Сергей Вишневский

Большой круг 1: Такая работа

Предисловие

Большая, просторная комната. Одна из трех. Хороший, но не первой свежести ремонт.

В воздухе висела легкая дымка от табака, смесь запаха перегара и немытого тела. Коричневые обои явно намекали, что курили здесь постоянно.

Сквозь занавески проникали лучи света, освещая царивший в помещении бардак. На полу валялись стеклянные и пластиковые бутылки, пакеты, местами виднелись бычки от сигарет, грязные вещи. На подоконнике сиротливо стояла картонная пачка от вина и все это было покрыто слоем пыли и грязи.

В комнате стоял низкий журнальный столик, на котором лежали несколько аптечных пузырьков со спиртом и каких-то настоек.

Посреди комнаты, одетый в лучших традициях девяностых, стоял мужчина в растянутых трениках, заношенной и посеревшей от грязи майке с недельной щетиной на лице. В трясущееся руки набирали цифры на мобильном телефоне. Взгляд все время возвращался к старому дивану из кожзама, на котором сидело существо.

Гость был не очень похож на человека и имел ряд существенных отличий. Во-первых, — у него были рога, во-вторых, копыта, ну и в-третьих, венчала это безобразие козья голова. Однако, несмотря на отсутствие полноценного речевого аппарата говорил он весьма внятно и четко. В общем, перед типичным алкоголиком-затворником сидел самый настоящий демон.

— И-илья? Слыш-шишь м-меня? — заикаясь и вытирая пот со лба произнес мужчина. — Слушай, у меня проблемы. Нет, денег не надо. В смысле надо, но дело не в этом. Тут... Вобщем... Ты же еще работаешь в психиатрической клинике?

Мужчина шумно сглотнул, выслушал ответ и начал сбивчиво бормотать в трубку.

— У меня на диване демон сидит, да... с рогами и копытами. Говорит? Да, говорит... Работу предлагает. — алкаголик вытер пот со лба. — Как я себя чувствую? Если честно — не очень... Мутит, и слабость. Пот в три ручья идет. Пью? Да, но... Да. Эх-х-х... Ну примерно месяц. Понял. Жду.

Мужчина завершил вызов и облизнул пересохшие губы.

— Так что за работа? — задал он вопрос и оглянулся. На глаза попалась полторашка, на дне которой еще плескалась жидкость.

— Та, о которой ты всегда мечтал! — пафосно произнес гость и закинул ногу на ногу.

— Та работа, о которой я мечтал всю жизнь — оказалась пшиком! Я ненавижу свою работу! — сквозь зубы произнес мужчина. — Врачи уже давно не спасают людей, они оказывают услуги.

— А я предлагаю работу мечты! — демон сложил кисти в замок и добавил: — По настоящему! Без условностей и имитации!

Алкоголик выдал нервный смешок и произнес с изрядной издевкой:

— Ты видимо не понял, — грустно усмехнулся человек. — Вся моя жизнь, все во что я верил — оказалось никому не нужным дерьмом! Сколько бы я не спасал, сколько бы я не лечил, сколько бы рядом со мной не умирали — все это... просто работа. Ни должность, ни статус, ни кандидатские регалии, ничто не помогло. Все было тщетно... Это просто ненужная суета...

— Ты меня слышишь, но не слушаешь! — процедил незванный гость. — Ты получишь то, о чем мечтал!

— И что же это?

— Поклонение, благодарность, статус, богатство, власть! — Слова звучали очень отчетливо и громко, не смотря на то, что козлиная голова едва двигала губами. Под конец своей тирады демон добавил шепотом: — Ну и самое главное — смысл жизни!

— Тоже мне! — скривился алкаш, едва держащийся на ногах.

— Тебе мало обретения смысла твоей жизни? Ведь ты всю жизнь к этому стремился, ты потратил большую ее часть на учебу, практику, исследования... Вон, даже кандидатскую написал! Разве это не стремление к власти? Ты не хотел лучшего? Теплого места, преклонения, уважения, благодарности? Не ври себе! — демон хохотнул, но его смех был очень похож на блеяние. — Я дам тебе все это! Соглашайся!

— Тогда выполни одно мое желание!

— Наглости тебе не занимать! Я предлагаю все, чего ты пытался достичь всю жизнь, а ты еще и ставишь условия?! — козлоногий подался вперед, и повернул голову так, чтобы ему было лучше видно собеседника.

— Это тебе нужны работники, — попытался вывести логическую цепочку мужчина. Он уже поднял полторашку и открутил крышку. В нос ударил запах пива. Пара глотков и алкоголик сморщился от вкуса старого, скисшего и выдохнувшегося пива. — Ты же не думаешь, что я поверю, что это будет бесплатно? Ты же демон! Демоны никогда и ничего не делают просто так...

— Ты поражаешь, своей упертостью, тебе бы очень подошла голова барана! — демон снова издал звук, напоминающий блеяние и скрестив руки на груди откинулся на диване. — Осталось мало времени, но я готов выслушать твои условия.

Мужчина шагнул к креслу, но его понесло в сторону. Он навалился плечом на полку, где опрокинулась рамка с фотографией. На ней были улыбающаяся молодая женщина и мальчишка лет пяти. В углу рамки — черная ленточка. Марк поставил рамку, и не оборачиваясь, глухо произнес:

— Верни их. — Взглянув на демона, он встретил внимательный взгляд. На брови повисла капелька пота. Стало трудно дышать, вдох прихошлось делать с усилием. — Верни и я... Как у вас там?.. Душу продам!.. А?.. Или палачом?.. Я убивал! Я могу... Нет? Я согласен на все!.. Только верни...

Незванный гость несколько секунд молчал, а затем оскалил зубы, которые, к слову, оказались ни разу не козлиными, а потом засмеялся на всю комнату визглявым голосом. Он ржал минуты полторы, противно, заливисто, можно сказать, истерично, но в какой-то миг резко замолчал и ответил нормальным голосом:

— Никто не может вернуть мертвых. Никто и никогда.

— Тогда мне больше ничего не нужно, — со вздохом ответил Марк и устало сполз прямо на пол, вытянув ноги, и пнул пустую бутылку из под водки. Дыхание стало шумным и накатила сонливость.

— Но мы можем кое-что поменять. Да... Кое-что мы можем! — козлоголовый погладил себя по бородке. — Я могу сделать так, чтобы они жили.

— Я согласен... на все...

— Отлично! Это значительно упрощает наше дело!

— Что нужно делать?.. Где расписаться? — дыхание начало перехватывать, мужчина уже дышал, как загнанная лошадь. Он очень старался не закрывать глаза. Голова кружилась все сильнее и сильнее. Демон начал двоиться, пот катился градом, во рту все пересохло.

— Если согласен — просто перестань сопротивляться и спи. Проснешься уже на месте... на рабочем месте.

Веки стали очень тяжелыми. Держать глаза открытыми уже было не по силам.

— Сдается мне, что я больше не проснусь, — прошептал мужчина, — грудь жгло от быстрого дыхания, словно туда кто-то плеснул кипятка.

— Здесь? Точно нет. — донесся голос демона.

В следующий миг голова Марка безвольно повисла на груди, а сознание унеслось в такие дали, из которых обычно не возвращаются.

* * *

Болотов Марк Сергеевич. Родился, вырос, учился, служил в армии, снова учился, работал, женился, похоронил родителей, потом семью, выгорел, спился, умер. Просто и понятно. Как же все было просто.

Вспоминая о той жизни, я не могу сказать, что поступал неправильно, нет. Вырос в благополучной семье, школу закончил без троек, отслужил рядовым, отучился в медицинском и стал реаниматологом. Но после смерти родителей что-то пошло не так. И ком жизненных неудач постоянно рос. Нет, не долги, но... Дальше кандидатской не ушел, на работе меня выставили виновным в смерти неизлечимо больной, суд, прокуратура, нервы, а потом семья вместе с самолетом пропадает с радаров над тихим океаном, очередной суд и лишение права заниматься профессиональной деятельностью, запой, непроглядная тьма.

Плохо помню этот период. По моему опыту, после года постоянной и беспробудной пьянки — от мозгов мало что остается, видимо эта деталь и оставила мне скудный набор воспоминаний о последнем периоде. Еще помню, что за день до появления того коз... назовем его все же демоном. За день до его появления, я помню, как разглядывал свой надувшийся живот и набухшие вены на нем, радиально расходящиеся от пупка. Коллеги сразу бы забормотали «Голова медузы» и я полностью с ними согласен — цирроз печени. Это был прощальный вояж от печени в область малого таза и прямой намек: «Печени не осталось, милорд!».

Да-а-а. Пил я много. Пока были деньги — пил то, что лучше, потом то, что дешевле, а под занавес — то, на что наскреб денег. Хвастаться определенно нечем. Очень хотелось забыть тот период, но я четко понимал, что воспоминания о том периоде и чудовище посетившем меня тогда, не давали мне снова убежать в стакан. В ту, чертову бездну, на глубине которой живет безразличное существо и повинуется всего одной команде — «Найди, выпей, забудь!».

Что до последнего моего дня, то я не раз прокручивал его в голове. Умер я явно не из-за цирроза. Было слишком рано, да и умирали цирозники совершенно по другому. В голове остались варианты безумного закисления крови и обширного инфаркта, но, если честно, я в них не очень-то верил. Неклассическая картина была, слишком не классическая. Но есть еще один вариант, который мне кажется самым вероятным. И этот вариант — воздействие того самого коз... демона. Да, вариант, что это существо меня отправило сюда принудительно, отбрасывать тоже нельзя. Не удивлюсь, если и выбора у меня тогда не было. От слова совсем...

Глава 1

— Мак! Мак! Пошли с нами! — крикнул мальчишка, лет десяти на вид.

Он обращался к крупному парню, двенадцати лет . Последний был занят тем, что таскал из ручья воду в большую бочку у кузницы.

— Не, — мотнул головой Мак.

— Ну! Пошли, будет весело! — не унимался мальчишка.

— Не, — снова мотнул головой здоровяк. Он вылил пару ведер в бочку, закатал рукава на мускулистых руках, и вновь отправился к колодцу. — Аботать надо.

Здоровяк совсем не выговаривал букву «Р», к тому же, лицо явно намекало на отсутствие глубокого ума.

— Да брось ты его! — одернула мальчишку подбежавшая девчонка с русой косичкой. — Мама говорит — на нем проклятье, вот он и не играет никогда.

Заводила еще раз глянул на спину здоровяка, по детским меркам, и вздохнул.

— Вот бы его на кучу малу с «Заречными» взять! Мы бы их до самой реки гнали!

— Пошли, — дернула его за рукав девочка. — Рут говорит, в медвежьем логе малина поспела.

Парочка убежала в направлении леса, а здоровяк продолжил свое дело. Сегодня Мак помогал в кузнице. Ничего сложного. До прихода кузнеца он натаскал воды, разжег горн, и быстро прибрался в кузне. Обычно он раскладывал инструменты вечером, но вчера допоздна паренек помогал рыбакам — проверял плетеные морды, смолил с ними нехитрые лодки и правил снасти.

Кузнец сегодня появился поздно, но со свертком еды и кувшином, от которого пахло кислым квасом.

— Готов? — коротко спросил он.

Марк кивнул и кинул заинтересованный взгляд на сверток. Поняв, что помощник голодный, кузнец достал из свертка один небольшой пирог и протянул его подростку.

— Ешь, сегодня на большой молот встанешь.

Марк снова молча кивнул и принялся быстро уплетать пирог.

Работа была относительно простая. Кузнец правил и указывал обычным молотом куда бить, Мак наносил удары большой тяжелой кувалдой. Ничего особенного, если бы не одна деталь. Через час, после начала работы паренек обнаружил на кувалде потертую чеканку. Несмотря на все царапины, сколы и потертости, в этой чеканке можно было без труда опознать козлиную голову.

— Это? — произнес Мак, когда кузнец скомандовал обед. Мальчишка указывал на чеканку козлиной головы на молоте.

— А, это. Это козлиная голова. Знак Амора. Есть такой бог. Ему на восточных землях поклоняются. Молот видимо оттуда.

— Какой он?

— Ну, не козел — точно. — Хохотнул кузнец, откусив пирог и запивая квасом. — Говорят, руки у него человеческие, но вот ноги — с копытами, а голова козлиная. Еще рассказывают — он упертым благоволит.

— Он злой?

— А кто его знает? Это надо у Лимаров спрашивать. У нас этим богам не молятся.

— Амол, — кивнул парнишка, проведя пальцем по чеканке.

— Доедай, и вставай на мехи. Сегодня надо успеть отлить всю бронзу, что с последнего торга привезли. — кузнец поднялся, поставил кувшин рядом с Маком и вышел на улицу.

Мак ухватил пирог, откусил, но не выпустил из рук молота.

— Здравствуй Марк! — произнесла козья голова, выгравированная на ручке молота. — Приятного аппетита!

Говорящий металл заставил парнишку поперхнуться. Он закашлялся и уронил кувалду на пол.

— Только не говори, что испугался? Кстати, а как мне к тебе теперь обращаться? Ты все еще Болотов Марк Сергеевич, или просто деревенский дурачок Мак?

— Ты настоящий? — промямлил парнишка.

— Самый настоящий! — усмехнулся гость на металлической ручке. — Ты не забыл наш договор?

Парень сглотнул и застыл как каменное изваяние.

— Ты обещал их велнуть, — дрожащим голосом произнес Марк.

— Я свое обещание сдержал, — хмыкнул восточный бог. — Сегодня ночью — убедишься. А вот ты — пока нет.

— Я? Но ты же...

Парень не успел договорить. С улицы зашел кузнец, вытирая бороду. Его взгляд зацепился за остатки еды.

— Сытый что ли?

— Не, — тут же спохватился паренек и начал усиленно работать челюстями, запивая оставшимся квасом.

Мальчишка быстро доел, подхватил кувалду и положил на место. Работа началась с новой силой. Весь оставшийся день он работал на мехах, раздувая жар в углях. Монотонная работа наталкивала на раздумья, но идей в голову не шло. Вертелись слова козлоголового божества, а также крутились в голове воспоминания о прошлой жизни, наконец-то удалось вспомнить цвет глаз жены, запах ее шампуня...

— Тише! Пережжешь! — послышался голос кузнеца, выводящий из транса.

Мак остановился, досчитал до десяти и снова начал работать мехами, но уже гораздо медленнее. В голове снова витали мысли, но уже о том, как проснулся в этом мире, как несколько дней не мог встать с лавки, как его отпаивали какими-то травами, а его мутило и трясло, словно у него было дикое затянувшееся похмелье... Вспоминались два года, которые он провел в селе, постоянная работа, то с рыбаками, то с мужиками в поле, то у кузнеца, то просто по хозяйству у одной из семей. Как приходилось учить слова, как прослыл дурачком, как дразнили мальчишки и пару раз приходилось драться...

— Мак! Ты уснул что ли? — Кузнец дернул за плечо мальчика, снова выдернув его из раздумий. — Я говорю хорош! На сегодня хватит. Чисть горн, и приберись в кузнице. Заготовки я завтра буду доводить сам.

Парень обвел взглядом кузницу. Свет из окна едва освещал помещение — смеркалось. На верстаке стояли каменные формы, доверху залитые металлом, инструмент валялся то тут, то там. Помощник, за раздумьями о прошлой жизни, совершенно не заметил, как пронесся весь день.

* * *

На сеновале, недалеко от кузницы, было довольно шумно. Несмотря на поздний час, дикую усталость и сытый желудок, зарывшийся в сено Мак не мог уснуть. Он вертелся с бока на бок, что-то бубнил, пытался гнать мысли прочь, но сон так и не приходил. В отчаянии он вылез из сена и спустился вниз. Усевшись на траву, у сруба бани, он поднял глаза вверх и пустым взором уставился в небо, усыпанное звездами. Взгляд безликих и далеких светил успокаивал и умиротворял. Пять минут — и мысли действительно покинули голову, десять — и мальчишка уже просто лежит в траве, глазея на звезды, еще пятнадцать, и от него доносится тихое сопение.

Марк открыл глаза. Перед ним — до боли знакомая подушка. Он дома, спит в своей кровати. Взгляд по комнате. Бардак, косметика жены на прикроватной тумбочке, из под приоткрытый шкаф, большие часы на прикроватном столике с его стороны. Время — девять утра и дата — двадцать третье октября.

«Сегодня их самолет должен исчезнуть над...»

Мысль оборвал звонок телефона. На экране навсегда застывшая улыбка любимой женщины. Секунд пять Марк просто пялился на эту старую фотографию, но потом все же до него дошло — это входящий звонок.

— Ало? — хриплым голосом произнес он.

— Марк! Сколько можно? Я тебе пятый раз звоню! — послышался из трубки голос, от которого внутри все перевернулось, вспыхнуло и испуганно замерло.

— П-п... прости. — сглотнув ком в горле, ответил Марк

— Мы в аэропорту! Ты представляешь! Наш рейс в Сидней отменили. Говорят, там какие-то неполадки с двигателями. Обещали вернуть деньги, но похоже Ванины каникулы накрылись...

— Каникулы... Да черт с ними! — Марк резко сел на кровати, окинул взглядом комнату и схватился за штаны. — Вы в аэропорту? Я еду! Еду к вам! Слышишь?

— Зачем? Мы и на такси можем...

— Никакого такси, я сам, я быстро...

— Погоди, тут что-то объявляют... Говорят возобновили посадку на наш рейс...

— Лена! — Марк крикнул, вскочил на ноги и чуть не упал. Он успел надеть только одну штанину. — Лена, послушай меня! Не вздумай садиться на этот рейс! Слышишь меня?!

— Почему? — удивленно произнесла она.

— Слушай меня! К демонам эту Австралию, демон с этим отпуском! Все к демонам! Ты только не садись на этот самолет! Слышишь? Я уже выхожу! Я сейчас! — умоляющим голосом затараторил он.

— Марк, с тобой все впорядке? — послышался взволнованный голос жены.

— Да! Лена! Что бы не случилось — дождись меня! Никуда не улетай!

— Хорошо, но...

— Просто скажи, что плюнешь на все и никуда не улетишь...

— Ты меня пугаешь, и мы сдали багаж...

— К демонам этот багаж, это шмотки. Купим новые! Ничего страшного. Просто скажи мне, что ты никуда не летишь...

Несколько секунд в трубке висело молчание, но в итоге женский голос вздохнул и произнес:

— Хорошо, мы тебя ждем. Но ты все объяснишь!

— Обязательно, солнышко! Обязательно!

Марк со скоростью ветра накинул кофту, куртку, схватил ключи от машины и открыл дверь.

— Еще раз здравствуй, Марк. — произнес козлоголовый.

Он стоял облокотившись на стену, посреди лестничной площадки. Марк захлопнул дверь и не отводя взгляда с до боли знакомой галлюцинации, вызвал лифт.

— Ты... чего тебе надо?

— Видишь ли, Марк. Я свою часть договора сделал. Они живы, — сейчас, когда демон стоял, Марк заметил тонкий длинный хвост с кисточкой на конце, который метался из стороны в сторону. — Но не все так просто...

Демона прервал открывшийся лифт, куда и нырнул наш герой, тут же отправив его на первый этаж. Демон даже не сделал попытки зайти с ним в лифт, однако, как только двери лифтовой кабины закрылись, за спиной Марка послышался все тот же голос козлоголового:

— Да-а-а-а... Все оказалось очень не просто. Менять историю мира — это тебе не гору золота из ниоткуда взять. Нашлось много недовольных... сущностей.

Обернувшись, Марк обнаружил Амора опирающимся на стену со скрещенными руками на груди.

Лифт коротко дернулся и двери раскрылись. Марк ничего не отвечая ломанулся на улицу. Сомнений не было — это тот самый день. Мерзкая серая погода, подтаявший грязный снег и голые деревья, раскачивающиеся под дуновением ветра.

Марк схватил горсть снега и сильно потер лицо.

— Холодное, — пробормотал он под нос и запрыгнул в машину.

Быстро выехав со стоянки, он направился в аэропорт. Рука привычно потянулась к магнитоле, но вместо звука любимой радиостанции он услышал голос козлоголового.

— Все настолько непросто, что мне пришлось пойти на уступки. Да, даже мне иногда приходится идти на попятную, но в итоге — я все равно своего добился.

Марк дернулся, и машину чуть не занесло. На переднем сиденье, рядом с ним сидел тот самый то ли бог, то ли демон, то ли галлюцинация.

— Ч-что? Что не просто? — заикаясь переспросил Марк.

— Вернуть к жизни твоих родных — увы не вышло. Это оказалось слишком для этого мира. Однако, я нашел выход. Мы просто поменяли ход событий. Для этого пришлось отмотать время, сделать пару случайностей и еще кое-что. Но и этот вариант вызвал такой переполох, что меня принудили компенсировать наличие жизни твоих родственников.

— Ты у меня их не заберешь! — прорычал Марк и сильнее придавил педаль газа. Пустынное шоссе позволяло разогнаться и мужчина начал выжимать из машины все возможное. Он постоянно косился на пассажира, но практически его не слушал. В голове билась только одна мысль — «Лишь бы они не улетели».

— Нет, что ты! — хохотнул Амор своим противным голоском. — Я не буду забирать их у тебя! Они будут жить — это решенный факт.

— В чем тогда подвох? — нахмурился Марк

— Забрать обратно твою жену и ребенка я не могу, но вот тебя у них — вполне! — хищно улыбнулся козлоголовый.

— Что? — Марк уставился на демона во все глаза.

— Пойми, если кто-то остался жить, то кто-то должен умереть! Дебет с кредитом должны выйти в ноль. Если с твоим ребенком еще что-то и удалось сделать, договориться, пообещать и тд, то вот твоя жена...

— Я не понимаю, — сглотнув произнес Марк. — Что с ней не так? Говори прямо!

— Прямо? Пусть будет прямо! Либо они — либо ты! — Амор изобразил улыбку и развел руками, словно извиняясь.

— И как ты это представляешь?

Демон молча указал пальцем на дорогу. Мужчина повернул голову и на короткий миг увидел совсем рядом морду грузовика с эмблемой «Камаз», номер К342ЕР, а в следующий миг сельский дурачок по имени Мак проснулся в траве у бани.

* * *

Парнишка воровато оглянулся и приподнял за ручку дверь, ведущую в кузницу, чтобы та не шумела. Сердце напряженно колотилось, вот-вот должен был явится кузнец. Не смотря на свои габариты ему удавалось двигаться плавно и бесшумно.

В кузнице было темно, хоть на улице уже и светлел край неба. Мак знал наизусть где и какой инструмент лежит, по этому проблем с поиском молота не возникло. Ухватив большой молот, тот самый с гравировкой, он уселся у окна и принялся тереть пальцем едва заметную гравировку.

— Ну, как? По моему отличное решение вопроса! — произнесла козья голова.

— Это был сон или...— спросил Мак. Руки еще дрожали от сновидения, в голове сумятица,

— Это было что-то среднее. Мы переписали немного историю мира и вложили в память всех причастных изменения. Кропотливый труд, между прочим!

— Они тепель будут живы?

— Да, и даже вполне счастливы, — усмехнулась голова, но заметив мелькнувшую тень на лице Мака тут же поправилась: — Конечно, когда забудут о тебе.

— А я?

— А ты мертв, но только там. Здесь ты мне нужен живым...

— Могу я... их увидеть еще?

— М-м-м-м... — демон состроил задумчивое выражение лица. — Да, думаю это возможно, но в ограниченном варианте... Однако этого в нашем договоре не было.

Парнишка шумно вздохнул и потер лицо руками.

— Я должен их увидеть ещё лаз! — хриплым голосом повторил он снова проглотив букву р.

— Для начала научись выговаривать все буквы и читать. — сморщившись как от зубной боли произнес демон.

— Я не могу, язык... уздечка на языке... она колоткая. Я до нёба достать не могу...

— Марк, ты не понял. Мне без разницы как ты будешь выполнять то, о чем я тебе говорю. Я ставлю тебя перед фактом. У тебя три месяца, чтобы научиться выговаривать букву «Р», читать и писать на местном языке. Просрочишь и упустишь момент — никаких встреч. Тебе понятно? — с нажимом произнесла ожившая гравировка.

— Я понял, — кивнул он.

— Да, и ты определился, как все таки тебя называть? Марк или Мак?

— Малк умел, — вздохнув произнес он.

— Тогда отныне ты будешь Мак. — улыбнулся козлоголовый. — Торопись, у нас мало времени...

После этого гравировка вернулась на место и замерла. Мак потер ее пальцем и поднял взгляд в окно. Почти рассвело, вдалеке послышались первые крики петухов. Подхватив молот, он положил его на место и хотел было выходить, но тут скрипнула дверь и вошел кузнец.

— Мак? Ты что здесь делаешь?

Парень не растерялся и указал на заготовки для ножей, из дешевого железа.

— У всех нож есть. Велевку подлезать, лыбу почистить... У меня — нет.

— Свой нож хочешь? — нахмурился кузнец. Мак кивнул. — Я думаю, что это можно устроить. Только учти — нож тот для дела будет! С ладонь, не больше!

Парень кивнул, а кузнец взял в руки одну из заготовок, повертел в руках и протянул ее Маку.

— Чего смотришь? Думаешь, я нож делать буду?

* * *

У дома старосты стояла огромная старая яблоня. Дерево во всех смыслах выдающееся. Помимо того, что для яблони оно было очень большим, так еще и при своем почтенном возрасте умудрялось плодоносить. Большие красные яблоки, слегка вытянутой формы были очень сладкими и сочными, но сколько бы не пытались посадить семена этой яблони в другое место — никогда не выходило.

Яблоню любили. Во времена засухи ее старались поливать, когда ложился первый снег — старались прикрыть выступающие корни сеном. Взрослые любили яблоню за отменный сидр, который получался из ее яблок, а детям хватало яблок и толстых низких веток. Для малышни и подростков яблоня стало своеобразным местом сбора.

— Смотрите! Смотрите! — Мальчишка вскочил на ветку повыше и держась одной рукой за ствол, указал куда-то в сторону реки.

Ребятня на ветке оглянулась в указанную сторону, откуда шел Мак.

— Он неделю не приходил в село, — пробубнил один из ребят.

— Он на рыбацком пятаке жил последнюю неделю. Мне папа сказал...

— А моя мама говорит, что он ни с кем не разговаривал.

— Брехня! Он у Рума нож выковал, и после этого ушел к рыбакам на неделю. Там с утра до ночи рыбу ловил. Наши только приходили забирать улов.

— Ха! Ничегошеньки вы не знаете! — громко заявила девчонка с длинной русой косой. — Когда он нож себе выковал, мы его на озере лесном видели!

— И что?

— А ничего! Он знаете, что делал? — Девчонка обвела всех взглядом и выдержала театральную паузу. — Он тем ножом язык себе отрезал!

— Врешь!

— А вот и не вру! Я сама видела как он ножом себе во рту резал и кровью харкал! Лук! Скажи, ведь так и было!

Мальчишка, явно старше 12-ти лет, хмуро глянул на русую девчонку и нехотя произнес:

— Тебе батя сказал — не болтай!

— А я чего? — Тут же нахмурилась девчонка. — Я же ничего и не сказала...

Пока среди ребятни поднялся шум и разгорелся спор, Мак прошел через всю деревню и подошел к дому старосты. Там он постучал в дверь. Спустя минуту на пороге появился седой, слегка сгорбленный мужчина.

— Явился, пропажа, — закряхтел он. — Ну, и где тебя носило?

— Здравствуйте Диглус, — четко и ровно произнес парень. — Я рыбу ловил.

Мужчина вскинул брови, услышав четкую речь от парня и по новому на него взглянул.

— Рыбу говоришь? А у нас слух ходил, что ты себе язык отрезал.

— Не отрезал, а немного подправил. — Мак открыл рот и приподнял язык к небу, показывая рану под языком. — Язык до нёба не доставал, уздечку подрезал.

— Язык до неба не доставал, — кивнул староста и кинул взгляд на деревянные ножны и рукоятку ножа за поясом парня. — А чего к рыбакам ушел?

— Молчал много, по началу языком ворочать было больно.

— Ворочать больно... — повторил староста и кивнул не спуская взгляда с Мака. — Ну, а ко мне с чем пришел? У меня работы пока нет.

— Слышал вы читать умеете.

— Читать? — староста глубоко вздохнул и подтвердил. — Грамоте обучен.

— Научите меня читать, — прямо попросил Мак.

Мужчина еще раз окинул широкие плечи и мускулистые руки парня, взглянул в глаза и дернул щекой.

— Пойдем в дом, — указал рукой он в сторону приоткрытой двери.

В доме оказалось просторно и в то же время немного пусто. Все кровати и лежаки были расположены за печкой. Посередине комнаты стоял большой стол и пара лавок. За нее и уселся староста.

— Садись, в ногах правды нет, — кивнул Диглус Маку.

Парень послушно уселся напротив старосты, а тот начал рассказывать, но совсем не о том, о чем он ожидал.

— Раз в три года мы налог платим в город. Налог тот по закону идет либо треть урожая за три года, либо пушниной, либо монетой. Если совсем тяжко — бывает люд обученный на торг везут. У нас два года урожая не было толком, едва концы с концами сводили, сам помнишь как по весне крапиву молодую ели. — Мак кивнул, ему было тяжелее остальных. В семью его так никто и не взял. Приходилось в прямом смысле выживать. — Монеты, что на налог мы откладывали мы на торжище потратили, даже духа горна на торг отнесли чтобы поля засеять. А теперь у нас с налогом беда. Охотников у нас отродясь не водилось, так, что с пушниной нам никак. Денег нет и продавать толком нечего, а урожай хоть и хороший будет, но... самим тоже что-то есть надо. Вот и думаем мы вместе, чем же нам налог платить.

Мак сидел склонив голову, рассматривая свои огромные кулаки. Когда староста озвучил про оплату налога, парень поднял взгляд на мужчину и указал пальцем себе на грудь.

— Да, парень ты справный. И снасти рыболовные плетешь, и топором работать не дурак, и в кузнечном деле малость понимаешь. Вон, нож же себе сам выправил? — Диглус вздохнул и потер столешницу ладонью. — Но ты пришлый. Мы тебя у дороги ели живого в канаве подобрали. Ты не наша кровь, по тому и греха, за продажу на нас вроде и не будет.

Мак, хмыкнул, но ничего не сказал.

— Ты не подумай, мы тебя не на галеры какие продавать будем. Я тебя и читать и писать выучу, счету научу, а уж грамотные всегда на теплом месте сидят, это точно, — старик говорил успокаивающе, словно и не рабство ему предлагал. — Ты пойми, у нас по другому налог отплатить не получится, а так и нам поможешь и себе место теплое найдешь. А там, чем демоны не шутят? Может и свободу, да судьбу найдешь...

— Демоны шутят, — усмехнулся Мак.

— Ну? Что скажешь?

Парень улыбнулся иронии судьбы и кивнул.

— Будь по твоему.

— Вот и ладушки! Вот и хорошо! — теперь уже заулыбался староста. — А мы уж и не знали как к тебе подступиться, как быть...

Мужчина поднялся и подошел к сундуку в углу комнаты. Из него он извлек большую книгу в кожаном переплете. Мак отметил, что в сундуке виднелись еще несколько корешков книг.

— Ну! Это книга не простая, ею грамоте учат. Не малой кровью в свое время досталась! Смотри и запоминай! — Диглус перевернул первую большую страницу и принялся тыкать в странные закорючки. — Этот знак — Ульта, этот — фагос...

* * *

Спустя пару месяцев, в том же доме сидел Мак. Он читал большую книгу с мятыми страницами, а за ним с удивленными лицами наблюдали несколько мужчин.

— ...третьего числа, восьмого месяца прибыли в порт Партаг. В карантине держали — восемь дней, товар не принимали, на берег не пускали. — Мак без запинок читал последнюю книгу, которая нашлась у старосты. Тех было немного, всего пять, но это была хоть немного интересная. Эта книга оказалась корабельным журналом. Записывал ее капитан и по всей видимости он был очень скрупулезен. — Эфрон, купленный у островных торгашей, пытались выкупить сразу, весь. Отказал, и слава единому! В городе продал почти вдвое дороже...

Парень водил пальцами по строчкам с кривым почерком и читал вслух, а тем временем за этим же столом застыли несколько мужиков.

— Не в упрек тебе, старшой, но наш дурачок деревенский за два месяца лучше тебя читать стал, — усмехнулся один из мужиков.

Староста на это только дернул щекой, а другой мужик со вздохом добавил:

— Вот тебе и дурачок!

— Мак, остановись, — громко произнес Диглус.

Парень поднял голову от книги и посмотрел на наблюдающих за ним мужиков.

— Мы думали, ты до зимы буквы учить будешь, — произнес один из мужиков.

— Но если так вышло — оно даже к лучшему, — староста обвел мужиков взглядом. — Тогда на торжище собираться надо.

— У кузнеца с металла барахла набралось...

— Сидр поспел...

— Ну, значит не с пустыми руками на торжище поедем, — кивнул староста. — На неделе сбор учиним...

* * *

На пересечении шести полей, засеянных злаками стояло пара десятков домов. Деревня утопала в липовом цвету. По всей округе разносился сладкий аромат. Все это дополнял ясный солнечный день. Между двух полей, извилистой змеей, тек ручей, слепя всех бликами солнца. С другой стороны тянулась утоптанная колея, по которой не спеша ползла телега. В телеге сидели шестеро мужиков, а на сене лежали несколько топоров.

Деревня же кипела жизнью. Женщины шли от ручья с коромыслами, рядом шла пара подростков с ведрами, тянулись мужики с огромными корзинами к лесу, у большого плоского камня женщины били палками снопы мокрой крапивы.

Только у огромной яблони, старая скрюченная старуха сидела на лавке и занимала совсем малышей, не больше пяти лет отроду, своими байками. Она говорила тихо, с придыханием, не забывая нагонять страх или удивление.

— Те волшебники — самые сильные во всем мире! Говорят, однажды такой волшебник повернул реку вспять, а когда очень сильно разозлился — поменял местами небо и землю. — Шептала старуха страшно пуча глаза ватаге ребятни, которые расселись вокруг. — И так они стары, что помнят сотворение мира, а некоторые говорят что и небо, и землю создали они.

— Баба Ната, а где они сейчас? — спросила осторожным голоском девочка с русыми волосами и ярко зелеными глазами.

— Никто не знает. Они всегда в пути и ходят по землям от места к месту. Село, в которое пришел такой волшебник всегда устраивает праздник, — старуха загадочно улыбнулась и добавила после небольшой паузы: — Это большая удача, когда он приходит в село.

— А как его узнать? — послышался мальчишеский голос. — Имя то у них есть?

— Имя? Называют их по разному. В наших краях их кличут Старый Мастер. На севере их называют Огоньками, а на востоке — Волшебники Правды.

— А как его от обычного старика отличить?

Баба Ната подслеповато сощурилась, словно мутный хрусталик в единственном глазу мог позволить что-то увидеть.

— Такой волшебник роста малого, волосы у них обычно темные, борода обязательно в мою ладонь, но всегда острижена ровно. А за спиной у них большой ящик из дерева. В том ящике есть дверь, сбоку приторочен большой стеклянный шар, в котором живут огоньки. Днем их едва видно, а ночью они светят не хуже погребального костра. Причем, если глянуть на такого волшебника и на тот ящик, ни в жизнь не поверишь, что он его за спиной носит.

— Баба Ната, а ты его когда-нибудь видела? — снова вмешалась та же девочка.

— Когда я была молодой на нашу деревню вышел медведь. Он порвал тогда моего отца, еще троих мужиков и забрал мой глаз. — морщинистая рука потерла место, где когда-то был глаз. — Через несколько месяцев, к нам заявился такой волшебник. Он вылечил раненых, сделал много дел для села и мы устроили настоящий праздник.

— А почему он не вернул тебе глаз? Он же самый сильный волшебник!

— Плата за дело того волшебника — Антольский медальон. Тот, что староста выменивает за налог, что мы в город платим. А у меня такого медальона не было, по тому и делать для меня тот волшебник ничего не стал. Однако я знала как к волшебнику подойти так, чтобы он просьбу твою исполнил. — старуха подалась вперед и заговорщицки оглянулась по сторонам, а затем принялась шептать. — Если сможете Старого Мастера удивить, то он одно ваше желание исполнит.

— А ты его удивила? — снова послышался мальчишеский голос.

— Я удивила, но глаз свой обратно не попросила. Я сердце попросила, того медведя, что моего отца задрал. — баба Ната поджала губы и выпрямилась на лавке, поморщилась от боли в спине и произнесла: — Заболталась я с вами...

В этот момент, из-за поворота с безумной скоростью выскочил парнишка лет пятнадцати. Весь красный, дышал как загнанная лошадь, потный, он пронесся мимо и влетел в соседний дом, с порога крикнув так, что слышала вся деревня:

— Староста! Староста говорит «Старый Мастер» идет! — глотая воздух, на подкашивающихся ногах, он продолжает говорить. — С дальнего поля, у медовой поляны... Сказал стол накрыть... И куру резать...

Спустя пару секунд из дома выскочила женщина и принялась суетится во дворе, попутно раздавая команды прибежавшему парню и еще нескольким женщинам, которые пришли на крики. Возле дома началась суета.

Старуха, рассказывавшая, малышам сказки скрылась в доме, а ребятня разбежалась кто куда. Самые нетерпеливые отправились бегом в сторону медовой поляны, те кого успели поймать были пристроены к делу по подготовке стола для гостя, а тройка пришедших мужиков принялась сооружать стол на улице.

Через час, из-за леса вышла довольно своеобразная процессия. Впереди шли шестеро мужиков, неся на плечах косы. За ними шел старичок с огромным шкафом за спиной, больше его раза в два по высоте. Крепился этот шкаф к его спине обычными лямками и было совершенно непонятно как этот сухой старичок, в обычной льняной рубахе и серых штанах несет такую тяжесть. Сбоку к шкафу был приделана большая трехлитровая банка, на железном шесте. В банке виднелись едва заметные желтые огоньки. А вот за волшебником шла целая вереница ребятни.

Вот, он остановился и повернулся к ним, по доброму улыбнулся и вытянув руку вверх, сделав загадочный жест.

Тут же из его руки ударил струей белый дым, который обратился в бегущего коня. Облачный скакун сделал над ребятней, стоявшей с открытым ртом, пару кругов и растворился. К слову, с открытым ртом стояли не только дети, но и взрослые. К их чести, надо отметить, что они быстро пришли в себя и отправились в путь.

Старик продолжил движение по дороге с мужиками, а дети еще с полминуты галдели и вертели головами в поисках «Коня из облака».

Со всех сторон начали стекаться жители деревни с корзинами, топорами и рыболовными снастями. Подростки быстро разнесли весть о большой удаче и сейчас все село спешило встретить дорогого гостя.

Через полчаса, в окружении толпы народа в деревне стоял тот самый волшебник. Перед ним стоял седой слегка сгорбленный мужчина в белой рубашке и подпоясанный широким кожаным ремнем с металлической бляхой, который недвусмысленно намекал на его статус.

— Кто тут староста? — спросил маг глядя на мужчину, который выпятил грудь и попытался расправить плечи, всем своим видом стараясь показать свою стать.

— Здесь село Шестиполье и староста тут я! Звать меня Диглус. — гордо произнес он и, уперев подрагивающие от волнения руки в бока, спросил: — А ты кто такой?

— А то не знаешь? — с прищуром спросил чародей и поставил на землю свою ношу.

— Ну, дак... положено так. — пожал плечами староста и оглянулся на сородичей. Те согласно закивали головами.

Маг улыбнулся и оглянувшись представился:

— В этих землях нас зовут Старыми Мастерами! Маг я, вне категорий и регалий.

Староста оглянулся на парочку мужиков по правую руку, те ему кивнули и он снова, подчеркнуто деловым тоном произнес:

— Если ты маг, что Коллегии Антолии служит — яви свою печать!

Старик поморщился после слова служит, но все же залез под рубаху и выудил шнурок, на котором было золотое кольцо-печать. На печати был изображен пегас с расправленными крыльями. Волшебник одел его на палец и вытянул в сторону старосты, показывая, что золотой пегас в кольце захлопал крыльями, словно пытался куда-то улететь.

— Это... — пробормотал опешивший староста. Вытер выступивший на лбу пот и поклонился в пояс. — Долгих лет тебе Старый Мастер.

За ним повторили движения все собравшиеся.

— А тебе сытой старости, — кивает головой старик.

— Не побрезгуешь едой, Старый Мастер? — староста указывает рукой на накрытый стол.

— Не побрезгую, — кивает мужчина и отправляется за стол.

Перед ним поставили миску с кашей, рядом уже была миска с квашеной капустой, горшочек с парящей картошкой, и большая запотевшая кружка хлебного кваса. Старик усаживается и оглядывает стол.

— Ты уж прости Мастер, не успели мы куру для тебя испечь, в печи она еще, — начал оправдываться староста.

Сам он уселся напротив, вместе с тремя мужиками. Женщины поставили перед ними по кружке кваса. Они потихонечку цедили квас из кружек и наблюдали за волшебником, который не торопясь уплетал все, что ему предложили. Когда он окончательно насытился, то отложил в сторону ложку и внимательно оглядел лица мужиков.

— Медальон есть? — спросил он переводя взгляды с одного мужика на другого.

— А как же! — Староста достает из за пазухи мешочек из мешковины и высыпает из него россыпь медных кругляшей с одинаковой, как под копирку чеканкой пегаса.

Некоторые кругляши очень старые и уже успели покрыться зеленым налетом, похожим на ржавчину, другие просто потемнели и лишь парочка блестят начищенным металом.

Старый Мастер кидает хмурый взгляд на россыпь медальонов, устало вздыхает и поднимает его на старосту.

— Сколько у вас магов в селе не было?

— А почитай, лет двадцать назад крайний раз был. — Жмет плечами староста. — Но то проездом был один. И за медальон работу делать отказался. Монету требовал.

— А вы?

— А откуда у нас деньги? — пожал плечами в ответ мужик справа от старосты. — Сами едва концы с концами сводим, хорошего торга давно не ведем.

Маг еще раз устало вздохнул и осунулся.

— Дело то для меня есть? — спросил старик.

Мужики на пару секунд зависли, а потом недоумевающе переглянулись.

— Кхэм, — взял слово староста. — Мы же... это. А ты что умеешь?

Тут уже старичок-маг впал в ступор. Он оглядел растерянные лица мужиков и обреченно пробормотал:

— Господи! Да вы даже не знаете зачем маг нужен!

— Как не знаем? Знаем! Маг лечить обучен! — заявил староста и оглянулся на мужиков, которые ему закивали. — И ежели какой зверь с лесу полезет — он его отвадить может!

— Это и ведьмы сельские умеют, — вздохнул волшебник. Он устало потер лицо руками и скомандовал: — Неси все артефакты, что в селе есть. Зарядим, а там будем смотреть, может еще чего придумаем.

— Все? — с прищуром уточнил староста и с тревогой посмотрел на кучку кругляшей на столе.

— Все, — кивнул Мастер и встал из-за стола.

Маг отправился к своему шкафу, который оставил прямо посередине двора. Подойдя к нему, он открыл дверцу и скрылся внутри шкафа. Через минуту он вышел из него, вытащив в руках зеленый складной стол, большой прямоугольный кожаный чемодан и раскладной стульчик.

Пока староста и другие мужики бегали по домам с мешками, маг разложил стол, поставил перед ним стульчик и принялся доставать из чемодана хитрые приспособления. Тут были и небольшие тиски, которые он тут же закрепил на столе, и шкатулка с разнообразными скребками, отвертками и прочим мелким инструментом, и литровая банка с белым огоньком внутри и крепежом на болтах к столу. Тут же было огромная линза в оправе и таким же крепежом и множества других странных и необычных предметов. Самым загадочным был брусок красной древесины, в который были вставлены несколько десятков кристаллов разного размера и цвета.

Когда Мастер закончил раскладываться, то перед ним уже стояли пара мужиков с мешками.

— Доставай по одному, что у вас там? — скомандовал старичок.

Те переглянулись и начали по очереди протягивать старику странные предметы. Первыми были явно самопальные куклы размером с ладонь. Сделаны они были из сена и одеты в тряпичные рубахи и юбки.

— Это что? — хмурясь спросил волшебник.

— Обереги! Ежели оберег в штанах — значит мужскую силу бережет, в юбке — женское здоровье. — Пояснил один из мужиков.

Маг с грустью обвел несколько десятков кукол, которых к нему притащили, буркнул: «Каменный век! Скоро в пещерах жить будем!», и отложил куклы в сторону.

— Еще что-то есть? — обреченно произнес он.

Тут один из мужиков протянул ему старую, явно бывшую в употреблении подкову.

Старик совсем скуксился, но как только взял в руки подкову замер и уставился на нее не моргая. Спустя пару секунд. он торопливо принялся с ней работать.

Сначала он поднес ее под большую линзу и рассмотрел едва заметный узор, который тянулся по всему металлу. Местами узор пропадал и в тех местах были потертости, его словно затерли.

Маг прислонил подкову к бруску с кристаллами и медленно повел ей вдоль бруска, пока один из цветных камней не мигнул едва видимой зеленой вспышкой.

— Исцеление? На подкове? Оригинально! — хмыкнул Мастер и зажал подкову в тески. Взяв шило из набора инструментов, он принялся восстанавливать узор. Дело шло быстро, сказывался навык, и уже через несколько минут, старик протянул мужикам обратно подкову со словами:

— Исцеляет. Большую рану не потянет. Вытянет гной, лихорадку снимет. После использования на два дня в проточную воду положить, для зарядки. Держать подальше от места где недавно умерли и от кладбища. Понятно? — мужик быстро закивал головой и спрятал подкову за пазуху.

— Мать говорила, что дом бережет. — второй мужик протянул Мастеру большой кованый гвоздь. Помимо неровной шляпки, он еще был и четырехгранный.

— Не удивлюсь если у вас и из лопат артефакты делали, — вздыхает старик и всматривается в гвоздь. — Охранный артефакт. От пожаров, насекомых и грызунов. Рабочий, только структура выцвела...

Маг зажимает в тисках гвоздь и берет из ящика небольшую кисточку, а из другого набора достает флакончик с фиолетовой этикеткой. Макая в него кисть, Мастер аккуратно покрывает гвоздь прозрачной жидкостью. После этого достает его, несколько раз обдувает и отдает владельцу обратно.

— Качественная вещь, только ты ее больше в дерево не загоняй. Пусть так лежит. Дольше прослужит.

— А это... заря... жать, — заикаясь спрашивает мужик.

— Рисунок замкнутый, оно само заряжается. К печке поближе положишь, там где тепло — ему хватит.

Так прошел весь день. Старому Мастеру несли все, что имело хоть какое-нибудь отношение к магии и колдовству. Конечно, по мнению селян. Уровень образованности деревенских оставлял желать лучшего, отчего куча бесполезного хлама, рядом со столом постепенно увеличивалась.

Постепенно артефакты заканчивались, наступали сумерки, но энтузиазм селян не уменьшался, по этому старику начали подсовывать откровенный бред, вроде глиняных мисок и обломков старых котлов.

— Все! — заявил старик, после гневной отповеди на протянутый мужиками кирпич. — Лавочка закрывается!

Он встал и принялся собирать инструменты и реактивы в огромный чемодан. Мужики перед ним поначалу загомонили, но в итоге успокоились, вытолкнув вперед старосту.

— Мастер, а с этим, что? — кивнул староста на кучу образовавшегося хлама, рядом со столом.

— Ничего! — буркнул волшебник и не отрываясь от своего занятия продолжил: — Это хлам, который к магии не имеет никакого отношения.

Глава селения задумчиво почесал голову, но потом взглянул на мужиков. Ты растеряно пожали плечами. Вздохнув староста вытащил мешочек с медальонами и протянул его старику.

Тот принял его, тут же развязал, достал три штуки, и спрятал в карман. Остальной мешочек он вернул недоумевающему старосте.

— Аааа...— открыл рот староста, но так и не успел ничего сказать.

— Так. Болезные в селе есть? Нет? Тогда завтра поведешь меня к тому, кто у вас металл кует. Потом будем искать оберег от дикого зверя. Где-то он у вас должен быть, если не в селе, то в окрестностях, — Мужчина почесал бородку и усмехнувшись добавил:— Ну и на закуску — будем думать как вам не начать резать детей в жертву богам, до моего следующего прихода.

— Прокляли? — большими глазами спросил один из мужиков.

Волшебник сморщился и с досадой сплюнул на землю. После этого молча забрал чемодан, сложил стол и стул. Собрав свое хозяйство, старик, бормоча причитание о деградирующем человечестве, открыл дверцу шкафа, откуда показался теплый свет, и скрылся в нем.

Мужики же так и остались стоять у старого, деревянного шкафа.

— Точно прокляли! — прошептал уже другой мужик.

В это время из дверцы выглянул маг с недовольной физиономией, взглянул на обреченные лица и буркнул:

— Проклятья — нет, все снято! Все остальное — завтра утром!

С этими словами он скрылся, на ходу бормоча под нос:

— Надо будет в ванную сходить...

* * *

Утреннее солнце осветило макушки деревьев. Светило поднималось все выше и выше, разгоняя утренний полумрак и загоняя спустившиеся на землю туман обратно на небо.

Деревня оживала. Первыми проснулись хозяева домов, начиная готовиться к трудовому дню. Хозяйки зашуршали у своих печей, а за ними окрестности огласили крики первых петухов.

На дворе старосты так и стоял шкаф с трехлитровой банкой, в которой плавали несколько желтых огоньков. После третьего истошного крика петуха в курятнике старосты, дверь шкафа скрипнула и из нее показался Старый Мастер.

Одет он был «по домашнему»: ярко-зеленый махровый халат и мягкие кожаные тапочки. В руках у сонного старичка была большая керамическая кружка, на две трети наполненная черным ароматным напитком.

Волшебник прикрыл за собой дверку и щурясь от дневного света оглянулся. Заметив жену старосты у курятника он направился к ней, шаркая по пути тапочками.

— Хозяйка, мне бы молока немного... — успел произнести он.

Женщина, до этого собиравшая яйца в курятнике среди галдящих кур, не заметила его приближения. Хозяйка шарахнулась от его голоса, а когда рассмотрела кто перед ней еще больше начала пучить глаза.

— Мне только молока, — сонно буркнул Мастер.

— М-м-мо-молока? — промямлила женщина и быстро закивав проскользнула мимо старика и бегом отправилась в дом.

Маг хмуро глянул на заоравшего на него петуха и отправился за хозяйкой.

Не успел он подойти к дверям, как из них выскочила хозяйка с глиняным кувшином.

— Козье только, — виновато произнесла она. — Телка еще не отелилась. На днях как раз должна.

Старик молча кивнул и протянул ей кружку. Женщина поначалу растерялась, не понимая, что от нее требуется, но после короткой команды «Долей!» плеснула в кружку молока.

— Хм! А ведь неплохо получилось! — довольно пробормотал волшебник, попробовав напиток с козьим молоком. — Надо будет впрок запастись.

Прихлебывая ароматный напиток, он отправился обратно к шкафу, напевая под нос песню. У заплечного домика его ожидал довольно примечательный подросток.

Широкоплечий, с мускулистыми руками, короткой шеей и лицом, явно указывающим на отсутствие глубоких мыслей.

Старик прошаркал тапками по земле до шкафа, подошел к парню и глядя снизу вверх, в его лицо, смачно прихлебывая отпил из кружки напиток.

— Кто такой?

— Я Мак, — ответил здоровяк и задумчиво поскреб подбородок.

— Угу, говорить ты все таки умеешь, — кивнул старичок. — Ну, а я Маг.

— Маг — это имя? — нахмурился парень.

— Нет, это скорее... профессия. — Мастер с интересом осматривал парня. Несмотря на его странный вид. — Мы обычно не представляемся по имени.

— А что делают маги? — задал вопрос Мак.

— Отличный вопрос, юноша! — улыбнулся старичок и отхлебнул из кружки. — По сути все то, что не могут обычные люди.

— А ты не обычный?

— Да, — кивнул старичок. — очень необычный.

— Ты не похож на необычного, — пожал плечами здоровяк. — У тебя две ноги и две руки. Ушей и глаз тоже двое...

Старичок с улыбкой кивнул, еще раз отхлебнул из кружки и протянул в сторону парня кружку. Коричневая жидкость в кружке забурлила и из нее поднялась точная копия Мака. Парень поднял руку и почесал затылок, фигурка из коричневого напитка повторила за ним, словно зеркало.

— Это забавно, — кивнул парень.

— Это просто фокус, — улыбнулся волшебник. — Есть вещи куда полезнее, разрушительнее и страшнее.

Мак поджал губы и уважительно закивал. Мастер с улыбкой изобразил кивок и тогда парень снова сказал прямо, то что думал:

— Купи меня!

Старик, прихлебывающий кофе, поперхнулся и закашлялся.

— Купить? — произнес он, откашлявшись. — В смысле купить?

— За деньги, — пожал плечами Мак. — Я ковать обучен. Вон, нож себе сам сделал, морды плести умею, силки ставить могу, сруб, если топор справный есть, поставлю...

— Утро доброе, Старый Мастер! — послышался голос старосты Диглуса. — А это наш... пришлый, в общем.

— Неместный что ли? — вскинув брови поинтересовался маг.

— Да, мы его в канаве нашли, когда с торжища возвращались, — староста поскреб щетину и нехотя произнес: — Он у нас немного... того.

— Чего, того?

— Дурачок он малость, — развел руками Диглус. — Нет, руками он работать — только держись. Читать и писать обучен, но дурачок.

— Дурачок? — волшебник обернулся с прищуром оглядел парня.

— Мастер, тут с кузней... — начал мямлить староста, поглядывая на Мака.

— Что с кузней? — не сразу заметил поведение мужика маг.

— Ну, может ну его? У нас сидр подоспел, да и дела там нет...

Старик медленно обернулся к старосте и снова громко отхлебнул из кружки.

— Та-а-а-а-ак! — протянул он. — Что с кузницей?

— А чего ей будет? Вон, и Мак там помогает. Вон, сам себе нож выковал...

Маг оглянулся, Мак пожал плечами и достал из-за пояса нож, который протянул в сторону волшебника. Тот окинул его быстрым взглядом, но в руки брать не стал.

— Веди в кузню, — скомандовал старик.

— Мастер, может хоть позавтракаете...

— Веди. Меня. В кузницу. — с нажимом повторил Старый Мастер.

Староста вжал голову в плечи и направился в сторону кузницы. Внутри приземистого здания их ожидал кузнец. Когда процессия из старосты и мага вошла внутрь, кузнец склонил голову и встал, словно ждал своей участи.

— Где дух горна? — спросил волшебник, когда обвел взглядом кузницу.

— Мастер, ты только дослушай. — выставил вперед руки староста и затараторил: — Мы же не со злого умысла!

— По порядку! — скомандовал старичок. — Заморили духа?

— Что ты! Что ты! В прошлую зиму у нас голод был. Сильный. — Староста старался держаться уверенно, но голос его дрожал. — А нам куда деваться было, если весь урожай плесенью взяло? А магов почитай лет двадцать не было. Есть нечего, продать толком тоже ничего. Вот мы и пошли на торг с «Духом горна».

— Антольские медальоны могли продать, — хмуро буркнул маг.

— А кому они на торге нужны, медальоны эти? По всей округе гниль гуляла, есть нечего было, а с медальона сыт не будешь. Про потом думать совсем тяжко, есть то сейчас хочется. — глава деревни махнул рукой и обреченно произнес: — Да и мага к нам силком не затащишь. А кузнеца ты нашего не вини, то мое решение было. Я в том повинен и спрашивать с меня.

Староста кинул взгляд на корзину с углем, потом на понурого кузнеца и парня рядом, после чего молча вышел. Староста кивнул хозяину кузницы и вышел вслед за Мастером.

— Когда неурожаи начались? — не оглядываясь спросил Старый Мастер.

— Три зимы назад началась на восточных хуторах, два года назад у нас одно поле взяло на востоке.

— Посевное семя обрабатывали?

— А как же! И обрабатывали, и амбары старые все сожгли, один черт поля гнилью шли.

Старик остановился и сложив руки за спиной о чем-то задумался.

— А по округе такая же хворь была?

— Один в один!

— Года три была, так?

— Так, оно! — Староста оглянулся по сторонам, словно боялся, что кто-то услышит. — В год, когда у нас урожай гнилью шел мы по дороге с торжища ноги в канаве увидали. Там оказался наш Мак. Как он к нам в село пришел, так и началось.

Волшебник хмуро глянул на мужчину и мотнул головой.

— Не похож он на Проклятого, и силой от него не несет. Так только сильные Проклятые силу прятать могут. А сильный вас бы уже давно на тот свет отправил. — Маг прикрыл пальцем одну ноздрю и с силой втянул воздух, после чего нахмурился. — С ним предметы были какие-нибудь?

— Был, молот с ним был. Он тут, в кузне! — старик засуетился и заскочил обратно в кузню, откуда вернулся с увесистым молотом. — Вот он! Кузнец с ним делом занимается.

Маг оглядел молот и без труда заметил гравировку.

— Очень интересно. — Вздохнул старичок. — А что дурачок этот ваш?

— Не помнит ничего! — развел руками староста. — По-началу совсем плохой был. Две седмицы на лавке пролежал, только воду пил. Потом вроде оклемался, но даже слова сказать не мог, только мямлил что-то невнятно. Потом говорить научился, но время тогда тяжелое было. едва концы с концами сводили, в семью его никто не взял, а потом он уже и сам не пошел.

— Вот что... — старик еще раз взглянул на молот. — Молот этот неси к моему дому, и дурачка этого вашего зови.

* * *

Перед шкафом во дворе дома старосты стоял раскладной стол. На нем лежал брусок с кристаллами и молот. Все камни на брусочке были черными как уголь.

На все это безобразие смотрел Старый Мастер, рядом молча стоял староста, а с другой стороны стола находился Мак.

— Кто-то еще этим молотом орудовал? — спросил староста.

— Только кузнец, но у него потом пальцы опухли, думал хворь какая, — тут же замотал головой староста. — Люд у нас одно время болтал, что это наш дурачок проклятый и от него все беды. Один раз чуть до дела не дошло...

— Он? Наврятли, но проверить стоит, — маг хмуро глянул на кристаллы и перевел взгляд на парня. — Что это за молот?

— Молот как молот, — пожал плечами Мак. — У кузнеца был. Я им работал.

— Покажи руки, — старичок внимательно оглядел руки парня и недовольно сморщил лоб. — Откуда молот взялся знаешь?

— Не-а, — мотнул головой юноша.

Маг перевел взгляд на старосту.

— Дело не простое, — вздохнув произнес Мастер. — Гниль по полям либо от этого молота, либо от ведьмы, которую этот молот приманивал. Молот этот силой темной пропитан так, что тут либо божество темное пришествие устраивало, либо его кто-то специально заряжал, но артефакта в нем нет. Чистая сила.

Староста задумчиво почесал седые волосы и спросил прямо:

— А что теперь с ним делать?

— Ничего, я с собой его заберу. — Маг взял молот и с усилием стянул его со стола на землю. — Веди меня на поля, где гниль была.

Староста послушно закивал и повел мага по полям. У каждого поля, Мастер чертил большой круг на земле с помощью двух палок и веревки, затем наносил какие-то знаки по периметру круга, потом что-то шептал, обходил поле по краю, а уже потом активировал заклинание. Вспышка света от рисунка на поле и порыв ветра настолько взбудоражили селян, что это превратилось в настоящую процессию. Селяне шли за магом по пятам, тихо перешептывались, наблюдали как он выполнял одно и то же действие.

Так продолжалось почти весь день. К моменту, когда солнце начало приближаться к закату, Мастер обошел четыре из шести полей.

— Диглус! — позвал старосту волшебник, когда направился в сторону деревни. — На этих полях лет пять гнили не будет. Остальные два — завтра пройдем.

Староста подобострастно закивал и снова протянул магу мешочек с медальонами. Тот выудил из него четыре медальона и убрал в карман на широких штанах.

— Я пару часов как отправил баньку растапливать, не побрезгуешь, Старый Мастер?

— Не побрезгую, — ответил старичок, но тему продолжил о совершенно другом. — Вы парня того, убогого, в неволе держите?

Староста от таких слов закашлялся.

— Помилуй, Старый Мастер! Не по закону...

— Я с утра с ним разговаривал, — произнес маг и окинул толпу, следовавшую за ним взглядом. сельского дурачка в ней не нашлось. — Он просил его купить.

— Тут дело без злого умысла, мастер. — Старост сник, опустил плечи не нехотя принялся объяснять: — Урожая нет, деньги, что были проели, что было ценного продали. А этой осенью — налог платить...

— И вы решили продать пришлого, как раба?

— Мы не со злости и о неволе даже разговора не было! — тут же добавил Диглус. — Если бы он отказался — я бы его неволить не стал! Да и не дурачок он — с весны буквы учить стал, а на днях читал уже, не хуже баюнов рыночных.

— Ты еще скажи он сам согласился в рабство пойти...

— Сам! — твердо заявил староста.

Маг остановился и взглянул в глаза старосты.

— Сам?

— Сам!

— А говорил не дурак! — усмехнулся Старый Мастер. — Сколько хочешь за него?

— Ну, дак... — Диглус оглянулся в поисков мужиков, но те были далеко и в их разговор не вникали. — Читать и писать он у нас значит обучен... Топором работать может, рыбу ловит — не хуже наших рыбаков... Силки вот тоже ставит, и...

— Вроде я на торгаша не похож, — вздыхает волшебник. — Ты цену мне назови!

Глаза старосты забегали, он явно боялся продешевить, но в тоже время понимал задерет цену и придется терять время и ехать на торг. В итоге он махнул рукой и отчаянно произнес:

— Пять!

— Да ты сдурел! — хохотнул маг. — Он у тебя мастер или я не знаю чего?

— Не мастер, но...

— А если не мастер, то полторы за него — дорого!

— Помилуй! — поперхнулся словами Диглус. — Нам же налог платить! Две не меньше...

Маг вздохнул и кивнул.

— За две еще можно подумать, — хмыкнул старичок.

* * *

Старичок сидел в теплом халате на лавке у бани. Раскрасневшийся, с большим ковшом кваса и умиротворенным выражением лица.

— Мастер, а все же, дело в молоте? — спросил староста, сидевший рядом.

— Угу, — кивнул маг и отхлебнул кваса. — Молот — Проклятых рук дело.

Глава деревни тут же вытаращил глаза.

— Прокляли?

— Не прокляли, а Проклятых, — устало ответил старичок. — Были такие умники, ничем не гнушались.

— Поди и проклинали?

— Да что ты заладил?! Они кровь младенческую как молоко по утрам пили! Проклинали, тоже мне... — буркнул старик.

— Прямо кровь?

— Ага.

— С младенцев? —старик неверяще подскочил и обвел себя кругом.

— Ну, не с ягнят же.

Глаза Диглуса забегали. Он вдруг облизнул губы и мотнул головой в сторону.

— А молот тот, с дурачком нашим был. Может он того, из этих?

— Дурень ты! Если бы он из этих был, села вашего уже в помине не было!

— А молот-то у него откуда? — подозрительно посмотрел на мага староста. — Чай, не бирюлька какая, чтоб под кустом заваляться!

— Бирюлька или не бирюлька, а по незнанию с ним можно полжизни прожить, горе одно за другим собирать. — старик пожевал губами и спросил: — Девок он не щипал?

— Нет, — пожал плечами Диглус. — Ни одной, даже и не смотрит в их сторону толком.

— А на мужиков или отроков?

Староста нахмурился и умудрился немного смутиться.

— Не, точно нет. — замотал он головой.— Он дурачком почему прослыл — что думает, то и говорит, да еще и нелюдимый жутко. Бывало чушь всякую по первости болтал, но чтобы мужеложством или за девками — не видали того за ним.

— А читать и писать его кто учил? — задумчиво поглядывая в ковшик с квасом поинтересовался Старый Мастер.

— Так я и учил, — пожал плечами глава деревни. — Кроме меня грамотных в селе нет. Вот, еще сына лычника нашего учим, но тот дуб-дубом, только буквы освоил. А Мак у нас на лету все хватал.

— Быстро учился?

— За две недели буквы выучил, через месяц слова читал. Через два — все, что было, прочел три раза.

— Ученый, значит, — задумчиво пробормотал маг.

— Он одно время буквы не все выговаривал, — вспомнил староста. — А как у кузнеца нож выковал, так и пропал на пару недель. Жил у рыбаков на дальней стоянке. Детвора болтала, вроде как видели его там, он ножом себе язык резал. Ну, а через две недели он ко мне пришел и говорит «Научи читать!». Причем четко, все буквы выговаривая. А мне сказал, что язык у него был неправильный, уздечка маленькая, вот он ее и подрезал.

Старичок задумчиво покивал своим мыслям и произнес:

— Ты, вот что. Собери ему сумку в дорогу. Но, без излишеств. Так, каши какой, котелок, да соли. — маг сделал пару глотков кваса и протянул ковш старосте. — Поглядим на него, самородка неприкаянного.

— Какой разговор, — поднялся на ноги староста. — В дорогу с пустыми руками не отпустим. Пусть пришлый, но все же свой.

Чародей умолк. Староста не спешил продолжать разговор и растерянно посматривал на живую легенду. Неловкость в затянувшейся паузе начала наростать. Глава поселения встал и отряхивая штаны пробормотал:

— Ну, я... Это... Жене указ дам, пойду... Того...

— Иди, — кивнул Маг.

Староста поспешил к дому быстрым шагом, а волшебник продолжил разглядывать краснеющий закат. Размазанные остатки облаков над горизонтом, подсвеченные закатом, очень напоминали кровавые подтеки.

Старичок поднял руку и провел ей, словно он сам оставляет этот ярко красный след.

Вдруг он краем глаза замечает того самого деревенского дурачка. Тот посмотрел на Мастера, потом повернул голову к кроваво красному закату и снова взглянул на старика. Не уловив смысле движений старика, он пожал плечами и скрылся из виду.

— Значит деревенский дурачок, — кивнул своим мыслям маг и залпом опустошил ковш с квасом. — Посмотрим, что ты за штучка...

Глава 2

Деревенский дурачок! Каково вам?

Конечно, в подобном статусе я виноват сам, но все равно неприятно. Поначалу я не знал языка, а внешность глуповатого здорового детины лишь подтвердила репутацию. Потом, когда научился разговаривать, я попытался выяснить, где я, и что из себя представляет этот мир. Вы понимаете, что вопросы как называется страна, почему у вас нет электричества, и “что-то самолеты у вас не летают” из моих уст только укрепили мнение окружающих в мысли о моем недалеком уме. Я ведь еще частенько использовал слова из родного русского, которые местным казались полной бессмыслицей. Сейчас с усмешкой вспоминаю, как пытался объяснить кузнецу, что такое самолет, почему он из металла и как он может летать. Да, первое время было туго. А потом как-то приноровился.

В статусе дурачка были свои плюсы. Во-первых — не надо было объяснять странное поведение или незнание элементарных вещей. Во-вторых — на тебя не вешали ответственность. В-третьих — можно было прямо говорить то, что хотелось. Последний пункт мне нравился больше всего. Я им часто пользовался, когда толком не умел говорить, но так увлекся, что он перерос в привычку.

Да, селяне толком никогда не трепались попусту, это было очень заметно, но моя прямота была апофеозом. Я хотел есть — я шел в любой дом и говорил: “Хочу есть!”. Меня тут же приставляли к несложной работе и вручали хлеба. После работы кормили. Если я говорил, что хочу спать — мне просто указывали на сеновал и все. Зимой, конечно, иногда пускали в дом, обогреться у печки, но скорее в порядке исключения. Чаще просто давали каких-нибудь тряпок.

Самым неприятным моментом статуса дурачка были детские подначки. Дети везде одинаковы и очень жестоки. Если словесные оскорбления я не воспринимал и игнорировал, то попытки ударить не спускал. По-началу приходилось частенько драться. Нет, не подумайте, что я профи, скорее просто любил спорт. Но боевыми искусствами никогда не занимался. Не боец, одним словом, но как держать кулаки и как бить — знал. Возможно, это и помогло.

Тот ко... демон, он выполнил свое обещание. Я увидел свою жену и ребенка. Видимо он все же демон, потому, что увидел я их…

* * *

Взгляд направлен в клавиши кассы, а пальцы сами собой стучат вбивая сумму и нажимая разноцветные дополнительные кнопки.

Марк смотрит глазами мужчины в белоснежном фартуке на очередь галдящей ребятни и родителей с той стороны прилавка.

— Два миндальных! — заявляет парень, лет тринадцати, перед ним.

— Два миндальных, — кивает продавец. — С вас триста семьдесят.

Пока парень копается в ворохе бумажек, продавец набирает специальной ложкой миндальное мороженое из большого контейнера. Несколько движений и в вафельных стаканчиках оказывается по два круглых шарика мороженого.

Продавец забирает деньги с прилавка и поднимает взгляд на молодую девушку с ребенком. Мальчишка тычет в прилавок пальцем и громко заявляет: “Мне клубничное!”

— Одно клубничное и одно ванильное, — произносит девушка с улыбкой, от которой внутри все переворачивается.

“Господи! Господи, до чего ты красива! Кто-нибудь! Пожалуйста… Остановите время!”

И, повинуясь отчаянному крику души, мир становится на паузу. Исчезают звуки, замирают бегущие дети и рука продавца, принимающего деньги.

— Здравствуй, Мак, — слышится до боли знакомый голос.

Он поворачивает голову на звук, будто собственную, не задумываясь. Рядом, облокотившись на прилавок стоит козлоголовый демон.

— Не волнуйся, сейчас ты можешь говорить, — усмехается демон. — Ты выполнил свое обещание, а я выполнил свое. Все как договаривались.

— А они? У них...

— Все у них хорошо. Сын учится, жена работает...

Мак протягивает руку и прикасается к теплой руке супруги. В груди резко защемило. Взгляд скользит на мальчишку, прилипшего лбом к стеклянному прилавку. Там, за стеклом, стояли металлические коробки с мороженым.

— Он вырос, — сглотнув произнес Мак. — Уже большой...

— Да, время вернулось в привычное русло и отмотало положенные годы, — со вздохом произнес собеседник. — Я не могу долго удерживать время, у меня тоже есть обязательства. Поэтому слушай: следующее твое задание — научиться пользоваться своей силой.

— Какой силой?

— Ты же не думаешь, что случайно оказался в теле здоровяка? На то есть несколько причин, и главная из них — это крохотная капелька крови великих, что пробудилась в этом... недалеком парне. Будь добр, не упускай этот шанс. Нам это еще не раз пригодится.

— А как я...

— Ты уже на правильном пути, — отмахнулся демон. — Я был приятно удивлен, твоим разговором со странствующим магом.

— Ты хочешь сказать, что мне нужно стать магом?

— Да, — кивнул головой козлоголовый. — И с тем потенциалом, который у тебя есть — довольно сильным.

— А они? Когда я снова увижу их?

— Когда я увижу твои успехи в овладении силой.

— Слишком обтекаемо, — нахмурившись ответил Мак.

— Хочешь конкретики? — улыбнулся демон. Его хвост начал вилять гораздо сильнее. — Давай конкретнее. Получишь статус “познающий” — будет тебе еще одна встреча. Когда сможешь поднять силу до “синего” — я дам тебе волю двигаться самому.

— Говорить... я хочу с ними поговорить!

— Это не лучшая идея, но как сон я могу это устроить, — козлоголовый задумался и добавил: — Если ты научишься контролировать дар крови.

— Статус “познающий”, сила уровня синий и контроль дара крови, — кивнул Мак.

— Серьезный подход, да? — улыбнулся демон. — Как на работе!

— Ага... Такая работа...

Короткий взгляд на сына, легкое прикосновение к руке супруги и...

— Одно клубничное и одно ванильное. — произнес сухой голос продавца. — С вас семьсот двадцать...

* * *

— Встань в центр желтого треугольника, — кивнул старичок Маку.

Мак вглянул труд старичка. Посреди поляны был снят дерн. На сырой земле были насыпаны порошком четкие круги и множество загадочных для парня символов. В центре этой геометрической вакханалии находился треугольник.

— Это обязательно? — Мак поежился. Его взгляд скользнул по голубому небу и облакам, которые ветер размазал перьями по небосклону. До дороги в город — полчаса хода. Старик долго ворчал, пока они продирались к этой поляне.

— Вставай я тебе говорю! Так надо!

Парень скинул торбу, собранную деревенскими ему в дорогу и вошел в круг.

Несколько секунд ничего не происходило. Первыми подали признаки магической деятельности знаки на периферии. Некоторые полыхали огнем, другие исходили голубым, ледяным свечением, третьи просто светили, остальные остались неподвижными и никак не реагировали, а вот парочка вовсе испускала черный, густой дым.

Маку это ни о чем не говорило, поэтому он предпочел сосредоточить внимание на лице старика. Поначалу, когда только активировались знаки, старик улыбнулся, позже, когда знаки начали наливаться силой, улыбка переросла в удивление. Когда два знака начали испускать черный дым, он кинул пару встревоженных взглядов на парня.

Все произошло после того, как начал светиться треугольник под ногами испытуемого. Поначалу символы просто испускали белоснежный свет, но затем, словно кто-то взорвал дымовую шашку с черным дымом.

Это продолжалось несколько секунд, спустя которые дым резко исчез. На краю поляны на парня исподлобья смотрел уставший старичок.

— Выходи, — усталопроизнес он.

Мак спокойно вышел из треугольника и направился к своей торбе.

— Сегодня остановимся на ночь тут, — сообщил Мастер парню. — Я буду занят. Утром постучишь. Пока меня не будет — верни дерн на место.

После этих слов старик вытер пот со лба и развернувшись пошел к шкафу, где и скрылся.

Мак оглянулся. “Дерн был снят магией, буквально за несколько секунд. Мастер мог вернуть его так же на место? Мог, но не вернул. Почему? Либо он остался без сил, либо он хотел, чтобы это сделал именно я. Зачем?...”

Вздохнув, парень подошел к куче дерна и принялся руками раскидывать ее по поляне. Диаметр круга, где был снят дерн — метров десять. Придется попотеть.

— Это просто работа, — печально вздохнул Мак, поднимая кусок дерна и укладывая его на место.

* * *

Парень развел костер немного в стороне от шкафа, на краю поляны. Так было ближе носить дрова, и лес давал необъяснимое ощущение защищенности.

Уже давно стемнело, шкаф стоял черной тенью в стороне. Светлячки из банки на торце исчезли. Но костер ласкал тело теплом и освещал небольшой пятачок, даря ощущение уюта. В руках Мака был котелок, врученный “в дорогу” вместе с нехитрой снедью и овечьей шкурой. Он взглянул через него и обнаружил небольшую дырочку, через которую утекала вода.

Мак нашел подходящую палочку, заточил ее и заткнул течь. Это конечно временное решение, но выбирать не приходилось, пусть даже такая “заклепка” скоро прогорит. Пара минут и котелок с водой уже висит над огнем. Рядом мешочек с крупой, маленький кожаный кисет с солью и деревянная ложка, которую Мак сделал сам, после того как выковал себе нож.

Привычная тишина, треск костра, полное небо звезд и одиночество. Это стало привычным делом. Забурлила вода в котелке. Мак закинул в кипящую воду горсть каши, за ней еще одну и щепотку соли.

Нехитрая еда, без изысков, но он уже привык. Вяленое мясо ему с собой не дали, что в принципе, тоже ожидаемо.

Скрипнула дверь шкафа, нарушая единение парня с костром и кашей. Марк не стал оборачиваться. Вместо этого он сосредоточился на каше. Парень медленно помешивал ее деревянной ложкой. Быстро будешь мешать — дольше закипать будет, слишком медленно — пригорит к стенкам — не удобно будет вышкребать остатки. Поэтому движения размеренные, плавные, как мысли в голове: “Мало ли? Может в туалет приперло? Да, и как он спит в этом шкафу?”.

— Ужинаешь? — послышалось совсем рядом.

Мак поднял голову и окинул взглядом Мастера. В свете костра его лицо выглядело осунувшимся, но довольным.

— Мак, скажи мне, как ты представляешь свое будущее, — произнес старик присаживаясь рядом с костром.

Парень не спешил отвечать, создавалось впечатление, что каша его в данный момент волновала больше, чем разговоры о будущем.

— Не представляю своего будущего, — после длительного молчания ответил Мак.

— Тогда другой вопрос — кем ты хочешь стать?

— Магом, — ответил парень. — Я хочу научиться управлять силой и стать необычным.

— Хороший ответ, — кивнул старик и достал из рубахи длинную трубку и мешочек с табаком. — Однако, стать магом не так-то просто.

— Я сильный, умный и упорный, — пожал плечами Мак. Он подхватил ложкой немного каши и поднес ко рту. — Я справлюсь.

Старик набил трубку табаком и с улыбкой взглянул на парня. Поднеся обуглившийся кончик ветки он раскурил трубку и глубоко затянувшись выпустил сизый дым.

— У тебя отличный потенциал, из тебя может выйти довольно сильный маг! А еще у тебя есть сила крови, присущая только благородным членам кланов. Вот только... — старик причмокнул губами, задумчиво глядя на парня. — Она черная...

— Это плохо?

— Это прекрасно! — произнес голос со стороны небольшого оврага.

Из темноты ночи к ним приближался человек в плаще. Он подошел к костру так, чтобы было видно его силуэт и снял капюшон. Под ним оказалось бледное лицо и лысый череп мужчины лет тридцати. Мак успел отметить, что нос у него напоминал соколиный клюв, а глаза были почему-то очень мутные. Тем не менее, он улыбался.

Старик, сразу подобрался. Он пересел так, чтобы в любой миг вскочить на ноги, продолжая спокойно покуривать трубку и поглядывать на гостя.

— Не приютите странника? — все так же улыбаясь произнес пришелец.

— Когда это у нас Проклятые странниками стали? — задумчиво спросил старик. — А я думал вас всех перебили.

— Ну, что вы! Что вы! — тихонечко хохотнул незнакомец. — Разве смерть может нам помешать выполнять волю нашего господина? Никогда! Однако, прошу меня извинить. Я тут по делу.

— И какое дело у мертвеца... здесь?

Мак еще раз взглянул на пришельца. Только сейчас, когда он присмотрелся — он обнаружил, что на руках мужчины характерные трупные пятна, глаза давно высохли, а зрачки изменились на манер кошачьих. Все факты налицо — перед ним говорящий мертвец.

— А то вы не догадываетесь? — передразнив, спросил гость. Он повернул голово к Маку и улыбнулся. — Это он, да? Это избранный!

— С чего бы это? — Старый Маг пыхнул трубкой и медленно высыпал из нее угли. Взгляд напряжен, еще немного и он кинется в бой.

— Я почувствовал его кровь, — мертвец облизнул черным как уголь языком синие губы. — Он ее проявил. Даже под землей я почувствовал его. Это он...

— Уходи и я оставлю тебе жизнь, — сглотнув, произнес старик. Он пригрозил незваному гостю трубкой. Кончик трубки дрожал.

Мертвец в ответ тихо рассмеялся.

— Да ты шутник!

В этот момент все и началось. Старик резко махнул рукой и Мака откинуло в сторону на добрый десяток метров. Мертвец тут же вскочил на ноги, но к нему подоспел старичок. Трубка странствующего мага светились как прожектор. Маг указал ей в лицо мертвеца и произнес сквозь зубы.

— Убирайся, или я тебя уничтожу!

Вместо ответа, мертвец резко задрал голову вверх и раскрыл рот. Затем он засунул себе в рот руку и вытащил из пасти, обрамленной гнилыми зубами, короткий клинок, длинной в локоть.

— Мое почтение, отшельник! — с улыбкой произнес мертвец. Он поклонился на старый манер, согласно дуэльному кодексу древних времен, и встал в позу.

Дальше Мак уже ничего не мог разобрать. Метание черных, как смола, клубов и яркие вспышки белого света перемешались и превратились в запутанный клубок. До парнишки доносились то натужные “хеканья” старика, то возбужденный смех хриплого голоса. Только через несколько минут бой приостановился.

На фоне костра застыли два силуэта: первый — сгорбленного, покачивающегося от усталости старика, а второй — ожившего трупа, потерявшего левую руку по локоть.

— А ты хорош, Мастер! — сквозь зубы процедил мертвец.

— Старая школа, — пожал плечами маг и тут же добавил: — У тебя, как я понял, тоже.

Мертвец изобразил театральный поклон, прижав уцелевшей рукой клинок к груди.

— Это был хороший бой, — произнес незнакомец. — Но вы должны меня понять... служба!

Мертвец вскинул руку и отправил в сторону Мака, наблюдавшего за сражением в траве, черный сгусток. Все произошло неожиданно и парень, в десятке метров от сражающихся даже не успел что-либо предпринять. Ситуацию спасла размазанная фигура старика, частично перехватившая сгусток темной энергии.

Старик стоял между парнем и мертвецом.

— Артефактор, — отметил мертвец, глядя в лицо старика.

В следующий миг он направил на старика целый поток темной энергии. Старичок же, от бессилия упал на одно колено, но продолжал удерживать свою табачную трубку, указывая ею на противника.

Поток темной энергии разбивался о старика, словно об утес, разделяясь на две половины. Мертвец хмурясь начал подходить все ближе, усиливая давление, но старик не сдавался.

Когда мертвец был совсем рядом, буквально касался кончиками пальцев трубки Мастера, он с раздражением произнес сквозь зубы:

— Что, черт возьми, это такое?

Маг не ответил, он из последних сил сделал резкий выпад вперед, словно специально для этого все это время простоял на одном колене и держал трубку направленной в лицо мертвеца.

Удар оказался решающим. Костяная трубка прошла сквозь шею и череп мертвеца насквозь, словно раскаленный нож сквозь масло. С кончика, торчащего из затылка мертвеца, исходил сизый дым, а тело мертвеца прямо на глазах начало разваливаться на куски.

Старик отпустил трубку и сделал пару шагов назад. Покачиваясь он ощупал свое обезображенное лицо и повернулся к Маку.

Парень лежал на боку, смотрел на три ярких звезды на ночном небе и хватал ртом воздух. В его грудь попал небольшой сгусток, с горошину, но этого хватило чтобы прожечь куртку, кожу, ребра и оплавить часть легких. Края раны были черные как уголь.

— Мертвый ублюдок! — выругался старик и припадая на одну ногу метнулся к шкафу. Оттуда он прибежал с белоснежным чемоданчиком.

— Терпи, еще немного потерпи! — пробормотал старичок раскладывая странный инструмент рядом с парнем. — Молодец, дотерпел, а теперь будет больно...

Ночной лес всколыхнулся от истошного крика молодого парня.

* * *

Мак повернулся на бок. Перед глазами подушка с до боли знакомыми розами. Он дома… Глубокий вдох. Пахнет жареными котлетами. С кухни доносится бряканье посуды и шипение масла на сковородке.

Мак торопливо поднимается на ноги и идет на кухню. Вот, из-за угла виднеется ягодица супруги в облегающих трениках. Он подходит ближе и протягивает руку, но в этот миг...

— Ты совсем охренел?! — ревет во все горло козлоголовый.

Вместо супруги, за углом оказывается демон с головой козла.

— Я вложил в тебя силу, я прорву сил приложил чтобы переделать историю твоего мира, приволок к тебе мага, а ты? — Демон выглядел необычно. Первый раз Марк увидел его в бешенстве. Он несколько раз тыкает в Марка лопаткой, которой ранее переворачивал котлеты. — Тебя, как последнего щенка убивает какой-то адепт! ТЕБЯ! Столько трудов, вложенных в тебя, просто улетают в трубу!

— Я не...

— Я мне плевать, что ты “не”!!! — демон дергает головой и одним движением руки сметает все с плиты и стола на пол. — Слушай меня внимательно! Я не буду тратить силы на твою жену и детей, чтобы там с ними дальше не произошло, пока ты не научишься проявлять силу своей крови! Однако, если ты, выродок магны, еще раз умрешь — я вложусь силами, чтобы сделать их обоих инвалидами! Чтобы они гадили под себя, утопали в собственном дерьме и ели через трубочку! Ты меня понял?

Последние слова демон произносил склонив голову, словно собирается бодать Марка рогами. При этом его разъяренный шепот больше напоминал шипение.

— Я понял, — стараясь скрыть раздражение, вперемешку со страхом, произнес Марк.

— Свободен! — произнес демон и растаял в воздухе.

* * *

— Ну-ка! — послышался обрадованный голос совсем рядом.

Мак открыл глаза и увидел склонившегося над ним старика. Взгляд сразу уперся в обезображенное лицо. Под кожей старика виднелись оголенные кости, но это мало волновало Мака. Самое интересное было в рисунках на костях. К тому же, вместо глаза у старика оказался крупный красный камень, по цвету напоминающий рубин.

— Я был готов поклясться, что ты умер, — с улыбкой произносит старик. — Демон забери того Проклятого.

— Что... Что случилось? — Мак только сейчас заметил, что уже светает.

— Я бы сказал так: «Дуэль на чистых энергиях». Не мой конек, но все же, как видишь — мы не в числе проигравших. — Старик поднес ко рту небольшой пузырек. — Выпей, это хорошее средство. У меня в последнем экземпляре.

Марк проглотил средство, оказавшееся приторно сладким, с послевкусием мяты.

— Дерьмо, — прокряхтел он.

— Да, не Сатирское вино, но нам надо убраться отсюда побыстрее, на всякий случай. — Старик оглянулся, потом еще раз осмотрел грудь Мака и кивнул. — Все, можешь вставать.

Мак аккуратно присел, ощупал место, где была рана, прислушался к себе, а уже потом встал.

— Я думал умру, — произнес парень

— Я тоже был уверен, что ты умер, но даже такие Мастера как я, иногда ошибаются. — старик быстренько сложил инструменты в белый чемодан и отправился сторону шкафа. — Собирай пожитки, надо уходить.

— Кто это был? «Проклятые»? Они могут вернуться?

— Да, это орден проклятых, но факт того, что они вернутся — очень мал. И вероятность подобного исхода я выяснять не собираюсь! — Старик закинул сумку в шкаф и тут же принялся расправлять лямки. — Собирайся быстрее!

Мак подошел к костру, сложил крупу и соль в мешок, быстро закинул в себя остатки каши и упаковал котелок.

— Готов? — спросил старик.

— Да!

— Пойдем, сначала кое-что сделаешь для меня. — старик привел Мака к месту, где лежала куча догнивающего мяса. В той куче виднелась белоснежная трубка. — Возьми какую-нибудь палку и выковыряй мою трубку из этого... да, надо бы еще ее сполоснуть.

Мак пожал плечами, подхватил пару прутиков и воспользовавшись ими на манер китайских палочек, выхватил трубку из гнойного месива. Сполоснув трубку в ручье, он протянул ее старику.

— Ловко ты с палочками, — хмыкнул Мастер. — Говорят, в империи Сатир так едят, палочками.

Мастер и Мак снова пробирались сквозь лес. Если у паренька трудностей не возникало, то маг постоянно матерился. Ветки так и норовили упереться в шкаф, не давая ему пройти.

— Чтоб вас! — выругался старичок, когда в очередной раз зацепился за ветку. Тут же вторая встала в упор и ему пришлось разворачиваться боком, чтобы пройти между низких веток. — Даже не знаю, что хуже! Проклятые или эти чертовы деревья!

— Кто такие проклятые? — спросил Мак, наблюдая за возней старичка.

— Проклятые? — старик морщился как от зубной боли. — Это чертовы ублюдки! Я думал, мы всех уничтожили, но вот изредка выскакивают такие вот напоминания из прошлого.

Старик вышел на небольшую просеку и с облегчением вздохнул.

— Еще чуть-чуть!

— Кто такие проклятые? — повторил свой вопрос Мак.

— Проклятые — это маги, которые применяют проклятое искусство. — Мастер вытер испарину и двинулся по просеке. Вдалеке уже виднелась свободное пространство. Там начиналась дорога. — Есть масса способов усилить свои чары, и некоторые способы запрещены.

— Почему?

— Потому, что они меняют мага, ломают его волю и превращают либо в монстра, либо в неуправляемую, чудовищную силу! — старик вздохнул и попытался объяснить. — Существует методика создания охранника, не восприимчивого к магии. И делают его из трупов младенцев, путем множественной перегонки и воздействия мертвой силы. Это из области некромантии.

— Это запрещено?

— Нет, это как раз вполне разрешенная практика. — хмыкнул маг. — Она не влияет на разум и волю мага. Но есть вот такая методика: необходимо съесть печень только что убитого мага. Разумеется, после небольшого и довольно простенького ритуала. Это дает серьезный прирост силы. Он будет временным, но часть его все же останется с тобой навсегда. Таким образом, теоретически, можно увеличить свою силу в несколько раз. Однако! Это сопровождается удовольствием, для того кто ест. Причем настолько сильным, что ни одна женщина не доставит.

— Проклятые ищут удовольствие?

— Да, — неохотно согласился маг. — Не совсем верно... Да. Можно и так сказать. Такие техники называют проклятыми. И хорошо, когда таких проклятых удавалось вычислить сразу. Иногда — это превращалось в серьезную проблему.

— Превращалось... — задумчиво произнес Мак.

— Да, это было несколько веков назад, Проклятые настолько разошлись, что попытались захватить часть нашей земли и империи Сатир. Они и раньше были вне закона, но после такого их начали убивать. Была огромная война, которая закончилась уничтожением ордена Проклятых. Тотальным уничтожением.

— Империя рядом? — задал вопрос Мак.

Этот вопрос заставил старика сделать остановку и подозрительно взглянуть на парня.

— Либо ты действительно туп, либо я что-то о тебе не знаю, — пробормотал старик.

Марк пожал плечами и повторил вопрос:

— Так далеко до Сатира?

— Несколько месяцев конного хода. — Старый Мастер с прищуром посмотрел на парня, словно ожидая от него следующего вопроса.

Мак не подвел и оправдал ожидания.

— Откуда тогда тут проклятый?

— Что делает зверь, которого преследуют? Он либо бежит, либо прячется. — старик продолжил движение. — Проклятые выбрали второй вариант и попрятались по норам, впадая в летаргию. И выводит из нее именно темная сила. У них там мутное пророчество о пришествии нового повелителя.

— Избранный?

— Да, что-то о нем. Не углублялся в их пророчества. Они всегда казались мне бреднями.

Путники продолжили движение. Шли они медленно и размеренно, но к закату подошли к большому пограничному столбу. На нем был изображен герб и высечены три слова: «Земли Клана Фарагурт»

— Земли кланов, — улыбнулся старичок.

— Фарагурт... — пробормотал Мак и почесал лоб. — До них идти пять дней. Мы шли только два. Почему?

— Это моя специализация. У меня их две, но основная... — волшебник взглянул на парня и произнес: — Пространственная магия.

— Это как?

— Как? — маг почесал бородку и взглянул на небо. — Это так, что я могу уменьшать расстояния, или увеличивать их. В любом случае, мы почти пришли...

Путники подошли к повороту дороги, после которого открылся вид на большую поляну. На ней стояла приземистая избушка.

— Чей-то дом?

— Нет, это домик специально для нас, отшельников. — вздохнул Старый Мастер. — Не все таскают дом с собой.

Старик направился к избушке через высокую траву.

— Мак! — крикнул старик отставшему парню. — Приготовь дрова! Сегодня нужно многое успеть сделать!

* * *

Мак сидел у печки и подсовывал полешки в приоткрытую дверцу печки. Внутри задорно трещали разгоревшиеся дрова, печь исходила жаром, а на металлической плите пощелкивал старый медный чайник.

Старичок сидел за столом и водил пальцем по строчкам старой книги, обернутой в черную кожу.

— Ага! Значит так! На обучение по договору «Возврата трудом» принимаются одаренные с уровнем силы не менее серый.... Это у нас имеется. Одаренный должен уметь читать и писать на языке империи Антолия, — волшебник поднял взгляд на парня. Тот кивнул. — Значит это тоже есть. Так... Одаренный должен уметь управлять силой, на уровне претендента.... Претендента...

Старик зашуршал страницами и вновь углубился в чтение.

— Претендент обязан явить умение управлять силой, в виде создания десяти обязательных заклинаний, — маг нахмурился, кинул задумчивый взгляд на парня и продолжил читать. — Свет, пламя, движение воды, движение земли...

Волшебник снова зацокал, явно расстроившись в списке обязательных заклинаний. Не надо быть гением, чтобы понять — Старый Мастер сомневался в скорости обучения Мака.

— Так... мантия, запас нательного белья... Вот оно... Вознаграждение обучившему магу составляет... — старичок скуксился, словно съел кусок лимона. — Погоди-ка... Вот! В случае, обучения претендента до уровня подмастерья, оплата производится...

Старик поднял довольное лицо от книги и упер взгляд в парня. Выражение тут же помрачнело. Мак тем временем взял вскипевший чайник и налил в пару кружек. Его рост заставлял его пригибаться, еще больше усиливая эффект его широких плеч.

— Мак, давай с кое-чем определимся, — начал старик, когда парень сел напротив него. — Сначала нам нужно определиться с твоим статусом. Я предлагаю забыть факт того, что ты раб и присвоить тебе статус ученика мага. Как ты на это смотришь?

— Хорошо, — произнес Мак, стараясь не выдавать своего отношения.

— Тогда нам нужно провести ритуал. Нет, это будет завтра. — маг пожевал губами и добавил: — Ученичество нельзя отменить, пока я это не сделаю сам. Это ты понимаешь?

— Да.

— Отлично! Тогда нам нужно определиться с твоей силой крови.

— Что с ней не так?

— Она черная и я понятия не имею в чем она заключается, — вздохнул старик. — К тому же тебе надо определиться, чем ты хочешь заниматься и на чем специализироваться.

Мак почесал переносицу и не ответил.

— Ты понимаешь о чем я говорю?

— Да, но выбирать что-то, из неизвестно чего... трудно.

— Не поспоришь, — согласился волшебник. — Я думал начать с базовых приемов разминки, но сейчас понимаю, что начнем мы с тобой с одной очень старой книжицы. — Старый Мастер встал и вышел во двор, с которого послышался скрип дверцы шкафа.

Спустя пару минут, за которые Мак допил чай из кружки, старичок вернулся с увесистой книгой в сером переплете.

— Читай! — скомандовал Мастер, открыв перед ним первую страницу.

— Собрание положений о быте магов империи «Антолия». — парень поднял непонимающий взгляд на старика.

— Читай! Это довольно старый вариант, но эти постулаты, насколько я знаю, не изменились.

— ...Полное собрание всех законов касательно магии и магов, а также правил приличия и поведения...

* * *

— Чем не может распоряжаться коллегия магов? — спросил старичок, смотрящий куда-то вдаль.

Мак и Старый Мастер снова шли по дороге. Уже рассвело и солнце начало пригревать. Небо было чистым, что не могло не радовать. Путешествие в дождь — то еще приключение.

— Магами состоящими в каком-либо клане.

— А что такое клан?

— Клан — это объединение людей с длинной родословной, чаще с магической наследственностью, наделенных гербом и проживающих на одной территории.

— Права клана? — кивнул старик.

— Абсолютны, но только на их территории и только если они не противоречат законам империи, — Мак отвечал ровно, по делу, и ни разу не ошибся за время опроса старичка.

Старик же явно пытался найти брешь в полученных знаниях парня.

— Кто имеет право менять закон империи?

— Коллегия Магов империи, но только после визирования Императором.

— Кто входит в Коллегию Магов?

— Маги не ниже уровня «Абсолют», занимающие государственные должности.

— Сколько магов в коллегии?

— По разному. Бывало доходило до девяти.

Старик закивал поджав губы.

— На данный момент таких магов — три. Глава клана «Истинного пламени» — Пальметин, тот еще пироман. Глава клана «Розы ветров» — Зульд, мастер работы со льдом. Ну и наш император — Павел «Сияние». — Старичок поднял палец и назидательно произнес: — С давних времен, сила страны, ее спад или же возвышение обуславливалось тремя факторами. Первый — разум правителя, который управлял этой страной. Если правитель был достаточно умен, то порой это приносило отличные плоды — дела в стране шли в гору. Однако, умные правители настолько редки, что проще отыскать безалкогольный напиток у рудокопов в шахтах.

Мак выгнул бровь, после упоминания алкоголя в шахтах, но Мастер на это не обратил внимания.

— Вторым фактором будет наличие развитой подготовки множества магов. Это сильно упрощает жизнь, как простого народа, так и государственных служб. В конце концов, можно призвать их в армию, и получить довольно грозную силу. — Мастер кивнул своим мыслям, но надолго умолкать не стал. — Если они верны своему королю. А то знаешь ли... бывали случаи.

— Крыши домов! — произнес Мак и указал рукой в сторону леса.

— Где? А, это... хочешь зайти туда?

Мак пожал плечами.

— Да, пожалуй можно... — они свернули на узкую тропинку и отправились к селению. — О чем это я?

— Факторы...

— Да! Третий факт был обеспечен четкой и понятной величиной — наличием в стране магов с уровнем силы Абсолют. Согласись — анализировать работу главы государства или систему обучения и количество магов — довольно муторное занятие. К тому же — не точное. А вот с магами такой силы все понятно — чем больше абсолютов, тем жестче может последовать ответ...

Парочка приближалась к селению. Первым заметил странности Мак.

— Тихо.

Старик на секунду остановился и всмотрелся в дома. Где-то были открыты двери, дыма из труб было не видно, на окраине виднелись несколько свежих холмов с землей.

— Стой, — произнес Мастер и достал из своей ноши пару медальонов. — Надень, это может помочь.

Они продолжили путь и, приближаясь к селению, заметили первые намеки на беду. Холмы, с краю деревни оказались ничем иным как могилами.

Пара домов зияли провалами темных окон, еще пара стояла с заколоченными ставнями. На улице, у калитки лежало тело мужчины.

Мастер и Мак подошли к телу. Старик поставил шкаф и перевернул труп подвернувшейся палкой. Серое лицо, застывшие мутные глаза и мелкая ярко-синяя сыпь по лицу.

— Синяя пигалица, — сморщившись произнес учитель. — Вот тебе и первый урок — зараза пострашнее чумы и Проклятых. Синяя пигалица, или как ее обычно называют моряки «синий круп».

— Трогать можно? — спросил Мак, рассматривая странную сыпь.

— Пока на тебе медальон — да.

Парень присел и потрогал челюсть мужчины — окоченела. Попробовал двинуть руку — та поддалась.

— Часа два, или три, — произнес Мак и задрал рубаху. На груди и животе — та же сыпь.

Старик молча проследил за манипуляциями ученика и задумчиво произнес:

— Похоже, что так. Что еще скажешь?

— Могилы копал он, — парень кивнул на лопату неподалеку.

— Проверь тот дом, — кивнул старик на большую избу за калиткой. — Поищи тайники.

Мак кивнул и отправился в дом, под пристальным взглядом старика. Когда он скрылся в доме, тот прошептал одними губами:

— Кто же ты такой?

Мастер достал из шкафа несколько черных цилиндров в белоснежной тряпице и принялся выводить знаки рядом с трупом. Пока он выводил знаки вернулся Мак.

— Там три трупа. Все с такой же сыпью, — произнес он. — Один взрослый и два ребенка.

— В конюшню заглядывал?

— Лошадь, две козы и овец десяток. Тоже дохлые.

— Вывод?

— Если заразой болеют не только люди, то ее могли принести дикие звери. — произнес Мак и оглянулся.

— Вывод не правильный, — ответил старик и активировал заклинание. В центре из круга символов, посыпанный черным порошком зашевелился труп. — Отвечай на вопросы!

— Да.

— Когда в деревне началась эпидемия?

— Неделя...

— Кто-то пытался сбежать?

— Да.

— Кто?

— Пришлый, Савушка.

— Когда он убежал?

— Два дня назад.

— Он болен?

— Да.

— Ты знаешь куда он ушел?

— По козьим тропам, в сторону города.

— Почему так?

— Так быстрее.

Старик покивал и хотел уже развеять заклинание, но тут подал голос Мак.

— Кто первый заболел?

— Пастух, младший Нефедов.

— Что было до того, как он заболел?

— Волк шальной вышел на него. Большой, но уставший или больной. Тот его ножом запорол.

Мак выразительно взглянул на старика. Тот пожал плечами и отпустил мертвого. Тело снова упало на землю бесформенной кучей.

— Пойдем, — кивнул старик и отправился в сторону дома.

Войдя в дом, он прямиком подошел к печке. Обойдя ее по кругу, он обнаружил нужный кирпич и вытащил его. Это оказался тайник, в котором блестело несколько золотых монет и пара медальонов Антолии.

— Знаешь как найти тайник в деревенском доме? Надо просто искать место, которое со временем не изменится. Стены у сруба деревянные и постоянно гуляют. Тайник может заклинить. Что всегда на месте? Печка! Вот в ней, в основном, тайники и делают.

Старик подошел к столу у небольшого оконца, уселся за него и положил монеты.

— Мы же с тобой вроде ученик и учитель, так? — произносит Мастер и кидает задумчивый взгляд на парня.

— Так, — осторожно отвечает Мак.

— Но нам с тобой такие отношения не подходят. — маг взял в руки одну монету и внимательно ее разглядывая начал объяснять. — Ты мне тут определяешь время смерти человека и при этом не знаешь, где искать тайник в деревенском доме.

Парень двинул челюстью, но больше никаких признаков недовольства происходящим не показал.

— Я тебе уже говорил, нам нужен ритуал для официальной завязки учитель — ученик и он будет, но ты мне должен произнести несколько клятв. — старичок положил правую руку ладонью вверх и начал загибать пальцы. — Первая — что не причинишь мне вреда умышленно. Вторая — ты не задумываешь для Антолии ничего плохого, ни для народа, ни для нашего императора. Третья — ты клянешься, что не имеешь отношения к Проклятым.

— Клянусь, я не намереваюсь причинять тебе вред, — вытянув руку вперед и повторив счет за наставником, произнес Мак. — Клянусь, я не собираюсь причинять вред ни народу, ни ее жителям, ни императору. И я клянусь, я узнал о проклятых находясь рядом с тобой.

Старик удовлетворенно кивнул.

— Садись, думаю больше откладывать смысла нет. — С этими словами, Мастер сжал левую ладонь горстью, которая тут же начала наполняться кровью. — Приготовь нож, сейчас будешь обводить символы со мной.

Поначалу он выводил геометрические фигуры, потом рисовал в них странные иероглифы, а под конец более мелкие буквы по углам фигур.

— Ты должен понять мои опасения, — бормотал он, макая палец в ладонь как в чернильницу. — Ты не тянешь на разбойника или дурака — слишком умный. На вражеского шпиона тоже — слишком прокалываешься. Я одно время думал, что ты из гвардии императора, но от них несет его печатью. Прям в нос бьет запахом грозы и императорского ладана. А от тебя только гнилью. Но! Сегодня я понял главную вещь!

Старик поднял взгляд на Мака и пожав плечами произнес:

— А какая, к демонам, разница кто ты такой? У нас с тобой совпадает цель — сделать тебя магом. Зачем тебе это? Понятия не имею. А вот я, если ты станешь полноправным магом, я получу очень хорошую сумму...

Старик устало вздохнул и кинул мечтательный взгляд в окошко.

— Куплю себе деревушку в свободных землях, может арендую у какого-нибудь клана, построю башню, рабов выкуплю несколько сотен, поля, хозяйство... — Старик застыл с мечтатьельным взором где-то в листьях разлапистого клена у окна.

— Ты устал,— вывел его из грез о спокойном будущем Мак.

— Да, я устал... Я чертовски устал! — продолжил чертежи старичок. — Режь руку и обводи мои буквы и знаки, один в один.

Мак неохотно покосился на нож и сложный рисунок на столешнице.

— Не стесняйся, — ухмыльнулся старик. — В любом случае без этого — никак.

Мак обхватил лезвие ножа левой рукой, а правой резко выдернул его за ручку. Из сжатого кулака начала капать кровь. Мак старался не заляпать рисунок и повторить за стариком все линии.

— Нам еще многое предстоит сделать, но главную мысль ты уловил? — пробормотал маг глядя на действия ученика.

— Я помогу тебе, а ты поможешь мне, — не отвлекаясь от своего занятия произнес Мак.

Старик довольно кивнул и улыбнулся своим мыслям.

— Знаешь, когда ты будешь получать звание свободного мага, там будет много... разных, — старик пожевал губами подбирая слова. — Сложных людей. И твоя манера говорить тебе поможет. Да. Твои плечи, лицо и манера говорить тебе очень помогут.

— Главное, чтобы не навредила, — добавил парень и провел последнюю линию.

Старик протянул левую раненую ладонь Маку, тот так же протянул свою. Маг схватил ее на манер рукопожатия.

— Я, свободный маг Юринай Аболосский, отшельник по предназначению, беру в ученики юношу...

— Мак...

— ...Юношу Мака. — Старик взглянул на пару почерневших рисунков, а затем скомандовал парню: Повторяй за мной! Я, Мак, согласен стать учеником...

— Я Мак, согласен стать учеником...

Глава 3

— Это основа. Я бы назвал это основным принципом восприятия работы с силой. Либо ты готовишь для нее заготовку заранее, исключая потери, экономя каждую каплю, собирая все возможные источники в один ручеек, ручейки в речку, речку в океаны энергии. Так живут артефакторы. Принцип неразрывности и запрограммированности действия. — Старик потер щеку. Несмотря на расстояние пламя припекало кожу. — Но ты должен понять, что этот принцип обращения с силой появился не от хорошей жизни или убеждений.

— Артефакторы слабы.

— Не совсем так, — сморщился старичок. — Скажем так «Артефакторы не могут манипулировать большими объемами энергии».

Мак и Юринай стояли на окраине деревни, которая полыхала пожаром. Огонь метался и облизывал дома и сараи. Местами пламя перекинулось даже на ограды.

— Мало силы, но очень точно? — спросил Мак.

— Да, очень верно подмечено. Только артефакторы работают с настолько малым количеством силы.

— А другие?

— А другие? — старик хмыкнул. — Другие извращаются по разному. Кто работает с силой напрямую, не забивая голову ничем, кроме способов ее увеличить. Есть те, кто применяет плетение и формы. Есть те, кто пользуется своей головой и фантазией, есть те, кто пользуется жестами, словами и прочей ерундой. Я слышал, некоторые пользуются силой через эмоции, правда там до безумия один шаг.

— А как лучше?

Старик с улыбкой взглянул на парня.

— Все зависит от того, чем ты собираешься заниматься!

Марк задумчиво почесал голову и пожал плечами.

— Надо сначала взять основы.

— Я подумал так же. — уважительно кивнув, произнес он. — Поэтому для начала тебе надо узнать свою точную силу, тип твоей силы крови.

— Нам за это не попадет? — спросил Мак не отрывая взгляда от пожарища.

— Нет, моего слова и синего гноя в пробирке вполне достаточно, чтобы снять все вопросы. — Старик сделал пару шагов назад и поставил свой шкаф. — Позови меня, когда пламя спадет. Тут много энергии смерти, а она нам понадобится.

— Зачем?

— Ты же хочешь стать как можно сильнее?

— Да, — осторожно произнес Мак.

— Вот мы и используем эту энергию как можно рациональнее.

Старик еще раз окинул взглядом горящее село и ушел в шкаф, оставив парня одного.

Мак проводил взглядом старика, который скрылся в шкафу и вернул взгляд на языки пламени, которые местами уже взмывались выше домов.

Пара десятков домов, вспыхнувших одновременно, были своеобразной картиной. Треск, столбы пламени, жуткий жар и тишина.

— Наверное так выглядит ад, — пробормотал парень себе под нос.

Ставить котел он не стал, хоть и хотелось есть. Парень достал каравай серого хлеба, который нашел в одном из домов, и бурдюк с вином. Отламывая куски подсохшего хлеба, он запивал их самодельным ягодным вином и продолжал глядеть на пожар.

— Вот тебе и работа, — произнес парень, сделав несколько глубоких глотков.

* * *

— Вот так! — с улыбкой произнес Мастер. — Все правильно!

Мак стоял широко расставив ноги и разведя руки в стороны. В руках парня были сжаты крупные кристаллы. Справа камень постепенно усиливал свечение, слева наоборот понемногу угасал.

— Постепенно, останавливай поток... вот так... а теперь обратно! — старик наблюдал за Маком с видимым возбуждением. Глаза блестели, а пальцы нервно перебирали рубаху. — Черт побери, я глазам своим не верю!

Стоит отметить, что Мак был на пределе. Капли пота со лба стекали одна за другой, собирались на переносице и устремились по носу вниз, на землю. Руки парня тряслись, крепко сжатые губы уже разъехались в диком оскале.

— Ну, я думаю хватит, — произнес Мастер с улыбкой. — Бросай кристаллы.

Мак отпустил кристаллы и сделал пару шагов вперед. Его явно шатало, но он держался на ногах.

— Сними рубаху!

Ученик подчинился и снял ее, снова чуть не упав на землю. Стянув с себя рубаху из грубой ткани, парень уставился красными глазами на старика. Потное, распаренное тело исходило паром, но пар был не обычным. Он был черным.

— Самое то! Остался последний нюанс, — произнес старик.

Мастер подошел почти вплотную и внимательно посмотрел в глаза парня.

— Теперь я понимаю, почему этим способом никто не пользуется, — тяжело дыша пробормотал Мак.

— Нет, пока еще не понимаешь, — ответил Юринай и прислонил руку к груди парня и виновато добавил: — Все дело в том, что сейчас... будет больно.

По окрестностям разнесся истошный крик юноши, срывая с деревьев птиц.

* * *

— Почему оно черное? — спросил Мак, глядя на свою левую кисть. В правой руке он держал все тот же бурдюк с плодово-ягодным.

На ладони горело пламя, словно из зажигалки, но в отличие от нормального пламени, он было черным.

— Это влияние силы твоей крови. — видя задумчивость парня, мастер поспешил ее развеять. — Между прочим, можешь гордиться! Это довольно редкое явление — черная сила. В основном, маги имеют силу, склонную к стихии с оттенком тьмы. Поэтому, они изначально обучаются своей стихии, а уж потом учатся темной магии. А такому эффекту, после всего одной тренировки даже абсолюты позавидуют.

— Это было очень больно! — Мак злобно глянул на старичка. — Слишком больно!

Под ногами снова была утоптанная грунтовая дорога. Местами на ней попадались пучки травы, кое-где виднелись четкие следы от телеги. Справа простиралось убранное поле. Все говорило о том, что рядом крупное селение.

— Зато какой эффект! — возмутился Мастер и протянул руку за вином. — Это тебе не пару месяцев корпеть, чтобы сдвинуть с места листок.

— Месяц? — вскинул брови Мак.

— А ты думал я буду годами с тобой возиться? Обычно, первые шаги очень медленные. При общепринятых методиках на них уходят годы.

— А какой у меня сейчас уровень силы?

— Ну, думаю можно рассчитывать на серый, — пожевал губами старик. — Это отличный старт, поверь мне.

— Сколько раз надо повторить, чтобы получить уровень силы — синий? — спросил Мак, думая о том, как бы быстрее разобраться с задачей козлоголового.

— Ха! Для такого тебе придется перетерпеть это еще раз десять, и поверь мне, дальше будет больнее! — пригрозил старик. — Это очень непопулярная техника.

— Это может убить?

— Риск, конечно есть, но если делать по уму — это маловероятно, — старик принял бурдюк и отхлебнул найденное парнем ягодное вино. — А ведь действительно не плохо!

— Все, что не убивает — делает сильнее. — произнес Мак.

Юринай закашлялся, поняв что задумал ученик.

— Ты собираешься повторить еще раз? — видя короткий кивок парня, Мастер растерянно посмотрел на него и начинал бормотать. — Нет, в принципе это реально, но нам нужна прорва силы, чтобы наполнить кристаллы. Не думаю, что нам повезет с мертвым селением и магией смерти еще раз.

Из-за поворота дороги показалась пара всадников, одетых в мундиры. Завидев путников они пришпорили коней.

— Помалкивай, — скомандовал мастер. — Говорить буду я.

— Кто такие и по какому праву вы на землях клана? — спросил первый подоспевший к ним всадник — мужчина лет сорока, с сединой в пышных усах.

Оба всадника были одеты в синие накидки с эмблемой клана, поверх легких кольчужных доспехов. У обоих мечи и прицепленные к седлам щиты.

— Свободный маг — отшельник, — старик прижал руку себе к груди, а затем указал на парня. — А это мой ученик.

— С какой целью вы пришли?

— Нам необходимо попасть в земли Сарта Железнобородого. У меня к нему личное дело, — пожал плечами Мастер.

Мужчина кивнул и что-то буркнул своему более молодому напарнику. Тот развернулся и рысью отправился по дороге вперед, а усатый стражник сообщил Мастеру и ученику:

— Я сопровожу вас.

— Как скажете, — пожал плечами старик.

* * *

Замок клана Фарагурт был небольшим, но достаточно укрепленным. В свое время, клан сильно сэкономил создав замок в скале, выступающей пиком над долиной. «Палец Фарагурта», как называли эту крепость, даже частично повторила форму той самой скалы. Величественные массивные стены, соседствовали со стройными высокими башнями. Запоминающийся замок.

Несмотря на красоту и укрепленность, замок имел один существенный недостаток — сквозняки, которые умудрялись выдувать из замка тепло, отчего в нем царила постоянная зябкая атмосфера.

— А-а-апчхи! — огласил рабочий кабинет глава Маулус Фарагурт. — Чертовы сквозняки!

Мужчина средних лет одетый в дорогой теплый камзол шмыгнул носом и поджал ноги под стул. Несмотря на то, что на ногах лежал теплая шкура, его ноги мерзли. Сам же он мелко дрожал и ежился.

— Карлос! Карлос, черт тебя побери! — на крик в кабинет вошел молодой парень с рыжими волосами. — Разожги камин, или я окончательно околею!

— Господин, хозяйка не велела...

— А мне плевать! Как я буду работать, если насмерть замерзну?

— Но хозяйка...

— Я не понял! Ты кому служишь? Кто тебя с конюшен забрал?

— Господин, но ведь...

— Растопи этот чертов камин! — ударил кулаком хозяин кабинета.

Слуга вжал голову в плечи и скрылся за дверями. Маулус Фарагурт углубился в бумаги, подрагивая от холода и не заметил как дверь приоткрылась и в нее кто-то вошел.

— Карлос, ты растопил... — начал бурчать мужчина, не отрывая взгляда от бумаг, но тень нависшего на него человека заставила оторваться от работы. — ...растопил... это... мое сердце! Вот!

Закончить столь необычно его заставил вид суровой полной женщины, одетой в плотное теплое платье и кожаный жилет отделанный мехом.

— Какие у тебя нежные отношения с твоим слугой, — произнесла женщина и с угрозой посмотрела на мужа. — Это поэтому ты избегаешь спать в нашей спальне?

— Дорогая, как ты могла так подумать! Просто в последнее время работы невпроворот, ты же видишь! Дыру в финансах не закроешь пустыми обещаниями, а тут еще и в фамильном склепе кошмар!

Дверь скрипнула и в кабинет ввалился Карлос с полной охапкой дров.

— Дорогая! Сегодня! Обязательно сегодня! — как можно громче произнес глава клана, отвлекая женщину от скрипа двери. — Я почти закончил с неотложными делами!

При этом он встал из-за стола и подошел к супруге, незаметно давая знак спрятаться слуге.

— Сегодня? — женщина сделала вид, что задумалась. — Думаю, это вполне возможно!

— Тогда не смею тебя задерживать, тебе ведь надо приготовиться, — заулыбался глава, но улыбка вышла фальшивой.

— Пожалуй, — кивнула супруга. — Я буду ждать после заката!

С этими словами он покинула кабинет, а из-за шторы, рядом со входом, выскользнул Карлос.

— Хозяин, она чуть было не...

— Заткнись и делай то, что должен! Из-за твоей нерасторопности, сегодня ночью меня ждет каторга!

Слуга сгрузил дрова у камина и принялся складывать растопку.

— Зря вы так, госпожа Фарагурт добрая женщина!

— Эта добрая женщина, — передразнил слугу хозяин. — Либо сломает мне хребет, либо сожрет меня после моего трудового подвига.

В дверях после стука показался молодой парень в легких доспехах.

— Господин, патруль встретил мага-отшельника в наших землях.

— Какого черта ему тут надо? — нахмурился Маулус. Он взял плед и закутался в него на манер одеяла.

— Говорит, что идет мимо, во владения Железнобородого Сарта. С ним еще один молодой здоровяк. Отшельник говорит, что это его ученик.

— Ученик? У отшельника?

— Он так сказал. — пожал плечами патрульный.

— И он идет к Железнобородому?

— Совершенно верно.

— Передай ему приглашение на ужин, — задумчиво произнес Маулус. Патрульный уже развернулся чтобы отправится встретить гостя, но его окликнул глава. — И позови сюда Парка!

Мужчина успел дождаться, пока разгорится камин, прежде чем в комнату вошел улыбающийся толстячок.

— Маулус, или мы зальем склеп огнем, или можем забыть про казну клана! — с порога заявил он. — Солдат туда посылать — полный бред. Ближайший некромант в столице и берут они как...

— Ты совсем ахренел! — взглянул на него старик с опешившим выражением лица. — Ты мне предлагаешь предков огнем жечь?

— Какие предки, там ведь нежить! — снова завел старую пластинку маг. Судя по кольцу с эмблемой пламени и яркому рубину, явно маг огня.

— Парк, ты конечно мой друг, но ты сам себя слышишь?

— Тогда официально заявляю! У меня кончились варианты!

— Твои варианты изначально сводились к тому, что необходимо что-либо сжечь! — буркнул глава и вытянул руки к разгорающемуся пламени в камине. — Маг огня, три мага-целителя, и парочка магов воды, десяток магов земли, даже воздушники есть! И все сводится к одному и тому же. Сжечь, разрубить, расплющить! Глупо ожидать, что мы сможем справится с нежитью, не превратив ее в костяное месиво. Однако, удача все же на нашей стороне!

Толстячок заинтересовано взглянул на главу клана.

— У нас в землях оказался отшельник, — пояснил Маулус.

— И что? Это же клоуны! У них силы — на раз чихнуть, — Парк подошел к камину и тоже выставил руки в сторону огня.

— Эти клоуны, дорогой мой племяничек, поголовно артефакторы и практикуют ритуалистику. Мне тебе рассказывать, что это идеальный вариант разогнать нежить по могилам, не прибегая к кардинальным мерам?

— Ритуалистика, — поджав губы произнес толстяк. — Надо будет ему раскраску выдать и кисточку.

— Парк, я многого от тебя не прошу. Просто придержи свои шуточки про артефакторов за зубами и дай мне вернуть казну нашего клана!

— А что я?

— А то! — передразнил его глава клана. — Твоими шуточками конкурентов травить можно! Было бы идеально, если бы ты вообще не попадался ему на глаза...

Толстячок сложил руки на груди и демонстративно отвернулся в окно.

— ...Хотя бы пока он не вернет казну!

* * *

В большом зале, с двумя каминами, за просторным овальным столом сидел глава клана, его супруга и Юринай.

— Да, основатель нашего клана когда-то участвовал в войне с Проклятыми и сражался плечом к плечу с самим Августом Истинным Светом. За это ему и было пожаловано право на создание клана и земли. — пустился в пояснения хозяин зала. — Место, прекрасное для обороны было превращено в неприступную крепость, но империя расширялась, границы отодвинулись и наши земли были лишены военных дотаций.

Мужчина провел рукой по лысине и неохотно признался:

— А вот другие источники дохода — оставляли желать лучшего. Земля тут в основном суглинок, ни залежей, ни лесов, речка одна, хоть и похожа на большой ручей. В общем, источники дохода отсутствуют, от слова совсем...

— И ваш клан решил продолжить заниматься тем, чем занимался всегда — подготовка солдат. Только теперь это были наемники.

— Да, наш клан теперь живет этим. И без скромности могу заявить, что наемники «Фарагурт» — лучшие в империи!

— И могут справится с любой ситуацией, — кивнул старичок, подхватывая вилкой кусочек мяса. Он макнул его в соус и отправил себе в рот.

Эта фраза артефактора заставила сморщится главу клана.

— Почти, уважаемый Мастер. Существуют ситуации, когда грубая сила и прямое воздействие нежелательно, — мужчина развел руками и театрально вздохнул. — Такой подход ближе к убийцам, чем к честным воинам.

Старичок, уплетавший тушеную с овощами говядину, взглянул на сжавшего челюсти главу клана и вздохнул.

— Из сегодняшнего нашего ужина я пока вынес две вещи. Первая — ваши слуги прекрасно готовят. Соус — просто изумителен. Ну, а вторая — вам требуется помощь. Причем деликатная.

Глава взглянул на супругу, которая скучающе заглядывала в свой бокал и произнес максимально доброжелательно:

— Прости, дорогая! Не могла бы ты оставить нас одних, — он с улыбкой развел руками и извиняющимся тоном произнес. — Дела!

Супруга кивнула и встала из-за стола. Глава тут же приподнялся и поцеловав ей руку сопроводил до выхода из зала. Как только дверь закрылась, глава тут же преобразился. Он выпрямился, вернулся обратно к столу и сел напротив Мастера, продолжающего неспешно поедать вкуснейший ужин.

— У нас был вор. Этот ублюдок залез в сокровищницу клана, в склепе. — слова главы клана стали четкими, по делу, словно командирский отчет. — На склепе лежит охранное заклинание. Заклинание поставлено пленным некромантом, старым, из Проклятых. Проникнуть внутрь вор смог, а вот выйти оттуда — уже не дало заклятие. Цель — проникнуть внутрь, отключить заклинание и доставить вора ко мне, живым или мертвым.

— Что мешает магам клана войти в склеп? — спросил старичок, не отрываясь от трапезы.

— Предки, — нехотя ответил глава. — Я считаю кощунством уничтожение мощей наших предков. И так, большинство из них остались погребеными в братских могилах, на полях сражений. Склеп наполовину пуст.

Юринай кивнул.

— Предки — это важно.

— Поэтому мне и требуется ваша помощь. — Глава клана выжидательно уставился на Мастера, а тот просто ел чудесное мясо с овощами в пряном соусе.

Заминка продолжалась почти минуту, пока Мастер не доел.

— Простите, — старичок отхлебнул вина. — Я не солгал. Ваши повара — действительно нечто! Ну, а по поводу вашего дела — вы сами прекрасно знаете — богатство никогда не было отличительной чертой странствующих магов. За разумную плату я согласен вам помочь.

— Плата только после окончания дела, — сразу обрубил глава.

— Полностью поддерживаю, — кивнул старичок, искоса поглядывая на залитые молочным соусом куриные ножки.

Мужчина проследил за взглядом отшельника и усмехнулся.

— Не стесняйтесь, у нас действительно отличные повара!

* * *

— Что-то не так, — пробормотал Мак.

Юринай и парнишка стояли у лестницы, которая вела вниз. Вход освещали пара магических светильников.

— Конечно не так! — хохотнул Мастер. — Посмотри на светильники!

Белоснежные шары на стенах едва заметно дрожали, а на стене над ними были черные пятна, словно копоть.

— Да тут купаться в силе смерти можно! — хохотнул старик.

— Голову кружит, — потерев глаза произнес Мак.

— Это нормально, твоя стихия стремится внутрь тебя. — маг начал потихоньку спускаться. — Пойдем, надо найти место для ритуала.

Ученик облизнул губы и направился за учителем. Когда они спустились по лестнице на два пролета, то оказались в небольшой комнате. В нишах стен были закреплены статуи бравых воинов и парочки чудовищ. Старичок внимательно оглядел комнату и со вздохом кивнул.

— Линия контроля здесь... да, точно здесь! — старик достал из мешочка несколько мелков, протянув один из них Маку. — Помнишь рисунок, который рисовали? Нет? Тогда смотри сюда...

Старичок опустился на колени и вместе с учеником принялся рисовать геометрические фигуры и знаки на полу. Несколько раз они сверяли размеры, меряли углы длинными палками, измеряли стороны и расстояния веревкой. Рисунок был не сложный, но его выполнение требовало точности. Когда все было закончено, старик внимательно оглядел рисунок и еще раз все обмерил.

— Силы будет много, поэтому надо соблюсти максимальную точность, — пробормотал он вставая с колен. Мастер взглянул на ученика. — Да, и это будет гораздо больнее. Гораздо!

Мак поежился и облизнул губы.

— Я понял.

— Мак, эта техника называется «Шаги Уриная» и она не считается запрещенной, только потому, что ни один человек, в здравом уме, не пойдет на такие пытки. Однако, есть неподтвержденные свидетельства, что эта техника меняет сознание. — старичок пожевал губами и добавил: — Перенеся такие муки мало кто остается в здравом уме.

— Со мной будет все хорошо, — твердо заявил парень.

— Я не сомневаюсь, просто прошу тебя дай мне знать, если что-то пойдет не так. Я постараюсь тебе помочь.

Марк неуверенно прошел в указанное Юринаем место. В этот момент, в проходе, который вел вглубь гробницы показалась приближающаяся тень. Спустя несколько секунд в проеме встал оживший мертвец.

Это был воин, одетый в парадный легкий доспех из кольчуги и расшитой золотом накидки.

Лицо мертвеца было обезображено. Часть правой щеки и скулу уже обглодали черви и оттуда виднелись белоснежные кости. Глаза были на месте, но в них вместо мертвой мути Мак увидел тьму, заполняющую глазное яблоко целиком.

«Избранный!» — произнес одними губами мертвец. Остатки кожи скривились в улыбке и его рука потянулась к поясу, на котором висел клинок.

— Не бойся, линия контроля проходит на входе в комнату. Они сюда не войдут. — кивнул в сторону восставшего мертвеца Мастер.

А Марк не мог отвести взгляда от мертвеца. Тот с чудовищной улыбкой начал стучать эфесом меча в невидимую стену, продолжая повторять: «Избранный!».

— Ты готов? — спросил парня старичок. — Не смотри на него и просто игнорируй! Да, я знаю, зрелище еще то, но у нас другая задача. Нам нужно выкачать всю силу смерти из гробницы.

Старик подошел к Маку, положил большие пальцы на точки, чуть выше бровей, и принялся их массировать.

— Это будет очень больно, но я думаю ты справишься. Результат будет слабее, чем в прошлый раз, но и это — чудовищно быстро! Когда возьмешь кристаллы — не пугайся. Из-за избытка силы, с них может потечь концентрированная сила, словно кисель. И если ты поймешь, что больше не можешь продолжать — дай мне знать, я все отменю!

— Я понял.

— Тогда держи! — старичок вложил в руки ученика кристаллы.

Марк широко расставил ноги, разведя носки в разные стороны, слегка согнул в коленях. Руки также развел в разные стороны.

Мак начал работать силой, как его учил старик. Накапливая всю силу в одном кристалле, он направлял ее через свое тело в другой.

Если в прошлый раз кристаллы светились, то теперь они словно вбирали свет. По рукам парнишки текла черная, тягучая субстанция, которая неохотно капала на пол. Силы было слишком много, и она не стеснялась превращаться в материю.

Мертвец, продолжавший долбиться в невидимую стену, сначала стал медлительнее, потом замер, а когда под ногами Мака уже образовалась небольшая лужа, мертвец обмяк и рухнул грудой мертвого мяса на землю.

Мак продержался пятнадцать минут и за это время покрылся испариной. Его руки дрожали, челюсти были плотно сжаты, дыхание частое, сквозь зубы, но он продолжал упорно перегонять силу из одного кристалла в другой.

— Не могу, — одними губами произнес парень, глядя на учителя.

Тот с тревогой наблюдал за парнем, перебирая в руках мелок. Когда он заметил, что тот шевелит губами, он наступил на одну из линий и шаркнул ногой, обрывая целостность рисунка.

— Брось! Брось кристаллы! — скомандовал учитель.

Мак отпустил. Пара камней с хлюпаньем упали в черную вязкую жидкость под ногами. Парень едва стоял на ногах.

— Так, сейчас... — старичок подошел к юноше, стараясь не наступить в материализовавшуюся темную энергию. — Сейчас... Ты готов?

— Нет, — хрипло отозвался ученик.

— Отлично! Тогда я... — Мастер резко прикоснулся к груди Мака.

Парень, тело которого наполняло безумное количество энергии в этот раз даже не вскрикнул. Его тело выгнулось дугой, но не завалилось назад. Грудь словно прилипла к руке мастера.

Это продолжалось не больше минуты, после чего Юринай отпустил ученика и тот упал на пол. Парень тут же свернулся калачиком и затрясся мелкой дрожью. Старик присел рядом на корточки и пальцем отодвинул веки парня.

— Хорошо, — пробормотал старичок. — Очень хорошо!

Затем он поднялся и взглянул на проход в глубину клановой усыпальницы. На входе лежал бесчувственный полусгнивший труп, за ним была темнота, но стоило старичку шевельнуть пальцами. как вдалеке загорелись магические светильники.

— Ну, что же! Надо взглянуть на этого воришку, — усмехнулся старичок и отправился вглубь.

Спустя час блужданий по запутанному коридору, старик все же нашел в вход в сокровищницу.

Вход оказался между ног огромной статуи, изображавшей помесь женщины и птицы. В этом месте оказалась замаскированная лестница, которая вела вниз.

Спустившись, Мастер обнаружил тело, закутанное в черные одежды. В спине у него торчало сломанное лезвие меча, рядом пожелтевший скелет и рукоять, судя по всему, того самого оружия.

— А вот и наш вор, — пробормотал старик.

Он перевернул ногой щуплое тело и обнаружил, что вор не совсем человек. Оказалось, что это ящер.

— А вот это уже интересно, пробормотал Мастер. — Угувары в наших краях шарятся в гробницах провинциальных кланов! Очень интересно!

Юринай достал еще один мелок из складок мантии, но на этот раз черный. Несколько минут, чтобы нанести символы вокруг трупа, и один замысловатый иероглиф на его лбу.

Прежде чем Мастер активировал заклинание, с лестницы послышался шорох. Спустя пару секунд, придерживаясь за стену, на подкашивающихся ногах, вниз спустился ученик.

— Быстро ты оклемался, я думал мне придется тебя самому тащить, — встретил его удивленным возгласом старичок.

— Холодно, — пробормотал парень. — Очень холодно...

— Это нормально, через пару часов должно отпустить. Если ты думаешь, что сможешь согреться — зря. После растяжки каналов силы и такой нагрузки тебя ничто не согреет. Даже хорошенький костер между ног. Все равно будет холодно.

Старик повернулся к трупу прямоходящего ящера и потер переносицу.

— Да, возвращаясь к нашим ящерам, — старик сделал короткий жест и активировал заклинание. Черный рисунок на земле и на лбу трупа выдал порцию черного дыма и тело задрожало. Несколько секунд и труп начал подниматься. Сначала оперся на руки, потом сел, а затем уже поднял голову.

— Как твое имя? — спросил старичок.

— Унава’Эк Бурса — прохрипел ящер.

— Ты наемник?

— Да.

— Кто тебя нанял?

— Не знаю.

— Что ты должен был украсть?

— Ничего.

Старик на секунду впал в замешательство, но тут же вырулил допрос в другую сторону.

— Какое твое задание?

— Активировать заклинание, ждать тех, кто решится сюда сунуться, убивать всех.

— Ты знал, что восстанут мертвые?

— Нет.

— Сколько тебе обещали за работу?

— Три сотни золотом.

— Задаток?

— Да, во внутреннем кармане...

Старик тут же скользнул в складки черного одеяния ящера и выудил оттуда небольшой мешочек, в котором звякнули монеты.

— Почему деньги с собой взял?

— Следили, не спускали глаз.

Труп начал мелко подрагивать. Старичок занервничал и успел задать всего один вопрос:

— Где твой тайник?

— В корнях большого дуба, на пшеничном поле у деревни «Старая кузница»...

Дрожь пошла сильнее, мертвец замолчал и начал биться в судорогах. Старик сморщился и разорвал рисунок под ногами. Обернувшись он встретился глазами с учеником, который мало того, что дрожал как осиновый лист, так еще и был бледный как снег.

— Это наши премиальные, — подмигнул ему старик и, вздохнув, оглянулся.

Несколько сундуков, куча свертков на полках и крупный ларь у стены с золотыми иероглифами.

— Видимо они свалили сюда не только казну но и магическую оружейную. — Мастер помотал головой и с усмешкой произнес: — Вот идиоты!

Старичок подхватил под плечо своего ученика и собирался уже идти на выход, но вовремя спохватился и вернулся к незадачливому вору. Старый Мастер тщательно удалил все следы своих манипуляций, после чего все же решил, что пора выбираться из фамильного склепа Фарагуртов.

* * *

В кабинете потрескивал камин. Рядом с ним, развалившись в удобном кресле сидел глава клана Фарагурт. Он вытянул ноги, положив их на небольшой пуфик. В руках у него была огромная пиала с парящим чаем.

— Старший? — произнес вошедший стройный маг в голубой мантии. — Я провел разъяснительную беседу с наемным магом и учеником.

— Хорошо, Валдей, — кивнул глава клана не отрывая взгляда от огня в камине. — Садись, нам предстоит долгий разговор.

Высокий худощавый мужчина, с ярким голубым сапфиром мага воды в перстне, кивнул и занял место в соседнем кресле. Он покосился на столик между их креслами, на котором был поднос с чайником и еще одной пустой пиалой.

— Вы позволите?

— Да, конечно, угощайся. — отмахнулся хозяин кабинета и тут же приступил к расспросам. — Начни с того, что сообщил сам отшельник.

— Заклинание, завязанное на кровь рода Фарагурт. Исполнительное заклинание — поднятие нежити. Стандартный прием, если не учитывать то, что заклинание замкнутое и самоподдерживающееся. Не имеет срока давности.

— Как это сделано? Он сказал как это сделано? — дернув щекой спросил глава.

— Да. — худощавый маг воды скривил разочарованную улыбку. — Все оказалось проще некуда. Потери от рассеивания компенсировал небольшой замаскированный природный источник черной энергии. Его пропускали просто потому, что он скрывался под старинным вариантом преобразователя черной энергии в энергию смерти. Вот и все. Никаких секретных техник или приемов.

— Старый убюдок! — хохотнул глава. — Мы два поколения бьемся, чтобы разгадать, как это сделано, а что в итоге? Даже после смерти пленный Проклятый плюет нам в чай.

— А разгадку дал обычный опытный отшельник, — кивает Валдей. — это обидно.

— Но все же — это его специализация. — вздыхает глава. — Что по вору?

— Вор — ящер.

— Это я и так знаю. Что об этом говорит отшельник?

— Ничего. Он с ним не работал. Он выполнил свою часть договора и не стал дальше лезть, — видя вскинутую бровь главы клана, маг воды добавил. — Он воспользовался накопленной силой нашего охранного заклинания и провел какой-то ритуал, который истощил охранное заклятие. В ритуале участвовал его ученик. — маг отхлебнул ароматный чай и пояснил: — Я ждал его снаружи. Ученика почти выволок оттуда.

— Ученик, — сморщился главный Фарагурт. — Он больше на разбойника тянет. Та еще рожа. А ты видел его плечи? Если его одеть в тельняшку и выпустить в порту — его примут либо за матроса либо за портового грузчика!

— Наши целители его осматривали, по просьбе отшельника — перебил главу Валдей.

— И что они там увидели?

— Силу крови и темный дар, — задумчиво произнес маг.

— Насколько темный?

— Чернее чернил.

Глава клана впервые за время разговора оторвал взгляд и уставил его в мага воды.

— В каком смысле?

— В прямом. Чистый черный дар, причем как минимум уровня голубой. — Маг воды взглянул на своего лидера и добавил: — Я никогда не слышал, чтобы у черного дара была сила крови.

Глава клана тоже отхлебнул чая и начал вслух перебирать идеи:

— Черная кровь родится только от чистой черной. Примесь никогда не даст чистой черной крови. Так? Так. Вопрос — откуда у нас чистая черная кровь?

— Даг «Черная вода» умер двадцать лет назад. Он был единственный. — вставил свои пять копеек Валдей.

— Получается, по самым натянутым прикидкам наш Даг на смертном одре согрешил с особой чистой черной крови, а так как таковых у нас нет, то скорее всего это был кто-то из соседских черных. — глава поставил чашку на место и принялся массировать виски. — Я же помню его. Он же последние годы покрылся язвами и распух как один большой гнойник. Он вообще был способен делать детей?

— Сомневаюсь, у нас нет такой информации, — пожал плечами Владис.

— Откуда тогда у нас парень с силой крови и черным даром? — глава начал тарабанить пальцами по подлокотнику кресла, выдавая крайнюю степень напряжения. — Черный дар сам по себе ценность немалая. Таким не разбрасываются. Да, не любят, да местами презирают, черт с ним боятся, но это чертовски нужная и полезная вещь. Таких не бросают! А тут еще и сила крови.

— Он может быть не наш, — пожал плечами Валдей. — Может он сбежал из... Да хоть из той же империи Сатир!

— Что-то он не похож на Сатирца. Они все поголовно с узкими глазами, — сморщился глава.

— Может потому и сбежал, что рожей не вышел?

Хозяин кабинета вздохнул и снова взял в руки пиалу с чаем.

— Что еще удалось узнать?

— Ученик у него завязан на ритуал.

— Это в духе отшельников. Что не артефакт, то ритуал.

— И мы нашли в архивах ритуал, которым этот старикашка истощил наше охранное заклинание, — видя заинтересованность главы, Валдей выдержал театральную паузу и добавил: — Заклинание вернется в привычное ожидающее положение. Оно, к слову уже вернулось, через час после того как мы вытащили того ящера из гробницы.

— Не уходи с темы! Что за ритуал он там устроил?

— Скажем так, полулегальный. — Валдей оглянулся на двери, словно боялся, что его услышат, а затем наклонился к главе, прошептав: — «Шаги Уриная».

Маулус, прихлебывающий чай, попрехнулся и закашлялся. Кашлял он сильно, до слез, но когда он успокоился то первой его фразой было:

— Да он совсем охренел?!!

— В правовом плане данная техника не относится к технике проклятых и под запрет не попадает, — попытался пояснить маг воды.

— Да какие к черту законы?!! Он же искалечит парня!!! После этого заклинания фронтовики рвали на голове волосы и пускали слюни!

— Ритуал совпадает с описаниями в нашем архиве почти один в один, — пожал плечами Валдей. — В любом случае, даже если мы поднимем Службу Белоснежной Розы, им нечего будет предъявить! Он не нарушал законов.

Маулус опустошил пиалу в несколько глотков, и поставил ее на стол. Встав с кресла он принялся нарезать круги вокруг кресел, сложив руки в замок за спиной, при этом не забывая рассуждать вслух:

— А теперь смотри, что получается: по окраинам империи бродит отшельник с учеником. Ученик с даром черным как уголь, да еще и с силой крови. Сразу факт — птица не простая. Вывод? У парня либо не было выбора, либо ему нужен был учитель. Значит его родные его обучить не могут, не хотят, или попрощались с этим светом. — глава клана подошел к столу и достал из верхнего ящика трубку и коробочку с табаком, принявшись набивать трубку. — То, что он не имеет отношения к кланам империи — и так понятно. Наши бы такого точно не бросили. В империи ни одного черного дара. Вывод? Парень либо пытается легализоваться и сойти за самородка, либо...

— Действительно самородок. — подал голос Владис.

— При любом раскладе — тот кто приберет его к рукам здорово усилится.

— Старик, — пробормотал маг воды и вскинул брови. — Старик! Отшельник просто пытается заработать!

— Что?

— Помните? У нас регулярно отшельники приводят простолюдинов? они ходят из села в село, обходят всю империю, собирают одаренных и обучают тех. За каждого одаренного, закончившего обучение — им идут регулярные выплаты!

Глава раскурил трубку и задумчиво уставился на собеседника. Мысль подкинутая магом воды начала формироваться и превратилась в целостную картину:

— Старый хрыч! — выругался Маулус. — Он пошел на эту технику, чтобы сдать парня подмастерьем и набить карманы золотом! Это сколько ему отвалят за черный дар?

— Надо его остановить! — вскочил маг воды.

— И как ты собираешься это сделать? — съязвил глава. — По тихому грохнуть отшельника — это тебе не два полка в боевой готовности собрать. К тому же парень повязан ритуалом, ты сам мне это говорил.

— Тогда...

— Надо просто найти подход к парню, — Маулус задумчиво взглянул в камин. — Как сделать так чтобы тебя начал слушаться подросток?

— Угрожать? Показать свою силу?

— Это слишком грубо, — хозяин кабинета неожиданно сменил тему: — У нас есть девушки, подходящие для обучения в университете магии?

— Да, — растерянно пожал плечами Валдей. — У целителя Маврика дочь подходит по возрасту.

— А ты не помнишь какой у нее размер груди?

* * *

Глава 4

Мак открыл глаза и обнаружил перед собой козлоголового. Тот был одет в рабочую робу синего цвета с яркими зелеными полосами, бушлат и валенки.

— Чего вылупился? Держи! — демон сунул ему в руки пластиковую лопату.

Мужчина не понимал, что происходит, а демон не давал времени. В следующий миг он вытолкал его из странной каморки, которая оказалась хозяйственным закутком в подъезде. Его подъезде.

Мак вышел на знакомый до боли двор. Качели, пара турников, снег собранный таджиками в белоснежную ограду, доски хоккейной коробки. Визг детворы, крики родителей, свисток тренера-пенсионера, судящего игру.

— Пойдем, поглядим немного, — подтолкнул его демон.

Они подошли к ограде, подальше от трибуны и зрителей. По коробке, рассекая самодельный лед коньками, с криками и раскрасневшимися лицами, носилась с клюшками ватага детворы. Форма разномастная, кто во что горазд, даже издалека видно, что ребятня по возрасту различается. Но все с азартом, криками и безумной скоростью гоняются за шайбой.

— У нас раньше шлемов не было, — заметил ученик мага.

— Желтая куртка, в нападении, — спокойно произнес Демон.

Мак тут же перевел взгляд на парня. Нос с горбинкой, явно мамин, ярко красные щеки, разбитая губа и взгляд. Очень знакомый взгляд.

— Ванька? — сглотнув произносит Мак. его взгляд скользит по трибуне и цепляется за женское лицо супруги. — А она не изменилась.

В груди начинает стучать набатом сердце. Что-то щемит так, что хочется бросить все и метнуться к ней. И к черту эту магию, к черту этого демона, в бездну всех и вся...

— У тебя зеркальце в кармане, — едва слышно произносит демон над ухом. — Достань, прежде чем делать глупости.

Мак достает небольшое зеркальце, явно отломанное от какой-то женской приблуды. Из зеркала на него смотрит усталый, с недельной щетиной таджик.

Взгляд возвращается к лопате в руке, затем к форме и вызывает сдавленный и хриплый вздох.

— Не пялься слишком сильно, — продолжает шептать демон. — Сам знаешь — таджик долго пялящийся на ребенка — очень подозрительная личность.

Мак старался, но взгляд все равно сползал, то на Ваньку, то на жену, что-то кричащую сыну. Пара минут и его отдергивает за рукав демон, кивая на тротуар.

— Пойдем, пока достаточно, — демон подходит к тротуару и перехватив лопату начинает чистить снег. Мак оглядывается, ища взглядом супругу, но уже не находит ее.

— Поверь мне, лучшее, что ты сейчас можешь сделать — это почистить снег. — С усмешкой произносит козлоголовый.

Мак словно пришибленный сначала смотрит на лопату, потом на тротуар и опускает руки. Лопата падает в снег.

— Что раскис? — улыбается демон. — Бери лопату и начинай чистить снег, или второго шанса повидаться в этот раз ты не получишь.

Мак сглатывает ком в горле и поднимает лопату. Сгрести, поднять, откинуть. Сгрести, поднять...

— Ты видела? Это я! Я забил! — слышится за спиной голос Ваньки. — Я одного, второго вот так обошел! А потом как...

— Видела, солнце, видела, — раздался голос супруги.

Сгрести, поднять, откинуть.

— А того здорового, я обвел видела как? Папа так учил...

Сгрести, собрать, откинуть. Кончик носа жжет.

— Да, как папа учил, — со вздохом повторяет супруга. — Пойдем домой? Рыбный пирог уже наверное остыл.

Сгрести, собрать, откинуть.

— Рыбный? С луком?

— И с луком, — усмехнувшись произнесла супруга.

Сгрести, поднять, откинуть.

Голоса, удаляются. а Мак продолжает сгребать снег лопатой и откидывать в сторону.

— Что, даже не взглянешь? — с ехидцей спросил демон орудующий лопатой рядом.

— Нет.

Сгрести, поднять, откинуть.

* * *

Ученик и учитель стояли у огромных врат. Дверцы были огромными и массивными. Казалось их невозможно двинуть с места.

Мак оглянулся. Место было очень приметным. Зеленый, покрытый мелкой травой холм, почти вертикальная ровная скала и огромная каменная дверь.

— Теперь надо ждать, — мастер поставил на землю свой шкаф. — Сарт Железнобородый всегда был не от мира сего, но мы с ним когда-то неплохо ладили.

— Кто он? — спросил Мак.

Парень за время короткого путешествия довольно серьезно стоптал свою обувь. Периодически он снимал подобие сапог и перематывал портянки, которыми спасался в последнее время. Без них, ноги уже давно бы превратились в кровоточащие гнойники.

— Доберемся до города — возьмем тебе нормальную обувь, — произнес старичок с отвращением наблюдая, как парень развешивает мокрые портянки на заплечной сумке для просушки, и наматывает на ноги сухие. — А вообще сандали в плане путешествий оптимальный вариант.

— Даже зимой? — не отрываясь от своего занятия произнес парень.

— Даже зимой, — кивнул старичок. — Если их правильно зачаровать, то даже зимой.

— Если правильно зачаровать, думаю даже домашние тапочки будут неплохим вариантом, — буркнул Мак. — И кто такой Железнобородый?

— Такой же как я, отшельник. — учитель поймал взгляд парня и попытался объяснить. — Ну, просто более удачливый. В свое время он сорвал куш и выкупил себе деревеньку, ту самую, где мы забирали заначку воришки, ну и основал свою берлогу.

Вдруг камень под задницей Мака задрожал. Парень вскочил на ноги и испуганно на него уставился. По валуну пошли трещины и спустя несколько секунд он распался на части. Из оставшихся камней начал подниматься приземистый бородатый мужик. Широкие плечи, мощные руки и нос картошкой выдавали в нем далеко не благородное происхождение.

— Кха-кха-кха! Юринай, старый хрыч! Ты еще живой! — откашлявшись произнес мужчина. Когда тот откашлялся и вытер рот рукавом, Маку стала видна блестящая борода. Присмотревшись, он понял, что прозвище этого мага было буквальным — борода Сарта Железнобородого действительно была из тонких стальных прутиков.

— Здравствуй Сарт! — с улыбкой произнес мастер и обнял друга. Тот в ответ тоже сжал его в своих объятиях. — Тише! Тише! Я старый и больной! Задушишь! И какого черта ты делал в этом булыжнике?

— Это? А, я тут нашел один интересный манускрипт. Очень интересная техника, — отмахнулся Сарт. — Очень не стабильная, много ограничений, но согласись — восставать из камня — эффектно!

— Пыль в глаза пускать? — усмехнулся Юринай.

— Зато какой эффект! Представляешь, балл «Десятого феникса», кареты, метлы, телепорты, а я вырастаю из булыжника в саду, отряхиваюсь и как ни в чем не бывало к дворецкому иду!

— Позер! — хохотнул друг. — Я кстати не просто так, в гости к тебе пришел. Я тоже решил остепениться. Нашел вот, себе ученика.

Только тут Сарт оглянулся и заметил Мака.

— А чего он у тебя на уголовника похож?

— Внешность бывает обманчива, — улыбнулся старичок.

— Юринай взял себе ученика! Кто бы мог подумать! И ты решил выйти с ним на бал «Десятого феникса»?

— Не совсем, — Юринай дернул щекой и неохотно ответил. — Я хочу выйти перед коллегией с запросом на звание подмастерья.

Железнобородый осмотрел ученика уже более внимательно и подошел почти вплотную. Еще раз оглянул его, пару секунд сверлил его тяжелым взглядом, а затем втянул воздух носом.

— Темный? — сморщившись произнес он. — Ты нашел темного? Кто он? Темная вода? Темный ветер?

— Нет, тут дело немного сложнее. Он черный. Собственно, я поэтому и пришел к тебе, — мастер пожал плечами. — Мне нужен твой совет в каком направлении двигаться. Парень — чернее ночи, и у него нет даже отголоска других стихий. Мак, покажи ему огонь, который у тебя получился.

Парень поднял руку и напитав силой примитивный иероглиф огня, активировал заклинание. На ладони ученика заколыхалось угольно-черное пламя.

Железнобородый взволнованно поглядел на черное пламя, потом взглянул на Юриная и снова на пламя. Осторожно поднес к нему руку, затем подержал над ним.

— Оно холодное, — произнес здоровяк, потирая бороду.

Он подхватил сухую травинку и сунул кончик в пламя. Мертвая травинка никак не прореагировала. Тогда он вырвал из под ног сочный зеленый стебелек и снова его сунул в черное пламя. Эффект был мгновенный. Сначала стебелек пожелтел, потом моментально высох, а спустя несколько секунд осыпался трухой.

— Демона мне в собутыльники! — произносит Сарт. — Я слышал Даг «Черная вода» так умел, но я с ним никогда не общался. Да и в последние годы он... мягко говоря вонял.

— Слушай, я помню ты факультативом проходил тьму, — с надеждой произнес Юринай. — Мне нужно дотянуть парня до подмастерья, ты же понимаешь? А кроме тебя, хоть как-то знакомых с тьмой магов я не знаю.

— Я не темный! Я проходил подготовку как мракоборец! — Сарт постучал костяшками по голове, указывая на умственные способности старичка, а затем кивнул на парня. — А он-то, что думает?

— Мы на вас очень надеялись, — подал голос Мак.

Железнобородый смерил взглядом парня и начал задавать вопросы:

— Сколько тебе лет?

— Не помню. Говорят, что около 16-ти.

— Я бы дал лет двадцать. — хмыкнул мужик. — Откуда ты?

— Не знаю, в себя пришел в деревне Шестиполье, в свободных землях.

— Кто родители?

— Не знаю.

Сарт хмыкнул и повернулся к старому другу.

— Ты издеваешься? — спросил он глядя на него.

— Нет, Сарт, я на полном серьезе. Я проверял его трижды, перебрал все заклинания на ложь которые были и ничего. Даже клятву с него взял и ритуал ученичества провел! — Мастер развел руками. — Он действительно не знает своего рода.

— Рода? Ты еще скажи, что у него сила крови ес... — мужчина оскся, уловив легкий кивок старичка. — Ты не шутишь?

— Нет.

Железнобородый подошел к Мастеру и уселся на камень рядом с ним.

— Слушай, у меня есть один трактат по черным, но он по некроманстким ритуалам, — задумчиво произнес Сарт.

— У меня есть парочка темных заклинаний, но он же должен выдавать десятку стандартных! — пожал плечами Юринай.

Пара старых друзей переговаривалась, строя планы на будущее ученика, при этом оба пялились на него так, что тот отчетливо почувствовал себя подопытным кроликом.

— А чем тебя не устраивает его огонь? Огонь? Огонь! Горит? Горит!

— Да какой к черту это огонь! — возмутился мастер. — Это чистая черная сила! Был бы огонь — он бы хотя бы немного грел!

— Я понимаю, но иначе чистый черный не сможет!

— Ты еще скажи, что Даг «Черная вода» трубку углями из камина раскуривал! — съязвил Юринай.

— Нет, но...А может, у черных свой список темных заклинаний! — нахмурился маг земли. — Погоди! А чего мы гадаем? Давай напрямую спросим в коллегии!

— Ты с ума сошел! Они отберут у меня ученика и плакала моя безбедная старость!

— Ну, да. Такого точно отберут, — пробормотал Железнобородый. — Тогда надо идти в Великую библиотеку. Там точно можно нарыть информацию, но до нее неделю пилить, да и сколько времени потратишь...

Видя ухмылку на лице старичка он хлопнул себя по лбу.

— Ты же с пространством работаешь!

— Ну, дня два я точно до туда идти буду, — пожал плечами старичок. — Дело в другом, мне же надо будет куда-то его пристроить! Великая библиотека только для полноправных магов.

— Пусть у меня остается, — пожал плечами Сарт. — Я как раз проверю на нем действие техники. Кстати, сколько ты уже его учишь?

— Ну, как бы... Третья неделя. — ответил Юринай.

— И он за три недели научился делать черное пламя?

— Это все «Шаги Уриная»

— Что? Ты совсем из ума выжил, старый хрыч! — возмутился Сарт.

— Погоди! Я согласен — первый шаг на моей совести! Но после второго шага, эффект...

— Ты совсем рехнулся!!! Сколько шагов он сделал? — широкоплечий мужик вскочил на ноги и начал ходить из стороны в сторону, не спуская взгляда с парня.

— Пока два, но повторюсь — второй не моя инициатива и вообще...

— А если бы он обратился? Если бы его выжгло силой к чертовой матери? А если бы у него сорвало бы фляжку? Ты чем думал?!!

— Со мной все будет в порядке! — вмешался в разговор Мак. — У нас нет времени годами учиться основам.

Железнобородый медленно повернулся к Маку и с ехидцей спросил:

— А куда это вы молодой человек торопитесь?

— Жить, — обрубает вопросы Мак.

— Жить он торопится, — хохотнул такому ответу Сарт. — А по вашим безрассудным поступкам мне кажется, что вы торопитесь умереть.

— В любом случае, я думаю, больше мы к этому прибегать не будем, к тому же, сейчас необходимо научиться пользоваться силой, а не наращивать ее объем. — вмешался Мастер и задумчиво взглянул на парня. — Да, определенно надо начинать учиться ее контролировать. Еще больший объем сейчас только повредит.

— Я думаю, мы можем с ним заниматься контролем и списком обязательных заклинаний, — произнес Железнобородый.

— Сарт, ты меня очень выручаешь, — произнес старичок.

— Брось, когда я едва сводил концы с концами -твой шкаф стал приютом для нас обоих, — Железнобородый по доброму улыбнулся и хлопнул лапой по плечу старичка. — Ну и это оказалось чертовски скучно, жить в одной берлоге!

* * *

— Ну? Чего встал? — спросил Сарт, стоя в проходе маленькой дверцы.

— А как же та огромная дверь? — кивнул Мак в сторону огромных каменных дверей.

— А, это? Это фальшивка. Пошли, и прикрой за собой дверь. — Железнобородый отправился внутрь не оглядываясь, а парню не оставалось ничего, кроме как последовать за ним. — Ты очень вовремя попался. Я нашел несколько нестыковок в «Учении Уриная» о развитии силы и ее манипуляции. И есть у меня подозрения, что главную мысль подтерли, либо он сам ее скрыл.

— Ты только что называл моего учителя безумцем, — напомнил Мак.

Мужчина развернулся и окинул взглядом парня.

— Да потому, что одно дело — теория, а другое — ритуалы, после которых люди превращаются в животных! Ты просто не видел, что делает эта техника с другими. Больше половины выходили после этих ритуалов полоумными животными.

— Со мной такого не случится, — отрезал ученик.

— Они считали так же, — кивнул головой Железнобородый. — Я же хотел проверить технику, которая прекрасно подошла мне, я ее полностью проверил, к тому же, ее поголовно используют маги Баам.

— Какие маги? — переспросил незнакомое название Мак.

— Баам. Мы так называем магов с далекого юга. За океаном, на юге империи есть земли, которые до сих пор не удается исследовать. Там живут люди с кожей красноватого оттенка. Некоторые носят шкуры и тупы как пробки, другие хитрые как змеи, но тем не менее, у них своя школа магии и свои приемы. — Сарт продолжал идти по коридорам, освещенным магическими светильниками. — Однако, они являются вполне самостоятельной школой, не имеющей аналогов.

Сарт свернул по коридору в большую комнату, заваленную металлическим хламом.

— Таскал когда-нибудь тяжести? — спросил Железнобородый, оглянувшись и оглядев широкие плечи Мака.

— В кузне молотом работал, — пожал плечами Мак.

— Тогда это будет проще, чем я думал! — улыбнулся Сарт. — Хватай эту железяку и ставь в центр комнаты.

Мак взглянул на огромный шар с ручкой, очень напоминающий гирю и подхватив его, поставил в центре комнаты. По ощущениям гиря была довольно увесистой.

— Смотри, — Сарт тоже подхватил из кучи железок гирю поменьше. — Смысл в том, чтобы пропускать силу через естественные каналы рук, когда ты поднимаешь гирю. Напряжение мышц руки усиливает эффект воздействия силы и твои каналы на руках становятся крепче.

Сарт вскинул руку вверх и выдал порцию силы в гирю.

— Не бойся, с гирей ничего не случится. Она просто будет вбирать твою силу. Если ее станет слишком много, то она постепенно будет выпускать ее в воздух.

— Эта техника для усиления каналов?

— Это техника в первую очередь научит тебя работать со своей силой. Не с первой тренировки, но ты научишься чувствовать объем, который отправил в гирю и ее отклик. К тому же, помимо усиления каналов, твой резерв будет расти. — Железнобородый окинул взглядом огромную фигуру Мака и хмыкнул. — Да, определенно это техника будет тебе на пользу.

* * *

Ученик сидел в комнате, заставленной огромными стеллажами с книгами и водил пальцем по по строкам одного учебника. Закончив бормотать себе под нос слова из строчки, Мак нахмурился и перевел взгляд в другую книгу. Что-то выискав в ней и уперев палец в страницу, он принялся перечитывать первый талмуд.

— Нет, в принципе логично, — произнес он и потер уставшие глаза. Спать хотелось неимоверно, но вопрос о создании элементарных заклинаний, свободных от привязки к стихии, не давал ему покоя.

Парень огляделся. Ни чернил, ни карандаша, чтобы можно было нарисовать схему заклинания магического светильника не было. Глаз зацепился за стальную миску в которой лежали прогоревшие угли и зола. Жаровня использовалась для тления благовоний, но в данный момент парня интересовало совсем другое.

Парень позаимствовал уголек побольше и, почесав лоб, принялся рисовать. Смысл был элементарный: наложить ритуал преобразования черной энергии в энергию света, на заклинание магического светильника. Однако решение пришло не сразу. Сложности с расстановкой фигур в изначальном рисунке, попытка расчета сил на коленке, ну и вдобавок, элементарное знание постулата — тьма не может породить свет.

Но, как неоднократно говорили мудрейшие мыслители — невероятные вещи создают либо гении, которые смогли додуматься и перевернуть мир, либо полнейшие неумехи и глупцы, которые понятия не имели, что это невозможно.

— Оно таким и должно быть? — пробормотал Мак, глядя на эффект от своего труда.

Перед ним, в метре от пола, плавал огромный черный шар. Он имел белоснежную ауру, которая шевелилась вокруг, словно мантия солнца из фотографий прошлой жизни. И все это давало свет. Парень такое видел впервые, поэтому несколько секунд сидел молча с открытым ртом и откровенно пялился на свое создание.

Потом он обошел «черное солнце» и сел за стол, снова начав листать одну книгу за другой. Порхали страницы, менялись книги перед парнем, но ничего похожего он не находил.

За три дня Мак здорово пополнил свои знания в области магии и ее основ, но только сегодня он впервые попробовал сделать что-либо сам. Да, это был ритуал, сколько бы он не пытался понять других подходов к управлению магией — упирался в стену абстрактных понятий.

— Черт, почему у них нет хотя бы реестра заклинаний? — буркнул Мак, отодвигая очередную книгу в сторону. — Что за глупость делить заклинания по школам? Ладно бы по эффекту или по принадлежности стихии...

Мак сложил пальцы в замок и уперся в них лбом. Он еще несколько секунд бормотал что-то под нос, но в итоге умудрился заснуть.

А в это время, по коридору бодрым шагом торопился Сарт. Он нес пару книжек из угольно черной кожи, и пару стареньких свитков. Железнобородый пребывал в предвкушении. Во-первых — ученик был довольно интересным. Да, иногда нервным, да иногда трудным, но для Сарта ученики всегда были интереснее, чем изготовление примитивных деревенских артефактов или отлов оборзевших лесных хищников. Нечисти в этих краях еще до Сарта не водилось, а уж после и подавно. Во-вторых — Мак был не простым, а темным учеником, что давало возможность сунуть нос в темную магию, всегда остававшуюся для него загадкой.

Нет, в минимальном курсе Железнобородый знал основные принципы черной магии, но только на уровне, достаточном для уничтожения ее эффекта, не более. Таким образом, Сарт наизусть мог перечислить заклинания поднятия живого мертвеца, чем они будут отличаться в боевом плане и как их быстро убить. Однако маг земли понятия не имел, как это сделать и из каких компонентов состоит заклинание.

Он подошел к двери, где оставался ученик и не церемонясь вошел. Шагнув за порог, он обнаружил перед собой вариант ученического " светильника«.

— «Черное солнце» — шепотом произнес Железнобородый.

На пол упали книги и свитки. Сарт начал ощупывать себя и даже ущипнул. Когда до него дошло, что это не видение, он не спит и видит это по настоящему — он попытался окликнуть парня. Тот беспробудно спал.

Пара шагов к «светильнику» заставили Железнобородого вскинуть руку. Свет от «черного солнца» обжигал.

Маг земли не стал проверять силу этого заклинания и начал пробираться к парню по стеночке, стараясь держаться как можно дальше от заклинания.

— Мак! Ты меня слышишь? — продолжал кричать Сарт. Когда он смог подобраться вплотную к парню и дернуть его за плечо, то обнаружил, что тот лежит безвольной куклой.

— Демон меня задери! — оскалился маг и подхватил его за подмышки.

С кряхтением и отборными ругательствами он с огромным трудом начал тащить его к выходу. В какой-то миг Черное солнце припекло так, что казалось волосы в бороде мага начали немного закручиваться.

— Чтоб тебя! — выругался Сарт, вывалившись в коридор и сбросив свою ношу на пол и выругался: — Это надо же быть настолько бестолочью!

Железнобородый взглянул в свою небольшую библиотеку и вздохнул:

— Демоны меня задери! Как он ЭТО вообще смог сделать?

От греха подальше, маг земли закрыл дверь и оттащил парня подальше.

— Так! — произнес маг оглядев парня еще раз. — Корень «Триглобита» Точно! Где-то у меня он был!

* * *

— Со мной все впорядке! — произносит Мак и пытается встать с постели. Тут же, из носа стекает капелька крови.

— Еще раз попытаешься встать — я так тебе по голове тресну, что ты улетишь в такие дали, что тебе и не снились! — рявкает Железнобородый.

— Просто мало спал, зачитался, а потом заснул... — со вздохом произносит парень.

— Ты темный! — произносит Сарт глядя в глаза парнишке. — Все, что у тебя есть — это тьма! А теперь напряги свои извилины! Что ты сделал?

— Заклинание освещения и преобразование тьмы в свет, правда это я уже сам сделал по шаблону... — произнес Мак и лег на спину.

— А мысли, что шаблон не для света и тьмы не предназначен не было? Ты головой думаешь, что нельзя из огня делать воду и из земли сделать воздух...

— Вообще-то можно, — вмешался мак, вспомнив бензин из прошлой жизни и газы, образующиеся от расплавления камня. Однако, вспомнив, как над ним смеялся кузнец — не стал объяснять. Только добавил: — Чисто теоретически!

— Чисто теоретически и тебя, и весь твой дар должна была выжечь сила света, которую ты создал из тьмы.

— Но не выжгло же?

— Если бы не пришел я, и не выволок тебя оттуда — точно бы выжгло! Ты мог бы умереть! — раздраженно произнес Сарт. — Ты головой то, своей думаешь?

Мак раздраженно взглянул в глаза и процедил сквозь зубы:

— По моему тут только я думаю головой! — Мак зажал ладонями глаза, чтобы немного прошли мушки. — Я надеялся найти учителей, что мне помогут разобраться с магией и силой крови. А вместо этого ты меня заставляешь таскать железо, и читать муть вроде той «Теории Вальдеса».

— Это основы, а физическая нагрузка еще никому не мешала! — попытался вставить свои пять копеек Сарт.

— Ты когда ее последний раз перечитывал? Да там же вилами вся теория написана. Никакого анализа, никаких доказанных источников, только предположения! — видя, что Железнобородый нахмурился, Март тут же выхватил тонкую тетрадь из под подушки, зашелестел листьями, и прочитал вслух: — При поглощении магии данным заклинанием иногда встречается полная совместимость со стихией, а порой просто оказывается бесполезным.

— И что? — нахмурился Сарт.

— Да ничего! Ничего более по заклинанию «Щита Маракая»! Ни какими стихиями проверяли, ни частота встреч подобной клиники. И что значит «Иногда»? Ни вероятности, ни условий, ни поиска эффекта. Просто набор слов в стиле детских присказок.

— А кто их будет проводить? — возмутился маг земли. — Ты хочешь, чтобы я, свободный маг, разбирался с фамильным заклинанием Маракайцев?

— Вот в этом и проблема! Никакой систематики и четкого подхода, — парень откинул тетрадку в сторону и взглянул на потолок красными глазами. — Каждый пишет так, как вздумается, заклинания, плетения и ритуалы одной семьи если и подразделяются, то только по принципу «Для учеников, боевые и секрет семьи». Все. Ты посмотри на заклинание светильника! Каждый делает его по своему!

— А ты как думал? — начал хватать ртом воздух Железнобородый. — Ты думаешь клан будет свои секреты выдавать? Они же периодически...

— Да плевать на секреты, — устало отмахнулся парень и сильно зевнул. — Я тебе про элементарщину говорю, а ты мне про «секреты семьи».

— С этих элементарных приемов строятся боевые, а уже боевые будут в дальнейшем создавать чудовищные, огромные заклинания. Магические приемы и техники оттачиваются веками и лишь крупицы нового или заимствования со временем внедряются...

В этот момент, истощение магических сил все же взяло свое и Мак отключился. Прервал отповедь мага земли он довольно громким сопением.

— Вот гаденыш! — сплюнув произнес мужчина и поднялся на ноги. — Ну ничего! Оклемаешься — я тебе устрою философский диспут!

* * *

Мак взял цельнометаллическую гирю и с натугой поднял ее до уровня груди. Несколько раз выдохнув через зубы, он вскидывает гирю вверх.

Металлическая болванка, изначально покрытая ржавчиной, сейчас давала блики от света на черной блестящей поверхности. Поначалу, Железнобородый элементарно проверял его физическую подготовку. Но после происшествия в библиотеке, Сарт начал заставлять при особо мощном усилии в работе с тяжестями выпускать энергию в металлические болванки.

Мак, до этого относившийся к этим нагрузкам довольно скептически, не стал перечить и мучал железку уже около часа. Ритм упражнений был довольно простым, но в то же время имел несколько особенностей. Первая — упражнения, дополненные магическим наполнением снимали мышечную усталость. Мак в жизни никогда не думал, что сможет делать подобное упражнение в таких количествах. Возможно, тут сыграло роль и тело подходящей комплекции, но час работы с увесистым снарядом даже для спортсменов было непростым испытанием.

Второй особенностью было то, что объем силы, который Мак вкладывал по инерции в гирю, был настолько велик, что снаряд элементарно испускал ее в окружение. Естественно, сила при высокой концентрации начала материализовываться. Сначала ржавая гиря покрылась черной маслянистой субстанцией, которая затем начала с нее капать, образовав под парнем небольшую лужу.

Ну и третье. Светильники в комнате, где Мак занимался с Сартом, едва держались. Свет уже стал неровным, а пламя начало чадить.

— Довольно! — буркнул Железнобородый, наблюдая за ритмичными движениями парня. — Остановись!

— Я могу еще, — сквозь стиснутые руки произносит Мак. Жжение в руках нарастало, заставляя морщиться и стискивать покрепче зубы.

— Я вижу, что можешь, — Сарт подошел к Маку, стараясь не залезать в черную жидкость, под ногами ученика. — Жжет руки?

Мак остановился и поставил гирю на землю. Взглянув на руки он обнаружил, что вены на руках словно кто-то нарисовал чернилами. Чем дальше от кистей, державших снаряд, тем слабее прорисовывался рисунок. Мак скинул рубаху с распаренного тела. Оказалось, что черные вены видны вплоть до плеч.

— Видишь? Завтра это будет гореть огнем, поэтому, я говорю тебе остановись! — буркнул маг земли, ткнув пальцем в черные линии на руках Мака.

— Завтра будет болеть? — сморщился Мак. — А какой смысл в этой технике?

— Внутри тебя есть источник силы, так? Так. Но силы из тебя выходит? Выходит. — Сарт развел руками, словно это всем понятно. — А выходит она только по сформировавшимся каналам. Сейчас мы с тобой укрепляли каналы рук, чтобы сила которая по ним проходит не разрушала твое тело. А у тебя с этим сейчас проблемы.

— Сила может меня убить? — нахмурившись произнес Мак. Он рассматривал черные как уголь вены.

— Пока да. Твой учитель дал маху, с «Шагами Уриная». Та сила, которая в тебе есть — может просто порвать тебе каналы, тем самым убив тебя.

— И сколько мне надо это делать, чтобы...

— Всю жизнь. — оборвал парня маг земли. — Помимо того, что ты укрепляешь каналы — ты их постепенно растягиваешь, обращаешь силу в источнике, понемногу повышая ее объем. — Сарт взглянул на гирю, которую словно вымазали в черной смоле. — Техника не самая популярная, среди молодежи, но те, кто постарше — частенько ей пользуются. У нее есть еще одно очень важное свойство.

Железнобородый взглянул на на Мака и указал себе на лицо.

— Кто по виду старше, я или твой учитель?

— Учитель, — пожал плечами парень.

— Я старше его на пять лет. — Видя удивленное выражение Мака он добавляет: — Эта техника поможет тебе сохранить силу и молодость.

Мак окинул взглядом Сарта и кивнул.

— Я учту.

* * *

— Он слишком упрям, — бормочет Сарт наблюдая за очередной тренеровкой Мака. — Все хочет сделать самостоятельно, куда-то торопится, лезет по верхам в высшую магию, а в фундаменте дыра.

— Брось, мы с тобой были такими же, — хохотнул Юринай. — Так же рвались перевернуть мир, создать эликсир бессмертия, стоять перед аплодирующей коллегией магов.

— Да, но...

— И нас также осаждали старшие, тыкали носом, как неразумных котят, в наши же основы. — старичок улыбнулся. — Помнишь, как мы с тобой пошли на первый круг с таким видом, словно мы перевернем мир?

— Помню, — сморщился Сарт. — Мы после этого первого круга вместе два месяца прожили в библиотеке, «Штопали фундамент».

— Поверь, ему надо столкнуться с реальной практикой, чтобы понять, насколько он неумеха и что именно ему необходимо, — старичок задумчиво посмотрел на черную лужу под ногами парня. — Слушай, думаешь это хорошая идея, давать ему эту технику?

— В его случае — это единственный вариант. Техники с циркуляцией силы внутри организма ему не подойдут. Ты видел его вены? Тьма прожигает его. — произносит маг земли. Его взгляд прикован к гире, которую поднимает Мак. — Хватит с него ваших «Шагов Уриная». Кстати! Знаешь, я тут подумал... Эта железка настолько пропитана тьмой... Из нее вышел бы неплохой артефакт.

— Я тоже об этом думал, — кивнул друг. — Неплохое сердце голема вышло бы.

— Темного голема? Это какого?

— Костяной дракон, к примеру, точно бы вышел, — потирая подбородок произнес старичок.

— Ты сдурел?! — уставился на Юриная маг земли. — Где мы деньги на ингредиенты возьмем?

— Ну, ты сам посуди! Не амулет же от поноса делать из нее?

— Погоди, а может мы ее просто продадим? Как сырье? — задумчиво произнес Сарт. — А на вырученное купим ингридиенты для следующей. Он то от тренировки все равно не откажется?

— С чего ты так решил?

— Я его сюда запинывал, до того как он начал применять силу. Просто для физической подготовки. Теперь мне приходится его отсюда выгонять.

— Господи, он и раньше был огромным, а теперь вообще на скалу похож! Ты вообще в курсе, что он еще растет?

— Я то в курсе, но это его кровь. Мясо на нем растет с чудовищной силой и, — Железнобородый пожевал губами, словно подбирал слова. — Эта техника ему подходит. Помнишь Эрона «Горный хребет»?

-Такого захочешь — не забудешь, — нахмурился старичок. — А ведь действительно чем-то похож! А что с практикой?

— Да, давай-ка поглядим, а то он опять пол комнаты эссенцией тьмы заляпает. — вздохнул Сарт и крикнул: — Мак! Мак заканчивай! Надо повторить «Круги Сармата».

— Опять? — вздохнул парень. — Я их наизусть уже знаю!

— Тогда покажи своему учителю, что ты успел выучить! — недовольно буркнул Сарт и уже негромко добавил: — Никакого почтения! Ни к возрасту, ни к статусу!

Мак поставил на место снаряд и отправился за магами в другую комнату. Помещение было абсолютно пустым. Все стены и потолок были украшены витиеватыми рисунками, рунами и иероглифами. Юринай этот зал узнал, просто потому, что он сам создавал эти рисунки. Это был небольшой испытательный полигон, защищенный от излучения магии во внешний мир.

— Сарт, откуда... — указал старичок на монстра в центре комнаты.

На полу лежала туша, от которой отдавало гнильцой. Лысая, без единой шерстинки, кожа черного цвета, четыре лапы и тело, похожее на собачье. Хвоста нет, морда вытянутая, ряды острых огромных клыков, от которых даже пасть не закрывалась, узкие и длинные носовые щели, глубоко посаженные глаза бусинки. Тварь выглядела откровенно мерзко.

— Местные ее встретили в лесу. Сразу примчались ко мне. — пояснил Сарт.

— Почему эта гончая их не убила?

— Потому, что она имела четкий приказ, — произнес маг земли.

Сарт тем временем подхватил мелок с пола и принялся рисовать символы для поднятия нежити вокруг этой туши.

— Тогда у меня еще больше вопросов, — облизнул губы Юринай. — Откуда она у тебя в землях, и кто отдал ей четкий приказ. Ну и под занавес — что они ищут?

— А ты сам прикинь, — сквозь зубы произнес Железнобородый. — Кто у нас может создавать темных гончих и отдавать им приказы, если в империи ни одного темного?

— Проклятые, — устало выдохнул старичок.

В этот момент, не смотря на то, что Мак не закончил ритуал, и никаких заклинаний не использовал, туша чудовища дернулась. Один раз, потом еще и начала двигать ногой, под внимательными взглядами двух магов и ученика.

— Мак, отойди от гончей! — кричит Сарт и встает в боевую стойку.

— Что происходит? — раздраженно произносит Мак. — Я еще не запускал ритуал! Почему оно...

— Отойди от этой твари! — повторяет Железнобородый. — Ее создатель где-то рядом!

— Проклятый, во власти которого поднимать «гончих», — сглотнув произнес Юринай. — Мак, ты знаешь защитные заклинания?

Парень недоумевающе взглянул на учителя и Сарта.

— Не помню. Вроде бы ничего такого не учили, — пожал он плечами. — Это опять те ожившие мертвецы?

— Нет, в этот раз кое-кто похуже...

Глава 5

Сарт выглянул в смотровое окно, которое снаружи было похоже на небольшую расщелину.

От рощи бодрым шагом шел мужчина. Не смотря на фрак со стоячим воротником и крайне старомодный фасон, который можно было встретить разве что на старинных портретах, мужчина шел уверенно, бодро и целенаправленно.

Постукивая тростью с крупным шаром вместо ручки, он направлялся прямиком к настоящему входу в крепость Сарта Железнобородого, словно заранее знал где тот находится. За ним, в нескольких метрах, оглядываясь по сторонам и периодически припадая мордами к земле, шли парочка огромных черных псин с изуродованными мордами.

— Эта тварь была его, — пробормотал Сарт и задумчиво добавил: — три черных гончих. Либо опытный, либо силы не жалко.

— Я вижу двух, — произнес старичок, с прищуром разглядывая гостя.

— С третьей только что пытался развлекаться твой ученик, — прикидывая шансы на расправу с этим противником пробормотал Сарт.

Тем временем, мужчина подошел ко входу и остановился. Не дождавшись реакции хозяина логова, мужчина несколько раз взмахнул руками и что-то произнес. С его рук сорвалось несколько черных линий. Они со скоростью стрелы метнулись ко входу и ударили в камень.

— Тук-тук-тук! Господин! — крикнул пришелец во все горло под звуки осыпающейся крошки. Заклинания выпущенные незнакомцем оставили глубокие следы на скале. — Есть кто дома?

Железнобородый улыбнулся.

— Маматарская школа, — произнес мужчина и начал разминать кисти. — Видел? Он с движениями произносил вслух слова.

— И что? — не понял Юринай.

— Исторические очерки читать надо было, не задавал бы глупых вопросов! — отвечает Сарт и громко орет пришельцу с издевкой: — Иду-иду! Погодите секундочку, я не одет!

— Э-э-э? Не одет? — удивленно повторил проклятый маг. — Конечно, я подожду! Но... Уважаемый! А что вы делали голым с моей гончей?

Ответа не последовало, Сарт уже спускался, быстро надевая кожаную куртку с зачарованными бляхами на груди.

— Юринай, Маматарскую школу можно читать! Ее перестали практиковать из-за того, что их научились предсказывать. В дуэльном поединке Маматарца уделать — раз плюнуть. Характерное движение перед словом. Слово — ключ активации. Движение — основа заклинания! — бормотал на ходу маг земли.

— Ты с ним справишься? — спросил Юринай. — Я его не потяну.

— Справлюсь, он кислотник — маленький и предсказуемый арсенал.

— Как ты узнал?

— Видел как он кисть к земле направлял, когда взмах делал? Это типичный жест кислотной школы. — внезапно маг земли остановился и повернулся к другу. —Сможешь занять гончих?

— Если ты выделишь мне несколько секунд, успею их вывести из игры. — Мастер уловил недоверчивый взгляд друга и твердо добавил: — в любом случае я их возьму на себя!

Железнобородый кивнул и уже хотел активировать выход, чтобы встретить гостя на открытом пространстве. Однако тут в коридоре показался Мак.

— Кто-нибудь мне расскажет что тут происходит?

— Возможно твою магию снова учуяли, — пожал плечами Сарт. — А может, все дело в том, что я притащил темную гончую к себе в дом. Кто знает?

— Проклятые! — вздохнул парень.

Сарт промолчал, а Юринай коротко кивнул.

— Я иду с вами!

— Без вариантов! — резко обрезал Сарт. — Это не шутки! Ты останешься здесь, чего бы не случилось!

— А если он вас убьет? — глядя в глаза магу земли поинтересовался Мак.

— Если убьет? — Маг земли кивнул ему и достал из кармана два кристалла розового цвета. Один он протянул Маку. — Не торопись и постарайся, чтобы они потратили как можно больше сил, добираясь до тебя. Но если они смогут ворваться в это логово — разбей кристалл. Тебя выкинет у черта на куличках. Перспектива не очень, зато живым.

Мак кивнул и взял в руку теплый кристалл.

— Пошли, старикашка! — хмыкнул Сарт и открыл дверь.

— Ты старше меня на пять лет!

— И что? Зато ты выглядишь как сморщенный помидор!

Оба мага покинули коридор и заперли дверь, оставив ученика в томительном ожидании.

— Прости избранный! Сразу двое? — почесывая лоб произнес пришелец и развел руки в стороны. — Господа! Я конечно не против и с двумя, но давайте проявим благородие и очередность!

Маги переглянулись. Проклятого, которого выдавали черные провалы вместо глаз, они застали за странным занятием. Он чертил круг диаметром в несколько метров.

— Опытный, — сквозь улыбку, стараясь не шевелить губами произнес Железнобородый. — Уважаемый! По какому праву вы стучите ко мне в дом заклятьем черного лезвия?

— Вы бы предпочли, чтобы это был «Молот тьмы»? — вскинув удивленно брови, поинтересовался темный.

— Я предпочел бы, чтобы вы вообще не заявлялись в мои земли! — подчеркнуто вежливо произнес Сарт.

— Видите ли, на самом деле, эти земли — мои. У меня даже сохранились документы, подтверждающие это!

— У меня имеются такие же бумаги от императора! — гордо парировал маг земли.

Несмотря на показную безмятежность и отсутствие видимых проявлений, оба мага уже вовсю плели заклинания.

Проклятый, клан которого проложил в незапамятные времена каналы для защиты и контроля своей земли, пытался найти их. Маг земли же, давно приспособив эти каналы под свои нужды и намертво привязав к себе, плел атакующие заклинания.

— Император не имел права передавать земли моего клана, — покачал пальцем Проклятый. — Клан «Седой кобры» до сих пор является владельцем этих земель!

— Клан «Седой кобры» давно уничтожен. Его больше нет! — хмыкнул Сарт. — То, что вы передо мной, не является фактом существования клана.

—— Я живой! И я стою здесь! — шипя словно змея, произнес мужчина. — Я — Ля Ферн «Яд Масаканы» перед тобой и говорю тебе — клан «Седой кобры» жив! Клан —— это Я! Это моя земля!

— Ты давно мертв, — Сарт раздвигает широко ноги и слегка сгибает их. Правый кулак уперт в землю между ног. Железнобородый занял боевую стойку и продолжил сверлить взглядом противника исподлобья. — С тех самых пор, как отдал свои глаза.

— Мёртв? Три раза ХА, уважаемый! — шипение проклятого начало переходить в свист. Тёмный маг развел руки в стороны, опустив кисти вниз. — Сашшала!

Кожа противника пошла рябью, в черных провалах глазниц мелькнули вертикальные оранжевые зрачки, из под верхней губы показались прямые длинные клыки. Секунда, вторая, маг быстро превращался в подобие огромной кобры.

— Очень опытный, но дурак — констатировал Железнобородый и больше не стал ждать. Он активировал заклинания, спрятанные под землей. Из гальки на земле, словно стрелы, начали вылетать жутко острые каменные лезвия. Из десятка залпов, в огромную кобру попало два, но ни один так и не смог пробить толстую чешую.

— Саминаш, кае! — прошипело чудище, извиваясь в причудливом танце.

В сторону Сарта полетели первые заклинания. Брызги кислоты, были тут же блокированы каменными щитами, укрывающими мага. Пока все происходило на простейших заклинаниях.

Но в какой-то момент, змея замерла, прекратив свой танец.

— Ты! Ш-ш-шакал пустош-ш-шей! — вдруг прошипела она. — Ты украл мой труд ш-ш-ш!

— Ты только понял? — улыбнулся Сарт, выглядывая из-за щита.— Ей богу дурак!

Он кинул мимолетный взгляд на Юриная. Тот, заманил обеих гончих в магические ловушки на земле, и сейчас занимался тем, что пытался нарисовать на морде этих тварей знак тлена.

— Сала, кинай! — извернулась кобра.

В этот же миг хвост подскочил на уровень головы и принялся дрожать. Под шипение и замысловатый танец, кончик хвоста начал испускать грязно-зеленый дым. Тот довольно быстро начал подбираться к Железнобородому.

Маг земли не замедлил укрыться под сферическим щитом из камня. Порода начала шипеть под действием тумана, будто плавилась. Местами она и правда потекла, словно растаявшее мороженное.

Взрыв!

Из под земли, где находилась змея, выстрелил огромный каменный шип. Заточенный до остроты качественного клинка, гранитный камень проткнул тело цели насквозь. Кобра продолжила извиваться. Защитный круг, нарисованный гостем, наполнился тьмой. Камень Сарта пошел трещинами, но выдержал. Защитный прием Проклятого провалился.

Потекли томительные секунды противостояния. Кислотный туман проедал каменный щит Железнобородого. Покрывался темной, почти черной кровью гранитный шип, торчащий из земли. Все свелось к простейшему запасу времени и сил. Либо кислотный туман успеет прогрызть каменный панцирь, под которым прятался маг земли, либо огромная обратившаяся тварь истечет кровью и банально издохнет.

За этим всем наблюдал в смотровое окошко Мак. По его виду было понятно, что парень волнуется: кулаки сжаты, глаза бегают между зеленым облаком и извивающейся змеей. Взгляд уже неоднократно возвращался к Юринаю. Тот уже давно расправился с гончими и спокойно наблюдал за боем магов со стороны.

— Мог бы и помочь! — сквозь зубы произнес парнишка.

Противостояние магов закончилось неожиданно. В какой-то миг, кусок гранита, проткнувший кобру, покрылся шипами, длиной в полметра. Те, через несколько секунд, покрылись еще более мелкими. В итоге, пронизывающий проклятого шип превратился в своеобразное подобие каменного дерева. Еще через пятнадцать секунд змея затихла и кислотный туман начал оседать.

Юринай подошел к оплавленной полусфере и улыбнулся. Постучав костяшками по камню он громко крикнул:

— Ты там еще не задохнулся?

Ответа не последовало. Поэтому старичок начал рисовать руны на камне. Однако, не успел он довести руну, как здоровенный булыжник в стороне от боя взорвался, осыпав друга каменной крошкой.

— Бху-кха-кхе! — закашлялся Сарт, вылезая из образовавшейся дыры на месте булыжника. — Черт побери, эта тварь долго держалась! Я чуть не задохнулся!

Юринай не обратил внимания на ворчание старого друга. Он рассматривал каменное дерево, превратившееся в распятие для проклятого мага.

— Сарт! Откуда ты взял это заклинание? — спросил старичок, не отрывая взгляда от занятной картины.

— Какое? А, это? — маг вытер пот с лица и усмехнулся. — Это я подглядел у одного друида. Мы с ним как-то спорили по поводу целесообразности применения в бою заклинаний, замедляющих передвижение. На пьяную голову конечно. Вот нечто подобное он мне и показал. Правда там он вырастил полынь выше человеческого роста, и иглы он на ней выросли с ладонь, но от этого смысл не поменялся.

— Удачный подход, — кивнул Юринай.

— Я по началу так же думал, — кивнул Сарт. — Ты бы видел, что эта тварь вытворяла под землей! Он чуть было не искупал меня в кислотном бульоне! Если бы я не догадался прыгнуть в сторону — мы бы с тобой сейчас не разговаривали!

— А ты думал? — хмыкнул друг. — Сам сказал, что противник опытный!

— Опытный, но напыщенный дурак!

— Да, кстати!

Мастер обернулся и взглянул в окно, из которого за ними наблюдал Мак.

— За нами наблюдают, и судя по виду, жаждут задать массу вопросов!

* * *

— Почему ты не помог ему? — первым же делом спросил у учителя, Мак

— Потому, что это была дуэль, — вместо Юриная ответил Сарт. — Это первое. Второе — твой учитель вряд ли чем-то мог бы помочь с данным противником. Нет, был бы некромант, или маг крови — очень может быть, что только вдвоем мы бы и справились, но тут был кислотник.

— Почему на нем была эта одежда? — тут же спросил Мак. — Она странная. Я такую раньше не видел.

— Это для тебя она странная, а для эпохи в которой он впал в летаргию — вполне себе обычный наряд для мага и потомственного дворянина. Да и много ты видел нарядов придворной знати? — ответил учитель. Компания направлялась обратно. — Тебе, Мак, надо будет немного почитать исторических хроник и поглазеть на старинные гравюры, чтобы понимать кто перед тобой. Мой давний друг наглядно доказал, что порой это бывает очень полезно!

— Было бы гораздо полезнее изучить элементарные атакующие и защитные заклинания, чем читать исторические хроники, — буркнул парень.

Юринай открыл рот, чтобы выдать пачку наставлений о правильном подходе к учебному процессу, но его опередил Сарт.

— Парень прав. Примитивный силовой щит и «Удар тьмой» могут спасти ему жизнь.

— Но это же учебное заклинание! Они вскрываются как гнилые орехи любым неумехой!

— Не с его объёмом силы, — пожал плечами маг земли. — При его даре — гнилые орехи превращаются в драконьи яйца!

— Но...

— Юринай, мальцу действительно это нужно, — вздыхает Сарт. — Ему нужна практика. Ты же видишь, он не теоретик. Сможешь доказать, что это полезно и он сам выжмет из этого максимум.

Сарт взглянул на парня с прищуром. Тот спокойно выдержал взгляд и кивнул.

— Согласен!

— Я показал ему как работать с телом и мышцами для усиления магической конструкции, теперь он совершенствуется сам. — Железнобородый перевел взгляд на Юриная. — Покажи ему, что твоя артефакторика полезна и я думаю он начнет заниматься ей с тобой или без тебя.

— Удел слабых, — пробормотал Мак.

— Удел умеющих считать, не разбазаривать силу попусту и жить в достаточном комфорте! — поджав губы поправил учитель.

— А комфорт-то тут причем? — со вздохом уточнил Мак.

— Приходи вечером в мою комнату, я тебе покажу. — Довольно произнес Юринай.

— Хватит молоть языком, — вздыхает Сарт. — У меня был сборник элементарных заклинаний.

Железнобородый подталкивает Мака в сторону тренировочной комнаты.

— Пойдем, у меня есть что тебе показать. — пробормотал Сарт.

Когда они зашли в экранированную комнату, Маг земли взял небольшой камень у стены и показал парню.

— Это обычный камень, но он является частью моей стихии. Поэтому я могу заставить его без всяких заклинаний немного меняться. — После этого, на глазах ученика камень поплыл. Его грани стали округлыми и спустя несколько секунд тот принял форму пирамиды. — Это моя стихия. Камень, земля и песок. С этими элементами я могу работать без всяких костылей. Напрямую. Однако...

Камень резко превратился в мелкую пыль, которая через пальцы просочилась на пол.

— Это не означает, что я могу создать каменную кожу, или зыбучий песок под ногами врага на одном усилии воли. Для этого уже требуются совершенно другой подход. — Сарт отряхнул руки от каменной пыли и продолжил импровизированную лекцию. — Ты можешь создать уплотнение из своей стихии, создав таким образом элементарный щит. В моем случае все просто. Ближайший камень, земля или песок могут встать на мою сторону. Я могу превратить их в стенку, сферу, полусферу, пирамиду, да во что угодно. Нужна лишь достаточная плотность. А вот с тьмой все не так просто.

Маг земли поджал губы и задумчиво произнес:

— Частности с элементарными заклинаниями можно узнать в трактате. Я выдам тебе его попозже. Пока я предлагаю тебе сделать такое упражнение, — Сарт встал боком к стене, у которой стоял камень покрытый рунами, изображавший манекен. Вытянув руку в сторону цели, он продолжил: — Вглядись в этот манекен. Сконцентрируй силу в руке, а затем медленно выпускай. Но не отпускай ее совсем. Старайся, чтобы она была рядом с твоей рукой. Ну а затем, сжимай ее...

На ладони Железнобородого появился едва заметный зеленый огонек.

— Это придет не сразу, — сквозь сжатые зубы произнес маг земли. — Свет сконцентрированной стихии появляется не сразу. Но ты очень быстро научишься ее ощущать. Когда ты сможешь уплотнять ее до явного цвета в воздухе ты сможешь делать ей...

Сарт сделал короткое движение и небольшой зеленый шарик метнулся в сторону манекена. Через секунду часть манекена съехала в сторону, словно ее срубил невидимый меч. Без звуков, грома или вспышек.

— Управление стихией, — кивнул Мак и встал рядом с Железнобородым. Вытянув руку вперед он попробовал повторить то, что говорил учитель. Однако, вместо нужного эффекта, его рука покрылась черной тягучей субстанцией, от которой отходил легкий черный дымок.

— Не на ладони, а чуть подальше, — прокомментировал маг земли. — И тип силы тут не важен. Как и ее объем. Тут важно выработать навык...

— Я уже делал это, — нахмурился Мак. — В библиотеке...

— Там ты активировал стандартное графическое заклинание, — терпеливо пояснил Сарт. — Здесь — работа с силой напрямую...

* * *

Мак стоял перед приоткрытой дверкой шкафа и ощущал странную неуверенность. Из шкафа доносился голос Юриная:

— Ну? И чего ты там встал? Проходи!

Парень аккуратно потянул на себя дверцу. Перед ним предстал небольшой коридор и вешалка. Даже одного единственного взгляда хватило, чтобы понять — то, что он видит внутри — по объему не соответствует тому, что он видит снаружи.

Ученик прикрыл дверцу и обошел шкаф, потрогал его рукой, внимательно осмотрел и снова вернулся к дверце. Подумав, что это просто обман зрения, он все же вошел внутрь шкафа.

Ни искр, ни вспышек, ничего. Просто вошел в просторную прихожую. Стены отделаны под камень, на полу цветная мозаика и замысловатая картина пегаса. Очень приличная прихожая, даже по меркам мира в котором вырос Мак.

Сделав несколько шагов, Мак оказался в широкой гостиной, где стоял журнальный столик, пара кресел, диван и несколько шкафов, заполненных склянками с цветными жидкостями, разноцветными подписанными мешочками.

В одном из кресел сидел учитель. Он держал в руках чашку с парящим напитком и с довольной улыбкой смотрел на эмоции ученика.

— Как это возможно? — пробормотал Мак.

— Артефакторика, пространственная магия и немного смекалки, — вздыхает старичок, словно это обычное дело, и указал на одно из зашторенных окон. — Будь добр, подай сливок. Вон за той занавеской.

Мак кивнул и подошел к занавеске. Вместо шкафчика, или каких-либо полок, за занавеской оказалось окно. А вот, за окном был снег и метель.

— Это картина? — с недоверием спросил он.

— Это мой ледник, — усмехнулся Юринай. — Открой окно, там на подоконнике должен быть белый графин. В нем сливки.

Парень недоверчиво протянул руку к ручке и открыл окно. Оттуда дунул ледяной ветер. Ученик ухватил торчащую из снега ручку и достал графин, стараясь как можно быстрее закрыть за собой окно.

— Давай его сюда! — махнул старичок. — Не стой столбом!

— Оно же наверное замёрзло, — произнёс парень и заглянул в графин. Внутри оказались вполне себе обычные сливки.

— Ставь сюда, и достань из-за той занавески корицу. Знаешь, что это такое?

— Да, — кивнул Мак.

Парень подошел к занавеске и ожидая снова увидеть ледяной пейзаж откинул ткань. Вместо зимнего пейзажа, он обнаружил морской прибой, пляж и свежий морской бриз, поддувающий через щели между рамами и стеклами.

Ученик обернулся, взглянул в окно с ледяным пейзажем, потом снова повернул голову и уставился на море и голубое небо.

— Можешь, в принципе и дальше пялиться, но я бы предпочел продолжить разговор с чашечкой чая с молоком и корицей, — улыбаясь от произведенного впечатления, произнёс Юринай.

Мак кивнул и открыл окно. В нос ударил соленый запах моря. Совсем рядом, к скале был приделан небольшой шкафчик. За дверцей обнаружились полочки полные прозрачных баночек. Найдя глазами корицу он схватил ее и закрыл окно.

— Это невозможно, — пробормотал ученик. Он задернул занавеску и снова ее отдернул. Пейзаж не изменился. — Это иллюзия? Точно! Этого на самом деле нет...

— В чулане была веревочная лестница. Можешь ее достать и искупаться в море, — ответил старичок и указал пальцем на корицу. — А я всё-таки хотел бы попить чая с молоком и корицей!

Парень пришибленно подошел к учителю и отдал ему баночку с корицей.

— Как это может быть? — повторил вопрос ученик, после того как уселся и сделал первый глоток протянутого ему чая.

— Никак. Этого вообще не может быть, поэтому в дело вступают крохи магии и отличный расчет. — довольно морщась произносит Юринай. — Я создавал это убежище со времен студенческой скамьи. Изначально, это был пространственный карман. Конечно, он напоминал мешок, но это и вправду было сделано из мешка. Как сейчас помню — он вонял рыбой, но другого под рукой не было, а я жутко хотел попробовать. Постепенно карман расширялся, я усердно учился, постоянно экспериментируя с материалами, артефактными приемами и практикой пространственной магии. В общем, в один прекрасный день я понял чего хочу. Так появился этот мой шкаф!

— Этот шкаф — артефакт?

— Раньше так и было. Простой артефакт, но я столкнулся с необходимостью наделить его разумом. — Старичок щурясь прихлебнул чая и добавил: — Пришлось покупать душу и просить помощи у профессиональных демонологов.

— Душу? — Мак обвел взглядом гостиную.

— Нет, я никого не принуждал. В моем случае, продажа души и согласие на использование ее в артефакте обязательно. Пришлось повозиться, чтобы найти согласного отдать душу в артефакт. — Старик сделал парочку крупных глотков и поставил чашку на столик рядом с креслом. — Ты не поверишь, но именно артефакторы живут в самых комфортных условиях. Всегда теплая вода, чистый и отмытый пол, заправленная постель и свет без копоти свечей. А еще, при удачном круге — вкусная еда и слуга гремлин. Да, был у меня один... потрясающе готовил!

— Так умеют только артефакторы?

— Нет, так могут многие, но только с тем, что подчиняется их стихии. К примеру — маги огня чаще всего покупают артефакты холода. Понимаешь принцип?

— Не видел, чтобы ты кому-то продавал артефакты.

— Я продаю в городах и под заказ. Я уже перестал заниматься свободной торговлей — за это надо платить налоги и ты привязан к одному городу. Но дело даже не в этом. — Старичок с прищуром взглянул на своего ученика. — Суть в том, что не каждый маг может себе позволить такой дом как у меня.

— Причем тут это?

— При том, что мой энтузиазм в артефакторике закончился на третий месяц. Я уперся в стоимость ингредиентов и сложность расчетов. Подобные или более сложные расчёты делают только матерые профи. Знаешь, почему я продолжил? — старик нагнулся к парню. — Потому, что другого выхода чтобы держать свою задницу в тепле я не нашел. У меня нет предрасположенности к стихии, по сравнению с тобой у меня силы как у деревенской знахарки, меня взяли в университет только потому, что на вступительном собеседовании я доказал теорему Мариана Стотского!

— Я видел как ты бился той курительной трубкой. — кивнул парень в сторону пепельницы.

— Это была не моя сила, а сила той самой трубки. Она, кстати, теперь будет восстанавливаться еще несколько дней. — Отмахнулся Мастер. — А вот моей силы хватит только для того, чтобы зажечь светильник минут на двадцать. И то не большой, так, чтобы в сумерках не запнуться.

— Но это же все... Оно же магическое!

— Это все, дорогой мой ученик, работает от кристаллов силы, с которыми ты делал «Шаги Уриная». Этими кристаллами с твоей силой, путем несложных ритуалов и перегонки силы из черной в нейтральную, я заправляю свой дом, или шкаф как ты его видишь, на несколько недель. — Старик поморщился и неохотно добавил: — Потери в силе почти восемьдесят процентов. Надо бы подобрать ритуал с меньшими потерями. На всякий случай...

— А где ты раньше брал силу, без меня?

— Покупал, как и все, у тех, кто может выдавать энергию в больших объемах.

— Погоди, а разве по другому нельзя собирать энергию?

— Конечно можно, — улыбнулся Юринай. — Но пассивный сбор энергии не дает такого прибытка как активный, через свое тело. Это просто крохи энергии.

Учитель взял чайник с заваркой и налил еще чая, добавил молока и не забыл посыпать напиток корицей.

— Ты сказал, что ты умеешь отлично считать, — задумчиво произнес Мак, наблюдая как старик прихлебывает из чашки.

— Да, — кивнул учитель. — Артефакторика практически не требует силы, но тут требуется склад ума определенного уровня. Надо уметь мыслить абстрактно и считать то, чего нет. Это называется математика всех порядков.

— А те, кто не может?

— А те, кто не может считать, у тех есть достаточно силы, чтобы поменять ее на артефакты или купить простолюдинов, чтобы те обеспечили комфорт. Можно еще нанять тех, кто умеет считать. Но это реже, чем хороший артефактор. Все хотят жить в комфорте, все хотят жить в тепле и сытости.

— А те, у кого мало силы и не умеют так считать?

Старичок кинул укоризненный взгляд на парня.

— Те, кто не умеют считать и не имеют большой силы обычно идут в клерки. Сидят в небольших комнатках и за несколько золотых в месяц ставят защищенные печати и другие, понятные только им, манипуляции с документами.

Мак опустил взгляд на стол с позолоченными ножками и резными подлокотниками, потом перевел на занавеску, скрывающую голубое небо и темно синие волны до горизонта.

— Научи меня, — уверенно произнес он.

— У тебя достаточно силы, чтобы не забивать себе голову артефакторикой и математикой, — причмокивая произносит старик.

— Не обижайся, Юринай, но я не думаю, что ты меня хоть чему-то вообще можешь научить.

— А зачем тогда просишь, чтобы я научил?

— Ты пользуешься даром как ювелир инструментами. А у меня сила как кувалда. С одной стороны, как ты будешь меня учить, если ни в тьме, ни в больших объемах ты не понимаешь? С другой, если ты научишь меня ювелирно работать силой, то «кувалда» будет порхать не хуже плотницкого скребка.

Старичок улыбнулся такому сравнению и кивнул.

— Есть основы. Без них ты и шага дальше не ступишь. А еще есть проклятые, — Юринай внимательно посмотрел на Мака и усмехнулся. — Но в целом ты прав. Можно подойти к обучению и так. Ну, а пока ты не сдашь экзамен на подмастерья темного мага — мы все равно будем вместе. Надеюсь ты помнишь о нашем ритуале?

Мак поджал губы и кивнул.

— Так научишь или нет?

Вместо ответа учитель оставил чай и подошел к одному из шкафов. Оттуда он вернулся с двумя книгами. Одна в кожаном переплете, вторая большая, похожую на амбарную.

— До скольки ты умеешь считать? — спросил он, сдвигая со стола чайник и чашку.

— Никогда не проверял, но думаю до тысячи точно...

— А дальше? — вскинул брови Юринай.

— Никогда не было необходимости, но общий принцип я знаю.

— Хм, хорошо. Тогда такой вопрос: Сколько получится если сложить четыре сотни тридцать три и сто семьдесят пять... пусть будет камней.

Старичок протянул магическую палочку для письма Маку и развернул тетрадь. В тетради были нарисованы цифры, которые Мак знал еще со времен учебы у старосты.

— Шесть сотен восемь, — пожал плечами парень так и не взяв в руки палочку для письма.

Старик открыл было рот, чтобы сказать ему, чтобы тот решил этот пример, но вдруг осекся. Он взглянул в тетрадь, что-то пробормотал одними губами и кивнул:

— Действительно шестьсот восемь. — Удивленно посмотрев на парня он почесал лоб и с ходу предложил другой пример. — Шесть умножить на само себя три раза!

— Шесть в кубе, — пробормотал Мак и через несколько секунд ответил: — Двести шестнадцать.

Старик снова внимательно осмотрел Мака и хмыкнул. Учитель взял палочку поудобнее и принялся писать в тетради уравнение.

— Смотри, буквой Уфа я обозначу неизвестное число. Как его найти, если мы сложим вот это и получим это...

* * *

— Господи! Хоть бы один нормальный систематизированный учебник! — сквозь сжатые зубы процедил Мак на русском и с хлопком закрыл очередной талмуд. Встав из-за стола, он вернул на место книгу. — Черт бы вас побрал! Если никто не может нормально составить систематику, то походу этим придется заниматься мне.

Потерев руками лицо, Мак пару раз хлопнул себя по щекам, сгоняя усталость и сонливость, и отправился в комнату, которую Сарт отвел для занятия с тяжестями.

В комнате скинул верхнюю одежду и ухватился за железку, по форме напоминающую гантелю.

— Как, вообще, можно так писать учебники? — на выдохе шипел он сквозь зубы.

Гантеля взмыла вверх.

— Что у этих идиотов в голове, когда они описывают ритуал поднятия мертвого слуги?

Снаряд опускается на пол.

— А на следующей странице описывают систему приготовления зелья для растворения костей!

Рывок, еще один и гиря оказывается вверху, на вытянутой руке.

— Причем тут же, через две страницы начинают описывать факторы удержания мертвого слуги!

Снова рывок и гантеля взмывает на уровень груди. Еще один — гантеля над головой уже почернела от влитой в нее силы.

— Чертовы кретины!

Мак делает еще около десятка повторений и резко бросает гирю на пол. Приводя дыхание в порядок, парень ходит из стороны в сторону шипит сквозь зубы:

— Хоть бы один олигофрен собрал информацию темы в одно место! «Основы» называется! — Мак подходит к гантеле и хватает ее другой рукой. Снова делает двенадцать повторений, с каждым разом стараясь влить в снаряд еще больше силы. Гантеля начинает «потеть». На ней оседает материализованная сила.

— Так дело не пойдет, — сплюнув произносит парень, накидув рубаху и быстрым шагом отправляется на поиски учителя.

* * *

— Сразу шесть штук? — недоверчиво спросил Сарт.

— Причем не простых, а со скрытыми листами, — кивнул Юринай.

Оба старых друга сидели за столиком в защитной комнате и наблюдали как перед ними на задних лапах танцевала гончая, одна из разновидностей нежити.

— Зачем ему столько чистых книг?

— Он назвал свою идею «Систематикой», — сморщился старичок. — Кстати, первый пункт к статусу «подмастерья» он уже выполнил.

— Поднять и упокоить мертвого? — вздохнул Сарт. — Не велико умение. Знаки правильно нарисовал и готово.

— Да, я тоже думаю, надо подыскать ему заклинание темных, — кивнул старичок и отхлебнул из чашки чай. — А то, это больше ритуалистика получается, а не темное искусство.

— Что там ему еще надо сдать, чтобы пройти экзамен?

— Лечение гнойных ран, проявить чистую стихию, уничтожение мора и по два атакующих и защитных заклинания, — тут Юринай внимательно взглянул на старого друга.

— Что ты на меня так пялишься? — нахмурился Сарт. — Я темным заклинаниям его не научу!

— То, что ты его не научишь — это и ежу понятно. За информацией можно и в библиотеку сходить.

— Ну, а что ты от меня хочешь?

— А что искать? Ты какие знаешь атакующие заклинания темных?

— Хо-хо-хо! Ну ты вопрос задал! Тебе по алфавиту или по силе?

— Без разницы!

Железнобородый поставил на стол чашку и начал загибать пальцы.

— Темное копье, темный кулак, темный хлыст — это только формы чистой стихии, не углубляясь в разнообразие. Это только формы! Проклятие боли, проклятие равновесия, проклятие ужаса, хлопок пустоты, и есть еще проклятие цвета бездны. Это я сейчас непосредственные называл. Без прямого воздействия силой.

— Погоди, тебя послушать, так у них арсенал на порядок шире императора.

— Дело не в том, какой у них арсенал. Дело в том, что этим пользуются не все. Даг «Черная вода» использовал всего шесть-восемь, но он довел их до совершенства. Ты помнишь его «Реку стикса»?

— Да, наслышан. Безупречная защита на стыке чистой черной стихии, смерти и с призывом высшей нежити.

— Только проклятия души эта защита не держит, — хохотнул Сарт и снова взял в руки кружку. Прихлебывая чай он с улыбкой слушал вопрос друга.

— Откуда ты узнал про проклятие?

— От первоисточника!

— Ты не рассказывал эту историю! — возмутился Юринай.

— Потому, что это довольно позорная история, — пожевал губами Сарт.

— Говори, или я не отстану!

— Скажу, если твой ученик поработает вместо меня, — хитро поглядывая на друга произнес Сарт.

— Каким это образом?

— Обычным! У меня село есть, если не знал!

— И что он делать будет? Поля навозом обкладывать?

— Артефакты перезаряжать! — постучал костяшками Сарт по голове. — Навоз они и без нас раскидывают.

— Это в принципе возможно, но на это потребуется время. Он ведь даже ритуала не знает, как перегнать силу.

— Уговор? — спросил Железнобородый и протянул руку другу.

— Уговор, — кивнул Мастер. — Так, что за история?

— Помнишь я тебе рассказывал о способном ученике, имя которого скрываю?

— Ну!

— Не было ученика, — развел руками Сарт. — Просто на том круге я забрел в чащу, которую обычно обходил. Бурелом страшный. А тут мне подкинули слушок, мол упырь там засел.

Сарт отхлебнул чая и глядя в одну точку продолжил рассказывать.

— Я — то пер по праву. Круг мой, ответ держать мне, прах упыря сдавать и деньги за него получать тоже мне. Только вот упырь тот оказался не простым... — Железнобородый облизнул губы и продолжил рассказывать. — Тот мужик, что меня навел, оказался его рабом по крови. А сам упырь Стардасом «Кровь великих».

— Он же вроде давно убит...

— Нет, Юринай, оказался живее всех живых. — глубокий вдох и кулак мага земли сжимается в кулак. — Всевышний видит — я думал лягу там. Он гонял меня по оврагу как щенка. Даже не гонял, а так, игрался. А под ногами кости, посохи и мечи с гравировкой отшельников. Если бы не булыжник — не пили бы мы чай.

— Ты сбежал?

— Я сбежал через тот булыжник и несся, как ошпаренный, до самой столицы. Пару раз я видел посреди ночи летучих мышей и срывался в бег, бросая костер и утварь.

— Аура страха? Подчинение? Проклятие ужаса? — перебирал варианты старичок.

— Нет, это было хуже. И он... Он приходил во снах. Каждый раз я от него убегал, а он бежал совсем рядом и рассказывал. Рассказывал как проклял Дага, как он сожрал Марселя, как придет за мной.

— Марсель? — подался вперед Юринай.

— Я видел его палку там, — Сарт договорил и закусил губу. Молчал он около минуты, но затем все же продолжил рассказывать: — Я прибежал в отделение «Белой розы» и упал на колени. Они проверяли меня трижды, но в итоге отправили разведку.

— Разведка не вернулась?

— Один вернулся, — Сарт поежился. — Без головы. Потом полноценный сбор, осада той рощи и безумные силы в бою.

— А ты?

— А я, как находчик, получил премию и купил эту землю.

Несколько минут двое старых друзей молча пили чай. Первым голос подал Юринай.

— Не пойму, что в этой истории постыдного. Он был сильнее, ты всего лишь отшельник.

— Вот поэтому ты и не мракоборец, — тихо произнес Железнобородый и вдруг сменил тему. — Мне оттуда досталась одна книжка. Так, безобидная книженция с описанием прямых заклинаний поднятия нежити.

Юринай внимательно посмотрел на старого друга. По тому было заметно, что вспоминать ту тему ему очень не хочется.

— Если честно, то я ее сначала хотел продать, но ценник у нее не очень. В итоге, оставил ее как напоминание собственной самоуверенности.

— Ты проверял ее? — спросил Мастер. Заметив нахмуренный взгляд Сарта он пояснил: — На тьму ты ее проверял?

— Тьмы там нет точно. В ордене «Белой розы» не дураки работают. Все закладки проверили. Мне выдали то, что уже прошло не одни руки.

— Хорошо, надо подготовить Мака так, чтобы к нему невозможно было придраться. — Юринай поднялся из кресла и еще раз кинул взгляд на танцующую гончую. — Первый раз вижу, чтобы гончие танцевали.

— Слушай, у меня есть еще одна просьба, — старый друг замялся, словно стеснялся своей просьбы. — Хотел у тебя попросить сделать сонный артефакт.

— Ловца снов? Или...

— Или, — Сарт встал и потирая бороду добавил: — Каждую луну он возвращается. Один и тот же сон. Я знаю, это просто кошмары, но... Они не проходят.

— Сарт Железнобородый боится? — с усмешкой произнес Юринай и заглянул в глаза магу земли.

Тот отвел взгляд и немного поежился.

— Ничего я не боюсь! Просто кошмар не уходит...

* * *

— Вот, значится, — пробормотал седой старичок и отворил дверь в избу. — Тутова Сарт, хуторный наш, и ведет прием.

Мак зашел внутрь и довольно отметил, что в избе чисто. Печка недавно побелена, окна большие и начисто вымыты. Занавески плотные и ставни внутри. Два лежака. Один специально на печке, второй сколоченн из грубых досок. Шкаф стоял весь в пыли, словно к нему давно никто не прикасался. На столе пара больших шкатулок. Стол так же весь в пыли, но в добавок присыпан трупами мелких мошек и мух.

— То нашего хозяина наказ! — видя задумчивый взгляд парня начал пояснять старичок. — Со стола и со шкафа ничего не брать и без нужды вообще не трогать!

Мак подошел к шкафу и открыл его. Внутри оказалась куча пустых глиняных бутылок. Судя по форме и следам на дне — явно из под вина. Взяв одну и понюхав Мак сморщился. В одной осталось немного на самом дне прокисшего и почти выветрившегося вина. Порывшись на полках, он нашел один полезный предмет. Небольшую деревянную планку, с установленными кристаллами. Под каждым был знак, обозначающий тип силы.

— Бутылки пустые забери, — произнес Мак, оставив шкаф открытым и направившись к столу.

— Бутылки? — старичок понятливо закивал и крикнул на улицу: — Юла! Иди сюда! Бутылки у господина мага из шкафа забери!

В дом вошла молодая девушка, лет шестнадцати на вид. Еще юная, но уже успевшее налиться сочностью тело, румяные щеки, густые русые волосы и яркие зеленые глаза. Мак не сразу понял, что он задержал взгляд не на глазах, а на глубоком декольте.

Нет, девушка конечно была очень приятная, фигуристая, с симпатичным личиком, но в голове парня мысли мелькали совершенно о другом.

«Пока по селу шли — несколько взрослых женщин было. Никакого декольте не видел.»

— Много вина, хозяин ваш на побывках выпивал? — спросил парень, наблюдая за девушкой. Та осторожно доставала бутылки из шкафа и составляла их на пол, при этом она словно специально нагибалась выпятив ягодицы и прогнув спину.

— Ну, дак, — улыбнулся старик. Он уже проследил за взглядом парня и довольно потирал седые усы. — Бочонок — точно. Но то только когда у нас крепленое, с земель Партусов, заканчивалось.

— И часто он у вас бывает?

— Ну, дак. Каждую весну, и на урожая праздник. Бывает мимоходом заскакивает, когда земли обходит, но то раз на раз не приходится. — Тут старик заметил как Мак скривился и отвернулся в сторону. — Да ты не думай! Ученик, на практику у нас в первый раз, и Юла девка чистая! А хозяин только к Миле ходит...

— Так вы под всех подкладываете, — хмыкнул Мак. — Юла? Так?

Девушка обернулась и испуганно уставилась на парня.

— Я маг темный, — Мак выставил ладонь вперед. На коже начала появляться черная как смола слизь. — И сила моя темная как ночь безлунная...

— Но маг же? — сглотнув спросила девушка. Не смотря на дрожь во всем теле, она старалась сохранить самообладание.

— Ученик, — поправил Мак.

— Значит магом будешь, — девушка уже перестала смотреть на ладонь, с которой сорвались первые капли концентрированной темной силы. Теперь она рассматривала Мака как породистого коня. Окидывая того взглядом и что-то прикидывая в уме.

Мак убрал руку, удивленно окинул взглядом девушку и повернулся к старику, бросив ей на ходу:

— Бутылки пустые убери!

Взяв старика под локоток, он вывел того из дома и спросил прямо:

— А дев под магов у вас давно принято подкладывать?

— А у учеников Сарта Железнобородого от девок ладных нос воротить? — с прищуром вернул вопрос седой старик. — Я тебе, молодому лучшую девку привел! Чистая, в бедрах широкая! А ты нос удумал воротить? Я ж тебе ни слова за вино не скажу, хочешь мясо, хочешь рыбу на стол поставлю! А ты нос воротить удумал!

Ученик от такого напора старика опешил.

— Я не его ученик, — попытался возразить Мак.

— А мне плевать! К нам на практику поставлен? Поставлен! Кров тебе и еда — пожалуйста. Хочешь хмеля — будет хмель! Но семя чтоб в девке оставил! Это наш хлеб!

— Я тебе бык племенной? — нахмурился парень. — Ты за кого меня держишь, старый?!!

— А то ты не знаешь? За детей с даром и хозяин деньгу платит немалую, и от Императора нашего, залог положен золотом, если до десятка лет вырастим и грамоте научим!

— А ежели дара не будет? Вы его топить будете, как котенка?

— Ты вроде ученый, а в голове опилок ворох! Дар он бывает через колено проявляется, или два. Как своего вырастим, в обиду не дадим и без края и крови не оставим! — Старичок сплюнул на землю и ткнул пальцем в грудь парня. — А с тебя спрос простой — семя в девку положи, да забудь. Усек?

Мак дернул щекой. Спорить и оправдываться смысла не было. Вместо ответа он кивнул на вход в дом.

— Работу неси и поесть.

— Работу принесу, а поесть Юле наказ дашь, не маленький! — Старик развернулся и неспешно заковылял по улице.

За спиной Мака брякнул. Обернувшись он обнаружил девушку, которая пыталась унести целый мешок бутылок.

— Оставь, — недовольно буркнул он. — И поесть приготовь.

Мак подхватил мешок одной рукой как пушинку и пошел в дом. Девушка проводила его внимательным взглядом зеленых глаз и засеменила за ним.

Глава 6

Практика в этом селе оказалась самым важным моментом, после всего моего предыдущего обучения. Да, это может показаться странным, может для кого-то предсказуемым, но именно там, переступая коровьи лепешки на земле, перезаряжая побрякушки со всего села я открыл для себя истинную цель обучения магии. Местами стала понятна логика написания книг, хранившихся библиотеке Железнобородого. Да, понятна, но я продолжал систематизировать знания из разных книг, скрупулезно записывая по отдельности защитные заклинания, атакующие, ритуалы и зелья.

Поначалу, я оставлял пол страницы после каждого заклинания для дополнения в будущем, со временем начал оставлять полторы. Информации по одному и тому же заклинанию оказывалось много. Где-то вставлял целые листы с приписками и пометками откуда. Уже сейчас, собрав порядка трех сотен заклинаний и ритуалов, я четко понимал — мне придется это все переписывать и систематизировать внутри категорий, которые я выделил. Это была титаническая работа, но ее было необходимо сделать. Иначе — получалась просто каша. А ведь еще была мысль о том, что необходимо вынести отдельной статьей все приемы и заклинания пригодные для работы с темной силой.

Вдобавок, проверяя один из ритуалов, основанный на звездах «Дагкхил», я нашел прямое несоответствие описания с эффектом. Своеобразная техника, с расстановкой камней с рунами в определенном порядке, по всем записям являлась универсальным ритуалом. Меняя последовательность рун, просто переставляя камни, можно было менять вариант силы которая получается на выходе. Я, естественно, пользовался темной. Проходя через ритуальные звезды, нагревая до раскаленного марева камни, моя сила превращалась... снова в темную. Ритуал просто не работал, но когда я расставил камни так, чтобы из входящей силы получалась темная сила, на выходе я получил нейтральную. Причем в отношении, около трети от изначально заложенного объема. Почему так произошло и в чем тут дело — мне выяснить не удалось, но этот ритуал я внес в отдельную, не систематизированную тетрадь. В ней я писал по русски, и называлась она «Крайне эффективные заклинания».

Если с артефактами я более-менее разобрался, то пробел с лечением гнойных ран и эпидемий у меня был капитальный. Я не знал как подступиться к этому делу. В голове маячил философский трактат о сути смерти «Смерть, как часть энергий мира», некроманта из Свадии, но написан он был настолько тугим и непонятным языком, что каждый абзац приходилось перечитывать раз по шесть. При этом, иногда целые абзацы так и оставались для меня загадкой. В итоге, я умудрился вспомнить Пастера.

Да, того самого, доказавшего происхождения живого в родном мире. Замысел был простой. Необходимо было подобрать заклинание или ритуал, дающий мне в какой-то форме энергию,обеззараживающую раны. Первым пунктом поисков стало выяснение максимально эффективной энергии. И я начал подбирать. Дом превратился в стерилизационную, потому, что я делал пробы на гвоздях и кипяченых глиняных бутылках. Заливал в прокипяченную бутылку бульон, нагревал в печи и бросал туда гвоздь, обработанный очередным заклинанием. Сосуд запечатывался стерильной пробкой и оставлялся возле печи. Где-то почти сразу развивалась плесень, где-то бульон бродил, где-то он оставался чистым и даже не портился. Словно только приготовили и остудили. Но были и промахи, а так же не опробованные до конца варианты.

К примеру, есть такая грань темной силы как боль. Вся суть ритуала заключалась в сборе эмоций живого существа, в которое закачали темную энергию и мучают безумной болью. В моем случае, это был живой петух. Проводил опыт на заднем дворе дома. Естественно, подопытный удовольствия получал мало. Я никогда не знал, что он может так орать. Вы же понимаете, да? На визг бедного пернатого собралось все селение. Потом были косые взгляды сельчан, долгий разговор с седым старостой и обещание больше никого так не мучать. Да, я, если честно, сам не ожидал таких воплей от петуха. Тем более от гвоздя, который потом использовал в эксперименте. Бутылка с этим гвоздем, через час после погружения в бульон взорвалась, забрызгав окна, чистые занавески и постель бульоном из того же петуха.

А еще была Юла.

Это было неприятно. Вы можете мне не верить, можете думать, что я пытаюсь оправдаться, но это действительно было неприятно. Да, девушка была довольно милой и фигуристой, да, мое тело намекало о физиологических потребностях во всех доступных формах, но мозг отказывался это воспринимать в форме обязанности. И наверное, это и отличает нас от животных. Уж не знаю, в чем было дело, но разум сводил на нет все мысли относительно девчонки. К тому же, постоянная работа по систематике книг, эксперименты и, быстро ставшая повседневной, зарядка артефактов, сводили свободное время на нет. Зачастую она засыпала раньше меня, а иногда я отрубался прямо за столом.

Тогда я не понимал, что это очень важно для села, для старосты и для самой девушки. Это потом я узнал, что «родить семя мага» — это статус и для ребенка и для женщины. Поэтому я откровенно игнорировал эту обязанность, увлекшись своими исследованиями. Я уже однозначно решил, что сила будет из области смерти и заклинание стоит искать в талмуде с некромантией, но тут...

Точку в моем невежестве поставила Юла, ни с того, ни с сего разревевшаяся с утра, на просьбу приготовить поесть. Она просто без объяснений убежала на улицу. Ее не было пару часов. Мне уже откровенно хотелось есть. В итоге я отправился к дому седого старосты.

* * *

Мак шел по селу, поглядывая под ноги, чтобы не вляпаться в очередную кучу. За поворотом показался дом старосты.

Седой старичок стоял у оградки, прислонившись к ней, словно только его и ждет. Смотрит на Мака с прищуром, семечки в рот закидывает.

— Доброе утро, — кивает Мак.

— Работы больше не будет, — отвечает старик вместо приветствия. — Еды и крова тоже. Закончилась твоя практика.

— Почему? — Мак откровенно удивился тону старосты. Если раньше он был доброжелательный и даже после ритуала боли старался просить, а не приказывать, то сейчас он общался с ним, как с нахлебником.

— Артефакты у нас закончились, все заряжено. Ну, а деньги за них ты уже проел. Остальной расчет мы с Сартом сами вести будем. — старичок закинул в рот семечку и тут же выплюнул скорлупу.

— Мне хотя бы...

— Ничего ты здесь больше не получишь, — оборвал его староста.

Старичок развернулся и отправился в дом, сплюнув шелуху на землю. Мак все же решил выяснить в чем дело, поэтому спросил в спину.

— Обидел чем, или это у вас принято так — проел положенное и с глаз долой?

— А у тебя? Как у тебя принято? — старичок обернулся и взглянул на Мака, дернув щекой. — Хозяевам в душу плевать?

— Это когда я тебе в душу плюнул? — набычился Мак. — Я тут каждый день, по совести артефакты заряжаю, а ты? И не надо мне тут лапшу вешать, что артефакты только с вашего селения. И я тебя даже ни разу не спросил сколько ты за это берешь...

Староста выпучил глаза и принялся хватать ртом воздух, а когда справился с удивлением, то резко сменил тему:

— А головой ты думал, что будет с девкой, если от нее маг нос воротит? — спросил сквозь зубы староста. — А? Не думал? Такую девку не то, что замуж, ее с села погонят как негодную!

Темный ученик сжал челюсти от такого упрека и уставился гневным взглядом на собеседника. А старичок продолжил наседать.

— А если слух пойдет, что маг девку с нашего села не взял? Ты головой своей думал, что это значить будет? Нам, на урожайном сходе, чтобы девок своих по мужьям пристроить платить придется! — Старичок подступил еще ближе и цедя сквозь зубы, не скрывая ярость и бешенство добавил: — А ты знаешь, сколько отдают за девку, что под магом была? Не за ту, что родила! А за ту, что с магом в постели была?

— Ды ты совсем охренел! — парень сделал шаг вперед на навис над старостой.

— Десяток коров! Слышишь? Десяток! Не ты платишь в приданое, а тебе платят! А наше село в услужении мага стоит!

— Тебя послушать, у вас тут бабы ходовой товар... — пробормотал Мак и хрустнул костяшками пальцев. — А меня ты за кого держать вздумал?

— Вон там Юла сидит с соплями до колен! Ты ей жизнь сломал! — Не отступал старик, хоть в голосе и проскальзывали нотки страха. Он ткнул пальцем в грудь Мака. — Это твоя вина и судьба ее твоей будет! Даст единый — с села не погонят, но в спину плеваться до конца жизни будут! Девка с ребенком от мага — это жизнь в крепкой семье! В достатке, сытости и тепле! А теперь ей в наших землях делать нечего! Так и помрет девкой...

Старик развернулся и быстро пошоркал в сторону дома. Мак скрипнул зубами и рыкнул ему в спину:

— Стой!

— Я тебе с первого дня талдычил, — осунувшийся старик обернулся к парню.

— Во-первых, в моих землях нет такого уговора, чтобы...

— А ты теперь не ихней, ты наш, — пожал плечами староста. — И жить тебе не по вашим законам, а по нашим. Тебе магом быть, а значит и суд у тебя по другому будет, и воля у тебя другая, и спрос.

Темный ученик кивнул, понимая к чему ведет старик и задал неудобный вопрос:

— Слышал я, что у племен на юге, принято мясо врага в знак дружбы вместе с хозяином дома есть. — Парень снова подошел к старосте и навис над ним с перекошенным от злости лицом. — Тебя послушать — я должен человечину есть, коли принято так.

— Не передергивай, — буркнул старичок.

— Тогда вот тебе моя традиция! — Мак не стесняясь схватил старика за ворот и слегка приподнял. Ровно до того момента, как ворот рубахи начал его слегка душить. — Не будет еды в доме и того, что скажу — подниму все кладбище! Ты деда своего хорошо помнишь?

— Ты... не... — сглатывая ком, пробормотал старик и от отчаяния прохрипел: — Я пожалуюсь...

— А мертвые не жалуются...

Старичок умолк и хлопая перепуганными глазами уставился на Мака. Тот отпустил его и поправил рукой воротник.

— А если ты жив останешься, я сюда всех волков с округи стащу! Выть с утра до ночи будут пока не передохнут с голоду. Ты меня понял?

Староста молча окинул его взглядом и прокашлялся.

— Понял.

— Ну, а коли так — ступай в дом. Юлу ко мне с едой прямо сейчас. — Мак остановил старичка и сжал его плечо. — Если Сарт Железнобородый узнает о нашем разговоре — я тоже ему вопросы задавать начну. И за торговлю бабами из под мага, и за артефакты и сколько ты за это берешь! Ну, а если повторится наш разговор — я с твоей родней до третьего колена приду! Понял?

Староста побледнел и молча закивал головой.

Взбешенный ситуацией и положением, в котором оказался, Мак отправился к своему дому. По пути он не обратил внимание на Юлу, которая пробежала недалеко от него огородами, срезая путь. Сама девчонка неслась с перепуганным лицом, а в руках тащила увесистую корзину.

Поэтому, когда Мак открыл дверь в свою избу, он не сразу решился зайти. В комнате на столе стоял кувшин, рядом лежал каравай ржаного хлеба, четыре яйца, пара очищенных луковиц и горшок с парящей, разваристой картошкой. К этому великолепию, по мнению пустого желудка, прилагалась деревянная солонка, чистый белоснежный платок, расстеленный на столе, мастерски раскрашенная ложка и... Абсолютно голая, с распущенными волосами Юла.

Девушка шагнула на носочках, словно кошка. Выпятила молодую, сочную грудь и сделала еще несколько шагов, к застывшему в дверях Маку, не сводя зеленых изумрудов глаз, с парня.

— Я со старостой... — успел произнести Мак, прежде чем девушка ухватила его за рубаху и втянула в дом.

Едва заметное движение бедрами и дверь с хлопком захлопывается. Невнятное бормотание парня оборвалось страстным поцелуем девушки. Без изысков, просто, и можно сказать, по деревенски, девчонка впилась губами в парня. Обхватив его ногами и руками, как самое большое сокровище, она заставила его завалиться на кровать.

* * *

— Господи, откуда ты такая взялась, — пробормотал Мак с набитым ртом.

Он сидел с голым торсом у стола и пытался поесть, но в этом ему откровенно мешала обнимающая сзади Юла. Девушка не успокоилась ни после первого, ни после второго раза, самым наглым образом лапала парня за все приличные и неприличные места, требуя повторения обязанностей.

— Из Медовки, — прошептала девушка, снова запуская руки в штаны парня. — Недалеко тут, дня два в земли Партусов.

— А здесь ты как оказалась? И родители твои знают, что тебя под мага подкладывают?

— Дурачок, — хмыкнула девушка. Она прильнула к Маку, так чтобы грудь едва касалась спины и начала подниматься на носочки, чтобы достать губами до его уха. — Медовку выкосило в позапрошлом году. Я тогда уже на выданье была.

— Всмысле? — отвлекся парень от набивания рта картошкой.

— Мор был страшный, синей сыпью вся деревня шла.

— А ты?

— Я тоже, но видимо мамины молитвы услышали. Когда ходить смогла, дома уже все померли. Как сыпь спала я сюда пошла. Тут отогрели, откормили и я домой вернулась. Похоронила, кого смогла и вернулась обратно.

— Если один раз переболела — больше болеть не будешь. Так? — спросил Мак. Он взял яйцо постучав по столу, начал его чистить.

— Так, — девушка дотянулась до уха парня и осторожно, кончиком языка провела ему по дуге ушной раковины и слегка прикусила мочку.

По спине и парня побежали мурашки. Девушка, уловила это и прижалась грудью к парню еще сильнее.

— А невинность то свою куда дела?

— За кров и тепло ей заплатила, — прошептала она. — Да и к чему она? Мне без семени твоего дальше жизни по хорошему все равно не будет. А Маги девствениц сторонятся.

— Чего это? — Мак закончил чистку яйца и закинул его в рот целиком.

— Неопытные, стеснительные, — руки Юлы снова заскользили по груди и животу темного ученика. Ниже, еще ниже.

Парень замер, сглотнул остатки яйца и глубоко вздохнул.

— С магами он как говорит?

— А как простолюдин с магом говорить может? — хмыкнула девушка. — Спину гнет, в глазки заглядывает...

— А со мной он почему так?

— Ученик ты, не маг. А к нам благородного роду не пошлют. Потому, всяк ученик из простого люда вышел. А значит гонора еще нет, вот он и делает как вздумается.

Мак кивнул своим мыслям и снова спросил:

— Сколько староста имеет, с продажи таких как ты? — произносит он, разворачиваясь на табурете к обнаженной девушке.

— А не все ли равно? — с прищуром спрашивает Юла.

— Мне интереса ради, — попытался улыбнуться Мак и прижал девушку к себе посильнее.

— Миру, что под Сарта Железнобородого ложили, отдали за двадцать золотых. — девушка садится на него, выпятив грудь так, чтобы она была максимально перед его лицом. — Я правда, только под учеником была, но и бедрами шире, и лицом справней.

Мак скользит руками по бедрам девушки и задумчиво спрашивает:

— А двадцать золотом это много?

Девушка звонко рассмеялась и спросила:

— За двадцать золота можно и дом наемными руками отстроить, и весь двор, животину накупить, да еще и останется!

Мак задумчиво кивнул, что-то прикидывая в уме, а девушка, видя задумчивость на лице парня, начала действовать более активно.

— Значит все же имеет с того, — вздыхает Мак, вставая и поднимая на руки девушку. — Очень хорошо имеет...

* * *

В деревню на полном скаку влетел всадник. Он несся по улочкам до тех пор, пока не наткнулся на седого старичка, который шел в сторону дома на отшибе. Поставив коня на дыбы, он выкрикнул:

— Где староста?

Старик смерил его взглядом, отметил набойку торговой гильдии на седле и уважительно поклонился.

— Я тут староста, — выпрямив спину он предупредил. — Это земли Сарта Железнобородого — мага свободного по делу. Торг только с его слова и...

— Где он?

— Сарт то? — Староста развел руками. — Отбыл. Вместе с Мастером Артефактором в Великую библиотеку.

— Проклятье! — выругался всадник.

Запыхавшийся скакун начал неторопливо топтаться на месте.

— Где ближайший маг?

— Ближайший? — староста неуверенно взглянул в сторону дома, где проживал темный ученик. — Ближайший — в городе, но если вас устроит ученик, то у нас есть один.

— До города несколько суток пути! — сквозь зубы произнес всадник. — Этот ученик — неуч или что-то может?

— Может, еще как может! — закивал старичок и быстрым шагом отправился к логову практиканта.

У самой двери, старичок услышал характерные постанывания Юлы, отчего замер. нерешительно обернувшись он уловил хмурый взгляд всадника. Чтобы не навлечь на себя гнева представителя гильдии торговцев, старичок аккуратно открыл дверь, заглянул внутрь и также аккуратно ее закрыл, удостоверившись в правильности своих догадок.

— Обождать надо, — произнес старик, опасливо поглядывая на дом. — Негоже гневать ученика нашего.

— Ты старый, видимо не понял кто я. — произнес представитель и постучал пальцем по гербу торговой гильдии на седле. — У меня задание и разрешение привлекать любые силы с любыми средствами. А это просто ученик и я...

— Проклянет! — оборвал отповедь распаляющегося всадника староста. — Проклянет — к гадалке не ходи!

— Что? — не сразу понял о чем речь он и слез с коня.

— Ученик наш... — замялся старичок. — Темный.

— Я представитель гильдии! Что он мне сделает?!! — мужчина быстрым шагом подошел к двери, но не вошел внутрь. Он тоже услышал постанывания и обернулся на старика.

Чтобы не терять авторитета, он решил обойти сбоку дома и заглянуть в окно. Вид обнаженных тел в окне, судя по лицу, все же его впечатлил. В итоге он подошел к старику и уточнил:

— Сильно темный?

— Зола рядом с ним белая! — сделал страшные глаза старичок. — На днях на ритуале петуха мучал.

Тут он оглянулся, проверяя не подслушивает кто, и добавил шепотом.

— Тот петух раненым медведем ревел, пока он ритуал не закончил.

Всадник, кинул задумчивый взгляд на дверь и прокашлялся.

— Если в другое место ехать не придется, то можно и подождать немного.

— А в ногах правды нет, — улыбнулся староста. — Может кваску, или покушать с дороги?

— Покушать? Можно и покушать, — уже с улыбкой ответил всадник и кивнул на избу. — А девка, как? Местная или...

— Или, — махнул рукой старичок и на ходу соврал: — Сам выбрал и шибко за нее печется.

Всадник поджал губы и кивнул.

— Видимо знал, что выбрать.

* * *

Двое всадников замедлили ход перед поворотом дороги. Если представитель торговой гильдии держался уверенно, то Мак даже издалека выглядел новичком в седле.

Да и лошадь, откровенно говоря, была не самая лучшая. В деревне скакунов не держат, больше обычные кобылы или тяжеловозы. Но тяжеловоз вещь нужная и редкая. Поэтому, темному ученику досталась обычная кобыла в возрасте. Помимо самого всадника, килограмм под сто, ей еще пришлось тащить пару седельных сумок со снедью и полный комплект книг, которые заняли целую сумку.

— Караван ждет нас за этим поворотом, — объяснил провожатый. — Со слов — нападающих было больше сотни, но у нас следы только двух человек. Лошадей тоже две.

Мак не ответил. Он старается держать серьезную мину, хотя от седла, натирающего промежность, хотелось шипеть сквозь зубы проклятия. От былого умиротворения, принесеного Юлой, и след простыл. Сознание парня начало наполнять раздражение.

— Вон, головная телега стоит! — указал на лошадь и телегу представитель гильдии.

— Езжай вперед, предупреди, — произнес парень. — Пусть соберут всех, кто видел. Если кто-то разбирается в следах — пусть будет наготове.

Всадник молча кивнул и пришпорил коня. Как только тот отъехал на несколько метров, Мак тут же разразился проклятиями на русском языке.

— В гробу я видал эти конные поездки! Чтобы я еще раз на эту клячу сел? Хрен! Пешком пойду!

Лошадь, словно почувствовав недовольство наездника, мотнула головой и заржала.

— Только попробуй побежать! — пригрозил парень ерзая задницей на седле. — Тьмой на клочки порву! Подниму и танцевать заставлю!

Когда Мак приковылял на лошади к каравану и спрыгнул, его уже встречала целая процессия.

— Это ученик Мастера Артефактора. Мак, — представил слезающего с коня парня представитель гильдии.

— Что-то он на уголовника больше похож, — произнес Влас, начальник охраны каравана.

Его оттолкнул в сторону пухленький толстячок, с ходу взявший дело в свои руки.

— Уважаемый! Вы действительно являетесь учеником? Как глубоки ваши познания в магии?

— Магия — слишком широкий спектр, — поморщился Мак, делая вид, что его удручает беседа с простолюдином. На самом деле жутко болела промежность и копчик, но чесать и тереть задницу при людях было слишком неприлично. — Если мы коснемся непосредственно моих знаний, то я достаточно осведомлен в ритуалистике, артефакторике и темной магии.

— Темной магии? — нахмурился толстячок.

— Я бы не рекомендовал вам... — подал было голос начальник охраны.

— Нет! Это я бы вам не рекомендовал открывать свой рот! — тут же оскалился старший торговец каравана. Он вынул из-за шиворота медаль с знаком гильдии и пригрозил пальцем воину в кольчуге, — Если ты отроешь свой рот еще раз — клянусь! Я найду способ содрать с твоей шкуры все неустойки!

Воин молча выдержал взгляд торговца и не стал отвечать.

— Как мне к вам обращаться? — повернулся торгаш к ученику.

-Можно просто Мак.

— Мак, меня зовут Ливеренс Малзик. Я торговец гильдии третьего ранга. На нас было совершено нападение. Нас заблокировали с обеих сторон и потребовали плату за проезд.

— Сколько?

— Двести полновесных золотых монет, но дело в том, что...

— Сколько было нападавших? — прервал торговца Мак.

— Я не знаю, может сотня, может чуть меньше...

Мак перевел взгляд на начальника охраны. Торговец проследил его взгляд и вздохнул.

— Тут начальник охраны расскажет больше меня.

— По правой стороне было почти полсотни. По левой насчитали шестьдесят восемь. Сзади и спереди в кустах стояло много, но посчитать было невозможно. Стояли двойками, с луками и арбалетами. — начальник стражи кивнул в сторону хвоста каравана. — Одному моему воину в ногу стрелу засадили.

— Следы?

— Следы справа от дороги, у ручья. Те двое, что взяли с дороги деньги, ушли к ручью. Там натоптано от копыт, лошадей было три.

— Еще?

— Больше следов нет.

— Даже там, где точно видели воинов?

Влас молча кивнул.

Мак повернулся к торгашу и произнес:

— Что-то еще помимо денег взяли?

— Кузину, — ответил торгаш и злобно зыркнул на начальника охраны.

Мак вздохнул и полез в седельные сумки. Оттуда он достал тетрадь с надписью «Поисковые и анализирующие ритуалы и заклинания» и зашелестел страницами. Заклинания он пролистнул сразу, остановившись на разделе «Ритуалы».

Первым был крест «Чван». Старый и довольно примитивный ритуал, позволяющий определить проявление магии и ее тип. Из условий было лишь то, что считывалось применение магии в течении суток. То есть, через двое суток это заклинание ничего бы не обнаружило.

Сам по себе крест был довольно простой формой ритуалистики и ничего сложного не представлял. Разве что множество элементов и знаков, расположенных тремя осями. Каждая из осей отвечала за противоположности. Огонь-вода, земля-воздух, свет-тьма. Построение конструкции не заняло много времени, от силы двадцать минут. А вот ее активация заняла почти час.

Активировать конструкцию получилось с семнадцатого раза. Нет, сам по себе крест мог работать с любым типом силы для активации, но проблема была в том, что Мак вливал в нее столько силы, что трескались ключевые камни, которые замыкали энергетические структуры в рисунке. И выдать меньшую порцию силы просто не получалось. Известняк, который использовал для этого ученик, совершенно не подходил.

Положение спасли пара воинов, отдавших ножи, вместо камней. Те, после матерной отповеди Дакра все же расстались с ними и вручили ученику. К слову, тот сразу предупредил, что обратно они их скорее всего не получат. Что и вышло.

— Была магия, — произнес Мак, сразу после того как удалось запустить ритуал. Перед ним, на рисунке мелькала серая точка. Находилась она между осями магии тьмы и магии воздуха.

— Противники замели следы с помощью магии? — нахмурился Влас.

— Нет. Школа иллюзии. На тенях и воздухе.

— Что это значит?

— Это значит, что противников скорее всего не было. — произнес Мак и обернулся к Ливеренсу. — Или было не так много.

— Я вас предупреждал, — хмыкнул начальник охраны. — Караван без мага, пусть у него силы с горошину, рано или поздно нарвется на неприятности. Что толку от артефактов, если нас провели как зевак в порту Алматы?

Торговец удостоил Власа презрительным взглядом и обратился к ученику.

— Десять золотом, если вы сможете указать нам куда они ушли, — заявил торгаш.

— У меня есть идея получше, но сначала пара вопросов. — Мак повернулся к воинам и громко спросил: — Кто видел конкретно, где стояли воины по двое?

— Я! — подал голос рыжий детина в кожаной нагруднике и увесистой булавой. — Вон под тем тополем.

— Во что одеты были?

— Один в плаще темном. С луком.

— Капюшон одет был?

— Не, снят. Волосы русые, с веснушками.

— А второй?

— Второй в броне потасканой. Нагрудник зашоренный и вмятина на груди капитальная.

— На голове что было?

— Шапка такая... Навроде колпака, только короткая.

Мак повернулся к начальнику.

— Один в один, которые деньги с Ларсой забрали. — произнес сквозь зубы Влас.

— И я их видел, — выкрикнул другой воин.

-Тогда ориентируемся на то, что их двое. — Мак пожевал губами и снова зарылся в тетрадь. — Они кого-то ранили? Так?

— Да, стрелой. Воин в...

— Мне нужна стрела. В частности оперение, которое держал в руках тот, кто выпустил стрелу. — не отрываясь глазами от описания очередного ритуала произнес темный ученик. — Напрямую найти не получится. Не моя стихия, но мы можем проклясть стрелка по вещи из его рук и провести ритуал «Сарацинского счастья».

После слова проклятие, стоявшие рядом торгаш и начальник охраны переглянулись.

— У нас есть вещи Ларенс, кузины, которую они уволокли с собой. — подал голос торгаш.

— Первое правило проклятий от Ириния Темного глаза — не полагайся на женщин! — Мак пожал плечами, давая понять что это не его выдумки. — Да и они могли ее просто прирезать и бросить по дороге.

Торговец помрачнел и едва слышно пробормотал:

— Постарайтесь вернуть ее живой, или хотя бы найти ее тело.

Мак кивнул и оглядев собравшихся громко произнес:

— Уважаемый Ливеренс! Мне понадобятся ножи. Десяток. Можно просто металлические предметы продолговатой формы. И... кровь. Да. Миску не больше. — поймав взволнованные взгляды торговца и начальника охраны, он поправился.: — Можно любую. Если есть курица или пес — тоже пойдет. Петуха не советую, орать будет сильно.

— Мне бы хотелось уточнить по поводу оплаты, — промямлил торговец, после того, как отправил Власа выбивать из охраны ножи и кровь.

— Оплата? Ах, да. — вспомнил Мак. — дело в том, что меня вполне устроят сами разбойники.

— Что простите?

— Ну, вы меня понимаете? Некромантия в селе, трупы с кладбища не взять, гнойные раны тоже лечить не на ком, дефицит рабочего материала, — подмигнул темный ученик. Благодаря явной бандитской внешности, подмигивание и улыбка вышли довольно зловещими.

— Д-д-да, я понимаю... конечно... — закивал торгаш.

— Вот и отличненько! А вот и наши ножички...

* * *

Двое всадников гнали лошадей уже больше часа. Запыхавшиеся лошади в мыле несли их в гору с безумной скоростью.

Из-за поворота появилась погоня, но она явно отставала.

— Еще немного! — кричал всадник с русыми волосами и в темном плаще на спине. — Еще немного и мы выйдем из их земель!

— Драг! Еще немного и нам придется идти пешком! — крикнул второй с огромным вертикальным шрамом, пересекающим правый глаз, скулу и часть щеки.

Оба были одеты в легкие кожаные доспехи. У обоих они были явно старые и потертые. У обоих к седлу приторчены луки и средние мечи. Один из них вез пассажирку — связанную по рукам и ногам девушку. Та, едва слышно повизгивала и пыталась что-то кричать через кляп во рту. Платье из дорогого материала указывало на то, что она не из простолюдинок.

— Спокойно Румель! Только холм перевалить и мы в других землях, эти идиоты за нами не погонятся! — ответил Драг. — Но меня очень волнует, как они нас выследили?

Так и случилось. Всадники перевалили холм и промчавшись мимо знака с надписью «Земли Сарта Железнобородого». Когда они обернулись и удостоверились, что погони больше нет, сбавили темп.

— Ха-ха-ха! Румель! Удача на нашей стороне! — крикнул Драг, и с размаху хлестнул по заднице связанную девицу. — Золотишко и баба в подарок за храбрость!

— Ручей, Драг! — указал второй всадник и улыбнулся до ушей. — Как по заказу! Надо набрать воды...

— Я же тебе говорю! Сегодня — удача у нас за пазухой!

— Не знаю, что у тебя за пазухой, но у меня золотишко! — хохотнул второй и достал увесистый кошелек.

— У тебя бы там были только потные волосы, если бы я не придумал идею с артефактом! Сменим лошадей, переоденемся и можем шастать перед ними, они нас не узнают!

— Ага, вот только если бы не я — хрен бы ты этот артефакт когда-нибудь увидел бы! Иллюзию банды обычный клерк никогда не сделает!

— Ладно, не бухти! Я займусь костром и едой, а ты займись конями!

Всадники направились к ручью и расседлали взмыленных коней. Пока один из них ухаживал за конями, второй принялся собирать хворост и разводить костер. Из седельных сумок появились свертки с кашей, вяленым мясом и котелок. Через полчаса у ручья расползался запах дыма и каши с мясом и травами.

— Ну, че там? — нетерпеливо спросил Румель, заглядывая в котелок. — Готово, не?

— Жди! — скомандовал Драг и снял пробу. Проглотив кашу и причмокивая губами он довольно произнес: — Готово!

Румель тут же стащил котелок с рогатины и поставил в ямку, чтобы тот не перевернулся.

— Фью-у-у-у.... Фьюу-у-у-у... Аааа! Зараза! Горячая! — пытался тут же съесть ложку каши мужчина со шрамом на лице.

— Дай остыть, — буркнул Даг, достал нож и половину каравая. — Нас уже никто не гонит.

— А че они за нами то не погнались? С хозяевами этих земель не в ладах?

— Не то, чтобы не в ладах, но тут Железнобородый живет, — пожал плечами Драг и протянул кусок хлеба подельнику. — Он в принципе никого не любит. Только за деревней своей смотрит, а так плевал на всех соседей.

— Благородный?

— Не, маг свободный, — видя, что лицо Румеля вытянулось, Драг тут же поправился. — Да он плевал на проезжих, сидит у себя в конуре и носа не высовывает. Главное местным не солить, тогда проскочим, нас даже не заметят.

В этот момент возле сумок зашевелилась девушка и слабо застонала.

— Теперь еще с ней таскаться! Фью-у-у-у, — хмурясь произнес Румель, дуя на ложку. — На кой черт ты ее вообще взял?

— А то ты не знаешь, что с бабами делать? — улыбаясь до ушей ответил рыжебородый мужик. — Попользовать я ее взял!

— А потом, что?

— Ножом по горлу и в ручей, — пожал плечами Драг. — Не кормить же?

Драг взглянул на связанную девушку и облизнулся.

— Так, если мой пай сожрешь — я тебе все зубы пересчитаю! Понял?

— Понял... в смысле не понял...

— Че ты не понял? Щас в кусты ее потащу, пока каша стынет. — Драг поднялся на ноги и пошел к пленнице, прихватив с собой нож.

— Э! Драг! — вскинул подельник.

— Че еще?

— Это... четвертый месяц по лесам ходим!

— И че?

— Ты сразу не режь ее, ладно? Чтобы я потом...

Драг хищно улыбнулся, кивнул и подошел к девушке. Развязав ей ноги, он стянул с ее головы мешок и ухватил за длинные волосы.

— Вставай! Вставай сука, кому говорю! — рванув за волосы он тут же ее поставил на ноги. Прислонив ей к горлу нож он спросил заглядывая в полные глаза ужаса. — Жить хочешь? Ну! Хочешь жить?

Девушка перепуганно закивала.

— Тогда заткнись и делай что говорю! Поняла?

Тут же перехватив за связанную руку он поволок ее в кусты. Там, бросив ее на землю, лицом вперед, он быстро расшнуровал броню и штаны. Скинув штаны и обнажив хозяйство он задрал юбку девушки и одним рывком разорвал нижнее белье.

— Заткнись, тварь! — рявкнул Драг, когда девушка поняла то, что с ней сейчас произойдет и начала брыкаться. Нанеся ей пару ударов кулаком по затылку он заставил ее притихнуть. — Тупая мразь!

Даг обернулся и поднял с земли нож. Прислонив его к шее девушки он прошептал ей сквозь зубы на ухо.

— Еще раз брыкнешься — я перережу тебе глотку и отымею пока ты будешь подыхать, слышишь?

Девушка слабо кивнула. Потный, грязный дорожный разбойник рывком поставил девушку на корточки, вставил свое хозяйство и принялся двигаться ритмичными движениями.

Румель, в это время даже перестал жевать и замер с ложкой у рта. Вид ритмично трясущихся кустов и постанывание девушки его просто загипнотизировали. Однако, ему было видно далеко не все.

В это время за спиной Драга, начинающего двигаться все быстрее и быстрее, из-за дерева вышел Мак. Огромный, широкоплечий парень, лет двадцати на вид. Широкая челюсть, выдающаяся вперед, легкая кожаная куртка и выбритая до блеска голова делали его похожим на такого же разбойника.

Он сделал тихий шаг в сторону и взглянул на разбойника. Тот закрыл глаза и поднял лицо к небу. При этом он закусил губу, явно собираясь закончить.

Ученик мага сморщился от вони, которую тот испускал и примерившись нанес четкий и ровный удар ногой в подбородок голозадого ублюдка.

— Заткнись! — прошептал здоровяк, как только подскочил к девушке и приказал: — Качай кусты и стони как раньше! Качай кусты дура или убью!

Девушка в испуге схватилась за ветку куста и принялась его качать так, словно ничего и не произошло, будто процесс продолжается.

В это время Мак скручивал потерявшего на несколько секунд сознание разбойника. Связав его по рукам и ногам, Мак затолкал ему в рот кляп. Вовремя! Разбойник очнулся и хотел что-то выкрикнуть, но приложив того по печени, крик превратился в стон. Для лучшего понимания ситуации Мак повторил удар.

Румель, в это время уже бросил ложку и почесывал промежность на штанах. Услышав стон подельника он истолковал его по своему и поднялся на ноги. О чем думал Румель было понятно по оттопыренным спереди штанам, поэтому винить его в том, что он не взял с собой оружия, не проявил осторожности или в том, что он не заметил торчащие из-за ствола дерева неестественно широкие плечи было-бы довольно глупо.

Мак сделал все быстро. Три удара ножа, сверху вниз, с пробитием легкого, подключичной артерии и плечеголовного ствола. Вдобавок поворот ножа, зажатый рот и две минуты фиксации на месте. Тихо, эффективно, но к сожалению очень кроваво.

Мак встал и оглядел свои дрожащие от страха руки. Попытался вытереть кровь, размазанную до локтей.

— Теперь еще и отмываться, — пробормотал он и взглянул на съежившаяся девушку.

Та продолжала пялиться на него перепуганными глазами и ритмично трясти дерево, при этом постанывая. Когда парень подошел к ней с ножом, чтобы развязать руки и стянуть примотанный кляп, та съежилась еще сильнее и заскулила.

Мак разрезал ей руки и вытащил кляп.

— Прошу вас, не надо! Все что угодно... — сквозь слезы и всхлипа начала она, но вместо каких-либо слов, Мак просто встал и подхватил разбойников.

Выйдя на поляну, где остывала каша и догорал костерок, парень приметил коней. Однако, трезво оценив свои познания в обращении с этими животными, он вынужден был отказаться от этой идеи.

— Вы их повесите? — послышался голосок девушки за спиной.

Мак обернулся и увидел миловидную девушку, которая вытирала слезы рукавом.

— Нет, — ответил Мак. Его взгляд зацепился за остывающий котелок с кашей.

— Тогда, что дальше?

— Надо собрать все их вещи и довезти до поселка. Тут недалеко. — Мак вскинул брови от пришедшей в голову идеи и спросил у девушки: — Ты лошадей седлать умеешь?

Глава 7

Ливеренс Малзик был нечастым гостем дома торговцев высшего ранга, но дальний родственник позволял изредка сюда наведываться. А это уже ой как немало для торговца третьей гильдии. Сам факт посещения подобных заведений весьма положительно влиял на репутацию среди торговой публики.

Однако в этот раз, повод для визита был весьма и весьма неприятный. Даже более того — весьма опасный. Последний караван, который собрал Ливеренс дошел с товаром до конечной точки, он вернул и десятикратно окупил все расходы, но вот кузина, вздумавшая его шантажировать и заставившая обманом взять с собой в путешествие испортила все дело.

Кто-то может сказать, что ничего страшного не произошло, девушка жива, здорова и вернулась домой целой и невредимой, но факт изнасилования был, и это не могло не сказаться на самой девушке. Сама она одномоментно перестала быть русой веселой болтушкой и превратилась в перепуганную особу, запирающую дверь в комнату и ставни на засовы.

— Надо было рассказать ему, — вздохнул Ливеранс у входа в кабинет и потянул ручку двери.

Мелодично звякнула связка колокольчиков, привлекая внимание хозяина кабинета.

— Пахтус! Рад тебя видеть! — с улыбкой начал Ливеренс. — Ты не поверишь, но благодаря твоему совету — собрать караван с «Кумом» у южных степняков, я отлично заработал! На севере неурожай, муки мало. Гарнизоны сидят впроголодь. Про бычье мясо с южными ягодами, залитое животным жиром там только мечтают! Кстати, ты в курсе как степняки его хранят?

Ливеренс прошел к столу родственника и уселся в кресло. Он тарахтел без умолку, лелея последнюю надежду, что дочь родственника, та самая кузина, не рассказала ему всех своих «приключений».

— Они готовят Кун и набивают его в шкуры из этих самых буйволов. Зашивают их же жилами и вуаля! Готовый кожаный мешок с консервой! — Тут толстячок нагнулся и изображая секретность громко прошептал. — И хранятся они не меньше пяти лет, без всякой магии!

Ливеренс продолжал тарахтеть, но чем дальше, тем сильнее он начинал волноваться. По лицу уже скатывались капли пота, пальцы подрагивали, а зрачки бегали по кабинету, в предвкушении предстоящих проблем. Не помогли шутки, собранные по кабакам в дороге. Не помог кошелек с приличной суммой, приготовленный как благодарность за протекцию.

Пахтус Ротоский молча, уперев подбородок в сплетенные пальцы, слушал своего менее проворного и хваткого родича. Он ничего не говорил, только сверлил того тяжелым взглядом.

В итоге нервы Ливеренса сдали. Он просто умолк. Поймав взгляд родича он вытер пот со лба и обреченно произнес:

— Что-то не так?

— Да, кое-что не так.

Снова пауза и тяжелый взгляд дальнего родственника и покровителя в одном лице.

— Ты ничего не хочешь рассказать мне?

— Рассказать? — Ливеренс облизнул губы и принялся объяснять. — Ты уже наверное в курсе, что твоя племянница... как бы... уговорила меня взять ее в караван от степняков к северным гарнизонам?

— Уже в курсе, — кивнул Пахтус, не сводя взгляда с собеседника.

— Ну, ситуация сложилась так, что я не смог ей отказать и...

— И про это я знаю, — кивнул родственник.

— И про все остальное, я так понимаю тоже, — хрипло произнес Ливеренс.

— И про остальное тоже, — эхом отозвался родственник.

— Я могу как-то загладить свою вину? — кашлянув спрашивает толстячок. — Поверь, мне очень жаль что так вышло...

— Можешь.

— Что ты хочешь? Денег? У меня сейчас на руках есть крупная сумма и парочка артефактов...

— Ты предлагаешь деньги торговцу гильдии высшего ранга?

— Деньги не бывают лишними.

На Ливеренса было жалко смотреть. Взмокший толстячок, дрожащий от страха, перебирающий платок в дрожащих пальцах, он словно подписывал себе смертный приговор.

— Я бы был удовлетворен, если бы на месте кузины, оказалась твоя дочь. Ты же понимаешь. Мне пришлось объясняться со своими кровными родственниками и отвечать им, кто и в чем виноват?

— Д-д-да, но на самом деле...

— Главный в караване был ты и отвечать придется тебе, — перебил собеседник.

— У-у-у меня не-не-нет дочери.

— Тем справедливее будет, если с твоим малолетним сыном сделают то, что сделали с ней.

Леверенс поднял взгляд на своего покровителя с обреченностью загнанной в угол крысы произнес:

— У меня есть информация.

— О том, кто допустил это? — хмыкнул Пахтус. — Ты меня разочаровываешь. Эта информация и так очевидна. Во всем виноват твой начальник охраны. У него слава человека который доводит дело до конца, но никогда не считается со средствами...

— В империи есть темный маг, — на одном дыхании выдал родственник. — Я отдал приличные деньги охране, чтобы скрыть его существование.

Эта информация заставила родственника умолкнуть и на секунду задуматься. Поймав удачу за хвост, Леверенс начал болтать без умолку.

— Темный до мозга костей. В учениках у какого-то отшельника. Сильный! Знакомые маги консультировали, чтобы определить его силу. С их слов потенциал не хуже Дага «Темной воды». Не состоит в клане, по факту — свободный...

— Как зовут, где встретил, что видел и откуда такие выводы? — в приказном тоне произнес Пахтус и принял привычную позу для размышлений: пальцы переплел в замок и подпер подбородок. — Все максимально подробно, с момента нападения. Хотя погоди. Вот бумага. Пиши все имена, кто знает об этом.

* * *

У камина в роскошных креслах, обитых кожей и отделанных золотым мехом грифонов, сидело шестеро мужчин. Резные столики рядом с каждым креслом, коробочки с ароматными сигарами и бокалы с «Третьей розой императора» — лучшим бренди континента, прямо намекали — в сигарном зале Ротоских собрались сливки торговой гильдии.

— Говорят, ваш родственник сорвал неплохие деньги на караване с консервами из степи, — произнес бородатый мужчина в дорогом костюме тройке.

— Да, Леверенс довольно сообразительный парень и заработал неплохие деньги, для гильдии третьего ранга. Я думаю ему уже пора перебраться на следующую ступень.

— Думаете, ему хватит капитала?

— Знаю, уважаемый Рук, знаю. — улыбнулся Пахтус и чтобы сменить темы поднялся из кресла. Он вышел к камину и довольно громко, так чтобы немного перебить шепотки и переговоры торговцев, произнес.— Уважаемые торговцы, как вы понимаете — я собрал вас тут не просто так.

— Ротоские опять что-то задумали? — послышался доброжелательная усмешка голубоглазого блондина с бокалом в руке. — Артефакт императорского рода? Закладная на земли Сатиров?

Пахтус скромно улыбнулся, принимая лесть, за провернутые в прошлом дела.

— Нет, в этот раз у нас в руках оказалась очень непростая информация, — представитель семьи Ротоских обвел взглядом согильдийцев и произнес: — В империи новый темный.

В зале повисла гробовая тишина.

— Я не стал бы вас собирать, если бы это был слабенький темный ритуалист или помесь какого-нибудь мага воздуха с темной силой. В империи, в учениках артефактора находится темный, силой не менее адепта.

— Откуда он, и не тянется-ли за ним каких-либо грехов? — поинтересовался старичок, в старомодном камзоле.

— Этот юноша является учеником мага нашей империи.

— Уважаемый Пахтус. Я предлагаю не нагнетать интриги, а также позволить нам самим делать выводы. — Произнес мужчина в мантии мага воздуха. — Согласитесь, обмениваться выводами гораздо эффективнее, чем принимать чужие. Я конечно мало, что понимаю в магии тьмы, но кое о чем тоже могу судить.

— Что ж, я согласен. Тогда вот вам факты. Первое — парень молод. По виду лет двадцать, но как удалось узнать нашим людям ему около 16. Второе — парень не просто ученик с темной силой. Он уже сейчас практикует некромантию, ритуалистику. — После этих слов среди собравшихся пошли шепотки. — Третий факт — при проведении ритуала креста «Чван», у данного мага камни, раставленные по ключевым местам, просто рассыпались в пыль.

Взгляды скрестились на маге воздуха.

— Да, это уровень адепта, не меньше, но это также показывает насколько он еще далек от идеала работы со своей силой. — Маг пригубил из бокала и добавил: — Либо его сила настолько велика, что он просто не может ее контролировать в малых объемах.

Снова шепотки в зале, но их прервал тот самый старичок в старомодном камзоле.

— Уважаемые коллеги! У нас появляется очень неплохой шанс создать теплые и взаимовыгодные отношения с темным магом! — Старичок обвел взглядом присутствующих. — Надеюсь, никто не забыл в каких отношениях мы состояли с Дагом «Черная вода», что стало причиной наших разногласий и в какую сумму нам выходили его услуги?

— Зато мы научились обходиться без темной магии!

— Вам напомнить доклад уважаемого Усариса по поводу потерянной прибыли и ценообразования на территории нашей империи? — старик погрозил пальцем выкрикнувшему. — Миллионы! Миллионы только за объезд мест, где поселилась нечисть! Сократить расходы на охрану, снаряжение, запас еды и главное, сэкономить время — это миллионы золотых империалов которые мы тратим на вооруженную охрану! Если бы кто-то умел держать язык за зубами и не усугублять конфликт...

— Уважаемый Илиной, давайте не будем вспоминать дела минувших дней, а вернемся к нынешним, — попытался урезонить старичка Пахтус. — Как упомянул наш коллега — у нас действительно шанс создать благоприятные отношения с этим юношей. Однако, чтобы не наломать дров — я предлагаю действовать максимально осторожно и корректно. Согласитесь, постоянные просьбы от торговой гильдии, да еще и с разных сторон могут создать неприятное впечатление. Да и мы не базарные лоточники, чтобы локтями толкаться.

— Создать приятное впечатление, обеспечить небольшим, но постоянным доходом от работы по профилю и впоследствии использовать в собственных нуждах, — резюмировал голубоглазый блондин. — В этом случае, лучше всего будет выбрать одного человека, для взаимодействия.

— И желательно, чтобы он не имел к нам прямого отношения. — добавил Пахтус. — Иначе мы рискуем нарваться на повышенные запросы.

— Женщина! — выкрикнул с места коренастый мужчина с черной лоснящейся бородой. — Подсуньте под него женщину!

— Нам нужно, чтобы она была из торговой линии. А таких у нас только... — тут Пахтус умолк, поняв на кого намекает торговец. — Лина? Нет, во-первых — она из третьего ранга. Во-вторых — она из портовых шлюх! Наличие этой особы в нашей гильдии — это недоразумение!

Зал молча переваривал идею, когда голос снова подал блондин:

— Господа торговцы! Давайте будем честными! Встаньте те, у кого в постели не было этой особы!

На лицах торговцев появились улыбки. Никто вставать не спешил.

— А вы Пахтус?

— Я бы присел, но тут некуда, — оглянулся хозяин зала. — Но разве это имеет отношение к делу?

— Тогда я думаю все согласятся, что отказывать этой особе очень трудно. К тому же, ЖЕНЩИНА оказавшаяся в гильдии торговцев — само по себе явление неординарное. А это значит, что эта женщина умеет добиваться своего.

— Не хотите ли вы сказать, что вы надеетесь привлечь на нашу сторону этого паренька, положив под него нашу Лиану?

— Если она затащит его в постель — императорская семья не восстанет из могил, но нам это будет только на руку. — хмыкнул блондин. — Однако и наша портовая штучка запросит себе условия.

— С ней как раз договориться проще всего. Она умеет считать, и прикидывать прибыль, — хмыкнул старичок. — Однако, меня больше интересует другой момент. Когда мы начнем действовать?

— Как только наш юноша явится на нашей территории. — ответил Пахтус. — Посылать на поиски нашу штучку будет выглядеть очень подозрительно.

* * *

Мак вытащил за шкирку полуголого мужика из подполья и закрыл люк. Связанный не сразу понял в чем дело и хлопал глазами.

— Ты! Ты пожалеешь! Наша банда... — начал тарахтеть разбойник, но его взгляд уперся в подельника, с которым они несколько часов назад уже праздновали отличный куш. — Румель! Румель, чего ты стоишь болван!

— Он тебя уже не слышит, — пробормотал Мак, расставляя баночки с какими то мазями и разноцветными жидкостями. — Можешь не надрываться.

Только сейчас Драг заметил следы разрезов на его шее. Крови и грязи на подельнике не было.

— Что ты с ним сделал?

— Поднял из мертвых, — пожал плечами Мак, словно это обыденность.

— Кто ты?

— Да, извини. Меня зовут Мак. — представился парень. — Я в учениках у Юриная, мага-отшельника.

— Ты... ты...

— Да, я темный маг, да я применял некромантию, да ты умрешь.— не отвлекаясь от своего занятия буднечно произнес парень.

— Нет... Нет... — захлопал глазами Драг.

— И да, я буду на тебе учиться, — пожал плечами ученик. Он присел на корточки к трясущемуся от страха мужчине. — Пишут, что запах страха для темных похож на запах ладана.

Темный ученик сморщился и произнес глядя в глаза разбойнику.

— От тебя несет мочой и потом. Ладана не чувствую. — Тут он вздохнул и виновато склонил голову. — Ты не бери на личный счет. Я против тебя ничего не имею.

— Но ты... ты с-с-сказал, что убьешь, — заикаясь пробормотал пленник.

— Такая работа, — пожал плечами Мак. — Материал для некромантии дефицит. Впору ездить по тюрьмам, висельников скупать.

— С... Спасите... — пробормотал пленный и начал брыкаться. При этом он начал кричать во все горло, как умалишенный: — Проклятый! Тут проклятый! Спасите!

— Не усугубляй, не надо! — сморщился Мак и взял со стола крупную сосновую шишку, обмотанную тканью. — Не хватало, еще все село перепугать!

Он подошел к Драку и прижал того коленом к полу. Разбойник начал брыкаться и сжал челюсти, но небольшое усилие и сдавленный нерв у челюстно-лицевого сустава, заставил того разинуть пасть с гнилыми зубами. Он в несколько движений запихнул импровизированный кляп, зафиксировав его тряпицей.

Мак встал и взял тетрадку. Глаза привычно побежали по строчкам.

«Пункт первый — лечение гнойных ран. Подпункт первый — создать гнойную рану. Оборудование: Ржавый нож — есть. Человеческое дерьмо перемешанное с землей — есть. Подопытный — есть. Анестезия... »

Тут взгляд парня перешел на пустые бутылки из под вина, оставшиеся от Сарта.

— Во-первых вино не пойдет, а во-вторых его нет. Придется обойтись без анестезии.

Мак взял нож и миску с чем-то коричневым и принялся бормотать себе под нос:

— Итак. Рану я сделаю на голеностопе. Так проще и если что-то пойдет не так — стопу всегда можно отрезать.

Мак перехватил нож и уселся на ногу подопытного. Тот начал брыкаться еще сильнее, но Мак сделал свое дело, проткнув ножом стопу насквозь.

— Не дергайся или я его сейчас еще и проверну! — произнес Мак намазывая на рану дурно пахнущую смесь. — Да не ори ты! Вот! Теперь это замотать и можно ждать...

Тут разбойник извернулся и, выплюнув кляп, глазами полными боли и отчаяния, сквозь зубы проскулил:

— Ж-ж-ждать?

— Я думаю дня три...

— Ч-ч-чего ждать?

— Как чего? Гноя!

* * *

Телега ехала по дороге между полями. Местами лес расступался и с телеги было виден простор полей. Словно море, пшеница на полях поддавалась ветру и шла волнами.

— Я тебе говорю, надо было дать пару монет тому жирдяю! — пробормотал Сарт, подгоняя кобылу поводьями.

— Ты как маленький! — сморщился Юринай. — Эту информацию хранит орден «Тернового венца». За эту «информацию» тебя могут отправить в лабиринты «Сартала» по конца твоих дней!

— Не сгущай краски! — буркнул маг земли. — Всем нашим соседям и так это известно.

— Всем — не всем, но тайна есть тайна. — насупился Юринай.

Сарт встал на подножке телеги и взглянул вдаль.

Телега, груженная мешками, сундуками и шкафом, лежащий на боку, катилась медленно и неторопливо. В деревьях пролеска между двумя огромными полями пели птицы, кузнечики под лучами солнца издавали характерные звуки, а ветер доносил ароматы цветущих трав.

— Скоро приедем. — произнес он и довольно вдохнул воздух полной грудью. — Чувствуешь как пахнет?

— М-м-м-м? — нахмурися Юринай. — Нет, а что?

— Поля цветут! — улыбаясь произнес Железнобородый. — Весна...

— И что? — нахмурился старичок.

— Да ну тебя! — махнул рукой старый друг. — Ты всегда был бесчувственным болваном. Как можно не ощущать этого и не...

— Это происходит каждый год. — коротко обрубил друга Юринай. — Ничего в этом такого нет.

— Чтоб тебя вместо каши, на кругу цифрами кормили! — сплюнул маг земли и уселся обратно.

— Интересно, как там наш ученик? — вздохнул Юринай.

— Как? Да, так же как все — заряжает артефакты, таскает девок по сеновалам и выманивает у старосты вино...

— Мне кажется, ты его недостаточно хорошо знаешь, — буркнул Юринай. — На счет артефактов — согласен, а вот девушки и спиртное...

— А он у тебя евнух? Или в монахи ордена какого записан? — усмехнулся маг земли. — У меня староста в деревне ушлый! Поверь, от девок он точно не отвертится.

Повозка неторопливо продолжала движение. Скрипели колеса, всхрапывала лошадь и негромко переговаривались маги, преодолевая последние километры по сухой утоптанной дороге к деревне «Большой горн».

А вот в деревне их уже встречал строста. Суетливо подхватили поводья лошадей. Улыбки женщин и мужиков, смех и крики детворы, а так же одурманивающий запах рыбных пирогов.

— Здрав будь, хозяин, — старик поклонился в пояс и с улыбкой добавил: — Банька готова и запас вина с вашего последнего приезда не трогался.

— Ты... это, — смутился Сарт, поглядывая на Юриная. — К ученику веди!

— Так, вообщем... — староста оглянулся на подоспевших сельчан. — Тут дело такое.

— Где мой ученик? — спросил Юринай с нажимом.

— Переселили мы его, — вжал голову в плечи старичок. — В овраг Медвежий...

Сарт взглянул на друга, потом на старосту и со вздохом скомандовал:

— Рассказывай!

— Ну, а что рассказывать? По началу как все. Артефакты заряжал, ерундой ученической баловался. Девку ему дал, так чуть не прогнал — нос воротил.

— А потом, что?

— Так, дело то житейское, — пожал плечами старик. — Мы же темных учеников не приваживали. Кто ж знал, что он проклятиями всякими ужас наводить будет?

— Какими проклятьями? — насторожился Мастер артефактор.

— Первый раз, мы думали случилось чего, полсела сбежалось. — староста оглянулся на односельчан. — Он тогда Юле, что к нему приставлена была, наказал петуха принести. А через два часа тот петух как медведь раненый орал, да так громко, что мужики с полей с вилами прибежали.

Сарт и Юринай переглянулись, а староста, под кивки односельчан продолжил рассказывать.

— А потом он колдовать начал. Бутылки с потрохами закупоренными ставил, темной силой своей утварь заряжал, на огороде чертовщину рисовал. Но, то полбеды. Мы не в обиде. Семя он в девку положил, значит, а то что темный, ну, никто не ангел.

— Дальше что?

— А дальше беда случилась, — пожал плечами старичок. — На тракте, что к нашим землям прилегает, караван ограбили и девку торгового рода забрали.

— Та-а-а-а-ак! — вздохнул Сарт и упер руки в бока.

— К нам прискакал посыльный гильдии и мага истребовал. А вас, господин, нету. Только ученик темный. Его с собой и взяли.

— А он? — взволнованно поинтересовался Юринай.

— А он все чин по чину сделал. Воров нашел, изловил и вместо награды их себе приволок. — тут староста стянул шапку и начал мять ее в руках, словно чего-то очень сильно боялся. — Вместо денег он этих душегубов себе выторговал. И как давай их мучать! Одного сразу убил, но из мертвых поднял. Как тот вонял, кожа с него лоскутами лезла, а он то поднимет, то снова упокоит. А второго...

Тут староста оглянулся на односельчан, ища поддержки.

— Второго он долго домучивал. Так мучал, что Юла, девка наша, бежать от него два раза пыталась. И ножами его резал, и гнойники на нем делал, да так, что тот сутками скулил. Ни житья, ни покоя рядом с ним не было. — староста поклонился в пояс и виновато произнес: — Ты уж прости нас, хозяин, но не знали мы спаса от него. От криков и вони трупной у коров молоко еще в вымени кисло, куры яйца темные нести начали, а на полях колосья потемнел.

— Что вы с ним сделали? — с недобрым блеском в глазах спросил Юринай.

— Собрались мы с мужиками и давай думать. Прогнать нельзя, помощь от него была — не в пример другим. Тот же мертвый у нас дрова колол три дня. Без отдыха и сна. Все дрова в селе перекололи. Но и дальше терпеть мочи не было. Вот мы и решили дом ему на скорую руку поставить в медвежьем овраге. — староста оглянулся я на сельчан. Те закивали и одобрительно загудели. — Все чин по чину! Еду каждый день ему носим. Корзину днем и корзину вечером. Раз в неделю он свое темное дело прячет, чтобы девку не пугать. И мы к нему девку отправляем для нужд мужских, но он снова нос воротит. По дому прибраться и другого чего. А уж если что не так, или помощь нужна — мы палку темную ломаем и он сам приходит.

Староста достал из-за пазухи угольно черную ветку, предъявляя ее магам.

— Разрешите? — вмешался Юринай и забрал из рук старосты палку. — Стандартный сигнальный артефакт. Завязан на темную силу. Немного опрометчиво, но по большому счету... Нет. В принципе — для него лучший вариант. Не хватает экранирующих элементов, а так... я бы сказал вполне качественная работа... Выполненная топором.

— Получше не мог придумать вместилище. Палка словно в огне была, — нахмурился Сарт.

— Нет, просто он не смог влить в нее «чуть-чуть». По этому сила ее пропитала темной энергией.

Юринай продолжил вертеть в руках палку, а Сарт скомандовал:

— Так! Веди-ка ты нас к нашему ученику!

— А может баньку, с дороги, а?— снова вжал голову в плечи староста.

— Веди! — с нажимом повторил Сарт.

* * *

Староста шел впереди и при каждом крике осенял себя святым кругом. После этого он оборачивался и жалостливым взглядом смотрел на Сарта. Тот показывал ему кулак и старичок снова продолжал ход, вжимая голову в плечи. Подойдя к Медвежьему оврагу, проводник привел их к вертикальному березовому столбу.

Он обозначал границу. Юринай с удивлением обнаружил на столбе знаки защиты от темной энергии, которые использовали встарину на надгробиях, чтобы проникшая темная сила не могла поднять из мертвых покойника. Только вот, знаки смотрели в сторону оврага, защищая от того, что творилось внутри. Помимо этого, трава до столба была яркой и зеленой. У столба желтой, а вот после него сухой и пожухлой.

— Отпускай его, — произнес Юринай и достал из сумки парочку защитных амулетов. — Я не знаю, чем занимался тут мой ученик, но концентрация темной магии тут запредельная.

Сарт взглянул на старосту и неохотно махнул тому рукой. Тот, словно только этого и ждал, ужом скользнул в кустарник, через который вела тропинка, и исчез.

— Что он тут делал, что ему пришлось ставить...

Мастера артефактора прервал истошный нечеловеческий вопль, затем фраза на русском языке: «Датвоюжмать!». Двое старых друзей переглянулись и надев амулеты двинулись внутрь.

— Что-то мне это не нравится, — пробормотал маг земли, наблюдая как с кончиков деревьев свисают капли черной тягучей силы. Ее было так много, что кончики деревьев и края молодых листьев покрылись черной каемкой.

— Мне тоже, но я надеюсь, что он в здравом уме и не задумал ничего опасного...

Вот перед ними расступился кустарник и на небольшой утоптанной поляне предстала избушка с односкатной крышей.

Во дворе стоял огромный плоский валун, покрытый мелкими знаками. Вокруг, на земле, был выполнен сложный рисунок из множества фигур, ключевые места в которых занимали металлические прутья. Оплавленный, местами даже потекший, металл все же держал то количество силы, которое находилось в рисунке.

На камне, хватая ртом воздух, с глазами навыкат лежало тело мужчины. Исхудавший, со слипшейся грязной бородой, в обрывках одежды оборванец напоминал несчастного бродягу. А отсутствие по локоть рук, и одной ноги наводили на мысль о том, что это городской попрошайка.

Рядом со стонущим калекой стоял Мак. Он тоже выглядел мягко говоря «не очень». Мешки под глазами, нервное подрагивание рук, широкая челюсть, выдающаяся вперед, легкая кожаная куртка и выбритая до блеска голова и как вишенка деревенского антуража — деревенские лапти на ногах.

А на краю поляны, у самого дома лежала куча кровавого месива. Всмотревшись, Юринай смог там различить торчащую бедренную кость, человеческую кисть, оленьи рога и лапу медведя.

Мак достал из лукошка тоненькую стальную иголку и медленно, прокручивая, начал вводить ее в нервный узел, чуть ниже уха. Тело изогнулось и калека снова заорал во все горло. Его крик был настолько истошным, полным отчаяния и боли, что маги поморщились.

Однако ученику не было до него дела. Словно дирижер, темный активировал одну фигуру за другой, запуская сложный рисунок на земле, который превратился в плывущий темный туман. Фигуры плыли, как раскаленный воздух над песком, черный дым поднимался над ними словно пар, над кипящей водой, а куча мяса костей и плоти начала шевелиться. Спустя несколько секунд Мак резко провернул иглу, обрывая визг калеки и произнес, указывая рукой на кучу мертвой плоти:

— Восстань!

Из плоти вытянулся вырост из мяса и костей. За ним еще один. Плоть уперлась в землю, по бокам от кучи. Мышцы, связки и кости начали уплотняться. Отростки все больше превращались в руки. За ними появилась еще пара выростов, которые через несколько секунд превратились в ноги. Существо из мяса, костей и внутренностей встало на ноги.

Одновременно с этим, тьма в ритуале медленно погасла. Как только черный дым исчез, Мак подхватил лукошко и рванул к восставшей нежити.

— Сорок семь секунд, сорок шесть секунд, сорок пять секунд, — на ходу бормочет парень.

Как только он подбежал — тут же выхватил самопальную кисть из пучка сухой травы и глиняную мисочку с кровью. Буквально, за двадцать секунд на теле монстра появилась сложная вязь знаков, а на лбу Мака руна обозначающая «ключ».

— Ты моя плоть и моя кровь! Тебе быть моей волей и моим делом!

Мак направил в существо поток темной энергии, прикоснувшись большим пальцем в ключевое место. Тело содрогнулось и из черепа, находящегося где-то на боку туловища, донесся хриплый голос:

— Хозяи-и-и-ин!..

Мак отступает на несколько шагов и с довольным видом произносит:

— Получилось?.. Получилось! Ха-ха! Получилось!

Тут он замер и втянул носом воздух. Еще раз и еще. Затем обернулся и взглянув на замершего калеку, расстроенно сплюнул на землю:

— Да ладно! Не одно так другое! — он подошел к калеке, пальцами попытался найти пульс на сонных артериях шеи, и расстроено резюмирувал: — Все таки издох. Жаль.

Тут Юринай и Сарт все же решили показаться на свет.

— Мак! — громко произносит Юринай. — Мы оставляли тебя для защиты селения, а не создания нежити!

Мак, завидев учителя и Железнобородого улыбнулся и вместо приветствия ответил вопросом:

— Книги привезли?

Сарт рассмеялся и хлопнул старого друга по спине:

— Да он весь в тебя! Ты посмотри на него! — Сарт указал на парня и сквозь смех произнес: — Вылитый ты! Ты даже есть забывал, когда начинал новый артефакт!

— Причем тут я? — Сложил на груди руки Юринай. — Тебя вон тот кусок ожившего мяса не смущает?

— Это голем плоти, на основе магии боли, — поправил ученик.

— А скажи на милость, откуда ты узнал как проводить данный ритуал? — с прищуром поинтересовался Юринай. — Этого ритуала в библиотеке Сарта не было!

— Из исторических очерков. Големы плоти упоминаются очень часто. Везде говорится про звезду Сартала в основании ритуала. В очерке Ритлака Курманского упоминается жертвенный алтарь и взаимодействие со сложным рисунком. Ну, а боль в качестве резонатора — это уже моя идея.

— Этого не может быть. Ты не мог самостоятельно до такого додуматься, — нахмурился Юринай.

— А тут и думать нечего. — хмыкнул Мак. — Это называется систематика и анализ.

Маг земли хлопнул старого друга по плечу и кивнул в сторону ученика.

— Я думаю, тебе есть чему поучиться у него, — Сарт подошел к голему плоти и хорошенько его оглядел. — Не возражаешь, если я попробую его разрушить?

— Думаю у вас ничего не выйдет, — почесал голову Мак.

— Я все же попробую, — хмыкнул Сарт и отступил на пару шагов.

— Пробуйте, — пожал плечами Мак и отправился к учителю, приказав голему: — Не шевелись и не нападай.

Сарт начал свои эксперименты, нанося нежити прицельный урон каменными шипами.

— Ты действительно сам додумался до этого ритуала? — хмурясь поинтересовался Юринай.

— Да, сам. Правда, не с первого раза. Это семнадцатая попытка.

Юринай недовольно засопел, еще раз взглянул на рисунок под ногами и спросил:

— В чем суть твоей... систематики?

Тут уже Мак улыбнулся и кивнул на голема, в котором торчало с полтора десятка каменных шипов.

— Систематика — это объединение по одним и тем же принципам чего-либо, — произносит ученик.

— Чушь и бессмыслица! — буркнул в ответ Юринай.

— Смотрите. Есть ритуалы для поднятия нежити. Все они относятся к одной группе. — Тут Мак сморщился от чавкающего звука, с которым огромный валун влетел в тело голема. — Но если мы начнем делать категории внутри этой группы — становится интереснее.

— Что ты имеешь в виду? — поджав губы поинтересовался учитель.

— Среди этих ритуалов можно четко провести разделение на ритуалы с открытым контуром и закрытым. — Видя нахмуренное лицо учителя Мак тут же поправился: — Я нашел только одно заклинание с открытым контуром, но я подозреваю, что их гораздо больше, просто эти заклинания имеют дурную славу.

— За такое заклинание тебя могут сгноить в катакомбах «Грозовых врат» — самой жуткой тюрьмы для одаренных магией!

— Я так и подумал, потому, что бесконтрольное поднятие нежити может натворить настоящую катастрофу, — ученик кивнул в сторону голема. — Однако, факт остается фактом. Открытые ритуалы, без срока и четких границ существуют и применяются. К примеру, ритуальные рисунки на твоем шкафу. Они постоянно собирают энергию. Это ритуалы с открытым контуром.

— В своем роде да, соглашусь, но ты говорил про ритуалы поднятия нежити...

— Да. И если мы возьмём закрытые ритуалы, то тут снова нужно выделить несколько групп. К примеру те, которые выделил я: с поднятием умершего тела без изменений, с созданием нового тела материалом для которого являются другая плоть, и поднятие мертвого, модифицируя его с помощью другой плоти или неживых элементов.

— Смысл я понял, — кивнул учитель. — Но какой в этом толк?

— Когда систематика доходит до самых низов, я начинаю анализировать рисунки и нюансы ритуалов внутри группы. Они совпадают. — Видя нахмуренное лицо, Мак продолжил с примера. — Ритуал поднятия мыслящей нежити, в любой вариации описывался с применением живой жертвы. Не важно какой, главное — жертвенный алтарь и последующие рисунки. А вот Поднятие големов плоти всегда идет через рисунок. В основном упоминаются «Кресты Культака», но голем плоти «Сириуса», с применением боли делался именно в сочетании с алтарем. Вывод?

Сарт не на шутку разошелся и устроил небольшое землетрясение, поднимая из глубин земли огромный каменный шип. Все его предыдущие попытки оказались тщетны.

Юринай выжидательно посмотрел на ученика, ожидая объяснения, а Мак понял, что сам учитель такого вывода сделать не сможет.

— Это значит, что все ритуалы поднятия нежити завязаны на алтарь для жертвоприношения не для захвата души, и не для темной энергии.

— А для чего?

— Для резонанса боли и темной энергии. Вы же помните, что все ритуалы имеют фокус для вливания темной энергии? Так? И они далеко от алтаря.

Юринай хотел было что-то ответить, но тут он припомнил все темные ритуалы для поднятия нежити и замер. К своему стыду знал он всего три, слышал еще о пяти, и на этом познания в темной магии для него заканчивались. Мысль же, которую поселил в его голову Мак, вдруг сверкнула как искра и зародила пламя недоверия к собственным знаниям. Не только темной магии, всего, что он знал.

— Мак! — оборвал мысли старичка взмокший маг земли. — Какого черта эта тварь не дохнет?

Парень обернулся и обнаружил изломанного, но шевелящегося голема на месте.

— А, дело в том, что я не делал в нем мертвого сердца, — ученик заметил вскинутые брови на лице Сарта и пояснил: — Для этого требуются долгие ритуалы, а у меня ни ингредиентов, ни знаний. По этому пришлось обойтись дополнительным вливанием силы.

— Так! — вмешался Юринай. — Я думаю, нам всем надо серьезно поговорить! Мак, собирайся! Такие разговоры следует проводить в другом месте.

* * *

Мак стоял у стены главного зала, и с надеждой смотрел на Юриная и Сарта, которые расположились напротив в кожаных креслах. Стена от потолка до пола была исписана надписями мелом, стрелками и частичными рисунками ритуалов.

— Это то, что я разобрал по части ритуалистики, — вздохнул Мак.

— Так. — Юринай поднялся из кресла и указал на часть рисунка какого-то ритуала. — Первое. Это рисунок школы Такамда. Так? Почти все ритуалы этой школы имеют подобные включения. Согласен, есть основания полагать, что этот элемент и отвечает за резонанс сил и соответственно за эффект усиления, присущий почти каждому ритуалу. Но!

Тут учитель и указал на всю стену.

— Ты не открыл ничего нового. Ты просто переиначил это по другому. Я, изучающий ритуалистику большую часть своей жизни, мыслю школами и ритуалами. Ты же, мыслишь элементами рисунков и техник. — Юринай поднял палец, призывая Мака не перебивать и выслушать до конца. — Ты думаешь, что совместив элементы из разных школ, ты сможешь создать что-то новое, и по сути прав, но! Мак, главы родов и основатели школ дураками не были. Поэтому, я скажу тебе не скрывая — ритуалы школ, которые можно увидеть в любом учебнике или книге — всегда наиболее эффективны. Либо с точки зрения эффекта, либо с точки зрения затраченных сил или усилий по воплощению. А есть еще и приемы, ритуалы или заклинания, которые никто на всеобщее обозрение не выносит. Понимаешь?

— Если проанализировать элементы, то можно понять принцип и создать новый элемент, а так же...

— Зачем? — вмешался Сарт. — Я согласен с тобой, Мак. То, что ты делаешь — очень удобно, но вся империя и не только наша, привыкла делить заклинания по школам и кланам. Пусть твой принцип и удобнее, понятнее, проще, но ты не можешь взять и заставить весь мир думать по твоему.

— Да! — Юринай кивнул на друга. — Какова твоя цель на данный момент?

— Стать магом, — помрачнев, произнес Мак.

— Тогда давай будем к ней идти, а не тратить впустую силы на попытку заставить весь мир думать по твоему. — Юринай подошел к насупившимуся парню и хлопнул по плечу. — Однако, еслим тебе нравится то, что ты делаешь — делай. Просто уделяй этому свободное время. Не уходи в это с головой.

— К тому же, восстановить ритуал голема плоти по историческим запискам — это неплохой результат, — кивнул Сарт. — Очень неплохой. Хоть это и не секрет, насколько я знаю.

— Пойди выспись, — посоветовал Юринай. — А утром мы с тобой еще раз пробежимся по списку, обязательному для подмастерья.

Мак молча кивнул и еще раз взглянул на стену. Пробежавшись взглядом по своим записям, он вздохнул и отправился в свою комнату. Когда он вышел из помещения, Юринай обернулся к Сарту.

— Что скажешь? — спросил старичок.

— Или его где-то учили, или он гений. Сегодня я поверил во второе... — Сарт молча закусил губу и пробежался взглядом по записям парня. — Ты же помнишь, да?

Юринай молча повернулся к записям и закусив губу кивнул.

— “Маготроника Уриная”, но немного другая.

— Та же самая, только он это своими словами объяснил. — Сарт встал и подошел Юринаю. — Я немного волнуюсь.

— Думаешь, он сойдет с ума, как Уринай?

— Я не знаю, но ты должен кое-что мне пообещать. — Сарт взглянул в коридор, словно их -кто-то мог подслушивать. — Что бы не случилось, больше никогда не позволяй ему делать шагов “Уриная”.

— Я по твоему из ума выжил? — возмутился старый друг.

— Что бы не случилось! Никогда! — с нажимом повторил Железнобородый.

— Что бы не случилось! Никогда! Обещаю! -кивнул Юринай.

— Хорошо, тогда надо начинать готовить его к заклинаниям защиты и атаки. — вздохнул Сарт. — До фестиваля “Золотого феникса” в университете еще далеко, но...

— Мы двинем в Чайку, — прервал Железнобородого друг.

— Зачем? Нет, оттуда корабли в столицу каждую неделю мотаются, но...

— Чайка будет идеальна, для практики. Любые книги, любые ингредиенты, самый большой рынок империи. К тому же, мы можем там неплохо заработать.

— А еще вы можете там вляпаться в неприятности, — поджав губы произносит маг земли. — К тому же, пока твой ученик не научится использовать защиту и элементарное атакующее заклинание — я вас никуда не пущу!

— Прям уж и не пустишь, — хмыкнул Юринай.

— И вообще, ты подумал, какой вой поднимут местные светила магии, когда туда заявится профессор артефакторики?

— Я тебя умоляю! Они же не идиоты, чтобы начинать подкаверную возню из-за меня?

— Это деньги, — хмыкнул Сарт. — Это огромные деньги!

— Не преувеличивай, поделим рынок и будем работать каждый по своему профилю, — отмахнулся старый друг.

— Да? И что ты думаешь они тебе отдадут? Про артефакты воды и воздуха можешь забыть, — буркнул Железнобородый. — Мага земли я тебе и так назову. Там живет Дукт “Третий риф”. Если только артефакты огня отдадут. И то наврят ли.

— В самом худшем случае заберу себе артефакты тьмы, — отмахнулся старичок. — У меня и источник под рукой есть. И не слабый.

Глава 8

Я не сразу заметил за Юринаем, но периодически это прямо бросалось в глаза. Старичок маялся от безделья и его снова тянуло на круг. Он часто гулял по лесу, ходил в деревню, донимал меня своими лекциями на тему этикета и особенностей столичной жизни. Чем дольше я на него смотрел, тем больше замечал схожесть с...

В прошлой жизни мне довелось работать в детской больнице. Частенько к нам привозили беспризорных детей. Те, кто жили на улице выделялись очень сильно. Чаще озлобленные, дерганые, все время оглядываются, словно боятся, что старший из стаи рыкнет за неправильный поступок. Только вот, старшего среди них нет. Таких держат недолго, так, чтобы обеспечить минимальный карантин и проверить на инфекции.

Среди этих беспризорников особо выделяются бродяги. Те самые мальчишки, которые просто бегут из дома и странствуют. Без документов, без денег, и главное без четкой цели. Спокойные, постоянно витающие в облаках, и, как ни странно, довольно умные ребята.

Чем дольше мой учитель сидел на одном месте, тем сильнее в нем проявлялись эти черты. Жажда дороги и открытых пространств, новых знакомств и интересных задач. Находиться на одном месте подолгу ему было невмоготу. Он все чаще рассижывал в гостинной с трубкой в руке и пялился на камин. Надолго уходил в деревню, но приходил чаще задумчивый, чем довольный. Но стоило с ним завести разговор о путешествии или каких-то дальних землях — у него тут же находилась куча самых разных историй о тех, кто там бывал или о людях из тех земель.

Ощущение, что Юринай тяготится сидением на одном месте не покидало меня ни на миг. А еще, спущенная на тормозах, моя систематика.

Нет, отчасти я понял то, что они пытались до меня донести, но меня с того разговора не покидала мысль, что они не договаривают. Выгода была неизмеримо больше, чем их оправдания. Да, устоявшаяся система, да так принято во все мире, да может быть даже проще, но если понять как оно работает на уровне самых элементарных вещей? Тогда создать самое эффективное заклинание или ритуал станет гораздо проще. Я уже не говорю о таких вещах как КПД. Пусть я сам далек от физики, но ни одного упоминания о замерах потраченной силы, ни одного четкого сравнения! Черт побери! Да я даже не натыкался ни на одну единицу измерения силы мага!

Поначалу я поддался уговорам бросить эту неподъемную для одного ношу, но в какой-то момент я понял, что на правильном пути. Именно недосказанность и несколько разговоров о бесполезности моих усилий, заставили меня четко убедиться — я на верном пути. В тот момент я понятия не имел куда это приведет, но раздумья прервал разговор с учителем. Он сообщил мне, что завтра мы идем дальше.

* * *

У разожженного камина, щурясь от удовольствия сидели Сарт и Юринай. Столик перед ними был завален ворохом бумаг, среди которых была и парочка книг. Над всем этим беспорядком возвышался графин. В руках они держали объемные кружки, подходящие больше для пива, чем для вина.

— За подмастерье! — пробормотал Сарт и протянул кружку Юринаю.

Тот стукнул своей кружкой по его и сделал пару глотков, снова поморщившись от удовольствия.

— Я всегда поражался твоей прозорливости! Подцепить зарядку кристаллов на манекен для отработки атакующих заклинаний... — Железнобородый приложился к кружке и отхлебнув смачно крякнул. — Ты старый жук! Вот ты кто!

— Да брось! Это же студенческий прием! Я так еще со времен обучения...

— Погоди-ка! Ты хочешь сказать, что... — Сарт с прищуром взглянул на друга.

— Стоп! Я силу из тренировочных залов не продавал! — поправил его старый друг. — Только для учебы и для дела! В других целях не использовал!

— Ах ты, старый сукин сын! — хохотнул маг земли. — Весь университет скидывал силу в твои ловушки! И никто ничего так и не узнал?

— Вообще-то, меня поймали на четвертый месяц, но я дал клятву на запрет продажи этой силы.

— Дай-ка отгадаю! — Железнобородый изобразил задумчивое лицо. — Это был твой учитель артефакторики! Сильвер «Семь палок»!

— Это были дознаватели из ордена «Белой розы», — недовольно буркнул Юринай. — Я три дня провел в их катакомбах. Восемнадцать проверок и не все были безобидными.

Друг поджал губы и кивнул.

— Ну, главное обошлось! Давай-ка... за справедливость!

Снова стук кружек и довольные выдохи старых друзей.

— Знаешь, — Сарт пригладил волосы на голове. — С тех пор, как я здесь осел...

— Только не говори, что ты жалеешь! — усмехнулся Мастер. — Ты бредил своей землей еще со студенческой скамьи!

— Нет, круг для меня сейчас как страшный сон! — усмехнулся Сарт. — По морозу и холоду, по жаре и пустырям. С одним рюкзаком, постоянно голодный и злой... Бр-р-р-р! Как вспомню, так вздрогну!

— Ну, у всех свои недостатки! — хохотнул Юринай. — По мне так, вполне тепло.

— Ты меня и себя не сравнивай. Я как был в артефакторике медведем, так и остался. Не сломал — уже хорошо.

— А я тебе говорил! — вздохнул старичок. — Учи артефакторику, легче будет!

— Зато у меня, с одного круга, раза в три денег больше выходило! Ни одна темная тварь от меня не ушла!

— Тебе напомнить про одну рощу?

— А иди-ка ты к черту! — сморщившись буркнул Железнобородый и сделал пару больших глотков из кружки. Подхватив лист бумаги, Сарт принялся зачитывать его вслух: — Поднятие и упокоение нежити — умеет в трех вариантах. Лечение гнойных ран...

— Умеет, — кивнул старичок. — Корова пойдет за живого человека. Да и на человеке он справился.

— Так... зачистка и контроль моровых поветрий... — Сарт поднял взгляд от бумаги на друга.

— Ритуал «Пятого покаяния» и «Темного откровения». Наизусть заучил.

— Два защитных и два атакующих заклинания — умеет.

— У него атакующих пять набралось, — недовольно буркнул Мастер и с обвинительными интонациями заявил: — И кто-то додумался рассказать ему про заклинания школы бездны.

— Я не понял! Ты решил на меня это повесить? — возмутился Железнобородый. — Твой ученик восстановил по историческим очеркам ритуал голема плоти! А виноват — я!

— Так он в твоих мемуарах прочитал!

— Я же не специально!

— Знаешь, Сарт, иногда ты ведешь себя как... как студент-разгильдяй, которым ты всегда был! Ты хоть понимаешь, что он теперь не успокоится?

— Я бы взглянул, как на экзамене он выкинет что-нибудь из школы бездны, — хмыкнул маг земли. — Даже не на него, а на рожу нашего венценосного Тартака.

— Да, зрелище было бы знатное, — кивнул Юринай, но тут же поправился: — А ты подумал, что после этого его потащат в орден «Белой розы»?

— Я тут подумал, — друг заглянул в кружку и отпил из нее несколько глотков. — Голову на отсечение — он туда непременно попадет. Поэтому, я думаю, надо с ним об этом поговорить.

— Да, надо, — кивнул старый мастер артефакторики. — Думаю, мы двинем дальше послезавтра.

— Да, знаю, но... — тут Сарт замялся, и пожевав губами добавил: — Ты знаешь, я был бы очень тебе признателен, если бы ты...

— «Императорская роза» или Сатирский «Третий глаз»? — припомнил Юринай самые убойные напитки, про которые слышал в столице.

— Нет, я не об этом, но и от них бы не отказался, — хохотнул старый друг. — Я, тут подумал... Было бы неплохо, если бы старый друг поселился недалеко...

— В смысле рядом? — нахмурился Юринай.

— Ну, вот, допустим, село на востоке. Лесное. Ресурсов нет, один ручей и охотников селение. Отдадут недорого. И дорога рядом...

— Ты стал сентиментальным, — улыбнулся старичок. — Я подумаю над этим, но прежде чем делить шкуру неубитого медведя...

Сарт согласно кивнул головой. Когда друг допил вино и уже собрался отправиться спать, он все же предложил:

— А на счет бездны — я не был бы столь категоричен!

* * *

В темной комнате, с узким окном, через которое попадал слабый свет полной луны, на кровати лежал Мак. В безуспешных попытках заснуть, он уже несколько часов разглядывал потолок. Сон не спешил, и поэтому ожидание сладкой дремы превратилось в настоящую муку.

Не выдержав, Мак встал и осмотрел свою комнату. Кровать, шкаф, стол и стул. Небогатое убранство, но его это вполне устраивало. По сравнению с сельским сеновалом — это были шикарные теплые апартаменты.

Парень почесал лысую голову и залез под кровать. Оттуда он извлек огромный кузнечный молот. Проводя пальцем по гравировке козьей головы, он раздраженно произнес:

— А дальше то, что?

— Ничего. — произнесла ожившая гравировка и улыбнулась. — Будет статус мага — поговорим.

Гравировка вернулась в привычное положение, но парень добавил:

— Я хочу увидеть семью!

— Тогда будь добр — стань сильным магом. — козья голова оскалилась острыми клыками, пустив своим видом волну мурашек по спине парня. — А для этого — неплохо было бы выжить.

Мак нахмурился, но внезапная мысль пронзила его разум.

— Ты про проклятых? Да?

— Как только сможешь сам убить, хотя бы одного — я устрою тебе встречу.

Гравировка вновь вернулась исходное положение. Мак снова начал тереть ее и задавать вопросы:

— Что им надо от меня? Кто такой избранный?

Однако козлоголовый демон не спешил с ответом и вовсе исчез, оставив на молоте обычную гравировку.

— Вот ублюдок! — сплюнул Мак и отшвырнул молот в угол комнаты. — Хоть бы раз нормально что-то объяснил!

Парень поднялся и накинул одежду.

— Убить проклятого, чего уж там! Сразу их предводителя! Чтобы скучно не было! — пробубнил он и вышел из комнаты.

После недолгих раздумий, он снова отправился в тренировочную комнату. Два подхода к гире не дали никакого эффекта. Даже с дурных мыслей не сбили. Еще четыре подхода подмешали к злости усталость и раздражительность.

Медленные шаги под тяжелые мысли, по коридорам дома Сарта Железнобородого немного успокоили, но кардинально ситуацию не изменили.

Поворот в гостевую комнату — «Спать не хочется».

Дверь в столовую — «Кусок в горло не лезет».

Свет оставленного светильника в библиотеке — «Воротит от бредней маразматиков».

Так или иначе, но Мак пришел к выходу из скалы. Оказавшись на улице, парень обнаружил просыпающийся лес.

Это был тот самый, потрясающий момент, когда рассвет еще не кричит и не требует своих прав. Он только начинал шептать слева, за горизонтом. Но этого хватило, чтобы звезды с того края перепугано попрятались.

Мак вздохнул полной грудью и оглянулся.

Великолепное зрелище. Слева светлеет горизонт, справа ночь полная звезд, а прямо перед ним, над горизонтом полная луна.

Вспомнилась поездка с женой, еще до рождения сына. Речушка, надувные лодки, сон в двуспальном мешке, каша на костре, приглушенный свет от головешек, красные угли и ее волосы. В памяти сам собой всплыл запах ее волос.

В груди что-то защемило, а ноги куда-то несли. Тропинка, ночной пролесок, шелест травы и полей под дуновениями ветерка. И те же звезды, та же луна, даже запах дыма от деревни и тот...

Тоска медленно, но уверенно занимала голову и отдавала ноющей раной в груди. Злость отступила, ушла обида на козлоголового демона. Осталась тоска, которая навалилась с такой силой, что можно было начинать выть от безысходности на уходящую луну.

Неспешно шагая по утоптанной тропинке, Мак дошел до деревни и, не зная, куда идти дальше, остановился. Не особо раздумывая, он повернул к дому старосты. Только когда он пришел, то понял, что по большому счету здесь ему ничего не надо, но и идти толком некуда.

Темный ученик присел на крыльцо и устало вздохнул. Сна не в одном глазу как не было, так и не стало. Луна почти скрылась за горизонтом, остатки звезд едва виднелись, а рассвет шептал все громче. Еще немного и выглянет солнце, пробуждая своим криком все вокруг. В стороне послышался скрип дверей, а спустя несколько секунд кудахтанье кур. Село оживает.

За спиной прошелестели петли дверей.

— С чем пришел, темный? — послышался за спиной голос старосты. — Юлу не дам! Не годна она уже как девка.

Мак обернулся и взглянул на старика. Тот явно его побаивался, но виду старался не подавать.

— Выпить есть? — спросил парень.

— Выпить? — вскинул брови старик. Темный ученик впервые заговорил о выпивке. — Выпить есть, но крепленого вина нет, Сарт последнее забрал.

— А покрепче есть, что?

Старик смутился, почесал щетину на шее и предложил:

— Может брагу? Ваш брат ее не жалует, но с ног валит!

— Неси!

* * *

Две фигуры шли по дороге привычным шагом. Юринай по обыкновению надел простую рубашку и штаны из мешковины, всем видом показывая свою невзрачность. За спиной был тот же шкаф, со светильником приделанным сбоку.

Мак же красовался обновками. Во-первых, на нем была кожаная куртка. Сшитая топорно, из толстой кожи, но по его размерам. На ногах — штаны из плотной серой ткани и кожаные сапоги.

— Нет, мы переполошились не от того, что ты напился. По сути — в этом нет ничего страшного. — задумчиво бормотал Юринай. — Все дело в том, что у некоторых людей, алкоголь вызывает... скажем так. Странное поведение.

— У меня он вызвал только безумную боль, — поморщился Мак. — Из чего они делают свою бормотуху?

— Ну, я думаю, что из ягод, хотя, возможно, из пшена. Но это, в принципе, ожидаемо. — Юринай окинул взглядом ученика и с усмешкой продолжил: — Нет, я ожидал от тебя чего угодно. Даже артефакт от тьмы нацепил. Защита так себе, но хоть что-то. Но...

— Давай сменим тему, — нахмурился Мак.

— Давай, — кивнул Мастер артефакторики и зашел с неожиданной для ученика стороны. — Мы разговаривали с Сартом, и пришли к одному очень важному выводу. Дело в том, что ты темный.

— Не поспоришь, — хмыкнул парень.

— А это значит, что рано или поздно ты сделаешь то, что вызовет подозрения в ордене «Белой розы». — Поймав недоумевающий взгляд ученика, старичок принялся пояснять. — Этот орден создан еще при пра-пра-прадеде нынешнего императора. И вся его суть заключается в охране империи от...

— От темных, — догадался ученик. — Ну, раз белоснежная роза, значит борется с чем-то темным.

— Не совсем. В ее ведение попадает запрещенная магия и те, кто ее использует.

— А кто решает, какая магия запрещенная?

— Собственно, орден «Белоснежной розы» и решает, но...

— Погоди, а приговор и дознание проводит тоже орден «Белоснежной розы»? — нахмурился Мак и уловив кивок учителя забормотал: — Получается, в империи есть орден, который сам решает какая магия является запрещенной, кто имеет права ее применять и кто виноват? Поди и казнит тоже орден?

— Да, а что в этом такого? Это же...

— Так это же любого можно обвинить в чем угодно и...

— Нет, ты не понял. Дело в том, что главой ордена является сам Император, и все смертные приговоры выносит именно он.

— Тирания в чистом виде? — нахмурился Мак. — Если Император не хочет тебя видеть в своем государстве, то он может просто подписать тебе смертный приговор.

— Причем тут тирания и император? — Юринай начал сердиться. — Это очень серьезная организация. В ее дебри лезть смысла нет. Там свои законы, но суть в том, что многие темные техники и ритуалы находятся под запретом и за их применение можно угодить надолго и в очень неприятное место. Поэтому, ты должен быть готов к тому, что тебе придется столкнуться с этой организацией.

— У меня только один вопрос! — Мак остановился и взглянул в глаза учителю. — В списке запрещенных заклинаний есть хоть один светлый ритуал?

— Ну... Я не знакомился со всем списком... но...

— Думаю, я понял ситуацию. — кивнул Мак. — Надо будет приобрести список запрещенных ритуалов и техник. На всякий случай.

Юринай заметил блеск ручья чуть в стороне от дороги и кивнул в ту сторону.

— Пойдем, ты наполнишь бурдюк, а я немного передохну. — старик последовал за учеником, который прокладывал путь в траве. — Я пытаюсь донести до тебя мысль, что техники находящиеся в запретном списке — это повод попасть к ним в подземелья. И хорошо, если только на время расследования. Ты должен понять главное. Рано или поздно, они узнают все. Это неизбежность. А у ордена нет срока давности. Случалось, что они арестовывали людей и после тридцати лет, от преступления.

— Что-то на инквизицию похоже, — пробормотал Мак себе под нос на русском языке.

— Так или иначе, мой тебе совет — не шути с этим орденом. В нем состоят самые сильные маги нашей империи...

Под наставнический бубнеж, Мак наполнил бурдюк и закинул в рот кусок хлеба и сыра из рюкзака.

— Двинем дальше? — спросил он умолкшего учителя.

— У меня ощущение, что ты меня не слушал, — буркнул Юринай, сложив руки на груди.

— Не связываться с орденом «Белоснежной розы». Они сами со мной свяжутся. — Надевая рюкзак протараторил парень. — И никогда не применять запретных техник и заклинаний.

— Отлично. Тогда у меня к тебе еще один вопрос. — Юринай потер подбородок и с прищуром взглянул на ученика. — Что у вас произошло со старостой?

— Смотря что ты имеешь в виду?

— Я не в курсе подробностей, но перед нашим отъездом Сарт рассказал, что тот жаловался на тебя.

Мак поставил рюкзак на землю и упер руки в бока. Решив, что с этой темой покончено, он уже хотел забыть об этом, но если вопрос поднял его учитель, то надо было расставить все точки над «и».

— Меня не устраивает то, что этот старый хрыч, во-первых, использовал меня для собственной выгоды. Во-вторых, мне не понравилось, что он держал меня за племенного быка и пытался принудить спать меня с девушкой. Ну и в-третьих, этот хрыч решил, что мы ровня и он может со мной разговаривать, как с наемным. Словно я ему крышу у дома за еду правил. В один день он просто отказал мне в еде.

— В каком смысле?

— В прямом. Он заявил, что за заряженые артефакты деньги я проел, а на счет остального — они будут разговаривать с Сартом. А у меня практика закончилась и я могу идти на все четыре стороны!

Юринай поджал губы и оглянулся. Присев на поваленное дерево он кивнул ученику на место рядом.

— Давай по порядку. Как он тебя использовал?

— Он заряжал артефакты со всей округи и я готов поклясться чем угодно — он делал это не бесплатно.

— Почему ты так решил?

— Потому, что количество заряженных артефактов не лезет ни в какие ворота. В день по десять, а иногда и по пятнадцать штук! К тому же, ежедневно в село приезжали мальчишки с мешками.

— Действительно многовато, но это косвенные улики. У тебя есть что-то конкретное?

— Нет, но я и не искал. Эта крыса не у меня в доме и не мне ее ловить.

— А что с девкой?

— А он заявил, что мое мужское дело, с девкой, которую он выберет — является платой за проживание и еду. Когда прошло несколько недель, а к девке я не прикасался — он отказал мне в еде, заявив, что моя практика окончена.

— Действительно странно, — пожевал губами Юринай.

— Позже, у той же девушки я узнал, что староста продает девушек, которые были под магом. Как я понял, для местных — это обычное дело, но я уверен, Сарт с этого не имеет ни копейки.

Юринай задумчиво взглянул на ручей и хмыкнул:

— А я уверен, что он в курсе всех делишек старосты. Помимо того, что староста делает левую копеечку себе лично, он снабжает Сарта продуктами, выпивкой и печется о селении. Я не в курсе, кто и сколько ему платит, но ты вспомни свое село. Есть разница?

— Есть конечно, но это же...

— Это как раз работа этого старосты. Ты же не думаешь, что вино они сами делают? У них же ни одного виноградника нет. Значит покупают. Где? За какие деньги?

— Ты хочешь сказать, что староста управляет селом и содержит Сарта?

— По большому счету — да, но и себя я думаю не обделяет. — Юринай поднялся и кивнул в сторону дороги. — Пойдем. У меня еще есть еда, но я думаю, стоит для понимания зайти в какую-нибудь деревню по пути.

— Я не против, — пожал плечами Мак. — Кстати, а куда мы идем?

— Мы идем в город Чайка, — вздохнул Юринай. — Там я сдам медальоны.

— А потом куда?

— А потом, мы с тобой найдем тепленькое местечко в этом городе и осядем там до конца лета.

— Разве тебе не надо отправляться на свой круг? — нахмурился парень. — Я думал, ты обязан странствовать и...

— Я уже давно прошел все обязательные круги и отслужил свое империи, — улыбнулся учитель. — Я свободный маг по праву от должности. Это значит, я имею все права как свободный маг, и получил я их за отслуженное время на определенной должности.

— А как же круг? Я думал, это обязательный участок...

— Круг — это всего лишь мой маршрут. Он на карте так выглядит. Вот и все. Мы сдаем свои маршруты для согласования в канцелярию в столице. — Юринай закряхтел, вырывая шкаф из плена веток. — Это делается специально, чтобы маги круга не ходили по одному и тому же маршруту и охватывалось как можно больше селений.

— А разве тебе не надо...

— Канцелярия есть в Чайке. Я отчитаюсь там, что схожу с круга.

Снова под ногами проселочная дорога, ведущая змейкой через рощи и поля. Пригревает солнце, в ветвях деревьев виднеется мельтешение белок, ветер качает кроны деревьев. В меру теплая погода настраивает на позитивный лад.

— Чем мы займемся в Чайке? — спрашивает Мак, с удовольствием разглядывая каменный столб, выполненный в виде воина со щитом. На щите каменной статуи выбита надпись: «Земли клана Маратай».

— Мы ненадолго в этих землях, — заметив интерес ученика произнес Юринай. — Вечером уже выйдем в свободные земли.

Мак кивнул и поспешил за старичком, который ушел немного вперед.

— А в Чайке... Я займусь тем, что умею лучше всего. Артефакторикой. Какой-никакой, а начальный капитал у нас есть. Плюс сдадим медали. Этого хватит, чтобы закупить ингредиенты на несколько серьезных артефактов, для продажы. К тому же, может нам повезет и мы начнем работать под заказ. — Юринай задумчиво взглянул на ученика, что-то прикидывая в голове. — Думаю, тебе тоже найдется неплохая практика.

— А жить мы где будем? У тебя есть в том городе еще один друг?

— Нет, друзей у меня там нет, но у меня есть, — тут мастер артефакторики постучал костяшками по шкафу у себя за спиной.

— Разве там есть гостевые комнаты? Я видел только одну дверь...

— Вообще-то я делал с запасом, около двадцати комнат, бани и даже сад был, но это все жутко тратит энергию. А ее как ты понимаешь...

— Я могу наполнять кристаллы, — пожал плечами Мак. — Правда перегонкой.

— Я так и рассчитывал. Я подключу одну гостевую комнату и спальню. Тогда одного кристалла с нейтральной энергией хватает на несколько дней. Плюс надо будет сделать кабинет...

— А куда мы поставим сам шкаф?

— Арендуем место на рынке, там и поставим. — пожал плечами Юринай. — Нам места нужно на один лоток.

* * *

За неспешными разговорами, ученик и учитель взобрались по пологой дороге в холм и остановились на его вершине. Перед ними предстало лоскутное одеяло из рощ, пролесков и полей в долине.

— Видишь воина со щитом? Вон там, за мостом через ручей! Там начинаются свободные земли. Думаю, к вечеру мы дойдем до какой-нибудь деревушки. — указал вниз старичок.

— Тухлятиной пахнет, — сморщившись произнес Мак.

— Где? Тут? — Юринай втянул носом воздух и бросил взгляд на ученика.

— Тут, разве не чувствуете?

— Та-а-а-ак! — Юринай поставил шкаф и нырнул в него. Через несколько секунд он вернулся со странной конструкцией из разноцветных камней. Мельком пробежавшись по камням взглядом, он огляделся. — Давай-ка выбираться в свободные земли. Тут нам лучше не использовать магию.

Юринай и Мак миновали каменную статую, обозначающую границу частных владений. Сразу после камня старичок обернулся к ученику и спросил:

— Запах усилился?

Тот молча кивнул головой, вызвав недовольную гримасу у учителя. Мастер недовольно пробурчал себе под нос «Придется расхлебывать» и начал оглядываться.

— Надо найти поляну, чтобы узнать откуда несет смертью. — Старичок почесал подбородок и вздохнул.

Вдоль дороги, почти вплотную, тянулся темный бурелом. На поляну не было даже намека. Вдобавок к атмосфере разлитой силы смерти, на небо наползли темно-серые тучи.

— Нам надо передохнуть и выяснить про источник смерти максимум из возможного. — Юринай взглянул на ученика. Тот уже рисовал какой-то рисунок на земле. — Это не стоит делать на дороге.

— Я читал. На дороге всегда паршивый магический фон, но нам же не нужна точная фокусировка? — не отвлекаясь от работы произнес Мак.

— Как это не нужна? — нахмурился учитель. — А как же...

— Пирамида Фарамира дает погрешность не более трех метров, даже на кладбище или на поле боя.

— Но она и действует не дальше тысячи шагов!

— Я уверен — источник ближе тысячи шагов, — Мак оглянулся. — Осталось найти камни.

— Будь добр — с первого золотого сделай себе ритуальные принадлежности, — буркнул Юринай и полез в шкаф. Оттуда он вернулся с металлическими прутьями длинной чуть больше ладони, а диаметром с указательный палец. — Это специальный сплав. Вернешь в целости, как закончишь.

Мак принял перевязанные кожаным ремешком прутья и взглянул на них. На каждом было клеймо в форме пегаса. Кивнув, ученик принялся вставлять в землю полученные штыри в ключевых местах. Через несколько секунд он встал в основании треугольника, наполненного символами и фигурами, а затем активировал ритуал. По периметру треугольника пробежались темные ручейки силы, стальные прутья покрылись черной росой, а фигуры начали испускать темный дым.

Не прошло и нескольких минут, как Мак начал выдавать информацию.

— На восток, четыреста метров. Восемнадцать тел. Мужчины. Еще десять — лошади. Или там есть магия или какие-то артефакты. Вижу немного огня и два источника воды. Слабые. — Мак умолк на несколько секунд и добавил, вглядываясь в черный туман, который поднялся над рисунком и застыл в четкой геометрической пирамиде. — В радиусе тысячи шагов живые только две белки, одна крупная птица и две мелких.

Мак сделал шаг назад, вытянул вперед руки и хлопнул в ладоши. Тут же туман, который формировал пирамиду, словно сдуло ветром.

— Это не пирамида Фарамира, — поглядывая на ученика произнес Юринай.

— Это она, — кивнул Мак. — Можете сверить рисунок и фигуры. Это она, но с темной силой она показывает немного больше, чем с другими.

— В каком смысле?

— Трактат «О силах и эффектах стихии». Этот ритуал зеркален. Он отражает и работает по принципу залитой в него силы. Если бы я залил в него силу огня, то видел бы на километр любое тепло. Если бы силу света — любые мысли на том же расстоянии.

— Я не привозил такого трактата, — старичок пялился на ученика с откровенным подозрением.

— Кто-то оставил черновик в книге, — хмыкнул парень и взглянул на учителя с усмешкой. — Еще и подписанный. Некая «Восьмая палка».

— Кто тебе рассказал? — смутился учитель.

— Никто. Просто почерк на ваш похож. У вас буква Ильт с вензелями характерными. Я ее только у вас видел.

— Где... тот черновик?

— Там же, в книге по ритуалистике, — пожал плечами Мак. — Одно плохо с этим ритуалом. Один раз он направление показал, а теперь придется наугад идти.

— В этом вся проблема ритуалистики в спектре поисковых заклинаний. — Хмыкнул старичок и достал из шкафа стеклянный шар серого цвета. — Артефакторика в этом плане порядком удобнее. Пойдем, там должна быть тропа. Не думаю, что они перли такой толпой через лес. Скорее всего есть тропа от тракта.

Старик взвалил на плечи шкаф и уверенно зашагал вперед. Ученик быстро собрал ритуальные прутья и, стерев все знаки ногой, поспешил за учителем. Через двести метров, им удалось обнаружить обломанные ветки и примятую траву. Следы вели вглубь чащи.

— Черт бы побрал этот лес, — обреченно вздохнул старик и кивнул Маку. — Иди первым, думаю, я сильно отстану.

Ученик кивнул и перепрыгнув небольшое поваленное деревце и устремился по следам вглубь. Неторопливо идя по утоптанной людьми и лошадьми тропинке, Мак приближался к явному просвету в кронах деревьев. В той стороне света было явно больше.

Спустя несколько минут, он вышел на широкую поляну, которую заполнил смрад от магии смерти. Вокруг костра, на лапнике, укрывшись одеялами, в позах самого обычного сна лежали трупы. Некоторые в кожаной броне, парочка в кольчугах, один в латах из крупных чешуек, а парочка в рубахах. Люди лежали в расслабленных позах, словно просто грелись у давно прогоревшего костра, только все трупы были без глаз, у всех, словно работал безумный мясник, засохшая кровь из ушей, носа и пустых глазниц. Лошади лежат вповалку. Глаза также отсутствовали

Мак оглянулся. Немного в стороне стоит палатка. Подойдя к ней, он уже хотел прикоснуться, но тут он услышал голос Юриная совсем рядом.

— Вроде умный парень, а ведешь себя как дурак! — Юринай отдернул его за локоть и указал на трупы вокруг костра. — Сам ведь сказал — магия была! А где она будет? У тех вояк недоделанных?

Мак обернулся и посмотрел на трупы бородатых мужиков, в засаленных и затасканных латах. Потом он кивнул на палатку и предположил:

— Думаешь, тут маг?

— Уверен, — хмыкнул Юринай. — И я бы очень удивился, если бы он не выставил защиту на палатку.

Юринай достал из сумки через плечо баночку с белым порошком. Взяв оттуда щепотку, он дунул на вход. Порошок тут же превратился в золотые искры, а на палатке проявился рисунок из голубых линий.

— Вот тебе и первый источник магии воды. — кивнул Юринай. — Видел, где были спиральки из линий?

Мак кивнул.

— Теперь смотри, что с такими охранными чарами надо делать. Твоя сила для этого подходит идеально. — Юринай поднимает небольшую веточку. — Собери-ка мне немного тьмы.

Мак складывает руки лодочкой и через пару секунд внутри появляется темная, тягучая, как смола, сила. Учитель макает в нее палочку, а затем тыкает этой палочкой в те места, где он заметил сплетение голубых линий в спиральки. После четвертого прикосновения, палатка просто намокает, словно она всю ночь простояла под дождем.

— Вот и вся защита «Водоворота», — вздыхает Юринай. — Не могу сказать, что она неэффективная, но если человек хоть немного разбирается в артефакторике, то приготовить «Пыль времени» — это пустяки. А против нее у «Водоворота» нет шансов.

— Я читал, что охранные заклинания на основе воды — лучшие, — удивленным тоном пробормотал Мак.

— Так и есть. Чтобы скрыть защитное заклинание типа «Водоворот» надо быть артефактором.

— А разве не проще купить эту пыль?

— А она в чужих руках не работает, — усмехнулся старичок и откинул в сторону кусок ткани, служивший дверью.

Внутри лежали два трупа. Первым был голый мужчина. Он лежал на спине, с закинутыми за голову руками. В районе его пояса лежал еще один мужчина. Так же обнаженный, но в позе эмбриона, с открытым ртом.

— Мужеложцы? — задумчиво спросил ученик.

— Какая теперь разница? — пожал плечами Юринай. — Они тоже без глаз.

Трупы так же красовались пустыми глазницами и запекшейся кровью из ушей и носа.

— Что будем делать? — спросил Мак и еще раз оглядел поляну.

— Это я у тебя должен спросить, — хмыкнул Юринай. — Кто из нас ученик и кому нужна практика?

Мак еще раз подошел к костру и начал внимательно оглядывать место привала большой вооруженной компании. Глаза пробегали по сумкам, мешками и конской упряжи, по палатке с мага, по непонятной треноге с веревкой...

— Что за? — нахмурился Мак и отправился к непонятной конструкции.

Подойдя к ней поближе, он обнаружил, что это была приспособа с обычным блоком, для поднятия чего-либо наверх или спуска вниз. А вот под треногой оказался довольно широкий проход куда-то вглубь. Мак подошел к краю и заглянул внутрь.

— Нет, так дело не пойдет, — возмутился Юринай. — Я, конечно, не помощник убогим, но элементарные правила надо понимать!

Ученик оглянулся на учителя. Тот стоял с недовольной миной и манил его к себе пальцем.

— Иди сюда! — когда Мак оказался рядом с ним, тот принялся объяснять. — Ты должен усвоить несколько правил, которые необходимо соблюдать. Если ты их соблюдать не будешь, то рискуешь оказаться в положении нашего коллеги.

— Ты про?.. — ученик кивнул на палатку.

— Ага, про холодного и гниющего. — Юринай указал пальцем на мертвецов. — Первое что ты видишь — трупы. Причем несвежие.

— Вчерашние, — подсказал Мак.

— Не принципиально. — отмахнулся старичок. — Ты видишь трупы и убил их, скорее всего, не человек. Так?

— Так, — кивнул парень. — Если только магия...

— Если это сделано магией, то она, скорее всего, проходит по разряду запретной. Если рядом применяли запрещенную магию массово выдавливающую глаза — можно смело звать орден "Белоснежной розы«.Но Об этом мы поговорим потом. — старичок потер подбородок и со вздохом продолжил: — Ладно. Пусть это будет подсказкой. Это был не человек. Что мы с тобой должны помнить в первую очередь?

Мак недоумевающе пожал плечами.

— У нас не так много тварей в бестиарии империи, которые могут поражать жертву на расстоянии. Мантикора, пара разновидностей магических драконов, и несколько видов насекомых на юге. Теперь давай подумаем. Может тут быть хотя бы одна тварь, способная поразить нас на расстоянии?

— Нет, но причем тут...

— При том, что ты маг! Ты маг, а не бестолковый кретин, возомнивший себя воином отряда «Черепов»! — старичок указал на трупы у костра. — Эти кретины занимаются заработком денег за счет убийств опасных тварей, но никто из них ни разу не читал бестиариев! Если кто и читал, то это был маг, но и тот, как видишь, читал откровенно паршиво.

— Да, но...

— Без но! Ты маг, и в любой непонятной ситуации ты должен держаться на расстоянии! Что бы не случилось, в первую очередь, ты должен использовать свой арсенал, чтобы разведать путь, найти врагов, определить степень опасности! — Юринай разошелся не на шутку и не давал вставить Маку и слова. — Что у тебя есть в запасе? Что может тебе достоверно дать понять, что находится в той пещере и насколько оно опасно?

— Ну, есть ритуал «Сито Мара»... — попытался предложить ученик.

— Господи! Опять ритуал! Это моя вина, — вздохнул учитель. — Не надо было начинать с них. Ты теперь в любой ситуации начинаешь думать про ритуал.

— Нет, в принципе, я могу поднять одного простенького мертвеца и спустить его вниз, но это ничего не даст. Мне нужно видеть его глазами, слышать его ушами. А там вдобавок темно, значит, мне нужно ночное зрение, а это есть только у...

Мак запнулся, а учитель взглянул на него со снисходительной миной.

— Теневая тварь, — пробормотал Мак и взглянул на небо. — Прежде чем начнем, я думаю, стоит допросить свидетелей. Только полдень перевалило. Время еще есть.

— Делай, как считаешь лучшим, — расплылся в улыбке Юринай. — А я пожалуй сделаю дополнительную защиту на свой дом, пока ты занимаешься бесполезной тратой времени.

Юринай отправился в шкаф, откуда приволок целый ящик с различными ингредиентами и приборами. Установив все необходимое на складной стол, он принялся насвистывать, что-то мастеря из кристаллов и проволоки.

Мак нахмурился, но все же не стал паниковать, а поступил как и планировал. Он оттащил в сторону ближайший труп и начал рисовать вокруг него звезду «Стикса», которая благодаря его темной силе, вернула из мертвых воина в кожаном нагруднике.

— Как твое имя? — спросил темный ученик, как только воин сел.

— Сава.

— Что вы здесь делали?

— Охраняли.

— Кого вы охраняли?

— Целуса, мага.

— Зачем он сюда явился?

— Не знаю.

— Сколько вам платили?

— Мне — пол серебряника за два дня.

— Кто вас убил?

— Не знаю.

— Кто ваш главный?

— Мальт.

— Во что он одет?

— В кожаную броню.

Мак кинул взгляд на трупы. Больше половины в кожаной броне.

— Какого цвета у него волосы?

— Русые.

Сплюнув от факта как минимум семи человек с русыми волосами, ученик недовольно буркнул:

— Спи с миром.

Мертвый кулем завалился на бок, а Мак понял, почему учитель скептически отнесся к его идее.

«Это действительно бесполезно. Не факт, что глава этой шайки знает реальную цель мага, который их сюда притащил. А притащить с того света мага — это готовый лич, которого еще надо будет обуздать.»

Парень еще раз обвел взглядом поляну и вздохнул.

— Теневая тварь, значит, — нахмурился Мак и подошел к рюкзаку, откуда достал свои книги. — Тварь, так тварь.

Быстро отыскав необходимое, парень принялся за дело. В первую очередь, ему требовался труп. Он не стал заморачиваться и взял тот, которого призывал. Оттащив его ещё немного в сторону, он прикинул его вес, заглянул в расчеты из книги и огляделся. Требовалось еще немного плоти.

Пошарив ногой, Мак вытащил из вещей одного из неудачных охотников за приключениями, увесистый топор. Он был слишком тяжелым и мало походил на боевой, но при этом был наточен. Ученик взвесил его в руках и подошел к трупу одного из воинов у костра.

— Ничего личного, — пробормотал Мак и с трудом повернул окоченевший труп. — Такая работа.

Темный ученик вскинул топор и опустил его на тазобедренный сустав. Потребовалось порядка двадцати ударов, чтобы отделить окоченевшую плоть. Несмотря на качество топора, тот достойно выдержал, получив всего пару сколов, от костей.

Мак подхватил ногу за голеностоп и потащил ее к выбранному телу. Положив ее рядом с трупом он вернулся к чтению.

— Дополнительная плоть вводится в полости... постараться максимально плотно сложить... — тут Мак задумчиво взглянул на покойника. — И куда я буду складывать ногу?

Несколько секунд раздумья принесли идею ученику идею, которую он тут же и огласил вслух:

— В брюшной полости много что сгодится для построения, так? Так! А вот в грудной полости — висит мешок на трахее... Зачем Твари легкие? Она же не дышит, да и легкие — это просто мешок! — дойдя до этой мысли самостоятельно, парень подхватил топор и подошел к трупу. Тот лежал так, словно наблюдал за темным учеником. Поймав взгляд мертвеца он вздохнул и произнес, словно оправдываясь: — И не надо на меня так смотреть! У меня работа такая, а тебе уже все равно.

Мак вскинул топор и за пару ударов прорубил грудину. Достав нож, он подрезал трахею у кадыка на шее и с усилием, подрезая ткани, выдернул легкие вместе со всем бронхиальным деревом.

Весь перемазанный в крови, ученик сплюнул и откинул в сторону легкие. Затем он поднял отрубленную ногу и начал запихивать ее в грудную клетку. С трудом, подрезая в нужных местах, а порой и утрамбовывая ногой. Итог был неутешителен. В целом виде нога никак не помещалась. Пришлось возвращаться за топором и разделять ногу на две части. В ходе долгих процедур в стиле «впихнуть невпихуемое» труп, с разбухшей и переломанной грудной клеткой был подготовлен для создания темной твари.

Вытерев кое-как одну руку, Мак подошел к книге и аккуратно перевернул страницу, стараясь не марать основной текст.

— Так. Четыре управляющих контура. Слух, обоняние, зрение, вкус... — тут начинающий некромант взглянул на мертвый материал, во рту которого плавало желудочное содержимое. — Обойдемся без вкуса.

Мак опять подошел к мешку с вещами одного из воинов, и порывшись там, достал небольшую деревянную миску. Взглянув на заготовку для будущей Твари, он с досадой произнес:

— Надо было сразу крови набрать.

В итоге, он вернулся к выкинутым легким и самым противным способом начал их выдавливать. Легкие пузырились, скользили в руках, но едва смогли наполнить миску на половину темной, свернувшейся в желеобразные комочки кровью.

Ученик со вздохом оглядел перемазанную кровью одежду и обреченно вздохнул:

— Нет, определенно — некромантия, это не для походов.

После чтения двух страниц, парень приступил к созданию Твари.

Первое, что он сделал — это наполнил своей силой свернувшуюся кровь в чашке. Чем сильнее он наполнял чашку силой — тем больше содержимое становилось похожим на свежую кровь. Желеобразные комки сначала растворились в черной силе, придавая ей темно-багровый цвет. Затем, содержимое чаши задрожало, а через несколько минут начало кипеть.

Стараясь не снижать концентрацию силы, чтобы поддержать кипение, Мак принялся рисовать на груди, руках и лице твари контуры для управления. Сам по себе, рисунок мог напомнить электрическую плату с пайкой и протравленными дорожками. В области носа рисунок превращался в странный круг, с заключенным в него треугольником, в области глаз — в перечеркнутые круги. В области ушей — два треугольника, направленные друг к другу острыми концами. Все это называлось «Контурная техника големостроения в некромантии».

Закончив рисунок, Мак поднялся и отошел на пару шагов, любуясь своим творением.

— Осталось запустить.

— Ну и мерзость, — прокряхтел совсем рядом Юринай. — Нет, я знаю что такое некромантия, знаю, и сам порой пользуюсь, но без этого всего...

Учитель поморщился и прикрыл нос тряпкой.

— Дело привычки, — пожал плечами ученик и активировал заклинание.

Постепенно наполняя силой труп, он заставил темно-багровый рисунок сменить цвет на черный. Через несколько секунд рисунок начал выделять небольшой дымок.

— Много, — буркнул рядом мастер, с отвращением наблюдая за манипуляциями ученика.

Мак вытянул в сторону трупа руку и отчетливо произнес:

— Дитриус Кэнсмак.

Тело скрутила невидимая сила. Труп начал метаться, а под кожей, которая мгновенно срослась, начали ползать бугры, размером с кулак. С живота, в сторону шеи, по бокам в руку, словно под кожей бегают сотни огромных жуков. В какой-то момент, в области шеи вздулся огромный пузырь. Под кожей была отчетливо видна человеческая рука, которая пыталась порвать кожу, но не могла ухватиться.

Чудовищное представление продолжалось несколько минут, но, в итоге, труп полностью преобразился. Перед Маком стояла полноценная боевая тварь по типу «Теней».

Узкий, короткий лоб, с глубоко посаженными глазами, широкие скулы и огромная нижняя челюсть. Губы отсутствовали, а рот был заполнен огромными, размером с палец, острыми как бритва, зубами. Этот огромный оскал, с маленькими ушами, глазами-бусинками, и явно усеченной черепной коробкой, крепился на короткую мускулистую шею. Та переходила в худощавое туловище и заканчивалось удлиненными конечностями. На пальцах рук имелись довольно массивные и острые когти.

— Боже, что за убожество! — выругался Юринай. — Это никуда не годится! Я мастер артефакторики и то вижу огрехи!

— А по-моему, неплохо получилось, — пожал плечами Мак и поднял чистый кусок от рубахи, которую раньше носил «материал».

— Ты посмотри на пасть! Это же ужас!

— Что с ней не так?

— Пусть эта тварь откроет рот! — скомандовал Юринай.

Мак пожал плечами и коротко скомандовал Твари.

— Рот открой!

Тварь открыла пасть, но из-за огромных зубов, просвет в ней оказался очень узким.

— Ты посмотри сюда! Я сюда едва ладонь всунуть смогу! Ты чем думал, когда столько силы вливал? Она же теперь элементарно укусить никого не сможет. — Возмущенно постучал костяшками по голове учитель. — А руки? Господи! И ноги тоже! Из-за перебора с силой — удлинились кости, а это минус на мышечную массу. Длинные конечности — значит нужны длинные мышцы, а это неотвратимо повлияет на скорость!

— Мне это сейчас ни к чему, и так сойдет...

— Посмотри внимательно на тот труп в палатке! Он сейчас там именно из-за такого отношения, — Юринай указал пальцем на палатку, а затем ткнул им в грудь Мака. — Магия не любит наплевательского отношения. Рано или поздно, она отправляет таких на тот свет. А ты, если уж сунул нос в некромантию, будь добр — делай так, чтобы не было к чему придраться!

Ученик насупился, но переведя взгляд на палатку, все же кивнул.

— Я понял. Когда поймем что здесь — я попробую еще раз.

Парень оглянулся и хотел было куда-нибудь сесть.

— И что ты сейчас удумал? — Юринай сложил руки в замок на груди и хмуро уставился на ученика.

— Включить контуры Твари...

— А про свою беспомощную тушку ты думать не собираешься? — вскинул брови учитель.

— Нет, в смысле да, но...

— Еще раз будешь лезть к демонам в пасть без защиты — больше в баню не пущу! — пригрозил мастер артефакторики и указал на шкаф, вокруг которого была расположена странная цепь из кристаллов и проволки.

Мак послушно кивнул и усевшись в круг на землю, наполнил силой ключ, нарисованный на запястье. Сознание поплыло, а через несколько секунд Мак увидел мир глазами Твари.

Мир — словно с эффектом «негатив». Различить можно было только контуры предметов. В носу стоял резкий сладкий запах карамели, а вот в ушах стоял довольной четкий треск веток и шелест листьев.

— Ыраааф, — издала невнятный звук Тварь.

— Не болтай, действуй, — учитель кивнул на вход в пещеру.

Тварь обернулась и сделав три неуверенных шага, распласталась по земле.

— Еще один урок, если пропорции не совпадают с человеческими — нормально управлять такой тварью не получится.

Однако, темный ученик нашел выход. Он поступил, как полагается в случаях, когда ноги уже не носят — встал на четвереньки.

Преодолев половину пути, он приноровился и даже немного прошел в позе собаки, на четырех лапах.

— Это просто посмешище, — вздохнул Старый Мастер.

Мак тем временем ухватился за веревку и начал спускаться по ней внутрь пещеры. Как только Тварь оказалась в пещере, мир мигнул и сменился красками. Абсолютная тьма, которую парень наблюдал в пещере, вдруг оказалась словно подсвечена изнутри. Видимость достигала абсолюта, что привело ученика в некоторое оцепенение.

Дело в том, что он спускался по веревке в огромную куполообразную пещеру, на дне которой виднелся проход. Перехватив лапами веревку покрепче, ученик продолжил спуск.

На дне пещеры он обнаружил капли засохшей крови и одно раздавленное глазное яблоко. Сделав глубокий вдох через нос, мак почувствовал запах горелой плоти.

Из прохода послышалось недовольное сопение и сиплый голос:

— Кто? Кто здесь?

Ученик прижался к земле и постарался сместиться в сторону, поближе к стене.

— Здесь кто-то есть! — повторяет неизвестный. Из коридора выходит перекошенная фигура.

Незнакомец был даже с первого взгляда уродлив. Непропорционально длинные кривые ноги, тонкие короткие руки с огромными кистями и длинными пальцами, а в довершение образа — перекошенная на левую сторону спина. Когда незнакомец приблизился, Мак смог разглядеть его лицо. Если быть точным, то само лицо отсутствовало. Ни бровей, ни глазниц, ни носа. Только широкий рот с гнилыми острыми зубами, и пара дырок над ним, через которые он втягивал воздух.

— Избранный? — удивленно произнес незнакомец и засуетился. — Избранный! Избранный тут, а я... Я же ничего не вижу!

Существо метнулось в одну сторону, затем в другую и, присев на корточки, начало ощупывать пол.

— Где ты? Избранный, покажись! — забормотал уродец. — Не прячься! Я тебя чувствую... Ну же! Где ты?

Ученик же молча наблюдал за суетливым ощупыванием пола. Несмотря на кажущуюся убогость, незнакомец действовал не наобум. Он ощупывал пол по секторам и постоянно расширял территорию. Не надо было быть гением, чтобы понять, очень скоро он обнаружит то, что ищет. Для прояснения возможностей противника, Мак аккуратно поднял маленький камешек и швырнул его в сторону.

Уродец оказался очень быстрым и на втором ударе камешка о каменный пол поймал его на лету.

Обнюхав камень, слепая тварь повернулась в сторону темного ученика. В следующую секунду она кинулась на него.

Мак успел среагировать и выставить вперед когти, но уродец подставил голову, на которой они оставили лишь рваные раны. Под кожей оказалась сплошная кость. Попытка дотянуться зубами до плоти урода ничего не дала. Выродок извернулся и за пару секунд нанесла несколько ударов в грудь. После этого он умудрилась вывернуться и обхватив ногами Теневую тварь Мака начала работать руками словно мельница, раздирая плоть.

— Избранный... Избранный... — повторял одно и то же уродец. — Я так давно тебя ждал, избранный!

Мак продержался еще пару минут, в тщетной попытке освободиться от странной твари, но все было тщетно. Противник оказался в разы быстрее и сильнее, и не останавливался, нанося безумные раны творению темного ученика. Итог оказался закономерен. Противник раскидал по всей пещере потроха из твари, оторвал обе руки и одну ногу. После этого ученик разорвал связь.

— Ну? — вопросительно уставился на открывшего глаза ученика Юринай.

— Проклятый, — сглотнув произнес парень и встал на ноги.

— С чего ты взял? Ты его видел?

— Он назвал меня избранным и он... — Мак запнулся не зная какие подобрать слова.

— И он разорвал твою тварь как тряпку?

— Да, и у него не было глаз, и вообще лица. Только две дырки и рот.

Юринай нахмурился и взглянул на вход в пещеру.

— Что он говорил?

— Называл избранным и просил не прятаться. Вел себя словно не слепой.

— Слепой назгул, — дернул щекой мастер артефакторики. — Ну, тут сама судьба тебя ведет.

— Куда? — не понял Мак. По внешнему виду, нельзя было сказать, что он волнуется или боится, но сердце в груди билось с бешеной силой.

— У тебя есть отличный шанс проверить, насколько сильны твои защитные и атакующие заклинания.

— Ты хочешь, чтобы я сражался с ним?

Мак удивленно пялился на учителя, а тот кинул взгляд на солнце, прячущееся за макушки деревьев, а потом на красный туман, который поднимался из пещеры, расстилаясь на дневном свете, словно снег.

— Да. И я советую тебе вспомнить все о «Назгулах» и о том, как их убить. — Юринай указал на вход в пещеру. Дым из пещеры медленно, но неотвратимо двигался в сторону учителя и ученика.

Мак повернулся ко входу в пещеру и всмотрелся в туман.

— Назгулы... — пробормотал ученик себе под нос. — У них магия днем не действует, так?

Учитель лишь загадочно улыбнулся, ни опровергнув, ни подтвердив слова парня.

— Если так, то у меня минут десять, от силы двадцать, и его магия нас достанет. — Мак взглянул на туман и начал рассуждать вслух: — Туман можно либо испарить, либо заморозить, либо сдуть в сторону. Пламенем я не владею, ветром и льдом тоже, но вот подвинуть его своей силой могу...

Мак вытянул вперед ладони и начал наполнять их силой. Как только на них появилась концентрированная тьма, Мак поднес их к лицу и сложил так, чтобы получилась воронка. Развернув вершину ко рту, он со всей силы дунул.

Эффект был довольно своеобразным. От Мака, словно горный поток хлынула темная сила. Этот поток смел туман, траву, часть камней и два десятка шагов леса на краю поляны, после чего исчез, развеявшись подобно обычному туману.

— Применишь такое в городе и с тебя не только штраф за жертвы сдерут, но и обяжут оплатить все, что разрушил. — хмыкнул учитель. — Свою защиту ставь поверх моей, для подстраховки.

Ученик кивнул и встряхнув руки, сделал серию пассов руками, располагая витки защиты загадочным кружевом, и принял защитную стойку. Правая рука сжата в кулак и поднята вертикально вверх. Левая раскрытой ладонью отведена в сторону. Ноги чуть согнуты, ступни параллельно, на ширине в полшага.

— Левую руку держи ровно! — поправил старичок ученика. — Так. Теперь давай потихонечку силу.

Мак выпустил в образованную магическую конструкцию едва заметную для него каплю силы, но ее хватило, чтобы вокруг шкафа, поверх защиты Юриная возникла темная сфера.

— Нет, с этим определенно надо что-то делать! — прокомментировал учитель затемняющую свет защиту.

В это время, из пещеры появилась рука, которая ухватилась за край камня. За ней вторая, а через пару секунд, из своего логова показался весь назгул, вместе с порцией красного дыма.

— Избранный, — прохрипел урод и встал на четвереньки. — Это прекрасно! Это просто чудесно!

Тварь начала ползти к Маку, а за ним из пещеры тянулись клубы красного тумана.

— Как долго я ждал! Я так страдал, избранный!

Вдруг мерзкая тварь дернулась и взмахнула рукой, отправив красный росчерк в сторону учителя и ученика. Кровавое лезвие, сверкнувшее в воздухе не причинило вреда защите, оставшись на нем пятном пенящейся крови.

— Что-то почувствовал? — спросил мастер.

— Нет. Вообще ничего, — хмуро буркнул Мак.

Тварь снова дернулась и уже взмахнула двумя руками, но эффект остался прежним — пара пятен пузырящейся крови, стекающих по защите.

— Избранный! Это ты! — с улыбкой продолжал назгул. — Ты не представляешь, как я счастлив!

Уродец подполз к защите и встал на ноги.

— Как я долго ждал! Я голодал, я ел глаза этих никчемный увальней, потому, что их мясо смердит как кровь девственницы! — Выродок прислонился к защите ладонями, открыл рот и начал вылизывать защиту Мака.

Язык зашипел, кожа на руках начала идти пузырями, но тварь этого словно не замечала. Она продолжала лизать защиту, тереться об нее всем телом, словно кошка об ногу хозяйки.

— Как это прекрасно, избранный... еще немного, и я бы забыл зачем я здесь...

Мак, не сводивший взгляд с мерзкого урода подобрался и задал громко вопрос:

— Зачем ты здесь?

— О-о-о! Избранный! — вздрогнул уродец. — Я ждал тебя здесь столько лет, чтобы...

Противник делает медленный шаг назад и бросается на темную защиту, оставляя в воздухе красные росчерки от когтей. Серия из нескольких десятков ударов не дает никакого эффекта.

— Чтобы убить тебя, Избранный! — сделав несколько шагов назад произносит назгул.

— Легкое дуновение... словно пером погладили, — нахмурившись произносит Мак, после того как ему на плечо ложится рука учителя.

— Я так рад, что ты наконец пришел, — снова повторяет уродец и сделав пару шагов назад, вскидывает руки вверх, отчего из пещеры вылетает мутное полупрозрачное облако с красным оттенком. Опустив руки он делает церемониальный поклон и громко произносит: — Мое почтение, избранный!

Мутное облако тут же метнулось к защите и обволокло полусферу. Спустя несколько секунд, оно принялось вращаться.

— Щиплет, — описал свои ощущения Мак, и устав ждать серьезных заклинаний от назгула, крикнул уродцу: — Это все? Или ты не собираешься меня убивать?

Назгул выпрямился и растерянно закрутил головой.

— Но, я... я стараюсь! — он прижал свои короткие руки к груди и сделал пару шагов к темному ученику. — Я очень стараюсь!

— Недостаточно! — кричит Мак.

— Прекрати! Назгулы иногда выкидывают безумные ве... — Юринай запнулся, когда увидел красный рисунок на коже назгула.

— Я понял! — засуетился назгул. — Я все понял!

Уродец отошел ко входу в пещеру и расставил руки в стороны.

— Избранный! Я убью тебя! — улыбаясь произнес он.

— Мак! Всю силу в щит! — крикнул Юринай и торопливо начал активировать кристаллы в созданной им защите.

Мак успел влить в щит силы, перед тем, как земля под ногами начала ходить ходуном. Заполненный до предельных объемов щит не давал возможности узнать, что происходит снаружи. Однако, спустя несколько минут все успокоилось.

— Щит убери, — скомандовал старичок.

Когда щит темного ученика спал, то перед ними предстала закономерная картина. Свод пещеры обрушился внутрь, погребя под собой компанию трупов, весь хабар, а также, приличный кусок леса. Трупы, лес, камни, земля, остатки вещей и одеял перемололо так, что достоверно сказать где-что уже невозможно.

— Разве назгул может...

— Еще как может, — вздохнул Юринай. — В этом и состоит главная задача — уничтожить эту тварь до того, как она активирует свое посмертное проклятье. А этот еще и разошелся...

— Я хотел ударить по нему копьем...

— От твоего копья тут просека будет до самой Сартории, — сморщился старичок и с грустью добавил: — Жаль, тела завалило. Я думаю, там можно было бы найти неплохую сумму.

— Да, — кивает ученик. — В следующий раз сначала обыщем...

— Ты видимо совсем ничего не понял, — Юринай уселся на землю у шкафа и устало вздохнул: — На самом деле, настоящий мастер остался бы там, на дороге.

— В смысле? — оторвался от созерцания воронки парень.

— Мне однажды довелось проделать часть пути с одним мастером некромантии. Он был из Бравии, это далеко на западе. — старичок достал трубку и небольшой мешочек с табаком. — И именно тогда я понял, насколько темные специалисты могущественны и что такое «жить с магией». Не работать, не поклоняться, не растить в себе источник всю жизнь, а именно жить с магией.

Раскурив трубку и выпустив первое облако мятного дыма, старик продолжил рассказывать:

— Однажды, мы встретились с тремя охотниками и медведем. Все они спокойно и довольно непринужденно вышли к нам на дорогу. Когда я пригляделся, то понял, что это были мертвецы. — учитель сделал еще одну затяжку и усмехнулся воспоминанию. — Он мне рассказал, что пока мы спускались по извилистой дорожке с холма, он почуял рядом смерть, проверил обстоятельства, поднял из мертвых трех неудачливых охотников с медведем, и заставил выйти к нам на дорогу.

Юринай поднял указательный палец, отмечая важность момента.

— Пока мы непринужденно болтали, он сделал все это и даже глазом не моргнул. Я сначала подумал, что он меня разыгрывает, но после долгой беседы я понял, как он это сделал. — Снова глубокая затяжка. Дым щекочет нос мятой так, что не чихнуть невозможно.

— Апчхи-и-и! — встревает Мак.

— Ты не заболел? — нахмурился учитель.

— Нет, просто дым нос щекочет. — объяснил парень и кивнул в сторону воронки. — Так что с тем мастером смерти?

— А! С тем? Он мне рассказал, что не делал никаких особых техник. Просто собрал небольшой арсенал быстрых и эффективных заклинаний и артефактов. Поисковое было завязано на кольцо-артефакт, еще два следящих заклинания были привязаны к бусинкам на его гербе.

— Он был артефактором?

— Нет, просто ему так было удобнее. — хмыкнул Юринай. — Смысл в другом. Когда я уже было устал его терроризировать вопросами, он начал мне рассказывать о...

Старичок сморщился, припоминая слова того некроманта.

— «Тактика и стратегия при передвижении в незнакомой местности». Да. Он назвал это так. И вот в чем был смысл, — старичок еще раз пыхнул трубкой и принялся рисовать веточкой на земле. — Общая стратегия при появлении подозрительных мест — прийти посмотреть и, если точно уверен в своих силах — справиться с противником. Если не можешь — оставить отметку об опасности для других, с описанием. Это стратегия для всех странствующих магов. А вот тактика уже гораздо сложнее. Обнаружить, проверить, обезопасить, взять все, что плохо лежит и продолжить путь.

— Это где-то записано? Или...

— Или, — кивнул мастер артефакторики. — Именно или. Тем, кто уже идет по кругу — это не нужно. Каждый выработал свой стиль, а кто не выработал... Ну, а тем кто решил стать отшельником — это некому рассказывать. Я не читал ни одного руководства для отшельников, как вести себя в неизвестных или опасных местах.

— Так в чем суть?

— Суть в том, что ты мог запустить теней и прямиком заглянуть на поляну. Мог?

— Мог, — смутился Мак.

— Но ты выбрал то, что попроще. Бог с ним. Пришел ты на поляну с трупами и что первым делом начал?

— Ну, я решил...

— Ты должен был первым делом себя защитой обеспечить! А потом уже все остальное. Первое — безопасность!

— Я же делал...

— Ты должен был это сделать, как только на поляну вошел! Не трупы разглядывать, а сразу защиту ставить. Я уже не говорю про твою тварь, которая оказалась ни на что не годной. — Юринай ткнул трубкой в ученика. — Даже если бы ты сделал все по канону, даже если бы улучшил все это магией — запомни! Ты не воин! Ты тварями сражаться не умеешь! Зачем ты тогда создал теневую? Что мешало тебе создать мелочь? Хотя бы полуночного паука?

— Я думал, это тренировочное заклинание и...

— И ты естественно не обратил на него внимания. — Юринай устало вздохнул и загибая пальцы принялся объяснять: — Как только ты почувствовал магию, ты должен на максимально возможном расстоянии определить направление, степень угрозы и по возможности, суть магического проявления. Вне зависимости от обстоятельств, вне зависимости от вида магии, вне зависимости от того, в чьих ты землях. Ты должен знать наперед!

— Это я понял, — кивнул парень. — Отшельник должен знать наперед, что и где происходит.

— Второе правило, которое ты должен уяснить — ты не воин! Ты не паладин! Ты маг! И если уж так решила судьба, то будь добр, решай проблемы с помощью магии! — мастер артефакторики указал на воронку, оставшуюся от пещеры. — Не лезь в пещеру, логово, овраг или еще куда сам. У тебя ворох энергии, благодаря которой ты можешь создать целую стаю мелких паучков! Вешай на них зрение и иди смотри, хоть сотней штук сразу!

— Магия заменит глаза, уши и слух, а если потребуется и руки с ногами. — пробубнил Мак.

— Верно. — кивнул Юринай и загнул третий палец. — И последнее — учи бестиарий! Читай все, до чего дотянутся руки! Ты должен знать все повадки, все привычки и быть готовым ко встрече с любым порождением магии!

— Бестиарий — настольная книга отшельника...

Юринай повернулся к ученику и обнаружил его записывающим его слова в книгу.

— Зря переводишь бумагу, — хмыкнул учитель. — Это должно стать образом твоего мышления.

— Ты сказал, что не видел ни одного руководства для отшельников, — Мак взглянул на старичка и кивнул на свою книгу. — Это будет первым.

Мастер артефактор хотел было о чем-то съязвить, но запнулся. Он поджал губы и произнес:

— Хорошо бы, если бы такая книга была. — Юринай вытряхнул пепел из трубки и встал с земли. — Возможно нас, отшельников, стало бы больше. Пойдем. Дальше должна быть деревенька.

— Погоди, — ученик закрыл книгу и встал на ноги. — А эти назгулы... они проклятые?

— Если честно, то достоверно никто не знает, но существует мнение, что назгулы — это обратившиеся проклятые маги, которые стали такими из-за ритуала летаргии. — старик пожал плечами и бросил задумчивый взгляд на образовавшийся провал в земле. — Сейчас уже никто достоверно не знает, а сами назгулы рассказывать не спешат.

* * *

Мак снова повернулся на другой бок. Печь, на которую уложили ученика, до конца не остыла и бока подогревала теплая кладка. Несмотря на пару стаканов алкоголя и плотный ужин — сон совершенно не шел.

В голове долго ворочались тяжелые мысли «Может все же проклятые? А если нет? Где их искать?». Парень снова перевернулся на другой бок. Полчаса ерзанья не привели ни к чему. Тогда ученик аккуратно сполз с печи, и под мирное сопение хозяев дома, взял свой молот и вышел на улицу.

Ночь по традиции встретила его океаном звезд, полумесяцем на небосводе, звуком ночных сверчков и ночной прохладой. Усевшись на полене чуть в стороне от дома, Мак перехватил молот и взглянул на чеканку козьей головы.

— Ты меня слышишь? — тихо произнес он и принялся тереть пальцем изображения демона. Козья голова безмолвствовала, что начало выводить парня. В итоге он сквозь зубы выругался: — Ну же! Черт бы тебя побрал!

— Черт? — улыбается в ответ рисунок. — Хорошая шутка!

— Я выполнил твои условия или нет? — сразу же спросил Мак.

— Нет, ты уничтожил то, что когда-то было проклятым магом, а не проклятого мага. — рожа демона ехидно улыбнулась. — Но в качестве исключения...

— Я хочу поговорить с женой, — твердо произнес Мак. — Мне это нужно. Очень.

— Я разве похож на кредитный отдел? — вскинул брови козлоголовый. — Или ты думаешь я буду это делать по доброте душевной?

— Что ты хочешь?

— Я тебе уже говорил, что мне от тебя нужно! — прошипел демон. — Хочешь встретится — убей проклятого! Хочешь поговорить — совладай с силой крови!

— Где мне искать проклятого? Это не лошадь, чтобы ее на рынке купить, и не медведь, чтобы в лесу искать! — всерьез рассердился Мак. — А про кровь вообще никто ничего сказать не может толком. Только плечами жмут, и на университет кивают...

— Ты видимо чего-то не понимаешь, — хмыкнул Демон и наклонил голову так, что его рога уставились на парня. — Я же тебя не спрашиваю как мне устроить вам встречу, с кем надо договорится, сколько и кому платить кровью, силой или знаниями. Так? А если так, то и тебе не следует заставлять меня решать твои проблемы.

Мак вздохнул и попытался успокоиться.

— Ты ведь меня зачем-то сюда притащил? — Мак закусил губу и переспросил: — Ведь тебе от меня что-то нужно? Может сейчас я смогу что-то сделать... и.. смогу поговорить... с женой...

Застывшая голова козлоголового демона изобразила задумчивую гримасу.

— Ложись спать, — строго приказал козлоголовый и принял свою обычную позу. — Утром я скажу, что нужно сделать.

Изображение замерло, а темный ученик поднялся с земли. Войдя в дом, подозрительно быстро заснул.

* * *

Я находился в ресторане. Да, том самом, «Старая прага». Довольно обычное название, но место было действительно уютным. Широкие закутки, резная мебель, даже лампы с эффектом горящих свечей. Но для нас этот ресторан был особенным. Я сделал там ей предложение, там мы праздновали мой юбилей и там я кутил с друзьями, проставляясь за рождение Ваньки.

Сидел я за угловым столиком, нашим любимым. То же вино, тот же десерт, что и в день предложения. На всякий случай я дотянулся рукой до внутреннего кармана, где должна была лежать коробочка с кольцом. Карман был пуст и это немного меня успокоило. Значит просто сон.

Последние сомнения развеяла она. Самая красивая девушка в мире... том мире. На ней было платье, которое мы купили в Италии. Зеленое облегающее, с в меру глубоким декольте. Мы ездили туда на ее день рождения. У нее на работе был успешный квартал в том году, и их отделу выдали отличную премию. Вот мы и решили съездить вместе.

— Ты не изменился, — произносит она, присаживаясь на отодвинутый мной стул.

— Ты тоже, — наклонившись к ней, шепчу на ухо. — Такая же очаровательная.

— Врешь, — улыбнулась она самой лучшей улыбкой на земле.

— Как ты? Как Ванька? — спрашиваю ее, усаживаясь напротив.

— Отлично, — улыбается она. — Весь в тебя. Такой же упертый.

Тут она берет бокал с вином и задумчиво заглядывает в него, после чего, не поднимая взгляда неожиданно спрашивает:

— А ты как?

— Как я? — удивляюсь я вопросу.

Я только набрал воздух, чтобы ответить, но тут мой взгляд зацепился за официанта, который возник у нее за спиной. Дело было в том, что у него была козлиная голова.

— Как я? Я ведь...

— Мертв. — закончила она за меня фразу.

Глаза наполнились влагой, взгляд спрятался в большой витрине, руки нервно мнут салфетку. Еще немного и расплачется.

— Все хорошо, — кладу ладонь на ее руку. — Там не так уж и плохо. Ты главное держись и Ваньку мужчиной вырасти.

— Издеваешься, да? — всхлипывает она и промакивает салфеткой слезы. — Я — женщина, должна вырастить мужчину!

— Господин, — склоняется в поклоне козлоголовый. — Вам пора.

— Уже? — вскинулась супруга. — Я же ничего не успела и...

— Время не терпит, — повторяет демон.

Я целую руку жены и не торопясь встаю из-за стола.

— С Ваней все хорошо, учится на отлично, с деньгами проблем нет... — тараторит супруга.

— Не оглядывайся и ничего не жалей, — произношу я и взглянув на козлоголового добавляю: — Никогда и ничего.

Быстрый поцелуй, ее тихий шепот «не уходи» и внимательный взгляд демона.

А потом спина в пиджаке перед глазами, жгучее желание обернуться, взглянуть еще раз, какая-то дверь в подсобку и внезапно... Лес.

— Куда ты меня привел, и что это...

Не успел я договорить, как совсем рядом грохнул взрыв. Ослепительный свет от разряда сверкнул чуть в стороне, а затем до меня донеслись крики.

— Идем, — бросает демон и быстрым шагом направляется к источнику шума.

Чем ближе мы подходили, тем сильнее становился шум. Тут слышался уже и лязг оружия, и крики, и чей-то стон.

Мы вышли на краю поля, недалеко от дороги, на котором разыгрывалось настоящее сражение. Пару десятков воинов в разномастной броне пытались окружить четверку воинов в кожаной броне. Те наоборот всячески этому сопротивлялись. Трое воинов держали в руках парные клинки и орудовали ими с безумной скоростью Один же, в плаще, бился длинным копьем, держа противников на дистанции и нанося кровавые раны. Не смотря на разницу в навыках, видную невооруженным взглядом, четверку воинов теснили за счет количества.

На дороге стояли телеги, одна из них уже хорошо загорелась и полыхала отличным пламенем.

— Да разойдитесь вы уже! — выкрикнул молодой парень с рыжими волосами. Вместо брони, на нем была легкая белая рубаха, с перепачканные кровью рукавами и широкие красные штаны.

А под ногами парня, с ножом в груди, лежала молодая девчонка лет тринадцати со слегка заостренными ушами. И судя по прерывистому глубокому дыханию, осталось ей совсем немного.

Демон положил руку мне на плечо.

— Смотри внимательно и запоминай! — произнес козлоголовый. — Видишь девчонку с ножом в груди?

— Да, — кивнул Мак.

— Она должна выжить. Мне без разницы, что ты будешь делать, но она должна жить. — демон указал на рыжего парня, что подходил к воинам. — А этот рыжий — должен умереть.

— Отвалите, безмозглые кретины! — пнул парень одного из воинов, и, когда перед ним расступились, громко произнес: — Сдавайтесь, или я зажарю вас до хрустящей корочки! Ваша госпожа мертва!

Вместо ответа воины, получившие небольшую передышку, заняли боевые стойки. Тот что был в плаще отбросил свое копье и достал пару клинков. Скрестив их над головой, он громко выкрикнул:

— АТУ!

Звон клинков и повтор уже всеми воинами:

— АТУ!

Клинки воинов начинают светится. Рыжий, поняв что происходит, резко падает на одно колено и разводит руки в стороны. Из открытого рта парня устремляется поток жидкого пламени, которое окутывает последних защитников. Парочка нерасторопных нападающих тоже попали под пламя, но на их счастье — лишь частично.

А вот противники не спешили падать замертво. Продолжая кричать «АТУ!» они бросились на нападавших. В безумной последней атаке, каждый успел ранить не по одному воину, прежде чем упасть замертво.

— Упоротые идиоты! — сплюнул маг огня и развернулся.

— Господин, что с нашей целью? — спросил мужчина из нападавших воинов.

— Друиды паршиво горят, — морщится парень.

— Э-э-э... господин?

— Что? Прирезал я ее! — рявкает маг огня. — Собирай манатки. Мертвых ко мне на кремацию. Все следы убрать, стрелы собрать! Не хватало, чтобы нас потом нашли...

— Да, господин! — кланяется офицер и бегом отправляется к оставшимся воинам.

— Запомнил? — сжал своей рукой плечо Демон. — Девочка должна выжить, а рыжий умереть.

Я вздрогнул от прикосновения, а он прошептал мне на ухо:

— Свободные земли, дорога от Секачей в Светлячки. У тебя всего сутки. И запомни — ты мне должен!

В следующее мгновение я почувствовал, как он начал трясти мое плечо, через секунду я открыл глаза и увидел перед собой взволнованного хозяина дома, где меня разместили.

* * *

— Господин, худо вам? А? — не на шутку испугался мужик. — Уж так вы стонали, так стонали... Мы уж чего худого подумали.

— Нет. Сон... просто сон...

Мак присел и вытер капли холодного пота на лбу. Взгляд скосился на окно, за которым было уже светло.

— Мастер где?

— Учитель ваш? Так завтрак только поставили ему. — почесал голову мужичок.

— Веди к нему! — парень прыжком вскочил с лежака и начал надевать сапоги.

Глава 9

— Зачем тебе карта и что с тобой вообще происходит? — спросил Юринай.

Он дожевывал кусок каравая, а перед ним стоял почти опустошенный кувшин с молоком.

— Я не могу сейчас объяснить, но это очень важно и очень срочно, — Мак смотрел на учителя с надеждой, но тот был непреклонен.

— Во-первых, одного я тебя никуда не пущу. Во-вторых, пока ты не объяснишь, куда и зачем тебя несет — я и пальцем не пошевелю, чтобы как-то помочь. — старичок хлебнул молока и достал свою трубку, начав набивать ее табаком.

— Мне нужно в свободные земли, на дорогу от Секачей в Светлячки. Срочно.

— Про Светлячки не слышал, а Секачи через три перехода пеших на юг. — Пробормотал учитель трамбуя пальцем табак. — И что ты там забыл?

Мак поджал губы и немного подумав, начал отвечать так, чтобы ему не пришлось врать:

— Мне нужно спасти одну жизнь, и еще одну отобрать.

— И ты точно знаешь, где и когда это нужно сделать? — Мастер артефакторики начал раскуривать трубку.

— Да. Я видел, где будет бой. Я знаю, кто и как ее убил.

— Давай по порядку. Что и когда ты видел?, — вздохнул старик и указал на место перед собой.

Мак присел и вкратце начал рассказывать свой сон, начиная с момента, как он оказался в лесу. Разумеется, ни о каком демоне или встрече с женой разговора не было.

— Та-а-ак! — вздохнул Старый Мастер после рассказа ученика. — А с чего ты решил, что ты должен кого-то спасать и тем более, кого-то убивать?

— Я не знаю, — пожал плечами Мак. — Но мне это очень нужно. С тобой или без тебя, но я отправлюсь туда прямо сейчас!

Юринай дожевал хлеб, отпил из кувшина и встал из-за стола.

— Пойдем, — старичок споро вышел на улицу и подошел к шкафу, который по традиции оставил посреди двора. — У меня есть подробная карта империи, но существует пара сложностей.

Когда учитель и ученик вошли в убежище артефактора, в приемном зале уже стоял большой стол с картой.

— Сложность дороги к Секачам заключается в том, что надо преодолеть дневной переход через земли клана «Дарс». — указал старичок пальцем на обозначения на карте. — В этих землях мне применять магию нельзя. Значит, надо идти пешком, без моих уловок с пространством. А там идти добрых часов десять, не меньше.

— А если на лошадях?

— Они у тебя сдохнут от таких скачек, — сморщился Юринай. — Да и шкаф, ты как повезешь?

— Тогда телега и в упряжке будет не лошадь, — Мак взглянул на учителя. — Там будет тварь из лошади. Мертвым же все равно?

Мастер артефакторики вскинул брови:

— Нет, в принципе, решение неплохое, но ты понимаешь, в какую прорву энергии это... — тут мастер артефакторики осекся и поджав губы произнес: — Черт с ним! Ну доберемся мы туда, а что дальше? Ты подумал, что будешь делать?

— Я... — тут ученик нахмурился. — Ты имеешь в виду как я...

— Да! Что ты будешь делать? Судя по тому, что ты сказал, там минимум подмастерье огня будет. А заостренные уши водятся в роду «Падающий лист». — старичок постучал пальцем по виску. — А теперь подумай, в какие игры ты вмешиваешься!

— Я понятия не имею о чем ты говоришь, — вздыхает Мак. — Так надо. Я не могу объяснить, но это должно произойти так, как я сказал.

Старый Мастер сложил руки на груди в замок и внимательно оглядел Мака.

— Я помогу тебе, только если ты ответишь на несколько моих вопросов.

— Задавай!

— Тебе действительно это приснилось?

— Да.

— Ты когда-нибудь, что-либо знал заранее, помимо этого случая?

Парень пожевал губами и неохотно ответил:

— Да.

— Это приходило во сне?

— Нет.

— Все ли твои убеждения сбылись?

— Да, — со вздохом ответил ученик.

— Поклянись нашим договором, что ты не врал и сказал правду, — строго приказал учитель.

— Если ты думаешь, что я пророк или ясновидец какой-нибудь, то это не...

— Поклянись! — надавил учитель.

— Клянусь! — произнес парень, подняв руку с шрамом в форме креста.

— Хорошо, — кивнул Мастер артефакторики. — С твоими пророчествами мы будем разбираться позже. А пока, надо выкупить у деревни лошадь и телегу.

* * *

— Идея может быть и хорошая, — крикнул Юринай, держась за борт телеги обеими руками. — Но если честно, это довольно некомфортно!

Телега с сеном, в которой прыгал, словно игрушка, привязанный шкаф, летела со скоростью лошадиного галопа. Труп лошади, запряженный в телегу без устали перебирал копытами, не обращая ни на что внимания.

— Меня больше беспокоит не грохот телеги, а хруст левого колеса, — крикнул в ответ Мак. — Как бы телега не развалилась!

— Я думаю, для твоей твари это неудобства не доставит, — произнес учитель, вцепившись в борт на очередном ухабе. — Даже если у этой телеги вообще не останется колес.

Снова скрип, пара ухабов и треск под телегой. Передняя ось телеги с сильным ударом о дно переламывается надвое. Телега идет юзом и ученик едва успевает затормозить. Шкаф опасливо повис на одной веревке, чуть не выпав, а Старый Мастер с перепуганными глазами у борта пялился на пару колес по отдельности, которые остались позади.

— Это было не колесо, — вздохнул парень. — Это ось.

Мак спрыгнул с телеги и с отчаянием посмотрел на сломанную телегу.

— За пару часов такое не исправить, — вздохнул подошедший Мастер артефакторики.

— Далеко нам? — спросил Мак и взглянул на солнце, которое перевалило через горизонт.

— Ну, за тем поворотом должны начаться земли Дарс. На чужих землях применять магию без разрешения клана запрещено. Там часов десять осталось, не меньше. После их земель останутся только свободные. Пешком до Секачей будет около суток.

Мак закусил губу и взглянул на мертвую лошадь, которая безучастно стояла запряженная в телегу.

— Я поскачу вперед, — решительно заявил ученик. — На лошади я доберусь быстрее.

— Не страдай ерундой! Мы проскочим земли клана и дойдем с помощью моей магии.

— Десять часов — это слишком много! Я доскачу туда быстрее.

Ученик подошел к лошади и начал ее распрягать. Накинув на нее седло, которое пришлось выкупать дополнительно, парень с трудом, но справился с его фиксацией на лошадином трупе.

— До чего упертый! — буркнул старичок. — Мак! Погоди! Я все понимаю, но ты должен еще кое о чем подумать.

— О чем? — повернул голову ученик.

— Если ты окажешься там, а нападения еще не произойдет, то убить того мага огня у тебя не выйдет. — учитель сморщился и поправился: — Вернее выйдет, но за это тебе может предъявить претензию его клан. Будь осмотрительнее и не вздумай лезть в драку!

— А как тогда...

— Если ты маг, то и дерись как маг! — Юринай погрозил пальцем ученику и добавил: — В идеале — тебя лично на поле боя быть не должно!

Парень вскочил в седло и кивнул.

— Я постараюсь!

Стоило парню отъехать парень отъехал на несколько сот метров, Юринай устало опустил плечи и отчаянно пнул камешек, что валялся на дороге.

— Если он в добавок окажется пророком — нас точно придушат или закроют в какой-нибудь темнице.

* * *

Ильви устало обернулась. В телеге лежало четверо раненых, спящих магическим сном. Раны были серьезные и знаний молодой девушки не хватало. Все, что она могла — это лишь поддерживать тяжелораненых магией. Те, кто могли обойтись без её помощи — ехали на телегах впереди.

— Госпожа, вы бы отдохнули, — произнес воин в плаще, сидевший на месте извозчика. — На телегах руны, если что случится, то пару минут они продержатся. За это время мы успеем вас разбудить.

— Все хорошо, я доберу энергии из леса, — улыбнулась девушка. — Вы бы сами передохнули. Третьи сутки на ногах.

— Гвардия Падающего листа не знает усталости, — со вздохом произносит воин. — Пока мы не прибудем к вашему отцу — мы не сомкнем глаз.

В телеге слабо застонал раненый, держась за живот. Повязка на нем снова промокла темно-бурой жидкостью. Стон был недолгим, буквально через пять секунд он уже снова забылся в тревожном сне.

— Они выживут? — спросил извозчик, вернув взгляд к лесу.

— Раны начали гноиться, — произнесла девочка и вжала голову в плечи. — Грязные раны мало кто лечит. Возможно у отца получится, но я не уверена.

Лучник молча кивнул и подтянул лук поближе.

— Мы вместе уже больше восьми лет, много где были и не один раз сражались бок о бок. Но нас впервые так подставили. — Воин оскалился и продолжил сквозь зубы: — За это предательство они ответят!

— Не все так просто, но... — девочка поежилась. — Я не верю, что нас предали. Это слишком глупо и недальновидно.

— Я предпочитаю верить глазам, госпожа. — воин достает из рюкзака походную пайку: небольшой сверток с кусочком сыра и хлебом. — Нападавшие носили эмблемы клана Живой воды. И будь я проклят, если их клинки были ненастоящими!

— А ты видел боевое крыло «Живой воды»? Они все ходят с эмблемами на груди?

— Это была их территория, их село! И им за это придется ответить! — не успокаивался воин.

— А ты видел хоть одного жителя деревни? — устало потерла глаза девушка. — Может, ты слышал лай хоть одной собаки или мычание коров?

— Нет, но... — воин задумался. Он разломил хлеб и сыр пополам и протянул девушке. — Вам нужно поесть.

— Спасибо, — девушка взглянула на хлеб и слабо улыбнулась. — Я еще долго могу не есть.

— Я знаю, госпожа.

— Тогда почему...

— Мне будет очень паршиво, если я буду есть, а вы будете сидеть голодной.

— Я могу питаться силой леса и мне не обязательно...

— Да, слышал, но мне все равно будет не по себе, — воин откусил кусок хлеба, а за ним кусок сыра. — Не смущайте старого вояку, поешьте со мной.

— Дело в том, что иллюзии со звуком очень ограничены. Их очень сложно делать, особенно если надо создать много. Будет странно если все собаки будут лаять одинаково.

— Было слишком тихо, когда мы въезжали, — кивнул лучник посматривая в лес чуть в стороне.

В этот момент, у передней телеги прогремел взрыв. Заржала покалеченная лошадь, полыхнула магическим пламенем телега и послышался чей-то истошный крик:

— К бою!

Из второй телеги выскочили несколько воинов в плащах. Тройка защитников обнажила парные клинки расходясь подальше. Шесть воинов смазаной тенью метнулись в сторону леса.

Из первой телеги, с мгновенно обуглившейся лошадью, вылетел командир, в ярком зеленом плаще и алебардой. Не смотря на рану, пересекающую лицо и заливающую один глаз кровью, он быстро сориентировался и начал выдавать команды:

— Терновники! Бить наверняка! Следить за госпожой! — скомандовал он занявшим позиции лучникам и принял боевую стойку.

Взгляд скользнул по сторонам. Тройка лучших бойцов рода разминали руки и готовилась к рукопашной схватке. На них, из опушки неслась толпа разномастных головорезов. Голов пятьдесят не меньше.

— Разойтись шире — магия может повториться, — выдал команду командир. — Дальше каждый бьется сам.

— Есть!

— Слушаюсь...

— Да, командир...

Со спины дунул ветер, наполняя руки и ноги силой. Слегка прохладный, с любимым ароматом осени. Тем самым, который появляется, когда дождь мочит опавшую листву, а солнце, слегка подогревая подстилку, разносит по лесу слабый прелый аромат.

Противники все ближе, сердце ухает все сильнее, а на лице легкая улыбка. Госпожа подарила это благословение и не забыла про его любимый аромат.

— Я люблю тебя, осень!!! — вместо боевого крика выдал командир, первым бросившись на противника.

Пока впереди начиналась свистопляска лучших клинков гвардии клана Падающего листа, воин, ехавший рядом с девушкой не бросился в бой к остальным, а закрутил головой. Заметив фигуру в красных штанах и белоснежной рубашке позади, он метнулся в придорожную канаву.

— Выходи, или я сожгу всех! — выкрикнул молодой парень, вскинув над головой руку. Она полыхала голубым огнем, но рыжый на это не обращал никакого внимания. — Выходи, «трусливый лист» и я оставлю твоим людям жизнь!

Парень направляет руку на последнюю телегу, где находилась Ильви и выпускает струю пламени, которая бессильно разбивается о золотистый купол над телегой.

— Ну! Выходи же! — торопит маг огня. — У меня нет времени заниматься ерундой!

Парень со злостью машет рукой, отправляя огненный росчерк взащитный купол. За ним еще один и еще. В итоге, на пятом ударе золотистый купол лопается с довольно громким хлопком.

— Перестань!

Девушка спрыгивает с телеги и идет навстречу парню.

— Не прошло и полгода, — хмыкает парень.

В этот момент, воин, ползущий по канаве, вскочил с обнаженным мечом в пяти метрах от парня. Расстояние для удара было слишком большим, поэтому воин запустил в противника меч, обломок стрелы, на манер дротика и пару стилетов.

Маг успел пригнуться от летящего на него меча и вместе с этим выпустить порцию своей силы. Стилет воина просвистел у лица парня, оставив кровоточащую царапину, а сила парня превратила тело бегущего латника в брякнувшую об землю кожаную сбрую. Плоть воина мгновенно превратилась в золу, которую серым облаком сдул ветер, оставив гвардейский походный костюм неповрежденным.

— Ублюдок! — выругался маг огня, вытирая с лица кровь. — Он меня задел!

— Ублюдок здесь один, — произносит девушка проводив взглядом облако пепла и сжав кулаки покрепче. — Проклятье пепла вне закона!

От этих слов, парень срывается словно срывается с цепи и бросает одно огненное заклинание, за другим. Тут и огненные копья, и пламя глубин, и истинное пламя, но девушка продолжает уверенным шагом направляться к противнику. Пока он пускает одно заклинание за другим, девушка подводит корни ближайших деревьев ему под ноги и начинает медленно и аккуратно оплетать ступни.

— Чертовы друиды! — оскалившись бормочет парень, не прекращая попытки спалить Ильви. На корни у своих ног он не обращает никакого внимания.

— Насколько надо быть глупцом, чтобы не знать элементарных вещей, — ледяным тоном девушка. — Твоему пламени никогда не одолеть магию леса...

Девушка находится в нескольких шагах от него. Невооруженным глазом, даже сквозь мерцающий зеленый магический барьер видно, что ее кожа покрылась мелкими бороздками и глубокими морщинами, словно ствол дерева.

— Ты проиграл, пиромант, — она делает еще шаг к нему и вытягивает руки вперед.

В этот момент, маг огня выхватывает из-за пазухи палочку, длинной с ладонь, с которой стекает алый дым.

— Кость дракона? — удивленно произносит друидка. — В любом случае, она тебе не поможет!

В следующий миг, нападающий, вместо активации артефакта, ломает его пополам. Тут же исчезает магическая защита Ильви, опадают тряпками корни и в нос бьет странный гнилой запах.

Парень бросает на землю использованный артефакт, и резко подбегает к девочке. Короткий удар рукой в грудь. Подхватив на руки тело не успевшей толком испугаться друидки, парень аккуратно укладывает ее на землю.

— Ну вот! А ты боялась! — с улыбкой произносит он, хватающей воздух ртом друидке.

Уложив ее на землю, он встает и делает шаг назад. Из груди девушки торчит рукоятка кинжала, а сама девушка харкает кровью и смотрит на него перепуганными глазами. Маг огня, обходит ее немного со стороны, оценивая зрелище, потом немного меняет ракурс, но в итоге остается недоволен.

Цокнув языком, он подходит к девушке и пытается провернуть кинжал. Ильви выгибается от боли и заходится утробным кашлем, который, словно проклятье, призывает кровавую пену изо рта. Как последний штрих, парень убирает прядь волос с лица девушки и довольно улыбается.

Пиромант отходит на пару шагов назад и снова оценивает картину. Парня не смущают крики и лязг оружия. Кажется, он вообще ни на что не обращает внимания.

— Неплохо! Я бы даже сказал очень неплохо!

Однако, тут он почувствовал спиной холодный ветер. Неестественно холодный для такой погоды. Обернувшись, он открыл рот от удивления.

— Какого черта?

На пироманта неслась тройка призрачных всадников держа в руках собственные головы за волосы и размахивая палашами. Глаза духов открылись, а из ртов раздался синхронный истошный крик.

Маг огня с испугу выпустил несколько огненных шаров и создал раскаленное пекло под копытами призраков, но те проигнорировали его потуги. Они неслись на мага неминуемой гибелью, словно четыре всадника апокалипсиса. Их вид заставил покрыться его липким потом. Тем самым, липким потом ужаса. За ним, по спине пробежали мурашки, и страх, словно заклятый враг, обхватил шею и начал ее сжимать, выхватывая из груди воздух, не давая вдохнуть и меняя голос на предательский фальцет.

— Убирайтесь! — взвизгнул пиромант и выпустил сразу несколько огненных копий, почти на пределе своих сил.

Может, сказалась неопытность мага, может, аура ужаса и шлейф тьмы за спинами всадников, а может, просто животный страх парня, никогда не сталкивавшегося с призрачным противником. Но факт остался фактом. Парень не выдал ни одного заклинания, способного навредить порождению тьмы, не имевшим плоти.

Точкой в противостоянии.... стала его голова, которая поскакала по земле, разбрызгивая по дороге теплую кровь. За ней на землю кулем упало тело мага.

А призраки продолжили свою скачку. Их приближение не осталось незамеченным для остальных. Остатки нападавшей разномастной толпы прыснули в стороны, а вот гвардейцы наоборот собрались за спиной капитана. Только капитан имел оружие, способное справиться с призраками, но вместо того, чтобы атаковать, те проскакали мимо. Они разделились, на ходу догоняя бегущих и раздавая им рубящие удары по спинам.

— Капитан, что это? — удивленно пробормотал один из латников.

— Это не за нами! — рявкнул капитан и громко скомандовал: — Обыскать все вокруг! Туча и Клык! К госпоже! Тащите ее сюда!

Двое воинов метнулись к последней телеге, а остальные образовали круг.

— Капитан! Капитан! — бегом вернулся один из воинов. — Госпожу ранили! Она совсем плохая!

— Следить за окрестностями! Стрелы с тетивы не снимать!

Отдав команду, капитан метнулся к раненой госпоже. Как только он ее увидел, то понял. Солдат паниковал не зря.

— Как же так, госпожа? — пробормотал командир и скинул с плеч плащ, перчатки и полез под нагрудник из кольчуги.— Магией вас не взять, а нож в грудь пропустили.

Воин достал артефакт на веревке, в виде корешка, и маленький флакончик ярко зеленой жидкости. Артефакт он аккуратно надел на шею девушки, а флакончик влил в ее рот.

— Проглотите, госпожа, — придерживая ее голову бормочет капитан. — Прошу вас, если вы меня слышите...

— Чужие! — подал сигнал солдат рядом.

Капитан обернулся и обнаружил двух незнакомцев, выходящих из леса. Один, широкоплечий здоровяк в кожаной куртке и лицом матерого бандита. Второй — сухой старичок, в серой рубахе и штанах. Над ухом словно сигнал тревоги послышался звук натягиваемой тетивы.

— Что с призраками? — спросил капитан, не сводя взгляда с путников, направляющихся к ним.

— Порубили нападавших и растаяли.

— Всех ко мне! Этих двоих — на прицел! — выкрикнул командир и вышел немного вперед.

За ним, стелясь словно лесные куницы, вышла тройка бойцов клана. Незнакомцы остановились в нескольких шагах. До капитана донеслись их голоса:

— И для чего ты как дурак скакал на лошади? Могли бы и вместе дойти. Все равно, по времени вышло одинаково. — недовольно бормотал старичок.

— Я думал, так будет быстрее. Я не ожидал, что ты придешь так быстро, — оправдывался здоровяк.

— Я потратил немного энергии из запасов шкафа, но я думаю, ты мне ее с радостью компенсируешь.

— Хорошо, — вздохнул парень.

— Да, как ты сделал так, что призрачные всадники сняли голову и держали ее в руках? — стричок задумчиво смотрел на парня и почесал щетину на лице.

— Я их попросил.

— Просто попросил? — сморщился старикашка. — И они тебя послушали?

— Да, — пожал плечами Мак.

— Именем капитана гвардии! Клан «Падающего листа» требует вас остановиться! — выкрикнул воин, сделав пару шагов вперед.

— Девушка лет тринадцати, друид, — произнес уголовник.

— Вы ее не получите, — перехватывает алебарду капитан. — Пока мы живы — ни один волос...

— Призрачные всадники мои, — произнес здоровяк и вытянул руку в сторону воина. На руке начала проступать концентрированная тьма. — Если я ей сейчас не помогу — она умрет.

— Ты можешь помочь? — с надеждой спросил капитан и оглянулся.

Девушка еле дышала, заходясь в приступах утробного кашля.

— Могу, — уверенно произнес Мак.

Воин кивнул, а ученик впервые приказал учителю:

— Достань стол и те артефакты, что я отложил.

Юринай нахмурился и открыл было рот, но парень не стал слушать гневную отповедь учителя и отправился к девушке. Учитель тем временем отметил, что лучники по прежнему держат их на прицеле.

Присев около нее на коленях, он начал рвать на ней рубашку, оголяя рану. Дернувшихся к нему воинов, остановил капитан.

— Плохо, — пробормотал парень, после того, как прижался ухом к груди девушки.

Он начал приставлять палец к межреберью и стучать по нему другим пальцем. Затем повернул девчонку на раненый бок, не обратив внимания на ее стон, и продолжил простукивать грудь сзади.

— Учитель! — громко произнес здоровяк. — Мне нужна ваша помощь!

— Да не уж то? — театрально удивился мастер артефакторики.

Мак подхватил девушку на руки, стараясь держать ее на боку, и уложил на поставленный Юринаем стол.

— Господи! Ты весь стол кровью заляпаешь, — недовольно буркнул старичок.

— Я помою, — парень взялся одной рукой за рукоятку ножа, а вторую протянул Юринаю. — Артефакт заживления ран, местный.

— Ты выбрал три. Какой нужно?

— Самый мощный. Сейчас хлынет кровь...

Юринай вложил в его руку золотой медальон, испускающий слабый зеленый свет.

— Слышишь меня? — громко спросил Мак. — Если слышишь — моргни! Хорошо! Сейчас я вытащу нож. Будет очень больно. Тебе требуется глубоко вдохнуть и задержать дыхание! Слышишь?

Рядом со столом остались только несколько самых преданных офицеров. Остальные рассредоточились по периметру, взяв под наблюдение окрестности. Совсем рядом послышался шепот учителя:

— Она не жилец. Рана слишком большая. Что ты будешь делать с латниками?

Ученик проигнорировал вопрос мастера и обратился к девушке:

— Я вытащу его на счет три! Набирай полную грудь! Готова? Раз.. два...

Не досчитав, он вытащил кинжал и тут же приложил к ране медальон, активируя его.

Руку с с артефактом заливала кровь, медальон не справлялся.

— Еще один!

— Какой?

— Оба! Все заживляющие раны! — сквозь зубы произнес Мак.

Как только он активировал артефакты и приложил их к ране, кровь остановилась. Он держал их до тех пор, пока они окончательно не разрядились.

Здоровяк с лицом разбойника пальцем задел ресницы, заставляя ее открыть глаза.

— Можешь дышать, но не глубоко, — парень снова начал простукивать грудь девушки. — Кровотечение должно остановиться, но кровь у тебя в грудной клетке поджимает легкие. Надо ее убрать.

Девчонка молча моргнула и уставилась на склонившегося над ней здоровяка. Ее дыхание стало частым, шумным, с булькающим кашлем, но уже без пены.

— Нож и медные трубки! — произнес Мак и поднял взгляд на мастера артефакторики.

— Пожалуйста, — буркнул тот с недовольной миной и протянул их ему.

Мак взял нож и аккуратно зашептал слова смерти на инструменты.

— Вы, двое! Садите ее! — кивнул он.

Воины переглянулись и уставились на капитана. Тот взглянул на свою госпожу.

— Делайте... что... он говорит, — прошептала та.

После того, как ее посадили, Мак снова начал стучать пальцем по фаланге, чтобы определить границы наполнения грудной клетки.

— Терпи, — коротко произнес он и сделал надрез, куда вставил медную трубку. Из нее тоненькой струйкой потекла кровь.

— Тебе не кажется, что девочка и так потеряла много крови? — спросил Юринай, хмуро смотря на растекающуюся лужу крови.

— Эта кровь не там, где нужно, она поджимает легкие, не дает им расправиться, — объяснил Мак.

— Отк... — начал было учитель но вовремя прикусил язык, добавив: — Совершенно верно.

— Можешь дышать глубже, — произносит Мак, вытаскивая трубку, по которой перестала течь кровь. — Только осторожно... Учитель? Мне необходим лоскут кожи и «бинт».

— Кожа и кто? — не понял старичок незнакомого слова.

— Вон тот кусок узкой длинной ткани.

— А, пожалуйста, — произнес старичок.

Его тон сменился с раздраженно-язвительного, на заинтересованный. Девушке стало заметно лучше: пропал синюшный оттенок лица и дышать она стала заметно реже. Старый артефактор внимательно следил за манипуляциями ученика, при этом стараясь отметить все подробности.

Кусок кожи, создавая непроницаемый для воздуха барьер, был примотан импровизированным бинтом к груди девушки, закрывая отверстие в грудную клетку.

— Спасибо, — едва слышно произнесла девушка.

— Ты друид, так? — спросил Мак и взглянул на лес. — Ты можешь восполнить силы из леса?

Девчонка слабо кивнула.

— Отлично, — Мак кивнул двум воинам, которые ее придерживали. — Ее уложить и срочно накормить. Лучше мясом.

Один из воинов подхватил ее на руки, но девушка успела ухватиться за край куртки спасителя.

— В телеге, там... — прошептала она. — Помоги, если сможешь.

Воины унесли девушку во вторую телегу, а Мак, тем временем, подошел к капитану.

— Пойдем, — вздохнул латник и направился к телеге, которую защищала девчонка. Как только они подошли, темный ученик втянул носом воздух.

— Гной, — произнес он. — Много гноя.

— Госпожа говорила, что гной, скорее всего, съест их нутро, — сквозь сжатые зубы произнес офицер. — Она сказала, что ее отец может не справиться...

— Полосная... проникающее колющее... Стрела? — Мак уже заглядывал под повязки и переходил от одного раненого к другому. — Еще одна стрела... Рассечение... Рефлексы есть, нерв на месте.

— Ты сможешь их подлечить, чтобы они доехали до земель калана Падающего листа? — с надеждой спросил латник.

— Зачем? — обернулся Мак. — Нет, я в том смысле, что зачем их тащить куда-то?

— Я знаю, что они не жильцы, но родной лес их похоронит с почестями...

— Кого хоронит? — нахмурился ученик. — А! Нет, брось каркать. Я думаю, что мы справимся здесь.

Парень по хозяйски оглянулся.

— Давай двоих за водой! Котелки есть? Тащите в них воду. Чем больше, тем лучше. — парень указал в сторону поблескивающего чуть в стороне ручья. — Еще двоих разводить огонь. Нужно несколько костров, чтобы быстрее кипятить воду.

— Ты собираешься их лечить?

— Нет, — усмехнулся Мак. — Я собираюсь их вылечить!

Обернувшись к Юринаю, темный ученик во все горло крикнул:

— Учитель! У меня прекрасная возможность потренироваться!

* * *

Сумерки окутали стоянку каравана из двух телег. Чуть в стороне фыркали лошади, ветерок шевелил кроны деревьев. На поляне горели два костра. У одного лежала раненая девушка и остальные гвардейцы. У другого сидели Мак и Юринай.

— У меня еще больше вопросов, Мак, — вздохнул Юринай. — Порой мне кажется, что когда мы придем в столицу, нас просто засунут в темницу до конца наших дней.

— Это почему? — спросил ученик.

Парень уже расстелил подстилку из лапника и устроился на импровизированном лежаке.

— Давай подумаем вместе, — хмыкает старичок. — Во-первых — ты темный, а темные рождаются только у темных. В нашей империи последний темный приказал долго жить, значит ты не наш. Вернее, ты родился не в нашей империи.

— Но я действительно не знаю ни родителей, ни места, где я родился. — пожал плечами Мак.

— Да бог с ним, ради темного в империи можно и закрыть глаза на такую мелочь. Объявить тебя внебрачным сыном Дага «Черной воды» или еще какую-нибудь чушь придумать. — отмахнулся старичок. — Твои пророчества...

— Слушай, я не...

— Мне без разницы, что ты там о себе придумал. Уясни раз и навсегда — все пророки, все предсказатели, все кто могут хотя бы иногда выдавать предсказания — все поголовно под жестким контролем. А если они выдают настолько точные вещи как ты сегодня, то живут в дальних катакомбах под дворцом до конца своих дней!

Юринай заглянул в глаза ученику.

— Что бы не случилось — никому и никогда больше не рассказывай, что ты видел во сне! — Старик достал трубку и начал набивать ее табаком. — Бог с ними, со снами! Дело в том, что то, что ты делал сегодня это...

— Ты про всадников? — задумался Мак.

— Нет, но и про них тоже. Я про то как ты лечил ту девушку, — старый артефактор раскурил трубку и пыхнув дымом продолжил: — Я готов поклясться — так никто не лечит. Нет, может я конечно чего-то не знаю, но я про такое никогда даже не слышал...

— Просто кровь в легких, — отвернулся ученик. — Тоже мне, тайна и сложность.

— Мак, я смотрел на тебя и твои руки. — старик пыхнул трубкой и с прищуром взглянул на Мака. — Ты делал это не в первый раз. Ты точно знал как, что и зачем делать.

— Приснилось, — пожал плечами Мак.

— У нас клятва, — хмыкнул учитель. — Я прекрасно чувствую твою ложь.

Темный ученик присел и развернулся к учителю. Взглянув ему в глаза он со вздохом произнес:

— А какая разница? — развел руками Мак. — Зачем тебе знать, что и откуда я умею, почему и зачем делаю так, а не иначе?

Старичок молчал с минуту, смотря в глаза парню. Выпустив очередную струю дыма, он произнес:

— Ты прав, мне то по сути это без разницы. Более того, лучше мне до конца не знать. Но ты должен понять, что если ты при людях будешь показывать то, что показал сегодня — у тебя будут проблемы!

Взгляд ученика сменился с настороженного, на удивленный.

— А ты думал я в тебе шпиона искать буду? — хмыкнул Юринай. — По поводу твоих пророчеств: есть техники, которые помогут тебе их развить, но я тебя хочу предостеречь.

Учитель указал трубкой на парня и прошипел.

— Как только кто-то влиятельнее дворцового клерка узнает о твоих пророчествах — тебя затащат в такую темницу, из которой не выбираются! — Юринай шептал настолько громко, что ученик на всякий случай оглянулся. — И не поможет тебе ни тьма, ни свет, ни статус!

— Но я же...

— Плевать все хотели на законы или правила! Пророки — вне закона, вне правил приличия или древних договоров! У кого пророк — тот и прав!

Мак сглотнул и кивнул, подтверждая, что понял о чем говорит учитель.

— По поводу призраков мы с тобой поговорим в Чайке. Там есть возможность это прояснить. Не думаю, что по пути мы найдем подходящее кладбище...

— Ясной луны, — произнес выходящий из тьмы капитан гвардии.

На нем была только кольчуга и ремень на котором висел туго набитый кошелек. Присев у костра, рядом с Маком и Юринаем, он снял кожаный мешочек и протянул его Маку.

— Я не привык оставаться в долгу, — произнес воин. — Сегодня вы спасли мою честь и весь мой род от позора.

Мак заглянул в мешочек и протянул обратно.

— Деньги — это последнее, что мне сейчас нужно, — грустно улыбнувшись произнес ученик.

Юринай на это только закашлялся, но все же промолчал. Капитан взглянул на парня, а потом перевел взгляд на мешочек в руке.

— Как я могу отплатить долг?, — вздохнул капитан.

— Мне ничего не надо,— пожал плечами парень. — Вот если бы у тебя трактат по магии бездны был — другое дело.

Ученик кинул взгляд на вновь кашлянувшего учителя. Тот изобразил ему жест молчания, но прежде чем он успел что-то сказать, капитан протянул ему желтый лист с яркими золотистыми прожилками.

— Это мой родовой знак долга, — пояснил он, вкладывая его в руку парня. — Если когда-нибудь тебе понадобится помощь от нашего рода — покажи этот лист кому-нибудь из нашего клана. Тебя примут как своего.

Парень взял в руки листок, с интересом его повертел в руках и протянул обратно.

— Мне нужна твоя помощь, — произнес он. — Я хочу чтобы ты и твои люди сохранили тайну о том, как я лечил и что делал.

Капитан встревоженно взглянул на парня, а потом на Юриная.

— Ты применял запрещенные техники? — спросил воин.

— Нет, — ученик взглянул на учителя. — Это секретные техники... «Экстренной хирургии».

Произнеся последнюю фразу на русском, ученик уставился на капитана. Тот, проникшись незнакомыми словами кивнул, но все же уточнил.

— Я поклянусь сохранить в тайне то, что видел, если ты клянешься, что этих техник нет в списке запрещенных, — уверенно заявил воин.

— Договорились, — кивнул Мак и достал нож. — Клятва на крови...

* * *

Телеги удалялись по дороге, оставляя у костра Мака и Юриная. С последней телеги им махала молодая друидка. Мак так же махнул рукой, словно он давно знал эту девчонку.

— Теперь осталось немного подождать и можно начинать, — недовольно буркнул Юринай.

— Ты про что? — обернулся Мак.

— Я про то, что эта девчонка — дочь клана «Падающего листа». — старик недовольно засопел. — Говорят эта особа славится крайне паршивым характером.

— Ну и что? — пожал плечами Мак. — Она-то едет домой. Кстати, а почему эту девочку отпустили одну?

— Этой девочке больше двадцати лет. Особенность клана «Падающий лист». — пояснил старичок. — Говорят они до самой старости выглядят как молодые девы, только волосы седеют.

— Сила крови? Хотя какая разница. Нам нужно продолжить...

— То есть, ты считаешь, что можешь спасти жизнь дочери главы влиятельного клана, нескольких гвардейцев и рассчитывать, что от тебя отстанут? — старичок взглянул на ученика и сморщился. — Иногда благодарность хуже кровного долга.

— Надо было придумать им выкуп... или денег взять, — пожал плечами Мак.

— О сумме долга жизни решает тот, кому эта жизнь принадлежала, — учитель развернулся и кивнул в сторону бывшей стоянки гвардейцев. — Пойдем. Надо все таки разобраться с твоей кровью... хотя бы попробовать.

Мак подобрал вещи и отправился за мастером.

Встав на пепелище, они принялись распинывать ногами золу от костра в сторону.

— Рисуем ритуал «Ловца душ». Должен прийти ближайший дух, — пояснил мастер. — Думаю, будет кто-то из нападавших. Но может, явится любой другой, из тех, что погибли в окрестностях. Нам не принципиально.

Мак поднял обугленную веточку и принялся рисовать восьмигранник, в котором располагались фигуры и руны.

— А смысл-то в этом какой? Ну призову я духа. Каким образом мы поймем, что моя кровь содержит именно эту силу?

Старичок с улыбкой взглянул на ученика и загадочно произнес:

— Увидишь!

Мак не стал спорить и молча закончил рисунок.

— Начинай, — скомандовал Юринай, проверив рисунок Мака.

Мак кивнул и активировал заклинание влив в него самую малость силы, на которую был способен.

Рисунок на земле, покрытой пеплом, налился черной силой и начал медленно пульсировать. Через несколько секунд, в центре восьмиугольника появился молодой парень в доспехах. Призрак был очень четким, указывающим, что он умер совсем недавно. Он оглянулся и с недоумением уставился на ученика.

— Избранный? — прохрипел призрак.

— Спроси, как его зовут, — прошептал рядом с Маком учитель.

— Как твое имя? — последовал совету Мак.

— Сэм, — пожала плечами душа воина. Он протянул руку и ощупал неведомую стену перед собой. — Избранный, ты рядом?

— А теперь прикажи ему отрезать себе голову, — прошептал Юринай.

— Что? — выпучил глаза ученик. — В смысле?

— Прикажи чтобы он отрезал себе голову! Ну!— с нажимом произнес старичок.

Мак взглянул на парня и не понимая, что происходит, сделал как приказал учитель:

— Отрежь себе голову! — громко произнес он.

Призрак прекратил ощупывать невидимую стену перед собой и на мгновение замер. Затем он достал из-за пояса нож и облизнув губы произнес:

— Да, повелитель!

После этого, полупрозрачный призрак молодого воина воткнул призрачный клинок в шею, и размеренными движениями принялся пилить. Причем с каждым движением погружая его еще глубже.

Парень делал это абсолютно спокойно, с легкой улыбкой. Мак же, не ожидавший такого, наблюдал за этим с откровенным изумлением и легкой тревогой.

В это время, Юринай, стоявший совсем рядом, незаметно протянул ногу и стер непрерывную линию шестигранника — защитный контур. Мак продолжал смотреть на воина, призрак занимался исполнением приказа, словно ничего не произошло. Тогда учитель стер пару символов и рун. Эффект был тот же. Мастер артефактор, уже не скрываясь принялся стирать рисунок на земле.

— Что ты делаешь? — спросил Мак, когда заметив, чем занят учитель. Не дожидаясь ответа он мгновенно поднял черную полусферу.

— Прикажи ему начать выть и подкидывать в руках отрезанную голову, — скомандовал старичок, не обращая внимания на происходящее вокруг.

— Ты из ума выжил? — воскликнул ученик. — Я же в него силу влил!

— Прикажи ему!

— Черт побери, — сквозь зубы прошипел темный ученик и обратился к призраку. — Слышишь меня? Начинай выть и подкидывать отрезанную голову в руках!

Призрак подчинился и принялся подкидывать голову, которая начала противно завывать. Мак взглянул на учителя, который ходил вокруг призрака и задумчиво переводил взгляд с ученика на призрака. Вдоволь насмотревшись на импровизированное цирковое представление, Юринай скомандовал:

— Отпускай его!

— Спи спокойно, — вздохнул ученик, отправив призрака обратно в забытье.

— Осталась последняя проверка, — закусив губу и задумчиво смотря на стертый ритуальный рисунок произнес старичок. — Призрачные сущности подчиняются тебе. Причем, не под действием ритуала или силы, а под действием твоего слова. И если я прав,то капнув твоей крови и пожелав, мы можем призвать ближайшего призрака.

— И что мне необходимо сделать? — настороженно поинтересовался Мак.

— Капни кровь в центр пепелища и пожелай призвать ближайшую душу, — пожал плечами учитель.

— Вслух?

— Если тебе трудно сделать это силой воли — можешь вслух.

Мак достал свой старый нож и царапнул ладонь на левой руке. Сморщившись от противной мелкой боли, он вытянул руку над пепелищем и выдавил из маленькой раны кровь. Та собралась на крае ладони и нехотя сорвалась вниз. В момент, когда единственная капля крови коснулась пепла, перед темным учеником возник силуэт.

Не просто призрак, а сам Амор. Тот самый демон, с копытами вместо ступней, с козьей головой и противным, блеющим смехом.

— Бе-е-е-ездарь! — завопил он.

Мак удивленно отшатнулся. Он ожидал увидеть кого угодно, от призрака собственной жены, до проклятого, но никак не козлоголового демона. В поисках хоть какой-то поддержки он взглянул на Юриная, который замер с открытым ртом.

— Я был уверен, что тебе хватит мозгов найти трактаты по силе крови, или, на худой конец, раздобыть информацию у старших кланов, — продолжал ворчать демон. — Но ты пошел на поводу этого старикашки! Надо было все таки подобрать кого-то получше...

Парень сглотнул и оглянулся. Разум отметил застывшую в полете птицу, замершие в наклоне от ветра макушки деревьев. Вслух же ученик произнес:

— Ты остановил время!

— А у меня остался выбор? — наклонил голову нежданный гость. — Ты только что совершил очень опрометчивый поступок и все грозит закончится здесь и сейчас.

— Ты про кровь? Или... — перебил парень.

— Не перебивай, — дернул щекой козлоголовый. — Твоя сила — словно запах ароматных цветов для пчел. Они проснутся и найдут тебя, как только ты выпустишь свою силу на волю. А вот твоя кровь, да еще на пепле, это словно раненый олень в дремучем лесу. На запах крови очень быстро подтянутся. И это будут не пчёлки. За тобой явятся настоящие волки. Голодные, матерые и беспринципные твари!

— Проклятые?

— Они самые, но гораздо сильнее. — Демон сложил руки в замок на груди и оглядел парня с ног до головы. — И если ты хоть немного умеешь думать, то ты поймешь, почему они явятся и как с ними бороться...

— Сила крови? — тут же вставил Мак. — Да? Они придут из-за силы крови!

Амор повернул голову показывая вертикальный зрачок, и улыбнулся, обнажая острейшие клыки.

— Если сила крови связана с призрачными сущностями, то и эти проклятые будут...

— Может быть ты и не настолько глуп! — кивнул демон и вкрадчиво наклонился к парню. — Я отвечу тебе на один вопрос! Я могу рассказать как убить того, кто появится здесь после меня!

— Вопрос? — облизнул губы Мак. — Да, у меня есть вопрос.

— Произнеси его! Ну, же...

— Как мне вернуться домой?

Демон замер, словно он тоже попал под действие замершего времени. Десять секунд, двадцать...

— Отвечай! — с нажимом произнес парень. — Ты сам сказал, что ответишь! Или ты решил, что можешь разбрасываться словами просто так?

Демон моргнул, затем выпрямился и с явным раздражением произнес:

— Один шаг, и ты станешь самым востребованным в мире целителем! — Демон протянул руку со сферой к Маку. В ней, словно в модном гаджете из родного мира стоял он сам. Посреди огромного зала, в дорогих черных одеждах, перед ним на коленях, уперевшись голову в пол стоял седой мужчина в дорогих одеждах и царской короне.

— Один единственный шаг и ты будешь самым желанным мужчиной! Женщины буду ползать на коленях, лишь бы прикоснуться к твоей плоти, — вторая рука содержала такой же шар, но в нем, к Маку на коленях ползла жгучая брюнетка с оголенной грудью и царским венцом в густых волосах.

Демон переложил шары в одну руку и полушепотом произнес:

— Власть, женщины, любые деньги! Ты будешь самым востребованным в империи, только протяни руку! Осталось лишь...

— Как мне вернуться домой, к жене и ребенку? — с кривой улыбкой произнес Мак.

Демон резко сжал кулак и оба шара из черного стекла лопнули, выпустив черный дым. Амор наклонил голову, словно собирался проткнуть парня рогами, и раздраженно прошипел:

— Домой хочешь, да? — раздражение козлоголового просто сочилось из каждого слова. — К жонушке тебе захотелось? Да? Плевое дело! Тебе всего лишь надо... убить меня! Слышишь? Если когда-нибудь ты достигнешь того, чего достиг я, не забудь меня убить, или...

Демон хищно оскалился и добавил цедя сквозь зубы:

— А пока не забывай благодаря кому жив ты и живы они! Если перестанешь выполнять мои поручения — я пальцем не пошевелю, если упоротый наркоман решит прирезать твою женушку или один из учителей твоего сынули окажется педофилом! Ты меня понял?

Мак сжал челюсти так, что вздулись скулы и скрипнули зубы.

— Я тебя понял, — кивнул ученик.

— А теперь не заставляй меня искать нового претендента! — демон выпрямился и перед тем как исчезнуть произнес сквозь зубы: — И не вздумай сдохнуть!

В следующий момент, на месте Амора появляется коротышка. Абсолютно лысый череп, слегка заостренные уши, длинный горбатый нос и резко выступающий вперед подбородок с ямочкой. Первая мысль в голове ученика была «Гоблин!», вторая, когда тот открыл глаза наполненные тьмой — «Проклятый гоблин!».

— Не стоит лить кровь просто так, — произносит неестественно густым басом незванный гость. — Мы слишком долго вас ждали!

Мак сделал шаг назад и активировал щит, попутно крикнув учителю:

— В сторону!

Юринай хоть и был старцем, но среагировал довольно резво. Он моментально сиганул в сторону, а уже в следующую секунду ученик влепил в неизвестного проклятого копье тьмы. Причем он не сдерживался и влил силы от души. Итог был закономерен. От Мака, на несколько сот метров вперед была перепахана земля. От деревьев или камней не осталось даже следа. Вот только гоблин остался на месте, нацепив на лицо довольную улыбку.

— Вы щедры на силу, — слегка поклонился он. — Но вы пытаетесь утопить рыбу.

Мак сглотнул и взглянул на учителя. Тот со страхом уставился на устроенную просеку, затем на гостя. В глазах старого мастера блеснул огонек страха.

— Меняй силу! — крикнул Юринай.

Пришелец тем временем сделал небольшой шаг вперед, почти вплотную к Маку, держа руки так, словно собрался молиться.

Мак не сразу понял что делатьи отступил на несколько шагов, но замешательство длилось недолго. Спустя пару секунд и еще один шаг проклятого, парень выдал в противника копье смерти.

— Мордрэг! — утробным голосом произносит ученик.

Да, раздутое до безумных размеров, да с кривым узором, да на основе техники слова, но это все же было копье смерти. Хотя по внешнему виду напоминало огромный серый луч, который ударил в сторону противника.

— Признаться, я разочарован. — произносит незваный гость, на котором не осталось даже следов чудовищной силы заклинания. — Ваша кровь так пропитана тьмой, что выдернула меня из таких глубин, а вместо избранного я натыкаюсь здесь на...

Мак повторил заклинание несколько раз, но добился только разочарованной гримасы на лице гоблина.

— Нет, это немыслимо! — разомкнул руки гоблин. — Я в это не верю! Ваша кровь не может лгать! Избранный не может быть такой бездарностью...

— У него нет плоти! — крикнул сзади Юринай, вытирая кровь из носа. Аура проклятого серьезно давила на старика. На шее висело пару почерневших амулетов. — Следы на пепле! Их нет!

Гоблин отреагировал на это коротким махом руки, отправивший мастера артефактора в полет сломанной куклой на несколько метров.

Мак быстро смекнул и выдал заклинание «Изгнание словом». Это было единственное быстрое заклинание против призраков и нематериальной нечисти, которое знал Мак. И это было единственным заклинанием, которое произвело на проклятого гоблина хоть какой-то эффект.

— Именем Саалтока, во имя проклятий его трех братьев, — произносит ученик и закрывает рукой левый глаз. — Изыди!

Насыщенное силой плетение и ключ-активатор запускают радиальную волну от парня во все стороны. С виду обычная ударная волна из сжатого воздуха.

Гоблин встретил заклинание выставленной ладонью. Волна сжатого воздуха ударила в ладонь и заставила мерцать полусферу защиты проклятого. Под давлением силы заклинания он сделал пару шагов назад.

— Этого мало! — морщится гоблин. — Эффектно, сильно, но если тебя хватает только на это примитивное заклинание — я буду искренне разочарован!

— Разочарован? — морщится Мак. — Вот уж не думал, что буду стараться не разочаровать проклятого!

Мак начал выдавать заклинание с максимальной частотой — раз в две секунды, оставляя только короткий ключ «Изыди». Несмотря на напор силы, гоблин уверенно держал защиту, словно ожидая чего-то. И он дождался. Мак впервые за свою недолгую практику ощутил магическое истощение.

— Впечатляюще! — произнес проклятый. — У вас потрясающий запас силы! Но только сейчас я понял!

Мак вытер каплю крови, сбежавшую из носа по верхней губе. В глазах словно пелена, немного вело вправо, поэтому ученика слегка качало. Руки налились чудовищной тяжестью, дрожали пальцы.

— Вы же не знаете, что такое шепот тьмы, — улыбнулся гоблин. — Вы никогда ее не слышали! Вы же в самом начале своего пути...

Проклятый опустил руку, видя что Мак уже не в состоянии продолжать. Он приблизился к нему на расстояние вытянутой руки и наклонив голову на бок произнес:

— Признаться, я в смятении, — гоблин облизнул губы. — Я не могу сейчас оборвать ваше существование. Это глупо и нецелесообразно. Поэтому, я оставлю вам жизнь. Но я попрошу с вас клятву!

Мак поднял руку и направил ее в голову коротышки. Собрав остатки воли он начал произносить ключ — активатор:

— Изы...

Гоблин со шлепком отбил руку в сторону, словно досадную помеху, и недовольно буркнул:

— Перестаньте! Вы решили здесь помереть от опустошения своего магического источника? Или вы решили его покалечить? — карлик сложил руки на груди и оглядел едва держащегося на ногах парня. — Я оставляю вас в живых, но вы должны мне пообещать!

Проклятый протянул руку со странным медальоном на цепочке. Небольшой шарик, диаметром несколько сантиметров, покрытый рунами и незнакомыми письменами. Он вложил его Маку в ладонь.

— Отдай это тем, кто назовет имя Саалтока. — Гоблин изобразил добрую улыбку на лице. Устало вздохнув он добавил: — Ну, а когда ты решишь, что готов умереть — капни своей крови и позови меня. Только не стоит лить свою кровь попусту. Это чревато...

Проклятый развернулся и сделал несколько шагов прочь.

— Ты не назвал свое имя, — втягивая носом кровь произнес Мак.

— Картос, — гоблин повернулся и почтительно поклонился. — Зовите Кратоса и я приду.

Он обернулся и неспешно пошел прочь постепенно растворяясь в воздухе. когда его силуэт почти исчез Мак крикнул ему вслед:

— Я убью тебя, Кратос!

Силуэт на секунду остановился и оглянулся, но в следующую секунду исчез полностью.

— Я тебя точно убью, — парень сделал пару шагов в сторону стонущего в стороне Юриная и чуть было не воткнулся лицом в землю, упав на руки. Кое как поднявшись на ноги, он едва смог до него добраться.

— Ты как? — спросил он переворачивая на бок старичка.

— Никогда не думал, что быть учителем так больно, — прокряхтел он, держась рукой за ребра. — Где этот коротышка?

— Ушел, — облизнул губы Мак. — Ушел, но обещал вернуться...

Глава 10

Парочка путников неторопливо шла по широкой каменной дороге, которая уводила вверх, на холм. Лес заметно поредел. Все чаще попадались поляны, покрытые зеленой травой. Короткая трава и следы домашней живности недвусмысленно намекали, что тут пасутся стада домашних животных из ближайшей деревеньки. Если до холма шло редколесье, то вершина была голой.

Дорога стала заметно шире, колея более наезженная, а так же появились столбы вдоль дороги, на которых писали расстояние до города. Мак отметил, что изменился воздух. Вокруг витал аромат моря. Тот самый, солоноватый запах.

— Что в этой силе? — пожал плечами Мак. — Что такого в этой силе крови, что с ней все носятся?

Парень повернулся к учителю и обнаружил его с приподнятой бровью.

— Что? — спросил ученик. — Да ладно, это же не...

— Вдумайся! Вдумайся хорошенько! Мы подтвердили, что эта твоя сила крови позволяет приказывать духам. — Юринай поправил лямку на плече от шкафа и продолжил. — Допустим, я буду главой какого-нибудь клана. Без разницы какого. Я принял пост от своего отца, он от деда, дед от прадеда и так до начала времен. Всех нас объединяла кровь. И эта кровь, допустим, позволяла нам... ну, пусть будет... к примеру как у клана Альба — ночное зрение. И вот, мы все, на протяжении множества поколений храним эту кровь, чтобы наши потомки как и мы могли видеть в темноте. А это уже не хухры мухры.

Старичок обернулся, оглядывая окрестности. Пара взобралась едва до половины холма, но уже отсюда были видны поля и дальние деревушки.

— Телег не видать. Придется и дальше пешком. — констатировал старичок. — Ну, пешком так пешком. О чем это я? Ах, да! И вот. Повстречался мне парень, с темной силой. Маг свободный. Никому ничего не должен, никому не принадлежит, но у него кровь позволяет приказывать призракам. Понимаешь? А теперь представь, подложил я под тебя свою кузину и принесла она ко мне ребеночка с твоей и моей кровью смешанной. И кровь эта проснется, если не в нем, так в его детях. Конечно, кровь не может дать две силы. Сила всегда только одна. Это доказанный факт. Но если один из моего клана будет духам приказывать — это уже совершенно другой подход!

— Ты хочешь сказать, что сила крови передается, даже без наличия силы? Так? — вскинул брови Мак.

— Да, и это ужасно. — вздыхает учитель. — Потому, что так сложилось, что сила крови, в основном, носит боевой характер. То есть, любой дворянин, даже не имея магической силы, может иметь в кармане козырь в виде хитрого приема. И узнаешь ты об этом, только когда он его применит.

— Ты еще скажи, что они породу выводят, чтобы кровь не портить, как у коней...

— Хуже, — вздыхает Юринай. — Ведутся родословные, записываются копии генеалогических знаний, степень проявления силы крови, и так далее. А ведь еще и доказана ее сила от чистоты! Ты понимаешь, почему кланы блюдут чистоту в замужестве? Я со студенческой скамьи знал одного парня. Ивалс Маката. Наследный сын рода Маката. И как-то мы с ним одно время хорошо выпивали.

Старик улыбнулся воспоминаниям.

— Я его потащил в квартал желтых дверей, — учитель немного смутился и добавил. — Там можно купить женщину на время, ну ты понимаешь о чем я.

— Жрицы любви? — нахмурился Мак.

— Нет, там без молитв и прочей религиозной тягомотины. Просто платишь и пользуешься женщиной... как женщиной.

— Я понял о чем ты, — хмыкнул ученик.

— Так вот. Он уперся рогом и ни в какую туда не шел. Я и так, и этак. А потом он мне рассказал свою беду. — Юринай достал из-за пазухи свою трубку и на ходу принялся ее набивать. — Оказалось, что за всеми, кто бывал у него в постели приходят из личной гвардии его отца. И разговор там короткий. Если есть плод — беременность прерывают, без разговоров. Это с простолюдинами так. Что уж с девушками из квартала желтых дверей будет — представлять не надо.

Старик остановился и небольшим артефактом начал раскуривать трубку, пыхтя мятным дымом, словно паровоз.

— Может остановимся? — спросил Мак.

— Нет времени, нам до заката надо пройти таможню и устроиться на ночлег. — Старичок глубоко затянулся и ойкнул, резко выпустив белое облако. Потирая ушибленные ребра он выругался: — Чертов проклятый! И вот представь. Всю свою жизнь парень десять раз подумает, прежде чем с кем-то спать. И про свадьбу за него уже давно решили. С кем, сколько детей надо, кого попутно подложить.

— Погоди, но нельзя же так, — нахмурился ученик. — Парень то молодой, должны же понимать, что хочется...

— Ага. Он мне рассказал как он служанок и нянечек, в пятнадцать лет в постель таскать начал, а в семнадцать, перед университетом, узнал, что это все подставные девушки были. Специальные, отобранные из простолюдинов, для определения его силы и для последующей селекции. — Старик поджал губы и выпустил дым через ноздри. — Он тогда не знал сколько у него детей, где и как их зовут. А для мужских дел с ним всегда еще одна подставная была, из младших родов. Порой приезжал его отец и привозил к нему девушек. Спал он с ними в приказном порядке.

Мак передернул плечами, от такой истории и спросил:

— А что за сила крови у него была?

— Его клан славился заклинаниями молнии, а вот сынок силой не вышел. С трудом перевалил порог в столичный университет. А вот кровь у него была на зависть многим. — Старичок пыхнул трубкой и перестав улыбаться добавил: — Он силой крови мог останавливать сердца. Ему было достаточно пары шагов, чтобы остановить сердце. Даже прикасаться не надо было к жертве. Говорят, редкая в их клане сила, но у него проявилась, и еще какая. Поэтому, его как породистого кобеля по бабам таскали.

— Останавливать сердца, — хмыкнул ученик. — Есть достоверный способ определить силу крови?

— Достоверный — только на факт ее наличия, — вздохнул старичок. — Все остальное — очень сложный и тягомотный процесс. Определение силы крови вообще порой проходит только через потомков, либо по эффекту этой самой силы.

Мак хмуро уставился под ноги и погрузился в грустные мысли. Факт того, что его всеми правдами и неправдами, в лучшем случае, будут тащить в постель, а в худшем — заставят войти в какой-либо влиятельный клан, серьезно испортили настроение.

— Одни неприятности с этой силой крови, — буркнул под нос парень.

— Не вешай нос! К тому же, я знаю лишь официальную информацию по силе крови, — развел руками Юринай. — Самое интересное — как обычно, в закромах древних и влиятельных кланов. Кстати, а вот и Чайка.

В раздумьях и разговорах они поднялись на холм, с которого открылся вид на город-порт и самый большой рынок империи Антолия.

Город под холмом обнимал бухту и простирался дальше в стороны от порта. Все вместе это напоминало раскинувшую крылья птицу. Мысль про чайку пришла, когда парень разглядел белое облако у торчащих из берега пирсов. Облако явно шевелилось и при внимательном осмотре оказалось стаей морских птиц.

Россыпь домов, покрытых желтой черепицей и красные стены создавали своеобразный антураж. Город, после серых и однотипных деревень из дерева, выглядел, мягко говоря, очень пестрым. Немного в стороне виднелся огромный карьер, уходящий воронкой внутрь, а чуть в стороне от порта стоял величественный дворец. Именно дворец, потому что вензеля, шпили башен и развевающиеся знамена никак не позволяли его назвать замком. Великолепный, с тремя большими крыльями, огромными окнами и шпилями башен.

— Неплохо местные кланы живут, — произнес Мак, не отводя взгляда от великолепного дворца.

— А, ты про это, — усмехнулся учитель. — Это гильдии торговцев. С третьей по первую. Высшая лига торгашей есть только в столице.

— Торговцы? — вскинул брови парень. — А где же тогда глава города, кланы?

— Вон та часть города. Там находится городская управа и район клановых имений. — указал Юринай на дальний от порта участок города, выступающий немного в море. — У них свои пристани.

С холма было отлично видно весь город. Издалека, Маку показалось что дома сделаны по одному шаблону. Все как под одну гребенку, но подойдя ближе, в глаза сразу начали бросаться особенности. Где-то стена из блоков белого камня, где-то крыша иного оттенка, там крыша не двускатная, а шатром. Но общие черты все же прослеживались. Единство материала. Много камня и кирпичей. Крыши, скорее всего, были из черепицы. Только клановый район выглядел разношерстным и более-менее оригинальным.

— Как-то это неправильно, — возмутился ученик. — Торгаши не в пример роскошнее живут, чем клановые.

— В Чайке все немного по другому. Из-за того, что в этом порту пересекаются зимний обходной путь на север, восточный штормовой путь и летний южный — в этом порту ворочаются слишком огромные деньги. — видя непонимание на лице ученика мастер артефакторики принялся пояснять: — Зимой, прямой путь на север, к кочевникам льдов закрыт. Но тогда можно выкупить у них огромное количество мехов по низкой цене. У них сезон охоты открывается. Поэтому, торговцы плывут в обход «Штормового» утеса, где всю зиму бушуют штормы, и идут через Чайку. В которой оседает часть товара, город снабжает припасами экспедиции. Такая же история и с восточными землями Наргизов, и с Южанами.

— Это очень большой город, — всматриваясь в кишащие народом набережные произнес Мак.

— Тебе есть с чем сравнить? — хмыкнул старичок. — Я думал, ты вообще первый раз город увидел.

— Просто... я не ожидал, что...

— Да, — махнул рукой Юринай. — Я понял тебя. Впечатляющее зрелище.

— А что там за серое пятно? — спросил Мак указывая на скалу чуть в стороне от бухты и серое бесформенное облако вокруг нее.

— А, это, — Юринай хмыкнул. — Видишь ли, любой крупный город имеет одну неприятную особенность. Как только в город набивается много народу, то часть из них становится бедняками, попрошайками, убогими, нищими и отребьем. В Чайке торгаши поступили жестоко и бескомпромиссно. Все отребье выставили за город. Вот они там и поселились.

— И что? Они живут на этой скале?

— Нет, на самом деле на воде. Там риф, глубина очень небольшая. Жилье строят из тростника, с опорой на дно. Благо дальше на восток его много. А когда приходит шторм — они скрываются в пещерах, которые прорубили в скале.

— А почему они не уходят? Чем они вообще занимаются?

— В основном там живут рыбаки, из них набирают матросов проезжие капитаны, ну и мелочевка всякая. — пожал плечами Юринай. — Я слышал, в порт на разгрузку тоже берут народ оттуда.

— Прям резервация какая-то.

— Угу, — усмехнулся учитель. — Соваться нам туда не стоит. Опасное местечко.

Чем ближе они подходили к городу, тем сильнее выступали отличия и архитектурная глупость местных градостроителей. Если издалека город казался однородным и гармоничным, то пройдя пригородные склады и городскую стену, носившую исключительно номинальную функцию, Мак откровенно разочаровался.

Широкие у основания и узкие вверху дома стояли впритирку. Попадались и ровные, но весьма своеобразные строения. Да, дома чаще имели желтый или красный оттенок кирпича, но попадались и оштукатуренные белые или разноцветные. Здания был круглыми, треугольными, большими, маленькими, кривыми, косыми. Парочка откровенно пугала, нависая над улицей выступающими балконами.

Торчали вывески, где-то из окна висело белье, где-то на балконах сидели старики или кормящие грудью детей женщины. Все это сопровождалось кучей народа которая торопилась по улицам, понукаемые своими делами. Вдобавок, повсюду доносились крики, ругань, реклама зазывал, а нос щекотал сводящий с ума ароматом еды.

Где-то пахло копченой рыбой, где-то мясом. Прямо на улице, в небольшом закутке, улыбчивый смуглый мужчина с пышными усами подгонял мальца, который раздувал мехами огонь под котлом. Мужчина схватил кинутую монету, тут же выхватил длинный кусок хлеба и принялся макать его в котел, наматывая расплавленный сыр, как торговцы сахарной ваты в парках из прошлой жизни.

Весь этот шум, суета, лотки прямо на улице, мешанина запахов еды, все это так напомнило прошлую жизнь, что Мак невольно улыбнулся.

— Здесь не всегда так, — перекрикивая шум, объяснял учитель. — Днем слишком жарко, пекло стоит ужасное. Так перед сезоном штормов. В полдень на улицах никого.

— А куда мы сейчас? — спросил Мак втянув носом воздух и поедая глазами кальмаров, которых готовили на углях, прямо тут, на улице.

— Мы — в постоялый двор «Юго-юго-восток». Я раньше там останавливался. Можно договориться и не арендовать комнату. Только место в конюшне для шкафа и еду.

Юринай обернулся и расплылся в улыбке. Ученик был похож на огромного ребенка, с раскрытым ртом рассматривающего витрины и крутящим головой на все четыре стороны. В домах на первых этажах находились лавки, и каждая считала долгом выделиться среди других своей вывеской, которые парень с удовольствием и разглядывал.

В основном, конечно, это были огромные таблички, с крупными буквами, но попадались и действительно занимательные экземпляры. У одной лавки, возле огромной витрины, из стены торчала точная копия корабля сделанной из камня. На борту корабля, высотой вдвое выше Мака, из металла была сделана надпись «Корабельная утварь Бака». Витрина, к слову, была завалена начищенными до зеркального блеска шкивами, крюками и и непонятными для парня предметами.

— Руки! Дешевые руки, ноги или язык! — выскочил из толпы на них мальчишка. — Не дорого!

— Мы сами, — буркнул Юринай и показал кольцо тут же скисшему мальцу и потянул ученика за собой. — Ты так сильно выделяешься, что нас скоро облепят местные зазывалы или эти мальчишки.

— Зачем он продавал руки? — спросил Мак, оглядываясь назад.

— Он предлагал помощь в переноске: сдавал в аренду свои руки и ватаги. Продать ноги — значит выполнить просьбу по доставке или просто нанять на побегушки. А язык — это купить паренька для разъяснения что и где. Я слышал, был скандал, когда выяснилось, что некоторые лавочники им приплачивают, чтобы водили клиентов именно к ним.

Ученик и учитель спустились по двум улицам и вышли на широкую набережную. На причалах стояли большие корабли, опутаные паутинами снастей. Прямо на улице, у причалов складывали товары, причем напротив, тут же, стояли небольшие палатки, в которых готовили рыбу на углях лоточники, сновали матросы, порт жил своей привычной жизнью.

Взгляд Мака зацепился за несколько девушек, одетых в платья с глубоким декольте. Они стояли у большого корабля «Герцог Валентин» и чего-то или кого-то ждали. Как только помимо грузового трапа, с корабля сбросили пассажирский — девушки оживились.

Первым с корабля спустился мужчина с аккуратно подстриженной бородкой и солидным животом, одетый в мундир с золотой окантовкой рукавов и плеч. Он кивнул офицеру на борту, и по его команде на землю спустились два десятка матросов.

— За убийство или разбой — ответите по местным законам! Пальцем не пошевелю, чтобы кого-то помиловали. На третий рассвет все должны быть на борту! — громогласно объявил капитан и, осмотрев строй матросов, довольно крякнул. Те стояли словно дикие коты, готовые броситься на жертву. Обернувшись к толпе девушек, и поймав парочку воздушных поцелуев и недвусмысленных взглядов, громко произнес: — Дамы! Они ваши!

Матросы бегом подскочили к девушкам и, подхватив их на руки, отправились в глубь города.

— Дорогу! — послышалось совсем рядом.

Мак обернулся и увидел что на него не спеша и с явным усилием тянет груженую телегу лошадь.

— Я начинаю сомневаться, что ты видел города, — произнес старичок утаскивая под локоть парня. — Пойдем, тут уже рядом.

Юринай потащил его дальше, а ученик старался не отставать. Впервые оказавшись в таком архаичном порту, его удивило отсутствие хоть каких-то кранов, кучи канатов, бочек и ящиков прямо у воды. Некоторые нагромождения товаров, казалось вообще никто не охраняет.

— Мы пришли, — произнес Юринай указывая на большой дом в три этажа, с пристроем-конюшней.

На доме висела большая вывеска с надписью «Юго-юго-восток».

* * *

На следующий день Мак едва поспевал за учителем, который быстрым шагом, лавируя в утренней суетливой толпе, как рыба в воде, шел к старшему квартала. Найдя взглядом пузатого мужчину с увесистой книгой, он устремился к нему.

— Старший охранник, я полагаю? — произнес Юринай, подойдя к нему.

— Представьтесь, — взглянул на Юриная мелкий чиновник.

— Мастер артефакторики, свободный маг по делу, Юринай Аболосский, — произнес старичок и показал кольцо с машущим крыльями пегасом.

— Доброго дня, уважаемый маг, — уже более почтительно произнес толстяк. — Чем могу помочь?

— У меня разрешение от городской управы на право ведения магической практики по профилю артефакторики. — как только он это произнес, управляющий тут же сморщился, словно его в порт на ночное дежурство отправили. — Я пришел к Вам с просьбой выделить место для моей лавки.

— Простите, господин маг, но это совершенно невозможно, — начал было охранник, но его прервал мастер артефактор.

— При наличии места Вы ОБЯЗАНЫ выделить мне его для ведения профессиональной деятельности! — не скрывая злости прошипел Юринай.

— Но свободных мест совсем нет, наша улица… э-э-э…. пользуется спросом в последнее время.

— Вон там, у рыбной лавки есть место, — указал старичок на небольшой пятачок. — Меня вполне устроит этот закуток.

— Вы… не можете… и я… уже сдал. Да! Место уже занято и оплачено вперед.

— Вы видимо издеваетесь, — фыркнул мастер и повернулся к Маку. — Да они просто игнорируют приказы управы!

— Вам видимо приходится много записывать, — вмешался ученик зацепившись взглядом за чернильницу на поясе у чинуши, перо торчащее из карманов и пятна чернил на пальцах.

— Да, это жутко неудобно, — вздохнул старший квартала.

— Учитель, Вы помните те писчие палочки, что я делал? Может презентуем такому замечательному человеку парочку? Посмотрите, у него уже все руки в чернилах, — повернулся Мак к старичку и показательно подмигнул.

— Писчую палочку? — вскинул брови Юринай и улыбнувшись закивал. — Да-да-да. Где-то у меня они были. Вот держи!

Мастер выудил парочку писчих палочек из сумки и протянул ученику.

— Примите, пожалуйста, этот подарок, — произнес Мак протягивая писчие палочки чиновнику. — Такой важный человек должен хотя бы иметь право на чистые руки и…

— Я не беру взяток, — облизнув губы произнес толстячок. Несмотря на слова, его блестящие и бегающие глаза говорили об обратном. — И с местом я вам помочь никак не могу…

— Какая взятка? побойтесь богов!, — отмахнулся Мак. — И с местом мы уже поняли, что Вы нам не поможете.

— Тогда что вам нужно?

— Быть может, Вы приоткроете тайну, и расскажете нам, почему шестой управляющий отказывает нам в месте? — Мак наклонился к чиновнику, вложил в его руку писчие палочки и прошептал. — Мы просто пытаемся понять, кого прогневали.

— Ну, если так, то я думаю, ничего страшного не случится, — он тут же убрал за пазуху подарок. — А за место вы меня простите, но это личный приказ градоуправляющего.

— А с чем связан данный приказ? — вскинул брови Юринай.

— Бросьте, мы с вами взрослые и образованные люди, — улыбнулся старший квартала. — Кто не знает о «Старом мастере»? Юринай Аболосский, Ваш шкаф не хуже кланового знамени на фальштоке. Через три часа после Вашего входа в город, все, кому было нужно, знали о Вашем приходе. Сегодня утром узнали уже все, включая портовых шлюх и отребье из серой гавани. Я не признал Вас только потому, что Вы без своего шкафа, а раньше мне встречаться с Вами лично не доводилось.

— Польщен, — улыбнулся старичок. — Весьма приятно знать о своей славе, но все же. Каким образом мое имя препятствует выдаче места для занятия артефакторикой?

— В Чайке есть свои маги. Они родились здесь и здесь живут. И рынок магических услуг давно поделен, — развел руками чинуша. — А тут «Старый мастер» собственной персоной берет разрешение на работу! Куда им еще деваться? Если честно, я ни разу не удивился, когда наш градоуправляющий распорядился на счет Вас.

— Так-так-так, — стиснул зубы мастер.

— Теперь уже я должен вас просить о снисхождении, — заметив гримасу бешенства произнес старший квартала. — Никому не рассказывайте, что это я вам сообщил. Я боюсь проблем. Вы же понимаете, что заработать должность — это тяжкий труд, а потерять ее проще, чем снять в порту девку на ночь.

— Скажите, — снова влез в разговор ученик. — А как бы Вы поступили на нашем месте? Согласитесь, ситуация несправедлива. Мастер может принести огромную пользу городу, но не каждый знает всех законов, чтобы достойно ответить на это зарвавшимся местным магам.

— Честной торговлей тут и не пахнет, — кивнул толстячок. — Но они наши, местные. Мы их знаем и привыкли к ним. Да и какой еще город может похвастаться четырьмя магами? Если они уйдут — нам будет очень туго.

— Поймите, мы никого не пытаемся прогнать, — отмахнулся Юринай. — Нам нужно всего лишь место для торговли. Да и не собирались мы тут жить. После сезона штормов мы поедем в столицу.

— Старый мастер сходит с круга и заявляется к нам. — улыбается толстячок. — Лично я считал, что Вы пришли осесть у нас! Вы не молодой мальчик, а у нас всегда тепло, прекрасный город и неплохие деньги…

— У меня ученик, — кивнул старичок на Мака. — После сезона дождей мы двинем в столицу, на фестиваль феникса.

— Ученик? — вскинул брови старший квартала. — Это многое меняет, кроме одного факта. Я не могу ослушаться приказа. Но выход все же есть…

Старший квартала выразительно посмотрел на мастера и тот со вздохом полез в сумку, откуда выудил серебряную монету.

— Закон гласит, что каждый продающий товар на земле Империи Антолия обязан платить налог, — важно произнес толстячок пряча монету во внутренний карман. — Закон портового города Чайка, обязывает продавать товары на землях принадлежащих городу только в установленном порядке. С получением разрешения и выделения положенного места у старшего квартала. Но!

Тут чинуша понизил голос до шепота и с улыбкой добавил:

— В законе ни слова не говорится о водах, — подмигнув Юринаю, он посоветовал: — Узнайте в порту у капитанов или матросов. Они расскажут в чем подвох.

Ученик и учитель переглянулись и поблагодарив отправились в порт.

* * *

Набережная кипела жизнью. Споро бегали по трапам грузчики, шлёпая босыми ногами по каменной мостовой, кричали и ругались извозчики, разгоняя народ для проезда, а между этой суетой носилась детвора.

Набережная была похожа на торговый квартал: на ней так же стояли дома, первые этажи которых являлись лавками, торчали вывески, манили глянцевыми отблесками витрины и кричали зазывалы.

Мак взглянул в спину Юриная, который отправился к пятерке офицеров, у большого корабля. Затем он подкинул в руке серебряную монету и обвел взглядом несколько палаток, где на углях под открытым небом готовилась еда.

— Начнем с… — Парень остановил взгляд на поджаристых щупальцах кальмара и вздохнул. — Начнем с экзотики.

Четко проинструктированный учителем о наглости местных, Мак изрядно попотел, чтобы ему продали нормальную порцию по нормальной цене. У второго лотка пришлось выпускать из руки силу, показывая темный дар, и грозиться проклятиями, чтобы торгаш выдал положенную пятую ножку запеченной птицы. Хлеба, к слову, тот жмот так и не дал. А вот третий лоточник, понаблюдав за своими коллегами, сделал хитрее. Он положил тушеного мяса в плотный лаваш с горкой, что вызвало у парня удивление.

Мак нашел глазами место, где было поменьше народу и повыше, чтобы видеть большую часть набережной. Там он не торопясь принялся уплетать купленное, размеренно двигая челюстями и наблюдая за учителем, который носился от корабля к кораблю, с кем-то разговаривал, размахивал руками, ругался и снова куда-то бежал.

— Говорят, на Гладиатора заказ выставили в столицу, — послышался рядом густой бас.

Мак оглянулся и обнаружил, что он не один решил присесть на ступенях, круто поднимающихся на холм. Чуть выше уселись пара мужиков, уплетая какую-то рыбу.

— А толку? Гладиатор с мором, за него не возьмутся за те копейки, что предлагает муниципалитет. — Хмыкнул одетый в зеленый китель на голое тело мужчина. — Маги столицы из-за мелочи сюда не поедут, а у наших кишка тонка с мором справится.

— Да, черт побери, — кивает второй, в белом платке на голове. — Какого черта торгаши не чешутся? Могли бы добавить, чтобы эту посудину отправили на дно морское.

— Потопить галеру дело не сложное. Тут и маги не нужны. А вот мор может и по воде прийти в порт. Надо магов, чтобы они заразу с корабля вычистили.

— И что? Эта галера так и будет торчать у входа в бухту?

— Да не, — отмахнулся моряк в кителе. — Постоит месяцок, не приедет никто из столицы и наш градоуправляющий торгашей трясти начнет. Закроет порт на недельку, для карантина, а вот тогда торгаши уже забегают, и деньги найдутся, и мага из столицы выпишут, снова корабль с проверкой на вход в бухту поставят.

— Чертвы торгаши, — сплюнул моряк в платке. — Пока прибыль не урежешь — хрен почешутся.

Мак же перевел взгляд на море. Вдалеке у входа в бухту, на якоре стояло приземистое судно с одной мачтой и множеством поднятых весел. На на самой макушке корабля висел большой черный флаг. Тем временем, учитель начал искать ученика, как раз после того, как Мак через силу доедал последнюю ногу птицы.

— Прямо ясновидец, — тяжело отдуваясь произнес парень и оглянулся.

Вокруг него сидело четыре кота и три собаки, которые только и ждали, чтобы тот оставил им что-нибудь полакомиться. Стоило ему поднялся на ноги — те тоже вскочили и принялись переминаться с ноги на ногу, не сводя взгляда с остатков пищи.

— Видимо, место популярное, — хмыкнул парень и отправился к учителю.

— Плохи наши дела, — встретил его фразой Юринай.

— В чем проблема-то?

— Торговцы не платят аренду за лоток, чтобы продать свои товары. Они продают со своего корабля, то есть, им не нужно разрешение от муниципалитета или от старшего квартала. — Объяснил старичок. — Но они платят за право оставаться в доке. Выходит, почти те же деньги, что и за лоток на улице, но процент по таможне все же меньше.

— Так в чем же проблема?

— В том, что корабли не задерживаются в доке больше двух-трех недель. А нам тут до конца сезона штормов торчать. А капитаны гнут цену, за право разместить у них лавку на борту. Еще и бесплатную зарядку корабельных артефактов вешают. — недовольно буркнул Старый мастер. — Я думал купить свою посудину, но это безумные деньги!

— Я думаю, мы можем достать одну и даже немного заработать, — задумчиво ответил Мак. — Вон там стоит одна галера с черным флагом…

Парень указал на корабль, чуть в стороне от входа в бухту.

* * *

Кабинет главы порта напоминал выставку редких товаров со всего мира. Когда у него появилась эта привычка — он сам уже не помнил, но как только в порту появлялся корабль из дальних земель, или в таможенной пошлине появлялось упоминание редких товаров, он лично шел проверять груз и собирать необходимые подписи. В последнее время, слава о его пристрастии и своеобразной коллекции разошлись так далеко, что капитаны сами искали его и приходили с подарками. Разумеется, после подарков шли просьбы и прошения, но глава, Уимбер Шатс относился к ним уже гораздо благосклоннее.

Вообще, Уимбер не считал себя взяточником, и денег никогда за свои услуги и одолжения старался не брать. Более того, лысый толстячок искренне считал деньги корнем всех проблем, что не мешало ему выдать разрешение на разгрузку вне очереди за увесистый мешочек с зернами кофе, привезенный из глубин черного континента.

И вот, подмахнув бумагу о внеочередной разгрузке и предоставления места прямо на набережной, Уимбер подошел к пыхтящему паром кофейнику и аккуратно помешал в нем кофе длинной палочкой корицы. Уловив носом чудесные ароматы, его одутловатое лицо невольно расплылось в довольной улыбке.

Палец скользит по дорогой игрушке-артефакту, самостоятельно нагревающей кофейник. Вторая рука достает чашечку с блюдцем из шкафчика, изготовленного из красного дерева.

— Чудесно, просто чудесно, — бормочет толстячок, наливая кофе в чашку.

Взяв ароматный напиток в руки, он подходит к окну, за которым находится балкон, полным цветов. Нежась от каждого маленького глоточка, смакуя аромат кофе и легкий привкус корицы, он открыл глаза и взглянул на бухту. Белоснежные паруса, снующие туда и обратно телеги, водная гладь и…

— Чертова галера, — сморщился глава порта, остановив свой взгляд на посудине, чуть в стороне от залива. — Третья за год посудина с мором на борту! Чем я провинился и перед какими богами, что они так сильно меня ненавидят?

— Господин? — послышался тоненький голосок молодого паренька.

В дверях стоял парень в обтягивающем костюме и с подведенными тушью глазами. Белоснежная кожа, явно в белилах, рюшечки на рубашке и очень чистые, ухоженные руки толкали на вопрос: «А парень ли это?».

— Что случилось, Каст? — вздохнул Уимбер, отводя взгляд от раздражающей посудины.

—К Вам проситель, господин, — поклонился слуга. — Господин Юринай Аболосский, мастер артефакторики, маг свободный по делу.

— Артефактор, — вздохнул управляющий портом. — Ему-то что от меня надо?

— Не могу знать, — развел руками парень.

— Пригласи господина артефактора, — кивнул толстячок и отпив кофе, спрятал чашечку в шкафчик. Еще раз кинув взгляд на раздражающую его галеру, глава порта сел в кресло и достал писчую палочку, всем своим видом показывая, что он отвлекается от срочных и очень важных дел.

— Добрый день, — вошел в кабинет Юринай.

Для подобного приема, мастер артефактор оделся в свою парадную мантию со знаками отличия и освоенными школами.

— Добрый, — кивнул глава порта и поставил на пустом листке размашистую подпись, после чего закрыл кожаную папку и отложил ее в сторону. Подняв взгляд, он театрально вскинул брови и расплылся в улыбке: — Господин маг? Чем могу быть полезен?

— Я к Вам по делу, — мастер артефактор прошел по кабинету и уселся в кресло напротив главы порта. — До меня дошел слух, что муниципалитет города Чайка выставил приказ о найме мага, для очистки корабля от мора.

Глава порта изогнул бровь, изо всех сил стараясь сдержать свое удивление.

— Да, есть подобная ситуация. Градоуправитель официально направил запрос в столицу, — кивнул он.

— Только пройдет не один месяц, пока за эту работу назначат нормальную цену, — добавил Юринай и закинул ногу на ногу. — Я полагаю, до конца сезона штормов можно вообще никого не ждать.

— У Вас есть какое-то предложение? — сморщившись от комментария, зацепившего за живое, произнес Уимбер.

— Да, дело в том, что у меня есть ученик. Очень способный мальчик, только он у меня темный, — старичок небрежно махнул рукой, словно это пустяк.

— И каким же образом, мастер артефактор и пространственный маг, если я правильно прочел Ваши знаки отличия, со своим учеником, может нам помочь?

— Ну, видите ли, ученик у меня метит в подмастерья, а согласно уставу столичного университета магии, кандидат в подмастерья обязан уметь ограничивать и ликвидировать моровые поветрия…

После этой фразы, глава порта мгновенно утратил всю свою официозность, подобравшись, словно обсуждают его перевод в адмиралтейство Империи.

— Даже так? — постучал пальцами по столу он. — Но Вы же понимаете, что это ученик и права этим заниматься у него нет. К тому же…

— При желании я могу справиться с этим мором сам, — Юринай указал на пентаграмму на плече, свидетельствующую о законченном курсе ритуалистики. — Есть способы справиться с этим, но они требуют финансовых вливаний в ингредиенты и значительных сил. Но за своего ученика я ручаюсь. Парень очень способный.

— В любом случае, мы проверим вашу работу, — отмахнулся глава порта и задумчиво добавил. — Меня больше беспокоит градоправитель. Если будет работать Ваш ученик, думаю, он не согласится оплачивать всю объявленную стоимость.

— Ну, я думаю, даже часть суммы будет неплохим подспорьем для мальчика. Тем более, нам бы очень пригодился сам корабль, — невзначай обронил старичок. — Он ведь будет выставлен на торги?

— Это не бриг, и даже не фаланга. Там обычная галера наемников из Сатории. — отмахнулся Уимбер. — Если она вообще уйдет с торгов — будет хорошо.

— Плохое судно?

— Моровое судно. К тому же, торговцы не жалуют галер, — усмехнулся толстячок. — А вам зачем эта галера? Вы собираетесь на ней путешествовать? Сразу скажу — плохая идея. Вдоль берега она еще сносна, а вот в дальних переходах — ужасное и дорогое судно.

— Нет, что Вы! — всплеснул руками Юринай. — У меня на него другие планы, но если Вы нам поможете с приобретением этого корабля — мы в долгу не останемся.

Старичок улыбнулся начаалнику порта, а тот, уже прикидывая как начать разговор с градоправителем, кивнул.

— Я постараюсь сделать все, что смогу, — тут он поднял указательный палец. — Но проверка по качеству работы будет строгой и беспристрастной! С мором шутки плохи!

— Разумеется, — с серьезным видом кивнул мастер и поднялся на ноги. — Не буду Вас задерживать!

— Я тоже не буду откладывать дело в долгий ящик, — кивнул Уимбер и тоже поднялся в кресле. — У меня как раз были дела в муниципалитете…

Глава 11

Мак хмуро глянул на клочок грязной бумажки, который ему сунул в руки торговец.

«Набережная улица дом 32 Магические товары Лины»

— Только там? — недоверчиво переспросил парень.

— Да, — кивнул бородатый хозяин лавки. — Чернила из крови крокуса есть только там. Редкая вещь с востока, но у нее есть всегда. Ей возит один капитан. То ли родственник, то ли старый друг.

— Хорошо, — вздохнул парень и вышел из лавки.

— Ты там уснул, что ли? — встретил его недовольным ворчанием Юринай. — Все взял?

— Да, только вот чернил нет, — Мак протянул бумажку учителю. — Лавочник сказал, что чернила из крови крокуса есть только у этой торговки.

— Что за черт? — нахмурился учитель. — Лавкой заправляет женщина? Первый раз слышу. Да и не были никогда эти чернила в дефиците. Да, дорого, но у всех было, хотя бы немного. Я свои запасы давно извел, ди и без них обходился...

Юринай взглянул на солнце и сморщился.

— Не хочу лезть на ту галеру в потемках, — развернув список, он пробежался по пунктам и отметил писчей палочкой все пункты кроме одного. Тех самых чернил. — Поступим так: ты идешь к этой торговке и берешь чернил. Чем больше — тем лучше. А я пока найду нам лодку с парой гребцов, которая нас к ней доставит.

— Не думаю, что ты найдешь желающих плыть к той галере, — хмыкнул Мак.

— Тогда грести будешь ты! — констатировал учитель и не слушая возмущенное сопение ученика, вложил ему золотую монету в руку и отправился по улице.

— Вот же вредный старикан, — пробубнил Мак и отправился на набережную.

Вволю натолкавшись среди послеобеденной портовой суеты, Мак все же нашел указанный в записке дом и вывеску «Магические товары Лины». Толкнув дверь, ученик задел специальную связку колокольчиков, которые мелодичным звоном огласили маленький магазинчик.

— Да-да! Проходите, — послышался приятный женский голос и из-за прилавка показалась молодая женщина с русыми волосами и неестественно подтянутым бюстом. Будь Мак в старом мире, он бы поставил любые деньги на то, что грудь не настоящая.

— Добрый день! Как к Вам обращаться? — с улыбкой произнесла она и поправила фартук.

В глазах рябило от шкафов со стеклянными витринами, висящими с потолка гроздьями каких-от мелких амулетов и россыпи блестящих артефактов на витринах.

— Мак, — пожал плечами парень и оглядел товары.

Витрины были закрыты магической защитой, которую было видно даже невооруженным глазом.

— Очень приятно. Меня зовут Лина, я торговец третьей гильдии, — обворожительно улыбнулась торговка.

— Я ищу чернила из крови крокуса, — Мак уставился на амулеты от насекомых и москитов, в форме металлического цветка.

Артефакт поразил своим точным и детализированным исполнением, а также мелким артефактным рисунком. Работа была очень кропотливая и трудоемкая, что привело в голову мысль о «артефакторах-ювелирах».

— Чернила из крови крокуса? — задумчиво переспросила женщина. — Надо поискать, минуточку.

Девушка скрылась в проеме, откуда послышалась ее возня и невнятное бормотание. А парень, тем временем, с огромным интересом начал рассматривать артефакты, благо у каждого был небольшой бумажный ценник и короткое описание.

Ученик очень долго пытался разглядеть рисунок на артефакте, разжигающем огонь. Выполненный в виде указательного пальца, артефакт судя по описанию, не выпускал открытого пламени, а лишь нагревал приложенные к ногтю предметы. Благодаря этому должны были снизиться энергозатраты, и артефакт служил бы без подзарядки гораздо дольше.

— Черт бы побрал эти стеллажи! — произнесла девушка выйдя из прохода с парой выбившихся прядей из собранного на голове тугого хвоста. Она сняла через голову фартук. Под ним оказались облегающие брюки и расстегнутая сверху на три пуговицы рубаха. — Вы подождете немного? По-моему, я засунула их на дальний стеллаж, придется покопаться.

Взгляд парня неосознанно остановился на груди девушки. Та, словно специально подняла руки, чтобы перетянуть копну волос на голове в тугой хвост. Рубаха немного разошлась под давлением груди и между пуговицами появился просвет.

— Лифчик?!! — удивился парень, произнеся слово по русски.

— Что простите? — с улыбкой произнесла торговка. Лина была опытной. Ей хватило мельком взглянуть на здоровяка с грубыми чертами лица, чтобы понять куда он смотрит и чему удивляется.

— Я говорю, мне не сложно. Я подожду, — вздохнул Мак.

Вернувшись к осмотру артефактов, парень никак не мог выкинуть из головы первый в этом мире лифчик, который он увидел. Нет, дело было не в груди, и даже не в подобии вышивки, даже размер груди тут был не причем. Все дело было именно в увиденной чашечке и небольшой перемычке, которую он успел рассмотреть. Это никак не вязалось с представлением Мака о женском нижнем белье и развитости мира в котором он находился.

— Нет, в принципе, в этом нет ничего такого, — пробормотал парень себе под нос, и задумчиво добавил: — Интересно, до поролона они тоже уже додумались?

Под такие безобидные мысли, из прохода вглубь магазина послышался грохот и сдавленная ругань Лины. Буквально через несколько секунд она появилась с дежурной улыбкой, потирая ушибленный локоть.

— Уважаемый Мак, — девушка обворожительно изобразила расстроенную мордашку. — Вы не поможете мне немного? Услуга, так сказать за услугу. Мне нужно сдвинуть один ящик. Не могу из-за него добраться до чернил.

— Не вижу причин отказывать, — пожал плечами Мак и отправился за девушкой.

Как только он оказался в проходе, на двери, со стороны улицы, появилась надпись «Закрыто» и щелкнул замок входной двери.

Ученик последовал за девушкой, и оказался в настоящем складе. Проход, казавшийся обычной подсобкой, вывел в большое помещение, до потолка заставленное коробками, свертками и корзинами. Торговка прошмыгнула мимо одного стеллажа, второго, и чуть было не исчезла из поля зрения, но Мак успел ее догнать.

Лина задумчиво читала надпись на деревянном ящике, в узком промежутке между стеллажами.

— Надо снять вот этот ящик, — указала она на ящик в районе пояса парня.

Тот молча подхватил его и не разворачиваясь вынес чуть в сторону.

Торговка нырнула в образовавшуюся дыру между ящиками и немного покопавшись вылезла.

— Промах, надо было снять вот этот, — указала она на ящик выше.

Мак раздраженно вздохнул. Хоть женщина была довольно милая, фигуристая и откровенно говоря сексуальная, но таскать ящики в чужой лавке явного желания не было.

Лина снова зарылась между ящиками, выставив подтянутые ягодицы и потрясающие ножки. Причем встала она так, что дотянуться до ящика можно было только обойдя ее. Ученик, окинув взглядом филейную часть торговки, начал протискиваться между стеллажом и женщиной. Как только ее ягодицы оказались на уровне его паха, она прижала ими парня к соседнему стеллажу.

— Честное слово, мне так неловко, — щебетала женщина и, словно специально, начала переминаться с ноги на ногу. — У меня все разобрали, но точно помню, что у меня была заначка на всякий случай...

Девушка изогнулась и развернувшись встала между Маком и стеллажом, лицом к нему. Прижимаясь к нему всем телом, от груди до бедер, торговка заглянула к нему в глаза и изогнув бровь вежливо поинтересовалась:

— Вам наверное очень неудобно носить такой артефакт в штанах, — она провела ладонью по плечу и встала на носочки, прильнув к уху. Тихим шепотом, она произнесла: — Ваш артефакт упирается мне в живот.

— Артефакт? — нахмурился парень. — Нет, это не артефакт...

Ученик достал сверток с кистями для ритуальных рисунков из куртки.

— Кисти? — изобразила расстроенную мордашку девушка. — Я ожидала от Вас чего-то... большего.

— К сожалению, у меня неотложные дела, — кашлянул парень и сдвинулся в сторону, освобождаясь от плена торговки. — И мне срочно нужны чернила из крови крокуса.

— И зачем же Вам понадобились эти чернила? — торговка словно и не заметила отказа. Она плавным кошачьим шагом скользнула к парню, прильнув к нему всем телом.

— Я темный м... ученик, — сделал небольшой шаг назад парень. — И мне это необходимо для зачистки морового корабля.

Мак заметил в руке женщины небольшой флакон.

— Это все, что есть? — спросил парень расстроенным тоном.

— Это концентрат, — улыбнулась торговка и вставила флакончик в ложбинку между грудями. — Разводится один к двадцати, любой кровью.

— Сколько он стоит? — вздохнул парень, не сводя взгляда с флакончика.

— Можем договориться без денег, — с придыханием произнесла она. — Но если Вам принципиально, то отдам за золотой...

Мак достал из кармана золотую монету и протянул ее торговке, но та и не думала ее брать. Она уперла руки в бока и изогнув бровь уставилась с усмешкой на парня. Грудь она намеренно выпятила вперед и снова сделала шаг к нему, прижимая его к соседнему стеллажу.

Ученик тяжело вздохнул и аккуратно протянул руку к груди. Медленно, под внимательным взглядом торговки полным неприкрытой похоти, парень вытащил флакончик и аккуратно опустил в ложбинку монету.

— Заниматься точной и сильной магией на неизвестном судне, да еще и ночью — довольно плохая идея, — произнес ученик, пряча в куртку флакон.

— Пожалуй, Вы правы. — закусив нижнюю губу произнесла она. — Но Вы потом обязательно зайдите! У меня есть для Вас небольшая работёнка. Как раз по Вашему профилю.

— Моему профилю? — удивился парень.

— Работа с артефактами, — заметив отсутствие реакции на лице парня она добавила. — Специально для Вас — с темными артефактами.

— С артефактами на темной силе?

— Совершенно верно, — вновь улыбнулась она. — Но Вы можете зайти просто так...

Тут она хохотнула и окинула его оценивающим взглядом.

— Заходи, посмотрим артефакты... Может быть и еще что-нибудь придумаем!

Мак невольно улыбнулся и кивнул.

— Обязательно загляну.

* * *

Мак как следует раскрутил крюк на веревке и кинул его на корабль. Тот словно пушинка, перелетел борт и глухо брякнул. Потянув веревку, он почувствовал, что крюк за что-то крепко зацепился. Старая шлюпка прижалась к борту и парень вздохнул.

— Еще бы забраться туда, — ученик взглянул на свои руки.

Желающих плыть к зараженному кораблю действительно не нашлось. даже за приличные деньги, даже в нищих кварталах на воде. В итоге, будущий темный маг самостоятельно работал веслами от причала до самой галеры.

— Ничего, ты у нас молодой и к физическим нагрузкам уже привык, — задумчиво пробубнил Юринай. Он сидел на носу лодки и поглядывал на несколько артефактов-дощечек.

Каждый был изготовлен из плоской кости. На этих костях был изображен сложный рисунок из медной проволоки, а в ключевых местах установлены драгоценные камни. Даже просто в материалах — связка артефактов стоила немалых денег.

Мак взглянул на хмурого учителя, потер покрасневшие руки о штаны и произнес:

— Надо было придумать что-то получше!

Парень ухватился руками за веревку и принялся с трудом взбираться по ней. С пыхтением, ученик все же смог залезть на борт. После ученика, на борту оказался ящик с инструментами Юриная, три корзины с ингредиентами, пара теплых одеял, два мешка с книгами, один с едой и, под занавес, сам учитель. Артефактный шкаф, старичок решил не брать, ввиду банального отсутствия места в шлюпке, где его можно было бы разместить. Был вариант везти его стоя, но шансы утопить личный дом старика был слишком велик.

— С чего начнем? — произнес Мак.

Мастер артефакторики взглянул на солнце.

— Вообще-то, это я должен спрашивать, — хмыкнул старичок и снова начал перебирать связку артефактов.

— Я думаю начать с обнаружения мертвой плоти, — задумчиво произнес Мак. — Пока ни одного мертвеца не видно, а их должно быть тридцать четыре. По крайней мере, так говорится в документах.

— Мысль хорошая, но начнем мы с обнаружения мора.

— Зачем? Корабль уже проверяли, — недоумевающе спросил Мак.

— Не знаю, кто и чем его проверял, мои артефакты молчат, — Юринай поднял связку костяных дощечек и потряс ее. — А это, извини меня, не стандартный артефакт! Это «Моровое ожерелье»! Такие только с черного континента возят!

— Такого же не может быть, — нахмурился Мак. — Думаете, их артефакт сломали? Может, все же Ваше ожерелье...

— Вот ты это и проверишь, — вздохнул учитель и недовольно оглядел палубу. — Не ленись перепроверять информацию. Это никогда лишним не бывает.

Мак недовольно вздохнул и кивнул.

— Тоже верно.

Мак принялся распаковывать инструменты для ритуалистики, но тут снова вмешался Юринай.

— Ты опять начинаешь со сложностей, — недовольно бормочет старичок.

— Это все равно выйдет точнее и...

— Дольше. Попробуй сначала опознать мор по другому.

Мак замер на несколько секунд в раздумьях, но потом все же оставил кисти и коробочку с красками. Встав на ноги он встряхнул руки и сжал кисти в кулаки, оттопырив большие пальцы. Выступившая на больших пальцах сила, собралась в каплю, а затем растеклась в форме руны «Йодум» на каждом пальце. Ученик приложил большие пальцы к переносице и глубоко втянул воздух.

— Гниль, — удивленно произнес парень и еще раз втянул носом воздух. — Точно гниль!

Юринай довольно хмыкнул и кивнул в сторону ящика с инструментами.

— А теперь, давай выяснять, почему мор пахнет темной магией, — вздохнул мастер.

Мак подхватил кисти, флакон с чернилами, связку металлических заостренных штырей и отправился на пятачок, между веслами на носу. Окинув взглядом площадку он взглянул на учителя.

— Сначала я буду искать источник магии на этом корабле, — видя довольный кивок учителя, Мак уже более уверенно продолжил пояснять задуманные действия. — Я буду использовать стандартные поисковые ритуалы. Учитывая специфику моей силы, я применю «Темное наитие». Это даст более четкую информацию об источнике.

— Приступай, — кивнул мастер артефакторики.

Мак откупорил чернила и принялся рисовать символы и руны на досках, а Юринай начал прохаживаться по кораблю, продолжая перебирать артефакты. Старичок внимательно оглядывал палубу, скамьи и старался подметить все странности.

А попадалось их не мало. Валяющаяся миска на палубе, зарубины на борту, и поломанные весла. Мастер пересчитал их на местах. Таких должно было быть тридцать, но на местах было только двадцать семь. Два весла были сломаны, а третье отсутствовало вовсе.

Юринай подошел к левому борту и присел. На борту, на местах гребцов, и на полу виднелись зазубрины и глубокие царапины. Мастер аккуратно подцепил ногтем черную грязь между досками и растер ее пальцами. Поднеся палец к одному из артефактов, который мигнул красным камнем.

— Кровь, значит.

В этот момент Мак закончил ритуал.

— Источник небольшой, со стандартный портовый мешок. Не двигался около месяца.

— Хорошо, теперь очисти корабль от мора, — командует старичок.

— Зачем? — вскинул брови ученик. — Я никакого мора не почувствовал!

— У нас договор на очистку от мора, — старичок поджав губы оглядел корабль. — Нам нужна эта посудина, поэтому договор надо выполнять. Да, и на всякий случай все же стоит его очистить.

Мак кивнул и отправился к ящику, набирать новые краски, инструменты и остатки мертвой плоти забитого утром петуха. Юринай же, продолжил осмотр. Оглядывая обстановку и следы сражений, в голову пришла мысль о том, что судно действительно было боевым.

— Или на том судне плавали настоящие воины, живущие войной, — начал бормотать под нос Юринай. — Или на этой посудине плавали отчаянные мерзавцы, которые не отказывались ни от какой работы.

Мысль о мерзавцах выкинула из подсознания воспоминание о перерождении людей, в темных упырей. Это происходило когда...

— Я закночил! — крикнул Мак. — Ритуал будет работать еще несколько часов...

— Проверь количество трупов на корабле! — скомандовал мастер и отправился к ящику с инструментами. — Черт! Надо было хотя бы что-то боевое взять!

Старичок облизнул губы и взглянул на темный проход на корме, который уводил внутрь галеры. Немного помявшись, он, по привычке, достал трубку и мешочек с табаком. Когда его взгляд упал на табак, он чуть его не выронил.

— Старый дурень! Как я мог забыть, — мастер артефакторики провел пальцами по боковой поверхности трубки, отчего та мигнула белым светом. Он с довольной миной перехватил ее в другую руку и принялся сноровисто набивать табаком.

Ритуал по поиску мертвецов занял гораздо больше времени, чем предыдущие, но спустя несколько минут Мак подошел к учителю и произнес:

— Я использовал «Последний вздох» и у меня на корабле трупов тридцать три. Одного не хватает.

— На самом деле, все здесь, — Юринай взглянул на ученика и спросил: — Сможешь рассказать мне, как это может быть?

— Чтобы не видел «Последний вздох»... — Мак с подозрением взглянул на учителя. — Объект должен быть живым... или мертвым, но восставшим.

— Совершенно верно, — кивнул мастер. — Восставшим! О чем это говорит?

— Тут был некромант? — неопределенно пожал плечами парень.

— Ага, из Сатирии приплыл, наемников отправить на тот свет, — усмехнулся старичок и пыхнул трубкой.

— У меня нет вариантов, отчего мог восстать...

— Чтобы превратится в мертвого упыря, обычному человеку понадобится немало усилий! Во-первых — можно поймать проклятие, от шаманов черного континента. Верно, эффективно и главное непредсказуемо. Проклятие может обернуть тебя через два дня, а может через годы. — Старичок пожевал губами и выпустил дым из ноздрей. — Не знаю еще ни одного, на ком не сработало проклятье от их шаманов.

— А во-вторых?

— А во-вторых, в мертвого выродка можно обернуться, если начать есть внутренности человека при жизни.

— При жизни поедателя или съедаемого?

— Обоих, — кивнул мастер артефакторики. — Живой должна быть жертва, а так же сам поедающий. Эманации боли в безумных количествах, меняют разум решившегося на такое безумца. А сила смерти начинает перерождать эту тварь, особенно, если она продолжает питаться человеческой плотью.

— Погоди, но это получается, что один жрал другого, а остальные смотрели? — нахмурился ученик.

— Нет, — усмехнулся Юринай. — Хотя не исключаю подобных инцидентов среди каких-нибудь оккультистов и сектантов. Все было гораздо проще. Если бы ты знал порядок карантина ты бы не задавал глупостей.

— Что за порядок карантина?

— Как только корабль входит в бухту, к нему тут же отправляется дозорное судно, которое проверяет его артефактом на наличие опасных болезней. Если такую обнаружат — корабль накрывают особым магическим пологом и буксируют за пределы бухты. — Старичок пожевал губами и добавил: — Через этот полог невозможно сбежать или что-то передать, выкинуть... Чем-то похоже на силовой барьер.

— И сколько держат этот полог? — задумчиво спросил ученик.

— Пока не явятся компетентные маги и не очистят корабль от болезни, — старичок взглянул Маку в глаза и уточнил: — Не вылечат болезнь, а именно очистят корабль.

— А если ждать мага будут пол года? — сморщился парень.

— Значит будет висеть магический полог полгода, — пожал плечами старичок.

— А как же те, кто оказался внутри?

— Никак, — усмехнулся Старичок. — Они обречены на смерть.

— И какой дурак тогда пойдет в порт? Если на корабле эпидемия, тогда проще высадиться где-нибудь в стороне, а корабль бросить. Тогда есть шанс...

— Мак, никто не говорит матросам и простолюдинам о том, что бедолаг с корабля просто уничтожают.

— Это бы давно заметили, — недоверчиво встрял Мак.

— Иллюзии и несколько членов ордена похожей комплекции, — развел руками Юринай. — К тому же, сойдя на берег такие моряки в любом случае начнут искать целителя. А каждый целитель обязан сообщать об опасной болезни. В итоге их все равно выведут на чистую воду. Не живыми, так мертвыми.

— Погоди ка, — вскинул брови Мак. — Контролем судов и их карантином занимается орден «Белоснежной розы»?

— Да, а что в этом такого?

Мак устало вздохнул.

-В принципе — да. Трудно было ожидать чего-то другого, — сморщился парень.— Тогда последний вопрос. Почему мы не провели разведку и полезли сюда самостоятельно?

— А как ты себе это представляешь? — улыбнулся Старец. — Мертвяками по проточной, а тем более соленой воде не пройти. Летающая нежить и духи — не пройдут полог. Как ты сюда на разведку собрался?

Старик повернулся к борту, туда где болталась люпка и самым натуральным образом попытался плюнуть за борт. Плевок, вместо положенного полета, растекся по невидимой стене.

— Нас бы сюда не пустило, если бы не артефакт-ключ. Полог никуда не делся. Кстати, он жутко искажает картину. Максимум, что ты сможешь увидеть в карантинном пологе — это наличие или отсутствие живых людей. Не более. — Старичок задумчиво взглянул на порт. — Вот и выходит, что скорее всего — это были последние двое живых. Один набрался смелости и решил съесть своего товарища.

Мак сморщился и тихо произнес:

— А дальше все пошло по принципу «Болотных духов»...

— Я думал, ты бестиарий просто пролистывал, — хмыкнул учитель. — Да, принцип тот же. Эманации боли и поедание живой разумной плоти.

Старик отвлекся на одну из дощечек, на которой начал мигать черный камешек.

— Мак, только очень прошу, постарайся не утопить корабль. — Юринай многозначительно взглянул на ученика. — Он нам еще пригодится.

Мак не сразу понял о чем пытается сказать ему учитель, но тут он заметил багрово-красное щупальце, которое показалось из лаза в трюм. Оно осторожно ощупывало пространство возле выхода и спустя несколько секунд вытянуло тело. Мерзкое, склизкое порождение силы боли и смерти. Туловище овальной формы, имело один глаз и три щупальца. По бокам шевелилась кожа, из под которой с противным чавканьем доносились свистящие звуки.

— Это было человеком? — сморщившись произнес Мак.

— Стихийное перерождение порой бывает очень мерзким, — кивнул старый мастер и поправил защитный артефакт на шее. При этом он продолжал пыхтеть трубкой, не хуже коптильни, и с интересом поглядывать на действия ученика. — Стихия всегда действует прагматично. Ничего лишнего. Только то, что необходимо для выживания.

Мак, заметив действия старого мастера, тоже возвел вокруг себя темную полусферу. Ученик не торопился нападать и решил немного понаблюдать за странным вывертом стихии.

Тварь оказалась очень медленной. Она вертела глазом, хлюпала подобием жабр и с огромным трудом перетаскивала свою тушку. Да, тварь не вызывала желания к ней прикоснуться, да, на ее пузе виднелись клыки и судя по всему, там находился ее рот, но опасность от нее была очень сомнительная.

— Ты так и будешь стоять? Она до завтра будет до тебя ползти! — раздраженно буркнул учитель.

Мак оглянулся. Ударив самым слабым из своих заклинаний, он гарантировано сносил кормовые постройки. С приличной вероятностью вслед за ними отправится часть верхней палубы. Это заставило думать темного ученика по другому.

— Если это выверт чистой силы, то у него не может быть защиты. Априори! — вслух рассуждает парень. — А если у этой твари нет защиты, то можно воздействовать силой напрямую. Просто выжечь ее тьмой.

— Я, на всякий случай, еще раз тебе напоминаю про корабль, — учитель отошел к борту и сложив руки на груди принялся наблюдать, как мерзкое создание поползло в сторону ученика.

— Я не могу бить силой напрямую, слишком много получится, — продолжил рассуждать ученик. — Ритуал и призывы — долго. Тогда остается примитивный артефакт!

Юринай вскинул брови от удивления, а парень просто вытащил одно из весел и с трудом его приподнял. Будучи длинной около четырех метров, оно было очень тяжелым и громоздким, но это не помешало парню поставить его вертикально и начать напитывать силой.

Под удивленным взглядом учителя, Мак напитал силой весло до появления черного выпота. Сделав пару шагов к мерзкому созданию, парень вскинул над головой свое оружие, словно темный паладин двуручный меч из древних гравюр, на миг замер в верхней точке и нанес удар. Треск палубного настила и сломанного весла, хлюпающий звук перерожденной мерзкой твари и брызги гноя, заляпывают вонючим зеленовато серым месивом всю палубу, Мака и учителя. Порождение свободной силы без малейшего сопротивления под действием накачанного весла лопнуло, словно мыльный пузырь.

— Послали боги ученика, — передергивая плечами от омерзения произнес Юринай. Он отряхивал с рубахи кусок плоти и капли гноя. — Ты не мог проколоть эту дрянь этим веслом?

— Я думал, она будет крепче, — передернул плечами ученик.

— С чего ей быть крепче, если она спокойно питалась мышами и обгладывала трупы?, — Старый Мастер передернул плечами. — Бр-р-р-р! Ну и гадость.

Парень же задумчиво произнес:

— Я все же ожидал, что это будет что-то более агрессивное.

— А я ожидал, что ты все же попробуешь выкрутиться чистой силой, — Юринай глубоко затянулся через трубку и выпустив дым кивнул в сторону кормы. — Там должны быть ведра.

— Зачем ведра?

— Ты же не собираешься нюхать эту гниль оставшийся день? — сморщился старичок. — Да и сними черный флаг. Это будет означать, что мы закончили работу. А я пока пойду гляну, что творится в трюме.

Оставив парня разбираться с палубой, мастер спустился в трюм. Активировав небольшой артефакт-светляк, старичок кивнул своим предположениям. Нижняя палуба была завалена костями. Тут и мелкие крысиные кости и обглоданные трупы людей. Причем тварь пожирала только кожу, внутренности и мясо. В результате, эти обглоданные скелеты выглядели словно старые, давно сгнившие трупы. Не вязалась с этим только белизна костей. Старые обычно отдавали желтизной.

— Вот поэтому мои артефакты и не показали мора, — произнес мастер и присел у одного из трупов. Бегло пробежавшись глазами по трюму без перегородок, старик заметил только пару бочек и висящие на крюках мешки с вещами. Гамаки, в которых спали матросы, висели у стен в сложенном состоянии.

Взгляд остановился на обглоданных костях, а разум отметил отсутствие следов крови. Единственное, что осталось от плоти — это суставные хрящи и обрывки связок.

— В принципе не плохой материал, для...

Не успел договорить Юринай, как над головой, вместо плесков воды послышался низкий гул. Старичок настороженно взглянул на вход, через который пришел, но тут же шарахнулся в сторону. Обглоданный скелет зашевелился и сел. Старый артефактор выхватил белую трубку и направил ее на скелета, но тут одновременно зашевелились остальные кости. Трупы людей и мышей вставали, если могли, и ковыляли к выходу. Раздавленные косточки мышей и отдельные руки и ноги, бестолково двигались, скребли пол или просто изгибались.

— Какого черта? — Юринай прислонился к стене и с тревогой наблюдал как все что могло идти, ползти или ковылять — вылезало на верхнюю палубу. — Мак! Мак! Ты меня слышишь?

Ответа не последовало, что заставило старика по настоящему волноваться.

— Мак! Кто-то активировал массовое поднятие нежити... — попытался предупредить учитель ученика, но тут у него в голове промелькнула мысль, которая заставила опустить артефакт. — Мак! Какого черта?!!

— Что? — показалась голова ученика в проеме.

— Я так понимаю, что это твоих рук дело? — кивнул учитель на скребущую пол руку и извивающийся позвоночник крысы.

— Я тут вспомнил про некроманта, о котором вы рассказывали, — улыбнулся Мак. — И решил, что если уж драить палубу, то делать это как маг, а не как матрос.

— Похвально, конечно, — поджал губы Юринай. — Однако, стоило меня об этом предупредить.

Послышался всплеск воды и скребущие звуки с верхней палубы.

— Ты успел выдать им приказ? — вскинул брови учитель.

— Нет, это мертвая память, — мотнул головой ученик. — Я только приказал вымыть палубу.

— Это хорошо, — впервые за день улыбнулся учитель. — Они нам понадобятся, чтобы добраться до порта.

Юринай указал на шевелящиеся отдельно руки и хмуро буркнул.

— Если бы взял «Умбарский» вариант заклинания массового подъема нежити — подобной растраты силы в пустую не было.

— Армейский проще и эффективнее, — отмахнулся ученик. — Кстати, а Вы что там ищите?

— Для начала, я ищу наши законные трофеи, — старичок подошел к висящему на крюке мешку и заглянул в него. — Лишние монеты точно не помешают. Ну и может попадется что-нибудь, что даст представление о том, как и где заразился экипаж.

— Мародерство, — нахмурился ученик. — А мне-то что делать?

— Не мародерство, а обследование собственного имущества, — Старый Мастер сморщился и повесил мешок на место.

Мак недовольно засопел, но все же кивнул, после чего скрылся из виду.

— И загляни в кормовой пристрой! — крикнул ему вдогонку учитель. — Думаю, там будет самое интересное.

* * *

Мак разглядывал страницы бортового журнала на незнакомом языке. Его знаний Сатирского хватило только на то, чтобы прочитать короткую надпись на обложке.

«Гладиатор. Капитан Сималь Икэт»

Ниже шли какие-то цифры и дата начала журнала. Перед каждой записью шла дата и непонятные для чего цифры. Книга местами была промокшая и некоторые строки потекли, но текст с виду был вполне разборчивый. Иногда попадались жирные пятна, иногда пятна крови. Пару раз Мак натолкнулся на места, где листов вовсе не хватало.

Парень оторвал взгляд от книги и уставился на собранные трофеи. Тут и короткие увесистые мечи, и арбалеты, и даже парочка боевых топоров с длинным древком. Помимо оружия нашлись и пара книг на незнакомом языке, тубусы с картами, увесистый мешочек с монетами всех возможных форм и номинала, а также большая металлическая подзорная труба.

— Все чисто!

Мак поднял взгляд от книги на проверяющих. На палубе стояли учитель, большой грузный мужчина и худощавый мужчина с лысой головой, в одежде служащего канцелярии.

— Никаких следов мора, опасных болезней или запрещенной магии, — с поклоном произнес клерк.

Он аккуратно вернулся к шкатулке обшитой шелком и сложил в нее три артефакта в виде больших круглых медальонов из серебра. На каждом была россыпь драгоценных камней и чеканка рун.

— Вы не представляете, что для меня сделали, — улыбается начальник порта. — Это просто потрясающе!

— Вы хотели сказать «Сколько денег мы вам сэкономили»? — улыбнулся Юринай.

— Деньги? А что деньги! Деньги — пыль! — отмахнулся Уимбер.

— Предпочитаю быть пыльным, — улыбнулся в ответ артефактор.

— Я разговаривал с градоначальником, — пожевав губами произнес управляющий порта. — Он согласился оплатить часть... суммы, обещанной в столице и...

— Что простите? — сморщился старичок. — Я не расслышал!

— Глава города согласился оплатить пятую часть от заявленной в столице суммы, — прокашлявшись произнес Уимбер.

— Пятую часть? — сморщился старик и всплеснул руками. — Пятую часть! Вы вообще в курсе, сколько стоили ингредиенты? А работа? Я по-вашему должен работать в убыток?!

— Погодите так кипятиться, — вскинул руки управляющий портом. — Пять сотен золотых — это вполне приличные деньги! — После упоминания суммы старик закашлялся, но быстро взял себя в руки. — И наш уговор остается в силе! Корабль полностью в Вашем распоряжении!

— Документы по поводу корабля...

— Уже подготовлены и ожидают Вашей подписи! — Тут в руку Уимбера вложили папку с документами.

Старик, стараясь держать марку, хмуро обвел взглядом посудину.

— Деньги здесь, документы здесь, — развел руками управляющий. — От Вас только согласие и подпись!

Толстяк расплылся в улыбке и выжидательно уставился на артефактора.

— Где расписаться? — буркнул мастер.

— Вы сделали правильный выбор! — еще шире улыбнулся Уимбер, хотя казалось еще немного, и его щеки треснут. Он споро открыл папку и подал учителю писчую палочку. — Подпись вот здесь, и вот здесь. Вот тут необходимо приложить Ваш перстень... Замечательно!

Клерк следом поставил печать городского порта, заверяющую документ. Юринаю вручили набитый золотом увесистый мешочек и два документа. Отныне эти документы подтверждали право владения кораблем.

— У меня только одна просьба, — Уимбер прокашлялся и кивнул на порт. — Завтра я отправлю Вам нашу швартовочную команду, они помогут с буксировкой и швартовкой, но не могли бы Вы поменять название галеры? Приметное судно и слава у него не очень.

— Всем рты не заткнешь, — заметил мастер.

— Всем не закроешь, но хотя бы торговцев отпугивать не будет, — пожал плечами управляющий.

— Я думаю, мы пришвартуемся сами, — Мастер повернулся к наблюдающему за этой сценой Маку и кивнул. — А за совет спасибо, обязательно воспользуемся!

В этот момент, из под палубы, через лаз и грузовой выход полезли обглоданные скелеты. Они молча проходили мимо шарахнувшихся в сторону управляющего и клерка, и садились на лавки, устанавливая весла в пазы и готовясь к гребле.

— По-по-по... — начал заикаясь бормотать управляющий портом.

— Подвезти? — с улыбкой спросил подошедший Мак.

— По-по-пора нам, — наконец проговорил побледневший Уимбер и, взяв под локоть клерка, отправился к веревочной лестнице, ведущую на лодку с гребцами.

— Может, все же с нами? — еще раз повторил предложение Мак.

— Не-не-не стоит беспокоиться, — мотнул головой глава порта и первым полез по лестнице, которая под его весом жалостливо затрещала.

Спустя пару минут, ученик и учитель с улыбкой наблюдали как от их корабля, на пределе возможностей гребцов, улепетывала мелкая шлюпка.

— Боги, край непуганных идиотов, — хохотнул Юринай. — Это же просто скелеты!

— Может, он мертвецов-то толком и не видел?

— Может и не видел, — кивнул Мастер артефактор. — Но меня больше волнует цена за эту работу.

— А что с ней не так? — пожал плечами Мак.

— С работой так. Меня больше интересует, какого черта зачистка корабля стоит две с половиной тысячи золотых...

* * *

В большой гостиной, сидя в кресле и прихлебывая чай с корицей, Юринай читал лекцию ученику.

— Я прекрасно осознаю, что там сказано не все, но и ты пойми. Единственным, кто описал все принципы работы с силой и по сути разделил дар владения магией — был проклятый, тот самый Уринай, — пару раз пыхнул трубкой старичок. — Почти все его труды подверглись анафеме. Да, потом многое пересмотрели, многое вернули под именами неизвестных авторов, но его оригинальные рукописи достать очень сложно.

— Но это же вроде должно стать основой! Как без этого можно... — попытался начать возмущаться Мак. Парень прислонился к стене у окна с видом на море и категорически отрицал, что фундаментальное научное учение можно отвергнуть, только из-за выбора стороны во время восстания. В голове бывшего врача, наука так и осталась превыше всего.

— Очень просто! — буркнул старичок. — Некоторые труды конечно остались, я бы даже сказал, большинство. Однако, допуск к ним есть не у всех. Далеко не у всех.

— Но ты же их читал? — нахмурился парень.

— Читал, но...

— Тогда ты должен был сталкиваться с банальной классификацией дара, или методов создания заклинаний, или...

Юринай устало вздохнул и поставил чашку на столик.

— Во-первых, ты должен понять смысл тех техник, о которых я тебе рассказывал, — начал вновь объяснять ученику прописные истины старичок. — Для начала пойми две вещи. Первая — можно пользоваться силой внутри тебя, а можно пользоваться силой которая вне тебя.

— В каком смысле?

— Вот смотри. Стоит у меня чашка с чаем, — учитель демонстративно налил из чайника в чашку. — А я, допустим, чистый стихийник. Маг воды. Я не могу пользоваться силой внутри меня. У меня дар работает по другому. Моя сила в моей стихии, в воде. Я могу использовать ее для своих нужд. Создать, к примеру водяной кнут или немного поиграться с ней и обратить в ледяные копья. А могу и банально превратить ее в туман.

— Ты хочешь сказать, стихийные маги не производят силу, а только управляют стихией? — сморщился Мак.

— Нет, я хочу сказать, что это подход к работе со стихией, но отчасти ты прав. Чистые стихийники обычно довольно однобоки. Принцип работы с силой имеет два основных типа. Либо ты работаешь с тем, что внутри тебя, либо с тем, что снаружи. — Старичок достал трубку и принялся набивать ее табаком, не прекращая лекции на тему основ магической энергии. — И это принципиально делит магию на две основополагающие школы. Школа, основанная на духе и школа, основанная на силе.

— Это довольно логично, но тогда к какой школе относится ритуалистика? — нахмурился Мак.

— Конечно к школе духа! Ритуалистика не черпает силу из твоего источника...

— Погоди-ка! Я же вливаю силу, чтобы...

— Не перебивай! — поднял раскрытую ладонь учитель. — То, что ты тратишь — это активатор, необходимый только для того, чтобы запустить заклинание.

Старичок подался вперед и шепотом добавил:

— По большому счету, можно использовать кристаллы с силой, остальную энергию ритуал берет из окружающего его мира. — старик раскурил трубку и пыхтя дымом, продолжил: — Именно поэтому, периодически появляются секты простолюдинов, которые пытаются призвать очередного мессию и спасителя, а вместо этого устраивают локальный прорыв в адское пекло.

— Погоди, а жертвенные алтари? А как же сложные ритуалы с...

— Не перебивай! — уже с нажимом повторил старичок. — Все эти алтари и прочая атрибутика идет для того, чтобы создать нужный магический фон. А фон из боли, как ты понимаешь, создать очень трудно. И если уж говорить о Школе духа, то сюда пойдут и все техники работы с чистой силой. А это вся ритуалистика, вся артефакторика, все техники работы с силой на уровне эмоций, разума и еще чертова куча техник!

— А что остается тогда школе силы? — нахмурился Мак.

— Все техники плетения, техники движений и слова, вся работа с силой из своего источника, все маги-метаморфы...

— Это понятно, — кивнул Мак. — Основополагающая школа, но как быть, если своя сила, допустим, есть, но ни одна техника не удобна?

Мак отвел взгляд от моря и взглянул на учителя.

— Я пробовал и технику слова, и технику движений и даже пытался что-то сделать силой мысли! Получается откровенно паршиво, неудобно и непрактично.

— Значит, делай так, как удобно, — пожал плечами старичок. — Однако ты должен понимать, что если ты отправился в путешествие, то времени рисовать ритуалы и их проводить может и не представится. Элементарные защитные заклинания ты должен уметь создавать в любом случае. И неплохо было бы знать парочку бытовых вариантов.

— Я работаю над этим, — кивнул Мак.

— Тут не работать надо, — хмыкнул старичок. — Тут надо подходить прагматично. За долгие годы в пути я уже примерно вывел свой список. В нем около 30 заклинаний, которые делают пешее путешествие довольно комфортным.

— Что-то вроде розжига пламени или хождение по воде?

— И это тоже, — кивнул Старичок. — Однако, разжечь огонь можно и без магии. Да и воду можно обойти или переплыть. А вот штопать порванные штаны, спать в теплой постели, отгонять кровососущих насекомых — это надо уметь. Ты не представляешь насколько комфортнее ходить летом по северным лесам, если тебя не пытаются сожрать тамошние комары и мошки.

— Я как-то об этом не задумывался...

— А стоило бы! Только помни три золотых правила!

— Да, помню я! Помню! — сморщился парень от сотого повторения одного и того же. — первое правило — безопасность. Второе правило — понимание. Третье — правило использования магии, а не собственных усилий!

— И запомни раз и навсегда! Ты маг! Не паладин, не рыцарь смерти! Ты маг и делать все должен именно магией! Ну, а если уж тебе приспичило работать с ритуалистикой, то будь добр — закажи себе свой набор! — Юринай многозначительно взглянул на своего ученика и тот нехотя кивнул.

— Я закажу, но это будет не быстро. Да и откуда тут проклятое серебро? Это же не...

— Это Чайка! Тут есть все! Надо просто уметь искать, — улыбнулся старик и выпустил дым через ноздри. — Все-таки не надо было начинать с ритуалов...

— Я согласен, что тут есть все, — кивнул ученик. — Только денег ты мне не выделил, даже на элементарные нужды и...

Юринай удивленно взглянул на ученика и пару раз пыхнул трубкой произнес:

— Мы это не обсуждали, и я это упустил как само собой разумеющееся. — старичок пожевал губами и принялся пояснять: — Все, что сделано с моей помощью или при моем участии считается заработком учителя. Если ты хочешь получать плату за свою работу, то должен выполнять ее самостоятельно. Если работа оказалась тебе не по плечу, ты можешь призвать меня в помощь, но тогда и плата за эту работу перейдет ко мне.

Видя возмущенное лицо Мака, старик поспешил добавить:

— Это не моя прихоть. Это правила и нормы этикета. Они также действуют, если я буду призывать в помощь своих коллег. Если коллега будет доделывать за меня работу, то и плату получит он. Даже если всю рутину и весь объем выполнил я, а активировал процесс он.

— Это несправедливо! Ты просто меня эксплуатируешь!

— Это правила прописанные в магической коллегии и которыми руководствуются суды! И от этого никуда не деться!

— Погоди-ка! Но если я не получаю ни копейки, а ты используешь мою силу для заработка, то... — Мак коварно улыбнулся. — То я могу отказаться от наполнения заклинаний! Мне то за это не платят!

— У тебя ученический долг перед учителем! — тут же возмутился мастер. — Ты обязан выполнять мои поручения...

— Секундочку! А каким образом использование моей силы в том защитном артефакте влияло на мою учебу? — Мак указал на старинную статуэтку, которую приволокли Юринаю на восстановление. Местные маги не брались за эту работу, так как сама по себе статуэтка несла в себе заклинание на основе тьмы.

— Ну, вообще застой силы в маге довольно губителен, и... — учитель замялся, не зная, чем еще оправдать использование Мака. — И это полезно... к тому же я развернул структуру артефакта... и... это можно назвать обучением...

В этот момент колокольчик у дверей требовательно зазвонил.

— Поговорим об этом позже, — обрадовался неожиданному гостю Юринай и поднялся из кресла. Быстрым шагом направившись к дверям он продолжил бормотать: — А вообще, это традиция и одна из причин, почему опытные маги все же берут учеников. Это просто выгодно и...

Тут он открыл дверь и нос к носу оказался с четырьмя магами.

Первый довольно высокий мужчина, с худощавым и начисто выбритым лицо. У него были жилистые руки с набухшими венами и длинными пальцами. Довольно колоритный персонаж. Особенно белоснежная парадная мантия с отметками целителя и мага света на уровне мастера.

Второй и третий были похожи как две капли воды. Эти низенькие толстяки с пухлыми щеками, губами в виде бантика и маленькими поросячьими глазками. Юринай бы их не смог отличить, если бы не одежда. На одном была красная мантия с отметками мага огня и ритуалиста в ранге подмастерья, а на втором голубое одеяние с отметкой мага воздуха.

Последним был хмурый широкоплечий мужчина в темно-синей мантии. Даже под просторной одеждой выделялись его габариты и мускулистые руки. Глаза на бородатом лице не предвещали ничего хорошего.

— Простите, я не надел парадную мантию, — широко улыбнулся мастер артефактор. — Даже как-то неудобно! Но вы проходите, проходите!

Юринай вежливо открыл дверь и впустил гостей, которые переглянулись и вошли в шкаф, одиноко стоящий на палубе корабля.

Гости, пройдя в комнату и увидев десяток дверей в стенах и пару окон откровенно смутились и вертели головами. Пара толстяков перешептывались и пихались локтями, явно о чем-то споря. Под их удивленными взглядом, ученик, находившийся тогда в гостинной, открыл окно ведущее в вечную мерзлоту, и достал оттуда кувшин, обдав гостей ледяным потоком воздуха. Тут же, не обращая внимания на гостей, он налил в стакан молока, быстро выпил и убрал графин на место.

— Присаживайтесь, не стесняйтесь, — пригласил хозяин дома гостей, указывая на диваны и кресла. — Может чаю? Или...

— Местные что ли? — влез в разговор Мак, откровенно улыбаясь от вида опешивших от обстановки магов.

— Мак, будь добр, поздоровайся с гостями! — напустил строгости в голос учитель.

— Добрый день, уважаемые маги, — кивнул парень и взглянув на учителя, поклонился ему: — Если для меня нет пока УЧЕБНОГО задания, я с вашего позволения, отправлюсь на поиски работы.

Юринай сморщился от ударения на слове «учебное задание» , но постарался этого не показывать.

— Да, я тебя не задерживаю, — постарался удержать самообладание он.

Как только ученик вышел, Юринай повернулся к гостям и развел руками:

— Молодой, горячий, но темный ученик!

Гости переглянулись и закивали головами.

— Что ж, — Юринай улыбнулся. — Что вас привело в мою скромную обитель?...

— На счет скромности, я бы поспорил, — пробасил маг воды.

— Все познается в сравнении, — кивнул старичок. — Но все же. Чем обязан?

— Мы все прекрасно наслышаны о таком мастере артефакторики как вы, Старый Мастер, — вмешался в разговор маг света. — А теперь, мы еще и воочию смогли оценить степень Вашего искусства.

— И мы должны решить с Вами один очень важный момент, — буркнул толстячок в мантии мага огня.

— Как мы с вами будем дальше жить в одном городе?! — вставил близнец.

Мастер обвел взглядом делегацию магов и усмехнулся.

— Во-первых, давайте обсудим важный нюанс, — старичок достал трубку и принялся набивать ее табаком. — Я не собираюсь жить в вашем городе.

Маги переглянулись.

— Простите, но Вы же получили разрешение от муниципалитета на право магической деятельности! — подал голос до этого молчавший маг-целитель.

— Все верно. Я подал это заявление, так как я буду ждать окончания сезона штормов, — Юринай раскурил трубку и продолжил рассказывать положение дел. — Как вы могли убедиться, у меня есть ученик, и довольно... своеобразный. Я готовлю его к поступлению в университет магии. По большому счету, он уже готов, но плыть через Красное море в сезон бурь — затея очень сомнительная. А если напроситься к торговцам в караван и идти вдоль берега — по времени выйдет то же самое, что просто подождать в вашем городе.

— Мы понимаем Ваши стремления, но терять доход от артефактов на несколько месяцев, — маг воды почесал бороду и хмуро взглянул на Старого Мастера. — Поймите и Вы нас. Это у Вас шикарные апартаменты, а мы ютимся с семьями в маленьких комнатушках. Остальное занимают рабочий кабинет и лаборатории...

— По-моему, вы прибедняетесь, — улыбнулся мастер и выпустил струю мятного дыма. — Я прекрасно знаю, сколько стоит аренда дома в центре города, подальше от рыбного причала и шумного порта. Думаю, если вы можете оплачивать свои дома и еще не разорились — прибыли у вас отличные.

— Тем не менее, терять их нам совсем не хочется, — вмешался маг огня.

Юринай пожевал губами, еще раз затянулся и взглянул на коллег.

— Что же, я думаю мы можем с вами договориться.

— Мы слушаем Ваши предложения, — сложив руки на груди в замок произнес маг воды.

— Я хочу себе все гнойные раны и тяжелых больных, — безапелляционно заявил старичок. — Вы все равно с серьезной гнойной раной не справитесь, а у меня ученик и ему требуется практика.

Худощавый маг в белоснежной мантии поджал губы, но промолчал.

— Также, я заберу себе артефакты мастерского уровня. Все.

Пара близнецов переглянулась. Поросячьи глазки заблестели и на их лицах сама собой растянулась улыбка.

— И последнее, — заметив реакцию близнецов добавил Юринай. — Запросы от муниципалитета мы делаем в порядке очереди.

— Погодите-ка! — поднял руку маг воды. — Так как запросы от муниципалитета в основном разгребаю я, то Вы напрямую урезаете мои доходы! Получается, что Вы у меня почти половину заработка отберете!

Юринай выпустил струю мятного дыма и оглядел коллег. Толстяки выглядели довольными, маг-целитель тоже, обделенным оказался только маг воды.

— Он прав, — кивнул в сторону бородатого мага, целитель. — Каждое докование и чистка днища — это прямой заказ через управляющего порта. По сути, это хлеб нашего уважаемого Мортоса.

— Простите старика, — вскинул брови Юринай. — Я не рассчитал специфику вашего города. Если так обстоят дела, то думаю, все доковые работы вы можете оставить за собой.

Маг воды тут же расплылся в довольной улыбке.

— Тогда у меня по большому счету нет возражений, — пробасил он.

— Давайте договоримся еще и вот о чем, — Юринай подошел к окну ведущему на море и открыл его нараспашку, впуская в комнату утренний бриз. — Если ко мне придут с просьбой о мелком артефакте, который до мастерского уровня не дотягивает — я отправлю этих людей к вам, как и тех, кто придет ко мне с пустяковым лечением. Но! От вас я буду ожидать взаимности.

— Я думаю, звонкая монета в виде благодарности за направленного клиента будет отличным способом сказать спасибо! — хмыкнул маг воды.

— Поддерживаем, — синхронно закивали головами близнецы. — Одной серебряной вполне достаточно!

— Что же, — мастер артефакторики глубоко затянулся и выпустив дым заглянул в трубку. — Раз мы друг друга сразу поняли и с разделением интересов решили, то я предлагаю немного это дело отметить.

Старичок подошел к большому серванту и выудил из него пару бутылок из темного стекла.

— И пора уже нам наконец-то представиться, — мастер достал несколько бокалов и расставил их на журнальный столик. — Юринай Аболосский или как меня обычно называют «Старый Мастер». Свободный маг по делу. Мастер артефакторики...

Глава 12

Вдалеке сверкнула молния. Седой мужчина успел дважды вздохнуть, прежде чем гром докатился до покоев «Падающего листа». Глава клана держал за ножку пожелтевший кленовый лист и задумчиво его вертел в руке.

— Последний Выдох отказался мне говорить как тебя вылечили, — произнес он. — Но он рассказал, как тебе нанесли смертельное ранение.

С балкона открывался прекрасный вид на висячие дома на деревьях и множество подвешенных между деревьями веревочных мостиков. Под козырьком одного из домов, несмотря на дождь медитировала девушка, а по земле, прикрываясь огромными лопухами, с визгом носилась детвора.

— Пап, я не знала, что после разрушения драконьей кости магический фон цепенеет и...

— Всемогущая мать, — устало вздохнул глава. Он перешел на шепот, не желая нарушать голосом шум дождя, выбивающий мелкую дробь по листьям и козырьку балкона. — Когда же до тебя дойдет, что именно знания, а не сила определяют победителя. А ты — дочь старшего рода... не знаешь элементарных законов магического поля. И что в итоге?

Мужчина отвернулся от окна и с сожалением посмотрел на дочку.

— А в итоге тебя просто прирезали, — досадный вздох. — Как беззащитного оленя, которого оставлять мучаться было бы кощунством...

— Это был пиромант и он...

— Неважно кто это был, — глава клана Падающего листа снова вернул взгляд на улицу, где висела плотная пелена дождя. — Ты должна была там умереть.

— Папа! — возмутилась девчонка.

— Двадцать одна весна, — вздохнул отец друидки. — А ты все такая же несносная и взбалмошная. Надо было все же отдать тебя за...

— Если ты снова начнешь — я точно сбегу! — насупившись произнесла она.

— Усмири свой пыл, — спокойно произнес глава клана и обернувшись взглянул ей в глаза. — И ответь мне на один простой вопрос.

— Какой?

— Тебе понравился нож в груди? — не отводя глаз спросил отец. Без эмоций, без гнева, словно древний дуб раскинувший ветви над какой-нибудь молодой порослью. Он взирал на свою дочь, абсолютно не выражая никаких эмоций.

Дочь молчала, стреляя гневным взглядом в отца, прикусив губу, теребила локон волос и всем своим видом старалась делать вид, что он от нее ответа не дождется. Но глава клана продолжал сверлить ее холодным взглядом.

— Нет! Не понравилось! — не выдержала юная особа.

— Тогда дальше у тебя только два пути, — добившись своего, он снова отвернулся и уставился на улицу. — Или ты выходишь замуж, или я отправляю тебя учиться в столичный университет.

— Так значит? — девушка моментально превратилась во взбешенную дриаду. Кожа стала серой, мелкие сосуды приобрели зеленоватый цвет, а вместо ногтей, на пальцах образовалась дубовая кора.

— Никаких замуж и никаких университетов! — заявила она уперев руки в бока. — На мне долг жизни! А долг перед темным магом слишком часто превращается в проклятье!

— И давно ты стала заботиться о своих долгах? Почему ты не вспоминаешь свой долг перед родителями?.. Погоди, что ты сейчас сказала?

Девушка победоносно сложила руки на груди в замок и пожала плечами.

— На мне долг, — спокойно произнесла она.

— Кто хозяин долга?

— Мужчина!

— Было бы странно, если бы это была женщина, — впервые проявил свое раздражение хозяин кабинета. Теряя остатки самообладания хозяин покоев повторил вопрос: — Ты знаешь, кто хозяин долга?

— Темный ученик «Старого Мастера».

— Старый Мастер — артефактор, как он может...

— Из того, что я успела узнать, тьма в ученике ему нисколько не мешает, — фыркнула девушка и сложила руки на груди. — Он вылечил заражение крови у раненых гвардейцев и...

— Насколько серьезные были раны? — оборвал отец друидку.

— Я не могла с ними справиться, — произнесла девушка и спрятала взгляд в пелене дождя на улице. — Боюсь, и ты бы не справился.

— Ты про него знаешь что-то еще?

— Он призвал четверых призрачных всадников, — друидка поежилась и добавила: — Я их не видела, мне рассказал Последний Выдох.

— Темный ученик, справляющийся с гнойными ранами и призывающий призрачных всадников, — задумчиво прошептал отец. — Это почти готовый подмастерье.

Глава клана «Падающего листа» положил на ладонь осенний лист, который крутил в руках и выдохнул на него. Тот под дуновением дыхания сорвался в полет и неторопливо поплыл к окну. Как только он попал под капли дождя, то мгновенно промок и устремился вниз.

— Когда последний лист твоей матери упал, она произнесла твое настоящее имя, — начал шептать отец. — Зеленая Буря... Ты сильнейший друид в нашем клане, но ты умудряешься совмещать это звание со статусом наиглупейшей и совершенно неуправляемой особы.

— Если ты решил выговориться, то я пожалуй пойду — процедила друидка. — У меня нет желания слушать витиеватые и отточенные оскорбления от отца...

Глава клана устало вздохнул и перебил дочку прямым вопросом:

— Куда пойдет подмастерье, чтобы стать магом?

— В университет, в столицу, — после пары секунд сморщилась девушка.

— Для начала, скорее всего, он пойдет в крупный город, чтобы переждать сезон штормов. Плыть в столицу напрямик сейчас — безумие даже для мастера воздуха.

— Он осядет на побережье до конца сезона, — пробормотала девушка и развернувшись уверенным шагом направилась к выходу.

— Буря! — позвал ее отец. — Лавитания Сильера!

Однако девушка его уже не слушала, углубившись в свои мысли.

— Бриз! — позвал глава начальника охраны, как только за дочерью закрылась дверь.

Из-за двери проскользнула тень охранника.

— Господин? — поклонился мужчина, одетый в серо-зеленый плащ и деревянную маску.

— Первое — собери тихую группу. Мы едем в Чайку. Надо найти темного ученика. — глава клана взглянул на дверь, за которой скрылась его дочь и строгим голосом добавил: — Второе — задержать Зеленую Бурю как можно дольше. Мы должны встретиться с темным учеником до того, как с ним встретится она!

* * *

Мак вышел из шкафа и огляделся.

Порт постепенно затихал. Полуденная жара наступала, раскаляя камни мостовой, и разгоняя народ по прохладным местам. Ситуацию не мог исправить даже бриз.

Над головой хлопнула большая вывеска из ткани, которую скелеты растянули между канатов оснастки. На вывеске большими буквами было написано: «Старый Мастер. Артефакты! Дорого! Профессионально!»

— Прямо боги маркетинга, — хмыкнул Мак. Он прошел мимо щелкнувших челюстями скелетов и спустился с трапа.

Стоило ему спустился, с ящика поднялась парочка мужчин в светло-серых плащах с капюшоном. Они пошли наперерез парню и в итоге перегородили дорогу.

— Добрый день, — вежливо поздоровался один из незнакомцев. — Мак? Ученик Юриная Аболлоского?

Мак молча оглядел двух воинов, и начал накачивать руки силой.

— Вы видимо не верно поняли, — показал в примиряющем жесте ладони воин. Его взгляд остановился на кисти парня, с которой капала черная, концентрированная сила. — Мы всего лишь пришли, чтобы пригласить Вас на встречу с нашим господином.

— И что же вашему господину надо? — недоверчиво спросил Мак. Силу он так и не отпустил. Она уже вовсю пропотевала через кожу, собираясь черными капельками на руке.

— Это же господин, — сказал один из воинов, снимая капюшон. Перед Маком оказался молодой блондин с заостренными ушами. — Когда господин приказывает — спрашивать «зачем» не принято.

— Вы бы отпустили силу, — произнес второй воин. — Темная сила пугает людей.

Ученик кивнул, но силу отпускать не стал. Вместо этого он спокойно и уверенно произнес:

— Призываю!

Между двумя собеседниками Падающего листа и Маком тут же появился призрак матроса. Он воровато оглянулся и успел произнести:

— Чего происходит то...

— Иди за мной, если кто-то нападёт — убей нападающего, — коротко приказал Мак и шагнул вперед, сквозь призрака.

— А где «Восточный риф»? Мне на борт до рассвета надо... — начал бормотать призрак.

— Молчи, пока не спрошу, — оборвал его темный ученик.

— Впечатляюще, — воин не пожелавший показывать лица отошел в сторону и рукой указал на ближайшее заведение — «Морской узел».

В зале их ждал улыбающийся хозяин заведения, с паршивым характером которого уже успел познакомится Мак. Старик, изображая саму любезность, поклонился при входе и проводил в комнату, в которой сидел странный мужчина.

Седые волосы никак не вязались с молодым лицом. Достоверно на возраст указывали только кисти рук, покрытые витиеватыми венами и сморщенной, похожей на пергамент кожей.

— Так случилось, что Вам довелось спасти одну крайне неосторожную особу от неминуемой гибели, — без прелюдий и знакомства начал он. — Не знаю как у вас, темных, но долг жизни среди кланов — далеко не пустой звук. Поэтому, среди кланов есть негласный этикет. Если это не приведет к катастрофе — не помогать людям из чужих кланов. Конечно, если они сами об этом просят — другой разговор, но в общей массе — помощи дождаться очень трудно.

Призрак матроса за спиной Мака недовольно засопел и положил руку на плечо темного. Тот тоже уловил заклинание, но ни направления, ни его примерных свойств он не почувствовал.

— А тут представляете какая оказия? — улыбнулся седой незнакомец. — Появляетесь Вы и вешаете долг жизни на одну очень непоседливую особу. И эта особа очень скоро разыщет... Вас.

— И? — изогнул бровь Мак, стараясь спрятать эмоции под маской безразличия. Давление незнакомого заклинания начало нарастать все сильнее и сильнее.

— Я желаю, чтобы Вы кое-что для меня сделали! — с нажимом произнес собеседник.

Только сейчас, в голове парня мелькнула мысль «Ментальное давление». Не имея познаний в ментальных техниках Мак не придумал ничего лучше, чем исполнить весьма эффектный, но малополезный прием.

Парень поднял на уровень головы руки и хлопнул слегка в ладони. В следующий миг комнату наполнила тьма, словно кто-то выключил солнце. Видимыми остались только Мак и его собеседник.

— Что это...? — оглядываясь, недоуменно прошептал глава клана Падающего листа.

— Ерундовая заготовка, — произнес Мак и сделал шаг к противнику. — Смесь звука и тьмы. Интересный эффект?

Парень оглянулся и понял, что своим приемом отправил душу матроса обратно.

— Бесполезный тип был, но давление ментальной магией почувствовал, — констатировал Мак и вновь повернулся к собеседнику. — Во-первых — здравствуйте!

— Прошу простить мое невежество, — улыбнулся глава клана и развел руками. — Геулерон, Глава клана «Падающий лист» и да, простите за ментальное давление. Это необходимый побочный эффект для настройки артефактов правды.

— Настройка окончена? — натянул парень кривую улыбку.

— Думаю, да, — кивнул седовласый и немного пожевав губами произнес: — Не могли бы Вы убрать... этот эффект. Это не удобно, да и...

— Нет, не могу. Мне так спокойнее, — пожал плечами Мак и спокойно выдержал пристальный взгляд главы клана. — Да, я спас жизнь некой девчушке-друиду недалеко от деревеньки Секачи. И что с того?

— Своим спасением Вы автоматически вешаете на нее долг жизни. Вы понимаете, что это такое?

— Нет, но если вопрос стоит так — я ей прощаю этот долг, — пожал плечами парень, словно это пустяк.

— Ее жизнь теперь принадлежит Вам, — произнес седовласый. Он подпер подбородок одной рукой. — И она от Вас ни на шаг не отойдет, пока не выплатит долг.

— Вы хотите сказать, что эта девчонка будет таскаться за мной по пятам?

— Вы знаете как зовут эту девчонку?

— Не интересовался, — пожал плечами темный ученик.

— Ее зовут Левитания Сильера. Род Сильера, клана Падающего листа.

— Ни о чем не говорит.

Глава клана изогнул бровь и слегка улыбнувшись добавил:

— Ее истинное имя «Зеленая Буря». И цвет тут мало отражает ее характер.

— Вы намекаете, что с ней будут проблемы?

— С ней? Нет, что Вы! Она сама — одна большая проблема! — устало произнес Геулерон. — И теперь, это Ваша проблема!

Мак нахмурился, от осознания того, что за ним будет таскаться проблемная девчонка, но уловив легкую улыбку собеседника быстро понял, что от него что-то хотят.

— Ваши предложения? — не стал вилять он и решил сразу все прояснить.

— Сколько слышал про темных за свою жизнь — про всех прямые как сосновый ствол, — уже откровенно начал улыбаться седовласый. — Я хочу, чтобы моя дочь закончила университет магии. А так как сама она туда даже под страхом отлучения от семьи не пойдет, то...

— Вы решили, что я удачный вариант для обучения Вашей «Бури»? — Мак двинул челюстью и быстро прикинув варианты предложил: — Можете говорить что угодно, но я не верю, что долг жизни нельзя вернуть по другому.

Глава клана раздраженно дернул щекой и кивнул.

— Да, такие варианты есть, но я же еще не договорил, — Геулерон подался вперед и принялся загибать пальцы. — Во-первых, это протекция нашего клана. Не морщитесь! Мы не берем Вас в клан, мы обозначаем свою защиту! Во-вторых, Вы будете получать жалованье личного телохранителя моей дочери. В-третьих, любые ингредиенты и материалы для артефакторики, через клановых торговцев или напрямую в резиденцию, со скидкой и в срок. Подумайте! Мало кто может похвастаться такими привилегиями в клане Падающего Листа! Ваш учитель оставит Вас после праздника Феникса одного!

— Заманчиво, — кивнул Мак. — Но мне нужно кое-что еще.

— Молодой человек, Вы очень рискуете! Таких привилегий некоторые союзные кланы не получают за сотни лет службы честно выполненного долга! И Вам мало? Чего Вам не хватает?!

— Информации, — оборвал седовласого Мак. — Мне нужна информация о силе крови.

Эльф умолк и несколько секунд молча сверлил взглядом парня. Молчание затягивалось. Мак решил поторопить собеседника.

— Без информации о силе крови — дальнейший разговор бессмысленен, — произнес Мак и еще раз хлопнул в ладоши.

Тьма мгновенно исчезла, словно ее и небыло. В комнате, рядом с темным учеником оказалась пара бойцов с обнаженными клинками, готовые броситься на него в любой момент.

— Опустите оружие, — произнес глава клана. Когда воины неохотно убрали клинки, он продолжил: — Это невозможно. Некоторые знания недоступны даже мне, а некоторые лежат под печатью, вскрыть которую можно только при угрозе существования клана...

— Меня интересуют темные, — вновь перебивает собеседника парень. — Зачем всем кланам темные? Почти любое темное заклинание можно заменить другим заклинанием из стихий или света.

— Вы забываете про некромантию и гной, — хмыкнул Геулерон. — В этих областях у темных конкурентов нет, но Вы правы. Дело не совсем в силе темных магов.

Седовласый взглянул на воинов и кивнул им на дверь.

— Оставьте нас.

Как только те покинули комнату, глава клана снял перстень с пальца и повернул на нем камень. В комнате сразу повисла звенящая тишина.

— Это небольшой артефакт полога тишины, — пояснил глава клана. — Не сказать, что я собираюсь раскрыть тайну, но об этом лучше не болтать на каждом углу.

— Так в чем дело? — нахмурился Мак.

— Дело в твоей крови. Издавна известна одна простая пропорция. Чем больше в стране темных магов, тем сильнее и больше в ней других одаренных. Посмотри например на Баритонию. В нашу империю влезет пять Баритоний, но темных магов там двадцать восемь. Сказать, сколько там действующих повелителей стихий? — Гелуреон закусил губу и оглядел парня с ног до головы. — Твоя кровь порождает всплеск магической силы у потомков и резко повышает проявление силы крови. Она — словно вода, попавшая на увядающий цветок.

— Погодите, но это же чистая «генетика» — нахмурился Мак, припоминая университетскую программу из прошлой жизни.

— Я не знаю о чем ты, но соседи уже точат ножи, — вздыхает Глава клана. — Сила магов империи иссыхает. Молодежь редко дотягивает до уровня мастера, а про повелителей стихий мы уже почти забыли. Нам нужна темная кровь!

— Но был же Даг «Черная вода», да и можно же пригласить со стороны и...

Глава клана Падающего Листа грустно улыбнулся:

— Даг «Черная вода» ничего не мог сделать как мужчина последние десять лет, а мастеров мы имеем, только благодаря его стараниям, когда он еще «мог». Ну, а пригласить темного из другой страны — это баснословные деньги, с учетом того, что не факт, что сила проявится в первом поколении.

— «Доминантный эпистаз» — произнес по русски Мак. — Как же все оказывается просто.

— А ты думал, всем нужны некроманты и темные целители? — хмыкнул Геулерон. — История знает немало примеров, когда целые государства пропадали с карт из-за того, что в них не оставалось ни одного темного.

— Мне нужна еще информация, — произнес Мак, глядя в глаза собеседнику. — Кто такие проклятые, почему они пытаются меня убить и кто такой Амор?

Глава клана добродушно улыбнулся и с усмешкой произнес:

— Информация — слишком дорогой товар. Ты хочешь все и сразу...

— Я заставлю твою дочь закончить университет, — перебил Мак.

— Этого мало. Если ты хочешь узнать правду, а не то, что записано в архивах, то цена слишком мала.

— Чего ты хочешь?

— Помимо договора о моей дочери, ты оставишь свою кровь в клане «Падающего листа», — развел руками седовласый. — Не смотри на меня так. У нас тоже проблемы с рождаемостью одаренных и ничто человеческое нам не чуждо.

— Работать племенным быком, — с досадой произнес Мак.

— Ты выбрал неправильный угол зрения, — глава клана встал на ноги и отряхнул походное одеяние. — Ты спасаешь империю от неминуемой гибели. И чем чаще ты будешь ее «спасать», тем больше вероятности, что соседи умерят свой пыл. К тому же, давай не будем кривить душой и строить из себя святош. Это чертовски приятно, а уж с нашими девочками и говорить нечего!

Гелуреон взял кольцо и вернул камень в нормальное положение, легкий звон в ушах тут же исчез.

— В любом случае, я тебя не тороплю, ты можешь поискать ответы самостоятельно, — седовласый одел перстень обратно и улыбнувшись произнес: — Кстати, работа твоего учителя!

— Господин! — ввалился в кабинет один из сопровождавших воинов. — Буря в городе!

Глава клана тут же стал серьезным.

— Если согласишься на мои условия, посади это семя в землю, — седовласый протянул ему крупную косточку, размером в пару сантиметров. По виду она напоминала абрикосовую. — Я приду к этому семени через несколько дней. А теперь, нам надо удалиться...

— Боитесь своей дочери?

— Иногда да, но сейчас боюсь испортить отличный план, — улыбнулся глава клана «Падающий лист» и вышел из комнаты вслед за воином, крикнув уже из коридора: — До встречи!

— Звучит как девиз, — недовольно буркнул Мак и произнес по русски: — «Трахни все! Спаси империю!».

* * *

— Эй! Перестань меня игнорировать! — молодая девчонка перегородила путь Маку, заставив его остановиться. — Я — Левитания Сильера, пришла вернуть долг жизни...

Тут девушка умолкла, поняв, что даже не знает полного имени верзилы, который стоял перед ней.

— Мак, просто Мак, — вздохнул парень, глядя на девчонку, торжественно кричащую на всю улицу о том, зачем она явилась в город.

— ...долг жизни Просто Маку!

— Молодец, — кивнул темный ученик и обойдя ее направился дальше по улице.

— Что за непробиваемый болван! Ты хоть понимаешь, кто я такая?! — возмутилась девчонка.

— Да, дочь главы клана «Падающий лист», — отмахнулся Мак и свернул в небольшую улочку, которая прямиком выходила в порт.

— Да как ты смеешь! — взревела девушка бросившись за парнем. — Я сильнейший друид в клане! И я...

— Ага, а еще наиглупейший, — хохотнул парень, не останавливаясь.

— Ты! — начала хватать ртом воздух друидка. — Как ты смеешь!

В следующую секунду девушка замерла на пару секунд, а затем ударила ногой о мостовую. Тут же, под ногами темного ученика, сквозь камень прорвались ростки, которые начали оплетать ноги. но тут же опали пеплом, под действием выделяемой парнем энергии смерти.

— Я, может, что-то не понял?, — спрасил Мак. — По-моему, у тебя долг жизни, а не крови.

Он подошел к опешившей от такого эффекта девушке и наклонился к ней, нависая словно каменный колосс.

— Как ты это сд...

— Мне некогда с тобой разбираться. У меня есть дела и поважнее, — видя, что девушка снова набирает грудь для новой тирады, он поднял черную от силы руку и поднес ее к лицу друидки. — Все твои дела будем обсуждать вечером. Я занят! Понятно?

Девушка коротко кивнула. Мак не стал больше ничего объяснять и отправился прямиком в «Магические товары Лины». Внутри его поджидала хозяйка заведения, которая завидев его, тут же сняла фартук, словно специально демонстрируя белоснежную шелковую рубашку с расстегнутыми верхними пуговицами.

— Не прошло и полгода! — наградила обворожительной улыбкой Лина парня. — У меня горят сроки!

— Какие сроки? — нахмурился парень.

— Работенка! Помнишь? — подмигнула она. — Отличная работенка по твоему профилю!

— Да, я собственно по этому и пришел, — смутился парень. — Что за работа и сколько платят?

— В первую очередь, надо заглянуть вот по этому адресу. Бывший хозяин дома умер очень плохой смертью и теперь является к новым хозяевам по ночам. Опрокидывает мебель и воет в полнолуние, — девушка принялась что-то очень быстро чиркать на клочке бумаги писчей палочкой. — А потом нужно будет починить старый артефакт на темной силе. Говорят, он простой, но работает только на темной энергии. Тут сумма платы за первый и второй заказ. Устроит?

Она развернула бумажку к парню и облокотилась на прилавок, выставляя перед ним бюст во всей красе. Мак с трудом перевел взгляд на бумажку и прочитав сумму вскинул брови.

— Что? У нас не столица, да и услуги, мягко говоря, специфические. Поэтому столько...

— Нет, меня все устраивает, — хмыкнул парень и протянул руку, чтобы забрать листок, но Лина оказалась быстрее.

— Это специально для тебя берегла клиента, — накрыв своей ладонью бумажный клочок, произнесла она. — За тобой должок!

Мак вновь хмыкнул, но не ответил, а Лина, закусив губу, убрала свою ладонь, продолжив ласкать его похотливым взглядом.

— Хотел бы я посмотреть на того, кто справился бы с этим, — хмыкнул парень направившись к выходу из заведения.

— В городе есть ритуалист и любую силу можно перегнать в темную. Только дорого и долго, — произнесла хозяйка. — Ты не один тут умелец, но... красавчик пока один.

Последняя фраза заставила появиться румянец на лице парня и легкую улыбку. Парень толкнул дверь рукой и услышал вслед:

— Как закончишь — возвращайся ко мне, расчет идет через меня!

— Вечером буду! — кивнул парень.

* * *

Солнце стремилось к горизонту. Жара спадала и улицы постепенно наполнялись народом. По набережной неспешно возвращался в лавку торговки Мак. Он уже не вертел головой по сторонам и ловко пробирался в людском потоке в нужную сторону. Если бы не его габариты, он бы вполне мог сойти за местного. А так он больше походил на варвара с севера, или островитянина с востока.

Когда он подошел к лавке Лины, то обнаружил ее за закрытием магазина. Она закрывала ставни и закрепляла их хитрыми засовами изнутри.

— Рабочий день только в разгаре, — хмыкнул парень, наблюдая за тем, как она пытается приподнять одну из крупных ставен, закрывающих витрину. — Давай помогу.

Парень приподнял одной рукой ставню.

— Спасибо, — улыбнулась Лина и кивнула на дверь. — Я вечером закрываюсь потому, что все порядочные люди покупают магические принадлежности утром. А на ночь их берут обычно беспорядочные.

— А ты работаешь только с порядочными? — удивился Мак.

— Я работаю со всеми, кто платит, но эта лавка только для порядочных клиентов.

Мак улыбнулся, а торговка, тем временем, открыла дверь и подмигнув сделала приглашающий жест.

— Что-то зачастили ко мне красавчики, — с улыбкой произнесла Лина. — Я думала, ты провозишься до завтра с артефактом.

— Там нечего возиться. Обычный клинок с успокоением мертвых. Даже рисунок толком не правил. Так, подровнял. — отмахнулся Мак и спросил: — Я, вообще-то думал, уничтожением нежити занимаются только мракоборцы или орден «Белой розы». Тот старикашка был почему-то очень неразговорчив.

— Боже, вроде темный мальчик, а ничего не знаешь, — улыбнулась Лина и кинула парню увесистый мешочек с брякнувшими в нем монетами. — Здесь все, как договаривались.

Парень поймал мешочек и заглянул в него. Среди серебряных монет блеснули парочка золотых, что заставило его довольно улыбнуться.

— Уничтожением темных и опасных тварей занимаются все кому не лень. Начиная от мастеров магии и заканчивая свободными гражданами империи, возомнившими себя способными уничтожить что-то более опасное чем болотник. — Лина зашла внутрь и плотно прикрыла за собой дверь. В полумраке одного единственного магического светильника она медленно сняла свой фартук и повесив его на крючок повернулась к Маку. — Но по-настоящему серьезные деньги на этом делают только ребята из ордена «Белоснежной розы» и темные маги, которых у нас не осталось.

— А что, больше никто не может справиться? — вскинул бровь парень.

— Ну, упокоить одного прыткого упыря — много не надо. Так, маг огня или воздуха, — хмыкнула торговка расстегивая пару пуговиц на рубахе и делая шаг к парню, при этом не сводя с него взгляда. — А вот усмирить кладбище с десятком-другим мертвых — это уже далеко не всем под силу. Тут уже начинает собираться орден «Белой розы». А если там еще и лич найдется, то...

Женщина подошла вплотную к парню и одним рывком распустила ленту, которая скрепляла ее волосы в тугой хвост на затылке. Изогнув одну бровь она заглянула ему в глаза и прижалась всем телом.

— А ведь еще есть места, где всякая нечисть появляется регулярно. Да и места эти недалеко от торговых трактов, а чистить их, между прочим, приходится за деньги, но и это мелочи. Соль в том, что ждать очистки торгового тракта порой приходиться по пол года...

— Ты на работу намекаешь? — Мак сделал шаг назад, но за спиной оказался небольшой столик, на который он рефлекторно сел.

— Я бы сказала, долговременное сотрудничество, — облизнула губы Лина и не мешкая оседлала парня. Прижимаясь к нему всем телом она продолжила шептать ему на ухо: — У меня есть контакты с заинтересованными людьми, которые готовы платить за зачистку таких мест. И платят они золотом, хорошим золотом...

— И ты с этого имеешь процент? — Мак начал вести рукой по спине Лины. Та, словно кошка выгнулась под рукой, которая скользнула по пояснице и спустилась ниже.

— Процента мне мало, — промурлыкала торговка.

— Что же ты еще хочешь?

Женщина сильнее прижалась к нему и впилась ногтями в спину, прошептав на ухо:

— Тебя!

* * *

На рассвете, еле волоча ноги, словно пьяный или уставший вусмерть грузчик, Мак возвращался в порт. С довольной улыбкой наблюдая за светлеющим небом, парень подходил к причалу, к которому была пришвартована галера «Старый мастер и Ко».

На причале, прямо на деревянных досках, у ног двух скелетов лежала вчерашняя взбалмошная девчонка. Свернувшись калачиком и подложив ладони под щеку, она больше напоминала ребенка. Эта картина вызвала укор совести, за обещание поговорить вечером, но воспоминание о манере общения друдики моментально все сгладило.

— Эй! Повелительница клумб! — потряс ее за плечо парень. — Вставай!

Девушка сначала недовольно сморщилась и причмокивая губами потянулась. Но вместо того, чтобы открыть глаза и проснуться, она просто повернулась на другой бок.

— Алло! Друид! Лес горит! — в шутку крикнул темный ученик.

Девушка тут же подскочила и начала вертеть головой, в поисках пожара. Но обнаружив только поднимающегося по трапу довольного Мака, вскочила на ноги и громко выкрикнула:

— А ну стоять!

— Пошли, поговорим, — махнул ей рукой Мак.

— Меня эти не пускают! — указала она на костяных охранников.

— Теперь пустят. Это моя нежить...

Девушка сделала несколько шагов к трапу, но поняв, что скелеты на нее никак не реагируют, быстро догнала темного ученика.

— Ты живешь прямо на корабле? — спросила она, брезгливо оглядываясь вокруг. На палубе царил откровенный беспорядок, к тому же, попахивало мертвечиной.

— Не совсем тут, — Мак подошел к шкафу, стоящему у кормовой постройки и постучал в двери.

Левитания со скепсисом взглянула на Мака и уже хотела открыть рот, чтобы съязвить об умственных способностях парня. Шкаф стоял совсем рядом с дверью, ведущей в капитанские покои. Однако, тут дверь шкафа открылась, а на ее пороге показался старичок в белом халате, с большой исходящей паром кружкой и белоснежной трубкой в руках.

— Ну и где тебя носило? — недовольно буркнул старичок.

— Сначала дела, потом работа, а потом... -тут парень обернулся и поймав заинтересованный взгляд девушки тихо добавил. — Потом были мужские дела.

— У мужчин только три проблемы, — пыхнул трубкой старичок. — Деньги, собственная глупость и женщины.

— С глупостью и деньгами проблем нет, — пожал плечами Мак и подкинул в руке кошелек с монетами.

— Женщины, — вздохнул учитель и отхлебнув напитка кивнул в сторону шкафа. — Пойдем, расскажешь что у тебя за работа.

— У меня тут гостья... — произнес ученик.

Старичок оглянулся по сторонам. Заметив на корабле Левитанию, он чуть не выронил изо рта трубку.

— Я надеюсь, это не причина, по которой тебя сегодня не было ночью?

— Не-е-е-ет! — сразу открестился парень — Посмотрите на нее! Она же еще ребенок! У меня на такую...

— Прямо чувствую, что вы про меня гадости говорите, — произнесла подошедшая друидка и кивнула Старому Мастеру. — Левитания из рода Сильера клана «Падающего листа».

— Юринай Аболосский, свободный маг по праву дела, — учтиво представился старичок и учтиво кивнул головой. — Чем обязан этим визитом?

— Обязан Ваш ученик, оставивший мне долг жизни. К сожалению, несмотря на его грубость, я этот долг проигнорировать не могу.

Старичок взглянул на ученика, потом на девушку, пыхнул пару раз трубкой и сделал пару глубоких глотков ароматного напитка.

— Мак! Я тебя предупреждал, — причмокнул губами учитель. — Простите за обстановку, уважаемая Левитания. Мы оба в работе, не успели навести порядок на корабле. Может, пройдете в наше скромное жилище?

Старичок приоткрыл пошире дверь, приглашая девушку внутрь. Та ответила скептическим взглядом на шкаф, но когда заглянула внутрь, то брови подскочили вверх.

— Вы же не думаете, что я буду жить в обычном шкафу, — выпустив дым произнес учитель. — просто так «Старым мастером» называть не начнут.

Друидка осторожно вошла внутрь и принялась оглядываться и расхаживать по гостинной. Она проводила кончиками пальцев по шкафам, заглядывала в сервант и даже залезла под шторку, за которой скрывался морской берег.

— Это иллюзия? — пробормотала Левитания, глядя на морской берег.

— Нет, это пространственная магия, — произносит Юринай, устраиваясь в своем любимом кресле. — Кстати, Мак, что у тебя с работой?

— Пробудившиеся призраки и мелкие артефакты на темной силе, — пожал плечами ученик. — Кстати, у меня назрел очень важный вопрос.

— М-м-м? — промычал учитель с улыбкой наблюдая за друидкой, отыскавшей окно в вечную мерзлоту. Та стояла с опешившими глазами и пялилась в окно.

— Проклятые. Меня интересуют проклятые и их бог Амок. — произнес Мак.

— Проклятые? — мастер оторвал взгляд от друидки. Та достала комок снега и мяла его в руках, после чего решила попробовать на вкус. — Я тебе уже рассказывал и...

— А что произошло по-настоящему? — произнес Мак.

Юринай грустно улыбнулся.

— А кто достоверно знает то, что произошло несколько веков назад? — мастер пыхнул пару раз трубкой и сморщившись добавил: — Да и зачем ворошить прошлое?

— Ну, хотя бы для того, чтобы понять, зачем им меня убивать! — всплеснул руками Мак. — Тебя не смущает, что каждая темная тварь способная говорить — хочет меня убить?

— Не то, чтобы смущает, но я тоже озабочен...

— Послушай, если ты мне не можешь дать той информации, которая мне нужна — я найду ее в другом месте, — с нажимом произнес Мак.

— Ты думаешь, тебя кто-то пустит в закрытые архивы? — со скепсисом фыркнул Юринай. — В большинство архивов не имею доступ даже я. Не будь наивным.

— Я больше не могу сидеть сложа руки, — сквозь зубы произнес Мак и повернулся к девушке, слизывающей ледяные капли у себя с ладоней. Снег она просто-напросто сьела. — Эй! Друидка! Кто лучше всего знает проклятых и их историю?

— Лучше всего их историю знает только орден «Белой розы». Это они их уничтожили, — не задумываясь произнесла Левитания. — И вообще! Что за тон?!

— Вот и первый источник информации, — вставая хмыкает ученик, оглядывая комнату и доставая из кармана сверток. — Так! У тебя горшок с землей есть?

— Зачем? — хмурясь спрашивает старичок.

— Второй источник информации буду изучать, — произносит ученик и отправляется в комнату. — Помоему, у меня была глубокая миска...

— А ну стой! — вскрикнула девушка. — Ты долго будешь продолжать меня игнорировать?

— Что? — нахмурился Мак. — Ах да!

Парень принял гордую позу и стараясь выдержать, как ему казалось величественный тон, громко спросил:

— Левитания Сильера! На что ты готова, чтобы отдать долг жизни?

— На все! — тут же выпрямилась девушка.

— Левитания Сильера! Я буду считать твой долг жизни отданным, если... — Мак выдержал театральную паузу и уже обычным голосом произнес: — Если ты закончишь Университет магии империи Антолия вместе со мной.

— Что-о-о-о??? — вылупилась девушка.

— Ты хочешь отдать долг жизни? — с ехидной улыбкой произнес парень: — Тогда ты обязана его закончить. Я туда как раз отправляюсь после сезона штормов.

С этими словами Мак скрылся за дверью в свою комнату, в которую уже через пару минут начинают стучать девичьи кулачки.

— Ты издеваешься! Ты не посмеешь такое сделать со мной! Я прикажу тебя...

Мак открыл дверь держа подмышкой глубокую миску и отодвинув одной рукой девицу отправился к выходу.

— Учитель! Оставляю эту особу на вас! У меня сегодня еще пара дел и работа, — произнес он, прежде чем покинул помещение.

— Он что-то задумал, — оправившись от шока, произнес Юринай. — И мне это уже не нравится!

— А я прямо в восторге! — съязвила девушка, сама не замечая, как начала превращаться в дриаду. От злости ее вены на руках и лице позеленели, кожа приняла серый оттенок, а глаза заволокло насыщенным голубым цветом.

* * *

Заведение «Праведного пути» не имело вывески. Нет, это не было тайным местом или убогим уголком. Заведение обслуживало только членов ордена «Белой розы». Довольно большой дом, стоящий немного обособленно от других, а не в притирку, как большинство остальных строений в городе, был всем известен и чужие лица являлись исключением.

В большом зале, на первом этаже располагалось питейное заведение. На втором гостиница, а в подвале небольшая мастерская для ремонта снаряжения и кухня с прачечной.

Этим утром в зале было относительно многолюдно. Приезжие и местные члены ордена собирались на завтрак. Зал постепенно наполнялся суровыми паладинами, холеными и довольными клириками, а также, снующими с едой на подносах служащими заведения. По залу носились ароматы пряной каши, жареного мяса и копченой рыбы. Среди стука ложек и скрипа вилок по тарелкам начал нарастать тихий гомон.

Филиал ордена в городе Чайка был особенным. Тут, на пересечении множества торговых путей, обменивались новостями и историями отряды и одиночные воины.

Утреннюю идиллию прервал вошедший в заведение здоровяк. Одетый в обычную рубаху и штаны, словно простолюдин, он нагло оглядел зал и подошел к ближайшему столу, за которым завтракал жаренной рыбой лысеющий клирик. Здоровяк, с лицом больше подходящим матерому уголовнику, поставил на стол глубокую миску с землей, которую нес в руках и обернулся.

Под взглядами всего зала он вытянул руки и сделал легкий хлопок. Комната тут же наполнилась тьмой, что заставило паладинов схватится за мечи, а клириков начать накачивать силу в посохи, превращая их навершия в подобие светильников.

— Здравствуйте! Меня зовут Мак! — громко произнес верзила. — Я пришел для того, чтобы научиться убивать проклятых!

ЭПИЛОГ

На столе стояла огромная трехлитровая бутыль рома. На темном стекле уже собрались крупные капельки, а бутылка опустела едва на половину.

— Тогда так! — произнес Илья Емельянов ткнув пальцем в карту расстеленную на столе. — Берем курс на «Наместного мага 3», проходим мимо бухты «Лени и прокрастинации» и у рифа «Сессия» поворачиваем в сторону острова «История кривого билда 3»!

— Сейчас, как же, — недоверчиво произнес Дмитрий Картузов. — Так мы и прошли мимо бухты «Лени и прокрастинации»! Держи карман шире!

— У нас есть священный кнут Анатолия! — с улыбкой произнес Евгений Цинков и кивнул на стену, где висело картина улыбающегося негра упакованного в тоненькие ремешки с кожаной плеткой.

— На Анатолия надейся, а сам не расслабляйся! — Максим Пелых поднял повязку закрывающую один глаз, оглядел собравшихся и ткнул пальцем в карту. — А про полуостров «Два дебила на ракете 2» забыли? Вот то-то же!

Собравшиеся загрустили и снова хмурясь уставились в карту, а Макс взял бутыль с ромом и принялся разливать по кружкам. Когда они наполнились он произнес:

— За верный курс!

— Если мы проскочим мыс «Грамматика и пунктуация» к моменту начала сезона «Я на рыбалке», — с сомнением произнесла Мария Кузнецова и поправила треуголку на голове. — То мы вполне успеваем и к острову «История кривого билда 3» и к «Наместному магу 3» и даже к «Большому кругу 2».

— Дебилы! Дебилы! — крикнул попугай на плече Владимира Доля. Он хмуро глянул на него и виновато начал оправдываться:

— Он просто обзывается! А космос и корабли — не мое. Но вот «Большой круг» — это да!

В этот момент в каюту вваливается Александр Устинов и Сергей Рогачев. Последний хватает кружку с ромом, опрокидывает в себя и занюхав рукавом расстроено произносит:

— Кина не будет! Электричество кончилось!

Александр так же в пару глотков опустошает кружку и добавляет:

— Походу мы его загнали наш двигатель.

Группа бета тестеров толпой вываливается на палубу, на которой, между двух весел лежит едва дышащий автор. Корабль оказывается галерой всего с парой весел и куцым парусом. У штурвала стоит огромный накачанный негр с голым торсом и безумной улыбкой. Он вертит штурвал то в одну сторону, то в другую, при этом совершенно не обращая внимания на лежащего без чувств автора.

— Я же говорю! Подох цуцык! — показывает Александр на автора. — Надо было его кормить хотя бы иногда.

— Он похудеть хотел, — напоминает Илья. — И мышцы накачать. Посмотрите какие жилы! Какой пресс!

— А это разве не ребра торчат? — с сомнением произнес Евгений.

— Мальчики! Вы ничего не понимаете! — растолкала всех локтями Мария. — Вишневского надо проверять так!

Мария набрала полную грудь воздуха и громко крикнула:

— ЖИ-ШИ ПИШИ С ГЛАСНОЙ...

— Ы-ы-ы-ы-ы! — простонал автор и словно зомби с трудом привстал.

— Что правила русского языка творят с людьми! — многозначительно произнес Картузов Дмитрий.

Команда бета тестеров закивала головами.

— Так, куда мы теперь? — вклинился в разговор Владимир Доля.

— Какая разница? — пожал плечами Макс. — Главное двигаться вперед!

— Надо его как-то замотивировать! — предложил Александр.

— Есть у меня одна идея! — Сергей собрал всех в одну кучку и начал что-то нашептывать. Спустя несколько секунд он сделал пару шагов в сторону, поднял руку вверх и громко начал отсчет: — Раз — два — три!

Вся команда дружным голосом крикнула:

— ОТПУСК НА МОРЕ!

Вишневский словно живой мертвец прохрипел, повторяя «Отпуск на море» и сел на место гребца, ухватившись за весла.

— Отпуск на море... — пробормотал он начиная грести вперед, к новым свершениям.

— Дебилы! Дебилы! — продолжал кричать попугай на плече Владимира.

P.S.

И снова всерьез. Ребят! Команда бета тестеров!

Огромное вам спасибо! Всем! Всем без исключения, я хотел бы сказать — мы это сделали и делаем дальше! Вы действительно самые лучшие!

И отдельная, наиогромнейшая благодарность моей супруге. Эта святая женщина, не смотря на все мои недостатки, меня поддерживает во всех ситуациях. даже когда я не прав, даже когда я виноват, даже когда опускаются руки. Она всегда рядом. Вы не представляете насколько это для меня важно. Мне не хватает слов, чтобы выразить все чувства, которые я к ней испытываю.

А ведь еще есть маленько безумное существо! Это моя дочь Елизавета. Чтобы не случилось. Какая бы ни была погода, вне зависимости от дня недели, праздника, политики и всего остального. Это чудо всегда улыбается. Улыбается, лезет обниматься и мешает писать кровавые сражения. Нет, она не против моей работы. Просто ей надо нарисовать русалку, собрать бусы на резиночку, раскрасить гипсовую фигурку, но самое главное это надо сделать на коленях у папы. Сейчас. Да-да! Прямо сейчас!

Ну и конечно мой сын. Самая большая моя гордость. Если ты когда-нибудь будешь это читать — помни. Я горжусь тобой больше всего на свете, а если я тебя и ругаю, только за то, что вижу в твоих промахах и неудачах себя. Свои ошибки, свои недостатки и свои изъяны. Я так и не научился заставлять тебя не быть мной.

И в заключении хотелось бы вам сказать — это не все! Продолжение следует!

Content

Сергей Вишневский
Большой круг 1: Такая работа

Предисловие

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

ЭПИЛОГ

P.S.