ранее не испытывала подобной страсти. Мое тело горело, плавилось в умелых руках Арравела. Я отбросила все условности и запреты, отдаваясь мужчине без остатка. И была счастлива. Впервые в этом мире я ощутила легкость и радость в душе. Что-то получила для себя!

Чувство, что мы не только телами соединились, но и душами. Переплелись энергиями и связались аурами. На миг, мне показалось, что часть теней перетекала к Арравелу, но это, скорее всего, выверты моей фантазии.

Я так остро ощущала все его эмоции. Наверное, поэтому и пошла до конца. Арравел был искренен со мной. И действительно, моя жуткая внешность, его совершенно не заботила. Он, словно не видел моих увечий.

Разве так бывает? Все-таки дэмонийцы странная раса, непонятная и загадочная. Возможно с прожитыми столетиями, дэмонийцы просто не смотрят на внешность?

Но больше всего меня поразило то, как он говорил с тьмой. Это стало для меня открытием. Нет, под властью тьмы я все понимала и контролировала, но то, как Арравел просил за меня — уничтожило все сомнения.

Я не жалела. Если время повернуть вспять, то снова и снова бы повторила. Невозможно отказаться от пьянящего, до помутнения разума, желанного мужчины.

Вот только струсила. Едва Арравел уплыл в глубокий сон, я аккуратно, чтобы не разбудить мужчину, выбралась из загребущих объятий.

Не проснулся.

Арравел лежал на спине, едва прикрыв обнаженные бедра простыней. Грудная клетка размеренно поднималась и опускалась.

Сглотнула. Какой же это соблазн смотреть и не сметь больше прикоснуться.

Одна ночь! Именно об одной ночи я и мечтала, но даже подумать не могла, что она так скоро осуществится.

И эта одна потрясающая ночь изменила все.

Арравел и раньше меня очень сильно волновал, а сейчас я поняла, мне будет очень тяжело без него. Но и со мной этот мужчина никогда не будет. Причины слишком прозрачны и понятны.

Нельзя больше поддаваться эмоциям. И свои чувства нужно усыпить. Арравел разрушит меня до основания. Это неизбежно.

Поэтому я тихо оделась и сбежала через окно. Тени подстраховали.

Не хотелось, чтобы меня заметили и стали задавать вопросы. Уйти по-английски у меня всегда получалось великолепно.

Нужно было прочистить мозги, подумать о том, что делать дальше. Рядом с Арравелом мысли были только об одном.

Тени приглушили мои эмоции и поставили защитный барьер сквозь толстую, как канат нить, отрезая от неизвестной магии.

В последнее время я не обращала на нить внимания, так как она не беспокоила. Зря. Я просила теней разорвать непонятную связь, но они отказали. Поэтому пришлось смириться и только наблюдать, как с каждым днем нить становилась все толще и толще.

На улице поежилась от сырости и холода. Ветер бросал в лицо мокрый снег. Мерзкая погода, но я бесцельно брела по дороге, не обращая внимания на непогоду.

Плащ согревал от холода, а вот мысли были не радужными.

Тату снова изменилась. Нет рисунок остался, только изменил цвет на золотой и красиво оплетал запястье. Не было больше ни боли, ни зуда. Золотая вязь пульсировала и отдавала ласковое тепло при соприкосновении с рисунком.

Что это за магия? Я не знала. И энергетическая нить тоже стала золотой. Я видела ее отчетливо. И в своей ауре обнаружила вплетенную золотую вязь.

Тени молчали. Ответов не было. Это нервировало и напрягало. Ненавижу загадки.

Но я чувствовала себя отлично, не считая усталости в мышцах после проведенной ночи. Значит, вреда от этого «золота» не было.

Пасмурная погода угнетала. Серые дома напоминали маленькие коробочки в два, три этажа. Деревья с голыми палками, угрожающе нависали над головой. Листва полностью опала и мусором лежала на земле. Странный климат. Когда уходила из Реймара, то еще не все деревья сбросили свою листву. В Красном Яру же, уже выпадал снег, хоть потом он таял, образуя под ногами слякоть и лужи.

Тротуаров не было. Люди передвигались по краю дороги.

Чтобы не попасть под копыта или колеса карет, нужно быть очень внимательным.

По каменной мостовой поцокали копыта лошадей, впряженных в крытые кареты. Всадников верхом было мало. Правильно, кто в такую погоду захочет мокнуть.

Хотя, вон молодая парочка держалась за руки, не обращая внимания на мокрый снег, бьющий в лицо, о чем-то тихо переговариваясь.

Ветер бесстыдно задирал подолы длинных юбок местных дамочек. Приходилось то и дело одергивать платья. Как хорошо, что я предпочитала брюки. С ними меньше проблем.

Полная дама тяжело дыша, что-то раздраженно выговаривала маленькой клыкастой собачонке. Беда с домашними питомцами. У всех есть клыки. Вот только клыкастенькой было плевать на недовольство хозяйки. Она прыгала на поводке, распахнув пасть, ловя длинным розовым языком мокрые снежинки.

Каждый занят своими заботами и им нет никакого дела до глобальных вопросов, или проблем других существ.

Как это все знакомо.

Дернула плечом, стряхивая с плаща прилипший снег.

Пальцы сковывало от холода. Покраснели, замерзли. Нужно было прихватить перчатки.

Спрятав руки под подмышки, поспешила найти теплое место. Окоченеть не хотелось.

Едва переступила порог ближайшего трактира, как в нос ударил приятный запах еды. Тут было сухо и можно не только поесть, но и согреться.

Желудок дал о себе знать, громко забурчав.

Я сильно проголодалась. Долгое блуждание по городу разыграли зверский аппетит. А учитывая, что последний раз я ела вчера, то сейчас готова сожрать целого теленка.

Посетителей было немного. Столик выбрала в самом углу. Хорошее расположение. Отлично просматривался весь зал и вход.

Капюшон так и не снимала. Не буду нервировать людей. Итак, подавальщица испугалась, едва увидела мои руки, испещренные сетками шрамов.

Напиток был горячим и обжигал горло. Пила маленькими глотками, грея пальцы о теплую кружку. Горячая жидкость быстро растеклась по организму, вызывая легкую судорогу.

Зажмурилась, наслаждаясь такой маленькой передышкой.

Ни о чем не хотелось сейчас думать.

Все потом.

Поздний обед, или скорее ранний ужин был невероятно вкусным и сытным.

Утолив первый голод, расслабленно откинулась на спинку стула, потягивая очередной травяной горячий напиток, наблюдая за залом. Людей стало больше. Поднимался шум и гомон.

Мне нравилась городская суета. Размеренный ритм не для меня. На Земле вся моя жизнь — это всегда было движение. Даже погибла в движении.

Усмехнулась. Глупая смерть. И почему я была такой слепой? Почему не рассмотрела, что семейка мамаша-сынок, те еще твари?

Теперь моя душа в этом мире и выстроить свою дальнейшую жизнь очень сложно. Необходимо все начинать сначала.

Я устала.

За этот год, что пролетел незаметно, Архарон выжал меня до суха. Физически, морально, эмоционально. Иногда мне казалось, что я перегорела, но после очередного дела понимала, я на своем месте. Чувствовала собственную нужность. И отмахнуться от этого невозможно и не нужно. Каждое существо приходит в этот мир с определенной целью и задачей. И если мою душу притянуло в этот мир и тело, то вероятно, я значима для Архарона.

Может даже не я сама, а именно тени. Ведь они делают всю грязную работу.

Единственное не понимала, почему не оставили душу девочки, чье тело я заняла.

Ответов не было, но была я, которая безумно любила жизнь, теперь даже такую страшную и чудовищную, с крошечными мгновениями радости и счастья.

Я так углубилась в собственные мысли, что пропустила момент, когда оказалась за столиком не одна.

— Какие люди, — довольно проскрипел хорошо знакомый голос. — Не ожидал встретить тебя в этом клоповнике.

Их было двое. Одного мага я не знала, но он был достаточно сильным.

Я была полностью обездвижена, а сбоку, присевший маг, нагло упер мне в бок острый клинок, срывая с головы капюшон.

Почему тени не предупредили, что нам угрожает опасность?

— Какое страшилище, — брезгливо выплюнул неизвестный, надавив чуть сильнее клинком. Гады, если испортят мне плащ, распотрошу.

Тени были наготове, но я пока их сдерживала. Нужно же понять, что нужно этим неудачникам.

Любопытство съедало.

— Джей следи за заклинанием. Мальчишка слишком непредсказуем, — прошипел мужчина, нарушивший мой покой.

Он не сводил с меня взгляда. Буквально препарировал на месте.

Нагло усмехнулась, окидывая горе-магов издевательским взглядом.

А в трактире ничего не изменилось. Никто не заметил, что происходило в углу. Значит, применили отвод глаз и накинули полог тишины.

Я видела магическую сферу, что была накинута на наш угол. Предусмотрительные.

Страха не было. Честно, за все пережитое в последнее время — это нападение вызвало лишь смертную скуку.

Даже тени лениво рассматривали потенциальный будущий ужин. Ну, чего он не угомонится? Нормально же расстались. Я забрала свое по праву. Что ему не понравилось?

— И что же тебя привело в этот клоповник? — язвительно просипела я.

Странно, что голову и речевой аппарат не обездвижили. Хотя, им же пообщаться со мной захотелось.

Я же рассматривала сидящего напротив предателя.

Изменился. Не постарел, но добавились морщинки у глаз. Во взгляде опасение и страх. На лице бешеная усталость. Расхлябанный, неопрятный внешний вид вызывал лишь брезгливость.

Как он так себя запустил? Помнила, что мужчина всегда следил за собой и был одет по последнему писку моды. Даже на задания ходил, как на бал.

Сейчас он выглядел откровенно жалко. Жирные, свалявшиеся волосы; засаленная борода и обветренные губы; грязь под ногтями и на одежде. Да и пахнет от него не ромашками. Скорее всего, он только что прибыл в Красный Яр и зашел перекусить, а тут я во всей красе. И как только узнал? Как мы оказались в одном месте, в одно время? Издевка судьбы? Я давно не думала об этом маге, но он видимо обо мне не собирался забывать.

Но я уверена, что встреча случайная. Меня не отследить. Тени не позволят навесить на меня маячки. Вот только с нитью они ничего не хотят делать.

Мужчина узнал меня по рукам, по сеткам шрамов. Вообще не ожидала, что когда-нибудь наши пути вновь пересекутся.

— Из-за тебя тварь на меня открылась охота, — прошипел ядовито он, а я вопросительно изогнула бровь. — Мне пришлось бежать, бросив все.

— Малик ты, наверное, что-то перепутал? — лениво протянула я.

— Йен — демонов ты выкормыш, как ты посмел меня обокрасть, кинуть и уничтожить весь мой труд? — Малик перегнулся через стол и схватил меня за грудки. Черт, плащ придется стирать. Руки у него тоже грязные.

— Я взял свое, — фыркнула я.

— Ты меня подставил! — заорал он, а я скривилась от этого беспомощного ора. Видимо, совсем бывшему работодателю туго.

В трактире каждый занимался своим делом. Нас не замечали.

— Тебе ли не знать, кто кого подставил, — дерзко ухмыльнулась я.

— Вижу, на моих динарах хорошо тебе живется, — брезгливо выплюнул он.

Фу, ну и запах.

— Не жалуюсь, — я продолжала его бесить.

Вся эта ситуация меня забавляла. Убить меня не смогут, тени не позволят.

— Я взял авансы за самые сложные дела, — продолжал изливать душу Малик. Самые сложные дела у нас состояли в проникновении домов аристократов. В домах можно много найти компромата и редких артефактов. Эти аристократы делали заказы друг на друга через Малика, а тот брал сумасшедшие деньги. Но по большой случайности, только я могла без проблем выполнить эти задания, нигде не наследив. — Ты должен был работать на меня пять лет!

— Мы не сработались, — хмыкнула я. — Сам виноват. Хотел меня слить властям, а не получилось, — надоело его нытье. — Неужели ты думаешь, что мной так легко манипулировать и держать за дурака?

— Я не предавал тебя, — заорал Малик. О задании знали только двое, но я себя не подставляла. — Это Веста! — да ладно? Его любовница решила подгадить? — В ту ночь, она напоила меня зельем правды и вытянула про тебя все, что я знал, — покаялся он. А это была очень плохая информация. Значит, под меня копали. Кому я могла понадобиться? — Она была шпионкой.

— Но ты птица не самого высокого полета, — задумчиво протянула я. — Да и я тоже. Зачем ей нужна информация обо мне?

— Я не знаю, — дернулся Малик. — Но Веста тебя сдала.

— Это ничего не меняет. Контракта больше нет, — поджала я губы, раздумывая над очень скверной информацией.

— Но мои долги есть, — брюзжал слюной Малик. — Ты должен мне все вернуть!

— Это моя моральная компенсация за твой длинный язык, — возвращать я ничего не собиралась. Да и нет почти тех денег. Меньше половины осталось. — Впредь будешь выбирать себе любовниц осторожнее и не пить все подряд, что тебе наливают.

— Ну, ты и тварь! — выплюнул Малик, кивая в сторону Джея.

Маг резко дернул рукой, пытаясь меня проткнуть, но естественно у него ничего не получилось. Тени были быстрее, уводя меня из-под прямого удара.

Мгновение и горе-магов оплели тени. Я возвышалась над хрипящими мужчинами, прикрыв глаза.

Тени хотели уничтожить тех, кто попытался убить сосуд, то есть меня. И сейчас мне стоило огромных трудов, сдерживать их жажду.

Жалкие стоны заставили посмотреть на обессиленных магов.

Они, выпучив от страха глаза, умоляюще смотрели на меня.

Жутко.

Тени любили магию существ этого мира, но позволить убить снова, не могла.

Пусть выпьют магию, но не жизненную энергию. Мужчинам понадобится не один месяц, чтобы по крупицам вернуть магические силы.

Тени оставили Малика и Джея на грязном полу и зависли за моей спиной.

— Да что ты такое? — со страхом в голосе проблеял Малик, даже не пытаясь вставать.

Правильно. Не нужно дразнить хищника. Тьма не любит, когда кто-то пытается навредить сосуду.

— Повторяешься, — хрипло рассмеялась я. — Тебе нужно было просто бежать и забыть обо мне. Неужели ты в прошлый раз не понял, что не стоит мне угрожать? Ты же не наивный ребенок!

— Ты уничтожил меня, — проскрипел еле слышно Малик, чуть не плача.

Джей был без сознания. Надеюсь, целители помогут прийти в себя, но о выпитой магии я не жалела. Они хотели меня убить.

— Мне жаль, что твоя любовница оказалась гадиной, — почему женщинам всегда так легко запудрить головы мужчинам? Малик ведь прожженный делец, но Веста сделала его слабаком и неудачником. Жизнь не прощает ошибок. — Малик забирай своего дружка и исчезните отсюда. В следующий раз я не буду столь добрым, а просто выпью вас до суха. Затеряйся на просторах мира, ляг на дно, но не пытайся найти меня и уничтожить. Я тебе не по зубам.

Я не добрая, но брать на душу бессмысленные смерти не хотела.

Прикрыв глаза, призвала теней. Пора уходить.

Бросила на стол монеты за ранний ужин, накинула капюшон на голову и, развернувшись, шагнула сквозь полог, полностью разрушая магию. Тени с удовольствием выпили и эту энергию.

Наступила оглушительная тишина. Нас заметили.

Меня не останавливали, но я чувствовала каждый взгляд присутствующего здесь.

Хватит, нагулялась. Пора возвращаться.

Оказавшись на улице, прижалась к двери, прикрывая глаза.

Неприятная встреча и информативная.

Веста. Какого демона ей от меня нужно?

Но додумать не смогла. Меня скрутило от боли, а экранирующий экран, что ставили тени, просто лопнул.

Что за ерунда?

Боль отпустила так же резко, как и скрутила. Тени сообщили, что их блокировку просто разорвали в клочья, поэтому меня скрутила такая резкая боль.

А разве, что-то в этом мире может быть сильнее моих теней?

Ощутила, как золотая нить натянулась, но не лопнула, а буквально по ней прошла, сносящая все на своем пути, энергия. Такая знакомая и вкусная магия дэмонийца. Через секунду передо мной возник и сам взбешенный хозяин этой энергии. Его глаза метали разъяренные молнии, а телосложение, кажется, начало увеличиваться на глазах. Кто-то еле сдерживает оборот?

— Какого демона ты меня бросила? — заорал он на меня и, схватив под локоть, утянул в портал.

Я даже пискнуть не успела, как оказалась в комнате, которую покинула еще утром.

— Во-первых, не бросила, — прохрипела я, растирая локоть. Хватка у него железная и мне не понравились его собственнические замашки. — Во-вторых, вы не имеете права на меня орать и что-то требовать.

— «ВЫ»? — зло бросил он, нависая надо мной. — Ты издеваешься? Мы провели потрясающую ночь, а ты мне продолжаешь «выкать»?

— Это всего лишь секс, — дернула плечом, пытаясь сбросить с себя пальцы Арравела. Как клещами вцепился. — И ничего не изменилось. Мне было приятно и не скрою, что вы великолепный любовник, — кажется, ему совсем не понравилось то, что я говорила. — Но я свободный человек и имею право поступать так, как считаю нужным. И делать то, что хочу.

— Тебе настолько плевать? — растерянно выдохнул он, всматриваясь в меня недовольным взглядом.

— Я одиночка, — холодно прошипела я, вздернув подбородок. С вызовом посмотрела в глаза мужчины, пылающие негодованием.

Ох, сколько в этом взгляде было эмоций!

Меня буквально расплющивало в них. Кажется, все мое тело пропиталось эмоциями Арравела.

Ярость и гнев душили сознание. Страх и жуткий испуг ввинчивались в тело. Трепет и неуверенность разливались в крови. Дикое обожание и безумная привязанность пронзали самое сердце.

Все эти чувства обрушились на меня ураганом.

— Больше нет, — выплюнул он и набросился на меня с поцелуем, впечатывая в стену, сковывая запястья над головой.

Я попыталась отстраниться. Не вышло. Арравел недовольно рыкнул и, с какой-то животной настойчивостью, углубил дикий поцелуй, переплетаясь с моим языком.

Крышесносно.

Сопротивления хватило на доли секунды, а потом меня захватил водоворот таких чувств, что спорить или бороться не осталось сил.

По венам неслась, сжигающая все на своем пути, лава.

Помахав здравому смыслу ручкой, отдалась беспомощным трофеем победителю.

Оказывается, безумно сложно противиться такому сумасшедшему притяжению.

Моя одежда упала разорванными лоскутками на пол. Арравел просто распорол ее когтями.

Животное!

Настойчиво, буквально наказывая меня за непослушание и дерзость, Арравел давил своей аурой, пытаясь подчинить.

А я подчинялась с удовольствием. Мне нравилось быть в эту минуту ведомой.

Оплела его бедра ногами, ощутив, как возбуждение мужчины приникло к самому сокровенному.

— Не могу больше, — прохрипел Арравел, заполняя меня одним мощным толчком, подхватывая под ягодицы, вдавливаясь всем своим существом.

Глаза в глаза. Дыхание к дыханию. Движения, как греховный дикий танец.

Невозможно!

Стопроцентная капитуляция под натиском умелых ласк.

От яркости ощущений, я потерялась во времени и пространстве, совершенно забыв о том, кто я и где. Было нестерпимо хорошо до мушек в глазах.

Но все закончилось слишком быстро.

Последний рывок и вот по моим бедрам течет горячая, липкая масса, а из горла мужчины прорывается утробное довольное рычание.

Но Арравел не собирался меня покидать. Я и не возражала. Так фантастически чувствовать его в себе.

Поддерживая меня за бедра, зацеловывая каждый сантиметр кожи, он целенаправленно шел к кровати. Когда спины коснулось прохладное покрывало, я непроизвольно дернулась, но наверное, больше от очередного ненасытного толчка. Как-то слишком быстро Арравел пришел в готовность.

Кажется, наш ночной марафон продолжается, а я была не против.

Мысли — желе. Тело расслаблено, а наша бурлящая сила окружила нас неразрывным коконом. Магия короткими частыми, резкими молниями искрилась в комнате. И это было завораживающе. Энергии объединились, а теней словно стало больше. И сейчас я отчетливо видела, как тьма проходила через наши сплетенные тела. Жутко до остановки сердца и красиво настолько, что дух захватывало.

— Ты моя! — прошептал мне в губы Арравел, сплетаясь со мной не только языком, но и горячим дико сексуальным телом.

Ох, что же он творит?!

Арравел. Красный Яр.

Я готов был убить эту мерзавку. Как она посмела сбежать после всего, что между нами было?

И я идиот, проспал свою суженую. Но мне было так уютно и хорошо с Вивьен, что я расслабился и позволил себе уплыть в крепкий сон без сновидений. Я никогда так не отдыхал, как рядом со своей парой.

И она этим воспользовалась, упорхнув тихо и незаметно через окно.

Только бы добраться до Вивьен. Только бы с ней все было в порядке.

Я сидел в гостиной на первом этаже и раз за разом пытался пробиться по связи, но проклятая блокировка не пускала, не позволяла найти истинную.

Безумный страх за Ви и бешеная ярость мешали поиску. Я пытался взять под контроль эмоции, но ни демона не получалось. Вивьен пустила в бездну весь мой двухтысячелетний контроль.

Паладины еще час назад ушли порталами прочесывать городок, но я был уверен, девчонку они не найдут.

Я не знал, сколько прошло часов, но в очередной раз, получив от блока по морде, мысленно взмолился тьме, обращаясь к ней напрямую, умоляя найти свою женщину.

Сначала не поверил, что меня услышали, но когда часть тьмы по связи прошла по телу судорогой, я не раздумывая, этой тьмой разбил такой мощный блок. Без помощи сущностей Вивьен, которые меня приняли, у меня ничего бы не вышло. И я был безмерно благодарен им.

Невероятно!

Я радовался, как ребенок, настроившись на переход, используя все свои внутренние ресурсы.

Как же я был счастлив, что нашел ее целой и невредимой, а потом, не сдержавшись, просто набросился на эту нахалку, разделяя с ней свою страсть, любовь и саму жизнь.

И сейчас, лежа в постели, переплетаясь телами, я выводил узоры на спине девушки.

— Может, отпустишь? — прошептала Вивьен, наконец-то перестав «выкать». Ее уступка в этом плане давала надежду, что я иду в верном направлении.

— Чтобы ты снова удрала от меня? — нет уж, больше я не спущу с тебя глаз.

Паладины вернулись сразу, как я мысленно им дал знать, что пропажа нашлась и сейчас собирали вещи. Сегодня уйдем порталом на острова. Больше ни дня здесь не останемся. Хватит. Нагулялась.

— Арравел — это глупо, — фыркнула девушка.

— Что именно?

— Глупо держать меня на поводке, — ее тонкие пальчики кружили по волоскам на моей груди.

Я чуть не мурчал от удовольствия, а внутренний зверь млел от прикосновений своей пары.

А еще я наслаждался ее вязью. Еще ночью я обратил внимание, что наши рисунки изменили цвет на золотой. Связь полностью завершена. Вивьен стала окончательно моей, как только мы стали едины.

От девушки свой узор я старался прятать, иначе не отвертеться от вопросов, а к правде она пока точно не готова. Если утром я еще собирался ей сообщить о новом статусе, то после побега и дальнейшего разговора, прикусил язык. Я ей не нужен и это рвало сердце на части.

— Ты нужна мне, — пусть знает, что не безразлична мне. — Когда ты ушла, то словно часть меня оторвала и забрала.

— Ты бредишь? — хрипло рассмеялась она, рассматривая меня сверху вниз. Горячее тело было расплющено на мне. Я держал руками спину и ягодицы девушки, не позволяя Вивьен сдвинуться с места. Как же я мечтал об этом. Близость сводила с ума. — Посмотри на меня, — фыркнула моя пара с горечью в голосе. — Этим видом только пугать. Не нужно всех этих высокопарных слов. Я не жалею, что отдалась тебе, но на этом все, — Вивьен отстранилась и хмуро посмотрела на меня. И как ей доказать, что она прекрасна и что мне не важна внешность. Разве красота — главное? — Наша близость не серьезна. После всего пережитого нам нужно было снять стресс, — я ее прибью. Как она может так хладнокровно рассуждать о том, что наша связь не имеет значения? Поистине, я не понимаю эту женщину. Любая другая была бы счастлива провести ночь с дэмонийцем, так как мы великолепные любовники с таким-то опытом. Только моя пара такая упрямая и слепая, что нашу близость отнесла к целительскому процессу. И что мне делать? Как достучаться до этой ершистой женщины? — Не нужно приплетать сюда чувства. Это лишнее, — на последней фразе девушка скривилась, отстранилась и сползла по моему телу на вторую половину кровати.

Я не держал. Понимал, что сейчас все мои доводы воспримут в штыки и отмахнутся от них, как от назойливой мухи. Как же будет сложно доказать этой женщине ее значимость в моей жизни.

Вивьен скрылась в ванной комнате. Мне бы быть рядом, обнимать, ласкать намыленными ладонями такое желанное тело, но сцепив кулаки, устало поднялся с кровати, обмотал простыню вокруг бедер и пошел в соседнюю комнату принимать холодный душ. Мне нужно прояснить разум, чтобы выстроить определенную линию поведения с этой упрямицей. Легко не будет.

Когда я вернулся в комнату, девушка уже была одета и направлялась к двери.

— Мы сегодня же уходим порталом в Карнашил, — решил поставить перед фактом девушку.

— Хорошо, — как-то слишком быстро согласилась она, нахмурив бровки. — Видимо, действительно, ждать не имеет смысла. Но стоит ли идти в ночь?

— Ничего, — отмахнулся я. — Нам будет, где переночевать. — Тем более, сейчас вечер, а перемещение не займет много времени, — а дома только утро.

— Что мне нужно о вас знать?

— Не понял? — о чем она?

— Вы закрытая раса, — пояснила она, скривившись. — О вас ничего не известно. Не хотелось бы по незнанию обычаев и законов привлечь местную стражу порядка. Проблемы мне не нужны.

— Об этом можешь не переживать, — а она права. Нужно предоставить ей человека, чтобы помог изучить культуру и законы. Ей жить с моим народом. — Я все смогу решить, — на что девушка издевательски изогнула бровь. Как она может насмехаться надо мной?

— Такая большая шишка? — улыбнулась девушка, а я мысленно выругался. Как ей признаться, чтобы не получить по морде?

— Ладно, — вздохнул я. — Законы у всех схожие. Не убивать, если это не самозащита. Не воровать. Не устраивать перевороты в империи. За это смертная казнь, — девушка кивала, а иногда хмурилась.

— Ничего сложного, — проскрипела Вивьен. — Динаров мне хватит на первое время. Хотя, ты же говорил, что ваш император должен мне заплатить за уничтожение барьеров. Значит, закон мне нарушать не придется.

— Тебе вообще больше не придется ни о чем думать, — улыбнулся ей и попытался обнять, но девушка резко отшатнулась. — Я все расходы возьму на себя! — кто не мечтает о финансовом содержании?

Наши женщины с удовольствием принимают покровительство. Свою пару мы ждем веками, а лишать себя удовольствия плотских утех никто не готов. Да, и Вивьен моя истинная, жена. У нее будет много обязанностей, как императрицы. Но сейчас ведь речь о другом.

— Нет уж, спасибо, — холодно отрезала Вивьен, прожигая меня ледяным взглядом, в котором читалась брезгливость. — Я сама могу о себе позаботиться.

— Почему ты злишься? — я не понимал Вивьен. Как она может отмахиваться от помощи?

— Не думаю, что ваша культура мне подойдет, — дернула плечом девушка, вцепившись в клинки побелевшими пальцами. Вивьен в ярости. Я это видел, но не чувствовал. Она снова закрылась от меня. — Посмотрим, сможет ли Диего мне помочь, а после я уйду.

— Давай не будем принимать поспешных решений, — я не смог спрятать в голосе растерянность. — Я всего лишь предлагаю помощь.

— В обмен на постель? — ядовито процедила Вивьен.

— Если ты сама этого захочешь, — мне было сложно отказаться от близости, но если для ее приручения потребуется воздержание, я готов на это. — Никто не будет тебя заставлять или неволить. Ты свободна, — номинально да, но эта женщина принадлежит мне целиком и полностью, хоть и отрицает очевидное.

— Поэтому не нужно мне предлагать содержание, — прохрипела Вивьен. — Я сама в состоянии обеспечить себя всем необходимым.

— Ладно, — сдался я, но мы еще вернемся к этому разговору позже. — Пойдем вниз. Мои паладины уже заждались нас.

Глава 17

— Твои паладины? — я впервые о них слышала.

И как этот наглец мог предложить мне стать содержанкой? Я не продаю свое тело взамен на деньги и удобства. Меня возмутила его непосредственность, словно озвученное предложение — это норма, в порядке вещей у них. Гадость. Тьфу.

Арравел был первым у этого тела. Девочка была не тронута, а я не приверженица строгих нравов, но даже для меня это было слишком.

Хотя, теперь я больше, чем уверена, что у моего мужа была любовница, которую он содержал на мои деньги. Теперь я это понимала. Постоянные командировки, задержки на работе, обналичивание огромных сумм денег и частый запах чужих женских парфюмов на одежде. Переписки в телефоне с ошалелым и довольным видом, ночные разговоры в ванной и многие другие ничего не значащие действия на первый взгляд. Все это должно было натолкнуть меня на определенные мысли, но я была слепа в своей любви к этому предателю. И сейчас меня сравнили с той любовницей, что была у моего мужа. Я не она! Это меня взбесило. Мерзость. Словно в помоях вываляли.

— Особый императорский отряд, занимающийся самыми сложными, запутанными и опасными делами. Профессиональные убийцы и лучшие маги, выслеживающие самых опасных преступников и тварей, уничтожающие все последствия темной силы этих магов — отступников, — услышала ответ, вырвавший меня из неприятных мыслей. Арравел удивил. Я не предполагала, что он птица настолько высокого полета. Это типа лучшие из лучших? Только я могла так попасть. Что-то мне нехорошо.

— И позволь спросить тогда, — нахмурилась я. Если они не убили меня сразу, то значит, я нужна им. Да и снова «содержание» маячило в голове. Как-то все не вязалось. Хотя, паладинам тоже нужно отдыхать, а зачем им тратить время на поиски очередной женщины, если в доме ждет персональная шлю…, содержанка. — Что забыли паладины рядом со мной?

— Если я тебе отвечу, то ты не поверишь, — напряженно ответил он.

— И все-таки? — настаивала я на своем.

— Хочу, чтобы ты запомнила, что с нашей стороны тебе ничего не угрожает. Не ищи скрытый смысл там, где его нет, — ответил мужчина, обеспокоенно вглядываясь в меня. — Если я тебя чем-то оскорбил, то знай, что не хотел этого.

— То есть содержанки у вашей расы — это обычное явление? — скептически уточнила я.

— В этом нет ничего плохо, — ответил мужчина. — Мужчина всегда заботится о своей женщине.

— Но я не твоя! — абсурд какой-то.

— А жаль, — еле слышно пробормотал он. — Пойдем, нужно уходить.

Больше мы не стали мусолить больную для меня тему, а спустились вниз, где четверо паладинов прожигали меня недовольным взглядом.

— Арравел мы готовы, — проговорил Бригс, игнорируя меня.

Сумки, в том числе и мои, были у ног паладинов.

Все мужчины словно отдалились и это неприятно меня поразило. Оказывается, я к ним привыкла.

— Простите, — прохрипела я, оглядывая каждого дэмонийца. — Я не думала, что вы будете меня искать. Я не собиралась сбегать, но мне нужно было подумать.

— Подумала? — пренебрежительно выплюнул Валдер.

— Мы думали, что ты в опасности, — раздраженно бросил Оргюс. — От нас не скрыться, но тебе это удалось.

— Не знаю, что ты там надумала, — Аллер тоже не был рад моей выходке. — Но ты невольно стала членом нашей команды. Но видимо не мы для тебя.

Их слова меня ранили. Не думала, что я настолько для них значима.

— Однажды, твоя беспечность выйдет твоему мужу боком, — говоря это, Бригс смотрел исключительно на позади стоявшего Арравела. — Я рад за твоего мужчину, но очень сильно ему сочувствую. Ты, как ветер. Тебя не удержать, а он всегда пылью будет следовать за тобой.

— Какой муж? О чем ты? — я не понимала смысла его загадочной фразы.

— Ты эгоистична, — покачал головой Валдер, а у меня в глазах защипало. — И слепа.

— Хватит! — словно ощутив мои эмоции, Арравел гаркнул на друзей.

— Вы ничего обо мне не знаете, — я сдержала эмоции. Не время раскисать. В чем-то они правы, но я сама по себе. — Не вам меня судить и отчитывать. Я взрослый человек. И я никого не просила меня искать.

— Ви…

— Мы идем? — я резко развернулась и посмотрела на Арравела.

В его глазах я увидела обеспокоенность.

— Пойдем, — вздохнул он и, обняв за талию, повел на улицу.

Но едва мы оказались возле коней, как услышала нетерпеливое громкое ржание за воротами.

Защита не пускала посторонних, поэтому единственное, что оставалось гостю — это стучать копытами и злобно ржать, развивая на ветру крылья.

Она нашла меня!

Я вырвалась из объятий Арравела и пулей бросилась к своей любимице, не обращая внимания на ошеломленный взгляд мужчин.

— Стой! — заорал Арравел и попытался остановить, но я была быстрее, буквально влетая в Бурю. Меня тут же оплели крыльями и буквально зализали шершавым мокрым языком.

— Красавица моя! — зашептала я, утопая пальцами в мягкой гриве. — Нашла. Больше не отпущу, — в глазах защипало. Я больше не одна. Напряжение отпускало и даже дышать стало легче. — Как же я скучала.

— ДИКАЯ! — услышала позади ошарашенный возглас Арравела. — Ты приручила дикую!

— Сам ты дикий, — буркнула я, разворачиваясь к стоявшему столбом дэмонийцу. — Моя Буря самое лучшее существо этого мира. И именно ее я ждала.

— Как тебе удалось? — нас рассматривали, а Буря нервно фырчала, испуская из ноздрей дым, скаля клыки, готовая в любую минуту броситься на обидчиков.

— Тшшш, — успокаивающе погладила по морде любимицу. — Это друзья.

И пусть они меня отчитали за побег, но отмахнуться от того, что эти мужчины переживали за меня, не могла. Чужие люди переживать и беспокоиться не будут. Да и столько возиться с посторонним человеком, дэмонийцы тоже не стали бы.

Буре моих слов недостаточно и выводы она сделает позже. Умнейший пегас. Слишком много она пережила из-за людей. И заслужить доверие этого животного не так просто.

Но рычать перестала, продолжая обнимать меня крылом.

— Невероятная преданность! — восхищенно воскликнул Бригс. — У них неразрывная связь. Арравел это просто невозможно!

— Как видимо, возможно, — я не понимала их удивления. Разве у дэмонийцев не аналогичная связь?

— Как ты приручила дикую? — Оргюс с жадностью рассматривал Бурю, отчего моя любимица заметно нервничала.

— Никак, — пожала я плечами. — Она свободная, но предпочитает в данном промежутке времени быть рядом со мной. Если захочет уйти, я не стану неволить, — Буря недовольно уткнулась мордой мне в спину, совершенно не согласная с моим замечанием. Видимо, никуда она уходить не собиралась, чему я была рада. — И предупреждаю сразу, без нее я никуда не отправлюсь.

— Сил на телепорт хватит на всех, — улыбнулся Арравел, аккуратно вытаскивая меня из загребущих крыльев Бури. — И если все готовы, то не вижу смысла задерживаться здесь надолго.

Седла не было, но я знала, что Буря никогда меня не сбросит. Взлетев на спину своей любимицы, гордо поцокала во двор. Как же я скучала.

Пегасы дэмонийцев жадно задышали, едва мы оказались рядом. Вот только поведение Вихря вызвало недоумение. Он буквально зарычал на всех, вставая впереди нас с Бурей.

— Да чтоб мне сдохнуть! — выпалил Аллер. — Даже Вихрю повезло!

— Что происходит? — прохрипела я.

— Вихрь почуял в твоей Буре свою пару, — довольно ответил Арравел. — Так что твоя кобыла в полной безопасности под присмотром Вихря. Надо же? Неожиданно.

— Чего? — они совсем с ума сошли?

Я смотрела на распушившийся хвост Вихря, а Буря довольно урчала.

У них любовь что ли?

— Это будет интересно, — проговорил Арравел и вскочил в седло Вихря. — Дай мне свою руку, — попросил Арравел.

Протянула конечность и в ту же секунду в глазах потемнело, а на тело накатила жуткая слабость. Мы стояли на месте, не двигались, но чувство, что я сутками разгружала вагоны. Настолько мне было плохо.

Телепортация на большие расстояния явно не для меня.

— Больше никогда в жизни не перемещай меня, — еле ворочая языком, простонала я, распластавшись на Буре. Даже пегас лучше себя чувствовал, чем я.

— Вивьен, прости, что не предупредил, — виновато посмотрел на меня Арравел и перетянул мое обессиленное тело в свое седло. — Людям действительно сложно переносить телепортации. Я предположил, что твои тени смягчат перенос, но видимо ошибся.

— Экспериментатор недоделанный, — проворчала я, прикрывая глаза.

Голова кружилась, а тело совершенно отказывалось подчиняться.

У меня даже не было сил рассмотреть, куда мы прибыли.

— Потерпи, скоро пройдет, — пообещал Арравел.

Глава 18

Шумела листва, под ногами шуршал гравий, а воздух был настолько чистым и свежим, что я жадно вдыхала кислород. Если так легко и свободно дышалось в Карнашиле, то может мне стоит здесь задержаться?

В стороне услышала шум воды. Было до жути интересно, куда же мы попали.

Глаза открывала с трудом, но то, что предстало перед моими глазами, просто не укладывалось в голове.

Перед нами возвышался внушительный огромный белоснежный замок с высокими шпилями башен, завораживающий своим величием и размерами. Он переливался и искрился в лучах утреннего солнца, словно состоял из кристалликов льда.

Замок утопал в зелени, а по бокам, на заднем плане, падали водопады, вода которых низвергалась вниз, но ни реки, ни какого-либо водоема я не заметила. Как так? Куда уходит вода?

Стражники проходили по территории, но едва заметили нашу процессию, почтительно склонили головы. Мы медленно двигались в сторону замка.

Странная встреча.

— Ты же не хочешь сказать, что мы сразу в императорский замок заявились? — с дрожью в голосе, прошептала я, рассматривая стражников.

Мужчины были широкоплечими и высокими. Видно, что воины отлично следили за своим физическим состоянием.

— Это мой дом, — лениво ответил Арравел, расправив плечи. Даже осанка изменилась. Он стал, словно выше и величественнее, как сам дворец. И это изменение мне не понравилось.

Ярко светило солнце и на улице было по-весеннему тепло. Мы не просто на другом континенте, а на другом конце земли. В Красном Яру ведь близилась ночь. Так странно. Мы уходили вечером, но вышли из портала утром. Словно перемещение не только в расстояниях, но и во времени.

— Что ты мне еще не сказал? — прохрипела я, нахмурившись.

— Наверное, нужно было в другую резиденцию открывать портал, — растерянно ответил Арравел, окинув меня виноватым взглядом.

Я сползла с Вихря и, подойдя к Буре, оперлась об нее спиной. Пегас нервничала, как и я.

— Нужно было раньше сказать, — дэмонийцы переводили настороженные взгляды с меня на Арравела.

— Что здесь происходит? — шестеренки крутились в моей голове очень активно. И то, что подавал разум, мне не нравилось.

— Ви пойдем в замок, — попросил Арравел. — Отдохнем и после поговорим. Мне сейчас нужно решить некоторые дела.

— Тебе?

— Меня слишком долго не было, — кивнул мужчина, меняясь на глазах.

Я больше не видела того уютного и доброго мужчины. В глазах стояла решимость, а в голосе прорезались властные нотки. Даже дэмонийцы уловили смену настроения Арравела и отступили на шаг. Аура власти, исходившая от Арравела, буквально заставляла пасть ниц перед ним. Но мы стояли. Дэмонийцы лишь опустили головы.

Тени уверенно держали меня на ногах, не позволяя прогнуться под силой Арравела.

— Я…

— Тебе выделят покои и подберут подходящий наряд, — он словно не слышал меня. — За ужином я представлю тебя семье. Надеюсь на твое благоразумие. Чудить не советую.

— Ар ты перегибаешь, — покачал головой Бригс. — Девочка на нервах.

— Чем быстрее она примет реальность, тем легче будет для всех нас.

— Мой император, — обратился к нам подошедший стражник, подобострастно поклонившись. — Рады вашему возвращению! Мы очень вас ждали.

— Император? — да быть того не может! Ну, какой Арравел император. — Это шутка?

Стражник бросил в мою сторону неприязненный взгляд, но ничего не сказал.

— Ви прости, но мы поговорим позже, — Арравел бесцеремонно обнял меня, поцеловал в макушку и просто ушел вслед за стражником, оставив растерянную меня на попечение паладинов.

Он меня просто бросил? Ничего не сказал, притащил в свой замок и отмахнулся, как от надоедливого навязчивого насекомого? Да если бы я знала, кто ОН, никогда бы с ним не связалась, а тем более, не согласилась на перемещение в Карнашил.

— Почему вы молчали? — раздражение в голосе я скрыть не смогла. Я была в бешенстве от наглого вранья.

Дэмонийцы не чувствовали за собой вины.

— Он наш повелитель, — лениво ответил Оргюс. — Не нам обсуждать его решения.

— Почему ваш император разгуливает по чужим империям и никто об этом не знает? — а еще этот император несколько раз переспал со мной. И осознание обмана, ядом сжигало кровь в венах. — Почему ваш император рискует собой? — Арравел совсем безголовый, раз полез за барьер?

И вот теперь мне стало по-настоящему дурно. Вспомнила, как я оскорбительно отзывалась о старике-императоре. Меня вздернут на виселице.

— Арравел сам даст ответы, — Аллер взял меня за плечо, подталкивая в противоположную сторону от той, куда ушел император.

— Зачем вы так настаивали на моем здесь пребывании?

— Вивьен нам запрещено, что-либо тебе говорить, — Бригс скривился.

— Ладно, — истерику я всегда закатить успею, а вот узнать истинную причину своего здесь пребывания необходимо. Значит, нужен обещанный разговор. И сомневаюсь, что причина в помощи мне. Здесь точно, что-то другое.

Нужно отдохнуть, прежде чем принимать кардинальные решения. Я сама согласилась на перемещение. Давать заднюю, не в моих принципах. За каждое принятое решение нужно нести ответственность.

Все взрослые люди, но я ненавижу обман. А Арравел меня обманывал все это время. Гадко. Новый мир, но грабли старые.

— Диего — императорский целитель? — уточнила я. Мало ли, что еще они не договорили и скрыли.

— Лучший в империи, — подтвердил мои догадки Оргюс. — Тебе не грозит здесь опасность. Не волнуйся. Ты свободна в своих передвижениях.

— Пойдем, определим в подготовленные для тебя покои, — улыбнулся Аллер.

Хотелось топнуть ножкой и потребовать ответы немедленно, но это не в моем характере. Все вопросы и проблемы я решала только на холодную голову.

Замок в моем понимании был таким огромным общежитием с толпой народу, но на удивление я ошиблась.

Холл с высокими резными колоннами и наполированным темно-коричневым полом. Расписные фрески на потолке рассказывали свою загадочную историю. И больше ничего. Было пусто и словно не дом императора, а музей. Слишком вычурно и броско. Неуютно.

Переключив зрение на магическое, чуть не споткнулась. Яркие, переплетенные между собой линии, резали глаз. Столько защиты было вбухано, что тени жадно облизнулись. Одернула их. Нельзя. Не думаю, что нас погладят по головке, если мы сожрем дэмонийскую магию.

Широкие коридоры и встреченные по пути слуги, разбавляли пустоту дворца.

Чем дальше мы продвигались, тем больше дэмонийцев встречалось нам по пути. Мужчины останавливались и перебрасывались незначительными фразами с паладинами. Но все внимание было уделено мне. Они жадно принюхивались, а после шокировано отступали, быстро прощаясь. Что это с ними? Меня из-под плаща не рассмотреть. Что их так насторожило и напугало?

Красота ослепляла. Что мужчины, что женщины — все выглядели так, словно сошли с обложек журнала.

Женщины в легких длинных открытых платьях буквально парили по дворцу. Словно нимфы.

На мужчинах строгие костюмы, будто они на бал собрались. И только стражники и прислуга были одеты в форму.

А вот и мебель начала появляться. Видимо, мы двигались в сторону жилого крыла. Здесь было уютно.

Арочные проемы позволяли рассматривать убранство комнат с коврами и низкими диванчиками. Скорее всего — это зоны отдыха. Здесь находились девушки. Они тихо говорили, смеясь, попивая напитки и поедая фрукты. Голоса завораживали. Словно сирены почтили своим присутствием. Как можно издавать из горла настолько нежные, переливчатые звуки?

— Это женское крыло, — объяснил Аллер.

По дороге остальные паладины потерялись. Упустила из вида, когда мы с Аллером остались одни.

Хотя нет, вон за спиной шагает огромный стражник.

— Гарем, что ли? — усмехнулась я.

Конечно, у Арравела женский зверинец имелся. Тут даже сомневаться не приходилось. Когда властьимущие отказывались от дармовой красоты в постели? И я тоже оказалась в числе гаремной подстилки. Если бы я только знала, кто он, то не поддалась бы безумному влечению. Хотя, кого я обманываю? От Арравела невозможно отказаться.

— С ума сошла? — рыкнул недовольно Аллер. — Здесь отдыхают жены и дочери, проживающих во дворце подданных Арравела.

— Ясно, — значит, с общежитием я не ошиблась.

— Нам на противоположную половину нужно, — пояснил Аллер. — Просто сейчас мы сокращаем путь.

А вот противоположная половина выглядела несколько иначе. Словно из замка я попала домой, который с любовью обустраивала мама. Настолько сильным был контраст обстановки.

Мне нравилось увиденное.

В небольшом дворике бил фонтан. Лавочки возле него, а также небольшие беседки, манили к себе магнитом. Даже качели увидела.

— Потом погуляешь тут, — улыбнулся Аллер. — Нужно привести тебя в порядок и дать время на отдых.

Усталость после перехода не проходила, поэтому не стала спорить.

Очередные коридоры уже не радовали, но они не были настолько длинными, холодными и вычурными.

Стены выкрашены в бежевый цвет с вплетением золотистых нитей, что уже радовало. Небольшие ниши с вазонами живых цветов, периодически встречались на протяжении всего нашего короткого пути. Все зелено и приятно пахнущее.

Мы прошли несколько жилых комнат, прежде чем меня впихнули в спальню.

— Ого! — изумленно выдохнула я, рассматривая убранство предоставленной комнаты.

Это даже лучше чем номер люкс в дорогих отелях моего мира. Словно императорские покои. Другое определение просто не приходило в голову.

— Нравится? — довольно улыбнулся Аллер.

— Нравится, но зачем мне столько места? — изумленно выдохнула я.

Стены выложены голубыми плитами с теми же золотистыми прожилками. Глубокий переливающийся цвет стен, напоминал мрамор. А может это он и есть? Не знаю. Я не сильно разбиралась в камнях и минералах.

Но и это еще не все. Словно неброский взмах кисти художника, украшал перламутровыми вензелями стены.

В стены были вмурованы черные подсвечники в виде голов волков. Их пасти держали светящиеся магические шары. Сейчас утро и этот свет был приглушен.

Одна стена представляла собой огромное панорамное окно. И так как мы находились в одной из высоких башен, то вид из окна открывался потрясающий.

Внизу зеленела долина, а чуть дальше, раскинулся роскошный водопад. Вода также переливалась на солнце всеми оттенками лазурного и падала в реку. Теперь это виделось отчетливо.

Если сместить взгляд в сторону, то можно увидеть потрясающий лес с огромными кронами деревьев.

Боковое крыло замка уходило в этот лес и что там скрывалось, увидеть не представлялось возможным.

Красиво!

Хотела все-таки уточнить у Аллера, верно ли меня определили в данные покои? Но не заметила, как осталась одна.

Ни Аллера, ни того молчаливого сопровождающего, не было. Массивная дверь из белого дерева оказалась закрытой.

Света в комнате было слишком много, поэтому я задернула черную портьеру с очередной золотистой нитью, наполовину прикрыв панорамное окно.

Из такой же ткани был массивный балдахин над огромной кроватью с резной спинкой из мореного дерева. Спальное место занимало практически одну треть комнаты. Человек пять крупной комплекции точно бы в ней уместились. Можно заблудиться на этой кровати.

Большое напольное зеркало в полный, точно дэмонийский рост в резной раме из того же мореного дерева, что и кровать, отражало растерянную меня.

Нахмурилась. Зачем для меня одной столько места?

Массивный стол и стул из одной линии, что и рама в зеркале, стояли в противоположном углу от кровати.

Ящички стола были закрыты не только на ключ, но и магией. Вся комната была — одна сплошная сеть из магических переплетений. Защита покоев колоссальная.

Кресло-качалка из того же дерева с высокой спинкой и мягким сиденьем, стояло недалеко от зеркала. Хотелось в него тут же упасть и не двигаться, забыть о проблемах и внешнем мире, но что-то меня тревожило во всем этом.

Было не по себе от комнаты. Словно я в клетку попала.

Тряхнула головой, сбрасывая тревожные мысли. Да и тени молчали.

Толкнула еще одну дверь.

Гардеробная? Не было в этом никаких сомнений. Женские платья разной расцветки буквально пестрили на вешалках. Много золотого и черного.

Пальчиками прошлась по изумительно красивым платьям из нежнейших тканей. Я любила красивую элегантную одежду. В прошлой жизни мой гардероб уступал по размерам этому, но я всегда выглядела отлично и со вкусом.

Но в Архароне все изменилось. Я чудовище и такие красивые наряды не для меня. Выставлять напоказ свое уродство на потеху публике, даже не думала.

То, что вещи были новыми, даже не сомневалась и то, что гардероб приготовили для меня, не было сомнений.

Когда только успели? Зачем?

Хотя, Арравел же император. Тут все по щелчку пальцев делается.

С сожалением закрыв за спиной дверь гардеробной, открыла еще одну.

Ванная. Вернее — это больше купальня с небольшим бассейном.

Белый мраморный пол и стены уже с черными вензелями не напрягали.

Слишком все уютно и изысканно.

Сглотнула. К горлу, гадкими щупальцами, подбиралась жалость к себе. Я всего была лишена.

Резко захлопнула дверь, часто моргая. Нельзя раскисать, как кисейная барышня. Не в моем характере лить слезы, но все это, словно из другой реальности.

Рядом с ванной обнаружилась еще одна дверь.

Даже уборная сделана по-королевски. Только золотого унитаза не хватало.

— Леди, — услышала со стороны входа, женский голос.

Резко обернулась, рассматривая высокого роста, симпатичную, черноволосую девушку в униформе.

— Вы кто? — резко прохрипела я.

— Я ваша личная горничная, — ровным голосом ответила девушка, рассматривая меня. Надо же, какая выдержка? Даже не испугалась. — Меня зовут Фрэя.

Значит, служанка? Нахмурилась. Нет, услугами прислуги я пользовалась в прошлой жизни, но зачем мне служанка здесь?

— Кто вас прислал? — я не двигалась, но тени были настороже и исподтишка сканировали служанку.

Девушка была сильной магиней. Хотя среди дэмонийцев, слабых не было. Но зачем мне магически одаренная служанка? В ней сила хлещет через край. Или я что-то не понимаю, или горничная липовая.

Даже то, как она стояла, вызывало подозрение. Боевая стойка, профессиональный взгляд, который за секунду просканировал комнату на наличие только известных ей вещей. В любой момент она может атаковать. Но теням не страшны маги этого мира.

— Лерой Аллер распорядился, — ответила Фрэя, нервно сжимая подол передника. Вернее «нервно» — это скорее для меня. Теперь я точно уверена, что Фрэя очень липовая служанка.

— Что входит в ваши обязанности? — язвительно спросила я, изогнув вопросительно бровь.

— Обращайтесь ко мне на «ты», — попросила девушка, на что я лишь хмыкнула, промолчав.

Фрэя начала перечислять обычный перечень услуг. Ничего нового, но вот каждое произнесенное слово, она выдавливала через силу. Явно, ей совершенно не нравилось быть моей «горничной».

— Лерой Аллер распорядился вам помочь освоиться, — завершила она свою пламенную речь.

Ладно, «поверю». В любом случае, она не сможет причинить мне вред. Тени не позволят, а еще выпьют лже-служанку. Я даже сдерживать их не стану. Ненавижу ложь. Нужно спросить у Аллера, зачем на самом деле мне дали эту девицу.

— Помогайте, — великодушно разрешила я, насмехаясь над «служанкой». Фрэя почти незаметно скрипнула зубами, но предложила освежиться, а после поесть.

Я и в своем мире не «тыкала» обслуживающему персоналу. Фамильярное отношение позволяла себе только с близкими людьми. Таковыми в этом мире стали для меня дэмонийцы.

В бассейне я пробыла чуть более часа. Удивительно, но вода не остывала. Я расслабленно откинулась на бортик удобной ванны-бассейна, прикрыв глаза. Не заметила, как уснула. Все-таки смена часовых поясов для меня и в прошлой жизни была слишком утомительной. А если взять в расчет, что из Вайкароса мы ушли вечером, то естественно моему организму нужен был сон и отдых.

Фрэя не беспокоила. И это тоже было странным. А если я тут утонула?

Сколько не лежи, а нужно выползать.

Обернувшись в полотенце, прошла в комнату, где на кровати лежала одежда из гардеробной.

— Что это? — вопросительно посмотрела на Фрэю.

— Платье, — как само собой разумеющееся, ответила лже-служанка.

— Вы считаете, что мне это можно надеть? — ехидно прохрипела я, показывая девушке незакрытые участки кожи.

— Мой император распорядился, чтобы у вас было все самое лучшее, — неуверенно ответила Фрэя, нахмурившись. Видимо, начало доходить, что не просто так я ношу плащ.

— Где мои вещи? — не собиралась щеголять своими шрамами по замку.

А Император, тот еще шутник. Неужели он хотел меня опозорить, выставить на посмешище, вырядив в то, что висело на вешалках?

— Я попытаюсь узнать, — кивнула Фрэя, открывая передо мной дверь. — В гостиной накрыт обед, а пока наденьте халат, — мне протянули длинную шелковую вещь черного цвета.

— Благодарю, — кивнула сообразительной девушке, беря в руки халат.

Кажется, служанка может не только исполнять приказы, а еще думать своей головой.

— С гардеробом можно будет решить вопрос, — уже у выхода проговорила Фрэя. — Императорский портной очень талантлив.

— Где мне найти Аллера? — все-таки нужно узнать, что за девицу мне подсунули.

— Он отправился в свое поместье, — ответила девушка, а я нахмурилась. — Насколько мне известно, то к вечеру обещал вернуться.

— Ладно, — махнула рукой, отпуская девушку.

Сбросив мокрое полотенце, облачилась в нежнейшую ткань.

В гостиной, где был сервирован обед, удобно умостилась на подушки.

Низкий столик был заставлен всевозможными яствами.

Через час, когда я уже и не чаялась дождаться нерасторопную служанку, дверь открылась, впуская в гостиную девушку.

— Ваши вещи уничтожили, — совсем нерадостно известила меня Фрэя. — Вот все, что осталось, — мне протянули сумку, в которой я увидела те небольшие сбережения, что успела накопить за год. Хоть не обворовали. — Посмотрите, что взамен удалось достать.

Одежда была из тончайшей ткани, но она скрывала каждый участок кожи.

Темно-синяя юбка-брюки идеально скрывали шрамы на ногах. Белоснежная рубашка с длинными рукавами и с воротником стойкой, прятали шрамы даже на шее. Жакет в пару тонов светлее юбки-брюк, был расшит изумительной вышивкой с неизменной золотистой нитью. Нижнее белье я практически не ощутила на теле, настолько нежным оно было.

На ногах мягкие балетки, а на руках перчатки белого цвета.

— И вот еще, — мне в руки упала ажурная вуаль золотистого цвета. — Платок крепится магией и никто, кроме вас, не сможет сорвать. Даже ветер не приоткроет лицо. Позволите? — я заторможено кивнула.

От девушки шло удивительное тепло и участие.

Когда я была одета, Фрэя подтолкнула меня к зеркалу.

— Вы невероятно хороши и загадочны, — искренне улыбнулась девушка.

А я с жадностью рассматривала свое отражение. Я была намного ниже и меньше Фрэи, но какая-то очаровательность и хрупкость притягивали взгляд. И эта вуаль — она действительно скрывала все шрамы на лице. Лоб был открытым, но каким-то чудом, вуаль просто отвлекала от него взгляд. Я точно была загадочной. Магия была вкусной, но тени не трогали.

— Фрэя я бы даже лучше придумать не смогла. Спасибо, — искренне поблагодарила я. Девушка лишь кивнула, довольная результатом.

— Вы готовы познакомиться с замком?

— Сначала я бы хотела навестить своего коня, — «пегасами» я называла этих крылатых созданий только в своей голове.

— Конечно, — кивнула девушка. — Императорские конюшни — самые лучшие в Карне.

Наш путь проходил, как раз через тот лес-парк, что был виден из окна моей комнаты.

Пастбища располагались возле реки в стороне водопада.

Территория была просто огромной, но из-за леса не было видно, что скрывается за ним.

Огромные стойла, загоны с разными видами лошадей привлекали взгляд. Но больше привлекал Вихрь, обхаживающий со всех сторон мою строптивицу.

— Буря, — еле слышно позвала я любимицу, но меня услышали и со всех ног бросились встречать свою хозяйку.

— Невероятная преданность, — восхищенно воскликнула Фрэя, но руки свои не тянула. А я довольная от встречи, зарылась пальцами в мягкую гриву.

— Тебя не обижают? — так же тихо просипела я, но Буря лишь фыркнула и передала эмоции удовольствия и спокойствия. Ей нравилось быть здесь. И нравилось внимание императорского пегаса.

Послышалось нетерпеливое ржание Вихря. Он был рядом и с настороженностью следил за Бурей, но ей видимо плевать на настроение Вихря, она довольно ластилась ко мне.

Кажется, мне начинает здесь нравиться.

Арравел. Императорский замок.

— Сын ты вернулся вовремя, — я сидел в своем кабинете, напротив обеспокоенного отца и задумчиво барабанил пальцами по массивному столу из красного дерева.

Мама была рядом, буквально вцепившись в ладонь бывшего императора. Она нервничала.

— Меня не было пару месяцев, — нахмурился я, обдумывая очень плохие новости. — Почему барьер так расширился?

Да, в каждой империи были созданы барьеры, которые служили тюрьмой для тварей. Карнашил не стал исключением. Киранос и Вайкарос теперь избавлен от этой напасти. Но самая огромная тюрьма для тварей, была именно на островах.

— Мой император, — обратился ко мне начальник тайной канцелярии Крианис. — К сожалению, барьер истончается и вся магия, что в него влита, просто растворяется. Паладины дежурят там днем и ночью. Было уже несколько крупных прорывов. Твари, словно обезумели. Мы не можем найти причину и объяснения, почему замкнутая магия, что мы все вливали в барьеры, сейчас дала сбой. Если у нас такая проблема, то и на материке происходит тоже самое. И скоро полчища тварей просто хлынут в мир.

Скривился, вспоминая расширившиеся границы барьера в Вайкаросе. Тогда я тоже задался вопросом, почему? Но магия барьеров не потревожена. А то, что твари пойдут убивать, едва падет защита, не сомневался.

— Я считаю, магия сама по себе не могла истончиться, — протянул отец.

— Лерой Дрейкус, но нужно быть полным безумцем, чтобы решиться на такое, — и я с Крианисом был согласен. Слишком много жизней было погублено в той кровожадной войне с тварями. — Кому это выгодно? Последние двести лет мы пытаемся удерживать баланс, но если барьеры падут, то мир погрузится в хаос. Кому нужен уничтоженный Архарон? Это безумие.

Как же все не вовремя. Я рассчитывал заняться своей женой. Я остро ощутил негодование, раздражение и неприязнь Вивьен, когда она узнала, кто я. Мне нужно все ей объяснить, почему скрыл, но теперь на это просто нет времени. Все планы пошли демону под хвост. И если кто-то причастен к истощению магии, то я самолично разорву эту тварь.

— Отец, мама присмотрите за замком и моей гостьей Вивьен, — попросил я родителей, на что все присутствующие вопросительно посмотрели на меня.

— Ферги, кто она? — мама словно почувствовав наживку, буквально впилась в меня взглядом.

— Крианис, готовь отряд, мы немедленно выступаем, — друг намек понял, кивнул и поспешил оставить меня наедине с родителями.

Жаль, ужин придется отложить. А ведь я хотел ее представить, как свою женщину.

— Не тяни, — нетерпеливо проговорила мама.

— Мам, — протянул я. — Я позже вам все объясню, но девушка должна почувствовать себя уютно и комфортно в нашем замке. Она очень важна для меня.

— Притащил очередную любовницу? — понятливо заулыбался отец. — А, что с Даяной? Ты уже успел ей сообщить, что она больше не твоя любимая наложница?

Проклятье! Даяна! Как я мог забыть про нее? Ведь более десяти лет у меня с ней отношения. Но стоило оказаться рядом с Вивьен, как у меня напрочь отшибло мозги.

— Даяне я тоже потом все объясню, — скривился я. Мой промах. Сейчас нет времени выяснять отношения уже с бывшей любовницей, хоть она об этом еще не знает. — Не подпускайте ее к Вивьен, — лишь попросил я.

Я беспокоился не только о жене, но и о вспыльчивой Даяне. Не хотелось лишних разбирательств и женских слез. Ее темперамент меня устраивал в постели. Возможно, поэтому я слишком надолго увяз в этих отношениях?

Да и ничего Даяна не сможет сделать Вивьен. Фрэя не позволит. Эта сильная магиня целое столетие работает в моей тайной службе. У нее ни разу не было провала. И сейчас Фрэя изображает личную служанку моей жены. Это только в плюс. Никто не поймет, что у моей жены телохранительница.

— Чувствую, будет весело, — ухмыльнулась мама. — Но я на твоей стороне. И скажу откровенно, мне никогда не нравилась Даяна. Слишком много на себя брала, словно у нее на голове императорский венец.

— Мне пора, — я поднялся из-за стола, подошел к родителям и крепко их обнял.

— Ай-я-яй, — цокнул со стороны входа знакомый ехидный голос. — Не успел вернуться, а уже сбегаешь.

— Бестиара, — я бросил в Оракула напряженный взгляд. — Не слишком ли ты часто спускаешься к нам?

— Не хами, — фыркнула она. — Дрейк и Алесс тебя не так воспитывали.

— Бести, — усмехнулся папа. — Ты, как всегда великолепна!

— Ой, не льсти мне, — отмахнулась древнее, как сам мир существо. И плевать, что внешность молоденькой девицы, но взгляд настолько стар и мудр, что никто не берется предположить, сколько же ей на самом деле лет. — Для тебя существует только Алесс.

И это правда. При появлении нашей пары, другие женщины просто перестают существовать.

— А если серьезно, то Фергюс прав. Ты ведь не любишь лишний раз показываться в замке, — проговорил отец. — При моем правлении ты нас не баловала своими визитами.

— Твое правление было самым спокойным. Мое присутствие было лишним, — фыркнула Бестиара. — А вот твоему сыну нужно привести Архарон в порядок и окончательно восстановить равновесие. Слишком мало времени осталось.

— О чем ты? — а вот про это Оракул упоминала впервые.

— Времени больше нет, но один ты не справишься, — Бестиара смотрела на меня своими мудрыми глазами. От ее взгляда кровь стыла в жилах. — Ты нашел то, что искал и в этом спасение нашего мира.

— Нет, — резко бросил я, догадавшись, о ком она говорит. — Исключено, — слишком опасные и непредсказуемые твари за барьерами. Хватит. Я больше не намерен рисковать своей парой. Сам справлюсь. Отдам барьеру магии столько, сколько смогу, но Вивьен не буду втягивать во все это. Ей и так досталось.

— О чем говорит Бестиара, сын? — спросил отец.

— Сколько не оттягивай, но каждый окажется на своих местах в нужное время и в нужный час, — Оракул смотрела на меня насмешливо, не мигая.

— Я не позволю, — прорычал я, теряя терпение.

— От тебя уже ничего не зависит, но если послушаешь меня, то отделаешься меньшей кровью, — иногда я ее ненавижу.

— Я не изменю своего решения, — упрямо процедил я.

Не для того я заманивал в свою империю истинную, чтобы бросать ее в пасть к тварям.

— Ты, как был упрямым глупцом, так им и остался! — в сердцах выпалила Оракул. Никакого почтения перед своим императором. Иногда хотелось придушить Оракула за дерзость. — Потом не говори, что я не предупреждала, — произнеся последнюю вспыльчивую речь, Бестиара буквально вылетела из кабинета, оставляя за спиной, ошеломленных родителей и злого меня.

— Ферги, о чем говорила Оракул? — хмуро спросила мама.

— Мама я не могу сделать так, как требует Бестиара, — простонал я. — Это выше моих сил.

— На кону стоит благополучие мира, — неодобрительно покачал головой папа. — Ты император и не вправе действовать в личных интересах. Если есть решение нашей проблемы, то его нужно использовать.

— Отец, ты бы отправил маму на верную смерть? — в лоб задал я вопрос.

— С ума сошел! — воскликнул раздраженно папа, вскакивая с дивана. — Я лучше сам сдохну.

— А во имя империи и нашего мира? — продолжал я добивать отца.

— Это даже не смешно, — зло выплюнул бывший император.

— Не просите от меня большего, чем я смогу дать, — я эгоист и пусть весь мир погибнет, но свою пару я не отдам на растерзание тварям. Видимо, я никчемный император, ибо личные интересы я ставлю превыше долга.

Я телепортировался в свои покои, меняя одежду на походную.

Хотелось открыть смежную дверь и удостовериться, что с моей женой все хорошо, но взяв себя в руки, телепортировался к Вихрю, где меня ждал отряд паладинов. Стоит мне увидеть Вивьен, как я просто не смогу оторваться от нее. Я слишком слаб перед ней.

— Ты один? — изумлению Бригса не было предела.

Здесь была не только моя пятерка, но и другие отряды, а также отец. Я был ему благодарен за помощь и поддержку.

Диего я брать не стал. Он должен помочь моей жене.

— А кого ты еще хотел видеть? — холодно поинтересовался я, прожигая свою пятерку предупреждающим взглядом.

— Мы думали, что…

— Мы справимся сами, — отмахнулся я, разрывая границы расстояний, влетая в телепорт.

Барьер выглядел ужасно. Он действительно истончился. Сейчас мы могли наблюдать, как с бешенством на него кидаются огромные монстры.

Как долго продержится защитный купол, никто не мог представить, но у нас много магии. Будем поддерживать его до последнего. Соваться внутрь — это самоубийство, поэтому мы жгли огнем тех, кто был близко к границе. Наш огонь без проблем проникал сквозь барьер и сжигал тварей на месте.

Но я понимал, что всех монстров не уничтожить, поэтому нужно было принимать кардинальное решение.

Бестиара. Горная гряда.

— Глупый мальчишка! — раздраженно шипела я, несясь по коридорам своего огромного дома в горах.

Я знала, что мой визит бесполезен, но все еще надеялась, что смогу переубедить Фергюсара.

Почему он никогда меня не слушает? Насколько легче было с Дрейком, настолько сложнее стало с Фергюсаром.

Честно, я устала от своей жизни. Столько тысячелетий одиночества, казалось, очерствили мою душу, но мое время еще не наступило. Я не могла уйти за грань и бросить Архарон. Мои пророчества не раз буквально вырывали мир из лап полного уничтожения. Но я устала от всего этого. Я хочу покоя. Я хочу к своему истинному, но он в другом мире. Мы будем с ним вместе, но еще не скоро. И это ожидание разъедало мою душу.

Я все должна сделать правильно и уйти к своему суженому, когда придет время. Когда я спокойно смогу оставить Архарон на свою преемницу. Ее рождение уже близко. Именно моя преемница будет поддерживать равновесие Архарона. Она будет видеть и предотвращать гибель мира. А Архарон, как вулкан. Он то затихает, засыпает на некоторые тысячелетия, то просыпается и пытается уничтожить все на своем пути. Но девочка справится. Она будет сильной, мудрой и достойной дэмонийкой.

Но сейчас нужно торопиться.

Фергюсар уже нарушил баланс, не взяв к барьеру, девушку с душой из другого мира. Светлая душа, но слишком через много предательства и боли она прошла. Ее душа исцелится, но это будет позже.

Конечно, можно было заявиться к девушке и объяснить все, но я не имела права так открыто вмешиваться. Последствия могут быть ужасными. Я могу видеть будущее, подсказывать, как сделать правильно и обходиться малыми жертвами. Но никогда не вмешиваться напрямую. Девушка должна сама сделать выбор. Без подсказок. Ее должен был привлечь император. Тогда было бы все хорошо. Теперь же будущее размыто. Я не видела полной картины. Фергюсар своим отказом нарушил баланс.

Девушка уже показала себя. Я видела, что она наше спасение, но упрямый собственник просто не хотел делиться способностями своей жены. Ей ничего бы не угрожало, кроме утомления и пары ранений, если бы все сделали, как сказала я. Теперь же нужна дополнительная помощь.

Он не любил, когда я плела его сны, но Марбас всегда был послушным. Он как никто другой знал, насколько важны мои видения.

Нужно дождаться глубокой ночи, чтобы мое послание дошло.

Будет сложно и надеюсь, что еще можно, что-то исправить. Одно неверно принятое решение Фергюсара и будущее неоднозначное.

Упрямый собственник!

Глава 19

Я в этом замке уже больше недели. И жизнь меня в нем не особо радовала.

В замке было странное напряжение. Сгущались тучи, а Фрэя все больше была хмурой и озадаченной. Ее что-то тревожило, но сколько бы я не пыталась узнать, в ответ получала лишь заверения, что все хорошо.

Это бесило.

А еще раздражало то, что Арравел исчез из замка в первый же день, как притащил меня сюда. Он просто меня бросил, не предоставив ни объяснений, ни ответов. Никого из знакомых не было. Я осталась совершенно одна в этих огромных и чужих коридорах.

— Так и знала, что найду тебя здесь, — услышала за спиной красивый, мелодичный голос Алессандры.

С этой удивительно приветливой женщиной я познакомилась в первый вечер, когда гуляла по оранжерее.

Оранжерея представляла собой шикарные цветущие джунгли. Столько разновидностей флоры я нигде больше не встречала. Для меня — это маленький мир спокойствия и умиротворения.

Высокая, статная и невероятно красивая брюнетка Алессандра притягивала взгляды окружающих. Я не ощущала от нее угрозы, лишь любопытство. Алессандра располагала к себе своим очарованием и открытостью, что для этого мира было редкостью.

Алессандре я могла дать не больше тридцати лет, но почему-то уверена, ей гораздо больше. В глазах слишком много мудрости и опыта прожитых лет. Но каким-то образом, женщина все чаще попадалась на глаза и вела непринужденные беседы, рассказывая, как хорошо в Карне и, что император очень грамотный и умелый правитель.

Ненавязчиво Алессандра рассказывала об истории островов, культуре и законах. Она словно, готовила меня к жизни в этом месте. И это было очень странным. Я ведь не собиралась здесь задерживаться. Дождусь результатов исследований Диего и сразу же уйду. Не могу же я быть любовницей императора, тем более, когда его невеста под боком. Кто же знал, что этот кобель, любитель женщин, будет изменять своей красавице-невесте. И пусть характер у невесты дрянной, но от этого она не перестала ею быть.

Даяна.

Мне она не понравилась с первого взгляда. Надменная, высокомерная, тщеславная дэмонийка, бесцеремонно заявившаяся ко мне в комнату буквально ночью. И если бы не Фрэя, которая вовремя убежала за помощью, то думаю, мои тени с радостью бы сожрали эту невоспитанную ревнивицу.

— Ты человеческая грязная подстилка, — брезгливо выплюнула она с презрением во взгляде, рассматривая соперницу.

Я вернулась слишком поздно из оранжереи. Надолго засиделись с Алессандрой и за приятными разговорами, не заметила, как пролетело время.

Я готовилась поужинать, принять расслабляющую ванну и лечь спать, но ничего этого я сделать не успела.

Эта фурия плевалась ядовитыми оскорблениями.

— То, что ты заняла императорские покои, еще ничего не значит, — продолжала брюзжать брюнетка, выпуская когти, подходя все ближе и ближе. Ее глаза метали молнии от ярости.

Чего? В смысле императорские покои? Не хочет же она сказать, что меня поселили в комнате Арравела? Но это точно не могло быть. Да просто потому, что здесь не было мужских вещей. Да, интерьер точно мужской, но я ни разу не наткнулась на вещи Арравела. Хотя обстановка действительно не простая. Слишком изысканно и дорого.

Зачем такая многоходовка Арравелу? Глупость какая! Но узнав немного характер мужчины и его постоянное увиливание от ответов, понимала, Арравел действительно вполне мог предоставить свою комнату. Он слишком непредсказуем, а порой нелогичен.

Так нагло и дерзко заселить любовницу к себе в спальню на глазах невесты, было верхом глупости с его стороны.

А меня в очередной раз вываляли в грязи. Что за судьба у меня такая? В прошлой жизни муж изменял, а в этой жизни я сама стала любовницей. От этой лжи было гадко на душе. Тени разделяли со мной внутреннюю боль от предательства.

— Пошла вон, — прохрипела я под вуалью, испепеляя на месте эту невесту.

Не зачарованные императорские покои, а проходной двор!

Терпеть оскорбления я не намерена. Пусть предъявляет свои претензии жениху. В их разборках я не собиралась участвовать.

Какой же у Арравела ужасный вкус на женщин.

— Что ты сказала, дрянь? — невесте мой посыл не понравился. Она буквально кинулась на меня.

Я резко ушла в сторону, позволяя девице пролететь мимо. Она некрасиво впечаталась в мраморную стену. Послышался скрежет когтей по камню. Противный звук, как и сама девица.

Я не собиралась с ней драться из-за очередного кобеля, поэтому легонько выпустила ауру теней. А у них энергия мрачная, тяжелая, навевающая жуткий страх и ужас, но как следует напугать невесту, я не успела.

— Леди Даяна, как вы осмелились без приглашения переступить порог императорских покоев? — в спальню величественно вплыла Алессандра. За ней суетливо маячила Фрэя. Ага, вот значит, куда исчезла служанка, едва невеста накинулась на меня с обвинениями.

Алессандра с презрением смотрела на девицу. Кажется, невеста струхнула от вида вошедшей. И даже когти спрятала. Я бросила взгляд на стену. Ни царапинки. Удивительный камень, или магия?

Я не узнавала свою оранжерейную собеседницу. Где та открытая женщина, с которой я рассталась двадцать минут назад? Можно сказать, что мы нашли общий язык. Я могла считать ее хорошей знакомой, но теперь сомневалась в искренности женщины. Передо мной предстала особь, явно наделенная властью в этом замке. Иначе, почему Даяна преклонилась перед ней и боялась поднять глаза. Почему сама невеста императора склоняет голову перед Алессандрой?

— Прошу простить меня мияна Алессандра, — еле слышно проговорила Даяна, вопросительно посмотрев на женщину. Кто такая мияна? Как я уже узнала, то обращение к женщине это «леди». — Моя любовь к императору, застила глаза. Но я не понимаю, почему человечка живет здесь, — и столько непонимания и женской обиды сквозило в голосе, что даже я на миг задумалась, а правда, почему?

— Императорские приказы не обсуждаются, — льда в голосе Алессандры хватило бы на весь материк. И хорошо, что направлен он не на меня.

Я лениво бедром оперлась о край стола, продолжая следить за женщинами. И чем больше я наблюдала, тем увереннее становилась во мнении, что Алессандра не последняя женщина в замке. У нее в руках явная власть.

Угораздило же меня вляпаться во все это!

— Но…

— Даяна ты сейчас же уходишь и забываешь о покоях императора и леди Вивьен, — перебила невесту Алессандра, кивнув в мою сторону. На миг мне показалась ободряющая улыбка женщины. — Если тебя, что-то не устраивает, то ты прекрасно знаешь, где выход.

— Но…

— Ты меня утомила, — лениво взмахнула рукой Алессандра. — Фрэя проводи Леди Даяну на выход.

Служанка не заставила долго ждать и широко открыла двери, намекая невесте свалить быстрее.

Даяна бросила на меня убийственный взгляд, но перечить Алессандре не посмела. Фурией вылетела из комнаты.

— Алессандра, кто вы? — не удержалась я от вопроса этой властной женщине, на что она лишь мягко рассмеялась.

— Для тебя я подруга, — улыбнулась она. — Даяна слишком много на себя взяла, но не беспокойся, она больше тебя не потревожит, — я кивнула. Беспокоиться должна была невеста, ибо теням очень сильно пришлась по вкусу дэмонийская магия. — Прости за эту сцену, но я не предполагала, что Даяна осмелится на этот шаг.

— Ее можно понять, — в голосе не смогла скрыть горечь. — Но я не соперница.

— Почему ты так говоришь? — Алессандре не понравился мой тон. — Ты образованная, добрая, искренняя девушка. Признаюсь, что давно не получала столько удовольствия от собеседницы. И то, что император поселил тебя в своих покоях, многое значит. Даже Даяне эта честь не выпала, а она практически десять лет делит постель с императором, — что? Обалдеть! Это может и не срок для долгой жизни дэмонийцев, но десять лет быть в отношениях с одной женщиной — это уже показатель привязанности. Зачем тогда я нужна Арравелу?

— Это было лишним, — покачала я головой, обдумывая возникшую неприятную ситуацию. — Я не знала, что комнаты принадлежат Арравелу и не собиралась занимать ничье место.

— Не понимаю, — нахмурилась Алессандра.

— На материке я не знала, кто Арравел, — на что женщина удивленно и вопросительно приподняла брови, ожидая продолжения. И почему-то скрывать свою неприглядную тайну я не стала. Сколько бы власти не было у Алессандры, но мои тени буквально ластились перед ней, принимая в свой круг доверия. — Мы встретились случайно и вместе бились с тварями.

— Но в тебе же нет магии! — недоуменно воскликнула Алессандра. — Как ты могла бороться с этими монстрами и не умереть?

— У меня свои секреты, — о тенях знать ей точно не стоит. По крайней мере, пока. — Арравел пообещал мне помощь в Карне. И Диего сейчас занимается моей проблемой.

— Проблемой?

— Моя проблема застарелая и никакие целители на материке не смогли помочь, — я медленно потянула руки к вуали. Пальцы нервно подрагивали, но я собиралась идти до конца. — Диего сказал, что сможет разработать уникальный рецепт, чтобы избавить меня от этого, — я резко сдернула вуаль с лица, а Алессандра ошарашенно ахнула. — Все мое тело выглядит так же, как и лицо. Как видите, я не соперница Даяне, — повторилась я. — Но если честно, то сомневаюсь, что Диего сможет помочь и, когда очередная надежда сдохнет, — горько усмехнулась. — Я уйду.

— Мне так жаль, что с тобой это произошло, — я была ей благодарна, что не прозвучало вопросов, откуда у меня такая красота. — Ты можешь рассчитывать на мою помощь.

Так странно ощущать заботу этой незнакомки.

— Благодарю вас мияна Алессандра, — повторила обращение Даяны, отчего женщина скривилась. — Не знаю, кто вы, но я благодарна вам за участие.

— Зови меня просто Алесс или Алессандра, — по-доброму попросила женщина. — А сейчас отдыхай. Мне нужно решить некоторые вопросы.

Женщина ушла, а Фрэя напомнила об ужине.

— Спасибо, что позвала помощь, — сказала я девушке, отчего та лишь кивнула, но ничего не сказала.

Так и закончился мой первый день в замке.

А сейчас Алесс радостно улыбалась.

— Вивьен я разговаривала с Диего.

Я стояла у водопада, наблюдая за тем, как жесткий поток разбивает внизу реку, превращая ее в бурлящий водный вулкан.

Мне нравилось здесь бывать, но мое уединение нарушила Алессандра.

— Что? — не поняла я, резко оборачиваясь, смотря на довольную женщину. — Разве он вернулся?

На вторые сутки я попыталась найти целителя, но в замке его не оказалось. Он находился в своей лаборатории, а она в пространственном кармане. В целях безопасности, все эксперименты были перенесены в это защитное «подпространство». Простым смертным в него не попасть и до хозяина не достучаться. Вернее это было не в моих силах, ведь магией я не обладала и магическое письмо, или зов отправить не могла.

— Не волнуйся ты так, — женщина подошла ближе и взяла в свою ладонь мою руку, затянутую в перчатку. Это была сильная рука властной женщины. — У него уже есть первые результаты и через несколько дней он придет за тобой, чтобы попробовать проверить свои наработки.

— Неужели у него получилось? — я неверующе, с безумной надеждой во взгляде, смотрела в глаза Алессандре.

— Он лучший, — улыбнулась женщина. — Если он не сможет помочь, то никто не сможет. Слишком сильно яд тварей сросся с твоим организмом.

Значит, Диего рассказал Алесандре причину моего уродства.

— Болтун, — беззлобно прохрипела я.

— Прости, но у него не было выбора устоять перед моим напором, — рассмеялась она. — Я хотела лишь предложить помощь.

— Зачем тебе это? — может, мне не стоило грубить, но ее доброта мне казалась очень подозрительной сейчас. Я обычная человечка не представляла интереса для нее. — Почему ты пытаешься со мной дружить, даже не зная, кто я. С первой минуты встречи, ты пыталась расположить меня к себе, но я не понимаю, для чего тебе все это нужно?

— Ты слишком подозрительна, — покачала головой Алессандра.

— Поэтому до сих пор жива.

— Несмотря на твою отчужденность, я ощущаю в тебе свет, — улыбнулась Алессандра. — Возможно, для тебя это покажется странным, но это так.

— Что это значит?

— Рядом с тобой очень хорошо и спокойно, — у меня от удивления вытянулось лицо. Она точно обо мне говорит? — И если изначально присмотреть за тобой попросил император, то после первого знакомства, я поняла, что для меня это только в радость, — вот интуитивно чувствовала, что встреча с Алесс не случайная. И забота Арравела грела душу. Он ушел, но помнил обо мне, попросив эту удивительную женщину составить мне компанию. — Ты словно наполняешь энергией все вокруг, — ну не я, а тени. Да они ночью хозяйничали и сжирали весь негатив, что пропитан в замке. — Ты такой огромный кусок света в темноте!

— Ну, спасибо, — хрипло рассмеялась я. — Куском света меня еще не называли.

— Но это так, — хмыкнула Алессандра. — Ты обычный человек, но в тебе света больше, чем во всех вместе взятых магах.

Остаток дня мы гуляли по территории, занимаясь ничегонеделанием. Быстрее бы Диего закончил эксперименты и приступил к лечению. Бездействие утомляло. Не привыкла я к такой беззаботной жизни.

И, как обещала Алессандра, Даяна не беспокоила.

Завтракали, обедали и ужинали мы в малой гостиной с другими обитателями замка.

Я перезнакомилась со всей женской половиной, но такое близкое «родство» было только с Алессандрой.

Меня вроде и приняли, но относились с настороженностью.

Так летели дни, но ни Диего, ни Арравел так и не объявились.

А напряжение в груди нарастало. Иногда я ощущала невыносимую тоску и муку, от чего хотелось просто на стены лезть от безысходности. Иногда у меня кружилась голова и была жуткая слабость, но тени не позволяли грохнуться в обморок.

Я остро ощущала, как по толстому золотому канату перетекает сила теней в неизвестность. И тени не противились, они отдавали с радостью свою силу, тем самым ослабляя меня физически.

Куда утекала энергия, я не знала.

Иногда очень больно пульсировало тату на запястье. В такие периоды кожу просто жгло огнем.

И снова жгучая тоска и боль. С каждым днем эти чувства обострялись и буквально сводили с ума.

Я ходила по замку бледной тенью. Пару раз Алессандра пыталась узнать, что со мной, но в один из дней, я сама заметила, что женщина неважно себя чувствует. Не было больше улыбки в ее глазах. Она сильно переживала.

— Что происходит? — спросила я у нее тогда.

— Мой супруг в опасности, — нехотя призналась Алессандра. — Он сильно истощен и у меня просто не осталось магии, чтобы отдавать ему.

— В смысле? — не поняла я.

— Мы истинная пара, — прошептала Алессандра.

Я нахмурилась, пытаясь вспомнить, о чем она говорит, но ничего в голову не приходило.

— И?

Так я и узнала, что такое истинные пары. Вернее, что это половинки одной разделенной души. Что, как только они встречаются, то больше не могут жить друг без друга. Что это больше, чем любовь в обычном ее понимании. Это безумное притяжение и вулкан запредельных чувств. Встретить свою пару — это наивысшая ценность в Архароне. Многие умирают, так и не встретив ее, не найдя половину своей души. Ведь жизнь без пары — это жизнь и чувства наполовину.

— Полноценная связь устанавливается после совместно проведенной ночи и такие пары без обрядов и свадеб становятся супругами на всю бессмертную жизнь, — улыбнулась Алессандра, потирая свое запястье.

И только сейчас я обратила внимание на то, что ее узор золотится. Рисунок, словно живой. Казалось, что линии живут своей жизнью. Мерцают, где-то сильнее, а где-то слабее.

— В смысле живут вечно? — может я не так поняла, но что-то мне стало нехорошо.

Вспомнила свое запястье с золотистым рисунком, спрятанным под перчатками. Ведь полностью узор сформировался, как раз после близости с Арравелом и даже больше не зудел, а приобрел свой насыщенный золотистый цвет. Как у Алессандры.

Да нет, это полный бред!

Хотя, я хорошо помнила выпученные от удивления глаза Фрэи, когда она заметила рисунок. Но ничего не сказала, а стала более зорко следить за окружающими и начала проверять еду на наличие ядов. Пока все было в порядке.

— Именно, — кивнула женщина. — Бессмертность только в паре с дэмонийцем. Если половина души найдена в другой расе, то срок ее жизни продлевается. Энергии сплетаются, зацикливаются в жизненном круге и подпитываются друг другом. Такие пары начинают чувствовать друг друга на расстоянии. Все эмоции, как открытая книга. И при опасности, если половина теряет магические силы и энергию, то вторая пара это ощущает и естественно, отдает свою магию и силы, чтобы сохранит жизнь истинному. Если половина души погибает, то вторая уходит следом. Двести лет назад, мы потеряли многие такие пары. Мужчины погибали, а женщины не выдерживая горя, буквально сгорали за несколько дней от тоски.

Тоска и обреченность. Именно эти эмоции я чувствовала в последние дни.

Я ведь не жена императора? Нет! Я просто не могла ею быть!

Но все, что сейчас рассказывала Алессандра, я видела в себе. Сформировавшаяся связь, тому подтверждение. Значит, тени сейчас подпитывали Арравела. Значит, вот куда утекала наша сила.

— И хорошо, что ты ничего подобного не чувствуешь, — горько усмехнулась Алессандра. — От этих эмоций можно сойти с ума. Мне очень плохо. Прости, но я, наверное, пока не смогу проводить с тобой время.

— Я все понимаю, — ошарашенно прошептала я.

В голове плохо укладывалась такая правда.

Арравел, ведь все прекрасно знал, но не сказал. Почему он все от меня скрывал? Зачем? Он очень ловко обвел меня вокруг пальца. Хотя, женила его на себе именно я. Ведь от меня исходила инициатива той самой близости, которая нас связала навеки.

Безумие!

— Это сильнее нас. Видимо предсказание Оракула сбывается, — растерянно прошептала Алессандра.

— Оракула?

— Наша видящая приходила в тот день, когда вы вернулись, — пояснила женщина. — Она просила Арравела взять с собой то, что он нашел, но сын отказался.

— СЫН? — да быть того не может! Издевательство какое-то!

То есть, все это время я проводила со своей СВЕКРОВЬЮ? А она значит, бывшая императрица? Вот почему Даяна отступила! Теперь это многое объясняло.

— Мы с мужем давно отошли от дел. Помогаем, когда Ферги просит, но сейчас обстоятельства изменились. Мой муж не смог оставаться в стороне.

— Расскажите мне подробнее о предсказании.

Алессандра была откровенна, а я была зла на этого идиота. Хотелось придушить на месте этого интригана. Мало того, что забыл мне сказать о нашей «свадьбе», так и пошел умирать по-глупому и совсем не по-геройски.

Как он мог не сказать мне? Врун! Гадкий лгун и обманщик!

Арравел ведь видел, что мне ничего не угрожало за барьером. Почему он принял решение за нас двоих?

— Что с твоими глазами? — Алессандра резко отшатнулась от меня, а я поняла, что тени проявили себя. Моргнула пару раз, но видимо это не помогло.

— Алессанда, спасибо, что рассказала, — я отступила в сторону, опуская взгляд, полыхающие тьмой. — Я вернусь к себе. Мне нужно подумать, — и придумать, как найти тот злосчастный барьер. Сомневаюсь, что меня к нему приведут лично.

— Подумать о чем? — не поняла меня женщина.

О, нет, пусть император сам расхлебывает кашу из лжи со своими родителями.

Я пулей влетела в покои, отчего Фрэя дернулась.

— Оставь меня, — приказала я девушке.

— Что-то случилось? — осторожно поинтересовалась она.

— Случился ваш император, — буркнула я, распахивая портьеры, открывая балконную дверь, выходя на широкую террасу.

Легкий ветер трепал волосы и подол платья, но я, вцепившись пальцами в перила, тихо злилась.

Вид был потрясающим, но сейчас он меня мало заботил. Нужно вытащить этого самоубийцу из-за барьера.

Прикрыла глаза, настраиваясь на связь. Теперь многие вопросы отпали сами собой.

Я понимала, чьи эмоции хлестали меня наотмашь, чью слабость я ощущала, как свою. Тени влили еще силы по связующей нити. Нечего ему умирать. Сама прибью, как доберусь до этого упрямца.

Я ведь знала, что в каждой империи были барьеры, но почему не поинтересовалась у самого Арравела, когда мы телепортировались в Карнашил?

Объяснение было. Я совершенно была дезориентирована новостью о том, что мой любовник — сам дэмонийский император.

Теперь я узнала, что тату на запястье — это брачная вязь, а моя самая близкая подруга — это свекровь, которая выглядит слишком молодо для матери самого императора.

Застонала от абсурдности происходящего. Как меня угораздило во все это ввязаться? На что я подписалась по не знанию?

Я прислушивалась к миру, пытаясь поймать направление. Главное понять, куда двигаться, а там я и сама разберусь.

Нужно вылетать немедленно, но двигаться одной через всю империю — это потерять драгоценное время, которого у меня нет.

Мне нужен личный телепортер, но кто сможет меня доставить к безголовому императору?

Сзади послышался шорох.

— Фрэя я же просила не беспокоить меня, — раздраженно прохрипела я.

Иногда служанки было очень много.

Вот только отвечать мне не собирались.

В спину ударила магия, перекинувшая меня через перила. Даже сообразить ничего не успела, как полетела вниз с высокой замковой башни.

Дежа вю! Мне, что в каждом мире умирать, падая с высоты?

Идиотизм. Злости не было, лишь глухое раздражение, кто посмел?

Крылья тьмы привычно раскрылись за спиной, не позволяя горе-хозяйке расшибиться в кровавую лепешку.

— ТЫЫЫЫ, — просипела я, влетая на балкон, рассматривая шокированную Даяну, которую спеленала Фрэя. Служанка уже раскрыла крылья, готовая броситься следом, но не успела. Я сама явила себя народу.

Именно с подачи Даяны, я чуть не умерла. Вернее, такая у нее была задумка. Я ведь человечка без магии. Увы, я умею неприятно удивлять.

Я откинула Фрэю тьмой, а тени ринулись к Даяне, сжирая магические сети служанки.

— Ты поссссмелла бросить мне вызов, — шипела я змеей, хватая за горло перепуганную девицу.

Тени взяли ее в кокон, выпивая магию. У меня других забот хватало, а не разбираться с императорской любовницей. О том, что она далеко не невеста, мне пару дней назад сообщила Алессандра. Просто дэмонийка уже примеряла на себя императорский венец и брала на себя слишком много. Распоясалась девица и посмела так подло расправиться с человеком.

Даяна скулила от страха, но говорить не могла. Я лишила ее права голоса. Фрэя замерла в углу балкона, куда я ее отшвырнула. Служанка пребывала в таком же жутком шоке, что и Даяна.

— Я осссставлю тебе твою жалкую, никчемную жизнь, — прошипела я. — Но магия тебе больше не нужна, — я пила дэмонийскую магию, не трогая жизненные силы.

И если Малику с дружком я оставила крохи, чтобы они смогли восстановиться, то этой девице такой подарок не сделаю.

Я не добрая и не светлая, как думала Алессандра, но подло бить в спину — это перебор. Такие люди никогда не изменятся.

— Стой душа из другого мира!

ЧТО? Кто узнал мою тайну?

Я резко перевела взгляд на говорившую, посмевшую прервать мой «ужин».

Богиня!

По-другому ее назвать было нельзя. Белоснежная, словно фарфор кожа, невероятные бездонные темные омуты глаз и словно, сама ночь, черные волосы. Правильные черты лица притягивали к себе взгляд. Фигура — песочные часы, а тонкая шея напоминала лебединую. Женщина была прекрасна!

И эта женщина явно знала, кто я.

— Я Бестиара, — представилась девушка. — Оракул. Я видела тебя. Не делай этого. Даяна ничто для этого мира. Я сама ею займусь.

— Она почти убила меня, подло ударив в спину, — прошипела я, сильнее сдавливая горло Даяны. Та уже не хрипела, а тряпкой повисла на лентах теней.

— Я обещаю, что позабочусь о наказании, — умоляюще смотрела на меня Оракул. Если честно, я представляла ее старухой, но Алессандра и не упоминала, как выглядит предсказательница. — Ты сейчас должна быть в другом месте. Спаси всех нас! — и почему-то я знала, о чем она говорит. Твари за барьерами.

— А кто спасет меня? — заорала я хрипло! — Зачем мне все это? Я устала всех спасать и всем помогать! Я хочу просто жить! — из глаз брызнули слезы, а тени отпустили Даяну и втянулись в тело. Моя боль была ужасной. И кажется, эти чувства не только мои. Что-то случилось.

— Спаси ЕГО! — прошелестела еле слышно Бестиара. — Иначе будет слишком поздно.

Я вытерла перчаткой злые слезы и, перешагнув через бессознательное, но живое тело Даяны, влетела в комнату.

Бестиара отступила, но смотрела на меня, не отрывая взгляда. Мольба о помощи буквально разрывала душу. Или разрывала душу связь с Арравелом? Я запуталась и уже не могла отделить свои чувства от эмоций моего недавно обретенного мужа.

— Я не умею разрывать пространство, — нет, все-таки эту шахматную партию нужно довести до конца. Плакать и жалеть себя, буду после.

Арравел умирал. Теперь я понимала, о чем говорила Алессандра. Я все свои силы тьмы пустила по связи, не позволяя императору погибнуть.

— Диего с другими целителями уже ждут тебя. Вам понадобится помощь, — ну, хоть что-то.

Я быстро переоделась в походную одежду. Лишь вуаль не сняла.

— Когда пред тобой предстанет выбор, не сомневайся, — замогильным голосом прошептала Бестиара. Я посмотрела на нее и отшатнулась. В ее глазах клубилось грозовое небо. — И ничего не бойся! Просто шагни в ту неизвестность, что будет стоять у тебя на пути.

— Я ненавижу загадки, — раздраженно выпалила я.

— Просто шагни, — прошептала Бестиара и снова посмотрела на меня осмысленным взглядом.

— Леди Вивьен, я с вами, — позади стояла Фрэя, облаченная в форму. Точно не служанка.

— Зачем ты мне нужна?

— Я ваша телохранительница, — покаянно опустила голову девушка. — Я не справилась со своими обязанностями. Но я отлично могу рубить головы тварям. Пара лишних когтей не помешает. Моим наказанием займется миян Арравел.

— И тебя не пугает моя сила? — удивленно вскинула бровь.

— Мои император не мог выбрать в пару недостойную, — вот и все, что ответила лже-служанка.

Тоже мне телохранительница. Но скрутила Даяну она быстро и ловко, лишь не успела предотвратить мое падение.

Диего стоял в коридоре со своим неизменным чемоданчиком снадобий и зелий. Он был мрачен, но настроен решительно. Насчитала еще с десяток незнакомцев, но они в руках также держали чемоданчики. Все целители, как и сообщила Бестиара.

— Диего, я предчувствую, что твоя помощь мне уже не понадобится, — почему-то внутри крепла уверенность, что это моя последняя битва с тварями.

— Я почти закончил, но сейчас мы нужны в другом месте, — уверено произнес он. — Готова?

— Как и всегда, — клинки в ножнах, а тени наготове.

— Вивьен помни о выборе, — напутствовала Бестиара, на что я лишь отмахнулась от нее.

Выбор — слишком роскошный подарок.

Мы не успели шагнуть в портал, как меня скрутила жгучая боль. Сердце разрывалось на куски, а рука горела огнем.

Сдернула перчатку, рассматривая пылающий узор. Кожа буквально плавилась.

Сцепив зубы от боли, послала энергию тьмы по нашей с Арравелом связи. Ему плохо и он умирал. Сейчас я чувствовала его, как себя. Словно, кто-то сдернул заслон, выпуская все эмоции наружу.

— Что? — рядом ошеломленно воскликнула Алессандра, тяжело опираясь на стену, с жадностью рассматривая мой узор. Откуда она тут взялась? Еле на ногах стоит, а пришла. — ТЫ пара моего сына?

— Все потом, — еле слышно прохрипела я. — Диего портал, живо! — приказала я мужчине, захлебываясь болью.

За такой наглый приказ меня никто не стал одергивать, но времени не было.

Арравел. Он действительно умирал.

И единственное, чем могла помочь, это просто оторвать от себя одну тень и отправить ему. Тень не позволит погибнуть. Она его защитит.

Честно, я не думала, что могу так. Но меня, словно вели. Тьма с радостью отдала часть себя императору, полностью отрезая от меня эмоции мужчины. Стало немного легче, но боль в груди и руке не проходили.

Я понимала, что назад эта часть ко мне не вернется. Теперь у тени другой хозяин. Хотя, если считать, что мы с Арравелом две половинки одной души, то у тьмы так и остался один хозяин, но в двух существах.

Диего поддерживал меня за талию, буквально затаскивая в портал.

Идти я была не в состоянии, но вышла из портала уже тьмой, полностью потеряв физическую оболочку.

Ядвига и Найрис Марбасиан Делийские. Империя Вайкарос.

— Мне никогда не нравилась Бестиара, — раздраженно прошипела жнец, нервно барабаня пальцами по столу. — Как она умудряется на расстоянии добраться до каждого? Нахалка!

— Яда, что-то страшное происходит, — прошептал задумчиво Найрис, лаская взглядом свою обожаемую супругу. — Оракул бы не ворвалась в мои сны из-за ерунды. Она просит о помощи не из прихоти.

— Но она просит помощи феникса! — Ядвига была крайне озадачена поступком Оракула. — Что еще я могу сделать?

— Мама, я отправлюсь с вами, — уже достаточно взрослая дочь Райяна, с магией феникса, упрямо смотрела на родителей. — Ведь я правильно понимаю, что нужен не жнец, а феникс? И мы вдвоем сможем сделать больше, чем ты одна.

— Это может быть опасно, — отрицательно покачала головой Ядвига, но она понимала, что отказать Оракулу — это подписать смертный приговор всем им.

— Отец, не думаю, что наши способности будут лишними, — наследник семьи Делийских Агвидар, полностью поддерживал свою младшую сестру. — Ты ведь прекрасно понимаешь, что от предсказаний Оракула не уйти и если не сделаем так, как она просит, то будущее может измениться не в лучшую сторону.

Это понимали все присутствующие на семейном совете.

Давно Бестиара не давала о себе знать. И если такое случилось, то произошло, что-то из ряда вон выходящее.

— Но почему, я должна слиться с тьмой? Не понимаю я ее намеки, — фыркнула Ядвига. — И почему я должна эту тьму еще и удержать? Абсурд, какой-то!

— Бестиара сказала, что ты все поймешь на месте, — покачал головой Найрис. — Я сам плохо, что понял, но все случится через неделю у барьера в Карнашиле.

— Кстати о барьерах, — вклинился Агвидар в речь отца. — В Кираносе и Вайкаросе не осталось и намека, что твари здесь когда-то были. Вам это не кажется странным?

— Сейчас мне кажется все странным и подозрительным, — проворчала жнец.

— В любом случае, вы дети, — глава семейства сделал акцент на последнем слове. — Никуда не лезете. Если грядет, что-то страшное, на вас защита нашей империи. Райяна и не криви носик. Ты феникс и в случае чего сможешь остановить полчища тварей, если они рванут. Ведь, как показала практика, в Архароне не осталось ни одного места, где бы эти твари не затаились. И то, что барьер пал вместе с монстрами, еще ничего не значит. Опасность все еще есть.

— Но папа! — недовольно воскликнула черноволосая девушка. — Я могу быть полезной вам на островах.

— Вы остаетесь здесь и точка! — с нажимом в голосе, заявил Найрис. — Агвид присмотри за сестрой, — на что парень кивнул, принимая решение своего отца.

— Не волнуйтесь, мы присмотрим за империей, — пообещал наследник, обнимая сестру за плечи.

Отлично, а мы с мамой отправимся к Велейну, — проговорил Найрис. — Думаю, за неделю мы решим с обороной и защитой. Мы будем готовы к любому прорыву. Войска нашего императора достаточно сильны. Думаю, все вместе мы справимся. Да, и другие империи тоже не останутся в стороне. Все помнят о той войне. Слишком свежи эти воспоминания, чтобы отмахнуться от предупреждения Оракула.

— А я обновлю щиты магией феникса, — кивнула Ядвига. — В любом случае самые безопасные места в городах и селах. Не знаю, как долго щиты смогут сдерживать тварей, но мы должны сделать все возможное, чтобы обезопасить людей. Рейяна в этом случае мне твоя помощь не помешает.

— Конечно мама, — кивнула девушка.

— Вот только, что мне делать с тьмой? Почему Бестиара буквально приказала мне с ней слиться? — Ядвига совершенно не понимала.

— На месте разберемся, — мужчина поцеловал супругу в макушку и с жадностью вдохнул сногсшибательный запах своей женщины. Столько лет прошло, а он до сих пор благодарит высшие силы за второй подаренный шанс.

Впереди предстояло много работы, поэтому пора браться за дела, а именно в очередной раз соваться в пасть к монстрам.

Фергюсар Арравел Леонтивийский. Барьер на островах Карнашил. Последняя битва.

Неделя.

Целую неделю мы пытались найти решение, но его просто не было.

Мы провели ритуал, снова замкнули круг, но барьер истончался, растворялся.

— Фергюсар, все это бесполезно, — устало произнес отец, падая рядом со мной.

Сейчас небольшая передышка и войско дэмонийцев пытается по крупицам восстановить силы, но брать их негде. Всю энергию сжирали твари.

— Не может все это так закончиться, — растерянно простонал я, вбирая крохи силы, что передавали мне тени. Если бы не они, то я, наверное, давно бы издох.

Многие погибли, многих просто выпили, но мы даже тела не могли забрать и предать погребению.

Я не понимал, как твари буквально притягивали к барьеру дэмонийцев, а затем затягивали вовнутрь и разрывали их на части.

Поздно заметили и не смогли ни помочь, ни предотвратить гибель.

Я стягивал свои войска к барьеру. Понимал, что долго он не устоит. И прежде чем полчища монстров хлынут в мир, мы до последнего вздоха будем бороться с этими тварями.

Сейчас все старались держаться на расстоянии, не подходя близко к барьеру.

Твари действительно эволюционировали. Они действовали слаженно и были разделены на группы.

Но, каким же было мое удивление, когда перед нами вышли из портала Марбасиан с Ядвигой.

Я недоуменно смотрел на эту неразлучную парочку. Совершенно не изменились, разве что у Ядвиги волосы стали цвета раскаленной лавы.

Сейчас вместо счастья и всепоглощающей любви, в глазах парочки застыла тревога и жуткая усталость. Круги под глазами и явное истощение на лицо.

— Что вы здесь делаете? — прямо спросил я, устало окидывая взглядом пришедших.

— Бестира отправила, — ответил Марбас, усаживаясь на траву. Его одежда выглядела потрепанной. Сама Ядвига тоже не блистала свежестью. Словно, они несколько дней были в пути без сна и отдыха. — Сказала, что все очень плохо. И, что в ближайшее время произойдет, что-то ужасное.

— И я теперь понимаю, о чем она, — нервно бросила Ядвига, вглядываясь в барьер, выпуская силу феникса. Огонь жадно плясал на пальцах, а ее рука превратилась в ленту пламени, которая наотмашь ударила по барьеру. Заверещали твари, отступая. — Барьер стал иным.

— О чем ты? — я не понимал Ядвигу, но ей открыто намного больше информации, нежели нам. Феникс, как божество Архарона.

— Наша магия больше не сможет сдерживать тварей, — покачала головой огневолосая девушка. — Вся та мертвая зона за барьером, просто питалась нашей силой. Поэтому и границы сдвинулись. Мы с Найрисом проверили остальные барьеры и картина та же. Императоры выставили там войска, как и вы. Так, что если повезет, то хоть кто-то сможет выжить.

— Получается, что не только у нас такая проблема? — нахмурился я, но был рад, что Найрис и Ядвига здесь. С фениксом у нас выше шанс на выживание.

Это не просто плохо. Грядет катастрофа.

То, что другие империи выставили войска вокруг своих барьеров, тоже вселяло надежду на победу.

Как хорошо, что два барьера, что уничтожила Вивьен вместе с тварями, нам больше не угрожали прорывами и смертями.

— Совершенно верно, — кивнула Ядвига. — Монстры на протяжении этих двух веков медленно, но уверенно, по крупицам отщипывали себе магию Архарона, аккумулируя ее под себя. Можно сказать, что твари действительно эволюционировали и стали неотъемлемой частью нашего мира. А значит, барьер больше не видит в них чужеродной угрозы.

— Я ничего не ощутил и не заметил, — о таком исходе я и подумать не мог. — Мы ведь постоянно проверяли все барьеры.

— Все так, — кивнула Ядвига. — Вы и не заметите. Лишь магии феникса позволено увидеть больше, чем всем вместе взятым магам нашего мира. И поверьте, радости от своей силы я не ощущаю. Какого это видеть, как на твоих глазах рушится безопасность будущего, а ты ничего не можешь сделать, кроме как принять бой.

— Яда у тебя другая участь, — недовольно прорычал Марбас. — Не лезь к тварям.

— О чем вы? — я смотрел вопросительно на эту парочку.

— А мне ваш Оракул дала свое задание, но оно касается лишь магии феникса, — фыркнула жнец. — Сама еще не понимаю, что могу сделать, но дорогой, — обратилась она к мужу. — Если будет стоять выбор твоей жизни и тьмы, то я всегда выберу тебя.

— Тьмы? — может я ослышался?

— Бестиара, как всегда навела туману, а подробности уточнить забыла, — недовольно проворчала Ядвига.

В этом вся Оракул. Сплошные загадки, но то, что Ядвига упомянула о тьме, мне совершенно не понравилось. Именно сейчас тьма наполняла меня силой.

И то, что Бестиара отправила к нам Марбаса и Ядвигу, говорило о том, что наши дела совсем плохи.

Что я за император такой, если ничего не могу сделать? Чувствовал собственную никчемность.

Умирать не хотелось. Я только обрел пару и мир заиграл для меня новыми, свежими, потрясающими красками. А теперь я всего этого могу лишиться.

Мотнул головой. Проклятый эгоист. Я снова думаю только о себе, но как не думать, если в замке осталась моя потрясающая пара?

— Может, попробуем снова провести ритуал, как двести лет назад? — предложил я, выныривая из омута бессилия.

Ведь соединяя дэмонийскую магию с фениксом, получается убийственная смесь!

— Не поможет, — отрицательно покачала головой Ядвига. — Это должно было, когда-то случиться. Видимо время пришло. Сейчас мы можем лишь ждать.

— Чего ждать?

Я бросил взгляд на барьер, где застыли твари. Вот они явно, что-то выжидали, скаля свои клыкастые жуткие морды.

— Сама пока не знаю, но время уже на исходе, — растерянно пробормотала Ядвига.

И мне это не нравилось. Ожидание неизвестности буквально нагоняло панику.

Последующие двое суток мы пытались понять, как нам сдержать монстров, когда падет барьер.

Двести лет назад мы их не смогли полностью уничтожить. Не хватило ни магических сил, ни ресурсов. Лишь удалось загнать за барьеры.

Прошлое не осталось в прошлом. Оно преследует нас в настоящем, пытаясь отобрать будущее.

Была уже ночь, когда случилось это.

Молниеносная вспышка и барьер исчез, словно его смыло бурной рекой. Растворился, будто и не было его никогда.

Твари.

Они хлынули на нас как цунами, как ураган, как буря в пустыне.

Их было слишком много.

Расплодилось тварей за двести лет.

Первый выстроенный щит выдержал, подарив нам драгоценное время.

Мы были готовы, но кажется, прошлая война с монстрами была лишь цветочками. Сейчас мы пожинали ядовитые плоды той битвы.

Никто не остался в стороне. Все понимали, если мы не сдержим, не уничтожим тварей, то теперь действительно Архарон полностью падет, уступив свои земли монстрам из низшего мира.

Отец, мои паладины, остальные дэмонийские войска взметнулись в небо, поливая сверху огнем верещащих монстров.

Часть дэмонийцев я отправил в другие империи в тот же вечер, как прибыли Марбас с Ядвигой. Все-таки, мы самые сильные в Архароне и без нас материк точно может проиграть.

Атака с неба сейчас самая надежная. В ближний бой мы всегда успеем вступить.

Заметил, что Марбасиан взметнув крыльями, устремился за своей парой, подстраховывая ее, хотя Ядвиге это было не нужно. Она само бессмертное пламя. Но в инстинктах каждой пары — это защита половинки.

Огромный феникс буквально накрывал крыльями тварей, превращая их в пепел, а Марбас уничтожал тех, кто пытался сбежать.

Пламя феникса нас не обжигало и мы абсолютно не мешали другу другу.

Я не знал, сколько прошло часов, но полчищ монстров меньше не становилось.

Мы уже вступили в ближний бой, кромсая на части тварей, но результата не было.

Я видел, как мой народ погибает и ничего не мог сделать.

Я сам был ранен. Меня зацепили. Яд тварей сейчас разъедал кожу.

Никогда не думал, что нашей броне можно, чем-то навредить.

Но, что-то было не так. Я терял не просто силы, а подвижность. Мое тело немело. В какой-то момент я просто упал на пропитанную кровью землю и не мог пошевелиться.

Что же это за яд такой, который в минуты лишает сил?

Тело оцепенело. Я не мог двигаться и с ужасом в глазах смотрел, как на меня набрасывается толпа кровожадных монстров. Я ничего не мог сделать и с болью в сердце наблюдал, как мои крылья превращаются в тряпку, а тело в кровавое месиво.

Я умирал. Жизнь и магия утекала бурлящим потоком.

Меня разрывала боль от осознания того, что привязав к себе Вивьен, я обрек ее на мучительную смерть. Если бы мы не завершили привязку, у нее был бы шанс выжить, а теперь я стал убийцей своей половинки.

Уже теряя сознание, я ощутил, как в меня хлынул живительный поток магии, который позволил прийти в себя. Раны были серьезными. Я не мог не то, что встать, а даже пошевелиться, но тварей надо мной больше не было. Заверещав, они кинулись от меня прочь. Бесконечная тьма, которая буквально вытаскивала меня с того света, наполняла жизнью. Я ощутил, как раны стали стягиваться, а тело буквально взмыло в воздух.

Тень. Именно она сейчас меня поставила на ноги, управляя телом и защищая его.

Значит, вот что ощущала Вивьен, когда билась вместе с ними.

Энергия, невероятный поток сил и магии наполняли каждую клеточку моего тела. Тень питалась тварями, этим местом, выпивая темную энергию, пропуская все через себя, а мне отдавала чистую силу.

И нам действительно было нипочем. Я больше не ощущал угрозы своей жизни.

И теперь я осознал собственную глупость.

Бестиара все знала. Поэтому она настоятельно рекомендовала привести сюда Вивьен. Моей жене действительно ничего не угрожало.

И если я ощущаю такою мощь и силу только с одной тенью, то, что говорить об остальных? Ведь у Вивьен их было пятеро. Она неуязвима с ними.

Я глупец!

Всех этих смертей можно было бы избежать.

Стоило лишь Вивьен оказаться за барьером, никто бы не пострадал. Мы бы успели разобраться с этой напастью и в других местах. У нас было целых девять дней в запасе, а я так глупо отказался их использовать.

Ведь моя пара выжила и в Кираносе и в Вайкаросе без меня. Справлялась сама с монстрами.

Бестиара оказалась права. На то она и Оракул, чтобы все знать и предвидеть.

Я никчемный правитель. Что двести лет назад сглупил, что сейчас.

Вот только самобичеванием не поможешь исправить свою очередную ошибку. Мой народ снова погибал из-за меня.

А моя самая потрясающая, любимая и желанная пара спасла своего никчемного правителя.

Меня озарило неприятными мыслями.

Если тень здесь, то где Вивьен?

Невозможно отыскать среди монстров тоненькую фигурку, но почему-то я был уверен, что ее и нет в гуще этих тварей.

Внезапно в глазах потемнело, а небо заволокла непроглядная ночь. Она разрасталась на глазах, а твари верещали и замолкали навеки.

Тьма буквально упала на землю. Не видно ни зги, словно глаза выкололи. Я буквально ослеп от этой темноты.

Наступила оглушительная тишина. Кажется, замерли не только мы, но и само время. Оно застыло на месте.

Тьма!

Я теперь знал ее вкус. Тень щедро делилась эмоциями, полученными от такого шикарного пира.

Сомнений быть не могло, что эта тьма именно моя жена и пара.

В груди похолодело. Я прекрасно помнил рассказ Вивьен об опасности, когда она лишается своей физической оболочки. Ей нельзя надолго растворяться во тьме, иначе она не сможет вернуться.

Но я ничего не мог сделать. Беспомощно смотрел, как тьма буквально прорастает в землю, воздух, небо, а моя брачная вязь начала странно пульсировать.

Я пытался сосредоточиться на связи и притянуть Вивьен к себе, но ничего не выходило. Я не чувствовал ее.

А потом нас ослепила вспышка света.

Феникс буквально врастал во тьму, переплетаясь с ней своей магией.

Тьма не была против. Она принимала это жидкое пламя, позволяя слияние.

Я не понимал, что происходит и лишь, застывшей статуей, с жадностью пытался уловить отголоски нашей связи.

Ничего. Пусто.

Пламя феникса разрезало непроглядную тьму и все прекрасно видели, как твари за секунду превращались в ничто.

Темная магия вытаскивала всю чужеродную для Архарона энергию. Это чувствовали все.

Погибших было много, но все-таки мы выжили.

Я не знал, сколько прошло времени, но напряжение резко ушло, а земля снова ожила. Энергия так и бурлила, наполняя всех неимоверной силой. Тень Вивьен впиталась в мое тело, улеглась клубком и замерла. Она обрела себе нового хозяина.

И от этого осознания мне стало до одури страшно. Что все это значит? Это было неправильно.

Я пытался дозваться до пары, но в ответ ощущал лишь глухую пустоту.

Наша связь истончалась. Я это тоже остро ощутил.

Посмотрел на запястье и не смог сдержать эмоций.

Императоры не плачут. Никто и никогда не мог видеть их слез, но я не смог сдержаться. Вязь исчезала на глазах, словно кто-то смывал черные линии ядовитым жгучим дождем.

Я обессиленно упал на траву, баюкая руку, все еще не веря в происходящее.

Я виноват. Это я убил свою истинную. Вот о чем говорила Бестира. Я должен был послушать Оракула, но снова все сделал по-своему.

Тьмы было много. Она заполонила все пространство Архарона. Откуда я это знал?

Тень!

Частичка Вивьен была со мной. Тень связана напрямую с тьмой, поэтому прекрасно знала, что происходит и передавала мне мыслеобразы. Как это работало, я не знал, но отчетливо видел происходящее глазами тьмы.

Сейчас на весь Архарон опустилась тьма и проникала в каждый участок мира, выжигая, уничтожая тварей, вытягивая всю чуждую, убийственную энергию. Вивьен исцеляла мир, навсегда избавляя Архарон от чужеродного влияния.

Вивьен делала невероятное, но чем больше становилось тьмы, тем отчетливее я осознавал, что терял свою любимую. А я ведь даже не сказал ей самого главного.

Связки сковало удушающим комом.

Запястье жгло, а линии продолжали исчезать с кожи. Я отправил тень по нашей уже тонкой нити связи, но частичка Ви даже не дернулась. Тень накрепко вплелась в меня.

Резкий хлопок и тьма схлопнулась, словно ее и не было, открывая перед нами ясный день. Лишь пламя феникса продолжало баюкать мир, латая раны, но этого я уже не видел, сгорая в агонии боли от потери своей истинной.

Это конец.

Мне буквально разорвало душу. Я умирал следом за своей парой.

Меня выворачивало наизнанку, потрошило нутро, разрезая на куски, окуная в жидкий огонь. Кровь горела. Казалось, я сам превратился в пламя.

Вивьен была мертва.

Брачная вязь исчезла, а в груди образовалась огромная кровоточащая болезненная дыра, будто из нее вырвали кусок мяса и выкачали всю кровь. И эту рану не исцелить и не зашить, потому что она невидимая. Она под кожей, в самом сердце, но невыносимая боль от нее настоящая. Меня выжигало изнутри.

Власть? Да зачем она мне без нее?

Жизнь? Она потеряла свой смысл. Я не смогу без Вивьен. Она была больше чем сама жизнь.

Я так много хотел подарить Вивьен, так много сказать, провести с истинной самую счастливую жизнь, но понимал, что опоздал. Она ушла. Сама. Она прекрасно знала свою точку невозврата и сделала свой выбор. Выбор, чтобы жил этот проклятый мир.

Я уничтожен полностью.

Вспомнился Марбас. Как он это выдержал? Как не свихнулся, когда уничтожил Ашаю? Вернее он и свихнулся, до тла испепелив целый город.

Это не так просто пережить и отпустить. Сколько же силы было в его бывшем друге, что он выкарабкался и смог стать счастливым?

А другие дэмонийцы утратившие свои половинки во время прорыва, даже года не выдерживали. Уходили следом.

Боль ушла также резко, как и появилась, вот только и жизни мне больше не было.

Все потеряло свой смысл.

Я беспомощно лежал на спине, глядя пустым взглядом в небо, где еще недавно была непроглядная тьма.

Я ненавидел голубое, ясное, чистое небо. Этот наступивший новый день стал моим концом.

Я ненавидел всех вокруг.

Краем сознания фиксировал окружающих, до которых мне больше не было никакого дела.

Отец весь в крови, но живой.

Диего выглядит не лучше, но пытается чем-то меня напоить, а я не хочу.

Моя боль так сильна, что выворачивала нутро.

Я не слышал, что говорят вокруг. Не хотел слышать. Мне все стало безразлично.

Мне просто не нужен этот мир без НЕЕ!

Бригс пытался пробиться в мои мозги, но тень не позволила.

Тень.

Она не давала сойти с ума, хотя я уже безумен. Как жить в этом мире без нее? Без своего сердца и половинки души?

Как?

Прикрыв глаза, я просто уплыл в беспамятство и свои воспоминания, где был счастлив так недолго.

Я закрылся от всего мира. От родителей, от обязанностей, от своего я.

Я находился в своем маленьком мирке в голове, где прокручивал нашу первую нелепую встречу, наше небольшое противостояние и упрямство. Где воскрешал ее искреннюю улыбку и смех. Я рисовал в своем сознании идеальный мир с ней, наше счастливое будущее, наших не рожденных детей.

Теперь всего этого не будет. Я лишил нас этого будущего.

Тень периодически напоминала о себе, заставляя возвращаться в реальность, но я не хотел.

В реальности плохо и больно, а в своем сознании я счастлив, если это можно так обозначить.

Я медленно и мучительно умирал, сгорая в агонии своей непрекращающейся боли.

Глава 20

У обреченности едкий привкус горечи. Он течет по языку, заполняя рот противной массой. И сколько не сглатывай, привкус желчи все равно остро чувствуется. Я больше не принадлежала себе. Телом руководили тени, а разум лишь фиксировал происходящее, полностью отдав управление тьме.

Так странно я еще себя никогда не чувствовала. Переступив точку невозврата, я вроде бы исчезла, но мой рассеянный разум все еще фиксировал происходящее в мире.

Огонь.

Он пришел внезапно. Сначала обжигающий, а после успокаивающий и обещающий покой.

Он ластился, сплетался с тьмой, делясь энергией и самой жизнью. Я не знала, зачем он вмешивался, но признаюсь честно, с его появлением, тьма растекалась по миру быстрее и яростнее. Словно огонь стал дополнительной батарейкой.

А еще огонь помогал не забыться во тьме, не потеряться в ней окончательно. Хотя я прекрасно понимала, что полностью растворилась во тьме. Меня больше не было.

Я оказалась лишена не только физического тела, но и самой жизни. Я не смогу вернуться.

Скоро я забуду не только свое имя, но и прошлые жизни. Забуду Арравела.

Обернувшись тьмой, я ощущала одновременно и страх, и напряжение, и беззащитную уязвимость, и восторг от той невероятной мощи, что растекалась как черная клякса, оплетая каждый кусочек Архарона. Казалось, не осталось ни одного участка, куда не заглянула бы тьма, не вытянула всю гадость, уничтожая на месте тварей. Они рассыпались пеплом, исчезая из этого мира навсегда.

Моря, океаны, пустыни, леса, реки, озера, горы — вся планета была пропитана исцеляющей тьмой.

Я была нигде и везде одновременно. Я ликовала! Была свободной в этот миг.

Свободной от законов и правил, выдуманными людьми, от слепой судьбы, которая меня безжалостно бросила в Архарон разгребать проблемы мира.

И эта свобода пьянила не хуже самого хмельного напитка в мире.

Я понимала, что для меня Архарон навсегда потерян, как и мой любимый мужчина. Его было искренне жаль. Так много недосказанности, лжи, неверия, но на фоне происходящего, все это стало неважным. Мы потеряны друг для друга. А я ведь не сказала ему самого главного. Больше не было обиды от его лжи. Я простила Арравела. Я безумного его любила. Жаль, что осознание пришло слишком поздно.

Я понимала, чем грозит разрыв связи с истинной парой, поэтому просто отрезала от себя тень навсегда. Она присмотрит за Арравелом, не позволит уйти следом за мной, когда меня не станет.

Да, будет больно, но Арравел нужен этому миру. Я отдавала свою жизнь, чтобы жил ОН!

Тьма убивала, но также и исцеляла. Ее было много. Наверное, в Архароне именно этот миг моей тьмы станет самым черным днем в жизни каждого существа. Но также станет спасением.

Тот маг, что вытащил тьму наружу, сделал поистине шикарный подарок миру. Он его спас.

Одна моя душа ничто по сравнению с целой планетой. А мне не в первой умирать, хоть и не хотелось. Я обрела в Архароне намного больше, о чем могла только мечтать.

Но я лишь песчинка в огромной бесконечной пустыне бытия.

А потом я просто перестала существовать.

Исчезла земля, существа населяющие ее. Пропали эмоции и чувства. Исчезла моя жизнь и сам мир. Пропали тени и тьма. Их больше не было. Все стало таким незначительным и неважным.

Меня окружала лишь безликая пустота.

Постепенно начали пропадать воспоминания. Единственное, что я постоянно прокручивала в голове — это имя любимого мужчины. Его забывать мне совершенно не хотелось. Словно, он был той самой ниточкой, что держала меня в сознании, не позволяя навечно раствориться в этой пустоте.

Но потом в голове просто было одно слово.

Арравел.

Что оно значило, я уже не понимала. Знала, что это слово жизненно важно для меня. Красивое слово и для меня очень нужное.

— Как ты? — услышала в стороне такой же безликий голос, как и сама пустота.

Я пыталась обернуться на этот голос, но тела не было.

Тогда некто просто возник передо мной.

Это было существо неопределенного пола в черном балахоне с длинными распущенными волосами и маске на лице. В руках у существа была коса с очень длинным черным туманным лезвием, загнутым чуть внутрь и черенком, рассеивающимся перед глазами. Стоило чуть сжать рукоять, как коса приобретала четкие очертания.

— Никак, — ответила существу.

Что оно такое я не знала, но враждебности не чувствовала.

— Ты иная душа, — продолжало говорить существо, а я нахмурилась.

— Ты отвлекаешь меня, — недовольно пробурчала я, заставляя всплывать в памяти такое нужное для меня слово.

Арравел.

— У тебя есть два пути, — не обращая внимания на мое недовольство, прошептал безликий голос, но я молчала, продолжая в голове крутить необходимое слово. — Раньше прецедентов не было. Путь у души был всегда один.

— Оставь меня в покое! — ого, откуда столько раздражения в голосе? Я думала, что мои эмоции полностью растворились.

— Из-за своей инаковости я даю тебе выбор, — вот неугомонная!

Только женщины могут быть настолько настырными! Так, что у меня не оставалось сомнений, к какому полу принадлежит данное существо.

— Уйди, — растерянно прошептала я.

Слово. Мне нужно слово. А какое слово? Почему мне важно вспомнить, что-то? Или, кого-то?

Кажется, из-за этого существа я потеряла, что-то важное для себя. Но что?

— Твоя душа слишком светлая, чтобы просто уйти на перерождение, — она уже начинала меня бесить. — Тебя ждут в другом месте.

— Из-за тебя я все забыла, — обвинительно прошипела я. — Ты мне помешала!

— Оу, — рассмеялось существо. — Впервые на моей памяти, душа смогла узнать, кто я. Значит, я права и перерождение не твой вариант. Обычно души молчат и слепо уходят, когда приходят жнецы, но ты другая.

— Отстань от меня, — умоляюще попросила я.

Я все забыла. Я не должна была забывать, но забыла.

— Я открою для тебя два пути, — существо не унималось. — Сделай выбор. Просто шагни.

Сделай выбор? Просто шагни?

Кажется, я где-то уже это слышала, но где?

— Твоя бескорыстная душа достойна награды. Тебя ждут, — продолжал увещевать безликий голос. — Выбор! Последний шаг за тобой!

Голос исчез, а коса рубанула пространство передо мной, буквально вспарывая пустоту надвое.

Разве такое возможно?

Одна часть пустоты предстала в виде парящей в небесах птицы. Я захлебывалась этой свободой, где не было преград и расстояний. Где была радость и вечный покой. А я ведь так устала. Мне действительно хотелось покоя и тишины.

Да, моя душа слишком многое испытала и я буду дурой, если откажусь от такого подарка от неизвестного существа.

Но вот вспомнить, через что я прошла, увы, не получалось. Я все забыла.

Вторая часть пустоты предстала мрачным местом. Я не видела ничего кроме серости. И я бы не обратила внимания на вторую часть, если бы на меня внезапно не обрушился огромный поток чужих эмоций.

Чудовищная боль, неудержимое горе, мученические страдания, всепоглощающая любовь, безудержная радость, дикая страсть, бесконечное счастье, неуемная вина, непоколебимая решимость и безумная надежда.

В этой серости было столько всего нового, чуждого и одновременно знакомого, что если бы имела физическое тело, то непременно заплакала. Настолько мощными и сильными были эти эмоции. Меня буквально распирало на части.

Каково ощущать все это? Разве это мне нужно?

Противоречия раздирали меня изнутри. Я металась, не зная, как поступить, но и надолго оставаться в этой пустоте я не могла. Не имела права раствориться в небытие.

Выбор? Какой же мне сделать выбор? Разве в моих прошлых жизнях он был?

Я не помнила.

Взгляд метался, то к птице, свободно парящей в небесах, то к серости с огромным спектром эмоций.

Вечный безликий покой и свобода, или же яркие, вкусные эмоции?

Как поступить?

Я не знала, правильный ли выбор приняла, но с сожалением, переведя взгляд на первую картинку, уверенно шагнула в пропасть, раздираемая невыносимой болью. Моя душа горела в неизвестном пламени, словно оно сдирало старую кожу, раны, а взамен полностью обновляло меня. Я буквально заново возрождалась в этом огне.

Я сделала свой выбор!

Часть 4

Глава 21

— Леандра, ты снова сбежала сюда, — рядом на теплые камни опустился Зендер. Теплое плечо мужчины напоминало, что я существую и жива. — Я ведь просил не ходить одной.

Я сидела на берегу реки, подтянув ноги коленями к животу, обхватив их подрагивающими руками. Опустила подбородок на худые коленки и немигающим взглядом гипнотизировала гладь воды.

— Вода успокаивает, — прошептала я, даже не повернув головы в сторону говорившего. — Помогает привести мысли в порядок.

Этот оборотень кошачьей породы взял надо мной незримое шефство два года назад.

На данный момент я жила в его семье. Жена Лайла и двое детей Вистар и Наиля ко мне относились изначально настороженно, но я не представляла ни для кого угрозы.

Обычный слабый человек без памяти, имени и прошлого, которого пожалели оборотни, найдя в горах мое бессознательное обнаженное тело.

Так я стала номинально третьим великовозрастным ребенком в семье. По человеческим меркам мне не больше двадцати лет.

Как я выжила в ледяных горах, не представляла, но не было ни обморожения, ни каких-либо видимых повреждений.

Идеально чистая белоснежная кожа, длинные белокурые волосы, сформировавшаяся утонченная женская фигура и невероятной глубины голубые глаза — всеми внешними признаками кричали о том, что я пришлая, не местная. Совершенно ни на кого не похожая.

Иная.

Предполагали, что я северянка, но помочь Зендеру отыскать мои корни, не смогла. Я абсолютно ничего о себе не помнила. Я была безумно благодарна этой семье за помощь. Они не бросили меня, помогли и до сих пор присматривали за мной.

Зендер тогда сообщил, что нашел меня в выжженной воронке магического происхождения, но следов, откуда я возникла в тех горах, никто не смог найти.

Потеряшка.

Именно так я себя называла мысленно.

Два года назад была короткая, но унесшая много жизней, война с тварями.

Никто не понял, как так быстро все закончилось, а твари просто испарились.

Зендер рассказывал, что наступила непроглядная ночь и когда она исчезла, то ни тварей, ни даже следов от них не осталось.

Сейчас в Архароне наконец-то наступили светлые времена. Можно свободно передвигаться по миру, не беспокоясь о том, что из-за угла выскочит тварь и разорвет тебя на части.

Разбойники были, а твари нет. Но с грабителями, магическими отступниками и убийцами в разы легче справляться, чем с монстрами из прорыва.

И этого я тоже не помнила. Все мое прошлое, словно стерто незримой рукой художника. Он оставил после себя лишь белоснежный чистый холст.

Это угнетало.

— Дети тебя обыскались, — улыбнулся Зендер.

Дети-оборотни были удивительно настойчивыми существами. Их, как магнитом тянуло ко мне. Каждый норовил прикоснуться и потереться мягкой шерсткой о мои руки.

Мне детвора не была в тягость. Наоборот, чувство значимости приободряло и не позволяло впасть в уныние. Я очень много времени проводила с детьми, присматривая за ними. Незаметно, я стала для них нянькой, но мне это нравилось. Дети на удивление были послушными и если присмотреться, то это они присматривали за потеряшкой, а не я за ними.

Дети отвлекали от удручающих мыслей.

Иногда на меня нападала такая невыносимая хандра, тоска и мука, что жить не хотелось. Настолько мне было плохо в такие периоды. Я не могла понять свое эмоциональное состояние. То полная апатия и безразличие, то смертельная тоска, то тупая непрекращающаяся боль в груди.

Однажды я поговорила с Зендером о своем странном состоянии. То, что он сказал тогда, мне совершенно не понравилось. Не укладывалось в голове.

— Твои фантомные эмоции очень похожи на истинность, — задумчиво проговорил он.

Про парность и истинность я тоже узнала от Зендера и Лайлы. Они были такой парой. Если Зендеру приходилось уезжать надолго по делам, то пара чувствовала на расстоянии друг друга. И если кому-то было плохо или мог быть в смертельной опасности, то вторая половинка об этом узнавала тот час. Для меня эта истинность была слишком сложной и запутанной.

— Как это возможно? — я не понимала, как все это касалось меня.

— Не знаю, — нахмурился Зендер, пожимая плечами. — У тебя нет метки.

Запястье было чистым.

Вот у Зендера и Лайлы были красивые рисунки барсов на запястьях. Да и смотрела друг на друга эта парочка такими влюбленными, жадными глазами, что порой мне становилось стыдно и неуютно, что я ставала свидетелем этих чувств. Словно воровала для себя кусочек их счастья и любви.

— Это странно, — проворчала я.

Мысли о самоубийстве мне категорически не нравились. Это были самые страшные моменты в моей жизни.

Два года я словно варилась в огне этих чувств. Я сидела на успокаивающих зельях, которые на время блокировали эмоции.

А ночью приходили невероятно реалистичные сны. Странные, незнакомые и пугающие до одури.

Я наблюдала за собой, словно со стороны. Находилась в каменных джунглях со странными железными повозками на земле и в небе.

Я видела себя в красивых длинных открытых платьях со сложной прической на голове и туфлях на высоких каблуках. На шее, запястьях были дорогие украшения. Мои глаза были обведены краской и смотрелись очень красиво и нежно. На губах всегда алая краска, отчего губы казались пухлее и сочнее. Я была красива!

Сначала я видела себя под руку с пожилым мужчиной. С ним было надежно, тепло и уютно. Он был моим островком безопасности и поддержки.

Через некоторое время, сны изменились. Вместо пожилого мужчины со мной рядом всегда находился молодой привлекательный мужчина.

Он смотрел на меня с улыбкой, но в глазах стыл лед и пренебрежение. Но, кажется, я этого тогда не замечала и была счастлива.

Сны не повторялись. Каждую ночь я с опаской засыпала и смотрела очередное продолжение фильма.

Странное слово, не употребляемое в Архароне, но оно мне казалось привычным.

Во снах я словно проживала иную жизнь в незнакомом мире и людьми, одетыми в отличные от Архарона одежды.

Строения и повозки вызывали сначала страх, опасение и недоумение. Но за два года я уже привыкла к своим снам и принимала их за обычность и обыденность. Больше не казался тот удивительный мир чужим и странным.

А сегодня я проснулась от собственного крика в холодном поту.

Кажется, я умерла. Тот симпатичный мужчина, который постоянно был со мной, выбросил меня с высокого здания.

Толчок в спину, падение с высотки стало катализатором того, что я, кажется, вспомнила свою прошлую жизнь полностью.

Предательство выворачивало меня наизнанку.

Поэтому сегодня я сидела на берегу реки, пытаясь сбежать ото всех и уместить полученные воспоминания в свою пустую голову.

Я не понимала, что со мной вообще приключилось. Почему я оказалась в Архароне?

Разве я не должна лежать кровавой лепешкой на асфальте?

Этого не было.

Мое тело идеальное, без единого шрама. Даже небольшой рубец от вырезанного аппендицита пропал. Чувство, что я родилась заново, но каким-то образом упустила период рождения, младенчества и детства. Как такое может быть?

Эти воспоминания были для меня закрыты. Лишь непроходимая тоска выворачивала наизнанку.

— Мне необходимо было побыть одной, — я вернулась в реальность, отвечая Зендеру.

— Ты, что-то вспомнила? — вмиг стал серьезным барс.

— Если бы, — вяло протянула я. — Все так странно и запутанно.

О том, что я иномирянка, говорить не стала. Страшно осознавать, что ты попал в чужой незнакомый магический мир.

Архаронцы ненавидят пришлых, но я не тварь, которые третировали мир долгие века. Я обычный человек. Вот только признаваться в своей инаковости, пока поостерегусь. Нужно понять, для чего я оказалась в Архароне? Какую цель преследовали те, кто притащил меня сквозь пласты иных реальностей? Кому под силу такая мощная магия? Кто способен разрывать границы миров?

И что мне теперь делать дальше?

Два года я ходила потеряшкой, не осознавая себя.

Сегодня же я была личностью, с памятью прошлой жизни, собственным родным и любимым телом и именем.

Вивьен.

Меня звали Вивьен.

— Через неделю я отправляюсь в Реймар, — сообщил Зендер. — Я хочу взять тебя с собой и показать менталистам.

Напряглась. Этого я точно не хочу. Что будет, когда в моих мозгах будет ковыряться посторонний и узнает, откуда я родом? Этого допускать нельзя.

— Сомневаюсь, что мне смогут помочь, — скептически скривилась я. — Память не просто потеряна. Она словно стерта.

— Нет ничего невозможного, — пожал плечами Зендер. — Дело твое, но я бы попробовал. Ты, конечно, можешь и дальше жить в нашей деревне. Об этом можешь не волноваться. Никто тебя не гонит, но я нутром чувствую, что твое место не здесь.

— А где мое место? — криво усмехнулась я.

Учитывая мое Земное происхождение, мне тут нигде нет места.

Мир для меня чужой.

— Не знаю, — пожал плечами оборотень. — Ты достойна большего, нежели наша небольшая деревня.

— С вами я чувствую себя защищенной, — в какой-то степени Зендер прав. Мне действительно мало одной небольшой деревеньки. Я любительница огромных мегаполисов, шума, городской суеты.

— Я понимаю, тебе страшно, — меня заботливо приобняли за плечи. Я доверчиво склонила голову на плечо оборотня. В этом действии не было никакого скрытого подтекста. Зендер действительно воспринимал меня, как дочь. — Но ты молода и у тебя вся жизнь впереди. А кроме нашей деревушки ты ничего и не видела. Это мы — дети леса, стараемся держаться ближе к природе, но люди другие. Вам не нужно все это.

— Мне хорошо тут, — и я не кривила душой.

Лесные Тропы — это уютная деревня оборотней. От людей тут только несколько девушек. Все они истинные пары оборотней. Другие люди тут просто не жили. Только я.

— Я обещаю, что если менталист не поможет тебе вспомнить прошлое, то мы вернемся сюда. Я не оставлю тебя один на один с огромным миром. Но ты не можешь постоянно прятаться и сбегать. Нужно адаптироваться к миру и жизни в нем.

И снова Зендер прав. Я ведь действительно сбегаю от реальности и прячусь в их деревне. Мне просто страшно выбираться в большой мир.

— Ладно, — сдалась я.

Зендер прав.

Моя память восстановилась частично, но я уверена, что в Архарон я попала точно не два года назад. Внутренне крепла уверенность, что я жила здесь раньше. И именно эту жизнь предстояло откопать в закромах моего сознания.

Остаток дня я снова проводила с детьми. Скоро мы расстанемся. Не знаю или надолго, но я буду по ним скучать.

Неделя пролетела незаметно и в путь мы отправлялись на клыкастых лошадях.

Зендер с сыном были наемниками. Они часто уезжали в такие командировки, в одной из которых и отыскали меня в горах.

Лайла уже привыкла к длительным отлучкам мужа, но все равно большую часть времени, Зендер проводил дома. А в холодные периоды вообще не покидал деревню.

Лайла не удивилась, когда Зендер объявил, что в этот раз он берет с собой не только Вистара, но и меня. Видимо, это супружеская чета оговорила заранее. Не думаю, что предложение Зендера было спонтанным.

— Девочка моя, ты всегда сможешь вернуться сюда, — я плакала в объятиях этой добрейшей женщины, заменившей мне мать. — Но негоже такому красивому цветку увядать возле нас. Тебе пора строить свое будущее.

— Я вам так благодарна, — проскулила сквозь слезы.

— Ты хоть и человеческое дитя, но стала для нас родной.

— Жаль, Леандра, что ты не моя пара, — рядом вздохнул Вистар. — Так бы из семьи не пришлось выпускать, но родители правы, ты должна найти свой путь, попытаться вспомнить себя, найти мужа, родить детишек. В деревне тебя все оборотни обнюхали, но увы, никому ты не стала парой.

Ага, я помню, когда мужчины начали паломничество в дом Зендера. Я тогда не понимала, откуда столько внимания. Это чуть позже Лайла и Зендер меня просветили в детали.

— Я вспомнила свое имя, — призналась я, отмахиваясь от предложения Вистара найти мужа.

Мне Влада хватило с головой. Да и при мысли о совершенно постороннем чужом мужчине, становилось не по себе. Словно я никого не имею права выбирать.

В голове промелькнула совершенно абсурдная мысль, что я уже кому-то принадлежу.

— И? — заулыбалась семья оборотней.

— Вивьен, — и так тепло на душе стало, словно это имя меня не только согрело, но и дало надежду, что все будет хорошо.

— Ух ты, красивое! — воскликнул Вистар.

Мужчине было уже восемьдесят лет. Он был напарником отца, но до сих пор холостым. Пару оборотни ждали веками и не разменивались на случайные браки.

Порой Вистар вел себя как мальчишка.

— Да уж, — хихикнула сорокалетняя Наиля. Девушка выглядела внешне не старше меня. Молодая девчонка. Оборотни и маги живут очень долго. Поэтому возрастная категория до четырехсот лет — это можно считать ранней молодостью. — Леандра теперь так себе имя и совершенно не подходило тебе подруга, — меня сжали в звериных тисках и чмокнули в щечку. — А вот Вивьен прям твое! Я очень рада, что ты хоть имя вспомнила. Значит, есть шанс, что и все остальное помогут вспомнить.

— Спасибо, — засмеялась я.

Оборотни — удивительные создания. Жаль, что не все такие. В каждой расе, народах есть свои паршивые овцы и их слишком много.

— Не представляю, как можно нормально жить, не помня ни себя, ни своего прошлого, — сочувственно проговорила подруга. — Но, чтобы в дороге тебя папа с братцем не мучили постоянными тренировками, то я тоже еду с вами!

Да, все эти два года мужчины пытались научить меня защищаться. Говорят, хоть тварей больше и нет, но всякие мрази на двух ногах никуда не исчезли. Им хотелось быть уверенными, что я смогу себя защитить в случае необходимости. Грязные методы мы тоже разрабатывали. Я слишком хлипкая для человека, поэтому мы учили различные приемы, которые могли спасти мне жизнь. Надеюсь, этого не понадобится, но я была прилежной ученицей и могла постоять за себя уже на протяжении получаса.

Выносливость мою тренировали сильнее приемов.

Из холодного оружия мне хорошо удавалась владеть клинками. Иногда я просто с ними танцевала на поляне. Зендер с Вистаром предполагали, что хоть я основную память и забыла, но механика тела работала исправно. Это как научиться есть и ходить. Этого я ведь тоже не забыла.

Но в жизни на Земле я никакими техниками боя не владела. Значит, все-таки все эти навыки приобретены в Архароне. Это снова подтверждало мою теорию того, что до того, как потерять память, я точно жила в этом мире и попала в него раньше, нежели два года назад.

— Правда? — обрадовалась я, радостно обнимая Наилю.

— Ага, — кивнула девушка. — Мама до сих пор против, но мы все прекрасно понимаем, что тебе точно понадобится дружеское женское плечо.

— Спасибо вам! — искренне поблагодарила я. — Спасибо, что приняли меня.

— Главное береги себя и не позволяй моим мужчинам тебя гонять до изнеможения, — улыбнулась Лайла. — Основные зелья и мази я для тебя собрала, но они тоже могут быстро закончиться. Амулеты защиты не снимай даже ночью. Ты слишком беззащитна без них. Заряда хватит на год точно, если нигде не поймаешь смертельную ловушку, Так мы и отправились в путь, провожаемые заботливой хозяйкой дома.

Я была обвешана с ног до головы защитными артефактами. На шее кулон, отражающий, как зеркало, магические атаки. На запястьях широкие массивные браслеты, образующие магический силовой щит. В нем я была как в защитном коконе. Никто не пробьет. Лайла была очень сильной магичкой. В мочках ушей серьги на выявление ядов и опасных зелий.

Реймар находился в четырех неделях пути от Лесных Тропок. Далеко, но там всегда можно было быстро найти клиентов. И пока мы с Наилей будем жить в городе, мужчины уедут на задание после того, как покажут меня менталисту.

Девушку не боялись оставлять одну в Реймаре. Кто посмеет обидеть мага-оборотня? Так что я под надежной охраной. Наиля хоть и уступала брату в битвах в силу своего возраста и малого опыта, но тоже была достаточно сильной и умелой.

Это только я обычная человечка без крупицы силы. Чувствовала себя ущербной рядом с магами. Но я не унывала. У меня есть жизнь и это главное. На Земле же я жила без магии. Здесь тоже проживу.

Через две недели нашего спокойного пути произошло нападение стаи одичавших оборотней.

Как сообщил Зендер, то это оборотни, утратившие свою человеческую половину после потери пары, но не ушедшие за ней следом. И таких оборотней, сбившихся в стаи, было очень много в Архароне. Два года назад тварей хоть и уничтожили разом, но бед они принесли очень много, сметая на своем пути целые поселения.

Эти одиночки были очень опасными. Видя потенциальную жертву, они рвали ее на части. Будь то ребенок, женщина или дряхлый старик. Это были неуправляемые монстры, которые не утратили магических способностей. Как это возможно, я не понимала, но сейчас такие оборотни пришли полакомиться нами.

Не думала, что мой первый выход в свет, окажется смертельно опасным.

Вайкарос и Киранос были самыми безопасными империями в мире, но тогда откуда эти одичалые тут взялись? Как смогли незаметно проникнуть так далеко внутрь Вайкароса?

Остановившись у небольшого ущелья на берегу полноводной реки, мы собирались сделать небольшой привал.

К ночи мы должны были добраться до города Зеленый Лог, но наши лошади устали и всем нам нужен был небольшой отдых.

Оборотни конечно выносливы, но не я. Именно из-за меня наш путь был очень медленным.

Едва мы отправили лошадей на водопой, а сами начали разбирать сумки с едой, как мои оборотни напряглись, а потом одновременно перекинулись в барсов, щеря пасти, перепрыгивая через меня, становясь живой стеной.

Вот тогда я и увидела огромных волков, медведей, змей и других гигантских животных. Особей двадцать на трех моих сопровождающих. Я слабый человек и в этой битве точно не выстою. Но у меня есть клинки. Я не совсем беззащитная.

Оборотни выглядели паршиво. Свалявшаяся, местами облезлая грязная шерсть; рваные свежие раны; подранные уши и бока.

Видимо, недавно выбрались из какой-то передряги. Только не замечают одичалые своих ранений.

Перед тем, как напасть, эти недоживотные ударили магией.

У меня подкосились ноги, но защитный амулет на груди справился со своей функцией. Магия мне не причинила вреда.

Огромный серый барс скосил на меня обеспокоенный глаз и, удостоверившись, что я в порядке, первым бросился в атаку.

Вистар и Наиля не отставали от отца. Все понимали, либо они нас, либо мы.

Магия искрила в воздухе. Громкие рычания и звуки борьбы резали слух.

Я тоже не могла стоять на месте, когда увидела, как змей хвостом скрутил Наилю и сжал ее так сильно, что послышался хруст костей, а из пасти текла кровь. Да он же ее раздавит. Девушка не подавала признаков жизни.

Не задумываясь, я бросилась на помощь оборотнице, пытаясь вонзить клинки в хвост этой твари, бывшей когда-то разумным существом.

Я понимала, что не их вина и одичалые просто обреченные, но в этот момент моя жалость испарилась. Нужно было вытаскивать девушку из лап смерти. Очень надеюсь, что она жива.

Но магия змея меня отшвырнула, не позволив не то, чтобы проткнуть, а и приблизиться.

Беспомощность растекалась по венам. Я с ужасом в глазах, смотрела на то, как медленно утекает жизнь из девушки. Зендер и Вистар тоже видели смерть оборотницы, но приблизиться к нам не смогли. Они жалобно скулили, еле отбивая атаки. Силы были не равны. Это понимали все.

И такая злость меня взяла, а ненависть заполонила каждую клеточку тела, что я буквально взорвалась.

Не знаю, что именно произошло, но все артефакты Лайлы просто рассыпались, а вокруг стало очень темно.

Я наблюдала будто со стороны. Видела, как из меня буквально выплеснулась тьма и напала на одичалых, мгновенно выпивая их магию, убивая на месте.

Я зависла над землей. Мои блондинистые волосы развевались на ветру, а глаза заволокла сама ночь.

Это было страшно, но Вистар и Зендер будто не видели меня, они на подрагивающих лапах ползли к Наиле, которая сломанной куклой лежала на земле.

Девушка умирала. Раны были несовместимыми с жизнью.

Но я ничем не могла помочь. Я не целитель, а теперь выявилось, что я вообще неизвестно что такое. Монстр? Чудовище? Видимо неизвестная сила спала во мне так крепко, что ее никто не смог обнаружить, но стоило нависнуть смертельной угрозе, как тьма выплеснулась из меня фонтаном.

А сейчас от меня отделилось трое теней и, несмотря на рычание оборотней, которые не хотели подпускать неизвестно что, взяли Наилю в плотный туманный кокон.

Четвертая тень оставалась со мной. Она медленно опустила меня на землю и преданно заглянула в глаза.

Честно, я ничего не понимала, но страха не было. В груди ощутила эмоции радости и тепла.

Что, черт возьми, происходит?

— Вивьен, — простонал Зендер, принимая человеческий облик. Мужчина выглядел ужасно, но раны на оборотне затягивались на глазах. Мгновенная регенерация, если раны не смертельные. — Вивьен, кто ты такая? — обеспокоенно спросил оборотень, осторожно подходя ко мне. — Как ты смогла выдрать дочь из лап смерти?

— Что? — я широко распахнутыми глазами смотрела на кокон, в котором невозможно было разглядеть ничего. — Я ничего не делала. Зендер прости, я не смогла помочь, — расплакалась я, падая на колени, цепляясь пальцами за траву. Сил не было. Из меня разом выкачали весь воздух. Тень покачнулась за спиной и обтекла меня со всех сторон, словно успокаивая.

— Вив ты великолепна! — с восхищением в голосе воскликнул Вистар. — Ты не просто нас спасла, а вытащила Наилю из-за грани.

— Что? — я переводила ошалелый взгляд с одного на второго мужчину, не понимая ничего.

— Мы оборотни и чуем смерть, — улыбнулся Зендер. Тревога пропала из глаз. Кажется, он больше не волновался за дочь. — Не знаю, что у тебя за сила, хотя раньше ее точно не было, но сейчас Наилю накачивают энергией и заживляют раны. А твоя сущность за спиной явно ластится, словно соскучилась по тебе и рада, что ты с ней.

Да, от тени передавались и тревога, и отчаяние, и тоска, и безумная радость. Она словно нашла меня. Словно так давно искала и не могла найти. В момент опасности мои эмоции были настолько сильны, что пали все барьеры, воздвигнутые в моей голове. Ощущала невыносимую обиду, что я не звала их раньше, не позволяя проявляться.

— Зендер, я остро чувствую эмоции тени, — почему-то слово «сущность» для меня было чужим. Тени. Вот подходящее определение для этих неизвестных существ. — Возможно ли так, что все эти два года я чувствовала их эмоции?

— Вив я не знаю, — задумчиво прошептал оборотень. — Я предполагал, что ты чья-то пара, но ведь брачного узора на тебе не было. Поэтому не могу даже предположить, что с тобой происходило на ментальном уровне.

Кажется, Наиля в порядке. И сейчас на месте барса лежала потрепанная, но явно живая оборотница.

Кокон распался. Трое теней осторожно, боясь спугнуть хозяйку, двигались в мою сторону.

Четыре тени застыли рядом со мной, виновато опустив головы, словно ждали приговор.

— Я не представляю, с чем столкнулась, — прошептала я, рассматривая их. Покачиваясь над землей, тени нервно дергались из стороны в сторону. Поведение было странным. Они выглядели, как провинившиеся дети. — Я не знаю, что вы такое, но появились очень вовремя. Спасибо, — так странно благодарить безмолвных теней. — И за Наилю особая вам благодарность, — я протянула руку к сущностям. Страха не было. Чувство, что они для меня очень важны.

Меня окатило теплом и лаской. Тени обняли мое хрупкое тело и впитались в меня, растекаясь блаженством по венам.

— Обалдеть! — прохрипела Наиля, приходя в себя. Она еще была слаба, но однозначно жива.

— Как ты? — встрепенулась я.

— Живее всех живых, — радостно воскликнула она. — Но демоны мира! Что у тебя за сила такая? Ты же покруче Смерти! Я думала уже все.

— Ты дура, сестрица, — воскликнул раздраженно Вистар, обнимая девушку. — Какого хорка ты полезла к змею?

— Простите, сглупила, — покаянно опустила голову девушка.

— Дочь ты в последний раз так рискуешь. Пока не войдешь в полную силу, сидишь дома, — безапелляционно заявил Зендер. — Я не хочу и не собираюсь хоронить тебя. Ты подставилась!

— Я знаю, — всхлипнула девушка.

— Все обошлось, — вздохнула я, чувствуя необычайную бодрость.

Неужели тени и так могут? Внутри просто бушевал ураган из чувств. Однозначно, они знали меня до потери памяти. Другого объяснения их поведению я найти не могла. И чего кривить душой, впервые за два года я была рада, что теперь не одна. Не знаю, что они такое, но вреда от них точно не будет.

— Пора убираться отсюда, — проворчал Зендер, осматриваясь.

— Лошади потеряны, — скривился Вистар.

Да, животных растерзали в первые минуты.

— Вивьен ты поедешь на Вистаре, а мы с Наилей заберем вещи, — Отдал последние распоряжения Зендер.

Я всего однажды ездила на спине барса. И скажу, что опыт такой езды был так себе. Но сейчас выбирать не приходилось. На четырех лапах будет быстрее, нежели на своих двоих.

Зендер магией очистил наши сумки от крови лошадей и протянул их Вистару.

— Закрепи надежнее, — попросил он. — Остановок больше делать не будем. Нужно будет сообщить в патруль, что одичалые уже и в нашей империи.

— Вивьен, а что это у тебя такое? — ошеломленно воскликнула Наиля, тыча нервно пальцем в мое запястье.

Оттянув повыше кофту, мы все ошарашенно наблюдали, как на моей руке отчетливо быстро вырисовывались линии, приобретая четкие очертания зверя.

— Это же дэмониец во второй ипостаси! — ошарашенно выпалил Зендер. — Вив я был прав. Ты точно, чья-то пара!

— Вернее, ты пара дэмонийца! — невесело закончил за отца Вистар.

— Что?

Бред, какой-то? Насколько я знала, чтобы начала формироваться связь, нужна личная встреча, а с дэмонийцами я точно не встречалась. Да, я кроме Лесных Тропок вообще никуда не выезжала.

— Я не понимаю, как это может быть, — задумчиво протянул Зендер. — Я о подобном никогда не слышал. И связь не может так быстро сформироваться, — от заявления Зендера мне стало не по себе. — Ты чья-то жена. Брачная связь завершена полностью.

— Золотая вязь! — прошептала растерянно Наиля. — Красиво как!

— И я ничего не помню, — нахмурилась я.

Быть чьей-то парой я не хотела. Тем более неизвестного существа, которого в мире опасались. Самая сильная раса в Архароне не приносила успокоения.

— Возможно, твои сущности спровоцировали восстановление связи? — предположил Зендер. — Брачная вязь точно завершена и ты дэмонийская жена.

— Еще бы узнать чья, — резко проговорил Вистар. — Отец, если она чья-то жена и на время связь была скрыта, то ты не думаешь, что возможно Вивьен было плохо? Почему она оказалась в горах без одежды, памяти и прошлого? Почему эта связь ее не спасла, не защитила? Ее пара должен чувствовать на расстоянии и точно знать местоположение супруги, но дэмонийцев не было. И никто ее не искал. Я не знаю, что произошло, но отдавать Вивьен первому встречному мужику, не собираюсь. Пусть хоть это сам император, что просто невозможно, но девочку я отдам только через собственный труп. Ты сам прекрасно знаешь, что были случаи, когда мужчина издевался над собственной парой. Вспомни всплывшую историю многовековой давности, когда дэмониец убил собственную пару и уничтожил целый город. И выжил после этого тварь. Может это, как раз случай Вивьен? Может это тоже очередной ублюдок? А у дэмонийцев лучшие целители и менталисты. Конечно, и шрамов не осталось и голову почистили, — и чем больше говорил Вистар, тем страшнее мне становилось. Он прав. Ведь не просто так я память потеряла. — И связь спрятали и бросили умирать в горах. Это как раз похоже на дэмонийцев. Поэтому мы ничего о ней и не узнали. Эти сволочи затерли все следы. Но видимо сущности, что вероятнее всего, принадлежали Вивьен и раньше, сбросили часть чар. Стрессовая и смертельная ситуация заставила их проснуться и проявиться. И чем теперь грозит Вивьен проявившаяся брачная парная связь, неизвестно.

— Мне страшно, — Наиля нервно теребила край рубашки. — С дэмонийцами нам не тягаться. Слишком сильны и если захотят, то и нам мозги прочистят, — девушка посмотрела на меня затравленным взглядом. — Вивьен я не хочу тебя забывать.

— Вистар прав в одном, — Зендеру не нравились заявления сына, но зерно истины явно во всем этом было. — Дэмонийцы свое так просто не отпускают. Но будем надеяться, что Вивьен не нужна своей паре, — от заявленного факта меня будто ножом по сердцу полоснули. Не нужна. Это оказывается, больно. Ты чья-то пара, но от тебя отказались, стерли воспоминания, спрятали связь, усыпили теней и просто бросили умирать. — Возможно, у него просто не хватило духу тебя убить самому? — Зендер смотрел на меня сочувствующе. — Он просто понадеялся на случай, телепортировав в горы? И ведь в том месте мы оказались случайно. Не успевали с доставкой груза и решили сократить путь, но по дороге наткнулись на тебя. Возможно, он рассчитывал, что ты просто насмерть замерзнешь?

— Если бы я умерла, то это не означало бы смерть и моему мужу? — вполне резонное замечание. — Дэмониец ведь не самоубийца?

— Как я и упоминал ранее, — брезгливо выплюнул Вистар. — Раньше были прецеденты, когда дэмониец убил свою пару и продолжил жить дальше. Мало того, что он избавился от своей первой истинной, так после, встретил еще одну свою пару спустя века. Что сейчас с этой сволочью, никто не знает. Историю все слышали, а имена нет. Таких надо наказывать, а не давать второй шанс. Но если всех неугодных, чем-то неустроенных пар убивать, то смысл всей этой связи? Истинность — наивысшая ценность в мире и так наплевательски и жестоко к ней относиться, это просто преступление.

— Возможно, дэмонийцы нашли способ не погибать и не сходить с ума от потери истинной? — задумчиво произнес Зендер.

— То есть, гадский муженек убивает свою пару, а сам продолжает жить припеваючи? — с отвращением выпалила Наиля.

— Именно, — кивнул Вистар.

— Это совсем паршиво, — проворчала Наиля.

— Нужно просто избегать дэмонийцев, — предложила я.

— Возможно, плохая была затея вывозить тебя в Реймар, — виновато проговорил Зендер. — У нас ты точно была в безопасности.

— Нет, Зендер, — мотнула я головой. — Теперь я просто обязана все вспомнить и быть готовой к встрече с собственным прошлым, если оно меня настигнет. Я не хочу умирать. И чтобы себя обезопасить, я должна вспомнить.

— Тогда не задерживаемся и в путь, — кивнул Зендер, оборачиваясь в огромного барса.

Наиля последовала за отцом и вскоре мы с Вистаром крепили сумки к спинам животных.

— Готова? — спросил Вистар, когда сборы были закончены.

— Мне страшно, но я готова идти до конца, — кивнула мужчине. — Тем более у меня теперь такая сильная защита, — намекнула на теней.

Они ворочались под кожей и буквально брали меня в кокон, защищая от всего. Мне не понравилась тоненькая золотистая ниточка, которая настойчиво пыталась ко мне привязаться. Вот только избавиться от нее не получалось. А тени только и рады были, посылая по нити эмоции тепла. И что-то мне думается, что конец нити приведет меня к муженьку, чтоб ему икалось. Мысленно взмолилась, умоляя незнакомых теней не подпускать ко мне эту сволочь. Тени недоумевали, но послушно сделали то, что я попросила. Удивительно. Что же еще они могут? Сейчас туманная серая дымка буквально скрывала меня от незнакомого дэмонийца. Хотя ему, наверное, плевать на меня.

— Что-то не сильно они защитили тебя от мужа и менталиста, — скривился Вистар. Я не стала сообщать, что тени только что сделали. Нужно самой разобраться, что происходит. Ничего опасного я от них не ощущала. Лишь заботу и щенячью преданность. — Я бы не полагался на них полностью. Что-то точно сильнее твоих сущностей. И это что-то, твой муж. Провернуть такое дело, слишком сложно, но он смог от тебя избавиться без явных проблем.

Вистар обернулся в зверя и лег на живот. Даже в таком положении он был невероятно высоким. Ему пришлось подставлять лапу, иначе я бы на этого огромного барса не залезла.

Осторожно поднявшись на лапы, Вистар походил по поляне, позволяя мне привыкнуть к неудобной позе. Пригнувшись, распластавшись на спине оборотня, я крепко схватилась за шкуру, зажимая ногами бока барса. Вроде бы крепко.

Зендер вел впереди, Наиля посередине, а мы с Вистаром замыкали нашу небольшую процессию.

Мы неслись сквозь лес на запредельных скоростях. Если бы я не пригнулась, меня бы давно снесло потоком воздуха или ветвями, настолько бешеной была скорость. Вистар меня еще и магией оплел, чтобы я случайно не слетела со спины. В общем, я со всех сторон была под защитой.

Я знала, что оборотни в Вайкаросе предпочитали передвигаться в человеческой ипостаси, поэтому мы и отправились в путь на лошадях.

Сейчас мы остались без коней, поэтому придется двигаться своим ходом.

Лес просто смазывался, поэтому прикрыв глаза, я погрузилась в собственные невеселые мысли.

Мне было до глубины души обидно. Я никому не нужна в этом мире, кроме семьи оборотней. Был муж, который по непонятной для меня причине, решил от меня избавиться. Были тени, память и жизнь. Сейчас, кроме оборотней, в моей жизни больше никого не было. На данный момент, я ничего не хотела менять. Тут безопасность, а там пугающая неизвестность.

И муж мне не нужен.

В прошлой жизни мне с ним не повезло. Видимо, в Архароне история повторилась. Что за судьба у меня такая? Быть убитой в любом из миров.

Так за невеселыми мыслями я провалилась в сон, не переживая о том, что свалюсь по пути. Защитная магия не позволит.

Фергюсар Арравел Леонтивийский. Карна. Замок императора.

Невыносимо.

Я больше не живу, а существую. Сколько раз я пытался уйти за грань, просто перестал считать.

Проклятая тень — мое наказание. Она словно издевалась и не позволяла уйти вслед за Вивьен.

Первый год был особенно жутким. Я метался в бреду, не хотел возвращаться в реальность из своих счастливых грез. Мне казалось, что Вивьен где-то рядом, но почему-то не приходит ко мне. Очень часто до меня доносились отголоски растерянности, непонимания и глубокого отчаяния. И это были не мои чувства. Но связи не было. Это я знал точно. Чьи эмоции я улавливал, так и не смог разобрать.

Бригс и тень буквально по крупицам собирали мое сознание до кучи, не позволяя раствориться в своем горе.

Я слабак. Ничтожество и неудачник.

Я ненавидел их за это. Всех ненавидел.

Мне невыносима сама мысль, что я живу, а ОНА нет! Не уберег и не защитил свою половинку души.

Я потерялся во времени.

Мне не интересна жизнь, империя, мир. Все утратило смысл.

Отец снова взял правление в свои руки, но они с мамой не оставляли попыток меня спасти. Но у них ничего не получалось. Я не хотел этой жизни без нее.

А потом пришла Бестиара. Эта проклятая женщина словно взяла в привычку меня добивать.

— Жалеешь себя? — высокомерно заявила эта невыносимая женщина.

Я все также лежал в наших покоях в ворохе ЕЕ одежды. Накинул стазис на все вещи и предметы, до которых только касались пальчики Вивьен. Я жил этим запахом. И уничтожал себя им. Но так мне казалось, что Ви жива и просто вышла на несколько минут, но проходило время, а она не возвращалась. Зато приходил Бригс с Диего, насильно меня усыпляя.

Кажется, за все это время я не произнес ни слова окружающим. Хотя нет, я говорил с ночью. Я буквально жил этим временем суток. Мне казалось, что Ви услышит меня, ведь она растворилась во тьме и теперь моя пара была везде. Я так думал. Конечно же, это было бредом моего больного воображения и Вивьен не просто растворилась во тьме, а попросту исчезла, не оставив после себя ничего. Но каждую ночь, я снова и снова говорил с ночью, в надежде, что тьма отпустит ко мне мою женщину.

Все было напрасным.

— Ты не послушал меня, — Оракул с особой жестокостью проворачивала в незаживающей кровоточащей ране, свой провидческий клинок. Я прекрасно понимал, что виноват, но время не обратить вспять. — Вивьен отдала свою жизнь, чтобы жил ТЫ! — и это я тоже понимал. Но зачем мне эта жертва? Зачем мне этот мир без НЕЕ? — Я не вижу сейчас твоего будущего, — потому что его у меня нет. — Но я знаю душу девушки, которая стала для нас всех спасением. Я ждала ее двести лет, — что? Как Бестиара посмела использовать мою пару в своих целях? — Только душа из другого мира смогла приручить ту силу, которую выдернул в наш мир отступник. Только эта душа смогла помочь справиться с тварями раз и навсегда, но твое упрямство все перечеркнуло, — о чем она говорит? Почему утверждает, что моя Вивьен из другого мира? Это же бред! Это просто невозможно. — Ты никогда меня не слушал, упрямый мальчишка! — воскликнула Бестиара. — Сила была настолько огромна, что души Архарона просто с ней бы не справились. Никто бы не справился и тогда мир бы поглотил хаос и гибель. Но Вивьен была слишком милосердна. Свет ее души смог приручить эту силу, — тень внутри заворочалась, соглашаясь. Тень скучала по Вивьен, но она выполняла ее просьбу меня оберегать даже после смерти хозяйки. Слепая преданность удивляла меня. Тени были разумными, хоть и бесплотными. — Тебе нужно было быть лишь рядом, но ты решил поиграть в героя одного сражения. Ты ведь теперь прекрасно знаешь, что ей ничего не угрожало? Так ведь? — я ненавидел себя за эту правду. — Вивьен ведь отдала тебе, не задумываясь, часть своей прирученной силы. Она спасла не только Архарон, но и тебя, — каждое слово точно попадало в цель, раскурочивая и без того незажившую, кровоточащую рану. — И вместо того, чтобы ценить такой подарок, ты решил просто уничтожить себя? Растереть в пыль все ее старания? Этого она хотела, когда отрывала кусок себя и отдавала его тебе? Я понимаю, как тебе тяжело и как болит твоя душа, но не обесценивай ее жертву. Она этого не заслужила.

— Я не могу без нее, — прохрипел я, впервые за все это время, заговорив с живым существом. Боль от потери любимой ежесекундно разрывала меня на части.

— Просто живи, — пожала плечами Оракул. — Будущее настолько туманно, что я не знаю, что сказать. Душа твоей пары очень сильна, — а потом, прикрыв глаза, прошептала. — Однажды рожденная, дважды перерожденная. Не смотри глазами, чувствуй сердцем.

— Что? — это предсказание?

— Ничего не понимаю, — растерянно мотнула головой Оракул, возвращаясь в реальность. — Ничего не вижу, кроме серого тумана, как раньше. Я ощущаю в Архароне спящую силу Вивьен.

— Она везде. Вивьен растворилась в нем, — сквозь боль, выдавил из себя очевидное.

— Нет, — покачала головой Оракул. — Это, что-то другое. Тьма везде, но та сила, что выпустил отступник, не исчезла, а спит.

— Та тень, что со мной? — предположил я.

— Нет. Вся сила.

Бестиара сбежала, а я задумался. Если Вивьен исчезла, то и сила должна была уйти вслед за хозяйкой. Никто бы не смог ее украсть. Не тогда, когда она растворилась во тьме, накрывая собой весь Архарон. Такое никому неподвластно.

После этого посещения, я начал возвращаться в реальность. Было над чем подумать.

Родные и друзья, конечно, обрадовались, но боль моего сердца не утихала. Мне также было нестерпимо плохо.

Но сейчас я заставлял свою тень искать. В этот раз я не стал отмахиваться от Бестиары. Если она сказала, что вся сила осталась в Архароне. Значит, я должен ее найти.

Но проходило время, а моя тень натыкалась лишь на пустоту. Она не ощущала своих сестер. И чем больше проходило времени, тем меньше у меня оставалось надежды отыскать силу своей пары.

И вот, спустя два года с последней битвы, тень ощутила отголоски силы, исходящие с материка. Тень буквально летела на зов, но неожиданно наткнулась на сильный барьер. Сколько бы она не билась в него, сестры были глухи. Они не слышали зов тени.

Зато я смотрел на свое запястье широко распахнутыми глазами. По телу разливалось щемящее чувство теплоты, заполняя огромную дыру в груди.

Я видел свою брачную вязь. Она ни капельки не изменилась. Золотистый узор разрастался буквально на глазах. Тень была удивлена не меньше моего.

Я с безумной надеждой смотрел на брачную вязь, боясь поверить в увиденное. Этого просто не могло быть.

Но я видел и чувствовал, что вязь настоящая. Я бросал поисковую нить, но натыкался на туман, который не пускал к своей хозяйке. Я не понимал, почему?

Моя Вивьен жива. Не знаю, как это возможно, но я был в этом уверен, так как узор совершенно не изменился, подтверждая, что моя женщина та же. Почему же тогда моя пара не дает о себе знать? Почему ставит барьер? Она настолько меня ненавидит? От этих невеселых мыслей мне даже почудилось, что в мою сторону направлена лютая ненависть и раздражение вперемешку с животным ужасом. И это точно не мои эмоции. Что к проклятому хорку происходит?

Я буквально похоронил себя заживо. Так как та жизнь, что проживал я после потери пары, нельзя было назвать жизнью. И только тень не давала окончательно сойти с ума. И вот сейчас эти странные эмоции для меня были не просто непонятны, а невыносимо больно резали по живому.

Моя тень металась, не понимая, как и я, что происходит.

Чуждость пары выворачивала суставы, но я словно мазохист, наслаждался этим. Она ЖИВА! А с остальным мы справимся.

Теперь нужно ее найти.

Материк. Именно оттуда пришел зов.

Я не стал никого предупреждать о своей находке. Боюсь, меня просто не поймут. Прецедентов с ожившими парами после двух лет смерти, еще не было. И мне нужно самому все перепроверить.

Внутренняя агония меня не отпускала ни на секунду, а сейчас мелькнула безумная надежда. Я не мог от нее отмахнуться.

Мне пора на материк.

Я не стал брать с собой боевого друга, но Вихрь не отходил от Бури ни на шаг. Разрыв с хозяйкой больно ударил по животному Вивьен. Лошадь моей пары еле выходили, но интерес к жизни у дикой пропал напрочь. Буря была безучастна ко всему. Вихря ломало, что ничем не мог помочь, лишь быть рядом.

Вот и сейчас Буря лежала на солнце, подогнув копыта и положила морду на траву, смотря не мигающим взглядом на реку. Вихрь лежал рядом, укрыв свою пару огромным крылом. Только Буря этого не замечала вовсе. Мыслями она была далеко.

Вернулся в спальню, собрал минимум вещей, взял денег и, не раздумывая, шагнул в портал.

Материк огромен, но я так надеялся, что тень поможет мне найти, раз связь полноценно не работает.

Снова бросил зов, но на этот раз не получил по морде за наглость.

Туман немного рассеялся и позволил уловить направление и непроходимую тоску. Накрыл эмоциями покоя и любви, пытаясь достучаться до пары. Только Вивьен была закрыта от меня. Но тоненькая, слабая золотистая нить смогла немного укрепиться за пару. В этот раз сестры моей тени не стали обрывать связующую нить, а лишь прикрыли невидимостью. Для чего они это сделали, я не понимал. Вивьен ведь тоже должна ко мне тянуться. Сформировавшаяся связь всегда действует в обе стороны. Но сейчас все было коряво и неправильно. И тени почему-то скрыли нашу привязку от хозяйки. Что происходит?

Распахнув крылья, я взмыл высоко в небо, скрываясь за облаками от имперцев.

Я еще и дэмонийскую ауру прикрыл. Сойду за обычного человеческого мага. Не хочу привлекать лишнего внимания. А оно будет. На материке мою расу не любят, хоть и принимают помощь, как должное.

Я телепортировался в Вайкарос, что уже меня успокаивало. Эта империя точно безопасна для моей пары. Куда же двигается Вивьен?

Я приземлился в лесу, недалеко от Зеленого Лога. Нить привела меня сюда, а дальше пустота. Нет, связь работала, но тени снова поставили плотный туманный барьер, не позволяя искать дальше.

Но я не собирался сдаваться. Городок небольшой и надеюсь, что мои поиски вскоре завершаться.

Был уже вечер, но город не спал.

По узким улочкам то и дело проезжали груженые телеги, а народ спешил по своим делам.

Но они меня мало волновали. Нужно найти ночлег. Тяжело полдня махать крыльями после двухлетнего перерыва. Я ведь свою вторую ипостась все это время держал взаперти, иначе точно бы наворотил дел, как Марбасиан, но у него не было сдерживающей тени. Вивьен позаботилась даже об этом. Архарон избежал множества смертей от моих рук.

Мышцы болели, а в груди застыла боль. Бросил взгляд на запястье, убеждаясь, что брачная вязь на месте и облегченно выдохнул. Это не плод моего воображения. Связь действительно возобновилась.

Зов был бесполезен сейчас. Вивьен закрылась полностью.

Поспешил к более-менее приличному трактиру. Надеюсь, что смогу найти нормальный номер.

Искомый объект обнаружился в самом сердце Зеленого Лога. И людей было очень много. Свободных столов не было. Народ, что-то радостно обсуждал.

Конечно, беда миновала. Ни одной твари больше не было в Архароне. Людишкам можно и расслабиться, и продолжать наслаждаться жизнью.

— Свободную комнату, — холодно приказал я.

— Все занято, — ответил оборотень. — Все съехались на ярмарку и номера были разобраны еще две недели назад.

— Я не спрашивал, что у вас за события, — резко бросил я, начиная раздражаться. — Я плачу, вы предоставляете услуги, — выложил на стол целых два золотых. — Думаю, этого будет достаточно, чтобы в кратчайшее время найти для меня свободный номер.

Я устал. В висках неприятно пульсировало. Сейчас совершенно не было сил на пререкания с оборотнем.

Обвел взглядом местный контингент. Хм, а это, скорее всего, пристанище этой расы, но ничего, переживут мое присутствие. Я больше не намерен искать ночлег.

Хотя, вон среди оборотней затесалась человечка. Почему она так странно смотрит на меня? В глазах пренебрежение и брезгливость? Серьезно?

Людишки совсем страх потеряли?

Хотя, о чем это я? Забыл, что сейчас выгляжу, как обычный маг.

Но девчонка не маг. Вообще обычная. И что она делает в компании оборотней?

Внимательнее присмотрелся, отмечая хмурую складку на лбу и поджатые в линию пухлые губки. Светлая кожа человечки особенно сильно выделялась на фоне смуглокожих оборотней. Да и длинные светлые волосы, заплетенные в две косы, вообще не вписывались в окружающую среду. Красивая. Слишком красивая для таких мест.

Весь ее вид кричал о том, что человечка не местная. Глаза цвета ясного неба утягивали за собой. Я будто провалился в них, утопая в этой голубой бездне. И не выплыть, не вынырнуть, не найти спасения.

— Лерой вам лучше найти другое место для ночлега, — с рычанием в голосе ответил оборотень, отталкивая от себя монеты. Голос оборотня привел меня в чувство, разрывая зрительный контакт со светлокожей человечкой. Что за ерунда? Какого хорка, девчонка смотрит на меня так осуждающе? — Мест нет.

— Слушай ты, облезлая псина, — прошипел я, теряя терпение. — Меня не волнует, кто именно освободит для меня номер, но если не хочешь проблем, то место найдешь сейчас же, — и я полыхнул тьмой в глазах. Тень. Она была мной недовольна, но подчинилась, давя своей силой сверху. Дэмонийскую ауру пока придержал.

Я не понимал, откуда такая агрессия? Такое поведение для меня не присуще. Я спокойный и выдержанный дэмониец, но тот взгляд девчонки, буквально выворачивал наизнанку нутро.

Оборотень ощутив силу, присмирел, но ответить мне не успел.

— Лерой я думаю, что смогу вам помочь, — услышал за спиной ровный голос. — У нас трехместный номер и думаю, одну комнату сможем вам выделить.

Я резко обернулся, испепеляя на месте взглядом наглеца, посмевшего нарушить мое личное пространство.

Еще один оборотень.

Мужчина смотрел на меня с насмешкой и даже жалостью. Неужели я так плохо выгляжу, что даже оборотни меня жалеют?

А ведь этот оборотень сидел рядом с девчонкой. Снова посмотрел на человечку, но она тихо разговаривала с оборотницей. Внутри разлилось непонятное разочарование от того, что девчонке я больше не интересен.

— Зендер ты уверен? — настороженно спросил хозяин таверны у своего собрата, косясь в мою сторону неприязненным взглядом.

— Нет, но так надо, — поджав губы, ответил Зендер и снова перевел на меня взгляд. — Двадцать третий номер, последняя комната ваша, — а потом чуть тише добавил. — Надеюсь, она знает, что делает.

Я ничего не понимал, но даже такой подачке был рад.

— Благодарю, — я смахнул со стола монеты и протянул их Зендеру. Мужчина колебался, после бросил быстрый взгляд на свой столик и после светловолосого кивка, принял от меня монеты.

Что за ерунда тут творится? Какого хорка оборотни подчиняются простым смертным? Светловолосая даже не маг. Какого демона оборотни слушают слабых людишек?

Я не понимал. Тень насторожилась и прислушалась, но угрозы я не ощутил, лишь легкое раздражение.

Глава 22

— Леа, ты точно сумасшедшая, — недовольно проворчала Наиля, гневно пыхтя.

Да мы все-таки решили больше не использовать мое настоящее имя. Пока я все не вспомню, лучше побыть Леандрой.

Вивьен осталась в старой памяти и прошлой жизни.

Тени тоже начали чудить. Пришлось им буквально приказывать, чтобы скрыли меня от той назойливой нити. Стоило мне расслабиться и уснуть на мягкой спине барса, как эти предательницы позволили прицепиться ко мне, какой-то странной напасти. Нить пульсировала, но ничего плохого я от нее не ощущала. Полное умиротворение и привязанность. Мне не нравились метаморфозы, что происходили вокруг. И если теней я ощущала как собственное продолжение, то нить реально напрягала и пугала до чертиков.

— Он странный, — проворчала я, больше не смотря на мужчину.

От него веяло силой и каким-то диким отчаянием. На какой-то миг, мне стало жаль его. Взгляд побитого жизнью мужчины не оставил меня равнодушной. И то, что он хамил, презрительно кривя губы, тоже не от хорошей жизни. Странным образом, но я ощущала внутреннюю невыносимую боль этого мужчины. Он глубоко несчастен и отказ в номере, наверное, была последняя капля в чаше терпения этого незнакомца.

Смуглокожий, длинноволосый, но вот волосы абсолютно белые, седые. Словно все краски разом сошли с него. Что же он пережил, что выглядит сейчас так, что краше в гроб кладут.

Истощенный вид, сутулая, сгорбленная как у старика осанка, усталый, пустой, безжизненный взгляд, впалые щеки и костлявые пальцы — говорили о том, что мужчина пережил нечто ужасное и болезненное. Он был высоким, но каким-то высохшим, что ли.

Добротная и явно дорогая одежда была ему в пору, что говорило о достатке незнакомца.

Когда мужчина протянул золотые монеты Зендеру, я кивнула приемному отцу, чтобы взял их. Незнакомец явно не любил быть в должниках. Если ему будет легче, то пусть платит. Да и нам монеты не помешают.

— Леандра это совершенно неправильно, — буркнул Зендер, усаживаясь рядом.

— Я так чувствую, — пожала плечами, отпивая травяной сбор. — Не могу объяснить, но у меня все внутри переворачивается от жалости к этому незнакомцу.

— Он же не ребенок! — прошипел Вистар. — Я понимаю любить, помогать и оберегать детей, как ты это делала в нашей деревне, но привечать незнакомого мужика да еще очень сильного мага — это полное безумие! Чувствую, что сегодня я не усну. Не смогу сомкнуть глаз, пока этот с нами в одном номере.

— Простите, — кажется, я переборщила со своей жалостью и Вистар прав. Я совершенно не думала о нашей безопасности, когда отправляла Зендера с предложением к этому мужчине.

— Леа на тебя это совсем не похоже, — покачал головой Зендер и напрягся. — Тихо.

А через минуту к нам за столик подсел вышеупомянутый незнакомец.

— Темного времени суток, — вежливо поздоровался мужчина, обводя нас пристальным, пронизывающим взглядом. Особенно задержался на мне, но меня его аура власти не напрягала, хотя вон у мужчин и Наили плечи поникли.

Вистар оказался прав. Я непроходимая дура, раз позволила такому сильному магу делить с нами номер. Только его энергия меня совершенно не трогала, а вот тени встрепенулись, с радостью поглощая эмоции мага. Что за чертовщина? Мысленно шикнула на них. Притихли, но продолжали следить.

— Вы видимо за ключами от номера? — холодным тоном сказал Зендер. — Попросите у Деяна, — кивнул в сторону хозяина заведения. Тот пристально смотрел на мага и недовольно поджимал губы.

— Нет, — чуть мотнул головой незнакомец. — Поблагодарить, — и обаятельно улыбнулся.

И любая другая повелась бы на эту улыбку, но точно не я. Глаза. Его глаза оставались пустыми и безучастными. Мертвые глаза. Наиля тоже это заметила и отшатнулась. Он реально пугал.

— Не стоило, — отмахнулся Зендер. — Ваши золотые монеты сделали это за вас.

— Деньги — это такие пустяки в жизни, — устало ответил мужчина, откидываясь на спинку стула. — Не возражаете, если я к вам и за ужином присоединюсь? — нагло заявил он.

И если даже возражаем, то он не сдвинется с места. Да и свободных мест в таверне не было. За нашим столиком на четверых персон, пятый стул незнакомца точно был лишним.

Но разносчица уже несла вечернюю трапезу.

Инцидент с мужчиной нас застал на середине ужина, поэтому вставать и уходить именно сейчас, глупо. Мы были голодны после изнурительного бега. Вернее это оборотни бежали, а я на спине Вистара прохлаждалась. Но у меня болело все тело от неудобной позы. Я просто не встану и не дойду до номера без посторонней помощи. Если сюда еще доковыляла, то расслабившись за столом, и шагу ступить не смогу. Мышцы ныли безумно.

Все ели молча. Никто ни слова не смог проронить. Напряжение просто витало в воздухе. В который раз, я мысленно кляла свою импульсивность, хотя раньше за собой этой черты характера не замечала.

Плохая, плохая идея с дележкой номера. Сейчас я это особенно поняла.

Незнакомец фонил невероятной силой, а тени жадно облизывались на нее. Проклятье. Надеюсь, они не нападут на живое существо? Нужно их контролировать.

Напряжение давило, поэтому, едва Вистар опустошил свой ужин, я обратилась к другу:

— Вистар проводишь меня в номер? — попросила я, умоляюще смотря на оборотня.

— Конечно, Леа, — улыбнулся он. — Наиля думаю, что тебе следует тоже вернуться в номер. День был тяжелым.

— Это точно, — согласно кивнула девушка, подскакивая со стула, протягивая мне руку. Мои друзья прекрасно поняли мое состояние.

Одна женская ладонь, другая мужская и вот я уже стою на своих двоих, благодарно опираясь на бок Вистара. Он буквально вдавил меня в свое тело, придерживая крепкой рукой за тонкую талию. Со стороны незнакомца послышалось рычание.

Наступила тишина, а мужчина, кажется, сам опешил.

— Простите, тоже день был тяжелым, — вот только в голосе ни искры извинения. Холод. Вымораживающий лютый холод проникал в каждую клеточку тела.

Мужчина не сводил с меня своего пронизывающего взгляда, словно пытался найти на моем лице, что-то известное только ему. Но я не понимала этого интереса. И убийственный взгляд на мужскую руку на моей талии тоже не приносил успокоения.

А потом незнакомец резко тряхнул головой, словно прогоняя дурные мысли и вернулся к ужину, уже полностью игнорируя нас.

Я еле переставляла ногами, но твердая рука на талии, не давала упасть.

— Завтра точно отведем целый день на отдых, — хмуро выдал Вистар, едва мы оказались в номере. — Ты совершенно не приспособлена к таким нагрузкам. Ты еле на ногах стоишь.

— Пустяки, — отмахнулась я, падая на кровать. — Сейчас приму горячую ванну, расслаблюсь и завтра буду, как огурчик.

— Как кто?

— Прости, иногда у меня вырываются совершенно незнакомые слова, словно память их специально подкидывает, — нет, свою земную жизнь я вспомнила полностью, но оборотням этого знать точно не нужно. Хотя, если они приняли моих теней, то мне, наверное, не о чем вообще переживать. — Не знаю, что вам сказать, — пожала я плечами.

— Видимо ты совсем издалека, — недовольно проворчала Наиля. — Или у дэмонийцев нахваталась. Вот и подкидывает память.

Я прикоснулась к запястью. От него постоянно шло тепло. Я не понимала этого. Если муж хотел избавиться, тогда почему я ощущаю от рисунка энергию тепла и любви?

— В любом случае, девочки, Наиля ты сегодня спишь в комнате отца, а я рядом с Ви. Не доверяю я этому мутному магу.

Посмотрела на две сиротливо приткнутые к углам кровати и вздохнула. Да какая разница с кем спать, главное, чтобы не беспокоили. Я жутко устала.

— Согласна, — Наиле тоже не нравилось наше соседство. — Защитную магию мы кинем на комнаты, но этот маг силен и сомневаюсь, что ему наши защитные потуги помеха.

— Сигналку установлю, — проворчал Вистар. — В любом случае, трактир перебудит. Не думаю, что маг пойдет убивать нас при таком количестве народа.

— А зачем ему нас убивать? — растерянно спросила я.

— Ты его глаза видела? — прошептала Наиля, озираясь на дверь, будто боялась, что к нам в комнату ворвется незнакомец с топором наперевес. — Там же мертвое все. А если мертвое, то человек абсолютно лишен чувств и эмоций. А такие люди, точно не белые и не пушистые.

— Не знаю, — пожала я плечами. — Мне он показался побитым жизнью и несчастным человеком.

— Ты такая наивная, — фыркнула Наиля. — Ну, куда тебя выпускать в этот враждебный и опасный мир? Ты же каждого приблуду пожалеешь и потащишь в дом. Ви, так нельзя. Нельзя слепо доверять первому встречному и предлагать помощь.

Настоящим именем оборотни называли меня только наедине. Словно это делало нас всех ближе.

— Но вы же предложили помощь мне, — в чем-то она права. — Я ведь тоже первая встречная.

— Одно дело, замерзающая в горах девушка без сознания, — буркнул Вистар. — А другое дело сильный маг, которому приспичило ночевать именно в этом трактире. Хорошо, что Деян всегда для нас держит номер. Но не думаю, чтобы нам кто-то предложил комнату, как это сделала ты.

Я устала от этого разговора. Я поняла, что облажалась. Сильно облажалась, но чего уж теперь.

— Наиля поможешь принять ванну, а то чувствую, что утопну в ней, — попросила подругу. — Разомнешь, пожалуйста, мне мышцы. И в сумке надо найди зелья Лайлы. Там точно, что-то было от болей в мышцах.

— Без проблем, — улыбнулась оборотница. — Как тяжело быть обычным человеком, — вздохнула подруга. — Я тебе не завидую.

Ага, но я такая, какая есть и другой быть не хочу.

— Оставлю вас, — мрачно заявил Вистар. — Буду в комнате отца.

Наша в Вистаром комната была крайняя слева, Наиля с отцом получается в проходной посередине, а незнакомец будет в крайней правой комнате. Но хорошо, что купальня напротив нашей комнаты. Внезапных гостей не предвидится. Чтобы к нам попасть, нужно минуть оборотня, а он так просто не пропустит к нам посторонних.

Наиля великолепная массажистка. Я довольно стонала от легких расслабляющих надавливаний и блаженно прикрывала глаза.

— У тебя потрясающие руки, — прошептала девушке.

Зелье Лайлы, что мы добавили в воду, отлично снимало усталость. Когда я, разомлевшая, укутанная в длинное полотенце, прошлепала в комнату, Наиля принялась за свою помывку. В отличие от меня, оборотница справилась очень быстро.

Я пыталась расчесать свои мокрые запутанные волосы, но ничего не выходило.

— Дай я, — рассмеялась за спиной подруга, проводя по волосам ладонями. Меня окутала магия. Блондинистые волосы шелковой волной укрыли тело. — Такие красивые! — восхищенно выпалила Наиля. — Ты такая неземная, словно соткана из самого света.

— Перестань, — отмахнулась я. — Я обычная, просто в этой части континента, наверное, я действительно экзотика.

— Кстати, тот маг не сводил с тебя взгляда, — я это тоже заметила, но не стала акцентировать внимание на странном поведении мужчины.

— А ты думаешь, он каждый день видит человека без магии в компании оборотней? — вопросительно изогнула бровь. — Сама говорила, что оборотни стараются держаться подальше от людей и точно не водить с ними дружбы, а тут сразу заметно, что вы меня опекаете.

— Да, странный он, — нахмурилась Наиля, доплетая вторую косу. И когда успела? — Готово!

— Спасибо, ты настоящая кудесница! — искренне поблагодарила девушку. Волосок к волоску.

— Ага, а магия не позволит растрепаться твоим шикарным косам.

— Завтра пройдемся по ярмарке, раз у нас внеплановый выходной? — спросила я Наилю, укладываясь в кровать, сонно зевая.

Устала.

— Конечно, — кивнула Наиля. — Но сначала давай вотрем в твои мышцы мамину мазь, а то боюсь, что завтра встать не сможешь.

Я не заметила, как уснула. Не видела, как этой ночью в комнате материализовался наш наглый сосед справа. Не увидела, как он с жадностью рассматривал мое запястье и с диким трепетом гладил тонкими шершавыми пальцами мое лицо, словно изучая, запоминая и плача. Этот измученный и побитый жизнью маг молча плакал и улыбался, как сумасшедший. Но я всего этого не видела.

А Вистар. Этой ночью он не проснулся. Видимо, чары мага были слишком сильными.

А мои тени позволили проторчать наглому магу до самого утра у моей постели. Эти предатели ослабили свою защиту, позволяя связующей нити стать толще, плотнее. И чудилась мне снова ноющая тоска и легкая радость; вымученное облегчение и глубокая вина. Но больше всего в меня хлынули эмоции преданности и бешеной, на грани сумасшествия, любви.

Эх, если бы знала, что все это значит, но память молчала, а на утро, чувствуя невероятную бодрость, буквально у порога комнаты напоролась на хмурого мага. Он стоял, опершись о косяк ванной комнаты, и смотрел на меня с обидой, диким непониманием происходящего. Словно, я что-то ему должна, но забыла отдать. Но у меня точно не может быть никаких долгов. Что я успела ему сделать?

И не надо рассматривать меня с такой жадностью.

Фергюсар Арравел Леонтивийский. Империя Вайкарос. Зеленый Лог.

Я не мог поверить собственным глазам.

Этого просто не могло быть. Никак.

Это не поддавалось логике и объяснениям.

Я набросил на оборотней сон, а сам сидел возле кровати беловолосой девушки. Ноги отказывались меня держать. Я с жадностью впитывал в себя образ пары.

Не было никаких сомнений, что это моя Вивьен. Стоило ей уплыть в сон, как тени активизировались и ослабили барьер, позволяя вливать в истощенный организм незнакомки, силу. Мою силу, которую Ви приняла, не задумываясь.

Наши запястья пульсировали, а золотистая нить связи утолщалась очень быстро. Я был совершенно дезориентирован.

Я не понимал. Открываю глаза и передо мной совершенно другой человек, но стоит прикрыть веки и настроиться на парную связь, как я чувствую свою истинную.

Тени признали Вивьен. Сомнений быть не могло. Но, что произошло с ней? Она стала совершенно другим человеком. Другой рост, комплектация тела, внешность. Совершенно иная. Как это возможно?

Но запах. Запах остался тем же. Карамель и корица — для меня просто сногсшибательная смесь. В таверне все запахи смешались. До меня доносился лишь тонкий аромат, но я не придал ему значения. А сейчас в комнате я очень остро прочувствовал любимый запах.

Вспомнилось предупреждение Бестиары. Она видела Ви, но не понимала сама, что такое может быть. Поэтому и сказала, чтобы смотрел сердцем, искал ее душу.

Душа?

Ведь Оракул говорила, что душа моей пары из другого мира. Может ли такое быть, что ей удалось вырваться из лап тьмы, но некуда было возвращаться? Тела точно не было, а без физической оболочки, душа долго не проживет.

Но тревожило меня другое. Почему Вивьен ведет себя, словно чужая? Словно, увидела меня в таверне впервые? Ни капли узнавания. Абсолютно ничего. Полное безразличие. Ее равнодушие резало меня без ножа.

И имя. Оно другое. Чуждое, незнакомое. И эти оборотни вьются вокруг нее, как стервятники. Молодой оборотень вообще глаз не спускал с девушки. Я ощущал его неприятие. А когда он приобнял девушку за талию, сам не заметил, как зарычал.

Почему вчера меня не насторожило поведение второй ипостаси? Мой зверь тоже чувствовал свою пару.

Сомнений нет. Эта светлокожая девушка — моя Вивьен. Установленная, проявившаяся связь, явное тому подтверждение.

Безумно красива! Идеальна! Чего тут спорить? И придется привыкать к новой внешности. Конечно, мне был ближе прошлый облик, но разве важна внешность? И я теперь всюду узнаю половинку своей души, в каком бы теле Вивьен не была.

Я был счастлив и сам не заметил, как слезы катились по щекам. Два года беспросветной тьмы, агонии и ее луч света, который вдохнул в меня заново жизнь.

Светлая душа! Моя!

Всю ночь я просидел на полу у кровати девушки, не в силах расстаться, заново знакомясь с парой, запоминая каждую черточку лица. Я, как цепной пес сидел и не мог насмотреться на хозяйку своей никчемной жизни. Она скрутила мои внутренности узлом и крепко держала в своих пальчиках. И я был не против. Все для нее! Моя жизнь всецело принадлежала этой хрупкой на вид девушке.

Я был счастлив. Да, мы пока не вместе, но она здесь, рядом со мной и живая. А с остальным я справлюсь. Вот только пойму, к чему весь этот маскарад с не узнаванием.

А пока мне осталось лишь выжидать и охранять свое бесценное сокровище.

В первые месяцы после гибели Вивьен я буквально горел, пытаясь уйти следом за парой, но тень жрала мое пламя, сыто переваривая магию, а потом отдавала мне чистую энергию. Тень могла выпить меня до суха, но не делала этого. Мы научились кормить друг друга без причинения вреда. И это заслуга тоже Вивьен. Она научила своих существ жить в нашем мире без причинения вреда окружающим. Нам не нужны твари с резервациями для пропитания. Тени хватало того, что она получала от меня.

Моя тень вытаскивала меня из-за грани несколько раз. И теперь я был ей благодарен за это. Если бы не тень, меня бы уже не было на этом свете. Я не смог пережить гибель своей суженой.

Но я здесь, моя пара рядом и я безмерно счастлив.

Вивьен хмурилась. Душа моя, что же тебе снится? Что тревожит?

Ты спасла Архарон, но почему-то решила бросить своего истинного на медленную смерть.

Занимался рассвет. Я не имел права больше здесь находиться. Нужно зачистить следы своего пребывания.

Бросив на жену полный взгляд нежности и любви, оставив на губах легкий поцелуй, с сожалением, отстранился, поднимаясь на ноги.

Легкая дымка магии после телепорта даже мой запах скрыла.

Нужно привести себя в порядок и дождаться пробуждения, что я и сделал полчаса спустя, облокотившись о косяк двери ванной комнаты.

Вот только, едва открылась дверь пары, как я встретил ее недоуменный взгляд.

— Вы, что-то хотели? — ровным голосом спросила девушка.

Голос нежный, тонкий. Не тот, что был у прежней Вивьен, пострадавшей от тварей в реке. Но я любил ту Вивьен. Диего практически закончил тогда зелье, но не успел помочь. Моей пары не стало.

Сейчас передо мной красивая статуя с длинными светлыми волосами, заплетенными в сложные косы. Ее непонимающий и недоуменный взгляд рвали душу на части. Она так холодна, как снега в Ледяных Пустошах. Так недостижима, как звезды в небе. Чужая для меня. Иная.

— Меня зовут Ар, — для начала представился я. Хотя пара прекрасно знала, кто я, но в эту игру можно играть вдвоем. Не понимал ее мотивы. Абсолютно нелогичное поведение. — Хотел предложить вам сопровождение, — с ходу начал я.

— Нам оно не нужно, — нахмурилась девушка. — Оборотни великолепные воины и маги.

— Но я сильнее, а время все еще не спокойное, — продолжал я давить на нее. Ну же, почему ты так холодна?

— Кажется, Леандра ясно дала понять, что мы в ваших услугах не нуждаемся, — за спиной девушки послышалось недовольное рычание ее спутника. Он возвышался над Вивьен и с вызовом смотрел на меня. — Шел бы ты человеческий маг отсюда. Тебе тут не рады.

— Ладно, ладно, — сквозь зубы процедил я, поднимая вверх ладони. — Перестань рычать. Я ее не трогаю, — я мог бы вырвать кадык этому оборотню в одно мгновение. Он бы даже пикнуть не успел, но я видел, как для Вивьен дороги эти спутники. Она мне не простит их смерти.

Проклятье, а я ночью уже все распланировал, но даже представить не мог, что моя Ви откажет. Это в голове не укладывалось. И почему она позволяет называть себя другим именем?

— Вистар, я вниз, — меня тупо игнорировали и от этого осознания, сердце невыносимо ныло. — Закажу нам завтрак.

— Спасибо, — искренне улыбнулся Вистар. — Я спущусь через пару минут, только потолкую с магом.

— Вистар, — девушка хмуро посмотрела на парня, неодобрительно качая головой.

Невыносимо. Мимика, жесты, даже нижний уголок губки она прикусывает, как прошлая Вивьен. Внешность абсолютно иная, но все остальное такое родное, знакомое и любимое. Как это может быть?

Я не понимал.

— Леа, иди, — и Вистар мягко подтолкнул девушку в спину по направлению к выходу.

Тихо зарычал. Он может ее касаться, а я нет. Внутренне чувствовал, Ви меня сейчас не подпустит.

— Мужчины, — фыркнула моя пара и закатила глаза к потолку. Такая живая, настоящая, искренняя. Она всегда была такой.

Девушка ушла, а мы с оборотнем остались наедине, гипнотизируя друг друга неприязненными взглядами. Я скрестил на груди руки.

— Что тебе от нее нужно? — с ходу начал Вистар. Он хлестал меня ненавистью.

— С чего ты взял, что мне от девушки, что-то нужно? — иронично изогнул бровь.

— Я вижу, как ты на нее смотришь. Все это заметили, — прорычал оборотень.

— И?

— И я убью тебя, если не оставишь нас в покое, — угроза от оборотня меня не впечатлила, но мне нужно налаживать контакт с ее друзьями.

— Я для вас не представляю опасности, — ровным тоном ответил ему. — Но места действительно небезопасные, — я вчера послушал местные новости об одичалых. На них наткнулась эта четверка, а я похолодел от страха повторной потери. Моя пара была в опасности, а я даже не узнал бы об этом. Я сопоставил факты и понял, что моя тень ощутила своих сестер, когда те активизировались. То есть тени вышли из глубокой спячки в момент смертельной опасности. Ночью тени Вивьен передали мне мыслеобраз той схватки. Внутри все похолодело. Я снова мог потерять Ви, даже не узнав, что она жива. — С вами две женщины, одна из которых — человек. Леандра уязвима, — новое имя неприятно резало слух. Оно ей совершенно не подходило. — Вы банально можете не успеть ее спасти, если нападения повторятся, — хотя, за Вивьен я теперь спокоен. Тени не позволят причинить ей вред, но мне жизненно необходимо быть рядом с парой, иначе сдохну. — Я могу дать клятву, что ни словом, ни действием, ни злым умыслом не наврежу вам. Вы протянули вчера мне руку помощи, разделив со мной кров. Я очень сильный маг. И это не пустая бравада. Я просто хочу помочь. Мы движемся в одинаковом направлении, — да, вчера я узнал, что их конечный путь — это столица Вайкароса. — Но до Реймара еще две недели пути. Вы уверены, что справитесь?

Я очень остро ощутил внутреннее противоречие Вистара.

— Мы справимся, — услышал справа голос старшего оборотня. — Нам не нужно сопровождение, — ощутил, как Вистар обрадовался поддержке Зендера.

Проклятье! Мне совершенно не подходил отказ. Я должен быть рядом с парой.

Хотелось взять в охапку Вивьен и утащить в Карнашил, но сдерживался. Рано пока. Я не понимал ее поведения и отчуждения. Боюсь ошибиться, если буду действовать прямо. Придется выжидать и наблюдать. Ви не любит, когда на нее давят. Это я очень хорошо помню. А ссориться с любимой после двух лет агонии, я не желал.

Нужно понять, что задумала Вивьен. К чему все это?

Главное, моя пара жива и невредима. И плевать, что в другом теле. Мне она нужна любой.

Но как же раздражает вся эта ситуация.

Придется, как-то выкручиваться.

Оборотни обошли меня и, подхватив, вышедшую из спальни Наилю, поспешили к Вивьен на завтрак.

Досада прокатилась по телу скользким слизняком. Раздраженно стукнув кулаком по двери, последовал за оборотнями. Думали, меня остановит отказ? Как бы не так. Моя пара больше не останется одна.

Спустившись вниз, наткнулся на прищуренные голубые глаза Вивьен. Она нервно поджимала губы и явно не была рада моей компании, поэтому я занял столик неподалеку, прислушиваясь к тихому бормотанию. Слух у дэмонийцев очень чуткий. Полог тишины меня не остановил. Я его виртуозно обошел.

Непринужденно поедая завтрак, полностью отвернувшись от интересующей меня компании, я навострил уши.

— Леа нам придется уходить ночью, — недовольно проворчал Вистар.

— Почему? — искренне удивилась она.

Ее голос ласкал слух. Как же мне хотелось обнять свою пару, но нельзя. Не подпустит. Она, словно чужая.

— Мы сегодня займемся покупкой лошадей и провизии, а вы с Наилей останетесь в трактире, — заявил Зендер. — Отдохнете перед дорогой.

— Почему мы изменили планы? — да, почему? Мне тоже это интересно.

— Мне не нравится наш сосед, — прямо ответил Вистар. — Скользкий, подозрительный тип. От таких магов могут быть проблемы.

— Вроде нормальный, — фыркнула Вивьен. — Я не ощутила от него никакой угрозы, — конечно нет. Как я могу угрожать своему сердцу?

— Леа, — напряженно выдавил Вистар.

— Ладно, вам виднее, — быстро согласилась она. — Но я честно не понимаю.

— Мой зверь рядом с ним буквально скулит от страха, а это ненормально, — нехотя признался Вистар.

— Мой тоже, — еле слышно прошептала оборотница. — У меня сердце в пятки падает от мощи его ауры. Давит так, что дышат трудно.

— Странно, я ничего не чувствую, — задумчиво пробормотала Вивьен. Она никогда меня не боялась, не отводила трусливо взгляд. Сильная пара.

— Не может оборотень бояться человеческого мага, — растерянно проговорил Зендер. — Оборотни сильнее, но в случае с этим пришлым, я теперь сомневаюсь. Мутный он.

Прислушался к себе. Я хорошо поработал над собой. Дэмонийская магия совершенно незаметна, а давящая сила, увы, как не приглушай, все равно рвется наружу.

Быстро закончив завтрак, я поспешил вон из трактира. Нужно найти подходящего жеребца.

Придется постоянно держать полог невидимости, скрывать запах и держаться на расстоянии.

Вот только, чем дальше я отходил от пары, тем тревожнее мне становилось. Тень была со мной согласна. Что-то явно было не так.

Рынок встретил меня шумом, гамом, вкусными ароматами свежей выпечки и трав.

Ярмарка была в самом разгаре.

Надеюсь, я смогу быстро приобрести необходимое.

Мой зверь нервничал и тянул обратно к паре. Я не хотел оставлять одну Вивьен, но она под хорошей защитой оборотней. Пара в безопасности. Поэтому шикнув на своего зверя, свернул вправо, откуда доносились разные звуки животных, в том числе и лошадиное ржание.

Глава 23

— Ушел, — облегченно выдохнули за столиком.

— Вы уверены, что он все слышал? — нахмурилась я.

Мне было тревожно.

Оборотни правы, этот маг очень подозрительный. Дерганные, нервные движения. Пожирающая бездна черных глаз.

От него фонило животной энергетикой, но Ар точно был человеком. Оборотни бы узнали своего.

— Деян все для нас подготовил, — быстро заговорил Зендер. — Мы уйдем незаметно, но придется двигаться очень быстро, — на меня посмотрели с жалостью.

— Я выдержу, — уверенно заявила я, хотя сомневалась.

Верховая езда точно не была моим любимым видом спорта. Я коней только по телевизору и на скачках с Владом видела. Там было много красивых породистых жеребцов.

— Точно? — с сомнением протянула Наиля.

— Вы же сами сказали, что выхода нет, поэтому некуда деваться, — пожала я плечами.

— Леа он был ночью в нашей комнате, но ни одна сигналка и охранка не потревожены, а мы спали мертвецким сном, — зло бросил Вистар.

— Как ты узнал? — нахмурилась я, внутри цепенея от страха. Мы ночью были совершенно беззащитны.

— Как бы он не затирал свой запах, но нос оборотней слишком чувствителен, — скривился друг. — Едва заметный, но уловимый запах я унюхал именно на тебе.

— Что? — побелела я, хотя куда еще больше?

— Леа он касался тебя, — процедил Вистар. — Касался, а я спал. Я должен был сразу проснуться, почуяв постороннего, но я СПАЛ! Эта сволочь нас заклятьем усыпила.

Мне стало нехорошо. Чужак был так близко от меня, а мы все были беззащитны.

— Он…, — нервно сглотнула я, боясь озвучить вслух тревожащий вопрос, хотя самочувствие было отличное.

— Нет, — мотнул головой Вистар. — Иначе я бы его уже убил, — ледяным тоном процедил оборотень. — Он касался волос, лица, шеи и рук.

— Мне страшно, — спину бросило в холодный пот, представив картинку, где я сплю, а чужак трется об меня. Стало противно и мерзко.

— Поэтому мы уходим сейчас, — с опаской в голосе проговорил Вистар. — Хотя, по большому счету, я бы его сам разорвал в клочья. Гадкие человеческие маги.

— Это мы всегда успеем, — кровожадно заявил Зендер. — Надеюсь с ним больше нигде не пересечься, а сейчас пора уходить.

— Поэтому мы и не любим людей, — проворчала Наиля. — Ты исключение Леа. Прости, но твоя раса самая подлая и гадкая в Архароне.

— Мне кажется, в каждой расе есть свои паршивые овцы, — покачала головой.

Мне неприятно слышать, что людей принимают только люди. Да, мы алчные, жестокие, подлые, но ведь есть и порядочные, добрые, искренние. Даже у них в селе в парах живут девушки-люди. И ничего. Нормальные женщины.

Деян организовал нам не только пропитание, но и лошадей.

Мы неслись галопом по тракту, оставляя за спиной лишь пыль от копыт.

В груди засела неприятная заноза. Она покалывала, отчего я постоянно дергалась и нервничала.

Не понимала, откуда такой интерес со стороны Ара. Он вроде показался мне адекватным. Несчастным, утонувшим в собственной боли, но при своем уме.

Тогда, почему мужчина был ночью в нашей комнате и трогал меня? Это похоже на сталкерство. Подобный вид преследования никогда не заканчивался хорошо для жертвы.

Но жертвой я себя точно не ощущала. И почему тени позволили прикасаться ко мне постороннему и чужому существу?

Это было странным.

Ар реально пугал.

И его имя казалось смутно знакомым.

Утром этот осуждающий, обвиняющий взгляд меня насторожил. Не мог же он меня знать в прошлой жизни? Или мог? Как я жила до того, как потеряла память?

Столько вопросов, что голова разболелась.

А когда мужчина спустился в зал, то я даже немного подвисла, украдкой рассматривая его.

Ар притягивал взгляд. Исчезла сутулость и усталость. Пропала из глаз обреченность и появилась надежда. Мой взгляд то и дело цеплялся за широкую спину мужчины, отмечая уверенную осанку властного человека. Откуда я все это знала? Мое подсознание давало очень странную оценку мужчине, словно я его очень хорошо знала в прошлом. И это меня пугало до дрожи в коленях. Кто он такой?

Тени нервничали и периодически ослабляли щиты. Золотая нить стала в разы толще. Я не понимала, как это возможно? Я чувствовала по этой нити силу. Она буквально вливалась в меня. Эмоции бесконечной радости и всепоглощающей любви сшибали с ног, а тату на запястье приятно и возбуждающе пульсировало.

Странные ощущения. Незнакомые и знакомые одновременно.

Брачная вязь активна в полную силу. Это даже дураку понятно. Как скоро мне ждать своего горе-мужа-убийцу?

Это пугало. Мне страшно не за себя, а за оборотней, которые точно встанут на мою защиту, хоть и будут заранее в проигрыше. Дэмонийцы не просто сильная раса, а самая могущественная в Архароне.

Какого черта я связалась с дэмонийцем? Как так получилось?

Ответов снова не было.

Поведение Ара было ненормальным и неправильным.

Я не хотела вешать ярлыки на мага, но не получалось. Адекватные люди так себя не ведут. Не являются среди ночи в чужую комнату, не усыпляют ее жильцов и точно не трогают беззащитных девушек.

— Проклятье, куда делась переправа? — вырвал меня из нерадостных мыслей, раздраженный голос Зендера.

Спустя несколько часов беспрестанной скачки, мы остановились на краю крутого обрыва.

Внизу бурлящая река, сносящая все на своем пути, а ширина пропасти примерно метров двести. Не перебраться без моста.

Ягодицы болели. Скорее всего, отбила их и мозоли натерла. Жесткое седло и отсутствие нормального опыта верховой езды, сыграло со мной злую шутку.

Мое тело — сплошная физическая боль. Не знаю, как с седла еще не выпала.

Позвоночник горел, пальцы рук скрючены и, кажется, онемели, так сильно я сжимала поводья. Колени дрожали, шея ныла.

С меня тот еще неудачный ездок, но я не могла тормозить наш небольшой отряд. Из-за меня же сорвались. Поэтому, сцепив зубы от боли, молча отслеживала суету оборотней.

Хотелось упасть и не вставать.

Хорошо оборотням. Кажется, у них усталость полностью отсутствует.

— Пойдем через болота, — уверенно заявил Зендер. — Все равно без переправы, нам пришлось бы сделать огромный крюк в обход.

Идея болот мне не понравилась.

— Там же топи и трясина, — произнесла очевидное.

Болот без этих двух составляющих не бывает.

— Мы оборотни и чувствуем дорогу, — ответил Вистар. — Просто топать придется копыто в копыто.

— Ясно, — скривилась я.

— Справишься, или быть может, пересядешь ко мне? — предложил Вистар.

— Не знаю, — честно ответила я.

Думала, что скачка на лошади, то еще сомнительное удовольствие, но болота — это вышка нашего пути.

— Мы можем и в обход, — сообщил задумчиво Зендер. — Но тогда наша дорога увеличится еще на две недели.

— Папа, но мы же в принципе не торопимся, — проворчала Наиля.

— Что-то мне кажется, что маг нас не оставит в покое, — недовольно рыкнул Зендер. — Но сомневаюсь, что он сунется в болота. Там магия очень сильно сбоит. Только нюх и инстинкты оборотней помогут нам преодолеть самые сложные участки пути без вреда здоровью. Человеку же, будь от трижды очень сильным магом, идти туда без сопровождения оборотней, полное самоубийство.

— Маг все равно знает, что мы направляемся в Реймар, — проворчала Наиля.

— Да, но у нас в запасе есть дополнительно целых две недели, — удовлетворенно заявил Вистар. — У нас преимущество. Магу же придется воспользоваться обходным путем.

— А может, нас никто и не будет преследовать, — неуверенно проворчала я. — Зачем я ему сдалась?

— Знаешь, Ви, — потирая переносицу, проворчал Вистар. — Если бы у нас ночью не было непрошенных гостей, то мы бы не спешили убраться подальше от мага. Но ты вызвала у него явный интерес. Лучше перестраховаться.

— Абсурд, какой-то, — простонала я. — Но вам виднее. Я в этом мире, как беспомощный ребенок, — и это было правдой.

Слишком наивная и доверчивая. Но ведь я не ощутила угрозы от Ара. И почему-то внутренне противилась тому, чтобы сбегать от мужчины. Неосознанно, но я к нему тянулась и вот это меня пугало больше всего.

Неестественная, ненормальная тяга к едва знакомому человеку, была неправильной и настораживающей.

До болот мы добрались ближе к вечеру.

Мрачно, сыро, неуютно. Квакали жабы и стрекотали мелкие насекомые. Одиночные деревья росли прямо из плохо пахнущей жижи.

Гиблое место. Еще не вступив на узкие тропы, я ощутила, как в лицо ударил тошнотворный запах смерти. Эманации очень странные.

Тени насторожились. Магия может и сбоит, но мои тени — это больше чем магия. Очень надеюсь, что мы не пострадаем.

Затея с болотами мне нравилась все меньше и меньше.

— Я бы лучше пошла в обход, — проворчала Наиля. — Даже, если маг и будет нас преследовать, что он может сделать против трех оборотней? Серьезно. Давайте возвращаться и может, поговорим с ним, если встретим. Выясним, что ему надо?

Наиля была права. Рисковать из-за надуманных предположений я не хотела. Маг нам, по сути, ничего не сделал.

Зря мы сбежали, хотя побегом наш отход можно назвать с большой натяжкой. Ну, не убил бы нас тот маг. Да и мы вроде не сильно агрессивные. Оборотни просто так не бросаются на людей.

У страха глаза велики. Не дурак придумал. Мы приняли не очень хорошее спонтанное решение.

— Я согласна с Наилей, — мне болота не внушали доверия. — У меня есть тени. Зачем мы вообще сорвались так быстро?

— Почему твои тени позволили чужаку не просто проникнуть незамеченным в комнату, а еще и разрешили тебя касаться? — Вистар прав. Тени подпустили чужака слишком близко ко мне.

— Вы, как хотите, но я не полезу в болото на ночь глядя, — проворчала Наиля, соскакивая с седла. — Какой бы нюх у нас ни был, но болота коварны.

Мужчины вздохнули, соглашаясь и тоже, через секунду, уверенно стояли на земле.

Эх, мне бы выносливость оборотней. Я буквально стекла с коня. Задница пекла и болела, но я все еще смогла стоять на ногах, что было удивительным. Меня словно невидимая сила поддерживала. Чудеса.

— Я бы послушал оборотницу, — раздался внезапно ледяной голос мага.

Замерла. Да быть этого не может. Как он нас нашел?

— Откуда ты тут взялся? — ощерился Зендер, мгновенно вставая передо мной. Вистар последовал за отцом.

Я побледнела. Маг был в бешенстве. Его глаза полыхали черной бездной, а ноздри широко раздувались. Тонкая складка прочертила недовольно поджатые губы.

— Я хотел по-хорошему, — прорычал злобно маг и видимо надавил своей силой.

Оборотни просто упали на колени, заскулив.

— Кто ты такой? — превозмогая давление ауры мага, процедил сквозь зубы Зендер.

Но мне было нипочем. Я чувствовала огромную силу Ара, но она не давила на меня, а ласкала. Что за ерунда?

— Я пытался с вами подружиться, — ядовито выплюнул маг, пронзая меня обвиняющим взглядом. — Но вы решили сбежать, забрав мое.

— Мы ничего у тебя не брали, — Зендеру удалось выпрямиться, но с колен он так и не смог подняться, а я стояла в полном ступоре и ни черта не понимала.

— Ошибаешься оборотень, — и такая волна ненависти окатила меня, что я пошатнулась. — Вы забрали ее! — колдун взмахнул рукой, и меня притянуло магией к нему.

Я стояла ни жива, ни мертва. Этот гад ползучий урчал мне в макушку. Зарывался носом в волосы, крепко прижимая к себе, взяв в кольцо из рук.

На миг я забылась, позволяя наглецу меня так бесцеремонно обнимать.

Он пах изумительно. Скрипучей морозной свежестью и зимней хвоей. Я жадно вдыхала запах мужчины и не могла надышаться. Не заметила, как вцепилась пальцами в его рубашку, пытаясь пробраться под кожу. Я потерялась в этом сногсшибательном, притягательном мужском аромате.

Я не контролировала себя, но мне необходимо было касаться Ара. Иначе сдохну.

Дурные мысли. Глупые поступки.

Я быстро пришла в себя от стона Наили. Моим друзьям плохо, а я, как токсикоманка, прилипла к магу.

Призвала теней, но они лишь радостно танцевали канкан. Какого черта? Почему мои защитники меня не защищали?

— Отпусти их, — еле слышно прошипела я, пытаясь отстраниться, но кто бы мне это позволил. Маг нагло, еще сильнее притиснул к себе.

— Все, что скажешь любовь моя, — коварно усмехнулся Ар, и давление пропало, а оборотни обессиленно повалились на землю. — А теперь поговорим.

Маг подхватил меня на руки, не позволяя двигаться.

— Пусти, — прошипела я, но мужчина меня не слышал.

Он не отпускал. Я чувствовала, как бешено в груди колотится сердце Ара. Сцепленное за моей спиной, кольцо из рук, дрожало. Его лицо утонуло в макушке, и я слышала шумное, рваное дыхание мужчины.

От обиды на глаза навернулись слезы. Я оказалась беззащитной. Ни оборотни, ни тени не в силах совладать с мощью мага.

— Никогда в жизни Вивьен, — усмехнулся он, а у меня чуть сердце не остановилось. Ар назвал меня настоящим именем, но он не мог его знать.

— Ты знаешь Леа, — не спрашивал, а констатировал факт Зендер.

— Это Вивьен Леонтивийская, моя жена и истинная пара, — оглушило меня признание мага. — Она дэмонийская императрица!

— Что? — ошарашенно выпалила я.

Оборотни сидели на земле с отвисшими челюстями, переваривая шокирующие новости.

— Вы Фергюсар Арравел Леонтивийский? Император? — ошеломленно выпалил Зендер.

— Он самый, — удовлетворенно кивнул этот лжец и убийца собственной жены. — Правда, уже бывший император. Два года назад я думал, что потерял пару. Я ощутил жуткий разрыв нашей связи. Тогда мне было совершенно не до империи и подданных.

— То-то я смотрю, что морда знакомая, — брезгливо выплюнул Вистар. — Жаль, что в хрониках истинное нутро не рисуют, а лишь картинку. И ведь были сомнения по поводу «человечности». Да, и разве может разгуливать в одиночестве сам император, хоть и бывший, по чужой империи без сопровождения? Да и вид, прости, у тебя жалкий.

— Не тебе меня судить, — ледяным тоном процедил Фергюсар Арравел Леонтивийский.

— Это какой-то нереальный сюр, — шокировано выпалила я.

Издевается? Не похоже. Шуткой тут и не пахнет.

Он действительно император. Но какая из меня императрица? Скорее всего, это все розыгрыш.

— Хватит притворяться, — раздраженно прошипел маг, вернее муж? Муж, который хотел меня убить. — Хватит делать вид, что не знаешь меня. Я подыхал без тебя, пока ты прохлаждалась с блохастыми! — меня еще и обвиняют?

Тварь!

— Сволочь! — из глаз брызнули слезы. Два года я училась жить в этом мире, а он меня хочет сделать виноватой? Гад! — Ты отправил меня умирать! Какая я тебе истинная пара? Какая, к черту, жена? Ты не имеешь права предъявлять мне претензии!

— Самая настоящая пара, — прорычал Ар и вытянул передо мной свое запястье. Удивительно красивый, гармоничный золотистый рисунок в виде силуэта человеческой девушки с огромной тенью за спиной. Она словно укрывала ее, защищала. — Это наша метка! Ты не можешь не ощущать меня! Мы связаны навеки, хочешь ты того или нет, но ты МОЯ!

— Ненавижу тебя, — я заколотила кулачками по широкой каменной груди, но этой сволочи все было нипочем. Меня накрыла истерика. Я долго держалась, но вот первое существо, которое меня узнало, оказался якобы муж. Лучше бы мы не встретились. Зачем мне все это? — Ты убил меня.

Фергюсар Арравел Леонтивийский закаменел. Даже дыхание перестала слышать. Крепкие руки больно сжимали талию.

— Моя вина, — я увидела, как нервно дернулся кадык дэмонийца. — И я вечность буду вымаливать у тебя прощение, что не уберег. Эти два года я не жил. Меня сжигала агония боли от твоей потери. Ты слишком жестока ко мне.

— И как же ты выжил? — ядовито выплюнул Вистар.

— Погибая, Вивьен отдала мне одну из своих теней, — нехотя ответил он, а я в очередной раз, ошеломленно открыла рот. Даже злость отошла на задний план. Как это я отдала свою тень? Я сумасшедшая? — Вы же знакомы уже с ними? Верно? — усмехнулся император. — Вчера они уничтожили одичалых, — откуда он все знает? — Вот благодаря тени я и выжил. Эти два года были сущим кошмаром для меня.

— Ничего не понимаю, — проворчала Наиля и я была с ней солидарна. Какая-то ересь.

— Неудивительно, что ты не издох, — скривился Вистар, испепеляя Арравела уничижающим взглядом. Ни капли уважения к дэмонийскому бывшему императору. Я была горда за свою новую семью. Они не пресмыкались перед властьимущим, хотя вначале и струхнули. — Ваша раса слишком живучая.

— Вивьен, может, хватит притворяться? — устало проворчал Фергюсар Арравел Леонтивийский. Мольба во взгляде срывала все мои щиты. — Я виноват, что не взял тебя с собой к барьеру, но я не думал, что все так обернется.

— К барьеру? — нахмурилась я, пытаясь понять, о чем он говорит, но память молчала.

— Почему ты не дала о себе знать? Почему наказываешь меня своим равнодушием и пренебрежением?

— А не много ли претензий вы мне предъявляете? — взъярилась я. Сплошные обвинения. Бесит. — Я вас знать не знаю. И то, что у нас татуировки еще ничего не значит. Они появились-то всего сутки назад.

— Ты издеваешься? — меня жестко встряхнули. Его взгляд прожигал насквозь. — Ты моя жена!

— Это еще доказать надо, — прошипела я кошкой.

— Ви, скорее всего, все так и есть, как говорит император, — недовольно проворчал Зендер. — Он ведь нашел тебя спустя несколько часов после того, как возобновилась ваша парная связь. Пара всегда найдет друг друга, а связующая нить даст направление и конечную точку.

— Я только одного не понимаю, — нахмурился Вистар. — Если вы вчера нашли свою пару, то почему наворачивали круги вокруг нее и в комнате просидели целую ночь возле ее кровати?

— Я только ночью и понял, что передо мной моя Вивьен, — прорычал Арравел.

— В смысле ночью?

— Ее тени блокируют нашу связь и только ночью эти блоки ослабли, — значит, он и об этом знает. Все мои козыри в рукаве раскрыты для дэмонийца.

Поэтому тени никак не среагировали на присутствие постороннего в комнате? Он для них свой?

— Странно, что вы только на связь полагались, — растерянно заметила Наиля.

— Не странно, ибо моя жена сейчас выглядит иначе. Я ее не узнал, — выпалил Арравел, признавая собственную беспомощность. — Словно ее душу засунули в другое тело.

— Так не бывает, — нахмурился Зендер.

— Ви, почему ты меня игнорировала? Почему делала вид, что не знаешь меня? — и столько боли в голосе и тоски, что мне стало не по себе. Его чувства прошили меня насквозь.

— Сложно делать вид, что знаешь, когда это не так, — потирая массивный подбородок, проговорил Зендер. — Что-то не сходится.

— Папа, о чем ты?

У меня точно каша уже в голове.

— Император, я могу задать вам личный вопрос? — оборотень внимательно рассматривал нашу парочку.

— А до этого, что вы делали? — усмехнулся Арравел. — Вы и так стали свидетелями не предназначенного для посторонних, разговора.

— Как погибла Вивьен?

— Ни для кого не секрет, что два года назад пали барьеры, — оборотни кивнули. Эту историю я тоже знала. Мне в подробностях рассказали через пару месяцев, как я оказалась в деревне. — И все прочувствовали и увидели, как мир накрыла на некоторое время непроглядная тьма? — снова кивок. — Вивьен и была тьмой. Она растворилась в ней окончательно, выжигая своей силой всех тварей из Архарона. Вернуться она не смогла. Тьма так просто не отпускает, если ты надолго задержишься в ней.

— Ничего себе! — воскликнула Наиля. Я тоже в шоке.

Я спасла мир? Ну, бред же? Да? Самый настоящий бред!

Вот только мои сомнения никто не разделял.

— Вивьен точно погибла, — и снова его боль прошибла насквозь. — Разрыв связи был очень болезненным, но ее тень не дала мне сдохнуть. Так и живем.

— Два года назад мы нашли в горах девушку. Обнаженная, без сознания, лежащая полутрупом в магической воронке телепорта неизвестного происхождения. Без имени, без памяти, без прошлого, — внес ясность Зендер.

— Если ты хотел жену, то она тебя знать не знает, — хмыкнул Вистар. — Два года мы помогали ей освоиться в новых реалиях. Бытовые навыки остались с ней — это, как есть, пить, ходить, разговаривать. Но все остальное — полная пустота. Вивьен действительно, как чистый лист бумаги. Мы ее даже писать и читать учили заново. Рассказывали историю нашего мира. А она смотрела на нас круглыми не понимающими глазами. Это было тяжело. У нас на руках оказался взрослый, но как новорожденный, ребенок.

И это было правдой. Я действительно чувствовала себя младенцем.

— Что же тебе пришлось пережить, душа моя? — застонал Арравел, гладя по голове. Его ладонь такая теплая и большая. Хотелось кошкой ластиться к нему, но я сдержалась. Такие порывы не похожи на меня. — Простишь ли ты меня, когда-нибудь? — дэмониец расцепил железные объятия, позволяя высвободиться из жесткой хватки, но я не торопилась покидать приятное тепло. Я была обескуражена. — Я позволил всему случиться. Ты нуждалась в моей помощи, а меня не было рядом. Я пара. Я тот, кто должен был защищать и оберегать тебя, просто тонул в собственном горе. А ты выживала, привыкала снова быть в этом мире.

Столько сожаления и вины было в эмоциях мужчины, что у меня начали капать слезы. Невыносимо. Я не хочу ощущать его страдания.

Быстро вытерев пальцами мокрые щеки, я все-таки покинула близкое тепло.

— Я жива благодаря семье Зендера, — голос дрожал. — Я действительно ничего и никого не помню.

— Почему ты выглядишь иначе?

— Это мое родное тело, — придется признаваться. Не знаю, какой я была в Архароне, но себя я любила такой. — Две недели назад я вспомнила свою прошлую жизнь в другом мире, — созналась я. — В нем я погибла молодой от рук собственного мужа.

— Ты говорила, что он убил тебя, — нахмурился Арравел. — Но ты никогда не упоминала, что Архарон тебе не родной.

— Я не помню себя в этом мире, — и это тоже правда.

— Возможно, возвращение души в новое тело послужило катализатором стирания памяти? — прошептал Арравел.

— Это невозможно! — выпалил Зендер.

— Ви, скорее всего ты прошла этап перерождения, — с отчаянием в голосе прошептал Арравел. — Но не родилась в мире ребенком, а сразу же зрелой личностью.

— Но перерождение так не работает!

— Другого объяснения я не нахожу, — растерянно ответил Арравел. — Перерожденные не помнят свои прошлые жизни. Это все объясняет, но не дает ответа на то, почему наши брачные метки восстановились. Почему вязь просто возникла на твоем новом теле, а не прошла новый виток формирования? Но и без нее и без тени, я так и не узнал бы, что половина моей души в Архароне, — в голове просто не укладывалось то, что говорил мужчина. — Твои тени всегда были с тобой, но находились, как я теперь подозреваю, в спячке после перерождения. Когда ты была в смертельной опасности, тени это почувствовали и произошел всплеск энергий. Моя тень ощутила своих сестер. Тогда я понял, что ты жива. Брачная вязь восстановилась также внезапно.

— Это все нереально, — рассеянно пробормотала я, потирая виски. — Я же человек. Как я могу быть парой великой расе? Кто нас отбирает для вас? Это просто нелепая шутка. Правда? — я с мольбой во взгляде смотрела на мужчину, но кроме сочувствия и тоски, ничего больше не заметила.

— Мы сами не выбираем, — ответил Арравел. — И предубеждений относительно того, какой расы будет наша половинка, нет. Как жаль, что ты не помнишь ничего, — вздохнул он. — Но ты моя жена и этого не изменить.

Я замужем, но этого не помню. Полная потеря воспоминаний, то еще испытание для мозга. Как оказалось, не помнить огромный кусок из еще одной жизни, было невыносимо.

— Я не знаю, что сказать, — такой растерянной я еще не была.

Слепо поверить мужчине, которого знаю сутки? Это безумие. Я не настолько наивна и глупа. Он сейчас может говорить, что угодно, лишь бы расположить к себе, но будет ли все озвученное правдой? Сомнения разрывали на части.

Внутри я не ощущала неприятия к Арравелу. Хотелось поверить, но мне нужно время. Один раз доверилась и умерла. Второй раз тоже погибла. Я не кошка. У меня нет в запасе еще семь жизней. И последним шансом хочется воспользоваться грамотно и осторожно. Умирать я больше не хочу.

— Я подыхал без тебя, — с мукой в голосе простонал мужчина, перенесший жуткую боль утраты.

В меня хлынул такой сильный поток его эмоций, что можно в нем заживо сгореть.

Столько боли, агонии, невыносимости бытия, вины, сожаления и обреченности, что можно в петлю лезть.

Своими чувствами Арравел меня еще больше бросал в пучину раздрая и нерешительности. Это ненормально. Разрыв истинной связи очень сильно ломает живое существо. Связь, будто наказывает своих носителей. Мол, вам такой шикарный подарок, а вы не уследили, не сберегли. Это действительно жестоко. И Арравела было искренне жаль.

— Мы были счастливы? — этот вопрос меня тоже волновал.

То, что поведали мне оборотни о парах, заставляло задуматься. Не у всех все было гладко и ровно.

— Мы не успели стать счастливыми, — и снова боль в надтреснутом голосе. — Едва я перенес тебя в Карну, как пришлось в тот же день отправляться к барьеру.

— Получается, что мы только встретились и закрепили связь, — по-простому переспали. — Ты привел меня в свой дом и уехал.

— Все так, — недовольно прошептал Арравел. — И я прошу тебя вернуться со мной в нашу империю.

— Я не могу, — покачала головой и вопросительно посмотрела на Зендера, цепляясь за шанс остаться на материке.

Я не хотела вообще, куда-либо идти с Арравелом. Я его не знала. Он для меня совершенно постороннее и чужое существо.

Да, он красив, обаятелен, силен, но эти качества для меня не основные. Влад был таким, а в итоге оказался гнидой. Наша парная связь для меня тоже не показатель добродетели мужчины.

С оборотнями я в безопасности, а Арравел нервировал и периодами пугал до чертиков.

Нет, никуда я с ним не отправлюсь. Надеюсь, дэмониец не применит силу.

— Вивьен, — с грустью в голосе проговорил оборотень. — Если причина стирания памяти — это перерождение, то нам не поможет менталист. Опасно вмешиваться в сознание так грубо. Мне жаль.

— Но, как же моя память? — расстроенно, чуть не плача, простонала я.

— Прости, но перерожденные не помнят свои прошлые жизни, — Арравел смотрел на меня сочувствующе.

— Как это может быть? — несогласно тряхнула головой. — Я вспомнила свою жизнь в другом мире. Почему не могу вспомнить жизнь в Архароне? Если бы перерожденные не помнили, то и воспоминания о жизни на Земле были бы для меня недоступными. Как-то криво работает вся ваша магия, — ядовито прошипела я. Я рассчитывала на помощь менталиста.

— Этому я тоже не могу найти объяснение, — хмуро ответил Арравел. — Давай не будем спешить и вместе подумаем, что можно сделать.

— Я не поеду в вашу империю, — безапелляционно заявила я. — Я вас не знаю и боюсь, — озвученная правда не понравилась моему мужу, но и скрывать свое напряженное состояние не буду.

— Если ты не хочешь в империю, то так и быть, мы задержимся на материке столько, сколько тебе будет нужно, чтобы привыкнуть ко мне и начать доверять, — скрипя зубами, проговорил дэмониец. — Только не пытайся от меня избавиться или сбежать. Накажу.

— Неужто руку поднимете? — ну, а вдруг у них тут практикуется избиение слабого за непослушание и неповиновение.

— Я никогда не причиню тебе вреда, — скривился Арравел. — Я просто тебя прикую к себе, чтобы никуда не делась.

— Я не собака, чтобы сидеть на привязи, — я была зла. Ничего не получалось. Все планы псу под хвост.

— Скорее, наоборот, — ухмыльнулся дэмониец, подходя ближе, беря меня за руку. Моя ладонь утонула в его огромной лапище. Пальцы нервно подрагивали. Он тоже нервничал. Для Арравела наша ситуация не просто странная, а исключительная, не похожая ни на что. — Это я в твоей власти. И я к тебе привязан намертво до последнего вздоха. Привыкай ко мне заново. В твоей жизни я буду всегда.

— Обалдеть, — проворчала я, совершенно не представляя, что мне делать дальше с этим ручным дэмонийцем, от которого не избавиться. Он даже не оставляет мне шанс на отступление.

У меня такой бешеной тяги к нему не было. Но переполнявших эмоций мужчины хватало нам на двоих с головой.

Чувствую, мне будет сложно сдерживать напор своего внезапно объявившегося мужа.

Кажется, ждут меня с ним американские горки.

— Если вы не возражаете, то мне не хотелось бы, чтобы моя жена спала на земле возле этих совсем не ароматных болот, — недовольно проговорил Арравел. — Забирайте лошадей и в портал. В Реймаре у меня есть свой особняк и там будет достаточно места для всех.

— Вы приглашаете в свой дом? — удивлению оборотней не было предела.

— Вы семья моей пары и было бы странным, не пригласи я вас, — выгнул бровь Арравел. — Я перед вами в неоплатном долгу. Вы спасли и приютили мою пару. Этого я никогда не забуду, — дэмониец взмахнул рукой, и на оборотней упала белая пыльца. — Вы теперь под полной защитой дэмонийцев. Любой из моей расы не откажет в помощи, стоит только попросить. Если вы захотите переехать в мою империю, то двери в нее для вас открыты, как и в мой дом.

— Это слишком щедрый подарок, — нахмурился Зендер, поглядывая в мою сторону, словно ожидая моего одобрения. Я пожала плечами, не зная, как реагировать. Нормально ли такое предложение иным расам?

— Это малость, что я могу вам дать, — нахмурился Арравел. — Жизнь моей жены бесценна и ваш род теперь навсегда под защитой Леонтивийской императорской семьи.

— Благодарю, — склонил голову Зендер. — Это честь для нас, получить дэмонийскую защиту.

Улыбнулась оборотням краешком губ. Такая абсолютная защита точно не повредит.

— Душа моя, ты все для меня в этой жизни, — прошептал Арравел, окутывая меня своей магией. Не знаю, что он на меня навешал, но тени пропустили всю магию, позволяя закрепиться ей на моей ауре.

— Это реально странно, — растерянно прошептала я, наблюдая, как Арравел взмахнул рукой. Перед нами появилась сизая дымка телепорта.

— Проход в Реймар открыт, — сообщил Арравел, кивая на арку телепорта.

Оборотни подхватили под уздцы лошадей и начали растворяться в дымке перехода.

Последним шел Зендер. Он был хмур и озадачен. Бросил на меня обеспокоенный взгляд и ободряюще улыбнулся.

Меня не бросят на попечение новоявленного мужа. Это обнадеживало. Остаться один на один со своим забытым прошлым было боязно.

Пока я ошеломленно взирала на магию, меня бесцеремонно подняли на руки, прижимая к теплой груди.

— Я и сама могу идти, — проворчала я.

— Вивьен, прошу, не лишай меня возможности тебя касаться, — с надрывом в голосе, попросил Арравел. — Два года без тебя — это вечная изощренная жестокая пытка. Я не прошу большего. Я лишь прошу быть более снисходительной к моим потребностям. Я до сих пор не могу поверить, что ты вернулась. Я боюсь, едва ты исчезнешь из поля моего зрения, все превратится лишь в сон. Но я не хочу просыпаться. Я хочу быть в этом сне только с тобой.

— Арравел вы давите на меня. Для вас с парностью все ясно и понятно, но не для меня, — покачала головой. — Я ничего к вам не чувствую, — мое признание принесло боль дэмонийцу. — Давайте мы не будем торопиться. Дайте мне время осознать и принять тот факт, что у меня есть муж и от него не избавиться, — ага, ибо умрет один, уйдет следом и второй. Я жить хочу, а разводов у таких браков не существует. — Я не говорю нет, — да, нужно смириться с мыслью, что этот незнакомец — моя половинка души. — Я лишь прошу время.

— Хорошо, — уныло проворчал Арравел, опуская меня на землю, не выпуская моей ладони из своей загребущей руки. — Я услышал тебя.

— Спасибо.

Кажется, первый шаг к взаимопониманию сделан.

А второй шаг сделан вместе к порталу.

Взявшись за руки, мы шагнули в сизую дымку.

Фергюсар Арравел Леонтивийский

Меня шатало от пережитых эмоций, как корабль во время сильного шторма.

Я мог упустить Ви. Она снова от меня сбежала.

В каких обличьях бы не была моя пара, она все равно пытается держаться от меня подальше. Это рвало мне душу. Я не понимал, что делал не так. Почему суженая не отвечала мне взаимностью? Как она может быть так холодна?

Ви меня забыла. Перерождение было странным, но я счастлив, что хоть в таком непривычном теле, моя жена вернулась в Архарон. Какие бы ни были причины данного события, Ви сейчас со мной.

Внешность Вивьен индивидуальная. Я не встречал в своей жизни настолько светлокожих, светловолосых, голубоглазых существ. Их в нашем мире просто не было. Вивьен — это начало возрождения новой расы?

Но люди у нас уже есть. Тогда кем стала моя жена? Она ведь не просто человек.

Тени? Возможно ответ именно в этих сущностях? Они ведь разумны. У меня не было объяснений этому феномену.

Я не помнил, чтобы в Архароне внезапно появлялись новые виды. Обычно происходила определенная мутация или результат смешивания рас и тогда сущность претерпевала физических и энергетических изменений. Но вот, чтобы так сразу и новая раса — этого не было никогда.

Теплая ладонь жены и ее напряженная мимика лица не радовали. Что ее тревожило?

Вивьен мне не доверяла и ее можно понять. Свалился на голову неизвестный муж и, что-то требует. Но я не отпущу ее. Никогда. Дам время, которое Ви попросила, но всегда буду рядом.

Обнадеживало, что Ви приняла меня как данность. Для начала это очень неплохо. Она не отрицает, не паникует, а ведет себя разумно и адекватно. Хотя, Ви всегда была рассудительной. Все решения принимала обдуманно и взвешенно. Мне очень повезло с парой. Я и мечтать не мог о таком подарке судьбы. Больше я ее не потеряю. Вивьен для меня все в этом мире и жизни.

— Как-то мрачновато, — проворчала Наиля, рассматривая абсолютно темный дом.

Портал нас вынес аккурат к воротам моей резиденции в Реймаре.

Конечно, мрачно. Меня никто не ждал. Сомневаюсь, что сейчас в доме кто-то есть из моих приближенных.

Обычно я распускаю прислугу, когда нахожусь в своей империи. Дом запечатан моей магией.

Прислонив ладонь к воротам, позволил дому считать мою ауру.

Характерный щелчок и ворота сами раскрылись перед нами.

— Прошу, — сделал приглашающий жест оборотням, а сам, подхватив Вивьен на руки, поспешил внутрь.

Резиденция в стазисе, но стоило магии меня коснуться, как дом ожил.

Вивьен напряглась, но вырываться не стала. Она с любопытством рассматривала убранство дома и снова хмурилась.

— Ты не против, если поселю тебя в прежних покоях? — нарушил тишину. Мне хотелось иного, но пугать свою пару напористостью пока поостерегусь. Не хочу спугнуть.

— Я здесь жила? — с сомнением спросила девушка.

— Несколько часов, — скривился я, вспоминая, как девушка улизнула, минуя все охранки.

— Ладно, — неуверенно протянула девушка и посмотрела на оборотней, стоявших на пороге.

— Можете занимать комнаты в левой части первого этажа, — сообщил оборотням. — Придется самим заниматься обустройством. Прислуга распущена.

— Без проблем, — кивнул Зендер. — Только я хотел бы переговорить с Вивьен наедине, — мне не понравилось предложение оборотня.

— Зачем?

— Арравел, они моя семья, — проговорила Ви, с легкостью соскальзывая с моих рук. Едва ее ступни коснулись опоры, Ви оттолкнула меня. — Зендер я тоже хотела с вами поговорить.

Нахмурился. Мне эти секреты не нравились, но скрипя зубами уступил.

— В кабинете вам будет удобнее, — едва сдерживая рычание, процедил я.

Оборотни с Ви скрылись с моих глаз. Неприятно осознавать, что для своей пары я лишний элемент.

Они навесили дополнительно защиту от прослушки, но моя тень с удовольствием просунула нос в магию, не потревожив ее.

Подслушивать нехорошо, но опершись о подоконник, вперив взгляд в дверь, где заперлись оборотни с моей парой, приготовился слушать.

— Ви, как ты? — с ходу начал Зендер.

Переживает, это хорошо. Значит, моя супруга им действительно дорога.

— Не знаю пока, — растерянно пробормотала Ви. — Все так внезапно и я не знаю, что со всем этим делать.

— Ну, и влипла ты подруга, — проворчала Наиля. — Ладно бы, какой обычный дэмониец. Это можно было бы пережить, но с императором нам не тягаться. Он раздавит нас как блох и не заметит.

— А разводов совсем нет? — с робкой надеждой в голосе спросила Ви, а у меня возникла красная пелена бешенства перед глазами. Неужели я настолько ей противен? — Мы же разные. Зачем я ему? Да и какая из меня императрица? Смешно даже. Я не смогу. Это слишком для меня.

— Ви тут без вариантов, — с сожалением в голосе, ответил Зендер. — Пара для двуликого — это его воздух, дыхание, жизнь, сила и слабость. Понимаю, что ты этого не хотела, но выбора у тебя нет. Если он погибнет, ты не выживешь и наоборот.

— Но у нас тени, — робко заявила она. — Возможно, за их счет мы сможем разорвать нашу связь и остаться в живых? У Арравела же получилось выжить два года назад.

— Вивьен — это исключено. Дэмонийцы живучие, но не люди, а ты точно человек, — Вистар тоже все прекрасно понимал. — Разве ты хочешь так рисковать своей жизнью? А его? Думаешь, кто-то тебе позволит отказаться от императора, хоть и бывшего? Он слишком важная персона для Архарона и полностью зависим от тебя, как и ты от него, хотя пока этого не понимаешь и не осознаешь.

— Он так тебе не понравился? — с жалостью в голосе спросила Наиля.

— Дело не в том, что понравился или нет, а в том, что выбор сделали за нас, — вздохнула Вивьен. — Слепо поддаваться, какой-то связи — это безумие. Я так не могу. Я жила в другой реальности и привыкла к другим отношениям, а не в одночасье узнать, что судьба тебя связала с незнакомцем, — в какой-то степени Вивьен права. Не мы делаем свой выбор, но мы можем сделать так, чтобы пара стала счастливой. — Для вас парность — это благодать, а для меня это выбор без выбора.

Нахмурился. Хотелось схватить Ви и хорошенько встряхнуть, чтобы не смела так пренебрежительно отзываться о даре парности. Вот только это сильнее оттолкнет ее от меня. И пока я ничего не мог сделать.

Я для своей любимой обыкновенный незнакомец, навязанный судьбой.

Так гадко стало на душе, что не выдохнуть. Больно осознавать, что ты не нужен своей единственной.

Любая другая была бы безмерно счастлива оказаться моей парой, но не Вивьен. Я ей не нужен ни сам, ни с императорским венцом на голове. Я для нее навязанная обуза.

Я не знал, что с этим делать. Как приручить и расположить девушку к себе? Это большой вопрос. Она из другого мира, с иными понятиями и менталитетом. И то, что она помнит свой родной мир, а не короткую жизнь со мной, разрывало мне сердце. Значит, я действительно для нее не важен. Она не помнит меня.

— Ви ты уже не сможешь без него, — обреченно прошептал Вистар. — Связь сильнее вас.

— Это мне и не нравится, — буркнула Вивьен. — Притяжение, чувства, эмоции не будут искренними. Они будут навязанными, навеянными. Я не смогу принимать свои решения сама. Это сделает за меня парная связь, — каждое произнесенное слово истинной, резало меня без ножа.

Я так сильно сжал подоконник, что он хрустнул и часть дерева осталась в моих руках. Отследил частичную трансформацию. Плохо. Я не контролировал себя. Клыки резанули губы. Ощутил вкус собственной крови.

— Ви все совсем не так, — проговорил Зендер. — Связь помогает сбалансировать жизненный цикл пары, ведь очень часто истинные из разных рас. Связь усиливает эмоции пары в два раза. Вы чувствуете друг друга. Разве плохо знать, что твоя половинка ощущает? Иногда слов недостаточно, чтобы передать все чувства, что ощущает истинный.

— Перед парой ты совершенно оголенный, — проворчала Ви. Я ощутил, как тени усилили барьер, не позволяя прочесть эмоции жены. Это раздражало, но если ей так спокойнее, пусть закрывается от меня. Главное, что она жива и рядом.

— Твоя пара — это часть тебя. Твоя половинка, — проговорил Зендер. — Разве ты сможешь чувствовать себя полноценной без руки, ноги, глаза?

— Я буду калекой, — проворчала Ви. — Инвалидом. Неполноценной.

— Тогда почему ты думаешь, что ты без половинки своей души полноценная? Без пары ты тоже калека.

— Мне не нравится, как это звучит, — прошипела Вивьен. — Я раньше жила без этой половинки и была счастлива.

— Ви ты слишком предвзята, — недовольно проговорил Вистар. — Я бы не отказался от истинной, но пока ее не встретил.

— И разве плохо себя чувствуешь? — не унималась Ви.

— Вивьен ты перекручиваешь, — проворчал Вистар. — И мне даже жаль немного бывшего дэмонийского императора.

— Я думала вы на моей стороне, — обиженно прошипела Ви.

— Конечно на твоей, — фыркнул Зендер. — Всегда на твоей и если тебе плохо, то мы тотчас уедем, — пусть только попробуют. Под замок посажу всех. — Но поверь, долго ты без своей половинки уже не протянешь. Тебя будет ломать от разлуки. Это тяжело.

— Но ты же можешь долго находиться без присутствия Лайлы.

— Не замечала, что после каждого своего возвращения я на пару недель пропадаю с парой? — хмыкнул оборотень. — Физическая близость позволяет увеличивать сроки разлуки, но поверь, уже сейчас, меня безумно тянет к Лайле.

— А ты пока близко не подпускаешь дэмонийца, — фыркнула Наиля. — Даже не представляю, как ты выдержишь, если его не будет рядом.

— Об этом я и говорю, что выбор без выбора, — проворчала пара.

— В любом случае мы будем рядом, — пообещал Зендер. — Одна ты не останешься. Об этом можешь не переживать, но к Арравелу придется привыкать.

— Этого я и не хочу. Не хочу смиряться с выбором, который сделали за меня, — почему она так жестока со мной?

Я подыхал без нее и Ви явно не чувствовала парное притяжение. Почему?

Сколько мне понадобится выдержки, не представляю.

— Я очень надеюсь, что ты посмотришь на ситуацию под другим углом, — вздохнул Зендер. — Но тебе для этого действительно нужно время.

И мне придется его ей дать. Придется скрутить свои желания в узел и ждать, когда Ви поймет, что нам друг без друга нельзя.

Больше смысла подслушивать не было. Основное я уже услышал и понял. Нужно подумать, что мне делать дальше с женой, которой я не нужен.

Будет тяжело, но без Ви я не представлял своей жизни.

Оттолкнулся от сломанного подоконника и ушел на кухню.

В доме всегда были продукты. Под стазисом они не портились.

Странно, наверное, видеть, как бывший император готовит поздний ужин. Но все проголодались, а от куска хорошего мяса никто не откажется.

Я не знал, о чем еще говорили оборотни с Вивьен, но вышли они из кабинета через час.

Видимо пришли на запах.

— Так вкусно пахнет, что я весь кабинет слюной закапала, — послышался со стороны входа радостный голос Наили.

— Чтобы мне провалиться на месте! — ошеломленно воскликнул Вистар. — Бывший император САМ готовит?

— Каждый дэмониец умеет позаботиться о своих нуждах сам, — проговорил очевидную истину.

Странно, чтобы долгоживущая раса не освоила кулинарию, или другие виды работ. Наша продолжительность жизни позволяет постоянно учиться, чему-то новому. И полагаться только на прислугу — полная глупость.

Ви стояла в дверях, облокотившись о косяк. Нахмурив бровки, она думала о чем-то важном. Пара смотрела на меня недоуменно и поджимала губы. Что на этот раз не так? Я с ума с ней сойду.

— Если поможете накрыть в столовой, буду благодарен, — с трудом отвел взгляд от истинной и, подхватив поднос с жаренными стейками, поспешил в малую трапезную.

— Он еще и готовит! — услышал вслед восхищенный голос Наили.

Ох, если бы восхищалась мной моя истинная, я был бы счастлив.

Через пять минут все сидели за столом в полной тишине, поглощая нехитрый ужин на скорую руку.

— Благодарю Арравел, — услышал тихий голос Вивьен. Я замер, посмотрев на суженую. Хотя, я весь вечер украдкой подглядывал за женой. Стало тоскливо. Она рядом, но так далеко. — Было очень вкусно.

— Рад, что понравилось, — улыбнулся ей. — Но завтрак готовит, кто-то другой, — усмехнулся я, попытавшись разрядить обстановку.

— Без проблем, — засмеялась Наиля. — Продукты есть, а готовить мы тоже умеем не хуже дэмонийцев.

— Вот и отлично, — кивнул я.

— А разве вы не пользуетесь услугами прислуги? — удивленно спросила Вивьен. — Разве властьимущие вообще, что-то делают своими руками?

— Видишь ли, дорогая, — меня злило ее отношение ко мне. Она меня вообще немощным считает? — Прислуга есть, но она здесь лишняя, — я не хотел, чтобы о Вивьен узнали раньше времени. Кухарка Жасмин и управляющий Закари, хоть и не болтливы, но пока я не разберусь с собственной женой, никто и близко не подойдет к ней из посторонних. — Как показала практика, мы вполне сами можем справиться со своими потребностями.

— Это странно, — буркнула девушка.

— Если тебе необходима прислуга, не вопрос. Завтра утром она будет здесь, — странно, но раньше я не замечал, чтобы Ви была капризной.

— Нет, — покачала головой девушка и посмотрела на меня в упор. — Не нужна. Мы вполне самостоятельные. Просто не ожидала, что вы так близки к простому люду.

— Вивьен я не знаю, какая картинка сложилась в твоей голове о моей расе, но ты сама все можешь узнать из первых источников. Спрашивай. Я тебе все о нас расскажу, — и сделать это нужно до того, как мы с Ви вернемся в Карну. — Ты моя жена, хочешь того или нет, но этот факт неизменен, — Ви скривилась, но я тоже не могу вечно наматывать круги вокруг истинной. Я хочу быть с ней, обладать ею, любить без запретов. — И прошу обращаться ко мне на «ты».

— Не торопите меня, — вскинулась девушка. — Я только сутки назад узнала, что чья-то пара и жена. Вы слишком многого от меня хотите.

— Вивьен мы истинная пара, — сквозь зубы процедил я. Не думал, что это будет так сложно. — Ты моя жена. Смирись с этим. Я никуда от тебя не денусь. Не нужно отталкивать меня и держать на расстоянии.

Как же раздражала эта ситуация. Я могу многое, но не расположить к себе свою любимую.

Прикрыв глаза, вспомнил прошлый образ своей избранной. Она была мягче ко мне. Более благосклонной. Та Вивьен позволяла себя касаться. Ее пальчики ласкали меня, полные губы зацеловывали, а моя кровь бурлила от этих прикосновений, от безудержной тяги к истинной.

Нынешняя Вивьен другая. Не только внешность, но и характер изменился. Возможно, я предвзят, но ее холодность и равнодушие мне тяжело воспринимать.

Сложно держать себя в руках, когда ее пьянящий аромат был везде. Забивался в легкие, пронзал каждый глоток кислорода, словно все пропитано им. Все пропитано ею.

Я был голоден. Голоден ею. Меня переполняла жажда, всепоглощающее желание, трепетная нежность и безумная тяга защищать и радовать. Но Ви этого не нужно.

— Где я могу отдохнуть? — спросила Вивьен, едва закончился ужин.

— Пойдем, — я поднялся из-за стола и хотел помочь встать жене, но она снова меня оттолкнула. Не позволила позаботиться об элементарных вещах.

Поджав губы, устремился на второй этаж. Я знал, что она следует за мной, но как же невыносима вся эта ситуация.

— Твоя комната, — я открыл двери в смежные от меня покои. — Ванная там, — махнул рукой на неприметную дверь. — Завтра пройдемся по лавкам и купим тебе необходимые вещи.

— Благодарю, — кивнула она, с любопытством рассматривая спальню. — Мило, — прошептала Ви. — Думаю, вам тоже пора отдохнуть, — с намеком проговорила девушка.

Что же ты с нами делаешь?

Я был рядом, дышал каждым мгновением, обретал такую нужную мне целостность, но сдерживался, чтобы не сорваться и не зацеловать.

Собрав всю свою выдержку, отступил к выходу.

— Мирных снов, — пожелал я супруге и закрыл за собой дверь, прислонившись спиной к стене в коридоре.

Будет очень сложно покорить любимую неприступную крепость.

Ничего не хотелось.

Я не знал, что делать.

Глава 24

Столица Вайкароса Реймар поражала своими размерами. Конечно, до мегаполисов ей далеко, но масштаб впечатлял.

Широкие улицы, мощенные камнем дороги, бревенчатые и каменные дома двух, трех и пяти этажей.

Реймар словно прихорашивающаяся дама, надел свои лучшие одеяния, украсив улицы цветущими палисадниками и всеми оттенками зеленого, листвой парков.

Богато украшенные дома, магазины и лавки. Горожане, прогуливающиеся по каменным тротуарам.

Воздух буквально пропитан ароматами фруктов, цветов, свежескошенной травой и сдобой из пекарен.

Мы всей честной компанией сейчас вышагивали по одной из улиц торгового квартала.

Яркие вывески; зазывающие к своим магазинчикам и палаткам, торговцы; воодушевленные горожане; проносящиеся мимо кареты и кэбы. Вся эта кипящая в округе жизнь, окрыляла. Я обожала городскую суету. И пусть это не мой современный мегаполис, но сейчас я впервые за долгое время расслабилась. И пусть я не помнила этот город, но он мне понравился.

Шум и суета Реймара привлекали. Здесь кипела жизнь.

Казалось, все замечательно, пока мы не столкнулись с первой проблемой.

Арравел.

Он меня нервировал, а сейчас откровенно бесил.

Мало того, что мужчина снова провел ночь в моей комнате, так и сейчас качал права.

Честно, я бы так и не поняла, что у меня ночью кто-то был, но я проснулась не просто в объятиях этого наглеца.

Он, как вор пробрался в мою спальню и нагло улегся в постель, когда я видела десятые сны.

Откровенные сны, но как позже поняла, то это были совсем не сновидения.

Мое тело жило своей жизнью. Иначе я не могла найти объяснение, почему мои пальцы зарывались в густые шелковистые волосы дэмонийца, притягивая к себе. Не понимала, как я могла позволить себя целовать мужчине, которого знала сутки. Но, тем не менее, его язык властно доминировал во рту, лаская небо, покусывая, посасывая со всей страстью губы. И когда вспоминаю о ночи, невольно краснею.

Неконтролируемая тяга к этому мужчине пугала до дрожи, а закручивающееся напряжение, заставляло буквально теснее вжиматься в Арравела в поисках желанного освобождения.

И когда на мне не осталось ни нитки, а под лапами этого наглеца я плавилась, опомнилась лишь тогда, когда горячая ладонь скользнула по внутренней стороне бедра.

— Стой, — еле слышно прохрипела я, пытаясь высвободиться из манящего плена. Голос не слушался. Мысли и тело, как желе.

Вот только непросто сопротивляться, когда тело жаждет большего.

Меня буквально распластали на кровати, а мозолистые пальцы бывшего императора, бесстыдно пробирались между ног, накрывая промежность.

— Не бойся, — прошептал Арравел на ушко. — Я только приласкаю. Ничего не будет, пока сама не захочешь.

— Не надо, — проскулила я беспомощно.

Мозг кричал остановить этот разврат, а тело не слушалось, выгибаясь под умелыми ласками дэмонийца.

— Тш-ш-ш-ш, — меня лизнули за ушком. — Все будет хорошо.

Нахальный язык прошелся по шее, прикусывая, целуя. Снова обхватив мой затылок, заставляя повернуть голову, нагло поработил мои губы, овладевая ртом.

Не смогла сдержать стон удовольствия, когда ощутила нежные прикосновения пальцев в самом сокровенном месте. В месте, где больше всего хотелось почувствовать его. Стыдно самой признаться в этой слабости.

Как бы я не противилась нашей связи, но от нее невозможно отмахнуться. Не тогда, когда тебя с головой накрывает эмоциями нежности, благоговения, страсти и всепоглощающей любви.

Ослепленная запретным прикосновением, меня буквально подбрасывало в руках дэмонийца. Сердце заходилось в бешеном ритме. Связные мысли вмиг улетучились. Остались только невыносимые сладостные ощущения, невозможные откровенные поцелуи, пламя возбуждения по всему телу и тянущее чувство внутри. Чувство неудовлетворения накрыло меня с головой. Вместо того, чтобы оттолкнуть, я хваталась за его плечи, царапала бессильно спину, получая, какое-то извращенное удовольствие от ощущения каменных мышц под моими пальцами. В этот миг, мне нравилась надо мной его власть.

Разум кричал, остановись, но я махнула на него рукой. Невозможно отказаться от этой сладостной пытки.

Бедра неконтролируемо дрожали от неистовых поглаживаний, двигаясь навстречу откровенной ласке.

Арравел пил мои стоны, надавливая на бугорок чувствительной плоти внизу, а меня просто выгибало от этих сладострастных прикосновений.

Если он ничего не сделает, то я умру. Это невыносимо. В мозгах уже не желе, а тягучий кисель.

Словно ощутив мое нетерпение, Арравел в который раз толкнулся в мой рот языком. Мужской палец, раздвигая внутренние мышцы, осторожно проникнул в меня, оглушая этим запретным ощущением. Медленные движения пальца, надавливание на только известные ему точки и вот я уже буквально улетаю за грань.

Громкий стон поглотил жадный поцелуй Арравела. Я взорвалась ослепительной вспышкой ощущений, нереальных в своей силе. Тело окатила волна сладостно-мучительной дрожи.

Арравел не останавливался, продолжая ласкать и трогать там, погружая меня в волну нестерпимого жара, доводя до помешательства.

Искусный любовник и кат применял на мне все свои знания и умения в сладострастных, мучительных пытках.

— Все неправильно, — смущенно прошептала я, утыкаясь носом в его обнаженную грудь с капельками пота. Горячие ладони мужчины тесно прижимали к себе, а я шумно дышала, отходя от невероятного удовольствия. Бедром ощущала его огромное возбуждение. Плоть подергивалась, но Ар держал слово и действительно ничего практически не делал. Пальцы же не считаются? Или считаются? Бездна! Как все запутано! — Мы не должны были. Я не должна! Не понимаю, как позволила.

Не могла найти объяснение своему ненормальному поведению. Я давно познала мужчину, но такое со мной впервые. Полноценная близость с бывшим мужем не шла ни в какое сравнение с тем, что произошло сейчас.

— Ты моя истинная пара, — хрипло прошептал Арравел. — Все правильно. Так и должно быть. Но я подожду, хоть мне и не просто. Ты ведь прекрасно ощутила мои эмоции, — а я стыдливо зажмурилась. Ощутила и пропустила все через себя. Не знаю, как это работало, но мой недавно приобретенный муж, до одури хотел меня. И как Арравел сдерживался, я не представляла. Стальная выдержка вызывала уважение и гордость за этого мужчину.

Мне было стыдно.

— Уходи, — прохрипела я, пытаясь вывернуться из сладких объятий.

— Что? — ошарашенно воскликнул он.

— Ты заявился ко мне среди ночи, соблазнил меня, — тут я утрировала. Я позволила частично соблазниться, но признавать собственную слабость была не готова. Точно не сейчас. — Оставь меня одну.

— Упрямица! — раздраженно прорычал он, но выпустил из объятий. Нехотя поднялся с постели, сверкая своим накаченным телом и восставшей плотью. Арравел не стеснялся, а словно в наказание показывал себя во всей красе, мол, смотри, от чего отказываешься. — Я не отступлюсь, — он сверкнул в меня упрямым решительным взглядом. — Ты моя. Смирись с этим, — и, подхватив свои вещи, метнулся к еще одной неприметной двери, скрываясь за ней.

Только не говорите, что покои у нас смежные! Видимо, все так и есть, так как за дверью услышала, как что-то громко врезалось в стену и разбилось.

Зарывшись головой под подушку, стыдливо прикусила губу. Что я натворила? Раздраконила мужика и выставила. Ты Вивьен еще та подлая динамщица! Но я его не приглашала и не виновата в том, что дэмониец решил меня приласкать, а я не сопротивлялась. Хотелось выть от осознания собственной слабости.

Завтрак тоже не задался. Я была хмурой и молчаливой, а Арравел сидел мрачнее тучи за столом и сверлил меня прожигающим взглядом.

Оборотни, словно догадывались о чем-то, но деликатно помалкивали.

И сейчас в городе я смотрела, куда угодно, но не на дэмонийца.

И вот о проблеме, что вырисовывалась на торговой улице.

Арравел был против того, чтобы мои покупки оплачивали оборотни.

— Они моя семья, — прорычала я.

Я не хотела зависеть от этого мужчины. То, что случилось ночью, не повод для подобного собственнического поведения.

— А я твой муж, — недовольно рыкнул Арравел, бросая на прилавок динары.

Торговец молчал, но довольно улыбался, подсчитывая прибыль. Еще бы, мы тут ему недельную выручку сделали.

— Вы перегибаете…

— «ВЫ»? — прошипел мне на ухо дэмониец, притискивая к своему могучему боку. — Ты издеваешься?

— Думаю, нам всем не помешало бы перекусить, — разрядил нервную обстановку Вистар. — Вив, не обижайся, но Арравел прав. Серьезно. Как твой муж и пара ему абсурдна сама мысль о том, что о твоих нуждах будут заботиться другие. Это противоречит самой природе истинности. Это на инстинктах.

Вздохнула.

Инстинкты, парность. Кажется, что все происходит не со мной, но я непосредственный участник главных событий.

Уютная кондитерская притянула к себе ароматами сдобы и ванили.

Пришлось сдвинуть два столика, чтобы мы всей компанией уместились.

Нежные эклеры и горячий какао радовали желудок. Зажмурилась от удовольствия вкусностей.

— Нравится? — прошептал Арравел, подкладывая на мою тарелку все новые и новые виды сдобы.

— Благодарю, — кивнула я, откусывая кусочек от очередного шедевра кулинарного искусства.

Время близилось к обеду. В кафе при кондитерской было достаточно многолюдно.

Люди, оборотни и другие расы находились здесь, но всех привлекало одно — вкусная выпечка.

Я не умела на глаз определять расовую принадлежность, но кондитерская пользовалась популярностью.

Откинувшись на спинку дивана, с удовольствием рассматривала местных жителей.

Были и старики, и дети, и парочки. Разный контингент, но мое внимание привлек столик в дальнем углу.

Почему привлек? Потому что очаровательная брюнетка, с какой-то завистью, рассматривала меня. Не поняла ее интереса, но этот взгляд мне совершенно не понравился. От красавицы веяло холодом и потусторонним ужасом.

Дернула плечами, сбрасывая непонятное оцепенение.

Красотка меня напугала до колик в животе. Иррациональный страх. Дикий и непонятный.

Моего состояния кажется, никто не заметил. Лишь Арравел вопросительно посмотрел, но я качнула головой, мол, все в порядке.

— Хочу вернуться в дом, — чудесное настроение улетучилось.

Всему виной стала незнакомка. Может, мы в прошлом были знакомы?

Нет. Невозможно. Если учитывать то, что раньше я выглядела иначе, то и знать меня никто не может. Тогда, откуда такой интерес и непонятная зависть?

Прислушалась к теням, но они не высовывались, словно их тоже, что-то жутко напугало. Такое состояние теней я наблюдала впервые и мне это совершенно не понравилось. Что происходит?

— Устала? — участливо спросил Арравел.

— Да, — солгала я.

Хотелось продолжить знакомиться с городом, но лучше это сделать в другой раз.

Было не по себе. Когда мы покидали кондитерскую, я спиной ощутила волну злости и негатива. Меня бросило в холодный пот.

Резко развернулась и сделала шаг обратно. Намеревалась выяснить у незнакомки, какие у нее ко мне претензии, что ее ненависть я ощутила на расстоянии, но ошеломленно захлопала глазами. Столик оказался пуст и непонятное давление исчезло. Что за чертовщина?

Дэмонийка? Кажется, только они умеют мгновенно телепортироваться.

— Ты что-то забыла? — поинтересовался Арравел, заметив мой непонятный для всех маневр.

— Нет, просто показалось, — отмахнулась я от объяснений. — Пойдемте. Я устала.

— Ви, что случилось? — от оборотней тоже не удалось спрятать свое нервное состояние. — Ты сама не своя.

— Пока не знаю, — растерянно прошептала я, потирая виски, пытаясь сообразить, что не так.

Незнакомка вызывала подсознательный, иррациональный страх. Кажется, я одичалых так не боялась, как испугалась ее. Это ненормально. Мои тени же мир спасли от тварей, хотя я этого и не помнила, но тогда почему они тушуются и прячутся от незнакомки?

Если она дэмонийка, то может, близко знала Арравела? Может, ей не понравилось мое соседство с ним? Может, это его бывшая, или нынешняя? Не знаю и знать не хочу. Арравел ее точно заметил, но он и вида не подал, что знаком. А может, не знаком?

Черт! Я запуталась.

Кажется, я сама себя накрутила.

Вот только тревога не отпускала. Едва мы оказались за стенами дома Арравела, я поспешила к себе.

— Ви, точно все нормально? — обеспокоенно поинтересовался Вистар, прежде чем я шагнула на первую ступеньку.

— Точно, — кивнула я.

Не хочу лишний раз тревожить свою новую семью. Они и так меня опекают. А мои пустые тревоги — это мое личное дело.

В комнату проникал солнечный свет. Казалось, нет никаких опасений, но все было не так. Напряжение повисло в воздухе.

— Вивьен ты сама не своя, — услышала за спиной встревоженный голос Арравела.

— Оставьте меня одну, — проворчала я, пытаясь обуздать иррациональный страх, который, кажется, въелся мне под кожу. Даже волоски на руках встали дыбом.

— Не гони меня, — резко ответил мужчина, подходя ближе, очерчивая шершавыми пальцами мои скулы, плавно спускаясь к губам. — Меня волнует твое состояние. Все было хорошо, но внезапно ты изменилась, словно чего-то испугалась.

— Ничего, — дернула головой, теряя тепло мужчины. Его руки плетьми упали вдоль тела. Ему не нравилось мое отчуждение, но хорошо, что больше не стал настаивать. — Скажите, насколько хороша защита вашего особняка?

— Защита уникальна, — с гордостью ответил он. — Хотя в прошлый раз ты незаметно ее обошла, покинув дом. То есть, только для теней нет преград. К чему ты спрашиваешь о защите? — нахмурился Арравел.

— Ни к чему, — облегченно выдохнула я, медленно успокаиваясь.

И чего я, в самом деле, испугалась? Тут универсальная магическая охранка, что и мышь не проскочит, а тень только у меня и у Арравела, но тоже моя.

— Ты странная, — заметил недовольно дэмониец.

— Я могу остаться одна? — снова попросила я, посмотрев в упор в нахмуренное лицо мужчины.

— И невыносимая, — проворчал он. — Я буду в смежных покоях, — кивнул он в сторону двери, куда ушел сегодня утром. — Если, что-то нужно, позови.

Оставшись одна, я заметалась по комнате.

Тени нервничали и я вместе с ними. Сейчас они были, как дети, пытаясь отыскать в виде меня защиту. Не понимала их поведения, но разделяла вместе с ними непонятный жуткий страх.

Села на постель, пытаясь собраться с мыслями. Что-то было не так.

В глазах резко потемнело. Хотя нет, не в глазах, а в комнате наступила непроглядная тьма, несмотря на солнечный день.

Стало трудно дышать, тело не слушалось, стало вялым. Я даже пискнуть не успела, как оказалась обездвиженной.

Словно, со стороны я наблюдала, как мои запястья обхватывают черные ленты-жгуты. Щиколотки ног, шею постигла та же участь. Я оказалась в кандалах, которые не снять. Мои тени в глубоком обмороке от жуткой силы, что проникла в комнату сквозь универсальную дэмонийскую охранку.

Магия злая, жестокая, одновременно знакомая и незнакомая.

Я ничего не видела, а когда спустя время, тьма расступилась, оказалась в пещере, все так же находясь в оковах.

Сердце, от пронизывающего каждую клеточку тела ужаса, лихорадочно билось в груди. Я ничего не понимала. Ни что произошло, ни как оказалась в этой пещере.

— Вот мы и встретились мерзавка, — услышала за спиной ледяной женский голос с легкой хрипотцой.

Перед моими глазами оказалась смуглая рука, но вот вместо пальцев были тонкие длинные плети тьмы.

Тьма. Это точно была она, но какая-то другая — озлобленная, жестокая, убийственная и жадная.

По щеке скользнул холод. Внутри все замерло.

— Ты присвоила то, что тебе не принадлежало, — продолжал говорить голос, а спустя секунду, передо мной возникла женская фигура незнакомки из кондитерской.

Именно эта местная красотка напугала меня до икоты несколько часов назад.

— Мы разве знакомы? — прохрипела я.

Странно, но голос меня слушался в отличие от тела.

— Три года назад ты не только украла мое тело, но и тьму, что тебе не предназначалась, — прошипела незнакомка. Я помню только последние два года. А три года назад моя внешность, со слов дэмонийца, была другой. — Столько сил я потратила на то, чтобы отыскать тебя, но ты ловко скрывалась. И хоть сейчас выглядишь иначе, но та сила, что сидит в тебе, мне хорошо знакома. Я выпустила тебя из виду на целых два года, но пару дней назад снова ощутила всплеск тьмы. МОЕЙ тьмы!

— Не понимаю, о чем ты, — нахмурилась я.

Как так может быть? Как она на расстоянии смогла отыскать меня?

— Ах, не понимаешь, — злодейски расхохоталась женщина, утонувшая в собственной злости и ненависти. — Не заметила, что ты вернулась в то место, где все началось три года назад?

Хотела бы заметить, да не помнила.

Я точно лежала на чем-то твердом в виде звезды. Мои руки и ноги были распяты и приклеены лентами тьмы к холодной поверхности.

— Эта пещера стала колыбелью возрождения великой силы, — благоговейно прошептала женщина. — Моя душа не успела полностью срастись с тьмой, как появилась ты из ниоткуда. Влезла нагло в МОЕ тело и присвоила часть могущественной силы, что тебе не предназначалась.

— Бред какой, — все, что говорила девица, смахивало на сумасшествие.

— Мне понадобилось время, чтобы найти подходящее тело и вытряхнуть из него жалкую душонку, так как в свое я вернуться не смогла, как не пыталась, — вот только все бредни этой сумасшедшей смахивали на реальность. Как, если не мне знать, что в этом мире можно сменить тело, как перчатки. Как оказалось не только мне. — Но та тьма, что осела во мне, помогла. После, мне пришлось привыкать к новой оболочке и учиться жить калекой лишь с куском великой силы, ибо часть от тьмы отщипнула ты, нагло присвоив.

Тени внутри недовольно заворочались, но кажется, больше не пытались свалиться в обморок от страха. Но и вытащить меня из пещеры они не могли.

— Я училась скрываться и управлять этой силой, — продолжала жаловаться девица. — И вот, когда я напала на твой, казалось след, то поняла, что ошиблась. Ведь не мог уродливый тщедушный мальчишка быть мной. Но ты ловко обвела меня вокруг пальца. Тогда я еще не совсем понимала, как работать в полной связке с тьмой, поэтому по неопытности упустила тебя, натравив местные стражи на твой след. Ты сбежала, оставив с носом моего любовника. Жаль, что он толком ничего о тебе не знал. Польза от него была только в постели, — скривилась женщина, вытаскивая из ножен длинный острый нож. Блеснула сталь с незнакомыми мне символами. Внутри все похолодело. — Но сейчас все иначе. Я смотрю не глазами, а тьмой. Она прекрасно ощущает свой недостающий кусок силы, — странно, почему тогда Арравела не прихватила. Ведь он тоже носитель тени. — И теперь я верну себе свое. Ты убила великих магов в этой пещере, когда вырвалась из-под заклятья. Не знаю, что ты за душа, но оказалась сильной и достойной соперницей. Одно удовольствие расправиться с таким врагом.

— Не делай этого, — с ужасом в голосе прошептала я.

Если она поглотит моих теней, то твари для Архарона покажутся милыми котиками. Столько слепой жажды убивать, я еще не встречала. И если моя тьма, накрыв весь Архарон, избавила от монстров, то эта жестокая тварь убьет все человечество мира. Я знаю, о чем говорю. Я прекрасно ощутила то удовлетворение от смерти одичалых. Это был пир для теней. Но они меня слушались, а здесь, видимо, девица не смогла совладать со столь могущественной силой и поддалась тьме, растворяясь в ее кровожадности.

Одного не понимала, если у девицы бòльшая часть тьмы, почему она свои кровожадные планы не исполнила раньше? Ведь я, имея небольшой кусок этой силы, смогла предотвратить гибель мира. Хоть я этого и не помнила, но не думаю, что дэмониец лгал. Я умерла, чтобы жил Архарон. Умерла, чтобы жил Арравел. Иначе, зачем мне отдавать ему одну из теней? Значит, в прошлой жизни дэмониец был слишком дорог для меня? Возможно, я любила?

— Все должно быть так, как и должно быть, — фыркнула она и сделала глубокий надрез вдоль руки.

Я заорала от боли. Заживо меня еще не потрошили. Рана нестерпимо горела, словно руку сунули в раскаленную лаву.

А дальше начался кромешный персональный для меня ад.

Эта тварь занималась художеством на моем теле, вырезая только ей знакомые узоры — магические руны.

— Да, я знаю, каково тебе сейчас, — довольно расхохоталась маньячка. — Я тоже все это ощущала и не хотела умирать, но меня не спрашивали. Я отлично запомнила каждую руну и каждое слово заклятья, что творил великий маг, — хотелось бы ответить, да не могла.

Губы в кровь. Тело — одна сплошная непрекращающаяся боль. А те рисунки, что эта тварь вырезала на коже, горели огнем. Я даже больше кричать не могла. Сорвала голос и только хрипела. Хотелось или сдохнуть, или уплыть в беспамятство, но лишь бы эта боль прекратилась.

— Но теперь ты заперта в своем теле, а украденная у меня сила, вернется к законному владельцу.

Время перестало существовать. Непрекращающаяся боль рвала на куски, а тени скулили. Они не хотели меня покидать, но выбора нам не оставили. Маньячка была в разы сильнее нас. И я даже представить не могла, что она натворит, когда вся сила вернется к ней.

Жестоко. Не успев толком пожить, я снова должна умирать? Почему судьба так несправедлива?

— Последний штрих, — зловеще прошептала магичка и со всей силы вонзила мне в сердце ритуальный атаме, запев одну ей известную песню.

Я снова умерла? Сколько можно?

Вот только, едва мое сердце пробил атаме, как из воронки портала вынырнул обезумевший дэмониец в боевой ипостаси.

Он бросился на магичку, но та отмахнулась от него, как от назойливого комара. Арравел, а это точно был он, со страшной силой врезался в стену пещеры. Посыпалась крошка и я услышала хруст костей.

Я парила над своим телом бестелесным духом. Но не только духом. Меня облепили мои тени. Не знаю, как это возможно, но сейчас я стала одним целым со своими сущностями, которые буквально сковырнули память, обрушивая на меня лавину воспоминаний, сносящими все на своем пути. Это было больно. Это было жестоко. И невероятно.

Магичка злорадно расхохоталась и опустилась на колени возле поверженного дэмонийца, бывшего императора и моей пары.

Я вспомнила эту тварь. Веста. Не зря она мне никогда не нравилась. Теперь понятен был ее интерес.

Вот только и я больше не неопытный птенец, а тоже кое-что умею. И раз моя душа отлично умеет приспосабливаться к любому телу, то я не завидую Весте.

— Ты знаешь, что делать, — услышала в стороне бесцветный голос.

— Жнец, — понятливо хмыкнула я. Раз она пришла, значит, я точно умерла. — Мы встречались. Не сказала бы, что рада встрече, но с тобой даже спокойнее.

— У тебя не так много времени, — кивнула прислужница смерти. — Я придержу твое родное тело. Не думаю, что ты захочешь остаться в том, — жнец кивнула на Весту, которая вонзила свои мерзкие черные ленты в грудь Арравела. — Он не выживет, если ты не поторопишься, — увидела, как мое физическое тело накрывают огненные крылья.

Феникс? Тот самый легендарный феникс, что запечатал прорывы два столетия назад? Тот самый феникс-жнец, который помогал мне избавлять мир от тварей? Эта жнец провела меня через перерождение, возродив мое родное тело, стерев даже шрам от аппендицита? Невероятно!

— Ну же, поспеши! — проговорила безэмоционально жнец.

Больше не раздумывая, я буквально ворвалась в тело Весты, безжалостно цепляя ее душу своими тенями, вырывая из тела. Да, она была сильна, но она не ожидала нападения. У нее не было такой огромной поддержки за спиной.

Маньячка упала замертво, а длинные щупальца рассеялись в реальном мире, оставляя в покое моего мужа. Он беспомощно полз к алтарю, где лежало мое бездыханное тело. Вот только сейчас ни успокоить, ни помочь я ему не могла. Осталась последняя битва. Либо Веста, либо я.

У меня не было страха, в отличие от красивой молодой девушки. Душа выглядела иначе, нежели тело, валяющееся в пещере. Эта душа была сейчас напугана и дезориентирована, но вокруг нее колебалась тьма.

— Как ты это сделала? — шокировано прошептала Веста, непонимающе рассматривая собственные бестелесные пальцы. Знакомые пальцы. Ее тело некоторое время принадлежало мне. Я была ею.

— У меня опыт прыгать по телам, — я утрировала, но полностью восстановленная память, придавала мне уверенности и сил. — Ты слишком самоуверенна Веста. Ты поддалась тьме, что стало твоей ошибкой. Но ты так хотела воссоединиться с моими тенями, что я не стану сопротивляться, — не знаю, или получится, но либо так рискнуть, либо огромная сила тьмы поглотит меня без остатка, а сдаваться я не привыкла.

— Что? — она не понимала. Я тоже, но ничего другого я придумать не могла, а тени передали эмоции одобрения и спокойствия. Кажется, они сейчас знали, что делать. Моя тьма очень разумна.

— Лови силу, — я отпустила своих четырех сущностей.

Честно, не ожидала такого финала, но Веста заверещала, будто ее заживо сжигали.

Клубок из тьмы разрастался, беря в кокон душу Весты.

Бросила взгляд на потерянного и скулящего от моей утраты, Арравела. Мне было его нестерпимо жаль. Моя душа ревела и скорбела вместе с любимым.

Атаме валялся на алтаре, а руки Арравела пытались заживить многочисленные раны. Тщетно все. Мертвое тело не починить. Но Арравел не видел поддерживающего огня феникса вокруг меня. Я еще ощущала связь с миром живых.

Но мне нельзя отвлекаться. Я удерживала сознание теней из последних сил, передавая все пережитые чувства и эмоции во всех своих жизнях. Тьма Весты была сильнее и агрессивнее, но мои эмоции мощнее.

Я буквально подавляла чуждую тьму, уничтожая жажду убивать, приручая, как дикого зверя. Было откровенно больно. Тени и я — единое целое и то, что тьма Весты была обезумевшей сущностью, я ощущала отчетливо, пропуская через себя весь ужас, что творила Веста.

Гадина была осторожной и ювелирно затирала следы своих преступлений. Ее не искали, о ней даже никто не знал. Так тонко затирать улики — это высшая ступень профессионализма. Маньячка!

И сейчас весь спектр жестокости обрушился на меня лавиной. Как самой не сойти с ума? Как выстоять против этой бездушной твари, которая получала удовольствие от своих злодеяний?

На миг мне показалось, что тени поддались общей эйфории счастья от несокрушимости и вседозволенности. Теням нравились те обещания, что сулила тьма Весты.

Нет! Не позволю! Я ударила ментально, пропуская через теней свои эмоции. Их было так много, что тьма начала захлебываться в них, теряясь на мгновение в ярких и вкусных ощущениях. Этого мига хватило для того, чтобы тени смогли скрутить силу, оплетая ее, размазывая по эмоциям реальности.

Два года назад, растворившись во тьме, я прекрасно чувствовала эмоции мира и сейчас больно била ими по Весте.

Душа заверещала. Веста не была готова к такому. Одно дело отобрать моих теней, а другое — это сопротивляться самому Архарону.

Она проиграла. Тени безжалостно вырвали тьму из несчастной жертвы, которую отступники приговорили к смерти три года назад. Оказавшись на алтаре, Веста больше не принадлежала себе.

Клубок тьмы представлял собой огромную мрачную тучу. Она пыталась трепыхаться, но мои тени держали обезумевшую силу в крепких оковах. Не выбраться.

— Почему? — услышала я тонкий девичий дрожащий голосок. — Я ведь просто хотела жить.

— Мне жаль, что ты стала жертвой отступников, — странно, но едва тьма покинула душу Весты, я не ощущала больше к ней ненависти и злости. Я ей искренне сочувствовала.

— Твое четвертое перерождение не удалось, — услышала безэмоциональный голос жнеца, появившегося возле клубка из теней. Черный балахон скрывал суть проводника смерти. — Твоя душа слишком слаба, труслива и тщеславна, — чего? О чем толкует жнец? — Ты снова не справилась и проиграла.

— Я хотела жить!

— У тебя был выбор, но ты поддалась сладости власти чужой силы, — проговорила жнец. — Ты не смогла ей противостоять и совладать с такой мощью. Тьма сломала тебя. Я отправлю тебя на перерождение, где тебе буден предоставлен еще один шанс в новом жизненном витке.

— Почему я не могу также, как она, — кивок Весты в мою сторону. — Вернуться сейчас в своем теле? Почему я должна умирать? — в голосе сквозила неприкрытая зависть.

— Ты неправильно ставишь вопросы, — в голосе ни единой эмоции. Как жнец так умеет? — Эта душа справилась с тем, что было не под силу никому из Архарона. Мир принял ее самопожертвование и позволил вернуться.

— Почему?

— Душа из другого мира очень сильна, — объяснила жнец. — Все ее предыдущие жизни были прожиты достойно, — чего? Откуда жнец все это знает? — Ни одного темного пятна и смерть в ее последнем перерождении была ошибкой, поэтому Архарон и притянул ее к нам, — или попросту украл. Это больше похоже на правду. — Наш мир знал, с чем предстояло столкнуться. И только такой светлой и идеальной душе было под силу справиться с той аномальной, чужеродной и опасной силой, что вытянули извне отступники, — кажется, что жнец объясняет не Весте, а мне. Поясняет, почему именно я. Сейчас я получала долгожданные ответы на все свои вопросы. Но это же абсурд! Я точно не идеальная! У меня было достаточно позорных и неправильных поступков. — К сожалению, наш мир познал слишком много боли. Подходящих душ, чтобы справиться с первозданной тьмой, просто не было. Ее ошибочная смерть в другом мире, оказалась нашим спасением.

— Это нечестно, — завыла Веста. — Она недостойна.

— Ты так ничего и не осознала, — покачала головой жнец. — Надеюсь, что следующее твое перерождение окажется более удачным для тебя, а ты проживешь свою жизнь достойно. Прими с честью подаренный нашим миром шанс на новую жизнь, — жнец взмахнула своей косой, навсегда разрубая связь с этой реальностью.

— Обалдеть! — ошеломленно воскликнула я, наблюдая, как душа Весты беспрепятственно устремляется ввысь.

— Она не скоро переродится, — сообщила жнец. — Слишком болезненной и тяжелой была ее жизнь. Ей нужно время на осмысление собственных поступков и только от нее зависит, какой будет ее следующее перерождение.

— Я в шоке, — растерянно пробормотала я.

— Так правильно, — проговорила равнодушно жнец. — Теперь все так, как нужно.

— Спасибо, что объяснила, — поблагодарила жнеца. — А я все гадала, какого черта оказалась в другом мире.

— Так было нужно, — в голосе сочувствие, или мне показалось? — Архарон умеет быть благодарным. Ты заслужила свою жизнь в нашем мире, поэтому тебе предоставили выбор. И ты сделала правильный шаг.

— Почему я переродилась не младенцем? Почему не родилась заново, как это принято в Архароне? — этот вопрос меня тоже тревожил. Мое перерождение действительно казалось слишком корявым.

— Моя сила феникса позволила возродить твое тело, — обалдеть! Разве так можно? Я думала, что фениксы только себя могут возрождать, но реальность оказалась более ошеломляющей.

— А воспоминания?

— Повторюсь, твоя душа очень сильна, — хмыкнул голос из-под капюшона. — Со временем ты бы все постепенно вспомнила, но твоя насильственная смерть ускорила этот процесс. Твои тени помогли с полным восстановлением памяти.

— Было больно, — скривилась я.

— Для твоего сознания это тоже оказалось шоком. Если бы не тени, не знаю, как бы ты быстро справилась с этим. Тьма отлично аккумулирует все, что только может. И я рада, что эта сила теперь в надежных руках, — это что? Восхищение жнеца? Серьезно?

— Я ведь всего этого не хотела и не просила, — скривилась я.

Насколько было проще ничего не знать. Но в этом мире у меня есть обязательства. Приятные и самые лучшие обязательства. Мой персональный дэмониец.

— Но так случилось, — жнец кивнула в сторону замершего клубка тьмы. — Тьму не уничтожить, она уже принадлежит Архарону, но вот управлять ею только тебе по силам, что ты и доказала. Забирай ее.

— Надеюсь, я действительно справлюсь, — неуверенно протянула я, сомневаясь в собственных силах. Одно дело — это управлять четырьмя тенями, а другое дело — держать под контролем всю первозданную тьму.

Я протянула бестелесные руки к клубку из тьмы. Она словно сомневалась, но потом не раздумывая и даже радостно хлынула в меня, буквально снося с места. Хорошо, что я бесплотный дух, иначе меня бы расплющило о стены пещеры от такой силы.

Тени были счастливы снова быть со мной, а первозданная тьма извиняюще скулила. Она сожалела, что причинила мне боль, признавая собственное безумие и жажду обладания. Наверное, мне понадобится время, чтобы привыкнуть к новым жильцам моего тела, ведь сосудом я быть не перестала. Просто теперь этот сосуд стал очень дорогим и любимым для тьмы.

Три года назад я сделала свой выбор, пожалев девушку на алтаре, а сейчас тьма жалела меня и обещала быть послушной.

— Пора, а то твой истинный окончательно сойдет с ума от горя, — вырвала меня из эмоциональной встряски жнец.

Арравел. Мне было его жаль. Дважды потерять единственную — это слишком жестоко даже для такой сильной расы, как дэмонийская. Легко со мной не будет, но я не по своей воле умирала.

— Спасибо тебе за помощь, — поблагодарила жнеца и неожиданно даже для себя, прильнула к прислужнице смерти. Она опешила, но прошлась холодной рукой по макушке.

— Тебе пора, — меня подтолкнули к телу. — Будет больно, но не в моих силах ее унять.

Жар опалил спину, а в следующий миг, я ощутила все прелести смертельного ритуала Весты.

Захрипев от боли, я потеряла сознание, не увидев ошарашенное лицо Арравела, пропустив зачистку паладинами этого жуткого места.

Но и зачистка проходила без меня. Я находилась под исцеляющей магией Диего и постоянным присутствием Арравела с обезумевшим взглядом.

Тьме нужно было время, чтобы окончательно срастись с моей аурой и энергией. И лучше всего это делать, когда тело находится без сознания.

Как бы Диего не пытался меня пробудить, у него ничего не получалось. Я находилась под влиянием первозданной тьмы. Хорошо, что она не убивала, пока мы заново привыкали друг к другу.

Тьма растворила все руны, что нанесла на мое тело Веста. Она исцелила рваную рану в груди от атаме. Магия высшего порядка и я к ней еще не скоро привыкну.

Фергюсар Арравел Леонтивийский. Карна. Императорский замок.

Я думал, смерть пары два года назад была для меня концом всего.

Ошибался.

Видеть, как из груди истинной торчит ритуальный атаме и я больше не чувствовал ее — настоящая агония и пытка.

Жестокое понимание, что не успел спасти ту, что была для меня всем в этом мире — то еще изощренное наказание.

И я ничего не смог сделать, лишь отчаянно пытался убить ту тварь, что украла и уничтожила часть меня.

И этого не смог сделать. Жалкий неудачник. Слабак.

Тварь напала и чуть не убила меня, но в какой-то момент, тело гадины дернулось и упало замертво.

Бессильное отчаяние и горе поглотили меня с головой. Лишь тень снова заставляла меня дышать и двигаться. Я, как калека, полз к истинной, но понимал, что опоздал.

Вивьен была мертва. Снова.

Я ни на что не годен. Мне подарили второй шанс на счастье, но я его вновь потерял.

Когда тьма накрыла особняк, я понял, произошло, что-то ужасное. Когда тьма пропала, я не смог ощутить свою пару. Вивьен не было.

Сколько бы я не бился в поисках, так и не смог напасть на след.

И лишь, когда ощутил, как безжалостно и грубо рвется наша связь, не раздумывая, шагнул в неизвестность по рвущейся нити. Миг смерти Вивьен позволил мне ее найти. Но было поздно. Я опоздал. Вивьен лежала на алтаре с ритуальным атаме в груди, не подавая признаков жизни.

Кажется, мой удел — жить в постоянной боли. Она рвала сердце и душу на кровавые ошметки.

Откинув в сторону атаме, пытался залечить раны на теле своей пары, но все было бесполезно. Нельзя вылечить раны у мертвого человека.

Неправда, что мужчины холодны душой и менее чувствительны, чем женщины. Ничего подобного. Мужчинам также невыносимо тяжело переносить боль утраты. Гораздо тяжелее переживать все внутри себя.

Моя боль и отчаяние выплеснулись наружу.

Я орал, кричал до хрипоты, срывая голос, баюкая на руках свою половинку. Эмоции жгли душу, душили, а пустота в груди жгла раскаленным железом все внутренности.

Моя Ви была потрясающим, добрым, искренним, открытым, отзывчивым человеком. Вивьен была удивительной. Она, как шкатулка с сюрпризом. Никогда не знаешь, что получишь, едва откроешь ее. Немного наивная, ужасно упрямая и невероятно преданная. Верность для этой женщины не пустой звук. Я гордился своей любимой. Мне поистине досталось невероятное счастье, которое я не смог сберечь.

Ви полюбила этот мир. Я видел в ее глазах счастье и радость, когда она с тенями очищала земли Архарона, уничтожая барьеры. Она привнесла в наш закостенелый мир глоток свежего воздуха. Встряхнула Архарон так, как никому ранее до нее этого сделать не удавалось.

Напускная грубость и бесцеремонность Ви, были скорее защитной броней. За ней Вивьен прятала свою ранимую душу. Учитывая, что с ней случилось, неудивительно, что жизнь научила Вивьен быть осторожной со всеми.

Несмотря на это, девушка была светлым и добрым человеком с огромным чистым сердцем.

Я видел в ее глазах тоскливое одиночество и безнадежность. И пусть она пыталась нас гнать, но я замечал, что наша компания ей нравится.

У нее было всегда свое мнение, но Ви умела прислушиваться и делать правильные выводы. Вивьен была слишком рассудительной. У нее всегда на все было готовое решение, а если не было, то любимая его находила в кратчайшие сроки.

Находила, но не теперь.

Теперь бездыханное тело любимой покоилось в моих когтистых лапах.

Я потерял Вивьен навсегда.

Тело с бледной, изуродованной рунами, кожей, синие обескровленные губы, алая кровь, залившая алтарь. И лишь вязь на руке суженой была не тронутой. Она все еще оставалась на запястье, хотя у меня больше ее не было.

Я целовал ее холодные губы. Абсолютно ледяные. Мертвые. Не ощущал, как из глаз текли слезы, смешиваясь с кровью на лице моей любимой. Пытался отдать ей всю свою энергию, но она растворялась в пространстве. Я ненавидел тень за то, что не позволяла уйти следом за истинной. Я хотел отдать последний вздох, но подарок Ви мне этого не позволял сделать. Все напрасно. Я даже сдохнуть не могу.

Да, я слабак. Ничтожество. Мне не нужна жизнь без Вивьен. Я не хочу ее.

Я был так поглощен собственным горем и болью, что пропустил на грани отчаяния жадный, болезненный, рваный вдох Вивьен.

Замер, боясь спугнуть чудо. Но нет. Не показалось. Моя Ви действительно еле слышно дышала.

Неверующе уставился на пару, ощущая, как стремительно зарастает пустота внутри, а запястье обжигает пламенем. Связь. Она восстановилась за мгновение.

Слабое дыхание пары и бессознательное состояние меня обнадежили. Не знаю, как, но Вивьен удалось ускользнуть из лап смерти. Не было объяснения тому, как мертвая девушка ожила.

Прижав к себе бесценную ношу, бросил мысленный зов своему отряду паладинов. Нужна зачистка и полное уничтожение этого проклятого места.

— Диего, — взвыл я, едва увидел шагнувшего из портала целителя. — Вылечи мою Вивьен!

— ЧТО? — целитель был ошеломлен, произнесенным мной именем.

— Все потом, — прохрипел я, укладывая на пол пещеры тело своей любимой. — Давай же! — поторопил его, но только Диего сделать ничего не успел.

Раны на окровавленном обнаженном теле стали быстро затягиваться, словно их просто стирали. Даже дыры в груди от атаме больше не было.

Сдернув с себя плащ, укутал свою пару, бережно прижимая к себе. Пальцы Диего засветились, а целительская магия мягко потекла в тело Вивьен.

— Уничтожить все до крошки, — приказал я паладинам, скрываясь вместе с Диего в портале.

А дальше начались бесконечные дни ожидания.

Я не отходил от суженой ни на минуту. Боялся, если отвлекусь, то она исчезнет, растворится, умрет. Я был одержим ею и ее безопасностью.

Я не обращал внимания на паломничество родителей и близких в нашу с Ви комнату.

Окружающим было сложно осознать и принять правду о Ви. Моя пара действительно жива и теперь выглядит иначе, но это она. Я теперь всегда ее чувствую. И теней ощущаю, как свою. Вивьен стала моим продолжением. Мы одно целое навеки.

Сотни тысяч теней сейчас клубились в хрупком женском теле.

Какая сила внутри моей суженой, я не мог и представить. Какую волю и здравый рассудок нужно иметь, чтобы не просто сдерживать, а еще и приручать тьму. Какая внутренняя борьба проходила в душе моей любимой, что она не только никому не причинила вреда, высасывая магию, но и кажется, отдавала в окружающее пространство спокойствие и умиротворение.

Возможно, поэтому я больше не сходил с ума? Ви оберегала меня даже в таком состоянии. Как мне вымолить прощения у этой невероятной женщины, я не знал. Я так виноват перед ней. Я позволил всему случиться.

Диего сказал, что аура Ви разорвана в клочья, поэтому любимая и не приходит в себя. Сейчас идет слияние с чужеродной темной силой и на это нужно время. Пока аура не восстановится, Вивьен так и будет находиться без сознания.

Я не мог ускорить процесс ее выздоровления, но помогал Диего как мог. Поил Ви укрепляющими и питательными зельями. Обтирал бледное, исхудавшее тело влажным полотенцем. Разминал затекшие от постоянного лежания, мышцы. Обнимал со всей нежностью и любовью, которая переполняла меня. Делился своей энергией, сплетаясь с суженой еще сильнее. Тьме Вивьен очень нравилась моя магия. Она с жадностью поглощала все, что я давал, не смея забрать большее. Отдал бы все, но моя тень следила, чтобы я не издох от истощения.

Я не чувствовал вкуса еды, хотя кусок в горло не лез. Но мне нужны силы, чтобы я смог защищать свою пару. Больше ни на минуту не оставлю ее одну.

Я круглосуточно находился рядом с Ви, бережно ее обнимая и охраняя.

— Ферги ты скоро на труп будешь похож, — недовольно проворчал женский голос со стороны входа. Резко дернулся, отвлекаясь от Ви. — Твоя пара сбежит от живого умертвия, — фыркнула Оракул, подходя к постели.

Только эта женщина вела себя так нагло и бесцеремонно и никто не мог ей и слова против сказать, а я теперь и подавно. Глупец. Нужно было слушать Бестиару, а не заниматься самодеятельностью. Возможно, всего этого можно было бы избежать.

Я не мог спорить с этой женщиной. Вид у меня действительно паршивый. Столько бессонных ночей и короткие маленькие перекусы сделали из меня действительно живое умертвие. Я и так два года загонял себя в могилу, а теперь чувство вины меня жрало изнутри.

Бестиара наклонилась к девушке и довольно цокнула язычком.

— Красивые души в иных мирах, — это не прозвучало с завистью, а скорее наоборот, с восхищением. Мне плевать, что моя Вивьен иномирянка. Главное, что она вернулась ко мне. — Хорошая душа. Светлая. Пророчество исполнилось полностью!

Пророчество? И тут в голове всплыли слова двухсотлетней давности. Слова, что Бестиара произнесла, когда мы спасли Архарон от демонов. Я и забыл о них, но, кажется не Оракул.

Пройдет немало лет со времени последней битвы,

Война уйдет, мир встанет на ноги, поднимется с колен.

Стряхнет с себя груз боли, ненависти этой битвы,

И превратит все это в лишний тлен.

Откроются врата, впуская пламя,

Перевернув законы мироздания.

Привычное, понятное — исчезнет, пропадет,

И твой личный свет придет, рассеяв тьму, мой Император,

Но не узнаешь ты его и не поймешь,

Ведь будет свет иным и чуждым миру.

Очистит наши души от войны.

Ты будешь слеп и слаб пред этим светом,

Не будешь видеть истинной своей,

Не отступай, омойся этим светом,

Признай всей сущностью своей,

Другую душу, плененную рассветом.

Не узнал. Я никогда ее не мог узнать с первого взгляда. Слепец, но хорошо, что теперь все позади и у нас есть будущее.

— Ты всегда права, — хрипло проворчал я, ласково перебирая светлые волосы Ви. Шелк в руках меня успокаивал.

— Ты повзрослел, — кивнула Бестиара, внимательно вглядываясь в меня своим пытливым взглядом. — Мне жаль, что повзрослеть тебе пришлось, испытав боль потери.

Мне чуть больше двух тысяч лет, но я понял, о каком взрослении говорила Оракул. Я теперь все понял. И больше не допущу таких страшных ошибок.

— Как у нас все будет? — не мог не спросить.

Сколько нам с Ви еще придется пережить, чтобы стать счастливыми? Чтобы над нами не висела постоянная угроза смерти?

— Теперь все будет хорошо, — улыбнулась Бестиара, в глазах которой затаилась вся мудрость миров. — Эта душа полностью излечила Архарон. Она выстрадала себе жизнь и счастье.

— Бестиара, почему ты всегда помогала и помогаешь нашей семье? — я ведь совершенно не понимал такой слепой преданности.

— Ваша семья — это мое счастливое будущее, — загадочно ответила она. — И для счастья мне осталось еще немного подождать. Но я его тоже заслужила. Душа из другого мира — моя личная точка отсчета. Я ждала тысячелетиями эту душу.

— Ты ждала Вивьен? — ошарашенно воскликнул я.

— Я не должна открывать будущее, но сделаю это, — хмыкнула Бестиара. — Зная твой темперамент, тебе лучше начать привыкать к мысли, что ваша будущая дочь — моя преемница, — нахмурился. Не нравится мне то, о чем говорит Бестиара. — Она будет одной из самых могущественных и сильных Оракулов.

— Это жестоко, — мотнул головой, отгоняя раздражение. Каково это знать, что только произойдет и носить в себе этот груз, пытаясь исправить все малой кровью? Это поистине жестокий и беспощадный дар. — Я не хочу такой судьбы для собственного ребенка.

— Ты можешь попытаться изменить будущее, — фыркнула Оракул. — Но помни, что каждое твое ошибочное решение приведет к ужасным результатам. Вам не нужно волноваться. Я обучу всему нашу девочку. Она будет счастлива. Ее истинный давно родился.

— Кто? — прорычал я.

Я понимал, что не прав, но у меня еще даже нет дочери, а ее истинный уже есть.

— Ферги всему свое время, — хмыкнула Оракул. — Но иного пути нет. Твоя дочь должна заменить меня.

— А ты?

— А меня ждет моя пара, — мечтательно заявила Бестиара, но я не мог припомнить никого рядом с Оракулом.

— И почему ты не можешь совмещать свой дар с супружеской жизнью в паре? — этого я не понимал.

— Моя судьба родилась не в Архароне, — одним предложением Оракул меня добила.

— Что?

— Моя пара в мире демонов, — с волнением в голосе проговорила Бестиара. — Высший демон — мой истинный.

— Но он об этом не знает, — не спрашивал, а утверждал.

— Видишь, какое счастье ему привалит, — хохотнула Оракул.

— Но подожди, — ничего не складывалось. — Как ты попадешь в мир демонов, если феникс полностью изолировала Архарон?

— А это сделает ваш старший сын, — порой я ее ненавижу. — Благодаря наследственности матери, ваш ребенок будет прыгать по любым мирам. Что ему будет стоить, забросить меня в мир демонов?

— Ты знаешь, что иногда я хочу тебя придушить? — я еще не свыкся с тем, что моя дочь будущий Оракул, а Бестиара ошеломила тем, что мой сын, прыгающий по мирам. А если он не сможет вернуться? Это же такие риски.

— Ферги, если будете делать все, как я говорю, то будущее всех ждет счастливое, — растеряв всю веселость, произнесла Бестиара. — Вивьен примет эту информацию намного мягче, но расскажем мы ей об этом, когда ваши детки уже появятся на свет. Я рассказала тебе не все, но хочу, чтобы ты осознал важность дара провидения. Никогда. Слышишь, никогда не смей ставить под сомнения наш дар. Оно спасение для всех.

— Я тебя понял, — кивнул я. Теперь даже сомневаться не буду. Бестиара сделала для нас так много, что и всей жизни не хватит, чтобы отблагодарить ее за верность нашей династии. — Но как ты выживешь в том жестоком мире демонов?

Мысль о том, что в один не прекрасный день Бестиара уйдет из Архарона, меня беспокоила. Я переживал за эту женщину.

— Я не пропаду, — уверенно заявила Оракул. — Мой дар мне поможет. А твой сын проложит путь к моему истинному.

— Что? Ты хочешь сказать, что он не только откроет дверь в мир демонов, но и застрянет там на некоторое время? — эта новость меня не обрадовала.

— Он будет тьмой, — фыркнула Бестиара. — А что стоит тьме просочиться в любой уголок мира, — дернула плечиком женщина. — Тем более, что его пара тоже родится в том мире.

— Это просто в голове не укладывается.

— Не думал же ты, что твоему наследнику попадется простая жительница Архарона? — хмыкнула Бестиара. — Я четко вижу нити связи с миром демонов.

— Он же не останется там? — с ужасом в голосе спросил я.

— Нет. Свою пару он приведет в Архарон. Девочка будет дикая и жестокая, но твой сын научит ее любить. А вы поможете, — я даже боюсь представить, кого к нам притащит мой будущий сын. Но он не останется один на один со своей проблемой. Демоница в невестках — это то еще испытание.

— Но почему ты не можешь сделать также? Почему не вернетесь вместе с суженным к нам?

— Я не смогу, — покачала головой Оракул. — Мое будущее именно в том мире. Мой истинный — повелитель всех демонов и только нам в паре дано наладить там нормальную жизнь.

— Это бред.

— Нет, — покачала головой Бестиара. — Они тоже живые и чувствуют. Они тоже хотят жить. Вспомни, почему они пробирались к нам? Жили среди нас, захватывая тела. Мы вкусные. У нас эмоции хлещут через край. Мы любим жизнь и наслаждаемся ею, а демоны этого лишены. Они просто по-другому не умеют, но в моих силах перевернуть все устои того мира. Ты удивишься, но пока мы живы, мы в состоянии, что-либо изменить. В худшую или лучшую сторону тоже зависит от нас.

— Ты просто сумасшедшая!

— Я тоже хочу свой кусочек счастья. Если для этого нужно разворошить демонский мир, я это сделаю, — и ни капли сомнения в голосе. — Отдыхай и помни, что не стоит идти наперекор моим видениям. Положительный исход всего дела будет зависеть от тебя.

Бестиара упрямо посмотрела на меня, потом кивнула и покинула комнату, а я так и остался лежать неподвижно и осмысливать сказанное.

Кажется, наше будущее не будет скучным. И придется принять тот факт, что наши дети будут уникальными в своем роде.

Посмотрел с нежностью на Ви. Хотя с такой матерью, у нас просто не может быть обычных детей.

Осталось дождаться ее выздоровления. Свое хрупкое счастье я больше не потеряю.

Глава 25

В какой-то момент, я очнулась. Я понимала, что в сознании, но не могла пошевелить даже пальчиком. Какое знакомое состояние.

Три года назад я тоже очнулась вот так, не в силах совладать с собственным телом. Хотя, в прошлый раз тело было не мое. Кажется, что все происходило в прошлой жизни. Хотя, так оно и было.

Память никуда не исчезла, но воспоминания словно встали на свое место, правильно разложившись по полочкам, расставив по местам все то, что со мной происходило в последнее время.

Я выжила. В который раз я обманула смерть, хоть и не без помощи легендарного феникса. Без нее я бы не вернулась ни два года назад, ни сейчас.

Тени.

Они были во мне. Тьма окутывала сознание и ластилась, как котенок, который был лишен все это время материнской любви и ласки. Тьма попрошайничала, а кто я такая, чтобы отказать? Моих эмоций хватит на всех. Я с лихвой их отхватила два года назад.

Тьма Весты сдалась. Я это отчетливо помнила. Она боролась с тенями, но потом уступила, позволив навсегда привязаться ко мне. Сейчас я не ощущала тяжести в груди. Наоборот, была полностью цельной. Была, наполненным до краев сосудом, который обожали.

Энергия, что бурлила во мне, грозилась выплеснуться через край, но все излишки я просто отпускала в мир, не причиняя ему вреда, а наоборот, подпитывая. Как это работало, не поняла, но именно сейчас я абсолютно безопасна для окружающих.

Я думала, мои тени — этот максимум, но приручив тьму Весты, поняла, что тогда была калекой. Сейчас я полноценная.

Толстая золотистая нить так и пульсировала энергией Арравела и его чувствами.

Я не закрывалась больше от своего мужчины, а наоборот, с жадностью поглощала его искренние эмоции.

Разве так бывает? Разве можно любить настолько слепо и безумно? Есть ли граница у этих чувств? Я не видела берегов у бесконечного океана любви, нежности и обожания. Не ощущала, что тону в них. Наоборот, я спокойно плыла на волнах этих эмоций. Я в безопасности.

Жуткая вина и острая боль Арравела горчили на языке, но я его понимала. Дважды видеть смерть своей пары — это слишком жестоко.

Я послала волну огромной благодарности тени, что отдала два года назад Арравелу. Только благодаря ей, мой истинный не лишился рассудка и не ушел вслед за мной.

Только погибнув, я осознала, насколько сильно привязалась к этому мужчине. Насколько безумно его полюбила. И как мне было тяжело принимать то решение, что повлекло мою смерть. Вернее, что мне пришлось раствориться во тьме, чтобы спасти не только Архарон. В первую очередь я спасала ЕГО! Моего единственного.

Я не добрая, нет. Но все отдам, лишь бы жил Арравел.

Превозмогая тяжесть век, мне все-таки удалось их приподнять.

Тусклый лунный свет проникал сквозь плохо задернутые знакомые портьеры.

Взгляд скользнул по комнате, где ничего не поменялось за прошедшие два года. Однозначно, я в императорском замке, в своих покоях. Вернее, как позже поняла, то это комнаты императорской четы. Арравела и мои.

Кажется, я только вчера шагнула в портал с Диего к тому проклятому барьеру, но понимала, что прошла вечность, едва не стоившая всем нам жизней.

Но комната меня мало интересовала. Я отчетливо ощущала, как мне в макушку еле слышно сопит Арравел.

Он обнимал меня бережно, заключая в кокон из своего тела. Мужчина оплел меня, как лиана, но тяжести я не ощущала. Наоборот, близость Арравела меня успокаивала.

Лунный свет падал на изможденное, осунувшееся, серое лицо мужчины. Седые волосы серебрились при лунных бликах. Видеть то, как любимый мужчина довел себя до грани, было тяжело. Брови нахмурены даже во сне, а губы поджаты. Что ему снится? Что тревожит?

Мне было так жаль, что это произошло с нами, но ничего не изменить. Нужно научиться принимать реальность такой, какая она есть. Седина Ара доказательство того, что он все-таки уязвим и подвержен слабости. Я была его слабостью. И от этого мне не легче. Каково это — зависеть полностью от другого существа? Быть продолжением его? А мы были с ним одним целым.

Счастье всегда ходит рядом с горем. Кажется, этого горя мы хлебнули с головой. Жестоко, больно, несправедливо, но прошлого не изменить. Обстоятельства сильнее нас. Мы все совершаем ошибки, но если можно, что-то исправить, то это нужно сделать, иначе из болота отчаяния будет невозможно выбраться.

Выбор. Его мы тоже делаем сами. Кто-то скажет, что выхода нет, но пока мы живы, в наших силах все изменить.

Арравел даже во сне был напряжен. Беспокойные сны, тревожащие душу, вспарывали снова и снова незаживающие раны. Сколько должно пройти времени, чтобы мужчина вновь обрел спокойствие, никому не известно, но время лечит. С этим мы тоже справимся. Я помогу и теперь всегда буду рядом.

Хотелось разгладить эти хмурые складки на его лице, но тело все еще не слушалось. Еле, еле я смогла поднять руку, словно налитую свинцом, и положить ладонь на заросшее щетиной лицо. Своим движением я разбудила его.

— Ви, — вымученно простонал Арравел, распахивая глаза, неверующе уставившись на меня своим черным омутом глаз. — Ты мне снишься?

Хотелось ответить, но губы словно склеены. Ощущала жуткую тяжесть во всем теле. Я медленно моргнула, показывая, что пришла в себя.

— Я люблю тебя, — простонал он, бережно положив на мою руку свою большую горячую ладонь, прижимая плотнее к лицу. — Я так люблю тебя, что не могу дышать, — он носом зарылся в мою ладошку, жадно вдыхая мой запах. — Забери меня с собой, — его голос дрожал. — Не оставляй, если снова решишь уйти навсегда. Я не вынесу твоей смерти. Не будь так жестока ко мне, — по щекам мужчины текли слезы. Как же он измучен. Как же он устал.

Горячая влага коснулась моих пальчиков, но Ар так крепко держал мою руку на своей щеке, что стереть эти дорожки слез я не смогла. Хотелось успокоить своего мужчину, но лишь беспомощно моргала. Перед глазами встала пелена из слез.

— Не плач, — прошептал он, стирая дорожки слез с моих щек. — Я не могу видеть твои слезы, — я прикрыла глаза и отпустила эмоции.

Раз не могу пока говорить, пусть чувствует. Наша ведь связь так работает?

Невыносимая тоска; вина, что заставила его страдать; сожаление о том, что меня не было рядом, когда ему было так плохо; дикое обожание; глубокая благодарность, что смог меня дождаться, хоть и не знал, что я жива; безумная тяга, сумасшедшее притяжение и всепоглощающая любовь. Я лавиной сбросила на него все, что ощущала. Пусть не думает, что он мне безразличен. Мне не нужен этот мир без него.

Возможно, парная связь нас заставила влюбиться друг в друга, но если бы ее не было, я бы все равно отдала этому мужчине свое сердце.

Он упрям, но благороден. И пусть на материке считали, что Арравел виноват в событиях двухсотлетней давности, но все это время он исправлял свои ошибки. От этого не отмахнуться. Достойный император и преданный до последнего вздоха истинный.

Арравел замер, с жадностью поглощая мои эмоции, впитывая в себя как губка.

— Ты невероятная! Спасибо тебе за то, что ты есть! За то, что вернулась ко мне, — прохрипел он с восхищением в голосе, а потом резко дернулся и мотнул головой. — Я болван. Тебя же нужно осмотреть. Подожди немного. Сейчас придет Диего.

Прикрыла глаза. Было тяжело.

Возвращение в мир живых действительно болезненное и тяжелое испытание. Кризис миновал, что обнадеживало, но как же я себя ужасно чувствовала.

— Диего осмотри Ви, — тихо попросил Арравел. — Она пришла в сознание.

Надо же, я даже не услышала, когда пришел целитель.

С трудом, но веки поддались. Я посмотрела на Диего.

Тоже неважно выглядит. Тени под глазами и явное истощение.

— Сейчас девочка, подожди, — прошептал Диего и навис надо мной могучей скалой.

Руки над моим телом засветились. Ощутила, как в меня полилась исцеляющая магия.

Тьма встрепенулась и с жадностью поглощала магию, аккумулировала и отдавала мне чистейшую энергию, которая впитывалась в каждую клеточку тела.

Меня скрутило болезненной судорогой. Застонала, отчего Диего сразу же прекратил лечение.

— Пока хватит, — обеспокоенно проговорил дэмониец. — Вивьен ты еще слишком слаба, но прогнозы положительные. Нужно еще время, чтоб ты окончательно пришла в себя. Придется потерпеть, — конечно, придется. Деваться некуда. И так чудо, что феникс мне помогла. — Ты почти три недели была без сознания. Организм ослаблен, — сколько я валялась овощем? Целых три недели? — Но теперь процесс выздоровления пойдет быстрее. Как мы уже разобрались, то твои тени перерабатывают мою магию.

— Да, они это умеют, — вместо меня ответил Арравел. — Невероятная сила. Ви теперь все будет хорошо, — меня бережно обняли.

— Я пойду, — тихо сказал Диего. — Восстанавливающие зелья я принесу утром и предупрежу кухню, чтобы приготовили легкий бульон. Девочке нужна нормальная еда.

— Спасибо друг, — кивнул Арравел.

— Я рад, что вы оба живы, — улыбнулся устало Диего. — Вивьен ты всех удивила. Но от тебя зависит жизнь нашего императора, — в голосе прозвучала жесткость. Я это прекрасно понимала. — Не подведи, а мы поможем, чем сможем.

— Твоя смерть два года назад подкосила всех, — прошептал Ар, едва за Диего захлопнулась дверь.

В голосе не было обвинения, лишь чувство вины и тоски со стороны мужчины.

Но ведь никто ни в чем не виноват. Так сложились обстоятельства. Мои эмоции успокоения не помогли.

— Ты, как всегда, слишком добра, — Ар прижался губами к макушке. — Я не заслужил тебя, но ты моя навсегда.

Больше он не говорил, не утомлял меня разговорами и я задремала. Все-таки слабость никуда не исчезла.

Кормили меня бульоном через трубочку. Хорошо, что глотательный рефлекс никуда не делся.

Так же принимала и зелья.

Ар полностью взял на себя обязанности по моему физическому уходу.

Было неловко и стыдно, но мужчина проделывал это так привычно, что не оставалось сомнений — Арравел все это время ухаживал за мной.

После расслабляющей вместе принятой ванны, меня наградили удивительно нежным массажем. Мышцы ныли и покалывали, но прикосновения Арравела приносили удовольствие и облегчение. Я чувствовала.

С каждым прожитым днем я любила этого мужчину все больше и больше. Он мой личный мир. Мир, в котором я обрела счастье.

Внимание окружающих было ненавязчивым и всегда происходило в присутствии Арравела. Он ежедневно выносил меня на руках то на улицу, то в сад и подолгу сидел со мной в беседке, то на берегу реки недалеко от водопада, устраивая небольшие пикники.

Со мной заново знакомились его родители и паладины.

Я даже представить себе не могла, что они все ощущали, ведь перед ними совершенно чужая девица. Но, кажется, мою новую внешность, словно не замечали. Для них неважно, как я выглядела.

Речь ко мне не вернулась, но я понемногу начала двигаться. Не без помощи Арравела училась заново ходить. Я, как новорожденное дитя.

Три года назад ощущения были другими, а сейчас я как немощный слабый ребенок и это угнетало.

Тьму я отпускала у водопада. Ей нужно было периодически напрямую соприкасаться с миром. И тогда Арравел выпускал свой дэмонийский огонь. С ним моя сила играла, а потом с удовольствием поглощала это пламя. Опытным путем выяснили, что голодной моя тьма не останется. Дэмонийский огонь отлично утолял голод тьмы.

Буря. К ней меня Арравел отнес на следующий же день после моего пробуждения.

— Буря беременна и ей нельзя волноваться, — объяснил Арравел. Неожиданное заявление. Скоро Вихрь станет папочкой. Хорошо, что хоть у животных все было в порядке. Я была рада, что Арравел присмотрел за моей кобылой. — Она слишком болезненно перенесла с тобой разрыв. Вам необходимо восстановить связь.

Мой прекрасный пегас был грустным и вялым, но едва она увидела Арравела, распахнула свои огромные крылья и метнулась к нам.

Буря меня узнала сразу. Едва наши взгляды встретились, у пегаса буквально подломились копыта и она протяжно заржала, передавая всю ту боль, что испытала при разрыве со мной.

Невыносимо. Я погибла, оставив существ, которые меня искренне любили. Которым я была нужна такая, какая есть. Это действительно тяжело. На мне лежал неподъемный груз ответственности за них.

И вроде бы все обошлось, но эта часть жизни навсегда останется в моей душе и памяти.

А еще через неделю Арравел устроил мне очередной сюрприз.

Оборотни полным составом были телепортированы в замок.

Зендер долго не выпускал меня из объятий, дрожащей рукой поглаживая по голове.

И хоть я так и продолжала большую часть времени проводить на руках Арравела, это не помешало оборотню меня сцапать в огромные ручища.

Вистар обнимал недолго, ибо недовольное ревнивое рычание Арравела всех напрягало.

— Я рад, что с тобой все в порядке, сестричка, — тогда сказал он.

А Лайла и Наиля утопили меня в слезах. Женщинам легче выплескивать свои эмоции.

— Арравел, я же просил оградить от переживаний Вивьен, — недовольно проворчал Диего, вышагивая из портала, жадно поведя носом в воздухе.

А когда взгляд зацепился за Наилю, ошеломленно замер. Мир для этого дэмонийца сузился до одного оборотня.

— Надо же, как неожиданно, — протянул Арравел. — Но так даже лучше. Вивьен с тобой теперь всегда будет рядом сестра.

Семья.

На Земле у меня был только погибший отец и муж-убийца, а в Архароне я обрела не только любовь, но и настоящую семью, которой не важна расовая принадлежность. И кажется, Наиля точно навсегда в логове дэмонийцев.

— Точно неожиданно, — фыркнул Вистар, поглядывая на ошарашенную сестру.

Кажется, оборотень не был против Диего.

Все-таки парность играет в Архароне огромное значение. Не важно, какой ты расы, какое у тебя финансовое положение или статус. Важны лишь чувства.

Оборотни согласились погостить в замке.

— Я не доверяю им, — шепотом проворчал Вистар. — Лучше, чтобы ты была под нашим присмотром. Пока не объявился твой истинный, тебе не угрожала смертельная опасность.

— Не зарывайся барс, — раздраженно прорычал Арравел. — Вас здесь приняли исключительно ради Вивьен. Вы для нее важны.

Я обняла Арравела, посылая эмоции спокойствия. Не хватало, чтобы они еще подрались.

Так и летели дни. Оборотни достаточно свободно чувствовали себя в логове дэмонийцев. Кто-то из них постоянно находился рядом со мной.

Арравел понемногу возвращался к правлению, но основную часть дел пока вел его отец.

Диего же всегда появлялся с Наилей. Парочка была неразлучна, а оборотница краснела, как мак.

Она была счастлива.

И я была счастлива.

Рядом со мной любимый муж и семья.

Я достаточно окрепла, чтобы передвигаться самой и уже с трудом, но разговаривала.

— Я люблю тебя, — это были первые слова, которые я произнесла, едва обрела возможность говорить. — Прости, что заставила тебя страдать.

— Ты моя жизнь Ви, — Арравел обхватил мое лицо руками и посмотрел на меня с обожанием. Во взгляде застыла вечность. — Душа моя, без тебя меня нет.

Не знаю, кто первым потянулся друг к другу, но наши губы встретились, как два, сметающих все на своем пути, тайфуна.

Долгожданный, сумасшедший поцелуй обрушился на меня бушующим штормом.

Шквал эмоций пронесся безудержной волной по телу, взрываясь и разлетаясь на осколки, пронзая наши исстрадавшиеся сердца.

Жгучий, безумный, ненасытный, страстный поцелуй опалял все мои внутренности, добираясь до самой души, сворачиваясь в ней трепетным и ласковым котенком.

Нетерпеливые руки скользили по телу, освобождая от одежды, жадно оглаживая живот, плавные изгибы тела, сминали грудь.

Как же мне его не хватало. Этой одержимости. Необузданной, дикой, животной страсти.

Запах хвои в морозном лесу освежал и пьянил, кружа голову. Его запах! Он моя смертельная зависимость.

Его возбуждение в моих руках. Твердая плоть нетерпеливо пульсирует, а я плавно двигаю рукой вверх-вниз, размазывая пальчиками влагу по члену.

— Ты моя навеки, — Ар не выдерживает долгой прелюдии и, устраиваясь между моих бедер, с животным рычанием мучительно-медленно погружается в меня.

Рывок, легкая боль и я снова полностью принадлежу своему мужчине, а он жадно ловит мой вскрик и каждый выдох, словно я его личный кислород.

В голове мелькнула мысль, что тело мне возродили полностью новым, а не только убрали шрам от аппендицита. Но эта мысль была такой несущественной, что я тут же о ней забыла, отдаваясь без остатка своему истинному.

Все мое естество откликалось на ласки мужчины. Каждая клеточка и нерв тянулись к нему, как к оазису в жаркой пустыне.

Обхватив ногами его бедра, вцепившись в спину пальчиками, выгибалась в таких чувственных и надежных руках.

Глубокие, мощные толчки. Прерывистое дыхание и переплетенные энергии возносили меня на вершину блаженства и бесконечного счастья.

Моя тьма, его огонь просто взрывались от нашей страсти.

Горячая пульсация внутри, резкий толчок и меня выбрасывает за просторы вселенной. До помутнения в глазах, до остановки дыхания, до расщепления на атомы.

— Люблю тебя, — простонал Арравел, перекатывая меня на себя. — Никогда не отпущу!

— Люблю тебя, — устало прошептала в ответ, удобно устраиваясь на груди своего мужа.

Двигаться было лениво, поэтому я так и уснула на горячем теле в надежных объятиях.

Кто бы мне сказал, что три года назад, погибнув в своем мире, я обрету вечное счастье в другом, никогда бы не поверила.

Но вот она реальность. И эта реальность мне безумно нравилась.

Единственное, что меня тревожило — это бывший муж. Он слишком скользкий, чтобы ответить за мое убийство и подстроенную смертельную аварию папы.

Я сомневалась, что его смогут посадить и сейчас эта тварь полностью завладела всем нашим имуществом и бизнесом. Он остался безнаказанным. Они с матерью добились всего, к чему так стремились, идя буквально по трупам.

Но я ничего не могла изменить. Не могла ткнуть пальцем и сказать, что Влад хладнокровный убийца. Он там, а у меня теперь новая жизнь.

И если честно, если бы можно было повернуть время вспять, я бы снова и снова умирала, лишь бы обрести Арравела в этом мире.

И в глубине души ворочалась даже изощренная благодарность Владу. Он посодействовал моему счастью.

Нет, я не простила бывшего мужа, но отпустила внутреннюю обиду и ненависть. Уверена, каждому воздастся по заслугам. Рано или поздно, но Влад получит свое.

А сейчас, уютно устроившись в объятиях Ара, я наконец-то обрела внутреннюю гармонию, спокойствие и безопасность.

Переполнявшим меня счастьем и любовью я с радостью делилась с мужем. Он достоин того, чтобы тоже быть счастливым. И я все сделаю для этого.

Тьма довольно растекалась по комнате, а потом неожиданно ее часть просто растворилась в пространстве, но я этого даже не заметила. Я грелась в любимых объятьях и видела спокойные сны, наполненные гармонией и любовью.

Земля.

Влад, который день медленно сходил с ума. Он не понимал, что с ним происходило, но паника была до одури жуткой. Такой, что перехватывало дыхание и кровь стыла в жилах от иррационального страха.

Ему повсюду мерещились жуткие чудовища с когтистыми лапами, оскаленными мордами, с длинными, острыми, словно кинжалы, клыками. Ему даже слышалось, как из пастей этих жутких тварей стекала на пол тягучая слюна.

Влад понимал, что просто медленно сходил с ума. Иначе, почему во всех отражениях он видел огромную жуткую тень за спиной.

Тень на улице, но не его собственная, а чужая, иная, словно из фильмов ужасов.

А ночи были просто кошмарными и мужчина боялся спать. Во сне он видел такое, что даже опытные фантасты не могли описать в своих книгах.

И в этих снах он видел ЕЕ. Свою мертвую жену. Он видел ее тенью, что в реальности преследовала по пятам мужчину. Осознание этого факта сводило с ума мужчину.

Нет, он не жалел, что убил Вивьен. Теперь он мог спокойно заниматься бизнесом, заключая контракты с преступным миром, умножая капиталы. Жадность затмила все.

Они с матерью провернули очередное потрясающее дело, устранив все препятствия на своем пути, достигая корыстных целей.

Но и мать была дерганной. Некогда красивая женщина превратилась в серое, невзрачное существо с темными кругами под глазами. Видимо, тоже не могла спать.

Кажется, Влад не в одиночестве сходил с ума.

Эта тварь Вивьен их с того света достает.

Мистика? Колдовство? Но в потустороннее, а тем более шарлатанскую магию мужчина не верил. Слишком циничным, жестоким и приземленным к реальности был Влад, чтобы поверить в подобную ересь.

Но факты на лицо. Что-то происходило с ними.

— Я больше не могу, — простонала устало мать, обессиленно падая в кресло. — Владик я схожу с ума. Я не могу спать, есть, заниматься любимыми делами. Я вижу их, — с ошалелым видом прошептала мать.

— Кого? — прохрипел мужчина.

— Я вижу всех тех, кого мы устранили, — еле слышно прошептала женщина.

Да, семья Вивьен не единственная, кого им удалось облапошить и избавиться.

— Ты бредишь, — проворчал Влад, но согласился с матерью.

— Я так больше не могу, — простонала истощенная женщина. — Я пойду в полицию.

— Я сам тебя придушу, если ты только дернешься, — прорычал Влад, недовольно испепеляя взглядом женщину, которая его родила. — Я не для того убивал их всех, чтобы закончить жизнь на нарах.

— Но я так больше не могу, — всхлипнула мать и широко распахнутыми глазами уставилась сыну за спину. — Они снова здесь, — и дрожащей рукой махнула на теней.

Влад обернулся и замер от жуткого страха, обволакивающего его от макушки до пяток.

Теней было много. Они то соединялись в одну огромную, то рассыпались десятками маленьких теней, но от того не становились менее страшными.

Мужчине казалось, что тени смеялись над их страхами.

— Мама их не существует, — проблеял мужчина. — Это все плод нашего воображения.

— Коллективного? — заревела женщина.

Тени облепили со всех сторон мать с сыном и давили своей силой на хрупкий человеческий рассудок.

И когда тени растворились, то в доме остались лежать два тела со слюной, стекающей из уголков рта.

Они были живы, но сознание сломлено.

Позже врачи определят, что мать и сын коллективно сошли с ума.

Диагноз — параноидальная шизофрения, которая практически уже не поддавалась лечению. Запущенный случай.

Было принято решение определить их в психиатрическую больницу. Мягкие стены комнаты не позволяли совершить суицид, а постоянное накачивание организма медикаментами, превращало мать и сына в овощи без проблеска разума.

Не удалось определить причин подобного состояния. Назначенное лечение не помогало.

Специалисты оказались бессильными. Остаток дней Влад с матерью проведут в психушке.

Кому-то их было жаль, но не теням, которые довольные своим делом, наслаждались эмоциями своего сосуда.

У тьмы нет преград и ограничений, но была огромная привязанность и преданность одной душе, рядом с которой было хорошо и уютно.

Но Вивьен и не догадывалась, что все это проделки теней. Она отпустила свое прошлое, ведь настоящее и будущее было прекрасным.

В Архароне Вивьен обрела не только шанс на жизнь, но и на личное счастье.

Эпилог

Триста лет спустя.

— Мама хватит меня опекать! — возмутилась моя еще не совсем взрослая, но уже давно совершеннолетняя дочь Ализара.

— Аля не глупи, — покачала головой, наблюдая за сборами дочери. — Пойми, пока ты полностью не освоишь силу, тебе опасно выбираться в большой мир.

Да, моя девочка уже выросла. И ведь умная, рассудительная, но упрямая, как я. Ей всего сто десять лет, но дочь порой ведет себя, как несмышленый ребенок.

Хорошо, что старший сын весь в папочку и сейчас в Ледяных Пустошах они тренируют теней.

Да, моя сила разделилась между двумя детьми, но Амирану досталось максимум тьмы.

Я прекрасно помнила разговор с Бестиарой сто лет назад. Она открыла все карты. И я ведь приняла все доводы Оракула, но переживать за детей меньше не стала.

Я не готова отпустить Амирана в мир демонов. Я прекрасно помнила этих жестоких тварей, но против Оракула нельзя идти, иначе будущее может измениться в худшую сторону.

Я не могла лишить своего сына истинной. Невестка — демоница! Уму непостижимо, но кто я такая, чтобы лишать своего сына личного счастья? Справимся.

Поэтому в последнее время Амиран с Аром усиленно тренировались. Мало попасть в мир демонов, нужно там еще и выжить.

Тьма меня успокаивала, но материнское сердце сильно переживало.

— Мама, вот скажи мне, — дочь швырнула дорожные брюки в сумку и упрямо посмотрела на меня. — Если бы ты знала, что вокруг папы вьются все кому не лень, ты была бы так спокойна?

— Аля, у нас совсем другая история, — покачала я головой.

— Мама я прекрасно вижу, как моя пара увивается за одной брюнеточкой, — чуть не плача, прошипела Аля. — Я так не могу. Я его вижу постоянно то с одной, то с другой. Это невыносимо, а он даже не догадывается о моем существовании.

— Аля, может попросить у Бестиары зелья, притупляющие выброс силы? — идея была неплохой.

Видеть в видениях свою пару с другими женщинами для Ализары было мучительно больно.

Едва у дочери, в десятилетнем возрасте, открылся дар предвидения, чтобы не сойти с ума от постоянных видений, Оракул давала Але, притупляющие силу зелья. Над контролем работали несколько десятков лет, но видимо весь контроль летел в бездну, раз моя девочка собралась на материк, где и жила сейчас ее пара.

— Мама нельзя, — припечатала дочь. — Нельзя сейчас вмешиваться в дар, но я не могу сосредоточиться, — простонала Аля. — И Бестиара говорит, раз я так чувствую, то нужно следовать зову.

— Совсем невмоготу? — сочувствующе спросила я.

Подойдя к дочери, обняла свою девочку, погладив по голове. Аля, как в детстве прижалась ко мне и всхлипнула.

— Мама, — жалобно простонала дочь. — Если я сейчас не отправлюсь на материк, то когда придет то самое время, которое вы все ждете, мне придется отбивать своего истинного у законной жены.

— Что? — я не ослышалась?

— Мой истинный сейчас очень сильно увлечен другой женщиной. Именно ее я вижу в его женах, — простонала Ализара. — Я не могу этого допустить. Я этого не переживу. Мне и так больно видеть его с другими женщинами, но такая слепая любовь к брюнетке — это невыносимо для меня.

— Ты же прекрасно знаешь, что как только вы встретитесь, то все женщины перестанут существовать для него.

— Мама, а как же чувства другой? — моя девочка слишком добра. — Каково это надеяться, любить и безмолвно смотреть на то, как твоя любовь, пусть и не истинная, но уходит к другой? Это жестоко.

— Ладно, — сдалась я. — Если ты считаешь так правильным, то поступай, как знаешь, — вздохнула я, уступая. — Только одна ты на материк не отправишься.

— Но мне не нужны няньки! — возмутилась дочь.

— Либо с сопровождением, либо поедешь отбивать своего суженого у законной жены, — твердо заявила я.

— МАМА!

— Я знаю, что ты достаточно сильна, умна и осторожна, — я подошла к дочери и взяла ее за руку, легко сжимая. — Но мир, хоть и без тварей из демонского мира, но полон опасностей. У тебя есть мощный дар предвиденья и тени, но иногда и они могут быть бессильными.

— Да, что может быть сильнее теней?

— Коварство, — я прекрасно помнила свое чувство беспомощности, когда Веста меня пленила. — Архарон рождает много новой незнакомой магии и в опасных руках, эта магия может принести много бед и горя. Я не могу рисковать тобой.

— Бестиара видела, что все будет хорошо, — насупилась Аля. — И если мой дар еще скачет и иногда видения расплывчатые, то у нее видения четкие и ясные.

— Я знаю, что Бестиара точна в своих видениях, — кивнула я. — Но прежде, чем будет «все хорошо», ты можешь пострадать.

— Мам…

— У нас сейчас тоже «все хорошо», но до этого «все хорошо» я дважды погибала и чудо, что вернулась. То время было жутким не только для меня, но и для твоего отца. Я не хочу такой участи для тебя, милая.

— Мам, — уже тише проворчала Аля. — Я буду в порядке.

— Надеюсь на это, — вздохнула я. — Поэтому Раймир отправится с тобой.

— И как тетя Наиля его отпустит? — фыркнула Аля.

— Сестру я беру на себя, — улыбнулась дочери.

Раймир был на пару лет старше Али, но почему-то они всегда пытались утереть нос друг другу.

Вместе росли, вместе соперничали, вместе попадали в передряги и вместе из них выбирались. Да, то были детские шалости, а заводилой всегда выступала Ализара, но Раймир всегда приглядывал за нашей дочерью.

— Он не обрадуется, — нахмурилась Ализара.

Видимо вспомнила, как накричала на бедного парня, когда тот хотел ей помочь. Аля хотела быть слишком самостоятельной.

— Раймиру тоже пойдет на пользу ваше путешествие.

Парень отходчивый и он прекрасно знает темперамент своей подруги детства. И точно присмотрит. Молодому паладину маленькое приключение придется по душе. Тем более, Бестиара уже намекала на кандидатуру сына Диего и Наили. Только тогда я не совсем понимала, к чему были те намеки про Раймира.

Отпускать одну дочь в большой мир — это риск, но кажется, пришло время моей девочке взрослеть.

Чувствую, непросто ей будет. Длинноволосая блондинка с голубыми огромными глазами еще хлебнет взрослой жизни.

Я не была Оракулом, но внутренне ощущала беспокойство за дочь. Не простая ей пара досталась. И тьма разделяла мое беспокойство, но пообещала приглядеть за Ализарой.

— Дорогая, я даже в Ледяных Пустошах ощутил твое беспокойство, — из портала вынырнул Арравел с Амираном.

Муж заключил меня в объятия и жарко прижался к губам, совершенно не стесняясь собственных детей.

Дети только глаза закатили. Привыкли к нашим постоянным объятиям.

— Сестра, неужели ты решилась? — Амиран устало упал в кресло, наблюдая за сборами сестры.

— Да, что мне решать? — возмутилась дочь. — Тебе еще минимум сотню лет нужно ждать, когда придет время отправляться в мир демонов за своей парой, — да и об этом Амиран тоже знал. Никто не делал секретов из их будущего, поэтому сын все свое время отдавал тренировкам, чтобы не сойти с ума от ожидания. — А мой истинный женится на другой, если я не потороплюсь.

— Дела, — развел руками в стороны Амиран. — Сестричка я уверен, что едва твой истинный тебя увидит, как падет к твоим прекрасным ногам, ослепленным твоей неземной красотой.

— Паяц, — рассмеялась дочь и швырнула в брата подушкой. — Но я серьезно. Я чувствую, что ждать больше нельзя. Мне тревожно за пару.

От внутренних ощущений отмахиваться нельзя. Наши тени ощущают больше, чем наши человеческие оболочки.

— Алечка, — проворковал Арравел, обнимая дочь. — Все будет хорошо, но Раймир отправляется с тобой и это не обсуждается.

— Вы сговорились с мамой! — возмущенно фыркнула Ализара.

— Ну, если ты не хочешь с Раймиром, то я с удовольствием его заменю, — растянул губы в довольной улыбке Амиран.

— Ну уж нет! — Алю предложение брата не обрадовало. — Я же и шагу ступить не смогу свободно! Вы издеваетесь?

— Выбор у тебя есть, — лениво протянул Амиран.

— Раймир, — недовольно рыкнула дэмонийская принцесса. — И никаких лишних соглядатаев.

Я переглянулась с Аром, уже зная, что соглядатаи точно будут. Тьма любит моих детей и ни за что не позволит им рисковать. Но вмешаются они в самом крайнем случае.

Если дочь хочет полной свободы и самостоятельности, то мы ей это предоставим, но однозначно присмотрим.

Интересно, кто же нам в зятья достанется?

Сколько мы не пытались узнать у Бестиары, она молчала как рыба, лишь загадочно улыбаясь. Единственное, что было сказано лишь мне и Арравелу, что пара нашей дочери очень не прост. И их парность пройдет немало проблем и трудностей. Что все это значило, мы не понимали. Сама Аля об этом не знала, хотя если так рвется на материк, значит, что-то увидела в видениях.

Может, дочь правильно делает, что берет все в свои руки?

— Аля, я очень прошу не светить своим статусом и расовой принадлежностью, — попросил Ар.

Я разделяла с ним тревогу. Едва кто узнает, чья Аля дочь, то ей захотят навредить. Дэмонийцев все еще ненавидят в Архароне.

— Папа я все понимаю, — кивнула дочь. — Мой суженый узнает все обо мне, когда я приведу его в наш замок.

— Умница! — с гордостью проговорил император. — Нас не привечают на материке. Даже изображая себя обычной дэмонийкой, ты сильно рискуешь. Поэтому самый оптимальный вариант — это выдавать себя за сильную магичку.

— Я поняла, — Аля присела на кровать и взглянула на объемную сумку с вещами. — Кажется, я набрала много лишнего, — вздохнула дочь и начала перетряхивать вещи.

Оставив Ализару и Амирана, мы телепортировались к водопаду.

— Она справится, — прошептал Арравел, обнимая меня со спины, упираясь подбородком в макушку.

— Очень надеюсь, — пробормотала я. — Но все равно боюсь за нее. Может, я следом за ней отправлюсь?

— Ви, наша дочь разумна и осторожна, — улыбнулся Ар. — Я ее обучил всему, что она могла впитать за свой юный возраст. Она же практику проходила вместе с моими паладинами. Считаешь, что ей могут настолько сильно навредить, что она не сможет справиться? Раймир присмотрит там, где не досмотрит Ализара.

— Мне бы твою уверенность, — усмехнулась я.

— Ви, я люблю тебя и у нас чудесные дети, — меня резко развернули в объятиях и прошептали в губы. — Мы счастливы и наши дети тоже обретут свое счастье. Иначе, зачем все это?

— И я люблю тебя, — прошептала в ответ. — Ты моя поддержка и опора! Ты мой персональный МИР!

Content

Галина Очеретяная
Нереальная реальность, или Смерть не повод для расстройства

Пролог

Часть 1

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Часть 2

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Часть 3

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Часть 4

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Эпилог