Дмитрий Ш.

Возвращение легенд III

Глава 1

Переместившись в загадочные подземелья, ну не под городом же они в самом деле располагались, остановились на первый совет. Решать, что делать дальше. Куда идти. От просторного колонного зала, выполняющего роль прихожей, достойной какого-нибудь величественного замка, расходилось сразу с десяток совершенно одинаковых коридоров. Круглого сечения, с неглубокой канавкой по центру. Достаточно больших, чтобы через них можно было провозить крестьянские телеги, доверху гружённые копнами с сеном. И зал, и туннели были выложены из красного кирпича, освещённые магическими светильниками, испускающими мягкий, ровный свет, установленными через равные промежутки. О том, что это место находилось где-то глубоко под землёй, говорило полное отсутствие окон и особый, застоявшийся запах, характерный для подвалов. Давно не проветриваемых.

Чуть дальше в одном из туннелей, виднелся перекрёсток, разделяя его ещё на несколько проходов. Похоже, первое препятствие на пути соискателей наследия древнего предка, это классический лабиринт. Один из самых старинных и надёжных методов избавления от непрошенных гостей. Или отсеивания неподходящих, что более вероятно. Надеюсь, дальше будет что-то поинтереснее.

— Куда нам? — обернулась ко мне за инструкциями сгорающая от нетерпения Цане.

Откуда я знаю. У меня что, карта есть. «Карта…», — задумался над внезапно пришедшей идеей.

— Тонг? — вернула к реальности, сбив с так и не оформившейся мысли.

— А, да. Слушай, кто из нас проводник? — возмутился подобной наглостью.

— Уж явно не ты, — скептически окинула меня взглядом. — Чтобы проводник выполнил свою задачу, её нужно сначала поставить, — объяснила прописные истины поучительным тоном.

— Точно. Извини, Цане. Будь добра, заведи нас как можно глубже в этот лабиринт. Не выбирая дорогу. Обойдя стороной всех стражей, сокровища и ловушки. Игнорируя указатели и приметы верного пути, если таковые попадутся. В самое отдалённое, пустынное место. Где ничего нет, кроме бесчисленных переходов. Куда по своей воле точно никто не пойдёт. По крайней мере, сразу. Где мы с чистой совестью сможем потеряться, — скорректировал свои пожелания.

У неё от изумления приоткрылся ротик, выслушав этот список.

— Издеваешься? — грозно нахмурила бровки.

— Нет. Совершенно серьёзен. Нам нужно найти место, которое не вызовет ни у кого интереса. Где ничего нет.

— Зачем? — не поняла Цане. — Что там делать, если в этом месте ничего нет?

— Вот именно это, — с умным видом объяснил недогадливой зайке.

Цане обратилась за помощью к безразлично стоящим рядом фуци, с видом, будто они тут случайные прохожие, совсем незаинтересованные в охоте за наследием. Что её сильно удивляло. Не представляя, как можно отказаться от такого шанса, лезущего прямо в руки. Доверчивым щенком, тычущимся в ладонь, упрашивая, ну, возьми меня.

— Вы что-нибудь понимаете? Вроде слова знакомые, а смысла не улавливаю. Может, он разговаривает на каком-то другом языке.

— Дя, — коротко ответила Канью, принюхиваясь к спёртому воздуху подземелий.

— Что дя? — уточнила Цане, не дождавшись продолжения.

Переводя взгляд с меня на неё, туда и обратно. Девочка её проигнорировала.

— Бррр, как же вы меня бесите, — честно призналась Цане. — Пошли. Будем искать это неправильное место. Для неправильных героев, — добавила, оглядев нашу весёлую компанию.

Наугад выбрав один из проходов, решительно отправилась вперёд, разведывая дорогу. Держа наготове свой любимый лук. Молча пристроились следом, стараясь не шуметь, не разбегаться в стороны. Не на прогулке в парке. Шутки шутками, но неопытными новичками нас не назовёшь.

Вопреки ожиданиям, поход изрядно затянулся и наскучил. Туннели стали казаться до безобразия однообразными, бесконечными, такое впечатление, идущими по кругу. Сплошные развилки, тупички, и всё в одной горизонтальной плоскости. Ни лестниц, ни спусков, ни вертикальных шахт. Лишь изредка попадались примыкающие к ним залы с сокровищами, столь же одинаковые, как под копирку. Квадратные, стометровые комнаты, с высоченными потолками, выложенные всё тем же красным кирпичом. Каждый раз проходя мимо, не задерживались, стараясь увеличить отрыв от других команд. К тому же ловушка была столь очевидна, что не вызывала и тени сомнений, стоило ли по-быстрому попытать счастья.

В каждом зале, по центру, в кольце из напольной канавки для стока воды, соединённым с коридором, как и везде, совершенно сухой, стоял массивный цельнокаменный постамент. На нём, на всеобщее обозрение был выставлен здоровенный каменный сундук из того же материала, больше напоминающий гроб, изыскано отделанный барельефами. Хорошо заметный через круглый дверной проём, со сдвинутой вбок железной плитой метровой толщины, внешне неотличимой от монетки. С незнакомой чеканкой и ободком. Даже не представляю, где, а главное, у кого такие в ходу. Прямо над постаментом, из потолка торчала необработанная глыба мистического хрусталя, выполняющая роль люстры.

В насквозь просматриваемых залах не было видно ничего подозрительного. Что беспокоило больше всего. Ни стражей, ни других дверей, ни механизмов, ни ловушек, ни даже пыли. Идеально чистые, ровные полы. Неужели создатель лабиринта считал всех остальных идиотами.

Устав часами брести непонятно куда, ни конца, ни края этого лабиринта не нашли, решили остановиться на привал. Нет смысла идти до полного истощения. Это Канью хорошо, замечательно устроилась на шее широкоплечего, мордатого здоровяка, как на персональной лошадке, а вот остальным, не очень. Чувство тревоги давно уже спало беспробудным сном. В этих катакомбах, такое ощущение, вообще, никого, кроме нас нет. Спрашивается, где все те ужасные опасности и испытания, которыми нас пугали. Вывеска явно не соответствовала содержанию.

В качестве временной стоянки выбрали следующий зал с сундуком, куда вошли без опаски. Не намереваясь его открывать. Хотя, подозрительно покосился на задумчивую Цане, оценивающим взглядом «ощупывающую» хранилище сокровищ, в этом имеются сомнения. Ну да, кто о чём думает, а ушастая о деньгах. Почувствовав моё внимание к своей персоне, не смущаясь, попросила.

— Ну хотя бы один откроем Чуть-чуть. Так, одним глазком взглянуть, что внутри. И сразу закроем, — неискренне пообещала. — Любопытно же. Вдруг там какой-нибудь мусор. Никто и не заметит. Аккуратно, через щёлочку. Аккуратно, — продолжала упрашивать, не находя понимания со стороны остальных. — Мы, вообще, зачем сюда спустились? Полюбоваться на кирпичную кладку? — ядовито осведомилось, уперев руки в бока, чтобы выглядеть более грозной и решительной.

Сменив тактику.

— Уймись уже, воплощение жадности. Ты не хомяк, тащить всё в рот. Потерпи немного. Обещаю, потом наберёшь столько, что не унесёшь.

— Правда? — состроила жалобные, несчастные глазки.

— Правда-правда, — заверил, надеясь, что так и будет.

— А может…

— Не может, — перебил.

— Ну, тогда…, — попыталась предложить.

— Не надо, — и тут отказал.

— А если…

— Вот и хорошо. Спасибо, — заранее поблагодарил, даже слушать не желая, чего она там придумала. — Пройдись немного назад, проверь, не наследили ли за собой. Поставь сингалки. Убедись, что рядом нет источников опасности. Если нужны, добавь путевые метки. Я же знаю, ты в этом лучшая. Несравненный охотник диких земель. Гордость гильдии проводников. Элитный следопыт Золотого города. Ветер в…, — принялся открыто льстить Цане, отвлекая от дурных мыслей.

Не поддавшись на явную попытку подкупа, фыркнувшая фуци тряхнула роскошной гривой волос, сбрасывая с ушей воображаемую длинную лапшу. Повернувшись, молча отправилась выполнять поручение, от которого зависела целостность её шкурки. Сама всё прекрасно понимала. Как и то, что я могу так очень долго обмазывать её мёдом. До полного слипания всего, что только возможно.

— Канью, можешь поставить на вход маскирующий барьер? Можно слабенький, лишь бы нас не обнаружили. А ты здоровяк, — посмотрел на него снизу вверх, — расстели спальники и организуй нам маленький походный лагерь. Светлейший господин, а вас не затруднит…, — повернулся к аристократу.

— Может тебе ещё чаю сделать? — с оттенком недовольства прокомментировала странствующая жрица, которой я с первого взгляда чем-то не приглянулся.

Может, излишней фамильярностью с Канью. От чего её аж трясти начинало.

— Благодарю, почтенная жрица, — широко, бесстыдно улыбнувшись, повернулся к ней, — Раз уж предложили, мне пожалуйста, с жасмином и чуть-чуть подсластить. Только не слишком горячий.

Не став проверять, что будет делать, внёс свой вклад в общее дело. У меня же ещё остались волшебные чернила. Добавив в них алхимический порошок, для придания эффекта призрачного свечения, коктейль из простеньких, несвязных между собой чар, для обманки, занялся художествами. На противоположной от входа стене, чуть правее от постамента, чтобы не загораживал, перерисовал контуры сундука и подставки, изобразив их в виде тени. В центре которой вывел круг, к которому приложив ладонь, обведя её, добавил дополнительный элемент. Вроде всё выглядит предельно ясно. Приложи руку, пропусти через неё ци, ларчик и откроется. Вторым слоем вплёл под рисунок хитрую ловушку из чар паралича. Остановившись передохнуть, оглянулся на спутников.

— Не понял, а где чай? — провокационно удивился, увидев их бездействие.

— Не много ли хочешь? — обманчиво ласково улыбнулась жрица, пронизывая меня холодным взглядом.

— Много, — признал. — Хотелось бы прямо сейчас, но боюсь, на всех меня не хватит. Приходится довольствоваться тем, что есть. Отчего сам мучаюсь. Желудочными коликами. Видите какой бледный цвет лица.

Желудок и вправду напоминал, время есть, уже прошло, настало время ЖРАТЬ.

— А волшебное слово? — намекнула жрица, выразив готовность к компромиссу, но не за бесплатно.

— А вы уже уходите? — показательно расстроился. — Даже чаю не попьёте? Жаль. Ну, рад был увидеться. Всего хорошего. Перед возвращением домой захватите сувениров с Золотого города. Я буду скучать, — солгал, — особенно по маленькой сладкоежке. Если спросят, вы меня не видели.

Демонстративно помахал ручкой, посмотрев в сторону выхода. На всякий случай скрытно разгоняя очаг, чтобы не застали врасплох. Странствующая жрица и аристократ напряглись, недружелюбно на меня посмотрев. Не двинувшись с места. Давно уже хотели расставить все точки в конце предложений. Желая понять мою роль в планах госпожи. Посмотреть на её реакцию. Лишь здоровяк спал на ходу, безразлично ожидая чем всё закончится. Скажут бить, будет бить, скажут спать, будет спать, скажут надругаться над бедным Тонгом, ну вы поняли. Счастливый фуци, для которого всё в жизни ясно и просто. Зачем забивать голову сложными материями, от которых там образуется бардак. Это же не склад. Или напрягать сердечную мышцу, беспокоясь по всяким пустякам. Для этого у него начальство есть, а он будет сладко спать, вкусно есть, и жарко любить, строго по распорядку.

Заметив хмурую мордашку Канью, удивился.

— Что? Хочешь сказать последнее слово?

Мысленно прикинул, что проще, убежать или взять заложника. Драться с ними не хотелось. На голодный желудок-то.

— Дя. Волшебное. Быстя! — рявкнула звонким детским голоском своим «родственникам».

Тут же закипела суета. Мордатый фуци споро начал распаковывать рюкзаки, странствующая жрица схватилась за чайник и флягу, а аристократ, прикинулся ветошью, устроив незапланированный сеанс медитации, отрешившись от реальности. Усевшись в позу лотоса прямо на голый пол, там, где стоял.

— О! — подивился эффективности заклинания. — Надо будет запомнить.

На что тут же словил косой, предупредительный взгляд от жрицы. Советующий не зарываться. О, она мне начала нравиться чуть больше, чем раньше. А раньше было близко к определению, никак.

Вернулся к завершению картины, внося последние правки. Зачаровывая её на красивые переливы цветов. Помню, встречал как-то подобный эффект в нескольких древних руинах. Действующий на охотников за сокровищами безотказно, как огонь на мотыльков.

Канью, управившись со своей задачей быстрее всех, не особо-то и напрягаясь, заинтересованно подошла узнать, что я там такого малюю. Жрица с воином тоже начали заглядываться.

— Суньдукь? — удивилась, когда рисунок стал обретать завершающие штрихи.

Будто до этого было непонятно. Или, действительно, так и было. Засомневался.

— Ага. Закрытый, с секретным замком.

Настолько секретный, что не поймёшь, то ли настоящий, то ли нет. Чем явственнее подвох, тем меньше в него вериться.

— Ловушка? — профессионально поинтересовалась закутанная в накидку с капюшоном женщина с клыкастой маской.

Стоя у меня прямо за спиной. Вплотную. А ведь я даже не заметил, когда успела подкрасться так близко. Где, вообще, до этого находилась, как-то выпав из поля зрения и памяти. По спине пробежались холодные мурашки. Вот ведь улитки медлительные. Где вы раньше были. Зараза ушастая. Опасна, как мои старые знакомые. Только в молодости. Далеко пойдёт, если раньше не прикопают у дороги. Надеюсь, её, не меня. Кстати, любопытно, а насколько она сильна.

Повернув голову, с гастрономическим интересом принялся рассматривать возможного партнёра по зажигательным танцам. В буквальном смысле. В навыках владения скрытым оружием, коего на ней целый арсенал, я ей однозначно не соперник. Что-то в моём взгляде женщине в маске определённо не понравилось, заставив инстинктивно отступить, заводя руки за спину. Пришлось срочно напоминать, сначала работа, развлечения потом. Это во мне сонный зверь шевельнулся, лениво приоткрыв один глаз. Совсем чуть-чуть.

— Что-то вроде, — добродушно ответил, поворачиваясь обратно к рисунку.

Не заметив, как расслабилась буквально секунду назад насторожившаяся Канью. Что-то почувствовавшая.

— Пустая затея, — сказала странствующая жрица, разогревая на огненных кристаллах, выполняющих роль самовоспламеняющегося угля, маленький железный походный чайничек, в котором уже булькала вода. — Никто на эту пустышку не поведётся.

— Думаешь? — усомнился, критическим взглядом оценивая качество работы.

— Уверена.

— А ты? — спросил у Канью.

— Плохой рисунокь. Глупий. Дяй, — протянула руку за кисточкой.

— Зачем? — заподозрил подвох, увидев, что она уже присматривалась к пустому участку стены.

— Кошечку нярисую.

Опасливо посмотрев на это, невинное, безобидное с виду чудовище, страшный сон художника, убрал баночку с чернилами от неё подальше. Поплотнее прикрыв крышку.

— Я тебе потом дам. С альбомом. Дома, — пообещал, делая шаг в сторону.

— Гяд, — обиделась.

Надувшись, подсела поближе к импровизированному костерку, погреть ручки. Демонстративно не обращая на меня внимание. Ну-ну, маленькая беззащитная девочка одуванчик, непонятно что забывшая посреди древних подземелий, набитых бесчисленными опасностями. Верю, как самому себе.

Когда вернулась Цане, у нас уже наблюдалась идиллия. Дружным кружком, беззаботно расселись вокруг костерка, осторожно попивая горячий чай из блюдец, дуя на них, чтобы не обжечься. Прямо пикник на заднем дворе.

— Что за несправедливость. Пока там работаю, одна, как проклятая, они тут бездельничают. Чаи гоняют. Без меня! — возмутилась Цане. — С печением! — ужаснулась самому страшному открытию.

— Тебе тоже оставили. Присаживайся, усталый путник. Будь как дома, я ни в чём не откажу, — радушно похлопал по покрывалу рядом с собой.

Однако Цане на полпути передумала, меняя маршрут. Плавно обогнув нашу группу, прилипла взглядом к стене, на которой мерцал волшебный сундук, маня к себе, пробуждая низменные чувства.

— Оу, — обрадовалась. — Вы уже догадались, как получить сокровища? Нашли скрытый замок. Превосходно. Не зря я послушалась тебя. Ты действительно приносишь удачу, Тонг. Когда начнём ломать. Уверена, в сундучке будет нечто очень ценное. По узору ци вижу, — не отрываясь от рисунка.

Мне её даже жалко стало, разочаровывать. Но, сперва, посмотрел на замершую странствующую жрицу, вопросительно приподняв бровь. Безмолвно вопрошая, ну и кто из нас был прав. Канью медленно повернула голову, долгим взглядом уткнувшись в Цане. С большим сомнением. О чём-то раздумывая.

— Она не считается, — тихонько возразила жрица.

— Почему? — удивился.

— По умственному развитию, — отрезала, не желая продолжать эту тему.

Когда страсти улеглись, Цане пришлось расстроить, усадив к нам, вручив угощение. Настало время удивительных историй.

— Ну что, давайте познакомимся поближе, родственники, — с толикой ехидства, показывая, что я по этому поводу думаю. — Некоторое время нам придётся поработать в одной команде. Хочется того или нет, но для этого потребуется хотя бы минимальное доверие и понимание друг друга. Сами всё прекрасно понимаете. Иначе можно расходиться прямо сейчас. Когда колёса телеги крутятся в разные стороны, далеко она не уедет. До этого я работал только в команде с Цане. Немного знаю, чего от неё ожидать. В отличие от вас.

— Это были одни из худших моих воспоминаний, — упомянутая персона злорадно поделилась впечатлениями, нагнетая обстановку.

Надо думать, в отместку.

— Предлагаю познакомиться поближе. Начну с себя, — «не заметил» её слов. — Меня зовут Тонг Цао. Скромный подсобный рабочий аптеки Цветочный дракон.

— Сгоревшую дотла после твоего появления, — дополнила Цане.

— Работающий за жильё и еду, — невозмутимо продолжил. — Порошки там разные смешивал, двор подметал, посылки доставлял…

— Контрабанду в погребок спускал, — напомнила глазастая Цане.

— Может, дальше сама продолжишь?

— Не-не-не. Уже молчу, — ехидно улыбающаяся Цане демонстративно взялась за чашку.

— Неконфликтный, — она тут же поперхнулась чаем, который не вовремя решила глотнуть. — вежливый, исполнительный. Прибыл из глубинки провинции Увань. Из маленькой горной деревушки. Умею всего понемногу. Немножко разбираюсь в заклятьях, алхимии, искусстве плетения ци, живописи, сочинительстве сказок.

Сбоку закивала Цане, подтверждая последнее слово, после чего сделала вид, что затыкает уши. А ведь я к ней со всей душой. Не ценит она хорошего отношения.

— Люблю путешествовать. Узнавать что-то новое. Развитие очага ци, три звезды, — занизил показатели. — Ранг, ученик. Практикую ближний, безоружный бой одной малоизвестной школы, — Музыки небесных сфер. Аспект не открыт.

Из ученика, учителя и директора в одном лице.

— Цане, твоя очередь. Представься. Скажи, что любишь, умеешь, о чём мечтаешь. На какой ступени находишься. А то не поймём, то ли тебя выручать при столкновении с вражеским практиком, то ли, наоборот, рассчитывать, что сама нас будешь спасать.

Объяснения выглядели логичными, так что Цане не стала отмалчиваться.

— Кине Цане из племени Синих равнин. Член гильдии проводников Золотого камня. Наёмный следопыт. Специализируюсь на родовом стиле Кину. Предпочитаю короткое клинковое оружие и лук. Аспект воздух. Проявление, — Поступь ветра, дарующее ускорение. Развитие очага ци, четыре звезды. Четвёртая открыта недавно, так что основы ещё нестабильны. Ранг ученик. Немного разбираюсь в устройстве ловушек, медицине и кулинарии. Люблю, — на секунду задумалась, — деньги, не люблю, Тонгов. Всех.

— Ты ж с ними ещё незнакома? — подивился.

— Я заранее. Оценивая по тебе, — вновь ткнула шпилькой, проверить, живой ли.

— Эй, а возраст? Вкусы? Любимая одежда? — начал загибать пальцы, мстя за подсказки.

— А стрелой в глаз? — ласково спросила, поправив прислонённый к ноге лук.

— Сначала возраст и вкусы, потом стрелой.

— Сначала ткну стрелой, потом всё остальное, — упёрлась.

— Слушайте, а вы, случайно, не муж и жена? — полюбопытствовала странствующая жрица.

— НЕТ! — хором, с одинаковым возмущением и громкостью.

— Я так и подумала.

— А вы не думайте, почтенная матушка, вы рассказывайте. Кто, откуда, что умеете.

— Жи Лань из племени Высоких снегов. Странствующая жрица Нангун, богини зари, разгоняющей ночь. Хорошо разбираюсь в талисманах и молитвах, изгоняющих зло.

Припоминаю, слышал раньше об этом воинственном ордене борцов с тёмными силами. Отморозки похуже меня. Проповедуют учение, мы не за добрых, мы против злых. Удивлён, что ещё не перевелись на этом свете с их любовью соваться, куда не просят, сомнительными методами работы, неорганизованностью и чрезмерной независимостью. Этакие вольные охотники одиночки.

— Развитие очага ци, пять звёзд. Ранг эксперт. Аспект воздух. Воплощение, Замок духов. Специализируюсь на поддержке, защите и очищении.

Крайне неудобный противник для нас, зачарователей и мастеров плетения узоров ци. С хитро вывернутыми техниками к ней лучше не лезть. Лучшее оружие против таких, обычный булыжник. Но и кирпич тоже подойдёт.

— Люблю госпожу Канью, не люблю тех, кто не любит её. И Тонга, — спустя мгновение, всё же дополнила список.

Гляжу, становлюсь популярным, что радует. Теперь моим здоровьем будет интересоваться чуть больше народу. Гораздо страшнее, обычное равнодушие. Когда всем плевать, живой ты там ещё или уже давно сдох.

— Ли Мин Ксианг из племени Высоких снегов, — дошла очередь до аристократа. — Развитие очага ци, четыре звезды. Ранг эксперт. Аспект воздух. Воплощение, Лезвие игривого ветерка. Владею атакующими техниками ци, школы, — Хвост ласточки. Разбираюсь во всём, в чём положено человеку моего уровня. Окончил академию философии и права, учителя Чень Сынгуа, — с гордостью.

Первый раз слышу это имя. Неудивительно, учитывая, что мы выросли в разных кругах, а то и мирах. Да я быстрее с горным демоном общий язык найду чем с ним. С ним же даже по кабакам и борделям не пройтись. Засмеют. Буду держаться от него подальше, чтобы не заразиться чем-нибудь таким, аристократичным. Поймаю ещё какую-нибудь замашку, замучаюсь выводить.

— Люблю госпожу Канью, не люблю тех, кто не любит её. И Тонга, — повторил слово в слово за Жи Лань.

Недаром он мне сразу не понравился, жреческий подпевала.

— Хун Шенг из племени Высоких снегов, — после долгой паузы, неохотно выдавил из себя немногословный здоровяк. — Развитие очага ци, одна звезда. Воин в ранге эксперт. Аспекта нет. Люблю госпожу Канью, не люблю тех, кто не любит её. И Тонга, — по-моему, повторил просто за компанию.

— Осталась…, — недоумённо огляделся, потеряв женщину загадочную в накидке.

Что за хлопотная особа. Гвоздями её к полу прибить, что ли. Пропажа нашлась сама, вернувшись на прежнее место. Не понять, где была, что делала.

— Ли Линь, — представилась женщина приятным, ласкающим слух голосом.

Назвав самое распространённое, безликое имя из возможных. С таким же успехом могла попросить обращаться к ней со слов, — Женщина.

— Развитие очага ци, пять звёзд. Воин в ранге эксперт. Аспект воздух. Воплощение, Небесное пёрышко. Владею техниками ци, школы Снежной девы. Люблю госпожу Канью, не люблю тех, кто не любит её. И Тонга, — а эта ушастая добавила уже приевшуюся фразу, ради веселья, насколько смог различить игру интонаций.

У них тут прямо коалиция сложилась. Не любящих бедного Тонга. О чём они тоже подумали, вон как заулыбались, довольно переглянувшись между собой. Выражая молчаливую поддержку и одобрение. Что-то повеяло духом товарищества.

— Канью, твоя очередь, — насупившись, с надеждой посмотрел на маленькую девочку альбиноса.

— Канью, — показала на себя пальчиком с важным видом, распрямив спинку, подняв носик, ушки. — Люблю коньфеты. И Тоньгя! — звонко, громким голосом, завершив самое короткое описание из возможных, переплюнув даже здоровяка.

Ну и пусть, за сказанное я ей многое готов простить.

— Всё? — уточнил для протокола.

— Всё. Дяй коньфету, — требовательно протянула руку.

Вместо этого полез обниматься.

— Ах ты моя маленькая проказница. Иди к братику Тонгу на ручки. Хорошая Канью, — пересадил её к себе на колени, начав с любовью поглаживать мягкие, шелковистые ушки, приятные на ощупь. — Держи. Заслужила. А эти нехорошие дяди и тёти, нет.

Уголки губ маленькой девочки чуть изогнулись в коварной улыбке. Довольно прищурившись, позволила мне делать всё, что заблагорассудиться, наблюдая за остолбеневшими фуци, испытавшими сильное потрясение. У Жи Лань даже блюдце из ослабевших рук выскользнуло, что она совершенно не заметила. Цане, увидев хитрую усмешку и многозначительный, победный взгляд девочки, направленный на неё, нервно дёрнула бровью, недовольно засопев. Ей захотелось немедленно выгнать нахальную малявку с незаслуженного тёплого места. Ясно же, что она дурит голову доверчивому Тонгу. Надо Канью не гладить по ушкам, а как следует их подёргать.

«Может, предложить свою помощь», — подумала Цане.

Я же в это время потешался над другим. Не над их реакцией, а над всей картиной целиком. Анализируя сказанное. То же мне, родственники. Как много у них общего. Разные фамилии, статусы, профессии, воплощения родовых способностей, да даже на лица, сплошное семейное сходство. Так, как много, у них общего? Если только точка фокусов интересов, которую я беззастенчиво тискаю, считывая их шок, беспокойство, искреннее возмущение. Самые неподдельные эмоции. Найдя общую слабость. А значит, они теперь все у меня в руках. Да, пушистая врушка?

Та думала о чём-то схожем, по-хозяйски поглаживая коленку.

— Хорошо. Друг о друге немного узнали. Что дальше? — преувеличенно бодро спросила Цане, с трудом отводя взгляд от раздражающей её Канью.

— Ничего, — беззаботно пожал плечами. — Ход на стороне кланов Золотого города. Пусть как следуют втянуться в подземелье. Рассеются по нему. Обломают зубки о ловушки. Поскольку, как подозреваю, ничего, кроме них на этом этапе битвы за наследие древнего предка не предвидится. У меня такое чувство, будто лабиринт бесконечен. Совсем непрост, каким кажется, на первый взгляд. Например, этот кирпич, которого повсюду без счёта, полностью блокирует духовное чутьё. Сенсорам здесь придётся тяжко, полагаясь только на свои глаза и уши. А ещё эти сундуки не дают покоя. Явно не просто так расставлены в таком количестве. Безо всякой защиты.

— Думаешь, придётся их открывать?

— Убеждён. Завтра посмотрим. Проверим, уткнёмся ли во внешнюю стену лабиринта, или он так и будет тянуться в бесконечность.

— Значит, придётся добровольно лезть в ловушку, — не испытывая беспокойства, согласилась жрица.

— Должен же быть выход. Сомневаюсь, что испытание будет проведено в один этап, — поделилась своим мнением Цане.

— Он есть. Обрати внимание на канал, опутавший весь лабиринт. Здесь нет уклона. Пол идеально ровный, словно выверенный по линейке. По идее, его нужно наполнить водой, которую требуется где-то найти. И эта вода должна будет куда-то из канала уходить. Иначе нет смысла его протягивать, если планируется затопить лабиринт. Логично предположить, по течению можно выйти к выходу. О чём легко догадаются всё остальные. Не дурнее нас. Сундуки же, помимо ловушек, должны содержать ценные призы, подсказки и, собственно, первое испытание предка. Когда спускались, что-то таблички, — Благотворительная раздача сокровищ, не заметил, а значит, придётся попотеть. Причём всем участникам. Заметьте, всё устроено так, словно каждому участнику даются равные шансы, — сообщил с безразличием.

— Это хорошо или плохо? — не поняла Цане моей реакции.

— Это неважно. В этих подземельях останутся все. И счастливчики, и неудачники. Планирую похоронить их всех, заполучив наследие только для своей семьи. Ну или изгнать из подземелья ни с чем. Остальные идут сюда с теми же намерениями, так что мы ничем друг от друга не отличаемся.

Вполне открытая, понятная позиция, являющейся нормой для нашего мира, так что лишних вопросов не возникло. Месть за родных или помощь семье, это святое.

Обсудив основные моменты, собрание было закончено. Слопав пищевые пилюли, легли спать, выставив часового. Пока остальные тратили свои силы, мы их копили.

Ночью, хотя какая ночь, тут всё время один и тот же световой фон, ненадолго отлучился, по нужде. Покинув барьер, немного прошёл дальше по коридору, пока не остановился в одном приметном месте. Только здесь почему-то в цепочке исправных ламп образовался разрыв. Сразу два светильника вышли из строя, создав небольшую тёмную зону. В самой её глубине, у стены, едва можно было различить смутную тень, которая размеренными движениями карябала кладку чёрным кинжалом, создавая неприятные скрежещущие звуки. Лучше бы на цитре научилась играть, вместо нервов. Даже знать не хочу как давно она тут скребётся в стену.

— Не спиться? Как успехи? — попытался завязать непринуждённую беседу.

Хранительница храма Свободной души меня словно и не заметила, продолжая своё дело.

— Понимаю. Скучно. Ещё эта малявка постоянно крутится рядом, не давая душе свободного поэта развернуться. Вдохнуть полной грудью, — посочувствовал. — Хочешь немного пошалить? — сделал внезапное предложение.

Скрежет чуть заметно изменил тональность, выражая заинтересованность.

— Как ты относишься к людям в целом и жителям Солнечного камня в частности? Что? Одинаково ненавидишь. Я их всех тоже терпеть не могу, особенно когда не выспавшийся, голодный, злой, усталый, промокший, разочарованный, испуганный, преданный, оскорблённый…

Скрежет ускорился.

Что значит слишком длинный список? И вовсе он не длинный. — обиженно возразил. — А в остальном я милейший, добрейший души человек. Не веришь? Зря. А давай нескольких из них убьём, и я тебе это докажу.

Наступила тишина. Хранительница обернулась, вперив в меня залитые истинной тьмой глаза.

— Очень просто, — широко улыбнулся. — Сделаю это ласково, с любовью. Сможешь заманить сюда одну из команд Солнечного камня? Напугав до мокрых штанов. Или распалив жажду наживы. А хочешь, стань загадочной дамой, подкинув загадок. Вон в тебе их сколько, не вычерпать. И тебе развлечение, и мне польза. Только не трогай команды Фунэ и Шень. Это моя добыча. Не будь жадной. Поиграть? Игрушку что ли себе хочешь? Да забирай. Дядюшка Тонг сегодня щедрый. А фуци мы ничего не скажем. Сюрприз будет. Так ведь интереснее, верно?

Сверху что-то затрещало, отвлекая внимание. Погасшие лампы замерцали, то включаясь, то вновь гаснув, пока не зажглись мягким, ровным светом, разогнав тьму. Вместе с которой, бесследно исчезла и Хранительница, заставляя усомниться, а была ли она здесь на самом деле, чему ничуть не удивился.

— Ты смотри, какая торопыга.

Сделав свои дела, вернулся и как ни в чём не бывало, лёг спать дальше. Уснул практически сразу, как младенец. Испытывая чувство полного удовлетворения. Ещё бы, ведь приключения, интриги, опасности, кипящие вокруг события, чего ещё нужно для полного счастья. Если только жареного бычка, а лучше двух, да с лучком, чесночком, посолить, поперчить, уммм, хрррр, чавкать начал уже во сне.

* * *

Хорошо выспавшись, Канью сладко потянулась, сонно потерев глазки. Обдумывая, стоит ли вставать или ещё поваляться. Полы здесь на удивление тёплые. Почувствовав на щеке что-то липкое и холодное, замерла от ужаса. Вмиг окончательно проснувшись.

Святые енотики! Слюнки. Какой позор. Она же не маленький ребёнок. Что о ней подумают. В смятении, быстренько, украдкой протёрла щёчку, избавляясь от улик. Молясь, чтобы никто этого не заметил. Особенно Цане, которая не побоится воспользоваться её слабостью. Выставив в неприглядном свете. А всё детское тело виновато. Когда же, наконец, удастся от него избавится.

Опасливо оглядевшись, застала удивительную картину, от которой вылетела из головы вся та чушь, что туда нанесло, не иначе, сквозняком. Заставив целиком обратиться в слух, вытянув ушки во всю длину.

Увидела спину Цане, которая, стоя за сидящим Тонгом, склонившись, что-то подозрительное с ним делала, задействовав обе руки. То ли крепко обнимала за шею, то ли ощупывала грудь, то ли раздевала, не разобрать. Однако смотрелись это довольно интимно, а уж какие слова говорились. Почувствовала, как её бросило в жар от буйства воображения, рисующего такие откровенные сцены, что волосы краснели, не то что щёчки. Что эти придурки творят за её спиной. Без разрешения!

Вместо того чтобы немедленно разнять воркующих голубков, затихла, боясь спугнуть, упустив хоть слово. Ушки сами собой расправились, вытянувшись на всю длину.

— Цане, как тебе моя грудь? — хвастливо спросил Тонг. — Большая. Нет, ну конечно, у тебя больше, кто же спорит, — согласился с ней парень. — Но моя мягче. Вот попробуй. Мягкая же. А вот так, как тебе? Ты куда руками полезла, щекотно же. Боже, да не сжимай их так сильно, не убегут. Если следы останутся, как я потом ходить буду? Тебе смешно, а мне позориться. Смотри какая гладкая кожа. Шелковистая. Ай, не тыкай туда булавкой. Больно же. Откуда у тебя только руки растут. Кстати, потом перейдём к заднице. Нужно будет узнать твоё мнение как эксперта. Как она тебе?

Нет, ну это уже ни в какие ворота не проходит. Не выдержав, Канью осторожно вылезла из-под одеяла, захотев увидеть всё своими глазами. Пригнувшись, крадучись, бесшумно обошла их сбоку, после чего едва не выругалась, мысленно проклиная чёртового Тонга, от которого у неё уже появляются какие-то бредовые наваждения. Больше не скрываясь, подошла к ним, с интересом разглядывая, во что вырядили парня. Тонг вновь замаскировался под пустынную красавицу с далёкого юга Аль бин Алайнэ, нанеся на лицо толстый слой макияжа. И не узнать его уже. Преобразился в совершенно другого человека.

«А ничего так, симпатичненько. Да и платьице хорошо сидит, по фигуре. Надо будет узнать, где взял. А если ещё… тьфу ты, хотела сказать какой у него глупый, смешной вид в этих вульгарных, безвкусных тряпках, — устыдилась собственных мыслей. И вовсе я на него не засматривалась. Глупый Тонг!»

* * *

— Зачем ты снова вырядился в эту куклу? — поинтересовалась странствующая жрица, решив оценить итоговый результат.

Судя по насмешливому фырканью Канью, потешающейся в сторонке, получилось не очень.

— Тонгу в Солнечном камне ещё жить, а Аль бин Алайнэ нет.

«Правда, недолго», — мысленно добавил, не забывая о крайнем сроке. Не подозревая, что над этой проблемой уже работали «квартиранты», которых такое положение категорически дел не устраивало. У них на будущее имелись свои планы.

— Нашей истории нужен главный злодей или злодейка. Зло обязательно должно быть повержено. Я же прав, почтенная Жу Лань?

— Несомненно. Да поможет нам в этом божественная Нангун, — молитвенно сложила руки, подняв взгляд к небу.

— Да-да, без неё никак. Пусть подходит, — согласился. — Какой же подвиг без победы над злодеем. А без подвига, нет заслуженного уважения, — продолжил цепочку.

— Не обращайте внимание, почтенная матушка Жу, — отмахнулась от моих слов Цане, испортив весь эффект. — Ему просто хочется повеселиться, мороча другим голову. И вообще, Тонг тот ещё извращенец. Известный на весь Золотой камень.

— Эй! — возмутился столь наглой лжи.

— Ну хорошо-хорошо, — закатила глаза вредная Цане. — Пока ещё неизвестный, но уже заслуженный. Не так ли, Божественных мастер золотых рук, отворяющий створы рек? — с ехидством.

— Шшшш. Не дай Айша эти куры сверху прослышат. Затопчут, — испуганно на неё зашикал. — Поменьше распускай язык. Даже у стен есть уши.

Цане хотела что-то сказать, но осеклась. Её ушки встали торчком, чуть подрагивая. Уловив резкую смену настроения, игривость слетела с неё как листва по осени, замер, так же обратившись в слух. Остальные члены команды, не сговариваясь, насторожено повернулись в сторону входа.

— Ты прав, — согласилась Цане, продолжив прерванный разговор. — И некоторые, даже с ногами. Сработала одна из моих сигнальных закладок. У нас гости.

— Они о нас знают?

— Теперь, да. Сигнализация простенькая, звуковая. Духовная сила через эти стены не проходит, сам же знаешь. Зато надёжная, неприметная, до срабатывания.

Встречать гостей в туннеле не стали, оставшись ждать в просторном зале. Вскоре они появились. Пятеро незнакомых мне молодых людей. Четыре парня и девушка в одинаковых одеждах, обозначающих принадлежность к одной из сил города. Держась довольно уверенно, свободно, считая себя хорошо подготовленными бойцами. Готовыми ко встрече с соперниками.

Кто это у нас тут? — пренебрежительно поинтересовался лидер, без страха входя в комнату.

Остальные члены команды прикрывали спину, контролируя, чтобы с нашей стороны не было неожиданностей. Нельзя сказать, что они уж совсем нас ни во что не ставили. Один проверял наличие ловушек, другой отслеживал положение наших рук, третий, присматривал, чтобы к ним в тыл со стороны лабиринта не зашли. Девушка держала наготове несколько бумажных талисманов. Показывая неплохую командную работу. С нашей же стороны наблюдалась полнейшая неорганизованность, где каждый вроде как, сам по себе.

— Что за диковинный зверинец? — искренне удивился. — Да вы издеваетесь. Более нелепой команды фуци и представить себе не мог. Два старика, — с недоумением посмотрел на странствующую жрицу и аристократа, не сильно-то старше их самих, — обычный солдат, — настала очередь мордатого здоровяка, — гулящая девка, — досталось Цане, — малолетний ребёнок, и бродячая циркачка или танцовщица в маске.

— Наверняка уродливая, а может, ещё и старая, раз лицо прячет, — презрительно отметила девушка, ревностным взглядом пробежавшись по моей фигуре, задержавшись на высокой, полной груди.

— Старая? — недовольно нахмурилась Жи Лань.

— Гулящая девка? — разозлилась Цане.

Не отставать же от коллектива. Хотя бы из солидарности.

— Зверинец? — выразил удивление, сдобрив его капелькой заинтересованности.

Если планировали вывести из себя такой простенькой провокацией, заставив на эмоциях совершить ошибку, то не на того напали.

— Вы откуда здесь такие красивые нарисовались? — лидер вновь с большим сомнением оглядел нашу пёструю компанию.

— Вообще-то, первым принято здороваться гостю, — заметил с осуждением. — Вы кто, смертники?

Алайнэ вежливость в отличие от Тонга ни к чему. Она же у нас гроза пустыни. Южный прекрасный цветок, кактуса. Жаль пока непонятно из какой её части. Голоса в присутствии Канью едва слышны, да и то, редко. Иначе бы давно спятил. Или безумцам вроде меня подобное не грозит. Надо будет с ними посоветоваться на этот счёт.

— Мы из семьи До.

Не увидев ожидаемой реакции, удивился ещё сильнее.

— Вы не знаете кто такая семья До? Из какого же медвежьего угла вылезли, — с отвращением.

— Слышишь, ты, вечный девственник, — Цане не пожелала просто так спускать ему с рук оскорбление. — На себя-то посмотри. Детский сад на выгуле. Где нянечку потеряли, сосунки? Не боитесь от неё по жопе получить?

Парень по правую руку от лидера похабно ухмыльнулся, раздевающим взглядом пробежавшись по стройной фигурке Цане.

— Большой брат, можно я возьму эту кролю себе? Больно уж язычок у неё бойкий. Мне такие нравятся. Пусть им поработает в другом месте.

— Не боишься чего-нибудь подхватить? Насморк, например, — недовольно поморщилась единственная девушка в их команде.

— А ты тощая выдра, вообще, молчи. Пока рот не раскрыла, думала, что парень, — Цане и по ней прошлась.

— Не волнуйся сестра Сяо, я её быстро научу манерам. Говорят, фуци очень хорошо поддаются дрессировкам. Вот увидишь, будет лизать тебе пятки, благодаря за оказанную милость. После того как я с ней наиграюсь, — заранее обозначил очерёдность.

Цане готова была взорваться от гнева.

— С сестрой в куклы будешь играть. Иди сюда сопляк, сейчас твоя бабушка Кину отшлёпает плохого мальчика. Ни розгами и не по попе. Хочу послушать, как ты поёшь тонким голоском.

— Не тебе безответственная мамаша нам уроки давать, — вступилась за сокомандника девушка. — На кой Айша, вы с собой маленького ребёнка таскаете? Для красоты? В качестве мягкой игрушки? Что бы было о ком заботиться? Материнские инстинкты покоя не дают?

Скромненько стоящая позади нас Канью, в роли стороннего зрителя, тихонько хомячила печенье, пока мы тут развлекали молодёжь, требующую раскачки, чтобы уже начать драку. Совсем измельчала, как погляжу. Раньше была жёстче.

— Не утруждайся, сестра Сяо. Она слишком глупа, чтобы понять твои слова. Длинноухая может не переживать. Если малявка не будет мешаться, мы её не тронем. Семья До маленьких детей не убивает, — сыграл перед ней в благородство.

— Согласен, — поддержал лидер. — Мелкую можем оставить в живых. Пусть проваливает на все четыре стороны, — с равнодушием, относительно её дальнейшей судьбы.

А парнишка не дурак. Предложил исключить из уравнения самую опасную среди нас особу. Я бы тоже, встретив маленькую безобидную девочку в беленьком платьице в древних катакомбах, попытался от неё убраться подальше. Оглянувшись на Канью, увидел, как внешне безмятежная фуци быстренько сделала следующее печение, — кусь-кусь-кусь, угрожая оставить без сладкого, если немедленно не прикончим этих хамов, назвавших её мелкой.

— Ваша очередь представиться, — вмешался лысый паренёк, отчего-то нахмурившись, показывая признаки беспокойства.

Действительно, пора закруглять. Что-то мне тоже кушать захотелось.

— Я несравненная Аль бин Алайнэ, смерд. Посланница Мёртвых песков. А это мои спутники. Позвольте спросить мальчики. Вы уже успели убить две другие команды практиков Золотого камня? Если нет, то с вашей стороны было большой глупостью предстать перед моим очами.

— А, та сумасшедшая с**а, что взбаламутила город, — припомнил лидер, не особо впечатлившись. — За твою голову назначена большая награда.

— Да нам сегодня сказочно повезло, — обрадовался любитель сомнительных игр. — Это определённо удачная встреча. Для нас. Не зря преследовали ту странную тень.

— Да вы смерти ищите, — умилился их желанию поскорее увидеться с предками.

Отлично, все участники в зале, можно начинать.

— Но перед этим…

Применив технику ускорения, рывком переместился на верхнюю плиту постамента, с ходу откидывая крышку сундука. Никто даже дёрнуться не успел. Среагировав уже на гул круглой железной плиты, самостоятельно перекатившейся влево, полностью блокируя выход.

Здоровенный сундук был доверху заполнен очень густым, синим дымом, что тяжелее воздуха. Из-за чего он даже после открытия крышки не спешил покидать ёмкость.

— Не поняла, а где сокровища? — расстроился, ничуть не раскаиваясь в содеянном.

— Дура! — перепугался лидер команды семьи До. — Сейчас страж сокровища явиться.

Едва успел повторной техникой вернуться на прежнее место, как из дыма образовалась здоровенная капля, вытянувшаяся к потолку, будто на неё действовала обратная сила тяжести. Из этой капли появился пухлый газообразный джин, у которого вместо ног был тоненький дымный хвостик.

— Приветствую вас претенденты на наследие моего почтенного мастера, — пробасил мощным голосом, обращаясь сразу ко всем присутствующим. — Я один из стражей. Чтобы покинуть эту комнату, вам придётся сделать выбор. Взять одно из моих сокровищ. Но знайте, каждое из них несёт в себе не только блага, но и беды. Выбирайте с умом. Это испытание позволит понять, к чему вы стремитесь. Чего стоите, — зловеще улыбнулся.

Команда семьи До не спешила нас атаковать, с опаской глядя на джина, а значит и нам не следовало дёргаться раньше времени.

— Запоминайте, претенденты. У каждого выбора есть последствия. Это один из ценнейших уроков моего мастера, который он вам преподаст. После того как коснётесь одного, и только одного, — с угрозой, — сокровища, я исчезну. Взамен появятся неразрушимые песочные часы, которые будут отмерять время. Ваша задача проста. Дождаться момента, пока последняя песчинка упадёт вниз. Только тогда откроется проход. Если, будите всё ещё живы. Но, на этом ничего не закончится. С момента вашего выбора, до перехода на второй этап испытания мастера, эта комната начнёт порождать беды, привязанные к каждому сокровищу. С определённой периодичностью.

Похоже, древний предок был тем ещё затейником. Зря грешил на скучность первого этапа испытания. С большим интересом слушал правила. Мне здесь уже начинает нравиться.

— К примеру. Выберете маленький кошель с золотом, каждые шесть часов будет появляться бешеная собака. Которая отправится блуждать по лабиринту в поисках добычи. Ещё через шесть часов, вторая, потом третья и так далее. Чем дольше будет тянуться первый этап, чем больше будет открыто сундуков и взято сокровищ, тем больше будет врагов и меньше безопасных мест. Выберете украшение из рубинов и сапфиров, встретите банду вооружённых разбойников. Возьмёте низкокачественные пилюли, свитки с техниками, появятся сильные практики. Что-то получше, лабиринт наполнится толпами чудовищ и демонов. Возьмёте копьё грома пяти звёзд ци, комната начнёт испускать грозовые тучи, бьющие молниями. Которые будут постепенно расползаться по лабиринту. Найдёте могущественный артефакт яда, опасайтесь ядовитых испарений. Полагаю, принцип вы уловили. Постарайтесь не брать поистине могущественные вещи, ведь величина бед возрастает в разы относительно их ценности. Как и скорость их появления. Испытание будет завершено, пока кто-нибудь из претендентов не найдёт фонтан бесконечности, который укажет путь к выходу. Если к тому времени его не перекроет многочисленными непроходимыми бедами. В таком случае, немедленно покиньте испытание, если хотите остаться в живых. Тем, кто так поступит, обратно уже не вернуться. На этом всё.

Предок предусмотрел способ не затягивать испытание до бесконечности, раздаривая свои запасы всем желающим. Рассчитанный на постепенное ускорение событий. Неплохой метод отсева слабаков и глупцов. Устрашающий. Ведь где гарантия, что, если одна команда добудет нечто потрясающее, все остальные не сдохнут от выпущенных ими на свет бед. Ты можешь вообще ничего не делать, забившись в какую-нибудь дыру, но всё равно столкнёшься с чужими проблемами. Помогая за просто так кому-то их решать. Сокращая поголовье монстров. С другой стороны, чем больше ты наберёшь сокровищ, тем больше шансов противостоять бедам, устранить соперников и перейти на другой этап.

— Итак. Вот мои текущие сокровища. При следующей встрече, ассортимент будет иной.

Джин щёлкнул пальцами. Перед ним появилось четыре мыльных пузыря, в каждом из которых находилось что-то своё. В первом был золотой шар, размером с арбуз. Во втором изысканный лук из тёмного дерева, украшенный фигурками дракончиков. С красной тетивой. Если не ошибаюсь лук драконьих жил. Хорошая, зачарованная вещица. В самый раз для практиков четырёх звёзд. Может накладывать на стрелы дополнительные эффекты. Третьим был какой-то загадочный фрукт с золотисто-чёрной, тигриной окраской. Последним предметом оказалась шкатулка, украшенная костяными накладками в виде дельфинов. Джин любезно объявил их название.

— Шар глубинного золота. Лук драконьих жил. Тигровый фрукт пылающего сердца. Флейта королевы сирен кораллового моря разбитых надежд. Сокровища расположены в порядке возрастания их редкости и ценности. Наиболее безобидное для вас, если можно так сказать, шар глубинного золота. Самое опасное, флейта. Какая за каждым из них скрывается беда, узнаете сами. Фонтана бесконечности, как вы видите, в этом наборе нет. Даю вам время на размышление, равное сгоранию одной палочки для благовоний. После чего выбор сделаю я. Случайный.

На постаменте появилась маленькая латунная подставка, в которой задымилась упомянутая палочка, распространяя по залу приятный, успокаивающий аромат.

— Что бы взять, — в задумчивости обозрел предложение.

— Бери шар, — посоветовал лидер чужой команды, становясь серьёзным. — Судя по нашему опыту, сила призванных монстров и близко не равняется ценности приза.

— Уже открывали сундуки?

— Да. Дважды. За мешочек простой целебной травы третьего ранга нас чуть не разорвало стадо Яо зверей с развитыми очагами ци. А за жемчужину тёмной ночи пришлось драться с мертвяками, каждый из которых не уступает продвинутому ученику ци. И их появилась целая толпа. С лидером в ранге эксперта.

Значит, по лабиринту уже как минимум бродят сильные яо звери и крепенькие мертвецы. Причём эти придурки так ничего толкового и не заполучили. Печально. Сокровища должны приносить пользу и радость, а не отягощать карманы бесполезным грузом.

— Цане, тебе новый лук нужен?

Для начала оценим сложность испытаний своими глазами. Чтобы было с чем сравнивать. Сразу замахиваться на максимальную, преждевременно. Да и флейтистов среди нас я что-то не вижу.

— Ты что дура? Не слышала, что я сказал, — забеспокоился парень. — Такое количество глубинного золота будет стоить дороже жемчужины. Мы на самом деле едва вытянули ту толпу мертвяков, — подумал, что я ему не поверил.

— Что неподъёмно для худой лошади, незаметно для толстого дракона, — отмахнулся от предупреждений, уже приблизительно оценив их общую силу.

— Хватай шар, быстрее, — обеспокоенно приказал лидер одному из членов своей команды.

Ноги у него коротки состязаться со скромным Тонгом. Он ещё подлетал к постаменту, совершив рывок, а я уже пробивал рукой второй пузырь.

— Держи, — перекинул лук Цане, которая благодарно кивнула в ответ, так вцепившись в него, что отрывать только с руками. — Отходим в тот угол.

Дав команду, тут же устремился в указанную сторону, по пути прихватив Канью. Матерясь на безумную самку собаки, команда семьи До, поторопилась в противоположный, собираясь, как и мы, занимать оборону. Джин вновь щёлкнул пальцами, после чего исчез, лопнув как воздушный шарик, вместе с оставшимися пузырями. Бесследно исчезнув. На постамент, вместо пропавшего сундука с гулким стуком упали здоровенные, двухметровые песочные часы, намертво к нему прилипнув. Отсчёт времени пошёл.

Прикинув объём песка и скорость, с которой он пересыпался с одной половины в другую, немного расслабился. Похоже, времени у нас будет предостаточно. Или нет. По залу разнёсся звонкий звук гонга, возвещающий о появлении первой волны бед.

Жи Лань приготовила несколько бумажных талисманов. Ли Мин Ксианг обнажил свой меч, цзянь. Хун Шенг привычным хватом, двумя руками взялся за длинно древковую, двуручную секиру. Ли Линь, которая непонятно, где была всё это время, встряхнув, расправила широкие рукава своей длиннополой рубахи. Цане, убрав за спину незнакомый драконий лук, к которому требовалось время привыкнуть, наложила стрелу на свой основной. Канью, поймав мой заинтересованный взгляд, достала из мешочка очередную печеньку. Так, с ней всё понятно, будет в резерве.

Приготовившись к бою, команда единодушно вперила мне в спину осуждающие, негодующие взгляды.

— Следовало так всё усложнять? — сухо осведомилась жрица.

— Госпожа Канью, может нам всё связать его от греха подальше? — предложил аристократ, почтительно обращаясь к девочке. — Боюсь, подобная склонность к необдуманным поступкам доставляет окружающим одни неприятности.

Пока спорили, что со мной сделать, чтобы не накручивать себя томительным, напряжённым ожиданием, обратил внимание на команду До. Эти ребята заметили мои художества, чем сильно заинтересовались.

* * *

— Смотри, большой брат. Что это?

— Замок, — предположила девушка, опередив лидера.

— Сундук с замком. Не припоминаю, чтобы видел подобные штуки ранее.

— Может, нашли какой-то секрет? Говорили, будто эта баба в маске что-то знает о подземельях. Что здесь и как. Наверняка это её проделки.

— Точно-точно. Посмотри, как спокойно стоят, ничего не боясь, — добавил ещё один член команды.

— Почему она так смотрит на рисунок? Хочет активировать технику замка, но чего-то ждёт?

— А почему она не воспользовалась им ранее? — заподозрила подвох девушка.

— Нас ждала, — проявил сообразительность лидер, припомнив, что их появление не стало для другой команды неожиданностью.

— Думаю, ничего хорошо нам это точно не принесёт. Гарантирую, ждёт прибытие волны, чтобы избавиться от всех противников скопом. Нужно её опередить. Лидер?

— Действуй, — понял, что у него на уме. — Времени раздумывать нет. Рискнём.

Воспользовавшись тем, что мы были далеко от светящегося рисунка, самый быстрый брат До, двумя скоростными рывками приблизился к нему, хлопнув по контуру ладони.

* * *

От подобной глупости мы опешили. Недоверчиво разглядывая рухнувшего в конвульсиях парня. Думал, придётся хитрить, запугивать, а тут вон как вышло. Чудно.

— Так, что ты там почтенная матушка говорила по поводу моих талантов? — с превосходством посмотрел на жрицу, поворачивая всё в свою пользу.

— Это не ты гений. Это они идиоты, — недовольно насупилась, не желая мириться с действительностью.

— Напомни, пожалуйста, чтобы я никогда не обращался к тебе за предсказаниями, — довольно осклабился.

Дикий, забивающий слух бесчисленный крысиный писк на высокой ноте, заставил болезненно поморщиться. Первая волна противников прибыла. Вокруг постамента закрутился столб тёмного тумана, из которого нескончаемым потоком буквально хлынул вал демонических крыс. Крупных, по локоть, с красными, бешеными глазами и чёрной, жёсткой шёрсткой. Разделившийся на три потока. Два больших и один малый, направившийся к парализованному парню.

— Демонические крысы угольной пыли, — завопил лидер команды семьи До.

В отчаянье глядя на беспомощного товарища, до которого они уже не успевали добраться. Команда тут же призвала своё воплощение аспекта. Рядом с каждым членом семьи До появилась крупная огненная обезьяна. Призванный мистический зверь. Чистое воплощение стихий.

Четыре обезьяны, яростно ревя, бросились навстречу несущейся на них волне крыс. Часть, конечно, смогли остановить, выступив своеобразными волнорезами, но далеко не всех. Огненные обезьяны хоть и были на диво эффективны, но не всесильны. Пришлось отбиваться всем вместе. Едва успевая вертеться волчками, прикрывая друг другу спины. Будь их на одного больше, может и было бы проще, однако, реку времени вспять не повернуть.

Продемонстрировали довольно неплохое владение техниками ци. На своём уровне, конечно. Огненные серпы, стрелы и волны снимали обильную жатву среди крысиного воинства. Следуя одна за одной, чередуясь, пытаясь прикрыть бреши в обороне. Образуя разрывы в сплошном ковре шевелящихся, визжавших, юрких зубастых тварей.

Лидер До, как оказалось, имел некоторое право смотреть на окружающих свысока. В столь юном возрасте уже достигнув ранга эксперта четырёх звёзд. Благодаря чему, его обезьяна вымахала вдвое выше, чем у сокомандников. Время от времени вызывая волны пламени, расходящиеся от неё во время заряженных атак.

Мне было немного не до них, так что дальнейшими успехами другой команды не интересовался. Итог мне известен заранее. Огнём палить довольно живучих, демонических угольных крыс, которые не только ярко горят, но и отвратительно дымят, та ещё глупость. В таком-то безумном количестве. Они ведь в режиме бешенства не ведают страха. Это всё равно, что взобравшись на гору угля, запалить костёр. Не повезло. Попался крайне неудачный для них противник. Надеюсь, здесь хорошая вытяжка, иначе у всех нас будут проблемы, за которые я убью их ещё раз. Если крысы хоть что-то после себя оставят.

Цане, сразу поняв, что лук в этом бою бесполезен, переключилась на свои парные, загнутые клинки кукри. Активировав ускорение, маленьким вихрем шинковала крыс на ломтики. Чувствуя себя в своей стихии против толпы мелких, слабых врагов. Посмотрим, как будет себя чувствовать через полчасика, при таком быстром расходе сил.

Воин с секирой, рядом с Цане, изображал косаря. Без устали махая тяжёлым оружием. Благодаря хорошей броне, держался он вполне уверенно. Втаптывая прорвавшихся к ногам противников в землю. Превращая их в лепёшки. Тех же, кто возомнил себя белками, снимала Ли Лань, точечными бросками метательных игл. На передний край обороны она не лезла, оказывая помощь из-за спин. Снимая особо прытких и удачливых противников. Ни разу не промахнувшись. Каждый её взмах рукой убивал минимум одну демоническую тварь. Пару раз показала и что-то более серьёзное. Применив продвинутую технику ци, выпускающую россыпью десятки игольчатых воздушных снарядов, оставляющих за собой хвосты расходящихся потоков. Неплохой приём, рассчитанный на удар по площади. И отталкивает, и дырявит, и ставит завесу, от которого крайне сложно уклониться.

Тех, на кого жалко было тратить иглу или технику, разделяла на части очень быстрыми рубящими ударами, выполненными ребром ладони, окутанной тонким покровом уплотнённой ци. Заострённым по краям.

Аристократ, не мудрствуя, очень ловко, быстро орудовал мечом. Настолько, что его движений смазывались. Успевая в секунду наносить сразу несколько ударов с разных направлений. Чем-то напоминая действия Цане. Тоже крайне неохотно, скупо используя техники, как и убийца, если ничего не путаю. Не желая раскрывать свой потенциал. Одна из которых лёгким игривым ветерком пробежалась по рядам крыс, после чего те развалились на части без видимой причины.

В отличие от них, странствующая жрица отрывалась по полной. С большим удовольствием окунувшись в стихию битвы. Не скрывая свои настоящие силы. Раскидав вокруг талисманы, которые зависнув в воздухе, образовали круг, принялась читать молитву изгнания зла. Вбухивая в неё огромное количество духовной энергии. Засветившиеся талисманы, испустили золотистый свет, отпугивая крыс, вроде как, неспособных испытывать страх, убивая их. Под его воздействием маленькие демоны десятками рассыпались в пыль. Жи Лань стремительно выбилась в лидеры общего зачёта. В одиночку уничтожив больше крыс, чем все остальные вместе взятые. Освободив нам небольшой пятачок земли.

Понимая, что она сейчас является ключевым элементом, от которого зависит исход боя, все остальные сгруппировались вокруг, прикрывая жрицу. Нельзя сказать, что сражение давалось нам так уж легко, как казалось. Мы тратили силы. Нас так же кусали, куда дотягивались, теснили, задавливая массой, заставляли выкладываться, суетиться, не давали ни секунды передышки. Напирали со всех сторон. Тут ещё зал постепенно начал заполняться дымом и жаром идущим со стороны семьи До, значительно ухудшая обстановку. Не давая нормально дышать. День, по уровню освещённости, превратился в ночь. Теперь я стал лучше понимать, что чувствует свинка, замурованная в тесной кирпичной печи, на горящих углях.

Перестав изображать бурную деятельность, по большие части прячась за спинами остальных, для вида ударной волной ци прибив пару десятков грызунов, переместился поближе к жрице и бездействующей Канью.

Вода. — произнёс истинное имя, открывая пригодившуюся тыквенную флягу.

Вверх ударил поток жидкости, расходующий мою ци, образовывая над нами водяной зонтик. С него обильно закапало, создав маленький управляемый дождик, сбивая дым, жар, остужая разгорячённые тела, придавая заряд бодрости. Так и стояли со жрицей, спина к спине. Она поддерживала действие молитвы, я карманного дождя, собирая у ног пролившуюся воду, которую очищая, вновь поднимал в воздух, замыкая кольцо. Пусть объём жидкости в тыкве благодаря чарам весьма солиден, но не бесконечен.

— Тоньг, — услышав недовольный голосок Канью, посмотрел на белобрысую зайку.

На мокрую, сердитую девочку, смотрящую на меня снизу вверх. С горящими алыми глазами. Наверное, ей не понравилось, что дождик мочит всех, кроме меня. Ну правильно. У меня же макияж потечёт. Мне нельзя мокнуть. Поскольку оживлённую стихию я контролировал как собственное тело, то естественно, у меня не возникло сложностей провернуть подобный фокус.

— Чего? — прикинулся недогадливым простачком. — Всё в порядке. Не переживай. Ты кушай печеньки, кушай. Там ещё несколько штук осталось, — подпустил в голос завистливые, обиженные нотки.

Прищурившись, Канью перевела взгляд с меня, на заметно похудевший мешочек. Прикинув, что к чему, некоторое время сомневалась, не в силах отдать предпочтение чему-то одному. Всё же грустно вздохнув, с несчастным видом затянула шнурок на мешочке. Протянув мне не догрызенную до конца половинку размокшего печенья. От сердца отрывая. И ведь совсем не беспокоилась по поводу того ужаса, что творился вокруг. Не считая его чем-то серьёзным. Уважаю. Не нервы, стальные канаты. Хотя крыс уже почти не осталось. Союзники добивали последних. Благодаря семейке До, напор на нас оказался более чем в два раза ниже возможного.

— Ня, — немного посопев, скорчила виновато-просительную мордашку.

На неё тут же перестала капать вода.

— Спасибо. Но давай попозже. Братик Тонг немного занят.

Те, кто был на самом деле, по самые уши занят, не смогли отвлечься, чтобы меня прибить за эти слова. У них тоже вода уже по ушам текла, прямо за шиворот. Неужто перестарался.

Благодаря прочному покрову ци, превратившему ауру в настоящую броню, и большим запасам духовной силы, лидер команды До пережил первую волну. В отличие от своих сокомандников, от которых остались только обглоданные, обгорелые груды костей. Получив многочисленные, мелкие, рваные раны, ожоги, упадок сил. С лёгкостью обойдя громадную огненную обезьяну, не сумевшую меня поймать, буду ещё с ней возиться, добил парня, чтобы не мучался. Воспользовавшись дымовой завесой, чтобы подобраться к нему поближе. Второй волны он всё равно не переживёт, а вот запечь нас всех, вполне. После чего принялся разгонять дым, ускоренно исчезающий благодаря поддерживающим лабиринт чарам, тушить огонь, приводить это место в относительный порядок. Судя по часам, нас ждёт солидная передышка, с одной или двумя последующими волнами.

Благодаря жрице, наглотавшейся восстанавливающих пилюль, выложившей на полу аж три круга защитных барьеров, друг за другом, это испытание мы пройдём относительно легко. Как пойдёт дальше, пока сказать сложно. Всё только начиналось.

Несмотря на успехи, команда почему-то сильно на меня въелась. Даже Цане, получившая в единоличное пользование ценный артефакт. По их злым взглядам можно было прочитать, что во второй волне они скорее помогут крысам, чем мне. Куда бы ни встал, меня ни на секунду не выпускали из вида. О чём-то подозрительно шушукаясь между собой. Не желая посвящать в детали. Каждый раз отгоняя подальше. Одному было как-то проще. Дышалось свободнее, что ли. Может сбежать от них.

Раздражённые женщины пытались решить сложный вопрос, как бы им вырубить Тонга, чтобы спокойно переодеться. Мокрые, пропахшие гарью, вспотевшие от жара, они выглядели, мягко говоря, не очень привлекательно. Но как назло, в зале не было ни единого укрытия. Можно было попросить мужчин уйти к противоположной стене, отвернуться, но если в порядочности Хун Шенга и Ли Мин Ксианга сомнений не возникало, то вот с Тонгом, совсем другое дело. Ни одна из них не могла поручиться, что эта сволочь, мало того, что никуда не пойдёт, так ещё и язык свой не будет распускать. Наслаждаясь бесплатным зрелищем, превратив его в развлечение. Совершенно бесчестный, беспринципный тип, а значит, его как-то нужно нейтрализовать. Вот и пытались решить, как.

Пока одни не знали, как избавиться от Тонга, другая особа, напротив, пыталась придумать, как его спасти из лап безжалостной женщины. Эти мысли не давали ей покоя, изводя, подтачивая изнутри словно червячок яблочко.

В другой части лабиринта, ещё одна юная особа, тайком поглаживая деревянный амулет, терпеливо ждала своего часа. Уже убедившись, что собственных силёнок выжить в одиночку в этом месте у неё явно недостаточно. Ей же хотелось не просто вернуться домой, а с каким-нибудь хорошим сокровищем, в личном пользовании. Ради чего тогда рисковала своей жизнью, с полной отдачей внося посильный вклад в достижения команды, если её мнение ничего не стоило. Все решения принимали Шень. Все награды доставались им же. Вспомогательные силы, вроде семей Джанг и Юй, получали лишь слова благодарности, да денежную компенсацию. И это, несмотря на их самоотверженность. Несправедливо. Зачем ей деньги, если на них нельзя купить то, что хотелось. В сердце юной особы копилась обида. Капля за каплей, капля за каплей.

Глава 2

Обновка для Цане дорого мне обошлась. Не столько физически, сколько морально. Достали со своими, делай так, не делай этак. Да они и сами не знают чего хотят. Ненормальные бабы. Уйду я от них. Злые они. Нет, чтобы сначала покормить мужика, а потом от него чего-то требовать. От обратного пошли, а я, между прочим, молодой, растущий организм.

Не совсем понятно в каком направлении, но точно расту. Вон, голоса в голове подтвердят. Они, вообще, всё что хочешь подтвердят, ещё и посоветуют. Например, странствующею жрицу советовали удавить её же поясом, аристократу воткнуть меч, ну, туда, куда положено, а вот с Канью, испытывали затруднения. Мнения разделились.

После выхода из злополучного зала он больше напоминал окрестности угольной шахты, нежели сокровищницу. Некоторое время шли молча, каждый, погружённый в собственные мысли. Парочку нетронутых помещений, с сундуками, ярких, чистеньких, прошли без задержек, а вот дальше, наткнулись на запертое. Железная круглая дверь намертво блокировала проход, не пропуская через себя ни звука, ни частички духовной энергии. Непонятно, идёт ли ещё испытание, либо же все охотники за сокровищами умерли, заблокировав зал. Второй вариант предпочтительнее.

Позже встретили ещё один зал, возле которого остановились. Сундука на постаменте не было. Зато всё помещение заполняли десятки разбитых на части серо-бурых скелетов. Лежащих в красной туманной дымке, стелившейся к полу. Очевидно, это испытание было пройдено успешно. Трупов практиков не заметили. Если только их не растворил зловещий туман. Заходить внутрь не стали.

Свернув на одном из поворотов, увидели здоровенную, двухметровую каплю воды, не растекающуюся в лужу, перегородившую дальнейший путь. Опять кто-то за собой намусорил, но не убрал. Ну что за свиньи. Поскольку к демонам эта тварь, что прикидывается мутной, безобидной водичкой, отношения не имела, пришлось испарять её издали, привычными методами. После того как Канью заперла в барьере. Больно уж прыгучая оказалась, с лёгкостью растворяя любую органику при контакте.

Не встречая серьёзных трудностей, несколько расслабились, о чём чуть позже пожалели. Зашли передохнуть в ближайший зал, который уже был занят. Заранее не разведав обстановку. Причём, весьма напряжённую. Где, напротив друг друга, замерли две команды. Одна, представляющая клан Янь, другая, незнакомую мне семью. Учитывая нас, образовался треугольник.

Янь Гу, возле которого стоял верный Лучжоу Чанджи, возглавлял команду из девяти человек. Их противников было ещё больше, одиннадцать, но судя по расцветке одежд и родовым гербам, представителей сборной солянки аж из четырёх семейств. Это наглядно показывало разницу в возможностях между различными городскими силами, выставивших эти фигурки на игровую доску. То, что четыре рода наскребли с трудом, едва превзошло всего один клан. Да и то, по количеству.

По личной силе я бы поставил на Янь. Как говорится, один мастер легко одолеет дюжину учеников. Так что, обе команды внимательно присматривались друг к другу, не теряя бдительности. Наше появление накалило непростую обстановку ещё сильнее. Сделав её непрогнозируемой.

Опознать меня труда не составило. Зря что ли ходил на площадь. Как и припомнить громкое заявление, сделанное там же.

С интересом оглядев обе команды, радостно поинтересоваться.

— Какая приятная встреча. Сразу две жирные свинки. Даже не знаю, с какой начать. Предпочитаете местную считалку, или с моей убийственно-прекрасной родины? Правда, насчёт её красоты до сих пор ходят споры, а вот по поводу остального, нет.

Специально сделал вид, будто очень уверен в своих силах. Пусть понервничают, гадая, с чего бы. Имеет ли это поведение под собой основание. То, что меня вряд ли встретят радушно и так понятно.

Судя по ощущениям, Цане уже готова меня прибить. Да и не только она. Нарываться сразу на две команды, одна из которых принадлежит великому клану, большая глупость. Эти ребятишки неровня остальным.

— Как насчёт такого, — непринуждённо продолжил. — Я никуда не спешу. Почему бы для начала не выслушать, что вы можете предложить. Или тут действует правило, каждый сам за себя? — дал подсказку.

— Почему же, — дежурно заулыбался Янь Гу, быстро сориентировавшись в ситуации.

Наследник одного из крупнейших богатеев Уваня был достойным сыном своего отца.

— Мы, клан Янь, никогда не считали себя настолько высокомерными, чтобы отказываться от взаимовыгодного сотрудничества. Не относясь к другим с предубеждением, всегда остаёмся открытыми для разговора. Если проблему можно решить с помощью денег, это не проблема. Почему бы нам не объединиться? На время прохождения первого этапа испытания древнего предка. Дальше решим, продолжим сотрудничество, разойдёмся или сразимся. Что скажете?

— Янь Гу, а почему бы нам не объединиться против неё? — тут же вмешался лидер второго отряда, продемонстрировав наличие ума.

Если команда фуци присоединится к клану Янь, они окажутся в заведомо проигрышном положении.

— Мы, оба коренные жители Золотого города, а они чужаки. Иностранцы. Неужели ты не патриот Уваня? — обвинил в не патриотизме. — Хочешь отдать наши сокровища пришлым? Неважно кому достанется наследие предка, если в итоге оно останется в нашем городе. Ты сейчас ступаешь по очень тонкому льду, вмешивая чужаков в наши внутренние дела.

— Это какие такие между нами внутренние дела? — наигранно удивился Янь Гу. — Кто говорил, что Янь тут делать нечего? Сокровище этого зала будет принадлежать только вам. К тому же, где ты услышал речь о делёжке наследия древнего предка? Я всего лишь обсуждал возможность вместе пройти первый этап испытания. Или ваши семьи не пользуются услугами наёмников? — насмешливо.

— Тогда, — тут же нашёлся собеседник, — почему бы нам не сделать то же самое? Мы помогаем вам очистить этот зал, вы помогаете нам со следующим. Награду за голову Аль бин Алайнэ поделим поровну, — подкинул серьёзный аргумент. — Кланы Золотого города предложили за неё очень высокую цену.

Янь Гу призадумался. С одной стороны, мы, тёмная лошадка, которой не факт, что можно доверять, с другой, проверенные временем семьи, почти соседи. Чьи сильные и слабые стороны известны. В нашу пользу говорило только то, что мы, вроде как, должны быть очень сильны и опасны, раз уж осмелились объявить войну всему городу. Настораживала и моя потрясающая самоуверенность. Спокойно слушал их, ничего не предпринимая, не вмешиваясь в разговор. Будто это меня совершенно не беспокоило. Ошибка в выборе могла стоить очень дорого.

— Как замечательно, — захлопал в ладоши, привлекая к себе внимание. — Ну же малыш, не томи меня. Кого ты выберешь?

— Если избавитесь от команды Янь, моя семья Шеджу заплатит вам десять тысяч золотых драконов, тысячу высококачественных пилюль истинной силы, тысячу высококачественных пилюль концентрации ци и одну тысячелетнюю траву драконьей крови, — последовало неожиданное предложение от одного из членов альянса семей.

Очень заманчивое предложение.

— Сто звёздных пилюль концентрации ци и пять тысяч драконов от моей семьи, — повысил ставки ещё один член их команды, вынуждая Янь Гу согласить на предложение лидера.

— Соглашайся, и мы немедленно объединимся против неё.

— Хочешь проверить, у кого глубже погреба? — нахмурился Ян Гу.

Состязаться в богатстве с несколькими семьями было нежелательно. Даже если предложит намного больше, то выиграет ли в итоге от этой сделки или проиграет, неизвестно. Дай он сейчас опрометчивое обещание, кто знает, как потом на него отреагирует глава клана.

Присмотревшись к Янь Гу, понял, скорее всего, в пролёте окажемся именно мы. Так и произошло.

— Хорошо. Заключим соглашение об объединении до конца первого этапа.

Пока они выясняли его детали, тихонько шепнул остальным. Благо под маской нельзя прочитать движение моих губ, за которыми внимательно следили члены других команд.

— Действуем по старой схеме.

— По какой ещё старой схеме? — встревожилась Цане, знавшая меня чуть лучше остальных. — Держи его, — немедленно попросила аристократа, стоявшего ближе всего, но с опозданием.

Спустя мгновение я уже открыл крышку сундука. Легонько его пнув, чтобы поторопить толстого джина. Страж появился точно так же, как и в прошлый раз. Только теперь я встретил его прямо там же, на постаменте, лицо к лицу. Сразу же потребовав пропустить вводную часть.

— Правила знаем. Претензий не имеем. Где сокровища? — выпалил на одном дыхании.

Джин слегка опешил. Многое успел повидать, но подобную наглость, впервые. Все присутствующие поражённо замерли, недоверчиво глядя в центр зала. Не понимая, как можно грубить существу, способному раздавить тебя как букашку.

Подивившись, джин охотно щёлкнув пальцами, вызвал три пузыря с сокровищами. В его взгляде промелькнул интерес. Прежде чем успел открыть рот, я уже хлопнул по крайнему пузырю, выбирая самую ценную награду. Надеюсь, порядок возрастания слева направо сработает и тут.

Чего-то ребятишки вокруг побледнели, притихли. Да и Цане подозрительно подняла лук, глядя на меня недобрым взглядом. Джин многозначительно хмыкнул, одарив меня довольной улыбкой, после чего исчез. Так ни слова и не сказав. Оставив в моей руке увесистый, свёрнутый свиток с какой-то техникой.

Не обращая ни на кого внимания, спрыгнув с постамента, направился занимать свободный угол. Позади раздался грохот упавших песочных часов.

— Давайте займём другой угол. Ну, пожалуйста, — мстительно попросила злая Цане.

— Поддерживаю, — почти хором отозвались аристократ и жрица.

— Поддерживаю, — вот уж неожиданно, подал голос молчаливый здоровяк, чем вызвал неподдельное удивление остальных.

* * *

Серьёзная Канью, по-взрослому, задумчиво смотрела вслед Тонгу. Его излишняя самостоятельность и выходки даже её уже начали раздражать. Он не чувствовал себя членом команды. Не интересовался их мнением. Не пытался найти точки сближения. Что-то обсудить, обычно ставя перед свершившимся фактом. Творя всё, что взбредёт в голову. Такое впечатление, будто воспринимая всё игрой. Не задумываясь о будущем. Живя одним днём.

Забавы забавами, но для всему должен быть предел. Тонг слишком неконтролируем, своеволен, рискован, что мешало её планам. Да, он был крайне необходим Канью, но не такой, как сейчас. Ответственности, вот чего она от него хотела добиться. Только тогда с ним можно о чём-то серьёзно разговаривать. Пока же приходилось подыгрывать, чтобы сблизиться, сформировать привязанность. Заставив принять себя в качестве неотъемлемой части своего круга общения. Давая время привыкнуть к её особенностям. Ну, и немного получая от этой игры удовольствия с весельем, наблюдая за реакцией окружающих, чего скрывать.

Подсознательно чувствовала, что начни открываться по-настоящему, Тонг лишь отдалится. Став воспринимать её помехой своим планам. Он до сих пор ни разу не пытался раскрыть её тайны, или хотя бы поговорить по душам, ревностно оберегая свои секреты. Не доверяя ей. Не считая её чем-то важным. Словно одиночка, что привык решать свои проблемы самостоятельно. Держать всё в себе. Пора сделать шаг вперёд в их отношениях. Показать, что и у неё тоже есть характер. Что и о ней тоже нужно думать. Заставив начать договариваться, как тогда, с монетами. Пусть осознает, что Канью нужна ему не меньше, чем он ей.

— Хорошо. Проучим Тоньгя. Онь сям по себе, — приняла решение, надеясь, что не пожалеет об этом.

От этих слов фуци испытали ещё большее потрясение, чем от говорящего здоровяка. Они то думали, что Канью всегда будет на стороне Тонга. Как раньше.

— Уверена? — Цане первая предложила, и первая же засомневалась в правильности такого поступка.

Злость на Тонга никуда не делась, но она не желала ему смерти. При текущем раскладе, выжить в одиночку у него нет шансов. Хоть, и не признаваясь в этом, но давно уже привыкла к сумасбродному парню. В какие-то моменты, даже восхищаясь. Лично у неё не хватило бы духу на многие вещи, которые он вытворял походя, не понимая, в чём сложности. И ведь у него это получалось, что самое странное.

— Дя.

Команда фуци дружно направилась в последний, свободный угол. Лишь Цане на секунду замешкалась, напоследок, ещё раз обернувшись в сторону Тонга. В результате вышла симметрия с четырьмя занятыми углами. Янь Гу с лидером другой команды удивились такому разделению, но мешать ему не стали, посчитав выгодным. Более того, придя к соглашению, всё же объединили команды в одну. Два десятка лучших учеников и экспертов Золотого города выставили по-настоящему мощную оборону. Опасаясь грядущих бед. Затевать сейчас драку с нами, посчитали слишком рискованным. Отложив разборки на потом. Если все участники до этого доживут. Заодно, пожелав увидеть настоящую силу Аль бин Алайнэ. Оценить заранее, чтобы понять, как ей противостоять.

* * *

Решение Канью, а в том, кто именно в их банде работает головой, я ни усомнился ни на секунду, меня сильно удивило. Озадаченно почесав подбородок маски, по привычке, немного склонил голову набок. Пытаясь посмотреть на произошедшее под другим углом.

— Решила покрутить хвостиком? Завлекает? Нет? Не пойму. Хочет что-то доказать или проучить? Как всё сложно. Пожалуй, так будет лучше, — серьёзно задумался над выбором дальнейших действий. — Ей нежелательно оставаться рядом со мной. Не хочу заставлять тебя грустить, малышка. И потом, всё равно пришлось бы скоро от вас избавляться, ибо туда, куда я пойду, тебе хода нет, — грустно улыбнулся под маской. — Я проклят. Я безумен. Я мёртв. Я одержим. Я чудовищно голоден. Как много я. Гляжу, нас тут собралась просто замечательная, весёлая компания маленьких Тонгов.

Голоса Шиньюсамас стали звучать отчётливее и громче. Рядом с Канью их почти не было слышно. Такое ощущение, они выражали бурную радость от воссоединения с забывшим о них, загулявшим хозяине. Ластясь, как преданные щеночки. Всецело одобряя моё решение. Нашёптывая привычное, избавься от них, убей, чтобы не страдали, закапай, чтобы их не нашли враги, съешь, чтобы всегда были с тобой, сожги, чтобы согреть. Где-то глубоко внутри моей тьмы почудилось промелькнувшая тень Хранительницы. Ну, конечно, куда же без неё. Прислала волну духовной силы в качестве поддержки и напоминания, что уж она-то меня никогда не бросит. В отличие от некоторых.

— Похоже, в этот раз за спинами отсидеться не удастся. Знаете, что, мои родные, — рой голосов притих, почтительно внимая своему мятежному богу, — плевать. Юй Цао никогда не откажется от славной драки, — назвал своё истинное имя. — От чего-то нового на пути к познанию истинного искусства ци. Как говорил отец, делай что должно и будь что будет. Эй, Девятый, Янь Гу не должен опознать Тонга. На случай, если мне придётся сдохнуть. Что ты там показывал про эту ненормальную бабу? Можешь повторить? Интересно посмотреть, что она умеет.

Мой просветлённый разум породил очередной «гениальный» план. Практически сразу, не то что в память, чуть ли не в саму суть начало вливаться бушующее море неведомых мне мистерий и тайн мифического персонажа Аль бин Алайнэ, чью маску носил на лице. Заставляя теряться, какие воспоминания мои, какие нет. Рассчитывал, что мне приоткроют краник, а тут спустили плотину. Размывшую береговую линию между реальностью и вымыслом. Тут ещё коварная Хранительница, верно, подгадав момент, щедро принялась накачивать мой очаг своей силой. Насыщая не дающее покоя, давно уже мучившее меня чувство голода. Захватывая всё новые бастионы силы воли и самоконтроля. Принося с собой волну наслаждения и лёгкости, от которой крайне тяжело защищаться. Отдаваясь этому приятному чувству.

Даже не заметил, как из носа потекла кровь, а в глазах покраснели и разбухли капилляры. Зрачок то сужался, то расширялся, дёргаясь будто в припадке. Позабытая крохотная татуировка в виде незнакомого символа, что нанёс Девятый, стала стремительно разрастаться в более завершённый узор, самостоятельно дополняясь схожими знаками, образуя письмена.

Если бы не нанесённые на внутреннюю сторону маску загадочные иероглифы, втягивающие в себя кровь, от которой начали светиться, Канью бы тут же ощутила происходящие со мной изменения даже с такого расстояния. Моментально пожалев бы о своём решении, попытавшись всё исправить, но судьба распорядилась иначе.

По залу прокатился звук гонга, отражаясь от стен. Первая волна была уже на подходе. Хотя, для меня она была уже не первой, поскольку безумие меня уже захлестнуло. Под счастливый смех голосов и жгуты чернильных облаков первородной тьмы, дотянувшихся прямиком от храма Свободной души до очага. Устроив там что-то вроде солнечного затмения. Окрасив испускаемое ци в свой цвет.

* * *

— Что этот придурок творит? — забеспокоилась Цане, видя, что парень и не думал спешить присоединяться к их компании.

Канью упрямо молчала, однако в глубине её прищуренных алых глаз усилилось беспокойство.

Тут начало твориться что-то странное. Глаза деревянной, лакированной маски рогатого демона на Тонге засветились зловещим багровым цветом. Застывшие в гримасе насмешки губы, превратили улыбку в оскал. Чуть приподнялись брови. Зрачки сдвинулись с места, скосив взгляд в сторону. Такое впечатление, будто маска ожила, став настоящим лицом. И вообще, от Тонга внезапно полыхнуло настолько заряженной тёмной энергией ци, волосы дыбом поднялись, а в горле сразу пересохло. Его аура стремительно увеличилась в размерах, уплотнившись, запылав тёмно-фиолетовым огнём, что придало ей визуальный эффект горения факела, основой которого выступал сам Тонг. Даже не требовалось быть сенсором, чтобы увидеть её наяву.

Одновременно с этим на пьедестале появился какой-то незнакомый мужик, чья аура мало чем уступала Тонгу. Вместо толпы равных по силе монстров или полчищ более мелких, слабых тварей, либо же какой-нибудь пакости вроде грозы, снежной бури, в качестве испытания им достался всего один враг. Но очень сильный. Судя по ощущениям, в ранге не ниже мастера шести звёзд ци, а то и великого мастера семи звёзд ци. Для учеников, с несколькими адептами и от силы, парочкой экспертов из отряда Золотого камня, трёх, четырёх, пяти звёзд соответственно, его одного могло хватить за глаза. Если же он великий мастер, то тут лягут все, даже если люди объединятся с фуци.

— Мястер, в полушяге от переходя на следующую ряньговую ступень, — услышала Цане хмурый комментарий от Канью.

Приготовившись к катастрофе, настраивая себя на бой не на жизнь, а насмерть, Цане нервно сглотнула. Не в силах решить, что лучше, драконий лук или клинки, чуть не упустила момент, когда всё стремительно перевернулось с ног на голову. И опять во всём виноват неуёмный Тонг.

На глазах всех присутствующих произошла самая невероятная картина, которую они могли себе представить. Голова вражеского мастера, внезапно отделившись от тела, описав дугу, оставляя за собой брызги крови, шмякнулась на пол.

— Пошёл прочь, неудачник, — незнакомым, притягательным женственным произнёс Тонг, ногой в зад столкнув обезглавленное, ещё стоящее тело с постамента, который занял сам.

Выступив из-за спины не успевшего понять, что произошло, мастера. Неожиданно шокированной Цане припомнились как-то сказанные слова Тонга, — Если у тебя много силы, но ты не успеваешь ей воспользоваться, можешь считать, что её нет вовсе.

Глаза демонической маски пробежались по застывшим в полной тишине командам.

— Настала ваша очередь, котятки. Кто не спрятался, я не виновата.

Исчезнув, Тонг тут же появился возле их отряда, нанося стремительный удар длинным, изогнутым, однолезвийным мечом чжаньмадао. Страшное оружие в умелых руках. Если бы не вовремя среагировавший аристократ мечник, то странствующая жрица разделила бы судьбу бесславно сдохшего мастера. Она даже испугаться не успела. Звон стали ударил по ушам. Ли Мин Ксианг был отброшен назад, едва устояв на ногах, а Тонг даже не шелохнулся.

— Неплохие рефлексы, — похвалил ошеломлённого мечника.

Тут же атакуя здоровяка, который хоть и отделался порезом на плече, но тоже блокировал удар. Не раздумывая, Хун Шонг атаковал в ответ. Тонг с лёгкостью отбил все удары секиры. Если бы воин доверившись интуиции, не отпрыгнул в сторону, ещё и пригнувшись, то просвистевшее над ним лезвие оставило его без головы.

— В очередь, — недовольно попросил Тонг всё тем же чужим голосом, мгновенно разворачиваясь и взмахом меча отбрасывая непонятно как оказавшуюся у него за спиной Ли Линь. Послышался скрежет металла. Женщину отбросило назад, разрывая рукав, под которым что-то блеснуло, не позволив руке отправиться в самостоятельный полёт. В другую сторону. Уцелела ли кость от силы удара, вопрос спорный.

Опомнившись, Цане выхватив кукри, на ускорении попыталась подрезать ноги спятившего Тонга, которого совсем не узнавала. Но к огромному удивлению, ей не хватило скорости. Тонг неведомым образом стал до неприличия быстр. Временами, просто не успевая за ним уследить. Прямо воплощением богини скорости. Её пинком отбросило, едва не сломав пару рёбер.

Талисман, который должен был приклеиться к Тонгу, запущенный жрицей, пролетел мимо. Того уже и след простыл. Один из учеников отряда Золотого камня в эту же секунду расстался со своей головой. Второй, с сердцем, вырванным из груди невооружённой рукой, со спины.

— Техниками! Бейте техниками с расстояния. Не лезьте в ближний бой, — заорал перепуганный Янь Гу, тоже не поспевающий отслеживать её перемещения.

Метнув в Тонга золотые сферы. С двумя звонкими, — дзинь, они были отбиты поворотом меча, уходя по касательной в стороны. Мгновенно ускользнув из-под нескольких ударных техник чистой ци, оставив после себя остаточный образ, Тонг переместился в другое место. Не давая передышки его попытались приласкать огненной волной, заставив ещё раз применить быстрый шаг. Отгоняя дальше от отряда.

— Какие бойкие котятки, — ничуть не обеспокоился Тонг, непринуждённо отбивая мечом пару брошенных кем-то метательных ножей.

Высоко подпрыгнув, пропустил под собой каменный столб, запущенный Луджоу.

— Пожалуй, пора покормить призраков.

Применённую кем-то продвинутую технику, выстреливающую вперёд с ударом кулака духовным копьём уплотнённой ци, на лету перехватила летающая отрубленная голова призрака. Зелёного цвета, полутораметровая, с мерзкой, гримасничающей рожей. Появившись из воздуха, перекусив копьё словно тростинку, тут же втянув в себя остаточную, быстро рассеивающуюся ци. Забавно раздувая щёки.

— Вкусно. Давай ещё, — глумливо засмеялась эта отвратительная рожа.

Одна из девушек попыталась применить что-то более сложное, убойное, требующее время на подготовку, которое ей выиграли сокомандника, но не успела. Буквально чуть-чуть. Ещё одна гротескная призрачная рожа, только в этот раз другая, старика, с завязанными на макушке в пучок волосами, внезапно появившись из-за спины, за раз откусила её верхнюю половину тела. Со смачным звуком. Которое, непонятно куда делось, ведь желудков у голов не имелось.

— Это что ещё за твари? — ужаснулась побелевшая Цане, пытаясь отстраниться от боли в отбитых рёбрах.

— Воющие духи мёртвых песков медивя, — пояснила много чего знающая Канью. — Ненясытные.

— Разве это не техники Аль бин Алайнэ? — удивился аристократ.

— С Тонгом что-то не то. Он, будто чем-то одержим, — сообщила пристально присматривающаяся к нему странствующая жрица.

— Какой хлопотный парень, — грустно вздохнул Ли Мин Ксианг, крепче хватаясь за меч, на котором появилась глубокая зарубка.

Прикончив ещё двоих с той стороны зала, снеся им головы, Тонг вновь оказался перед ними. В этот раз Канью не стала бездействовать, поставив барьер белых молний. Перестав его недооценивать. Впрочем, парня это не остановило. Широким взмахом меча, разрезав его, как бумагу. Барьер осыпался облаком непонятно откуда взявшейся жёлтой пыли, вместе со всей вкаченной в него духовной силой.

— Кяк? — в изумлении расширила глаза Канью.

— Мой меч недаром называется Песчаная погибель Шаньюэ, малышка. Не существует такой вещи, которой он бы не смог обратить в пыль, развеяв её по ветру. Стряхнув со страниц истории, — похвасталась Аль бин Алайнэ. — Первая молитва, Погребение, — назвала применённую способность.

Жрица, броском талисмана, едва успела сжечь дотла двухметровую гигантскую голову, вынырнувшую из-под земли, уже разинувшую рот, шире, чем можно было ожидать исходя из анатомии, попытавшуюся одним махом сожрать Канью. Ещё парочка, светящихся от переизбытка духовной силы, следом полетели в Тонга. Жи Лань, больше не церемонясь, применила смертельную технику. Но, после молниеносного росчерка Песчаной погибели, и они безвредно осыпались горской жёлтой пыли.

— Жаль, требовательная и капризная, — огорчённо признала Аль бин Алайнэ, отбивая град ударов Ли Мин Ксианга. — Всё имеет свою цену.

Мечник попытался применить какой-то хитрый обманный приём школы Хвост ласточки, но возникшая маленькая призрачная голова, зубами вцепившись в лезвие, как собака в палку, помешала. Стряхнуть её оказалось довольно сложно. Всё же, с помощью другой техники, мечник разрезал её надвое, после чего та исчезла в облаке зелёного дыма.

Канью, попыталась угостить Тонга белой молнией, однако, очередной взмах меча всё испортил. Как только вспышка погасла, Тонг уже на противоположной стороне зала активно резал другой отряд. Оставив после себя несколько крупных призрачных голов воющих духов. Хотя лучше было бы их назвать кривляющихся. С хохотом и пошлыми шуточками закружили вокруг хоровод, пытаясь вцепиться зубами во что подвернётся. Строя различные рожи, чем сильно раздражали, сбивая с толку своей непредсказуемостью.

Одна лысая голова извращенца и вовсе, всё время пыталась лизнуть Цане то за ногу, то за попу, вызывая дикое отвращение и страх. Истекая слюной от вожделения. Предлагая заняться с ней всякими непристойностями. Возникло непреодолимое желание как можно скорее от неё сбежать, с максимальным ускорением, пока не случилось чего-то непоправимого для её психики. Например, пока не откусил или не обслюнявил её хвостик.

Убила бы, но проблема в том, обычное холодное оружие призраков не брало. Слава Айше догадалась переключиться на драконий лук. Запитав его ци, выложившись по полной, превратила стрелу в пылающий мистическим огнём разрушительный снаряд, которым испепелила ненавистную голову ко всем чертям. Испытав от этого огромное удовлетворение.

Разобравшись с хороводом, не успели перевести дух, как налетело ещё больше разнообразных лиц. Выпустив пылающую стрелу в одно из них Цане поразилась неожиданному результату. Эта сволочь зубами поймала стрелу, покрутив во рту, словно обычную зубочистку. Втянув в себя пламя, насладившись вкусом, выплюнул погасшее древко с откусанным наконечником.

— А ты я смотрю девочка с огоньком. Мне такие нравятся, — довольно осклабился.

— Тонг, чтоб тебе девки не давали! — в сердцах взвыла от злости серьёзно обеспокоенная Цане. — Всё у тебя через одно место.

У клана Янь дела обстояли не лучше. Алайнэ была нереально быстра, сильна и опытна, во всём превосходя их команду. Её летающие головы сожрали уже двоих учеников, один из которых недавно прорвался до ранга адепта, подавая хорошие надежды наставникам на дальнейший ускоренный рост. Хвастливо называя себя гением. Пока Луджоу отвлекал Алайнэ, ветряной мельницей махая своим посохом, то увеличивая его до размера столба, то удлиняя, то резко сокращая, непредсказуемостью спасая себе жизнь, Янь Гу готовился. Наконец, накопив достаточно энергии, выполнил довольно длинную и сложную технику, обращаясь к высшему воплощению родового аспекта. Так называемой, заключительной форме. Что-то вроде исключительного приёма для особых случаев. Крайне затратного по расходам энергии, но эффективного. То же сделал и Луджоу, но умудрившись выполнить свою завершённую форму прямо в бою. Вот кто настоящий гений. Давно уже сработавшись в паре, через совместные тренировки научились составлять комбинации, дополняя друг друга.

— Запирающая клетка демонов, — выкрикнул Лучжой, на выдохе концентрируя и направляя технику завершённой формы.

Из пола, вокруг Алайнэ, стремительно выросли девять высоких каменных столбов. От них к женщине протянулись металлические цепи, связав её, обездвижив. Надёжно зафиксировав руки.

— Тяжесть греха, — выкрикнул Янь Гу, помогая этим усилить яркость образа, концентрируя внимание.

Над своеобразной клеткой появился маленький золотой шарик, который взрывным ростом увеличился до размеров двухметровой сферы. Приобретя чудовищный вес, рухнул вниз, грозя превратить обездвиженную Алайне в кровавую лепёшку. Однако, вокруг неё успел закружиться хоровод призрачных голов. Небольшого размера, чтобы поместиться в клетку. Часть которых перекусила цепи, а самая большая, одноглазая, в шрамах, ухватив женщину зубами за шкирку, буквально за секунду до падения золотой сферы выдернуть из-под неё. Подняв в воздух, аккуратно опустив на ещё одну летающую башку, на которую та спокойно встала, как на материальный объект.

Столбы и сфера исчезли после завершения техники, оставив после себя глубокую, разбитую яму.

— Это было опасно, — спокойно отметила женщина, не показывая признаков страха или гнева. — Похоже, мне пора стать чуточку серьёзнее. Да уймись ты, — с раздражением заблокировала атаку закутанной в накидку фуци, попытавшейся скрытно ударить в спину.

Встав на ту же самую летающую башку. Отпрыгнув назад, подобно невесомому пёрышку, ушла от возмездия, двигаясь с невероятной скоростью. Её будто снесло от опережающего меч воздушного потока, не причиняя вреда. Паря над полом, плавно приземлилась в безопасном отдалении. Следом Алайнэ пришлось обращать в пыль атаку мечника фуци, запустившего в неё что-то вроде ветерка с лезвия своего меча.

Янь Гу, не мешкая, воспользовался тем, что она отвлеклась. Золотистая сфера, увеличившись до размера дыни, пробила лоб летающей башки, разнеся ей половину черепушки вместе с затылком. Оставив после себя размывающийся остаточный образ, Алайнэ переместилась на постамент.

— Озеро воющих духов, — воскликнула название высокоранговой техники, поднимая меч.

С него начали слетать десятки зелёных дымных сопель, на лету разрастающихся в новые призрачные головы метрового и больше размера, яростно накинувшиеся на обе команды.

— Пески времени, — Аль бин Алайнэ последовательно перешла к следующей.

Люди с ужасом почувствовали, что мир вокруг них несколько ускорился. Они начали запаздывать с реакцией на происходящие события. Даже доносившиеся до них звуки ускорились, сливаясь между собой.

— Оковы времени, — столь же быстро и плавно перешла женщина в маске рогатого демона к следующей, указав пальцем на приближающиеся талисманы странствующие жрицы, тут же замершие в воздухе.

Тем же приёмом заблокировала секущую волну ци, запущенную одним из адептов Золотого камня. Энергетическое лезвие резко застыло на полпути, не рассеиваясь, не теряя своей силы. Янь Гу с ужасом понял, что это конец. Аль бин Алайнэ выглядела вполне бодрой, не показывая признаков усталости. Всё ещё, не получив ни царапины. С наполненным очагом. Что за ужасающая особа, владеющая аспектом времени. Определённо ничем не уступая по уровню тому мужику, которого прикончила походя, в самом начале испытания. Близкого по рангу к великому мастеру. Отчётливо поняв, эта женщина явно не из их весовой категории.

Нужно было что-то немедленно делать, пока движущиеся словно беременные улитки соклановцы, какими наверняка виделись Аль бин Алайнэ, ещё сдерживают толпу летающих голов. От его команды уже осталось всего пять человек. От альянса семей, четверо. Пятого, только что сожрали летающие головы, одна схватив снизу, другая, сверху. Потянув в разные стороны, разорвали как мясную булочку, вывалив на пол кучу кишок, тут же с аппетитом проглотив каждый свою часть. Решение пришло внезапно, озарением.

— Луджоу, вали отряд Шеджу! — что было сил крикнул, чувствуя, будто воздух ещё больше уплотнился, затрудняя движение. В котором даже звуки замедлялись.

Россыпь золотых шариков, выстрелив в спину, пробили навылет двоих союзников. Не ожидавших подобного коварства. Луджоу, не задумываясь, доверяя Янь Гу, резко удлинив каменный шест, пробил грудь ещё одному парню, стоящему рядом. Нанизав как на копьё. Последнюю девушку, безжалостно зарезал другой член клана Янь, исполнив команду лидера. Находясь на одной временной волне, затруднений с передачей приказов и убийством не возникло.

— Стой! — тут же что есть мочи заорал Янь Гу, обращаясь к Аль бин Алайнэ. — Ты нарушаешь собственное слово!

Летающие головы дружно остановились, удивлённо оглянувшись на хозяйку.

— Это какое же? — донёсся до них спокойный, заметно поскучневший голос.

— Ты обещала, что отпустишь ту команду, которая уничтожит две других. Там, на площади Золотого камня. Отряд Шеджу второй. Так чего же тогда стоит твоё слово? — чуть осмелев от вида остановившихся голов, перешёл к обвинениям.

— Было такое, — подтвердила Аль бин Алайнэ.

Переместившись вплотную к нему, испытывающие всмотрелась в глаза Янь Гу. Глаза её маски пугали до дрожи в коленках, своей нечеловеческой природой, но он твёрдо держал себя в руках, не позволяя страху возобладать над телом.

— Опустить оружие, — приказал сокомандника Янь Гу, про себя молясь, чтобы всё получилось.

— Говоришь, выполнил моё условие? — усомнилась.

Янь Гу подробно описал, где и как они устранили другую команду соперников.

— Можешь проверить.

— Верю, — заметно расстроилась, теряя к беседе интерес. — Тебе повезло. Я умею отличать правду от лжи. Что же, Аль бин Алайнэ никогда не нарушала своего слова. Это известно каждому в мёртвых песках. Оно чище и твёрже алмаза. И столь же долговечно. Я вас не трону. Послушайте доброго совета, покиньте эти подземелья как можно скорее. Иначе они станут для вас могилой, — предупредила. — И ещё, — чуть подумав, всё же решила сообщить важную новость. — Лично тебя я бы не убила в любом случае. Мой милый Тонг, который упорно отказывается отдаться в мои руки, всё прячется, бегает, на что-то надеется, придумывает нелепые отговорки, наивный пугливый котёнок, — её голос стал звучать мягче, — называл тебя своим другом. Не хочу, чтобы он на меня обижался. Поэтому, отрубила бы тебе ноги или руки да отпустила на волю. Жить можно и так.

Янь Гу вздрогнул, представив такие пугающие перспективу. Уж лучше смерть.

— Ладно, пойду хотя бы тех котят придушу. Канарейка, тоже мясо, — имея в виду, за неимением большое, лучше довольствоваться меньшим, чем совсем ничем.

Цане не знала, о чём переговаривался Тонг с Янь Гу, но, кажется, пришли к какому-то соглашению. Тонг оставил их в живых, после чего с убийственными намерениями, направился в их сторону. Жажда хорошей драки, чем изрядно обеспокоил фуци. Уже доказав свою силу и серьёзность намерений. Ли Мин Ксиаг выполнив идеальный дистанционный разрез меча ци, отправил в его сторону режущий ветер. Вот только вокруг Тонга возникла полупрозрачная голова воющего духа, четырёхметрового размера. Накрыв его как колоколом, об который разбилась атакующая техника. Оставившая глубокий шрам.

— Второй раз увиденный ранее фокус неинтересен, — улыбнулась маска демона хищной, зловещей улыбкой, обнажив клыки.

— Кажется, у нас проблемы, — забеспокоилась жрица, наблюдая, как подвешенные в воздухе барьерные талисманы сожрали летающие головы, самоуничтожаясь вместе с ними.

— Используй молитву очищения. У неё нет физических якорей. Кроме того, от неё нельзя клониться, — посоветовал аристократ. — Жи Лань. Чего ты ждёшь? Та тварь, что его захватила не сможет держать его под контролем. Быстрее…, — обернувшись узнать, почему жрица бездействует, застал её застывшей как камень.

Жи Лань не дышала, не моргала, даже волосы замерли в неподвижности, в подвешенном состоянии. Тонг, незаметно для всех, загнал её во временную ловушку перед тем, как жрица была готова применить один из своих скрытых козырей. Подловив в самый ответственный момент.

Цане лихорадочно перебирала доступные варианты. Помирать молодой, незамужней девой, совершенно не хотелось. Пытаясь придумать, чем же можно образумить спятившего Тонга. На что бы он никогда ни поднял руку. О! Ей потом будет очень-очень стыдно. Но, стыд, прерогатива живых.

Когда Тонг приблизился, действуя на опережение, чтобы не успеть передумать, спустив штаны, повернулась к нему спиной, покрутив хвостиком.

— Ты обещал сделать всё, что попрошу, если дам тебе погладить мою задницу и хвостик, — отчаянно краснея, решительно выпалила Цане. — Трогай!

Тонг чуть не споткнулся от неожиданности. У маски челюсть оттянулась вниз, а брови, напротив, высоко взлетели вверх.

— Не поняла?! — крайне озадачилась Аль бин Алайнэ, растеряв часть жажды крови. — Ты что, ду…, — резко оборвавшись, посмотрела на задрожавшую руку, держащую меч. — Хотя нет. Не дура, — вынужденно изменила точку зрения.

Преодолев некоторое сопротивление, потрясла ей, сбрасывая напряжение одеревеневших мышц. Переместившись к Цане, вырубил явно спятившую фуци.

В любом другом случае, сразу снесла бы за подобное голову, не задумываясь. Но, не в этом.

— Передайте этой больной крольчихе, — посмотрев на тут же изобразившую испуганного, беззащитного ребёнка Канью, утратив ещё часть жажды крови, — что я не трогала её задницу, поэтому ничего не должна. Если бы Тонг не …, — не стала продолжать. — Эх, всё желание пропало.

Вернувшись к постаменту Аль бин Алайнэ с большим раздражением, оглянулась по сторонам.

— И что. Я теперь должна сидеть взаперти с кучкой неудачников, которых нельзя трогать? Любоваться их скучными, грустными лицами. Да всякими задницами. Теряя своё время? — воскликнула с заметно усилившийся негодованием. — Не бывать этому. Меня не остановить какими-то глупыми ограничениями. Песчаную бурю Аль бин Алайнэ нельзя запереть в четырёх стенах. Это тоже всем известно.

Злобно сверкнув глазами, маска демонов повернулась к часам, едва отмерившим четверть песка. Меч засветился фиолетовым светом от обилия залитой в него духовной энергии. Молниеносным ударом рассекла неразрушимые часы напополам, сверху донизу. После, пинком развалив на две части. Застыв на мгновение в задумчивости, вытянула руку. В пространственное кольцо втянулся весь песок, который в них находился. Послышался гул откатывающейся в сторону двери.

* * *

Джин, находясь в секретной комнате, у пруда созерцания, наблюдавший эту картину чуть не уподобился смертным, поражённым громом и молниями. Недоверчиво наблюдая за исчезнувшим из зала парнем, что слишком уж поверил в чужую личину. Увлёкся ей, потерявшись в грёзах. Немного придя в себя, подумав, решил по этому поводу ничего не предпринимать.

— Непростой меч, как я погляжу. С историей и характером. Правильно мастер говорил, при столкновении противоположных концепций всегда побеждает та, в которую больше верят. Вот уж не ожидал за столько веков вновь столкнуться с фантазмом. Откуда же ты взялась, а?

Джин несколько растерянно посмотрел в пруд, просматривая сразу несколько изображений из разных мест, подыскивая подходящее.

— Пожалуй, всё же придётся подсунуть одной из команд фонтан бесконечной воды. Не стоит затягивать этот этап. Раз уж объявилась эта…, — не стал договаривать.

Будь его воля, с удовольствием бы избавился от всех претендентов, не считая их и близко подходящими к требованиям давно покинувшего этот мир мастера. Недостойные, бесполезные насекомые, вот кто они. Но, не его задача судить. Мастер велел просеивать, а не казнить. Поэтому пусть и с неохотой, но придётся пропустить дальше. Особенно этого проблемного парня. Единственного, кто, пожалуй, мог бы на что-то рассчитывать. Не учитывая тот мусор, что так щедро раздаривал претендентам.

— Так и быть. Пусть второй страж ищет на него управу. Посмотрим, что из этого получиться, — тихонько рассмеялся, предвкушая хорошее зрелище. — Фантазм значит. Любопытно. До моих испытаний его больше допускать не стоит. Где я столько часов найду. Товар штучный, невосполнимый, даже для этого места. Зачем зазря рисковать репутацией. Он мне ещё за эти не рассчитался, — злопамятно улыбнулся джин, обдумывая, чтобы такого придумать, в рамках своих полномочий.

* * *

Очнулся словно от затяжного кошмара где-то в глубинах лабиринта, свернувшись бочком у стеночки. Как бродяжка. От последних часов в памяти остались лишь смутные обрывки. Такое ощущение, пожёванные. Некоторые, вообще, явно бредовые.

— Это было… сильно, — с трудом подобрал подходящее слово.

Помню какие-то разбитые половинки часов, летающие, мерзкие зелёные рожи, дебильный смех на заднем фоне, голую задницу Цане.

— Померещится же такое, — привычно сделал жест, отгоняющий злых духов. — Не знаю, чего там девятый намешал, но в голову ударило получше, чем выдержанное, неразбавленное вино. Нет уж, сразу рисовая водка, байцзю. Надо будет как-нибудь ещё повторить.

Несмотря на ужасное самочувствие, на душе было удивительно легко и спокойно. Видимо, хорошо размялся. Поднявшись, обратил внимание на лежащую рядом со мной маску рогатого демона. Я посмотрел на неё, она посмотрела на меня, моргнули одновременно.

— О как, — подивился чуду. — Я что-то пропустил?

Маска не ответила, продолжая на меня смотреть.

— А, ну да, у тебя же языка нет. Как же ты ответишь.

Шагнув в сторону, заметил, как зрачки сдвинулись, продолжая за мной следить.

— Не подглядывай, — строго погрозил пальцем.

Чтобы постоянно не отвлекаться, одел на лицо. Раз уж хочет смотреть, то пускай делает это в том же направлении, что и я. Позже разберу, что с ней такое. Если потребуется, до состояния щепочек.

Сделав короткую разминку, проглотив горсть пищевых пилюль, из таявших на глазах запасов, отправился в путь. Навстречу следующей команде неудачников. Судя по дырявой памяти, с Янь вроде как удалось решить проблемы. Чем не повод радоваться. Сделал гадость, на сердце…

Прислушавшись к несколько обострившуюся чутью духовной силы, определил, что поблизости находился кто-то очень знакомый. Двигаясь по туннелю навстречу мне.

— Коллекционер, — припомнил, где уже видел оттенок духовной силы. — Чтоб тебя. Рано ещё.

Развернувшись, бросился бежать, пока меня не обнаружили. Эту свинку нужно оставить на потом. Пусть сначала жирок нагуляет. Поможет сократить число участников. Поработает приманкой.

Пробежаться пришлось изрядно. Зато обошёл их стороной. Вместо этого, наткнувшись на полчище блуждающих по туннелям демонических угольных крыс. Выбрались всё-таки. Снова длительный забег с преследующими по пятам хвостатыми фанатами. Посчитав, не самым удачным моментом связываться со стаей. Ведь это не принесёт никакой пользы. Да и место неудачное. Что чуть позже привело к неожиданным последствиям.

Прямо в туннелях столкнувшись лицом к лицу с ещё одной командой. Из-за того, что использовали какой-то маскирующий барьер, накрывавший их всех, не смог заранее предотвратить встречу, а то свернул бы в сторону.

Дюжина хорошо экипированных, обученных профессионалов, сопровождала троих молодых людей. Аристократов в неизвестно каком поколении. Кроме того, отряд телохранителей был усилен тремя подозрительными типами в тёмных, просторных накидках с широкими рукавами и конических соломенных шляпах. По возрасту, далеко уже не юношей. На поясе у каждого висела пайцза, печать с эмблемой губернаторского двора, дающая владельцу большие полномочия.

Встреча оказалась неожиданной для обеих сторон. Молодой высокий парень, с длинными, уложенными на голове волосами, холёным лицом и высокомерными замашками удивился. Обратившись к одному из подозрительных типов в шляпе.

— Мастер Хо, а разве это не та женщина, которую объявили в розыск? Чего вы ждёте? Схватите её для нас, — повелел, без тени сомнений.

— Господин Чаньдунь, похоже, вас покровительствуют сами небеса, — поздравил его рядом стоящий молодой аристократ в дорогих одеждах.

— Интересно будет узнать, ради чего она пришла в наш город.

— Добровольно склони голову, облегчив свою участь, — шагнул вперёд суровый глава отряда телохранителей, объявив. — Перед тобой молодой господин Чаньдунь Тан, второй сын губернатора Уваня. — Немедленно выкажи ему своё уважение. — рассерженно потребовал.

Меня больше беспокоил не этот самовлюблённый хлыщ, а троица представителей одного из кабинетов губернаторского двора. Вряд ли относящихся к тайной стражи или гвардии. Наглухо закрытых для духовного ока. Да и возрасту на простых учеников они никак не тянули. Неужели нашлись умельцы, которые смогли взломать или обойти ограничения на монетах. До этого считал, самой зубастой рыбой в заводи буду я, однако теперь, не уверен. Одно дело ученики и адепты, совершенно другое, мастера. На их стороне не только сила, но и опыт. Именно поэтому внимательно меня изучавшая троица медлила, не спеша совершать необдуманные поступки. Пологая, раз уж осмелился бросить вызов всему городу, после чего в одиночку смело бродить по лабиринту, значит, имел веские основания для уверенности в своей безопасности.

Обострившееся восприятие уловило приближение отставших, но не упустивших меня из вида крыс, упорно идущих по следу. Получается, я в ловушке. Сзади полчище бешеных крыс. Спереди, почти два десятка практиков, наверняка вооружённых отборными артефактами, изучавших лучащие техники. И ни единого укрытия в тесном для такой толпы туннеле. Проблемно. Нужно попытаться избежать драки. Потянув время до прибытия крыс, после чего скрыться в суматохе. Ещё лучше, договориться разойтись по-хорошему.

— Чего ты ждёшь, презренная женщина. На колени! — потерял терпение друг молодого господина Чаньдуня.

Неожиданно, словно кто-то из-за спины толкнул под руку, кратковременно перехватывая контроль над телом. Усилием воли мигом избавился от чужого присутствия, но было уже поздно.

— Да пошёл ты в жопу, — проворчал мощный голос, выплывшей из стены здоровенной башки бандитской внешности.

— Что за козявка там шумит? — удивилась другая башка, вынырнув из пола. — Ух ты. Переодетые в мужиков бабы. Чур, моя та, что в центре. Хочу съесть её личико.

— Кто последний в очереди на старые кости? — весело спросила третья, двухметровая, лысая башка, раньше принадлежавшая тучному монаху.

Со всех сторон начали появляться всё новые головы, отпускающие язвительные шуточки. Особенно доставалась сыну губернатора. Похоже, по-хорошему не разойдёмся. Больно знакомые рожи. Неужто то воспоминание с голой задницей Цане… Ой дурааак. Захотелось удариться лбом о стену. Вряд ли поможет, зато полегчает.

Некогда об этом задумываться. Пришлось срочно импровизировать. Головы мне не подконтрольны. Это явно не моя техника. В отличие от следующей.

По туннелю разнёсся высокий, пронзительный звук, заставляющий вибрировать магические светильники. Всё быстрее и быстрее. Действуя также и на людей. Заставляя зажимать уши, испытывая сильную боль и головокружение. Послышался звон лопающихся кристаллов мистического кварца. Этот участок туннеля мигом погрузился в непроглядную тьму, лишь местами тускло освещённую призрачными головами.

Команду губернаторского двора накрыл купол барьера, перекрыв проход. Позади ощутил быстро приближение привлечённых звоном крыс, для которых темнота, родная стихия. В отличие от людей.

— Куда же вы спрятались, сладенькие? — огорчилась башка монаха. — Уже уходите? Дайте, хоть поцелую на прощание.

Присосавшись к барьеру в затяжном, смачном поцелуе, надул щёки, вытягивая из неё всю духовную силу.

— Спасибо, лысый, — повеселев, поблагодарил за помощь.

Подпрыгнув, оттолкнувшись от его макушки, пробежавшись по стене, мигом миновал занявшую круговую оборону команду, скрываясь в тени по другую сторону. Не став досматривать, чем всё кончиться, скрыв своё присутствие, постарался поскорее покинуть это место. Оставив крысам в подарок мясные косточки.

Для команды губернатора воцарился кромешный ад. Под свет зажжённых переносных фонарей, хранившихся у кого-то в пространственном кольце, снизу их захлестнула волна угольных крыс, сверху, десятки призрачных голов. В тесном туннеле. В котором было опасно применять мощные, объёмные техники, из-за риска попасть по товарищам.

— Приятного аппетита, — тихонько пожелал себе под нос, адресуя сразу и крысам, и летающим головам.

Покинув тёмный участок туннеля, вернувшись к свету, хорошенько поискав, нашёл укромный уголок, чтобы передохнуть. Заняв один из залов, в котором почему-то отсутствовал сундук с сокровищами. Поудобнее усевшись за постаментом, спрятавшись от взглядов со стороны лабиринта, погрузился в глубокую медитацию. Требовалось как можно скорее восстановить ментальные барьеры, чтобы больше не повторялись подобные неожиданности. Если моими руками и будет кто-то управлять, то только с моего разрешения и под контролем. Иначе пусть идут туда же, куда послали сынка губернатора.

Наконец, выгадав время, привёл в порядок энергетику, память, почистил от непонятных примесей очаг. Погонял по меридианам ци, проведя давно откладываемую тренировку. Почти целый день культивируя духовную силу. Укрепляя основы. Рассчитывая не затягивать повышение собственного ранга. Конечно, не сегодня, но любой пусть становиться короче с каждым шагом.

Заодно посмотрел, что же мне достался за свиток. Ради чего рисковал целостностью своего разума. Стоило ли оно того.

— Трёхуровневая техника Жадной земли, — прочитал название.

Первый уровень становился доступен на пятой звезде развития очага ци, второй на шестой, третий на седьмой. В требованиях указывалось обязательное наличие аспекта стихии земли. Для меня, бесполезная вещь. Для кого-то невероятное сокровище. Техники ранга мастера и выше стоили безумно дорого, если их ещё удавалось найти. Обычно те, кто их продавал, в обычном золоте уже не испытывал нужды. Прикинув круг своих знакомых, кому бы она могла пригодиться, огорчённо вздохнул. Хотя есть одна. Если не ошибаюсь, Джанг Вэй практиковала что-то очень близкое, и по стилю, и по основе. Кстати, как там Шень поживают. Нужно бы узнать, не требуется ли помощь запланированным финалистам забега. В безопасности ли малышка Юй Кухань. Раньше проверить их мешала Канью со своей бандой бродячих кроликов. Следя за мной.

Достав деревянную дощечку с переговорной печатью, послал сигнал вызова. У Джанг Вэй сейчас должна завибрировать её копия. Сможет ответить, поговорим, нет, потом повторю попытку. После недолгого ожидания, наверное, искала повод уединиться, услышал голос Джанг Вэй.

— Слушаю. Кто это? — настороженно отозвалась девушка, опасаясь ловушки.

— Меня зовут Аль бин Алайнэ, — представился изменённым голосом. — Я хотела бы узнать, всё ли у вас хорошо? Как себя чувствует Юй Кухань? Не требуется ли моя помощь?

После недолгой тишины, Джанг Вэй ответила.

— У нас всё в порядке. Были небольшие сложности, но мы их преодолели. Потерь нет. Юй Кухань и Шень Джиань оба здоровы. Юй Кухань получила лёгкую травму, но её уже залечили, на месте. Сейчас встали лагерем в одном из не зачищенных залов.

— Нет ли проблем с другими командами?

— Были две небольшие стычки, но удалось разойтись без боя. Впрочем, Шень Фанг, лидер команды, считает, что это всё же произойдёт. Позже. Ближе к завершению испытания.

— Об этом не переживай. Часть команд уже устранена. Остальные, на очереди. Продолжай приглядывать за Юй Кухань. В случае возникновения угрозы её жизни, немедленно вызывай. Тебе всё ещё доверяют? Подозрений не вызываешь?

— Нет. Пока повышенного внимания к себе не заметила, — успокоила девушка.

— Хорошо. Как у вас обстоят дела с сокровищами? Тебе что-нибудь досталась?

— Нет, — немного напряглась Джанг Вэй, опасаясь получить какой-нибудь неприятный и опасный приказ.

— В таком случае у меня для тебя хорошая новость. Наш общий знакомый попросил передать подарок. В качестве благодарности за труды. И тебе пригодится, и для дела будет полезен. Если возникнут неприятности. Где вы находитесь?

Упоминание о подарке заинтриговало и обрадовало девушку. Как можно подробнее описала их местоположение. Сориентировавшись, определил, где это.

— Достаточно. Сможешь ненадолго отлучиться? Не вызывая подозрений.

— Думаю, да. Если ненадолго и недалеко. Иначе, станет рискованно.

Обговорив время и место, завершил разговор, попросив держать в курсе событий. Теперь осталось придумать, как бы подкинуть свиток. Самому идти лень. Проигнорировать же нельзя. Агентов нужно время от времени поощрять. Это заметно поднимает мотивацию и укрепляет верность. Когда они уверенны, что приложенные усилия не пропадут впустую, что их ценят, о них помнят, то начинают работать с большей отдачей.

Если даже вычислят и поймают, не беда. По этим находкам многие задумаются, где можно получить такие же и что для этого нужно. Алчность и зависть неистребимы. Сначала ты работаешь на репутацию, потом, она работает на тебя. Только так.

— Девятый, паразит такой, иди сюда. Поработаешь посредником. Этой бабе я больше не доверяю.

* * *

Джанг Вэй тревожно оглянулась, стоя в одиночестве недалеко от условленного перекрёстка. Если её тут поймают, отговориться будет трудно. Это если будут свои. При мысли о встречи с чужой командой или монстрами, по спине пробежались холодные мурашки, усиливая беспокойство и сомнения. Очень хотелось получить подарок, предвкушая нечто хорошее, но, вместе с тем, не хотелось рисковать шеей. Она у Джанг Вэй одна. И так с каждой пройденной минутой усиливалось ощущение, что её уже давно раскрыли, дожидаясь только удобного момента, намереваясь взять с поличным. О чём, конечно, не стала сообщать незнакомой связной. Не хватало ещё, чтобы её посчитали угрозой и устранили как нежелательного свидетеля.

— Скучаешь красавица? Не меня ждёшь? Почём берёшь за час? Аха-ха-ха, — перед ней появилось огромное, улыбающееся, уродливое лицо мертвеца.

Отшатнувшись, Джанг Вэй резко перешла в защитную стойку. У неё чуть сердце от испуга не выскочило. От монстра веяло нешуточной силой, предупреждая, что шутки с ним плохи.

«Когда он успел подобраться так близко?» — ужаснулась девушка.

— Ты ещё кто?

— Жених! Скажи же, хорош а? Бери, не пожалеешь, — осклабился призрак. — Ладно, некогда тобой болтать. Бежать нужно. Со всех ног. Аха-ха-ха. Хозяйка бездельников не любит. Показывай табличку.

— Какую табличку?

— Как, какую? — удивился мертвец. — Деревянную. С печатью госпожи. Меня отправили передать какой-то дуре посылку. Сказали, у неё будет. Ежели встречу кого другого, без таблички, на которой стоит печать госпожи, могу спокойно съесть, — простодушно поделился инструкциями.

Джанг Вэй поняла, скорее всего, речь о ней. Хоть и немного обидно было это слышать. Вынув из-под воротника табличку, что повесила на шею, показала монстру, надеясь, что не ошиблась. Огромное лицо приблизилось, изучая показанное.

— Жаль, — огорчился мертвец.

У Джанг Вэй чуть сердце в пятки не упало.

— Молодое мяско под носом, а куснуть нельзя. Запретили. Эх. Держи. Велели передать.

Монстр широко распахнул пасть, высунув язык, на котором что-то лежало. Немного успокоившись, переборов отвращение, Джанг Вэй осторожно взяла протянутый предмет, оказавшийся свёрнутым свитком. То, что её запретили трогать, придавало уверенности. Втянув обратно язык, летающая башка, буркнув что-то неразборчивое на прощание, пропала. Будто её и не было никогда.

— Чего только не встретишь в этом мире, — поёжившись, прошептала девушка.

Оглядевшись, не заметив ничего подозрительного, волнуясь, раскрыла свиток. Уже и не знала, чего ожидать дальше. Прочитав первые строки, ахнула, разом забыв про призраков, демонов, Шеней и всех остальных. Свиток многоуровневой техники аспекта земли, шести звёзд, развеял все тревоги, сделав счастливой. Такого, даже в самых смелых мечтах не ожидала получить, считая, что пока не принесла новым знакомым ощутимой пользы.

Теперь в чём-то понимала и разделяла печаль мертвеца. Видят глаза, держат руки, а воспользоваться не может. Её потенциал пяти звёзд позволял рассчитывать максимум на ранг мастера. До и то, в будущем. Сейчас же, едва открыла четвёртую. Свиток же требовал минимум пять звёзд, с потенциалом до семи. И такой объём очага, что даже поднявшись выше, не факт, что сможет его развить до такого внушительного значения. Для этого требовалось огромное количество редких ресурсов, высококачественной алхимии, духовной медицины, особых тренировочных методик. Всё это означало, свиток ей понадобится ещё очень нескоро. Однако, это нисколько не печалило. Напротив. Ведь клан Шень никогда не предоставит что-то равноценное, а значит, искать подобные вещи юный практик из бедной семьи должен начинать как можно раньше. Чтобы знать, в каком направлении развиваться. Какие ресурсы собирать. На что делать упор.

Вспомнив о Шень, Джанг Вэй воровато оглянувшись, постаралась спрятать свиток как можно надёжнее. Если его найдут, однозначно захотят отобрать. Честным путём или не очень. Сказав, что-то вроде, — Лисичке не по чину львиная шкура. Попробуй, возрази. Мало ли по какой причине из рейдов не возвращаются юные дарования. Даже если предложат компенсацию, глубоко сомневалась, что справедливую. Нет уж. Она хотела сокровище, она его получила, а своё не отдаст никому. Сотрудничество начинало приносить плоды, да ещё какие. Пусть эти Шени оставят себе все добытые сокровища. Уже не жалко.

Постаравшись успокоиться, приняв прежний вид, Джан Вэй поспешила вернуться, чтобы не привлекать к себе внимание. Зайдя в зал, на секунду испугалась, что её раскрыли. Команда была встревожена, собравшись вместе вокруг лидера, что-то бурно обсуждая. Выделяясь своей серьёзностью и задумчивостью. Впрочем, на неё едва взглянули, вернувшись к своим делам.

— Что-то случилось? — спросила Юй Кухань, с которой всё последнее время пыталась сблизиться, набиваясь в подруги.

— Тебе уже лучше? Живот больше не болит?

— Да. Всё в порядке. Я уже приняла таблетку от расстройства. Так что происходит? Чего всё обсуждают?

— Только что, пришли довольно пугающие новости. Наш разведчик наткнулся в лабиринте на объединённые команды клана Янь и дворца губернатора. Точнее, на то, что от них осталось. Эти команды объявили о своём выходе из испытания древнего предка.

Юй поведала о том, что сначала клан Янь, объединившись с двумя другими командами, образовав очень сильный альянс, столкнулся с разыскиваемой всеми Аль бин Алайнэ. Где та в одиночку разбила их всех. Лишь чудом от неё удалось отбиться. Несколько оставшихся в живых практиков из клана Янь спешно возвращаются в город, потеряв волю к борьбе. Больше никто не выжил. Потом на Аль бин Алайнэ в лабиринте вышла команда губернатора, от которой после этого также почти ничего не осталось. По слухам, от её рук пали и другие команды, из семей До, Линсянь. Вырезанные, до последнего человека. Где сейчас бродит эта ужасающая женщина, неизвестно. Как и, кто будет следующим. По словам Янь Гу, она чуть ли не в ранге великого мастера, что больше всего обеспокоило команду Шень. Если раньше с ней жаждали встретиться, чтобы схватить, то теперь обсуждалось, как бы этого избежать. Непонятно, как она, вообще, сумела попасть в лабиринт с такой-то силой. И для чего. Выдвигались самые различные, невероятные версии. Словом, Шень были напуганы.

Слушая все эти страсти, подыгрывая Кухань, выражая схожие опасения и тревоги, про себя Джанг Вэй радовалась, что по одну сторону баррикад с Аль бин Алайнэ. По-новому оценивая предложение обращаться к ней за помощью в случае опасности. В отличие от остальных, чувствуя себя более защищённой, чем часом ранее. И это ей нравилось.

* * *

Хорошенько отдохнув, выспавшись, избавился от маскировки. Переодевшись, умывшись, убрав в кольцо всё, что принадлежало Аль бин Алайнэ. На некоторое время о ней нужно позабыть. Иначе вымышленная личность окрепнет и возомнит себя реальной. Нельзя слишком уж на неё полагаться. Пусть уж лучше Тонг пока по лабиринту побегает. Хотя и он что-то уж слишком становится реальным, обрастая связями, собственной историей, какими-то обязательствами, привязанностями. Тот случай, когда маска настолько глубоко врастает в кожу, что становиться вторым лицом.

Глубоко вздохнув, с набором лозунгов, — Тонг сильный, но осторожный. Глупый, но удачливый. Вежливый, но неуклюжий, — отправился на поиски команды, к которой можно было бы присоединиться. Начав операцию, — Кукушка. Конкретно в их случае, проносящую неудачи.

Прошёл-то всего ничего, и тут же столкнулся с неожиданным чудом. Ещё одним одиноким авантюристом, крадущимся по лабиринту в поисках проблем на свою задницу. Стало жутко любопытно, кто же это такой смелый. Подстроив якобы случайную встречу, воочию увидев эту симпатичную задницу, вполне искренне растерялся, сильно удивившись встрече со старой знакомой. А уж как удивилась она.

— Барышня Фунэ?

— Тонг?

Воскликнули практически одновременно. Девушка была в чёрной, облегающей одежде, подходящей больше шпионам, нежели молодым, благородным дамам. С кучей разнообразного снаряжения которым обвешалась, как гирляндами. В отличие от неё, я больше напоминал обычного городского бродяжку, случайно оказавшегося не там, где нужно.

Фунэ Цяо, пару минут недоверчиво меня разглядывала, широко раскрытыми глазами. Убедившись, что ей не мерещусь, пришла в восторг. Одновременно немного смутившись.

— Что вы здесь делаете? — забеспокоился.

— Вообще-то, тебя шла спасать, — призналась, чуть успокоившись. — Мне сказали, та страшная женщина, Аль бин Алайнэ планировала тебя убить. Ты же мой, друг, — слегка запнулась. — Я никак не могла этого допустить. Да, точно друг, — обрадовалась, будто нашла оправдание.

В первую очередь, для самой себя. Чтобы объяснить, что за сумасбродные глупости она творит.

— И ты мне ещё остался должен. Помнишь? — обретала уверенность в своих словах с каждым словом.

С большим изумлением смотрел на эту маленькую, хрупкую с виду девушку. Далеко не самую сильную, умелую, капризную и избалованную принцессу, не побоявшуюся отправится в одиночку блуждать по страшному лабиринту чудовищ, ради моего спасения. Глубоко сомневаюсь, что её решение было кем-то одобрено и поддержано. Иначе, почему она одна. Не понимаю. Как ещё в живых-то осталась, добравшись аж досюда.

Разглядывая внушительный арсенал, придающий ей не столько грозный, сколько немного нелепый, забавный вид, почувствовал, как внутри будто что-то кольнуло в груди. Порождая странное, приятное тепло. На душе стало немножечко светлее и легче. Что я, бесчувственный чурбан, что ли. Пожалуй, она единственный человек, которому от меня ничего не нужно. Которой нравится Тонг просто потому, что он Тонг. Несколько непривычно было видеть такую заботу, не считая моих старых друзей из долины ста ручьёв.

— Помню. Тонг от своих слов не отказывается, — подтверждая, стукнул себя кулаком в грудь. — Но как вы здесь оказались? И почему одна?

— А ты? — ответила вопросом на вопрос.

— Я чудом сбежал от страшной женщины, которая хотела меня… — задумался, что же она могла от меня хотеть, — Ну этого… хотела…

— Чего-чего она хотела? — грозно насупилась Фунэ Цяо, вперив в меня обвинительно-требовательный взгляд.

Сделав шаг ближе.

— Неважно. Сейчас твоя очередь, — соскользнул с опасной темы.

— Очередь? — покраснев, чего-то испугалась барышня.

— Ну да. Отвечать, — пояснил, не понимая, откуда столько смущения.

— Ах это, — выдохнула с облегчением. — Я, вроде как тоже сбежала. От страшных братьев, которые хотели… ну этого, того… хотели, в общем, — не стала вдаваться в подробности, начав заговариваться, постепенно затихая.

— Чего-чего они хотели? — переспросил.

Кажется, со стороны мы смотримся двумя идиотами. Одновременно об этом подумав, рассмеялись.

— Хорошо, не будем об этом говорить. Но скажите барышня, неужели вы знали, где меня держали в заложниках? — удивился.

— Нет, — призналась после короткой паузы, с неохотой.

— То есть, искала наугад? — уточнил, ещё сильнее изумляясь её безрассудству. — И когда бы нашла, то… что? Потребовала бы меня отпустить?

— Ну, да, — отвела взгляд в сторону.

Понимая, что затронули самый зыбкий момент её плана. Мне стало ещё любопытнее узнать, в чём он заключался.

— А если бы не согласилась? В чём можешь теперь не сомневаться. Что дальше? Бросила бы вызов Аль бин Алайнэ? Сразилась бы с ней?

— Нет, конечно, — недовольно фыркнула. — Что я совсем глупая.

Так и хотелось съязвить, спросив, — Разве нет?

— Рассчитывала тебя выкупить. Вот.

Показала сразу два пространственных кольца на своих пальцах.

— Предложила бы достаточно хорошую цену, чтобы нас отпустили. Поверь, у меня тут есть много чего интересного и редкого. Убеждена, даже она бы не устояла, — попыталась меня убедить в том, в чём сомневалась сама.

Даже не знаю, что сказать. Тут пороть надо. Полагаю, её отец сам справится с этой неблагодарной задачей. Когда Цяо вернётся домой.

— Мне для друзей ничего не жалко, — гордо вздёрнула носик.

С кланом Фунэ мне теперь лучше не пересекаться. Спрашивается, и что мне теперь с ней делать. Как будто до этого было мало проблем.

Так и стояли, обсуждая всякие глупости, избегая серьёзных тем. В это время, в другой части лабиринта, по канавке уже журчала вода, прокладывая себе путь. Игнорируя развилки, отсутствие уклона, препятствия и многое другое. Одной из оставшихся команд удалось найти фонтан бесконечной воды, установив его вместо постамента. Первый этап испытаний подошёл к концу.

Глава 3

Некоторое время вместе с Фунэ Цяо молча любовались течением ручейка, весело журчавшего по лотку канала. Думая каждый о своём. Отдыхая от забот не столько телом, сколько душой.

— Уверен, что нужно идти дальше?

— Разве есть выбор? — грустно вздохнул. — Мы заблудились. Как выбраться из лабиринта, не знаем. Кто мог, уже давно ушёл, либо на следующий этап, либо вернулся в город. Скоро здесь всё будет кишеть монстрами. Сами мы не выберемся. Остаётся только последовать за сильными командами в надежде присоединиться, чтобы они нас отсюда вывели, — объяснил своё решение следовать за течением воды, а не против.

— Не боишься, что они захотят избавиться от нас? Ограбить, например.

— Ну, хотя бы не съедят, — ободряюще улыбнулся. — Да и зачем им нас убивать? Мы слабые. На их сокровища претендовать не станем. Как и на наследие предка. Наоборот, лишние рабочие руки. К тому же за твоей спиной клан Фунэ, имя которого что-то да значит. За моей, чёртова ведьма. Которая уж точно выместит на них всю свою злость за моё убийство. Поскольку я её добыча. Али бин Алайнэ та ещё злобная собственница.

Поёжился от неприятных воспоминаний. Точнее, сделал вид. Фунэ Цяо с сочувствием, легонько похлопала по плечу, выражая поддержку.

— Не бойся. Всё уже позади. Мы скоро выберемся отсюда. Эту бешеную с**у обязательно грохнут. Не силы Золотого камня, так стражи подземелья или его испытания. Радовался бы, что удалось сбежать, пока её не было.

— Действительно, нечего грустить, — повеселел, благодарно кивнув. — Пойдём дальше?

Некоторое время брели по туннелю, не встретив ни одной живой души. Фунэ Цяо вела себя довольно беззаботно, не сильно тревожась по поводу возможных встреч. Большую часть времени расспрашивая по поводу моих приключений. Где был, что видел, как так получилось. Словно на прогулке по городу. Пока не дошли до границы первого, серьёзного препятствия. Дальше туннель превращался в ледяной грот, по которому бежал чудной, незамерзающий ручеёк. Изо рта начали вырываться облака пара, кожу стало покалывать, а ведь ещё даже не вступили в него.

— Холодно, — зябко поёжилась Фунэ Цяо, потерев ладони друг о друга. — Видно, кому-то не повезло открыть морозильную камеру. Идём в обход?

— Боюсь, тогда можем потерять путевую нить. Нет уверенности, что обходной путь не перекрыт чем-нибудь другим. Или, вообще, существует. К тому же, — прислушался, — нас кто-то преследует.

— Люди? — оживилась девушка.

— Если только те, которые ногти на ногах не стригли с рождения, — пошутил. — И довольно упитанные. Лучше не дожидаясь их идти дальше. Пойдём.

Взяв её за руку, чем вновь смутил барышню, ещё не привыкшую к подобным знакам внимания от не членов семьи, повёл за собой. Не хотелось тратить время на уговоры. Фунэ Цяо пару раз попыталась что-то сказать, но в итоге промолчала, послушно пойдя следом. Не став вырывать руку. Держась на полшага позади и чему-то улыбаясь.

Длина обледеневшего туннеля оказалась значительно больше, чем предполагал. Девушка начала мёрзнуть. Её мягкая, тонкая обувка не подходила для длительных прогулок по холодному камню. Мне-то было комфортно. Мало того что привык закаляться, так ещё отлично владел техникой терморегуляции тела. Некоторое время понаблюдав за тем, как молчаливо терпит, остановился. Присел на корточки, подставив спину.

— Залазь. Дальше я тебя понесу. Так будет теплее. Не волнуйся. Тонг сильный. Тонг выносливый.

После недолгих сомнений всё же приняла приглашение. Подхватив её за бёдра, бодро зашагал дальше. Ещё через некоторое время девушка постепенно начала прижиматься ко мне всё сильнее и сильнее, в поисках тепла. Специально повысил температуру тела, превратившись в ходячий обогреватель. Пока не почувствовал, как её небольшая, упругая грудь, плотно упёрлась в мою спину. Странно, показалось, будто от неё самой начало исходить тепло. Ещё и задышала чаще. Что там с ней происходит. Словно почувствовав моё намеренье обернуться, Фунэ Цяо строго приказала, немного изменившимся, странным голосом.

— Молчи, Тонг. Просто молчи. Не смей оборачиваться. Шагай давай. И не смей ни о чём думать! Понял? — чуть поёрзала, устраиваясь поудобнее, уже уверенно на меня ложась. — Ни о чём не думать, — строго повторила. — Смотреть только вперёд.

Я ей что, лошадь. Ишь, раскомандовалась. Непонятно, почему нельзя разговаривать. И почему нельзя думать. Не думать. Не думать. Не… что же так сложно-то. Что за внезапная смена настроений.

Кто бы за нами не шёл, в ледяной туннель следом соваться не рискнул. Полагаю, попался теплолюбивый вид монстров. Ну, ему же лучше. Так, в тишине, спустя несколько часов, безо всяких проблем вышли к винтовой лестнице, ведущей на нижележащий этаж подземелий. Раньше на её месте был сплошной пол, но вода словно вымыла верхние слои поддельного кирпича, обнажив лестницу.

Спустились всего ничего, метров на пятьдесят, как внезапно, со вспышкой света, были перенесены в другое место.

Закончив моргать, привыкая к смене освещения, увидел каменную стелу с номером сорок девять, одиноко стоящую в чистом поле. Вокруг неё простиралось бескрайнее море травы, вымахавшей высотой почти по грудь. Густой и сочной, как по весне. Приятно пахнущей, колышущейся на слабом ветерке. С плывущими по ней пятнами теней от облаков. Где-то поблизости деловито жужжали насекомые. На удивление мирная, приятная глазу картина.

Прислушавшись к своим ощущением, изучив узоры окружающей природной ци, расслабился. Слава Айше. Уж было испугался, что каким-то чудом нас выкинуло из подземелий.

— Нас что, выбросило наружу? — услышал голос удивлённой Фунэ Цяо, подумавшей о том же.

— Нет. Это иллюзорное скрытое пространство. Что-то вроде карманного измерения, — расстроил девушку.

— Откуда ты знаешь? — удивилась.

— Так Аль бин Алайнэ немного рассказывала о втором этапе испытаний, — прикрылся ей. — Что он из себя представляет. Не знаю, откуда сама об этом узнала.

— Как любопытно. Любезный, а что ещё она рассказывала? — послышался из-за спины приятный, чарующий голос молодой женщины.

Для меня её присутствие не было неожиданностью, в отличие от Фунэ Цяо. Напрягшись, барышня на всякий случай приготовилась к бою, повернувшись к вероятной угрозе. В устроенном из травы удобном ложе, полулежала девушка лисица, хуляо, в цветастом, нарядном платье. С уложенными на голове в красивую причёску длинными, рыжими волосами, закреплёнными несколькими длинными спицами. Совершенно не выглядя опасным бойцом. Изящная, хрупкая, нежная особа, не только прекрасно знающая о своей красоте, но и умея её выгодно подать. Мимикой, жестами, положением тела, взглядом. Если бы не знал её беспринципной воровкой, повёлся бы на этот обманчивый образ.

— Что, нельзя доверять красивым женщинам. Всем, кроме неё, — прикинулся наивным простачком.

Тут же словив недовольный, косой взгляд от Фунэ Цяо. Хуляо приятно рассмеялась, блеснув белоснежными зубками, прикрывая их широким рукавом.

— Она ошибалась. Мне тоже можно доверять.

— Мне, это кому? — спросила Фунэ Цяо, не разделяя её веселья.

— Ниса Тайшу из племени Огненных лис, — дружелюбно представилась девушка, слегка взмахнув роскошным пушистым хвостом.

Подтверждая своё происхождение.

— Го Чуань, — в свою очередь, представился длиннобородый старик в бесформенном скромном балахоне, сидевший на соседней копне травы, читающий толстую, потрёпанную книгу.

— А вот ему точно доверять не стоит, — посоветовала, не стесняясь соседа, кивнув в его сторону.

— Почему? Вы разве не из одной команды?

— Нет, конечно. Я из команды аукционного дома мадам Лонг. Этот далёкий от реального мира, рассеянный старик, не интересующийся ничем, кроме своей алхимии, из команды Чёрного котла. Доверять ему не стоит не по причине природной вредности или злобности, а из-за наплевательского отношения ко всему, не относящемуся к любимому ремеслу. Забудет о вас и ваших словах сразу же, как перестанет видеть непосредственно перед собой. Крайне ненадёжный тип.

— А вы, уважаемая Ниса Тайшу? — стала чуть более вежливой Фунэ Цяо.

— А я ещё быстрее, — вновь рассмеялась, прикрыв рот широким рукавом, как того требовали хорошие манеры. — Итак. Кто вы, юная парочка возлюбленных?

— И вовсе мы не возлюбленные, — чересчур поспешно поправила её Фуне Цяо. — Мы просто очень хорошие друзья. Правда, Тонг?

— Как, опять друзья?! — обиженно воскликнул, решив подшутить. — Да сколько же можно скрывать?

Фунэ Цяо резко повернулась, не понимая, что это сейчас было. Увидев, что с трудом сдерживаю смех, отводя взгляд, в гневе сжала кулачки.

— Тооонг, — прищурившись, протянула пугающим голосом, предупреждая о последствиях таких шуточек.

— Прости-прости. Не смог удержаться. Госпожа Ниса, подтверждаю, мы действительно хорошие друзья.

— Верю-верю, — не слишком убедительно заверила хуляо. — Так откуда вы, друзья? Только не говорите, что случайно заблудились, гуляя рядом с Золотым камнем.

Поведали печальную историю похищенного, скромного работника аптеки, чем-то приглянувшегося спятившей маньячке, извращенке, и юной барышни из рода Фунэ, отправившейся спасать своего лучшего друга.

— Занимательная история. В духе романов уважаемого писателя Уся Наня. Как трогательно. С удовольствием помогла бы вернуться домой, но, как видите, пока испытание не завершится, это невозможно. Со второго этапа обратного пути нет. Либо дойдём до конца, либо, навсегда останемся здесь, — поведала, ничуть этому не тревожась.

— Тогда, почему вы сидите на месте и ничего не делаете? — не поняла Фунэ Цяо.

— А что мы можем? Здесь, у одной из портальных точек, остались самые бесполезные, слабые члены команд. Ни я, ни почтенный алхимик Чёрного котла, не обладаем достаточной боевой силой. Наша роль, тыловая поддержка. Пока члены команд, которым повезло пережить первый этап, выполняют условия второго, собирая необходимые ресурсы, мы сидим здесь и не мешаемся им под ногами, — спокойно расписалась в собственной бесполезности для команды.

Не сомневаюсь, изрядно привирая. Сам бы так поступил.

— Что же это за товарищи, которые оставили вас без охраны? Не соорудив даже простенького укрытия, — осудила их Фунэ Цяо, оглядевшись по сторонам.

— Всё в порядке. Незачем. Возле этих камней безопасно, — указала на стелу. — Она отпугивает здешних чудовищ. Погода здесь всегда одна и та же. Если так случится, что сюда выбросит ещё одну команду, враждебно настроенную, один, два дополнительных бойца, их не остановят. Зато, придётся распылять силы, ослабляя основную группу. Мы хоть и слабы, но от всякой мелочи отобьёмся, а от серьёзного противника, убежим. Наша текущая задача присматривать, чтобы тут, в их отсутствие, не появилось каких-нибудь неприятных сюрпризов или чужаков. Вот вас как, можно считать неприятным сюрпризом? — с интересом полюбопытствовала, по-прежнему лениво располагаясь на своём травяном ложе.

Не воспринимая нас как угрозу. Скорее всего, специально так делая. Чтобы обмануть, заставив её недооценивать, а то я не знаю притворство лисьего племени. Они такие же безобидные, как я, скромный аптекарь. Наверняка у неё тут в траве понатыкано различных ловушек. Про алхимика, тоже не стоило забывать. Те ещё мастера ядов, пилюль и коварных, хитроумных техник.

— Ну что вы, госпожа Ниса. Исключительно приятный. Буду рад составить вам компанию, — приветливо улыбнулся, глядя в её зелёные, хитрые глазки.

Залюбовавшись девушкой, дождался болезненного тычка острым локотком в бок от Фунэ Цяо. Чего она взъелась. Я же не предложил лисичке переспать. Всего лишь составить компанию.

— Мы, — подчеркнула это слово, — будем рады составить вам компанию, — «мило» улыбнулась ей Фунэ Цяо.

Ниса тихонько рассмеялась. Посчитав увиденную сценку забавной. В её взгляде появился лукавый, азартный огонёк. Похоже, до нашего появления девушке было скучно. Найдя занятие поинтереснее, чем наблюдать за кузнечиками.

Усевшись по соседству на мягкую, душистую траву, Фунэ Цяо спросила Нису.

— А вы не знаете, в чём суть второго этапа? Что от нас потребуется?

Её волновали не столько сокровища, сколько возможные угрозы. Она ведь обещала меня защищать, сразу же взяв под свою опеку. Считая слабеньким, постоянно влипающим в неприятности, неопытным мальчиком, если можно так сказать.

— Знаю. Правила написаны на каменной стеле. Если вкратце, то этот иллюзорный мир, как верно подметил ваш… друг, — с многозначительной улыбкой, — имеет ограниченный размер. Хоть и довольно большой. В центре, находятся врата, ведущие на третий этап. Скорее всего, финальный. Врата охраняет ленивый страж. Задача проста. Получить его одобрение. Чтобы не препятствовал проходу. Сделать это можно тремя путями. Первый, накормить. Здесь водится довольно много различных животных и монстров. Нужно преподнести стражу такой трофей, который его удовлетворит. Второй, обхитрить. Найти способ его как-то обмануть, усыпить, либо же, незаметно обойти. И третий, победить. Всё достаточно просто.

— Раз ждёте здесь, значит, ваши команды пошли первым путём? — предположила Фунэ Цяо.

— Верно. Они сейчас охотятся, чтобы найти что-нибудь исключительное. Зверь у ворот оказался довольно привередлив и ненасытен. Натаскать ему гору обычного мяса не поможет. Как и приготовить роскошный ужин лучшими поварами Золотого камня. Требуется что-то особое.

Хороший распорядитель празднеств. И конкурсы у него хорошие. Если в первом этапе претендентам выгоднее было избегать чудовищ, обходя опасные места, то тут наоборот. Нужно сознательно рисковать, отыскивая и бросая вызов различным чудовищам. Соревнуясь друг с другом. Кто принесёт лучшую добычу, тот и победит. Чем дольше выжидаешь, осторожничаешь, тем меньше шансов опередить соперников. Испытание на удачливость и личную силу претендентов.

— Уважаемая Ниса, а почему они не захотели выбрать другой путь? Более простой и быстрый. Ведь охота не только опасное занятие, но и длительное. Отнимает много сил, времени, внимания. Нисколько не сомневаюсь, команды уважаемой мадам Лонг и Чёрного котла в самом деле очень сильны, — с почтительностью, похвалил их. — Доказав это, пройдя первый этап.

— Почему же, захотели, — отозвался Го Чуань, ненадолго оторвавшись от книжки. — Одна из команд, опередившая нас, решила начать сразу с третьего. Зверь с большим удовольствием их всех сожрал. Небось, нахваливая обед, добровольно лезущий в пасть. С бесплатной доставкой до обеденного стола. Команда мадам Лонг, попробовала путь хитрости и обмана. Им даже частично повезло. Часть команды успела вовремя сбежать, не захотев становиться его обедом. После второй попытки, — насмешливо, на что Ниса сокрушённо вздохнула, признавая право потешатся над их неудачами, — ещё сильнее сократившись в численности, посчитали, охота будет безопаснее. Мы же изначально пошли по первому пути. Понаблюдав за тщетными попытками других команд.

— Решив, для начала попробовать утолить аппетиты зверя высокоуровневой алхимией, в качестве вкусовых добавок. Если повезёт, ещё и усыпить, — не осталась в долгу Ниса, любезно дополнив рассказ Го Чуаня. — Мастер был довольно уверен в своих талантах. Жаль, зверь их по достоинству не оценил. Слопав и пилюли, и часть команды Чёрного котла. На закуску, полагаю.

Настала очередь старого алхимика молча сносить насмеши. Признавая, его талантов и впрямь не хватило.

— После второй попытки, сравняв с нами счёт, отправились ловить местную живность. Планируя откормить её особой алхимией до получения исключительного вкуса. Если я правильно поняла их намерения. На данный момент зверь показал себя крайне неблагодарной, привередливой скотиной. Сжирая всё, что ему притаскивают, с таким видом, будто делает одолжение. Хорошо хоть, совершенно незлопамятный. Утром можешь с ним драться, в обед, пытаться обмануть, главное, не забудь вечером принести ужин. Кстати, — чуть не забыла. — Выманить его подальше от ворот так никому и не удалось. Ничем.

— Хорошо устроился, — позавидовала Фунэ Цяо ленивому стражу. — Похоже, мы тут застряли надолго.

Разобравшись в ситуации, девушка обернулась ко мне, чтобы что-то обсудить, но не смогла. Я в это время, забыв обо всём, возбуждённо смотрел в сторону бескрайних полей. Приоткрыв рот, сглатывая обильно выделяющуюся слюну. С жадностью.

— Что случилось? — встревожилась Фунэ Цяо, посмотрев в том же направлении.

— Ничего. Пошли скорее на охоту. Быстрее, — поторопил.

— Зачем? Тоже хочешь поучаствовать в испытании? Накормить стража? — удивилась, не припоминая за мной раньше такого рвения.

— В бездну стража, вместе с его испытанием! Меня накормите. Меня первого. Мясо. Здесь водится съедобное мясо, — не мог думать ни о чём другом.

Желудок громко, отчётливо заурчал. Фунэ Цяо улыбнувшись, успокоилась.

— Не спеши. Успеем ещё сходить на охоту. Если хочешь есть, так бы и сказал. У меня достаточно съестных припасов.

— Есть я хотел ещё позавчера. Сегодня, уже умираю с голоду. Знаешь, сколько я не ел нормальной пищи? Сплошные пилюли да сухие концентраты. Мясо хочу. Жаренного. Пока этот проглот всё не сожрал. Давай пойдём на охоту, а? — скорчил жалобное выражение лица.

Фуне Цяо, прикрыв рот ладошкой, засмеялась.

— Не волнуйся. У меня есть не только пилюли. В кольце хранится много чего вкусненького. Как знала, что пригодится. Самая обычная еда. С кухни. Стража вряд ли заинтересует жареная курица, яблоки или пироги, а вот нам, вполне подойдёт. Что скажешь?

— Богиня. Спасительница. Дай я тебя обниму, — с восторгом полез обниматься, тут же получив по рукам, чтобы не тянул, куда не следует.

Слегка, для порядка. Чтобы при посторонних вёл себя сдержаннее. И, вообще, сначала получил на это разрешение.

— Ты лучик света в тёмном царстве. Самая лучшая девушка на свете. Раскладывай, — сразу перешёл к практичной стороне вопроса.

Довольно улыбаясь, Фунэ Цяо принялась вынимать из пространственного кольца покрывало и корзинки со снедью. Указывая, что куда ставить, где следует расстилать импровизированный стол.

— Вы тоже, уважаемые, присоединяйтесь, — гостеприимно пригласила новых знакомых составить компанию.

Ради налаживания отношений. Отказываться они не стали. Получилось что-то вроде загородного пикничка. Некоторое время понаблюдав, как я с жадностью, суетливо запихивал в рот всё, до чего мог дотянуться, работая челюстями с большой скоростью, Фунэ Цяо взяла всё в свои руки. Не выдержав настолько упрощённого отношение к еде и отсутствия манер. Я ведь не пытался оценить вкус блюд, качество, их внешний вид, отдать должное, вести застольные беседы, обращая внимание на других участников трапезы. Совершенно не следя за своим поведением. Загребая всё себе. Набросившись, словно какой-то ненасытный дикарь. Главное, не замечая её. Где благодарность.

Наведя порядок, принялась меня собственноручно кормить. Давая попробовать то одно, то другое блюдо. Попав в зависимость от чужих капризов, вынужден был подстраиваться под ситуацию. Расхваливая хозяйственную девушку, осыпая её комплиментами, задабривая, чтобы продолжала кормить вкусной пищей. Ей такой подход очень понравился. Увлёкшись, девушка получала от этой игры удовольствие, сама позабыв про остальных.

Понаблюдав за нашей парочкой, Ниса захотела присоединиться к игре, позабавиться. Она ведь тоже молодая девушка. Хотела чужого внимания, комплементов, веселья. Чуть подумав, достала из своего кольца тарелочку с воздушными миндальными пирожными, посыпанных сахарной пудрой.

— Молодой Тонг, почему бы тебе заодно не попробовать эти чудесные свежие пирожные? Хотелось бы узнать твоё мнение. Так интересно описываешь вкусовые ощущения, что мне стало любопытно. Какую бы ты им поставил оценку? — мило улыбнувшись, призывно захлопала ресничками.

Пирожные энтузиазма у меня не вызвали. Так, куснуть разок и забыть. Желудок ими не набьёшь. Тогда лисичка сменила тактику. Выложив на стол более серьёзный аргумент своих намерений. Здоровенный копчённый окорок, перетянутый бечёвкой. Нос тут же принялся втягивать манящий, аппетитный запах, ещё до того, как она что-то сказала.

— Как насчёт попробовать копчёную ножку яо зверя пяти звёзд, маринованную в настойке столетних духовных трав? — закинула приманку.

— Дайте две. Дюжины.

Вместо этого отрезала тоненький длинный ломтик, подав на двузубой вилке, извлечённой из того же кольца. Издевается, хвостатая. Тут только на понюхать.

— Ну, не знаю, — засомневалась Ниса. — Только если вы оцените не только вкус блюда, но и мою внешность. Я ведь, если заметили, тоже девушка, а вы не сказали по этому поводу ни слова. Неужели настолько неприметна? — показательно огорчилась.

Вилка с ломтиком мяса замерла на полпути. Повела ей вправо, потом влево, следя за движением моих зрачков.

— Да, Тонг. Совсем невежливо с твоей стороны не замечать девушек. Скажи госпоже Нисе, что она ошибается. Госпожа выглядит таким ярким, прекрасным цветком, что глаз трудно оторвать. Это ты из скромности стараешься на неё не смотреть. Чтобы не ослепнуть, — проскользнул едва заметный оттенок предупреждения и угрозы. — Не забудь поблагодарить за угощение. Попробуй и скажи, что лучше, этот окорок или, — чуть подумав, достала из кольца небольшую глиняную баночку, — вот этот паштет.

Поставили перед сложным выбором, одновременно протягивая с двух сторон паштет и мясо. То же мне загадка века. Стянув с вилки ломтик окорка, обрадовав Нису, одновременно огорчив Фунэ Цяо, словно ложкой, зачерпнул им из баночки паштет. Свернув получившийся рулетик с начинкой, с удовольствием слопал.

— Так намного лучше.

Ничья девушек не устроила. Каждая жаждала только победы. Пришлось срочно уносить ноги. Заявив, что теперь моя очередь угощать их. Прежде чем опомнились, сбежал на охоту. Пообещав через часик притащить мясо, которое приготовлю собственными руками. Вот тогда и сравним, чьё лучше. Чтобы было честно. Понятно, что проиграю, но какое-то время выиграл.

— Сбежал, — разочарованно прокомментировала Ниса, не успев повеселиться. — Впрочем, не удивлена. Мужчины всегда так делают, когда попадают в неловкую ситуацию.

— Пойду его догоню. Боюсь, как бы в стремлении что-то нам доказать, ни попал в беду, — забеспокоилась Фунэ Цяо, поднимаясь на ноги.

— Да что с ним может произойти, — легкомысленно отмахнулась Ниса. — Поблизости нет ничего опасного. Если не дурак, удаляться от каменной стелы не станет. Набегается наш добытчик, потешит своё самолюбие, проголодается, да вернётся. Может, какую-нибудь дичь и принесёт, если хоть что-то умеет. Похвастаться. Не стоит ему мешать. Показывая, что не доверяешь. Усомнившись в его самостоятельности. Мужчины этого не любят.

— Но…, — попыталась возразить Фунэ Цяо, не желая меня отпускать одного.

— Хватит. Останься, — Ниса довольно грубо её перебила, посмотрев прямо в глаза.

Перестав изображать дружелюбие. Выпуская на волю свою силу.

— Тебе же нравится госпожа Ниса, верно? Тебе не хочется оставлять её одну. Подвергать опасности. Ты хочешь узнать её поближе. Подружиться. Правда?

— Да, госпожа Ниса, — несколько заторможено, рассеянно кивнула Фунэ Цяо, продолжая загипнотизировано смотреть ей в глаза.

— Вот и хорошо, — довольно улыбнулась чистокровная хуляо, прикидывающаяся полукровкой. — Присаживайся.

Девушка послушно села.

— Расслабься. Для начала расскажи о себе более подробно. Только уговор, ничего не скрывая.

Го Чуань с неодобрением посмотрел на Нису, но ничего не сказал. Предпочитая не вмешиваться в её игры. Не потому, что боялся, имея достаточно крепкую волю, противостоять её чарам трудов не составляло, а потому, что ему было всё равно. Проблемы барышни Фунэ и паренька по имени Тонг, Го Чуаня совершенно не касались. Он с самого начала не сомневался, что этим всё и кончится. Лисичка получит себе новые игрушки. Единственное, чего не знал, как скоро они ей наскучат и будут сломаны. Если же вдруг хуляо и с ним решит провернуть подобный фокус, что же, дополнительные ингредиенты для опытов никогда не помешают. Внутренности, шерсть, кожа, зубы, всё сгодится. Хоть она и была очень опасна, чтобы там другим ни рассказывала, но и он, отнюдь не безобидная овечка. Других на этом испытании и не должно было быть. Тонг и Фунэ исключение из правил.

Вернувшись, таща на плечах упитанного кабанчика, чувствуя прилив радости, вспоминая похожие ситуации в прошлом, застал вроде бы ту же самую картину. Читающий в сторонке Го Чуань. Весело болтающие между собой девушки. Отсутствие посторонних. Однако, кое-что заставило насторожиться. Фунэ Цяо проигнорировала моё возвращение. Восторженно, чуть ли не с любовью заглядываясь на Нису, жадно ловя каждое её слово. Перестав следить за обстановкой.

Расширив восприятие, переключившись на другой режим духовного зрения, вгляделся в узоры ци, изучая как окружающую полянку, так и всех присутствующих. Объяснение подобной беспечности обнаружил почти сразу же.

«Понятно. Опять эта рыжая взялась за старое. Говорил же, береги задницу. Думай о последствиях. Но нет, я уже взрослая, умная, самодостаточная женщина. Всё должно быть так, как я хочу», — огорчённо покачал головой, скидывая кабанчика на землю.

Спустя мгновение, переместившись за спину Фунэ Цяо, ткнул её в особую точку на шее. Девушка не успела даже понять, что происходит, как уже полетела в мир снов, заваливаясь на траву.

— Не поняла, — растерялась хуляо, не ожидав от меня такой выходки.

— Сейчас поймёшь. Рыжая, тебя что, жизнь совсем ничему не учит? — сочувственно посмотрел на эту дуру.

О чём-то догадавшись, хуляо, став серьёзной, немедленно приказала.

— Замри!

— В детстве разве не объяснили, что нельзя трогать чужое? — не обратил внимания на её приказ. — Придётся исправить этот недостаток. Пусть и с запозданием. Заметь, в который раз.

— Умри! — рявкнула по-настоящему испугавшаяся девушка, увидев в моих глазах нечто пугающее.

Рывком оказавшись рядом, одной рукой схватил за горло, сдавив его пальцами. Одновременно с этим, через прикосновение блокируя очаг. Приблизив своё лицо вплотную к её, глядя глаза в глаза, тихо сказал, не скрывая угрозы.

— Твоя ошибка не в том, что постоянно полагаешься на свою силу. Это в твоей природе. И не в том, что хочешь, чтобы всё было, по-твоему. Свойство юности. Ты не пытаешься соизмерять свои желания с возможностями. С чего взяла, что тебе позволено лезть в нашу голову? Увидела на лбу надпись, добро пожаловать?

Она попыталась что-то сказать, но я не дал, сильнее сдавив горло. Почти полностью перекрыв подачу кислорода. Лисичка начала краснеть, задыхаясь. Не в силах пошевелиться. Моя нечеловеческая физическая сила оказалась для неё весьма неприятным сюрпризом. Ещё сильнее пугал равнодушный взгляд убийцы и ощущение собственной беспомощности. К тому же возникло стойкое ощущение, что она раньше уже где-то видела эти глаза.

— Не стоило этого делать. Это уже вторая наша встреча, и каждый раз ты пытаешься что-то у меня отнять. Тонг хоть и тупой, но обучаемый. Третьего раза не будет. Передавай привет предкам.

— Не советую её убивать, — услышал спокойный голос, по-прежнему сидящего в сторонке с книгой в руках Го Чуаня. — По крайней мере, не сейчас.

— Оу, — повременил ломать ей шею. — И что меня может остановить? — полюбопытствовал.

— Она тут всю округу напичкала взрывными печатями. Напрямую завязав на своё сердце.

— Пфф, — пренебрежительно фыркнул. — Видел. Мне они не повредят.

— А твоей подруге?

Не хочется признавать, но в чём-то он прав. Даже если прикрою Фунэ Цяо, то сильный взрыв привлечёт к этой точке много ненужного внимания. Помимо команд мадам Лонг и Чёрного котла, на огонёк могут заглянуть и другие. Как всё сложится дальше, неизвестно. Но однозначно, меня обвинят в нападении на Нису. Причём приплетут к этой истории и Фунэ Цяо, которой я точно не желал зла. Если только не избавиться от них всех, включая Го Чуаня, как от опасного свидетеля. Прокрутив в голове несколько различных вариантов будущих событий, решил ненадолго отложить переход к активным боевым действиям. Успеется.

Грубо оттолкнул Нису, пока окончательно не задохнулась.

Увидев, как она попыталась накачать свою ауру энергией, предупредил.

— Без глупостей. Твой очаг заблокирован. Сейчас ты не сможешь ничего мне сделать.

— Я убью тебя! — с ненавистью прохрипела раскрасневшаяся лисичка.

— Встань в очередь, ребёнок, — равнодушно отвернулся, продолжая приглядывать за ней с помощью духовного чутья.

На случай, если выкинет какую-нибудь глупость. Эти слова послужили последним ключиком, позволившим вспомнить, где именно и при каких обстоятельствах уже видела эти глаза. Связав с ними и упоминание об очередной встрече. Озарение пришло внезапно. Гнев сменился удивлением, осознанием, шоком, стыдом, переходя в ярость.

— Так это был ты?!

— Я, — не видел смысла больше скрывать.

— Тот алхимик, который принёс пилюлю концентрации ци земной жилы медной горы и пилюлю очищения кровавой души? — уточнила, чтобы избежать всё ещё возможных недоразумений.

Если до этого мастер Го Чуань не был заинтересован в нашей возне, оставаясь сторонним наблюдателем, то после этих слов передумал.

— Как-как? — попросил повторить название.

— Да, — ответил Нисе, проигнорировав алхимика. — Так что твоей выходке нисколько не удивлён. Постарайся больше не попадаться мне на глаза.

О чём-то подумав, Ниса с трудом заставила себя немного успокоиться.

— Это вряд ли. Мы ещё увидимся. Обязательно увидимся, — клятвенно пообещала, глядя исподлобья.

— Как пожелаешь, — улыбнулся.

Передав её алхимику, не получившему ответы на свои вопросы, взвалил на плечо Фунэ Цяо. Закинув кабана в пространственное кольцо, отправился искать другую стоянку. Подальше от стелы, вглубь опасных земель, где с неосторожными охотниками всякое может случиться. Места там опасные, легко можно пропасть без вести.

Очнувшись, барышня Фунэ крайне озадачилась внезапными переменами. Не понимая, как вдруг оказалась у меня на плече.

— Что произошло?

— Не знаю. Когда я вернулся с охоты, вы уже спали. Поскольку у госпожи Нисы и почтенного Го Чуаня появились какие-то свои, срочные дела, нас попросили уйти. Посмотрев, как вы сладко спали, не захотелось будить. Наверное, сильно устали. Совершенно не желали просыпаться. Поэтому решил унести вас на руках, — придумал более-менее правдоподобную историю.

— Уснула, да? — нахмурилась Фунэ Цяо, безрезультатно пытаясь что-то вспомнить.

— Да, — подтвердил с невинным выражением лица.

— Точно? — пристально посмотрела мне в глаза.

— Да, — соврал, даже не моргнув.

Заподозрив, что многое недоговариваю, тем не менее не стала заставлять признаться в чём там было дело. Сразу обвиняя во лжи. Так ведь и сильно поссориться можно. Понимая, что просто так заснуть на середине разговора с Нисой она не могла, как и не проснуться от чужих прикосновений. Когда её подобно мешку с рисом закидывали на плечо. Да и сам разговор с хуляо почему-то никак не могла вспомнить. О чём именно он вёлся. Неприятные догадки, конечно же, у девушки появились. Решив, чуть позже, обязательно вернуться к этому разговору, когда подвернётся подходящий момент.

Чуть позже, услышав за спиной шум, остановились. Пытаясь определить, кто же это за нами идёт. Первой увидели мрачную, хоть и сильно недовольную, но решительно настроенную Нису. Нервно подёргивающую пушистым хвостом. За ней бодро шагал улыбающийся Го Чуань. Столь же целенаправленно, в нашу сторону. Быстро же они сговорились. Не вижу иной причины только вдвоём так открыто нас преследовать. Наверное, побоялись, что успеем скрыться до прихода подкреплений. Ищи потом ветра в поле. А вдруг нас задерёт какой-нибудь опасный, дикий зверь, до их прихода. Ладно, для начала послушаю чего хотят.

Убедившись, что я остался спокоен, не предлагая избежать встречи, Фунэ Цяо тоже ничего не стала предпринимать. Пологая, что вскоре получит часть ответов на появившиеся вопросы.

— Не потревожили? Как себя чувствуете? — любезно осведомился старик у Фунэ Цяо, подойдя ближе.

Девушка ещё сильнее уверилась, что история с её внезапным сном слишком мутная.

Расправив освободившиеся от ноши плечи, потянувшись, столь же любезно ответил.

— Ну что вы, почтенный Го Чуань. Госпожа Ниса Тайшу, — приветливо кивнул каждому из них по отдельности, сохраняя бдительность. — Нисколько. Чем-то можем помочь?

— Знаете, стыдно признаться, но да. Оказывается, мы забыли уточнить у вашего друга парочку вопросов. Если не затруднит, утолите наше любопытство, после чего со спокойной душой сможем вернуться. Не став вас больше беспокоить.

Если перевести его слова с приятного языка на понятный, выбора у нас нет. Предлагая, решить всё полюбовно. Судя по пылающему энергией очагу ци Нисы, девушка свои силы уже вернула. Даже, на время увеличив. Наверняка не без помощи того же Го Чуаня.

Фунэ Цяо, нахмурившись, встала так, чтобы в любой момент быть готовой к драке. Доверяя больше своей интуиции и логике, нежели, чем ушам. Ожидая неприятностей. Тем не менее, хладнокровно оценив расклад сил, попыталась всячески её избежать. Постаралась изобразить приветливость и открытость к диалогу.

— Слушаем вас. Если сможем, с радостью ответим. У нас перед вами нет тайн.

Ниса хотела что-то язвительное на это ответить, но вовремя заметила мои знаки. Я взглядом показал на Фунэ Цяо, слегка покачав головой. Лисичка оказалась понятливой. Пристально посмотрев в глаза девушки, приказала.

— Поспи пять минут. Стоя, с открытыми глазами. Ничего не слыша, кроме моих команд. Забудешь наш разговор сразу же, как проснёшься. Готово, — уже нам.

Фунэ Цяо продолжила стоять с прежним выражением лица, глядя в одну точку. Удобные у Нисы способности, на мгновение позавидовал. Мне бы так полоскать мозги окружающим.

— Все разногласия между нами решим позже. Обещаю, — злобно процедила нам всем. — Сейчас же, вышло так, что наши интересы с Го Чуанем временно совпали. Мы оба хотим узнать, где именно и у кого ты взял те пилюли, что принёс в торговый дом мадам Лонг?

— Сделал сам. Я же работник аптеки. Немного знаком с алхимией, — ответил сразу, не задумываясь.

— А где вы взяли рецепт и ингредиенты? — спросил Го Чуань, в отличие от Нисы придерживаясь вежливого обращения. — В той же аптеке?

— Нет. Она продавала лишь всякую низкокачественную мелочёвку. В основном, для учеников. Подобной торгуют в любой другой аптеке.

— Тогда, где? — не отставал алхимик.

— У друга.

— У какого?

— У моего.

— Как его зовут? — вцепился словно клещ.

Что-то беседа затягивается. Судя по спокойному Го Чуаню, лично он никуда не торопиться. Как и Ниса.

— Его не зовут, он сам приходит. Когда посчитает нужным. Видите ли, у него достаточно напряжённые отношения с властями и монахами. Поэтому, не хотелось бы раскрывать его имя.

— Ничего страшного. Мы не власти и не монахи, — усмехнулся Го Чуань. — Их работу на себя брать не собираемся. А вот познакомиться со столь сведущим в алхимии человеком…

— Имеющим доступ к нужным ингредиентам, — дополнила Ниса.

— Нам бы не помешало, — спокойно закончил Го Чуань. — Будь он хоть государственным преступником. Наверху, как правило, не слишком жалуют наших талантливых братьев, через одного называя этим словом. Не разобравшись как следует.

— Как я вас понимаю. Только мой друг не человек. Он демон, — открыто признался в связях с той стороной. — Где живёт, не интересовался. Мы уважаем тайны и личную жизнь друг друга. Он время от времени подкидывает мне редкие ингредиенты, не встречающиеся в этом мире. Для экспериментов. В ответ для него нахожу, что ему требуется.

Посмотрим, как на это отреагируют. Как и думал, в глазах Го Чуаня зажегся огонёк неподдельной заинтересованности. Теперь он определённо не поддержит желание Нисы на реванш. Пока не выведает всё, что ему нужно. Поняла и лисичка, недовольно покосившись взглядом на своего ненадёжного союзника.

— Очень любопытно. Не могли бы вы нас познакомить. При случае, — заулыбался вновь любезный Го Чуань. — Мне бы тоже хотелось чего-нибудь прикупить для своих экспериментов, — ничуть не смутился возможному сотрудничеству с демонами. — Из очень редких у нас ингредиентов. Слышал, многие вещи уже давно покинули этот мир, сохранившись только в их. Быть может, найду чего-нибудь полезного. Как алхимик, думаю, вы меня понимаете.

— Значит, именно он передал вам ингредиенты для этих пилюль? — уточнила лисичка с кислым выражением лица, будто лимончик лизнула.

Поняв, что растерзать меня на лоскутки не сможет, пока не выйдет на загадочного друга. Конечно, есть шанс выведать о нём силовым путём, но где гарантии, что потом из-за этого не возникнут неразрешимые проблемы. Личные обиды должны уступать дорогу интересам племени. С другой стороны, задумалась она, имелась альтернатива Тонгу. По словам Аль бин Алайнэ, в этом подземелье должна находиться кровь с родословной прародителя звериного царства. Так что услуги демона могут и не потребоваться.

На этом месте Ниса мысленно связала вместе Аль бин Алайнэ и ненавистного парня. У них определённо были тут какие-то свои дела. В то, что он просто так сбежал от этой устрашающей женщины, уже успела услышать последние слухи о её похождениях на первом этапе, не верила. Получалась интересная конфигурация, если расположить все имена и названия на одном листе, протягивая между ними связующие линии. Демон — Тонг. Аль бин Алайнэ — Тонг. Аль бин Алайнэ — подземелье. Тонг — подземелье. Демон — кровь прародителя. Подземелье — кровь прародителя. Аль бин Алайнэ — кровь прародителя. Для завершения узора не хватало только линии, Демон — Аль бин Алайнэ. Тогда кольцо замкнётся. Тут же захотелось проверить внезапно пришедшую догадку.

— Тонг, знаком ли твой друг с Аль бин Алайнэ?

Ниса в очередной раз пожалела, что на парня не действуют её силы.

— Спросите у него. Может да, может нет, — равнодушно пожал плечами.

— Она, случайно, пришла сюда не за кровью, что передал тебе твой друг для тех пилюль? — напряглась Ниса, заподозрив появлением сильного конкурента.

Не став при Го Чуане раскрывать подробности.

— Нет, — ответил совершенно правдиво.

— Но она знает, где находится похожая кровь? — зашла с другой стороны.

Чего это она так интересуется моей кровью. Прямо как Канью.

— Спроси у неё.

— Непременно. Познакомишь? — ещё больше уверилась в своих подозрениях.

— Не потребуется. Если продолжишь идти за наследием древнего предка, Аль бин Алайнэ сама тебя найдёт. Вот только боюсь, не для знакомства, а для похорон. Твоих. С чего бы ей делится с тобой информацией.

— Думаю, мы найдём общий язык, — не очень уверенно заявила Ниса, задумавшись над этой проблемой. — Торговый дом мадам Лонг небедная организация. У нас найдётся что предложить взамен.

— Правда? — насмешливо улыбнулся, сильнее поколебав её уверенность.

— Или кого, — добавила Ниса, припомнив, вроде как Аль бин Алайнэ заинтересована в Тонге.

Что открывало для неё окно возможностей.

— Надеюсь, она это оценит, — предостерёг от необдуманных поступков.

Повисла короткая пауза, во время которой только ветер шумел в траве. Ситуация несколько запуталась. Каждый из нас задумался над продолжением разговора. И нужно ли это. Выбирая, что делать дальше. Оставаться, расходиться, договариваться, решать вопросы силой. В какой очерёдности и с кем. Не стоило забывать, большая часть особых поставок в гильдию Чёрного котла шла через аукционный дом мадам Лонг. Портить с ними отношения Го Чуаню не с руки. Без серьёзного повода. Одно дело, воображаемый журавль в небе, другое, реальная синица в руках. Поэтому неизвестно, чью сторону он примет в случае острого конфликта.

— Почему бы нам не заключить перемирие на время испытания древнего предка? — миролюбиво предложил старик. — Насколько я понимаю, обиды пока не настолько глубоки, чтобы объявлять кровную, непримиримую вражду. Не так ли, госпожа Ниса? Вы совершили ошибку, за которую уже рассчитались. Да и не настолько она велика. Барышне Фунэ Цяо не было нанесено никакого вреда. Обычная шалость.

Про порку он не знал, поэтому в расчёт не брал. Ниса промолчала, взвешивая все за и против. Понимая, отомстить можно и позже. После того как перестанет нуждаться в Тонге. Пока же, живой он полезнее, чем мёртвый. С чем яростно спорила уязвлённая гордость.

— Хорошо. Тонг, я забуду про нанесённую обиду, — убедительно соврала, — если ты познакомишь меня со своим другом демоном и Аль бин Алайнэ. Ещё, выплачу компенсацию за все причинённые неудобства. Если захочешь, принесу официальные извинения. До тех пор, я также не буду строить против тебя козни. Пытаться напасть или ударить в спину. Более того, помогу вернуться с барышней Фунэ Цяо обратно в Золотой камень. Как тебе эта сделка?

Достаточно неплохая. Чтобы действовать свободнее, нужно обеспечить прикрытие Фунэ Цяо, которая влезла в испытания древнего предка из-за меня. К тому же помимо жертв для финальной сцены, мне понадобятся свидетели триумфа Юй Кухань. Помимо сокомандников, чьи слова хоть и весомы, но могут подвергнуться сомнению. Подозревая их в сговоре или выдаче желаемого за действительное. Если для этого понадобится устроить встречу с Аль бин Алайнэ или Со Рью, то цена не столь уж и велика. Но на моих условиях. С глазу на глаз, без посторонних. Включая, Тонг Цао.

— Договорились. После завершения испытания обговорим всё ещё раз. В Золотом камне.

Предварительные договорённости были достигнуты. Ниса разбудила Фунэ Цяо, внушив ей правдоподобную историю их интереса ко мне и решения временно объединиться. Убедив, что ничего необычного не произошло. Лёгкое недоразумение. Вновь пришлось идти обратно к сорок девятой каменной стеле. Возвращаясь к тому, с чего всё началось. Только время зря потеряли. Почти. Фунэ Цяо по пути задала невинный с виду вопрос.

— Госпожа Ниса, надеюсь, Тонг не сильно вас обидел? Порой бывает он несколько груб.

— Ничего. Переживу, — недовольно поморщилась, неосознанно потерев горло, на котором под косметической иллюзией скрывались багровые следы от пальцев.

— Поверьте, он не хотел. Тонг бы и мухи не обидел, — без задержек, тем же тоном извинилась Фунэ Цяо.

— Ну да, конечно, — недоверчиво. — Поскольку я определённо не муха, то мне можно и шею сломать.

Фкнэ Цяо резко остановилась. До нас только секунду спустя дошла подоплёка вопроса.

— Ниса, — тут же попросил хуляо.

— Спать, — мгновенно отреагировала лисица, поворачиваясь к Фунэ Цяо. — Забыла всё, что происходило последнюю минуту.

— Я смотрю, вы уже сработались, — улыбнулся Го Чуань. — Понимаете друг друга с полуслова.

Ниса раздражённо скривилась, промолчав. Украдкой бросив на меня очередной злой взгляд.

В лагере произошёл похожий инцидент. Забывшись, Го Чуань попытался выяснить чуть больше подробностей о моём знакомом демоне. Задав вопрос при Фунэ Цяо. Вновь пришлось обращаться к помощи хуляо.

— Ниса.

— Спать. Слушай Тонг, может её сразу убедить ничего не видеть и не слышать до самого вечера?

— Нет. Сотри из памяти пару минут и достаточно. Ничего лишнего.

— Слушай, — оживилась Ниса, придумав хороший ход, — а давай я сделаю так, что она будет исполнять любое твоё желание. Станет послушной как собачка. Будет согласна на всё-всё-всё, — внесла заманчивое предложение.

Готовя ловушку.

— Госпожа Ниса, ты что, вправду возомнила себя бессмертной лисой? — удивился.

— Пф. Скучный ты, — разочарованно отвернулась.

Где-то далеко, с другой стороны травяных полей, у Цане вновь, в который раз за день, засвербело в носу, вынудив чихнуть. Начала потихоньку грешить либо на аллергию, либо на насморк. Либо на Тонга. Усвоив, во всех её бедах, так или иначе, виноват только он.

К вечеру, к стеле вернулись остатки команд Чёрного котла и мадам Лонг. Три человека и три хуляо. К Го Чуаню присоединились два крупных воина в тяжёлой, полной броне, неплохо зачарованной и ещё один молодой алхимик. Который попал на испытание не из-за личной силы или талантов, а по счастливой случайности, найдя одну из монет. Убивать его из-за монеты гильдия посчитала неразумным, так что позволила прогуляться, ради приобретения полезного опыта и расширение кругозора, не более. В команде мадам Лонг тоже были такие. Из ценных соплеменников. Только их оставили в городе. Посчитав, раз не судьба, значит не судьба. Незачем ими рисковать. Отправив только тех, кто мог принести пользу. На данный момент в живых остались два парня и девушка, сплошь сильные практики, адепты.

Нашему присутствию охотники удивились, но не придали большого значения. Удовлетворившись словами мастера Го Чуаня и Нисы, что мы временно с ними в союзе. Несколько молчаливая и задумчивая Фунэ Цяо с их приходом повеселела. Почувствовав себя свободнее.

Нажарив гору притащенного с охоты мяса, устроили обильный ужин. Этот этап испытания начинал нравиться мне всё больше и больше. Может, стоит на нём задержаться. Словно услышав мои мысли, боги, как всегда, решили всё испортить. Имея на этот счёт другое мнение.

За пазухой завибрировал талисман связи. Сделав вид, что медитирую, незаметно для окружающих вплёл нить ауры в узор печати духовной связи.

— Слушаю, — перешёл на мысленную речь.

— Госпожа Аль бин Алайнэ, нам срочно требуется помощь, — услышал сильно встревоженный голос Джанг Вэй.

— Что случилось? — напрягся, предчувствуя проблемы.

— Лидер решил поохотиться на очень опасного, высокорангового зверя. Надеясь заполучить расположение стража. Но зверь оказался очень силён. Мы не справляемся. Если срочно ничего не предпринять, он уничтожит нашу команду, — послышались отголоски приближающейся паники.

— Убежать сможете?

— Нет. Зверь хоть и медленнее, но выносливее. Постоянно нас преследует, не давая передышки. Что мне делать? Я не смогу защитить от него Юй Кухань. Рано или поздно нам придётся остановиться и биться до конца.

Вот идиоты. Захотели острых ощущений. Где я их сейчас искать буду.

— Поблизости есть какие-нибудь ориентиры? Где вас найти?

— Не знаю. Вокруг сплошное поле. Здесь нет укрытий, — тревожно повысила голос.

— Где сорок девятая портальная стела, знаешь?

— Нет. Мы появились у тридцать восьмой. Нашли несколько других, но сорок девятой среди них точно не было.

Несколько секунд лихорадочно перебирал варианты. Пытаясь понять, что смогут сделать Шень в такой ситуации. И что могу я.

— Понял. Слушай меня внимательно. Донеси до лидера или кого-нибудь из ближайших Шень, с которым у тебя хорошие отношения, мысль, что нужно немедленно позвать на помощь ближайшие команды. Совместными усилиями убить зверя. Лучше поделиться добычей, чем умереть, не добившись ничего. Для этого, пусть подадут знак, который будет хорошо виден с расстояния. Они же огневики. Пусть либо запалят большой костёр из духовной силы, либо начнут запускать в воздух огненные техники.

— Сделаю, — немного успокоилась Джанг Вэй, получив чёткие инструкции.

Понадеявшись на меня.

Настроившись на предельно дальний поиск, принялся сканировать округу на источники духовной силы. Напрягая чувствительность духовного зрения. Что было не так-то просто. Духовной живности тут хватало. Через некоторое время уловил далеко на северо-западе какие-то неясные всплески энергии. Сосредоточившись на них, опознал применение аспекта огня. Из нескольких схожих между собой источников.

Очнувшись от глубокой медитации, в которой поиск было вести намного проще, встревоженно воскликнул.

— Уважаемые практики, вы это видели? — показал на северо-запад, пристально вглядываясь в небо.

Собравшиеся, отреагировав на мой тон, насторожившись, сразу посмотрели в указанную сторону.

— Ничего не вижу. А вы? — спустя несколько секунд признался один из воинов Чёрного котла.

— Тоже, — подтвердил Го Чуань.

— Что там? — уточнила у меня Ниса.

— Огненные вспышки в небе. Если не ошибаюсь, кто-то подаёт сигнал о помощи.

— И что? Мы здесь при чём? — равнодушно пожал плечами адепт хуляо, усевшись обратно. — Даже если это и правда, не наши проблемы.

Людских практиков он не слишком жаловал. Мнения разделились. Большая часть собравшихся, так ничего и не разглядев, решила, мне померещилось. Меньшая, что в любом случае их это не касается. Лишь Фунэ Цяо не спешила расслабляться, не понимая, почему меня это так обеспокоило.

— Вы правы, уважаемые практики. Это не ваши проблемы. Однако, у меня в команде клана Шень есть друзья, которыми я дорожу. Если они попали в беду, я обязан помочь, — решительно объявил о своих намерениях.

— С чего ты взял, что там кто-то попал в беду? И тем более, из клана Шень, — удивился адепт хуляо, ничуть не переживая по этому поводу.

Чуть подумав, понаблюдав за моей уверенностью в собственных словах, Ниса достала из поясного кошеля небольшую линзу горного хрусталя, превращённую в артефакт. Приложив к глазу, ещё раз внимательно всмотрелась в указанную мною сторону.

— Подтверждаю. Вижу движущееся в воздухе пламя. Похожее на змея. Излучающее энергию ци аспекта огня. Довольно далеко от нас, — сообщила лисичка с лёгким удивлением.

До конца не верив, что что-нибудь найдёт. В отличие от моих, в словах Нисы никто не усомнился. Её авторитет был очень высок.

— Опять же, это нас не касается, — повторил хуляо. — Однако, за предупреждение спасибо. Если пламя начнёт приближаться, лучше отойти в сторону. Зачем ввязываться в чужую битву?

— Вам, незачем, — согласился. — А я пойду, посмотрю, что там происходит. Не могу остаться в стороне, если там действительно в опасности мои друзья.

— Тонг, не делай глупости, — забеспокоилась Фунэ Цяо. — Они слишком далеко. К тому же, чем ты сможешь им помочь, даже если успеешь добежать до того, как всё закончиться? Лучше немного подождать. Потом сходим вместе, проверим, что там произошло, — попыталась убедить. — Если уж клан Шень не в состоянии себя защитить, а у них очень сильная команда, то ты и подавно ничего не сможешь сделать.

— Барышня Фунэ Цяо права, — успокаивающе подтвердил Го Чень. — Скорее всего, погибнешь, если попытаешься вмешаться в чужую драку таких масштабов, что её видно аж отсюда.

— Прости, — извиняющее улыбнулся Фунэ Цяо, заставив ещё сильнее занервничать.

— Останься, — повысив голос, то ли попросила, то ли приказала.

— Не могу. Барышня Фунэ, поверьте, я очень ценю то, что вы пришли меня спасать в одиночку, не побоявшись сунуться даже в такое опасное, неизведанное место. Готовая ради этого пожертвовать всеми своими сокровищами. Вы произвели на меня очень большое впечатление, — с серьёзностью кивнул девушке. — Но также и я. Не могу сидеть сложа руки, ничего не делая, зная, что мои друзья в опасности. Если вы когда-нибудь попадёте в беду, приду на помощь хоть на другой край света, — дал обещание. — Не думая о том, насколько это будет тяжело или далеко. Насколько я слаб, бесполезен, испуган. Просто потому, что это будете вы, и это буду я. Другой причины мне не потребуется. И уж точно не ради наград, благодарностей родни или чего-то похожего.

Фунэ Цяо покраснела, тронутая такими словами. Сказанными открыто перед посторонними людьми. Позабыв про то, что хотела перед этим мне сказать. Они словно эхо продолжали отдаваться у неё в голове.

— Я бы вам зааплодировала от умиления, — не удержалась Ниса, — но, в таком случае, как быть с нашими договорённостями? — сухо напомнила об обещании вывести их с Го Чуанем на поставщика алхимических ингредиентов.

— Как сказал ваш уважаемый спутник, это не наши проблемы, — напомнил, что мы, вообще-то, из разных команд. — И потом. Я от своих слов не отказываюсь. Вернёмся в Золотой камень, поднимем эту тему ещё раз. Барышня Фунэ, — обернулся к ней. — Вам лучше остаться здесь, в безопасности. Не хочу ещё и за вас переживать. Не беспокойтесь, мы ещё обязательно встретимся. Ведь я ещё не съел все ваши запасы, — рассмеялся. — Не пропадать же добру. До встречи.

Сорвавшись с места, не став больше терять время на разговоры, побежал на северо-запад. Переходя на ускорение. Не прошло и секунды, как очнувшаяся из мира фантазий Фунэ Цяо устремилась следом. Думая, — «Не для того проделала столь долгий путь, чтобы всё закончилось впустую. Вернувшись ни с чем. После таких-то слов. Никуда ты от меня не убежишь, глупый Тонг!»

Переглянувшись, Ниса с Го Чуанем оказались перед серьёзным выбором. Остаться на месте, либо идти за ними. Стоила ли возможная выгода таких рисков. Для Нисы решение далось проще. Ниточку к родословной прародителя, завязанную на Тонге, никак не могла позволить себе упустить. Для неё та имела первостепенное значение по сравнению с наследием древнего практика. В отличие от неё, для Го Чуаня ниточка до поставщика редких ингредиентов и рецептов была не настолько критична. Он имел очень много связей с самыми различными поставщиками. Как легальными, так и нет. Одним больше, одним меньше, не существенно. Новые рецепты постоянно появлялись в мире, в самых неожиданных местах. Где-то старые, где-то новые, а где-то и ранее утерянные всплывали. Узнать всё невозможно. Да и не услышал он от Нисы ничего сверх уникального, чтобы стоило рисковать жизнью ради парня. Сохранять хорошие отношения, вполне оправданно. Помочь в чём-нибудь несложном, выручить, при случае, обменяться чем-нибудь полезным, но не более. Го Чуань был довольно практичным алхимиком. Выживет Тонг, хорошо. Вернётся в Золотой камень, ещё лучше. Нет, не беда. Со временем появятся другие возможности. К тому же алхимик алхимику мало того, что коллега по ремеслу, единомышленник, так ещё и конкурент, в первую очередь.

Поэтому здесь их пути с командой аукционного дома мадам Лонг разошлись. Ниса приказала следовать за ней, поспешив за Тонгом, а Го Чуань вновь погрузился в чтение трактата по алхимии.

Где-то в другом конце травяного, бескрайнего поля, рассекая заросли травы, упорно брела вперёд команда фуци. В поисках одного проблемного потеряшки. Хмурая Канью, сидя на плечах здоровяка, с её ростом в густой высокой траве только прятаться хорошо, размышляла о прошлом. Сожалея об излишней осторожности и скрытности. Если бы не выжидала непонятно чего, опасаясь раскрыться, как и причинить вред Тонгу, воспользовавшись своими истинными силами, то не пришлось бы его столько искать. С другой стороны, теперь можно давить на его чувство вины и совести, обвиняя в нападении на бедного ребёнка.

Если Канью надеялась, как можно скорее отыскать Тонга, опасаясь за его психическое здоровье, то Цане расчитывала как можно дольше его искать. Не желая попадаться ему на глаза, опасаясь уже за своё психическое здоровье и моральное состояние. Не представляя, как ему теперь смотреть в глаза. Если о том происшествии узнает папа, то задаст всего один вопрос. Свадебное платье она выберет сама, или доверится матери. С датой он сам как-нибудь определится. Причём неважно, выживет ли Тонг или нет. Замуж она выйдет как можно скорее чтобы избежать пересудов и позора.

Заметив вдали огненные вспышки, команда остановилась.

— Кто-то с кем-то сражается, — высказался Ли Мин Ксианг.

— Если не ошибаюсь, это Шени. Огненные звери их конёк, — прищурившись, вгляделась Цане.

— Пройдём мимо, или присоединимся к веселью? — поинтересовалась жрица, желая реабилитироваться за недавний позор.

— Где Шень, тямь и Тоньг, — оживившись, предположила Канью. — Тудя, — нетерпеливо похлопала здоровяка по голове, между ушами.

— Ну да, как я не догадалась. Тонга можно найти по шуму драки, — проворчала Цане, переходя на бег.

К счастью, добравшись до Шеней, застал их ещё живыми. Зверь не смог до них добраться, а они не смогли ни убить его, ни убежать. Ситуация сложилась патовой. У зверя оказалась чудовищная выносливость, защита и живучесть. Ему лишь недоставало ловкости и смекалки, чтобы в кратчайшие сроки склонить чашу весов в свою пользу. Однако, при долгой, затяжной битве на истощение, именно он выходил победителем. Тот случай, когда достоинства перевешивали недостатки.

Яо зверь шестой звезды, белый броненосец, упорно пытался поймать и разорвать шустрых, мелких, многочисленных врагов. Не обращая внимание на их огненные атаки. Закованный со всех сторон в толстенную, жаропрочную броню. Они уже дважды пытались от него сбежать, выигрывая в скорости на коротких дистанциях, но броненосец без устали продолжал преследовать, выигрывая в выносливости и упрямстве. Обладая потрясающим чутьём, ни разу не сбился со следа. Люди пытались разделиться, обманув его, запутав, но выбрав себе цель, он продолжал преследовать именно её. Только разорвав в клочья, переключался на следующую, отыскивая по запаху.

Не понимаю, чего они вообще полезли к этому неудобному для них противнику. На что рассчитывая. В отличие от них, для Го Чуаня белый броненосец не представлял бы проблем. Отравил бы его, не заморачиваясь лишними сложностями. Правда, быстро разложившуюся, крайне токсичную кучу дерьма стражу потом не скормишь, но, тут либо одно, либо другое. Поэтому Чёрный котёл и не охотился на подобных зверей. Убийства ради убийства их не прельщали.

Будь среди Шеней мастера, а не эксперты да адепты, зверька бы давно зажарили в собственном соку, но их не было.

Появившись на истоптанном, местами пятнистым от сожжённых проплешин поле, первым делом нашёл взглядом Юй Кухань. Девушка хоть и выглядела сильно уставшей, но вполне живой и здоровой. Следом отыскал Джанг Вэй. Они обе стояли в сторонке, не мешая остальным сдерживать зверя, достигающего в высоту шести метров. Атакуя его большой стаей огненных птиц, метя в глаза, уши, нос, рот. Пытаясь прожечь очень толстую, роговую броню, сосредоточившись на одной точке. Не давая ему охотиться на членов команды.

Некогда красивая, белая броня, закрывающая его подобно чешуе, сейчас выглядела жалко. Разлохмаченная взрывами, растрескавшаяся, оплавленная, потемневшая, покрытая местами кровью, тем не менее всё ещё частично продолжала выполнять свою функцию. Распространяя отвратительный запах горелого мяса, шерсти и крови.

Благодаря мощной ауре, насыщенной элементами земли, и сильному очагу ци, зверь успешно противостоял огню Шень, подавляя его. Рассеивая. Ускоряя регенерацию тканей. Усиливая жёсткость шкуры. За счёт чего постепенно и побеждал.

Переместившись поближе к Джанг Вэй, следившую за зверем, за спину, обрадовал.

— Привет. Я не сильно задержался?

Девушка вздрогнула от испуга, резко оборачиваясь.

— Тонг?! — округлила от удивления глаза, совсем не ожидая меня здесь увидеть.

— Прости. Аль бин Алайнэ слишком далеко. Я был ближе. Как у вас тут?

Девушка постаралась не выдать разочарования, рассчитывая на помощь полноценного, сильного мастера.

— Плохо. Резервов ци почти не осталось. Очаги истощены. Держимся только на пилюлях и стимуляторах.

— С чего, вообще, вы решились его атаковать? — уточнил то, что не давало мне покоя.

— У Шень Фанга есть артефакт, рассчитанный на пробивание брони высокоранговых монстров. Планировали убить его одним внезапным ударом, из-засады, прямо в сердце. К сожалению, яо зверь оказался мутированным. У него многослойная жёсткая шкура и толстый слой подкожного жира, который почти ничему не поддаётся. Ни огню, ни молнии, ни кислоте. Хорошо гасит сильные удары. Да и с сердцем что-то не то.

— С головой у Шень Фанга что-то не то. Но это у них семейное. Ладно, сейчас будем успокаивать зверька. Если будут спрашивать, мы друзья. Познакомились в аптеке Цветочный дракон, куда ты ходишь за покупками. Как выходцы из одной долины. Ничего серьёзного. Обычное знакомство без каких-либо дальнейших планов, — проинструктировал. — Я вроде как проявляю к тебе повышенный интерес. На, погулять, переспать, забыть. Ты держишь дистанцию, не собираясь заходить дальше дружбы.

Чтобы не сильно выделяться, на ходу придумал план. Найдя взглядом Шень Фанга, отправил ему послание передачей голоса на расстоянии.

— Это я, Тонг Цао. Был рядом. Пришёл сразу же, как увидел сигнал о помощи. У меня с собой несколько мощных талисманов земляной ловушки. Заполучил на первом этапе испытаний. Продержитесь ещё немного. Сейчас сделаю ловчую яму. Как зверь в неё попадёт, ударьте все вместе в одну точку на спине, между лопаток. Желательно, придав огню форму штопора или сверла. Учти, надолго удержать его не получится. Со мной команда аукционного дома мадам Лонг.

Почувствовал их приближение.

— Они помогут. Заманят зверя в ловушку и замедлят его. У нас будет только одна попытка.

Взмокший от напряжения, тяжело дышавший Шень Фанг, не отрываясь от контроля над своим огнём, не оборачиваясь, громко крикнул.

— Понял. Действуй.

Показав, что услышал меня. Можно попробовать. Всё равно других вариантов пока не видно. Тут же связался с Нисой.

— Твоя стихия мистические огни и иллюзии, верно? Аспект разума. Если хочешь помочь, заслужив благодарность Шень, замани зверя туда, куда я покажу, через пять минут.

Не став выслушивать ответ, а то ещё захочет поторговаться, принялся готовить ловушку. Для вида разбросав по земле стопку обычных бумажных талисманов. С помощью истинного имени земли, начал создавать под тонким слоем поверхности, скреплённую корнями травы, объёмные пустоты. Уплотняя грунт, сдвигая его в стороны, образуя глубокую яму. Как раз под размеры резвящегося малыша. В это время Шень Фанг отдавал команды своим подчинённым.

— Действуй. Гони его сюда, — когда закончил, показал Нисе, не слишком довольной оттого, что ей командуют, тем более, я.

Тем не менее, всё же помогла. Не знаю, чего там зверь унюхал или увидел, но перестав гонять свору больно жалящих огненных птиц, с яростным воплем ломанулся в мою сторону. Разгоняясь так, что земля затряслась. Когда на тебя несётся озверевшая, шестиметровая, многотонная бронированная махина, в чистом поле, это на самом деле страшно.

Ступив на обманчиво надёжный ковёр травы, зверь с грохотом рухнул в глубокую яму. В чём ему сильно помог большой вес и набранная скорость. Не успев затормозить на самом краю. Размер ямы оказался как раз под габариты тела, не давая ему в ней развернуться. А глубина, достаточной, чтобы наверху остался виден только краюшек спины. Никто не знал, что под зверем земля внезапно стала как камень, дополнительно сдавливая его в тисках.

— Сейчас! — одновременно крикнули с Шень Фангом, понимая, что сейчас самый подходящий момент.

Пока зажатый в яме зверь ошеломлён и дезорганизован. Над броненосцем запылало живое пламя, собираясь из нескольких лент, разного размера и плотности. Почти сразу же эти вертикальные ленты объединились в совместную, сложную форму, похожую на сверло. Раскрутившись вокруг центральной оси, оно вонзилось зверю точно между лопаток, пытаясь пробить себе путь вниз. Увидев слаженную, командную работу Шень, был приятно удивлён. Как гармонично они взаимодействовали, понимая друг друга без слов, сплетая единый узор сложной техники. Такого без длительных тренировок не добиться. Красиво получалось.

Не став больше ничего предпринимать, принялся ждать. Сколько бы зверь ни ревел, ни бился, терпение и труд всё преодолели. Включая спину зверя, добравшись до сердца, превратив его в кровавую кашу.

Команда Шень начала бурно радоваться победе, поздравляя своего лидера, которому приписали все заслуги. Смеясь, чуть ли не обнимаясь, обессиленно опускаясь на землю передохнуть, счастливо улыбаясь. Когда эмоции немного улеглись, собравшись вместе, принялись подводить итоги затянувшейся охоте. Заодно, познакомились друг с другом, кто не был до этого.

Команду хуляо, Шень приняли вполне благожелательно. Засчитав факт прибытия ради оказания помощи. Сохранив небольшую настороженность на случай неприятных сюрпризов. Не особо доверяя, но и не видя причин для вражды. Их вклад в победу над зверем был практически незаметен, а значит, не оценён по достоинству. Чему хуляо не удивились и не расстроились. Держась немного обособленно от остальных. Проводя незримую границу между ними и нами. Не стремясь вступать в дружеские беседы с человеческими практиками. Как и столь же сильно радоваться победе. Это ведь не их столько времени втаптывали в землю, гоняя кругами как перепуганных куриц, по мнению гордых лис. Не признавая Шеней равными себе. Впрочем, это было взаимно.

Фунэ Цяо приняли намного благожелательнее. Всё же младшая принцесса союзного клана. Равного им. Красивая, юная, богатая из хорошей семьи. Особенно тепло её приняли девушки Шень, сразу забрав в свой кружок. Посплетничать. Да и сама барышня Фунэ обрадовалась этой встрече. Получив возможность расслабиться, расшить круг общения, увидеть старых знакомых. Почувствовать себя в безопасности.

Мой вклад в победу, по общему мнению, был сведён к самому минимуму. Посчитав его удачным стечением обстоятельств. Продолжив считать меня слабым провинциальным практиком из отдалённой горной деревушки. Ничем не примечательным. Не считая знакомства с братьями Шенями и барышней Фунэ. Но тут уж, как говорится, парню сильно повезло.

Шень Фанг с подошедшим Шень Джианем искренне поблагодарили за пожертвованные на благое дело талисманы. Поинтересовавшись, не осталось ли у меня ещё несколько таких же. Пришлось разочаровать, сказав, что истратил все. Не рассчитав с перепугу достаточного количества. Получив покровительственные слова благодарности и формального уважения от практиков Шень, договорился с Шень Фангом временно присоединиться к их команде. Вдруг рядом бродит ещё один могущественный зверь. Как же мы сами с ним справимся. И вообще, мы слабенькие, на наследие не претендуем, чего нас прогонять. К тому же я в хороших отношениях с лидером и его заместителем Шень Джианем. Называя их своими друзьями.

Хуляо тоже разрешили остаться на время рядом с ними. И безопаснее вместе и спокойнее. Будучи, друг у друга на виду.

Спросив разрешения у Шень Фанга, отрезать себе немного мяса белого броненосца, сильно того удивил.

— Зачем? Если страж останется доволен, мы все пройдём дальше.

— Мне для себя, брат Шень, — смущённо объяснил причину. — Хочу попробовать, каков он на вкус.

От закопанной тушки даже через землю исходил пьянящий запах духовной и жизненной энергии, вызывая бурление моей кровушки, у которой вдруг проснулся зверский аппетит. Спящий где-то в её глубинах зверь, сонно заворочался, потягивая носом манящий запах. Потянувшись следом. Не буду же мучить голодом несчастную животинку.

Пока разбивали большой лагерь, Шень требовался отдых, успел везде примелькаться, со всеми перекинуться хотя бы парой слов. Кому-то помог, кого-то о чём-то спросил, где-то похвалил или поздравил. Словом, оставлял о себе благоприятное впечатление. Успев дважды переговорить как с Шень Фангам, так и с его братом, Шень Джианем. Не пытаясь его избегать, или косо смотреть. Шутил, улыбался, рассказал забавную историю о своих злоключениях. Юй Кухань, уделил внимания не больше, чем всем остальных.

Чуть дольше общался с Джанг Вэй, закрепляя историю о нашей дружбе, которая отчего-то в первую очередь заинтересовала Фунэ Цяо, чем Шень. На общие темы. Справившись о её здоровье, родных, посоветовав пару неплохих ресторанчиков в городе. Напомнив о приближающемся празднике. Пообещав чего-нибудь подарить, и, если получиться, куда-нибудь пригласить погулять. Если, конечно, у неё будет свободное время и настроение. Можно, вместе с подружками. Девушка обещала подумать, не став затягивать разговор, поддерживая легенду об отсутствии с её стороны интереса к развитию более тесных отношений.

Нарезав со спины достаточно кусков белого броненосца, с трудом заставил себя остановиться. Пока этим занимался, вновь проголодался. Вроде только недавно ел и вот опять. Это всё зверю неймётся добраться до вожделенного мясца. Я же с такой диетой скоро не бегать буду, а кататься, подобно мячику. Пришлось идти на поклон к Фунэ Цяо.

Немного меня поругав, всё же смилостивилась, не устояв против жалобного, несчастного взгляда, голодного котёнка, брошенного на улице бессердечными людьми. К нашей трапезе тут же присоединилась Ниса, оказывая мне недвусмысленные знаки внимания. Вдруг ставшей чрезвычайно милой, ласковой лисичкой. Даже испугав сперва. Пока не увидел ревнивые взгляды в мой адрес заглядывающихся на красавицу молодых парней из клана Шень. Заодно, дразня Фунэ Цяо. Предложив продолжить прерванную ранее дегустацию вкусностей. Вот же злопамятная стерва. Играет на публику.

Но это были ещё только цветочки, вызывающие головную боль. Ягодки подошли чуть позже. Задержавшиеся в пути фуци, натолкнувшиеся на стаю яо волков, которых пришлось перебить, увидели крайне занимательную картину. Меня, зажатого между двумя обворожительными красотками. Обе мило улыбаясь, строя друг другу глазки, держали меня под руки, каждая со своей стороны, чтобы не убежал, закармливая деликатесами с роскошно накрытого покрывала. На котором чего только не было. И ладно бы только это. Одной из этих девушек была откровенно липнущая к Тонгу хуляо. Прижимаясь к его руке своей пышной грудью, что не укрывалось от внимания Фунэ Цяо. Не догадываясь, что барышне не позволяло воспитание, пропустив промежуточные этапы соперничества, сразу перейти к мордобою. А пока мы бездельничали и развлекались, поблизости усердно работала команда Шень, пытаясь выкопать из земли здоровенную тушу.

Оглядев нашу компанию, задержав взгляд на яствах, Цане шумно сглотнула слюну. Описав свои эмоции одним ёмким, сильно неприличным словом. Канью же, не замечая ничего другого, смотрела прямиком на Нису. Не моргая. Застыв алебастровой статуей. В её багровых глазах отражалась неприкрытая жажда убийства. В глубине которой притаился страх. Где-то вдали, в потемневшем небе сверкнула молния, лишь спустя несколько секунд докатившись раскатом грома.

Ниса, обладая повышенной эмпатией, чуть не закашлялась, ощутив накатывающий на неё шторм ярости и ужаса. Совершенно невидимый обычным, невооружённым взглядом. Сбивающий дыхание. Появление фуци для неё оказалось полной неожиданность. Как и причина такой бурной реакции. Понять, что всё дело в парне, было несложно. По взглядам и поведению остальных длинноухих. Фуци и хуляо замерли друг напротив друга натянутыми струнами. Только тронь, сразу зазвенит, сталь вперемежку с убийственными техниками ци.

— Как интересно, — удивилась лисичка, задумчиво посмотрев на Тонга.

— Тонг, во что ты ещё ввязался? — испугалась Фунэ Цяо, не понимая, с чего вдруг обстановка так резко накалилась.

— Кто бы мне самому сказал, — сокрушённо вздохнул. — Дадите хоть эти пельмешки в сметане доесть? А?

Глава 4

Остановить смертоубийство удалось буквально в последнюю секунду. Переключив враждующие стороны на другую, общую цель, а как известно, она объединяет.

Вырвавшись из ослабевший хватки девушек, мгновенно переместился в центр назревающей бури. Разделив команды фуци и хуляо. Сосредоточив на себе всеобщее внимание. Ощущения ещё те, волнительные. Как в грозу, стоя на верхушке дерева.

— Я, конечно, очень привлекателен, умён и весел, — похвалил себя. — Мечта, а не жених, но барышни, имейте совесть. То есть, я хотел сказать терпение. Кошачьи драки запрещены! — возмущённо потребовал прекратить безобразие. — Тонг всех своих друзей и подруг любит одинаково. У него большое сердце. Не стоит выяснять, кого больше, кого меньше. Если их будут обижать, обязательно вмешается. Грудью своей закроет. Или прижмёт. Смотря какой стороной, повернётся.

Начал нести всякую чушь, заговаривая зубы.

— Но что ему делать, — с пафосно-возвышенного, переключился на другой, жалобный тон, — если одни подруги будут обижать других? Тогда он сильно расстроится, разорвёт с ними отношения и навсегда уйдёт к, — продолжая играть на публику, растерянно осмотрелся по сторонам, — вот к ней, — указал пальцем на первую попавшуюся девушку из команды Шень.

Чем сильно удивил перепугавшуюся девушку. Ставшую новым центром внимания. Она даже обернулась, подумав, что за ней кто-то стоит. До этого, приостановив работы, команда Шеней смотрела за происходящим с большим интересом, как за бесплатным представлением. Чуть ли не делая ставки, кого будут бить первым. Чем всё это закончиться. Внешне потешаясь над невезучим пареньком, из-за которого намечалась женская драка, а внутренне, хваля и завидуя чужой удаче. Желая, чтобы барышни в первую очередь надавали ему по щекам. Во имя справедливости. А то как-то обидно. За них-то никто не дерётся. Ну, не считая сыновей главы клана, но там другой разговор. За ними барышням положено бегать. По статусу.

Основными претендентками на мой скальп, Шень посчитали троих барышень. Цане, Нису и Фунэ Цяо, не учитывая Канью, как слишком мелкую. Записав её в группу поддержки Цане. Правда, не особо воспринимая всерьёз кандидатуру Фунэ. Не того полёта птица, чтобы разевать рот на золотую рыбку. Тут ведь и подавиться можно. Точнее, помогут. Как только дело запахнет чем-то серьёзным, её семья быстро из меня сделает чучело.

— Поздравляю, — тут же сориентировалась лучшая подруга указанной девушки.

С трудом сдерживая смех.

— Не забудь позвать на свадьбу. Помни, я всегда буду болеть за тебя. Ну, давай, не теряйся. Не упускай свой шанс, — слегка, для вида, подтолкнула в спину, направляя в сторону нашей компании. — Покажи, чего стоят Шень, — с воодушевлением.

— Да пошла ты, сама…, — вспыхнула от возмущения «невеста», почувствовав себя крайне неуютно под столькими пристальными взглядами.

— Куда? — невинно уточнила веселящаяся подруга.

— К маменьке, под юбку. Не буду ни в чём участвовать. Вон, пусть Джанг Вэй идёт. Она же его подруга, а не я, — попыталась перевести стрелку на другую.

Пока там шло выяснение отношений, кто и в какой очерёдности, куда должен идти, улыбнувшись, заговорщицки подмигнул Фунэ Цяо. А то она меня пугает, застыв со сложным, нечитаемым выражением лица. Слава Айше, быстро догадалась, ради чего затеял этот балаган. Ожив.

— Только попробуй, — тут же пригрозила, приняв горделивую позу. — Со сломанными ногами от меня ещё никто не уходил.

Ниса, для которой сражение с сильной командой, пока неясно ради чего, было совершенно невыгодно, подыграла. Так естественно, будто всё это было взаправду.

— Ах ты подлец, — гневно. — Обещал одно, а делаешь другое. Сестра Фунэ, позволь, я подержу, когда будешь ломать ноги этому брехливому кобелю, — обратилась к Фунэ Цяо.

— Про меня не забудьте, — включилась Цане, искоса посмотрев на Канью. — Руки мне целыми оставьте. Особенно правую.

Устроив шуточную словесную баталию, в которой они обвиняли, а я оправдывался, не сговариваясь, потянули время. Давая Канью немного остыть. Несколькими фразами, донёс до неё мысль, что попытку за меня решать, с кем дружить, а с кем враждовать, расценю, как оскорбление. Хочет что-то посоветовать или объяснить, всегда готов выслушать, но указывать, как мне жить, и с кем, не стоит. Заодно, передав это же послание всем остальным. А то сегодня Канью за меня решает, завтра Фунэ, а послезавтра, что, Ниса, которую, вообще-то, первоначально планировал убить.

К тому же в случае, если Канью сейчас начнёт драку, Шень, скорее всего, поддержат Нису, поставив меня в очень трудное положение. Посчитав её пострадавшей стороной. Симпатизируя красивой, обольстительной лисичке куда больше, чем непонятным фуци.

Кое-как добился хрупкого перемирия, взмокнув от приложенный усилий. Выставив себя недалёким идиотом. Убедившись, что можно расслабиться, вернулся за стол. Но не к тому, на чём нас прервали. Теперь ко мне никто не прижимался и не кормил. Взгрустнул. А ведь так хорошо всё шло. Недолго посидев, в молчаливой, напряжённой атмосфере всеобщего недоверия, покинул барышень. Отойдя в сторонку медитировать. Такое ощущение, что теперь в моём богатом внутреннем мире стало гораздо спокойнее, чем во внешнем.

Пока готовился к культивации, меня попыталась остановить для разговора Цане, но её вовремя успела перехватить Ниса. Пристав хвостиком с какими-то пустяковым поводом. Разговор не состоялся. Фунэ, не знаю, из-за каких соображений, притормозила Канью, направляющуюся ко мне с той же целью, что и Цане. Утянув под предлогом привести её внешний вид к подобающему девочке её возраста. Не слушая возражений. Саму же Нису, попытавшуюся чуть позже подсесть ко мне, якобы, тоже для медитации, прогнала странствующая жрица фуци. Словом, круговорот страстей вокруг меня не утихал ещё долго. Дамы словно задались целью мешать друг другу.

На ночлег и вовсе пришлось устраиваться под перекрёстным прицелом многочисленных злых взглядов. Включая, любопытных Шень. Такое чувство, будто в меня из засады целятся невидимые лучники. Со всех сторон. Только дёрнись, совершив необдуманное движение, тут же нашпигуют стрелами. Ещё эта зараза, Шень Фанг, воспользовавшись случаем, с улыбкой подошёл поинтересоваться, не нужно ли мне чего. Забавляясь ситуаций. Шёпотом передав, если надумаю бежать, парни меня прикроют. Все как один. Из корыстных побуждений. Если останусь, чтобы не смел обижать Фунэ Цяо. Девушки Шень, вопреки здравому смыслу, болели за неё. Предупредив, в случае чего, они меня прибьют. Если начну распускать руки. И если буду игнорировать Фунэ Цяо. Парни же, угрожали тем же самым за заигрывания с Нисой. Нашёлся и извращенец, пообещавший вызвать меня на поединок за оскорбление Цане. Даже за честь Джанг Вэй вступились. Шень Фанг, из клановой солидарности. Методом исключения, дозволялось заигрывать только с мордатым воином. Или со странствующей жрицей, но там уж я сам был против. Уж лучше… поединок.

Укрывшись одеялом, делая вид, что сплю, понял, второй этап резко перестаёт нравиться. Нужно срочно придумать, как бы его поскорее завершить. Затягивать не стоило. Слишком уж Канью беспокоило присутствие хуляо. Как бы ни решила за моей спиной провернуть что-нибудь опасное. Из-за чего мы сильно поссоримся. Да и Фунэ Цяо делать здесь нечего.

— Эх, всего мяса не съесть, всех дорог не истоптать, — загрустил.

Если у Шеней завтра ничего не выйдет, послезавтра сам сделаю следующий ход. Подтолкнув события.

Пока лежал, не забывал приглядывать за округой. Поэтому обратил внимание на поведение Шень Джианя. Парень дважды подходил к компании девушек, для которых установили персональную большую палатку, чтобы встретиться с Юй Кухань. Первый раз, чтобы позвать её прогуляться, вдвоём. Нарвав где-то цветочков, романтик хр…юшкин. Второй, чтобы поговорить наедине о всяких пустяках. Под предлогом, полюбоваться на звёзды. Не оставляя попыток добиться её расположения. Несмотря на то что она его демонстративно игнорировала. Держась в его присутствии холодно и отстранённо. Но. подобные намёки совершенно не помогали. Парень просто не желал их замечать.

Девушки из клана Шень, судя по переглядываниям и заговорщицким улыбкам, радушно встречая Шень Джианя, явно были на его стороне. Уговаривая упрямую, строптивую девицу не противиться своей судьбе. Согласиться стать наложницей младшего сына главы клана. Для места жены, увы, её происхождение было слишком низким. Как и личная сила с репутацией, чтобы старейшины могли закрыть на это глаза. Похоже, Шень Джиань заранее договорился с девушками о совместных действиях по взятию неприступной крепости. Рано или поздно, уставшая от настойчивых ухаживаний Юй Кухань сдастся. Убедив себя, что это единственный выход. Вода, как известно, камень точит. Вряд ли она будет счастлива в статусе одной из бесправных наложниц, зато, наконец, от неё отстанут.

— Ничего малышка Юй. Уже скоро будешь самой завидной, свободной невестой в Золотом камне, — тихонько прошептал, заставляя себя закрыть глаза и заснуть.

* * *

Пока одни спали, другие работали. В тёмной, пустой комнате, не имеющей отношения ко второму этапу испытаний, джин молчаливо, сосредоточенно крепил к стене большое ростовое зеркало в массивной раме. Которое принёс с собой. Точно такое же, не отличить, было снято со старого места и отставлено в сторонку, чтобы не мешаться. Спеша закончить всё как можно быстрее, пока его не обнаружили. Всё же этот дворец был территорией другого стража.

* * *

На следующее утро, к завёрнутому в одеяло словно куколка, Тонгу, прокралась Канью. Не знаю, что планировала сделать, но усевшись сверху, развернув одеяло, увидела не то, что ожидала. Соломенную куклу, одетую в мою одежду. С нарисованной углём улыбающейся рожицей. Некоторое время с глупым видом её разглядывала, после чего осторожно потыкала пальчиком в пухлую щёчку. Убедиться, что зрение её не подводит.

— Нет, конечно, я знал, что тебе, как и любой маленькой девочке, нравятся куклы, но почему-то не думал, что настолько сильно, — расстроенно покачал головой, перестав скрывать своё присутствие.

Появившись прямо за ней.

— Хочешь, подарю?

Моей доброты не оценили. Дёрнувшаяся от испуга Канью, лягушкой отпрыгнула в сторону. Распрямляясь на ходу. Отреагировав так, будто её поймали за чем-то постыдным.

— Что? — увидев её ошеломлённый взгляд, усмехнулся. — Уже третий час караулю. Где тебя носило всё это время? — перешёл от оправданий к обвинениям.

— Тоооньг, — показала клыки разозлившаяся, покрасневшая фуци.

— Учти, — опередил девочку, набравшую полную грудь воздуха. — Всё что ты сейчас скажешь, услышу не только я, но и греющая ушки лисичка. Приложившая их к какой-то морской раковине. У меня сложилось впечатление, что она половину аукционного дома обнесла. Маленькая воровка и лгунья. Барахла с собой носит куда больше, чем положено приличной девушке. А вот для неприличной, вполне достаточно. Любительнице подглядывать да подслушивать, — обернулся в сторону палатки, установленной хуляо специально для Нисы.

— Дявяй её убьёмь, — с надеждой предложила несчастная Канью.

— Зачем? Что она сделала мне, знаю, а вот чем не угодила тебе, нет. Может, поделишься секретом?

— Неть, — помрачнела поникшая Канью.

— Ну, на неть, значит, неть. Нису не трогай. Она моя добыча. Я же на твою не претендую. К тому же, — решил немного разбавить серьёзность момента, — пока ты таскаешь чужие конфеты, она, между прочим, кормит меня вкусной едой. Ниса полезная.

Чуть подумав, недовольно сопя, Канью развернулась и пошла обратно к своей постели. С поникшими ушками. Пнув по пути какой-то мелкий камешек в сторону хуляо. Но, не дойдя до неё, передумав, быстро вернулась и больно пнула меня по ноге. После чего, чуть повеселев, удовлетворённо ушла.

— Эй, — окликнул. — Так я не понял, куклу забирать будешь или нет?

— Тонг, как я посмотрю, ты совсем не умеешь ладить с детьми, — услышал за спиной смеющийся, жизнерадостный голос Фунэ Цяо.

Ничуть не сонный. Воспользовавшись зачарованной безделушкой из обширной коллекции личных сокровищ, барышня Фунэ смогла отвести мой взгляд. Понятия не имею, как долго просидела в засаде, спрятавшись в высокой траве. Вряд ли долго, иначе бы заметил, но всё же, молодец. Отвесила ощутимый щелчок по моей самоуверенности. Хвалю.

— Никогда не любил мелких поганцев, — честно признался. — Давай, когда нам понадобятся дети, заведём сразу взрослых, — с невинным выражением лица нанёс ответный удар. — И обеспеченных.

Несколько секунд она хлопала ресницами, то открывая, то закрывая рот, не в силах придумать, что на это ответить. Не выставив себя дурой. Воспользовавшись чужой подсказкой. Подошла и рассержена пнула меня по ноге. По той же самой. Да что за день такой несчастливый сегодня.

— Тонг, дурень! — после чего, сразу ушла, оставив последнее слово за собой.

Но на этом, утренняя история не закончилась. Появилась ещё одна ранняя пташка. Бодрая, с влажными волосами, после умывания, уже успевшая закончить зарядку. Радостно улыбаясь, направилась прямиком ко мне, почему-то изначально нацелившись на пострадавшую ногу. Даже ничего не сказав, экономя время. Да ну её подальше. У неё удар может переломить небольшое брёвнышко, не то что кость. Так, только что вспомнил, мне срочно нужно на утреннюю пробежку. Прямо сейчас.

Не то, чтобы я боялся Цане с компанией, включая Канью, но не враждовать же с ними, в самом деле. По пустякам. Они для меня как хорошо знакомые, соседские дети. На которых можно обижаться, ругаться, даже злиться, но недолго. Пусть развлекаются, пока могут. Да и я в сторонке не останусь. По сравнению с тем, как ещё недавно жил на своей горе, в одиночестве, где, словом не с кем перекинуться, небо и земля. Меня там убивала не столько старость, сколько отсутствие движений, эмоций, ярких ощущений, новых событий. Окружающий мир тогда казался выцветшим и застывшим. Потерявшим свою важность. Пустым. Сейчас же, пусть количество проблем возрастает с каждым днём, но именно они позволяли разогнать, разогреть застоявшуюся кровь, ощутив себя вновь молодым, глупым, не без этого, сорвиголовой. Как когда-то. Делая жизнь непредсказуемой и яркой.

Ради предосторожности, кто знает, как страж отнесётся к мясу белого броненосца, к нему с небольшой порцией отправился один из членов команды Шень. Вернулся расстроенным, с пустыми руками.

— Всё сожрал, скотина неблагодарная. Неторопливо, с безразличной мордой. Замучался ждать, пока закончит. Пропускать к вратам отказался. Такое впечатление, посмотрев на меня с презрением, — возмущался оскорблённый Шень. — Как на дурака или попрошайку.

— Значит, нужно охотиться дальше, — огорчился Шень Фанг, возлагавший на белого броненосца большие надежды.

Пришлось отправляться на поиски нового зверя. Всей толпой. Шени сами предложили мне с Фунэ Цяо к ним присоединиться. Приняв под свою опеку. Хуляо звать не стали, но те, решением Нисы, захотевшей разгадать загадку под названием Тонг, сами пристроились в хвост колонны. Для чего ей пришлось договариваться с Шень Фангом и Шень Джианем, пустив в ход всё своё обаяние и красноречие. Подкрепив намёками на благодарность от её знакомых красивых лисичек. И скидочку в аукционном доме мадам Лонг. Что удивительно, договорилась с ними без использования трюков. То ли Шеней было слишком много, то ли у кого-то имелась ментальная защита, то ли захотела поиграть в правильную, исправившуюся лисичку, не знаю. Но в последнее, мне не верилось.

Самое интересное, как именно она добилась желаемого. Выставив своих сородичей слабыми, беззащитными полукровками, надеющихся на благородных, величественных Шень. Признавая их лидерство в Золотом камне. Заранее уступая финальную награду. Шеням такой подход с выражением уважения и признания их высокого статуса понравился. Тщеславие власть имущих, как и кланов, было широко распространённым явлением. Так что лесть всегда найдёт дорожку в их сердца, чем лисичка и воспользовалась.

Когда Нисе потребовалось, гордые, высокомерные хуляо очень даже охотно гнули спины, улыбались и заискивали перед людьми. Уверяя в своей искренности и преданности. Те ещё лицемерные, хитрые морды. Что, впрочем, вовсе не делало их плохими. Они очень даже ценили слово чести и были по-настоящему, самоотверженно верны тем, кого считали своими настоящими друзьями и родными. Пусть и во вред себе. Именно за это же недолюбливая людей, считая их ненадёжными, трусливыми, алчными созданиями. Которых совсем не грех обманывать, используя в своих целях.

Фуци также смогли влиться в нашу компанию. От их лица переговоры вёл Лин Мин Ксианг с посредничеством Цане, как местной уроженки. Выступив в роли иностранного аристократа, прибывшего в Золотой камень ради развлечений. Со свитой. Заключив вполне официальный договор о совместных действиях и разделе трофеев. Где Шень гарантировали им защиту в обмен на оговорённую цену. При условии отказа от наследия древнего предка, на что фуци легко согласились. Прекрасно помня, кому именно я в любом случае намеревался его передать.

В отличие от Нисы, аристократ в любой стране оставался аристократом, так что этот разговор вёлся совсем другим тоном. Ибо, если сам сын неба, великий император, признавал титулы северных дворян, то подданным и подавно полагалось. Канцелярия двора пристально следила за тем, чтобы права знати не ущемлялись. Ничьей, ни местной, ни иностранной, а то, здесь не уважишь чужого, в их стране не уважат твоего. Непорядок. Который, как известно, очень не любил сын неба.

Всякую мелкую, низкоранговую живность, встреченную по пути, Шени пропускали, не желая тратить на неё время. Я же, если можно было сделать это по-быстрому, не удаляясь далеко от отряда, старался добыть всё, что летало, плавало или бегало. Забивая пространственное кольцо всё новыми и новыми тушками. Про запас. Где потом такой сказочный заповедник непуганого зверья найду. Бесплатного. Нужно пользоваться случаем.

Охотился только на слабых зверей, скрывая свои истинные силы. Создавая видимость низкорангового, неопытного практика. Бывало, охота заканчивалась безрезультатно или долго длилась, затрачивая много лишних усилий. Пару раз даже сбегал от чересчур сильного зверья обратно под крылышко Шеням, вызывая у них веселье. Надо мной беззлобно подшучивали и посмеивались. Включая Фунэ Цяо, идущую в компании других девушек. Поддерживающую образ благородной барышни, которой неуместно заниматься всякими глупостями на глазах у уважаемых людей. Заодно их веселящаяся стайка с удовольствием подтрунивала над вчерашней невольной «невестой», давая советы, как лучше ухаживать за таким стоящим «женихом», как я. Кажется, случайно создал ей достаточно много неудобств той выходкой. В качестве извинений принёс парочку небольших зверьков с красивым, мягким мехом. Что только усилило шуточки в наш адрес. Обозвали шкурки приданным, выдры бессовестные. Да и Канью с Фунэ Цяо стали чаще на неё поглядывать, с подозрением. Оценивающими, недружелюбными взглядами. Если на девочку фуци той было плевать с высокой пагоды, то принцесса великого клана уже совсем другое дело. В результате, проявив инициативу, несчастная девушка попросила меня больше к ней не подходить. С поклоном и официальным, вежливым обращением. Что называется, отшила парня. При всех.

Не сильно расстроившись, стал ещё чаще обращаться за помощью к Цане, с её драконьим луком. Сосредоточившись на заготовке мяса. Незаменимая вещь. Там и уговаривать-то не пришлось сходить вдвоём на охоту, пострелять живность. Как и я, Цане получала удовольствие от самого процесса, а не от ценности добытого зверя. Её простор полей и любимое занятие пришлось весьма по душе. Среди всех этих сильных, важных практиков, да ещё и с настоящим аристократом под боком, она чувствовала себя не слишком комфортно. На чужие снисходительные усмешки привычно не обращала внимания. На подобное отношение уже успела насмотреться во время многочисленных контрактов за пределами города, выработав иммунитет. Не считая охоту на всякую безобидную мелочь чем-то зазорным.

Во время одной из таких отлучек, разделившись с Цане, совершенно случайно наткнулся на полянку, заросшую подозрительно знакомой травкой. Подобную, только в разы моложе и хуже качеством, видел в подвале аптеки Цветочный дракон. В качестве контрабанды лёгкого наркотического средства для практиков. Та ещё дурь. Однако, имеющая весьма широкое применение в медицине и алхимии. Благодаря уникальной ауре, климату и изоляции этого места, давшая великолепный урожай. Созревавший не одно десятилетие, если не столетие. Став почти бесценной.

Воровато оглядевшись, не заметил ли кто, быстренько собрал всю дурманящую травку в пространственное кольцо. После чего, приняв невозмутимый вид, продолжил охоту.

К обеду, Шень Фангом была найдена подходящая цель. Радужная птица с железными крыльями. Давно уже считавшаяся вымершей, как духовный яо зверь шести звёзд. Вожака стаи взяли на себя лидер и его заместитель, оставив многочисленную свиту на нас. Остальные птицы, относительно вожака, были намного меньше и слабее. Не сильнее трёхзвёздочных яо зверей.

В этом сражении мне с Канью досталась роль наблюдателей. Как самым слабым и бесполезным бойцам. Отправленных в тыл. Все остальные были приставлены Шень Фангом к делу. Даже для Цане нашлось место. Лидер высоко оценил её мастерство лучника, не говоря уж про духовные техники Нисы. С Фунэ Цяо получилось ещё интереснее. Неожиданно для меня, она оказалась чуть ли не вверху списка самых сильных практиков из присутствующих. Соответствуя высокому званию принцессы великого клана. По словам Шень Фанга, входя в первую десятку своей возрастной группы во всём Золотом камне. Находясь на седьмом месте. Уступая лишь Шень Фангу с его пятым. Шень Джиань же, находился на четырнадцатом. Впервые слышу. Мне она об этом ничего не говорила. Поэтому, когда её по умолчанию включили в состав главной атакующей тройки, Фунэ Цяо приняла это как должное. Ещё раз, украдкой, бросив на меня взгляд, убедиться, оценил ли по достоинству, какая она замечательная, сильная девушка. Помимо того, что богатая, из уважаемой, известной семьи. Очень выгодная партия. Специально подстроив так, чтобы разговор с Шень Фангом проходил рядом со мной. Да и потом, пару раз прошлась мимо в сопровождении практиков, выслушивающих её советы, вся такая важная, при деле. Явно красуясь.

Когда все заняли свои позиции, согласно заранее разработанной схеме, началась атака на радужную птицу. По округе разнёсся жуткий птичий крик. В небо взметнулись десятки маленьких радужных птиц из стаи вожака. Выглядело это зрелище не столько устрашающе, сколько красиво.

Некоторое время понаблюдав за битвой людей, фуци и хуляо против общего врага, почувствовал, как мне становится скучно. Если бы можно было поучаствовать в веселье, совсем другое дело, а так, наблюдать за ним со стороны, не особо интересно. Посмотрев на недовольную Канью, улыбнулся. Демонстративно на меня дулась с самого утра. Чем чаще удавалось показать, как сильно на меня обижена, всячески это подчёркивая, тем довольнее становилась.

— Будешь конфету? — первым сделал шаг к примирению.

Наверняка именно этого от меня и добивалась. Шантажистка мелкая. Раз уж разойтись пока не удалось, вновь наши дорожки пересеклись, так чего портить друг другу жизнь. Канью молча протянула руку с раскрытой ладонью. Не поворачивая головы в мою сторону. Положил одну. Глядя, как с недовольной мордашкой принялась аппетитно рассасывать конфету, почувствовал, как настроение немного поднялось. Ну милашка же, разве нет.

Бой немного затянулся. Просто так отдавать свою жизнь вожак радужных птиц с железными перьями не собирался. Кроме того, кое-что пошло не по плану. Несколько мелких птиц, прорвав крайне левый участок оцепления из практиков, вместо того чтобы броситься на помощь вожаку, начали улетать. Спасаясь бегством, перепугано крича. Но, почему-то внезапно передумали. Совершив плавный поворот, неожиданно атаковали нас с Канью. Зайдя в спину. Обстреляв издали острыми, жёсткими перьями, летящими не хуже метательных ножей. Применив свою особую способность. Канью тут же поставила на их пути барьер. В виде плоского щита. Однако, одна птица, каким-то образом сумела незамеченной проскочить мимо него, совершив коварную атаку. Едва успел сбить Канью с ног, выводя из-под удара. Она словно не заметила летящие в неё перья. Вот же самоуверенная растяпа.

По руке резануло острым пером, оставляя неглубокую рану. Странно, думал, уклонился от всех снарядов. Сильно переживать по этому поводу не стал. От всех случайностей не убережёшься. Зато Канью отреагировала куда более эмоционально. Мелькнувшая в воздухе стрела белой молнии разнесла удачливой птичке голову. В эту же секунду, вскочив на ноги, спятившая фуци напрыгнула на меня. Вцепившись зубами в пострадавшую руку. Прямо в место пореза. Завопив больше от испуга, чем от боли, попытался её стряхнуть. Бесполезно. Хватка челюстей у неё оказалась железной. Прямо бешеный волк какой-то, а не кролик.

— Отпусти дура! Фу! Фу. Плохой кролик. Брось. Отпусти кому говорят. Сейчас ударю! — исчерпал другие варианты.

Злобно рыча, сверкая багровыми светящимися глазками, Канью достала повязку, которой очень быстро, туго перетянула рану. С лёгкостью оторвав рукав, чтобы не мешался. Только после этого, тщательно обнюхав повязку, сильно пахнущую какими-то незнакомыми травами, более-менее успокоилась.

— Да что на тебя нашло? — изумился. — От подобной пустяковой царапины не умирают. Со мной полный порядок. Видишь? Ты меня пугаешь гораздо больше.

На всякий случай не спускал с неё глаз, опасаясь, что вновь наброситься. Выставив перед собой здоровую руку. Уже и не зная, чего ещё от неё ожидать.

— Надо будет по возвращении в Золотой камень сводить тебя к врачу, — потёр место укуса.

Стоя в отдалении, возле места прорыва ранивших меня птиц, задумчивая Ниса убрала в кошель линзу дальнего взора. Пока была этим занята, один из практиков хуляо работал за двоих, не забывая ещё и госпожу защищать. Чтобы не срывать план молодого господина Шень Фанга.

Позже, когда всех радужных птиц перебили, а троица Фанга, Джианя и Цяо расправилась с вожаком, моё ранение вызвало очередную волну веселья и поздравлений от Шеней. За то, что сумел пострадать даже в тылу, прячась за спинами остальных. Они-то, понятно, были на первой линии, да и то, отделавшись незначительной трёпкой. Ничтожная цена для адептов, победивших шести звёздочного зверя. Усилиями сразу трёх сильных команд.

— Ты уверен, что приносишь удачу? — даже Фунэ Цяо не осталась в стороне, убедившись, что со мной всё в порядке.

Вопреки надеждам, страж столь же равнодушно отнёсся к радужной птице с железными перьями, как и к белому броненосцу. Стало понятно, дальше охотиться на зверей шести звёзд бессмысленно. Следовало повышать ставки. Однако, разница даже в одну звезду весьма существенна. С этими-то едва справлялись, объединив усилия. Куда уж на более опасных охотиться. Слишком безрассудно и самонадеянно. Скорее они будут на нас охотиться, как только обнаружат.

Практики приуныли. Прежнее хорошее настроение, плаченное от победы над птицей, пропало без следа. Мы понимали, выбора всё равно нет. Вместе с гарантиями, что страж не начнёт привередничать и дальше. Вдруг он захочет зверя восьмой звезды. Такая возможность даже не рассматривалась. Не в наших силах. Однако, отказаться от испытания можно только в том случае, если планируешь жить на этих травяных полях до самой смерти. В изоляции. Так что перспективы действительно не радовали.

Если команда Шень планировала больше не спешить в погоне за добычей, всерьёз обсуждая возможность задержаться тут надолго, то меня это не устраивало. Вероятно, ждать подходящего, удачного шанса, чтобы подловить высокорангового зверя, придётся довольно долго. За который в любом случае, придётся заплатить чьими-то жизнями. Вспомнив, как белый броненосец чуть в одиночку не отправил всех Шеней на тот свет, нахмурился. Нет, до седьмого ранга яо зверей эти ученики пока точно не доросли. Значит, пока Юй Кухань не сожрала какая-нибудь волосатая горилла вроде Шень Джианя, нужно срочно брать всё в свои руки. Чем больше проходит времени и выше опасность, тем меньше парня будут сдерживать условности достойного поведения благородного человека. Может решить забрать всё, что ему хочется, прямо здесь и сейчас. Посчитав, раз все погибнут, так чего себе отказывать в маленьких радостях.

Решив, что пора лично познакомиться со стражем второго этапа, терпеливо дождался, пока не встали лагерем на ночную стоянку. Возле одной из портальных стел. В этот раз в чистом поле останавливаться не стали. Наткнувшись во время сегодняшнего похода на останки одной из команд, которой не повезло. Не знаю, с каким зверем она столкнулась, какого ранга, но победителем из их схватки вышел именно зверь. Сожрав всех охотников. Оставив после себя только окровавленные клочки разодранной одежды да обломки оружия. Судя по глубоким рытвинам и идеально срезанной траве, практики дрались отчаянно, применяя сильные техники ци. Которые, впрочем, им не помогли.

Под предлогом охоты на мелких грызунов, отойдя в сторонку, через талисман связался с Джанг Вэй.

— Это я. Можешь сейчас говорить?

— Да. Слушаю.

Если Джанг Вэй и удивилась моему внезапному вызову, то вида не подала.

— Можешь сделать так, чтобы тебя сегодня назначили на ночное дежурство?

— В принципе, да, — чуть подумав, подтвердила девушка.

В качестве меры предосторожности было решено выставлять каждую ночь двух часовых для охраны лагеря. Не столько от зверей, сколько от своих же собратьев практиков.

— Мне нужно будет ночью незаметно покинуть лагерь. В условленный час отвлеки напарника. Если до утра не вернусь, или пропажу обнаружат раньше, — от кое-кого всего можно ожидать, — скажи, что ночью отлучился в туалет. Выглядел сонным, рассеянным, плохо соображал, куда иду. Словом, был похож на лунатика. Моего возвращения ты не видела, но была уверенна, что уже вернулся. Можешь даже с рассветом сама поднять тревогу, отводя от себя подозрения.

— Хорошо. Это нетрудно, — согласилась девушка. — Могу я узнать, зачем вам это нужно? — использовала вежливую форму обращения.

Опасаясь, что ночью может произойти нечто серьёзное, опасное для них всех.

— Отлучусь поговорить со стражем. Он начинает затягивать планы господина Со Рью. Нужно же и меру знать. Возможно, на время нам придётся вновь действовать по отдельности. Свою задачу здесь я выполнил.

— Поняла. Сделаю. Спасибо за вашу помощь, господин Тонг Цао, — совершенно серьёзно, искренне поблагодарила Джанг Вэй.

Она прекрасно помнила, после чьего прихода ситуация резко изменилась. Неважно, что я вроде как, ничего особого не продемонстрировал. Напротив, убеждая всех, насколько слаб и легкомыслен в отношении с женщинами. Насколько неуклюж и неудачлив. Полагаясь лишь на заёмную силу. Важен лишь результат. Если сумел добиться желаемого почти ничего не делая, чужими руками, с лёгкостью втеревшись в доверие, значит, я был хорош именно как тайный агент, а не чистый боевик. Не умеющий ничего другого, кроме как хорошо драться. Каких в мире не счесть. Так думала Джанг Вэй. Поэтому её уважение ко мне значительно возросло. Светлая голова ценилась намного выше крепких кулаков. Хотя, последние в мире практиков больше уважались.

Когда все уснули, скрыв свою ауру, в условленный час тихонько выскользнул из лагеря. Не оставляя следов, помня о профессии Цане, удалился как можно дальше от лагеря. Воспользовавшись сразу несколькими сложными истинными именами, чтобы об этом можно было не переживать. Трава за мной, словно оживая, распрямлялась, разрасталась, покрывалась росой. Поглощая всё мельчайшие частички ауры и запахов, что на ней оставались. Земля выравнивалась, стирая отпечатки. Ни одна ищейка теперь не возьмёт мой след.

Только посчитав пройденное расстояние достаточным, присел отдохнуть. Требовалось определиться, в качестве кого знакомиться со стражем. Тонг Цао, он же Юй Цао, исключаем. Я, конечно, всем хорош, но далеко не всесилен. Мягко говоря. Даже в лучшие годы, застыв на границе трёх звёзд, знал кому можно бросать вызов, а кому нет. Сейчас, с этим сложнее. Не думаю, что страж второго этапа испытания древнего предка слабее претендентов на наследие. Иначе бы его давно уже пустили на овощное рагу. Полагаю, со стражем могут потягаться только Хранительница библиотеки, Зверь, либо же, чёрный бронзовый нож. Мифическая героиня Аль бин Алайнэ, по сути, воплощение одной из высших техник Хранительницы. Не самостоятельный игрок. Всего лишь, одна из её фигур.

Проще всего воспользоваться именно Аль бин Алайнэ, как уже проверенным, эффективным средством. Однако, что-то не хотелось. Хранительница в последнее время набрала слишком много на меня влияния. Всё больше на неё полагаюсь. Всё чаше, не раздумывая, обращаюсь за помощью. Постепенно попадая в зависимость. Привыкая к этой силе. То-то затаилась, почти о себе не напоминая, в отличие от голосов. Довольная ходом дел. Будто всё идёт по плану. Шиньюсамасы всё чаще воплощаются в реальность. Влияя уже не только на меня, но и на окружающий мир. Становясь его частью. Не этого ли добивается. Поэтому с Хранительницей нужно быть поосторожнее. Пока не узнаю, что у неё на уме. К чему стремится.

Обдумав варианты, решил остановить на Звере. В качестве противовеса Хранительнице. Вдруг решит целиком взять в свои руки управление этим телом. Потеря контроля над событиями на первом этапе мне хорошо запомнилась. Вместе с потерей памяти. Чтобы ей противостоять, нужен могущественный союзник. И наоборот, если Зверь начнёт срываться с поводка, пригодится союз с Хранительницей. Дополнительным аргументом в выборе стало желание узнать, на что же способен Зверь. Чего от него можно ожидать. С Хранительницей-то более-менее понятно. Доведись мне когда-нибудь выбирать между ними кого-то одного, хотелось бы заранее прояснить все вопросы.

— Нож подай. Пожалуйста, — вежливо попросил.

Не сомневаясь, Хранительница меня прекрасно слышит. И читает как открытую книгу. С детскими картинками. Она ведь никогда не спит. Всегда рядом, всё видит, всё слышит, обо всём знает. Наугад пошарив в траве, не удивился, ухватившись за валяющийся буквально под рукой церемониальный бронзовый нож. Чёрный, как смола. С зазубренным лезвием.

— Спасибо, — поблагодарил незримую Хранительницу. — Прошу меня понять и не обижаться. Сейчас очередь выпускать на прогулку Зверя. Ещё передержим его взаперти, глядишь, нагадит. Буду потом плохо пахнуть. Что значит, пожалею? Почему? Ах, на него нельзя положиться. А на тебя, значит, можно? — нарочито изумился. — Даже если есть за что подержаться, на чём полежать, всё равно же не дашь. И вовсе я не хам. Сама такая. Ну вот, сам с собой поругался, сам себя и прощу.

Немного поспорив, подшучивая над Хранительницей, ничуть её не боясь, сообщил о своём решении. Объясняя, что не собираюсь разрывать с ней отношений.

— Будем надеяться, Зверя с его безумной жаждой крови, чудовищной силой, вооружённого чёрным ножом, хватит, чтобы избавиться от стража. Если нет, придётся таскать ему добычу словно охотничья собачонка. Слышишь Зверь, мы же не хотим настолько унижаться. Так что давай покажи, кто в доме хозяин. Пометь свою территорию.

Облака чернильной тьмы, пусть и с неохотой, но начали постепенно отступать вглубь моей души. Перестав покрывать Зверя, убаюкивая его, глуша звуки и запахи окружающего мира. Облегчая этим пробуждение. Больно Хранительница покладистая. Подозрительно. Даже ножкой в гневе не топнула. Что-то задумала, не иначе. Запоздало забеспокоился, всё ли учёл. Но было уже поздно. Зверь начал просыпаться, радуясь долгожданной свободе. Удержать его самостоятельно уже не представлялось возможным.

Кровь будто воспламенилась, как и в прошлый раз, выделяя просто чудовищное количество чистой, первозданной энергии жизни. Захлёстывая с головой разбушевавшимся внутри штормом. Чуть ли не перехлёстывая через уши. Чувствительность ко всему возросла в разы, не собираясь на этом останавливаться. Обострилось зрение, обоняние, слух. Меня начало распирать от переизбытка энергии, даря ощущение всемогущества. Это не зверь, а какая-то неуправляемая стихия. Сохранять выдержку, не поддаваясь его эмоциям, становилось всё труднее. Если Хранительница подавляла своим холодным разумом, то Зверь, яркими эмоциями. Две противоположности. Даже привкус их сил значительно отличался друг от друга. Как лёд и пламя.

Потряс головой, пытаясь собраться с мыслями, чтобы не забыть, чего я, собственно, хотел. Покрепче ухватившись за чёрный церемониальный нож. Нужно срочно спешить к зверю. Долго я этот неуправляемый шторм в тисках своей воли не удержу.

Рассекая воздух, молнией устремился в сторону центра иллюзорного измерения. Оставляя за собой дорожку разорванной травы. Ориентируясь на источник второго стража, который уже начал отчётливо ощущаться. На фоне всех остальных, воспринимаясь, куда более ярким, крупным солнышком, отличающимся не только по размеру, но и по цвету.

Зверь, впитав мои мысли и желания, посчитал стража покусившимся на его территорию, пищу и самочек. Разгневавшись, тут же пожелал поставить наглого малолетнего выскочку на место. Ещё лучше, сожрать, так как тот слишком аппетитно пах. Жажда драки вскружила нам обоим голову. Вытесняя все остальные мысли. На лице расплылся безумный оскал. Непонятно, кому из нас принадлежащий. Глаза засияли от предвкушения веселья. Вырвавшись на свободу, хорошо выспавшийся зверь жаждал действий, неважно каких. Ещё лучше, ведущим к доказательствам его превосходства.

Посреди чистого поля возвышалась необычная постройка. Четырёхметровая квадратная рама, сложенная из кирпича, крытая двускатной черепичной крышей. В которую были вставлены деревянные двухстворчатые врата, с набитыми поверх железными полусферами, расположенными ровными рядами. Покрашенные в красный цвет. Две львиные морды держали в зубах толстенные кольца, за которые их следовало открывать. Необычно в этих вратах посреди чистого поля было то, что они ни к чему не пристраивались. Ни к зданиям, ни к стенам, ни к лестницам. Обойти их не составляло труда. Поэтому, на первый взгляд, смысл в их необходимости терялся.

Перед вратами разместилась небольшая, мощённая камнем площадка, на которой спал ленивый страж. Поставленный охранять выход из иллюзорного мира. Мифический небесный зверь, — Лев фу, по преданиям, охраняющий храмы и дворцы правителей. Сочетающий в себе черты льва и собаки. Несмотря на короткую красную шерсть, его роскошная грива отливалась золотом.

Практически всё своё время страж занимался только двумя вещами, ел, да спал. Совершенно не обращая внимание на происходящее в его владениях. Пока не находились глупцы, которые пытались открыть ворота позади него. Тогда он вставал, избавлялся от никчёмного мусора, после чего вновь ложился на прежнее место. Греться на ласковом солнышке. Подставляя ему пузико. Вдыхая ароматы полевых трав. Наблюдая за порханием бабочек. Наслаждаясь трелями птичек, кузнечиков, шорохом травы на ветру. Его жизнь была спокойна и безмятежна, до определённого момента.

Этой ночью, удивлённо приоткрыв один глаз, лев фу шумно втянул в себя воздух, к чему-то принюхиваясь. На его широкой морде появилось выражение искреннего недоумения, быстро сменившись сильным волнением. Вскочив на ноги, окончательно проснувшись, страж пристально всмотрелся во что-то очень далёкое, быстро приближающееся. Испускающее огненные всполохи. Видя, куда больше, чем простые смертные.

Недолго простояв на месте, плавным, текучим движением отпрыгнул в сторону. Там, где только что стоял, в воздух взлетел фонтан земли вперемежку с раздробленным камнем. Осыпавшись вниз, отскакивая от шкуры зверя, его фрагменты спустя пару секунд застучали по брусчатке. Он на это даже ухом не повёл. Крайне удивлённо разглядывая нежданного гостя.

Молодой парень, в неприметной, тёмной одежде, самой распространённой среди простых обывателей, раздражённо встряхивал руку, с которой закапала кровь. Слегка рассадив на пальцах и костяшках кожу. Не понимая, как так получилось. Страж тоже не понимал, поскольку этот камень до этого ещё никому не удавалось разбить. Ни техниками, ни артефактами, ни строительным инструментом. И такие идиоты встречались. Пытаясь под видом мастеров строителей, прибывших отремонтировать врата, проскользнуть внутрь.

— Ну всё, блохастый коврик, вот теперь я действительно разозлился, — заявил парень рычащим, нечеловеческим голосом, сверкая багрово-золотистыми радужками глаз с вертикальным, узким зрачком.

Отражающими рвущуюся наружу древнюю сущность, пробуждённую в его крови. Его аура, от избытка испускаемой во все стороны энергии, также окрасилась под цвет глаз, став видимой невооружённым взглядом. Освещая ночь не хуже гигантского костра. Перебросив чёрный нож из левой руки в правую, восстановившуюся за считаные секунды, оскалился безумной, кровожадной улыбкой. Продемонстрировав удлинившиеся, звериные клыки.

Посмотрев сначала в его глаза, потом на нож, ненадолго на нём задержавшись, потом принюхавшись к пролившейся на землю крови, страж нервно переступил с ноги на ногу. Его небольшие круглые ушки опустились ниже, а хвостик, прижался поближе к заднице. Льва фу окутала величественная небесная аура, превращая в ещё один костёр истинной ци, только небесно-голубого цвета. Показав клыки, как-то неуверенно, глухо зарычал. Красная шёрстка засветилась, как и золотистая грива, придавая ему не только грозный, но и сказочно красивый вид. Достойный мифического зверя.

Парень воспринял это как открыто брошенный вызов, тут же стремительно атаковав льва фу. Которой столь же шустро сорвался с места. Но вместо того, чтобы разразилась эпическая битва, достойная войти легенды мира практиков, произошло нечто неожиданное. Зверь бросился бежать прочь от него. Он хоть и был ленивым, беззаботным стражем, но отнюдь не идиотом.

Оскорбившись до глубины души, парень чуть не взорвался от ярости и разочарования, устремившись в погоню.

— Стой ****! Вернись! Будь мужчиной! *** *** ***!!!

В памяти стража некстати всплыло воспоминание, как за ним гонялся умерший хозяин, когда он, будучи ещё совсем несмышлёным щенком, случайно, от радости, напрудил на его постель. Размахивая бамбуковой палкой, обещая спустить шкуру. На коврик, о который будет вытирать ноги. Сильно обидевшись. Ведь в той постели как раз в тот момент спал хозяин, которому маленький львёнок всего лишь намеревался вылизать лицо. Слегка не сдержав эмоций.

Если бы луна могла видеть землю, наверняка полюбовалась на прекрасное зрелище. Как по тёмному, сплошному, бескрайнему полю метались две шаровые молнии, оставляя за собой изломанный световой след. Гаснущий лишь спустя несколько секунд. Одна багрово-золотистая, другая, светло-голубая. Словно играя в какую-то детскую игру, где одна догоняла, а другая убегала. Изредка сталкиваясь, когда их дорожки пересекались, испуская облака ярких искр. В окружении крохотных разрядов молний двух цветов. Выжигая большие участки травы. Красочное действие продолжалось и продолжалась, озаряя окрестности, никак не утихая, час, два, три, четыре.

Улавливая отголоски этой бушующей на земле грозы, все высокоранговые звери старались как можно глубже закопаться в норы, даже те, кто не умел рыть, прикидываясь мёртвыми. И чем выше было их развитие, тем активнее этим занимались. Лишь всякая мелочь и дальше спокойно спала, не ощущая ничего необычного. Ведь эта гроза выходила далеко за границу их восприятия, как и у большинства практиков.

Те же, кто почувствовал, посчитали местной аномалией, не сумев определить её природу. Не став слишком долго ломать себе голову неразрешимыми загадками. Убедившись, что непосредственно им она не угрожает. За что следовало поблагодарить джина, всю ночь искажающего и перемешивающего течение здешних потоков ци. Недолюбливающего льва фу за его небрежность и ленивость. Считая самым большим позором среди всех остальных стражей. Ну и немножко из ревности, как самого большого любимчика их мастера.

* * *

Следующий день преподнёс командам Шень, мадам Лонг и фуци, несколько неприятных сюрпризов. Для начала выяснилось, ночью пропал счастливчик Тонг, как его стали называть за глаза. Тревогу подняла Джанг Вэй, совершая утренний обход. Все попытки понять, куда он делся, не увенчались успехом. Тонг как сквозь землю провалился. Из-за чего чуть не подралось сразу несколько девушек, обвиняя в этом друг друга. С трудом удалось утихомирить, приложив общекомандные усилия. Хотя Канью всё-таки попала крохотной молнией в хвост Нисы, слегка его подпалив. Пока их разнимали, лисичка проявила неожиданную кровожадность, разрушив образ беззащитной, слабой красотки, приветливой и весёлой, Фунэ Цяо вежливо, с тёплой улыбкой попросила у Шень Фанга казнить Джанг Вэй. За халатность, при исполнении обязанностей. Хорошо хоть лидер команды проявил здравомыслие, не поддавшись на её пожелания.

Следующей неприятной новостью стало то, что всё зверьё неожиданно куда-то подевалось, либо разбежавшись, либо попрятавшись глубоко по норам. Об охоте временно пришлось забыть. Также, новостью послужило обнаружение выжженных в траве дорожек, на которые натыкались в течение всего дня. То тут, то там. Не понимая, кто и зачем их проложил. Самым пугающим в этом странном явлении было то, что от этих дорожек исходила настолько ужасающая аура, что волоски поднимались на теле. Везде. Ещё становилось тяжелее дышать. Появлялся беспричинный страх.

Посовещавшись, лидеры всех трёх команд посчитали, виной всему та странная ночная гроза. Было решено проведать стража второго этапа испытания, чтобы по его реакции понять, насколько всё серьёзно. Стоит ли беспокоиться или нет. Если страж спокойно спит, как ни в чём не бывало, значит, нет причин для страхов.

Разведчик вернулся довольно быстро. Взволнованный, спеша изо всех сил. По его словам, страж врат исчез. Каменная площадка разбита, а створки приоткрыты. Сквозь щель между ними проглядывала темнота, а вовсе не поле с той стороны.

— Кто-то смог победить стража врат? — поразился Шень Фанг, серьёзно обеспокоившись этим фактом.

Понимая, кто бы это ни сделал, он явно на голову сильнее их всех, вместе взятых. Насколько был ужасающ страж, Шень Фанг убедился лично.

— Брат, стоит ли нам воспользоваться этим шансом, или лучше подождать? — спросил Шень Джианг.

— У нас нет выбора, — помрачнел лидер. — Другого пути отсюда нет. Вернётся ли старый страж или появиться новый, всё равно придётся с кем-то столкнуться. Либо со стражем, либо с тем, кто открыл врата. Со вторым, будем надеяться, удастся договориться. Всегда можно отказаться от наследия, уступив его более сильному. В этом нет ничего постыдного. Другая возможность в будущем ещё появится, а вот другой жизни, нет. Уверен, старейшины нас поймут.

— А если этим кем-то окажется Аль бин Алайнэ? — предположил Шень Джианг. — Уверен, что удастся с ней договориться, разойдясь миром? Она ведь объявила весь Золотой камень своим врагом. Думаю, только у неё хватило бы наглости и сил победить стража.

— Янь Гу же как-то удалось. Да и с коллекционером, как я слышал, нашла общий язык, — припомнил Шень Фанг. — Чем мы хуже? Нас много, включая представителей других племён, фуци, хуляо, глядишь, обойдётся.

— Значит, уступаем наследие?

— Если не останется другого выбора. Постараемся добыть всё, что удастся помимо него. Уже сейчас набранные сокровища и редкие материалы для ремесленников окупили участие в испытании. Жадность никогда до добра не доводила, — попытался приободрить остальных участников совещания.

— Как скажешь, брат Фанг. Ты лидер, — покладисто согласился Шень Джианг.

— Как думаете, не могла ли Аль бин Алайнэ выкрасть Тонга ночью из нашего лагеря? — спросила Ниса. — Если так делала уже дважды, с его слов, так почему бы не повторить в третий?

— Возможно. Если его утащил хищный зверь, то оставил бы следы. Хотя, это могла быть и чужая команда, решившая захватить пленника, чтобы узнать о нас больше. Очень хорошо подготовленная. Имеющая специалистов по диверсиям.

— Или же этот идиот и в самом деле заблудился, завалившись спать где-нибудь под кустиком, — проворчала Цане, приглашённая в качестве профессионального следопыта. — Зная его, нисколько не удивлюсь. Подобраться к Тонгу незамеченным крайне сложная задача, — неохотно похвалила. — Он прирождённый сенсор, хоть и не любит об этом говорить. Причём, довольно шустрый. Попробуй ещё догони. Поэтому захватить его тихо и быстро почти невозможно, — заявила с уверенностью.

— В любом случае у нас нет времени выяснять, куда он делся и когда вернётся. Если вернётся, — с сожалением вздохнул Шень Фанг. — Нужно спешить к вратам, опережая соперников. Не дожидаясь, кто раньше объявиться, Тонг или новый страж. Уверен, рано или поздно Тонг сам пройдёт через врата. Один, или с кем-то. В случае, если другого стража не будет, скорее рано. Что ему тут одному делать. Поэтому я принял решение. Команда Шень покидает этот этап прямо сейчас. Вы как, с нами?

Получив кивок Канью, перед этим посмотревшую на Юй Кухань, Ли Мин Ксианг подтвердил прошлые договорённости. Ниса с подозрением отнеслась к столь лёгкому согласию фуци. После короткого размышления, тоже к ним присоединилась. Не собираясь упускать из вида. Веря, что в этом деле не всё так просто, как кажется. Чувствуя интригу, но пока не понимая, в чём она заключается. Да и избавиться от фуци в любом случае не помешает. Чуть позже. Подстроив им несчастный случай после того, как во всём разберётся. Дольше всех колебалась с принятием решения Фунэ Цяо. Шень Фангу и Шень Джианю пришлось потратить некоторое время и усилия, чтобы её убедить. Чуть ли не заставив идти с ними. Понимая, если с принцессой клана что-нибудь случится по их вине, Шеням этого не простят. Хотя бы из политических причин. Допустить подобное братья не могли.

* * *

Проснулся хорошо выспавшись, полный сил. Пребывая в благодушном расположении духа. Этому способствовало множество факторов. Прекрасная погодка. Птички поют. Медленно плывут по небу облака, даря прохладу. Удобная постель. Приятная расслабленность мышц. Отсутствие чувства голода. Красота.

Судя по внутренним часам, спал я чуть больше суток, вот уж сюрприз. Как и непонимание, откуда взял столь удобную, большую подушку. Мягкую и тёплую, на которую облокотился целиком. Да ещё мерно сопящую под ухом, убаюкивая.

Чем больше мозг обрабатывал информации, тем больше расслабленность сменялась напряжением. Чувство тревоги начало покалывать в мягкое место чем-то острым. Всё сильнее. Намекая, как бы «подушка» ещё и кусаться не начала, для полного счастья.

— Слышь, коврик блохастый, ты как, кусаться не будешь? — пихнул локтем в бок, интересуясь его мнением.

Раз уж до этих пор во сне не загрыз, значит, есть причина. Эх, знать бы какая. Ничего не помню. С момента, как лев фу сбежал от меня у ворот. Опять то же самое, что и с Аль бин Алайнэ. Чужая сущность полностью взяла верх. Прислушавшись к своим ощущениям, убедился, что сейчас вернулась туда же, откуда вылезла. Не понял, а кто будет разгребать последствия, Тонг? Опять?

После моего тычка лев фу сонно дёрнул лапой, тихонько, то ли фыркнув, то ли рыкнув. Вроде как, недовольно. Не разобрал. Пришлось толкнуть ещё раз, посильнее, продолжая на него облокачиваться. Не спеша покидать тёплое местечко.

— Повтори. Не разобрал. Что ты сейчас только что сказал? — хмуро поинтересовался.

Открыв глаза, лев фу спокойно приподнял голову. Широко распахнув пасть, сладко зевнул, обдав меня ароматом своего дыхания. Не сказал бы, что вонючего. Оголив внушительные зубки. Закрыв рот, вопросительно посмотрел на источник беспокойства, как бы спрашивая, чего хотел? Уже пора завтракать? Потрясающая беззаботность и непосредственность. Я его, между прочим, убивать пришёл, а он дрыхнет со мной в обнимку. Или вчера между нами произошло что-то такое, что полностью поменяло ситуацию. Бездна. Ничего не помню.

— Что вчера было, морда усатая? — с подозрением, потребовал объясниться.

Готовясь в случае чего совершить рывок в сторону. Прямо из сидячего положения. Разгоняя в очаге ци.

На морде льва фу отобразилось недоумение. Когда пауза стала затягиваться, начал злиться.

— Ты мне забывчивого идиота из себя не строй. Сам такой. Повторяю, что вчера было? — с раздражением.

Зверь немного подумал, после чего широким как полотенце, шершавым, мокрым языком облизал мне лицо. От души. Медленно, снизу доверху, во всю ширину. По голове словно поленом ударили, нанеся моральную травму. Это было самое последнее, что от него ожидал. Отпихнув тяжёлую как камень, здоровенную башку, отплёвываясь, принялся высказывать всё, что о нём думал. А думал я в этот момент немало, всякого разного. Вытирая лицо уцелевшим рукавом.

Нет этого гада точно нужно пустить на колбасу. Да он издевается надо мной. Вскочив на ноги, принялся легонько пинать этого негодяя, впрочем, не слишком усердствуя. Что я, самоубийца. Виновато опустив голову на землю, лев фу быстро прикрыл её сверху лапами. Уровень бреда превысил допустимые границы. Выдохнувшись, немного успокоившись, уселся обратно, перевести дух. Произведя быстрый осмотр себя любимого. Повязка на руке отсутствовала, вместе с раной. Кожа была совершено нетронутой, здоровой. Обслюнявленный грязный комок тряпок, в который превратились повязки, валялся чуть в стороне. Небрежно выплюнутый. Пожёванный. Ещё, повнимательнее присмотревшись к краям оторванного рукава, обнаружил засохшую слюну. Со всех сторон. Я что, руку по самое плечо в пасть стража засовывал. Пошевелив пальцами, убедился, все на месте, работают исправно. Чудеса.

Ещё с большим подозрением посмотрел на льва фу, притворяющегося испуганным и виноватым. Тот, приподняв голову и ушки, покачал головой. Как бы говоря, в чём бы меня ни обвиняли, это не я. Прищурившись так сильно, что глазки превратились в щёлочки, с нажимом уточнил.

— Точно?

Страж удивлённо заморгал, растерявшись. Не ожидая, что я его пойму. А я его и не понимал. Спросив ради любопытства, чтобы посмотреть на реакцию. Но, не разубеждать же его в этом.

— Значит так, дитя богов, обжорства, праздности и лени. Некогда мне с тобой возиться. Сам себе тушканчиков наловишь. Ишь какой здоровый балбес вымахал. До вечера чтобы я тебя возле ворот не видел. Иначе вернёмся к вчерашнему разговору. С поркой. Доведя его до конца, — предупредил, ненадолго становясь серьёзным.

Удастся разойтись миром, хорошо. Нет, придётся опять совершать рискованные, безумные поступки. И это я не про драку со стражем.

Продолжая приглядывать за львом фу духовным зрением, отправился искать своих спутников. Заранее предчувствуя головную боль от попыток придумать оправдание столь длительному отсутствию. Что я им скажу? Что меня похитила стая бродячих обезьян, захотев принять в свою мохнатую семью. Вон, даже невнятно мычать оправдания уже научила. Или, унесла большая глупая птица. Учить птенчиков хоровому пению. Какой же бред лезет в голову. Во всём этот проклятый страж виноват.

Лев фу, легко поднявшись на ноги, грациозно потянулся, после чего пристроился следом. Выдерживая небольшое расстояние. Сперва подумал, случайно угадал с направлением, двигаясь в сторону врат. Однако, несколько раз меняя направление, убедился, лев фу преследует именно меня. Пришлось идти к нему и напрямую узнавать, чего он хочет. Усевшись на задницу, зверюга прикинулась обычной глупой собачонкой, предано заглядывающей мне в глаза. Помахивая хвостиком.

— Ты что, бродячая дворняжка? Я и тебя успел уже чем-то прикормить? — ужаснулся неожиданно пришедшей мысли.

Проверив запасы, убедился, конфеты все на месте. На всякий случай пересчитал поштучно. Зато мяса в пространственном кольце оказалось вдвое меньше ожидаемого.

— Ты что, всё сожрал? Когда успел? — пораженно ахнул. — Нет, ничего не говори. Даже знать не желаю, как оно всё было, — тут же отказался от этой затеи. — В общем, наша встреча была случайна, — продолжил валять дурака. — Я люблю другую, — убирая конфеты в надёжное место. — Давай расстанемся друзьями. Верю, ты найдёшь себе другого. Намного лучшего, чем я. Всё, мне пора. Не ищи меня, — горько вздохнув, не выпадать же из печального образа, пошёл дальше.

На морде зверя появилось крайне забавное, сложное выражение. С приоткрытым от изумления ртом. Будто и у него перед глазами посыпалась картинка привычного, понятного мира. Всё же удалось его ненадолго ошеломить, заодно определив, страж прекрасно понимает человеческую речь, как и заложенные в неё смыслы. Осталось только выяснить, насколько эта начитанная, разумная скотина, разговорчива. И чего ко мне привязалась.

Как и думал, на такую простенькую уловку страж не повёлся. Догнав уже через минуту.

— Я, вообще-то, не один живу, — недовольно проворчал, не став оборачиваться. — Как себе представляешь знакомство с моими друзьями? Купил на рынке морскую свинку. Она росла-росла и выросла в это? Учти, домой я тебя в таком виде точно не поведу. Замучаюсь разрешения собирать. У городского главы проще бегемота оформить. В красно белую крапинку. Поэтому, давай разойдёмся по-хорошему. Не доводя до греха, — начал упрашивать, не чувствуя уверенности, что смогу с ним справиться без посторонней помощи.

Ночью же не справился. Зверь крепко спит. Пребывая в благодушном настроении, насколько удалось разобрать. Хранительница вроде как обиженна. Или же и впрямь, но делает вид, что не всерьёз, окончательно запутывая. Нож опять куда-то запропастился. Вечно теряется, где ему вздумается. Что за жизнь, ни на кого нельзя положиться.

Ощутив, как изменился узор ци, испускаемый зверем, насторожённо обернулся. Наступила моя очередь изумлённо замирать с глупым видом, не веря своим глазам. Вместо величественного, златогривого льва, увидел небольшую, сильно лохматую собаку с бурой шерстью. Даже не знаю, какой породы. Если только, легендарная дворняжка, — Эйтыктож вислоухий.

— Ты это серьёзно? — с большим сомнением поинтересовался у этого шутника. — Что значит, гав? Гав, это гав, или что-то большее? — не понял, что мне сейчас сказали.

И сказали ли. Может, он так издевается над психикой бедного Тонга. Будто мало мне неправильных девочек кроликов. Даже не знаю. Сказать Канью, что купил ей собаку. Пусть сама с ней возиться. Воспитывает. Хотя ещё не известно, кто от кого быстрее наберётся дурных привычек. Представив себе толстую, ленивую Канью, стучащую большой деревянной ложкой по столу, не удержался, прыснув со смеху.

Задумался, а стоит ли пытаться избавиться от стража любой ценой или оставить всё как есть. У каждого варианта имелись как выгоды, так и недостатки. На данный момент он проявлял непонятное дружелюбие и привязанность, позабыв про свои прямые обязанности. Не сказал бы, что это плохо. Видимо, ночью два зверя нашли друг с другом общий язык. И, надеюсь, только его, вспомнив, как он облизал моё лицо. Я, конечно, человек широких взглядов, много чего повидавший, но не настолько же.

— Учти, чуть что, сразу кастрирую, — нахмурившись, грозно предупредил собаку.

Растопыренными двумя пальцами сначала указав на свои глаза, а потом на его. Попутно прикинув, пока страж со мной, ворота никто не охраняет. Надо бы об этом поскорее сообщить Шеням. Однако найти их так и не удалось. Весь день блуждал по травяному полю, не встретив ни единого практика. В отсутствии ориентиров, определить, где именно располагался покинутый мною лагерь было практически невозможно.

— Об этом как-то не подумал, — расстроенно почесал волосы на затылке, не зная, куда идти дальше.

Попытался связаться с Джанг Вэй, но отклика не получил. Будто парного талисмана больше не существовало в иллюзорном мире. Либо девушка покинула его вместе со всеми, либо их успели не только сожрать, но и переварить.

Пришлось возвращаться к вратам. Как к узловой точке, мимо которой никто не пройдёт. Страж, весь день следующий за мной как привязанный, пригодился раньше, чем предполагал. Использовал его в качестве проводника. Подкрепив просьбу значительной порцией запасённого ранее мяса. Которое тот слопал за один присест, чавкая от удовольствия. Зря наговаривали, жутко брезгливый, привередливый. Жрёт всё, чуть ли не с лёта. Аппетит, прямо как у меня. И вообще, не нравится мне уже эта собака. Больно прожорливая, даже слишком. Кого-то напоминая.

После лёгкого перекуса, до ворот меня довели быстро, без помех. Собака прекрасно ориентировалась на местности. Безошибочно выбирая направление. Несмотря на небольшие размеры, едва за ним поспевал.

Вернувшись на разбитую площадку, улёгшись на своё привычное место, пребывая всё ещё в образе лохматой собаки непонятной породы, страж принялся с интересом за мной наблюдать. За тем, как я изучал открытые врата, через которые, похоже, уже прошли все, кто только мог. Ходить, ползать, летать. У кого присутствовала хоть капля мозгов. Кроме меня.

— Мда. Сторожевой пёс из тебя так себе, — недовольно проворчал. — Будь моя воля, я бы лучше замок на ворота повесил, чем на тебя понадеялся. Не знаю, на что рассчитывал древний практик. Если, только на чудо. Ух ты, — заметил нацарапанное на каменной раме послание.

Там стояло моё имя и стрелочка в сторону открытых створок. Снизу криво накарябали имя, Цане. Значит, мои здесь уже были.

— Эй, коврик, мне пора уходить. Ты как остаёшься?

Гавкнув разок, страж поднялся на ноги. Подойдя ко мне, уселся на задницу, ожидая, когда вместе пойдём дальше. Явно не намереваясь останавливать.

— Уверен? — удивился. — Хотя да. Если все ушли, чего тогда тебе оставаться. В мире, в котором нет воров, не нужны стражи.

Если так подумать, действительно, что ему здесь делать. И как долго он уже охраняет эти врата в иллюзорном мире, который появился только благодаря Хранительнице. Что с ним произойдёт, когда подземелье закроется. Исчезнет, или превратиться в бесконечный сон. Ожидая следующих претендентов на наследие, которые никогда не придут. Глядя на одно и то же фальшивое небо. В одиночестве. Запертый пусть и в просторной, но всё же клетке, где совершенно нечего делать. Не к чему стремиться. Не на что надеяться. Ведь рано или поздно любое занятие надоедает до отвращения. Будь то охота, сон или безделье. Чем-то его пребывания здесь напоминает моё бесцельное прозябание на горе.

Задумчиво смерив его взглядом, махнул рукой.

— Ладно, можешь идти со мной. Только под ногами не путайся. И ещё, — принялся загибать пальцы. — Из моей миски не есть. На моём одеяле не спать. Моих самочек не трогать. По ночам не лаять. Блох домой не приводить. Если будешь пьянствовать, ходить по злачным местам, задирать барышень, искать неприятности на свою мохнатую задницу, то не оставляй за собой следов. И свидетелей. И это, адреса не забудь запомнить, — чуть смущённо понизил голос, отводя взгляд в сторону. — Потом покажешь.

У пса вроде дёрнулась правая бровь. А, нет, почудилось.

Убедившись, что он вёл себя примерно, решительно направился в непроглядную темноту врат. Не оборачиваясь. Метров сто прошёл совершенно ничего не видя и не слыша. Окружающий мир будто не существовал в этом месте. Вышел из тёмного угла в просторном зале, похожем на тренировочную площадку практиков боевых искусств. С небольшой ареной в центре. Расположенный в закрытом помещении, без окон, без дверей, без мебели. Единственным предметом, не вписывающимся в аскетичную обстановку, привлекающим внимание, было большое ростовое зеркало в тяжёлой раме. Отражая такое же помещение, в котором сейчас находился, только без меня.

«Какое нехорошее зеркало, — подумал, недовольно поморщившись. — Избирательное. И чем я ему не угодил. Вроде, всем хорош. Хоть сейчас вручай награду».

С некоторых пор к подозрительным зеркалам в подобных местах относился с большим недоверием. Оглядевшись ещё раз, не заметил, куда делся меховой коврик. Отстал, что ли. Ясно же помню, как он вошёл в темноту следом за мной. Ну вот, только хотел посоветоваться.

— Что за бесполезная собака, — раздражённо проворчал. — Ни охранять толком не может, ни по следу идти. Нужно было карманную черепашку заводить. Или рыбок. Они хотя бы глаз радуют.

Услышав грохот упавшего сверху камня, прямо в центре зала, вздрогнул от неожиданности. С удивлением принялся разглядывать взявшуюся словно из ниоткуда каменную плиту с текстом, похожую на надгробие. Без страха, а кого тут бояться, подошёл к ней поближе. Верхние строчки с пафосным обращением к претендентам на наследие, пропустил, неинтересно, переходя сразу к сути третьего испытания.

Согласно описанию, этот этап представляет из себя череду арен. На которых претенденты должны доказать своё право на доступ к сокровищам. Каждый, по отдельности. Для чего требовалось пройти через залы иллюзий. Где страж третьего этапа будет их испытывать. Тот, кто наберёт наибольшее число баллов за прохождение, окажется ближе всех к усыпальнице древнего предка, где хранятся самые ценные предметы из его коллекции. Включая само наследие и духовную силу.

Усыпальница, согласно описанию, находилась в ещё одном иллюзорном измерении. К ней вела всего одна дорога, пройти которую чрезвычайно трудно из-за духовного давления. Тоже своего рода экзамен для желающих стать наследниками. Соответственно, чем ближе окажешься к завершению дороги, тем больше шансов добраться до сокровищ первому. Потратив меньше времени и сил на преодоление сопротивления иллюзорного мира.

Однако, чтобы попасть на эту дорогу, нужно было ещё пройти сквозь залы иллюзий. В буквальном смысле, через зеркала. Казалось бы, довольно простенькая задачка. Но был подвох. В каждом следующем зале обязательно столкнёшься с воплощением своих страхов. Вытянутых стражем из подсознания. За победу над которыми и начисляются очки прохождения. Где каждый следующий страх, будет сильнее предыдущего.

В любой момент, столкнувшись с чем-то слишком ужасающим, устав от череды сражений, опасаясь опоздать в финальной гонке, да по любой другой причине, можешь немедленно покинуть этот этап, совершив перенос на дорогу к усыпальнице. Достаточно всего лишь сказать написанное на плите ключевое слово да хлопнуть в ладоши. Если успеешь, будет чем хлопать или говорить. В зависимости от полученных очков. Максимально можно набрать сто, прыгнув сразу к самой усыпальнице. Наберёшь пятьдесят, уменьшишь путь наполовину. Ну а при нуле, попадёшь в самое начало.

Ещё раз перечитав текст, задумался. Воодушевившись.

— Страхи говорите. Любопытно. Эта величина крайне переменчивая и нестабильная. А уж наше подсознание, та ещё помойка. Посмотрим, что в ней сможет отрыть страж. И чтобы ему такого туда подкинуть. Из свеженького. Ладно, давай сыграем, — хитро улыбнулся.

Несколько минут стоя перед зеркалом настраивал себя на нужный лад. Убеждая подсознание, что ничего страшнее говорящей телячьей котлеты в жизни не видел. Сосредотачиваясь только на ней. Выкидывая из головы все посторонние мысли. Ух как я боюсь говорящих котлет. До дрожи в коленях.

— Только бы не она. Только бы не она, — повторял раз за разом.

Набравшись смелости встретиться с этим ужасом лицом к лицу, ненароком облизнувшись, шагнул сквозь зеркало, как сквозь оконный проём. Переносясь в такой же зал, только без каменной плиты в центре малой тренировочной арены. Вместо неё, из зеркала на противоположной стене вышла…

— Возьми меня блудницы в день столетнего воздержания с конским х*** между ног, — в сердцах выругался, скривившись как от зубной боли.

Страж третьего этапа оказался не дурнее некоторых. Словно в зеркало глядел, видя перед собой хорошо знакомую Аль бин Алайнэ. Во всей своей красе и величии. С длинным устрашающем мечом и рогатой маской.

— Я так не играю. Буду жаловаться. Где принцип от малого к большему? — громко возмутился, глядя в потолок. — Безобразие.

Взывая к проклятому стражу. Тянув время на поиск другого выхода.

— Предупреждать же надо. Заранее. Давай ещё раз. По новой. С чего-нибудь попроще.

Попятившись назад, спиной упёрся в шершавую, холодную стену. С этой стороны зала зеркала не было. Что-то сложность испытания с самого начала вышла запредельной. Неужели, так и задумывалось.

Где-то в скрытом пространственном кармане, сидя у пруда, в котором отражалась эта комната, злорадно ухмыльнулся злопамятный, мстительный джин. Довольно потирая руки. Совершенно не замечая скрытую тенью Хранительницу, которая столь же удовлетворённо наблюдала за происходящим, не собираясь в это вмешиваться. Правда, по совершенно другим причинам.

Внимательно меня оглядев, с ног до головы, Аль бин Алайнэ сухо сказала.

— Ну здравствуй, отец. Наконец-то мы встретились. Ничего не хочешь мне рассказать?

Спросив, медленно потянулась к мечу, испуская жуткую жажду крови. Глаза маски пустынного демона засветились багровым цветом, а рот расплылся в хищном оскале.

— Эээээ?! — изумился, выпучив глаза.

Глава 5

— Остановись, — попросил, пытаясь избежать битвы с этим чудовищем.

— Почему? Неужели ужасный Аш бин Аль меня боится? — усмехнулась, делая ещё один небольшой шажок в мою сторону.

— Кто? — удивился, услышав смутно знакомое имя.

Где-то я его уже слышал. Покопавшись в памяти, выудил немного обрывочной информации, в своё время напиханной туда Девятым. Поведавшему, среди прочего, историю происхождения Аль бин Алайнэ. Той, что родилась в умах и снах людей мёртвых песков. Рассказывающих друг другу страшилки, сидя у костров во время ночных посиделок. Подобных историй полно в любом регионе, основанных на местных традициях, приметах, верованиях. Пускай, история этой женщины неполная, пёстрая, местами противоречивая и сомнительная, но тем не менее достаточно проработанная, чтобы в неё можно было поверить. Стараниями устного творчества медива, до сих пор приписывающих ей многие из тех необъяснимых, пугающих событий, что происходят вокруг них.

Так вот, согласно сведениям Девятого, Аш бин Аль являлся отцом Аль бин Алайнэ. Убитым, когда ей было всего двенадцать лет. Раннее детство тогда ещё девочки, как и положено во всех мрачных сказках, было полно горестей и печалей. Большую, дружную семью Аль практически полностью вырезали тёмные джины, посланцы злого бога медива, который позарился на неописуемую красоту матери Алайнэ. Возжелав заполучить её во что бы то ни стало. Для чего лично отправился за ней, выкрав из дома. Но, поскольку сердце Канэ бин Аль уже было занято мужем и детьми, то места в нём для злого бога закономерно не нашлось. Испробовав много различных уловок, обманом заставил выпить капли забвения, стерев ей память. Чтобы прошлое гарантированно больше не потревожило мятежную красавицу, в гневе приказал убить всю её семью.

Слуги с большим рвением бросились исполнять этот приказ, желая выслужиться перед господином. Был разрушен не только её дом, убиты родные, соседи, друзья, знакомые, но даже родной город навсегда исчез со всех карт. Погребённый песками из-за непрекращающихся бурь, бушевавших почти полгода. Спастись удалось лишь мужу с маленькой двухлетней дочерью, Аль бин Алайнэ, которую он успел в последний момент вырвать из лап злых джинов.

Дальше, согласно легенде, много лет странствовали по великой пустыне, скрываясь от убийц злого бога. В поисках запретных сил. Мечтая когда-нибудь вернуть похищенную жену и мать. Отомстив всем, кто причастен к той резне. Нигде надолго не задерживаясь, поскольку, польстившись на щедрую божественную награду, местные правители с большим удовольствием присоединились к охоте на последних представителей рода Аль. Затравливая, словно бешеных животных. Называя отвратительными, опасными преступниками, чтобы оправдать свои действия в глазах соплеменников. Отсюда и произрастали корни тех злодеяний, что позже начала творить в их землях подросшая Аль бин Алайнэ. Озлобившись на весь мир. Не доверяя никому. Превратив пустые, лживые обвинения в правду.

В основном на неё списывали пропажи караванов, путников, исчезновения жителей пограничных поселений. Грабительские набеги, совершаемые по всему региону. Даже попадались обвинения в поставках на невольничьи рынки рабов. От одного упоминания имени Аль бин Алайнэ торговцы начинали трястись в страхе, отказываясь от своих дальнейших планов. Дошло до того, что большая часть нападений бандитов, кочевников, рейдов соседей, также под шумок начали выдаваться за её работу. Чуть позже и жрецы стали не сильно отставать от эмиров, строивших друг другу козни, в распространении слухов. Включая в список «заслуг» этой неуловимой женщины песчаные бури, засухи, аномально жаркую погоду и прочие «прелести» природы. Которые, вот уж чудо, не смогли вовремя предсказать или объяснить. Ещё сильнее раздувая репутацию Аль бин Алайнэ. Посчитав это удобным прежде всего для себя.

Возвращаясь к отцу Аль бин Алайнэ. Насчитывалось несколько версий его гибели. В зависимости от рассказчика, степени опьянения и желания произвести впечатление на слушателей. В чём-то схожих, в чём-то нет. Согласно большинству из них, однажды, где-то далеко в горах, слуги злого бога всё же смогли выследить и настигнуть отца с дочерью. Убежать от которых у них не получилось. К сожалению, Аль бин Алайнэ не поспевала за отцом. Аш бин Аль был быстрее убийц, а дочь, медленнее. Скорость группы всегда определялась скоростью самого медленного из них. И тогда, вроде как, он решился от Аль бин Алайнэ избавиться, чтобы спастись самому. Ударив сзади по голове, оглушив девочку, сбросил тело с обрыва в горную речку. После чего быстрее ветра помчался к снежным вершинам. Надеясь, что преследователи посчитают их обоих укрывшимися в реке, увязавшись следом за дочерью.

По иронии судьбы на вершине горы его поджидал злой бог, уставший ждать добрых вестей от своих нерасторопных слуг. Решив лично устроить ловушку прославленному мастеру меча. Сойдясь в жестокой схватке, тяжело ранив тёмного бога, Аш бин Аль в итоге был сражён. О девочке тогда на время позабыли, потеряв её след. Попросту не заметив в реке. Посчитав незначительной соринкой на весах судьбы. Оказавшейся той ещё шутницей. До тех пор, пока, повзрослев, она не напомнила о себе, сея смерть и разрушения среди оазисов мёртвых песков. Превратившись в огромную гору проблем. Совершив множество всевозможных «подвигов». Которые в одно прекрасное время внезапно прекратились. Аль бин Алайнэ бесследно исчезла, породив очередную волну слухов и домыслов. Постепенно о ней начали забывать. Появлялись новые герои, злодеи, важные новости. Жизнь продолжала идти своей чередой, заполняя образовавшуюся пустоту.

Кто-то стал считать, что её однажды настигли слуги злого бога. Кто-то, что ушла в другие земли, сменив имя и внешность, в поисках ещё большей силы. Кто-то, что Аль бин Алайнэ до сих пор уединённо живёт где-то в глубинах бескрайних песков, уйдя в изоляцию. Скрываясь от всех. Лишь изредка напоминая о себе, насылая на людей песчаные бури и бедствия. Затаившись в ожидании некоего события или знака. Когда поймёт, что пора вновь заявить о себе во всеуслышание, вернувшись в оазисы мёртвых песков свершить свою месть. Нашлись и те, кто утверждал, что легендарная Аль бин Алайнэ исчезла потому, что отправилась убивать тёмного бога на небеса. Сумев отыскать туда дорогу. Обретя достаточно сил и знаний. Добравшись аж, то ли до четвёртого, то ли до пятого божественного неба. Став одной из бессмертных. Ходило множество версий, объясняющих, почему её нельзя было найти. И почему не найти тех, кто видел её воочию.

«Девятый, всё это, конечно, трогательно, но не объясняет, почему она считает меня своим отцом», — обвинил шиньюсамасу, с большой скоростью просматривая чужие воспоминания.

Что не заняло много времени.

— Пытаешься меня обмануть? Прикинуться другим человеком? — с разочарованием осудила Аль бин Алайнэ. — Не старайся. Я точно знаю кто ты.

— Тонг Цао? — подсказал, не понимая, почему она не видит очевидного.

— И Тонг Цао, и невесть кто ещё, — усмехнулась, зловеще блеснув глазами. — Сам же учил менять маски и личины в зависимости от ситуации, перещёлкивая их словно бусинки в чётках. Чтобы пройти мимо Его слуг, не выдав себя. Неужели, как пришла пора принять ответственность за свои грехи, так сразу решил прикинуться другим человеком? У которого их нет. В очередной раз! — её разгневанный голос приобрёл остроту клинка.

— Не понимаю о чём ты, — натянуто улыбнулся, глядя, как она медленно, с тихим шелестом начала обнажать клинок.

— Правда? Хочешь сказать, никогда так не поступал? Не понимаешь, о чём идёт речь? — вкрадчиво понизила голос.

— Да.

Прислушавшись к чему-то, Аль бин Алайнэ заявила с абсолютной уверенностью.

— Ложь!

Вот копыта Ичи, у неё же согласно поверьям дар отличать правду ото лжи. Забыл об этом.

— Поразительная наглость. Лгать, глядя прямо в глаза. Ты же помнишь о моём даре?

— Да.

Вспомнил, только что. Высвобождение клинка прервалось. Аль бин Алайнэ словно пыталась что-то понять, не дающее ей покоя. Удерживающее от поспешных действий. Что-то важное.

— Тогда я не понимаю. Зачем? Пытаешься вывести меня из себя? — интонации неуловимо изменились.

— Нет.

— Хм, — задумалась. — Странно. Значит, утверждаешь, ты не Аш бин Аль, а Тонг Цао? — попыталась найти разгадку такого странного поведения.

— Да, — избрал тактику коротких ответов.

Пусть сама додумает всё, что нужно. Лишь бы двигалась в правильном направлении. Раз уж начала встречу с разговора, значит, подсознательно ищет оправдания своим действиям. Не найдя которые вполне может от них отказаться. По крайней мере сильно на это надеюсь.

Маска рогатого демона нахмурилась, смерив меня подозрительным взглядом.

— Это имя тебе и вправду не знакомо? — недоверчиво уточнила.

— Да, — обрадованно кивнул, спохватившись только после того, как дал однозначный ответ.

— Ложь! — незамедлительно отреагировала Аль бин Алайнэ. — Либо ты сейчас отвечаешь на все, — подчеркнула, — мои вопросы, либо твоя голова слетит с плеч. Пополнив коллекцию лжецов. Заняв в ней почётное место. Итак. Ты, мой отец? — спросила напрямик.

— Нет.

— Издеваешься? — с нескрываемым раздражением, крепче сжав рукоять меча, аж пальцы побелели от напряжения. — Очередная ложь.

А вот теперь я не понял, в чём подвох. Рассчитывая, что на этом вопросе всё и закончится. Напрягшись не хуже Аль бин Алайнэ. Что значит ложь. Как? Когда? С кем? Да быть того не может. Тут влез Девятый, поспешив «обрадовать». Объяснив, что эта женщина была воплощена в реальность только благодаря мне. Взявшись прямиком из головы непутёвого Тонга, в которой сложилась как мозаичное панно. Более того. Как ответственный за это собиратель, последние два дня он существенно укрепил основу, добавив ярких красок. Ведь сны с участием Аль бин Алайнэ стали сниться гораздо большему числу людей. По мере увеличения её известности и репутации в Золотом камне. Добавляя Девятому материалов для работы.

С большим воодушевлением похвастался обильным урожаем, снятым с команд Янь Гу и сына губернатора. Особенно, с последнего. Которому снились очень красочные кошмары с участием Аль бин Алайнэ. Тьма, пламя, замкнутое пространство, полчища голодных крыс и спятившие летающие головы. Из выживших членов его команды многих пришлось лечить от неконтролируемого мочеиспускания по ночам. Разнося слухи о столь сильных кошмарах, людская молва ещё сильнее помогала Девятому оживлять данную легенду. Ведь чем больше людей в неё верило, тем реальнее она казалась.

Поскольку именно я воплотил Аль бин Алайнэ в этом мире, дав ей подобие жизни, то по праву мог называться родителем. Одновременно, и папой, и мамой. Только некровным. К тому же, шиньюсамасы ещё в самом начале предупреждали, благодаря уникальной связи с храмом Свободной души, в воплощённых историях я буду не посторонним гостем, а полноценным дополнением. Прописываясь в них. Вот и прописался на свою голову. Аль бин Алайнэ упорно видит во мне своего отца. Не замечая многочисленных отличий. Напротив, подсознательно стремясь убедить себя в этом. Ощущая определённую духовную близость и навеянное шиньюсамасами родство. С чем ничего не могу поделать. Попробую обратиться к голосу разума.

— Тебе не кажется это странным? Разве Тонг Цао может быть твоим отцом? Я ведь никогда не был в мёртвых песках.

— И снова ложь, — уже с некоторой усталостью заметила Аль бин Алайнэ, продолжая удерживать клинок наполовину извлечённым из ножен.

Не в силах окончательно определиться, стоит ли меня выслушать или нет. Эмоции были крайне противоречивыми.

Обдумав её слова, признал в них некоторую ущербную логику. Если я хорошо помню мёртвые пески, узнав о них через Девятого, впитав сны и воспоминания проживавших там людей, то вроде как, считай, уже побывал там. Пусть и не воплоти. Мы же верим именно в то прошлое, о котором помним сами, а не с чужих слов.

Получается, так я никогда не отвечу правильно на её вопросы. Стоп. Так ведь понятие правильности зависит от точки зрения. У меня внезапно появилась идея.

— Верно, — легко признался. — И буду продолжать лгать дальше. Поскольку, только так могу спасти тебе жизнь.

Если убьёт меня, то этим убьёт и себя. Ведь она же не может существовать отдельно, сама по себе. Во что я сейчас всецело верю.

— Если бы ты хотел спасти мне жизнь, то не пытался бы убить. Тогда, в горах. Использовав как приманку, выигрывая себе время для бегства, — ядовито напомнила, вынув ещё немного лезвия из ножен, обнажив его уже на две трети. — Бросив на съедение хищникам. Отец. — выплюнула это слово, словно ругательство.

Накручивая себя. Придавая решимости, наконец, покончить со всем, что приносит боль. Продолжая стоять с широко разведёнными руками, с лёгкостью удерживая двуручный меч на весу. Создавая этим определённое психологическое давление. Заставляя бояться и уважать её силу.

— Правда? — фальшиво удивился, почувствовав себя гораздо увереннее. — И как, съели? — проявил участие.

— Будто сам не знаешь, — нахмурилась, заподозрив подвох.

— Откуда? Меня же там убили. А тебя, насколько знаю, никто так и не нашёл. Не говоря уж о преследовании.

— Хочешь сказать, специально так сделал, пытаясь меня спасти? — усомнилась. — Уведя всех убийц за собой? — в её голосе, на самом краю восприятия, послышалась робкая надежда и страх, что она окажется ложной.

Надо же. Оказывается, Алайнэ подсознательно хочет найти оправдание поступку отца. Боясь окончательно потерять последнего близкого человека.

— Да.

Удобно лавировать среди лжи и правды, помня сразу несколько вариантов этой легенды, каждый из которых может стать тем или иным. В зависимости от точки зрения и веры. В данный момент я искренне верил, что отец пытался спасти свою дочь, а вовсе не избавиться от неё. Такова была моя твёрдая позиция, которую Алайнэ определила как правду.

— Ты знал о том, что на вершине горы нас будет ждать злой бог?

— Нет. Но догадывался. В итоге как ты знаешь, оказался прав, — с грустью развёл руками. — Правда, меня огорчает не только это. Похоже, все мои усилия были напрасны. Род Аль всё же прервался. Поскольку мы оба мертвы.

— Что-то ты не сильно похож на мёртвого, — возразила. — Как и я.

«Девятый, делай что хочешь, но срочно придумай, как обойти её способность отличать правду ото лжи! — мысленно потребовал у шиньюсамасы. — Прикрой меня от неё. Срочно. Иначе скоро вновь станете бездомными», — пригрозил.

Попытаюсь выиграть ему немного времени на поиск решения.

— Не придирайся к мелочам. Могу тебя заверить, умирать было больно. Очень больно. Но, мне помогли вернуться к жизни. Вытянув с того света. С чем бы я самостоятельно точно ни справился. Пройдя ритуал перерождения, за который пришлось очень многим заплатить. Пожертвовать телом, большей частью души, воспоминаний, связанных с прошлой жизнью Аш бин Аль. Влезть в огромные долги к могущественным сущностям, без которых ритуал бы не состоялся. Согласиться на безумие, одержимость, вечный голод, — мой голос постепенно обретал силу, — и Великая матерь знает, что ещё! И всё ради того, чтобы помочь семье вновь воссоединиться. Поскольку без меня, по-видимому, она на это неспособна. Разочаровала ты меня, дочь, — огорчённо покачал головой.

Выдохнув, набрал в грудь побольше воздуха.

— Вот скажи, как ты могла, не оправдав надежд, отправиться в загробный мир вслед за мной? Не выполнив обещаний.

Какие-то же она должна была давать отцу за долгие годы странствий.

— Кто тебя туда отправил? Мне стоит гордиться или стыдиться? — незаметно поменявшись ролями, приступил к допросу.

Аль бин Алайнэ глубоко задумалась, пытаясь понять, почему она не помнит, как здесь оказалась. Определить, жива она или нет. И почему мои слова звучат как правда. На лбу маски появились глубокие морщины. Опустившиеся веки почти полностью скрыли глаза.

— Не помню. Странно. В моей голове словно кто-то хорошенько похозяйничал. Перемешав и выдрав оттуда множество случайных кусков воспоминаний.

— Ничто не даётся даром. Пусть мне и удалось вернуть тебя к жизни, но за это пришлось заплатить свою цену. Скажи спасибо хоть за это. Стражи мира мёртвых могли и вовсе чистый лист оставить. Или влить твою душу в какой-нибудь ночной горшок. У меня с ними не самые хорошие отношения.

— Хочешь сказать, мы оба мертвы? — с каким-то неестественным спокойствием уточнила женщина.

— Не совсем. Или, точнее, не до конца. Я всё ещё работаю над тем, чтобы этого не произошло. Однако, вынужден предупредить, здесь и сейчас я Тонг Цао, а не Аш бин Аль. Приходится отдавать взятые на себя долги. За себя и за того парня. Учти это, дочь, — с некоторым усилием заставил себя повторить это страшное слово. — У меня больше нет той свободы, что раньше, — опечаленно. — Поэтому, отныне все старые клятвы лежат на тебе. Твой отец скорее мёртв, чем жив.

Остановился перевести дух. Аль бин Алайнэ продолжала стоять неподвижно. Ничего не говоря. Не позволяя понять, о чём она думает. Маска застыла, потеряв всякое выражение. Пауза затягивалась, заставляя нервничать.

— Скажи, — неожиданно спросила бесстрастным тоном, — Любишь ли ты всё ещё меня? Признаёшь ли своей дочерью?

Очень опасный вопрос. Почувствовал себя так, словно наступил на очень тонкий, трескающийся под ногами лёд. Не ответить на него нельзя. Для неё этот вопрос очень важен. Иначе бы так жёстко не контролировала собственный голос. Пришлось поломать голову, тщательно подбирая слова.

— У Тонг Цао нет дочери. Если бы была, то любил бы её больше жизни. Даже пойдя против воли небес, если потребуется. Любил ли Аш бин Аль свою дочь столь же сильно, пока был ещё жив? Мой ответ, да. До самого последнего вздоха. Не забывая о ней ни на секунду.

Просмотрев его воспоминания, определённо верил в это. Он очень сильно её любил. Иначе бы десять лет не скитался по всей пустыне, терпя лишения и невзгоды. У Аш бин Аль было полно возможностей улучшить свою жизнь. Выгодных предложений от всевозможных работодателей. Если бы не существование Аль бин Алайнэ, его слабости, то не потребовалось бы всем им отказывать.

Клинок отчётливо щёлкнул гардой о ножны. Вот теперь она явно приняла окончательное решение. Тут ещё Девятый проснулся, торопыга. Радостно сообщив, что нашёл способ, как с помощью своих сородичей запутать дар отличать правду ото лжи. Ради эксперимента, чтобы в нём убедиться, сымпровизировал.

— Спроси, какого цвета на мне штаны, — нарушил серьёзность момента.

— Что? — Алайнэ почудилось, будто она ослышалась.

Пришлось повторить просьбу. И когда выполнила её, радостно ответить.

— Зелёные, в красную клеточку.

Алайнэ некоторое время задумчиво рассматривала мои штаны. Сразу же догадавшись, ради чего попросил спросить подобную глупость. Ведь на этот раз её чутьё промолчало. Не в силах подсказать, что именно её подводит, зрение, слух или разум. Задавать банальный вопрос, мог ли я так сделать с самого начала, благоразумно не стала.

Тут снова влез Девятый, поздравив с тем, что развилка событий успешно пройдена. История Аль бин Алайнэ свернула на благоприятную для меня линию. Изменив узор всего полотна, ставшего более чётким.

«И чем мне это грозит?» — забеспокоился, предчувствуя подвох.

Если голоса в голове радуются, значит, скоро Тонг будет грустить. Можно в приметы записывать. Согласно объяснениям Девятого, маленькая Алайнэ, очень-очень любила своих родителей. Сильно привязавшись к отцу после многолетних скитаний. Пережив вместе множество самых разнообразных событий, как хороших, так и плохих. Сделавших эту связь ещё крепче. Он стал её опорой и якорем в этом жестоком мире. Именно поэтому так тяжело пережила предательство отца. Потеряв последнюю надежду на восстановление семьи. Отчаявшись и разочаровавшись во всём. Погрязнув в грехах и преступлениях. А тут вдруг выясняется, что никакого предательства не было. У неё по-прежнему есть любящий отец, который о ней не забыл. Так что пустующая кровоточащая дыра в её сердце снова была заполнена маленьким пылающим солнцем. С моим изображением на поверхности. Что-то слова Девятого меня больше пугают, чем успокаивают. Как бы ни оказалось, что проще было сейчас сразиться насмерть, чем позже расхлёбывать последствия этого заблуждения.

Где-то в одном закрытом для посторонних месте, разочарованно плюнул в воду страж первого этапа, а в другом, озадаченно нахмурился страж третьего, глядя в зеркало. В это время, страж второго этапа, беззаботно дрых на лестнице в ожидании потерявшегося спутника. Благодаря которому, смог пересечь непреодолимый для него барьер, наложенный на врата.

— Значит, ты теперь Тонг, отец, — заинтересованно повторила в третий раз Алайнэ, пробуя это имя на вкус.

Обходя меня по кругу. Разглядывая со всех сторон. Пришлось терпеливо стоять и ждать, когда всё это, наконец, закончиться. Пока ей не надоест.

— Тонг, Тонг, — устало заверил в очередной раз, раздумывая, может на лбу это имя написать.

— И я, значит, теперь тоже Тонг? — указала на себя пальцем.

— С чего бы? — удивился.

— Я же твоя дочь, — напомнила. — У тебя новая внешность, новое имя, новая легенда. Мне же нужно ей соответствовать. Но, надеюсь, путь-то у нас старый?

— Старее некуда, — подтвердил, лишь бы отвязалась. — Но пока Тонг не дойдёт свой до конца, мне на него хода нет. Слишком много долгов. К тому же я пока ещё не дорос до того, чтобы на равных бороться с богами, — припомнил её историю. — Ты, насколько понимаю, тоже.

— Ничего. У нас есть время. Мертвецам, — улыбнулась, что при снятой маске выглядело довольно мило, — к терпению не привыкать. Если понадобиться, подожду год, десять, сто, пока не стану достаточно сильной, чтобы разорвать оковы этой гнилой судьбы. Если понадобится и твоей тоже. Лично удавлю их же кишками всех, кому ты должен, — пообещала пугающе серьёзным тоном.

— Поверь, с богами будет попроще, — боязливо предупредил, представив себе эту картину.

— Посмотрим, — не стала спорить, оставшись при своём мнении. — Лучше расскажи, что ты забыл в этих подземельях? — сменила тему.

Подумав, что ничего плохого не произойдёт, свежий взгляд со стороны всегда полезен, раскрыл свой план. Может, подскажет чего полезного. Вдруг найдёт недостатки. Ещё не успел закончить, как Алайнэ меня уже остановила. Буквально.

— Остановись, отец, — не выдержала. — Кого ты хотел, чтобы убила эта девчонка Юй Кухань? — поражённо уточнила.

— Аль бин Алайнэ. Меня, то есть, — уточнил, чтобы не было недоразумений. — Не на самом деле, а так, для публики. Разыграв театральное представление.

— Отец, смерть явно не пошла тебе на пользу. Видимо, в твоей голове появилось куда больше дырок, чем мне казалось. Сквозных. Как ты себя представляешь на моём месте?

— Легко. Вот в этом платьице.

Достав из пространственного кольца платье, в которое наряжался ранее, приложил поверх своей одежды. Перед чем в мгновение ока перекинул через плечи льняные узелки с накладной, фальшивой грудью. Изобразив миленькое личико, кокетливо захлопал глазками. Для контраста.

— Скажи же, мне к лицу. Если ещё сделать красивую причёску, немного добавить вот тут…

Алайнэ шутки не оценила, стукнув по моей макушке тяжёлыми ножнами меча. Со странным выражением лица. Показалось, у неё даже одна из бровей слегка дёрнулась от такого зрелища.

— Ой, ёёё. Чего сразу драться-то? Где твоё уважение к старшим? — обиженно потёр голову.

— Потеряла. Вместе с девственностью.

— Нечего завидовать тому, что отец вышел краше дочери. Ай-я-я, — повторно получил по тому же месту.

— Помолчи, пожалуйста, — расстроенно покачала головой. — Хотя нет. Давай уж договаривай всё до конца. Такие знания нужно глотать сразу, а не по частям. Будет не так противно.

Выслушав, сразу внесла в мой план ощутимые правки.

— Нет уж. Свою роль я обыграю сама. И не нужно так скептически смотреть. Как-нибудь справлюсь.

— Но…

— Не хочу ничего слышать, — перебила. — Я участвую в этом балагане и точка. Пока окончательно меня не опозорил. Как, вообще, в здравом уме можно было придумать этот план? — недоумевала.

— Ты забыла. Я же псих. У меня и свидетели есть. Несколько сотен, или тысяч, всё не могу сосчитать. — уязвлённо огрызнулся. — Больно уж трудно их выловить. Постоянно разбегаться и прячутся в темноте, мелкие гадёныши, — сделал несколько хватательных движений рукой, будто пытаясь кого-то поймать.

Во взгляде Алайнэ на краткий миг промелькнула жалость и боль, глядя на меня. Или же мне только почудилось.

— Ничего, потом помогу их всех выловить. Лучше скажи, правда ли, что у тебя, кроме этого, дурацкого платья, есть и другие мои вещи? Смутно помню, будто всё происходило во сне, вроде игралась с какой-то малышнёй в закрытом зале. На мне тогда была другая маска. И, кто-то из них называл меня Тонгом. Если так подумать, это вполне могло происходить на самом деле. Слишком много деталей сходится.

Подтвердив, что всё так и было, передал ей тыквенную бутылку, живую демоническую маску и мешок загадочного песка, полученного из разбитых часов. Бутылку вернула сразу. Песок, едва взглянув, столь же быстро убрала в своё кольцо. Заявив, эта вещь теперь будет храниться у неё. Возражения не принимаются. Маску же долго, придирчиво изучала, чуть ли не обнюхивая и облизывая со всех сторон. С загадочно поблескивающими от восхищения глазами. На такое бесцеремонное обращение та недовольно кривилась, косилась подозрительным взглядом, постоянно норовя цапнуть за палец.

— Отец, ты же отдашь эту маску мне? — в этот раз проявила неожиданную вежливость.

Попросила с нескрываемой надеждой.

— Когда у тебя день рождения? — попытался подобрать мягкий повод отложить этот момент на потом.

— Сейчас, — соврала не моргнув и глазом.

— Вот теперь, верю, что ты моя дочь, — проворчал. — Хорошо. Дарю. Но тогда, отдай мне свою. Поменяемся. Храню её как напоминание о тебе.

Отдала сразу, без колебаний. Поскольку по моим предположениям, Аль бин Алайнэ исчезнет, как только покину эту комнату, расставаться с необходимой в моём плане вещью совершенно не хотелось. Вот со всякими подозрительными, потенциально опасными предметами, которые мне не нравились, почему бы и нет. Если так подумать, этот обмен меня вполне устроит, а то начинает казаться, будто маска за мной следит. Не считая голосов в голове, включая их начальницу, большую любительницу подсматривать.

Закончив обсуждать все вопросы, которые у неё были, собирался идти дальше. Надеясь, что выход из зала не окажется заблокирован. Требуя непременную победу над страхом. Хотя в какой-то мере эту задачу можно считать выполненной. В правилах ведь не сказано: убить, развеять, сжечь или что-то подобное. Победить можно разными путями. Сейчас я не боялся Алайнэ. Она уже не представляла непосредственной угрозы. Поэтому перейдя зал, с некоторым волнением прикоснулся к поверхности зеркала. Крайне не хотелось ошибиться в суждениях. Если нас всё же заставят сражаться друг с другом, будет довольно некомфортно пытаться убить ту, кто упорно называла меня отцом. Ещё и узнав про неё много всякого разного, начиная с самого детства, пусть и вымышленного. Тут проблема даже не в вопросе, кто сильнее.

Рука свободно прошла сквозь кажущуюся твёрдой поверхность. Облегчённо улыбнулся, почувствовав, как отпускает внутреннее напряжение. Стоя за спиной, совсем рядом, Алайнэ с некоторой подозрительностью наблюдала за моими манипуляциями. Прислушиваясь к интуиции, которая настойчиво намекала, что я почему-то не прочь от неё побыстрее избавиться. Планируя сбежать. Не понимая, с чего вдруг. Вроде бы основное недоразумение разрешилось. Неужели из-за того, что не желал втягивать её в опасную авантюру. Пытаясь таким образом уберечь. Подумав об этом, Алайнэ вновь испытала всплеск несколько противоречивых, волнительных чувств, от которых, как считала, давно уже избавилась.

Только собирался шагнуть внутрь зеркала, как меня деликатно, но твёрдо, железной хваткой Алайнэ подхватила под руку, прижимаясь вплотную.

— Осторожнее, не споткнись, — проявила неожиданную заботу.

С милой, немного натянутой улыбкой, поддерживая как какого-то беспомощного старичка, провела на ту сторону. Ну как провела, впихнула. Не торопясь отпускать и там. Вновь очутились в точно таком же зале с одним зеркалом на противоположной стене. Из которого выходила целая толпа народа откровенно бандитской внешности. Здоровенные, мускулистые, небритые, патлатые практики боевых искусств в однообразной форме одной из сект. Во главе с лысым монахом, у которого был сломан нос и вся голова покрыта уродливыми шрамами.

— Какие люди, — заметно обрадовался, едва меня увидев.

Узнав с первого взгляда, несмотря на другое тело и возраст. Чудеса они такие, проблемные.

— Как погляжу, опять с бабой и выпивкой, — приметил тыквенную бутылку, подвешенную за пояс Алайнэ. — Хвалю. И то и другое нам с братьями не помешает. Верно?

Его поддержал нестройный хор недружелюбно меня разглядывающих небритых мужиков.

— Как и то, что ты нам должен. Правда, малыш Юй? Ты ведь за этим сюда пришёл? Помнишь же, что я обещал с тобой сделать в следующий раз, если увижу без денег? — на что сам же и ответил. — То же, что сейчас произойдёт и с этой прекрасной барышней, похожей на цветущее персиковое дерево, — похабно рассмеялся, нисколько не сомневаясь в правоте своих слов.

— Это кто? — тихо спросила у меня Алайнэ, сильнее сжав пальцы.

— Да так, одни старые знакомые, которым я немного задолжал, — ответил ровным тоном, приложив усилия, чтобы не морщиться от боли.

— Настолько немного, что всячески избегал с нами встречи? — прокомментировал лжемонах с хорошим слухом. — Не иначе от страха за свою задницу, — глумливо рассмеялся.

— Понятно, — с неестественным спокойствием сообщила Алайнэ, отпуская мою руку.

Через несколько минут, продолжая стоять на том же месте, досмотрел до конца, как ноги последнего практика, словно лапша втянулись в рот здоровенной летающей головы. Сытно отрыгнув, она довольно облизала губы.

— Всё, что ли? — разочарованно огляделась по сторонам. — Жаль. Хорошие были мясные пирожки. С гнильцой и дерьмецом внутри. Прямо как я люблю.

— Пошёл вон, — грубо приказала Алайнэ, даже не взглянув в её сторону.

Угодливо кивнув, с опаской, голова призрака торопливо нырнула в пол, словно в воду. Не желая навлечь на себя гнев госпожи. Что получалось не всегда. Испорченную натуру ведь сколько ни старайся прикрыть, где-нибудь да оголишь. Тут нужно либо покрывало побольше, либо натура поменьше.

В следующей комнате Алайнэ вновь не дала сделать ни шагу. Лично снеся последнюю голову многоглавому мутанту, которого в своё время сильно опасался. Такое впечатление, взяв меня под плотную опеку. Безо всякого обсуждения.

* * *

Глядя на прохождение комнат этой парочкой, страж третьего этапа нахмурился. Всё складывалось совершенно не так, как было задумано. Во-первых, низшие строчки страхов в рейтинге Тонга совершено не впечатляли неучтённый фактор в лице Аль бин Алайнэ. Весьма сильной особы, не разделяющей его эмоциональных привязанностей и фобий. Разбирающейся с ними в одиночку. Что являлось проблемой номер два. Данное испытание не было рассчитанно на командное прохождение. Во-вторых, аномалии Аль бин Алайнэ вообще не должно было появляться. Более того, она не исчезла даже после того, как Тонг покинул создавшую её комнату. Определённо, где-то произошла ошибка, сродни чуду. Правила испытания были попросту проигнорированы этой возмутительной парочкой, что беспокоило его больше всего. Непонятно, происходило ли так раньше, и почему с этим не разобрались стражи предыдущих этапов.

Лев фу, спящий у подножья парящей в небе лестницы, дёрнул во сне ухом. Словно отгоняя назойливого комарика.

Более внимательно изучив этот вопрос, страж пришёл в недоумение. Не понимая, как так получилось, что Тонгу попалось не его зеркало иллюзий, а один старинный артефакт из запасника мастера, способный воплощать фантазии в реальность. Пусть и с ограничением по размеру, количеству применений, завышенным требованиям к качеству и полноте исходного образа. По всем прогнозам Тонг должен был умереть после встречи с обрётшим собственную жизнь неконтролируемым воплощением такой силы, но почему-то этого не произошло. Он каким-то образом с ним объединился. Страж никак не мог здесь на что-то повлиять. Воплощение Аль бин Алайнэ ему не подчинялось, ведь было создано не им. Нужно срочно что-то предпринимать для восстановления баланса.

Для начала требовалось разделить их парочку. Что и произошло, только само, без участия стража, в самый неподходящий момент. Как только Алайнэ вошла в зеркало через пару секунд после Тонга, её тут же перекинуло в отдельную копию зала, наводнив её страхами самой женщины. Парню одному досталось испытание с уже завышенной сложностью, рассчитанной на них двоих. Опять стражу пришлось хвататься за голову, ругаясь на пяти мёртвых языках. Не потому, что тот попал в смертельную опасность, а из-за вышедшей из-под контроля системы. Которая вновь начала вытворять не пойми что, соприкоснувшись с разумом этого придурка.

* * *

Оглянувшись на голую стену, из которой так и не вышла Аль бин Алайнэ, облегчённо вздохнул.

— Наконец-то иллюзия развеялась. Продержалась дольше, чем я предполагал. Из-за неё не смог заработать ни одного очка прохождения. Ну, хоть теперь-то можно начать их собирать. Тонг, наконец-то свободен. Идите к папочке…, - растерянно замолчал, не найдя, кому можно было бы адресовать эти слова.

Из зеркала на той стороне зала так никто и не вышел. Вместо этого, недалеко от меня, на пол громко шмякнулся здоровенный, жёлто-красный предмет, похожий на мельничный жёрнов. Шириной метра три. Подойдя ближе, разглядев его получше, ошеломлённо открыл рот, не веря собственным глазам.

— Какого…?! Ну, да. Самое обычное колечко моркови. Откуда?

Для того чтобы удостовериться, откусил кусочек. Наверняка со стороны выглядел при этом как какой-то умалишённый. Действительно, по вкусу самая обычная морковка. Отреагировав на грохот за спиной, резко обернулся, чтобы увидеть ещё один, такой же кружек, упавший чуть дальше. Затем прилетел кусок почищенного, резаного редиса, размером с речной, гранёный валун. Затем репчатый лучок, похожий на деревце. Нарезанные овощи стали падать всё чаще и чаше, заставляя уклоняться от встречи с ними. За этими чудесными осадками наблюдал широко раскрытыми глазами, с выражением полного охре…я. Следом просыпался дождик из гороха, размером с каменные ядра для катапульт. В этот раз попотеть пришлось сильнее. Боясь даже загадывать, к чему всё это.

— Да, нет, — покачал головой, отмахиваясь от нелепой мысли. — Быть того не может. Вы же шутите, да? — с надеждой посмотрел в потолок, с которого обильно закапала вода.

Не мешкая, запрыгнул на оторванный листок лука, который использовал в качестве небольшого плотика. Вода начала прибывать неестественно быстро, заполняя помещение. В неё, поднимая фонтаны брызг, плюхнулись разделанные свиные рёбрышки. Размером в несколько раз больше чем обычно. Больше напоминающие кости динозавров. Несколько секунд напряжённо раздумывал, что делать дальше.

— Ну уж нет. Ещё не родилась свинья, которая съест Тонга, и не родился Тонг, который не съест свинью. Какой бы большой она ни была.

Решительно соскользнув с самодельного плотика, поплыл прямиком к мясу. Загребая воду широкими взмахами. Несколько штук успел запихнуть в пространственное кольцо, прежде чем водичка начала стремительно нагреваться. От раскалившегося докрасна пола.

— Безобразие. Почему мяса так мало кинули? Где соль? — громко возмутился, требовательно глядя в потолок.

Прилетевший оттуда булыжник кристаллической соли чуть голову не пробил.

— Бездари! Кто вас готовить учил? Где следование рецепту? Где порядок засыпки ингредиентов? Я буду жаловаться!

Не дожидаясь ответа, пока рагу не начало закипать, спешно поплыл к зеркалу. Суп из Тонга я точно есть не буду. А вдруг понравится, что тогда делать. От одной мысли об этом в дрожь бросает.

Набрав полную грудь воздуха, нырнул в этот разогревающийся бульончик. С ходу пытаясь пробиться сквозь зеркало, чувствуя нарастающее беспокойство. Одно дело храбриться перед публикой, пусть и невидимой, другое, перед самим собой. На удивление вырваться из ловушки удалось с первой попытки. Не встретив никакого сопротивления. Жаль, не видел в этот момент выражение лица третьего стража.

Промокший до исподнего, хоть отжимай, оставляя за собой следы, прошлёпал к центру следующего зала. Выглядя жалким неудачником. Не успел перевести дух, как услышал хорошо знакомый, звонкий голосок, а потом ещё один, с другой стороны, и ещё, и ещё, доносящиеся отовсюду.

— Братик Тонг, возьми меня на ручки, — упрашивала одна.

— И меня. Ты так вкусно пахнёшь. Можно тебя укусить? — смущённо попросила другая.

— Мне, мне дайте. Ну, пожалуйста. — обиженно захныкала третья.

— Я первая, — испугалась ещё одна копия Канью, одетая в такую же детскую ночную пижамку с узором из кошечек.

Боясь опоздать к разделу Тонга. Ко мне со всех сторон потянулись десятки только что проснувшихся Канью. Непричёсанных, неумытых, сонно щурившихся, в пижамах, держа в руках одинаковые тряпичные куклы, подозрительно похожие на меня. Страшное зрелище. До дрожи в коленях.

— Так нечестно, — обиделась одна из Канью, затерявшись где-то в задних рядах.

Нервно сглотнув, я и в самом деле испугался. Почти до икоты. Затравленно за озиравшись по сторонам, увидел, как они предвкушающее облизывали маленькие белые зубки. Как по длинным волосам побежали крохотные разряды молний. Как ко мне потянулись их ручки.

— Спасите, — тихонько взмолился.

— Я, я, дай я тебя спасу. И укушу. Всего разочек, — жалобно попросила одна из ближайших ко мне Канью, миленько потянув носиком, к чему-то принюхиваясь.

Жмурясь от удовольствия.

— Ты сначала правильно говорить научись, спасительница. Запомни, Тонги не сдаются…, — расхрабрился, отчаянно ища выход.

— Брааатииик, — жалобно попросилась на ручки уже добравшаяся до меня девочка, хищно открывая ротик.

— … они прикидываются мёртвыми или спасаются бегством, — отшатнувшись от неё, быстро закончил прерванное приложение. — Всё, братику Тонгу пора бежать. Он тут внезапно вспомнил, что его уже ждут в другом месте. Возвращайтесь в кроватку. Я позже приду, проверю. Будете хорошо себя вести, расскажу сказку. Страшную. Про зубную фею и молоток.

Пообещал уже на бегу, уворачиваясь от святивших крольчих, с разбега, рыбкой ныряя в следующее зеркало. Вновь проигнорировав наложенное на него ограничение, о котором и не знал.

Кубарем прокатился по полу, оставляя на нём грязные, мокрые разводы. Как остановился, тяжело дыша, сразу поднялся на ноги, опасаясь, не успеть сбежать от следующего испытания моих нервов. От того, кто на сей раз захочет попробовать Тонга на вкус.

В центре арены из воздуха появилась детская качающаяся игрушка. Маленькая деревянная лошадка, поставленная на изогнутые полосы. Сделанная грубовато, местами даже уродливо, покрашенная в грязно-жёлтый цвет. Приглядевшись повнимательнее, узнав её, шумно сглотнул. Что-то мне вдруг стало как-то нехорошо. Боязно.

— Только не это чудовище. Отец, ну почему не шкаф или стол? — страдальчески поморщился. — Почему ЛОШАДКА?! — не выдержав, прокричал, выплёскивая наружу весь ужас, пережитый в детстве.

Думал, что уже забыл об этом травмоопасном кошмаре из прошлого. Избавился от него, наконец. Спасибо за напоминания. Она же только выглядит надёжной, а сама на ногах держится не крепче пьяной вусмерть лошади. Там баланса нет от слова совсем. Отец меня к ней частенько привязывал, чтобы не мешался под ногами, не сбегал, ничего не ломал, сидел себе тихонько в уголке, качался, изображая бравого кавалериста.

— Ну здравствуй, мой первый, непобедимый враг. Переживший три утопления, два закапывания, четыре сбрасывания с горы, три дарения соседским мальчишкам и пожар, уничтоживший амбар. Тогда, мне казалось, отец любит тебя гораздо больше, чем родного сына. Каждый раз находя и возвращая.

Лошадка, тихонько скрипнув, без видимой причины качнулась, склонив передо мной голову. С вызовом, как почудилось.

Проклятый страж. Это же бесчеловечно. Пробудил глубинную детскую травму. Как бы теперь вновь о ней забыть. Если так посудить, то в следующий зал лучше, вообще, даже не заходить. Не представляю, что может быть хуже этого. Разве только быть застигнутым тем, кто втравил меня в эту дурно пахнущую историю, за принятием совместной ванны с его женой, дочерью или сестрой. А лучше, всеми сразу. Голышом. В обнимку. Пожелал ненавистному стражу самое страшное, что смог придумать.

В следующий зал прорваться удалось только спустя полчаса. В разодранной одежде, с кучей синяков, разбитым носом и рассечённой бровью. Вышедшего как после ожесточённого сражения с целой армией. Причём не победив, а с большим трудом сбежав от этого прыткого козла, прикидывающегося безобидной лошадкой. Ага. Да там и дракон бы сбежал, поджав хвост. Чёртова размалёванная деревяшка. Не зря я её в детстве так сильно боялся. Как знал, что она пытается от меня избавиться. А шустрая-то какая, чуть до смерти не забила, животное. Благодаря воплощённым страхам её ни одна стихия не брала. Сделав практически неуязвимой.

Придержав сползающие штаны, огляделся. Только сейчас обратив внимание на странный запах. В центре зала обнаружил здоровенную деревянную бадью, исходящую паром от горячей воды, засыпанную множество лепестков роз. Рядом стояли переносные, расписные ширмы, низенький столик, деревянные лавки, тазик, полотенца, небрежно брошенный на одну из них халат, курильница благовоний. В горячем, влажном воздухе приятно пахло цветочным мылом и какими-то душистыми травами. Встретившись взглядом с опустившейся в воду по самые глаза синекожей молодой девушкой, почти подростком, с заострёнными, недлинными ушками, тонкими чертами лица, золотистыми глазами, округлившимися от удивления и испуга, приветливо улыбнулся.

— Светлого вам дня, барышня. Как водичка? Тёплая?

Не дожидаясь ответа, за секунду избавился от рубахи, пояса и штанов. Двигаясь на ускорении. Буквально сорвал, всё равно теперь их проще выкинуть, чем отстирать и починить. Прежде чем барышня, судя по внешности из расы джинов, успела что-то сказать или предпринять, стрелой метнулся к бадье. Бесцеремонно запрыгивая прямо в неё. Ныряя под воду. Вынырнув, шумно сплюнув воду, принялся энергично смывать с себя грязь, пользуясь моментом, пока не успела очухаться. Уже догадываясь, чем всё это закончится. Раз уж так сложилось, чего теперь терять. Сам виноват. Всё равно дважды казнить не смогут. Зато, хоть помыться успею, чистеньким встретив своих палачей.

Своими неожиданными действиями сумел выиграть несколько драгоценных секунд. Прислушавшись к совету голосов. Они же плохого не посоветуют. Правда, такое ощущение, с каждым днём из-за их влияния постепенно скатываюсь к какому-то безудержному, шальному ребячеству, что для меня не слишком-то характерно. Незаметно меняясь и, скорее всего, не в лучшую сторону. С чем ничего не мог поделать. Как и говорил Алайнэ, у любой силы есть своя цена. Ладно, не будем о грустном.

— Подвинься, — бесцеремонно через неё потянувшись, зачерпнул из плошки жидкого мыла.

Степень смущения и ярости джинны, сменившей окрас с синего на багровый, достигла нового пика. Она вдруг вспомнила, вообще-то, ей здесь в принципе ничего не грозит. Учитывая, кто она и кто я. Бадья разлетелась в щепки, вышвырнув меня из неё как из катапульты. Пролетев через весь зал, сильно ударившись о стену, почувствовав, как затрещали бедные косточки. Хорошо, заранее успел сгруппироваться, превратив свою ауру ци в подобие подушки.

От окутанной паром, разъярённой женщины, выпрямившейся во весь рост, полыхнула чудовищная жажда крови. От которой даже копна её длинных, шелковистых волос, поднялась в воздух, потеряв свой вес. Капельки воды с неё моментально испарились.

— Обиделась за то, что не предложил потереть спинку? — деланно удивился. — Кстати, у тебя лепесток к ноге прилип, — указал в район бедра, с внутренней стороны.

Резко хлопнув в ладоши, произнося заветное слово, написанное на каменной плите перед началом третьего этапа, экстренно покинул опасное место. За мгновение до того, как каменная стена за моей спиной обвалилась, превратившись в горку мелкой раскалённой щебёнки.

Привыкнув к резкой смене освещения, чувствуя, как ветерок холодит мокрую кожу по всему телу, поёжился. Как оказалось, меня переместило на крохотный, каменистый островок, парящий в небе. Словно это было в порядке вещей для столь странного места. Куда ни посмотри, кругом только облака, бездонная синева и больше ничего. Ни снизу, ни сверху. Не считая уходящую куда-то вдаль сложенную из кирпича дорогу, столь же незыблемо зависшую в небе. Начинающуюся от массивной арки, символизирующей самое начало пути. Выглядело всё это довольно загадочно и возвышенно. Заставляя проникнуться величием древнего практика неокрепшие умы претендентов на его наследие. Как по мне, обычная показуха, свойственная нашему брату. Вот если бы он провернул тот же фокус в реальном мире, а не в иллюзорном…

— Ты ещё чудо голожопое откуда взялось? — услышал удивлённый голос, сбивший с мысли.

На острове отдыхал внешне ничем не примечательный парнишка, примерно моих лет, одетый в клановую одежду незнакомой расцветки. Ещё один слабый охотник за сокровищами, каким-то чудом добравшийся аж до этого этапа. Полагающийся на силу других.

— Выросло на капустной грядке. Так папа с мамой сказали, сожрав весь урожай.

Заинтересованно посмотрев правее, заметил дрыхнущего у небольшой лестницы, выравнивающей остров с дорогой, лохматого пса неизвестной породы. Вот и пропажа нашлась. Как и думал, коврик даже не стал стараться, закончив испытание чуть ли не быстрее, чем начал.

— Смешно, — ехидно ухмыльнулся парень, разглядывая собрата по несчастью.

Предположив, что я такой же слабый практик, как и он, иначе бы здесь не очутился.

— Имя-то у тебя есть? Или так и назвали, капуста? — высокомерно усмехнулся, сразу пытаясь навязать своё лидерство.

— Чего сидим, кого ждём? — проигнорировав вопрос, поинтересовался его бездействием.

— Пока кто-то не возьмёт наследие. Тогда нас всех выкинет в Золотой камень, закрыв это дурацкое подземелье. Там, — махнул в сторону дороги, — сильное духовное давление. Так я подумал, чего зря мучиться, если всё равно ничего не светит. Свои очки славы за участие в испытании в любом случае уже заработал. Осталось только вернуться домой, а там уже всё зависит от хорошо подвешенного языка, — довольно откровенно признался хитроумный практик.

Понятно. Ему больше важна репутация, которую не так-то просто отнять старшим товарищам в отличие от сокровищ. Молодец, реально оценивал свои силы, прямо как я. Да и рост у него почти как у меня. Комплекция. Вкус к одежде. Хммм.

— Слушай, мне нравиться твоя одежда, — обрадовал его, почесав голую задницу, чувствуя себя здесь в таком виде не очень комфортно.

— Это к чему? — насторожился парень.

— А вот ты мне не нравишься, — доверительно сообщил, в очередной раз проигнорировал вопрос.

Через несколько минут на острове остался только я, в новой одежде, и пёс. Подойдя к которому, больше для вида, раздражённо проворчал.

— Хватит прикидываться спящим. Вставай, давай.

Тут же открыв глаза, пёс вскочил на ноги, высунув язык и радостно завиляв хвостиком. Будто только этого и ждал.

— Нечего подлизываться. Не верю я твоей лживой морде.

Ступив на дорогу, совершенно не ощутил никакого духовного давления. Дышалось всё так же легко, а двигалось свободно. Не став забивать голову загадками, и так мало места осталось, их уже складывать некуда, вместе с псом отправился в путь. Судя по походке, он тоже не испытывал никаких затруднений. А нет, кое-что ему всё же не нравилось.

— Даже не проси. Никаких перекусов. Вот догоним моих подруг, тогда нас и покормят. Может быть, — с беспокойством подумал о том, как Канью воспримет очередной побег.

Придётся как-то объяснять ей своё внезапное исчезновение. Воспоминания о толпе девочек кроликов, желающих меня покусать, были ещё свежи в памяти.

— Поэтому, хочешь есть, шевели лапами.

Не став добавлять, что желательно покинуть это место как можно быстрее. Кто знает, сможет ли джинна после того, как умоется, оденется, приведёт себя в порядок, на что, как и любой приличной девушке ей требуется уйма времени, пересечь границу этапов. И если сможет, то, как скоро развеется. Воплощение Алайнэ продержалось довольно долго. Совершенно не подумав о том, что по этой же логике должно было исчезнуть и украденное мясо гигантской свиньи. Мозг просто отказывался учитывать подобную вероятность. Вынося её за границы рассматриваемых вопросов.

Вспомнив обо всём, что пережил за предыдущий этап, не мог не восхититься качеству иллюзий. Выглядели они совсем как настоящие. Остался глубоко впечатлён мастерством неведомого ремесленника.

Пейзаж нисколько не менялся с течением времени. Приевшись до отвращения. Вокруг расстилалось всё то же бескрайнее небо. Первоначальный, перехватывающий дыхание восторг, сменился обычной скукой. Ведь ничего же интересного не происходило в этом совершенно пустынном месте, где и посмотреть-то, собственно, не на что. Знай себе, шагай да шагай без остановки. В отсутствии ориентиров трудно было сосчитать, сколько уже прошло времени, сколько пройдено шагов и когда, наконец, всё это закончиться.

Увидев вдали тёмную точку, немного приободрившись, прибавил шагу. Ей оказался одинокий практик, обливаясь потом, тяжело дыша, с трудом бредущий по дороге. С видом сильно уставшего человека, сгорбившегося под незримым давлением.

— Доброго дня, уважаемый, — радостно поприветствовал первого воздухоплавателя. — Как погодка?

Обернувшись на лучащегося бодростью, улыбающегося парнишку, непонятно откуда появившегося за спиной, невоспитанный практик удивился. А как ещё назвать собрата по великому искусству, не здоровающемуся при встрече, не прощающемуся при расставании. Только хамом и невеждой. Мало ли что не успел. Тогда к списку недостатков можно ещё прибавить, нерасторопный.

Над краем дороги, нависающей над бездной, с осторожностью высунулись две головы. Что-то внизу разглядывая с большим любопытством.

— Ты его видишь? — спросил у коврика, которого иначе не называл, не заморачиваясь подбором имён. — Я тоже. Быстро летает. И минуты не прошло. Профессионал, — восхищённо поцокал языком. — Что? Следующий твой? И не надейся. Моего он всё равно не обгонит по скорости. На что спорим? Что значит, гав? У тебя даже кошелька нет. И пояса. И обуви. Пёс без обуви, согласись, это какой-то неуважаемый голодранец. Что с него взять. Если только суп сварить. Говорят, собачий суп очень полезен. Как думаешь, не врут? Что значит не голодранец? Где посмотреть? Нет, туда я точно заглядывать не буду.

Шутливо переругиваясь, отправились ловить следующих естествоиспытателей. Из списка неприглашённых на представление персон. Нескольких таких за целый день пути, встретить всё же удалось, немного разбавив скуку. Как и разрешить спор, в мою пользу. Победил со счётом четыре-два. Чем беззастенчиво принялся изводить насупившегося, недовольного пса. Отпуская в его адрес всевозможные ехидные комментарии и советы. Доведя до того, что обиженный коврик укусил за ногу. За что тут же ему отомстил, жестоко надругавшись над психикой бедного животного. Достоверно изобразив попытку ответить зеркальными мерами. Надо было видеть ошалелые глаза убегающего в испуге льва фу. Даже не знаю. Может, зря перед этим достал столовые принадлежности и специи.

Словом, развлекались как могли, скрашивая длительный, унылый путь. Спали снова в обнимку. Использовал его в качестве кровати и подушки одновременно. В истинном облике, конечно. А что, так намного теплее, удобнее. Если бы ещё не вылизывал лицо, выпрашивая, да что там, вымогая мясо с кровью, моей, пришлось накапать сверху, то было бы совсем замечательно.

На следящий день, вот уж неожиданность, наткнулся на бредущую в хвосте у остальных, команду коллекционера. В полном составе. Был о них лучшего мнения. Хотя такое положение дел вполне объяснимо. Коллекционер не отличался большой личной силой, в отличие от своих телохранителей и наёмников. Он никак не мог набрать достаточное количество очков в третьем этапе, а значит, начал бы свой путь ближе к старту, а не финишу. Рассудив так же, вся команда намеренно провалила испытание, что позволило им собрать свои силы вместе, не распыляя по всей дороге. Обеспечив коллекционеру надёжную охрану. Да и не только её. Полукровка нёс хозяина на спине, неспособного поддерживать высокий темп движения при таком духовном давлении. Частично помогая его ослабить своей аурой. Чем-то их дуэт напомнил мне Канью, оседлавшего здоровенного, почти квадратного фуци. Правда, у них он выглядел намного гармоничнее и симпатичнее. Словно отец с дочкой, а тут какое-то извращение. Толстый, лысенький, кривоногий мужичок верхом на полуголом красавце в шипастом ошейнике, с головой собаки, похожей на костюмированную шапку. Им только кожаной плёточки не хватало для полноты образа.

— Увидишь таких людей, кусай сразу, — тихонько предупредил меховой коврик. — И не забудь потом прополоскать рот. Дважды! Не дай Айша подхватишь что-нибудь подобное. Проще будет усыпить, чем вылечить.

— Ваф, — согласился пёс, сделав движения задними лапами, словно что-то закапывал.

В отличие от многих других, команда коллекционера заметила нас ещё на подходе. Остановившись ненадолго передохнуть, посмотреть, кто это такой бодренький их нагоняет. Подошёл, не скрываясь, не проявляя ни капли враждебности. Уже примерно представляя, что буду делать. При таком построении зоны последнего испытания, первоначальные планы на коллекционера требовали серьёзного пересмотра. Жаль. Придётся работать с чем есть, а не с чем хотелось изначально.

— Светлого вам дня, уважаемые, — вежливо поклонился, соединив перед собой руки. — Прошу простить назойливость, но могу ли я ненадолго вас побеспокоить? — обратился со всем уважением, на какое был способен.

— Тебе от нас что-то нужно? — удивилась неряшливо одетая женщина алхимик, с дикарской косматой причёской.

Как и при прошлой нашей встрече, обвешенная бесчисленными пузырьками с разноцветными зельями. Надо думать, заполненными не средством для лечения насморка. Заметив укоризненный взгляд спокойного как удав коллекционера, отступила в сторону, соблюдая субординацию.

— Слушаю вас. Чем можем быть полезны? — обратился ко мне.

— У меня для этого господина, — указал на белобрысого, веснушчатого паренька с необычной аурой, — письмо. Велено передать лично в руки. Он в точности соответствует полученному мною описанию внешности. Вы позволите?

— Мне? Что за ***? От кого? — изумился парень, несдержанный на грубую речь.

— От одной важной госпожи чьё лицо скрыто вуалью. К сожалению, она не представилась. — извинился, что не смог ответить на вопрос. — Сказала, вы сразу поймёте от кого оно. По первым строчкам письма. Раз уж не пожалела заплатить за доставку аж пятнадцать драконов, значит, в нём что-то очень важное и срочное, — поделился своими предположениями. — Будете брать? Или пожелаете вернуть отправителю не вскрывая?

— Давай сюда. Сейчас узнаем, что за госпожа такая, — растерявшийся, озадаченный парень, ответил больше членам своей команды, нежели мне.

Открещиваясь от возможных интриг за их спиной. Достав из пространственного кольца свёрнутый в трубочку свиток, с почтением протянул парню. В последний момент, неожиданно выронив его, взамен перехватывая белобрысого за руку, резко дёргая на себя. Распрямлённой ладонью второй руки, словно клинком пробив горло, достал до позвоночника, который тут же сломал. Всё произошло за считаные мгновения. В глазах парня отразился запоздалый испуг уже после того, как всё было кончено.

— Воздух! — выкрикнув, не останавливаясь на достигнутом

Подхватывая убитого парня под руки, пока не упал. Не обращая внимание на горячую кровь из разорванного горла, заливающую мою новую одежду.

Стеклянные склянки на теле женщины лопнули, все как одна. Испустив клубы разноцветного дыма, разбрызгивая яды и кислоты. Послышался оглушающий вой полный нечеловеческой боли и страданий. Бестолково размахивая руками, груда дымящихся тряпок и пузырящейся плоти, слепо заметалась по площадке, пока не свалилась в пропасть.

Брошенное на манер тряпичной куклы тело парня, было перерублено напополам воином в чёрных одеждах, с тюрбаном на голове. Тут же сместившимся в сторону, чтобы освободить обзор и не попасть под следующую атаку. Которой я, переместившись быстрым шагом ему за спину, незамедлительно нанёс. Но не физическую, как тот ожидал, инстинктивно отреагировав на обманный замах.

— Воздух!

Плотная воздушная волна не нанесла ему никакого прямого урона. Вместо этого, всего лишь смела с дороги как ненужный мусор. Ударив своеобразным тараном. Неважно, насколько силён, умел или крепок враг. Если под его ногами нет опоры, а за спиной крыльев, то всё эти значения теряют смысл. За несколько движений, в полной мере использовав элемент неожиданности и недооценки противника, более чем ополовинил команду коллекционера. К тому моменту, как полукровка встал в стойку, укрепив свою ауру, наполнив меридианы энергией ци, он остался единственным бойцом в команде.

Правильно предупреждали мудрецы, не тот враг опасен, который идёт к тебе с обнажённым мечом и злым взглядом, а тот, кто приближается с улыбкой на лице и протянутой рукой. Защититься от него намного сложнее.

— И что всё это значит? — опомнившись, коллекционер угрожающе потребовал объяснений.

Заиграв желваками напрягшихся челюстей.

— Не поверите, ровным счётом ничего — доверительно сообщил. — Коврик. Они твои. Ты же хочешь победить в нашем сегодняшнем соревновании? Или нет? Учти, проигравший в нём останешься без ужина, — воспользовался запрещённым приёмом. — А за мою доброту, так и быть, приму в подарок вон то колечко, на пальце у коротышки.

— Мы можем договориться, — вот теперь его проняло по-настоящему.

— Можем, — легко согласился, — но не станем. Всех облаков не пересчитать, всю воду из рек не выпить.

Через несколько минут, с безразличием осмотрев отгрызенный палец коллекционера, снял с него пространственное кольцо. Небрежно выбросив ставшую ненужную часть тела в небо. Как бы смешно это ни звучало. Настроить бесхозное сокровище на себя трудов не составило. Как и отыскать в нём запас одежды на все случаи жизни. Из которой, пусть и немного помучавшись, сумел соорудить копию костюма пустынного воина, сопровождавшего весьма запасливого и состоятельного коллекционера. Судя по кольцу, в котором чего только не было, включая набор весьма дорогих, редких сокровищ. Нанеся на лицо соответствующую раскраску, прикрыв её платком, а голову замотав тюрбаном, преобразился. Осталось немного изменить ауру, подделывая её и можно отправляться в путь. Нести добро и справедливость. Уточню, моё добро и справедливость.

— Коврик, дальше нам придётся на время разделиться. Сделав вид, что каждый сам по себе. Поэтому пойдёшь следом на небольшом отдалении, близко ко мне не приближаясь. С гордым, независимым видом свободного пса. Как только стану Тонгом, тогда вновь и объединимся. Ты меня понимаешь?

— Гав.

— Я спрашивал не согласен ли ты с этим, а понимаешь ли человеческий язык? — с недовольством. — Между Тонгом и коллекционером не должно быть ничего общего.

— Гав, — повторил пёс с прежним глуповатым выражением лица.

— Ах вот как? А если посмотреть под этим углом? — уточнил, сунув ему под нос кулак, который он внимательно обнюхал и осторожно лизнул. — Вот и договорились.

Теперь моя цель в том, чтобы обогнать всех впереди идущих. Первым достичь гробницы. Перед которой должно возникнуть непреодолимое препятствие в виде Аль бин Алайнэ. Где все практики соберутся вместе, заполняя места в зрительном зале. Перед последним актом пьесы. Ведь ценится не тот подвиг, который совершён, а тот, о котором известно.

Извечная проблема всех героев. Пока мучаешься, корячишься, рвёшь жилы в какой-то глухой дыре, народ хвалит первого попавшегося идиота за пустяковый поступок, совершённый у всех на глазах. Слухами раздувая его до размеров легендарного события. Нужен же повод хоть что-то отпраздновать. Иначе кто будет бесплатно наливать выпивку «правдивым» очевидцам и рассказчикам. Тебя же в лучшем случае, после возвращения назовут лжецом или попрошайкой. Если нет убедительных доказательств подвига или денег на тех самых профессиональных рассказчиков. Которые убедят доверчивых обывателей в чём угодно, вне зависимости от того, был он на самом деле, не был.

Поэтому дальше по дороге пришлось бежать, не жалея сил, без сна и отдыха. Обгоняя с трудом бредущих практиков, что поодиночке, что группами, не задерживаясь ни на минуту. Ни догнать, ни остановить меня ни у кого из них не получилось, хотя попытки были. Вовсю используя преимущества свободного передвижения. Не забывая, высокомерно требовать освободить дорогу посланцу коллекционера. Вне зависимости от того, мешали мне или нет. Обещая все кары небес обрушить на головы тех, кто имеет что-то против моего господина. Как-нибудь позже и не лично.

Меховой коврик, проявив здравомыслие, действительно стал изображать обычную собаку, непонятно как оказавшуюся на этой дороге, направляющуюся в сторону гробницы. Якобы не представляющей ни для кого опасности. Прикидываясь безобидной, смертельно голодной дворняжкой, выпрашивающей у всех встречных еды. Давя на жалость грустными глазами. И во многих случаях, что удивительно, этого добиваясь. Особенно от девушек. Ну а от тех, кто заинтересовался, почему это на неё не действует духовное давление небес, попросту убегая. Проявляя неожиданную прыть.

Начав этот затянувшийся забег, полагал, что вскоре увижу старых знакомых из команд фуци, хуляо, Шень, Фунэ. Которых планировал оставить далеко позади, как и всех остальных. Прикинувшись незнакомцем. Однако реальность вновь внесла в мои планы свои корректировки. Во-первых, они оказались намного дальше от начала дороги, чем ожидал. Приятно удивив. Видимо, набрали приличное количество очков за предыдущий этап. Во-вторых, уже собравшись вместе на одном из пунктов сбора.

На всей протяжении дороги изредка встречались небольшие летающие острова, предназначенные как площадки для отдыха. На которых ничего не было. Ни животных, ни растений, ни построек, ни, что важно, духовного давления небес. Выглядя как самые обычные, висящие в небе скалы с выровненной верхушкой. На одной из таких площадок, расположенной недалеко от гробницы, наткнулся на объединённый лагерь выживших практиков, почти добравшихся до наследия. Которым уже оставался последний рывок, если бы не одно, но. Кто-то достаточно сильный перекрыл единственную дорогу, сделав то, что намеревался я. Опередив.

Глядя на всех тех, кого ожидал встретить ранее, сперва даже растерялся. Не понимая, что могло задержать настолько внушительную, объединённую силу адептов из младшего поколения кланов. И что теперь делать мне. Расчищать путь, не расчищать. Присоединяться к блокировке дороги. Устроить свою, но только дальше. Устроить представление здесь или действовать по плану. Как-то всё сразу усложнилось. Спрашивается, чего ради я тогда так спешил, старался.

Не задерживаясь возле большой группы отдыхающих практиков, до сих пор о чём-то договаривающихся между собой, придерживаясь легенды, с самоуверенным, высокомерным видом проследовал дальше. Естественно, сосредоточив на себе множество заинтересованных, а от кого-то и насмешливых взглядов. Ожидающих увидеть, как быстро повыдергают перья из очередного павлина. С чего-то вдруг решившего, что он тут самый умный, особенный и красивый, а остальные так, годны лишь на роль зрителей.

На время притихнув, обратившись в слух, который у практиков очень даже отменный, как и зрение. Благодаря чему хорошо видели, как я подошёл к туманной вуали барьера, надёжно перекрывающим дорогу. Через который мне навстречу заранее выступила высокая, стройная фигура с длиннющим мечом, для удобства положенном на плечо, на манер шеста. В хорошо знакомой, деревянной рогатой маске, выражающей бурную радость. Увидев которую сперва опешил, не понимая, откуда здесь взялась эта галлюцинация. На трезвую-то голову. Ещё и говорящая.

— Доступ к гробнице древнего практика закрыт. Хочешь жить, поверни назад, — в противоположность счастливой маске, холодным, неприветливым тоном потребовала Аль бин Алайнэ.

Не пойму, то ли они между собой не ладили, то ли меня пыталась ввести в заблуждение маска, то ли кого-то ещё. Испытывая довольно смешанные чувства, засомневался в реальности происходящего. Чуть помедлив, подошёл ближе и с осторожностью, легонько постучал пальцем по маске. Проверяя её на прочность. Без враждебных намерений, из чистого любопытства, не делая резких движений, что несколько обескуражило Аль бин Алайнэ.

— Крепкая, — похвалил, принимая этот факт как данность.

Зрители, уже вовсю гадали, что первое мне оторвут, голову или руки. Однако реальность превзошла ожидания. От следующих слов Алайнэ они удивились ещё сильнее.

— А это ты. Чего так долго? — недовольно поинтересовалась, вглядевшись в мои глаза.

Можно подделать внешность, ауру, сменить одежду, поведение, но глаза не зря называют зеркалом души. Вот по ним внезапно объявившаяся дочурка и опознала непутёвого папашу. Догадаться, что здесь происходит, труда не составило. Мы ведь успели обсудить её участие в планируемом обмане господ практиков. Как тогда наивно полагал, в качестве зарядки для ума. Поэтому отреагировал без раздумий, как будто ничего необычного не произошло. Подстраиваясь под ситуацию.

— Не твоего ума дело, ведьма, — ответил с плохо скрываемой неприязнью. — Господин Жу Лойанг сказал, этого будет достаточно, чтобы попасть к гробнице.

Держась с уверенностью человека, убеждённого, что всё находится под контролем, показал извлечённую из кольца пустую деревянную дощечку. О чём никто не мог догадаться, поскольку её лицевую сторону видела только Алайнэ.

— Что же, проходи, — ничуть не обиделась на грубость.

Скорее надсмехаясь над жалкой попыткой её задеть. Глядя на меня с некой снисходительностью и превосходством.

— Забавная, дрессированная собачка коллекционера. Скажи, когда его самого-то стоит ждать? Я уже устала здесь торчать.

— Столько, сколько нужно, — едва удержался от грубости.

— Я так и подумала. Значит, ещё двенадцать часов. После этого наш договор потеряет силу. Если к этому времени не успеет, его проблемы, — насмешливо предупредила Алайнэ.

— Да, что ты…, — попробовал возмутиться, но был перебит чудовищным выбросом ци сопровождаемым неприкрытой жаждой крови.

Всполошившего всех практиков, которым хватило остаточной волны, чтобы прочувствовать на себе всю серьёзность её намерений.

— Исчезни с моих глаз, пёс, пока не снесла голову. Мне такие пустышки даром не нужны. Уже жалею, что связалась с кучкой жалких неудачников. Или проходи, или проваливай туда, откуда явился.

Алайнэ, показывая, что ничуть меня не боится, повернулась спиной, возвращаясь на другую сторону завесы. Изобразив с трудом сдерживаемый гнев, вперемежку со страхом, последовал за ней. Провожаемый многочисленными внимательными взглядами как молодых тигров, так и затаившихся драконов. У одной из которых были миленькие кроличьи ушки и необычные алые глазки. В которых уже долгое время наблюдалась сильная озадаченность самим фактом существования настоящей Аль бин Алайнэ. Приведшая к нерешительности.

Оказавшись под прикрытием завесы, позволил себе немного расслабиться.

— Что ты здесь делаешь? — задал изводивший меня вопрос.

— Отыгрываю свою роль, — удивилась Алайнэ такой глупой постановке вопроса. — Разве не должна?

— Думал, ты вернулась к себе.

— К себе, это куда? — с подозрительностью.

Маска посмотрела на меня как на дурака. Пытаясь о чём-то предупредить. Ничего не понял из её гримасничества.

— Домой, — не придумал ничего лучшего.

— У меня нет дома, — её голос стал похож на пересыпающийся песок, столь же сухой и царапающий слух.

— Извини, не подумал, — повинился, озаботившись новой проблемой.

Если не исчезла сразу после третьего этапа, то, как долго ещё просуществует. Только её здесь не хватало для полного счастья.

— Значит, действуем, как и договаривались? — уточнил, на всякий случай.

— Да. Хотя до сих пор не понимаю, зачем всё так усложнять. Хочешь убить того человека, убей. Что мешает?

— Сначала одного, потом другого, потом третьего. Я же не могу всю жизнь стоять за её спиной в качестве пугала, — объяснил. — Девочка сама должна научиться справляться со своими проблемами. Для чего ей понадобится немного решительности, силы, удачи. Чтобы с ней начали считаться. Вот с этим и хочу помочь.

Подобную позицию Алайнэ понимала и разделяла, так что спорить не стала.

— Хорошо-хорошо, — недовольно проворчала, но как-то не слишком убедительно, заставив меня улыбнуться. — Иди, давай. Через двенадцать часов пропущу малышей дальше. Успеешь?

— Да.

Отойдя на несколько шагов, остановился и чуть повернув голову, с теплотой в голосе негромко добавил всего одно слово.

— Спасибо.

Не став дожидаться ответа, побежал в сторону уже видневшейся отсюда гробницы, расположенной на очередном, крохотном, летающим островке. На нём располагались две мраморные арки. Одна из которых вела в саму гробницу, а вторая, к выходу из подземелья древнего практика. Вокруг них на специальных постаментах была расставлена дюжина массивных мраморных сундуков, выглядевших совершенно одинаково. Каждый из которых защищён духовной аурой. Довольно внушительной, как по мне. Чтобы их открыть, требовалось разбить верхнюю крышку. Учитывая мощную защиту, сделать это не так-то просто. Сила аур на сундуках была разной. Возрастая в порядке очерёдности. Видимо, исходя из ценности содержимого. Помимо этого, перед аркой, ведущей в гробницу, дополнительно был установлен ограничивающий массив чар, рассчитанный на прохождение только одного человека. После чего арка разрушится, запечатав вход. Наследником силы древнего практика будет только кто-то один.

Оглядевшись, тяжело вздохнув, принялся за работу, которая сама себя не сделает.

Глава 6

К обозначенному времени едва успел завершить подготовку. Когда Аль бин Алайнэ появилась на последнем островке, всё уже находилось на своих местах. Три арки, двенадцать роскошных мраморных сундуков, столько же довольно грубо сделанных, каменных, зачарованный массив, метровый гранитный кубик, установленный по центру композиции. Всё, кроме Тонга, которого не смогла найти.

Осмотревшись по сторонам, Аль бин Алайнэ обеспокоенно нахмурилась. Поскольку прятаться здесь совершенно негде, у неё тут же возникли неприятные предчувствия.

— Куда он делся? Неужели обманул, лично отправившись за наследием? Захотел присвоить его себе? Бросил меня тут, подставив перед остальными. Как приманку? Снова? — голос предательски дрогнул. — Так все его слова были ложью.

Вместо злости и разочарования, испытав страх, оказавшийся для неё неожиданным открытием. Заставляющий переосмыслить некоторые приоритеты. А ведь она уже почти поверила в…

— Убью, — тихонько нашептал ветер, прямо на ушко.

— Убью! — вот теперь ярко полыхнул безудержный гнев, вытесняя остальные мысли.

— Зажарю, — вкрадчиво подсказал ветер.

— Зажарю! — послушно повторила Алайнэ, мысленно представляя себе это действие.

— Поцелую.

— Поце…, — осеклась, мигом придя в себя, как после опрокинутого на голову ушата ледяной воды.

Внезапно сообразив, что голосок-то уж больно знаком. Совершенно точно не годясь на роль внутреннего советчика. Недовольно признала.

— Поздравляю. Даже меня сумел одурачить. Как вижу, отец, ты ещё не растерял своих навыков. Всё готово?

Постаралась поскорее сменить тему, чтобы скрыть свою слабость. Стыдясь её. Не слов, а того испуга, который Тонг, на что очень надеялась, не должен был заметить. В противном случае, побыстрее забыть.

— Да. Когда наши птенчики подойдут? — воспользовался передачей голоса на расстоянии, не испытывая ни капли раскаянья.

— Через несколько минут. Я не сильно торопилась, чтобы не вызывать подозрений. Перед этим успев перекинуться с ними несколькими словами. Пообещав отдать все остальные сокровища, кроме наследия, если не будут мешаться под ногами. Насколько могу судить, они приняли это условие.

— Отлично. Действуем по плану. Твоя арка, крайняя слева. Наследие по центру. У массива. Выход с испытания, справа. Постарайся обойтись без самодеятельности. Она держится только на честном слове.

— На твоём? — не удержалась от ядовитой шпильки, не до конца успокоившись.

Толстокожий Тонг от такого крохотного укола даже не почесался. Промолчав. Усевшись в позу лотоса напротив ограничивающего массива, Алайнэ принялась делать вид, что его взламывает. Не забыв установить вокруг себя защиту из талисманов, уплотнив накаченную ци ауру, чтобы ни у кого не возникло соблазнов ударить в спину. Решив нарушить договорённости.

Вскоре на остров прибыли практики, заблокированные Аль бин Алайнэ на последней промежуточной площадке перед гробницей. Если кто-то ещё и оставался на дороге, то совсем уж далеко отсюда. Из отставших, слабых собратьев, от которых уже ничего не зависело. Не представляющих хоть сколь-нибудь серьёзных сил Золотого камня.

С опаской поглядывая на не обращающую на них внимание Алайнэ, прибывшие принялись изучать остров, думая, как бы получше разделить между собой оставленную им добычу. Не поубивав друг друга. Несмотря на то, что сундуков насчитывалось намного больше, чем команд, сложностей с этим делом всё равно хватало. Поскольку их амбиции не ограничивались цифрой один, или даже два. Соперничество-то никуда не делось, даже перед лицом общего врага.

Не желая устраивать кровавую заварушку всех против всех, да ещё и внутри команд создавать напряжение или обиды, было принято привычное для этой публики решение, устраивающее всех. Провести серию поединков для выяснения очерёдности выбора сундуков. А там, уж как повезёт, что окажется внутри. По принципу, сильнейший выбирает первым. Следом это право перейдёт к занявшему второе место. И так далее, по порядку, пока они не закончатся. Решив, что импровизированный турнир пройдёт в индивидуальном порядке, а не командном. Кроме того, каждый его участник не мог претендовать более чем на один сундук. Но, при желании мог обменяться содержимым с кем-нибудь другим. По взаимному согласию.

Первым в прямо на месте очерченную площадку для поединков вышел Шень Фанг.

— Уважаемые братья и сёстры, — сложив перед собой руки, с коротким поклоном обратился к собравшимся.

Соблюдая приличия. Раз уж скоро они все вернутся в город, так зачем портить и свою репутацию, и клановую, тем более, на публичном мероприятии. Пускай терпеть не мог многих из присутствующих, однако, правила есть правила. Ведь они позволяли избежать претензий на более высоком уровне.

— Позвольте поприветствовать вас здесь, у гробницы древнего практика. Поздравив с успешным прохождением всех испытаний. Если никто не возражает, позвольте быть первым, кто осмелиться продемонстрировать свои скромные успехи. Кто желает обменяться со мной опытом? — проявил инициативу, сделав заявку на получение главного приза.

Если сможет выстоять, побив всех претендентов, бросивших вызов, то получит право первого выбора. Шень не скрывал, что нацелился на самый крайний сундук с наиболее мощной защитой. Пологая, именно в нём хранится самый ценный приз, который в случае победы отойдёт лично ему, а не будет делиться между всеми членами команды. Да и вернувшись в клан, будет намного проще удержать его в своих руках. В крайнем случае потребовав равнозначную компенсацию за изъятие в пользу высших интересов. Упирая на победу в честном, открытом турнире между представителями различных кланов и родов, за что в любом случае полагалась ценная награда. Ведь этим он увеличивал славу Шень, а значит, поднимал их в рейтинге семей Золотого камня. Что было не просто почётно, но и приносило вполне материальную выгоду. Такую, как новые торговые контракты, приток рекрутов, благосклонность градоначальника.

Поскольку в Золотом камне давно уже вёлся как официальный, так и неофициальный учёт силы каждого известного практика, то окружающие неплохо были осведомлены о достоинствах и недостатках Шень Фанга. Зная о занимаемом им пятом месте в рейтинге силы юного поколения. После недолгого, нерешительного переглядывания, вперёд вышел брат Фунэ Цяо, Фунэ Чу. Как самый сильный представитель их рода из присутствующих. Официально занимая четвёртое место в том же рейтинге. Что вовсе не гарантировало ему победу.

После непродолжительной, напряжённой схватки между относительно равными противниками, Шень Фанг довольно легко одержал победу. Выиграв на голой силе и лучшим владением базовых приёмов боевых искусств. Сойдясь на кулаках, словно ничего не умеющие малолетки. Аспектами оба бойца практически не пользовались. Фунэ, из-за того, что дым огню не противник, а Шень, из-за нежелания задеть зрителей, плотно обступивших круг для поединков. На самом деле, куда сильнее опасаясь случайно задеть сидящую неподалёку Алайнэ. От простенькой огненной стрелы толку не будет, а бить по площади мощными огненными атаками как раз этим и грозило. Будь у него ювелирный контроль над потоками ци, может оно и стоило бы того, а так, посчитал слишком рискованным. Впрочем, справился и без использования припасённых козырей. Превзойдя Фунэ Чу в мастерстве и таланте, что стало понятно всем присутствующим, включая побеждённого. То-то он таким мрачным и пристыженным покидал круг, стараясь не смотреть в глаза сокомандникам, носившим ту же фамилию.

— Благодарю брата Фунэ Чу за наставления. Его сила заставила меня испытать серьёзное давление. — довольный Шень Фанг похвалил проигравшего за хороший бой, сложив перед собой руки.

Не забыв уважительно поклониться.

— По-настоящему грозный соперник. Мне просто повезло. Мне придётся приложить больше стараний на тренировках, чтобы в следующий раз ему не уступить.

Позволил сохранить лицо Фунэ Чу. Заодно выставив себя праведным, великодушным практиком, зарабатывая этим очки репутации. К тому же он как-то по-особенному взглянул на Фунэ Цяо, проявляя к ней чуть больше, чем обычный дружеский интерес. К сожалению, ни благодарности, ни взаимности не получил. После воссоединения со своей командой девушка постоянно выглядела подавленной и чем-то озабоченной. Время от времени бросая на Аль бин Алайнэ задумчивые, недружелюбные взгляды. Вот и сейчас, её мысли были заняты чем угодно, но только не завершившимся поединком.

Следующим в круг вышел парень из альянса, Союз восточной стали. Перед этим украдкой переглянувшись с Нисой, которая едва заметно кивнула. Держа в руках два зачарованных ножа из голубой стали. Обладающих очень мощной аурой. Судя по тому, как он их держал и как двигался, это были не полученные совсем сокровища, а личное, подогнанное конкретно под него оружие. В этот раз Шеню пришлось попотеть намного сильнее, чтобы победить. Получив парочку лёгких, поверхностных ран, вынужденно воспользовался родовым амулетом, с помощью которого на втором этапе пытался убить белого броненосца. Одной из фамильных реликвий, выданных отцом на всякий случай. Тонкая спица ослепительного света пробила парня из Союза восточной стали навылет, завершив поединок в его пользу. Предупредив этим ходом остальных, что при необходимости, готов убивать.

Поскольку других желающих бросить ему вызов больше не объявлялось, Шень Фанг получил желанное право первого выбора. Поблагодарив зрителей за признание его победителем, сразу же ушёл ломать самый крепкий мраморный сундук. Понимая, что возится с ним придётся долго.

Следующим в круг вошёл жаждущий реабилитироваться Фунэ Чу. Который после трёх поединков, с показательной жестокостью разгромив своих противников, выбрал второй по защищённости сундук, заняв место рядом с Шень Фангом. Третьим в турнир вступил ещё один лидер команды из старого аристократического рода Юньшенг. Которому тоже относительно легко досталась победа. Только после него выжидающие своего часа представители старшего поколения сделали свой ход. Отдав дань уважения крупнейшим силам Золотого камня. В центр вышел скромно улыбающийся алхимик Чёрного котла в невзрачном, простеньком балахоне.

— Уважаемые собратья практики. Позвольте попытать счастья этому скромному Го Чуаню. Надеюсь, на ваше понимание и великодушие, — невинно улыбнулся этот безобидный на вид добрый дедушка. — Жду ваших наставлений.

Спокойно, не скрывая своих действий, взяв в каждую руку по несколько хрупких флакончиков с алхимическими зельями. Учитывая статус и мастерство Го Чуаня, очень даже непростых. Чего от него ожидать, ядовитых облаков, кислотных дождей, замораживающих туманов или мутагенных зелий, никто категорически не желал проверять на своей шкуре. Приблизительно представляя реальный уровень опасности высокоранговых мастеров алхимии из гильдии Чёрного котла. Как и их репутацию. Ведь ограничение для входа в подземелье стояло на развитие очага, а не ремесленных навыков. Так что Го Чуань считался тут одним из самых опасных противников. Наряду с Аль бин Алайнэ и несколькими членами команд хуляо и фуци, так же не имеющими никакого отношения к юному поколению учеников Золотого камня. Находясь в другой весовой категории.

За первые места они не стали бороться из-за нежелания оскорблять самые могущественные силы, заправляющие всем в Золотом камне. Более мелкие семьи уже не стоили таких щедрых жестов. Как и рядовые члены команд Шень или Фунэ, которые будут участвовать в турнире на общих основаниях. Одно дело, основные ученики, они же наследники, совсем другое, все остальные. Великим кланам достаточно и этого компромисса. Позволившего сохранить им лицо. То, что Шень Фангу и Фунэ Чу бросали вызов их ровесники, рассматривалось под несколько другим углом. Как здоровая конкуренция между детишками, относительно равными по силе, возрасту и положению. Чем-то вроде возни в песочнице, в которой взрослым делать нечего. Если, конечно, они уважали родителей этих «детишек».

Развернись борьба за само наследие, возможно, всё прошло бы иначе. Из любого правила при сильном желании можно найти исключение. Однако, связываться с безумно сильной и опасной песчаной ведьмой никто попросту не рискнул. Ещё до прихода Тонга та сумела убедительно донести до них всех одну простую мысль, даже если сообща с ней разделаются, в чём сильно сомневалась, то, как минимум половину противников Аль бин Алайнэ заберёт с собой в могилу. А то и больше.

Без гарантии, что затеявшие эту смертельную битву окажутся среди везунчиков, практики решили довольствоваться малым, чтобы не потерять всё. Рассчитывая, уж после выхода из подземелья элитные силы их кланов, старейшины, а то и лично главы, обязательно восстановят справедливость. Разорвут эту залётную выскочку на части, отобрав всё, что тут найдёт. Важно ведь не только получить наследие, но и суметь его удержать. Понимая это, ребята мудро решили не геройствовать. У полукровок же имелись свои мотивы не идти на конфронтацию с песчаной ведьмой. Некоторые из которых, до сих пор не могли найти ответ на вопрос, так он это, или не он.

Не получив ни одного вызова, Го Чуань без боя получил право выбрать сундук. После него, получив одобрение от Канью, странствующая жрица вышла следующей. В отличие от известного, уважаемого алхимика, ей сразу же бросили вызов. Первый противник, на которого приклеился летающий бумажный талисман, мало чем уступающий в скорости и манёвренности ласточке, убежал из круга в диком ужасе. Не способный не только сражаться, но и ясно мыслить. Товарищам с трудом удалось его догнать, повалить на землю и обездвижить, чтобы отодрать проклятую бумажку. Чудо, что ещё не прыгнул от страха с обрыва.

Второго неудачника так облепило со всех сторон стремительно размножившимися талисманами, что превратило в своеобразную мумию. Лишив не только возможности видеть, слышать, но и дышать. Заодно вытягивая духовную силу, не давая сопротивляться. Пришлось лидеру команды вежливо просить жрицу снять свою технику, пока бедолага не задохнулся или не помер от истощения. Обычными методами избавиться от талисманов не удалось. Срезать намертво слипшиеся талисманы вместе с кожей, они не решились. Больше желающих подразнить жрицу не нашлось. В итоге и ей достался один из мраморных сундуков.

Столь же легко выиграл свой первый поединок Ли Мин Ксианг. Единственной стремительной атакой разрезав защитную технику противника, нанеся неопасную для жизни рану. Но такую, что не оставила ни шанса на продолжение схватки. Наглядно продемонстрировав, что уплотнённая аура адепта для него словно мягкое тофу. Как и легко достижимы чужие уязвимые зоны. Сознательно не убив парня, чтобы не плодить кровных обид с его родом. Подобное великодушие было оценено по достоинству, как и мастерство меча. Среди зрителей послышались восхищённо-уважительные перешёптывания.

— Позвольте и мне испытать свою удачу, господин Ли Мин, — аристократу фуци бросил вызов Шень Джиань. — Жду ваших наставлений.

Пожелавший испытать себя в схватке со столь сильным полукровкой. Получив заслуженную славу за победу над благородным господином. Как и не столь обидные комментарии в случае поражения. Проиграть Ли Мин Ксиангу было не стыдно. С алхимиком Шень Джиань связываться не рискнул, а жрицу, предпочёл пропустить. По личным соображениям, с далекоидущими планами.

Высокий худощавый хуляо, с бледной кожей, тонкими аккуратными усиками и постоянно прищуренными глазками, получив отмашку Нисы, буквально на секунду опоздал с вызовом аристократу фуци. Несколько растерявшись от такого неожиданного поворота, ещё раз посмотрел на госпожу, едва заметно, вопросительно приподняв бровь. Ниса жестом приказала ждать, не привлекая к себе внимания. С интересом ожидая, чем всё закончится.

Ли Мин Ксианг оказался в довольно щекотливом положении. Зная, что Шень Джиань являлся целью Тонга. С которым госпожа Канью приказала не связываться и не конфликтовать. Если он его ранит, не будет ли это считаться покушением на чужую добычу. Не нарушит ли каких планов. Не обидит ли Тонга. Если же этого не сделать, тогда пострадает он. Не хотелось бы. Сдаваться же без боя, или слишком откровенно поддаваться, будет выглядеть некрасиво, а для некоторых, ещё и подозрительно. Намекая на сговор. Поэтому Ли Мин Ксианг замешкался с ответом, не зная, как поступить.

На небольшом отдалении, за спинами зрителей на циновке сидела полукровка фуци, закутанная в бесформенные одежды с низко надвинутым капюшоном, в разрисованной тканевой маске. Самоустранившись от чужих забав. Специально выбрав это место, поскольку отсюда открывался прекрасный вид на весь остров. А ещё, помимо неё, на залитой солнцем площадке с удобством разместилась непонятно что здесь забывшая, лохматая собака. С интересом наблюдающая за происходящим на импровизированной арене.

После выходки Шень Джианя, фуци посмотрела в сторону собаки, изучая её реакцию. Та на происходящее никак не отреагировала, продолжая лениво лежать с высунутым от жары языком. Не получив подтверждения своим подозрениям, женщина вернулась к наблюдению за ареной. По-прежнему сохраняя внешне спокойное, расслабленное состояние. Которое мигом бы с неё слетело, услышь, что именно ветер сейчас нашёптывал прямо в ушко Аль бин Алайнэ.

Прекратив изображать взлом массива, песчаная ведьма легко поднялась на ноги. Когда на неё обратили внимание, сначала крайние зрители, а потом и все остальные, услышав предупреждения от соседей, Аль бин Алайнэ уже уверенно подходила к центру площадки с выставленными на всеобщее обозрение призами. Где четыре сундука уже вовсю пытались сломать выявившиеся ранее победители. Пока, безуспешно. Насторожившиеся практики, временно позабыв о турнире, притихли, внимательно наблюдая за её действиями. Посчитав их на данный момент более важными. Гадая, что послужило причиной, а что выступало целью. Напряглись и те, кто вскрывал защиту сундуков, прервал это занятие. Опасаясь, как бы она не поломала все договорённости. Решив забрать себе сразу всё.

— Могу я узнать, что вы планируете сделать? — с натянутой улыбкой обратился к Алайнэ Шень Фанг.

Готовясь по обстоятельствам, либо драться, либо бежать.

Проигнорировав его, песчаная ведьма подошла к гранитному кубу, назначение которого пока никто так и не понял. Положив ладонь на верхнюю грань, принялась вливать в него свою духовную силу. До тех пор, пока из неведомым образом появившейся щели, вверх не ударил поток воды. Заполняя строго определённую, невидимую форму, по мере увеличения объёма воды приобретающую чёткие очертания. Не пролив на землю ни капли. От такого загадочного зрелища практики заволновались ещё сильнее, желая узреть чудо. Боясь в этот момент её отвлечь.

Когда вода перестала струиться из полого внутри куба, на нём сформировалась полноразмерная человеческая фигура, насыщенная духовной силой. Никто не сомневался, что необычная скульптура изображала древнего практика, у гробницы которого они находились. Ну а кого ещё, кроме него можно тут увидеть. Так что все обратились в слух, боясь пропустить хоть слово, с осторожностью подходя ближе.

— Приветствую вас, претендентов на моё наследие, — мягким, журчащим голосом поприветствовала собравшихся вполне себе живая скульптура, продолжая стоять на своеобразном постаменте.

По его речи нельзя было определить ни реальный возраст, ни расу, ни даже родной язык древнего мастера. В любом случае, неизвестная техника поражала уже тем, столько времени смогла сохранять рабочее состояние, позволяя прекрасно её понимать. Пришедшие сильно сомневались, что за прошедшие века с момента гибели древнего практика, язык общения ничуть не изменился.

— Я оставил здесь эту технику, чтобы помочь получить ответы на ваши вопросы. Заметьте, не награды, — доброжелательно пояснила водяная скульптура. — В качестве вознаграждения за проявленные на испытаниях ваши лучшие качества, впечатлившие моих слуг. Те, кто отмечен их отметками, могут подойти и задать по одному вопросу. Но только касательно этих подземелий. Внешний мир, увы, лежит за границей возможностей моего духовного взора. Если вопрос будет задан без оснований, тем, кто не имеет соответствующих отметок, то ценой ответа станет его жизнь, — буднично предупредил собравшихся, как о незначительной мелочи. — Надеюсь, объяснения понятны. Можете испытать свою удачу. У тебя есть вопрос, дитя? — обратил свой взор на вызвавшую его песчаную ведьму.

С уверенностью, будто имеет на это полное право, Аль бин Алайнэ громко задала вопрос. Озвучив секретную передачу голоса от Тонга. Только она знала, что именно он управлял водяной марионеткой, выдавая себя за древнего практика. Хотя и понятия не имела, как именно это делал.

— Как мне пройти в гробницу?

— Принеся в жертву того, кто достоин получить наследие, — охотно ответил «древний практик».

Не ограничившись этим, дал более развёрнутые пояснения.

— Насколько, я вижу, среди всех присутствующих в иллюзорном мире Бескрайних небес только у трёх есть шансы на его получение. Поскольку они наиболее полно соответствуют всем моим требованиям. По развитию духовного очага, направленности аспекта, свойствам моря души, меридианам, прочности основ культивации, потенциалу духовных созвездий. Остальных, при попытке им овладеть, ждёт лишь смерть. Это ведь не золотая монета, которую без вреда для здоровья можно взять в руки кому угодно и где угодно. Для того чтобы в гробницу прошёл только мой наследник, на входе установлен ограничивающий массив. Все не соответствующие определённым требованиям, будут им уничтожены. Как тот человек, что пытался пройти ранее, — намекнул на слугу коллекционера. — Поскольку он не подходил, то был навсегда стёрт из этого мира. Если не желаешь повторить его судьбу, то для прохода через массив возьми с собой одного из этих троих истинных наследников. Как только сработает защита, заперев вас внутри, поскольку только один наследник должен войти в гробницу, убей его. У тебя будет всего несколько секунд после этого, чтобы войти в арку, пока массив перестраивает свою структуру. Только так ты сможешь попасть в гробницу. Однако, это вовсе не значит, что сумеешь заполучить то, что тебе не предназначено, — напомнил «древний практик».

Посчитав ответ исчерпывающим, замолчал.

— Кто эти трое? — нетерпеливо уточнила Аль бин Алайнэ.

— Один вопрос, один ответ. Если дам ещё одну подсказку, то, взамен заберу твою жизнь. Желаешь ли повторить свой вопрос?

Песчаная ведьма хоть и осталась недовольна, но поделать с этим ничего не могла. Умирать ей было пока рано. В отличие от кое-кого другого. Немного подумав, тенью метнулась в сторону, чтобы через несколько секунд вернуться на место, держа за шею одного из практиков, наугад выдернутого из толпы зрителей. Которым оказался воин из команды Чёрного котла. Нахмурившийся Го Чуань напрягся, взявшись за пространственное кольцо, однако, почти сразу вернув на лицо маску бесстрастности, опустил руки. Решив не вмешиваться. Догадавшись, чего добивается ведьма. Ответ на последний вопрос его тоже очень даже интересовал. Как и остальных. Так что спасать бедолагу желающих не нашлось. Тем более из других команд. Он и своей то, судя по поведению Го Чуаня, оказался не слишком нужен.

Происходящее, скажем так, особенно увлекло развеселившегося лохматого пса, наслаждающегося зрелищем. Которого появление водяной скульптуры сначала привело в недоумение, а после, чем больше слушал, в восторг.

— Отпусти, — прохрипел побледневший воин, безрезультатно пытаясь вырваться из железной хватки Аль бин Алайнэ.

— Спросишь то, что мне нужно, так и сделаю. Не дёргайся, хуже будет. Возможно, бояться нечего. Кто знает, есть ли у тебя право задать вопрос или нет. Разве не хочешь узнать? Я вот, страсть как хочу, — подбодрила его песчаная ведьма с широкой безумной улыбкой.

— А я не хочу, — заупрямился воин.

— Мало ли чего ты не хочешь, — с безразличием отметила, сжав хватку.

Путём угроз и небольшой помощи физического насилия, желаемого добилась. Вот только Аль бин Алайнэ была не настолько щедра, чтобы раздавать подарки.

— Кто из этих троих лучше всего подойдёт для прохода через ограничивающий массив? — прозвучал разочаровавший многих вопрос.

— Он, — водяная копия указала пальцем на Шень Джианя.

Парень растерялся, не зная, то ли радоваться, то ли бояться оказанной чести. Сомнительное удовольствие стать наследником древнего практика в такой ситуации. Над площадкой прошелестел ветер, скрывающий в себе тончайшее, незаметное воздушное лезвие, срезавшее голову воину Чёрного котла. Оставив на шее идеально ровную линию. Пока зрители, оторопев, разглядывали упавшую на землю голову, Алайна молниеносным рывком оказалась возле не успевшего опомниться Шень Джианя, беря в заложники. Тут же, прикрываясь как щитом, перенесла их поближе к массиву.

— Отпусти его! — несмотря на нежелание с ней связываться, решительно потребовал, Шень Фанг.

Обеспокоившись судьбой брата. Встревоженная команда клана Шень, переглянувшись, с мрачными лицами изготовилась к бою. Прекрасно осознавая всю ширину пропасти между ними и песчаной ведьмой. Как и последствия своей трусости. Если ничего не предпримут для спасения Шень Джианя, то по возвращении в Золотой камень отец Шень Джианя не простит гибели любимого сына. Посчитав их виновными наряду с Аль бин Алайнэ. Выбора не оставалось. Тут не убьёт ведьма, там убьёт глава клана. Может, ещё и на родных отыграется. Чтобы сделать примером для остальных, на будущее.

Джанг Вэй сильно занервничала, не зная, что предпринять в данной ситуации. Чью сторону занять, да ещё при свидетелях. Представляя себе финал испытаний несколько иначе. Помня о том, что с Шень Джианем желала встретиться загадочная знакомая господина Со Рью, мадам Ву. На которого вроде как работала Аль бин Алайнэ. Если сейчас Джанг Вэй допустит ошибку, то легко может стать мишенью для одной из этих трёх сторон, клана Шень, Со Рью, либо мадам Ву. Для любой из которых, не более чем крохотная мошка, которую ничего не стоит прихлопнуть. От мысли, что ненароком влезла во внутренние разборки среди демонов столь высокого уровня, у девушки разболелась голова. Вполне могло оказаться, на самом деле, Со Рью желал не помочь, а помешать мадам Ву. Которая потом захочет отомстить если не ему, как слишком зубастой цели, то исполнителям. К счастью, в этот момент через талисман связи с ней связался господин Тонг. Передав короткое сообщение, несколько успокоившее её. Возвращая уверенность в завтрашнем дне.

— Ничего не предпринимай. Жди. Сейчас Юй Кухань сделает свой ход. Не помогай. Всё под контролем.

Незадолго до этого Юй Кухань также получила скрытое послание, заставившее её вздрогнуть от неожиданности. Нарушив душевный покой. Голос был смутно знаком, всколыхнув воспоминания из далёкого прошлого. В какой-то мере, даже показавшийся родным.

— Малышка Юй, здравствуй. Прости, что отвлекаю, но времени мало. Не подавай вида, что слышишь мой голос. Не отвечай. Только слушай. Твоя бабушка Юй Фэн отправила меня помочь детям рода Юй выпутаться из затянувшихся силков клана Шень. Который, по её мнению, делает вас несчастными. Подробностей пока не знает, но догадывается, что появились серьёзные проблемы. Отправленным домой письмам больше не верит. Прости, но я знаю, что с тобой сделал Шень Джиань.

На этом месте Юй Кухань снова вздрогнула, плотнее сжав губы. В её глазах отразился страх с оттенком стыда. Для неё поднятая тема была очень неприятна и болезненна.

— Не бойся. Я ни в чём тебя не виню, — успокаивающе её заверил, с теплотой. — Пожалуйста, сделай так, как сейчас скажу. В точности. И тогда все беды растают как утренний туман. Обещаю. Верь мне. Как своему дедушке, с которым частенько играла, будучи ещё совсем крохой.

Кухань напомнили парочку сильно смущающих эпизодов из прошлого, о которых никто, кроме близких членов семьи не мог знать. Доказывая свои слова. После чего, сразу же, без предисловий, последовали инструкции, что нужно сделать. Подробно расписывая куда прыгнуть, куда посмотреть, куда вытянуть руку, на какой секунде.

— Когда скажу, начинай отсчёт. Постарайся не сбиться, — интонации стали просящими. — Это очень важно, иначе можешь пострадать. Если всё получится, больше Шень Джианя не увидишь. И никто не сможет поставить тебе это в вину. Прошлое, навсегда останется в прошлом.

У неё появилась масса вопросов, но голос замолчал, а ощущение чужого присутствия за спиной развеялось. Мысленно пообещав себе обязательно разобраться в происходящем, Юй Кухань решила положиться на дедушку Юй Цао, которого всё же узнала по голосу. Помня его пусть и чудаковатым, недружелюбным стариком, предпочитающим жить в уединении на своей горе, но, тем не менее, имеющего подозрительно близкие, непонятные отношения с её бабкой. С которой постоянно, как-то по-домашнему ругался. Всё это не могло не настораживать Юй Кухань. Поэтому девушка доверилась Юй Цао, отложив все сомнения и вопросы на потом. Терять-то особо нечего. Шень Джиань с каждым днём становился всё более несносным и настырным. Уже чуть ли не открыто объявляя о намереньях в ближайшее время взять её в наложницы. Уже раздавая обещания и приглашения. Чем загонял её в угол.

Аль бин Алайнэ в ответ на, по сути, ультиматум, отказалась отпускать Шень Джианя. Спровоцировав нападение, которое поддержало и несколько посторонних практиков. Посчитав это удобным моментом, чтобы рассчитаться. Им песочная ведьма давно уже встала как кость в горле. Изрядно потоптавшись по мозолям гордости, самовлюблённости и банальной жадности.

Взмахнув свободной рукой, другой держа за шею Шень Джианя, Алайнэ отправила в противников широкую волну призванной песчаной бури. За которой на высокой скорости, пустила ещё одну, щедро вливая в них большие объёмы ци. Делая смертельно опасными. Прикрывая лица, максимально укрепляя ауры, практики вынужденно из атаки перешли в оборону. С трудом пытаясь удержаться на ногах. Чувствуя, как по коже словно шлифовальным камнем прошлись. На время потеряв цель из вида.

Под прикрытием завесы песчаная ведьма успела набросить на них оковы времени, существенно замедляя. Выиграв время для отступления, не собираясь ввязываться в ненужный бой, Алайнэ уже собиралась войти в массив, но не успела. Ещё до появления первой волны режущего ветра и колючего песка, снёсших с Шень покровы пламени, развеяв их техники, Юй Кухань начала действовать. Обратившись к своему аспекту, который в отличие от сокомандников, более приспособлен для противостояния песчаной буре. Обратив свою кожу в металл, переходя на ускорение, волнорезом пробила самый её край. Бросившись на врага не напрямую, а по широкой дуге. Обходя стороной, используя ту же непроницаемую завесу, но в своих интересах. Вторая волна и вовсе не задела девушку, выпавшую из фокуса внимания. Поэтому когда Аль бин Алайнэ повернулась лицом к массиву, уверенная, что ей пока ничего не грозит, внезапно напала Юй Кухань, попытавшись застать врасплох.

Благодаря впечатляющим рефлексам и большому опыту сражений, Алайнэ всё же успела вовремя отреагировать на неожиданную атаку. Если бы не сторонняя помощь, несмотря на уловки, Юй Кухань чуть не распрощалась с жизнью.

— Ах ты сучка ушастая! — взъярилась песчаная ведьма, непонятно зачем разворачиваясь в другую сторону, отмахиваясь мечом от невидимой угрозы.

Посмотрев прямо на Нису. Словно пытаясь до неё дотянуться, но не техникой, а напрямую клинком, будто та стояла совсем близко. Из-за этого Кухань успела полоснуть её по руке, после чего затуманенный взор разъярённой ведьмы прояснился. Ловко увернувшись от следующего, уже смертельного удара, Алайнэ с лёгкостью проткнула железную кожу Кухань, ранив в плечо. Пробив его навылет. Вынуть клинок не дал Шень Джиань, начав яростно сопротивляться, отвлекая Алайнэ. Что там происходило дальше, разобрать не удалось, поскольку ведьма применила очередную мощную технику. Создав вокруг себя внушительную воронку песчаного вихря, вытянувшегося в быстро потемневшее небо. Скрывшего троих сцепившихся в один клубок людей от посторонних взоров. Кроме того, не давая никому к ним приблизиться. Хоть обеспокоенный Шень Фанг и попытался, но у него не вышло. Сильным ветром отшвырнуло в сторону, исцарапав кожу, разорвав одежду. Поднявшийся гул и шорох песка заглушил все посторонние звуки.

Впрочем, буйство стихии прекратилось так же стремительно, как и началось. На последнем издыхании, наиболее сильным порывом вихря расшвыряв находившихся в центре людей в стороны. Раненную Юй Кухань в одну, убитую ей Алайнэ, с ножом в спине, в обнимку с полумёртвым Шень Джианем, в другую. Поскольку стояли у самых арок, то так удачно разлетелись, что Кухань через массив древнего практика попала прямо в гробницу, а Джиань с песчаной ведьмой в третий проход, ведущий неизвестно куда.

После чего, ещё не успели осесть облака поднятого песка и развеяться потоки тёмного ветра, как массив полыхнул ярким светом, взрываясь изнутри. То же самое произошло и с обеими арками. В ослепительном сиянии, пробивающимся косыми лучами сквозь завесу, с грохотом развалились на части, осыпаясь грудами битого камня. Когда всё развеялось, погасло и стихло, ошарашенные практики увидел лишь присыпанные песком обломки на месте двух арок. Юй Кухань, Шень Джиань и Аль бин Алайнэ бесследно пропали. Шень Фанг в отчаянье взвыл, обессилено рухнув на колени.

— Нет!!!

Пока невольные зрители трагедии приходили в себя, делясь впечатлениями, сильно обеспокоившаяся Джанг Вэй украдкой, хотя и так никому до неё не было дела, принялась вызывать через талисман связи господина Тонга. Надеясь от него получить если не объяснения, то хотя бы подтверждение, что всё так и задумывалось. Вопреки опасениям, ответили почти сразу.

— Прекрати дёргать по пустякам, — услышала его подозрительно довольный голос. — Вы увидели то, что должны были, — легко догадавшись о причине вызова, опередил расспросы. — Осталась последняя мелочь, с которой требуется твоя помощь. Потом можешь спокойно возвращаться домой. Или оставайся, как хочешь. Больше ничего интересного происходить не будет. Борьба за наследие древнего предка завершена.

— Какая мелочь? — насторожилась.

— Задать вопрос о судьбе Юй Кухань водяному клону. Сыграв роль лучшей подруги, не находящей себе места от беспокойства. Это позволит укрепить вашу связь в глазах остальных. Обосновав присутствие рядом с ней в будущем.

— В будущем? — не поняла о чём он говорит. — Разве Юй Кухань не умерла? — удивилась.

— Открою маленькую тайну, — рассмеялся Тонг. — Живы все трое. Я же сказал. Вы видели лишь то, что вам показали.

На самом деле вихрь получился столь силён, как раз из-за Тонга, активно помогающему ему со своей стороны. Стихии охотно вливались в технику Алайнэ, разгоняя и направляя её в нужную сторону. Что ветер, что земля, что природная ци. С остальными «стечениями обстоятельств» также всё вышло намного интереснее, чем казалось. Нож не был воткнут в спину Алайнэ, а оказался зажатым под мышкой. Это со стороны выглядело так, будто по самую рукоять вонзили чуть ли не в сердце. Рана Юй Кухань только выглядело страшно, а на самом деле была пустяковой. Там ничего серьёзного не задето. Ну а кровь, подумаешь, она даже из царапины бежит. Оглушённый ударом по голове, Шень Джиань так же не особо пострадал. Лежал себе тихонько в объятьях Алайнэ в глубоком подземном кармане, вырытом под фальшивой аркой телепорта. С помощью стихии земли Тонг много чего успел тут соорудить из декораций до прихода зрителей. Недоставало только пронумерованных скамеек и билетной кассы.

После того как сработал массив древнего предка, разрушающий вход в гробницу, Тонг разбил фальшивую арку. Со спецэффектами, прикрывая от любопытных глаз фокус с исчезновением песчаной ведьмы. Этим же ходом завалив вход в тут же затянувшийся глубокий колодец, прикрытый сверху лишь тонкой корочкой земли, куда, следуя инструкциям, запрыгнула Алайнэ. Поскольку каменная арка сильно фонила его ци, никто через её обломки духовным зрением затаившуюся парочку не смог обнаружить. Благодаря заранее проведённой вентиляции, она могла просидеть долгое время, не боясь задохнуться. Дальше Аль бин Алайнэ уже сама позаботится, чтобы Шень раньше времени не очухался. Повесив на него бумажный талисман сна. Остались последние штрихи и представление будет завершено.

— Так что, Юй Кухань переместилась в гробницу, а Шень Джиань, с сопровождением, — ехидно ухмыльнулся Тонг, продолжая разговор с Джанг Вэй, — отправился на встречу с мадам Ву. После чего двери были закрыты, чтобы им не мешали.

— Оуу, — уважительно протянула девушка, взглянув на произошедшее под другим углом.

По достоинству оценив задумку и исполнение. Впечатлившись. Конечно, в этот момент позавидовала «удаче» Кухань, но, без особого огонька. Ведь с самого начала знала, кому предназначался главный приз. Поэтому не зацикливалась на этом. В убытке и сама не осталась. Подумав об этом, решила лучше порадоваться за подругу. Глядишь, в следующий раз ещё в чём-нибудь интересном удастся поучаствовать. С ней же за компанию. Джанг Вэй посчитала, в любом случае сходила за наследием древнего практика не зря, получив ценный опыт. Сразившись с монстрами, поучаствовав в командной работе, испытав свои силы, узнав много нового. Прекрасно отдавая себе отчёт, насколько не доросла до самостоятельной игры в высшей лиге.

— А у меня есть право задавать вопрос? — уточнила, проявив немного осторожности.

— Да. Смелее. Пока народ не очухался и не разбежался по своим делам. Ответ в первую очередь предназначается им.

Отбросив сомнения, доверившись Тонгу, Джанг Вэй подошла к гранитному кубу, положив на него руку. Влила почти половину резерва истинной ци, прежде чем разрушенная вихрем водяная скульптура восстановилась. Естественно, её действия не остались незамеченными. Практики подошли поближе, намереваясь услышать, ради чего она решила рискнуть своей жизнью.

— Я хочу узнать, жива ли Юй Кухань? И где она находится? Если это можно уместить в один ответ.

— Девушка, что вошла в гробницу? Да, жива. Ведь она тоже одна из тех трёх наследников, о которых я говорил. Поэтому защита гробницы её пропустила. Несмотря на разрушение портальной арки, это уже неважно. Как только Юй Кухань получит предназначенное судьбой, то сможет покинуть подземелье через другой выход.

— Благодарю, мастер, — поклонилась успокоившаяся Джанг Вэй.

Команда Шень, не считая Шень Фанга, повеселела, с сочувствием поглядывая на убитого горем лидера. Раз Юй Кухань одна из них, значит, для клана в целом поход завершился удачно. Ну а потери, пусть и горьки, но не критичны. Они все знали на что идут. Чем и ради чего рискуют.

Это понимали и другие. Хмурая Канью, ничуть не тронутая ни чужим горем, ни радостью, ни заботами, сделала свой ход. С вызовом посмотрев на водяную скульптуру, оценивающе, решительно направилась прямиком к ней. Намереваясь, так или иначе, выбить нужные ответы. Испугавшись, что это может плохо кончиться, госпожа, конечно, хоть и сильна, но и древний практик не рядовой ученик третьеразрядной секты, вмешалась странствующая жрица. Подскочив к девочке сзади, ухватив подмышки, оторвала от земли. После чего, прижав к пышной груди, не давала сделать и шагу. Вместо неё, к статуе устремился широкоплечий воин. Без колебаний вызвавшись добровольцем.

— Где находится Тонг Цао? — успел задать вопрос, пока позади дрыгала ногами разозлившаяся Канью.

Поняв, что опоздала, девочка прекратила дёргаться. Скрестив руки перед собой, повисла в объятьях жрицы недовольной куклой, с несколько забавным видом пленной королевы. Раздумывающей, то ли звать палача, казнить мятежных слуг, то ли попросить принести им чая. С пирожными. Или, лучше совместить оба мероприятия.

— На этапе испытаний Бескрайних небес, — улыбнулась водяная скульптура. — Его похитили слуги человека по имени Жу Лойанг, действуя по заказу Аль бин Алайнэ. Согласно договору, они должны были передать Тонг Цао прямо перед входом в гробницу, но не успели. Одержимые алчностью, попытались войти внутрь, не дожидаясь её прибытия. Как итог, навсегда исчезли из иллюзорного мира. Тонг Цао всё ещё продолжает здесь находиться, запертый в ловушке. Скованный действием подавляющей печати.

Озадаченно моргнув, Канью ещё раз оглядела небольшой по размеру островок. Пока не остановилась на сундуках. В её глазах появилось понимание того, где именно могли спрятать Тонг Цао. К такому же выводу пришла и воодушевившаяся Фунэ Цяо. С гораздо большим энтузиазмом воспылав желанием сразиться за сундуки.

— Замечательно, — скривилась Цане, фальшиво сокрушаясь.

Жалуясь небесам на несправедливость.

— Так и знала. Синяки будем получать мы, щедро наставляя друг другу, а награды да поздравления отойдут ему. Бедненький Тонг, — засопела носиком, — Спит небось в обнимку с сокровищами, не зная кому вручить. Нет, конечно, я слышала в детстве сказочки, в которых прекрасные принцы спасали принцесс из лап злодеев, сражаясь с демонами и драконами, но не такие же. Где благородная принцесса намеревается отпинать ребёнка фуци на потеху публике в борьбе за нищего дворника, вылезшего откуда-то из медвежьей задницы мира, которого постоянно кто-то похищает. Вот скажите мне, что с этим миром не так? — задала риторический вопрос.

— Что-то имеешь против? — сдержанно поинтересовалась Фунэ Цяо, смерив её угрожающим взглядом.

— Дя?! — поддержала соперницу Канью, по-прежнему вися в объятьях странствующей жрицы, только теперь уперев руки в бока, чтобы выглядеть более внушительно и грозно.

Глядя на неё со стороны, уголки губ Ли Мин Ксианга против воли поползли вверх. Не удержавшись от шалости, сноровисто достал небольшой блокнотик, в котором принялся что-то яростно вычёркивать.

— Отлично. Значит, одну претендентку вычёркиваем. Госпожа, я буду за вас молиться.

— Э, э, э, — всполошилась Цане, — я вам дам, вычёркиваем. Вы от меня так легко не избавитесь. Прохиндеи. Ишь чего удумали. Один сундук мой и точка.

— А если в нём ничего кроме Тонга не будет? Не пожалеешь? — провокационно уточнила Фуне Цяо. — Ты же вроде за сокровищами сюда пришла, а не за парнями.

— Вот ещё. В хозяйстве всё пригодиться. Как там говориться, кто нашёл, тому и принадлежит. Заставлю отрабатывать за спасение, — самоуверенно заявила Цане, расправив плечи.

Смерив взглядом её более крупную грудь, Цяо нахмурилась.

— Как?

— Будет мне чай приносить. Обмахивать веером, спасая от жары. Массаж плеч делать, — задумчиво начала перебирать варианты, безо всякой задней мысли. — Ножки разминать.

Судя по виду шумно втянувшей в себя воздух Цяо, подобравшейся подобно рассерженной кошке, с предательски заалевшими щёчками, только через её труп.

— Поединок. Немедленно!

— Гхм, — прочистил горло аристократ, напоминая, что они тут не одни. — Напоминаю, пока не слишком увлеклись, распределение сундуков происходит несколько по другим правилам. Не здесь. И, кстати, оно уже вовсю идёт. Без вас. Смотрите.

Как оказалось, практики из других команд, не обращая внимания на их разборки, уже делили между собой оставшиеся сундуки. Совершенно не заморачиваясь судьбой Тонга. На арене как раз началась очередная схватка. Мало ли чего тут фуци с кем делили. Общие для всех правила уже были оговорены и утверждены.

В это время, чуть в стороне, свои проблемы решала и Ниса, не получившая то, зачем сюда пришла. Злобно прошипев что-то под нос, изучая обломки портальных арок, потребовала у одного из своих спутников.

— Иди, спроси, где хранится кровь прародителя звериного царства и как её можно получить. Только тихо. Пока эти обезьяны заняты делёжкой блестящих безделушек.

— Но госпожа, вы уверенны, что им стоит об этом знать? Ответ ведь услышат все, — неуверенно уточнил хуляо, больше беспокоясь о целостности своей шкуры, нежели о секретности миссии.

— Иди, — с нажимом повторила Ниса, посмотрев ему прямо в глаза.

Увидев в них что-то страшное, хуляо покорно отправился к водяной скульптуре. Мысленно про себя бормоча что-то вроде. — Ниса страшная.

Услышав этот вопрос, Тонг озадачился.

«Откуда я знаю, — недовольно подумал, прикидывая, чтобы ответить. — Пора завершать бесплатный сеанс гадания по облакам. Как бы ещё какой-нибудь идиот ни поинтересовался, как стать бессмертным практиком, на пальце вертевшим тёмных богов. Или как влюбить в себя вон ту страшную, косоглазую девушку с двумя косичками и бородавкой над пухлыми, утиными губками. С неприлично богатыми родителями. Страсть как хочу на ней жениться. Справочник по ядам куплю сам. Так ведь и ошибиться легко. Незачем ставить под сомнение слова древнего практика».

— Зачем искать то, что уже найдено? — удивился «древний практик». — Она…

По скульптуре пробежалась волна ряби, затем вторая, третья, четвёртая, с каждым разом усиливаясь до тех пор, пока та не разлетелась брызгами, потеряв целостность. Дальнейшие попытки вернуть всё как было успехов не имели.

— Что она?! Что? — взбесилась не выдержавшая напряжения Ниса, пиная несчастного сородича, виня его в криворукости. — Кем найдена? Когда? Где?!

Уже поверившая, что вот-вот узнает страшную тайну. Избавившую, наконец, от прозябания в этой дыре. Мечтающей о том, как с триумфом вернётся домой. Справившись с загадкой своими силами, не привлекая хуляо дядюшки или совета племени. А теперь и свалить вину за провал не на кого.

— Кретин! Дурак! Идиот! Бездарь! Ты у меня руками отхожие места вычерпывать будешь. Хвост на половую тряпку пущу. Наберут недоумков по объявлению. Кто вас только нарожал в таком количестве.

Несчастный, съёжившийся хуляо, прикрывая голову руками, не смел сопротивляться. Чтобы хоть как-то успокоить разнервничавшуюся госпожу, высокий, бледнолицый хуляо с тонкими, изящными усиками, отправился выбивать ей утешительный приз, участвуя в турнире за сокровища древнего практика.

Рассудив, что взломать мраморные сундуки слуги коллекционера вряд ли бы смогли или успели, Фунэ Цяо и команда фуци нацелились на грубые, каменные. Учитывая их реальную силу, а также борьбу сильнейших практиков за более роскошные сундуки, четыре из двенадцати они для себя отвоевали. По одному досталось, Фунэ Цяо, Кину Цане, Ли Мин Ксиангу и Канью, которой своё место отдала Мэн Лин. Два сундука отошли хуляо, по два рядовым членам команд Шень и Фунэ, по одному четверым слабакам из оставшихся практиков. Там и борьбы-то за них уже практически не велось. На словах всё между собой решили.

Такое распределение полностью устроило представителей Золотого камня. Где наиболее сильные и влиятельные рода разобрали самые лучшие, по их мнению, сокровища. Оставив утешительные призы для полукровок и всякой мелочи. По доброте душевной, о чём они должны будут не только помнить, но и рассказывать.

Первым удалось разбить защиту, разумеется, у каменных сундуков. Поддавшейся на удивление легко. Правда, то, что лежало внутри, мягко говоря, заставило серьёзно призадуматься обладателей незабываемых, во всех смыслах, призов. Кое-кого и вовсе, изумив, смутив, либо поставив в неудобное положение.

Первый обладатель, бледнолицый хуляо с тонкими усиками, некоторое время с недоумением разглядывая скромный пучок дурман травы, перевязанный подарочной ленточкой. Сиротливо лежащий на дне большого сундука. Осторожно достав его, держа двумя пальцами, показал госпоже Нисе. Виновато отводя взгляд.

— Этим ты хотел меня порадовать, дядюшка Райс? — вопреки его опасениям, Ниса, сидящая на поставленном на четвереньки, провинившимся сородиче, рассмеялась, сбрасывая стресс. — Предложением накуриться галлюциногенной травы? Судя по ауре, сырьё почти легендарное, королевское. Ещё и с ленточкой. Как раз то, что мне сейчас нужно. Спасибо. Это всё, что там было? — полюбопытствовала.

— Да госпожа Ниса, простите, что не оправдал ожиданий, — смутившийся хуляо, расстроенно склонил голову.

— Какого…, — недоговорив, Цане из своего сундука достала искусно расшитую, мягкую подушку из жутко дорогого материала, с кисточками по углам.

Судя по качеству работы и материалу, достойную спальни минимум принцессы крови императорской династии. Но при этом, самая обычная, без каких-либо дополнительных свойств, вшитых артефактов, чар, духов, тайников или иных хитростей. Цане очень тщательно её прощупала, со всех сторон, до последнего надеясь на чудо.

— Не поняла, — искренне призналась фуци, растерянно сжимая подушку в руках.

Посмотрев на находку Канью, почувствовала себя намного лучше. Даже улыбнулась, находя произошедшее забавным. Ведь девочке достался леденец на палочки, искусно отлитый в форме павлина. Прямо произведение искусства, а не лакомство. У Канью нервно дёрнулась бровь. Недоверчиво разглядывая леденец со всех сторон, она в этот момент выглядела несколько потерянно.

— Смотри, что мне досталось, — растерявшись, показала подруге та самая девушка из команды Шень, что в шутку была названа одной из потенциальных невест Тонга.

Вынув из сундука соломенную куклу в рост человека, с размалёванным лицом. Бровь у Канью дёрнулась ещё раз, уже сильнее, а во взгляде появилось желание убивать. Точнее, загрызть одного конкретного человека. Начиная кое о чём догадываться.

— Тооооньг! — свирепо оскалилась Канью, с подозрением оглядываясь по сторонам.

Фунэ Цяо тоже с первого взгляда узнала куклу. Только в отличие от Канью, её подозрения и убийственные намеренья, пока ещё хорошо скрываемые, были направлены на девушку Шень, а не на Тонга. Где-то совсем уж в глубине, под ворохом этих эмоций, проблёскивала зависть, которую она пока ещё сама не осознавала в полной мере. Но уже к ней прислушиваясь.

Громкий хлопок сопровождаемый клубами дыма, развалил сундук доставшийся Ли Мин Ксиангу. Растрепав его волосы и запачкав гарью лицо. Отряхнувшись, жалко выглядящий аристократ несколько нервно признался.

— Кажется, мне досталась взрывная печать.

— Рабочая? — ехидно осведомилась Цане, поудобнее устраиваясь на подушке, подсунув её под задницу.

Находя её очень удобной и полезной.

— Да. Вполне, — искоса посмотрел на неё аристократ, с осуждением.

— Покажешь? — широко улыбнулась развеселившаяся охотница.

— Госпожа Кину, имейте совесть, — укорила её жрица, в глазах которой тоже заплясали огоньки веселья. — Неужели вы считаете господина Ли Мина настолько неловким и невнимательным фуци? Думаете он способен подорваться на простенькой печати, установленной на самом видном месте в пустом сундуке? Откуда такие сомнения? Конечно, покажет. Правда же?

Возмущённый Ли Мин Ксианг выразительно посмотрел на жрицу, молчаливо обвиняя, и ты туда же. Предательница.

— Даже не знаю, огорчаться или нет, — привлёк внимание практик, доставший из сундука пухлую книжицу с картинками весьма фривольного содержания.

— Дай посмотреть, — тут же оживились приятели.

— Разбежались. Сдам в аренду. Задорого, — тут же заважничал счастливый обладатель сокровища, почуяв выгоду.

— И почём? — появились первые заинтересованные лица. — Меняешь на пилюли…

— Как жалко, — расстроилась девушка, заполучившая соломенную куклу. — Думала, хоть что-то ценное получу, а тут пустышка. Что я дома скажу? Надо мной же все смеяться будут.

— Не расстраивайся, — утешила подруга. — Каменные сундуки, это ловушка. Понятно уже. Выбрось ты эту гадость. Или сожги. Не тащить же её с собой, в самом деле.

— Продай, — тут же предложила решительно настроенная Фунэ Цяо, обнаружившаяся прямо за их спинами.

Выкупив «ценный» артефакт за огромную сумму. Почти не торгуясь, оставив ошеломлённых девушек гадать, что это было. Заподозрив подвох в истинной ценности куклы, который они, две лох…матые простушки не смогли обнаружить, а вот принцесса Фунэ сумела. Разглядев в ней что-то такое этакое, скрытое от глаз, за которое не жалко было отдать целое состояние. После чего, с сомнением посмотрели на подушку Цане, задумчиво-оценивающими взглядами. Как и приятели на практика с книжкой. Цены на которую резко взлетели вверх.

Убрав соломенную куклу в пространственное кольцо, довольная сделкой Фунэ, в три приёма снесла защиту своего сундука. После некоторых сомнений и нерешительности, слегка приоткрыла крышку, заглядывая внутрь. Опасаясь получить какой-нибудь неприятный или разочаровывающий сюрприз. Например, морковку, перевязанную ленточкой с бантиком. Морально себя к этому готовив.

К этому времени я уже успел сам себя связать, что было не так-то просто. Подобные умения требовали определённой сноровки и опыта. Заодно прилепив на лоб подавляющий талисман и зажевав тряпку кляпа. Для достоверности. Жаль не нашлось подарочной упаковки с бантиком.

— Мммм, — задёргался и замычал, увидев световую щель, изображая радость освобождаемого заложника.

Притомившегося в неволе. Тянущегося к свету. К своей спасительнице. Светясь от счастья. Несколько секунд разглядывая меня с непроницаемым выражением лица, Фунэ Цяо с печальным вздохом захлопнула крышку, вызвав у меня ступор. Не понял. Ожидал несколько иной реакции. Разве в чём-то просчитался.

Усевшись на закрытый сундук, Фунэ Цяо принялась с грустным видом тщательно изучать свои ноготки. Проверяя, не обломались ли, не запачкались, не требуют ли ухода.

— Барышня Фунэ, ну так что вам досталось? — спросила любознательная Цане, по-прежнему скрестив ноги, сидя на подушке, пришедшейся ей по душе.

Или по попе. Желая узнать, поздравить её, посочувствовать, или позавидовать.

— Стыдно сказать, — призналась Цяо, с явным нежеланием. — Возбуждающее средство для ночных утех. Кто бы ни спрятал здесь эти так называемые «сокровища», он был очень плохим человеком.

— Это да, — согласилась прищурившаяся Цане, не отрывая от неё внимательного взгляда. — Ну так чего не забираете? Или желаете от них отказаться?

— Нет, не желаю. Чтобы ни досталось, всё прибыль. Как говорит, моя бабушка. Ладно, мне пора возвращаться в город. Сколько уже не была дома. Уже уйма дел накопилась, — огорчённо. — Цветочки надо полить, кошку покормить, бабушку проведать, почту проверить. Пожалуйста, как найдут Тонга, передай ему, чтобы обязательно заглянул меня проведать. Заранее спасибо. До встречи.

Соскочив с сундука, Фунэ Цяо с трудом принялась толкать его в сторону уцелевший арки. На выход. Оставляя на земле бороздки. Со своим небольшим ростом и хрупким телосложением, по сравнению с массивным сундуком, напоминая муравья, упорно волокущего домой гусеницу. Пыхтя от натуги.

Глядя на неё, многие практики, особенно мучавшиеся в попытках сломать мраморные сундуки, почувствовали себя идиотами. Не догадавшимися, что необязательно это делать прямо здесь, лично, на глазах у всех, опасаясь чужой алчности и зависти. Ведь то же самое можно сделать и дома. Доверив взлом защиты профессионалам.

— Сестра, что ты делаешь? — забеспокоился Фунэ Чу. — Брось ты этот сундук. Всё равно он уже вскрыт. Зачем тебе это убожество?

— Не хочу, — твёрдо отказалась, сдунув свесившуюся перед глазами длинную чёлку. — Он мне нравится. Хочу забрать домой.

— А давай я тебя помогу? — предложила широко улыбающаяся Цане. — Только сначала выкину оттуда всё лишнее, чтобы тащить было легче.

— Не надо. Сама справлюсь, — ускорилась Фунэ, обильно потея. — Свой толкай, а мой не тронь.

Канью, с аппетитом облизывая фигурку фазана с откусанной головой, непринуждённо подошла и нагло залезла прямо на сундук, толкаемый Фунэ Цяо.

— Брысь отсюда ушастая, — раздражённо цыкнула девушка, уже не скрывая беспокойства. — Пусть тебя тот толстяк и дальше таскает. Я на это не соглашалась.

— Дяй, — требовательно протянула раскрытую ладонь Канью.

— Подрасти сначала, прежде чем такими вещами интересоваться. Доска малолетняя, — окончательно вышла из себя. — Уберите отсюда этого озабоченного ребёнка, или я за себя не ручаюсь, — потребовала у шокированного Ли Мин Ксианга, смотрящего на всё это безобразие широко раскрытыми глазами.

Подошедшая Цане, положила рядом с Канью, продолжающую делатьхватательные движения пальцами, свою подушку, намереваясь сесть рядом.

— Да ладно вам барышня Фунэ. Зачем же так нервничать. Вы правы, ей ещё рано. Лучше поделитесь со мной. Я девочка взрослая, применение этим пилюлям найду. Если желаете, могу научить, как обходиться без них. Ещё никто после моих уроков не жаловался, — подмигнула Фунэ Цяо, подавившейся воздухом от такой беспрецедентной наглости.

Фунэ Чу, бывало, тупил, ошибался, попадал в глупые ситуации, но дураком не был. Понять, из-за чего сестра вдруг начала себя так вызывающе неприлично вести с какими-то полукровками, опускаясь до их уровня, сумел. Сообразив, что между ними общего. Точнее, кто. Опять чёртов Тонг выставляет Фунэ на посмешище. С ужасом представляя, что о них подумают другие семьи, если спятившая сестра прямо здесь устроит драку за парня. Да ещё с кем. Естественно, многие пожелают узнать, кто же он такой, считающий себя ровней принцессе великого клана. Может, Фунэ какую интригу разыгрывают. Или у Тонга непростое происхождение. Являясь на самом деле выгодной партией. Какой будет позор, когда всплывёт правда. За что родители отругают его, а не любимую младшенькую Цяо. Какой с неё спрос. Кто из них двоих старший брат. Вот на него и повесят всю ответственность. Дойдя в рассуждениях до этого места, Фунэ Чу решил действовать на упреждение.

Метательный нож, напитанный истинной ци до состояния свечения, мелькнул в воздухе, пробив лишившийся защиты сундук на вылет. Заставив дёрнувшихся от неожиданности девушек резко замолчать, оборвавшись на полуслове.

— Видите, уважаемая Кину, внутри ничего особенного нет, — с фальшивой любезностью, спокойно объявил Фунэ Чу. — Незачем доставлять моей младшей сестрёнке беспокойство. Пожалуйста, отойдите от неё. Иначе я подумаю, что вы не уважаете клан Фунэ. Вы ведь не хотите стать нашим врагом? — предупредил её. — Если Фунэ Цяо хочет забрать свой сундук, пусть забирает. Не вам это решать.

Подстраховался, выставляя себя заботливым братом, не догадывающимся, что внутри сундука.

Фунэ Цяо, побледнела от ужаса, судорожно сжав кулачки. Цане было достаточно одного взгляда, чтобы понять, что не ошиблась в своих предположениях. Поняв всю глубину задницы, в которой они угодили. Помня о подавляющей печати, навешенной на Тонга.

– ***! — выругавшись, Цане мигом слетела с сундука.

Не церемонясь, сбросив с крышки и подушку, и Канью. Рывком откидывая, чтобы заглянуть внутрь.

– ***!!! — ещё раз, но куда эмоциональнее.

Канью, не принявшая всё всерьёз, не веря, что Тонга можно так просто убить, инстинктивно к чему-то принюхалась. После чего, побледнев сильнее Фунэ Цяо, широко распахнула глаза. В шоке. Замерев восковой статуей, позабыв о том, что, вообще-то, лежала на земле в неудобной позе.

Бездельничая, обмахиваясь маленьким веником из дурман травы, сидящая неподалёку Ниса терпеливо ждала, пока вскроют все мраморные сундуки, надеясь на лучшее. Не обращая внимание на шумных фуци. Не до этого было. Боялась упустить любую мелочь, связанную с нахождением сокровищ. Ничего другого на ум не приходило. В крайнем случае ещё оставалось дожидаться Юй Кухань, напросившись в гости. Выведать у неё, что хранилось в гробнице. Каким образом удастся заполучить кровь прародителя из рук Шень, если те поймут с чем имеют дело, даже не представляла. Но хотя бы будет точно знать у кого она хранится. Дальше пусть голова у дядюшки болит. Со своей стороны сделает всё возможное. Отличившись хотя бы в предоставлении информации. Конечно, можно попытаться силой отобрать желаемое прямо здесь, если кому-нибудь повезёт найти склянку с кровью, но тогда придётся избавляться от всех свидетелей. Довольно сомнительная, сложно реализуемая затея. Лучшим вариантом смотрелся выкуп или обмен, при условии, что людские практики слепые идиоты. Ну и вера в чудо, куда уж без неё.

Загруженная всеми этими невесёлыми мыслями, от которых у неё разболелась голова, Ниса не сразу сообразила, что произошло. Пока своим куда более чувствительным нюхом, чем у людей, не ощутила появление ЕГО. По спине аж дрожь пробежалась, дойдя до самого кончика хвоста. Вздыбливая шёрстку. Резко повернув голову, Ниса замерла. На полную задействовав ресурсы мозга. Пытаясь понять, что произошло. Ей потребовались считаные мгновения, показавшиеся долгими минутами, осознать увиденное. Сложив разрозненные кусочки мозаики в одно целое.

– ***!!! — повторила слова Цане, но с другой интонацией.

Осознав весь ужас ситуации, а также стыд за собственную слепоту. Только сейчас поняв, что имел в виду древний практик. Было бы время, намного крепче высказалась в свой адрес. Одно дело ценность сохранившейся до этих дней, полумёртвой, хорошо, если не засохшей, утратившей большую часть своих свойств легендарной крови прародителя, и совсем другое её живой носитель. Несравнимые вещи, как небо и креветка. Открытие, лежащее за пределами самых смелых ожиданий. О последствиях, которых она боялась даже задумываться, понимая, насколько далеко и масштабно придётся заглядывать в будущее. Если оно у неё ещё будет.

Не теряя ни секунды, сорвалась с места, лихорадочно прикидывая, что может пригодиться из её арсенала. Верный дядюшка Райс, до этого стоящий за спиной, охраняя, побежал следом. Всё ещё не понимая, что произошло. Но, почувствовав состояние госпожи, заранее приготовил свою самую убойную технику. Всё же среди команды хуляо только Ниса обладала наиболее сильной и чистой родословной, являясь полноценным лао зверем, волшебным оборотнем, а не обычной полукровкой.

Её рывок вывел из оцепенения Канью, которая вспышкой белой молнии переместилась вперёд, преградив путь. Сияя светом багровых глаз.

— С дороги пугало белобрысое! — рыкнула Ниса, ничуть не испугавшись ужасающие ауры, вырвавшейся из безобидной на вид девочки. — Потом поговорим, — обожгла её злым взглядом. — Сейчас есть дела поважнее. Помогать буду. Не мешайся!

Не послушав, Канью щёлкнула пальцами и перед хуляо возник щит барьера, о который та разбилась. Превратившись в россыпь осыпающихся снежинок. Реальная Ниса, обогнув фуци, уже достигла сундука, на ходу доставая из пространственного кольца бутылку с лечебным зельем, мечтой любого алхимика и высокоранговый целительский амулет, в виде нефритового диска, покрытого затейливыми узорами. Из тех, которые не так-то просто встретить даже на особых, закрытых аукционах. Не говоря уже про покупку. Канью, скрипнув зубами, вынужденно смирилась с вмешательством настырной, пронырливой лисы, узнавшей больше, чем ей полагалось. Временно. Не устраивать же драку прямо над тяжело раненным Тонгом, добив его с гарантией. К сожалению, полумерами с хуляо не обойтись. Да и не одни они тут. Неохота признавать, но Ниса права, сейчас есть дела поважнее.

Достав пачку странно выглядящих талисманов, Канью полезла прямо в сундук. Благодаря своему небольшому росту поместившись в него целиком. А чтобы им не мешали, поставила вокруг них мощный барьер из серебристого тумана, в котором то и дело мелькали крохотные разряды белых молний.

Уткнувшись в этот барьер, Райс остановился, раздумывая, следует ли пробиваться или лучше подождать команды. Грозит ли госпоже Нисе опасность. Не понимая, с чего вдруг начал ощущать чужие эмоции. Удивление, тревогу, страх и даже боль. Очень сильные, яркие, затмевающие собственные. Мешающиеся сосредоточиться. Сопровождаемые впечатлением, будто вдобавок ко всему этому хлебнул крепкого алкоголя, отчего внутри разгорался жар, придавая телу необычайную лёгкость и бодрость. Как и любая выпивка, услеживающая эмоции, причудливо перемешивая их в одном флаконе. Вынуждая инстинктивно на них реагировать. Райс, неосознанно поморщившись, потёр грудь, пытаясь нащупать рану, не сразу сообразив, почему рука по-прежнему сухая. Хотя так и должно быть. Не он же ранен. Фантомная боль рывком усилилась, вызывая сильное жжение. Будто ему кислоты на грудь плеснули.

— Да что же такое, — взвыла стоявшая рядом Цане, яростно потерев левую грудь.

— Жи Лянь, подявляющие кровь тялисманьи. Сямые мощньие. Все! Быстро!!! — сквозь туманный барьер послышался требовательный голосок перепуганной Канью.

— Райс, позаботься чтобы нам не мешали, — донёсся свирепый голос чем-то сильно занятой Нисы, в котором тоже отчётливо слышался страх.

Посмотрев на свою чистенькую одежду, нахмурившийся Ли Мин Ксианг, вместе с широкоплечим воином, присоединились к охране барьера. По молчаливому соглашению с Райсом. Временно встав на одну сторону баррикад. Хорошо образованный, начитанный аристократ начал догадываться о причине повышенного интереса госпожи к Тонгу. И это знание его откровенно пугало. С потрясённым выражением лица жрица уже вовсю рылась в сумочке, вытряхивая из неё перетянутые бечёвкой толстые пачки талисманов. Фунэ Цяо, только сейчас очнувшись, забытая всеми впопыхах, оторвала застывший взгляд от содержимого сундука. Понимая, что сейчас здесь будет только мешаться, добровольно покинула барьер, который этому не препятствовал.

— Сестрёнка, что происходит? — насторожившись, поинтересовался Фунэ Чу, не понимая, с чего вдруг такая бурная деятельность развернулась вокруг Тонга.

Ожидая несколько иной реакции и далеко не от всех полукровок. Разминая кулачки, белая как простыня Фунэ Цяо, пообещала глухим голосом. — Сейчас узнаешь.

— С твоей стороны это было уже слишком. Всё могу понять, но пытаться убить у меня на глазах моего друга только потому, что он тебе не понравился… нет слов. Попытаюсь донести своё мнение без них.

— Вообще-то я сильнее, сестрёнка, — глядя ей в глаза, серьёзно занервничал Фунэ Чу, сделав шаг назад. — И, вообще-то, я сделал это для твоего же блага. Потом сама поймёшь. Благодарить ещё будешь, что не дал совершить ошибку.

— Для моего блага? — уточнила Фунэ Йяо, у которой страх превратился в ярость. — Благодарить? Попрошу не вмешиваться в наши внутренние семейные дела, — с пугающим выражением лица, вежливо попросила членов других команд и собственного клана. — Сильнее говоришь? — прищурилась, доставая из-за пояса старинный потёртый нефритовый браслет, одевая его на руку.

Заодно закинув в рот горсть различных пилюль, хранимых в одном бумажном кульке в качестве заранее подобранного набора стимуляторов. Пока взбешённая барышня проводила с братом воспитательную беседу, проходившую довольно шумно, невозмутимо просеменившая между ног полукровок лохматая собака свободно прошла сквозь барьер. После чего спокойно запрыгнула в сундук, как будто только её там и не хватало за компанию.

— Откуда она здесь взялась? — изумилась Ниса. — Вышвырни её. Что значит тяжёлая? Эй, куда она лезет? Убери её! Ойё. Да не меня же бей, дура! Не удержу! Тяни. Твою мать, на четвереньках сзади с перьями и мёдом!!! Сука! Куда она языком лезет На. Ещё. Ойё, я, кажется, ногу отбила об эту тварь. Да не действует на неё моя техника, — пожаловалась. — Откуда я знаю. Стой, убьёшь же, овца белобрысая. Да не её, меня!

Через некоторое время звуки наперяженной возни стихли, сопровождаемой стуками чего-то тяжёлого по камню. После чего взвыл уже сам Тонг, сумевший, наконец, выплюнуть чёртов кляп, который от злости и боли хотел уже сожрать.

— Вы меня что, добить хотите?! Убийцы! Пошли вон отсюда, обе. Не мешайте коврику работать. Не видите, зализывает рану. Хрен знает из чего у него состоит слюна, но, главное, помогает. От него одного больше толку, чем от вас двоих. Аяяя, коновалы криворукие! — взвыл от боли после неосторожного движения Нисы.

Выведенный из себя, выпнул обоих из сундука. Поддав ногой под мягкое место для ускорения. Не до уговоров было.

— Поставите крышку на место и несколько часов не беспокоить. Лечиться буду, — потребовал.

Не знаю, что сыграло роль, но о чудо, меня послушались. Крышку на место поставили, ещё и столько защиты поверх накидали, не то что нож, метеорит остановит. Условно, конечно.

Проснувшись, в темноте, тесноте, духоте, пропахшей шерстью и кровью, более-менее отдохнувшим и неплохо себя чувствующим. Если бы ещё не затёкшие мышцы, но это уже скорее придирки. С осторожностью ощупав левую грудь, отпихнув тяжёлую башку собаки, с удивлением обнаружил гладкую, неповреждённую кожу. Потревожив мерно сопящую грелку, тут же в отместку получил вылизывание лица. Традиция, однако. С трудом отбился. Видимо, почуяв шевеление внутри сундука, сверху по крышке кто-то постучал.

— Никого нет дома, — громко крикнул, проверяя работоспособность очага. — Приходите после праздника.

Последовала непродолжительная пауза на осмысление моих слов. С каким-то невнятным шушуканьем. Со скрипом крышка слегка приоткрылась, образуя щель, к которой тут же пристроился целый ряд любопытных, обеспокоенных глаз.

— Какого? — уточнила Цане.

— Похорон. На которых обязательно упьёмся, натанцуемся и устроим шикарную оргию. Поедим жареного льва. Больше съедим, меньше закопаем, — мстительно пихнул в бок ещё раз тяжеленную собаку, попутавшую, кто на ком должен спать.

— По-моему, он окончательно спятил, — авторитетно заявила Цане. — Может сундук обмотать цепью и закопать? Для надёжности.

— Я всё слышу, — и слышал раньше. — Господин Ли Мин, вычёркивайте её из списков участников оргии. Себя, кстати, тоже.

Разевающая рот Цане, похожая на выброшенную на берег рыбу, не нашлась, что и ответить, запутавшись в собственных мыслях. Не в силах выбрать, то ли возмутиться, то ли оскорбиться, то ли обидеться, то ли… отстаивать участие в данном мероприятии.

— Кажется, с господином Тонгом всё в порядке. Юмор, признак выздоровления, — дипломатично высказал своё мнение Ли Мин Ксианг.

— А кто сказал, что я шучу? — вполне натурально удивился, заставив уже второго фуци растеряться.

Откинув крышку, выбрался из заточения. Счастливо вдохнув полной грудью свежий воздух, подставив лицо ласковым лучам солнышка. Вот теперь мне действительно стало хорошо. Даже странно, учитывая недавнее ранение.

— Сколько времени пролежал в отключке? — спросил у внимательно меня изучающей Канью.

— Целый день, господин Тонг, — вместо неё ответила странствующая жрица, глядя на меня со смесью недоверия, восторга и почитания, чем реально пугала.

Больная на голову фанатичка. Когда это успел стать для них господином. И кто спрашивал моё мнение, соглашался ли на такое или нет. Кстати, а чего это вокруг так тихо.

Не считая команды фуци и, ещё одно чудо, живых хуляо, устроившихся неподалёку, на островке больше никого не было.

— А где все остальные? Где Фунэ Цяо? — её отсутствие меня расстроило, не знаю почему.

— Вернулись в Золотой камень. Что им тут ещё делать? Не загорать же? — в отличие от остальных, отношение Цане ко мне ничуть не изменилось, что порадовало. — Все сундуки разбиты, вход в гробницу разрушен, обратной дороги нет. Поход за наследием завершился. Барышня Фунэ была вынуждена вернуться домой вместе с остальными членами своего клана. Хотела остаться, но её как-то смогли уговорить. То ли что-то пообещали, то ли угрожали, то ли, плюнув на гордость, умоляли. Не знаю. Они в сторонке тихонько общалось. Прикрывшись барьером от подслушивания. Кстати, её придурочного брата пришлось уносить на носилках. Бойкая у тебя подружка.

— Сам поражаюсь, — чуть не сказал, боюсь. — А эти, что тут делают? — полюбопытствовал, взглянув на хуляо.

Там было на что посмотреть. В удобном, плетёном кресле, под бумажным зонтиком, защищающим от солнца, обмахиваясь расписным веером, с царским видом отдыхала Ниса. В красивом, классическом ханьфу, обильно украшенным шитьём и драгоценностями. Положив ногу на низенькую табуретку. Позади, почётной стражей стоял высокий, бледнолицый хуляо. Чуть сбоку, конусом сложив из деревяшек скромный костерок, на прутиках жарил рыбку запомнившейся мне «провинившийся» лис. Обмахивая её веером и поливая лимонным соком. Зрелище, достойное картины.

«Мда. А лисичка, оказывается, любит путешествовать с комфортом. Не только гардероб, но ещё и мебель таскает в пространственном кольце. Красиво отдыхает, — искоса посмотрев на группу длинноухих «бедных родственников», дополнив, — не то что некоторые. Эх, не с той компанией я связался».

Уголки губ Нисы, заметившей этот взгляд, немного приподнялись вверх. Демонстративно, явно играя на публику, втянув носом запах аппетитно выглядящей рыбки, сделала рукой приглашающий жест. Указав на второе, свободное кресло, поставленное, надо думать, специально для меня. Присмотревшись, опознав эту безумно дорогую, коллекционную рыбу, разводимую скорее для красоты, нежели еды, шумно сглотнул обильно выступившую слюну. Хочу! Вот прямо сейчас. В животе предательски заурчало.

— И в самом деле, чего я у вас спрашиваю. Пойду напрямую поинтересуюсь.

— Кябель, — бросила вслед обидевшаяся Канью.

— Ты неправа, — возразил, ускоряя шаг, — Два кабеля. Коврик, пошёл вон, — раздражённо отпихнул мешающеюся под ногами собаку, вознамерившуюся покуситься на святое, мой обед. — Я первый. Стой кому сказал, — испугавшись, перешёл на бег, чтобы не опоздать.

— И это наш…, — недоверчиво покачал головой Ли Мин Ксианг, глядя в спину Тонгу. — Сам себе бы не поверил, расскажи со стороны.

— Поверь, это намного лучше, чем тип, одержимый жаждой власти, высокомерием или жадностью. Не говоря уже про слабохарактерного, неуверенного в себе подростка, с кучей комплексов. Вот тогда, действительно, у нас всех появились бы серьёзные проблемы, — успокоила Жи Лань. — А так, чудик, это ещё не самая худшая характеристика. Их трудно не заметить, и ещё труднее назвать посредственными. Вы с этим согласны, госпожа? — обернувшись за поддержкой к Канью, обнаружила, что девочка же догоняет Тонга.

Намереваясь в отместку сожрать всю рыбу. Договорённости договорённостями, но и меру должны знать подлые лисицы. Сначала пусть у неё разрешения получат, только потом соблазняют её Тонга. И вообще, она первая его нашла.

Спустя некоторое время, милостиво не обращая внимания на детскую выходку Канью, пытающуюся за хвост оттащить упирающуюся, истекающую слюной собаку от накрытого стола, Ниса спросила у сыто развалившегося на соседнем кресле, довольного жизнью Тонга.

— Могу я поинтересоваться, вы уже не выбрали себе…, — получив предупредительный взгляд от отвлёкшейся на секунду Канью, по-взрослому серьёзный, удивлённо приподняла брови, не став договаривать. — Даже так? — заинтересованно. — Однако.

— Да я такой, — с гордостью подтвердил, не собираясь гадать, чего они там себе навыдумывали.

И когда только успели. Честно говоря, боялся, что, когда очнусь, увижу кучу трупов. Даже удивительно, как друг друга не поубивали. Неужели нашли общие точки соприкосновения.

— Тогда позвольте пригласить вас в гости, — расплылась в широкой улыбке, стараясь больше не смотреть на Канью. — В племя Огненных лис. Вы будите у нас САМЫМ почётным гостем.

— Зачем? — прикинулся наивным дурачком.

— Чтобы обсудить одну работёнку, — ненадолго задумалась, — которая вас непременно заинтересует, — обольстительно улыбнувшись, состроила милые глазки. — Заодно покажу несколько красивейших мест, в которых обитает моё племя. Уверяю, вы таких ещё не видели. Ах, какие чудесные у нас достопримечательности. А уж кухня, — наблюдательная Ниса прощупывала слабости, — пальчики оближешь, — для наглядности, облизала кончики губки розовым язычком.

— Шлюхя, — объявила Канью, подойдя и бесцеремонно забравшись мне прямо на колени, обозначив свою территорию.

Улыбка Нсиы стала несколько натянутой, а пальцы непроизвольно сжались, видимо, представляла, будто кого-то душила.

— Какая невоспитанная девочка. Иди поиграй в куклы. Не мешай взрослым разговаривать.

— Тьфу, — скорчив презрительную рожицу, плюнула в её сторону Канью, вовсю пользуясь своим преимуществом.

У Нисы слегка дёрнулась щека и на мгновение показались белые зубки. С трудом сохранила на лице маску благожелательности.

— Веди себя хорошо, — посмеиваясь, пожурил её Тонг для вида. — На конфетку.

Протянул её конфету.

— Леденец хочу, — закапризничала девочка, с вызовом глядя на Нису.

— Ещё слово и пойдёшь играть с ковриком в игру, кто первый рассосёт леденец. Один на двоих.

Собака, подняв голову, заинтересованно замахала хвостом, выжидающе глядя на Тонга. Рисковать, выясняя, насколько я серьёзен, Канью не стала. Решив временно прикинуться хорошей девочкой.

Госпожа Ниса, — вежливо к ней обратился Тонг, — позвольте узнать, чем же я вас так заинтересовал? Какую именно вы хотите поручить работу скромному дворнику из городской аптеки? Ведь таких, как я, тысячи. Разве в племени Огненных лис нет своих рабочих?

— Таких, нет. Можно сказать, это моя личная прихоть. Может, я хочу нанять именно вас. Из эстетических соображений, надув губки, теперь уже закапризничала Ниса.

— Коврик, теперь у тебя две соперницы. Справишься? — невозмутимо поинтересовался Тонг у пса, немедленно выразившего полное согласие. — А если серьёзно, — прекратил дурачиться, выпрямившись в кресле. — Госпожа Ниса, скажите прямо, зачем я вам нужен? В чём секрет моей крови? Раз уж мелкая проказница играет в молчанку, то пусть и продолжает так делать дальше, сама с собой. Хотите о чём-то договариваться, я слушаю. Хотите играть в игры, путь так, но получите ровно то, с чем пришли. Как и Канью.

Девочка напряжённо замерла. Ниса задумалась, прикидывая варианты. Боясь ошибиться, понимая всю серьёзность последствий неосторожных слов.

— Господин Тонг, позвольте мне пока сохранить молчание, — открыто посмотрев ему в глаза, ровным тоном попросила лисичка. — Не потому, что не хочу рассказать правду. К сожалению, я не вправе принимать такие важные решения, затрагивающие будущее всего племени Огненных лис. Просто не знаю, о чём можно рассказать, о чём лучше умолчать, что пообещать, — честно признала, заработав немного уважения в моих глазах. — Думаю, по этой же причине отмалчивается и ваша «милая» девочка. Это не наша территория. Мы не имеем тут ни достаточных сил, ни прав, ни возможностей действовать открыто. Отстаивая свои интересы. То, о чём вы хотите знать, слишком опасно, в первую очередь для вас. Нас-то уж точно власти прикончат, если узнают. Поэтому приглашаю в племя Огненных лис, где вы сможете получить ответы на все вопросы. Где мы сможем гарантировать вашу безопасность, а также спокойно обо всём договориться. Сделаем предложение, от которого не сможете отказаться. Имею в виду совсем не угрозы, — уточнила. — Речь о подарках. Об очень-очень ценных подарках, — подчеркнула их значимость.

— Простите, что вмешиваюсь, — включился в разговор Ли Мин Ксианг. — Но господин Тонг уже был приглашён нами в племя Высоких снегов. Ранее. На тех же условиях, — заявил с нотками ревности.

Смотрю на них и думаю, меня правда считают таким наивным простаком. Чем сильнее кото-то желают осчастливить, тем больше ему придётся за это заплатить. Ни разу такого не видел, чтобы всё дали, но ничего за это не попросили. Смешно. Ага, кровушки моей захотели. А потом выясниться, желательно, отдельно от тела. Я им, что дойная корова.

— Я счастлив получить ваши приглашения, — соврал, не моргнув глазом, — но у меня пока ещё не завершены дела в Золотом камне. Потом посмотрим, к кому первому отправлюсь в гости. Может, я сперва, вон, к Цане хочу заглянуть в гости. С семьёй познакомиться, кислого молочка попить, на лошадях покататься.

Слушавшая меня Цане отчего-то сильно перепугалась, покраснела, отчаянно замотав головой, показывая, что это очень плохая идея. Не надо к ней в гости. И вообще, у неё дома не прибрано, кладовая пустая и отец, тиран и самодур. Учитывая, что команда клана Янь вернулась в город, возможно, уже пройдясь по кабакам, распуская слухи, то она и сама подумывала к каким бы родственникам, желательно дальним, где-нибудь совсем в глуши, отправиться погостить на годик другой. Заблудившись по дороге между трёх сосен. А если до отца дойдут подробности, хватит и двух.

Ниса отказу сильно расстроилась, да ещё с неопределённостью, к кому я в итоге отправлюсь, постаравшись не подать вида.

— Хорошо. Не буду настаивать. Как насчёт такого решения? Я отправлю домой письмо. Попрошу прислать того, кто будет иметь полномочия обсуждать с вами действительно важные темы.

— Меня это устраивает.

Если, конечно, не пришлют команду профессиональных похитителей или убийц. Но это дело будущего. Пока у меня и текущих проблем хватает. Например… тут же почувствовал, как по спине пробежались холодные мурашки, а волосы едва не зашевелились от ужаса. Вспомнив, о ком я забыл. Вот больше суток в тесной земляной яме сидит раненная Алайнэ, в обнимку с ненавистным ей парнем, без света, воды, свежего воздуха, а ещё, тадам мне на голову, возможности по нормальному сходить в туалет. Небось злая, как жена местного дьявола застав мужа за изменой. Мало того что вооружена, так ещё и большим терпением не отличается. Мне конец. Я труп. Интересно, далеко ли от города живут племена хуляо и фуци. Можно ли попросить у них убежище. Алайнэ ведь не сможет покинуть укрытие, пока здесь полукровки, а те не покинут остров, пока я на нём остаюсь. Придётся позже с ней встретиться, в условленном месте. И такое обговаривалась. Нужно же пообщаться с глазу на глаз с Шень Джианем. Послушать, как он запоёт тонким голоском.

Вскочив на ноги, скидывая недовольную этим Канью, торопливо затараторил.

— Прошу прощение. Только что вспомнил, у меня же неотложные дела в Золотом камне. Я опаздываю как десерт к уже напившемуся имениннику. Аптека не выметена, травки не отсортированы, слабительное подслеповатым старушкам не продано. Ужас какой. Меня же уволят. А ещё, совсем скоро пышногрудая сестрёнка Мейли в соседнем доме переодеваться после тренировки начнёт. Без моего присмотра!

— Так она же сгорела, — напомнила удивившаяся Цане. — Стоп, — внезапно опомнилась, — Какая ещё сестрёнка?

— Тем более, — строго на неё посмотрел, отметая возражения. — Тогда ещё больше дел сделать надо. Разобрать руины, построить новую аптеку, устроиться в ней работать, подмести аптеку, выку… эээ, рассортировать травку, и обязательно заглянуть к сестрёнке Мейли, напомнить. чтобы она закрывала заднюю дверь. Вдруг за ней какие извращенцы захотят подглядывать. Нельзя же так беспечно относиться к безопасности своих… В общем, мне пора. Да встречи. Если что, буду в аптеке Цветочный Дракон.

Фигура Тонга размылась остаточным изображением, подняв порыв ветра. Арка перехода на секунду засветилась, и вновь погасла.

— Что это было? — закрыла рот ошеломлённая Ниса, обратившись к фуци, как к более сведущим в этом вопросе.

— Тонг, — невозмутимо пожала плечами Цане, как будто это всё объясняло, превратив имя в термин. — Тонг головного мозга. Не обращай внимание. У него случаются приступы обострения.

— Обострения чего? — с опаской спросила заинтригованная Ниса.

— Неуёмного желания преждевременной смерти от перелома копчика, которое я ему когда-нибудь обеспечу. Какая ещё сестрёнка Мейли? — возмутилась. — Ты куда смотрела, коварная ты наша? — обвинила Канью.

Дальнейшие разбирательства проходили уже без Тонга.

* * *

Спустя продолжительное время, когда остров окончательно опустел, обломки фальшивой арки зашевелились. Земля вспучилась, раздвигая их в стороны. Из образовавшейся дыры наружу высунулась грязная, растрёпанная, в порванной одежде фигура, похожая на ожившего покойника, жаждущего крови.

— Тонг, — зловеще прошипел грязный человек в запачканной засохшей кровью одежде, — клацнув зубами.

* * *

— Тонг, — запоминая, повторил Зловонный Фуа ненавистное имя, которое кое-кто ему подсказала

Раскрыв, как зовут его настоящего обидчика. Превратившего некогда могущественного босса демонов Облачного кряжа в жалкого бродягу, скрывающегося в канализации Золотого камня. Но ничего, скоро он за всё отомстит. Камни обрыдаются от жалости к этому трусливому Тонгу.

Стоя на крыше правительственного дворца, Хранительница храма Свободой души задумчиво любовалась красочным закатом. На затихающий город неспешно опускалась ночь. Несмотря на обманчивую безмятежность, на самом деле Хранительница испытывала довольно редкое для себя чувство, беспокойство. Весы равновесия вновь качнулись, и в этот раз, не в её сторону. Давая Зверю преимущество. Захватывая её территорию, её жизненное пространство, её ресурсы. Получая на Юй Цао дополнительное влияние. Пока ещё незаметное, но с тревожащим потенциалом к взрывному росту. Как бы не опоздать с контрмерами. Потеряв больше позиций, чем потом удастся отыграть. Да, Зверь соблюдал соглашение о разделе сфер влияния, о правилах игры, о личном участии, но хитрецу и не нужно было идти на нарушение. За него всё делали другие. Глупые болванчики, считающие, что действуют самостоятельно, по своей воле, без подсказок, а значит, какие к нему претензии. Вот уж некстати объявившиеся на игровой доске в виде хвостатых и ушастых фигурок. Выстраиваясь на стороне Зверя. И ведь вскоре их станет больше, намного больше. Притягивая себе подобных. То-то Зверь в последнее время ведёт себя на удивление смирно. А что у неё. Да её фигуры лучше, изящнее, редки, но их считанные единицы. Так игру на захват поля не выиграть.

Хранительница не желала уходить в тень, уступая Зверю Тонга. Ещё сама плохо понимая, насколько сильно успела привязаться к этому человеку. Ведь до этого ещё никто не относился к ней так, как он. Не лебезил, не боялся, не испытывал отвращение или гнев, не пытался использовать либо избавиться. Не отвергая и не избегая. Общаясь, как с равной. Шутил, дурачился, делился проблемами, обижался, не стеснялся показывать себя не с лучшей стороны, позволяя то, отчего другие поседели бы от ужаса, опасаясь обидеть или рассердить Хранительницу. Что сперва удивляло, потом забавляло, злило, расстраивало и в конце, начало радовать. Даря давно позабытые, частично отринутые ощущение человечности. Дегустируя их словно изысканное вино. К хорошему, как известно, привыкаешь быстро. Поэтому Хранительница пока не спешила вступать со Зверем в финальную драку за захват этого тела. Затягивая игру, послужившую компромиссом. Надеясь, Тонг ещё принесёт ей немало приятных сюрпризов, открытий и волнительных чувств. Внося разнообразие в унылое, мрачное существование, что для бессмертных сущностей хуже смерти.

Раз игру завершать ещё рано, следовало предпринять ответные шаги. Выставив на свою сторону дополнительные фигурки. Привнеся в неё немножко хаоса, чтобы растрясти жирок с рано обрадовавшегося соперника. Уверенного, что всё просчитано наперёд. Приняв решение, почувствовав себя намного спокойнее, хранительница улыбнулась. Пора вернуть должок.

Заросший, нечёсаный бродяга, в давно уже не стиранной, залатанной одежде с воплем проснулся посреди ночи, схватившись за голову. Перебудив соседей, таких же пропащих бродяг, спящих рядышком, под мостом. Укрытых разным рваньём.

— Чего орёшь? Заткнись! Не мешай честным людям отдыхать, — грубо рявкнул сосед.

— Опять Пятипалому кошмары снятся. Достало уже. Давно пора его отсюда гнать. Пусть на кладбище ночует, — проворчал ещё один бездомный, переворачиваясь на другой бок.

Пятипалый, несколько минут покачавшись из стороны в стороны, не отпуская головы, будто опасаясь, что она отвалится, промолчал, едва ли слыша, что ему говорили. Налитыми кровью глазами глядя в никуда. После чего, бережно подхватив свёрток, с которым никогда не расставался, охраняя надёжнее, чем мать собственного ребёнка, в обнимку побрёл с предметом, по очертаниям напоминая горшок, в ночь. Тихонько, полубезумно повторяя, как заведённый, — Тонг, Тонг, Тонг, Тонг…

И он был далеко не единственный, мучимый кошмарами этой ночью. Как, например, худенькая, измождённая девушка, сгорая от лихорадки, вся в поту ворочалась в постели, разметав волосы по подушке. Терзаемая проклятьем, медленно, но, верно, выпивающим из неё остатки жизненных сил. В бреду повторяя то же самое имя слабым, едва слышным голосом. Несмотря на трепетания век, так и не проснувшись от кошмаров. Дверь в её спальню, некоторое время державшая приоткрытой, тихонько закрылась.

Сидящий в ночном ресторанчике пожилой, широкоплечий фуци, чья крепкая фигура выдавала в нём бывалого воина, вот уже несколько минут держал на весу наполненную чашу. Так и не донеся её до рта. Не из-за того, что глубоко задумался или заснул за столом, а словно позабыв о ней. Стоячие уши Кину Даре были направлены в сторону соседнего стола, где группа молодых человеческих практиков что-то с размахом праздновала. Зажимая довольно пищащих девок, хлестав вино, как воду, делясь впечатлениями.

— … представляешь, а потом повернулась к ней голой задницей, со спущенными штанами и сказала, да пошла ты вот туда. Курва. Мы тебя не боимся. Вот ведь безбашенная баба, — восторженно рассказывал один другому.

— Ух ты. А та стерва что? Ну давай, не томи. Порубила её в капусту? — с предвкушением.

— Да, ничего подобного. Насколько я слышал, напротив, впечатлилась такой отчаянной дерзости. Говорит, я таких смелых и наглых уважаю. Далеко пойдёт.

— Неужто пощадила? — не поверил.

— Ага. Правда по шее надавала, чтобы не зазнавалась. Разложив на полу, как рыбак морскую звезду. Ребята сказали, та бешеная сука заявила, что сожалеет, бы была мужиком и если эта шикарная задница не принадлежала какому-то Тонгу, сама бы её с удовольствием трахнула. Прямо там. Но, поскольку того пацана, вроде как, тоже уважает, то чужой огородик топтать не будет.

— Вау, — восхитился. — Слушай, а не запомнил, как звали ту оторву? Хочу на неё посмотреть. Если что, познакомиться. Может, у её огородика не такой уж и страшный сторож, а ягодки и впрямь больно сочны.

Раздался звук разлетевшееся на куски глиняной чашки, забрызгав вином стол и одежду пожилого фуци. Оказавшийся неподалёку разносчик тут же к нему подошёл и услужливо предложил.

— Уважаемый, подать новую чашку?

— Не нужно. Посчитайте, сколько я вам должен. С учётом двух разбитых столов, пяти стульев, четырёх бутылок, с десяток тарелок и чаш.

— Ээээ, — ненадолго завис разносчик. — Но вы ведь разбили всего одну чашку, — указал на это несоответствие.

— Это пока, — загадочно пояснил Даре, выкладывая на стол увесистый кошелёк. — И, уважаемый, вам знакома фамилия Тонг? Очень хотелось бы познакомиться, с этим… огородником, — добавил, через силу. — Обсудить тему сельского хозяйства.

— Хи-хи-хи, Тонг, не трогай меня там. Уммм, — причмокивала во сне Фунэ Цяо, обхватив руками и ногами свёрнутое в рулон одеяло. — Ну куда ты лезешь. Нельзя. Не… Умняя. Хи-хи-хи. Да-да, туда тоже нельзя. Верни руки на место, — с игривыми интонациями. — Мало ли что я сказала. Дурак. Фрррр.

Кошмаром этот сон уж точно не назовёшь. Настолько влажный, что одеяло в некоторых местах покрылось мокрыми пятнами. Из её спальни через минуту послышались совсем уж странные звуки, вынудившие кое-кого, притаившегося за дверью, позорно сбежать.

Примечания автора:

Уважаемые читатели. Проект завершён открытой концовкой. Герой добился своей цели и вышел в открытое плавание.

Content

Дмитрий Ш.
Возвращение легенд III

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6