Андрей Захаров

Крипта

Как шифропанки, программисты и жулики сковали Россию блокчейном

Предисловие

Утром 25 июля 2017 года на одном из курортов на греческом полуострове Халкидики уже было жарко. Россиянка Александра Шевченко зашла в море и стала купаться, наслаждаясь летом — особенно на контрасте с Москвой, где в день их вылета из Шереметьева шел дождь и было всего +16. Ее муж, 37-летний Александр Винник, остался с двумя детьми на берегу.

Впереди их ждали еще две недели отдыха: обратные билеты они взяли на 6 августа.

Шевченко поплавала с минуту, обернулась и увидела, что ее семью окружили два десятка мужчин в шортах, майках и черных очках. Это были греческие полицейские, которые пришли арестовывать Винника по запросу американского ФБР. Когда она вышла на берег, Винник сидел в наручниках на пляжном лежаке. Вскоре его увели на обыск в отель. Как и их российские коллеги, греческие силовики не стали разбираться, кто пользовался конкретным телефоном или ноутбуком — Винник или его жена. Они просто изъяли всю технику: несколько телефонов, два макбука, устройство для генерации одноразовых паролей и даже планшет с детскими мультиками.

Шевченко с детьми все время обыска просидели на берегу под охраной трех полицейских, рассказывала она потом. В семь вечера ее мужа привели на пляж, чтобы он мог попрощаться с женой. «Прости, я тебя подвел», — якобы сказал ей Винник[1]. Больше они друга друга уже не видели — в нормальной, человеческой обстановке: Винник сначала два года проведет в тюрьме в Салониках в ожидании экстрадиции, потом сменит греческую тюрьму на французскую, откуда уже наконец будет экстрадирован в США. Шевченко будет ездить к нему на суды в Грецию, и на встречах она будет видеть в его глазах «только жалость к ней и детям». Все в том же 2017 году у нее будет диагностирован рак мозга, она будет долго лечиться в Германии, но в конце 2020 года умрет.

Ее муж узнает о смерти супруги в тюрьме.

«Мы с ним никогда не обсуждали работу», — говорила она в своем единственном интервью. Действительно ли она не знала, как именно зарабатывал деньги ее супруг? Даже если это так, после ареста Винника мировая и российская пресса рассказала ей о муже во всех подробностях. «США обвиняют россиянина в создании схемы по отмыву $4 млрд» (Reuters), «Обвинение: биткоин-биржа использовалась преступниками» (The New York Times), «Американский суд обвиняет Винника в мошенничестве с биткоинами» (Би-би-си), «Задержанный в Греции россиянин оказался основателем крупной биткоин-биржи» (РБК), «Как россиянин отмывал миллиарды долларов и помогал наркобаронам в Tor» («Лента. ру») — вот заголовки статей, опубликованных в те июльские дни.

В этих новостях не упоминалось имя вероятного партнера Винника по BTC-e — 37-летнего жителя Новосибирска Алексея Билюченко. Хотя вообще-то он был в Греции в одно время с Винником: как утверждал потом сам Билюченко, они якобы решили поехать на море в одну страну, но в целях конспирации купались и загорали в разных местах. Билюченко был в тысяче километров от товарища — на острове Крит.

Узнав об аресте Винника, Билюченко не стал ждать, пока полиция придет и за ним: он разбил ноутбук о скалы, обломки выкинул в море и поскорее отправился в аэропорт города Ираклион. Билет до Москвы он купил уже там. Вероятно, в ФБР о нем тогда еще не знали — иначе он бы не смог спокойно сесть на самолет и вернуться в Россию.

Спустя несколько месяцев он перезапустит BTC-e под новым именем Wex, но совершит большую ошибку и пустит в проект людей, связанных с известным предпринимателем и предполагаемым спонсором «русской весны» 2014 года Константином Малофеевым. В 2018-м Wex рухнет вместе со всеми активами, и партнеры будут обвинять в этом друг друга. Билюченко в показаниях российской полиции будет рассказывать, что лишился как минимум части активов криптобиржи (около $400 млн) под давлением сотрудников ФСБ, которые несколько дней держали его взаперти в дорогом отеле в центре Москвы. Его экс-партнеры, в свою очередь, будут уверять, что Билюченко всех обманул и успешно рассовал криптовалюту по десятку кошельков.

Как и в случае с Винником, его жизнь уже никогда не станет прежней: к воротам его загородного дома в Новосибирске будут периодически приезжать ветераны войны в Донбассе (2014–2015 годов), чтобы надавить на него и заставить отдать все биржевые активы. Какое-то время Билюченко будет успешно отбиваться от всех атак и даже станет свидетелем, а не подозреваемым в уголовном деле о крахе Wex. Но в итоге, почувствовав, что петля сжимается, поменяет фамилию на Иванов, рассчитывая, видимо, что так будет легче скрыться и от ветеранов войны, и от российских силовиков. Однако это его не спасет: в конце февраля 2022 года его задержат в гостинице подмосковного частного аэродрома с двумя чемоданами наличных и отправят в тюрьму — но не американскую, как Винника, а родную, российскую, где он окажется по обвинению в растрате и мошеннических операциях с деньгами клиентов биржи.

История BTC-e — не просто детектив с подпольными миллионерами, агентами ФБР, ФСБ, ветеранами боевых действий в Донбассе, загадочными смертями, международными скандалами и не менее чем $200 млн, надежно похороненных на офшорных счетах, словно сокровища на необитаемых островах. История BTC-e — это отличная иллюстрация того, как ярко начиналось криптодвижение в России и как его постепенно поглотила чисто отечественная реальность.

Винник и Билюченко запустили биржу в 2011 году, когда криптовалюты были уделом IT-чудаков. Эти фрики общались в «аське» — популярном тогда мессенджере ICQ — и зачем-то обменивали живые деньги на непонятные цифровые фантики. Сравнение с фантиками не случайно: на заре криптодвижения его энтузиасты воспринимали биткоин как своеобразную игру. Игра была увлекательной, но не настолько, чтобы ради нее, например, сесть в самолет и полететь в другой город: велика вероятность, что в течение нескольких лет москвич Винник и новосибирец Билюченко вообще общались исключительно виртуально и не знали друг друга лично. Но затем произошел переворот: за год стоимость биткоина выросла в сто раз — с 10 долларов до 1000.

В 2013 году резко подорожавшие криптовалюты стали восприниматься как символ нового мира. «Биткоин — потенциальное оружие массового уничтожения экономики?» — таким, например, вопросом задавалась английская Guardian в ноябре того года[2]. «Биткоин несовершенен, но он все равно захватит мир», — были уверены в Wired тогда же[3]. Примерно в то же время глава Федеральной резервной системы США Бен Бернанке осторожно заявил, что у криптовалют есть перспективы, хотя они и опасны в плане законодательного и финансового регулирования[4].

Винник и Билюченко читали эти статьи и робкие заявления чиновников, уже будучи миллионерами: если в начале 2013 года суточный оборот их биржи достигал $60 тыс., то к концу — уже $600 тыс. С каждой транзакции основатели получали процент. Так партизаны превратились в предпринимателей. Строить бизнес дальше, ни разу не увидев друг друга, было сложно: в начале 2014 года основатели BTC-e впервые встретились вживую в Москве. По крайней мере, в этом уверял российскую полицию Билюченко. Винник, по словам его французского адвоката, утверждает, что никакого Билюченко знать не знает.

В период всеобщей романтической веры в криптовалюты их проект стал самой популярной русскоязычной биржей по покупке цифровых денег. Но жители России, Украины, Беларуси, Грузии выбирали BTC-e не только из-за русского языка. Биржа, в отличие от других крупных площадок, не требовала никаких документов для подтверждения личности: чтобы начать торговлю, достаточно было ввести почту и любое выдуманное имя. В базе пользователей, утекшей в 2014 году, можно, например, найти клиентов по имени Gitler и Killer.

Отсутствие всякой проверки личности выгодно отличало BTC-e от западных площадок, где нужно предоставить не только паспорт, но и даже документы на квартиру или коммунальные счета: для полноценного участия в торгах необходимо подтвердить, что вы действительно живете там, где указали. Людям, выросшим на просторах бывшего Советского Союза и привыкшим пользоваться пиратским софтом, такая строгость не нравилась.

Но BTC-e была популярной не только среди русскоязычных пользователей, которые не хотели раскрывать свои настоящие имена западным площадкам. Нулевой уровень проверки привлекал всевозможных мошенников со всего мира — от хакеров до коррупционеров и торговцев наркотиками. В итоге на пике популярности осенью 2016 года BTC-e была третьей биржей в мире по объему торгов: 15 % всех покупок биткоинов приходилось именно на детище Винника и Билюченко. В традиционных («фиатных») деньгах речь шла более чем о $10 млн в сутки.

Понимали ли вчерашние никому не известные «айтишники», на какой уровень взлетели? С одной стороны, они старались сохранять полную анонимность — официально биржа была записана на подставных лиц, а в единственном коротком официальном комментарии СМИ они назвали себя бывшими работниками «Сколкова»[5], хотя оба максимум проезжали мимо подмосковного IT-центра: Винник до BTC-e сидел в обменнике на Новом Арбате в Москве и менял электронные деньги на обычные рубли, а Билюченко отвечал за все, что связано с компьютерами, в сети общепита в Новосибирске. Но, с другой стороны, несмотря на риск быть арестованными ФБР, оба продолжали ездить отдыхать за границу.

Лето 2017 года, когда рухнула BTC-e, — поворотная точка не только в истории биржи. К концу того романтического года восторги по отношению к криптовалютам убавились и наступил период, который можно условно назвать периодом «реализма». Начинается активное законодательное регулирование криптовалют во всем мире, ФБР арестовывает Винника, сотрудники ФСБ вместе с ветеранами «русской весны» выбивают деньги из Билюченко, а в Киеве бандиты похищают аналитика криптобиржи Exmo и требуют выкуп. Биткоин и другие криптовалюты остаются на жестких дисках, но уже понятно, что новый экономический миропорядок, которого все так ждали, придет нескоро — или не придет вовсе. Есть лишние деньги — можешь инвестировать в зерно или золото, а можешь в криптовалюты, но не стоит ждать, что они вот-вот убьют традиционные доллары, евро и рубли.

Но все это я знаю сейчас, спустя пять лет, за которые я написал несколько журналистских расследований о BTC-e/Wex. А тогда, в июле 2017 года, получив задание от своего редактора, я впервые вбил адрес BTC-e.com в адресной строке и увидел заглушку с гербами нескольких американских ведомств и надписью, что «домен изъят» властями США. Тогда история биржи была тайной — сейчас я могу ее рассказать.

Я пунктирно обрисовал фантастическую историю появления, взлета и падения BTC-e. Я начал заниматься этим сюжетом, когда работал журналистом-расследователем в журнале РБК. Я помню, как в тот холодный июльский день мои редакторы Валерий Игуменов и Полина Русяева кинули мне ссылку на новость о задержании Винника и попросили присмотреться к BTC-e. Я тогда не только не понимал, что она собой представляла, но и о криптоэкономике имел самые смутные представления. И уж тем более не ожидал, что расследование причин краха биржи превратится в бесконечный детектив, финал которого не наступил до сих пор.

Я написал несколько расследований, посвященных бирже и судьбе ее основателей: сначала — в РБК, потом — в Русской службе Би-би-си. Как журналист я должен сохранять нейтральность и только описывать события, не становясь их участником. Хотя такой соблазн в какой-то момент у меня появился — совсем как у главного героя великого истерна Никиты Михалкова «Свой среди чужих, чужой среди своих»: в конце фильма чекист Егор Шилов (его играет Юрий Богатырев) тащит на себе раненого белого офицера Лемке (Александр Кайдановский), чтобы доказать своим товарищам, что его, выражаясь современным языком, подставили и он не сообщал маршрут перевозки золота бандитам. Саквояж с этим самым золотом он тоже несет на себе.

Лемке постоянно подначивает Шилова, чтобы тот забыл об убеждениях и убежал из страны вместе с ним. «Вон же граница! Уходи, не будь же ты кретином! Это [показывает на саквояж с золотом] надо одному, а не всем! Понимаешь — одному! Такое бывает только раз в жизни». Шилов на словах отказывается, но по мимике видно, что хоть на секунду, но задумывается о таком варианте. Тем более «свои» вполне могут его и расстрелять. Но только на секунду — потому что потом он взваливает Лемке на себя и вместе с саквояжем тащит через горы и лес.

Похожий соблазн накрыл меня, когда сразу несколько человек, вовлеченных в историю BTC-e/Wex, предложили вместе охотиться за так называемыми «сокровищами Винника» — деньгами биржи, распиханными по счетам по всему миру. Бороться было за что: по разным оценкам, на счетах Винника и связанных с ним подставных лиц лежит от четверти до одного миллиарда долларов. Сразу несколько «охотников» решили, что идеальный способ вытащить эти деньги с офшорных счетов — это использовать последнего «дропа» BTC-e.

«Дропами» в криптомире называют номинальных владельцев, которые даже могут не подозревать, что их имя и паспортные данные используются для управления счетами. Последним номиналом BTC-e был незадачливый московский диджей Александр Буянов, которого я нашел в ночном клубе рядом с Белым домом. Из людей, вовлеченных в историю BTC-e, Буянов общался только со мной, и охотники за «сокровищами Винника» стали наперебой просить меня познакомить их с «дропом».

Их идея была в том, чтобы от имени Буянова подавать иски по всему миру, где только обнаружатся деньги биржи, — а это, например, такие необычные юрисдикции, как Монголия и Малайзия: авось где-нибудь да выдадут пару десятков миллионов долларов. И в какой-то момент я подумал: раз Буянов доверяет только мне, то, может, это тот самый «шанс, который бывает только раз в жизни», — уговорить парня и подавать повсюду иски от его имени, чтобы выцепить с офшорных счетов «сокровища Винника»? Но потом, как и Шилов, собрался и продолжил свое журналистское расследование.

В итоге появилась эта книга. История биржи рассказывается в ней параллельно с ключевыми событиями мирового и российского криптодвижения. Это три взаимосвязанные цепочки событий, или «блоков». А «цепочка блоков» — это дословный перевод слова «блокчейн» — фундамента криптовалютного мира. В этой книге их три: блокчейн-1 — «Мир», блокчейн-2 — «Россия», блокчейн-3 — «Биржа». Под записи в блокчейне стилизованы и названия глав, где есть номер блока (нулевой именуется генезис-блоком), дата описываемых событий (timestamp) и суть происходящего в зашифрованном виде (hash).

За терпеливую помощь и консультации о том, как устроен криптовалютный мир, я сердечно благодарю Ивана Тихонова — основателя одного из главных российских медиа о крипте Bits.media; он также прочитал рукопись этой книги и сделал ряд существенных замечаний. Не было бы этой книги и без ее редактора, который пожелал скрыться за псевдонимом Кирилл Тимофеев из-за моего иноагентского статуса: Кирилл, спасибо!

Часть первая

Партизаны

Поздравление для электрика

Genesis Block

Index: биржа

Timestamp: 18 августа 1979 года

Hash: поздравление для электрика

PreviousHash: 0

Личная встреча с Винником у меня была только одна — в декабре 2017 года в Афинах на заседании суда по делу о его экстрадиции в США. Слушания проходили в высшей кассационной инстанции — в Ареопаге. Название, как и всё в нынешней Греции, подчеркивает связь с Древней Грецией: Ареопаг — это холм в Афинах, на котором когда-то судили граждан великого города-государства. Сейчас на холме судить неудобно, но зал заседаний чем-то его напоминает: судьи сидят далеко на возвышении, а снизу — подсудимые с адвокатами. Двери открыты: любой человек может зайти в зал в любой момент и оценить, насколько справедливо рассматривается дело.

Подсудимых заводят в зал не по очереди, как в России, а всех вместе, они сидят у подножия условного холма и слушают, как отбиваются их товарищи по несчастью. Винника привезли вместе с китайцем, который пытался купить в Афинах американскую военную антенну, но был заподозрен в шпионаже и теперь ему, как и Виннику, светила поездка в США с не самыми приятными перспективами. Китаец заготовил речь и эмоционально зачитывал ее, глядя наверх, где сидел ареопаг. В переводе все эмоции явно терялись, судьи откровенно скучали.

Понять, скучал ли сидевший на скамеечке в наручниках рядом с полицейским Винник, было нельзя: худощавый, по-спортивному собранный, он был невозмутим и, казалось, отрешен от всего происходящего. Все его знакомые, включая собственную жену, отмечают, насколько он замкнутый человек. «Молчаливый и очень закрытый», — говорила Шевченко в единственном интервью. «Спокойный, очень уравновешенный, вдумчивый», — так характеризовал его бывший работодатель. В Афинах я попытался разговорить Винника, пока тот ел принесенную адвокатом еду из «Макдональдса», но на все вопросы он не выдавил ничего кроме «Не помню» или «Не могу сказать».

Говорил он с едва уловимым уральским говором. К моменту встречи в Ареопаге я два месяца изучал его биографию и знал, что будущий криптомиллионер Александр Винник вырос в Кургане. Отец — слесарь на заводе, мать — повар в столовой. Он значительно старше большинства тех провинциальных ребят, которые в 2010-е годы прославились на весь мир как «хакеры из России» и якобы помогли Дональду Трампу стать президентом. Когда Виннику было 12 лет, распался Советский Союз, в 14 он наблюдал по телевизору, как после танкового обстрела горит Белый дом. А когда в 1999 году вышел первый номер журнала «Хакер», который будущие знаменитые киберпреступники покупали вместо школьных завтраков, Винник уже успел сменить вуз и даже где-то подрабатывал.

«Техникой я увлекался с детского возраста, — рассказывал он потом в греческом суде. — Собирал сначала радио, потом начал читать о компьютерных технологиях, купил маленький компьютер». После школы он поступил в частный Курганский международный университет, где изучал мировую экономику. С учетом невысокого в целом уровня образования в Кургане такой выбор говорит скорее о нежелании попасть в армию — тем более что тогда молодые люди служили по два года. В марте 1998 года Винник переводится в Курганскую сельскохозяйственную академию. Но учится он там не тому, как правильно сеять пшеницу, а вновь «мировой экономике».

Винник поступил на платное отделение, нужно было где-то добывать деньги. Известно, что одно время он трудился программистом-администратором в автосалоне, в котором продавали столь востребованные в те годы в регионах «Лады». Из-за работы времени на занятия не оставалось: Александр перевелся на заочное, год провел в академическом отпуске. Оценки в зачетке не впечатляют: философия — три, математика — три и даже профильная «мировая экономика» — три. Но особенно парадоксально выглядит трояк по информатике — с учетом того, что почти через 20 лет Винник прославится на весь мир как основатель нелегальной биткоин-биржи.

Но трояк выглядит странно, только если считать Винника тем, кем он часто предстает в материалах мировых СМИ, — очередным коварным русским хакером, который посягал на мировой информационный порядок. Однако он никогда не был ни хакером, ни программистом. «Требуется программист знающий уязвимости Windows на разовую работу», — писал он, например, в 2004 году на одном из фрилансерских форумов[6]. Один из ветеранов курганской IT-тусовки, предприниматель Игорь Татаринцев не помнит Винника. Хотя в 1990-е годы все, кто глубоко интересовался компьютерами в этом городе, общались друг с другом. Не слышали об особенных программистских навыках Винника и его московские друзья. Его таланты оказались несколько иными.

Но для того, чтобы разобраться в своих талантах, Виннику нужно было уехать с Урала. В начале нулевых он вместе с матерью переезжает в Москву. Ему повезло: в столице у него жила тетя, Татьяна Голованова. Она работала в издательском комплексе на улице Правды и устроила туда племянника. Тетя также прописала его в квартире в районе «Тимирязевской», где жила вместе со своим сыном Станиславом, который был младше двоюродного брата на год. Стас Голованов в будущем станет финансовой тенью Винника — на его имя основатель BTC-e будет открывать счета по всему миру, и даже на одной из банковских карт, которые найдут у него в номере греческие полицейские, будет написано не Alexander Vinnik, а Stanislav Golovanov.

Я долго искал Голованова, дважды приезжал на «Тимирязевскую» и звонил в дверь: никто не открывал. Единственное, что мне удалось раскопать о нем, — это упоминание в одной архивной базе, что в июне 2001 года его оштрафовали за распитие алкоголя в общественном месте. Но адвокат Тимофей Мусатов, три года защищавший Винника до тех пор, пока загадочным образом не упал с лестницы в московском пабе в разгар коронавирусного карантина и не умер, утверждал, что нашел двоюродного брата своего подзащитного в психбольнице. «Ты с ним говоришь, а он тебя не понимает», — рассказывал он и, по своему обыкновению, актерствовал: закатывал глаза и прижимал руки к груди, изображая крайнюю степень помешательства.

Сельхозакадемию Винник бросил, но кое-что о мировой экономике узнал: его увлекает интернет-бизнес. Отследить его проекты тех лет можно по провинциальному сетевому имени KurganLab, которым Винник тогда подписывался. Одно время он интересуется возможностью заработка на порносайтах, но потом переключается на более невинный проект. Он регистрирует сайт с красивым адресом «Праздник. ру», на котором публикует поздравления и тосты[7]. Вот, например, пожелание, которое Винник предлагал произносить в мужской компании:

На пляже девочка спрашивает свою мать: «Мамочка, а почему у тетенек купальники гладкие, а у дяденек оттопыриваются?» Мать смутилась, подумала и затем все же с серьезным видом сказала: «А дяденьки, дочка, кладут туда деньги». Предлагаю тост за богатых мужчин!!!

Сам Винник, судя по всему, зарабатывал на баннерной рекламе и обменивался ссылками с другими подобными ресурсами — например, с сервисами по отправке электронных поздравительных открыток. Кроме того, Винник запустил услугу по написанию поздравления на заказ. Для этого нужно было прислать ему 300 рублей и какие-нибудь факты о человеке, например: «поздравление на 47-летие электрика Ивана, который любит футбол и рыбалку».

Трафик шел, и какую-то копеечку сайт приносил: однажды Винник даже искал человека, который будет размещать поздравления. «Хотелось бы услышать конструктивную критику дизайна сайта http://pozdravlenie.ru/. А может, кто-нибудь, сможет кардинально изменить дизайн сайта? Рассмотрю любые предложения», — написал он осенью 2003 года на одном из дизайнерских форумов. Это было смело с его стороны: внешний вид сайта был откровенно слабоват — розочки по бокам, светящиеся буквы в названии. «На конструктивную времени нету, а так… девчонкам может и понравится…» — справедливо ответил ему один из пользователей. Винник не унывал и даже был готов заплатить за улучшение 200 долларов, или около 6000 рублей по курсу того времени. Над ним посмеялись.

Такие насмешки, пусть и высказанные в интернете, были для него обидны: Винник мечтал разбогатеть. «Я знаю нескольких иностранцев-миллионеров, которые работают и работают, а ты думаешь — и зачем им работать когда у них столько денег? Ответ прост: Денег никогда не бывает много! И чем больше ты зарабатываешь, тем больше тратишь, тем больше тебе нужно денег», — признавался Винник в 2003 году на форуме, посвященном заработку в сети. На поздравительных тостах миллионером не станешь, и Винник попробовал играть на курсах валют на рынке Forex (от английского Foreign Exchange — «международный обмен» валютами).

На реальном счете я начал торговать недавно. Первая сделка конечно же незабываема. Особенно когда после покупок, валюта поползла вниз. Но с каждой моей сделкой, с каждым проведенным днем на бирже чувства стали притупляться. И уже не вызывают такого восторга и разочарования, как в первый раз. Хотя может это потому что депозит у меня небольшой и отношусь к нему как к уже потерянному. Хотя он растет (пока что).

Но обычные валюты в итоге не увлекли его: он стал профессиональным цифровым менялой. Это довольно стандартная биография: с цифровых денег начинали и многие западные и российские криптоэнтузиасты.

Меняла с Арбата

Block 1

Index: биржа

Timestamp: 2006 год

Hash: меняла с Арбата

PreviousHash: поздравление для электрика

«В 15-м доме — магазин “Москвичка”, в 17-м — “Чародейка”, между ними желтая арка под рекламой “Три льва. Меха”, заходите в нее и спускаетесь по лестнице. Внизу слева через пять метров стеклянные черные двери под массивным козырьком — это служебный вход в ТЦ “Москвичка”. На охране надо сказать, что идете в WMExpress, и, пожалуйста, уточните, к кому идете — к Алексею или Александру». Так инструктировала своих клиентов в 2006 году московская фирма, которая занимается обменными операциями в системе WebMoney. Александр из объявления, путь к которому пролегал мимо магазина мехов, — Винник.

WebMoney для своего времени была революционной системой. Сейчас в любом интернет-магазине есть возможность расплатиться банковской картой — даже самом захудалом и третьеразрядном. В конце 1998 года, когда запустились WebMoney, для пересылки денег люди пользовались в основном «Почтой России» или сервисами типа Western Union. Но чтобы это сделать, нужно было отправиться куда-то «ножками». WebMoney изъяла из этой цепочки необходимость выходить из дома: пользователи, заведя деньги в систему, могли тратить их, не вставая с компьютерного кресла.

В каком-то смысле WebMoney можно назвать «протокриптовалютой». На счету пользователей хранятся не живые деньги, а «расчетные единицы». Правда, в отличие от криптовалют, создатели которых впоследствии экспериментировали с названиями, в WebMoney все просто и без изысков. Сначала эта условная единица называлась WM (первые буквы от WebMoney), но в 2000 году ее разделили на WMR (аналог рубля) и WMZ (аналог доллара). Впоследствии появились аналоги и других валют.

Как и в случае с биткоином, создатель которого доподлинно неизвестен, собственники WebMoney тоже всегда стремились оставаться в тени офшорных схем. По косвенным признакам (например, данным об учредителях и акционерах компаний из орбиты WebMoney) можно сказать, что ключевой фигурой в проекте может быть Андрей Трубицын — бывший военный, который на излете перестройки закончил ленинградский Военный инженерный институт имени Можайского по специальности «электронно-вычислительная техника». На публике этот мужчина с черной бородой и невозмутимым взглядом появился только однажды: в 2005 году, на семилетие компании, руководство WebMoney дало пресс-конференцию в отеле «Swissotel Красные Холмы» рядом с Павелецким вокзалом, и Трубицын отстраненно сидел рядом с табличкой со своим именем[8].

WebMoney быстро стала популярна среди айтишников из СНГ: это был удобный способ заплатить за услуги дизайнера или программиста из соседней страны, купить услуги хостинга для своего сайта или заказать баннерную рекламу. Появилась даже биржа INDX.ru, на которой предлагалось вложить WM-единицы в интернет-проекты. По идентичному пути спустя более чем 15 лет пошел и криптомир, когда в 2017 году случился «бум ICO» — технологических стартапов, которые привлекали инвестиции в виде криптовалют. Но в итоге прорывных проектов на INDX так и не появилось — так, одно время шли торги за доли в несуществующем ныне ресурсе Visiting.ru, создатели которого обещали увеличить посещаемость сайтов[9].

Но потратить WebMoney, как и другие электронные деньги, было особо негде: появление каждого нового интернет-магазина отмечалось на сайте проекта отдельной новостью. В этих условиях, как грибы, росли пункты, в которых можно было завести наличные в систему или вывести из нее. Винник тоже занялся этим бизнесом. Примерно 2003 году он открыл онлайн-обменник WM-Exchanger.ru и сменил свой ник: вместо немного наивного kurganlab он стал на всех форумах использовать имя WME — так в WebMoney называется аналог евро. Новое имя приклеится к нему и даже попадет в обвинительное заключение суда Северной Калифорнии. «Когда его арестовали в Греции, мне стали говорить: “Так это же Саша-WME”», — вспоминал потом в разговоре со мной владелец крупного платежного сервиса.

Клиенты связывались с Винником по «аське». За свои услуги Винник брал процент: например, за то, чтобы вывести WMZ — аналог доллара — в рубли, ему нужно было заплатить 3 % от суммы сделки. Если же клиенту нужно было превратить электронные рубли (WMR) в обычные, на которые можно купить продукты в районном магазине, Винник брал 2 %[10]. Постепенно масштаб его работы рос: он начал менять деньги между системами. Например, у пользователя есть кошелек в системе PayPal и в WebMoney. Вместо того чтобы выводить средства из одного сервиса и забрасывать в другой, он мог обратиться в Виннику, и тот за процент зачислял нужную сумму на один счет и списывал с другого.

Но до желанной цели — разбогатеть — пока было далеко: у Винника не было даже своей квартиры в Москве. Для развития бизнеса ему нужен был офис, где он мог принимать наличные. Но как сэкономить на аренде? Он рассказал о своей проблеме другому «меняле» по имени Алексей, который трудился в московской компании WMExpress. У WMExpress было несколько офисов в столице, и Алексей предложил Виннику пойти к нему напарником, убив одновременно двух зайцев: и место для личных встреч получить, и денег за него не платить.

В WMExpress уже давно знали Винника как обычного клиента, рассказывал мне бессменный глава компании Андрей Климов. «Спецслужбы проверили его на благонадежность и дали положительный ответ», — честно рассказал он, не уточнив, к кому обращался с просьбой проверить Винника — к МВД или ФСБ. Так будущий «Мистер Биткоин», как его прозвала впоследствии греческая пресса, стал офисным работником и каждый день ездил в ныне закрытый торговый центр «Москвичка» на Новый Арбат, куда стекались те, кому нужно было превратить условные единицы WebMoney в привычные и родные рубли. Все сложилось как нельзя лучше: они с Алексеем сидели в отдельных комнатах, и Винник мог спокойно заниматься своим онлайн-обменником в промежутке между обслуживанием клиентов WMExpress. Начальство знало о его личном бизнесе и не мешало ему.

А его услуги становились все более и более востребованными: основной специализацией Винника стали переводы не только между различными платежными системами, но и между офшорными счетами. «Он стал известным: таких человек было пять-шесть [в Москве]», — рассказывает его тогдашний непосредственный начальник Климов. Известным, конечно, в определенных кругах: к нему приходили айтишники, проекты которых были разбросаны по всему миру. Им и нужно было с минимальными потерями перевести деньги на другой конец света. «Например, через него можно было не платить НДС или завести деньги в Украину», — вспоминает Климов.

Конечно, были среди его клиентов и айтишники, которые использовали свои таланты для незаконных заработков, — кардеры, воровавшие деньги с чужих банковских карт, и хакеры-вымогатели, которым нужно было безопасно получить украденные средства. «Это такой бизнес, вокруг него всегда крутится масса людей. Были и хакеры, которым нужно было вывести или завести деньги. Я уверен, что рядом с ним всегда было много таких персонажей. Но на Арбат к нам приезжали и милиция, и чекисты, отслеживали и кардеров, и хакеров», — вспоминает его бывший напарник по офису в «Москвичке».

В этом офисе Винник работал вплоть до конца нулевых, когда была закрыта «Москвичка» и известный московский меняла решил окончательно уйти в свободное плавание. Миллионером, правда, Винник так и не стал, но годы, потраченные на переброску и обналичивание чужих состояний, все же не прошли зря: в 2007 году он покупает небольшую квартиру в девятиэтажке недалеко от Останкинской башни и становится полноценным москвичом с пропиской. А в начале 2011 года у него появится она — «бэха», автомобиль BMW, народный символ подлинного успеха и закрепления в Москве.

В том же году Винник под ником WME оставляет следующую запись на форуме Bitcointalk — главном пространстве для общения в криптомире.

Занимаюсь обменами уже более десяти лет, сейчас начал работать с биткоинами. Могу обменять их на что угодно. Преимущество отдаю налу в Москве <…>, безнал долларовый от офшорки и прочие варианты. Предпочтение отдаю крупным суммам.

Начиналась новая эпоха — и в интернете, и в жизни самого Винника.

«Пасхальное яйцо» от Сатоши Накамото

Genesis Block

Index: мир

Timestamp: январь 2009 года

Hash: «пасхальное яйцо» от Сатоши Накамото

PreviousHash: 0

Криптовалютная эра началась с короткой научной статьи о биткоине, которую в ноябре 2008 года получили подписчики англоязычной рассылки о криптографии.

Электронная рассылка была создана еще в начале нулевых американским исследователем в области информационной безопасности Перри Мецгером. Рассказать о какой-либо проблеме или поделиться результатами своей работы мог любой подписчик — для этого нужно было отправить письмо Перри. О том, насколько узкоспециальной была рассылка, говорит следующий факт: из восьми ссылок в статье про биткоин шесть указывали на книгу или статью в научном сборнике, а не на страницу в интернете[11].

Статья в pdf-формате была подписана именем Сатоши Накамото. Никто раньше не слышал о таком человеке, и с тех пор были предприняты десятки основательных попыток узнать, кто же, собственно говоря, создал биткоин. В истории крипты это станет повторяющимся сюжетом: с одной стороны — разработчики-анонимы, с другой — толпа энтузиастов, которые пытаются их деанонимизировать. Так, например, было с биржей BTC-e, которая оставалась анонимной до ареста Винника в Греции, несмотря на попытки понять, кто за ней стоит. В этом смысле история безуспешных разоблачений Сатоши Накамото — образцово-показательная.

Сам Сатоши, кроме имени, оставил о себе немного информации. Вскоре после рассылки статьи о биткоине он создал профиль на сайте некоммерческой организации P2P Foundation, которая объединяет специалистов в области децентрализованных компьютерных сетей. Согласно этому профилю, Накамото родился в 1975 году, живет в Японии и связан с сайтом Bitcoin.org[12].

Другие цифровые следы, которые оставил создатель биткоина, ведут в тупик. Сайт Bitcoin.org был создан в 2008 году через сервис Anonymous Speech, или «Анонимная речь» по-русски. Вся суть сервиса выражена в названии: его основные услуги — предоставление электронного почтового ящика для конфиденциального общения и помощь в анонимной регистрации домена. Сервис принадлежит швейцарскому программисту Михаэлю Веберу, компания которого одно время даже работала из Японии.

Именно ее данные были указаны при создании Bitcoin.org: регистрант — AnonymousSpeech LLC, адрес — Токио, апарт-отель Sakura House. Из этой информации некоторые следопыты, пытавшиеся раскрыть тайну Накамото, сделали вывод, что Вебер знает создателя биткоина. Или как минимум может предоставить данные, которые выведут на него: ведь заплатить за сайт Накамото должен был одним из традиционных способов — банковским переводом или через электронную систему, аналогичную российскому WebMoney. В 2014 году американское издание Business Insider посвятило Веберу целое расследование, нашло несколько его e-mail’ов и телефонов, но тот не стал отвечать журналистам[13].

Однако это явно ложный след: аналогичные регистрационные данные — AnonymousSpeech LLC и токийские апартаменты Sakura House — были еще у нескольких сайтов, чьи создатели пользовались услугами Вебера. Например, у малоизвестной польской букмекерской конторы или сайта об американском юристе Джеффри Виленсе, который специализируется на юридических тяжбах потребителей с корпорациями и нажил себе немало врагов.

В тупик привел и анализ IP-адресов, которыми пользовался Накамото при разработке кода биткоина. Известно, что часть правок вносилась с IP-адреса, расположенного в одном из районов Калифорнии. Конечно, сейчас можно скрыть свое реальное местоположение с помощью «анонимайзеров» — VPN или браузера Tor. Но IP-адрес, с которого работал Накамото, не был зарезервирован ни за одним из известных анонимайзеров. Означает ли это, что Накамото — или тот, кто скрывался за этим именем, — в реальности жил в Америке? С одной стороны, это вполне возможный вариант, тем более что его английский не похож на английский японца: он писал так, как будто это его родной язык. А в той дате рождения, которую он указал в своем профиле на сайте P2P Foundation, — 5 апреля 1975 года — видят чисто американскую «пасхалку»: 5 апреля 1933 года президент Рузвельт запретил гражданам США владеть золотом, а в 1975 году это решение было отменено.

С другой стороны, в 2020 году исследователь Дончо Караиванов проанализировал все сообщения Накамото — его письма, посты на форумах, первую статью про биткоин из криптографической рассылки — и заявил, что с большой вероятностью тот жил в Лондоне[14]. Из сообщений исследователь выудил информацию о том, в какое время суток писались эти тексты: время создания сообщения отражалось в метаданных. Сведя весь массив вместе, Караиванов локализовал возможное местоположение Накамото. Кроме того, он обратил внимание на то, что в первый блок биткоина — так называемый «генезис-блок» — встроен заголовок британской газеты The Times от 3 января 2008 года «Канцлер казначейства вот-вот поможет банкам». При этом в электронной версии заголовок был несколько иным, то есть создатель биткоина, скорее всего, держал в руках бумажную версию газеты.

Кто же читал этот номер Times, а потом представил миру биткоин под именем Сатоши Накамото? Один кандидат, казалось бы, первоначально подходил на эту роль идеально. Журналистка американского Newsweek Лия Гудмен пошла по очевидному, но эффективному пути: оттолкнувшись от гипотезы, что Накамото — американец, она стала проверять всех людей из США с таким именем. В итоге самым подозрительным ей показался пожилой Дориан Сатоши Накамото из Калифорнии: он родился в Японии, но в детстве переехал в США, где работал инженером в секретных проектах министерства обороны.

Загадки в его биографии начинались с самого начала расследования: до 23 лет его звали Сатоши Накамото, но потом, уже в Америке, он поменял имя, удлинив его до Дориан Прентис Сатоши Накамото. Он жил уединенно в обычном коттедже, собирал игрушечные паровозики и перестал отвечать на письма журналистки сразу после того, как та спросила его про биткоин. Тогда Лия Гудман приехала к нему в городок Темпл-Сити, но Накамото отказался общаться и вызвал полицию. Разговор при полицейских был коротким, но, по мнению Гудман, «разоблачительным».

«Молчаливо признавая свою роль в проекте „Биткоин“, он опускает взгляд, смотрит на тротуар и категорически отказывается отвечать на вопросы», — так описывала она общение с невысоким мужчиной в очках и проседью в некогда пышной шевелюре. На вопрос о запуске биткоина он ответил, что «больше не участвует в этом и не может обсуждать»[15]. Правда, он не выглядел как миллионер, который заработал на великом изобретении, но это Лия Гудман списывала на желание Накамото сохранить анонимность и не выводить свои капиталы в обычные деньги, или «фиат» на криптовалютном сленге.

Дориан Сатоши Накамото, чей дом теперь осаждали репортеры, категорически отверг все предположения. На видео он, сидя в дешевом пиджаке и постукивая пластиковым стаканчиком по столу, устало говорит, что не имел никакого отношения к созданию биткоина[16]. В сообщении для прессы он перечислял все свои невзгоды: не может найти стабильную работу последние десять лет, из-за нищеты не пользуется интернетом, так как не может за него заплатить, перенес операцию на простате и инсульт. А свою фразу «я больше не участвую в этом» в ответ на вопрос о создании биткоина он объяснил тем, что имел в виду работу в секретных оборонных проектах. Все это снижало доверие к выводам Newsweek, хотя автор расследования Лия Гудман по-прежнему убеждена, что была права: для нее доказательством, например, служит тот факт, что таинственный Сатоши Накамото работал над кодом биткоина с калифорнийского IP — IP того же штата, где живет и тезка создателя биткоина.

Спустя год, в 2015-м, история повторилась: журналисты привели убедительные доказательства, что они знают, кто такой Сатоши Накамото, но потом стройная система доказательств развалилась. Тогда американские издания Wired и Gizmodo одновременно опубликовали расследования о том, что создателем биткоина, скорее всего, был австралиец Крейг Стивен Райт[17]. Так совпало, что накануне этих публикаций Крейг впервые появился перед широкой публикой на конференции Bitcoin Investor Conference. Глядя на аудиторию с экрана через скайп, Крейг весьма загадочно ответил на вопрос, кто он такой и как давно связан с криптовалютами: «Э-э-э… Я занимаюсь всем этим давно… Я старался не высовываться».

В свете тех документов, которые впоследствии опубликовали Wired и Gizmodo, это путаное объяснение выглядело как признание, что он и есть Сатоши Накамото. Анонимный источник предоставил им архивные копии сообщений в блоге Райта. Одно из них было оставлено накануне появления биткоина в январе 2009 года: «Бета-версия биткоина появится завтра. Все децентрализовано… Будем стараться, пока не заработает». Вместе с этими сообщениями источник передал журналистам письма Райта от 2008 года, в которых он рассказывал про некую систему электронных наличных, в которой не будет третьей стороны между отправителем и получателем денег. А в 2011 году жаловался своему близкому другу, что больше не может «притворяться Сатоши». «Они больше не слушают. Мне лучше оставаться мифом», — написал он тогда, что выглядит как полноценное и чистосердечное признание.

Но и на этом фонтан доказательств, казавшихся тогда железобетонными, не заканчивался. Все тот же весьма осведомленный источник предоставил журналистам письмо Райта своему адвокату по налоговым вопросам. «Как вовлечь в эту историю хорошего сенатора? Может быть, нашему японскому другу стоит вернуться из уединения?» — спросил он, явно имея в виду Сатоши Накамото. Но и это еще не все. В массиве, переданном журналистам, были также документы, согласно которым Райт может контролировать гигантскую сумму в 1,1 млн биткоинов — сумму настолько колоссальную, что, казалось, иметь ее может только тот, кто запустил эту криптовалюту.

Wired и Gizmodo стали искать дополнительные доказательства, чтобы подкрепить сенсационные документы. Экс-супруга Райта подтвердила, что тот долгое время работал над проектом цифровых денег, хотя и не называл их «биткоинами». А сам герой расследования, услышав цитаты из своих писем в телефонном разговоре, воскликнул: «Где вы их раздобыли? У вас не должно быть [этих писем]». Все, казалось бы, складывалось в пользу того, что Райт действительно создатель первой в мире криптовалюты.

Впрочем, журналисты все равно сомневались, не обман ли это. Так, в Wired обратили внимание на то, что старые посты Райта редактировались уже после создания биткоина, и проверить, какими они были в оригинале, невозможно. Новые доказательства того, что речь идет о талантливой, но все-таки мистификации, появились уже после выхода параллельных расследований. Например, издание Vice обнаружило, что PGP-ключи, которыми Райт якобы шифровал свои электронные письма в 2008–2009 годах, были сгенерированы значительно позднее. В итоге и Wired, и Gizmodo исправили свои заметки постфактум, добавив в них большую долю сомнения.

Дальнейшее поведение Райта показало, что автором мистификации может быть он сам. Спустя несколько месяцев, в интервью Би-би-си, GQ и Economist, он открыто заявил, что он и есть создатель биткоина[18]. «Кто-то поверит, а кто-то — нет. Но, говоря по правде, для меня это не важно […]. Я хочу просто работать, я хочу продолжить делать то, что я делаю. Мне не нужны деньги. Мне не нужна слава. Мне не нужно обожание. Мне хочется, чтобы меня оставили в покое», — сказал он в видеоинтервью Би-би-си, держась холодно и бесстрастно. В качестве доказательства, что он действительно Сатоши Накамото, Райт показал электронную подпись, в которой, по его словам, использовались те же криптографические ключи, что и при создании биткоина.

И если журналисты не могли проверить его слова, не будучи экспертами в криптографии, то за них это вскоре сделал криптовалютный мир: изучив подпись Райта, специалисты заявили, что ее мог сделать любой человек на основе публичных данных о первых блоках и транзакциях биткоина[19]. Райт мог бы опровергнуть скептиков, если бы совершил перевод из кошельков, которые предположительно может контролировать Сатоши Накамото. Но он обиделся на тех, кто его критиковал за сомнительную электронную подпись. «Я уже готовился опубликовать доказательства моего доступа к ранним ключам, но по ходу того, как развивались события, я сломался. У меня не хватило смелости. Я не могу», — написал он, что выглядело как полная капитуляция[20].

Впоследствии Райт продолжил борьбу, чтобы доказать, что именно он создал биткоин: например, он безуспешно пытался зарегистрировать авторские права на исходный код криптовалюты и так называемую «Белую книгу» Сатоши Накамото — ту самую статью, которая была опубликована в криптографической рассылке в 2008 году. Но в криптомире в его историю мало кто верит: в апреле 2021 года патентный альянс, в который входят крупнейшие мировые криптобиржи, подал иск в Верховный суд Великобритании, чтобы запретить Райту зарегистрировать на себя авторское право на биткоин. Так, конечно, действуют только против мистификаторов.

Дориан Сатоши Накамото и Крейг Райт — не единственные кандидаты на роль создателя биткоина. Одно время под подозрением также был Хэл Финни. Либертарианец и криптограф, он сразу вдохновился идеей по запуску криптовалюты и стал получателем первой в истории транзакции биткоина. Но это еще не все: одно время он жил в одном городке вместе с Дорианом Сатоши Накамото, и их дома разделяли несколько минут на машине. Когда журналист Forbes Энди Гринберг обнаружил это поразительное совпадение, Финни уже был серьезно болен и на все вопросы мог отвечать только движением глаз[21]. В итоге его глаза сказали, что он не создавал биткоин, а скромный японец Дориан Сатоши Накамото не похож на того самого Сатоши, который запустил с горы снежный ком криптовалютного движения.

Однако в конечном счете не так важно, кто пустил этот ком: он оказался так хорошо слеплен, что вслед за ним по опасному спуску устремились тысячи криптоэнтузиастов со всего мира.

Анонимные биткоины со свалки

Block 1

Index: мир

Timestamp: лето 2013 года

Hash: анонимные биткоины со свалки

PreviousHash: «пасхальное яйцо» от Сатоши Накамото

Летом 2013 году житель британского Ньюпорта Джеймс Хауэллс делал генеральную уборку в доме и обнаружил в ящике письменного стола жесткий диск от ноутбука. Толку от него уже не было, и Джеймс без сомнения отправил диск в мусорное ведро. Но спустя несколько месяцев, увидев новости о резком росте стоимости биткоина, он вспомнил, что на том старом диске хранилось 7500 биткоинов — по состоянию на конец 2013 года речь шла о 7,5 млн долларов[22].

Эти биткоины Хауэллс намайнил в далеком 2009 году, когда криптовалютами интересовался только узкий круг айтишников. Их было бы и больше, если бы в какой-то момент жена не сказала ему, что ей надоел постоянный шум вентилятора его ноутбука. Спустя год он и вовсе залил ноутбук лимонадом и разобрал на запчасти. Так жесткий диск поселился в его столе, пока не оказался в мусорном ведре.

Поняв однажды, что он выкинул целое состояние, Хауэллс изучил вдоль и поперек все физические и виртуальные носители информации, где могла сохраниться копия его кошелька, но не нашел следов своего богатства. Тогда он поехал на свалку и, поговорив с ее работниками, установил, куда примерно привезли диск летом 2013 года. Речь шла об участке размером с футбольное поле, где на глубине более метра и лежали его миллионы. Хауэллс не отчаялся и обратился к местным властям с просьбой разрешить в буквальном смысле зарыться в мусор, но ему запретили из-за отсутствия лицензии на такого рода работы. Тогда он пообещал, что даст государству 10 % от всех денег. Вновь последовал отказ.

Но Хауэллс не отступает: каждый раз, когда биткоин бьет новые рекорды по стоимости (2017-й, 2021-й), он вновь дает о себе знать. В последний раз речь шла уже о доле в 25 %, которую он готов направить в фонд борьбы с коронавирусом[23]. Однако городская администрация относится к этой затее скептически: раскопки обойдутся в несколько миллионов фунтов, а гарантии, что диск найдется и будет работать, нет.

История несчастного британца — идеальная иллюстрация того, что такое биткоин и почему он принципиально отличается от любых других денег. Первое и самое главное отличие — это отсутствие третьей стороны в транзакции криптовалюты от одного пользователя к другому. Если бы Хауэллс забыл пин-код к своей банковской карте, то банк после определенных процедур восстановил бы ему доступ к ней. В случае с биткоином этой третьей стороны нет: британцу даже не к кому обратиться, чтобы вновь получить контроль над своим кошельком. Система никем не управляется, в ней нет посредников и нет комиссий за транзакции между пользователями. Это сразу же привлекло к биткоину либертарианцев со всего мира, которые выступают за минимальное вмешательство государства в жизнь людей.

Второе ключевое отличие биткоина, отраженное в истории Хауэллса, — это возможность накопить криптовалюту, имея в своем распоряжении лишь нехитрое компьютерное оборудование. В упрощенном виде биткоин представляет собой длинную, но конечную цепочку записей, или блоков: по-английски она называется blockchain, и русскую кальку с этого термина одно время считал своим долгом употребить каждый российский чиновник, который хотел выглядеть модным и современным.

Когда дети делают игрушечные деньги, то они вырезают их из бумаги. Процесс создания блоков похожий, но более сложный: каждый блок — это набор компьютерной информации, сформированной по принципам криптографии. Для того чтобы произвести математические вычисления и создать новый блок, компьютеру нужно время и мощность. Этот процесс называется «майнингом» — от английского mining, или добыча полезных ископаемых. На заре криптовалютного движения Хауэллсу было достаточно одного ноутбука и его процессора, чтобы сгенерировать новые биткоины. Но по мере роста стоимости биткоина это стало невозможно — для этого начали использовать более мощные видеокарты.

Третья фундаментальная характеристика биткоина и других криптовалют — это, с одной стороны, полная публичность транзакций, а с другой — их абсолютная анонимность. Как возможна такая амбивалентность? Биткоины хранятся на кошельках, имеющих сложный численно-буквенный номер. Например, самый первый кошелек в истории, который, как считается, принадлежит Сатоши Накамото, имеет следующий адрес: 1A1zP1eP5QGefi2DMPTfTL5SLmv7DivfNa. Все транзакции по нему — как входящие, так и исходящие — может посмотреть любой человек, даже не имеющий биткоинов. Но одновременно невозможно узнать, кому он принадлежит, — только если человек сам об этом не заявит.

Иначе говоря, если британец Хауэллс укажет номер кошелька, на котором хранятся его 7500 биткоинов, то все смогут удостовериться, что такой кошелек с именно такой суммой существует. А вот для того, чтобы убедить местные власти, что он принадлежит ему, Хауэллсу нужно будет произвести любую показательную транзакцию, чего он не может сделать без раскопок на свалке.

Но чем активней владелец кошелька, тем больше цифровых следов он оставляет и тем больше шансов привязать его к конкретному биткоин-адресу. Именно это произошло с торговой площадкой Silk Road («Шелковый путь»), создатели которой одними из первых оценили анонимность криптовалютных транзакций, но блокчейн не спас их от ареста. История Silk Road тоже станет показательной.

Площадка была основана американцем Россом Ульбрихтом в 2011 году. Не чуждый либертарианских взглядов, Ульбрихт запустил биржу, на которой можно было купить и продать все что угодно — от наркотиков до оружия и детской порнографии. Зайти на биржу можно было только через браузер Tor, а расплатиться — с помощью биткоина. Всего, по данным американских властей, за два с половиной года существования Silk Road через нее были совершено сделок на общую сумму в 9,5 млн биткоинов.

Сочетание Tor и биткоина должно было гарантировать полную анонимность, но взяли Росса Ульбрихта из-за довольно простого прокола: на заре Silk Road он использовал никнейм altoid на сторонних форумах и ресурсах для рекламы своей нелегальной площадки и найма сотрудников. В последнем случае он также указывал свой электронный адрес на Gmail и даже настоящее имя[24]. Дальнейшее уже было делом техники: Ульбрихта поймали, и в 2015 году он был приговорен к двум пожизненным срокам за торговлю наркотиками, хакерскую деятельность и отмывание денег, а также за то, что нанял киллеров для убийства людей, которые, по его мнению, могли помешать его специфическому бизнесу (сами убийства совершены не были).

За время работы SIlk Road Ульбрихт заработал на комиссиях около 600 тыс. биткоинов. 70 тыс. из них у площадки увел неизвестный хакер. Но американские правоохранительные органы отследили путь криптовалюты и договорились с хакером, чтобы он добровольно перевел биткоины в пользу бюджета США[25]. Историческая операция состоялась в ноябре 2020 года, на тот момент речь шла о сумме в $1 млрд.

История Silk Road не закончилась с посадкой Росса Ульбрихта. Двое следователей — один из Управления по борьбе с наркотиками, другой из Секретной службы — не только занимались делом нелегальной торговой площадки, но заодно и забрали себе часть биткоинов «Шелкового пути». Никаких сложных компьютерных операций: один вымогал криптовалюту, другой просто получил доступ к кошелькам от арестованного сотрудника службы поддержки Silk Road. Но вычислить их оказалось даже проще, чем поймать Ульбрихта, и оба следователя сели в тюрьму. Их дело вел Тигран Гамбарян — специальный агент департамента криминальных расследований Службы внутренних доходов США[26].

Именно Гамбарян будет впоследствии заниматься делом Винника и искать деньги биржи BTC-e по всему миру. Это молодой, но успешный агент: до 2015 года он работал и жил в Калифорнии, но потом его заметили и перевели в Вашингтон. Я несколько раз обращался к нему за комментариями как журналист, но все время получал отказ. Лишь однажды мне удалось обскакать Гамбаряна, когда я раньше него вышел на вероятного партнера Винника по бирже BTC-e — Алексея Билюченко. Злоключениям Билюченко я посвятил большое расследование в Би-би-си, и после выхода текста Гамбарян написал мне в WhatsApp по-английски — хотя он знает и русский — и без лишней вежливости попросил телефон Билюченко. Но у меня, в отличие от посаженных им киберпреступников, была возможность ему отказать.

Хотя я и удивился — неужели Гамбарян не может найти актуальный контакт основателя BTC-e сам: ведь не только Росс Ульбрихт, но даже опытные шифропанки иногда оставляют столько цифровых следов, что деанонимизировать их можно и без доступа к возможностям американских спецслужб.

≡

страница 1 из 3 (раздел 5 из 37)

AA

Шифропанк из Тольятти

Genesis Block

Index: Россия

Timestamp: лето 2012 года

Hash: шифропанк из Тольятти

PreviousHash: 0

Летом 2012 году платформа по обучению трейдингу iLearney провела онлайн-конференцию, посвященную биткоину[27]. По нынешним временам — совершенно ординарное событие: криптовалютные конференции проходят не реже, чем аналогичные встречи собаководов или садоводов. Однако тогда речь шла о большой диковинке.

Трудно было даже найти спикеров, вспоминала потом в разговоре со мной редактор iLearney Ирина Колеватова: их буквально «собирали по крупицам». В итоге из пяти экспертов двое были анонимами, что выглядело тогда как прямое следование традициям Сатоши Накамото. Один аноним представлял биржу BTC-e и назвался Алексеем Белоусовым: с большой вероятностью это был Алексей Билюченко. Другой отвечал на вопросы пользователей как «модератор Bitcointalk Алекс Сэйвер».

Общение было письменным. Сэйвер к ответам на технические вопросы добавлял идеологическую составляющую: биткоин готов к тому, «что его будет использовать население всей планеты и ее спутников»; «единственный выход для мировых правительств — это признание биткоина»; криптовалюты — это начало «заката теневой экономики». Когда кто-то из пользователей наконец спросил, что же за таинственный эксперт раздает прогнозы один смелее другого, то его представил другой аноним — «Алексей Белоусов» из биржи BTC-e. Именно он, к слову, и позвал на конференцию Сэйвера.

Представление — максимально комплиментарное: Сэйвер, мол, «один из основных активистов биткоин-сообщества и популяризатор биткоинов». «Программист, бывший хакер, киберпанк, учитель английского языка в школе, романтик и просто хороший человек. Что касается биткоинов: модератор BitcoinTalk.org, один из ранних пользователей Bitcoin», — так рекомендовал Сэйвера «Алексей Белоусов» из администрации BTC-e.

Действительно ли Сэйвер — настолько легендарная личность?

Неизвестно, кто первым из россиян присоединился к проекту Сатоши Накамото, но Сэйвер точно был одним из первых: примерно через полгода после того, как появился биткоин, он уже приступил к работе. Сэйвер стал членом так называемого Bitcoin Community — неформального сообщества людей, которые добровольно вкладываются в развитие проекта. Вот как описывал в начале 2011 года это сообщество сам Сэйвер на форуме Bitcointalk: «Мы Bitcoin Community не потому, что мы “выжимаем” всю возможную прибыль из проекта, скорее наоборот — мы вкладываем свои знания, идеи и средства в развитие проекта. И мы это делаем не для получения дохода, это лишь следствие нашей деятельности, мы это делаем, потому что мы верим, что в будущем Bitcoin может сделать жизнь лучше. Не для кого-то конкретного из нас, а всем».

О степени вовлеченности Сэйвера говорит такой факт: представляя в 2011 году очередное обновление в системе биткоина, он рассказывал, какие программисты выполнили основную работу и как сказалось отсутствие тогдашнего лидера — Гэвина Андресена, хранителя алерт-ключа, с помощью которого можно разослать сообщение о критических проблемах сети всем, у кого есть биткоин. Все тот же Сэйвер в 2010 году участвовал в открытии исходного кода так называемого проприетарного GPU-майнера — компьютера с одной или несколькими видеокартами (GPU) для добычи криптовалют, но с несвободным программным обеспечением, защищенным авторским правом («проприетарное» ПО).

Заслуги Сэйвера перед сообществом были оценены: в 2011 году его выбрали модератором русскоязычного раздела Bitcointalk — первого неанглоязычного раздела главного криптофорума.

Сэйвер — не просто программист, который увлекся проектом Сатоши Накамото, чтобы заработать денег. Для него биткоин — это идеология и почти что политическая доктрина, а сам он — типичный криптоанархист и шифропанк. Именно такие, как Сэйвер, и составили ядро энтузиастов вокруг биткоина в начале его развития. Криптоанархисты появились задолго до криптовалют: так в начале 1980-х годов в США стали называть людей, которым не нравилось, что вместе с компьютеризацией и развитием интернета персональные данные людей оказываются в руках государства и корпораций. На личном уровне шифропанк стремится к максимальной анонимности в сети, на общественном — участвует в разработке программ и сервисов, которые помогают сохранять инкогнито остальным людям.

«Сеть интерпретирует цензуру как ущерб и обходит ее», — заявил еще в начале 1990-х один из самых известных шифропанков, бородатый американский программист Джон Гилмор. Тогда же Гилмор с товарищами создал некоммерческий фонд по защите гражданских прав в интернете Electronic Frontier Foundation, которому жертвовал соучредитель Apple Стив Возняк. Среди других известных шифропанков — основатель WikiLeaks Джулиан Ассанж и создатель протокола BitTorrent для свободного обмена файлами Брэм Коэн.

Сатоши Накамото тоже принято перечислять через запятую в этом списке. В его «Белой книге» — той самой научной статье в криптографической рассылке — есть упоминания наработок шифропанков 1990-х. И естественно, что биткоин с независимостью от национальных правительств и принципиальным отсутствием централизованного управления сразу привлек криптоанархистов, многие из которых к тому же по своим политическим взглядам были и остаются либертарианцами.

«Человек станет хозяином своих сбережений, — описывал преимущества биткоина Сэйвер в начале 2011 года. — Никто не может заблокировать доступ к счету Bitcoin. Не будет дискриминации по признаку состоятельности. Можно анонимно оплачивать услуги, например лечение. Сбережения никогда не обесценятся, но будут лишь расти. Общество перейдет на новый уровень финансового развития: избавление от дутых валют, Bitcoin и есть современное золото, для сделок никогда не будет нужна физическая наличность».

А вот еще одна длинная, но важная цитата из просветительских постов Сэйвера тех лет:

«Да, распределенная база данных биткоина открыта для всех. Но там нет ни ФИО, ни адресов. Если человек пользуется элементарными правилами конспирации, то вычислить его нельзя. Нужно для каждой ситуации использовать новый адрес для получения биткоинов. И защита от идентификации еще и в том, что даже при отправке биткоинов нельзя точно установить, с какого компьютера были отправлены средства. Если же нужен параноидальный режим, то можно поставить Tor и включить в настройках Bitcoin использование прокси. Однако вся эта самозащита вовсе не для совершения противозаконных действий, а для защиты частной жизни всех пользователей системы Bitcoin. Это все отлично вписывается в идею криптоанархизма».

Сэйвер, помимо волонтерской работы в качестве модератора, торговал биткоином на первых биржах и призывал новичков верить в криптовалюты. В своих прогнозах он был точен: так, в начале января 2011 года он допускал, что через какое-то время один биткоин будет стоить «сотни или даже тысячи евро». Разбогател ли он сам? Он признавался, что ему «приходилось и иметь тысячи биткоинов, и начинать сначала, теряя всё в ноль и еще оставаясь в долгу».

Однако когда его прогнозы стали сбываться и биткоин начал завоевывать планету, Сэйвер неожиданно заявил, что перестает им заниматься. «Лично я не пользуюсь биткоинами уже полтора месяца. Это уже не тот проект, в который я искренне поверил в далеком 2010 году. Сейчас же это централизованная и отслеживаемая система, как WebMoney/PayPal, проект без четкого направления его разработки и без какой-либо идеи. [Биткоины] — это уже давно бизнес. Большой Брат давно здесь», — огорошил он всех на Bitcointalk в 2012 году, хотя пост модератора оставил лишь спустя шесть лет.

Я общался с ним только однажды. Сэйвер, по слухам в криптотусовке, знал основателей биржи BTC-e, и я написал ему на gmail-почту письмо с просьбой ответить на пару вопросов. Тот, как и положено шифропанку, предложил пообщаться в защищенном мессенджере Tox — в отличие от Telegram или WhatsApp, база пользователей не хранится на общем сервере, а поиск собеседника происходит через ключ из множества букв и символов. Сэйвер мне написал, что действительно «держал контакт» с одним из основателей BTC-e с 2011 года, но, конечно, не лично, а через интернет. Для того чтобы всегда знать, что с тобой по-прежнему разговаривает один и тот же человек, они даже установили «общий секрет». Впрочем, когда дело дошло до проверки этого секрета, собеседник с той стороны отказался ее пройти, посетовал Сэйвер.

Спустя два года, работая над книгой, я решил поглубже изучить фигуру самого Сэйвера. Ключевой зацепкой стала фотография, которую он предоставил платформе iLearney, когда его позвали принять участие в онлайн-конференции о биткоинах. Я скачал ее и загнал в сервис Findclone — нейросеть, которая ищет людей по фотографиям в соцсетях. Так я нашел его снимки на страницах друзей и постепенно восстановил его биографию. В завершение я нашел сообщение Сэйвера от 2011 года, когда он обмолвился, что пропал с Bitcointalk, так как праздновал день рождения.

Дата сообщения и день рождения человека, которого я нашел, совпали. С фотографий на меня смотрел молодой человек с пристальным, но немного грустным взглядом; одно время он носил длинные волосы и аккуратную бородку, которая делала его похожим на юного проповедника. В этом он действительно был похож на свое виртуальное альтер эго — страстного пропагандиста криптовалют Сэйвера. Но в его биографии не было ничего, что выдавало бы в нем одного из пионеров российского криптовалютного движения.

Настоящее время Сэйвера — Алексей. Когда появился биткоин, ему было 22 года. Он родился в Йошкар-Оле, в республике Марий Эл, где его отец был известным депутатом и правозащитником. На отца Сэйвера было совершено два покушения. Оба раза он выжил, но конце концов в 2001 году погиб в ДТП, которое медиа называли «подозрительным». Через какое-то время после трагедии его семья перебралась в Тольятти.

С детства Алексей увлекался компьютерами — несмотря на юный возраст, он был активным пользователем сети «Фидо», в которой в 1990-е и в начале нулевых общались айтишники. В частности, из «Фидо» он перенял привычку писать сообщения столбиком. В нулевые проходил фигурантом по классической хакерской уголовной статье — «Неправомерный доступ к компьютерной информации». В милицейских архивах не осталось записи, какой была фабула дела и чем все закончилось для Сэйвера, но еще один российский криптоэнтузиаст начала 2010-х, узнав от меня про этот эпизод из жизни экс-модератора Bitcointalk, философски заметил: «У меня такая судимость уже в 18 лет была бы, если бы с потерпевшей стороной не договорились».

В те годы, когда Сэйвер из интернета уже был известным шифропанком и популяризатором биткоина, Алексей из Тольятти перебивался весьма скромными официальными работами — числился переводчиком то в одной, то в другой национально-культурной организации города: то в чувашской, то в белорусской. Несколько лет был слушателем онлайн-курсов в Московской школе гражданского просвещения, где изучал, что такое демократия и как она устроена в самых развитых странах. Возможно, он бы и продолжил там учиться, но в 2015 году школа закрылась, получив от российских властей статус иноагента.

Чем сейчас занят Сэйвер? Когда он оставлял пост модератора Bitcointalk в 2018 году, он написал, что направит усилия на проекты «в области криптовалют, криптографии и протоколов». Когда я узнал его настоящее имя, я вновь написал ему и предложил поговорить, пообещав, что не раскрою фамилии и других чувствительных деталей биографии. Но тот, кто отвечал мне как Сэйвер, на имя Алексей уже не откликнулся: шифропанки любят анонимность.

Долгое время анонимность изо всех сил сохранял и сооснователь BTC-e Алексей Билюченко, и даже когда весь мир уже знал, что именно он вместе с Винником создал эту криптобиржу, он так и не захотел увидеться и поговорить со мной лично. Пришлось восстанавливать его портрет и биографию на основе многочисленных цифровых следов, оставленных Билюченко в интернете.

Киберсквоттер из Новосибирска

Block 2

Index: биржа

Timestamp: 12 февраля 1980 года

Hash: киберсквоттер из Новосибирска

PreviousHash: меняла с Арбата

Чаще всего в обычной жизни люди сначала видят человека и формируют представление о нем на основании облика, а уже потом слышат его голос, манеру говорить, интонации. У журналистов-расследователей все наоборот: иногда, бывает, пробиваешь героя, знаешь все о его имуществе, бизнесе и даже семье и только потом наконец встречаешься или находишь в соцсетях одинокую затерянную фотографию. В случае с Билюченко получилось еще необычнее: я почти ничего не знал о нем, не видел даже на снимке, но получил возможность послушать один из важнейших разговоров в его жизни.

В 2019 году в моем распоряжении оказались материалы уголовного дела, связанного с крахом криптобиржи BTC-e. Там была запись беседы Билюченко, предположительно — с предпринимателем Константином Малофеевым. Подробнее об этой истории я расскажу позже, но пока выделю самое важное: разговор состоялся в 2018 году, и на кону стояло дело всей жизни Билюченко — его криптобиржа, которая тогда работала под названием Wex. Как он звучит в этот момент? С одной стороны, он сохраняет хладнокровие и не ведется на манипуляции своего матерого противника, который, по сути, требует закрывать площадку. Все это выдавало в нем дворовое прошлое: Билюченко вырос в 1990-е на окраине Новосибирске — в поселке Пашино, который впоследствии вошел в черту города. «Кипиш», «он с этого съехал», «подойти по понятийке» — слышал я на записи, и это была лексика человека, который если и не участвовал в драках и пацанских разборках, то по крайней мере стоял рядом.

С другой стороны, несмотря на дворовые фразочки, в Билюченко чувствуется интеллигентность, что неудивительно. Он из семьи советского офицера: его отец, Виктор Билюченко, служил в ракетных войсках стратегического направления, в том числе в Виннице, на территории тогдашней Украинской ССР. После развала СССР он с семьей перебрался в Россию, в Новосибирск, где, выйдя в отставку, несколько лет возглавлял государственное бюджетное учреждение «Спортивный город» и занимался проведением спортивных соревнований для молодежи. В свои 65 лет он читает Валентина Пикуля, занимается спортом и регулярно выкладывает на своей страничке в «Одноклассниках» фотографии с обнаженным торсом, демонстрируя друзьям отличную физическую форму. Его сын при этом явно меньше следит за собой: клиенты биржи купили на черном рынке в интернете (так называемый «пробив») паспортные фотографии Алексея Билюченко, по которым видно, как худенький и четкий пацан постепенно превращался в классического русского мужика около сорока лет с синяками под глазами.

Биография Билюченко в чем-то сильно похожа на биографию его партнера по BTC-e Винника. Они даже стартовали с одной хронологической точки, родившись накануне Олимпиады-80 с разницей в полгода. Если бы они жили в одном городе, то вместе бы ходили в детский сад мимо портретов членов Политбюро эпохи застоя. Как и Винник, Билюченко учился в вузе, основная специализация которого не имеет никакого отношения к тому, чем он занимался впоследствии: если у Винника это была Курганская сельскохозяйственная академия, то у Билюченко — Сибирская геодезическая академия, где он готовился стать инженером систем противопожарной безопасности.

Наконец, как и Винник, Билюченко все нулевые проработал наемным сотрудником. Правда, он не стал уезжать из родного города в Москву и в целом сделал более успешную карьеру: пока его будущий партнер работал менялой на Арбате, Билюченко возглавлял IT-направление в структурах новосибирского предпринимателя Андрея Алексеева — совладельца сети столовых «Вилка-Ложка» и торгово-выставочного комплекса стройматериалов «Большая Медведица». В частности, там Билюченко отвечал за создание сайтов. В качестве руководителя отдела информационно-технического обеспечения «Большой Медведицы» он появлялся и на отраслевых конференциях — например, в 2012 году на CodeFest X, традиционной встрече айтишников в Новосибирске[28].

Винник, сидя на Арбате, продолжал развивать свой обменник. Билюченко, тоже параллельно с официальной работой, искал себя в интернет-бизнесе. Для этих проектов в нулевые он использовал ник casinonsk — сокращение от «Казино Новосибирска». Так, скорее всего, назывался его первый проект — в 2004 году он запустил сайт о том, где можно развлечься в Новосибирске. Билюченко еще только учился сайтостроению и не умел элементарных вещей — например, не мог прописать IP-адрес своего сайта на DNS-сервере, поэтому на него никто не мог зайти.

Проект «Казино Новосибирска» представлял собой перечень увеселительных заведений Новосибирска того времени — от казино до боулингов с бильярдом. Отдельный раздел был посвящен доступным тогда онлайн-казино. Билюченко пытался раскручивать свой сайт на местных форумах, но, как и Винник со своим «Праздник. ру», встречал только насмешки. В итоге проект быстро заглох, но Билюченко продолжил поиски выхода из вечного круга жизни «от аванса до зарплаты».

Его специализацией стала продажа доменов: он придумывал красивые адреса, а потом пытался продавать их на специализированных форумах. Особенно он полюбил зону su, которая когда-то была зарезервирована за Советским Союзом и разморожена для использования в 2003 году. Сайты в этой зоне он называл «сушками». Обычно для своих проектов Билюченко брал название раскрученного портала: например, он записал на себя сайты MySpace.su, Xhamster.su или Flickr.su.

Пустыми он их не держал и забивал самым примитивным контентом, на который могут зайти случайные пользователи из поисковиков. Очень часто это были банальные порноролики с описаниями на английском языке — например, ими был заполнен MySpace.su. Архивная версия от декабря 2009 года показывает, что у каждого было по сотне просмотров. Но Билюченко вынашивал планы переделать этот ресурс во что-то более толковое и даже спрашивал коллег по бизнесу, что можно сделать с таким доменом. В итоге ему понравилось предложение посвятить его советской космонавтике и Гагарину, хотя тут же один из пользователей предупредил, что социальная сеть MySpace, чье название использовал Билюченко, может в итоге отобрать проект, если он окажется успешным. Все-таки то, чем занимался будущий создатель BTC-e, отчасти подпадает под определение «киберсквоттерства», то есть регистрации сайтов с названиями как у известных компаний для дальнейшей перепродажи.

Киберсквоттинг зародился в США в 1990-е годы, когда за регистрацию доменов даже не взимали плату. Потом, когда в интернет пришли корпорации, они вдруг обнаружили, что кто-то уже владеет сайтами с их названиями. Некоторые компании платили за домен, другие — судились за него, но к тому времени, как Билюченко стал киберсквоттером, закон давно уже был на стороне владельцев торговых марок. К тому времени уже был прецедент, когда французский производитель шин Michelin через московский арбитражный суд забрал себе сайт Michelin.su. Чуть позже через суд отстоит свой сайт в этой зоне и Burger King.

Однажды на Билюченко вроде бы вышли представители американского порноресурса и потребовали передать их домен в зоне su. Рассказывая об этой истории на форуме, будущий основатель BTC-e не раскрыл, о каком именно портале идет речь, но спрашивал совета, что делать[29]. Однако коллеги по сайтостроительному бизнесу обратили внимание на достаточно кривоватый английский представителей крупного порноресурса. «Так официальные письма не пишут!)))) или они разводят Вас, или Вы нас!!))» — ответил ему один из пользователей.

Адвокаты предполагаемых американцев так и не написали Билюченко, из чего он сам сделал вывод, что это была «разводка». Хотя, может, всю эту историю и правда придумал он сам, чтобы быстро продать домен, на который якобы претендует некий крупный ресурс из США. Если так, то это был оригинальный способ оживить бизнес: зона su оказалась не такой перспективной, как это выглядело при ее разморозке, и очереди из желающих купить сайты с громкими названиями не наблюдалось.

«Хочу прояснить… на моих сушках стоят проекты, ну, если их так можно назвать… это не трафик на паркинге [то есть в ожидании покупателя]… хотя большинство вылезло в топы гугла и яхо [Yahoo] именно из-за названия», — рассказывал он о своем бизнесе в 2009 году на одном из форумов. Суммарно его проекты ежемесячно посещали 30 тысяч человек, в основном из-за рубежа. Несмотря на такие скромные показатели, Билюченко был доволен. «Кто думает, что это говнозона, пусть так и думают, а мы в это время…» — спорил он с теми, кто утверждал, что зона su оказалась «мертвой» с точки зрения денег.

Однако хотя Билюченко и хвалился успехами, миллионером на этом бизнесе он вряд ли стал. В конце 2010 года — за каких-то полгода до начала работы над криптобиржей BTC-e — он выставил на продажу почти двадцать сайтов, среди которых были, например, Rapidshare.name и Megaupload.su (в обоих случаях используются имена популярных файлообменников). Аукцион начинался с цены в… 20 долларов, что тогда равнялось примерно 600 рублям, а шаг составлял 5 долларов. Итог оказался разочаровывающим: Билюченко продал только три домена, два из которых имели в названии слово «покер». «Если еще будут предложения, пишите», — грустно добавил он.

Если для Винника нулевые закончились покупкой квартиры на северо-востоке Москвы, то Билюченко примерно тогда же приобрел жилье в панельном доме на окраине Новосибирска. С одной стороны, это какое-никакое, но все-таки достижение, а с другой — казалось, что второе десятилетие XXI века будет наполнено такими же тщетными попытками забраться на самую вершину успеха к другим героям интернет-бизнеса вроде Павла Дурова или Марка Цукерберга. Но все изменили криптовалюты, которые дали таким, как Билюченко, шанс тоже стать героями интернета — пусть и анонимными.

Летом 2011 года он уже вовсю майнил биткоин. До запуска криптобиржи BTC-e оставалось несколько месяцев.

Между пампом и дампом

Block 2

Index: мир

Timestamp: апрель — май 2011 года

Hash: между пампом и дампом

PreviousHash: анонимные биткоины со свалки

Весной 2011 года в двух популярнейших американских медиа с разницей в четыре дня появились публикации о биткоине. Сначала о нем написал журнал Time: «Если биткоин станет модным, то он может представлять опасность не только для правительства, но и для платежных систем»[30]. Затем о криптовалютах рассказал журнал Forbes: «Сейчас набирает популярность субкультура ретейлеров, дружественных биткоин-гикам. За биткоины уже покупают услуги хостинга, электронику, свитера для собак и шерстяные носки, оборот в переводе на доллары — 30 тыс. в сутки»[31].

Именно после этих двух публикаций интерес к криптовалютам вышел за пределы сообщества айтишников-гиков. Если в начале года стоимость биткоина колебалась в районе доллара, то в начале июня он уже стоил 10 долларов, а к середине месяца были зафиксированы кратковременные скачки до 32 долларов. Но потом стоимость тут же ушла вниз. Такие резкие скачки курса, напоминающие купание в море во время шторма, станут отличительной чертой криптовалют: их не регулирует государство, и у трейдеров всегда есть возможность поиграть в старую биржевую игру pump&dump (от английского «накачать и сбросить»).

Стратегия pump&dump ярко показана в фильме «Волк с Уолл-стрит» Мартина Скорсезе: главный герой, смазливый мошенник в исполнении Леонардо Ди Каприо, искусственно создает ажиотажный спрос на акции малоизвестных компаний и зарабатывает на их росте до того момента, как котировки неизбежно рухнут. Прототип героя Ди Каприо, экс-брокер Джордан Белфорт, чувствует родство криптовалют с тем, чем он прославился он сам: он скептичен по отношению к биткоину и многократно предрекал его крах.

Знаменитые криптовалютные скачки́ в стоимости стали возможны благодаря двум ключевым вещам: во-первых, это наличие специальных криптобирж, где можно попрыгать на курсовых волнах, и, во-вторых, это появление целого семейства альткоинов — то есть криптовалют, появившихся после биткоина (от английского altcoin — alternative coin, или «альтернативная монета»).

Идея торговать биткоинами как любыми другими активами вроде акций или долларов появилась практически одновременно с самой криптовалютой. Уже в январе 2010 года пользователь с ником dwdollar написал, что работает над площадкой, клиенты которой смогут продавать и покупать биткоины и спекулировать на его стоимости[32]. Он долго тестировал ее, пока спустя год наконец не открыл под названием Bitcoin Market и не запустил возможность круглосуточной торговли. Как покажет будущее, идея была революционной, но «взлетел» не Bitcoin Market, а японская Mt. Gox: она стала и первой крупной мировой криптобиржей, и причиной первого крупного мошенничества в истории криптовалют.

Изначально, в нулевые, Mt. Gox создавалась для торговли еще более нетрадиционным товаром, чем биткоин: карточками коллекционной настольной игры Magic: The Gathering. Игровые карты с фэнтезийными персонажами выпускаются небольшими партиями, и если у тебя есть карточки, которых нет у соперника, то это повышает шансы на победу. А это особенно ценно, если речь идет о турнире, которые проводят среди фанатов игры. Собственно, само название Mt. Gox — это сокращение от первых букв английской фразы Magic The Gathering Online eXchange, то есть «онлайн-биржа игры Magic: The Gathering». Она была создана американским программистом Джедом Маккалебом, которого The New York Times впоследствии включила в топ-10 фигур блокчейн-революции. От карточек Маккалеб перешел к биткоинам, а в начале 2011 года — накануне первой волны интереса к криптовалютам — передал Mt. Gox французу Марку Карпелесу, жившему тогда в Японии.

В итоге Карпелес не только поживет в Японии, но и посидит в японской тюрьме, но до этого его проект стал главной биткоин-биржей мира — в 2012–2013 годах через нее проходили две трети всех транзакций в сети этой криптовалюты. Mt. Gox показала, как должна выглядеть успешная биржа: возможность завести традиционные, фиатные деньги, чтобы купить криптовалюту, и возможность вывести заработок обратно — в доллары или евро; значительный объем торгов и, соответственно, шанс заработать на колебаниях курса. Визуально все биржи похожи: везде есть график, как менялась стоимость криптовалюты в течение дня, а также ордера на покупку и продажу — таблицы с предложениями от других трейдеров (эти таблицы прозвали «стаканами» за сходство с этими товарищами любых посиделок). За свою работу Mt. Gox — как впоследствии и другие биржи — брала небольшой процент с каждой сделки: 0,6 %.

Априори предполагается, что площадка берет комиссию не только для того, чтобы в итоге пополнить кошельки основателей, но и для того, чтобы развивать инфраструктуру биржи и делать торги более безопасными. Несмотря на это, Mt. Gox столкнулась с двумя серьезными инцидентами, один из которых в итоге и потопил компанию. Первый инцидент — в июне 2011 года — в числе прочего стал причиной того, что рост стоимости биткоина остановился более чем на год: хакер преодолел хилые защиты Mt. Gox и искусственно снизил стоимость криптовалюты на площадке до 1 цента, а затем украл биткоины на $8,7 млн[33]. Одновременно была украдена и база пользователей биржи.

Хотя к самому биткоину этот взлом не имел никакого отношения, он подкосил доверие к криптовалютам: если до этого курс подскакивал до $30, то затем упал — например, в конце года биткоин стоил всего лишь $2 — и восстанавливался до этого значения в течение полутора лет. Mt. Gox, несмотря на настоящий эпик-фейл в самом начале проекта, тоже не утратила доверия трейдеров, а Карпелес превратился в медиагероя и раздавал интервью, сидя на шаре для пилатеса. Но впоследствии выяснилось, что к вопросам защищенности сервиса он относился спустя рукава: например, долгое время в Mt. Gox не тестировали обновление программы, а просто сразу выкатывали ее для использования.

Это безалаберное отношение в итоге привело к краху, гораздо более болезненному, чем падение с шара для пилатеса: в начале 2014 года выяснилось, что хакеры вывели с биржи 850 тыс. биткоинов. Из них 200 тыс. Карпелес потом нашел на старом кошельке, но эта поистине счастливая находка, сравнимая с обнаружением заначки в тысячу рублей перед зарплатой, не помогла Mt. Gox: биржа обанкротилась, а Карпелес попал под уголовное преследование. Потом выяснится, что половина украденных биткоинов была выведена на BTC-e через аккаунты, связанные с Винником: это будет одним из главных пунктов обвинений американского правосудия. О том, имел ли россиянин отношение к взлому, я расскажу попозже, а пока нужно остановиться на втором факторе, который обеспечил резкий рост популярности криптобирж.

Если бы Mt. Gox протянула чуть дольше, то, наверное, расширила бы список криптовалют, на которых могли заработать пользователи. Ее последователи — американская Kraken, европейская Bitstamp, российская BTC-e — предлагали клиентам торговать не только биткоинами, но и альткоинами, которые были особенно привлекательны для стратегии pump&dump. Когда на рынок выходила новая цифровая монета, ее курс шел вверх, что провоцировало новую волну роста, за которой неизбежно следовали падение и распродажи. Издание Business Insider в 2017 году даже нашло целые каналы в телеграме, где готовились такие коллективные прыжки: там трейдерам сообщали название альткоина и площадку, на которой начнется разгон курса[34].

Первые альтернативы биткоину появились все в том же 2011 году. В октябре программист Google Чарли Ли запустил лайткоин — алькоин, который использует кодовую базу биткоина, но быстрее генерируется при майнинге. Иногда его еще называют «криптосеребром», что весьма почетно, учитывая, что золотом в криптомире считается, конечно же, биткоин. Курс лайткоина за свою историю пережил несколько резких взлетов и падений: например, в ноябре 2013 года он вырос на 100 % за сутки, а потом опять упал. В 2017 году Ли продал все свои лайткоины, заявив, что ему надоело выслушивать подозрения в манипуляции рынком[35].

Русским Чарли Ли вполне мог стать московский программист Алексей Демидов, который запустил криптовалюту Novacoin. Но вместо того, чтобы раздавать интервью мировым медиа, он в итоге отбивался от клиентов биржи BTC-e.

Криптоволхв Бальтазар

Block 1

Index: Россия

Timestamp: 6 июня 2013 года

Hash: криптоволхв Бальтазар

PreviousHash: шифропанк из Тольятти

Летом 2013 года на телеканале столичной мэрии «Москва-24» вышел сюжет, посвященный криптоэкономике[36]. Один из экспертов, лысый молодой мужчина в сером костюме и с серым галстуком, явно никогда прежде не говорил на камеру: за пятнадцать секунд, которые остались от беседы с ним, он успел сказал «во первую очередь» и «соотьветственно». Этим человеком в сером был программист Алексей Демидов, которого на одном из профильных форумов называли «яркой звездой на небосводе криптовалютного строительства».

Демидов, пожалуй, типичный энтузиаст первого, партизанского периода развития криптоэкономики. Уроженец Ростовской области, закончил местный университет, где потом несколько лет работал старшим инженером, а на рубеже 2000–2010-х перебрался в Москву и устроился на такую же должность в компанию «РусБИТех». Это, конечно, не Google, как у Чарли Ли, но по российским меркам вполне престижно: «РусБИТех» — разработчик операционной системы Astra Linux, на которую после 2014 года и первой волны западных санкций были переведены компьютеры министерства обороны и армии.

Демидов — айтишник во всем: даже на форуме любителей биатлона он постил десятки анекдотов про программистов, устраивал опросы на тему, у кого какое разрешение экрана, с объяснением «что-то вдруг интересно стало» и предлагал другим форумчанам делиться скринами рабочего стола. Такой человек не мог не увлечься криптовалютами и майнингом. В криптотусовке он стал известен под громким ником Balthazar. Имя Бальтазар носили последний царь Вавилона из Старого Завета и один из трех волхвов из Евангелия из Нового Завета. Однако вряд ли Демидов взял это имя после прочтения Библии: скорее всего, ему запомнилось аниме «Евангелион», которое он смотрел в юности. Там «Бальтазаром» звали биокомпьютер.

«Мне сказали, что использовать имя моей кошки в качестве пароля к “root” — плохой тон. Не буду менять! Я так привык к qZ!813_gg1…» — такой, к примеру, анекдот про программистов он запостил на форуме любителей биатлона. Котов он и правда любит почти так же, как и компьютеры: в его инстаграме[37] их снимки встречаются не реже, чем фотографии дисков, ноутбуков и других железных обитателей его дома. «Он — абсолютный технологический интроверт. До сих пор не знаю, когда он работает, а когда спит: напишешь ему, а он не отвечает 17 часов, потому что спит. Мне кажется, он иногда неделями не выходит из дома. Не всегда опрятно выглядит», — так охарактеризовал мне Демидова его знакомый. «Большой специалист, но как человека далеко не каждый назовет его приятным», — честно сказал мне еще один ветеран российского криптодвижения.

«Бальтазар», или, как его называют в криптотусовке, «Бальт», создал один из первых российских биткоин-пулов Itzod. Пул — это виртуальное сообщество майнеров. Если на первом этапе развития майнинга было достаточно обычного процессора, а затем видеокарты, то потом чем больше людей увлекались криптовалютами, тем выгоднее становилось объединить вычислительные мощности. Это повышает шансы намайнить больше крипты: система настроена таким образом, что за сутки можно сгенерировать только определенное число новых монет. Вознаграждение за новые блоки биткоина члены пула делят между собой.

«Возрастают расходы на электроэнергию. Соответственно, все это железо, которое считает наши задачки, потребляет очень много электроэнергии, выделяет очень много тепла — соответственно, расходы на охлаждение, потом пожарная охрана и прочее», — так в том самом сюжете на «Москве 24» Демидов рассказывал о том, с какими затратами сталкивается опытный майнер. Сам он знал об этих проблемах по собственному опыту: свой пул он создал весной 2011 года, а спустя месяц у него умерла видеокарта, и денег, которые он к тому моменту заработал, «как раз хватило на новую». Но первый год члены пула вроде как закончили «в плюсе», с гордостью рассказывал Демидов.

После биткоин-пула он сделал еще и пул для майнинга лайткоинов. Но ему было мало зарабатывать на чужих цифровых деньгах, и он стал думать о создании своей монеты. Сначала его привлекли к раскрутке Rucoin — первого русского альткоина, который появился во второй половине 2011 года. Его создали криптоактивисты из чата биржи BTC-e. Позже, при запуске альткоина, стало модно декларировать его принципиальные отличия от биткоина, но тогда, в партизанском 2011 году, это было не обязательно: достаточно было сказать, что «это просто биткоин с другим блокчейном». «Я бы сформулировал [идеологию проекта] так: не пытайся обойти и превзойти биткоин, просто возьми лучшее у него», — говорил о Rucoin Демидов.

Биржа BTC-e взяла новинку на торги, а Бальтазар запустил у себя на Itzod пул для майнинга валюты Rucoin, которую авторы предлагали называть «руки» или «рукошки». Но через несколько месяцев произошла фатальная ошибка: Демидов остановил майнинг, так как начисления были сделаны неверно — все получили больше, чем должны были. Проект утратил доверие пользователей и быстро умер, а Демидов в 2012–2013 годах вместе с командой программистов разработал собственный альткоин, получивший непритязательное имя Novacoin.

Как майнеру Бальтазару явно не нравилось, что у биткоина есть предел по эмиссии: его код написан таким образом, что последняя монета будет получена ориентировочно через сто лет, а всего их будет не больше 21 млн. Novacoin по сути не имеет такого ограничения: там поставлен утопический предел в 2 млрд монет, так что зарабатывать на нем могли бы далекие потомки Демидова. И поначалу все к этому и шло: весной 2013 года капитализация Novacoin составляла около $1 млн[38]. Для понимания ситуации замечу: всего на рынке тогда было лишь два десятка криптовалют, включая патриарха криптовалютной семьи — биткоин.

Демидову помогло знакомство с Билюченко — правда, скорее всего, знали они друг друга только по никам. Билюченко был членом биткоин-пула Itzod и майнил вместе с Демидовым — его ник casinonsk мелькает в одном из отчетов по вознаграждениям от июля 2011 года. После запуска BTC-e этот пул стал официальным партнером биржи: ссылка на Itzod стояла на главной странице торговой площадки с пояснением, что это «пул совместной генерации». А сам Демидов помогал Билюченко в модерировании чата биржи BTC-e. «Забанен модератором Balthazar», — такое сообщение, например, я нашел в архиве чата.

Помогла биржа и с запуском Novacoin: сразу после создания монеты BTC-e приняла ее к торгам, что равносильно тому, как если бы, например, Московская биржа стала бы торговать акциями только-только возникшего стартапа. Это удивило часть пользователей — особенно если учесть, что на BTC-e на тот момент не было торгов альткоином Peercoin, форком (ответвлением) которого и был Novacoin Бальтазара. Еще трейдерам не понравилось, что, по их расчетам, перед запуском монеты разработчики сами намайнили более 200 тыс. новакоинов, что дало им возможность манипулировать курсом. Половину из намайненных монет получила биржа, что критиками было воспринято как взятка за допуск к торгам.

Последовал скандал и с лайткоин-пулом Бальтазара, идентичный истории с Rucoin: летом 2013 года то ли из-за использования непротестированной программы, то ли по какой-то еще причине, на балансы клиентов были начислены суммы, которые серьезно превышали реальный объем намайненного. Некоторые не стали проявлять солидарность и просто вывели неожиданно свалившиеся на них деньги, опустошив кошелек пула. Всего вывели около 13 тыс. лайткоинов, или примерно полмиллиона долларов по курсу того времени. «Если вы один из выводивших, очень просим вас вернуть средства обратно и надеемся на вашу честность», — обратился Бальтазар к тем, кто ловко воспользовался взломом. Бальтазар выплачивал треть от пропавших денег всем, кто стучался к нему в личку, но вернуть все не смог. К 2015 году все его проекты уже заглохли — включая монету Novacoin, которая, потеряв статус перспективного альткоина, была похоронена в гробу под названием «Неотслеживаемый листинг». То есть торгов по ней не ведется.

Все эти истории из прошлого догнали Демидова в 2017 году, когда он работал в «Русской майнинговой компании», где пригодились его навыки организации пулов. На дворе уже был другой период развития криптовалют: место партизанщины заняла всеобщая вера, что они изменят мир, и в «Русскую майнинговую компанию» инвестировал Дмитрий Мариничев — интернет-омбудсмен, назначенный на эту должность президентом Владимиром Путиным. «Очень талантливый программист и разработчик, очень хорошо разбирающийся в криптовалютах и блокчейне именно с точки зрения технологии. Таких в мире человек десять максимум», — так описал мне профессиональные качества Демидова сам Мариничев.

«Русская майнинговая компания» Мариничева занималась созданием майнинговой фермы на территории бывшего завода «Москвич» в столице. В самый разгар привлечения инвестиций в проект через механизм ICO рухнула биржа BTC-e. Про главного администратора биржи — Билюченко — трейдеры со стажем знали только то, что его якобы зовут Алексей. Далее ветераны BTC-e вспомнили про Бальтазара и его плотное сотрудничество с торговой площадкой и решили, что тот самый Алексей — это он. На Демидова на форумах обрушилась гора ненависти: от него требовали вернуть пропавшие биткоины и, естественно, нещадно костерили его на русском и международном матерных языках. Дело дошло до неумелой карикатуры, на которой Бальтазар вместе с другими подозреваемыми в крахе поднимал тост под надписью: «Мы вас нае**ли».

Для борьбы с хейтерами Демидов выбрал совсем нецифровой способ: сначала написал заявление в полицию с требованием привлечь их за клевету, потом — в прокуратуру. На мои вопросы о сотрудничестве с владельцами BTC-e в прошлом отвечал уклончиво, встречаться лично — не захотел. Но он был под подозрением не только у криптотусовки: американские силовики, включая Тиграна Гамбаряна, тоже какое-то время изучали его роль в развитии биржи. В конце 2017 года Демидов прислал мне скрин письма от Google, согласно которому его личная переписка на Gmail была подвергнута перлюстрации на основании решения американского суда. Когда эта необходимость пропала, Google честно уведомил Бальтазара, что больше никто его почту не читает.

В апреле 2021 года ветеран российского криптовалютного движения, так и не ставший создателем российского лайткоина, выложил в своем инстаграме скрин сообщения из какого-то финансового приложения. «Вы ответственный заемщик с высокими шансами на получение кредита на выгодных условиях. Поддерживайте кредитный рейтинг на том же уровне», — гласит сообщение.

«Вы очень ответственный раб», — иронично прокомментировал его Демидов.

От звездных войн до криптовалютных стаканов

Block 3

Index: биржа

Timestamp: 2011 год

Hash: от звездных войн до криптовалютных стаканов

PreviousHash: киберсквоттер из Новосибирска

В своих показаниях в рамках уголовного дела Алексей Билюченко довольно сухо и кратко описывает обстоятельства своего знакомства с Александром Винником.

«Примерно в 2011 году я стал интересоваться криптовалютами (изучал работу и технологию). В этот период на одном из форумов сети Интернет я познакомился с пользователем, имеющим псевдоним WME, который занимался обменом электронных титульных знаков ООО “Вебмани” на криптовалюту и фиатные деньги», — так на следственном языке описано это событие, которое оказалось столь важным для истории криптовалютного движения в России. Как зовут WME по имени, Билюченко тогда якобы не знал и несколько лет общался с ним исключительно виртуально. Однако цифровые следы, оставленные Билюченко, показывают, что, скорее всего, это был не первый его совместный проект с Винником.

Я уже писал, что Билюченко не просто регистрировал сайты и ждал, пока кто-нибудь купит привлекательное доменное имя. Чтобы нагнать трафик, он старался заполнить их чем-то: как правило, это были самые обыкновенные порнографические ролики, но иногда получались более осмысленные проекты. В портфеле у Билюченко было несколько доменов со словам Game и Arena: Steamarena.com, Arenagame.ru, Arenagames.ru. Я не случайно перечисляю их так детально. В 2011 году появился сайт Smallarena.com. Он не был зарегистрирован напрямую на Билюченко, но, судя по нескольким косвенным признакам, также был его проектом. А самое главное — он стал прототипом криптобиржи BTC-e.com, и над ним, возможно, работала та же команда.

Smallarena был платным игровым порталом для онлайн-матчей в стратегию Starcraft II. Для создания движка сервиса Билюченко, как я полагаю, нашел через сайты поиска фрилансеров 17-летнего программиста из Красноярска Александра Вернера, которого все знали под ником ne0n. Именно он сделал фундамент портала — автоматизированную платформу для игр, которая потом будет повторена на BTC-e.com, но только для игр более серьезных. Винник с учетом его специализации вполне мог отвечать за финансовую часть — за то, чтобы пользователи могли завести деньги через WebMoney и другие платежные сервисы и заплатить за участие в турнире.

Во второй половине 2011 года Билюченко, уже работая над биржей, несколько раз пытался продать свой игровой портал. Показатели тогда были такие: 3,4 тыс. зарегистрированных игроков, аукцион за домен начинается со 100 долларов, шаг 10 долларов, но тому, кто предложит сразу цену от тысячи долларов, могут отдать его без торгов. Однако желающих не было. Я не случайно так подробно остановился на этом скромном и малоинтересном проекте в истории Рунета. Билюченко запустил свой проект в один год с BTC-e, и если Smallarena он даже продать не cмог, то биржа в итоге сделала его с Винником миллионерами.

Им просто впервые по-настоящему повезло: все нулевые Билюченко и Винник искали способ разбогатеть, но выбирали что-то глубоко тривиальное и не прорывное. А вот русскоязычную криптобиржу они решили создать в идеальный момент — еще немного, и ниша была бы занята. Летом 2011-го криптобиржи возникали как грибы после дождя: появились американская Kraken и европейская Bitstamp, которые потом прочно поселились в топ-10 крупнейших торговых криптоплощадок вместе с BTC-e. Так что судьба в облике вовремя пришедшей бизнес-идеи вознаградила Винника за унижения с «Праздник. ру», а Билюченко — за насмешки над его «Казино Новосибирска».

Спустя годы Билюченко рассказывал следователю, что именно ему принадлежала идея запустить биржу. К этому времени он хорошо знал, что такое автоматизированные торги: Алексей увлекался игрой на рынке FOREX, участвовал в онлайн-чемпионатах, где ходил среди лидеров, и даже был одним из разработчиков бота, который анализировал скачки в стоимости для определения тренда. Винник, как я уже писал, тоже играл на FOREX и делился ощущением «незабываемости» первой сделки. Их биржа, по сути, была тем же FOREX, только вместо привычных акций и валют торговля шла криптовалютами.

Билюченко и Винник изучили, как работают немногочисленные конкуренты, главным из которых была Mt. Gox, и в августе 2011 года заработала торговая площадка BTC-e.com. Название было образовано от соединения двух сокращений: BTC к этому времени стало общепринятой аббревиатурой биткоина, наподобие того, как USD обозначает доллар, а буква «e» — это сокращение от английского слова exchange, или «обмен». Символ — размытые темно-синие буквы и желтая монетка вместо дефиса — выглядел так, будто его нарисовали ночью накануне запуска. «У вас очень страшный и абсолютно не вызывающий никакого доверия логотип», — тут же оставил замечание один из пользователей Bitcointalk в ответ на предложение протестировать новую торговую площадку. Администраторы решили устроить на форуме конкурс на лучший логотип и даже пообещали вознаграждение — три биткоина. Однако работ поступило так мало, что итоги даже не стали подводить: то ли потому, что на тот момент среди криптоэнтузиастов было мало дизайнеров, то ли потому, что речь шла всего лишь о $30 по тогдашнему курсу.

Почему BTC-e выстрелила? В свое время я нашел нескольких первых пользователей BTC-e благодаря базе биржи, которая утекла в сеть в 2013 году. В базе были только ники и e-mail’ы, но деанонимизировать трейдеров было несложно — слишком много все мы оставляем цифровых следов. Кто-то напрягался от моих вопросов, удивляясь, как я узнал его имя, но большинство отвечали — я все-таки не спрашивал ничего криминального, а просто интересовался, почему они выбрали именно эту площадку.

В отличие от своих конкурентов, биржа BTC-e — или, как ее называли в криптотусовке, «бтц» — была сразу заточена на русскоязычную публику: именно отсутствие языкового барьера привлекло, например, трейдера по имени Евгений, который зарегистрировался на бирже третьим. Блокчейн-предпринимателю Михаилу Соломатину (пятый зарегистрировавшийся) понравилось, что биткоины можно выводить в родные рубли. Хотя сама биржа на старте напоминала, по его выражению, «сделанный на коленке Mt. Gox».

Внешне это была все та же Smallarena, только с графиком курса биткоина, историей сделок и знаменитыми биржевыми «стаканами» вместо списка турниров по Starcraft II. На главной Билюченко и его команда прикрутили самый простенький чатик, что в итоге, как ни странно, стало еще одним революционным решением. Чат BTC-e для русскоязычной криптотусовки из стран бывшего СССР стал тем же, чем, скажем, для советских хиппи были реальные городские локации, где можно было поболтать и познакомиться с себе подобными. До BTC-e у выросших на обломках советской империи трейдеров не было такого пространства: все тусовались в основном на русскоязычных ветках главного мирового криптофорума Bitcointalk.

Чат был самый примитивный — сообщения шли сплошным потоком, аватарок не было, визуально подчеркивались только посты от администраторов. Там обсуждали торги, новые криптовалюты, другие биржи, перспективы биткоина, задавали вопросы админам, спорили о политике и музыке — в общем, жили, сидя при этом дома или на работе за компьютером и пытаясь заработать на биткоинах, лайткоинах и других цифровых монетах. Что было бы, веди они те же споры в офлайне? В 2019 году в отеле под Калининградом собрались два десятка ветеранов биржи — обсудить, что делать дальше. Позвали и меня. Почти все они, если не все, видели друг друга в первый раз и вообще впервые узнали, как выглядят люди, с которыми они годами общались в чате. После встречи я ушел спать, а когда вышел завтракать, обнаружил, что четверо во главе с колоритным латышом Алдисом Ригертсом так и не ложились и, смертельно пьяные, заказывали очередное пиво, споря о том, хорошо ли жилось в Советском Союзе.

Третьей причиной популярности BTC-e, помимо русскоязычного интерфейса и чата, была абсолютная анонимность. Для регистрации и начала торгов от трейдеров не требовалось ничего, кроме ника и электронной почты. После этого можно было начать покупать и продавать криптовалюту, выводить ее в «фиат» или в такой популярный инструмент, как «btc-e код». Этот инструмент Билюченко и Винник подсмотрели у Mt. Gox: если пользователю нужно было продать какой-нибудь актив (биткоин или доллар), он мог сгенерировать в личном кабинете набор символов (тот самый код) и отправить его покупателю по электронной почте или передать лично на листочке. Покупатель вводил их в своем кабинете, и средства поступали на счет. Это был удобный и быстрый способ перевести деньги внутри системы BTC-e: коды продавали за наличные в России и Украине, и в обвинительном заключении американского суда они приведены в качестве одного из примеров того, как биржа нарушала все действующие правила борьбы с анонимностью.

Своим принципам основатели биржи были верны практически до самого конца. Для того чтобы понять, насколько такая анонимность контрастировала с политикой других бирж, приведу в пример систему верификации на бирже Kraken — ровеснике BTC-e. Там, если укажешь только почту, то будешь, словно маленький ребенок, лишь наблюдать, как торгуют большие дяди. Для начала торгов на базовом уровне требуется ввести полное имя, дату рождения, телефон и адрес проживания. Но вывести заработанное не получится: для этого придется представить сканы настоящих документов и сфотографироваться с паспортом в руках, чтобы подтвердить, что вы именно тот, за кого себя выдаете.

Предоставляя пользователям анонимность, основатели биржи оставляли за собой право скрыть и собственные имена. Такой негласный пакт многих устраивал по идеологическим причинам, сказал мне программист Роман, который зарегистрировался на BTC-e вторым: криптоэкономика воспринималась как территория, на которой не работают ни традиционные финансовые институты, ни их принципы вроде политики know your customer (от английского «знай своего клиента»; принцип, по которому для проведения транзакции банк или платежный сервис должен установить личность контрагента).

Билюченко все знали как «красного админа»: его ник — admin — выделялся в чате красным цветом. Иногда в первые годы он откликался на имя «Леша». Винник оставался в тени. Юный программист из Красноярска Александр Вернер общался с пользователями под именем dev.

Согласно описанию Билюченко, обязанности между ними распределялись следующим образом. На нем самом было то, чем он в принципе занимался и на основной работе в новосибирской компании «Большая Медведица»: подготовка сети серверов, их защита и поддержка в рабочем состоянии. Вернер (dev) отвечал за техническое ядро обменника и получал за свою работу ежемесячную зарплату в криптовалюте. Винник дал $1000 на первоначальные обмены, спроектировал интерфейс пользователя и администратора, а самое главное — на нем было обеспечение транзакций по вводу и выводу фиатных денег. То есть примерно то же самое, чем он занимался в нулевых в обменнике на Новом Арбате в Москве.

Важно подчеркнуть, что это команда биржи по версии Билюченко, изложенной им в показаниях полиции. При этом по криптотусовке гуляет слух, что у него был еще один партнер с хорошими техническими навыками. Его возможное имя попало в публичное поле только в 2022 году, но это не удивительно: например, имена Винника и Билюченко пользователи биржи узнали лишь после ее краха в 2017 году. А на старте особенно пытливым было доступно лишь одно: в регистрационных данных сайта BTC-e.com было указано, что им владеет человек — пародия на экс-президента России Дмитрия Анатольевича Медведева. Звали владельца криптобиржи, согласно этим данным, Дмитрий Анатольевич Светлейший, а жил он якобы на Кечкеметской улице в Симферополе. С учетом того, что при регистрации сайта можно указать любое имя, выглядело все исключительно как остроумная выдумка с целью запутать следы.

Светлейший и его бригадир

Block 4

Index: биржа

Timestamp: около 2011 года

Hash: Светлейший и его бригадир

PreviousHash: от звездных войн до криптовалютных стаканов

«Я не имел отношения к бирже. Вам позвонит мой товарищ и компаньон и все объяснит», — так ответил мне Дмитрий Светлейший осенью 2017 года, когда я нашел его номер. Адресные базы говорили, что такой человек действительно живет в Симферополе, но его соцсети безапелляционно сообщали наблюдателю, что Светлейший был номиналом, на которого записали биржу: на фотографиях был запечатлен обычный мужик лет сорока в шлепанцах и розовой футболке, который вместе с сидящим на корточках товарищем пьет пиво из банки где-то на смотровой площадке в Крыму. Еще большей уверенности в том, что он лишь подставное лицо, добавляло объявление о сдаче комнаты в частном доме в Алуште с телефоном Светлейшего: покрывала с леопардовым принтом, кресло с надписью «Санкт-Петербургъ», крохотный телевизор на большой стене.

Ближе к ночи мне в телеграм написал человек с ником Путешественник и прислал скрины моих сообщений Светлейшему в «Одноклассниках». Имя свое он называть не хотел, но после уговоров предложил обращаться к нему как к Николаю. Он находился в Таиланде, где было утро, и по дороге на пляж бомбардировал меня голосовыми сообщениями. Путешественник разглагольствовал с характерным украинским говором, смешно и смачно матерясь. Он с ходу заявил, что он — «человек из 90-х», а Светлейший — его «бригадир». Когда-то он жил в Крыму, откуда убежал еще до 2014 года, спасаясь от уголовного преследования.

Портал для игры в Starcraft II Smallarena был его совместным проектом с некими программистами из Восточной Европы, уверял он меня в «голосовухах». Для регистрации сайта Путешественник дал программистам паспортные данные своего «бригадира». Эти же ребята, по его версии, создали биржу BTC-e и использовали прекрасное имя Светлейшего и там. Путешественник, по его словам, знать об этом ничего не знал, пока не арестовали Винника и клиенты биржи не стали угрожать его бригадиру и требовать вернуть крипту, хотя он по жизни больше привык к звонкам о сдаче комнаты отдыхающим. Сам Путешественник якобы даже встречался с агентами ФБР, которые показывали ему ордера на арест Светлейшего: там, мол, скопом подозревали всех людей, чьи имена хоть как-то мелькали в связи с биржей.

Слушать сочные голосовые сообщения Путешественника было забавно, тем более что он сопровождал их фотографиями тайского пляжа. Однако меня смущало его нежелание называть свое настоящее имя: цитировать непонятного анонима, пусть Светлейший и уполномочил его общаться со мной, было несолидно и вообще неправильно — аноним не несет никакой ответственности за свои слова. Однако Путешественник был болтлив и оставил в разговоре несколько деталей о себе, которые помогли мне вычислить, как его зовут на самом деле. Главным его «проколом» было хвастливое заявление, что родной Крым он не бросил и работает над проектом по поставке планшетов в школы. Ключевые слова «Крым, планшет, школа» вывели меня в итоге на компанию его отца и дальше — на него самого.

Путешественника звали Константин Ворончихин, ему было около 40 лет, и он действительно в свое время убежал из Крыма, спасаясь от уголовного дела. В нулевые он был похож на пародийного «братка» из фильмов тех лет: полноватый, с круглым лоснящимся лицом и в принципиально черной одежде — будь то длинное пальто или кожаная куртка, деловой или спортивный костюм. Однажды Ворончихин даже посидел за одним столом в ресторане с актерами Дмитрием Дюжевым и Владимиром Вдовиченковым, которые сыграли в главных российских фильмах о бандитах: Дюжев — в «Жмурках», Вдовиченков — в «Бумере».

Были у него и свои «подвиги». В 2005 году Ворончихин вместе с семью бойцами крымского «Беркута» ворвался в офис строительной компании «Специализированная механизированная колонна № 575» и занял кабинет директора. Прежнему начальнику гости выбили глаз из пневматического пистолета, ранили еще двух его подчиненных и нескольких побили[39]. После этой истории, похожей на классическую попытку рейдерства, крымская прокуратура и возбудила в отношении Ворончихина уголовное дело, а он дал деру из Украины и обосновался в Таиланде. Там он похудел и принялся романтизировать свое криминальное прошлое: он не просто не скрывал его, но даже указал на своей страничке в фейсбуке, что когда-то был «советник at ОПГ». Он любит хвалиться в разговорах знакомствами с нынешним руководством Крыма и знаменитыми бандитами полуострова и России, но невозможно проверить, что в его рассказах правда, а что всего лишь подражание героям Дюжева и Вдовиченкова.

Сложно точно сказать, чем он занялся, убежав из Украины. Возможно, он имел отношение к сервисам, через которые можно было совершать дешевые международные звонки (так называемая терминация голосового трафика). Однако в его случае никогда не ясно, ему ли принадлежит конкретный проект или он всего лишь продал для него «дропа». «Дропом», как я уже писал выше, называют подставное лицо, на которое записывается сайт, цифровой кошелек или офшорная компания: дропа не жалко, отсюда и термин, ведь глагол drop в английском значит «бросать». О том, что Ворончихин якобы приторговывал номиналами, мне рассказывал сотрудник одного из российских силовых ведомств. Именно так у создателей BTC-e оказались паспортные данные Светлейшего. О конспирации, впрочем, заботились спустя рукава: имя Светлейшего до BTC-e использовалось в нескольких проектах Билюченко — не только в Smallarena, но и в одной из порнографических «сушек» — клоне популярного видеохостинга для взрослых Xhamster в зоне su.

По мере развития истории с крахом биржи Ворончихин поменял свою версию событий. Если сначала он уверял меня, что знать ничего не знал про BTC-e, а данные Светлейшего у него подлым образом украли партнеры, то потом вдруг огорошил следующим: Светлейший, мол, несмотря на леопардовые покрывала, шлепанцы и пиво на корточках, — основатель и законный собственник BTC-e, и именно ему принадлежит $1 млрд, который хранится на офшорах по всему миру. А Билюченко незаконно присвоил криптовалюту и даже планировал нанять киллеров и убить Светлейшего в Таиланде. А сам Светлейший думал о том, чтобы за полмиллиона долларов вытащить Винника из греческой тюрьмы, но не стал. Эти и другие фантастические истории Ворончихина пересказало издание о криптовалютах Forklog со ссылкой на анонимный источник[40], хотя мне лично показалось, что этим «источником» вполне мог быть сам Ворончихин, который примерно то же писал на Bitcointalk под ником Сенсей. В качестве подтверждения своих слов Ворончихин публиковал на форуме Bitcointalk отрывки (логи) из некоей переписки, датированной 2011 годом. В каком именно мессенджере велась переписка — непонятно, но, по утверждению самого Путешественника, это якобы была его беседа с Билюченко. Но даже если переписка настоящая, она всего лишь доказывает, что в то время Билюченко действительно покупал у Ворончихина аккаунты дропов для разных мутных проектов.

Эти же истории пришлось выслушивать и американскому спецагенту Тиграну Гамбаряну, который, как я знаю, общался с Ворончихиным. Скорее всего, по телефону, хотя сам Путешественник утверждает, что они встречались в одной из соседних с Таиландом стран. Но я в версию про личную встречу не верю — тут Ворончихин, как мне кажется, играет уже в героев Мэтта Деймона или Дэниела Крейга. Он так и жил до последнего времени в Таиланде, но, как говорят в криптотусовке, вроде бы намеревался вернуться в Крым — или даже уже это сделал. Весной 2020 года он выставил на продажу право требования у Билюченко 200 тыс. биткоинов. «Может есть кто сможет получить 2 ярда $, у меня пока не получилось. Продам не дорого», — написал он в фейсбуке. Там же, в разделе «События жизни», у него указано, что в 2016 году он started new job как пенсионер, а в 2017 году left job в качестве учредителя биржи BTC-e.

Эта громкая, но не имеющая никакого отношения к реальности запись роднит его с сотнями, если не тысячами псевдопредпринимателей эпохи криптобума 2017–2018 годов, которые создавали проекты с яркими названиями, где отводили себе роль CEO, запускали красивые сайты, но дальше дело по сути не уходило.

Криптопропаганда в баре

Block 2

Index: Россия

Timestamp: 31 июля 2013 года

Hash: криптопропаганда в баре

PreviousHash: криптоволхв Бальтазар

Летом 2013 года в Петербурге встретились те, кто раньше в основном знал друг друга по никам вроде R1mlin, serega777ks или bitok. В баре для айтишников Klюtch на улице Чехова в центре города прошла первая офлайн-встреча членов российской криптотусовки. В программе были доклад об основах криптоэкономики и соревнования по армрестлингу, участники которых должны были надеть на голову каску с символом биткоина и держать в свободной руке рюмку с алкоголем. Чтобы победить, недостаточно было просто задавить соперника силой: нужно было еще не уронить каску и не разлить напиток. Это была наглядная иллюстрация формулы успешного майнинга: зарабатывает на нем не только тот, кто обладает бóльшими вычислительными мощностями, но и тот, кто совершает меньше ошибок в расчетах.

И организатором встречи, и докладчиком, и даже судьей в армрестлинге был один и тот же человек — 29-летний петербуржец Иван Тихонов, основатель главного российского издания о криптовалютах Bits.media. Всего в Klюtch’е в тот вечер собралось около тридцати человек, часть из них приехали из других городов. «Прилетаю в Питер 31-го утром, обратно 2-го утром, ребята помогите кто-нибудь с жильем, ну или экскурсией по Питеру», — писал, например, в группе встречи «ВКонтакте» житель Перми Илья. Для таких, как этот Илья, Тихонов даже договорился с одним петербургским хостелом о скидках.

В петербургском баре развиртуализировались те, кто уже несколько лет обсуждал биткоин в русскоязычной ветке Bitcointalk и на форуме портала Bits.media (тогда — BtcSec). Конечно, вышли в офлайн далеко не все: для убежденных шифропанков, живущих по принципу «Мое имя — хэш», это сродни личной катастрофе. «В Klюtch пришли IT-гики и друзья гиков, — вспоминал потом в разговоре со мной сам Иван Тихонов. — Один человек приехал и подарил майнер. На этой же встрече я нашел себе первого нормального редактора на сайт, а многие люди потом стали модераторами на форуме». Среди тех, кто собирался прийти, но не добрался, был программист из Курска Павел Лернер, который в следующем году возглавит криптобиржу EXMO, а потом его похитят среди бела дня возле собственного офиса в Киеве и потребуют за его освобождение выкуп в биткоинах.

«У большинства из тех, кто оказался на встрече, трудная судьба. Там были гениальные программисты, которые не хотят работать на дядю и живут в долг. Были те, у кого остались какие-то монеты [криптовалюты], они сидят, растят детей и страдают от ничегонеделания», — говорил мне Тихонов. Сам он, наверное, давно мог бы выбрать второй путь, но в нем, помимо естественного желания хорошо зарабатывать, есть и альтруистическая потребность просвещать людей и рассказывать им о том, почему за криптоэкономикой будущее.

Даже свое уголовное дело по классической для айтишника статье «Неправомерный доступ к компьютерной информации» он получил не из-за того, что воровал деньги с чужих карт. Детство Тихонова пришлось на девяностые годы, когда интернет в России был медленный и дорогой: чтобы выйти в сеть, нужно было дождаться подключения модема, слушая странное сочетание примитивных звуков. Денег у родителей Тихонова — простой петербургской семьи — не было, и он не придумал ничего лучше, чем воровать интернет, благо сети у провайдеров тогда были незащищенные. Иногда для подключения было достаточно подобрать пароль из списка десяти самых популярных вроде «12345».

Но интернет будущему главному русскоязычному евангелисту биткоина был нужен не для игр — ему хотелось учиться. Еще в школе он просил учителя информатики остаться после урока и показать что-то сверх учебной программы, а в букинистических лавках искал книги по криптографии. Но это были обрывки знаний. «Я понимал, что без интернета я отстану, и сознательно шел на воровство», — говорил он мне. К возможным последствиям он тоже был готов, и когда во дворе собственного дома его задержали сотрудники милиции, он не удивился. От судимости в 18 лет его спасли родители, которые заплатили потерпевшему, чтобы тот снял все претензии.

Он закончил не самый престижный петербургский технический вуз и даже поступил в аспирантуру, но диссертацию так и не защитил. Параллельно с работой по специальности (в трудовой книжке — специалист в хостинг-компании и руководитель IT-отдела в агентстве недвижимости) Тихонов продолжал самообразование. В какой-то момент он задумался, сколько лет ему придется копить на собственную квартиру, но ответ (несколько десятков) его не устроил. «Как человек с техническим складом ума я спросил себя, что нужно, чтобы получить квартиру раньше. Ответ — деньги. Тогда я спросил себя, что такое деньги. Полез в Википедию, но ответ меня не устроил», — рассказывал мне сам Тихонов своим спокойным, рассудительным тоном, как будто чуть отстраненно глядя на собственную жизнь. Он вообще не похож ни на айтишника-интроверта, ни на нарциссического криптоэнтузиаста, который выкладывает в инстаграме фотографии на фоне дорогих автомобилей: у Тихонова короткая стрижка, добрая улыбка и неприметная одежда черных тонов.

В поисках ответа, что такое деньги, он стал изучать одну экономическую теорию за другой и искомый ответ получил в идеях австрийской экономической школы, которая объединяет несколько поколений исследователей, близких к либертарианству. Один из них, нобелевский лауреат Фридрих Хайек, в своей книге «Частные деньги» писал о том, что государства нужно лишить монопольного права печатать валюту, задолго до криптовалютной эры (1976 год!) задумавшись о децентрализации системы расчетов между гражданами и компаниями. При таком подходе деньгами может быть все что угодно, если об этом условились граждане или компании: например, записи в тетрадке торговца на сельском рынке — тоже в каком-то смысле деньги, объяснял мне Тихонов. И естественно, что когда он узнал про биткоин, то для него он был воплощением идей Хайека.

В 2011 году на одном из форумов, посвященных «оверлокингу» (от английского overlocking, то есть разгон мощностей компьютера), он наткнулся на инструкцию по майнингу биткоина. «Я подумал, что это троян [компьютерный вирус], стал изучать и вижу, что многовато наворотов в этом зоопарке для трояна. Изучил исходный код, два дня разбирался, а когда разобрался, то ночь не спал и читал о биткоине все, что мог найти в сети», — вспоминал Тихонов. Он быстро начал майнить сам («в то время стоимость железа отбивалась за две недели»), а потом решил сделать ресурс о криптовалютах на русском языке, так как по сути никаких толковых материалов тогда не было. Так осенью 2011 года был запущен портал под названием BtcSec, что стало сокращением от английского bitcoin security («безопасность биткоина»).

Поначалу на нем был просто набор базовых статей о криптовалютах и майнинге, но постепенно стали появляться и новости. Для Тихонова, который несколько раз пытался запустить свой стартап, BtcSec стал одновременно и бизнесом, и инструментом для пропаганды криптовалют. «Я понимал, что криптовалюты — штука очень перспективная, но одновременно очень “тонкая”, и загасить ее можно было без особых усилий. Помимо этого, у меня был и коммерческий интерес — как у держателя биткоинов и владельца портала о них», — так он объяснял мне, почему занялся пропагандой криптоэкономики.

Подход у него был максимально практический: он решил, что самая благодатная почва для популяризации криптовалюты — среди юных геймеров, так как у них «не зашоренные мозги», им нужны деньги и у них есть видеокарты, с помощью которых они могут майнить биткоины. Он раскидал инструкцию, как заработать на майнинге, по разным геймерским форумам, но на восьми его забанили в тот же день, а на двух других — на следующий день, посчитав за мошенника. Но Тихонов не сдавался: он стал платить пользователям этих форумов за посты о биткоинах, но при условии, если пост провисит более недели. Ставка была 3 биткоина, что тогда, на рубеже 2011–2012 годов, равнялось нескольким десяткам, а спустя десять лет — нескольким десяткам тысяч долларов. Многие посты все равно удаляли, но где-то они оставались.

Пока российские шифропанки под никами обсуждали на форумах, как криптовалюты изменят мир, Тихонов под собственным именем ездил на традиционные финансовые конференции и рассказывал, что такое биткоин. Но реагировали на него как на инопланетянина. «Первым мероприятием была банковская тусовка, организованная Webmoney году в 2013-м. В середине доклада я понял, что стою, вцепившись руками в кафедру, а люди в зале сверлят меня глазами и ничего не понимают. После доклада вопросы, поднимает руку мужчина: “А как все, что вы рассказали, соотносится с 115-м ФЗ «О противодействии отмыванию доходов»?” Я отвечаю: “Никак”. И весь зал начинает смеяться: они подумали, что это дурость какая-то, раз не подпадает под действие закона, и жить ей осталось всего ничего».

Но хохот оказался пророческим — не в части будущего криптовалют, а в части будущего их регулирования в России. В начале 2014 года Центробанк впервые публично озвучил свою позицию относительно цифровых денег и по сути зажег красный свет на пути легального криптовалютного процесса в России. ЦБ «предостерег» — именно такой глагол используется в сообщении — граждан и банки от какого-либо использования биткоинов и других криптовалют. Позволю себе процитировать бесподобный бюрократический слог в обширной цитате: «В связи с анонимным характером деятельности по выпуску “виртуальных валют” неограниченным кругом субъектов и по их использованию для совершения операций граждане и юридические лица могут быть, в том числе непреднамеренно, вовлечены в противоправную деятельность, включая легализацию (отмывание) доходов, полученных преступным путем, и финансирование терроризма»[41].

В том же 2014 году к запугиванию присоединился и Росфинмониторинг, ответственный за выявление сомнительных финансовых транзакций. В ведомстве все на том же бюрократическом языке перечислили основные претензии к криптовалютам, которые можно услышать от таксиста в Краснодаре и банкира в Москве, — отсутствие контролирующего центра и какого-либо экономического обеспечения, — а затем предупредили: использование криптовалют будет считаться признаком преступной деятельности[42].

Российские правоохранительные органы никогда не откажутся от возможности что-нибудь запретить или заблокировать. Отличиться решил главный прокурор городка Невьянск Свердловской области Валерий Толмачев — бывший следователь отдела милиции при железнодорожной станции, который занимался поездными ворами и разыскивал украденные из зала ожидания чемоданы. Имея на руках грозные предостережения главных финансовых регуляторов России, этот лысоватый мужчина с каменным взглядом в середине 2014 года обратился в Невьянский суд с требованием заблокировать в России связанные с биткоином сайты. Список в каком-то смысле был почетным для Тихонова: туда попал его BtcSec и главный ресурс о биткоине — Bitcoin.org, созданный самим Сатоши Накамото.

Суд предсказуемо согласился с этим требованием и почти слово в слово повторил претензии Росфинмониторинга к криптовалютам, а провайдеры послушно заблокировали доступ россиян к этим ресурсам. Тихонова с его опытом уголовного дела в 18 лет очередное столкновение с репрессивной машиной не испугало: он решил судиться. Это настолько удивило прокуратуру, что там даже пошли на попятную и заявили, что вообще-то не требовали блокировки ресурсов. В итоге Свердловский областной суд отменил решение первой инстанции, признав, что информация о криптовалютах в России не может рассматриваться как запрещенная, так как нет ни одного нормативного акта, где было бы указано, что нельзя владеть биткоином или просто рассказывать гражданам о криптовалютах в интернете. Так Тихонов отстоял не только сайт Сатоши Накамото, но и свой проект, который он оперативно перенес на домен Bits.media, чтобы не потерять аудиторию.

Портал к этому времени для него стал настоящим бизнесом: к нему стояла очередь из криптообменников и сервисов, которые хотели разместить свою рекламу на главном русскоязычном медиа о криптовалютах. Доходы проекта всегда следовали курсу биткоина: во время очередного «криптолета» проект приносил прибыль, которую редакция проедала во время неизбежной «криптозимы». Среди тех, кто у него рекламировался, была и биржа BTC-e, а на самой криптобирже, в свою очередь, висел баннер Bits.media, так что Тихонова потом даже подозревали в том, что он был тайным совладельцем торговой площадки. «Я с ними по скайпу переписывался и не знаю, с кем из них. Скорее всего, с Билюченко, потому что по технической части общались», — вспоминает Тихонов. Периодически он консультировал российских криптобизнесменов — так, создатели еще одной российской биржи заплатили ему 30 биткоинов за техническую помощь в запуске проекта.

Его звали возглавить лаборатории блокчейна разные банки, но он остался верен своей площадке, в которой сочетаются бизнес и криптопросвещение: по состоянию на 2022 год у него было около пятнадцати штатных сотрудников, а десятилетний юбилей проекта он праздновал в ресторане Soho Rooms в центре Москвы, позвав выступать рэпера Моргенштерна (как и я, признан иноагентом). От бара Klюtch до Soho Rooms — пожалуй, довольно показательная эволюция российских криптотусовок.

Партизаны выходят из блокчейна

Block 3

Index: мир

Timestamp: декабрь 2013 года

Hash: партизаны выходят из блокчейна

PreviousHash: между пампом и дампом

В 2001 году в канадском Торонто семилетний Виталик Бутерин играл на старом компьютере. Но не в стрелялку или стратегию. Его игра была специфической: в Excel’е он сделал несколько таблиц под названием «Энциклопедия кроликов» — целая математическая вселенная, управляемая сложными формулами[43]. В школе его перевели в класс для одаренных детей для углубленного изучения математики и программирования, но и там автор «Энциклопедии кроликов» был на голову выше остальных, умножая трехзначные числа в уме. Впоследствии он честно признает, что не понимал, зачем было учиться на хорошие оценки вместо того, чтобы получить еще один уровень в игре World of Warcraft.

Виталик родился в подмосковной Коломне, но в 1999 году его родители — программисты по профессии — переехали в Канаду. После «Энциклопедии кроликов» в десятилетнем возрасте Бутерин принялся писать собственные видеоигры, а его отец Дмитрий, естественно, только поощрял увлечение сына программированием и видел его будущее в штате таких корпораций, как Microsoft и Apple. Но в 2011 году он познакомил сына с биткоином, и Виталик свернул с этого пути, гарантирующего средний достаток и стандартную судьбу. На его решение, по его словам, повлияло и то, что случилось с его любимым персонажем в игре World of Warcraft: Виталик играл за чернокнижника, но однажды разработчики изъяли какой-то компонент из его заклинания «Вытягивание жизни», из-за чего Бутерин так сильно переживал, что даже не мог уснуть. Так у него зародилась нелюбовь к централизованным сервисам, где без твоей воли могут поменять что-то в герое, с которым ты себя отождествлял.

У Виталика был слабый компьютер, денег на оборудование для майнинга не было, и он решил, что раз он не может добывать биткоины, то будет о них писать. И первую криптовалюту он получил именно за тексты. А в конце 2011 года он вместе с другими криптоэнтузиастами, разбросанными по всему миру, основал издание Bitcoin Magazine. Несмотря на то что криптовалюты существуют исключительно в цифровой среде, создатели издания решили сделать его бумажным. Журнал печатали в Южной Корее и оттуда рассылали подписчикам. Обложку первого номера украсил человек в маске Анонимуса из фильма «V значит вендетта» и в куфии — черно-белом арабском платке.

Все это указывало на анархистскую, партизанскую сущность биткоина: маска Анонимуса — символ хакерского движения Anonymous, а куфию носят леваки всех мастей, называя ее «арафаткой» по имени лидера палестинского сопротивления Ясира Арафата. «Коррупция пугает нас. Честность поддерживает нас. Герои присоединяются к нам», — гласила табличка в руках Анонимуса на обложке Bitcoin Magazine. Да и сам Бутерин выглядит как неприметный хакер из кино: худой, нескладный, одетый в самую простенькую футболку и джинсы, с постоянно бегающими глазами и словом-паразитом «там» через каждое предложение. Однако именно он совершил одну из главных революций в криптовалютном движении.

В 2013 году он бросил учебу в канадском университете, но вместо повестки в армию, как это произошло бы в России, Виталик Бутерин получил грант в размере $100 тыс. от фонда основателя PayPal Питера Тиля. Этот необычный грант получают студенты, которые уходят из университетов ради создания собственных проектов. Отец на это заметил, что так жизнь сына будет менее спокойной, но на практике Виталик получит гораздо больше знаний, чем в вузе. И Бутерин отправился в путешествие по миру, чтобы познакомиться с командами разработчиков, которые на коленке занимались блокчейн-проектами[44].

В Тель-Авиве он нашел ребят, которые пытались приспособить принципы биткоина для бизнес-задач — фиксировать контракты и право владения активами не только на бумаге, но и цифровым способом, в блокчейн-среде. Но получалось не очень. «Протоколы блокчейна были сделаны как швейцарские ножи: каждый раз, когда кто-то придумывал новое применение, нужно было менять протокол. Я придумал, что вместо швейцарских ножей можно сделать многофункциональное устройство — универсальный протокол», — рассказывал потом Виталик российскому журналу РБК.

В конце 2013 года Бутерин написал статью для портала программистов GitHub, который еще называют «социальной сетью для разработчиков». В ней он описал новую криптовалюту и одновременно — новую блокчейн-технологию[45]. Если другие разработчики в те времена тащили в названия своих альткоинов слово «монета» (coin), то Бутерин, автор математической «Энциклопедии кроликов», подошел к неймингу более концептуально. Свой проект — и новую криптовалюту — он назвал «эфиром», или Ethereum по-английски: это отсылка к натурфилософии Аристотеля, который к четырем известным стихиям — воде, земле, огню и воздуху — добавил пятую, эфир. Из эфира, в его концепции мира, состоят небесные тела.

Бутерин предложил создать универсальную децентрализованную блокчейн-платформу, которую все желающие смогут использовать для создания своих «умных контрактов». Условия сделки прописываются математическим языком и вносятся в блокчейн. Как и в случае с биткоином, после этого никто уже не может внести изменения в сгенерированный блок. В «смарт-контракте», как на английский манер называют эту часть криптоэкономики, прописывается, в каком случае считать его исполненным. И контролирует это не человек, а система, причем в автоматическом режиме. Наконец, есть в «умном контракте» и подписи сторон — это цифровые подписи, аналогичные тем, которые трейдеры вводят для подтверждения транзакций при торговле биткоинами.

Публикация на GitHub означает, что разработчик приглашает всех желающих доработать проект. «Друзья поделились документом со своими знакомыми, и в итоге мне начали писать люди, которые захотели вместе со мной создавать Ethereum», — рассказывал Бутерин. В начале 2014 года он основал компанию в Швейцарии, где на тот момент, по его оценке, было самое либеральное отношение к криптовалютам. На создание первого блока эфира, который в российской криптотусовке называют «кефиром», ушло более года, и, в отличие от биткоина, разработка шла публично: Бутерин и партнеры даже привлекли на эти цели 32 тыс. биткоинов, или около $18,5 по курсу того времени.

Ethereum — двойственная криптовалюта: ею можно торговать, а можно на базе ее блокчейна создать «умный контракт» в любой сфере. Во время презентации своего проекта на криптоконференции в Майами Бутерин, выступая с какой-то обшарпанной трибуны, сразу набросал целый спектр областей, в которых может применяться его платформа: от страхования урожая до децентрализованных соцсетей. «И, возможно, “Скайнет”», — со свойственным ему стеснением пошутил он в конце, имея в виду главного антагониста человечества из саги «Терминатор». До «Скайнета» пока, слава богу, не дошло, но именно Бутерин со своими единомышленниками заставил крупные корпорации обратить внимание на блокчейн, хотя раньше традиционные инвесторы обходили стороной криптопартизанов, ассоциирующих себя с Анонимусом в арафатке.

В блокчейне Ethereum бизнес привлекла возможность нового способа записывать и хранить информацию о сделках, транзакциях и любых других судьбоносных событиях в жизни компании. Уже в 2017 году крупные корпорации создали альянс Enterprise Ethereum Alliance, который исследует, как использовать детище Бутерина в реальных бизнес-практиках; среди его членов — структуры Intel, Microsoft, Toyota, MasterCard, Cisco и еще более 100 компаний. Они поверили в Ethereum, несмотря на скандал, с которого началась история платформы.

В 2016 году один немецкий стартап запустил проект The DAO, название которого не только отсылает к китайской философии, но и является аббревиатурой от английского Decentralized autonomous organisation, или «децентрализованная автономная организация». The DAO должна была стать коллективным венчурным фондом, который инвестирует криптовалюту в стартапы или просто жертвует на благотворительность, но при этом не имеет единого центра управления в виде совета директоров: право голоса имеют все, кто вложился в фонд. В идею поверили, тем более ее поддержал сам Виталик Бутерин: весной 2016 года The DAO собрал от пайщиков эфира на $150 млн по курсу того времени. А дальше случилась настоящая криптовалютная катастрофа.

Хакеры нашли уязвимость в платформе и, атаковав ее, украли криптовалюты на $50 млн, причем накануне некоторые эксперты указывали на слабые места системы. Это не было похоже на обычное воровство, когда ты приходишь домой, а деньги уже украдены: за перетеканием эфира на кошелек вора можно было наблюдать в блокчейне, но в силу особенностей сети вывести деньги мошенник мог только через 27 дней. В сообществе Ethereum возникла дискуссия, что с этим делать: создатели протокола могли откатить его до инцидента с The DAO и вернуть всем крипту, но это нарушило бы базовый принцип криптоэкономики — необратимость и децентрализованность блокчейна.

Решение принималось через голосование, в котором участвовали майнеры Ethereum-пулов. В итоге после всех споров команда Бутерина провела так называемый хардфорк (буквально «тяжелое ответвление»): все транзакции, связанные с The DAO, откатили до того момента, как на платформу залез вор[46]. По факту это означало запуск новой сети, но те, кто посчитал такой путь нарушением криптофилософии, продолжили работать над старой сетью Ethereum, у которой появилась приставка Classic. Координатором этого проекта стал россиянин Виктор Фомин. Так появилось два эфира: один — вторая по популярности криптовалюта после биткоина, второй — классический, болтающийся в начале третьего десятка самых популярных цифровых монет в мире.

А самое главное — благодаря «хардфорку» Бутерин сохранил доверие к своему проекту и доказал его устойчивость. Спустя год именно Ethereum стал главной платформой для «бума ICO» — самого яркого события следующего, романтического периода развития криптовалют, когда вчерашние криптопартизаны, включая Бутерина, Билюченко и Винника, вдруг стали миллионерами. Правда, закончился этот период для них по-разному.

Часть вторая

Романтики

Молоток сенатора Карпера

Block 4

Index: мир

Timestamp: 18 ноября 2013 года

Hash: молоток сенатора Карпера

PreviousHash: партизаны выходят из блокчейна

18 ноября 2013 года, после обеда, сенатор Томас Карпер ударом молотка возвестил о начале исторических слушаний. В тесном зале под номером SD-342 в здании Сената США на Капитолийском холме собрались члены Совета национальной безопасности и «свидетели» (witnesses), как их официально именуют в протоколе. Эти самые свидетели должны были рассказать сенаторам, что такое криптовалюты и чем они опасны.

Слушание в криптовалютном мире ждали с тревогой: ему предшествовало трехмесячное расследование сенатской комиссии, которое в итоге могло либо остановить развитие виртуальных валют — не только биткоина, но даже систем, аналогичных российскому WebMoney. Тем более что накануне была закрыта нелегальная торговая площадка Silk Road Росса Ульбрихта, где наркотики и детская порнография продавались за биткоины. Медийный шум вокруг этой истории был так силен, что название площадки даже вынесли в название слушаний: «За пределами “Шелкового пути”: потенциальные риски, угрозы и перспективы виртуальных валют».

Опасения государства высказывали такие witnesses, как представители министерства финансов, министерства юстиции и целый широкоплечий спецагент Секретной службы США — федерального агентства с двумя совершенно разными функциями: охрана президента и расследование финансовых преступлений. Криптовалюты и другие виртуальные деньги защищали, в частности, генеральный советник Bitcoin Foundation Патрик Мурк и глава платежного сервиса Circle Джереми Аллер. Внимал им улыбчивый сенатор-демократ от штата Делавэр Томас Карпер, который, впрочем, честно признал, что далек от технологий.

«Виртуальные валюты, и в первую очередь биткоин, уже захватили воображение некоторых, кого-то испугали, но большинство просто сбили с толку», — сказал он в начале.

В итоге все оказалось не так страшно: хотя чиновники и говорили, что биткоин — идеальное средство расчета для мошенников и киберпреступников, они не предложили тут же его запретить. Даже спецагент Секретной службы Эдвард Лоури, испугав всех сначала грозным перечислением криминальных прегрешений виртуальных валют, в итоге заявил, что на самом деле они могут помочь глобальной торговле стать эффективней и прозрачней. Сенатора Карпера, правда, откровенно смутило, что никто не знает, кто такой Сатоши Накамото, — произнес он это имя с ошибкой как «Накамато»[47].

«Кем был Сатоши Накамото — скорее вопрос истории биткоина. Проект движется вперед. Изначально код, который он, она или они опубликовали, уже переписан как минимум наполовину», — уклончиво ответил представитель Bitcoin Foundation Патрик Мурк. Сенатора такой ответ вполне устроил, и он даже позволил себе шутку на тему анонимности создателя биткоина. «То есть вы не думаете, что это Эл Гор?» — спровоцировал он взрыв смеха, упомянув своего соратника по партии и экс-вице-президента Альберта Гора, который был одним из первых чиновников такого уровня, кто заявил, что он «фанат биткоина».

«Удивительно дружелюбный» — так, например, охарактеризовали общий тон встречи журналисты The Verge[48]. Но самое главное — как слушания воспринял рынок: если за несколько дней до судьбоносного события один биткоин стоил $400, то после начался рост, который в итоге закончился взятием исторического рубежа в $1000 и остановился в районе $1100. Так что в каком-то смысле молоток сенатора Карпера не только призвал всех «свидетелей» к порядку, но и отправил биткоин ставить новые ценовые рекорды.

2013-й войдет в историю криптовалют именно как первый год бурного роста — причем не только стоимости, но и популярности виртуальных валют. Одним из ключевых катализирующих событий, вызвавших увеличение цены, стал так называемый «халвинг биткоина». Слово «халвинг» произошло от английского halving — то есть «деление пополам». Мудрый Сатоши Накамото — или же группа мудрых людей, которые решили спрятаться за этим именем, — запрограммировал сеть биткоина так, что через каждые 210 тысяч блоков вознаграждение за майнинг уменьшается ровно вдвое.

Логика механизма настолько простая и эффективная, что кажется, будто ее автор параллельно с разработкой криптовалюты трудился в центральном банке какой-нибудь развитой страны: чем больше в сети биткоинов, тем дороже их производить. Таким образом, стоимость главной в мире цифровой валюты защищена от основной опасности — инфляции.

Первоначально вознаграждение за один сгенерированный блок составляло 50 биткоинов. Однако в конце ноября 2012 года, после генерации блока номер 210 000, оно уменьшилось ровно вполовину. Это привело к первому серьезному рывку стоимости биткоина: к апрелю 2013 года, то есть за несколько месяцев, его цена выросла в 23 раза — до $230.

Но не только уменьшение вознаграждения так повлияло на стоимость. Весной 2013 года в биткоин вложились сразу несколько крупных инвесторов: на это обратил внимание журналист The New York Times Натаниэль Поппер в своей книге «Цифровое золото». Среди тех, кто вдруг поверил в криптовалюты, оказались братья Кэмерон и Тайлер Уинклвоссы, которые на тот момент носили неофициальный титул главных неудачников американской IT-экономики. Именно они в свое время придумали социальную сеть для студентов ConnectU и наняли для ее разработки никому не известного программиста Марка Цукерберга. Что произошло дальше, обе стороны описывают разными словами: Уинклвоссы полагают, что он украл у них идею, а Цукерберг отвечает, что ничего оригинального в их идее вовсе не было.

Но в итоге все закончилось не так плохо для братьев: они получили от Цукерберга компенсацию в размере $65 млн, часть которой — 11 млн — потратили на покупку криптовалюты. В начале 2013 года на эти деньги они купили 1 % всех существующих биткоинов. Выглядело это довольно рискованно, но спустя несколько месяцев свою позицию по поводу криптовалют высказало Агентство по борьбе с финансовыми преступлениями при министерстве финансов США (FinCEN). Там разрешили инвестировать в биткоин, но обязали компании, которые занимаются криптовалютными операциями, вести более детальный бухгалтерский учет и предоставлять отчеты по сделкам свыше $10 тыс. — словом, потребовали строже соблюдать законодательство о противодействии отмыванию денег.

«В 2013 году в воздухе висел вопрос о том, как государство будет регулировать биткоин. Но этот момент пройден. Мы верим в здоровое, вдумчивое регулирование. Мы не думаем, что криптовалюты вдруг запретят. Мы думаем, что биткоин останется с нами», — вспоминал тот тревожный и вдохновляющий год Тайлер Уинклвосс.

В этот раз они не просчитались, как когда-то ошиблись с решением нанять пронырливого Цукерберга: в конце 2017 года, на волне очередного роста стоимости биткоина, братья стали первыми официально известными криптомиллиардерами. Теперь красавцы-спортсмены, вышедшие когда-то в финал пекинской Олимпиады в соревнованиях по академической гребле, с удовольствием позируют медиа: они сумели компенсировать неудачу с Facebook.

Купив биткоины в начале 2013 года по цене обеда в «Макдональдсе», братья Уинклвоссы наблюдали, как сначала стоимость главной криптовалюты достигла $100 (начало апреля), потом перевалила за $250 (10 апреля), а затем стабилизировалась и к осени составляла чуть больше $100. А потом рванула вверх до тысячи после слушаний в сенате и исторических ударов молотка сенатора Томаса Карпера.

Итоги того года наглядно видны по капитализации биржи BTC-e Винника и Билюченко: если в 2012 году ежедневный объем торгов составлял $60 тыс., то к концу 2013-го вырос в десять раз — до $600 тыс. Эти и другие рекорды раскрыли мир криптовалют для более широкого круга, нежели тусовка криптоанархистов и айтишников: тысячи людей по всему миру — и в том числе и в России — ринулись добывать непонятную, но стремительно дорожающую виртуальную валюту.

От русского майнера до американской тюрьмы

Block 3

Index: Россия

Timestamp: 2013 год

Hash: от русского майнера до американской тюрьмы

PreviousHash: криптопропаганда в баре

В конце октября 2022 года в Нью-Йорк прилетел 40-летний Анатолий Легкодымов. В аэропорту имени Кеннеди офицер погранично-таможенной службы спросил Легкодымова, чем тот зарабатывает на жизнь, и россиянин спокойно заявил, что управляет криптообменником Bitzlato. Россиянин явно не видел в этом ничего криминального и даже спокойно дал офицеру свой телефон с рабочими чатами Bitzlato admin chat и Bitzlato Support Chat. Так он сам предоставил в руки американских правоохранительных органов неопровержимую улику того, что имел непосредственное отношение к одному из сервисов, входящих в топ-7 «самых грязных» криптообменников «Москва-Сити» (по версии аналитической платформы Chainalysis)[49].

Легкодымова почему-то не насторожил такой интерес, и он отправился в Майами, где его в итоге спустя несколько месяцев арестовали по обвинению в отмывании денег[50]. Американские власти сообщили о деле Bitzlato максимально пафосно, собрав на пресс-конференцию заместителей генпрокурора и директора ФБР. Легкодымов попал в мировые новости, и тут его вспомнили ветераны российского майнинга как безобидного человека, который в 2013 безуспешно пытался собрать русский майнер. «При личном общении воротилой потоков черных финансов никак не выглядел, скорее технарь советской школы. Впавшие щеки, невыспавшийся», — рассказал мне основатель Bits.media Иван Тихонов, удивляясь эволюции Легкодымова от изобретателя до криптобанкира, сложную фамилию которого пытаются выговорить руководители американской правоохранительной системы.

На заре криптовалютного движения апостолы Сатоши Накамото добывали биткоины с помощью обычных процессоров — все вычисления делались на компьютере, за которым криптоэнтузиаст мог одновременно чатиться с друзьями. Но чем шире росло криптосообщество, тем сложнее было производить биткоины с помощью процессоров: они не справлялись со все более сложными вычислениями.

Им на смену пришли видеокарты: в одну материнскую плату можно было вставить до восьми дешевых чипов. Такая конструкция стоила столько же, сколько компьютер с двумя процессорами, а по производительности была в десятки раз мощнее. В мире быстро поняли минусы этих устройств: они потребляют много электричества и требуют постоянного внимания, ведь они не созданы специально для майнинга. Но эпоха видеокарт не закончилась: во-первых, их по-прежнему использовали для добычи лайткоинов и других альтернативных монет, а во-вторых, в периоды криптовалютных лихорадок их будут сметать простые граждане, мало что понимающие в майнинге, но желающие поучаствовать в намыве «цифрового золота»: например, в 2017 году, на пике романтического увлечения криптовалютами, россияне скупили 3 миллиона видеокарт.

В 2012 году началась разработка чипов, которые были бы заточены для решения одной и довольно простой задачи: вычисления новых блоков определенной криптовалюты. Их стали называть ASIC-майнеры, где ASIC — это сокращение от английского термина «интегральная схема для конкретного применения». Майнеры одновременно стали выпускать несколько компаний в США и в Китае. Основатель одной из них, китайской ASICminer, по традиции криптоанархизма, работал под вымышленным именем FriedCat, или «жареный кот», хотя в итоге его, судя по всему, удалось деанонимизировать.

В 2018 году китайские журналисты предположили, что его звали Цзян Синьюй — молодой человек учился в Китае и США, там узнал про биткоины, бросил учебу и стал одним из «евангелистов» нового криптомира[51]. Но в 2015 году он исчез, что, возможно, было не следствием криптоанархических взглядов, а просто попыткой избежать проблем: как раз накануне бегства в серии новых майнеров от ASICminer был обнаружен брак, FriedCat вложил большие инвестиции в майнинговую ферму в Китае, но и с ней что-то не задалось. О его решении скрыться, похоже, ничего не знали ни его бизнес-партнеры, ни родственники — даже его мама в 2018 году встретила журналистов вопросом: «Вы что-то знаете о моем сыне?»

Партнером FriedCat был Цзихань У — криптоэнтузиаст, переводчик «Белой книги» Сатоши Накамото на китайский язык. Когда они делали свой первый майнер, крупные инвесторы еще не верили в криптовалюты, и FriedCat с Цзиханем призвали на помощь криптосообщество, предложив скинуться на будущую перспективную разработку. За основу взяли устаревший чип, но даже при таком подходе затраты на реализацию проекта составили $150 тыс. Деньги сначала собирали на специализированных форумах, где разработчики отчитывались о работе, а потом — через IPO; акции продавались за биткоины. Продажи стартовали в начале 2013 года: майнеры разлетались как пирожки по цене в $1250 за штуку. Примерно тогда же на рынок вышли и устройства от другой китайской компании Avalon, которая также финансировала разработку за счет предзаказов. Первые покупатели, отдавшие $1300 за кота в мешке, не прогадали: дорогая покупка окупилась за несколько дней майнинга.

Стратегия выглядела рабочей и соблазнительной: придумай собственный ASIC-майнер, собери деньги на предзаказах — и ты криптобизнесмен. «Майнеров всяких было огромное количество. Большая часть вообще без шильдиков [табличек с информацией об изделии]. Корпуса под формат заказчика и платы. Там стояла задача быстрее устройство поставить и включить, так как пара месяцев простоя зачастую снижала окупаемость раза в два. Поэтому над внешним видом никто особо не парился. Парились все только над сроками, количеством, электропотреблением. В Китае даже на свои разработки готовы чужие шильдики вешать, если клиенту надо. Платишь деньги — хоть Adidas на них вешай. А уж если сам устройство разработал, точно вешай на него что хочешь», — вспоминает те времена Иван Тихонов.

Один из российских майнеров даже носил патриотическое название RusMiner. Над ним работал пользователь криптобиржи BTC-e Денис Тараканов, который одно время жил в Гонконге, где даже получил статус сертифицированного продавца майнеров от компании Zeus в России. Они с женой арендовали склад где-то в Москве, где и собирали майнеры. Российскими там были только корпус и система охлаждения: платы и чипы супруги заказывали из Китая, но мечтали, что на родине будут производить всё. На майнеры Таракановы гордо клеили красно-белый стикер с буквами RM.

Однако импортозамещение — тяжелый крест. Однажды российский поставщик алюминиевых радиаторов, применяемых для охлаждения майнера, полтора месяца не мог обеспечить поставку очередной партии, и груды корпусов, проводов и вентиляторов лежали несобранные. «Теперь понимаем, почему никто не хочет связываться с российским производством, нервов не хватает», — оправдывались Таракановы перед клиентами в своем паблике. В итоге майнер от Таракановых не выдержал конкуренции с китайскими изделиями — то ли из-за цены, то ли из-за качества, то ли из-за всего вместе. А добило их бизнес катастрофическое падение стоимости криптовалют в 2018 году, которое на несколько лет сделало майнинг не самым выгодным вложением. Их компания прекратила сборку и продажи, а Таракановы переселились в Сочи, где жена несостоявшегося криптомиллионера занялась развитием семейной кондитерской.

Примерно в одно время с Таракановыми собрать свой майнер пытался и будущий владелец криптообменника Bitzlato Анатолий Легкодымов. Для его знакомых по родному Краснодару это было неудивительно — за любовь к изобретательству они называли его не иначе как «Кулибиным» (сам он на форумах подписывался как «товарищ Легкодымов»). Например, одно время он работал в местной компании, которая собирала на заказ интерактивные архитектурные макеты. «И вот он сделал управляемый лазер и контроллеры для подсветки», — вспоминал потом владелец этой фирмы в разговоре со мной, удивляясь, как «товарищ Легкодымов» в итоге оказался в Bitzlato и в конечном счете — в американской тюрьме. «Это непохоже на него: когда мы с ним общались, деньги его не особо интересовали», — добавил он.

Краснодарский «Кулибин» заинтересовался криптоэкономикой в начале 2011 года, но явно не сразу понял, как работает блокчейн. У него сломался жесткий диск, на котором был кошелек с 50 биткоинами. Кошелек удалось восстановить из резервной копии, после чего, естественно, восстановился и баланс монет, но Легкодымов искренне недоумевал, как так получилось, и спрашивал более опытных пользователей на форуме Bitcointalk: «Неужели мои коины закачались из сети?» Не сразу у него получилось разобраться и в том, как зарабатывать на майнинге: в начале 2011 года он купил несколько видеокарт, чтобы добывать биткоины, но в итоге прибыль была нулевой. «Мне удалось намайнить столько же монет, как если бы я просто их купил», — жаловался он.

Легкодымов поменял отношение к майнингу после появления в 2013 году чипов для ASIC-майнеров от компании Bitfury уроженца Риги Валерия Вавилова. «Эта микросхема — сгусток чистой энергии», — восхищался он. Легкодымов настолько вдохновился чипами от Bitfury, что сначала принялся писать программы для их прошивки и увеличения производительности. От чипов Bitfury он перешел к микросхемам от китайской компании Bitmain и стал делать майнеры на их основе. Вместе с ним провода паяли его краснодарский товарищ Антон Шкуренко, с которым Легкодымов на рубеже 2000–2010-х работал в местном подразделении «Ростелекома», и еще один краснодарский айтишник Сергей Шахнов — он был чуть постарше ребят, разменяв уже четвертый десяток.

«На какой-то тусовке я пересекся с Легкодымовым и спросил, почему дизайн плат такое г****. Они правда были г****, там все летело по поводу и без. Он ответил, что платы разработал нормально, а китайцы вырезали из них все, что было не нужно для непосредственной работы», — вспоминал Иван Тихонов. Сами краснодарские «кулибины» потом утверждали, что всего они собрали семь моделей, но в криптотусовке их линейку не особенно запомнили. Возможно, потому, что часть майнеров они выпускали для себя, заполняя ими собственную майнинговую ферму в Москве. На этой ферме свое оборудование также мог разместить любой желающий (услуга «майнинг-отеля»).

В 2016 году Легкодымов, Шкуренко и Шахнов ютились в одной комнатке в родном Краснодаре, где по-прежнему собирали свои майнеры. После пожара на ферме в Москве они открыли новую площадку, но уже не в столице России, а в соседней Абхазии, которая стала центром майнинга благодаря низким ценам на электричество. Их крупнейшим клиентом стала компания Genesis Mining гражданина Германии Якова Долича — крупного мирового поставщика услуги «облачного майнинга» (клиент арендует технику, которая может находиться даже на другом континенте). Но потом на абхазскую ферму, говоря криминальным языком, «наехали» местные силовики, рассказывал мне экс-коллега Легкодымова. Все сопровождалось настоящим «маски-шоу», и Легкодымов с товарищами перенесли основные мощности в Иркутскую область — еще один регион с низкими тарифами на электричество.

Параллельно по заказу все того же Якова Долича они занялись разработкой майнера с водяным охлаждением: обычно эти устройства, как и системные блоки компьютеров, охлаждаются с помощью вентиляторов, а Долич хотел разместить майнеры в жарких странах типа ОАЭ. Разработку нового майнера они, в частности, вели в китайском городе Шэньчжэнь, который еще иногда называют Кремниевой долиной Китая. Там Легкодымов в итоге и осел: полгода он жил в КНР, полгода — в России. Все, казалось бы, шло как нельзя лучше: выручка основной российской компании в 2017 году превысила 17 млн рублей.

В каком-то смысле они пытались повторить — пусть и на микроуровне — путь основателя Bitfury Валерия Вавилова, который от выпуска майнеров переключился на промышленный майнинг, запустив собственные фермы в Грузии, Исландии и Финляндии. Но потом краснодарские майнеры неожиданно взяли другой курс. В 2016 году они запустили бот в телеграм по обмену криптовалют BTC Banker, что на тот момент выглядело революционно: мессенджер только-только набирал популярность в России. С его помощью можно было купить криптовалюту и тут же отправить ее дальше без какой-либо серьезной верификации. Это сразу сделало BTC Banker популярным способом покупки наркотиков на маркетплейсе Hydra.

В 2018 году на основе BTC Banker запустилась криптобиржа Bitzlato с офисом в башне «Федерация» в Москва-Сити, хотя основная команда всегда работала из Краснодара. Bitzlato появилась как ответ на блокировку телеграма в России и разлад внутри команды бота, рассказывал мне экс-коллега Легкодымова. Но криптобиржа унаследовала клиентскую базу бота BTC Banker, причем его использовали не только те, кому нужно было поскорее купить какой-нибудь синтетический наркотик, но и сами наркоторговцы. Это прекрасно понимали создатели сервиса, включая самого Легкодымова. В американском обвинительном заключении приводятся фрагменты переписки из внутреннего рабочего чата Bitzlato.

«Если мы начнем серьезную чистку наркоторговцев, они просто перейдут на другую платформу. Я предлагаю бороться с ними номинально, то есть блокировать раз в месяц тех, кто совсем не скрывается», — писал, например, Легкодымову кто-то из партнеров. На что тот довольно заметил, что замороженные кошельки наркодилеров принесут дополнительную прибыль. «Плюсы: нет KYC [системы верификации пользователей know your customer]. Минусы: грязные деньги», — так описывал сервис во внутренней таблице директор по маркетингу. По сути Bitzlato, как и другие подобные обменники, занял нишу закрытой криптобиржи BTC-e, клиентом которой когда-то был сам Легкодымов. «Все наши трейдеры — мошенники, которые используют дропов. Ты понимаешь вообще, что все они (думаю, процентов 90) не используют при регистрации реальные документы», — писал Легкодымов другому коллеге.

По оценке американских властей, клиенты Hydra прогнали через Bitzlato криптовалют примерно на $700 млн. Всего же, по данным Европола, через платформу прошла крипта на общую сумму в 2 млрд евро (119 тыс. биткоинов). После взлета Bitzlato краснодарские айтишники забросили майнинг, хотя ферма в Иркутской области работала до весны 2022 года. Впрочем, про Легкодымова еще долго нельзя было сказать, что он — миллионер: так, уже вовсю сотрудничая с китайской Bitmain, он ездил по Краснодару на старенькой машине — или вовсе на трамвае.

По криптотусовке гулял устойчивый слух, что, помимо россиян, среди создателей Bitzlato были и украинцы: даже в описании сервиса в разделе «О нас» украинские гривны шли перед российскими рублями и казахстанскими тенге (на это обратил внимание дотошный криптоблогер Алексей Грятских). Точно известно, что директором сервиса работал молодой киевлянин Михаил Лунев: он начинал в компании простым разработчиком, потом вырос до руководителя команды и в итоге — руководителя всего проекта, бывая в Краснодаре наездами. Были украинцы и среди рядовых сотрудников. Вскоре после 24 февраля 2022 года команда обменника заявила, что «в связи со сложившейся ситуацией мы сообщаем, что руководство Bitzlato объявляет о своем уходе вместе с частью команды и учредит новый сервис». Если верить сообщению, то корпоративный развод шел по линии «директор — собственник»: «На данный момент между директором Bitzlato и текущим владельцем компании согласована покупка некоторых наработок сервиса для создания своей компании». Но уход из Bitzlato не спас Лунева от ареста — в январе 2023 года, когда ФБР задержало в Майами Легкодымова, за экс-директором биржи пришла испанская полиция.

Но официально в единственном публичном юрлице Bitzlato — одноименной компании из Гонконга — были только россияне: собственниками там числились краснодарские айтишники Анатолий Легкодымов, Антон Шкуренко и Сергей Шахнов, а директором они записали разнорабочего своей абхазской фермы, ветерана первой чеченской войны Максима Бреева, который никогда не скрывал своих патриотических взглядов. «Повоюем? Мужчины вроде свое отвоевали, поколение другое воевать нужно обучить. Мы с Лехой готовы (на фото). Есть навык, умения», — написал он 1 марта 2022 года на своей странице в «Одноклассниках», где на аватаре тогда стояла его армейская фотография на фоне кавказских гор. А Легкодымов и Шахнов, судя по всему, активно интересовались деятельностью фриковатого, но агрессивного «Национал-освободительного движения» (НОД), члены которого считают, что Россия — колония США, и требуют нанести превентивный ядерный удар по Америке.

Несмотря на интерес к НОДу (Легкодымов даже зарегистрировался на сайте движения), осенью 2022 году Анатолий отправился в США, где до этого был в 2017 году — то есть еще до появления Bitzlato. Многое в его поведении вообще кажется удивительным: оставить свою фамилию в официальных документах обменника, показать американскому пограничнику телефон со внутренними чатами криптообменника, который не соблюдает даже элементарные правила верификации и осознанно зарабатывает на наркоторговцах, — а потом спокойно управлять этим же самым обменником из Майами. Этому странному решению поселиться в Америке, например, удивился даже Сергей Шахнов — старый товарищ и партнер Легкодымова.

В отличие от Легкодымова, создатели BTC-e Билюченко и Винник прекрасно понимали, что если ты делаешь лояльную к кибермошенникам криптобиржу, то имена основателей лучше тщательно скрывать за редутом из дропов.

Анонимность навсегда

Block 5

Index: биржа

Timestamp: 11 декабря 2013 года

Hash: анонимность навсегда

PreviousHash: Светлейший и его бригадир

В конце 2013 года бывший новосибирский киберсквоттер Билюченко и московский цифровой меняла Винник вышли на международный уровень: их комментарии публиковал ведущий англоязычный портал о криптовалютах Coindesk. Имена они оставили настоящие, фамилий давать не стали, а остальную часть биографии приукрасили: назвали себя бывшими сотрудниками технопарка «Сколково», живущими в России, но не имеющими российского гражданства. В реальности они — по крайней мере, так позже утверждал Билюченко — друг друга еще даже в глаза не видели: по его словам, их первая личная встреча случилась в начале 2014 года, а семьями они познакомились и вовсе лишь в 2016-м.

Интерес к их бирже BTC-e со стороны Coindesk был понятен. Вместе со взрывным ростом курса биткоина, а самое главное — его популярности — менялся и бизнес Билюченко и Винника. Когда журналист Coindesk обратился к ним за комментарием, они были владельцами второй по объемам криптобиржи в Европе.

«BTC-e — все, что угодно, кроме прозрачности»[52], — описывали их тогда в криптомедиа. У Винника с Билюченко было два пути: сохранить анонимность или постепенно выходить из нее, легализуя бизнес, насколько это возможно в условиях отсутствия правового регулирования криптовалют. Они предсказуемо выбрали первое, но стали имитировать второе. Например, придумали себе биографию и предложили ее Coindesk.

Второй в Европе бирже нужно было и какое-то официальное юрлицо для имитации той самой легитимности. Их было создано несколько, но самым публичным, указанным на сайте биржи, оказалась британская компания Always Efficient LLC с адресом регистрации неподалеку от лондонского Тауэра. Наличие юрлица Соединенного Королевства должно было внушать доверие клиентам, но это была явная хитрость со стороны Александра Винника, который отвечал на бирже за финансовые вопросы.

Великобритания, например, довольно пристрастно подходит к выдаче виз или открытию банковских счетов, но процесс регистрации компаний в этой стране весьма либеральный. Создать фирму можно онлайн, просто заполнив соответствующие формы, которые никто, по сути, не верифицирует. А менять директоров после регистрации можно так же просто, как имя где-нибудь в фейсбуке: достаточно ввести специальный код аутентификации. Именно поэтому в британском реестре компаний периодически находят руководителей компаний по имени Адольф Гитлер, Иисус Христос, Дональд Дак или Сурков Эмсивлад (Surkov Mcvlad). В последнем случае развлекались, как можно понять, уже россияне.

Винник не развлекался и записывал директорами британской фирмы «дропов». До начала войны в Донбассе в 2014 году рынок «дропов» был единым для всего постсоветского пространства, и первым официальным собственником биржи стал 30-летний украинец Андрей Швец. Уроженец села в Запорожской области, Швец жил самой простой жизнью: жарил шашлыки на природе, пил пиво из банки, сидя на корточках, ходил в тренировочных штанах и с завистью фотографировался на фоне черных «хаммеров».

Знал ли он, что его данные используются для управления криптобиржей с многомиллионным оборотом? Когда BTC-e рухнула, клиенты в надежде вернуть свои деньги стали писать в соцсетях всем, чье имя хоть как-то ассоциировалось с биржей. Своя порция гнева досталась и Швецу, но он, судя по всему, реагировал на него флегматически: баном. Забанил он и меня, когда я пришел к нему с вопросами как журналист.

А вот со сменщиком Швеца на посту номинального собственника биржи я поговорил лично. Им был молодой москвич Александр Буянов — выходец из хорошей семьи (его сестра работала заместителем директора ВДНХ), с квартирой в Замоскворечье, но немного потерявшийся в жизни. В конце нулевых милиция задержала его в районе Черемушек с пятью граммами гашиша в кармане. В материалах дела указано, что наркотики он употреблял к этому времени уже минимум год, и даже почему-то упомянуты его прозвища: «Буяка, Буяныч и Бушечка». Однако в итоге «Буяку» пронесло — дело прекратили.

Буянов увлекался музыкой, но денег было мало, и осенью 2011 года он решил заработать самым простым способом — своим именем и московской пропиской, среагировав на объявление о работе номинальным директором за деньги. «Первый раз я приехал куда-то в Центр международной торговли [на Краснопресненской набережной в Москве]. Там сидели двое мужчин и одна женщина и обсуждали интернет-казино. А потом еще раз ездил подписывать документы в какой-то кипрский банк в районе проспекта Мира», — рассказывал мне впоследствии сам Буянов, сидя в тесной кофейне в родном Замоскворечье и постоянно озираясь по сторонам.

Я долго не мог понять, почему Буянов такой напряженный, но потом он сам проговорился, что сначала считал меня «эфэсбэшником», а не журналистом. Видимо, эти подозрения возникли из-за обстоятельств нашей первой встречи. Дело в том, что если Швец на момент краха биржи обитал где-то в украинской глубинке, то Буянов нашел более-менее нормальную работу и трудился диджеем в московском клубе Shushas. Местоположение — самое престижное: Новый Арбат, бывшее здание СЭВ через дорогу от Дома правительства. Но по сути это было студенческое заведение с кальянами и дешевым пивом.

На сайте Shushas было расписание выступлений диджеев. Я посмотрел, когда там будет Буянов: ему достался понедельник в начале мрачной ноябрьской недели. Гремело какое-то зомбирующее техно, и народу было немного. Я сидел у бара и поглядывал в телефон на фотографию Буянова из «ВКонтакте», чтобы не пропустить его. Не заметить его было тяжело: он носил тогда модную бородку и лихо подкрученные усы. «Александр Борисович», — обратился я к нему по имени-отчеству, что явно и приклеило ко мне навсегда ореол сотрудника ФСБ в его глазах: ведь раньше так к нему обращались именно силовики, допрашивая после задержания с гашишем.

Мы вышли на улицу, где курила пьяная молодежь. Буянов дрожал то ли от холода, то ли от волнения. Рассказал, что про биржу ничего не слышал, пока ему не написал некто Сергей Майзус и не сообщил, что за границу ему лучше никогда больше не выезжать: для ФБР он теперь человек, на которого официально записана BTC-e. «Чего, реальный там замес?» — с тревогой спросил меня Буянов, и по его волнению и наивному вопросу я в очередной раз убедился, что передо мной, скорее всего, лишь «дроп». Про Майзуса — человека, чья компания оказывала бирже финансовые услуги, — я тогда уже знал и успокоил Буянова, что его бояться не стоит.

Однако мое «Александр Борисович» явно всколыхнуло какую-то оперативно-розыскную рану в Буянове: вскоре после нашей встречи он уволился из клуба и больше года не выходил со мной на связь. Периодически разные люди, пытавшиеся найти активы BTC-е по всему миру, просили у меня его контакт: они надеялись, что он как последний собственник официального юрлица биржи мог истребовать через суд часть этих активов.

Мне эти планы казались фантастическими с учетом претензий ФБР, но я все же стал беспокоиться за Буянова и добился той самой встречи с ним в кафе в конце 2018 года. Я хотел предупредить номинального криптомиллионера, что среди тех, кто его искал, был, например, бывший участник войны в Донбассе (2014–2015 годов) с позывным «Морячок». Буянов опять явно был на мели и с интересом спрашивал меня, может ли достаться ему что-то от криптовалютного пирога BTC-е, если он согласится подать судебный иск от своего имени. Но из этой затеи, насколько я знаю, ничего не вышло, а Буянов вернулся к музыке и одно время играл в составе «лаунж-панк-группы Dobrawsem».

Страхи Буянова можно было объяснить и тем, что какие-то деньги за свою фамилию в британском реестре он, возможно, все-таки получал. Хотя не факт, что до конца понимал, от кого именно. Один из финансовых партнеров биржи однажды прислал новогодние подарки на адрес Буянова в Замоскворечье, но «спасибо» вернулось не от Буянова, а от Винника — вместе с настоятельной просьбой больше так не делать. То есть кому-то незадачливый музыкант и диджей все-таки сообщил о подарках.

Даже если бы Винник с Билюченко и хотели записать свой бизнес на себя, а не на Буянова со Швецом, российские власти дали четко понять им и всем гражданам РФ, что их ждет, если они попробуют это сделать. Ведь именно в начале 2014 года — примерно тогда, когда партнеры впервые встретились лично, — Центробанк впервые публично озвучил свою позицию относительно криптовалют. В предостережении регулятора было напрямую указано, что «предоставление российскими юридическими лицами услуг по обмену» фиатных средств на биткоины будет рассматриваться Центробанком как «потенциальная вовлеченность» в отмывание денег и финансирование терроризма. Такая позиция не давала никаких шансов на легализацию BTC-e в России и создавала риски даже при легализации за границей.

К тому же буквально спустя неделю на сайте Волгоградской прокуратуры вдруг было опубликовано другое сообщение, в котором прямо указывалось название биржи. Из него следовало, что после прокурорской проверки Следственный комитет России возбудил уголовное дело по двум грозным статьям — 159-й («Мошенничество») и 174-й («Отмывание денег»). Подозреваемые лица — создатели российских ресурсов по обмену криптовалют, в том числе и BTC-е. А сами ресурсы, согласно этому сообщению, ждала блокировка.

Я не знаю, кинулись ли Винник с Билюченко спешно покупать билеты, чтобы улететь из России, но вскоре прокуратура вдруг заявила, что сообщение разместили некие хакеры, и удалила его. За время между двумя новостями админы биржи успели сообщить Coindesk, что не волнуются по поводу уголовного преследования, но при этом временно подняли комиссии на вывод фиатных денег с биржи, чтобы предупредить бегство клиентов. Реальная блокировка последовала спустя два года, в начале 2016-го, после чего у биржи появилось «зеркало» в доменной зоне Новой Зеландии — btc-e.nz. «В переводе NetZapretu», — прокомментировали тогда в команде проекта.

Таким образом, путь выбран: биржа сохраняет анонимность. Но проекту нужно было расти и выстраивать сложную финансово-технологическую систему: например, если до ноября 2013 года за сутки ее услугами пользовались около 2–3 тысяч человек, то к концу года — уже 13–15 тысяч. Пополнять кошельки на бирже традиционными валютами (долларами, евро или рублями) можно было через платежные системы вроде «Яндекс. Денег». Но BTC-e был нужен финансовый партнер для проведения прямых банковских платежей. Им и стала компания того самого Сергея Майзуса, который первым, до меня, испугал и без того тревожного Буянова.

Мэр от «Единой России»

Block 6

Index: биржа

Timestamp: сентябрь 2013 года

Hash: мэр от «Единой России»

PreviousHash: анонимность навсегда

В середине мая 2019 года 44-летний бизнесмен Сергей Майзус вышел покурить на крыльцо отеля в пригороде Калининграда. В этот момент к нему подскочили силовики в масках и, скрутив, потащили в машину. Но Майзус не стушевался, ведь Калининградская область — его родной регион, в котором он когда-то даже был мэром одного из городов. «Я им говорю: “Вы чего, охерели? У меня гости”», — вспоминал он потом.

Гости, о которых он говорил, были бывшими клиентами биржи BTC-e/Wex из Латвии, России и Украины, которых он собрал в этом отеле для обсуждения дальнейшей стратегии по вытаскиванию зависших средств. А силовики, прервавшие перекур, приехали из Москвы, чтобы допросить его по одному из дел, возбужденных после краха криптоплощадки.

Майзусу удалось как-то отбиться от них, ответив на вопросы о бирже. На них он всегда отвечал одно и то же: никакого отношения к управлению BTC-e он не имел, хотя его имя видел каждый клиент, который пополнял свой счет банковским переводом. В том числе те, которые приехали на встречу в калининградский отель. После ареста Винника и прекращения работы биржи они кляли Майзуса на чем свет стоит, а теперь жили в отеле за его счет, пили с ним пиво и ласково называли «дядей Сережей». Как у него это получилось и какую роль он все-таки играл на бирже?

Невысокий, лысоватый, взрывной, но отходчивый по характеру, Майзус всю жизнь был финансовым посредником. Он построил успешный бизнес в докриптовалютную эру, но его услуги потребовались криптоэнтузиастам, когда они после роста стоимости биткоина вступили в эпоху больших денег. Майзус, по его утверждению, до 2017 года имел слабое представление о криптовалютах, но зато все знал о рынке FOREX.

Если в середине 2010-х люди шли становиться миллионерами на криптовалютную биржу, то в нулевые они несли свои сбережения на FOREX-рынок. Я помню, как в петербургском метрополитене периодически встречалась реклама баснословных заработков на скачках доллара, фунта и иены: для этого нужно было только зарегистрироваться на специальном сайте и довериться своему чутью. Среди тех, кто прельстился этими обещаниями, был мой товарищ по игре в футбол в команде «Адские дядьки» исторического факультета СПбГУ по имени Павел: в подробности своих спекуляций он не посвящал, но хорошо помню, как он рассказывал про первые заработки на FOREX, стоя босиком на пакете возле стадиона и переодеваясь после матча. Я даже задумался, не попробовать ли мне себя на рынке валют, но потом Павел охладел к FOREX, и мы уже, стоя на тех же пакетах, обсуждали перспективы поступления в аспирантуру.

Выпускник калининградской академии рыбопромыслового флота, Сергей Майзус произвел мини-революцию на российском рынке FOREX. Для того чтобы начать торговать, нужно было заключить договор с брокером и доверить ему определенную сумму денег. Майзус создал в 2005 году платформу, торги на которой можно было вести при депозите в $1 (так называемые «центовые счета»). Это открыло на этот рынок дорогу таким людям, как мой товарищ Паша, а Майзусу принесло сотни тысяч подобных ему клиентов. Платформу Майзус назвал Lightforex (дословно «легкий FOREX» с английского), подчеркивая ее доступность для каждого.

Уже спустя два года Майзус накопил достаточно денег, чтобы попробовать себя в местной политике. Он баллотируется в депутаты муниципального совета города Гурьевска — города-спутника Калининграда, где был зарегистрирован его основной бизнес. О старте его избирательной кампании извещает салют, однако это не помогает: Майзус выборы проигрывает — то ли салют не впечатлил жителей, то ли партия, ведь хозяин Lightforex одно время возглавлял местное отделение маргинального «Нашего выбора» Ирины Хакамады. В следующем году он уже баллотировался от «Единой России» и тут не просто смог победить, но в итоге даже стал мэром города.

Но мэром он официально работал на безвозмездной основе, что позволило ему продолжить заниматься бизнесом. «Мои функции в компании на сегодняшний день заключаются в ее стратегическом развитии — а это, как искусство, запретить невозможно», — объяснял он своим избирателям. А стратегия была простой: вырваться за пределы России и заняться чем-то кроме рынка FOREX.

Так появились офисы на Кипре, в Малайзии и Нигерии, финансовая компания Mayzus Financial Systems (MFC) с регистрацией в Великобритании и собственные универсальные платежные системы — OkPay и MoneyPolo, работавшие по тому же принципу, что, например, и «Яндекс. Деньги».

Майзус-бизнесмен спонсировал Майзуса-мэра: в 2012 году город Гурьевск, который до 1946 года назывался Нойхаузеном, торжественно отпраздновал свое 750-летие. Развлекать жителей Майзус привез группу «Чай вдвоем», певицу MaкSим и Алису Мон, а почетными гостями была делегация кипрского Лимассола. Гурьевском он руководил пять лет, но продолжать политическую карьеру в России не стал и перебрался в Чехию. Там Майзус сделал из своей фамилии бренд: наладил выпуск пива Mayzus, охотничьих винтовок Mayzus, и даже на трусах профессионального боксера Майриса Бриедиса красовалось его имя — Mayzus Financial Systems была титульным спонсором бойца.

Именно такой партнер был и нужен Виннику: с российскими корнями, то есть менее замороченный в плане европейских стандартов борьбы с отмыванием денег, но с европейским офисом, юрлицом и главное — иностранными банковскими счетами. В сентябре 2013 года он встретился с топ-менеджером структур Майзуса Николаем Рожком. Перед беседой Рожок попросил Винника показать паспорт, чтобы проверить, что он действительно тот, за кого себя выдает. Так началось сотрудничество двух структур: именно через счета Mayzus Financial Systems клиенты BTC-e могли заводить деньги с банковского счета, минуя конвертацию в электронные деньги. Правда, банки были довольно экзотические: например, накануне краха биржи в 2017 году транзакции шли через счет MFC в Монголии.

Это было выгодно Виннику и Билюченко: в качестве получателя платежа клиенты видели названия структур Майзуса, а не их офшоры. Но в итоге такая слава сыграла против предпринимателя из Гурьевска: когда биржа рухнула, именно он стал главным претендентом на звание собственника BTC-e в глазах разъяренных пользователей. А прошлое сотрудничество Майзуса с «Единой Россией» объясняло для них тот факт, что биржа спокойно работала под носом у российских правоохранительных органов.

Майзусу стали звонить с угрозами, писать в соцсетях ему и его жене, хотя сам он, по его словам, узнал про биржу только за несколько недель до ее краха, решив в качестве эксперимента купить биткоинов. Действительно ли он настолько не интересовался делами компании, проверить невозможно, но в качестве подтверждения своих слов он прислал мне скрины писем о регистрации на бирже в начале июля 2017 года.

В любом случае, встретившись с такой агрессией со всех сторон, другой бы на его месте спрятался в чешском поместье. Но не таков Майзус: он уволил директора, приведшего к нему в компанию BTC-e, стал спорить с клиентами BTC-e на Bitcointalk, проводя часы в личке с наиболее активными из них, потом и вовсе перевел общение в офлайн в отеле под Калининградом. Он даже согласился приехать на один из судов по экстрадиции Винника в Афинах. «Да вот тут его первый раз и увидел», — по-простому ответил он на вопрос судьи, когда тот спросил его, как давно он знает Винника. Россиянин, сидевший в наручниках, никак не отреагировал на это заявление.

Вечером того же дня Майзус пил пиво в афинском ресторане вместе с адвокатом Винника Тимофеем Мусатовым — несмотря на тот факт, что он не раз пытался выставить Майзуса конечным владельцем биржи. Возможно, именно Мусатов два года спустя был инициатором отправки следственного отряда из Москвы в Калининград. Но тогда, декабрьским афинским вечером, они вяло и полушутя переругивались и спорили, как будут делить «сокровища Винника» — разбросанные по миру фиатные и криптовалютные активы BTC-e.

Сергей Майзус был настроен решительно: на Кипре он подал иск к Виннику и 15 офшорным компаниям. В публичных реестрах никакой информации о связи этих офшоров с BTC-e не было, но Майзус обладал инсайдерской информацией, так как его компания годами исправно пересылала деньги на счета биржи и знала, на какие фирмы они были зарегистрированы. С сидевшего в тюрьме Винника и его структур Майзус сначала запросил ни много ни мало почти 1,5 млрд евро: именно в такую цену предприниматель из Гурьевска оценил в иске ущерб своему бизнесу, нанесенный крахом BTC-e. «Банки мне закрывали счета, инвесторы, которые хотели купить контрольный пакет акций, ушли», — перечислял он мне потом свои беды.

В итоге в конце 2019 года суд закончился его победой, но запрошенная сумма была снижена до 38 млн евро, которые Майзус потихоньку пытается взыскивать через суд в тех странах, где есть счета структур BTC-e. Среди ответчиков в России есть даже партнер Винника Алексей Билюченко. Правда, нужную сумму он пока не собрал.

У Майзуса новое увлечение: он купил парусную яхту 1963 года и реставрирует ее, думая открыть яхтенную школу. Яхта называется неблагозвучным для русского человека именем Heureka («Эврика» по-чешски). Но менять его новый владелец не стал, хотя до скандала с BTC-e наверняка назвал бы ее Mayzus — как и все, во что инвестировал. Майзус мечтает вернуться в финансовый бизнес в каком-нибудь экзотическом месте, где все его знают — и только с хорошей стороны.

Конкурент биткоина от «Сергея Мавроди»

Block 4

Index: Россия

Timestamp: лето 2018 года

Hash: конкурент биткоина от «Сергея Мавроди»

PreviousHash: от русского майнера до американской тюрьмы

Летом 2018 года в сети вновь объявился Сатоши Накамото, молчавший десять лет. По крайней мере, так могло показаться на первый взгляд: на сайте некоего Nakamoto Family Foundation, о котором ранее ничего не было известно, появился текст с подробностями из жизни создателя биткоина. По заявлению авторов, текст был отрывком из книги и рассказывал, например, о том, что Накамото стал шифропанком в 14 лет, его мать была писательницей и он с детства любил находить ошибки в словах и предложениях, что отразилось на его дальнейших увлечениях.

В криптосообществе к отрывку отнеслись довольно скептически, хотя журналисты прошлись с вопросами по всем кандидатам на роль Накамото или их родственникам, а британский специалист по информатике и психологии Трой Уотсон даже провел лингвистический анализ отрывка и нашел сходство с авторизированными текстами того самого, настоящего Накамото. И почти никто не обратил внимание на то, что за четыре дня до публикации странного текста в верифицированном твиттер-аккаунте Сергея Мавроди появились запись: «На следующей неделе мы все узнаем, кто такой Сатоши Накамото»[53].

Мавроди в 2010-е воспринимался исключительно как персонаж из истории девяностых, к которым президент Путин и его госканалы приклеили ярлык «лихие». Но то, чем тогда занимался Мавроди, иным прилагательным и не описать: он создал самую известную финансовую пирамиду в новейшей истории России, которая привлекла средства то ли 2, то ли 15 миллионов вкладчиков — точное их число так и осталось неизвестным. Даже название пирамиды — МММ — стало нарицательным для подобных структур, вихрем собиравших деньги с доверчивых россиян. Название образовалось просто: с буквы «М» начинались фамилии трех основателей пирамиды, двое из которых были Мавроди (сам Сергей и его брат).

Как выглядит Мавроди, узнала вся страна: на билетах МММ — денежных суррогатах его пирамиды — красовался его портрет. «Это был очень точный ход: когда люди видят портрет, это психологически дает им уверенность, что человек не сбежит», — объяснял он. Бывший советский инженер в больших очках, Мавроди даже не пытался делать вид, что привлекает деньги, чтобы вложить в какой-нибудь прибыльный бизнес. Это была чистая математика: первые вкладчики получают прибыль за счет новых клиентов, но кто-то в конце останется у разбитого корыта.

Строительство пирамиды началось в 1993 году, а уже в конце того же года Мавроди записывал для ТВ рекламное новогоднее поздравление к россиянам, сидя в неизбежном малиновом пиджаке и все тех же больших очках советского инженера. Именно телевидение и сделало МММ самой популярной пирамидой: ролики с простым русским мужиком в меховой шапке по имени Леня Голубков, который на выплаты от Мавроди собирается покупать жене сапоги, точно били по одному из самых глубинных чувств русского народа — любви к халяве.

К середине 1994 года тучи над МММ сгустились: масштабы аферы обсуждали в правительстве, а Мавроди вдобавок снизил стоимость своих «билетов», тем самым привлекая все новых вкладчиков. Государство ответило: в офис МММ и на квартиру к Мавроди пришли силовики, причем телевидение опять как бы помогало бизнесмену — его арест показывали в прямом эфире. Он быстро вышел из СИЗО, смог избраться депутатом Госдумы, но потом был лишен мандата и более пяти лет скрывался от следствия, прожив безвылазно в съемной московской квартире и успев построить пирамиду в интернете — виртуальную фондовую биржу. В 2003 году его нашли и приговорили к 4,5 года тюремного срока; после освобождения Мавроди за деньги записывал видеопоздравления, и, казалось, его эпоха закончилась.

Но он решил возродить МММ уже в новую эпоху, хотя и практически на тех же старых принципах. В 2011 году он запустил в интернете проект «МММ-2011», предложив всем желающим вложиться в виртуальную ценную бумагу под названием «мавро». В видеообращении, которое анонсировало запуск системы, Мавроди честно и открыто сказал, что это — еще одна финансовая пирамида и деньги вкладчики могут потерять в любой момент. Спустя год он перезапустил проект под названием МММ-2012. Общий принцип оставался прежним: доход характеризуется как «взаимопомощь» членов сети друг другу, сами члены объединены в ячейки со своими руководителями, заявленная доходность достигала 75 %.

MMM Global, запущенная в 2014–2015 годах, представляла собой децентрализованную сеть таких ячеек, разбросанных по африканским и азиатским странам. Для мировой аудитории он предложил новую расшифровку слова МММ — теперь это были начальные буквы фразы Mavrodi Mondial Moneybox (буквальный перевод с английского звучит как «всемирная коробка с деньгами от Мавроди»). Там Мавроди нашел ту же аудиторию, что и в России в девяностые: бедную, в чем-то наивную и готовую рискнуть сбережениями ради высоких процентов. В итоге в одной только Африке в местные ячейки MMM принесли деньги свыше 100 миллионов человек, но сам Мавроди, судя по всему, не слишком много на этом заработал: он наслаждался ролью учителя, с портретом которого фотографировались местные адепты этой своеобразной секты.

«Я меняю людей, меняю общество. Пирамида — это просто инструмент для этой цели. Люди в системе МММ меняются, становятся лучше, добрее. Если пирамида увлечет весь мир, то она замкнется. А мавро вытеснит доллар», — рассказывал он в интервью предпринимателю Олегу Тинькову и вице-президенту банка «Тинькофф» Олегу Анисимову, сидя в дешевых кроссовках, тренировочных штанах и неизменных больших очках[54]. Некоторым идеология МММ напоминала криптовалюты. «Часто говорят, что криптовалюты — то же самое, что и мавро. Да нет, это не так!» — отвечал им сам Мавроди. Но тут же, забросив по привычке руки над головой в жесте превосходства, рассуждал, что криптовалюты — это «полное подтверждение» его идей о том, что в современном мире акции должны быть активом, не привязанным к отчетности компании и ее прибыли.

«Биткоин — это чисто спекулятивный инструмент, за которым не стоит абсолютно ничего, и все это знают, это не тайна», — был уверен Мавроди. И он взял его в союзники: один из глобальных проектов Мавроди даже назывался MMM Global Republic of Bitcoin, и все расчеты внутри него шли в криптовалюте. Даже больше того: МММ одно время была одним из спонсоров спонсоров американской некоммерческой организации Bitcoin Foundation, созданной ветеранами криптодвижения, в том числе Гэвином Андресеном — хранителем алерт-ключа, с помощью которого он может рассылать критические сообщения всем членам сети биткоина. Правда, через какое-то время Мавроди исключили из числа спонсоров, когда узнали, что речь идет о финансовой пирамиде. Такое соседство выглядело компрометирующим.

Хотя Мавроди, по сути, и выгнали из приличного криптовалютного сообщества, как минимум однажды он мог сыграть важную роль в истории биткоина. В течение 2015 года курс BTC болтался в районе ниже $300, но к концу октября цена биткоина стала расти и вплотную приблизилась к $500. Британская Financial Times, проанализировав основания этого роста, пришла к неожиданному выводу: возможная причина — популярность MMM Global в Китае[55]. Там для вступления в пирамиду нужно было заплатить именно биткоины, в этой же криптовалюте выплачивалось и вознаграждение с 30 %-ной доходностью. Китайцы, сумевшие заработать на этой схеме, выкладывали радостные видео, завлекая тем самым все новых участников. Британские журналисты связались с Мавроди, и тот гордо заявил им, что если «я завтра откажусь использовать биткоин, то он рухнет».

Но криптовалюта оказалась более сложной системой, чем финансовые пирамиды. В начале 2016 года все китайские проекты MMM закрылись, перестав выплачивать деньги вкладчикам. Но биткоины потом признавались в качестве вклада в MMM и в других странах — например, в Нигерии и Гане. Такая схема для местных адептов Мавроди была безопаснее: ведь они принимали не фиатные деньги, а никем не признанные «фантики». К тому же биткоин рос в цене, и пирамида приносила доход, который можно было связать с успешностью самой системы: смотрите-ка, мол, работает[56]. Где-то, как в ЮАР, и биткоин не помогал, и местная сеть МММ со скандалом и долгами закрывалась.

С именем Мавроди принято связывать криптовалюту мавро, которая появилась незадолго до его смерти. Для стороннего наблюдателя это был даже в чем-то логичный шаг, хотя сам «великий комбинатор» публично заявлял, что никаких криптовалют не создавал. Мавро раскручивалась через тот самый верифицированный твиттер-аккаунт Сергея Мавроди, на котором был выложен отрывок из биографии Сатоши Накамото. Но, несмотря на «синюю птичку» (знак подтверждения верификации), Мавроди этот аккаунт не вел — скорее всего, к этому имел отношение один из его многочисленных адептов по имени Александр Колбасов, неприметный молодой человек, который до увлечения МММ состоял в леворадикальной «Трудовой России» и выступал на митингах в кожаной кепке.

В начале 2010-х Колбасов был близок к Мавроди и даже замещал его во главе проекта МММ-2012 во время кратковременного административного ареста основателя. Они общались лично, в том числе на тему религии: Мавроди был верующим человеком. Потом Колбасов разошелся с учителем (таких людей Мавроди называл «раскольниками») и запустил криптовалюту под названием E-dinar — скорее всего, вместе с американцем Робертом Флетчером, который отсидел срок в Украине за создание финансовой пирамиды. E-dinar не полетел и сейчас во всех ренкингах мировых криптовалют проходит как «неотслеживаемая монета» — то есть торги по ней не ведутся.

Мавро появилась незадолго до смерти Мавроди в 2018 году, и именно Колбасов, скорее всего, стоял за этой криптовалютой. Сам он подтвердил только то, что оказывал ее создателям маркетинговые услуги. Как бы то ни было, разработчики мавро постарались максимально капитализировать свою криптовалюту за счет имени великого афериста.

Отличным помощником в этом деле был верифицированный аккаунт Мавроди в твиттере. С его помощью они сумели протолкнуть в российский Forbes фейковое интервью с Мавроди[57], приписали создателю МММ обещание, что в 2018 году цифровым золотом станет именно мавро, а в довершение — забросили в информационное пространство выдуманный отрывок из биографии Сатоши Накамото. Все это работало и на главный миф — что Мавроди жив и управляет мавро из тайного места, куда спрятался от приставов и силовиков доброго десятка государств мира. Монете эта мифология не помогла: в отличие от E-dinar, эта криптовалюта сейчас даже не торгуется на биржах.

«Старик, я думаю, это ты придумал биток», — гласила одна из записок, принесенных поклонниками Мавроди на его могилу в Москве на Троекуровском кладбище. Его проекты не случайно часто сравнивали с криптовалютами: Мавроди умер в разгар бума ICO — механизма по привлечению криптоинвестиций, который, как казалось сначала, должен был изменить мир. А в итоге заставил многих сравнивать криптоэкономику именно с классическими финансовыми пирамидами.

Бум ICO

Block 5

Index: мир

Timestamp: 2017 год

Hash: бум ICO

PreviousHash: молоток сенатора Карпера

«Выпустим где-то 46 миллионов монет, на криптобиржи выйдем в сентябре-октябре», — сидя на широком диване в московском баре на «Красном Октябре» и потягивая кальян, рассказывал мне в августе 2018 года 27-летний основатель фонда «Альтернатива» Олег Мельников. Его фонд давно и успешно занимался вызволением людей из рабства в России — будь то трудовые рабы из Центральной Азии, которых удерживали в подсобке магазина в Гольянове, или девушки из Нигерии, вынужденные работать в столичном доме терпимости.

Но теперь Мельников строил планы глобальной борьбы с рабством с помощью криптосообщества HumanCoin: выпустить криптовалюту, собрать денег на коммерческие проекты в странах третьего мира, на прибыль заниматься борьбой с рабством и с каждым освобожденным рабом изымать из оборота один альткоин. В качестве подтверждения серьезности своих намерений Мельников показывал документ на бланке фонда: помимо его инициалов там стояла еще и подпись некоего технического советника министра финансов Южного Судана. Согласно этому документу, Южный Судан был ни много ни мало готов включить HumanCoin в золотовалютный резерв государства.

«Сейчас в мире насчитывается около 46 миллионов рабов, так что после полной ликвидации этой проблемы исчезнет и наша криптовалюта», — говорил Мельников под грохот какой-то попсы, периодически вставляя в свой рассказ слово ICO. Звучала его концепция абсолютно фантастически, но в те годы аббревиатуру ICO примеряли и к более нереальным проектам.

ICO — аббревиатура от английского Initial coin offering, или «первичное размещение монет». Это термин стал криптовалютным аналогом IPO — механизма привлечения инвестиций в традиционной экономике. Компании выходят на IPO, чтобы собрать дополнительные средства на развитие в обмен на акции. Те, кто купил эти ценные бумаги, потом могут продать их на бирже. В ICO на продажу выставляются криптотокены, которые живут отдельной жизнью полноценной криптовалюты, как биткоин или лайткоин. Ими также можно торговать на криптобирже — если, конечно, проект окажется успешным. Последнее уточнение, как покажет история ICO, имеет ключевое значение.

Первым перенес механизм IPO в криптоэкономику американский программист Джон Уиллетт. Вдохновленный биткоином, он в 2012 году задумался, как использовать блокчейн в других сферах жизни. И предложил создать уровни поверх сети биткоина, которые, например, могли бы стать основой для новых монет или подтверждения прав собственности. Для реализации этой идеи ему были нужны деньги, а любой американец знает, что нужно делать в таком случае: пойти в банк или отыскать инвестора. Но Уиллетт нашел иной способ. «У меня просто не было времени лететь в Калифорнию, составлять презентацию и разговаривать с венчурными инвесторами, большинство из которых не слышали о биткоине», — вспоминал он потом.

Свою платформу он назвал Mastercoin и в 2013 году запустил продажу одноименных токенов за биткоины. К концу года она собрала криптовалюты на полмиллиона долларов, а Mastercoin стал отдельной валютой и под названием Omni существует и по сей день, болтаясь где-то в середине второй тысячи по уровню рыночной капитализации. Не так много, но именно к Уиллетту и его команде первоначально пришел со своей идеей смарт-контракта Виталик Бутерин. Те сказали ему, что сейчас занимаются другими вещами, и Бутерин разработал сеть Ethereum, уже на старте в 2014 году собрав на нее деньги именно с помощью ICO — эфир предлагалось купить за биткоины. Сейчас это вторая по капитализации криптовалюта в мире, а сеть Ethereum стала одной из самых популярных площадок для проведения ICO.

Уиллетт и Бутерин придумали не просто новые криптовалюты — хотя Mastercoin и Omni можно покупать и продавать на бирже. Это одновременно были и бизнес-проекты, предназначенные для создания конкретного продукта — пусть и в сфере малопонятного для широкой публики блокчейна. В сочетании с трансграничностью криптовалют и их независимостью от финансовых регуляторов это был революционный способ привлечения инвестиций в стартап. Но настоящий «бум ICO» случился несколько лет спустя — в 2017 году.

Есть много причин, которые объясняют, почему этот бум произошел именно тогда, и ни одну нельзя назвать главной: когда начинаешь анализировать тот безумный год, то понимаешь, что одно событие подстегивало другое. Криптовалюты стали модными — о них говорили повсюду, одновременно они росли в цене и росло число желающих их купить. Если в конце 2016 года один биткоин можно было приобрести примерно за $1000, то к лету 2017 года за него давали $2500, а к концу года цена доходила почти до $20 тыс.

«Биткоин — это большая всемирная эпидемия с большим количеством слухов», — так описал это состояние общества на встрече со студентами в Москве в конце декабря 2017 года лауреат Нобелевской премии по экономике Роберт Шиллер. Сам он при этом неоднократно высказывал критическое отношение к криптоэкономике, полагая, что биткоин все равно рухнет, даже если просуществует сто лет. «Один из лучших экспертов из Принстона, специализирующийся на криптовалютах, однажды полтора часа рассказал мне о том, что такое биткоин. Единственное, что я точно знаю о криптовалютах, это то, что, когда о них заходит речь, люди сразу оживляются», — говорил в декабре 2017 года Шиллер, отмечая эмоциональную составляющую моды на биткоин: биткоины — это то, что звучит «прикольно»[58].

Но дело, конечно, было не только в эмоциональной составляющей. На новый исторический рекорд стоимости биткоина повлияла, например, волна признания криптовалюты со стороны ряда государств — например, в Японии весной 2017 года их приравняли к обычным деньгам, а Австралии летом отменили двойное налогообложение при покупке криптовалют (НДС плюс налог на использование цифровой валюты). Наконец, в конце 2017 года Чикагская товарная биржа — крупнейшая товарно-сырьевая площадка в мире — начала торговлю фьючерсами на биткоин. «Мир в 1970-е годы не считал торговлю валютами полноценным финансовым инструментом. Я тоже проделал большой путь от неверия [в биткоин] до желания узнать больше. Мы превратим его в обычный инструмент торговли с правилами», — пообещал тогда почетный председатель площадки Лео Меламед[59].

Впрочем, до конца значение слова «блокчейн» не понимали даже те, кто вкладывался в криптовалюты на волне хайпа. Но первые попытки использования его в реальной, привычной жизни успокаивали: это не какая-то непонятная компьютерная сеть, а вполне работающий механизм, помогающий, например, обеспечить дополнительную безопасность транзакций. Microsoft и Bank of America Merrill Lynch еще в конце 2016 года заявили о совместном проекте по внедрению блокчейна в торговые операции. Примерно тогда же в Европарламенте задумались о том, поможет ли блокчейн перевести голосование в электронный формат.

На этой волне в криптовалюты стали осторожно вкладывать деньги и инвестиционные фонды, тем более что первый успешный пример такого рода вложений уже был: братья Уинклвоссы, несостоявшиеся владельцы Facebook, которые стали первыми официально известными криптомиллионерами. «На рынок криптовалют идет большая волна денег», — рассказывал тогда американский инвестор Майк Новограц. Он предрекал, что к концу 2018 года биткоин будет стоить $40 000, и ошибся с прогнозом всего на два года. Новограц разбогател в начале нулевых, символом чего стала покупка особняка самого Роберта Де Ниро за $12 млн, потом потерял часть состояния в кризис 2008 года, но совершил настоящий миллиардерский камбэк, вложив 20 % своих капиталов в биткоин и эфир.

Покупая растущие криптовалюты, люди думали, что с ними делать дальше. ICO выглядели логичным продолжением криптоинвестиций — так же как покупка акций считается логичным способом сохранить и увеличить накопления фиатных денег. Цифры лучше всего характеризуют масштаб «бума ICO»: если за весь 2016 год через этот механизм было привлечено $100 млн, то за первое полугодие 2017 года — уже $1 млрд, в десять раз больше.

На первом этапе эффективность ICO действительно поражала. Например, калифорнийский стартап Filecoin в августе 2017 года собрал более $200 млн за полчаса. Проект существовал с 2014 года: его авторы работали над децентрализованной системой хранения данных, в которой владельцы свободного пространства смогут сдавать его в аренду желающим за вознаграждение в виде криптовалюты. А чтобы одна сторона не обманула другую, все договоренности записываются в блокчейн.

Были и более впечатляющие рекорды вроде $4 млрд, собранных платформой по созданию приложений в блокчейне EOS, которая называла себя конкурентом сети Ethereum от Виталика Бутерина и даже признавалась некоторыми специалистами более удобной. В EOS вложил деньги один из основателей PayPal Питер Тиль, который тоже поверил в криптоэкономику и жалел только об одном — что не сделал этого раньше, когда биткоин стоил дешево.

На ICO выводились и проекты без сложных описаний со словом «блокчейн» или «децентрализованная платформа», суть которых понятна только специалистам. Среди таких проектов были и российские. В мае 2017 году стартап MobileGo собрал через ICO около $53 млн на платформу, с помощью которой можно было платить за игру криптовалютой. Основная команда разработчиков сидела в Белграде, но ключевую роль играли россияне — уроженцы Москвы, братья-близнецы Сергей и Максим Шоломы.

В конце 90-х они создали киберспортивную команду по игре в легендарную «стрелялку» Quake. Несколько лет их команда рвала всех на соревнованиях в России, а параллельно Сергей Шолом писал диссертацию по математике. От игр как спорта красивые и по-спортивному сложенные братья перешли к играм как бизнесу: в конце нулевых они создали игру в жанре славянского фэнтези «Фрагория», в которой можно было почувствовать себя Велесом, Святогором и Сварогом. В 2016 году братья увлеклись блокчейном.

Еще понятнее народу был проект IT-предпринимателя Дмитрия Мариничева, которого в 2014 году Владимир Путин назначил на малопонятную и мало на что влияющую должность «интернет-омбудсмена». Мариничев через ICO стал собирать деньги на свою Russian Mining Company, то есть на то, чтобы намайнить побольше криптовалюты и вывести на рынок еще одну — RMC. Кроме того, проект предусматривал строительство майнинговых ферм по всей стране и создание инновационного майнера на территории бывшего завода «Москвич» в столице. На помощь к себе Мариничев позвал легенду русского майнинга Алексея Демидова — того самого, который активно сотрудничал с Винником и Билюченко при запуске BTC-е. Концепция «собрать денег, чтобы заработать еще больше денег» оказалась понятна народу: ICO принесло Мариничеву в августе-сентябре 2017 года $43 млн. Правда, изначально он планировал привлечь $100 млн, но даже такой проект, максимально заточенный под прибыль «здесь и сейчас», к тому времени уже не вызвал ажиотажа.

Это была одна из примет времени: на ICO выходило так много стартапов, что выцепить из вороха красивых слов и обещаний что-то дельное становилось все сложнее. Только сколько-нибудь заметных проектов в том шумном году было около 350 штук[60]. ICO казались идеальной моделью для развития бизнеса: зачем лететь в Калифорнию и рассказывать, что такое биткоин, если можно придумать идею и название для токена, написать white paper со схематичной токеномикой (подробным обоснованием стоимости и экономики криптовалюты), позвать именитых советников (сразу два моих редактора по журналу РБК, где я тогда работал, числились как advisor в подобных проектах), собрать денег с нуля и попасть на обложку Forbes, в то время как твоя криптовалюта торгуется на криптобиржах?!

К тому же механизм ICO неизбежно манил к себе поклонников финансового творчества Сергея Мавроди. Дело не только в криптовалюте мавро, которую пытались запустить от его имени. Уже осенью 2017 года стало известно о первом деле о мошенничестве при проведении ICO. Выходец из Украины, полноватый мужчина в сером костюме, программист из Нью-Йорка Максим Заславский анонсировал сразу два криптовалютных проекта. Оба были явно рассчитаны на тех, кто что-то слышал о биткоине, но не доверял ему как активу, исходя из стандартной претензии: «А чем он обеспечен?»

Первую криптовалюту он назвал REcoin и заявил инвесторам, что она обеспечена вложениями в недвижимость развивающихся стран. Вторую — Diamond Reserve Coin: ее капитализацию, по его заверениям, составляли бриллианты из якутских алмазов. Доверчивые инвесторы перечислили ему сумму $300 тыс., однако в реальности никаких активов за этим альткоинами не стояло. Им еще повезло: счета Заславского были оперативно заморожены, а сам он впоследствии был приговорен к полутора годам реального срока.

Похмелье после «бума ICO» наступило быстро: весной 2018 года американская консалтинговая компания Satis Group проанализировала, привели ли ICO к созданию какого-то продукта или услуги. Результаты оказались грустными для тех романтиков, кто ожидал, что криптовалюты изменят мир инвестиций. Если мир они и способны изменить, то человека вряд ли: 80 % всех ICO-проектов оказались «скамом» (от английского «мошенничество»). Это значит, что их создатели в реальности не планировали выполнять свои обещания. Еще 6 % проектов честно пытались стать успешными, но в итоге провалились, другие 5 % тихо умерли. И лишь 8 % всех криптовалют начали торговаться на биржах.

С одной стороны, такой маленький процент выживших кажется провалом всей криптоэкономики. С другой — «бум ICO» породил довольно сильные компании: 24 проекта получили по результатам 2017 года рыночную капитализацию свыше $1 млрд, а еще 12 проектов — от $500 млн до $1 млрд. В число успешных вошли и Mastercoin с EOS (на весну 2022 года их капитализация — $1,7 и $1,3 млрд соответственно). Из ICO с российскими корнями продолжил работу, например, проект блокчейн-платформы Waves, который в 2017 году собрал $16 млн. Его основатель — уроженец Украины Александр Иванов, который учился в МГУ и начинал свой бизнес в России. Свой проект он позиционировал как простой и доступный способ внедрить блокчейн для конкретной задачи и нашел себе солидных клиентов, запустив по заказу «Ростелекома» платформу электронного голосования, «Россетей» — сервис учета электроэнергии, «Альфа-банка» — казначейское приложение для корпоративных клиентов.

А вот российский MobileGo быстро свернул с криптовалютной дорожки: братья Шоломы решили развивать проект без привязки к выпущенному токену и вообще криптовалютам, в команде произошел раскол, и при изначально собранных $53 млн капитализация их цифровой монеты сейчас — $0,5 млн. ICO не спасло мир и от рабства: летом 2021 года глава «Альтернативы» Олег Мельников объявил, что его фонд остался без финансирования и без поддержки сочувствующих закроется.

Сразу все пошло не так и у интернет-омбудсмена Мариничева с его Russian Mining Company: у пользователей возникли вопросы к доходности его майнинговой сети, одно обещанное устройство выпускать начали, а другой чудо-майнер, который должен был снизить стоимость потребления электричества до 200 раз, — нет; майнинговая ферма на «Москвиче» закрылась; летом 2021 года основная бизнес-структура Мариничева была признана банкротом[61]. Сам Мариничев в разговоре со мной жаловался на целую череду внешних обстоятельств: площадку на «Москвиче» мэрия Москвы спешно переоборудовала под ковидный госпиталь, нанеся компании ущерб в 400 млн рублей, а его партнер по майнинговому бизнесу — бывший собственник сети магазинов компьютерной техники Сергей Бобылев, осужденный в свое время за мошенничество, исчез вместе со своей частью ключа от мультиподписи к общему криптокошельку. По факту это означает заморозку кошелька: пока все ключи не будут введены, никакие транзакции невозможны.

Не получилось у Мариничева и вывести на рынок инновационный майнер, который якобы был способен снизить потребление электричества в 35–200 раз. Такие удивительные результаты должен был обеспечить процессор «Мультиклет» от екатеринбургского ученого и соратника Мариничева по «Партии роста» Бориса Зырянова. Ядро этого чудо-процессора имеет мультиклеточную структуру, благодаря которой, по обещаниям разработчиков, каждая клетка способна решать несколько задач одновременно.

«Мультиклет» позиционировался создателями почти как полет Гагарина в космос. Однако полета так и не состоялось: коммерческая продажа майнеров на базе мультиклеточного процессора несколько раз откладывалась, последние новости о проекте приходили весной 2021 года — тогда разработчики отчитались, что «Мультиклет» в два раза эффективнее майнит Ethereum, чем лучший на тот момент чип от американской Nvidia[62]. Все закончилось довольно стандартно и грустно: сделав конкурентный продукт, российская компания не смогла запустить его в продажу. Компания Мариничева перестала финансировать разработку, майнер на основе «Мультиклета» положили на полку, где он благополучно устарел.

«Проект был на 28 нм [нанометров] и на тот момент существенно превосходил видеокарты [конкурентов], в настоящее время он приблизительно на уровне видеокарт, выполненных по 12 нм технологии (по комплексной характеристике, с учетом стоимости). Смысл делать то, что и так есть, отсутствует», — честно написал мне Зырянов.

Иркутск — столица российского майнинга

Block 5

Index: Россия

Timestamp: январь 2018 года

Hash: Иркутск — столица российского майнинга

PreviousHash: конкурент биткоина от «Сергея Мавроди»

В 2018 году новогодние праздники в России затянулись: на работу граждане вышли во вторник, 9 января, и после четырех дней борьбы с похмельем вновь отправились на выходные. Причем к очередным возлияниям подталкивал сам календарь: 13 января — «старый Новый год» — выпало на субботу.

В ночь с пятницы на субботу житель города Усолье-Сибирское Иркутской области Евгений пил у себя дома пиво вместе со своим приятелем Романом. Помимо новогодних торжеств, Евгений накануне справил и день рождения, перешагнув символический 33-летний рубеж. В возраст Иисуса Христа молодой человек вступил в должности оператора местной нефтебазы и с чужим ребенком на воспитании.

Накануне Нового года он заметил, что в сторожке нефтебазы кто-то поставил восемь новеньких майнеров, которые круглосуточно добывали криптовалюту. Их-то 33-летний Евгений и предложил украсть своему приятелю, зашедшему к нему на пиво. Друзья не стали тянуть: взяли две большие китайские клетчатые сумки, скотч, перчатки и лыжные шапки с прорезями для глаз.

Приехав ночью на нефтебазу, они перелезли через забор, добрались до операторской и кувалдой разбили стекло. Охранник в это время лежал на диване и залипал в телефоне: он вскочил, но его быстро вырубили ударом по лицу и связали скотчем. После этого грабители запаковали майнеры в китайские сумки, при этом Евгений заранее прочитал в интернете, как правильно их отключить, чтобы они не сломались. Однако продать майнеры они не успели: вечером того же дня их уже задержали. Чтобы смягчить наказание, горе-грабители даже возместили владельцу оборудования упущенную выгоду — стоимость криптовалюты, которую тот мог добыть, пока полиция возвращала ему майнеры. Получилось почти 200 тыс. рублей. В итоге друзья отделались условным сроком.

Это только один из многочисленных примеров кражи майнеров в Иркутской области: например, в 2021 году местная полиция возбудила 344 (sic!) уголовных дела по таким случаям. Иначе говоря, в регионе почти каждый день кто-то воровал устройства для добычи биткоинов и других цифровых денег[63]. Эта статистика — официальное признание статуса русской столицы майнинга, который закрепился за регионом.

Необычный «столичный» статус свалился на область благодаря двум факторам. Первый и самый главный — самая низкая в России стоимость электричества: если в Москве в 2022 году средний тариф для населения превышал 5 рублей за 1 киловатт-час, то в Иркутской области был в районе 1,3 рубля. Еще лучше разница чувствуется, если сравнивать ставки, например, с Бурятией — соседкой Иркутской области: там тарифы начинаются с 3 рублей, а в некоторых случаях — вполне сопоставимы с московскими.

Иркутская область может позволить себе низкие тарифы благодаря очень богатой энергетической инфраструктуре: на ее территории — сразу четыре большие гидроэлектростанции, включая воспетую Евгением Евтушенко Братскую ГЭС, и пятнадцать тепловых электростанций. Электричества так много, что в регионе из года в год фиксируется его профицит — то есть генерируется больше, чем потребляется. Эти и без того идеальные условия для майнинга дополнены холодным климатом: постоянная минусовая температура здесь держится почти полгода, а средняя годовая температура — плюс один градус. Таким образом, не нужно тратить дополнительную энергию на охлаждение майнеров, которые, естественно, нагреваются, вычисляя новые блоки криптовалюты: рабочие температуры чипов обычно достигают 70–80 градусов.

Более того: предприимчивые иркутяне умудряются даже экономить на отоплении и одновременно зарабатывать на майнинге. Для этого нужно купить специальную ячейку, в которую помещаются до шести майнеров. Майнеры, как в каком-то фантастическом фильме про космические путешествия, погружены в диэлектрическую жидкость — она не проводит электрический ток и не оказывает коррозионного воздействия на вычислительное оборудование. Эта жидкость нагревается и через специальный теплообменник нагревает обычную воду, которая уже подается в батареи. Впрочем, майнер может отапливать помещения и без чудо-устройства: в кофейне в одном из поселков на берегу Байкала можно было наблюдать, как повар готовит кофе, а в ногах у него шелестит биткоинами майнер, одновременно обогревая пространство вокруг.

Маленькие майнинговые фермы и фермочки можно встретить не только в коттеджах и гаражах, но даже в квартирах жителей Иркутской области. Правда, рассказывать о своих успехах они никогда не любили: в России криптовалюты долгое время находились в серой законодательной зоне, а местные воры быстро научились отличать одну модель майнера от другой. Те самые горе-грабители Евгений и Роман из Усолья-Сибирского Иркутской области, что вломились в подсобку нефтебазы в похмельную постновогоднюю неделю 2018 года, на суде в один голос утверждали, что оценивали каждый украденный майнер максимум в 120 тыс. рублей, удивляясь оценке обворованного ими мужчины — тот заявил, что отдал за штуку 340 тыс., и даже принес в качестве подтверждения договор купли-продажи.

Лицом иркутского майнинга стал местный предприниматель Юрий Дромашко. Любитель яркой одежды и обладатель колоритной лысины, в нулевые он занимался бизнесом, который критики биткоина и сейчас могут назвать родственным криптовалютам. Его фирмы поставляли и обслуживали популярные тогда игровые автоматы под ироничным названием «пятирублевый столбик». Эти бесхитростные прямоугольные аппараты тогда можно было встретить почти в любом магазине от Владивостока до Калининграда, на каждом вокзале и даже на автобусных остановках. На экране высвечивались три цифры: если выпадали три одинаковые, игрок получал выигрыш.

Одна игра стоила обычно пять рублей, за что аппараты и получили свое прозвище. Тысячи людей ежедневно часами просиживали перед «столбиком» после работы с банкой пива в руках, забрасывая в аппарат, как семечки в рот, пятирублевые монеты. Собственно, это и были своеобразные семечки для народа: иногда на табло загоралось вожделенное совпадение, и с характерным звоном победы «столбик» выкидывал десяток монеток — средний выигрыш составлял 50 рублей, которые какой-нибудь работяга тут же забрасывал обратно.

Случались и казусы: в 2006 году в Иркутске аппарат показал местному студенту, что тот выиграл 1,166 млрд рублей. «Произошел сбой, — объяснял Дромашко местной газете. — Ведь игровой автомат — это тот же компьютер. Это запрограммированная машина. Он играет сам с собой, от наших нажатий мало что зависит, и если в него заложено, что он должен выдать выигрыш, он его выдаст». Правда, уточнял он тут же, у хозяина нет таких денег, и поэтому стороны «будут искать компромисс».

Стартовый капитал такого бизнеса составлял всего лишь 100 тыс. рублей, из которых 60 тыс. — это стоимость самого «пятирублевого столбика», делился тогда Дромашко. А прибыль, уверял он, может появиться сразу. «Иногда хватает одного автомата, если поставить его в нужное место. У нас есть опыт, когда человек зарабатывал 500 тыс. в месяц с одной машины. Но, к сожалению, эти хлебные места уже забиты. Самые выгодные точки — это железнодорожный вокзал, торговый комплекс, район „Шанхая“. В аэропорту нет такой прибыли, а на автовокзале контингент небогатый, в основном жители деревень», — перечислял Дромашко географию Иркутска[64].

В 2007 году «пятирублевые столбики» в России запретили: теперь закидывать монеты в подобные аппараты или в их старшего брата, «однорукого бандита», можно только в казино в игорных зонах. Дромашко бизнес не бросил, занимался оценкой имущества, а в 2016 году обратил внимание на криптовалюты. Его брат тогда уезжал в Америку: Дромашко продал его квартиру и купил несколько десятков ASIC-майнеров. Ферму запустил в загородном доме знакомого: электричество в сельской местности в Иркутской области до сих пор стоит меньше одного рубля за киловатт-час. Майнеров он купил так много, что поставил их делать вычисления в гараже и даже в бане.

«Биткоин меня привлек еще в 2011 году. Всю жизнь я занимался бухгалтерской и юридической деятельностью и думал, как во взаимоотношениях с государством найти то лезвие бритвы, по которому можно безопасно пройти. А тут я понял, что есть абсолютно параллельная финансовая система, и меня это очень обрадовало. Это свобода», — объяснял он мне.

Дромашко, конечно, не был первым иркутским майнером, но оказался по сути первым, кто стал открыто рассказывать об этом бизнесе. Ему было не привыкать — когда-то он так же расписывал заработки на «пятирублевых столбиках», хотя дело это выглядело еще более сомнительным с публичной точки зрения: люди оставляли в «столбиках» свои зарплаты и пенсии.

Майнинговый бизнес Дромашко расширялся: к середине 2020 года у него была сеть криптоферм, на которых он не только майнил для себя, но и предоставлял стойки в аренду другим криптостарателям. Одновременно он стал штатным гостем многочисленных криптоконференций, на которых убедительным голосом опытного коммивояжера рассказывал про будущее криптовалют и возможности Иркутской области как российской «криптостолицы», попутно называя себя «крипторомантиком». Фирменной «фишкой» своих видео на Youtube он сделал появление на заднем плане жены-модели в купальнике, которая ненавязчиво демонстрирует свое тело, пока он возбуждает слушателей перспективами криптовалют.

«В Иркутской области люди стали массово майнить в 2017–2018 годах, и я тоже приложил к этому руку. Я тогда провел множество встреч, рассказывая, что у нас дешевое электричество и как на этом можно зарабатывать. Делал я это, конечно, не просто так: мне нужны были деньги под собственный майнинговый проект. Их, правда, никто так и не дал, но потом уже не нужно было. Плюс я продавал тогда майнеры, и когда человек решался заняться майнингом, то он возвращался ко мне», — хвастался он.

Одним из тех, кто поверил пропагандистам майнинга вроде Дромашко, был иркутский музыкант Артем Галанов. На волне взрывного роста курса биткоина в 2017 году он продал квартиру, имея при этом незакрытые долги от предыдущего бизнеса, и вложил деньги в биткоин. Однако в 2018 году курс просел, так что музыкант не только не купил новое жилье, но и вовсе был вынужден перебраться в квартиру к жене. В 2019 году он рассказал свою историю в песне с бодрым названием «Крипта: а я вложился и не ссу!» и сделал клип на деньги Дромашко. Последний снялся в нем в эпизодической роли майнера, который курит сигару на своей ферме, а лирический герой приносит ему мешок денег, вырученных от продажи квартиры, чтобы купить биткоины.

Даже позволив снять на своей ферме клип, Дромашко старался не афишировать, где стоят его майнеры: боялся воров. Но иркутские воры быстро научились находить работающие майнинговые фермы по характерному шуму охлаждающих вентиляторов. В качестве контрмеры местные жители отделывают стены сараев и гаражей шумоизоляционными материалами, а для домов покупают специальные шумбоксы, соединяя их между собой вентиляционными трубами. Но и это не помогает: у того же Дромашко однажды разом украли 28 ASIC-майнеров. А он даже из этой грустной новости сделал себе пиар, заявив, что привлечет для поиска байкальских шаманов. Воров, впрочем, так и не нашли.

Шумоизоляция нужна не только для защиты от воров, но и для того, чтобы майнинговую ферму не засекло государство: многие майнят и платят за электричество по тарифам для населения, хотя для предпринимательских целей они выше. Например, по коммерческим ставкам выставляются счета и Дромашко, но это неизбежная плата за его публичность. Остальных майнеров местные энергетики пытаются выявить с помощью специальных рейдов: ходят по селам и поселкам и проверяют адреса с высоким потреблением электричества. По итогам формируются судебные иски: в 2021 году «Иркутскэнергосбыт» — компания миллиардера Олега Дерипаски — подал более 130 исков к «серым майнерам».

Проверки проходят по-разному. Где-то — как, например, в городе Усть-Илимске весной 2021 года — хозяева сами пустили энергетиков на территорию своего загородного дома. Проверяющие нашли 40 майнеров, оборудование стояло повсюду: в доме, гараже, бане и теплице. Хозяева сказали, что это обогреватели, но отпираться было бессмысленно: суд взыскал с них за электроэнергию дополнительно более 1 млн рублей. А в Иркутске энергетики вычислили майнера с помощью тепловизора, который показал повышенное тепловыделение в районе крыши, что было представлено суду как доказательство вместе с высоким энергопотреблением.

Иногда майнеры сопротивляются: например, в Братске местная жительница доказывала, что все электричество пошло исключительно на нужды ее дома с теплым полом и бассейном, хотя суммарно она потребляла больше, чем десять соседних домов, магазин и целая школа. Энергетики рассказывали на суде, что во время инспекции слышали из ее гаража характерный для майнеров шум, и в итоге с нее взыскали свыше 90 тыс. рублей. «Подпольные майнеры криптовалюты бессовестно пользуются тем, что у нас в регионе низкие тарифы на электроэнергию. Делают на этом деньги», — так относится к местным криптодобытчикам губернатор Иркутской области Игорь Кобзев.

В конце 2021 года он обратился в федеральное правительство с предложением сделать майнинг одним из видом предпринимательской деятельности и обложить специальным тарифом на электричество. Его гнев был вызван тем, что в 2021 году энергопотребление среди населения региона выросло на 159 %, в чем, по его мнению, были виноваты исключительно майнеры. Причем как российские, так и китайские: в конце сентября того 2021 года майнинг в КНР был запрещен, и, по данным Кобзева, некоторые криптофермы перевезли оборудование в соседнюю Россию, где как раз на границе есть регион с супердешевым электричеством.

Но на мероприятиях, где нужно показывать открытость всему «инновационному» с привкусом «цифровой экономики», местные власти козыряют званием российской столицы майнинга. Так, выступая на Восточном экономическом форуме во Владивостоке в 2019 году, глава иркутского агентства инвестиционного развития Яна Шевченко заявила, что региональное правительство «заинтересовалось» проектом из Беларуси по использованию энергии майнинга для отопления домов и теплиц. Именно такими проектами и принято «интересоваться» на подобных форумах: это ни к чему не обязывает, но дает нужную цитируемость в медиа. Тем более сами иркутяне и без правительства осваивают нехитрые приспособления для обогрева домов энергией майнеров.

Усилиями майнеров Иркутской области и других регионов Россия вошла в пятерку стран по объему майнинга. Например, летом 2020 года на российских криптодобытчиков приходилось почти 7 % мирового хэшрейта (вычислительной мощности) в сети биткоина[65]. Примерно таким же был вклад майнеров из США и Казахстана, однако даже вместе они не дотягивали до лидера — Китая: на тот момент на вычислительное оборудование, работающее на территории КНР, приходилось 65 % хэшрейта. Правда, спустя год, после запрета майнинга китайскими властями, доля китайских майнеров пошла вниз, а новым лидером добычи биткоина стали США.

Всегда было довольно сложно оценить объем криптовалютных сбережений россиян — и уж тем более понять, сколько цифровых монет было намайнено, а сколько — просто куплено. Летом 2018 года рейтинговое агентство АКРА подсчитало, что на кошельках граждан России хранится биткоинов на $7,5–14 млрд, или почти 1 трлн рублей по курсу того времени. Спустя четыре года Центробанк поделился своей оценкой: по данным ведомства, россияне владели криптой на 7 трлн рублей. С учетом той анонимности, которую дают биткоин и другие монеты своим владельцам, цифры, скорее всего, довольно примерные. Но понятно, что речь идет о десятках миллиардах долларов, и было бы странно, если бы не появилось тех, кто захотел запустить руку в этот мешок с деньгами.

Русская криптопирамида

Block 6

Index: Россия

Timestamp: ноябрь 2020 года

Hash: русская криптопирамида

PreviousHash: Иркутск — столица российского майнинга

Конец ноября 2020 года, Челябинск. На сцене стоит уверенный в себе молодой человек в костюме без галстука, белых кроссовках и с металлическими украшениями на руках и рассказывает, как зарабатывать деньги. «Недавно мне позвонил товарищ, с которым я не общался лет десять, и сказал: “Привет, как дела, про тебя скоро из утюга начнут говорить”», — хвастается он, добавляя при этом, что делает это «без ложной скромности». Это Кирилл Доронин, один из основателей криптовалютной пирамиды Finiko. Ему оставалось хвастаться всего лишь полгода: летом 2021 года пирамида рухнула, а сам Доронин был арестован.

Крах МММ в девяностые не создал у россиян иммунитета к пирамидам, что, собственно, было понятно уже по востребованности реинкарнации МММ и нового витка популярности Сергея Мавроди в 2010-е. Так, в 2016–2018 годах гремела компания «Кэшбери»: ее рекламировали Николай Басков, Ольга Бузова и Валерий Меладзе, вкладчикам обещали доходность в 200–600 %, но в итоге все закончилось уголовным делом и пропажей не менее 3 млрд рублей. Накануне краха, в середине 2018 года, основатель пирамиды Артур Варданян пытался влиться в модную криптовалютную струю: его команда запустила собственную криптовалюту Cashbery Coin, и кто-то — в самой компании называли цифру в 80 тыс. человек — даже успел в нее вложиться. «То, что монета подорожает в десятки и сотни раз, — это всего лишь вопрос времени», — обещал Варданян осенью 2018 года, объявляя о закрытии проекта на фоне давления властей и Центробанка. Естественно, монета Cashbery Coin канула в небытие вместе с самим Варданяном, который скрылся от следствия за границу, довольно неплохо запутав следы: в учредительных документах были указаны разные даты рождения.

Если создатели «Кэшбери» успели построить только основание своей криптовалютной пирамиды, то Finico сделала ставку именно на цифровые валюты и на тот образ биткоина, который сложился в массовом сознании: непонятное чудо, которое постоянно дорожает. Идеологом и одним из основателей стал уроженец Казани Кирилл Доронин — тот самый молодой человек с металлическими украшениями на руках, который осенью 2020 года со сцены в Челябинске хвастался тем, насколько он теперь знаменит. Тогда же он поделился одной подробностью своей биографии, которая в свете последующего уголовного дела придает его фигуре налет чего-то трагического: когда ему было 15 лет (1995 год), его отец обанкротился, и дальше семье пришлось затянуть пояса. Архивные базы данных даже хранят информацию, что одно время его отец Леонид Доронин был в розыске по обвинению в мошенничестве.

Несмотря на этот пример — или же благодаря ему, — он сразу после школы стал искать себя в предпринимательстве. Специализацией харизматичного и атлетически сложенного Доронина стал инфобизнес — одно время, например, он возглавлял школу торговых представителей, вел тренинги для предпринимателей, а в 2011 году написал книгу «Проблемы с кредитами? Избавьтесь от них за 7 шагов». Несколько лет он был наставником в «Фабрике предпринимательства» в Казани, хотя его реальные успехи в бизнесе, мягко говоря, вызывают сомнения. Там-то, на «Фабрике», Доронин и познакомился с будущим партнером по Finiko — трейдером и создателем криптовалютной школы Маратом Сабировым, который открыл Доронину мир биткоинов[66].

Вместе с Сабировым Доронин стал делать то, что умел лучше всего: учить зарабатывать деньги, на этот раз — на криптовалютах. На рубеже 2017–2018 годов они запустили курсы о том, как получать от крипты доход 7 % в день. Звучит, конечно, фантастически, но каких-то успехов выпускники этих курсов явно добивались: на дворе стояло криптолето, стоимость цифровых монет стабильно росла. Хотя сам Доронин рассказывал, что они учили людей покупать биткоины «оптом», а потом продавать их «в розницу». «Как огурцы: условно, бабушка закупила коробку и по килограмму распродает. Принципиально на данном рынке ничего не поменялось: если оптом покупать, то дешевле», — рассказывал он потом в интервью[67].

Некоторые клиенты якобы просили коучей не ограничиваться только обучением, но и взять их криптовалютные сбережения в управление. Так и родилась идея Finiko, утверждал потом Доронин: брать у людей цифровые деньги и зарабатывать на них самим, а потом делиться процентами с вкладчиками. Действительно ли они верили, что всегда смогут оставаться в плюсе, или заранее понимали, что будут строить пирамиду? Доронин, конечно, рисовал убедительные картины, как команда из более чем 50 трейдеров во главе с Сабировым («еще его мама была трейдером») в поте лица трудится над тем, чтобы приумножить вклады клиентов на криптобиржах, FOREX-рынке и нефтяных фьючерсах, но по факту они построили работу компании так, что юридически на них не было никакой ответственности.

Деньги они принимали только в биткоинах или USDT — «стейблкоине», то есть криптовалюте, привязанной к устойчивому биржевому товару вроде доллара или золота. Сам Доронин не скрывал, что это была сознательная стратегия: закона о криптовалютах в России тогда не было, все операции с ними по факту находились в серой зоне, и в его представлении это гарантировало отсутствие каких-либо претензий со стороны регулирующих органов. «Мы соблюдали закон. В данном плане нам было важно его соблюсти: нельзя принимать денежные средства, когда ты не имеешь лицензии управляющей компании, и так далее. А диалоги по “битку” не урегулированы», — оправдывался он потом, накануне краха Finiko.

Вокруг Finiko сложилась своя инфраструктура по обмену рублей на крипту — от видеоинструкций, как купить биткоины на Binance и завести в личный кабинет Finiko, до чатов в телеграме, где помогали новичкам разобраться в криптоэкономике. Но для большей юридической безопасности Доронин и Сабиров придумали еще и внутреннюю валюту сервиса — цифроны, по сути представлявшие собой ничем не обеспеченный фантик. Цифроны можно было купить за крипту, в них же выплачивались и проценты тем счастливчикам, которые сумели заработать в начале строительства пирамиды. Чтобы вывести прибыль, нужно было сначала обратно обменять цифроны на биткоины внутри сервиса, а потом еще каким-то способом превратить крипту в фиат.

Finiko начала активно работать с 2019 года. Деньги принимались под несколько «инвестиционных» программ. Первая — классическая приманка для любой пирамиды: принесите биткоинов на сумму в $1000, и каждый месяц сумма будет увеличиваться на 20–30 %. Другая — более сложная, но с простой и осязаемой целью: клиент мог положить на счет 35 % от стоимости автомобиля или квартиры, и через четыре месяца его вклад вырастал до 100 %, так что оставалось только вывести цифроны и купить то, что так давно хотел. Схема и правда первое время работала: собранные у населения деньги Доронин и Сабиров хранили в биткоине, который рос в цене всю первую половину 2019 года, потом чуть просел, пока в 2020 году не устремился к новым рекордам. Клиенты видели результат и не выводили прибыль, а реинвестировали ее в Finiko.

К себе в команду Доронин и Сабиров взяли еще двух человек. Исполнительным директором, который отвечал за управление менеджерами, стал человек с необычным именем Зыгмунт Зыгмунтович — еще один уроженец Татарстана, у которого Доронин был наставником в «Фабрике предпринимательства» в бизнес-проекте по выращиванию клубники в республике. Отвечать за трейдинговое направление — то самое, которое в представлении верных клиентов и генерировало стабильную прибыль, — поставили казанского предпринимателя Эдварда Сабирова, однофамильца другого основателя Finiko Марата Сабирова. Это был известный в республике человек — например, он вместе с экс-министром связи России Николаем Никифоровым собирался строить жилье в городе Иннополис под Казанью, который должен был стать «российской Кремниевой долиной», но пока айтишники не спешат переселяться в холодные волжские степи.

Молодые и стильные, они вместе разъезжали по стране с выступлениями и излучали ту самую уверенность, которая так нужна любой финансовой пирамиде. Публичным локомотивом проекта оставался Доронин. «Вся “петрушка” повязана на наше желание, чтобы криптоиндустрию [из сферы] криптофриков превратить в криптобудни — ну, то есть ты криптой занимаешься не [для того], чтобы ее продать и заработать денег, а [для того], чтобы на крипту можно было что-то купить», — нес он полную бессмыслицу осенью 2020 года на большой встрече с поклонниками проекта в Москве, стоя на сцене в тренировочных штанах и сверкая неизменными металлическими украшениями и накачанными мышцами. Несмотря на бессмыслицу и очевидные признаки пирамиды, к концу 2020 году у Finiko было более 200 тысяч клиентов, и наибольшей популярностью сервис пользовался в родном Татарстане.

«В Казани и Татарстане практически у каждого в окружении есть вкладчик Finiko или тот, кто с ним знаком. О прибыли, курсах и процентах на финансовом проекте твердят в парикмахерских, шушукаются официанты, а стать “партнером” порой предлагают таксисты. Некоторые “инвесторы” продают квартиры, берут кредиты — лишь бы “прокрутить” деньги в пирамиде. На уход работников в Finiko нашему изданию жаловались некоторые представители бизнеса — дескать, зачем работать, когда можно жить на проценты», — так описывало популярность пирамиды местное издание «Бизнес Online»[68].

Первые проблемы у Finiko начались в конце 2020 года, когда татарстанские силовики возбудили уголовное дело по статье «Организация финансовой пирамиды», а потом пришли в казанский офис компании с обысками. Доронин не сдавался и добровольно поехал к следователю на допрос, где искренне недоумевал, какие могут быть к нему и его партнерам претензии: ведь Finiko работает только с криптовалютой. Парадоксальным образом компания продолжила работать еще полгода и даже выплачивать кому-то деньги.

Казалось, что она пытается меняться: Доронин и его команда создали собственную криптовалюту FNK и даже договорились о включении ее в листинг на малоизвестных биржах. Поначалу покупать ее было не обязательно, но летом 2021 года в Finiko заявили, что все расчеты переходят на FNK. До этого стоимость токена болталась в районе $2, но вдруг выросла до $217 — в сто раз. Это был типичный «памп» — создание искусственного спроса на цифровую монету. Потом цена так же резко рухнула, и немногие биржи, которые взяли себе FNK, отказались от сомнительной монеты.

Это была агония: вскоре Finiko прекратила все выплаты, бывшие партнеры стали обвинять друг друга в крахе — Доронин в прямом эфире в инстаграме говорил, что в проекте отвечал лишь за «пропаганду», а в приостановке выплат виноваты Сабировы и Зыгмунтович, которые контролировали все денежные средства. Троица, в свою очередь, записала совместное видео, на котором они, сидя на диване, по очереди рассказывают, как Доронин запугал их своими связями и вывел всю валюту. Как потом выяснилось, они успели уехать из России, арендовав сразу несколько чартеров, чтобы запутать следы. Доронин же был арестован и теперь дает интервью из клетки: он по-прежнему харизматичен, но в глазах вместо уверенности и даже наглости поселился испуг.

Всего ущерб от действий основателей Finiko составил не менее 5 млрд рублей. Кошельки Finiko периодически приходили в движение — например, в конце 2021 года с них вывели 750 биткоинов, или почти $50 млн по курсу того времени[69]. А спустя год следы Зыгмунта Зыгмунтовича обнаружились в ОАЭ, где он был арестован по запросу Генеральной прокуратуры: надежда Доронина на то, что, раз биткоин находится в серой зоне, значит, предъявить им будет нечего, оказалась бесплодной. Российское государство к этому времени прекрасно знало, что такое криптовалюты.

История о том, как встретились Владимир Владимирович и Виталик

Block 7

Index: Россия

Timestamp: июнь 2017 года

Hash: история о том, как встретились Владимир Владимирович и Виталик

PreviousHash: русская криптопирамида

Поздним вечером 2 июня 2017 года президент России Владимир Путин встретился с создателем Ethereum Виталиком Бутериным. Это была настоящая встреча XX и XXI веков. С одной стороны — человек, который считает интернет проектом ЦРУ, а на просьбу мальчика подписаться на его ютьюб-канал однажды ответил: «Что нужно подписать?» С другой — вчерашний подросток, который в семь лет сделал в Excel «Энциклопедию кроликов», а в девятнадцать — создал собственную криптовалюту, которая одновременно перевернула мир блокчейна.

Сухое сообщение на сайте Кремля об итогах встречи не оставляло сомнений, что эти два мира соприкоснулись, чтобы разойтись в разные стороны. «В. Бутерин рассказал о возможностях использования разработанных им технологий в России. Президент поддержал идею налаживания деловых контактов с возможными российскими партнерами», — говорится в нем на бюрократическом языке. Фотографий со встречи не публиковалось, но представить, как все происходило, не так сложно.

Миры Путина и Бутерина пересеклись на Петербургском экономическом форуме. Там же Бутерина организаторы притащили на сессию с участием вице-премьера Игоря Шувалова и зампреда Центробанка Ольги Скоробогатовой. Из зала на них смотрели люди в пиджаках, среди которых, например, можно было заметить и предпринимателя Игоря Чайку — сына тогдашнего генпрокурора Юрия Чайки и героя расследования команды Алексея Навального[70]. Виталик увлеченно рассказывал о том, как блокчейн перевернет мир, но то, как он неловко повесил бейджик, выдавало в нем новичка на подобных мероприятиях. А люди в пиджаках смотрели на него с улыбкой как на диковинку: ничего не понятно, но, говорят, Виталик — криптомиллионер. Так же в другие годы смотрели на индийского философа-мистика Садхгуру или тиктокера Даню Милохина, которых привозил на форум глава Сбербанка Герман Греф.

Столь высокое внимание к Бутерину на главном светском мероприятии путинской России тем более удивительно, если вспомнить, что всего лишь тремя годами ранее Центробанк грозил пальцем криптосообществу и предупреждал, что от виртуальных валют до отмывания денег и финансирования терроризма — один шаг. Для многих криптоэнтузиастов это стало сигналом, что в России лучше даже не пытаться строить легальный бизнес, связанный с цифровыми деньгами и блокчейном, рассказывал мне основатель Bits.media Иван Тихонов. Тем более что прокуратура взяла письмо ЦБ на вооружение и рейдом прошлась по существовавшим тогда криптопроектам. И речь не только о блокировке портала самого Тихонова вместе с сайтом Bitcoin.org, который создал сам Сатоши Накамото — или тот, кто скрывался за этим именем.

«Я знаю, что “Яндекс” тогда готовил сервис по работе с криптой, но после заявления Центробанка не стал [его запускать]. У знакомых, которые занимаются созданием сайтов, висел на двери офиса знак “Мы принимаем биткоин”, так их в прокуратуру затаскали. То же и с одной петербургской сетью баров, где уже тогда можно было расплачиваться криптой. Есть сервисы, которые делали наши ребята, но после 2014 года они ушли за границу и тщательно скрывают свои российские корни. Живут себе подпольными миллионерами», — рассказывал мне Тихонов.

Амбивалентное отношение к криптовалютам было характерно для российских властей и в дальнейшем. Например, в апреле 2015 года министр финансов Антон Силуанов пообещал съезду Ассоциации российских банков усилить давление на криптосообщество. «Мы продолжим защиту прав потребителей финансовых услуг. Мы готовим меры ответственности за распространение денежных суррогатов, в том числе биткоинов, за организацию финансовых пирамид. Соответствующие законопроекты подготовлены и будут внесены в Госдуму», — заявил он, по сути приравняв биткоин к МММ[71].

Но буквально через несколько месяцев власти послали прямо противоположный сигнал — причем исходил он от самого Владимира Путина. В июле 2015-го он приехал на молодежный фестиваль «Территория смыслов на Клязьме» во Владимире. Всех участников в одинаковых футболках собрали для президента в большом зале; Путин сидел на сцене, по привычке широко расставив ноги, без галстука, что, очевидно, должно было подчеркнуть неформальность встречи. Первый же вопрос из аудитории не оставлял сомнений — спрашивать будут только то, что разрешено и согласовано. «Вы недавно посетили саммиты БРИКС и ШОС. И в связи с этим мне интересно: во-первых, обсуждались ли на этом саммите вопросы развития интернет-технологий? Скажите, пожалуйста, как вы считаете, нужно ли поддерживать конгломерацию со странами БРИКС и ШОС, чтобы добиться высоких результатов в максимально быстрые сроки?» — спросила симпатичная высокая девушка, сбившись на чужеродном слове «конгломерация».

Так что вопрос от молодого человека из Пензы с аккуратной бородкой про «электронные деньги» тоже возник не просто так. Путин явно готовился к нему, хотя и употребил редкое и удивительное слово «интернетный». «Интернетные электронные деньги […] ничем не обеспечены. Вот в чем все дело. Это самая главная проблема. Они ни к чему реально не привязаны и ничем не обеспечены. Но в целом как единицей расчета — как они называются, коины или еще как-то — ими можно пользоваться, они все шире и шире распространяются. Как какой-то эквивалент в каких-то сегментах расчета, наверное, возможно», — неожиданно заявил он. Но тут же поправился, что знает о жесткой позиции Центробанка по этому вопросу, которую он назвал «обоснованной» и «профессиональной».

Этим осторожным высказыванием Путин публично зафиксировал двойственное отношение российских властей к криптовалютам: с одной стороны, позиция Центробанка не дезавуирована, с другой — какие-то эксперименты с криптоэкономикой все-таки приветствуются. Их главным сторонником на первых порах был глава Сбербанка Герман Греф. Еще в 2014 году на форуме в Давосе он дал понять, что следит за новым явлением, назвав криптовалюты «интересным международным экспериментом, который ломает парадигму валютной эмиссии». «И их определенно не стоит запрещать, но следует попытаться понять, изучить и, возможно, начать правильно регулировать», — заявил он тогда.

Глава Сбербанка не только хвалил криптотехнологии на форумах, но и пытался применить их у себя в банке. Например, в конце 2016 года в Сбере заработала экспериментальная платформа документооборота на основе блокчейна, к которой присоединились также «Аэрофлот», Федеральная антимонопольная служба и еще несколько организаций. За основу взяли принципы биткоин-сети: документы передаются и хранятся в зашифрованном виде, для подтверждения транзакции — передачи данных — нужна электронная подпись.

Примерно в то же время, когда Греф торжественно хвастался, что идет в ногу со временем, я переехал из Петербурга в Москву и обнаружил, что Сбербанк берет с меня процент при уплате арендной платы за квартиру, хотя и я, и хозяин квартиры были его клиентами. Я пришел в забитое бюджетниками отделение в районе станции метро «Калужская», рядом с офисом РБК, и после получаса томления в очереди оказался перед уставшей работницей банка. Она почти с гордостью заявила: раз моя карта выпущена в Петербурге, а деньги я перевожу на московскую карту, юридически это разные филиалы банка и уплата процента неизбежна. Перерегистрировать свою карту из одного региона в другой я не мог — только закрыть и открыть новую. Так я и поступил, а потом отчаянно лайкал мем, на одной картинке которого Греф говорит про блокчейн и машинное обучение, а на другой женщины из офиса Сбербанка — точь-в-точь моя собеседница с «Калужской» — говорят: «Вот где карту открывали, туда и идите».

В 2017 году пик романтического увлечения российских элит криптоэкономикой пришелся на Петербургский экономический форум. Решение затащить на него Виталика Бутерина выглядело логичным: россиянин, пусть выросший и сделавший имя на Западе, вызывает в людях вроде Путина и Чайки больше доверия, чем какой-нибудь Марк Цукерберг. А системные либералы вроде Грефа вообще открыто им восхищались. «Когда Виталик рассказывает о блокчейне, профессоры Стэнфорда достают блокноты и начинают записывать», — сказал он однажды. Не случайно российские банки к этому времени уже тестировали возможности Ethereum: в 2016 году на его основе была создана система обмена информацией о клиентах «Мастерчейна». Помимо вездесущего Сбербанка, к ней присоединились «Альфа-банк», «Тинькофф», «Открытие», а координировали эту работу в Центробанке, где еще пару лет назад смотрели на криптодвижение максимально критически.

На одной панельной сессии ПМЭФ того года под громким названием названием «Блокчейн — рождение новой экономики» вместе с Бутериным выступал тогдашний вице-премьер Игорь Шувалов. Неповторимым тоном технократа, в котором оптимизм сочетается с деловитостью («Бежать надо, так график [выступлений] составили: у вас будет блокчейн, потом сразу искусственный интеллект»), он с возбуждением рассказывал о встрече с Путиным накануне.

«Нас, небольшую группу членов правительства и начальников администрации, президент отпустил только в начале второго утра. Все это время мы обсуждали новые технологии и цифровую экономику. Президент полностью „заболел“ этим и прекрасно понимает, что разрыв и значительные темпы роста базируются на цифровой экономике и технологическом лидерстве», — поделился Шувалов. Это «президент заболел цифровой экономикой» стало главной цитатой форума[72]. А ночная встреча Путина с Бутериным, казалось, должна была подтвердить, что президент действительно поведет Россию к цифровому прорыву.

Но форум отшумел, гости разъехались на «Сапсанах», чиновники затем еще немного покозыряли модным словом «блокчейн» — и все стихло. Из тех проектов, которые возбужденно анонсировал Шувалов (блокчейн-платформа идентификации личности, регистрация прав собственности в блокчейне, отслеживание товаров через блокчейн), не заработал ни один. Глава Центробанка Эльвира Набиуллина уже осенью напомнила о своем отношении к криптовалютам, заявив, что против их легализации как законного платежного средства.

Впрочем, платформа обмена финансовой информацией «Мастерчейн» все-таки добралась до стадии реализации — например, в начале 2022 года банк ВТБ выдал «Ростелекому» гарантию именно через нее. Но некоторые детали проекта могут удивить западное криптосообщество — для того чтобы начать полноценную работу, платформа должна была получить сертификат ФСБ на соответствие российским стандартам криптографии. Такой же сертификат был у российского юрлица криптопроекта Waves, чья криптовалюта входит в сотню самых популярных в мире: его блокчейн тот же «Ростелеком» использовал для запуска своей системы электронного голосования.

Энтузиазм романтического 2017 года стих очень быстро. Закон «О цифровых финансовых активах», который хоть как-то мог вывести криптовалюты из серой зоны, писали и принимали еще три года, а в силу он вступил лишь в начале 2021-го. И оказался таким же амбивалентным, как все отношение российских властей к криптоэкономике: с одной стороны, разрешил владеть криптовалютами и даже выпускать их на территории России, с другой — по сути, приравнял их к фантикам: расплачиваться с их помощью за товары и услуги внутри страны нельзя. Но зато предпринимателей в области криптовалют постепенно перестали воспринимать как IT-гиков, которые изменят мир с помощью таинственного блокчейна, и стали считать обычными бизнесменами. Государство захотело обложить их налогами, спецслужбы — проверить на связь с криминалом, а сам криминал — обокрасть.

Не стать BTC-e

Block 8

Index: Россия

Timestamp: конец 2017 года

Hash: не стать BTC-e

PreviousHash: история о том, как встретились Владимир Владимирович и Виталик

В конце 2017-го, накануне Нового года, 40-летний россиянин, директор криптовалютной биржи EXMO Павел Лернер, подъехал на машине с водителем к офисному зданию на киевском проспекте Степана Бандеры, который некогда назывался Московским. Дальше все было как в плохом детективе: как только грузный Лернер вышел из машины на улицу, на него набросились шестеро человек в темной одежде, балаклавах и с оружием в руках. Под испуганные взгляды стоявших на крыльце бизнес-центра сотрудников криптобиржи его затолкали в микроавтобус Mercedes и увезли.

Все, что с ним происходило дальше, известно с его слов. В машине, следуя фабуле все того же плохого детектива, на голову Лернеру надели темный мешок, а сняли уже в темном и холодном подвале, куда его бросили в наручниках. Дальше стало понятно, что похитители прекрасно знали, чем занимается Лернер, но плохо разбирались в самих криптовалютах: они требовали от него заплатить выкуп в биткоинах, но называли фантастическую сумму в 3500 биткоинов — около $70 млн по курсу того времени.

Лернер честно заявил им, что таких денег у него нет. Ему не поверили — угрожали ему и его близким, но потом смирились и попросили открыть ноутбук. На личном кошельке Лернера было в 70 раз меньше, чем хотели похитители, а доступа к активам биржи он не имел. Преступники в итоге смирились: потребовали перевести им биткоины, а Лернера с мешком на голове вновь посадили в машину и выбросили в кювет где-то под Киевом, гуманно оставив ему гривны на дорогу. Мужчина добрался до ближайшей заправки и вызвал такси.

Получив доступ к интернету, он узнал, что о его похищении написали многие мировые медиа. Правда, в самой EXMO, комментируя его историю, называли его всего лишь «старшим аналитиком», хотя на его странице в LinkedIn было написано, что он директор биржи. На расспросы Лернер потом отвечал туманно: мол, сначала был директором, а потом уже аналитиком[73]. Это не единственный неясный момент в истории с его похищением: в криптотусовке долгое время ходил слух, что он знал, кто нанял похитителей, потому что речь якобы шла о его собственном старом долге, который из него таким образом решили выбить. Как-то раз его даже спросили об этом в российско-украинском чате, где были представители разных криптосервисов, но он вместо ответа просто вышел из диалога. Мне задать ему тот же вопрос не удалось: в 2022 году он работал в российском криптообменнике Bitzlato (то ли финансовым директором, то ли помогал делать стейблкоин с привязкой к рублю), и его арестовали в Испании в рамках операции Европола «Криптошторм».

Похищение Лернера в 2017 году оказалось не первым случаем, когда целью преступников были не такие традиционные объекты разбоя, как деньги, машины или драгоценности, а криптовалюты. В том же декабре 2017 года 48-летний мужчина пришел в одно московское кафе, чтобы обменять фиат на крипту. Однако люди, с которым он договорился об обмене, забрали 300 тыс. евро и $50 тыс. и скрылись, оставив его ни с чем. Но история с похищением Лернера — сама по себе более драматическая — воспринималась иначе еще и потому, что за полгода до этого в Афинах был арестован Александр Винник, совладелец другой крупной криптобиржи BTC-e. По иронии судьбы, именно на BTC-e много лет ориентировались создатели EXMO, но вовремя поняли, к чему это может привести.

Биржа EXMO, название которой образовано по первым буквам английских слов Exchange Money, появилась в 2014 году, когда BTC-e уже работала три года и была лидером среди русскоязычных криптобирж. От конкурента новая площадка взяла два главных условия популярности в России — анонимную регистрацию без лишних проверок и возможность покупать криптовалюты за рубли. Основатели EXMO не спешили раскрывать свои имена, как и создатели BTC-e. Те, кто хотел узнать, кому они доверяют свои деньги, сталкивались с классической «матрешкой» из компаний: зайдя сначала в британский бизнес-реестр, оттуда следовали в литовский и упирались в тупик под названием «бизнес-реестр Белиза».

«Мы смотрели на BTC-e, постоянно себя с ними сравнивали, пытались делать продукт лучше, чем у них. Для меня стало событием, когда админ биржи [BTC-e] написал мне с предложением купить нас. Наверное, пьяный был», — рассказывал мне один из владельцев EXMO. BTC-e и правда заслоняла младшего брата от внимания русскоязычной аудитории: спустя полтора года после запуска суточный оборот EXMO составлял чуть более 800 биткоинов, в то время как у площадки Билюченко и Винника он был более чем в десять раз выше. В романтическом 2017 году все, естественно, поменялось — по его итогам суточный объем торгов на EXMO уже превышал 10 тыс. биткоинов (более $140 млн).

Иногда EXMO след в след повторяла путь BTC-e: в середине 2016 года Петроградский районный суд Петербурга по иску местной прокуратуры потребовал заблокировать сайт биржи в России. По самой что ни на есть веской причине: на бирже можно купить биткоины и другие криптовалюты, хотя денежная единица в стране одна — рубль, а все цифровые «суррогаты» запрещены. «Процесс выпуска и обращения биткоинов полностью децентрализован, и отсутствует возможность его регулирования, в том числе со стороны государства. Также криптовалюта не требует ведения специальной отчетной документации», — всерьез возмущалась прокуратура. Сайт биржи был заблокирован в начале 2017 года — за несколько месяцев до встречи Путина и Бутерина на ПМЭФ.

Возможно, биржа EXMO могла закончить так же, как BTC-e: одного основателя арестовывают в Греции, другой спешно бежит в Россию. Тем более первый громкий скандал в истории биржи с участием правоохранительных органов случился в том же 2017-м, когда в Киеве похитили Лернера. Однако ее создатели решили вырваться из колыбели постсоветского пространства и полностью изменить идентичность, став европейской, «цивилизованной» криптоплощадкой. Вот как рассказывал мне об этом решении один из основателей EXMO.

«Я понимал, что будет либо запрет криптовалют, либо их легализация, что долго в серой зоне они оставаться не могут. У нас было много дискуссий где-то в 2017 году: мы стали смотреть не на BTC-e, а на мир и поняли, что хотим вырасти из российских условий. Это было непростое решение, потому что ухудшало нашу экономику в моменте на 10–15 %», — вспоминал он.

«Ухудшение экономики» произошло в первую очередь из-за постепенного введения обязательной верификации. Для того чтобы пройти ее, нужно было предоставить целый пакет документов — от паспорта до коммунальных счетов для подтверждения реального места жительства. Это лишало биржу части трейдеров из СНГ, которые хотели продавать и покупать криптовалюту анонимно, но приближало к заветной цели — избавиться от всего, что связывало с русскоязычным криптосообществом.

Сначала получалось не очень хорошо: долгое время в качестве адреса офиса на сайте EXMO был указан двухэтажный невзрачный домик в английском городке на побережье Ла-Манша, а для пущей убедительности на главной странице биржи стояла фотография лондонского Биг-Бена. Это должно было свидетельствовать, что биржа — британская, хотя сам Лернер после своего похищения и счастливого освобождения рассказывал, что офис криптоплощадки находится на проспекте Степана Бандеры в Киеве. Но постепенно, к концу 2010-х, EXMO пустила основательные корни на Западе, пройдя различные проверки и сняв офис в модном бизнес-центре рядом с лондонским вокзалом Паддингтон.

Превращение в западную площадку означало и неизбежный выход из тени для собственников, которых даже внутри компании едва знали: однажды на вечеринке в киевском офисе одного из основателей приняли за кальянщика. «Мы понимали, что если мы хотим выходить на Запад, то нам нужно быть публичными: например, участвовать в криптомероприятиях. Нужно было переходить к более прозрачной позиции», — рассказывал мне один из них. Насколько я знаю, это сделали далеко не все основатели, но все, кто публично связал себя с EXMO, повторили ее путь по смене идентичности.

Одним из раскрывших себя основателей биржи был уроженец Омска Иван Петуховский. Он родился в семье будущего ректора Омского аграрного университета, изучал в вузе отца регионоведение, с первых курсов стал работать системным администратором в омских компаниях, а потом во второй половине нулевых увлекся онлайн-покером и стал «покерным регуляром» — то есть профессиональным игроком, который зарабатывает себе на жизнь тем, что собирает из карт «сеты», «стриты» и «фул-хаусы». Это прибыльное, но не всегда легкое дело: чтобы оставаться в плюсе и не зависеть от случайностей, нужно играть постоянно и по ночам, когда на онлайн-платформы приходят богатые американцы. Такой образ жизни вел и Петуховский, в какой-то момент перебравшись из Омска в любимый российскими айтишниками Таиланд.

С криптовалютами Петуховский познакомился через покер: некоторые покерные румы — то есть онлайн-площадки для игры — стали использовать биткоины для расчетов. Первоначально он присутствовал среди учредителей EXMO через свою жену Ольгу, потом уже появился сам. Обладатель аккуратной бородки и длинных вьющихся волос, Петуховский стал лицом биржи — он ходил в эфиры РБК и красовался на сайте EXMO в статусе директора. «Российским гражданам нужно идти на европейские биржи, там риск блокировки счетов из-за санкций минимальный», — советовал он летом 2017 года, очевидно, имея в виду, что и EXMO — тоже европейская площадка[74].

Сам Петуховский, как и биржа, тоже менял идентичность: вместе с женой они получили румынские паспорта и во всех документах EXMO стали фигурировать как граждане Румынии. Звучит экзотически, если не забить в гугл «паспорт Румынии»: это популярный способ стать резидентом Евросоюза, нужно только доказать наличие румынских корней. Знакомый рассказывал мне, что иметь таковые не обязательно: якобы те, кто занимается этим бизнесом, за деньги делают фальшивую справку в соседней Молдавии, которую румыны принимают на раз-два — и выдают паспорт.

На РБК стал появляться и его партнер Эдуард Барк. «К 30 годам запустил двенадцать бизнесов с общей капитализацией более чем $300 млн. Среди проектов — как классические направления (строительство, страхование, маркетинг), так и финтех-структуры», — презентовали его в рубрике РБК+, герои которой платят за материалы о себе. В своих аккаунтах в соцсетях он называет себя Edward Bark и любит позировать в дорогих костюмах и с белозубой улыбкой на фоне спортивных автомобилей. Но еще в нулевые он жил в Томске под именем Эдуарда Ануфриева и коротал время дома за компьютером с массивным ламповым монитором.

Никаких следов его бизнесов на $300 млн в российских реестрах нет: для российской налоговой службы Ануфриев-Барк — всего лишь индивидуальный предприниматель, да и то с 2018 года. Сам он в другом интервью рассказывал, что начинал с мебельного магазина в родном Томске (тоже никаких следов в реестре юрлиц), потом переехал в Таиланд, где познакомился с Петуховским, который вкладывал заработанные на покере деньги в строительство коттеджей под Паттайей. Ануфриев-Барк стал его партнером.

Потом была EXMO и параллельно с биржей платформа по арбитражу интернет-трафика. На вопрос, почему он официально сменил фамилию, Эдуард сначала отвечал, что в Азии почему-то все смеялись на Ануфриевым, потом признавался, что сделал это для смены идентичности: «Моя цель — доделать бизнесы в России, в СНГ и Европе и перейти куда-то в США, создавать глобальные проекты»[75].

Правда, ни смена фамилий и гражданства, ни новые офисы, ни наем западных топ-менеджеров не помогали полностью избавиться от связей с постсоветским пространством: по состоянию на 2021 год 52 % всех клиентов были из СНГ, а западные банки и структуры всегда проверяли биржу дольше обычного, что сами основатели связывали с ее российским происхождением. Этот шлейф, возможно, тянулся бы еще долго, если бы не вторжение в Украину. Основателям, как и другим российским предпринимателям с глобальным бизнесом, нужно было резко размежевываться с родиной.

Весной 2022 года EXMO разделилась на две площадки. Россиян, белорусов и казахов перевели на отдельное юрлицо и резервный домен, который использовался биржей для обхода блокировки в России. Остальной мир остался на главном домене. Биржа стала официально помогать украинским беженцам, и вскоре в ее московский офис пожаловали сотрудники ФСБ с профилактическим визитом. Если когда-то это означало серьезные проблемы, то теперь особой угрозы бизнесу такой интерес силовиков не несет: сотрудников просто вывезли. Операция по смене идентичности завершена.

Основатели BTC-e Билюченко и Винник тоже начинали подобную операцию и, если бы все получилось, прощались бы в 2022 году с российскими пользователями, имея в карманах иностранные паспорта с новыми фамилиями. Но они не успели.

Спин-офф и арест

Block 7

Index: биржа

Timestamp: июль 2017 года

Hash: спин-офф и арест

PreviousHash: не стать BTC-e

В конце августа 2016 года в одном из главных казино Барселоны, расположенном на берегу моря, состоялся покерный турнир из престижной серии European Poker Tour. Само соревнование обычно проходит две недели и состоит из множества внутренних турниров с разными бай-инами — то есть вступительными взносами за право сесть за игровой стол. В одном из них, с бай-ином в $1200, принял участие уроженец Литвы и топ-менеджер компании FXOpen Денис Пеганов, в другом, с бай-ином в $6100, — основатель BTC-e Алексей Билюченко. Особых успехов они не достигли, хотя на других турнирах забирались повыше.

Пеганов и Билюченко не просто случайно оказались на одном турнире с тысячью участников, но и, возможно, проводили вместе время между играми: об их личном знакомстве мне рассказывал Сергей Майзус, через компанию которого на биржу BTC-e заводились фиатные деньги. Сам Майзус, в свою очередь, слышал об этом от экс-директора своей компании. Источник, конечно, не самый достоверный, но целый букет косвенных фактов указывает на то, что они и правда хорошо знали друг друга, а Пеганов вообще помогал Билюченко скорректировать курс BTC-e и направить биржу по тому же пути, по которому пошла EXMO.

Криптовалютный бум исполнил мечты Винника и Билюченко — они стали миллионерами. В августе 2016 года совокупный суточный объем торгов различными криптовалютами достиг $10,4 млн, а в июне 2017 года превысил $66 млн. Площадка, сделанная на основе портала для игры в Starcraft II, теперь стабильно входила в двадцатку крупнейших криптобирж мира. С каждой транзакции BTC-e удерживала комиссию в 0,2–0,5 %, то есть на пике Винник и Билюченко могли за день зарабатывать четверть миллиона долларов: где тут переживать из-за потери денег в покерном турнире? Новый статус они по традиции закрепили новым имуществом: Билюченко переехал в загородный дом в родном Новосибирске, Винник собрал классический автопарк обеспеченного москвича из «Порше Кайена» и «Гелендвагена».

В кругах бывших клиентов BTC-e постоянно обсуждается вопрос, были ли у Билюченко с Винником партнеры в их неофициальном, но таком мощном бизнесе. Тем более что эти слухи активизировало неожиданное заявление «админа» — то есть Билюченко. 31 декабря 2011 года он написал в чате биржи, что готов продать 49 % площадки. Конечно, это могла быть шутка человека, уже выпившего шампанского в честь Нового года, — тем более что после этот же человек в предположительно пьяном состоянии пытался купить биржу EXMO.

Среди потенциальных покупателей доли в BTC-e называется компания FXOpen. Это еще одна FOREX-структура, которая родилась на пространстве бывшего Советского Союза в начале нулевых и, как и Lightforex Майзуса, выросла до международной организации с сетью юрлиц в России, Латвии, Великобритании и Новой Зеландии.

Российское подразделение группы возглавляет Елена Исаева — ни много ни мало заместитель экспертно-консультативного совета при комитете по бюджету Совета Федерации. Но корни компании не в России, а в Беларуси — ее основал 41-летний Александр Клименко, давно живущий между Латвией и Малайзией и чурающийся любой публичности. Однажды я случайно нашел его малайзийский номер, он ответил на звонок, суховато поговорил и больше никогда не брал трубку. На внешние коммуникации он отрядил своего ключевого топ-менеджера Дениса Пеганова — того самого, который ездил на покерный турнир вместе с Билюченко.

«Клименко — наш конкурент по FOREX, — рассказывал мне Сергей Майзус. — Году в 2014-м или 2015-м я с ним бухал в Латвии, и он по пьяни визжал о том, что у него просто ох****ая [невероятная] ликвидность по криптовалютам». Конечно, Майзус — лицо заинтересованное с учетом обвинений части клиентов BTC-e, называющих его совладельцем биржи. Однако FXOpen официально сотрудничала с криптоплощадкой. Как раз в 2013 году клиенты биржи получили возможность торговать валютной парой BTC/USD через платформу MetaTrader, а с 2014-го у пользователей появилась опция отдать криптовалюту в управление трейдеру (так называемые PAMM-счета). Весь софт для «прокачки» BTC-e предоставила FXOpen. Такую услугу тогда не предлагала ни одна биржа, поэтому пользователи восприняли ее как прорыв, рассказывал мне один из ветеранов площадки по имени Роман.

Кроме того, во второй половине 2013-го на BTC-e зарегистрировались два новых администратора — support5 и support1: они использовали латвийские IP-адреса FXOpen. Это видно из базы пользователей биржи, которая утекла в результате взлома в районе 2014 года. Support1 впоследствии вел себя как модератор и даже банил участников торговой площадки. «Эта биржа [BTC-e] — родня FXOpen. Об этом все говорит», — написал еще в начале 2014-го в чате торговой площадки один из ее клиентов Александр.

Возможно, Клименко был всего лишь партнером Билюченко и Винника — во всяком случае, на это упирал сам белорусский предприниматель в нашем единственном телефонном разговоре. Говорил он осторожно, что вполне соответствует его образу на единственной фотографии в сети: пацанская прическа с короткой челкой, цепкий и настороженный взгляд.

FXOpen «не владел долей в бирже BTC-e и даже не сотрудничал с ней, а просто предоставлял технические решения», заявил он тогда. За все услуги биржа платила холдингу, добавил он, отказавшись назвать конкретные суммы. На вопрос, знал ли он Винника лично, Клименко ответил: «Конечно, они приезжали к нам в офис». Я зацепился за местоимение «они» и уточнил, кого из команды BTC-e, кроме Винника, знал предприниматель. Но он не помнил — или сделал вид, что не помнит. Хотя его топ-менеджер Пеганов ездил на покерные турниры вместе с «админом» Билюченко.

Сам Билюченко не скрывал, что плотно общался с сотрудниками FXOpen не только за игральными картами. Но, по его версии, он использовал эту брокерскую компанию для легализации доходов от криптобиржи. В показаниях российской полиции он заявил, что только с 2015 по 2016 год транзитом через FXOpen на его счет индивидуального предпринимателя пришли около 45 млн рублей. И когда знакомые спрашивали его, откуда у него деньги на загородный дом и поездки на покерные турниры в Барселону, Билюченко говорил, что просто умело играет на рынке иностранных валют как раз через платформу Александра Клименко. «FXOpen был нужен для того, чтобы гонять кэш между континентами», — объяснял мне источник в российских правоохранительных органах, занимавшийся историей с крахом BTC-e.

С биржи в адрес FXOpen шли гораздо бо́льшие суммы, чем заявлял Билюченко в своих письменных показаниях: только в 2017-м новозеландская компания XP Solutions Ltd, связанная с forex-холдингом, получила от BTC-e более $27 млн. Об этом в греческом Ареопаге заявил Сергей Майзус, через счета которого и прокачивались деньги. Сидевший в зале суда Винник на просьбу прокомментировать сотрудничество с Клименко ответил мне сухо: «Не могу сейчас ответить на этот вопрос».

Они с Билюченко явно задумывались, как избежать такой перспективы. В мае 2017-го администрация BTC-e сделала первый шаг к отмене базового принципа — возможности покупать и продавать криптовалюту анонимно, указывая при регистрации лишь электронную почту. Пользователям предложили пройти добровольную верификацию в обмен на ряд преимуществ по пополнению персональных счетов: для развиртуализации нужно было предоставить скан паспорта и, например, копии оплаты коммунальных счетов, как тогда уже было принято на американских и европейских криптоплощадках.

Но революционный первый шаг по отказу от анонимности был сделан по-хитрому: проходить процедуру нужно было не на BTC-e, а на другой торговой площадке с похожим названием — xBTCe.com. Ее создала команда Клименко, но сам он говорил мне, что проекты никак не были связаны: биржа Билюченко и Винника просто платила за услуги верификации. Как бы то ни было, но независимый спин-офф — то есть ответвление от основного проекта — был вполне реальным сценарием по постепенному выходу Винника и Билюченко в легальный криптовалютный мир, рассуждал спустя годы в разговоре со мной один из основателей EXMO.

«Возможно, админ мог трансформировать биржу, но не захотел. Они [с Винником] попали в струю, деньги шли, они реально очень хорошо зарабатывали. Может быть, ему казалось, что перемены не нужны, раз и так все отлично. Они были слишком погружены в российские реалии: рад бы в рай, да грехи не пускают», — философски замечал он.

О «грехах» в глазах правоохранительных органов всех стран мира Билюченко с Винником явно догадывались: впоследствии, на допросе в российской полиции, Билюченко рассказал, что им приходили запросы по поводу конкретных кошельков от силовиков со всего мира. Запросы зарубежных спецслужб они якобы игнорировали, а вот российским предоставляли всю запрашиваемую информацию. И, несмотря на явный интерес к своей деятельности, партнеры продолжали ездить за границу.

Когда в июле 2017 года они с семьями отправились отдохнуть в Грецию, Винник отключил свои телефоны. Но, говорят, его погубил цифровой нарциссизм жены: ей нужен был интернет, чтобы запостить фотографию в инстаграм, американцы увидели, что один из известных им номеров Винника в сети, — и срочно отправили запрос в греческую полицию с требованием арестовать россиянина и отправить в США.

Утром 25 июля жена Винника вместе с двумя детьми зашла купаться в море, а обернувшись, увидела, что ее мужа окружили два десятка мужчин в шортах, майках и черных очках. Когда она вышла на берег, Винник уже сидел в наручниках на лежаке. Так традиционное государство пришло за криптоанархистами. Они, правда, к этому времени уже были не прежними партизанами-шифропанками, а настоящими миллионерами, но явно хотели, чтобы к ним относились так же, как и прежде, когда биткоин был развлечением для «гиков». Только так и можно объяснить, почему Билюченко и Винник отправились отдыхать за границу, как будто бы и управляли нелегальной биржей с колоссальными оборотами. Но государство пришло наводить порядок.

Часть третья

Реалисты

Запрет криптовселенной от Павла Дурова

Block 6

Index: мир

Timestamp: январь 2020 года

Hash: запрет криптовселенной от Павла Дурова

PreviousHash: бум ICO

Утром 7 января 2020 года, когда в России праздновали Рождество, основатель «ВКонтакте» и мессенджера телеграм Павел Дуров вошел вместе со своим юристом в невысокое офисное здание в Дубае. Там его ждала многочасовая беседа с юристом американской Комиссии по ценным бумагам и биржам Джорджем Тенрейро: разговор начался в 11:21 утра и закончился почти в десять вечера, отдохнуть можно было только во время ланча[76]. На следующий день Тенрейро пришел опять, и Дуров опять с утра до вечера давал показания о том, почему созданная им криптовалюта Gram — не ценная бумага.

По иронии судьбы, именно после одного из предыдущих столкновений с государственной машиной Дуров и придумал телеграм. В конце 2011 года, после выборов в Государственную думу, в Москве и Петербурге шли многотысячные акции против фальсификаций результатов голосования. Власти потребовали от Дурова удалить из «ВКонтакте» паблики, посвященные митингам, но тот отказался, приложив к своему публичному ответу немного загадочную фотографию собачки в капюшоне и с высунутым языком. Вскоре силовики в масках пришли к нему в квартиру в центре Петербурга. Дуров принялся писать своему брату и партнеру Николаю SMS, но потом осознал, что пользуется незащищенной связью и те, кто к нему ломится, могут читать его в режиме онлайн. Тогда он, по его словам, и решил сделать собственный мессенджер с высоким уровнем шифрования.

Запуск телеграма совпал по времени с полной продажей «ВКонтакте» структурам Алишера Усманова в начале 2014 года. Это был такой же либертарианский и даже анархистский проект, как и «ВКонтакте» на старте, где свободно циркулировало порно, можно было посмотреть пиратские фильмы или бесплатно послушать любую музыку, за что правообладатели, конечно, не получали ни копейки. И если «ВКонтакте» после ухода Дурова стал цивилизованнее, то телеграм до сих пор удаляет контент только после того, как власти пригрозят Дурову блокировкой — как, например, в Германии, где только таким образом были закрыты каналы крайне правого толка, нарушающие немецкое законодательство.

Дуров никогда не скрывал своих либертарианских взглядов — например, выступал за отмену виз и загранпаспортов или заявлял, что граждане сами должны выбирать, на что государство будет расходовать их налоги. Конечно же, такой человек не мог не поверить в перспективы криптоэкономики: в 2013 году он купил чуть более 2000 биткоинов по $750 за штуку, потратив таким образом на эту необычную по тем временам инвестицию $1,5 млн, рассказывал он сам в интервью Bloomberg[77]. Взгляды на цифровые валюты у него были вполне криптоанархистские. Вот как, например, он комментировал в 2017 году очередное критическое заявление Минфина РФ по отношению к криптовалютам:

Не совсем понимаю стремление российских чиновников ограничить покупку биткоинов. Впервые за 70 лет у мировой финансовой системы появился шанс выйти из-под гегемонии США, которые в свое время навязали всему миру свою национальную валюту в качестве резервной и с тех пор по сути собирают дань со всех стран, расплачиваясь по своим долгам бесконечно штампуемыми долларами и скупая на них активы по всему миру.

Инвестировать в биткоины он отправился не куда-нибудь, а на главную российскую криптоплощадку BTC-e: его личный электронный адрес есть в базе пользователей биржи, которая утекла в сеть в районе 2014 года. Сумма, указанная в утечке, совпадает с той, которую сам Дуров называл в беседе с Bloomberg: 2070 биткоинов. Сумел ли он их вытащить, когда биржа рухнула летом 2017 года после ареста Винника в Греции? Среди клиентов площадки ходил слух, что Дуров и Билюченко знакомы лично и даже виделись как минимум один раз в Дубае — и это знакомство якобы помогло Дурову забрать свои деньги с криптоплощадки. Я несколько раз спрашивал об этом самого основателя «ВКонтакте»; он читал мои сообщения в телеграме, но не отвечал.

Билюченко действительно несколько раз летал в Дубай, что следует из данных полицейской системы «Розыск-Магистраль», которые мне любезно предоставил источник. Последняя запись о перелете по маршруту Новосибирск — Дубай и обратно датируется концом 2017 года, то есть когда Винник уже несколько месяцев сидел в тюрьме. Конечно, Биличенко мог там просто отдыхать. Но в любом случае «админ» и сам выделял Дурова среди других пользователей. Уже в 2018 году у Билюченко был долгий разговор с человеком, голос которого похож на голос православного предпринимателя Константина Малофеева, и тот спросил его про крупных клиентов биржи.

«Ну, у нас Дуров есть. Он крупный клиент», — первым делом вспомнил Билюченко.

«Сколько у него?» — тут же спросил его человек с голосом Малофеева.

«Точно не помню. 600 или 700 битков».

«Ну, это не так и много», — разочарованно заметил «Малофеев», хотя на момент разговора речь шла примерно о $4 млн.

Для Дурова, который, по некоторым оценкам, мог продать «ВКонтакте» за $400 млн, это действительно было «не так много», и крах BTC-e не просто не разочаровал его в криптоэкономике — на момент разговора Билюченко с Малофеевым он вовсю развивал собственный проект криптовалютной вселенной TON, или Telegram Open Network. Позже Дуров говорил в Дубае представителям SEC, что решил запустить TON, так как ему нужны были деньги на дополнительные серверы для Telegram. Объяснение звучит логично с точки зрения бизнеса, но мессенджер от Дурова всегда напоминал бизнес-проект лишь отчасти: предприниматель тратил на него средства, заработанные на продаже «ВКонтакте», и стал вводить монетизацию лишь спустя год после допроса в Дубае.

Зато с идеологической точки зрения, которой Дуров всегда уделял так много внимания, TON выглядит как воплощение либертарианства в блокчейне. По его замыслу, она должна была стать децентрализованной компьютерной сетью, участники которой обмениваются сообщениями (собственно, сам мессенджер телеграм), совершают покупки за криптовалюту Gram, скачивают и загружают файлы (TON Storage), подписывают смарт-контракты (TON Virtual Machine) и обходят любые блокировки со стороны государства с помощью анонимайзера (TON Proxy).

В отличие от биткоина и других криптовалют, Gram не нужно было бы майнить: Дуров решил сразу выпустить 5 миллиардов токенов и продать их инвесторам, оставив половину в специальном фонде TON Reserve. Это своего рода собственный Центробанк, который должен следить за курсом Gram и скупать его при резком падении цены. В этой концепции фонд отвечал и за выпуск новых цифровых монет с установленной стоимостью: она обязательно должна была быть выше, чем годом ранее, минимальная планка повышения — 2 %. Все это в совокупности было призвано обеспечить Gram стабильность без присущей всем криптовалютам волатильности, то есть резких скачков в стоимости.

«В основу TON были положены принципы децентрализации, впервые реализованные в биткоине и эфире, но платформа должна была стать более быстрой и масштабной», — объяснял Дуров впоследствии. Его идеи настоящей республики блокчейна убедили инвесторов на волне романтической веры в будущее криптовалют. В 2018 году Telegram провел два предварительных раунда продажи токенов, собрав в ходе каждого $850 млн ($1,7 млрд в сумме). Но это ICO было элитарным: минимальная стоимость участия составила $20 млн, такая сумма на дуровский проект нашлась у сотни человек, включая миллиардеров Романа Абрамовича, Давида Якобашвили и Юрия Мильнера. Те, у кого не было таких денег, объединялись в синдикаты. «Лучше вложить в такой проект и потерять в случае неудачи, чем упустить уникальный шанс в случае успеха и сожалеть об этом всю жизнь», — говорил впоследствии участник одного из таких синдикатов[78].

Мировой успех Дурова у инвесторов совпал с одним из самых драматических эпизодов в истории Telegram в России: весной 2018 года мессенджер был заблокирован в России за отказ передать ФСБ некие «ключи шифрования», то есть по факту согласиться предоставлять переписку пользователей по требованию спецслужбы. Битва с Telegram оказалась настолько скандальной (попутно с мессенджером не работали десятки сервисов и платформ), что один из руководителей Роскомнадзора, непосредственно отвечавший за блокировки, убеждал меня: «глупое» решение ограничить доступ к телеграму, по его мнению, приняли для того, чтобы в глазах Запада дистанцировать Дурова от России и Кремля. На мой вопрос, кто был инициатором этой сложной схемы, он — все с той же уверенностью — пускался в конспирологические рассуждения о том, что Дурова «слишком легко» отпустили из страны вместе с солидными отступными за его долю «ВКонтакте» и потому у него наверняка есть тайные партнеры из числа близких к Кремлю олигархов.

Если на пути телеграма встало российское государство, то на пути TON — американское. Осенью 2019 года, за несколько недель до запуска проекта, американская Комиссия по ценным бумагам и биржам через суд добилась запрета на продажу Gram, посчитав, что это не криптовалюта, а ценная бумага, которая была выпущена в обход необходимых процедур. А комиссия как раз и должна следить за их соблюдением. Ключевым доказательством для регулятора было необычное ICO с привлечением крупных инвесторов. Юристы Telegram отбивались, и именно в рамках этой борьбы и состоялся двухдневный допрос Дурова в Дубае в начале 2020 года. Но в итоге государство победило: в марте 2020 года суд Южного округа Нью-Йорка окончательно запретил выпуск Gram.

«К сожалению, американский суд заблокировал TON. Как? Представьте, что несколько людей скинулись, чтобы построить золотую шахту, чтобы потом разделить добытое золото между собой. Тут приходит судья и говорит: “Эти люди вложились в золото, потому что хотели получить прибыль. Они хотели получить золото не для себя, а чтобы продать его другим людям. Поэтому им нельзя добывать золото”. Если вам кажется, что в этом нет никакого смысла, то вы не одиноки, но именно это и произошло с TON (шахтой) и Gram (золотом)», — образно прокомментировал это решение сам Дуров в посте о закрытии проекта TON, но перед реализмом в лице государства его крипторомантизм выкинул белый флаг.

Впереди его еще ждало долгое разбирательство с инвесторами: им предложили или сразу получить 72 % от вложенных денег, или оставить эту сумму на год в виде займа и даже немного заработать; некоторые судились, пытаясь вернуть все вложения, но безуспешно. Дуров по-прежнему ругал доллар, на всесилие которого он покусился со своей вселенной TON («США могут использовать свой контроль за долларом и глобальной финансовой системой для того, чтобы закрыть любой банк или банковский счет в мире»), однако сражение с ним на этом этапе было проиграно всухую.

В дальнейшем разработкой блокчейн-проектов для Telegram займутся сторонние разработчики из TON Foundation, которые официально будут говорить, что не имеют к администрации мессенджера никакого отношения. Формально это действительно так, хотя кто-то из них работал с Дуровым раньше и в целом они идут по плану, по которому должна была расти и разбухать вселенная TON: в середине 2021 года они запустили криптовалюту Toncoin, которую вскоре включила в листинг криптобиржа с российскими корнями EXMO, потом открыли возможность создания сайтов на блокчейне TON, то есть, по сути, свой даркнет. Дуров, с одной стороны, поддерживает их как минимум вербально и не противится, например, интеграции коина TON в свой мессенджер, но с другой — публично дистанцируется от них, явно памятуя о том неприятном допросе в Дубае и безоговорочной победе американского правительства.

Анабасис Винника

Block 8

Index: биржа

Timestamp: 4 апреля 2019 года

Hash: анабасис Винника

PreviousHash: спин-офф и арест

В начале апреля 2019 года в студии радиостанции «Вести ФМ» стоял плач. Рыдали ведущие утреннего шоу Владимир Соловьев и Анна Шафран, а также их гости, адвокат Тимофей Мусатов и пиарщик Вадим Саралидзе. Плакал ли пятый человек, который был с ними в эфире, понять сложно, так как он общался по телефону. Но к этому времени в его судьбе произошло столько переворотов, что, возможно, он оказался более стойким. Прямо из греческой тюрьмы на всю Россию давал интервью основатель BTC-e Александр Винник.

Цепочку, которая привела Винника в эфир федеральной радиостанции, озвучили сами ведущие. Известный пиарщик Саралидзе устроился вице-президентом по коммуникациям в компанию Infowatch Натальи Касперской, с семьей которой дружил адвокат Тимофей Мусатов. Через Саралидзе адвокат вышел на Соловьева с историей BTC-e. Хотя, наверное, и без такой сложной цепочки у Винника был шанс попасть на «Вести ФМ»: с подачи Мусатова он всегда подавал свой арест как политический акт со стороны США, которые якобы по всему миру охотятся за российскими айтишниками. Для главного российского пропагандиста такая история была просто подарком.

«Судя по всему, ваша главная проблема в том, что вы попытались подорвать гегемонию доллара и банков? И достаточно успешно, раз вас так забоялись?» — спрашивал Винника Соловьев. «Да. Технологически это возможно», — после небольшой паузы ответил Винник: к этому времени он находился в длительной голодовке, потерял более 20 килограммов веса и говорил с трудом. «За что вам это все?» — продолжал Соловьев. «Я начал понимать, за что мне это все. Это испытание от Бога. А что американцы от меня хотят — это не только моя проблема, эта проблема возникла три-четыре года назад, когда нас пытались санкциями задавить. Идет информационная война против наших лучших умов, против айтишников», — отвечал ему, чуть картавя, Винник. В конце эфира адвокат Тимофей Мусатов зачитал его обращение к Путину, которое заканчивалось заявлением, что Винник готов отказаться от медицинской помощи и умереть в результате голодовки, чтобы вернуться на родину хотя бы мертвым. К этому моменту на глазах собравшихся в студии стояли слезы — хотя я не берусь однозначно утверждать, кто плакал искренне, а кто просто поддержал общее трагическое настроение.

Кажущийся хладнокровным Винник на самом деле явно склонен к таким эмоциональным и эффектным заявлениям. «Насколько мне известно, в российских судах нет икон божьих, а здесь она передо мной. Я являюсь православным христианином. Я родился в городе Курган, в России. Моя мама — повар, а папа — плотник», — так, в стиле библейской притчи, начал он свое выступление в суде Салоник в начале осени 2017 года, где слушалось дело о его экстрадиции в США. По поводу своей связи с BTC-e он и тогда, и впоследствии повторял одно и то же: он был всего лишь техническим консультантом криптобиржи, и это были не единственные его клиенты, которым он помогал разобраться в блокчейне. Но у американских властей иное мнение о его роли в BTC-e.

Когда Винника взяли в Греции, в США опубликовали многостраничное обвинительное заключение суда Северного округа Калифорнии[79]. Как оказалось, судьба россиянина была решена за полгода до того, как они с женой Александрой Шевченко и детьми пришли на тот пляж на Халкидики: обвинительное заключение датировано 17 января 2017 года, тогда же был выписан ордер на его арест. По мнению американцев, Винник был не техническим консультантом, а одним из создателей и руководителей BTC-e. Всего за шесть лет существования платформы, с 2011 года, ее клиентами стали около 700 тысяч пользователей по всему миру, в том числе из США, включая Северный округ Калифорнии. Это автоматически легитимизировало преследование Винника со стороны американских властей, хотя его адвокаты регулярно пытались оспорить их право судить россиянина.

«Под руководством Винника и других известных и неизвестных лиц BTC-e стала одной из главных площадок, с помощью которой киберпреступники по всему миру отправляли, отмывали доходы от своей криминальной деятельности. Американские доллары и российские рубли были самыми популярными фиатными средствами на площадке, а биткоин и лайткоин — самыми популярными криптовалютами», — так оцениваются достижения Винника и его криптоплощадки в обвинительном заключении. Легко представить, как тот же Соловьев с гордостью зачитывает эту цитату в эфире: в России часто гордятся даже сомнительными успехами, если их замечают на Западе.

Однако для Винника такая оценка по сути означает пожизненный срок. На следующий день после ареста россиянина американский Минюст опубликовал табличку с максимальными наказаниями, которые грозят ему по четырем инкриминируемым статьям. Если суммировать их, то получится 55 лет: приговоры за финансовые преступления в США весьма суровые.

Для американского правосудия главным доказательством стало все, что годами обеспечивало BTC-e приток клиентов со всего мира: биржа позволяла торговать анонимно, без верификации, источник происхождения денег никто не проверял. А значит, считают следователи, была создана площадка для отмывания денег (в сумме 40 лет), которая работала без финансовой лицензии (5 лет) и проводила незаконные финансовые операции (еще 10 лет). Американские власти особенно возмутила система BTC-e-кодов: продавец генерировал в своем аккаунте на бирже специальный код, передавал его покупателю в обмен на деньги, тот вводил код уже у себя в аккаунте, и биткоины зачислялись на его кошелек. Как и по какой цене прошла сделка, отследить было невозможно: это могли быть наличные, а могла быть какая-нибудь услуга — например, благосклонность со стороны чиновника при выборе победителя гостендера.

Обычно в медиа рядом с фамилией Винника фигурирует цифра в $4 млрд, которые он якобы отмыл через BTC-e, но на самом деле это всего лишь оценка Минюстом США общей стоимости 9,4 млн биткоинов, которые прошли через криптоплощадку за все время ее существования. Цифра настолько большая, что в ней путается даже американское правосудие: например, в обвинительном заключении суда Северного округа Калифорнии указана уже цифра в $9 млрд, что соответствует курсу биткоина на момент утверждения обвинения. Если пересчитать сумму по курсу лета 2022 года, через BTC-e прошли уже более $200 млрд в криптовалютном эквиваленте.

Но к Виннику есть и более конкретные претензии: американские власти убеждены, что он помог отмыть 530 тыс. биткоинов, украденных хакерами в период с 2011 по 2014 год с японской биржи Mt. Gox — первой крупной криптобиржи в истории, рухнувшей во многом из-за безалаберного отношения руководства к безопасности. На возможную причастность Винника к выводу биткоинов с Mt. Gox первым указал швед Ким Нильссон, который давно живет в Токио и сам был клиентом японской криптоплощадки. Используя утекшие базы пользователей Mt. Gox, Нильссон проанализировал миллионы транзакций в блокчейне и пришел к выводу, что часть украденной криптовалюты ушла через человека с ником WME.

Именно этот ник использовал Винник с начала нулевых, зарабатывая в Москве на обмене цифровых денег на фиатные, и он так прилип к нему, что многие его знали как «Сашу WME». Нильссон, конечно, к Виннику в обменник на Арбате не ходил, но зато нашел спор от 2012 года на форуме Bitcointalk между пользователем WME и его клиентом. Чтобы доказать свою правоту, WME выложил скрины переписки в скайпе, из которой следует, что его зовут Александр Винник, он живет в Москве и управляет онлайн-обменником. В 2016 году Нильссон передал эту информацию в департамент криминальных расследований Службы внутренних доходов США: ее агенты вышли на него сами, заинтересовавшись публикациями в блоге[80].

Но возможности американских силовиков гораздо шире, чем просто OSINT[81], то есть расследования на основе открытых данных. В утекшем списке пользователей BTC-e есть аккаунт с ником WME, зарегистрированный на почту mailto:%20wmewme@gmail.com. Правоохранительные органы США воспользовались тем, что главные мировые IT-гиганты должны раскрывать им по суду информацию, которую их российским коллегам предоставляют «Яндекс» и Mail.Ru: они запросили у Google архив этого почтового ящика, и там обнаружились письма с копией паспорта и других документов Винника. Это солидная улика, которая цементировала обвинение, так как с аккаунтом WME могли быть связаны еще три, через которые на BTC-e пришло около 300 тыс. биткоинов с японской Mt. Gox.

Это, конечно, не значит, что Винник имел отношение ко взлому, но как опытный меняла он вполне мог помочь вывести их с площадки. Один из этих аккаунтов на бирже он назвал Vamnedam: не знаю, насколько случайным было это имя, но оно вполне отражает то упрямство, которое проявил россиянин во время своих судебных мытарств.

При обыске в приморском отеле у Винника изъяли целый компьютерный арсенал. В отпуск в Грецию он взял с собой два макбука, один айпад, три айфона, телефоны Vertu и Nokia, а также переносное устройство для генерации паролей. В одном из айфонов стояла сим-карта МТС Новосибирской области, зарегистрированная на несуществующего человека. Регион — неожиданный, ведь сам Винник давно жил в Москве. Был ли это телефон для экстренной связи с партнером по BTC-e Алексеем Билюченко, который в то же время отдыхал на Крите и тоже пользовался услугами новосибирского МТС?

Билюченко подробно рассказывал на допросе в российской полиции про тот день: об аресте партнера он якобы узнал от его матери, после чего разбил ноутбук о скалы и выбросил его в море. Ему повезло: то ли американцы не знали, что он тоже в Греции, то ли он оставил меньше цифровых следов в связке с BTC-e, но вскоре он сидел в самолете, который нес его в родной Новосибирск.

Новые персонажи в истории биржи появились стремительно и даже в какой-то степени случайно. Но при этом они оказались яркими людьми и роль сыграли не самую последнюю. Первый такой персонаж возник уже через несколько дней после бегства Билюченко из Греции — в популярном среди айтишников мессенджере Jabber на него вышел бывший клиент BTC-e под ником kitaibiz. Под этим ником скрывался уроженец Минска Дмитрий Васильев, который тогда жил в Китае и торговал на криптобирже в интересах китайских инвесторов.

Вечно фонтанирующий идеями Васильев завалил ими и «админа», предложив ему одновременно помощь в перезапуске BTC-e и в вызволении Винника. Удачный пример такого вызволения уже был. В 2012 на Кипре во время отдыха арестовали российского программиста Дмитрия Зубаху — как и в случае с Винником, запрос на его экстрадицию прислали из США, где Зубаху подозревали в хакерских атаках на Amazon и eBay.

На момент ареста на Кипре Зубаха работал в компании Игоря Ашманова — ветерана Рунета, начинавшего заниматься IT-бизнесом еще в 1990-е, а потом работавшего в Rambler. Ашманов женат на Наталье Касперской — бывшей супруге другого ветерана российской IT-сцены Евгения Касперского, создателя знаменитого антивируса. С экс-супругом Наталья развелась дважды: сначала расторгла брак, а потом долго выходила из акционерного капитала «Лаборатории Касперского». Ее интересы в этом акционерном конфликте представлял адвокат Тимофей Мусатов, он же помогал Касперской, когда в Москве был похищен ее сын Иван. Похитители требовали за него выкуп, но в итоге он был освобожден спецслужбами без единого выстрела.

Именно Мусатова Игорь Ашманов и привлек в 2012 году для вызволения Зубахи. До окончания формальных процедур по его экстрадиции в США против Зубахи возбудили уголовное дело и в России, обвинив его в краже денег через интернет у российских компаний. Долгое рассмотрение запросов об экстрадиции из разных стран закончилось победой России: весной 2013-го программиста доставили в Москву, где он был приговорен к условному сроку. «Спасение рядового Зубахи» — так назвал свой отчет об этой спецоперации Игорь Ашманов, известный своими консервативными и антиамериканскими взглядами[82].

Клиент BTC-e под ником Kitaibiz — он же Дмитрий Васильев — об этой истории знал от самого Зубахи, с которым они в Москве играли в покер. Именно Васильев, с ходу влезший в проблемы Винника, предложил жене арестованного в Греции россиянина нанять Мусатова. Он пригласил ее и Зубаху в кафе на Новом Арбате, где тот рассказал о собственном опыте бегства от американского правосудия. Шевченко, похоже, поверила, что по этой же схеме удастся вытащить и ее мужа. Так в истории биржи и появился Тимофей Мусатов — еще один яркий и противоречивый персонаж, который, по слухам, неплохо обогатился на защите Винника, но в итоге неожиданно погиб в самый разгар антиковидного карантина, унеся с собой в могилу тайну о том, сколько же он в итоге заработал на этом деле.

А слухи ходили самые разные. У жены Винника якобы лежал на счете $1 млн, а у его матери в WebMoney — почти $500 тыс.; часть этих денег могла пойти на Мусатова, рассказывал мне сотрудник одного из силовых ведомств, который занимался историей с биржей. Сам Билюченко в показаниях российской полиции рассказывал, что через Васильева перевел Мусатову криптовалюты на $1,5 млн, а потом — еще на $2,5 млн. Такую же цифру называл и сам Васильев — и это было только начало.

Спустя год после ареста Винника я сидел в афинском кабинете Илиаса Спирлиадиса — местного русскоговорящего юриста, нанятого Мусатовым, — и слушал, как они по громкой связи спорят о деньгах. Элегантному и успешному Илиасу (по-русски он просил называть себя Ильей) надоело клянчить у Мусатова финансы на текущие нужды, и он решил порвать с ним прямо при мне.

«Поступила информация, что ты получил миллион с половиной плюс два с половиной. Ты этого не отрицаешь, и я думаю, почему ты молодому коллеге не дал хоть сто тысяч, хоть двести тысяч или триста тысяч». «Молодой коллега, ты строишь ложные выводы!» — не отрицал получение денег Мусатов и начинал рассказывать, что недавно взял у жены Винника еще $50 тыс. При этом сам Илиас был убежден, что на самом деле Саша Шевченко выдала Мусатову в три раза больше. А деньги на процесс требовались немалые: в группу греческих адвокатов Винника включали то экс-депутата парламента, а то и вовсе экс-спикера главного законодательного органа страны.

Для вызволения Винника Мусатов решил повторить тот же трюк, что и с Зубахой, которого удалось экстрадировать в Россию благодаря спешно возбужденному уголовному делу. Только если Зубахе выдвинули «профильные» обвинения в краже банковских данных через интернет, то в Грецию сначала улетел запрос с довольно комичной фабулой. Якобы Винник не поставил некое оборудование самарской компании «Восстройкомплит», после чего ее директор обратился в полицию. Правда, эта фирма занимается не майнингом криптовалюты, как можно было бы ожидать, а поставками трубопроводной арматуры. А ее руководитель Леонид Машков, которого я нашел, заявил мне, что никакого Винника не знает и никаких заявлений на него не писал.

Когда я рассказал об этом разговоре Мусатову в коридоре греческого Ареопага, где мы ждали очередного заседания по Виннику, этот элегантный полноватый мужчина с повадками барина и офисом в Лондоне прошептал: «Ты как, по Москве нормально ходишь? Не боишься, что тебе ноги обломают?» Выглядело это не угрожающе, а скорее комично: хотя Мусатов увлекался искусством и даже спродюсировал короткометражный фильм по Чехову с Кристофером Ламбертом, актером он был средненьким и переигрывал — что в эфире у Соловьева, что в коридоре греческого суда.

Первое российское уголовное дело в отношении Винника, конечно, наспех слепили на коленке, хотя я слабо верю, что заявление в полицию было подано от имени Машкова без его ведома. Несмотря на то что его бизнес максимально далек от криптовалют, аккаунт директора можно обнаружить в разных криптовалютных чатах. В 2022 году я заказал себе карту от стартапа Wirex, с помощью которой можно расплачиваться криптой, не переводя ее в традиционные валюты. Приложение подгрузило список моих контактов, и среди пары журналистов, пресс-секретаря «Яндекса» и криптоэнтузиастов я обнаружил запись «Леонид-Восстройкомплит», которая заставила меня на несколько секунд задуматься, чтобы понять, кто это.

Спустя полгода после разговоров в коридоре афинского суда Мусатов решил отправить в Грецию более релевантный запрос на экстрадицию Винника. Прямо в греческой тюрьме Винник подписал явку с повинной в российскую полицию, в которой рассказал, что в результате неких мошеннических действий нанес неустановленным гражданам ущерб в 750 млн рублей. Почти одновременно в Грецию пришел еще один запрос, на этот раз — из Франции: там Винника обвинили в том, что он помог отмыть криптовалюту, которую отправляли жертвы вируса-вымогателя Locky, чтобы их компьютеры были разблокированы (Франция была второй страной по числу зараженных этим вирусом пользователей).

Шли бесконечные суды и апелляции, но в итоге все три запроса — российский, французский и американский — были удовлетворены и легли на стол к министру юстиции Греции. По местным законам именно он должен был принять окончательное решение, куда отправлять Винника. Однако греческие власти явно не хотели ссориться ни с Россией, ни с США, ни с Францией и продолжали держать Винника в тюрьме. «Дело Винника создало проблему. Оно, с российской точки зрения, не идет на пользу греко-российским отношениям», — признавался однажды министр иностранных дел Греции Никос Дендиас.

У адвокатов Винника даже родился план — способствовать возбуждению еще одного, четвертого уголовного дела, чтобы окончательно подтвердить точность прозвища «Мистер Биткоин», данного россиянину греческой прессой. Четвертое дело решили завести в Греции, для чего команда Мусатова выгрузила из утекшей базы пользователей BTC-e на 2013 год всех людей с почтовыми адресами на греческих доменах. Идея заключалась в том, чтобы найти их и убедить написать заявление на Винника, дабы он отбыл какой-то небольшой срок в Греции, а потом благополучно отправился в Россию. Однако в итоге от этой затеи отказались.

Винник несколько раз голодал и жаловался в ЕСПЧ, а Мусатов, неплохо понимающий законы работы медиа, подкидывал журналистам новостные поводы — например, однажды заявил, что россиянина в греческой тюрьме якобы пытались отравить. В окружении Билюченко были уверены, что Винник попал под влияние Мусатова, тем более что адвокат взял под опеку его детей и жену, которой вскоре после ареста мужа был поставлен страшный диагноз — рак мозга. Сам Билюченко летом 2018 года обсуждал — предположительно, с православным предпринимателем Константином Малофеевым, — что Мусатову выгодно держать Винника в Греции как можно дольше, по сути высасывая деньги из него и его семьи.

В начале 2020 года греческое правительство решило разрубить гордиев узел и приняло компромиссное решение: Винника отправили не в Россию или США, а во Францию. Для Мусатова это означало, что теперь он вместо Афин будет часто летать в Париж, но той весной, в самый разгар коронавирусного карантина, он в пьяном состоянии упал с лестницы бара на юго-западе Москвы и погиб. Его помощник потом в красках рассказывал, как он вместе с тяжелым, 120-килограммовым Мусатовым летел вниз с той лестницы, но, несмотря на эти детали, в криптокругах пошли слухи, что адвокат взял у Винника ключи от кошелька с десятью тысячами биткоинов и сымитировал свою гибель[83]. Впрочем, это лишь легенда: Мусатова хоронили в открытом гробу, и я лично общался с его знакомой, которая вместе с другими близкими адвоката надевала на него нательный крест, когда его привезли из морга. «Как бы я хотела, чтобы это была инсценировка!» — с горечью написала она мне, когда я рассказал ей про курсирующий в криптотусовке слух. Наверное, этот слух оказался популярным еще и из-за того, что за несколько месяцев до гибели Мусатова, в конце 2019 года, умер от сердечного молодой совладелец платежного сервиса Advcash Артем Абрамов. У Advcash на Wex зависли несколько миллионов долларов, и Артем вместе со своими партнерами из чеченской диаспоры пытался вернуть их через людей Константина Малофеева. Об этом мне честно рассказывал сам Артем, но он же незадолго до своей смерти писал мне, что вроде как ему удалось вытащить деньги.

Через полгода после гибели Мусатова знакомый Билюченко спросил меня, не могу ли я им посоветовать адвоката для защиты Винника. Я вежливо предложил им какие-то публичные кандидатуры известных российских адвокатов, но в этот раз главным защитником россиянина стал француз Фредерик Бело. Клиент из России был для него не случайностью: Бело успешно защищал ФГУП «Космическая связь», чьи европейские активы были арестованы по делу ЮКОСа, приезжал на юридические конференции в России и спас от тюрьмы теннисистку Яну Сизикову, которую обвиняли во Франции в договорном матче.

Виннику француз тоже помог: французское обвинение запросило для него срок в 10 лет, но в итоге парижский суд в конце 2020 года приговорил его только к пяти годам тюрьмы. Так, судья счел недоказанным, что Винник имел отношение к рассылке вируса Locky, но указал, что он помог отмыть деньги. С учетом времени, которое Винник отбыл в Греции, ему оставалось сидеть полтора года, что гораздо приятнее перспективы получить в США 55-летний срок. Работу своего предшественника, Мусатова, Бело оценивает негативно: «Стратегия Мусатова делать из Винника какого-то важного и большого специалиста была большой ошибкой. У него не было денег, он обычный скромный человек, без лимузина и частного самолета», — говорил он мне. Сам Винник поразил его своей религиозностью — во французской тюрьме, по его словам, россиянин читал в основном Библию.

Летом 2022 года заканчивался срок его заключения во Франции, но американцы не забыли про россиянина, тем более на столе у французских властей лежал действующий запрос на его экстрадицию в США. Фредерик Бело, французский адвокат Винника, принялся спешно отменять его через суд, но в ответ последовал ход конем: американцы сами отозвали свой запрос, после чего французские власти отправили Винника туда, откуда забрали за два года до этого, — в Грецию. В аэропорту Афин его встречала адвокат и бывший спикер греческого парламента Зои Константопулу, но на греческой земле россиянин пробыл лишь несколько часов. Все это время у местных властей оставался запрос на экстрадицию Винника в США, куда он в конце концов и полетел — практически ровно спустя пять лет после того, как его арестовали на пляже недалеко от Салоник и он сказал жене: «Прости, я тебя подвел».

Сейчас сказать эти слова ему уже некому: жена Винника умерла от рака мозга, не дождавшись выхода мужа из тюрьмы. Своих сыновей он не видел с лета 2017 года, а с матерью повидался в парижской тюрьме. Несмотря на личную трагедию и возможность выйти раньше срока в случае признания вины, он по-прежнему стоит на своем: в том же французском суде он продолжал повторять, что на биржу устроился по объявлению, был простым исполнителем рабочих указаний, кто их присылал — он якобы не знал. 6 августа он впервые предстал перед судом Северного округа Калифорнии, а в Минюсте США публично поблагодарили своих греческих коллег за сотрудничество: вторжение в Украину лишило греческие власти последних сомнений, куда отправлять Винника[84]. Шанс избежать 55-летнего срока у него все же остается: его адвокат Бело пытается договориться, чтобы Винника включили в список лиц, которых Россия может обменять на сидящих в российских тюрьмах американцев.

Суетливый номинал

Block 9

Index: биржа

Timestamp: май 2022 года

Hash: суетливый номинал

PreviousHash: анабасис Винника

В мае 2022 года в аэропорт Загреба прилетел 35-летний россиянин Дмитрий Васильев. Там он планировал сделать пересадку, но был задержан хорватскими правоохранительными органами. На его фамилию среагировала база Интерпола, сообщив, что его разыскивает Казахстан по обвинению в мошенничестве с $20 тыс. вкладчика криптобиржи Wex. Местные медиа быстро нашли мои статьи про Васильева и эту криптоплощадку и, явно криво переведя их, выпустили новости с заголовками вроде «В Загребе арестован фаворит путинского олигарха. Его обвинили в краже $450 млн».

На суде, где ему избирали меру пресечения, Васильев кричал «Слава Украине!» и заявлял, что он не мошенник, а политический активист, который выступает против политики президента Путина. Его арестовали и отправили в местный аналог СИЗО, но спустя два месяца Васильев вышел под подписку о невыезде и позвонил мне. «Ты что, коллекционируешь европейские тюрьмы?» — с ходу спросил я его.

Хорватия была уже третьей страной, в тюрьме которой побывал Васильев. Летом 2019 года он несколько недель сидел в Италии, а спустя два года провел пару месяцев в варшавской тюрьме. В обоих случаях его настиг все тот же запрос из Казахстана, но оба раза он вместе с адвокатом отбивался от всех претензий в суде и выходил, избежав экстрадиции. Вот и в разговоре со мной из Загреба Васильев по традиции начал высмеивать казахский запрос на экстрадицию и пообещал, что засудит за клевету хорватские медиа, которые из-за плохого перевода моих статей сделали его криптопреступником уровня Винника. Каким он, конечно, никогда не был.

Васильев — пример того, как криптоэкономика может в один миг вознести человека на вершину, с которой он потом так же легко может упасть. Уроженец Минска, получивший образование в Санкт-Петербургском политехническом университете, Васильев поначалу зарабатывал на игре в онлайн-покер. В начале он 2012-го он уехал в Китай, откуда поставлял в страны СНГ одежду и другие товары. Затем увлекся криптовалютами: занимался переводами денег через биткоины в Китай и обратно, в том числе через BTC-e, на которой вместе с женой торговал в интересах китайских криптоинвесторов. Через его аккаунты на BTC-e, по его собственному утверждению, проходила криптовалюта на суммы от $500 тыс. до $2 млн. Насколько эти суммы реальны — судить сложно.

Но его деятельной натуре было мало пользоваться чужой инфраструктурой — он мечтал о собственной бирже. В 2017 году Васильев создал структуру с громким названием «Международный институт развития блокчейна» и разрабатывал проект биржи BTC-up, по дизайну похожей на сервис Билюченко и Винника. И хотел партнериться с ними: накануне краха BTC-e вышел на Винника с вопросом, как автоматизировать торговлю между площадками. Тот, в свою очередь, сделал чат на троих: он, Билюченко и Васильев. Но реальных имен собеседников Васильев не знал: Винник общался с ним как «Василий Фирсов», Билюченко — под своим традиционным именем admin.

Такая смена стран и сфер деятельности — характерная черта Васильева: он может, тараторя, в течение пятиминутного разговора завалить тебя идеями и планами, одновременно рассказывая о желании запустить новую криптовалюту и о намерении создать фонд помощи белорусским оппозиционерам. В августе 2017 года этот творческий напор помог ему, когда он написал Алексею Билюченко и предложил возродить BTC-e. Биржа после ареста Винника работать перестала: сотрудники ФБР арестовали сервер площадки, который, как ни странно, располагался в американском штате Нью-Джерси. Был также изъят домен.

Когда следствие арестовывает квартиру, ее опечатывают. Сайт BTC-e, по сути, тоже опечатали — долгое время при заходе на него загружалась заглушка с эмблемами различных американских правоохранительных ведомств.

Но, несмотря на арест сервера, получить доступ к базе клиентов биржи американцы не смогли, а Билюченко успешно выкачал все важные данные с резервного сервера в Германии. Сохранил он и контроль над кошельками BTC-e, на которых, по его собственной оценке, на тот момент было 65 тыс. биткоинов, а общий объем криптовалюты, включая эфир, лайткоины и другие альткоины, превышал $1,2 млрд. Таким образом, ФБР не разрушило биржу, а лишь повредило ее фасад.

Его-то и предложил поправить Васильев: тем более что у него была команда, с которой он пытался запустить собственную площадку. Свойственная ему неуемная активность, порой граничащая с суетливостью, оказалась тут полезной: реинкарнация BTC-e была запущена спустя полтора месяца после ареста Винника в Греции — в сентябре 2017 года.

Новый проект получил название Wex, что было сокращением от английского World Exchange Services (дословно «обменные сервисы по всему миру»). Именно так Васильев назвал и юрлицо биржи, которое зарегистрировал на себя в Сингапуре. В России он при всем желании создать компанию не смог бы: накануне ареста Винника петербургский суд признал его личным банкротом из-за долга в 2,3 млн рублей.

Узнав о новой бирже, клиенты BTC-e тут же сделали вывод, что Васильев — лишь номинальный ее владелец. Правда, он и сам этого никогда особо не скрывал, хотя и отличался от предыдущих дропов BTC-e вроде россиянина Буянова или житомирца Швеца: Васильев не просто отдал свои паспортные данные в сингапурский бизнес-реестр, но и стал реальным руководителем площадки — привел свою команду, купил 200 аккаунтов в системе «Яндекс. Деньги» для пополнения счетов и представлял Wex на различных криптоконференциях.

На одной из таких конференций в Сколкове в начале ноября 2017 года я и познакомился с ним лично. В Москве было холодно, зал, который сняли организаторы, плохо отапливался. Васильев выступал с докладом на тему «От BTC-e к Wex через FBI», который при мне подготовил за десять минут до выступления. После доклада я долго пытал его, кто стоит за новой биржей, а он лишь прикрывался мифическими «инвесторами» и делился мечтой — превратить Wex в полностью легальную биржу. Правда, под определение такой площадки Wex не подходила, сохранив главный принцип BTC-e: возможность анонимных торгов. Этим новая биржа сразу привлекла тех, кто до ареста Винника зарабатывал на BTC-e, тем более что им вернули часть замороженных активов.

Этот ход придумал Билюченко, реального имени которого клиенты по-прежнему не знали: он приходил в чат биржи все под тем же старым ником admin, подсвеченным фирменным красным цветом. Вместе с запуском Wex клиенты получили 62 % активов, зависших на BTC-e: в основном биткоины, эфир и другие криптовалюты. Оставшиеся 38 % — это прежде всего фиатные балансы, вернуть которые было сложнее: то ли потому, что часть из них была арестована по запросу американских властей, то ли потому, что только Винник знал, по каким офшорным счетам он распихал деньги BTC-e. При этом как минимум часть этих счетов была записана на его двоюродного брата Станислава Голованова — того самого, который, возможно, находится на постоянном психиатрическом лечении.

Но решение было найдено: замороженный фиат перевели в токены, которые были начислены пользователям. На токены шла отдельная торговля, их можно было покупать и продавать по рыночной цене, но сама биржа их постепенно выкупала, обеспечивая тем самым спрос и поддерживая цену. Закончить выкуп основатели Wex обещали спустя два года, но уже по цене «один к одному» — то есть, например, один доллар за привязанный к доллару токен. Тем самым Билюченко стимулировал пользователей не ждать два года, а выводить свои токены на торги прямо сейчас.

На языке традиционной экономики это называется «реструктуризация долга». Но если в обычном мире такой способ спасения бизнеса требует инвестиций и кредитов, то в мире криптоэкономики необходимую денежную массу бирже давал растущий биткоин. Спустя три месяца после запуска Wex находилась уже в конце второй десятки крупнейших криптобирж мира с ежедневным оборотом в $80 млн. С каждой сделки биржа по традиции получала комиссию — менее 1 %, но этих средств хватало, чтобы выкупать токены и стимулировать дальнейший спрос, регулярно выкладывая процент выкупленных монет. Например, к моменту выступления Васильева в Сколкове биржа Wex выкупила почти 10 % токенов, привязанных к доллару, более 12 % токенов, выданных владельцам рублевых активов, и 7 % токенов, которые на два года заменили клиентам биткоины.

Васильев вернулся из Китая в Москву и стал вести шикарную жизнь владельца крупной мировой криптоплощадки, как он себе ее представлял: снял просторный офис, играл в покер на высоких ставках, пытался ухаживать за Ольгой Бузовой. Телеведушая и певица на волне криптовалютного хайпа решила запустить собственный альткоин под названием Buzcoin, и Васильев весной 2018 года заявился к ней на концерт с огромным букетом красных роз, среди которых были расставлены белые, чтобы получилась фраза «От CEO Wex». Васильев вручил его прямо во время концерта, в паузе между песнями. «Вы не хотите представиться? Вы дерзко и уверенно встали на мою сцену, в моей Москве», — игриво спросила Бузова. Дима, продолжая играть роль дерзкого человека, выхватил у нее микрофон и стал рассказывать, что готов помочь с ICO Buzcoin. Бузова подыграла ему, спросив публику, достоин ли Васильев права поцеловать ее руку; раздались одобрительные крики, и глава Wex немного суетливо прикоснулся губами к протянутой руке звезды.

Несмотря на выложенный розами солидный титул CEO — «главный исполнительный директор» на английском, — Васильева к моменту флирта с Бузовой уже отодвинули от управления Wex. В этот раз его деятельная натура сыграла против него. Как он лишился биржи?

Васильев не просто познакомил жену Винника с адвокатом Мусатовым, но даже съездил на суд в Грецию в начале осени 2017 года, где выступил в качестве свидетеля защиты как независимый эксперт по блокчейну. По замыслу Мусатова, он должен был понятным языком объяснить суду, что такое криптовалюты, но в итоге, как обычно, увлекся и только добавил проблем, рассказав, что после ареста Винника BTC-e перестала работать. В стенах суда в Салониках этот факт прозвучал как серьезное опровержение слов Винника, называвшего себя лишь консультантом биржи: обычно технический крах площадок происходит, когда арестовывают их администраторов. «После его ареста в течение небольшого промежутка времени платформа не функционировала, но это было логично, потому что у него [Винника] изъяли компьютер», — продолжал Васильев топить обвиняемого, естественно, сам того не желая. Винник тут же поспешил откреститься от Васильева, заявив, что не приглашал его, а остановку BTC-e сразу после его задержания назвал «совпадением».

Спустя месяц после этого суда Васильев с Билюченко приехали в офис к Мусатову, чтобы обсудить стратегию по «спасению рядового Винника». Содержание состоявшегося тогда разговора я знаю в двух пересказах, противоречащих друг другу: Мусатов говорил мне, что это Васильев попросил помочь найти ему «крышу», а Билюченко и Васильев в показаниях в полиции утверждали, что об «административном ресурсе» заговорил сам адвокат, убеждая, что в России им будет сложно развивать криптовалютную биржу без партнера со связями. Таковым, по мнению адвоката, мог стать Константин Малофеев, которого Мусатов знал по линии своих партнеров и друзей Натальи Касперской и Игоря Ашманова: вместе с Малофеевым они принадлежат к консервативному кругу IT-предпринимателей, выступающих за жесткий суверенитет российского интернета.

О роли Константина Малофеева в истории биржи я подробно расскажу в следующей главе. Пока важно зафиксировать, что уже через полтора-два месяца после появления «партнера со связями» Васильеву указали на его новое место в команде, предложив заниматься рекламой биржи за $20 тыс. в месяц. А после поездки Васильева в США люди Малофеева и вовсе записали его во враги.

В Америку Васильева несколько раз звал «поговорить» тот самый специальный агент департамента криминальных расследований Службы внутренних доходов США Тигран Гамбарян. В апреле 2018 года Васильев встретился с ним в Америке, но, по его собственным словам, пытался переубедить спецагента и доказывал, что Винник не причастен к преступлениям, в которых его обвиняют. Правда, как показал суд в Салониках, где он чуть публично не потопил Винника, Васильев до конца не понимал, как его слова, пусть сказанные из самых благих побуждений, могут быть восприняты правоохранительными органами.

К моменту поездки в США работы на бирже у Васильева было немного — по сути, он стал номинальным директором, который не имеет никаких рычагов управления. А в конце все того же 2018-го Васильев продал сингапурское юрлицо Wex. И хотя клиенты площадки в целом согласны, что он был на бирже лишь деятельным номиналом, у них остались большие вопросы к Васильеву. Например, куда делись 2,5 млн евро, хранившиеся в чешском банке: их перечисляли европейские клиенты биржи для покупки криптовалюты. Сам Васильев говорит об их судьбе довольно путано: мол, сначала банк их заморозил, потом разморозил, Васильев вывел их на счета родственного обменника, но их вновь заблокировали, и ему достались только 100 тыс. евро.

Не берусь судить, что здесь правда, а что нет, но, когда последний раз я виделся с Васильевым в Москве, тот сказал, что готов встретиться, если я заплачу за обед. Мы увиделись на фудкорте на нулевом этаже «Центрального детского магазина», бывшего «Детского мира» на Лубянке; Васильев остался недоволен этим местом, впоследствии несколько раз назвав его «столовкой». Перед встречей со мной он, по его словам, беседовал с кем-то из людей Малофеева, просив помочь решить вопрос с тем самым уголовным делом в Казахстане, из-за которого ему постоянно грозил арест по линии Интерпола.

Настало время рассказать, какую роль мог играть Малофеев в истории с биржей и почему рассказ о его участии я сопровождаю такими вероятностными конструкциями, как «возможно» и «предположительно».

Как «Морячок» собрался Wex покупать

Block 10

Index: биржа

Timestamp: весна 2017 года

Hash: как «Морячок» собрался Wex покупать

PreviousHash: суетливый номинал

Константина Малофеева я впервые увидел вживую в конце 2016 года, переехав из Петербурга в Москву и устроившись работать в журнал РБК. Бывший чиновник петербургской администрации позвал меня на заседание «Благородного собрания» — московской организации православных предпринимателей, которые увлеклись не только религией, но и культурой русского дворянства. Встреча произошла в центре столицы, в музее Ильи Глазунова на Волхонке, я явился туда в джинсах, рубашке и желтых зимних ботинках с солевыми разводами. «А где пиджак? Где галстук?» — скептически оценил мой внешний вид стоявший у входа мужчина с длинной, как у Льва Толстого, бородой. Как я выяснил потом, это был глава «Благородного собрания» и соратник Малофеева Сергей Рудов.

Рудов был всерьез настроен не пускать меня, но знакомый питерский чиновник пришел на помощь и, сняв с шеи галстук, отдал его мне. Рудов, недовольно пожав плечами, пригласил меня внутрь. Все заседание я сидел, запихнув ноги в огромных ботинках подальше под стул. Хозяин собрания — Малофеев — в элегантном костюме с платком в нагрудном кармане расположился в нескольких метрах от меня. Он напоминал холеного барина из классической русской литературы, и я, вполуха слушая доклад о соблюдении христианских заповедей в бизнесе, вспоминал, что знаю о нем. Успешный бизнесмен, владел 10 % акций «Ростелекома», лишился этого пакета из-за проблем по кредиту ВТБ — и хорошо, что вопрос был решен экономическим способом, ведь у него даже были обыски из-за претензий банка. В 2014 году оказался одним из спонсоров так называемой «русской весны» — в частности, его бывшие сотрудники Игорь Стрелков и Александр Бородай поехали в Донбасс, где один какое-то время был министром обороны самопровозглашенной ДНР, а другой — аж премьер-министром.

Спустя два года я вспомнил про эту встречу, когда весной 2018 года клиенты Wex рассказали мне, что связанные с Малофеевым люди теперь де-факто управляют биржей. Один из них скинул мне объявление с одного из профильных криптофорумов о продаже Wexcode в любых объемах в Москве. Wexcode — прямой правопреемник знаменитых BTC-e-кодов, которые попали даже в обвинительное заключение суда Северного округа Калифорнии. Как и BTC-e-коды, Wexcode позволял приобрести криптовалюту на бирже Wex за наличные деньги. Механизм сделки был такой же: один пользователь торговой площадки генерирует код, передает другому, тот вводит его в систему, и биткоины или эфир уходят на его кошелек. При такой системе сама передача денег происходит вне биржи, в то время как при стандартной покупке доллары, евро или рубли сначала нужно было каким-то образом завести на Wex — через банк или платежную систему.

Это и другие объявления оставил пользователь под ником artemcrpt, за которым скрывался уроженец Перми Артем Карянов, проживающий сейчас в Москве. Я написал ему, представился потенциальным клиентом и спросил, где будет происходить сделка. Карянов подтвердил, что работает от биржи Wex, и сказал, что при больших объемах встреча назначается в торгово-деловом центре «Новинский пассаж» на Садовом кольце. До этого я скептически относился к разговорам о том, что люди Малофеева теперь якобы имеют отношение к бирже, но теперь впервые подумал, что это может оказаться правдой: ведь именно там, на пятом этаже «Новинского пассажа», находился тогда и находится сейчас офис группы «Царьград» Константина Малофеева.

В переписке с Каряновым я представился клиентом, которому нужно поменять на Wexcode $240 тыс. Тот сразу отрезал: с такими суммами нужно отправляться в офис. Дальнейшие переговоры я уже вел с человеком рангом повыше — знакомым Карянова и еще одним уроженцем Перми, венчурным инвестором и вице-президентом Российской ассоциации криптовалют и блокчейна Дмитрием Суторминым. Это известный в московской тусовке IT-стартаперов человек, на первый взгляд никак не связанный с Малофеевым. Но при более детальном изучении связь нашлась: свой IT-бизнес Сутормин начинал в Перми вместе с Евгением Жулановым, который, в свою очередь, был партнером Малофеева в провайдере мобильного контента Nikita.

Я написал Сутормину, он подтвердил, что работает на Wex, и даже пообещал в случае необходимости поднять дневные лимиты по выводу денег с биржи. Теперь мне нужно было проверить, не находится ли обменник прямо в офисе Малофеева, и в рамках все той же легенды я заявил, что $240 тыс. мне нужно поменять в интересах партнера, но перед сделкой я хотел бы тщательно осмотреть место совершения купли-продажи. Сутормин не удивился и связал меня с молодым человеком по имени Иван, который и должен был помочь с обменом на месте.

На дворе был июнь 2018 года, в Москве стояла жара. Для солидности я решил надеть костюм и нацепил единственный галстук, который у меня был, — по иронии судьбы, это был тот самый галстук, который спас меня от позорного изгнания с заседания «Благородного собрания». Иван, молодой человек в бейсболке, назначил встречу в кафе на первом этаже «Новинского пассажа», предупредив, что сначала должен будет проверить паспорт. Я был уверен, что сейчас меня разоблачат как журналиста, но проверка заняла всего минуту: Иван через телефон отправил кому-то мои данные, затем сообщил вердикт — можно идти. Напоследок Иван тщательно изучил фотографию в паспорте, даже провел по ней пальцем — не вклеена ли.

Меня повели на последний, восьмой этаж бизнес-центра, в самый конец длинного коридора. В пустой комнатке — стол, два стула и внушительного размера машина для подсчета купюр. «Вы пересчитываете деньги, мы получаем код, вводим его и разбегаемся?» — уточнил я процесс покупки криптовалюты. Иван кивнул, затем предупредил: больше двух человек на сделку не пустят. Уже уходя, я как бы случайно заметил, что на пятом этаже «Новинского пассажа» находится офис компании «Царьград» Константина Малофеева, а по «криптотусовке» ходит слух, что она сейчас имеет какое-то отношение к Wex. «Я не буду говорить тебе ничего конкретного, но ты молодец, ты меня удивил чуть-чуть», — засмеялся Иван.

Фактов копилось все больше, но все вокруг да около — даже самую осторожную журналистскую заметку на их основе не напишешь. Я сел за телефон и стал звонить всем людям, кто имел какое-либо отношение к Wex, и эта серия звонков донесла до меня еще более невероятный слух: якобы биржу у Васильева собирается купить некий участник боевых действий в Донбассе с позывным «Морячок». В мирной жизни «Морячка» звали Дмитрий Хавченко, он был уроженцем Крыма и в 1990–2000-е занимался бизнесом в Киеве. В 2012 году в отношении Хавченко было возбуждено уголовное дело по статье «Мошенничество», его объявили в розыск. Но скрываться ему предстояло недолго: 2014 год дал ему шанс начать новую жизнь.

В 2014 году он вступил в отряд, который из Крыма отправился воевать в Донбасс. На войне «Морячок» сблизился с Александром Бородаем — премьер-министром самопровозглашенной ДНР и бывшим консультантом Малофеева. Он был очень близок к нему: например, именно «Морячок» стоял по правую руку от Бородая во время церемонии передачи малайзийским властям «черных ящиков» сбитого «Боинга-777», именно Хавченко было поручено достать их из мешка под прицелом телевизионных камер. В августе 2014 года он был ранен, ему ампутировали два пальца. В 2015 году Хавченко возглавил крымское отделение Союза добровольцев Донбасса, руководителем которого являлся Бородай.

Я долго не мог найти контактов «Морячка» и, отчаявшись, написал Малофееву в WhatsApp. Тот прочитал мое сообщение, но не ответил. А через час на городской номер редакции позвонил человек, представился Сергеем и спросил меня: «Вы разыскиваете Дмитрия Хавченко? Вы можете с ним встретиться». Не могу сказать, что я воспринял это предложение без волнения, но место встречи немного успокоило меня: самый центр Москвы, ресторан гостиницы «Метрополь» прямо напротив Кремля.

Хавченко выглядел обычным мужиком в возрасте за сорок, с бородкой и в темном джемпере. Когда «Морячок» пожал мне руку, я почувствовал, что на ней не хватает пальцев. Он пришел не один, а с тем самым Сергеем, который почти весь разговор молчал и явно должен был просто помогать неопытному Хавченко общаться с журналистом. Сергей старался остаться в тени — телефон, который он дал мне в качестве контактного при встрече, был «левый», а сим-карту, как я заметил уже в «Метрополе», он вставил в самый дешевый кнопочный телефон. Но потом я все же вычислил его: это был Сергей Кавтарадзе — еще один деятель «Союза добровольцев Донбасса», в 2014 году работавший советником по пиару у премьера самопровозглашенной ДНР и помогавший сепаратистам давать интервью западным изданиям.

Во время разговора «Морячок» потягивал виски и все время прятал за спинкой стула правую руку с оторванными пальцами. Он уверял меня, что криптовалютами увлекся еще до войны в Донбассе: блокчейн, мол, дает возможность переводить деньги во все самопровозглашенные республики, минуя санкционные опасности, — не только в ДНР и ЛНР, но и в Приднестровье, Южную Осетию и Абхазию. С Васильевым он «ведет переговоры» по покупке юрлица Wex, «заключил договор о намерениях», но «уже имеет какое-то влияние на работу биржи». Он говорил на деловом языке, но с ироничной улыбкой в уголках губ, будто усмехаясь про себя над ролью, которую исполнял за столиком в «Метрополе».

Я спросил его про Малофеева, но Хавченко все с той же улыбкой стал уверять меня, что деньги на покупку у него собственные и к православному предпринимателю он никакого отношения не имеет. В случае завершения сделки он хотел перевести команду биржи в родной для него Крым, а юрлицо перерегистрировать из Сингапура в одну из самопровозглашенных республик Донбасса. В довершение он пообещал сделать из Wex «мощный патриотический проект» — что бы это ни значило.

Спустя несколько дней, когда я уже заканчивал расследование, мне опять позвонил Сергей Кавтарадзе и предложил встретиться еще раз, но уже без «Морячка». Пока я жевал салат в полупустом ресторане в районе Тверской, он, смущенно глядя мимо меня, предложил $5 тыс. за то, чтобы статья не вышла. Я, продолжая жевать салат, любезно ответил, что не беру от героев денег ни за написание статей, ни за то, чтобы я их не писал. Кавтарадзе, все так же смущаясь от неловкости момента, попросил меня назвать свою цену. Доев салат, я сказал, что не соглашусь ни за какие деньги.

В начале июля расследование вышло на сайте РБК[85]. К этому моменту Wex уже работала, хромая: с начала года объем торгов упал со $100 млн в сутки до $20 млн, причем дело не только в снижении стоимости биткоина — Wex не удержала позиции в рейтинге крупнейших площадок и из двадцатки упала в середину сотни, а выкуп токенов прекратился. Но после выхода моей статьи произошло настоящее крушение биржи.

В официальном аккаунте Wex в твиттере появилось сообщение примерно в таком же деловом стиле, в котором со мной общался «Морячок»: «Wex — молодая и рентабельная компания с лояльной аудиторией», переговоры по «привлечению капитала для динамичного развития и международной экспансии» периодически проходят, однако пока биржа не заинтересована в продаже. В течение нескольких дней был приостановлен вывод криптовалют в фиат: это было можно было сделать, но с комиссией в 55 %. К осени вывод уже был возможен только через не самую раскрученную криптовалюту под названием Zcash, но купить ее на бирже можно было в четырнадцать раз дороже номинала с потерей 90 % средств. Ближе к концу года сайт биржи навсегда закрылся, похоронив с собой и средства клиентов.

«Морячок» вел себя загадочно и противоречиво: спустя несколько недель после моей июльской статьи он вдруг заявил мне, что передумал покупать Wex, потому что, мол, не смог договориться с Васильевым, и теперь намерен приобрести давнего конкурента BTC-e/Wex — биржу EXMO (совладелец EXMO Иван Петуховский тут же сказал мне, что впервые слышит о таком)[86]. Но в конце года, когда Wex уже рухнула, «Морячок» вдруг все-таки приобрел у Васильева сингапурское юрлицо и оформил его на свою дочь, чтобы фирма не попала под санкции из-за его донбасского прошлого. На вопрос, зачем он это сделал, Хавченко заявил — чтобы иметь рычаг для возврата криптоактивов, которые остались у главного владельца биржи, имя которого тогда мало кто знал[87].

Тогда я тоже не имел представления, что речь идет об Алексее Билюченко. Но вскоре мне стали известны и его имя, и его версия событий 2018 года и причин крушения Wex, которая прояснила возможную роль «Морячка» и, конечно же, Малофеева.

Биткоины в «фонд ФСБ»

Block 11

Index: биржа

Timestamp: август 2019 года

Hash: биткоины в «фонд ФСБ»

PreviousHash: как «Морячок» собрался Wex покупать

В начале августа 2019 года я получил сообщение в телеграме от анонима с нарисованным призраком на аватарке. Я не сильно удивился: я работал в нескольких известных изданиях, мой телефон есть во всевозможных базах журналистов, и незнакомые люди периодически приходят ко мне в личку. «Призрак» создал секретный чат и с ходу заинтриговал по максимуму. «Я знаю, вы ищете админа биржи Билюченко. Я могу вам рассказать о нем», — написал он мне.

«Призрак» отказался обсуждать какие-либо подробности в переписке или даже защищенном разговоре через мессенджер и настоял на встрече. Но не в Москве, где я жил тогда, а в Петербурге. Обычно в таком случае договариваешься с редактором о системе условных сигналов: сообщить, что встретился; оповестить через полчаса, что все в порядке; дать о себе знать через час. Разработали мы такую систему и в этот раз.

«Призрак» назначил встречу в сетевом пабе в центре. Рабочий день был в самом разгаре, народа почти не было, и мы сели в дальнем зале. Он представился Евгением, но ничего не рассказал о себе. По легкому сибирскому говору я решил, что он, возможно, тоже из Новосибирска, как и Билюченко, а подробности из жизни «админа», которыми он сразу же засыпал меня, навели на предположение, что Евгений может быть кем-то из команды основателя BTC-e/Wex. Начался обеденный перерыв, паб заполнялся, и каждый раз, когда мимо нас проходили люди, Евгений замолкал и ждал, пока они отойдут на расстояние, на котором уже не смогут понять, что он говорит. Его рассказ с вкраплением таких слов и фраз, как «ФСБ», «уголовное дело», «заперли в отеле», «ФБР», «украл», и правда звучал очень интригующе. «Но я не могу ничего из этого написать, пока у меня не будет железобетонных доказательств», — сказал я наконец Евгению.

По возвращении в Москву он прислал мне материалы уголовного дела, возбужденного российской полицией после краха криптобиржи Wex. Требовалась проверка — настоящие они или нет. Для начала я набрал Васильева, который тогда где-то «отмокал» после первой отсидки в зарубежной тюрьме (итальянской), и показал ему копию его собственных показаний, которые тоже были в присланных мне документах. Тот, подтвердив их подлинность, в свойственной ему манере тут же перешел в атаку: «А где ты их взял? А дай почитать показания Билюченко?»

В материалах также оказалась двухчасовая запись разговора двух людей, голос одного из которых был очень похож на голос Малофеева, а другой, судя по контексту, принадлежит Алексею Билюченко. Я попросил одного общего знакомого послушать, действительно ли один из беседующих — основатель BTC-e, и тот заявил, что на 80 % это он. В отличие от Билюченко, образцов голоса Малофеева много в интернете, и поэтому мы в Русской службе Би-би-си, где я тогда работал, решили подойти к верификации более фундаментально.

Мы отправили фрагмент записи из материалов уголовного дела в петербургскую «Криминалистическую лабораторию аудиовизуальных документов». В частности, ранее она занималась восстановлением магнитных фонограмм с подводной лодки «Курск» и диагностикой аутентичности фонограмм с разбившегося под Смоленском Ту-154 с президентом Польши на борту. Эксперт — Полина Зубова — когда-то работала в экспертно-криминалистическом центре ГУВД по Петербургу и Ленобласти, затем возглавляла отдел видеофонографических исследований Северо-Западного регионального центра судебной экспертизы Министерства юстиции. В общем, все солидно.

В качестве образца голоса Малофеева мы представили отрывки из двух интервью предпринимателя. Фамилия идентифицируемого лица экспертам не называлась. По оценке лаборатории, качество основной записи в целом удовлетворительное, разборчивость речи «практически полная». Главный вывод: речь на сравниваемых записях принадлежит одному и тому же человеку. Так, например, говорящие имеют одну и ту же высоту и силу голоса, стиль и высоту артикуляции, одинаковую специфику произнесения отдельных групп гласных и согласных.

В том, что материалы подлинные, у меня мало сомнений. Главное в них — показания самого Билюченко, в которых он излагает свою версию событий 2017–2018 годов. В этой версии основатель BTC-e предстает как жертва, потому «Призрак», явно связанный с админом, и прислал все эти документы мне: вряд ли окружение Билюченко решилось бы на «слив», если бы в итоге весь негатив клиентов вылился на самого основателя BTC-e. Малофеев, естественно, сразу и однозначно заявил, как относится к этой версии, передав мне через пресс-службу, что материалы «сфабрикованы».

Попробую изложить показания Билюченко детально и в то же время — постоянно подчеркивая, что это всего лишь его версия тех событий.

Когда Билюченко и Винник в 2011 году запускали биржу BTC-e, криптовалюты интересовали только узкую IT-тусовку и шифропанков. Осенью 2017 года о крипте говорили все, даже Владимир Путин, который буквально за несколько месяцев до появления Wex встретился с Виталиком Бутериным. По версии Билюченко, когда адвокат Мусатов предложил ему сотрудничать с Малофеевым, тот уже интересовался криптовалютами и даже хотел развивать свой бизнес-проект в этой сфере. После нескольких встреч в офисе в том самом «Новинском пассаже» Билюченко было предложено сделать криптобиржу Vladex во Владивостоке. И не просто очередную торговую площадку, а легальную платформу для обмена цифровых денег, работа которой санкционирована государством.

«Призрак» вместе с материалами уголовного дела прислал мне копию документа, озаглавленного «Меморандум о взаимопонимании» и якобы подписанного Малофеевым и Билюченко в начале 2018 года. Цель проекта сформулирована витиевато — построение во Владивостоке «на базе существующей биржи [Wex] новой биржи как специальной инфраструктуры расчетов для сохранения финансово-экономического суверенитета Российской Федерации». В нем прописаны даже доли: три четверти уставного капитала (75 %) в новой площадке, если верить документу, должен был получить владелец «Царьграда».

Следы Vladex я нашел в открытых источниках: в марте 2018-го во Владивостоке была зарегистрирована компания «Владэкс», 99 % в которой принадлежат молодому киберспортсмену Кириллу Малофееву, сыну Константина Малофеева. Правда, Малофеев-младший заявил мне, что эта фирма не имеет никакого отношения к проекту криптобиржи Vladex, а такого человека, как admin Алексей Билюченко, он не знает. Я вежливо уточнил, почему же тогда почтовый адрес на сайте Vladex совпадает с юридическим адресом его компании «Владэкс». Тогда Малофеев-младший не стал отрицать очевидного и просто отправил меня в пресс-службу компании своего отца.

В записанном разговоре человек с голосом Малофеева-старшего несколько раз упоминает Vladex и рассказывает, что на высоком государственном уровне уже подписана бумага о создании «белого и пушистого сервиса». «Так у нас же вроде была подписанная бумага?» — спрашивает Билюченко. «У нас была подписанная бумага о [том, чтобы] рассмотреть [такую идею]. А сейчас будет уже конкретная бумага», — отвечает человек с голосом Малофеева, добавляя, что на предстоящем Восточном экономическом форуме (ВЭФ) у Vladex будет свой стенд.

В начале сентября 2018 года во Владивостоке стартовал ВЭФ, где у Vladex действительно был стенд со столиками для переговоров, девизом Flagship of the Digital Economy («Флагман цифровой экономики») и шоколадками в виде «золотых токенов» биржи. Тогдашний советник президента РФ Сергей Глазьев рассказал о проекте на сессии о цифровизации экономики. Любитель рассуждать о предстоящем крахе доллара и самих США, он уже тогда был близок к Малофееву, а после ухода из администрации президента и вовсе стал одним из руководителей общественного движения «Царьград». На сессии во Владивостоке он заявил, что Vladex — ни много ни мало — создается «в соответствии с поручением нашего главы государства», лично раздал участникам сессии те самые шоколадки в виде токенов и пригласил всех желающих на стенд Vladex для разговора с разработчиками платформы — Антоном и Евгением.

Этим Антоном, вероятно, был Антон Немкин, бывший сотрудник управления ФСБ одного из южных регионов: на сайте Ассоциации менеджеров России, где Немкин возглавлял комитет по информационным технологиям, он был обозначен как «автор проекта инвестиционной системы Vladex». А Евгением, скорее всего, был его бизнес-партнер Евгений Жуланов: на фотографии, выложенной Немкиным на своей страничке «ВКонтакте» с «полей» ВЭФ, он как раз стоит вместе с Жулановым и Глазьевым. «На форуме Глазьев обвинил ЦБ в падении рубля. Регулятор не выполняет своих конституционных обязанностей, отдав курсообразование на “откуп финансовым спекулянтам”», — написал Немкин в подписи к этому снимку, на котором все трое довольно улыбаются.

Фамилию Жуланова я уже упоминал: это земляк и бизнес-партнер того самого Дмитрия Сутормина, с которым я договаривался о походе в обменник в «Новинском пассаже». У него же в свое время был и IT-бизнес с Константином Малофеевым. И Васильев, и Билюченко в своих показаниях утверждали, что именно команда владельца «Царьграда» якобы постепенно перевела на себя все рычаги управления биржей. Так, Билюченко рассказывал, что с декабря 2017-го по апрель 2018-го регулярно — один-два раза в неделю — приезжал в Москву, где, по его утверждению, встречался с Жулановым и другими техническими специалистами, привлеченными для работы на Wex. Насколько глубоким был их контроль над сервисом — неизвестно, но один московский адвокат весной 2018 года рассказывал мне, что помогал крупным клиентам Wex вытаскивать деньги с падающей биржи именно через людей Малофеева.

Но криптовалютные активы Wex оставались под контролем Билюченко, хотя представители всесильного партнера задавали про них вопросы. В конце апреля «админ» в очередной раз приехал в Москву и якобы отправился в офис Малофеева в «Новинском пассаже» на Садовом кольце. На тот момент Wex еще вполне успешно работала, хоть и потеряла позицию в топ-20 самых популярных криптобирж мира.

На этой встрече уже не обсуждались перспективы биржи Vladex. Вместо этого Билюченко предложили отдать «холодные» кошельки биржи на дисках, которые admin всегда носил с собой: они представляют собой обычные флешки, на которых в зашифрованном виде хранится информация о криптоактивах. Билюченко якобы отдал их, затем его повезли в приемную ФСБ на Кузнецком Мосту в Москве. Там admin c сопровождающими ждали два с половиной часа, и только человек с большой выдержкой мог не запаниковать за это время. Наконец, как в кино про 1930-е годы, его завели в комнату, где уже сидели несколько людей в штатском, которые потом почти час беседовали с Билюченко о Wex. Однако и на этом давление не закончилось.

«Админу» не разрешили ехать домой, а повезли его в элитный отель Lotte на Новинском бульваре, где он провел ночь под охраной. Причем охранник якобы хотел остаться с Алексеем в той же комнате и только после его возмущения взял стул и сел у входа в номер. Сотрудник одного из силовых ведомств, который потом искал доказательства показаний «админа», рассказывал мне, что данные с близлежащих вышек сотовой связи показали, что чуть ли не в соседнем номере постоянно находились несколько человек из новой команды биржи, включая «Морячка».

На следующий день, 26 апреля, Билюченко вновь отвезли в «Новинский пассаж». Там от него якобы в очередной раз потребовали отдать всю криптовалюту Wex, но добавили еще одну деталь — мол, она пойдет в некий «фонд ФСБ России». В итоге несколько дней угроз возымели эффект: проведя в отеле под охраной еще одну ночь и, по его словам, «опасаясь за свою жизнь», Билюченко согласился перевести биткоины и другую криптовалюту. 27 апреля его привезли в офис рядом с отелем и предложили показать баланс биржи. Билюченко достал ноутбук, вставил в него флеш-карты и запустил процесс расшифровки, который длился около 12 часов.

Увиденное на экране не могло не впечатлить. Точная сумма криптовалюты, которая тогда хранилась на Wex, неизвестна. Билюченко в показаниях называет цифру в $450 млн, но к этим словам стоит относиться с сомнением — они не подтверждаются оценкой некоторых клиентов биржи, которые полагают, что на самом деле активов было как минимум в два раза больше. И нельзя забывать, что это были деньги не Винника и Билюченко, а тех, кто доверил свои сбережения Wex, — по аналогии с тем, как вкладчики доверяют свои средства банку.

В любом случае, какую бы сумму ни увидели оппоненты, они настойчиво попросили «админа» передать им крипту биржи. Билюченко после поездок в ФСБ и заточения в элитном отеле уже был более сговорчивым и согласился, но дальше в его показаниях следует немного загадочный момент — вроде бы команда Малофеева не потребовала от него, чтобы он перевел крипту сразу, и он улетел домой в Новосибирск, что подтверждается данными системы «Розыск-Магистраль»: на его имя были взяты два билета из Москвы — на 26 и 27 апреля.

«Призрак» в ответ на мой вопрос, почему «админа» не опустошили тут же, пока он горяченький, говорил о том, что, возможно, у людей Малофеева просто не было достаточного количества надежных криптокошельков для приема активов. Но спустя две недели, в середине мая, Билюченко вернулся в столицу. Все в том же «Новинском пассаже» якобы и состоялся перевод криптовалюты на новые кошельки, после чего «админа» отпустили в Новосибирск, как следует из его показаний. В «Розыск-Магистрали» отражено, что на 15 мая у Билюченко было два купленных билета до Москвы и — вероятно, на всякий случай — три обратных, на 17-е, 18-е и 19-е числа. Показания «админа» косвенно подтверждаются данными порталов, отслеживающих криптовалютные транзакции: 16 мая с известных кошельков биржи были переведены 30 тыс. биткоинов и 700 тыс. лайткоинов. По курсам на середину мая 2018 года в сумме они стоили примерно $350 млн.

Однако помимо криптовалюты у Билюченко был второй ценный актив — база пользователей биржи, без которой криптоплощадка не может работать. Заставить Билюченко отдать ее было целью следующей стадии этой спецоперации. «Базу сдать все равно придется. Это не я, это государство. А то, что не сдал государству и на свободе, так только потому, что за тебя вписываются. […] Если ты работаешь на большую историю, которая нужна государству, в этом случае к тебе совершенно другой подход. […] А кто тебя знает, может, ты там прокручиваешь „Аль-Каиду“[88], Навального?» — говорит на записи двухчасового разговора человек с голосом Малофеева.

Судя по контексту, разговор мог состояться в середине лета 2018 года: собеседники обсуждают мое расследование в журнале РБК о том, что «Морячок» покупает Wex. После этой беседы Билюченко, согласно его показаниям, вновь отправился в приемную ФСБ на Кузнецком Мосту. На этот раз с ним беседовали двое мужчин, которые представились сотрудниками ФСБ с именами Игорь и Григорий. Беседа длилась пять часов, от Билюченко вновь требовали передать базу пользователей Wex и грозили ему уголовным делом по статье «Шпионаж».

Он, испугавшись, согласился, но заявил, что за базой ему нужно ехать в Новосибирск. Но по возвращении заперся в своем загородном доме и в Москву не поехал. Тогда спустя несколько дней все те же сотрудники ФСБ Игорь и Григорий якобы приехали к Билюченко домой в Новосибирск с обыском, изъяли компьютеры, телефоны и внешние носители, на которых в том числе хранились вся техническая архитектура и «горячие» кошельки биржи, рассказывал он в показаниях. Именно эти кошельки использовались в текущих обменных операциях на площадке. Расшифровать эти носители, как утверждал «Призрак», чекисты Игорь и Григорий — или те, в чьих интересах они пожаловали в Новосибирск, — не смогли, и Билюченко, судя по всему, сохранил контроль и над базой, и как минимум над «горячими» кошельками (а возможно, и другими активами BTC-e/Wex). По этой причине некоторые клиенты биржи считают его мошенником, который присвоил их средства, хотя готовы допустить, что его версия крушения Wex правдива. «Если бы “админ” объявил публично, что его прижали, деньги забрали, у него осталось столько-то и он их разделит между клиентами, то большинство бы поняло его, я уверен. А он их себе оставил», — объяснял мне свое текущее отношение к Билюченко один из активных клиентов площадки.

Несмотря на два визита в приемную ФСБ, в 2018 году формальных претензий со стороны самой «конторы» к Билюченко, возможно, и не было. Назначить встречу в приемной ФСБ может любой действующий сотрудник службы, нужно лишь согласовать это на уровне начальника отдела. И когда Билюченко в показаниях в полиции рассказал, как его дважды «мариновали» в здании на Кузнецком Мосту, то управление «М» ФСБ (контрразведывательное обеспечение правоохранительной системы) вроде как даже проводило проверку, кто и зачем использовал приемную для бесед с Билюченко, уверял меня сотрудник другой, конкурирующей силовой структуры. Судя по всему, не было планов и создавать криптовалютный «фонд ФСБ»: его, вероятно, выдумали, чтобы задавить «админа» страшными словами и названиями и убедить отдать активы и базу пользователей.

Если предположить, что за всем этим стояли люди Малофеева, их стратегией по постепенному выдавливанию Билюченко из управления биржей можно только восхититься. Ведь по факту все эти сотни миллионов долларов криптоактивов буквально лежали на земле: большинство пользователей BTC-e/Wex были анонимами, которым было нечего предъявить для доказательства того, что на бирже хранились именно их деньги. Упоминание государства, беседы в ФСБ и постоянное давление должны были напугать «админа» и заставить его отдать активы и базу клиентов — отличную основу для запуска собственной криптоплатформы. По крайней мере, такую версию в своих показаниях продвигал сам Билюченко.

Сама Wex при таком подходе не нужна. Уже в июле, когда биржа ни шатко ни валко, но работала, человек с голосом Малофеева намекал Билюченко, что площадку можно закрывать. «В мае я тебе […] говорил о том, что мы должны работать, что все решения должен принимать я. Я тебе говорил? Говорил. А ты куда-то уехал. Долго не приезжал. В это время происходят разные события. Мир не стоит же на месте. […] Я говорю: „Мне векс не нужен, мы его закрываем“. Рухнет он сам, не сам, меня это не касается».

«Закрывать сервис, рабочий, который приносит доход?!» — недоумевает Билюченко на записи. «Слушай, такой доход, который он приносит, лучше бы он не приносил», — парирует его собеседник. К концу года биржа перестала существовать физически: закончился срок регистрации домена в зоне nz, и не нашлось никого, кто захотел бы его продлить. Пустую оболочку — сингапурское юрлицо — купил «Морячок» и стал давить на Билюченко, чтобы тот отдал ему оставшиеся криптоактивы. Я виделся с Хавченко в начале весны 2019 года в московском стейк-хаусе, где тот по привычке глушил виски, но не сильно пьянел и рассказывал, что активы Wex, по его мнению, забрал не Малофеев, а «админ». И что он, как официальный владелец площадки, теперь будет их возвращать.

Спустя полтора месяца, в конце апреля, «Морячок» с несколькими мужчинами подъехал к загородному дому Билюченко под Новосибирском и, позвонив в домофон, сильно напугал жену основателя BTC-e. Затем последовали несколько напряженных дней: Билюченко и Хавченко общались по телефону, люди «Морячка» дежурили у дома «админа», но тот уже нанял собственную охрану. В материалах уголовного дела есть расшифровки разговоров между ними: это долгие и тяжелые споры о том, кто виноват в развале Wex и у кого в итоге хранится две трети криптовалюты с площадки. Билюченко обвиняет Малофеева и говорит, что «Морячок» появился в этой истории как номинальная фигура и своеобразная «тепловая ракета», которая должна отвлечь внимание клиентов от фигуры основателя «Царьграда». А Хавченко подчеркивает, что он — самостоятельная фигура и даже лично не знаком с Малофеевым.

Вот один из их диалогов.

Билюченко: Я тебе в начале разговора рассказал четкое понимание ситуации. Вроде даже подробно, что и как было. Я могу еще раз повторить.

«Морячок»: Леш, вот смотри. У меня есть другая информация, сколько ты отдал Косте [Малофееву].

Билюченко: Какая информация? Объясни мне. Что за информация? Я только что рассказал тебе, какая у меня информация.

«Морячок»: Хорошо. Скажи мне в цифрах: сколько ты отдал Косте?

Билюченко: Костя забрал всю крипту, а потом приехали из ЦИБы [сотрудники Центра информационной безопасности ФСБ] и забрали у меня ноутбук со всеми данными к бирже. Это совпадает с твоей информацией?

«Морячок»: Нет.

Билюченко: Костя же забрал крипту. Ты же об этом знаешь?

Морячок: Я знаю, сколько он забрал. По моей информации — это малая, малейшая толика всего, что потом исчезло. Растворилось.

Это довольно показательный диалог, который дает понять, что в истории краха BTC-e недоговаривают обе стороны. Билюченко явно сохранил под своим контролем часть криптовалюты биржи, хотя и последовательно изображал себя исключительно жертвой, и я, признаюсь, в какой-то момент перестал критически относиться к его версии. В 2020 году адвокат Сергей Шугаев, изначально появившийся в истории с биржей по приглашению «Морячка» для помощи клиентам, заказал экспертизу движений по кошелькам, которые ранее связывали с BTC-e и Wex. Из нее следует, что на момент анализа на них по-прежнему лежали нетронутыми биткоины, лайткоины и эфир почти на $600 млн по курсу того времени.

Кто их контролирует — вопрос, на который каждая сторона дает свой ответ. Равно как и на вопрос, куда ушли почти 350 млн, отправленных с кошельков BTC-e/Wex в середине мая 2018 года, когда Билюченко, по его словам, согласился расстаться с активами биржи. Следы заканчиваются на кошельках известных бирж вроде Binance: таким образом, в теории правоохранительные органы могли бы запросить у администрации, на кого были зарегистрированы эти аккаунты, куда дальше шли деньги и через какие обменники выводились в кэш. Но мне неизвестно, подавал ли кто-нибудь такой запрос, хотя та же биржа Binance сотрудничает с российскими властями и, согласно расследованию Reuters, передавала данные о криптовалютных пожертвованиях команде Алексея Навального[89].

Последний раз я видел «Морячка» в ноябре 2019 года, накануне выхода нового расследования, где я подробно рассказал о показаниях «админа». Он подтвердил, что действительно с группой крепких товарищей приезжал в Новосибирск к Билюченко. По-прежнему винил во всем «админа» и, как мне показалось, был менее любезен, чем обычно. Я пожал его руку с обрубками пальцев и, пока шел к метро, несколько раз оглядывался. Спустя несколько дней вышел мой текст[90], и про BTC-e, Wex, «Морячка», Немкина и Малофеева узнала, без преувеличения, вся страна. Но не потому, что расследование стало каким-то особенно популярным, — его публикация привела к неожиданным, но довольно драматическим последствиям.

Заминированная Россия

Block 12

Index: биржа

Timestamp: декабрь 2019 года

Hash: заминированная Россия

PreviousHash: биткоины в «фонд ФСБ»

В декабре 2019 года я постоянно получал в телеграме однотипные сообщения от друзей и коллег: «Захаров, там опять твой минер активизировался». Дальше следовали уточнения, что именно заминировано — например, суд, в котором проходило очередное заседание по делу журналиста Ивана Голунова, или детский садик, куда ходит сын главреда одного из московских изданий. Естественно, никаким «моим» этот минер не был, да и бомбы, слава богу, никто не закладывал: речь шла о волне ложных сообщений о минированиях, которые буквально парализовали всю страну. Но так получилось, что косвенно эту волну породило мое расследование о падении биржи Wex.

Специфика российского законодательства такова, что при получении любого, даже самого бредового сообщения о возможном минировании власти должны задействовать затратную и громоздкую схему по его проверке: эвакуировать всех из здания, вызвать кинологов с собаками, все прошерстить и только потом запускать людей обратно. Обычно на этой схеме паразитируют школьники, которые хотят сорвать контрольную. Но иногда случались и более серьезные волны лжеминирований: например, в сентябре 2017 года она продолжалась три дня и затронула более 50 городов: людей эвакуировали из школ, магазинов, вокзалов, торговых центров. Совокупные денежные потери государства и бизнеса составили 300 млн рублей, каким-то образом подсчитали тогда в ФСБ. Злоумышленники, организовавшие эту атаку, сообщали о лжеминировании по телефону, используя такой простой механизм, как веерный автоматический обзвон через сервис IP-телефонии.

Лжеминер, который терроризировал Россию в конце 2019 года, рассылал свои сообщения по электронной почте, для чего использовались сервисы, позволяющие сохранить максимальную анонимность: Protonmail, Startmail и другие. Первое письмо пришло по адресам петербургских районных судов спустя две недели после выхода моего расследования про крах биржи Wex. Его автор обещал, что письма будут приходить до тех пор, пока «Константин Малофеев не вернет долг 120 биткоинов украденных с биржи Wex». Это можно было бы принять за троллинг, но в письме был указан номер биткоин-кошелька, на который, очевидно, нужно было отправить криптовалюту. А также — и это поразило меня больше всего — ссылка на мое расследование.

Волна лжеминирований быстро росла: вслед за петербургскими судами последовали московские, потом письма стали приходить в школы, детские сады, торговые центры, больницы. Автор сообщений обычно писал по адресу конкретной организации, потом добавлял в тело письма перечисление не связанных с ним объектов — например, в письме про лжеминирование суда указывались еще несколько десятков школ. Иногда отправитель ленился углубляться в детали. «Заминирован суд, и дроны со взрывчаткой пролетят над атомными станциями», — такое письмо пришло в Сестрорецкий районный суд Санкт-Петербурга 23 декабря.

Всего с конца ноября по конец декабря 2019 года только петербургские суды получили около 180 сигналов об угрозе взрывов. Масштаб лжеминирования показывает такая цифра: только 26 декабря в Северной столице эвакуировали 32 тысячи человек. В Москве с конца ноября были «заминированы» более 10 тысяч объектов, а эвакуация к концу года затронула в общей сложности более 1 миллиона человек. Наконец, с середины декабря волна эвакуаций накрыла Дальний Восток. Там же была зафиксирована и первая жертва лжеминирований: 19 декабря в Биробиджане во время эвакуации детского сада скончалась воспитательница.

История с Wex неоднократно всплывала в сообщениях лжеминера: он то использовал фамилию «Малофеев» в имени отправителя, то чуть видоизменял цитату из сериала «Ведьмак»: «Пусть Малофей ведьмаку заплатит чеканной монетой». В конце января он угрожал, что если «еще одну-две недели Малофей поморозится с возвратом крипты», то эвакуации будут происходить «два раза в день — утром и ближе к вечеру». И ведь не соврал: в начале февраля некоторые учреждения — например, петербургские районные суды — эвакуировались трижды в день.

Когда эта волна только поднималась, принадлежащий Малофееву телеканал «Царьград» распространил сообщение, что 27 ноября, накануне первого дня массовых эвакуаций, в редакцию канала пришло требование выплатить те самые 120 биткоинов. Если этого не произойдет, «города вздрогнут от ложных заминирований», цитировал угрозу телеканал, работников которого потом самих эвакуировали как минимум один раз. Сам Малофеев вскоре написал заявление в ФСБ с жалобой на угрозы.

Я несколько раз спрашивал его представителя, готов ли предприниматель — даже считая себя непричастным к истории с крахом Wex — заплатить эти деньги (около 54 млн рублей по курсу того времени), чтобы просто остановить волну лжеминирований. Ответ был уклончивым: «В настоящий момент следственные органы взяли подписку о неразглашении, поэтому никаких подробностей сообщить не можем». По моим данным, полицейские одного из российских регионов даже пытались вызвать Малофеева на беседу, но вместо него на все их вопросы отвечал адвокат. И ответ был предсказуемым: к Wex предприниматель никакого отношения не имел, а от лжеминирований страдает и сам.

На тот момент казалось, что «минером» был один из трейдеров BTC-e/Wex, который прочитал мое расследование и, посчитав его убедительным, решил таким радикальным образом вернуть зависшие 120 биткоинов. Об этом же говорили такие необычные косвенные свидетельства, как адреса электронных почт, с которых шла рассылка: лжеминер постоянно менял их, но не сильно шифровался и таким образом кое-что рассказал о себе.

Например, целый блок адресов выдавал в нем трейдера. Одно из писем пришло в петербургские суды в декабре от пользователя «Закупился Нахаях». На сленге трейдеров «закупиться на хаях» означает купить активы по максимально возможной цене («хаи», от англ. high — «высокий»). В конце января Солнцевский районный суд заминировал пользователь по имени «Коля Маржин», что, скорее всего, было шутливой калькой с термина margin call (принудительное закрытие позиций на торгах). Адрес «Spasenie.Vnove», возможно, указывает, что как трейдер он зарабатывает в том числе на криптовалютах: «новой» в криптовалютных кругах называют «новакоин», одну из цифровых монет. Наконец, отправителем еще одного письма значился «Егор Курбанголеев». Именно так звали одного из пользователей BTC-e, который в 2017 году писал на профильных форумах сообщения о том, что у него на бирже зависли 139 биткоинов. В итоге его имя превратилось в своеобразный мем, который знают те, кого коснулся крах BTC-e.

Из адресов писем можно было узнать о музыкальных пристрастиях лжеминера: он любил русский панк-рок. В разное время он «минировал» объекты с почты «Винтовка — это праздник» (знаменитая песня «Гражданской обороны»), «Летели Качели» (цитата из другой песни Егора Летова — «Прыг-скок») и «Панки Хой»[91]. Было что-то лихое и в нем самом: он охотно общался с журналистами через те же электронные почты, с которых рассылал и сообщения о лжеминировании.

«Удачи вычисляторам», — например, ответил он мне, когда я спросил, не боится ли он, что российские силовики найдут его по цифровым следам. По характеру общения можно было подумать, что он, скорее всего, либо живет в Украине, либо жил там когда-то: в переписке с моими коллегами он назвал Малофеева «рагуль православный». Слово «рагуль» означает необразованного сельского жителя, появилось на территории Западной Украины и близко по значению к слову «быдло». Я проверил по соцсетям: в основном его используют как раз жители Украины, хотя понятно, что это лишь косвенное и довольно хлипкое доказательство.

Полицейские из управления «К» МВД России, которым Билюченко дал базу пользователей Wex, проанализировали криптовалютные балансы, чтобы найти тех, кто на момент краха владел 120 биткоинами. Подход изначально был довольно условным: если человек хранил средства в других криптовалютах, то полицейские переводили их в биткоины по курсу на конец ноября, когда началась кампания по лжеминированиям. В итоге получился список из пяти аккаунтов с никами и почтовыми адресами без имен — ведь другой информации для регистрации на анонимной бирже не требовалось.

На основе открытых данных я смог деанонимизировать только один аккаунт. Его владельцем оказался молодой IT-предприниматель из Нижнего Новгорода. В его биографии был эпизод, который, казалось бы, указывал, что этот человек вполне мог использовать слово «рагуль»: детство он провел в Западной Украине. У него также были небольшой онлайн-обменник и строительная фирма с выручкой в 60 млн рублей. Я потратил несколько часов, пытаясь найти хоть какие-то следы увлечения этого человека панк-роком, потом собирался ехать с ним встречаться, но решил, что если он под наблюдением правоохранительных органов, то беседа с автором расследования, после которого началась волна лжеминирований, может привести нас обоих в СИЗО.

Полицейские расчеты выглядели довольно условными, а сам лжеминер однажды написал мне, что 120 биткоинов — это сумма активов, которые были распределены между четырьмя аккаунтами. К концу января эвакуации подверглись почти 17 тысяч объектов по всей стране, в одной Москве она на тот момент затронула более 1,6 миллиона человек. Это была довольно неожиданная и противоречивая реклама криптоэкономики среди простых граждан. «У нас уже девятая по счету [эвакуация]. Обсуждаем с коллегами тему биткоинов. Как ставить оценки за полугодие, уже не так интересно», — шутила в середине декабря в фейсбуке учительница одной из московских школ.

Так и не сумев вычислить лжеминера, российские правоохранительные органы не придумали ничего лучше блокировки почтовых сервисов, с помощью которых рассылались сообщения. Каждая блокировка сопровождалась официальным заявлением от ФСБ, которое, видимо, должно было показать обществу, что «контора» пресекла волну на корню. Но «минер» чуть ли не на следующий день просто рассылал письма с другого сервиса.

Первым в конце января под блокировку попал сервис Startmail. После этого лжеминер перешел на популярный среди журналистов-расследователей швейцарский Protonmail, издевательски используя в имени отправителя фамилию директора ФСБ Александра Бортникова: десятки тысяч людей были эвакуированы после писем от Mr. Bortnikov. Спустя неделю заблокировали и его, что было больше похоже на жест отчаяния: в самом Protonmail заявили, что российские власти по официальным каналам не обращались за информацией об аккаунтах, с которых шла массовая рассылка.

Лжеминер был настроен решительно: он написал мне, что знает как минимум десяток сервисов для анонимной рассылки писем, а еще «15–20» могут выполнять эту задачу «с нюансами». После ограничения доступа к Protonmail письма пошли через сайт Guerrillamail (буквально от англ. «почта партизанской войны»), который генерирует временный почтовый адрес, и сервис Cock.li, внутри которого есть разнообразные почтовые поддомены, зачастую — с нецензурными названиями. 7 февраля в реестр запрещенных сайтов попали и они, но письма тут же пошли с немецкого сервиса Tutanota. Его прикрыли в День всех влюбленных. Ситуация становилась совсем абсурдной.

Лжеминер продолжал свои ковровые бомбардировки. В начале марта 2020 года — на третий месяц рассылки фальшивых сообщений — он стал «минировать» уже самолеты в воздухе. «Теперь авиакомпании потеребонькаю и аэропорты», — таким глаголом он описал свои действия в ответ на мои вопросы. Это «потеребонькаю» привело к тому, что самолет, летевший 3 марта из Новосибирска в Москву, экстренно сел в Перми, чтобы его проверили на наличие взрывчатки. В тот же день Airbus А330 «Аэрофлота», летевший из Владивостока в Москву, внепланово приземлился в Хабаровске. Ситуацию пришлось комментировать пресс-секретарю Путина Дмитрию Пескову: «По линии таких людей спецслужбы работают. Публичной эта работа быть не может. Будем надеяться, что рано или поздно его поймают и накажут по закону».

Но остановили лжеминера не российские спецслужбы, а коронавирус: в марте 2020 года всех посадили по домам, и «минировать» по сути было уже нечего. Правда, когда в Москве оказались забиты все больницы, кто-то несколько раз сообщал о заложенных бомбах. Я написал лжеминеру, не он ли продолжает требовать свои 120 биткоинов, он мне не ответил. Но волна прекратилась, и явно не из-за того, что он получил требуемую сумму. На кошелек, который он указывал в письмах, пришли только три пробных перевода: кто-то явно хотел проверить, куда отправитель сообщений о заложенной бомбе будет их выводить.

Один из переводов выглядел как приманка: 0,11 биткоина, или более $1000 по курсу того времени. Минер вывел их, как потом выяснилось — на кошельки бирж, пользователи которых должны проходить обязательную верификацию (например, Binance). Когда директор блокчейн-проекта Indefibank и один из самых известных российских криптовалютных экспертов Сергей Менделеев обнародовал эту цепочку в конце 2021 года, последовали лжеминирования от его имени, и ему пришлось оправдываться перед правоохранительными органами, что он не имеет к этому никакого отношения.

Спустя почти год, осенью 2022 года, мне на почту написал человек с почты Eto Dikost и заявил, что он и есть тот самый минер. «Слыхал, вы книгу пишете», — объяснил он, почему решил написать мне. Я не удивился: я рассказывал на стримах, что работаю над этой книгой, так что он вполне мог узнать о моих планах. Минер — или тот, кто за него себя выдавал, — прислал мне целую исповедь о том, почему он решил заняться рассылкой сообщений, и какие-то факты бились с тем, что он писал ранее, а какие-то нет.

На BTC-e/Wex он ничего не потерял, но «уж больно мерзкий тип этот Малофей, [так] что я не смог удержаться, а потом и остановиться». На 95 % его мотивацией был троллинг, надежд на заработок — только 5 % («ну а вдруг»). Чтобы свести к минимуму цифровые следы, он использовал отдельный ноутбук с операционной системой Linux, в интернет выходил через браузер Tor со включенным VPN, а статьи о себе читал через сервис WebArchive, где сохраняются копии интернет-статей. В случае с постами в телеграм использовал сервис TgStat, у которого есть удобная поисковая система по каналам с дублированием контента.

После карантина он перестал рассылать сообщения о лжеминировании, так как это стало «сложнее» делать. «Сервисы РКН [Роскомнадзор] блочит быстрей, эвакуации [медиа] освещают меньше, если и освещают, то нет уже 70–150 тысяч эвакуированных в день в одном городе, а ради 1,5–3 тысяч париться лениво», — откровенно писал он мне. Залетевшие к нему 0,11 биткоина он прогнал через несколько менял и обменных сервисов, чтобы «отмыть» и скрыть все следы. «После бравурной статьи Менделеева о его “ошеломляющем” расследовании и распутывании блокчейна не смог отказать себе в удовольствии потыкать его палкой. Он думает, это была месть за его успехи в расследовании, а это был глум над его наивностью», — объяснил он, почему решил поиздеваться над экспертом и криптопредпринимателем Сергеем Менделеевым.

Так как его письмо прилетело ко мне в самый последний момент работы над книгой, когда я уже систематизировал для себя всю историю BTC-e/Wex, факты у меня в голове вдруг сложились воедино и появилась гипотеза, кем мог быть минер. Более того, возможно, я практически одновременно переписывался и со лжеминером (как с анонимом), и с тем, кто стоял за этой волной (мы называли друг друга по имени). Но факты исключительно косвенные, частично подкрепленные интуицией: например, и этот конкретный человек, и минер в своих сообщениях называли Малофеева Малофеем; оба хвастались своим умением скрывать цифровые следы; оба пытались задобрить меня — один обещал «эксклюзивы», другой гордился, что его волна лжеминирований «дала мне узнаваемость в криптотусовке».

Но назвать его имя я не могу — нет ни одного прочного доказательства: все-таки лжеминер явно был настоящим шифропанком.

Криптообменники в Москве

Block 9

Index: Россия

Timestamp: осень 2019 года

Hash: криптообменники в Москве

PreviousHash: не стать BTC-e

«Привет, а скажи, сколько крипты я могу в день обналичить без падения цены?» — спрашивает крупный российский криптобизнесмен кого-то по телефону. Мы с ним сидим в ресторане в центре Москвы, и я только что рассказал все, что знаю о крахе Wex. Я хотел понять, как быстро можно было обналичить активы Wex (около $400 млн). Тот набрал какого-то посредника, включил громкую связь и, подмигивая мне, заявил, что ему срочно нужно вывести в кэш большой объем криптовалюты. Собеседник, ничему не удивляясь, быстро сориентировал в ценах: за день, без падения в цене, можно обналичить крипты на $3–4 млн, при падении на 1 % — можно и больше.

Этот разговор случился осенью 2019 года, к этому моменту в Москве уже действовала разветвленная сеть криптообменников, в которых можно было превратить рубли в биткоины либо эфир — или наоборот. Именно в один из таких обменников над офисом «Царьграда» в «Новинском пассаже» я ходил под видом потенциального покупателя, пытаясь понять, действительно ли команда Малофеева имеет отношение к бирже Wex. Небольшие комнатки с минимумом мебели и машинкой для пересчета денег есть по всей Москве, но главных центров обмена два — рынок «Садовод» и Москва-Сити.

«Садовод» — гигантский оптово-розничный рынок на юго-востоке Москвы с бесконечными рядами из лотков с одеждой, электроникой и другими товарами. Этот настоящий «город в городе» входит в империю предпринимателя Года Нисанова, который одновременно владеет торговым комплексом «Европейский» в центре Москвы, крупнейшим столичным плодоовощным рынком «Фуд Сити», оптово-розничным рынком «Москва» в Люблине и гостиницей «Украина» напротив Белого дома. «Садовод» вместе с другими рынками Нисанова генерирует ежедневные потоки наличных денег, которые потом растекаются по городу и используются в обнальных схемах. Тут долгое время практически невозможно было расплатиться картой, а покупки делались без выдачи чека даже при наличии кассового аппарата.

Рынок стал такой проблемой для властей, что весной 2019 года в своем письме Владимиру Путину его даже упомянула глава Центробанка Эльвира Набиуллина, попросив разобраться с теневым потоком наличных на подобных площадках. Годом раньше в Центробанке оценивали этот поток в 600 млрд рублей в месяц, то есть в две трети годового бюджета Петербурга. Часть этих наличных тут же, на «Садоводе», менялась на криптовалюты. В апреле 2018 года тогдашний директор департамента финансового мониторинга Центробанка Юрий Полупанов на форуме Thomson Reuters неожиданно разоткровенничался и заявил, что «Садовод» вместе с «Фуд Сити» и «Москвой» «стали практически пионерами и лидерами по предложению о покупке криптовалют».

Основными покупателям крипты на «Садоводе» были китайские торговцы, которые использовали ее для вывода денег на родину, минуя банки и какие-либо контролирующие органы. «Раньше можно было связаться с ними и сказать, что есть крипта. Они говорят номер магазина и ряд, приходишь, достают бабки из-под прилавка, при них переводишь на кошелек крипту, забираешь кэш», — рассказывал мне один из московских криптобизнесменов. Также криптовалюты использовались для того, чтобы заплатить за привезенный из Китая товар: получатель расплачивался в Москве рублями, они переводились в цифровые деньги и перекидывались в КНР, где отправитель уже получал юани. Владельцы рынка могли получать с каждой операции комиссию в 0,5 %.

Но купить криптовалюты на «Садоводе» человеку с улицы было непросто — это были обменники для своих. Я пытался повторить эксперимент с обменником в «Новинском пассаже», попросив знакомого криптобизнесмена дать мне контакт человека, который занимается продажей крипты за наличные на «Садоводе». Легенда была такой же: у моего клиента есть кругленькая сумма в долларах, которую он хочет обменять на биткоины, но перед сделкой я хотел бы удостовериться, что она пройдет в безопасном месте. На этот раз ничего не получилось: на все мои вопросы в телеграм посредник писал нейтральные ответы вроде «узнаю» или «пока нет информации». В том же телеграм и китайском мессенджере WeChat есть закрытые группы, где можно было найти предложения по покупке крипты на «Садоводе» и других рынках, но попасть в них можно только по рекомендации двух участников.

«В ТЦ “Москва” за основным зданием стоит серая пятиэтажка. Пройти туда без предварительной договоренности невозможно. Созваниваешься, договариваешься, тебя на входе встречают и проводят на первый этаж, где вдоль коридора — комнаты, в которых сидят китайцы. Принимают доллары, тут же производят какие-то манипуляции за компьютером, покупают биткоины, мгновенно переводят их в Гонконг, и ты получаешь документы на товар, который могут доставить в любую точку России», — рассказывала «Новая газета» об устройстве такого обменника в еще одном торговом комплексе империи Года Нисанова[92].

Ранним утром 11 марта 2019 года к «Садоводу», «Москве» и «Фуд Сити» подъехали сотрудники Росгвардии и перекрыли все входы и подъезды. Потом внутрь зашли оперативники ФСБ и управления по борьбе с экономическими преступлениями. На следующий день глава Росфинмониторинга Юрий Чиханчин докладывал о борьбе с обнальными схемами Владимиру Путину и, по данным «Новой газеты», в непубличной части встречи упомянул «Садовод» и «Фуд Сити». Во время обысков там якобы даже нашли майнинговые фермы. Но в итоге китайские обменники на рынках никуда не делись, несмотря на обыски и запрет криптовалют в Китае осенью 2021 года, что, казалось бы, должно было снизить популярность этого способа выводить деньги в КНР.

Для тех, перед кем закрыты двери обменников на оптовых рынках, есть другой центр криптообмена — в Москва-Сити, комплексе небоскребов на Пресненской набережной. Это не «Садовод», похожий на разросшийся и чуть обновленный рынок из девяностых, а московский аналог лондонского Сити с панорамными видами на столицу. Клиент договаривается с обменником через телеграм, приезжает с деньгами в охраняемый офис или апартаменты с видеонаблюдением, машинка пересчитывает купюры, затем криптовалюты зачисляются на кошелек. Пока транзакция подтверждается в блокчейне, клиент пьет кофе и листает толстый журнал.

Некоторые владельцы таких обменников даже не скрывали, чем занимаются. В 2018 году моя бывшая коллега по журналу РБК Алена Сухаревская рассказала о таком бизнесмене в большом тексте для газеты «Ведомости»[93]. Она побывала в апартаменте в одной из башен Москва-Сити, где работал обменник бывшего баскетболиста ЦСКА Дениса Полохина. На входе ее попросили снять уличную обувь и надеть одноразовые тапочки, внутри все напоминало холл дорогой гостиницы: кожаные диваны, кальяны, стереосистема, большая плазма на стене, джойстики для компьютерных игр. «Это нужно, чтобы расслабиться. Люди приходят с большими деньгами, с охраной и оружием, сделка может длиться более получаса, и строгая атмосфера будет создавать лишнее напряжение, когда речь идет про сделки по обмену более $100 000», — объяснял ей Полохин.

Правоохранительные органы этот клондайк не закрывали, что в некоторых случаях вполне понятно: так, совладелец одного из обменников — жена депутата Госдумы Андрея Лугового, которого британские власти подозревают в причастности к отравлению Александра Литвиненко[94]. Вопросы к конкретному обменнику возникали тогда, когда следы украденных денег приводили их в офис в Москва-Сити. «Только если в 2018–2019 годах они приходили и клали всех мордой в пол, то сейчас уже знают, что это просто менялы, с которыми можно спокойно говорить», — рассказывал мне владелец одного из таких обменников.

В конце 2021 года агентство Bloomberg подсчитало, что всего в Москва-Сити работает не менее 50 пунктов по обмену криптовалюты[95]. Самые «серые» из них — то есть те, которые помогают российским хакерам и кибермошенникам отмывать деньги, — кучкуются в башне «Федерация». Например, именно там работал криптообменник Suex, который осенью 2021 года попал под санкции США: американцы пришли к выводу, что более 40 % всех транзакций, прошедших через Suex, были сделаны в пользу кибермошенников, зарабатывающих на взломе компьютерных систем и вымогательстве денег за возвращение доступа к взломанным серверам. Как подсчитали в Минюсте США, в общей сложности за три года через Suex прокрутили почти $500 млн из подобных сомнительных источников. В частности, более $20 млн пришли от крупнейшего даркнет-маркетплейса по торговле наркотиками Hydra, еще $50 млн — с кошельков, связанных с биржей BTC-e.

Обменник работал по тому же принципу, что и аналогичные точки на «Садоводе»: попасть в него можно было только по рекомендации, а минимальная допустимая сумма для обмена составляла $10 тыс. Одним из основателей Suex был уроженец Беларуси Егор Петуховский — однофамилец создателя криптобиржи EXMO Ивана Петуховского. И они не просто однофамильцы: один Петуховский (Иван, основатель EXMO) познакомил другого (Егора, создателя Suex) с криптовалютами[96]. По моим данным, оба в последнее время предпочитают жить в Швейцарии. Когда американцы выдвинули свои обвинения против Suex, Егор Петуховский заявил, что в прессе идет кампания по его «дискредитации» и что он намерен защищать свое честное имя в суде.

Ему повезло, что американцы всего лишь внесли Suex в санкционные списки и его не арестовали в Швейцарии, чтобы отправить через океан. Одного из основателей другого обменника из «Федерации», тридцатилетнего Дениса Дубникова, в ноябре 2021 года задержали в Нидерландах по запросу ФБР и спустя девять месяцев экстрадировали в США. Его американские власти обвиняют все в том же — что через его сервисы (они считают, что Дубников владел обменником EggChange) отмывали свои доходы кибервымогатели (в его случае — создатели вируса Ryuk). Сумма — более $400 млн[97].

Понимают ли владельцы обменников, что их сервисами пользуются киберпреступники, — или просто не задают лишних вопросов, давая возможность анонимно отмывать деньги? Пример Анатолия Легкодымова — совладельца еще одного популярного сервиса из Москва-Сити Bitzlato — показывает, что иногда им прекрасно известно, кто их клиент. К американским силовикам попала переписка из внутреннего чата компании, из которой следует: внутри сервиса знали, что клиентская база состоит из наркоманов и наркоторговцев с теневого маркетплейса Hydra, а один из топ-менеджеров даже якобы подчеркивал, что бороться с такими пользователями следует номинально, чтобы не лишать Bitzlato прибыли. Теперь эта переписка — железная улика против Легкодымова, арестованного в Майами в январе 2023 года.

Борьба американских властей против биржи BTC-e и обменников из башни «Федерация» — всего лишь один из примеров, как после романтического 2017 года государства во всем мире, засучив рукава, принялись за регулирование криптовалют и борьбу с теми, кто использует их для обхода банковских и налоговых ограничений. Но в большинстве стран это были не репрессии, а попытка приручить крипту, которая в одном маленьком центральноамериканском государстве вообще стала официальным платежным средством.

Сальвадорская пицца за биткоин

Block 7

Index: мир

Timestamp: 20 ноября 2021 года

Hash: сальвадорская пицца за биткоин

PreviousHash: запрет криптовселенной от Павла Дурова

На экране — надпись Bitcoin City, на сцене стоит мужчина в белой одежде и белой кепке, публика снимает его выступление на телефоны, время от времени поддерживая дружным: «Е-е-е-е-е!»[98] Все это напоминает презентацию какого-нибудь очень амбициозного, но бесперспективного ICO. Но на сцене стоит ни много ни мало президент Сальвадора Найиб Букеле, который недавно сделал биткоин одной из официальных валют своей маленькой страны, а теперь объявляет о начале строительства города, который будет получать всю энергию от геотермальной электростанции и станет чуть ли не мировой столицей экологически чистого майнинга.

Сальвадор — небольшое государство в Центральной Америке с высоким уровнем преступности, минимальной зарплатой в $224 и серьезной зависимостью от переводов сальвадорцев, работающих в США. Молодой и эксцентричный Букеле, всегда носящий неизменную белую кепку, действует напористо: в феврале 2020 года он с военными ворвался в парламент страны, требуя, чтобы депутаты одобрили финансовый заем, а год спустя провозгласил себя «самым крутым диктатором в мире». В Сальвадоре давно нет собственной валюты — ее заменяет американский доллар, но летом 2021 года Букеле пошел еще дальше и объявил, что наравне с долларом в стране будет приниматься и биткоин.

Формально Сальвадор не был первой страной, давшей «зеленый свет» биткоину и другим криптовалютам, но Букеле оказался первым, кто уравнял виртуальные и реальные деньги. На самом деле список стран с полным запретом крипты (вроде Китая или возглавляемого талибами[99] Афганистана) гораздо меньше перечня государств, где она либо легализована в том или ином виде, либо оставлена властями в серой зоне без какой-либо регуляции. Например, в Норвегии и Израиле биткоин приравнен к ценному активу вроде акций Facebook или квартиры, а в Болгарии его использование вообще никак не регламентируется. Последнее не мешает работе установленных в болгарских торговых центрах криптоматов — устройств, с помощью которых можно купить цифровые деньги за наличные. Единственный вопрос, на который нужно ответить при покупке на сумму менее 50 евро, — «Не являетесь ли вы значимым политическим лицом?». При более крупных покупках придется ввести номер телефона.

Либерализация законодательства привела к появлению стартапов, которые позволяют расплачиваться криптой как обычными деньгами. Несколько компаний, например Wirex и Cryptopay (обе зарегистрированы в Европе, но имеют российские корни), делают обычные дебетовые карты в платежной системе Visa или MasterCard. Можно завести на них крипту с других кошельков или же купить ее внутри системы, забросив деньги с банковского счета. Такой картой можно расплачиваться во многих странах, причем, например, в Wirex даже не обязательно перед этим заходить в приложение и обменивать биткоины на евро. При покупке молока в магазине или оплате гостиницы на Booking криптовалюты автоматически и мгновенно переводятся в местные фиатные деньги, и транзакция уже происходит в них. Первый раз я так купил себе пива в одном болгарском пабе — и был так рад этому маленькому крипточуду, что тут же начал рассказывать об этом бармену.

Процесс регулирования криптовалют в мире можно сравнить с приручением зверька, который скалил зубы и грозил изменить мировую финансовую систему, а ему нашли удобную клетку в виде альтернативного, но не главного средства платежа — и не более того. Ведь даже в криптокартах, несмотря на все их удобство, реальная транзакция совершается в евро или долларах. Пока мечта криптоэкономистов сбылась только в Сальвадоре.

Криптоэнтузиасты знали про Сальвадор еще до того, как в этой стране монете Сатоши Накамото дали равные права с валютой казначейства США. В деревушке Эль-Зонте на берегу Тихого океана, куда съезжались серфингисты со всего мира, уже несколько лет принимали биткоин наравне с долларом. Вокруг проекта ходила красивая легенда: якобы один экспат из США, постоянно живущий в деревне, получил от анонимного жертвователя биткоинов на $100 тыс., но при условии, что криптовалюты станут в Эль-Зонте основным средством платежа. Журналисты британского The Independent, разбираясь в этой легенде, обнаружили, что для платежей используется инфраструктура чикагского стартапа Strike — еще одного сервиса, выпускающего криптокарты, — и жирно намекнули, что именно он может стоять за этим проектом[100].

Во всяком случае, именно ребята из Strike консультировали сальвадорского президента Найиба Букеле, когда он в 2021 году решил сделать биткоин официальным платежным средством в стране. Правда, изначально у всей этой затеи была большая пиар-составляющая — Букеле впервые сообщил о своем решении на английском языке участникам криптоконференции в Майами в июне 2021 года. И только потом объяснил суть затеи собственным гражданам, заявив, что благодаря биткоину их родственники, работающие за границей, больше не должны будут платить комиссии за переводы.

Правда, на тот момент лишь один из десяти сальвадорцев знал, что такое биткоин. Чтобы популяризовать его, Букеле предложил закупить криптовалюту за счет бюджета и подарить гражданам немного сатоши — так в криптоэкономике называется одна стомилионная доля биткоина, своеобразный цент или копейка, если говорить языком фиатных денег. Правительство разработало электронный кошелек под названием Chivo — синоним слова «крутой» на сленге в Сальвадоре и Коста-Рике. Каждому новому пользователю пообещали начислить сатоши на $30 в качестве стимула для использования биткоинов в дальнейшем.

Раз биткоин стал официальной валютой, правительству Сальвадора пришлось покупать резервные цифровые монеты. Букеле даже наивно попросил помочь с кредитом Всемирный банк, но там отказались оплачивать его эксперименты. Власти создали фонд на общую сумму в $150 млн и в начале сентября купили первые 550 биткоинов (к середине 2022 года Сальвадор владел уже 2300 биткоинами). «Через три минуты мы войдем в историю», — написал Букеле в своем твиттере утром 7 сентября. Эксперимент стартовал: биткоин стал официальным платежным средством, его при технической возможности обязаны были принимать все магазины и рестораны.

Но, это как часто бывает с громкими пиар-проектами, реальность кусает их очень больно. Никакой экономии при переводах сальвадорцы не увидели: их родственники в США по-прежнему получали зарплаты в долларах, которые приходилось менять на биткоины с комиссией. Возиться с непонятными криптовалютами никто не хотел, и доля биткоинов в переводах в страну за первые полгода составила не более 2 %. Не лучше оказались достижения в других сферах: лишь 20 % магазинов и ресторанов принимали биткоин, а две трети граждан использовали Chivo только для того, чтобы потратить свой бонус в $30. Да и туристов в стране больше не стало: все-таки на одних криптоэнтузиастах кассу не сделаешь[101].

Все это доказывало, что нельзя строить криптоэкономику там, где еще не построен нормальный капитализм, но Букеле было не остановить. В конце 2021 года он презентовал проект строительства Биткоин-Сити у подножия вулкана Кончагуа. В этой идее все было упаковано так же красиво, как в идее биткоина как официальной валюты: генплан города — в форме монеты, налоговые льготы, экологически чистый майнинг за счет энергии теплых подземных источников, презентация в стиле Стива Джобса, причем опять на английском, а не испанском языке. А вот оплачивать эту красивую идею должны были простые сальвадорцы: Букеле решил привлечь финансирование через государственные облигации на $1 млрд, но в итоге — наверное, к счастью для граждан — схема оказалась нежизнеспособной.

Весной 2022 года стало понятно, что для своих экспериментов президент выбрал неудачный период в истории криптовалют. Когда в ноябре 2021 года Букеле в надетой козырьком назад белой кепке рассказывал про Bitcoin City у подножия вулкана, биткоин стоил под $65 тыс. А в сентябре 2022-го, в годовщину введения цифровой монеты как официального средства платежа, — уже менее $20 тыс.

Международный валютный фонд и экономисты призвали Сальвадор отказаться от биткоина из-за его волатильности, но на критику МВФ Букеле отреагировал в своем твиттере ироничным мемом из «Симпсонов», смысл которого можно описать как «я буду делать то, что хочу, несмотря на все ваши предупреждения». А в октябре 2022-го со страниц Bitcoin Magazine — того самого журнала, основанного Виталиком Бутериным, — Букеле обвинил международные финансовые институты, западные страны и «подконтрольные им медиа» в несправедливой критике своего решения по признанию биткоина.

Зато Букеле стал «своим» в мировой криптовалютной тусовке. Осенью 2022 года рухнула американская криптовалютная биржа FTX, которая на пике была третьей по популярности, а ее основатель Сэм Бэнкман-Фрид блистал на обложке Forbes. Однако после краха площадки выяснилось, что на криптобирже не было нормальной бухгалтерии и даже списка сотрудников, а средства выводились через подконтрольный венчурный фонд. Обсуждая последствия краха FTX, американский криптоинвестор Майк Новограц заявил, что, по его данным, правительство Сальвадора хранило свои биткоины именно на FTX, но на защиту Букеле встал не кто-нибудь, а сам Чанпэн Чжао — владелец самой крупной криптобиржи в мире Binance. «Я только что обменялся парой сообщений с президентом Найибом. Он написал: «Мы никогда не держали биткоины на FTX. Слава богу!»[102]

Эксперименты Букеле оказались слишком радикальными даже для стран, которые не стали запрещать биткоин, а попытались встроить его в существующую финансовую систему как альтернативное средство платежа. Россия же застыла где-то в пограничной зоне — вроде криптовалюты и не запрещены, но по сути ими можно только любоваться, глядя на циферки у себя в кошельке. Принятый в 2020 году закон о цифровых активах узаконил владение биткоинами и другими виртуальными валютами, но строить какой-либо легальный криптобизнес в его рамках невозможно: в РФ запрещена оплата товаров и услуг криптовалютами. Особенно ярко это проявилось в попытках петербургского Эрмитажа заработать на продажах NFT-копий своих картин.

NFT-схематоз от Эрмитажа

Block 10

Index: Россия

Timestamp: осень 2021 года

Hash: NFT-схематоз от Эрмитажа

PreviousHash: криптообменники в Москве

В ноябре 2021 года Эрмитаж открыл первую в своей истории виртуальную выставку NFT-искусства — картин и медиафайлов, созданных с помощью технологии блокчейна. Чтобы попасть на выставку, нужно было зайти на специальный сайт, загрузить свое фото, выбрать аватар и цвет его одежды. Графика была довольно незатейливая и напоминала компьютерные игры 1990-х годов с угловатыми и неповоротливыми фигурами и пиксельными интерьерами.

«[Эта выставка] — продолжение начатого пути по гуманизации цифровой культуры», — заявил директор Эрмитажа Михаил Пиотровский на церемонии открытия, которая, как и полагается, прошла в Zoom.

Выставку назвали «Незримый эфир», и это была очевидная отсылка к Ethereum Виталика Бутерина. Ведь Ethereum — не только вторая по популярности криптовалюта в мире, но еще и платформа для записи в блокчейне чего угодно: от бизнес-контрактов до цифровых копий живописи. Речь идет не просто о компьютерной копии вроде той, которую делаешь, нажимая в Windows Ctrl+C. В нее невозможно внести изменения задним числом: во-первых, благодаря шифрованию, во-вторых, благодаря главному принципу блокчейна — если блок сгенерирован, то с ним уже ничего не сделать.

NFT (сокращение от английского non-fungible token, или «невзаимозаменяемый токен») — это сертификат, подтверждающий уникальное право владения активом, информация о котором занесена в блокчейн. Этим активом могут быть песня, фильм, суперспособности в компьютерной игре или картина, но именно NFT-искусство породило настоящий бум, сравнимый с бумом ICO 2017 года. Одни из первых NFT-картин — около пятисот пиксельных шестиугольников под названием Etheria — была создана к конференции разработчиков проектов для Ethereum в 2015 году, чтобы показать возможности новой платформы. Про них тут же благополучно забыли до тех пор, пока весной 2021 года на волне интереса к NFT-искусству их не распродали за сутки за $1,4 млн.

У волны NFT и у бума ICO была общая причина — очередной рост стоимости криптовалюты: если в конце 2020 года биткоин стоил около $25 тыс., то к апрелю 2022-го он добрался до отметки в $50 тыс. И если в 2017 году криптоэнтузиасты вкладывали спекулятивную прибыль в акции самых фантастических ICO-стартапов, то в 2021-м их место заняли странноватые NFT-картины. Такие, например, как серия CryptoPunks от канадских программистов, сделанная еще в 2017 году, когда искусство на блокчейне было забавой для криптоэнтузиастов, осваивающих Ethereum. Серия представляет собой около 10 тысяч простеньких аватарок в стиле героев киберпанка — в основном людей, хотя есть зомби, животные и инопланетяне. Авторы их не рисовали, только задали программе концепцию, после чего аватары были сгенерированы автоматически. Полностью одинаковых картинок не существует, но некоторые персонажи встречаются чаще других, выделяясь только каким-то аксессуаром: очками, прической или сережками. Чем более редок аватар, тем дороже он стоит: например, одного из девяти инопланетян в начале 2021 года продали за $700 тыс. Спустя три месяца такой же инопланетянин, но с трубкой ушел с молотка за $7,6 млн.

Первоначально продажи NFT-искусства шли на специализированных площадках, но после того, как рынок разогрелся буквально за несколько месяцев, на него обратили внимание традиционные художественные аукционы. 11 марта британский аукционный дом Christie’s продал NFT с 5000 картин художника Beeple за эфир на сумму, эквивалентную $69 млн: по сути, это был коллаж из 5000 рисунков, которые Beeple, он же американец Майк Винкельман, выкладывал у себя в инстаграме в течение десяти лет.

Произведением современного искусства может стать что угодно, если оно помещено в художественное пространство и имеет символический капитал, — это еще в 1917 году доказал сюрреалист Марсель Дюшан, принесший на выставку обыкновенный писсуар. В случае с NFT это сделать еще проще, так как в конечном счете арт-объект переводится в цифровое пространство.

Наиболее концептуально этой возможностью воспользовались даже не художники, а ребята из американской блокчейн-компании Injective Protocol. Они купили на аукционе копию граффити Бэнкси «Идиоты», на котором изображены торги в доме Christie’s, когда картина «Подсолнухи» Ван Гога была продана за 22 млн фунтов; только вместо полотна голландского художника там написано: «Я не могу поверить, что вы, идиоты, реально покупаете это дерьмо». Затем специалисты Injective Protocol сожгли картину Бэнкси в прямом эфире и выставили на продажу ее NFT-вариант, добавив, что навсегда удалят его, если никто не придет на торги. В итоге в начале марта 2021 года NFT был продан за 228 монет эфира, что равнялось примерно $400 тыс., в то время как картину Бэнкси они купили за 100 тыс.

Дельцы из Injective Protocol хотя бы продавали картину. Основатель Twitter Джек Дорси перевел в NFT свой первый твит, написанный в 2006 году («just setting up my twttr»), и через аукцион в марте 2021 года выручил за него $2,9 млн. А российский комик Идрак Мирзализаде, выдворенный из России, продал в начале 2022 года свой аннулированный ВНЖ в виде NFT за 10 эфиров (около $28 тыс.). А потом отправил покупателю и оригинал. Ажиотаж вокруг NFT отчасти был, конечно, искусственным: «художники» иногда покупали цифровые картины сами у себя за большие деньги, гоняя изображения между аккаунтами, чтобы заинтересовать ими коллекционеров; в некоторых случаях эта карусель транзакций даже легко отслеживалась через блокчейн.

Конечно, на территорию NFT попробовали зайти и традиционные музеи. Одной из первых была итальянская галерея Уффици, которая в мае 2021 года продала цифровую копию хранящейся в ней картины Микеланджело за $170 тыс. Следом за модой погнался и Эрмитаж во главе с Михаилом Пиотровским, который всегда пытался привезти в свой музей актуальное искусство, даже самое скандальное вроде чучел животных Яна Фабра. В августе 2021-го Эрмитаж выставил на криптовалютной бирже Binance копии пяти картин — Леонардо да Винчи, Джорджоне, Винсента Ван Гога, Василия Кандинского и Клода Моне. В углу всех копий стояла личная подпись Михаила Пиотровского — будто это он да Винчи, Ван Гог и Моне. Криптоколлекционеров эта странная особенность не смутила: в сумме музей выручил на аукционе почти $450 тыс.

Пиотровский и Эрмитаж подтвердили свою прогрессивность, а знатоки российского законодательства очень удивились: в России запрещена реализация товаров и услуг за криптовалюты. «Мы продали несколько уникальных репродукций на аукционе. А также столкнулись с теми проблемами, которые для нормальных людей создают криптопространство и криптовалюты, потому что [можно продать что-то], а получить деньги обратно — трудно», — признался на церемонии открытия выставки NFT-искусства сам директор музея. Как же он и его сотрудники в итоге обошли строгий запрет?

Торги шли на специальной площадке Binance для торговли NFT-искусством и за BUSD — криптовалюту, выпущенную биржей и привязанную к доллару. Такие криптовалюты, курс которых зависит от традиционных активов вроде доллара, считаются более надежными и даже получили собственное название — stablecoin (от английского «стабильная монета»). За это и уцепился московский юрист по цифровым правам Юрий Брисов, которого Эрмитаж нанял как одного из главных специалистов в российском законе о криптовалютах.

Между Binance и Эрмитажем была выстроена целая цепочка посредников: компания-агент продавала NFT-картины на площадке Binance в юрисдикции Сингапура, дальше криптовалюты выводились в фиат и через швейцарские банки и лихтенштейнские компании добирались до России. На счета очередного агента — уже российского — поступали очищенные от рисков рубли, с них уплачивались налоги, после чего прибыль от продажи NFT-картин наконец добиралась до Эрмитажа. Для защиты от претензий, что музей продал товары за криптовалюту, авторы схемы заготовили изящную формулировку, что BUSD — это не какой-нибудь там аналог биткоина, а «токены, выраженные в иностранной валюте». Правда, даже Binance у себя на сайте пишет, что BUSD — это криптовалюта, пусть и жестко привязанная к доллару.

Подобные сложные схемы вывода денег часто можно встретить в журналистских расследованиях, посвященных коррупции и незаконному обогащению, но Эрмитаж, конечно, прибегнул к ней не от хорошей жизни. «Если бы закон позволял, Эрмитаж мог бы гипотетически продавать токены так же, как он в сувенирном магазине продает принты, значки или платки с изображениями картин известных мастеров», — сетовал осенью 2021 года юрист Юрий Брисов[103].

У Эрмитажа, несмотря на лабиринт из посредников, были планы вновь выставить на Binance токены и заработать на NFT-хайпе. Но депонирование затянулось, а потом, вместе с резким падением стоимости криптовалюты весной 2022 года и глобальным экономическим кризисом, рухнул и спекулятивный рынок NFT: в мае продажи цифрового искусства составили лишь одну десятую часть от масштабов осени 2021 года[104]. Символом падения стали торги по продаже NFT с первым твитом Джека Дорси, который ушел с молотка за $2,9 млн: год спустя его владелец смог выручить лишь $6700.

Эксперимент Эрмитажа с NFT показал, что занятие легальным криптобизнесом в России сродни забегу по минному полю. А в начале 2022 года Центробанк предложил запретить даже эти осторожные забеги.

Спасение в крипте

Block 11

Index: Россия

Timestamp: 2022 год

Hash: спасение в крипте

PreviousHash: NFT-схематоз от Эрмитажа

19 сентября 2021 года в «Экспоцентре» на Краснопресненской набережной в Москве звучали термины вроде «блокчейн», «транзакция» и «ключ шифрования». Но это была не очередная криптоконференция: в «Экспоцентре» работал общественный штаб по наблюдению за выборами в Госдуму и Мосгордуму. В столице впервые массово применили технологию электронного голосования, которую до этого тестировали на референдуме по поправкам в Конституцию в 2020 году.

Московскую систему электронного голосования можно назвать «государственным блокчейном». Разработчики из департамента информационных технологий взяли за основу принципы биткоина, эфира и других криптовалют: процесс голосования состоит из множества «транзакций» (регистрация избирателя, выдача бюллетеня, прием бюллетеня), которые записываются друг за другом. То есть, как и в случае с классическим блокчейном, в теории переписать записи задним числом нельзя.

Чтобы подчеркнуть, насколько система защищена от взлома и изменений извне, из процесса дешифровки устраивается целое шоу: «ключ расшифрования» заранее разделяется на несколько частей, которые вручаются разным людям, а после окончания голосования «хранители ключей» торжественно приносят свои части, и под камеры начинается дешифровка блокчейна. Так, например, было и 19 сентября 2021 года в «Экспоцентре». «У нас есть ведомость, в ней расписались все хранители, кому были переданы ключи. Сейчас они по этой ведомости их вернут, и мы будем приступать к процессу дешифровки», — говорил ведущий радиостанции «Говорит Москва» Александр Асафов, который входит в общественный штаб по наблюдению за выборами.

Все формальные признаки блокчейна есть, кроме одного, но самого главного: подлинной децентрализации. «Какая проблема перерисовать данные, если они только у них хранятся? Я могу у себя на компьютере сделать свой эксклюзивный блокчейн и переписывать его хоть полностью по нескольку раз на дню, — эмоционально объяснял мне основатель одного из старейших русскоязычных порталов о криптовалютах Bits.Media Иван Тихонов. — Нормальные блокчейны от этого защищены тем, что данные реплицируются на устройства всех, кто заинтересован в неподдельности истории. Тогда, если кто-либо начнет эти данные подделывать, остальные узлы это увидят и просто не будут [передавать] ложные транзакции и блоки»[105].

На выборах 2021 года проявилась вся непрозрачность блокчейна системы электронного голосования в Москве. Ключи торжественно соединили, но с подведением итогов произошла заминка: обнародование откладывали несколько раз, и результаты стали известны только к утру. Власти объясняли задержку тем, что нужно было пересчитать электронные бюллетени тех, кто воспользовался функцией переголосования: она была заложена в систему, чтобы в случае административного давления избиратели могли позднее вернуться и поставить галочку за своего кандидата. Таких было якобы 300 тысяч человек, но эта функция появилась позднее, ее исходный код нигде не публиковался, и как она работала, проконтролировать было нельзя. Но именно электронное голосование позволило победить кандидатам от «Единой России» и административным выдвиженцам, причем оно дало им больше голосов, чем традиционные бумажные бюллетени.

Работу государственного блокчейна в столице, конечно, признали эффективной и пообещали использовать электронное голосование и в будущем: например, спустя год москвичи дистанционно выбирали муниципальных депутатов.

При голосовании в регионах применяется блокчейн, созданный «Ростелекомом» совместно с компанией Waves — разработчиком одноименной криптовалюты и платформы для собственных децентрализованных проектов. Технологических претензий к их системе под названием WE.Vote не было, хотя базовые вопросы к электронному голосованию в России остаются прежними. Во-первых, в системе отсутствует независимая от государства проверка списка голосующих — регистрация проходит на «Госуслугах», которые контролирует все то же государство. Во-вторых, непрозрачность системы может оказывать дополнительное давление на бюджетников, которых по традиции гонят на выборы обеспечивать явку: если, ставя галочку в бумажном бюллетене не за партию власти, бюджетник может не волноваться, что начальство узнает о его выборе, то при электронном голосовании он скорее не станет доверять рассказам про тайну и анонимность блокчейна и с гораздо большей вероятностью проголосует как надо.

Послушный блокчейн, как в электронном голосовании, вполне устраивает российские власти: это не вольные криптовалюты, которые граждане пересылают друг другу, обходя расставленные государством блокпосты. Использование криптовалют и так было сильно ограничено, с чем столкнулся Эрмитаж при попытке продать свои NFT, но в начале 2022 года Центробанк предложил еще сильнее закрутить гайки. В докладе о планах регулирования криптовалют в России ЦБ анонсировал запрет на выпуск цифровых монет и любые вложения в них с целью инвестиций. Но это еще не все: по версии Банка России, майнинг тоже должен попасть под официальный запрет[106]. Для таких, как директор Эрмитажа, предусмотрен отдельный пункт: Центробанк предлагал установить ответственность для граждан и юрлиц, которые нарушают закон и все же расплачиваются криптовалютами за товары и услуги. При этом, по информации властей, россияне на этот момент владели криптовалютами на 2 трлн рублей (около 12 миллионов кошельков).

С одной стороны, риторика о максимальном запрете криптовалют всегда была свойственна ведомству Эльвиры Набиуллиной и ей лично: буквально за месяц до публикации доклада она честно признавалась, что в Центробанке к крипте «отношение, мягко говоря, скептическое». С другой — по данным Bloomberg, главу ЦБ в этом скептицизме поддержала ФСБ: чекистам якобы не нравилось, что биткоины стали популярным способом поддержать независимые медиа, НКО и политиков, в то время как за обычный банковский платеж из-за рубежа любого могли признать иностранным агентом. Союз ФСБ и Центробанка выглядел более солидным, хотя, например, по данным политического обозревателя Константина Гаазе, предложения ведомства Эльвиры Набиуллиной были восприняты в штыки всеми ее коллегами по российскому политическому олимпу, включая силовиков и даже ФСБ. Причина — они сами давно держат как минимум часть сбережений в крипте, эмоционально рассказывал Гаазе в своем подкасте с журналистом Андреем Перцевым.

После 24 февраля 2022 года позиции криптовалютных либералов в правительстве, на первый взгляд, укрепились. Например, из-за санкций в отношении крупнейших банков и отключения от межбанковской системы передачи информации (SWIFT) Минфин предложил сделать послабления для импортеров.

На самом деле такой опыт у российских импортеров уже был, но — у весьма специфических. В октябре 2022 года в Италии по запросу США был арестован Артем Усс — сын губернатора Красноярского края Александра Усса. По версии американских властей, Артем Усс был одним из бенефициаров немецкой компании, через которую в Россию в обход санкций поставлялись из США комплектующие для истребителей, ракетных систем, военных радаров и спутников, в том числе современные микропроцессоры. Кроме того, компания Усса имела отношение к торговле венесуэльской нефтью — также в обход санкций. И часть сделок якобы оплачивалась как раз криптовалютой.

«Мы готовы обсуждать способы использования цифровых активов для международных расчетов», — заявила осенью 2022 года глава ЦБ Эльвира Набиуллина, которая за год до этого готовилась к крестовому походу против криптовалют в России. Теперь она была и не против легализации майнинга, но по-прежнему против того, чтобы граждане могли платить за товары и услуги биткоинами и другими цифровыми валютами. Правда, в итоге либерализация сопровождалась удушением: в проект закона о легализации майнинга включили пункт о запрете рекламы криптовалют, что по сути означает запрет на работу криптообменников и криптобирж в российской юрисдикции.

А к весне 2023 года в законопроекте появились и всевозможные наказания. Так, туда внесли идею штрафовать за использование криптовалют в качестве средств платежа (штраф — от 20 до 200 тысяч рублей), за нарушение порядка продажи намайненной крипты (от 30 до 50 тысяч). Станет невозможным и появление новой BTC-e/Wex — в обсуждаемой на март 2023 года версии закона есть предложение сажать на семь лет за организацию криптобирж с большим оборотом.

При этом после 24 февраля криптовалютная грамотность этих самых граждан выросла в разы. Если до вторжения криптой увлекались в основном айтишники и трейдеры, то теперь она стала главным способом вывести деньги за границу. С марта 2022 года лично я десятки раз консультировал друзей и коллег о том, что такое «фиат» и «стейблкоин», где лучше всего купить биткоин и как завести криптокарту. Свои российские заработки я обменивал на биткоин в финском сервисе Localbitcoins: ищешь объявление, пишешь продавцу, переводишь ему деньги на карту «Тинькофф», а он тебе — крипту по не самому выгодному курсу. Моя жена — резидент Евросоюза — сделала себе криптокарту эстонского стартапа CryptoPay, и эта карта была главным средством расчета для нашей семьи до тех пор, пока мы не открыли себе европейские банковские счета. «Тинькофф», правда, в середине апреля заблокировал меня за регулярные покупки биткоина, но я раструбил об этом во всех соцсетях, и банк в итоге разморозил счет, взяв с меня слово, что я больше никогда не буду использовать его для покупки криптовалют.

С начала марта средний оборот московских обменников вырос в пять раз, рассказывал мне владелец одного такого сервиса. Всплеска покупок было два — в марте-апреле, на фоне слухов о возможном введении военного положения, и в конце сентября, после объявления мобилизации. В это время в России в разы вырастали продажи аппаратных криптокошельков, которые можно провезти через границу под видом обычной флешки. В Евросоюзе, который пытался остановить войну санкциями, заметили, что вместо банковских переводов россияне выводят деньги через криптовалюты, и дважды ограничивали эту возможность: весной гражданам России ограничили право владеть криптой на сумму более 10 тыс. евро, а в октябре и вовсе запретили держать биткоины и другие цифровые валюты на криптокошельках, зарегистрированных в европейских сервисах. Этот запрет коснулся централизованных площадок вроде того же CryptoPay, на которых нужно проходить верификацию, чтобы выводить крипту в фиат, но не лишил россиян доступа к цифровым деньгам: вся суть криптоэкономики в том, что человек может иметь сколько угодно анонимных кошельков и пользоваться децентрализованными обменниками.

«Призрак» материализуется

Block 13

Index: биржа

Timestamp: февраль 2022 года

Hash: «Призрак» материализуется

PreviousHash: заминированная Россия

25 февраля 2022 года, на второй день войны, в гостиницу частного аэродрома под Москвой пришли силовики из МВД. Их интересовал мужчина с максимально стандартными именем и фамилией: его звали Алексей Сергеевич Иванов. С собой у него были два дорожных чемодана, которые, впрочем, были забиты не стандартными трусами и носками, а наличностью примерно на 190 млн рублей. Документы, показанные Ивановым, были выданы совсем недавно: буквально за месяц до визита полицейских он официально поменял фамилию и отчество, прожив до этого 42 года как Алексей Викторович Билюченко. Этого человека российская, да и мировая криптотусовка знает как основателя и админа криптобиржи BTC-e/Wex.

В тот же день, 25 февраля, Следственный департамент МВД РФ возбудил еще одно дело о крахе биржи Wex. Только если в старом, открытом еще в 2019 году по статье «Мошенничество» (статья 159 УК РФ), «админ» был свидетелем, то в новом — уже подозреваемым в растрате (статья 160). Билюченко-Иванова арестовали, у него дома прошли обыски, во время которых в числе прочего изъяли аппаратные кошельки с криптовалютой. МВД помимо пресс-релиза опубликовало видео с традиционным для этого жанра видеорядом — пухлые пачки денег и гардероб с дорогими костюмами[107]. «Одновременно проведено 29 обысков в жилищах фигуранта и его предполагаемых сообщников в Москве, Санкт-Петербурге, Новосибирске и Ялте», — звучит на видео железный голос официального представителя полиции Ирины Волк.

Спустя месяц после ареста Билюченко-Иванова издание «Царьград» Константина Малофеева опубликовало большую статью, посвященную делу «админа»: из нее впервые стало известно, что он сменил фамилию (размещен даже скан паспорта) и в чем его обвиняют (выложена копия постановления о привлечении в качестве обвиняемого)[108]. По факту это была давно ожидаемая победа одного из главных ультрапатриотов в российской элите над новосибирским «айтишником». Досталось в этой статье и мне: Малофеев через свое медиа заявил, что мое расследование про Wex и последовавшая волна лжеминирований были провокацией украинских и западных спецслужб «по очернению» его «репутации и репутации всех силовых структур России».

Почему «админ» все-таки проиграл в противостоянии с людьми Малофеева? В сентябре 2021 года пришел в движение один из кошельков биржи, с него были выведены сто монет эфира ($340 тыс. по курсу того времени)[109]. Деньги поступили на кошелек на бирже Binance, которая тогда активно сотрудничала с российскими властями, а ее вице-президентом по глобальной разведке и расследованиям в том же сентябре стал давний знакомый Билюченко — спецагент Службы внутренних доходов США Тигран Гамбарян. И если за этой транзакцией стоял «админ», то те люди из команды Малофеева, которым он противостоял в 2018 году, могли получить бесспорное доказательство, что он по-прежнему контролирует активы биржи.

Из судебных материалов следует, что, по версии следствия, Билюченко похитил имущество юрлица криптобиржи Wex — сингапурской компании World Exchange Services. Первоначально оценка была дана довольно размашистая: не менее 16 млрд рублей (эта сумма известна из следственных документов, выложенных «Царьградом»). При таком подходе все активы «админа», до которых только дотянется российское правосудие, достались бы текущему владельцу этой компании — Дмитрию Хавченко, или «Морячку». Первым делом были арестованы более сотни объектов недвижимости в Москве, Петербурге и Новосибирске (их стоимость в МВД оценивали в 2 млрд рублей). Ни следствие, ни защитники Билюченко-Иванова явно не хотели делать этот список публичным, но, как всегда, прокололись судебные клерки. Публикуя решение Московского городского суда, который оставил в силе решение нижестоящей инстанции об аресте имущества, кто-то из помощников судьи вымарал из документа все адреса, но оставил кадастровые номера. Этого мне было достаточно, чтобы не только узнать, где находятся арестованные объекты, но и выяснить, кому они принадлежат: я просто заказал по ним выписки из Росреестра.

Всего в списке более сотни квартир, домов, земельных участков и нежилых помещений. Их собственником, конечно, оказался не сам Билюченко: активы записаны либо на его родственников вроде матери, брата или дочери брата, либо вообще на посторонних на первый взгляд людей. Например, на новосибирского предпринимателя Антона Кибардина — одного из основателей местной компании Promotion.ru, которая работает по всей России и специализируется на организации временных торговых точек (так называемая «поп-ап-торговля») для сотовых операторов и банков. Один из его знакомых уверял меня, что Кибардин ездил вместе с Билюченко на отдых и никакого отношения к бирже не имел. Но досталось ему по полной — у Кибардина прошли обыски, и у него, помимо квартир, были арестованы банковские счета. Причем в качестве долга в банковском приложении была указана та самая сумма в 16 млрд рублей, которую «админ» якобы украл у собственной криптобиржи. «Потом полгода бегал, доказывал, справки носил, что сам заработал себе на свои квартиры и машины, денег таких порядков никогда у него не было», — рассказывал его знакомый.

Вместе с Кибардиным оспаривал решение об аресте имущества и житель Санкт-Петербурга, 38-летний Дмитрий Соколов. Его представитель тоже говорил на суде, что никакого отношения к деятельности Билюченко-Иванова он не имел, а многочисленные элитные квартиры в Северной столице купил на свои честно заработанные деньги, с которых уплатил подоходный налог. Следствие же, ссылаясь на некие оперативно-розыскные мероприятия, заявляло, что Соколов «участвовал в легализации присвоенных Ивановым денежных средств» и все арестованное имущество в реальности принадлежит все тому же «админу».

А имущество Соколова из судебного списка впечатляет: такое чувство, что он в буквальном смысле коллекционирует знаковые объекты недвижимости. Так, в 2020 году он купил у музыканта Сергея Шнурова трехэтажную квартиру площадью свыше 400 кв. м на углу улицы Чайковского и набережной Фонтанки — напротив Летнего сада. На последнем этаже есть выход на террасу с видом на Петропавловскую крепость: на видео МВД, посвященном задержанию Билюченко и обыскам у «его предполагаемых сообщников», видно, как по ней разгуливают оперативники[110].

В тот же день они зашли и в другую квартиру Соколова, благо она располагается в пяти минутах ходьбы — в доме на углу набережной Невы и Гагаринской улицы. И это опять знаковый объект: особняк XVIII века, который сначала принадлежал графу Александру Кушелеву-Безбородко, а потом — купцу Александру Елисееву из знаменитой купеческой династии, построившей, в частности, помпезные магазины в центре Москвы и Петербурга. В нулевые дом выкупила инвесткомпания, связанная с юристом Ильей Елисеевым — однокурсником тогдашнего президента Дмитрия Медведева. После реконструкции часть квартир в особняке с семиметровыми потолками, кариатидами и лифтом для машин приобрел фонд «Дар», который, по мнению оппозиционера Алексея Навального, держал активы в интересах самого Медведева. Другие апартаменты можно купить: так, Соколов приобрел здесь жилье (170 кв. м) все в том же 2020 году.

Из видео МВД непонятно, осмелились ли оперативники в спортивных штанах и пуховиках заявиться в главный объект коллекции недвижимости Дмитрия Соколова — квартиру на Каменном острове. Каменный остров — тихое элитное место в центральной части города, большую часть которого занимает парк с вкраплениями советских правительственных резиденций, дореволюционных дач и жилых комплексов новой России. Один из них — на Березовой аллее, 19 — был построен в начале нулевых, и его можно назвать «главным домом страны». Ведь многоуровневые апартаменты тут получили в основном друзья Владимира Путина — от банкира Юрия Ковальчука до предпринимателя Романа Ротенберга, от его спарринг-партнера по дзюдо Василия Шестакова до соседа по дачному кооперативу «Озеро» Николая Шамалова. В 2020 году, работая в издании «Проект», я раскрыл тайну еще одной обитательницы этого дома — Светланы Кривоногих: она была настолько близка Путину, что, возможно, родила от него внебрачную дочь Луизу.

Всего в доме двадцать элитных квартир. Соколов подселился к небожителям путинской России в начале 2021 года, купив трехэтажные апартаменты площадью почти полтысячи квадратных метров. Когда «главный дом страны» только построили, эти апартаменты принадлежали семье Геннадия Петрова, которого испанское правосудие называло одним из лидеров «тамбовско-малышевской преступной группировки» — главного символа «бандитского Петербурга» 1990-х годов. Соседство Петрова с членами кооператива «Озеро» не должно удивлять: все в те же девяностые он был совладельцем небольшого петербургского банка «Россия», акционеры которого тоже поселились в доме на Каменном острове. Уже в нулевые банк нарастил активы, а американские власти, вводя в отношении него санкции в 2014 году, назвали его банком «ближнего круга российского президента».

В 2017 году семья Геннадия Петрова продала квартиру петербургскому предпринимателю Александру Киналю. «Непростой человек. Я так до конца и не понял, к какому миру он ближе. Скорее к силовиками. Помню, офис у него был прямо в здании горсуда на Фонтанке», — рассказал мой знакомый бизнесмен, имевший дело с Киналем.

Его метания в оценке Киналя понятны: с одной стороны, он не только купил квартиру у самого Гены Петрова, но и засветился в структурах, связанных с экс-депутатом Госдумы от ЛДПР Денисом Волчеком. В солидное кресло депутата Волчек сел в нулевые, а в девяностые он был водителем и партнером Кости-Могилы (Яковлева) — еще одной легенды «бандитского Петербурга» (застрелен в Москве в начале 2003 года). Сам Волчек уже в 2021 году был приговорен к трем годам тюрьмы за мошенничество.

С другой стороны, еще в начале 1990-х Киналь создал IT-компанию «Эврика», которая заняла один из корпусов советского оборонного предприятия «Ленинец» и стала плотно сотрудничать с силовыми структурами, включая ФСБ, МВД, ФСО и Минобороны (поставки компьютеров, принтеров, досмотрового оборудования и т. д.). В МВД в советское время служил один из его партнеров Евгений Пеньковский, а другой, Алексей Николаев, — классический айтишник, в восьмидесятые работавший в научно-исследовательском институте физики при ЛГУ (в будущем — СПбГУ). Киналь, имевший как минимум экономическое образование, выполнял функции финансового директора. В нулевые у «Эврики» действительно был офис в здании городского суда Петербурга. И именно в «Эврике», если верить расследованию издания The Insider[111], одно время якобы работал хакер, имевший отношение ко взлому почты избирательного штаба Эмманюэля Макрона[112]. В самой «Эврике» эту информацию потом отрицали.

Когда «Дождь»[113] в 2018 году спросил Киналя про этого хакера, тот ответил, что не знает его, а комментарий готов давать только про разведение пчел, потому что увлекается пчеловодством и пасекой[114]. Довольно миролюбивое увлечение для человека, который, помимо IT-бизнеса в сотрудничестве с силовиками, входил в органы управления нескольких радиоэлектронных оборонных предприятий и был помощником гендиректора концерна «Алмаз-Антей», где производятся средства ПВО.

Конечно, неправильно связывать людей только потому, что они друг у друга покупают квартиры (Киналь — у Гены Петрова, а Соколов — у Киналя). Пусть и в «главном доме страны», где кто-то из жильцов периодически выставляет свои элитные апартаменты на продажу. Более того, в 2022 году та самая Светлана Кривоногих пыталась сдать свою трехэтажную квартиру в аренду за 700 тыс. рублей в месяц, но после того, как я об этом написал на Би-би-си и опубликовал фотографии помпезных и одновременно безвкусных интерьеров, объявление было снято[115].

На «главном доме страны» коллекция элитной недвижимости Соколова не заканчивается. На том же Каменном острове и все в том же 2021 году он приобрел две квартиры общей площадью 280 кв. м в историческом комплексе «усадьба Свиягина» — даче в стиле модерн, построенной накануне революции 1917 года. По соседству располагается еще несколько таких дач, и они тоже по-своему знаковый объект — каждый гражданин России видел их в советских фильмах вроде «Приключений Шерлока Холмса и доктора Ватсона», где они изображали Лондон и другие европейские столицы.

По версии следствия, конечный собственник всей этой недвижимости — не Соколов, а сам Билюченко. Но если это так, то Соколов — весьма необычный «дроп», то есть номинал: на него не просто записывают люксовые квартиры, но и позволяют в них жить. Из утечки «Яндекс. Еды» следует, что Соколов заказывал продукты в обе квартиры напротив Летнего сада — и в ту, что некогда принадлежала Сергею Шнурову, и в ту, что расположена в «медведевском доме». И в любом случае, даже если он «дроп», он должен был откуда-то возникнуть в жизни Билюченко.

Я стал искать его фотографию и после долгих поисков в аккаунте его сводного брата нашел снимок, сделанный примерно тогда, когда Сатоши Накамото только представил миру биткоин. С фотографии на меня смотрел тот самый «Призрак», с которым я встречался в 2019 году в Петербурге, после чего у меня оказались материалы уголовного дела о крахе Wex с показаниями Билюченко.

Здесь важно сделать замечание. Журналистская этика запрещает раскрывать имена источников, если они сами об этом не попросили. Эта норма даже закреплена в российском законе «О СМИ», по которому журналист обязан выдать имя источника только по решению суда. Этот кодекс этических и юридических правил призван защитить тех, кто, рискуя, приносит в медиа общественно значимую информацию. Почему я решил впервые в жизни нарушить этот кодекс и рассказать, кем был «Призрак»? Потому что я думаю, что Соколов — это никакой не «дроп», а возможно, не менее ключевой персонаж в истории BTC-e/Wex, чем Винник и Билюченко. И общественный интерес — судьба миллиардов, которые принадлежали десяткам тысяч простых клиентов криптобиржи, — на мой взгляд, важнее, чем правило нераскрытия источников.

Что известно о Дмитрии Соколове? Он чуть младше Билюченко: когда его имущество арестовали весной 2022 года, ему было 38 лет. Родился и вырос в Тюмени. У Соколова одновременно дерзкий и мягкий взгляд, и он может как-то внутренне регулировать этот дуализм, то общаясь с тобой доверительно и задушевно, то включая какого-то сибирского пацана с улицы Ленина. Про его отца ничего не известно: его мать повторно вышла замуж и работала в нулевые ведущим документоведом в местном управлении кадастровой палаты.

Соколов выбрал не такую мирную профессию: он закончил тюменскую академию МВД и примерно в середине нулевых пошел работать оперуполномоченным в отдел по борьбе с организованной преступностью ГУВД по Тюменской области. Карьера закончилась спустя несколько лет, когда он попал в ДТП и вроде как сбил своего коллегу по ведомству, рассказала мне его тюменская знакомая. Его уволили из органов, он остался в Тюмени и спустя несколько лет, в 2014 году, устроился директором местной сети алкомаркетов «Клюква».

Его экс-коллега вспоминал в разговоре со мной, что Соколов явно сам собирался открывать подобное заведение, интересовался, как работает рынок алкоголя, но в итоге согласился на роль управляющего в чужом бизнесе. «Безумно ответственный, очень быстро располагал людей, все KPI исполнял», — рассказал он. Сеть работала по той же хитрой схеме, что и тысячи подобных заведений по всей стране: там можно было купить пиво, вино или водку в ночное время (в Тюмени запрет на продажу действует с 23 часов), но нужно было открыть бутылки, как будто ты пришел в бар, а не в магазин. В сентябре 2014 года какой-то гражданин провернул эту схему с бутылками вина «Каберне Тамани» и водки «Беленькая Люкс» в одной из точек на окраине Тюмени, а потом пожаловался в управление потребительского рынка Тюменской области. Чиновники оштрафовали «Клюкву», но Соколов попробовал опротестовать это решение через суд и лично ходил на заседания.

Обычная скучная жизнь директора сети алкомаркетов. Но даже коллегам он не казался стандартным управляющим. «Однажды он взял на работу в “Клюкву” молодого парня, который буквально спал где-то под трубами: тот был откуда-то из-под Тюмени, попал в тюрьму и после отсидки не хотел возвращаться обратно. Парень на работе закрепился и потом постоянно поднимал тосты за Соколова, — такую историю вспомнил его тюменский знакомый. И продолжил: — Он очень необычный, мог уйти в свой мир и ответить как-то невпопад. Творческий, мог начать рисовать на работе. Читал много фантастики на английском языке».

Знакомых удивляло то, что Соколов старался не оставлять никаких цифровых следов: не вел соцсетей, уже тогда (начало 2010-х) старался переводить все общение в мессенджеры, включая диковинный в те времена для всех в Тюмени Signal, и всегда беспокоился о надежности пароля. «На работе он использовал ноутбук с Linux. Я сразу удивился: это же неудобно, тот же 1С для ведения бухгалтерии не открыть. В итоге он брал ноутбук с Windows у сотрудницы для рабочих нужд», — рассказал его экс-коллега по «Клюкве». Он засиживался на работе допоздна, до десяти вечера, и работал один в кабинете под музыку любимого Шнура, квартиру которого он купит спустя пять лет.

Работа директором сети алкомаркетов вряд ли соответствовала его амбициям. «Любил красивые вещи и выделяться», — описывает его давняя знакомая. По Тюмени он ездил на автомобиле Porsche Cayenne, но ему этого было явно мало. В середине 2016 года он неожиданно предупредил собственников «Клюквы», что переезжает в Москву, чтобы работать в сфере программирования. «Это звучало удивительно. Про криптовалюты он тоже как-то вскользь говорил, но тогда они были не на слуху, я мало что понял», — говорит экс-коллега Соколова.

После переезда Соколов перестал общаться со многими тюменскими знакомыми. «Я даже думал, что я его чем-то обидел, настолько он резко “пропал с радаров”», — вспоминает один из них. Соколов действительно какое-то время был зарегистрирован в подмосковных Люберцах, но не позже 2019 года перебрался жить в Петербург, который давно любил, стараясь ездить в Северную столицу на праздники. Никакого публичного бизнеса он так и не открыл. Но спустя пять лет после того, как Соколов в качестве директора алкомаркета ходил в суд, он приобрел в Петербурге недвижимость, которая, по самым скромным подсчетам, сейчас стоит около 600 млн рублей.

Все покупки пришлись на 2020–2021 годы. На суд по оспариванию ареста имущества его представитель принес документы, из которых следует, что в августе 2020 года он получил от предпринимательской деятельности доход, достаточный для покупки всех этих апартаментов. В одной из утекших баз есть запись, что примерно в то время он действительно получил от управляющей компании «Альфа-капитал» свыше 450 млн рублей — в качестве дохода от купли-продажи ценных бумаг. И единственный его официальный доход до этого — зарплата в алкомаркете «Клюква».

Откуда у него взялись такие деньги? И правильно ли издание 47news называло его «долларовым миллиардером»[116]?

Есть одна прочная, но необычная ниточка, которая связывает Соколова и биржу Винника/Билюченко. В Тюмени у него был близкий товарищ по имени Георгий Сатюков: они были настолько близки, что когда Соколов в середине нулевых брал кредит, то указал Сатюкова в качестве поручителя. Оба даже работали вместе в милиции, правда, в разных подразделениях — Сатюков из отдела «К», который занимается преступлениями в компьютерной сфере. После того как Соколов ушел из милиции, они сохранили дружбу: Сатюков иногда заходил к нему в офис «Клюквы», вспоминал один из моих собеседников.

Не знаю, одновременно с Соколовым или нет, но в какой-то момент Георгий Сатюков тоже перебрался в Москву — его перевели в центральный аппарат управления «К». Это было серьезное повышение: по состоянию на май 2019 года он уже носил звание подполковника полиции и возглавлял небольшое подразделение внутри управления. И именно Сатюков был одним из тех полицейских, кто занимался сбором информации по первому уголовному делу о крахе биржи Wex — тому самому, где Билюченко был потерпевшим, а Малофеев — главным виновным в крушении криптовалютной площадки. Сатюков допрашивал Билюченко, он же общался с некоторыми активными клиентами рухнувшей криптобиржи, которые пытались вернуть свои средства. Связь между Соколовым и Сатюковым явно известна тем, кто занимается расследованием второго уголовного дела о крахе Wex — того, в котором главный «злодей» уже Билюченко, а люди Малофеева — якобы его жертвы. Помимо петербургских хором Соколова, суд по ходатайству следствия арестовал и квартиры родственников Сатюкова. Но ни Соколов, ни Сатюков арестованы не были — в отличие от того же Билюченко. Причем Соколов сумел уехать из страны, хотя в его элитных апартаментах прошли обыски.

Складывается довольно простая логическая цепочка. В конце 2018 года полиция Новочебоксарска возбуждает уголовное дело по мошенничеству с активами криптобиржи Wex, к расследованию подключается центральный аппарат управления «К» вместе с Георгием Сатюковым, который весной допрашивает в Москве «админа» Билюченко. Дело раскручивается в выгодную для него сторону: активы биржи украла команда Малофеева, а он ни в чем не виноват (хотя, как я уже говорил, у клиентов биржи есть претензии и к нему). Спустя год близкий знакомый Сатюкова — Дмитрий Соколов — декларирует невиданный доход в полмиллиарда рублей и в течение 2020–2021 годов скупает знаковую, люксовую недвижимость в Петербурге. И в таком случае вполне объяснимо столь лояльное отношение к Билюченко со стороны сотрудников управления «К» МВД: когда в апреле 2019 года к его загородному дому приехал «Морячок» с еще несколькими ветеранами боевых действий в Донбассе, Билюченко, который был в тот момент где-то в городе, решил спрятаться на время в помещении отдела «К» местного ГУ МВД.

Когда я стал писать людям, которые могут знать Соколова, через какое-то время мне дали его новый контакт — прошлый, через который мы держали связь в 2019 году, уже был неактивен. Он по-прежнему предпочитает защищенные мессенджеры (общение шло в Threema) и не захотел говорить голосом, но, скорее всего, это был именно Соколов: он назвал место, где мы встречались в Петербурге, когда он еще представлялся Евгением. В какой-то момент я прямо спросил его: они с Сатюковым просто в какой-то момент взяли Билюченко под защиту от Малофеева или же он был в проекте биржи изначально? Но Соколов уклонился от ответа, заявив, что, по его мнению, гораздо интереснее, кто сейчас выводит старые активы BTC-e: в конце 2022 года пришел в движение старый кошелек биржи, и с него ушли 10 тыс. биткоинов (около $165 млн на тот момент)[117]. «[К этому имеют отношение] ряд лиц из администрации президента и Ростеха», — написал он. Доверия к его словам у меня нет — никаких доказательств он не представил. В марте 2023 года часть этих денег (3300 биткоинов, или около $90 млн) пошли дальше по блокчейну, их стали дробить на более мелкие суммы, явно пытаясь в конечном счете вывести крипту в фиат[118].

Человек, который знает Соколова как криптовалютного предпринимателя, утверждает, что «он вообще из другой истории» и не имел отношения ни к первой (BTC-e), ни ко второй (Wex) площадке. «Они [Билюченко, Винник и Соколов] были между собой знакомы, но это в силу того, что в стране криптокомьюнити небольшое. Хотел, наверное, оказать помощь, потому что думал, что есть сильные знакомые, но все так же обернулось трагедией», — написал он, но и к этим словам доверия у меня нет. Точно понятно одно: бывший опер, который тайно заработал на криптовалютах миллионы (если не миллиарды), подселился в «главный дом страны» к Ротенбергу, Тимченко и Кривоногих, но проиграл войну могущественному «спонсору русской весны» и убежал из страны. Именно такого человека, как Соколов, пожалуй, можно считать главным героем и антигероем крипто-России.

Общаться со мной о своем прошлом Соколов не захотел. «Я понимаю, что ты делаешь и что тебя интересует. В свою очередь, я не могу понять, что меня здесь интересует», — заявил он по-деловому, явно имея в виду, что ему невыгодно рассказывать о себе правду. В тот момент он оспаривал арест своих элитных квартир в суде, упирая на то, что не имел никакого отношения ни к бирже, ни к Билюченко. Мои вопросы Соколов иронично назвал «искрометными». Думаю, когда он прочитает эту главу, то напишет что-нибудь вроде «давно так не смеялся». Или, как настоящий шифропанк, пошутит, что я никогда не докажу, что набор букв и чисел в мессенджере Threema был действительно им.

А Алексей Билюченко в итоге пошел на досудебное соглашение со следствием, то есть признал свою вину в обмен на более мягкий приговор. В обвинительном заключении ущерб, который он якобы нанес сингапурской компании «Морячка», оценивался уже в 3 млрд, а не в 16 млрд рублей, как это было на стадии следствия. Билюченко был готов перечислить эти деньги и даже указал номера счетов, на которых можно найти нужную сумму. Это, конечно, было его поражением. Но кто думает о таком, когда тебе грозит срок в 10 лет тюрьмы.

Послесловие

20 августа 2022 года, проработав весь день над очередной главой этой книги, я пошел выпить пива с женой в бар. К этому времени я уже несколько месяцев находился в Болгарии — втором доме для моей семьи: отсюда моя супруга, тут мы жили в середине нулевых, после чего перебрались в Россию. Бармен налил нам пива, и я решил впервые протестировать недавно полученную криптокарту Wirex. Я приложил ее к терминалу: с моего счета списались 0,000327 биткоина, а бар получил платеж в размере 13,5 лева. «Аз платих с криптовалути!» — не сдержал я своего восхищения, сообщив, что только что купил пива за крипту. «Ага», — флегматично заметил бармен.

В Wirex постоянно подчеркивают, что компания первой стала выпускать криптокарты еще в 2015 году — то есть уже тогда дала возможность криптоэнтузиастам покупать за биткоины пиво и продукты. Но такое и правда нужно подчеркивать: получается, что Wirex пережила криптовалютное похмелье после «бума ICO» 2017 года и справилась с постепенным ужесточением правового положения криптовалют в мире, а в середине февраля 2023 года компания подписала соглашение о долгосрочном партнерстве с Visa — хотя за несколько месяцев до этого произошло громкое банкротство FTX, которое, казалось, заставит гигантов финансового рынка обходить криптовалюты стороной.

Дополнительная деталь: Wirex была основана двумя гражданами России Павлом Матвеевым и Дмитрием Лазаричевым. Они еще в 2010-е уехали в Лондон, так что Wirex обычно называют в медиа «британской компанией». При этом в России криптокарты от Wirex не работают: сначала это было невозможно из-за законодательства РФ, теперь — из-за санкций. Wirex даже блокирует тех россиян, которые имеют ВНЖ в Евросоюзе и легально пользуются услугами сервиса, но вдруг решают зайти в приложение во время поездки на родину. А Wirex и подобные проекты нужны им не баловства ради: после введения многочисленных санкций криптовалюты стали одной из главных форм по выводу рублей из России, в том числе, например, полученных от продажи квартиры.

Примерно в то время, когда Wirex вела переговоры с Visa, в конце декабря 2022 года, в Москве состоялась конференция «Применение блокчейн-технологий в бизнесе и государственном секторе». Она была организована российским криптостартапом Waves Enterprise — разработчиком федеральной платформы электронного голосования и других блокчейн-проектов для органов власти. Глава российских юрлиц Waves Артем Калихов, чуть волнуясь, рассказывал про корпоративные изменения. «Одно из самых важных событий [2022 года] — это разделение бизнеса и ребрендинг нашей российской компании. В принципе эта история — она в тренде того, что происходит с бизнесом, который имеет и международную, и российскую составляющую», — говорил он. Через подобные изменения прошли многие компании в 2022 году: работа под старым брендом продолжилась вне границ России, а отечественное подразделение получило новое название и других собственников.

После вторжения России в Украину создатель Waves Александр Иванов написал в своем твиттере по-английски, что он уроженец Запорожья, и добавил к этому твиту картинку с надписью: «Peace, please» («Пожалуйста, мира»). Спустя месяц он вышел из капитала всех российских юрлиц Waves, которые и разрабатывали блокчейн-проекты для «Ростелекома», ФНС, «Россетей» и «Альфа-банка». Новым собственником стал некий Игорь Кайгородов — бывший руководящий сотрудник удмуртского управления ФСБ, который, по моим данным, в последние несколько лет трудился в управляющей компании «Русала» — головной структуры империи Олега Дерипаски. Означает ли это, что именно «Русал» стоит за покупкой? Точно можно сказать, что Иванов решил таким образом избавиться от российских активов, ставших для него слишком токсичными. После того, как я озвучил версию про Дерипаску у себя в телеграме, Иванов эмоционально ответил мне, что я написал чушь, и Кайгородов якобы с 2018 года также работал в российской структуре Waves Enterprise. В любом случае, подразделения отмежевались даже на уровне названия: российская команда Waves Enterprise теперь существует под брендом Web3 Tech. В «Русале», в свою очередь, заявили, что Дерипаска никак не связан с покупкой.

«Буквально на днях наша блокчейн-платформа получила заключение из исследовательской лаборатории о соответствии классам защиты, и это заключение было отправлено в 8-й центр ФСБ с тем, чтобы получить сертификат на нашу платформу», — радовался на конференции в конце декабря 2022 года глава Web3 Tech Артем Калихов.

Почти одно время, но какие разные предметы для гордости — партнерство с Visa (Wirex) и сертификат ФСБ (Web3 Tech). Пока я писал эту книгу, я часто думал: почему, если российские криптоэнтузиасты сразу пытаются стать частью глобального рынка, то получается Wirex или Cryptopay, а если они строят бизнес в России, то там возле них быстро появляются бандиты, ФСБ, ветераны войны в Донбассе, а сам проект и вовсе в итоге оказывается мошенническим? Лучший ответ, нам мой взгляд, дал интернет-омбудсмен Дмирий Мариничев — тот самый, чью майнинговую ферму на заводе «Москвич» разобрали во время эпидемии ковида для оборудования там госпиталя.

«Крипта в России могла бы быть флагманом экономики, примером для других стран. Ее только не нужно было душить и держать в ежовых рукавицах, и тогда бы — был бы такой же расцвет, какой был у IT в 1990-е», — грустно объяснил он. Давайте пофантазируем. Я перечислю успешные или перспективные мировые криптопроекты, а вы представьте, что все они были реализованы и базируются в России — фантастической России, в которой всему, что связано с криптой, сразу был дан «зеленый свет», а не смесь красного и серого, то есть запрета и неопределенности.

Май 2015 года. Двое жителей Калифорнии Брайан Бонди и Брендан Эйх начинают разработку собственного браузера. До этого оба работали в компании Mozilla, которая известна своим браузером Firefox — четвертым по популярности в мире после Chrome, Microsoft Edge и Safari. Эйх даже дорос до должности главного исполнительного директора Mozilla, но вынужден был покинуть свой пост через 11 дней после назначения, когда выяснилось, что в прошлом он поддерживал организации, выступающие против однополых браков. Весной 2014 года, когда состоялось назначение Эйха, такая позиция была неприемлемой для руководителя успешной калифорнийской IT-компании[119].

Браузер, который Эйх стал делать вместе с Бонди, получил название Brave, то есть «смелый». Они сделали ставку на страх людей, что корпорации и государства постоянно следят за частной жизнью граждан в сети: Brave блокирует рекламу, не отдает cookies (данных о поведении пользователя) и имеет встроенную возможность заходить на сайты через Tor — самый популярный браузер-анонимайзер. В Brave также есть защиты от технологии fingerprint, которая позволяет владельцам сайтов получать информацию о том, кто к ним зашел, даже если человек сознательно отключил cookies — например, в режиме «инкогнито». Fingerprint (от английского «отпечаток пальца»), например, использует московская мэрия для того, чтобы узнать больше о посетителях своих сайтов.

Разработчики Brave воспользовались «бумом ICO» 2017 года, чтобы собрать на развитие $35 млн, причем все токены под названием Basic Attention Token (BAT) были распроданы за 30 секунд. Спустя четыре года создатели браузера нашли дополнительное применение своей монете: пользователи могут дать добро на показ рекламы и получать за это процент от рекламных доходов Brave. Вознаграждение приходит в виде криптовалюты BAT, которую потом можно продать на том же Binance. Наконец, в 2021 году в Brave появился встроенный криптокошелек, с помощью которого можно логиниться в различных блокчейн-сервисах или хранить свои NFT. По состоянию на зиму 2023 года в Brave было более 50 миллионов активных пользователей, которые заходили в интернет через браузер хоть раз в месяц. Для сравнения: у Mozilla таких людей было в четыре раза больше.

Октябрь 2016 года. Гражданин Германии Евгений Рочко (его семья уехала из России, когда ему было 11 лет) запускает соцсеть Mastodon. Там нет блокчейна в основе, но есть философия децентрализации: в Mastodon, чья лента напоминает интерфейс Twitter, нет единой политики модерации контента. Пользователи могут мигрировать от одного узла (сервера) к другому, в каждом из которых — свое комьюнити и свои правила, что приемлемо публиковать, а что — нет. А если их не устроит ни одно из существующих комьюнити, то они и вовсе могут запустить собственный узел и устанавливать там правила.

График роста аудитории Mastodon — рваный: пользователи приходят в эту экспериментальную соцсеть, когда на традиционных платформах происходит какой-то скандал, связанный с модерацией. Например, в 2019 году в ней стали массово регистрироваться индийцы, которых возмутила блокировка аккаунта судьи Санджая Хегде: впоследствии блокировка была снята, но к этой претензии добавилось убеждение, что Twitter лояльнее к аккаунтам людей из высших каст[120]. Годом ранее в Mastodon пришли люди из соцсети Tumblr, которая всегда славилась лояльностью к эротическому и даже порнографическому контенту, а потом неожиданно решила закрутить гайки. Последний и самый мощный всплеск произошел осенью 2022 года, когда Илон Маск купил Twitter и первым делом забанил ряд известных журналистов, которые писали о его жизни. «Бегство от Маска» дало Mastodon 5 миллионов пользователей, и к весне 2023 года в соцсети уже были зарегистрированы 10 миллионов человек.

Несмотря на популярность и очевидные перспективы увеличить аудиторию за счет централизованных соцсетей, основатель Mastodon Евгений Рочко ведет себя как настоящий шифропанк. Основное финансирование проекта идет через донаты, а инвесторам он отказывает, боясь, что те разрушат проект попытками сделать его коммерческим. «Mastodon не превратится в то, за что вы ненавидите Twitter. За то, что соцсеть могут продать противоречивому миллиардеру, за то, что она может закрыться или стать банкротом. В этом заключается разница в парадигмах развития двух платформ», — заявил он в конце декабря 2022 года в интервью газете Financial Times, журналист которой отдельно подчеркивал, что месячная зарплата Рочко в Mastodon составляет 2,4 тысячи евро[121].

Ноябрь 2018 года. Американец Хейден Адамс из Нью-Йорка запускает децентрализованный протокол для торговли криптовалютами Uniswap. По окончании университета в 2016 году он работал аналитиком в Siemens, занимаясь моделированием тепловых потоков. К этому времени в криптомире уже обсуждалась идея принципиально новой, децентрализованной биржи, а Виталик Бутерин летом 2017 года свел все эти обсуждения в один пост в своем блоге, где изложил концепцию такой площадки[122].

При использовании централизованной криптобиржи вроде Binance или Coinbase пользователь должен был доверить свою криптовалюту площадке, чтобы торговать и зарабатывать. Это чревато потерей всех сбережений, если биржа вдруг рухнет, как BTC-e в 2017-м или FTX в 2022-м. При децентрализованной торговле криптовалюта остается у трейдеров: говоря максимально упрощенно, платформа позволяет им обмениваться монетами напрямую друг с другом, а ее главная услуга — возможность свести их вместе и обеспечить безопасный обмен через механизм смарт-контракта. Тут, правда, возникают свои сложности. Например, у децентрализованных бирж меньшая ликвидность, то есть доступный для торгов объем криптовалюты. Зато нет серьезной верификации пользователей — тех самых процедур KYC, которые раздражают подлинных шифропанков: это связано с тем, что площадка не принимает к себе на хранение активы пользователей, просто сводя их в блокчейне друг с другом.

От момента, как Виталик Бутерин в сжатой форме изложил концепцию децентрализованной биржи, до того, как Хейден Адамс реализовал ее в конкретном проекте, прошло чуть более года. Ethereum Foundation, в исполнительный совет которого входит Бутерин, дал Адамсу на проект $100 тыс., а сам Виталик даже помог с названием[123]. Американец хотел дать своему детищу имя Unipeg (производное от Unicorn, то есть «единорог», и Pegasus, то есть «Пегас»), но Бутерин заметил, что будет звучнее Uniswap, где swap — это, собственно, сделка по купле-продаже криптовалюты.

Спустя два года суточный объем торгов превышал $200 млн, в Uniswap вложились сразу несколько венчурных фондов, а сам Адамс в 2023 году вошел в список Forbes 30 Under 30 — самых молодых и перспективных предпринимателей моложе 30 лет. Впрочем, попадание в этот список еще не означает, что в будущем бизнесмена ждет только успех: когда-то этот рейтинг возглавлял основатель FTX Сэм Бэнкман-Фрид.

Сентябрь 2022 года. Виталик Бутерин полностью прекратил майнинг в сети эфира. Сначала монеты Ethereum добывались так же, как и все остальные, вроде биткоина или лайткоина: майнеры производили сложные математические вычисления, чтобы подтвердить генерацию новых блоков и поддерживать работу блокчейна (принцип proof of work; от английского «подтверждение выполнения работы»). Бутерин с командой предложили использовать принцип proof of stake (дословно «подтверждение доли»), согласно которому в генерации участвуют только крупные держатели монет Ethereum, поэтому дополнительного подтверждения в виде сложных вычислений не требуется. Бутерина кляли и ругали за убийство майнинга в его сети, но его целью было показать, что криптовалюты могут минимизировать вред для планеты с точки зрения экологии. Сразу после введения proof of stake потребление электроэнергии в сети Ethereum упало на 99,95 %. А в мировом масштабе этот шаг может сэкономить 0,2 % электричества в год — не только в майнинге, но и во всех сферах, поделился в твиттере подсчетами своей команды сам Бутерин.

Хотя Бутерин и вырос в Канаде, русский язык для него тоже родной, что он и продемонстрировал в 2017 году, когда выступал на Петербургском экономическом форуме и даже встречался с Владимиром Путиным. Все в той же альтернативной криптореальности легко представить, как после этого в России появляется суперпривлекательная среда для криптоинвестиций, а Бутерин открывает офис в Москва-Сити, чтобы осенью 2022 года на пресс-конференции рассказывать журналистам, как будет делать криптоэкономику «зеленой». Но этого не случилось: Бутерин публично выступил против войны, а в сентябре 2022 года рассказывал про перспективы интернета будущего под названием Web3 не в Москве, а в Киеве на криптоконференции, куда приехал от польской границы на машине в сопровождении украинских военных.

Но я оптимистичен: криптовалюты с человечеством навсегда, и когда-нибудь Россия будет знаменита прежде всего своими криптостартапами-«единорогами», а не только мутными биржами и обменниками, в дела которых замешаны сотрудники ФСБ, депутаты Госдумы или ветераны войны в Донбассе.

Точно так же я верю, что когда-нибудь вернусь домой: в самый разгар работы над этой книгой, осенью 2021 года, российские власти признали меня иностранным агентом, я обнаружил за собой слежку и вынужденно покинул родину. Для книги, как ни странно, пауза в работе оказалась полезной: история краха BTC-e/Wex продолжила развиваться и в 2022 году, хотя что-то — например, где же осели «сокровища Винника» — остается загадкой и по состоянию на март 2023 года, когда я пишу это послесловие. Но когда-нибудь блок с окончательными ответами, конечно, будет сгенерирован в этом блокчейне.

Глоссарий

Альткоин (от англ. altcoin, alternative coin, «альтернативная монета») — все криптовалюты, появившиеся после биткоина. Первые альткоины, Litecoin и Namecoin, появились в 2011 году, тогда же запустилась и первая российская альтернативная криптовалюта Rucoin, созданная на базе биткоина.

Блокчейн (от англ. blockchain — «цепочка блоков») — технология шифрования и хранения данных, которые распределены по множеству компьютеров, объединенных в общую сеть. Эти данные складываются в непрерывную и последовательную цепочку: однажды попав в нее, они остаются там навсегда, их невозможно удалить или изменить.

Биткоин — электронная денежная система и криптовалюта на базе блокчейна. Для обеспечения работы системы используются криптографические методы: платежи между сторонами происходят без посредников (то есть децентрализованно), но при этом вся информация о транзакциях между адресами системы доступна в открытом виде. Биткоин — первая и до сих пор самая популярная криптовалюта.

Дроп (от англ drop, «бросать») — подставное лицо, которое своими документами, данными, а иногда и личным присутствием участвует в той или иной бизнес-схеме, тем самым позволяя истинным ее владельцам и бенефициарам оставаться в тени.

Шифропанк — идеология и политическое движение, главный элемент которых — криптография как средство защиты конфиденциальности и свободы, а также борьбы с государственным надзором и цензурой. Шифропанковые сообщества десятилетиями экспериментировали с идеями, которые легли в основу технологии блокчейна.

Криптовалюта — цифровой актив и в то же время платежная система на базе блокчейна. В отличие от традиционных денег (т. н. фиата), криптовалюта существует без государственной поддержки и зависит от представлений пользователей о ее безопасности, защищенности личных данных, удобстве использования и перспективах стоимости.

Криптография — область математики и информатики, которая в целях безопасного хранения и обмена информацией использует шифрование данных и допускает к ним только полномочных пользователей. Благодаря криптографическим техникам и существует технология блокчейна.

Майнинг (от англ. mining, «добыча полезных ископаемых) — процесс создания новых блоков и обработки транзакций в сети блокчейн за счет вычислительной мощности компьютера. За это майнеры получают вознаграждение в виде криптовалюты.

Майнинг-ферма — несколько компьютерных устройств, объединенных для добычи криптовалюты. В отличие от майнинг-пула, майнинг-ферма обычно принадлежит одному человеку.

Стейблкоин — общее название криптовалют, обменный курс которых стараются стабилизировать, привязывая котировки к обычным валютам или биржевым товарам, таким как доллар, золото или нефть.

Фиат — платежные средства, необеспеченные каким-либо активом, чья стоимость устанавливается и гарантируется государством. Американский доллар, российский рубль, британский фунт стерлингов — все это фиатные деньги. Слово «фиатный» произошло от латинского fiat — декрет, указание, «да будет так».

ASIC (от англ. application-specific integrated circuit, «интегральная схема для конкретного применения») — специальное оборудование, спроектированное для майнинга криптовалюты таким образом, чтобы максимизировать вычислительную мощность при минимуме потребления энергии.

ICO (от англ. Initial Coin Offering, «первичное предложение монет») — способ привлечения первичного капитала в сфере криптовалют. Термин образован по аналогии с IPO (англ. Initial Public Offering — первичное публичное предложение акций). Первым ICO в истории стало размещение токенов для проекта Mastercoin в 2013 году, собравшее $5 млн.

KYC (от англ. know your customer, «знай своего клиента») — принцип работы финансовых институтов, который обязывает их идентифицировать личность человека перед тем, как тот сможет проводить какие-либо операции. Считается, что такая практика препятствует отмыванию денег, финансированию терроризма и уклонению от уплаты налогов. Понятие KYC появилось в официальных документах Департамента казначейства США по борьбе с финансовыми преступлениями в 2016 году.

NFT (от англ. non-fungible token, «невзаимозаменяемый токен») — уникальный токен на основе блокчейна. Служит цифровым аналогом некоего товара или договора, который можно купить, продать или обменять. Первый полноценный NFT-проект Etheria был запущен в 2015 году на базе протокола Ethereum.

Примечания

1

Интервью Александры Шевченко телеканалу RT. Охота на русских хакеров // RT, 13.09.2017. URL: https://doc.rt.com/filmy/ohota-na-russkih-hakerov. Дата обращения: 18.04.2023.

2

Gibbs S. Nine Bitcoin alternatives for future currency investments // The Guardian, 28.11.2013. URL: https://www.theguardian.com/technology/2013/nov/28/bitcoin-alternatives-future-currency-investments. Дата обращения: 03.04.2023.

3

Metz C. Bitcoin Is Flawed, But It Will Still Take Over the World // Wired, 25.11.2013. URL: https://www.wired.com/2013/11/bitcoin-and-deflation. Дата обращения: 03.04.2023.

4

Лайт Д. У bitcoin появляются конкуренты на рынке виртуальной валюты // Ведомости, 25.11.2013. URL: https://www.vedomosti.ru/finance/articles/2013/11/25/u-bitcoin-poyavlyayutsya-konkurenty-na-rynke-virtualnoj. Дата обращения: 03.04.2023.

5

Hajdarbegovic N. BTC-e: Our Recent Issues Were Caused By a Surge In Users // CoinDesk, 11.12.2013. URL: https://www.coindesk.com/btc-e-recent-issues-caused-surge-users. Дата обращения: 03.04.2023.

6

Здесь и далее в сообщениях с форумов и из чата сохраняется пунктуация и орфография.

7

Сейчас сайт доступен в архиве: http://web.archive.org/web/20020719092356/http://www.pozdravlenie.ru/. Дата обращения: 03.04.2023.

8

Руководство WebMoney встретилось с журналистами // Uachange.net, 08.07.2008. URL: http://owebmoney.ru/inform/inform42.shtml. Дата обращения: 03.04.2023.

9

Историческая запись на сайте, доступная через сервис Web Archive. URL: https://web.archive.org/web/20000621125040/http://www.indx.ru. Дата обращения: 03.04.2023.

10

Архивная версия сайта. URL: http://web.archive.org/web/20040403171516/http://www.wm-exchanger.ru/?page=tech. Дата обращения: 18.04.2023.

11

Nakamoto S. Bitcoin: A Peer-to-Peer Electronic Cash System. URL: https://bitcoin.org/bitcoin.pdf. Дата обращения: 03.04.2023.

12

Профиль Сатоши Накамото на сайте P2P Foundation. URL: https://p2pfoundation.ning.com/profile/SatoshiNakamoto. Дата обращения: 03.04.2023.

13

Walker H., Wile R. What Did This Swiss Software Developer Have To Do With The Launch Of Bitcoin? // Business Insider, 01.04.2014. URL: https://www.businessinsider.com/swiss-software-developer-bitcoin-2014-4?r=DE&IR=T. Дата обращения: 03.04.2023.

14

Karaivanov D. Satoshi Nakamoto Lived in London While Working on Bitcoin. Here’s How We Know // The Chain Bulletin, 23.11.2020. URL: https://chainbulletin.com/satoshi-nakamoto-lived-in-london-while-working-on-bitcoin-heres-how-we-know/. Дата обращения: 03.04.2023.

15

Goodman L. M. Face behind bitcoin // Newsweek, 03.06.2014. URL: https://www.newsweek.com/2014/03/14/face-behind-bitcoin-247957.html. Дата обращения: 03.04.2023.

16

Satoshi Nakamoto goes public and denies he’s bitcoin founder. URL: https://www.youtube.com/watch?v=BoboO6QPGow. Дата обращения: 03.04.2023.

17

Greenberg A., Branwen G. Is Bitcoin’s Creator this Unknown Australian Genius? Probably Not и This Australian Says He and His Dead Friend Invented Bitcoin. // Wired, 08.12.2015. URL: https://www.wired.com/2015/12/bitcoins-creator-satoshi-nakamoto-is-probably-this-unknown-australian-genius. Дата обращения: 03.04.2023. Biddle S. Cush A. This Australian Says He and His Dead Friend Invented Bitcoin // Gizmodo, 02.05.2016. URL: https://gizmodo.com/this-australian-says-he-and-his-dead-friend-invented-bi-1746958692. Дата обращения: 03.04.2023.

18

Australian Craig Wright claims to be Bitcoin creator // BBC News, 02.05.2016. URL: https://www.bbc.co.uk/news/technology-36168863. Дата обращения: 03.04.2023.

19

Почему Крейг Райт — не Сатоси Накамото // Bits Media, 04.05.2016. URL: https://bits.media/pochemu-kreyg-rayt-ne-satosi-nakamoto. Дата обращения: 03.04.2023.

20

Gibbs S. Nine Bitcoin alternatives for future currency investments // The Guardian. URL: https://www.theguardian.com/technology/2013/nov/28/bitcoin-alternatives-future-currency-investments. Дата обращения: 03.04.2023.

21

Metz C. Bitcoin Is Flawed, But It Will Still Take Over the World // Wired, 25.11.2013. URL: https://www.wired.com/2013/11/bitcoin-and-deflation. Дата обращения: 03.04.2023.

22

Hern A. Missing: hard drive containing Bitcoins worth £4m in Newport landfill site // The Guardian, 27.11.2013. URL: https://www.theguardian.com/technology/2013/nov/27/hard-drive-bitcoin-landfill-site. Дата обращения: 03.04.2023.

23

Британец случайно выбросил диск с биткоинами на 287 млн долларов и теперь просит власти о помощи // BBC News, 14.01.2021. URL: https://www.bbc.com/russian/news-55670519. Дата обращения: 03.04.2023.

24

Ross Ulbricht used “altoid” alias to promote Silk Road // Financial Times, 26.01.2015. URL: https://www.ft.com/content/e4f85510-a58b-11e4-8636-00144feab7de. Дата обращения: 03.04.2023.

25

United States Files A Civil Action To Forfeit Cryptocurrency Valued At Over One Billion U.S. Dollars. URL: https://www.justice.gov/usao-ndca/pr/united-states-files-civil-action-forfeit-cryptocurrency-valued-over-one-billion-us. Дата обращения: 03.04.2023.

26

Criminal complaint. URL: https://www.justice.gov/sites/default/files/opa/press-releases/attachments/2015/03/30/criminal_complaint_force.pdf. Дата обращения: 03.04.2023.

27

Онлайн-конференция «Биткоин: переходим на электронные деньги». URL: http://web.archive.org/web/20150605025334/http://www.ilerney.com/conf/virtmoney/. Дата обращения: 03.04.2023.

28

Участники конференции. URL: https://2012.codefest.ru/members. Дата обращения: 03.04.2023.

29

Сообщения пользователя casinonsk. URL: https://domenforum.net/search.php?searchid=1814901. Дата обращения: 03.04.2023.

30

Brito J. Online Cash Bitcoin Could Challenge Governments, Banks // Time, 16.04.2011. https://techland.time.com/2011/04/16/online-cash-bitcoin-could-challenge-governments/. Дата обращения: 03.04.2023.

31

Greenberg A. Crypto currency // Forbes, 20.04.2011. URL: https://www.forbes.com/forbes/2011/0509/technology-psilocybin-bitcoins-gavin-andresen-crypto-currency.html?sh=3fd81af0353e. Дата обращения: 03.04.2023.

32

New exchange (Bitcoin Market). URL: https://bitcointalk.org/index.php?topic=20.0. Дата обращения: 03.04.2023.

33

5 Things About Mt. Gox’s Crisis // The Wall Street Journal, 25.02.2014. URL: https://web.archive.org/web/20140302125620/https://blogs.wsj.com/five-things/2014/02/25/5-things-about-mt-goxs-crisis/. Дата обращения: 03.04.2023.

34

Williams-Grut O. How traders «pump and dump» cryptocurrencies // Business Insider, 14.11.2017. URL: https://www.businessinsider.com/how-traders-pump-and-dump-cryptocurrencies-2017-11. Дата обращения: 03.04.2023.

35

Не все то золото. Почему Litecoin называют «цифровым серебром» // РБК, 29.01.2018. URL: https://www.rbc.ru/crypto/news/5a6f3c259a7947a4285bca42. Дата обращения: 03.04.2023.

36

«Экономика»: что такое криптовалюты // Москва 24, 06.06.2013. URL: https://www.m24.ru/shows1/2/20832. Дата обращения: 03.04.2023.

37

Компания Meta Platforms Inc., владеющая социальными сетями Facebook и Instagram, признана экстремистской организацией и запрещена в РФ.

38

Архивная версия сайта Coinmarketcap. URL: http://web.archive.org/web/20130511064211/http://coinmarketcap.com. Дата обращения: 03.04.2023.

39

Иванов Л. Крымская прокуратура завела уголовное дело на стрелков Луценко // Обком, 24.03.2005. URL: http://obkom.net.ua/news/2005-03-24/0855.shtml. Дата обращения: 03.04.2023.

40

Штерингард Н. ФБР, «ДНР» и $1 млрд — основатель BTC-e рассказал о том, что происходит с легендарной биржей // Forklog, 21.07.2018. URL: https://forklog.com/fbr-dnr-i-1-mlrd-osnovatel-btc-e-rasskazal-o-tom-chto-proishodit-s-legendarnoj-birzhej/. Дата обращения: 03.04.2023.

41

Об использовании при совершении сделок «виртуальных валют», в частности биткоина. URL: http://www.cbr.ru/press/pr/?file=27012014_1825052.htm. Дата обращения: 03.04.2023.

42

Информационное сообщение «Об использовании криптовалют». URL: https://web.archive.org/web/20220213170030/https://fedsfm.ru/news/957. Дата обращения: 03.04.2023.

43

Facilitating Online Contractual Agreements With Vitalik Buterin. URL: https://www.eyerys.com/articles/people/facilitating-online-contractual-agreements-vitalik-buterin. Дата обращения: 03.04.2023.

44

Шароян С., Тофанюк Е. Звезда «эфира»: как программист из России планирует блокчейн-революцию // РБК, 06.06.2016. URL: https://www.rbc.ru/magazine/2016/06/574dd8eb9a794781cdb1776b. Дата обращения: 03.04.2023.

45

A Next-Generation Smart Contract and Decentralized Application Platform. URL: http://web.archive.org/web/20140603225656/https://github.com/ethereum/wiki/wiki/[English]-White-Paper. Дата обращения: 03.04.2023.

46

Оттер Т. Захватывающая история The DAO: работа над ошибками // Forklog, 17.06.2016. URL: https://forklog.com/zahvatyvayushhaya-istoriya-the-dao-rabota-nad-oshibkami. Дата обращения: 03.04.2023.

47

Протокол слушаний в Сенате США. URL: https://www.hsgac.senate.gov/hearings/beyond-silk-road-potential-risks-threats-and-promises-of-virtual-currencies. Дата обращения: 03.04.2023.

48

Jeffries A. Bitcoin hits $700 during surprisingly friendly Senate hearing on the virtual currency // The Verge, 19.11.2013. URL: https://www.theverge.com/2013/11/18/5119062/senate-committee-hearing-on-bitcoin. Дата обращения: 03.04.2023.

49

Russian Cybercriminals Drive Significant Ransomware and Cryptocurrency-based Money Laundering Activity. URL: https://blog.chainalysis.com/reports/2022-crypto-crime-report-preview-russia-ransomware-money-laundering. Дата обращения: 03.04.2023.

50

Founder and Majority Owner of Bitzlato, a Cryptocurrency Exchange, Charged with Unlicensed Money Transmitting. URL: https://www.justice.gov/usao-edny/pr/founder-and-majority-owner-bitzlato-cryptocurrency-exchange-charged-unlicensed-money. Дата обращения: 03.04.2023.

51

Tracking Friedcat After His Missing in 2015 // 8BTC, 15.02.2015. URL: https://news.8btc.com/tracking-friedcat-after-his-missing-in-2015. Дата обращения: 03.04.2023.

52

Hajdarbegovic N. BTC-e: Our Recent Issues Were Caused By a Surge In Users // CoinDesk, 11.12.2013. URL: https://www.coindesk.com/markets/2013/12/11/btc-e-our-recent-issues-were-caused-by-a-surge-in-users. Дата обращения: 03.04.2023.

53

Сошников А. Загробная жизнь Сергея Мавроди. Как его адепты строят новые МММ // BBC News, 20.07.2018. URL: https://www.bbc.com/russian/features-44870161. Дата обращения: 03.04.2023.

54

Бизнес-секреты: Сергей Мавроди. URL: https://www.youtube.com/watch?v=dnmgnDqKL9c&t=629s. Дата обращения: 03.04.2023.

55

“I’m no crook”, declares MMM scamster, while claiming credit for the Bitcoin price spike // Financial Times, 09.11.2015. URL: https://www.ft.com/content/15ee4fb1-ba31-3fbc-bd21-a9ade032c1a5. Дата обращения: 03.04.2023.

56

Kazeem Y. A controversial Russian Ponzi scheme is betting on Bitcoin to relaunch in Nigeria // Quartz, 11.01.2017. URL: https://qz.com/africa/881054/a-controversial-russian-ponzi-scheme-is-betting-on-bitcoin-to-relaunch-in-nigeria. Дата обращения: 03.04.2023.

57

Последнее интервью Мавроди: «Финансовый апокалипсис — лучшая благотворительность для общества» // Forbes, 26.03.2018. URL: https://www.forbes.ru/forbeslife/359205-poslednee-intervyu-mavrodi-finansovyy-apokalipsis-luchshaya-blagotvoritelnost-dlya. Дата обращения: 03.04.2023.

58

Биткоин бьет рекорд за рекордом. Что дальше? // BBC News, 29.11.2017. URL: https://www.bbc.com/ukrainian/features-russian-42174673. Дата обращения: 03.04.2023.

59

Биткоин может стать новым классом активов — почетный председатель CME Group // Reuters, 07.11.2017. URL: https://www.reuters.com/article/orubs-cme-group-bitcoin-idRUKBN1D71KI-ORUBS. Дата обращения: 03.04.2023.

60

Floyd D. $6.3 Billion: 2018 ICO Funding Has Passed 2017’s Total // CoinDesk, 19.04.2018. URL: https://www.coindesk.com/markets/2018/04/19/63-billion-2018-ico-funding-has-passed-2017s-total. Дата обращения: 03.04.2023.

61

Все бизнес-активы интернет-омбудсмена России признаны банкротами // CNews, 05.11.2020. URL: https://www.cnews.ru/news/top/2020-11-05_vse_biznesaktivy_internetombudsmena. Дата обращения: 03.04.2023.

62

Российский суперпроцессор для майнинга разогнали до 2 ГГц. Он превосходит новейший чип Nvidia // CNews, 09.04.2021. URL: https://www.cnews.ru/news/top/2021-04-09_rossijskij_superprotsessor. Дата обращения: 03.04.2023.

63

344 кражи майнингового оборудования случилось в Приангарье в 2021 году, ущерб — 160 млн рублей // IrCity, 02.02.2022. URL: https://ircity.ru/news/61904. Дата обращения: 03.04.2023.

64

Богатых-Корк А. Игорный бизнес, или Сколько можно заработать на чужом азарте // Baikal Info, 28.10.2004. URL: http://baik-info.ru/sm/2004/43/010001.html. Дата обращения: 03.04.2023.

65

Казахстан вошел в топ-5 стран по уровню развития криптовалютного майнинга // Forbes Казахстан, 29.06.2020. URL: https://forbes.kz/process/technologies/kazahstan_voshel_v_top-5_stran_po_urovnyu_razvitiya_kriptovalyutnogo_mayninga. Дата обращения: 03.04.2023.

66

Панкратова И., Стогней А., Дадашова К. Крипто-Наполеон, партнер экс-министра и любимец женщин: что известно об основателях рухнувшей пирамиды Finiko // The Bell, 12.08.2021. URL: https://thebell.io/kripto-napoleon-partner-eks-ministra-i-lyubimets-zhenshhin-chto-izvestno-ob-osnovatelyah-ruhnuvshej-piramidy-finiko. Дата обращения: 03.04.2023.

67

«Через Finiko прошли от 800 тысяч до 1 миллиона человек»: большое интервью Кирилла Доронина // Бизнес Online, 28.07.2021. URL: https://www.business-gazeta.ru/article/517239. Дата обращения: 03.04.2023.

68

Судьбу Finiko решают силовики: что Доронин пообещал на допросе в полиции? // Бизнес-Online, 14.07.2021. URL: https://www.business-gazeta.ru/article/515712. Дата обращения: 03.04.2023.

69

Джесс Л. Неизвестные вывели 750 BTC с кошелька пирамиды «Финико» // Foklog, 11.11.2021. URL: https://forklog.com/news/neizvestnye-vyveli-750-btc-s-koshelka-piramidy-finiko. Дата обращения: 03.04.2023.

70

Организация признана в РФ экстремистской и запрещена.

71

Минфин намерен ввести ответственность за распространение биткоинов // РБК, 07.04.2015. URL: https://www.rbc.ru/rbcfreenews/5523a0f09a7947bbd02da37d. Дата обращения: 03.04.2023.

72

Блокчейн — рождение новой экономики. URL: https://forumspb.com/news/oficial/35679/?sphrase_id=141420. Дата обращения: 03.04.2023.

73

История на тысячи биткоинов: Павел Лернер — о своем похищении // ЛIГА. net, 31.01.2018. URL: https://biz.liga.net/all/it/interview/istoriya-na-tysyachi-bitkoinov-pavel-lerner-o-svoem-pokhishchenii. Дата обращения: 03.04.2023.

74

Интервью Ивана Петуховского (EXMO) на канале РБК. URL: https://www.youtube.com/watch?v=ZO9qpj-5Bp0. Дата обращения: 03.04.2023.

75

Биржа криптовалют EXMO и еще 9 бизнесов с суммарной капитализацией $300 млн. URL: https://www.youtube.com/watch?v=YbwN1jJEB9U&t=118s. Дата обращения: 03.04.2023.

76

Стенограмма допроса Дурова. URL: https://thebell.io/wp-content/uploads/2020/01/Durov-1-22.pdf. Дата обращения: 03.04.2023.

77

Kravchenko S., Ali N., Khrennikov I. This $5 Billion Encrypted App Isn’t for Sale at Any Price // Bloomberg, 12.12.2017. URL: https://www.bloomberg.com/news/articles/2017-12-12/cryptic-russian-crusader-says-his-5-billion-app-can-t-be-bought. Дата обращения: 03.04.2023.

78

Черкашин П. «Дуров бросил их с криком “Спасайся, кто может”»: история краха TON глазами инвестора // Forbes, 14.05.2020. URL: https://www.forbes.ru/tehnologii/400483-durov-brosil-ih-s-krikom-spasaysya-kto-mozhet-istoriya-kraha-ton-glazami-investora. Дата обращения: 03.04.2023.

79

Обвинительное заключение. URL: https://www.justice.gov/usao-ndca/press-release/file/984661/download. Дата обращения: 03.04.2023.

80

Scheck J., Hope B. The Man Who Solved Bitcoin’s Most Notorious Heist // The Wall Street Journal, 10.08.2018. URL: https://www.wsj.com/articles/the-man-who-solved-bitcoins-most-notorious-heist-1533917805. Дата обращения: 03.04.2023.

81

От англ. open-source intelligence.

82

Ашманов И. Спасение рядового Зубахи // Roem.ru, 12.04.2013. URL: https://roem.ru/12-04-2013/116728/spasenie-ryadovogo-zubahi. Дата обращения: 03.04.2023.

83

Помощник раскрыл детали гибели адвоката Тимофея Мусатова в «подпольном» пабе // Московский комсомолец, 24.04.2020. URL: https://www.mk.ru/incident/2020/04/24/pomoshhnik-raskryl-detali-gibeli-advokata-timofeya-musatova-v-podpolnom-pabe.html. Дата обращения: 03.04.2023.

84

Alleged Russian Cryptocurrency Money Launderer Extradited to United States. URL: https://www.justice.gov/opa/pr/alleged-russian-cryptocurrency-money-launderer-extradited-united-states. Дата обращения: 03.04.2023.

85

Захаров А. Биткоины для ДНР: ополченец Морячок покупает скандальную криптобиржу // РБК, 04.07.2018. URL: https://www.rbc.ru/finances/04/07/2018/5b3b9ed99a79475f83b4f168?. Дата обращения: 03.04.2023.

86

Захаров А. Бывший ополченец Морячок из ДНР отказался покупать криптобиржу Wex // РБК, 26.07.2018. URL: https://www.rbc.ru/technology_and_media/26/07/2018/5b59d9ad9a79474a8a239840. Дата обращения: 03.04.2023.

87

Захаров А. «Морячок» из ДНР купил биржу криптовалют и начал охоту на «сокровища Винника» // BBC News, 05.12.2018. URL: https://www.bbc.com/russian/features-46444479. Дата обращения: 03.04.2023.

88

Организация признана террористической, ее деятельность запрещена на территории РФ.

89

Berwick A., Wilson T. Special Report: How crypto giant Binance built ties to a Russian FSB-linked agency // Reuters, 23.04.2022. URL: https://www.reuters.com/technology/how-crypto-giant-binance-built-ties-russian-fsb-linked-agency-2022-04-22. Дата обращения: 03.04.2023.

90

Захаров А. Биткоины в «фонд ФСБ»: как исчезли $450 млн с криптобиржи Wex // BBC News, 15.11.2019. URL: https://www.bbc.com/russian/features-50420738. Дата обращения: 03.04.2023.

91

Захаров А. Третий месяц эвакуаций в России. Что известно о лжеминере? // BBC News, 14.02.2020. URL: https://www.bbc.com/russian/features-51506822. Дата обращения: 03.04.2023.

92

Муртазин И. Под крышей «Дружбы» // Новая газета, 13.03.2019. URL: https://novayagazeta.ru/articles/2019/03/13/79856-pod-kryshey-druzhby. Дата обращения: 03.04.2023.

93

Сухаревская А. Как купить или продать криптовалюту за наличные // Ведомости, 10.09.2018. URL: https://www.vedomosti.ru/technology/articles/2018/09/10/780482-kupit-kriptovalyutu. Дата обращения: 03.04.2023.

94

«Москва-Сити» — контора депутата Лугового — криптобиржа — банковский счет // Досье, 19.12.2022. URL: https://dossier-center.appspot.com/crypto-moscow/?fbclid=IwAR1KpAkS6gj4A5Q3ZyXjokGFP03D9E6t9tb-Tbu5fhxpXWBFCuXRScDkGEg. Дата обращения: 03.04.2023.

95

Mehrotra K., Kharif O. Ransomware HQ: Moscow’s Tallest Tower Is a Cybercriminal Cash Machine // Bloomberg, 03.11.2021. URL: https://www.bloomberg.com/news/articles/2021-11-03/bitcoin-money-laundering-happening-in-moscow-s-vostok-tower-experts-say. Дата обращения: 03.04.2023.

96

Позычанюк В. Русские криптоотмыватели. Как устроен бизнес попавшего под санкции обменника Suex // The Bell, 27.09.2021. URL: https://thebell.io/russkie-kriptootmyvateli-kak-ustroen-biznes-popavshego-pod-sanktsii-obmennika-suex. Дата обращения: 03.04.2023.

97

Alleged Russian Money Launderer Extradited from the Netherlands to U.S. URL: https://www.justice.gov/opa/pr/alleged-russian-money-launderer-extradited-netherlands-us. Дата обращения: 03.04.2023.

98

Bitcoin City & Bitcoins Bonds announcement by El Salvador’s President Nayib Bukele. URL: https://www.youtube.com/watch?v=tqoJkVvKmy0&t=698s. Дата обращения: 03.04.2023.

99

«Талибан» признан террористической организацией и запрещен в РФ.

100

At El Salvador’s Bitcoin Beach, a glimpse of crypto economy // Independent, 11.06.2021. URL: https://www.independent.co.uk/news/at-el-salvadors-bitcoin-beach-a-glimpse-of-crypto-economy-el-salvador-nayib-bukele-pacific-people-experts-b1863884.html. Дата обращения: 03.04.2023.

101

Тайди Д. Рисковое крипточудо Сальвадора — страны, где платят биткоином // BBC News, 16.06.2022. URL: https://www.bbc.com/russian/features-61833013. Дата обращения: 03.04.2023.

102

URL: https://twitter.com/cz_binance/status/1590698521195610113. Дата обращения: 03.04.2023.

103

Захаров А., Пушкарская А. Ван Гог и «Криптопанки»: как Эрмитаж продает NFT-картины, если сделки с криптовалютой запрещены // BBC News, 19.11.2021. URL: https://www.bbc.com/russian/features-59322601. Дата обращения: 03.04.2023.

104

Vigna P. NFT Sales Are Flatlining // The Wall Street Journal, 03.05.2022. URL: https://www.wsj.com/articles/nft-sales-are-flatlining-11651552616. Дата обращения: 03.04.2023.

105

Захаров А., Фохт Е., Голубева А. «Какая проблема перерисовать данные?» Что случилось с электронным голосованием в Москве // BBC News, 20.09.2021. URL: https://www.bbc.com/russian/features-58631126. Дата обращения: 03.04.2023.

106

ЦБ предложил запретить обращение криптовалют в России. Блумберг пишет, что Набиуллину убедила ФСБ // BBC News, 20.01.2022. URL: https://www.bbc.com/russian/news-60064826. Дата обращения: 03.04.2023.

107

Ирина Волк: Следователи МВД России расследуют первое в стране уголовное дело о растрате денежных средств и имущества криптовалютной биржи // МВД Медиа, 22.03.2022. URL: https://mvdmedia.ru/news/ofitsialnyy-predstavitel/irina-volk-sledovateli-mvd-rossii-rassleduyut-pervoe-v-strane-ugolovnoe-delo-o-rastrate-denezhnykh-s. Дата обращения: 18.04.2023.

108

Криптобиржа Wex и британские спецслужбы: кто на самом деле стоял за «минированием» школ в России // Царьград, 30.03.2022. URL: https://tsargrad.tv/investigations/kriptobirzha-wex-i-britanskie-specsluzhby-kto-na-samom-dele-stojal-za-minirovaniem-shkol-v-rossii_520476. Дата обращения: 03.04.2023.

109

Джесс Л. Средства на счетах биткоин-биржи Wex пришли в движение // Forklog, 17.09.2021. URL: https://forklog.com/news/sredstva-na-schetah-bitkoin-birzhi-wex-prishli-v-dvizhenie. Дата обращения: 03.04.2023.

110

Ирина Волк: Следователи МВД России расследуют первое в стране уголовное дело о растрате денежных средств и имущества криптовалютной биржи // МВД Медиа, 22.03.2022. URL: https://mvdmedia.ru/news/ofitsialnyy-predstavitel/irina-volk-sledovateli-mvd-rossii-rassleduyut-pervoe-v-strane-ugolovnoe-delo-o-rastrate-denezhnykh-s. Дата обращения: 03.04.2023.

111

Признан в РФ иностранным агентом.

112

Эврика! «Муниципальный сканер» изучил компанию, которая связана со взломом почты президента Франции // Scanner project, 31.05.2017. URL: https://munscanner.com/2017/05/evrika-makron. Дата обращения: 03.04.2023.

113

Телеканал «Дождь» признан в РФ иностранным агентом.

114

Жолобова М. Находящиеся под следствием в Испании члены тамбовско-малышевской ОПГ ведут бизнес в России // Дождь, 20.04.2018. URL: https://tvrain.tv/news/nahodjaschiesja_pod_sledstviem_v_ispanii_chleny_tambovsko_malyshevskoj_opg_vedut_biznes_v_rossii-462194. Дата обращения: 03.04.2023.

115

Захаров А. «Близкая знакомая Путина» Кривоногих сдает квартиру с лифтом за 700 тысяч рублей в месяц // BBC News, 07.04.2022. URL: https://www.bbc.com/russian/features-61026315. Дата обращения: 03.04.2023.

116

В Петербурге пропал сосед Ротенберга, Тимченко и Ковальчука // 47News, 21.12.2022. URL: https://47news.ru/articles/223724. Дата обращения: 03.04.2023.

117

Джесс Л. С кошелька биржи BTC-e вывели 10 000 BTC. Часть ушла на HitBTC и MEXC // Forklog, 24.11.2022. URL: https://forklog.com/news/s-koshelka-birzhi-btc-e-vyveli-10-000-btc-chast-ushla-na-hitbtc. Дата обращения: 03.04.2023.

118

Там же.

119

Newton C. Outfoxed: how protests forced Mozilla’s CEO to resign in 11 days // The Verge, 03.04.2014. URL: https://www.theverge.com/2014/4/3/5579516/outfoxed-how-protests-forced-mozillas-ceo-to-resign-in-11-days. Дата обращения: 03.04.2023.

120

Kapur M. This chart from Mastodon’s creator shows just how angry some Indian Twitter users are // Quartz, 12.11.2019. URL: https://qz.com/india/1746734/angry-twitter-india-users-are-migrating-to-mastodon-in-thousands. Дата обращения: 03.04.2023.

121

Twitter rival Mastodon rejects funding to protect non-profit status // Financial Times, 28.12.2022. URL: https://www.ft.com/content/de808736-2e05-4c3b-a53c-55b170ae9efd. Дата обращения: 03.04.2023.

122

Buterin V. On Path Independence. URL: https://vitalik.ca/general/2017/06/22/marketmakers.html. Дата обращения: 03.04.2023.

123

Что такое Uniswap (UNI) // Forklog, 03.05.2022. URL: https://forklog.com/cryptorium/chto-takoe-uniswap. Дата обращения: 03.04.2023.

Content

Андрей Захаров
Крипта
Как шифропанки, программисты и жулики сковали Россию блокчейном

Предисловие

Часть первая Партизаны

Поздравление для электрика

Меняла с Арбата

«Пасхальное яйцо» от Сатоши Накамото

Анонимные биткоины со свалки

Шифропанк из Тольятти

Киберсквоттер из Новосибирска

Между пампом и дампом

Криптоволхв Бальтазар

От звездных войн до криптовалютных стаканов

Светлейший и его бригадир

Криптопропаганда в баре

Партизаны выходят из блокчейна

Часть вторая Романтики

Молоток сенатора Карпера

От русского майнера до американской тюрьмы

Анонимность навсегда

Мэр от «Единой России»

Конкурент биткоина от «Сергея Мавроди»

Бум ICO

Иркутск — столица российского майнинга

Русская криптопирамида

История о том, как встретились Владимир Владимирович и Виталик

Не стать BTC-e

Спин-офф и арест

Часть третья Реалисты

Запрет криптовселенной от Павла Дурова

Анабасис Винника

Суетливый номинал

Как «Морячок» собрался Wex покупать

Биткоины в «фонд ФСБ»

Заминированная Россия

Криптообменники в Москве

Сальвадорская пицца за биткоин

NFT-схематоз от Эрмитажа

Спасение в крипте

«Призрак» материализуется

Послесловие

Глоссарий

Примечания