Дмитрий Ш.

Возвращение легенд II

Глава 1

Ранним утром, как только первые солнечные лучи коснулись верхушек крыш, широко зевая и почёсываясь, вышел на пока ещё безлюдную улицу. Хотя нет, первые ранние пташки уже появились. Торговцы потянулись на рынок, забегали развозчики товара со своими неразлучными тележками. Следом за ними отправились слуги знатных домов, спеша купить свежую зелень и овощи, чтобы успеть приготовить завтрак до того, как проснуться их привередливые господа. Рикши, пока ещё свободные, торопились занять выгодные места, опередив конкурентов. Жизнь потихоньку начинала бить ключом, опережая солнце.

Прищурившись, посмотрел на оранжевое, быстро светлеющее небо, огорчаясь тем, что отсюда не видно, как солнце поднимается над линией горизонта. Да, к сожалению, это не чудесные пейзажи родных гор. Люди здесь ходили в основном, смотря себе под ноги, и не подозревая, какая захватывающая красота там, наверху. Какие просторы, по сравнению с которыми ощущаешь себя ничтожной песчинкой. Чистые и непорочные. Как многого они лишались, закрывшись в тесных, душных стенах, ничего не видя, кроме, таких же обывателей да блеска золота, застилающего взор. Кстати, о золоте, где бы его взять. Да побольше. Пустой желудок согласно заурчал, требуя срочно решить этот вопрос, иначе он за себя не отвечает.

Недолго послушав пение птиц, пока ещё не заглушённых шумом города, настраиваясь на новый рабочий день, вернулся в дом. Спустя десять минут, оставив Линьшу записку, что сегодня у меня выходной, занялся делами. С сосредоточенным лицом, держа перед собой компас, напоминая кладоискателя, вышедшего на охоту за сокровищами, покинул аптеку. На всякий случай прихватил лопату. Ну а вдруг. Должно же хоть раз повезти. Если упрусь в городскую стену, а стрелка так и не сдвинется с места, переключусь на другие задачи.

— Эй, парень, — окликнул хорошо одетый, пузатенький мужчина в шелковом халате и шапочке, стоя у калитки большого дома.

Удивившись, что на меня обратили внимание, остановился. Обычно люди игнорировали рабочих с лопатами, идущих по своим делам с целеустремлённым видом. Чтобы не узнавать о себе много нового.

— Почём берёшь? Ну землю выкопать, — пояснил мужчина, видя непонимание в моих глазах.

— Десять драконов за метр, — не раздумывая, озвучил цену.

У человека брови на лоб чуть не вылезли.

— Спятил?!

— Ничего не знаю. Ни драконом меньше. У меня девять детишек по лавкам скачут и две, нет три жёны, — добавил к двум ранее показанным пальцам третий.

Странно, чего не понравилось. Такого высококвалифицированного специалиста упустил. Видимо, не очень-то и нужна ему яма. Насмешливо хмыкнув, продолжил путь, который привёл в трущобы. Жуткая мешанина хибар из глины и палок, воняющая помоями и отхожими местами. Оптимизм найти здесь что-то ценное падал с каждым шагом. Нельзя найти то, что ежедневно ищут тысячи страждущих на крохотном пяточке земли.

Компас привёл в тупичок, окружённый высокими заборами, за которыми виднелись мастерские и склады, судя по запахам, красилен. Если готовые изделия выглядели привлекательными, то вот процесс их получения, не очень. Как и место производства. С моим обострённым обонянием здесь делать нечего. Пришлось в нос вставлять специально припасённые затычки. Как знал, что пригодятся.

В относительно расчищенном уголке этой помойки, у забора, заметил сидящего на ящиках в одиночестве грустного ребёнка, девочку. С потерянным видом разглядывающую собственные ноги, глубоко задумавшись о чём-то недостижимом. Только о нём можно думать с таким выражением лица. Девочка полукровка настолько не вписывалась в окружающую обстановку, что резала глаза своей несовместимостью с этим местом. До этого алоглазого альбиноса фуци видел лишь однажды. Крайне редкая для них мутация. Беловолосые встречались, белокожие, даже алоглазые, в разных сочетаниях, пусть и редко, но не чистокровные альбиносы. Выглядела девочка несколько сказочно, словно пришла не из нашего мира. Прекрасная фея в беленьком, чистеньком платьице, напоминающем наряд жрицы. И это на фоне окружающей грязи, которая к ней словно не прилипала.

С подозрением посмотрел сначала на компас, потом на девочку, на компас, на девочку, на лопату, снова на девочку. Представил себе, как втыкаю эту лопату блудливому шутнику в одно место. Ладно, пройдём путь до конца. Там должно быть золото. Главное, в это верить.

Подошёл к девочке, по пути миновав какую-то странную, незримую завесу, окружающую закоулок. Словно через зыбкую воздушную волну перешагнул. Навис над ребёнком, отбрасывая на неё тень. Только сейчас очнувшись от глубоких раздумий, отключивших её от окружающего мира, девочка, с удивлением подняла на меня взгляд. Возникла некая неловкая пауза. В её глазах промелькнул целый каскад быстро сменяющих друг друга эмоций. Удивление, непонимание, растерянность, перетёкшие в настороженность.

— Ну-ка пересядь крошка, — подхватив девочку, легко поднял в воздух, переставляя себе за спину.

Перевернув ящик, на котором она сидела, убедился, что в нём ничего нет. Как и в тех, что стояли рядом. Задумчиво почесав голову, воткнул лопату в землю, тихонько ворча себе под нос.

— Если не найду золото, ты труп, старый упырь.

Не заметил, как ушки кролика слегка дёрнулись, а в её глазах промелькнуло изумление и гнев. Только сделал вид, что берусь за раскопки, как услышал звонкий детский голос, забавно коверкающий слова.

— Тямь неть золотя.

— Я знаю. Но мне нужно время, чтобы смириться с этой несправедливостью, — грустно объяснил девочке.

Вынув лопату, поставил ящик на место, старательно отряхнув его поверхность. После чего вновь подхватил на руки определённо сбитую с толка малышку, не понимающую, что сейчас происходит, усадив на ящик. Возвращая всё как было. Даже платьице отряхнул, расправив складки.

— Ладно. Мне пора идти. Будь хорошей девочкой. Закрой глазки и досчитай до двадцати. Когда их откроешь, меня уже здесь не будет. Только считай вслух, — строго погрозил пальчиком.

Разыгранное представление позволило выиграть время, ошеломив это существо, выдающее себя за обычного ребёнка фуци. Изучить её ауру и реакцию. Заодно продемонстрировать полное отсутствие агрессии, чтобы не спровоцировать. Во-первых, она совершенно не просматривалась духовным зрением из-за сложного, непонятного мне барьера, нанесённого не только на тело, но и отдельно на одежду. Во-вторых, судя по ауре, как бы она ни оказалась старше меня. Такой чёткой, упорядоченной структуры, отлаженной почти до идеала, можно добиться только многолетними стараниями. Причём обладая большими познаниями в этой области. В-третьих, у неё довольно интересная реакция на вторжение незнакомца в личное пространство. Совсем не на тот возраст, каким видится. Учитывая всё это, надо поскорее отсюда уходить. Мне своих забот хватает, чтобы взваливать на себя ещё и чужие.

Попытка, пятясь, отойти от неё подальше, окончилась неудачей. Девочка довольно быстро сориентировалась в происходящем, поступив неожиданно. Прикрыв глаза, принюхалась, забавно поведя носиком, чьи ноздри затрепетали. На лице появилось выражение сильной озадаченности и заинтересованности. Соскочив с ящика, сама приблизилась вплотную, как собака тщательно обнюхивая. Чуть ли не тыкаясь носом в одежду. Ситуация начала немного напрягать. Теперь уже я растерялся, не зная, как поступить. С задумчивостью посмотрел на лопату, взвешивая в руке. Может приласкать по тыковке и бежать. Стоп, что за глупости лезут в голову.

Тем временем девочка как клещ вцепилась в мою руку, уже обнюхивая кожу, сдвинув рукав. Того и гляди, укусит. Вон даже ротик приоткрыла, обнажая острые зубки. Отпихнув извращенку, строго предупредил.

— Фу! Плохой кролик. Назад!

— Неть! — упрямо отказалась девочка, вновь приближаясь, став похожей на хищницу, крадущуюся к добыче.

Нянчиться с ней и дальше не вариант. Если всё продолжиться по текущему сценарию, ситуация придёт к конфликту. Вступит в острую фазу, чего желательно избежать. Милой мордашкой меня уже давно не смутить. Полыхнув яки, зачерпнув немного от зверя, отчего чуть не выбило пробку самоконтроля, одной лишь жаждой крови отбросил её назад, становясь серьёзным и собранным.

— Прекращай, — предупредил безо всякой наигранности.

— Дять, — попросила сразу успокоившаяся девочка, чьи волосы слегка встали дыбом, а в глазах промелькнула нешуточная опаска.

Вот и понимай как хочешь. Чего дать. Лопату или лопатой? Тоже так могу морочить голову. Ткнув в её сторону пальцем, столь же решительно повторил за ребёнком фуци.

— Дять.

Хочешь что-то получить, приготовься за это заплатить. К сожалению, из-за маленького роста и явно недооценённой фантазии фуци вышла досадная промашка. Проследив за направлением моего пальца, мысленно построив прямую, девочка посчитала, что указываю на её грудь. Тут же встав боком, закрывая её руками, крест-накрест, решительно заявила.

— Неть!

Не удержав контроля над лицевыми мышцами, дёрнул бровью в нервном тике. Да за кого меня принимают. Я же ничего не сделал. Не успел ещё. Закинув на плечо лопату, развернувшись, молча ушёл. Ну её к Ичи в гости. Видимо, так и поняла. Не раздумывая, сразу пристроилась следом, держа небольшую дистанцию. В этот раз явно опасаясь приближаться, чтобы не вызвать новую вспышку гнева.

— Хотеть, — услышал чуть более жалобный голос.

Играет на эмоциях. Перебирает разные варианты, оценивая мою реакцию. Сказать пока сложно. По пути в аптеку много раз слышал эти дурацкие, — хотеть, дять, неть, сказанные с разными интонациями. Такое ощущение, что у неё ограниченный словарный запас. Разговорчивость и дружелюбие, явно не про неё. Определённо не любила этих вещей, испытывая дискомфорт.

На улицах странная девочка сразу привлекла к себе много внимания. Как своей необычной внешностью, так и поведением. На меня стали поглядывать осуждающе, с неодобрением. Как будто я в чём-то виноват, обижая несчастного ребёнка. В очередной раз услышав дурацкое слово, хотеть, не выдержав, подошёл к ближайшему лоточнику. Купил кулёк конфет. На следующее дять, отреагировал без промедления. Подошёл и вложил в её ладошку конфету. Пару секунд озадаченно разглядывая лакомство, девочка всё же с подозрением закинула его в рот. Несколько минут шли молча, пока рассасывала угощение. История повторилась несколько раз. С каждым разом конфета исчезала всё быстрее, а принималась всё благосклоннее. Пока не получил другой результат, сломав шаблон.

— Ещё.

— А ничего не слипнется? — с сомнением оглядел худенькое тельце.

— Неть!

— Пока хватит, — убрал подальше почти пустой кулёк. — Будешь себя хорошо вести, получишь ещё.

— Дять! — требовательно протянула ладошку, сердито насупившись, что смотрелось довольно мило.

— Слушай сюда, сладкоежка, — прекратив изображать заботливого родственника, вновь придавил яки, поскольку по-другому не понимала. — Следи за цепочкой. Полезная девочка, хорошая девочка. Хорошая девочка, добрый дядюшка Тонг. Добрый дядюшка Тонг, довольная девочка. Довольная девочка, все счастливы. Бесполезная девочка! — упёр палец в её щёчку, упростив объяснение до предела.

Фуци ненадолго зависла, обдумывая мои слова. В её алых глазках, на миг сбрасывая маску маленького капризного ребёнка, промелькнула куда более взрослая осмысленность. Ненадолго стала по-настоящему серьёзной. Даже выражение лица поменялось. Честно говоря, в тот момент слегка напугала, в чём не хотелось бы признаваться. Больно уж её аура угрожающе засверкала от вбуханной в неё энергии. Спустя секунду, передо мной вновь стоял всего лишь безобидный ребёнок.

— Поняля. Канью полезна. Канью хорошая девочка, — с трудом, чётко выговорила последние слова. — Потомь дять.

С буквой а у неё определённо проблемы. Похоже, не выговаривает.

— Посмотрим, — туманно пообещал подумать.

Заключив некое соглашение, дальше пошли уже рядом друг с другом. Девочка немного расслабилась, перестав постоянно доставать. Теперь с интересом разглядывала окрестности, словно первый раз их видела.

— Родители волноваться не будут, что ты с чужими дядями неизвестно, где ходишь? Купившись на конфетки.

Девочка отрицательно покачала головой, предпочитая и дальше сохранять молчание. Вытащить из неё подробности о себе, пусть даже фальшивые, не удалось. Применять силу опасался. Как знать, кто кого в итоге сможет выпороть в воспитательных целях.

Линьшу, увидев не отходящую от меня ни на шаг Канью, мягко говоря, удивилась. Попыталась её разговорить, обращаясь, как с маленькой девочкой, обманувшись внешностью. Фуци упорно отмалчивалась, игнорируя помощницу управляющего. Такое ощущение, сладкоежке совершенно нет дела до окружающих. Попытку аккуратно увести её в сторону, ласково что-то предлагая и упрашивая, пресекла сразу. Послышался треск крохотных разрядов белых молний, проскочивших по одежде, после чего Линьшу с трудом сдерживая грубость, поспешила отойти подальше, встряхивая онемевшей рукой.

— Тонг, ты где нашёл этого ребёнка? — обрушила на меня своё негодование.

— На помойке подобрал, — сказал чистую правду. — Некоторые бездомных котят приносят, щенков, а я вот непонятно кого. Прикормил на свою голову. Конфетами. Она и привязалась. Сама. Честно.

С сомнением оглядев явно недовольную таким сравнением девочку, мстительно добавил.

— А что, — задумчиво начал перечислять достоинства. — Вроде чистоплотна. Гадить, где попало не будет. Ест мало. Место… Айййяяя….

Линьшу с ошарашенным выражением лица наблюдала, как я от боли прыгал по комнате, держась за задницу, в которую ударила небольшая белая молния. Канью пылала праведным гневом, яростно сверкая алыми глазками. Того и гляди, растерзает. Вот же бешеный кролик. Однако ничуть не покраснела и не смутилась. Ещё одна монетка упала в копилку наблюдений, на боку которой выведено, Канью.

— Тонг, вот смотрю на тебя и понять не могу. То ли ты действительно такой дурак, то ли прикидываешься, — Линьшу осуждающе покачала головой. — Как тебя в детстве ещё не прибили. Позже поговорим на эту тему. Канью, да? — обратилась к девочке, меняя к ней своё отношение. — Пойдём я тебя умою и накормлю. Голодная небось. Не бойся, никто тебя, — бросила быстрый недовольный взгляд на меня, — выгонять на улицу не будет. Можешь и дальше приглядывать за братцем Тонгом, чтобы он не наделал глупостей.

Девочка серьёзно кивнула. В этот раз добровольно пошла с Линьшу, сперва убедившись, что я не собираюсь никуда убегать. Тяжело вздохнув, отправился в свою комнату, прихрамывая.

— Послушай, мне придётся рассказать о тебе квартальному главе, — услышал голос Линьшу, проходя мимо кухни. — Ты же не хочешь, чтобы у нас всех были неприятности? Чтобы брата Тонга не наказали. Может тебя уже давно родные разыскивают. Или власти. Если нет, то потом вместе подумаем, как нам быть. Хорошо? Только не сердись. Вот, скушай печеньку. Где же они. Тонг! — гневно прошипела возмущённая женщина, обнаружив пустую корзинку.

По пути заглянул на склад, с которого забрал небольшой переносной столик. Вскоре вернулся ещё раз, за нужными ингредиентами. Потом забежал в лабораторию. Когда спустя некоторое время в мою комнату зашла Канью, аналог полевого набора начинающего алхимика уже был собран, занимая на столе почти всё свободное место.

— Проходи. Если будешь сидеть молча, так и быть, оставайся. Хоть до вечера. Но потом чтобы ушла. Не знаю, где будешь ночевать, на улице, под крыльцом, но только не в этой комнате, — заранее предупредил сладкоежку.

Провокацию оставили без внимания. Мельком отметил, что села Канью не свободно развалившись на кровати, а неосознанно держа горделивую осанку, подобрав ноги, как принято у воспитанных в благородных домах. Ещё одна монетка звякнула о донышко копилки. Для бездомной сироты выглядит уж слишком ухоженной. Ноготки ровненькие, чистенькие. Заставив себя отвлечься от изучения гостьи, принялся за дело.

За основу взял два вида пилюль из нашего основного товара. Пилюлю очищения и пилюлю концентрации ци. Поместив несколько пилюль концентрации ци в специальную посуду, поставил на треногу в центре стола. Спиной почувствовал внимательный взгляд заинтересовавшейся Канью. Девочка продолжала хранит молчание, что меня только радовало. Идеальный ребёнок, будь это правдой.

— Хочешь успешно порыбачить, сначала прикорми рыбу, — пояснил вслух свои намерения. — Раз с золотом пролетел, придётся изменить наживку. Надеюсь, получится.

Очистил сознание от посторонних эмоций, успокоил ауру, обильно наполняя её энергией. Сел в позу лотоса, настраиваясь на зачарование пилюль. Алхимиком я не был, так что не мог приготовить новую высокоранговую медицину. Зато познания в заклятьях и чарах весьма обширны, на мой скромный взгляд. Именно на этом и строился расчёт. Попробуем воспользоваться своими сильными сторонами.

Истинное слово земли повторил несколько раз, создавая из него многослойную энергетическую оболочку, которой накрыл пилюли. Через неё, как через фильтр принялся аккуратно насыщать их энергией ци, не просто накачивая первоначальный сосуд, а перестраивая его, подгоняя под высокоочищенный концентрат. Сосредоточив духовное зрение на пилюлях, сузив до предела, добился высочайшей чувствительности. Благодаря этому смог приступить к тонким манипуляциям с их структурой, загоняя энергию в микроскопические пустоты материала, уплотняя её.

Когда прозвучало истинное имя земли, ушки фуци дрогнули. Её лицо приняло крайне озадаченное выражение, не в первый раз за сегодняшний день. Прислушавшись к чему-то, девочка попыталась ухватиться за ускользающую истину, но не смогла. Это сильно удивило и расстроило незваную гостью. Канью с заметно возросшим интересом принялась сверлить взглядом пилюли, пытаясь постигнуть мои секреты и их тайны. С каждой минутой в её взгляде появлялось всё большее искреннего уважения.

Увлёкшись процессом, проверяя скорее себя на прочность, чем пытаясь добиться первоначальной задумки, чуть не превратил пилюли в бомбы. Чтобы их не разорвало на части, пришлось сверху накладывать кучу укрепляющих и связующих чар. На выходе получились глянцево-коричневые жемчужины, твёрдые как камень. Осматривая пилюли, даже забеспокоился, удастся ли их теперь растворить, высвобождая обратно плотно увязанную между собой ци стихии земли. Чистейшую как слеза и концентрированную как кислота. Устав ломать себе голову, решил, что это теперь проблема получателя, а не производителя. Мне главное добиться, чтобы они выглядели как нечто особенное, уникальное. Предъявленным требованиям соответствуют и довольно.

Дальше принялся за пилюли очищения. В этот раз пришлось изменить подход. Порезав ладонь, смочил три заранее приготовленные пилюли в своей крови. Затем дистанционно попытался пробудить память крови, пока она ещё ощущалась «живой». На мой взгляд, получалось отвратительно. Слишком большое внутреннее сопротивление. Пробудить удалось едва ли крохотную часть, со значительными потерями сути. Про очистку и говорить не хотелось. Связывать её с основой пилюль пришлось целым массивом всевозможных заклятий и чар, опутывая сотнями связей. Жутко напряжённая, кропотливая и выматывающая работа. На порядок сложнее, чем с пилюлями концентрации ци.

Как только приступил к зачарованию этой партии, с Канью произошли намного более заметные изменения. Едва не потеряв над собой контроль, потянулась вперёд, вслед за милым носиком, которым беспрестанно втягивал в себя аромат пилюль. Её глаза заволокла мечтательная дымка, а язычок неосознанно начал облизывать губки. Несколько раз шумно сглотнув обильно выделившуюся слюну, нетерпеливая Канью едва дождалась, когда закончу. Не успел устало откинуться от стола, как она белой тенью метнулась в воздухе, пока не схватила самую крайнюю пилюлю, тут же с жадностью проглатывая. Еле успел спасти две оставшиеся.

— Ах ты ворюга! Фу! Место! Дурной кролик.

Вскочив на ноги, схватил девочку за шкирку, отбрасывая обратно на кровать, пока не сожрала оставшиеся. Я в них столько сил вложил, что в ближайшее время уж точно не собираюсь повторно подвергаться этим мукам. Так ведь и сдохнуть или рехнуться можно от умственного перенапряжения. Слишком масштабная и ювелирная работа, накладывать столь обширный массив чар. Тут как в поговорке, проще стену развалить, чем её построить.

— Всё неприятности от кроликов, — огорчённо вздохнул, сжимая в руке спасённые пилюли.

— Дать! — завопила Канью звонким голосом, сгорая от желания добраться до них.

— На, — устало ответил, протягивая раскрытую ладонь.

Вспышка гнева погасла. Ну не убивать же её за это. Дитя инстинктов.

— Только потом вон из этого дома. Чтобы я тебя больше никогда не видел, — тихо предупредил, глядя прямо в глаза.

Уже качнувшись вперёд, столько же быстро откатилась назад, возвращаясь в исходное положение. Сильно расстроенная и несчастная. Ничего, меня этим не разжалобить. Не разжалобить я сказал!

— Потомь дять? — с надеждой попросила девочка, изображая из себя послушного ребёнка.

— Заслужить, дать, — подтвердил, переходя на её язык.

— Договорь, — с важностью кивнула.

В комнату заглянула встревоженная Линьшу, привлечённая детским криком. Убедившись, что всё в порядке, ушла, перед этим окинув меня подозрительным взглядом, как потенциального насильника. Дожился. Всё зло от кроликов.

Взяв по одной пилюле каждого вида, убрал их в небольшой деревянный футляр, разбитый на две ячейки. Осмотрев его духовным взглядом, остался недоволен. Слишком уж заметная вещица. Такую скрытно мимо охраны за пазухой не пронесёшь. Тут вспомнив о барьерах на одежде девочки, блокирующих любое излучение. Мой интерес к ней эта ушастая извращенка опять поняла не так, как нужно. Пришлось успокаивать, пока вновь не начала орать. Как бы тогда Линьшу всерьёз не позвала стражу. Объяснив свои затруднения, спросил, может ли помочь. Канью тут же обрадовалась, прекратив изображать забившегося в угол испуганного кролика. А то я не видел, как её аура начала чуть ли не светиться от накаченной в неё энергии, превращаясь в неприступный барьер, за которым формировались как минимум две атакующие техники. Кто кому тут угрожает нужно ещё посмотреть.

Канью недолго поколдовала над футляром, накладывая на него барьер. Судя по скорости и лёгкости с которой работала, мимоходом совершая сложнейшие манипуляции, это направление или её родовой аспект, или прирождённый талант. Как в моём случае работа с чарами. Осмотрев результат, уважительно склонил голову перед Канью. Такое ощущение, что футляр внутри пустой. Очень качественная и тонкая работа. Со стороны даже не догадаешься, что на нём лежит маскирующий барьер. Работа, достойная ранга мастера не меньше. Мысленно услышал звяканье ещё одной монетки в потихоньку наполняющуюся копилку наблюдений.

Что удивительно, за свою помощь она не стала требовать платы. Видимо, решила играть в долгую. По-крупному. Правильно, смысл биться за одну-две пилюли сейчас, когда можно получить источник их производства потом. Совсем недетский подход.

— Канью, сейчас мне нужно будет отлучиться по делам. Возможно, до вечера. Взять тебя с собой не могу. Ты слишком яркая особа. Мне нужно поработать тихо, не привлекая к себе постороннего внимания. Понимаешь? — терпеливо принялся объяснять девочке.

— Прошу тебя оставаться дома. Охранять его.

Показал на пилюли. Потом, приложив палец к губам, поманил её рукой, призывая опуститься на колени перед кроватью, становясь рядом. Показал девочке печать прослушки, отрицательно покачав головой, намекая, что не хочу её убирать. Потом жестами показал вниз, изобразив наличие у себя женской груди. Канью несколько раз удивлённо моргнула, пока в её глазах не появился огонёк понимания. Серьёзно кивнув, обратно уселась на кровать.

— Вот и молодец. Веди себя хорошо. Вечером вернусь.

Затем, перед уходом, написал качественное любовное письмо, надушив его ароматными травами, заранее принесёнными со склада. Зловеще улыбаясь, перевязал свиток дамской ленточкой, стащенной у Линьшу. Забрав футляр и письмо, сразу же ушёл.

Чуть позже, войдя на территорию кланового квартала Шень, притворившись почтовым курьером, принялся неспешно его обходить, не останавливаясь на одном месте и не вертя головой по сторонам, чтобы не привлекать лишнего внимания. Квартал занимал обширную площадь и вмещал в себя много народа. Тут хватало и снующих по своим делам курьеров, и рабочих, и слуг, и гостей, и родственников, и торговцев, купивших специальную лицензию, так что на их фоне ничем особо не выделялся. Одежду нужного покроя и цвета, чтобы выглядеть курьером, украл с бельевой верёвки за прачечной, которую давно уже присмотрел для этой цели.

Квартал жил своей обычной размеренной жизнью вроде как в составе большого города, но при этом же и обособленно от него. Здесь разместились свои пекарни, лечебницы, склады, прачечные, салоны, магазины, гостиницы, тренировочные площадки. Даже небольшой рынок с парком имелись. Не было только внешних стен. Однако это не мешало клану строго охранять свои границы, контролируя, кто и когда их пересекает. Благодаря этому внутри не было таких явлений, как уличная преступность. Квартал стоял на родовой земле, поэтому законы в нём несколько отличались от общеимперских. Мелких воришек, зашедших не туда, куда нужно, без затей убивали прямо на месте. Схожим образом дела обстояли и у других крупных кланов.

Многолюдность и размеры квартала как помогали, так и мешали. Найти нужных людей, не зная их адреса, было не так-то просто. Пришлось долго бродить, выслеживая знакомые ауры прежде, чем мне улыбнулась удача. На ближайшем учебном полигоне, огороженным высоким забором с кучей вспомогательных построек, в одиночестве тренировалась Джанг Вэй. Чтобы не мозолить глаза патрулям, проходя по одной и той же улице несколько раз, под покровом невидимки спрятался на складе, за полигоном. Обратившись к ветру, превратил его в свои глаза и уши.

Некоторое время просто наблюдал за девушкой, ничего не предпринимая, поскольку засёк приближение постороннего. На тренировочную площадку зашёл молодой парень в одежде основного ученика. Увидев его, Джанг Вэй сразу же остановилась. Уважительно поприветствовав старшего, девушка вопросительно посмотрела на незваного визитёра.

— Сестра Джанг. Вижу, ты тренируешься. Прости, что отвлёк.

В его голосе не было слышно ни грамма раскаяния. Он даже не соизволил ответить на приветствие.

— У меня послание для тебя от наставника Гу Чина. Он просил передать, что за тобой закреплены три следующие вечерние смены в больнице клана. За больными нужен уход. Менять горшки, постельное бельё и прочее. Приступаешь в шесть вечера. На этом всё.

Не став задерживаться, парень быстро ушёл не попрощавшись. Девушка в его глазах не стоила того, чтобы любезничать с ней или тратить своё время. Кажется, наставник думал схожим образом. Её никто не спрашивал, есть ли планы на вечер, или нет, а может, другие работы имелись. Поставили перед фактом. Мрачно проводив парня взглядом, Джанг Вэй вернулась к прерванным тренировкам, доводя себя до изнеможения, пока без сил не опустилась на землю, тяжело дыша, в поту.

— Доброй ночи, юная девушка, — поздоровался голосом Со Рью.

Ну не доброго же дня и чистого неба над головой ей пожелать. Я же вроде как демон. Девушка тут же собралась с оставшимися силами, насторожённо оглядываясь по сторонам.

— Господин Со Рью? — неуверенно спросила, никого не увидев.

— Собственной персоной. Не поверите, опять случайно проходил мимо, — рассмеялся, как хорошей шутке, понятной нам обоим. — Как поживаете?

— Не жалуюсь. Надеюсь, вы здесь не за тем, чтобы опять кого-нибудь ловить? Могу ли я не переживать на этот счёт? — попыталась говорить непринуждённо, в шутливой манере, как уверенный в себе практик.

— Можете. В этом клоповнике нет ничего достойного внимания. Меня попросили всего лишь передать письмецо, да узнать один забавный слух. Даже не знаю, отчего даме Ву Кровавая Ночь стало вдруг настолько скучно, что заинтересовалась слухами из мира людей. Но, раз она того хочет, почему бы и нет. Пока есть что предложить взамен, — снова рассмеялся.

— Понимаю, — соврала Джанг Вэй, вежливо поддержав беседу. — Кстати, чуть не забыла поблагодарить вас за тот нож. Могу ли я ещё ненадолго подержать его у себя. Месяц-другой. Обещаю вернуть в целости и сохранности. С меня благодарность.

Вэй напряжённо замерла, ожидая ответа. Не сказал бы, что она сейчас несерьёзна. Значит, хочет наложить свои ручки на драгоценное сокровище Матери. Смело. И глупо. Голоса со мной всецело согласились.

— О, так вы его потеряли? Ай яй яй. Какая рассеянная барышня, — добродушно пожурил. — Что, если бы попросил его вернуть? Ну да ладно. Позже, схожу поищу. Не переживайте, — успокоил испугавшуюся было девушку. — Всё равно бесполезная безделушка. Теперь уже и не знаю, стоит ли вам доверять ещё что-нибудь в руки. Вдруг потеряете. Видимо, зря рассчитывал попросить об услуге, приготовив маленький подарочек.

При упоминании вознаграждения Джанг Вэй заметно встрепенулась. Девушка ещё как хотела получить его, предполагая, что личности такого масштаба не разбрасываются разным хламом. Репутацию нужно беречь. На неё произвёл глубокое впечатление ножичек, о котором я отзывался как о бесполезной безделушке.

Джанг Вэй не устраивало текущее положение, которое она занимала в клане Шень. Совсем. Настолько, что была готова согласиться даже на сделку с демоном, лишь бы хоть как-то выделиться среди огромной толпы претендентов на успех. Подняться выше. Более того, кланом Шень её амбиции не ограничивались. Девушка стремилась к большему. Вырваться из тесной провинции во внешний мир. Подняться на его вершины, чтобы увидеть, насколько он необъятен. И не в качестве чьей-то слуги. Какие до боли знакомые устремления.

Однако, Джанг Вэй ещё не настолько отчаялась, чтобы впадать в крайности. Согласится, только если сделка не коснётся серьёзных вещей. На большее не пойдёт, прекрасно понимая, чем заканчиваются подобные заигрывания с демонами. Хочет обойтись минимальными рисками. Сразу же разорвать связь, как получит желаемое. Вот только девушка не учла, что аппетит нагуливается во время еды. К хорошему быстро привыкаешь. Потом уже сложно себя ограничивать, переходя после деликатесов на простую пищу. Чем выше она будет подниматься по карьерной лестнице, тем больше потребуется ресурсов. Если наивно полагает, что дальше справится своими силами, не перепрыгивая через ступеньки с чужой помощью, то ошибается. Ожидания окружающих будут соответствовать первоначальному рывку. Слава, дама довольно капризная, переменчивая. Любое замедление прогресса вызовет волну разочарований. В свою очередь, это приведёт к постепенному удалению Джанг Вэй с главной сцены, освобождая дорогу более успешным и менее принципиальным конкурентам. Всё имеет свою цену. Хочешь и дальше оставаться на вершине, либо стань самой быстрой, либо самой безжалостной, либо самой договороспособной. Пока не берусь предугадать, какой путь выберет и насколько далеко зайдёт. Главное, найдёт ли в себе силы вовремя остановиться.

— Почему же, — возразила Джанг Вэй, стараясь говорить спокойно, не выдавая своих чувств. — Готова доказать, что мне вполне можно доверять просьбы. Если, конечно, они не принесут вреда.

— Кому? — вежливо поинтересовался.

— В первую очередь мне, — чуть подумав, твёрдо ответила Джанг Вэй.

— Для этого вам нужно было идти в орден помощи нуждающимся или в монахини. И то не факт, что и эти лицемеры не попытаются за ваш счёт решить свои задачи. Разница лишь в его величине. Так или иначе, ущерб будет нанесён. Пусть крохотный, незначительный, но всё же. Вы потратите свои силы, здоровье, время, выполняя чьи-то просьбы. Чем больше попытаетесь сэкономить, тем меньше выйдет отдача. Поэтому решите, скольким готовы пожертвовать, чтобы понять, что сможете на этом фундаменте построить. Посадить дерево, возвести дом, замок, дворец или храм. Некоторые довольствуются и полем с сорняками, на котором удобно спать, не требующим никаких затрат. Впрочем, неважно. Что-то я увлёкся. Хотите, озвучу просьбу, а вы сами решите выполнять её или нет. Мой интерес в том, чтобы сэкономить своё время за ваш счёт. Видите, я нисколько этого не скрываю.

— Но и не говорите всего, — проницательно заметила девушка, которой не понравились мои рассуждения.

Заподозрила, что хочу подбить её на что-то опасное.

— Естественно. Как и все остальные. С чего бы мне быть с вами откровенным? — интонациям показал, что удивлён её недогадливостью.

— Скажите, что именно вы от меня хотите, — напрямую спросила Джанг Вэй, теряя терпение.

— Вот это уже деловой разговор. Нужно всего лишь найти одного человека, чтобы незаметно подкинуть ему письмо. Только и всего. В вашем клоповнике мне сложно отличить одно насекомое от другого. Для меня вы все на одно лицо. Будь адресатом выдающийся герой, или великий мастер, справился бы сам, а так, увольте, не моё. Не хочу чувствовать себя собакой, вычёсывающей блох, — скривился от отвращения. — Возьмётесь?

По лицу Джанг Вэй прочитал разочарование. Она то вообразила невесть что, посчитав себя чуть ли не главной героиней какого-нибудь романа. Вокруг которой закручивается сюжет. Зря. Он ведь и удавить может, затянувшись слишком сильно. И вообще, странная она. То сама не хотела ни во что серьёзное ввязываться, то обижается, что не предложили. Видимо, подумала, что при такой пустяковой просьбе рассчитывать на что-то существенное не придётся. Джанг Вэй пока не подозревала, насколько я коварен. Как далеко простираются мои планы на её счёт.

— Да. Если этот человек в городе, я его найду, — уверенно согласилась.

Джанг Вэй решила пока довольствоваться малым, чтобы наработать репутацию. Две три пустяковые просьбы, которыми докажет, что способна на большее. Что её не стоит воспринимать как девочку на посылках. Поднять ставки, а соответственно и собственную ценность.

— Замечательно. Не волнуйтесь. Этот человек не только в городе, но и поблизости от вас. Он один из учеников клана Шень.

Детально описал внешность нужного мне ученика. Подсказал, у кого можно спросить, чтобы не более чем за пару дней его найти. С помощью ветра подкинул футляр и письмо, сделав так, чтобы они упали сверху, как будто бы с неба.

— Надеюсь, не нужно беспокоиться о том, что вы из тех, кто любит читать чужие письма? — добавил в голос скрытой угрозы. — Не хотелось бы, чтобы в следующий раз мы встретились уже не у вас в гостях, а у меня дома. Поверьте, я узнаю, если письмо откроет не тот человек, — пошёл на обман. — В футляре моя благодарность. Выдаю заранее, так как уверен в том, что вы меня не подведёте. Откройте.

Джан Вэй осторожно открыла футляр, ожидая подвоха. Увидев пилюли, удивилась. У них был необычный внешний вид, очень сильный аромат и просто чудовищная аура высокоуровневой медицины, от которой она отшатнулась, словно ударили пыльным мешком по голове. Поспешно закрыв крышку, отсекая ауру, облегчённо перевела дух. С большим интересом и восхищением осмотрела непритязательный на вид футляр.

— Это пилюля концентрации ци земной жилы медной горы, — придумывал названия на ходу, — и пилюли очищения кровавой души. В здешних магазинах такого не найдёте. На прилавках, — сделал важное уточнение. — Если захотите стать богатой, продайте, захотите стать сильной используйте, захотите стать мудрой, подарите. Дам совет. Если выберете путь силы, постарайтесь разбавить мощь пилюль. Не жадничайте, пытаясь откусить больше, чем можете переварить. Иначе, боюсь они сожгут вас как свечу.

Теперь Джанг Вэй посмотрела на футляр с гораздо большей опаской, но и с заметно возросшим желанием.

— Что касается слухов. Если не затруднит, узнайте, правда ли что у Юй Кухань и одного из наследников клана Шень завязался тайный, роман, который они от всех скрывают?

Постарался сдержать смех, глядя на недоверчиво изумлённое лицо Джанг Вэй. Ну да, не этого ожидала услышать от могущественного демона. Жизнь порой преподносит такие сюрпризы, в которые, не поверишь, даже столкнувшись лично. Пока лоб себе не расшибёшь о твёрдую реальность.

— Подозреваю, моя старая знакомая, Ву Кровавая Ночь, та ещё ветреная особа, запала на одного из ваших красавчиков. Хочет выяснить, не изменяет ли он даме Ву с Юй Кухань, даже не зная о её существовании. Такой вот выверт психики. Если да, то пусть готовит пару гробов. Если нет, то только один. Роман со столь горячей дамочкой он точно не переживёт. Даже будущий роман, — уточнил с улыбкой. — Что ей такие мелочи.

Джан Вэй поёжилась, представив себе несчастье, которое вскоре настигнет одного из наследников Шень. Суть просьбы в том, чтобы Вэй несколько дней следила за Кухань, собирая для меня информацию. Другой источник уже присмотрел, но лучше подстраховаться, не складывая яйца в одну корзину, чтобы избежать недоразумений. Отрывать-то головы я умею, а вот пришивать обратно, чтобы работало, как прежде, пока не научился.

— Как передать вам информацию, если что-то узнаю? — Джанг Вэй задала самый правильный вопрос.

— Аптека Цветочный Дракон, восточный торговый квартал Солнечного камня. Спросить малыша Тонг Цао.

Джанг Вэй оказалась девочкой умненькой, быстро сложив два и два. Пилюлю, аптеку, имя Тонг Цао, которое уже слышала, путешествуя с Ли Шу Женем, когда над ним потешались караванщики, первую встречу с Со Рью. Девушка легко протянула связь от Со Рью до Тонг Цао.

— Хорошо. Как будут новости, сообщу.

— Постарайтесь не затягивать. Боюсь, как бы у дамы Ву не закончилось терпение раньше, и она сама не ринулась выяснять подробности. Хотя знаете, — задумчиво поцокал языком, — любовные драмы, подкреплённые массовыми жертвами и разрушениями на фоне горящего города, смотрятся довольно захватывающе. Люблю культурно провести вечер, наблюдая за очередной пьесой. Несколько разнообразить рацион развлечений. Правда, в таком случае не получить выгоды с дамы Ву. Даже не знаю, что предпочтительнее. Как считаете?

— Лучше оказать услугу даме Ву, — не раздумывая, посоветовала Джанг Вэй, не желая очутиться на передних рядах зрительного зала, а то и непосредственно на сцене во время пожара в театре. — Благодарность постоянна, а удовольствия мимолётны, — вспомнила народную мудрость.

— Может вы и правы. Время покажет. На этом позвольте откланяться. Дела-дела.

Попрощавшись, с чувством выполненного долга, тихонько ретировался.

На выходе из квартала наткнулся на интересное зрелище, повлиявшее на дальнейшие планы. Трое крепких ребят в подворотне зажали в угол одного из членов клана Шень. Молодой высокий парень с эмблемой огня на нарукавной повязке, встав в защитную стойку, прижался к стене, не давая себя окружить. На повязках его противников эмблема отличалась. Три перекрещенных копья. Двое из них в руках действительно держали копья, а третий, короткий меч. Кроме того, все они носили красные налобные повязки патруля.

Удивившись тому, что члена великого клана обижают у его же порога, спрятался поблизости, движимый любопытством.

— Шень Фанг, ты настолько высокомерен, что аж тошно, — с отвращением заявил лидер патруля, вооруженный длинным боевым копьём с широким лезвием. — Не думай, что, одолев меня в прошлый раз, сможешь избежать поражения в этот. Та случайность больше не повторится.

— В чём же дело Чуа Ли. Если хочешь реванша, то не стоило устраивать это дешевое представление. Подошел бы прямо, как и положено достойному воину. Я бы с радостью обменялся с тобой дополнительными наставлениями. А так, трое на одного, по надуманному предлогу, смело. Что могу сказать, храбрость семьи Чуа, не выше их гордости, — насмехался над ними зажатый в угол Шень, демонстрируя высокую силу духа.

— Заткнись собака. Не тебе упоминать о гордости, — разозлился, с силой сдавливая древко копья. — Где была ваша гордость, когда год назад отняли у нас магазины на восьмой улице? Сами же загнали нас в бедственное положение, а потом подло им воспользовались. Скупив нашу собственность за гроши, выставляя наших людей на улицу.

— Не перекрашивай красное в черное. Ваши магазины разорились, не выдержав честной конкуренции. Нам пришлось скупать все разорившиеся предприятия, чтобы торговая улица не превратилась в пустырь, отпугивая людей тем, что половина домов заброшена. Мы привели их в порядок. Выплатили ваши долги. Обеспечили безопасность горожан, убрав преступность.

— Честной конкуренции? — скривился Чуа Ли от с трудом сдерживаемого гнева. — Это когда вы вдвое занижали цены на аналогичные товары? Или, когда, повсюду развесив ваши флаги, раздавали прохожим подарки? Особенно тем, кто заглядывал в наши магазины. Уговаривая их подумать ещё. Конечно, к нам перестали заходить. Стало меньше денег, возникли проблемы с налогами. Так потом ещё зачем-то устроили показную заварушку на восьмой улице.

— Мы разбили банду, которая промышляла в том районе. Которую вы почему-то предпочитали долгие месяцы не замечать, — ответил встречным обвинением.

— Как вовремя подсуетились, — Чуа Ли ехидно усмехнулся. — Как раз, когда мимо проезжал советник градоначальника. Конечно, куда уж нам тягаться с великим кланом Шень, у которого денег как в поле колосков.

— С чего бы нам заботиться о том, что вы не умеете зарабатывать деньги. Это ваш недостаток, а не наша вина.

— Умеем, Шень Фанг, умеем. Сейчас как видишь дела семьи Чуа пошли в гору. Не только возместили потери, но и стали крепче чем были. Теперь настала наша очередь, сыграть с вами в честную конкуренцию, — предупредил с сарказмом.

— Не слишком ли рано поднимаете голову над травой, Чуа Ли? Не третьеразрядному захудалому роду нам указывать, что считает себя достойным конкуренции. Если такие смелые, бросьте открытый вызов. Давайте посмотрим чьи кулаки крепче, а основание дома твёрже.

— О, теперь уже сами решаете кто вам ровня, а кто нет, кому кланяться, а кому можно руку подать. Ничего. Река течёт, русло меняется, — мстительно пообещал Чуа Ли. — Род Чуа с каждым днём становиться только сильнее. У нас появились верные братья. Скажи, а клан Шень стал ли за это время сильнее? Появились ли у вас новые друзья. Настоящие, а не эти временные попутчики, готовые в любой момент пересесть на другую повозку. Да, по одиночке, что наш род, что наши союзники вам не соперники, верно, но мы то вместе, — указал на этот немаловажный факт. — Сегодня, мы вернули себе силу и гордость. Завтра, вернём утерянное имущество. Расплатимся за все старые обиды. Долги всегда нужно возвращать, иначе не видать хорошей кармы.

Один из стоящих позади лидера парней, не выдержал затянувшегося обмена любезностями.

— Хватит тянуть время. Шень Фанг ты идёшь с нами добровольно или нет? Неужели боишься, что тебя опознают и заставят ответить за преступление.

— Преступление? — настала очередь Шень Фанга саркастически усмехнуться, презрительно посмотрев на противников. — В том, что нанятая вами бродяжка обвинила меня в краже у неё нефритового браслета, который подкинули мне в сумку? Не смеши. Не будет никакого расследования. Вы организовали всё это ради того, чтобы очернить мою репутацию, получив предлог применить силу. Разуметься, никакой бродяжки на месте преступления уже нет. Как и никто не видел куда она делась. Неужели считаешь меня настолько тупым?

— Шень Фанг, — вновь заговорил лидер, переходя на официальный тон, поудобнее перехватываясь за древко. — Согласен добровольно пойти с нами или нет? Последний раз спрашиваю. Если нет, мы будем вынуждены применить силу. Не вини нас за непочтительность.

— Знаешь же, что я никогда на это не соглашусь. Зачем спрашиваешь? — угрюмо отозвался парень, отслеживая движения окружающих его членов семьи Чуа.

— Конечно знаю, — легко согласился Чуа Ли. — Но по закону спросить обязан, чтобы потом с чистой совестью заявить, что ты сам виноват в применении силы.

— Не ищи оправдании там, где их нет. Не трать моё время. Просто нападай.

Копья в руках у Чуа оказались далеко не простыми палками, а серьёзно зачарованным оружием. Совершив выпад, лидер патруля послал в ловко увернувшегося Шень Фанга силовую волну в виде раскрытого зонтика. Стена дома за его спиной жалобно треснула, выгибаясь внутрь. В ответ Фанг швырнул огненный шар, который Чуа Ли мастерски рассёк копьём прямо в воздухе. На его лезвии и древке засветились мистические символы, рассеивая проявление чужого аспекта. Шар пламени исчез, распавшись на две части, не причинив никакого вреда.

Дальше парни втроём пытались достать подвижного Шень Фанга, ничуть не сдерживая ударов. Били так, чтобы нанести или серьёзную рану, или покалечить. Поодиночке они не казались ему равными противниками. Он был быстрее, сильнее, опытнее и имел большие запасы ци. Его техники выглядели мощнее, светясь от избытка энергии. Однако у противника имелось численное преимущество и зачарованное оружие, идеально подобранное против такого врага. Копьё Чуа Ли рассеивало огненные атаки. Он старался держаться вплотную к Шень Фангу, в первой линии, не давая переключаться на остальных. Оказывая на него постоянное давление. У второго парня копьё позволяло создавать длинные ветвистые трещины в земле, буквально выбивая почву из-под ног, отбрасывая ударной волной. Чуть зазеваешься и отделаешься минимум переломом костей. С меча третьего члена семьи Чуа постоянно срывались режущие лезвия воздуха. Небольшие и не сильно опасные, но зато очень быстрые и незаметные. Шень Фанг получил первые раны именно от него, пролив кровь из многочисленных порезов.

В ответ Фанг широко использовал всевозможное огненные техники, доставляющие противникам неприятности даже под защитой щита. Убедившись, что прямые атаки неэффективны, парень приключился на те, что били по площади. Выпускал рой жалящих искр, расходящиеся по земле волны пламени, ставил огненные стены, раскалял воздух. В результате ожоги и обгоревшие края одежды у Чуа появились немногим позже его порезов. Они задыхались и кашляли, но упорно продолжали дожимать кусачую добычу.

Чтобы не привлекать постороннего внимания, мечник выбросил в воздух россыпь бумажных амулетов, которые сформировали барьер. На подкрепление Фанг мог не рассчитывать. Уже через несколько минут стало ясно, командная работа бьёт индивидуальное мастерство. Конечно, при приблизительно равном уровне сил всех участников конфликта.

Щитовок не давал контратаковать, копейщик, стоять на месте, уходя в оборону, а третий постоянно наносил урон, гоняя по всему переулку, закрытому барьером. Быть Шень Фангу битым, если бы не выскочивший из-за угла парень.

Бросаться предупреждающими или воинственными кличами, на тему, — Посторонись, всех зашибу, не стал. Я здесь не ради дуэли чести. Мне можно. Молча подскочил и ударом ребра ладони по шее, вырубил сильно увлёкшегося, забывшего про осторожность мечника, стоявшего с краю. Со вторым копьеносцем такой фокус не прошёл. Краем зрения заметив тень, метнувшуюся к ним в тыл, тут же развернулся, переключаясь на новую цель. От взрыва земли отскочил в сторону, обходя ударную волну. Быстро сблизился с Чуа, не давая время на перезарядку зачарованного копья. Парочку первых ударов от меня он принял на духовный доспех, пропустив, не ожидая увидеть хорошую кулачную технику, а от остальных отбился копьём.

Вынужденный повернуть копьё боком, Чуа потерял возможность выпускать силовую волну с лезвия. Дистанция не позволяла. Не давая её разорвать, чтобы воспользоваться разрушительной техникой, бьющей по площади, засыпал градом быстрых ударов. Не сильных, но коварных, отвлекая внимание. Да тех пор, пока, не пригнувшись, пропуская боковой удар над головой, сделал успешную подсечку. Сразу же бросился сверху, ладонью отводя в сторону копьё, на которое меня попытались наколоть встречной атакой из положения лёжа. Проскочив опасный участок, хорошенько так врезал в челюсть, ломая её ко всем бесам. Всё, этот уже не противник.

В извечном споре, что лучше, боевые приёмы, техники ци, или заклятья, учёные мужи до сих пор не могли прийти к окончательному выводу. Где-то проще было забить кулаками в ближней дистанции, банально опережая не поспевающего за тобой противника. Разом оторвать ему голову и не заморачиваться. Где-то проще прожарить шустрых попрыгунчиков волной пламени, на средних дистанциях, особенно если их много, не давая подобраться. Голыми кулаками её не остановишь. Где-то проще вообще не вступая в бой, навесить на противника кучу проклятий, из-за угла, от которых он сам сдохнет. Если тот быстрее, сильнее и знает кучу техник ци на все случаи жизни.

Когда я посмотрел на поединок Чуа Ли и Шень Фанга, там всё уже заканчивалось. Освободившись от помех, Шень буквально воспылал жаждой возмездия. Воспользовался сразу двумя методами. Стремительно подскочив к противнику, оказавшемуся в одиночестве, ударом кулака, напитанным под завязку ци, проломил щит, сразу же выпуская в образовавшуюся дыру струю пламени. Жаль, не быть теперь Чуа Ли покорителем женских сердец. Печёный картофель любят есть, а не целовать. Милосердно вырубив воющего от боли щитовика, подошёл к Шень Фангу, приветственно складывая руки.

— Чистого неба над головой. Надеюсь, не против, что я влез не в своё дело и отнял у вас победу над всеми тремя противниками, — вежливо поинтересовался с располагающей улыбкой.

— Ну что вы, уважаемый…, — столь же доброжелательно ответил Шень Фанг, складывая руки перед собой в ответной любезности.

— Тонг Цао. Скромный служащий аптеки Цветочный дракон, — представился.

— Рад знакомству, уважаемый Тонг Цао. Меня зовут Шень Фанг, второй сын Шень Го Луня. Нисколько не против поделиться победой над этими отбросами, — презрительно посмотрел на поверженных Чуа.

Выразив свою благодарность, Фанг у которого настроение заметно улучшилось, предложил угостить обедом. Отпраздновать победу, пусть и такую незначительную. Соскучившись по нормальной пище, с удовольствием согласился. Довольные собой, перешагивая через тела, пытаясь пропустить вперёд другого, направились в сторону ближайшего ресторана. О бедолагах Чуа забыли прежде, чем достигли выхода из тупика.

По пути случайно зацепился взглядом за знакомую фигурку. В сторону квартала Шень бодро шагала Кину Цане, в сопровождении двух фуци и трёх парней с клановой эмблемой в виде огненных язычков. Они о чём-то оживлённо беседовали, обмениваясь шуточками. Смотрю дела налаживаются. Рад за неё. Беспокоился, что Янь или Фунэ доставят женщине неприятности. Не став отвлекать от прибыльного дела, судя по компании, зашёл в ресторан.

Узнав Шень Фанга, который уже бывал здесь ранее, распорядитель резко засуетился, лично выйдя нас встречать. Проследив, чтобы слуги сделали всё как нужно, оставил одних на балконе второго этажа, растянувшемуся по периметру общего зала. Некоторое время беседовали о всяких пустяках, утоляя голод, в его случае и распаляя аппетит в моём. Приходилось сдерживаться. Я здесь ради налаживания связей, а не набивания брюха, с чем оно было категорически не согласно.

— Скажи, а последствия у сегодняшней истории будут? Просто меня удивляет, что какие-то уроды так нагло ведут себя у вашего порога. Разве это нормально? — удивился, выпивая уже шестую чашу вина.

Алкоголь лучше всего сближает и развязывает язык. Позволяя расслабиться, снять напряжение после драки. Опрокинув в себя свою чашу, Шень болезненно поморщился, потревожив порезанное плечо. К счастью, все раны, оказавшиеся поверхностными и неглубокими, перевязали прямо здесь. Не обращая внимание на окружающих. Ещё и обеззаразили крепким вином как внешне, так и внутренне. У Фанга в поясной сумке нашлись и бинты, и кровоостонавливающие пилюли. Троица Чуа подловила его после возвращения с небольшой одиночной миссии.

— Нет, конечно, — пренебрежительно фыркнул. — Мы ответим, но в том же духе. Начинать войну из-за этого никто не будет. По крайней мере сейчас. Хотя подобные случаи в последнее время участились, что заставляет обдумывать и этот вариант. Семьи Чуа, Доси, Чиджень, потихоньку наглеют после того, как объединились в союз. Мелочь почувствовала за собой силу, осмелев.

— Ваши? — ухватился за оговорку.

— Есть ещё один союз из четырёх семей, поступивших аналогичным образом. На сегодняшний день у нас сформировались два объединения малых семей. Союз Восточной стали, в котором состоят Чуа, и союз Черепахи. Тем, как кость в горле мешают Фунэ. Оба союза смогли каким-то образом через гильдию Лунного полумесяца наладить плотные торговые связи с царством Лю, обретя прочный финансовый фундамент. Получив деньги, обрели возможность выйти на подпольный аукцион мадам Лонг.

Слегка подпитый Фанг охотно объяснял политические расклады. Все, кто нужно и так были в курсе. Даже зная намного больше него.

— Оттуда начали активно качать ресурсы для развития и вооружения своих семей. Видел копья и меч в руках Чуа? Готов поспорить, там прикупили. Вещицы совсем новенькие, нездешние. Похожи на изделия оружейников царства Лю.

— Не понял, — искренне удивился. — То есть великие кланы знают кто их не любит, за что, о наращивающих силу врагах, но ничего не предпринимают. Чего вы ждёте? Пока к нынешнему дымку из-под ног не присоединится запах палёных задниц?

— Повода, — беззаботно рассмеялся Фанг. — Мелкие стычки не в счёт. Позволяют держать себя в тонусе, не давая расслабляться. Закаляют нашу молодёжь, заставляя её быстрее шевелиться. Без достойного противника мы постепенно жиреем и теряем хватку. Это недопустимо. Как говорит отец, — Голодный и злой ученик, растёт над собой усерднее, чем сытый и довольный. К тому же мой добрый друг, если начнём сейчас полноценную родовую войну, то пострадают все. Допустим, мы вырежем союз Восточной стали. Солнечный камень лишится трёх не самых лучших, но и не худших в военном отношении семей. Через которых в казну провинции течёт немаленький ручеёк золота. На которых завязаны торговые договоры с царством Лю, чьи товары идут транзитом дальше в империю. Которые щедро вливают пожертвования и взятки в кабинет министров и лично губернатора. Не сомневаюсь, под шумок к резне подключится клан Фунэ, избавляясь от своего репейника на заднице. Вроде и жить не мешает, но сидеть неудобно. Там ещё кто-нибудь подсуетиться, решив свести уже свои счёты с оппонентами. Всё равно никому до них в этом случае не будет дела. В результате город превратится в одно большое поле боя. Провинция ослабнет, лишившись кучи солдат, аристократов, золота и доходов, о которых ежегодно отчитывается императорскому двору.

— Солнечный камень и так в него превратиться, как только союзы посчитают себя готовыми к этому, — всё равно не понимал их осторожности. — Вместо двух великих кланов будут два великих союза. Они ведь не просто так усиливаются. Рано или поздно вам станет тесно на одной площадке.

— Да, но весь вопрос в том, кто за всё это будет платить, — пояснил Шень, свободно развалившись на стуле. — Если резню начнём мы, то мы и понесём основные расходы. Большая часть захваченных ресурсов уйдёт ко двору губернатора, замять инцидент. Придётся заплатить за восстановление города, разрыв торговли, компенсацию родственникам погибших, взятки чиновникам, на обустройство новой собственности. У которой наверняка ещё появится куча наследников, с которыми тоже что-то нужно будет делать. Если первыми глупость совершат они, то соответственно им и платить. Мы на законных основаниях заберём себе всё. Ещё претензии губернатору выкатим, почему недосмотрел за своим слугами. Куда они смотрели. Гильдия Лунного полумесяца больше не будет мешаться под ногами. Возможно, даже удастся перетянуть на себя часть повисших в воздухе договоров. С кем-то же им всё равно придётся работать после исчезновения союзов малых семей.

— Наверняка есть ещё один фактор, — чуть подумав выдвинул своё предположение. — Чем жирнее овечка, тем больше с неё шерсти. Пусть пока и дальше щиплет травку, нагуливая жирок.

— Думаю отец об этом тоже не забывает. — согласился Шень, для которого эти слова, похоже, прозвучали не впервой. — Поэтому то, что конфликт зреет, знают все. Но поскольку он выгоден, никто ничего не делает. Губернатору всё равно кто заплатит откупные, союзы ли, великие кланы ли, или кто-то третий. В пригородах Солнечного камня живёт достаточно народа, мечтающего побыстрее занять освободившиеся места. Ещё и поторопит, если понадобиться. Губернатор заодно закалит побольше клинков в крови, потому что на западных границах становиться неспокойно.

— А если союзы наберут достаточно клинков, которых хватит вас перевернуть? — задал напрашивающийся провокационный вопрос. — Нарастят длину рычага.

Раскрасневшийся от вина Шень Фанг снисходительно усмехнулся, глядя на меня, как на глупого ребёнка.

— Не смеши меня. Клан Шень получил приставку великий не потому, что покупал титулы, как это делают союзы. Мы клан потомственных воинов. С историей возникновения задолго до этой троицы, вместе взятой. Сколько их таких уже видели. Сколько похоронили. Так что не беспокойся, не они первые, не они последние, — беспечно махнул рукой. — Вообще не понимаю, на что рассчитывают. У них на весь союз не так много практиков ранга мастер, не говоря уже о ранге великого мастера, которых, вообще, нет. Как они собираются эту дыру закрывать? Закидывать нас золотом? Смешно.

Несколько хвастливые слова Фанга заставили меня насторожиться. Когда ты не понимаешь на что рассчитывает враг, это не просто плохо, а очень плохо. Если у них нет уверенности в победе, зачем устраивать провокации. Значит, союзы знают что-то, чего не знают Шень. Или, о чём отец не сказал Фангу. Нужно будет подумать над этим в спокойной обстановке. Позже.

— Слушай, не понял, — обратил внимание на одну странность. — Что значит они пользуются услугами подпольного аукциона мадам Лонг? Если он подпольный, значит, незаконный. Почему бы его не прикрыть, сдав властям.

— Так, власти его и прикрывают, от самих себя же, — рассмеялся Фанг, хватаясь за следующую бутылку, разливая на двоих. — Это же золотая жила. Лучше, чем рудник. Из него не оскудевает поток золота и товаров, не доступных на рынке. Губернатор, как и кланы охотно пользуется его услугами. Особенно если нужно что-то продать, на что законы косо смотрят. Так что это такой аукцион, который вроде как незаконен, но каждый встречный скажет, на какой улице находиться, как пройти, а городская стража ещё и любезно проводит, чтобы не заблудился по дороге. Да и службы надзора императорского дворца, уверен, прекрасно о нём осведомлены. Ведь лучше известная мышиная норка, чем неизвестная дыра в заборе. Запомни, мадам Лонг в этом городе персона неприкасаемая, с авторитетом как бы не выше, чем у губернатора. По крайней мере именно через неё он достаёт подарки для вышестоящих начальников. Про размер благотворительных пожертвований лучше даже не упоминать. Благодетелей все любят.

— Интересно. И что, Лунный полумесяц не против? Их официальный торговый дом с аукционом, якобы единственным в городе, закрывает на это глаза? Я думал они самые богатые в провинции Увань.

— Почему закрывая глаза? Широко открывая. Они ведь крупнейшие торговые партнёры мадам Лонг. Продают, то, что самим нельзя, покупают то, что у других не найти. Лунный полумесяц в очереди к ней на приём стоит сразу за губернатором. Потом перепродаёт редкие диковинки в другие провинции, зарабатывая на этом неплохой процент.

— Какая замечательная женщина, — задумчиво сказал вслух, прокручивая в голове только что зародившуюся схему. — Как жаль, что не познакомился с ней раньше.

— Что тоже хочешь встать в очередь, длина которой превышает длину городской стены? — рассмеялся пьяненький Фанг собственной же шутке.

— Не люблю стоять в очереди. Я обычно сразу в окно лезу. Так ближе.

Закончили ещё одну бутылочку под символическую закуску. Перед глазами картинка начала понемногу двоится, вызывая странные чувства. Голова стала лёгкая-лёгкая. От этих наблюдений отвлёк поднявшийся внизу шум, прямо под нами. Точнее, уж больно знакомый голос.

— Да клянусь, я этого пацана в глаза больше не видел, — разгорячено пытался что-то доказать собеседникам круглолицый большеносый мужчина. — Лично бы удавил гадёныша. Так, меня подставил.

— Ладно, чего уж теперь орать. Выпьем, — послышался звон фарфоровых бутылочек. — Всё же купец неправ. Взял и исключил из каравана без доказательств. Вдруг это кто-то другой был. Получается, невиновного выгнал, а убийцу при себе оставил. Хорошо хоть заплатил.

— Да и пёс с ним, — мрачно выругался расстроившийся мужчина. — Может, так и к лучшему. Он дальше к городу Медного быка собирался идти, что за западным лесом светлячков. Слышал, сейчас там неспокойно. Западный уезд Жуйцань живёт в постоянном страхе. Не то что караваны, деревеньки целиком исчезают из-за нашествия яо зверей. Всё свободные войска сейчас туда стягиваются. Может и сгинет Ли Шу Жень в том проклятом лесу, а я останусь.

— Не нагнетай, — включился третий, изрядно охмелевший грубый голос. — Не так уж там и опасно. Да, яо звери осмелели, повылезали из лесов с голодухи, но такое уже раньше случалось. Сейчас солдаты их обратно в норы загонят и вновь будет тихо. Зато от бандитов окрестности очистятся и поголовье чудовищ сократится. Одних пожрут, других порубят. Мой караван туда через десять дней уходит. Надеюсь, к тому времени управятся. Кстати, Чёрный котёл туда уже отправил группы заготовки алхимических ингредиентов с боевыми отрядами. Им такой наплыв мутированного зверья только в радость.

— Да чтобы их тоже всех там пожрали. Дерьмоеды. Цены ломят так, как будто мы это золото на дороге находим. Каждые десять метров, — проворчал другой караванщик.

— Если их сожрут, где дурень будешь снадобья покупать? Сам варить? Да ты только суп из мухоморов осилишь, чтобы просраться, — послышался недовольный голос соседа.

— Фань, а чего это ты их так рьяно защищаешь? Не потому ли, что у тебя брат состоит в гильдии Чёрного котла? Тебе-то наверняка не приходилось платить полную цену…

Пока эти двое увлеклись спором о своём, о наболевшем, круглолицый за чашкой вина вновь вернулся к излюбленной теме. Ругать одного паренька.

— Надеюсь, этого крысёнка или на куски порубили, или продали какому-нибудь извращенцу, любителю молоденьких мальчиков, которые любят в…

С минуту слушал увлекательнейший рассказ о чужих сексуальных предпочтениях, совершенно позабыв про Фанга. Тот, заметив это, слегка хлопнул по плечу.

— Тонг, ты чего, уснул? Какой слабенький. Говорил же, что пятую бутылку тебе лучше было не брать, — посочувствовал Фанг, гордый тем, что он то ещё держался как огурчик.

Такой красненький и морщинистый. Взвесив в руке пустую бутылочку, задорно предложил Шень Фангу.

— Слушай, брат Шень, а не продолжить ли нам славную традицию застольного знакомства дракой.

Тот аж икнул от неожиданности, с опаской посмотрев на самоубийцу.

— Между собой, что ли? — предположил с неуверенностью.

— Тфу на тебя, пьянь красненькая, — совсем уж забылся, где я и с кем. — Было бы желание, а уж компанию я найду. Поверь. Впрочем, иди за мной. Сейчас покажу, как это делается. Запоминай. Женщин не бьём, детей не трогаем. Нет не так, — чуть не споткнулся, пытаясь встать. — Женщин трогаем, там, где нужно, детей не бьём.

— Они против не будут? — засомневался Шень.

— Дети то? Ну, не знаю. Сейчас такие…

— Да нет же, женщин, — чуть смущённо сказал Фанг, отводя взгляд.

Обдумать эту мысль не успел, добравшись до перил. Свесившись вниз, метким броском разбил бутылку о макушку соседа круглолицего пошляка. Этого я хочу поблагодарить за рассказ лично. Подержав за горло.

— Слышь ты, сын… — громко выдал длинную тираду о любви караванщика к ослице, зачавшем его в весьма пикантной ситуации в необычной позе. — Если у тебя есть ко мне претензии, выскажи их лично. Лицо в лицо.

В ресторане повисла долгая напряжённая тишина. Затем отовсюду на первом этаже послышался скрипы отодвигаемых стульев и столов. Оглядевшись, с удивлением обнаружил, что оказывается, здесь проходила большая сходка караванщиков, празднующих какой-то свой знаменательный день. Причём среди них было достаточно практиков начальных ступеней. Их много и лица у них далеки от радостных. Мои слова каждый воспринял на свой счёт.

— Ребята, как же я рад вас всех видеть, — расчувствовался настолько, что чуть не прослезился. — Никуда не уходите, уже спускаюсь.

Дорогу выбрал самую короткую, окончательно переваливаясь через перила. Шень Фанг, удивлённо приподняв брови, переводил взгляд с лестницы на перила, туда и обратно. Выражение лица стало задумчивым. Услышав какой-то неясный шум снизу, сопровождающийся треском дерева, резко очнулся, бросаясь вперёд.

— Без меня не начинайте!

По стечению обстоятельств в этот несчастный ресторан решила заглянуть группа фуци, которых недавно видел на улице вместе с подростками из клана Шень, уже без последних. Видимо, на обратном пути зашли перекусить. Застали самый разгар воцарившегося внутри бардака и погрома. Некоторое время изумлённо разглядывали батальную сцену под причитания несчастного управляющего, спрятавшегося у входа. Обратив внимание на странное выражение лица Кину Цане, стоявший рядом с ней воин фуци, удивлённо спросил.

— Знаешь его? — указал на пьяного до безобразия парня, забравшегося на круглый стол у стены, отбивающегося от лезущей на него волны озверелых мужиков бараньей ногой, орудуя на манер дубины, громогласно орущего, — В очередь сукины дети!

С застывшим лицом, Кину Цане неестественно спокойным голосом сообщила.

— Первый раз вижу.

Развернувшись, вышла из ресторана под пьяные вопли, доносящиеся из разгромленного зала.

Поздно вечером, Цане, матерясь на одного излишне инициативного идиота, тащила на себе спящего глубоким пьяным сном парня с длинными фиолетовыми волосами.

— Да за кого он меня принимает — возмущённо ворчала себе под нос. — Я гордая фуци, а не какая-то ездовая лошадь. Сколько же можно.

Дотащив до аптеки, Цветочный дракон, устало сгрузила на крыльцо.

— Если она уже закрыта, то не вини меня за то, что спать будешь на улице под забором. Пьянчуга.

Постучав в закрытую дверь, напряжённо принялась ожидать результата, прося всех богов разом сделать так, чтобы внутри хоть кто-нибудь оказался. Спустя всего несколько секунд дверь отворилась. Сперва Цане увидела только кончики белоснежных ушей, пока, медленно не опустив взгляд вниз, не разглядела Канью. Удивлению её не было предела.

— Эээээ, — протянула зависшая Цане, не зная, что сказать.

Грустно вздохнув, с пониманием, Канью прошла мимо неё. Ухватившись за воротник парня, с лёгкостью, волоком протащила в дом, едва не столкнув с дороги.

— Подожди, давай помогу, — опомнилась Цане.

— Неть, — отказалась девочка.

Затащив Тонга, тут же захлопнула дверь прямо перед носом Цане, едва не расплющив. Послышался звук запираемого запора.

— Охренеть! — выдала Цане первое, что пришло на ум.

Затащив парня в его комнату, уложив на кровать, Канью ненадолго остановилась в задумчивости. Личико у неё стало серьёзным, а взгляд куда более взрослым, чем можно было ожидать. Искоса посмотрев направо, в сторону тёмного угла, раздражённо фыркнула.

— Брысь.

От неё быстро расширяющимся кругом разошлась стена едва заметного голубоватого барьера, изгоняющего все потусторонние сущности. Матери пришлось отступить на другой план бытия. Подойдя ближе к Тонгу, девочка попыталась наложить на него ограничивающий барьер. Не получилось. Затем сковывающий, с тем же успехом. Любые попытки воздействовать на него барьерами оканчивались неудачно. Пришла очередь зелий. Канью заранее приготовила несколько одурманивающих и усыпляющих экземпляров.

Оставлять на свободе случайно встреченного парня, чья кровь обладала таким загадочным, манящим ароматом, сводящим с ума, заставляющим собственную родословную трястись как в припадке от страха и вожделения, она была не намеренна. Найти какой-нибудь уютное подземелье на краю мира, чтобы выдоить из него все секреты, как и всю кровь, до последней капли, для неё труда не составляло. Нужно было всего лишь дождаться подходящего момента, когда он ослабит бдительность, уснёт, чтобы лишить возможности обратиться к той страшной силе, от которой у неё тряслись коленки. Удачный шанс подвернулся намного раньше, чем она ожидала. К счастью, не потребуется обращаться ко всем заранее заготовленным хитростям, не гарантирующим результата.

Принеся флакон с зельем, Канью решила напоследок просканировать парня на возможные сюрпризы, чтобы избежать случайностей. Взяв за запястье, прикрыв глаза, начала исследовать его духовным чутьём. Конечно, определить потенциал Тонга труда не составило. Узрев все двенадцать открытых духовных звёзд, Канью пришла в сильное смятение. Недоверчиво, с только сейчас появившимся нечитаемым блеском в глазах, по-новому взглянула на него. Внутри фуци поднялась настоящая буря эмоций, никак не отражаясь на взятом под жёсткий контроль лицом. Только в глубине алых глаз можно было разглядеть её отблески.

— Не можеть быть.

Меняло ли это открытие что-то в её планах. Да. ВСЁ! Парень даже не догадывался о своей значимости для Канью. Как и о её резко изменившихся планах. Иначе пришёл бы в дикий ужас.

Флакон был убран обратно в тайник. Не раскрытым. Заботливо, как следует, уложив парня на постель, поправив подушку, подоткнув одеяло, тихонько вышла из комнаты. Загадочный барьер, недоступный многим жрецам, был снят. Немедленно из темноты в центр коридора вышла злая хранительница библиотеки Свободной души. Держа в руке чёрный бронзовый кинжал. Она что-то беззвучно сказала Канью, шевеля губами.

— Неть. Теперь онь мой. Уходи или остянься. Это ничего не решить.

Хранительница библиотеки вновь что-то сказала, не произнеся ни звука. Чистокровный лао зверь, белый снежный кролик, выдающий себя за полукровку, спокойно прошла мимо, ничуть не боясь. Барьеры надёжно оберегали её, не говоря уже об аспекте белой молнии, столь же эффективном оружии против потусторонних сил. Для бывшей жрицы особенно были смешны угрозы хранительницы библиотеки.

— Тебе него ему предложить. Твоё время прошло, духь, — были последние её слова.

Хранительница библиотеки некоторое время потерянно стояла на месте, в одиночестве, в пустоте, в тишине. Вскоре и она растворилась в окружающей темноте вслед за Канью. Она была по-настоящему зла и немного испуганна, о чём боялась признаться, в первую очередь самой себе.

Этой ночью никто не обратил внимание на одинокого светлячка, мигающего зловещим фиолетовым светом, вылетевшим из трубы аптеки. Поднимаясь всё выше и выше, над крышами домов и самых высоких шпилей, он полетел на север.

Глава 2

И снова утро, и снова знакомый потолок, и снова мне плохо. Традиция, что успела приесться. Такое ощущение, жизнь опять застыла на месте, попав в круговую колею. Став ещё хуже, чем прежде. Если раньше страдал от старости и одиночества, то теперь от молодости и новых знакомств. Уже забыл, какого это, в юности жить без денег, еды, перспектив, работая уборщиком, ночуя в съёмной комнате два на два метра. Да ещё с ребёнком. Чужим. Спасибо, что напомнили, добрые люди. Пьянки, гулянки, на которых, то ты кого-то бьёшь, то тебя кто-то бьёт, не существенны. Всего лишь приятный бонус. Дополнение к извечным вопросам, что делать, где взять и как получше спрятать от соседей по жилплощади. Списочек-то проблем существенно расширился. Спрашивается, чего спокойно не сиделось на своей горе. Пофилософствовать долго не дали. Желудок попросился выйти. Тошнило, видите ли, его от этой чепухи.

— Буэээ, — меня вывернуло в вовремя подставленный тазик.

Обняв холодного железного друга, прижался щекой как к родному. Уж он-то меня не подведёт. Да, мой хороший. Хоть кто-то простой и понятный, как тазик, а не эти хитромордые ушастые. С которыми ещё только предстоит разбираться, что, зачем и почему. Что она хочет. Зачем себя так ведёт. И почему компас привёл именно к ней. Потом буду собирать эту головоломку, а пока, уйдите мысли, я в печали.

— Буэээ, — продолжил изливать горе своему новому другу.

Приятная прохлада прокатилась по телу, расслабляя напряженные мышцы. Да и желудок потихоньку успокоился. Я уж думал он гвозди был готов переваривать, а тут смотри какие мы нежные и ранимые. Всё ясно. Виноват проклятый управитель ресторана. Отравить-таки пытался гад усатый. Или винишко у него самодельное, от какой-нибудь бабушки Фень Хуа, а не почтенного винодела. Надо будет пойти и чего-нибудь сломать. Ему или его заведению, как получиться. В памяти, похожей на кисель, полный обрывочных смутных видений, всплыли отдельные картинки. Ух ты, и это всё я. И-то тоже. Как неудобно получилось. Но зато красиво, с душой. Мог бы, засмущался как девица на выданье. Похоже, уже рассчитался за всё, что только возможно. Заранее.

— Ня, — протянули кувшин с каким-то кислым компотиком, пробуждая от воспоминаний.

Сфокусировав зрение, увидел стоящую перед кроватью Канью, сверлившую меня недовольным, осуждающим взглядом. Взяв компот, принюхался, стараясь определить, из чего он сварен. Не понял. Почему не чувствую ничего подозрительного. Обоняние что ли ещё не восстановилось.

— Яду сыпанула? — спросил с профессиональным интересом.

Канью отрицательно качнула головой, озадачившись вопросом.

— Снотворного? Слабительного? Дурманящего? Парализующего?

Каждый вариант отвергался. Странно как-то.

— Зря. С твоих рук хоть всё сразу. Спасительница, — умилился этому светлому созданию, не давшему умереть от жажды.

Приложившись к кувшинчику, осушил нектар богов в один присест. Стало намного легче. Хорошее лекарство. Правильное. При этом упустил момент, как в глазах Канью после моих слов промелькнула опаска и растерянность. Она даже слегка вздрогнула.

Придя в благодушное состояние, шутливо потянулся к девочке.

— Иди сюда моя хорошая. Дай я тебя поцелую за компотик.

— Ня, — после короткой заминки, милостиво подставили щёчку.

Остатки похмелья слетели сразу. Отшатнувшись назад, испуганно посмотрел на согласившуюся фуци. Я чего-то пропустил. А где фирменное, — Неть! Кошмар, кролика подменили.

— Дявяй, — Канья недовольно потребовала исполнения обещаний, пододвинувшись ближе.

Осторожно, пальцем ткнув в её голову, отодвинул ненормальную назад.

— Чего сегодня пила? Какие травки? Тётушка Линьшу ничем подозрительным не угощала? Не подбивала пошутить над бедным братцем Тонгом? — с подозрением потребовал ответа, гадая, когда пропустил очередной заговор против себя.

— Дурякь, — надулась Канью, забирая таз и кувшин.

С видом оскорблённого достоинства ушла. Решил пока не забивать голову загадками. Она у меня маленькая, все уже не помещаются.

Сделал ежедневную зарядку. Проглотил ненавистные пищевые пилюли. Отправился умываться. Все действия давно отработаны. В этот раз никуда не спешил. Судя по свету из окна, рабочий день в самом разгаре. Нет никакой разницы, опоздаю на пять минут или на час. Тем более, если вообще не планирую сегодня работать в аптеке.

Проходя мимо торгового зала, услышал беседу Линьшу со своей подругой, живущей неподалёку. Иногда заглядывала к нам поболтать. Неплохая тётка. Пирожки печёт. Маленькие.

— Представляешь какой ажиотаж поднялся в салоне, — воодушевлённо рассказывала соседка. — Наши дамы принялись активно обсуждать этого загадочного мастера, выдвигая различные предположения. Причём чем больше проходило времени, тем выше превозносились его умения. Если их послушать, так это вообще не человек, а какое-то чудовище. Которое стоит обходить за километр. Чтобы не забеременеть от одного взгляда.

Послышался смех двух женщин, сопровождаемый позвякиванием чашек.

— И что, кто-нибудь уже вычислил, где он остановился? Или как его зовут? — с большим интересом поинтересовалась Линьшу.

— Нет, конечно, — насмешливо фыркнула подруга. — Тогда бы эта новость перешла из раздела слухов в раздел сенсаций. Наши дамы слетелись бы на него как куры, на единственного червячка в загоне. Да я сама не прочь посмотреть на это ходячее чудо. Чтобы выяснить, правду ли рассказывают. Может он действительно весь светится. Интересно же.

— Лучше скажи узнать, сколько капель правды в том озере лжи, что уже налили наши болтушки, — поправила Линьшу.

— Так, я не отрицаю. Правда, со стороны определить это будет не так-то просто. Нужно попасть на сеанс, чтобы выяснить наверняка. Однако, что-то боязно. Вдруг у меня тоже крыша поедет. Или действительно забеременею. Что я мужу скажу? — забеспокоилась подруга, будто уже записана на завтрашний день.

— Ты залетишь, только если раздвинешь не уши, на которых кто-то развесил лапши, а кое-что другое. Слушай больше наших куриц. Если боишься ложиться сама, скажи мне, я рискну. Совсем не прочь размять косточки в умелых руках массажиста с таким громким прозвищем. Божественный мастер золотых рук, отворяющий врата рек, — прочитала Линьшу с выражением. — Фу как пошло, — тут же возмущённо скривилась, но как-то недостоверно. — Однако, интригующе. Кто это прозвище придумал-то?

— Да не помню я, — беззаботно отмахнулась подруга, хрустя тминным печением. — Вроде там сначала было что-то более благозвучное и менее вызывающее. Ну или, вообще, ничего не было, но потом кого-то понесло. Посчитали, так неинтересно. Новое прозвище звучит лучше. Согласись. Всё равно это наши закрытые сплетни для своих. Если мастер против, пусть придёт и сам скажет, а мы на него посмотрим. Может, и не только, — многозначительно оборвала фразу.

— Ну-ну, — скептически поцокала язычком помощница управляющего. — Откуда только этих сплетен набралась?

— Ох, знаешь, — оживилась подруга, заговорщицки понижая голос, — спасибо, что напомнила. Чуть не забыла предупредить. Никому об этом не говори. Мне по большому секрету рассказала мадам Гулань, а ей шепнул кто-то из её подружек в салоне красоты, который та часто посещает. Тоже по секрету. Так что тсссс. Будет неудобно, если Гулань узнает, что я тебе рассказала.

— Конечно, буду молчком, — заверила Линьшу.

Дальше не стал слушать, отправившись совершать водные процедуры. Смотрю кому-то делать нечего. Как Линьшу, так и неизвестному мастеру, которому благодарные мужья и женихи тоже скоро чего-нибудь откроют, или напротив, закроют. Навсегда. Скромности как я погляжу, у него нет. Как и чувства самосохранения. Кто же к нему с такой репутацией теперь отпустит своих жён, дочерей или сестёр. Как есть, дурак.

Возвращаясь в спальню, через приоткрытую дверь лаборатории заметил, как, встав на табуретку, Канью помешивала какое-то зелье в алхимическом котелке, над которым поднимался сиреневый дымок. Что-то мне уже страшно стало даже спрашивать, а чего это она там делает. Боюсь, ответ мне не понравится. От греха подальше, через заднюю дверь, сбежал по делам, прихватив с собой все заготовленные вчера пилюли. Заодно, из другого тайника, забрал одно очень полезное зелье. Вечером пригодится.

Когда Канью обнаружила мою пропажу, заглянув в спальню с кувшинчиком в руках, то коротко, но ёмко высказалась в духе, — Сбежяль гяд!

Чуть позже, скучающая Линьшу, совсем не расстроенная по поводу отсутствия посетителей, испытала странные чувства. Утром, предупреждённая Канью, что работник вновь исчез непонятно куда, мысленно его отругала. Называя, бесполезным лентяем. Чуть позже, пришлось немного пересмотреть своё мнение. Этого бездельника искало довольно много народа. Непростого. У Линьшу был нюх на деньги. Состоятельных клиентов вычисляла с первого взгляда.

Сначала заглянула боевитая фуци, вооружённая до зубов, спросив, живой ли там ещё Тонг. Видимо, хорошая знакомая. Получив подтверждение, ушла. Затем, запыхавшись, прибежала молодая госпожа из клана Фунэ. Кто такая Фунэ Цяо, Линьшу знала. Не лично, конечно. Узнав, что Тонга нет, ушла, сильно расстроившись. Затем, друг за другом, с разным интервалом времени, украдкой оглядываясь, заявились три довольно хорошо одетые дамы. Из благородных. Слегка нервничая, искали Тонга, стараясь выглядеть естественно и непринуждённо. Ушли не сильно расстроенные, но задумчивые, пообещав ещё вернуться. Спустя некоторое время, появилась пара служанок с той же целью. Следом за которыми пришла молодая девушка в клановой одежде с язычками пламени на повязке. Не выспавшаяся. Им всем зачем-то позарез понадобился Тонг. И все огорчались, не застав его на месте. Она и не подозревала, что у парня столько знакомых среди кланов и благородных.

Скромненько сидевшая в углу, на табуреточке девочка фуци, ставшая свидетельницей этого паломничества женщин, с каждым разом мрачнела всё сильнее. Под конец от неё стало слышаться тихое потрескивание, а по волосам побежали крохотные разряды белых молний, перетекая вверх, дугой проскакивая между ушей. Линьшу, украдкой на неё поглядывая, тихонько посмеивалась, прикрыв рот ладошкой.

Покинув аптеку, первым делом немного пропетлял по переулкам, выискивая самые глухие, безлюдные уголки. Часто останавливался, сонно и задумчиво изучая окрестности. Делая вид, что заблудился. Не помогло. Чувство слежки не исчезало. Не то, чтобы хотел от него избавиться, скорее спровоцировать на активные действия. Кто бы это мог быть, уже догадывался. Духовное зрение говорило, что поблизости нет источников ци, а вот чутьё зверя на жизненную силу утверждало, что где-то рядом скрывалось аж целых два.

Убедившись, что неизвестные свой ход делать не хотят, чего-то опасаясь, ускорился. Задавшись целью оторваться от них, используя разные уловки и покров невидимки, вскоре скинул надоедливый хвост. Позже посмотрим, можно ли будет от него избавиться навсегда. И нужно ли.

Добравшись до центральных кварталов города, прогулялся по просторным, красиво оформленным проспектам. Здешние пешеходы выглядели намного богаче, благообразнее и неспешнее в повседневных делах чем наши. У одного из этих надутых индюков в ярких перьях стащил кошелёк. Ну как стащил, он его потерял, а я нашёл. Завязочка на поясе развязалась, случайно, а мужчина и не заметил. Я к нему даже не подходил. Честно. Шёл позади, на расстоянии, терпеливо дожидаясь.

Потом заглянул в сувенирную лавку. Прикупил длиннополую просторную накидку с рукавами и шляпу с тёмной вуалью по периметру, скрывающей лицо. Вышел уже в образе странника, не желающего, чтобы его опознали. На улицах иногда встречались подобные персонажи. В основном аристократы, занимающиеся своими делами, заговорами, изменами, тайными сделками и походами по злачным местам. Хотя иногда встречались по-настоящему известные либо могущественные личности, которых постороннее внимание уже достало. Не задумавшие ничего плохого. Народ ко всем ним относился с пониманием. Никто не хотел влезать в чужие дела, за которые можно и по шее получить. Иногда рукой, иногда мечом. Ну, хочет человек остаться неузнанным, его право. Пусть стража разбирается, есть оно у него или нет.

Преобразившись, остановил первого попавшегося хорошо одетого человека. Судя по поведению, выгуливающего свою жену, отдавая супружеский долг в иной форме. Деньгами. За ними следовала вереница слуг с ящичками, шкатулками, расшитыми сумочками, свёртками.

Как оказалось, Шень Фанг ничуть не преувеличивал, говоря, что каждый богатый человек этого города знал, где находиться подпольный аукцион мадам Лонг. Не понимаю, зачем ему приставка, подпольный. Чтобы подогреть интерес публики, пощекотав ей нервы вымышленной опасностью, или чтобы накрутить расценки на свои услуги. Если так, надо будет предложить Линьшу тоже изменить вывеску на, — Подпольная аптека Цветочный дракон. Хотя нет, она-то точно не оценит юмора. Будет категорически против. Как и её постоянный курьер. Сорокалетний дядечка с третьей ступенью развития очага ци, в простенькой, дешёвой одежде обычного слуги. Он часто заглядывал к нам по мелким поручениям, разнося клиентам подозрительно тяжёлые коробочки с лекарствами.

По пути к своей цели сделал несколько любопытных наблюдений. Три раза видел небольшие группы фуци. То они ковры куда-то тащили, то сопровождали хорошо одетых важных господ, то с целеустремлённым видом спешили в сторону городских ворот. Складывалось впечатление, что кочевники были заняты делом, а не праздно шатались в поисках развлечений и заработка. Причём то, что все при оружии, нисколько не смущало ни стражу, ни аристократов.

Ещё обратил внимание, что крупные купцы, занимающиеся серьёзными делами, значительно усилили личную охрану. Если раньше их сопровождала всего пара обычных прислужников, то теперь хорошо вооружённые бойцы или наёмные практики. Возможно, это было как-то связано с повышением цен на продукты, что не всем нравилось.

На перекрёстке, на специальном помосте, один из городских вестников громко зачитывал последние новости. Кого на этот раз власти посчитали виновным и в чём. Народ с равнодушием относился к тому, что какой-то аристократ был обвинён в измене и казнён вместе со всей своей семьёй, а их имущество конфисковали. Не он первый, не он последний. Радовались чужому горю лишь несколько публично наказанных бедолаг, закованных в деревянные колодки у помоста. Судя по грязным, измождённым, худым телам, прикрытых обносками, из черноногой бедноты. Приговорённые к разным срокам голодания и публичного осуждения, вели себя тихо, чтобы не огрести тумаков от прохожих. Кто-то оказался среди них за непочтительность к знати, кто-то за нарушение мелких законов, а кто-то за неразрешенные виды деятельности. К ним могли попасть и обычные слуги, кого наказали хозяева, решив преподать урок. Пусть радуются хотя бы этому, а то их могли и палками забить до смерти.

Найдя нужный адрес, испытал непередаваемые эмоции, разглядывая огромное поместье за трёхметровой стеной, большими воротами, выстроенными в традиционном храмовом стиле и почётной стражей в красных лакированных доспехах.

— Именье Ласточкино гнездо, — прочитал на домовой табличке, размером с коня, чтобы всем было видно издали.

Тут ещё и личные именные флаги везде понатыкали, красного цвета, в виде длинных вертикальных полотен, растянутых вдоль шеста.

— Торговый дом мадам Лонг, — перевёл внимание на ближайший флаг. — Мдя, — высказался языком малышки Канью. — Сразу видно деловую женщину. Широкой души человек. Неуловимая мадам Лонг в подвальчиках на стульчиках контрабандными таблеточками не торгует. Если только баржами и прямо с пирса.

Стража в поместье меня не пустила, затребовав какое-то приглашение. Выяснив, что я, собственно, не к ней, а в поисках чего-нибудь прикупить-продать, направили в обход. К одной из многочисленных задних калиток поместья. Там уже сориентировался на месте. Народ к этой неприметной дверце, ведущей сразу в подземелье, протоптал даже не тропинку, а широкий торговый тракт. Включая подъезды для грузовых телег, рассчитанные под крупногабаритные товары.

Всё вокруг чистенько, ухоженно, дорожки выметены. Не хватало только указателей со стрелочками, — несите ваши денежки сюда. Посмотрев на это великолепие, с чувством восхищения сказал, — Ещё не видел, но уже влюбился.

Кстати, довольно оживлённое местечко. Вокруг полно людей, скрывающих свою личность. За некоторыми из которых слуги в родовых цветах, с открытыми лицами несли подносы, заваленные деньгами, предметами обихода или покупками. Потрясающее зрелище. Хотя, может это мода у них такая. И эти люди ещё меня безумцем называют.

Под землёй расположился полноценный торговый центр. Просторный, хорошо освещённый, проветриваемый, со всеми удобствами. Мадам Лонг демонстрировала всем, что основательно здесь закрепилась, надолго, не намереваясь завтра исчезнуть с первыми лучами солнца, как утренний туман.

Помимо людей, на аукционе мадам Лонг столкнулся с настоящим засильем хуляо. Полукровок лисьего племени. Симпатичные девушки и юноши с пушистыми хвостами и ушками, одетые в униформу торгового дома, выполняли роль прислуги. С улыбками встречали гостей, любезно оказывая помощь в любых вопросах.

Одна из таких красоток в довольно откровенном наряде, надушенная духами до отвращения, проводила в комнату оценщика. Им оказался ещё один хуляо, пожилой седовласый лис. Оценщик, держась с достоинством уважаемого человека, указал в кресло, напротив его стола.

— Чем могу помочь? — сразу перешёл прямо к делу.

Судя по ауре, практик четвёртой ступени развития очага ци, не меньше. Серьёзный пушистик, оценил дяденьку хуляо. То, что я не снял шляпу, тот никак не прокомментировал. Видел такое уже не раз. Бывало, к нему и с масками, и в карнавальных костюмах, и под иллюзиями заходили. Правила аукциона этого не запрещали. Достав две пилюли, положил на специальную тарелочку, стоящую на столе.

— Хотелось бы узнать. Можно ли выставить данные пилюли на вашем аукционе и сколько за них могут заплатить?

— Позвольте взглянуть, — без особого воодушевления попросил оценщик.

Осторожно взяв пинцетом первую пилюлю, излучающую очень сильный аромат и ауру, внимательно её рассмотрел, задействовав духовное чутьё. На лице хуляо появились морщинки глубокой задумчивости. Ничего не сказав, приступил к изучению второй пилюли, провозившись с ней ещё дольше.

— Хммм, — побарабанил пальцами по столу с отстранённым видом. — Могу узнать, где вы их взяли? — спросил заметно вежливее.

— Там, где их уже нет. Но могут появиться, если хорошенько поискать, — прозрачно намекнул. — Конечно, появись у меня желание тратить на это своё время.

— Хорошо. На ваш первый вопрос отвечу сразу. Вы можете выставить данные пилюли на нашем аукционе. Со вторым, к сожалению, всё несколько сложнее. Довольно необычная работа. Основа вроде знакома, но вот её модификация вызывает вопросы. В общих чертах всё понятно. Справа, пилюля концентрации ци. Слева, очистки ци. Однако, повторюсь, несколько нетипичные. Вам известно, кто их изготовитель или название пилюль?

— Справа, пилюля концентрации ци земной жилы медной горы. Слева, пилюля очищения кровавой души, — подсказал, надеясь не запутаться в собственных же названиях.

— Это упрощает дело. Если вы не против, подождите пока здесь. Схожу, посмотрю в справочнике их рыночную стоимость. Заодно попрошу алхимиков замерить характеристики. Бывало, нам приносили высокоуровневую медицину с истощённой энергетикой. Или скрытыми дефектами. К сожалению, пользы от неё немного. Не волнуйтесь, при любом результате замеров вам будет возвращена ваша собственность. Аукцион мадам Лонг гарантирует сохранность имущества наших посетителей, — со всей ответственностью заверил хуляо. — Так же, как и проведение беспристрастной, честной оценки.

Чуть не попросил и мне принести справочник, тоже бы хотелось полистать. Насколько жаждал заполучить артефакт измерения точных параметров ауры, вообще, молчу. С трудом удержался от соблазна.

— Если это не займёт много времени.

Постарался донести интонациями, насколько это нежелательно.

— Не успеете заскучать. Сейчас попрошу наших девочек принести чая с угощением. Они составят вам компанию. Развлекут приятной беседой, — сказал лис с хитрым прищуром, на что-то намекая. — Не заметите, как пролетит время.

Ну да, догадываюсь, как вы развлекаете гостей. Сначала скромный разговор. Потом с чая незаметно перейдём на что-то погорячее. Девочки раскрепостятся и начнётся ненавязчивое убеждение клиента продать подешевле, купить подороже, а лучшее, вообще, остаться без штанов. Желательно во всех смыслах. Чтобы потом от стыда не мог высунуть носа из дома. Не приходил, не смущал «скромных» девочек, обвиняя в нескромном поведении и собственной глупости.

На случай если окажусь важной персоной, весь моральный вред возместят, извинятся, задобрят, теми же искусницами ведения переговоров. Вот только бумажечка с описанием всех недостойных похождений достойного мужа ляжет в какую-нибудь неприметную папочку, до лучших времён. Включая, любые неосторожные слова или предположения. Как и описание привычек, примет и настоящего имени, если получится.

— Спасибо, воздержусь, — отказался от столь заманчивого предложения. — Поторопитесь уважаемый.

Хуляо с лёгким поклоном, проявляя вежливость, вышел из комнаты.

* * *

В роскошно обставленную дамскую комнату осторожно постучали. Сидевшая в кресле лицом к двери женщина с искусно подведённым макияжем и сложной причёской, в очень дорогом, сделанном на заказ платье недовольно поморщилась. С извинением посмотрев на свою гостью, негромко разрешила войти. По пустякам её бы не стали беспокоить. Гостья не возражала, поскольку сама любила находиться в курсе событий. Тем более понимая, что такое рабочая необходимость.

В комнату с низким поклоном вошёл пожилой оценщик хуляо.

— Госпожа Лонг, госпожа Ниса, прошу простить за беспокойство.

Получив разрешение говорить, мужчина почтительно начал объяснять причину визита, смотря в пол.

— У меня нетерпеливый клиент сидит в комнате переговоров. Обычно оценить вещь, принесённую на торги, труда не составляет, однако, иногда попадаются по-настоящему сложные или загадочные случаи. Этот один из них. Прошу.

На принесённой подушечке двумя руками подал на изучение две пилюли, положенные раздельно.

— Перед вами две пилюли, сведений о которых нет в наших книгах. Алхимики чешут уши и разводят руками. Говорят, с этим не к ним, а к зачарователям. Те, в свою очередь, отправляют к архивариусу или археологу. Словом, никто не хочет брать на себя ответственность. Каждый видит свою часть ремесла, но не общую картину. Соответственно я не могу правильно назначить стартовую цену за этот лот. Если кто-то из наших клиентов уже сталкивался с этими пилюлями раньше, то легко сможет понять нашу некомпетентность из-за неверно выставленной цены или его описания. Могут возникнуть нехорошие слухи. Мне хотелось бы узнать ваше мнение. Нам отказаться принимать их? Взять и назначить предполагаемую цену исходя из их эффективности? Или попросить больше времени на поиск информации.

— Любопытно, — заинтересовалась мадам Лонг.

Тонкими пальчиками, с длинными ногтями, покрытыми чёрным лаком, осторожно взяла одну из пилюль, присматриваясь к ней повнимательнее.

— Известно их происхождение или название?

Оценщик повторил то, что узнал от клиента.

— Что по поводу качества пилюль? Ценности?

— Тут возникли некоторые сложности моя госпожа, — покрылся испариной старый лис, чувствуя себя неуверенно перед мадам Лонг.

Он её явно опасался, не скрывая этого.

— Алхимики сказали, в основе пилюли лежат вот эти ингредиенты, — протянул список. — Ничего особенного. Пилюли второго ранга, концентрации ци и очищения ци. Рыночная стоимость, — назвал цену каждой. — Можно приобрести в любой аптеке города.

— Всего лишь? — разочарованно поморщилась мадам Лонг, возвращая пилюлю на подушечку. — И с этой мелочью вы пришли ко мне? Жить надоело? — в её голосе проскользнул шорох вынимаемого меча. — Кто этот человек? Кто-то важный?

— Не думаю, моя госпожа. У всех влиятельных семей города уже давно есть персональные помощники и отработанная схема взаимодействия с нами. Сегодняшний клиент, вероятнее всего, здесь первый раз. Девушки из обслуги передали, что он задавал вопросы, присущие новичкам. Ещё могу сказать, что клиент довольно молод, хотя и пытается скрыть свою личность. Голос ещё не огрубел.

— Понятно, — для дамы Лонг он перестал существовать. — Верни пилюли и выставь за дверь этого пройдоху. Мы не занимаемся торговлей разного мусора, который можно купить на любом углу за горсть мелочи. Будет возмущаться, пусть ему всыплют двадцать палок для прояснения сознания.

— Моя госпожа, — едва слышно сглотнув, лис почтительно склонившись ещё ниже, — дело в том, что зачарователи сказали совсем другое. Они выставили этим пилюлям четвёртый ранг. В свою очередь, мастер археологии, занимающийся древностями, назвал цифру шесть. Архивариус заявил, что первый раз слышит о существовании таких пилюль. Артефакт, который измеряет потенциал медицины, высветил цифру пять. У меня нет соображений, как это возможно. Каждый из наших экспертов заслуживает доверия. Они не стали бы шутить с этим, небрежно относясь к работе. Истинный ранг этой пилюли может оказаться каким угодно. Известно лишь, что это низкокачественная, простая медицина начальных ступеней развития.

С каждым предложением тонкие, подведённые брови мадам Лонг поднимались всё выше. На её лице легко читалось изумление.

— Вне ранговая пилюля начальных ступеней развития? Первый раз такое слышу. Теперь понятно почему у вас появились затруднения с определением её стоимости.

Немного подумав, приняла решение.

— Выкупи их за среднюю цену качественных пилюль четвёртого ранга от имени нашего дома. Верхний предел, до уровня пятого ранга. Только при условии, что расскажет, как, они у него оказались.

Получив разрешение удалиться, лёгким движением кисти, лис пятясь отступил к выходу. В это время загадочная госпожа Ниса, сидящая спиной к двери в кресле с высокой спинкой, взяла в руку пилюлю очищения. Зачем-то внимательно её обнюхав, подала соседке какой-то знак. Та среагировала мгновенно, останавливая оценщика. Ниса ненадолго задумалась. Её никто не торопил.

— Пожалуй, этим клиентом я займусь лично, — послышался музыкальный приятный голос. — Не возражаешь, Янмей? — обратилась к мадам Лонг напрямую по имени.

Улыбка Лонг Янмей из формальной для оценщика, стала угодливой для госпожи Нисы. В глубине её взгляда промелькнула опаска. Так же как старый оценщик боялся мадам Лонг, заискивая перед ней, сама она до смерти боялась расстроить госпожу Нису. Потому что знала о ней куда больше остальных.

— Конечно, Ниса, о чём речь. Можешь смело забирать его себе. Я попрошу, чтобы казначей позаботился обо всех деталях.

О том, что Ниса забрала пилюли себе, ссыпав в личный кошелёк, даже не заикнулась. Как и о неподобающей фамильярности.

— Спасибо, — тепло поблагодарила девушка.

Оценщик не видел, что прочитала в глазах Нисы мадам Лонг, но та даже с белилами на лице умудрилась побелеть ещё сильнее. Едва заметно вздрогнула, вжимаясь в спинку своего кресла поглубже.

— Попроси, чтобы нас не беспокоили. Ах да, твой аукцион же гарантирует сохранность тайны личности клиентов и его визитов? — промурлыкала Ниса, наклоняясь ближе к мадам Лонг.

— Конечно-конечно, — натянуто улыбнулась мадам Лонг. — Этого человека никто не запомнит. Я лично вырву сердца тех, кто не страдает забывчивостью наших правил и подам тебе на блюде. Всё услышал, — строго обернулась к всё ещё согнутому в глубоком поклоне лису. — Предупреди персонал. Этого человека не существует, — в её голосе лязгнула сталь, опускающаяся на шеи ослушавшихся.

Упоминание о вырванных сердцах не было пустым обещанием. Мадам Лонг весьма жестоко расправлялась за малейшее ослушание или промахи. Часто с удовольствием лично прикладывая к этому свои изящные ручки. Старый лис не знал всех подробностей взаимоотношений Нисы и Лонг, но одно знал точно, если чарующая красотка с огненно-рыжими волосами того захочет, всесильная и ужасающая мадам Лонг опуститься на четвереньки и покорно будет вылизывать её туфельки. Потом встанет, отряхнёт платье и пойдёт мучительно убивать всех, кто видел этот позор, слышал о нём, или хотя бы догадывался. Самыми изощрёнными способами.

Да, мадам Лонг безжалостный человек, спокойно тиранившая одних хуляо, до трясучки боялась других. Ниса внешне ничем не отличалась от девушек лисичек, работающих в этом заведении. Те же ушки, тот же миленький пушистый хвостик, та же симпатичная мордашка. Огненно-рыжая зеленоглазая красавица с чудесным, чарующим голоском и гибкой фигуркой танцовщицы. Однако, она и близко не стояла рядом со своими якобы соплеменниками. Скорее, на вершине пирамиды из их преклонённых спин.

Именно Ниса дала мадам Лонг ту власть над хуляо, которой она сейчас обладала. И не только это. Точнее, не столько Ниса, сколько силы, стоящие за её спиной. Вот чего на самом деле боялась госпожа поместья Ласточкино гнездо. Не будь этого, девушку, при всех её умениях и возможностях, мадам Лонг давно бы пустила на новенькую шубу, в коллекцию к остальным, о чём иногда просто мечтала.

* * *

Когда ожидание начало затягиваться, обо мне, наконец, вспомнили. В комнату, махнув роскошным пушистым хвостом, вошла фигуристая девушка хуляо в красивом дорогом платье из красного шёлка, расписанного жёлтыми узорами. Чарующие улыбнувшись, зеленоглазая бестия по-хозяйски уселась за стол оценщика. С минуту меня оценивающе осматривали, такое ощущение, прощупывая духовным взором. Не пробившись через маскирующий покров, слегка нахмурилась, но сразу же успокоилась.

— Не похоже, чтобы у вас при себе имелись защитные артефакты, господин гость. Личное мастерство, — уважительно склонила голову, — да, но не артефакты.

Какое настораживающее начало. Да и смотрит на меня словно на уже пойманную добычу, чувствуя себя совершенно спокойно и уверенно.

— Разве в них имеется необходимость? Мне что-то угрожает в этих стенах? — осведомился с лёгким любопытством, скрытно приготовившись действовать по обстоятельствам.

— Нет, что вы, — отмахнулась она от подобной глупости. — Я не сторонница грубой силы. Слишком наряжено и грязно, — поморщилась, вспоминая какой-то неудачный эпизод из прошлого. — Предпочитаю действовать изящнее. Тем более, имея возможности. Похоже, ваше сопротивление не столь велико, чтобы доставить мне хлопоты.

Вновь одарила меня хитрой улыбкой существа, знающего какой-то секрет.

— Не подскажите, уважаемый гость, откуда вы достали эти пилюли? — насмешливо, с лёгкой ленцой поинтересовалась, с удобством располагаясь на стуле.

Мир вокруг меня моргнул, такое ощущение, подменив картинку. Однако никаких изменений не обнаружилось ни обычным, ни духовным зрением. Кажется, меня решили обмануть более коварным способом. Запудрив мозги какой-то ментальной техникой. Знакомые колебания ци. Как-то разочаровывает. Уж лучше бы искусниц ведения переговоров прислали. «Эх, надо было соглашаться на первоначальный вариант», — испытал досаду. Раз решили действовать столь грубо и примитивно, ответим тем же. Что я, зря пришёл.

— Прежде чем задавать такие вопросы, девушка, хоть бы задницей передо мной покрутила. Эх, молодёжь, всему вас учить да учить, — огорчённо покачал головой. — Сначала усыпи бдительность, заставь пускать слюнки на недостижимое, а только потом спрашивай. По кусочкам, вскользь, даря награду за правильные ответы. Отвлекая внимание низменными желаниями. Откуда вас таких только понабрали, деревенщин?

У хуляо произошёл разрыв шаблона. Как будто даже услышал его треск, сопровождаемый звоном рассыпавшимися по полу кусочков.

— Что? — с какой-то глуповатой улыбкой переспросила девушка, решив, что это ей только послышалось.

— Говорю задницей покрути дура. Ну или хоть сиськи покажи, — раздражённо предложил другой вариант. — Только побыстрее, у меня ещё дел полно. Сейчас вашего хитро вывернутого старичка оценщика дождусь, прикус ему исправлю и пойду. Нашёл кого на работу брать. Родственница, что ли?

Лисичка перестала улыбаться. Села ровнее, выпрямив спину. Во взгляде засверкали молнии закипающей ярости.

— Встать! — громко рявкнула.

Мир дрогнул, вновь пытаясь подменить картинку. И так, три раза подряд. Испугалась, что ли. Решила подстраховаться.

— Сейчас, — ехидно отказался. — Разбежался. Сначала пилюли верни, рыжая. Те, которые у тебя на поясе. По запаху чую.

Девушка растерялась, и такое ощущение, испугалась.

— Ты что, один из наших? — попыталась рассмотреть моё лицо сквозь вуаль.

— Я свой, собственный, — заверил с гордостью. — Рыжая, не наглей. Что за выходка? Твоя инициатива или дядюшка посоветовал?

— Встать! — ещё раз потребовала девушка, но уже с меньшей уверенностью в успехе.

Пришлось подниматься на ноги и идти к ней. С самыми недобрыми намерениями. Сперва обрадовавшись успеху, лисичка быстро теряла вернувшуюся уверенность. С каждым моим шагом. В её взгляде промелькнула растерянность, сменившаяся задумчивостью. Подход был изменён моментально. В этот раз мир не только моргнул, но и попытался окраситься в розовые оттенки.

— Ты же не обидишь сестрёнку Ниси? — состроила испуганные, жалостливые глазки. — Правда?

— Правда, — охотно подтвердил, отчего лисичка облегчённо выдохнула.

Резко сорвал с её пояса кошелёк, одним ловким движением. Сразу же, не давая опомнится, развернул спиной, заваливая на стол. Первый шлепок по заднице не ощутила, будучи в шоке от происходящего. Не понимая, почему её техники на меня не действуют. Зато второй, значительно усиленный ци, заставил дёрнуться от боли. Как и третий, будучи ещё сильнее. Отчаянно взвыв, девушка попыталась вырваться, ни о чём другом не думая. Цвет лица сравнялся с цветом волос. Видимо, её никогда раньше не пороли. Досадное упущение, которое сейчас исправим. Довести воспитательный процесс до конца не удалось. Выскользнула зараза, прямо из-под рук. Гибкая больно. Рассерженной кошкой метнулась в дальний угол, разрывая дистанцию и прикрывая задницу рукой.

— Ты покойник! — завизжала, переходя на ультразвук.

— Встань в очередь, ребёнок, — снисходительно усмехнулся.

— Я разорву тебя на куски. Землю заставлю жрать! — орала полоумная лисичка, испытывая стыд и ярость, как никогда прежде.

— Пробовал уже. Невкусно, — продолжал издеваться, медленно отступая к двери, не сводя с неё взгляда.

Нужно свалить прежде, чем сообразит вызвать подкрепление. Лисичка легко раскусила мои намерения.

— Не уйдёшь. Отдай! — потребовала взбешённая Ниса, протягивая раскрытую ладонь. — Обещаю, сдохнешь чуть быстрее.

— Неть! — категорически отказался голосом умного кролика альбиноса.

Эта дура не придумала ничего лучшего, чем на меня наброситься. Понял сразу, не отвяжется. Причём, судя по направлению взгляда, я её интересовал чуть меньше, чем пилюли. Даже несмотря на случившееся. Что-то всё это мне напоминает. Параллели с вчерашним утром провёл сразу. Ну уж нет, двух ушастых я не потяну. Комнатка маленькая. Зарплаты не предвидеться. Живу в долг. Соседки уж точно не оценят пополнение. Чем я её кормить буду. Ну её к Ичи. Тонг хоть и идиот, но обучаемый. Надеюсь.

Вот уж старая ведьма удружила. Накачала какой-то гадостью, от которой у ушастых голову сносит, а мне расхлёбывай. Статистика насчёт их поведения потихоньку обновлялась и дополнялась. Но об этом подумаю позже, когда отобьюсь от очередной фанатички, что сейчас пытается выцарапать мне глазки. И чем они ей не понравились, спрашивается. Она же их даже не видит.

Отразить нападение удалось на удивление просто. Сразу видно, девушка ни в коей мере не была бойцом ближнего боя. Несколько блоков, поворотов, новый шлепок по заднице, отбрасывающий ей к столу и готово. Даже как-то неинтересно. Реально что ли хотела мне лицо расцарапать. Я в шоке.

Лисичка, похоже, окончательно спятила. Градус ярости повысился, переходя в ненависть. По бокам от неё появились ещё четыре точные копии хуляо. Иллюзии? Не чувствую от них жизненной силы, только духовную. Кроме этого, комната стремительно начала наполняться ци стихии огня. Вот теперь совсем другое дело. Удивим малышку.

— Лови, — неожиданно громко крикнул, бросая ей кошель прямо в руки.

Она его автоматически поймала, отслеживая летящий в неё предмет. Из-за сработавших рефлексов руки и глаза на миг оказались заняты. За кошельком-то она уследила, а вот за мной, нет. Тенью метнувшись следом, на ускорении заходя сбоку, вырубил девушку ребром ладони по шее. Всё произошло буквально за секунду.

— Типичная ошибка новичков. Сразу видно отсутствие опыта, — осуждающе покачал головой, подхватывая лисичку, чтобы не упала. — Ты уж девочка давай, налегай на тренировки. В следующий раз задница будет меньше болеть.

У неё наверняка там останутся синяки. На долгую память. Ничего, пусть думает головой, это полезно, а то в следующий пойдёт на поводу у самоуверенности и нарвётся на какого-нибудь старого извращенца. Вроде меня.

Усадил её за стол, в позе спящего человека, уткнувшись лицом в локоть. Звукоизоляция здесь отличная, не сразу хватятся. Позвенев вновь реквизированным кошельком, после короткой внутренней борьбы выложил на стол обе пилюли, остальное забирая себе.

— Будем считать, продал.

После этого быстро покинул комнату, торопясь на выход.

— Что-то не везёт мне с поисками золота, что вчера, что сегодня. Как так жить, — тихонько жаловался сам себе.

Проходя мимо ближайшей тени, с негодованием на неё посмотрел.

— После того как тебя встретил, всё пошло кувырком. Может я проклят?

Прислушавшись к совету голосов, на следующем повороте свернул налево, обходя куда-то спешивших встревоженных хуляо. Все эти дни голоса продолжали действовать на нервы, давая советы, от которых у меня уже голова шла кругом. Иногда появлялась подленькая мысль, а не прислушаться ли к ним хоть разок. Жизнь сразу заиграет новыми красками и станет намного проще. Достаточно всего лишь позвать Шиньюсамас и проблема с Шень решится всего за один день. Не будет Шень, не будет проблем.

— Нет уж, как-нибудь сам справлюсь, — волевым усилием загнал голоса поглубже в подсознание.

Послышался недоверчивый смех, преследующий меня куда бы, я не повернул.

Возвращаясь в аптеку, неожиданно встретил старую знакомую, о которой уже начал забывать. На краю улицы, у небольшой скульптуры черепахи, стояла грустная Фунэ Цяо в красивом платье, с узором весенних цветов. В нём она немного отличалась от себя прежней в боевом костюме кланового воина. Стала более женственной что ли. Ещё и новую причёску сделала, закрепив длинные волосы нефритовой заколкой.

Похоже, чем-то расстроена. Стоит в одиночестве, потихоньку пиля черепаху взглядом. Того и гляди, та развалится надвое. Решил подойти поздороваться, поднять ей настроение. По сути, знакомых-то в городе у меня почти нет. Ни с кем не поговорить, ни посидеть, ни в гости сходить. Свободно, безо всякого двойного, тройного дна. Работа, кровать, работа, кровать. Тоскливо так жить.

Вспомнив, где видел какую-то бедную девочку, торгующую цветами, быстро сбегал туда и обратно. Она продавала их прямо из ведра, лично собрав этим утром. Судя по полному ведру, бизнес у неё сегодня явно не шёл. Прохожие цветами не интересовались. Скорее раздражались, что их отвлекали от без сомнения важных дел или мыслей. Как будто спешили спасти родину, а тут она, нарушая все планы. Теперь страна не дождётся своих героев.

Девочка встала на обочину, передохнуть, ведро-то тяжёлое. Грустно вздыхая, привычно высматривала в толпе молодые парочки, а тут я, как из-под земли выскочил, пугая малышку.

— Почём? — указал на ведро.

— Одна лисичка штука, — заметно обрадовалась моему интересу к цветам, а не лично к ней.

Окинув её задумчивым взглядом, заставив усомниться в поспешных выводах, почесал подбородок.

— Понял. Одна монетка штука. Тонг не тупой. Сколько у тебя там осталось? Десятка три? Четыре?

Порывшись в кошельке, разочарованно вздохнул, пряча улыбку.

— Что-то дорого. Сколько за это смогу взять, — высыпал ей на ладонь несколько серебряных соколов.

У девочки округлились глаза.

— У меня столько нет. Ни цветов, ни сдачи, — совсем расстроилась будущая акула торговли.

— На ведро хватит, хватит? Тонг доволен. Монеток-то определённо меньше, чем цветов.

— Но они же серебряные, — попыталась объяснить девочка.

— Слушай мелочь, не морочь мне голову. Взяла деньги и чеши отсюда. Тоже мне, хочет обмануть великого Тонга. Он что, совсем тупой, считать не умеет. Монеток пять, цветов больше.

Забрав ведро, поспешил обратно к Фунэ Цяо, оставив позади растерянную, но счастливую девочку.

Приближаясь к Фунэ Цяо, окликнул её ещё издали, радостно помахав рукой, привлекая внимание.

— Барышня Фунэ, как я рад вас видеть. Чистого неба вам над головой.

Шляпу снял заранее, скинув на спину. Она была на завязках, так что повисла на манер круглого щита.

Фунэ Цяо сперва растерялась, подумав, что я ей привиделся. Половину дня меня искала, придумывая разные поводы для встречи, а тут сам объявился, да ещё с ведром цветов. Весь такой радостный, сияющий как начищенная золотая монета. На секунду прикрыв глаза, что-то пробормотала себе под нос. Помассировала пальцами веки, после чего ещё раз на меня внимательно посмотрела. Убедившись, что не растворился в воздухе, только потом широко заулыбалась.

— Тонг, какая неожиданная встреча. Рада тебя видеть, — слегка кивнула, приветствуя.

— Я тоже барышня Фунэ, — ответил тем же.

Поставив ведро у своих ног, обратился к ней с просьбой.

— Как удачно получилось. Барышня Фунэ, не могли бы вы оказать мне любезность и помочь в одном важном деле?

— Каком? — заинтересовалась девушка.

— Проводить к себе домой.

Девушка на секунду зависла, пытаясь понять, не ослышалась ли. Ещё раз недоверчиво меня осмотрела, с ног до головы, слегка себя ущипнув.

— Зачем? — уточнила немного другим тоном с неестественной улыбкой.

— Я как раз направлялся в квартал Фунэ, пока не встретил вас. Дорогу-то не знаю. А ещё боюсь меня могут туда не пустить. С вашей же помощью всё получится.

— Зачем? — всё тем же тоном переспросила Цяо, повторяясь.

Может мне её ущипнуть. Вдруг поможет.

— Как зачем, — простодушно удивился. — Сегодня такой прекрасный день. У меня хорошее настроение. Разве это не повод подарить какой-нибудь красивой девушке цветы. Она мне в ответ подарит улыбку. Так и познакомимся. День для нас сразу станет ещё замечательнее.

Фунэ перестала улыбаться.

— Остановил на улице первого попавшегося прохожего и прямо спросил, кто в этом районе самая красивая девушка, — сделал вид, что ничего не замечаю. — Он мне сразу ответил, молодая барышня из квартала Фунэ. Даже описал, как она выглядит. Вот, украл цветы, прямо с грядки, — вдохновенно врал, с весельем наблюдая, как продолжает меняться выражение лица Цяо. — Несу ей подарить. Боялся, что не пустят, но тут вас встретил. Какая удача.

— Действительно, какая удача, — заторможено согласилась Цяо.

Сначала она обрадовалась нашей встрече. Потом удивилась и немного испугалась. Сейчас злилась. Сжав кулачки, грозно спросила, стараясь по-прежнему выглядеть относительно спокойной.

— Он не сказал, как её зовут? Мейли? Пей? — попробовала угадать, — А лучше, как его самого зовут? Хотела бы поблагодарить за хороший совет, — зловеще прищурилась.

— Нет, не сказал, — чуть не рассмеялся. — Ни первое, ни второе. Дал только описание. Дай припомнить, — теперь уже настал мой черёд с задумчивым видом её тщательно осматривать, вызывая смятение юной особы. — Ростом, примерно, как ты. Волосы, примерно, как у тебя. Возраст, примерно твой. Носик тоже как у тебя. Бровки, дай подумать, да, точно, как у тебя. Не подскажешь, кто бы это мог быть?

С каждой последующей приметой, хмурая Цяо всё больше озадачивалась, пока в её глазах не зажёгся огонёк понимания. Облегчённо выдохнув, вновь расцвета радостной, приятной улыбкой. Кокетливо приставив пальчик к подбородку, изобразила мыслителя.

— Даже не знаю. Давай ты отдашь их мне, а я дома сама посмотрю, кто же подходит под это описание, — предложила Цяо, испытывающее стрельнув в меня глазками. — Может, и её благодарность в ответ передам.

Конечно же, согласился, сказав спасибо за избавление от такой ответственной задачи. Торжественно вручил ведро цветов прямо в руки. Цяо некоторое время недолго постояла на месте с глупым видом, широко улыбаясь. Насладившись их ароматом, чуть ли не опуская голову в ведро, нашла ближайшего бездельника, который за деньги готов был на что угодно. Отправила с ним подарок к себе домой. Едва успел напоследок выхватить один цветок. Обломав ножку и листья, воткнул его в волосы замершей Цяо, чьи щёчки тут же стремительно покраснели, а взгляд устремился в землю.

— Вот так лучше. Тебе идёт, — вынес вердикт, придирчиво осмотрев результат.

— Думаешь? — тихим голосом, застенчиво спросила смущённая Цяо.

Не понял, а куда дели ледяную королеву, гнущую окружающих, как ей хотелось, в любую сторону. Да ещё смотревшую на них с высокомерием и пренебрежением богатенькой избалованной аристократки, как делала это в пригородах.

— Вижу, — поправил девушку.

Вроде как тема приветствия себя исчерпала, что делать дальше никто не знал. Тогда, пора прощаться. Своей цели я добился, изменив настрой девушки. Цяо тоже быстро поняла к чему всё идёт.

— Слушай, Тонг, я тут как раз шла в гости к подруге, да вот задержалась немного. Моё сопровождение куда-то делось, — наигранно взгрустнула. — Не проводишь барышню? Родители против того, чтобы я ходила по городу одна. Статус нужно подчёркивать в глазах окружающих, — процитировала кого-то из родных, — чтобы они не забывали кто ты и кто они. И чтобы в первую очередь не забывала этого сама.

Верю, что именно так и сказали. У дочерей влиятельных кланов и потомственных аристократов к достатку с потаканием капризам в бытовых вопросах, прикладывался огромный перечень ограничений и обязанностей. В обмен, на сытую спокойную жизнь, они жертвовали свободой, являясь разменной монетой патриархов семьи. Хотя, имелись и послабления, для тех, кто выбрал стезю войны, религии или торговли. Для комнатных же цветочков, выращиваемых в оранжереях, никаких исключений не делалось. Как и для прямых наследниц.

Не видел причин отказываться от предложения Цяо. Время выдалось свободное. Настроение приподнятое. С деньгами-то в кармане всяко лучше, чем без них. Хотелось просто отдохнуть, развеяться, повеселиться, отложив проблемы на потом. Почувствовать себя самым обычным беззаботным молодым человеком. Надоело постоянно ломать голову над очередной загадкой. Хоть узнаю, как живёт нынешняя богатая молодёжь. Следующая часть плана придёт в движение только вечером. Надеюсь, юная Джанг не подведёт с письмом. Поэтому пока можно расслабиться, поболтать с Цяо о пустяках, съесть что-нибудь вкусненькое. Ведь отведённое мне время неумолимо уменьшалось.

Следующие пару часов мы просто гуляли по городу, никуда не торопясь. Про мифическую подругу сразу же забыли. Прошлись по аллеям. Понаблюдали за выступлением уличных артистов. Посмеялись над мастерством уличных художников. Скушали несколько вкусняшек, которые Цяо давно хотела попробовать да всё никак не могла выгадать свободное время. Или подходящую компанию. Прямо как я. Недолго покормили плавающих в городском канале уток. Эти пернатые заразы меня чуть в воду не опрокинули под звонкий смех Цяо, которая им ещё и подыгрывала.

Больше, чем ходили, мы разговаривали. Обо всём. Делились сплетнями и новостями. Много шутили, дурачились, подначивали друг друга. Девушка под конец начала забываться, выпадая из образа благородной барышни, ведя себя по-простому. Свободнее, что ли. В такие моменты ничем не отличаясь от сверстниц из простых семей.

Проходя через один из перекрёстков, обратили внимание на громкоголосого зазывалу, позади которого с гордым видом стоял могущественный почтенный практик. По крайней мере выглядел именно таким. Немного послушали чего хотела эта парочка.

Как оказалось, призывали молодых людей вступать в их секту боевых искусств, обещая сделать из обычных задохликов настоящих грозных драконов. Соблазняя рассказами, что всем членам секты регулярно выдавали духовную медицину, свитки с техниками и щедро платили за достижения. Для желающих было лишь два условия. Иметь духовный очаг не ниже первой ступени. Потенциал не ниже двух звёзд. Всё это практик проверял прямо на месте, прикладывая руку к запястью претендента.

На перекрёстке толпилось довольно много людей из простого народа, мешая движению. Они активно обсуждали услышанное. В основном перекос наблюдался в сторону представителей бедных слоёв населения. Многие из них с сожалением и завистью смотрели на уже трёх счастливчиков, прошедших отбор. Встречались и те, кто искренне радовался чужому успеху. Считая, что так хоть кто-то смог выбраться со дна. Прислушавшись, о чём рассказывал собравшимся один из парней, прошедший отбор, усмехнулся. Мир постепенно менялся, а доверчивые дураки нет.

Сделав вид, что заслушался зазывалу, задумчиво сказал.

— Может мне тоже присоединиться к ним. Платить обещают хорошо. Кормёжка и кров включена. Ещё предлагают духовную медицину и техники развития очага ци. Довольно щедрые ребята. Наверняка богатые и успешные, раз такие хорошие условия для всех желающих.

Благодушно настроенная Цяо мгновенно встревожилась. Дёрнув меня за рукав, строго предупредила.

— Не вздумай.

— Почему? — наивно удивился. — Что мне, до конца жизни за лисичками гоняться? Бегать с тряпкой и метлой? Жить на шее у родственников? Лучше вступлю в секту, стану сильным, богатым. Заведу девушку, которую смогу обеспечивать. Добьюсь уважения братьев. Создам семью. Чем не цель в жизни?

— К этим клоунам? Стать сильным? Не смеши меня, — испугавшись, Цяо собой загородила обзор. — Не надо никого обеспечивать. Я сама кого хочешь обеспечу, — настолько заволновалась, что случайно проговорилась. — Лучше вступай в клан Фунэ. Я шепну кому надо, тебя и без всяких экзаменов примут. Вот где по-настоящему можно добиться успеха. Быть частью великого клана, а не какой-то шайки проходимцев. Хотя бы присмотрю, чтобы не убился со своей сказочной удачей. Талисман ты мой несчастный, — добавила с иронией.

Эта идея ей так понравилась, что Фунэ Цяо чересчур увлеклась её обдумыванием. Мысленно уже не только пристроила себе под бочок, но и распланировала всю мою дальнейшую жизнь. Не знаю, что ей там привиделось, да и знать не хочу, глядя на пугающий блеск глаз и глуповатую улыбку. Чуть слюнки не пустила, фантазёрка. Надо бы немного притормозить, а то реально зацепится за случайно поданную идею. Язык мой, враг мой.

— Где я, а где клан Фунэ. Маленькой птичке с маленькими крылышками не взлететь так высоко. Лучше дай десять соколов. Куплю чудо-пилюлю.

— Какую ещё чудо-пилюлю? — Цяо мигом вернулась из мира грёз, вспоминая, где она находится.

— Да вон, один из прошедших отбор парней рассказывает, что на соседней улице старик продаёт пилюли, которые могут сразу повысить твой уровень на одну ступень. С ними легко можно попасть в секту. Он именно так и поступил. Только там шанс пятьдесят на пятьдесят. Раз одна пилюля стоит пять монет, значит, надо купить минимум две. Чтобы наверняка сработала.

— Ты же и так второй ступени, — заподозрила подвох, начиная понимать схему мошенничества.

— А вдруг смогу сразу прыгнуть на третью? Согласись, она же лучше, чем вторая.

— Так, поняла, — рассердилась Цяо, потянув за собой. — А ну-ка иди за мной. Иди-иди. Шагай давай. Чего удумал, в секту к этим прохиндеям податься. Я тебе дам, — грозно пообещала, дёргая за рукав.

Тихонько ругаясь, решительно потащила меня дальше по улице, не позволяя останавливаться. Может напомнить, что до этого почему-то прикасаться ко мне не решалась. Изображая из себя скромную, воспитанную девушку. Хотя нет, не стану. Так, веселее.

Наша прогулка продолжилась. Не заметил, как быстро пролетело время. Что сказать, провёл с пользой. Удалось немного насладиться обычной жизнью, махнув на всё рукой. Но не забыв. К сожалению, рано или поздно хорошие мгновения заканчиваются.

Мы прогуливались по торговым рядам небольшого стихийного базарчика, разместившегося прямо на жилой улице. Чего здесь только не продавали. Глаза разбегались. По словам Цяо, ещё и так дёшево, что сама сильно удивилась. Раньше в такие места не заглядывала. Она как раз отошла к одной из палаток купить фрикадельки на деревянных шпажках под соусом. Сказала, что хотела попробовать каковы они на вкус. Именно в этот момент заметил, как навстречу мне по улице шли трое молодых Фунэ, одним из которых оказался Фунэ Чу. Увидев меня, сначала они очень удивились, а потом несказанно обрадовались.

Бросились ко мне так, как будто я собирался куда-то бежать, сбивая с ног других людей. Послышалось задорное вон он, лови, окружай. Во что они интересно собрались играть. Как дети, честное слово. Взяв меня в полукольцо, Фунэ Чу мстительно заявил с гаденькой улыбкой.

— Ну всё Тонг. Ты труп!

— За что? — искренне удивился, ничуть не беспокоясь.

Даже жалко стало будущих самоубийц. Не потому, что хотел им что-то сделать, а потому что они кое-кого не увидели. Слишком сильно на мне заострили внимание.

— За то, что обесчестил мою сестру, — с важностью заявил Фунэ Чу.

«Ой дурак», — мысленно протянул, сдерживая желание прикрыть лицо ладонью. Он хоть сам понял, как двусмысленно это прозвучало.

— А она об этом знает? — осторожно спросил, опасаясь, как бы ещё чего-нибудь не ляпнул.

— Не узнает. Потому что мы сейчас сломаем тебе руки. Чтобы не тянул их к нашей сестре.

— Можно поподробнее, про руки? — послышался из-за их спины неестественно спокойный, холодный голос Фунэ Цяо. — Вы подали мне замечательную идею.

Парни медленно, как на шарнирах повернулись в её сторону, бледнее прямо на глазах. Убедившись, что её хорошо видят, Фунэ Цяо обнажив зубы, показательно стянула со шпажки тефтельку. С непроницаемым лицом быстро её пережевала, глядя на них убийственным взглядом. Затем стянула следующую, пока не освободила шпажку целиком. Прикидывая её остроту, баланс и длину, вкрадчиво уточнила у братцев, наблюдавших за её действиями с всё возрастающим беспокойством.

— Что вы тут делаете? — чеканя слова, потребовала ответа.

— Тебя искали, — первым сориентировался Фунэ Чу. — Матушка потеряла. Просила найти и привести домой. Хотела тебя видеть. Срочно.

— Считайте, что нашли, — мрачно объявила Цяо, вкладывая в эти слова несколько иной смысл. — Жаль. Придётся закругляться. Спасибо Тонг, что составил компанию. Я хорошо провела время, — вежливо обратилась ко мне с милой улыбкой, как будто становясь совсем другим человеком. — Надеюсь, ещё увидимся. Прости за то, что мои братья доставили тебе хлопот.

Слегка поклонилась, принося официальные извинения. На возмущение братьев не обратила никакого внимания. Вручив мне горку шпажек с тефтельками, увела их за собой. Пустую палочку, что примечательно, так и не выбросила, поглядывая на новых спутников недобрым взглядом.

— Мда, было весело, — подвёл итоги прогулки.

С удовольствием слопав тефтельки, мысленно благодаря щедрую Цяо, отправился в гости. Надо будет ещё кое-кого осчастливить. Не всё же мне одному радоваться жизни.

К сожалению, нести людям радость мне помешали. К их сожалению, но об этом они узнают чуть позже. Через некоторое время меня догнали двое других членов клана Фунэ, за которыми следовали слуги, вооружённые палками. Преградив путь, ничему не научившиеся идиоты с презрением бросили.

— Неужели думал, что сможешь сбежать от нас, прикрывшись спиной сестрицы Цяо? Она, знаешь ли, не всегда будет рядом.

— Вы мне прямо глаза открыли. Давай ближе к делу, плешивый, я спешу, — равнодушно попросил не затягивать с приветствием.

— Я не плешивый, — возмутился парень, покрываясь красными пятнам от гнева. — Я бритый. Это причёска такая!

— Да-да плешивый, как скажешь. Можно покороче, — всё с тем же пренебрежением попросил Фунэ.

— Да что ты с ним разговариваешь. Бей его. — подсказал второй парень. — Пусть своими зубами подавиться. Как и словами.

Пришлось немного потратить на них времени, изображая бурную драку. Больше поднимая шума и переполоха, мешаясь под ногами, чем реально в ней участвуя. Затем, резко сорвавшись с места, побежал вдоль торговых рядов, преследуемый Фунэ. До тех пор, пока «случайно» не столкнулся с двумя идущими по своим делам старшими парнями из клана Шень. Узнав меня, Шень Фанг сначала удивился, а потом рефлекторно обернулся на несущихся на него Фунэ, занимая оборонительную стойку. Как и его спутник.

— Уйди в сторону Шень, — потребовал разгорячённый парень с необычной причёской, чем совершил большую глупость.

Гордый Шень Фанг на подобный тон отреагировал прямо противоположным образом.

— Потише Фунэ. Не стоит на меня кричать, — предупредил Фанг, оценивающе разглядывая остановившуюся напротив нас группу.

Поняв, что перегнул палку, Фунэ взял себя в руки.

— Прошу прощение за грубость, но нам нужен этот парень. Будьте любезны, молодые господа из клана Шень, не мешайте нам.

Шень Фанг бросил на меня быстрый вопросительный взгляд, запрашивая подсказку, что здесь происходит. Выглядел он, кстати, не очень. Ещё слегка опухший, с шикарным синяком под глазом. Вчерашнее веселье не обошло его стороной. Да и запашек от него был ещё тот.

— Ты не поверишь, — по-дружески обратился к Шень Фангу, изображая святую простоту и невиновность, — но я ни в чём не виноват. Гулял с девушкой. Мы кушали тефтельки, смотрели выступление уличных артистов, а тут этот плешивый со своей бандой нарисовался. Заявил, что переломает руки за то, что моей спутнице со мной хорошо. Приревновал, наверное. Плешивый, — ещё раз прошёлся по его причёске, окончательно выводя из себя.

Шень сильно удивился такой трактовке событий. Его брат, они были похожи друг на друга, тоже, с большим сомнением посмотрел на юных отморозков. Не понимая, чего вдруг на них нашло.

— Что ты несёшь? — возмутился Фунэ. — С чего бы я приревновал к собственной сестре. Ты лжец и плут!

Так и подмывало поблагодарить за комплимент.

— Тогда какого пса ты тут вытворяешь, бросаясь с палками на людей? — ответил встречным обвинением. — Совсем одичал? Твоя сестра что, звала на помощь? Нет. Ну так куда ты лезешь? Третьим в постель?

— Ты что, устроил свиданку с одной из дочерей Фунэ? — включился в происходящее Шень Фанг.

— Поверь, она была не против, — заверил со всей ответственностью.

Второй Шень расхохотался, показав одобрительный жест.

— Да друг, я ещё вчера понял, что колокольчики у тебя отлиты не из меди, а из стали, — с уважением покачал головой вчерашний собутыльник, выражая одновременно и восхищение, и осуждение. — Судя по их появлению, — короткий кивок в сторону Фунэ, — одобрение семьи на вашу прогулку ты не получал.

— Барышня Фунэ Цяо сказала, что возьмёт этот вопрос на себя, — прояснил ситуацию.

— Барышня Фунэ Цяо, — с насмешкой сказал Шень, — берёт на себя больше, чем может унести. Подозреваю, в ближайшее время сидеть ей будет неудобно. Ну да ладно. Это её проблемы. Слушайте сюда, оглоеды, — обратился к Фунэ. — Забирайте свой рабочий инвентарь, и чешите домой. Пусть ваши родители сами разбираются кто с кем может гулять. Лучше следят за воспитанием дочерей. Своего друга я в обиду не дам.

— А ты не много на себя берёшь? — угрюмо спросил Фунэ, оглядывая уже троих противников, двое из которых были намного старше и сильнее их.

— Поверь, — уверенно усмехнулся Шень, — стольких, скольких смогу вынести. Будь здесь Фунэ Фу или тем более Фунэ Гэ, тогда ещё можно было поспорить, а так, без шансов.

Похоже, это поняли и сами Фунэ. Им пришлось, скрипя зубами, ретироваться. После этого ещё некоторое время посветил Шень. Поблагодарил за помощь. Прогулялся вместе с ними по рынку, пока они не нашли то, за чем пришли. Недолго посидели в уличной харчевне, перекусив. Без злоупотреблений спиртным, на которое у Шень Фанга сегодня наблюдалась стойкая неприязнь. Познакомился со вторым парнем. Им оказался четвёртый брат Шень Джиань. К слову, Шень Фанг носил номер два. Всего в главной семье было четверо братьев и одна сестра.

Шень Джиань произвёл на меня положительное впечатление. Компанейский, весёлый парень, охотно принявший меня в их компанию. Поделился своими мнением относительно Фунэ. Дал несколько хороших советов, куда в следующий раз лучше сводить Фунэ Цяо, чтобы не попасться. Не принимая возражений, оплатил мой счёт в харчевне, заявив, что друг второго брата, его друг. Могу смело к нему обращаться по любым вопросам. В общем, хороший парень. Тепло попрощавшись с братьями, разошлись каждый по своим делам.

* * *

Немногим позже в городе сгорел один из жилых домов, принадлежащий роду Чуа. К счастью, никто не пострадал. Жильцы успели вовремя выбраться на улицу. По их словам, дом загорелся без причины, сразу со всех сторон, как будто его намеренно подожгли. Огонь как живой целенаправленно их преследовал, перетекая с одной балки на другую. Погас столь же внезапно, как и появился, не допуская возгорания соседних строений.

Пожары считались очень страшной угрозой для городов, поэтому вскоре возле этого дома собралась огромная толпа встревоженных людей. Сбежались со всей округи. Кто с вёдрами, кто с топорами, кто с одеялами, кто с баграми.

Убедившись, что всё в порядке, обрадованно разошлись, обсуждая случившееся. Не все. Члены союза Восточной стали остались. Сбиваясь в группы, их люди с мрачными лицами о чём-то друг с другом разговаривали на повышенных тонах.

* * *

Вечером, когда небо начало темнеть, а ночная стража зажигать уличные фонари, к мосту через канал вышел парень в красно-коричневой клановой одежде с эмблемой огненных язычков. Встав под указанное в письме дерево, немного нервничая, принялся ждать загадочную незнакомку. Нетерпеливо оглядывая пустынные улочки, никак не мог найти себе места, то садясь на траву, то прохаживаясь вдоль моста, то прислоняясь к дереву. На этот вечер у него были вполне определённые планы, учитывая текст письма. Весьма откровенного, распаляющего воображение.

Убедившись, что за ним никто не следил, спрыгнул с дерева, оглушая незадачливого романтика. Не теряя времени, быстро уволок его под мост, пока никто не появился. На мне вновь был надет маскировочный плащ и шляпа с вуалью. Даже если какой-нибудь хитрец использует артефакт дальнего взора, то ничего конкретного не разберёт. Маскировку с ауры и очага не снимал ни на секунду.

Прежде чем парень очнулся, тщательного его обыскал. Вроде сюрпризов нет. Либо они на недоступном для меня уровне, что маловероятно. Не того я ещё масштаба фигура, чтобы за мной отправляли подобных умельцев. Затем залил в свою жертву флакон специального зелья, что весь день с собой протаскал. Взяв за запястье, принялся отслеживать малейшие изменения сердцебиения, давления, напряжения ауры и многих других параметров, чтобы исключить ложь и притворство.

Спустя несколько минут парень открыл глаза, в которых не было заметно ни проблеска интеллекта.

— Как тебя зовут? Сколько тебе лет? Какого цвета твоя одежда? Какой сегодня день? — принялся мерным тоном задавать простые вопросы, вводя в ещё более глубокое состояние транса.

Добившись желаемого результата, убедившись, что клиент созрел, перешёл к главным вопросам.

— Ты знаешь человека по имени Юй Кухань?

— Да, — тихим голосом ответил парень, без эмоций, словно кукла.

Не моргая, продолжал смотреть в одну точку прямо перед собой.

— Ты сам решил за ней следить?

— Нет.

— Кто тебя попросил?

— Четвёртый брат Шень Джиань.

Неожиданно. Вспомнив четвёртого брата Шень, нахмурился. Он не показался мне плохим человеком.

— Зачем?

— Чтобы она не сбежала или не сделала с собой какую-нибудь глупость.

Направление разговора начинало мне не нравится. И сильно.

— Какое отношение Шень Джиань имеет к Юй Кухань?

Вот он момент истины.

— Он хочет, чтобы она стала его наложницей. Юй Кухань отказалась.

— Джиань её принуждает или уговаривает?

— Принуждает. Брат Шень Джиань уже взял её тело, теперь хочет забрать всё остальное. Сделать личной собственностью.

Меня как громом поразило. Во рту всё пересохло, а внутри сжалось. Старуха меня убьёт. Потом воскресит и снова убьёт. В бездну старуху. Если это случилось не более нескольких дней назад, то сам себя не прощу за свою медлительность.

— Давно её взял? — с трудом сохранил спокойный тон.

— Несколько месяцев назад.

С одной стороны, стало легче. Я никак не мог этому помешать. С другой, тяжелее. Бедная девочка всё это время страдала. Некому было ей помочь. Ну теперь уж дедушка Тонг обо всём позаботится.

Раз Кухань делает вид, что ничего не произошло, скрывая от всех правду, значит, он нашёл к ней какой-то подход. Чем-то запугал. В крайнем случае, чтобы избежать позора она могла покончить с собой. Но и этого не сделала. Как говорил мой старый друг, у всего есть причина. Поэтому действовать импульсивно нельзя. Месть, это такое блюдо, которое лучше дегустировать холодным.

Допрос продлился минут десять. Выжал из него все подробности. История оказалась банальна и трагична до безобразия. Он её любил. Она его нет. Всё остальное уже детали. Наличие власти, положения, самомнения, высокомерия, неспособности пойти на компромисс.

В городе каждый день происходила масса случаев домашнего насилия, о котором ни друзья, ни соседи, ни родственники даже не догадывались. Вся грязь обычно оставалась за закрытыми дверьми. И вот мне поручили одну из таких дверей открыть. Как быть. Сказать старухе правду. Боюсь представить на что она в этом случае решится. И каков будет ответ клана. Сколько прольётся слёз с обеих сторон. Клан состоял отнюдь не из нескольких сопляков, с которыми я сейчас вожусь в песочнице. Настоящий размах, мощь и ужас истинных, а не декоративных кланов я знал. Двери в их спальни лучше не открывать. Иначе можно узнать, насколько глубоки под ними подвалы, заваленные чужими телами. Вот тот фундамент, на котором строилась красивая надстройка с именной табличкой у ворот.

— Айша, во что же ты меня втравливаешь? — грустно вздохнул.

Закончив допрос, без малейших колебаний свернул парню шею. С помощью стихии земли утопил парня на большую глубину, к остальным трупам. Не я первый присмотрел это тихое, укромное место для сокрытия следов. Тут десятилетиями решали свои проблемы как местные банды, так и близлежащие кланы. Из тех, что нежелательно выставлять на всеобщее обозрение.

Затерев все следы, серьёзно озаботившись новой информацией, бесследно растворился в сгустившейся ночной тьме.

Вернувшись в аптеку, сделал небольшую глупость. Забыл кое о ком. Зайдя в спальню, механически уселся на кровать, спихивая в сторону наглого кролика, оккупировавшего чужую собственность.

— Слушай, иди спать сладкоежка. Не до тебя сейчас, — устало попросил, думая о чём угодно, но только не о ней.

Мне наглядно доказали, как глубоко я ошибался. Для начала, приласкали молнией, приводя в чувство. Взбодрив, Канью, потребовала объяснений как ревнивая жена у загулявшего мужа.

— Где быль?

Ещё и ручки так забавно упёрла в бока, надув щёчки.

— По бабам шлялся, — сказал первое, что пришло в голову.

— Нельзя! — наглая коротышка, выглядящая безобидным котёнком, поставила ультиматум.

— Почему? — поинтересовался, желая узнать более конкретную причину.

— Ты принядлежишь нямь.

Интересная оговорка. Не мне, а нам. Неужто, наконец, приоткрою завесу тайны.

— Нямь, это кому? — провоцировал кролика на большие подробности.

— Нямь, это нямь. Узняешь. Когдя придёть время, — уклонилась от прямого ответа.

— Когда придёт время, меня здесь уже не будет, — усмехнулся, погладив злую малышку по голове.

Та хотела сказать что-то ещё, более важное. Завеса должна была приоткрыться, но у судьбы на этот счёт было другое мнение. Канью учуяла новый запах. У неё внезапно широко распахнулись глаза. Такое ощущение, что впала в ярость от вскрывшегося факта измены. Не спросив разрешения, бесцеремонно полезла мне за пояс, дёргая его на себя. Заставила выдумать десяток причин, одна страшнее другой, покрываясь холодным потом, пока не достала его. Красный атласный кошелёк, расшитый золотой нитью. Обнюхав красивое изделие с отвращением, скривилась. После чего голыми руками разорвала на множество мелких-мелких клочков.

— Не отдямь! Только не лисямь! — завопила мелкая фуци, покрываясь сеточкой молний, от которых задымилось одеяло. — Выберешь лись, лично убью. Они будуть последними в очереди. Подыхять. Мы лучше. Мы первые.

— В очереди куда? — растерянно удивился, пытаясь подловить.

Канью уже открыла рот, чтобы сказать, но тут же закрыла. Аж зубки щёлкнули. Злобно зыркнув взглядом, соскочила с кровати. У самой двери, перед уходом, ответила почти спокойным голосом.

— Ряно. Слишком ряно. Ты не готовь. Мы не готовы. Не верь лисямь. Они тоже не готовы. Дяже больше няс. Чтобы не скязяли. Чтобы не пообещяли. Обмянуть, потому что испугяются. Сильно. Они готовятся к другой войне. Той, что уже проигряня. Как и многие из нясь. Зяпомни, не верь лисямь. Обмянуть, предядуть, потому что у них неть выборя. Ни у кого его неть.

Это был самый длинный монолог, что я от неё слышал. Сказанный совершенно серьёзным, взрослым голосом из-под маски ребёнка. Глаза Канью светились в темноте зловещим багровым светом, нагоняя жути. Как и её аура, только та полыхала белым пламенем. Настолько плотным, что его можно было даже пощупать.

После ухода Канью пожалел, что не могу напиться. Просто нечем. Информации было не так много, но мне хватило, чтобы сделать первые предположения. Они мне уже сейчас не нравились. Сильно не нравились.

Поставив табуретку к окну и потушив свет, долго на ней просидел, глядя на звёзды сквозь решётку. Сегодня мне нужно было о многом подумать.

* * *

Над возделанным полем в ночной темноте кружил одинокий фиолетовый светлячок. Неподалёку от его края, ту сторону улицы, можно было разглядеть пригороды Солнечного камня. Рядом протекала широкая река. Если бы Тонг Цао оказался здесь, то сразу бы узнал эти окрестности. Именно по этой дороге в сторону столицы провинции Увань не так давно проехала их группа.

Опустившись на землю, среди свежих бороздок, светлячок ненадолго замер, словно в раздумьях. Спустя минуту, получив неслышимые указания, он заполз в небольшую шелку меж крупных комьев земли. Его время ещё не пришло. Мать не спешила. Она умела ждать своего часа. Столько, сколько потребуется. Однако, что-то ей подсказывало, что в этот раз надолго ожидание не затянется.

Глава 3

Небо только-только начало окрашиваться в нежно-голубые оттенки, опережающие рассвет, а я уже весь в делах и заботах. Сегодня предстояло слишком многое сделать, чтобы тратить время на такие вещи, как сон и развлечения.

Для начала, убедившись, что Канью ещё не покидала своей кладовки, милостиво выделенной Линьшу под временное жильё, позвал ту, кого все последние дни игнорировал. Возможно, поступая как свинья. Гордость и нежелание залезать в долги, конечно, хороши, но порой приходиться переступать через себя ради достижения по-настоящему высокой цели. Можно, конечно, справиться своими силами, изображая одинокого несгибаемого героя, который умрёт, но не запачкает ни ножек, ни ручек, однако, всё упирается в вопрос времени и результата.

Времени у меня не так много, а результат нужен не просто хороший, а очень хороший. Мелочиться, проведя ножичком кому-то по горлышку, можно, но, что изменится в долговременной перспективе. Ничего. Я пришёл, я ушёл, а отношения между родом Юй и кланом Шень какими были такими и остались. Это если удастся сделать всё тихо, не оставляя следов. Нет гарантии, что потом история не повторится, но уже с другими именами в главных ролях.

Хранительница библиотеки не стала изображать обиженную принцессу, чтобы проучить наглого смертного, посмевшего ею пренебрегать. Из темноты коридора под первые косые лучи света вышла её молчаливая фигура, от которой веяло холодом и тьмой. Беззвучно, не потревожив воздуха, что по-прежнему оставался неподвижен. Недолго поиграв в гляделки, спокойно предложил.

— Не будем ходить вокруг столба друг за другом. Думаю, ты не сильно любишь меня, а я не доверяю тебе. Как насчёт немного изменить эти отношения, сделав шаг навстречу друг другу. Не буду скрывать, мне нужна твоя помощь.

Чтобы добиться желаемого результата, на время стану прямолинейным и искренним. Подозреваю, она легко распознает фальшь.

— Да, могу обойтись и без этого, но шансы на успех уменьшатся. Предлагаю договориться. На разовой основе. Это поможет понять друг друга чуть лучше. Ты выполнишь одну мою просьбу, я выполню одну твою. Всё честно. Согласна? Или расходимся, продолжая заниматься своими делами по отдельности?

Она по-прежнему бесстрастно молчала, глядя на меня чёрными глазами, но ответ я получил. Попросила продолжать.

— Помнишь наш спуск в курган? То зеркало? Я хочу пробудить одного из Шиньюсамас, но в нужное время и в нужном месте. Чтобы он всегда был под рукой. Мне требуется одна из легенд или историй призраков о подземелье полном древних сокровищ. Опасном и загадочном. Не какой-нибудь банальный клад разбойничьей шайки. Что-то из разряда наследия могущественного практика. В это подземелье должно спуститься много самого разного народа. Практиков, как слабых, так и сильных. Может, даже слишком. Обратно же, получив великую награду и обретя наследие предка, должна выбраться лишь горстка избранных героев.

Я не зря провёл бессонную ночь в размышлениях. Посмотрим, не потерял ли былой сноровки. Согласно моим планам, Солнечный камень скоро ожидают очень весёлые времена. Пора встряхнуть это сонное болото, поднимая волну. Только она способна его немного почистить.

— Самое главное условие. Попасть в это подземелье должны лишь те, кто имеет специальный пропуск или ключ. Именной, который невозможно ни передать другому, ни подделать. Ключей должно быть очень много и все только в моих руках. Хочу сам раздать их храбрецам, которых вскоре ждут захватывающие и опасные приключения, из которых не все из них вернутся. О чём я позабочусь лично. Есть на примете подобная сказка на ночь? Которую осилю прочитать.

Хранительница ненадолго задумалась. Ответ мне понравился, несмотря на некоторые нюансы.

— Да, что-то вроде карманного измерения. Не страшно. Наоборот, чем опаснее, тем лучше. Не думаю, что практики захотят добровольно отсеиваться в процессе испытания. Они придут хорошо подготовленными. Командами. Беспокоишься за меня? — рассмеялся неплохой шутке. — Не стоит. Умирать прямо сейчас уж точно не намерен. Чтобы растение росло, его нужно поливать. Подобные приключения, лучшая питательная среда для таких, как я. Ты же хочешь, чтобы я смог пробудить более сильных Шиньюсамас?

Хранительница хотела, да ещё как. Меня не обманешь. Сообщила, что у неё есть подходящий вариант. Однако, своих сил мне не хватит. Нужно намного больше энергии ци для пробуждения достаточно могущественного Шиньюсамасы, который скрывает в себе по-настоящему ценные сокровища, а не какие-нибудь ювелирные побрякушки.

Пообещал решить этот вопрос. Гораздо сильнее меня волновала проблема ключей. Именно вокруг них выстраивалась вся схема. Попросил хранительницу библиотеки особо обратить на это внимание. Достать что-то уникальное. Теперь настала её очередь заверить, что ключи будут частью той истории, которую она предоставит. Обойти или подделать их будет невозможно. И вообще, зря я недооцениваю возможности и опасности того места, которое сам же хочу открыть. Впрочем, ей это только на руку.

Показалось, что она постаралась скрыть, насколько обрадовалась моей просьбе, что-то затеяв. Уже заранее зная, о какой ответной услуге попросит. Если, конечно, переживу эту авантюру. Так же, как я хотел устроить испытания своим подопытным мышкам, она задумала устроить подобное для меня. Текущее неопределённое положение не устраивало ни одного из нас.

Хранительница отступила обратно в тень. Сделав шаг назад, бесследно в ней растворяясь. Спустя несколько секунд, в дальнем углу грузно звякнула небольшая груда металла. Какой подозрительно знакомый и заманчивый звук. Меня терзают смутные сомнения. Не может же она…

Как оказалась, может. Подойдя ближе, обнаружил небольшой мешочек, доверху набитый необычными золотыми монетами. На кругляшах, вместо лика правителя, с одной стороны, и какого-нибудь герба с другой, увидел изображение змеи, обвивающей кольцами странный цветок, чьи корни оплели всю монету. Причём, объёмный рисунок был выдавлен с обеих сторон золотого диска, выглядя как две части одного и того же. Начало змеиного тело начиналось на одной стороне монеты, продолжалось на другой, а затем снова возвращалось на первоначальную, но чуть дальше. Таким образом, её хвост находился на одной стороне, а голова на другой. Занятная вещица.

Хранительница сообщила, что монеты являются ключом. Именно таким, какой мне требовался. Как только на них попадёт чья-то кровь, то до тех пор, пока этот человек не умрёт, именно он будет считаться их владельцем. Сможет купить себе право войти в загадочное подземелье. Для этого будет достаточно и одной монеты. Заодно предупредила, что поскольку они являются воплощёнными предметами с другой стороны реальности, то смогут просуществовать в этом мире не больше семи дней. Удержать их дольше, она не в силах.

— Спасибо, — искренне поблагодарил темноту, быстро рассеивающуюся под рассветными лучами солнца. — Постараюсь управиться.

Ещё раз осмотрев золото, которого, по сути, у меня до сих пор нет, грустно вздохнул.

— Жизнь надо мной явно издевается. Дала подержать в руках богатство, не только мне не принадлежащее, но которое ещё и должен раздать незнакомым людям. Как будто взял чужое, а отдаю своё. Как бы вывернуться так, чтобы ничего не делать, но всё само получилось. Мдя, та ещё задачка.

Испытывая довольно противоречивые чувства, не говоря уж о соблазнах, бодро потопал в комнатку Канью. По пути захватил заранее приготовленный кувшинчик. Я не злопамятный, я просто вредный.

С грохотом, ногой открыв дверь, вломился в чулан Канью, излишне бодрым голосом воскликнув.

— Доброе утро, сладкоежка. Подъём. Нас ждут великие дела. Время отправляться на подвиги.

Громко топая, дошёл до кровати, сделанной из старого огромного сундука, возле которого уронил на пол свою ношу. Ах какой чудесный звук. Усевшись на мешок, чтобы не спёрли, в этом доме я никому не доверяю, даже себе, сунул под нос приоткрывшей глаза Канью заветный кувшинчик. Сонная, заспанная мордашка Канью посмотрела на меня с таким дружелюбием и признательностью, что удивлён, как ещё волосы не задымились.

— Давай быстрее. Вставай. Мы опаздываем, — поторопил Канью.

Не всё же ей одной вламываться ко мне в спальню и творить там разную дичь. Носик фуци дёрнулся, уловив запах из кувшина. Взгляд стал более осмысленный. И более подозрительный. Недовольно насупившись, натянув одеяло по самый подбородок, спросила.

— Что тямь?

— Фруктово-ягодный сок по моему секретному рецепту. Пей давай. Сразу взбодришься и ощутишь желание отправиться на подвиги. Ещё он полезный, аж зубы сводит. Как раз для маленьких девочек.

— Не хочу, — отказалась Канью, отодвигая кувшин от подбородка.

— Надо, — проявил настойчивость, вновь подставляя горлышко к её губкам. — Ты же хочешь вырасти большой девочкой с большими… глазами? — вовремя переключился на что-то безобидное.

Меня поняли правильно. Меня захотели убить. Ого, смотри, действует. Глазки-то действительно стали больше. Окончательно проснувшись, Канью вырвала надоедливый кувшин из моих рук, попутно хорошенько тряхнув разрядом молнии, взбодрив уже меня.

— Уйди, — мрачно потребовала девочка.

— Ни за что, — гордо отказался, потирая онемевшую руку. — А кто тебя будет одевать, умывать, расчёсывать? — попытался загибать пальцы, возвращая им чувствительность.

У Канью приподнялась бровка. На меня посмотрели, как на спятившего психа, покушающегося на святое. Нехорошо так, пугающе.

— Считяю до трехь! Одинь!

Над кроватью сверкнула белая молния. Гораздо толще и мощнее той, чем меня приласкали ранее. В воздухе запахло грозой. Подхватив мешок, поторопился к выходу, специально звякнув его содержимым.

— Поторопись. Жду тебя в подвале.

Ушки Канью дёрнулись, а во взгляде проскользнула серьёзная озадаченность. На мою ношу она посмотрела с гораздо большим подозрением, чем на кувшин. И с интересом. Уже через десять минут полностью собранная и умытая фуци сидела напротив меня, в подвале аптеки.

— Пожалуйста, поставь на вход запирающий и маскировочный барьер, — попросил девочку. — Не хотелось бы, чтобы нас побеспокоили, — многообещающе посмотрел на Канью со зловещей, предвкушающей улыбкой.

— Зячемь?

Ну вот, меня опять заподозрили во всех смертных грехах. Канью насторожённо отодвинулась подальше. Засомневалась, а правильно ли поступила, придя сюда. Кто знает, что у меня на уме.

— Чтобы заняться взрослыми делами. Приносящими радость. Между мной и тобой. Уха ха ха.

Шутку не оценили. Прежде, чем меня начали бить, наигранно удивился и одновременно оскорбился.

— Считать золото и строить заговоры. Ты о чём подумала? Ушастая извращенка, — обвиняющее ткнул пальцем в Канью.

Мне его чуть не откусили маленькими острыми зубками. Какая нехорошая девочка.

— Я уходить, — не выдержав, предупредила Канью.

— Всё-всё, — перешёл на серьёзный тон, выставляя раскрытые ладони в знак капитуляции. — Видишь ли, сладкоежка, в самое ближайшее время мне придётся ненадолго уйти. На одно очень сложное и опасное задание. Не могу предсказать заранее, чем оно закончится. Когда вернусь и в каком состоянии. Может, даже по частям. Но поскольку для меня это очень важно, то решение уже принято.

Канью забеспокоилась, перестав ёрзать и недовольно сопеть. Меня стали слушать очень внимательно.

— Для того, чтобы добиться желаемого, мне придётся не только рискнуть, но и влезть в долги. Золото, что ты видишь, лишь малая их часть. Предупреждаю заранее, чтобы не посчитала, что попытаюсь тебя предать или обмануть. На этом задании, возможно, мне потребуется общаться с разными людьми и не очень. Договариваться, враждовать, торговать, смотря по ситуации. В том числе и с представителями других племён полукровок. Нравится ли тебе это или нет. У тебя свои игры, в которые я не лезу, у меня свои. Прошу либо уважать моё решение, либо пойдём выяснять на пустырь у кого мышца крепче. Честно скажу, не хочу с тобой враждовать, но, если придётся, буду.

Канью промолчала, доказывая, что я не ошибся на её счёт. Если бы начала что-то требовать, спорить, мы бы серьёзно поссорились. Или расстались. Довольно умный «ребёнок». Придётся быть осторожнее. Таких сложнее обманывать. Хотя, у меня же есть конфеты.

— Теперь по поводу предстоящего задания. Если захочешь помочь, найду и для тебя место в моих планах. Нет, не обижусь, не стану винить, если отойдёшь в сторону. Всё останется по-прежнему. Даю слово. Это не означает, что я сейчас выбираю чью-то сторону, или соглашаюсь на твои просьбы в будущем. Всего лишь стану прислушиваться и доверять чуть больше, чем раньше. При прочих равных условиях твоё слово станет для меня весомее остальных. Что скажешь?

Канью раздумывала недолго, сидя с серьёзным, сосредоточенным видом.

— Договорь, — с важностью кивнула. — Я помогяю.

— Договорились, — улыбнулся положительному решению, в котором почти не сомневался.

Часть побочных веток разработанного плана отвалилась. Другая часть, стала более крепкой и чёткой.

— Смотри, — вывалил на пол золотые монеты. — Если я правильно понял, ты хорошо умеешь обращаться с барьерами. Специализация?

Канью с гордостью кивнула, подтвердив.

— Замечательно. Сможешь на каждую из этих монет наложить отдельный барьер? Который пропускал бы через себя только кровь тех, чья ступень развития не превышает пятую. Отвергая всю остальную.

— Привязкя черезь кровь? — со знанием дела уточнила Канью, внимательно разглядывая одну из монет.

— Именно. Эту привязку я хочу сделать избирательной. Только для тех, чей ранг не выше эксперта, что соответствует пятой ступени развития очага ци. Если же более сильный мастер попытается продавить или снять барьер, он должен разрушиться вместе с монетой. Не нужно делать что-то долговечное и сверх могущественное. Достаточно всего лишь повесить очень хитрый замочек. Рассчитанный дней на семь. Чем хитрей и тоньше, тем лучше, а то его быстро взломают, — намеренно бросил вызов её профессиональной гордости.

Канья заинтересовалась задачкой. Её взгляд слегка изменился, став задумчивым. Единственное, что отпугивало девочку, это очень большой объём работы. Пообещала справиться, но только если я раскрою больше деталей своей авантюры. Оказываемая помощь, не означала безоговорочного подчинения. На это она категорически отказывалась соглашаться.

— Эти монеты ключ к подземелью с сокровищами, — пришлось немного приоткрыть завесу тайны. — Попасть в него должны немногие. Мои друзья и мои враги. Вернуться, только друзья. Для этого, под видом одного из участников испытания, под что будет замаскированно всё действие, войду в это подземелье вместе со всеми.

— Одинь? — задала Канью очень важный вопрос.

— Нет. Будет несколько команд. В одну из них я и внедрюсь. Ну или соберу свою, если никуда не примут. Но это маловероятно. Есть кое-какие мыслишки на этот счёт.

— Опясняя игря, — нахмурилась Канью.

— А в другие и играть неинтересно. Не переживай, я тот ещё шулер, — рассмеялся, успокаивая девочку.

— Я учястую. Зяписывяй в свою комянду, — категорично потребовала девочка. — Иняче, неть зототя, неть игры.

Для наглядности угрозы щёлкнула пальцами, испепеляя молнией стоявший неподалёку металлический ковшик. Угроза подействовала. Клятвенно пообещал, что без неё ни в какие подземелья, ни за какими сокровищами не уйду. Называется, посадил ребёнка на свою шею, который оттуда ещё и ножки свесил. Хотя, так будет даже лучше. Надёжнее. Вдвоём мы всяко больше сокровищ вытащим чем в одиночку. Канью отчего-то поёжилась, подозрительно на меня посмотрев. С опаской.

Оставив бедного кролика корпеть в подземелье над золотом, зрелище, достойное картины, отправился делать свою часть работы. Тем же маршрутом, что и вчера, и позавчера, скорее всего, ещё пойду и завтра. Отдалёнными безлюдными переулками. Шёл с той же скоростью, останавливаясь в тех же местах, на такое же время.

Сегодня количество наблюдателей увеличилось до трёх. Интересно, кто третий и когда же первый, наконец, решиться действовать. Сколько дней будет выжидать, пока не убедится, что заранее знает мой маршрут и расписание. Даже оторвался от следящих за мной людей в том же самом месте. Вновь скрыв свою личность, отправился нести добро и справедливость. Уточню, моё добро и мою справедливость.

В Солнечном камне этим днём случилось сразу несколько нападений на патрули родовых дружин отдельных кварталов, а также их торговые лавки и мастерские. С одной стороны, пострадал союз Восточной стали, где сгорело несколько домов, а с другой, разгромили парочку домов и мастерскую по продаже дорогостоящих печатей клана Шень. В них врывался неизвестный боец, быстро избивал всех присутствующих, крича что-то про месть, и спешно скрывался с места преступления. Из мастерской заодно были похищены все деньги. Налётчик заявил, что забирает их на восстановления своего сгоревшего жилища.

Особенно сегодняшними происшествиями возмущалась семья Доси, из союза Восточной стали. Потушив один из своих домов, на уцелевшей стене обнаружили оскорбительные послания, высмеивающие их семью. Жалкие неудачники, грязные торгаши, иностранные подстилки, недовоины, и всё в таком роде. Послышались призывы к мести.

Поскольку реализовать сразу все планы и собрать массу информации я просто физически не успевал, то пришлось привлекать стороннюю помощь. Заглянул в районы проживания бедноты, прижимающиеся к внешним стенам города. Грязные, жутко захламлённые, с беспорядочной застройкой и огромной толпой полуголодных жильцов в обносках, ютящихся в бараках. Там же встретил десятки небольших палаток, навесов, а то и просто столов под открытым небом, торгующих разный барахлом и едой, из раздела всё, что можно переварить, но лучше глотать с закрытыми глазами. Чего здесь не было, так это гарантий, что завтра местных жителей не выгонят и отсюда.

Ни стражи, ни профессиональных строителей, ни инспекторов городской управы, ни представителей кланов здесь не видели со дня основания этого стихийного клоповника. Каждый, кто хоть что-то из себя представлял, давно уже отсюда сбежал, предпочтя забыть об этом месте как о страшном сне.

Кланы давно бы уже здесь всё выжгли, очистив округу, если бы не нужда губернатора в масштабных стройках, о которых он отчитывался в столицу империи. На них постоянно требовались новые рабочие руки. В большом количестве. Ну не почтенные же практики будут долбить на карьерах камень, копать ирригационные каналы, строить дамбы, мосты, дороги, возводить новые городские районы, дворцы, которые часто превращались в руины после разборок всё тех же самых практиков. Только уже не совсем почтенных, а скорее презренных. Смотря, кто победил. Или если губернатору потребуется заново заселять разрушенные демонами деревеньки и маленькие городки с которых провинция кормится.

Заодно, такая большая толпа безработных существенно сбивала планку заработной платы, создавая жёсткую конкуренцию на рынке труда. Сегодня не будешь ты уважаемому господину подтирать задницу за миску супа, не проблема, завтра будет кто-то другой. Сам же пойдёшь капать червей, на обед.

Пришлось слегка припугнуть местное хулиганьё жаждой крови, а то реально оставили бы без кошелька, штанов и головы. Не совсем понятно в каком порядке.

Заметив небольшую стайку детишек, бездельничающую на углу у сарая, украдкой показал им один серебряный сокол. Тут же самый сообразительный и рослый малыш подскочил с угодливой улыбкой.

— Что угодно важному господину?

Для них любой, у кого есть деньги, и хорошая одежда, считался важным господином. Через мальчишку узнал, как найти одного из надёжных торговцев информации. Если человек умудрялся предоставлять подобные услуги дольше нескольких лет, то вполне мог считаться надёжным. В ином случае, если не умел хранить чужие тайны, или продавал недостоверные сведения, или мошенничал, то надолго в этом мире не задерживался. Торговля информацией слишком деликатная тема, чтобы проявлять к ней небрежность. Коллеги по цеху с радостью уберут чужими руками недобросовестного конкурента, бросающего тень на них всех.

Юный проводник привёл к длинному двухэтажному бараку, ничем не отличающемуся от десятков других, которых вокруг расплодилось как грибов на поляне после дождя.

— Второй этаж, угловая комната справа. Спросить деда Чанглуня. Он лучший, господин. Под ним даже собственная банда ходит, — малыш с важностью подчеркнул его достоинства.

Ничего себе банда. Это скорее орда. Вокруг барака наблюдалось большое скопление подростков и детей самых разных возрастов. Одетых от полного рванья, до вполне приличных вещей. Серьёзно настроенных, не мающихся дурью, не бросающихся на прохожих с просьбами подать милостыню. Моё появление они заметили ещё издали, но никто не дёрнулся с места. Молча, насторожённо наблюдали, сохраняя дистанцию. Сразу видно дисциплина у них железная.

Если на улице собралась целая толпа народа, то внутри барака, напротив, было на удивление тихо и безлюдно. Такое ощущение, что здесь никто не жил. Дойдя до противоположного конца здания, аккуратно постучал в рассохшуюся хлипкую дверь.

— Заходите, — послышался хриплый, прокуренный старческий голос.

В небольшой комнатушке за столом сидел старый одноглазый дед, в выцветшем пёстром балахоне, куривший трубку с длинным мундштуком. В помещении сильно воняло табаком и тяжёлым, резким запахом благовоний. Без интереса посмотрев на меня, трубкой указал на соседний стул.

— Присаживайся, дорогой гость. Рассказывай, зачем пришёл навестить старого Чанглуня.

— Насколько гость окажется дорогим, зависит от вас, — с усмешкой ответил на приветствие, непринуждённо усаживаясь напротив.

Неуютной, гнетущей атмосферой задымлённой комнаты, выглядящей нежилой, меня не пронять. Если бы не замаскированная хорошая вентиляция, то задохнулся бы, старый выпендрёжник.

— Что же, постараюсь оправдать ваше доверие, заработав на кусочек хлебушка, — всё тем же спокойным, хриплым голосом поблагодарил старый Чанглунь. — Слушаю.

— Первое. Нужна подробная карта города. В масштабе. — сделал важное уточнение. — На которой должны быть отмечены границы районов или кварталов, где живут уважаемые люди. Самые уважаемые. С указанием фамилий. Карту я должен получить не позже завтрашнего утра. Второе. Нужно распространить слухи. Не обязательно к утру. В течении дня будет достаточно. Настолько широко, насколько это возможно. Так, чтобы их нельзя было отследить. Хочу, чтобы весь город, от последнего трубочиста, до министров и губернатора, знали их содержание лучше меня самого.

Старик, затянувшись крепким табачком, задумчиво прикрыл единственный глаз. Второй был перевязан чёрной повязкой, придавая ему несколько лихой пиратский облик.

— В принципе, задачи выполнимы. Осталось только обсудить цену вопроса.

Протянул ему тугой кошель, набитый золотом. Не зря же половину дня пробегал как собака, высунув язык набок. Чанглунь заглянул в кошель и довольно улыбнулся. Всё ясно, обсуждать уже нечего.

— Какой слух желаете пустить? — заинтересовался, пряча кошель под стол.

Ооооуууу, — загадочно протянул звук, нагоняя интригу. — Вам понравится. Ссылаясь на неназванные источники среди астрологов и предсказателей, стало известно, что послезавтра над городом Солнечного камня ожидается звездопад. Но не простой. С неба посыплются волшебные золотые монеты с изображением змеи и цветка. Каждый практик, не выше пятой ступени очага ци, сможет получить одну из них. Согласно легенде, раскопанной в архивах уважаемых людей, широко известных в узких кругах, этот звездопад предвещает скорое открытие врат в загадочную пещеру чудес. Спустя три дня она откроется в окрестностях той области, где выпали монеты. Некогда великий практик древности оставил в ней своё наследие, которое до сих пор ищет достойного приемника. Неведомые опасности и сказочные сокровища дожидаются любого, кто осмелится претендовать на них. Следовательно, баланс сил в городе скоро измениться. Та семья, которая получит это наследие, возвыситься над остальными. Будет топтать их ногами и кричать, — Вы грязь под моими ногами!

Что-то слишком увлёкся. Прокашлявшись, вернулся к серьёзному разговору.

— Вкусных подробностей можете добавить сами. На ваш выбор. Ещё не забудьте добавить, что монеты, которые уже нашли своих хозяев, останутся с ними до самого конца битвы за наследие. Их нельзя будет украсть, купить, отнять, или добровольно передать другому. Одна монета на человека. Она позволит оплатить вход в пещеру чудес. Если тот захочет рискнуть. Те монеты, которые не нашли своих хозяев, служить платой не могут. Глупцы, которые попытаться провернуть такой трюк, будут жестоко наказаны защитным массивом, что великий практик древности наложил на свою пещеру. Для того чтобы монета признала хозяина, на неё достаточно капнуть кровью.

— Вы уверенны, что хотите распространить именно этот слух? — несколько растерялся старик, не ожидавший подобной детской сказки.

Он крайне скептически отнёсся к тому, насколько народ будет готов в неё поверить. Подумаешь тоже, золото будет падать в руки прямо с неба. Сейчас подобную чушь даже детям на ночь не рассказывают.

Посмотрев на него, едва сдержал улыбку. Чем нелепее ложь, тем охотнее люди хотят в неё поверить. Каждый горожанин будет высмеивать эти слухи, считая, путь других дураков ищут, отмахиваясь рукой, но вечерком всё же выйдет на крыльцо, якобы подышать свежим воздухом. Ненадолго, но выйдет.

— Абсолютно уверен. Не беспокойтесь. Я озолочусь на этой сказке гораздо больше, чем вы полагаете. И уж тем более, окуплю все затраты.

Дал ему более простую и понятную причину. Без неё старик мог бы и глупостей понаделать, посчитав меня сумасшедшим. Если же есть корыстный интерес, значит, я не сумасшедший, а хитрый мошенник. Можно спокойно работать.

— Хорошо. Всё сделаю. Однако не гарантирую, поверит ли народ в эту историю и как скоро её забудет.

— Неважно. Главное, чтобы её услышало как можно больше народа. Желательно все. Наймите вестников, пусть кричат об этом на каждом углу. Хочу, чтобы она доносилась из каждого цветочного горшка. Из каждой выгребной ямы, если понадобится. Чтобы даже коты на помойке знали, что им мурлыкать. Денег, что вам заплатил, хватит с лихвой. Только повторю, постарайтесь не оставлять следов, ведущих к себе. Поверьте, после того как сделаю свой шаг, этими слухами заинтересуются очень серьёзные люди. Которым не нужны нежелательные свидетели. Как и мне. Понимаете, о чём я?

Старик ничуть не испугался. Выпустив колечко дыма, поучительно сказал.

— Этот старик хорошо знает своё ремесло. Пока клиенты не пытаются подставить старого Чанглуня, он не вспомнит о них даже в гостях у палача, — сделал встречный намёк. — Есть много способов уйти к предкам раньше, чем тебе начнут развязывать язык. На этот счёт можете не переживать. Я хочу и дальше спокойно зарабатывать себе на хлебушек в этом городе. Стар уже для того, чтобы начинать всё заново на новом месте.

Всё что хотел, сказал. Прежде чем уйти, задал последний интересующий меня вопрос.

— Подскажи старик, почему у стены, примыкающей к вашему кварталу, так шумно? Видел, как по ней бегали десятки солдат. Флаги меняли. Искали чего-то наверху. Учения проводят?

Чанглунь с безразличием пожал плечами, охотно пояснив.

— Нет. Это у них сегодня ночью неприятность приключилась. Какой-то нечестивый практик через стену перебрался в город. Прямиком, где дозорная башня стоит. Два десятка солдат и офицера прибил мимоходом, как мух. Да ещё в городе несколько десятков человек потравил, чтобы избавиться от свидетелей. Птички напели, судя по телам погибших, практик из секты яда. Если вообще не демон. Вот наши и забегали. Проводят очистку местности и стены от оставшейся гадости, заодно разыскивая наглеца. Говорят, даже награду за его голову объявили. Интересуетесь? — не столько спросил, сколько предложил поучаствовать.

— Нет.

Своих забот выше головы. Кивнув на прощание, вышел.

Весь оставшийся день бегал по городу, отмеряя расстояние, запоминая застройку нужных кварталов, закладывая тайники с волшебными монетами. В случайность пусть другие играют, а мне нужно, чтобы кое-кто непременно получил свой счастливый лотерейный билетик. «Честный» розыгрыш призов уже не за горами. Как и у всех.

* * *

Джанг Вэй облегчённо вздохнула, избавившись от всех обременительных обязанностей. Наконец-то выдалось свободное время, которое можно посвятить не мелким хозяйственным делам клана, а собственной культивации. От последнего дежурства в больнице откупилась, заплатив одной из соучениц, чтобы та подежурила вместо неё. Последние два дня выдались очень напряжёнными. Не удавалось нормально ни отдохнуть, ни выспаться. Постоянно где-то что-то случалось. Как будто без неё никак не могли обойтись.

Убедившись, что за ней никто не наблюдает, Вэй украдкой достала из тайника заветный футлярчик, с которым сразу прошла в купальню. Уж здесь-то её никто не побеспокоит. В это время купальней женского общежития никто не пользовался. К тому же это самое защищённое место от любителей подсматривать, о чём позаботились старшие сёстры.

Открыв футляр, девушка некоторое время любовалась загадочными пилюлями, вдыхая аромат, нежась в их ауре. Осторожно поспрашивав у наставников и знакомых, выяснила, что действительно подобную медицину в этом городе не достать. Название пилюль им ничего не говорило.

Рассудив, что пилюлю концентрации ци сейчас нет необходимости использовать, запас сил и так полон, задвинула её обратно в футляр. Она больше предназначалась для поля боя, а не повседневной жизни. Вторая жемчужина, очищения ци, была аккуратно извлечена. Разглядывая пилюлю со всех сторон, Джанг Вэй задумалась.

— Господин Со Рью предупреждал, что лучше разбавить их мощь, иначе меня могут настигнуть плохие последствия. К сожалению, не догадалась спросить, насколько разбавлять. Поделить на части? Принять одну вторую? Одну пятую? Растворить в воде? На чашку, на чайник, на ведро?

Вэй укорила себя за недогадливость, раздумывая, как лучше поступить. Пришлось выяснять опытным путём. Для начала осторожно лизнула, но тут же скривилась от боли. Язык чуть не сожгло от крохотных частиц, что растворились под действием слюны. Ощущение, как будто хлебнула крепкого спиртного. Внутри прокатилась волна теплоты. Заварила крохотную часть пилюли в кипятке, с опаской кинув в чайник. Нескольких капель сильно пахнущего раствора хватило, чтобы понять. Мало. Концентрация энергии всё ещё слишком велика. Долго мучилась, страдая от страхов, что по глупости растеряет весь эффект. Решилась поэкспериментировать с ведром. Не помогло. Потеряла ещё часть пилюли. В результате пришлось принимать целебную ванну, растворив в ней оставшееся.

Джанг Вэй показалось, что её варят в кастрюле на медленном огне. Раскрасневшаяся кожа будто горела, вызывая болезненные ощущения. Стало трудно дышать. Однако вместо страданий на лице девушки застыла блаженная улыбка. Невероятно чистая, плотная ци стихии земли вливалось в неё горным бушующим потоком, омывая изнутри. Вэй чувствовала, как меридианы раздуваются от невероятно мощной энергии, а очаг захлёбывался, пытаясь её переработать. Как духовные звёзды начинают гореть чуть ярче, чем раньше, более чистым светом.

Её развитие ползло вверх медленно, но неумолимо. Все духовные пилюли, что до этого принимала, на этом фоне показались всего лишь жалкой подделкой. Кусками грязи, в которых лишь изредка попадались крохотные частички истинной силы, такой вкусной и сытной, как сейчас. Девушку захлестнула эйфория от невероятных ощущений, смешанных с муками от недостаточно прочной основы развития, неспособной полноценно переварить такую мощь. Из её уст вырвался стон наслаждения и боли.

Пару часов пролежала в ванной, пока не убедилась, что больше не в состоянии выдержать. Да, скачок в развитии был не настолько существенен, как того хотелось. С вершины второй ступени прорвалась почти до середины третьей. Всего один шаг, но зато какой. Вэй даже не заметила, как пересекла через границу, проскочив её легко и свободно. К тому же основа культивации девушки стала заметно прочнее и устойчивее, что окупало любые затраты и страдания. Джанг Вэй стала сильнее, а её техники эффективнее. Только это имело значение.

— Какие полезные таблеточки. Где бы ещё достать? — с огромным сожалением Вэй посмотрела на футляр.

Ей захотелось снова испытать эти волнительные ощущения струящейся через неё энергии ци. Стать ещё сильнее. И, такое ощущение, более обновлённой.

Теперь нужно немного отдохнуть, чтобы уже завтра выдрать косы одним наглым девкам. Слишком задирают носы, считая, раз родились ближе к Солнечному камню, чем она, то значит, достойны большего. Называющих её деревенщиной.

— Аптека Цветочный дракон, значит, — задумчиво протянула Джанг Вэй, неосознанно поглаживая футляр.

Она уже была там, дважды, вчера и сегодня, однако, повидаться с неуловимым Тонгом пока не удавалось. Ничего, сходит в третий раз. В конце концов, ей это нужно больше, чем ему. Упустить единственную ниточку к новым возможностям девушка не намеревалась. Ей хотелось получить больше таблеточек. Разных.

С сожалением посмотрев на ванну, всё ещё не потерявшую целебных свойств, спустила всю воду. Она не настолько добра, чтобы делать кому-то такие щедрые подарки.

* * *

В роскошно обставленный рабочий кабинет, заставленный предметами искусства, после короткого стука зашёл красноволосый мужчина средних лет с узким лицом и слегка раскосыми глазами.

Сидевшая за столом с закрытыми глазами уставшая Ниса, раздражённо заметила.

— Я же сказала, занята. Пошли вон, — позволила себе грубость.

Мужчина с интересом посмотрел на подробную карту города, расстеленную во весь стол, на которой беспорядочно валялись несколько поисковых артефактов и наборов для гадания. Среди них заметил даже астрологический компас, кристалл на ниточке и колоду особых карт провидения. Выгребла почти все свои сокровища. Судя по недовольному виду и тону, чем бы она ни занималась до его прихода, ничего не добилась.

— Если я открою глаза и кого-нибудь здесь увижу, то очень разозлюсь, — предупредила Ниса, не услышав повторного открытия двери.

— Если же не откроешь, то разозлюсь я, — с улыбкой ответил мужчина.

Ниса, открыв глаза, резко выпрямилась в кресле, в котором до этого расслабленно полулежала.

— А это ты, — хмуро поприветствовала мужчину как старого знакомого. — Что заставило великого, — отметила с сарказмом, — разведчика рыжего племени заглянуть в нашу дыру? Захотелось отведать местных деликатесов? Решил ещё что-нибудь украсть из-под носа этих голокожих обезьян? — пренебрежительно отозвалась о людях. — Или в кои-то веки решил взять отпуск. Приехал просто порыбачить.

— Да нет, — отрицательно качнул головой мужчина, — я здесь по работе. Всё развлекаешься? — указал на карту.

— Это личное, — недовольно поморщилась Ниса, бросив быстрый взгляд на стол.

— Ниса, надеюсь, ты не забыла, зачем ты здесь? — осведомился мужчина с лёгким удивлением, а также скрытым предупреждением.

— Не волнуйся, вся идёт по плану. Строго по графику. Нет необходимости лично отвешивать пинка каждому замешкавшемуся идиоту. Крошка Лонг со всем прекрасно справляется. С улыбкой на устах и ненавистью в сердце, — беззаботно рассмеялась Ниса, возвращая часть потерянного хорошего настроения. — Так забавно за ней наблюдать. Пока у меня нет никаких изменений. Если твои ребята что-то напортачили в отчётах, это их проблемы. Я в твою вотчину не лезу.

— Правильно делаешь, — одобрил мужчина, сложа руки на груди. — Вот мне, к сожалению, приходиться совать свой нос во все дыры. Во многих из которых жутко воняет. Кое-где, его ещё и отгрызть могут, — сокрушённо пожаловался. — Но что поделать, работа такая.

— Скажешь тоже. Я же знаю, тебе это нравится, — по-дружески усмехнулась Ниса, не поверив ни одному слову. — Ты слишком любопытен, чтобы пройти мимо очередной дырки, в которой ещё не побывал твой носик. Или хвостик, — многозначительно подмигнула.

— Вот по поводу работы и пришёл поговорить, — сообщил мужчина, не поддержав шутливого тона. — Я сейчас расследую одно важное дело, по прямому поручению короля. Для этого мне выдали все полномочия, чтобы затребовать любую необходимую помощь.

Мужчина достал и показал Нисе зачарованную печать правящей семьи Ло из племени Огненных хуляо. Девушка сразу прониклась всей серьёзностью ситуации. Властью, данной этой печатью, гость мог сделать с ней всё что угодно. Любое промедление или сомнения в её действиях приравнивались к оскорблению семьи Ло, что означало измену.

— Чем могу помочь тайной страже его величества? — любезно уточнила девушка, про себя гадая, какая нелёгкая его принесла.

— В этой провинции недавно был применён артефакт, несущий в себе следы родословной одного из прародителей звериного царства. Мой господин поручил выяснить, что это за артефакт, в чьих руках находится и с какой целью был использован. По возможности, любыми путями получить его в свои руки. Как понимаешь, родословная прародителя слишком ценная для нас вещь, чтобы пройти мимо. Поэтому хочу, чтобы ты через аукцион отслеживала любые слухи в этом направлении. Сомневаюсь, что подобную вещь попытаются продать, но ничего исключать нельзя. Например, могут обратиться за информацией. Или кто-то из твоих клиентов начнёт обсуждать между собой какие-нибудь схожие случаи. Вспомнит что-то подобное. Где-то видел, что-то слышал. Также отмечай использование любых артефактов большой мощности неизвестных нам. Важна любая мелочь.

— Известно чьей линии крови принадлежит эта родословная? — заинтересовалась девушка.

— Нет. Понимаю, что это осложнит поиски и создаст дополнительные риски, но что делать. Лёгким задачами нас не балуют, — заранее извинился собеседник.

— Хорошо. Возьму под личный контроль, — заверила Ниса. — Если что-то узнаю, сразу сообщу. Через мадам Лонг у меня есть выход на аристократию и высших чиновников провинции. Поспрашиваю у них. За деньги тут можно купить практически всё и всех.

— Не увлекайся, — предупредил мужчина. — У людей тоже есть граница, за которой государственные интересы становятся выше личных. В этом случае тебе не помогут никакие деньги.

— Знаю. Но до этого ещё далеко, — слегка легкомысленно отнеслась к доброму совету. — Насколько настойчивой мне стоит быть в своих вопросах? Не встревожим ли фуци поисками неизвестного артефакта? В последнее время они очень плотно занялись клановой верхушкой Уваня. Ищут выходы даже на губернатора. Пока мы реализуем свои планы, они реализуют свои. Ещё не известно, кто успеет первым.

— Сдаётся мне, что они тоже ищут артефакт. В Солнечный камень вчера прибыл мой коллега фуци из племени Степного ветра. Один из младших членов правящей семьи Тин. Как сообщили агенты, он задаёт схожие вопросы. Поэтому спрашивать можешь громко, а вот выслушивать ответы желательно в очень тихом, надёжном месте. Между прочим, разведка губернатора тоже озаботилась этими поисками, спеша опередить нас, только негласно. Учти это.

— Послушай, — несколько неуверенно уточнила Ниса с задумчивым видом, — а родословная прародителя может быть запечатана только в артефактах или есть другие варианты?

Её собеседник сразу подобрался, внимательно посмотрев на девушку. По интонации легко догадался, что вопрос носил отнюдь не праздный характер, а имел вполне конкретную причину.

— По-разному. Мы слишком мало знаем о таких вещах, чтобы судить с уверенностью. Я слышал, находились умельцы, которые запечатывали её в духовную медицину, артефакты, живых существ и даже свитки с техниками ци.

— Видишь ли, дядюшка, вчера прикупила, — произнесла это слово несколько странным голосом, — одну забавную вещицу. Она дорого мне обошлась. Хотела оставить себе, для личных целей, но боюсь лучше сначала показать тебе. Всё равно ведь узнаешь, рано или поздно, что она была у меня. Не хочу оказаться крайней при раздаче «благодарностей» от господина Ло.

Ниса опасливо поёжилась, вспомнив что-то ещё хуже вчерашнего позора.

— Если же она не имеет отношения к твоему расследованию, то со спокойной совестью полакомлюсь в ближайшее время. Надеюсь, не будешь обманывать бедную Нису, чтобы забрать её себе из обычной жадности, — попросила девушка несчастным голосом.

— Хватит крутить хвостом, — пригрозил собеседник, не поддаваясь на жалостливые глазки. — Показывай, что там заполучила в свои загребущие лапки.

Ниса достала футляр для пилюль, из которого вытряхнула две штуки. Подавшись вперёд, мужчина с волнением выхватил именно ту, которую нужно. Его восприятие было намного выше, чем у девушки. Тщательно её обнюхав, слегка лизнув, объявил.

— Без сомнений. Линия крови с родословной зверя в ранге прародителя в ней присутствует. Только очень слабая. Не могу определить кому принадлежит. Кто её продал?

Пилюлю обратно так и не положил. Ниса с сожалением вздохнула, принимая возможную потерю.

— Надеюсь, потом вернёшь мою собственность? Я за неё дорого заплатила, — вновь напомнила. — Требую уважать добровольную, — подчеркнула это, — помощь семье Ло. И не злоупотреблять своей властью.

— Ниса, не переигрывай, — попросил мужчина. — Родословная прародителя не та вещь, на которую можешь открывать свой ротик без разрешения. Если, конечно, не хочешь бросить вызов королеве Ло за её место. Советую по-хорошему, не лезь в высокую политику, порвут на клочки ещё на взлёте. Родословная прародителя не товар и даже не оружие, это именно высокая политика. Для кого-то ещё и религия. Ты слишком далеко забралась от родных лесов, слегка позабыв о наших традициях. О грызне за право на власть. Хочешь, чтобы и твои кости белели в лесу предков?

— Поняла-поняла, не стращай, — раздражённо попросила Ниса.

— Вернёмся к главному. Кто принёс эту пилюлю?

Тяжело вздохнув, Ниса с неохотой, подробно пересказала вчерашнее происшествие. К её радости, собеседник не стал над ней смеяться или поучать. Душевные переживания девушки волновали мужчину меньше всего.

— Плохо, что ты его упустила, но хорошо, что узнала о его существовании. Есть с чего начинать распутывать этот интересный клубочек. Продолжай заниматься своими делами. Теперь его поисками займусь я.

Мужчина совсем другим взглядом посмотрел на стол и его содержимое. Профессионально-оценивающим.

— У меня просьба, — попросила Ниса. — Когда его найдёшь и узнаешь всё, что нужно, отдай этого человека мне. Хочу лично удавить гадёныша. Вчерашнего унижения я ему никогда не прощу, — мстительно пообещала Ниса, сверкая глазками.

* * *

В полдень, когда Линьшу ушла на обед, так и не увидев сегодня ни Тонга, ни Канью, из подвала выбралась девочка фуци. Убедившись, что никого в аптеке нет, отправилась в свою комнатку. Написала два зашифрованных письма, которые чуть позже отправила через разных курьеров полукровок, выловив тех на улице. С одним из них передала и горсть монет с изображением змеи. После этого вновь вернулась в аптеку, что-то ворча себе под нос про эксплуататоров детского труда.

Мало ли во что там играл малыш Тонг. У неё были свои мысли на этот счёт. Как и игры.

Прежде чем спуститься в подвал, зашла в алхимическую лабораторию с кувшинчиком, который утром принёс этот несносный Тонг. Нужно же выяснить, чего он там намешал. Вдруг и правда напиток помогает поскорее вырасти в нужных местах. Надоели уже снисходительные взгляды и поглаживания по голове. Получив результат анализа, возмущённо сжала кулачки, пыхтя от гнева.

— Издевяется гяд!

* * *

— Цане, — отвлекла женщину от обеда младшая сестрёнка. — Тебя отец зовёт.

Втянув в себя длинную лапшу, которую в этот момент ела, удивлённо спросила.

— Зачем?

— Там к нему твой прынц в шубе припёрся. Заседают, — усмехнулась мелкая проказница, с важностью подняв палец вверх. — Вопрос серьёзный, аж на четыре бурдюка вина с южных виноградников. Так что поторопись, пока они ещё родную речь понимают и дочерей узнают, а то без тебя, тебя же и женят. Или меня, — задумалась.

— Сколько раз говорить не мой принц, а наш, и не принц, а гость, и не в шубе, а в накидке с меховым воротником, — в который раз поправила Цане.

— А я как сказала? — удивилась мелкая, ненатурально округлив глаза, отходя подальше.

Поняв, что с этим стихийным явлением ей не справиться, это можно только пережить, Цане раздражённо помахала рукой, прогоняя младшенькую.

— Сейчас буду. Поесть спокойно не дадут. Называется, вернулась домой отдохнуть. Присесть некогда.

Ворча себе под нос, Цане быстро добралась до юрты главы рода. В ней на узорчатом войлочном ковре у низенького столика сидели двое. Её отец и молодой мужчина, внешне неотличимый от человека. Звали его Тин Бэйта. Одетый в национальные одежды фуци и знаменитую кожаную броню степняков выглядел он весьма представительно. На плечи накинут роскошный тяжёлый плащ, подбитый соболями, с пышным меховым воротником. На поясе широкий нож с костяной рукояткой в расписных ножнах. В светлых волосах заплетены несколько тонких косичек, скреплённых золотыми кольцами. Довольно приметная красивая внешность, по которой сходили с ума многие девчонки из лагеря. Ну, или не только по внешности, а скорее всего по его положению. Всё же он из племени Степного ветра.

Несмотря на броскую внешность, Цане знала, когда ему нужно, этот человек легко менял свой облик, незаметно покидая лагерь и столь же незаметно возвращаясь. Чистокровные лао звери почти все поголовно являлись оборотнями. Кто в большей мере, кто в меньшей, в зависимости от чистоты и возраста их родословных.

Почтительно поклонившись, поздоровалась с мужчинами, мельком отметив, что один бурдюк они уже успели опустошить.

— Отец. Господин Тин. Дочь рода Кину прибыла по вашему слову.

— Молодец, быстро пришла, — похвалил довольный отец. — Для тебя есть задание. Господин Тин, — передал слово своему так называемому гостю.

— Кто такой Тонг Цао? Знаешь этого человека? — поинтересовался Тин Бэйта.

— Да. Мы немного знакомы, — слегка опешила Цане, не ожидавшая такого вопроса. — Он работает в аптеке Цветочный дракон.

Первой мыслью было: «Что он опять натворил?»

Второй: «Каким боком я в это вляпалась?»

Тин не стал мучить неопределённостью, объяснив причину своего интереса.

— Сегодня ко мне обратились с просьбой. В городе Солнечного камня, как оказалось, гостит одна особа из союзного нам племени фуци. Чистокровная, — особо это отметил. — Когда-то давно их семья оказала очень важную услугу нашей. У нас появился перед ними долг чести. Сегодня меня попросили его вернуть. Я не могу отказаться, сделав вид, что о нём забыл. Предки меня не поймут и не простят.

Парень поудобнее устроился на подушечках, раскиданных по ковру.

— Ребёнок той семьи, случайно оказался в городе без присмотра взрослых. Потерялся, отбившись от группы, с которой путешествовал. Не знаю, как они умудрились её проморгать. Растяпы, — осудил союзников, не понимая, как так возможно. — Пока эта группа спешит сюда за своей нашедшейся родственницей, за ней нужно присмотреть. Чтобы её не обидели плохие люди. Сама знаешь, для них лао звери опасная диковинка, которую хорошо бы не только изучить, приручить или пустить под нож на ценные ресурсы, но и взять в заложники. Поэтому мы вынуждены скрывать среди людей своё происхождение. Как мне сообщили, потерявшийся ребёнок выглядит… — Тин Бэйта описал девочку альбиноса которую Цане сразу же припомнила.

— Мне сказали, что она скрывается у некоего Тонг Цао. Я беспокоюсь. Можно ли доверять этому человеку? — искренне переживал за ребёнка господин Тин.

— По моему скромному мнению, да, — осторожно высказалась, боясь ошибиться. — Я видела недавно эту девочку, как и Тонга. Мне показалось, они вполне неплохо уживаются вместе.

Цане припомнила, как мелкая мерзавка едва не разбила ей нос дверью. Хотя, если она лао зверь, то уже перешла в лигу неприкасаемых. Теперь с ней ничего не сделать, в плане воспитания нахальных детишек, а жаль, хотелось бы.

— Это хорошо, — довольно улыбнулся Тин Бэйта. — Но всё равно, лучше приглядеть за ней самим. Я не смогу оправдаться перед отцом, если с ребёнком нашего народа у меня под носом произойдёт беда. Неважно, союзница ли она, родственница или из враждебного племени. Нас не так уж и много на свете. Если тебя не затруднит, пригляди за ней пару-тройку дней, пока не прибудут родственники. Возьми кого-нибудь в помощь, привези девочку сюда. Пусть погостит у вас в гостях. Так, мне будет спокойнее. Человеку же, передай нашу искреннюю благодарность вместе с ценным подарком. За добро мы всегда платим добром.

Тин намекающее посмотрел на Кину Даре. Тот понятливо кивнул, стараясь не выдать досаду на очередные непредвиденные траты. Платить-то ему из собственного кармана.

Цане тоже постаралась не выдать своего нежелания, только по другой причине. Ей совершенно не хотелось возиться с чужим ребёнком, изображая заботливую няньку. Тем более с таким высокопоставленным. Своих младших братишек и сестрёнок за глаза хватало. Однако это была не просьба. Прикидывая, кого взять с собой для охраны ценной гостьи, Цане не скромничала, отбирая целый отряд. Даже думать не хотела, что произойдёт, если с лао зверем случиться беда уже под её опекой. Заодно попыталась угадать, насколько осчастливит Тонга по деньгам и что за это потребует, выдав как свою личную инициативу. Память у Цане, как и у Тонга, была долгая и крепкая.

* * *

— Кто такой Тонг Цао? — удивлённо произнёс глава рода Фунэ, разглядывая аж четыре письма на одно имя, но с разными просьбами.

Младшая дочь просила разрешение дружить с этим мальчиком и позволить прибить братьев. Братья просили защитить их от Фунэ Цяо, позволив прибить Тонг Цао. Глава вассального рода Чан, просил помочь добиться приёма у Тонг Цао на сеанс массажа для своих буйных родственниц. Жаловался, что они ему уже всю плешь проели, требуя срочно решить этот вопрос. Глава одного из отделений гильдии убийц спрашивал, могут ли они исполнить анонимный заказ, прикончив этого Тонг Цао.

Вызвав секретаря, отдал ему все четыре письма.

— Отправь обратно. Отказать.

— Кому? — уточнил педантичный секретарь.

— Всем.

* * *

— Кто такой Тонг Цао? — озадачился глава одной из крупнейших банд в нижнем городе, носящем прозвище, — Чёрные кварталы.

Он не знал, что ещё совсем недавно упомянутый Тонг гостил на соседней улице у торговца информацией.

— Это важно? — сухо осведомился закутанный в чёрные одежды мужчина, вываливая на стол мешок с золотом.

Его блеск отразился в глазах заросшего щетиной широкоплечего здоровяка, покрытого шрамами и татуировками. Звероватого вида главарь банды расплылся в широкой щербатой улыбке.

— Нет. Совершенно неважно, — заверил мужчина, с жадностью сгребая золото в кучу. — Можете считать, что наняли не банду Резвого Коня Фаня, а армию чёрных кварталов. Тут и за горсть меди зарежут кого угодно, а уж за мешок золота, утопят в плевках.

— Хорошо. Буду ждать, как и условились.

* * *

Этот и следующий день пролетели в мгновение ока. Когда чем-то сильно занят, время утекает сквозь пальцы как порыв ветра. Не ухватишься. Наконец-то все расчёты были завершены, монеты зачарованы, районы определены, закладки сделаны. Слухи о золотом звездопаде поползли по городу как туман. Сразу отовсюду, проникая в каждую щель, так что не остановишь, не поймёшь, откуда взялись. Старик своё дело знал крепко. На два дня шумовая завеса была обеспечена. Над ними смеялись, игнорировали, верили или нет, неважно, главное, их услышали все, бурно обсуждая с друзьями и знакомыми.

Волна интереса, изголодавшегося по сенсациям народа, уставшего от повседневной рутины, поднялась настолько высоко, что властям пришлось срочно её гасить. Заявлять, что это всё пустые слухи. По-настоящему авторитетные специалисты заверили, никаких астрономических явлений подобного рода в ближайшее время не ожидается. Среди них выступили главный астролог губернатора, глава секты предсказателей, шаман с Облачных гор, настоятель монастыря, даже ассоциация уличных гадалок и то высказала своё мнение. Всё это чушь и провокация.

Кланы промолчали, заняв нейтралитет. Решили присоединиться к победителям. Ничего не произойдёт, скажут, так и знали. Незачем тратить своё время на пустую болтовню черни. Могущественные практики прошлого такими глупостями не занимались. Что-то случится, опять же, скажут, так и знали. Считаем ниже своего достоинства спорить с малограмотными дураками, которые ничего не понимают в силах древних практиков. Самая удобная позиция.

Эти два дня мы в аптеке практически не появлялись. Канью не вылезала из подвала, отрезав себя от внешнего мира кучей барьеров. Я до глубокой ночи шлялся по городу, вернувшись совсем без сил. Оба едва доползли до кроватей, чтобы сразу же отрубиться. С первыми лучами солнца вновь разбежались по делам, едва перекинувшись парой слов. Только успел передать ей кулёк конфет. Учился давать взятку, задабривая злобно рычавшего зверя. Всего-то и спросил, сколько ещё осталось и не подкинуть ли ей ещё мешочек монет.

Вечером второго дня, на который был назначен звездопад, собрались в одном заброшенном доме на окраине города.

— Воть, — Канью с гордостью поставила на пол мешочек с золотом.

То, что она смогла его поднять и дотащить на такое расстояние я запомнил. Пусть в подземелье только скажет, что она маленькая слабенькая девочка и таскать тяжести не может. Нагружу как ослика. Такого же ушастого и упрямого. По самую макушку.

— Воть, — с той же гордостью поставил на пол здоровенный котёл, целиком исписанный мелкими закорючками, символами, линиями и окружностями.

По объёму в него как раз помещался мешочек золотом. Зачарованный так, что самому рядом стоять страшно. Как бы ни рванул. Решил, при первом же треске металла прячусь за Канью. Она щитовок, вот пусть и отрабатывает кормёжку.

— Целый день потратил, зачаровывая это произведение искусства.

Взяв мешочек, осторожно пересыпал монеты в котёл. Странно, почему-то кажется, что он не настолько полон как должен быть. Задумчиво почесав подбородок, с подозрением посмотрел на Канью. Подошёл, ухватился за подмышки, поднял и слегка встряхнул. Не звенит. Зато пинается. Больно. Канью обиженно надулась.

— Да ладно тебе, я пошутил, — извинился. — А сколько ты весишь? Всё-все, не надо молний, — поспешно отступил подальше от угрожающе заискрившейся девочки.

Заполненный котёл поставил в печь. Тяжеленный получился, зараза.

— Канью, золотце моё, будь добра, закрой печь барьерами со всех сторон, кроме трубы, — ласково попросил фуци. — Что бы его нельзя было ни обнаружить, ни вытащить, если случайно кто-нибудь наткнётся. Да покрепче. Я тебе за это конфетку дам, — соблазнил ребёнка.

— Две, — категорично потребовала всё ещё злящаяся девочка.

— Хорошо, две. Вымогательница маленькая, — тихо проворчал.

— Три, — подняли ставку, показывая, что она всё слышит.

Когда она закончила работу, расплатился как честный работодатель, прямо на месте. Четвёртую слопал сам.

— Теперь быстренько отсюда уходим. Возвращаемся в аптеку.

— Почему? Нужно кяряулить, — озадаченная девочка указала на печь, полную золота.

— Если ничего не напутал в расчётах, то скоро здесь будет большой бум. Домик не жалко, а вот нас, ещё как. Хочу понаблюдать за фейерверком с крыши аптеки. Оттуда вид ночного неба будет намного лучше. Очень надеюсь, мы успеем хотя бы добежать. Больно уж вещица получилась нестабильная. Того и гляди, рванёт в любой момент, — заверил слегка побледневшую Канью.

— Идиоть! — похвалила за мою косорукость.

На самом деле взрыв будет совсем скромный, только чтобы замести следы. Домик сложится так, как будто сам развалился от старости. Основную работу по доставке в небо монет, выполнит заложенное в котёл заклятье. Оно создаст небольшой вихрь, который поднимет их на очень большую высоту, откуда постепенно начнёт разбрасывать над городом, устроив яркую иллюминацию. Какие-то выкинет просто так, какие-то отправит в строго определённом направлении.

Это место я выбрал отнюдь не случайно, а как отправную точку в расчётах. По моим планам, где-то треть монет разбросает по нужным кварталам города. Треть выпадет в случайных местах, а треть спишется на потери. Сомневаюсь, что практики этого города из старшего поколения захотят играть по правилам. Обязательно попробуют обойти ограничение в пятую ступень развития очага ци. Кто-то просто припрячет золото. Кто-то попробует его использовать в других целях. Не знаю, захочет переплавить, продать, изучить, выкинуть в колодец как проклятое золото и прочее. Где-то монеты сами попадут в недоступные места.

Кстати, когда говорил Канью о фейерверке, то не шутил. Чтобы монеты заметили, на них вихрем будет нанесена специальная оболочка, которая как в обычном, так и в духовном зрении засияет как маяк. Даже слепой заметит. Правда, эффект продлится недолго. Нет у меня ни столько сил, ни желания облегчать кому-то работу. Может им ещё светящиеся стрелочки в небе нарисовать с подписью, — Ищи здесь.

Довольные собой, что наконец-то закончили нужную кропотливую работу, вернулись в аптеку. Народа на улицах практически не встретили. С первого взгляда и не скажешь, что кто-то ожидает дождя из монет. Город как будто жил своей привычной жизнью в обычном ритме. Дневные заботы для горожан сменились ночным отдыхом. Правда, отметил большое скопление людей на границах торгового квартала, но особого внимания этому не придал. Подумаешь, местные воришки решили под шумок обнести пару лавок. Рядовое явление.

Проникнув в аптеку, не зажигая свет, пошли прямиком к лестнице, ведущей на второй этаж. Дойти не успели, нарвавшись на натуральную засаду. Сидящая в тёмном углу Цане, сама зажгла лампу. Похоже, женщина устроила тут долговременный наблюдательный пункт, обложившись закусками, одеялом, лампой, оружием и зачем-то верёвкой.

— Явились, всё-таки, красавцы, — недовольно оглядела нашу парочку. — Думала до утра придётся караулить.

— Кину Цане? — удивился её появлению. — Ты здесь какими судьбами? Только не говори, что пришла за этим, — сделал страшные глаза, прячась за спину Канью.

— За этим, за этим, — спокойно повторила Цане, не реагируя на очередную глупую выходку. — Меня прислали забрать девочку. Если не ошибаюсь, тебя зовут Канью? — по-доброму, с располагающей улыбкой обратилась к ней.

Мы вновь поменялись местами. Теперь уже Канью спряталась за мою спину, промолчав.

— Её не зовут, она сама приходит, — ответил за сообщницу, потянув время.

— Тонг. Не усложняй мне жизнь, — устало попросила Цане. — Мне поручили пригласить девочку погостить к себе домой. Её родственники, между прочим. Среди других детей, в хороших условиях, с четырёхразовым питанием, играми на свежем воздухе. Там её ждёт шикарная личная комната. Слуги, — продолжала соблазнять ребёнка эта нехорошая тётенька. — Видела я её здешний чулан и жестяную кружку. Ужас какой. Тебе самому не стыдно?

— Это ты у меня спрашиваешь? Цане, — обратился к ней напрямую, — тебя кто сюда пустил? Взломщица. Канью, беги зови стражу. Скажи, мы поймали ушастую воришку. Я её пока свяжу, — воодушевился.

— Уважаемая Линьшу сама предложила такой вариант, — Цане ничуть не испугалась угроз. — Сказала иначе вас не выловить. Вы тут не работаете, а ночуете, что её уже напрягает. Пожаловалась, что это всё-таки аптека, а не гостиница или приют. Ну давай, зови стражу. Обвиню тебя в похищении детей.

Хорошо подготовилась. По-простому избавится от неё не выйдет. С другой стороны, Канью свою работу сделала, Канью можно помахать на прощанье ручкой. Девочка как будто прочитала мои мысли.

— Только попробуй, — заранее предупредила обоих с угрозой в голосе.

— Ты её прямо сейчас хочешь забрать? — спросил Цане, скрывая улыбку, отходя подальше от подозрительно нахмурившейся девочки.

— Что я сумасшедшая, на ночь глядя тащиться с ребёнком через весь город. До утра ворота всё равно закрыты. Переночую здесь, а утром уеду. Предупреждаю сразу, — покосилась взглядом на Канью. — Я приехала не одна. В случае чего родня знает, где меня искать, — теперь уже она постаралась скрыть улыбку. — Своих спутников отправила ночевать на ближайший постоялый двор. Только свистну, как сразу будут здесь.

— Хорошо. Убедила, оставайся, — сокрушённо вздохнул. — Утром разберёмся, кто куда поедет. До него ещё дожить нужно. Правда Канью? — заговорщицки ей улыбнувшись.

— Дя! — громко согласилась девочка, отзеркалив улыбку.

— А это точно не твой ребёнок? — поинтересовалась Цане, разглядывая наш быстро спевшийся дуэт.

— Пока не увижу её маму, не скажу.

Недолго подурачившись, предложил Цане подняться вместе с нами на крышу. Понаблюдать за звёздами. Раз уж пришла, пусть присоединяется. Интересно будет узнать её мнение. Так сказать, получить стороннюю оценку своего творчества.

— Тоже слышали эти нелепые слухи? — сразу догадалась, зачем нам это нужно. — Только не говори, что в них поверил. Тонг, деньги с неба не сыплются. Не будь как маленький ребёнок.

— Ничего не хочу знать, — заупрямился. — Сегодня выкинул столько денег на воздух, что мне срочно нужно где-нибудь достать ещё. Желательно поскорее. Чем я её кормить буду? Она же как хомячок, только и делает, что набивает свои щечки.

Канью посмотрела на меня несколько странным взглядом.

— Кормить её буду я, — Цане решительно отмела мою заявку.

— Хотелось бы…

Перестав улыбаться, остановился на середине фразы, прислушавшись к звукам, доносящимся снаружи. Канью тоже навострив ушки, с серьёзным личиком посмотрев в сторону входной двери. Привыкшая к походной жизни, где всякое случалось, Цане тут же насторожилась, потянувшись к своему излюбленному короткому луку.

— Что там? — спросила, понизив голос.

— Кажется, полюбоваться на звёзды в узком семейном кругу нам не дадут. Ну что за люди пошли.

Не сговариваясь, все трое переместились к занавешенным окнам, стараясь не отсвечивать в проёмах. Слегка сдвинув штору, осторожно выглянул в щель. На улице, напротив аптеки, начала собираться внушительная толпа головорезов, ни от кого не скрываясь. Ладно бы их было несколько, не страшно, но не десятки, если не сотни оборванцев, вооружённых чем, попало. Среди быстро собирающейся толпы обнаружил наличие нескольких довольно сильных духовных очагов. Кроме того, на крыше соседнего дома стоял высокий, закутанный во всё чёрное, хорошо знакомый мне убийца. Обвешенный артефактами как праздничное дерево.

Видимо, решил не рисковать с тихим незаметным ударом из темноты, а открыто пойти на прямой штурм, набрав целую армию отморозков. Немного недооценил его. Мысли лихорадочно заметались в голове, обдумывая ситуацию. По сути, передо мной целых три разные группы противников. Простые люди, которых очень много, но они не представляют серьёзную угрозу. Практики из бандитов и отщепенцев. Средняя угроза, но их мало. Убийца. Пусть один, но довольно опасен.

Самое неприятное, при любом исходе боя убийца ничего не теряет. Легко сможет набрать новую толпу головорезов. Если понадобиться, выгнать меня из любого другого дома. Лишить крова, друзей, поддержки. Загоняя как дичь. Более того, такое масштабное нападение обязательно вызовет официальное расследование. Незаконная торговля Линьшу, вероятнее всего, вскроется. К нам заявится уже не знакомый квартальный инспектор, купленный с потрохами, а кое-кто рангом повыше. Он начнёт докапываться, кто и на кого напал. Что Канью, что мне, что Линьшу подобное совершенно ненужно. Так ведь и до рода Юй дотянуть ниточку смогут. Под угрозу попадали дальнейшие планы по клану Шень. В таком случае, действовать свободно мне не дадут. Переигрывать уже запущенные планы поздно.

Получается, с одной стороны, оставлять аптеку нельзя, с другой оставаться на прежнем месте тоже не вариант. Это всё равно, что нарисовать на своей спине мишень, сесть на видное место и ждать, с какой попытки по ней попадут. С первой или десятой. По-всякому выходит плохо. Ещё и старушку Фэн оставлю без денежек, а наших карапузов без дешёвых, доступных лекарств.

Знал ли убийца о возникших у меня затруднения. Скорее всего, да. Чем-то же занимался всё это время. Например, собирал информацию. Строил свою ловушку. Решено, сегодня он умрёт. За всё плохое, ради всего хорошего.

— Чего они хотят? — забеспокоилась Цане, разглядывая всё увеличивающуюся толпу.

— Как и всегда. Оторвать мне голову и посмотреть, есть ли что-нибудь внутри неё, — спокойно огласил их цели. — Забирай Канью и чеши в подвал. Там есть секретный подземный ход нашей осмотрительной хозяйки. Канью знает где он.

— А ты? — напряглась Цане.

— А я ненадолго задержусь, развлеку гостей. Надо же проявить гостеприимство. Потом вас догоню, — несколько легкомысленно заверил фуци.

— Знаешь, обычно после таких слов не возвращаются, — серьёзно заметила Цане, сильнее стискивая лук. — Не строй из себя героя. Тебя не идёт.

— Вот это меня и не устраивает, — грустно вздохнул, не отвлекаясь от наблюдения за улицей. — Хочешь остаться и рискнуть девочкой?

Цане плотнее сжала губы, ничего не ответив. И так понятно, что нет.

— Хрень, вямь, обоимь — чётко разделяя слова, выругалась Канью, злобно сверкая глазками.

В полумраке её красные глаза выглядели довольно жутко. Как и крохотные молнии, пробегающие по волосам, показывая, что без боя никому не сдастся. По обе стороны стены.

— Не ругайся, — отвесил ей лёгкий подзатыльник несмотря на разряды. — Ладно, дурная компания героев. Слушай мою команду. Канью, блокируй заднюю дверь. Не люблю, когда мне чешут спинку остреньким. Цане, на лестницу. Как опустошишь колчан, прикрываешь спинку девочке. От тех, кто проползёт мимо меня по стеночке. Вряд ли ей тоже подобное понравится. Когда аптека разгорится погребальным костром, услышишь клич, — Сгорим, но не сдадимся! Хватаешь Канью и ныряешь в подвал. Я следом. Потом изображаем из себя слепых землероек и ищем, чем заканчивается подземная кишка. Надеюсь, не задницей.

— Более воодушевляющего ничего не мог сказать? — недовольно поморщилась Цане от подобных ассоциаций.

— Запросто. На баррикады, черти! — зычно гаркнул. — Умоем кровью диких обезьян! Я хо хо!

— Вот с**а, — даже с каким-то восхищением выругалась Цане. — Учти первую же стрелу всажу тебе в задницу.

Чего она ещё ожидала. Панических криков, мы все умрём. Спасайте женщин и детей. С другой стороны, может в чём-то и права. В последнее время замечаю, что меня всё чаще захлёстывает лёгкое безумие, толкающее на разную дичь. Моё ли оно собственное или принесённое со стороны не знаю. Однако через его призму намного легче воспринимаются мрачные картины реального мира. Любые проблемы казались разрешимы, а страхи смешны. Так стоило ли сопротивляться.

Приняв решение, избавился от сомнений. На душе сразу стало легко и свободно. Когда перед тобой стоит ясная цель, вперёд и идти легче.

Больше всего жалел, что не увижу ночного неба. Ведь так хотелось посмотреть на звездопад, на яркий фейерверк, на воплощение своих трудов и надежд. Сегодня ночью произойдёт знаковое событие, которое запомниться на долгие годы, но которое пропущу из-за каких-то недоумков. Надеюсь, оно получится настолько же ярким, насколько я себе представляю.

Встав возле входной двери, глубоко вздохнул, очищая голову от посторонних мыслей. Успокоил эмоции. Расслабился. После, выпустил жуткую жажду крови, которую сдерживал всё это время. Она красноватой дымкой разошлась от меня по аптеке, поднимая лёгкий ветерок. Сдувая со стола листы бумаги. Теперь можно не сдерживаться. Слегка сдвинул в сторону маску беспокойного авантюрного паренька по имени Тонг Цао, из-за которой наружу выглянуло старое чудовище Юй Цао. Самым краешком. С любопытством, с надеждой, взглянув на давно изменившийся мир голодными глазами.

— Ну же малыши. Смелее. Не заставляйте вашего дедушку Цао долго ждать, — попросил, широко оскалившись в хищной улыбке.

Безумие заплясало в глубине моих глаз под никому не слышимое завывание зверя, что разгонял «закипающую» кровь по жилам. Под усиливающийся ритм боевых барабанов, зазвучавших в моём сердце.

* * *

Цане испуганно ойкнула, вжимая голову в плечи от жуткой ауры, что сейчас окружала вроде бы хорошо изученного паренька. Ей стало сильно неуютно находиться в аптеке. Хотелось поскорее из неё убраться. Неважно куда. Главное, подальше. Инстинкты твердили, находится здесь смертельно опасно. С большим изумлением посмотрела на руки, державшие лук, что сейчас слегка дрожали.

— Какого Ичи здесь происходит! — спросила разом пересохшими губами.

Будто мало ей страхов умереть неизвестно за что. Случайно оказавшись не в том месте, не в то время.

* * *

Канью, затаившись в уголке, с поблёскивающими в темноте алыми глазами тоже улыбалась, поглядывая на Тонга не менее хищной, счастливой улыбкой и с не меньшим безумием в глазах.

* * *

Собравшиеся на улице бандиты, напоминающие армию чёрных муравьёв, зачарованно притихли, впав в гипнотический транс, скованные внутренним ужасом и нерешительностью. На их плечи чуть ли не физически давила незримая тяжесть, заставляя пасть ниц, замереть, не дышать, лишь бы не спровоцировать затаившееся в доме голодное чудовище. На улицу опустилась полная, гнетущая тишина.

Наконец, не выдержав психологического давления, один из наркоманов, для храбрости обкурившийся дури, безумно заорав и потрясая оружием, бросился вперёд. Рассчитывая побыстрее с этим покончить. Его вопль, как и резкий рывок, словно сдёрнул пелену неуверенности с остальных. И вот уже под многоголосый вопль ярости и страха, вперёд устремилось людское море. Сражение за Цветочный дракон началось.

* * *

Этой ночью многие люди, кто не спал, с большим изумлением, и что таить, опаской, наблюдали за странным явлением. В ночном небе неожиданно зажглась новая звезда. Намного ближе, крупнее, ярче, загадочнее остальных. Казалось, она плыла прямо над городом, медленно и величественно, озаряя окрестности своим светом. Вот, в какой-то момент времени, от неё начали отлетать яркие искорки, которые огненными болидами устремились к земле, прочерчивая в тёмном небе яркие линии. Начался необычный звездопад. Красивый, завораживающий, но вместе с тем пугающий своей непредсказуемостью и необъяснимостью.

Люди сразу вспомнили о дурацких слухах, что весь день кружили по городу. Сначала единицы, за ними десятки, а потом уже и сотни, тысячи всё новых и новых горожан выскакивали на улицы, разбуженные громкими криками соседей. С растерянностью и восторгом они всматривались в небо, не веря своим глазам. Забираясь на крыши и деревья, чтобы было лучше видно. Звездопад продолжался, порождая всё новые волны разговоров. Народу стало совсем не до сна. Кто-то радовался, кто-то молился, кто-то загадывал желания. Не было лишь равнодушных.

Первые ловцы удачи бросились искать упавшие звёзды ещё до того, как прекратился звездопад. Опомнившись, народ словно безумный бросился собирать сокровища, падающие им прямо в руки. Никто ещё не задумывался к чему это приведёт. Не обращал внимания, что первая кровь уже пролилась и совсем не на монеты. Не знал, что с ними делать дальше. Однако, всё же нашлись те, кто подумал о завтрашнем дне. И судя по лицам, он их уже заранее пугал.

Границы частных владений не стали препятствием для возбуждённой толпы. Её не остановили ни крики, ни угрозы, ни удары палками. Послышались призывные звуки боевых горнов. Отовсюду. Старшие офицеры спешно поднимали на ноги и выводили на улицы гарнизон столицы, пытаясь взять ситуацию под контроль. С большим опозданием.

Самым несчастным человеком в городе на тот момент стал главный астролог губернатора. Он то и дело вытирал шею промокшим платком, с ужасом глядя в небо. Никак не мог придумать, что же завтра утром сказать своему господину. Ведь он обязательно спросит, что предвещает это событие.

Глава 4

События начали развиваться весьма бурно. То, короткая пауза затишья, когда казалось, само время остановилось, то, непрерывная чехарда сменяющих друг друга образов.

Вот в дверь, вынося её с петель, врывается толпа неадекватных психов, не понимающих, что прыгать в лоб на практика это какой-то мазохизм. Встречаю их силовой волной ци, так же прямо в лицо. Первую порцию отбивных с кровью вынесло обратно на улицу.

В ответ в меня летят какие-то острозаточенные железки. Не стал присматриваться. Зачем. Ухожу в сторону. Делаю шаг ближе к двери, пропуская одного противника мимо себя, а второго встречаю прямым ударом в корпус. Бедолагу сгибает пополам. Навсегда. Рано обрадовавшегося торопыгу выдёргиваю обратно, за шиворот, бросая спиной на лезущих следом товарищей. Сбил с ног сразу двоих, загораживая проход. Пока они убирали препятствие, каждому из замешкавшихся противников досталось по одному резкому удару в уязвимые точки. Всё, три трупа, валятся на порог, мешая остальным пройти.

Давление прущей на меня толпы столь велико, что баррикаду из трупов просто сносит с пути, вынуждая меня отступить. Начинаю волчком втискиваться в щели между вбегающими бандитами, раздавая удары направо и налево, работая локтями, коленями, корпусом, даже головой, не особо целясь. В такой толкучке не размахнёшься, да и засматриваться по сторонам некогда. Чуть зазеваешься, остановился, сразу снесут и натурально затопчут.

Удары, усиленные ци, разбрасывали их как тряпичные куклы, ломая всё, что только можно сломать. Растопырив пальцы, использовал технику под названием когти ци. Их окружила светящаяся, плотно сжатая аура, в форме длинных изогнутых лезвий. Самое то для работы на близкой дистанции в толпе по легкобронированным целям. Милосердие, жалость, брезгливость, нет, не слышал.

В разы ускорившись, принялся буквально полосовать и потрошить бандитов, напоминая разъярённого зверя. Кого по лицу полосну, кому живот вспорю, кому бок вскрою, кому ноги подрублю. Главное, делать всё очень быстро и жёстко. Воющую от ярости толпу, когда она уже сорвалась с цепи, не остановить разговорами или какими-то моральными принципами. Её можно только устрашить. На уровне инстинктов.

Уклонившись от меча, усиленное и ускоренное восприятие позволило легко заметить сколы на лезвии, отрываю руку вместе с оружием и ею же приласкал по морде ничего не успевшего понять мужика. Чтобы улетел в сторону и не мешался. Рывок вперёд, не давая нападающим сомкнуться в плотный круг. Одного роняю на пол, подрубая опорную ногу, второго, приёмом под названием раскрывающийся цветущий лотос, буквально разбрызгиваю по стенам и сзади стоящим товарищам. Пытаясь сдвинуться вправо, натыкаюсь на ещё одного самоубийцу. Локтем сбиваю атакующую руку, огибаю его и сразу же на ходу отрываю голову. Не став её у себя долго задерживать, швыряю в другого головореза, сбивая с ног, попутно ломая рёбра.

Наткнувшись на здоровяка, что преградил путь, не стал мудрить. Насаживаю на когти обоих рук. Оторвав тушу от земли, толчком отправляю вперёд, на следующего противника. Теперь вес играет против него. Пусть ловит и сам возится с будущим трупом, а мне некогда.

У меня не было времени делать всё аккуратно. Кровищей вокруг всё забрызгало от пола до потолка. Когда махать когтями стало неудобно, людская волна всё прибывала и прибывала, начал буквально рвать их на куски.

Не сказать, чтобы всё проходило легко и непринуждённо. Чем больше появлялось бандитов, тем сложнее становилось среди них передвигаться. Тут ещё трупы под ноги лезут. Ступить некуда. Впрочем, они мешали обеим сторонам конфликта. Второй волной среди обычных людей, набранных для массовки, чтобы истощить силы, ограничить простор, задавить телами, лишить обзора, постоянно отвлекать со всех сторон, подошли вражеские практики. Хлопот добавилось.

Ударив одного из бандитов, ничем не отличимого от остальных, внезапно наткнулся на силовой щит из уплотнённой ауры. Пока он пытался применить атакующую технику, пошёл на опережение. Повторным ударом, более быстрым и точечным, пробил щит, на всю длину руки, обратным движением вырывая гортань. Некогда мне с ним устраивать танцы. Практики намного живучее и выносливее простых людей, так что заслуживают особого подхода. Старался уложиться в один удар, чтобы гарантированно с ними покончить.

— Удар яростного фен…, — краем уха услышал пафосный вопль откуда-то слева.

Не раздумывая, вырываю из рук вовремя подвернувшегося бойца тесак, ломая ему кисть, отправляя подарочек тому говоруну. Не знаю, насколько красива у него должна была получиться техника ци, и уже не узнаю. Пусть перед девочками красуется своим красноречием. На том свете.

Чутьё на опасность подало сигнал. Засёк вспышку ци слева. Кто-то с хорошо развитым очагом запустил накачку атакующей техники. Подловив момент её пика, ухватившись за ближайшего бандита, рывком дёрнул на себя, поворачиваясь вокруг оси. В спину вовремя подставленного мясного щита воткнулась россыпь длинных каменных сосулек. Их кончики почти достали до меня, прошив его насквозь. Прыжок с места, позволил избежать каменного копья, внезапно ударившего из-под пола. Это уже другой практик отличился. Братья что ли. Больно аспекты между собой схожи.

Прокладываю себе путь к ближайшему шалуну. По пути кому-то сломал руку, под углом в девяносто градусов, кому-то снова оторвал голову. Зачем она ему. Раз уж сюда пришёл, значит, не имел её и до этого.

Подскочив к практику, наткнулся на довольно интересную защиту. Будущий труп окружил себя каменным щитом, похожим на кусок яичной скорлупы, покрытой шипами. Подозреваю, он ими ещё и стрелять может. Точно. Залп шрапнели принял почти в упор. Духовный покров выдержал, но местами царапин всё же нахватался. Ковырять летающий каменный щит, на котором уже отрастали новые шипы, можно, но долго. Пришлось познакомить бандита с искусством небесных сфер. Короткое истинное слово и деревянный пол под мужиком разошёлся. Он по пояс рухнул вниз, застряв на месте. Зажало словно в тисках.

Могучим пинком в нижнюю кромку щита, подбил его вверх, сразу же отправляя в открывшуюся щель волну разрушительных вибраций. Доспех из каменной кожи не спас. Вибрация не смогла его разрушить, только заставив потрескаться, но зато она обладала высокой проникающей способностью. У бандита все внутренности превратились в разорванную и перемешанную кашу. С грохотом упавшая на пол каменная плита щита, констатировала смерть. Будет ему надгробием.

Попытавшиеся меня атаковать противники нанизались на каменные игры, на два метра ударившие вверх. Подо мной словно гранитный колючий цветок распустился. Попали под дружественный огонь. Перепрыгнув кольцо окружения, наступив кому-то на голову, использовав в качестве ступеньки, попутно ломая шею, выскочил из ловушки. Словив прямой таранный удар, второй практик чуть не пробил собой внешнюю стену аптеки. Не получилось. Жаль. Мы запомним тебя как неудачника. Держи ещё одну волну вибраций. Как у него лопнула голова уже не видел.

— Да уйди ты, — рыкнул на какого-то недоумка, тычущего мне ножом в шею.

От вспышки гнева не рассчитал сил. Бедолагу разорвало пополам. Верхняя часть куда-то улетела, оставив только нижнюю. Очередной кровавый фонтан с разлетающимися кишками. Жажда крови значительно усилилась. Если раньше я что-то ломал, то теперь одним ударом начинал отрывать от основания. Моя аура начала сжигать ауры других людей, нанося им страшные повреждения. Хорошо пока не на физическом уровне. Слишком большие нагрузки вредны. Однако, даже если выживут, что вряд ли, со своим здоровьем и долголетием могут попрощаться.

Рядом зажёгся огненный шар. Подоспел ещё один заметный на общем фоне противник. Не раздумывая, произнёс истинное имя, — Огонь, — отдавая команду, — Назад!

Ещё и рукой махнул, посылая волну энергии. Моя воля оказалась сильнее. Огненный шар размазало взрывом в обратную сторону, значительно усилив, сжигая своего непутёвого создателя. Ну и ещё кого-то там подпалив из массовки. Буду я ещё их считать.

Ого, у них ещё и водник нашёлся. Ну, прямо полный набор стихийников. Обрадованно ломанулся в его сторону, расшвыривая всё, что попадалось на пути. Запуская в полёт. Кого-то целиком, кого-то по частям. Какие-то они лёгкие стали. И непрочные.

Под воздействием боевого безумия берсеркера слегка позабыл о том, зачем я вообще здесь нахожусь. В голове билась только одна мысль, как бы побыстрее их всех разорвать. Какое же счастье. Не надо ни о чём думать. Бей, руби, руби, бей и так по кругу. Бой барабанов в сердце только подогревал ритм боя.

* * *

Засевшая наверху Цане нервно дожидалась, когда же всё завертится. Станет просто некогда бояться или думать о чём-то постороннем. Вот в аптеку вломилась первая волна головорезов. Тонг, словно скучающе, положил группу бандитов прямо в дверях, создавая затор. Не помогло. Его захлестнула толпа вооружённых людей. Несколько бестолково, мешаясь друг другу, пытались задавить массой. Не помогло уже им. Он словно текучая капля просачивался в каждую щель, раздавая тумаки направо и налево. Бандиты начали складываться за ним словно колосья пшеницы за косой.

На миг показалось, что он сдержит их всех, но вторая, а затем и третья волна отжала его в центр зала, окружая, беря в плотное кольцо. Не обращая внимание на потери, бандиты лезли вперёд, чуть ли не по головам друг друга. Следом и практики подтянулись. Дальше, началось какое-то форменное безумие. Он словно мясорубка принялся кромсать их на фарш.

В стороны полетели руки, ноги, головы, развороченные в клочья тела. Кровь хлестала фонтанами, забрызгивая всё помещение от пола, до потолка. Грохот стоял такой, что можно было оглохнуть. Ещё и отвратительная вонь поднялась, вызывая тошноту. Смотреть на всё это реально стало страшно. В темноте кровь казалась чёрной, а бандиты какими-то ночными демонами, которые будто обезумевшие пёрли со всех щелей. Такое ощущение, словно тьма понемногу заполняла это здание, отвоёвывая его себе. Окрашивая всё в тёмные цвета.

К счастью, у Цане нашлись другие заботы, нежели чем сжигать себя в переживаниях и страхах. Часть нападающих отвлеклась от Тонга, выполняющего роль волнореза, гасящего удары волн, переключаясь на более доступные цели. Например, на неё и Канью. Спрятать альбиноса, подсвеченного молниями, в тёмной комнате, та ещё сложная задачка.

Поначалу на женщину внимание не обратили, не заметив в горячке боя. Самые отважные бросились прямиком к девочке. Сначала один, потом второй, потом трое, пятеро. Не добежал ни один. Стрелы пропели свою похоронную песню, короткую, но победную. Каждый из бандитов обзавёлся непредусмотренной дырой в голове. Усиленные выстрелы пробивали черепушку чуть ли не навылет. Промахнуться с такого расстояния она не боялась.

— Там лучник! — воскликнул самый зоркий, за что тут же заполучил стрелу прямо в глаз, откидывая его назад.

— Ах ты сук…, — попытался что-то сказать другой, но захлебнулся собственной кровью.

Со стрелой в горле много не наговоришь. Следующая цель оказалась сложнее. Стрелу сбили воздушным порывом ещё на подлёте. Цане не останавливаясь, работая как механизм, без остановок, выхватила следующую с оперением другого цвета. Её отклонить ветром у практика уже не удалось. Закрученная на древке печать рассеивания ци сгорела, но свою задачу выполнила. Практик ушёл на перерождение.

К сожалению, перестрелять всех, как кур, у Цане не вышло. Кончились стрелы. Плавным движением выхватив новые парные тесаки, с воинственным кличем пошла в решительную атаку. Заражаясь боевым безумием Тонга. Подражая ему.

Совершив впечатляющий прыжок, прямо в гущу врагов, мельницей закрутилась между ними, переходя на сверхскорость с лёгкостью рассекая вражескую плоть. Следом рванулась в сторону Канью, попутно сносив всех, кто попадался на пути. На один вражеский удар, отвечала пятью собственными. С лёгкостью обходя блоки, опережая контратаки и прочее. Противники просто не поспевали за ней. Особенно часто пользовалась приёмами по отсечению голов. Сносила их одна за одной.

Нарвавшись на практика, который ударил огненной техникой, тенью переместилась к нему за спину, отправляя на перерождение и этого. Следующий противник, обладающий очень большой скоростью, пользующийся летающими клинками, заставил её надолго увязнуть в напряжённом поединке. Слишком шустрый попался, с опасными техниками, которого взять с наскока не удалось. Провозилась до тех пор, пока ударившая сбоку белая молния не прожгла в нём сквозную дыру, размером с тарелку. Возникший справа мерцающий барьер, прикрыл от россыпи каменных пуль. Не оставшись на месте, барьер упавшей плитой размазал подкравшегося сзади практика по стене, прихлопнув, как муху ладонью.

Не имея времени нормально поблагодарить за своевременную помощь, Цане разъярённо налетела на следующую группу врагов по левую сторону от девочки. В тех, что по правую, ударили новые молнии. Которые, впрочем, увязли уже во вражеском барьере. Этого не заметила, поскольку из-за слишком большого количества врагов сама оказалась в сложном положении раньше, чем хотелось бы. Тут ещё парочка свежих практиков подоспела к ним на помощь. В неё полетели воздушные секущие лезвия. То, что под эти атаки часто попадали союзники никого не волновало.

Цане, загнанным в угол зверем металась среди бандитов, рыча, рубя, пинаясь, стараясь не думать о том, через сколько минут её всё-таки сомнут. Пространства для манёвра оставалось всё меньше.

Канью в это время тоже испытывала сложности. Закрылась в барьере кубической формы, как в аквариуме. Мало того, на небольшом отступлении от него запустила кольцо из вращающихся по кругу тоненьких молний, сформировав из них сеть. Хоть к ней никто и не мог подступиться, но энергию подобная высокоуровневая техника жрала просто с умопомрачительной скоростью. К тому же от молний деревянные полы и потолок уже начинали потихоньку загораться, грозя запечь её как зайца в духовке.

* * *

Скольких бы я не убил, на смену одним глупцам постоянно прибывали другие. Как и должно было произойти, меня всё же завалили массой. Накрыли своими телами, погребая под своеобразным курганом. Ещё и сверху запрыгивали на общую кучу. Если надеялись тупо раздавить, то обойдутся.

— Огонь, — произнёс истинное имя.

Моя аура разгорелась настоящим пламенем, превращаясь в подобие факела, заставляя рано обрадовавшихся бандитов, навалившихся сверху, завыть от ужаса и боли. Напрягшись, поднял на себе всю эту кучу, расшвыривая загоревшихся людей по сторонам, внося в ряды бандитов ещё больше хаоса и неразберихи. Теперь на меня прыгать уже не спешили. Скорее, наоборот, шарахались, как от прокажённого.

— Дерево, — произнёс следующее истинное имя, щедро плеская в него силой из переполненного очага.

От половых досок оторвалась груда мелких острых щепок, взлетевших на высоту полутора метров.

— Вперёд! — отдал короткую команду повеление, опять же вливая в неё энергию ци.

Град щепок разрушительными стрелами пронзили отшатнувшихся назад бандитов, пробивая их навылет, вместе с немногочисленными доспехами, щитами и оружием. Кто им сказал, что я лёгкая добыча. Если в своё время и при двух духовных звёздах истока умудрялся неплохо погулять, то уж при четырёх, доступных на данный момент, я их вообще, в колбасные кружечки закатаю и закопчу. Это должен был понимать и организатор акции.

Парочку экспертов, которых он каким-то чудом нашёл, я уже похоронил. Практики первой, второй и третьей ступеней развития очага ци, для меня не угроза. Редкие четвёрки заканчиваются. Один наседает на Цане. Второй не даёт высунуться из-под панциря Канью, постоянно закидывая её каким-то странно блестящим песочком. Он словно разъедал барьеры, которые приходилось постоянно латать и рассеивал молнии.

В тот момент в горячке боя я как-то не обратил внимание, что с чёрного входа, со стороны складов к нам так и не заявилось ни одного неприятеля. Коридоры оставались подозрительно пусты. Хотя перед боем точно помнил, аптеку взяли в кольцо окружения.

«Ну, где же ты, родной»? — мысленно позвал убийцу.

Если всё затянется надолго, то мы начнём выдыхаться. Возможно, зря я его позвал.

Чутьё взвыло дурным голосом, заставляя резко бросаться в сторону. Артефактный кинжал, окутанный тёмной дымкой, едва не вошёл мне сзади под сердце. Убийца, воспользовавшись маскирующими свойствами одежды, сумел подобраться незамеченным почти вплотную.

Промахнувшись, убийца не растерялся, сразу же указывая на меня рукой. Перстень на его указательном пальце с печаткой в виде свернувшегося скорпиона, зловеще засветился. Непонятно чем, но по мне хорошенько врезали, будто брёвнышком приласкали. Теперь уже я отправился в полёт, ударившись спиной о стену. Воздух из лёгких выбило разом. Поспешно нагнувшись, избежал ядовитой стрелки из скрытого самострела, закреплённого на запястье. От её яда стена начала сгнивать буквально за секунды.

Размывшись тенью, убийца попытался нанести новый коварный удар, делая хитрый финт. С трудом его блокировав, ответил встречной атакой, вложив в неё прорву энергии. Но тут под кулак влетела небольшая металлическая сфера, развернувшаяся в много сегментный артефактный щит, который отразил весь урон. Чуть руку мне не сломал, гадёныш.

— Сдайся и умрёшь легко, — предложил убийца.

— Я слишком тупой, чтобы выучить это слово, — огрызнулся в ответ.

Подобные схватки не длились долго. Один смертельный удар и всё. Ни убийца, ни я, не хотели затягивать, опасаясь подвоха. Растрачивать силы на пустые движения. Это не учебный поединок, чтобы оттачивать мастерство. Дашь противнику шанс победить, и он обязательно им воспользуется. К тому же мне нужно было оставить некоторый запас энергии на финальный штрих.

Короткая сшибка с быстрым обменом ударов закончилась вничью. Я не смог ни обойти, ни пробить его артефакт защитного типа, поскольку тот оказался слишком высокого ранга. Убийца тоже не смог нанести по-настоящему опасный удар, не сумев превзойти меня ни в умениях, ни в сноровке. Пришлось воспользоваться козырями.

Позволил убийце ударить первому, чтобы раскрыться. Кинжал молнией устремился мне в шею. В этот же миг контратаковал, попав пальцами по его запястью, выбивая оружие из рук и пуская в ход секретную технику музыки небесных сфер, — Пульс семи рек. Однако и убийца воспользовался секретом, который до этого прятал в рукаве. Его кинжал, уже падая, внезапно переместился в пространстве, всаживаясь мне в спину. С лёгкостью пробил духовный доспех как бумагу.

Как только он в меня вонзился, почувствовал активацию какого-то смертельного проклятья, которое было способно убить даже мастера шестой ступени развития очага ци. Однако одновременно с этим в меня ударил разряд белой молнии, прилетевший откуда-то из глубины зала, погасив его как свечу. Выжгла изнутри. Однако, возникло смутное ощущение, что это было излишним. Чутьё на опасность по странной причине в этот раз промолчало.

Кинжал с треском развалился на мелкие кусочки, не выдержав отката. Единственное, что от него осталось, так это дыра в спине, из которой тут же хлынула кровь. И ожог на груди, куда прилетел разряд молнии.

— Достали всё-таки, негодяи, — проворчал, облокачиваясь на стену от внезапно нахлынувшей слабости. — Оба.

Порадоваться успеху убийца не успел. Моя техника закупорила выходные клапаны его очага, а входные простимулировала на мощный выброс энергии ци. От этого не было защиты. Убийцу изнутри разорвало на ошмётки как раздувшийся кровяной шарик, окончательно забрызгивая меня кровью с ног до головы.

Бандиты слегка опешили, потеряв работодателя, в которого безоговорочно верили. Не давая им опомниться, а то ещё чего удумают, произнёс.

— Огонь!

В это слово вложил всю оставшуюся энергию. Больше нет смысла её придерживать на конец боя. Он уже наступил. Своей цели я добился. В стороны от меня разошлось кольцо огня, поджигая всё, чего касалось. Лишь докатившись до Цане и Канью, разорвалось в двух местах, обходя их стороной. Аптека превратилась в филиал огненного ада. Всё новые и новые волны огня накатывали на стены и людей, поджигая их. Деревянное здание мигом превратилось в ловушку. Бандиты гурьбой ломанулись на выход, позабыв про всё на свете. Их мораль окончательно пала. Мертвецам деньги не нужны.

— Сгорим, но не сдадимся! — громко заорал, выпуская весь оставшийся в лёгких воздух.

Вот теперь точно всё. Спустя пару секунд рядом появилась встревоженная Цане. Грязная, окровавленная, подранная, с суматошным блеском в глазах, но счастливая, что пережила этот кошмар. На фоне пламени смотрелась словно богиня войны. Аж дымилась вся. Видимо, всё же справилась со своим противником. «Молодец», — мысленно похвалил фуци.

— Бежим! — проорала мне на ухо как будто я глухой.

О ране можно было позаботиться и чуть позже. Канью, со всех сторон прикрыв барьером от обжигающего пламени, довела нас до подвала. Ещё и временный навес сверху соорудила, чтобы увеличить запас времени.

— Ты ранен? — серьёзно обеспокоилась девочка, втянув носом воздух.

— Жить буду. Прихвати повязкой сверху. Пока и так сойдёт.

Прислушавшись к доносившемуся сверху треску огня, пожиравшего аптеку, Цане торопливо принялась оказывать первую помощь. О запашке оттуда лучше было не задумываться. Как и о капающей сверху крови, просачивающейся между досками пола.

— Не затягивай так сильно, женщина! — взвыл от острой боли в отбитых рёбрах. — Смерти моей хочешь? Ты, вообще, на чьей стороне?

— На стороне тех, кто тебя не любит! Ты приносишь мне неудачи, — обвинили меня, завязывая прочный узел.

По подземному ходу, напоминающему туннель для отвода сточных вод, забрались довольно далеко от, теперь уже бывшей, аптеки. Он привёл в какой-то погребок, где хранились соленья и маринады. По пути парочку попробовал. Совсем недурно. Так, с баночкой солёненьких огурчиков в руках и вылез наружу, аппетитно хрустя. Настроение было приподнято-боевое, несмотря на рану.

Не понял, чего это на меня так странно посмотрели Канью и Цане. Может, тоже проголодались.

— Будите? — щедро предложил спутницам.

Отказались. Ну как хотят, мне же больше достанется. Полез рукой за следующим огурчиком.

— Тонг, тебя не смущает, что ты ранен? — заинтересовалась Цане. — Весь в крови и дерьме. Мы едва не сгорели. Не захлебнулись в сточной канаве. Не лишись голов. По твоей милости, — повысила голос, обвиняя меня во всех грехах.

— Неа, — равнодушно пожал плечами. — Так что теперь, из-за этого на диету садиться? Кишки-то целые. Точно не будешь?

Посмотрев в тёмное небо, с сожалением вздохнул. Опоздал. Вот что за невезение.

Цане в это время оглядывалась по сторонам. Рассматривала какие-то дворы, хозяйственные постройки, заборы. Чуть дальше виднелся небольшой пустырь. Зато, с другой стороны, возвышался целый жилой комплекс из нескольких соединённых между собой зданий и павильонов. Хорошо освещённый, украшенный скульптурками, декоративными кустами, множеством фонарей и обилием решетчатых ставен, закрытых бумагой. Заметила ряды открытых балкончиков и террас, на которых стояли женщины в ярких шелковых платьях, украшенных всевозможными рисунками и узорами. Все они смотрели в сторону города. Что примечательно, бумажные подвесные фонари на здании были красного цвета.

Проследив за взглядом Цане, увидел это чудо. Ни одного мужчины рядом с женщинами так и не заметил, сколько не высматривал. Хороший знак.

— То пусто, то густо. Бордель. Вроде неплохой. Может, и не элитный, но марку держит. Зайдём? — простодушно предложил безо всякой задней мысли.

— Зачем? — Цане смерила меня нехорошим взглядом.

— Что ты как маленькая. Чтобы привести себя в порядок. Или предлагаешь в таком виде топать через весь город непонятно куда? Искать встреч непонятно с кем? Тебе так хочется продолжить бойню? Нет? Так и подумал. Я же, в отличие от тебя, хочу по-человечески умыться, поесть, поспать. Нам нужно на время затаиться. Какое-нибудь укрытие. Желательно комфортабельное, с услугами, где всё под рукой. Не забывай, я ранен. Сама же сказала. Вот, — показал рукой в направлении борделя. — Идеальный вариант.

— Почему мне кажется, что ты всё это придумываешь прямо на ходу, — с подозрением прищурилась Цане, сверля меня проницательным взглядом.

— Тебе кажется, — скромно возразил, отодрав от замызганной по самое не хочу одежды прилипший кусок чьей-то кожи. — Кстати, у тебя деньги есть? — перевёл тему.

— Допустим, — не стала отрицать.

— Одолжишь? На недельку, — сложил перед собой руки, выражая просьбу.

— Если только на неделю, — как-то слишком легко согласилась Цане, передавая мешочек с деньгами.

Заглянув внутрь, подивился. Да она сама щедрость сегодня. Интересно, что на неё нашло. Или тоже хочет поскорее посетить купальню, полежать в горячей ванне.

— Канью, можешь радоваться. Сегодня нам не придётся спать под забором и шариться по помойкам, — преувеличенно бодро обрадовал девочку. — Мы идём в бордель!

— Ты как-то странно это сказал, — Цане так и не избавилась от сомнений. — так, стоп! — опомнилась, ухватившись за мои слова. — Что значит, сегодня? А раньше так уже поступали?

— Дорогая, ну не при ребёнке же, — укорил вспыхнувшую от возмущения и злости фуци.

С трудом отбившись от расспросов Цане, возглавил шествие нашей жуткой компании. Когда девушка, встречающая гостей в холле, увидела нас, у неё чуть припадок не случился. Её помощница, в строгом синем платье с жёлтым поясом, оказалась более впечатлительна. С визгом бросилась бежать, едва не спотыкаясь в своих узких туфельках, поддерживая юбку. Нервная какая-то. Новенькая, наверное.

— Здравствуйте уважаемая. Гостей ждёте? — с широкой улыбкой, по-доброму спросил молодую барышню.

Девушка, побелев как мел, сползла по стеночке. Не понял, а с этой-то что. Озадаченно заглянул за стойку, чтобы убедиться, дышит ли. В холле было подозрительно пусто и тихо. Даже позвать на помощь некого. А нет, вон бегут. Со странными выражениями лиц.

— Себя в зеркало видел, гость? — недовольно зашипела на ухо подошедшая ближе Цане. — Ты как будто в крови искупался. Ещё в чьих-то мозгах, — добавила, сняв ошмёток, который я пропустил. — У тебя белеют только глаза и зубы. Которые ты девочке и продемонстрировал. Полный рот зубов, все сразу.

К нам по лестнице спешно спустилась хозяйка этого заведения. В сопровождении троих мрачных мужчин, вооружённых мечами, с на лобными повязками чёрного цвета. Пожилая женщина, всё ещё сохранившая остатки былой хорошенькой фигуры и красоты, подчёркнутой толстым слоем макияжа, держась уверенно, с достоинством. Женщина беглым взглядом осмотрела нашу троицу, стараясь ничего не упустить. Даже не вздрогнула, показывая хорошую выдержку и твёрдый характер.

— Чем могу помочь, уважаемые? — сухим тоном потребовала объяснений.

На отключившуюся девушку бросила всего один взгляд, убеждаясь, что она ещё дышит.

— Мыться, стричься, столоваться и спать! — с громким стуком опустил пухлый кошелёк на столешницу стойки.

Ещё раз по-доброму улыбнулся. Её спутники несколько нервно дёрнулись, стискивая рукояти мечей. Хозяйка вновь окинула нас взглядом, только уже более вдумчивым и оценивающим. От меня исходил жуткий запах крови, но не ощущалась её жажда. Скорее производил впечатление пусть и грязного, взъерошенного, но усталого, сытого, довольного собой кота, обожравшегося сметаны. Тонкий нюанс, который заметила хозяйка, но не заметила девушка за стойкой.

— Золото обычное? — уточнила сразу.

Какой интересный вопрос. И многообещающий.

— Имперское. С монетного двора его самого.

— Линь, — повысив голос, кликнула хозяйка борделя. — Линь! — ей пришлось повторить приказ срочно явиться, интонацией передав, что она с ней сделает в противном случае.

Девушка, что осторожно выглядывала из-за угла, торопливо подбежала, кланяясь хозяйке. Ей определённо не хотелось здесь находиться, но мадам она боялась больше, чем нас.

— Линь здесь, госпожа Жуй.

— Проводи гостей в купальни. Отмыть, почистить, приготовить сменные одежды. Эти, — на секунду замешкалась, оценивая их состояние, — сжечь. Накрыть стол в третьем хризантемном зале. Какие-нибудь особые предпочтения будут? — уточнила уже у нас.

— Побольше мяса и рыбы, — скромно попросил хозяйку. — Остальное не принципиально. Огурчики у меня с собой.

Хозяйка продублировала мои пожелания. Посмотрев на Цане и Канью, всё же уточнила, довольно любопытно обыграв интонациями свой истинный интерес.

— Ваши… спутницы с вами? Для них приготовить отдельные купальни? Трапезную? Спальни?

Захотелось пошутить, но тут чуйка подала определённый сигнал, подсказывая, — Лучше не стоит. Причём угроза исходила сразу от обоих фуци. Как хорошо они меня знают. Или думают, что знают.

— Купальни отдельные, трапезную общую, спальни отдельные, — перечислил наши пожелания.

Уровень угрозы со спины стал значительнее ниже.

— Линь, распорядись. Прошу за мной, уважаемые гости, я покажу, где вы можете переодеться и привести себя в порядок.

Пока шли следом за хозяйкой борделя, которая ни словом не обмолвилась о дополнительных услугах, Цане обратила внимание, что здесь как-то подозрительно тихо. Казалось бы, самый разгар их «рабочего дня». Где все?

Огромный холл и залы первого этажа казались почти пустыми. Лишь немногочисленные девушки да слуги сновали по своим делам, что-то увлечённо обсуждая. Пока не замечали нас. Испуганно шарахаясь в стороны, тут же притихали. Провожая шокированными взглядами настолько необычных гостей, дожидались, пока мы не скроемся из виду. Лишь присутствие хозяйки немного их успокаивало, убеждая, что всё в порядке. Гости хоть и страшные, но безопасные. Пока.

— Скажите, а почему у вас так тихо? — полюбопытствовала Цане.

Клиенты всё же начали попадаться в глубине «Сада тысячи персиков», как называлось это заведение, но штучно. Пьяные, веселящиеся мужчины, которых окружали стайки щебечущих разные глупости женщин. Большинство же комнат по-прежнему оставались пусты.

— Наши гости решили временно отложить визит в «Сад тысячи персиков». Предпочти сегодня испытать удачу в азартных играх, — завуалировано объяснила ситуацию.

Если Цане не поняла в чём тут шутка, то мы с Каню понимающе переглянулись. К хозяйке подбежал один из охранников и что-то прошептал на ухо.

— Да. Усилить охрану. Никого с оружием не впускать. Каждому объяснить, к нам ничего не залетало. Охотники за монетами уже были. Ушли разочарованными. Пусть почаще напоминают, что мы находимся под покровительством клана Янь. Распорядись поставить их флаги возле входа. Лучше отпугнуть парочку гостей, нежели нервировать наших девочек.

Когда охранник ушёл, Цане поинтересовалась в чём дело. После случившегося она всё ещё остро реагировала на любые непонятные движения вокруг нас.

— В городе сегодня шумно. Говорят, начались небольшие беспорядки. На улицы выводят солдат. Лучше подстраховаться, — объяснила хозяйка, удивившись, почему мы не знаем того, о чём знает уже почти весь город.

— Неужели банды чёрных кварталов устроили крупномасштабный налёт? — нахмурилась Цане.

— Сейчас пока ещё непонятно, что происходит снаружи. С верхних этажей видно, как в городе мелькают сотни огней, а на улицах стало довольно оживлённо. После этого странного звездопада народ пока ещё в растерянности. Не весь, к сожалению.

— Звездопада? — недоверчиво ухватилась Цане за это слово. — Хотите сказать сегодня действительно с неба падали золотые монеты? Слухи о мистическом наследии древнего практика правдивы? Шутите?

— Нет. Монеты там падали или что-то другое, не знаю, но выглядело всё действительно необычно. Завтра будет больше новостей. Пока же мои девочки слегка встревожены, не зная, как это отразится на нас.

— Почему? — вновь удивилась Цане. — Даже если на самом деле объявилось наследие древнего практика, хотя и не верится, вас-то как это коснётся? Вы что, тоже на него претендуете? Или люди внезапно перестанут испытывать естественные потребности? Сомневаюсь. Как раньше веселились, пили и гуляли, так и дальше будут этим заниматься. Для того чтобы что-то изменилось, нужно что-то большее. Например, падение кометы, — недоверчиво покачала головой.

— Безусловно, — согласилась хозяйка. — Потребности людей какими были, такими и останутся. Это в их природе. Проблема в том, что на поле боя, чего я опасаюсь больше всего, за удовольствие не всегда платят. Чаще всего его берут даром, по праву сильного. Появление наследия древнего практика привлечёт в Солнечный камень множество самых разных людей. Обострит внутренние противоречия. Боюсь, может начаться передел власти. В такие смутные времена гарантий безопасности нам никто не даст. Без них не будет уверенности в завтрашнем дне. Вот что пугает моих девочек.

— Это проблема кланов и губернатора, вы-то тут причём?

— Наш покровитель клан Янь, — спокойно объяснила хозяйка. — Он ограждает нас от хулиганов, распоясавшихся аристократов и ушлых торговцев, задирающих цены. Оберегает девочек от преследований и домогательств. Если он останется на своих нынешних позициях или улучшит их, то всё в порядке. Если же наследие практика достанется его противникам, ситуация может измениться. Воевать-то будут кланы, а платить кому? Сегодня мои девочки относительно свободны, независимы, живут и зарабатывают деньги для себя. Завтра, могут оказаться неизвестно где, занимаясь, неизвестно чем. Даже не берусь гадать, насколько изменятся наши доходы в ближайшие дни.

Дальше нагружать гостей своими опасениями не стала. Минутка слабости закончилась так же неожиданно, как и началась. Хозяйка проводила нас до красиво оформленных раздевалок со стенами, расписанными живописью.

— Располагайтесь. Всё необходимое сейчас доставят.

* * *

Эта ночь выдалась в городе беспокойной. Конечно, никаких бунтов и погромов не было. Всего лишь один большой бардак да неразбериха. Люди единовременно не сошли с ума и не ринулись убивать из жадности всех подряд. Большинство и вовсе осталось в своих домах.

Однако многие увидели в происходящем окно возможностей. Не только кланы и независимые практики. Кто-то захотел поправить своё материальное состояние. Кто-то возвыситься или упрочить положение в обществе. Кто-то заслужить благодарность власть имущих, а то и просто рискнуть. Проснулись коллекционеры диковинками. Мошенники всех мастей. Беднота, которым кроме штанов терять-то нечего. Особенно счастливы были сплетницы, которым теперь тем для обсуждения хватит на долгие месяцы, если не годы. Золотая лихорадка в людях только-только просыпалась, ещё не определившись с конечными формами.

Серьёзные игроки на политической арене Уваня этой ночью и вовсе ничего не предпринимали. Ждали утра, чтобы в рабочей обстановке спокойно, не спеша, определиться с дальнейшими шагами. Многие из них понимали, зачем суетиться с поисками сокровищ сейчас, если можно забрать готовый результат чуть позже. Сначала нужно посмотреть, куда подует ветер. Стоит ли, вообще, влезать в эту заваривающуюся кашу. Если стоит то, с кем, или против кого. Их интересы охватывали намного больше вещей, помимо банального желания обогатиться. К тому же военная машина кланов, как любой громоздкий механизм, запускалась не сразу, с проворачиванием, натужно, но уж если пошла в ход, то остановить её становилось намного сложнее. Сносила с пути любое препятствие.

* * *

Ранним утром, разглядывая обгоревшие руины Цветочного дракона, Линьшу гадала, что же здесь произошло. Настроение у неё было самым паршивым. Мало того, что сгорела аптека, так ещё и несколько соседних домов выгорело дотла. Кто всё это будет оплачивать, непонятно. Нет, конечно, в первую очередь придут к ней, но ничего не добьются. Официально у неё нет ни дорогостоящего имущества, ни серьёзных сбережений. Как и обеспеченной семьи за спиной.

Неплохие накопления есть, но в тайниках. Заработанные незаконным путём, что может вызвать ненужные вопросы. Залезать в кубышку, значит, остаться нищей. Лишиться всего, чтобы потом начинать заново с самых низов. Не лучшая перспектива. Она уже не молодая козочка, чтобы безбоязненно решаться на такие крутые перемены в жизни.

Не залезать, прямая дорога в долговой дом, чего лучше избегать любыми путями. Выбраться оттуда крайне сложно. Чаще всего должников ждала незавидная судьба. Могли продать как скот на рынке во временное рабство. Да, даже если удастся избежать отправки на рудники или в бордели, то долговой дом, эта та же тюрьма. Условия содержания в нём не самые лучшие. Там легко можно потерять здоровье, или заразиться какой-нибудь гадостью. Про сохранность репутации даже говорить нечего.

Линьшу решила временно залечь на дно, пока всё не утихнет. Если надо, сменить внешность, фамилию, место жительства. Благо связи и деньги для этого имелись. Радовало лишь одно. Если её и будут искать то, как мелкого должника. Попадётся, хорошо, не попадётся, да и Айша с ней. Никто ради этого землю носом рыть не будет. Да и всегда можно откупиться, даже если найдут. Были бы деньги.

Все улики, которые повлекли бы серьёзные обвинения, сгорели без следа. Поди, докажи, что она занималась контрабандой.

— Будем надеяться, Ражан не сильно расстроиться задержкам в поставках, — тяжело вздохнула Линьшу. — Чуть позже придумаю, какое бы ещё организовать прикрытие.

Бросать опасное занятие она не собиралась. Слишком уж оно прибыльное и заманчивое для бывшей сироты. Давно уже усвоила, деньги и связи в этом мире решали очень многое. Гораздо больше, чем личная сила.

* * *

На место пожарища в течение дня приходило довольно много народа. Соседи. Дознаватели из четвёртого стола имперской службы. Квартальный староста. Стража. Друзья и знакомые потерпевших и пропавших без вести. Охотники за монетами. Эти проходимцы подтягивались в течение всего дня. Спрашивали, а не из-за этого ли тут произошло такое масштабное побоище. Не падали ли поблизости монеты. Точно не падали? А если найдут, могут ли забрать себе? Предлагали свою помощь в поисках, точнее, обысках тел погибших.

Невзирая на домашний запрет, прибежала Фунэ Цяо. Выяснив, что опознать большинство тел в аптеке не представлялось возможным, ушла крайне опечаленная и задумчивая. С трудом сдерживая слёзы.

Джанг Вэй с мрачным видом недолго постояла на краю собравшейся толпы зевак. Ушла недовольная и раздосадованная.

Приходили люди из клана Шень. Интересовались причинами пожара. Они с недавних пор заявлялись на любое подобное происшествие.

Неприметно покрутились на месте событий два довольно интересных персонажа. Красноволосый мужчина с узким лицом и светловолосый молодой степняк в одежде мелкого купеческого приказчика. В отличие от клановцев, их интересовала не столько аптека, сколько погибшие, которых весь день вывозили с места побоища. Характер повреждений, их количество, аура убийцы, запечатлевшаяся на трупах. Попутно степняк выспрашивал, не находил ли кто тела ребёнка.

На добровольных началах попытался оказать помощь в разборке завалов и вывозе трупов большой отряд хорошо вооружённых фуци, одними из первых прибывших на место трагедии. Ещё ночью. Полукровки вели себя довольно агрессивно и нервно, поэтому их быстренько отправили восвояси.

* * *

Утро добрым не бывает. Давно уже усвоил эту простую истину.

Где-то рядом, за тоненькой перегородочкой бушевал скандал, который сильно мешал уставшему мне. Какие-то недоумки предъявляли претензии, что здесь плохое обслуживание. Требовали либо вернуть деньги, либо предоставить компенсацию в виде других девушек. Естественно, бесплатно. Судя по голосам, недовольных было много. Плохо понимающих родную речь, поскольку через каждое слово вставляли то мат, то какие-то непонятные фразы.

Поняв, что спокойно поспать всё равно не дадут, решил, не стоит дальше мучиться. Отпихнув лежащую на груди женскую ручку, перебрался через голую красавицу с распущенными волосами, что сладко сопела в две дырочки, уютно устроившись под бочком. Из одежды нашёл только тоненький халат да набедренную повязку, что любезно подарили вчера за счёт заведения. Нашу одежду давно сожгли, как не подлежащую восстановлению. Рана уже беспокоила не так сильно, как вчера. Видимо, регенерация потихоньку брала своё.

Стараясь не будить прелестницу, хотя понятия не имею, как она могла спать при таком шуме, отправился предъявлять уже свои претензии. На ходу нацепив плетённые соломенные сандалии, прошлёпал к беспокойным соседям, сонно зевая и глядя на мир сквозь прищуренные заспанные глаза.

В такой же комнатке, как и у меня, наткнулся на две группы спорщиков. Смотрительница третьего этажа, на котором размещались гостевые спальни в присутствии двух молоденьких, сильно обеспокоенных девушек, наспех одетых и растрёпанных, выясняла отношения с тремя мужиками не самой благородной внешности. Да и столь же соответствующими манерами.

Нагло тыча пальцами, клиенты требовали наказать этих ленивых шлюх, за плохое обращение и недостаточное старание, прислав взамен новых. Оскорбляли их как хотели, сравнивая то со свиньями, то с брёвнами. Смотрительница возражала, требуя, чтобы немедленно уняли свои хотелки и либо выметались отсюда, либо доплачивали. Словам девушек о том, что все услуги были оказаны согласно высоким стандартам «Сада тысячи персиков» верила больше. К тому же прелестницы настаивали на том, что ночью эти скоты вытворяли с ними всякие непотребства и не жаловались. Только утром решили, что их что-то не устраивает. И вообще, это им требуется компенсация за порчу товарного вида. Здесь приличное заведение, а не уличный притон с бесправными рабынями.

Уступать не собиралась ни одна сторона. Угроза вызвать охрану и вышвырнуть их на улицу, мужиков не пугала. Двое из них были практиками. К тому же они в этом городе проездом и о всяких кланах Янь никогда не слышали и слышать не хотели. Если сейчас к ним не отнесутся как к важным гостям, не принесут извинения, то они грозились свернуть шеи этим курицам, а потом отлюбить саму смотрительницу, одну на троих. Со всеми упомянутыми непотребствами.

Прислонившись к дверному косяку, с минуту лениво ковырялся в ухе, вникая в суть спора. Запоминая новые ругательства. Довольно любопытное построение словесных конструкций с упоминанием фольклорных особенностей их родной местности.

— А ты чего вылупился, урод? Тоже хочешь присоединиться? Распробовать этот персик? — с пошлой усмешкой сделали мне щедрое предложение, заметив в дверях.

Один из троицы грубо ткнул пальцем в грудь смотрительницы. Последовала звонкая пощёчина. И не одна. От ответной, женщина с разбитой губой в шоке упала на пол.

— Заткнись овца. Надоело уже слушать твоё блеенье. Не мешай мужчинам разговаривать.

Побледневшие девушки испуганно притихли. Одна из них в сомнениях посмотрела на перегороженный выход, не зная, на чьей я стороне. Позволю ли убежать за помощью или же присоединюсь к этим скотам.

— Феечки, будьте добры, возьмите свою начальницу, — кивнул на смотрительницу, — и подождите нас пару минут в коридоре. Мужчинам поговорить нужно. Пожалуйста, — вежливо улыбнулся, излучая саму доброту и любовь к ближнему.

Поспешно ретировавшись, женщины с пониманием отнеслись к просьбе прикрыть за собой дверь, оставив нас наедине. Не прошло и пары минут, как им показалось тишины, а я уже вышел обратно из комнаты, вложив руки в разрез халата, чтобы удобнее было их держать. Озадаченным женщинам, навострившим ушки, огласил итоги встречи.

— Всё. Мы поговорили, и я решил. Уважаемые гости снимают все претензии к «Саду тысячи персиков». Они просят извинения за все причинённые неудобства. А также просят пригласить носильщиков и нанять рикш, дабы доставить в гостиницу. За их счёт. В качестве ответной благодарности, помогите уважаемым людям привести себя в порядок. Умыться, одеться, причесаться. Боюсь со сломанными рукам сделать это будет слегка сложновато. Как и со сломанными ногами дойти до выхода. Будьте любезны, не откажите болезным в помощи.

Осторожно заглянув за приоткрытую дверь, смотрительница удовлетворённо кивнула, мстительно улыбаясь распухшей губой.

— Будьте уверенны. Мы позаботимся о наших гостях со всем старанием.

Судя по тому, как это было сказано, на месте потерпевших я бы прямо сейчас уже полз на выход. Самостоятельно. Вспомнив о досадном упущении, перед уходом, со смущением обратился за помощью.

— Уважаемая, не подскажите, как звали ту прелестную фею, что помогала мне вчера раздеться? Запамятовал спросить её имя.

Смотрительница этажа вопросительно посмотрела на девушек. Одна из них рассмеялась, пряча улыбку за ладошкой.

— Киа, господин.

— Ты же её не видела, — удивился столь быстрому ответу.

— Я по голосу узнала.

— Так она вроде ничего не говорила, — не смог припомнить подобного.

— Но и не молчала же, — теперь и вторая бесстыдница рассмеялась.

— Да? Как хорошо, что женские гостевые комнаты расположены в другом конце здания, — порадовался подобному факту.

— А вы красивы, молодой господин, — неожиданно призналась первая девушка. — Очень. Если не против, в следующий раз пригласите меня помочь вам с одеждой. Я буду стараться лучше, а возьму вдвое меньше.

— Яя, — укоряющие осадила её смотрительница.

— Я не только красив, — самодовольно задрал нос, — но у меня ещё и богатый внутренний мир. Ты себе даже не представляешь, насколько, — добавил уже совсем другим тоном.

Рассмеявшись за компанию, помахав на прощание рукой, пошёл досыпать. Теперь можно вновь расслабиться. Подольше поваляться в постели. Никаких планов на сегодня нет. События уже запущенны. Дальше всё будет раскручиваться само по себе. До определённого момента, когда придёт время возвращаться на сцену. Пока же, едим, спим, купаемся, слушаем музыку и наслаждаемся прекрасным видом на город с высоты четвёртого этажа «Сада тысячи персиков». Красота. Ещё и персиками можно полакомиться. Пока не отобрали.

Насладиться заслуженным отдыхом не дали. Сначала заявилась Цане, требуя найти управу на Канью. Девочка категорически отказывалась уезжать без меня. Потом заявилась сама Канью, в свою очередь, требуя найти управу на женщину. Сказать ей, пусть поскорее уезжает домой и оставит её в покое. Оккупировав мою комнату, устроили непонятно что.

Пришлось выгонять обеих, заявив, что до завтрашнего дня Тонг умер. Героически скончался от ран с их именем на устах. Похороны назначены на послезавтра. До этого времени гостей попросил умершего не беспокоить.

Обидевшись тем, что не выбрал одну из сторон, ушли. Однако вскоре вернулись, пригласить на завтрак. На нём продолжили действовать на нервы, пойдя другим путём. Дошло до того, что, скрипя зубами, Цане пригласила меня к себе в гости, с таким видом, будто делала сказочное одолжение. Осмотревшись по сторонам, сравнивая варианты, заметил, что я, конечно, дурак, но не настолько.

Пришлось Цане на время утихомириться, но не смириться. Отправила посыльного домой, чтобы дать о себе знать. При этом злорадно заметила, что поскольку они кочевники, то раз я не иду к ней домой, он сам ко мне придёт. Серьёзная угроза. Пока раздумывал, как бы избежать такой чести, между делом, вскользь поинтересовалась, как я провёл ночь.

— Замечательно. Всю ночь медитировал, культивируя небесные искусства, — соврал, не моргнув и глазом.

Может пронесло бы мимо неприятностей, но тут явились две утренние подружки из соседнего номера и начали меня натурально соблазнять. Почуяв, что дело пахнет смертоубийством, причём почему-то от Канью угроза исходила куда больше, чем от Цане, на время решил потеряться. Потерялся аж до следующего дня. Поступил, как и планировалось ранее: ел, пил, слушал музыку, флиртовал с девушками, купался, гулял на свежем воздухе, медитировал, спал. Один.

На следующий день к своему удивлению узнал, что и Канью, и Цане, по-прежнему оставались в «Саду тысячи персиков». Чуть позже к Цане прибыло подкрепление из обеспокоенных родственников в составе аж дюжины до зубов вооружённых головорезов. Хозяйке борделя пришлось принудительно выселять из этого заведения всех ушастых. Чтобы не превращать сказочный сад в казарму. С помощью бойцов клана Янь. Крайне недовольная девочка, злобно сверкая на меня глазками, радостно махающего платочком с балкона третьего этажа им вслед, отправилась гостить в лагерь Кину. Подозреваю, ненадолго. Больно уж решительно настроена огорчить тётеньку Цане, которую попросили за ней присматривать.

Утихомирив ещё одного буйного пьяницу, не понял, почему девчонки меня об этом просят, а не свою охрану, отправился в город. За покупками и новостями. Не считая халата, трусов и тапочек, у меня совсем ничего нет. Надо срочно исправлять недостаток. Докупить хотя бы шляпу.

На второй день после звездопада город слегка утихомирился. Внешне. Под покровом теней страсти, напротив, только усилились. Согласно общеизвестной информации, на третий день должна появиться загадочная пещера чудес. Никто не знал, что в ней, где она возникнет, как будет выглядеть, но все прямо жаждали в ней побывать. Величина сокровищ и их ценность росли с каждым часом по мере того, как народ от нечего делать придумывал всё новые и новые подробности. Якобы узнавая их из достоверных источников. Хотел бы я увидеть эти источники.

Охота за ключами постепенно обострялась. Как и торговля сведениями о них же. На улицах запестрели объявления о покупке информации о текущих владельцах змеиных монет. Услышав цену, которую каждый клан выставил исходя из своих возможностей и амбиций, облизнулся, едва подавив соблазн немедленно обогатиться. Думаю, завтра она будет ещё выше. Намного.

Видя, как оживилась мелочь, прилагая большие усилия ради достижения своих целей, крупные кланы волей-неволей включились в гонку на повышение ставок. Как предполагал ранее, маховик событий раскручивался всё сильнее. Никто ведь не знал, что в себя включает наследие. Воображение только подстёгивало азарт. Вдруг оно позволит попасть сразу в верхнюю часть рейтинга известных фамилий Уваня. Слухи начали подстёгивать сами себя. В город потянулись свободные практики со всей провинции в поисках новых возможностей. Мелкие семьи, безземельные дворяне, чиновники, мечтающие забраться повыше, кого среди них только не было.

Сейчас по окраинам города вовсю началась тихая, незаметная резня глупцов, опрометчиво объявивших о своей удаче. Монеты по несколько раз меняли хозяев, перетекая из рук слабых практиков, в руки более сильных. Условие, что привязанные кровью монеты нельзя продать, передать или обменять, оказалось страшной ловушкой. Некоторые владельцы уже не спешили привязывать их к себе, чтобы не рисковать раньше времени. Рассудив, лучше потерять шанс, нежели жизнь.

Кроме того, самую высокую цену предлагали совсем не за монеты, а за информацию о местонахождении пещеры. Ведь неважно у кого сколько ключей, важно, кто контролирует дверь. Именно он будет решать кто войдёт внутрь. Если, конечно, у него хватит на это сил, что понимали все. Параллельно со сбором ключей началось формирование альянсов, нацеленных на захват пещеры. Появлялся шанс вступить в игру как малым, так и внешним силам, включая свободных практиков, предлагающих свои услуги в качестве наёмников.

Словом, жизнь в Солнечном камне забила фонтаном. Так активно и бурно народ ещё никогда не включался в большие игры, которые обычно проводились в узком кругу за закрытыми дверьми. Что называется, для своих. Сколько услышал обсуждений, предположений, слухов, ожиданий, а уж ставок, не передать словами. Неожиданному празднику радовались все, поскольку на этом зарабатывали. Оживилась торговля. Изменился перечень предлагаемых гильдиями услуг, а также спрос на умелые руки. Лично видел, как в магазинчиках буквально за день появились в продаже наборы для покорения пещеры чудес. Обновился ассортимент зелий у алхимиков. От некоторых названий не сдерживаясь, хохотал в полный голос. Оперативно сработали. С выдумкой.

Собрав новости, зашёл перекусить в одну из уличных харчевен. Отдохну в тенёчке, пока другие будут бегать. Как же приятно смотреть на них со стороны, зная, что приложил к этому руку. Тем более, понимая, что без тебя все их усилия напрасны. Довольно улыбаясь, наблюдал за группой деловито спешивших куда-то практиков, обсуждающих, как сейчас посетят одного важного господина и сразу решат все свои финансовые проблемы.

«Ну-ну, успехов ребята вашему господину», — подумал, делая заказ разносчику.

* * *

Джанг Вэй прогуливалась по городу не с самым благодушным настроением. События последних дней принесли несколько неприятных новостей. Что делать дальше не совсем понятно.

Во-первых, при странных обстоятельствах сгорела аптека. Её словно штурмовала целая армия. Так и не разобрались зачем. Кому она была нужна. Где теперь искать Тонга и жив ли он вообще, непонятно. Просьба Со Рью повисла в воздухе.

Во-вторых, слежка за Кухань дала неожиданные результаты. Джанг Вэй узнала о том, что девушку по-тихому травили по приказу одного из сыновей Шень. Чего он добивается, поняла относительно быстро. Все эти взгляды, жесты, касания, эмоции между ними подсказали гораздо больше, чем иные объяснения. Сработала женская интуиция. Сверстники закрывали глаза на эти домогательства. Можно было самой заступиться за соотечественницу, всё же они обе из одной долины, близкие соседи, но пример Наншо, попавшего в больницу, которого лично перебинтовывала, наглядно показал к чему это приведёт. Бросать учёбу и разочаровавшись в людях возвращаться в долину не хотелось совершенно. Она уже вкусила столичной жизни и увидела все её возможности. Перед ней всего лишь открылась одна из неприглядных картин больших кланов. В нём были сильные, слабые и те, кому всё позволено.

Всё это приводило к следующему вопросу. Где гарантия, что завтра на неё саму не положит глаз другой Шень. Кто вступится за ещё одну девушку из долины Ста ручьёв. Доверять после увиденного своим новым друзьям она перестала. Джанг Вэй ещё сильнее захотелось обрести силу и надёжного покровителя, кто прикроет от произвола окружающих. Зонтик ведь не только закрывает солнце, но и защищает кожу от ожогов, а тело от дождей.

В-третьих, когда руководство клана решило участвовать в гонке за наследие неведомого предка, то сразу начало формирование команд. Старики попытались сломать барьер ограничений, но у них ничего не вышло, поэтому в битву за наследие решили отправить молодое поколение. Не всё, чтобы не рисковать своим будущим, ради неясных перспектив. Отобрали всех понемногу.

Она в этот список ожидаемо не попала. Понятно, что недостаточно сил, чтобы конкурировать с верхушкой рейтинга клановой молодёжи, но ведь ей тоже хотелось поучаствовать в этом большом событии. Глядишь, чего-нибудь да урвала бы себе. Желания не всегда соглашались с доводами разума. Джанг Вэй прекрасно отдавала себе отчёт, что пока не доросла до подобных забав. Принцип, чем выше награда, тем опаснее испытание, хорошо известен каждому. Вот если бы такое событие повторилось года через три-четыре, тогда бы уже смело попробовала выгрызть себе право на попадание в команду.

Всё это вместе послужило причиной её плохого настроения. Чтобы немного развеяться, отправилась в город прогуляться. Чего-нибудь себе прикупить. Поскольку клан перешёл на режим повышенной готовности, то выходить из квартала поодиночке, особенно ученикам, запретили. Пришлось приглашать с собой за компанию Ранши и Хао.

— Боги, вот бы случайно наткнуться где-нибудь на монету, — с затаённой надеждой признался Ранши, зорко посматривая по сторонам, как будто это могло помочь.

— Зачем? — удивился Хао. — Надеешься попасть в команду к молодым господам Шень? Думаешь тебя возьмут?

— Куда они денутся, — самоуверенно усмехнулся Ранши. — Привязанную монету уже не передашь другому.

— Ошибаешься. Есть способы, — намекнула хмурая Джанг Вэй.

— Для чужаков да. Нож в сердце и пока-пока, — довольно хладнокровно согласился Ранши. — Но не для своих. Если успеть объявить о том, что привязал монету перед большим количеством свидетелей, то можешь считать себя в команде. Своих не тронут. Прецедент никому не нужен. Глава клана уже выпустил официальный приказ. Кто из молодого поколения найдёт монету тот и попадает в команду. Без вариантов. Каждая «случайная» смерть участника будет строжайшим образом расследована. Казни подвергнется любой виновник, даже член семьи. От таких слов, сказанных публично, не отказываются.

— Что-то незаметно, чтобы сыновья Шень бегали по всему городу в поисках монет. Хотя они уже в команде, но пока ключей не получили.

— Не все. Кто-то уже не только получил, но и успешно привязал. Для оставшихся собирают другие, — доходчиво объяснил Ранши. — Клан выбрал десятерых участников, разбив их на две команды по пять человек в каждой. С личным порядковым номером. Пока у нас семь монет. Осталось найти ещё три. Все последующие уже будут распределены по принципу кто нашёл, того и будет. Пока другие бегают, гарантированные члены команды усиленно тренируются. Им уже незачем беспокоиться о мелочах. По крайней мере семерым.

— Допустим, найдёшь монету и тебя запишут дополнительным членом команды. Уверен, что сможешь выжить в этой пещере, не говоря уже о получении сокровищ? — язвительно заметила девушка, желая его немного спустить с небес на землю. — У тебя только третья ступень. Подземелье рассчитано на пятую и выше. Это уже ранг эксперта или мастера.

— Так я же не собираюсь идти в первых рядах. В бездну наследие. Получиться, хорошо, не получиться, тоже неплохо. Мне нужен опыт прохождения подобных подземелий. В этом провалюсь, зато в следующем преуспею. Пока же возьмусь за увеличение репутации. Отработку навыков. Увижу, как действуют профессиональные команды. Если браться за миссии по отлову мышей в амбарах, никогда не станешь могущественным практиком. Богатым и известным. Нужно рисковать. Иначе бы остался в долине рис выращивал да овец пас. Это ещё безопасней.

Джанг Вэй согласилась с такими доводами. Желание попасть в команду стало сильнее.

— В чём-то ты прав, — вынужденно согласился Хао. — Тогда сестре Юй Кухань, можно сказать, повезло. Хоть кто-то из нашей долины поучаствует в таком большом событии. Есть повод гордиться и радоваться за семью Юй. Потом можно будет узнать всё в подробностях. Попросить поделится опытом. Потренировать нас при случае. Согласен, хоть с чего-то начинать всё равно нужно, чтобы готовиться к следующему событию. Когда придёт наше время блеснуть.

— Да, слышал уже, — завистливо поморщился Ранши от радости за старшую родственницу. — Когда это время ещё придёт. Хочется-то уже сейчас. Повезло, что монета упала рядом с её домом. Доставая которую ещё и руку поранила, сразу сделав привязку. Не знаю, в ином случае записали бы её в команду или нет.

— Почему нет? — удивился Хао. — Сестра Юй Кухань сильный практик. У неё замечательный рост культивации. Она уже достигла пятой ступени развития очага ци. Её хвалят наставники. Множество успешно выполненных одиночных миссий четырёх и пяти звёзд сложности.

— Она сильный практик, — согласился Ранши. — Но сестра Юй Кухань не обладает заметным происхождением или весом в клане Шень. Она одиночка, а не командный игрок. Видел, какие фамилии попали в список команд? Тройка сильнейших, кому заранее отдали право получить наследие и свита прихлебателей, которым позволят забрать остальные сокровища. Из влиятельных семей с хорошей поддержкой. Наша семья Юй, к сожалению, не из таких. Нам придётся полагаться только на свои силы. Ну или на удачу, вроде этих монет. Как повезло сестре Юй Кухань или Брату Шень Джианю. Говорят, ему тоже монета почти сразу попалась на глаза. Мне бы так.

Парни болтали, Джанг Вэй слушала. То, что она не одна в пролёте немного поднимало настроение, создавая иллюзию товарищества. Как будто они плыли в одной лодке. В это время, случайно посмотрев налево, Хао удивился. Присмотревшись повнимательнее, обратил внимание Джанг Вэй на одного из посетителей уличной харчевни, устроенной под матерчатыми навесами.

— Сестра Джанг, помнишь сокрушалась, что твой знакомый Тонг Цао погиб при пожаре в аптеке Цветочный дракон? Разве это не он?

— Где? — сразу оживилась Джанг Вэй, вертя головой по сторонам, высматривая парня.

«Неужто и правда живой»? — обрадовалась девушка.

Хао показал на молодого человека с длинными фиолетовыми волосами в цветастом лёгком халате и перебинтованной грудью. Она сначала пропустила его, посчитав, что там сидит девушка, но быстро поняла свою ошибку. Запомнив, как он выглядит, сразу же предупредила спутников.

— Ребята, мне нужно ненадолго отлучиться. По личным делам. Пожалуйста, прикройте, если будут искать.

Придирчиво осмотрев парня, Ранши понимающе усмехнулся, подумав, что она собралась на свидание.

— Без проблем. Удачи, сестра Джанг.

* * *

Когда за мой столик бесцеремонно уселись, хотел было возмутиться, но вовремя спохватился, разглядев гостью. Сделав вид, что не знаю её, вопросительно посмотрел на девушку, отдавая ей право первого слова.

— Тонг Цао? — на всякий случай уточнила Джанг Вэй.

— Всё верно, уважаемая госпожа. Чем могу помочь? — проявил лёгкое вежливое любопытство.

Девушка внимательно посмотрела на повязку, для себя отмечая, что я ранен. Уже почти не сомневаясь, что отметился в ночном побоище. Другой причины просто не видела. Точнее, не хотела видеть, уже сформировав в голове нужный образ этого секретного агента демонов. Хитрого и изворотливого.

— Меня зовут Джанг Вэй из долины Ста ручьёв. Внешняя ученица клана Шень. Мы можем поговорить? — официально представилась незваная гостья.

— Почему нет. Говорите, — доброжелательно согласился, сделав пригласительный жест.

— Не здесь. Наедине.

Джан Вэй украдкой осмотрелась по сторонам, высматривая, не подслушивает ли кто. Ещё один доморощенный конспиратор на мою больную голову.

— Вы уверены, что молодой, неженатой девушке стоит делать такие двусмысленные предложения незнакомому мужчине? — с улыбкой спросил у малышки Вэй, наблюдая за выражением её лица.

Мои слова ей определённо не понравились. Недовольно поморщившись, в ответ намекнула, понизив голос.

— Разговор будет касаться нашего общего знакомого господина Со. Того, что любит совершать ночные прогулки. Он сам попросил меня с тобой встретиться и обсудить одно важное дело.

Вижу, настроена на разговор малышка Джанг довольно решительно, так что придётся пойти навстречу. Куда-то идти было откровенно лень. Проверив духовным чутьём, нет ли поблизости мастеров ци, произнёс истинное имя.

— Воздух.

Вокруг нас появилась тонкая воздушная завеса, слегка размывающая картинку и блокирующая звуки. Сразу стало очень тихо. Городской шум и голоса соседей исчезли.

— Меня о тебе предупредили. Говори, — сказал другим тоном, более жёстким и повелительным.

Джанг Вэй если и удивилась, то виду не подала. Однако немного напряглась, убрав одну руку под стол. Духовным зрением заметил, как она прикоснулась к внутренней стороне столешницы, превращая его своим аспектом в бомбу. Разумная предосторожность.

— Если не против, — улыбнулась девушка, отвечая взаимностью, — не мог бы назвать полное имя нашего общего знакомого. Чтобы убедилась, не ошиблась ли человеком.

— Господин Со Рью, глашатай князя ужаса четвёртого Моря, — подыграл девушке.

Как бы не натворила глупостей. Не сворачивать же ей голову из-за такого пустяка.

— Спасибо за откровенность, — поблагодарила, слегка расслабившись, но руку от стола не убрала. — Меня попросили передать тебе сведения относительно Юй Кухань. Интересует?

Подтвердив, выслушал всё, что она узнала. Многое уже выяснил сам, но некоторые детали открылись только сейчас. На общий план они никак не влияли. К тому же узнал, что и Кухань, и Джиань уже вошли в команду захвата наследия от клана Шень, что меня порадовало. Не придётся прибегать к плану Б, а то и В.

— Не знаешь, что он планирует сделать с Юй Кухань или Шень Джианем? — задала наводящий вопрос, стараясь выглядеть не слишком заинтересованной в делах Со Рью.

— Знаю, — коротко ответил и замолчал, подталкивая Джаг Вэй к следующему шагу.

— Скажешь? — спросила, сдерживая раздражение.

— Зачем? — расслабленно поинтересовался, решив глотнуть чайку.

— Просто так. Интересно же, — изобразила слегка наивную любопытную девчонку.

— Джанг Вэй, не лезь ты в это дело, — с улыбкой попросил девушку, не купившись на красивые глазки. — Оно не столь безобидно каким кажется на первый взгляд. Можешь случайно и под горячую руку кому-нибудь попасть.

Поправил край халата, обратив её внимание на повязку. Джанг Вэй недолго раздумывала над ответом.

— То, что он не ромашки на поляне собирает уже и так поняла, — раздражение всё же прорвалось из-под маски вежливости. — Может, я тоже не собираюсь всю жизнь цветочки собирать на продажу. Не стоит меня недооценивать, — угрожающе прищурилась.

— Как хочешь. Я тебе не нянька, а ты мне не внучка, — успокаивающе отсалютовал ей чашкой. — Решай сама, чем хочешь заниматься.

— Я и решила. Судя по всему, дела нашего общего знакомого затрагивают клан Шень, в котором, подумай на минуточку, я состою. Хочу, знаешь ли, быть в курсе событий. Можешь не сомневаться, не для того, чтобы рассказать кому-нибудь на сторону.

— Допустим, узнаешь? Что дальше? — раскручивал её на подробности.

— Если эти планы будут в моих интересах, предложу свои услуги господину Со. Нет, отойду в сторону. Враждовать с ним уж точно не намерена, — обозначила свою позицию.

Значит, хочет выставить себя в качестве наёмника, а не сторонника. Сохранив относительную независимость и гордость. Девушка пошла на чуть большую откровенность.

— Я бы хотела, чтобы он оказал мне в будущем кое-какую помощь. Предоставил доступ к редким ресурсам, которых здесь не достать. Помог с полезными знакомствами. Разуметься, не бесплатно. Поэтому хочу предложить свои услуги, рассчитывая на ответную благодарность. Однако предупреждаю сразу, чтобы не возникло недоразумений. Если его планы будут представлять угрозу для всего рода человеческого или повлекут какой-нибудь глобальный катаклизм, я выступлю на стороне его врагов. Я готова поработать на него лично, но никак не на расу демонов, по-прежнему оставаясь на стороне человечества, в целом, — подчеркнула это слово. — Если затрагиваются интересы отдельных людей, семей, кланов, да хоть государств, то и пёс с ними. Люди и без всяких демонов успешно расправляются друг с другом. Одним конкурентом больше, одним меньше. Не существенно. Лишь бы не единственным. Окончательная победа любой из сторон меня не устраивает.

Интересная позиция. По-новому взгляну на малышку Вэй. Не скажу, что с ней согласен, или несогласен, но к сведению принял.

— Можешь передать мою позицию и предложение услуг господину Со? — ожидающие на меня посмотрела.

— Могу. Надеюсь, понимаешь, — сделал короткую паузу, — во что ввязываешься? Это уже не игры в песочнице с карапузами, которые разве что носик тебе разобьют, да глазик подобьют, если им не понравишься.

— Как недавно сказал один мой пустоголовый друг, с чего-то же надо начинать, — равнодушно пожала плечами, показывая, что знает и её это не беспокоит.

Ненадолго задумался, прикидывая варианты. Кое-что в моих планах можно сместить, кое-что передвинуть. На общую картину появление Вэй никак не повлияет. Всё равно придётся кого-то подыскивать на роль шпиона.

— Сделаем проще. В данный момент я уже привожу в исполнение один из планов господина Со. По его личной просьбе. Могу к нему подключить, раз уж он с тобой уже работал по этому делу и не прибил сразу. Значит, что-то увидел. Или задумал. Тогда и узнаем, не против ли он, годишься ли ты и что из всего этого получится. От помощи я бы не отказался. Согласна?

— В качестве наёмного свободного агента? — сразу уточнила свою роль Джанг Вэй.

Для неё этот пункт был особо важен. Подтверждение статуса, пусть и временного. Он давал определённые преимущества, оставляя широкое поле для манёвров. К тому же, появлялись хоть какие-то правила игры.

— Пусть так, — согласился. — Назовём тебя временно исполняющим обязанности наёмного свободного агента, — рассмеялся, услышав, как это звучит. — Потом господин Со сам решит, стирать ли приставку временный. Или стирать самого агента.

— Итак, что за дело, — азартно пододвинулась ближе Джанг Вэй, нетерпеливо ожидая подробности.

Угрозы её не остановили. Похвальное рвение. Сняв барьер, чтобы не привлекать лишнего внимания, жестом поманил пройтись со мной. Молча завёл в ближайший безлюдный переулок, где вновь накрыл куполом от подслушивания. Мои действия вызвали опаску, но Джанг Вэй всё же решила рискнуть, доверившись интуиции, которая толкала на авантюру.

— Заметила, как оживился в последнее время город? — начал издалека.

— Имеешь в виду охоту за наследием древнего предка? — уточнила Джанг Вэй.

— Да. Всего не скажу, извини, не доросла ещё, но кое-какие секреты открою. К прошедшему недавно звездопаду приложил руку один наш общий знакомый. Изначально тот должен был выпасть совсем в другом месте.

О ком идёт речь, Джанг Вэй догадалась сразу. Пораженно распахнув глаза, недоверчиво спросила.

— Так, это ловушка господина Со? Никакого наследия на самом деле не существует?

Не знаю, чего в этом вопросе было больше, негодования или восхищения.

— Ошибаешься. Ещё как существует. Самое что ни на есть высококлассное. Персоны такого калибра мелким мошенничеством и пакостями не занимаются. Если уж делают ставку, то серьёзную и настоящую. Репутацию надо поддерживать. Особенно среди определённых кругов своего общества. Даже если проигрывают, то сказанное слово держат, полностью расплачиваясь по счетам. Без претензий. Так принято.

— Но в чём смысл? Не в то же, чтобы сделать кому-то подарок, — недоумевала девушка. — Или господин Со планировал бросить приманку, чтобы перессорить все влиятельные семьи этого города? — сделала первое попавшееся предположение.

— Может, да, может, нет. Он играет сразу несколько партий на одной доске по разным правилам. Не заморачивай себе голову, чтобы не рехнуться. У меня иногда складывается впечатление, что он не знает, что получится в итоге. Ему самому это любопытно, — напустил тумана. — Лучше лишних вопросов не задавать. Безопаснее будет. Господин Со не любит, когда кто-то знает в какую игру он играет, какой фигурой и зачем, без его ведома, — особенно подчеркнул этот момент. — Теперь, что касается тебя, — резко сменил тему. — Готова присоединиться к текущей игре? К сожалению, пока в роли пешки. Могу предложить на выбор две миссии. Одну в городе и одну в пещере предка. Первая без особого риска, а вторая по-настоящему опасна. Какую выбираешь, госпожа свободный агент? — ехидно усмехнулся, отпуская шпильку в её адрес.

— Ту, которая в пещере предка, — почти сразу ответила Джанг Вэй, плохо скрывая своё волнение.

— Как пожелаешь. Господин Со поручил мне важное дело и не хотелось бы его завалить. Поэтому рассчитываю на твоё благоразумие, — испытывающее посмотрел на девушку, слегка придавив её жаждой крови. — Хотя отвечаю за него я, за провал накажут всех. Причастных, непричастных, мимо проходящих. Поэтому запомни, за тобой должок. За переход из категории мимо проходящих, в категорию причастных. Надеюсь, не забудешь доброты этого скромного Тонга.

— Само собой, — согласилась девушка с тем, что должна мне за риски, которые брал на себя, приглашая вступить в игру. — Сочтёмся, в будущем.

— Ладно, не будем о грустном, — закрыл тему, переходя к следующей. — Как ни странно, но моё задание частично связано с ранее порученной тебе просьбой.

— Юй Кухань и Шень Джиань? — логично предположила Вэй.

— Верно. Они главные герои нашей пьесы. Слушай внимательно. Это игра очень важных персон, — продолжил стращать и так напрягшуюся девушку. — Не стоит заниматься самодеятельностью, выбирая, тут сделаю как нужно, а тут немного отойду от плана. Ничего ведь не случиться. Никто даже не заметит. Подумаешь какая мелочь. Плана либо придерживаешься и играешь в команде, которая за тебя отвечает, как и ты за неё, либо, уходишь в самостоятельное плаванье и начинаешь ему мешать. Естественно, тебя тут же уберут с доски, чтобы исключить случайности и риски, — буднично сообщил о том, что её ждёт.

— Не переживай, не маленькая. Если буду знать план, — открыто намекнула на излишнее затягивание, — смогу его придерживаться. Сюрпризов не будет, — заверила Джан Вэй. — Я знаю, на что подписываюсь.

«Как самоуверенно и поспешно», — мысленно отметил излишнее воодушевление рано обрадовавшейся девушки.

— Тогда слушай внимательно. Тебе будет позволено войти в пещеру древнего практика и безопасно её покинуть, сохранив всё, что там найдёшь. Можно сказать, повезло вовремя оказалась в нужное время, в нужном месте. Самое главное, на нужной стороне. И господин Со Рью, и кое-кто из его знакомых будут лично следить за ходом испытания. Чтобы, если потребуется, подправить результат. Ради чего всё и затевалось. Согласись, лучше быть на стороне организаторов, чем претендентов. Больше возможностей.

С этим Джан Вэй была всецело согласна. Её глазки азартно заблестели от осознания открывающихся перспектив. Не знаю, чего себе вообразила, но лучше бы от этого отказалась. За ручку её водить по пещере я не намеревался.

— Твоя задача проследить за тем, чтобы и Юй Кухань, и Шень Джиань добрались до финальной сцены испытания древнего предка. Там их будет ждать сюрприз. Как и награда. Может расстроить эта новость, но предупрежу сразу, на само наследие даже не рассчитывай. Оно уже давно определено кому достанется. И отнюдь не кланами. Я предупрежу, какие сокровища можешь брать смело, а какие тебе не принадлежат. Что и где нужно делать. Не совсем честно, но если хочешь пойти вопреки желаниям господина Со, останавливать не буду. У него на них уже есть определённые планы.

Джанг Вэй кивком подтвердила, всё поняла, возражений не имеет. Подозревала, там и без этого найдётся чем поживиться. С лихвой.

— Госпожа агент, ты будешь моим шпионом в команде клана Шень, — обозначил её роль. — Следить за ней. Помогать по мере своих скромных сил. Направлять её действия. Если понадобиться, устранить возникшую помеху.

Сделал паузу, испытывающее посмотрев на девушку, поймёт ли о чём речь. Джанг Вэй восприняла эту часть задания без энтузиазма, но возражать не стала. Возможно, изначально предполагала, что её обязательно попытаются проверить на надёжность. Доверие не рождалось на одних словах. Для него требовались действия. Каждый клан устраивал испытание кровью, чтобы отсеять малодушных и слабых. Тех, кто не готов идти до конца вместе с ним. В этом не было ничего нового.

— Если я правильно поняла, в конце испытания господин Со хочет увидеть Юй Кухань и Шень Джианя? Случайно, не ради некой госпожи Ву Кровавой Ночи? — возобладало женское любопытство.

— Кто знает, — загадочно улыбнулся. — Надеюсь, в конце сами всё увидим. Или спросим у господина. В любом случае не воспринимай эту миссию как лёгкую прогулку. Всё будет по-настоящему. С реальными опасностями, тяготами и соблазнами. Стражи подземелья не будут поддаваться. Зато и награды тоже будут настоящими, — подсластил пилюлю. — К тому же, если тебя разоблачат как чужого агента, то церемонится не станут. Сама понимаешь. Главное, доведи нашу сладкую парочку в целости и сохранности до финальной черты, а дальше я обо всём позабочусь. В случае чего можешь рассчитывать на поддержку. В подземелье помимо тебя будет работать несколько агентов господина Со. Ты член команды, а не одинокий мотылёк на самоубийственной миссии, — подбодрил девушку, чтобы слишком сильно себя не накручивала.

Эта новость её обрадовала, даря ощущение уверенности. Причастности к какому-то важному общему делу, чего так не хватало раньше.

— Могу узнать кто именно? Чтобы, случайно не ошибиться? — ожидаемо заинтересовалась девушка личностями своих якобы могущественных союзников.

Она вспомнила бойню у аптеки. Ту гору трупов, которую оттуда на телегах вывозили всё утро.

— Не сейчас. Для собственной безопасности, чтобы не раскрыть себя, каждый из вас будет работать под прикрытием. Пока в этом не возникнет острой необходимости, лучше на контакт между собой не выходите. Как понимаешь, нигде чужих шпионов, мягко говоря, не любят. До зубовного скрежета. Если тебя разоблачат, будет плохо. На всякий случай чуть позже передам знак, по которому вы сможете друг друга узнать. Чтобы избежать недоразумений.

Девушка ещё как хотела их избежать. При своём низком уровне скептически оценивала шансы выиграть в схватке с рейтинговыми бойцами кланов пятой ступени. Уже успела насмотреться на их коллег из клана Шень. Те ещё монстры. Вот если один из таких бойцов будет прикрывать спину, совсем другое дело. Будет чувствовать себя увереннее. Для этого и придумал всё это.

— Как я попаду в подземелье? — перешла к обсуждению деталей.

— Как и все. С помощью монеты. Уже нашла себе ключик?

— Нет, конечно. Свободных не осталось. Все давно найдены и поделены. Как члена команды меня даже не рассматривали, поэтому на монету от клана могу не рассчитывать, — разочарованно развела руками, показывая своё бессилие в этом вопросе.

— Пусть рассмотрят получше. Со всех сторон.

Сообщил Джанг Вэй местонахождение тайника, в котором заранее спрятал одну из монет, что её заметно обрадовало. Далее, девушка поделилась другими опасениями.

— Что по поводу пещеры древнего практика? Где она появится? Сможет ли клан Шень добиться права ею воспользоваться? Слышала многие кланы собираться захватить врата и удерживать в своём личном пользовании. Если получится, скрытно, если нет, с большой дракой, в которой, возможно, пострадает кто-то из наших целей.

— Не волнуйся, — ободряюще улыбнулся. — Господин Со возьмёт это на себя. Гарантирую, без нас приключения не начнутся. Как бы там кланы не делили чужой пирог. Лучше всё свободное время посвяти увеличению своей силы. Повторюсь, лёгкой прогулки не жди. Вполне можешь лишиться головы ещё в самом начале. На первых же шагах. Испытание будет долгим, тяжёлым и опасным. Даже для практиков пятой ступени развития очага ци. Никто бесплатную акцию невиданной щедрости устраивать не собирается. Каждый за неё заплатит высокую цену. Включая нас, — заверил совершенно серьёзным, мрачным голосом.

Вспомнив о хранительнице библиотеки, нисколько в этом не сомневался. В подземелье будет та ещё мясорубка. Ужасы поместья Ло По Бо до сих пор свежи в памяти. Нынешние будет рангом повыше. Мне обещали. Хорошо бы до финала хоть кто-нибудь дошёл. Из-за этого и привлёк малышку Вэй. Бывают ситуации, когда и соломинка ломает хребет верблюду. Поэтому лучше накидать побольше соломки, а уж сверху, или снизу, как получится.

Так думал не только я. В одном ей ведомом направлении целеустремлённо шагала маленькая беловолосая девочка фуци. В приподнятом настроении. Немного дальше по улице, на земле болезненно дёргался в шоковых спазмах целый отряд степняков. Парализованных и беспомощных. На них то и дело вспыхивала остаточная сеть разрядов белых молний, даря непередаваемые ощущения. Среди них особо выделялась громко ругающаяся женщина фуци, призывающая кары богов на какого-то Тонга, который постоянно приносил ей неудачи.

Глава 5

По коридору Сада тысячи персиков шёл погружённый в глобальные задачи. Можно сказать, решал судьбу мира. Если срочно не найду чего бы перекусить, то погибну бесславной смертью, а там и мир подтянется. Ведь как он сможет жить без меня, бедненький. Поэтому ради его спасения нужно срочно чего-нибудь найти вкусненького.

Развлекая себя подобными мыслями, вышел на балкон, огибающий один из корпусов этого, без сомнения, замечательного заведения. Мимо прошла парочка местных работниц о чём-то шушукаясь между собой. Заметив меня, с улыбками поздоровались, пожелали хорошего дня, отпустили шуточку и удалились. Другое дело. Первое время от меня шарахались как от чудовища, а теперь ничего, привыкли. Даже потихоньку подшучивать над бедным парнем начали, заразы такие.

Услышав характерный для драки шум, удивлённо остановился. Обратившись к духовному зрению, заметил снизу несколько довольно неплохих источников ци. Судя по всплескам энергии, бойцы активно их задействовали, сойдясь в рукопашной схватке без использования разрушительных способностей. Хотя нет, кое-какие мелочи всё же применяли. Судя по оттенку, что-то из стихии земли, если не ошибаюсь, элемент металла.

Привлечённый происходящим, удивляясь, как местная охрана допустила подобное, я бы им даже листья граблями собирать не доверил, подошёл к перилам. Выглянув с балкона на лужайку перед верандой первого этажа, находящуюся прямо подо мной, сразу заметил схватку двух парней. Молодой господин клана Янь, Янь Гу дрался со своим ровесником в синем костюме с короткой косичкой на затылке. На спине и груди его одежды были изображены нескольких столбов, возвышавшихся на разную высоту в окружении облаков. Одно из таких каменных брёвнышек висело в воздухе рядом с парнем. Внушительная и тяжёлая штука. Им он успешно отбивался от нападок брата Янь Гу.

Возле Янь Гу тоже зависло в воздухе воплощение уже его аспекта. Несколько небольших металлических шарика. Ими он и атаковал, и защищался. Эти сферы могли менять свой размер и вес, что превращало их в по-настоящему грозное оружие. Вот на моих глазах Янь Гу увеличив одну из сфер до размера катапультного ядра, метнул его в противника. Тот ловко уклонился в сторону, после чего его летающий столб, словно дубиной опустился на место, где только что стоял Янь Гу. Земля вздрогнула от тяжеловесного удара, докатившись волной аж до сюда. Тут же метнувшись в сторону, столб отбил возвращающуюся летающую сферу, как мячик. Мелкие трещинки, образовавшиеся от столкновения, тут же заросли.

Уже три металлических шарика первоначального размера, со сливу, выстрели в паренька с косичкой. Воспользовавшись тем, что тот отвлёкся. Однако, это была лишь уловка. Столб воткнулся перед ним в землю, на опережение, на манер шита, принимая на себя своеобразные пули. Земля вновь вздрогнула. Прежде чем Янь Гу придумал что-нибудь ещё, паренёк на высокой скорости обогнул столб, бросаясь в ближний бой, нанося несколько ударов, сбивая концентрацию.

Янь Гу успешно сумел его блокировать, но не успел пойти в контратаку, как паренёк уже отпрыгнул в сторону. За его спиной сразу открылось уже летящее в Янь Гу бревно, вынуждая вновь уклоняться. Не давая ему не секунды передышки.

Оба парня тяжело дыша, вспотели.

— Громовой удар! — воскликнул парень с косичкой.

От пролетевшего мимо Янь Гу столба, от которого тот вроде как уклонился, разошлась ударная волна, всё же сбивая с ног. Металлические бусинки тоже сдуло с места, разбрасывая по округе. Они горохом посыпались в траву. Однако Янь Гу не долго провалялся на земле. Одним движением, согнув ноги, прыжком вернул себя в вертикальное положение, вновь призывая сферы.

Судя по увиденному, Янь Гу проигрывает. Паренёк в синем казался опытнее и сильнее. С хорошим контролем аспекта. Тем более судя по свечению очага, он не продемонстрировал и половины своих истинных возможностей, а Янь Гу скрывал только треть.

Прикинув, что шанс прямого выхода на кланы появился раньше запланированного, решил им воспользоваться. Не для того откачивал этого засранца, чтобы ему навалял какой-то грязелюб. Вроде как жажды крови ни от кого из бойцов не чувствовалось, значит, схватка велась не до смерти. Можно и поразвлечься.

Подхватив первое, что попалось на глаза, длинную деревянную лавку, стоявшую у стены, перепрыгнул через перила, бросаясь в бой. Сейчас кому-нибудь настучу по тыковке. Главное, не ошибиться кому и не прибить бы ненароком.

— А ну, отвали от него! — рявкнул, замахиваясь лавкой, отвлекая внимание на себя, давая Янь Гу прекрасную возможность.

Результат оказался неожиданным. Оба парня синхронно отскочили от меня подальше, разворачиваясь лицом, вставая плечом к плечу в оборонительную стойку. Не понял, они что, собрались меня вдвоём бить. За что?

Все участники неловкой сцены застыли на месте, пытаясь разобраться в ситуации. Я так и замер со вскинутой вверх лавкой, на полпути. Наверное, выглядел сейчас довольно глупо. Тут краем глаза заметил, как от веранды первого этажа в нашу сторону устремились два взрослых мужика в клановой форме с эмблемой трёх пересекающихся колец, принадлежащей клану Янь. Ещё и хозяйку Сада тысячи персиков увидел в отдалении, спокойно стоящую под навесом.

Кажется, не так понял происходящее, случайно вмешавшись в тренировочный поединок. Эта мысль пришла в голову всем троим одновременно. Янь Гу и его приятель расслабились, опуская руки. Я, поставив лавку на землю, уселся на неё с грустным, слегка смущённым видом.

— Выгляжу как дурак, да? — осведомился у улыбающегося Янь Гу.

— Да нет. Ты был довольно, — слегка замешкался, подбирая нужное слово, — грозным, — сделал необоснованный комплимент. — Поначалу.

Поняв, что сидеть в присутствии важных господ невежливо, поднялся на ноги, отвесив церемонный поклон сложив перед собой руки.

— Прошу прощение, что помешал вам. Кажется, был слегка поспешен в своих выводах. Тонг Цао удаляется.

— Подожди, — сразу окликнул Янь Гу, видя, как я собрался уходить. — Ты уже второй раз бросаешься меня спасать и каждый раз уходишь так ничего и не сказав. Не считаешь это невежливым?

А что я должен был сказать. Стишок прочитать. Пусть закончит свою тренировку, потом и поговорим, в спокойной обстановке.

— Позволь пригласить хотя бы позавтракать с нами. Там и поговорим. Я всё ещё как следует не отблагодарил тебя за прошлый раз, — настойчиво предложил Янь Гу.

Пришлось, рассыпаясь в ответных благодарностях, соглашаться. Ну не обижать же хорошего человека. Убеждён, каждый, кто хочет меня накормить, хороший человек. Янь Гу со своим молчаливым спутником, в роли гостеприимного хозяина повёл меня в сторону трапезной для особо уважаемых гостей, устроенной в отдельном домике. Луджоу немного задержался, приводя лужайку в первоначальный вид своими техниками земли. Позже нас нагнал.

— Значит, тебя зовут Тонг Цао? — полюбопытствовал Янь Гу с интересом меня разглядывая.

— Истинно так, — вежливо подтвердил, гадая, когда же дойдём.

— Помнится, я уже представлялся. Это мой друг Луджоу Чанджи из клана Янь, — представил своего спутника, который вежливо сложил перед собой руки, подтверждая факт знакомства. — Для меня оказалось довольно неожиданно встретиться здесь. Пытался разыскать тебя раньше, отправлял людей на поиски, но, к сожалению, они завершились безрезультатно.

Янь Гу обратил внимание на мой халат с бабочками и нагрудную повязку, которую не хотел снимать, чтобы не нервировать окружающих высокой регенерацией. Факт ранения уже был зафиксирован девушками, которые делали первую перевязку, исправляя кривую поделку Цане, наложенную на скорую руку.

— Не знал, что это ты тот человек, о котором так хорошо отзывалась мадам Жуй, иначе, пришёл бы раньше. Она сообщала о госте, который решил несколько вопросов с проблемными практиками. Оставшимся без денег, крова и вещей.

— Не совсем так. За несколько дней проживания здесь расплатился полностью, — не пожелал выглядеть каким-то бродягой, которого приютили из жалости.

Только поэтому и остался без денег. Дальше вопрос с заработком либо решится, либо он мне уже не понадобятся.

— Ещё и раненным, — огорчённо заметил Янь Гу очевидную вещь.

Приведя меня в трапезную к доверху накрытым столам, предложил угощаться, подняв в мою честь первую чашу с вином. Не став отказываться, оторвав ножку жаренного фазана, скромно признался.

— Пустяки. Всего лишь небольшая царапина. В ближайшие дни решу все эти жизненные трудности. У меня уже есть план действий.

— Видишь Луджоу, я же говорил, что парень чересчур скромен. Ни у кого ничего не просит, — одобрительно заметил Янь Гу.

— Действительно, черта присущая добродетельным людям, — согласился парень с косичкой.

Будь здесь Цане, обязательно бы подавилась. Я же как ни в чём не бывало, уничтожал аппетитного фазанчика. В отличие от Янь Гу, Луджоу посматривал на меня более внимательным, оценивающим взглядом, пряча за маской вежливости настороженное отношение к незнакомцам. Вдруг таким необычным образом пытаюсь втереться в доверие к его другу.

— Могу узнать кто тебя так? — кивнул на повязку Янь Гу. — Помощь требуется?

— Нет, всё в порядке. Как ни странно, эту рану я получил от нашего общего знакомого, с которым уже успел разобраться. Самостоятельно.

— Правда? — удивился Янь Гу, не припоминая никаких общих знакомых. — Не подскажешь, какой именно?

— В тот день, когда мы впервые встретились, помните я сказал, что на вас было наложено сильное тёмное заклятье?

Янь Гу хорошо это помнил. До сих пор кошмары снились о том полёте. Отчасти этим объяснялся повышенный интерес к моей персоне и сегодняшнее приглашение. Желанием разобраться в той запутанной истории.

— Чуть позже, когда возвращался в гостиницу, на меня напал один странный человек в тёмных одеждах. От него исходил такой же запах заклятий, что и от вас. Заявив, что я помешал, он попытался меня убить зачарованным кинжалом.

Описал свою первую встречу с убийцей и его необычное оружие.

— К счастью, тогда мне удалось сбежать.

И Янь, и Луджоу, выслушали меня очень внимательно, став серьёзными. Изредка задавали уточняющие вопросы. Их сильно расстроило, что убийца больше ничего конкретного не сказал, за что можно было бы зацепиться. Я выставил всё так, словно меня пытались убить из-за Янь Гу.

— Да я слышал эту историю, — неожиданно признался Янь Гу, удивив меня. — Когда мои люди проводили расследование, то узнали о том, что какой-то человек в чёрном, похожий по описанию, преследовал тебя по всему городу. Ты тогда поднял сильный переполох.

— Хороший ход, — одобрил Луджоу. — Убийцы редко проявляют настойчивость, если провалили первый удар, подняв ненужный шум. Но ты сказал, что справился с ним самостоятельно, — прицепился к другим словам. — Если он настолько силён, раз пришлось убегать, как это удалось?

В меня вперили подозрительный взгляд. С самым честным видом поведал историю о том, как я попал в город. Со множеством подробностей. О том, как приехал на заработки из долины Ста ручьёв. Как подрабатывал мелким уборщиком в аптеке Цветочный дракон. Как на меня устроил охоту убийца. Как потратил все свои сбережения, чтобы на чёрном рынке купить гору зажигательных печатей. Устроил ловушку. Как аптеку штурмовала армия бандитов под руководством убийцы. Как взорвал его, подманив к себе поближе, рискнув выступить приманкой, где и получил рану. Как едва спасся, оставшись в одном исподнем. Как заодно героически спас женщину и ребёнка, подобрав по пути, вырвав из рук озверевших бандитов.

Искусно переплетая правду и вымысел соорудил такую душещипательную историю, чуть сам не прослезился. Что примечательно, её легко проверить. Какая-то часть бандитов непременно выжила. Свидетелей и соседей опросить несложно. Послать гонцов в долину Ста ручьёв тоже. Прадедушка Миншенг с радостью всё подтвердит. Куда ни сунься, везде я белый и пушистый. Прямо душка.

Видя мою абсолютную уверенность в своих словах и спокойствие, парни слегка утихомирили паранойю. Разумеется, позже всё проверят, но пока придраться вроде не к чему.

— Жаль, не смог узнать, что это был за человек? — сокрушённо вздохнул Янь Гу.

— Почему же, — заговорщицки усмехнулся. — Кое-что узнать удалось.

Припомнив перстень печатку со свёрнутым в клубок скорпионом подробно описал его Янь Гу. Пусть уж лучше эту организацию ищет клан Янь, чем я. У них ресурсов и возможностей побольше. Попросил держать меня в курсе расследования, как лицо кровно в этом заинтересованное. Обрадованный парень согласился. Надеюсь, через него удастся узнать о причинах открытой на меня охоты. Правда, это будет уже на дальнюю перспективу. Сейчас передо мной стояли другие первоочерёдные задачи.

— Хоть что-то, — кивком поблагодарил Янь Гу, поднимая вторую чашу вина. — Клан Янь не забудет твоей помощи. Как и я. Ты спас мне жизнь. Чем могу помочь на данный момент? Говори, не стесняйся, — подтолкнул поделиться сокровенным.

— Вы же знаете какая сейчас главная тема обсуждения в Солнечном камне. Все готовятся к состязанию за захват наследия древнего практика. Я тоже планирую поучаствовать в этом грандиозном событии. Испытать свою удачу. Ничего другого мне не нужно. Либо рискну и получу всё, став благородным героем, как о том мечтал, либо потеряю жизнь. Испытывать сожаление об упущенной возможности встать вровень с величайшими героями Уваня, или стать одним из неудачников чёрных кварталов, не для меня, — гордо, с непоколебимой решимостью сообщил о своём выборе.

Надеюсь, не переборщил с пафосом. Янь Гу помрачнел. Огорчённо вздохнув, признал.

— Я не отказываюсь от своих слов, но, к сожалению, с этим помочь не в силах. Распределением монет, как и мест в команде от клана Янь, заведует первый старейшина. Не думаю, что он согласится с твоей кандидатурой. Давай лучше позабочусь о том, чтобы у тебя появилась хорошая работа и достойное жильё. Это будет наилучший выход, — предложил другой вариант.

— Не стоит, молодой господин Янь. Я хочу добиться всего своими силами, чтобы не стыдно было перед предками. Хочу прославить фамилию Тонгов. Только ради этого и пришёл в столицу. Вы меня не совсем правильно поняли. Я не просил брать меня в команду Янь. На днях познакомился с замечательной благородной госпожой Аль бин Алайнэ из далёких южных пустынь. Она согласилась взять меня в свою команду, которая тоже намеревается участвовать в испытании. В качестве носильщика. Пообещала предоставить мне монету и выплатила хороший аванс за предстоящую работу. Именно на него я и гуляю в Саду тысячи персиков. Набираюсь сил перед трудным походом.

Слегка покраснев, смущённо отвёл взгляд, давая понять, как именно это делаю. Услышав про некую даму, которая нанимает обычных носильщиков, обещая им загадочные монеты, да ещё заранее выдаёт на руки солидный кошель с золотом, безо всяких гарантий, Янь Гу и Луджоу озадаченно переглянулись. Они сильно заинтересовались этой информацией, но виду постарались не подавать.

— Моя просьба в другом. Если вам нетрудно, молодой господин Янь, не могли бы вы мне помочь с подарком для этой чудесной женщины. Предоставить что-нибудь изысканное, уникальное. Хочу выразить ей своё искреннее восхищение.

Мечтательно прикрыл глаза, изображая влюблённого человека, очарованного некой красоткой, судя по фамилии, из далёкой страны.

— И ещё. Если не покажусь излишне бесстыдным человеком. Не могли бы поговорить с вашим уважаемым отцом, чтобы клан Янь не возражал против её участия в испытании предка. Разуметься, я не прошу отдавать моей прекрасной госпоже наследие, высокоранговые техники или какие-нибудь великие сокровища. Госпожа упоминала, что удовольствуется и скромными дарами пещеры древнего практика, которые либо не захотят, либо не смогут забрать себе другие команды. По её словам, там хватит сокровищ на всех, нет смысла проливать кровь собратьев практиков, — восхищённо вздохнул, выражая своё уважение такой позицией. — Каждый получит то, что ему предначертано судьбой. Молодой господин Янь, сможете замолвить за неё словечко? Я, в свою очередь, попрошу благородную госпожу Аль бин Алайнэ протянуть руку помощи на испытании, если вы окажитесь в беде. Все мы дети Айши и должны друг другу помогать.

Янь Гу ненадолго задумался, взвешивая все за и против. Подозрительная ли эта неведомая Аль бин Алайнэ на его взгляд? Да ещё как! У него аж в носу должно свербеть от предчувствия подвоха. Если она такая святая, какой я описываю, то откуда у неё столько монет. Кто их ей подарил. К тому же, если госпоже ничего не нужно, то зачем нанимает носильщиков, щедро с ними расплачиваясь. Откуда у неё на это деньги с такими-то жизненными принципами. Да и я старался вести себя так, как простачок, которого обвели вокруг пальца ради неясных целей. Ну а бордель, подумаешь, какая мелочь. У каждого свои маленькие слабости.

— Не думаю, что могу решать такие вопросы в одиночку, — осторожно ответил Янь Гу. — Однако не вижу в этой просьбе ничего предосудительного. Если твоя госпожа сможет сама достать пропуск в пещеру, объявив себя нашим другом, то почему бы и нет. При условии, что не будет конкурировать за главный приз. Клан Янь достаточно богат и могуществен, чтобы не бросаться на каждую горсть обычных сокровищ и редких ресурсов. Но Янь также не будут ссориться с другими влиятельными семьями и кланами Уваня, если те будут категорически против её участия, — честно признал Янь Гу, оставляя себе пространство для манёвра.

— Вот и замечательно, — довольно улыбнулся. — Не беспокойтесь. Она обещала постараться решить этот вопрос в ближайшее время. Насколько знаю, сегодня у неё назначено несколько встреч с уважаемыми людьми, чьей поддержкой намеревается заручиться. Позвольте в знак признательности за добрые намерения налить вам вина.

Довольные собой, выпили ещё по чаше вина.

— Я поговорю об этом с отцом, — пообещал Янь Гу, имея в виду гораздо большее, чем сказал. — Кстати, если так хочешь попасть в пещеру древнего предка, почему бы тебе не посетить сегодняшний открытый приём, организуемый губернатором Уваня. Получше узнаешь о текущей ситуации, посмотришь на других претендентов. Возможно, найдёшь новые сведения о том, где всё ещё можно достать монет. Познакомишься с разными людьми, услышишь последние слухи. Также, можешь подыскать себе либо более надёжную команду, либо достойного человека в вашу. Которому можешь доверить спину. Лучшая возможность для таких, как ты, вольных практиков, — дал хороший совет, надеясь, что к нему прислушаюсь.

— Открытый приём? — заинтересовался его словами. — Губернатор тоже участвует в битве за наследие? Или хочет договориться о разделе пещеры?

Проявил обеспокоенность за свою несуществующую госпожу.

— И это тоже. Чтобы не допустить междоусобной войны и беспорядков на улицах, губернатор созывает на устроенный им приём всех практиков этого города. Неважно, из больших семей или малых, местных или пришлых, из кланов или гильдий. На площади уже вовсю расставляют столы, готовят угощения, приводя её в праздничный вид. Он хочет устроить большой совет, усадив всех за стол переговоров.

Ожидаемо. Тоже намеревается урвать свой кусок пирога. Небось сам же этот стол и возглавит, заняв почётное место. Пока небольшие силы и свободные практики грызутся между собой в перетягивании одеяла, крупные решили договориться. Сидя на этом же самом одеяле. Всё, как всегда. Потом скажут, что это было общее решение и все должны его выполнять. Свою задницу они уже не поднимут. Не для этого садились.

— Спасибо за совет. Обязательно его посещу, — заверил Янь Гу. — Посмотрю, на своих собратьев практиков. Возможно, действительно с кем-нибудь познакомлюсь.

— В любом случае, эта история скоро закончится, — напомнил Янь Гу благожелательным тоном. — Как надумаешь получше устроиться в городе Солнечного камня, найди меня. Подыщу тебе какое-нибудь тёплое местечко. Если захочешь, можешь работать прямо на меня. По деньгам не обижу, — предложил из добрых побуждений.

Пока отказался, рассыпавшись в благодарностях. Ещё немного поговорив на разные темы, налаживая дружеские отношения, довольные встречей разошлись. Янь Гу оставил контакты, как и через кого на него можно выйти. Официально пригласив меня к себе в гости, чтобы получше расспросить о моей госпоже, отправился дальше совершать обход подконтрольных клану владений. Вникая в их дела, решая мелкие вопросы, налаживая знакомство с управляющими, демонстрируя, что называется, флаг клана Янь на местах. Хороший хозяйственный подход. Заодно, мимоходом оказал мне неплохую услугу. Поговорил с хозяйкой о том, что пока не найду другое жильё, временно мог остаться здесь. В качестве почётного гостя. Подозреваю, чтобы потом не искать меня по всему городу, когда уже у его отца возникнут ко мне вопросы.

Новость о том, что я близко знаком с Янь Гу быстро облетела Сад тысячи персиков, вызвав в адрес моей персоны ещё больший всплеск интереса со стороны феечек.

Слова Янь Гу про временное жильё пробудили неприятные воспоминания. Надеюсь, с новым не произойдёт того же, что и с прошлым. Печальные мысли быстренько заел всем, что осталось после трапезы. Не выкидывать же добро. Тут накрыли на двадцать человек, а молодые господа поклевали по зёрнышку и были таковы. Помог служанкам облегчить их тяжёлую ношу, не щадя живота своего.

Готовился к сегодняшнему приёму со всем старанием. Помня и о братьях Фунэ, и о возможных сообщниках убийцы, и о своём безумном плане. С легендарными словами мне нечего надеть, пошёл совершать налёт на здешние магазины женских тряпок. Благо список тех, кого не уважаю, достаточно широк, так что выбор был огромен. В случае чего, мог ещё кого-нибудь не уважать. Мне несложно. Там же немного разжился наличностью, которую спустил на одну из актёрских трупп.

Сдался в умелые ручки мастериц макияжа и перевоплощений. Узнав о цели визита, женщины сначала удивились, а потом пришли в восторг. Развернули такую бурную деятельность, что через час себя в зеркале уже не узнал.

Переодели в женское платье строгого фасона, закрывающее всё, что только можно. Белого цвета из многослойного шёлка, с далёких южных краёв. Нижнюю половину лица закрыли тонким лицевым платком. Сделали довольно интересную причёску, слегка завив волосы. Перекрасили их в чёрный цвет. Наложили качественный макияж, накрасили накладные ногти, надушили какими-то непривычными ароматами, затемнили кожу. Словом, преобразили так, что можно было хвататься за сердце и признаваться самому себе в любви. На работу профессионалов всегда приятно посмотреть. С лёгким сердцем за это отдал деньги.

Оставалось решить ещё один вопрос. Мало выглядеть как леди Аль бин Алайнэ, нужно ещё соответствовать этому образу. Речь, походка, поведение, продумать оставалось многое, а времени мало. Как не странно выручили вечно раздражающие голоса. Сначала они притихли, озадаченно наблюдая за моими преобразованиями. Потом, после того как мысленно объяснил суть задачи, обрадовались тем, что могут оказаться полезными. То, что я от них постоянно отмахивался и не ценил, их сильно расстраивало.

Один из Собирателей авторитетно заявил, что прекрасно знаком с культурой и обычаями неизвестного мне далёкого южного края, крайне загадочного и мистического, откуда он собирает капли снов и легенд для источника Ста тысяч истинных слов. Понятия не имею, как он это сделал, но неожиданно на моей коже проступило пятно, похожее на татуировку, которое словно ожившая клякса чернил приняло форму небольшого жучка, состоящего из совсем крошечных, невидимых глазу символов и иероглифов. Ещё и ползало под ней, шевеля лапками. Так и хотелось стряхнуть с руки мерзкое насекомое. Насколько помню, из похожих на него собратьев состояла туча вокруг пирамиды храма.

Собиратель объяснил, что это зачаточная форма Шиньюсамасы. Его личинка. Ещё не полноценная история призраков, но уже кое-какой его каркас с набором тематических образов. Прядильщик ещё не закончил над ней работу. Если насытить эту личинку энергией, то можно оживить отдельные объёмные картинки, кусочки пейзажей, вещей, персонажей, мотивов будущей истории. Именно это он и предлагал. Что-то подобное в своё время провернула со мной Хранительница библиотеки в ночном лесу возле каравана. Воплотив в жизнь всего лишь одну сцену, сделав меня её персонажем. Поскольку тот никак не мог взаимодействовать со зверем, поэтом я тогда на время разорвал с ним связь.

В духовном зрении выглядела эта личинка довольно странно. Как узелок из новообразованных меридиан, с тусклой звёздочкой в центре, вросших побочной веткой в центральную энергосистему. Этакий духовный паразит, или росток, пустивший корни в мой очаг. Как бы ни вырос в полноценное дерево. Замучаюсь потом выкорчёвывать.

Пару минут простоял в раздумьях, решая, — «Рисковать, не рисковать, экспериментировать, не экспериментировать».

Решил рискнуть. Интересно же, что получится. Меня всегда привлекало всё новое и необычное. Особенно то, что позволит стать хоть чуточку сильнее.

Энергии ци эта зараза жрала совсем немного, но постоянно. Такое ощущение, что ничего не изменилось. Постоял, попрыгал, огляделся духовным зрением. Никакой разницы. Пока не попытался вспомнить, а что, вообще, мне обещал Собиратель. Вот тут и нашёл первое отличие. В памяти появилось множество обрывочных кусков чужих воспоминаний, которые мне не принадлежали. Я никогда не бывал в тех местах, о которых сейчас вспоминал. Не слышал ту речь, на которой мог теперь разговаривать, не ел тех блюд, чей вкус ощущался на языке.

— Скотина, — сказал совсем не своим привычным голосом, сглатывая набежавшую слюну. — Только жрать сильнее захотелось.

Не знаю, как именно и с каким акцентом должен звучать голос уроженки далёкого загадочного юга Аль бин Алайнэ, но это точно он. От внезапно появившейся мысли испытал кратковременный приступ паники. Срочно заглянул в ближайший тёмный переулок, успокоить паранойю. Фух, облегчённо выдохнув вышел обратно. Маленький Тонг по-прежнему со мной. Привык как-то к нему и расставаться не намеревался. Надеюсь, взаимно.

С приподнятым настроением отправился совершать дальнейшие покупки. Мне ещё в лавку с писчими принадлежностями нужно заглянуть, к торговцу амулетами, сувенирами и прочие, и прочие.

В тени покинутого мною недавно переулка стояла незамеченная никем Хранительница библиотеки. На её бесстрастном лице чуть ли не впервые появился намёк на улыбку. Всё шло своим чередом. Человек сам того, не замечая, постепенно загонял себя в ловушку, затягивая петлю. Разве незнание законов неба и земли освобождает от их последствий. Нет. Поэтому она не спешила вмешиваться в ситуацию, терпеливо дожидаясь, когда же цветы превратятся в плоды. Тем более, не спешила объяснять глупому человеку нюансы своей силы.

Человек, к сожалению, или счастью, не подозревал о многом. Например, о том, какую именно маску он решил примерить. Не зная её истории, происхождения, иначе бы точно рассмеялся в полный голос над иронией судьбы, вспоминая своё излюбленное выражение. Это же надо было так угадать с содержанием, а не с формой. Ей даже стало чуточку любопытно, как именно он будет выкручиваться из сложившейся ситуации. И будет ли, вот в чём вопрос.

К тому же он забывал, любая история имеет своего рассказчика. Даже незавершённая. А любая личинка, рано или поздно…

В указанное время на площади перед дворцовым комплексом губернатора начала собираться огромная толпа. Среди них практиков встречалось не так много, как казалось, на первый взгляд. Сюда стекались все сливки общества Солнечного камня, как и простые люди, мечтающие когда-нибудь стать частью тех или других, а пока же, хотя бы посмотреть на такое представительное собрание со стороны.

На клановых одеждах людей, то и дело мелькающих в толпе, присутствовали эмблемы практически всех действующих сил в городе. Кроме них на глаза попадались представители самых разных слоёв общества и достатка. От бедных, безземельных дворян, до влиятельных аристократов. От рабочих с гильдейских мануфактур, до профессиональных наёмников. Слова праздник, открытый приём и большая сходка всех основных сил города вызвали повышенный ажиотаж у народа, который тоже захотел либо поучаствовать в нём, либо посмотреть со стороны. Засветиться на общественном мероприятии в качестве уважаемых людей. Заодно увидеть стольких могущественных практиков, собравшихся в одном месте. Если удастся, завести полезное знакомство. Плюс будет, что потом рассказать друзьям и соседям.

Конечно, в центр площади, за границу, огороженную барьерами и оцеплением солдат, пропускали только практиков и никого более. Собирающийся народ выступал лишь в качестве зрителей и гаранта благоразумия кланов, чтобы не выкинули какую-нибудь глупость, обвинив в ней других. Губернатору требовалась страховка и напоминание, что с мнением народа им придётся считаться, в любом случае, а значит, и с его личным, как представителем верховной власти.

На подходах к площади, где оперативно развернули торговлю всем, чем возможно, праздник же, полно народа, прикупил недостающие части экипировки. Деревянную маску смеющегося рогатого демона, покрытую жёлтой краской и лаком, которую подвесил на пояс. Миниатюрный тубус из бамбука под кисточку и чернила. Чёрную свободную накидку, не стесняющую движений. Небольшую высушенную тыквенную флягу. Несколько деревянных дощечек амулетов, приносящих удачу, на которых собственноручно нарисовал печать мастера, якобы их изготовившего. С хитрым добавлением чар.

Также под руководством всё того же Собирателя, которого прозвал Девятым, чтобы хоть как-то отличать от собратьев, разрисовал внутреннюю сторону маски и тыкву письменами и чарами, присущим выдуманному персонажу Аль бин Алайнэ. Ну не на языке же империи Сиянь писать пожелания самому себе. Получилось вполне достойно чужестранки из дальних краёв. Никто ничего не разберёт, но впечатлится. Правда, хотел расписать внешнюю сторону маски, но Девятый отговорил. Сказал, на внутренней будет правильнее. Ну, ему виднее. Он у нас специалист по этой культуре.

* * *

По улице в направлении площади, неспешно шла колоритна троица путешественников. Седой дед, с нечёсаными космами, всё ещё крепкий и жилистый, как старый вяз, мужчина, выглядящий рассеянным странствующим философом, постоянно витающим в облаках, и молодая девушка с необычным, бледно-розовым цветом волос. Под правым глазом у неё виднелась небольшая изящная татуировка иероглиф, означающая, — меч. Все трое в одинаковых свободных одеждах светлых тонов, присущих членам секты боевых практиков. Также у каждого при себе имелся длинный прямой меч цзянь в простых ножнах.

Старик со скукой разглядывал толпу, ни на ком не задерживая взор дольше мгновения. Мужчина и вовсе словно спал на ходу, непонятно как, не спотыкаясь и не натыкаясь на прохожих. Самая возбуждённой и любопытной среди них оставалась девушка, для которой всё происходящее было в диковинку. Она с интересом разглядывала такое большое скопление самых разных людей, пробегая жадным взглядом по прилавкам, однако, дисциплинированно держалась рядом со старшими, не отвлекая их своими просьбами или вопросами.

— Шумно, — сокрушённо вздохнул мужчина, жалуясь на некомфортную для него атмосферу праздника.

— Тебе шумно даже в пещере на уединённой культивации, — проворчал дед. — Потому что слишком умный. Чем больше в голове мыслей, тем громче они друг с другом спорят. Давно уже советовал выкинуть их из головы. И сразу настанет мир и покой. В доме должен быть только один хозяин.

Мужчина хотел сострить, что уж деду-то собственные точно не мешали, но промолчал. Потому что умный, а старейшина сильный. И несдержанный. Со своим уродливым шрамом, наискось идущим через всё лицо и неряшливым внешним видом, он производил довольно пугающее впечатление. Взглянув в его выцветшие голубые глаза, в глубине которых плескалась сама смерть, прохожие заблаговременно старались очистить дорогу страшному деду с настолько ужасающей аурой.

— Может, лучше пойдём домой, — в который раз предложил мужчина со скрытой надеждой. — Яо, ещё не готова бросаться в бурный горный поток приключений.

— А когда будет готова? — недовольно нахмурился старейшина. — Когда родит уже третьего ребёнка и её зад не будет проходить в дверь? Раз уж назвалась гением меча нашей секты, восходящей звездой, так уж пусть будет добра, восходит, а не зависает у горизонта. Лучший способ научить щенка плавать, бросить его в реку. Хочешь научить его кусаться, брось к другим псам и кинь всего одну косточку на всех.

Старик был непоколебим. Мужчина с неодобрением покосился взглядом на девушку, которая нисколько не возражала такой трактовке учебного плана. Если старейшина сказал надо, значит, надо. Она была послушной ученицей. Иначе ей было не выжить при таких-то наставниках. Чего зря забивать себе голову. Лучше забить её какими-нибудь лакомствами. Когда ещё в следующий раз попадёт в город.

Внезапно один из пешеходов неожиданно вынырнул из толпы, чей путь случайно пересёкся с их. Не обратив внимание на ауру старика, распугивающую людей, глубоко погруженная в свои мысли, молодая женщина едва с ним не столкнулась с их группой. Даже не замедлив шага, спокойно прошла под самым носом, обдав запахом незнакомых благовоний. Старик чуть не взорвался от такой наглости, с трудом успев притормозить, чтобы не задеть её плечом. Обычно это его старались обходить стороной, а не наоборот.

Открыв рот, чтобы высказать всё, что он о ней думает, старик присмотрелся повнимательнее к уже уходящей женщине, так и оставшись стоять с глупым видом. Опомнившись, направился следом, но не для того, чтобы догнать, а убедиться в своей правоте.

— Не понял. А эта с*** что здесь забыла? — озадаченно почесал голову.

— Твоя знакомая?

Удивившиеся спутники старика также присмотрелись к женщине, но ничего выдающегося не заметили. Да красива, да необычна, да чужестранка, ну и что тут такого.

— Почаще бы хоронить таких знакомых и поглубже. В самом пекле, — раздражённо поморщился старик. — Уже и сюда добрались, дери их Ичи в зад.

— Старейшина Лу, это враг? — любопытство девушки подскочило сразу до небес.

Она по-новому, оценивающе присмотрелась к женщине, пытаясь понять, насколько та сильна. Можно ли бросить вызов.

— Это большая проблема, — уклончиво ответил старик. — К счастью, интересы секты Лунного меча и оазисов Мёртвых песков не пересекаются. И слава богам. Та ещё заноза в заднице. По молодости заглядывал в их «гостеприимный» край за Великий горный раздел. Искал приключения на свою задницу. Нашёл. Некоторые из наших старых чудовищ, фанатиков меча, кому глаза затмевало блеском собственного совершенства, тоже отправлялись к ним в гости. Сравнить чьё мастерство круче. Кто-то возвращался, кто-то нет. Далековато всё же. Пока доберёшься, поседеешь, даже если таким не был. И не только от времени.

Немного помолчав, что-то вспоминая, продолжил делиться мудростью.

— Их оазисы лежат в закрытой земле, за кругом отчуждения. Говорят, там их заперли боги, когда надоело уже разгребать беспорядок за людьми из народа медива. Слишком уж беспокоились соседи. Постоянно кого-то резали. Вот и осерчали от постоянных жалоб. Наворотили преград на границах Мёртвых песков, чтобы не шастал туда-сюда кто попало. Добраться туда всё же можно, но зачем. Нас не любят там, здесь не любят их. Непонятно зачем эта курва сюда забралась. Не самый для них ближний свет, — усмехнулся одному ему понятной шутке.

— Может тоже пришла поучаствовать в испытании древнего предка? — предположил мужчина.

— Тогда как и говорил ранее, она будет одной большой занозой в заднице. Вынуть сложно, попросить помощи стыдно, пока избавишься, замучаешься.

Повернувшись к девушке, внимательно его слушавшей, строго предупредил.

— Запомни девочка, кто бы что ни говорил, они не бессмертны. Дохнут не хуже других. И кровь у них мало чем отличается от нашей. Но, если нет необходимости, на конфликт первой не нарывайся. Коварное и злобное племя. Очень неудобные враги со своими заморочками. Если всё же столкнётесь на узкой тропинке и поймёшь, что дальше пройдёт только один, не сдерживайся. Вложи всё в один удар. Выживешь, станешь сильнее. Если тропинка не настолько узка, проходи мимо. Пусть и мерзкие людишки, но какой-то кодекс чести блюдут. С ними можно иметь дела, но лучше, не стоит.

— Поняла старейшина, — почтительно ответила Яо, принимая совет к сведению.

— Чем знамениты? — заинтересовался мужчина, имея в виду стиль боя.

— По-разному. Смотря из какого оазиса. Не обо всех знаю. Сейчас посмотрим. Что-то такое вроде почудилось на самой грани.

Пока ещё женщина не успела раствориться в толпе, старик пальцем оттянул себе веко, расфокусировав взгляд. У него был очень богатый опыт, развитая интуиция и под стать опыту духовное восприятие. Несколько долгих секунд, пока не скрылась за чужими спинами, старик пытался что-то такое углядеть, чего не могли остальные.

Потеряв цель, устало помассировал себе виски.

— Как есть курва, — беззлобно выругался. — Так и думал. Длинный слегка изогнутый меч на спине заметили?

— Меч? — удивились его спутники ничего такого не припомнив.

— Вот-вот молокососы, — довольно осклабился старик их промахом. — Всему вас учить и учить. Если не ошибаюсь, оазис Воющих духов. Вроде там взращивают путь меча. Уже сталкивался. Как раз к ним наши ящеры и бегали позвенеть железками. С переменным успехом. Ну и их выжившие из ума кретины, упившись настойки на кактусах, совершали ответные визиты. Славные были времена, — мечтательно прикрыл глаза, широко улыбаясь.

— Значит, она тоже мечник? — услышала главное Яо, чьи глазки азартно заблестели в предвкушении. — Старейшина, как вы считаете, чьё искусство меча лучше? Стиль восходящей луны или стиль Воющих духов?

— Не скажу, — добродушно усмехнулся старик. — Когда-нибудь сама выяснишь. Будет стимул к чему стремиться. В мире много самых разных путей познания меча. Всевозможных уловок и приёмов. Каким-то легче противостоять, каким-то нет. Всё зависит от мастерства их владельцев, а не от того насколько тот или иной стиль старше, или заковыристее. Вот к чему тебе нужно стремиться. К абсолютному мастерству в искусстве владения клинком. Узнавай, учись, перенимай, находи слабости, сокрушай, превзойдя их всех ученица. Только тогда восходящая луна начнёт озарять небеса вне зависимости от того, зашло ли солнце других школ ли нет. Станешь поистине бессмертной, чьё имя и спустя века будет вызывать дрожь по всему миру.

Девушка ещё раз с духом соперничества посмотрела в ту сторону, где скрылась недавняя красавица.

— Куда намылилась, Яо? — осадил её старейшина. — Сказал же, когда-нибудь, но не сейчас. Пока уймись. Ты ещё не старейшина секты чтобы отправляться к этим мертвителям на обмен опытом. Из нас-то в лучшем случае возвращался один из трёх.

— Но меня же прочат на роль самого юного старейшины секты? — попробовала возразить девушка.

— Ты не путай слова почётный и почтенный, — строго пояснил старик. — Разница огромная. Силушки может и немерено уже сейчас, а вот с опытом пока проблемы. Вот поэтому хочу запихнуть тебя в эту пещерку к детишкам. Порезвиться в своей весовой группе. Без нужды не лезь к этой…, — скривился как от зубной боли, — проблеме. Пусть за тобой пока Миньджу присмотрит. Присмотрит же?

Старик испытывающее, с угрозой взглянул на мужчину.

— Конечно, присмотрю, старейшина, — заверил Миньджу.

— Если не отвлечётся на свои любимые книги, — уколола смутившегося спутника Яо.

— Я ему отвлекусь, — грозно предупредил старейшина.

— Да ничего такого не случится. Яо довольно взрослая и сильная девочка чтобы о себе позаботиться. Да и та женщина медива, если тоже намеревается попасть в пещеру древнего практика, то вряд ли выше пятой ступени развития очага ци. Яо справиться, — убеждённо заявил мужчина, полностью в это веря.

— Интересно, ты чем слушал?

Старик цепко ухватил его за ухо и подтянув к себе поближе, заглянул внутрь, будто намереваясь увидеть затычку.

— Я не сказал, что она сильна или слаба. Я сказал она проблемная. Ещё один любитель подменять смысл слов? Не недооценивай медив. К сожалению, не успел углядеть, сколько узелков на подвязке к поясу. Постоянно пропадали из вида. Скрытница, чтоб её, — отчасти с отвращением, отчасти с восхищением пожаловался старейшина.

* * *

На пропускном пункте меня остановил офицер в дорогих, украшенных латах.

— Практик? — дежурно повторил уже в сотый раз один и тот же вопрос.

На подтверждающий кивок отреагировал столь же заученно, протянув небольшую хрустальную сферу.

— Пожалуйста, направьте в сферу энергию ци равную второй ступени. Если она засветится, можете пройти дальше. Если нет, сожалею, вам придётся уйти.

Что-то низкая проходная планка. Зачем им практики второй ступени на площади. Напитки разносить. Или для создания видимости большого скопления народа. Прикрываясь им всегда легче проворачивать сомнительные дела. Или может, чтобы лишний раз не раздражать слабых практиков, которых большинство, дали им ничего незначащую привилегию. Всё равно в битве за наследие участвовать не будут. Зато лишний раз лестно отзовутся о губернаторе за его щедрость. Или могут даже решиться продать собранные по случаю монеты за большое вознаграждение. Получив гарантии безопасности от коллективного собрания. Принцип, не можешь использовать, продай, во всей красе. Двух птиц одной стрелой.

Проверку сферой прошёл без труда, присоединившись к оживлённой толпе, снующей между столов с закусками и напитками. В основном присутствующие либо что-то искали, либо разбиваясь на группы по интересам и социальному положению обсуждали, либо же внимательно присматривались к друг другу. Начал свой обход и я.

Найти представителей клана Шень труда не составило. Их тут было много. Не только подростков, но и вполне себе взрослых, матёрых бойцов и мастеров, чтобы показать всем, не стоит с нами связываться. Своё всё равно возьмём. Другие кланы старались от них не отставать, собрав такую же живую витрину и рекламу. Привлекая новых партнёров, отпугивая старых врагов.

На фоне задирающей друг друга молодёжи, старшее поколение вполне себе миролюбиво общалось с коллегами из других кланов, пользуясь случаем, решая множество совершенно других задач и вопросов. Те же, от кого ничего не зависело просто отдыхали, развлекаясь и пируя за счёт казны, не заморачивая голову чужими проблемами.

Покрутившись поблизости, выловил в толпе малышку Джанг Вэй. Скрытой передачей голоса сообщил короткое послание.

— Подойди к третьему столу справа, возьми яблоко. Для тебя есть подарочек.

Джанг Вэй, которая в это время стояла в одиночестве, скучая на этом собрании, невозмутимо направилась к указанному столу. В отличие от беспокойных сверстников, которых одолевали сомнения, надежды и решимость, она ни о чём не переживала. Зная чуть больше остальных, Джанг Вэй смотрела на окружающих с некоторым превосходством и уверенностью. Такое ощущение, внутренне гордясь своей исключительностью. Нет чтобы бегать между столами и заглядывая старшим в глаза спрашивать, — А я, а как же я, ну, возьмите меня! — чтобы не сильно выделяться. Где заламывание рук и слёзы. Могла бы хорошо поразвлечься. Точнее, я бы повеселился, глядя на это представление.

Одновременно с ней подошёл к столу, подстроив случайную мимолётную встречу. Не заметив поблизости никого из знакомых, тихонько подсказал.

— Уважаемая Джанг Вэй. Возьмите один на удачу. Владельцам подобных талисманов обязательно повезёт на испытании древнего предка.

Положил на стол рядом с большим блюдом для яблок одну из деревянных дощечек талисманов.

— Постарайтесь не потерять.

Взяв яблочко, сразу же ушёл, не оборачиваясь. Джанг Вэй забрав дощечку, также прихватив яблоко, вернулась к своей группе. Позже, повертев её в руках, ничего необычного не заметила, кроме очень сложного, замысловатого клейма мастера. Спрятав талисман, продолжила с улыбкой наблюдать за происходящим со стороны.

Закончив с этим делом, начал высматривать сформированные другими игроками команды, запоминая, кто, сколько, на чьей стороне. Чтобы потом не ошибиться. Оценивал их силу. Слушал о чём говорят люди вокруг них. Словом, собирал информацию о будущих трупах. Ко мне так же присматривались, как к возможному конкуренту, с кем придётся сражаться за наследие. Поскольку надолго нигде не задерживался, ходил один, от общения с окружающими уклонялся, то узнать хоть что-то, разумеется, не вышло. Быть одиночкой не всегда плохо.

Постепенно на площади образовались этакие точки спокойствия, вокруг которых закручивались события, как вокруг водоворотов. Это и были уже готовые команды, которым незачем суетиться, что-то искать, о чём-то договариваться. Их состав и цели уже определены. Насчитал почти дюжину команд. И наверняка это ещё не предел. Неплохо. Как в той шутке, где же я их всех хоронить-то буду.

Заметив в сторонке ещё одну цель сегодняшнего визита, направился прямиком к ней. Неуловимая мадам Лонг ну никак не могла пропустить столь представительное мероприятие. Не ради того, чтобы записаться на сомнительное приключение. Ради сделок и связей, разуметься.

Наведя о ней справки, узнал не так много, как хотелось бы. Мадам Лонг была откровенно слабым практиком первой ступени развития очага ци. Из-за ограничения основы, всего в одну духовную звезду, путь культивации личной силы оказался не для неё. Зато у женщины обнаружились хорошие способности управленца и политика. Пока более сильные практики бегали по горам в поисках чудовищ или медитируя в пещерах зарабатывали себе геморрой, она, сидя в удобном кресле, зашибала огромные капиталы, не сходя с места, нанимая таких, как они, десятками. Спрашивается, ну и кто из них добился в жизни большего. Сравнивая хотя бы по тому факту, что на площади присутствовал всего один практик первой ступени, для которого сделали исключение.

Как выглядела мадам Лонг выяснить оказалось не так сложно. Её тут каждая собака знала. В сопровождении двух слуг, телохранителя и секретаря, она неспешно обходила других почётных гостей, уделяя каждому не более нескольких минут. Серьёзные переговоры будут проводиться позже и в другом месте. Поймал её как раз на переходе от одной группы важных, хорошо одетых господ к другой. Преградив путь, отчего напряглись оба её спутника, но не она сама, вежливо поздоровался, давая Девятому чуть больше свободы действий.

— Да коснётся твоего светлого лика прохлада небес, авирия Лонг, — приложил ладонь к сердцу в знак приветствия и искренности своих пожеланий. — Не уделите всего минуту своего драгоценного времени на одинокую странницу, что волею судеб оказалась на этом приёме.

Видимо, я далеко не первый, кто желал поговорить с могущественной мадам Лонг, ради своих выгод. И далеко не самый значимый. Окинув меня равнодушным взором, столь же вежливо поприветствовала далёкую гостью. И столь же формально.

— Чистого вам неба над головой, уважаемая. Если есть какие-то вопросы или хотите обсудить дела, будьте добры посетите мой скромный дом завтра днём. Можете обговорить детали с секретарём Лу, — короткий кивок на мужчину справа. — К сожалению, сейчас у меня мало времени и сил, чтобы уделить их вам. К тому же меня уже ждут. Приношу свои извинения.

Мадам Лонг продолжила путь.

— Конечно, понимаю. Никогда, так и звучит, никогда, — ничуть не расстроившись сказал вслед. — Если у вас достаточно монет дьявольского змея и божественного цветка, которые можно подарить своим врагам, чтобы избавиться от них навсегда, значит, передо мной счастливый человек. Мне нечего вам предложить. Да укроет ночь твои следы, уважаемая авирия.

Тихонько рассмеявшись, развернулся чтобы уйти.

— Постой, — мгновенно среагировала мадам Лонг, обернувшись в мою сторону. — Что там про моих врагов?

— Ничего, — задержался на месте. — Ваши враги, это ваши враги, авирия. Какое мне до них дело. Как и до того, как их зовут. Я всего лишь поинтересовалась, воспользуетесь ли вы этой возможностью или подождёте другую.

Понять на что я намекал у мадам Лонг не заняло много времени.

— Значит, вы хотите сказать, все, кто отправятся в пещеру древнего предка оттуда не вернутся? — заинтересовалась мадам Лонг, возвращаясь ко мне.

— Скажу лишь то, что эта пещера появляется в мире людей далеко не в первый раз, а её наследие как хранилось внутри, так и продолжает храниться. Дожидаясь своего часа. Это ли не ответ, авирия? Обратно возвращались лишь те, кто удовольствовался малым, не рискуя взять то, что принадлежит другим. И то, если договорятся со стражем, которого совсем не радует присутствие чужаков возле могилы его предка. Поэтому скажите, насколько жадные ваши враги и я скажу, что их там ждёт.

Мадам Лонг на несколько секунд задумалась, что-то рассчитывая.

— Допустим, у меня есть знакомые, — её голос приобрёл бритвенную остроту, — которым с удовольствием сделала бы столь дорогой подарок. Однако, одна, две монеты ничего не решат. Они легко перепоручат это дело другим. Вот будь их с десяток, тогда бы мои знакомые почувствуют себя увереннее, рискнув лично узнать, насколько велико наследие древнего предка, — на меня посмотрели с намёком.

Аппетит у мадам Лонг хороший. При желании, наверняка несколько монет сможет достать другими путями. Значит, рассчитывает на целый, самостоятельный отряд. Кто же так не угодил этой предприимчивой госпоже.

— Возможно, я бы смогла помочь, но не уверенна, насколько бездонны ваши карманы, — не стал отрицать наличие такого количества монет в моём распоряжении.

Мадам Лонг на пробу закинув удочку, удивилась результату. Рассчитывала узнать мой максимум и заранее немного сбить цену. Оглянувшись по сторонам, не слышит ли кто, дала своим людям знак позаботиться о том, чтобы нас не побеспокоили.

— Ради хороших людей ничего не жалко. Даже поглубже засунуть руку в кошелёк. Могу узнать, сколько вы за них хотите? — постаралась не выдать своих истинных чувств до завершения торгов.

Назвал цену не скромничая, но не выше той, что предлагали самые богатые кланы Уваня. Она попыталась сбить цену, указывая на недостаток свободных средств и поспешность сделки. Остался непреклонен. Видел уже в насколько стеснённых условиях живёт бедная мадам Лонг. Рисковать откладывать сделку на потом, а ещё лучше замыслить и вовсе отобрать монеты силой, не решится. Где гарантия, что я не продам их кому-нибудь другому спустя уже десять минут. Желающих вокруг навалом.

Золота взял лишь немного. Все остальные средства сразу же попросил обменять на ценные ресурсы, а главное, пространственное кольцо хранения, пусть и самое скромное с ограниченным объёмом. Слишком уж дорогая и редкая вещица.

— Хорошо. Остановимся на этом, — мадам Лонг признала поражение. — Как вас зовут уважаемая госпожа? Хотелось бы знать, кто за какие-то пару минут стал настолько богат.

— Аль бин Алайнэ.

Дополнил своё новое имя длинной фразой на незнакомом языке, совершив традиционный жест народа медива, следуя подсказкам Девятого.

— Чтобы завершить сделку, осталась всего лишь одна пустяковая мелочь. Вы же не откажете мне в ней? Прошу, повторите эти слова за моим слугой. Боюсь, это обязательное условие. Поверьте, так нужно.

Она что-то прошептала на ухо своему секретарю, который потом передал их мне, тоже шёпотом, и тоже на ухо.

— Помимо прочего, вы найдёте в пещере кровь с родословной прародителя звериного царства. — вслух чётко повторил за секретарём, обращаясь к мадам Лонг. — Столь желанную для многих алхимиков.

Вопросительно посмотрел на загадочно улыбнувшуюся женщину, которая с благодарностью мне кивнула, не став ничего объяснять. Пускай, у каждого свои игры. Не придал этому особого значения, хотя и запомнил, на будущее.

— Секретарь Лу встретит вас через четыре часа в условном месте, как и договорились, с оплатой. Чтобы избежать недоразумений, он будет с хорошей охраной. Всё же расстаюсь с приличной суммой. Не хотелось бы, чтобы меня ограбили плохие люди, — предупредила мадам Лонг, страхуясь от обмана с моей стороны.

— Я всё понимаю и не возражаю. Веря в то, что слово этой уважаемой авирии твёрже алмаза и столь же кристально чисто, примите оговоренное заранее. Буду ждать секретаря Лу там, где условились. Надеюсь, он не опоздает. Иначе я расстроюсь. Сильно, — подпустил в голос толику угрозы, показывая, что не боюсь этого делать.

Под ошарашенный взгляд мадам Лонг спокойно продиктовал ей местонахождение нескольких тайников, в которых набиралось ровно десять монет. К назначенному времени как раз успеют все найти и проверить на подлинность. Я тоже решил немного подстраховаться от недоразумений. Устраивать мне ловушку становилось невыгодно по разным причинам. Уважительно кивнув, с лёгкой опаской мадам Лонг отдала необходимые распоряжения секретарю, чтобы всё устроил. Мало ли какая случайность произойдёт за это время.

Мадам Лонг осталась довольна сделкой даже за такую высокую цену. Всему виной маленькая неприметная дырочка в одном из кабинетов её дома, несколько медных трубок, тянущихся до подвала и рупор. Никакой мистики, заклятий, печатей или хитроумных техник ци, на которые у её «друзей» превосходный нюх. Не стоило им недооценивать слабых практиков.

Следующей целью избрал одного старого знакомого, Фунэ Фу. Поманил его жестом в сторонку от друзей и так понимаю, товарищей по команде. Заинтересовавшись неведомой красоткой, но всё ещё сохраняя небольшую настороженность, парень под смешки и шуточки родственников отправился выяснять, что от него хотят. С завышенными надеждами.

Вновь поздоровавшись и представившись по обычаям народа медива, уточнил его личность, как будто в первый раз вижу. Убедившись, что он, это он, сообщил местонахождение тайника с двумя монетами.

— Передайте их молодой госпоже Фунэ Цяо от меня в знак благодарности за то, что позаботилась о Тонг Цао. Он слишком часто и много о ней говорил, действуя мне на нервы, — высказал своё раздражение. — Считайте, что я отдала его долг. Больше он вашу семью не побеспокоит. Отныне Тонг Цао принадлежит только мне.

Прежде чем ушёл, оставив сильно озадаченного парня, тот всё же спросил вдогонку.

— Он жив?

— Ненадолго, — пообещал с хищной улыбкой.

Затерявшись в толпе, издали проследил как нахмурившийся парень, что странно, не выглядя радостным от такой новости, отправился в сторону отца, а не сестры. Довольно быстро нашёл саму Фунэ Цяо, с грустным видом сидевшую за столом, вяло ковыряясь палочками в тарелке, не обращая внимание на праздник. С помощью направленной передачи голоса, обезличив его, отправил следующее послание.

— Только что с Фунэ Фу расплатились за исчезновение Тонг Цао, пообещав, что долго он не проживёт. Клан Фунэ свою выгоду получил. Поздравляю.

Девушка напряглась. Спустя секунду с громким хрустом палочки в её руках переломились пополам. Повернув голову, пристально уставилась в спину брату, что-то оживлённо нашёптывающему на ухо отцу. Спустя некоторое время в сопровождении нескольких основных бойцов клана, Фунэ Фу покинул площадь. Фунэ Цяо с серьёзным личиком задумчиво постучала пальцами по столу. Ну всё, уже к вечеру её брата ждёт допрос. Хорошо бы без пыток.

Девушка в команду не попала, так что за её безопасность я не переживал. Своей выходкой подготовив почву к завтрашнему письму.

Затем выловив одного из учеников Шень, оказавшегося в нужном месте в нужное время, передал короткое послание главе его клана вместе с ещё одним подарочком.

— Передай многоуважаемому главе, что наши договорённости в силе. Другие команды не вернутся из этого подземелья.

Сразу же ушёл, теряясь в толпе. Благодаря точному расчёту, почти тут же якобы случайно наткнулся на Янь Гу. Проходя мимо, вплотную, тихим шёпотом сообщив.

— На вашем месте господин Янь, я бы присмотрелась повнимательнее вон к тому пареньку из клана Шень. Через него главе клана только что заплатили за то, чтобы их команда не мешала устранить вашу. Даже помогла бы в этом при случае. Всего-то за местонахождение тайника с пятью монетами дьявольской змеи и божественного цветка. Он как раз сейчас отправится забирать плату. Не упустите свой шанс.

Не оборачиваясь и не замедляя шаг, прошёл дальше. Разбираться у всех на виду, кто я и зачем это рассказал, Янь Гу не стал. Отправив одного из своих людей проследить за учеником Шень, а второго за мной, поспешил к ближайшей группе старейшин из клана Янь.

Подобный манёвр повторил ещё несколько раз с разными командами, одним обещая, что их конкуренты умрут, другим, что первые с кем-то договорились их устранить. С площади во все стороны, по возможности скрытно, устремились небольшие группы бойцов и шпионов. Эти подозрительные шевеления сразу нескольких команд не могли остаться незамеченными. Особенно напряглись те, кого я специально не включил в цепочку взаимных подозрений.

Одну из таких команд я оставил напоследок. На неё у меня были совсем другие планы.

Отдельно от остальных стояла небольшая группа необычных личностей, без клановых эмблем, родовых цветов, сторонников или родственников. Окружающие старались без необходимости не приближаться, чтобы случайно не оказаться подозреваемыми в симпатиях к этим людям. Возглавлял группу весьма колоритный пузатый мужчина в годах с залысиной и немного крысиными чертами лица. Невысокого роста, в неприметной тёмной одежде, с лёгким интересом подслеповато щурясь на других практиков, выглядя совершенно безобидным лавочником, случайно оказавшимся не в том месте. Всего лишь слабая третья ступень развития очага ци.

Если не ошибаюсь, материал его одежды из крайне редкой ткани стоил столько, что многие из присутствующих удавились бы от зависти. Хуже того, её очень сложно найти. За спинного этого человека стояли четверо телохранителей.

Высокий плечистый воин, укутанный в чёрный балахон с тюрбаном на голове, часть которого закрывала нижнюю половину лица на манер маски. Разглядеть можно было лишь небольшой участок кожи, напоминающую красноватое полированное дерево, с вертикальным рядом чёрных точек, идущих по обе стороны от носа. Молодой русоволосый парень с веснушками на лице, ничем не отличающийся от сверстников. Полуголый полукровка, человекопёс в шипастом ошейнике. На хорошо развитом, мускулистом человеческом торсе, не покрытым шерстью, сидела собачья голова с мощной зубастой челюстью. Хвоста не заметил. Четвёртой была диковато выглядящая женщина с очень бледной кожей, про которую можно сразу сказать, ведьма. Напялила на себя кучу сумочек, ремешков, поясков, кармашков, забитых всевозможными алхимическими ингредиентами.

Остановив одного из слуг, разносящих гостям напитки, указал на эту группу.

— Кто это?

— Господин Жу Лойанг. Известный коллекционер Уваня.

Заметив мой интерес к его персоне, слуга искренне посоветовал.

— Уважаемая госпожа, не стоит связываться с этим человеком. У господина Жу Лойанг очень плохая репутация.

— Обманывает? Убивает клиентов? Грабит? — потребовал подробностей. — Любит маленьких девочек? Или мальчиков?

Слуга с неохотой рассказал, что коллекционера сторонятся из-за слухов о его связях с тёмными сектами и нечестивыми практиками. Ради пополнения своей коллекции древних диковинок он не гнушался никакими методами и источниками. Если нужно, мог расплатиться за них хоть младенцами, хоть девственницами, хоть чужим фамильным сервизом. Отправлял команды мародёров грабить древние могилы. Дружил с гильдиями убийц и воров. Шерстил всевозможные аукционы. Торговал с демонами. В прямых убийствах его ещё не обвиняли, но некоторые из коллег, не пожелавших делиться заинтересовавшими господина Жу диковинками, бесследно пропали при невыясненных обстоятельствах.

— А те, кто с ним заключал сделки ещё живы? Не обмануты?

— Вроде нет, — слуга не смог припомнить подобного. — Господина Жу в мошенничестве ещё не обвиняли. Расплачивался всегда без обмана. Его клиенты живы по сей день. Но госпожа, — возмущённо предупредил слуга, — он же ведёт дела с нечестивыми практиками, демонами и бог знает кем ещё. Очень опасный и плохой человек. Ради своих целей не остановится ни перед чем.

— Поверь мне, убеждённые фанатики своего дела все такие. Особенно искренне любящие его.

Отправив слугу восвояси, решительно отправился навстречу будущему партнёру. Как же я мог пропустить его, не осчастливив такого хорошего человека. Тем более к себе уже привлёк достаточно чужого внимания. Спиной чувствовал с десяток пристальных взоров с разных сторон.

— Да коснётся твоего светлого лика прохлада небес, вир, — поприветствовал мужчину, с интересом встретившим мою персону.

— Да коснётся твоего светлого лика прохлада небес, вир, — практически сразу, без запинки повторил коллекционер.

— Авирия господин, — мягко поправил — Уважаемых тобой женщин принято называть авирия.

Коллекционер тут же исправился, без подобострастия или извинений, всего лишь, обозначив вежливость, не более.

— Чем могу помочь, авирия? — поинтересовался целью моего визита.

— Не желаете составить компанию этой леди? Стать её деловым партнёром в предстоящем испытании древнего предка.

Мужчина если и удивился, то вида не подал. Его наёмники молчали, не вмешиваясь в дела коллекционера, так же с любопытством и интересом разглядывая загадочную гостью.

— Зачем это мне, а главное, вам, вир? — испытывающее посмотрели мне в глаза, не закрытые лицевым платком.

Взгляд у господина Жу был ой как непрост. Такой видел у Фэн, когда она, препарируя лягушку, гадала, найдёт ли в её желудке жемчужину или нет, а рядом стояло ведро, набитое такими же «устрицами». По принципу ну если не с пятой, так с десятой точно повезёт.

— Вам, чтобы пополнить коллекцию, мне, чтобы убить как можно больше народа. Ну не нравятся они мне. Все, — широким жестом обвёл сразу всю площадь. — Может же быть у дамы лёгкий каприз? Кто-то туфельки собирает, кто-то цветочки нюхает, а я вот людей убиваю. Право, какая мелочь, — беспечно улыбнулся собеседнику. — Как видите, наши интересы не пересекаются. Само наследие ни вам, ни мне не нужно.

— Так что же вам мешает приступить к этому прямо сейчас? — поинтересовался коллекционер, всё так же доброжелательно улыбаясь и щурясь.

В отличие от насторожившихся телохранителей. Не зная, чего от меня ожидать, они перестали изображать скучающих в уголке непрошеных гостей.

— Ну вы же по ночам не лазаете в чужих домах подобно мелкому воришке в поисках антиквариата. Для всего есть своё время, место…, — после короткой паузы, со значимостью дополнив, — и причина. Моя в том, чтобы наследие досталось тем, кому нужно, а не тем, кому хочется. Мне может, тоже, много чего хочется, но я же сдерживаюсь, — огорчённо развёл руками, показывая, насколько это сложно.

— О, вы уже знаете кому оно нужнее всего? — развеселился коллекционер.

— Да. Но не скажу, ибо загадок в женщинах должно быть больше, чем капризов.

— Не буду спорить. Однако я так и не услышал причину, почему вы подошли именно ко мне, а не к кому-нибудь другому, — не дал себя увести в дебри пространственных рассуждений.

— Давайте посмотрим, — задумался. — Потому что я нужна вам, а вы мне. В отличие от них, — указал в сторону центрального помоста, укрытого дополнительными барьерами от подслушивания. — Предложу сделку. Принимать её или нет, решайте сами. Я честно предупредила, убью каждого, кто без разрешения войдёт в пещеру древнего предка за тем, что им не принадлежит. Поскольку желающих поздороваться с умершими родственниками слишком много, замучаюсь им всем глотки резать. Устану, мозолики натру, кучу одежды изведу. Зачем это бедной женщине? Кого-то ведь могу и упустить. Сбегут, негодники. Будет обидно, — вновь показательно огорчился. — Поэтому, так и быть, закрою глаза на присутствие посторонних, если они сделают мне маленький подарок. Сами вырежут три чужие команды. Тогда я сделаю вид, что в упор их не замечаю. Сыграем в такую необычную игру. Кто кого найдёт первым. Вы их, или я вас. Соглашаться или нет, решайте сами. Время у вас ещё есть.

— Ты ***? — грязно выругался молодой веснушчатый парень, изумлённо рассматривая меня как какую-то несусветную дуру. — Босс, может свернём голову этой ненормальной? Не будем тратить время на её бредни. Видно же, что она ещё более *** *** с *** самомнением, чем Жоэль, — кивнул в сторону ведьмы.

С любопытством посмотрел на это говорящее конопатое чудо.

— Как мило. Так и быть рыжик, тебя в сделку включать не будем.

— Ты на что намекаешь, — разозлился парень, воинственно шагнув вперёд, намереваясь задать мне трёпку.

— Назад, — тихо, но таким тоном приказал коллекционер, что парень, тут же вернулся на прежнее место. — Помолчи пока. Вам обязательно нужен ответ прямо сейчас? — с любопытством поинтересовался моими пожеланиями.

Коллекционера по-прежнему не удавалось прочесть. Ни, что он думал на самом деле, ни, какие эмоции испытывал. Потрясающий самоконтроль. Действительно, опасный тип.

— Ну что вы, нет. Слова не нужны, важны лишь действия. Команду клана Шень не трогайте. Этот десерт мой. Не лишайте удовольствия самой его распробовать. В остальном, никем не ограничиваю. Мы встретимся ещё дважды. У входа в пещеру и у выхода. Если к тому времени успеете уничтожить три другие команды, позволю безопасно выйти. При условии, что не тронете наследие предка. Нет, останетесь там навсегда. Как и многие-многие глупцы до вас.

Выставил всё так, словно я не только что-то знал об этой пещере, но и являлся своего рода стражем наследия. Теперь осталось подкинуть пищи для размышлений и можно уходить. Только меня немного опередили.

— С чего ты взяла, что можешь бросаться такими громкими заявлениями? — подала голос недовольная ведьма. — Животик не надорвёшь? Одно слово им, — кивок в сторону кланов, — и от тебя даже мокрого места не останется.

— Никого ни в чём убеждать не буду. Сказала же, хотите, соглашайтесь, не хотите откажитесь. Я не для того пришла, чтобы кого-то отговаривать.

Ласково улыбнулся с немного безумным взглядом, вспоминая сцены из аптеки, которые были ещё свежи в памяти.

— Чтобы подтвердить серьёзность моих намерений скажите адрес, по которому завтра отправлю письмо с указанием месторасположения открывшихся врат в пещеру древнего предка. За два часа до того, как об этом узнают все остальные. Будет вам маленькая фора. Сомневаюсь, что те, кому хотите сказать своё слово, позволят вам беспрепятственно в неё попасть.

— Вы знаете где и когда она появится? — перестал улыбаться коллекционер.

— Я знала об этом ещё до того, как со своими спутниками покинула наши земли, отправляясь в долгий путь до этого богами забытого места, — добавил ещё больше безумия во взгляд и голос.

— И вы знаете, что находится внутри? — ещё сильнее заинтересовался коллекционер, подаваясь вперёд с жадным блеском в глазах.

— Всему своё время. Если рискнёте зайти в неё увидите сами. Кто знает, не солгу ли я вам вновь, как считают некоторые, — жестом указал на его телохранителей. — Однако намекну, люди подобные вам уже были там раньше, и никто из них не пожалел об этом, даже на пороге смерти.

Коллекционер недолго колебался в принятии решения. Им двигала страсть, способная загнать кого угодно даже в жерло действующего вулкана. Мне продиктовали адрес и кодовое слово для курьера. Пообещал подумать над моим предложением.

В это время площадь накрыло ужасающее давление чьей-то чудовищной ауры. Народ чуть в обморок не попадал. Низкоуровневым практикам стало плохо. Поднялся небольшой шум и переполох, который, впрочем, вскоре исчез, как и аура. Если не ошибаюсь, это кто-то расшалился по ту сторону барьера, что впечатляло ещё больше. Бледные, болезненно морщившиеся телохранители помогли подняться на ноги своему хозяину. Краем зрения заметил, как вокруг мадам Лонг забегали слуги, приводя потерявшую сознание женщину в чувство. Единицам и двойкам пришлось особо тяжело. Практики пятых ступеней развития очага ци лишь раздражённо нахмурились, сумев оградить себя от строго, как теперь понимаю, дозированного давления чужой ауры. Кто-то решил сделать прополку, убирая сорняки. Ну и правильно.

— А страсти-то как я посмотрю накаляются, — даже не заметил этого давления. — Да укроет ночь ваши следы, уважаемые виры и авирии.

То, что на меня совсем не подействовала чудовищная аура не укрылось от внимания коллекционера. Самому интересно почему так. Вроде ничего специально не предпринимал. Что же, ещё один камушек на весы его мнения о моей персоне как о могущественной, опасной, неуравновешенной маньячке, с неясными целями появившийся в Солнечном камне. Вроде и дружить с такой нежелательно, но и враждовать опасно. Не сомневаюсь, запомнил и то, что я говорила о группе людей, покинувших мою якобы родину, что тоже заставит проявить осторожность и сдержанность в своё время.

Зерно сомнений посеял, намекнув, что в пещеру можно не только безопасно войти, но и выйти. Нужно всего лишь соблюдать правила игры. Посмотрим, что из этого получится. Уходя с площади, с улыбкой, подумал об оставленном подарке, который вскоре даст о себе знать. Ещё один маленький штришок на большую картину, которую пока никто не видит.

* * *

Чуть ранее в зоне заседания совета ведущих семей и кланов Уваня.

— Господа, давайте не будем затягивать встречу, — устало попросил губернатор упёртых стариков и патриархов, что собрались за одним большим столом. — Напомню, никому из нас не нужна война на улицах Солнечного камня. Уверяю вас, без последствий она не останется. Получит ли кто-то наследие или нет. Что ещё совершенно неизвестно.

— Верно, — поддержал глава аристократической семьи Дуо. — Врата могут оказаться где угодно. Если они, вообще, появятся. На дне реки, под землёй, высоко в небе или в безлюдном поле на краю провинции. Кровь можем начать лить уже сейчас, а награды не получим никогда.

— Предлагаешь договариваться прямо напротив пещеры? После того как её найдём? — иронично спросил глава клана Фунэ.

— Нет уж, лучше сейчас, — отказался глава семьи Чуа, с неприязнью глядя на главу клана Шень. — Никто не сомневается в способности великих кланов мобилизовать достаточно ресурсов чтобы найти её не только быстрее остальных, но и обчистить. Ещё до того, как мы все соберёмся договариваться, — усомнился относительно пользы от этого мероприятия. — Что не сомневаюсь, будет затягиваться изо всех сил.

— Хочешь нас в чём-то обвинить? — ласково поинтересовался глава клана Фунэ, угрожающе прищурившись.

— Ну что вы, и в мыслях не было, — ничуть не испугавшись, с вызовом парировал глава семьи Чуа. — Всего лишь высказал свои опасения.

— Вместо опасений лучше внесите предложение, — попросил глава гильдии Чёрного котла. — Это будет полезнее.

— Чуа прав, — вмешался губернатор. — Какое-то решение нужно принять сейчас. Во избежание недоразумений после обнаружения пещеры древнего предка. И провокаций, меняя своё мнение как направление ветра. Предлагаю заранее зарегистрировать команды, допущенные до битвы за наследие. После появления пещеры только они будут иметь право войти в неё, где бы она не появилась. Либо все, в любом порядке, либо только одна, после определения победителя в турнире, который организуем на месте. В первом случае рискуем потерять много молодых людей из-за различных факторов, — тактично обошёл тему резни командами друг друга в пещере. — Во втором случае трудно обеспечить всем равные условия. Кто-то может воспользоваться ситуацией, раньше других обнаружив пещеру, или личными преимуществами её расположения, чтобы отправить людей в обход турнира. Разуметься, потом заявив, не знали, не приказывали, самостоятельная инициатива отдельных неразумных чад и прочее. Когда сделать уже ничего нельзя. Что думаете?

— Первый вариант мне нравится больше, — высказал своё мнение глава клана Шень. — А тех, кто войдёт в пещеру в обход регистрации накажем, отобрав всё, что оттуда незаконно вынесли. Пещеру же возьмём под контроль совместными силами.

— Я против, — тут же заявил Чуа. — Если врата вдруг окажутся на моей территории, что же, превращать её в проходной двор? Действовать по принципу, — Заходи кто хочешь, бери что хочешь. Особенно для моих недругов, — не скрываясь, посмотрев на Шень. — Должна быть предусмотрена какая-то компенсация владельцу той земли, на которой появятся врата.

Губернатор одобрительно покивал. Многие патриархи заподозрили, что эту идею он сам и подал Чуа, с которым в последнее время слишком часто общался в ущерб остальным. Ведь не учитывая родовых земель, вся остальная провинция могла считаться его собственностью. У него было намного больше шансов выиграть от этого пункта.

— Разумно. Поддерживаю, — высказалось сразу множество участников совета.

Возражавших не нашлось. Размер компенсаций, выплаченных долей из вынесенных из пещеры сокровищ, решили обсудить позже, на отдельной встрече. К огорчению губернатора, против турнира также высказались все участники собрания. Взаимная неприязнь и недоверие достигли того предела, когда каждый намеревался воспользоваться пещерой предка для ослабления противника. Тут припомнили друг другу всё. И участившиеся пожары, и нападения на магазины, и бесследную пропажу некоторых членов враждующих семей, и появившиеся буквально только что подозрения в сговоре с чужаками ради устранения конкурентов. Некоторые прямо спросили, почему на встрече не участвует некая группировка пустынников, которая, судя по всему, обладает достаточным количеством монет. Что они замыслили. На кого работают.

Каждый обвинял в этом другого. Глава Шень, например, практически не сомневался, что именно их практик вчера вечером прокрался в его квартал и похитил мастера Шень Бая. Тот же самый, что недавно незаконно проник в город, потравив на стене много солдат. Почерк применения ядовитых техник ци совпадал в обеих случаях. Глава Чуа возражал, что этим он мог лишь отводить от себя подозрения, устроив инсценировку. Трупа то Шень Бая никто не видел.

В самый разгар спора на собравшихся обрушилась чудовищная аура взошедшего на помост неопрятного старика со шрамом на лице.

— Прошу прощения, собраться практики, что прервал вашу беседу, — усмехнулся старик, обводя суровым взглядом притихших членов совета. — Зашёл поздороваться. И попросить о помощи, дабы не переполошить горожан. Я тут кое-что потерял. Не откажите в любезности. Помогите найти.

— Старший Лу, какая приятная неожиданность, — натянуто улыбнулся губернатор, гадая какая нелёгкая принесла этого старого чудика. — Рад что вы о нас помните. Давно вас не видел. Присоединяйтесь, будьте моим гостей.

Пригласил за стол, мысленно прося богов сделать так, чтобы ещё столько же его не видеть. Пригасив ауру, старейшина секты Лунного меча вежливо отказался, сообщит, что спешит.

— Могу я узнать, что именно вы потеряли? — спросил губернатор, чтобы поскорее от него избавиться.

— Две монеты со змеёй и цветком. Слышал они упали где-то в этом городе, да не могу вспомнить, где, — с хитрой улыбкой посетовал старик.

Окружающее сразу поняли, что это была не просьба, а банальное вымогательство. Прежде чем остальные переведут все стрелки на него, как на хозяина города, губернатор с располагающей улыбкой громко предложил в присутствии старейшины Лу.

— Что же, конечно, поможем. Уважим такого почтенного старейшину. Предлагаю, мы сейчас отдадим свои монеты, а позже найдём ваши. Чтобы не тратить время на такую ерунду. Давайте тянуть жребий братья практики, — преувеличенно бодро обратился к присутствующим. — Кто же откажется оказать уважение старейшине Лу.

Губернатор открыто намекнул, что не намеревается платить из своего кармана. Патриархи, посмотрев на по-доброму улыбающегося старейшину Лу, единогласно высказались поддержать очередную «гениальную» инициативу губернатора.

Тем временем на площади и без старейшины Лунного меча поднялся большой переполох. Сработала зачарованная закладка Тонг Цао, в виде деревянной дощечки, подкинутой под один из столов. Над площадью словно мираж появилась огромная бесплотная фигура Аль бин Алайнэ. Громогласным голосом она сделала заиление о том, что наследие древнего предка принадлежит ей и она убьёт любого, кто посмеет за ним приюти. Если же смельчаки найдутся, то смогут взять в награду часть сокровищ предка, пройдя его испытания, сразившись со стражами, если выполнят всего два условия. Не посягнут на само наследие и убьют не менее трёх других команд, как она высказалась, презренных мародёров. По сути, это было объявление войны всему городу. Неслыханная дерзость, зажёгшая ярость в сердцах его практиков.

Страсти в котле под названием Солнечный камень постепенно накалялись всё сильнее. Радостный Тонг Цао, бодро шагая в противоположный конец города от Сада тысячи персиков, прекрасно знал, что, поднятая им волна вскоре захлестнёт не только город, но и его самого. Но даже не догадывался, как скоро и с какой стороны. Пока он плёл свою паутину интриг, судьба плела свою.

За ним на небольшом расстоянии уже кралась Яо из секты Лунного меча, случайно оказавшаяся поблизости без присмотра старших. Беспечный, увлекающийся книгами спутник куда-то не вовремя потерялся, оставив её одну. В девушке горело желание прямо сейчас испытать своё мастерство, сняв голову с этой курвы, как выражался старейшина Лу. Она жаждала схватки с сильным противником, воспитанная в духе традиций своей секты. Не тренировочного поединка, а именно битвы насмерть. Как же иначе узнать, чей стиль меча лучше.

С западных ворот города на встречу с Тонгом, с весьма серьёзным видом, пыхтя от гнева после полученной дома выволочки, спешила Цане, намереваясь поквитаться за всё. Список этого всего был настолько обширен, что попроси назвать конкретную причину, она бы растерялась, не зная, что сказать.

В восточные же ворота города как раз в этот момент въезжала группа уставших, пропылённых путешественников, загнавшая своих лошадей почти до смерти. Судя по измождённым лицам, они очень долго скакали без сна и отдыха, часто меняя лошадей на почтовых станциях, щедро расплачиваясь за это золотом. «Родственнички» поджидающей их в тени арки Канью наконец-то прибыли в Солнечный камень, но отнюдь не для того, чтобы забрать её домой. На лице девочки появилась хищная, зловещая улыбка, не предвещающая одному парнишке ничего хорошего в самое ближайшее время. Расплата грядёт!

Глава 6

Забрав пространственное кольцо с денежками, счастливо шёл в направлении убежища, чтобы отсидеться там до завтрашнего дня. Мадам Лонг, к её чести, выполнила свою часть сделки без нареканий, точно в срок. Если бы не одна досадная мелочь, то можно считать сегодняшний вечер удачно завершённым.

— Правильно мадам Лонг говорила, не город, а какой-то рассадник преступности. Кругом полно плохих людей, которые хотят ограбить хороших. Правда, что-то непонятно, — задумчиво отвлёкся от преследователя, упорно не желающего потеряться в этих переулках. — К кому из них можно отнести меня? К хорошим или плохим?

То, что за мной следят, обнаружил практически сразу. Не какой-нибудь мелкий карманник, а рыбка покрупнее. Специально привёл хвост на встречу с секретарём Лу, который заявился с целой толпой головорезов. Это шпиона не смутило и не спугнуло, значит, он настроен серьёзно. Скинуть его простыми способами не удалось. Хочешь не хочешь, придётся решать эту проблему сразу, не затягивая. До убежища его доводить нельзя. Где гарантия что один шпион не превратится в десять убийц. Слишком многим сегодня наступил на любимую мозоль, а скольким ещё наступлю завтра.

Подловить его удалось привычным приёмом. Сделав вид, что сильно ускорился, забежать за угол и спрятаться в тени ниши дверного проёма. Спустя несколько секунд услышал тихие шаги. Из-за угла выбежала молодая девушка, держащая в руках ножны с мечом. К сожалению, обмануть её, пропустив вперёд, чтобы, либо сбежать другим путём, либо зайти за спину не удалось. Девушка легко почувствовала моё присутствие, как и взгляд из темноты, резко отпрыгивая в сторону, разворачиваясь навстречу угрозе. Вот так мы и встретились лицом к лицу на узкой улочке.

«Интересно, что она скажет», — решил послушать вступительную часть, чтобы понять, чего она, вообще, за мной увязалась.

Вроде никаких родовых цветов или клановых эмблем на ней не вижу.

— Сестра по мечу, прими мой вызов! — с нотками соперничества объявила практически решённый вопрос.

— Что? — несколько растерялся от такой детской непосредственности. — Зачем?

— Чтобы узнать, кто из нас лучше, — с абсолютной уверенностью заявила эта ненормальная.

— Поздравляю сестра, — уважительно поклонился, сложив перед собой руки. — Признаю, ты лучше меня. Что-то ещё?

Теперь настала очередь девушки слегка растеряться. Не этого ожидала услышать, так же, как и я.

— Я не согласна принять эту незаслуженную похвалу. Требую поединка. Наши мечи честнее наших слов. Защищайся.

Нетерпеливая девушка, пылая желанием поскорее скрестить мечи, обнажила клинок, который засветился от вливаемой в него энергии ци. Прежде чем она сделает какую-нибудь глупость, быстро поднял перед собой руки, объявив.

— Сдаюсь!

У девушки от изумления слегка приоткрылся ротик. Она была глубоко возмущена и обижена настолько неожиданным поворотом. Можно сказать, разбил чьи-то чистые девичьи мечты.

— Так нечестно!

— Это жизнь, — с улыбкой пожал плечами.

Ну не буду же объяснять ей, что мне сейчас никак нельзя привлекать к себе внимание. Любая серьёзная драка поднимет ненужный шум. Вот если бы она объявилась через недельку, тогда, пожалуйста, а пока нет.

— Я не признаю такого поражения, — решительно заявила девушка, вновь разжигая в себе боевой дух.

Вот же дура упорная попалась. Что мне с ней делать. Нянчиться нет ни времени, ни желания.

— Раз ты не воспринимаешь меня всерьёз, придётся воспользоваться советом наставника. Сражайся или умри! — выдав боевой клич, резким взмахом отправила в меня атакующую технику меча.

Тончайшая полоса искажённого пространства тенью промелькнула в воздухе. Едва успел пригнуться. В стене дома позади меня появилась тонкая щель с идеально ровными краями длиною в несколько метров. Если присмотреться, прорезавшая его насквозь, вплоть до соседнего строения. Вечер перестал быть томным. Каких книжек начиталась эта дурёха, хотелось бы знать. Вроде жажды крови от неё не чувствуется, но бьёт насмерть.

Сорвался с места, уходя рывками из-под серии следующих ударов, разваливших дом на несколько неровно нарезанных частей. В ответ запустил череду направленных выбросов энергии ци, которые она рассекла ещё в полёте молниеносными, очень точными ударами.

Переместившись на дюжину метров в сторону, попыталась достать меня более широкой, объёмной волной, которой просто смело уже следующее строение, с грохотом развалив его, поднимая облако строительной пыли. Несколько источников жизни, которые чувствовал в нём, погасли. Зато её очаг разгорался всё сильнее и сильнее. Это мне уже сильно не понравилось. Ладно дура, не так страшно, но сильная дура, это уже другой разговор. Как ещё назвать человека, затеявшего драку в жилых кварталах города с большим количеством сильных практиков.

— Доставай свой меч, — потребовала девушка.

То, что я лишь уклонялся да закидывал низкоуровневыми техниками с расстояния, разозлило мою противницу. От очередного пространственного разреза, едва не лишился головы. Духовный доспех и ауру он проходил даже не заметив, как через бумагу. Чертовски обидно и завидно. В памяти всплыли чужие образы советующие, как лучше поступить в этой ситуации, с точки зрения мечника. Сам не заметил, как в руках оказался длинный, слегка изогнутый клинок без гарды. Откуда он, вообще, взялся. Тут ещё Девятый начал отвлекать своими советами.

— Издеваешься?! — возмутился его глупости.

Да я «вспомнил» чужой опыт и мастерство, но знать и уметь совсем разные вещи. Купив книгу по кузнечному ремеслу, нельзя с первой же попытки сковать меч. Потратишь уйму времени и сил, изведёшь кучу заготовок, набьёшь не одну шишку, прежде чем теория, хоть как-то перетечёт в практику. Да и то, часть книги придётся перерабатывать под себя, от чего-то избавляясь, чего-то добавляя своего. Нельзя взять, прочесть книгу и сразу стать мастером по её теме, а именно это мне сейчас Девятый и предлагал.

— Мы пойдём своим путём.

Решил обратиться к тому, чем лучше всего владел и что понимал. Рыбаку не к чему топор лесоруба. Мне совершенно некогда осваивать целый пласт чужих воспоминаний, из которых по идее может получиться что-то стоящее, а может, и не получиться. Путь меча не моё. Да и подозрения имеются, чего ради его подсовывают. Я ведь не забыл, под чьим управлением находятся эти милые крошки. Не желаю танцевать под чужую дудочку.

Нанёс рубящий удар мечом, щедро вливая энергию, но не совсем в него.

— Воздух, — произнёс истинное имя.

Подобие режущей волны отправилось в рано обрадовавшуюся девушку. Она с лёгкостью рассекла её, развеяв в пространстве. Такое впечатление, разрубив пространственным сечением саму структуру заклятья. С лёгким разочарованием на лице, ожидавшая нечто посильнее и посерьёзнее, девушка, сосредоточившись, исполнила более сложную атакующую технику.

— Лунный клинок! — зачем-то выкрикнула название техники.

Многометровый серп серебристого свечения плугом вспахал половину квартала, разрезав его словно кусок торта. Если бы не дал самому себе натурального воздушного пинка под зад, ни за что бы не успел выскочить из-под этой техники. Задница превратилась в отбивную, зато выжил.

— Воздух, — повторил приём, вкладывая в него больше энергии.

В сторону моей противницы устремилась выброшенная вперёд волна режущего ветра и пыли. Она вновь рассекла его всё тем же приёмом. Несмотря на тонкий разрез пространства, вся направленная против девушки энергия оказалась с лёгкостью рассеяна. Поднятая в воздух пыль на секунду зависла, после чего начала постепенно осыпаться на землю.

Теперь она атаковала выпадом, прорезав дыру в пространстве. Низкая площадь поражения компенсировалась скоростью. По моей руке заструилась первая кровь. Воздушный щит проткнула, даже не заметив его существование.

— Ну же, становись серьёзнее, — потребовала всё сильнее разочаровавшаяся девушка.

— Воздух, — последовал всё тот же приём.

Не проявил никакой фантазии. Так повторялось несколько раз. Я бил одним и тем же приёмом, прыгая, как обезьяна вокруг неё, постепенно сближаясь, занимая нужную позицию. Девочка оказалась невероятна быстра. Несмотря на потрясающую реакцию, гибкость и интуицию, избежать ран всё же не удалось. Хорошо хоть пока отделывался лёгкими порезами. Дома вокруг нас складывались как карточные. У одного из них, медленно сполз по косой линии разреза целый угол, выглядя, совершенно неповреждённым.

За секунду до момента, прежде чем меня располовинили, повторил всё тот же выпад, всё с тем же намерением. Только слов было сказано два.

— Воздух, Земля.

Воздушная волна, едва ощутимая, была рассечена механическим повторением ранее запомненных действий. Без раздумий. Вот только главный удар был нанесён совсем с другого направления. Земля под девушкой рывком дёрнулась на меня, выдернутым из-под ног ковром, роняя её на землю. Не успела вовремя среагировать, просчитать, за что и поплатилась. Опрокинулась на спину, теряя меня из вида.

Сразу же подскочив, могучим пинком, без всякой жалости отбросил её в уцелевшую позади стену дома. Это за моей спиной оставались одни развалины. Не останавливаясь, запрыгнул в образовавшийся пролом, на высокой скорости метнувшись к окружённому обломками и кусками дерева телу, с отбитыми органами и треснувшими рёбрами, схватив её за горло.

Судорожно вздохнув, с искажённым от боли лицом, попыталась разогнуться, но я ей не дал. Через прямой контакт с кожей заблокировал её очаг. Теперь в любой момент могу убить одним движением, а она ничего не сможет с этим сделать. Победа. Девушка реально могла бы меня нашинковать ломтиками, относясь сразу серьёзно или обладай чуть большим опытом.

— Так, нечестно, — с огромной обидой прошептала девушка, глядя мне прямо в глаза со всё той же несгибаемой решимостью. — Это должна быть техника меча.

— Наши ожидания не всегда соответствуют действительности, — с искренней грустью заметил поверженной сопернице. — Жизнь та ещё лгунья милая. Привыкай.

Мне стало жаль этого наивного ребёнка, верящего в то, что всё должно быть по правилам. Слегка придавив определённую точку на её шее, встал. Нужно было немедленно уходить отсюда. О ней найдётся кому позаботиться. Не успел дойти до пролома, как услышал позади неясный шум. На одной лишь силе воли девушка встала на ноги, преодолев блокаду очага, боль и, вероятно, сломанные кости.

— Я не признаю такое поражение, — упрямо заявила, покрепче стискивая рукоять меча, который так и не выпустила из рук. — Пусть всё решиться один последним ударом. Приму смерть только от меча.

Девушка напряглась, готовясь к последнему решительному удару. Напрягся и я, не торопясь поворачиваться к ней лицом.

«Что же тебе не лежалось, глупая? — с сожалением вздохнул. — Зачем?»

Медленно повернулся, стараясь не делать резких движений. Остановился. Время, казалось, застыло. Из-за обострившихся до предела чувств стал слышен каждый шорох, ощущаться каждое дуновение ветерка. И вот, спустя краткий миг безмолвного затишья, мы одновременно сделали свой ход. Я метнул длинный меч наподобие копья, вложив в бросок прорву энергии, а она применила технику летающего меча.

Нас обоих снесло с места, отбрасывая назад, меня в дыру пролома, её к дальней стене. Насаженная на меч Яо из секты Лунного меча, повисла в полуметре от пола. Клинок почти наполовину погрузился в деревянную стену, надёжно фиксируя тело.

Опустив взгляд в вниз, Яо, кашлянув кровью, улыбнулась, успев сказать всего одну фразу, прежде чем обрела покой.

— Хотя бы так.

Поднимаясь на ноги, опираясь на окровавленный меч девушки, расстроенно заметил.

— Будь человеком, сдох бы.

Посмотрев долгим взглядом в тёмный провал пролома, ещё раз грустно вздохнул.

— Все боги сволочи.

До убежища удалось добраться далеко не сразу. Пока петлял, избавляясь от следов, пока нашёл чем перевязать раны, пока подобрал маршрут, где не было людей, наступила полночь. Южная часть города гудела как растревоженный улей после нашей драки.

Спрятавшись в одной из городских конюшен, устало свалился на душистую охапку сена. Нужно успеть хоть немного поспать. Завтра будет ещё один напряжённый, трудный день. Как и послезавтра. И вообще, покой нам только снится. Рассчитывая, что меня здесь никто не потревожит, попытался устроиться поудобнее. Вдохнув полной грудью аромат луговых трав, блаженно улыбнулся. Красота. Тихо, спокойно, темно, комфортно, никто под ухом не орёт, не стонет, не отвлекает своими шаловливыми ручками, не стучит в дверь. Не стучит, я сказал!

Приоткрыв глаз, с ненавистью посмотрел на сотрясающуюся под сильными ударами широкую дверь. Только настроился на полноценный, хороший отдых, как и тут всё испортили. Кого там ещё требуется убить. Что, без меня что ли некому этим заниматься.

Поняв, что не удастся сделать вид, будто внутри никого нет, пошёл открывать. Вижу же, что настроились ломать дверь. Варвары.

Изобразив образ несчастной, испуганной женщины, раненой беглянки, робко приоткрыл дверь.

— Кто там? — постарался сделать голос дрожащим от неуверенности и беспокойства.

— Свои! — с этим смелым заявлением внутрь буквально ворвалась злая Кину Цане. — Где он?!

— Кто? — уже натурально растерялся, не понимая, откуда она здесь взялась.

— Тонг Цао.

Цане, не дожидаясь ответа, принялась обыскивать склад, пристроенный к конюшне в поисках меня. Требуя, чтобы прекратил скрываться и немедленно явился на расправу под её ясные очи. Насколько они ясные, это ещё большой вопрос. Мрачно наблюдал за её метаниями, прислонившись к стене.

— Послушайте уважаемая, не знаю кого вы ищите, но здесь никого, кроме меня нет, — решил поторопить гостью.

Мне ещё поспать хотелось, а не ломать себе голову на тему, как и откуда.

— Он должен быть здесь, — не сдавалась упорная женщина. — Эта дура Яя из Сада тысячи персиков сказала, что он здесь. Пришлось отдать целых десять соколов. Он мне всё вернёт. До последней монетки!

Вот… нехороший человек. Зря, я у неё спрашивал кому принадлежит эта конюшня и как её найти.

— Продажная женщина. Что с неё возьмёшь, — огорчённо покачал головой.

В следующий раз буду спрашивать совета у собаки. Тут дверь вновь затряслась, вызвав всплеск любопытства у нас обоих.

«Это точно тихое, безлюдное место? — раздражённо подумал, вновь сдвигая засов. — Где-то меня обманули».

Открыв дверь, уткнулся взглядом в чью-то неприлично здоровую фигуру, что шириной своих плеч закрывала почти весь проём. Подняв его выше, уставился почти на квадратную морду фуци, с мощной челюстью, низко посаженными глазами и сломанным носом. Хотелось бы знать, чем этого кролика кормили. Это же мамонт какой-то.

— Ой. П-пожалуйста, не лишайте меня девичьей чести, — испуганно пролепетал, отходя в сторону. — Лучше возьмите её, — ткнул пальцем в ошалевшую от такого поворота Цане.

— Чего? — ахнула женщина, переводя взгляд туда и обратно с меня, на одетого в тяжёлую кожаную броню, прошитую металлическими вставками здоровяка. — Ты ещё кто?

Ясно, этого типа не узнаёт. Стало ещё интереснее. Пройдя внутрь, пригнувшись, чтобы не разбить голову о верхнюю дверную балку, здоровяк встал напротив меня, цепким взглядом пробежавшись по помещению. Светловолосый, светлоглазый, светлокожий мордатый северянин, поправил сбившуюся на спине тяжёлую двуручную секиру. Следом за ним нас почтили своим присутствием ещё трое незнакомых мне северных фуци. Две женщины и мужчина. Одна из них носила парадную одежду странствующей жрицы, немалого ранга, с чётками из звериных клыков и деревянной фигуркой дракона на поясе. Мужчина с хорошей стрижкой и ухоженным лицом рядом с ней выделялся одеждой дворянина из богатого рода, с мечом в украшенных ножнах за поясом. Спустя несколько секунд на склад с гордым важным видом прошла Канью, за которой следовала ещё одна женщина средних лет в серой неприметной одежде скромной путешественницы, с лицом, закрытым белым платком, на котором чёрной краской нарисован оскал, полный клыков, с высунутым наружу языком. Любой волк удавится от зависти, от такой красоты. Её возраст на глаз определить было сложно. Какая-то не запоминающаяся внешность.

— Где онь? — Канью потребовала ответа от Цане.

Та молча развела руками, показывая, сама хотела бы знать.

— Госпожа? — повис в воздухе вопрос от женщины за спиной Канью, произнесённый тихим, почтительным тоном.

Недовольно цыкнув языком, Канью уже собралась уходить, но тут её носик дёрнулся. Несколько раз глубоко втянув в себя воздух, девочка крайне подозрительно уставилась прямо на меня, нахмурив бровки. На да, как же я мог забыть про окровавленные тряпки.

— Чего фыркаешь, мылся я уже, мылся, — недовольно проворчал, отправляясь на своё самодельное ложе. — Тоже мне, чистюля.

Провожатые Канью посмотрели на меня ну очень недружелюбно, даже враждебно, кроме женщины с клыкастой маской. От той, вообще, никаких эмоций не читалось.

— Поняля. Мяскировкя, — понимающе кивнула, задумчиво изучая взглядом окровавленные повязки. — Онь, — показала на меня своим спутникам.

— А вот я ничего не поняла? — подала голос недовольная Цане. — Вы кто?

— Мы…, - прервавшись, жрица под пристальным, недовольным взглядом девочки добавила, — родственники госпожи Канью.

Ну да, семейное сходство налицо. У каждого из них. Сразу видно, очень-очень дальняя родня. Приёмная. Женщина и про родственников-то не сразу вспомнила, собираясь сказать что-то другое.

— А так вы её забираете, — расцвела улыбкой обрадовавшаяся Цане. — Наконец-то. Фух, как конь с плеч.

— Поставь коня обратно, — посоветовал рано обрадовавшейся фуци, прислушиваясь к интуиции, ругающейся громким матом.

— Его. — Канью ткнула в меня пальчиком.

— Не вижу цепей и клетки, — осадил малышку. — Я ещё не закончил здесь свои дела. Слушай, давай утром подерёмся, — шутливо взмолился. — Сегодняшнюю норму разрушения города я уже выполнил. На тебе за это конфетку.

Вот честно, днём взял несколько штук для себя, про неё и не вспомнив. Протянул на ладони лакомство. После короткого раздумья, под всеобщее недоверчивое изумление, Канью прошла к горке сена, на которой расстелив плащ, устроил себе постель. Усевшись рядом, невозмутимо слопала угощение.

— Ещё, — протянули ладошку за следующей.

— Кончились, — виновато развёл руками.

— Ещё, — в меня вперили угрожающий, требовательный взгляд, не веря ни единому слову.

— Госпожа? — вопросительно уточнил аристократ, не понимая, что сейчас происходит и как на это реагировать.

— Нельзя силой, — сокрушённо вздохнула девочка. — Нужно добровольно. Воть, — с несчастным видом заёрзала на моей постели, намереваясь отправить кое-кого спать на пол.

От такой наглости, не выдержав, бесцеремонно спихнул Канью с покрывала.

— Или в гостиницу спать. Оккупант. Занято.

— Сбежишь гяд. Спять здесь, — не согласилась.

Ткнула пальчиком в самое удобное место на складе, то есть в мою постель.

— Спать там! — в свою очередь, указал на пустой угол.

Пока мы по-детски собачились между собой, не желая уступать, просто дурачась, играя на нервах окружающих, они пребывали в прострации, испытывая дискомфорт от разрыва между ожиданиями и реальностью.

— Так, это Тонг! — очнулась Цане, проявив прорыв в наблюдательности и сообразительности.

Нет, конечно, догадалась и раньше, как и заметила множество нестыковок в поведении и речи, однако, сомневалась до последнего, не ожидая от меня подобной выходки.

— Ты что опять натворил? — нахмурилась, заметив моё текущее состояние.

— Да мелочи, — отмахнулся от несущественных деталей. — Объявил войну всему городу. Первые столкновения уже начались.

Несколько секунд Цане растерянно моргала, после чего, демонстративно прочистив ухо, попросила повторить. Мне несложно, повторил, с особым удовольствием.

— Зачем?

Вот теперь она действительно была растеряна и напугана.

— Потому что завтра начнётся испытание за наследие древнего предка, на котором мне нужно, — подчеркнул это слово, — убить кучу народа. По личным причинам. Можно сказать, это месть за поруганную честь семьи.

Прекратив изображать недалёкого идиота, стал серьёзным. Месть за честь семьи это серьёзно. Такое вещи не прощают и на эту тему не шутят, так что слушатели впечатлились моими проблемами и их масштабом.

— Месть всему городу? — ахнула Цане.

— Нет. Одному конкретному клану. Если быть точнее, клану Шень. Остальные пусть боятся за компанию, чтобы было не так обидно.

Мне сильно пригодилась бы их помощь, поэтому решил немного приоткрыться.

— В испытании предка будет участвовать моя дальняя родственница из семьи Юй, в составе команды Шень. Их семья последняя, кто у меня ещё остался из родни. Сейчас клан не только её не ценит, но и унижает. Чтобы понять статус семьи Юй в глазах не только клана, но и всей провинции, я хочу передать ей наследие древнего предка.

— Тогда при чём здесь остальные? — не поняла Цане.

— Заодно хочу расчистить полянку для её дальнейшего роста, сократив количество конкурентов среди сверстников. Плохо, когда ты одна из многих в последних рядах, лучше, когда ты почти единственная в первых. Совсем другой статус. Сделаю родственницу надеждой и опорой провинции, увеличив ценность в глазах окружающих. Чтобы все о ней заговорили как о народной героине. Для этого позабочусь, что там, где остальные команды потерпят поражение, сложат свои головы, она справиться и вернётся с победой. Докажет, что семья Юй достойно смотрится на фоне великих кланов. Может ещё подвиг, какой совершит. Например, уничтожит опасного злодея, объявившего всему городу войну. Раскроет какой-нибудь заговор.

Намекнул на себя.

— Спятиль? — округлила глаза Канью. — Не позволю! — сердито засопела, покрываясь сеточкой из молний.

— Не переживай, больше, чем я, — успокоил девочку. — Умирать пока не собираюсь. Ещё куча нереализованных желаний. Хочу много, где побывать.

— Вот этого я и боюсь. Но постой, — вспомнила об одной упущенной детали, — если ты делаешь героиней её, то каким боком тут коллекционер?

— Мне же нужно, чтобы кто-то отвечал за все эти безобразия, — коварно усмехнулся. — Уж лучше он, чем я. Отличный мальчик для битья, об которого остальные неплохо обломают зубки. Да и есть на кого сваливать те грехи, которые не к лицу великой Аль бин Алайнэ, — с пафосом произнёс её имя.

Немного раскрыл им детали общего плана, но не все.

— Ну так что малышка Канью, поможешь братику Тонгу? Чем быстрее закончим с этим делом, тем быстрее освобожусь.

Канью согласилась, но поставила условие, что бесплатно не помогает. Отдам долг конфетами и услугой, которую буду должен, а её мнимые, скромные родственнички, так и быть, удовлетворятся тем, что смогут вынести из пещеры. Посмотрев на мордатого здоровяка, прикинув, сколько он вытащит своими лопатообразными руками, взгрустнул. Мне бы столько. Одна надежда, на заветное колечко.

Прикинув, о какой сумме может идти речь, учитывая, куда мы собираемся, Цане, гордо стуча себя в грудь, заявила, что одного меня с этими подозрительными проходимцами не оставит. Что надёжнее её нет. И, вообще, я ей должен. Много. Пришлось брать, куда же деваться. Только поставил условие, командиром в нашем безумной отряде может быть только один человек, и этот человек Я.

— Как скажешь босс, — с алчностью во взгляде заверила Цане, прибывая где-то далеко от нас.

Пришлось возвращать в чувство. Принялся её обходить с задумчивым видом, прикидывая размеры фигурки, на глаз, с помощью рамочек из пальцев.

— Ты на что уставился? — подозрительно прищурилась Цане.

— Ладно, думаю сойдёт, — с лёгким недовольством сделал одолжение. — Раз уж ничего получше нет.

От расправы меня спасло присутствие посторонних, но мой долг лично перед ней только что вырос. Судя по взгляду, намного. Готова забрать деньгами хоть сейчас. Пришлось срочно пояснять, меня не так поняли. Раз уж предложили помощь, будем их использовать по полной. Пока не сбежали. Как хорошо, что заранее сделал запасной комплект одежды Аль бин Алайнэ. Уверен, Цане понравится завтрашняя работа. В моём излюбленном стиле.

Глядя на нашу парочку со стороны, со стоящей уже за моей спиной женщиной в серых одеждах, внимательно нас слушающей, жрица и аристократ тихонько между собой переговаривались. Обсуждая, что задумала Канью, которая с сонным видом клевала неподалёку носиком. Зачем ей-то участвовать во всём этом спектакле и зачем так срочно вызвала их.

Следующим днём, с большой радостью вернулся к своему, ставшему уже привычному образу Тонг Цао. Теперь под Аль бин Алайнэ была загримирована Цане. Издали подмену не различить, а приближаться к моим знакомым не планируется. С ней мы устроили небольшой забег по улицам. Я убегал, в ужасе, она догоняла, размахивая мечом. Так увлеклась, что с трудом успокоили, объяснив, это понарошку, а не всерьёз. Распалённая женщина, тут же заявила, что получилось неправдоподобно, потребовав повторить забег. Ещё лучше не так шустро уворачиваться, позволив себя стукнуть, разок, а то и два. Вот чего она на меня так взъелась, не понять.

Этими догонялками преследовал цель отделить Тонга от Аль бин Алайнэ, чтобы уж наверняка не подумали на одного и того же человека. Мало ли какие у них найдутся параноики.

Через знакомого торговца информацией отправил кучу писем. С многократным повторением кому, когда и в какой последовательности их отдавать, подкрепив просьбу изрядным количеством золота. На хлебушек бедному старичку. Прикинув, что он столько не съест, торговец информацией заверил, что устроит всё в лучшем виде, с точностью до секунды. Все письма делались на рваных кусках старой мятой бумаги, корявым почерком, словно впопыхах. Кроме того, что был отправлен коллекционеру. Там пришлось строчить целое официальное письмо, изящным каллиграфическим почерком.

Упившись таблеток концентрации ци и стимуляторов, до позеленения, выжал себя до капли, до кровотечения из носа, но вытянул призыв пещеры древнего предка. Прямо на месте, здесь, в конюшне, а чего далеко ходить. Скоро её хозяин из уважаемого человека, станет очень уважаемым. Если переживёт это происшествие, не испугавшись последствий, потребовав оплатить проход.

Не знаю, чего ожидал, но появление загадочной пещеры чудес прошло достаточно зрелищно, чтобы напугать не только меня, но и появившихся сообщников. Разрывая землю, на поверхность высунулась огромная змеиная голова из чугуна, размером с маленький домик. Этот земляной червь переросток, сонно, даже сказал бы с ленцой, зевнул, широко распахнув чудовищную пасть, да так и застыв памятником самому себе. Перед нами раскрылся тёмный провал его бездонной глотки, со ступеньками.

Посмотрев на него как кролик на удава, бледная Цане шумно сглотнула. Осторожно подойдя к самому краю его пасти, заглянула вглубь открывшейся нашему взору пещеру.

— Слушай, может ну его, эту пещеру древнего предка. Не доверяю я ей что-то. Того и гляди, скажет ам и всё, нету бедной Цане, — с коротким нервным смешком предложила женщина.

— Чтобы она перестала быть бедной, нам нужно пожелать этой змеюке приятного аппетита, — постарался выглядеть уверенно, хотя и сам не очень-то желал соваться в эту бездонную пасть.

Тонг любит кушать других, а не быть скушанным сам. Это две большие разницы.

— Время, — бесстрастно напомнила женщина в сером, так ни разу и не снявшая маску.

Действительно, поздно уже сомневаться. Скоро должна прилететь первая птичка на прокорм этой змеюки. Коллекционер, как и было условлено, раньше остальных получил весть, куда ему выдвигаться. Его мы пропустим вне очереди, подождав снаружи, под маскирующими барьерами Канью. Следующие две самые слабые команды аутсайдеров, которые должны будут явиться с определённым интервалом времени, встретим и прикончим прямо перед пещерой. Оставив в живых парочку свидетелей.

Для этой цели нарядились в тёмные бесформенные балахоны с масками рогатых демонов, которые любезно достала женщина в сером. Понятия не имею, где она их так быстро нашла, учитывая, что торговля пока ещё не открылась. Наверняка пошла по моему пути, утром берём без спроса, вечером платим, если вспоминаем об этом.

Оставшимся в живых свидетелям любезно сообщаем, обставив всё, как можно правдоподобнее, вроде как те чудом спаслись, сбежав от страшной, допустим, Канью, что действуем по приказу коллекционера, которому лишние претенденты не к чему. Своим он ещё ни с кем не делился. После этого уходим в пещеру ещё до прибытия основных игроков.

Каждый из трёх великих кланов получит письмо от бедного, обманутого в лучших чувствах Тонга о том, что хочет раскрыть заговор пустынников с коллекционером. О том, как его специально втравили в эту авантюру, чтобы принести в жертву жуткому идолу, расположенному внутри пещеры, который откроет куда-то дверь. Куда именно, не знает, но заранее боится и просит его спасти. Слёзную просьбу о помощи подкрепляет указанием, где появилась пещера древнего предка, о чём пустынники заранее проинформировали коллекционера. Обе их команды уже будут внутри пещеры к моменту прихода кланов. Пусть поспешат и спасут его от страшной опасности. Чушь чушью, но письма получились эмоциональными и яркими. То, что нужно.

Поскольку выходить на серьёзных игроков Уваня напрямую не мог, для усиления эффекта и повышение доверия, послания отправил обходным путём через знакомых, которыми успел обзавестись в каждом из великих кланов. С небольшими просьбами личного характера как для Фунэ Цяо, так и для Сяо Гу. Шень Фанга. Вроде всё. Теперь осталось подождать и посмотреть, к чему это приведёт. Казалось, всё учтено. Что может пойти не так.

На этот вопрос могла бы ответить Хранительница библиотеки, но не станет. Стоя в тени под навесом конюшни, она с интересом смотрела на север, где сейчас буйствовал старейшина Лу. Слух о том, что пустынники убили личную ученицу старейшины секты Лунного меча уже вовсю расходились по городу. Вскоре они выйдут далеко за его границы, порождая новую волну сплетен и выдумок, так любимых её Собирателями. А ведь дальше старейшина рано или поздно вернётся в секту, чтобы собрать отряд верных друзей и отправится на далёкий юг мстить за Яо, разнося их ещё дальше по свету. Это если не прибьёт Тонга прямо здесь, после чего всё равно начнёт свой карательный поход.

История Аль бин Алайнэ, сейчас представляющая собой лишь жалкую тень из обрывков снов и чужих воспоминаний, постепенно окрепнет, станет чётче и ярче, обретая всё новые черты. Становясь совершенней, пока не выйдет за границы книги. Посаженое семечко ещё даст всходы, превратившись в дивный росток. Тонг не обратил внимание, что его корни уже сейчас стали самую малость глубже и крепче. Однако, гораздо раньше прорастёт совсем другой росток, тот, что спрятался на поле близ пригородов Солнечного камня. Его время почти подошло. Осталось лишь чуть-чуть подождать.

Ещё на заданный чуть выше Тонгом вопрос могла бы ответить Фунэ Цяо, что ночью прокралась в отцовский кабинет, стащив одну из монет.

Или спешно сформированная команда хуляо, под руководством Нисы, строящей свои планы на будущее. Только лисичка тоже не всё знала. На узкой тропинке в пещере древнего предка что ей, что Тонгу придётся оказаться перед сложным выбором. Ей, что предложить Тонгу, переманив на свою сторону, ему, кого выбрать, фуци или хуляо. Как и в случае с Яо, словами эти противоречия не разрешить. Кто-то обязательно умрёт.

Таких выборов будет ещё много. Между Фунэ и Сяо, между союзом Восточной стали и союзом Черепахи, между командой губернатора и вновь всё теми же фуци. Каждый раз придётся подкидывать монетку судьбы, решая, кто останется жив, а кто умрёт. Не будь у каждой из сторон своего «особого» предложения, может всё прошло бы куда легче. Соблазны порой могут загрызть не хуже, чем стражи пещеры, которые тоже дожидаются своего часа. Которым есть что предложить, чтобы даже победители прошлого выбора, оказались среди проигравших. Вся наша жизнь, это череда выборов. Именно от них зависит, к какому конечному результату мы придём.

Content

Дмитрий Ш.
Возвращение легенд II

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6