Дмитрий Ш.

Рыцарь в Старшей школе том 4

Глава 1

В огромное здание Министерства рыцарей Британской короны входил с некоторой опаской. Предвкушая неизведанное и испытывая облегчение от наконец-то завершившегося, изматывающего ожидания. Когда не знаешь, что тебя ждёт дальше, но уже объявлена дата, когда именно это произойдёт, то невольно напрягаешься. И чем дольше длится такое состояние неопределённости, тем сильнее от него устаёшь. Даже на отдыхе. Сегодня, так или иначе, всё должно разрешиться.

Я так к школьным экзаменам не готовился, как к проверке на получение рыцарского титула. Несколько дней усиленно занимался под неусыпным руководством леди Маргарет Бедфорд, взявшей на себя репетиторство по теоретической части. С практической мне помогала госпожа Рашми Чамар. Ну хорошо, будем честны, нам помогала. Поскольку испытывала на мне всё, до чего могла додуматься, а до чего не могла, нагло заимствовала. В бешеном темпе проводя и тренировки, и испытания нового оружия, и тесты, и проверку лично ею разработанных тренажёров для «шибко умных», но ленивых школьников.

Возвращаясь к рыцарскому титулу. Он вручался и непосредственно самим рыцарям, и паладинам, и магистрам, и даже гроссмейстерам, незнатного происхождения. Хотя обычно последним дополнительно давали ещё один, графский, дабы избежать повторения «неприятных» инцидентов, случившихся в прошлом. Когда страна лишилась нескольких высокородных, спесивых идиотов, не понимающих слова — нет.

Помимо меня, сегодня экзамены на звание рыцаря Британской короны сдавало ещё четыре человека. Трое взрослых мужчин и одна женщина. Половина из них уже люди семейные, с детьми. Вполне возможно, даже моего возраста. Так что в мою сторону удивлённо поглядывали, но хотя бы с расспросами не лезли и то хорошо.

Проведя нас в роскошную аудиторию, отделанную под старину, обшитую деревянными панелями, с бархатными шторами, огромными, хрустальными люстрами, без единой электронной приблуды, благообразный старичок в чёрной мантии и парике сначала прочитал длинную лекцию на тему того, кем мы собираемся стать, о правилах поведения, об экзамене и только потом раздал экзаменационные листы. Ни списывать, ни разговаривать нам не разрешалось, за чем следила комиссия из трёх человек, тоже надевших мантии. Поскольку у нас забрали всё, кроме одежды, выдав письменные принадлежности, рассадив далеко друг от друга, жульничать на экзамене было довольно проблематично.

После сдачи письменных работ, нас развели по отдельным кабинетам, где прошло собеседование с психологом. Не доверяя никаким сторонним бумажкам, прямо в здании Министерства, его служащие провели наше медицинское обследование. Взяли так называемую допинг пробу. И вот только после этого нас допустили на подземную, специально оборудованную и хорошо защищенную рыцарскую арену, разделённую на несколько изолированных залов. Опять же, практическую часть экзамена мы должны были сдавать исключительно в индивидуальном порядке. Без посторонних.

Для чистоты проверки всё силовое снаряжение и аппараты связи, выполняющие функции бортовых компьютеров, мы должны были выбрать только из обширной коллекции Министерства рыцарей Британской короны, должным образом проверенного и опечатанного. Что логично. Здесь выдавали официальный ранг, патент и титул, в одном наборе, конкретному человеку, а не фирме производителю того или иного оборудования. Этим занимались совсем другие люди и в другом месте.

На что ещё обратил своё внимание. Как изменилось отношение к претендентам на приставку сэр с момента начала экзамена. Все встречные обращались к нам уважительно. Были вежливы и внимательны. Для них мы уже одной ногой вступили в сословие аристократов. Осталось только туда же перенести и вторую. Или, либо разорваться в процессе, либо упасть лицом в грязь. Всякое случалось.

Подойдя к окошку оружейника, разместившегося в подземном арсенале, куда нас допускали по одному, услышал стандартный вопрос, — Что брать будете, сэр рыцарь?

— А что у вас есть? — задал глупый вопрос раньше, чем подумал.

— Всё, — коротко ответил бородатый мужчина в орденском наряде рыцарей Золотого льва.

— А лимонад есть? — полюбопытствовал, от волнения испытывая сильную жажду.

Оружейник на секунду опешил, а потом усмехнулся.

— Шутить изволите?

— Извините. Нервничаю. Не каждый день попадаю в подземелье Министерства рыцарей Британской короны. Мне комплект тактической фантомной брони среднего класса, В ранга.

— Ничего, молодой человек, бывает, — не обиделся добродушный мужчина, по возрасту годящийся мне в отцы.

Который мог себе позволить подобное настроение, с таким-то количеством оружия под рукой.

— Что по модулям и оружию? Какие предпочтения? — он принялся оформлять заявку у себя на компьютере.

— Модуль Мудрец. Из оружия, прямой рыцарский меч. Под одну руку.

— Щит, кинжал или мечелом под вторую руку не требуется? — деловито уточнил оружейник.

— Нет. Спасибо.

Сомневаюсь, что смогу жёстко блокировать атаки экзаменатора. Проще будет парировать, уклоняться или отводить их в сторону. Выдав мне требуемое, орденский рыцарь пожелал удачи.

Однако прежде, чем мне пригодилось оружие, пришлось сдавать ещё парочку тестов. Бюрократию развели, прямо деться от неё некуда. Везде достанет. Раньше с карьерным ростом было намного проще. Срубил голову уважаемому человеку, не поделив болотную кочку или прыщавую дочку богатого соседа, а ещё лучше, несколько голов, да на поле боя, и сразу сам стал таким же. По мановению королевской руки и прихоти. А сейчас, кругом сплошные бумажки, анализы, беготня по кабинетам, очереди. Хорошо, что от меня пока не требовали собирать подписи чиновников. Нести справки об отсутствии задолженностей. Или заплатить пятьдесят пенсов на покупку какого-нибудь бланка.

Впрочем, ничего сложного от меня на сей раз не потребовали. Надавить с максимальной силой на измеритель А-поля, а потом постараться удержать его, выдерживая всё возрастающее давление гидравлического пресса. Помочь с проведением замеров радиуса действия А-поля, уровня синхронизации, стабильности, плотности частиц Авроры. Чего они только у меня не мерили, изверги. Только разве что с линейкой к району пояса не совались.

Лишь после этого меня пригласили отведать профилактических оплеух от мастера, чтобы юный рыцарь не зазнавался, уважал старших и знал, к чему нужно стремиться. Я не настолько наивен, чтобы не понимать, для чего всё это делается.

Пройдя в зал под номером четыре, похожий на пустотелый куб, обшитый изнутри специальными, поглощающими А-поле плитами, принялся ждать своего противника. Мысленно молясь всем игровым богам, чтобы по принципу безжалостного и бессовестного рандома мне досталась низкорослая, грудастая наставница, с уровнем интеллекта, как у золотой рыбки. Которая обязательно в меня влюбится с первого взгляда и будет постоянно поскальзываться на банановой кожуре, светя своими труселями. Однако, то ли не к тем богам обращался, то ли лоли уже закончились, поздно спохватился, поэтому мне достался здоровенный, брутальный мужик лет сорока, с лысиной и короткой бородкой. Представился он сэром Армстронгом. Окинув его мускулистую фигуру взглядом, тоскливо вздохнул.

Когда сэр Армстронг облачился в свой штурмовой, массивный доспех, став выглядеть ещё более внушительно и грозно, я понял, что дела мои плохи. Сейчас меня будут бить по-взрослому. С одной стороны, не особо-то и страшно проиграть. Чтобы пройти экзамен, нужно продержаться против экзаменатора пять минут. На этом поединок не завершался, а продолжался до победы одного из бойцов. Делалось это ради получения опыта и закалки характера претендента на золотые шпоры. Если же будущий храбрый рыцарь не мог и пяти минут простоять на ногах против превосходящего его по силе противника, то какой-же он рыцарь? А уж если не мог победить даже равного бойца, то такого человека и на экзамен-то бы не допустили. Я этот этап проскочил благодаря общепризнанной победе над паладинами Ленноксом и Чейзом. Так что теперь мне предстояло доказать магистру, что хотя бы на время, могу быть не хуже него. Кроме того, моя сделка с госпожой Чамар о звании непобедимого, распространялась только на использование в бою Оракула.

С другой стороны, раз уж нацелился на это достижение, то проигрывать мне нельзя вне зависимости от обстоятельств. Невозможно быть немножко «беременным». Правда, как добиться победы в этом поединке без Оракула, пока даже не представляю. Но, опять же, есть нюанс. Сколь бы сильно я ни полагался на Оракула, однако всё равно, всеми силами старался подготовиться к сражениям без него. Как бы странно это ни звучало. Поскольку он давал заёмную силу. Ключевое слово здесь — заёмную. Нельзя стать хозяином своей судьбы, завися от чьей-либо помощи. От чьих-то советов. Особенно смешно слышать подобные рассуждения от человека, которого многие называют пророком.

По этой причине я усиленно развивал свою интуицию, чувство ритма, понимание боя и чтения противника. Переводя их на качественно иной уровень. Не знаю, насколько удачно у меня это получалось, но раз уж интуиция, глядя на сэра Армстронга, честно заявляет, сдавайся, шансов нет, значит, она уже работает. И это хорошо. Плохо то, что непонятно, почему их нет? Я же такой красивый, умный, талантливый, а тут такая незадача. Видимо, зазнался ты, сэр Йохансон, со своими школьными замашками. Возомнил о себе невесть что, не встречая серьёзных противников. Теперь расплачивайся.

Точнее выкручивайся, поскольку изначально было понятно, что победить экзаменатора дело довольно сложное и рискованное. Хотя такой задачи и не стояло, но я же говорю, зазнался Гоблин. Посчитал себя самой толстой жабой на болоте с цаплями.

Прислушавшись к своей интуиции, решил избрать тактику — Отсутствие поражения, уже победа. Буду тянуть время. Как бы ни был силён мой противник, но он человек, а не компьютерная симуляция. Со всеми своими слабостями и недостатками. Я моложе, выносливее, обладаю почти идеальной синхронизацией, а значит, не чувствую «веса» своего фантомного доспеха. По всем признакам он должен устать первым. Понятно, что не за отведённые мне пять минут. Это для последующего боя в свободном режиме.

Как только прозвучал сигнал к началу поединка, в меня тут же полетела серия невидимых, энергетических снарядов С ранга. Созданных почти мгновенно, без подготовки. Пока я от части уклонялся, а другую блокировал, сэр Армстронг, рывком сблизившись, что выглядело почти телепортацией, постарался одним ударом снести мне голову с плеч. Двигаясь очень быстро для столь обманчиво неповоротливой и массивной туши. Пригнувшись, я тут же ушёл в сторону, делая поворот вокруг противника. Выполнив этот приём инстинктивно, не раздумывая. Сразу же, не останавливаясь на достигнутом, сделал следующий шаг в сторону, чтобы не получить коленом в живот. Наклонив корпус, увернулся от идущего следом удара плечом. Мой ответный силовой таран, врезавшийся экзаменатору в бок с близкого расстояния, ожидаемо не пробил его энергетическую защиту.

В быстром темпе наградив меня ещё несколькими ударами, не давая расслабиться ни на секунду, сэр Армстронг внезапно разорвал дистанцию, чтобы переключиться на силовые приёмы. Зная, что вблизи мне будет удобнее срывать их формирование. Будучи уже в курсе излюбленных трюков Гоблина. По этой же причине он заранее обезопасил себя целым комплексом специальных систем, значительно осложняющих их реализацию.

Нарушить синхронизацию между оператором и фантомным доспехом у меня никак не получалось, как и подобрать ключики доступа к его силовому полю. Правда, применённая экзаменатором защита доставляла неудобства не только мне, будучи обоюдоострым оружием. Из-за её особенностей сэр Армстронг лишался возможности усиливать свои характеристики и манипулировать энергетическим барьером. Заодно вынужденно мирясь со значительно повышенным расходом энергии и некоторыми другими сложностями. Но для него это было подобно мелкому камешку в ботинке, а для меня, сравнимо с горой, которую не удавалось обойти.

Помимо этого, сэр Армстронг не забыл и о защите своего сознания. С какой стороны на него ни взгляни, он напоминал мне свернувшегося в клубок ёжика. Однако, нет непробиваемой защиты, есть лишь недостаток времени и усердия. Если протяну достаточно долго, лазейка обязательно отыщется. Неважно, насколько силён мой противник, если он подчиняется тем же законам физики, что и я. Критические точки и уязвимости есть у всего, иначе это абсолютный идеал, который в нашем мире невозможен. Осталось только их отыскать. Понять, как на них воздействовать. С Оракулом было бы в разы проще, но чего нет, того нет.

Тем временем сражение не утихало ни на секунду. Ошибочно приняв моё мастерство владения мечом и технику уклонения за нечто невероятное, основываясь на собранных данных, сэр Армстронг воспользовался высокоранговыми силовыми приёмами. Судя по всему, у него стоял модуль, заточенный под математическое моделирование и воплощение дополнительных физических тел.

Сначала перед ним появился здоровенный кусок скалы, висящий в воздухе, который экзаменатор запустил в меня подобно пушечному ядру. Перекатом я ушел в сторону, едва избежав попадания. Услышав за спиной гулкий грохот. Сила удара огромного булыжника о стену была такова, что аж отдалась слабой дрожью пола. Задумку экзаменатора понял сразу. Если я был способен легко рассеивать энергетические структуры, то вот с псевдоматериальными объектами такие фокусы проходили намного сложнее. Кроме того, у летящего булыжника не имелось ни разума, ни глаз, на которые я мог бы воздействовать. Сэр Армстронг воспользовался очевидной слабостью бойцов моего типа, больше полагающихся на ментальные приёмы, а не на грубую силу. С копьями Чейза в тот раз ситуация была немного другой. Они являлись относительно небольшими, цельными, однородными и достаточно простыми объектами, намного больше завязанными на А-поле. Со временем я бы, наверное, смог испарять и эти каменюки, как и любую другую фантомную материю, но кто же мне его столько даст?

Пришлось со всех ног бежать по кругу, обходя сэра Армстронга. Опережая летящие в меня, один за одним, огромные валуны, оставляющие глубокие выемки в укреплённых стенах. Мало того, экзаменатор прямо в полёте умудрялся менять их траекторию. А затем и вовсе, передо мной появилась толстая, каменная плита.

Заранее почувствовав её возникновение, по изменившемуся течению и концентрации А-поля в том месте, сосредоточившись на манипулировании уже своим силовым полем, пробил её как хрупкую песчаную насыпь. Я всё-таки паладин, а не акробат. Чтобы меня не обвинили в излишней пассивности, тоже со всей дури врезал энергетическим снарядом по, излишне расслабившемуся и увлёкшемуся метанием камней, противнику. Увы, но этот удар он выдержал более чем достойно. Подавив своим сокрушительным А-полем ещё на подлёте. Пришлось продолжать суматошный бег меж валунов, на сей раз падающих сверху. Создающих на пути множество препятствий. Мысленно сетуя на то, что лучше бы пошёл на экзамен по литературе.

Благодаря модулю «Мудрец», времени на подготовку, просчёт и применение силовых приёмов мне практически не требовалось. Я мог даже применять множественные или составные энергетические формы, да только пользы от этого не было. Судя по ощущениям, которым я предпочитал доверять, вокруг сэра Армстронга скопилось чудовищное количество частиц Авроры, свёрнутых в подобие вихря. Подойдёшь к нему и тебя вмиг оторвёт от земли, перекрутив в воздухе, как кусок проволоки. Да он, небось, сейчас даже из танка сможет снежок слепить. Чёртов монстр! Это вам не уровень какого-нибудь кавалериста или оруженосца. Про латников можно даже и не вспоминать.

Не став продолжать изображать подушку для битья, сделал следующий ход. Не зря же готовился к этому экзамену, разрабатывая собственные приёмы, основанные на моих сильных сторонах. Выпустил в экзаменатора необычную силовую волну, обладающую высокой скоростью и небольшой мощностью, которая без видимого вреда разбилась о защиту противника, огибая её. Превратившись в быстро рассеившуюся дымку, смешавшуюся с невидимым вихрем. Сперва показалось, будто я использовал обычную обманку, не нацеленную на причинения вреда. Которой можно смело не придавать значения. Однако очень скоро сэр Армстронг почувствовал, как ему резко поплохело. Его фантомный доспех начал покрываться подобием всеразъедающей ржавчины. Дело в том, что облако частиц Авроры, из которых состояла выпущенная мною волна, было особым образом «испорчено». Имея особую частоту колебаний и заряд. Оказавшись в свободном состоянии, они были подхвачены А-полем сэра Армстронга, став его частью. Питая фантомный доспех. Взаимодействуя с оператором. Циркулируя между ними и проникая в самые защищённые части сложного механизма мобильной брони. Одновременно и усиливая их мощь, и разрушая структуру фантомной материи.

Не уверен, что разработал такой уж непобедимый приём, наверняка он ещё имеет кучу недостатков, но пока меня в нём всё устраивало. А вот сэра Армстронга, по-видимому, категорически нет. Вокруг него, буквально из ниоткуда появились огромные массы парящего над полом песка, которые с пугающим шелестом обратились в плотную песчаную бурю. Разогнав её вокруг себя до больших скоростей, скрывшийся из вида противник принялся постепенно расширять это кольцо абразивной крошки, способной стереть в пыль если не всё, то многое. Защититься от неё силовым полем я хоть и смогу, но энергии на поддержание такой защиты будет уходить просто прорва. К тому же, она не позволит мне контратаковать. Загнав в глухую оборону, в которой каждая секунда промедления станет залогом неминуемого поражения.

Пришлось грубой силой подавлять основу энергетического вихря, рассекая его на части, ставя барьеры, внося беспорядок в потоки А-поля. Экзаменатор не стал спокойно дожидаться, пока я с этим закончу. Ощутив опасность, интуитивно сгруппировавшись, мгновенно выставил узкий, треугольный, сильно вытянутый вперёд силовой щит. Если бы не он, то прокатившаяся по залу силовая волна, разметавшая весь песок, превратив его в подобие шрапнели, размазала бы меня о стену. Принимать такую атаку на щит было довольно тяжело и болезненно. Пришлось стискивать зубы от напряжения.

Не успел облегчённо выдохнуть, как почувствовал появление новой опасности. В четырёх местах появились призрачные голограммы, очень быстро обретающие материальность. На моих глазах происходил процесс воплощения фантомных проекций из фантомной же материи. Как оказалось, у экзаменатора была припасена карта памяти с трёхмерной, полноразмерной моделью автоматической охранной турели фирмы Виккерс. Оснащённой скорострельной, двадцати пяти миллиметровой пушкой. Помимо чего, он себе ещё и футуристического вида револьвер создал, не маленького калибра. Даже знать не хочу, чем стреляет эта пакость. Явно не обычными пулями. На его фоне я со своим мечом стал выглядеть довольно жалко.

Впрочем, сэр Армстронг тоже не остался без неприятного сюрприза, с которым я едва не опоздал. У него перед глазами выскочило тревожное сообщение о выходе из строя системы экранирования разума оператора. Вслед за чем он одновременно и ослеп, и оглох.

Не растерявшись, возведя вокруг себя неприступную крепость из фиолетового, многосегментного, напоминающего узоры пчелиных сот, энергетического поля, экзаменатор ударил своим А-полем в пол, вызвав нечто вроде круговой сейсмической волны, ломающей и вздымающей плиты пола. После чего, замерев, он прислушался к своим ощущениям. Словно слепой, своим А-полем принялся осторожно ощупывать окружающее пространство. Зная, что в это время его турели продолжали разбирать слишком упорного паренька.

Спустя несколько секунд у него за спиной буквально взвыло чувство опасности, заставив необдуманно ударить туда со всей силы, техникой А ранга. Создав подобие огромного, конического, вращающегося сверла из силовых полей, песка, тепловой энергии и чуть ли не моря частиц Авроры. Уже после выстрела им в направлении вероятного источника тревоги, сэр Армстронг сообразил, что эту атаку паладину никак не пережить. А также то, что проводимый поединок вовсе не должен завершаться смертью одного из участников. Если он вслепую будет бить в полную силу по всем углам, то этого точно не избежать. А если не будет, предпочтя сдерживаться и излишне осторожничать, то нет гарантии, что его действия окажутся эффективны. Так ведь и проиграть недолго, поскольку у Йохансона запредельно высокая синхронизация. Экзаменатор определённо выдохнется раньше. Взвесив все за и против, сэр Армстронг объявил о завершении экзамена, в котором не было ни победителей, ни побеждённых. Он даже не стал объявлять ничью, сохраняя свою репутацию. Сказав, что «увидел» всё, что хотел.

Добравшись до душевой, собираясь ополоснуться перед тем, как переодеться в ту одежду, в которой я пришёл на экзамен, устало усевшись на лавку, несколько минут не шевелился. С наслаждением «растёкшись» по ней. Напрягаться больше не хотелось, от слова — совсем. Когда чуть позже разделся, то обнаружил на теле множество мелких синяков. Такое впечатление, словно я побывал под крупным градом. Это меня так автоматические турели разукрасили. Чем он их зарядил? Бронебойными снарядами с урановыми сердечниками? Силён мужик, ничего не скажешь. Вот и не буду. Дома похвастаюсь, что я дрался как лев, даже не вспотев. Не получив ни царапинки. Пусть сестрёнки хоть немного погордятся братом. А то, что он чувствовал себя после этого экзамена как львиная отбивная, несущественные детали.

* * *

Несколькими часами позже.

После приглашения секретаря Его Величества, сэр Армстронг вошёл в королевский кабинет. Уважительно кивнув главе своего ордена, мужчина уселся в гостевое кресло. Хоть он и занимал очень высокое положение в королевском ордене Золотого льва, по праву силы и авторитета, но согласно всем положениям, этот орден мог возглавлять только монарх.

Закончив что-то писать на бумаге, король с интересом посмотрел на сэра Армстронга. Своего заместителя и того, кто фактически управлял орденом Золотого льва. Не считая сэра Малкольма. Один отвечал за людей, другой за финансы. По иронии судьбы, король, будучи в ранге магистра, занимал пост гроссмейстера. А сэр Армстронг, будучи в ранге гроссмейстера, занимал пост одного из двух великих магистров ордена Золотого льва.

— Что скажешь? Хороший ли в этом году урожай? — полюбопытствовал Его Величество, Ричард III Эдвардс.

— Вы правы, сир. Претенденты на рыцарскую ленту и шпоры в этом году хороши. Некоторые из них, даже слишком. Совсем загоняла меня молодёжь. Не бережёте вы своего верного слугу, Ваше Величество, — в шутку, с улыбкой посетовал великий магистр.

— Не прибедняйся. Тебе самому размяться, только в радость. А то уже жирком начал заплывать, засиживаясь за разными бумажками. Теряя форму. Чем не повод её поддерживать? Твой отчёт я обязательно прочту, чуть позже, а пока расскажи на словах, есть ли что-то, что требуется обдумать уже сейчас. Пока мой секретарь не подал бумаги на подпись о присвоении претендентам соответствующих титулов? Все ли удачно сдали экзамен?

— Да, сир.

— Хорошо, — довольно спокойно отреагировал монарх на эту новость. — Что по поводу Эрика Йохансона? Помнится, на него мне подавали аж два отдельных доклада. Оправдал ли он возложенные на него ожидания? Действительно ли Йохансон так силён, как об этом пишут мои подданные?

Сэр Армстронг ненадолго задумался, анализируя свои впечатления об упомянутом молодом человеке.

— Это сложный вопрос, — уклончиво ответил, вызвав живой интерес короля.

Увидев вопросительно приподнятую бровь своего господина, бородатый здоровяк поспешил дать более полный ответ.

— Он однозначно не рыцарь. В плане личной силы. По всем показателям, паладин средней руки. В этом слухи не соврали. Однако справиться с ним будет непросто и многим магистрам, не говоря уже про других паладинов. Из-за особенностей его весьма коварных навыков. Конечно, не учитывая самых старых, сильных и опытных. До их уровня он определённо ещё не дорос. Если только не схитрил с оценкой своей силы, как предполагают некоторые осторожные, а то и откровенно завистливые люди. Кем Йохансон был до этого, ещё год назад, или кем станет, гадать не возьмусь. Что увидел, то и сказал. Если подытожить, очень впечатляющий молодой человек.

— То есть, ты утверждаешь, что по силе он сопоставим с магистрами? — удивился король.

Он редко слышал похвалу от сэра Армстронга в чей-либо адрес, поэтому доверял его суждениям.

— Не по силе, сир, — вежливо поправил собеседник Его Величества. — По уровню опасности. Это разные вещи. Вполне допускаю, что Йохансон способен представлять угрозу даже слабеньким гроссмейстерам.

Чтобы не быть голословным, привёл пример.

— Если человек внезапно, в порыве любопытства, выстрелит себе из пистолета в висок, забыв, чем он до этого занимался, то какая разница, какой у него ранг? Йохансон вполне может это устроить. Не люблю менталистов, — честно признал великий магистр ордена Золотого льва. — Однако, пусть уж лучше они будут у всех стран, а не у всех, кроме нас. И желательно, — продолжил сэр Армстронг, убедившись, что король пока не собирается ничего комментировать, — чтобы наши умельцы данного профиля не видели врагов в нас. Иначе это плохо закончится. До сегодняшнего дня, насколько мне известно, Йохансон поводов усомниться в своей лояльности не давал. С удовольствием работает с нашими оружейниками. Договорился о покровительстве с вашим дядей. То есть, косвенно он уже работает на королевскую семью, не видя в этом ничего предосудительного. Прекрасно себя чувствует в Англии. Снимается в кино и в рекламе. Имел возможность покинуть страну, но предпочёл остался здесь. Отец, офицер военно-морского флота, героически погибший во время выполнения боевой задачи. Был неоднократно представлен к наградам. Мать, честная труженица. Бухгалтер. Работает в одной небольшой, частной фирме. Связей с зарубежными правительствами или аристократами не имела и не имеет. Старшая дочь, начинающий столичный адвокат. С какой стороны ни посмотри, Йохансоны вполне обычная, достойная уважения семья. Без криминального прошлого. Самое важное, своими способностями Эрик Йохансон не злоупотребляет. По крайне мере, мне об этом ничего неизвестно. Поэтому препятствий для его возвышения я не вижу. А с учётом той пользы, которую он может принести стране, даже рекомендую с этим не затягивать.

— Ты так расхваливаешь его, будто тебе за это заплатили, — добродушно пошутил Его Величество.

Улыбнувшись, сэр Армстронг вынул из кармана несколько фотографий.

— Как знал, что пригодятся. Это последствия нашего знакомства, отразившиеся на комнате для испытаний. Видите дыру в стене, размером с туннель метрополитена? Это я отличился, — с гордостью усмехнулся великий магистр. — Пробил проход, длиной с километр, через все смежные помещения, перекрытия и барьеры. Созданные с таким расчётом, чтобы подобного не допустить. Как понимаете, бил почти в полную силу, не сдерживаясь. Правда не попал и Йохансон ушёл домой на своих ногах, но суть не в этом. Чтобы я, да не попал, это нужно очень постараться. То есть, маленький Гоблин, пусть и на короткое время, но без труда пережил гнев гроссмейстера. Более того, перед этим сумел по-настоящему испугать, что и послужило причиной таких действий с моей стороны. Я не оправдываю сделанную глупость. Это чтобы вы лучше представляли, на что он способен. Не знаю, была ли та угроза реальна или вымышлена, но проверять как-то не хотелось. Вполне возможно, что этот весьма прыткий и настойчивый мальчик показал нам далеко не всё, на что способен. Поэтому повторюсь, у меня о нём сложились довольно противоречивые впечатления. Но, в целом, положительные. Несмотря на свою резко возросшую силу, видно, что Йохансон, в какой-то мере, всё ещё ребёнок. Знаете, сир, что он сказал смотрителю зала, когда мы вышли? Извинился за беспорядок. За то, что мы немного намусорили. Ну чистое же ребячество, — с улыбкой, осуждающе покачал головой сэр Армстронг. — В любом случае, решение давать ему титул или нет, принимать вам, Ваше Величество.

* * *

На следующий день, тщательно принарядившись во всё самое лучшее и дорогое, благо в моём гардеробе уже появилось достаточно подходящих вещей, вместе с семьёй отправился в Букингемский дворец. Какого-то особого волнения от этой поездки я не испытывал. Всё самое сложное осталось позади. Раз уж пригласили во дворец, значит, решение о моём посвящении в рыцари принято. Так что был довольно бодр и весел. Даже чересчур. Видимо, всё же немного нервничал, пускай и не так заметно, как остальные Йохансоны. Судя по ним, мама с сёстрами волновались за всех сразу. И за себя, и за меня, и за слуг, и за наших бывших соседей. Постоянно куда-то торопились, смотрели на часы, одёргивали меня, когда, по их мнению, делал что-то не то. А делал я это, по их же мнению, постоянно. Не так стоял, не так сидел, не так смотрел. Часто напоминали о правилах поведения. Просили вести себя прилично. Такое впечатление, словно я шёл во дворец только за тем, чтобы нагрубить королю. Будто делать мне больше нечего. Зря они так нервничают. А уж как Йохансоны готовились к встрече с королём, не передать словами. Перемерили горы платьев. Обзвонили десяток советниц. Изрядно помотали друг дружке нервы. И это ради того, чтобы просто тихонько посидеть в зале для приглашённых лиц и родственников награждаемых персон.

Как объяснила Нора, там будет вестись протокольная съёмка. Не выглядеть же им на записи, которую потом не раз пересмотрят все потомки Йохансонов, как каким-нибудь глупым деревенщинам? Сегодня тот самый знаменательный день, в который нужно блеснуть лицом, чтобы войти в историю, а не вляпаться.

Так просто попасть в Букингемский дворец нам не позволили. Сначала пришлось пройти кучу проверок, связанных с вопросами безопасности. Потом немного подождать. Судя по четырём небольшим группам людей, со знакомыми мне по экзаменам рыцарями, все они тоже успешно его сдали. Поэтому мы обменялись уважительными, короткими поздравлениями. В тот момент испытывая друг к другу симпатию.

Сама церемония много времени не заняла. Дольше её ждали. Все рабочие моменты и процедуры были уже давно отработаны. Наконец-то нас пригласили в зал для торжественных мероприятий. Рассадили по креслам, расставленным рядами, как в театре. В строго определённом порядке. Вскоре явился король, сопровождаемый несколькими высокопоставленными чиновниками из Министерства рыцарей Британской короны и геральдической палаты, за которыми следовали слуги, наряженные в красивые ливреи старинного образца, несущие закрытые, деревянные футляры.

Ричард III, в отличие от чиновников, для такого случая, как полагалось, облачился в парадный военный мундир. А ещё, у всех них, кроме слуг, через плечо проходила широкая рыцарская лента, голубого цвета.

Его Величество, под щелчки фотокамер, расположенных за нашими спинами, у стены, вместе с представителями прессы, произнёс положенную в таких случаях речь. Поздравил нас с текущими успехами. Пожелал дальнейших. Напомнил о служении своей стране и Короне. Попросил нести присвоенные нам титулы рыцарей Британской короны с честью. Стать примерами для следующего, подрастающего поколения рыцарей.

После чего, правитель Британской империи по памяти, по очереди называл имена людей, которым надлежало подойти к нему по ковровой дорожке и преклонить колено. Церемониальным мечом, который подал ему один из чиновников, Ричард III посвятил каждого из нас пятерых в рыцари Британской короны. С чем ещё раз поздравил, сообщив, что будет следить за нашими дальнейшими достижениями. Пусть и немного лукавил, откуда у него столько времени, чтобы следить за судьбой каждого рыцаря, но всё равно это было приятно услышать.

Во время церемонии слуги подносили королю раскрытые футляры с рыцарской лентой, золотыми шпорами и уже оформленными официальными документами, подтверждёнными проставленной на них королевской печатью и подписью Его Величества. Ричард III собственноручно доставал из деревянной коробки голубую шёлковую ленту и надевал её на шею новоиспечённому аристократу.

Потом нас ждал небольшой, праздничный банкет, организованный прямо в Букингемском дворце, дабы подчеркнуть всю важность и значимость этого события. Чтобы оставить у нас после посещения королевского дворца самые приятные воспоминания. Которыми мы должны поделиться с потомками и любознательными гражданами, поддерживая престиж церемонии.

Сразу изучать содержимое футляра, проверяя, что в него положили и действительно ли шпоры золотые, а не лишь позолоченные, было как-то неприлично и оскорбительно, по отношению к королю. Пришлось потерпеть до банкета. Там, не удержавшись от любопытства, пока сестрёнки строили из себя важных, утончённых аристократок, меряясь улыбками, знанием этикета и восторгами с такими же счастливыми родственниками других рыцарей, заглянул внутрь коробки. Как и думал, мне не показалось. Там на самом деле лежало более одного документа. Ознакомившись с ними, я ненадолго впал в ступор, пытаясь понять, кто же из нас ошибся? И не будет ли слишком нагло, указать на эту ошибку? И вообще, могла ли канцелярия Его Величества в таких делах её допустить?

— Что там? — тихонько спросила Нора, наклонившись ко мне.

Бдительно за мной приглядывая, она сразу же заметила, как изменился мой взгляд.

— Глупость какая-то. Помимо документа о присвоении мне дворянского титула, к нему ещё прилагается новая лицензия и сертификат. На основании проведённого экзамена, мне, оказывается, присвоили следующий ранг. Представляешь? — недоумённо посмотрел на сестру, которая не сразу сообразила, что в этом такого? — По факту я, по-прежнему, паладин, а вот по документам, уже магистр. Что с этим делать, пока даже не представляю, — стал серьёзнее.

Магистр, это уже больше должность, а не профессия. Причём офицерская. Начиная с латников, всех операторов А-поля ставили на учёт в специальный военный резерв страны, на случай большой войны. Если не ошибаюсь, рыцарь по званию приравнивался к лейтенанту сухопутной армии. Паладин к капитану. Магистр к майору. Это не значило, что я уже им стал, а лишь то, что мне полагалось звание, не ниже указанного военного чина. После прохождения соответствующей подготовки и аттестации. В мирной жизни ситуация складывалась схожим образом. Никто не возьмёт на место мелкого офисного клерка, автомеханика или продавца в магазин обладателя А ранга. Кто же ему поверит, если магистр скажет, что хочет устроиться на эту работу из-за денег? Слишком уж они редкие и ценные «зверьки», внесённые в книгу исчезающе малых видов. Находящихся под охраной государства.

Словно в насмешку над подобными мыслями, Нора, не раздумывая посоветовала.

— Как что делать? Проси повышение зарплаты.

— Какой ещё зарплаты? — посмотрел на неё, как на глупую и наивную женщину. — Я уволиться собирался. Или значительно сократить время работы на корпорацию Рэдклиф. Сведя её к кратковременным, целевым контрактам. Всё же разбираться с игрушками госпожи Чамар довольно интересно и увлекательно. Прикольное занятие, но скорее, как увлечение, а не цель в жизни.

— А жить ты на что будешь? — нахмурилась Нора. — Опять хочешь запереться в комнате, наедине с компьютером? Повесив эти бумажки на стену, в рамочку? Спятил?

— Нет. Это уже пройденный этап, — грустно вздохнул, вспоминая, сколько своего времени потратил на компьютерные игрушки.

Взамен получив массу удовольствия.

— Я же уже говорил, что хочу открыть своё дело. Настала пора делать следующий шаг. Не буду же я до пенсии работать младшим помощником безумной учёной, в должности — подай, принеси, постой, не мешайся?

Правильно, — одобрительно кивнула мама, сидящая с другой стороны, прислушиваясь к нашему разговору. — Если чувствуешь, что готов расти дальше, желая большего, долго не раздумывай. Иначе слишком привыкнешь к текущей стабильности. С каждым разом откладывать реализацию своей мечты станет всё проще. С годами это войдёт в привычку. Так никогда и не решишься узнать, а стоило ли оно того? Хоть ничего и не потеряешь, но и не приобретёшь! Поэтому, будь смелее, сынок, — с любовью на меня посмотрела.

— Господи, мама, — закатила глаза, насмешливо фыркнувшая Эдит. — Это же Эрик. Да какие у него мечты? Собрать полный легендарный сет «Голой волшебницы»? Пройти подземелье Баала играя одним пальцем? Скорее всего, левой ноги. Кто у нас мечтал о сказочной фее, что будет убираться в его комнате и носить конфеты? — напомнила эта язва.

— А сама-то? — не остался в долгу, смутившись от такого напоминания. — Уже нашла свинку-копилку, в которой сами собой появляются деньги? Которая ещё и хрюкать умеет.

— Да, — гордо задрала носик.

— И где же она? — ехидно поинтересовался.

На что бесстыжая Эдит показала на меня пальцем, заставив поперхнуться от такой наглости. Глядя на нашу последующую перепалку, ведущуюся достаточно тихо, чтобы не мешать соседям, мама улыбнулась. То, что Эрик после получения столь высокого статуса остался прежним, делало её вдвойне счастливой. Иных людей, внезапно свалившееся им на голову богатство или власть, резко меняло и не всегда в лучшую сторону.

Пользуясь случаем, пока никому до неё не было дела, дорвавшись до сладкого, Марта быстро набивала себе щёки пирожными. Слишком уж большое разнообразие их тут было представлено, прямо под носом, да с королевской кухни, что только добавляло им привлекательности. Времени оставалось мало, а попробовать хотелось все!

Вернувшись домой, почти два часа не расставался с телефоном, принимая поздравления своих друзей и одноклассников. А потом столько же отбивался от приглашений и просьб каких-то незнакомых мне людей и организаций, желающих всего и сразу. В том числе, ребят с телевидения. Вроде на социальной страничке Эрика Йохансона, которую вела Марта, нет примечания, — Нахожусь в активном поиске, так чего они все ко мне прицепились? Я что, выгляжу настолько наивным, доверчивым и нуждающимся?

Будучи всё ещё взволнованным после такого значимого события, похвастался содержимым коробки сестрёнкам Цзя. Должны же они знать, что сделали правильный выбор, поставив на такую тёмную лошадку, как Эрик Йохансон. Что теперь служат настоящему аристократу, пусть и мелкому. Они восторженно поохали, поздравили, похлопали в ладоши, широко улыбаясь. Особенно сильное впечатление на них произвел документ о присвоении мне нового ранга. С него, вообще, чуть не выпали в «осадок». Пришлось пояснять, что это скорее почётное, наградное звание, а не реальное подтверждение моего текущего ранга. Поскольку я как был паладином, так им пока и оставался. Но всё равно, знак того, что сам король мне его вручил, подписав эту бумагу, значило весьма многое. Так что я теперь смело могу представляться магистром, ссылаясь на волю Его Величества. Пусть кто-нибудь попробует с этим поспорить, вмиг обвиню в неуважении к королю.

Помимо того, что это звание сильно пыталось раздуть моё самомнение и заносчивость, оно также давало и вполне конкретные преимущества. Магистрам в Британской империи полагалось множество льгот и преференций. Включая налоговые. В принципе, я теперь мог жить не работая, на одно лишь пособие. Не слишком богато, по меркам аристократов, но всё же. Этих средств даже хватило бы на содержание парочки слуг и машины с водителем. Помимо того, я мог не опасаться остаться бездомным. Правительство мудро посчитало, что нищие и бездомные магистры принесут больше вреда, чем пользы, так что оно об этом позаботилось заранее. Кроме того, подобные меры поддержки положительно сказывались на престиже страны, а заодно сохраняли в ней столь ценные кадры.

* * *

В хлипкую, деревянную дверь крохотной, однокомнатной квартиры, где и развернуться-то как следует было негде, вежливо постучали. Старый Фань Мо, лениво развалившийся в единственном, потёртом, выцветшем кресле, дождавшись, когда стук повторится трижды, пошёл открывать. Если гость проявил настойчивость, значит, у него к тебе важное дело. Вряд ли он будет так упорствовать в желании встретиться, лишь бы продать какой-нибудь товар или за кого-то там агитировать. Тратить кучу своего времени на бедного, одинокого китайца, не самый разумный выбор.

За дверью оказалась малышка Цзя Мей. Хорошая девушка, которая часто меняла свои деньги на его мудрость. Старый Фань считал это хорошим обменом. Поскольку, если накопленная мудрость не стоит ни мао, то это тревожный показатель того, что он всю жизнь копил ослиное дерьмо, а не что-то стоящее. С Цзя Мей его свела сама судьба, в лице китайской общины, старающейся поддерживать соотечественников в тяжёлое для них время.

— О, малышка Цзя. Рад тебя видеть. Прости старика за нерасторопность. Уснул. Проходи, присаживайся. Не отведаешь ли со мной чаю? — вежливо предложил, проверяя намерения гостьи.

— Благодарю, дедушка Фань. С удовольствием.

Покончив с церемониями, пригубив ароматный напиток, старик поинтересовался причиной её визита. Хочет ли она взять у него ещё один урок этикета? Западного? Восточного? Узнать об обычаях северных варваров или южных дикарей? Выучить их язык? А может, в этот раз достойная дочь Цзя хочет послушать о том, как распознать поддельный фарфор или некачественную мебель?

— Нет. Я здесь за другим, — расстроила его девушка, чему он не подал вида. — Помните, я говорила о том, что могу подыскать вам хорошую работу?

— Это какую-же? — добродушно усмехнулся старик, не особо веря в то, что она предложит что-то подходящее.

Он считал себя достаточно гордым и уважающим себя человеком, не опустившимся настолько, чтобы соглашаться мыть полы или посуду в каких-нибудь грязных забегаловках. Уж лучше помереть с голоду.

— Стать управляющим в доме моего господина. У вас для этого достаточно опыта, уважаемый Фань, — польстила ему.

— Если я ничего не путаю, — припомнил беглый евнух из Запретного города, служивший смотрителем одного из павильонов Императорского дворца, — то ты устроилась на работу, — подчеркнул этот важный момент, намекая на неточность её определения, поскольку нельзя служить незнатному человеку, если речь не идёт о какой-либо военной структуре, — к какому-то школьнику? Который очень хорошо к вам отнёсся, за что заслуживает отдельного уважения. И который живёт с сёстрами в родительском доме. Поэтому вы вынуждены ютиться в школьном общежитии. Так зачем же ему нужен я?

— Вы ошибаетесь. Мой господин недавно купил себе богатое поместье в хорошем районе города. Где живут уважаемые в Англии люди. Кроме того, пусть он и молод, но уже обласкан почестями Его Величества Ричарда III. Буквально на днях, он был приглашён в Букингемский дворец, где король лично присвоил ему титул рыцаря Британской короны. Пожаловав золотые шпоры. А заодно, возвёл в ранг магистра Авроры, выдав соответствующий документ.

Малышка Цзя с гордостью поведала об успехах своего господина, изрядно удивив Фань Мо. Заставив того призадуматься. В свете открывшейся информации, её предложение стоило рассматривать совсем иначе. Круг знакомств молодого человека тоже весьма впечатлял. Рассеянным взглядом окинув своё жалкое жилище, Фань Мо подумал, а что ему терять? Почему бы не заполнить ту душевную пустоту, которая образовалась после бегства из Китая? Лишившись смысла своей жизни и любимого дела.

* * *

Встречу со своим будущим секретарём, она же личная помощница, надзирательница и переговорщица, назначил в конторе старшей сестры. Напросившись к ней в гости, ближе к обеденному перерыву. Не дома же назначать собеседование. Слишком уж подозрительно и двусмысленно это будет выглядеть. В ресторане, пошло. В парке, глупо. По видеосвязи, сомнительно. Вот и выходило, что лучшего места для нашего первого знакомства не найти. А что? Замечательный вариант. Солидная адвокатская контора. Хороший интерьер. Куча переговорных комнат. Персонал, создающий рабочую атмосферу. На их фоне моё предложение будет выглядеть серьёзным и обдуманным.

Норе подоплёку визита раскрывать не стал, а то ещё выгонит. Скажет, совсем обнаглел. Мало того, что старшую сестру постоянно привлекаю к своим личным делам, так ещё и здание её фирмы стал использовать в тех же целях.

Убедившись, что настало назначенное время, незаметно покинул Нору, пока она отвлеклась на разговор по телефону. Тихо выйдя из её кабинета, направился в третью переговорную комнату. По пути, в коридоре столкнувшись со старым знакомым, совершенно здоровым любителем таблеток. Увидев меня, мистер Холланд, побледнев, тут же посторонился, уступая дорогу. Жестом показав, что я внимательно за ним слежу, с непроницаемым выражением лица, молча прошёл мимо. Часто оглядываясь, неудачливый адвокат поспешил затеряться в офисе, да так профессионально, что я его больше сегодня не видел.

Заняв комнату, только принял надлежащий, важный вид, если не самого хозяина этого здания, так его близкого друга, как пришла мисс Аманда Кольридж. Высокая, худощавая англичанка, тридцати шести лет, в идеально выглаженном и чистом деловом костюме. На вид, типичный офисный клерк с невыразительной внешностью. Шатенка, с бледной кожей, узким, немного вытянутым лицом и слегка впалыми щёками. Низко посаженные брови придавали ей небольшую хмурость. Внимательно посмотрев на меня своими серыми, невыразительными глазами, она вежливо уточнила.

— Мистер Йохансон?

— Совершенно верно. Прошу проходите, присаживайтесь.

С минуту мы друг друга изучающе разглядывали, составляя первое впечатление. Относясь пока с лёгкой настороженностью. Эту женщину мне порекомендовала Брина Вилсон. Она раньше имела с ней некоторые дела, о которых предпочла не говорить. Судя по присланному мне резюме, мисс Кольридж на заре своей карьеры имела достойный послужной список. Богатый опыт работы в должности менеджера, а потом и личного секретаря руководителя в крупном инвестиционном фонде, который потом разорился из-за жадности его руководства и трусости инвесторов. Затем успела поработать в солидном банке. Однако несколько лет назад, когда казалось, что всё у неё сложилось хорошо, в плане карьеры и семьи, светлая полоса в её жизни закончилась. Это мне Брина рассказала. После рождения ребёнка, тогда ещё миссис Кольридж, по настоянию мужа, стала домохозяйкой, поверив в его обещания о том, что он сам их всем обеспечит. Так и происходило целых три года, пока один неверный козёл внезапно не сообщил о том, что у него есть красивая, молодая любовница. Которую он любит и поэтому уходит к ней жить. Аманде спасибо за всё и до свидания. После чего брошенная жена впала в депрессию, разругалась с роднёй, развелась и даже ненадолго запила. Спустя короткое время, как-то вечерком, увидев их вместе, целующимися в машине бывшего мужа, которую тот забрал с собой, мисс Кольридж психанула. Сходила домой за большим гаечным ключом, вернулась и раздолбала машину в хлам. Заодно и изменщику хорошо перепало и любовнице зуб выбила. Разумеется, без последствий эта выходка не осталась. Аманда получила условный срок и крупный штраф. Чтобы не сесть в тюрьму и не потерять ребёнка, отдав все свои сбережения, расплатившись по образовавшимся долгам, осталась практически без средств к существованию. Резко взявшись за ум, сжав волю в кулак, женщина начала решительно выбираться из того «болота», в которое сама же себя загнала. Занялась спортом. Избавилась от вредных привычек. Выкинула из дома весь хлам, напоминающий о прошлом. Принялась активно искать работу, а лучше сразу две. Да только кому нужна судимая, уже не такая молодая, одинокая женщина с ребёнком, несколько лет просидевшая дома? На хорошую работу её уже не брали. На плохой и устаёшь сильно, и зарабатываешь мало. Да и не хотела она снова влипнуть в очередную дурную историю по чужой вине. Ещё тогда, после краха инвестфонда, вдоволь нахлебалась разного дерьма. А ведь ребёнку тоже требовалось уделять время. Хорошо хоть с ним бабушка пока сидела, выручая выбивающуюся из сил мамашу. Сейчас мальчишке пошёл пятый годик. Скоро в школу его собирать, а значит, потребуются немалые расходы. В данный момент мисс Кольридж работала на каком-то складе, в маленькой, пыльной конторке, но хотела бы найти что-то получше и поближе к дому. Вот и бегала по всевозможным собеседованиям, урывая то тут час, то там полчаса своего времени.

Чтобы меня поняли правильно и, опять же, отнеслись серьёзно, не посчитав юнцом, который ищет себе красивую куклу с пухлыми губками и пустой головой, или постельную грелку, кратко рассказал о себе. Хвалиться или хвастаться перед ней совсем не хотелось. Предчувствую, что от подарка короля у меня скоро будет столько хлопот, что лучше бы от него отказался ещё тогда, когда была такая возможность. Или обменял его, хотя бы на торт! Не люблю лишний раз напрягаться и нервничать. Конечно, хотелось нанять кого-то помоложе, моего возраста, чтобы можно было свободно гонять этого человека с разными поручениями, но, пусть будет так. Каждый из нас достоин второго шанса. Своего кусочка пирога, под названием, — счастье. Да и потом, посмотрим, получится ли сработаться с мисс Кольридж. Может, она и сама этого не захочет?

Объяснив ей, кто мне нужен и чего я хочу, перешёл к самому главному, сколько готов за это заплатить. Личные помощники с крайне широким, неопределённым спектром задач и полномочий, а также ненормированным рабочим днём, имели ряд значимых преимуществ. Они много зарабатывали, имели больше свободного времени и быстро обрастали связями в той сфере, в которой «крутился» их наниматель. Правда, за это приходилось расплачиваться повышенными рисками влипнуть в серьёзные неприятности, нервными стрессами, а также впахивать, как крестьянская лошадь. Не говоря уже о необходимости терпеть капризы босса. Часто зависевшие от его настроения.

От названной суммы у женщины, сидящей напротив меня, дрогнули ресницы. Она на секунду напряглась, ожидая услышать, что это была шутка. Как и то, что я наговорил прежде. Уж слишком невероятно звучали мои слова.

— Я не прошу дать ответ прямо сейчас. Хорошенько над ним подумайте. Мои слова легко проверить. Трудовой договор с вами будет заключён официально, в присутствии моего юриста. Если хотите копию для ознакомления, то отправлю её на вашу электронную почту. Там всё прописано, включая обязательство о неразглашении конфиденциальной информации. Однако, прошу с ответом не затягивать. У меня назначено ещё несколько собеседований. Место всего одно, а желающих его заполучить, много.

Будучи человеком осторожным и осмотрительным, не от хорошей жизни, мисс Кольридж попросила отправить ей трудовое соглашение, пообещав дать ответ уже завтра утром. Когда она, попрощавшись, покинула комнату для переговоров, найдя в записной книжке нужный номер телефона, позвонил ещё одной даме. Студентке, отличнице, практикантке и в остальном, тоже прекрасной девушке. Уже один раз меня выручившей.

— Добрый день. Вас беспокоит сэр Эрик Йохансон. Помните меня? Замечательно. Есть дело на миллион. Не желаете поучаствовать? — широко улыбаясь, задал коварный вопрос.

Глава 2

Казалось бы, наконец-то занялся серьёзными, взрослыми делами, получил высочайшее признание, кучу похвал, только расправил крылья и на тебе, бери рюкзак и топай в школу. Как будто это всё ничего не значило. Однако диктату мамы пришлось подчиниться. Ей, видите ли, виднее, куда я должен идти. Попробовал было надавить авторитетом, напирая на своё магистерство, заявляя, что у меня запланирована деловая встреча, а потом съёмки, но в ответ получил «вежливый» совет, куда я могу засунуть свои бумажки. Эти проваленные переговоры проходили прямо за завтраком, под молчаливое одобрение Норы, хохот Эдит и науськивание Марты на продолжение сопротивления. Хотя бы до тех пор, пока она не доест и не убежит по своим делам.

Садясь в машину, поданную водителем Юнем прямо к крыльцу, поймал себя на мысли, что всё реже остаюсь ночевать в школьном общежитии. Как и сестрёнки Цзя. Жилищный вопрос перед ними уже не стоял столь остро, как раньше. По этой причине их уже попросили определиться, хотят ли они и дальше работать на Святую Анну или всецело переключатся на мои дела.

Прикинув все за и против, понял, что с общежития пора съезжать, хотя пробыли мы там не так уж и долго. Теперь нам спокойного житья на территории школы точно не дадут. Чувствовать же себя львом в зоопарке я не хочу. Не сомневаюсь, скоро в общежитии поселятся какие-нибудь подозрительные парни из внезапно переведённых учеников. Зачем мне такие соседи? И так удивлён, почему до такого никто до сих пор не додумался. К тому же, новый дом пришёлся мне по душе. Хороший, просторный, со всеми удобствами. А главное, полный людей, которых я люблю и уважаю. С которыми приятно находиться под одной крышей. Только покинув родной дом, осознал, насколько же хорошо мне в нём жилось. И как одиноко и грустно быть одному.

Под эти меланхоличные размышления обратил внимание на злополучный соседский дом, возле которого лениво копошились уже хорошо знакомые нам грузчики. Без энтузиазма. Удивительно, но его вновь перекупили, теперь уже какие-то англичане. И опять с помощью адвокатов, оспоривших законность предыдущей сделки, поскольку, как бы это ни выглядело странно, ни один из предыдущих хозяев не хотел его продавать. Даже за большую сумму. Теперь мне уже стало любопытно, кто же победит в этих тараканьих бегах? Догадываясь, что это жу-жу-жу под дверью совсем неспроста. Ну или у меня разыгрался очередной приступ паранойи.

То, что сегодняшний день будет трудным, понял ещё при пересечении границы школы Святой Анны. Когда уже на входе охрана подчёркнуто вежливо обратилась ко мне, — сэр Йохансон. Или чуть позже, когда, идя по парковой дорожке, ловил на себе настолько «горячие», восхищённые взгляды школьниц, что кое-где начало пригорать. Особенно пугали не весело щебечущие ранние «пташки», а расчётливые «сороки» или самовлюблённые «павлины», мыслящие так, — всё лучшее, мне! Ах он гад, даже не посмотрел в сторону первой красавицы Святой Анны! Плюну ему за это на спину. Трижды! Мысленно! А то эти тупые дуры из фан клуба Гоблина поблизости крутятся. Могут неправильно понять.

Пока дошёл до класса, собрал целую коробку поздравлений и приглашений на «чай», через аптеку, или в кино, или в бассейн, в письменном виде. А уж эти их зубастые улыбки с, — Может, вам чем-нибудь помочь, сэр Йохансон? Не проводите ли меня до класса, а то я себя что-то плохо чувствую. Того и гляди, упаду в обморок. В нужную сторону. Ой платочек уронила. Не поднимете? Сэр Йохансон, не поможете ли с домашним заданием/нежеланным ухажёром/тяжёлой сумкой/застегнуть лифчик. Услышав последнее предложение, сильно выбивающееся из общей канвы, растерянно выпучил глаза на невинно улыбающуюся деву. Такое ощущение, словно услышал треск разбившегося невидимого стекла, которым отгораживался от всех этих ненормальных школьниц. Впрочем, долго соображать, как реагировать на эту неожиданную ситуацию, не пришлось. Три решительно настроенные, крепкие девушки, вынырнув из толпы поражённых школьниц, у некоторых из которых аж щёчки порозовели и глазки заблестели, в ожидании развязки, подхватили под руки удивившуюся прелестницу с большим размером груди. Мигом утащив в неведомые дали. Видимо, застёгивать лифчик. Ей даже не пришлось самой ноги передвигать. Какие же всё-таки отзывчивые и заботливые ученицы в Святой Анне.

Постаравшись принять невозмутимый вид, пошёл дальше по коридору. Не оглядываясь. Мысленно напоминая, что ускорять шаг не стоит, а то это могут принять за мою неуверенность. И к срабатыванию охотничьего инстинкта, убегают — догоняй.

Только вошёл в класс, как тут же услышал донельзя слащавый голос подкараулившего меня Даниэля. — Сэр Йохансон, не соблаговолите ли дозволить скромному барону сопроводить вас к вашему новенькому «креслу»? Прошу, вас — встав сбоку и склонив голову в уважительном приветствии, он сделал приглашающий жест.

— Соблаговоляю, — сделав максимально напыщенное, самодовольное лицо, покровительственно посмотрел на шутника.

Подыгрывая ему.

— А где герольд? Где ковровая дорожка? Где юные девы, чтобы цветами устилать мой путь? — вопросительно приподняв бровь, с лёгким недовольством и недоумением посмотрел на Даниэля.

— Простите, сэр Йохансон. Виноват. Сейчас же исправлю этот вопиющий недосмотр со стороны старосты, — он ловко перевёл стрелки.

Леди Дженкинс, в этот момент разговаривающая о чём-то с леди Грей и леди Сомерсет, вместе с ними повернув голову в нашу сторону, мягко говоря, удивилась.

Посмотрев на сидящего на своём месте Росса, играющего на телефоне в игрушку, где нужно вовремя нажимать на пролетающие по экрану ноты, чтобы попасть в такт играющей мелодии, Даниэль отчаянно принялся ему подмигивать. Тот не сразу сообразил, что от него хотят, переводя между нами недоумевающий взгляд. Однако потом на лице Росса появилось выражение внезапного озарения. Тут же встав и приняв важный вид, приложив кулаки к губам, будто держа невидимую трубу, он гнусаво прогудел, — Ту-ду-ду-ду-ту-ду! Внимание! Его злодейшество, сэр Йохансон, гроза бутербродов, — после чего изобразил хорошо узнаваемый свадебный марш. Всегда быстро соображавшая Кейси, тут же подскочив, сдержанно хихикая, разбросала предо мной яркие фантики от конфет, которые должны были символизировать цветочные лепестки. Господи, с кем мне приходится учиться? Спасибо тебе за это!

— Благодарю вас, прекрасная леди. Жду в три часа, в своей скромной обители, на праздновании дня моего долгожданного, — вами, — сделал выразительную паузу сыграв бровями, — возвращения. Гулять будем, пить будем…, — услышав предупредительное покашливание леди Грей, невозмутимо продолжил, — пунш. И я даже знаю, где мы его возьмём, — пристально посмотрел на смутившуюся Тину Гловер.

Что тут же повторили Митчел и Рэдклиф, скопировав моё поведение. Ещё не зная, в чём дело, но не отказывать же себе в удовольствие полюбоваться, что из этого выйдет?

Я ещё долго буду припоминать Тине ту незапланированную поездку на природу. Да и забавно наблюдать, как она реагирует на подобные шуточки.

— Куда также приглашаю всех присутствующих, дабы нас не заподозрили в разврате. Хотя, полагаю, это всё равно не остановит признанного борца за нравственность, знающего все уловки распутников, леди Грей, — громко объявил, обращаясь к классу.

— Йохансон, ты получил право на рыцарский герб, а не на графскую корону. Апломб-то поумерь, — президент школьного совета посоветовала не зарываться. — Однако, — не стала совсем уж включать стерву, — повод действительно серьёзный, поэтому в этот раз я закрою глаза на «пунш», — неодобрительно, слегка поджала губы при его упоминании.

— Спасибо, — искренне ей улыбнулся. — Я всегда знал, что ты настоящее чудо, а вовсе не та злобная ведьма, которую пытаешься из себя строить. У тебя золотое сердце.

И стройные ножки, — добавил «бессмертный» Митчел, разрушив трогательный момент.

За что получил от Кейси конфету, а от леди Грей, пугающе «ласковую» просьбу зайти после занятий в кабинет школьного совета.

Пока я сидел на уроках, сестрёнки Цзя готовили общежитие для вечеринки. Проносили мимо охраны «правильные» напитки, заранее разлитые в пачки из-под сока. Ощущение нарушения запрета, да ещё в хорошей компании, будет придавать им особый привкус. А чтобы придать процессу особую изюминку, попросил поставить на стол семнадцать рюмок, стаканчиков и чашек, разного размера и формы. Среди которых не найти ни одной похожей. Доверю процесс их наполнения нашему математику. Поставив задачу так, чтобы всем достался одинаковый объём жидкости. А если получится, ещё и градус крепости.

Как я и думал, Бейли эта игра очень понравилась. Минут пять он нас веселил, особенно когда злился из-за допущенных ошибок, определяя их по весам, требуя начать всё заново, а потом изумлял ловкостью рук и скоростью переливов из одной тары в другую, равномерно распределяя жидкость. С удивительной точностью. Кажется, к концу учебного года мы всё-таки успешно испортим этого домашнего мальчика.

На вечеринке по поводу присвоения мне титула не обошлось и без ожидаемых расспросов.

— Вам как описать процесс сдачи экзамена? Как обычно? — с интересом посмотрел на любопытных слушателей.

— Как обычно, не нужно. Рассказывай, как было, — со смехом потребовал Даниэль.

Ну я и рассказал. Почти ни слова не соврав, но так, чтобы мне всё равно никто не поверил. Хотя принцесса, тоже явившаяся на вечеринку, как-то странно на меня посматривала. С большим подозрением, задумчиво и с прищуром. Видимо, догадывалась о ком я говорил при упоминании экзаменатора, — … гранитные глыбы, размером с эту комнату, летали буквально над головой. Бетонные плиты пола ходили ходуном. А тут ещё со всех сторон из пулемётов, как принялись лупить, — тра-та-та-та-та, — сопровождая рассказ активной жестикуляцией и мимикой.

Если реакция принцессы Кэтрин мне была понятна, всё же у неё имелся доступ к некоторой закрытой информации, то вот с чего вдруг такая же реакция у Бедфорд? Или она за компанию меня подозревает? По привычке.

О том, что мне ещё и ранг магистра присвоили, не сказал ни слова. Рано ещё. Самому бы сначала разобраться, что и зачем?

После празднования моего награждения с классом, с подарками и угощением отправился в клуб фехтования. Нельзя же обделять вниманием и других, не менее важных мне девушек, с которыми я проливал совместный пот, кровь и слёзы, над уплывающими из рук рубинами. Да и тренера нехорошо оставлять «за бортом». К тому же, там мне предстоял непростой разговор, который Ледяная ведьма первой же и затронула. Ей-то я по секрету шепнул о своём новом ранге, так как от тренера умалчивать этот факт было неразумно, чтобы не подставлять команду.

— Ну что, Йохансон, будем одновременно и праздновать твой успех и прощаться с турнирами? — спросила «осчастливленная» Ледяная ведьма.

После такого вступления пришлось признаваться команде в том, что хотел сообщить несколько позже, не желая отдаляться от неё ещё сильнее. Странные мы люди. Непостоянные. То не хотим куда-то вступать, а потом не хотим оттуда уходить.

— Ты вспыхнул ярко, горел жарко, хоть и не долго, но уходишь непобеждённым, в зените славы, — подняла тренер бокал с апельсиновым соком. — Тоже в какой-то мере, значимое достижение, — похвалила мисс Фаулер, заполняя ошеломлённую паузу, пока остальные члены команды всё ещё осмысливали услышанное.

Не укладывающееся в их голове.

— Только куда ж ты так торопился? — не удержалась она от дружеской иронии. — Мог бы задержаться с нами и на подольше. Или ты уже охладел к нашим девушкам? — задала провокационный вопрос.

— Да как-то всё само случилось, — смутился под очень внимательными взглядами присутствующих. — Но я ведь всё ещё остаюсь почётным членом Чёрных рыцарей Святой Анны.

Почему-то это прозвучало, как жалкое оправдание.

— Так что не нужно меня пугать. Кстати, из общежития я съезжаю, — на фоне одной новости выдал и вторую. — Иначе придётся просить построить вокруг него высокий забор и выдать разрешение на содержание собаки. Правда, тогда это уже будет похоже на полноценное отделение части территории школы от неё самой. С объявлением независимости. Не думаю, что леди Грей от такого придёт в восторг. В отличие от главы школьной газеты, — вынужден был признать.

— То есть, с «особыми» тренировками теперь всё? — сильно расстроилась Кейси.

Сожалея больше не о них, а о весёлых посиделках, разговорах и играх. О потере доступа к вкусняшкам, приготовленным сестрёнками Цзя или даже мною лично. О сворачивании распространяемых ею слухов о тайном ордене драконопоклонников. О зловещих ритуалах и оргиях, проводимых под покровом сумерек в зловещем логове Гоблина. Изрядно нервировавших школьную администрацию и возбуждающих любопытство и буйство фантазии у школьниц. Которых хлебом не корми, но дай зловещих подробностей. И Кейси их вполне успешно…. продавала. Пусть и не настоящие, но пока ещё никто из покупательниц не пожаловался. Она уже даже наладила выпуск комиксов, подрядив на это дело девочек из клуба рисования. Сразу видно, дочка пошла в маму.

— В прежнем режиме да, с особыми тренировками, официально, заканчиваем, — признал, испытывая по этому поводу двоякие чувства. — Но в частном порядке никто не мешает вам по-дружески приезжать ко мне на новую работу, где можем вместе позаниматься, как раньше.

Специально разделил подготовку команды фехтования Святой Анны и собравшихся здесь людей, которых считал своими друзьями. Даже вредную полячку или независимую Бейбер. Исходя из того, что состав команды рано или поздно сменится. В него попадут новые, чужие мне люди. Что ж теперь, безвозмездно помогать всем желающим, которых всегда будет больше моих возможностей? Лучше я продолжу спасать попавших в беду, а остальные пусть сами учатся добиваться поставленных целей. Для них это даже полезнее будет.

Тренер прекрасно поняла смысл моих слов, но промолчала. Демонстрируя наличие ума и совести. Но всё же обещание подтянуть эту команду к весеннему турниру из меня выбила.

— Кроме того, — перешёл к следующей важной новости, сделав хитрое лицо, — я решил начать своё дело. Открою центр… угадайте чего? — с улыбкой их оглядел, предлагая выдвигать свои варианты.

— Тайных операций? — восхищённо выдала Гриффин.

— По поиску сокровищ и вывозу их из неблагополучных стран? — предположила Сомерсет.

— Охранных услуг? — услышал от Браунфельс.

— По борьбе с терроризмом и освобождению заложников? — подняла руку Кейси.

— Центр по предоставлению услуг наёмников, пиратов и контрабандистов? — отличился Митчелл.

С каждой версией моя улыбка становилась всё тусклее.

— Ребята, вы чего? За кого вы меня принимаете? — подумал, что они меня разыгрывают. — Какие ещё наёмники и шпионские игры? Это будет обычный учебно-спортивный центр по подготовке рыцарей. Таких у нас в каждом городе полно. Назову его, — Школа героев Эрика Йохансона. Я уже даже придумал требования, которые обязательны для поступления в неё… Ну там: ранг не ниже рыцаря, подписать соглашение о неразглашении конфиденциальной информации и отказе от претензий в случае увечий или смерти. Ежемесячная плата в размере от… — поднял глаза к потолку — ста тысяч фунтов. Без скидок и просрочек. Это по самой упрощённой программе обучения.

Перечисляя всё это, придерживался шутливой формы изложения, чтобы оставить себе поле для манёвра на случай, если в последний момент придётся что-то срочно переиграть. Да и интересна была их первая реакция, по которой можно понять, как будут реагировать другие люди на такие требования?

— А не подавишься? — присвистнула обалдевшая полячка, мысленно переведя фунты в злотые.

— А я их буду проедать не торопясь, — улыбнулся ей. — И кроме всего прочего, приём строго по рекомендациям от тех, кто уже учится или учился в Школе Героев.

Продолжая описывать свою задумку, искоса поглядывал на серьёзно задумавшуюся принцессу, отслеживая её реакцию. Дав понять, что я задумал, хотел через неё узнать, позволят ли? По моим прикидкам, должны. Это массово, за деньги, из кого попало клепать рыцарей, идея заранее провальная. Поскольку нарушает сложившийся баланс сил и интересов. Создаёт массу проблем специальным службам. А так, все останутся довольны.

Рассчитываю, что на такие, безумно завышенные требования согласятся лишь те, кто обладает определённой информацией и уровнем возможностей. Не только финансовых. Не говоря уже о доступе к упомянутым мною рекомендациям, которые позволят выстроить не только систему отсева, но и взаимных гарантий безопасности. Всё это должно резко сократить количество заявок на поступление в мой учебный центр и поднять их качество. Ну и меня не обидеть, в вопросе окупаемости затрат. Особо напрягаться на этом поприще я не хотел. Но это так, к слову.

В первую очередь данное предложение рассчитано на успешные, в широком смысле этого слова, аристократические рода, усиление которых в целом, а не кого-то из них в отдельности, будет выгодно Короне. Плюс, вместо дикого количества перекаченных слабаков, в стране появится небольшое количество действительно сильных операторов А-поля. Полученных из уже состоявшихся рыцарей, чьи семьи проверены вдоль и поперёк. Если я, конечно, не оплошаю с их подготовкой. А то мне ещё самому, по идее, нужно учиться и учиться. Вот и совмещу процессы. Недаром же говорят, что лучше всего учится тот, кто учит других.

Также этим шагом я хотел показать всем интересующимся моей жизнью, что вот он, тот якорь, за который собираюсь держаться в Англии. Где меня можно найти. Чем буду заниматься. За счёт чего буду жить. Всё открыто, всё на виду. Для тех, кто знает и умеет смотреть в нужную сторону. Хотите сотрудничать, пожалуйста. Как по мне, вполне изящное решение. Буду делать то же самое, что и сейчас, но за большие деньги и с куда большим пафосом.

Не сомневаюсь, и власти, и ушлые аристократы, и пронырливые соседи, да и я сам, все постараются запихнуть в этот центр нужных людей. На чём тоже можно сыграть в вопросе поиска компромиссов. Они не трогают меня, я спокойно сижу на виду и делаю то, что приносит всем нам пользу. Столь простую мысль нужно будет ещё до них всех правильно донести, над чем придётся поработать, но ничего принципиально невозможного в этом не вижу. Единственно что, процесс будет долгим, поэтому рассчитывать на быстрый результат не стоит.

— Понятно. Будет делать то же самое, но под прикрытием, — убеждённо заявил Даниэль, нисколько в этом не сомневаясь.

Имея в виду все ранее озвученные версии ребят.

— Умно, — похвалила Кейси, зааплодировав.

— Да по-любому, это же Эрик, — согласилась с Даниэлем Гриффин.

— Хитро придумано, — кивнула Маргарет, отчего посмотрел на неё, как Цезарь на Брута.

Их вера в меня просто поражает. Нет слов. Попытался было убедить в том, что они не правы, но, похоже, сделал только хуже.

— Слишком упорно отпирается, — заметила Збражская. — Подозрительно. Да ладно тебе. Мы всё понимаем. Правда, ребята?

— Да! — услышал многоголосый весёлый вопль.

Празднование затянулось до позднего вечера, а уборка после него так и вовсе, закончилась только за полночь. Сбор вещей перед выездом из общежития вызвал много приятных воспоминаний. Забрал с собой лосиные рога, медвежью шкуру, садовые таблички, «розовое чудовище», исписанное именами. Глупо улыбаясь, прочитал каждое из них. Оставил после себя только голые стены, идеально вымытую комнату и, сидящего в центре пустой комнаты, плюшевого, белого зайчика, обхватившего руками шестилитровую бутылку детского, безалкогольного шампанского, сделанного на заказ. Настолько большую, что казалось, будто заяц держится за дерево. Кроме того, он смотрел в тот угол, где ничего не было, если не считать скрытую камеру. Будучи очень чутким и ловким умельцем манипулировать А-полем, я уже давно её нашёл, но узнав, что она принадлежит Белому кролику, а не кому-то ещё, даже не спрашивайте, как именно это сделал, оставил всё, как есть. Не подавая вида, что мне о ней известно. Как и о том, что персональный сталкер защищает меня от прослушки и подглядываний всех остальных любителей совать свой любопытный нос, куда не просят.

Кроме подарка, сделал ей ещё один намёк, показав, что не только она умеет собирать информацию и знает больше, чем говорит. На всякий случай. Небольшая предосторожность не повредит.

* * *

Этой же ночью, в уже опустевшее общежитие проникла тень, одетая в тёмную, спортивную одежду, с накинутым на голову капюшоном и лицом, закрытым чёрной, тканевой, медицинской маской. Знающая код от сигнализации и имеющая слепок ключа. С минуту она безмолвно простояла в пустой комнате рядом с кроликом и шампанским, разглядывая их, после чего бережно убрала подарки в рюкзак, который принесла с собой. Обнаружив ещё одно скрытое послание, вызвавшее у неё некоторый шок. Между кроликом и бутылкой был засунут аккуратно сложенный носовой платок с вышитой на нём монограммой Д. Р.

* * *

Следующий день принёс мне новые знакомства и неприятные встречи. Как и предупреждала вчера тренер. Ко мне заявился представитель национальной фехтовальной сборной Британской империи с предложением… от которого я отказался быстрее, чем дослушал его до конца. Заявив, что не вижу себя в спорте. Не готов к такой ответственности. Я страшный разгильдяй и самодур. Спасибо за предложение, всего хорошего. После чего меня какое-то время поуговаривали, повышая ставки и давя на мою сознательность гражданина, обещая то и это, но я остался непреклонен. Сообщив, что и в школьную-то команду попал по недоразумению, с большой неохотой. На какое-то время от меня отстали, обдумывая ситуацию. Неужели и вправду верили, что я брошусь к ним с распростёртыми объятиями, спотыкаясь от спешки и повизгивая от счастья? Хотя деньги предлагали действительно немаленькие, но прежней нужды в них у меня уже не было, а за богатством ради богатства я и раньше не гнался.

Отсидев уроки, умчался на съёмки сериала. Закрывать обязательства, которых уже успел набрать. По пути позвонил мисс Кольридж, назначив ей встречу возле съёмочной площадки. Вчера она сообщила о своём согласии стать моей личной помощницей. Эх, а я уже понадеялся на следующего кандидата. Молодого, шустрого паренька, в анкете указавшего, что способен достать всё и договориться со всеми. Этакого мастера на все руки. Расхвалившего себя так, что даже я на его фоне почувствовал себя неполноценным.

Скептическим взглядом окинув свою помощницу, выглядящую точно так же, как в прошлую встречу, по-моему, явившись даже в том же костюме, приехав на такси, сокрушённо покачал головой. Мысленно прикидывая, что нужно сделать в первую очередь. Для начала попросил дать мне номер её кредитки, на которую перевёл большую сумму, обозначив её, как средства на оперативные расходы. Порекомендовал как можно скорее взять в аренду автомобиль, а то ещё забудет в такси какие-нибудь важные документы. Или ноутбук на автобусной остановке, с конфиденциальной информацией или сексуальными пристрастиями. Ладно своими, а если моими?

Хороший автомобиль, подчеркнул это, а то ещё возьмёт подержанную, уродливую малолитражку. Из экономии. Заявил о том, что приличный транспорт моему секретарю просто необходим, чтобы не позорить начальство перед друзьями и партнёрами. Также попросил мисс Кольридж обновить гардероб. На что выдал солидный аванс. В том числе и на личные нужды. А то ещё лечи её потом от язвы желудка или простуды.

— А не боитесь, что я вас кину на деньги? — нахмурившись, с некоторой растерянностью и подозрительностью поинтересовалась мисс Кольридж, разглядывая свою кредитку, которую не спешила убирать в карман.

Не доверяя подобным аттракционам щедрости.

— Нужно говорить не кину, а уведу. Или что-нибудь вроде того. Постарайтесь больше не использовать на работе сленга. Боюсь, мои знакомые графы и графини, герцоги и герцогини и тем более принцесса, чтоб её, — поморщился, припомнив вчерашние посиделки и собственническое поведение Кэтрин, — по достоинству его не оценят. И потом, сильно сомневаюсь, что у вас это получится. Но, можете попробовать, — не стал её отговаривать, заставив напрячься ещё сильнее.

И посмотреть на Габу, что стоял рядом с моим лимузином и недружелюбно, оценивающе её разглядывал. Как леопард косулю.

Улыбнувшись, не стал говорить, что не того она опасается. Вот если об этом узнает китайская мафия, поселившаяся в моём доме, готовая удавить за каждый пенс, ещё не забыв голод и холод бродячей жизни, то они её на краю земли разыщут и пустят на баоцзы. Судя по появлявшимся в моём доме редким и ценным вещичкам, незаметно, понемногу его преображающем под их вкусы, а также блюдам из очень свежих продуктов, которых в этой стране не найти, нужных людей они знают.

— А теперь, у меня для вас первое задание, — перешёл на серьёзный тон, заставив её рефлекторно собраться и стать внимательной, переходя в рабочий режим.

Мисс Кольридж тут же раскрыла записную книжку, готовясь делать записи.

— Сейчас я дам вам номер телефона риэлтора, которого попросил подобрать несколько подходящих зданий. Свяжитесь с ней. Проедьтесь по объектам. Выберите наилучший вариант. А то у меня нет на это времени. Безоговорочно доверять рекламным буклетам слишком безрассудно. Я потом подъеду, оценю победителя конкурса. Никаких договоров не подписывайте. Твёрдых обещаний не давайте. Сделайте несколько фотографий каждого здания, внутри и снаружи. С пометками, замечаниями, выявленными недостатками.

Продиктовал ей ряд своих требований и пожеланий к спортивному клубу, специализирующемуся на использовании силового снаряжения, который хотел выкупить или арендовать, если не будет другого варианта. Уточнив, что мне нужно отдельное, небольшое здание, со служебными и офисными помещениями. Без совместного использования, каких-либо наворотов или суперсовременного дизайна. Не обязательно в центральных районах города. Лучше, чтобы оно располагалось поближе к моему дому. Также дал мисс Кольридж задание выяснить порядок цен на такую недвижимость, чтобы не переплачивать. Проверить нет ли с выбранным зданием каких-либо проблем, о которых риэлтор может и не знать. Попросил заодно заскочить в типографию и заказать себе побольше визиток. Выдав указаний на весь день, отправил секретаря работать.

Во время съёмок обратил внимание на несколько странное поведение мисс Кларк, которая явно старалась меня избегать, за пределами совместных сцен, но особого значения этому не придал. Так и не вспомнил, какое же я загадал желание, проигравшей из-за одного самовлюблённого гонщика, актрисе. Вряд ли что-то серьёзное, иначе бы вела себя по-другому. Скорее что-то глупое или смущающее. О чём она категорически не желала напоминать.

Близняшки Гловер, с которыми тоже пересёкся на площадке, вели себя вполне обычно. Насколько это определение можно к ним применить. Доставали какого-то темноволосого паренька — японца с растрёпанной причёской, одетого в спортивный костюм чёрно-белой расцветки, тоже участвующего в съёмках, только в соседнем павильоне. Сами же они вырядились в костюмы немецких горничных. Из жалости подарил бедолаге визитку хорошей прачечной. Думаю, скоро она ему пригодится.

В хорошем настроении покидая съёмочную площадку, закончив свою работу, на подходе к автостоянке словил неожиданный приступ дежавю. Когда передо мной из-за угла неожиданно вышли Леннокс и Чейз собственными персонами. Только, насколько мне помнится, в прошлый раз они были без медицинских тростей. Ну что за невезение? А ведь я уже начал гордиться своей интуицией и чутьём на опасность, которые даже не пискнули, продолжая лениво дрыхнуть на солнышке. Пузиком кверху.

Опередив уже открывшего рот Чейза, хмуро пригрозил, — Если сейчас скажешь: Я, как и уважаемая мною Хелен Уильямс, считаю… то предупреждаю сразу, прокляну! Будете безудержно икать до конца года. Даже в туалете!

Может, хоть это их остановит? Чем нелепее выглядят обещания, которые невозможно проверить, тем почему-то охотнее люди в них верят. Если второй раз позвоню Норе по тому же поводу, что и в тот раз, она меня убьёт.

Вместо ожидаемого ответа, незаметно напрягшись, услышал совсем другое.

— Пиво пьёшь? — деловито поинтересовался Чейз, не обращая внимание на мой возраст.

Немного подумав, убедившись, что всё ещё не ощущаю исходящую от них агрессию, удивлённо ответил.

— Пью, но только из больших стаканов.

— Отлично. Пошли, посидим в одном местечке, неподалёку отсюда. Поговорить нужно, — обрадовался валлиец.

Похоже, с ответом угадал верно. Они здесь не ради реванша. Жаль, но неделя трезвости у меня не задалась с самого начала. Придётся и дальше идти на жертвы. Не просто же так они за мной явились?

Заняв столик в уютном пабе, выглядящем довольно простенько, по-домашнему, заказав три кружки пива и популярную закуску из рыбы с картошкой фри, (fish and chips), Чейз принялся объяснять причину их визита.

— В общем, нам хотелось убедиться, что тот глупый инцидент окончательно закрыт и по нормальному, заново познакомиться. Слишком уж хлопотно каждый раз переходить на осадное положение, когда ты внезапно срываешься на рыбалку. Терпеть в доме кучу напряжённых и нервных мужиков, а также слышать нудное “нытьё” раздражённых женщин, — Чейз аж поморщился от неприятных воспоминаний. — А посылать серьёзных ребят соответствующего уровня, разобраться с проблемой, сразу после получения тобою рыцарского герба, будет выглядеть слишком вызывающе и неуважительно по отношению к королю и старым пердунам из геральдической палаты. Да и было бы из-за чего начинать никому ненужную войну, — насмешливо фыркнул валлиец.

— А ещё это не лучшим образом сказывается на ведении бизнеса, — дополнил Леннокс, берясь за кружку. — Неопределённость и незавершённость конфликтов отпугивают инвесторов и банкиров. Затрудняют подписание долгосрочных контрактов. В них ведь должны закладываться все возможные риски. Это слишком накладно.

— Понимаю. Готов заверить, что у семьи Йохансонов ни к вам, ни к вашим уважаемым семьям нет никаких претензий. Вышло досадное недоразумение, с которым мы уже разобрались. Немного погорячились. Такое случается, — заявил со всей ответственностью, чтобы показать свою искренность.

Но и не стал извиняться за сломанные ноги. В тот момент другого выхода не видел. Они сами до этого довели. Поговорив с ребятами, оказавшимися не такими уж и плохими, высокомерными засранцами, особенно когда выпьют, узнал много нового о жизни паладинов Британии. О её отличии от рыцарей. Они немного рассказали мне о себе, а я о себе. Тоже чуть-чуть. Стараясь себя контролировать и спиртным не злоупотреблять, несмотря на недавнюю браваду. Однако парочка хитрых паладинов штаны зря не просиживала, продолжая подталкивать меня в сторону большей откровенности. Ага, размечтались. По секрету всему свету, покажу-ка я газету.

— Как паладин паладину, скажи, как ты так ловко рассеивал тогда мои молнии? — допытывался Леннокс.

— Кто тебе сказал, что я паладин? Мне Его Величество ранг магистра пожаловал. Только не возьму в толк, почему сразу не гроссмейстера? Сэр Армстронг же не смог меня победить, — шутливо буркнул в кружку с пивом, уклоняясь от ответа.

То ли мою иронию не так поняли, то ли вообще не услышали. Леннокс с Чейзом как-то странно переглянулись. Ну и ладно. Их заблуждения — не мои проблемы.

Сколь бы я ни осторожничал, эта парочка друзей, понимающих друг друга с полуслова, всё же узнала немного больше, чем мне хотелось бы. Разговорили, чертяки языкастые! Правильно древние говорили — «Бойтесь не столько честных врагов, сколько коварных друзей». Не знаю, как так вышло, но на выходные мне придётся ехать в Шотландию, в гости к Кэмпбеллам, что представляли собой не только род, но и целый клан. Группу родственных семей, живущих уже не одной большой общиной, как раньше, но по-прежнему тесно между собой связанными. Отказать им, значит обидеть.

Леннокс объяснил, что меня позвали вовсе не для того, чтобы наказать, а ради знакомства, пирушки и примирения. Всё же я многократно побеждал гордость и надежду семьи Кэмпбеллов, да ещё и ногу ему сломал, чтобы проучить. Выставив злодеем, которого показали по телевидению, «прославив» на всю страну. Заставили выплатить огромные штрафы. Такое не забывается и не оставляется без ответа. Их гордость не позволила бы с этим смириться. Что тогда на это скажут соседи? Так почему бы не представить ту историю так, будто два равных по силам и по статусу благородных молодых человека повздорили из-за женщины, подрались, выпили, потом помирились. Стали приятелями. Раньше подобные истории в Шотландии случались сплошь и рядом. Когда достойные враги становились лучшими друзьями. Я заставил себя уважать. Теперь черёд Кэмпбеллов сделать то же самое. Чтобы все были довольны и счастливы. Ну, а если не отвечу на приглашение, значит, я их не уважаю. Это, как плевок в лицо, в ответ на протянутую ладонь.

Чуть позже, после расставания с Эриком, Чейз поинтересовался у Леннокса, зачем ему это было нужно?

— Дедушка захотел взглянуть на того, кто смог меня хорошенько отмутузить. К тому же, когда он начал осторожно наводить о Йохансоне справки, не поверив, что за ним никого нет, то всплыло много любопытных фактов. На парня имеют определённые виды герцог Бедфорд и герцог Кембриджский. Причём далеко идущие, поскольку о банальном прибирании к рукам бесхозного, как оказывается, магистра, речи не идёт. Там закручивается какая-то хитрая интрига. Ты в курсе, что за парнем приглядывает Имперская безопасность? Не охраняет, иначе бы нас ещё тогда завернули куда следует, а именно скрытно следит? А то, что он работает на оружейную корпорацию? Или использует уникальное силовое снаряжение, информацию о котором достать труднее, чем пароль от сейфа Его Величества?

— Значит, политика, — недовольно поморщился Чейз, коснувшись нелюбимой темы. — Я думал, вы взаправду пригласили его в гости, чтобы вместе напиться.

— Так и есть. Я ему не лгал. Мы действительно хотим устроить застолье. Познакомиться. Решить наши дела. Сходить на охоту. Искупаться в озере. Что тут такого? — удивился шотландец. — Магистров в Британии не так уж и много, чтобы их игнорировать. Да ещё и тех, кто собирается набирать в ученики других, как бы тоже не магистров. Слышал же требования? Минимум рыцарь и от ста тысяч в месяц. Да ещё и строго по рекомендации. А максимум тогда кто? В общем, нужно присмотреться, что эти англичане задумали? И не останемся ли мы опять с краю?

На этом день неожиданных новостей не закончился. По возвращении домой меня ждало письмо, на гербовой бумаге, с сургучовой печатью, с «просьбой» посетить завтра днём главный штаб ордена Южного креста. А когда я не явился, оттуда позвонили и удивлённо спросили — По какой причине проигнорировал их приглашение? На что услышали просто потрясший их ответ, — Не хочу! Но, как же так? Я же английский рыцарь, а значит, должен вступить в национальное объединение английских операторов А-поля. На что поразил их во второй раз, вежливо уточнив, — Кому должен? Получить высокую должность и работать от рассвета до заката на уважаемых джентльменов, по их правилам, в перечень моих желаний не входило.

После этого ко мне явилось двое рыцарей посолиднее, чтобы настоять на своём. Минут десять терпел их намёки, обещания, описания сказочной жизни в рядах братьев рыцарей и даже завуалированные угрозы, после чего, прикинувшись наглым, неуправляемым подростком в период гормональной перестройки организма, предложил им одеть силовое снаряжение и выйти во двор. Если они одолеют меня, я записываюсь в их организацию. Если выкину их за ворота, «слегка» помяв, то они больше здесь не появляются. Типа, со слабаками не вожусь.

Ну, а если меня заставят что-то там подписать, например, угрожая моим родным или создав невыносимые условия для жизни, то я очень сильно расстроюсь. Настолько, что наймусь на службу Османскому султану, которого попрошу письменно поблагодарить за это английского короля, с указанием конкретных имён джентльменов, толкнувших на этот путь. И потом, в Турции всегда тепло, солнечно, мандарины растут. Разрешено многожёнство. Женщины, ух какие… Блеф удался и какое-то время меня не беспокоили. Хотя Эдит и Марта пожаловались, что учителя в школе как-то странно стали на них поглядывать. С неодобрением. Стали чаще придираться по мелочам. Осуждать. Да и мама рассказала о вызове к директору, которому пришло анонимное письмо о моих, якобы, непатриотичных высказываниях и взглядах. Предупреждая, что это может плохо сказаться уже на его бизнесе.

Видимо, угрозы от какого-то неопытного, только недавно оперившегося птенца, по их мнению, руководство ордена не впечатлило. Они посчитали меня строптивым, наглым юнцом, которого требовалось слегка подтолкнуть к принятию правильного решения. Законов Орден нарушать не собирался, так что моих заявлений в полицию не опасался. Напротив, это этот обнародованный факт больше сыграет против меня, вызвав у простых обывателей вопрос, а чего я, собственно, противлюсь вступлению в орден Южного креста? Или я игрок за другую команду? Такое впечатление, что меня брали на «слабо». Докажи, что ты больший англичанин, чем есть на самом деле. Как второе дно, вполне могло быть и так. Приходи к нам разбираться, чего они изначально и добивались, а тут уже на месте до чего-нибудь и договоримся. Интересный подход. Не знаю, кто у них в отделе кадров отличился, предложив его, но теперь я принципиально не стану иметь с этими людьми общих дел. Не переношу, когда на меня давят. И уж тем более, когда это делается через родных.

С помощью мисс Кольридж за пару дней было найдено подходящее небольшое, двухэтажное здание, построенное из кирпича, старой планировки, переделанное в спортивный клуб из некогда жилого дома. Оставив ей указания по поводу найма строителей и требуемых переделок, включающих в себя снятие табличек, вывески и указателей, что это бывший клуб «Счастливчик», не оправдавший своего названия, уехал на выходные в Шотландию. Сообщив семье, что это деловая поездка, связанная с новой работой. Мама хоть и с неохотой, но отпустила, с грустью сказав, что я уже взрослый.

— Шеф, а что по поводу замены вывески? — перед моим отъездом спросила мисс Кольридж. — У вас уже есть готовый дизайн нового названия клуба? Логотип? Таблички? И что по поводу персонала?

— Нет. Никаких табличек, баннеров, вывесок и прочей уличной рекламы. Кому нужно, тот сам нас найдёт. По карте. Персонал найми сама, по минимуму. Из тех, кого уже давно знаешь лично. И кому доверяешь. Как вернусь, проведу с ними собеседование. Сейчас у меня запланирована важная деловая поездка, от которой, к сожалению, отказаться не получится.

— Мне нужно знать, с кем? На случай, если вас будут спрашивать, — уточнила секретарша.

Мисс Кольридж идея с организацией спортивного клуба казалась всё более странной и провальной. Если только я через него не собирался отмывать деньги. О чём она благоразумно не стала спрашивать.

— Если меня будут искать, говори, что уехал на отдых. В Стамбул. Пусть оставят свои контактные данные, я им потом перезвоню. Мой номер телефона никому не давай. Если отмолчаться не удастся, предъявят какую-нибудь официальную бумагу или позвонят из Букингемского дворца, то я в Шотландии, в гостях у клана Кэмпбелл. На все выходные. Вернусь поздно вечером, в воскресенье.

Она посчитала, что я пошутил насчёт королевского дворца, упомянув его для преувеличения собственной важности.

До Эдинбурга я долетел на самолёте, менее чем за полтора часа. У аэропорта меня уже ждал Леннокс, приехав на одной из самых распространённых моделей внедорожника. По дороге в родовое гнездо Кэмпбеллов он мельком показал мне свой любимый город. Старинный, с классической, немного однообразной архитектурой, в большинстве своём серого цвета, что вовсе не делало его унылым или мрачным местом. Эдинбург имел своё неповторимое очарование, пусть и не настолько ярко выраженное, хрупкое, как в крупных туристических центрах Европы. Многое в нём отлично сохранилось аж со Средних веков, радуя взор и заставляя проникаться духом той суровой эпохи. Здесь всё было чем-то да знаменито, что вызывало неподдельное уважение. Не такие уж богатые шотландцы умели бережно относиться к вещам. К своей истории. Строя качественно, на века, из камня, которого тут более чем хватало. Зелени, впрочем, тоже имелось предостаточно, особенно за городом, после того, как мы выехали на окрестные просторы.

Главное поместье Кэмпбеллов располагалось на окраине небольшого посёлка, в часе езды от Эдинбурга. В предгорьях, на фоне потрясающе красивой природы и горной речки. Откуда открывался вид на самый настоящий средневековый замок, построенный на берегу озера.

Как оказалось, посёлок населяло всего несколько действительно больших семей, входящих в клан Кэмпбеллов. Причём, глядя на эти не самые скромные двухэтажные дома и ограды, ошибочно было считать, что это всё, чем они владели. Члены одного из старейших, богатейших, по местным меркам, шотландских кланов. Которые между собой делились на горные и равнинные. Здесь у родни Леннокса располагался лишь комплекс загородных домов, доставшийся им от предков. Ставший местом собрания клана.

Одним из показателей, что этот посёлок принадлежал не обычным фермерам, служили повсеместная аккуратность, чистота и идеальный порядок. Прямо как в образцово-показательном хозяйстве. Все дороги были качественно заасфальтированы. Не говоря уже о станциях спутниковой связи, дорогих машинах, генераторах и прочих высокотехнологичных вещах, которые несколько неуместно здесь смотрелись.

Народу нас встречать вышло много. Видно, что ждали, готовились к приезду гостя. Над трубами кухонь уже вовсю поднимался дымок. Встретили меня тепло, вопреки опасениям. Сказал бы, даже радостно. Вместе со взрослыми стояли и любопытные дети, которым нарассказывали про меня всяких ужасов. По глазам вижу.

Разместили в главном доме, напоили чаем, после чего, пока готовился праздничный стол, весьма обильно заставляемый разными блюдами, в основном мясными, развлекали меня разговорами. Во время которых осторожно расспрашивали обо мне, о Йохансонах в целом. Параллельно знакомя с весьма многочисленными Кэмпбеллами, к которым ещё и родня по-соседски заглянула, узнать, что за повод для собрания? Ну и заодно вкусно поесть, чтобы два раза не вставать. Через некоторое время моя изначальная настороженность и подозрительность уступили место обычной внимательности. Убедившись, что поводов для беспокойства нет.

Если я думал, что это у меня большая семья и дома постоянный бардак с небольшими, несерьёзными склоками и спорами родственников, то, по сравнению с Кэмпбеллами, мне ещё повезло. В их большом доме, выглядевшем старинным особняком с кучей антиквариата, используемого в качестве повседневных вещей, было по-домашнему шумно и оживлённо. Моё присутствие собравшихся здесь ничуть не смущало. Они вели себя непринуждённо, привычно общаясь между собой.

Я потерял счёт людям, не запомнив и половины имён всех тех, кого мне представляли. Они словно тянулись нескончаемой вереницей. Такое впечатление, что меня решили познакомить сразу со всей деревней. Кто эти люди? Чего они от меня хотели? Вскоре это даже начало напрягать. Не привык к такому повышенному вниманию. Хотя были и курьёзные моменты. Мелкая, шустрая, семилетняя двоюродная сестрёнка Леннокса, трижды умудрялась проскакивать в очереди на знакомство со мной, каждый раз с детской непосредственностью спрашивая, а важный дядя из Лондона привёз с собой подарки? И если да, не мог бы он что-нибудь подарить маленькой Лиззи, на память. Поскольку отказывать этому голубоглазому чуду было неловко, смущённо давал ей банкноту в пять фунтов. По-видимому, ей это настолько понравилось, что решила продолжать до тех пор, пока не накопит на новенький велосипед. Однако дядя Эндрю ловко выловил за ухо это чудо и отвёл на кухню помогать матери с готовкой. Объясняя, что не нужно брать пример с мальчика Бобби, который очень любил деньги. Иначе можно так же плохо кончить, как он.

Когда наконец добрался до стола, то понял, что рано обрадовался. Столько жирного и мясного мне не съесть. Нужно было брать с собой не антидот, а средство от изжоги. Тут проверенный временем приём, — Не хочу и не буду, не сработает. Застолье было долгим, в меру весёлым, с шуточками и местными байками, а также продолжением полусерьёзных разговоров. У меня спрашивали, какую команду по фехтованию я поддерживаю? Из взрослой лиги. Какому рыцарскому ордену симпатизирую? Что думаю о политике? О Шотландии? О свиных колбасках. О хаггисе, приготовленного из сваренного в котле бараньего желудка, набитого потрохами, специями и пряными травами.

За обедом Кэмпбеллы извинились за недавнюю выходку Леннокса, легонько его пожурив перед всеми, а я выразил сожаления о том, что так с ним обошёлся. Выставив произошедшее недоразумением, которое уже давно разрешилось. Сменив тему, похвалил хозяев за обильное угощение, за гостеприимство. А Леннокса, за силу и мастерство. Поднял бокал с вином и за здоровье родителей шотландца. Такой жест доброй воли собравшиеся оценили по достоинству, в свою очередь, подняв бокалы в честь Хелен Йохансон.

От стола я отходил изрядно потяжелевшим, с трудом. Приглашённый на прогулку по живописным окрестностям. Чтобы размять ноги и проветрить слегка захмелевшую голову. Из спиртного мне наливали только красное вино, понемногу, для здоровья, так что долго это состояние не продлится.

— Прости, если спрошу что-то не то, но почему тебя прозвали Гоблином? — поинтересовался один из присутствующих в комнате парней, мой ровесник.

Если правильно помню, кавалерист из Сент-Лейстера, одной из местной элитных школ. Кузен Леннокса. У графов Кэмпбеллов довольно одарённая семья. Один паладин, два рыцаря, два оруженосца и несколько кавалеристов и латников. Раньше имелся ещё и магистр, но возраст взял своё, отправив почтенного прадедушку на небеса. Бывшего при жизни известным, уважаемым человеком. Сейчас сильнейшим представителем семьи, их гордостью и опорой являлся Леннокс. Которому прочили место старейшины клана, а то и будущего главы. Молясь о том, чтобы он однажды тоже стал магистром. Тем обиднее было воспринято Кемпбеллами его поражение от моих рук. Правда, новость о том, что я магистр сразу изменила их отношение к случившемуся. Воспринимаемому теперь намного спокойнее. Ведь нет позора в том, чтобы проиграть более сильному противнику. А если ещё и достойному, то вообще нечему печалиться. Меня же ещё сильнее зауважали. Отчего даже неудобно стало выслушивать от пожилых людей столько всего хорошего в свой адрес.

— Из-за характера и навыков, — ответил Дэви Кэмпбеллу, возвращаясь к его вопросу о появлении прозвища.

— Это каких же? — полюбопытствовал парень, затронув свою любимую тему.

— Да ладно тебе. Тоже мне секрет, — недовольно хмыкнул его брат, Грег.

Который отчего-то невзлюбил меня с первого взгляда. Наверное, из-за ревности и зависти, увидев сколько столь молодому гостю уделялось внимания. Болезненно реагируя на лесть своих родителей в адрес чужого человека. Который ещё и, вроде как, обидел их род. А теперь перед ним «расшаркивались» из-за его силы и статуса. Да ещё и в родовом имении.

— Называется, — «Не думай, бей сильнее». Я бы тоже, будучи магистром, укладывал всех, кто ниже меня рангом, на землю с одного удара. Даже не вспотев, — пренебрежительно хмыкнул.

А вот это было обидно, учитывая как тяжело мне давались некоторые победы. Едва не стоившие жизни, а порой ещё и потери здравого рассудка. Поэтому я вернул дерзость той же монетой:

— Ну и кто ж тебе мешает? Стань магистром и применяй эту “непобедимую” тактику, — высмеял его наивность. — И к твоему сведению, по чистым показателям, в единицах Палмера, моё А-поле лишь немногим мощнее, чем у твоего брата Леннокса. Не настолько, чтобы это играло какую-то существенную роль, — припомнил показания приборов в лаборатории Рэдклиф.

— Тогда какой же ты магистр? — выпучил глаза удивлённый парень. — Ты что, врал нам? — он разозлился.

— Нет, — улыбнулся улыбкой хитрого лиса, объясняющего кролику, что я его лучший друг. — Я действительно официально признанный магистр. Получивший сертификат из рук короля.

В комнате повисла тишина. Народ задумался, как это так? Есть чёткие критерии градации рангов. Не принято выдавать подобные документы авансами или в качестве почётных наград. Иначе их просто перестанут признавать в соседних странах. Почему Его Величество пошёл на этот странный шаг мне тоже было совершенно непонятно. И это, честно говоря, тревожило. В его глупость или безответственность как-то не верилось. Однако сейчас не то время и место, чтобы показывать свои сомнения или растерянность. Напротив, сделал вид, будто я со всем согласен и понимаю причины, по которым король так поступил. Однако, никому о них не расскажу. Даже если об этом вежливо попросят. По заветам незабываемой мадам Луизы. Пусть уж лучше окружающие догадываются, о чём тебе известно, чем точно знают, о чём ты даже не догадываешься.

Оглядев Кэмпбеллов, я многозначительно усмехнулся, приготовившись к представлению.

— Есть показатели количественные, а есть качественные. Рубеж в миллион Палмеров я пересеку уже в этом году, — сделал весьма оптимистический и ничем не подкреплённый прогноз.

По принципу, — а почему бы и нет?

— Начав тренировки со значения в одну тысячу, которая была у меня прошлым летом. До этого, даже не бравшись за силовое снаряжение, потому что мне это было попросту неинтересно. Занимался другими делами. Как видишь…, — вдохновлённо принялся втаптывать его в грязь, почему-то абсолютно уверенный в том, что если не я, то этим займётся он, — в процессе быстрого роста я не раздулся воздушным шариком, не лопнул, не пострадал, а вполне себе успешно иду к поставленной цели. А значит, я знаю и умею то, что недоступно тебе. Кавалеристу, со своими семнадцатью тысячами двуустами единицами.

Безошибочно определил его уровень владения А-полем, с помощью своего. Ещё несколько минут назад почувствовав какое-то тревожное предчувствие, начал генерировать слабенькое поле Авроры, с помощью которого воспринимал окружающий мир намного шире, чем если бы по-прежнему полагался только на глаза и уши. Можно сказать, я перед ними раскрыл душу, так же, как делал это в фантомном доспехе.

Что-то меня начало заносить в этом разговоре, но останавливаться совсем не хотелось. Наоборот, поддался несдержанности, о чём позже пожалел. В тот момент думал, что не для того я пересекал всю страну, чтобы выслушивать от какого-то неудачника, какой я бесчестный и жалкий. Возможно, во мне взыграло уязвлённое самолюбие, которого раньше в таком количестве не наблюдалось.

— А теперь вернёмся к качественным показателям. Не знаю, что вам рассказывают в школе об А-поле, или чем занимаются тренеры в клубах, но мир несколько сложнее устроен, чем ты думаешь, — перешёл на поучительный тон.

Сделав вполне логичное предположение из серии — Солнце встаёт на востоке. Кто же в школах преподаёт углубленный материал университетского уровня?

Вынув из кармана мелкую монетку в один пенс, снисходительно предложил.

— Угадай, какой стороной упадёт? Можешь одновременно назвать три варианта.

Парень несколько растерялся, не ожидав такого поворота. Не говоря уже о столь жёстком отпоре, прямо на глазах у родни.

— Леннокс? — посмотрел на паладина, поскольку парень явно стушевался.

— Допустим: орёл, решка и ребро, — заинтересованно ответил шотландец, желая узнать, что же я задумал.

Подкинув монетку большим пальцем, закрутив её в воздухе, сосредоточившись в одной точке, незаметно напрягся, прикладывая все свои скромные силы. Формируя магнитное поле, внутри которого монетка продолжала вращение, зависнув в воздухе.

— Не угадал, — спокойно отметил свершившийся факт в полной тишине.

Убедившись, что это зрелище произвело требуемое впечатление, выхватил монетку из воздуха до того, как она упадёт. Сделав вид, будто бы я сам не захотел её дольше удерживать, а не не мог. Этого мне показалось мало.

— Если маленького фокуса недостаточно, могу ещё погадать по ладошке, хотя обычно это никому не нравится. А кому приятно услышать, что его потолок — оруженосец, в двадцать семь лет, с резервом чуть более семидесяти тысяч Палмеров, — прищурившись, изучающе оглядел кузена Леннокса, показательно пройдясь с ног до головы, хотя в этом не было никакой необходимости.

Расчёты произвёл практически мгновенно, основываясь на интуиции, анализе его источника А-поля, пусть будет — души, не знаю, как это назвать по другому и фиг знает, чему ещё. Я бы назвал этот эффект — «Тенью Оракула». Когда мне смутно казалось, будто бы я уже проводил на нём эти расчёты, а сейчас только пытался вспомнить их результаты. Странное ощущение. Причём оно накатывало само, непонятно по какой причине. Управлять им сознательно не получалось, сколько бы над этим ни бился. Но заметил, что, когда я выпивший, оно возникало чаще и воспринималось легче.

Если быть объективным, то эти расчеты приблизительные, а не стопроцентно точные. Связанные не только с моими ощущениями, интуицией, анализом, но и допущениями, если не сказать больше, предположениями. Однако, попробуй докажи, что я ошибся. Астрологи до сих пор дурят народ своими предсказаниями и ничего, им по прежнему верят. А многие даже убеждают…ся в их правдивости.

— О финансовом благополучии гадать не возьмусь. Как и о карьере или семье. С этим, не ко мне. Разве что добавлю в список достижений гастрит и небольшую проблему с левой рукой, при построении силового щита. Что-то там с проводимостью и смещением энергетических узлов, но об этом врачи лучше меня расскажут, где-то после двадцати лет. Зимой. Ах да, — задумавшись, встрепенулся, словно только что вспомнив. — Ещё твоя первая девушка, перед тем как бросит, скажет, что ты редкостный кретин и зануда.

А вот это уже была чистая отсебятина, сказанная из вредности.

— Вот за это меня и прозвали Гоблином, — объяснил, повернувшись к обалдевшему от устроенного мною представления Ленноксу.

— Лжец! — воскликнул, побагровевший от злости, парень, заметив обращённые на него задумчивые взгляды братьев и тихо хихикающих сестёр. — Если бы ты не был гостем в нашем доме, я бы тебе все зубы пересчитал. Если ты, конечно, не трус и готов ответить за свои слова по-мужски. По-нашему. На кулаках.

— Грэг, — сердито окликнул его дед, попросив угомониться и не позорить их ещё больше.

Хотя главой семьи считался отец Леннокса, деда в семье, между прочим, члена парламента Шотландии, все по-прежнему беспрекословно слушались.

— Всё в порядке. Спасибо, — уважительно кинул патриарху Кэмпбеллов. — Если вы позволите, я бы с удовольствием продемонстрировал опрометчивому молодому человеку, как не нужно поступать. Судить книгу по обложке, занятие изначально бессмысленное и неблагодарное. Это меня нисколько не обидит и не затруднит. Исключительно в познавательных целях. Но, конечно же, только с вашего позволения. Я здесь гость, о чём мне только что любезно напомнили.

Ещё раз макнул Грэга в лужу.

— Ну что, орёл, — хмуро посмотрела на сына мать, которой было неудобно перед всеми за устроенную им сцену, — раз уж каркнул, то, чего стесняться, каркай и дальше. А рукам, если они у тебя так чешутся, я быстро найду полезное занятие. Чуть позже.

Ну вот, а я переживал, что мне в Шотландии будет скучно и одиноко. Уик-энд только начался, а всё уже скатывается к привычному — Эрик!!! Твою мать! — произнесённое осуждающим голосом Норы.

Глава 3

Глупо было верить в то, что мне дадут побить пусть и дурака, но своего, на глазах у многочисленной родни. Однако Грэгу всё равно хорошенько досталось от матери под молчаливое одобрение отца с дедом. После чего его отправили куда-то с поручением, чтобы ближайшее время не попадался нам на глаза. Для меня эта выходка тоже не обошлась без последствий. Взрослые начали немного опасаться такого непредсказуемого, загадочного гостя, а вот дети, напротив, стали относиться к нему с ещё большим интересом и любопытством. Чувствуя себя дома в полной безопасности. К тому же, рядом находились их отцы и брат Леннокс. Разве ж могло случиться что-то плохое? Поэтому они сразу и безоговорочно поверили в то, что я тут наговорил, смущая меня ещё сильнее.

Одна скромная, при родителях, девица лет пятнадцати, с показной стыдливостью, робко поинтересовалась не могу ли я и ей погадать? На жениха. На что получила отказ. Заявил, что я очень узкоспециализированный предсказатель. Сейчас суббота, Марс в третьей фазе, луна неполная, полярная медведица спит и вообще… На что, ничуть не смущаясь, выбившаяся вперёд бойкая шестилетка захотела узнать, вырастет ли у неё грудь четвёртого размера до окончания старшей школы? Как у тёти Маи. Одна из женщин, с покрасневшим лицом, тут же утащила любознательную малышку в сторону, обещая, что у неё вырастет не грудь, а шишка, и не потом, а сейчас, если та будет задавать такие вопросы чужим людям?

От дальнейшего позора меня спас Леннокс вместе с двумя братьями, позвав на прогулку. За что я им очень благодарен. Они показали мне очень живописные места. Дали подышать свежим воздухом. Полюбоваться природой, озером, горными пейзажами. Вместе покидали плоские камешки в озеро, соревнуясь, у кого они больше раз отскочат от воды. О своём проигрыше в этой забаве я нисколько не жалел.

Когда основная программа экскурсии завершилась, спросил, что там по поводу купаний? С дрожью посмотрев на до ужаса холодное озеро, припоминая слова шотландца, сказанные им ещё в Лондонском пабе. На что услышал звонкий смех всех троих сопровождающих. Отсмеявшись, повеселевший Леннокс сообщил, что в первых числах марта в горные озёра лезут купаться только «моржи», идиоты и застуканные с любовниками неверные жёны, подгоняемые разъярёнными мужьями. Мало ли что он тогда сказал? Это было предложение из серии: показать свою крутость и храбрость. Типа забежать, окунуться и выскочить. Для того, чтобы определить, кто дольше продержится или сделает больше заходов. Соревноваться с ними в метании брёвнышек или камней мне ещё рановато. Комплекция не та. Посчитав, что лучше я буду умным и здоровым, чем храбрым и больным, заявил, что в озеро не полезу. Даже за деньги. Не став признаваться, что моё достоинство съёживалось до смехотворных величин уже в двух метрах от воды.

— А чей это замок? — показал на величественное сооружение, виднеющееся на той стороне озера.

Выглядевший немного мрачным.

— Королевского рода Стюарт, — бесстрастно ответил Леннокс, посмотрев в указанную сторону.

Эдвардсы, одержав победу в борьбе за английский престол над Тюдорами и Стюартами, ради создания большой, сильной страны и примирения враждующих аристократов, заключили ряд династических браков, позволяющих им претендовать на земли Уэльса и Шотландии. Поэтому официально Шотландией правил Ричард III, а его дальние родственники — Стюарты являлись лишь здешними герцогами. Крупнейшими землевладельцами и самыми влиятельными аристократами севера. Хотя подавляющее большинство шотландцев признавало верховную власть Ричарда III, тем не менее они всё же считали более предпочтительными правителями этих земель именно Стюартов. Это достаточно щекотливая тема, поэтому её старались обходить в разговорах с англичанами.

— Красивый замок, — я спокойно поделился своими впечатлениями. — Внушительный.

— Ты его ещё внутри не видел, — похвастался двоюродный брат Леннокса. — Конечно, не пятизвёздочный отель и не дворец Венецианских дожей, но всё же. Скоро сам увидишь. Стюарты устраивают званый ужин, на который приглашены все соседи. Кэмпбеллы в том числе. Надеюсь, ты тоже там будешь, как наш почётный гость.

— А это будет уместно? — я забеспокоился.

— Разумеется. Это же не важный официальный приём. Мы часто собираемся вместе. Стюарты знают о твоём приезде и не имеют ничего против совместного ужина. Мне кажется, они даже будут рады такому гостю. Иначе бы не назначали встречу на это время. Вот увидишь, как вернёмся, дедушка скажет, что его попросили взять тебя с нами. Им ведь тоже не чуждо любопытство. Желание познакомиться с выдающимися людьми. Узнать, что происходит в мире? Скорее было бы странно, если бы Стюарты не заинтересовались столь молодым магистром. Тем более, приехавшим в гости к их соседям. Не приглашать тебя, будет невежливо.

Как и то, если я откажусь идти. Что не было сказано, но определённо подразумевалось.

— Надеюсь, среди ваших соседей, — имея в виду не только Стюартов, — нет задир и забияк? Не хотелось бы испортить настроение гостеприимным хозяевам. Всё же повод моего приезда не самый приятный для некоторых склочных личностей.

Несколько разволновался от такой новости. Не каждый день меня приглашали на ужин к столь значимым персонам.

— Насчёт этого не переживай. Дураков, конечно, везде хватает, но не настолько же, — заверил Леннокс. — Оскорбив нашего гостя, которого мы приютили у себя дома, они нанесут серьёзную обиду всем Кэмпбеллам. Так что ты под нашей защитой. Как бы к тебе ни относились отдельные члены моей семьи, — намекнул на своего кузена.

Посетовав вслух, что я не прихватил с собой приличной одежды, получил совет и об этом тоже не беспокоиться. Мероприятие планируется неофициальное, дружеское, как говорится — без галстуков. К тому же замок Глэнан отнюдь не главная резиденция Стюартов, а всего лишь одно из их загородных имений. Так совпало, что на выходные они приехали сюда отдохнуть и приятно провести время. Решив позвать соседей на ужин для поддержания дружеских отношений и в благодарность за то, что они присматривали здесь за порядком в их отсутствие. В случае необходимости оказывали помощь постоянному персоналу замка. Кроме того, выбор развлечений в этой местности был не так уж и велик. Ни торгово-развлекательных центров, ни парков, ни кинотеатров, ни спортивных площадок на берегу озера не сыскать. Имелся только небольшой туристический отель, чуть дальше у южного берега, лодочная станция и ферма по разведению лошадей. Их сдавали немногочисленным туристам в аренду, для конных экскурсий.

В условленное время, вместе с некоторой частью семьи Кэмпбеллов поехал ужинать в старинном замке. Он действительно, как и обещал брат Леннокса, произвёл на меня большое впечатление. Увидел в нём слуг в классических ливреях, взятых будто из музея. Латные доспехи. Средневековое оружие, развешанное по стенам. Соответствующую обстановку, вписанную в современную эпоху, с её электричеством, водопроводом, бытовой техникой. Стяги с незнакомыми мне рыцарскими гербами. Я и в английской-то геральдике плавал, как льдина в Эгейском море, а уж в шотландской, сразу тонул. Вот если бы тут вывесили флаги известных команд и гильдий из шестой части «Штурма Авалона», я бы не только сказал их название, но и имена топовых игроков. Вплоть до достижений каждого из них. А так, эти рыцарские гербы для меня словно тёмный лес. Однако всё равно ходил и разглядывал их с уважительным, понимающим видом. Неспешно. Поменьше говоря и побольше слушая довольно болтливых братьев Леннокса, которые сами мне всё рассказывали. Даже то, что я у них не собирался спрашивать.

Пока молодёжь гуляла и общалась между собой, главы и старейшины кланов, собравшись вместе, разговаривали на важные темы. Как подозреваю, в том числе и обо мне. Когда нас всех собрали в главной трапезной за массивным, деревянным столом невероятной длины, меня представили хозяевам замка. Его Светлости, Рональду Стюарт. Её Светлости, Иннис Стюарт. Старшему сыну с женой и десятилетним внуком. Среднему сыну с женой и шестилетней внучкой. Младшему, пятнадцатилетнему, спокойному и серьёзному парню. Его старшей сестре, шестнадцатилетней девушке. Познакомив почти со всем семейством Стюартов, за исключением их престарелых родителей, а также дальних английских и шотландских родственников. Потом перешли к собравшимся здесь кланам, представленными Малькольмами, Макбрэйнами, Монмут и Кэмпбеллами, с которыми я уже успел познакомиться. От обилия схожих имён у меня быстро начала пухнуть голова. И ведь только попробуй ошибиться, сразу обидишь гордых горцев, которые точно знали, кто есть кто, откуда, чей родственник и на что он может претендовать. Я же без гайда в этих хитросплетениях родственных связей даже пробовать не буду разбираться.

Основная часть ужина протекала… скучно. В основном за разговорами. В местные реалии я не был настолько погружен, как собравшиеся, поэтому участия в них почти не принимал. Интересы и положение у нас разные. Друзей у меня тут нет. Еда в меня уже больше не помещалась. Не понимаю, куда в Кэмпбеллов столько влезает? Недавно же только очень плотно пообедали. Загадка природы. Той домашней атмосферы непринуждённого веселья и уюта, что запомнилось мне за обедом, в замке Стюартов не наблюдалось. Тут все старались выглядеть важными, осмотрительными и воспитанными людьми. Не позволяющими себе лишнего. Даже дети старались вести себя примерно, как подобает. Не повышая голоса, не вертясь на месте от избытка энергии, копируя поведение родителей. Сравнивая атмосферу за столом в семьях Йохансонов, Кэмпбеллов и Стюартов, пришёл к выводу, что в гостях хорошо, но дома лучше.

Как и ожидалось, меня в который раз вежливо расспрашивали об одном и том же. Что уже успело порядком надоесть. Уделив этому совсем немного времени, поскольку я тут был не один. Зато чуть позже, когда была затронута тема моего ранга, ужин заметно оживился. Я стал временной звездой собрания. Ну и, разумеется, почтенные главы одних из лучших шотландских семейств не могли не похвалиться собственными детьми. Показывая, что эта земля тоже богата на таланты. Чтобы их слова не выглядели пустым бахвальством, упоминались только молодые люди, не достигшие двадцати лет. По этой причине Леннокс из обсуждения выпал.

Клан Кэмпбелл похвастался пареньком, что уже в восемь лет стал кавалеристом. Быстрейшим в своём классе. Клан Макбрейн с гордостью назвал имена двух четырнадцатилетних рыцарей. Братьев. Победителей нескольких местных турниров. В этом году намеревающихся выйти уже на национальный уровень. Монмут заявили, что ребята молодцы, бесспорно, но с их девятнадцатилетней дочерью не сравнятся. А всё потому, что у неё очень высокий показатель интеллекта, а главное, уровень синхронизации, превышающий восемьдесят процентов. Пускай она не станет сильным воином, победителем турниров или известным спортсменом, но зато ей будут доступны такие тонкости манипуляции А-полем, которые рыцарям Макбрейн и не снились. За счёт чего она превратится в крайне ценного специалиста в своей области, прославив их клан другим способом. Принеся стране намного больше пользы. Тут слово взял самодовольный, улыбающийся глава клана Малькольм, глядя на остальных с превосходством. Напомнив о том, что именно в его роду родились такие знаменитые дети, как Гленна и Рой Малькольмы. Рой являлся единственным шотландским магистром, достигнувшим этого ранга в свои восемнадцать лет, а Гленна, четырнадцатилетним паладином с высоким уровнем синхронизации, аж в семьдесят восемь процентов. Считавшаяся непревзойдённым гением их клана. Ей пророчили повторить успех Роя, а то и превзойти его. Всего в Шотландии на данный момент насчитывалось только двое подростков, которые сумели достичь ранга паладина. Однако, поскольку второй состоял в недружественном Стюартам клане, о нём за этим столом даже не упоминалось.

Стюарты в обсуждение юных талантов не участвовали. Им похвастаться было нечем. В семье Его Светлости герцога Эдинбургского одарёнными Авророй детьми были только второй сын Уэйн, двадцати восьми лет от роду и третий сын, пятнадцатилетний Лесли. Уэйн, оруженосец, уже достигший потолка своего развития. Средний по всем показателям. Лесли, слабенький латник, с какими-то проблемами здоровья, не позволяющими ему надеяться на значимые достижения. В лучшем случае, как и брат, он тоже к тридцати годам станет оруженосцем, а к пятидесяти, если очень постарается, слабеньким рыцарем. Да и то врачи опасались, что его здоровье может окончательно подорваться и тогда Лесли попросту не доживёт до этого возраста.

Если смотреть на его отца, то Его Светлость стал рыцарем лишь в пятьдесят пять лет. Даже до меня доходили слухи о том, что герцог Эдинбургский трижды женился ради того, чтобы исправить эту плачевную ситуацию. Надеясь влить в свой затухающий род свежую кровь одарённых женщин. Но, похоже, проблема была в самом герцоге, а не в его жёнах. Поэтому с третьей супругой, леди Иннис, происходившей из знатной, влиятельной шотландской семьи, достигнувшей рыцарского ранга в двадцать лет, он так и не развёлся, полюбив её по-настоящему. О чём никто из собравшихся за ужином, проявив деликатность, не обмолвился ни словом.

Раз уж разговор с политики и местных сплетен перешёл на одарённых, то нас, я же здесь не один такой, попросили что-нибудь такое увлекательное или захватывающее рассказать, а лучше продемонстрировать свои таланты. Сразу предупредив, что доказывать никому ничего не нужно. Это не собрание экзаменационной комиссии. Несколько детишек, разобрав заранее приготовленные пояса с силовым снаряжением, с удовольствием показали фокусы. Продемонстрировав маленькие разряды молний, проскакивающие между разведёнными ладонями. Фрукты, скатывающиеся по невидимым силовым полям, выставленным под разными углами. Устроили даже показательную игру в «Вытолкни соперника» из мелом нарисованного на полу круга, не прикасаясь к нему руками.

Поскольку Рой Малькольм здесь не присутствовал, а другие парни были достаточно умны, глядя на ухмыляющегося Леннокса, то вызов мне никто из них так и не бросил. Как и не предложили в чём-либо посоревноваться. Зато за меня плотно взялись юные леди, возжелавшие, чтобы им непременно погадали. Зачем я только связался с Грэгом Кэмпбеллом на свою голову? Теперь мне, наверное, ту глупость будут вспоминать до конца жизни. Пришлось выкручиваться, обходясь обтекаемыми, размытыми и двусмысленными фразами. Ссылаясь на то, что без своего силового оборудования я «близорук» и слаб.

Судя по взглядам, мне не поверили, отчего наседать стали ещё активнее. Они даже «одолжили» для этого дела у одного из братьев Макбрейн рыцарский пояс, хотя вернее будет сказать, нагло отобрали, зажав того в угол. Посадили меня за отдельный, маленький, круглый столик, согласовали очередь, пользуясь тем, что после ужина настало свободное время и все принялись искать себе занятие по душе. Взрослые на их самоуправство поглядывали со снисходительными улыбками. Думая о том, что пусть лучше скучающие дочери достают меня, чем «занятых делом» родителей. А заодно, неплохо было бы узнать про меня что-нибудь новенькое. Над чем им следует подумать.

— Сэр Йохансон, не будешь ли так любезен, чтобы и мне погадать? — с вежливой улыбкой стул напротив меня заняла леди Эйлис Стюарт, единственная дочь Его Светлости.

Красивая, кареглазая девушка с аристократическими чертами лица. Чьи рыже-русые, слегка волнистые волосы, доходили ей до плеч. Одета леди Эйлис была в достаточно простое, тёплое, серое платье без изысков, с высоким, глухим воротником, сшитое из очень качественной и дорогой шерсти. Для окружающей обстановки вполне удобная и практичная одежда.

— Простите леди, на любовный и финансовый интерес не гадаю, — в очередной раз грустно повторил. — Только на силу и удачу.

— Пусть так. Я не прочь узнать, могу ли на них надеяться, — спокойно ответила фактически неофициальная шотландская принцесса.

Немного поговорив с ней, чтобы настроиться на нужный лад и успеть «прощупать» её энергетику, а не тело, тьфу на вас, пошлые мысли. Неожиданно подумал, что с этой девушкой общаться проще, чем с принцессой Кэтрин Эдвардс. Если их сравнивать, англичанка была более властной и целеустремлённой. Прирождённым лидером. Шотландка тоже умела настаивать на своём, но делала это более мягко, убеждая собеседника, а не настаивая, что есть только две точки зрения, её и неправильная.

Через пару минут молчаливой медитации, проведя её с закрытыми глазами, с сожалением сообщил, — Простите, леди Стюарт, но увы, путь Авроры для вас закрыт. Вы одарены не меньше других людей, так как, по сути, все мы способны взаимодействовать с полем Авроры, но на столь незначительном уровне, что практической пользы от этого никакой. Путь силы не для вас. Что же касается удачи, то и тут мне не открылось ничего особенного. Могу лишь сказать, что у вас очень крепкое здоровье и иммунитет. Вы проживёте долгую, насыщенную событиями жизнь. Родите нескольких столь же здоровых детей.

Причину, почему этого не должно было произойти, лично я не видел. Осталось только выдать желаемое за действительное. То, чем занимались все профессиональные мошенники.

Где-то очень далеко закашлялась одна любительница мексиканских сериалов, но это, что называется, осталось за кадром.

— Будут ли они одарёнными, сказать пока не могу. Но с высокой долей вероятности они сохранят вашу наследственность с низкой восприимчивостью к полю Авроры, — чтобы не заканчивать на грустной ноте, а то ещё обидится, пошутил. — Но за пять фунтов я готов пересмотреть свои предсказания в сторону их улучшения, ровно на эту же сумму. Вплоть до обещания выигрыша в лотереи.

Пусть лучше считает меня клоуном, чем дурным вестником. Может, хоть так столпившиеся за спиной принцессы девочки от меня, наконец, отстанут?

— Жаль, — леди Стюарт хоть и расстроилась, но не стала придавать этому большого значения.

Она и так это всё знала. Да и не испытывала стремления становиться рыцарем, как её мать.

— Пусть так и останется. Купить хорошее предсказание я могу и в другом месте, — улыбнулась дочь Его Светлости.

— И правильно сделаете, — одобрил её решение, вызвав лёгкое удивление.

На пару секунд задумавшись, леди Стюарт попросила.

— А моему брату сможешь сделать предсказание? Или тебе только девушек приятно разглядывать? — кольнула шпилькой глазастая собеседница.

— Леди, неужели я вам настолько не понравился? Вы так хотите, чтобы меня сегодня побили? — осуждающе на неё посмотрел, с наигранной обидой.

— Если бы я этого хотела, то предложила бы поцеловать меня, а не погадать брату, — спокойно заявила эта, почти рыжая ведьмочка, скрывающаяся под маской вежливой, скромной девушки.

Вызвав улыбки и хихиканье своих подружек. Не оставив мне выбора, вскоре привела брата, за которым увязалась троица его местных приятелей. Судя по скучающе-скептическому выражению лица Лесли Стюарта, он согласился на эксперимент только ради старшей сестры. Чтобы быстрее от него отстала. Не ожидая от этой затеи ничего хорошего. Думая, что мои гадания, не более чем способ заигрывать с девушками в незнакомой компании. Ничем не лучше и не хуже других. Поэтому враждебности в свой адрес от компании парней я не ощущал. Скорее лёгкий налёт зависти и одобрения. Каждый добивался желаемого в меру своих сил и умений.

— Можно твою руку? — попросил Лесли Стюарта, удивив парня.

— А разве ты не взглядом определяешь, кого какая судьба ждёт? — улыбнувшись, младший сын Его Светлости припомнил уже разошедшиеся слухи о неудаче Грэга Кэмпбелла.

Когда только гости замка Глэнан успели об этом узнать? Им что, совсем больше нечего обсуждать?

— На взгляд я предсказываю судьбу доверчивым девам, наивным дурёхам и налоговым инспекторам. Вы к какому типу относитесь? — полюбопытствовал, решив шуткой помочь парню расслабиться и не воспринимать меня неизбежным злом.

Чем невольно подсказал сбившимся в стаю «остроухим лисицам», обладающим чутким слухом, что пора копать мою могилу. Почувствовав спиной накалившуюся обстановку, заметно повеселевший Лесли без опаски протянул руку. Взявшись за его запястье так, будто собирался прощупывать его пульс, сосредоточившись на своих ощущениях, закрыл глаза. Став серьёзным, отрешился от всех окружающих меня звуков. Заметив это, собравшиеся вокруг стола ребята и девушки напряжённо замерли, почувствовав серьёзность момента. Всё же оставался пусть и крохотный, но шанс того, что я действительно что-то в этом деле умел, а значит, не стоило его упускать. Следующий раз я приеду в этот замок… да, наверное, никогда.

Отпустив руку Лесли и открыв глаза, устало потёр виски.

— Опять же, вероятно, не скажу ничего нового. Если что, профильные специалисты меня потом дополнят. Путь силы вижу ясно. Определённо, передо мной будущий рыцарь. Один из сильнейших в своём ранге, по чистой мощности А-поля. Пиковый. Правда, синхронизация средненькая. Чуть выше пятидесяти процентов. Тяжёлые и сверхтяжёлые доспехи будут для тебя идеальны. Нацеливаться на ранг паладина крайне не рекомендую. Гарантированная смерть. Мозг с такой нагрузкой просто не справится. На поле боя будешь чувствовать себя уверенно. Как рыцарь. С турнирами сложнее. Либо победишь в них, либо нет. Тут уже всё зависит от противника и твоих прямых рук. Путь удачи я у тебя не вижу. Не потому, что его нет, а из-за сложности этой задачи. Для этого мне нужно моё силовое снаряжение и подходящая обстановка. И то, результат гарантировать не берусь. Тоже, либо что-то увижу, либо нет. Можете не напоминать, какой я плохой предсказатель, — опередил возможное недовольство. — Сам знаю. Иного и не утверждал. Собственно, я вообще этого не утверждал. Занимаюсь исключительно баловством по принуждению, — остудил пыл возбудившихся дамочек.

Заставив их призадуматься, а на какую глубину копать мою могилу?

— А я стану рыцарем до шестидесяти или после? — с усмешкой поинтересовался недоверчивый Лесли.

Прекрасно зная о своём слабом здоровье и низких шансах на успех, уменьшающихся с каждым следующим прорывом. Меня его слова удивили, чего я не скрывал.

— А зачем так долго ждать? Если не будешь затягивать с операцией, то года за три-четыре справишься. Ну и лениться, конечно, не стоит. Сами собой только сорняки растут. И гоблины, — добавил после короткого раздумья.

— С какой операцией? — в свою очередь, тоже сильно удивился Лесли.

Вокруг нас вдруг стало очень тихо.

— С исправлением нарушенных нейронных связей. У тебя деформация и сращивание узлов F-19 и F-18, а также пережатый канал, — обозначил обнаруженные проблемные места, по памяти используя правильные термины.

Я их вычитал в книге, которую давал мне доктор Моррисон. Кроме того, госпожа Чамар тоже предоставляла кое-какую литературу и специализированные медицинские атласы, когда мы готовились к лечению отца Брины Вилсон.

— … хотя данные повреждения не такие уж серьёзные и не несут прямой угрозы для жизни, но всё же они не дают тебе нормально взаимодействовать с А-полем. Под его воздействием твоё здоровье постепенно будет подрываться всё сильнее. Тут нужно либо полностью отказаться от использования силового снаряжения, либо решать проблему. Если с этим затянуть, она может обостриться, приняв необратимый характер.

— Правда? Мне только про сращивание узлов известно. Допустим, что ты прав. Но всё равно, это же не лечится, — став серьёзным, Лесли указал на главную проблему, в которую упирались всё остальные.

— Кто тебе такое сказал? За других специалистов не поручусь, не знаком с ними, но я не вижу в подобной операции такой уж большой сложности. Если никто другой за неё не возьмётся, обращайся, сам всё сделаю. Там работы всего-то на час, — поделился своим мнением, не придав ему большого значения.

Я не считал себя самым умным или незаменимым. Стюарты давно должны были озаботиться данным вопросом, выяснив всё, что с этим связано. Проконсультироваться со знающими людьми. А значит, как я считал, уже всё это знали.

— Ты можешь лечить болезни Авроры? — влезла в наш разговор его взволнованная сестра, использовав обобщающий термин.

Щадя брата, не став называть их дефектами.

— Да, — подтвердил, не видя в этом ничего удивительного.

Точнее, не понимая ценности того, чем обладал.

— Я проходил практику в Лондонском институте Кларенса. Под руководством доктора Питера Моррисона. Так что с подобными вещами знаком не понаслышке. Диплома врача не получил, но на кое-что в этой области способен. Поэтому, если обратишься ко мне, придётся провести операцию в нейтральных водах, отплыв подальше от берега. Не хочу попасть в тюрьму, занимаясь лечением пациентов без медицинской лицензии, — рассмеялся, решив шуткой разрядить тяжёлую атмосферу.

Однако почему-то никто так и не улыбнулся. Напротив, все напряглись ещё сильнее.

— И какова вероятность того, что эта операция закончится успехом? — серьёзным тоном уточнил нахмурившийся Лесли, ища подвох.

Не веря, что всё настолько просто, как я описываю.

— Да какая там вероятность? Если в момент операции на нас не упадёт метеорит, не накроет цунами или не случится глобальный конец света, я не вижу причин, по которым она могла бы закончиться неудачей. Не в твоём случае, уж точно.

Благодаря Оракулу я мог предотвратить любую, ещё не совершенную ошибку. Добиться безупречного результата, если он в принципе возможен, а это такое читерство, что более полезного трудно вообразить. Идеальный контроль над А-полем и высокое восприятие хорошо дополняли Оракула. Уже ему облегчая поиск верных решений. А то мало знать правильный ответ, нужно ещё суметь им воспользоваться.

Из-за моего «громкого» заявления, сказанного тихим, спокойным тоном, сразу поднялся небольшой оживлённый гвалт.

— Тихо! — строго прикрикнула на других девушек и парней леди Эйлис. — Попрошу вас держать эту новость при себе. Я сама расскажу обо всём отцу. Он примет решение. Не вмешивайтесь во внутренние дела рода Стюартов.

Друзья Лесли и подруги Эйлис понятливо закивали, подтверждая, что всё понимают. Окинув их ещё раз предупреждающим, тяжёлым взглядом, леди Эйлис внимательно на меня посмотрела.

— Я надеюсь, твои слова не являются шуткой?

— Эти, нет, — совершенно уверенно ответил на её прямой вопрос.

— Тогда прошу прощения, на этом я вас покину, — неожиданно став официальной, вежливо кивнув на прощание собравшимся, решительно настроенная сестра Лесли направилась к отцу.

Задумчиво провожая её взглядом, запоздало подумал, а не ввязался ли я во что-то серьёзное, по собственной глупости.

После этого «гадания» зрители как-то быстро и незаметно разбрелись по залу, вроде как потеряв ко мне интерес. Оставив наедине с братьями Леннокса, которые всё время ненавязчиво крутились рядом, бдя, чтобы ничего плохого не случилось. Ни со мной, ни из-за меня. Чтобы скоротать свободное время, пока не определимся с дальнейшими планами, они предложили мне сыграть в карты. За этим же столом. На деньги. А ведь я всё ещё носил активированное силовое снаряжение, что их нисколько не настораживало. Ну не отчаянные ли оптимисты? Простые парни из семейства Кэмпбеллов начинали нравиться мне всё больше. В хорошем смысле.

Вскоре, убедившись, что клановая молодёжь оставила меня в покое, их родители пригласили столь важного гостя, как я, на чай. В свой круг, избавленный от малолетних оболдуев, болтунов и посторонних людей. По сути, позвав на серьёзные переговоры, соблюдя все приличия. Позволив мне до этого достаточно отдохнуть, расслабиться, утолить голод, пообщаться со сверстниками. Понаблюдав за мной со стороны. Собрав более полную информацию. Где, под видом приятной беседы, у разожжённого камина, попыхивающие трубками старцы принялись аккуратно меня вербовать в свои кланы. В этом отношении из союзников превратившись в соперников. Поскольку Малькольмы хотели, чтобы я стал их магистром. Макбрэйны, соответственно, желали другого. Кэмпбеллы тоже проявили заинтересованность в усилении, прежде всего своей семьи, а не соседской. Стюарты ничуть не отставали от остальных. При этом прямого, грубого давления на меня никто не оказывал. Пытались либо купить, либо договориться по-хорошему. Зачем насильно тащить в свой дом обиженного на тебя человека? Да ещё столь опасного. Тут другой подход нужен. Мне делали весьма выгодные предложения. Не требуя ответа прямо сейчас. Не ставя вопрос ребром, лишая нас всех свободы манёвра. Давали время дозреть до нужного им ответа.

Они предлагали мне деньги, титулы, земли, дома. Но только в Шотландии. Помощь в переезде. Защите от недоброжелателей, которые с этим самым переездом уж точно появятся. Особо дальновидные господа сразу же предложили упрочить нашу связь династическим браком. Глава клана Малькольм, не желая упускать возможность сделать его ещё более сильным и могущественным, намекнул, что не против выдать за меня замуж, упомянутую ранее за ужином, Гленну. Соблазняя тем, что дети от такого брака должны стать талантливее, чем их родители. На этом фоне что-то патриарх Кэмпбеллов подозрительно задумчиво принялся чесать подбородок. Видимо, пытался сообразить, где взять свободную девочку подходящего возраста. Хорошо бы ещё одарённую. Хоть в чём-то. С этим у него сейчас наблюдался острый дефицит, так что досада на его лице читалась невооружённым взглядом. Глава клана Монмут, его брат и отец, начали загадочно переглядываться. Вроде как у их девятнадцатилетнего чуда специалиста, так и не узнал в какой области, уже был жених. Но жених ведь не дерево, может и отойти в сторону, верно?

Параллельно с этими переговорами, начался ещё один процесс вербовки, но теперь уже в рыцарские ордена. Где одно действие со вторым было никак не связано. Большая часть присутствующих здесь высокоранговых операторов А-поля состояла в национальном шотландском рыцарском ордене Единорога. Кроме двух шотландских мужей, входивших в состав очень малочисленного, достаточно закрытого, но намного более почитаемого и особенного древнего ордена Чертополоха. Аналога монархического ордена Золотого льва. Однако, если Золотой лев служил только королю Англии и пополнялся им самим, то орден Чертополоха — это личная гвардия и ближняя свита Стюартов. Однако серьёзно урезанная в численности и ограниченная в кое-каких правах Эдвардсами, опасающимися, что их шотландские родственники с помощью своего рыцарского ордена создадут по-настоящему мощную, независимую ни от кого другого, многочисленную армию. Что подтолкнёт Стюартов к опасным мыслям о переделе власти. Позволив им вести более активную и даже агрессивную внешнюю политику за пределами Шотландии. Позволяя им у себя дома, в широком смысле этого слова, делать, что они захотят, в пределах разумного, взамен Эдвардсы требовали не увлекаться внешней политикой. По этой же причине, чтобы не провоцировать и не подталкивать шотландцев к противостоянию с центральной властью, Ричард III практически не вмешивался в дела герцога Стюарта. В обмен на его лояльность.

Если углубляться в политику, то аристократия Британской империи делилась на два типа. Земельная и имперская. Имперская, это дворяне на государственной службе. Те, кто управляли страной. По этой причине они сильно зависели от королевской воли. От ситуации в мире. В их ведомствах. От множества других факторов. Могли в одночасье как обрести невиданное могущество, так и потерять всё. Земельная же аристократия, это та, что правила конкретными областями или землями. Получив их по праву рождения, а не заслужив за верную службу. Почти ни от кого не завися в политическом плане, тем не менее они вынуждены были договариваться с имперскими чиновниками, чтобы не пострадать в экономическом. Ведь государственные законы превалировали над местными.

Герцог Стюарт представлял старую земельную аристократию Шотландии. Если взять других, знакомых мне герцогов, то герцоги Кембриджский и Бедфорд, в отличие от него, относились к имперской аристократии.

Поблагодарив собравшихся за внимание ко мне, я пообещал подумать над их словами, не желая расстраивать уважаемых людей отказом прямо сейчас. Почувствовав, что эта тема себя исчерпала и гостю нужно время, чтобы всё хорошенько обдумать, шотландцы перешли к следующему вопросу, передав слово хозяину замка. Как лицу, наиболее в нём заинтересованному. Речь пошла о моих прогнозах относительно будущего Лесли Стюарта. Его Светлость поинтересовался, правда ли, что у его младшего сына какой-то врождённый дефект, который я могу устранить? И действительно ли Лесли после этого сможет стать сильным рыцарем в течение ближайших лет?

Насколько смог, объяснил то, что я обнаружил и с чем могу помочь. Заверив герцога Эдинбургского, что я тогда был абсолютно серьёзен в своих словах. Ничего не приукрашивал и не выдумывал. Парню ничего не грозит. Готов поручиться за то своей головой. Пусть мне снесут её вон тем старинным, двуручным мечом, висящим на стене, если окажется, что я солгал. К такому необычному предложению шотландцы отнеслись весьма положительно. Сразу став смотреть на меня с большим доверием и уважением. По-моему, они и в самом деле приняли это предложение за руководство к действию. Такими словами в их кругу впустую не разбрасывались. Благодаря чему, у крепких, солидных мужчин в клетчатых юбках и беретах сразу отпала большая часть вопросов ко мне и сомнений.

Будучи людьми действия, шотландцы сразу же принялись интересоваться, что мне нужно для проведения операции и сколько они будут за неё должны? Решив не откладывать на переменчивое будущее то, что могут получить уже сейчас. Причём, потом ведь всё может обернуться не обязательно лучшей своей стороной. Мало ли какие «добрые» люди постараются не допустить, чтобы мои добрые намерения осуществились.

Чтобы узнать ответ на оба их вопроса, позвонил госпоже Чамар. Объяснив в чём дело, услышал несколько не те ответы, на которые рассчитывал.

— Эрик, ты идиот! Это даже не оскорбление, а констатация факта. Вы где там, храбрые шотландские парни, — по-моему, это была не похвала, — собираетесь поджаривать чьи-то мозги? Прямо в замке? У камина? Может, ещё и под бутылочку виски? И случайно, не на вертеле? Тащи задницу пациента в больницу! — вдруг резко сменила тон, повысив голос. — Я смотрю ты там не мелочился. Стюартов тебе подавай. Не меньше. От скромности не помрёшь?

— Нет. Скорее от тяжеленного, двуручного меча. Мне это гарантировали. Да и нет там ничего сложного. Для меня, — уточнил. — За час управлюсь.

— Радуйся, что сейчас находишься дальше, чем я могу дотянуться. А нужные лекарства у тебя под рукой уже есть? А оборудование? Про послеоперационную реабилитацию слышал? Про осложнения, вызванные не столько самой операцией, сколько ответной реакцией организма на вмешательство в его работу? Своё дело ты-то сделаешь, а кто будет завершать лечение пациента? Убедится, что нет последствий. Пропишет парню правильные витамины для скорейшего восстановления. Подстрахует, если у него вдруг скакнёт внутричерепное давление. Или сахар в крови. Или он подхватит какую-нибудь инфекцию, когда иммунитет начнёт сходить с ума. Да мало ли что ещё может случиться? После операции, которую ты проконтролируешь и умоешь руки. Вы же не клизму ему собираетесь ставить и не от простуды лечить. Так что дуйте в больницу. Оракула я тебе сама привезу. Без него вообще не суй свои кривые руки куда не положено, — приказала рассердившаяся начальница.

Однако, что-то я не услышал того, чтобы госпожа Чамар отговаривала меня от этой безумной затеи, а значит, мы будем жарить мозги!

Его Светлость с доводами моей начальницы согласился, но сделал всё по-своему. Отправлять Лесли в Англию он не захотел, как и везти его в больницу Эдинбурга. По каким-то своим соображениям. Вероятно, опасался утечки информации и проблем с операцией. Не хотел разрываться между домом, работой и сыном. Да и зачем ему куда-то ехать? Вместо этого герцог сделал несколько звонков. Этим же вечером, прямо в замок, вертолётами перебросили медицинскую бригаду, нужное оборудование, аж двух профессоров, медсестру-сиделку и немного позже, к моему большому удивлению, госпожу Чамар. Сначала доставив её из Лондона в Эдинбург на частном самолёте, а оттуда, прямо с трапа пересадили в вертолёт. Выдернув из дома чуть ли не в одних пушистых тапочках и банном халате, но с кейсом, который она крепко прижимала двумя руками к груди, словно опасаясь, будто в любую секунду его могут отнять. Отчего настроение у начальницы достигло такого уровня доброжелательности, что меня чуть по голове своей тяжёлой ношей не огрела, яростно ругая за излишнюю поспешность. Обиженно заявив, что мог бы позволить ей хотя бы чашку кофе выпить и волосы высушить, прежде чем присылать банду неразговорчивых здоровяков, которым для полноты картины не хватало только мешка, коней и кремниевых пистолей, чтобы отстреливаться от переполошившейся службы безопасности корпорации Рэдклиф. Та, не разобравшись в ситуации, прислала целую группу быстрого реагирования. Посчитав, что учёную нагло похищают прямо у них под носом. И если бы индуска не помогла кому нужно, а не кому положено, то до сих пор бы в другой стране ногти пилочкой подпиливала, подозрительно напоминающей напильник, этим бравым ребятам.

Утром, проснувшись в роскошной комнате с огромной кроватью, в которой было темно и холодно, не сразу сообразил, где я. Воспоминания показывали какой-то бред. А нет, всё же не бред. Я действительно заночевал прямо в замке, в гостевых покоях. Не потому, что сам того захотел, а потому, что меня из него не выпустили. Но очень вежливо, с улыбкой на лицах дюжины крепких охранников. Операция, затянувшаяся до поздней ночи, прошла успешно, как я и обещал. Поэтому ни страха, ни особого волнения по поводу текущего местонахождения не испытывал. Я бы, на месте герцога Эдинбургского, тоже подстраховался, поэтому претензий к нему не имел.

Выбравшись из кровати, ёжась от холода, позёвывая и почёсываясь, нашёл тапочки, заботливо оставленные хозяевами. Оглядевшись ещё раз повнимательнее, дёрнулся от неожиданности и испуга.

— Уй ёёё!

В глубоком кресле, укрывшуюся тёплым одеялом, обнаружил спящую госпожу Чамар. Ах, ну да, вспомнил. Поскольку гостей вчера у Его Светлости было много, а комнат в замке на всех не хватило, пришлось потесниться. Я вчера настолько вымотался, что прежде, чем мы выяснили, кто где спит, упал на кровать и сразу же вырубился. Видимо, начальница меня пожалела и оставила там. Сама же устроилась в кресле. Удивительно, что не легла рядом. Неужто опасалась приставаний с моей стороны? Да нет! Бред! Только не она. Скорее предполагала обратное и от греха подальше, своего, предпочла одну ночь потерпеть некоторые неудобства. Охраняя меня на случай, если что-то всё же пойдёт не так. Для чего рядом с креслом стоял алюминиевый кейс и стащенный откуда-то уже заряженный арбалет, направленный на дверь. Сильно подозреваю, что пользоваться им она совершенно не умела, прихватив его скорее для внушительности. Изрядно вчера перенервничав в окружении суровых незнакомцев.

Стараясь не потревожить «беду», на цыпочках прокрался к двери. Отыскав первого попавшегося слугу, первым делом разузнал, где мне найти туалет? Слава Богу не средневековый. Стюарты были не настолько консервативны, чтобы до такой степени уподобляться предкам. После чего, облегчив мочевой пузырь и совесть, отправился проведать нашего дорогого пациента.

Лесли спал сном счастливого младенца. По показателям приборов и заверению дежурившей рядом с ним медсестры, всё было хорошо. Даже замечательно. Обследовавшие его профессора Эдинбургского государственного медицинского университета в один голос утверждали, что причин для беспокойств они не видят. Все проблемы со здоровьем Лесли были устранены. Он даже сразу подрос до ранга кавалериста, когда сдерживающая его внутренняя «пружина» распрямилась. Чем наглядно подтвердились мои слова.

Там же, в комнате у Лесли встретился с его сестрой, тоже пришедшей проведать не менее дорогого ей пациента, несмотря на раннее время. Пользуясь случаем, леди Эйлис искренне поблагодарила за помощь брату. Гостеприимно пригласила выпить кофе. Поскольку делать было больше нечего, не шляться же по древнему замку просто так, бесцельно гремя цепями и завывая, согласился составить ей компанию. Причём озвучил это вслух, дополнив первую часть предложения леди Эйлис, вызвав у неё улыбку.

Придя к взаимопониманию, оправились в гостиную. Пока слуги готовили нам завтрак и кофе, леди Эйлис просматривала утренние новости на своём телефоне, я на своём. Занимаясь своими делами, мы нисколько не мешали друг другу. Не сотрясали воздух пустыми разговорами. Увидев тридцать один пропущенный звонок от семи человек, я удивлённо приподнял брови. Задаваясь вопросом: «Неужели у нас настолько маленькая страна, что чихнёшь на одном берегу моря, а с другого уже доносится пожелание здоровья?»

Увидев значок, что я снова в сети, не прошло и минуты, как телефон зазвонил. Прочитав высветившееся на экране имя, поморщившись, обречённо принял вызов своему психическому здоровью. Пару минут стоически выслушивал всё, что мне хотели сказать, изредка вставляя — да, нет, возможно. Доносящаяся из аппарата ругань привлекла внимание леди Эйлис.

— Кто это? — не сдержала она любопытства, посмотрев на грустное выражение моего лица.

— Её разгневанное Высочество, принцесса Кэтрин Эдвардс. Интересуется, какого чёрта я тут устроил? Не уведомив её. Видите ли, Рэдклифы пожаловались её отцу на бесцеремонные действия ваших людей, когда они приглашали в гости госпожу Чамар. Дальше обе стороны начали искать меня. Быстро сложили два плюс два. Герцог Кембриджский наехал на дочку. Дочка сейчас наезжает на меня.

Слегка обалдев от таких подробностей, леди Эйлис осторожно уточнила.

— Ты разве работаешь на Эдвардсов?

— Нет. Я работаю на госпожу Патрисию Рэдклиф и то, по контракту, как временный работник. Герцог Кембриджский её деловой партнёр. Кроме того, принцесса Кэтрин Эдвардс моя одноклассница, сокомандница, хорошая знакомая, чем она сейчас и пользуется, несколько перетягивая тетиву лука. Наверное, не проснулась ещё. Или ей в кофе не налили сливок. Двадцать ложек.

Не став добавлять, что этот капризный ребёнок, судя по её поведению, с нехваткой в рационе молочка, слишком уж осмелел, не встречая сопротивления. Но скоро встретит. Я союзник их семьи, а не должник. Всё это спокойно объяснил собеседнице, которая сейчас выглядела самой обычной домашней девушкой, а не какой-нибудь сказочной принцессой, не прерывая звонка, только прикрыв ладонью микрофон.

— Понятно. Узнаю Кэтрин. Можешь передать мне телефон? — вежливо попросила леди Эйлис, протянув руку.

Немного подумав, выполнил её просьбу. С интересом ожидая, что будет дальше.

— Привет. Это я. Узнала? Не могла бы повторить ещё раз всё то, что сейчас сказала нашему гостю? Ты же по этому поводу сейчас его отчитываешь? Ах да, прости, ты же не можешь этого делать, поскольку он не твой парень. А что тут такого? — демонстративно удивилась. — Я нахожусь у себя дома и вправе говорить всё, что думаю. Ты же должностное лицо, при исполнении своих обязанностей. Ну и что, что я младше? Разве это даёт тебе какие-то особые привилегии? Сама такая! Я не хамлю, в отличие от некоторых. Не звони сюда больше. В Шотландию. А ты что подумала? Правда? — обрадованно усмехнулась леди Эйлис, получая удовольствие от этого разговора. — Дай сэру Йохансону хотя бы здесь вздохнуть свободно, полной грудью. Да-да. Я тоже тебя сильно люблю, дальняя сестра. И очень этому рада, — не уточняя, чему именно. — Всего доброго. Прости ещё раз, отключаюсь, а то у меня кофе остывает.

Потоптавшись по «ногам» леди Кэтрин, леди Эйлис протянула мне отключённый аппарат с чувством выполненного долга.

— Всё, до возвращения в Англию она тебя больше не побеспокоит. Потом один день будет злиться и страшно обижаться, строя козни, а потом перезвонит и как ни в чём не бывало продолжит мило общаться. Держа одну руку с румяным яблочком на виду, а вторую за спиной, с чем-то ещё. Поэтому не советую с ней сближаться. Она хороший партнёр по танцам, надёжный товарищ, примерный одноклассник, умная девушка, приятный собеседник, когда это в её интересах, но опасный друг. По этой же причине.

— Спасибо за помощь, — вежливо поблагодарил, в смешанных чувствах забирая свой телефон.

А что ещё я мог ей сказать? Куда ты лезешь, овца нестриженная? Она же хотела как лучше? Правда?

Почему-то идея задержаться в Шотландии подольше уже не выглядела столь отталкивающей, как раньше. Подумав об этом, встрепенулся, чуть не разлив кофе. Как же я мог об этом забыть! К чёрту взбалмошную принцессу. Даже двух.

— Простите, леди Стюарт, не подскажете, где здесь ближайший магазин сувениров? И что обычно привозят в подарок из вашей замечательной страны?

— Чаще всего…? — задумалась девушка, взяв в руки кружку с горячим кофе.

Сжав её в ладонях. Наслаждаясь теплом и ароматом этого бодрящего напитка.

— Виски. Могу попросить папу подарить тебе бочонок лучшего шотландского виски из его коллекции. У него в винном погребе их много. И не придётся никуда ехать. А то поблизости ты ничего не найдёшь. За этим нужно обратно в город ехать.

Представив реакцию домашних на меня и бочонок, энергично помотал головой, отгоняя страшное видение. Я уже с одним намучался. Спасибо.

— Это плохая идея. Если я привезу двенадцатилетней сестре бочку с крепким виски, мать меня в ней же и утопит. Прямо на пороге нашего дома, держа за ноги.

В этот момент глотнувшая кофе леди Эйлис, неловко дёрнувшись, закашлялась.

— Пожалуй, ты прав. Это плохая идея. Думала, ищешь что-то для отца или братьев.

— У меня только сёстры. Отец погиб на флоте. Уже давно.

— Извини, не знала. Не проблема. Сейчас что-нибудь подберём твоим сёстрам.

От этой новости моё настроение немного поднялось. Воскресное утро, выходной, вкусное кофе, красивая девушка, древний замок, домашняя, уютная атмосфера в гостиной, разожжённый камин, вчерашние переживания, всё это и что-то ещё, вроде маленького, коварного гоблина, толкнуло меня на очередную шалость.

Шестым, внезапно обострившимся чувством предвидения, безошибочно определив, что к нам приближается госпожа Чамар, соскочив со стула, засуетился. Не раздумывая ни секунды, схватил со стола здоровенный кусок стейка, не боясь испачкать руки. Быстро насадил его на стоявшую у разожжённого камина кочергу. Подмигнул опешившей принцессе, чтобы не испортила игру. Присев перед камином, сунув в огонь зашипевшее от сгорающего жира мясо, распространяющее характерный запах, закрыв его спиной, мысленно отсчитывал секунды, подгадывая подходящий момент. Не успевшая опомниться, с округлившимися от удивления глазами, наблюдавшая за этими неожиданными действиями, леди Эйлис не успела и слова сказать, как в комнату вошла заспанная индуска. Именно в этот момент я радостно обратился к девушке, смотревшей на меня и не замечающей появившейся позади нас госпожи Чамар.

— Как думаешь, мозги уже достаточно поджарились или нужно подержать их на огне ещё немного? Вот увидишь, съешь их и сразу обретёшь способности брата. Только уговор, половина мне. И моя начальница не должна ничего об этом узнать.

— А то…? — вкрадчиво поинтересовалась госпожа Чамар, мигом взбодрившись.

Испуганно оглянувшись, досадливо цыкнул.

— Дьявол. Опять не успел.

Глава 4

Получив жуткий нагоняй от разбушевавшейся госпожи Чамар, недовольно бурча себе под нос о том, что она слишком уж впечатлительна и доверчива, вернулся в нашу спальню. Отправленный туда подумать о своём плохом поведении. Только по пути заподозрив, а не было ли это всё игрой? Местью со стороны коварной начальницы? Ведь если разобраться, выставив меня из гостиной, она забрала мой кофе, мой завтрак, моё нагретое место, утреннюю газету, да что там, даже мою прекрасную, молчаливую соседку. Наслаждаясь тем, чем должен был наслаждаться я!

Размышляя об этом, зайдя в комнату, зацепился взглядом за заряженный арбалет, небрежно оставленный на кресле. В отместку занял место госпожи Чамар. Раздражённо убирая мешающийся арбалет, то ли не там схватился, то ли зацепился скобой за подлокотник, но эта зараза неожиданно тренькнула распрямившейся тетивой. Я даже не успел сказать — ****! Мелькнувшая в воздухе стрела подтвердила теорию о том, что арбалетные болты могут рикошетить от каменных стен. Если ударятся о них под правильным углом. Рефлекторно дёрнув ногой, почувствовал, будто по ней ударили молотком. Опустив взгляд, обнаружил торчащий из бедра хвостовик болта. Всё произошло очень быстро.

— Твою ж мать! — с чувством выругался, но было уже поздно.

Поморщившись от резкой боли, зажал рану, вокруг которой начало стремительно разрастаться тёмное пятно крови. Освободив одну руку, достал телефон. Он сейчас важнее. Глубоко вздохнув, набираясь решимости, поспешил обрадовать начальницу, которая, должно быть, продолжала кушать мою яичницу с беконом.

— Госпожа Чамар, не хотелось бы вас прерывать, но мне срочно нужна помощь. И аптечка.

— Не старайся. Не куплюсь на это раньше, чем доем, — проворчала учёная судя по голосу, пребывая в благодушном настроении после того, как выпустила на мне пар.

— Хорошо. Вкусно хоть кормят?

— Да.

— А джем принесли?

— Да, — подтвердила ещё более довольным голосом.

— Тогда приятного аппетита. Но всё же, будьте милосердны, пошлите кого-нибудь из слуг в нашу спальню с аптечкой, а то я тут кровью всё заляпаю. Не хотелось бы получить астрономический счёт за химчистку этих ковров, — сокрушённо попросил госпожу Чамар, разглядывая явно дорогущий ковёр.

После короткой паузы, с сильным сомнением в голосе, учёная всё же рискнула поинтересоваться.

— Я, скорее всего, пожалею об этом вопросе, но всё же, чьей кровью ты там планируешь, — выделила это слово, — всё залить?

— Своей. Чьей же ещё? — хмыкнул, поражаясь собственному спокойствию. — И у меня к вам будет ещё одна большая просьба. В следующий раз не оставляйте где попало, заряженные арбалеты. Профессиональный вопрос, — неожиданно сменил тему. — Как думаете, если я выдерну этот чёртов болт, то ничего страшного не случится? А то он мешает мне перевязать рану, — задумчиво поинтересовался её мнением. — А хотя не получится, тут нужны садовые ножницы, чтобы срезать наконечник. Или же удастся обойтись силовым снаряжением? — продолжил размышлять вслух, внимательно разглядывая арбалетный болт, торчащий с двух сторон моей ноги.

Стараясь лишний раз ей не шевелить.

Удивительно, но госпожа Чамар, похоже, умеет читать мысли. Сказала ровно те же самые слова, что и я, чуть ранее, после выстрела из арбалета. Через пару минут прибежала злая, как бенгальская тигрица. Грозя самой в меня что-нибудь воткнуть, если это окажется шуткой. Ещё через несколько минут в комнате стало очень тесно и шумно. После воплей госпожи Чамар народ сбежался чуть ли не со всего замка. Так стыдно мне не было уже очень давно.

Отвечая на вопрос, что случилось, чувствовал себя полным идиотом. Из-за нелепой случайности готов был сгореть со стыда. Особенно дотошно выяснял обстоятельства произошедшего начальник службы безопасности Его Светлости, даже не собираясь оставлять меня в покое. Тщательно исследуя спальню и краем глаза наблюдая, как раненому «герою» оказывали всю необходимую медицинскую помощь. Благо в замке до сих пор находились и квалифицированная медсестра, и семейный врач герцога Эдинбургского. По заверению специалиста, угрозы для моей жизни не было никакой. Не считая репутационного урона. Неосторожный дурак, это, знаете ли, не самая полезная характеристика в личном деле.

Грустно наблюдая за тем, как врач срезал ножницами штанину и дезинфицировал рану, готовясь наложить шов после удаления древка, отстранённо сокрушаясь по поводу порчи дорогой вещи, услышал знакомый голос.

— Что случилось? — в спальню торопливым шагом вошёл встревоженный хозяин замка.

Вместе с ним явились и члены семьи Стюартов.

«Ну, сейчас начнётся», — сокрушённо подумал, оглядев их внушительную компанию.

Постаравшись показать свою невозмутимость и нечувствительность к боли, сохраняя остатки гордости, тщетно помечтал об открытии у себя способности к телепортации. Увы, избежать предстоящего разговора не удалось. Зато удалось избежать обмена взглядами с леди Эйлис. Трижды!

— Сэр Йохансон утверждает, что пострадал из-за неосторожного обращения с оружием. По собственной глупости, — отчитался начальник службы безопасности. — Однако, у меня есть серьёзные сомнения в этой версии.

Не знаю, кто из нас больше удивился, я, герцог или обеспокоенная госпожа Чамар, которую слуги оттеснили в сторону, выяснив, что она по профессии не врач.

— Защёлка на окне открыта, хотя сэр Йохансон, по его словам, к нему ни разу не подходил. На той стороне подоконника я заметил подозрительные разводы, будто его совсем недавно протирали, хотя наши слуги этим точно не занимались. Кроме того, на ковре я нашёл едва видимый отпечаток ботинка, по размеру и рисунку подошвы не совпадающий с тем, что носят наши гости. Ну и последнее, мисс Чамар утверждает, что оставила арбалет в одном положении, проверив предохранительную скобу, а по показаниям сэра Йохансона, он лежал чуть иначе, уже без неё. В этой комнате скобы нет. У нас в замке все арбалеты оснащены этим защитным механизмом. Во избежание подобных случаев. Так кто же на самом деле стрелял из арбалета? — безопасник пристально на меня посмотрел, подозревая в том, что я сказал неправду.

Поторопившись, поскольку именно это я и собирался сделать, мгновенно сообразив, к чему он клонит. Посчитав, что лучше буду выглядеть благородным, подстреленным оленем, чем криворукой обезьяной.

— Не понимаю, о чём вы? — бесстрастно ответил, невинно глядя ему в глаза.

Загоняя нас всех на очень тонкий лёд заблуждений. Мужчина нахмурился. Госпожа Чамар на заднем фоне страдальчески вздохнула, посмотрев в потолок, но почему-то промолчала.

— Сэр Йохансон? — осуждающе посмотрел на меня Его Светлость.

— Я в этой комнате никого постороннего не видел и, по-прежнему, буду придерживаться этих показаний. Прошу прощения, за доставленные неудобства, — уважительно склонил голову.

— Проверьте камеры наблюдая, — приказал помрачневший герцог.

«Какие ещё камеры?» — чуть не спросил от испуга.

Невольно напрягшись из-за опасения, что меня разоблачат до того, как покину это гостеприимное место.

С кем-то переговорив по рации, начальник службы безопасности сообщил удивившую всех собравшихся новость. Оказывается, ещё ночью часть камер вышла из строя. Включая ту, с которой просматривалась эта часть фасада замка. Причину поломки до сих пор не обнаружили. Теперь уже все точно стали уверенными в том, что я чего-то недоговариваю. Да что там, я тоже так подумал.

Выдержав небольшой допрос, упрямо стояв на своём, попросил дать мне немного отдохнуть. Прикидывая, что буду говорить, когда и если поймают неведомого любителя лазить по чужим спальням. Очень надеясь, чтобы этого не произошло. После того, как все вышли, оставшаяся в комнате госпожа Чамар, сделавшая вид, что собирается поправить одеяло, приблизившись и нависнув надо мной, тихо спросила.

— Как ты умудрился подстрелить себя в пустой комнате? У тебя что, совсем инстинкт самосохранения отсутствует?

— Это был не я, — продолжил всё отрицать.

— А кто? — удивилась начальница.

— Неизвестный человек в маске. Это было покушение, — выпалил первое, что пришло в голову.

— Какое ещё покушение? Это ты другим будешь сказки рассказывать. Кто-то действительно влез в эту комнату, пока нас не было и пытался взломать кейс с Оракулом. Однако, поскольку моя особая сигнализация не сработала, то успеха в этом ловкий воришка не добился. Похоже, ты вовремя его спугнул, заставив спешно убраться, не успев замести все следы. Что же касается арбалета, то я ещё вчера заподозрила, что нас ночью попытаются ограбить, поэтому его и прихватила. Сама зарядила. Сняла предохранительную скобу. Уже и не помню, куда её потом дела. Откуда же я знала, что ты хватаешься за всё подряд, не раскрывая глаз, — отчитала меня, изредка поглядывая на дверь, чтобы убедиться в отсутствии посторонних ушей.

— Так почему вы сразу об этом не рассказали остальным? — удивился.

— О чём? Что я никому не доверяю в этом замке? Что подвергла твою жизнь опасности? Что чуть не стала обвиняемой в непредумышленном убийстве? Или о том, как отдала сверхдорогое и опасное оружие в руки мальчишке, который способен сам себя пристрелить из любопытства? Даже из рогатки! Нет уж. Свалить всё на воришку мне показалось более удобным вариантом. Пусть уж лучше его активнее ловят, чем к нам пристают. Если, конечно, за этим не стоят сами Стюарты. С удовольствием бы послушала, как они выгораживают мистера «Ловкие пальчики». В таком случае мне сразу бы стало понятно, чьи уши торчат из-за дерева. Однако, то ли они оказались умнее, то ли не при делах. Но тогда в их системе безопасности имеется немаленькая такая чёрная дыра. И как в таком случае верить их обещаниям тебя защитить, если согласишься на них работать? Это ведь замок на озере, в центре их владений, а не какая-нибудь дешёвая гостиница в крупном городе. Поэтому не советую делать ставку на твоих новых Шотландских друзей, — серьёзно предупредила госпожа Чамар.

Судя по всему, ей бы этого очень не хотелось. Я даже сперва подумал, что это она сымитировала попытку ограбления. Но, тогда как начальница нарушила работу системы видеонаблюдения Стюартов? Она же всё время была у меня на виду. Понятно, что ничего не понятно.

Вскоре пришёл слуга и проводил госпожу Чамар в другую комнату, освобождённую специально для неё, чтобы не беспокоить раненого. Когда она уходила, заметил, что у моей двери теперь стоит охранник. На всякий случай. Вспомнив слова доктора о том, что мне нужно хотя бы денёк отлежаться, не тревожа рану, решил позвонить домой, предупредить о задержке. К счастью, ни кость, ни крупные сосуды не были задеты, так что уже скоро смогу скакать хромым козликом. Норе и старосте класса соврал, сказав, что случайно напоролся ногой на гвоздь. Сильно поранился. Однако ничего страшного не произошло, нужно лишь денёк полежать в местной больнице.

В Англию вернулся только под утро вторника, проведя в замке Глэнан два дня. Усталый, невыспавшийся, в мятой одежде, с мыслью о том, что пора садиться на диету. Эти выходные выдались очень насыщенными на события. Хотя меня уговаривали остаться ещё на пару дней, но я настоял на возвращении домой. Боялся, что иначе сопьюсь или выкину какую-нибудь новую глупость. Либо помру от скуки. Или ещё хуже, внезапно женюсь. Отказаться от чего будет не так-то просто, после того, как меня застукают в постели с одной из шустрых и весьма изобретательных девиц. Сильно сомневаюсь, что улыбчивые здоровяки поверят в то, будто она сама туда запрыгнула. Сказав, что замёрзла. Да и какая им, собственно, разница?

Несмотря на желание как следует отдохнуть после затянувшихся выходных, превозмогая трудности, выпив обезболивающего, отправился в школу. Прихрамывая, опираясь на медицинскую трость. Собираясь отоспаться на уроках.

При входе в класс наткнулся на Даниэля, что с приветственным возгласом сильно хлопнул меня по плечу, отчего пошатнувшись, перенёс вес на раненую ногу.

— Уй ёёё, — скривился от боли. — Варвар. Осторожнее! Смерти моей хочешь? Не видишь больного человека, нуждающееся в сострадании, женской ласке и деньгах?!

— Прости, — тут же извинился Даниэль, удивлённо посмотрев на мою ногу. — Я думал, ты прикидываешься. Принцесса Эдвардс сказала, что ты сам просил о такой встрече.

Недружелюбно посмотрев на изображающую недоумение принцессу, решил ей ничего не говорить. Позже выскажусь, в письме. Не при всех же с ней ругаться. Однако это она не стала молчать, развивая успех.

— Ты на самом деле поранился? Правда? — сочувственно пошутила принцесса, не моргнув и глазом.

— Ваше Высочество, а вы безжалостны, — осуждающе заметил. — Я же отправлял вам фотографии своей раны, завернувшись в одно полотенце, как вы и просили, — сыграл в её же игру.

Теперь всё внимание класса переключилось на опешившую принцессу. Вспыхнувшую от негодования и смущения от корней до самых кончиков волос.

— Вы же ещё хотели продать их Кейси, — мстительно подлил масло в огонь.

— Эта наглая ложь! — возмущённо воскликнула принцесса, не усидев на стуле.

— Правда? — вернул ей вопрос, «искренне» удивившись. — Правда, — заторможено повторил уже другим тоном, глядя в её бесстыжие глаза, извергающие «огонь и молнии». — Да, точно. Эта правда! Такого не было. Я всё придумал. Извините, — испуганно заявив, поспешил добраться до своего места, пряча ехидную улыбку.

Увидев, как на неё с ещё большим подозрением стали смотреть одноклассники, практически убеждённые, что всё именно так и было, принцесса с трудом удержав себя в руках, а руки в кулаках, молча села. После чего сохраняла застывшее выражение лица на протяжении нескольких уроков. Сидя с прямой спиной, будто палку проглотила. Несколько раз убийственным взглядом отгоняя кружившую вокруг неё Рэдклиф, похожую на акулу, почуявшую свежую кровь. Судя по реакции, с полным иммунитетом к смертельным проклятьям Медузы Горгоны.

— А это точно был гвоздь? — допытывался Даниэль, не оставляя меня в покое.

Пытаясь выяснить, что же случилось? Всё-то ему расскажи.

— Моё рыцарское достоинство не позволило бы соврать лучшему другу, — изобразил оскорблённую невинность.

Достав увеличительно стекло, президент школьного совета попросила подойти.

— Дай хоть разок поищу это самое рыцарское достоинство. А то меня не отпускают смутные сомнения.

Меня уже три дня кто только не доставал своими расспросами, так что нервы не выдержали.

— Чтобы избавиться от смутных сомнений, нужно чаще заходить в аптеку. И потом. Ты что, сговорилась с капризной принцессой?

— Я не капризная, — не сдержалась Кэтрин, для которой эти выходные тоже выдались нелёгкими.

А может, у неё ещё и эти дни начались.

— Капризная, — настоял на своём.

— Не капризная, — повысила голос принцесса.

— Капризная!

— Не капризная!

— Капризная!!

— Не капризная!!

— Капризная!!!

— Не капризная!!! — стукнула по столу.

— Хорошо-хорошо, не капризная, — резко пошёл на попятную. — Только не нервничай. От этого рано начинают выпадают волосы. Пусть будет по-твоему.

У принцессы задёргалось веко. Она не глядя пошарила по парте. Судя по хватательным движениям ища из чего бы в меня выстрелить.

— Мы не сговаривались, — пришла ей на помощь президент школьного совета. — Просто великие умы думают одинаково.

— Тина, — рявкнул, обвинительно посмотрев на голубоволосую одноклассницу. — О чём ты сейчас подумала? Прекрати. И сестре скажи больше ничего телепатически не советовать леди Грей. Пусть своей головой до всего додумывается. А то видишь, до чего это доводит?

С интересом наблюдая за тем, как класс превращается в поле боя, жующий шоколадный батончик Бейли тихо заметил, — Ух ты, какие страсти тут кипят. А я-то думал, чего же нам не хватает? Понедельник был настолько скучным, что пролетел совершенно незаметно. Даже не запомнившись. Оказывается, Эрика вчера не было. Надо же.

— И не говори, — согласился Даниэль, протягивая руку.

Прося поделиться. На что, вытерев о пиджак правую ладонь, Бейли ему её пожал.

Сохранившие нейтральность Рассл и Вилсон так и не узнали кто же вышел бы победителем из этой кошачьей свалки, все против всех. Вмешалась Маргарет Бедфорт, перед которой Эрик стал поразительно послушным и кротким. Грей успокоила Дженкинс. Близняшек, вступившихся за Эрика, оттащила от парты принцессы невозмутимая немка. Кейси утихомирила Сомерсет. Пообещав поделиться с ней какими-то фотографиями. Эванс сам перестал спорить с Прайсом, исчерпав аргументы. Митчела подкупил карамельками Росс. У него после посещения клуба музыки набирались полные карманы конфет, несмотря на то, что он их терпеть не мог. Но отказывать ученицам было страшно, а вечно голодные друзья ели всё, что им давали.

После уроков, ненадолго заскочив в клуб фехтования, чтобы переговорить с тренером и передать ей гостинцы, перед тем как уехать домой ещё ненадолго задержался в школе. Случайно заметил, как три незнакомые мне школьницы, заведя в тихий уголок Джилл Рассл, докопались до одноклассницы. Выдвинув какую-то надуманную претензию, требовали, чтобы она стала их подчинённой, снабжая разведданными из класса 1АА. Попутно утверждая, что Рассл слишком много о себе возомнила. Смотрит на учениц из других классов свысока. При том, что всего лишь простолюдинка. И вообще, хорошо, если бы она… Продолжение дослушивать не стал. Вступившись за одноклассницу, прогнал этих крашеных куриц. Пригрозив обрить их налысо, если ещё раз увижу рядом с моей подругой. Или натравить моих воинственных фанаток. Сказав, что они не дают мне сосредоточиться на тренировках.

К сожалению, у Джилл такой характер, что она не могла сама за себя постоять. Она даже нормально общаться-то с другими людьми, лицом к лицу, стеснялась. Сверстники это прекрасно чувствовали. Успокоив сильно расстроившуюся, загрустившую девушку, которая не хотела, чтобы её видели такой жалкой, проводил Джилл до школьного общежития, где она жила. Внутрь меня не пустили и правильно сделали, так что, помахав рукой на прощание, расстался с ней на пороге жилого корпуса. Уходя, слышал, как из окон мне что-то весело кричали обитательницы этого «Логова прожорливых лисиц», неправильно всё поняв, что придало мне +5 к скорости и +2 к ловкости. Из-за опаски, что они сейчас выйдут и исполнят всё-то, что наобещали и о чём просили. А что ещё можно ожидать от скучающих юных дев, собранных в одном месте и оставленных без присмотра? Нора мне столько страшных сказок рассказала о подобных местах, советуя держаться от них подальше, что до сих пор в дрожь бросало от воспоминаний. Предупреждала, что самая большая глупость, которую может совершить парень, это прийти туда под вечер с пустыми руками! Как раз мой случай!

Видимо, эта мудрость была универсальна. Приехав домой, наконец-то встретился с кандидатом в наши дворецкие, а то всё никак не находил на это свободного времени. Я бы и дальше не спешил раздувать и так немаленький штат слуг, которым платил из собственного кармана, но сёстры Цзя решили, что мне по статусу просто необходим дворецкий. Ну а раз женщина чего-то сильно хочет, то обязательно найдёт способ убедить мужчину в необходимости данного приобретения. Тем более, если их две. Причём высшим пилотажем считается, если мужчина останется уверен, что он сам так решил и это только его заслуга.

Мистер Фань Мо, получивший рекомендацию сестёр Цзя, оказался пожилым, худощавым китайцем благообразной внешности. Аккуратно подстриженный, с бородкой. Пришедший наниматься на работу в хорошем английском костюме и начищенных до блеска кожаных туфлях. Насколько помню, Мей предупреждала, что у него очень плохо с деньгами, но по внешнему виду я бы так не сказал. Кроме того, мистер Фань, в Китае называли сначала фамилию, а потом имя, принёс дорогостоящий подарок, чтобы показать свою искренность и уважение. Антикварные настольные часы, достойные королевского дворца. Надеюсь, потом ко мне не придут полицейские, расследующие кражу. Как раз таки из королевского дворца.

Заняв кабинет, пока ещё не привыкнув к тому, что у меня теперь в доме несколько персональных комнат, да ещё столь хорошо обставленных, провёл собеседование с кандидатом на должность дворецкого. В процессе чего выяснил, что у мистера Фаня нет родни. Связей с английской аристократией он также не имеет. Прекрасно разбирается во множестве вещей. Начиная от ведения домашнего хозяйства, заканчивая управлением финансами, закупками, руководством людьми. Обладает навыками оценщика. Разбирается в вопросах, связанных с обеспечением безопасности. Владеет восточными боевыми искусствами. По его признанию, не на достаточно хорошем уровне, чтобы сравниться с элитными стражами Запретного дворца, но постоять за себя может. Также в качестве преимущества он указал на свои неподкупность, преданность и умение хранить секреты. А ещё, самое главное, что мало ест и мало спит! Прямо так и сказал.

Собеседование я проводил с активированным силовым снаряжением, спрятанным от взгляда пожилого китайца за столом, используя его в качестве детектора лжи, поэтому с большим удивлением узнал, что наш будущий дворецкий искренне верит в свою неподкупность. Это не значило, что он совсем уж не будет брать взяток, а лишь то, что будет брать их не в ущерб интересам господина. Или преданность мистера Фаня могла проявиться следующим образом. Он без каких-либо дополнительных указаний, по собственной инициативе готов был противостоять недругам господина, но вместе с тем и не видел причин оказывать помощь его друзьям. Даже, если те способны принести пользу. Я был уже достаточно опытен, чтобы понимать эти нюансы.

Однако не стоило принижать достоинства мистера Фаня. Ментальное сканирование показало, что он был человеком принципов с хорошей жизненной закалкой. Если завтра на моём пороге объявится пусть даже друг нашей семьи с чемоданом полным денег, предложив обменять его на доступ в этот дом или на какой-нибудь незначительный секрет Йохансонов, то дворецкий захлопнет дверь без малейших сомнений. Даже не посмотрев на чемодан. А если его поймают на какой-нибудь ошибке и начнут шантажировать, мистер Фань придёт ко мне и сам во всём сознается. Готовый понести заслуженное наказание.

Взвесив все за и против, решил всё же взять этого человека на работу. Потому что мистер Фань обещал заботиться о моей семье, удовлетворять все её потребности и вовремя докладывать, чем занимаются мои беспокойные сёстры, а главное, что они замышляют против брата?! И не крутятся ли поблизости от них подозрительные типы в дырявых носках, с признаниями в вечной любви. Обещая после свадьбы обеспечить счастливое будущее своих жён, за их же деньги. До следующей вечной любви.

На такой случай, следуя совету из одного литературного произведения, планировал купить себе охотничье ружьё и назвать его Максимилианом. После чего знакомство с потенциальным шурином будет происходить по схеме: я, Максимилиан и спасающийся бегством проходимец.

В этот момент я даже не подозревал, что в кладовке уже давно стоит набор клюшек для крикета, расписанный женскими именами. Рядом с коробкой для дохлой крысы, пузырька со слабительным и тщательно спрятанного шарфа болельщика, на котором вместо названия футбольного клуба было написано — Я проститутка! Так что в этом отношении братец ушёл не так уж и далеко от более расторопных сестёр.

На следующий день, разобравшись с учёбой и съёмками, вспомнил о своём позабытом секретаре. Хотя мисс Кольридж исправно каждый день присылала отчёты о подготовке к открытию моего спортивного клуба. Как приятно слышать это ласкающее слух определение. К этому времени уже закончив выполнение всех остальных поручений.

Позвонив секретарю, сообщил, когда я подъеду осматривать своё рабочее место. Под которое забрал кабинет бывшего директора, находящегося на втором этаже здания, а мисс Кольридж выделил приёмную, чтобы она не чувствовала себя подвешенной в воздухе. Знала где может спокойно заниматься своей работой, хранить документы, пить чай и вести переговоры. Не по окрестным же кафешкам их назначать. Да и когда знаешь, где твоё рабочее место и в чём заключаются обязанности, то появляется уверенность в завтрашнем дне. А то ещё подумает, что я её совсем не ценю и наше сотрудничество кратковременное.

Поскольку сёстры до сих пор думали, что моя затея со спортивным клубом всё ещё из разряда — мечтаю о…, да и вообще, несерьёзная, упоминаемая только из хвастовства, решил сделать им приятный сюрприз. Как в тот раз, с покупкой дома. Поэтому перед поездкой в Школу Героев обзвонил сестёр и предупредил, что мы сегодня идём в одно очень хорошее место. Деньги за его посещение уже уплачены, так что возражения не принимаются. Если не хотят ехать, то пусть их вернут. Узнав, о какой сумме идёт речь, они коллективно заявили о том, что я дурак, транжира, сатрап, эгоист, не дождусь, и чтобы заехал за ними на машине. Тоже мне избалованные принцессы. Теперь общественный транспорт для нас всё? Фу и фи? Немного поворчав для вида, милостиво согласился.

* * *

Повесив трубку, Аманда Кольридж ещё раз мысленно проверила список поручений босса. Не упустила ли чего? Затем оценила то, что уже было сделано и то, что только предстояло. Ища недостатки в своей работе. Похоже, настал тот день, когда будут подводиться её промежуточные итоги.

Перед отъездом сэр Йохансон поручил Аманде полностью взять на себя проект спортивного клуба. Поставив достаточно ответственную задачу. Потребовавшую больших расходов, которые пришлось оплатить с его банковского счёта. Если выяснится, что Аманда облажалась, то у неё могут возникнуть проблемы. Из-за этого женщина немного нервничала. Она ведь ещё не знала характера и привычек своего начальника. Будет ли он придираться из-за каждой мелочи? Требовать отчёт за каждый пенни? Выдвигать непомерные или необоснованные требования? Дёргать её каждые пять минут по самым незначительным поводам? Заваливать работой до поздней ночи? Или начнёт флиртовать, рассчитывая на что-то большее, чем указано в трудовом контракте.

С другой стороны, каждая новая работа, это не только риски, но и возможности. Возвращаться на грязный, вонючий овощной склад Аманда Кольридж без боя не собиралась. Тут ей хотя бы позволили себя проявить. Да ещё за большую зарплату. Поверив в неё, а это дорогого стоило.

Бывший владелец этого здания оставил после себя только голые стены и минимум оборудования, так что всё недостающее пришлось закупать. Оббегав десяток похожих спортивных клубов, выясняя, чего не хватает, она постаралась, чтобы здесь всё стало идеально. Собственного опыта в этой области у неё пока не было, так что приходилось полагаться на чужой. А ещё в этом клубе пришлось делать косметический ремонт. Для чего Аманда обратилась в дизайнерскую фирму, чтобы получилось красиво. Доверив это дело профессионалам. Были полностью переделаны несколько кабинетов, включая директорский, куда она купила новую мебель. Также по каталогам заказала всё необходимое спортивное снаряжение и всякие расходные материалы, вроде полотенец, чистящих средств и бутылок с водой. Даже об огнетушителях пришлось позаботиться. Наняла от имени босса нескольких сотрудников, чтобы поддерживать клуб в рабочем состоянии. Словом, много чего успела сделать за короткое время, за что теперь ей предстояло отчитаться.

Позвонив охраннику, Аманда предупредила того о скором приезде сэра Йохансона. Этого человека, из бывших военных, привёл мистер Вилсон. Насколько она поняла, занимающий должность начальника службы безопасности босса. Не забыв уточнить, знает ли он, как выглядит их главный босс? А то будет не смешно, если сэра Йохансона не пустят в его клуб, его же люди.

* * *

После ухода Эрика, команда Чёрных рыцарей Святой Анны, собравшись на очередную тренировку, вновь затронула тему загадочного ранения их лейтенанта. Чем упорнее он отказывался раскрывать подробности того, как именно умудрился напороться на гвоздь, да ещё выше колена, тем сильнее ребят разбирало любопытство. Ведь вокруг Эрика постоянно что-то происходило. Поэтому после пробежки, во время небольшой передышки, окружив Рэдклиф, они с большим интересом прислушивались к её разговору по телефону. После которого Кейси объявила с несколько удивлённым видом.

— Ничего не поняла, но было очень интересно.

— Я тебя сейчас стукну, — пригрозила нетерпеливая полячка. — Не закручивай интригу. Что узнала? По глазам же вижу, что что-то выяснила. Отпираться бессмысленно.

— Если верить моему источнику, у которого есть свой надёжный источник в окружении Рашми Чамар, начальницы Эрика, то он пострадал вовсе не из-за гвоздя. Его подстрелили из арбалета, в каком-то шотландском замке.

— Вау! — ахнули поражённые слушатели, переглянувшись между собой.

С выражением восторга, любопытства и удивления.

— А что он там делал? — с заблестевшими глазами, желая узнать больше подробностей, спросила Бейбер.

— Не знаю. Источник сказал, что никакой официальной информации об этом нет. Но…, — сделала эффектную паузу, заставив всех напрячься в ожидании продолжения, — ему по секрету шепнули, что кто-то на выходных похитил мисс Рашми Чамар. И следы похитителей как раз вели в Шотландию! Рэдклифы отправили за ней группу быстрого реагирования, поскольку она работает на мою мать, но вернуть учёную не удалось. Однако вчера мисс Чамар сама вернулась в Лондон, вместе с Эриком. А перед этим, они провели несколько ночей в каком-то старинном замке, на озере. То ли прятались там, то ли чего-то выжидали. В замке на Эрика было совершено покушение. Ночью, проникнув в спальню, кто-то попытался застрелить его из арбалета. Но наш лейтенант сумел отбиться. Будучи практически в одних трусах.

Скорость рассказа понемногу увеличивалась, как и эмоциональность взбудораженной шокирующими новостями Кейси.

— А потом он, вроде как, сняв со стены средневековый меч, бросился преследовать убийцу, который попытался сбежать сначала по карнизу замка, а потом перебрался на крышу. В конце, забравшись на край крепостной стены, тот спрыгнул в озеро и уплыл, — на этом месте принцесса Кэтрин удивлённо моргнула. — Из-за раны Эрик был вынужден прервать преследование. Если бы не это, он бы с ним, конечно же, легко расправился. Тоже прыгнув в озеро.

— Офигеть! — выдохнула восторженная Гриффин, которая почти на всём протяжении рассказа не дышала.

— А это точно правдивые сведения? — засомневалась Сомерсет.

— Абсолютно. За кого ты меня принимаешь? — обиделась Кейси. — Принцесса Эдвардс может всё подтвердить, — перевела на неё стрелки.

Теперь взгляды собравшихся скрестились на смутившейся принцессе.

— А она-то здесь при чём? — недоумевающе спросил Даниэль.

— Так этот замок принадлежит её дальним родственникам. Стюартам. Вроде на букву Г начинается, — нахмурившись, попыталась вспомнить его название. — То ли Ганон, то ли Генан, не помню точно.

— Принцесса, а вы об этом ничего не слышали? — удивилась Виардо.

— Да, кое-что слышала, — призналась Кэтрин, поняв, что скрывать этот факт больше не имело смысла. — Эрик с мисс Чамар действительно гостили на этих выходных в замке Глэнан, где произошло небольшое ЧП. Но я не хочу это обсуждать. И попрошу вас не распространять странные, неподтверждённые слухи о моих родственниках, — обратилась к собравшимся с просьбой.

— Я так и знала! — завопила радостная Гриффин.

— Неожиданно, — удивился Даниэль, завидуя другу.

— Интересно, он и правда собирается использовать спортивный клуб в качестве прикрытия? — обескураженно спросила Сомерсет, не рассчитывая на ответ.

Маргарет Бедфорд, как и Эльза Браунфельс, по-прежнему сохраняли молчание. Однако на их лицах можно было заметить серьёзное беспокойство об Эрике. Впрочем, француженка тоже озабоченно хмурилась.

* * *

Приведя сестёр в спортивный клуб, объявил о том, что я записал в него Ханну.

— Теперь можешь тренироваться здесь в любое время. А то точно когда-нибудь разнесёшь наш дом. Золотую карту члена клуба Школы Героев я тебе позже отдам. Как только её сделают. На специальной площадке можешь отрабатывать силовые приёмы. Теория хоть и важна, но без практики она ничего не стоит.

Подозрительно оглядев пустой тренажёрный зал, новенький, аж блестевший от чистоты, Ханна с подозрением спросила.

— А почему здесь никого нет? Только не говори, что ты договорился с охранником, чтобы он пустил нас в закрытый зал.

В её голосе послышалось беспокойство. Хоть о деньгах не упомянула и то хорошо. Начала уже привыкать к мысли, что Йохансоны стали чуть богаче, чем раньше и могли позволить себе не только скакалку. Однако ещё не избавилась от привычки на всём экономить. Более беззаботная Марта, пока сомневающаяся Ханна раздумывала, а не свалить ли, пока нас не застукали, уже пыталась снять со стойки тяжёлые гантели. Поэтому приходилось за ней приглядывать из опасений, как бы их себе на ногу не уронила от избытка энтузиазма и недостатка физической силы. Из-за чего упустил из вида Эдит, которая уже где-то потерялась. Жаль, не могу посадить сестёр на поводок, чтобы не разбегались. Хорошо хоть вскоре наша свободолюбивая художница вернулась, вытирая мокрые волосы полотенцем.

— Конечно, тут будет пусто, — увидев её и успокоившись, ответил Ханне. — Этот спортивный зал только вчера открылся. У него пока даже вывески своей нет. Но зато сюда скоро будет ходить твоя подружка — Кейси и Маргарет. Вместе с другими членами моей команды. Так что не смотри, что клуб выглядит несколько странно, — попытался придать ему большую ценность.

— Понятно, — кивнула сестра. — Ну и? — вопросительно на меня посмотрела.

Эдит зашла справа. Марта слева. Ханна встала спереди. Посмотрев на их серьёзные лица, что-то мне стало тревожно.

— Признавайся, зачем притащил нас в этот клуб? — тоном прокурора потребовала Ханна. — Предупреждаю сразу, убираться в нём мы не будем. Распространять флаеры, зазывать новых посетителей с улицы, в каких-нибудь дурацких костюмах, тоже. Лучше скажи по-хорошему, на что ты пытаешься нас подписать?

Ну что за жизнь? Почему мне никто не верит? Даже родные сёстры.

— Да, — поддержала её разважничавшаяся Марта.

Демонстративно подбрасывая в руке самую маленькую и лёгкую гантель. Из тех, которую только смогла найти. Так вот для чего «добрая девочка» их выбирала.

— Не поверите. Чтобы вы занялись своим здоровьем и следили за фигурой. Что за дурацкий вопрос? Дело в том, что это мой клуб, а вы мои сёстры. Не находите общую связь? — посмотрел на них с иронией.

— Твой? — выражение лица у Ханны стало несколько глупым.

— Ну да. Я потратил много денег и купил это здание, открыв в нём спортивный клуб, специализирующийся на использовании силового снаряжения. Это будет элитный клуб рыцарского уровня. Так что вас по правилам Школы Героев вообще сюда не должны были пускать. Я сделал для вас исключение, а вы в меня гантелями тычете. Где ваша совесть?

— Там же, где твоё трудолюбие, — на автомате огрызнулась растерявшаяся Ханна.

— Чёрт, придётся поставить флакон с шампунем на место, — скрывая своё смущение, наигранно вздохнула Эдит.

— И полотенце верни, — строго на неё посмотрел. — Ты не в отеле на курорте.

— Да забудь ты уже про тот раз. Это было давно и у нас тогда не было денег, — ещё сильнее стушевалась сестрёнка.

— Который из четырёх? — сварливо поинтересовался.

— Ну хорошо, два раза. Другие два полотенца, халат и тапочки вынесла Ханна.

— Эдит! — яростно рявкнула Ханна, не ожидав от сестры такой подставы.

Выпучив на неё глаза.

В то время мы были глупыми детьми и хотели помочь матери. Сделать ей приятно. Думали, что эти вещи входят в стоимость путёвки. Теперь о том случае вспоминали со стыдом. Или со смехом, в зависимости от обстоятельств.

Оставив сестёр осваиваться в клубе, отправился проверять мягкость директорского кресла. Пока меня не опередили. Хочу быть первым. Нужно же узнать, насколько правдивы слухи, распространяемые в сети, о том, что в нём сидеть приятнее, чем в кресле подчинённого. Даже если они из одной серии.

В приёмной поздоровался с мисс Кольридж. Пока обсуждал с ней рабочие вопросы, на внутренний телефон секретаря позвонил охранник и сообщил, что пришла какая-то девушка, которая спрашивает меня.

— Она представилась? — уточнила мисс Кольридж, держа трубку.

— Да. Сказала, что её зовут Амелия Адамс.

— Подожди. Сейчас узнаю насчёт этой девушки, — вопросительно на меня посмотрев, дождалась кивка. — Пусть проходил. Направь её в мою приёмную.

Попросив Мисс Кольридж приготовить нам с Амелией чаю, поспешил занять своё рабочее место. Приготовившись изображать важную зад… Нет, не так. Очень занятого, молодого, перспективного человека.

Оценив удобство вращающегося кожаного кресла, решил почаще сюда приезжать. Обстановка и отделка в кабинете мне тоже понравились. Мисс Кольридж проделала отличную работу.

— Сэр Йохансон, к вам леди Амелия Адамс, — по селектору доложила секретарша.

Быстро себя оглядев, уняв лёгкую нервозность, расправив плечи и рукава пиджака, с деланной невозмутимостью попросил её впустить. Зайдя в кабинет, Амелия первым делом с любопытством огляделась и только потом посмотрела на меня.

— Хороший кабинет, — похвалила, приблизив мисс Кольридж к получению премии.

Как честный человек, секретарша ей теперь за это должна шоколадку.

— Рад, что тебе понравилось. Присаживайся. Чаю? Кофе? Виски?

Увидев резко изменившийся взгляд, опешившей от неожиданности, Амелии, извинился.

— Прости, забегаю вперёд. Пожалуй, лучше начать с чаю.

— Безусловно, — рассмеялась девушка, поняв, что я пошутил.

Что позволило нам обоим немного расслабиться. После того, как секретарша принесла чашки с чаем и вазочку с печеньем и вышла из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь, полюбопытствовал.

— Честно говоря, не ожидал тебя здесь увидеть. Как ты узнала про это место?

— От Дженкинс.

— А староста откуда о нём знает? — удивился, не припоминая, чтобы при ней делился своими планами.

— От Рэдклиф.

— А Рэдклиф…, — на автомате начал спрашивать раньше, чем понял, что с этим поспешил. — Ах, ну да. Это же Рэдклиф. Надо будет её поблагодарить упаковкой крестообразного пластыря для губ. Насколько я понимаю, ты в этот клуб пришла не записываться. Тогда зачем? Неужели для того, чтобы проведать друга?

— И это тоже, — поощрительно улыбнулась девушка.

Но почти сразу же стала серьёзной.

— Если быть точнее, я хотела попросить тебя об одолжении. Хорошо оплачиваемом, — подчеркнула. — Мне правда нужна твоя помощь.

В отличие от моих сестёр Амелия привыкла мерить всё в деньгах. Даже дружескую помощь. Она очень прагматичная девушка. Попросил её рассказать, в чём дело.

— У моей семьи много разных активов. Один из них — большая доля в фармацевтической компании Слайтекс. Поэтому мы имеем право назначать в совет её директоров двух своих людей. К одному из них у меня нет вопросов. Но вот второй, — Амелия помрачнела. — Директор Эндрю Бейн. Я ему совершенно не доверяю. Судя по отчётам, к его работе нет никаких претензий. Он стабильно приносит нашей семье неплохие деньги. Успешно руководит отделом разработок. Его идеи приносят прибыль.

— Однако…? — мягко подтолкнул к продолжению.

Показывая, что внимательно её слушаю.

— У меня стойкое впечатление, что он нечист на руку. Если посчитать все его расходы, включая взятки, подарки и развлечения, то он тратит больше, чем зарабатывает. Намного больше. По бухгалтерии Слайтекса не видно того, что он у нас банально ворует. Иначе бы мой отец давно от него избавился. Также он очень неплох в лести и расположении к себе других людей. Говоря проще, хорошо умеет вылизывать задницы начальству. Принося ему деньги в коробках из-под обуви, поскольку в конверты те чаще всего не помещаются. Ещё одним аргументом в пользу директора Бейна служат его весьма обширные связи. Благодаря чему Слайтексу удаётся решать сложные вопросы.

— Если он такой способный и полезный человек, зарабатывающий где-то на стороне, то в чём проблема? Он продаёт секреты компании? — пока не видел за что зацепиться.

— Проверяли. Доказательств не нашли. У полиции тоже нет к нему вопросов. Но так не бывает. Человек его склада ума не может быть кристально честным. Я несколько раз замечала, когда отец не видел, как директор Бейн смотрит ему в спину. Без страха, с превосходством и будто бы насмешкой. Директор любит деньги, дорогие машины и часы. А ещё, женщин. Ты бы видел, как он иногда на меня смотрит. Очень неприятный тип. Сколько раз с ним разговаривала, постоянно в этом убеждалась. Правда, стоит признать, дальше взглядов и подозрительных усмешек директор Бейн ни разу не заходил. Соблюдает определённые границы. Умеет подбирать правильные слова.

Она его хвалит или ругает?

— Хорошо, он тебе сильно не нравится. Не злись. Его тут нет. Так в чём тебе нужна моя помощь? Только не говори, что хочешь, чтобы я его избил? — посмотрел на неё с недоумением.

Амелия на несколько секунд замялась, подбирая слова. Видимо, ей было неудобно об этом просить.

— Я хочу, чтобы ты его проверил. Убедился, беспочвенны ли мои подозрения? Правда ли, что он у нас не ворует? Ты же умеешь влезать в головы людей, — скромно потупила взгляд. — Не волнуйся, о том, что ты менталист я никому не говорила.

— А сама-то откуда об этом узнала? — не сильно удивился её признанию.

— Ну я же не дура, — хмыкнула девушка, на мгновение сбросив маску застенчивости.

Она точно знала чего хочет и зачем сюда пришла.

— Собрала кое-какую информацию. Внимательно просмотрела записи твоих боёв. Проанализировала свои наблюдения. К тому же, тебе дали магистра явно не за огромную разрушительную силу.

— Допустим, что это правда, — не стал отпираться. — Но ты же понимаешь, что просишь меня нарушить закон? Неприкосновенна не только чужая жизнь, частная собственность, но и конфиденциальная информация.

— А это смотря как всё объяснить. И то, только в случае, если нас поймают с поличным. Не беспокойся, я всё продумала, — заверила обрадовавшаяся Амелия, увидев, что я не сильно-то и возражал.

Это не значило, что я с лёгкостью готов нарушать закон. Просто мне для этого нужна серьёзная причина. И то, на данный момент могу перешагнуть далеко не через все запреты. А то как-то загнал Нору в тупик вопросом, можно ли нарушить закон ради спасения чьей-то жизни? На что получил интересный ответ. С точки зрения права, нет. С точки зрения человеческой морали, да. Нужно только выбрать, что для тебя важнее? Свой выбор я давно сделал.

Амелия поделилась своим планом, поблагодарив за то, что согласился её выслушать. Не став ничего отрицать или с ходу отвергать. Сказала, что полностью мне доверяет и не боится, что я её сдам.

По словам девушки, операцию она назвала — «Песочный человек». Аманда сообщила, что позаботится о том, чтобы директор Бейн вернулся в свой Лондонский особняк в состоянии сильного алкогольного опьянения. С женщиной низкой социальной ответственности. Он уже несколько лет находится в разводе, так что часто приглашает в гости подобных дам.

Ночью, когда директор вырубится, если потребуется, с помощью «волшебной» таблетки, эта женщина впустит нас в дом и исчезнет в ночи. Амелия пообещала, что проблем с ней не будет. Дальше мы входим и пока я проверяю память директора, она меня прикрывает, на случай появления полиции. Мало ли, ну а вдруг произойдёт какая-нибудь случайность? Амелия в качестве рабочего варианта предложила законный повод для позднего визита к мистеру Бейну. Якобы он сам ей позвонит и скажет, что хочет сообщить какую-то важную информацию. Этот звонок она подделает. Также пообещала защитить меня и от гнева отца, и от претензий со стороны Слайтекса. Разделив ответственность. Сказав, что так будет справедливо.

А ещё, о чём не стала говорить, оценить её ум и заботливость. И про внешность не забыть!

Если всё пройдёт как нужно, то никто ничего не заметит. Мы же не собирались грабить директора или как-либо ему вредить. Вся информация, не относящаяся к обману семьи Адамс, останется в голове мистера Бейна. Никакого шантажа или её передачи на сторону не планировалось. Даже если он окажется не самым хорошим человеком. Это было моё условие. Если директора не удастся довести до бессознательного состояния, то операция будет либо отложена, либо отменена.

— А почему ты не обратилась к отцу? Раз уж всё зашло так далеко?

— Я уже просила отца провести проверку. Директор Бейн её прошёл, — с досадой ответила Амелия. — Он знает, что мы сильно не ладим. Посчитает, что хочу доставить его подчинённому неприятности только лишь из вредности и предвзятого отношения. А я пытаюсь доказать, что предчувствия меня не обманывают. Чтобы отец чаще ко мне прислушивался и больше доверял, — бросила на меня быстрый взгляд. — Люди Адамсов в первую очередь служат главе семьи, а не его дочери. Боюсь, если их привлеку к этому делу, то отец обо всём узнает и у меня будут серьёзные неприятности.

— Рад, что ты пришла поделиться этим со мной, — тепло улыбнулся, отчего-то засмущав девушку. — Не люблю копаться во всяком мусоре, но ради тебя пойду…

Дверь внезапно приоткрылась и из-за неё одновременно выглянули три головы. Расположившись друг над другом, в зависимости от роста сестёр, смотрящих на меня очень пристальным, подозревающим в измене взглядом.

— Где мисс Кольридж? — удивился, увидев, как им никто не мешает заниматься какой-то фигнёй.

— Я сказала, что там кран в душевой прорвало. Попросила сходить, разобраться, пока тут всё не залило, — сообщила Эдит.

— А чем это вы тут занимаетесь? — вкрадчиво поинтересовалась Ханна.

— Да? Чем? — поддержала её, забавно насупившаяся, Марта, высунув из-за двери телефон, показывая, что собирается кому-то позвонить.

Держа палец на кнопке вызова. Вот ведь засранки. Нужно срочно что-то делать, пока они не устроили тут балаган.

— Чай пьём. Знакомьтесь, леди Амелия Адамс. Входит в топ пятьдесят завидных невест Англии. И в топ пятьдесят богатейших. Владеет акциями десяти крупнейших компаний. Будущий серьёзный игрок на инвестиционной бирже. Кандидат на диплом отличницы школы Святой Анны. Графиня, — разогнавшись, продолжил перечисление её достоинств.

Включая рост, вес, три размера, знак зодиака и любимое блюдо. Вряд ли после Африки она успела сильно измениться.

«Трёхголовое чудовище» задумалось. Телефон медленно скрылся за дверью. Вместо него показался кулак с поднятым вверх большим пальцем.

— Я против, — после короткой паузы недовольно заявила Ханна, посмотрев вниз.

— Сейчас обсудим, — успокоила её Эдит, посмотрев вверх.

Головы поочерёдно убрались за дверь, которая за ними плавно закрылась. Из приёмной до нас донеслись приглушённые голоса. Причём одновременно все три.

— Ч-ч-что эт-то было? — заикаясь, спросила шокированная Амелия, с трясущейся в руках чашкой.

Смотря на меня широко раскрытыми глазами. Стремительно краснея прямо на глазах.

— Лучше не спрашивай. Так на чём мы остановились?

Как будто ей сейчас было хоть какое-то дело до директора Бейна.

Глава 5

Сидя ночью в машине, припаркованной в какой-то подворотне, без света, у мусорных баков, испытывал навязчивые ощущения, что я уже где-то это видел. Вилсон тихо разговаривала с водителем Юнем. Сильно хотелось спать. Чувствовался лёгкий голод и беспокойство, связанное с кучей непростых вопросов. Получится ли у нас? Не возникнут ли непредвиденные обстоятельства? Правильно ли я поступаю? Только в отличие от прошлого раза, с нами в микроавтобусе находилось ещё трое человек: Амелия Адамс, мисс Полар и мистер Фридман.

Как это обычно бывает, любой план казался идеальным ровно до тех пор, пока не начинал реализовываться. А потом, по мере развития событий, обязательно возникают какие-нибудь неучтённые факторы, чаще всего человеческие, с которыми приходится что-то делать. В нашем случае это проявилось в том, что мы забыли, что не являлись игроками одиночками, оторванными от своего окружения. После Африканских каникул, получив хорошую нервотрёпку и солидный штраф, личная служанка и телохранитель Амелии больше глаз не спускали со своенравной девушки. И когда она ночью, тайком выскочила из дома, то её уже ждала машина с сопровождением. Не считая неприятного разговора. Амелия, чувствуя свою вину, извинившись, всё же смогла найти с ними общий язык. Поговорив откровенно, по душам.

Чтобы госпожа от них больше не сбегала и где-нибудь не свернула себе в конце концов шею, мистер Фридман и мисс Полар пообещали изменить приоритеты. То есть, сначала учитывать пожелания Амелии, храня её секреты и не становясь для госпожи препятствием, а только потом, графа Адамса. Если дело не касалось вопросов жизни и смерти.

У меня ситуация схожая. Так же, как я заботился о тех людях, которых считал своими, они искренне отвечали мне тем же. Беспокоясь, как бы со мной не случилось чего плохого. Связывая своё будущее с господином, который только учится быть взрослым и ответственным человеком, иногда всё ещё ведя себя слишком по-детски.

Когда я таким же образом, как и Амелия, собирался покинуть дом, сёстры Цзя это заметили. Они тут же рванули к дворецкому, советоваться, стоит ли им вмешиваться в дела господина? Мистер Фань разбудил Габу, потребовав, чтобы тот проводил сэра Йохансона. А то мало ли что со мной может произойти в ночном городе, во время пешей прогулки. Водителя Юня я не вызывал, он это проверил в первую очередь. Габа позвонил мистеру Вилсону, считая его начальником охраны. Пытаясь выяснить, что господин задумал? Брать ли ему с собой гранаты, или можно обойтись тесаком? Кристофер связался со мной и поинтересовался, что за самодеятельность? Если уж я дал ему работу, платил деньги, помог с жильём и лечением, так почему мешаю её выполнять? Довольно прямолинейно объяснив, что я уже не одиночка. От меня зависит много людей, у которых есть свои обязанности, гордость и чувство ответственности. Или для меня это ничего не значит? Уж не считаю ли я их бесполезными? Если господин затеял что-то рискованное или идёт в опасное место, то он должен его предупреждать. Не для того, чтобы Кристофер меня отговаривал, а чтобы знать, где я нахожусь и понимать, нужно ли предпринимать по этому поводу какие-то дополнительные меры безопасности?

Его дочка сегодня подрабатывала в ночном клубе, барменом, как раз недалеко от того района, куда я направлялся, так что Брина была оперативно подключена к операции «Песочный человек». Примчавшись на своём спортивном мотоцикле, в облегающем кожаном комбинезоне и мотошлеме. Подбросила меня до нужного места, куда водитель Юнь пригнал микроавтобус, который мы до сих пор арендовали.

Дальше наш с Амелией план был быстро дополнен. Мистер Вилсон занял наблюдательный пост чуть дальше по улице, на перекрёстке, чтобы видеть все проезжающие мимо машины. Габа встал у выхода из переулка, наблюдая за домом директора Бейна. Отпугивая припозднившихся прохожих своим бандитским видом. Итого маленькое, плёвое дело незаметно превратилось во что-то большее. И это я ещё не знал о двух квадрокоптерах, зависших высоко в небе, над этим кварталом. Одна любопытная особа, привыкшая засиживаться допоздна у компьютера, переодевшись в тёплую пижаму, запаслась печеньками, кофе с молоком и приготовила аудиоплеер. Готовясь наслаждаться зрелищем.

— Да когда же она подаст сигнал?! — Амелия уже вся извелась.

С каждым пройденным часом девушка нервничала всё сильнее. Глядя на лица всех остальных пассажиров микроавтобуса, можно было подумать, что им на проводимую операцию абсолютно наплевать. Это добавляло ей ещё больше беспокойства.

— Может, ей позвонить? — задумалась леди Адамс.

— Ни в коем случае, — остановил её от опрометчивого поступка. — Ждём.

Наконец Габа по рации передал, что кто-то открыл калитку ворот дома директора Бейна.

— Вижу женщину. Вышла на улицу. Остановилась. Оглядывается. Нагнулась и протёрла обувь белым платком. Теперь уходит. Дверь оставила открытой.

— Отлично. Это условный сигнал, что всё в порядке. Можем идти, — обрадовалась Амелия, испытывая большое облегчение.

— Не спеши, — остановил девушку. — Выждем ещё пару минут. Брина. Проследи за этой женщиной. Если задержится в квартале или начнёт кому-нибудь звонить, предупреди.

— Принято, босс, — кивнула Брина, застёгивая молнию на комбинезоне.

Заставив меня взглядом проследить весь путь замка, от ложбинки груди до подбородка. Даже не заметив этого. Зато заметила насупившаяся Амелия.

— В дом войдём впятером. Я, Амелия, мистер Фридман, мисс Полар и Габа. Кристофер останется наблюдать за округой, — принялся отдавать дальнейшие распоряжения. — Напоминаю ещё раз. Ничего не трогать. Свет не включать. Не шуметь. Смотреть под ноги. Проверьте все комнаты, чтобы убедиться в отсутствии посторонних. Не забудьте надеть перчатки, — что при них же и сделал.

В дом мы попали без каких-либо затруднений. Входная дверь была открыта. Сигнализация выключена. Свет погашен. Соседи жили не прямо под окнами. Не считая спящего в огромной кровати директора Бейна, от которого ужасающе разило спиртным, больше никого в особняке не обнаружили. Когда Амелия попала в спальню и увидела голого, потного мужика, с ногами, забрызганными телесными жидкостями, разлёгшегося на влажной простыне, с разбросанными вокруг использованными презервативами и пустыми бутылками, то, как приличная леди, моя спутница посчитала своим долгом покраснеть и отвернуться. Но как преступница и любопытная девушка, оказавшаяся в интимной обстановке с парнем, в комнате, где совсем недавно занимались этим, позволила себе подглядывать. Украдкой, сквозь слегка раздвинутые пальчики, чтобы я не посчитал её развратной.

Заглянувшая в спальню мисс Полар поняла всё с одного взгляда и тут же увела Амелию, пока та не перешла к следующему шагу. Или не ляпнула какую-нибудь глупость. Тихо напоминая, что приличным девушкам в таких местах делать нечего, а неприличным, в нашей компании. Госпожа ещё не прошла стадию конфетно-цветочного периода, чтобы даже задумываться о таком. Вялые трепыхания Амелии, желавшей остаться, были решительно пресечены. Суровая у неё служанка. Непреклонная и правильная. Не то что хитрые сестрёнки Цзя. Эти бы начали заверять, что их господин во всём лучше, чем директор Бейн, вгоняя меня в краску. Бесстыдно разглядывая бессознательное тело жертвы. Оправдываясь тем, что делают это по работе, а значит, им можно.

Ладно, нужно по быстренькому убедиться, что подозрения Амелии беспочвенны и поскорее покинуть этот дом. Стараясь ни к чему не прикасаться, брезгливо морщась и внимательно смотря себе под ноги, подошёл к кровати. Активировав силовое снаряжение, принялся нащупывать потайные дорожки в воспоминания мистера Бейна. Пронизывая его своим А-полем сверху донизу. Стараясь быть очень осторожным, чтобы не причинить ему вреда. Он был обычным человеком, а не одарённым. Алкоголь и наркотик, который всё же обнаружился в его крови, значительно облегчили мою работу. Торопиться было некуда, поэтому я делал всё шаг за шагом. Учась выборочному сканированию памяти прямо в процессе.

Погрузившись в глубины подсознания директора Бейна, синхронизируя наши мозговые волны, начал видеть сменяющие друг друга сцены из его прошлого. Пока не наткнулся на…, а вот тут я сильно удивился и насторожился, блокировку. Доступ к определённым воспоминаниям этого человека был прочно закрыт. Почувствовав, что мне не хватает силы восприятия, следуя подсказкам Оракула и моей интуиции, сосредоточился. Постарался понять, что же мне мешает?

Когда догадался в чём дело, нахмурился. Кажется, мы сунулись туда, куда не следовало. В мозгу мистера Бейна обнаружилась масса крохотных инородных тел. Если не ошибаюсь, это какие-то наномашины. Оракул показывал, что при попытке выудить из головы директора запретную информацию, они его убьют. Амелия ни о чём подобном не предупреждала. И что теперь делать? Хотя, раз уж я здесь, попробую обойти или отключить защиту. Не получится, значит, не получится. Это же не принципиальный вопрос. Амелия может найти доказательства его преступлений, если они есть, и другим путём.

Через десять минут, резко вспотев, несмотря на ночную прохладу, схватился за рацию, переключаясь на общую волну. Чувствуя прилив адреналина, торопливо сообщил.

— Внимание всем. Код красный. К нам гости. Будут здесь с минуты на минуту. Кристофер, — из-за нехватки времени и серьёзности ситуации обошёлся без лишней вежливости, — займи позицию у микроавтобуса и жди команды нас забрать. На тебе охрана транспорта. Прежде чем будем уходить, придётся разобраться с гостями. Иначе столкнёмся с проблемной погоней. У них фантомные МД, — дал подсказку. — В доме установлена хитрая, интеллектуальная система безопасности. Сработал триггер на количество одновременно находящихся в нём людей. Поблизости от особняка оборудованы две конспиративные квартиры с группами зачистки. Из того, что я узнал, в них входят какие-то искусственно созданные монстры. Из людей, ставших похожими на живых мертвецов. Их чем-то накачали. Мозгов почти нет, в переносном смысле, но зато очень сильны, живучи и целеустремленны. У них приказ не допустить утечки информации, если Бейн будет раскрыт. Он оказался шпионом какой-то тайной организации. Работает на Адамс только для прикрытия. Габа, перекрываешь кухню на первом этаже. Фридман, за вами лестничная площадка второго этажа, — отдал команду телохранителю Амелии.

Сейчас было не время выяснять кто кому подчиняется. Если не дурак, послушается.

— Амелия, бегом в кладовую, на втором этаже. Ту, что рядом с лестницей. Полар, с ней. Запритесь и ждите. Я к главному входу. Услышите команду, — «На выход», все бежим к воротам! Садимся в микроавтобус и сваливаем отсюда. Убедитесь, что не оставили за собой следов. Отпечатков пальцев, обуви, частей одежды, крови, если до этого дойдёт. Выполнять!

Выдав инструкцию, поспешил уничтожить SSD накопитель, на который делалась запись со скрытых камер и микрофонов, установленных по всему дому. Хотя он был надёжно спрятан и защищён, но не от точечного импульса А-поля большой мощности, который мигом выжег всю его электронную начинку. И не понадобилось никакой взрывчатки. По-другому его быстро было не достать.

Директор Бейн меня больше не волновал. Пусть его дальнейшую судьбу решают другие люди. Как же я ошибался, считая, что нам некуда спешить. Что это лёгкая работёнка. Что дело касается обычного мошенника. Что семья Адамс потом сама со всем разберётся. И вообще, никто даже не узнает, что мы здесь были. А что в итоге? Закинул удочку на карася, а зацепил ихтиозавра. Помог, называется. Захотел покрасоваться перед девушкой.

Добежав до входной двери, спрятался за стену. Приготовился к встрече с противником. О том, что любые переговоры с ним бессмысленны, я уже знал. Оракул показывал десятки вариантов ближайшего будущего, один хуже другого.

Про то, что визитёры будут похожи на живых мертвецов, я не соврал. Они были по «самые брови» накачены жутким коктейлем из вирусов, биохимии и наномашин, названным Нокси. Из-за которого подверглись целому комплексу воздействий на разум и тело. Директор Бейн не знал всех подробностей. Он отвечал только за свою часть программы, связанную с поставками особых наркотиков и биохимических компонентов, необходимых для создания Нокси. По его сведениям, разум людей, принявших этот препарат, подвергался необратимым изменениям. Он словно погружался в глубокий сон, делая их похожими на роботов. Переводя под контроль компьютера, который управлял бедолагами с помощью попавших в мозг наномашин.

В квартирах, приближающиеся к нам, «живые мертвецы» хранились в специальных контейнерах, напоминающих гробы. Будучи погружёнными в подобие летаргического сна. Способные в таком состоянии длительное время обходиться без еды, воды, тепла, движения и даже, в какой-то степени, воздуха. Не знаю, какой шутник предложил называть таких людей объектами, тип — Август.

Помимо команды солдат из пяти человек, в каждом укрытии находилось ещё и по одному оператору тяжёлой фантомной брони, тип — Октябрь. Хотя их правильнее было назвать «ходячими батарейками», потому что сами они ничего не решали. Кроме того, в случае если понадобится выжать из них больше, чем было заложено природой, то эти батарейки становились одноразовыми. Зато на некоторое время, под воздействием наркотиков и стимуляторов, они могли превысить возможности своего ранга в несколько раз. К примеру, латник мог стать равным рыцарю, а рыцарь, магистру.

От дальнейших попыток разобраться в полученной информации меня отвлёк Оракул. Показав, что сейчас произойдёт. Дождавшись, когда в дом, изготовив к стрельбе штурмовые винтовки, проникнут два боевика противника, держа под прицелом каждый свою сторону, нанёс по ним внезапный удар А-полем. Своим самым сильным и универсальным оружием. Обоих мужчин в чёрных одеждах, с надетыми на них тактическими разгрузочными жилетами, набитых оружием и военным снаряжением, мгновенно прижало друг к другу. Словно магнитом. После чего их с противным звуком перекрутило, будто выжимаемую от воды половую тряпку. Если даже стальные винтовки смяло и изогнуло, чего уж тут говорить про человеческие тела. То, что от них осталось, стало выглядеть очень отвратительным зрелищем. Как только удерживающее мертвецов силовое поле исчезло, они рухнули на пол одной грудой окровавленного мяса.

Пригнувшись и закрывшись энергетическим щитом, переждал, пока закинутая в открытую дверь граната не изрешетит множеством осколков дорогую мебель и отделку дома. Спустя секунду, сформировав силовое лезвие, располовинил ворвавшегося после взрыва боевика. Энергетическим толчком отведя в сторону оружие его напарника, сосредоточившись на голове этого человека, поражающего своим удивительно безразличным выражением лица, сформировав небольшую сферу силового поля, без лишних затей раздавил её, как перезрелую ягоду, забрызгав стены мозгами. Что-то сегодня у меня слишком кроваво всё выходит. Но, зато быстро и эффективно.

Наверное, это подсознание так отреагировало на то, что сам же и назвал их живыми мертвецами. Хорошо, что не вампирами. Так, а где пятый? Если правильно помню, в каждой команде по пять боевиков.

Выйдя из дома и осмотревшись, обнаружил его лезущим по фасаду дома в окно второго этажа. После чего ослепительно синий луч чистой энергии разорвал меня пополам. Благодаря Оракулу вернувшись в начальную точку видения, словно включив обратную перемотку на видеомагнитофоне, прикрывшись энергетическим щитом, вышел за дверь.

Развернувшись лицом к более серьёзной опасности, активировал свой фантомный доспех, не сводя взгляда с двух огромных, механических рыцарей, облачённых в высокотехнологичную броню неизвестного мне вида. Стоявших на дороге. Недалеко от дома. У них были необычные, сплюснутые, сильно вытянутые забрала шлемов, утыканные линзами камер. Длинноствольные лучевые пушки на наплечных орудийных платформах. Мечи, со светящимися плазменным огнём насадками на лезвиях. Короткоствольные автоматические пушки в наручах. Странные усики антенн, торчащие из ранцев за спиной, с красными огоньками на конце. Сразу видно, серьёзные ребята. Вооружены явно не учебным силовым оружием, доступным школьникам, вроде меня.

Заглянув на несколько секунд вперёд, вовремя применил силовой приём С ранга, называющийся — Зеркало Фрейи. Создающий энергетический щит с функцией отражателя. Синий световой луч, толщиной с фонарный столб, преломившись о ставший видимым в месте соприкосновения силовой щит, ушёл в небо. А должен был пронзить особняк насквозь, так же, как и несколько следующих домов, прочертив в них длинную, дымящуюся борозду. При этом возникли такие ощущения, словно я голой рукой ухватился за раскалённую кочергу. Больно!

Не став изображать из себя лёгкую мишень, оставаясь на месте с видом выпучившего глаза, какающего шпица Амелии, бросился вперёд. Выдержав две очереди из ручных авто пушек, пока до них добежал, от большей части снарядов уклонившись, качая маятник, с ходу пробил защитный энергетический покров правого рыцаря. Похожий на мелкоячеистую сеть, невероятно прочную, тянущуюся. Это позволило мне срезать с плечевой платформы лучевую пушку, гулко грохнувшуюся на асфальт. А затем, увернувшись от вражеского меча, сделав поворот и сконцентрировав всю доступную энергию в одной точке на кончике клинка, двумя руками вонзить его в грудь противостоящего мне рыцаря. Точно рассчитав требуемые усилия, пробил многослойную, композитную кирасу насквозь. Отслеживая своим А-полем состояние противника, не мог не отметить несоответствие того, что видел и того, что чувствовал. Этим фантомным доспехом рыцарского класса управлял кавалерист, пылая на экране интерфейса, в энергетическом спектре, подобно факелу. Да он же сам себя убивает, испытывая при этом чудовищные перегрузки и сильнейшую боль.

Прикрывшись телом противника от лучевой пушки второго рыцаря, с помощью Оракула нашёл уязвимую точку его А-поля. Начав на неё воздействовать, дестабилизируя, поторопился вызвать эффект резонанса. В процессе чего, синхронизировавшись с чужим энергетическим полем, почувствовав, каково оно на «вкус», раздражённо поморщился. Очень мощное, плотное, заряженное до предела, но в то же время и какое-то «бездушное», что ли. Как будто я сражаюсь с бесчувственной машиной.

Поняв, что происходит, второй рыцарь без колебаний бросился на меня. Попытался покрепче ухватиться, чтобы создать неразрывную связку. Антенны за его спиной выдвинулись и напитались энергией. Согласно видению Оракула, он собирался создать круговой защитный барьер, закрывающий небольшую область с нами в центре. Состоящий из переплетающихся молний. Благодаря частицам Авроры, способный разрушать материю. По замыслу противника, он должен был схлопнуться, уничтожив всё, что окажется внутри него.

Поскольку такого счастья мне не нужно, рассеял опасный приём на этапе его формирования. А спустя несколько секунд, удерживая упорно сопротивляющегося рыцаря в тисках своего силового поля, довёл резонанс до критической точки. Полыхнуло знатно. Оператор фантомной брони мгновенно выгорел изнутри, превратившись в кучку тлеющего праха, а его доспех разорвало на части, местами ещё и расплавив, испортив мой героический внешний вид. Да и пускай, переживу.

Резонанс был ультимативным приёмом, способным уничтожить практически всё что угодно. Но он имел два существенных недостатка. Требовал определённого времени, большой концентрации и близкого контакта. Будь у противника ещё один рыцарь с дальнобойной винтовкой, то мне бы не поздоровилось.

Оглядевшись, чтобы убедиться всё ли в порядке, вызвал своих спутников по рации, хотя уже знал, что они ответят. И что могли бы ответить. И что произошло бы, если бы я этого не сделал. Оракул продолжал сводить меня с ума чередой видений, путая действительность с вымыслом. Перегружая мой разум огромными массивами информации.

— Доложите обстановку. Габа?

— Пять человек пытались проникнуть в дом со стороны кухни. Все убиты.

Он не стал добавлять, что получил лёгкое ранение. Больно уж шустрые ему попались противники. Не будь Габа одарённым, я бы с ним сейчас не разговаривал.

— Мистер Фридман?

— У меня всё под контролем, — сохраняя спокойствие, отчитался телохранитель Амелии. — Один противник атаковал меня из спальни директора Бейна, но был уничтожен. Я проверил, больше там никого нет. Директор мёртв. Ножевое в сердце. Похоже, они избавились от потенциально опасного свидетеля. Лучше нам отсюда как можно скорее убраться, пока не стало понятно, что мы ещё живы.

— Мисс Полар?

— У нас всё хорошо, — услышал уверенный голос служанки.

— Кристофер, подгони машину. Мы уходим.

Схватка выдалась короткой, но весьма напряжённой. Это только в мультфильмах бои затягиваются на несколько серий. За время которых можно успеть поесть, сходить в туалет и сделать уроки.

Спустя несколько минут, мчась по пустой, ночной улице, переведя дыхание, народ стал понемногу расслабляться. Даже всё ещё находясь под сильным впечатлением от случившегося. Особенно молодая леди, после того как увидела прихожую, через которую ей пришлось пройти. Где я разобрался с четырьмя нападавшими из первой группы. Зрелище было ещё то, словно из фильмов ужасов. Удивлён, почему её не стошнило прямо там? Может, вместе с ней сходить к школьному психологу? Если мистер Фридман и мисс Полар отреагировали на разлетевшиеся по комнате мозги достаточно спокойно, только с опаской посмотрев в мою сторону, то Габа не скрывал своего восхищения. Как бы не попросил дать урок по расчленению людей. Подумав об этом, в свою очередь, с тревогой бросил на него быстрый взгляд.

— Что это было? — нервно спросила Амелия, посмотрев назад.

— Мы сунулись туда, куда не следовало. Прости, но это совершенно не наш уровень. Мне придётся сообщить о произошедшем кому следует. Иначе наши задницы используют не по назначению, — прозвучало довольно грубо, зато доходчиво. — Там полный набор статей. Незаконные эксперименты на одарённых. Похищения людей. Неизвестные наркотики. Высокотехнологическое оружие. Массовая промывка мозгов. Разработка биологического оружия. Создание тайной преступной организации. Я, может, и герой, но не безумец.

Ошеломлённо моргнув, Амелия со страхом спросила.

— А мой отец об этом знает?

Подразумевая, насколько её семья в этом замешана? Краем глаза заметил, как напряглись, ставшие крайне серьёзными, мисс Полар и мистер Фридман.

— К счастью, нет. Директор Бейн ничего о связях семьи Адамс со своей организацией не знал.

Не став добавлять, что ему об этом могли и не сообщать. Он не был слишком уж важной фигурой. Обычный шпион, отвечающий только за работу в компании Слайтекс.

— Останови в каком-нибудь безлюдном месте, — попросил водителя Юня. — Мне нужно отойти, позвонить. Оставайтесь в машине, — обратился ко всем присутствующим, многозначительно посмотрев на Габу.

Тот намёк понял, как и мистер Фридман.

— Всё будет хорошо. Думаю, мне удастся договориться, чтобы расследование смерти директора Бейна обошло нас стороной. Как раз потому, что мы сразу же об этом сообщим, пойдя на сотрудничество с властями. Выставив всё так, будто бы Адамсы сами хотели во всём разобраться, подозревая директора в незаконной деятельности.

— Я понимаю, — кивнула задумавшаяся Амелия, признавая мою правоту.

Она желала защитить свою семью и это было понятно.

— Позвони отцу. Сообщи о случившемся. Пока нам не запретили этого делать. Пусть срочно избавляется от акций компании Слайтекс. Скоро они обесценятся. Что-то мне подсказывает, что эту компанию ждут очень тяжёлые времена. Если потребуется, уничтожает документы и топит людей. Не в прямом смысле, — уточнил, а то ещё неправильно поймёт, — а своими показаниями. Словом, позаботится, чтобы у вас из-за Бейна не возникло ещё больше неприятностей. На флоте это называется — рубить концы.

Этим советом я показал своё отношение к Адамсам, которые выручили меня после Африканского вояжа. Они тогда не поскупились. К тому же, я действительно не имел доказательств их причастности к организации, в которой состоял директор Бейн. Поэтому не видел ничего страшного в том, чтобы помочь им снизить ущерб.

Выйдя на стоянке, куда заехал водитель Юнь, отошёл от микроавтобуса. Встав так, чтобы оставаться в поле зрения оставшихся внутри пассажиров. Чтобы те не нервничали и не делали глупостей. Пока Амелия связывалась с отцом, Кристофер позвонил дочери, забравшей свой мотоцикл и уже ехавшей на соединение с нашей группой.

Найдя в записной книжке номер принцессы Кэтрин, принялся будить Её Высочество. А то, что это такое? Я тут не сплю, переживаю, а она там, понимаешь ли, дрыхнет без задних ног, счастливо сопя в две дырочки. Может, ещё и сон хороший видит. Непорядок!

Трубку принцесса взяла далеко не сразу. Пришлось проявить настойчивость.

— Йохансон, два часа ночи! — услышал голос сильно раздражённой девушки. — Если у тебя нет очень веского повода звонить мне в такое время, то сейчас же занесу в чёрный список. Я не для того давала тебе номер своего телефона. Это было из вежливости. Понятно? Из вежливости! Знай, подобная месть с твоей стороны, низка.

— Я тоже рад тебя слышать, моя дорогая, — пропустил её слова мимо ушей. — Лучше скажи, тебе знакома международная, тайная, террористическая организация, называющаяся «Гидра»? Чья армия «живых мертвецов» бегает по Лондону и убивает людей. Я, между прочим, налоги плачу для чего? Чтобы полиция бомжей гоняла по скверам? — столь неожиданной претензией полностью завладел её вниманием.

— Прости, что? — растерялась Кэтрин.

На что получила краткий пересказ наших ночных приключений, в нужной интерпретации, с моими выводами. Завершившийся вопросом, что нам делать дальше? Девушка сразу стала очень серьёзной и подозрительно спокойной, что являлось тревожным признаком. Кажется, это название ей знакомо.

— Значит, так. Сейчас всей весёлой компанией едете к тебе домой. Сидите там тихо, не высовывая за дверь и носа, — объявила приказным тоном. — Всё, что произошло этой ночью, дружно забываете. После того, как напишете подробный отчёт о случившемся. Очень подробный, — подчеркнула это. — Утром за тобой заедут и отвезут к моему дяде, главе BESS. Можешь собой гордиться. С ним не всякий генерал может увидеться, не то что школьник. Ответишь на его вопросы, дальше будет видно. Но, скорее всего, на этом для вас всё закончится. Если, конечно, ты меня не обманул. Всё остальное не ваши заботы. Не будет никакого расследования. Ни статей в газетах, ни репортажей на телевидении. Родственникам мистера Бейна скажут, что он погиб от сердечного приступа. Соседи будут утверждать, что они в эту ночь крепко спали и ничего подозрительного не видели и не слышали. Тела погибших людей бесследно исчезнут. Больше не лезьте в это дело и не задавайте вопросов. Для вашей же безопасности. Всё понятно?

— Да.

Вернувшись, сообщил о том, что обо всём договорился. Сегодняшнюю ночь проведём у меня дома, а дальше будем делать вид, будто мы даже не приближались к мистеру Бейну. Пускай взрослые дяди играют во взрослые игры. Не будем им мешать.

Будь я младшеклассником, то посчитал бы это несправедливым. Что меня обделили наградами и вниманием. Бросился бы искать злодеев, чтобы самому их наказать. Однако, я уже повзрослел и понимал, что в жизни всё устроено намного сложнее, чем в мечтах ребёнка. Ведь только в них он может считать себя центром вселенной. Единственным, незаменимым и бессмертным. Поэтому обойдусь без медали, зато мои сёстры будут спать спокойно. Но, не сегодня.

— Если что, мы возвращаемся из ночного клуба, в котором тусили весь вечер, — довёл до Амелии нашу «легенду». — Поскольку тебе далеко ехать, а ещё не хочется попадаться родителям на глаза слегка выпившей и припозднившейся, то захотела переночевать у меня. Под предлогом, что остановилась у подруги. Это версия для моей семьи. Не будем же мы рассказывать, что произошло на самом деле?

— А может, действительно поедем в клуб? Они всю ночь работают, — предложила девушка, невинно захлопав ресничками.

Такое впечатление, мигом преобразившись. Позабыв о террористах и об убитом директоре.

— Для достоверности. Выпьем немного. Сделаем фото. Разошлём их друзьям. А потом отправимся к тебе, — мечтательно прикрыла глаза, представляя, как всё это должно выглядеть.

— Нет уж. Выпьем по чашечке чая у меня дома и по кроваткам. По разным, — уточнил, покосившись взглядом на бесстрастную мисс Полар, от которой повеяло пугающим холодком, тут же исчезнувшим, как только я это сказал.

Габа, сидящий с другой стороны салона, отпустил рукоятку ножа.

Заехав в ворота особняка Йохансонов, не обманываясь тёмными окнами, тихо предупредил.

— Вот что нужно делать для подтверждения наших слов, а не фото рассылать.

Подхватив не ожидающую этого Амелию на руки, понёс её к главному входу.

— Девять, восемь, семь…, — едва слышно вёл отсчёт.

Как только дошёл до нуля и до двери, она распахнулась. Полностью одетый дворецкий впустил нас в дом.

— Мистер Фань, будьте любезны, подайте нам в гостиную чаю, — распорядился, благодарно кивнув китайцу, готовому посоперничать с мисс Полар по степени безмолвного выражения своего достоинства и невозмутимости.

— Будет исполнено, сэр Йохансон.

— Так-так-так, что я вижу? — услышал ехидный голос Эдит, сидящей на лестнице и выглядывающей между перил.

— Третий сон. Брысь отсюда. Кышшш, — показательно недовольно на неё шикнул.

— Что, даже чаю не предложишь любимой сестрёнке? — наигранно обиделась Эдит, не сводя оценивающего взгляда с Амелии.

Тут ещё и Ханна объявилась. В этом доме, вообще, хоть кто-нибудь спит, кроме мамы? Поставив Амелию на пол, с удивлением обнаружил, что рук с моей шеи она так и не убрала. По-прежнему прижимаясь и просительно заглядывая в глаза.

— Отпусти, — тихо прошипел, сквозь улыбку.

— Не хочу. Неси меня дальше, — закапризничала, внезапно осмелевшая, девушка.

— Куда?

— В спальню, — игриво улыбнулась, краем глаза наблюдая за раскрывшими рот сёстрами.

— К маме? Зачем? — удивился, прикинувшись дурачком.

— Дурак, что ли? — резко отскочила от меня покрасневшая Амелия.

Так и знал, что это подействует. Безотказный приём против любой девушки.

— Ты где был?! — спросила Ханна, недружелюбно разглядывая нежданную гостью.

— В клубе. Учился цеплять девушек. Как видишь, удачно. Ваш брат, наконец-то, скоро станет мужчиной, — обрадованно заявил, заставив Амелию закашляться.

Будет знать, как смущать и подкалывать меня в собственном доме. Мистер Кристофер и Брина постарались скрыть улыбки, внезапно заинтересовавшись узором обоев. Они приехали с нами позаботиться о том, чтобы до утра наш дом не повторил судьбу особняка директора Бейна.

— Боюсь, что он станет трупом раньше, чем узнает, как это делается, — посулила помрачневшая Ханна, оставаясь ярой приверженицей Кейси Рэдклиф. — Что, получше никого не нашёл? — пошла на открытую провокацию.

Возмущённая Амелия хотела было что-то сказать, но, посмотрев в глаза мисс Полар, сразу передумала. Прикинувшись кроткой, беззащитной овечкой.

— Не груби гостье, — тут же за неё вступился.

Как бы мне этого ни хотелось, но, чтобы с удобством разместить всех гостей, пришлось будить маму, которая, руководя дворецким и служанками, быстро всё организовала. На следующий день, забрав не только меня, всех участников ночных приключений полдня мучили расспросами в Службе безопасности Британской Империи, водя по разным кабинетам. Проявив настойчивость, но без оказания какого-либо психического или физического давления. Всё же мы были аристократами, обладающими определёнными правами. Потом, заставив подписать кучу бумаг о неразглашении секретной информации, отпустили по домам. За Амелией приехал её отец, а за мной Нора. Сестре сказали, что меня пригласили всего лишь для прохождения формальных процедур, связанных с получением ранга магистра.

До этого у меня выдалась долгая и довольно приятная беседа с герцогом Йоркским. Он оказался не столь уж грозен и высокомерен, как я себе представлял. Или же специально так себя повёл, видя в этом какую-то выгоду. В процессе беседы мы достигли определённого взаимопонимания. Я пообещал не связываться с Гидрой. Не искать с ней контактов. А если вдруг случайно пересекусь, как прошлой ночью, то немедленно об этом сообщу, не предпринимая никаких поспешных действий. А также никому не раскрою то, что выудил из головы директора Бейна. Кроме того, всю имеющуюся у меня информацию об этой организации обязан передать в BESS, без искажений или потерь. Взамен нашу компанию освобождали от уголовной ответственности за проникновение в чужое жилище и незаконное ментальное сканирование, что являлось серьёзными преступлениями.

Как принцесса и предсказывала, в средствах массовой информации не промелькнуло и тени того, что ночью в городе сражались фантомные рыцари. В социальных сетях, где обычно сразу же появлялись видеоролики и сообщения на любые события, не нашёл об этом ни единого упоминания. Удивительно, ведь если даже птичка нагадит на машину где-нибудь в Богом забытом переулке, об этом сразу же появлялось видеодоказательство. Кто-нибудь обязательно да снимет на свой телефон, часы, планшет, очки, уж и не знаю, куда ещё только не вставляют сейчас камеры, чтобы иметь возможность запечатлеть каждый момент твоей жизни. А сколько в городе стационарных камер? А на дронах или машинах? Так что я весьма впечатлён «длиной рук» властей.

Были и приятные моменты, связанные с ночной прогулкой. Мне пришёл ещё один чек от графа Томаса Адамса в благодарность за оказанную услугу. Ведь если бы о том, что он работает с террористами, пусть даже не зная об этом, стало известно потом, когда они что-нибудь натворят, да ещё с чужих слов, потери были бы намного больше. Не только денежные, но и репутационные, что гораздо хуже. А так, граф под шумок, пользуясь случаем, в поисках других негодяев избавлялся от своих противников и конкурентов. Оказывал давление на прочих директоров Слайтекс. Обесценивал акции компании, чтобы выкупить их по дешёвке и полностью ею завладеть. Расследование рано или поздно закончится, а завод, магазины, лаборатории, специалисты, останутся. Адамсы стали очень богатыми не потому, что чего-то боялись или стеснялись.

Когда вернулся в школу с очередной справкой о пропуске занятий по болезни, заверенной всеми необходимыми печатями и регистрационными номерами, возникло ощущение, словно попал в другой мир, в котором ничего не менялось. Разве только в этот раз принцесса поджидала меня у входа, чтобы наедине задать сакраментальный вопрос любого студента, сдающего экзамен.

— Ну что? Как всё прошло?

— Не понимаю, о чём ты? — изобразил удивление.

Она бы ещё спросила, — Сдал?

Прищурившись, принцесса недовольно напомнила.

— Я о том вечере, когда вы с Амелией…, — многозначительно на меня посмотрела.

— Ходили в клуб? Да не было там ничего интересного. Всё то же самое, что и всегда. Потанцевали. Покричали. Выпили пару коктейлей. Поругались с какой-то шпаной. Встретили дядю, который пообещал сделать так, что у нас не будет детей, если ещё раз там увидит в такое позднее время. Или, если кому-нибудь расскажем о том, что встретили его в клубе. Особенно тёте. Вот, собственно, и всё, — огласил официальную версию.

— Понятно. Мог бы сказать прямо, обойдясь без этого словоблудия.

— Хорошо, в следующий раз, если спросят о вчерашнем вечере, так и поступлю. — пообещал.

Не прошло и получаса, как этот вопрос мне был задан вновь. В классе, куда я зашёл следом за принцессой. И задала его, выглядевшая недовольной, Кейси. Уперев руки в бока.

— Что значит, чем занимался? — удивился, не понижая голоса. — Как обычно, спасал мир! Охотился на террористов! Сражался с рыцарями! Штурмовал особняки злодеев! — с гордостью объявил о своих достижениях, всем видом показывая, хвалите меня, хвалите.

Идущая впереди принцесса споткнулась на ровном месте. Резко обернувшись, посмотрела на меня ошеломлённым взглядом. Не веря своим ушам.

— Ой, да не морочь нам голову, — усмехнулся Даниэль.

— Йохансон, мог бы придумать что-нибудь более правдоподобное, — отчитала меня президент школьного совета. — Так и скажи, что лень было идти в школу.

— Не обманывай, — попросила насупившаяся Кейси. — Я знаю, что ты бегал с этой …… Адамс по ночным клубам, — пауза в её исполнении была выразительнее, чем оскорбление. — До глубокой ночи. А потом её ещё и домой привёл. Да, как ты мог так непристойно поступить? Это неправильно. А о чести молодой леди ты подумал?

— А если бы на её месте оказалась ты? — полюбопытствовал, ничуть не впечатлённый её пламенной речью.

— Тогда было бы совсем другое дело, — тут же ответила девушка, сменив интонацию. — Правильное. Достойное джентльмена.

Не стал спрашивать, а не двойные ли это стандарты? И кто же ей сообщил такие подробности?

— Ты лучше расскажи о том, что было в Шотландии? — вмешался Даниэль, которого интересовала совсем другая тема.

Как и остальных одноклассников.

— Да ничего там не было. Обычная, скучная поездка в гости. Посидели, поужинали, сходили на озеро, сыграли в карты. Что там могло быть интересного? — беззаботно пожал плечами.

— Не увиливай, — попросила Сомерсет. — Мы думаем, что вот как раз там и произошло всё то, о чём ты пытаешься нам тут наврать по поводу вчерашнего вечера.

Слушая разгоревшийся спор, принцесса Кэтрин облегчённо выдохнула, успокаиваясь. Ох уж этот несносный Гоблин. Вечно что-нибудь такое скажет, что всё выворачивается наизнанку. Эдак он скоро сможет открыто нарушать закон, всё равно в это никто не поверит.

Поскольку рана всё ещё зажила не до конца, вместо тренировки в клубе фехтования, посетил клуб Чаепития. По приглашению старосты. Чинно рассевшись за большим деревянным столом, которого раньше я у них не видел, за чашкой чая с тортиком, девушки принялись расспрашивать меня о Шотландских каникулах. Время от времени бросая любопытные взгляды на Амелию. Видимо, и до них дошли свежие слухи. Однако, раз семья Адамс ничего не предпринимала, а поход с подругой в ночной клуб не является чем-то предосудительным, то в их глазах не было заметно осуждения или насмешки. Только любознательность, поддержка и скрытое веселье. Уверен, как только они останутся наедине, то насядут на Амелию с вопросами похлеще, чем на меня. Девушки, что с них взять? Любовные похождения и интрижки им интереснее, чем мордобой. Это и хорошо.

— Боюсь, возможно, скоро мне придётся покинуть клуб Чаепития, — сокрушённо сообщила леди Натали Мэнсфилд, после очередной смены темы разговора.

— Что-то случилось? Ты покидаешь Святую Анну? — с беспокойством спросила леди Дженкинс.

— Временно. На следующей неделе я на некоторое время возвращаюсь домой, в графство Уорикшир. Где-то на месяц. Однако, пока не знаю, смогу ли вернуться, а если и вернусь, то в состоянии ли буду оплачивать членские взносы в этом клубе. Да и сохранится ли у меня к тому времени подходящее настроение для чаепитий.

— И в чём причина? — удивилась леди Алисия Блэкбрук. — Не хочешь же ты сказать, что Мэнсфилды внезапно разорились? Я ничего об этом не слышала.

Девушки разволновались, переживая за подругу.

— Война родов, — грустно сообщила леди Натали. — Пограничные бароны из графств Уорикшира и Стаффордшира скоро сойдутся в смертельной схватке. Примирением там и не пахнет, а значит, будет война. В канцелярию Его Величества уже подана соответствующая просьба. Временные рамки, месяц. Зоной боевых действий объявлены родовые земли баронов Норт-Уорика и Тамуэрта. На следующей неделе там объявят эвакуацию всех иностранцев и жителей других районов. Будут закрывать воздушное пространство, транспортное сообщение, предприятия. Всех работников отправят в оплачиваемый отпуск.

По закону, если аристократические рода становились непримиримыми врагами, то решать свои проблемы они должны на своей земле, не причиняя вреда мирным гражданам и ущерба чужой собственности. Поэтому, война — это очень дорогостоящее мероприятие. Можешь разнести свой город хоть в пыль, но, чтобы потом всё отстроил как было. Возместил материальный ущерб горожанам и компаниям. Не поубивал в процессе кучу невинных людей, не имеющих к твоей войне никакого отношения. Только на этих условиях центральные власти готовы были закрыть глаза на местечковые разборки аристократов. Раньше пробовали запрещать подобные сведения счётов, но тогда они проходили тайно, с большим количеством жертв и разрушений, за которые никто не собирался платить. Становясь неуправляемыми. Выходя за всякие границы. Вина за совершённые преступления сваливалась на смертников и наёмных убийц, у которых не имелось имущества, которое можно было конфисковать. Кроме того, появлялось слишком много серых, мошеннических схем.

— При чём здесь Мэнсфилды? — не поняла леди Хокинс. — Пусть ваш барон и выясняет отношения с соседом, раз уж так хочет.

— Не всё так просто, — грустно улыбнулась леди Натали. — По данным нашей разведки, барона Тамуэрта открыто поддерживает его родственник, барон Личфилда, что имеет с ним общую границу. Кроме того, ему собирается тайно помогать граф Стаффордшира, а значит, мы не можем это игнорировать. Отец считает, что основной целью наших соседей является большая электростанция, построенная в баронстве Норт-Уорик. У нас на неё завязана большая часть промышленных предприятий. Если Стаффордшир заберёт её себе, то уже он будет получать дешёвую энергию, а мы дорогую и в ограниченных количествах.

Представляю, как Мэнсфилдов обрадовала эта новость.

— Формально это война двух баронов, которая будет вестись на территории их двух городов и двух деревень. Всё остальное переведено в статус нейтральной территории, где ведение боевых действий запрещено. Если победит барон Невилл* из Атерстона, но не сумеет избавиться от всех наследников барона Бартона из Тамуэрта, то он получит выделенные в залог земли и предприятия Бартонов. И наоборот. Как вы можете догадаться, электростанция в него тоже входит. Такую цену назначил Букингемский дворец, чтобы там постоянно не вспыхивали очередные заварушки за каждый отдельный клочок земли.

(* — Род Невилл имеет титул баронов. В баронстве Норт-Уорик два крупных города Колсхилл и Атерстон)

По большому счёту, правительству всё равно как зовут директора электростанции, лишь бы она работала. Ну, а если какой-нибудь идиот её повредит, пусть ремонтирует за свой счёт.

— А из-за чего всё началось? По какому поводу они собрались воевать? — поинтересовалась леди Дженкинс.

— Не поверите, — усмехнулась леди Натали. — Это война будет носить название — «Ромео и Джульетта». У Невиллов есть дочь, а у Бартонов сын. Они влюбились, но родители обеих семей были против. Как-то в ночном клубе, — посмотрела на Амелию, — старший брат Синтии — Невилл, пытаясь её оттуда забрать, сильно повздорил с Джереми Бартоном. Будучи операторами А-поля… — перевела взгляд на меня, продолжая находить сходства.

Другие девушки поступили также, приняв это за подсказку.

— Как полагается у парней, они пошли выяснять отношения на площадку для поединков, где Джереми убил своего противника. Бартоны смогли доказать, что это был несчастный случай, избавив сына от тюрьмы. Естественно, между ними и Невиллами разгорелся серьёзный конфликт. Боясь, что их разлучат, Синтия сбежала к Джереми в Тамуэрт, где они объявили о своей скорой свадьбе. На все претензии и запросы от Невиллов, Бартоны положили коня, — использовала замену бранного слова. — Между ними произошли стычки. Что-то «случайно» сгорело. Кого-то «случайно» зарезали или разорили. Всё, как полагается в таких случаях. Когда пролилось ещё больше крови, точка невозврата была пройдена. Невиллы, отрёкшись от дочери, теперь жаждут повесить молодожёнов прямо на их свадьбе. Бартоны, потеряв существенную часть бизнеса, принципиально хотят провести церемонию и плюнуть им этим в лицо.

Девушки из клуба Чаепития восхищённо заулыбались, оценивая ситуацию не с точки зрения трагедии, а комедии. Ведь она их напрямую не касалась. В нашем мире подобные вещи происходили не то чтобы часто, но и не так уж редко. Число аристократов с каждым годом увеличивалось, в том числе и по естественным причинам, их семьи росли, а земель больше не становилось. Это была ещё одна из причин, почему власти закрывали глаза на подобные междоусобицы. Кого нужно они защитят, а кого не жалко, того не жалко. Кроме того, при срочной мобилизации страна могла получить достаточное количество уже подготовленных, обстрелянных, высоко мотивированных бойцов. Обеспечивала наличие кадрового резерва.

— Судя по тому, что ты не уверена в своём триумфальном возвращении, дела у Невиллов складываются не лучшим образом. Это так? — полюбопытствовала Амелия.

— Да. Они не бедные ребята. Посильнее Бартонов в соотношении боевых возможностей, но проблема в союзниках Тамуэрта. Мы не можем открыто выступить на стороне Невиллов из-за опасения напрямую столкнуться с графом Стаффордшира. Обидно признавать, но мы ему уступаем в силе. Однако Торнтоны, чтобы не платить слишком высокую цену за полномасштабную войну графств, которая разорит и нас и их, также не желают открыто вмешиваться в конфликт Невиллов и Бартонов. Лишь окажут Тамуэрту ограниченную военную и финансовую помощь. Как и мы Норт-Уорику. Поэтому сейчас Мэнсфилды, не афишируя этого, собирают деньги, ищут наёмников, закупают технику. Если Невиллы победят, то мы со временем возместим все расходы.

— А если выиграют Бартоны? — уточнила Амелия.

— Тогда нам придётся потуже затягивать пояса и запасаться свечами, — вновь загрустила леди Натали, переживая о том, что может случиться. — Во избежание провокаций, наша семья собирается в родовом замке. Торнтоны, графы Стаффордшира, тоже решили всей семьёй посетить родительский дом. А то вдруг какому-нибудь барону, оказавшемуся на краю пропасти, не захочется прыгать туда в одиночестве.

— Много солдат набрали? — спросила Хокинс.

— С пехотой проблем нет. Там её много и не нужно. С офицерами чуть сложнее, но тоже закроем все потребности Невиллов. Однако по операторам фантомной брони всё обстоит намного печальнее. Нужны рыцари, да где ж их взять в большом количестве? У Невиллов два рыцаря, небольшой отряд кавалеристов и два взвода латников. Мы им отправим ещё паладина, трёх наших рыцарей, взвод кавалеристов и роту латников. Плюс, дадим денег на наёмников. Соседи кое-что подкинут по мелочи.

— А что у Бартонов?

— По обычным войскам пока непонятно, а вот рыцари, слишком заметные единицы. Их перемещения легче отслеживать. У Бартонов один рыцарь, примерно столько же кавалеристов и латников. Оруженосцев не считаем, они входят в состав их групп прикрытия. Однако, в Тамуэрт за последние дни приехало ещё семь рыцарей, два паладина и магистр. Понятно, что большая их часть прислана Торнтонами. Магистр, так вообще, носит эту фамилию. Чего не скрывает, поскольку это бессмысленно. При таком соотношении сил я не знаю, что может помочь Невиллам не то чтобы победить, а хотя бы выжить. Но не послать наших рыцарей, фактически, сильно ими рискуя, мы не можем, чтобы не потерять лицо. Помимо того, что в таком случае у пограничных баронов из Стаффордшира увеличатся аппетиты. Мы с ними обязательно поквитаемся. Но позже.

— Тогда тоже наймите магистра или отправьте Невиллам своего, — предложил напрашивающийся вариант.

На меня посмотрели, как на дурака. Даже Амелия.

— У Мэнсфилдов нет своего магистра, — спокойно объяснила леди Натали. — У нас два паладина и шесть рыцарей. Большая часть которых носит другие фамилии. Отправляя на войну родов даже половину из них, мы сильно рискуем. Их могут не брать в плен ради выкупа, а убивать на поле боя. И с кем мы тогда останемся? Просить магистров и паладинов у других знатных родов, всё равно, что толкать их на вражду с Торнтонами. На что согласятся лишь те, кому это выгодно.

Глотнув чаю, чтобы смочить горло, продолжила.

— Пока столь ярых противников у графа Стаффордшира нет. Нападай он на нас напрямую, то было бы другое дело. У Мэнсфилдов достаточно ресурсов и союзников, чтобы дать ему достойный отпор. Но, это всего лишь война Невиллов и Бартонов. Незачем её превращать во что-то большее. По этой же причине в Тамуэрте нет одарённых высших рангов из других родов. С Мэнсфилдами тоже не многие рискнут связываться за чужие интересы. Поэтому оба барона сейчас активно ищут наёмников на стороне. Однако свободных, высокоранговых бойцов, не связанных обязательствами, родственными связями или контрактами, не так уж и много.

Сказав это, леди Натали на секунду задумалась, а потом внимательно на меня посмотрела уже совсем другим взглядом.

— Сэр Йохансон, а какие у вас планы на Апрель?

Услышав этот вопрос, Амелия подавилась куском торта, а Дженкинс замерла, не донеся чашку до рта.

— Ещё не знаю. А что? И забегая вперёд, сразу же спрошу, а зачем?

Несложно было догадаться, к чему задан такой вопрос.

— Люблю мужчин, которые вместо поспешного отказа спрашивают: а что я с этого буду иметь? Или кого? — улыбнулась леди Натали.

Кажется, я ошибся. Нужно было сразу сказать своё твёрдое — Нет!

— Нет! — прочитала мои мысли Амелия.

— Я же не тебя спрашиваю, — удивилась леди Натали. — Какая разница, чем ты будешь занята в апреле? И занята ли вообще? Возьми салфетку, у тебя крем на губе остался. Вернёмся к нашим баранам, — волчица в человеческой шкуре вновь сосредоточила на мне своё внимание. — Эрик, хочешь быть богатым? — задала риторический вопрос.

— Гоблины не продаются, — пафосно заявил, сводя всё в шутку.

— А сытым? — не повелась Мэнсфилд. — Как насчёт стать владельцем мясокомбината?

— Я столько не съем, — забеспокоился, что это только начало.

И не ошибся. Леди Натали задумчиво улыбнулась.

— А твоя сестра, Ханна, не хочет стать владелицей крупного торгового центра в Уорике, столице графства Уорикшир? А чтобы удобнее было туда добираться, ещё и хозяйкой сети заправочных станций? — подняла ставки.

— Нет, — ответил уже не столь уверенно, что хищница тут же почувствовала.

— Давай у неё спросим? Да не волнуйся ты так. Бартоны и Торнтоны не дураки. Даже если попадёшь в плен, выкупим за любые деньги. Застрахуем на все случаи жизни. К тому же, тебе не нужно будет заниматься грязной работой. Всего лишь провести несколько поединков с их паладинами и магистром. Об остальном мы сами позаботимся. Ты на турнирах занимаешься тем же самым, но практически забесплатно, — продолжила искушать, пользуясь тем, что здесь нет девушек из команды Чёрных рыцарей Святой Анны.

— Йохансоны роднёй не торгуют, — понадеялся, что Ханна тоже так считает.

— А кто говорит о торговле? Это разовый найм. Который потом можно продлить, — оставила лазейку.

— Спасай, — повернувшись к Амелии, обеспокоенно прошептал одними губами.

Опасаясь того, что бывший бедный школьник с Лондонских окраин не устоит перед блеском Золотого тельца. Лисья улыбка леди Натали Мэнсфилд стала ещё шире.

Глава 6

Принять сложный выбор, участвовать ли в заварушке, под романтическим названием — «Ромео и Джульетта», было непросто. Это же не в компьютерную войнушку зарубиться по локальной сети. Там придётся убивать живых людей, да ещё и за деньги. Остаться при этом «Хорошим человеком», будет довольно сложно. С другой стороны, мой выбор, по большому счёту, ни на что не повлияет. Война разразится в любом случае. Только без меня Невиллы потеряют больше, а Бартоны меньше. Со мной же, как бы себя не переоценить, вероятнее всего, удастся добиться обратного результата.

Тяжело вздохнув, посмотрев в темноту за окном, вернулся к изучению разложенных на столе документов. Засидевшись в кабинете допоздна, этим вечером я очень много думал. Обо всём. О ценности человеческой жизни. О деньгах. О будущем.

Согласно счетам, переданных дворецким, за этот месяц расходы семьи Йохансонов составили весьма приличную сумму. В отличие от доходов. Мама, по-прежнему, давала деньги моим сёстрам. Обеспечивала их всем необходимым. Платила за продукты. Но вот за дом, коммунальные услуги, учёбу, зарплату нашим работникам, расходы на содержание клуба, который пока не приносил прибыли, обслуживание машины, всё это я оплачивал из своего кармана. Работа на Рэдклиф и съёмки в кино больше не покрывали наши всё возрастающие расходы.

Для их сокращения можно было уволить часть сотрудников, но этого всячески хотелось избежать. Они перестали быть для меня чужими людьми. И потом, я уже к ним привык. Переезжать из большого дома обратно в маленький тоже не выход из положения. Мне очень хотелось обеспечить родным приятную, комфортную жизнь. Я не для того столько трудился, чтобы махнуть рукой и вернуть всё как было. Тогда с планами превращения четырёх золушек в принцесс тоже придётся попрощаться. Так и не сделав их завидными невестами из высшего общества. Вот же отец с мамой расстарались, наделав детей, а мне теперь голову ломай, как их обеспечить? Однако мечтать можно сколько угодно, но если не приложить усилий, то ничего не изменится. Кроме того, нельзя приготовить омлет, не разбив яиц.

— Хочу работать героем, а в объявлениях требуются только…, — завершить фразу не смог, не подобрал нужного слова.

Обратив внимание, что уже в пятый раз перечитываю информацию, которую на мою электронную почту прислала леди Натали Мэнсфилд, пытаясь понять кто из баронов прав, а кто виноват, закрыл окно на мониторе компьютера. Устало потерев глаза, вновь нарушил тишину комнаты, которая действовала на меня угнетающе.

— Похоже, я пытаюсь найти оправдание для уже принятого решения. Не уверен, что развивать бизнес с нуля, на первых порах окажется такой уж прибыльной идеей. Брать в долг не хочу.

Возможно, личности «прочитанных» мною мистеров Адамса, Кристофера, Габы и других головорезов, не видевших в военном ремесле чего-то страшного или аморального, повлияли на меня сильнее, чем я думал. Да и потом, пережив столько всего, связанного с насилием и смертями, я больше не считал это чем-то особенным. Единственное из-за чего стоило переживать, как моё решение отразится на Йохансонах? Не пострадают ли они? Мэнсфилд утверждала, что нет, если я присоединюсь к военной кампании Невиллов, как частное лицо. Не делая никаких политических или дипломатических заявлений. Спасибо за это Бартоны не скажут, но и атаковать мою семью в Лондоне не посмеют. Это будет актом самоубийства.

Рано или поздно враги у нас и так появятся. Важно было успевать обрастать не только ими, но и друзьями. Мэнсфилды пообещали позаботиться, чтобы у Йохансонов на время моего отсутствия не возникло из-за этого проблем. Сейчас леди Натали как раз утрясала с отцом подробности нашей сделки, поскольку не имела полномочий давать подобные обещания и распоряжаться семейными активами. По словам девушки, она не видела причин, по которым предварительные договорённости не были бы подтверждены.

Прежде чем связываться с леди Натали, чтобы узнать результаты её переговоров и дать свой окончательный ответ, прикинул, чем я располагаю на данный момент? Одному ехать было немного боязно. Позвонив мистеру Вилсону, спросил, не против ли он ввязаться в намечающуюся заварушку? Заработать дополнительную сумму, помимо зарплаты? Габу можно не спрашивать. Ему только в радость окунуться в привычную среду обитания. Бездельничать дома мозамбиканец не любил.

Если правильно помню, у каждого рыцаря, не говоря уже о более высоких рангах, должна иметься команда поддержки. Если он не состоит в отряде точно таких же рыцарей. На поле боя именно они становились основной целью противника, как представляющие для него наибольшую угрозу.

Команду сопровождения, конечно же, мне предоставят, но хотелось бы иметь за спиной надёжных людей, которых я знаю и кому доверяю. Если уж вписываться в авантюру, то нужно это делать основательно. Прикидывая разные варианты развития событий. Включая те, где союзник может оказаться хуже врага.

— Как там по штату положено? На одного рыцаря два оруженосца и пять кавалеристов? — припомнил. — Магистру, один паладин, один рыцарь и пять оруженосцев. Или три рыцаря и пять оруженосцев. Лучше, два паладина. А ещё лучше остаться дома, с женой, телевизором и холодильником. И пятью бутылочками пива, — улыбнулся, представив эту картину.

С сожалением подумав о нашей дружной команде, почувствовал, как улыбка быстро пропала. Никто не отпустит этих знатных леди заниматься столь опасным делом. Хотя в Чёрных рыцарях Святой Анны состоят ведь не только аристократки. Вспомнив об этом, вновь воодушевился.

Кейси вычёркиваем сразу. Её мама будет против. А мама у неё глава оружейной корпорации. С такой лучше дружить, чем враждовать. Не сомневаюсь, дочка сбежит на следующий же день после моего отъезда, но её быстро поймают и посадят под домашний арест. Будущее Кейси уже распланировано на годы вперёд и в нём нет места участию в каких-либо войнах. Немаловажная поправка, личном участии. Спорить с госпожой Патрисией я не осмелюсь. Сильно сомневаюсь, что даже Кейси на это решится.

Остаётся Гриффин. К ней уже можно присмотреться повнимательнее. Характер у девушки такой, что семейный бизнес её нисколько не привлекает. Явная непоседливая авантюристка и сорвиголова. Набить барону морду и сжечь его замок согласится даже быстрее, чем я успею это предложить. Особенно, если у него большой гараж дорогих автомобилей. Девушки до сих пор над ней подшучивают, приписывая этот фетиш.

Стоит подумать и об Эльзе Браунфельс. Немецкая баронесса, бесприданница, с многочисленной роднёй и отцовским благословением искать счастья в чужих краях. Ей нужны деньги. После школы девушка собирается искать работу в Англии, с опорой на связи, полученные за годы учёбы. Добиваясь всего своим умом и талантом. Никаких особых перспектив ей не светит ни дома, ни здесь.

Из иностранок ещё остаются Виардо и Збражская. У полячки ситуация схожа. Только после учёбы она собирается вернуться домой. Наняться к какому-нибудь вельможному пану, чтобы мечом, ну и личиком, если получится, обеспечить себе светлое будущее. В войну английских баронов, где-то в глуши, за хорошие деньги вступит не раздумывая. Характер у неё бойкий, решительный. Шарахаться от вида крови не будет. С Виардо сложнее. От неё всего можно ожидать. Деньги её совершенно не интересуют. У француженки настолько богатые родители, что она может купить оба баронства, продать, чтобы снова купить и опять продать, но уже дороже. Умна, коварна, общительна, в меру жестока, но при этом легкомысленна и любопытна. Необычное сочетание качеств.

Даниэль готовится к поступлению в медицинский вуз и времени у него на разные авантюры совершенно нет. Я был бы очень рад видеть в своей команде Маргарет, но учитывая кто у неё папа, на это можно даже не рассчитывать. С принцессой та же история. Семейство графов Сомерсет не захочет портить отношения с графством Стаффорда. Баронесса Бейбер может творить любую дичь, родители ей позволяли, дав почти полную самостоятельность, но вот согласится ли она отправиться на войну, большой вопрос? Да и зачем её туда звать, подвергая опасности? Слишком уж она непредсказуема и своевольна. Пусть уж лучше дома читает пошлые комиксы. Подозреваю, что она же их и рисует. Под псевдонимом.

Из-за навалившихся на меня переживаний и раздумий спать совершенно не хотелось. Поэтому, немного подумав, позвонил тренеру. Я же у неё собирался украсть почти половину команды, а значит, перед ней нужно извиниться и объясниться. Сказать, что это такой ускоренный способ подтянуть доверившихся мне девушек перед следующим турниром. Она же сама об этом просила. Пусть скажет спасибо. Тренер, выслушав меня, сказала нечто другое. Очень далёкое от первоначальных предположений. В нескольких предложениях, заставив покраснеть от стыда. Вот к кому нужно было отправлять Мэнсфилд на переговоры. Жаль, сразу не догадался.

На следующий день заглянув в клуб, обменявшись с тренером взглядами, первым виновато отведя свой, собрал всех и сделал важное объявление.

— Уважаемые леди и один наглый джентльмен, позвольте сообщить вам радостную новость. В начале апреля я опять еду на рыбалку. До мая. Могу взять с собой желающих половить крупную, очень крупную и очень зубастую рыбку в мутной воде. За вот такую сумму. Но не с вас, а вам, — показал цифру, набранную на экране телефона, от которой у девушек удивлённо приподнялись брови.

Если другие девушки недоверчиво посмотрели на моё, по их мнению, лживое лицо, то Кейси на обувь. Такое впечатление, пытаясь рассмотреть под ней золотые копытца.

— Не считая других, собранных нами даров природы, — осуждающе посмотрел на её макушку, продолжив как ни в чём не бывало, — снасти и прочее снаряжение обещали выдать на месте. Однако не возбраняется привезти свои. Любых видов и калибров. Там, куда я еду, будет проводиться турнир профессиональных «рыбаков» на поимку двух особенных золотых рыбок. Названных: Ромео и Джульетта. Спонсор турнира, граф Мэнсфилд. Медицинская страховка высшего класса гарантирована. Участие исключительно добровольное. Можете считать эту поездку за прохождение тренировочного курса перед весенним турниром, на который мы постараемся успеть. Сильно постараемся, — повторил, надеясь, что это прозвучало достаточно убедительно. — С тренером я обо всём договорился.

После объявления очень захотелось почесать спину, за которой стояла Ледяная Ведьма. И отойти в сторону, повернувшись к ней лицом.

— Видным аристократическим фамилиям — просьба заявки не подавать. А то речка грязная, раки голодные, другие рыбаки злопамятные.

Принцесса Кэтрин помрачнела. Она сразу поняла, про что я говорил.

— Йохансон, тебе жить надоело? — грозно посмотрела, мысленно отмечая, сколько её планов, связанных со мной, придётся, как минимум, перенести.

Она не из тех, кто любит вносить изменения в уже готовые планы.

— Не спешите меня хоронить. Я, может, только жить начинаю. А ещё мне нужно кормить большую семью. И потом. Где я должен оттачивать свои навыки? В школе на милых ученицах? Тебе совсем их не жаль? — пристыдил принцессу, выставив её злодейкой.

— А попроще способа найти не мог? Кормилец! — недовольно фыркнула принцесса, сердясь оттого, что я опять пользуюсь коварными приёмами.

— За «попроще» столько не платят и графиня Мэнсфилд в щёчку не целует, — вежливо попросил не указывать мне, что делать.

— Где эта графиня? — поднялась на ноги рассвирепевшая Кейси.

— С сегодняшнего утра в Уорикшире, — подсказал.

Достав телефон, Кейси тут же принялась кому-то звонить, тихо бурча себе под нос что-то о желании продать с десяток танков со скидкой, хозяину другого берега реки. Честно, в такие моменты она меня пугает. Только этого Невиллам не хватало. Как бы им не шепнули на ушко «добрые люди», кого нужно благодарить за такую «помощь». Принялся лихорадочно подмигивать Браунфельс, прося срочно вмешаться. Посмотрев на меня долгим, сочувственным взглядом, немка отобрала телефон у спятившей Рэдклиф, устроившей из-за этого шуточную борьбу.

Особого секрета в том, что происходит между Невиллами и Бартонами не было. Как и о людях, которые поддерживают каждую из сторон конфликта. Поэтому слишком уж ударяться в таинственность я не собирался, доверяя своей команде.

После недолгих споров, как и думал, Браунфельс, Гриффин, Збражская и неожиданно, Виардо, изъявили желание отправиться со мной на маленькую войнушку. Кейси тоже подняла руку, но я от неё потребовал сначала предоставить справку от мамы, что та не против, а только потом собирать чемоданы. На что был обозван нехорошим словом и имел честь любоваться надувшейся, обиженной девушкой.

Согласно договорённости с мисс Фаулер, на время нашего отсутствия команду дополнят запасными игроками. Таким образом и их подтянут, и оставшиеся девушки сами чему-то научатся при работе с новыми людьми.

Маргарет попыталась было меня отговорить от этой авантюры, но я твёрдо отстаивал свою позицию, так что ей пришлось смириться. В итоге попросила нас быть осторожными. Если что-то случится, немедленно ей позвонить. Неугомонная Кейси, устав надувать щёки, предложила мне взятку. Несколько раз повышала сумму, пока, не выдержав соблазна, я сам не позвонил госпоже Патрисии. После чего попросил у Кейси прощения, сказав, что так для неё будет лучше. Я не хочу, чтобы она пострадала. Стоит смотреть правде в глаза, фантомный рыцарь из неё не очень хороший. К тому же Рэдклиф после школы не собиралась связывать свою жизнь с этим ремеслом. Так зачем ей это? Пусть уж лучше остаётся доброй, хорошей девушкой, любящей подурачиться и пускать пыль в глаза, соря деньгами. Такой, какой она нам всем нравится. Расстроенная Кейси от услышанного мило засмущалась, прекратив настаивать на своём участии. Но зато всё собрание просидела с видом брошенного, несчастного щеночка, которого так и хочется взять на руки, прижать к груди, приласкать. Пока не вмешалась грубая Виардо, сказав, что, если Рэдклиф мучает запор, судя по выражению лица, она может дать ей слабительное. Незачем сидеть тут и страдать. Нам такие жертвы не нужны. Поскольку Кейси не из тех, кто покорно сносит насмешки, то пришлось вновь просить Эльзу разнять сцепившихся «кошек», пока обеих не пришлось отправлять к парикмахеру. Под смех полячки, которая подбадривала француженку, советуя ей переходить на удушающие приёмы. Жестами показывая, как это лучше всего сделать.

Посовещавшись с тренером, влезая перед ней в ещё большие долги, оформили нашу поездку, как отправку половины команды в тренировочный лагерь, для усиленной подготовки к весеннему турниру. С обязательством продолжить учёбу дистанционно. Вовремя сдавать все промежуточные тесты. Подготовить по докладу и не снижать уровень успеваемости. Как членам школьной фехтовальной команды, да ещё чемпионам, администрация, пусть и с неохотой, но пошла навстречу в этом вопросе. Понимая, что мы на особом положении. Будет ли за партами на пять учеников больше или меньше, не играло особой роли. Зато, чем сильнее станет команда, тем больше школа получит престижа. Учёных или хороших инженеров из нас всё равно не получится. Не те устремления.

Тему тренировочного лагеря я использовал и дома, чтобы объяснить родным причину, по которой собирался на месяц уехать из города. Мама немного поворчала, но приняла её. Взяв с меня обещание налечь на самообучение. Пригрозив проверить результаты тестов, когда я вернусь из лагеря. Сёстрам, такое впечатление, было всё равно, куда я поеду, лишь бы продолжал присылать деньги. Ханна и вовсе обрадовалась шансу хотя бы на месяц попасть в основную команду. Намереваясь себя проявить с лучшей стороны. Да что там. Затмить брата! На что я покачал головой и скептически произнёс многозначительное, — «Ну-ну, успехов. Жилетка для слёз во втором ящике.»

По легенде, Габа в это же время собирался на месяц уехать к родственникам в Мозамбик. Мистер Вилсон отправлялся в командировку. А Брина, о которой сёстры не знали, запланировала заболеть чем-то заразным. О том, что она тоже с нами едет, не собираясь отпускать Кристофера одного, я пока ещё не знал. После многих лет заботы о больном отце, с мыслью, что в любой момент может остаться совершенно одна, Брина страшно этого боялась. Поэтому после серьёзного внутрисемейного спора Вилсонов, она выбила себе место в команде. Пообещав отцу во всём его слушаться.

Со спортивным клубом тоже пришлось что-то решать. Чтобы он не простаивал и начал приносить хоть какие-то деньги, назначил мисс Кольридж управляющей, позволив использовать его по назначению. То есть, открыть нормальный спортивный клуб, в котором будет размещаться отдельная секция «Школы героев Эрика Йохансона». Дав полную свободу действий и достаточно средств на развитие. Поставив задачу, постараться сделать клуб безубыточным. Придумать ему название и логотип. Ошеломлённая женщина не ожидала столь стремительного карьерного роста. Поклонившись, заверила, что приложит все усилия и оправдает моё доверие.

Отправив Кристофера делать закупки всего необходимого перед этой поездкой, засев за бумаги, вновь сильно призадумался. Хотелось выставить Мэнсфилдам счёт за полноценный тактический отряд А-ранга, что дало бы нам помимо существенного увеличения суммы контракта ещё и дополнительную степень свободы. Поскольку не пришлось бы включать нас в состав другого подразделения, доукомплектовывая. Но увы, мы пока на него не тянули. Не говоря уже о нехватке соответствующего снаряжения и опыта, это я сейчас не о себе, нам требовалось больше людей. Для списочного состава нужен магистр, три рыцаря и пять оруженосцев. В наличии, хромой магистр, только по документам, рыцарь, много лет не покидавший больниц, в старенькой броне, два неопытных оруженосца вообще в школьном снаряжении и два кавалериста, вызывающих жалость. Прямо команда — «Мечта работодателя».

По снаряжению я договорюсь с госпожой Патрисией. Ей всё равно нужно где-то испытывать своё оружие и кому-то его продавать. Гриффин и Збражсую придётся ускоренными темпами подтягивать хотя бы до оруженосцев. По щелчку пальцев рыцарей из них не сделаешь. Могут лишиться здоровья, а то и жизни. Это же не задачка из серии: как за две недели набрать тридцать килограммов дополнительного веса? Здесь мало почаще жрать и пореже какать. Тонкая настройка организма, вещь хрупкая и индивидуальная.

Грустно посмотрев в «глаза» своей гордости, ещё раз позвонил мисс Фаулер.

— Да. Что тебе, разрушитель команд? — ворчливо поприветствовала меня Ледяная ведьма. — Ещё кого-то хочешь у меня забрать?

— Простите. Я тут подумал, а чего скромничать? Зачем обходиться полумерами? Мисс Фаулер, как вы смотрите на то, чтобы присоединиться к нашему «тренировочному лагерю». А то директор Шелтон придёт в недоумение. Как так, ученики в него поехали, а учитель, нет? А я вам за это помогу увеличить резерв Авроры, улучшить её проводимость и качество синхронизации. Другого такого предложения на рынке вы не найдёте.

Воплотил мечту многих неуверенных в себе школьников, мечтающих соблазнить свою учительницу. Правда, не совсем тем, на что они напрасно надеялись. Что поделать, у меня не так уж много знакомых рыцарей, находящихся не на службе знатных семей.

— Да и кто-то же должен присмотреть за этой неуправляемой Гриффин? Без твёрдой, направляющей руки учителя, боюсь, она пропадёт, — пожаловался несчастным тоном. — Я на эту роль не гожусь. Я же ещё подросток, мечтающий подержаться за женскую грудь, с ветром в голове и шилом в заднице.

— Это я сейчас с Гоблином разговариваю или сэром, — послышался сарказм, — Йохансоном? — уточнила Ледяная Ведьма.

— А кому из них вы бы ответили — да? На вопрос — пойдёшь за меня воевать? — полюбопытствовал. — То есть, со мной, конечно же — мгновенно исправился, в зависимости от её интонации готовясь скорректировать тактику завоевания строгой учительницы.

Мне очень нужен рыцарь в команду. Вполне возможно, от этого будет зависеть чья-то жизнь.

— Ты в курсе, что меня за это могут уволить? — тренер уклонилась от ответа.

— Тогда я вас тут же найму, — радостно заявил, не потратив на раздумья ни секунды.

— Кем? — усмехнулась мисс Фаулер.

— Учителем. Вам очень идёт эта профессия. Вы ведь любите заботиться о детях, — подлизался.

— Зря Бедфорд говорила, что ты дуб. Скорее больше похож на иву, — тихо проворчала тренер, куда-то в сторону от трубки.

— О чём вы? — не понял отсылки.

— Забудь.

— Так это стоит понимать как — да, или как — я согласна? — проявил настойчивость.

— Как — я подумаю. И где мой ящик дорогого бренди, который ты обещал за сегодняшнее выступление в клубе? — внезапно сменила тему.

Завершив разговор, так и не получив чёткого ответа, перешёл к плану Б. Эх, если бы бароны потерпели ещё годик, то у меня было бы больше записей в телефонной книжке. Однако приходится довольствоваться тем, что есть. Постарался найти телефон Гринвудского сестролюба. Помнится, наткнулся во время поездки в Эссекс на одну заманчивую возможность. Сейчас воспользоваться ею уже не так опасно. Поступил согласно принципу — Если не можешь купить рыцаря, сделай его сам. Приятнее, конечно, зачать, но в этом случае слишком долго ждать результата.

— Алло, это семья Филлипс? С вами говорит…

* * *

Встретившись с подружками в популярном и жутко дорогом кафе, расположенном в центре Лондона, Ханна немного нервничала. Раньше по таким местам она не ходила и с аристократками лимонад не пила. Однако новые правила стремительно ворвались в её жизнь, вынуждая приспосабливаться. Не сказать чтобы это было неприятно или тяжело, но поначалу вызывало определённые сложности. Да хотя бы в манере общения с одноклассницами и подружками из школы Святой Анны. На какие-то темы они могли говорить свободно, ничем не отличаясь от своих сверстниц. Где-то проявляли избирательную «глухоту». А на что-то, с виду безобидное, неожиданно могли отреагировать очень болезненно. Становясь агрессивными. Лавировать между поднимаемыми темами приходилось с большой осторожностью. Как лоцману корабля, зашедшему в незнакомую бухту. Не знающему ни здешних течений, ни карты морского дна.

Несмотря на то, что ей навязывали в друзей других учениц, Ханна быстро сдружилась с парочкой одноклассниц, которые первыми подошли знакомиться с новенькой. Глорией Вудмор и Дианой Дэвидсон. Хотя Клара Дудик с Нелли Лоруа тоже со временем влились в их компанию, в поисках управы на Амелию Адамс. Создав коалицию. Послушав, что они наговорили о подружке Эрика, Ханна начала испытывать к ней лёгкую неприязнь, спонсируемую Кейси Рэдклиф. К сожалению, не разделяемую другими сёстрами Йохансон.

Марта, хитрая мартышка, «работала» на Маргарет Бедфорд. Однако была не против стать и двойным агентом, одобряя состояние семьи Адамс. Эдит ещё не определилась с тем, кто из девушек брата ей нравится. Пока она больше развлекалась, помогая всем и против всех. Нора самоустранилась, заявив, что хочет быть вне схватки. Эрик сам решит с кем ему дружить, а с кем спать. Там, где нет единства, нет и результата. Поэтому ситуация продолжала оставаться неопределённой.

— Эй, ты ещё с нами?

Заметив задумчивость и отстранённость Ханны, Глория помахала рукой у неё перед глазами.

— Что тебе всё покоя не даёт? Как его зовут-то хоть? — подруга с улыбкой, намекающее поиграла бровями.

— При чём тут мальчики, — отмахнулась смутившаяся Ханна, схватив высокий стакан с торчащей из него соломинкой. — Я о девочках задумалась.

— Оу оу, дорогая. Давай оставим всё, как есть. Я понимаю, что неотразима, — Глория эффектно встряхнула волосами, привлекая к ним внимание, — но эта ягодка ждёт знойного красавца с крепкими руками, а не угрюмую леди с холодным взглядом, — пошутила жизнерадостная девушка.

— Да иди ты, пошлячка, — беззлобно огрызнулась Ханна. — Я нормальная.

— Диана, проверишь? — она перевела взгляд на невысокую, слегка пухлую шатенку в очках, с круглым, детским личиком.

— Легко, — придвинув стул, Дэвидсон прислонила голову к плечу Ханны. — Погладь меня, тогда скажу точно, какая ты.

— Ну как тут не погладить такого милого щеночка, — улыбнулась Ханна, запустив пальцы в пышную шевелюру девушки.

Оглядев стол, заставленный маленькими пустыми тарелками и стаканами, в которых уровень напитков заметно снизился, обнажив подтаявшие кубики льда, Клара сказала.

— Девчат, давайте сворачиваться. Пошли в салон мадам Елены. Я слышала, там обновили ассортимент услуг. Добавили косметическую шоколадную ванну и ароматерапию.

— А я бы ещё заказала тарелочку трюфелей, — не поддержала её Нелли.

Прикинув, какой им принесут счёт и сколько придётся заплатить за посещение салона мадам Елены, Ханна расстроилась.

— Простите, я на этом всё. Мой кошелёк покажет дно, после того как оплачу свою часть счёта.

Деньги, скопленные за последнее время, плюс то, что дала мама на поход с подружками по магазинам, улетели за считанные часы. В следующий раз она согласится встретиться с ними в городе ещё не скоро.

— Так для этого же карта есть, — удивилась Глория. — Делаешь вжиииик и всё, несите следующую, точно такую же, но сиреневую и с перламутровыми пуговицами.

— У меня на карточке пять фунтов. Я могу сделать только хнык-хнык, — Ханна утёрла несуществующую слезу.

Ей было неудобно в этом признаваться, но скрывать было ещё опаснее, а то вдруг потом не сможет расплатиться. Влезать в долги к одноклассникам, которые только начали принимать её за равную, сильно не хотелось.

— Не прибедняйся, — рассмеялась Клара. — Тебе на счёт должна была упасть очень приличная сумма. Ты всё это кафе можешь выкупить, вместе с персоналом.

— С чего бы? — Ханна не поняла её уверенности.

— Ну так твой брат же отправился воевать в Уорикшир. По моим сведениям, ради того, чтобы у тебя появился собственный торговый центр и сеть магазинов одежды, — как-то странно на неё посмотрела Клара.

По лицам других девушек Ханна прочитала, что они об этом тоже знают.

— Ты же сейчас пошутила, да? — напряглась сестра Эрика, испытывая дурные предчувствия.

— Нет. Мне об этом леди Адамс рассказала. Леди Мэнсфилд, состоящая в клубе Чаепития вместе с ней, графиня Уорикшира. Именно она уговорила сэра Эрика записаться на войну. Он сначала отказывался, но потом леди Мэнсфилд предложила заплатить его семье. Я не знаю почему при этом упомянули тебя. А ты разве об этом ничего не знаешь? — встревожилась Клара.

Подруги тоже напряглись, перестав улыбаться. Догадавшись, что случайно сказали то, чего не следовало. Аппетит у Ханны мгновенно пропал, как и хорошее настроение.

— Куда там Эрик поехал? — спросила зловещим тоном, заставив девушек вздрогнуть.

— На войну баронов Уорикшира и Стаффордшира, — медленно ответила Глория, с переживанием вглядываясь в глаза Ханны. — Не делай поспешных выводов. Возможно, мы всё не так поняли. Правда же? — локтём толкнула Клару.

— Это только слухи, — подтвердила девушка, чувствуя себя виноватой.

— Зачем ему соглашаться на что-то безрассудно? — испугалась Ханна.

В попытках понять причину, начала вспоминать, что происходило в последние дни? В голове выстроилась логическая цепочка от получения счетов, хмурого, задумчивого Эрика, упоминувшего, что у него заканчиваются средства, до её просьбы о том, чтобы мама давала больше карманных денег. А ещё ей нужны новые карты памяти для силового снаряжения. Эдит на что-то там тоже понадобились деньги. Мама захотела купить новую стиральную машину большего размера. Сказав, что в доме живёт много людей и старая со своей задачей не справляется. Ещё приближался день зарплаты прислуге. Деньги… деньги… деньги… всё упиралось в деньги. До этого она не задумывалась, какова цена их новой жизни? Воспринимая все сыплющиеся на голову блага, как нечто естественное. Радуясь тому, что больше не нужно экономить и в чём-то себе отказывать. Ударяясь из одной крайности в другую. Однако, ничего не берётся из воздуха.

Ханна уже потеряла отца и совершенно не желала терять брата. Представив, что ей теперь придётся каждый день бояться плохих новостей и не находить себе места от беспокойства, решительно встала.

— Простите, мне нужно идти. У меня появилось срочное дело.

Посмотрев на стол, Ханна с непроницаемым выражением лица достала деньги и положила их под свой стакан. Пока бежала домой, решала сложный вопрос. Стоило ли говорить об этом матери и сёстрам? Чтобы ещё и они сходили с ума от страха за Эрика. И нужно ли убеждать отказаться от того, что они сейчас имели, чтобы отговорить его рисковать жизнью? А ведь Эрик упрётся, раз уж принял это решение. Она его хорошо знает. Эрик взял на себя ответственность за содержание семьи. Упрекать его в этом глупо. Да, способ выбран не самый лучший, мягко говоря, но так и брат не мистер совершенство. До чего додумался, за то и ухватился.

В памяти Ханны всё ещё сохранялся образ слабого, неуверенного в себе, недружелюбного брата, запиравшегося в комнате, чтобы отгородиться от неприятного ему внешнего мира. Не желающего ходить в школу. Имеющего всего пару друзей. Таких же чудиков одиночек. Ну как такого парня одного отпустить на войну? Поэтому Ханна решила разделить с ним груз ответственности. Защитить брата. Она, в конце концов, тоже будущий рыцарь. Иначе зачем ей дана эта сила? Ради чего проливала пот на тренировках? Плевать на шанс попасть в команду. Эрик для неё намного важнее.

Ханна знала, что завтра брат уезжает, якобы в «тренировочный лагерь». Сегодня он занимался делами своего спортивного клуба. Поэтому, изменив маршрут, она направилась прямиком туда. Совсем не удивившись тому, что в клубе оказался и мистер Вилсон, и Габа, и несколько девушек из команды по фехтованию Святой Анны, и госпожа Чамар, и ещё несколько незнакомых ей людей. Сообщники хреновы! От вида беззаботно-весёлого лица Эрика её захлестнула мощная волна злости. Пока бежала, устав как собака, накрутила себя переживаниями до предела. Поэтому, подойдя к нему, сразу же отвесила звонкую пощёчину.

— Это за враньё! А теперь поговорим, — ухватив за плечо, Ханна потащила ошеломлённого брата в сторону душевой, испытывая страстное желание врезать ему ещё раз.

* * *

В семь утра все члены моей группы начали собираться на стоянке, у туристического автобуса. Я до последнего момента боялся, что в последний момент кто-нибудь передумает или не придёт, однако явились все и вовремя. Даже Ханна. Хотя, если бы так поступила она, я был бы только рад. Убедить её остаться дома не получилось. Чуть до драки не дошло, настолько жарким был спор. Угрожала всё равно приехать в зону боевых действий и нас разыскать. Если понадобится, в одиночку и на велосипеде. Безопаснее было держать сестру рядом с собой, чтобы с ней ничего не случилось. При этом Ханна думала то же самое, но про меня.

После того, как все разместились в автобусе, проверил по списку. Тактическая группа «Гоблин». Состав: Эрик Йохансон, Кристофер Вилсон, Эмма Фаулер, Холли Филлипс.

Тренер дотянула до последнего, но всё же решила записаться в команду. То ли из-за денег, то ли из-за нас, то ли заскучала год за годом гонять по стадиону ленивых учениц, имеющих другие интересы. Холли ради силы, много лет мечтая о ранге рыцаря и завидуя более успешным коллегам, готова была пойти и на большие жертвы. В принципе она и сама была рада вырваться из родительского гнезда на просторы большого мира. Заявить о себе. А чтобы не слишком с этим увлекалась, вместе с ней приехал угрюмый, шкафоподобный братец. Филлипсы, кстати, оплатили не только повышение ранга Холли, но и нашу военную кампанию. Попросив подтянуть девушку не только в силе, но и натаскать в навыках. Позволить ей получить опыт преодоления трудностей. Это семья из своих детей вовсе не собиралась воспитывать избалованных неженок. По их мнению, тактическая группа во главе с магистром для этого дела была подходящей компанией. Более безопасной, чем если бы она пошла с другими рыцарями.

В этом случае «шутка» короля с присвоением нового ранга принесла мне очень большую пользу. Филлипсы оценили серьёзность заявлений Эрика Йохонсона по предоставленным документам, а не по внешнему виду. В итоге доверив свою дочь. Вместе с тем предупредив, если с ней что-то произойдёт, лучше мне в Эссексе больше не появляться.

Вернувшись к списку, проставил новый ряд галочек. Группа прикрытия «Варг». Состав: Эльза Браунфельс, Ивон Виардо, Агата Збражская, Джейн Гриффин, Ханна Йохансон, Алан Филлипс.

Командиром этой группы назначил капитана команды «Ястребы Гринвуда», Алана. Всё же у него самые высокие показатели лидерства и личной силы. Девушки слишком привыкли быть исполнителями, а не ведущими игроками. С ним у меня были проведены дополнительные тайные переговоры, с заключением отдельного соглашения. Он позаботится о безопасности Ханны, когда меня не будет рядом, а я позабочусь о Холли. Не сказать чтобы мы перестали друг другу не нравиться, но ради сестёр готовы были закрыть на это глаза.

И наконец, группа разведки «Глаз». Состав: три члена стрелкового клуба Святой Анны, включая Брину Вилсон. На мой невежливый вопрос, — Эти-то что здесь делают? Брина пояснила, что её подружки также хотят кушать красную икру и омаров и, желательно, не в школьном автобусе. У каждой из них были свои обстоятельства. Именно они тогда взялись за заказ, «Спасти толстого Гарри», расстреляв банки с пивом. И вообще, она за них ручается.

Подумал в тот момент, — “Ничего себе запросы у школьниц пошли. Скромнее нужно жить. Как я”. Доверился в этом вопросе Брине. Она меня ещё ни разу не подводила.

Габу никуда не включал, он будет моим порученцем и телохранителем. Сам по себе. А то не представляю, кто бы мог им командовать и остаться в живых. С ним нужно уметь обращаться.

Когда автобус тронулся, не прошло и пяти минут, как мне позвонила леди Натали Мэнсфилд. Видимо, получила немаленький счёт за маленькое войско. А что она хотела? Расценки я взял средние по рынку услуг наёмных команд соответствующего уровня.

— Сэр Йохансон, я думала, вы приедете один и налегке. А тут пришёл список на целый военный отряд.

— Леди Мэнсфилд, вы же меня позвали не на прогулку в парк. Вы хотели получить полноценную боевую команду А-ранга или модель для обложки журнала? Вражеского магистра я возьму на себя, как и было обговорено. Поверьте, он тоже будет передвигаться не пешком и не в одиночку. Если только не имеет специализацию диверсанта или шпиона.

Скорее всего, Мэнсфилды планировали собрать такую группу, а не получить её в готовом виде. Именно поэтому я хотел оказаться в окружении своих друзей, а не чужих людей.

— Да, конечно. Но указанная сумма…, — леди Натали начала торговаться, что мне сразу же не понравилось.

— Вполне справедлива и обоснована, — перебил её. — Она выведена профессиональным бухгалтером. Все документы у меня собраны. Чеки приложены. Если у вас возникли какие-то непредвиденные изменения в планах, ничего страшного. Наш автобус проедет через Уорикшир прямиком в Стафордшир. Свои деньги мы получим в любом случае, — проинформировал леди Натали успокаивающим тоном.

Согласно моему опыту, пусть и приобретённому нестандартным способом, если ты не умеешь отстаивать свои интересы, у тебя их и не будет. Несколько обеспокоенная юная графиня пообещала посоветоваться с папой. Папа, будучи человеком умным, поняв, что имеет дело не с наивным школьником, на которого рассчитывал, жадничать не стал. Проверив расценки и сравнив их с присланным списком, признал, что они действительно справедливы. Так что уже через час мой телефон подал сигнал о получении гарантийного письма из благотворительного фонда «Каракар».

Дело в том, что контракт я буду заключать не с Мэнсфилдами, а с Невиллами. Но, поскольку у барона денег на такой найм может и не хватить, оплачивать его будут со специального счёта недавно созданного благотворительного фонда, куда могут пожертвовать свои деньги все желающие. Те, кто сочувствует семейной трагедии Невиллов. Нам нужно будет показать это письмо барону Норт-Уорика, чтобы он понял, что мы присланы союзниками, которые и оплатят наши услуги. По такой же схеме и в Тамуорт поставлялась техника, съезжались наёмники, которые явно были не по карману его владельцу.

Из Лондона мы прямым рейсом доехали до Атерстона. Небольшого, симпатичного городка с населением менее двадцати тысяч человек. По большей части застроенного аккуратными одно, двух и трёхэтажными домиками. С обилием зелени, деревьев, придомовых участков. На вид, очень спокойное, уютное место. Несмотря на низкую плотность населения, этот городок занимал довольно приличную площадь. Имел на своей территории несколько предприятий. Через него проходила железная дорога и автомобильная трасса А-5, из-за чего Атерстон выполнял роль логистического центра. Имелась маленькая речка, больше похожая на канал, по которой плавали длинные речные трамвайчики и баржи. Глядя на это место, совсем не верилось, что где-то здесь вот-вот разразится война. В Атерстоне раньше если и были проблемы, то связанные с мелкими кражами, хулиганами и пьяницами.

— Где мы? — удивлённо огляделась Виардо. — Как называется эта деревня?

— Эта деревня называется — город Атерстон. Мы приехали. Пойду искать барона, чтобы узнать, куда нам заселяться?

Пока автобус не остановился, обратил внимание, что на улицах очень мало людей, а на дорогах, машин. Многие магазинчики были закрыты несмотря на рабочее время. Зато попадалось много людей в военной форме и армейской техники. В основном грузовиков и джипов. А ещё нам пришлось пересечь два пропускных пункта, возле которых стояли большие предупреждающие знаки о предстоящем вооружённом конфликте. Глядя на всё это, возникало тревожное предчувствие, что скоро здесь ситуация станет ещё хуже. А пока никто не стрелял, небо не застилали дымы, по улицам спокойно прогуливались оставшиеся горожане, отказавшиеся эвакуироваться. Надеявшиеся на то, что это жителям Тамуорта понадобится разбегаться и прятаться, а не им. Что всё будет хорошо. А если и не будет, то не с ними и не здесь. И вообще, может, дом в их отсутствие и не разрушат, но какой-нибудь придурок в нём обязательно насвинячит. Потерю вещей им компенсируют, жильё восстановят, а вот чистить и приводить всё в порядок, придётся самим.

— Брина, прогуляйся по округе, посмотри, что здесь и как. Где вам будет удобнее работать, а где нам. Мистер Вилсон, мисс Фаулер, — она позволила называть себя по имени, но только на время выполнения контракта, — составьте мне компанию. Для солидности нашей группы.

Боюсь, глядя на меня, всё ещё ходящего с палочкой и прихрамывающего, у барона Норт-Уорика может сложиться неправильное впечатление.

— А я? — лучась энтузиазмом, Холли показала на себя пальцем, ожидая важного задания.

Сгорая от нетерпения. Заблуждаясь, что раз она теперь тоже рыцарь, то стала равной более взрослым и опытным коллегам. Как я её «натягивал» на этот ранг, до сих пор не хочу вспоминать. По крайней мере на трезвую голову. Это был рискованный и очень напряжённый процесс. Из-за желания успеть всё сделать в кратчайший срок, чуть не загубил девушку. Зато извлёк важный урок, что всё должно быть своевременным. Поэтому Холли хоть и стала рыцарем по чистым показателям А-поля и резерву доступной энергии, но пока она всё ещё не стабилизировала своё состояние. Не укрепила энергетические каналы. Ей не хватало концентрации. Про отсутствие опыта даже говорить не стоило.

Посмотрев на вечно хмурого, покачавшего головой Алана, стоявшего позади неё, добродушно приказал.

— А ты будешь охранять наши вещи.

Проследив за моим взглядом, Холли резко обернулась. Алан тут же отвернулся и принял настолько подозрительно-скучающий, невинный вид, что даже водитель автобуса ему бы не поверил и обязательно проверил свои карманы. Так, на всякий случай.

Не став задерживаться, ушёл искать барона, оставив родственников разбираться между собой. А заодно и с ученицами Святой Анны, которые, игнорируя своего командира, уже решали, чем бы им заняться? Пусть Алан учится управляться со своей группой. И страдает! Это ему не Ястребы Гринвуда, где он уже заработал авторитет. Был самым важным членом команды. Кроме того, ученицы Святой Анны и ученицы Гринвуда, это две большие разницы. Желаю ему успехов. На моём лице появилась злорадная улыбка.

Поспрашивав на улице, разыскали дом семьи Невиллов, расположенный в центре города, недалеко от мэрии. Барон жил вовсе не в замке, как можно было бы подумать, а в двухэтажном, добротном, большом доме, с несколькими пристройками, окружённом лужайками и декоративными кустарниками. С точки зрения безопасности, оборонять его от серьёзных военных сил заранее провальная затея. Вокруг него даже забора не имелось. Хотя рота солдат уже вовсю выкладывала из мешков с песком заграждения и огневые точки. На лужайках ставились армейские палатки. Из модульных плит вокруг них собирались вполне солидные, готовые укрытия. Несколько латников в фантомной броне, вооружённых мощными, ручными авто пушками и ракетными установками, выполняли роль лёгкой бронетехники.

Чтобы встретиться с бароном Норт-Уорика, Харви Невиллом, нам пришлось переговорить с несколькими людьми и подождать минут сорок на улице. Он был сильно занят. Когда нас пригласили в дом, в гостиную, помимо барона там присутствовало ещё три человека. Его секретарь, начальник охраны и какой-то военный в форме капитана.

Внимательно посмотрев на нас, одетый в хороший костюм, слегка усталый и озабоченный грузом свалившихся на него проблем, господин Невилл вежливо спросил.

— Добрый день. Господа, я вас слушаю. Мне сказали, что у вас какое-то важное дело. Только, пожалуйста, излагайте его побыстрее. У меня не так много свободного времени.

— Понимаю. Мы не отнимем у вас много времени, — хотя он смотрел на Кристофера, посчитав его главным, говорить начал я. — Видите ли, наши общие друзья из Уорикшира сообщили мне, что вам требуется военная помощь, чтобы защитить честь своей семьи. Они даже готовы за неё заплатить. Будучи человеком неравнодушным к чужим бедам, а также находясь с этими людьми в хороших, деловых, — подчеркнул, — отношениях, я посчитал возможным предложить вам наши услуги. Если они, конечно, будут востребованы.

— Могу я поинтересоваться, наши — это чьи? — спросил барон судя по голосу, не рассчитывая, что этот разговор принесёт Невиллам какую-то пользу.

Посчитав нас обычными вольными стрелками, которым больше нечем заняться. И которые хотят по-быстрому заработать лёгкие деньги. Он уже на таких «предпринимателей» за последние дни насмотрелся.

— Отдельный тактический рейдовый отряд А-ранга. В составе трёх полных групп. Ударной, прикрытия и разведки.

Сначала хотел обозначить нас ударным или штурмовым отрядом, для эффектности, но потом подумал, что мы лучше всего сможем проявить себя именно в этом качестве. Встрепенувшись, барон быстро переглянулся с ошеломлённым капитаном.

— А-ранга? — недоверчиво уточнил барон Харви Невилл.

— Совершенно верно. Меня зовут Йохансон. Эрик Йохансон. И я магистр Британской короны. Чемпион турнира мечников Большого Лондона этого года. Приглашён в Норт-Уорик фондом «Каракар».

Выставил себя с лучшей стороны. Не став упоминать, что магистр я только на бумаге, а турнир был школьным. За что удостоился косого взгляда и лёгкой улыбки от мисс Фаулер.

— А не тот ли Йохансон, что недавно победил двух паладинов в Лондоне, спалив несколько его кварталов? — припомнил изумлённый барон, в глазах которого отразился живой интерес к нашей троице.

Его отношение к нам сразу поменялось. Что за невезение? Совершил столько подвигов, а люди, почему-то, услышав моё имя, сразу вспоминают тот глупый эпизод. Вышедший совершенно случайно и не по моей вине. Не подав вида, что я по этому поводу думаю, с достоинством кивнул.

— Хэмил, вызови сюда полковника Сандерса, — попросил обрадовавшийся барон у капитана. — Это наш начальник штаба, — пояснил. — Хотя нам уже удалось найти одну команду А-ранга и две В-ранга, но от ещё одного магистра отказался бы только полный идиот. Пусть даже…, — вовремя спохватившись господин барон замолчал, едва не сказав лишнего.

Прищурившись, смерил его уничижительным взглядом. На секунду испытал соблазн отправиться в Тамуорт. И потом. Что значит, мы не единственные и неповторимые? Я думал, буду в этой глухомани самым значительным объектом поклонения. А тут уже объявился какой-то «хрен с горы», претендующий на мои деньги.

Мисс Фаулер, уже успевшая немного изучить проблемного ученика, напряглась. Обеспокоенно посмотрела на мою распрямившуюся спину таким взглядом, словно в ней вот-вот должна была открыться дверца, откуда бы высунулся маленький, остроносый, желтоглазый и зеленокожий гоблин, со словами, — «Ну всё, он сам напросился. Дайте мне лестницу и колотушку!»

* * *

Чуть позже в особняке барона Тамуорта прошло напряжённое совещание. Разведка у Бартонов работала хорошо, так что резкое усиление Невиллов не осталось незамеченным. Недавняя расслабленность и удовольствие от подготовки к маленькой, быстрой и победоносной войне сменилась хмурой задумчивостью. Ожидания по поводу неё уже не оправдывались. Пришлось срочно обращаться к графу Стаффордшира с просьбой прислать ещё больше высокоранговых операторов А-поля. Война скоро должна начаться, а значительного перевеса сил достигнуть так и не удалось.

На следующий шаг Бартонов отреагировали и Невиллы, которые тоже не были дураками и считать умели. Таким образом, возникла суматошная гонка вооружений. Вскоре расходы на неё превысили все разумные пределы, но остановиться «закусившие удила» бароны уже не могли. Одержать вверх для них стало делом принципа.

Когда Его Величество ознакомился с докладом секретной службы, в котором были перечислены концентрирующиеся в этом районе силы и средства участников конфликта, у него на лице появилось выражение крайнего удивления с оттенком озабоченности. Он задал всего один вопрос.

— С кем они там собрались воевать?

Глава 7

Барон Норт-Уорика с большой радостью нанял нашу команду на целых три недели. Учитывая, что сегодня только двадцать пятое Марта, определённо, он большой оптимист. Хотя если прикинуть, что от Атерстона до Тамуорта всего девять с половиной миль, по прямой, то это действительно будет быстротечная военная кампания. Это же маленькая Англия, а не Канада или Австралия, где расстояния между городами куда более существенные.

Устраивать длительную позиционную войну господам баронам незачем. Полностью разрушать чужие города или переходить к тактике «выжженной земли», тоже нецелесообразно. Им достаточно устранить тех, кто её объявил. Причём их не обязательно даже убивать. Как только Бартоны или Невиллы прекратят своё существование, либо же не смогут больше оказывать сопротивление, к примеру, сбежав или капитулировав, война сразу же закончится. Именно поэтому часть своих семей оба барона спрятали где-то в надёжном месте. Чтобы их не выследили и не убили.

Как только королевские приставы зафиксируют, что один из родов больше не контролирует свою территорию, то они тут же присудят победу их противнику. Это было сделано для того, чтобы проигравшие могли выбирать, что они потеряют: жизнь, честь или имущество? А то раньше находились умники, которые прятались где-нибудь в другой стране и чужими руками вели непрекращающиеся конфликты. До полного истребления своих врагов, где бы те ни находились. Или пока у них не кончались деньги. Такой метод ведения войны слишком разрушительно сказывался на развитии целых регионов страны, поэтому было введено правило — сбежал, значит, проиграл.

Ещё следовало учитывать тот факт, что Его Величество не позволит победителю завладеть ещё одним баронством. Только он имел право раздавать титулы и территории. Однако личные земельные участки, деньги и имущество побеждённых должны достаться победителям. Таков закон.

После встречи с господином Невиллом, его секретарь быстро нашёл для нас приличный домик в Атерстоне. С большим количеством комнат и почти семидесятилетней хозяйкой, оставшейся в городе несмотря на все уговоры его покинуть. Заявившей, что она тут родилась, прожила всю жизнь и здесь же помрёт. Все гостиницы в городе были давно переполнены, включая санатории и дома отдыха, поэтому нас разместили в частном секторе. Зато со всеми удобствами и за счёт баронской казны. По словам миссис Харрис, за отдельную сумму, не входящую в договор аренды жилья, она готова предоставить нам завтрак, ужин и доступ к стиральной машинке. Милая старушка не собиралась упускать дополнительных возможностей заработать. Как и все пожилые люди, жалуясь на дороговизну жизни, отсутствие манер у окружающих и должного уважения к её былым заслугам.

Понаблюдав за тем, как она отругала Збражскую за плохо вытертую обувь, а Ивон, после перечисления того, что бы она хотела получить на завтрак, невозмутимо предупредила о неизбежности овсяных хлопьев с молоком и яичницей, заявил, что мне здесь нравится. И я даже готов доплатить за гостеприимство миссис Харрис. Получив за это косой взгляд от француженки и тихое ругательство от полячки на её родном языке.

Спустя два дня.

Вернувшись после очередного посещения мэрии в скверном расположении духа, раздраженно проворчал.

— И почему в Святой Анне не учатся дети Стаффордов?

— Что-то случилось? — удивилась одетая в спортивный костюм Гриффин, расслабленно развалившаяся в кресле.

Закинув ноги с полосатыми носками на пуфик и листая какой-то глянцевый журнал.

— Нет. Просто Йохансон познакомился со вторым сыном барона Норт-Уорика, — пояснила ехидно ухмыляющаяся мисс Фаулер. — Забавный малый. А уж сколько у него гениальных идей для лихой кавалерийской атаки, не сосчитать. Во главе с ним, естественно. С поднятыми знамёнами и фанфарами. Ну и парочкой команд А-ранга за спиной.

— А ещё большим желанием приписать себе чужие заслуги. Парень даже не одарённый, но наглый до безобразия, — поделился своими впечатлениями. — Почему-то считает, что все должны его беспрекословно слушаться. Особенно теперь, когда он стал главным наследником, после смерти старшего брата. И если я подписал контракт с его отцом, то, по его мнению, он теперь тоже имеет право мною командовать.

— А это уже наглость, — заявила Ханна, засунув руку в открытую упаковку с чипсами за очередной порцией вкусняшек.

Несмотря на обилие вокруг Ханны картофельных крошек и смятых салфеток, это её нисколько не смущало.

— Я так и сказал, — согласился с сестрой.

Сбившись с мысли, с подозрением принялся разглядывать обширную коллекцию косметики, аккуратно расставленную на туалетном столике. Занимающую большую его часть. Выставленную ровненькими рядами, по размеру, как на выставке. Чего там только не было. Яркая помада нескольких цветов. Тушь для ресниц. Крема. Карандаши и кисточки. Разнообразные румяна. Какие-то тюбики, коробочки, флакончики, непонятные хреновины. И слава богу, что до сих пор непонятные.

— Не знал, что миссис Харрис — такая модница. Она что, куда-то ещё ходит? Помимо церкви и бакалейной лавки.

— Это не её, а Збражской, — рассмеялась Виардо, продолжая играть на телефоне в мобильную донатную помойку.

Переплюнув в ней всех, за счёт безлимитной карты и отсутствия стыда. Действуя по принципу — доминируй и унижай.

— Зачем ей здесь столько косметики? — опешил от такой новости.

— Ты что, глупый? — прервавшись, удивлённо посмотрела на меня француженка. — Чтобы выглядеть красивой.

— Зачем? — терпеливо повторил тот же вопрос, не увидев его связи с ответом.

— Тут же полно аристократов. А вдруг она пленит какого-нибудь красавчика? Графа или лорда. Нужно же сначала показать товар лицом, а только потом… всем остальным.

— Лучше бы она пыталась выглядеть умной, а не красивой. Беря пример с тебя, — сделал комплимент. — Ты же не взяла с собой чемодан парфюмерии.

Улыбающаяся Виардо продолжила на меня неподвижно смотреть, не дрогнув ни единым мускулом. Секунду, две, три…

— Правда же? — уточнил, будучи в этом уже не настолько уверенным, как раньше.

— Что, и ты тоже? — изумлённо перевёл взгляд на смутившуюся сестру, не услышав в тишине продолжающегося хруста.

— Нет, конечно. Я взяла только пудреницу, помаду и тушь. И всё! — заявила смутившаяся сестра в своё оправдание.

Посмотрев на Гриффин, увидел, как та мгновенно прикинулась спящей, откинув голову. Даже рот приоткрыла для достоверности. Под воздействием усилившейся подозрительности перевёл взгляд дальше, на Холли, которая разглядывала свои аккуратно подстриженные, свежелакированные, блестящие ногти. Ещё более пристальное внимание обратил на сидящего рядом Алана, ожидая добивающего удара.

— Йохансон, ты спятил что ли? — возмутившийся парень аж вздрогнул, опасаясь быть неправильно понятым.

— Вот и думаю, может, я спятил? На кой чёрт взял с собой толпу богатеньких, модных школьниц? — спросил у мисс Фаулер.

— Я бы тоже хотела это знать, — пожала она плечами. — Наверное, чтобы перед ними покрасоваться. Продемонстрировать свою мужественность. Ну и они решили не отставать, показав себя во всей красе.

— Где Збражская, Брина и Браунфельс? — переключился обратно на Виардо, проигнорировав подколку.

— Не знаю, гуляют где-то, — беззаботно ответила француженка, вернувшись к игре.

— Эльза пошла за пивом, а Брина, вроде бы нашла дешёвую резину на свой мотоцикл. Поехала смотреть, — подсказала Ханна, продолжив хомячить и свинячить.

«И с этими людьми я должен воевать?! — раздался мысленный вопль несчастного гоблина. — Что они с мисс Харрис сделали?»

— Что он такой недовольный? — беззаботно поинтересовалась Ханна у мисс Фаулер.

— Его пригласили на ужин в мэрию. Там соберутся все командиры отрядов. Плюс съехавшиеся сюда аристократы, местные чиновники и офицеры. Будет много пустых, высокопарных слов о единстве и дружбе. Выпивки и сигар. Новых знакомств. Споров о том, кто лучше. Разговоров о женщинах. Если встречаются трое и более мужчин, это входит в их обязательную программу, — неодобрительно покачала головой мисс Фаулер.

«Чему она школьниц учит?» — подумал, изумлённо на неё посмотрев.

— Аааа, — понимающе кивнула Ханна. — Сочувствую, — бессовестно соврала.

«Дорогая Маргарет, прости, что не знал, как тяжело тебе приходится в должности капитана команды. Вернусь, приготовлю тебе тортик. Твой несчастный лейтенант.» — отправил сообщение леди Бедфорд, прикрепив к нему плачущий смайлик.

Чем немало обеспокоил Маргарет, получившую такое странное сообщение. Из-за чего она весь день проходила рассеянной и задумчивой, портя свою успеваемость, пытаясь понять, — Что это было?

Переодевшись в костюм, доставленный курьером, не думал, что он мне тут пригодится, перед очередным посещением мэрии навёл порядок в своём отряде. А то совсем начали от рук отбиваться, воспринимая нашу поездку, как каникулы. Выгнал во двор, построил, сыпя угрозами. Напомнил, кто здесь главный. Поставил задачу совершить марш-бросок в полном снаряжении, в контактных комбинезонах. Будут тренировать выносливость, наматывая круги вокруг квартала на время. А чтобы не расслаблялись и не жульничали, приказал нашим скучающим снайперам скрытно засесть в пустующих домах вдоль их маршрута и при отставании от графика из воздушек стрелять пластиковыми пульками по ленивым задницам. Самую меткую из них, сделавшую больше всех попаданий, ждёт денежный приз.

Посмотрев в алчущие денег, заблестевшие глаза Брины, отряд не только впечатлился моим коварством, но и проникся серьёзностью угрозы. У этой девушки палец не дрогнет. Ответственным за это задание назначил мисс Фаулер, которая тут же накинула ещё три круга сверху, зловеще улыбаясь.

Когда прибыл в мэрию, там уже собралось приличное количество нарядно одетого народа. Такое впечатление, словно я внезапно очутился на выпускном балу. Всё было празднично украшено, чтобы продемонстрировать уверенность Невиллов в их победе. Столы обильно заставлены изысканными блюдами. Официанты, в классических костюмах прислуги, разносили многочисленные бокалы с разнообразными напитками. Всё было обставлено даже слишком пышно и красочно. Учитывая большую разницу между Норт-Уориком и Тамуортом, я понимал для чего это делалось.

Повсюду в зале можно было наблюдать, как собирались небольшие компании, в которых велись непринуждённые разговоры. Встречались старые друзья. Завязывались новые знакомства. Обсуждались дела с коллегами по ремеслу или соседями по позициям. Я думал, что как новичка в обществе аристократов меня оставят в покое, будут только присматриваться, но ошибся. За столом, куда меня посадили, рядом оказались столь же уважаемые персоны, которые первыми проявили любопытство.

— Простите, сэр Йохансон? — обратился ко мне импозантный мужчина среднего возраста, с холёным аристократическим лицом. — Надо же, — он удивился, получив подтверждения своей догадке. — Не ожидал вас тут увидеть. Я думал, вы больше медийная личность, проявившая себя в спорте и кино, нежели на поле боя.

— А вы…? — вопросительно на него посмотрел.

— Магистр Гарри Фоуч из Глостершира, — представился мой собеседник.

Вспомнив уроки Маргарет, теперь я знал кто этот человек. Фоучи являлись видным семейством в Глочестере, связанным с семьёй своего графа. Став баронами не так давно, в исторической перспективе. Как раз из-за того, что у них тогда появился магистр, а у бывших баронов Котсуолда, чьё место они заняли и у которых, вот уж «неожиданность», выиграли войну родов, нет. А ещё граф Глочестера был хорошим другом графа Уорикшира. Так что появлению здесь кого-то из Фоучей я не сильно удивился.

— Я буду отвечать за центральную часть обороны Норт-Уорика. А вас куда определили? — полюбопытствовал сэр Фоуч.

— На левый фланг. Под командование майора Милтона. Буду готовиться к прорыву в Тамуорт.

— Правда? Ты тоже? — вмешался в наш разговор мелкий, пятнадцатилетний, стриженный под «шапочку», белокурый парнишка в зелёном костюме, похожем на школьную форму с характерными гербовыми накладками.

— Что, я тоже? — удивился.

— Тоже магистр и тоже будешь захватывать Тамуорт? — обрадовался подросток.

Он посмотрел на меня с вызовом, как на соперника. Даже не спросив, согласен ли я им стать?

— Господин Каннингем, ведите себя прилично, — тихо попросил его пожилой мужчина, сидящий рядом. — Не провоцируйте других людей.

— Я и не провоцирую, мистер Палмер. Я выясняю, с кем мне придётся соревноваться за звание лучшего магистра войны «Ромео и Джульетты». И самого результативного, — самоуверенно заявил этот парень.

— А меня вы совсем не рассматриваете в качества конкурента? — добродушно усмехнулся сэр Фоуч.

— Простите, сэр Фоуч, но раз вы остаётесь в обороне, то не думаю, что к тому времени, когда я сожгу дом Бартонов, вы наберёте заслуг больше, чем я. Да и Гоблин, по слухам, довольно проворный и решительный малый.

Этот парень не только меня узнал, но и отнёсся не слишком-то уважительно. Впрочем, как и к сэру Фоучу.

— Удобно, наверное, когда ты собеседника знаешь, а он тебя нет, — с намёком улыбнулся ему.

В глазах парня промелькнуло недовольство. Его чем-то задели мои слова. Неужто тем, что не узнал «гениального» Каннигема? Ах какая досада. Налейте ему стакан молока за мой счёт.

— Я второй сын герцога Сасекского, магистр Британской империи, Питер Каннингем, — с гордостью объявил этот напыщенный тип во всеуслышание.

Я сильно удивился, не понимая, что столь редкая птица делает в этих краях? Приехал поразвлечься или использовать Норт-Уорик в качестве полигона? Или за славой? А может, по поручению отца? Ну уж точно не ради денег. Хотя, где ещё набираться подобного опыта в относительно безопасном и комфортном месте? Не за границу же отправляться для участия в войне против серьёзного противника? Да ещё ему, одному из пяти знаменитых Британских гениев, достигших ранга магистра в возрасте пятнадцати лет. Да за ним там такая охота начнётся, что никакой охраны не хватит. Не удивительно, почему юный Каннингем вёл себя столь высокомерно. Как оказалось, его поставили на правый фланг, что только усилило желание подростка доказать своё превосходство. Заслужив ещё больше похвал и наград.

Оглядев внушительную свиту магистра Каннингема, явно собранную не из простых латников, невольно усмехнулся. Хотя веселье продлилось недолго. Внезапно пришедшая мысль заставила напрячься от тревожных предчувствий.

— Сэр Фоуч, — перестал обращать внимание на герцогского сынка, ожидавшего, что я сейчас начну перед ним лебезить, как все остальные, — не подскажете, а сколько высокоранговых команд удалось собрать барону Норт-Уорика?

— Довольно много для конфликта такого уровня, — улыбнулся магистр. — Включая вас, три отряда А-ранга, три В-ранга и семь С-ранга. Все их командиры сейчас присутствуют в этом зале.

Если Бартоны не самоубийцы, они выставят примерно столько же. И ведь к ним ещё нужно собрать соответствующее количество пехотных, артиллерийских и механизированных подразделений. Прикинув численность войск на квадратную милю, засомневался, что это будет такая уж лёгкая работёнка, как я о ней думал. Аппетит сразу пропал. Захотелось немедленно отправить девушек обратно в Лондон. Вместо игры в прятки, в которой у меня было бы неплохое преимущество за счёт Оракула, намечалась совсем другая игра.

Несмотря на моё нежелание общаться с сэром Питером Каниннгемом, тот сам проявил инициативу, встретив почти ровесника. С заметным пренебрежением расспрашивал о Лондонском турнире. Об учёбе в Святой Анне, чему, как мне показалось, завидовал. О столкновении с похитителями и бандитами. Заявив, что если бы он оказался на моём месте, то поступил бы совсем иначе, в чём я нисколько не сомневался. Каннингем даже предложил заключить пари, кто быстрее доберётся до Тамуорта и захватит дом Бартонов. Он оказался довольно азартен. С трудом отвязался от этого самовлюблённого парня, что Питеру опять-таки не понравилось. Я словно с самого начала вызывал у него какое-то подсознательное раздражение. А уж когда он узнал, что в отряде «Гоблин» нет ни одного паладина, то перешёл к тонким, завуалированным насмешкам, пытаясь вызвать хоть какую-то ответную реакцию с моей стороны. Питера устроило бы что угодно, от восхищения до ненависти, лишь бы не равнодушие.

С сэром Фоучем разговора у меня тоже не сложилось. Он не воспринимал всерьёз школьника, которому лёгкие победы, ранняя слава и богатство вскружили голову. Считая, что я приехал сюда ради показухи. За медийной популярностью и деньгами. И вообще, занялся не своим делом. По его мнению, я должен был продолжать то, что лучше всего умел. Ходить на съёмки. Участвовать в юношеских турнирах. Посещать различные клубы. Флиртовать с девушками. Попадать на первые полосы газет. Оказываться втянутым в неприятности и скандалы. Словом, радоваться беззаботной жизни, привлекая к себе общественное внимание. Или же, отринув всё это, заняться серьёзными делами. Хотя даже тогда Йохансоны не стали бы ровней баронам Фоучам. Вот в этом-то и было главное препятствие. Ему просто нечего было обсуждать с безземельным, бедным рыцарем в первом поколении из другого графства. Ставшим известным только благодаря саморекламе и умению попадать в неприятности. Сравнивая его отношение ко мне с тем, что я получил в Шотландии, испытал чувство обиды. Однако, в чём-то он прав. Ещё стоило отдать должное, сэр Фоуч в разговоре со мной вёл себя довольно учтиво и вежливо. Был сдержан, в отличие от Питера. Он не пытался спровоцировать или обидеть своего собеседника, говоря то, что думал.

Как только выдалась такая возможность, сразу покинул общество этих надменных индюков. У которых между собой, как ни удивительно, завязался вполне нормальный разговор.

Пройдясь по залу, встретился с бароном Невиллом, представившим свою жену и сына, с которым мне уже не посчастливилось познакомиться. А ещё со своим братом и племянником. С престарелым отцом, давно отошедшим от дел. С тёткой и её детьми. Пользуясь случаем, поблагодарил Невиллов за гостеприимство. Похвалил за организацию ужина. Заверил, что мой отряд полностью готов к войне. Наш боевой дух высок и крепок, и потому они могут полностью на нас положиться. Мы также сочувствуем их утрате.

Эти слова тронули хозяина приёма. Он поблагодарил меня за то, что откликнулся на его просьбу о помощи. Пообещал, что всем членам отряда «Гоблин» будут всегда рады в Норт-Уорике. Пообещал хорошие скидки в местных магазинчиках и гостиницах. Лучше бы объяснил, что нам тут потом делать? Если только осматривать живописные развалины средневековых крепостей и укреплений времён поздней Римской империи. В самом деле, не ездить же сюда из Лондона только из-за скидок в продуктовых магазинах? Половина нашей команды, до недавнего времени, даже не знала о существовании этого городка. Хотя учитывая, сколько тут собралось магистров и паладинов, вполне возможно, скоро Атерстон, Колсхилл и Тамуорт мало чем будут отличаться от тех самых исторических достопримечательностей.

После разговора с бароном Норт-Уорика, чтобы не скучать в одиночестве, показывая всем, насколько я жалок, отыскал майора Милтона. Захотел узнать у него ближайшие планы командования на наш счёт. Майор обнаружился у открытого окна, рядом с несколькими курильщиками. Они как раз обсуждали план предстоящей кампании. Узнав, что здесь собрались те, кого определили на левый фланг фронта, я обрадовался. Уважительно поздоровавшись, познакомился с этими господами. Запомнив в лицо тех, с кем мне придётся работать вместе. Заодно, наконец-то, выяснил общее состояние дел и куда нас определили.

Милтон объяснил, что на левом фланге, не считая пехотных и артиллерийских подразделений, которые будут играть вспомогательную роль, сосредоточены два батальона латников, рота кавалерии, три отряда рыцарей, по одному отряду паладина и магистра. На правом, то же самое. В центре, на обороне города, остаются: один батальон латников, рота копейщиков, два взвода рыцарей и отряд магистра Фоуча.

Несмотря на средневековые названия, все эти подразделения имели приставку «фантомный». Кроме того, имелось существенное отличие между отрядом рыцарей и взводом рыцарей. В отряде могло быть от одного до трёх рыцарей, плюс сопровождение, в виде оруженосцев и кавалеристов. Взвод же состоял целиком из рыцарей. Правда, по численности танковых, а не пехотных подразделений. То есть, из трёх человек. Двенадцать — это уже рыцарская рота, из четырёх взводов. Всё, что собиралось из операторов более низкого ранга, считалось уже по штату пехотных подразделений, с небольшими изменениями. Всё же фантомная броня имела свою специфику.

Кроме того, существовали ещё наёмные роты, численность которых могла варьироваться от десяти до ста пятидесяти человек. Отдельного упоминания заслуживали копейщики, выполняющие роль противотанковой артиллерии. Их низкие мобильность и универсальность компенсировалась хорошей бронёй и мощными лучевыми пушками. Если нет приставки рыцарские, то в роте их насчитывалось до ста двадцати человек. А если есть, то на порядок меньше.

По плану, пока центральная группа войск будет оборонять Атерстон, фланги должны наступать с двух сторон, беря Тамуорт в клещи. После окружения города и подхода центральной группы, предстоял его штурм. Если Бартонов в собственном особняке не обнаружится, необходимо прочесать город. Как только убедимся, что в Тамуорте их больше нет, обращаемся к королевским арбитрам с требованием подтвердить нашу победу. Затем предстояла делёжка трофеев, награждение, празднование и стандартное — «всем спасибо, все свободны». План простой и незамысловатый. Полагаю, у Бартонов такой же.

В импровизированной курилке я познакомился с сэрами Оливером Уэлчем, Нилом Оуэном и Робертом Алленом. Командирами всех трёх рыцарских отрядов левого фланга Норт-Уорика. Сэр Уэлч возглавлял Рыцарей Рагби, одного из баронств Уорикшира. Сэр Оуэн командовал отрядом ордена Южного креста. Сэр Аллен являлся членом аристократического рода, заключившего союз с Невиллами. Сэр Рэндалл Моррис, паладин из Восточной Англии, представляющий здесь уважаемую семью Моррис, как и я был прислан сюда графом Мэнсфилдом.

На фланг магистра — «подпрыгните, я вас не вижу», отправились рыцари: сэр Брайан Блэкбридж, сэр Джек Гирберд и сэр Клайд Бригс. Сэр Блэкбридж командовал Рыцарями Нанитона, приехавшими из Нанитона, ещё одного баронства Уорикшира. Сэр Гилберд член ордена Южного креста. Сэр Бригс, выходец одного из аристократических родов Уорикшира, находящегося на службе у графов Мэнсфилдов. Леди Натали упоминала об одном паладине и трёх рыцарях, посланных на помощь Невиллам. Так вот он был из их группы. Паладин Фрэд Клэптон также отправился прикрывать герцогского сыночка, а два других рыцаря остались в центре с Невиллами.

Если посмотреть на количество выходцев из ордена Южного креста, приехавших драться за барона Норт-Уорика, то становилось понятно, почему графы Мэнсфилды были уверены в том, что смогут дать отпор графам Торнтонам. Кстати, магистр Фоуч также состоял в этой организации. Поэтому, как только ему станет известно о моих разногласиях с орденом Южного креста, наши отношения могут из нейтральных, скатиться до неприязненных, к чему нужно быть готовым. Удара в спину от рыцарей ордена я не получу, но и помощи от них могу не дождаться.

Кроме прочего, майор Милтон сообщил об отрядах из частных военных компаний: «Железные крылья» и «Падающей звезды», нанятых Невиллами на деньги Мэнсфилдов. Однако куда их отправит полковник Сандерс, ему пока неизвестно.

— Если за нас ЧВК и орден Южного креста, то кто на той стороне? — задал интересующий меня вопрос.

— О, поверьте магистр, там найдется кому нас тепло встретить, — мрачно усмехнулся майор, пуская струйку дыма в открытое окно. — Барон Тамуорта заключил договор с итальяшками и орденом Чёрного ворона. Один из знатных домов Милана уже прислал своих рыцарей и паладинов, под командованием магистра Монтонари. Кроме того, орден Чёрного ворона, это тот же ЧВК, но совершенно другого уровня, нежели Железные крылья или Падающая звезда. Всё равно, что сравнивать государственную корпорацию с небольшими частными военными фирмами. Понятно, что Вороны не пришлют сюда свои основные силы, как и элиту, впрочем, Южный крест поступил так же, но нам хватит и того, что осталось. По данным разведки, у Бартонов на данный момент больше рыцарей, паладинов и магистров. Если бы Его Величество вовремя кое-кого не одёрнул, то тут бы ещё и по гроссмейстеру от каждого ордена появилось. Тогда бы от баронств точно ни черта бы не осталось.

Майор сказал это с лёгкой злостью.

— Хотя нам и вас за глаза хватит. Не сочтите за оскорбление, — он вовремя спохватился.

Вспомнив с кем разговаривает. Между тем Каннингем тоже присоединился к командирам отрядов правого фланга, собравшимся у стола с выпивкой. Где что-то им объяснял, а те внимательно слушали, не перебивая и не позволяя себе над ним подшучивать. Пускай мы оба магистры, но разница в нашем положении огромна, что было хорошо видно.

— Ничего. Я вас понимаю, — ободряюще улыбнулся майору, тоже вспомнив, что он родом как раз из этих мест.

— Сэр Йохансон, позвольте поинтересоваться, на что мы можем рассчитывать? — спросил сэр Рэндалл Моррис.

Мужчина средних лет, не сказать что обладающий внушительной фигурой, властным выражением лица или явственно ощутимой аурой силы. Обычный англичанин, каких на улицах тысячи и тысячи. Он вполне сошёл бы за чиновника или руководителя среднего звена.

— В плане ваших умений, — уточнил сэр Моррис. — Чтобы случайно не попасть под дружественный огонь.

Вопрос был не праздным, так что я кратко перечислил свои основные достоинства.

— Класс: волшебник. Менталист. Специализация: поддержка. Сожалею, если это кого-то расстроит, но устраивать локальные стихийные бедствия я не могу. А ещё сжигать армии врагов или рушить их крепости. Либо, наоборот, множить и создавать. Основной упор у меня сделан на лечение, усиление союзников, ослабление противников, обнуление силовых техник, разрушение брони и выведение из строя операторов фантомного снаряжения любого ранга.

При упоминании, что я менталист, взгляды мужчин рефлекторно опустились, чтобы убедиться, что на мне обычный пояс для поддержки штанов, а не часть комплекта силового снаряжения. Выражения лиц у них сразу стали сложными. Менталистов в народе, мягко говоря, не любили. В основном опасались и старались избегать. Больно уж у нас сложилась специфическая репутация. А уж сколько мы порождали страшилок, не счесть. А ещё, всем почему-то казалось, что такие как я, просто обязаны превращать их в безвольных марионеток, если не рабов, заставляя плясать под свою дудку. Или то, что нам в радость копаться в чужих мозгах, доставая оттуда самые постыдные и грязные тайны. Или влиять на поступки и мысли окружающих. И вообще, мы все поголовно психи и сволочи. Ах да, чуть не забыл. А ещё никогда не говорим всей правды.

— Менталист? — Ну, по крайней мере, ты хотя бы за нас, а не против. Верно? — несколько неуклюже рассмеялся один из рыцарей, не замечая, как немного увеличил между нами дистанцию.

— Конечно, — улыбнулся ему располагающей улыбкой доброго психиатра.

Взрослый мужчина испуганно вздрогнул. Забавная реакция. Не хотелось бы, чтобы девушки из моей команды делали так же.

— Усилить, ослабить, вывести из строя, это я понимаю, — нахмурившись, задумался сэр Оуэн, — но что значит лечить? В плане — от депрессий, нервных срывов и фобий?

— Нет. Моя сила не ограничивается только этим. Я могу восстанавливать физические повреждения. Хотя вырастить заново оторванную конечность ещё не пытался, как и внутренние органы, или оживлять собранное из кусков тело, но с чем-то попроще справлюсь. Так что, если у кого-то возникнут микроразрывы тканей, повреждения нервной системы или мозга, обращайтесь. Но, только полученные на поле боя. Организовывать массовое лечение всех и вся я не собираюсь. С изжогой и насморком лучше обращайтесь в аптеку.

Не забыл предупредить, а то точно на шею сядут. Ещё и родственников позовут.

— То есть, ты можешь устранять такие вещи, как, — он перечислил самые распространённые проблемы, с которыми сталкивались операторы А-поля.

Особенно, если пренебрегали техникой безопасности и пытались выжать из себя больше, чем положено. Или пострадали от действий противника.

— А ещё снимать усталость, сбрасывать остаточное напряжение А-поля и восстанавливать резерв внутренней энергии, — подтвердил. — Или сделать то же самое, только с обратным знаком и в отношении врагов. Как и повлиять на их высшую нервную деятельность, — постарался сказать так, чтобы это не выглядело пустым бахвальством.

Рыцари удивлённо переглянулись, пребывая в смятении. С одной стороны, они были разочарованы, узнав, что магистр им достался из разряда дознавателей, а не разрушителей. От которого хотелось держаться подальше. С другой, остаться калеками, если до этого дойдёт, или обессиленными воинами, в самый ответственный момент, тоже никто не желал. Это у неодарённых от частого нажатия на курок или рычаг пушки только мозоли появятся на пальцах, а у нас всё намного сложнее. Там, где ты со своим снаряжением составляешь единое целое, его поломка, это твоя поломка.

Так что я произвёл на этих джентльменов двойственное впечатление. Заставив задуматься, что для них важнее? Страхи или надежды?

Чтобы заполнить неловкую паузу, майор Милтон сообщил, что с завтрашнего дня все отряды разъезжаются по позициям. Сегодня ведь уже двадцать восьмое число. По плану, мне и моим людям предписано засесть в небольшом лесочке, недалеко от посёлка Бакстерли, что расположен к западу от Атерстона. Там для нас уже поставили палатки. Таким образом, отряд «Гоблин» окажется в тылу левого фланга. Сам посёлок займёт отряд сэра Морриса. Перед ним, справа и слева, встанут наши рыцари. К каждому из их отрядов будет дополнительно прикреплено по взводу кавалеристов Норт-Уорика. Они создадут вторую линию обороны левого фланга. Первую же, на границе с Тамуортом, должны занять баронские латники и пехотинцы, которые уже вовсю возводили фортификационные заграждения.

Первый день наши войска должны выжидать. Вести наблюдение за противником. Обмениваться артиллерийскими ударами и массово рассылать разведгруппы. Сначала командование хотело определить, куда Бартоны двинут свои главные силы? Понять, что они предпримут? Как расположат свои войска? После того, как это станет ясно, мы перейдём либо к контратаке, либо ринемся в наступление. Чем в первую очередь займутся латники при поддержке рыцарей. Сэр Моррис будет дожидаться появления на поле боя их паладинов, а я магистра. Как только вражеский отряд А-ранга объявится, меня обещали до него довести и позаботиться, чтобы нам никто не мешал. А дальше остаётся только надеяться, что наша схватка закончится в пользу Норт-Уорика, а не Тамуорта.

Насколько понял, меня сильно недооценивают, раз не собираются использовать по прямому назначению. Решив вместо того, чтобы я устраивал террор в их тылу, спрятать в нашем. Держать в качестве спасательной бригады, противовеса их магистру и стратегического резерва. Ну и для присмотра за опасными пленными, когда они появятся. Кроме того, получение от них нужной нам информации тоже ложилось на мои плечи. Так что буду работать пугалом, а заодно поднимать мораль наших войск, знающих, что у них за спиной сидит такое сильное чудовище, как я. Которое в любой момент им поможет. Противник же должен шарахаться от каждой тени, опасаясь на меня нарваться.

Подвигов от Гоблина никто не ждал, отчего мне стало немного обидно. Хотя бы никто из присутствующих не отрицал того, что я хорош в поединках. Осталось только их устроить, что на войне не так-то просто. В отличие от разного рода турниров, где всё по расписанию.

На мой вопрос, почему это сэр Моррис будет находиться в посёлке со всеми удобствами, а я в сыром лесу, среди комаров и муравьёв, майор Милтон улыбнулся. Он объяснил, что как только противник обнаружит моё местоположение, то немедленно нанесёт по нему удар из всего, чем располагает. Ведь если я сумею добраться до их паладинов или магистров первым, да ещё застав их врасплох, сумев подавить волю, то для Бартонов это будет *****! Так что лучше отправить маленькому гоблину большую ракету, чем письмо с просьбой вернуть магистра в здравом уме и твёрдой памяти. Иначе Бартонам больно сделают те, кто прислал сюда этих могучих ребят. Ведь одно дело с честью умереть в бою от меча противника, а другое, обоссавшись от страха в собственном доспехе или превратившись в овощ. А уж сколько интересного я мог из них выудить, не только об обороне Тамуорта, не передать словами. Так что лучше уж обойтись ракетами и бомбами. Дешевле выйдет. Это в мирное время уважаемые джентльмены защищены законом от таких, как я, а на войне, как на войне. Менталисты считались страшными противниками.

Если я буду тихо сидеть в лесу, то ещё попробуй меня там найти. Да что там найти, сначала решиться на это. К слову, майор сказал, что от их магистра и паладинов он тоже попытается избавиться при первом же удобном случае. Не жалея снарядов. Хотя лично он на это не советует рассчитывать. Проблема в том, что даже рыцари спокойно переносят обстрел обычной артиллерией или бомбёжку. Не говоря уже о ком-то посильнее. Чтобы гарантированно уничтожить рыцаря, нужно прямое попадание тактической ракеты с усиленным зарядом. И то, если он не собьёт её на подлёте или каким-нибудь хитрым силовым приёмом как-то ослабит ударную волну. Кроме того, на вооружении Норт-Уорика таких комплексов не имелось.

— Тогда, что они могут мне сделать? — удивился, услышав его объяснения.

— Нанести удар дальнобойными, высокоранговыми приёмами большой мощности. Это менталистам для эффективной работы нужна близкая дистанция, прямая видимость и отсутствие внешних раздражителей. Магистры, со специализацией на ударных техниках, могут выжигать большие площади на приличном расстоянии. Например, техника «Инферно» А-ранга может создать огненное облако с температурой горения в несколько тысяч градусов. И поддерживать его существование до тех пор, пока не закончится энергия или выносливость. Или не нарушится концентрация. А ведь есть ещё такие приёмы, как «Звездопад», «Столп света», «Сейсмический удар», «Айсберг», «Грозовой шторм». Так что никто не справится с операторами А-поля лучше, чем они сами. Именно поэтому ребята расстроились отсутствию подобных приёмов в вашем арсенале. Они-то с чем-то подобным точно столкнутся, а их враги, получается, нет. Сэр Моррис, конечно, постарается компенсировать нехватку у нас огневой мощи, но он один и ему доступны только В-ранговые техники.

Майор вопросительно посмотрел на паладина, дождавшись подтверждения.

В сравнении с компаниями людей, собравшихся возле магистров Фоуча и Каниннгема, наша выглядела более неразговорчивой, мрачной и напряжённой. Люди там веселились, пили, разговаривали. Казались настроенными весьма оптимистично насчёт своего ближайшего будущего. Именно там собрались самые знатные и влиятельные рыцари. Лучшие командиры. Прямо сейчас барон Невилл стоял рядом с юным Каннингемом и о чём-то с ним беседовал. К нашей компании он так и не подошёл.

Вполне возможно, что по тому дополнению к плану, о котором мы ещё не знаем, левый фланг вовсе и не должен, удержав позиции, перейти в наступление. Насколько помню, в случае если нас выбьют с занимаемых позиций, отступать мы должны в направлении Колсхилла, а не Атерстона. Не просто же так было принято это решение? А ещё, почему-то так оказалось, что на левом фланге у нас только один паладин, сэр Моррис. На правом же, два из свиты магистра Каннингема и один от Мэнфридов. Поэтому численность и ранг отрядов у нас вышла одинаковой, а вот огневая мощь существенно разнилась.

Не видя больше причин оставаться на этом мероприятии, отправился к своему отряду. Девушки уже как раз должны были набегаться и проникнуться «убийственной» любовью к своему командиру.

— Ну, как всё прошло? — поинтересовалась мисс Фаулер, дожидающаяся меня у крыльца.

— Ругань опустить?

Тренер несколько секунд молчаливо меня разглядывала с нечитаемым выражением лица, после чего улыбнулась.

— И почему я не удивлена? Что собираешься делать?

Кажется, она сразу всё поняла.

— Купить средство от комаров, термос, железный чайник, раскладной стул, мангал и побольше маринованного мяса. Если каждый раз сбегать при первых же признаках приближающихся неприятностей, то рано или поздно настолько ослабнешь, что они тебя гарантированно настигнут и сожрут. Не хочу становиться дерьмом. На нём, конечно, растут прекрасные цветы, но нюхать-то их будет кто-то другой, — раздражённо проворчал.

— Взрослеешь, — одобрительно отметила мисс Фаулер.

Её улыбка незаметно изменилась, став выражать совсем другую эмоцию. Возникла какая-то дурацкая, неуютная атмосфера. Без сексуального подтекста. Не люблю, когда на меня так смотрят. С завышенными ожиданиями и умилением. Нужно срочно сказать какую-нибудь глупость, чтобы убрать серьёзность момента.

— Только планирую. Раз уж всё так обернулась, пойду закопаю в саду мисс Харрис горшок с геранью. Где я сейчас саженец дерева возьму? Потом с помощью считалки выберу, в чью койку запрыгну. А утром сделаю скворечник, будку или ящик для котят. Смотря что получится. После этого меня в этом мире уже ничто не испугает.

Взгляд мисс Фаулер сместился. Она посмотрела мне за спину, сохраняя прежнее выражение лица. Нет уж, я на этот детский фокус не куплюсь. Сам не раз так делал.

— Уверен? — вкрадчиво поинтересовался голос уставшей, как загнанная лошадь, Збражской.

— А что за считалка? — полюбопытствовала Гриффин.

— Учти, яму под цветок копать будем вместе. Размером два на полтора метра, чтобы дважды за лопату не браться, — предупредил вечно мрачный Алан. — Спать сегодня я буду с тобой.

Я уж было испугался, что это сказано мне, но голос рассвирепевшей Холли успокоил засбоившее вдруг сердце.

— На коврике ты будешь спать! У двери! Алан, успокойся. Я уже взрослая. Дай мне свободно дышать. Иначе я тебя сама закопаю.

Кажется, в этом случае положено говорить — Упс!

Лесной лагерь показался мне похожим на маленький, изолированный от большой земли остров, затерянный в зелёном океане. Посторонних сюда не пускали. Свежие новости не доходили. Что происходило вокруг, совершенно непонятно. Что тут делать, тем более. Электричества нет. Водопровода нет. Тёплого туалета нет. Кофемашины нет. Как в таких условиях живут люди?

Чтобы мы не слонялись по округе в поисках приключений или они не нашли нас первыми, в соседних палатках разместился взвод охраны и обеспечения. Для дорогих гостей Норт-Урика поставили полевую кухню. Натянули маскировочные тенты. По просьбе девушек к ним добавились волейбольная сетка и гамаки. Нам привезли мячики, генератор, обогреватели, раскладные столы и стулья, ноутбуки, с помощью которых мы продолжали проходить школьную программу под надзором мисс Фаулер. Отчитавшейся директору Шелтону, что ученики не бездельничают, а заняты делом. В подтверждении чего отправила ему несколько соответствующих фотографий, без солдат и военного оборудования.

Помимо уроков, мы целыми днями занимались усиленной рыцарской подготовкой. Делали зарядку. Бегали. Прыгали. Сражались на учебных мечах с применением силового снаряжения. Отрабатывали приёмы работы с А-полем. По очереди пробовали удерживать свои и ломать чужие энергетические щиты.

После мисс Фаулер за отряд брался я и приступал к медицинским процедурам. Восстанавливал потраченные силы. Укреплял иммунитет. Развивал источники энергии и каналы её передачи. Занимался тонкой настройкой нейросвязей. Улучшал синхронизацию. А ведь были ещё и уроки мистера Кристофера Вилсона, учившего нас тактике, приёмам самообороны, разным военным хитростям. Таким образом, шутка про то, что мы едем в тренировочный лагерь клуба фехтования, оказалась вовсе не шуткой.

Наш отряд только и делал, что усиленно качал мышцы, мозги и волю. С утра до вечера. А потом обессиленно расползался по палаткам и засыпал мёртвым сном. Энергии на что-то другое у нас просто не оставалось. Команда «Глаз» делала то же самое, проходя курс снайперской подготовки. Не испытывая проблем ни со снаряжением, ни с патронами, ни с инструкторами, которых прислали из штаба по моей просьбе. Девушки бегали по лесу в костюме «Лешего», играя в прятки и отстреливая мишени, получая от этого процесса удовольствие. За которое я им ещё и платил!

Связываясь по видеосвязи с оставшимися в Лондоне членами команды Чёрных Рыцарей Святой Анны, замученные нами девушки жаловались на «невыносимо» суровые условия жизни и тренировки. Ругаясь, что их обманом заманили в ловушку, обещая совсем другое. Просили забрать отсюда, ну или прислать побольше шоколада, закусок, комиксов и каких-нибудь журнальчиков. Подозрительная Маргарет попросила прислать запись их тренировок. Не физических, а с А-полем. Посмотрев, как Гриффин ловко жонглирует дюжиной небольших камешков, не прикасаясь к ним руками, да ещё с закрытыми глазами, отчего-то сильно расстроилась. Назвав меня негодяем. Сомерсет, впечатлившись прогрессом Браунфельс, с которой неплохо сдружилась, тоже стала выглядеть задумчивой и хмурой.

По словам Бейбер, заместитель тренера, небогатый мужчина из простолюдинов, ранее отвечавший за запасную команду Святой Анны, опасался многого от них требовать или слишком сильно нагружать, поэтому они, в отличие от нас, занимались всякой общеукрепляющей ерундой. Гением меча или техник он не был, так что научить их чему-то особенному не мог. Как и увлечь тренировками. Харизмы заместителю мисс Фаулер явно не хватало. А ещё яиц. Да и вообще, складывалось впечатление, что мужчина старался избегать сближаться с ученицами больше необходимого, чтобы не быть обвинённым в домогательствах. Всё это очень не нравилось нашему маленькому, но опасному капитану.

Пожалев Маргарет, утешающе пообещал ей испечь два тортика, после нашего возвращения. По-моему, после этого она ещё сильнее расстроилась.

Такое положение дел сохранялось до тех пор, пока однажды ночью не грянул гром среди ясного неба. Меня разбудили гулкие раскаты, доносящиеся откуда-то неподалёку. Появилось ощущение, что он них даже земля тряслась. Помня, где мы находимся, спешно выскочил из палатки в одном контактном комбинезоне, поскольку приучал себя носить его постоянно.

Сориентировавшись по сторонам света, заметил, что небо со стороны посёлка Бакстерли озаряется оранжевыми всполохами, идущими в такт с непрекращающимися громовыми раскатами. Отчего на душе сразу стало тревожно. Через секунду рядом со мной уже стояли мисс Фаулер и мистер Вилсон, смотря в ту же сторону. Тоже в контактных комбинезонах. Похвальная сноровка. А вот наши девушки всё ещё копошились в палатках, торопливо пытаясь найти свою одежду и натянуть её на себя. Мимо нас пробежали солдаты с автоматами, занимая свои позиции вокруг лагеря. Поднятые по тревоге офицером.

Непонятно, что же там происходит? Что за взрывы? Поскольку отсюда мы ничего большего не видели, отыскал связиста, который как раз связался со штабом. Судя по переговорам, противник как-то сумел обойти наши передовые позиции и напрямую напасть на Бакстерли, атаковав его высокоранговыми техниками В или А ранга, что было очень плохо. Помимо этого, неожиданно появились небольшие отряды кавалеристов и рыцарей Тамуорта, атаковавшие наших рыцарей. Я слышал, как, сильно обеспокоенный, сэр Аллен срочно запрашивал подкрепление. Передав, что его с двух сторон атаковали превосходящие силы противника. Сэр Уэлч доложил о столкновении с вражеским рыцарским отрядом. Сэр Оуэн был скован артиллерийским обстрелом. При попытке покинуть опасную зону нарвался на засаду и вынужденно отступил. Как штаб безуспешно пытался связаться с сэром Моррисом, находившимся в Бакстерли. Как начали поступать доклады об обстрелах наших блокпостов, что вносило ещё больше неразберихи, вынуждая штабных офицеров теряться в догадках, что задумал противник? Уж не масштабное ли наступление началось? Или это только диверсии?

Решение майора Милтона спрятать нас в лесу оказалось верным. Выйдя на связь, он приказал отряду «Гоблин» отправиться на помощь к рыцарю Уэлчу. Его позиция была к нам ближе всего. Сообщив, что потом мы вместе должны будем найти и уничтожить или же заставить отступить вражеского магистра. Не дав ему нанести следующий удар по Аллану или Оуэну. Либо же зайти в спину передовым частям. Это сейчас опаснее всего.

Достав из подсумка полностью заряженную батарею с синей маркировкой, вставил её в приёмник. Гражданские модели, которыми мы пользовались в школе, имели зелёную полоску на корпусе. Эти же нам привезли с военного склада Норт-Уорика. На всякий случай госпожа Чамар перед поездкой вручила мне чемоданчик с тремя батареями, обладающими красной маркировкой, но их я решил пока отложить до непосредственной схватки с вражеским магистром. Кроме того, она сняла ограничения характеристик с наших комплектов силового снаряжения. Выдав ученицам Святой Анны военные модели, вместо тех гражданских, которыми они пользовались до этого. Предупредив, что замена временная. А ещё, по согласованию с госпожой Патрисией, подкинула нам достаточно карт памяти с различным вооружением и дополнительными модулями. Что бы я без неё делал? Наверное, жил спокойно и счастливо, будучи обычным школьником. Но не в школе Хемильтона, это точно.

Когда мы прощались, она с ехидцей напомнила мне, что благодаря записывающей аппаратуре, которую так и не сняла, а также спутниковой связи, этого можно и не делать. Так что в доспехе нас по-прежнему всегда будет трое. Я, Оракул и любительница подглядывать, госпожа Чамар.

Через интерфейс проверив состояние всех систем, в сопровождении своего отряда двинулся к опушке леса. Поскольку за время тренировок мы уже не раз оббегали все окрестные тропы, то довольно быстро добрались до края леса, откуда перед нами открылся пугающий вид на освещённый пожарами Бакстерли. Посёлок был практически полностью разрушен. На секунду я испытал укол вины за то, что завидовал сэру Моррису. Надеюсь, у него всё хорошо.

— Что будем делать, магистр? — спросила у меня сохранившая спокойствие Ледяная ведьма, напомнив, кто здесь командир.

И кто несёт бремя ответственности за наши жизни. В эфире отрядного канала связи повисла напряжённая тишина.

Глава 8

Группу Брины я отправил поближе к Бакстерли. Приказав занять наблюдательную позицию и докладывать, что с ним дальше будет происходить? Решится ли противник занять этот посёлок? Продолжит ли обстрел? Если да, то попробовать выяснить, откуда он ведётся? И что в этом случае предпримут союзники? Поспевать за фантомными доспехами наши снайпера всё равно не смогут, да и нет в этом необходимости.

Группа Алана получила другую задачу. Она должна по обходному маршруту скрытно выдвинуться к позиции сэра Уэлча, стараясь не попасть в засаду. Зайдя в тыл атакующим, внимание которых мы отвлечём на себя. Для чего моя тройка пойдёт кратчайшим путём, ни от кого не скрываясь.

Хотя за сестру было боязно, не хотелось отпускать её в ночь, в которой повсюду стреляли, но пересилив себя, отдал приказ. Не говоря лишних слов, ставя этим Ханну в неудобное положение. Только попросил быть осторожной. Если начну слишком сильно её опекать, то остальным может показаться, что мне плевать на их жизни, что совсем не так. Да и будет ли тогда у меня моральное право отдавать им рискованные приказы?

Переключив интерфейс в режим тепловизора, побежал в сторону Рыцарей Рагби, стараясь смотреть не только на тактическую карту со стрелочками, но и себе под ноги, чтобы не грохнуться в какую-нибудь канаву, которая на ней не отображалась.

— Сэр Уэлч, — вышел с ним на связь, — я иду к вам на помощь. Какова ситуация?

— Не очень хорошая.

Судя по шумам на заднем фоне и его тяжёлому дыханию, он с кем-то сражался.

— Нас атаковали два отряда с разных сторон. Насчитал двух рыцарей, не менее шести оруженосцев и два десятка кавалеристов. Продержимся ещё минут пять и всё. Пусть у нас хорошие оборонительные позиции, но не настолько.

— Буду у вас через три минуты, — ускорился.

Впереди уже замаячили тени и вспышки силовых приёмов. Стали слышны выстрелы из автопушек и взрывы. Через интерфейс включил систему опознавания свой-чужой. Малая часть, яростно сражающихся, фантомных воинов тут же подсветилась зелёным светом, показывая где союзники, а где враги. К сожалению, среди одинаковых силуэтов противников было трудно выделить, кто из них рыцарь, а кто кавалерист? Ситуацию немного спасал детектор А-поля, показывающий мощность их энергетических полей, позволяя правильно выбрать цель.

Одновременно с этим Кристофер забросил в небо ярко светящуюся сферу, медленно опускающуюся к земле. Она сразу осветила поле боя, позволяя визуально отличать фантомные доспехи Норт-Урика от доспехов Тамуорта. Заодно показав рельеф местности. Благодаря ей я смог увидеть вражеских офицеров и рыцарей, выделяющихся отличительными отметками и гербами на броне.

Отреагировав на наше появление, часть противников слаженно бросилась наперехват. Даже не разобравшись кто мы такие. По-хорошему, им бы следовало сразу же разбегаться в разные стороны.

Увидев как передо мной появился здоровяк в штурмовом доспехе, выставляя вперёд тяжёлый осадный щит, не останавливаясь, тут же применил свою любимую связку, состоящую из четырёх последовательных приёмов с использованием Оракула. «Замедление времени», «Поиск сознания», «Слепота» и «Дезориентация». Обогнув растерявшегося врага, замершего столбом, всадил «двойной пульсар» в его незащищённую спину, прожигая в ней большую дыру.

В Ледяную ведьму, бегущую рядом, справа прилетела ярко-красная, плазменная сфера, выпущенная одним из рыцарей Тамуорта. Не став уклоняться, она воплотила перед собой здоровенный кусок льда, повисший в воздухе под действием её силового поля. Оказавшийся прямо на пути плазменной сферы. После столкновения они тут же испарились в облаке огня и пара, не причинив мисс Фаулер никакого вреда.

Влетев в строй противников, мы бодро начали раздавать удары направо и налево, усиленные А-полем. Поскольку воинов в тёмных фантомных доспехах, с двойной жёлтой полосой и гербом Тамуорта было слишком много и они постоянно маневрировали, нападая по несколько человек, не давая нашим союзникам перехватить инициативу, приказал Огненному черепу, таков был армейский позывной мистера Вилсона, прикрыть меня.

Сосредоточившись, расширил своё А-поле на большую площадь, охватывая им всех сражающихся. Как только это было сделано, применил излюбленный приём менталистов — «Ложные ощущения». Начал внушать, что операторов доспехов обволакивает густая, липкая и тягучая жижа. Затрудняющая движение. Сдавливающая тело. Не дающая дышать. Заглушающая звуки. Передавая через неё сильный холод, взятый прямиком из моих воспоминаний, когда я пытался противостоять заморозке Ледяной ведьмы. А ещё, что почва у них под ногами внезапно превращается в зыбкое болото, продавливаясь под весом фантомных доспехов.

Рисунок сражения сразу изменился. Движения воинов стали медленными, неуклюжими и дёрганными. Они принялись странно переставлять ноги. Часто поворачивать головы, осматриваясь по сторонам. Совершать лишние действия. Атаковать в таком состоянии было довольно проблематично, а вот защищаться, намного проще. Мою радость от успешного приёма охладила мисс Фаулер, чей сильно обеспокоенный голос раздался по внутреннему каналу связи.

— Йохансон, твою мать! Чем ты меня заливаешь? Только не говори, что это то, о чём я подумала. Целься точнее! И убери от меня эту белую липкую дрянь.

— Извини. Я ещё не настолько умел, чтобы адресно рассылать персональные иллюзии. Разделяя друзей и врагов, — извинился, пытаясь исключить из зоны воздействия Кристофера и Эмму.

Мысленно удивляясь, почему воображение тренера придало иллюзии белый цвет.

— Ну так учись скорее, а то с таким подходом друзей у тебя точно не будет. И тренера, которого ты сейчас утопишь в собственном доспехе.

От волнения и спешки я тоже занервничал, слыша как она начала задыхаться.

— Скажите спасибо, что это обычный клей, а не тентаклевый слайм.

Зря я это сказал. Под воздействием ассоциаций моё подсознание повлияло на всё ещё активную технику. Вытянув образ этой фантастической твари из глубин памяти. Спустя секунду мисс Фаулер панически взвизгнула, после чего яростно заорала.

— Йохансон! Немедленно прекрати, иначе клянусь Богом, я тебя сейчас на ледяной шип насажу! По самые гланды!

К счастью, деморализованный противник уже обратился в бегство, не выдержав столь ужасающей психической атаки. Рыцарь Тамуорта, возглавляющий вражеский отряд, наконец, понял с кем они столкнулись, отдав приказ к немедленному отступлению. Поэтому прекратив внушение, я переключился на канал связи с союзниками.

— Сэр Уэлч, подсветите вражеского рыцаря. Нельзя дать ему уйти. Где он? — испугался, что упустим столь сильного противника, который вместе с остальными фантомными воинами Тамуорта ринулся в сторону учениц Святой Анны.

Световое копьё, появившееся перед командиром отряда «Рыцари Рагби», выстрелило в спину одного из убегающих. Но к сожалению, тот вовремя поставил силовой щит, отразив этот удар. Даже не остановившись. Однако от меня так просто ему было уже не уйти. У Гоблина имелись свои методы воздействия на цель. Рыцарь Тамуорта от последующих выстрелов попытался прикрыться деревом, но вместо этого с разбега в него врезался. Пока пытался обойти препятствие, не понимая, почему оно каждый раз оказывается на пути, я накидал на противника ещё «пачку» дебафов, дав время сэру Уэлчу несколькими световыми копьями пробить вражескую защиту, серьёзно повредив его доспех. Как только рыцарь Тамуорта деактивировал фантомную броню, намереваясь сбежать своим ходом, добавил ко всему прочему «Крепкий сон», окончательно свалив с ног командира вражеского отряда.

Однако силён мужик, признаю. Хорошо держался, превозмогая боль и целый спектр неприятных ощущений. А ещё, он быстро соображал. Достойный противник. Пока я был занят с ним, мисс Фаулер, на правах моего заместителя, связалась с группой Алана. Сообщив ребятам, что в их сторону движется несколько вражеских оруженосцев и второй рыцарь, приказала уничтожить столько противников, сколько они смогут.

Это было не столь опасно как могло показаться. Ввязываться в новый бой, дожидаясь нашего подхода, беглецы не решатся. Они были разобщены и деморализованы. Скорее всего, примут учениц Святой Анны за оцепление, которое нужно прорвать, а не уничтожить. Однако, несмотря на это, мисс Фаулер всё же попросила особо не рисковать. Если ученицы поймут, что не справляются, то должны отойти в сторону, а не строить из себя героев боевиков.

Через минуту с того направления, куда убежал враг, донёсся звон металла. Из-за грохота казалось, будто там сражались бешеные экскаваторы. Сканер частиц Авроры зарегистрировал несколько довольно сильных всплесков. Но, раз нас на помощь никто не звал, значит, Алан с девчатами справлялся своими силами. Не будем отнимать у них победу.

— Признаться, я несколько недооценивал опасность ментальных техник, — к нашей тройке подошёл сэр Уэлч в сильно повреждённом доспехе. — После знакомства с ледяной бездной у моих людей точно появится новая фобия, — он натянуто рассмеялся.

— Простите. Не было времени осторожничать, — извинился перед Рыцарями Рагби.

Отметив про себя эффективность техники и требования по её доработке.

— Всё нормально. Я понимаю, что в той ситуации вам было не до деликатности. С майором Милтоном я уже поговорил. Сейчас сменю доспех и можем отправляться к следующей точке. Вроде бы, вражеский отряд А-ранга видели недалеко от сэра Аллена. Надеюсь, мы успеем вовремя.

Судя по голосу, не уверен, что он действительно этого хотел, понимая, чем это грозило.

— Хорошо. Запасные батареи у вас есть? Для смены доспехов и обновления боеприпасов, — побеспокоился о союзниках.

— Да.

Развоплотив свой доспех, сэр Уэлч похлопал себя по разгрузке, гнёзда которой были заполнены запасными батареями.

— Если не возражаете, я оставлю часть своих людей присматривать за ранеными и пленённым рыцарем Тамуорта. Вы же его не убили? — уточнил сэр Уэлч.

Не зная, может, я вражескому рыцарю сердце остановил или ещё чего похуже придумал?

— Нет. Он только без сознания. Скоро очнётся, — успокоил командира союзного отряда.

После, вроде бы, непродолжительного боя дальше с нами смогли отправиться только двое оруженосцев из Рыцарей Рагби и пятеро кавалеристов Норт-Уорика. К сожалению, без убитых и раненых с их стороны не обошлось.

Связавшись с сестрой по закрытому каналу связи, узнал как она? Воодушевлённая Ханна заверила, что у неё всё хорошо. Только разогреться успела. Сказала, что больше за меня переживает.

— Ой, да что со мной может случиться? — рассмеялся в ответ.

Перехватив взгляд злой мисс Фаулер, виднеющейся в окошке видеосвязи нашей группы, которая зачем-то осторожно себя ощупывала, почувствовал, как по спине пробежал пугающий холодок. Закончив разговаривать с сестрой, вновь вернулся на групповой канал.

— Мисс Фаулер, не будьте ребёнком. Это всего лишь иллюзия. Что она могла вам сделать?

— Да неужели? — ядовито поинтересовалась тренер. — Мы имеем дело с одной из самых загадочных энергий во вселенной, которая способна воплощать в реальность наши мысли, а ты пользуешься ей, как неандерталец. Поэтому от тебя всего можно ожидать.

Надо было виновато потупить взор и поковырять носком ботинка землю, но тут сэр Уэлч объявил, что можно выдвигаться к позиции сэра Аллена. Причём рыцари Рагби и кавалеристы Норт-Уорика без раздумий присоединились к нашему отряду, передав мне право командовать ими. Соблюдая ранговую иерархию, несмотря на разницу в возрасте. Помня о том, что в военное время мой ранг приравнивается к званию майора.

Мы прошли примерно полмили, прежде чем я понял, что играть ночью в прятки с противником, ожидая условной «стрелы в колено» из-за каждого куста, занятие напряжённое и нервное. Скорость передвижения была низкой. Местность незнакомой. Нам приходилось обращать внимание на каждую тень, опасаясь её. Поэтому подключившись к Оракулу, принялся создавать свои виртуальные копии, рассылая их во все стороны. Это позволило эффективно прочёсывать местность, не теряя времени. Заодно смог прослушивать будущие радиопереговоры других подразделений со штабом, перейдя на общую волну. Из-за чего возникло непередаваемое ощущение, словно меня вдруг стало слишком много. И у каждого «Я», имелся свой набор несовпадающих воспоминаний, в которых ещё нужно было разобраться. Определив, какое из них главное, находящееся в настоящем.

— Такое ощущение, будто я обзавёлся легионом теневых клонов, — прошептал себе под нос, пытаясь разобраться во всей этой мешанине образов. — Внимание. Противник устроил засаду, на десять часов. Дистанция двести метров. Мы пока не обнаружены. Десять кавалеристов. Вооружены двумя многоствольными ракетными установками и противодоспешным ружьём. Группа «Варг», они ваши. Сейчас поставлю отметки на тактической карте и укажу сектора их обзора.

Мог бы дать и более подробный план, как им следовало поступить, но оставил это на усмотрение Алана. Товарищам нужно доверять. Они должны набираться опыта. Кроме того, Оракул показывал, что они успешно справятся с этой задачей.

Чуть позже сообщил об обнаружении ещё двух противников, идущих через лес и подозрительном джипе, несущемся на большой скорости по дороге, в сторону Тамуорта. Отдав приказ игнорировать их, продолжил вести отряд дальше.

— За каждым зайцем гоняться, значит, упустить медведя, — пояснил своё решение. — Наша главная цель — вражеский магистр. С остальным и без нас разберутся.

Столь же легко обнаружил следующую засаду, организованную уже намного серьёзнее. С использованием маскировочных сетей и земляных укрытий. Затаившийся там противник помимо тепловизоров имел ещё и станцию разведки с лазерным целеуказателем.

Штурмовать их в лоб было глупо, поэтому мисс Фаулер, по моей наводке, запустила в ничем не примечательную с виду рощицу шквал метровых сосулек, насыщенных частицами Авроры, отчего они светились зловещим синим цветом. Мистер Вилсон отправил туда же несколько огненных фугасов, а сэр Уэлч, залп световых копий. Потом это место накрыли сначала массовой «Заморозкой», а потом «Огненным облаком». При таком комплексном подходе из засевших в укрытии противников не выжил никто. Там даже трофеев не осталось.

— Такое чувство, что опасный рейд по кишащему врагами ночному лесу превратился в непринуждённую прогулку по тиру, — признался обескураженный мистер Вилсон.

— Действительно. От этого мне даже немного становится не по себе. Как вы узнаёте о том, где и сколько прячется воинов Тамуорта? И как вы их отличаете от наших? — удивился сэр Уэлч.

— С помощью разведывательных дронов, — соврал.

На что получил от мисс Фаулер долгий, нечитаемый взгляд. Впрочем, разоблачать меня она не стала.

— Стоп! — внезапно я резко остановился на месте, поднимая руку.

Только что несколько моих двойников были уничтожены. Отряд немедленно остановился и затаился, встревоженно всматриваясь в ночные заросли.

Кажется, я нашёл того, кого находить сейчас не стоило. Впереди нас дожидался вражеский магистр и он был не один.

* * *

Воспоминания о будущем: Отрывок 1

Первая попытка подкрасться к противнику закончилась неудачно. Яркий лазерный луч, пронзивший пространство, с лёгкостью прожёг мой доспех насквозь. Его мощь была невообразимой. Я успел почувствовать только острую вспышку боли и ослепительный свет, после чего тут же наступила сплошная темнота, с полной потерей всех ощущений.

Воспоминания о будущем: Отрывок 6

— Обходите его справа, — отдал команду, координируя действия бойцов своего отряда.

Сияющий энергетический луч с большим трудом, но всё же удалось обнулить. Оказывается, он был создан на основе А-поля. Дальше всё было делом техники и точного расчёта.

Выйдя на поле, скрытое за лесополосой, росшей вдоль просёлочной дороги, я увидел большой отряд фантомных доспехов в цветах Тамуорта, занявший оборону возле нескольких грузовых машин. Среди них узнал мобильный комплекс связи, радар, автогенератор. А вот какая-то непонятная, загадочно выглядящая установка, смонтированная на грузовой платформе, была мне совершенно незнакома. Именно она выпускала тот самый луч, бьющий на огромные расстояния и разящий без промаха. Способный пробивать силовое поле мощностью в сотни тысяч единиц Палмера. Также с помощью неё противник быстро избавился от беспилотников Норт-Уорика.

— Кто из вас магистр? — напряжённо оглядел противников, гадая кого из них избрать своей первой целью.

При этом кое о чём забыв. Шквал огня из штурмовых винтовок, ракет и разнообразных силовых техник быстро перегрузили мои возможности отражать удары и обнулять техники. Как итог, куски моего фантомного доспеха разлетелись по полю.

Воспоминания о будущем: Отрывок 11

— Не подходите близко. Обстреливайте их издали. Пусть они идут сюда. Дальше действуем по плану, — ещё раз призвал союзников не заниматься самодеятельностью.

Как и в прошлый раз на меня вышел магистр Тамуорта. Для чего достаточно было создать А-поле большей мощности, чем у других рыцарей, привлекая его внимание. Мои спутники вовремя отсекли охрану магистра. Кавалерия Норт-Уорика оттянула на себя основную массу противников, уводя её за собой. Зная, что и в какой последовательности нужно было делать, я всё же сумел навязать вражескому отряду бой на своих условиях. Сведя всё к индивидуальным поединкам. Осталось только их выиграть.

Вокруг магистра из Тамуорта появилась большая плазменная сфера защитного поля, а в руках меч, состоящий из той же высокотемпературной плазмы. Силовые поля придали ей нужную форму и плотность. Избыток тепла противник отводил от себя с помощью А-поля, из-за чего казалось, будто под ним горит и плавится земля. Мои силовые техники магистр либо отбивал встречными импульсами «Толчка», либо сжигал своим огненным покровом. Из-за этого близко к нему подобраться не представлялось возможным.

Почувствовав как магистр Тамуорта применил высокоранговый приём «Силовой пресс», создавший у меня над головой плоскость быстро опускающегося силового поля, способного создать чудовищное давление, поняв, что не успеваю покинуть опасную зону, сосредоточился на его рассеивании. Этого враг и добивался.

Мелькнув огненным шлейфом остаточного движения, превратившийся в метеор противник внезапно оказался очень близко. Я успел разглядеть стремительный удар его энергетического меча, после которого картина окружающего мира на секунду смазалась, а потом замерла, встав боком. Ещё более удивительным мне показалось то, что стал виден мой безголовый фантомный доспех, стоящий в стороне от текущей точки обзора. Своего тела я больше не чувствовал. Необычная и пугающая картинка глубоко врезалась в память, прежде чем сознание вновь кануло в спасительную тьму.

Воспоминания о будущем: Отрывок 17

Мне всё же удалось продержаться достаточное время, чтобы подобрать «ключи» доступа к защитному полю магистра Тамуорта. К сожалению, его мозг взломать не удалось. Он меня оттуда каким-то образом выжигал. Кроме того, сильно мешало его слишком плотное и мощное А-поле, которое превращало разум магистра в подобие алмазной крепости. Чтобы её взломать, нужно было приложить очень много времени и усилий, даже если противник не станет сопротивляться. С подобным я сталкивался впервые.

Лишив плазменную сферу контроля, пролил её «дождём» на владельца, после чего сразу же нанёс точный удар достаточной силы, пробивший его оплавленный и дымящимися доспех. Если магистр Тамуорта не помер от болевого шока, то это его точно прикончит. Хотя победа обошлась мне недёшево. К этому моменту я уже потратил много энергии и обзавёлся средними повреждениями собственной брони. Выглядев теперь не столь грозно, как раньше.

Радости моей не было предела, как и удивлению, почему вдруг я снова перестал чувствовать собственное тело и стало так темно? Неужели опять умер? А сейчас-то из-за чего?!

Воспоминания о будущем: Отрывок 21

Суперприём «Порча», которым в своё время удивил экзаменатора, оказался эффективен и против магистра из Тамуорта. Но действовал он не столь быстро, как хотелось бы. Поняв, что я специально избегаю боя и тяну время, противник позвал на помощь и меня быстро прикончила его охрана, в которой имелся паладин и несколько рыцарей. Пока он сдерживал меня в тисках своего силового поля. А как же соблюдение правил поединка?

Воспоминания о будущем: Отрывок 25

— Да!!! Я сделал это! — заорал от избытка эмоций, вскинув руку с оплавленным огрызком меча.

Ликованию над телом магистра Тамуорта, уничтоженного резонансом А-поля, предавался ровно до тех пор, пока лазерный луч не сделал из одного большого Гоблина, двух маленьких. Дьявол! Совсем забыл об этой проклятой установке. Да сколько же можно?!

Воспоминания о будущем: Отрывок 29

И вновь я стою над телом магистра, получив несколько ран и ожогов. Измученный, с трудом сохраняющий ясность сознания, опустошённого Оракулом. Почти три десятка напряжённых боёв, проведённых со смертельным исходом, это вам не шутка. Перезарядившаяся установка вновь выпустила луч лазера, но в этот раз куда-то в сторону. Из-за своего жалкого состояния я не сразу сообразил, что она никогда не промахивается. Её атаку можно было только заблокировать или рассеять, что я и делал. Посмотрев на тактическую карту, похолодел от ужаса. Только что погас ещё один зелёный маркер союзника. Из нашего отряда в живых осталось только трое человек. А красных маркеров насчитывалось ещё штук десять, во главе с паладином, который, как и я, стоял над разрубленным доспехом, принадлежавшим мисс Фаулер. Отыскав строчку члена нашего отряда — Ханна Йохансон, увидел статус, сигнал системы жизнеобеспечения потерян. Победа вмиг окрасилась в другой цвет, став хуже поражения. Взвыв от тоски и отчаянья, почувствовал, что всё, достиг своего предела. Я был полностью опустошён. Замерев на месте, безразлично дожидался, пока освободившийся паладин не запустит в меня энергетическое копьё, возвращая меня в самое начало.

Воспоминания о будущем: Отрывок 30

На голом упрямстве и остатке ярости, разгоревшейся из угольков, провёл ещё один бой. Но, из-за того, что в этот раз больше опекал союзников, чем уделял внимания магистру Тамуорта, мы опять проиграли. И довольно быстро. Я слишком сильно устал. Начал допускать ошибки. Моё внимание размывалось. Давление А-поля стало казаться неподъёмной гирей. Дальше так продолжаться не должно.

Подводя итоги, можно сказать следующее — эту битву нам никак не выиграть. Бывает так, что даже знание будущего не может его изменить. Тут я оказался бессилен. Однако, что-то во мне всё равно не давало смириться с поражением. Чувство беспомощности было тем, что я больше всего ненавидел. Не считая ощущение собственной слабости. Эти твари убили мою сестру! Такому нет прощения.

* * *

— Дальше идти нет смысла, — объявил своему отряду, стараясь сделать так, чтобы по голосу никто не определил, в каком я нахожусь состоянии. — Отряд сэра Аллана уничтожен. Там сейчас никого нет. Зато я узнал координаты, откуда только что снова атаковали Бакстерли. Там сосредоточились крупные силы противника, — сознательно преувеличил их численность. — Воздушная разведка также показала, что они привезли туда несколько грузовиков, на одном из которых смонтирована орудийная платформа с мощной лучевой пушкой. Как бы не корабельной. Нападать на них в одиночку, самоубийство.

— Тогда, что нам делать? — растерялся сэр Уэлч.

Умирать он не торопился, в отличие от меня.

Мисс Фаулер хотела что-то спросить, но в это время с нами связалась Брина, сообщив о повторной атаке Бакстерли. А также о том, что в воздухе остался след от огненной техники А-ранга, по которому она смогла приблизительно вычислить место, откуда та была запущена. Это сообщение я слышал уже не в первый раз, так что ничуть ему не удивился.

— Будем выполнять приказ. Но раз не можем разбить врага, попробуем изгнать его из Норт-Урика. Дайте мне минуту на размышления.

Задумавшись, прикинул доступные мне варианты действий. В принципе, должно получиться. Хотя мне от этого лучше не будет. И так держусь из последних сил. Выпив горсть таблеток, развоплотил свой фантомный доспех, оказавшись единственным карликом, среди великанов. Поменяв батарею, спросил по рации.

— Кто обладает масштабируемой, дальнобойной техникой, которую можно вытянуть на А-ранг? Из тех, что бьют по площади и наносят большие разрушения? Если вам на неё не хватает мощности, контроля и концентрации, ничего страшного. Я добавлю столько, сколько нужно. Поработаю усилителем и стабилизатором. Есть желание примерить на себя мантию супергероя? — с любопытством оглядел опешивших от неожиданности рыцарей.

— У меня есть подобная заготовка, — с неохотой признала мисс Фаулер. — Сделала её, когда была наивной дурочкой, примерно твоего возраста. Веря в то, что вскоре она пригодится. Как только немного подрасту в рангах. Однако, если у меня что-то с того времени и прибавлялось, то явно не в тех местах, — позволила себе нотку самоиронии.

— Отлично, — обрадовался, испытывая исследовательский зуд мальчишки, нашедшего инструкцию, как с помощью подручных средств сделать "большой бабах".

Какой же любознательный ребёнок смог бы от этого удержаться? Вот и я не смог.

Сверившись с картой и воспоминаниями, отправил ей координаты.

— Отсюда достанешь? Отлично. Как только будешь готова, скажи. Потом по моей команде начинай выполнять приём, делая его как можно более могущественным, ни в чём себе не отказывая. Мне понадобится и ваша помощь, — обратился к двум оставшимся рыцарям. — Встаньте рядом со мной. Разверните свои А-поля так, чтобы они накрывали нас и вложите в них всю доступную энергию. У нас будет только одна попытка, после которой мне будет плохо, а магистру Тамуорта, очень на это надеюсь, ещё хуже. Если мисс Фаулер нас не обманула и придумала нечто, действительно, достойное А-ранга.

— Опять какую-то авантюру задумал? — хмуро уточнила мисс Фаулер, которую совсем не радовала такая большая ответственность и риск превратиться в дымящуюся головешку.

— Да. Но ты должна знать, что мне всегда сопутствует удача, — напомнил, понимая, о чём она тревожится.

— Именно поэтому я здесь и нахожусь, — проворчала мисс Фаулер. — Хорошо. Давайте попробуем. Самой интересно, что получится. Не зря ли я возлагала на этот приём столько надежд?

Мне пришлось выполнять самую сложную работу из тех, что я до этого делал. Объединять А-поля четырёх человек, настраивая их на частоту Эммы Фаулер. Очищая от всех ментальных «примесей». Превращая в чистую, ничем не замутнённую энергию. Собирая в единую сферу, контроль над которой передал Ледяной ведьме. На себя же взял всю нагрузку, с которой она без меня не смогла бы совладать. Чтобы не было ни малейших искажений поля Авроры, пришлось пойти на ограниченное слияние разумов.

Ледяная ведьма засветилась подобно неоновой лампочке. Листья деревьев зашуршали, под напором закручивающегося вокруг нас энергетического вихря. Где-то высоко в небе зажглась белая звёздочка, которая с каждой секундой становилась всё больше и ярче. Объединив наши разумы, я знал всё, что делала мисс Фаулер. Она, создав высоко в небе, над указанными мною координатами, точку приложения своих сил, очень быстро воплощала в реальность самый настоящий айсберг, намораживая на него всё больше и больше льда. Удерживая его в воздухе своим силовым полем.

Пускай операторы А-поля не владели магией, но зато они способны копировать и выстраивать в определённом порядке элементарные частицы на субатомном уровне. Частицы Авроры являлись аналогом «философского камня», позволяющим совершать трансмутацию материи. Управлять ею. Да, операторы А-поля не могли вызвать мистический огонь, но могли создать нужный элемент, который самовоспламенялся. Или же, управляя заряженными частицами, образовывать молнии или плазму. Энергетические поля, обладающие заданными свойствами, тоже для нас не являлись проблемой. В отличие от слишком сложных вычислений, а также запоминаний огромных массивов информации об атомарных структурах, законах физики, механики, химии и тому подобному. Эту функцию взяли на себя карты памяти, что вставлялись в приёмники силового снаряжения.

Поэтому в том, что в небе стремительно увеличивался в размерах айсберг, не было ничего удивительного. Когда Ледяная ведьма достигла своего предела, ей осталось всего лишь уронить его на головы наших врагов, что она с удовольствием и сделала. Размеры и масса айсберга принесли разрушений больше, чем ракетная атака. Даже на таком расстоянии от места его падения мы почувствовали, как земля под ногами будто подпрыгнула. А спустя несколько секунд до нас докатилась ударная волна, согнувшая ветви деревьев.

— Вот теперь я доволен! — громко заявил, сияя широченной улыбкой, прежде чем из носа потекла кровь и мои глаза закатились.

* * *

Днём позже, штаб-квартира BESS.

Директор службы безопасности Британской империи в отведённое для этого время вызвал майора Томпсона, курирующего проект «Оракул». Только, если Рэдклиф его создавали, то они занималась анализом и прогнозом. Изучая на возможность представления угрозы для государства. Нельзя сказать, что только Рэдклиф удостоились такого пристального интереса со стороны этой спецслужбы. BESS старалась отслеживать все крупные проекты, связанные с военными разработками, кому бы они ни принадлежали.

— Майор, что там по Йохансону? Был ли оправдан риск нашего невмешательства? — поинтересовался Его Светлость у подчинённого.

— Так точно, господин директор. Нашим аналитикам удалось собрать достаточно данных, подтвердивших некоторые ранние предположения.

Он передал папку, полную фотографий и экспертных отчётов.

— Было подтверждено, что он действительно проявлял поразительную осведомлённость в вещах, о которых знать на тот момент никак не мог. Вот запись его ночного боя возле небольшого посёлка Бакстерли.

Вставив флешку в свой компьютер, герцог мельком её просмотрел. Для более подробного изучения и вдумчивого анализа у него ещё будет время.

— Как он это объяснил? — полюбопытствовал, спокойно отнёсшись к такой новости.

— Сослался на данные воздушной разведки, — улыбнулся майор Томпсон. — Однако наша служба технического контроля однозначно утверждает, что никакой воздушной разведки в том квадрате никем, кроме нас, не велось. Была проверена даже версия с микродронами. Кроме того, он начинал реагировать на радиосообщения ещё до их получения. Ещё стоит обратить внимание на то, что сэр Йохансон знал точную численность противника. Его местонахождение, ранги, вооружение, алгоритм действий. Однако он ни разу не назвал ни их имён, ни номеров подразделений, ни поставленных задач.

— Значит, то, что Йохансон видит будущее на короткие промежутки времени, можно считать доказанным. Любопытно. Очень любопытно, — задумался герцог, продолжая перебирать переданные ему фотографии. — Что насчёт средних и длинных временных промежутков? Скажем: неделя, месяц, год?

— Простите, у нас пока недостаточно данных, чтобы делать такие выводы, — бесстрастно ответил подчинённый.

— Хорошо. Подождём, пока они не появятся. Спешить нам некуда, покуда Йохансон продолжает делать вид, что он всё ещё обычный школьник. Что по поводу потенциала? Удалось выяснить границу его сил? Он показал какие-нибудь нетипичные приёмы или навыки? — директор BESS внимательно посмотрел на подчинённого.

— В основном сэр Йохансон использовал только базовые силовые техники, изложенные в любом учебнике. Трижды применял ментальные техники. Первую можно отнести к классу «Внушение». Вторую, к «Иллюзиям». Третью, «Единение», способную объединившая силы нескольких человек. Это позволило одному из операторов C-ранга выполнить приём А-ранга. У нас были большие надежды на его бой с магистром Стаффордшира, что сейчас выступает на стороне Тамуорта, однако, — майор впервые замялся, показав неуверенность, — у нас сложилось впечатление, что сэр Йохансон точно знал о том, что за ним наблюдают. Он намеренно избежал боя, не желая показывать большего, чем уже продемонстрировал.

— По-прежнему осторожничает, — улыбнулся герцог. — похвально, но бесполезно. Рано или поздно всё равно ошибётся. Все ошибаются.

Это была непреложная истина.

— А если ему немножечко помочь с этим? — предложил майор Томпсон.

— Не стоит. Если парень скрывает свои истинные возможности, то существует вероятность, что он может что-то лишнее узнать или подумать. Или ему с этим помогут. Незачем без необходимости настраивать парня против системы. Лучше, чтобы он работал на неё. К тому же, в случае конфликта интересов нам придётся иметь дело не только с Йохансоном, но ещё и с моим дядей. А это уже совсем другой уровень противостояния. Внутрисемейная борьба Эдвардсов на пользу нашей стране уж точно не пойдёт. А если наш юный пророк, который подозрительно часто попадает в опасные ситуации, из которых каждый раз извлекает немалую выгоду, всё же переоценит свои способности и потеряет голову, то, откровенно говоря, я вздохну с облегчением. У меня и без него хватает опасных загадок. Разведка обещала скоро достать данные по технологии Оракула. Так что продолжайте наблюдение, ни во что не вмешиваясь. До тех пор, пока Йохансон не покажет нам нечто большее, чем «десятиминутное предсказание». Или пока на него, наконец-то, не выйдут те люди.

* * *

Патрисия Рэдклиф, закрывшись в своём кабинете с начальником службы безопасности корпорации и Рашми Чамар, включив аппаратуру, защищающую от прослушки, поинтересовалась.

— Как продвигается наш план?

— Пока всё в пределах ожиданий, — первым отчитался начальник СБ.

Хотя все считали, что этот человек обычный наёмный работник, защищающий интересы не семьи Рэдклиф, а корпорации в целом, на самом деле он был именно её «преданным псом» и ничьим более.

— Интерес со стороны крупных медиа групп к сэру Йохансону снизился на пятьдесят два процента. Представителей иностранных держав, на сорок шесть процентов. Аристократических семей, на двадцать два процента. Оружейных компаний, на семнадцать процентов. Специальных служб, на одиннадцать процентов. В статистике указаны лишь те лица и организации, которые владеют информацией о нём ниже уровня доступа А-3. Первой их реакцией было недоумение. Они посчитали, что если бы сэр Йохансон был для нас настолько ценным и перспективным активом, как докладывала их разведка, то мы не позволили бы ему участвовать в войне «Ромео и Джульетты». Или, по крайней мере, отправиться туда без соответствующей поддержки с нашей стороны.

— А те, кто обладает информацией выше уровня А-3? Какова их реакция? — уточнила госпожа Рэдклиф.

— Заняли выжидательную позицию. Хотят понять, для чего нам это нужно и что ещё сэр Йохансон может явить миру, — невозмутимо отчитался начальник СБ. — Также, благодаря его неожиданному отъезду в другое графство, нам удалось выявить нескольких ранее незамеченных шпионов. Сейчас мы аккуратно выводим их из игры. Те же, кто не поймёт намёков, из серьёзных игроков, отправив своих людей в зону конфликта, рискуют их потерять. На войне с ними всякое может случиться. Разумеется, «совершенно случайно». Ориентировки с инструкциями нашей агентуре в Норт-Уорике уже отправлены.

— Хорошо. Продолжайте работать. Чамар, что по твоему направлению?

— У меня тоже всё под контролем. Замедление темпов развития способностей Йохансона преодолено. По моим прогнозам, в этом конфликте он получит достаточно мотивации для дальнейшего самосовершенствования. Сейчас его проблема в том, что он не хочет становиться сильнее, а только богаче. И совершенно напрасно. Йохансон личность творческая, изобретательная, — похвалила парня. — За короткое время перескочив несколько рангов, не имея должного образования и рыцарской подготовки, он сохранил незашоренный взгляд. По-прежнему не видя уже проложенных путей развития и пределов своих способностей, а значит, в этом отношении полагаясь исключительно на собственную фантазию и силу воли. В чём-то извращённые. В этом-то и вся прелесть, — учёная мечтательно улыбнулась. — Чтобы открыть что-то новое, совсем необязательно идти по уже проложенным тропам.

— Понимаю, — кивнула госпожа Партисия. — А ещё нам был нужен испытательный полигон и место для сброса…, — на секунду задумалась, подбирая подходящее слово, — издержек этого самого роста. Без этого, к сожалению, не обойтись.

Вновь посмотрев на начальника СБ, Патрисия перешла к следующему вопросу, не подавая вида, что моральная сторона вопроса её хоть как-то беспокоит.

— Как ведут себя потенциальные подруги Йохансона?

— Прошло слишком мало времени, чтобы снизилась величина симпатии молодых людей друг к другу. Мы работаем над тем, чтобы переключить их интерес на другие цели. То, что удалось на время разлучить сэра Йохансона с леди Амелией Адамс и леди Маргарет Бедфорд, считаю хорошим началом. Других серьёзных претенденток на его сердце пока нет. Кроме нашей научной лаборатории. У меня всё готово, чтобы подвести к сэру Йохансону нужного человека, который исполнит план «медовая ловушка». Надёжно привязав его к нам.

— К нам? — удивилась госпожа Рэдклиф, вопросительно приподняв бровь.

Посмотрев на него пугающим до дрожи в коленках взглядом.

— К вам. Конечно же, к вам, — понятливо поправился начальник СБ, чувствуя, как инстинкт самосохранения подаёт недвусмысленный сигнал об опасности.

— Что ж, это радует. Надеюсь, моя непоседливая дочурка не доставила вам слишком много хлопот? — спросила заботливая начальница у своего подчинённого, сменив тему.

Позволив ему облегчённо выдохнуть.

— Нет. Госпожа Кейси ведёт себя благоразумно. Была предотвращена всего одна попытка сбежать из дома.

Вместо того, чтобы порадоваться за образумившуюся дочь, рвавшуюся на чужую для неё войну, Патрисия нахмурилась. Что-то в этой новости не давало ей покоя.

— Всего одну? Странно. Я была о её упёртости другого мнения. Она в последние дни не совершала никаких странных покупок?

Спросила с подозрительностью. Начальник СБ ненадолго задумался.

— В её случае трудно определить, что является странной покупкой. Ваша дочь, простите за это сравнение, натура слишком переменчивая и увлекающаяся. В основном мне понятно назначение всех вещей, купленных госпожой Кейси за последнюю неделю. Кроме, разве что, строительных инструментов.

— Что вы имеете ввиду? — напряглась Патрисия, пристально на него посмотрев, под ехидную улыбку Чамар, делающей вид, что она тут просто за компанию.

— Она недавно купила в строительном магазине несколько инструментов. С доставкой на дом. Перфоратор, циркулярную пилу, отбойный молоток, несколько рулонов звукоизоляционного материала, фонарик, крепежи, обои, стремянку и клей. Заказала несколько деревянных брусьев. Скорее всего, где-то затеяла провести ремонт, — не видел в этом ничего необычного.

— Ремонт? — прищурилась Патрисия.

Внезапно её глаза резко расширились. Побледневшая хозяйка кабинета заметно занервничала, что было большой редкостью.

— Не может быть! — она испугалась внезапной догадки. — Быстро отправьте кого-нибудь проверить подвал нашего дома. Если эта дура вырыла там туннель, заприте её на чердаке. Только проверьте, чтобы там не оказалось спрятанных верёвок, простыней или лестниц. А ещё, поставьте блокираторы колёс на все машины в нашем гараже. У неё наверняка имеется запасной план.

— Госпожа Рэдклиф, а вы не сгущаете краски? — осторожно уточнил мужчина.

— Поверь, я свою дочь хорошо знаю. Если Кейси может что-то сделать, чтобы добиться желаемого, то обязательно это сделает. Её может остановить только слабительное. Ненадолго. Но настолько далеко я заходить не хочу. Пока она меня не вынудит.

* * *

Сидя в одиночестве в двухместной палатке, Ивон Виардо бездумно играла на своём телефоне в онлайн игру. По большей части механически совершая привычные действия, не требующие уделения им большого внимания. Убивая этим свободное время. Ей совершенно не хотелось заниматься сейчас чем-то серьёзным, куда-то идти, с кем-то общаться. Хотелось просто посидеть в тишине и расслабиться. После ночного боя на неё накатила лёгкая хандра.

Вспоминая произошедшее, француженка серьёзно задумалась на тему своего отношения к Эрику. Соглашаясь с тем, что стала слишком часто о нём думать. После того случая, когда он спас ей жизнь, проявление повышенного интереса к Йохансону вполне объяснимо. Всё же такое сложно забыть. Тем более девушке подростку. Как и тесные объятия с парнем в тёмной комнате, в стрессовой ситуации.

Она хорошо запомнила его запах, близкое дыхание, виноватую улыбку. А уж то, что Эрик бесстыдно покопался у неё в голове, наверняка увидев там много… «всякого разного», о чём мальчикам знать не положено, и вовсе выводило Виардо из себя. Наполняя целым коктейлем противоречивых эмоций. Таких, как страх, стыд и гнев. Однако Эрик не только не воспользовался её слабостями, но и не придал им значения. Наглец! Значит, власть над ней ничего не стоит? Хам!

Несмотря на то, что Виардо хорошо прятала свои истинные эмоции, прикрываясь одной из повседневных масок добросердечной девушки и примерной ученицы, это вовсе не значило, что ей было всё равно и она нисколько об этом не переживала. Время шло, а спокойствия на душе так и не прибавлялось. Скорее наоборот. Причин этому было несколько.

«Во-первых, после всего, что между нами произошло, Эрик так и не изменил ко мне своего отношения. Это одновременно и радует, и, вместе с тем, огорчает. Неужели не мог проявить хоть чуточку больше внимания и заботы? Возмутительно! Он ведь совершил со мной нечто более серьёзное, чем интимная близость. А ведь я позволила ему остаться после этого в живых. Неблагодарный.»

Покосившись взглядом на обогреватель, девушка убедилась, что тот работает в прежнем режиме. Странно.

«Во-вторых, стоит признать, хотя бы самой себе, что Эрик довольно симпатичный парень. Надёжный, сильный, храбрый, в меру наивный и честный. Раньше я не обращала на это внимание, а вот теперь, заметила и оценила. Кроме того, рядом с ним я чувствую себя в безопасности, что немаловажно. В-третьих, при встрече со своими врагами Эрик буквально преображается, становясь хитрым, расчётливым, изворотливым и безжалостным. И это меня заводит. Я нахожу привлекательным образ коварного «Гоблина» и зловещего «Чёрного рыцаря». В-четвёртых, он стал по-настоящему силён, а мне всегда нравились подобные парни. В памяти до сих пор сохранился яркий образ падающего на землю айсберга. Воплощение силы не мисс Фаулер, как думают эти близорукие идиоты, а именно Эрика. А уж сколько эмоций вызывают те волнительные и пугающие ощущения, которые он наслал на нас в бою с рыцарем Тамуорта. Когда я будто медленно тонула в море, опутанная щупальцами неведомого морского чудовища, ласкающего моё нежное девичье тело. Пытающегося проникнуть ими во все его ды***** Медленно удушая в своих крепких объятиях. Бережно укачивая, как ребёнка. Под шум прибоя. Брррр!»

Поёжившись, Виардо не заметила как допустила ошибку, из-за которой её игровой персонаж умер. Впрочем, это не вызвало у замечтавшейся девушки никакой реакции. Спокойно перезагрузилась и продолжила нажимать на кнопки.

«Что там дальше? В-пятых, я достаточно умна, чтобы не позволить остальным узнать, о чём догадываюсь или подозреваю. А догадываюсь я о многом. Эрик скоро станет очень могущественным человеком. Способным давать и отбирать силу. Выведывать чуждые тайны. Устраивать заговоры. Доминировать и унижать.»

— Гхм! — с подозрительно блестящими глазками прокашлялась Виардо, чувствуя, как у неё начинают гореть щёки.

Ещё раз подозрительно посмотрев на обогреватель, отвернула его от себя.

«Мысли об этом, пожалуй, сейчас лишние. Нужно постараться успокоиться», — подумала Виардо, возвращаясь к игре с выражением безразличия и скуки на её идеальном лице.

Мало ли, вдруг кто-нибудь сейчас заглянет в палатку? Они должны увидеть лишь то, что Виардо хотела показать. О большем может догадаться только Эрик, но ему позволительно. Какие уж между ними теперь тайны. Хотя, по-видимому, он думает иначе. У этого парня их непозволительно много. Ничего, скоро это изменится. Между нами должен быть знак равенства, а не превосходства, тем более, в его пользу. В-шестых, к ЕЁЭрику стали «клеиться» разные развратные девки. Какие же они после этого леди? Хотя правы те, кто утверждает, что ничто так не разжигает интерес к парню, как наличие соперниц. Показывающих, что он ценный и перспективный актив, который нужно брать сейчас, пока не стало поздно. Это-то я и без их подсказок вижу. Более того, даже гораздо дальше недалёких конкуренток.»

Тщательно проанализировав все пункты, Виардо пришла к выводу, что Эрик Йохансон очень даже достойный кандидат на роль её мужа. Он был единственным парнем, не вызывающим у неё раздражения. Заставивший себя уважать и считаться с его мнением, что являлось весьма значимым показателем для француженки. Кроме того, он заставлял её терять выдержку, чего раньше не было, и разжигал в Виардо огонь страстей.

Однажды мама дала совет, когда она встретит мужчину, которого будет страстно желать одновременно задушить, поцеловать, купить и запереть в своей комнате, то пусть сперва заглянет в семейную библиотеку. В третьем шкафу, на пятой полке её будет дожидаться четвёртая слева книга без названия. Загадочно улыбаясь, сказала, что тогда она ей весьма пригодится. Заодно добавив, что книга предназначена для «без ума влюблённых дурочек», чем сразу же отбила у гордой Ивон всяческое желание в неё заглядывать. Дочь тогда заявила, что никогда так низко не упадёт, вызвав у матери лишь снисходительный смех. Поведав глупышке Ивон, что женщины из рода Лаффен всегда славились своей пылкостью, безрассудностью и несдержанностью.

— А разве Лаффен не хладнокровные и рассудительные притворщики? — удивилась тогда маленькая Ивон, которой хотелось считать себя именно такой.

— Всё зависит от того, кого мы любим, ненавидим или кто нам попросту безразличен. У каждого человека есть вторая, скрытая сторона. Как и недостатки. Зная о характере женщин из рода Лаффен, заранее сочувствую твоему избраннику. Если хочешь узнать насколько, спроси у папы, когда меня не будет рядом. И не забудь записать его ответ на диктофон. Потом дашь послушать.

Такая уж у неё мама. Гордость и ужас семьи Виардо. Держащая отца за одно место, слуг за другое, родню за третье, а любовника за четвёртое. Но об этом — цссс!

Приняв решение, Ивон почувствовала невероятное облегчение. На душе сразу стало удивительно спокойно. Она теперь знала, что нужно делать.

«О чём я только что подумала»?! — внезапно застыла поражённая этой мыслью девушка, выронив из рук телефон.

* * *

— Как у вас дела? — по видеосвязи спросила Маргарет Бедфорд у Агаты Збражской.

Связавшись с ней, когда не получила очередного сообщения, приходящего в одно и то же время от Эрика. Хотя его никто об этом не просил. То пишет что попало, когда захочет, то не пишет. Совсем её лейтенант от рук отбился. Ничего, она им ещё займётся, когда тот вернётся. Збражскую Маргарет выбрала потому, что более беспристрастного источника информации неё не найти. Остальные девушки, поддавшись харизме Эрика, обязательно будут его покрывать.

Сидящая в палатке с мокрыми волосами полячка, обмотав голову большим махровым полотенцем, сделав из него подобие тюрбана, приветливо улыбнулась.

— Капитан, — шутливо отдала воинскую честь. — у нас всё без изменений. Бардак, чертовщина, игры в карты и готовые на всё девочки, было бы с кем.

— Ты что, пьяна? — опешила Маргарет, с подозрением присмотревшись к собеседнице.

Рефлекторно принюхавшись к телефону.

— Как ты могла такое подумать? — возмутилась полячка, но тут же миролюбиво призналась. — Если только совсем чуть. Отмечали с девчатами первую победу. Ну и стресс заодно снимали. Мы этой ночью десятка полтора оруженосцев и кавалеристов покрошили в салат. Двоих из них даже в плен взяли, — похвасталась полячка, заставив Маргарет напрячься.

— А с остальными противниками, что сделали?

— А что с ними сделаешь? — беззаботно усмехнулась обманчиво весёлая полячка. — Доктор сказал в морг, значит, в морг, — привела старую шутку. — Не в ресторан же их везти.

— Понятно, — капитан тактично не стала развивать щекотливую тему. — С нашими-то всё в порядке? Никто не пострадал? — забеспокоилась.

— Только доспехи. Ну и Йохансон по привычке угодил в госпиталь. Нравится ему там. У этого извращенца какая-то мания пускать носом кровь и падать в обморок от слабости. Хотя он практически ничего не делал, кроме надувания щёк и раздачи команд. Эксплуатировал нас нещадно. Плантатор доморощенный. Может, у него фетиш на медсестричек в коротких халатиках? — предположила Збражская, которой хотелось с кем-нибудь поболтать.

— То есть Йохансон в вашей битве участия не принимал? — удивилась Маргарет, не представляя, как такое возможно?

— Нет. У него была своя. Но там между собой сошлось несколько рыцарей, так что мы в ней тоже участия не принимали. Вместо этого разбирались со всякой мелочью, прикрывая его задницу с тыла. Однако, — ради объективности полячка не стала приуменьшать его заслуги, — Йохансон разогнал целый рыцарский отряд, нагнав на них страху. После этого одного рыцаря Тамуорта ребята из Рагби даже сумели взять в плен. Вместо Йохансона звездой поля боя вчера, знаешь, кто была? Не поверишь. Ледяная ведьма! Я всегда знала, что она страшная женщина. Ей даже медаль хотят за это дать.

— И чем мисс Фаулер заслужила такую честь? — Маргарет не сдержала любопытства, сожалея, что не присутствовала при этом событии.

— Остановила наступление вражеских войск, удержав целый фланг обороны города. Заставив их отступить из опасения повторно попасть под её горячую руку. Представляешь, она с небес в них запустила огромный айсберг, попавший прямо туда, где собрались все вражеские герои. Рыцари, паладины, магистр. Удар был такой силы, что лес в округе положило, как спелую пшеницу. Правда, пока неясно, сколько противников там полегло, а сколько выжило? Уцелел ли магистр? Тамуортцы кого могли вытащили из-под ледовых завалов и унесли на свою территорию. Но в любом случае, ему теперь потребуется какое-то время на восстановление сил и здоровья. И «волшебные» таблеточки, выписываемые психологами, — полячка широко улыбнулась, ничуть ему не сочувствуя. — Хочешь, видео пришлю? Запись, сделанную моим фантомным доспехом?

— Давай, — тут же согласилась Маргарет, сгорая от нетерпения увидеть этот эпичный момент.

По-быстрому завершив разговор, Бедфорд стала ждать. Просмотрев пришедшую запись несколько раз, она испытала странные чувства неправильности происходящего. Несмотря на всю силу Ледяной ведьмы, та никак не могла сотворить столь впечатляющий приём. Что было очень странно. Капитан команды фехтования Святой Анны была достаточно подкована в таких вопросах. А значит, в этом деле не обошлось без Эрика, в чём Маргарет была абсолютно уверена. С недавних пор всю непонятную фигню, что происходила с командой, она связывала с Йохансоном. Да и не случайно же Збражская упомянула о том, что их лейтенант без видимой причины потерял сознание. Что он, излишне впечатлительная дама?

— Хотя я с мисс Фаулер в одном ранге, однако между нами по-прежнему большая пропасть.

Маргарет задумчиво произнесла это вслух, чувствуя, как её настроение стремительно портится. Для девушки личная сила была залогом свободы. Пока, к сожалению, её всё ещё недостаточно, чтобы сломать золотую клетку. Все другие пути для леди Бедфорд закрыты. Власть и богатство их семьи перейдут к брату. Что-то достанется матери и сестре. А Маргарет получит лишь крохи, плюс обязательства, от которых она всячески старалась избавиться, понимая, что её ждёт в будущем.

Представив себя на месте мисс Фаулер, Маргарет задалась вопросом, а смогла бы она в той ситуации сделать нечто подобное? Спасти друзей. Обернуть ситуацию в свою пользу. Заслужить всеобщее уважение и похвалу. Матери до неё дела не было, а отец её никогда не хвалил, воспитывая в строгости. Про брата и речи не шло. К большому сожалению, ответ неутешителен. Нет, она бы не справилась даже с помощью Йохансона, на которого в последнее время, незаметно для себя, полагалась всё больше. У неё в арсенале просто не было достаточно мощных приёмов. Базовые техники фехтования, пусть и доведённые до совершенства, несколько уловок, да с десяток силовых приёмов D-ранга, также отточенных почти до идеала.

После того, как она стала рыцарем, девушка всё ещё пыталась освоить два приёма С-ранга, найденные в отцовской библиотеке. Там, где ей не хватало таланта, Маргарет брала усердием. Она не могла с той же лёгкостью придумывать новые фокусы с полем Авроры, что и Эрик. Мисс Фаулер, продемонстрировав знание приёмов даже не С-ранга, а как бы не В или А, будучи только рыцарем, задала ей новую планку.

— Похоже, придётся снова зарыться в книги и увеличить часы тренировок, — грустно вздохнула девушка, пытаясь придумать, как воткнуть всё это в и так перегруженное расписание. — Нужно заранее обзаводиться приёмами более высоких рангов. Как оказалось, это может пригодиться. Надеюсь, успею что-нибудь выучить до возвращения Эрика.

Маргарет мысленно обратилась к Богу с просьбой позаботиться о том, чтобы с ним на этой войне ничего не случилось. При этом почему-то забыв упомянуть о других членах команды. Не потому, что они ей безразличны. Просто в тот момент думала только о нём.

* * *

Тем временем в Атерстоне, в отдельной палатке полевого госпиталя, Эрик Йохансон наконец-то открыл глаза. Обведя удивлённым взглядом незнакомое место, он остановил его на единственной посетительнице, сидящей рядом с его кроватью. Неторопливо чистящей яблоки перочинным ножом. Разрезая их на дольки. Но вместо того, чтобы откладывать их для пациента, Ханна Йохансон сама же их и съедала. От такого возмутительного зрелища Эрик, найдя в себе силы, беспокойно заворочался, пытаясь сесть.

— Эй, а мне? — возмущённо-обиженно спросил он у сестры.

Замерев, Ханна внимательно на него посмотрела. Не меняя невозмутимого выражения лица, медленно сложила нож. Убрала его в сторону, как и чашу с оставшимися яблоками, их очистками, шкурками от апельсина и косточками от винограда.

— И тебе сейчас достанется, — сказала ласковым тоном, от которого её брат испуганно поёжился, передумав садиться.

Глава 9

После моего возвращения, обрадованные девушки устроили небольшой праздник. По большей части для себя. Использовали это, как повод отложить занятия и тренировки, а также поесть вкусненького. На нём, мешая друг другу, принялись рассказывать о том, что я пропустил за время нахождения в госпитале. Чем в ту ночь всё закончилось. На что было похоже поле, развороченное айсбергом. Хвастались своими подвигами. Обсуждали планы на будущее. «Утешали» командира.

Конечно же, на этом празднике жизни не обошлось и без нескончаемого потока зубоскальства на тему слабенького здоровья командира. Банда весёлых школьниц проявила поразительную солидарность, ухаживая за мной так, будто я болезненный ребёнок, требующий постоянного присмотра. Находя это забавным. То ложечку с консервированными ананасами поднесут к моему рту. То одеяльце поправят. То ручку подадут, опереться. То участливым тоном поинтересуются, что дорогой братец изволит: ужин, ванну или далее по списку? Ещё и глазки скромно потупят, ручки сцепят, стыдливо покраснеют.

Удивительно, но Холли Филлипс легко влилась в компанию этих «плохих девочек», смеясь и подшучивая надо мной наравне с ними. А ведь ещё совсем недавно смотрела на меня, как на волшебную палочку. С опаской и восхищением. Разговаривала вежливо и уважительно. Это Ханна во всём виновата, делясь «секретиками», подрывающими мой авторитет и героический образ. Небось, ещё и детские фотографии показала.

Только Эльза и Брина сохраняли спокойствие, ведя себя как обычно. Не пытались меня смутить. Не участвовали в их проделках. Рыцари не в счёт. Они-то точно знали причину моего внезапного обморока. По признанию мисс Фаулер, когда мы остались наедине, ей было неудобно принимать комплименты и поздравления за нашу совместную работу. Сэр Уэлч, как и его люди, не стали раскрывать величину моего вклада в создание айсберга. Видимо, посчитали, что могут ненароком раскрыть чужой секрет. Посчитали лучшим дождаться, пока я сам об этом не расскажу. Кристофер тоже отмалчивался. Вот и вышло, что все заслуги приписали Ледяной ведьме.

Немного поразмыслив, решил всё оставить как есть. Она честно заслужила награду за тот бой. Пускай тренер этого и не знала, но я-то хорошо помнил, как она отчаянно и самоотверженно сражалась с отрядом магистра Тамуорта, защищая своих учениц. До самой смерти, даже не помышляя о бегстве.

Однако свою порцию благодарностей я всё же получил. Нас проведал майор Милтон, который в устной форме выразил признательность за помощь. Понимая, что без меня мисс Фаулер такого результата не добилась бы. Многие так думали, но по какой-то причине барона Невилла устроила официальная версия. Он сознательно перевёл всё внимание на моего рыцаря. И я даже догадывался по какой. Заодно майор рассказал о новостях на других участках фронта. О магистре Каннингеме, воспользовавшимся тем, что противник пошёл на прорыв, на левом флаге Атерстона. Он той же ночью внезапно атаковал его на правом.

Прорвав передовую линию обороны Тамуорта, сын герцога Сассекского существенно продвинулся, зайдя на территорию противника. Сейчас, пока мы отдыхали, он продолжал активно воевать, пытаясь удержать завоёванные территории. Что было не так-то просто, поскольку, вырвавшись вперёд, Каннингем оказался в полуокружении, в огневом мешке. Впрочем, за него я беспокоился меньше всего. Парень хотел стать героем этой войны, пусть становится. Мне не жалко. Разрешаю.

После той ночи наш левый фланг всё ещё оставался стабилен. По обе стороны линии соприкосновения войска зализывали полученные раны. Потери были внушительными. Отряд рыцаря Аллена уничтожен. Сэр Моррис выжил, но получил серьёзные раны. Паладина срочно увезли в больницу и неясно, когда он оттуда вернётся? И вернётся ли? Из его отряда невредимыми остались лишь несколько человек. Выдержать прямую атаку магистра, да ещё внезапную и самую сильную, весьма непросто. Их спасло лишь то, что столь грозный противник бил по большой площади с предельного расстояния, да ещё, практически вслепую. Так что кому-то из отряда сэра Морриса повезло её избежать, а кому-то не очень. От кавалеристов Норт-Уорика тоже почти никого не осталось. И это всё произошло за первые же часы войны. Поэтому положение у нас до сих пор оставалось незавидное, несмотря на одержанную победу.

После разговора с майором я получил разрешение на самостоятельные действия. Направленные на то, чтобы Тамуортцы не расслаблялись и вместо подготовки к следующему наступлению, ожидали нашей контратаки. Не думая, что у нас настолько плохи дела, как им казалось. И в чём они были совершенно правы.

Кстати, причину неожиданно успешного обхода Тамуортцев наших позиций, да ещё в таком количестве, до сих пор устанавливали. Майор Милтон отказался разговаривать на эту тему, сославшись на тайну следствия. Судя по выражению его лица, не всё так благополучно во владениях Невиллов, как нам рассказывали.

В течение нескольких следующих дней я заставил Тамуортцев бояться не только Ледяной ведьмы, но и Гоблина. Вынудив их стать чересчур нервными и подозрительными. Шарахаться даже от собственных теней. Научил не доверять своим глазам и ушам. Напомнил о том, что по-настоящему человек страшится не привычного и понятного, а того, что незримо. Что затрагивает его веру и фантазию. Обо мне наконец-то заговорили. Правда, пока в духе — «Где эта сволочь?! Кто-нибудь, пристрелите его! Плачу миллион за его голову! Ааааа, нееет!!! Спасайся кто может!!!» — хотя последнее — это только фантазии и домыслы. Но приятные.

А началось всё с того, что напомнил всем — кто я? Менталист! На это и сделал ставку.

Сначала один артиллерийский дивизион противника под действием моего внушения принялся обстреливать второй, приняв его за врага. Попытка начальства образумить безумцев успехом не увенчалась. Радист этого дивизиона до самого конца сохранял абсолютную уверенность в том, что его рация молчит. Что им позволяют участвовать в артиллерийской дуэли. Дело в том, что второй дивизион, подвергшийся атаке, списал их действия на происки врага, принявшись отвечать огнём на огонь. В итоге они друг друга практически полностью уничтожили. Затем несколько патрулей противника заехали не туда, куда нужно. Попав прямо на позиции латников Норт-Уорика, где их радостно встретили.

Однако вишенкой на торте стал другой инцидент. Когда целую роту латников Тамуорта пришлось срочно увозить на лечение после того, как на неё напало массовое, жуткое расстройство желудков, совмещённое с чесоткой и боязнью замкнутых пространств. Слухи от тех, кто вывозил измождённых, трясущихся от ужаса бедолаг в тыл, не снимая противогазов, быстро распространились по всему фронту, нанеся серьёзный удар по моральному состоянию солдат Тамуорта. Нас тут же обвинили в химической атаке. Потом в биологической. Но после получения отрицательных результатов лабораторных анализов, враг был вынужден признать психологический фактор воздействия на его латников, а за него наказание не предусматривалось.

И всё это было только в самом начале похождений ныне ненавистного Тамуортцами Гоблина. Галлюцинации, приступы безумия, потеря памяти, обострение страхов, привело к тому, что солдаты Бартонов всячески старались избежать попадания на наш участок фронта. А уж когда я внушил одному подразделению, что их капитан выглядит в точности, как один неуловимый школьник, за голову которого предлагали миллион фунтов, это привело к печальному для него исходу, Бартоны заявили, что с них хватит. Бросили все силы на поиск и уничтожение скрывающегося по лесам неуловимого Гоблина. Осознав, что вирус страха и взаимного недоверия начал превращаться в эпидемию, расходящуюся по всему баронству. Из-за чего на меня массово посыпались обвинения в том, к чему я точно был непричастен. Узнавая о произошедшем из новостных сводок. Вроде драки двух рыцарей Тамуорта, чего-то там не поделивших. После которой одного положили в больницу, а второго посадили под арест. Что я на это мог сказать? Только — «Это я постарался! Что? Сломалась машина полковника? Моя работа. Какие сомнения? Кто-то украл боеприпасы? Конечно же, я! Попали под дружественный огонь? Пфф. Не благодарите. Жена барона Тамуорта ему изменила? Правда? («О_О») Ну как вам сказать, чтобы быть поделикатнее…»

Члены моего отряда тоже время даром не теряли, устроив террор в лучших традициях партизанской войны, о которых Кристофер Вилсон знал не понаслышке. Стараясь применять тактику — «бей и беги», чтобы не ввязаться в затяжной бой, дожидаясь подхода вражеских рыцарей. Наши девушки пока ещё не были готовы к масштабным, ожесточённым сражениям на переднем крае обороны. Да и нечего нам там делать. Эту мысль я всячески старался донести до командования. Сэр Уэлч и сэр Оуэн тоже стали «летучими отрядами» лихих налётчиков, играя с вражескими рыцарями в кошки-мышки. Запутывая их. Не давая просчитать, где мы появимся в следующий раз.

Под вечер, сидя в палатке, изучая разрисованную множественными отметками карту, решая, к кому бы ещё сходить «в гости», в какой-то момент времени почувствовал необъяснимую тревогу. Что-то на грани восприятия отвлекало и раздражало тем, что мне никак не удавалось оформить это смутное ощущение во что-то более конкретное. С каждой минутой беспричинное беспокойство становилось сильнее. Привыкнув доверять своей интуиции, потянулся к рации. Пусть уж лучше я буду смешным, чем опечаленным.

— Внимание всем. Объявляется режим «Ночная пробежка», сроком на два часа. Повторяю…

* * *

На краю лагеря, чистящая замызганный комбинезон мисс Фаулер, ненадолго остановилась. Посмотрев на сидящую рядом Эльзу Браунфельс, незамедлительно отложившую в сторону свою одежду, удивлённо спросила.

— Что ещё за режим — «Ночная пробежка»?

Серьёзная немка, сперва внимательно оглядевшись по сторонам, поднялась на ноги, оставив вещи лежать на прежнем месте.

— Это значит, у лейтенанта появилось тревожное предчувствие. Необходима повышенная бдительность и готовность к неприятностям. Желательно с активированным силовым снаряжением. Как показывает статистика, предчувствия его подводят крайне редко. Нам лучше так и сделать, потерпев пару часов небольшую нагрузку А-поля.

— Вы уже и статистику ведёте? — улыбнувшись, тренер посмотрела на беззаботных солдат, охраняющих лагерь, по которым было незаметно, что их что-то беспокоит.

Однако улыбка мисс Фаулер поблекла, когда она увидела разбежавшихся по палаткам учениц Святой Анны, побросавших все свои дела. И окончательно сменилась на серьёзную задумчивость, после того как Брина Вилсон со своей клубной бандой, захватив снайперские винтовки и маскхалаты, быстрым шагом устремилась в лес.

— Будем считать, что суеверия рождаются не на пустом месте, — Ледяная ведьма не стала беспечно отмахиваться от предостережения.

Мудро решив поступать, как остальные члены команды. Она была опытным рыцарем, а не новобранцем. Правило — «Если ты чего-то не знаешь, повторяй за теми, кто знает или хотя бы делает вид», появилось не просто так. Его писали кровью дураки, придерживающиеся другого — «Меньше двигаешься, реже устаёшь».

Покинув мисс Фаулер, ответственная Браунфельс проследила, чтобы Ханна, которая тоже была не в курсе, что это за режим такой, оставалась сидеть в своей палатке, с активированным силовым снаряжением. О семье Филлипс побеспокоился мистер Вилсон.

Лейтенант, отвечающий за охрану лагеря, не будучи слепым идиотом, не посчитал постыдным сходить и поинтересоваться, а чего это отряд магистра перешёл в боевую готовность? Очередная ли это тренировка, учебная тревога, наказание провинившихся или что-то ещё? Получив разъяснения, он прошёлся по всем постам, устроив своим парням проверку. Приказав им смотреть по сторонам в оба глаза.

* * *

Где-то через час, когда я немного успокоился и уже подумывал отменить режим боевой готовности, оправдав его учебной тревогой, внезапно услышал отчётливый выстрел из снайперской винтовки. Спустя пару секунд за ним последовал ещё один, раздавшийся чуть в стороне от первого. Не раздумывая, усилил своё А-поле, значительно его уплотнив. Поступив весьма предусмотрительно, поскольку со стороны леса раздалась плотная стрельба из автоматов и ручных пулемётов, сопровождающаяся взрывами в нашем лагере. С большим изумлением наблюдал, как в палатке появляется всё больше дыр. Прямо передо мной с каждой секундой увеличивалось количество застывших в воздухе пуль, остановленных А-полем. Судя по сердечникам, бронебойно-зажигательных.

— Ах ты ж морской ёжик! — опомнившись, бросился на выход.

Выскочил из палатки за секунду до взрыва реактивной гранаты, разметавшей её в клочья. Споткнувшись от ударившей в спину ударной волны, покатился кубарем. Ещё недавно мирная картина отдыхающего, тихого лагеря, как по щелчку пальцев преобразилась в свою противоположность. Впрочем, перестрелка смолкла так же внезапно, как и началась. Спустя небольшой промежуток времени вновь наступила тишина. Только теперь напряжённая и пугающая.

— Все целы? — крикнул, поднимаясь на ноги, не ослабляя защиты.

Окружённый пузырями силовых полей, возле меня быстро собрался весь отряд Гоблина. Слава богу, в полном составе. Никто из наших даже не был ранен. А вот солдатам Норт-Уорика повезло гораздо меньше. Напавшая на нас группа спецназа Тамуорта действовала быстро и умело. Если бы притаившиеся в засаде снайперы их не спугнули, не дав завершить подготовку к внезапному нападению и ликвидации магистра, то бишь меня, жертв было бы намного больше. Скорее всего, поняв, что план сорвался, противник сразу же отступил. Опять же, благодаря Брине, потеряв нескольких человек убитыми и ранеными.

— Нужно отсюда срочно уходить, — предупредил мистер Вилсон. — Если нападавшие успели передать на базу, что наше устранение не удалось, то сюда могут нанести ракетно-артиллерийский удар.

— А смысл? Теперь-то, — удивилась Збражская, указав на наши зонтики силовых полей.

— Не убьют, но нервы потреплют. А если повезёт, то, может и, выбьют кого-нибудь послабее, после того как просадят его щиты. Вроде тебя. Да и лагерь окончательно уничтожат, чем будут гордиться, делая громкие заявления.

— Ты прав. Уходим, — отдал приказ, пресекая дальнейшие споры.

С сожалением посмотрев на то, что осталось от моей палатки, сокрушённо выругался.

— Сволочи. Там были все мои вещи и деньги. Я остался без ничего.

Девушки только сейчас сообразили, что, вообще-то, оказались в таком же незавидном положении. Растерянно посмотрев на свои уничтоженные палатки, поспешили собрать уцелевшие вещи. Спасая хоть что-то. Так что лагерь мы покидали не только в спешке, но и в большой печали. С польской руганью. Французским юмором. Немецким пофигизмом. Английской злостью. А также коллективным желанием страшно отомстить.

Ночевать нам пришлось в другом месте, пока для отряда «Гоблин» готовился новый, полноценный лагерь. Для чего «вынужденным переселенцам» привезли маленькие туристические палатки и спальники. Выдали на ужин армейские суточные рационы питания. В принципе, они оказались не так уж и плохи, как опасались девушки. Достаточно вкусными и сытными. С шоколадкой, джемом, кофе, чаем, галетами, несколькими конфетками и даже паштетом, дополняющими три главных блюда. Понятно, что не такого качества и свежести, к какой привыкли богатые аристократки, но это и не та пачка заплесневелых сухарей, кубик сахара, пакетик дешёвой заверки и банка просроченной тушёнки, к чему они готовились. А уж от процесса разогревания бобов с мясом в томатном соусе на миниатюрных таганках с помощью спиртовых таблеток и вовсе пришли в восторг.

Пока мы сидели и веселились за одним костром, вроде бы все вели себя как обычно. Казались спокойными и уверенными в себе. Но как только девушки разошлись по палаткам и улеглись спать, начались проблемы. Ведь до этого в Англии их ещё не пытались подло расстрелять в спину, на отдыхе, что для наших любительниц острых ощущений стало неприятным открытием. Заставив с другой стороны взглянуть на то, чем мы занимались. Поэтому мисс Фаулер пришлось поработать психологом.

Позвав учениц на девичник, под предлогом запекания в углях картошки, объяснила, что только расставшись с иллюзиями относительно ремесла, за которое взялись, можно в нём стать профессионалом. Вот только, оно им нужно? О чём только думали, когда Йохансон пригласил отправиться с ним в военный поход? О том, что всё будет напоминать видеоигру? Серьёзно? Поэтому в следующий раз, когда Эрик снова предложит что-то подобное, ради спокойного сна нужно сразу же слать его далеко и надолго. Кто не знает как, пусть достаёт ручку и блокнот, сейчас продиктует.

Судя по нестройному хору голосов, все с мисс Фаулер согласились. Даже предательница Ханна. Ну спасибо вам, тренер. Чему вы их учите? Только зря время потратил, подслушивая вредные советы, приложив ухо к тонкой ткани палатки. Не зная о том, что с другой стороны лагеря ещё один похожий на меня идиот, обеспокоенный братец Холли, занимался тем же самым.

Обиженно ворча что-то про одинокого волка, лёг спать. Раздражённо укутавшись в одеяло. Меня, в отличие от некоторых неженок, бессонница не мучила и моральные терзания не тревожили. Однако спокойного сна это всё равно не принесло. Но, по другой причине.

Посреди ночи проснулся оттого, что кто-то тихонько расстегивал молнию входного полога палатки. Стараясь не шуметь и не изменять положение тела, достал из-под подушки заряженный пистолет. Как только в невысокую палатку, осторожно, на четвереньках заполз неизвестный, то он вынужден был остановиться, уперевшись лбом в ствол мигом наставленного на него оружия.

Разглядев смутившуюся, но не испугавшуюся француженку, с облегчением убрал пистолет.

— Тебя не учили, что ночью залезать в палатку одинокого, вооружённого мужчины, не самое безопасное занятие? — сердито отчитал Виардо, одетую в одну лёгкую, полупрозрачную, тёмно-синюю ночнушку с кружевами.

Господи, где она её взяла? Напрягшись, невольно сглотнул слюну от такого эротического зрелища.

— Не тыкай в меня этой штукой, — пренебрежительно прошептала Виардо, по-хозяйски оглядывая стандартное убранство палатки.

Интересно, что она надеялась в ней найти?

— Ничего не потеряла? — ехидно осведомился, подпустив в голос фальшивого сочувствия.

Продвинувшись дальше, наглая француженка бесцеремонно вторглась в мой спальник.

— Подвинься.

— Что ты делаешь? — округлил глаза, отодвигаясь подальше от этой сумасшедшей.

Опасаясь прикасаться к её голой коже. Не потому, что «заразная», а из-за пробудившегося, но пока ещё маленького «Йохансона младшего». Как показали бы в анимации, с цензурой, — «И тут слон поднял хобот, готовясь протрубить для привлечения самки».

— А на что это похоже? — ехидно спросила Виардо. — Спать буду.

— Здесь?!

Сказать, что я обалдел от такого ответа, значит, ничего не сказать.

— Здесь. Не ори. Людей разбудишь, — недовольно попросила француженка, устраиваясь поудобнее.

— У тебя же своя палатка есть, — яростно прошептал, отчаянно вцепившись в свой край одеяла.

— Там неуютно. И холодно. И вообще, я боюсь спать одна, — обвинила меня в бессердечности, пододвигаясь ближе.

— Ты не выглядишь испуганной, — возразил, «пятой точкой» нащупывая дальнейшие пути отступления.

— Это хорошо. Ты не должен думать, что я слабая, — обернула мои слова в свою пользу.

— А это-то тут причём? — не понял.

— При всём. Спи давай. А то вопросов много задаёшь, — сердито проворчала прижавшаяся ко мне горячая француженка.

Через минуту, в темноте, под шорох ткани, раздался мой очень напряжённый и тихий голос.

— Что ты делаешь?

— Сплю, — игривым голосом заметила абсолютно бодрая девушка.

— А рука твоя что там делает? — испуганно уточнил.

— А что, тебя это смущает? — игриво заинтересовалась девушка.

— Нет! Дьявол. Возбуждает! — прошипел, разозлившись от того, что не понимал, чего она добивается?

Нет, конечно, я догадываюсь, но всё же? Попытка смутить бесстыжую Виардо провалилась.

— Хор-ро-шо, — промурлыкала чем-то очень довольная француженка. — Эрик, — обошлась без формальностей, — не строй из себя идиота. Ты умнее, чем кажешься. Хотя и умеешь в этом убеждать. И вообще, не слишком ли плохо ты себя ведёшь? — провела пальчиком по моей коже.

— Чем же? — покраснел от прилива крови.

Причём, не только к голове.

— Говоришь много.

Виардо окончательно на меня залезла, накрыв мои губы, своими. В таком состоянии они продержались недолго. Её язычок нашёл себе дорожку. А дальше было много действий, мало мыслей и море удовольствия. Инстинкты взяли своё, действуя намного эффективнее, чем помутившийся рассудок. Ощущения времени и пространства размылись. Вместо разговоров из палатки стали доноситься лишь эротические стоны и ритмичные звуки.

Проснувшись следующим утром, обнаружил две вещи. То, что я проспал и то, что в палатке, кроме меня, никого больше не было. Если бы не влажное одеяло и странный запах, перемешанный с женскими духами, то можно было бы подумать, будто мне всё это только приснилось. Чтобы скрыть следы произошедшего, испытывая необычайную бодрость и переполняющую меня радость, с глуповатой улыбкой спешно уничтожил все следы своего взросления.

Несмотря на то, что этим утром всячески старался вести себя как обычно, не привлекая внимания, однако я явно недооценил такие вещи, как женскую интуицию и проницательность. Не понимаю, вот как эти лисицы учуяли, что ночью у меня что-то с кем-то было? Такое впечатление, будто у меня это на лице написано. Так подозрительно, как сегодня, они на меня ещё никогда не смотрели. Даже в Африке.

Ивон в этом отношении ничем не отличалась от остальных девушек, следивших за мной весь день. Занимаясь тем же самым, участвуя в «Охоте на ведьму». Выше всяких похвал изображая такое же удивление, недоумение и негодование. Зато, в отличие от неё, я прекрасно умел косить под дурака, не понимая их намёков. Поэтому к обеду, не выдержав сомнений, под пристальными взглядами девушек Ханна отвела меня в сторонку и спросила напрямую.

— Что ты делал сегодня ночью?

— Спал, — мгновенно ответил, с самым невинным выражением лица.

— Один? — вкрадчиво уточнила недоверчивая сестра, приблизив своё лицо к моему.

Всматриваясь в мои лживые глаза.

— А с кем ещё я мог спать. Не с тобой же? — удивлённо указал на этот непреложный факт, увиливая в меру своих скромных сил.

Потянувшись вперёд, Ханна обнюхала мою шею.

— Не один, — подтвердила свои подозрения.

— Не доказуемо! — я упрямо стоял на своём.

— Значит, ничего не расскажешь? — сжав мою голову в ладонях, заставила смотреть ей прямо в глаза.

— Не понимаю, о чём ты? Что рассказать? Я чист и невинен, как младенец, — постарался убедить.

— Таких младенцев ещё поискать нужно, — саркастически хмыкнула сестра, отпуская меня на волю. — Ну ладно. Сама разберусь, — угрожающе пообещала.

Вернувшись к отряду, Ханна о чём-то пошушукалась с собравшимися в кружок девушками, после чего по очереди принюхалась к шее каждой из них. Однако Ивон оказалась предусмотрительнее, успев не только помыться, но и сменить духи. Я опасался, что она во всём признается, чтобы закрепить свои притязания на командирское тело, но хитрая француженка решила сыграть в какую-то другую игру. Держа меня в постоянном напряжении. Заставляя гадать, что же она задумала?

Подошедшая мисс Фаулер с ироничной улыбкой напомнила, что она обещала спасать меня от Тамуортцев, а не от учениц Святой Анны. После чего поинтересовалась, не хочу ли я исповедаться, чтобы облегчить душу перед встречей с Богом? А заодно упрекнула в том, что нарушил собственный порядок. Горшок с геранью мисс Харрис так и не был закопан в саду. Дождался. Вот и начались подшучивания над бедным, но довольным собой гоблином. В надежде, что от меня если не отстанет, то хотя бы не станет усердствовать в напоминаниях об этой ночи, пообещал проставиться ей и мистеру Вилсон в городе, когда вернёмся. Рассказав то, о чём не стал говорить ученицам.

— И потом, разве вы не должны радоваться, что теперь вами командует не мальчик, но муж? Это, если бредни моей сестры окажутся правдивы, что совсем не так, — попытался сохранить видимость приличий.

— Мужем, названным так по поступкам, а не длине члена, — указала смеющаяся мисс Фаулер, разговаривая со мной не, как учитель со своим учеником, а, как сестра по оружию.

— Но-но-но. Попрошу без инсинуаций по поводу того, чего вы ещё не видели, — с благодарностью во взгляде, также перешёл на шутливую манеру общения. — И можете мне поверить, там есть на что посмотреть, — гордо расправил плечи.

— Уж не пытаешься ли расширить список своих трофеев, флиртуя со мной? Закатай губу, Йохансон, — посоветовала мисс Фаулер, окинув меня демонстративно скептическим взглядом. — Можешь даже не мечтать.

На эту ночь у меня были вполне определённые надежды, связанные с одной нескромн… богатой леди, но её подружки решили спутать мне карты. Тайно назначили график дежурств адептов ордена «неспящих сов». Распределили часы ночного бдения, разбились на пары, поскольку догадывались, что среди них завелась наглая лиса и доверять никому нельзя. Даже мне. Их расписание пришло на мой телефон с незнакомого номера, вместе с сообщением, — «Злоупотреби своей силой, юный падаван и познаешь прелести тёмной стороны одной леди.» Ну что сказать? Заинтриговала. Так ей и ответил, на тот же номер. Попросив в качестве доказательства прислать фото этой самой оголённой стороны, а то вдруг она окажется «так себе». Не прошло и пяти секунд, действительно пришло. Правда, я не ожидал увидеть на нём кулак, снятый крупным планом. Молодец. Придраться не к чему. Эта часть тела не прикрыта одеждой, прямо как я и просил.

Пока разглядывал симпатичный кулачок, после вчерашнего, видя его в новом свете, со стороны дороги, к которой мы вышли по просьбе майора Милтона, подъехало три армейских MRAPа без опознавательных знаков. Сначала меня смутил странный звук работы их двигателей, едва различимый, а потом почувствовал, что эти машины излучают слабое А-поле и сразу всё стало ясно. Это не настоящие броневики, а МБФ (мобильная фантомная броня). Двигатели так шумят потому, что они электрические. Для управления такими машинами не требовалось иметь высокие ранги или обладать какими-то особыми навыками. Оператору даже не обязательно было находиться внутри. Достаточно лишь не покидать область действия А-поля, в котором воплощена эта полная копия колёсного броневика.

От остановившегося рядом с нами MRAPа не стоило ожидать чего-то большего, чем он являлся. Это не какой-то там трансформер или супермашина из фантастических фильмов. Если ему пробьют двигатель или повредят колёса, он остановится так же, как и любой другой автомобиль. Но зато у подобной техники достаточно других преимуществ. Особо прочный корпус, защитное поле и возможность провести полный ремонт в полевых условиях. А ещё сущая мелочь, вроде транспортировки в обычном кейсе. С возможностью заново воплотить в реальность в любой момент и в любом месте. Имелись и минусы. Чтобы пользоваться МБФ, нужно постоянно поддерживать её в активном режиме, что расходовало энергию батареи и выносливость оператора. Нельзя хранить в ней вещи, поскольку после исчезновения фантомной брони, они окажутся на земле.

Из первого MRAPа вышел типичный англичанин средних лет, следящий за своей фигурой, в форме армейского капитана.

— Добрый день. Меня зовут Томас Олдри. Я из частной, военной компании — «Железные крылья». Вы, если не ошибаюсь, — посмотрел на меня внимательным взглядом, — магистр Йохансон?

— Совершенно верно. Майор Милтон сообщил, что вам нужна наша помощь для проведения какой-то диверсии. Попросил её оказать. Если это не секрет, можете раскрыть больше подробностей о предстоящей операции?

Несмотря на доброжелательную улыбку, ввязываться во что-то сомнительное, да ещё с завязанными глазами, я не собирался. Как и преждевременно орать, брызжа слюной, — Мы тут сами по себе!

— Разумеется, — согласился мужчина, прекрасно понимая мои опасения. — Для этого и приехал.

Повернувшись, он помахал рукой, показывая, что всё в порядке. Сидящий за крупнокалиберным пулемётом стрелок в башенке, собранной из стальных щитов с небольшими окошками из толстого бронестекла, опустился в салон, закрыв за собой крышку люка.

Объяснения были недолгими, так как их план выглядел довольно простым. На первый взгляд. Мистер Олдри, который надел форму капитана для маскировки, планировал взорвать единственную топливную базу Тамуорта, снабжающую их технику горючим. Для защиты от беспилотников или артиллерии, этот важный стратегический объект был оснащён автоматической системой обороны, которая в случае нападения устанавливала купол силового поля. Кроме того, вокруг топливной базы были установлены бронированные башенки автоматических турелей, как со скорострельными пушками, так и с лазерами. Современный, высокотехнологический комплекс обороны явно недёшево обошёлся Бартонам, однако они не могли оставить подобный объект без надёжной охраны.

Казалось, эта база была прикрыта от всего, с воздуха и с земли, но только снаружи. Поэтому мистер Олдри планировал уничтожить её изнутри, пробравшись туда под видом военного патруля Тамуорта, заехавшего заправиться. Учитывая, что объект охранялся ещё и фантомными доспехами, «Железным крыльям» потребовалась наша помощь.

Обычное оружие, которым оснащалось МФБ, против операторов силового снаряжения не сильно помогало. Собственно, это одна из причин, почему фантомные рыцари, кавалерийские отряды, да даже простые латники до сих пор властвовали на поле боя, вместо пушек, танков, вертолётов или самолётов. Мало того, что могли легко уничтожать военную технику противника, его укрепления, были более универсальны и мобильны, так ещё и выжигали любую электронику. А за счёт силовых полей надёжно ограждали себя от любых дистанционных атак. Поэтому ближний бой до сих пор оставался популярен, как и строительство крепостей. Ведь оружие дальнего боя так и не стало «Великим уравнителем» сильных и слабых, высоких и низких, умелых и недотёп. Личная сила, крепкая броня и мастерство, по-прежнему, решало если не всё, то многое.

Почему «Железные крылья» выбрали нас, было понятно. Сэр Уэлч и сэр Оуэн сейчас сильно заняты другими, не менее важными делами. Плюс я, как менталист, мог помочь скрытно проникнуть на охраняемый объект до того, как поднимется шум, на который сбегутся вражеские магистры и паладины. А так, тихо приехали, заложили бомбы и скрылись до того, как топливная база, вместе со всей своей навороченной охранной системой, превратится в груду бесполезного металлолома.

На всякий случай латники Норт-Уорика будут наготове и помогут нам пробиться обратно кратчайшим путём, если что-то пойдёт не так. Отвлекут войска Тамуорта на линии соприкосновения, которая выглядела вовсе не сплошным рубежом обороны, а редкой пунктирной линией. С их помощью проскочить между опорными точками врага не станет большой проблемой.

— То есть, вам нужен входной билет на топливную базу и кто-то, кто разберётся с вражескими оруженосцами, которые её защищают? — подытожил.

— Верно. Для этого задействовать весь ваш отряд не имеет смысла. Хватит и небольшой группы. Лучше, чтобы остальные его члены создали видимость того, что «Гоблин» действует в другом месте, отвлекая внимание на себя, — посоветовал мистер Олдри. — А то противник в последнее время сильно нервный и настороженный.

Одобрительным кивком он показал, что понимает, благодаря кому так случилось. Воевал бы за другую сторону конфликта, даже не сомневаюсь, проклинал бы меня не меньше Тамуортцев.

— Топливная база? Бензовозы? — с подозрительной задумчивостью и предвкушением произнесла вслух Гриффин.

Будто пробуя эти слова на вкус. Посмотрев на меня жалобным взглядом, молитвенно сложила руки. Тут и без слов понятно, чего она хочет. Маньячка.

— Я пойду с тобой! — одновременно объявили Ханна и Ивон.

Переглянувшись, девушки смерили друг друга недовольными взглядами, а потом меня, услышав, что обе остаются здесь. Понимая, что эта авантюра может оказаться более опасной, чем кажется, решил ими не рисковать. Ведь на войне от случайностей не застрахован никто.

— Со мной поедет мистер Вилсон, Гриффин и Браунфельс. Мисс Фаулер, как мы утром и планировали, устроит налёт на западную ферму. С применением её фирменных, легко узнаваемых, ледяных техник. Йохансон, Збражская и Филлипсы помогут с этим. У Брины своя задача. Она знает, что нужно делать.

Посмотрев на упомянутую девушку, дождался кивка. Девушка была уверенна и спокойна, что внушало оптимизм. Ей я поручил секретное задание.

— Яхху! — обрадовалась Гриффин, от восторга даже подпрыгнув на месте. — Спалим там всё к чертям!

— Присмотри за ней, — мисс Фаулер попросила Браунфельс, указав на её напарницу.

Не одобряя такого энтузиазма.

— Хорошо, — подтвердила исполнительная немка, отнесясь к этому поручению со всей серьёзностью.

На лицах Ханны и Ивон появились одинаковые выражения досады и недовольства. Они вновь переглянулись, но уже как союзники, а не соперники.

Прежде чем мы разошлись, согласовав все детали и время начала операций, француженка, с любопытством разглядывая броневики, подойдя к ним ближе, мельком поинтересовалась у открывшего дверь водителя, кому они служат?

— «Железные крылья» не служат, а работают, — наставительно объяснил крупный мужчина с внушительными бицепсами и короткой бородкой. — На того, кто первый заплатит больше остальных.

Приняв эффектную позу, он обворожительно улыбнулся, явно заигрывая с девушкой.

— Понятно. Спасибо, — вежливо поблагодарила Ивон, узнав то, что хотела.

Развернувшись, она неторопливо вернулась к своим подругам, потеряв интерес к МФБ. Напарница здоровяка, невысокая смуглая женщина, метиска, занимающая место оператора крупнокалиберного пулемёта, тут же принялась над ним подшучивать. Упрекая за растрату навыков обольщения. Со смехом попросив всё же подумать над сменой приоритетов.

— Рон, школьницы тебя отшивают уже менее, чем за десять секунд. Говорю же, вдовушки и разведёнки — твой последний шанс. Они не только не откажут, но ещё и накормят, приласкают, спать уложат. Постирают и погладят рубашки. Ты уже не молодой…

— Ой, да заткнись, — беззлобно проворчал смущённый мужчина, давно уже привыкнув к её подколкам.

Спустя несколько часов три броневика, сделав большой крюк по объездным дорогам, заехав со стороны соседнего графства, подъехали к пропускному пункту Тамуорта. Его защищали всего пара бронетранспортёров и несколько латников. Их задача была не столько остановить противника, если вдруг он здесь объявится, сколько предупредить штаб. Плюс разворачивать всяких любопытных идиотов и туристов, ищущих острых ощущений в зоне конфликта.

Капитан Олдри, не показывая страха, спокойно предъявил липовые документы. Ну, а дальше я помог ему воплотить в жизнь сценку из культового фильма, — «Это не те дроиды, что вы ищете». Сделав командира поста очень доверчивым и невнимательным. Так что вскоре мы уже мчались по пустой дороге дальше к цели. На следующем посту мне пришлось чуть сложнее. Усыпив бдительных вояк, проявивших похвальную дотошность, слегка подправил им воспоминания. Через пять минут они должны были проснуться и даже не вспомнить о нашем существовании. Таким образом, мы беспрепятственно доехали до топливной базы. На въезде у ворот дежурил латник-привратник.

Спокойно дождавшись, пока мы подъедем, не видя в нас серьёзной угрозы, он потребовал предъявить пропуск. Пока мистер Олдри мастерски заговаривал ему зубы, я осторожно, не выходя из броневика, взламывал сознание часового. Стараясь при этом не попасться. Этого латника тоже пришлось осторожно усыплять. Внушив простенькую гипнопрограмму с правильными ответами, на случай если с ним свяжется командир, проверяя обстановку на посту?

Пока я этим занимался, Гриффин с беспокойством и опаской разглядывала приземистые, стальные башенки турелей, окрашенные в защитный цвет. Если поднимется тревога, десяток турелей нескончаемым потоком снарядов быстро перегрузят или разрядят наши силовые щиты. Недооценивать их не стоило. Впрочем, как и переоценивать.

— Не думай о них, — с улыбкой посоветовала смуглая пулемётчица. — Иначе доведёшь себя до нервного срыва. Это всего лишь тупые железки. Кроме того, с нами магистр и рыцарь, которые им точно не по зубам.

Однако девушка облегчённо выдохнула только после того, как мы проехали через автоматические ворота, почувствовав себя увереннее. Высадив её у гаража, где остался один из броневиков, у которого якобы возникла какая-то мелкая техническая неполадка, поехали дальше. Пока водитель о чём-то разговаривал с вышедшим ему навстречу механиком, Гриффин нашла укрытие, где, облачившись в фантомный доспех, сразу же применила оптический камуфляж, став практически невидимой.

Действуя по плану, второй броневик поехал к заправочной станции, а мы к административному зданию. Там, вместе с мистером Олдри и Кристофером я прошёл в офис начальника базы, по пути глуша всех встречных мощью своего А-поля. Со стороны казалось, будто при нашем приближении люди внезапно теряли сознание, падая там, где стояли.

— Здравствуйте, — нахмурившись, поприветствовал нас растерявшийся офицер, когда без спроса вошли в его кабинет.

— До свидания, — любезно попрощался мистер Олдри.

Хладнокровно достав пистолет, первым же выстрелом всадил ему пулю прямо в лоб.

— Подождите минуту, пока я соберу все документы, которые тут есть, — попросил командир «Железных крыльев», принявшись по-быстрому потрошить кабинет.

Глядя на его уверенные действия, подумал, что у мистера Олдри в этом деле явно большой опыт. Как только мне показалось, что всё идёт лучше, чем могло бы быть, раздался оглушительный, противный вой сирены. Кто-то всё же поднял тревогу.

— Я ещё не закончил. По заданию разведки нам нужен их архив и база данных, — предупредил мистер Олдри, набивая принесённые с собой пластиковые мешки папками, выгребаемыми из шкафов.

— Какое-то время у нас ещё есть, — успокоил его, с раздражением посмотрев на рупор сирены, от которой у меня аж в ушах закладывало. — Или нет, — напрягся, опустив взгляд ниже.

Длинные здания складов начали одновременно открывать многочисленные металлические рольставни, выпуская наружу толпу механических пауков, размером с лошадь. Да ещё, до зубов вооружённых.

Отреагировав на изменения моего голоса, мистер Олдри, прервав сбор документов, подошёл к окну.

— Хреново. Автоматические охранные дроны Ривер-Инк. Объект оказался защищён лучше, чем мы полагали.

— Ложись! — первым отреагировал Кристофер, повалив меня на пол.

Тонкие стены модульного, сборного офисного здания прошили десятки пуль, пройдясь по всей длине помещения. Разнося в клочья шкафы вместе с хранящимися в них бумагами.

— Сможете выиграть время? — спросил лежащий рядом мистер Олдри.

— Да. Поторопитесь. Мы будем ждать снаружи.

Выскочившая из броневика Браунфельс, под прикрытием его брони воплотила свой фантомный доспех. После чего побежала в сторону агрессивных механических пауков, намереваясь близко познакомить их со своей алебардой. Усиленный силовой щит штурмового класса позволил девушке безопасно преодолеть разделяющее их расстояние. Размах, стремительный удар и первый робот с разрубленной спиной ложиться пузом на землю.

Подняв передние лапы, из которых высунулись загнутые лезвия, слабо засветившиеся нежно-голубым цветом, охранные роботы атаковали немку, посчитав её более опасной целью, чем броневики. По-видимому, эти дорогостоящие игрушки оснастили оружием, способным представлять угрозу даже фантомным доспехам. Разумное решение. Иначе толку от них было бы немного. Кроме всего прочего, творения безумных инженеров, подражая своим биологическим прототипам, принялись стрелять тросиками с гарпунами и высокопрочными сетями, по которым пропускался мощный ток.

Следом за ними объявился и отряд латников Тамуорта, собирающийся помочь охранным дронам. Несмотря на то, что Браунфельс оруженосец, у неё всё равно возникли серьёзные проблемы. Хотя бы потому, что латники превосходили её по суммарной мощности А-поля и запасам энергии. Тактика, когда несколько человек держат, зажав в центре, а один методично проламывает броню, была известна ещё нашим далёким предкам. Однако к счастью, Браунфельс здесь тоже не одна.

В спину латников ударила невидимая Гриффин, кружа вокруг них, подобно волку вокруг овец. Да и «Железные крылья» не остались в стороне. Из верхнего люка ближайшего броневика высунулась женщина с длинноствольным, тяжёлым противодоспешным ружьём. Оно работало по принципу рельсотрона, но на основе А-поля, что позволяло заряженному частицами Авроры снаряду пробивать энергетическую защиту. С трёх выстрелов, делая паузы на перезарядку, проявив похвальную меткость, женщина — стрелок кучно всадила снаряды в уязвимую точку одного из латников, убив оператора. Тут же переключившись на следующую цель, продолжила хладнокровно расстреливать противников. Невзирая на то, что её в этот момент можно было застрелить из обычного ружья. В отличие от фантомных доспехов, кепка и рубашка не обеспечивали такого же высокого уровня защиты.

Когда один из латников Тамуорта побежал к броневику, намереваясь разрубить его своим энергетическим мечом, тот начал отъезжать, держа плавный ход, чтобы не мешать стрелку безнаказанно дырявить медлительную и явно глупую цель. Когда выведенный из строя латник рухнул на землю, женщина разочарованно постучала по крыше, давая знак остановиться.

— Всё. Ствол перегрелся. Нужно менять. Возвращайся. Нам ещё нужно босса забрать.

Через минуту Кристофер Вилсон пришёл на помощь Браунфельс, похожей на древнюю германскую воительницу из саг, сражающуюся с мифическими чудовищами. Я даже заснял эту эпичную сцену на телефон, не видя поводов для беспокойства. Эльза хорошо справлялась с этой задачей и без посторонней помощи. Поэтому решил остаться у административного здания, продолжая охранять мистера Олдри.

Разобравшись со своими латниками, Гриффин затерялась на большой территории топливной базы, продолжая оставаться невидимой. Отправившись на поиски новых врагов. Чуть позже, с помощью любимого пулемёта англичанка из засады расстреляла машины, которые пытались выехать с атакованного объекта, поняв, что связь была ею заглушена ещё до начала стрельбы. Жертвами Гриффин стали два джипа, грузовик и ремонтно-эвакуационный пикап. Убедившись, что она всё делает правильно, контролируя дорогу и гаражи, временно перестал обращать на неё внимание, поверив в здравомыслие девушки. Это стало большой ошибкой. Я не учёл характер и возраст бесшабашной, непоседливой напарницы. А также то, как именно она воспринимала происходящее.

Оставшись не у дел, прекрасно слыша, как остальные, по её мнению, весело проводят время, заскучавшая Гриффин решила сама себя развлечь. Избрав своими мишенями ряд бензовозов, с предвкушением навела на них пулемёт. Решив проверить, а что будет, если…

* * *

Когда где-то очень далеко, над горизонтом, медленно и беззвучно поднялось крохотное, из-за большого расстояния, грибовидное облако, превратившееся в столб густого, поднимающегося к небу дыма, Ханна Йохансон некоторое время с тревогой его разглядывала. Застыв на месте со сложным выражением лица.

— Не волнуйся. С ними всё будет в порядке, — ободрила её мисс Фаулер, так же посмотрев в ту сторону, но в отличие от Ханны, не став задерживать свой взгляд.

— Надеюсь. А то что-то мне неспокойно на душе, — с оттенком смущения призналась девушка.

— В беспокойстве о судьбе близких нет ничего плохого. Пойдём. Нам нужно их встретить с улыбкой и хорошим настроением. Вот увидишь, Эрику это понравится. Он ответит тебе тем же и тогда все тревоги сразу растают, как дым. Но не этот, — кивнула на север. — Этот ещё долго будет висеть и закрывать солнце над Тамуортом. Из-за чего цена за наши головы взлетит ещё выше. Что, конечно, льстит, но ставит перед сложным вопросом, куда мне потратить такую прорву денег? — пошутила мисс Фаулер.

Когда группа Эрика стала серьёзно задерживаться, не вернувшись в положенное время, тревога стала хорошо заметна и на лицах других девушек. Даже шебутная, остроязычная полячка притихла, не отпустив по этому поводу ни единой шуточки. Вместе со всеми вглядываясь вдаль, на дорогу.

— Едут! — громко воскликнула взволнованная Ханна, почувствовав сильное облегчение.

Вскоре ним подъехали три закопчённых броневика. Девушки уже предвкушали радостную встречу, рассказы об очередном приключении, готовились поздравлять, однако увидев мрачные лица неразговорчивых людей, вернувшихся с задания, напряглись от тревожных предчувствий. Увидев, что все члены команды Эрика целы и невредимы, а также то, как они избегают друг на друга смотреть и как несчастная, поникшая Гриффин, старается держаться подальше от злого Эрика, избегая смотреть ему в глаза, встречающие поняли, что чего-то пока не знают. И это что-то им определённо не понравится.

— Всё в порядке? — нарушила затянувшееся, неловкое молчание мисс Фаулер, удивлённо разглядывая ребят.

Гриффин промолчала. Браунфельс с каменным лицом подтвердила. Хотя по ней было заметно, что она вовсе не так спокойна и расслаблена, какой пыталась казаться.

— Нет! — рявкнул внезапно взорвавшийся Эрик, чей накопившийся гнев всё же вырвался на свободу, лишившись сдерживающего фактора, вроде присутствия посторонних.

Броневики, как только высадили его группу, сразу же на большой скорости, умчались в сторону Атерстона, поднимая за собой завесу пыли. Никто из отряда «Железных крыльев» не вышел перекинуться с ними даже парой слов.

От ответа Эрика, Гриффин испуганно вздрогнула, с ещё более несчастным видом опустив взгляд в землю.

— Собирай вещи и проваливай с моих глаз, — с трудом сдерживаясь, чтобы не разразиться руганью, потребовал он у напарницы.

Судя по взгляду, полному сожаления, обиды, страдания и боли, а также твёрдой решимости довести начатое до конца, эти слова дались ему нелегко.

— Возвращайся домой. Если правильные выводы после случившегося не сделаешь, значит, в моей группе тебе делать больше нечего.

— А что она сделала-то? — изумилась полячка, переводя между ними взгляд.

— Эта… ненормальная, — Эрик смягчил определение, — чуть нас всех не убила. Потому что ей, видите ли, стало скучно. Плюнула на план. На здравый смысл. На всё. Чудо, что я успел вытащить нас из того огненного ада, который она устроила по собственному легкомыслию. Из-за чего трое людей мистера Олдри, закладывающих взрывчатку, получили сильные ожоги. Повезёт, если у них всё обойдётся без последствий. А если нет? Останутся изуродованными на всю жизнь. Из-за одной бестолочи с ветром в голове, шилом в заднице и пулемётом в руках. Ты же знала, что это их задача взорвать базу! Какого хрена полезла туда, куда тебя не просили? Да ещё без предупреждения!

Глубоко вздохнув, немного успокоившись, он продолжил.

— За ошибки подчинённых ответственность несёт командир. Поэтому с Железными крыльями я этот вопрос решу. Оплачу все медицинские счета пострадавших. Принесу извинения. Это уже моя головная боль. А твоя, как можно быстрее вернуться домой. Больше мы вместе не работаем.

Ошеломлённые услышанным, девушки молчали, не зная, что на это сказать? И кому?

— Прости. Я, правда, виновата. Больше такого не повторится. — горячо заверила Гриффин.

Готовая расплакаться в любую секунду.

— Извини. Пожалуйста, только не выгоняй. Назначь какое-нибудь другое наказание. Не знаю, штраф, наряды по кухне, физические упражнения, — испугалась Гриффин.

— Штраф? — изумился Эрик, не веря своим ушам. — Интересно, и во сколько же ты оцениваешь наши жизни? Надеюсь, дороже Тамуортцев? — саркастически осведомился. — Лучше молчи, за умную сойдёшь. Что мне «Железным крыльям» сказать? Извините? Случайность? Со всеми такое бывает? Давайте вместе выпьем и обо всём забудем? Эх, Гриффин-Гриффин, — разочарованно покачал головой Эрик.

Не желая об этом больше разговаривать, просто развернулся и ушёл в сторону лагеря. Поскольку хорошо чувствовалось, что он хотел побыть наедине, за ним никто не пошёл. Девушки остались утешать окончательно разревевшуюся дочку богатого ювелира.

* * *

Перед отъездом Гриффин ко мне дважды подходили просители оставить её в отряде. Не знаю, женская ли солидарность, жалость или ещё что-то толкнули их на этот шаг. Потом и сама виновница появилась. Снова извинялась и упрашивала передумать. На что я попытался до них всех донести, что меня в этой истории больше всего расстраивает. Не её глупость или излишняя тяга к разрушениям, а отношение Гриффин к жизни, к командной работе, к последствиям своих поступков. Если её вовремя не образумить, то рано или поздно это приведёт к большой беде. А ещё, я не хотел создавать прецедента, где за серьёзные ошибки можно расплатиться несерьёзным наказанием. Хоть девушки и утверждали, что всё понимают и такого не будет, но если окажутся на месте Гриффин, то захотят такого же снисхождения. Тогда о дисциплине в отряде можно сразу забывать. А там и до следующего шага недалеко. До оспаривания приказов.

Единственную уступку, которую с меня всё-таки выжали эти «собачьи» глазки грустного бассет-хаунда, это обещание дать ей второй шанс. Потом. После того, как эта война закончится.

Мисс Фаулер в эту неприятную ситуацию не вмешивалась. Позже, когда я остался один, подошла и сказала, что я сделал всё правильно.

— Вот теперь ты начинаешь понимать, что такое быть командиром. Это не только права, но и обязанности, — грустно улыбнулась тренер, протянув плоскую фляжку с виски.

Выделив и мне немного из личных запасов, к которым никого не подпускала. Говорила, что маленькие ещё. Видимо, теперь я уже не маленький.

— Если наши девушки почувствуют безнаказанность и то, что могут вертеть тобой, как захотят, то натворят таких дел, что страшно станет всем, — продолжила мисс Фаулер. — Это даже хорошо, что Гриффин доигралась. Всё к этому и шло. Зато полученный жизненный урок или закалит её характер, дав полезный опыт, или сломает. А если у неё хрупкая душевная организация не переживёт такого давления, тем более Джейн и на пушечный выстрел нельзя подпускать к подобным вещам. Пусть в тирах реализует свои детские фантазии. А то лёгкие успехи и постоянное потакание капризам уже вскружили ей голову.

— Да всё я понимаю. Но на душе всё равно паршиво, — признался.

— Терять что-либо всегда неприятнее, чем находить, — поделилась мудростью мисс «очевидность». — Тебе это тоже пойдёт на пользу. Докажи, что достоин командовать людьми, или брось это дело, если поймёшь, что не готов к этому. Иначе и себя изведёшь, и других замучаешь. Или наоборот, что ещё хуже.

— Знаете, мисс Фаулер, выпивка, плохое настроение и задушевные разговоры с умной женщиной, наедине, могут плохо кончиться. Я ещё не готов к такого рода ответственности, — улыбнулся, показывая, что больше в утешении не нуждаюсь.

— Ну и правильно, — усмехнулась хитро прищурившаяся Ледяная ведьма, убирая флягу в карман. — Удава нужно есть по частям.

Оставив меня сидеть с открытым ртом и изумлённо на неё таращиться, ушла, явно довольная собой. Что тут сказать, — опыт не пропьёшь и в карты не проиграешь.

Из-за плохого настроения командира никто меня сегодня больше не тревожил. А на следующий день в наш лагерь приехал один из броневиков Железных крыльев. Мистер Олдри попросил проехаться с ним в штаб. Куда зачем-то вызвали ещё и Виардо. Передав дела мисс Фаулер, сел в машину, настраиваясь на неприятный разговор. Однако мистер Олдри с экипажем броневика, будучи вежливыми и удивительно спокойными, предпочли первую половину пути молчать. Вторую мы так и не завершили, свернув в ближайший лесок. Что меня, естественно, напрягло. Постаравшись не выдать своей обеспокоенности и страхов, принялся прикидывать, кого первым убивать. Но самое главное, как я это потом объясню майору Милтону?! Из-за ненормальной Гриффин у меня уже второй день сплошная головная боль.

«Ну что Оракул, хоть ты меня порадуй. Что покажешь? Серьёзно?!» — увидев картинку ближайшего будущего, от неожиданности аж закашлялся, мигом растеряв всю концентрацию, чего ранее никогда не случалось.

Глава 10

Это утро принесло немало приятных открытий. Для начала выяснилось, что Ивон, проказница такая, за моей спиной уже решила все вопросы с компаний «Железные крылья». Как не сложно догадаться, с помощью денег, которые наёмники очень даже любили. Оплатила лечение пострадавших бойцов в специализированной клинике. Судя по прогнозам, у них всё не так плохо, как мне вчера показалось. И это хорошо.

В частной военной компании ребята работали бывалые, повидавшие много разного «дерьма» и случайностей, поэтому случившееся их не особо удивило. Ошибку мы признали. Извинения принесли. Провинившегося члена своего отряда наказали. По счетам расплатились. Так что претензий к нам Железные крылья больше не имели и были готовы к продолжению сотрудничества. Из практических соображений. С дураками они ещё не раз поработают вместе, а вот с магистрами, тут уж как повезёт.

Было немного странно видеть их вновь дружелюбные улыбки, но гораздо сильнее меня смутила вторая новость. "Пошуршав" в кошельке и найдя через секретаря отца нужные номера телефонов, Ивон предложила мистеру Олдри маленькое, но прибыльное дельце, не мешающее заключённому ранее контракту с бароном Норт-Уорика, на что тот с радостью согласился. Оказывается, никакого вызова в штаб не было. Это хитрой француженке захотелось устроить нам романтическое свидание в уединённом месте с продолжением того, на чём мы остановились в прошлый раз, переночевав в одной палатке.

Заниматься этим, под охраной подозрительно весёлых наёмников, в специально снятом для нас домике на окраине города, где уже были приготовлены фрукты, ягоды и ведёрко с шампанским, мне пока ещё не доводилось. Это оказалось более волнительно и неловко, чем я думал. Когда всё случается само, возникают совсем другие ощущения. А так, по заказу, чуть ли не при свидетелях, это было… Да у меня слов не нашлось, чтобы описать, что я в тот момент чувствовал. Если бы Ивон тогда и мне предложила денег, то всё стало бы проще и понятнее.

Там же, набравшись храбрости, желая быть честным и с Ивон, и с самим собой, перед тем как всё повторилось, заявил, что несмотря на изменившийся характер наших отношений я пока не готов сделать ей предложение. И вообще, между нами вспыхнула страсть, влечение, я по новой оценил красоту француженки, а вот любви к ней, увы, пока всё ещё не испытывал. Из-за чего не хотел брать на себя обязательств. Как и обманывать Ивон, становясь подлецом. Попросил меня понять и простить. А ещё, стыдливо покраснев, как-то жалобно пролепетал, что мне нравится сразу несколько других девушек, с которыми я бы тоже не прочь разделить одну постель. Вот такой вот я похотливый кобель. Понимаю, мне нет прощения и оправданий. Разрешил дать мне пощёчину, сказав, что не обижусь. А ещё, несмотря ни на что, я всё равно буду её защищать, уважать и считать своей близкой подругой, храня её секреты, как свои. От переживаний, ожидая, что меня сейчас будут бить и, возможно, даже ногами, напрягся. Отчего, непроизвольно вжав голову в плечи, крепко зажмурился.

Выслушав мой сбивчивый монолог, Ивон так расхохоталась, что пролила шампанское на постель, дрыгая ногами от избытка эмоций. Чуть с кровати не свалилась. Глядя на Ивон, мне стало до жути обидно. Сильно захотелось её стукнуть. Я тут душу раскрываю, а она издевается. Увидев выражение моего лица, уткнувшись в подушку, француженка пошла на второй круг, неприлично всхлипывая.

Наконец, успокоившись и восстановив дыхание, Ивон сообщила, что знала с кем связывается и ничуть не удивлена этим «откровениям». И вообще, в моём возрасте нормально заглядываться на разных девушек, вовлекая их в свои эротические фантазии. А ещё, если бы я был слабовольным, трусливым слюнтяем, неспособным на откровенный разговор, то она бы в мою сторону даже не посмотрела. Серьёзные решения, принятые в порыве мимолётной страсти, редко бывают долговечными. Она же нацелена на нечто большее, чем становиться чьим-то временным увлечением.

Ивон прекрасно понимала, что чем ценнее приз, тем тяжелее его получить. Поэтому она решила складывать фундамент наших отношений по камешку, неторопливо, основательно, пока не возведёт несокрушимую крепость, со всех сторон обложив своего избранника высокими стенами. На мой ироничный вопрос, уж не на возведение ли Бастилии она нацелилась, француженка многозначительно улыбнулась, никак его не прокомментировав. Типа думай, что хочешь, всё равно от тебя уже ничего не зависит.

После этого разговора мне стало легче. Такое ощущение, будто снял с души невидимый груз. Несколько позже, во время возвращения в наш лагерь мне пришла в голову мысль, что если бы Ивон тогда, в ответ на моё признание, вспылила, устроив скандал или драку, то я бы с чистой совестью смог прервать наши романтические отношения. Испытывая чувство вины и обиды. А так, история продолжается, и никто не знает, чем она закончится. Я ведь действительно хотел сделать предложение стать моей девушкой другой молодой особе, однако, пока всё никак не осмеливался сделать первый шаг в этом направлении из-за боязни быть отвергнутым. Но и к той девушке, ради объективности, я пока не уверен, что испытываю именно влюблённость, а не что-то другое. Плюс, сверху наложилась вся эта гонка с рангами, турнирами, непонятными играми герцогов, проблемами слуг. Я постоянно чем-то был занят.

А может, это только отговорки? Я действительно трус, которому проще сразиться с отрядом наёмных убийц, чем поговорить на эту тему с понравившейся мне девушкой. Или признаться остальным, что у меня с Ивон дело зашло гораздо дальше поцелуев. Казалось бы, что здесь такого?

Предаваясь грустным размышлениям, выйдя из броневика, так и спросил первую попавшуюся ученицу Святой Анны.

— Скажи, Маргарет, я правда похож на жалкого труса?

— Ну-ка поверни голову направо, — по обыкновению невозмутимо попросила леди Бедфорд, одетая в строгий дорожный костюм.

— Маргарет? — растерянно заморгал, только сейчас сообразив, что меня смутило в этом вопросе, помимо него самого. — Ты что здесь делаешь? — отшатнувшись, испуганно посмотрел на неё, как на говорящее приведение.

Подойдя ближе, из-за разницы в росте глядя снизу вверх, пальчиком за подбородок она аккуратно повернула мою голову сначала вправо, а потом влево.

— Твоя левая сторона выглядит более испуганной, чем правая, — спокойно ответила на мой предыдущий вопрос.

— Так его, так, — поддержала нашего капитана, стоявшая рядом, Ханна, держа руки в карманах куртки. — Можешь ещё коленом добавить, — мстительно посоветовала.

— За что?! — испугался ещё сильнее, инстинктивно сделав шаг назад.

Мысленно паникуя, — «Откуда она узнала?»

— За то, что сделал ей больно и довёл до слёз, — обвинила сестра.

— Да она ржала, как сумасшедшая. А если бы ей было больно, то не просила бы по…, — заметив странные выражения лиц застывших девушек, осёкся.

Кажется, я сказал лишнего. С глубоким вздохом Ивон прикрыла глаза ладонью, покачав головой.

— Это Гриффин-то? — с недоумением уточнила Ханна.

— Гриффин? — я удивился не меньше, продолжая смотреть в глаза сестре «стеклянным» взглядом.

Если бы в наступившей тишине заиграл сверчок, сложившаяся картина обрела бы завершённость.

— Ах Гриффин, — преувеличенно бодро обрадовался, несмотря на прохладную погоду, чувствуя выступившие капельки пота. — Ну, конечно же,… Гриффин. А что Гриффин? — внезапно проявил повышенный интерес к этой теме.

— С тобой всё в порядке? — забеспокоилась Маргарет.

Не дожидаясь ответа, приложила ладонь к моему лбу. На что я даже не вздрогнул, сохраняя прежнее выражение лица.

— Да он уже третий день такой, — пожаловалась Ханна подруге. — И лицо иногда делает настолько самодовольным, что руки чешутся, настолько хочется по нему стукнуть. Думала, после вчерашнего пройдёт, но, по-видимому, поторопилась с выводами.

— Я уже слышала о том, что случилось, — помрачнела Маргарет. — Гриффин мне звонила. Ей нужно было выговориться. Просила не выгонять её из команды.

— Как она? — сочувственно спросила Ханна, временно обо мне позабыв.

— Плохо. Полагаю, после нашего разговора она уже не сорвётся и не наделает глупостей.

— Так, как ты здесь очутилась? — повторил свой вопрос, не желая развивать затронутую тему.

Чувствуя, как стремительно портится моё настроение.

— По заданию президента школьного совета приехала передать учебники и тесты. Проверить, как у вас дела? Чем занимаетесь? Я здесь ненадолго. Всего на час. Присоединяться к вашему безобразию мне запретили. А ещё, отец попросил навестить этого идиота Каннингема, — недовольно вздохнула Маргарет.

— Вы знакомы? — удивился.

— Конечно, знакомы, — посмотрела на меня, как на дурака. — Мы же оба из высшей аристократии. Герцогов в Британии не так-то много, знаешь ли. Положение обязывает знать своих соперников и партнёров в лицо.

— И, как он тебе? — полюбопытствовал, отследив её реакцию так же, как и Ивон мою.

— Да никак и именная табличка сверху. Не самый приятный собеседник, но и далеко не худший, — леди Бедфорд не стала наговаривать на него лишнего.

— А в братьях, это сколько? — не удержался от шутки, видя, как теперь и у неё ухудшилось настроение. — В Нейманах?

— Ноль целых три десятых, — одними уголками губ улыбнулась Маргарет.

— Неужели он оказался ещё хуже, чем я думал, — ужаснулся, продолжая дурачится.

— Это ты о ком? — угрожающе прищурилась невысокая, худенькая девушка, умеющая внушать ужас.

— Это я о другом человеке вспомнил. Случайно, — беззаботно отмахнулся от необоснованных подозрений. — Не обращай внимания. Так, где этот «мистер совершенство» сейчас находится? Я о магистре Каннингеме?

— Где-то на окраинах Тамуорта. Судя по последним новостям, у него всё складывается более чем успешно. Из-за чего СМИ превозносят Питера на все лады, отрабатывая немалые гонорары семьи Каннингемов. Устроили из этого целую кампанию по его продвижению.

Маргарет неодобрительно покачала головой, не скрывая своего отношения к такому подходу.

— А обо мне что-нибудь слышно? — поинтересовался с завышенными ожиданиями.

Нужно же знать, о чём потом рассказывать, когда буду раздавать автографы.

— Почти ничего. Тебя задвинули на задний план. Насколько понимаю, из-за неблагородных методов работы и чьим-то ценным указаниям. Диверсии превозносить у нас как-то не очень принято, — сочувственно объяснила Маргарет. — Питер же идеально подошёл на роль главного героя. Лица военной кампании Невиллов. Очень знатный, красивый, известный, гениальный, бесстрашный, с эффектными и зрелищными приёмами, — сделала ему кучу комплиментов.

Заставив внести его в свой список — «Отомстить и отпраздновать»

— Капитан, вы бы поменьше его расхваливали, а то я ревновать начну, — шутливо пригрозил.

Ивон хотела что-то сказать, но промолчала.

— Сама не горю желанием. Приходится, — развела руками, лукаво улыбнувшаяся, Маргарет.

Немного погостив в нашем лагере, со всеми переговорив, осмотревшись, передав приветы и подарки от наших школьных друзей, леди Бедфорд уехала. Пряча сожаление за вновь бесстрастным, серьёзным лицом.

— Значит, война баронов скоро закончится, — поделилась своим мнением Холли.

— С чего бы? — возразил, нанизывая на прутики, привезённый Маргарет, зефир.

— Ну так если наши уже закрепились на окраинах Тамоурта, взяв его в осаду, значит, дела Бартонов плохи, — сделала логичный вывод.

— Были бы, если бы город взяли в плотное кольцо всеми тремя армейскими группами Невиллов, предварительно разгромив главные вражеские силы. А так, я бы на месте магистра Каннингема уже закупался памперсами. Жаль, капитан попкорна не привезла, — на секунду отвлёкся, окинув задумчивым взглядом пополнившиеся пищевые запасы. — Так-то он молодец. Разбил правый фланг Бартонов. Одолел кучу сильных противников. Создал угрозу окружения Тамуорта. Но, достаточно ли этого?

Холли промолчала, дожидаясь продолжения. Умная девочка уже поняла, что я это сказал не просто так. Мне осталось дополнить загадку.

— Воодушевившись его примером, магистр Форч, устав сидеть в обороне, не встречая особого сопротивления, тоже выдвинулся к Тамуорту. Планируя зайти с другой стороны, замкнув окружение их города. Мы же проводим рейды по тылам. Сегодня должны устроить отвлекающий налёт на Личфилд, чтобы не дать союзникам Бартонов прийти им на помощь. А теперь внимание, вопрос с подвохом. При чём здесь итальянцы и вороны?

С интересом оглядев задумавшихся девушек, добродушно усмехнулся. Мисс Фаулер и Кристофер не выглядели удивлёнными, а значит, понимали, к чему я клоню. Тоже придя к этим же выводам.

— Какие итальянцы? — растерялась Холли.

— Те, которых нанял граф Стаффордшира в дополнение к рыцарям из ордена Чёрного ворона. Их кто-нибудь видел? Я нет. Каннингем тоже. Мы пока разбирались только с войсками Тамуорта. Не сказал бы, что с большим трудом. А где наёмные элитные отряды? Где паладины и магистры? Где итальянские аристократы? Каннингем убрал с игровой доски только часть вражеских фигур. Одного магистра. Одного паладина. Двух рыцарей. Столько же выбили и мы. Однако наш магистр выжил. Получив тяжёлую рану, тем не менее он остался в Тамуорте, а значит, на что-то да годен. Один рыцарский отряд разбил магистр Форч. А теперь сложите эти числа. На начало войны под знамёна Бартонов встало четыре магистра, три паладина и два с половиной десятка рыцарей. Вы ничего странного не находите в сложившемся положении дел? Неужели мне одному кажется, что у нас всё идёт слишком хорошо.

Девушки задумались. Посовещавшись, согласились, что да, они тоже так думают.

— Это что-то меняет? Для нас? — задала ключевой вопрос Браунфельс.

— Сейчас узнаем, — решил перед ними немного приоткрыться, ради них же самих. — Проведём эксперимент.

Позвав Ивон, усадил её перед собой в позу для медитации. Попросил расслабиться. Ни о чём не думая, с помощью силового снаряжения наполнить себя Авророй. Предупредил, что когда почувствует себя странно или ощутит моё воздействие, то не должна ему сопротивляться. Напротив, должна полностью мне довериться. Остальных членов команды попросил освободить для нас небольшую площадку, оградив её от любых внешних воздействий, накрыв куполом силового поля.

— Что ты затеял? — с подозрением спросила Ханна.

— Проведу гоблинский ритуал — гадание на удачу.

Выдал свои действия под игру. Сказав правду, но так, чтобы они приняли её за отговорку. Придумали какое-нибудь своё, логичное объяснение.

— Ты же мне доверяешь? — внимательно посмотрел на колеблющуюся Ивон, на секунду став серьёзным.

Даже если нет, сказать этого она не могла. Поэтому согласилась на все мои просьбы. С помощью француженки я хотел ещё раз попробовать увидеть будущее, выходящее за пределы моих текущих границ возможностей. С похищением же тогда получилось. Ну, а если не выйдет, ничего страшного не случится. Всё равно мы ничего не теряем.

Преодолев смущение от подозрительных взглядов девушек и страх перед опасностью, принялся настраиваться на создание огромного древа «Вероятностей и прогнозов». Сейчас мне требуется подняться по нему значительно выше, чем я делал раньше. Дождавшись, когда девушка будет готова, как и я, с осторожностью принялся за дело. Слившись с Оракулом, полностью синхронизировался с разумом француженки, размывая границы реальности, времени и пространства. Погружаясь в глубокий сон, выходящий за границы нашего мира. Стараясь не отпускать путеводную нить Оракула.

Процесс блуждания сквозь видения был долгим, сложным и сильно выматывающим. У меня всё ещё не хватало опыта и мастерства, чтобы его контролировать. Уметь выделять главное и находить больше деталей. Однако определённого успеха мне всё же удалось достичь. Я стал чуть лучше понимать, с чем связываюсь и чем рискую. А ещё, в этот раз я сумел обойтись без крайностей, не доводя себя до больничной койки. Это очень существенный прогресс, как по мне.

Прекратив ритуал, чувствуя себя обессиленным и больным, негромким, наставительным тоном сделал нервничающей француженке, догадывающейся, чем я занимался, несколько предсказаний. Обойдясь без чётких формулировок и излишней детальности. Сделав их в виде образных намёков и простеньких загадок. Тем не менее вполне последовательных и понятных девушке. Я бы и рад был обойтись без этого неизменного атрибута всяких шарлатанов, заявляющих, что они видят будущее, но проблема в том, что иначе эти предсказания не сбудутся.

Первая причина такой осторожности, будущее слишком вариативно. Оно складывается из бесчисленного множества взаимозависимых переменных. Любое неосторожное слово или действие могло вызвать «Эффект бабочки». При сильном желании любое предсказание можно сделать истинным, несмотря ни на что, если упорно дёргать за правильные верёвочки. Менять будущее в нужную сторону, а не подстраиваться под него. Однако тогда из-за этого эффекта все остальные предсказания станут ложными. Придётся чем-то жертвовать. Вторая причина, слишком подробное знание будущего опасно. Ты начинаешь сомневаться в том, какое же принять решение в тот или иной момент времени. Испытывать различные соблазны, поддаваясь эмоциям или чужим советам. Проявлять избыточную самостоятельность, которая, несомненно, повлияет на результат сделанного ранее предсказания. Третья причина, к человеку, который слишком всезнающ и точен, предъявляют завышенные требования и ожидания. Рано или поздно это обойдётся ему очень дорого. Он же сам себе не враг? В-четвёртых, чем проще система, тем она надёжнее. Лишние знания, действия, расчёты, количество задействованных в них переменных, не только не полезны, но даже вредны, если речь идёт о достижении вполне конкретного результата. В-пятых, зачем тратить ограниченные силы на выяснение, какого цвета автомобиль, который проедет мимо тебя через год, если это не имеет никакого отношения к событию, которое ты пытаешься просчитать? Можно продолжить перечисление, указав: в-шестых, седьмых, восьмых и так далее, но и этого вполне достаточно.

— Ты серьёзно? — изумлённо моргнула Ивон, недоверчиво на меня посмотрев.

— Более чем. Воспользоваться моими советами или нет, дело твоё. Это твои удачные возможности.

— Так, я следующая, — азартно потёрла ладони Ханна, до сих пор считавшая, что это всё игра, устроенная ради развлечения.

— Как-нибудь потом. Гаданий на сегодня больше не будет. Факир устал и хочет жр…кушать, — отказался, даже не собираясь это обсуждать. — Советую как следует сегодня отдохнуть. Набирайтесь сил, скоро они вам пригодятся. Лично я пойду отсыпаться.

— У нас через полчаса выход в рейд, — напомнила удивлённая мисс Фаулер.

Что до этого молча наблюдала за происходящим, делая одной ей известные выводы.

— Рейд отменяется. Вместо него мы спрячемся в ближайшем к Атерстону лесочке и будем делать вид, что нас там нет. Прикроемся веточками. На связь ни с кем не выходим. Не шумим. Не дымим. Не суетимся. Накроемся маскировочными сетями и спим. Ну или читаем книжки, слушаем музыку, кому как больше нравится. Уроки учите, в конце концов, — предложил несколько подходящих вариантов.

— А нам за это «спасибо» потом не скажут? — озаботилась последствиями мисс Фаулер.

— Скажут, но не за это, — загадочно улыбнулся. — Я знаю что делаю, — постарался убедить тренера.

Однако настал тот момент, когда роль пассивного наблюдателя её больше не устраивала.

— А вот я, нет, — сыграла в ту же игру Ледяная ведьма, не двинувшись с места.

— Ну так вы и не командир. Вам можно, — засомневался, а стоит ли говорить больше, чем уже сказано.

— То есть, играем в тёмную? — прищурилась женщина, поднимая ставки и вынуждая выбирать, нужно ли мне её доверие?

Забеспокоившиеся ученицы притихли, ожидая развязки. Чувствуя серьёзность ситуации. Они опасались, что мы поссоримся.

Ивон, судя по глазам, всё поняла, но вмешиваться в наш разговор не стала. Мисс Фаулер пока только догадывалась, с учётом советов, данных француженке, поэтому в этом вопросе хотела обрести для себя ясность. Стоит ли ей доверять мне? Опасаясь, что я затеял какую-то опасную игру за спинами её учениц.

— По моим данным, источник которых раскрыть не могу, Атерстон сегодня вечером может подвергнуться атаке противника. Он каким-то образом окажется в городе. Скорее всего, не без помощи предателей. Если в результате коварного удара в спину Невиллы будут убиты, к чему всё и идёт, то будет неважно, добьёмся ли мы успехов в этом рейде или нет. Не знаю, как вы, а я не хочу оказаться в стане проигравших, без денег и уважения. Возвращаясь домой, словно побитая собака. Нужно подстраховать барона Норт-Уорика. Если же я ошибаюсь, то готов взять на себя всю ответственность, — уверенно встретился с ней взглядом.

Не испытывая сомнений в принятом решений. Спустя секунду, увидев в моих глазах то, что хотела, мисс Фаулер уважительно склонила голову, благодаря за честный ответ. Признавая моё право иметь секреты и не делиться всей доступной информацией, ради военной необходимости. Понимая её важность. Приняв решение, без колебаний приступила к его исполнению. Тренер проследила, чтобы девушки правильным образом собрались. Чтобы ни у кого из солдат лагеря не возникло сомнений, будто мы отправились по заданию штаба за пределы Норт-Уорика.

Благодаря Ивон я сумел заглянуть на несколько дней вперёд, и увиденное там мне сильно не понравилось. Будущее не сулило нам ничего хорошего. В одном из видений я наблюдал за француженкой, находящейся у себя в Лондонской квартире в сильно подавленном настроении, сидящей за столом, на котором стояла только одна чашка недопитого кофе. Она хмуро читала газету об итогах бесславно для нас закончившейся войны баронов Норт-Уорика и Тамоурта. О том, как Невиллы были убиты в результате успешной спецоперации ордена Чёрного ворона. О разрушенном Атерстоне. О разгроме всех трёх группировок Норт-Уорика, после чего немногочисленные наёмники, которым повезло выжить, вроде нас, разбежались. Не получив ничего, кроме запрета появляться в двух баронствах, насмешек и оскорблений. Победители забрали всю славу себе, облив нас с ног до головы «грязью». Мстя за тот страх, что я внушал им раньше.

Незримо стоя за спиной леди Виардо, вместе с ней читал эту газету, испытывая те же чувства. Этот яркий момент стал своего рода якорем, за который зацепился мой поиск.

В другом видении, расположенном на одной из дальних ветвей «Древа вероятностей и прогнозов», Ивон яростно сражалась в Атерстоне против рыцарей ордена Чёрного ворона. Именно из этой ветви, которую я планировал сделать основным «стволом» истории, Виардо получила предсказания, способные обратить её неудачи в успех. Если бы мог, дал бы подсказки и остальным девушкам. Увы, поскольку я был неразрывно связан только с Ивон, глядя на мир её глазами, да и то, не напрямую, а в воспоминаниях о будущем, сделать этого, к большому сожалению, не мог.

Зато в том видении я увидел кое-кого знакомого. Чтобы не сильно менять историю, после того как мой отряд нашёл подходящее место для отдыха, отправил сэру Нилу Оуэну из ордена Южного креста электронное письмо с инструкцией, что нужно делать, чтобы не проиграть эту войну. Так его и озаглавил. Предпочёл бы поработать вместе с сэром Оливером Уэлчем из Рыцарей Рагби, с которым у нас неплохо получалось сотрудничать, но, к сожалению, его отряд вчера был разбит. Сам рыцарь был ранен и пленён. Бартоны тоже не сидели сложа руки, пока мы жгли их топливную базу. Теперь на левом фланге нас осталось только двое. Ещё одно письмо ушло на личную почту майора Милтона. Утаивать столь ценную информацию от них было бы очень глупо.

Надеюсь, я не ошибся на их счёт. Они люди достаточно осторожные, сообразительные и надёжные. А ещё, столь же недовольные текущим положением вещей и полковником Сандерсом. Должны поступить так, как нужно, а не как правильно. К тому же, в некоторых вещах у майора опыта побольше, чем у меня. Например, в качестве штабного офицера. Если он посчитает, что информацию из письма нужно довести до барона, пусть так и поступает.

Источником этих сведений я назвал вражеского высокопоставленного офицера, в чью голову мне якобы удалось незаметно влезть в ходе недавней диверсии. Подтвердить или опровергнуть эти слова они не могут, а значит, должны отнестись к ним со всей серьёзностью. Быть менталистом всё же здорово, в определённых ситуациях.

Спустя некоторое время последовала реакция на мои письма. Судя по ней, я всё сделал правильно. Через поле к нам пешком, без использования фантомных доспехов, пришёл отряд сэра Оуэна. Для маскировки облачившись в форму пехотных стрелков, надетую поверх контактных комбинезонов. Также на развилке дороги, ведущей в нашу сторону, судя по переговорам в эфире, начались какие-то ремонтные работы. А ещё чуть позже, также пешком, только через лесопосадку, пришли знакомые нам ребята из «Железных крыльев».

Если противник за этим районом и наблюдает, то ни скопления войск, ни передвижения техники, ни какой-либо подозрительной активности он не должен был заметить. Прелесть фантомных технологий в том, что никогда не угадаешь, что из кармана может достать обычный с виду прохожий.

Похоже, мне дали карт-бланш на эту операцию, позволив её возглавить. Уже по итогу либо наградят, либо накажут, ибо инициатива в армии наказуема. Обменявшись с прибывшими отрядами приветствиями, распределив места на стоянке, принялись ждать развития событий.

— Что магистр Форч? — спросил я у сэра Оуэна, сев рядом с командирами отрядов. — Он вернётся в Атерстон?

— Нет. Центральная группа войск Норт-Уорика продолжит осаду Тамуорта, оказывая поддержку магистру Каниннгему. Наверняка господа магистры посчитали, что наши опасения сильно преувеличены. Они не видят поводов для беспокойства. Так что, похоже, мы действуем сами по себе, — неодобрительно заметил жилистый, крепкий мужчина с глубоко посаженными глазами и резко очерченными скулами, которые придавали ему довольно мрачноватый вид.

Его осуждение было направлено не на меня, а на них.

— Скверно, — согласился с рыцарем Южного креста. — Как ваш собрат по ордену, сэр Гилберт? Всё ли у него в порядке? — полюбопытствовал, вспомнив, что того отправили на правый фланг.

А значит, он должен знать, чем там занимался Каннингем? Зачем к нему приезжала Маргарет, которая не захотела раскрывать детали своей поездки? Делать всё равно пока нечего, почему бы и не поговорить?

* * *

Сидя на свёрнутом в несколько слоёв одеяле, Ханна задумчиво смотрела на другой конец небольшой полянки, где её брат о чём-то спокойно разговаривал с мужчиной, выглядящим опасным и серьёзным человеком. Настоящим орденским рыцарем-ветераном. Судя по всему, не испытывая с этим трудностей. Ведя себя с ним на равных. Если бы ей год назад сказали, что так и будет, Ханна бы только посмеялась над столь нелепой фантазией. Однако, когда сама стала свидетелем этого события, что-то не чувствовала сейчас желания рассмеяться. Скорее её переполняли гордость и восхищение. Всё как-то незаметно, за последнее время, очень сильно поменялось.

До этой поездки Ханна думала, что её брат будет прислушиваться к другим людям и делать так, как ему советуют. Договариваться с членами своей команды. Вместе обсуждать дела. Слушаться тренера. Будет вести себя нерешительно, боясь подвергнуть учениц Святой Анны опасности. Вышло же так, что именно он уверенно командовал отрядом. Так, как считал нужным. Удивительно, но у Эрика это хорошо получалось. Никто не оспаривал его решений. Не подвергал их сомнению. Из-за чего Ханна с каждым днём делала для себя всё новые и новые открытия, расширяющие её понимание мира, взаимоотношения людей и их характеров. Дарило новый опыт. Не всегда приятный, но определённо полезный.

До приезда в Норт-Уорик ей казалось, что брат выбрался из своей уютной «раковины», будучи ещё неготовый к встрече с суровым внешним миром. Однако неожиданно оказалось, что всё было с точностью до наоборот. Для Ханны непривычным было видеть Эрика в качестве примера для подражания. И не только для неё! Она прекрасно видела, как на брата смотрели другие члены команды, что имело не только плюсы, но и минусы. Ведь, чем сильнее ты кем-то восхищаешься, тем больше боишься разочароваться в этом человеке.

Ханна боялась, что её брат совершит какую-нибудь непростительную ошибку, мигом растеряв всё то доверие и уважение, которого он достиг. Что Эрик слишком зазнается или заиграется в свои игры. Что будет слишком несерьёзен. Поэтому подозрительные и малопонятные советы, больше похожие на шутку, данные леди Виардо, которые могли подвергнуть её жизнь опасности, вызывали у Ханны тревогу. А уж когда он самовольно, всего лишь из-за плохих предчувствий и желания выпендриться, принялся перекраивать под себя ход военной кампании, то и вовсе пришла в ужас. Постаравшись сделать так, чтобы никто этого не заметил, не желая подставлять Эрика, роняя его авторитет. Зная брата лучше, чем кто-либо из присутствующих, она сразу же догадалась, что он соврал про секретный источник информации. Из-за этой маленькой лжи этот идиот вовлёк в свои игры кучу больших и важных людей, помешав их планам. Заодно наверняка надавал каких-нибудь глупых обещаний. Теперь оставалось гадать, что произойдёт, если его догадки не сбудутся? Как брат собирается разбираться с последствиями? Это же не проигрыш в школьном споре, на целых пять фунтов. Тут люди жизнями расплачиваются за чужие ошибки.

Задаваясь этими серьёзными вопросами, Ханна не могла не беспокоиться. Ей сильно хотелось с кем-нибудь посоветоваться. Услышать стороннее мнение. Остановить брата, пока не стало слишком поздно. А ещё лучше, узнать, что он всё делает правильно.

"С кем же об этом можно поговорить?» — задумалась девушка, по очереди обводя взглядом Холли, Браунфельс, Збражскую, Виардо, так ни на ком из них и не остановив свой выбор.

Немного подумав, решила позвонить ещё более близкой и авторитетной подруге, наличие которой до сих пор её изумляло. Ведь ею стала сама герцогская дочь, леди Бедфорд! Ещё одно чудо из чудес. Ханна хотела верить в то, что ей можно доверять. Решив окончательно выяснить, а действительно ли на неё можно положиться? Настоящая ли подруга леди Бедфорд или так-сяк, убить время за приятной болтовнёй? Подобные вещи лучше узнавать до того, как возникнут вопросы жизни и смерти.

Отойдя «в кустики», Ханна позвонила Маргарет. Коротко описала ситуацию.

— Как думаешь, кто из нас больший дурак, я или Эрик? — задала наиважнейший для себя вопрос.

Некоторое время помолчав, Маргарет ответила своим, по обыкновению, тихим, бесстрастным тоном.

— Оба. По разным причинам, не имеющим отношения к этому делу, — пояснила, вынося свой вердикт. — В вопросах войны можешь полностью доверять брату. Он знает что делает. Верь ему, даже если кажется, что это не так. За звонок спасибо. Не говори о нём Эрику, — серьёзно попросила.

— Уверена? — Ханна всё же усомнилась в том, что это правда.

— Да. Эрик любит прикидываться простачком, но у него опыта больше, чем у вас всех вместе взятых. Не спрашивай откуда. Он гораздо сильнее и опаснее, чем вы думаете. И ещё, Эрик никогда не ошибается, — предупредила об этом без тени сомнения, чем сильно удивила Ханну.

Вместе с тем успокоив. Приятно, когда в твоего брата так сильно верят. И столь же не радует осознавать, что это не ты.

* * *

Завершив разговор, Маргарет посмотрела в окно. Её машина ещё не успела выехать из Атерстона, возвращаясь в Лондон. С Питером Каннингемом она уже повидалась, привет от отца передала, его поручение выполнила, больше её здесь ничего не держало. Пока Ханна не позвонила.

— Пожалуйста, остановите машину, — вежливо попросила приказным тоном.

Выйдя на тротуар, посмотрела на две машины сопровождения, в которых ехала её охрана. Быстро что-то прикинув в уме, она подошла к багажнику своего бронированного лимузина с гербом Бедфордов, лично достав из него алюминиевый кейс, не обращаясь за помощью к подошедшему водителю. Неспешно надела силовое снаряжение, проверила напряжение поля, заряд батарей, индикаторы исправности.

— Госпожа, что вы делаете? — поинтересовался начальник охраны, встав рядом с удивлённым водителем, наблюдающим за действиями девушки.

— Забираю свои вещи. У нас сломались машины, поэтому придётся на ночь задержаться в этом городе. Утром продолжим путь. Переночуем в гостинице, — распорядилась леди Бедфорд.

— Госпожа, нам нельзя здесь останавливаться. Нужно продолжать движение, — возразил нахмурившийся начальник охраны.

Не ожидавший от всегда послушной и примерной девушки таких фокусов.

— Вы глухой? — Маргарет недовольно на него посмотрела. — Я же сказала, у нас сломались машины. Пешком не пойду. Автобусы не ходят. Ночевать на улице я отказываюсь.

— Госпожа, наши машины исправны. Вы оши…

Маргарет ненадолго прищурилась, посмотрев в сторону, после чего одновременно у трёх машин лопнули сразу все колёса. Под громкое шипение воздуха они начали медленно оседать на спускаемых шинах. Глазу у ошеломлённого водителя и начальника охраны одинаково округлились.

— Не перечьте мне. Если я сказала, что машины сломаны, значит, они сломаны, — невозмутимо заявила леди Бедфорд, внушительным взглядом «придавив» их обоих.

— Вы же не собираетесь…? — начальник охраны не стал заканчивать предложение, готовый применить силу, если вдруг он окажется прав.

— Нет, — успокоила его девушка. — Я переночую в гостинице, а утром сразу же уеду. Никаких экскурсий. Если только нанесу визит вежливости господину барону, в мэрию, а так, покидать свой номер я не планирую. Это именно вынужденная техническая задержка, не более того. Отцу можете передать, что таким образом я выражаю ему своё неудовольствие. Он знает по какому поводу, — привела понятную им причину.

* * *

Длительное время сидя на одном месте, без дела, Ханна сама не заметила, как задремала. Разговор с Маргарет её успокоил. Проснулась оттого, что Эльза легонько потрясла её за плечо.

— А? Что? — сонно пробормотала Ханна, сфокусировав на ней взгляд.

— Подъём. Началось, — мрачно сообщила немка.

Не задерживаясь возле неё, отойдя в сторону, Браунфельс активировала свой фантомный доспех. Ханна по глупости чуть не спросила, — Что началось? Однако, посмотрев по сторонам, быстро сообразила, что ужасные предсказания Эрика сбылись. В животе сразу же возникли неприятные ощущения. Там будто бы что-то сжалось.

Преодолев секундную нерешительность и нежелание участвовать в большой заварушке, понимая, чем это может обернуться, Ханна поднялась на ноги. Сняв с плеч одеяло, которым её кто-то заботливо укрыл пока она спала, девушка активировала фантомный доспех.

— За мной. Бегом, — приказал Алан, увидев, что все члены его группы готовы к выступлению из лагеря.

Не раздумывая, Ханна побежала за Збражской, держась у неё за спиной. Соблюдая дистанцию. Стараясь не упустить полячку из вида. Порядок движения в группе уже давно был отработан, поэтому отреагировала на команду рефлекторно.

Сориентировавшись на местности, Ханна поняла, что Алан ведёт их в город. Выбежав на дорогу, по которой добраться до него было проще и быстрее, чем через поля. Разогнавшись до приличной скорости и уже ни от кого не скрываясь. Значит, ситуация настолько плохая, что и дальше осторожничать уже не имеет смысла. Что очень плохо.

Пока ноги работали, голова оставалась свободной. Поскольку никто не запрещал им разговаривать, Ханна спросила в групповом канале связи.

— Что случилось? Чёрные вороны напали на Атерстон?

— Да, — подтвердила Збражская, не поворачивая головы.

Стараясь не отставать от Виардо, которая бежала за Браунфельс. В каком-то смысле порядок следования отображал иерархию в группе. Померившись силами, девушки выяснили, что Браунфельс занимает в ней второе место, уступая только Алану. Что автоматически сделало её заместителем командира. Третье место досталось француженке. Ханне лишь немного не хватило мастерства, чтобы одолеть полячку. В сноровке-то она ей не уступала, как и в выносливости, а по мощности поля, так и вовсе превосходила. Но вот умений ей не хватало, что стало неприятным сюрпризом.

С помощью брата, как недавно объясняла Маргарет, Ханна слишком быстро подросла в рангах, не успев в достаточной мере укрепить «фундамент». Выучить и отработать приёмы нового ранга. Привыкнуть к нему. Научиться правильно оценивать свои и чужие силы. Поэтому она была превосходным латником, неплохим кавалеристом и не самым лучшим оруженосцем, вследствие своей неопытности.

До того, как Гриффин с позором отправили домой, Ханна занимала предпоследнее место в рейтинге силы группы «Варг». Теперь же выходило, что слабейший боец — это она. Очень неприятный и пугающий факт. Из-за этого Ханна усердно старалась исправить ситуацию, боясь подвести команду. Дав себе слово, к концу следующей недели одолеть Збражскую. А там уже можно переключаться на следующую цель.

— Как они оказались в Атерстоне? — удивилась Ханна.

— Скорее всего, спокойно приехали на автобусе, под видом волонтёров или строителей. Из Уорика, — предположила Виардо, слышавшая их разговор. — Ничего сложного в этом нет. Выдали себя за других людей и всё. Контейнеры силового снаряжения или прятали в багаже, или получили уже на месте, в городе. Достав из заранее приготовленного схрона. Куда смотрели досмотровые группы и разведка Невиллов, уже другой вопрос.

— Согласна, — высказалась Збражская. — Им оставалось только занять позиции и в час Х, сбросив плащи, устроить большой ****!

Будь здесь Маргарет Бедфорд, она бы указала на недопустимость подобных выражений. Остальные же отнеслись к эмоциональному высказыванию полячки с большим пониманием, учитывая ситуацию и скорое участие в этом самом ****.

Над Атерстоном, тем временем, начали подниматься дымы пожаров, видимые даже отсюда. Доносились приглушенные отголоски взрывов. Видимо, там уже вовсю шли уличные бои, заставляя Ханну нервничать ещё сильнее. Мысленно себя за это укоряя. Занимаясь самовнушением, что она тут самая храбрая и сильная.

Скорее всего, противник перемещался небольшими группами, устраивая хаос в тех районах города, которые принадлежат непосредственно семье Невиллов, будучи их родовыми землями. Это позволяло сделать их законной целью Бартонов. Радовало то, что все, кто захотел, их давно уже покинули. Поэтому, несмотря на разрушения, вряд ли там наберётся много жертв. Не считая слуг барона, его солдат и наёмников. Иначе бы этот конфликт приобрел черты гражданской войны, за что король сразу же оторвал бы головы всем причастным. С Бакстерли ситуация схожая. Его заранее внесли в список разрешенных целей. Другие же посёлки и фермы Норт-Уорика остались совершенно нетронуты.

— А где остальные? Где Эрик и рыцари Южного креста? — Ханна обратила внимание, что их пятёрка двигается сама по себе, в отрыве от остальных сил.

— Мы разделились. Ломиться всей толпой в одни ворота, подобно стаду овец, глупо. Магистр Йохансон со своей группой отправился к мэрии, где будут проходить самые жаркие сражения с Чёрными воронами, — объяснил Алан. — Отряд сэра Оуэна двинулся на помощь заблокированным союзникам в здании МВД Атерстона. Железные крылья уехали разведывать обстановку. Они будут наводить нас на отряды противника, которые мы должны уничтожать. Если столкнутся с рыцарями, то запросят помощь либо у магистра Йохансона, либо у сэра Оуэна.

— А если ошибутся, спутав отряд С-ранга с отрядом В-ранга? — поинтересовалась «оптимистка» Збражская. — Что тогда?

— Тогда у нас будут большие проблемы, — признал Алан.

Ханну пугала мысль о том, что её жизнь будет зависеть от правильности чужой оценки, но выбора не оставалось. Если бы брат был рядом, у неё на душе было бы намного спокойнее. Но, нельзя же всё время на него полагаться. Она должна сама доказать, что чего-то стоит. Чтобы Эрик ею гордился. Оправдав все вложенные в неё средства. Иначе получится, что Ханна зря тратила своё время и деньги семьи. Гордость бывшей защитницы семьи Йохансонов, добровольно уступившей это место брату, подобного унижения не потерпит.

Прибыв в город, они несколько минут отдохнули, восстанавливая силы, после чего отправились на охоту. Первые следы бесчинств Чёрных воронов встретились довольно быстро. Они увидели сожжённые полицейские машины, перевёрнутые военные грузовики, повреждённые фасады домов, воронки на дорогах, сломанные деревья, брошенные автомобили, тёмные окна. Эта часть города будто вымерла. Сравнивая нынешний Атерстон с тем, который они запомнили в первые дни после приезда, у девушек возникло гнетущее ощущение.

Долго блуждать вслепую, когда за каждым поворотом мерещились враги, им не пришлось. Подъехавший броневик Железных крыльев послужил проводником. Он проводил их группу до нужного места, сообщив, что через несколько минут по параллельной улице пройдут враги. Дав время подготовить засаду. Присев за одноэтажным домом, чтобы её доспех не был виден над крышей, Ханна затаилась. Видимость отсюда у неё была сильно ограничена, поэтому полагаться приходилось только на союзников. Разделившись, за соседними домами спрятались остальные члены её группы.

Когда ещё два броневика Железных крыльев, удирая от преследователей, стреляя назад из тяжёлых пулемётов и гранатомётов, промчались по указанной улице, Ханна приготовилась. Девушка старалась в этот момент ни о чём не думать, слушая, как громко и часто бьётся её сердце. Судя по тяжеловесным шагам и грохоту, преследуя хитрых наёмников, за домом только что прошли вражеские доспехи.

— Первый… второй… третий…, — считала Ханна, начиная всё сильнее беспокоиться, почему запаздывает сигнал к атаке?

— В атаку! — наконец, раздался долгожданный клич.

С ощущением, словно прыгает с вышки в бассейн, Ханна стремительно выскочила из-за укрытия. Пробежав между домами, ломая кусты, беседку и низенький забор из деревянных планок, она выбежала на параллельную улицу. Первым на глаза попался воин в фирменном доспехе и расцветке ордена Чёрного ворона, стоявший к ней ближе всего. С боевым кличем, сама не понимая что она кричит и зачем, Ханна бросилась в бой, не видя ничего, кроме своего врага.

Не растерявшись, группа наёмников Тамуорта, состоящая из двух стандартных троек, тут же развернулась, встречая нового противника лицом к лицу. Уплотняя строй. Переходя в режим максимальной защиты, накрывая себя силовыми щитами. Сразу видно, опытные бойцы.

Но всё же внезапный фланговый удар из засады сыграл свою роль. Они не успели создать построение, покинуть открытое пространство и перехватить инициативу. Ханна успела нанести первый, самый сокрушительный удар, запустив в стоящего перед ней «ворона» силовой приём, под названием, — «Режущая волна». Заставив его закрыться силовым щитом. Почти без задержки, у неё этот приём уже висел на телефоне в режиме «ожидания», запустила в противника — «Гальку». Довольно простенький приём F-ранга, используемый в качестве обманки. Противник отбил его более высокоранговым щитом, только зря потратив на это энергию. Гораздо больше, чем Ханна.

Сократив дистанцию, вложившись в «Стремительный рывок», усилив силовой щит, разбила его о вражеский, на время разрушив и продавив защиту наёмника, своей. Визуально это выглядело так, словно при сближении от них во все стороны внезапно разошлась воздушная, ударная волна.

Далее последовал короткий, но быстрый обмен ударами мечей, сопровождающийся звоном железа. Качнувшись вправо-влево, запутывая противника, не сбавляя напора и скорости, Ханна пропустила атаку противника в опасной близости от себя. С помощью уклонения обогнув противника, занимая более выгодную позицию, из которой резко нанесла удар ему в плечо, повредив руку. Не полагаясь только на это, обратным движением лезвия своего меча, коснувшись чужого, увела его в сторону.

Понимая, что настал опасный момент, воин Чёрного ворона ударом повреждённого плеча, сбил её с атакующей позиции, нарушив ритм боя. Силовым приёмом смяв кирасу доспеха Ханны, попытался разорвать дистанцию, чтобы получить преимущество. Поморщившись от боли в рёбрах, девушка последовала за противником. Не давая ему сосредоточиться на более мощном силовом приёме, сводя всё к продолжению фехтования, и сама умудрилась сотворить быстрый, простенький приём. Только в отличие от «Силового удара», который применил наёмник, вновь воспользовалась «Галькой», целясь в голову. Уловка позволила отвлечь противника, что ей и требовалось. Его взгляд на секунду «вильнул» в сторону.

Высвободив меч, Ханна провела серию быстрых режущих атак, которой её научила Збражская. Большого вреда они не наносили, но зато заставляли противника растеряться, запаниковать и дёргаться, открываясь для финального, добивающего удара. Ведь подсознание заставляло реагировать на них рефлекторно, внушая телу, что ему грозит смертельная опасность. Последним ударом, Ханна с размаху разрубила горжет вражеского фантомного доспеха, чуть не снеся ему голову. Перехватив меч, пока застывший наёмник отходил от болевого шока и фантомных ощущений перерезанного горла, осознавая, что это только иллюзия, девушка со всей силы, с добавлением энергии А-поля, нанесла чудовищный удар, пробивший его кирасу насквозь. Уперевшись рукой, оттолкнула фантомный доспех наёмника, с натугой вытаскивая меч до того, как он рухнул на землю.

Переведя дыхание, чувствуя, как от напряжения сводит мышцы и пот заливает глаза, Ханна огляделась, оценивая обстановку. Алан всё ещё дрался против двух наёмников Чёрного ворона, включая вражеского командира. Кажется, дела у него довольно плохи. В свою очередь, у Браунфельс, напротив, всё складывалось хорошо. Она алебардой уже разделала своего противника на части, отрубив ему руку и ногу. Сейчас добивала, пытаясь вскрыть прочный корпус помятого доспеха, лупя по нему раз за разом. Кираса у этого «ворона» оказалась на диву крепкой. Оставлять за спиной недобитого врага, способного на силовые приёмы, было опасно. Вот и возилась с ним, теряя время. Збражская, полностью разобравшись со своим наёмником, поспешила на помощь Алану, находившемуся к ней ближе всего. Хуже всего ситуация складывалась у Виардо. Ей попался очень сильный и умелый противник, который её уверенно теснил. Ещё минута или две и француженке настанет конец. Поэтому, собрав энергию Авроры в одной точке, Ханна метнула в этого Чёрного ворона силовое копьё. После чего, с воинственным кличем, чувствуя, как от избытка адреналина её кровь вновь «закипает», девушка храбро ринулась в бой.

Глава 11

После первой удачной схватки с врагом Ханне довелось принять участие в уничтожении ещё трёх диверсионных групп Чёрных воронов. С каждым новым сражением ей становилось всё труднее поддерживать в крови высокий уровень адреналина. Постепенно накапливающаяся усталость давала о себе знать. Двигаться в фантомном доспехе становилось всё труднее. Падала концентрация внимания и острота ощущений. Ханна понимала, что добром это не кончится, но всё равно продолжала выполнять свою работу. Не жалуясь на неё. Пока битва за Атерстон не завершится об отдыхе можно только мечтать. Никто в этом поблажек друг другу делать не собирался. Так же, как и интересоваться чужим самочувствием. Тут работало правило: либо ты, либо тебя. Другого не дано.

С каждой выигранной схваткой у Ханны росли опасения, что рано или поздно они нарвутся на противника, который им окажется не по зубам. И в один не самый прекрасный момент они сбылись. Четвёртая группа Чёрных воронов сама нашла их маленький отряд. Выследив его после того, как с третьей группой наёмников было покончено. Признав угрозой, которую больше нельзя игнорировать.

В другой обстановке Ханна почувствовала бы себя польщённой, что за ними послали команду С-ранга, облачённую в характерные, легко узнаваемые чёрные доспехи орденских рыцарей, с эмблемами и украшениями в виде крыльев ворона. У них даже забрала шлемов имели форму клюва. Однако сейчас ей было далеко не до этого.

Возглавляющий эту команду рыцарь использовал модуль синтеза какой-то химической жидкости, обладающей невероятно высокой температурой горения и не гаснущей даже в воде. Встреча с ним выдалась весьма жаркой. Можно было даже подумать, что это никакой не ворон, а дракон. Он с лёгкостью выполнял сложнейшие приёмы С-ранга, «Дыхание дракона», «Огненный шар», «Воздушный взрыв», «Огненный щит», «Огненная стена». Как к такому противнику подобраться, Ханна себе не представляла.

Если причислять его к какому-нибудь типовому классу, то он являлся чистым волшебником, «заточенным» исключительно на выполнение силовых техник, развитии контроля А-поля и усиления его мощности. Этот рыцарь даже не имел оружия ближнего боя. Оно ему было ни к чему.

Тактика, разработанная на случай встречи с подобным врагом, с треском провалилась. Хотя в теории всё должно было закончиться иначе. Действуя по плану, Алан попытался сыграть роль «танка», отвлекающего внимание противника на себя. Пользуясь своей высокой защитой и мощными батареями, он закрылся куполом силового поля, превратившись в этакую крепость. Да только командир воронов оказался умнее. Заточив Филлипса в широком кольце яростного огня, от которого плавился даже асфальт, заставляя его расходовать энергию своего силового щита, противник переключился на других членов группы «Варг».

На Виардо, напавшую справа, прикрываясь Филлипсом, он накинул огненный покров, материализовав горючую жидкость прямо в воздухе. Браунфельс, атакующая слева, влетела в облако мелкой пыли, появившейся у неё на пути. Её поджог привёл к образованию объёмного, термобарического взрыва, сбившего оглушённую немку с ног. Затем изящно, будто бы даже не напрягаясь, обычным силовым толчком, рыцарь ордена Чёрных воронов сбил летящее в него энергетическое копьё Ханны. Всё произошло очень быстро.

После неудачной попытки нападения Ханне с напарниками пришлось срочно спасаться бегством. Только чудом их группа смогла пережить этот критический момент. В итоге Алан потратил слишком много энергии, выбираясь из моря огня. Горящая на земле жидкость доставила ему кучу проблем и неприятных ощущений, прилипая к стопам доспеха. Виардо получила более серьёзные и обширные фантомные ожоги, за счёт своей высокой синхронизации с А-полем, выполнившим роль проводника. Браунфельс схлопотала легкие сотрясение и контузию. Из-за чего нарушилась координация движений. Немка стала несколько заторможенной и плохо слышащей. Пришлось ей помогать, направляя в нужную сторону. Ханна, вынужденная сдерживать натиск сразу двух оруженосцев из свиты рыцаря, так и не довела эту схватку до конца. К тому же, чтобы метнуть энергетическое копьё, ей пришлось на секунду от них отвлечься, а потом ещё и спасаться бегством. В отличие от дуэльной площадки, здесь противник не считал постыдным бить в спину. Из-за чего фантомный доспех Ханны получил несколько серьёзных повреждений. Збражская, также выполнявшая роль заслона для охраны рыцаря, отделалась чуть легче, но не сильно. Ей просто повезло. Да и то, потому что противник её переоценил, слишком уж осторожничая с шустрой полячкой. Благодаря чему, Збражской удалось сбежать относительно целой. Оставив им на память потерянную в бою правую руку своего фантомного доспеха.

Если бы рыцарь Чёрных воронов был один, то они, может быть, и попытались бы продолжить бой, сменив тактику. Попробовав подавить его грубой силой, совместно прижав к земле своими А-полями. Зажав в силовые тиски. Надеясь, что у противника энергия закончится раньше, чем у них. Всё же пять оруженосцев по силе примерно равнялись одному рыцарю, однако для этого им сначала требовалось разобраться с его оруженосцами. Чему вражеский рыцарь, понятное дело, постарается помешать.

Преследуемые Воронами, паникующие ученики поняли, что оторваться от них не получается. Враги выглядели более свежими и полными сил, горя желанием поскорее разделаться с «надоедливыми мошками». Раненными и уставшими. Если ничего не предпринять, опытные наёмники скоро загонят окончательно вымотанных ребят, после чего сразу же их прикончат. Мысль об этом прибавляла прыти, да только ненадолго.

Железные крылья попытались на своих броневиках отвлечь наёмников Тамуорта, уведя их за собой, да только всё, чего им удалось добиться, это вывести из строя один и немного повредить два других фантомных доспеха Чёрных воронов. В конце концов, не выдержав обстрела, эти двое оруженосцев отделились от основного отряда, погнавшись за ними. Рыцарь и вторая тройка кавалеристов, до этого не вступавших в бой, продолжили преследование учеников Святой Анны и Гринвуда.

— Нам конец, — с фальшивым спокойствием Збражская огласила мысль, посетившую и всех остальных.

Пугающую до усрачки, как выразилась бы Ханна.

— К мэрии, — приказал Алан, свернув на перекрёстке в нужную сторону.

Он тяжеловесного топота многотонных, фантомных доспехов, на подоконниках ближайших домов аж подпрыгивали горшки с цветами, да дребезжала на кухне посуда.

— Там наш магистр и рыцари. Это единственный способ избавиться от преследователей, — командир группы попытался приободрить девушек, давая им надежду на спасение.

— Не успеем, — морщась от боли, предупредила француженка.

Проявляя немалую силу воли, позволяющую бежать, не отставая от остальных, несмотря на болезненные ощущения. Уверенность Виардо строилась на простом расчёте. Она учла скорость обеих групп и расстояние до мэрии, где сражался не знающий поражений Эрик.

— Можно броситься врассыпную и обходными путями добраться до наших, — предложила Збражская от безысходности. — Всех они не смогут остановить, но одного или двух, вполне.

Что вороны сделают с теми, кому не повезёт, объяснять не требовалось. Девушки и так это прекрасно понимали. Предстояло сделать трудный выбор. Решить, должны ли умереть все, гордясь тем, что не бросили друзей в беде, или только часть? И кто первая из них свернёт в сторону, став примером? Предупредит ли об этом или промолчит?

Тяжело дыша от бега, Ханна почувствовала, как её бешено стучащее сердце, вдобавок ещё и тревожно заныло от дурных предчувствий. На несколько секунд в канале связи повисла напряжённая тишина. Никто не решался взять на себя ответственность, а значит, и чувство вины.

Когда показалось, что настал тот самый миг делать выбор умом, а не сердцем, ведь нет ничего важнее спасения собственной «шкуры», произошло чудо. В наушниках раздался оглушительный, яростный вопль стремительно приближающейся «бури», звучащей голосом Холли Филлипс.

— Я здесь!!! Посторонись!

Впереди показался её доспех, окутанный светом заряженного А-поля, несущийся навстречу «на всех парах». Не раздумывая, последовав этому призыву, Ханна с напарницами разбежались в стороны, прижимаясь к домам. Успев едва-едва, после чего по их следам «со свистом» пронёсся мощный порыв ветра, разогнанный энергией Авроры до огромных скоростей. Он будто метлой снес двух замешкавшихся Чёрных воронов, запустив их в полёт. Пролетев несколько десятков метров, они с грохотом врезались в здания, ломая их стены и крыши. Понятно, что тут не обошлось без помощи А-поля, поскольку обычный ветер на это неспособен. Почти без задержки сверху последовал удар «Небесного молота», «размазавший» об асфальт третьего, растерявшегося от неожиданности наёмника.

Вороны не рассчитывали на такую скорую встречу с рыцарем, да ещё столкнувшись с ним «лоб в лоб», поэтому не укрепили силовые щиты должным образом, за что и поплатились. Большая часть их энергии была переведена на увеличение подвижности фантомных доспехов. Только рыцарь ордена достойно выдержал натиск воздушного удара.

— Девочки, прибыла кавалерия, — запыхавшись, объявила Холли, радуясь тому, что успела вовремя.

Да ещё появившись на поле боя так эффектно. Словно герой, который хоть и опаздывает, но всегда спасает ситуацию.

— Несколько минут назад меня отправил к вам на выручку магистр Йохансон. Сказал, что у вас большие проблемы. А теперь они будут и у них. Алан, ты как? — не могла не спросить.

— Порядок. Но у меня осталось мало энергии, а напарницам для восстановления нужно время, — предупредил парень, тоже радуясь появлению своей сестры.

Ханну на мгновение кольнула ревность. Ей очень захотелось увидеть Эрика. Прямо сейчас.

— Ничего. Отдыхайте. Дальше я сама справлюсь, — заявила решительно настроенная Холли.

Видя повреждённые доспехи остальных девушек, она жаждала за них отомстить. Ханне показалось, что сестра Алана давно уже хотела сказать подобную «крутую» фразу. Покрасоваться перед ними. А то статус есть, а достижений нет. От неё пока было мало толку, что девушку угнетало. И вот, наконец-то, настал её «звёздный час». Чувствуя это, Холли чуть ли не распирало от гордости и желания поскорее продемонстрировать свою новую силу. Доказать, что она не балласт.

Рыцарь Чёрных воронов не стал изображать киношного злодея, вечно дожидающегося, пока враг не наговорится. Поперёк дороги выросла высоченная, непроницаемая стена гудящего от жара пламени, из-за которой на Холли полетела огненная завеса, похожая на ещё одну стену, только парящую над землёй. Создав встречную воздушную завесу, используя её в качестве тарана, сестра Алана разметала чужой силовой приём в клочья, подавив огонь своим ветром.

После того, как обе завесы разрушились, образовалась мощная ударная волна, срывающая крыши с домов и заставляющая листья деревьев скрючиваться от жара, а краску, покрываться пузырями. Противостояние стихий показало, что Холли пусть ненамного, но превосходит по силе рыцаря Чёрных воронов, ведь взрывная волна ушла в сторону наёмников. Более того, сумев заставить огненную стену на несколько секунд расстелиться по земле, раскрывая местоположение врага. Обнаружив его, Холли тут же использовала ещё один «Небесный молот». За вновь поднявшимися к небу языками пламени раздался оглушительный грохот. Земля затряслась. По ближайшим домам забарабанили разлетевшиеся куски асфальта и лежащего под ним гравия, разбивая стёкла и ломая тонкие дощечки. Несколько осколков такой «шрапнели» отскочило от брони фантомного доспеха Ханны, долетев аж до неё.

— Попала? — обрадовалась полячка.

— Не совсем, — нахмурившись, призналась Холли, отслеживая мощность излучения вражеского А-поля.

Ханна и сама почувствовала, как над ними сгущается и усиливается поле Авроры, стремительно разрастаясь в размерах. Спустя несколько секунд с неба пошёл мелкий дождик, состоящий из капелек тёмной, маслянистой жидкости. Поняв, что это означает, Ханна сильно испугалась. Однако Холли оказалась готова и к этому. Она раскрутила вокруг себя воронку гигантского вихря, вытягивающегося к облакам, затягивающего в себя горючую жидкость. Находясь в оке бури, где ей пока ничего не угрожало, Холли решительно побежала в сторону огненной стены, за которой прятался всё ещё не поверженный враг.

Вихрь Холли стал настолько силён, что, когда она проходила мимо припаркованных у обочины машин, их тут же затягивало в воронку, унося в небо. Она защищала девушку не хуже огненной стены рыцаря Чёрных воронов. А уж когда они объединились, да ещё запылал льющийся с неба «дождичек», то в этом районе Атерстона сразу стало очень жарко, светло и всё окрасилось в призму чёрно-жёлто-красных цветов. Толстый, огненный столб, закручивающийся в спираль, дотянулся до облаков, подсвечивая их изнутри. Наверняка его можно было разглядеть из любой точки баронства. А то и графства. Силы обоих рыцарей, достигнув предела, объединились и усилили друг друга. Однако, если Холли оставалась в относительно безопасном «сердце бури», управляя потоками огненного вихря, то вот рыцарю Чёрных воронов повезло гораздо меньше. На него обрушилась вся мощь разбушевавшихся стихий. Не прошло и пары минут, как рыцарь превратился в запечёную курицу, слишком сильно передержанную в духовке. Прежде чем обессилевшая Филлипс осела на почерневшую от гари, раскалённую землю, исчерпав силы, она отправила «хобот» воздушного вихря в сторону водного канала, спасая город от пожаров.

Поняв, что сражение закончилось, лежащая на земле Ханна, мокрая от пота и жара, приподняла голову, инстинктивно прикрытую руками. Оглядев апокалиптический пейзаж, впечатлённая увиденным, ошеломлённая девушка хрипло прошептала, — «Лучше бы я осталась дома». К битвам такого уровня она ещё не готова. До сих пор плохо представляя, на что же способны рыцари, без ограничений, наложенных школьными правилами.

Пока ученицы приводили себя в порядок, воспользовавшись передышкой, обеспокоенный Алан на руках принёс к ним Холли, не слушая возражений сестры. Оглядев состояние своих подопечных, он мрачно объявил.

— Похоже, мы достигли предела. Следующий бой может стать для нас последним. Поэтому сворачиваемся и ищем укрытие. Нужно хоть немного передохнуть.

— Да поставь же меня на землю, наконец! — разозлилась Холли. — Всё со мной в порядке. Магистр обо всём позаботился. Он сказал, чтобы я проводила вас в гостиницу, где безопасно. Дальше он сам со всем справится.

— А магистр в этом уверен? — усомнилась беспокоящаяся о нём Ханна, не став называть брата по имени.

— Сама у него спросишь. Но, потом. Сейчас он сильно занят. Идите за мной.

Холли отвела их в район, который боевые действия обошли стороной. Потому что он находился на нейтральной территории. Там не имелось никаких важных объектов, не считая небольшой, уютной, двухэтажной гостиницы. Кроме того, рядом с ней, на видном месте стоял лимузин с гербом герцога Бедфорд, служа своего рода предупреждением для разного рода «горячих голов».

Сначала охрана гостиницы не хотела пускать их в гостиницу, предупредив, что это гражданский объект и в нём находится важная персона, которая не принимает участия в войне Норт-Уорика и Тамуорта. Однако после приказа — «пропустить», отданного этой самой персоной, охрана неохотно его выполнила. Предупредив, вести себя благоразумно, во избежание серьёзных неприятностей, по большей части, несовместимых с жизнью.

Встретившись внутри с леди Бедфорд, девушки этому сильно удивились, не ожидав её здесь встретить. Увидев бледных, сильно уставших учеников Святой Анны и Гринвуда, которые старались беречь пострадавшие конечности, держались за рёбра и морщились от боли, не менее поражённая Маргарет тут же забеспокоилась. Став похожей на курицу, заботящуюся о своих цыплятах.

— С вами всё в порядке? — капитан школьной команды внимательно их оглядела, раздумывая, нужно ли вызывать доктора.

— Да. Это фантомные боли. Ничего серьёзнее синяков, растяжений и небольшой контузии у нас нет, — успокоила её Виардо, испытывая желание почесать покрасневшую кожу. — Правда, теперь нужно «чистить» подсознание, поскольку оно считает иначе, и «разряжаться» от частиц Авроры, которые могли не до конца выветриться.

— У меня рука онемела, — только сейчас пожаловалась Збражская.

— Эта та, которую отрубили? — поинтересовалась Ханна, падая в кресло.

С наслаждением, расслабленно «растекаясь» в нём.

— Тогда ничего удивительного. Радуйся, что это было не по-настоящему.

— А если она так и не восстановит подвижность? Или останется «деревянной». Что тогда? — испугалась полячка, получившая первую серьёзную травму, связанную с эффектом Авроры.

— Не останется. Эрик всё поправит, — успокоила её уверенная в этом Ханна.

— Что вы делаете в городе в такое время? — хмуро спросила Маргарет, наблюдая за тем, как растерянная Збражская с недоверчивым выражением лица щиплет свою руку.

— Магистр Йохансон решил поиграть в спасателей. Он предугадал нападение на город Чёрных воронов, — пояснила Виардо, оторвавшись от почти пустой бутылки с минеральной водой.

Испытывая после боя сильную жажду. Мечта о том, чтобы поскорее добраться до прохладного душа.

— Сейчас вместе с рыцарями Южного креста бьётся с ними у ратуши. Лучше скажи, почему ты всё ещё в Атерстоне? — полюбопытствовала француженка, бросив на неё косой взгляд.

— У меня машина сломалась. Решила остаться здесь на одну ночь, — бесстрастно пояснила леди Бедфорд, разглядывая висевшую на стене картину.

Заметив, как на Маргарет посмотрел начальник её охраны, улыбнувшаяся Виардо удивлённо приподняла брови. Впрочем, комментировать это не стала.

Некоторое время девушки провели в напряжённом ожидании, прислушиваясь к доносившимся с улицы звукам. Держа под рукой силовое снаряжение. Подобный отдых был мало эффективен, но по-другому у них не получалось. Как и обо всём забыть, чтобы полноценно расслабиться. Они переживали за своих товарищей больше, чем объявление на пороге гостиницы ещё одного отряда Чёрных воронов. Тяжелее всего в этом отношении приходилось Ханне. Она понимала, что не могла просить Маргарет отправиться на помощь Эрику из-за позиции её семьи, но не думать об этом не выходило. Поэтому то и дело бросала на леди Бедфорд задумчивые взгляды, не подозревая о том, что капитан школьной команды после каждого такого раза всё крепче сжимала кулаки.

Через некоторое время Эрик вышел на связь и сообщил радостную новость, вызвавшую волну ликования. Нападение было отбито, а все вражеские отряды разгромлены. Только после этого Ханна успокоилась, чувствуя себя воздушным шариком, из которого выпустили воздух.

Через полчаса брат, мисс Фаулер и мистер Вилсон также пришли в эту гостиницу. Да не с пустыми руками, а с подарком. Отец Брины принёс на плече бессознательного мужчину в контактном комбинезоне чёрно-серого цвета, с эмблемой ордена Чёрного ворона. Поскольку Маргарет тихонько сидела в дальнем углу большой комнаты, скрытая торшером и спиной телохранителя, то довольный собой Эрик, сразу же деловито развернувший бурную деятельность, заметил её не сразу.

— Клади его сюда, — указал он мистеру Вилсону. — Отлично. Молодцы. Хорошо постарались, — поблагодарил всех присутствующих, не отводя задумчивого взгляда от мужчины.

— Кто это? — заинтересованно спросила Ханна, подойдя к брату ближе.

Не припоминая, что бы видела раньше этого человека.

— Паладин ордена Чёрных воронов, руководивший этим нападением. Силён, зараза. Кучу проблем нам доставил. Он в полушаге от следующего ранга. К сожалению, второго паладина захватить не удалось. От него мало что осталось. Как и от нескольких рыцарей их поддержки.

— Здания мэрии Атерстона тоже больше не существует, — добавила мисс Фаулер, с вопросительно-изумлённым взглядом разглядывая Маргарет.

Как бы молчаливо спрашивая, — «Какого хрена ты тут забыла?! Неужели идиотизм Йохансона заразен?»

От её пристального взгляда леди Бедфорд смутилась, почувствовав себя неуютно. На несколько секунд повисла неловкая пауза, которую нарушил Йохансон, явно сделав это намеренно. Что называется, — почувствовав обстановку и сделав неверные выводы. Резко взбодрившись, со зловещей улыбкой он начал отдавать приказы.

— Збражская, у тебя косметика сохранилась? Быстро наводи красоту. Не жалей красок. Из мужиков ты должна вышибать дух с первого взгляда. А лучше, сразу слезу. Чтобы они заикались и звали маму. Желательно твою. Холли, быстро найди нам какою-нибудь миленькую, женскую одежду. Ханна, нужна простыня, томатный сок и камера. Эльза, раздевай этого типчика. Будем делать деньги, пока нас отсюда не выперли. Виардо, поищи в интернете информацию о Джордже Валентайне.

— Косметика? — потерянно уточнила полячка, не поспевая за его мыслью. — Зачем?

— Ты чего задумал? — всполошилась Ханна, с опаской на него посмотрев.

Пока остальные пребывали в ступоре, немка, флегматично пожав плечами, принялась выполнять приказ.

— Расслабьтесь. Это всего лишь…, — смех повернувшегося к ним Эрка, резко оборвался.

Только сейчас заметив Маргарет, вздрогнув и попятившись, брат непроизвольно выругался, — Твою ж мать! Напугала.

У капитана школьной команды по фехтованию, сидевшей с неестественно прямой спиной, застывшим выражением лица и леденящим взглядом, дёрнулось веко.

— Лейтенант. Не мог бы ты продолжить свою мысль, — подозрительно мягко попросила девушка, излучая убийственную ауру.

— Я хотел сказать, что это шутка, — фальшиво рассмеялся побледневший Эрик, испуганно глядя на маленькую, хрупкую девушку в белом, лёгком платье. — Почти. Этого человека действительно нужно обыскать и переодеть в другую одежду. Мало ли какие в ней зашиты сюрпризы. Он станет нашим пленником, за которого возьмём хороший выкуп. Ну а чтобы вёл себя покладисто и был сговорчив, хотел легонько его припугнуть. Только и всего. Честно-честно, — постарался её убедить. — К тому же, Збражская давно уже выпрашивала найти ей какого-нибудь богатого, знатного и сильного мужчину. Желательно холостого. Вот, нашёл одного, — указал пальцем на бессознательное тело.

Дальше Эрик принялся нести какой-то бред, торопясь заболтать их. Ханна не смогла бы ответить, кто сильнее опешил от такой неожиданной новости, Збражская, Холли или мисс Фаулер. Они одновременно, недоверчиво уставились на её брата. Крайне серьёзная Маргарет, казалось бы, никак не реагировала на эти слова, однако Ханне почему-то захотелось отойти от неё подальше. А ещё, она испытывала испанский стыд. Мечтая о том, чтобы подойти и стукнуть Эрика по его пустой голове. И пока до этого не дошло, всячески посылала ему невербальные сигналы поскорее заткнуться.

— Разбудите этого человека. Объясните ему его положение, — распорядилась Маргарет не терпящим возражений тоном. — Как только он признает свой статус военнопленного и даст слово чести вести себя как полагается, до внесения выкупа я забираю его с собой. Бедфорды станут посредниками и гарантами этой сделки.

— Заработав на ней неплохой процент и политические очки. Не говоря уже об укреплении связей со всеми заинтересованными сторонами. Выставляя себя миротворцами и дипломатами. Причём, ничего для этого не сделав. Похвально, — вслух оценила Виардо её «хитрый» план.

Вроде как, с одобрительными интонациями. Придавая действиям Маргарет совсем другой подтекст. Открыто встретив её взгляд без тени страха или смущения.

— Ага, теперь понятно, — чему-то усмехнулась мисс Фаулер. — Успокоились все. Йохансон, нам негде держать пленника. Не с собой же его постоянно таскать? Либо сдаём Бедфорд, либо Невиллам, либо отпускаем под честное слово и обязательство — «Как только, так сразу». Выбирай.

— Леди Бедфорд, если вас не затруднит, возьмите на себя все переговоры, — не раздумывая ответил Эрик, перейдя на официальный тон.

Замешкавшись только на указании суммы выкупа. По мнению Ханны, поскольку не знал расценок, боясь или продешевить, или перестараться с разгулом жадности, которая, как известно, до добра не доводит. Показав этим, что полностью доверяет Маргарет, из-за чего её взгляд немного оттаял.

Перед тем как разбудить захваченного паладина, Эрик долго над ним «колдовал», проводя ментальное сканирование памяти. После которого ещё несколько минут просидел с хмурым, задумчивым видом. Только отправив кому-то длинное текстовое сообщение с телефона, он поделился неутешительными новостями.

По информации брата, прямо сейчас под Тамуортом, впервые вышедшие на поле боя Миланцы, успешно громили отряды магистров Каннингема и Форча. Действуя с умом и решительностью. Разбивая их по частям. Беря в окружение. Зажимая между «молотом и наковальней». Ударив в тыл магистру Форчу, прямо на марше, спешащему на помощь Невиллам. Оказывается, у итальянцев нашёлся хороший стратег, который спланировал целую операцию. Используя для этого и Воронов, и наёмных убийц, и подкупленных предателей, и глупость старшего сына барона Норт-Урика, и много чего ещё.

Когда через несколько часов подвели неутешительные итоги этого дня, то выяснилось следующее. Была подтверждена смерть барона Харви Невилла и его старшего сына. Вместе с большей частью штабных офицеров погиб полковник Сандерс. Отряд магистра Каниннгема всё же смог вырваться из окружения, но с существенными потерями. И это ему ещё повезло. От магистра Форча не осталось даже горстки пепла. Половину его рыцарей перебили, а другую пленили. Отряды рыцарей Блэкбриджа, Бриггса, Гудмана, Хейли, Далтона, паладина Клэптона, присланного графом Мэнсфилдом, уничтожены полностью. На этом фоне проблемы магистра Каннингема не казались такими уж серьёзными. Хотя он придерживался противоположной точки зрения.

Сэру Питеру парализовало правую ногу. Кроме того, из-за повреждения нейроузлов, нагрузка А-поля на его организм выросла до таких значений, что доспехи выше С ранга он уже не мог использовать. Его потолок единиц Палмера опустился всего до сорока тысяч, соответствуя рангу кавалериста.

Впрочем, от полного разгрома нас спасло то, что противнику эта победа тоже дорого обошлась. Про потери итальянцев пока ничего не известно, но Бартоны лишились магистра, паладина и пятерых рыцарей. Не считая Чёрных воронов, которых уже можно смело вычёркивать из этой войны. Так что по обе стороны границы осталось только несколько боеспособных отрядов, способных продолжать эту войну. Поскольку новым бароном Норт-Уорика стал брат погибшего Харви Невилла, до семьи которого Чёрные вороны не успели добраться, точку в ней ставить рано.

Можно было покинуть Норт-Уорик, автоматически выбыв из списка участников войны, но Эрик решил остаться, доведя её до конца. Сказал, что не хочет приобретать дурную репутацию. Так что в Лондон вернулась только Маргарет, с двумя пленными. Второго рыцаря Эрик каким-то неведомым образом отыскал в Атерстоне, захватив ещё и его.

Проведя с пленными «душевную» беседу наедине, с использованием силового снаряжения, он убедил их принять все его условия, пообещав быть «паиньками». Ханна ещё никогда не видела настолько испуганных, трясущихся от страха людей, заикающихся, с проседью в волосах и в мокрых штанах, покинувших комнату переговоров. Готовых согласиться на что угодно, вплоть до смены пола, лишь бы поскорее оказаться как можно дальше от её обманчиво-безобидного, невинно улыбающегося брата.

Отругавшая Эрика Маргарет, перед их отъездом почти час отпаивала бедолаг чаем с коньяком. В пропорции один к четырём. Успокаивая. Обещая защитить от этого «чудовища». Несколько раз отогонав Збражскую, тоже вознамерившуюся примерить на себя мантию сестры милосердия и утешения. Видимо, пошлые намёки Эрика не прошли мимо её ушей, упав на благодатную почву.

А ведь, помимо этого, было ещё и лечение, когда Эрик помогал девушкам избавиться от мнимых и не очень ран. Восстанавливал их силы. Помогал сбросить напряжение. Перед чем с авторитетным видом заявил, что для этого им нужно раздеться. Хотя бы до купальников. После чего, не успевшая уехать, Маргарет попросила его уделить ей пять минут своего драгоценного времени, для приватного разговора. После которого, держась за ухо, Эрик согласился, что это вовсе не обязательно. Достаточно и контактных комбинезонов, обладающих высокой проводимостью А-поля. Пока Збражская хохотала, упоминая свистящего рака и горы, Виардо убирала в чемодан купальник, который ей оперативно привезли бравые парни из Железных крыльев, а Холли успокаивала Алана, Ханна записывала в записную книжку пометку о необходимости по возвращении домой провести с братом воспитательную беседу. С привлечением всего состава «святой инквизиции» семьи Йохансонов.

* * *

Эту ночь мы провели в гостинице. С большим удовольствием воспользовавшись её удобствами и кухней. Оценили всю прелесть цивилизации, после длительного пребывания в лесном лагере. Всё равно до нас никому не было дела, пока наверху три брата: бардак, разброд и шатание, делили полномочия. Определяя, кто теперь в баронстве главный? Кто должен найти ответы на извечные вопросы, — «кто виноват и что делать»?

Одни из нас наслаждались едой ресторанного уровня. Другие плескались в ванной, нежились в чистой постели или возились с чайными сервизами. Вспомнив о своём высоком происхождении. Нашлись и те, кто решительно заявил, что теперь без тёплого туалета, мягкой туалетной бумаги с запахом лаванды, а также биде, они категорически отказываются дальше воевать. Требуя включить это в наш райдер. И вообще, как так можно? Мы же не дикари, под ёлкой лопухами задницы подтирать, образно выражаясь.

Так и хотелось спросить, а что, кто-то уже пробовал? Пусть поднимет руку и поделится впечатлениями. Интересно посмотреть на это дитя природы? Вместо ответа, меня чуть не прибили, причём коллективно, потребовав заслуженный отдых в человеческих условиях. Ну как им отказать… под угрозой расправы?

Спустившись в зал ресторана, застал удивительную картину. За одним из столиков пила кофе с круассанами и джемом неподражаемая Виардо, будучи в махровом банном халате, пушистых тапочках, обмотав вокруг головы полотенце на манер тюрбана. Когда я появился, девушка расслабленно читала газету, щурясь от солнечного света.

«Где она её взяла? Что за чудеса? Если ещё увижу открытую бутылочку свежего молока, задумаюсь, кто же из нас сошёл с ума, я или этот безумный мир?»

Не подавая виду, насколько поражён этой, в общем-то, обыденной картиной с домашним колоритом, сел за её столик. Принеся с собой чашку с чаем и тарелку с яичницей, зелёным горошком и сосисками. Откинувшись на спинку стула, с наслаждением вытянув ноги, прикрыл глаза. Сделав глоток обжигающе горячего чая, лениво поинтересовался.

— Что пишут?

Бросив на меня косой взгляд, улыбнувшись одними уголками губ, француженка поведала о крупной автомобильной аварии в Бирмингеме. На что я, глубокомысленно покачав головой, заметил, что, спровоцировавший её, водитель наверняка был пьян. А ещё, он купил права. Прямо убеждён в этом. Ворчливо пожаловавшись на коррупцию и безалаберность некоторых автолюбителей, пожелал им долгих лет заключения. Далее последовала новость о повышении цен на пшеницу на Лондонской бирже. О росте акций одной из технологических компаний, выпустившей на рынок новый супер умный холодильник.

— Может, купить акции этой компании? Сделать небольшую инвестицию. Хотя зачем мне холодильник, который умнее владельца? — задумчиво почесал живот. — Лучше уж вложусь в акции компании, по производству микрочипов для видеокарт. Говорят, у них доходность выше. Хотя и рисков больше. Что посоветуешь? — поинтересовался её мнением.

Виардо дала довольно дельный совет. Да ещё таким тоном, словно ничуть не удивилась вопросу. С аргументацией и прогнозами. Причём, не отвлекаясь от газеты. Вот кто должен играть в кино. Нужно будет рекомендовать её господину Бейкеру.

— Оу? — удивилась девушка, перейдя к следующей новости. — Надо же. Задержали главного прокурора Бирмингема. За взятку.

— И много взял? — полюбопытствовал, увлечённо разделяя ножом и вилкой сосиску на несколько частей.

Скребя ими по тарелке.

— Пятьдесят тысяч.

— Идиот, — резюмировал, услышав подробности. — Мало того, что продешевил, так ещё и продемонстрировал отсутствие вкуса. Ну кто, скажи на милость, берёт взятки наличностью, в коробках из-под обуви? Если брать, так миллион, чтобы было чем поделиться с верхними чинами и откупиться от нижних. А так, ни себе, ни людям. Спалился из-за пары обуви. Ну что с дурака взять? — разочарованно вздохнул.

— Ещё пишут, что скоро в Бирмингеме будет концерт группы…

Не слушая Виардо, посмотрел в сторону сдавленно хихикающей Холли, сидевшей за соседним столиком. При этом смотрела леди Филлипс не на нас, а на стоявшую рядом Ханну, приоткрывшую рот и вытаращившую глаза. Державшую в руках поднос со своим завтраком. Оценив её реакцию, пряча веселье, невозмутимо отодвинул стоящий рядом стул.

— Что стоишь, как неродная? Присаживайся. Так сколько они планируют собрать народу? — уточнил у Виардо, переключая на неё внимание.

Постаравшись, чтобы голос не задрожал. Француженка, проявив великолепную выдержку и актёрское мастерство, я-то видел, что ей тоже стало весело, как ни в чём не бывало, продолжила наш «кухонный разговор о погоде». Сев рядом, Ханна с несколько пришибленным видом наблюдала за нами до тех пор, пока прошедшая мимо и не занявшая ещё один стул за нашим столиком Збражская, с ехидством её поздравила.

— Чего? — очнулась сестра.

— Говорю, сахар передай, — показала на него полячка.

— Подвинься, — бесцеремонно попросила Збражскую Браунфельс, появившись минутой позже.

— А ты чего там сидишь? — без возражений выполнив требуемое, жизнерадостная полячка удивлённо посмотрела на Филлипс. — Иди сюда. Не бойся. Не будем мы отнимать у тебя еду. Хотя, за Браунфельс ручаться не стану. У неё и руки длинные, и желудок бездонный.

— Сейчас по лбу дам, — беззлобно предупредила немка языкастую соседку, облизывая ложку.

— Да у вас и так там места мало, — неуверенно ответила Холли.

— У Йохансона колени свободны, — подколола её Збражская.

— Но-но-но, коленки Эрика заняты, — сурово возразила Ханна. — Доступ к ним только через меня. И через терминал оплаты, — добавила спустя секунду, вызывая за столом смех.

Когда подтянулись и другие члены команды, включая тренера и мистера Вилсона, мы просто сдвинули столы вместе, превратив скучный завтрак в нечто более весёлое и приятное. Создав непринуждённую, дружескую атмосферу, которая благотворно влияла на собравшихся, улучшая наше настроение. После плохих новостей нам это было просто необходимо. Проблемы сразу стали казаться более мелкими, отодвинувшись куда-то на задний план.

— Доброе утро и приятного аппетита, — вежливо пожелал вошедший в ресторан майор Милтон.

Уставший, не выспавшийся, в мятой форме и с мешками под глазами.

— Благодарю, — кивнул ему, стараясь подавить раздражение.

Чувствую, ничего хорошего нам визит майора Милтона не принесёт. А ведь так хорошо сидели. Хотя его можно понять и даже пожалеть. Работа нервная, подчинённые бестолковые, наёмники, вроде нас, редкие…, пусть будет, самородки.

— Присоединитесь? — предложил, показывая на свободное место.

— Спасибо. Я уже столько кофе выпил, что оно скоро у меня из ушей польётся. Могу я узнать, когда вы освободитесь? — он проявил удивительную тактичность.

Внушающую опасения, что меня хотят сильно расстроить.

— Смотря для чего, — не стал спешить с ответом.

Краем глаза заметил, как едва заметно сместился мистер Вилсон, контролируя обстановку.

— Если не ошибаюсь, вы ведь владеете медицинскими навыками? Довольно впечатляющими, как мне сказали. Дело в том, — он сразу перешёл к делу, — что магистра Каннингема ещё ночью хотели отправить на лечение в Лондон. В больницу Кларенца, специализирующуюся на лечении травм и болезней, связанных с эффектом Авроры. Лучшую в стране. Его семья очень беспокоится о здоровье сэра Питера, — майор Милтон нервно протёр лоб платочком. — Однако, к большому изумлению Его Светлости, герцога Сассекского, ему порекомендовали обратиться именно к вам.

«Ух ты ж как», — поразился скорости получения нужной им информации, которая, вроде как, не должна лежать в открытом доступе.

Любопытно, почему в это дело решили впутать меня? Сомневаюсь, что я обладаю высоким уровнем доверия у герцога Сассекского. Более того, до этого момента был совершенно уверен, что никто не рискнёт обратиться к неизвестному, столь юному целителю, без лицензии, да ещё менталисту. Посчитав слухи обо мне необоснованными, а риск, неоправданным.

— Могу я узнать, кто порекомендовал? — поинтересовался в воцарившейся тишине, стараясь не замечать ошарашенного взгляда Ханны.

— Уважаемые люди, к мнению которых Его Светлость прислушивается. Подробностями со мной, естественно, никто не делился, — в его голосе послышалась хорошо различимая ирония.

— Ну что ж, посмотреть на магистра Каннингема я могу. Это не трудно. Но, ничего не гарантирую, — сразу отказался от обязательств.

Майор понял меня правильно.

— Спасибо. Буду признателен. Большего и не прошу. Меня попросили лишь привести, а не договариваться. Думаю, с этим они справятся сами, — зоркий майор Милтон посмотрел на правую руку Збражской, в которой та держала вилку, орудуя ей совершенно свободно.

Похоже, персонал пустующей гостиницы, в которой мы являлись единственными постояльцами, уже успел доложить об этом куда нужно.

Поднявшись из-за стола, извинился перед девушками за вынужденный отъезд. С собой взял только мистера Вилсона, для подстраховки. Оставив мисс Фаулер приглядывать за ученицами, которые обязательно во что-нибудь вляпаются, если их оставить одних. Как говорил отец, — «опаснее неумелого моряка, только бездельничающий.»

Пока ехали, спросил у майора Милтона, как дела на фронте? И сохранился ли он вообще?

— По сути, фронта уже нет. Оба баронства понесли серьёзные потери. У нас осталось достаточно сил только для защиты родовых земель. Сейчас решается вопрос, что лучше, договориться о генеральном сражении или дотянуть до конца срока войны, согласившись на ничью? В этом случае баронства окажутся не только сильно ослаблены, ничего не добившись, но и разорены. Можно ещё подождать, надеясь на то, что противник совершит серьёзную ошибку. И как только это произойдёт, нанести ему добивающий удар. Пока же перевес сил в пользу Бартонов. Как и инициатива на их стороне поля.

— Думаете, они в скором времени предпримут ещё одну попытку закончить войну одним ударом? Добив Невиллов, — назвал самый напрашивающийся вариант.

— Сложно сказать, — майор не стал давать однозначного ответа. — Им тоже нужно время восстановить силы и перегруппироваться. Кроме того, магистр Каннингем удерживает их от опрометчивых действий. Бартонам лучше дождаться, когда его отсюда заберут, свалив всю вину на итальянцев, чем подставляться под месть герцога Сассекского. Да и король будет сильно недоволен, если нашего гения случайно прибьют в госпитале, воспользовавшись его беззащитным состоянием. Одно то, что он может остаться калекой, уже заставляет графов Стаффордшира и Уорикшира бояться последствий. Бартонам и Невиллам терять-то особо нечего. Они тут выступают скорее разменными фигурами в чужой большой игре, а не её организаторами, что прекрасно понимают.

— Тогда с чего вообще Питеру Каннингему позволили рисковать жизнью в этом болоте? — удивился, не видя для этого причин. — Не в обиду будет сказано о Норт-Уорике, — вспомнил, что майор отсюда родом.

— Мальчик должен был возмужать и пролить кровь, чтобы в будущем стать грозной опорой своей семьи. Бартонам в этом отношении просто не повезло. На их месте мог оказаться кто угодно. Также, я полагаю, успехи сэра Питера на поле боя должны были стать показателем его ценности, что благоприятно сказалось бы на будущих соглашениях с Каннингемами. Для них это рекламная кампания, если хотите. А для самого сэра Питера, испытание. Или экзамен, если хотите.

— Тогда почему Каннингемы не прислали вместе с ним больше высокоранговых бойцов? Где рыцари Сассекса?

Майор Милтон усмехнулся.

— Насколько я понимаю, Его Светлость хотел, чтобы сын добился победы с невыгодных позиций, находясь на слабейшей стороне. Тогда её результаты стали бы намного более ценными, принеся Каннингемам настоящую славу, а не купленную или нарисованную в газетах. Они же из военной аристократии. Им нужно держать планку на определённой высоте. Однако, всегда проще сказать, чем сделать, — привёл поговорку, имея в виду, что не все планы реализовывались так, как задумывались. — Теперь у Бартонов серьёзные проблемы. С одной стороны, они в своём праве, защищая свой дом. С другой, родная кровь для Каннингемов не водица. Так что теперь всё зависит от того, что будет дальше с сэром Питером. Поскольку разведка у Бартонов работает, не удивлюсь, если сегодня в Норт-Уорике будет необычайно мирный день, а на госпиталь побоятся гадить даже птицы.

Подъехав к роскошному особняку, отведённому под персональную лечебницу сэра Питера Каннингема, убедился в этом собственными глазами. Он охранялся такими силами, что птицы облегчали желудки от страха ещё на подлёте. Судя по цветам фантомных доспехов, рыцарями Сассекса, прибывшими ещё ночью, именно для этой цели.

Герой битвы при Тамуорте выглядел вполне неплохо, учитывая, через что ему пришлось пройти. С угрюмым выражением лица он сидел в кресле, недовольно разглядывая стоящий рядом костыль. Вместо больничной пижамы, предпочтя классический костюм. Демонстрируя этим, что он не настолько слаб и сломлен духом, как об этом могли подумать. Проявляя аристократическую гордость. Учитывая стоящие на столе лекарства, помогающие при энергетическом истощении, для снятия болей, различные таблетки и ампулы, легко можно было понять, что, даже проиграв сражение и отступив с поля боя, он сделал это достойно. Не буду скрывать, Питер мне не нравится, но это не повод насмехаться над ним или относиться к парню пренебрежительно. Как и лицемерить. Он доказал, что не был трусом. Поэтому пройдя несколько постов охраны, я вошёл в его комнату с бесстрастно-серьёзным выражением лица.

Помимо Питера в импровизированной больничной палате, больше похожей на гостиничный номер в дорогой гостинице, присутствовал статный мужчина в ливрее дворецкого и красивая, довольно молодая женщина в вечернем платье, с накинутым на плечи коротким, меховым жакетом.

— День добрый. Меня зовут магистр Йохансон, — представился первым. — Меня попросили проверить состояние уважаемого магистра Каннингема. Оценить, смогу ли я ему помочь. Если не ошибаюсь, это ведь вы обратились с такой просьбой? — вопросительно посмотрел на невозмутимого дворецкого и хмурую женщину.

А то, как бы не вышло — «спасибо за помощь, но мы её не просили. Всего хорошего».

— Я дворецкий рода Каннингемов, Грегор Сайтон. Мой господин попросил позаботиться о лечении его сына. Вы, наверное, уже слышали о том, что с ним произошло? — уважительно осведомился мистер Сайтон.

Дождавшись подтверждения, мужчина продолжил.

— Это я попросил майора Милтона пригласить вас на обследование юного господина. Простите, что не приехал с этой просьбой лично. У меня возникли неотложные дела, — он склонил голову, принося свои извинения.

Только из вежливости, не более того. Беря на себя всю ответственность. Длинноволосая брюнетка, судя по схожим чертам лица, близкая родственница Питера, продолжала молчать, пристально меня разглядывая. В отличие от Его Светлости, сомневаясь, что я здесь нужен. По глазам вижу, не доверяет. Питер же встретил меня со сложными чувствами. Почему-то одновременно и с раздражением, и с затаённой надеждой, и с облегчением, и с опаской?

Уважительно кивнув женщине, попросил Питера раздеться до трусов и лечь на кровать. Пока он выполнял указание, женщина с подозрительностью спросила.

— А вы точно доктор, магистр Йохансон?

— Нет, — с улыбкой ответил, не тратя время на размышления.

— Но вы можете помочь Питеру? — уточнила, несколько опешив от такого резкого ответа.

— Вероятнее всего, да. Если только не попросите немедленно покинуть эту комнату, что с радостью и сделаю. Поверьте, меня оторвали от гораздо более приятного времяпрепровождения, чем лечение больных. От чего с удовольствием бы отказался, поскольку не люблю этим заниматься. Не моё призвание. Но из уважения к Его Светлости, посчитал необходимым откликнуться на просьбу… мистера Сайтона, — сделал небольшую паузу, выразительно посмотрев на собеседницу.

Давая понять, что я ей не слуга и ничем не обязан. Так что хамства и наглости не потерплю. Это Каннингемы выступают в роли просителей, а не наоборот. В то же время я не собираюсь быть безрассудным, чтобы не испортить отношения с герцогом Сассекским. Без веской причины. Своим приездом показал готовность пойти ему навстречу, но только, если он сам этого захочет, по достоинству оценив мои старания.

— Но ведь, как менталист, вы можете использовать свои способности не только для лечения, — напрягшись, уточнила женщина, частично открывая причины своего беспокойства. — В том случае, если оно даже окажется успешным. Что далеко не факт. Воздействие А-поля на организм опасно и непредсказуемо. Печальная статистика, к сожалению, внушает мне тревогу.

— Поэтому я предпочитаю статистику не смотреть, чтобы не портить себе настроения. Так мне приступать к осмотру? — слегка наклонил голову набок, вопросительно на неё посмотрев.

Спрашивая разрешение. Она на пару секунд замешкалась, что-то быстро обдумывая.

— Какие вы можете дать гарантии того, что состояние моего сына не ухудшится, вы не повлияете на него ментальными приёмами и не узнаете больше положенного, а также не зайдёте дальше необходимого? — увязала всё в один громоздкий вопрос.

Выдав его на одном дыхании. Видно, что готовилась к моему приезду, оценивая все его плюсы и минусы.

— Никаких. Теперь понимаете, почему я не люблю заниматься лечением пациентов? Мне никто не верит, — огорчённо развёл руками. — Меня боятся. Приходится пропускать через себя чужую боль, неприятные воспоминания и негативные эмоции. Копаться в чужом грязном белье. Подвергать себя опасности. Выслушивать гадости. И ради чего? Чтобы меня до конца жизни подозревали в том, в чём вы уже подозреваете, хотя я ещё ничего не успел совершить? Мило, правда? Поэтому могу предложить только два варианта. Либо вы мне верите, либо ищете другой способ помочь своему сыну. Я ни в коем случае не настаиваю на своей кандидатуре, исключительности или гениальности. И чтобы избежать повторения подобных ситуаций в будущем, предупреждаю сразу, мои услуги стоят очень дорого.

Пусть так и передаст тем, кто будет обращаться к ней с вопросами. А то, что такие появятся, даже не сомневаюсь. Поразмыслив над моими словами, она снова села в кресло, признавая поражение в споре. Точнее, правильно расставив приоритеты.

— Прежде, чем продолжим беседу и дойдём до договора, — интонацией дала понять, что это не просьба, — который устроит обе стороны, для начала проведите осмотр моего сына. Скажите, на что мы можем рассчитывать? А то, вполне возможно, я слишком сильно забегаю вперёд, в чём нет никакой необходимости. В конце концов, к нашим услугам лучшие доктора Британской империи. Если понадобится, я могу найти для Питера и гораздо лучшие варианты лечения. В этом вы, безусловно, правы.

Не стал говорить о том, что я это и так знаю. Но, не всё так просто. По пути сюда заметил нескольких известных докторов, чьи фотографии печатались в медицинских журналах, появившихся здесь явно неслучайно. Я был далеко не первым и не единственным приглашённым «врачом». И раз уж до меня дошла очередь, значит, не так уж и много вариантов у госпожи Каннингем, как она пытается представить.

Проведя тщательный осмотр Питера, не обращая внимание на дворецкого, следящего за каждым моим шагом, чуть ли не дыша мне в затылок, вернулся к госпоже Каннингем. Теперь она уже с трудом скрывала свою тревогу и волнение. Могу её понять. Даже не учитывая заботу о родном ребёнке, если Каннингемы потеряют своего выдающегося юного магистра, ставшего их гордостью и символом могущества, под которого уже наверняка заключена куча соглашений, не исключаю, что и брачных, то они получат сокрушительный удар, от которого оправятся весьма нескоро. Тут уж не до привередливости. Если потребуется, обратятся и к «гоблинам», и к народным знахарям, и к африканским колдунам, лишь бы это помогло. В чём правительство окажет им полную поддержку. Возможно, не афишируя своего участия, чтобы избежать обвинений в предвзятости.

— Я могу вернуть чувствительность его ноге, а также убрать повреждения нейроузлов. Теперь я вас слушаю, — с удобством расположился в кресле напротив госпожи Каннингем, закинув ногу на ногу и сложив руки на коленях.

Предвкушающе улыбнувшись. Надеюсь, я умею договариваться и не покажусь им излишне наглым.

* * *

Неторопливо кушая вот уже четвёртое пирожное, Ханна услышала за спиной быстрый топот. Удивлённо обернувшись, увидела сильно взволнованного Эрика. Добежав до центра гостиной, он громко похлопал в ладоши, привлекая к себе внимание.

— Отряд, быстро собираемся и покидаем город. На всё про всё у нас десять минут. Хотя, нет, много. Пять. Но, чтобы управились за три! Бегом, бегом, бегом. Шевелите задницами! — приказал, переходя на командный тон.

Наверняка так выразившись для того, чтобы придать своим словам большую убедительность и серьёзность.

— Берите только самое необходимое и оружие. Опоздавших я лично…, — заметив выражение лица мисс Фаулер, Эрик подавился дальнейшими словами, а Ханна пирожным, вторую половину которого выронила из внезапно ослабевших рук, даже не заметив этого.

— Ты чего натворил? — побледнела Збражская, боясь себе это представить.

Сорвавшись с места, Браунфельс бегом умчалась в свою комнату. Виардо, проводив её удивлённым взглядом, растерянно переглянулась с Холли.

— Скажи, что ты сейчас пошутил? — неестественно спокойным голосом попросила прищурившаяся мисс Фаулер.

— Какие к чертям шутки! Нам нужно торопиться, пока не стало слишком поздно. Сейчас же! — завопил теряющий терпение Эрик, посмотрев на часы.

Ханне захотелось срочно схватиться за волосы и сказать напрашивающееся, — Аааааа…!!!

Глава 12

От осуждающе — недовольных взглядов обидевшихся девушек у меня уже спина чесалась. И ведь на протяжении второго часа не прекращали упорно сверлить во мне «дыры». Наверняка ещё и мысленно обзывая. И откуда у них столько терпения? Знают же, как это раздражает. Какие мстительные и дружные ученицы меня окружают, аж слеза умиления на глаза наворачивается. Подумаешь, произошло «маленькое» недоразумение. Что ж теперь, Эрика живьём съесть? Судя по всему, именно на это они и нацелились. Да ещё проявив удивительное единодушие.

Не удержавшись и посмотрев назад, увидел насупленные лица Виардо, Збражской и Ханны. Сидевших в автобусе с видом, — «Я обиделась и больше с тобой не разговариваю. Даже не подходи. Слышал? Не разговаривай со мной! Что молчишь? Иди сюда и вымаливай прощение, собака. А то хуже будет.» Такое впечатление, что этому приёму где-то учат. А может, это генетическая память, просыпающаяся в каждой женщине? Что-то вроде заводской настройки, выставленной по умолчанию.

Сидящая в соседнем ряду мисс Фаулер заметив наши переглядывания, безжалостно сообщила.

— Сам виноват.

— В чём? — возмутился столь несправедливому отношению.

— Нужно было яснее выражаться. И не начинать объяснения с конца. Подгоняя нас, будто начался пожар.

— Так времени не было проводить совещание, — оправдался. — Расписание маршрутов от меня не зависело.

— Мы так и поняли. А ещё, сами додумались до причины такой спешки и паники, — упрекнула мисс Фаулер, голосом давая понять, что она на стороне своих учениц. — Чего ты, как командир, должен был избежать, — перешла на поучительный тон.

— Кто же знал, что вы такие нервные? — огорчённо вздохнул, смиряясь со случившимся.

Пусть не вслух, но про себя признавая, что действительно сглупил. Несколько минут, потраченных на объяснения, моим планам бы не помешали.

Дело в том, что из головы Питера Каннингема мне удалось извлечь важную информацию, имеющую ограниченный срок достоверности. И при этом, имеющую очень большое значение. Способную повлиять на исход текущей войны.

Как майор Милтон и полагал, герцог Сассекский не оставил произошедшее без последствий. Питеру сообщили о целых трёх планах Его Светлости, зависящих от итогов моего визита. Если бы тот не принёс результатов, сэра Питера немедленно бы забрали в центральную Лондонскую больницу. Для чего уже был подготовлен вертолёт, стоявший на заднем дворе. После чего карательный отряд, ещё ночью прибывший в Норт-Уорик и задним числом якобы нанятый на службу покойному барону Харви Невиллу, в этот же день должен был вырезать и Бартонов, и итальянцев, и всех, кто принимал участие в нападение на магистра Каннингема. Не только в качестве мести, но и послужив предупреждением для всех остальных, что так поступать нехорошо.

Если бы мне удалось полностью устранить все негативные последствия, от которых страдал сэр Питер, то этот карательный отряд он и должен был бы возглавить, повторив вышеописанную процедуру. Но это назначение предназначалось только для создания видимости, чтобы реабилитировать его поражение. Применять собственную силу при штурме Тамуорта ему категорически запрещалось, чтобы не напрягаться после лечения. Это требовалось для реализации сценария, — «Я вернулся, чтобы отплатить вам за своё унижение и закончить эту глупую войну. Став её единственным героем.»

Третий вариант плана предусматривал полный отказ от участия в продолжении этой войны. Попытаться договориться с графом Стаффордшира, поддерживающим барона Тамуорта, о кое-каких уступках с его стороны. Чтобы сохранить лицо. Однако уже к моему приезду стало ясно, что этот вариант провалился. Граф сделал вид, что он тут ни при чём, отказавшись разговаривать с Каннингемами. За что его теперь собирались наказать, реализовав один из первых двух сценариев.

У каждого слоя этого плана имелось второе, третье, а то и четвёртое дно, о чём Питеру сообщать не стали. Предупредив, что дальнейший ход событий его не касается. Однако он умный «мальчик» и сам обо всём догадался, не став задавать лишние вопросы.

После того как я поработал с магистром Каннингемом, у меня сложилось впечатление, что война «Ромео и Джульетты» началась не без помощи его семейки, преследующей какие-то свои цели. Кроме того, к конфликту между баронами приложил свою руку и ещё кто-то, действуя очень осторожно, издали. Всё время оставаясь в тени. Питер об этом подозревал, поэтому боялся, что я обо всём узнаю, если прочту его память. Не говоря уже о страшных «секретах», свойственных многим парням в период полового созревания. А ещё, он сильно не хотел делиться своим мнением обо мне? Составив его ещё до нашей первой встречи. И правильно делал, поганец. Я ему ещё покажу, кто из нас зелёненький кузнечик. Кто выскочка и кто плебей. Кто из нас смазливый мальчик, пробившийся наверх через «постельные связи». Кто перетрахал… Впрочем, об этом не будем.

А ещё, видите ли, единственная женщина — рыцарь, включённая в окружение магистра Каннингема, уж не знаю из каких соображений, меня похвалила. При нём! Нашла симпатичным. Порадовалась возможности поработать вместе. Ух, как он тогда был зол.

Кроме того, сэр Питер завидовал, что вокруг меня вьётся столько симпатичных девушек, а вокруг него, не считая этой женщины, не обращающей на магистра «того самого» внимания, только брутальные мужики. Он считал это несправедливым.

То-то я удивлялся, что сэр Питер так странно на меня реагировал. Правда, вылечиться он хотел сильнее, боясь на всю жизнь остаться калекой, так что его страхи разбавились отчаянной надеждой и капелькой смирения. Всё же сила воли у магистра Каннингема присутствует, признаю. Поэтому вслух он не сказал мне ни одного плохого слова. Вёл себя подобающе. И даже был по-настоящему благодарен.

Гораздо больше хлопот в плане общения доставила его мамаша. Она с меня «не слезла», пока мы не договорились по большей части на её условиях. Теперь понятно, почему Питер так послушно вёл себя в её присутствии. В памяти юного магистра хранилось много воспоминаний, как леди Ванесса его воспитывала. Странно, почему он ещё не стал гроссмейстером и не сбежал в Новую Зеландию. Подальше от дома. Наверное, потому что несмотря ни на что, любит своих родителей.

— И всё-таки ты псих. Нужно исключить тебя из команды, — сказала мисс Фаулер, прерывая мои размышления.

— И взять в неё меня, — подсказала сзади Ханна, устав молчать. — Уж я-то не предложу настолько идиотского плана, — назвала своё главное преимущество.

— Нормальный план, — возразил. — Зря вы придираетесь.

— Ага. Гриффин он бы понравился, — подсказала ехидная полячка, присоединившись к нападкам на меня.

Думаю, из спортивного интереса и по привычке. А ещё, ей тоже надоело сидеть молча.

— Не напомнишь, почему её с нами нет? — задала она коварный вопрос.

Зная о месте и времени штурма резиденции барона Тамуорта, который в этот раз Бартонам не отразить, герцог знал, кого отправлять, я решил воспользоваться инсайдерской информацией. Утереть высоко задранный нос сэра Питера, использовав его в качестве отвлекающего манёвра и приманки. Поскольку магистра Каннингема посещали те же мысли, но с моим участием, можно считать нас братьями по разуму. Так что пусть он не обижается, когда я перехвачу у него звание человека, который положил конец этой войне. Став её героем. Для чего мы уже направлялись в Тамуорт, собираясь захватить в плен семью Бартонов. Гениальный план. Сам себя не похвалишь, никто ведь не догадается.

Это было вовсе не спонтанное решение. Я уже давно задумал скрытно проникнуть в Тамуорт, ещё до атаки нефтебазы. Именно тогда отправив группу Брины в соседнее баронство. Предварительно убедившись, что противник не обладает о ней информацией. Сосредоточив своё внимание только на операторах силового снаряжения, недооценивая всех остальных. И очень даже зря.

Попросил Брину найти для нас лазейку в их город? Осмотреться в нём и, если всё в порядке, подготовиться к нашему прибытию. В то время ещё не догадываясь, что позже, захваченный в плен, паладин Чёрных воронов существенно облегчит эту задачу. Ведь он знал, где находится тайное укрытие Бартонов, в котором барон прятал свою семью. Пару раз паладин сопровождал туда его жену, отвечая за охрану леди Инес. Итальянцам барон Тамуорта не слишком доверял.

На мою удачу мистер Джордж Валентайн оказался человеком подозрительным и осмотрительным. Он запомнил в этом бункере расположение ходов, ловушек, коды сигнализации, количество охраны, посчитав эту информацию совсем не лишней. Вот только пригодилась она не ему, а мне. С учётом того, что карательный отряд Сассекса собирался штурмовать официальную резиденцию Бартонов, в которой сейчас обитал только сам барон Тамуорта, эти сведения пришлись как нельзя кстати. Можно сказать, на моём плане «сошлись звёзды», подталкивая к его выполнению. Указывая, что иначе я упущу счастливую возможность, о которой долго буду жалеть.

Если у нас всё получится, то идеально сложится великолепная комбинация, решающая сразу несколько задач.

Во-первых, удастся щёлкнуть по носу сэра Питера, показав, что со мной стоит считаться. Что я вовсе не мерзкое насекомое.

Во-вторых, члены моего отряда заработают не только деньги, но и славу. Должен же я отплатить им за то, что они за мной пошли? Доверились. Рисковали жизнями. Если не прослыву удачливым и щедрым вожаком «школьной банды», то в следующий раз на мой клич отзовутся только чайки.

В-третьих, объявив семью Бартонов своими пленниками, я спасу их от расправы. Получу возможность обменять на щедрый выкуп от графа Стаффордшира, чем окажу тому большую услугу. Мне с ним вражда не нужна. Вместе с этой войной она должна закончиться.

В-четвёртых, поставив точку в этом конфликте, я выполню договор с Мэнсфилдами, заработав обещанные бонусы. Кроме того, поскольку именно они прислали меня на помощь Невиллам, то такая победа в войне частично станет и их заслугой, принеся немалые репутационные дивиденды. Они смогут гордо заявлять — «Если бы мы не пригласили магистра Йохансона, приложив для этого титанические усилия, то…» Таким образом, Мэнсфилды отнимут эту привилегию у Сассекских, которые пришли сюда мутить воду. Играть на чужом поле в свои игры. Что графу Уорикшира явно пришлось не по душе. Пускай для него это мелочь, но приятная.

В-пятых, позволив Каннингемам получить голову барона Бартона, на которую я не претендую, этим не только избегу их обид, но даже окажу услугу. Вряд ли сэр Питер поймёт, в чём она заключается, но вот его отец, а возможно, и мать, скорее всего, догадаются. Ведь убив барона, перед ними встанет непростой вопрос, что делать с его семьёй? Убивать женщин и детей, ну такое себе сомнительное деяние. Тем более, после полного излечения сэра Питера. Подобная «слава» Каннингемам не нужна. У них ведь нет прямой вражды или кровной мести с Бартонами, чтобы заходить настолько далеко. Это скорее в духе китайцев — «Сэр, вы косо посмотрели в мою сторону, поэтому я вырежу весь ваш род до десятого колена, включая слуг и домашних животных. Даже рыбок в пруду не пожалею.» Кто после такого захочет иметь дела с «кровавыми палачами»? Если же Каннингемы передадут семью барона Тамуорта новому барону Норт-Уорика, то станут не убийцами, а соучастниками убийства. Не сильно большая разница. Захватить их ради выкупа будет выглядеть слишком мелочно и неоднозначно. Представляю себе заголовки газет — «Герцог Сассекский, открывший охоту на баронов ради денег. Неужели финансовые дела у него настолько плохи?»

В-шестых, в случае успеха этой операции я смогу заработать четырежды. Мне заплатят Торнтоны, Бартоны, Мэнфриды и уже заплатили Сассекские. Причём, как бы не больше всех остальных, вместе взятых. Оказание уникальных услуг, да ещё подкреплённых глубинными страхами их покупателей, весьма выгодное занятие. Подумав об этом, на секунду ослабил контроль над своим маленьким, внутренним «гоблином». С выражением коварства на лице и алчным блеском глаз злодейски захихикал, кокетливо прикрывая рот ладошкой, — Кши-ши-ши-ши-ши.

— Йохансон, если ты ещё раз так сделаешь, клянусь Богом, я остановлю автобус и сойду прямо посреди дороги, — поёжившись словно от холода, пригрозила мисс Фаулер.

Глядя на меня с непонятным напряжением и подозрением. На всякий случай отодвинувшись подальше.

— Может, Бедфорд позвонить? На всякий случай, — тихонько предложила занервничавшая Збражская.

— Не нужно. Всё обойдётся. Наверное. Надеюсь, — с каждым словом голос Ханны звучал всё более неуверенно.

— А ты, что там губами шевелишь? — подозрительно спросила полячка, посмотрев на немку.

— Молюсь. Не отвлекай, — невозмутимо ответила Браунфельс, не поворачивая головы.

Не знал, что она умеет так тонко троллить с серьёзным выражением лица. Нужно ли говорить, что её ответ ничуть остальных не успокоил.

— Сестра, ты уверена? — забеспокоился Алан о своём бесценном «сокровище».

— Не сходите с ума. Магистр Йохансон просто шутит. У него хорошее настроение, а значит, всё будет нормально. Это он так пытается вас взбодрить. И припугнуть, чтоб не забывали про осторожность, — с искренней убеждённостью заявила «адвокат дьявола».

— Я бы с тобой согласилась, — с усмешкой посмотрела на неё мисс Фаулер, если бы не одно НО. Ты слишком плохо знаешь Йохансона. Поэтому счастлива в своём неведение.

— Не слушай её, — тоже обернулся к Холли, подхватывая «волну». — Она на меня наговаривает. Я хороший. У меня даже доказательства есть.

— Какие? — удивилась наивное дитя из школы Гринвуда.

— Мармеладки. Хочешь, поделюсь? Почти целая упаковка осталась.

Глядя на то, как Холли потянулась за угощением, Збражская с наигранно преувеличенным сочувствием обратилась к Алану.

— Ну всё. Не уберёг сестру. Жаль. А ведь такая хорошенькая была.

— Меня больше интересует, почему ты решил выдать нас за школьную команду по плаванию из Кембриджа? Направляющуюся на соревнования, — поинтересовалась Ивон, плавно меняя тему разговора.

— Ну, а за кого ещё нас выдавать? — удивился, отдав Холли мягкие конфетки, в виде маленьких, цветных зверушек. — За бригаду строителей? Вы школьницы? Плавать умеете? Состоите в одной команде? В чём проблема? К тому же, одна моя длинноухая подруга, опытный пользователь ПК, за полчаса клавиатурным колдовством сделала нам убедительную легенду. Внеся куда нужно соответствующие записи.

— А то, что у нас не те документы? — поинтересовалась неугомонная Збражская.

— Это мои проблемы, — заверил, не моргнув и глазом.

— У них нет купальников, — добавила недовольная Виардо, вроде как, приходя ей на помощь, а на самом деле, выделяя то обстоятельство, что у неё-то он есть.

— А это уже их проблемы. Я давно говорил, что вам нужно обзавестись приличными, школьными купальниками, — осуждающе напомнил.

— Вот с…амец, — восхитилась полячка. — У твоего брата какое-то нездоровое пристрастие, — доверительно пожаловалась Ханне, наклонившись к ней поближе, прикрывая рот ладонью, но не приглушая голоса.

Ханна молча достала записную книжку, в которую сделала какую-то запись. Чтобы её закончить, ей пришлось, облизнув палец, перевернуть страницу.

Использовав несколько уловок, мы добрались до Тамуорта. Несмотря на ворчание и угрозы, девушки великолепно отыграли свою роль, изображая не тех, кем они являлись. И хотя страха мои спутницы не показывали, но благодаря А-полю, я смог его почувствовать. Из-за чего местами немного переигрывали. Хорошо, что полицейский, проводивший проверку, списал их поведение на волнение из-за того, что они, пусть ненадолго, но заехали на территорию воюющего баронства.

Согласно маршрутной карте, Тамуорт мы должны были проехать по окружной дороге, без остановки, направляясь на соревнование в другой город. Да вот только случилась небольшая неприятность. Автобус «неожиданно» сломался. Поэтому «команде по плаванию» пришлось пройтись пешком через лесочек и поле. Свернув не там, где нам советовали, мы быстро забрались в стоящий на обочине фургон с надписью «Хлеб», за рулём которого сидела Брина. Дальше она повезла нас уже по другой дороге и в другом направлении.

Час назад глава стрелкового клуба Святой Анны, имеющая все задатки хорошего диверсанта, пробралась в маленькую, частную пекарню Тамуорта. Там она связала и заперла в подсобном помещении её немногочисленный персонал. После чего, переодевшись в униформу этой пекарни, с хорошо заметным логотипом, взяв все необходимые документы, угнала фургон, на котором осуществлялась доставка готовой продукции. Оставив приглядывать за всем своих одноклубниц, которые должны будут предупредить, если вдруг туда кто-нибудь заявится.

На несколько часов такого прикрытия нам хватит, а больше и не требовалось. Сейчас Брина везла нас обратно к пекарне, где мы должны будем тихонько подождать в машине, не привлекая к себе внимания до начала штурма Тамуорта, о котором пока ещё никто не знал. Неудивительно, ведь даже в самом Норт-Уорике этой информацией располагали только несколько человек, непосредственно связанных с операцией «Возмездие». Поэтому местные жители и власти пребывали в полной уверенности, что они практически выиграли эту войну, уже начиная праздновать победу.

Эта часть плана тоже прошла без сбоев. Ждать пришлось долго, в темноте, пуская слюни под хруст батонов и сдобных булок. Это кое-кто из нас от нервов начал дегустировать продукцию пекарни, захваченную предусмотрительной Бриной. Знающей о том, что мы не обедали. А уж когда она достала термосы с чаем, её чуть не расцеловали. Почувствовав себя забытым и никому не нужным, проворчал, что чуть позже, встав на весы, они с таким же энтузиазмом будут Вилсон уже не хвалить, а ругать. На что мне тут же заткнули рот… батоном.

После того, как началось нападение на город, о чём не услышал бы разве что глухой, я назвал Брине адрес, куда нас требовалось отвезти. К этому времени мы уже полностью экипировались, готовые к проведению собственной операции. Чтобы снизить риски её провала, я вновь планировал задействовать Оракула. Он был нашей страховкой и на случай, если вдруг придётся срочно покидать город, полагаясь на скорость, а не на силу. Оракул поможет проложить самый безопасный маршрут и избежать ненужных встреч. Также он должен был предупредить, если нас обнаружат раньше времени. Его помощь была самым необходимым, ключевым элементом плана.

Вот только я не мог рассказать остальным о том, что благодаря модулю предсказаний, всё будет хорошо. Пришлось придумывать различные отговорки и причины, из-за чего они считали меня сумасбродным, азартным авантюристом, который загонит их всех в могилу.

— Подъезжаем. Нам точно нужно к этому дому? — уточнила Брина, медленно подкатывая к указанному месту.

Наша команда была собрана и в меру напряжена, вот уже некоторое время слушая, как с другого конца города доносятся отдалённые взрывы, раскаты грома и непонятные звуки, похожие на грохот камнепада в горах.

Выглянув в небольшой проход, ведущий к водительскому сидению, присмотрелся к обычному на вид дому типовой застройки. Я сразу его узнал, поскольку уже видел в воспоминаниях захваченного паладина.

— Да.

— Остановиться поблизости от него не получится. Это сразу вызовет подозрения у тех ребят.

Брина кивнула в сторону двух фантомных доспехов, стоящих возле дома. Судя по расцветке и дизайну брони, итальянского производства.

«Откуда они здесь взялись»? — мысленно удивился, чувствуя подступающую тревогу.

А ещё, меня насторожили машины, выстроившиеся у обочины. Такое ощущение, что семью Бартонов прямо сейчас собирались перевезти куда-то в другое место.

* * *

Марко Кавалли, сидя в уютном, хорошо обставленном бункере, вот уже некоторое время испытывал беспокойство, причину которому не находил. Поскольку своей интуиции он доверял, то не стал списывать эту тревогу на разгулявшиеся страхи. Глубоко задумавшийся итальянец тщательно перебирал всю известную ему информацию, пытаясь понять, отчего же у него на душе столь неспокойно? И ведь тревога с каждой минутой только усиливалась. Так не должно быть. Видимо, его подсознание в своих расчётах зашло дальше, чем он сам.

— Всё в порядке? — спросил дядя Бруно, обратив внимание на хмурую задумчивость племянника.

Магистр хорошо знал стратега дома Кавалли, давно уже доказавшего, что его ум сильнее, чем кулаки.

— Нет. Знаешь же, иначе я бы улыбался, а не морщился, — напомнил Марко, отвлёкшись от размышлений.

— Тебя беспокоят эти англичане, что набрались храбрости средь бела дня атаковать резиденцию барона Тамуорта? Так, давай я пойду и разберусь с ними, дорогой племянник, — он уже в третий раз возвращался к этой теме, не желая сидеть в норе, подобно сурку. — Не понимаю, зачем ты попросил меня забрать отсюда леди Инес Бартон с детьми, вместо того, чтобы разорвать наглецов, посмевших напасть на этот город? И как, вообще, узнал об этом месте?

— Присоединяюсь к вопросу, — включилась в разговор сильно недовольная и обеспокоенная происходящим упомянутая особа, не испытывающая желания покидать бункер, вопреки желанию мужа.

— Потому что достаточно кому-то захватить в плен вас и ваших детей, и эту войну можно считать проигранной, — спокойно ответил Марко. — Резиденцию-то мы отобьём. Нападавших ждёт большой сюрприз, если они думают, что им всё о нас известно. Под стенами резиденции встретят достаточно тёплый приём, чтобы обжечься. Хотя с нашей стороны один магистр всё ещё не оправился от ран, что нанесла ему Ледяная ведьма и не сможет действовать в полную силу, это не сильно повлияет на общую ситуацию. Магистр Каннингем, даже если его действительно поставили на ноги, что требует подтверждения, тоже ещё долгое время пробудет «бумажным тигром», пока полностью не поправится.

— Тогда зачем нам куда-то бежать и прятаться? — недоумённо спросил магистр Бруно.

Единственный обладатель столь высокого ранга в экспедиционном корпусе благородного Миланского дома Кавалли. Отряд «Миланская роза» отправил сюда своего стратега, магистра, трёх паладинов и десяток рыцарей, часть из которых удалось скрыть от разведки Невиллов. Грозная сила, по меркам этой маленькой, локальной войны провинциальных Английских «барончиков». Которая, если бы не семейство Каннингемов, давно бы уже закончилась. Однако, Марко намного больше тревожила другая, ещё более неожиданная и непредсказуемая фигура на этой игровой доске. Тёмная лошадка, смешавшая ему все расклады.

— Потому, дорогой дядя, что нужно больше уделять внимания английской прессе, а не только сводкам из штаба и сплетням из курилки. Тогда бы ты знал, что орден «Чёрных воронов», на который мы возлагали большие надежды, не оправдав их, не просто провалил устранение Невиллов, а допустил попадание в плен командующего их отрядом и старшего офицера. Которые, удивительным образом, оказались в Лондоне, под надзором семьи Бедфорд, взявших на себя роль посредников в деле их выкупа.

— И что? — не понял магистр Бруно. — На войне всякое случается. Обосрались Вороны и обосрались. Нам то до них какое дело? Дальше мы и сами справимся. Без посредников, — улыбнулся, посчитав повторение этого выражения, в данном контексте, остроумным.

— А то, что «владельцем Воронов» назван магистр Йохансон, который лично их схватил. И у него наверняка нашлось достаточно времени и возможностей, чтобы их как следует допросить. С учётом его специализации, я допускаю, что нашим врагам теперь известна вся информация об этом бункере. А поскольку магистр Каннингем после встречи с магистром Йохансоном не был отправлен на лечение в Лондон, предпочитаю подстраховаться. Они вполне могли договориться о сотрудничестве. Поделившись друг с другом информацией.

Марко не исключал такого поворота событий, а следовательно, должен был предусмотреть контрмеры.

— Вам, госпожа Инес, — повернулся к баронессе, переходя на почтительный тон, продолжив её уговаривать, — ничего не грозит. Мы не собираемся подвергать вашу семью опасности. Похищать или увозить её за пределы графства. Я прошу лишь выполнить мою просьбу и на время перебраться в другое укрытие. Если хотите, вместе со слугами и телохранителями. Мы даже не станем их разоружать. Упаси господь, — Марко поднял руки, показывая, что выступает против этого. — Ради вашей безопасности я даже попросил о помощи магистра Кавалли. Этим мы показываем величину нашего уважения. И вместо того, чтобы применить силу, сэкономив время, обратите на это внимание, всё ещё используем дипломатию. Что может считаться ещё большим признаком наших добрых намерений? — слегка повысил голос, вынуждая её определяться.

Леди Инес ненадолго задумалась. Не найдя к чему придраться, она уже собиралась согласиться на переезд, как в кабинет без стука вбежал испуганный офицер её мужа. Он сообщил, что в данный момент бункер атакован вражескими рыцарями, которые как-то сумели проникнуть внутрь. Жена барона сильно побледнела, охотно представляя себе последствия этой новости.

— Проклятье. Мы опоздали, — в ту же секунду Марко осознал, что именно его так сильно беспокоило. — Я должен был догадаться, после того, как узнал, что среди штурмующих резиденцию барона Тамуорта нет ни магистра Йохансона, ни его людей. Согласно данным разведки, они выскользнули из-под наблюдения ещё утром, покинув Атерстон.

Марко мысленно укорил себя за столь досадный промах. Сожалея об упущенном времени.

— Всё в порядке, — успокоил его дядя Бруно, став серьёзным. — То, что мы не можем выйти, не подвергая опасности семью Бартонов, вовсе не означает, что они легко смогут сюда войти, как к себе домой. Я сейчас займу длинный коридор и мимо меня не пройдёт никто. Неважно, сколько их там пришло и в каком ранге. Только если не притащат с собой гроссмейстера, что крайне сомнительно. Ну или не начнут рыть землю, пробиваясь к нам сверху. Но на это уйдёт много времени и сил. Наше подкрепление успеет прийти раньше.

— Вы уже сообщили в штаб о нападении? — леди Инес торопливо спросила у офицера.

— Нет. Противник точно знал, где проходит кабель связи, перебив его первым же ударом. Теперь мы отрезаны от внешнего мира. Скорее всего, нас кто-то предал.

— Здесь есть запасной выход? — торопливо спросил Марко у леди Инес.

— Нет, — помрачнев, госпожа баронесса покачала головой.

Магистр Бруно с решительным видом покинул кабинет, не став терять время, а стратег дома Кавалли поспешил в комнату охраны. Оттуда он принялся координировать действия защитников, наблюдая за тем, как отряд противника с лёгкостью вскрывает их оборону. Судя по тому, как оперативно магистр Йохансон реагировал на его команды, связь была уже взломана, поэтому, чтобы не подставлять своих людей, Марко был вынужден замолчать, становясь только наблюдателем. Стискивая зубы от чувства собственного бессилия.

Объединённая тройка рыцарей, грамотно действуя в замкнутых пространствах, попросту подавляла своим А-полем любое сопротивление. Двигаясь с эффективностью бульдозера, выставившего перед собой ковш. Казалось, что этот невидимый вал силового поля неудержим. Его ничто не брало. Если на пути оказывались итальянские или местные операторы А-поля, то их давило и ломало, словно старые игрушки, пущенные под пресс. Бронированные гермодвери вздувало пузырями и вырывало из креплений. Турели расплющивались. К сожалению, помимо дяди Бруно, Марко взял с собой только взвод кавалеристов, нескольких оруженосцев и пару рыцарей. Не учитывая, пока ещё не вступившего в бой, магистра Кавалли, в игру — «Тяни-толкай», с явным преимуществом в силе выигрывал отряд Гоблина.

Бойцов «Миланской розы», операторы А-поля в чёрных, облегающих контактных комбинезонах, с эмблемами «Гоблина», подчёркивающих соблазнительные женские фигуры, при любой возможности старались не убивать, а захватывать в плен. Каким-то образом легко обнаруживая, где те прятались и чем занимались. А также сразу определяя их ранг, что позволяло дозировать силу. С чем произошёл занимательный случай, привлёкший внимание Марко. Отложившего в памяти это событие для дальнейшего вдумчивого разбора.

Дело в том, что один из рыцарей Кавалли, случайно оказавшись в тылу отряда Гоблина, просто тот слишком быстро и прямолинейно двигался по бункеру, напал на девушку, слегка отставшую от основной группы. Кроме неё, он вполне успел бы убить и ещё нескольких вражеских оруженосцев, прежде чем передовая тройка рыцарей магистра Йохансона вернулась бы и прикончила его, однако произошло нечто странное и непредвиденное. Увидев определённо знакомую ей обстановку одной из комнат, вздрогнувшая девушка, растерялась и замешкалась, чем попытался воспользоваться рыцарь Кавалли. Но эффекта неожиданности не получилось.

Отставшая девушка, как и остальные носившая трикотажную маску с прорезью для глаз, будто только этого и ждала. Она резко прыгнула в сторону, перекатом уходя с линии огня. Пропустив над собой режущую силовую волну. Затем, не раздумывая, применила приём «силовой толчок», да только целясь не в, предусмотрительно выставившего силовой щит, рыцаря Кавалли, а в потолок, в паре метров перед ним. Силовая волна, под углом отразившись от бетонной поверхности, прошла над верхней кромкой невидимого щита, имеющего круглую форму. Словно отскочивший вниз теннисный мячик, она самым краем задела голову рыцаря, чуть не сломав ему шею. Мужчина был вырублен с одного удара, потеряв сознание. Всего на секунду, не успев следующим силовым приёмом размазать лежащую на полу девушку.

Это чудо везения позволило оруженосцу, упустившему право первого хода, одним ударом вырубить противника, превосходящего её во всём. В ранге, опыте, возрасте, да даже в физической силе и росте. Поднявшись на ноги, девушка сноровисто сняла с рыцаря пояс силового снаряжения, обретая над ним полное превосходство. На чём не остановилась, пластиковыми хомутами стянув ему за спиной руки и связав ноги.

Марко пока ещё не понимал, что именно его в этой сцене насторожило, но чувствовал, что что-то в ней не так. Дав себе слово позже над этим поразмыслить. В спокойной обстановке. Уж слишком девушка уверенно вела себя. Если бы он знал, в каком шоке пребывает Виардо, для которой сбылось одно из предсказаний Эрика, сделанное прямо перед нападением Чёрных воронов на Атерстон, то удивился бы куда сильнее. Француженку, испытывающую запоздалый страх смерти, с которой она разминулась буквально в нескольких сантиметрах, начало потряхивать от запоздалого осознания случившегося. Ошеломлённая Виардо задавалась вопросом, откуда Эрик ещё тогда мог знать детали того, что произошло только сейчас? Его дурацкие туманные намёки и советы она расшифровала в тот же день, но не придала им большого значения. Однако, если бы подсознание не подсказало, что нужно делать, то… девушка нервно поправила сдавивший горло воротник контактного комбинезона.

Марко ожидал, что, когда враг доберётся до коридора, перекрытого дядей Бруно, то ситуация изменится в лучшую сторону, однако его ждал очередной неприятный сюрприз. Магистр Кавалли с какого-то перепугу решил изображать мраморную статую. Девушки в чёрных комбинезонах просто прошли мимо него! Не замедлив шага. Походя сняв с дяди Бруно пояс. Оставив присматривать за ним одного оруженосца, которая принялась сноровисто связывать внезапно ослепшего, оглохшего и, не иначе, уснувшего магистра. Никакого эпического сражения так и не произошло. Теперь победа захватчиков не подлежала сомнению.

Марко, чувствуя себя словно в страшном сне, пытался понять, как же так всё обернулось? Да ещё за такое короткое время. Разрушив его грандиозные, многоэтажные планы, подобно карточному домику. Догадаться о том, чему он только что был свидетелем, для него трудов не составило. Это привело стратега дома Кавалли к леденящей душу мысли, начинающейся с простой фразы, — «Я слишком много знаю». Попасть в руки чудовищно сильного менталиста, как показал пример дяди, ему нельзя ни при каких обстоятельствах. Выбитый из равновесия Марко, чувствуя долг перед семьёй, которая дала ему всё, порывисто выхватил из кобуры пистолет, приставив его к виску. Он решил уйти с честью, не допустив позора.

Однако рука внезапно онемела и, перестав слушаться, повисла плетью. Выпавший из разжавшихся пальцев пистолет отчётливо звякнул о бетонный пол. В накатившей на него злости и решимости так просто не сдаваться, Марко посмотрел на угол металлического пульта, прикидывая силу удара, чтобы уж наверняка.

— Да успокойся уже. Ты что, мазохист? — недовольно проворчал магистр Йохансон, входящий в комнату охраны.

Сидящие за пультами управления люди Бартонов, одновременно потеряв сознание, попадали лицами вниз. Напомнив итальянцу марионеток с обрезанными ниточками. Это выглядело пугающе.

— Если пообещаешь вести себя смирно и не доставлять нам хлопот, я не буду лезть в твою голову. Без сильной необходимости, — дружелюбно дополнил магистр Йохансон, намекая, что до этого лучше не доводить. — Мне ваши секреты не нужны. Не хватает ещё стать носителем чужих тайн, за которые и убить могут, — он рассмеялся, словно хорошей шутке. — Своих хватает.

Располагающе улыбнувшись, заметно усталый парень с облегчением уселся в свободное кресло.

Следом за ним в комнату вошёл немолодой мужчина, рыцарь. Внимательно осмотревшись по сторонам, он остался охранять своего господина. Встав у стены так, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, но и ничего не упускать из вида. Держа своё А-поле наготове. Этот человек производил впечатление серьёзного и опасного бойца, имеющего немалый опыт сражений. Марко такие вещи подмечал сразу. Такой без колебаний любому перережет глотку и даже не поморщится.

— Поздравляю, вы победили, сэр Йохансон, — сухо признал Марко, заставляя свои мышцы расслабиться.

Чтобы не провоцировать непрошенных гостей на агрессию. Пользы это уж точно ему не принесёт.

— Если вы дадите слово не подвергать меня ментальному сканированию, в свою очередь, я пообещаю придерживаться установленных кодексом чести правил поведения благородного пленника. Я ведь теперь ваш пленник? — уточнил итальянец, лихорадочно просчитывая дальнейшие варианты развития событий.

— Совершенно верно. Как и ваш многоуважаемый дядя, Бруно Кавалли. Не хмурьтесь, эту информацию я получил из его головы, а не вашей. Можете считать, что уже получили моё слово. Авансом. Однако, не думайте, что оно позволяет вам действовать во вред мне или моим людям, — с улыбкой предупредил магистр Йохансон, внимательно на него посмотрев. — Плести интриги или пытаться выведать закрытую информацию. Пытаться с кем-то связаться без моего ведома. В таком случае оставляю за собой право не только выпотрошить вас, как свежепойманную рыбу, но и заставить поверить в то, что вы превратились в слабую, маленькую девочку, боящуюся спать без своих плюшевых игрушек, с выключенным светом. Стесняющуюся разговаривать со взрослыми людьми. Поверьте, это выглядит гораздо ужаснее, чем звучит, — убедительным тоном заверил магистр Йохансон, чей взгляд на секунду стал по-настоящему пугающе холодным.

Пробирающим до кишок. Марко догадался, что это была не столько пустая угроза, сколько обещание. Ровный тон и внешность магистра Йохансона, сказавшего это с деланным безразличием, вынуждали отнестись к услышанному со всей серьёзностью.

— Надеюсь, мы друг друга поняли, — уважительно кивнул магистр Йохансон, вновь меняя манеру поведения, не давая стратегу просчитать собеседника. — Не обессудьте, но также я приставлю к вам одну юную особу. Школьницу. Для присмотра. Думаю, она будет этому рада, поскольку вы вполне в её вкусе, — сделал комплимент и тут же обратил его в оскорбление, заставляя Марко теряться в догадках, чего же он хотел этим добиться? — Хотя в этом не ваша заслуга, а скорее, её неразборчивость, — такое впечатление, будто англичанин пожаловался, переходя на доверительный тон.

Учитывая обстановку, причины этого разговора, репутацию магистра Йохансона и его послужной список, а также серьёзного рыцаря за спиной, обладающего взглядом матёрого убийцы, Марко решил, что он специально так делает, чтобы ввести в заблуждение. Поэтому решил сохранять бдительность, не доверяя показному дружелюбию. Если бы магистр Йохансон являлся простодушным парнем, то он бы здесь не сидел.

— Хорошо. Я сдаюсь на вашу милость и даю слово чести вести себя подобающе благородному человеку, находящемуся в плену у другого аристократа. Признавая долг за своё освобождение. Размер которого подлежит дальнейшему обсуждению, — оставил лазейку на случай непомерных требований.

После чего тоже перешёл на непринуждённый стиль беседы, показывая, что принимает правила игры.

— Благодарю за столь уважительное отношение, учитывая, что мы сейчас являемся врагами. Это делает вам честь, — выразил осторожную похвалу, отслеживая реакцию собеседника. — Верю, что наш глава тоже выразит вам свою признательность, не став затягивать с заключением соглашения о выкупе. Если позволите, — будучи в позиции проигравшей и слабейшей стороны, Марко предпочёл быть вежливым, — могу я задать несколько вопросов?

— Смотря каких, — магистр Йохансон поощрительно кивнул, выглядя человеком, который никуда не спешит, что немного настораживало.

— Распространяется ли это соглашение и на других членов рода Кавалли? — Марко спросил то, что беспокоило его в первую очередь.

Потерять дядю Бруно станет очень большим ударом для их дома.

— Да. Если они подтвердят готовность его соблюдать. Дадут слово аристократа не пытаться сбежать или строить против меня козни. Подписав соответствующую бумагу. Благородство — вещь похвальная, но, как показывает практика, не всегда надёжная. Поскольку человек забывчив, эмоционален и, увы, подвержен соблазнам. Сегодня вы скажете, что слово давали, а через месяц, после побега, о нём и не вспомните. Потребуете доказательств, свидетелей, расследований. Или ваша родня их потребует, отказываясь выполнять условия нашего соглашения. Как верно подмечено, мы враги и даже не соотечественники, — улыбнулся магистр Йохансон.

Хотя усомниться в слове чести аристократа считалось довольно серьёзным оскорблением, но, когда к горлу приставлен клинок, благоразумнее об этом промолчать. Тем более, как ни прискорбно признавать, случаи нарушения устных договорённостей, достигнутых за закрытыми дверями, уже случались. Неважно во имя чего: семьи, рода, страны, собственной гордости или жадности. Да, они осуждались обществом, но всё равно шли на этот шаг, чтобы добиться своих целей.

— Думаю, возражений у них не возникнет. Меня больше интересует, как вы теперь собираетесь покидать Тамуорт? Если не ошибаюсь, это убежище уже должны были окружить войска нашего дома, барона Бартона и его союзников.

— Ошибаетесь, — самодовольно улыбнулся магистр Йохансон, наслаждаясь его удивлением. — Это ведь тайное убежище, о котором никто не знает? На поверхности мы не шумели. Связь отрубили сразу. Сигнализацию выключили. Ваших часовых надёжно усыпили и занесли внутрь до того, как они подняли тревогу. О том, что здесь произошло, никто ещё не знает. Барон Тамуорта, как и его ближайшие помощники, мертвы. Резиденция разрушена. Никому сейчас до нас нет дела. Там, — он указал наверх, — творится форменный бардак.

Магистр Йохансон заявил об этом без тени сомнения.

«Откуда он это знает?» — задался вопросом Марко.

— Вы уверены? — итальянец не мог этого не спросить.

— Абсолютно. Однако, вынужден признать, отряд герцога Сассекского вы всё же сумели выбить из города, довольно сильно потрепав. Впрочем, магистр Каннингем вскоре вернётся, воспользовавшись наступившим здесь безвластием, о котором ему очень быстро станет известно. Все три силы, Миланцы, Тамуортцы и люди графа Стафордшира теперь разобщены и действуют сами по себе. Наёмники уже разбегаются. Ваша коалиция рассыпается на части. А уж когда я, восстановив связь, свяжусь с королевскими арбитрами, то война будет тут же объявлена завершённой. Видите, мне некуда спешить и незачем покидать это уютное, а главное, безопасное место.

— Вы собираетесь убить семью Бартонов? — с неприязнью осведомился Марко.

— Зачем? Как только арбитры подтвердят, что они полностью в моей власти и объявят о завершении войны, я тут же выдам их графу Стаффордшира, за солидное вознаграждение. После чего вернусь в Лондон через его земли. Боюсь, новые власти Норт-Урика после этого акта милосердия мне будут уже не рады. Но это их проблемы.

В голове Марко Кавалли «вспыхнула сверхновая», озаряя пониманием того, как ловко Гоблин всех провёл и, чего уж теперь стесняться, «поимел». Пока они все, как твердолобые бараны, разбивали свои лбы, доказывая, кто на этой поляне главный, магистр Йохансон точил ножницы для стрижки овец. Не вмешиваясь в их свары. В итоге все участники конфликта останутся с голыми жопами и пластиковыми бирками на ушах, распроданные на ближайшей ярмарке, а он с тюком шерсти вернётся домой. Став единственным победителем. И его за это не только похвалят, но ещё и поблагодарят. Самое обидное, те самые «бараны».

Оба баронства разорятся, повиснув гирями на шеях графов, на долгие годы занятых наведением здесь порядка и разборками между собой. Итальянцы и Бартоны, вернувшись домой, не только не смогут публично ругать магистра Йохансона, но и какое-то время предпринимать против него враждебные действия. Ведь со стороны будет казаться, что они неблагодарные собаки, которые кусают своего благодетеля. Тот их пожалел, спас, отпустил домой, а они на него рычат. Поэтому главе дома Кавалли действительно придётся отправлять магистру официальное письмо с благодарностью. Ведь Миланский знатный дом Кавалли вступил в прямой конфликт с Невиллами, а никак не с Йохансонами. Небось, его ещё и король Англии похвалит за то, что тот проучил иностранных наёмников, приехавших обижать чужих подданных. Доказав превосходство силы и доблести англичан над итальянцами. Мало ли как, на самом деле, тут обстояли дела? Важнее, как их правильно подать обывателю.

Если посмотреть с этой точки зрения, то ни Кавалли, ни Бартонам, действительно, ничего не грозит. Но легче от этого Марко не стало. Неприятно осознавать, что ты лил воду на чужую мельницу. Если бы Марко и Бруно не приехали за женой барона Бартона, попав в ловушку магистра Йохансона, то всё могло бы сложиться иначе. Тогда бы итальянцы, как наёмники, не отвечающие за ошибки своего нанимателя, забрали бы аванс и уехали домой. Оставшись целыми и в пусть небольшом, но плюсе. Никто бы не смог упрекнуть их в нарушении контракта.

От грустных размышлений Марко отвлёк звук открывшейся двери. В комнату вошла обеспокоенная женщина — рыцарь.

— Магистр Йохансон, у нас возникли проблемы. Необходимо ваше присутствие в другом месте. Это срочно, — бросив косой взгляд на итальянца, она не стала вдаваться в подробности.

— И почему я не удивлён? — тяжело вздохнул сразу же загрустивший парень. — Вас даже на пять минут нельзя оставить без присмотра. Проводи мистера стратега в главную комнату к семье Бартонов. Пусть он их успокаивает и объясняет текущее положение, — приказал магистр своему охраннику.

Предусмотрительно не позволяя Марко задерживаться в комнате охраны, куда поступала информация со всего бункера. И откуда всё ещё оставалась возможность контролировать его защитные системы.

* * *

Пока шёл по коридору вслед за хмурой и обеспокоенной мисс Фаулер, связался по рации со Збражской, поставив ей новую задачу.

— Что случилось? — спросил после того, как освободился.

— Наши Ромео и Джульетта решили повторить судьбу своих книжных прототипов. Если что-то срочно не предпринять, то мы рискуем потерять не только их, но и получить проблемы с роднёй жениха. Вряд ли Бартоны проявят понимание и будут вести себя послушно до тех пор, пока мы не отдадим их всех Торнтонам. А после, не захотят подавать графу дурных идей на наш счёт. В случае же, если пленные взбунтуются, Браунфельс и Филлипс придётся бить на поражение. Одно дело убить вооружённого противника в бою, воина, а другое, безоружного ребёнка, заложника. Мне бы сильно не хотелось, чтобы мои ученицы приобретали подобный опыт, — сухо выразила свои пожелания Ледяная ведьма.

— Так Синтия Невил и Джереми Бартон тоже находятся здесь? — удивился.

Я думал, они уже давно свалили куда подальше от обеих семеек. Здесь им житья теперь не будет, ни до, ни после свадьбы. Слишком уж много из-за них пролилось крови.

— Вот же… романтики хреновы, — не сдержавшись, выругался. — Верность семье. Верность клятвам. Верность традициям. Зла не хватает.

Самое ужасное, что из этого порочного круга, где один элемент может противоречить другому, аристократам вроде них не вырваться. Пришлось ускорять шаг. Надеюсь, моих умений хватит, про познания не говорю, спасти этих влюблённых голубков.

Чуть позже, в медицинский кабинет, куда перенесли Синтию и Джереми, чуть не прорвалась леди Инес, требуя её пропустить. Пришлось ещё и с ней разбираться. Успокоить перенервничавшую женщину было не так-то просто. Боясь затянуть эту «мыльную драму», поспешил связаться с графом Стаффордшира и королевскими арбитрами. А то, мне ещё куда-то нужно пристроить итальянцев. Приготовиться к приходу «дорогого друга». Успокоить учениц, что уже начали мародёрку, добравшись до бара. Наделать фотографий, для семейного альбома. Отправить Даниэлю фотографии, найденной в одной из спален, сумки, забитой крайне вызывающим нижним бельём, с пометкой, — «Разбираю трофеи. Тебе что-нибудь захватить? 😊». Правда, из-за спешки и невнимательности упустил, что отправил это в групповой чат, а не в личный канал. О чём мне сообщат чуть позже, многократно повторив с разных номеров и в разных выражениях.

* * *

Когда, через некоторое время, вернувшийся в город отряд магистра Каннингема, выяснил, где находится тайное убежище Бартонов и объявился на его пороге, то застал неожиданную картину. Бункер оказался брошен и полностью обесточен. С тройным кольцом охраны попавший внутрь магистр Каннингем, высветив фонариком послание, оставленное маркером на стене, на самом видном месте, испытал непередаваемые ощущения. У него даже бровь задёргалась и жалобно затрещал в руке сминаемый корпус ни в чём неповинного девайса.

— Йохансон!!! — по безлюдным, тёмным помещениям бункера разлетелся его яростный крик, отдаваясь эхом.

«Уважаемый сэр Питер. Простите, что не дождался и не поздравил вас с впечатляющей победой над бароном Тамуорта. У меня дома возникли срочные дела, поэтому пришлось досрочно завершать эту, так называемую, войну. В качестве извинения оставил вам в подарок коллекцию картин Бартонов. Простите, что не всю. Члены моего отряда не смогли удержаться от разгр…взятия трофеев. Да и леди Маргарет Бедфорд захотелось что-то презентовать. И принцессе Кэтрин Эдвардс. И принцессе Эйлис Стюарт. И школе Святой Анны. И… Надеюсь, оставшиеся две картины придутся вам по вкусу. В отличие от моих соратников. Бывшим владельцам эта коллекция всё равно уже не нужна. Я у них спрашивал. И вообще, Бартоны выглядели настолько испуганными и измученными, что мне из жалости пришлось отправить их к родственникам, в Стаффордшир.

Поверьте, я очень хотел вас дождаться, чтобы вместе отпраздновать эту победу, но вы всё не приходили и не приходили. Поэтому ведёрко со льдом и шампанским так и стоит на столе. Оно тоже оставлено специально для вас.

Если злые языки будут утверждать, что я здесь проводил разгульную вечеринку с девочками, музыкой, шампанским, весёлыми конкурсами, бросая в воздух пачки денег, не верьте им. Кокаин, весом девять целых, семь десятых грамма, лежавший в сейфе, мы не находили. Как и золотой пистолет барона. (Тем более, он позолоченный, и то не везде.) На этом позвольте откланяться. До новых встреч. Берегите себя.

Искренне ваш, сэр Йохансон.

P. S. Как воспитанный джентльмен, уходя, я выключил свет и немного прибрался.

(*´ー`)ﾉﾞ»

Глава 13

В Лондон мы приехали на туристическом автобусе, в начале девятого утра. Выходили из него сонными, вялыми, уставшими, с заспанными глазами и опухшими, хотелось бы верить, от счастья лицами. В спортивной одежде и со спортивными же сумками. Со стороны могло показаться, что наша школьная команда действительно вернулась из тренировочного лагеря, соскучившись по разгульной и беззаботной жизни. Слегка одичав от тяжёлых тренировок, проведённых вдали от цивилизации. Хотя на самом деле, это на нас подействовала, так сказалась, «немножечко» затянувшаяся, праздничная вечеринка.

О том, насколько она прошла успешно, можно сказать хотя бы потому, что проснулся я в трусах, в обнимку с… полуголой Ханной. Обмотанной гирляндами и с разрисованным лицом. А ведь шёл-то спать в кроватку к Виардо. Видимо, перепутал гостиничные номера. Голова к тому моменту соображала уже плохо. Слава Богу, ничего «страшного» не произошло. Даже в пьяном состоянии мы друг друга в качестве сексуальных партнёров не воспринимали. Поэтому, просто обнявшись, уснули, как в детстве, чувствуя себя очень уютно и спокойно. Пока не проснулись. Вот тогда и испытали шок, стыд и ужас!

Ханна, неправильно всё поняв, не успев разобраться в ситуации и «вспомнить всё», начала орать, вцепившись мне в волосы. Обвиняя в том, что я что-то там у неё забрал. Я же принялся отпихивать спятившую сестру, крича больше от испуга, чем от боли. Потом ещё в спальню вломилась ничего не соображающая Збражская и тоже принялась орать. Нужно думать, за компанию.

Через полчаса весело было всем, кроме нас и Виардо, выделяющейся свекольно-красным цветом лица. Француженку мы нашли в шкафу, закутанную в одеяло и связанную верёвкой. В очень соблазнительном, кружевном, полупрозрачном нижнем белье чёрного цвета. Она так и не смогла вспомнить, как там оказалась? Или, что вчера было? По словам Эльзы, Ивон поздно ночью неожиданно забралась к ней в постель и начала приставать. В зюзю пьяная. С пугающе безумным, маслянистым взглядом и хихиканьем. Почему-то называя Эльзу, — «мой английский зайчик». Судя по тому, что, рассказывая об этом, краснела и заикалась ДАЖЕ Браунфельс, которую очень трудно смутить, француженка проявляла на этом поприще потрясающую настойчивость. Поэтому, от греха подальше, немка её надёжно спеленала и убрала под замок. Для надёжности просунув швабру между дверными ручками шкафа.

По прибытии в Лондон, удивительно буднично попрощавшись, члены распущенного отряда разошлись в разные стороны. Я с Ханной дошёл до припаркованной у обочины машины премиум класса, с терпеливо нас дожидающимися мистером Юнем и Цзя Мэй. Пока водитель убирал в багажник наши сумки, уважительно поклонившись, в первую очередь мне, радостная служанка поздравила молодого господина и его сестру с возвращением.

— Спасибо, — поблагодарил её с ответной улыбкой. — Дома всё в порядке?

— Да, господин. Вас уже ждут, — сообщила, преданно глядя на меня, не моргнув и глазом.

Сразу я этому ответу значения не придал, поняв его по-своему. Уже сидя в машине, обернулся к уставившейся в окно Ханне, отчего-то пребывающей в подавленном настроении.

— Не забыла, что нужно говорить маме? Про тренировочный лагерь, — напомнил сестре.

Та на меня как-то странно посмотрела, задержав взгляд.

— Издеваешься? Эрик, возвращайся уже из своей страны розовых пони и молочных рек. Эта отмазка была хороша до, а не после нашей поездки. Не считай маму с сёстрами полными дурами. Особенно мелкую, что мониторит сеть. Они уже давно знают, где мы были и чем занимались. Новости о заварушке в Норт-Уорике читала вся страна. И наши имена там вовсе не скрывались. Да что там, я уже неделю переписываюсь с мамой и с каждым днём всё сильнее боюсь за свою жопу, — сказала прямым текстом, намекая на грядущие неприятности.

— Ик, — неожиданно икнул от внезапно напавшей икоты.

Что-то мне стало нехорошо.

— Цзя Мэй, это правда? Ик, — повернулся к служанке, сидевшей подобно пластиковой кукле, без движения, почти не моргая.

Замотивированная не спугнуть будущую жертву, по самое не хочу.

— Да, господин. Ваша мама знает о том, где вы провели этот месяц, — подтвердила служанка.

Не в силах соврать на прямой вопрос. Увидев, что я резко достал из кармана телефон и принялся в нём что-то лихорадочно искать, Ханна с подозрением поинтересовалась.

— Ты что делаешь?

— Узнаю, когда ближайший рейс до ЮАР. И можно ли по сети забронировать гостиницу.

— Совсем больной, что ли?! — испугавшаяся сестра, тут же отобрала телефон.

— Хорошо. Давай, тогда закажу два билета, — жалобно на неё посмотрел глазами котёнка, нагадившего в собачьей будке.

Не то чтобы я серьёзно рассматривал вариант с бегством, но что-то же нужно делать?

— Юнь, останови у цветочного магазина, — обратился к водителю. — Нужно купить несколько вот таких охапок цветов, — показал обхват большого дерева, — чтобы у мамы были заняты руки. И перед глазами всё пестрело.

— Трус, — презрительно скривилась Ханна.

Но тут же подтвердила водителю необходимость остановки у цветочного магазина. Посоветовав взять не букеты, а корзины с цветами.

Встреча с семьёй прошла бурно. Даже сказал бы — пламенно. Сначала нас затискали. Окружили заботой и радостью. Потом отругали. И только под конец перешли к воспитательному процессу. Пороть нас уже было поздно, а вот стыдить и упрекать, самое то. От жалящих слов матери на душе действительно становилось больно.

Я надеялся, что Ханна заберёт на себя хоть часть их внимания, но эта предательница, достав записную книжку, переметнулась в стан «врага». Зарабатывая себе прощение, она принялась выдавать такое, отчего я, вместе с остальными, слушал изумлённо открыв рот, чувствуя, как на голове шевелятся волосы. Обвинив Ханну во вранье, потребовал доказательств и… пощады!

— Никакой пощады! — тут же свирепо выдала Марта, требуя подробностей.

Чуть позже, немного успокоившись, собравшись за столом, мама устало спросила.

— И что. Это хоть того стоило?

Улыбнувшись, достал из кармана толстую пачку денег, передав их удивлённой Марте.

— Брось их в воздух и скажи, — Я сказочно богата!

— Я сказочно богата! — повторила сестрёнка, так и сделав, осыпав нас всех цветными фантиками.

Это же были деньги из монополии. Я вчера полные карманы такими набил, обыграв весь отряд.

— Не распробовала. Ещё хочу. Дай! — протянула ладонь эта мелкая хитрюга.

— Попридержи коней. Я же тебя так не прокормлю, — ужаснулся её ненасытному аппетиту.

— Нужно больше работать, — поучительно заметила Марта.

— Пусть твой будущий муж больше работает, — огрызнулся.

Пока мы с ней начали привычно собачиться, другие сестры и мама с умилением за этим наблюдали, решив не вмешиваться.

Чуть позже у меня состоялся телефонный разговор с директором Шелтоном, которому понравилось, что его ученицы своими победами прославили школу Святой Анны, но гораздо сильнее не понравилось, что они, вообще, участвовали в чём-то подобном. Так что я ещё и от него получил большой нагоняй. И если бы родители школьниц, которые были в курсе событий, не дали на то своё согласие, то этим бы всё не ограничилось.

Уже после официальной части нашей беседы, в личном порядке, директор похвалил меня за вклад в развитие команды фехтования. Чьи члены, не понеся потерь, смогли не только одолеть, но и пленить настоящих рыцарей, о чём он непременно похвастается перед друзьями и попечительским советом, когда будет просить у них увеличение финансирования. Однако, что естественно, версия для СМИ и других учеников будет совпадать с официальной позицией школы, осуждающей подобные поступки. К чему я должен отнестись с пониманием. А то ещё наивные дурёхи, взяв с меня пример, тоже захотят поучаствовать в какой-нибудь войнушке, что недопустимо. Поэтому, после небольшого отстранения от занятий, меня ждёт наказание. Так положено. Отличившихся — награждают, провинившихся — наказывают. Все формальности должны быть соблюдены. С грустью заверил директора, что я всё понимаю. Принёс извинения, за доставленные неприятности.

Не получив ни минуты покоя, после директора Шелтона сразу же получил звонок от леди Нэнси Мэнсфилд, которая, с сожалением передала мне недовольство своего отца по поводу вывоза в Стаффордшир семьи Бартонов. Сообщив о том, что в ближайшее время в их графстве мне лучше не появляться. Тем не менее, наш контракт будет оплачен полностью, но только деньгами. Всю обещанную недвижимость в их графстве Мэнсфилды оценят по рыночному курсу, без обмана. Перечислив получившуюся сумму на мой банковский счёт. А ещё, к ней приложат бонус за опережение людей герцога Сассекского. И за то, что позже, на пресс-конференции, которую меня заставили провести, я объявил о том, что я действовал от лица графа Уорикшира, а не нового барона Норт-Уорика, что придало особый подтекст передаче Бартонов графу Стаффордшира. Поэтому неприятностей от Мэнсфилдов мне ждать не стоит. Наши отношения остались на прежнем уровне. Но, опять же, формальности должны быть соблюдены и для всех, граф будет слегка на меня зол.

* * *

Изучая доклад учёной, с сомнительной репутацией и экстравагантными привычками, Патрисия Рэдклиф улыбалась. Всё шло по плану. Рост показателей Йохансона её мало интересовал. Будь они чуть больше, чуть меньше, не принципиально. Важно направление.

Бегло пробежав первый раздел, она остановилась взглядом на выписке из реестра Министерства рыцарей Британской империи, где в личной карточке крайне удачливого мальчишки были указаны обновлённые данные.

Статистический отдел министерства вёл скрупулёзный подсчёт всех достижений каждого оператора А-поля. Им присваивались рейтинги в зависимости от подтверждённых случаев применения тех или иных умений, а не наличия разрешительных документов, сдачи экзаменов или чьих-то утверждений. Этим занимался другой отдел.

Оператор А-поля: ранг А

Менталист: ранг А

Медик: ранг А+

Наставник: ранг В

Талант: ранг А+ (Быстрый рост силы + ускоренное обучение)

— Интересно. Это статус оператора, уровня — 4А. Весьма впечатляюще в таком возрасте, — одобрительно кивнула. — Другое дело, документы не отражают действительности, за что спасибо Его Величеству. Его шутка продолжает набирать скорость и массу, подобно снежному кому, брошенному с горы. Ведь по чистым показателям силы и контроля А-поля наш магистр, пока всё ещё паладин. Да и остальное, несколько спорно. Однако, он всё ещё умудряется поддерживать эти заблуждения, — постучала лакированным ноготком по указанным рангам. — Заставив в них поверить. Это может привести к весьма занимательным результатам.

Патрисия ненадолго погрузилась в расчёты.

— Как ни посмотри, по этим данным выходит, что он высокоранговый, универсальный юнит поддержки. Боевики всегда в наличии, а вот хороших специалистов, вечный дефицит. Не будь у него специализации «Менталист», у Йохансона возникли бы определённые проблемы с независимостью, а так, с ним попросту опасаются связываться, что даёт парню время, необходимое для ускоренного развития. Однако его ценность растёт слишком быстро. Нехорошо. Выгода может перевесить риски. Пора запускать операцию, — «Медовая ловушка».

* * *

Его Светлость, директор Имперской службы безопасности, разбирая принесённую секретарём корреспонденцию, с некоторым удивлением обнаружил письмо герцога Эдинбургского, в которым тот просил снять с Эрика Йохансона запрет на пересечение границ. Свою просьбу он объяснил желанием ненадолго отправить парня в другую страну, связав эту поездку с внутренними делами рода Стюартов. Раскрывать какими именно, герцог не стал. Намекнув на то, что не обязан отчитываться. А также указал на ряд «преступлений», совершённых агентами BESS на территории Шотландии, за которые, вообще-то, неплохо бы расплатиться. Или же он придаст их огласке, проведя официальное, публичное разбирательство через кабинет министров. Потребовав принесения извинений и наказания виновных.

Помянув недобрым словом растяп, что не смогли сделать всё чисто и не попасться, директор отдал соответствующее распоряжение насчёт Йохансона. Вытаскивать на свет грязное бельё своего ведомства герцог Йоркский не собирался. Позиции «ястребов» в палате лордов и кабинете министров, постоянно упрекающих его в нарушении границ дозволенного, в последнее время сильно укрепились. Им только дай повод ограничить полномочия Имперской безопасности. Не потому, что они сильно дружны со Стюартами, а чтобы чувствовать себя свободнее. Понимая, что сегодня агенты BESS своевольничают у соседа, а завтра вполне могут залезть и на их «задний дворик», раскопав там много чего интересного. Сажая на крючок. Ну и опять же, никто не отменял принцип торговли. Ты — мне, я — тебе. Чтобы замять скандал и ограничиться только пустой болтовнёй, от него потребуют что-то взамен. Проще пойти навстречу Стюартам. Тем более, Йохансон ещё не стал настолько значимой и незаменимой величиной, чтобы ради него идти на любые жертвы. Что будет дальше, посмотрим.

* * *

В это время Ивон Виардо, испортив пять черновиков, дописывала письмо родителям.

«Дорогие папа и мама, пишет вам ваша любимая дочь, Ивон. У меня всё хорошо, всё замечательно. Как вы смотрите на то, чтобы я вскоре приехала на каникулы? Если позволите, со своим другом, которого хочу вам представить. Это славный парень. Уверена, он вам понравится. Что вовсе не вопрос и не пожелание, а необходимость. Если вы его спугнёте, солью весь компромат на маму — папе. На папу — маме. На дядю — бабушке. О бабушке ничего раскрывать не буду, потому что она ангел, который всегда и во всём меня поддерживает. После чего мы все будем жить «долго» и «счастливо» под одной крышей.

Немного о себе. В последнее время увлеклась чтением. Надеюсь, по возвращении домой, всё ещё найду в нашей библиотеке ту самую книжку, которую советовала мама. Кушаю хорошо. Учусь прилежно. Всему. Сама. А вот здоровье моё, что-то не очень. То ноги подкашиваются, то в груди давит, аж пуговицы на сорочке отлетают…»

* * *

На следующий день, складывалось такое впечатление, будто меня кто-то проклял. С самого утра всё пошло наперекосяк. Управляющий отдела рекламы корпорации Рэдклиф, всеми правдами и неправдами, фактически вынудил меня сняться в рекламном ролике парфюмерной компании. Большими друзьями, партнёрами и прочим, и прочим. Казалось бы, где я и где косметика? Деньги мне уже не требовались. Могу теперь всю жизнь не работать и ни в чём себе не отказывать. Желания сниматься не было. Однако, как-то же уговорил, чёрт языкастый, подключив отдел по продажам. У госпожи Патрисии Рэдклиф там работали такие профессионалы, что могли обменять у пингвинов снег на их же шкуры, не то что протолкнуть «очень выгодное» предложение, всего за «какие-то смешные» деньги.

Съёмки, в окружении одинаково длинноногих, длинногривых и фигуристых красавиц, подходящих под описание — «На лицо прекрасные, стервозные внутри», проходили тяжело, в несколько этапов, с кучей перерывов. Затянувшись допоздна. Режиссёр оказался очень придирчив. Поэтому, на волне всеобщего ликования от завершения работы, «табун» молодых моделей утянул нас всех в ближайший ночной клуб, расположенный практически через дорогу. Я хотел было отказаться, но «грудки на ножках» взяли меня в плен и, не слушая возражений, утащили в гнездо разврата, где вовсю гремела оглушительная музыка, рябило в глазах от световых спецэффектов, рекой тёк алкоголь и дёргалась в экстазе толпа трущихся друг об друга тел на танцполе. А тут ещё Юнь позвонил и сообщил о том, что какой-то близорукий, очкастый идиот врезался в нашу машину. Так что с личным автотранспортом на сегодня я пролетал.

Отбившись от ненормальных дамочек, решил перед уходом выпить стаканчик чего-нибудь крепкого для снятия стресса и накопившегося за день напряжения, дожидаясь, пока не подъедет вызванное такси. Не прошло и минуты, как в меня врезалась неуклюжая и очень грустная красотка с размазанной по лицу тушью. Опрокинув мне на рубашку большой бокал пива. Перепугавшись, строча извинениями как из пулемёта, схватив со стойки пачку бумажных салфеток, она энергично принялась меня вытирать. Пока не кончился запал и не разрыдалась, вцепившись ногтями в многострадальную рубашку. Пришлось её сажать на стул, утешать, выслушивать историю завершившихся отношений с каким-то козлом. Слово за слово и вот мы, уже разговорившись, пропустили одну парочку рюмок с её «мне как обычно», адресованную бармену, вторую, третью. Пока меня не начало «штормить». Более того, отчего-то с каждой секундой я находил свою собеседницу всё более и более привлекательной девушкой, испытывая небывалый подъём Йохансона младшего. «Заревевшего» диким зверем, когда она, проявив инициативу, полезла целоваться. Делая это умело и воодушевлённо. К чему всё шло, я уже догадался и был бы даже не против, если бы не одно, НО.

Поднабравшись чужого опыта у более взрослых и опытных «дяденек», не говоря уже о наличии собственного внутреннего «гоблина», осторожного, недоверчивого, постоянно опасающегося подстав, какая-то часть моего сознания заметила определённую неправильность всего происходящего. Я слишком быстро и бурно начал реагировать на эту женщину. Будто малолетний спермотоксикозник, которому впервые показали женские прелести и разрешили их потрогать. Не иначе она что-то подмешала в выпивку, когда меня толкнули во второй раз, вынудив отвлечься на другого человека. Может, я и ошибаюсь, но рисковать не хочу. Продолжая непринуждённо болтать, не вникая в смысл её слов, украдкой принялся осматриваться в поисках выхода. Пока Йохансон младший не вырвался из заточения и не подался в альпинисты с уклоном на спелеологию. Причём уже не разбирая, кто перед ним находится. И если бармен сейчас не свалит куда подальше, то он тоже найдёт на свою жопу приключений. В таком состоянии я сам себя боюсь. Оп-па!

Взглядом зацепился за хорошо знакомую, симпатичную фигурку девушки в ультракороткой синей юбочке, полосатой кофточке и чулочках, исполняющей танец кобры. Серьги, в виде больших колец, кончающиеся в такт её движениям, помогали гипнотизировать жертву. Какого-то вихрастого блондинчика в пижонской рубашке со стоячим воротником. И что самое примечательное, волосы этой девушки, «исчадия ада», по классификации Даниэля, были выкрашены в голубой цвет.

Немного поискав, нашёл и вторую «суккубу», с розовым цветом волос. Стоявшую неподалёку, в тени. С пугающей улыбкой Уэнздэй Аддамс она снимала танцующую пару на свой телефон. Явно не из эстетических соображений. План родился мгновенно, будто над моей головой зажглась лампочка. С виноватой улыбкой отпросившись у своей новой знакомой в туалет, закрывшись в кабинке, отправил Эми Гловер послание. Для составления которого, собрал всю свою силу воли в кулак, сжав его на «горле» Йохансона младшего, требующего продолжения общения с «несчастной леди», попавшей в «трудное положение» и «нуждающейся в его утешении».

«Я знаю, чем вы сейчас заняты. Поспешу разочаровать, он не девственник, поэтому его кровь вам пользы не принесёт. Прошу срочно выполнить союзнические договорённости. Меня тут ваша «сестра по коварству» пытается завалить в койку. Очень сильно стараясь, что наводит на грустные мысли. Она что-то подсыпала мне в рюмку, вызывая непреодолимое желание к продолжению рода. Если меня сейчас не спасёте, а то ещё и сильнее подставите, то, клянусь, через девять месяцев в вашей семье будет большой праздник. Она пополнится минимум двумя чудесными младенцами. Найдёте нас у барной стойки. Что делать дальше, сами разберётесь.»

Вернувшись на своё место, через минуту скосил взгляд на танцпол, но близняшек на нём уже не оказалось. Испарились, словно по волшебству. Ещё через несколько минут мне уже стало всё равно, придут ли они или нет. Голова наполнилась туманом и порхающими, трахающимися сердечками. Остальное запомнилось урывками. Вот сексуальная красавица с потекшей тушью тащит меня на стоянку. Следя, чтобы не споткнулся о свои заплетающиеся ноги. Воркуя на ушко об отеле и продолжении вечера. Затем, в следующем отрывке появилась смутная тень, остановившая нас у одной из машин.

— Здравствуйте. Злой санитарный контроль. Предъявите, пожалуйста, справку о том, что вы не больны свинкой, — услышал знакомый голос.

— Какой ещё санитарный контроль? — изумилась моя спутница.

— Злой, — любезно повторила серьёзная Тина.

Потом я упал, лишившись поддержки. Раздался протяжный звук — Трррррр и рядом разлеглась моя бывшая опора и надежда на сегодняшнюю ночь. Отчего мне стало очень-очень грустно.

— Убирай Аргумент № 4, — попросила Тина сестру. — Она может оказаться не такая, как мы думаем.

— Всё под контролем. Именно поэтому я не использовала Аргумент № 5. Но очень хотела. А может, … хоть разочек? — её голос стал просительным.

— Нет, — отказала Тина, но не сразу.

— Хорошо, — послушно отозвалась Эми. — Трррррр. Что? Я хотела проверить, не разрядился ли.

— Бери это пускающее слюни тело за ноги, а я возьму за руку, — распорядилась голубоволосая школьница, чьи открытые ножки с моего текущего ракурса открывались во всём великолепии, до самого верха.

Вызывая у меня вздох восхищения. За свою адекватность я в тот момент поручиться не мог, поэтому выдал «гениальную» фразу.

— О, полосатенькие. С мишкой.

Ноги из поля зрения тут же исчезли.

— Дай сюда Аргумент № 4, — послышался злой голос демоницы, жаждущей крови.

— Не-не-не-не. А если он потом всё вспомнит? Он же мне Аргумент № 5 засунет в попу, по самую рукоятку. Я не для этого её столько лет хранила в неприкосновенности. Бери уже за руки.

Нет уж. Лучше ты пойдёшь впереди.

Потом меня куда-то понесли, пыхтя от натуги.

— Куда его? В багажник? — спросила «добрая» девочка Эми.

— Забросим на заднее сиденье. Я сяду с ним, а ты за руль. Буду следить, чтобы он там ничего не облевал.

Затолкав меня в машину матери, близняшки Гловер шустро заняли свои места.

— Блин, что-то мне немного стрёмно, — выехав на дорогу, призналась Эми.

Из-за чего опустила козырёк кепки пониже.

— Мало того, что еду без прав на взятой без спроса машине, так ещё с похищенным, обдолбанным в хлам парнем. Чем, интересно, мама в нашем детстве занималась? Только карьерой?

Всё закончилось бы хорошо, но тут я почувствовал, что больше не способен себя сдерживать.

— Прости. Не могу больше терпеть. Показываю! — мутным взглядом, с выражением искреннего раскаянья посмотрел на замершую от неожиданности Тину.

— Эй, ты чего удумал?! — повысила голос отодвигающаяся от меня девушка, под звук расстёгиваемой молнии на штанах. — Маааама! Помогите! — завопила перепуганная девушка, ввязавшись в уже проигранную борьбу.

Машина, резко вильнув, резко затормозила у обочины, включив аварийные огни.

Утро добрым не бывает. Истина, которую знает каждая «сова», засиживающаяся допоздна за компьютером. Проснулся я в очень необычном месте, чувствуя себя просто ужасно. Затекло всё тело. Болела голова. «Горело» пересохшее горло. Лежать на твёрдой, ровной поверхности, было неудобно.

«Хорошо хоть пол с подогревом, иначе бы простудился. И вообще, почему здесь такие низкие потолки? До них можно рукой достать, не разгибая её. Ах, это не потолок, а днище кровати. То-то я думаю, чего тут так темно и тесно. Стоп! Какого хрена я делаю под кроватью?»

Посмотрев вбок, на свешивающиеся края постельного белья, из-под которого проглядывала обстановка незнакомой комнаты, пришёл в ещё большее недоумение.

«Меня что, похитили? И почему так сильно болит голова?»

Прикоснувшись к макушке, дёрнулся от резкой боли, обнаружив здоровенную шишку.

«Кто-же так похищает? Если бы приложили ещё чуть больше сил, то всё, получили бы труп.»

Стараясь не шуметь, переместился к краю кровати. Комната выглядела пустой, погружённой в предрассветный сумрак. Не зная, есть ли кто на кровати, решил выяснить это опытным путём. Вытянув руку, медленно засунул её под одеяло, нащупывая, есть ли там кто. Нащупав лодыжку, инстинктивно за неё крепко схватился.

— Аааааа! — дёрнувшись от внезапного, истошного вопля, стукнулся головой о дно кровати.

Вернув руку, отполз назад и затаился, задержав дыхание. Мысли в голове понеслись, как бешеные пони по цирковому кругу. Голос перепуганной Тины я узнал сразу.

— Что случилось? — в комнату вбежали переполошившиеся от долгого вопля сестра и мать окончательно проснувшейся, наконец-то замолчавшей девушки.

— Простите, кошмар приснился. Про мертвецов, — сильно смущаясь, жалобно залепетала покрасневшая Тина, подмигивая Эми.

Выпроводив ругающуюся на ненормальных дочерей маму, Эми вскоре вернулась. Так и не переодевшись, она оставалась всё в той же пижаме с гномиками из мультфильма о Белоснежке. Считая это сейчас наименьшей из проблем. Закрыв дверь, розоволосая близняшка тревожно спросила многозначительным тоном.

— Он?

— Тащи кочергу! Я этому мертвецу сейчас кишки выпущу, — яростно зашипела разъярённая Тина, несколько раз подпрыгнув на матрасе.

Выпуская пар.

— Вы сами меня сюда привезли. И… зачем? — удивившись, подал голос из укрытия каждого уважающего себя ночного кошмара.

Вылезать не спешил, решив сперва дать ей время остыть.

— Мы боялись, что ты помер. Было уже поздно. Мы устали. Заканчивался бензин. Так что временно решили спрятать тело дома, — чувствуя себя неловко, объяснила Эми.

Осмыслив сказанное, я рассмеялся.

— Пережить войну, принцесс, пиратов, террористов, похитителей, взрывы и пожары, только ради того, чтобы сдохнуть от рук двух крашеных блондинок в полосатых… чулках? Да вы издеваетесь. Аха-ха-ха-ха-ха, — нашёл это крайне забавным.

— И что ты теперь собираешься делать? — с некоторой опаской осведомилась Эми, переглянувшись с сестрой.

— Для начала, позавтракать, — принялся выбираться из-под кровати. — Во сколько здесь кормят? Вы пока переодевайтесь, а я пойду поздороваюсь с госпожой Гловер. А то, как-то невежливо получается, позволить будущему зятю разгуливать по дому без тапочек.

Побледневшая Эми разинула рот. Спустившая ноги Тина тут же принялась энергично заталкивать меня обратно.

— Только не это! Смерти нашей хочешь? Как мы ей всё это объясним? — испугалась близняшка.

Выглядели её действия очень комично. Если бы девушка так не нервничала, то и сама бы посмеялась над этой дурацкой ситуацией.

— Не волнуйся. Я всё сделаю сам, — принялся шутливо отбиваться, отыгрываясь за вчерашний вечер. — Скажу, что мы предохранялись. Эми, как свидетельница, подтвердит.

Представив себе последствия, Эми бросилась активно помогать сестре, заталкивать меня обратно под кровать. А ведь ещё совсем недавно они строили из себя крутых, бесстрашных девчонок, которым всё нипочём. Как обманчиво первое впечатление. Или же мне удалось-таки пробиться через ту невидимую стену равнодушия к окружающему миру, которую они возвели вокруг себя.

Через сорок минут после ухода на работу матери близняшек, их отец был в рабочей поездке, мы все втроём собрались на кухне. Десятикомнатная квартира семьи Гловер поразила меня своими размерами. Она была обставлена по последнему слову техники, с ужасно дорогим ремонтом, выглядя очень современно и стильно. Сразу стало видно, что мои одноклассницы не бедствовали. Заглянув в необъятный гардероб, под потолок забитый вещами и аксессуарами, не говоря уже о кладовой, заставленной коробками, испытал лёгкий шок. Даже не представлял себе, что можно иметь столько шмоток, часть из которых, скорее всего, им даже ни разу не пригодилась. Вот уж кто точно часто ходит по магазинам не из необходимости, а ради удовольствия. Мать их определённо избаловала.

Прислугу Гловер не держали. Госпожа Джулия раньше её нанимала, но близняшки за несколько дней выживали из дома любого постороннего, не вынося, чтобы кто-то совал нос в их дела. Компромиссом стало то, что раз в два дня приходили сотрудники клининговой компании, делали свою работу и тут же удалялись.

Когда я попросил меня покормить, одевшиеся по-домашнему, в одинаковые шортики и лёгкие футболочки, девушки заявили, что у них тут не ресторан. Хочешь чего-то поесть, звони в службу доставки или сделай это сам. Наведя большие кружки с чаем, обложившись лёгкими закусками, близняшки принялись портить себе желудок. Мне тоже налили кружку чая и вручили крендель. Не выдержав такого издевательства, засучив рукава, принялся хозяйничать на кухне, не обращая внимание на их ворчание. В процессе чего и лучше стал себя чувствовать, и обрёл уверенность в себе. Когда перед тобой стоит чёткая цель, всегда проще.

По-быстрому соорудил им салатик, сэндвичи, сделал пасту по-итальянски. Из тех ингредиентов, что удалось найти в холодильнике. Раздав всем тарелки, уселся за стол.

— Приятного аппетита, — пожелал девушкам, разглядывающих меня со странными выражениями лиц.

— Не знала, что ты сумеешь готовить, — сказала Тина, с подозрением разглядывая свою тарелку. — У тебя же четыре сестры.

— Я, вообще, полон загадок. Морковка, передай мне соль, пожалуйста.

— Ещё раз меня так назовёшь, я тебе глаза выдавлю, — схватилась за ложку Тина, злящаяся больше для вида.

Выдавив на сэндвич, кетчуп с майонезом, вот же извращенка, Эми с аппетитом принялась его кусать, перепачкав губы.

— Тыковка, ешь аккуратнее. Вам самим бы не помешало несколько старших братьев.

Взяв салфетку, действуя по привычке, потянувшись, аккуратно вытер её губы. Я так дома частенько чистил личико Марты. Видимо, домашняя обстановка и расслабленность дали о себе знать, вызвав неловкую ситуацию. Когда до нас обоих дошло, что мы делаем. Будто бы этого было мало, со стороны дверей раздалось вежливое покашливание. Одновременно повернув головы, мы увидели госпожу Джулию с расстёгнутой сумочкой в руках.

— Гхм. А я тут за документами вернулась. Забыла их захватить, — улыбаясь чему-то, объяснила мама близняшек, хотя мы не издали ни звука.

— С удовольствием бы задержалась, присоединившись к вам, да, к сожалению, у меня через сорок минут запланирована важная встреча, — бросила быстрый взгляд на часы. — Если не ошибаюсь, ты одноклассник моих дочурок?

Сомневаюсь, чтобы она жаловалась на память. Скорее всего, этим вопросом хотела подтвердить, не изменилось ли что-то в наших отношениях? А ещё, посмотреть на мою реакцию, что тоже о многом способна “рассказать”.

Встав, уважительно склонил голову, приветствуя хозяйку дома.

— Совершенно верно. Меня зовут, Эрик Йоханссон, — ещё раз представился, по всем правилам. — Простите, что явился без приглашения, в столь раннее время. У меня возникли некоторые вопросы по школьному проекту. Я предварительно позвонил Тине, и она сказала, что могу зайти. Правда же? — пристально посмотрел на застывшую, побледневшую девушку, не сводящую с матери широко раскрытых глаз.

Услышав мой вопрос, голубоволосая близняшка слишком быстро и часто закивала.

— Вот как? Понятно, — ещё шире улыбнулась госпожа Гловер, оценив внешний вид дочерей и обстановку на кухне. — Ладно, не буду вам мешать. Занимайтесь. Всё, я убежала. Буду поздно, — предупредив сестёр, их мать в спешке покинула квартиру.

Видимо, действительно, опаздывала на встречу. Повезло.

— Ну всё, вечером возьмёт нас за лифчик и будет трясти, как спелую грушу, — с мрачной обречённостью вздохнула Эми, возвращаясь к поеданию так понравившегося ей сэндвича. Некоторое время мы молча ели, каждый думая о своём.

— Йохансон ты нам должен, — объявила Тина. — Мы тебе помогли, теперь твоя очередь. Помнишь же соглашение? Мы — тебе, ты — нам.

— Хорошо. Я от своих слов не отказываюсь, — признал, что они меня вчера здорово выручили.

Хоть и едва не прибили. Шишка на голове до сих пор болит.

— Тогда в эту субботу ты должен испортить одно свидание. Но так, чтобы никто не смог к этому придраться. Не оставляя следов. Ты так можешь, мы точно знаем.

Переглянувшись, сёстры явно перешли на телепатию. Успев за секунду обменяться одним им понятными мыслями.

— И чьё это свидание? — заподозрил подвох.

— Наше и Гарри Родгара, — объявила мигом повеселевшая Эми, сразу поняв, о чём идёт речь. — Это договорное свидание, устроенное нашими родителями. Назначенное на эти выходные, в парке развлечений, в девять утра. Отказаться не можем. Мы дали слово. Кроме того, пообещали вести себя прилично, как и подобает воспитанным девушкам. Поэтому необходимы непредвиденные ситуации, к которым мы будем не причастны, но которые приведут к выставлению Гарри в неприглядном свете. Нам нужен веский повод для отказа в дальнейших встречах. Например, сделай из него посмешище. Или как-нибудь опозорь. К сожалению, семья Родгар сильно заинтересована в этом браке, ради денег и связей Гловер, поэтому одних наших намёков и холодного отношения будет недостаточно. Открыто же оскорблять деловых партнёров отца мы тоже не можем. Только, если в самом крайнем случае.

— А что, сами не справитесь с дискредитацией очередного жениха? — удивился. — Я считал вас специалистами по диверсиям подобного рода, — сделал комплимент, пришедшийся им по вкусу.

— Мать с отцом предупредили, что если у них возникнет хоть тень сомнения, что мы опять взялись за старое, то они порежут наши кредитные карточки на части. А остаться без денег мы не можем. Как тогда жить? Поэтому, пожалуйста, господин Йохансон, позаботьтесь о нас, — обе сестры склонились в поклоне, исполнив его сидя, с недоеденными сэндвичами в руках.

— Ладно, что-нибудь придумаю, — пообещал. — Лучше скажите, я успел? — пристально на них посмотрел, сделав самое серьёзное выражение лица, на которое способен.

— Что успел? — сестрёнки недоумённо переглянулись.

— Исполнить свою угрозу. Иначе, чем я тогда заслужил эту шишку? — наклонив голову, показал на неё пальцем.

Подавившись воздухом, выплёвывая изо рта еду, Тина отчаянно покраснела, а Эми стала издавать странные звуки. Надув щёки, обхватив себя за бока, с трудом пыталась сдержать рвущийся наружу смех.

Вытирая лицо, мысленно удивился — «И что я такого сказал?»

* * *

В субботу, как и обещал, прибыл в парк развлечений. Да не один, а с девушками. И парнем, что сейчас сидел вместе со мной на лавочке и жизнерадостно трескал мороженое.

— Эрик, я тебе не говорил, как я рад тебя видеть? — поинтересовался Даниэль, лениво наблюдая за толпой отдыхающих, обилием мамочек с детьми и влюблённых парочек.

— Говорил. Уже раз пять, — отозвался, продолжая следить за контрольной точкой, на которой будущая жертва уже дожидалась прибытия «адских близняшек».

Придя ровно за пятнадцать минут до начала свидания. С двумя пышными букетами роз. И помощником, который должен был отнести цветы в машину, после процедуры дарения. Не с ними же идти на аттракционы? Вырядился Гарри Родгар прямо как столичный денди, надев превосходно на нём сидящий светлый костюм. Сделав модную причёску. Надушившись. Ну прямо «красавчик», сошедший с обложки журнала. И чего Гловер в нём не устраивает? Казалось бы, бери и пользуйся. Аргументов у них для этого предостаточно.

— И ещё раз повторю, — напомнил улыбающийся Даниэль, откусывая кусочек вафельного стаканчика. — Потому, что только ты мог придумать настолько бредово-восхитительный план, убедив в его необходимости кучу народа. Вроде бы, даже адекватного. Устроив целую военную операцию ради того, чтобы сорвать чьё-то свидание. Хотя достаточно было нанять шайку хулиганов, которые с удовольствием бы всё исполнили за сотню фунтов. Но нет же, мы не ищем лёгких путей. Верно?

— Ты сюда для чего пришёл? Мораль читать? Не нравится, вали домой, — возмутился.

— Нет уж. Фиг тебе. Я хочу посмотреть, чем всё это закончится. Чтобы знать, к кому обращаться, когда меня тоже начнут посылать на встречи с дочерьми маминых подруг. Там такие крокодилы, что я столько не выпью, — сверкнул белозубой улыбкой Даниэль.

Заметив близняшек Гловер, я встрепенулся. Наконец-то. Опоздали на десять минут, что можно считать своего рода оскорблением. Показателем незаинтересованности в этом свидании. Меньше — показалось бы случайностью, а больше, попаданием в какую-то непредвиденную ситуацию.

Оценив их внешний вид, недоверчиво протёр глаза. Девушки надели одинаковые, лёгкие, весенние платья, идеально подходящие к предстоящему мероприятию. Ничего лишнего, броского или неуместного в их внешнем виде не наблюдалось. Обе покрасили волосы в нежно-розовый цвет. Сделали лёгкий макияж, подчёркивающий их естественную красоту. Словом, выглядели сказочно, став отражением друг друга. Увидев их, Гарри тут же гордо приосанился, заулыбался, предчувствуя, как ему в этом парке все будут завидовать. Свидание с красивыми близняшками, это же мечта задротов и ботанов. По крайней мере, я так раньше считал.

— Внимание всем, приготовились, — приложив руку к уху, включил гарнитуру скрытого ношения. — Доложить о готовности.

Послышались многочисленные доклады о том, что все на позиции, ждут не дождутся представления.

— Операция «Миссия невыполнима или Добро пожаловать в ад», начинается.

Ничего больше не предпринимая, спокойно понаблюдал с Даниэлем за тем, как проходит церемония приветствия, вручения цветов, осыпание девушек комплиментами. Как счастливый парень, с важным видом, ловя на себе завистливые взгляды, повёл близняшек в парк развлечений.

Начать он решил с лёгкой прогулки, приятной беседы и любованием красивыми пейзажами с последующим выходом к летнему кафе, где на свежем воздухе посетителям парка предлагались различные вкусности. Поскольку у меня всё было предусмотрено, его выбор ни на что не влиял.

— Схема шесть, — отдал указания. — Шарики пошли.

О чём разговаривали Гловер и Родгер я не слышал. Судя по выражениям лиц, пока у них всё шло хорошо. Молодые люди обсуждали что-то нейтрально-приятное. Обменивались любезностями, смотрясь со стороны очень гармонично. В какой-то момент у них на пути появился аниматор в костюме мишки, с большой, фальшивой головой. В руках он держал связку воздушных шаров, расписанных добрыми пожеланиями. Преградив путь, он сумел убедить парня купить своим девушкам по шарику. На удачу. Напирая на то, — «Тебе что, жалко для таких очаровательных леди денег на воздушный шарик с пожеланием им счастья? Неужели ты против этого?» Конечно же, Гарри подарил своим спутницам по шарику. Позволив им почти дойти до кафе, я отдал следующую команду.

— Гнездо-1, выпускайте птичку. Гнездо-2, работайте по готовности.

Сначала шарик лопнул у Тины, а потом у Эми, оставив их с верёвочками в руках, на концах которых болтались рваные куски латекса. Никто из них так и не заметил крохотные пластиковые пульки, летящие с огромной скоростью.

— Ай-яй-яй, — фальшиво посочувствовал Даниэль. — Бракованные шарики подарил девушкам. Не повезло.

Чуть позже, пролетающий мимо дрон службы доставки, несущий в своих захватах протекающую упаковку с соком, из-за небольшой высоты и сбившегося навигатора, слегка испачкал пиджак Родгера. Уронив на него несколько капель томатного сока. Вроде бы ничего страшного не произошло, но пятнышки-то на идеально чистом костюмчике остались. Похожие на капельки крови. Отшутившись, проводив улетающий дрон сердитым взглядом, парень повёл девушек в кафе, сделав вид, что его это ничуть не расстроило.

— Мой выход. Ты идёшь? — спросил у Даниэля.

— Разумеется. Мой дорогой друг.

Переместившись поближе, я запустил своё силовое снаряжение, которое прятал под кофтой, изображая толстого, патлатого парня, для чего ещё и парик на себя напялил. Дополнив образ неудачника, вынужденного прийти в парк не с девушкой, а с другом, фальшивыми очками. Очень скоро всё, что посетители пробовали в этом кафе, стало казаться им пересоленным. Даже пирожные. Нужно ли говорить, что удовольствия от такого угощения близняшки Гловер не получили. Выразив своё недовольство парню, который их сюда привёл, всячески расхваливая это место. Чувствуя, что его идеальный план дал трещину, расстроившийся парень попытался исправить о себе впечатление. Повёл близняшек на аттракционы, купив им по пути мороженое. Приведя в исполнение миссию — «Ах ты грёбанный урод».

Отойдя от ларька всего ничего, Гарри «случайно» столкнулся с маленькой девочкой в розовом платьице и бантиках, придающим ей ещё более детский и невинный вид, которая счастливо несла куда-то два рожка с мороженым. Да не простых, а таких, где над стаканчиками возвышались высокие башенки из разноцветных сфер. Будучи тройной, а то и четверной порцией этого холодного лакомства. В результате столкновения так получилось, что мороженое размазалось о грудь девочки. Потрясённо посмотрев на опустевшие вафельные стаканчики, зашмыгав носом, широко открыв рот, она громогласно заревела. На весь парк. Ударившись в истерику. Что не могло не привлечь к себе внимания окружающих людей. Последовала сцена — «Обидели ребёнка». Несчастный Гарри попытался разрешить ситуацию, пока не собралось слишком много народа. Довольно неуклюже, на мой взгляд. Использовав свой платок, он попытался очистить её платье. Дал денег на новое. Извинился.

Не глядя, забрав всё, что у него было в руках, девочка на всю округу обозвала Гарри хамом, педофилом и жмотом. Пожаловавшись, что он трогал её за грудь, посоветовала, тихонько стоявшим в сторонке, близняшкам, наблюдающим за происходящим, поскорее бросить этого плохого парня. После чего быстро «умчалась в закат».

— Браво, похлопал Даниэль, — наблюдая за тем, как опозоренный Гарри поспешил увести близняшек подальше от того места, где на них все смотрели с осуждением и насмешкой.

Слыша угрозы вызвать полицию. Реакцию толпы я немножечко усилил и направил в нужное русло, так их троица получила массу незабываемых впечатлений.

— Твоя сестра — прирождённая актриса. Может, это у вас семейное? — предположил одноклассник.

— Не говори глупостей. Кто тебе сказал, что Марта играла? Она за свои вкусняшки глотку перегрызёт любому. Хуже неё, только Эдит. Та бы ещё и полицию вызвала, обвинив Гарри чуть ли не в домогательствах. Преследуя его по всему парку, пока не выжмет всё, до последнего пенса. А Ханна бы ещё и ногу сломала. «Случайно». Теперь, как бы эта мелкая транжира на радостях, не спустила все деньги на аттракционы и сладости. Она же опухнет от такого количества.

Волнуясь за неё, попросил Цзя Мэй, которая тоже присутствовала в парке, присмотреть за Мартой. Чтобы она не увлекалась и вела себя прилично. А то ещё войдёт во вкус получения лёгких денег и попытается повторить фокус — «Гони компенсацию, грязный извращенец». Поэтому служанка получила приказ, как только посчитает это необходимым, брать мелкую за шкирку и тащить домой.

— Чем там дальше решил «блеснуть» наш сердцеед? — полюбопытствовал Даниэль.

Гарри повёл девушек в тир, намереваясь выиграть им плюшевую игрушку. Действуя по старым, проверенным временем шаблонам. Жаль только, возле тира их уже поджидала Брина. Первое место в навязанном споре ему не видать при всём желании. Выиграет только открывашку для пива. Игровые автоматы, стоявшие неподалёку, уже были взломаны через сеть и готовы жрать его деньги, как не в себя.

Далее, всё более расстроенная и нервная троица последовала на горки, где их поджидали два толстячка, задействованные в миссии — «Блюющие соседи». Куда бы Гарри ни повёл близняшек, их уже везде ждали неприятности. В миссии — «Дева в беде?», пытающийся реабилитироваться парень, попытался заступиться за девушку, которую обижали хулиганы. Надеясь показать себя с хорошей стороны, как надёжного защитника. Вот только Браунфельс, не разбираясь, навешала люлей и хулиганам, и попавшемуся под руку Гарри, ещё и на Гловер наехала. Сообразительные лисички-сестрички, естественно, узнав одноклассницу, как и в случае с Бриной, сделали вид, будто первый раз её видят. И вообще, эта «страшная женщина» их обидела и напугала, а Родгер не защитил. Слабак.

Ну и напоследок, они пошли на колесо обозрения. Миссия — «Ты куда пялишься, похотливое животное?», исполненная Виардо, переполнила чашу терпения Гловер. Предъявив своему кавалеру ряд претензий, размером с Эверест, «плюющиеся ядом» от «разочарования», близняшки уехали домой, жаловаться на него маме.

— Кейси тебя убьёт, — со смехом предупредил Даниэль.

— Я-то тут при чём? — недовольно поморщился, представляя реакцию Рэдклиф на новость, что уже всё закончилось. — Кто же знал, что этот идиот не пойдёт в комнату страха? Она сама вызвалась занять эту точку.

— О, да, — припомнил друг. — Ещё ночью, на этапе подготовки, пригнала туда два грузовичка с оборудованием и катафалк. Даже знать не хочу, зачем.

Объединившись, наша команда отправилась на себе проверять качество услуг этого парка развлечений. Раз уж всё равно здесь собрались. Весело провели время. Сфотографировались. Посидели в кафе, компенсируя его владельцам финансовые потери. Продемонстрировав остальным посетителям парка, что это место вовсе не так плохо, как о нём отзывались сегодня утром.

* * *

Прочитав присланное ему заказное письмо, отпечатанное на гербовой бумаге, директор Шелтон разозлился.

— Да, что это такое? У меня складывается впечатление, что он тут не учится, а работает. Со мной, вообще, хоть кто-нибудь считаться собирается? Или я тут для мебели? — разозлился мужчина.

Вызвав секретаря, продиктовал ей текст приказа. Потом позвонил своему старому другу. Завтра Эрика Йохансона будет ждать сюрприз. А то, слишком часто мистера Шелтона принялись ставить в неудобное положение все, включая этого парня. То орден Южного креста. То заносчивые аристократы. То чиновники. То служащие королевского дворца. То телевизионщики. Он не собирался «прогибаться» под одних, чтобы становиться врагом для остальных. Если нельзя отказать, можно ведь сослаться на непреодолимые обстоятельства. А уж если можно извлечь из них дополнительную выгоду, то и замечательно. Именно на это нацелился директор Шелтон.

Кроме того, сэр Йохансон уже сделал для команды то, ради чего его приглашали в эту школу. Дал им силу, опыт, мотивацию. Дальше парень всё больше её использовал, как собственный наёмный отряд. Замыкая принятия всех важных решений на себя. А так поступать нехорошо. Критиковали то за их проделки директора школы, а не магистра. Ещё заместитель капитана команды по фехтованию Святой Анны слишком быстро вырос в ранге, потеряв право участвовать во всех последующих турнирах их лиги. Следовало учесть и тот факт, что нельзя допускать слишком большого усиления его влияния на учениц. Иначе, как бы уже директору не пришлось ходить договариваться со строптивым школьником, а не наоборот. У всего должна соблюдаться золотая середина. Сэр Йохансон с этого правила сошёл. И об этом ему тоже не мешало бы намекнуть.

Глава 14

Поскольку в школе появляться пока не требовалось, отстранение от занятий ещё действовало, для встречи с членами команды стал использовать свой спортивный клуб. Заодно решив поплотнее заняться его делами, раз появилось свободное время.

В очередной раз оценив удобство директорского кресла, попытался разобраться в большой стопке графиков, таблиц и документов, что положила на мой стол мисс Кольридж. К подготовке отчётов о проделанной работе и о дальнейших планах развития спортивного клуба, она подошла со всем усердием. Постаравшись учесть в них всё, что только возможно. Этим хотела не только получить одобрение, но и оправдать своё назначение.

Мисс Кольридж логично предположила, что из-за слишком высокой загруженности я редко смогу в нём бывать, а значит, клуб останется практически в её полном распоряжении. В этом случае она станет не просто секретарём, а управляющей. За короткое время совершив головокружительный карьерный рост. Так что бумагами меня завалила по самую макушку.

Будучи профессионалом высокого уровня, получившим хорошее образование, документы секретарь составила на технически правильном языке, поэтому разобраться во многих терминах, специфических оборотах речи, формулах, упоминаний законов и отсылок, было не так-то просто. У меня уже через пятнадцать минут разболелась голова и стало рябить в глазах от букв.

— Чёрт. Чтобы во всём этом разобраться, нужно было поступать на факультет «Управления и финансов», а не «Как убить человека палочками для еды, сто двумя способами, не попав в тюрьму».

Откинувшись в кресле, устало потёр виски, испытывая соблазн сбежать в тренировочный зал. Помахать мечом, чтобы очистить голову от беспокоящих меня мыслей. Привык уже к подобному способу сбрасывать напряжение. При длительном отсутствии физических нагрузок я начинал испытывать какой-то дискомфорт. Казалось, будто чего-то не хватает.

— Господин Йохансон, к вам пришла Её Высочество, Кэтрин Эдвардс. Впустить? — по внутренней связи сообщила мисс Кольридж.

— А если скажу — нет, она уйдёт? — нажав клавишу селектора, с надеждой спросил у секретаря.

Последовала продолжительная пауза, как мне показалось, с оттенком растерянности и ошеломления, после которой получит решительное — Нет, — сказанное голосом слегка раздражённой принцессы.

Ах да, у нас же включена громкая связь.

Спустя несколько секунд, принцесса без стука вошла в кабинет. За ней, как обычно, следовала верная служанка, держась настолько незаметно, что взгляд с неё словно соскальзывал, а из памяти она стиралась уже через пару минут. Это ж где такому учат? Я бы туда мисс Кольридж отправил.

— Эрик, неужели ты не рад меня видеть? — вкрадчиво поинтересовалась Кэтрин, отвлекая меня от разглядывания мисс Парк.

Не дожидаясь разрешения, принцесса уселась в одно из трёх гостевых кресел.

— Если не видишь, я сейчас немного занят. Работаю. А так, ты же знаешь, я всегда рад тебя видеть? — улыбнулся дежурной улыбкой.

— Мог бы так сразу и сказать, — упрекнула принцесса, с лёгким интересом разглядывая заваленный бумагами стол.

Испытывая желание подойти и посмотреть, что в них написано.

— А я как сказал? — изобразил удивление.

Секунду помолчав, переместив взгляд своих карих глаз на меня, с нечитаемым выражением лица принцесса заметила.

— Мне послышалось, что ты попросил меня уйти. Неужели тебе кажется, что я навязываюсь? — в нужном месте, чуть-чуть «надавила» бархатным голосом.

Давая понять, что на это нужно ответить.

— Правда? — усомнился, удивлённо приподняв брови.

Выразив всё одним словом. Скулы принцессы обозначились чётче. В глубине её глаз промелькнула «молния». Ну вот, опять вышел за рамки ожиданий, ломая шаблоны поведения.

Слишком сближаться с принцессой я не планировал. У меня и без Кэтрин хватало проблем. Она девушка не моего уровня. К тому же слишком властная. На наших встречах принцесса всегда преследовала только свои цели.

— А ты как думаешь? — беззаботно ответила Ёе Высочество вопросом на вопрос, сохранив дружелюбный тон.

Не позволив эмоциям взять над собой верх, поскольку это проявление слабости. Если ей и давать волю, то не на глазах у окружающих. Иначе они решат, что Кэтрин в этот момент уязвима.

— Прости, если так выглядело, — примирительно извинился, не став обострять отношения. — Я не считаю тебя навязчивой девушкой, — дал единственно верный ответ, принимая её правила игры.

Можно считать — счёт один ноль в пользу принцессы. Ведь теперь, после извинения, полагалось загладить вину. А значит, она стала на шаг ближе к тому, за чем сюда пришла. Вот поэтому я и не люблю связываться с высокородными леди. У меня своё оружие, у них своё. Ещё не известно, чьё опаснее.

— Так, чем могу помочь, любимой принцессе? — качнул маятник в другую сторону, показательно сдвигая стопку с документами к краю стола.

— Рада, что мы разрешили это недоразумение, — благодарно кивнула Кэтрин, так же не собираясь загонять меня в угол. — Видишь ли, через три дня моя подруга празднует свой день рождения. Я хотела бы его посетить. Поскольку одной приходить не принято, это всё равно, что принести табличку «Свободная касса», в качестве кавалера я выбрала тебя. Что скажешь?

— Что не понимаю, что мне там делать? Это же твоя подруга, — не проявил ожидаемого энтузиазма.

— Да. Но она хотела бы посмотреть больше на тебя, чем на меня, — без тени недовольства, пояснила принцесса.

— А можно, через тебя передать ей мою фотографию с автографом? — всё же попытался найти причину остаться дома.

— Йохансон, — сказала со строгостью и капелькой участия, — ты намёки хорошо понимаешь? Тебе по голове в Уорикшире никто не бил?

Призадумавшись, отчего у принцессы появилось странное выражение лица, с неуверенностью ответил.

— Вроде бы, пару раз туда прилетало. А что?

— Эрик, ты мне друг? — Кэтрин воспользовалась безотказным приёмом, теряя терпение.

— Понял. Осознал. Буду. Заезжай за мной, за час до мероприятия, — принял это, как неизбежное зло.

Принцесса Кэтрин несколько раз быстро моргнула, не меняя позы и выражения лица, после чего, задала гениальный вопрос.

— А ты в чём собираешься ехать на праздник?

— Не знаю, надену что-нибудь, — не придал этому большого значения.

— А я в чём буду? — вновь вкрадчивым тоном задала вопрос, сильно понизив голос и немного наклонив голову набок.

— Не знаю, наденешь что-нибудь, — несколько растерянно повторил ту же фразу, не понимая, чего ещё эта вредная «женщина» от меня хочет?

Почему бы не сказать прямо? Поиграв с ней в гляделки, попытался донести до неё эту простую мысль. У Энни Парк, замершей по левую сторону двери, слегка дрогнули губы. Однако она сумела сохранить бесстрастное выражение лица. Сигнал селектора отвлёк меня от разгадывания загадок.

— Господин Йохансон, пришла леди Эйлис Стюарт, — сообщила едва дрогнувшим голосом мисс Кольридж, не ожидав появления второй столь высокой гостьи. — Попросить её подождать?

«А она ещё что здесь забыла?» — прочитал по глазам сильно удивлённой принцессы Кэтрин.

— Пригласи, — распорядился, находя это забавным.

Леди Эйлис пришла не одна, а тоже с сопровождением. Её спутником оказался Леннокс. Обменявшись одними им понятными взглядами с Энни Парк, он занял место по другую сторону двери. Шотландская принцесса, так же не ожидав встретить здесь дальнюю английскую родственницу, нерешительно остановилась.

— Здравствуйте, сэр Йохаснон, — вежливо поздоровалась она своим мягким, приятным голосом. — Я не вовремя? — спросила, не спеша чувствовать себя здесь как дома, в отличие от Кэтрин.

— Добрый день, леди Стюарт. Это сложный вопрос. Присаживайтесь, — гостеприимно указал на кресло. — Сейчас вместе попытаемся найти на него ответ. С принцессой Эдвардс мы просто разговариваем, а не обсуждаем дела. С ними мы уже закончили. Или я поспешил? Есть ещё что-то важное, требующее рассмотрения? — выжидательно посмотрел на Кэтрин.

Намекая, что ей пора. Расправив платье, принцесса сделала вид, что не понимает, о чём это я? Поудобнее устроившись в кресле и мило улыбнувшись, она несколько раз «стрельнула глазками» в мою сторону. Вот же стерва.

— Нет. Остальные детали обсудим позже, — согласилась Кэтрин. — Рада тебя видеть Эйлис. Не знала, что ты сейчас в Лондоне. Давно приехала? — попыталась завязать с ней беседу, собираясь выведать причину появления в моём кабинете.

Для чего и задержалась.

— Нет. Я здесь по делу. Навещала дядю Эндрю. По пути заехала выполнить поручение отца. Сэр Йохансон, это вам.

Шотландская принцесса передала мне письмо, запечатанное сургучовой печатью.

— Если у вас возникнут вопросы, можете их сразу задавать, — подсказала, что письмо лучше прочитать сразу.

Тоже невинно «стрельнув глазками», но в сторону «навострившей ушки» Кэтрин. Чувствуя себя несколько заинтригованно, вскрыл конверт. Прочитав просьбу герцога Эдинбургского, не смог сдержать изумлённого восклицания.

— Во Францию?! С вами? Завтра же? В Часовню Шапель де Лажер?

Последнее добавил от себя, чтобы посмотреть на реакцию Кэтрин, не заставившую себя долго ждать. У английской принцессы «вытянулось лицо».

— А не слишком ли это поспешно? — поинтересовался у шотландской гостьи.

Леди Эйлис улыбнулась, оценив тонкую шутку. Нетрудно понять, о чём могла подумать Кэтрин. Вместо того, чтобы разоблачить мою маленькую ложь, шотландская принцесса сказала совсем другое.

— Мой отец приносит вам свои извинения. Вся эта ситуация возникла из-за его неосторожных обещаний. Дядя Анри, — произнесла это имя на французский манер, — хотел бы как можно скорее поставить в этом вопросе точку. Для чего уже приложил немало усилий, — намекнула на своё появление в этом кабинете.

Образно говоря, над головой английской принцессы выявился воображаемый, огромный знак вопроса, издавающий — Динь-динь-динь-динь! А ещё её пальцы сильно сдавили подлокотники, оставляя на них вмятины.

У Стюартов имелись родственные связи с семьёй герцога Анжуйского, который, в свою очередь, являлся кузеном матери Французского короля. Так вот, леди Жанетт, жена Его Светлости, недавно родила очень одарённого ребёнка, способного чуть ли не с пелёнок взаимодействовать со слабеньким А-полем. Проявив потенциал будущего гроссмейстера. Однако, то ли родители чего-то намудрили, пытаясь добиться именно этого результата, то ли постарались недоброжелатели, то ли им просто не повезло, правду мне всё равно никто не расскажет, но в итоге у малыша выявили нарушения развития нейроузлов, отвечающих за контроль над «силой». Если их не устранить, то очень скоро ребёнок либо потеряет свои способности, либо «сожжёт» мозги, либо станет умственно неполноценным. Не самая радужная перспектива, какой бы вариант ни оказался верным. Остроты этой трагедии добавлял тот факт, что после появления на свет малыша Луи, леди Жанетт больше не могла рожать.

К сожалению, единых методик лечения и лекарств от таких болезней не существовало. Те способы, что были доступны Анжуйским, результата не дали. Врачи поставили диагноз — неизлечимо, по сути, приговорив бедного Луи.

Недавно посетив Францию, заехав к родственникам, герцог Эдинбургский, как-то при разговоре с герцогом Анжуйским, вечерком, за распитием бутылочки вина, рассказал ему, что знает человека, который мог бы спасти маленького Луи. Похваставшись тем, что его сыну этот «чудо-целитель» смог помочь. Опровергнув похожие заверения врачей об отсутствии всяких надежд на излечение Лесли. Нетрудно догадаться, что семья Анжуйских тут же захотела со мной встретиться. Терять-то им всё равно нечего. К тому же, родня плохого не посоветует. Новости о двойном прорыве третьего сына Рональда Стюарта уже успели дойти и до Франции.

Чтобы не привлекать к этой истории лишнего внимания, давая пока ещё ничем не подкреплённые надежды и обещания остальным своим родственникам, с обеих сторон, не все из которых этому окажутся рады, Стюарты взялись организовать нашу встречу. Став посредниками. А там уж, как получится.

Отказаться уважить просьбу таких семей, я не мог. Надеюсь, герцог Эдинбургский не способствовал развитию у герцога Анжуйского слишком уж завышенных ожиданий. Я ведь могу и не справиться. Как бы тогда не стать «крайним». Ведь людям всегда проще обвинить во всех своих бедах кого-то другого, чем посмотреться в зеркало.

— Что же, буду рад лично познакомиться с вашим замечательным дядей Анри. Простите, принцесса Эдвардс, похоже, я не смогу удовлетворить вашу просьбу. Приношу свои искренние извинения, — вежливо склонил голову перед Кэтрин. — Я не смогу выполнить данное вам обещание. Возникли непредвиденные обстоятельства. Можно сказать — Вопрос жизни и смерти. Согласитесь, что идти на праздник, зная, что за это придётся заплатить столь высокую цену, не принесет удовольствие ни мне, ни вам. Будем считать это отложенным обязательством, которое я непременно выполню. Но, в другое время.

Смерив нас обоих несколько ошеломлённый взглядом, принцесса вынужденно согласилась. Опровергнуть это заявление ей было нечем. Усевшись во второе кресло, настраиваясь на продолжение беседы, Эйлис выразительно посмотрела на Кэтрин. По идее, шотландка могла бы и уйти, выполнив поручение отца, но, по-видимому, отношения между девушками были куда сложнее, чем я думал. Причём не сказал бы, что они смотрели друг на друга с враждебностью.

Прежде чем я успел разрешить эту ситуацию, выпроводив их обеих, вновь включился селектор. Уже несколько обеспокоенно и нервно мисс Кольридж сообщила о ещё одной неожиданной посетительнице, которая тоже хотела со мной встретиться. И тоже по неотложному делу. Меня сперва удивило, у кого хватило влияния, чтобы вынудить мисс Кольридж прервать моё общение аж с двумя принцессами, не осмелившись попросить гостью обождать. Однако, судя по изумлению на лицах Кэтрин и Эйлис, имя графини Конни Байрон им хорошо знакомо. Более того, они выжидательно на меня посмотрели, будто хотели что-то спросить, но стеснялись друг друга. Удивительное зрелище.

— Не возражаете, если она к нам присоединится? — на всякий случай уточнил, чтобы никого не обидеть.

Не получив возражений, попросил графиню войти. Первая реакция незнакомой мне девушки показала, что она тоже не ожидала здесь встретить обеих принцесс. Леннокс, откровенно паршиво изображающий «кадку с деревом», предвкушающе ухмыльнулся. Его происходящее тоже начало забавлять, согнав с лица скучающее выражение. Прислонившись к стене, он сложил на груди руки, с интересом наблюдая за развитием событий. В отличие от него, мисс Парк продолжала изображать стойкого оловянного солдатика, однако от неё «повеяло» задумчивостью и лёгкой настороженностью. Если Леннокс расслабился, то она, напротив, напряглась. Сопровождающий графиню, прилично одетый Чейз Уильямс, приветливо кивнув шотландцу, не раздумывая, встал рядом с ним. Отчего создалось ощущение, что изменился баланс сил. Став два к одному, не в пользу принцессы Эдвардс.

Мгновенно уловив этот нюанс, графиня, обладающая чутьём потомственного аристократа, с некоторой неторопливостью демонстративно села в третье кресло, подвинув его строго по центру комнаты. Расположив на равном удалении и от Эйлис, и от Кэтрин. Что-то мне захотелось побыстрее покинуть кабинет, оставив их выяснять отношения между собой, пока они не разобрались со мной.

— Здравствуй Конни. Ты тоже знакома с сэром Йохансоном? — приветливо поздоровалась принцесса Эдвардс, как с равной.

Поинтересовавшись у графини, какого…, пусть будет — пекаря, она здесь забыла?

— Пока ещё не довелось. Однако, насколько вижу, этот недостаток следует исправить, и как можно скорее, — одарила нас троих одинаковой, доброжелательной улыбкой. — Леди, я рада вас видеть. Если это не покажется нескромным вопросом и неуважительным отношением к сэру Йохансону, могу я узнать, что привело вас сюда? Да ещё прямо передо мной.

Заподозрила, что эти две вещи как-то между собой связаны.

— Я хотела вручить своему другу пригласительное письмо. Попросив его составить мне компанию на твоём дне рождения. Однако, похоже, в этом уже нет надобности, — объяснилась Кэтрин, отзеркалив улыбку.

Принцесса надела маску светской львицы, не позволяющей прочесть её истинные чувства.

— А я здесь для того, чтобы передать письмо отца. Он пригласил моего друга на наш семейный отдых, во Францию. Желая познакомить его с нашей дальней роднёй из ветви Анжуйских, — сообщила леди Эйлис, разглядывая свои идеально лакированные ногти.

Словно речь шла о какой-то мелочи. Не показывая своей личной заинтересованности в этом приглашении, она, на самом деле, только подчеркнула его значимость. Поскольку в этом случае инициатива исходила от герцога Эдинбургского. Что могло означать всё, что угодно. Подозреваю, она так сказала не из желания мне угодить, а из чувства соперничества. Эти леди явно знакомы не первый день.

— Вот как? — приятно удивилась графиня, услышав то же, что и я, но сделав намного больше выводов. — Вы не поверите, но я здесь тоже, чтобы передать письмо. От моего отца! — с важностью подняла палец вверх и, выдержав небольшую паузу, рассмеялась мелодичным смехом.

Чем слегка разрядила обстановку. Графиня Байрон выглядела обычной, привлекательной, кареглазой девушкой. С немного узким, аристократичным лицом, тонкими губами и высоким лбом. Длинные, прямые волосы каштанового цвета, были собраны за спиной в пышный хвост.

— И что самое смешное, вероятно, преследуя ту же цель, что и вы, — открыто признала, без тени смущения, зарабатывая плюс два балла Уэльсу.

Из памяти Маргарет я «вспомнил», что Байрон занимали в Уэльсе такое же положение, что и Стюарты в Шотландии. То есть, у меня уже собрались три принцессы. Осталась ещё Ирландская и тогда колода будет собрана, а игрок казнён, из зависти.

— Ты знаешь, какую я преследую цель? — шутливо усомнилась Кэтрин. — Мне уже стоит задуматься, как от тебя избавляться?

— Легче лёгкого. Два миллиона и я сегодня же улетаю в казино, в Монако, — столь же шутливо подсказала графиня. — А там либо ишак, либо шах, либо…

— Мат, твоего отца, — любезно подсказала Эйлис, с неодобрением покачав головой, показав взглядом на меня.

Указывая, что это было невежливо. Чувствую, девушки уже начали общаться на своей волне, на которой я явно лишний. Переглянувшись с Ленноксом, характерным жестом предложил ему выпить, кивнув на дверь. Имея в виду, что пойду с ними. И тут, в рамках кульминации разворачивающегося в этом кабинете фарса, в него натуральным образом вломился покрасневший от гнева, сильно возмущённый мужчина. Обладатель небольшой залысины и пивного брюшка.

Грубо отталкивая отчаянно пытающуюся ему помешать мисс Кольридж, он яростно кричал, что этого так не оставит! Какой позор! Подать ему директора этого «сарая»! Если бы Габа успел вернуться из Мозамбика, куда улетел повидать родню, отпросившись перед самой войной баронов, то этот тип уже лежал бы посреди коридора, вытянувшись по струнке, строго ногами на юг, сложив руки на груди. Так, чтобы в них удобнее было держать цветочный горшок с фиалкой, добавленный для красоты и полноты композиции. Однако, двое крепких мужчин в тёмных костюмах и очках, держащихся у него за спиной, на расстоянии вытянутой руки, готовых в любую секунду, после команды: «Взять», от хозяйки, уж не знаю, которой из трёх, с удовольствием выполнили бы ту же самую работу. Или помогли ему выйти на улицу, через ближайшее окно.

Действуя одновременно, Парк, Леннокс и Уильямс, мгновенно взяли мужика в «коробочку», остановив его «героический» прорыв.

— Спокойнее. Ты кто? — потребовал Леннокс, уперев ладонь в грудь вторгнувшегося к нам мужика.

— С дороги! Я этого так не оставлю. Я требую извинений! — брызжа слюной, продолжал орать мужчина. — Я вам не какой-нибудь бродяга с улицы. Вы у меня за всё ответите. Проходимцы! Мерзавцы! Всех засужу! Воды мне! Воды!

Если сказать, что я растерялся, значит, не сказать ничего. С недоумением перевёл взгляд на мисс Кольридж, прося подсказку.

— Этот человек утверждает, что его здесь обманули. Предоставили некачественные услуги. Обсчитали на кассе. А также у нас антисанитария и крайне неуважительное отношение к клиентам, — секретарь донесла до меня суть его претензий. Степень моего ошеломления значительно выросла. И я этого даже не скрывал.

— Это правда? — не слушая криков мужика, пытающегося привлечь к себе внимание, поинтересовался у разозлившиеся мисс Кольридж.

Пытающейся подобраться к нему, чтобы хорошенько пнуть. Для начала.

— Нет! Это вопиющая ложь и клевета! — громко заявила секретарь, не колеблясь ни секунды. — Что могут подтвердить данные с камер видеонаблюдения и показания сотрудников. Он с самого начала вёл себя так, будто всем доволен. Его всё устраивало. А потом, внезапно, словно с цепи сорвался. Побежал прямиком сюда. Кричал. Ругался. Не хотел разговаривать ни с кем другим.

— Ух ты как, — даже моргнул от неожиданности.

Поскольку принцессы сидели к двери спиной, в креслах, с высокой спинкой, их лиц мужчина не видел. Его, судя по всему, присутствие посторонних в кабинете не только ничуть не смущало, но даже радовало. Принцессы с интересом на меня посмотрели, ожидая, как я буду выкручиваться из этой непростой ситуации? Как себя проявлю? Поэтому вмешиваться в происходящее пока не спешили.

То, что появления разгневанного клиента не случайно, догадаться было несложно. Похоже, кто-то решил передать своеобразный «привет», напомнив о себе. Узнать бы кто именно? Иначе будет сложно его «поблагодарить». Скорее всего, расчёт строился на поднятии шумихи и удару, в первую очередь по репутации клуба. Довольно умно. Защитить свою честь, особенно в случае очевидного и намеренного оскорбления, намного проще. Осталось только выяснить, что за это «фрукт», прежде чем определяться с дальнейшей линией поведения. Кто он? Герцог? Граф? Принц? Кардинал?

— Уважаемый, не могли бы вы для начала представиться? — вежливо попросил незваного визитёра.

Мысленно сожалея об отсутствии под рукой силового снаряжения.

— Я прокурор…, — он с гордостью назвал один из городских районов, даже не первой величины.

— Кто?! — воскликнул изменившимся голосом, не веря своим ушам.

У меня чуть глаза из орбит не вылезли от крайней степени изумления. Кэтрин захихикала в ладошку. Улыбнувшаяся графиня Байрон, заинтересованно скосила взгляд в её сторону. Только Эйлис показала сочувствие, сразу догадавшись о том, куда дует ветер.

— Прости. Можешь повторить это ещё раз? — со странным выражением лица попросил его Леннокс.

Не ожидав такой странной реакции, нахмурившийся мужчина повторил. Начав подозревать, что он чего-то не учёл. Ага, размером с Британские острова. Быстро обдумав ситуацию, принял самое неожиданное решение. Действуя нестандартно, чтобы сломать вероятный шаблон действий своих недоброжелателей.

— Друг мой, Леннокс. Почти шурин, если верить обещаниям маленькой Эрин Кэмпбелл. Ты не мог бы попросить этого уважаемого джентльмена немного подождать. Посадить вон на тот диванчик. И проследить, чтобы он не сбежал, до того как я начну «плакать и каяться». Только мне для этого нужно немного больше времени. Чтобы как следует подготовиться. Ну там, носик припудрить, ресницы подвести, колготки разгладить… на своей девушке. Уважаемые леди, — прошу прощения, но я вынужден ненадолго прервать нашу беседу, — с фальшивым сожалением обратился к принцессам. — Или… немного отложить, — прищурившись, внимательно посмотрел на ещё одну любопытную леди, выглядывающую из-за спин телохранителей.

Что самое примечательное, с письмом в руках. Господи, да что же за день такой?! То никто не вспоминает про «бедного» Гоблина, то заваливают письмами. И ладно бы — любовными. Неужели это изощрённая месть Санта-Клауса?

— А что здесь происходит? — с осторожностью вошла в заполненный кабинет леди Бедфорд, после того как я поманил её жестом.

— Обычный, будний день сэра Йохансона, чтоб ему лопнуть от избытка медовухи в организме во время орг… организации праздника. Как говорили мои далёкие предки. Давай письмо и присоединяйся к этим, несравненно очаровательным, леди. Они введут тебя в курс дела. Даже если будешь против, — доверительно сообщил другим тоном, понизив громкость. — Мисс Кольридж, будьте добры, принесите моим гостьям чаю с печеньем. И распорядитесь, чтобы сюда доставили дополнительные стулья. С запасом.

С сомнением посмотрел на три уже занятых гостевых кресла.

— А пока их ищут, садись на моё место, — обратился к леди Бедфорд. — Можешь чувствовать себя как дома, — развил бурную деятельность, спеша высказаться первым, не давая себя опередить. — Смотреть мои бумаги. Решать мои проблемы. Платить зарплату моим сотрудникам.

— Может, я лучше пойду? — с чего-то вдруг оробела Маргарет, глядя на зловещий блеск в моих шальных глазах и коварную улыбку.

Пришлось ей немного помочь, направив в нужную сторону. От прилива адреналина у меня окончательно сорвало «тормоза», разбудив гоблина. Зря меня решили опозорить прямо перед девушками. Разве мог я это допустить? Конечно же, нет! Сейчас я им всем покажу, кто в доме хозяин и что у него есть яйца. А ещё — член. Но его покажу как-нибудь в другой раз и не всем сразу. О, как меня заносит! Самому страшно становится.

— Нет уж, оставайся, — с улыбкой надавив ей на плечи, усадил леди Бедфорд в директорское кресло. — Вы пока мило беседуйте, а мне нужно сделать парочку звонков.

Отойдя к окну, достал телефон. Не обращая внимания, кто и что дальше в кабинете вытворяет, связался с «исчадиями ада».

— Алло. Гловер? Чудно. Хочешь получить горячий, эксклюзивный материал, ради покупки которого большие боссы на ВВС продадут сердце, почки и печень? Сказал бы душу, но у этих людей её наверняка уже нет. А ещё они станцуют вальс и поцелуют в то место, которым вы думаете. В щеку, извращенка ты такая. В щёку! Словом, подымай на уши своих самых отмороженных псов «бумаги и печатной машинки» и пулей отправляй в мой спортивный клуб. С камерами, микрофонами, ушлыми и борзыми журналистками. Поверь на слово, это будет весело. То есть, выгодно. Именно это я и хотел сказать. Выгодно! — ещё раз поправился с фальшивым испугом от того, что проговорился.

Прекрасно зная, что первый вариант её заинтересует гораздо сильнее.

Закинув ногу на ногу и сложив руки на коленях, графиня Байрон радостно заметила, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Это я удачно зашла. Кажется, с сэром Йохансоном следовало познакомиться намного раньше. Могли бы и подсказать.

— Поверь, это смотрится весело только вначале и со стороны, — раздражённо вздохнула принцесса Кэтрин, прикрыв лицо ладонью. — Когда не касается тебя самой. Сэр Йохансон, как водоворот. Вокруг него спокойных вод не бывает. Чуть зазеваешься, и всё…, — не стала завершать свою мысль.

— Что ты задумал? — растерялся прокурор, услышав про телевизионщиков.

С него удивительно быстро сходила злость. Но сфинктер пока всё ещё сжимался недостаточно сильно. Ничего, скоро мы это исправим.

— Не волнуйся, тебе понравится. Скажешь им всё, что пожелаешь. Алло, сестрёнка, привет, — отвлёкся на следующий звонок. — Прости, ты не могла бы срочно прислать ко мне хорошего, матёрого адвоката. Самого дорогого. До собственного охренения, насколько же он сволочь. Который бы кушал только с золотых тарелок, такими же столовыми приборами. Слушал бы оперу, не выходя из дома. Вживую. И смотрел бы на тех, у кого нет хотя бы парочки собственных тропических островов, как на куски дерьма, что по ошибке считают себя людьми. Я его нанимаю. Не волнуйся. В крайнем случае поймаю и продам ещё парочку итальянцев. Их там, на родине, миллионы. Не обеднею.

От услышанного остолбенели все присутствующие. Маргарет забеспокоилась ещё сильнее.

— Эрик, а ты…

— Эй, что за балаган ты тут устроил. Если думаешь…, — занервничал прокурор.

— Тихо! — громко рявкнул, не став дослушивать. — Не мешайте думать. Так, нам нужна сцена. И почему я сразу не догадался сделать в клубе конференц зал. Да чего ты дёргаешься? Хотел устроить скандал? Будет. Привлечь внимания? Привлечёшь. Рассчитывал получить денег? Получишь. Я исполню твои мечты. Для этого даже не придётся тереть лампу. Но если так хочешь, могу дать чайник. Только не отвлекай.

— Жаль, он не оператор А-поля, — с довольной ухмылкой подсказал Чейз шотландцу, кивнув на теряющегося в догадках прокурора. — Проще было бы отделаться переломами.

— И не напоминай, — улыбнулся Леннокс, поддерживая шутливый тон.

Далее они принялись изысканно стращать прокурора, доводя его до точки кипения, не тронув и пальцем. Не иначе, два «тролля» восьмидесятого уровня. Пока дожидался журналистов и адвоката, веря в то, что ни Гловер, ни Нора меня не подведут, готовилось помещение, разрывалась мисс Кольридж, не зная за что хвататься в первую очередь, «девочки» общались с «девочками», а «мальчики» с «мальчиками», быстренько ознакомился с письмом, доставленным Маргарет. Трижды его перечитал, пытаясь понять — «Что это было?». Сил удивляться уже не осталось, но подходящие слова нашлись сразу.

— Кто-нибудь, ущипните меня. Я что, всё ещё сплю? Как до этого дошло? Не понимаю, — посмотрел в пустоту «стеклянными» глазами. — Ничего не понимаю. Какого…, да не при леди будет сказано, они и так об этом слышали. Сегодня что, астрологи объявили неделю бешенства морских свинок? Их прирост удваивается?

Меня слегка закоротило.

— Что там? — забеспокоилась Маргарет, не в силах больше сдержать своё любопытство.

— А ты не знаешь? — посмотрел на неё тем же взглядом.

— Нет. Меня вызвал директор Шелтон и попросил передать тебе. Без комментариев.

Молча протянул письмо Маргарет. По мере чтения, брови у девушки поднимались всё выше, а лицо выражало всё большую степень изумления. Первой сорвалась с места Кэтрин, у которой шея и так вытянулась на всю возможную длину. Скорость чтения у неё была выше, а реакция, ярче.

— Он не в себе? Какого чёрта! — возмутилась девушка, не находя других слов.

С задержкой в пару секунд ещё две принцессы встали по бокам, заглядывая в письмо с разных сторон директорского кресла, облокотившись на него. Только сейчас разглядев лица тех леди, что он потревожил своим вторжением, прокурор побледнел. По мере узнавания, переводя взгляд с одной на другую, мужчина стремительно терял самоуверенность. Мечтая поскорее отсюда смыться. Да кто ж ему теперь даст? Ленноксу и Чейзу самим было очень любопытно, чем всё закончится.

Суть письма сводилось к следующему — директор Святой Анны, с какого-то перепоя, не иначе, решил совместить моё наказание с ответственным поручением. Извлекая из этого немалую, нужно думать, выгоду. Отправил меня в другую школу по программе обмена выдающимися учениками. До экзаменов. Которые я мог сдавать либо там, либо по возвращении в Святую Анну. Возникло ощущение, будто меня продали как породистого щенка. Да не одного, а с двумя ученицами в довесок. Он обменялся тактическими командными тройками с французской школой Сент-Лоран. Понятия не имею, что это, где это и о ком это? Вместе со мной в эту школу на два с половиной месяца должны были отправиться Джейн Гриффин и Эльза Браунфельс. Интересно, а на кого нас хоть поменяли? Не продешевили?

Необычность ситуации в том, что это была не просьба директора Шелтона, а фактически приказ. Уже согласованный с министерствами образования двух стран. Утверждённый и подписанный. Сильно сомневаюсь, что данный вопрос поднимался на более высокий уровень. Поскольку, а зачем? В моём случае повышенная секретность сыграла скорее в минус, чем в плюс. Отыграть всё назад можно, подключив связи, но это вызовет много неудобных вопросов у тех, кто пока ещё моей персоной не интересовался. Такое чувство, будто я успел где-то нагадить в тапки директору и забыть об этом. За что он так с… бедными французами?

В принципе, если хорошенько подумать, смена обстановки пойдёт мне на пользу. Отдохну, наберусь сил, подлечу здоровье. Покушаю виноградика, с рук, на Елисейских полях, лёжа на голых коленках какой-нибудь любвеобильной Парижанки. А то здесь вокруг меня собрались такие леди, что за подобную попытку их родственники руки оторвут, по самые гланды. Лучше потренируюсь во владении французским языком. Или в овладевании. Как получится.

Посмотрев на моё задумчивое выражение лица, даже сказал бы, немного мечтательно-охотливое, Маргарет помрачнела. Вот, как женщины угадывают, о чём мы думаем? Неужели у нас на лбу написано? И кто из нас после этого менталист?

— Похоже, дяде Анри не придётся нас долго ждать. — улыбнулась повеселевшая леди Эйлис. — Нужно будет послать твоему директору в подарок бутылочку коллекционного виски.

— И верёвку, от меня, — добавила сердитая принцесса Кэтрин.

— Похоже, я опоздала, — досадливо поморщилась леди Байрон, посмотрев на дату вылета.

Когда прибыли журналисты и мой новый адвокат, вместе с ними приехал и защитник прокурора. Которого тот вызвал на «всякий случай». Он бы ещё судью пригласил, чтобы два раза «не вставать». Поэтому нам пришлось временно забыть про директора Шелтона и сосредоточится на текущих делах.

Собрав пресс-конференцию, я дал первое слово прокурору, позволив высказать на камеру всё, что он хотел. В любых выражениях. Абсолютно безразлично отнёсшись к его обвинениям и утверждениям. После чего вышел и объявил о том, что собираюсь судиться с этим человеком, отстаивая свою честь и достоинство. Если потребуется, годами. Заявив о том, что извинений он не дождётся.

— Я готов выплатить этому человеку любую компенсацию. Заплатить судебные штрафы и адвокатские издержки. Дать денег просто так, если он такой бедный. Плевать на него. Тьфу на тебя, — показал, что мои слова не расходятся с делом. — Но судиться с ним я буду долго и упорно. С большой радостью. Угадайте зачем?

С улыбкой задал это провокационный вопрос, даже не сомневаясь, что у меня об этом сейчас спросят.

— Да потому, что мне нужно время, чтобы найти того трусливого гадёныша, который заказал эту гнусную акцию. Послушай, — уверенно сказал, глядя прямо в объектив камеры, — я всё равно до тебя доберусь. Первый удачный ход остался за тобой. Молодец. Поздравляю. Однако, не радуйся раньше времени. Игра только началась. Постараюсь не заставлять тебя слишком долго ждать мой ответный «привет».

Помахал рукой в камеру. Сильно занервничавший мужчина тут же принялся громко возмущаться, опровергая мои слова. Заявляя, что его никто не посылал. Он действовал сам по себе, от своего имени. Бескорыстный борец за добро и справедливость. И прочее и прочее. Да только, кто ж ему теперь поверит? Даже если не найдутся доказательства подставы, думать об этом народу никто не запретит. Напротив, чем честнее прокурор будет выглядеть, тем больше на его счёт возникнет подозрений. Чтобы усилить эффект, добавил.

— А ещё, мне интересно, будешь ли ты спасать своего человека или бросишь на произвол судьбы? Первое позволит мне быстрее тебя найти. Второе покажет твоё отношение к уже сыгранным картам. Заставив остальных креветок задуматься, а хотят ли они добровольно лезть в кастрюлю.

Слишком часто акцентируя внимания на этом неведомом «Ты», заставил всех поверить в его существование.

— Если думаешь, что мне так важен этот бизнес, то глубоко ошибаешься. Если суд потребует закрыть клуб, так и сделаю, с лёгким сердцем. Люди перестанут сюда ходить, поверив чужой лжи? Это их право. Открою маленькую тайну, я ничуть не расстроюсь. У меня достаточно денег, чтобы держать этот клуб открытым хоть целую вечность, ради всего одного посетителя, который ходит сюда, в первую очередь ради себя, а не кого-то другого. И который верит своим глазам, а не чужим «подсказкам». Поэтому, при любом решении данного судебного спора я не останусь в проигрыше. Глупо было этого не просчитать. Я разочарован. Честно. Дам бесплатный совет. Уволь своего советника по мелким пакостям.

На самом деле, этими словами я выводил свой клуб из-под удара, создавая видимость, что он не является для меня настолько уж важной целью. А также формировал определённое общественное мнение и высмеивал противника. Разъяснял, что у меня нет причин обманывать клиентов, на чём строилось главное обвинение. Прорекламировал клуб. Показал свою готовность к открытой и честной борьбе. Убедил всех в том, что здесь я жертва, а не злодей. Теперь изменить это впечатление прокурору будет не так-то просто.

Суд-то я выиграю, до чего мой противник вообще не хотел доводить, рассчитывая на совсем другой поворот дела. Более того, против прокурора, уверен, вскоре начнут многочисленные проверки, которые сыграют мне на руку. Сильно сомневаюсь, что он такой уж честный, как пытался себя выставить несколькими минутами ранее. Иначе бы не ввязался в эту авантюру. Подозреваю, тот, кто его послал, рассчитывал что я совершу очень большую глупость вместо того, чтобы поднять шумиху и довести всё до суда. Наверняка ждал, что в попытках докопаться до правды, я подвергну этого прокурора незаконному ментальному сканированию, чем серьёзно подставлюсь. Поэтому не верю в то, что исполнитель знает личность заказчика. Если бы я так и поступил, то уже прокурор орал бы на весь город, собирая журналистов. Требуя для меня справедливого наказания. Так что я не собирался больше с ним разговаривать, не говоря уже о намерении тронуть его хоть пальцем. О чём и сообщил собравшимся журналистам. Всё дальнейшее наше общение будет вестись только через адвокатов. На этом, поблагодарив всех собравшихся, закрыл импровизированную пресс-конференцию, оставляя последнее слово за собой. Сообщив, что мне уже пора идти, поскольку чай остывает, а это святое! Под аплодисменты принцессы Кэтрин Эдвардс, сделанных с поистине невозмутимым, высокомерным лицом, покинул сцену.

* * *

Тиская плюшевого мишку, Кейси Рэдклиф, сидя на кровати в «детской» пижаме, размышляла о недавнем вечере. Довольно необычном, что и запомнилось. Когда мать отправила её ночевать не дома, а в одном из лучших отелей города. В королевском люксе. Якобы, пытаясь загладить перед ней вину. Не став уточнять, какую из… Кейси вела подробные записи, с нумерацией. Для чего приставила своих мордоворотов, чтобы проконтролировать исполнение «просьбы».

В гостинице ей подали роскошный ужин, устроив его при свечах. Разрешили пить шампанское в неограниченных количествах. Плескаться в ванной с джакузи. Смотреть каналы с рейтингом 18+. Сводили на массаж, проведённый при дымящихся ароматических свечах и разожжённых в курильницах благовониях, от которых у неё потом всё ночь снились ну очень «влажные» сны. От их воспоминаний Кейси до сих пор бросало в дрожь и заставляло краснеть, воровато оглядываясь.

Утром её привезли домой, где все упорно делали вид, будто ничего необычного вчера не произошло. Только недовольная и задумчивая мать за завтраком проговорилась, что, возможно, вскоре поездку в ту же гостиницу ей придётся повторить. А то и не раз. На закономерный вопрос, — «С чего вдруг такое счастье?», Патрисия отшутилась о накопившихся «задолженностях». Вот только способ, место и время их погашения, она будет определять сама.

Не ложась спать, несмотря на позднее время, Кейси размышляла, пытаясь понять, чего эта «ведьма» затеяла? Неужели решила её с кем-то свести? Номер-то был двухместным. Кровать и вовсе способна вместить десятерых кавалеристов, с лошадьми и фуражом. Только сейчас пришло на ум, что тогда, на тележке, было слишком много тарелок, бокалов и столовых приборов. Не все из которых попали на стол.

— Прости, Тедди. Похоже, твоей попке опять придётся ради меня пострадать, — извинилась девушка, достав из-под кровати аптечку.

В которой хранились не только лекарства. На свет были извлечены: записывающее устройство, швейные принадлежности, скальпель и вата. Перевернув мишку и взбив его исполосованную шрамами «попку», Кейси без жалости вонзила в неё скальпель. «Нафаршировав» игрушку правильной начинкой, девушка взялась за иголку и нитку.

— А завтра, Тедди, мы пойдём с тобой в гости. К маме. На работу. Ты рад? — игриво потянула его за щёчки. — Ой чёрт! Забыла перевернуть.

* * *

Когда секретарша сообщила, что пришла мисс Фаулер, директор Шелтон печально вздохнул. Поскольку невозможно вечно прятаться в своём кабинете, он решил покончить с этим неприятным разговором как можно скорее. Чтобы больше ничто не тревожило и не отвлекало от других дел. Да и не съест же она его в самом деле?

Тренер школьной команды по фехтованию выглядела мрачной. Напоминая грозовую тучу, что с минуты на минуту разразится холодным дождём. Она пришла, держа в руках несколько документов, на одном из которых было напечатано его недавнее распоряжение о включении сэра Йохансона в программу по обмену учеников.

— Да, мисс Фаулер. У вас ко мне какое-то дело? — изобразив дружелюбие, с вежливой улыбкой поинтересовался директор Шелтон.

Уперев в него тяжёлый взгляд, от которого у директора зачесалась переносица, Ледяная ведьма сварливо спросила, — Как прикажете это понимать?

После чего сердито бросила на стол принесённые бумаги.

— Что именно вас не устраивает? — подпустил в голос холодка директор Шелтон, став серьёзнее.

Выпрямив спину, всем своим видом стал демонстрировать, что ей лучше придерживаться установленных правил поведения, а то он ведь может и ещё один приказ выпустить. Впрочем, на Ледяную ведьму это не произвело должного впечатления.

— Какого дьявола, извините за выражение, вы решили разогнать нашу команду?! Не посоветовавшись со мной. Неужели, хотите начать всё с нуля? Потратить годы на возвращение к тому уровню, что вы пустили по ветру одним росчерком пера. О весеннем турнире теперь можно забыть. О поддержке болельщиков и спонсоров, тоже. Нам бы, для начала, хотя бы пережить ту волну недовольства, что вот-вот вырвется из кабинетов в коридоры. Безжалостную, крикливую и неуправляемую. Мой вам совет, поднимите уборщице зарплату. Она теперь замучается оттирать вашу дверь от зелёнки. Вы себе даже не представляете, насколько детишки бывают мстительны и злопамятны, — с каждым произнесённым словом голос мисс Фаулер набирал громкость и злость.

— Не преувеличивайте. Ничего страшного не произошло. Этого требовали обстоятельства. У меня не было выбора. Приказ спустили сверху, из министерства, — примирительным тоном попросил директор Шелтон, скидывая с себя ответственность. — Ваша команда ничего не потеряла. Сэр Йохансон, по понятным причинам, в турнире принимать участия не может. Гриффин, согласно статистике, слабейший игрок. Не говоря уже о своей несдержанности и импульсивности. Её давно следовало заменить. Есть гораздо более сильные и талантливые ученицы. В последнее время у нас много заявок и переводов из других школ. С расчётом попасть в нашу команду. По поводу Браунфельс согласен, она ценный член команды, но я же должен был отправить с Йохансоном хоть кого-нибудь достойного, чтобы не уронить честь школы. Кроме того, они состоят в одной тройке. Разделять их нерационально. Взамен из Сент-Лорана прибудет полноценная группа рыцарского ранга, члены которой идеально подобраны друг под друга и превосходно обучены. Они с лёгкостью заменят вторую тактическую группу Чёрных рыцарей Святой Анны. Перед турниром нам даже не придётся делать перестановок. Лишь провести несколько тренировок, для общего слаживания.

— Я рада, что по документам у вас всё выглядит просто замечательно. Есть только маленькая проблема, — она показала на пальцах, насколько маленькая. — У нас, в клубе фехтования, уже произошёл раскол и бунт. Поэтому на турнир вы можете выставить только своих французов, с «хвостиком». Которые если и будут зарабатывать кому-нибудь славу, то точно не нашей школе.

— В смысле? — растерялся директор Шелтон. — Какой ещё бунт?

— О, вы ещё не знаете? — зловеще улыбнулась Ледяная ведьма, заставив его напрячься. — Капитан команды, пожелав вам успехов, отказалась участвовать в турнире без своего заместителя. Как и исполнять свои обязанности. Виардо, пошла ещё дальше. Точнее, полетела. Собрав чемоданы, она уже вернулась домой, во Францию.

— А как же учёба? — не понял директор.

— Передам её слова дословно. Да пошёл он в жопу. И это она высказалась не о сэре Йохансоне, — уточнила мисс Фаулер, хотя этого и не требовалось.

— Это возмутительно! — разозлился директор.

— Действительно. Возмутительно. Чему её только учили на уроках этики и риторики? Ведь можно было выразить свои пожелания и в иной форме, сохранив смысл. Но это уже вопросы не ко мне. Я сейчас даже не буду напоминать, сколько семья Виардо платит за обучение дочери. Сколько инвестировала в школу, за что вам ещё предстоит отчитаться. Кто там дальше? — мисс Фаулер на секунду задумалась. — Ну, конечно же. Принцесса со своей верной служанкой. Эдвардс прислала уведомление о том, что в связи с высокой загруженностью, они не смогут посещать ближайшие тренировки, как и принимать участие в турнирах. В связи с чем принесла свои извинения.

— Я такого письма не получал? — воскликнул директор Шелтон, начиная осознавать всю глубину того места, куда его послала Виардо.

— Удивительно, правда? — продолжила глумиться мисс Фаулер. — Итак, в сухом остатке у нас Сомерсет, Рэдклиф, Бейбер, Збражская и Митчел. Сомерсет, как близкая подруга Бедфорд и Рэдклиф, объявила бойкот тренировкам и турниру. Митчел, насколько я понимаю, нацелился устроить на турнире балаган. Сказал, что выйдет на поле, «чисто поразвлечься». Это его слова, а не мои. Збражская и Бейбер с ним согласились. Рэдклиф…, — тренер ненадолго замолчала, подбирая слова. — Тут особый случай. Скажем так, — она стала лидером протестного движения учениц Святой Анны, направленного на ваше увольнение. Для начала решив возглавить школьный совет, чтобы получить необходимые для этого рычаги власти. Поэтому леди Оливию Грей уже отпаивают валерьянкой. Там у них вот-вот кошачья война вспыхнет. Это ненормальная Рэдклиф сейчас ходит по школе с маркером и на виду у всех ставит крестики, где будут возводиться баррикады. Проводит мобилизацию сторонников. Начав с клуба «Современной моды». Отправила переговорщиков в клуб «Чаепития». Сделала крупный заказ в типографию. Пока ещё не выяснила для чего. Её миньоны бегают по школе и раздают красные повязки. Придумывают дурацкие позывные, пароли, символы, готовят бойцов подполья. Вы же знаете, как школьники падки на любую свежую идею, пропаганду и «движуху», как это называется на языке молодёжи. Им важен не столько результат, сколько интересен процесс. Стоит отдать должное, по части творчества и изобретательности, Рэдклиф нет равных. А ещё, она очень харизматичная и решительная девушка. Ваших французов здесь уже ждут с распростёртыми объятиями. Намереваясь устроить им вторую битву при Креси. А теперь, пока ещё директор, попытайтесь меня убедить, что я не тренер, а укротитель львов и должна вернуться в клетку.

С этими словами Ледяная ведьма села в кресло и скрестила на груди руки.

* * *

А в это время, даже не подозревающий о буре, готовой вот-вот разразиться в стенах школы имени Святой Анны, Эрик Йохансон радостно собирал чемоданы, включая то «розовое чудовище», куда сложил любимые плавки, полотенце, носки и футболку. Засунул туда же резиновые шлёпки. В другой чемодан отправились крем от загара, шампунь, одеколон, футляр с очками, в которых планировал выглядеть неотразимо. Для чего часто советовался с Эдит, как с экспертом в области моды и стиля. Мысленно уже пребывая на пляжах, даже не вспоминая о какой-то там учёбе. Что это? До экзаменов ещё далеко.

Марта страшно завидуя, дулась на брата. Обидевшись на то, что Эрик отказался взять её с собой. Нора, погрузившись в пучины интернета, искала выходы на адвокатские конторы Парижа. Просматривала рецензии и отзывы о них. Выписывала в тетрадку номера телефонов больниц, моргов, полицейских участков. На всякий случай, после недолгих сомнений внесла туда и контактные данные администрации Бастилии. Вера в Эрика достигла уровня — «От этого гада всего можно ожидать!» Ханна, обложившись справочниками и тактическими схемами, усердно что-то рисовала, время от времени огорчённо приговаривая, — «Я же столько не убью…»

В далёкой Франции, в дом семьи, в которой должен будет проживать Эрик, позвонили. Когда хозяйка открыла дверь, то обнаружила на пороге загадочно улыбающуюся Ивон Виардо, за спиной которой стояло четверо одинаковых, шкафоподобных, неулыбчивых мужчин в тёмных костюмах и очках.

— Здравствуйте мадам. У меня для вас предложение, от которого вы просто не сможете отказаться.

В ещё более далёком Мозамбике происходили не менее занимательные встречи. На которых Габа что-то возбуждённо рассказывал местным, ну очень уважаемым людям. Привыкшим коллекционировать мумифицированные части тел тех, кто этого не делал. Верящих в то, что они потомки великих духов.

Если посмотреть чуть поближе, то в Италии тоже вспоминали одного «простого», английского школьника. Вернувшийся домой стратег рода Кавалли собрал о нём довольно много шокирующей информации, от которой глава рода долго морщил лоб. После этой беседы, на следующий день он отправился к герцогу Миланскому. Рассчитывая хоть немного пополнить опустевшую казну дома, загладить свой позор и выслужиться перед сеньором. Обернув поражение в хитрый план.

В Эссексе, в одном из роскошных родовых имений, за закрытыми дверьми раздавался звон разбиваемой посуды. Начавшийся со старинного сервиза на двадцать четыре персоны. В резиденции герцога Кембриджского обошлись поскромнее. Там, как и в главном офисе корпорации Рэдклиф, многих просто ставили «в позу» и проводили разъяснительную работу. Со всем старанием и «любовью».

Франция готова была встречать Эрика Йохансона, по прозвищу — Гоблин, но это уже совсем другая история. В которой её внешняя разведка всё ещё планировала операцию по похищению чужого магистра, связанного с военными разработками «чудо-оружия», как она полагала, а МИД продолжал прорабатывать вопросы переманивания потенциального гроссмейстера с уровнем таланта, оценённого, как А+. Действуя в рамках государственной программы. Не зная о том, что сейчас делается в недрах Французского министерства образования в процессе его повседневной, рутинной деятельности. Да ещё каким-то рядовым работником канцелярии, раскладывающим документы по папочкам, мечтающим поскорее вернуться домой, к жене, детям и курочке, которую та обещала приготовить на ужин.

Content

Дмитрий Ш.
Рыцарь в Старшей школе том 4

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14